Аллесий

Властелин Страниц

Направленность: Джен

Автор: Аллесий

Беты (редакторы): Daimakach

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Толкин Джон Р.Р. «Властелин колец», Властелин Колец, Гарри Поттер, Хоббит, Толкин Джон Р. Р. «Хоббит, или Туда и обратно» (кроссовер)

Рейтинг: R

Жанры: Фэнтези, Фантастика, Мистика, Экшн (action), POV, AU, Мифические существа, Попаданцы

Предупреждения: Мэри Сью (Марти Стью), ОЖП, Элементы гета

Размер: Макси, 283 страницы

Кол-во частей: 21

Статус: закончен

Статус: Все почему-то из Средиземья попадают в Поттера. Есть, конечно, и обратный вариант, но такой версии развития событий маловато, как мне кажется, так что я решил её расширить. Это, если что, вторая часть Нового Поттера. Ссылка будет в комментарии.

Посвящение: Себе, только себе.

Публикация на других ресурсах: уточнять у автора/переводчика

Примечания автора: Народ, учитываем, что данный фанф по ФИЛЬМУ, точнее, по двум кинотрилогиям, а всё остальное тут поскольку-постольку. № 1 в топе «Джен по всем жанрам» № 1 в топе «Джен по жанру AU» № 1 в топе «Джен по жанру POV» № 1 в топе «Джен по жанру Мистика» № 1 в топе «Джен по жанру Мифические существа» № 1 в топе «Джен по жанру Попаданцы» № 1 в топе «Джен по жанру Фантастика» № 1 в топе «Джен по жанру Экшн (action)» № 1 в топе «Джен по жанру Фэнтези» Первая (она же предыдущая) часть: https://ficbook.net/readfic/5060259/13048370#part_content Следующая часть: https://ficbook.net/readfic/5450191

Глава 1. Она же пролог.[1]

…в последний момент заметил смутную метнувшуюся в мою сторону тень, а в следующий миг уже стоял на лесной опушке, смотря в сторону недалёкого города. Впрочем, стоять оставалось недолго: что-то острое, жгучее и… кислое? Да, наверное, кислое: примерно так ощущалось кожей. В общем нечто такое воткнулось под рёбра, а затем перед глазами мелькнуло знакомое, подросшее, но всё такое же раздражающее лицо, и я упал на колени, чувствуя знакомое ощущение предельной дозы яда василиска в крови…

Ах да, с чего всё началось. Началось всё с того, что в славном две тысячи третьем мне заявили, что моё обучение окончено. «Как?!» А вот так, милок! Конечно, самым молодым Архимагом за всю, пожалуй, историю, я становиться уже не желал, но Слизерин воспользовался обстоятельствами по полной. Конечно, Основатели несколько схитрили, всё-таки полноценным Архимагом реально я стал с натяжкой: силы было дохрена, а вот умения… но и оно имелось. Полностью выведя на хорошую мощность второй поток сознания, я смог ускорить собственное обучение максимально, осваивая новые знания чрезвычайно быстро. Другое дело, что большая часть сих знаний отправлялась в мой Гримуар и там оставалась, но и многое полезное также сохранялось и в моей голове.

Что касается умения… я бы сейчас мог сдать и ещё на пяток мастерских званий. Если уж совсем точно, то по рунам, астральной магии, магии душ, целительству и гербологии, проще — природы. Кроме того я неплохо ориентировался в проклятиях, артефакторике и кое-как в работе с инфополем. Впрочем, у многих магов и такого не было, более того, многие и о существовании такой штуки, как аура, вовсе не знали или считали таковую бредом.

Если уж по-хорошему, то мне надо бы было ещё лет пять всё это отрабатывать практикой, но… но практики было маловато. Нет, я не был теоретиком и все значимые действия отрабатывал, да и вовсе не по разу, но уж точно не до автоматизма или даже быстрого и точного исполнения. На то, что требовало у реального мастера не больше десятка секунд, я тратил часто минуту. В общем, по знаниям на уровень Архимага я вышел, по силе — тоже, а вот по навыкам надо было бы отработать ещё.

Тем не менее, обещание Основателями было выполнено: я Архимаг, о чём и было объявлено. Подтверждения пятерых Магистров: моих учителей и Фламеля, который стал поддерживать некие контакты с Основателями, оказалось достаточно и для формального присвоения мне сего чудного титула, после чего я… сбежал. Вот так вот просто и банально.

В Хогвартской Долине у меня имелся домик… да что там домик, хороший такой коттедж на восемь комнат различного назначения, плюс подвальные помещения. При этом первый подвальный этаж вполне себе тянул на жилой и только лишь нижние уровни могли бы называться полноценным подвалом. Всё это хозяйство обслуживалось огромной рунной системой, которая постоянно дополнялась и подпитывалась от источника самого Хогвартса. Точнее, от энергетической линии, которую мне разрешили протянуть по доброте душевной: всё равно много энергии я тратить не мог.

Вокруг самого дома была роща, которую я аккуратно обживал: делал тропинки из камней, помогал расти деревьям, выход к озеру выложил булыжниками. В общем, обжито место было хорошо.

Что же заставило меня сбежать? О! Не что, а кто: бабы. От них всё зло в мире, я убедился точно. Распылить на меня очередную дрянь, да ещё и не любовное зелье, а просто смесь из разной магловской химии от афродизиака до просто множества различных веществ, косвенно выступающих раздражителями и оказывающих определённое воздействие.

У меня был яд василиска в крови, и он оказывал мощное притупляющее воздействие. Так в чём же была проблема? О! Проблема была в том, что магловские вещества не имели магической начинки и, попадая в кровь, в общем-то особо враждебными не воспринимались. Это раз. Два — гормоны. Я так и не удосужился за всё время «решить проблему», просто опасаясь связываться с магичками, ибо «было — женись». Нравы и так были не особо лёгкими, хоть и не как во Франции, но вернувшиеся Основатели их немного… улучшили.

В общем, попал я и неслабо так. К счастью, мир своей магической частью не ограничен, так что я смог просто свалить к маглам и отрываться там, но вот когда закончил…

— Винки!

— Хозяин Гарри…

— С этого момента я Алекс. Собери… а вообще, ничего не собирай! Только в шкафу в комнате… ну той, на втором этаже. Там лежит рюкзак такой, серый. Возьмёшь его и активируй малый круг защиты и консервации, после чего возвращайся! — приказал я.

Дождавшись эльфийки, сказал ей полезать внутрь пока что и там хозяйничать. Помню, незадолго до моего попадания, вышел первый фильм про некоего Ньюта Саламандера, таскавшего с собой небольшой дом в чемодане. Читал я книги этого человека. Не только самую известную «Фантастические твари и где они обитают», но и другие. Очень толково и интересно пишет. Но речь не о книгах, а о чемодане. Вот я себе тоже решил сделать, только не чемодан, а рюкзак. Ну и ещё, в фильме явно неточно показали размер внешний, ибо, основываясь на своих подсчётах, могу заявить, что для того объёма, что там был, требовалось как минимум иметь чемоданчик раз в шесть-семь больше. Тем не менее, я в рюкзак такое пространство не запихивал. Там у меня было «всего» четыре комнаты. Одна комнатушка для домовички, одна — для меня самого в качестве спальни и рабочего кабинета заодно. Одна в качестве ванной-туалета с полностью замкнутым циклом, требующим лишь магическую энергию (ох и намучился же я, пытаясь сделать всё это дело!). А ещё одна — столовая, по совместительству кухня. Кстати, в спальне хранился ещё и немаленький кейс с некоторыми полезными ингредиентами. Гм… я отвлёкся.

В общем, когда я закончил отрываться в обычном мире, то просто схватил рюкзак, аппарировал к входу в барьер Долины, прошёл пяток метров, дабы оказаться во внутреннем пространстве территории и снова аппарировал, быстро найдя Слизерина.

— Учитель, здравствуйте.

— Я же больше не твой учитель? — хитро блеснул глазами Основатель.

— Учителя бывшими не бывают, — отмахиваюсь, продолжая: — В общем, я ухожу.

— То есть? — как я люблю такие моменты, когда древних магов удаётся пробить на реальные эмоции, а не имитацию, а то раздражает, когда они лишь играют по привычке, а реально особо ничего не испытывают.

— В общем, хочу попутешествовать, а то откладываю всё время. Боюсь, если я тут останусь, меня всё-таки окольцуют! — хохотнул я. — В общем, до свидания!

— Я передам Годрику, Ровене и Хельге, — логично, ведь их сейчас нет на территории Долины. — Честно говоря, для меня такое решение несколько… неожиданно, но выбор это твой. Помни только, что вернуться ты всегда можешь.

— И что? Вот так вот возьмёте и отпустите?..

— Ты действительно думаешь, что спрятаться на этой планете от меня в ближайшие лет тридцать в твоих силах? — несколько иронично взглянули на меня зелёные глаза.

— Гм… я понял. Захотите — найдёте. Ну, тогда до свидания! — вылетаю дымкой в окно.

Так, собственно, я и свалил.

Честно, такое решение было принято скорее из-за того, что я начал загибаться морально. Последние годы вся моя жизнь превратилась в сплошное обучение и усвоение, отработку знаний. Не скажу, что это было плохо, но, честно говоря, сейчас меня уже даже тошнить стало от всяких книг и текстов, скорее уж тянуло блевануть желчью. Хогвартская Долина сейчас представлялась таким тоскливым и серым местом… было чувство, что полжизни просидел в какой-то пещере, а теперь вот смог выбраться. Просто непередаваемое ощущение свободы, полёта, времени… последнее — самое важное. Годами куда-то лететь, спешить, бежать… сейчас я прям даже не гору, а горный хребет с плеч сбросил. Незачем больше лететь и преодолевать марафонские дистанции. Можно просто ничего не делать.

Пожалуй, это было весьма интересно. Златорук оформил мне магловскую кредитку, после чего я стал свободен, как ветер. Гражданство России у меня сохранилось, уже предупреждённое магическое правительство страны давно успело меня внести в состав магов, а потому всякие мелкие дела обходили меня стороной и то, что я вроде как БОМЖ, никто не замечал, как и многое другое. Это было стандартной практикой для магов с магловскими документами. Они могли быть в обычном мире безработными, не платить налоги, не иметь места жительства или ещё чего: никого это не заинтересует, пока сам в ситуацию не влезешь. Удобно.

Итак, целых… два месяца примерно, я отрывался. Путешествовал на обычном транспорте, был в Германии, Франции, Греции, России, Китае, Японии… в последней, как раз, задержался. Здесь было… интересно. Другие люди, другие обычаи, традиции. Никогда бы не поверил раньше, что смогу выучить японский всего за полгода на уровне, подходящем для сносного разговора. Но смог ведь!

Интересна страна была для меня в первую очередь своей магией. Конечно, обычный мир — тоже, но магия — больше. А, собственно, интерес тут был в том, что вместо взмахов палочкой или руками, чтобы выписать в воздухе определённые фигуры, тут иногда использовались символы, изображаемые руками. И что-то это мне до боли напоминало. Угу, оно самое. Мир шиноби, мудры (ручные печати), дзюцу… тут, конечно, всё было много иначе, однако аналогия прослеживалась уж очень явная. Надо бы было проверить Кишимото на связь с миром, лежащим вне обычного магловского, но уж автор известнейшей манги меня сейчас мало интересовал.

Гораздо больший интерес вызвала местная магическая школа. Только вот снова браться за учёбу я был… не готов. Мягко говоря. Так, изучал вместо хобби в свободное время… впрочем, оно у меня теперь всё было свободным: жизнь удалась.

Пробыв в Японии до второго мая две тысячи шестого, я отправился в Москву: очень уж хотелось глянуть парад победы вживую, но тут меня завернули местные колдуны, обнаружив весьма оперативно. Как… Сам не понимаю. Я-то думал, что под мантией-невидимкой меня не найти. Оказалось: нихрена такого. Вежливо объяснившись с людьми, я вынужден был покинуть место проведения знаменательного события.

Дальше мой путь лежал в одно из двух мест. Я так и не смог выбрать, куда же идти: Африка или Южная Америка. Выбрав в качестве хобби изучение необычных магических направлений, я вовсю отдыхал, мучаясь теперь выбором не того, какие органы соединить в новом теле очередной химеры, а куда отправиться, чтобы удовлетворить свой интерес. Забавно…

В Южной Америке была магия Вуду, но вот в Африке оказалось нечто не менее интересное: магия духов. Не душ, не некромантия, а именно духов. Аналогичное направление имелось и в Стране Восходящего Солнца. Я даже его освоил в какой-то мере. Смысл был в создании из простой души кого-то типа призрака, как его представляют маглы. Ну или полтергейста… варианты были разные. Предварительно, понятное дело, творение подчинялось эдаким спиритизмом со сплавом некромантии. Почему не некромантия? Ну… потом получившееся… существо запечатывалось в какой-нибудь сосуд и могло, в принципе, быть призвано. Штука была в том, что каждая такая печать тянула энергию, так что чем сильнее маг, тем больше таких вот слуг, которые могли вселиться в кого-нибудь или, к примеру, обладать возможностями кого-то вроде Пивза, он имел. Мне же сие было интересно тем, что я мог бы запечатать сих существ в свой Гримуар. К сожалению, выяснилось, что работа с каждым из них весьма сложна, но парочку я всё равно приобрёл.

В Африке же использовались не человеческие души, но духи природы. Доступно сие было только сильным магам, а печатей и вовсе не использовалось: слуги прямо к Астральному телу привязывались. Закономерно, если контроль спадал, то заклинателя атаковали собственные же подчинённые.

С другой стороны, Вуду — очень, очень интересное направление проклятий. Другими словами, всё было сложно. Но, поколебавшись, я выбрал Африку.

Как раз когда я был в Африке, завеса с магического мира спала окончательно: смерть половины присутствующих на инаугурации нового президента США включая и самого президента, да ещё и в прямом эфире, а затем одновременный удар пары сотен магов по разным городам незамеченным остаться уже не мог, а на террористов свалить было нереально.

Только, что началось в мире, когда обычные люди осознали наличие у себя под боком несколько десятков миллионов чародеев, меня не особо касалось. Магический мир Африки был обширен и давал мне немаленький простор, а то, что там росли и обваливались валюты, где ни попадя ввели военное положение и силой разогнали толпы народа, провели кучу спецопераций и одновременно играли друг против друга целые государства, сваливая всё на магов, играя на страхах толпы…

Узнав о выступлении министра магии по телевидению в Англии, я сначала впал в ступор, а потом просто отгородился от безумия внешнего мира, благо что здесь, в Африке, это было несложно. О том, что каким-то там образом завязался конфликт, который, казалось, миновал, я узнал лишь через неделю после начала.

Впрочем, я в это время путешествовал по Африке, ища здешних магов. И, между прочим, нашёл. Арабский был ничуть не проще японского, так что за те полгода, которые я пробыл на жарком континенте, мне удалось лишь относительно сносно говорить, чтобы меня понимали. Всё-таки здесь я не мог потратить всё своё время на изучение языка. Да и в прошлый раз за шесть месяцев Японский едва ли был выучен мной в совершенстве. Так, чтобы нормально говорить. О письменности и речи не шло: читал я на языке Страны Восходящего солнца даже сейчас, проведя там года, весьма посредственно.

Если в северной части Африки магия слабо отличалась от европейской, благо происходила из Римской школы, то вот в центральной и южной — наоборот. Здесь были свои школы, свои руны, свои техники… Пожалуй, именно здесь я стал учиться у арабских чародеев плести заклинания без помощи инфополя. Принципы основные я знал, благо Основатели учили на совесть, однако даже с двумя потоками сознания сплетать сложнейшие конструкции из сотен одних только каналов разной толщины и, более того множества элементарных единиц-форм было очень, очень трудно. Что-то вроде Люмоса сделать мне удавалось за полминуты. Чтобы воспроизвести плетение Агуаменти потребовался час.

Тем не менее, арабы плели свои плетения по-особому. Они носили на руках множество перстней и браслетов, испещрённых рунами и, подавая в то или иное украшение энергию, создавали определённую форму или канал, либо часто встречающийся модуль. Таким образом африканские колдуны снимали с себя часть нагрузки, оставляя за собой лишь работу по соединению всего получающегося богатства воедино.

Конечно, такая школа была менее эффективна, нежели Европейская, но тут была существенная разница подходов. В Европе магию считали… обыденностью что ли. Так, часть привычного мира. Здесь, в Африке, магия была даром и искусством. Даже не так: Искусством. С большой буквы. Арабы не допускали непонимания магии, непонимания основ. Пусть на одно заклятие у них уходило больше времени, зато они не были ограничены тупым набором фраз. Конечно, Римская магия нашла своё место и здесь, ведь в использовании она эффективнее, но пользующиеся ею постоянно считались… бездарями. Эдакие маги второго сорта. Бесталанные и никчёмные.

Не менее удивительными были и Арабские руны. Точнее, Арабская вязь, которая здесь заняла нишу рун. Европейские и северные руны в большинстве своём были отдельными элементами. Жёсткие, грубо отделённые. Японские кандзи образовывали нечто похожее, но жёсткой конструкция становилась только когда насчитывала два-три элемента, а до этого кадзи словно бы тянулись друг к другу в попытке организовать нечто завершённое. Арабская вязь была иной. Податливая и мягкая, она обтекаемо позволяла вкладывать в себя всё, что угодно. Да, часто вязью получалось сделать то, что в Европе делает десяток рун, лишь длинной линией символов, однако при больших конструкциях она была незаменима. Чем больше европейский рунический круг или пентаграмма, тем сложнее предсказать, как он будет себя вести при добавлении нового элемента. Вязь же позволяла без излишней сложности менять себя, как угодно. У меня даже появились идеи для совмещения вязи, кандзи и традиционных в Европе рун.

Тем не менее, в Африку я приехал не ради этого, а ради джиннов. Когда я увидел дикого джина в первый раз, то, честно говоря, струхнул. Не сразу, а когда эту тварюгу не взяло пламя, Авада, ступефаи и даже мощная бомбарда. Телекинез также особо не помогал. Существо из спрессованного песка вполне себе собиралось заново после любых ударов. В конце концов пришлось приложить адским пламенем. Вот тогда уже существо проняло… чуток. Выйдя из потока жуткого огня, превратившего песок вокруг в лужи, а температуру воздуха подняв градусов на сорок, так что мне пришлось постоянно использовать глациус вокруг себя, чтобы не задыхаться, тварь была явно подранена. Огромная четырёхметровая фигура, похожая на обезьяну, наверное, даже что-то среднее между обезьяной и человеком, была оплавлена во многих местах, постоянно осыпалась и восстанавливалась.

Но чёрт возьми! Я знал до этого лишь одно существо, которое плевать хотело на адское пламя — Истинный Дракон. Остальные, даже пресловутая Болотная Харибда, как минимум становились после мощного потока недееспособными.

Джина я поймал. Более того, сумел выдернуть его сущность и запечатать в Гримуаре, но усилия… времени потрачено было аж целых три дня, пока я на расплавленном песке вырисовывал рунную конструкцию из европейских символов с частыми вкраплениями арабской вязи и японских кандзи. Затем создание оптимальной ловушки в Гримуаре… занял этот гад аж целый разворот, то есть вчетверо больше любого из запечатанных магов. Да и, по сути, пока что был не особо полезен.

Арабы в основном заключали с этими сущностями договоры: победить такого и заставить служить могли немногие, так что я мог гордиться. Но смысл был именно в том, чтобы не выдёргивать чистую душу и использовать в виде генератора (у меня с энергией проблем нет). Смысл был в том, чтобы сохранять большую часть оболочек, в том числе и ментальную. Получался эдакий карманный монстр. Ходишь с неприметным камушком, а потом р-раз! И песок/камни/воздух/ещё какая муть собираются прямо перед десятком охреневших врагов в эдакую страшилищу. Удобно? Несомненно. Только вот если я щас этого джина выпущу, то собравшись он тут же нападёт на меня, ведь я его никак не подчинял. А энергия от него течёт очень слабо: не даёт. Вырвать сам я не могу, не разрушив у него большинство оболочек, так что получаю сущие крохи.

Именно в пустыне меня и нашли в первый раз враги. Сразу двое магов. Один очень силён для обычного колдуна, другой послабее. На лицах обоих были маски в виде животных. Птиц, если точнее. Кого они там изображали, я не разглядел: не до того было.

Будучи чуток вымотанным морально после джина, я несколько растерялся вначале. Да что там! Только вбитые Годриком рефлексы меня и спасли. А дальше стало плохо и больно. Нападавшие были весьма и весьма сильны. Чёрт их знает, какие там общие уровни у них, в конце концов Лорд Магии вполне может завалить и Архимага, но на мастеров Боевой Магии тянули они оба. Более того, они постоянно применяли крылья Ночи, Дня и Зари. Видимо, чтобы не дать мне определиться с принадлежностью.

Сбежать мне удалось лишь чудом, коим выступила моя левитация. Она, в отличие от крыльев, не лишала возможности ставить многие типы защит, так что я мог не терять боеспособности, а на данный момент сам полёт без костылей у меня был почти интуитивный. Благодаря левитации, я сумел на какой-то миг вылететь в зону ослабленного действия антиаппарационного поля, после чего грубо прорвался сквозь мешающий телепортироваться барьер. А затем ещё, ещё, ещё и ещё. Трижды я делал ложные дорожки, возвращаясь на то место, где уже был, а в общем счёте совершил двадцать два прыжка, конкретно так устав.

Тем не менее, я был уверен, что оторвался. Почему я сбежал? Потому что вдвоём у той парочки вполне были шансы меня завалить. Удачный исход для себя я оценил бы в процентов сорок.

Особого значения нападению я не придал. После длительного противостояния с джином, более того, удерживания его, пока чертил печать, я был весьма ослаблен. Логично предположить, что именно в этот момент на меня кто-нибудь мог бы напасть, дабы поживиться. Один запечатанный джин чего стоил! За него можно было бы выручить тысяч восемьдесят галеонов. Это в теории. На практике обычно больше. Пойманные джины — это не то, что можно просто купить на рынке. Договор с джином, кстати, в зависимости от срока, стоит примерно столько же. Обычно, правда, по тысяче галеонов за года первого полувека, затем вдвое больше и так далее. Если проще, то любой срок вплоть до пятидесяти лет — тысяча галеонов за год, от пятидесяти до ста лет — две тысячи, потом три и так далее. Стандартная практика. Пленный же джин должен быть сначала подчинён, что очень нетривиальная задача. Поэтому-то договор лет на сто вдвое дороже пленённой сущности. Зато за джина-раба, то бишь уже подчинённого, можно выручить до полумиллиона золотых, то есть что-то около пятнадцати миллионов фунтов и, соответственно, что-то около семисот пятидесяти миллионов рублей. Это по нынешнему курсу фунт/рубль, как один к пятидесяти.

На всякий пожарный я решил свалить из Африки и затеряться. Вот бы ещё обскурика найти, но они последние десятилетия не появлялись нигде. Даже не знаю, хорошо это или плохо: с одной стороны, детей жалко, но с другой, мне бы обскур очень пригодился бы. Хотя, пожалуй, жажда силы, весьма, кстати, поутихнувшая, обычные чувства во мне пересилить не может, иначе бы я мог не постесняться и попробовать сделать обскура искусственно. Только вот мразью я пока не стал и, надеюсь, не стану.

В решении обмыть свою удачу, я решил отправиться во Францию на горнолыжный курорт, но передумал: Европа сейчас напоминала растревоженный улей. Магов ловили/убивали/свой вариант (П. А. Гы-гы), волшебники платили той же монетой, нападая на представителей правительства и массово используя Империо. При этом со стороны волшебников воевали «незаконные группировки», тогда как «законопослушные маги» не покидали территории магического мира.

Все эти нехорошие обстоятельства решительно подталкивали против посещения Европы и США, где, конечно, никаких беспорядков со стороны волшебников не было, но зато было не меньшее количество беспорядков со стороны маглов.

Забавно, но более-менее спокойно сейчас оказалось на юге Евразии, на востоке, а также в России. Но на юге мне делать особо нечего, да и местные проблемы никуда не делись, а на востоке не так давно я уже был, так что в качестве места отдыха я выбрал Россию.

К сожалению, те Сочи, которые я помнил из своей прошлой жизни, тут всё ещё не отстроили. Начали, конечно, но того огромного разнообразия, которое было раньше, сейчас не имелось. Зато добравшись до Урала, я был обрадован гораздо больше. Вот где можно было хорошо покататься, так это здесь. Вот умею же летать, а всё равно на лыжах нравится. Особенно фрирайдом, которым стал кататься лишь в этой жизни. Говоря совсем уж откровенно, то в прошлой я был не особо хорошим лыжником. Катался хорошо, да, но ничего выдающегося особо.

Развеявшись в горах, я… правильно. Попал. Снова. В том плане, что нашёл меня дорогой Салазар Слизерин и сделал предложение, от которого лучше не отказываться, хотя и можно.

— Отдыхаешь? — получив огненный выдох в лицо (да я чуть в обморок не упал, когда сзади, где ТОЧНО НИКОГО НЕ БЫЛО, раздался голос), Слизерин фыркнул. — Надо было тебя научить вежливости.

— Простите, учитель, — повинился я. — Сами понимаете.

— Я вообще-то больше не твой учитель, — фыркнул Салазар, садясь прямо в захрустевший сугроб. На температуру под минус пятнадцать-двадцать и наличие на собственном теле всего лишь лёгкой рубашки со штанами ему, видимо, было плевать.

— Почему же? Вы учитель, хоть и бывший.

— Твоё дело, — отмахнулся Основатель, решив, наконец, видимо, перейти к тому, ради чего он меня отыскал. — Скажи, когда ты собираешься создавать новый крестраж?

— Я не этого вопроса ожидал. Вообще, если честно, то пока даже и не думал. Но, пожалуй, в ближайшие пять лет. Мне будет спокойнее, если буду иметь ещё один. Просто решиться никак не могу.

— Понимаю.

Действительно. Создание качественного крестража гарантирует мне конкретный такой упадок сил. Можно, конечно, вложить меньше половины души, но глупо было бы так делать: чем мощнее хоркрус, тем лучше. Конечно, когда крестраж один, то такая ситуация несёт свои плюсы, ведь в случае смерти, душу притягивает к одному якорю. Весьма удобно. Так делали те же Основатели. Когда же подобных филактерий две и более, то скорее всего маг останется существовать примерно в том виде, в каком пробыл одиннадцать лет Воландеморт когда-то.

Впрочем, чем больше крестражей, тем больше гарантия собственного бессмертия. С другой же стороны, создание крестража — очень сложный и болезненный процесс. А ещё опасный. Чаще чем раз в пару лет его вообще только полный имбицил будет проводить.

Почему я хочу сделать свои филактерии крупными? Да, если сделать мелкими, то упадок сил будет небольшим, но чем мощнее филактерия, тем мощнее её… притягивающая сила. Пятёрка мастодонтов вроде моего Гримуара вполне способны будут вытянуть меня даже из другого мира, я так думаю. А ведь существует Преисподняя, откуда я призываю Адское Пламя. Что будет, если попасть туда?

Почему Воландеморт не стал слабосилком, наделав столько неслабых крестражей в срок меньше полстолетия? Ну, во-первых только самые первые его филактерии были чем-то стоящим. Та же диадема едва ли в себе несла серьёзный кусок. Да даже в медальоне, втором по счёту при создании, от изначального размера души хорошо если пятая часть имелась. Тем не менее, Тёмный Лорд пользовался кое-каким другим способом. Он не отсекал, а грубо рвал свою душу, за счёт чего она буквально «кровоточила». Это и было причиной того, что Том, будучи крестражем, подъедал мои запасы сил. Способ интересный, более того, очень эффективный, в конце концов за сто-двести лет душа точно бы восстановилась от ран, хотя в размере всё равно была бы хорошо если аналогичная первоначальному варианту. Единственные ощутимые минусы: безумие, да хаотичные колебания магической энергии, которые в общем и целом мало на что влияли, но часто могли сделать неприятный фортель вроде тела Воландеморта после возрождения из котла. Тем не менее, честно говоря, я предпочту упадок сил, чем к чертям порванную душу.

— Гм… учитель, давайте к сути что ли.

— Мы можем проконтролировать процесс и помочь. Мы — это я и Ровена. Впрочем, Хельга тоже. Годрик, сам понимаешь, в таком деле не особо нужен. Всё, чем он здесь поможет, мы с Рови сделаем лучше.

— У меня недостаточно некротической энергии…

— Подарю.

— И с чего же такая щедрость? — удивился я. — Чего от меня потребуется взамен?

— Стать… испытателем, — попытался обтекаемо высказаться Салазар.

— Испытателем чего? Нового рунического круга для призыва Архидемона?

— Я рассказывал тебе, куда делся Мерлин? — видимо, Салазару надоело, что ветер и окружающие звуки отвлекают от разговора, потому что в один миг вокруг нас возникла звенящая тишина.

— Ушёл в другой мир вместе с Кощеем, Эленелем и Аулузисом?

— Точно. Видишь ли, для Архимагистров здесь не слишком интересно. Они всё равно что боги. А мы, Магистры, где-то хоть и далеко, но на реальном расстоянии от такой силы. Ещё лет двести и мы сами попробуем уйти отсюда: нам тут просто нечего делать.

— Но у вас уже есть портал Архимагистров, они же оставили вам нужную информацию?

— Более того, они нам и саму систему оставили. Последнее время мы работали над тем, чтобы её запустить.

— Стоп-стоп-стоп! Вы хотите, чтобы я отправился разведать, дезинтегрируют ли ваши звёздные врата магов или нет?!

— Точно.

— Вы бы не предлагали, если б не могли меня убедить. У вас есть какие-то аргументы в свою пользу, не так ли? — логично, что угрожать уж он мне не станет: мог бы и кого другого найти добровольцем безо всяких угроз.

— Именно. Итак, первое, — с видимым удовольствием стал перечислять мой бывший учитель, — мы множество раз делали расчёты, проверяли теорию и моделировали ситуацию, так что у тебя будет наша полная уверенность в гарантированном успехе, — я кивнул, принимая такое. Салазару нет смысла лгать, а уверенность четырёх Магистров — это максимальная гарантия, которую я вообще могу тут сейчас получить. Она даже лучше, чем успешный тест вживую. — Второе, этой системой уже пользовались Архимагистры, — гм… аргумент той же природы, что и первый, только большей силы. — Таким образом ты в общем и целом можешь быть уверен, что выживешь. Далее. Тебе явно не нравится мысль, что ты не сможешь нормально колдовать в другом мире, ведь инфополе не станет отвечать на твои запросы и заклинания придётся плести с нуля, так ведь? — киваю. — Можешь расслабиться. Видишь ли, маломальски развитая аура, а она даже у многих Старших Магов уже такая, является носителем инфополя как такового. Сам продолжишь?

— Инфополе имеет почти бесконечную информационную ёмкость и проводимость… Учитель, скажи пожалуйста, а зачем мне вообще было учиться плести заклинания самостоятельно, если они у меня везде будут работать и всегда? — хмуро уставился я на явно пребывающего в хорошем настроении могущественного чародея.

— Потому что мы растили мага, колдуна, чародея: называй, как хочешь. Как ни назови, но уж точно не современного бездаря, — блин, как можно так весело и лучезарно улыбаться, говоря с таким холодом?

— Я… понял. Есть ещё аргументы?

— Вот и отлично. А насчёт ещё… у тебя не будет особо широкого выбора, но ты как минимум сумеешь предпочесть не меньше одного из полусотни-сотни миров.

— А от чего зависит…

— Теорию потом расскажу. Наконец, если ты не заметил, здесь набирает обороты Третья Мировая и она будет в том числе и магической безо всяких ограничений. До начала войны ещё есть пара-другая лет, но обстановка медленно подкатывает к пределу. Ты желаешь оказаться в этой мясорубке? Или думаешь, что сильный и талантливый маг вроде тебя сумеет отсидеться? — сволочь… попал в яблочко. Я именно на том уровне силы, чтобы «не суметь отсидеться», но также и не монстр вроде того же Слизерина, так что врежет мне знатно и, возможно, прикончит окончательно.

— Даже если так… — медленно начал я. — Помощь с крестражем… это всё равно слишком мелко для подобного.

— Вот здесь, — Салазар отдал мне весьма крупный лист пергамента, — кое-что для твоего Гримуара. Как минимум нечто подобное ты сможешь разработать сам лет через пятьдесят. На данный момент это не твой уровень опыта и искусства, а в некоторых областях и знаний. Кроме всего этого, я готов отдать тебе лично остатки от средоточия сердца Дракона. Ты должен понимать, что на Годрика не могло уйти всё, а Драконы слишком редки и сильны, чтобы ты мог найти и убить такого сам. Того же кусочка, который ты стащил в прошлый раз… там было ровно столько, чтобы начать у тебя формирование нового атрибута, но завершится процесс лет через пятнадцать и развивать ты его будешь ещё долго. Я бы сказал, очень долго. Ну так как?

«Детали,» — пришла короткая фраза. В последнее время нам с Томом не нужно было длинных диалогов, чтобы понять друг друга.

— Я хочу услышать детали.

— Изволь, — чуть поколебавшись, берусь за протянутую руку. Миг — и мы стоим в общей гостиной Основателей.

Дальше идёт жуть! Я предупредил!

Теория оказалась занимательной и, если честно, такой жоповывернутый окольно-извилистый метод действительно мог быть разработан лишь Архимагистрами. Переход был очень сложным действием сам по себе и в первую очередь основывался на теории бесконечного множества миров. Дальше — больше. Если миров бесконечно много, то вероятность существования любого из них, какой бы маленькой она не была субъективно, равна единице. Таким образом что? Правильно: любой мир существует и это аксиома. Если любой мир существует, то в него можно и попасть. Открыть проход можно куда угодно, главное — знать куда. И вот тут вопрос: как узнать координаты. При этом не просто трёхмерные, но ещё и множество других параметров, дабы попасть именно в нужную реальность, а не планету. В теории в нашей вселенной тоже может быть практически любой мир, но дотянуться до другой галактики — это многократно превосходящая даже уровень Архимагистров задача.

И вот тут в действие вступает инфополе. Если кто-то знает о нужном мире, то в инфополе есть информация. А учитывая, что любой, самый бредовый мир где-нибудь да есть, то нужно лишь найти связь между ним и информацией в инфополе планеты. В конце концов, ноосфера — она общая и для мультивселенной. Другое дело, что заставить колебаться ауру для подстройки под инфополе вселенной — это та задача, которую вряд ли реально выполнить вообще. Во всяком случае, с человеческой аурой точно.

Осталось решить лишь одну проблему: как отыскать тончайшую связь, которая практически неощутима, в чудовищной какофонии инфополя, где содержится информация за… гм… сколько там существует конкретно эта планета?

Новая теория! Информация копится слоями и сам процесс накопления происходит на «активном слое» в реальном времени. Чем «глубже», тем меньше «активность». Таким образом, «активная» в данный момент информация может быть представлена в качестве своеобразного «маяка». Собственно, если всё относящееся к конкретному миру имеет с ним связь, то огромное количество информации о нём в головах людей на данный конкретный момент или в небольшой временной промежуток лет в сто-двести вполне себе способен выступить и маяком, и связью. А там уже и не важно даже ничего: координаты-то имеются.

Учитывая, что всё это лишь очень-очень обобщенная… даже не теория, а рассказ, то сложность всей конструкции просто нереально представить. Пытаясь примерно смоделировать даже относительно грубые системы поиска в инфополе, а потом и всю конструкцию, я даже прикинуть-то, сколько же символов получится в такой хреновине, не сумел. Миллионов… двести? Ну… где-то в таком вот диапазоне, учитывая, что в инфополе данные хранятся нелинейно и комбинируются часто совершенно идиотским образом и часто попросту нечитаемым «форматом».

Почему же выбор ограничен всего сотней-другой миров, а не многими тысячами? Ведь каждая книжка, по идее, должна создавать отдельный мир, каждая история.

Тут проблема в том, что «чувствительность» у этой адской хреновины не особо большая: поиск нужных «маяков» и так невероятно тонкое и сложное действие, я уже не говорю о поиске связей с мирами через вселенское инфополе. Таким образом подходят только крупные относительно других варианты. Мелкие же маяки теряются на фоне остальных. Но это ещё что… если крупных будет слишком много, то они сами себя также засветят, перекрыв своими «сигналами» друг друга. Неприятная перспектива, а?

Конец мути.

Таким образом вариантов было хоть и много, но не так уж и сильно. Более того, большая часть из них мне вообще была непонятна. Пришлось отсеять почти восемьдесят процентов маяков, так как было в принципе неясно, в какой мир они ведут. Затем пошёл черёд просто неинтересных мне и… осталось всего около десятка вариантов, но тут следовало учитывать, что перемещаюсь я в собственном теле.

Крестраж новый сделали на досуге. Почти безболезненно, благодаря своевременной помощи, а также очень чисто. Поместили в Силь. Змейка должна была остаться в этом мире, я с Гримуаром — отправиться в другой.

Портал, что неприятно, находился не просто вне территории Долины, он вообще был вне территории Британии, так что обеспечить безопасность было сложно.

В критический момент перехода там остался только Слизерин поблизости, чтобы в случае чего нас воскресили уже остальные Основатели из Силь и Медальона.

В качестве моего нового мира на ближайшие, пожалуй, века, пока не наберу достаточно сил, чтобы открыть новый проход уже по известным координатам, которые-таки Основателям удалось адаптировать под удобоваримый вариант записи, передать в мой Гримуар, более того, создать схему… походного (ага, на сотню тысяч символов) портала, способного при наличии энергии (что-то около полувека работы Хогвартского источника на полной мощности) открыть проход по известным «координатам», если тот набор параметров вообще можно так назвать, мною был выбран один из самых известных ныне миров. Надеюсь, мои надежды на халяву в нём оправдаются.

Ну и, понятное дело, всё прошло не по плану. А вмешался один из тех двух вредных индивидуумов из пустыни. При этом вмешался он очень… неприятным образом. Система была очень тонкой и просто понавешать вокруг заклятий для защиты было нельзя. Работа портала же сбивала почти все чувства. Падла свалился прямо с неба, правда, явно не особо понимая ситуацию. Видимо, он просто хотел фигануть чем-то по временному рунному контуру, служащему основой для площадки перехода. Внешне эта штука действительно напоминала самодостаточную конструкцию (как раз пять процентов от того походного портала). Логично, что если вмешаться таким варварским способом в ритуал, то ничего хорошего как минимум для меня не было бы, только вот он не учёл, что с пространством творилось чёрт знает что, таким образом гадёныша затянуло вместе со мною… куда-то. В последний миг я, правда, успел заметить, как вокруг начинается хаос. Кажется, целые куски пространства в виде каких-то абстрактных трёхмерных фигур телепортировались? куда-то.

То, что моего неизвестного врага затянуло вместе со мной, я сообразил не сразу. Собственно, даже сориентироваться в самом начале было трудновато, если не нереально. Попытавшись понять, где я нахожусь, встаю и оглядываюсь, замечая вдалеке небольшой городок, окружённый деревянной стеной.

Когда я исчезал, то лишь в последний момент заметил смутную метнувшуюся в мою сторону тень, а в следующий миг уже стоял на лесной опушке. Впрочем, стоять оставалось недолго: что-то острое, жгучее и… кислое? Да, наверное, кислое: примерно так ощущалось кожей. В общем, нечто такое воткнулось под рёбра, а затем перед глазами мелькнуло узнаваемое, подросшее, но всё такое же раздражающее лицо, и я упал на колени, чувствуя знакомое ощущение предельной дозы яда василиска в крови…

Глава 2

— Правильно свалил, Билли, — прокряхтел я, шипя сквозь зубы от боли. На данный момент мною освоено всего что-то около половины от когда-то скушанного средоточия Василиска. Тем не менее, этого вполне достаточно для того, чтобы яд сей чудной змейки на меня не действовал совсем уж сильно. А если учитывать ещё и прошлый опыт, то я вообще бодрячком: всего-то адски больно двигаться, да в глазах двоится. Блин, ещё и тошнить начинает слегка…

Достав из сумки нужный флакон, вытряс в рот всё до капли. Грустно подумал, что Слёз Феникса у меня имеется ещё всего пять грамм. Впрочем, буду смотреть с другой стороны: целых пять грамм!

Да-да. Я просто так с Основателями не расстался! Среди Хогвартской Четвёрки не было идиотов, думающих, что от меня можно легко откупиться. В конце концов я шагал чёрте куда с не слишком большим шансом выбраться в случае смерти. Точнее, выбраться в ближайшее время. Так-то, лет за сто, к Силь меня точно притянуло бы… ну или за двести. Проблема в том, что Силь тоже смертна. Не от старости, но от того же меча Годрика — да. Хотя после перерождения её в яйце Василиска, она приобрела неслабый такой предел живучести. Только вот всё равно неуничтожимой её это не сделало.

Но я отвлёкся. Конечным моим гонораром было много чего.

Во-первых, «апгрейд» Гримуара. Конечно же, я бы не доверил свой крестраж никому, пожалуй, но это и не требовалось. Магистры в нём ничего ровным счётом не меняли, они просто проработали множество схем, объединили это всё и собрали в виде воспоминаний, которые затем уже я влил в бывший дневник. Пожалуй, я получил что-то близкое к окончательному результату всех тех длительных изменений моего основного ныне колдовского инструмента, которые я желал совершить и процесс которых только начал набирать обороты.

Но это было не всё, далеко не всё. Разработанная система контроля для пойманного джина также немало стоила.

Крестраж в Силь вообще получился на заглядение: ровно половинка души. МОЕЙ души половинка. То есть той, которая и так-то крупнее нормальной. Конечно, моя мощь несколько поубавилась и в первую очередь в плане выработки энергии, однако на моём поясе на длинной, но зато дважды закреплённой цепочке сбоку болтается книжка, которая содержит в себе десяток неслабых душ, да и сама имеет кусок моей.

Открыв Гримуар, я выбрал очередную страницу и мягко провёл по ней пальцами. Мне нравилось это ощущение. Не ощущение там бумаги или ещё чего, но чувство безграничной пафосности, когда прямо из-под кончиков моих пальцев появляется рунный круг из огромного количества мелких рун.

Аккуратно кладу клык, которым меня проткнули, внутрь страницы, словно погружая предмет в светящуюся рунную конструкцию. Блин, я пока ещё не привык, но это реально круто, когда страница вот так вот бежит рябью.

— О! Так вот, почему ты не стал меня добивать… — протянул я. До этого был чуть беспечен, однако раз враг сразу не убил, значит свалил.

Причина побега была сначала непонятна, однако потом стала ясна: лужа крови на земле. Мне повезло: я просто слегка пострадал при перемещении. А вот Билл (и почему я не удивлён, что он жив?), видимо, получил по полной. Во всяком случае оторванная по локоть рука, буквально перемолотая в фарш, точно наталкивает именно на такой вывод. Бедный Билли. Да он там едва не запинается сейчас, даже уйти-то вряд ли далеко успел. Хотя аппарировать можно в зоне прямой видимости, конечно. Ну да ладно, тут грех жаловаться. Он знал, что яд Василиска меня не убьёт, так что просто создал себе гарантию ненападения с моей стороны, дабы восстановиться. Логично и умно. Хоть и неприятно для меня, но умно. Видимо, кстати, от болевого шока он и сориентировался быстрее меня.

«Чёрт!» — пронеслась мысль, когда я сделал резкое движение. Видимо, Слёз было маловато. Ну да, я изначально имел два маленьких флакончика: даже их нелегко было стрясти со Слизерина. — «Ладно, за месяцок точно в норму приду, не тратить же второй фиал…» — подумалось мне, когда я уже взял курс в направлении городка.

Было раннее утро… а может уже и не особо раннее: шум из-за стен был прекрасно слышим. По дороге, пока шёл, то проверял своё состояние. Выходило неплохо. Каналы, конечно, чуть одеревенели, но я не собираюсь выпускать что-то вроде того Адского Дракона, которым я как-то сжёг акромантулов. На аппарацию мне и такого астрального тела должно вполне себе хватать. Да и с месяцем я, наверное, погорячился: поменьше времени уйдёт.

До городка я дотопал довольно бодрым темпом. Пусть тело и болело, но не настолько, чтобы обращать на боль внимание: главное — не делать резких движений.

Работоспособность заклинаний я проверял по дороге и, что радует, Слизерин не ошибся: все действительно работало. Единственное, что раздражало — лёгкая задержка в какие-то доли секунды. Неприятно, но не смертельно.

Встреченые люди на меня косились, но не лезли. Видимо, их удивлял мой необычный вид: сапоги, чёрные брюки из нескольких отрезков джинсовой ткани, бархатная рубашка навыпуск, всё расшито рунами. Поверху плащ-мантия, которая сейчас была похожа на стандартную, какую носили большинство магов Англии. Ах да, за спиной висел меч Годрика, чья рукоять выглядывала сбоку от капюшона.

Вид весьма… колоритный, особенно когда на мне нет ни единого пятнышка. Дырка от клыка василиска уже заросла сама собой после мощного Репаро. Оно весьма хреново работает с тканью, но если вложить много сил…

К счастью, речь оказалась знакомой: английский. Неприятно, конечно, чуток, что этот язык и здесь используется, но неужто я собирался услышать Великий и Могучий в мире, чьим творцом является англичанин?

Чтобы не привлекать сильно внимания, я заставил мантию несколько поменять цвет, дабы она перестала быть чисто чёрной. Сразу же сделался в толпе особо неприметным.

Итак, какие у меня планы на ближайшее будущее? Найти некоторые ингредиенты, сварганить зелье, очистить кровь от яда. Боль и неудобство при колдовстве — весьма неприятные симптомчики. Кроме того, следовало узнать, где я нахожусь. Может, ошибся миром (могло быть после фортеля Билла). А может временем. Если я в Средиземье, то что с Войной Кольца? Она закончилась? Или не начиналась? Хорошо бы, чтобы я попал ещё до этих событий, но с небольшим запозданием: где искать Бильбо Беггинса, я знаю, а отобрать Кольцо у него куда проще, нежели у Голума, который может сбежать и скрыться, где угодно.

Зачем мне кольцо? Очень смешно. Оно сравнимо с крестражами Основателей, когда души последних были полностью заперты в предметах. Целая душа существа, по уровню силы примерно как Магистр. Сильный Магистр. Боюсь, просто вытащить её я не сумею, как и поглотить, но ведь это только пока! Я не собираюсь её подчинять: не по моим силам. Нет! Я её поглощу. Только вот делать нечто подобное надо бы уж точно не в ближайшие сто лет, да и ритуал надо будет придумать, ибо, боюсь, моих силёнок на чудовище вроде Саурона не хватит ещё очень и очень долго. К тому времени сам уже к Планке Магистра приближусь, наверное.

С деньгами было не слишком густо. Я, конечно, брал золото, но его ещё поди разменяй! Да и серебро — тоже. Оно также весьма дорого стоило. Хорошо, что я метаморф. Уже через часик приметный человек, про которого начали ползти слухи, исчез, а вместо него появился похожий на местных парень с изменившимся лицом. Только и было выделяющегося, что чёрный плащ, тогда как большинство людей вокруг носили серый.

Часто средневековые города ругают за грязь. Наверное, так оно и есть, но здесь было относительно чисто. Впрочем, городом назвать данное место было бы… странно. Большая, огружённая частоколом, стоящая на возвышенности деревня. Не более того. Дороги неровные, частично поросшие травой, но не такая уж это и проблема.

В конце концов я полностью скрылся из видимого спектра, начав потихоньку слушать разговоры вокруг. Что можно сказать? Гм… о возвращении Саурона или Мордора никто не слышал. Разговоров о Мории также не шло. Варианты: я попал ещё до путешествия Бильбо, либо между ним и Войной Кольца.

К счастью, хоть мир оказался тем, который нужен: я был в Рохане. На восточной границе. Шир должен был находиться далеко на западе и мне предстояло туда добраться.

Для контакта с местными я выбрал второй свой образ, чтобы отличаться, но не сильно. Местная таверна нашлась быстро, благо была одной на весь город.

— Путешественник? — спросил хозяин. На мой кивок удовлетворённо потёр подбородок: — Я вашего брата сразу узнаю, и выглядишь ты не по-нашему, да и только чистенький больно. Заказывать-то что будешь?

— Похлёбку какую-нибудь и мяса с хлебом. Только ты это, хозяин. У меня денег нет… то есть ваших денег, — поправился я, выкладывая серебряную на стол. — Сойдёт? — тавернщик повертел в руках и попробовал на зуб, после чего вынес вердикт:

— За обед возьму. Ну и мелочи обсыплю на сдачу. Вина какого тебе? Или браги?

— Ты лучше воду дай, только вскипяти сначала… хотя можешь и простой притащить.

Пожав плечами на странное с его точки зрения пожелание, мужчина отправился куда-то за дверь, а вернувшись, махнул рукой:

— Скоро всё будет. Не расскажешь, чего там вокруг творится? Последний караван был, дай памяти, с месяц назад.

— То-то я смотрю, пусто у тебя.

— Это сейчас, вот вечером народ подсоберётся, — махнул рукой мой собеседник. С виду он напоминал… да чёрт знает кого он напоминал! Лысоват, чуть полноват, но крепкий, рост… на голову ниже меня, то есть метр шестьдесят примерно. Может — шестьдесят пять.

— Я ничего интересного вокруг не встречал, пока сюда шёл. Вряд ли тебе любопытно послушать про пыль на дорогах, — аккуратно выразился я. — Ты лучше скажи, никто на запад не идёт? Я бы присоединился, — идти самому глупо: я же ничего не знаю, местности, дорог, ещё чего… да даже местных цен! И трансгрессировать не могу: не был ещё нигде.

— Да я же говорю, не было никого уже с месяц, чай не столица мы! Хочешь, сдам тебе комнату: подождёшь попутчиков?

— Да понимаешь… вот щас какой год? — полуутвердительно спросил я.

— Семнадцатый, какой же ещё! — хмыкнул мужик. Как раз в этот момент открылась дверь и нам внесли еду. Мне — похлёбку, мясо и хлеб, как заказывал. Ещё кувшин воды. Трактирщик получил кружку пива или эля (не разбираюсь в них).

«Война Кольца началась в восемнадцатом…»

«Том, мы не знаем ни столетие, ни тысячелетие. Может быть сейчас тысяча семьсот семнадцатый?»

«Это проблема.»

«Вот и я о том.»

— А мне надо к восемнадцатому уже быть в Шире! — поднял я вверх палец.

— Шир? Что ещё за Шир?

— Слышал про хоббитов что-нибудь? Нет? Ясно. Это такие мелкие существа, похожие на детей, только уши длинные.

— Ты про гномов что ли?

— Да нет же! Хоббиты очень на людей похожи, только низкие, а гномы ещё и сильные, широкоплечие, приземистые и с бородами.

— А, ну ясно. И чего?

— Шир — поселение хоббитов, я там должен быть… в общем, должен. Он далеко на западе, намного дальше Мории.

— Экий ты… до Мории, почитай, месяц пути, только вот пересекать там туманные горы, говорят, плохая идея. Лучше идти между Изенгардом и Хельмовой Падью. Купцы так говорили. Говорят, недалёко от Изенгарда начинается торговый путь по Исене, это река такая.

— Вот поэтому и ищу попутчиков, чтобы впросак не попасть.

— Это правильно, конечно. Ну так чего с комнатой, снимать будешь?

— А сколько возьмёшь? — если до Мории месяц пути, то, коли я правильно помню географию Средиземья, до Шира должно быть напрямую примерно… втрое больше? Но с другой стороны, Изенгард намного южнее Мории, а значит путь увеличится минимум ещё на месяц. Итого четыре… стоп! Фродо и Сэм добирались до Мордора едва ли не год, а то и больше. Они, конечно, хоббиты и мелкие, но… Я придурок! Тавернщик имеет ввиду нормальный вариант путешествия в этом мире! Кони! И нормальную скорость хода. Уверен, лёгкий гонец на хорошем скакуне вдвое, если не втрое быстрее доберётся, а так-то на лошади должно быть не слишком быстро, километров десять в час, притом ей надо отдыхать едва ли не больше, чем людям. Чёрт, как сложно-то…

— Это ещё что… — что называется «упс…» Увидев, что воду кипятить ради меня не стали, я, пока думал, нагрел жидкость рукой.

— А… ну, я маг… немножко, — улыбаюсь. Здесь нет Статута, так что ничего страшного, наверное.

— Маг? Вот так диво…

«Странно, почему он не расспрашивает или показать не просит? Здесь магов мало и они особо не демонстрируют чудеса…» — Том как всегда наблюдателен.

— Эй, — я чуть толкнул задумавшегося собеседника в плечо.

— Знаешь, маг… а ты лечить умеешь? — вдруг спросил он.

— Эм… тут смотря что. Рана или болезнь?

— Болезнь… племянница моя, восемь лет всего. Никто и не знает, что с ней, коли поможешь, то так комнату отдам и кормить буду! Или деньгами возьми…

— Стоп! Стоп! — Машу рукой. — Давай так, я посмотрю и скажу, смогу ли помочь чем-то, хорошо? Здесь она?

— Нет, но всего два дома рядом, — я как раз закончил сооружать небольшой бутерброд из остатков мяса.

— Сейчас?..

— Да пошли! Чем скорее, тем лучше!

Тавернщик успел дважды с кем-то поздороваться. Действительно, большая деревня.

«Ну и что будешь делать?» — ехидно спросил Том.

«Ч-чёрт…»

Действительно. Я, как целитель, больше специализировался на всяких ранениях. Хельга подтянула меня хорошо, на уровень мастера где-то, но мастера специфичного. Магия не заживляет всё сама собой. Целительство — это сложное искусство примения нескольких сотен специфических заклинаний и разных зелий. Естественно, что у медиков есть свои области. Моя — ранения. Срастить, вправить, ещё что-то…

Минут пять я водил над ребёнком руками, пытаясь определить, что с ней. Конечно, примерно было и так понятно, однако сейчас лето и подхватить воспаление лёгких… но другого диагноза поставить у меня точно бы не получалось.

— Да что за чёрт… — выдыхаю.

— Что случилось? — обеспокоено спросил тавернщик, которого, кстати, звали Бромом.

— Вот и я не понимаю! Есть такая… болезнь. Она очень похожа на простуду, только намного сильнее. Вот только я не думаю, что летом можно и обычную-то подхватить…

— Нет-нет! — тут же вступила мать девочки. — Наверное, всё правильно! Мига тогда купалась на реке, утром. Ещё по весне это было. А потом дождь сильный полил. Дожди-то ещё холодные шли. А она…

— Ясно! — отмахиваюсь. — Чёрт, и что же мне с тобой делать? Ладно уж… — достаю из сумки бодроперцовое, укрепляющее и общезаживляющее. — Воды мне принесите… — фырчу.

Естественно, выдавать порции зелья высшего качества я не собирался. Смысл давать восьмилетней девочке такое? Ей должно хватить и разбавленного. Вот будь тут взрослый мужчина, я бы ещё подумал…

После того, как в мелкую удалось почти насильно влить первые два состава, я распылял общезаживляющее по комнате. Тоже, понятное дело, разбавленное. Заклинания накладывать даже не пытался: не мой профиль совсем.

— Водой поить только кипячёной и тёплой. Можете давать мёд с молоком. Молоко тоже горячее, — чёрт знает, насколько это может помочь, да только я всё равно нихрена не смыслю. Одна надежда на зелья…

У Брома я прожил чуть больше пары недель, успев даже чуток подзаработать. Или не чуток… целительство оказалось делом выгодным. Чего я тут сидел, в этом городишке? Потихоньку подчищал кровь от излишней дозы яда Василиска и набирал ингредиенты. Зелий у меня было не так уж и много, уж точно не на все случаи жизни. Варка новых — дело полезное. Вообще, имея в запасе чуть больше года, надо было бы поспешить, однако лучше полностью вычиститься от яда. Да и местные деньги мне не помешают, ибо галеоны и сикли лучше всё-таки оставить при себе по нескольким причинам.

Отправиться через две недели получилось весьма удачно. Пожалуй, пройди ещё неделька, и я бы пошёл в одиночку, но, к счастью, наконец-то появился небольшой караван, к которому удалось прибиться. Не так, чтобы выгодно, но неплохо. Кормят меня они, денег не платят, но если кого лечить надо будет, то за каждого человека отдельная сумма.

Удивительно, но считая такие условия не особо удачными, я ошибся. В течение тринадцати дней, которые я пробыл с этим караваном, через меня прошли аж четверо. Три человека были со всякой мелочью, но один серьёзно так покалечился и на этот раз именно по моему профилю.

«Такими темпами нам и тратить-то ничего не придётся,» — фыркнул тогда Том.

«Согласен,» — я до сих пор пытался подсчитать, сколько же может получать в этом мире целитель.

Нет, конечно, мешка золота мне за сращенные руку с ногой (упал со скальной тропы в предгорьях), плюс конкретно так ушибленную голову (череп повредил) не отсыпали, но даже две золотые монеты за всех — это нехило так. Насколько я успел понять ценность золота здесь, этого мне хватит на нормально пожить с пару недель. То есть снимать жильё, платить за еду… Я, конечно, человеку жизнь спас, считай, но даже так, пожалуй, можно неплохо зарабатывать.

Караван шёл в Гондор, что мне было несколько не по пути, поэтому достаточно быстро я с ним всё-таки расстался, однако уже через пять дней прибился к новому, идущему, на этот раз, куда нужно.

Обоз был чрезвычайно крупный, а купцу не хватало воинов. В отличие от прошлых, шедших по относительно спокойным землям, нынешние мои попутчики рисковали подвергнуться нападению горцев, народа, который роханцы почти уже вытеснили с равнин. Кроме того, примерно там же недалеко обитали и несколько племён орков. Весьма проблемные персоны.

Напали, как, видимо, и рассчитывали, неожиданно. Прямо на рассвете. К тому моменту шёл уже четырнадцатый день, который я провёл с этим караваном. Мы как раз подбирались к Изенгарду. Ошибочно полагать, что это всего лишь крепость. Нет, там имеется и некоторое количество обычных людей. Эдакий городок, неплохо живущий, между прочим. На магов рискнёт напасть только идиот, так что жители чувствовали себя в полной безопасности и, в общем, занимались либо ремёслами, либо торговлей, обслуживая караваны. Ну и, конечно, немалая часть связывала свою жизнь с магами. Не магией, а магами. То бишь, обслуживала частично крепость, переписывала свитки…

До Изенгарда как раз оставался день пути, когда произошло нападение. Удачный расчёт: около крепости люди расслабляются, да и рассвет… не стоит думать, что кто-то спал, вовсе нет! Те, чья смена сейчас была, достойно её несли. Люди не настолько тупы или жалки, чтобы не суметь побороть сон несколько лишних часов. В крайнем случае холодная вода в лицо вполне себе помогала.

Я как раз оказался в этой смене. В данный караван я попал, как воин, так что и подчинялся тоже командиру охраны. Ну а он, не будь глупым, ставил меня в самые противные вахты и вообще старался свалить побольше трудностей, выгораживая своих людей. Хорошо ещё, что не сильно наглел. Так, по мелочи всякое было. Вот как сейчас, к примеру. Ну или котёл мыть всё время посылали… причина была, конечно, важная — своего не было, а раз питаюсь из чужого, то надо же как-то возмещать. В принципе логично. Я особо не возникал, в конце концов, нахрена мне проблемы? Помыть котёл лень? Эванеско в помощь! Дежурить перед рассветом и в рассвет? Ну… капля тонизирующего зелья спасала вполне. Не заставляли же меня за чужими лошадьми ухаживать, право слово! Меру мой временный начальник знал чётко и не переступил ни разу.

Отношение с… коллегами было ровным. Кому-то я не нравился, кому-то наоборот, но никто не докучал. Шли и шли. Блин, вот что плохо в средневековом мире, так это скорость событий. Скучно. Скучно. Скучно. Пока что я этим только наслаждался, да и время свободное было, в конце концов два потока сознания позволяли одновременно и управлять телом, и заниматься, так сказать, своими делами, однако, зная себя, лет через… несколько, пожалуй, мне захочется движухи. Пока что я от неё устал: ещё, пожалуй, лет с семнадцати прошлой жизни она не прекращается, постоянно надо было что-то делать. Теперь можно отдохнуть, но «предел отдыха» у меня тоже есть!

Что касается нападения, то были это горцы. Много. Пожалуй, их бы хватило, чтобы перебить всех, в случае эффекта неожиданности, который вполне себе был, однако кроме простых людей, был ещё я. Щит на себя, бузинную палочку, пусть и не «мейд бай смерть», — на противника.

— Бомбарда Максима! — забавно, но при произношении вслух, задержка для заклинания, вызванная отсутствием в мире инфополя и наличием его лишь во мне, исчезала. Вообще-то, должно быть наоборот, так что мне ещё разбираться и разбираться с этим эффектом. — Бомбарда! — вообще-то, пожалуй, я бы не стал сходу кидать такими заклятьями: сказалось бы относительно мирное прошлое, где бегущие на тебя откуда-то издалека люди врагами особо не воспринимались, но стрелы сверху расставили все точки над «ё». Одна попала мне в плечо, но соскользнула с защиты. — Бомбарда Максима! — блин, будь я в своём мире, долбанул бы Адским, но я совершенно не представляю, что именно будет представлять из себя это заклинание здесь. Оно основано на магии призыва, а что оно призовёт в Арде? Что тут находится на месте Преисподней? И сработает ли оно вообще? Только вот мне бы что-нибудь массовое всё равно не помешало бы.

— Редукто Гранамагикум! — Что-то около сотни заклятий, большинство мимо, но некоторые попали. Только вот я был хоть и не пуст, однако весьма близок к данному состоянию. — Экспелиармус! — оно работает не только против палочки, хотя мощное, конечно, тратит много сил.

В общей сложности я вынес почти тридцать человек. Серьёзно, учитывая, что всего нападало около двухсот.

До этого некоторые наёмники смеялись, что «купец нанял фокусника». Теперь замолчали.

Доля в добыче… понятие такое, конечно, есть, но только среди своих. Так-то, кто успел первым обобрать труп, тот и молодец. Я даже и смотреть не стал: ну в самом деле! Никто же из этих несчастных горцев не попёр с собой деньги? Глупо ведь! А зачем мне всё остальное? Оружие, элементы доспехов, одежда… подобные вещи я с Земли взял, а если на продажу, то замучаюсь ведь!

От Изенгарда я пошёл уже один. Заходить к магам желания пока не имелось, так что, получив свои деньги, весьма немаленькие, кстати, за охрану и за лечение, полетел. Странно, но здесь, в Средиземье, крылья не работали.

«Знаешь, сначала Адское Пламя, теперь Крылья…»

«Единичные случаи в силу объективных причин.»

«Я так не думаю. Это начинает становиться статистикой. Да проверить остальные заклинания…» — Этот разговор настал уже после Изенгарда.

Что интересно, Том оказался прав. Многие заклятия не работали, как надо. Точнее, они не сплетались. К примеру, Люмос. Я ещё не пользовался им здесь, в этом мире, а сейчас, попробовав, понял, что «моё» инфополе его не формирует нормально! Однако, что странно, сплетя его самостоятельно, я добился нужного результата.

Это было странно и несколько даже пугающе. Целых двое суток я потратил на проверку заклинаний, всё больше впадая в уныние. Больше половины! ПОЛОВИНЫ! При этом без какой-либо системы! Это же… БРЕД!!! Но так было. Сплетая их самостоятельно, я добивался результата, только вот если на Люмос у меня уходило секунд восемь-десять, то на Петрификус Тоталус — столько же минут! Неприятно, не правда ли? А уж мне-то как! А я, дурак, думал, что только с крыльями такая вот фигня: проверял ещё в самом начале. Думал, это из-за весьма точного и сложного построения и использования пространственной магии. Тьфу!

К счастью, такие магические плетения являются достаточно хрупкой штукой, чтобы при таких вот искажениях вообще ничего не выдавать, а то ведь меня могло и развеять просто, взлети я на таких вот, «подрезанных» Крыльях. Но я, конечно, дал маху: проверить такой важный момент лишь теперь!

К сожалению, запас сил был маловат. Тем не менее, я сумел за сутки преодолеть втрое больше, чем шёл ранее. Такими темпами я успею за месяцы до начала войны.

Скрытый мантией невидимкой, я летел и летел, раз в пару-другую дней, обычно, отдыхал. Естественно, привалы я устраивал часто: нужно было восстанавливать силы, да и банально спать, есть и так далее, однако делать большие привалы на сутки и больше я старался не чаще чем раз в семьдесят два и более часов. Заодно и дорогу уточнял.

Ещё целых три долгих месяца мне потребовалось, чтобы добраться до Шира. За пару километров я приземлился и пошёл, как человек. Для немногих, кто мог за мною наблюдать, я просто возник из воздуха. Ранее мне казалось, что я приземляюсь на пустынное место, но шорох в кустах и мгновенная концентрация на магическом восприятии пространства, убедили меня в том, что меня-таки выследил… ребёнок. Хоббиты и вправду бесшумны.

— Простите, мистер, не подскажите кое-что? — остановил я на секунду одного хоббита, которого встретил спустя двадцать минут неспешного хода.

— Я слушаю?

— Где тут проживает некий Бильбо Беггинс. Весьма известный персонаж, насколько мне известно.

— Ах этот! Да, знаю. Никак не может усидеть на месте, как все нормальные хоббиты. Ну конечно! Он же из Туков! Все они такие…

— Прошу прощения…

— Да чего там! Идёте вон туда, затем налево. Метров сорок пройдёте, а там спросите у кого или сами найдёте! — фыркнул полурослик, поворачиваясь. — Простите, а вы по какому… что за ерунда?.. — удивился он, когда никого не обнаружил. Гы-Гы, а это забавно… мантия-невидимка — вещь! Оп-па! Опять этот ребёнок! Или он подросток? Ч-чёрт… ладно, мне-то какое дело! Пойду потихоньку, пройдусь. Даже если он предупредит Бильбо, то мне-то что станется? Ну не сбежит же от меня этот хоббит?

Пройдя до нужного места, я действительно вскоре нашёл дом Беггинса: почтовый ящичек был подписан. Правда, там были ещё два имени, но Бильбо Беггинс также значился чуть ниже. Аккуратно открыв калитку, постучал.

— Эм… здравствуйте, вы Бильбо Беггинс? — что странно, обычно реальные разумные выглядят похоже на актёров их сыгравших, а тут явно другой тип.

— И вам доброго дня, — приветливо кивнул мужчина, больше смахивающий всё же на ребёнка… хотя скорее на карлика, однако он всё равно был весьма органично сложен. — Нет, я Бунго, но сейчас позову Бильбо. Что этот паршивец опять натворил… Вы, кстати, по какому поводу? — гм… друг его что ли? Да, наверное друг какой-то.

— О! — я был несколько сбит происходящим, но продолжал играть. — Видите ли… мой друг… точнее знакомый, Голум… он одолжил Бильбо одно кольцо.

— Ясно, опять играет во что-то непонятное… Ещё и про каких-то исчезающих людей рассказывает сегодня! И что же мне с ним делать, а?

— Я Бильбо! Здравствуйте! — вышел к нам… подросток?! — Вы меня искали?

«Побаивается, видишь? Руки трясутся.»

«Томми…» — мой «голос» звучал вкрадчиво и даже несколько ласково, — «Ты тупой что ли?! Ты глянь! Этот… этот… он ПОДРОСТОК!!!»

— Ч-чёрт! — я не сдержал эмоций и отступил на шаг. — Простите, я видимо обознался… скажите пожалуйста, какой сейчас год? — ну вдруг просто тезка, а?

— Две тысячи девятьсот семнадцатый, сэр? — недоумённо пожал плечами хоббит. На секунду он обернулся, встретившись взглядом с… сыном, видимо, а когда они оба вновь посмотрели на меня, то я уже стоял под мантией в режиме невидимости.

— Я говорил! Говорил! Это дух был! — воскликнул парень. Впрочем, какой он к чёрту парень! Родился ведь вроде в восемьсот девяностом…СТОП! Это что же выходит? Если его путешествие было в сорок первом, то ему тогда уже пятьдесят один год был?!! Ну и горазд же! Но в фильме он выглядел максимум на двадцать же! Да и сейчас в двадцать семь я бы ему дал лет пятнадцать! Ну хоббиты и горазды… долгожители мля.

«Чем займёмся?» — спросил Том, пока я цедил местное «вино» в таверне. Вот ни разу не пил алкоголь и вообще не собираюсь, но это… вино, оно никакое не вино вовсе. Просто сгущеный виноградный сок. Никакого запаха нету. Даже полив чуток на ранку, ничего не почувствовал. Ну вот нет там спирта… или содержание не больше пары-тройки процентов, а скорее всего даже меньше.

«Чёрт его знает. Конечно, радоваться надо, что хоть не на тысячелетие раньше попали, но блин! Обидно-то как!»

Действительно. Местные всё время говорили «семнадцатый год». Ну я и уверился, что это три тысячи семнадцатый, а не две тысячи девятьсот… Чёрт!

«Ты забываешь о плюсах.»

«Да какие тут могут быть плюсы?! До Войны Кольца целых… гм… сто лет? Да! Ровно сотня!»

«Тебе самому-то уже полвека в общей сложности скоро будет.»

«Да! Всего-то и надо, что подождать две с половиной прожитых жизни! Ой, какая малость!»

«Зато сил накопишь, подготовишься… но я не о том.»

«А о чём?» — чем дольше я с Томом, тем более похожими мы становимся. Похожа наша речь, выражения… но мы всё равно разные, иначе бы он во мне уже растворился бы. Забавно… он существует, пока в наших личностях остаются серьёзные различия, поэтому всеми силами старается эти различия сохранить. Окончательный этап и результат нашего тогдашнего слияния — исчезновение его во мне. Может не сейчас, но через двести, триста, четыреста лет…

«Дракон, придурок! Дракон!»

«Дракон… СМАУГ!!!» — понял я. Настроение сразу поползло вверх. — «Целый Дракон! Только наш!!! МОЯ ПРЕЛЕСТЬ!!!»

«Эй… Алекс…» — Том называл меня так, чтобы я быстрее привыкал использовать именно это имя. Именно им я представлялся здесь. — «Будь добр, не шути так в ЭТОМ мире.»

«Хех, ладно. Не бойся. Да и вообще, если у меня появится ещё одна шиза, то у тебя хотя бы будет, с кем поговорить!» — даже несколько весело заявил я ему.

— Ещё кружечку? — подошла милая девушка. Я задумчиво глянул в сторону веселящихся хоббитов, танцующих в данный момент на столе.

— Лучше закусить чем-нибудь. Хотя от ещё одной кружки не откажусь. А вообще, знаешь, красавица, можно я сразу бочонок возьму? Давно такого вкусного сока не пил. Ой, то есть вина! — шутливо поднимаю руки, смотря на притворно нахмурившуюся девушку.

— Можно, конечно, почему нельзя? Я принесу… — заметив чуток тоски во взгляде, я тут же заявил:

— Не нужно! Я возьму сам! Не дело девушке тяжести таскать!

— Спасибо! — тут же просияла официантка, махнув мне следовать за ней.

«Том! Я точно адаптирую Вечную Трансфигурацию для создания этого сока!»

«Ты даже золото сделать не можешь, куда тебе составные вещества, придурок…»

«Там скорее вопрос энергии, а составные вещества можно делать по образцу, как гранит.»

Да, с золотом была проблема. Вообще, проблема этого заклятия была весьма и весьма неприятная. Оно просто в геометрической прогрессии тянуло энергию, в зависимости от атомарного веса вещества. Золото, кажется, имело в среднем что-то около двухсот относительных атомных единиц массы и жрало силу в таких количествах, что производить его так было попросту невыгодно. Но это ещё что! Поймать пару десятков душ и можно, в принципе, собирать урожай каждый день. Тоже в пару десятков… грамм. Хрень была ещё и в том, что чем дальше в таблице Менделеева, тем менее чистыми вещества получались. На каждые пять-семь атомов того же золота выходило примерно по два-три атома изначального вещества. Таким образом всё было хреново, весьма хреново. Философский камень как раз и был ценен тем, что каким-то образом нивелировал эффект дестабилизации процесса трансмутации вещества. Ну, ещё он, понятное дело, каким-то образом заменял всю рунную схему заклинания, которое мало кто знал, пока я его не «восстановил».

Вообще, использовать Вечную Трансфигурацию было оправдано лишь до сорок первого номера таблицы. Всё, что после Ниобия, уже реально лучше бы поискать самостоятельно. Кроме Радия и Палладия. Они по сложности как раз были сравнимы с Ниобием.

Из Шира я ушёл довольно быстро, подавшись в Ревенхольм. Относительно крупный город недалеко от Хоббитании. Что делать, я пока не особо соображал, так что потихоньку брался латать травмы, дабы было, что поесть и где поспать, так как свои деньги тратить всё же не хотелось. Вообще как-то не хотелось тратить ничего из своего родного мира, пусть и не весь я конкретно с той Земли.

Когда очередной купец мне предложил сопровождать его караван, я согласился. Почему бы и нет? Деньги платят, осесть я не успел, время… вот уж чего у меня сейчас в достатке!

Так началась у меня карьера наёмника. Сначала один караван, потом другой. Не часто, но всё-таки приходилось участвовать в стычках, где мощная дальнобойная поддержка была как раз кстати.

Через пять лет, которые, в общем-то, пролетели относительно незаметно, меня принял к себе небольшой отряд наёмников. Небольшой, но серьёзный. Тринадцать чело… разумных: шесть гномов и семеро людей. Забавно, но здесь я как раз начал нормально пользоваться мечом, как и учил Годрик. Слегка вибрирующий в руках клинок, покрытый золотой плёнкой, легко прорубал доспехи. С некоторым усилием и щиты. В тридцать первом году пришлось расстаться с новыми друзьями: у гномов чего-то стряслось и они отправились в Голубые горы. Всё бы ничего, но двое парней из людей решили вернуться в родные места и осесть, а, учитывая, что с момента моего появления ещё один человек успел погибнуть, отряд просто распался. Меня к себе звали и гномы, и люди, но появилась ещё и третья сторона: Наместник Гондора.

Путешествие из Эдораса, где мы тогда находились, в Минас Тирит, заняло восемь суток верхом. Как оказалось, лошадь — на удивление комфортный вид транспорта, если особо не гнать. Позади седла пристёгиваются одеяла и мягкий груз, в случае чего можно, в принципе, даже откинуться на спину. Если расслабить поясницу, то уставать она начинает лишь через несколько часов, так что передвигаться на лошадях было весьма удобно.

— Ну всё, Шога, — глажу коня по морде, давая ему яблоко. Вообще, ухаживать за лошадьми я сильно не полюбил. Да и мало кто вообще любит, однако, как выяснилось, Эванеско неплохо чистит шерсть, а расчесать можно и вручную, не помру. Оставалось покормить, да напоить. Не так уж и сложно, если подумать. Отойдя к ручью, телекинезом собрал шарик воды, прокипятил и заморозил, положив в рот. Очень неплохо в такую-то жару. Бедные мои спутники: у меня есть мантия-невидимка, слегка регулирующая температуру, а у них… — Далеко ещё до Минас Тирита? — спрашиваю.

— Не слишком, примерно полсуток пути. К вечеру точно доберёмся.

Вообще, Эдорас — это вроде как Рохан, точнее, роханский город, но я не подданный короля Рохана, а просто наёмник… уже весьма известный в определённых кругах. Логично предположить, что Эктелион, нынешний правитель Гондора, пожелал позвать меня для найма. Детали не разглашались, мне сказали, что Наместник желает обсудить их со мной лично, однако сумма внушала.

Мне самому делать особо было нечего, потому я и занимался наёмничеством, попутно собирая разные травы и редкие растения, либо вещества для зелий. Можно было, конечно, отправиться за кольцом самому, вот только зачем, если его и так Бильбо вытащит?

В то, что кольцо к хоббиту попало случайно, я не верю. Случайности не случайны, а эта случайность — в особенности. Голум живёт чёрт знает где и помешан на своей прелести, ему больше вообще ничего не надо. Логично, что с таким хозяином колечко ещё долго не сможет ничего сделать, а тут вдруг такая удача! Хоббит! Ещё бы оно осталось с Голумом!

Минас Тирит впечатлял. Очень впечатлял. Это было титаническое сооружение, огромная крепость-город. Невероятная твердыня.

Гигантские резные ворота с множеством вырезанных фигур и оббитые железными полосами были распахнуты, когда мы подъехали.

Улочки города были узкие, но чистые и прибранные, не воняли, люди все опрятные и даже если одежда была вся сшита и перешита, всё равно оставалась чистой, а это показатель.

Пока мы ехали, я всё пытался выкинуть из головы мысли о Билле. И чего его вспоминаю?

Первые пару лет после разочарования с Широм, я искал бывшего друга, чтобы… да даже и не знаю! Убить? Вот уж дудки. Зачем? Мы не враги в общем и целом. Возможно, чтобы договориться? Заключить договор о ненападении? Непреложный обет? Да, наверное. Только вот поиски к результату не привели. Даже сейчас, спустя больше десятка лет после нашего попадания в этот мир, когда я уже успел заиметь неслабую известность, о Билле так ничего и не слышно.

Скорее всего он погиб и давно. Учитывая, сколько крови я нашёл после того, как оправился от удара, его должна была добить трансгрессия, а ведь он сделал далеко не одну, ведь телепортироваться мог лишь в пределах видимости! Другими словами, Билл мёртв. Это только в сказках и комиксах герои и злодеи бессмертны, а у меня жизнь всё-таки.

Знаменитое Белое Древо… ёк-карный бабай! Что же это за штука такая, что так сияет, стоит лишь слегка сосредоточиться?!

Открываются двери в тронный зал, я прохожу внутрь, предварительно сдав «оружие». Точнее, ту бутафорию, которую таскаю, чтобы была на виду. Клинок Годрика в ножнах Блеков.

Вообще, Гриффиндор был единственным, кто отдал мне свой крестраж…

— Учитель, вы уверены?!

— Гарри, пойми пожалуйста одну вещь: все мы смертны. Только вот никто не хочет умирать, ни я, ни Ровена или Салазар, ни ты. Крестражи — невероятно опасная и, в общем-то, не самая этичная магия, но самая надёжная в плане сохранения бессмертия. У меня есть всего один крестраж, но моя душа уже давно восстановилась, я вполне себе могу создать новый. Только вот ты забываешь, что в мире скоро начнётся война. Я спрячу свой новый сосуд как можно надёжнее, но класть все яйца в одну корзину глупо, даже если корзина — целый мир.

— Я… понимаю, — медленно киваю, вспоминая, что Воландеморт в каноне тоже ведь потерпел поражение, несмотря на наличие семи крестражей.

— Отдай этот меч достойному воину, не хочу, чтобы мной владело ничтожество.

— Ты не хочешь, чтобы я тебя возродил?! — удивился я.

— Я поработал над мечом, исправил ошибки, как и все мы. Каждая рана, которую он нанесёт, даст ему капельку силы. Когда-нибудь он сам вернёт меня.

Тронный зал Минас Тирита был красив, очень красив. Высокие потолки, чёрные колонны, прекрасно смотрящиеся на фоне преобладающего белого. Ничего золотого, только чёрный и белый мрамор. Между колоннами — статуи королей. Впереди на возвышении огромный пустующий трон, который дальше по стене продолжался узором древа, а справа — трон, больше напоминающий кресло. Единственный предмет, сочетавший в себе золото. Там и сидел Наместник.

— Приветствую тебя, Эктелион, сын Греймделя, владыка и Наместник Гондора! Ты просил меня явиться к тебе, — поклон, но не в пояс: обойдётся. У магов особый статус и пусть даже я не вхожу в Высший Совет, я всё равно один из немногих чародеев. Сколько их тут всего? Саруман, Гендальф, Радагаст, Владык эльфов считать не будем… ещё Гендальф говорил о паре синих магов, плюс девятка Назгулов и Саурон. Вроде всё? Итого пятнадцать? Я шестнадцатый. Ах да, ещё загадочный Некромант из Дол Гулдура. Пока даже непонятно, не будет ли это Саурон или Ангмарский Король-Колдун, предводитель Назгулов.

— Тот самый маг, о котором многие говорят нынче, — встал с места правитель Гондора и прошёлся со своего небольшого возвышения прямо до меня. Остановился в паре метров и смерил меня взглядом. — Алекс…

— Просто Алекс, Наместник. Не сын кого-то, ни титулов, — я сделал пару шагов в сторону, показывая на подсознательном уровне, что не собираюсь просто стоять на месте и ничего не делать. Если я замру, а он будет свободно расхаживать, то мною будет занято подчинённое положение чисто психологически.

— Как пожелаешь. Говорят, ты не только воин, но и искусный целитель?

— Только касательно ран, в остальном я не так уж искусен.

— И тем не менее. Я желаю, чтобы ты служил мне.

— Великодушно прошу простить, но я не могу принять столь щедрого предложения. Я никому не принесу клятву верности, будь то вы, либо кто-то другой.

— А если это не просьба? — на меня испытывающее посмотрела пара карих глаз.

— Тогда… — исчезаю и появляюсь в стороне, продолжая говорить уже оттуда, заставив Эктелиона дёрнуться от неожиданности, — …Мне интересно, как вы меня собираетесь ловить?

— Вот оно как… — кажется, первый раунд я выиграл. Почему я вообще вожусь с этим маглом? Во-первых, мне не нужно во врагах всё королевство, одно, кстати, из сильнейших в Средиземье. Точнее даже сильнейшее. После падения Мордора, именно Гондор сохранил армию достаточную, чтобы сломить все оставшиеся королевства людей, и, наверное, так бы и сделал, если б кроме людей в Средиземье не жило ещё и эльфов с гномами, которые не разорвали старые союзы, а позже и Гондор ослаб, особенно после исчезновения королевской династии. Только вот до сих пор именно это королевство считается сильнейшим в Средиземье и способно сокрушить любое другое. Вот только сейчас сражаться с Роханом невыгодно, и идти на северо-запад невыгодно, ибо там Изенгард, орки и Энты. В общем, всякая нечисть. Плюс, проклятая гора и недалеко тусуются горцы. Кажется, Наместники пытались туда отправлять войска… деревья не любят, когда их рубят на дрова, а все остальные устроили Гондору жёсткую партизанщину, да и чисто условно те земли принадлежат всё же Рохану, так что Гондор отступил. — Но контракт ты готов заключить?

— Контракт?

— Орки, они… устраивают неприятности на западных границах. Я хочу туда отправить отряд воинов и буду рад, если в него вольётся чародей.

— И сколько же мне там быть?

— Три года…

Десять тысяч золотом за всё время — деньги неплохие. Даже очень неплохие. Кроме того, Орки вообще-то ребята сильные и опасные, а потому известность там также можно приобрести, так почему бы и нет?

От людей я старался держаться особняком, мой характер стал несколько жёлчным. Мне стало надоедать уже ждать. Подумывал даже собрать отряд наёмников и самому отправиться к одинокой горе, только вот не уверен, что мы сможем туда влезть без ключа. А ключ у гномов. Да и если влезть, то как мочить Смауга? Помню, его должны были завалить какой-то стрелой, вроде как она пробивает драконью шкуру. Чудесно, только это не отменяет того факта, что основная цель всё-таки кольцо, а не сердце дракона. А чтобы получить кольцо, надо отправиться с гномами и особо не выделяться, дабы более-менее всё прошло гладко. А получив колечко, проще уже пойти и дальше с Торином, подождав, пока они грохнут Смауга. Или помочь грохнуть ящерицу…

Охота на орков была долгой и не самой простой. Пожалуй, я бы ещё поспорил, кто на кого охотился. Я раньше думал, что могущественный маг, только вот забываю всегда, что сильного бойца можно закидать всегда трупами, а ступенька, которая отделяет того, кого трупами закидать можно и кого нельзя — это Магистр.

Раньше я даже себе не признавался, что тихо восхищался тем же Дамблдором, его искусностью, его силой. Сейчас я был примерно на том же уровне. Подумать только, превзошёл величайшего чародея скольких десятков поколений. Только вот против армии неслабых обывателей, которых мочили пожиратели, а солдат или воинов, даже Архимагу тяжело.

Сражение с клинком — очень неплохой заменитель сражения с заклинаниями. Ещё ходя с отрядом Бруина, гнома, который и принял меня раньше в свой отряд, я понял, что, в общем-то, магия — прекрасное оружие и ближнего боя тоже. Рубя врага мечом, защищаясь энергетическим щитом, постоянно исчезая с помощью мантии-невидимки и проявляясь часто сбоку или за спиной врага, я наносил, пожалуй, даже больший урон, нежели издалека.

Наместник прислал послание с предложением продления моего контракта на три года, я принял. В принципе, моя скромная персона даже успела уже стать местной достопримечательностью: многие в деревнях здоровались, просили рассказать историю… Но к очередной такой просьбе от одного персонажа я был не готов.

— Маг-человек значит? — раздался голос за спиной.

— Верно, искали, мистер… — поворачиваюсь и удивлённо смериваю собеседника взглядом, — …Гендальф Серый, я полагаю?

— О! Я знаменит! — это точно не Дамблдор-попаданец? Да вроде не должен… тогда почему они так похоже себя ведут?! А что с астральным телом… гм… он вообще человек? Ах да, маяр… это не астральное тело, это просто сгусток энергии. Своеобразная амёба с каналами, как у обычного человека. Только вот они соединялись, кажется, совершенно произвольно, пусть источник и был активирован. Блин! С помощью этой жути точно классическую для меня магию использовать нельзя! Как же они тогда колдуют, интересно знать?

— Вы что-то желали?

— Всего лишь познакомиться с собратом по ремеслу… но не по ордену. Мне неизвестны другие маги, не принадлежащие к нам, за исключением нескольких… неприятных личностей. Я просто хотел убедиться, что вы не из них.

— Я не замаскированный Назгул или Саурон, если вы об этом, — фыркаю, вот только неудачная шутка произвела противоположный эффект:

— Откуда ты знаешь эти имена?! — высоченный, но очень бурый дед внезапно очень быстро наклонился и свою фразу произнёс мне прямо в лицо. Я, не меняя мины на собственной морде, аккуратно отвёл край шляпы, коснувшейся моих волос. Гендальф вообще выглядит классическим магом из легенд: борода, шляпа, мантия-плащ, посох, мудрые глаза…

— Из книжек. Умных. Пока в тюрьме сидел, начитался, — улыбаюсь, показываю, что вроде как шучу. Хотя ведь реально в тюрьме читал.

— Ясно, рад был познакомиться.

«И чего он хотел?»

«Да сам не знаю…»

* * *

Сорок первый год, февраль. Я за прошедшее время успел уже закончить службу наместнику Гондора и побывать в Ривенделе, где успешно сторговался с остроухими, продав целую серию разных зелий за секрет готовки их лембасов, оказавшихся на диво питательными. Сейчас вот прогуливался по ближайшему городку людей. Впрочем, как, прогуливался. Искал местечко, где бы поесть мяса, ибо эльфийская диета хоть и интересна, но отнюдь не тот идеал, который я искал.

— Алекс? Какая встреча!

— А ты не изменился, Гендальф.

— Ты тоже. У меня к тебе небольшое предложение, как насчёт отправиться в путешествие? — и так улыбается блин в бороду…

«Без предисловий. Чётко и ясно.»

«Ему, как-никак, десятилетий больше, чем мне лет. Чувствует людей…»

— Я бы хотел услышать детали и обсудить оплату…

Глава 3[2]

Был прекрасный солнечный день. В такую пору сложно отказать себе в удовольствии расслабиться перед крыльцом и понежиться на мягком тёплом солнышке. Вот и Бильбо тихонько сидел на скамейке и, никому не мешая, курил трубку. Беда пришла, откуда не ждали, приняв облик крепкого высокого старика в серой мантии-плаще с широкополой остроконечной шляпой и деревянным посохом в руках. Именно этому человеку принадлежала тень, которая заслонила тёплые и ласковые лучи, до того падавшие на лицо Бильбо. И именно в данный момент хоббит заметил, что выпущенное им ранее колечко дыма превратилось в бабочку и летит прямо ему в лицо. К сожалению, отвернуть голову Бильбо не успел, словив сгусток воздуха, пропитанного табаком.

— Эм… доброе утро! — поздоровался Беггинс.

— И что вы хотите этим сказать? Что утро сегодня доброе, а может, что оно было добрым до моего появления? Или, быть может, вы желаете мне доброго утра? Или предлагаете мне оценить доброту этого утра?

— Ну… всё сразу… я полагаю, — неуверенно откликнулся сбитый с толку хоббит, взмахивая трубкой. — Я могу вам чем-то помочь?

— Ну, это мы скоро узнаем. Я ищу того, кто готов отправиться навстречу приключениям! — странный человек выжидательно взглянул на Бильбо.

— Приключениям? Вряд ли кому-то в наших краях могут нравиться приключения. От них одни беспокойства и неприятности, — Бильбо подошёл к почтовому ящику и несколько поспешными движениями извлёк стопку писем. Пыхнув трубкой, он повернулся в сторону дома и, явно находясь немного в замешательстве, невпопад попрощался: — Доброго утра.

— Подумать только! Сын Беладонны Тук отделывается от меня добрым утром! Словно я пуговицами вразнос торгую!

— Простите? Я вас знаю?

— Да! Знаешь, ты изменился с нашей последней встречи, Бильбо. И не то, чтобы к лучшему!

— И… мы знакомы?

— Тебе известно моё имя! Я Гендальф, а Гендальф — это… эм… я! — закончил волшебник фразу с чрезвычайно мудрым видом, словно открывал тайны вселенной.

— Гендальф! Тот самый странствующий волшебник, устраивающий неподражаемые фейерверки? Старик любил их в середине лета. Всё этим занимаетесь?

— А чем ещё мне заниматься? — удивился старик.

— Ну как… Эм… — не зная, что сказать, Бильбо с умным видом вновь сунул кончик трубки в рот.

— Что ж… приятно, что ты хоть что-то обо мне помнишь, пусть это лишь одни фейеверки, — несколько огорчённо сказал маг. — Что ж! Решено! Это будет полезно для тебя… а меня порядком развлечёт. Я сообщу остальным.

— Что? Нет! Не нужно нам никаких приключений… здесь! — словно усиливая свои слова, Бильбо ткнул пальцем в землю перед собой. — Лучше поищите кого другого там, за холмом… или лучше по ту сторону реки! — заявил он, находясь уже около круглой двери… — Д… д… доброе утро! — хоббит забежал в дом и закрыл за собой дверь.

Облегчённо привалившись к ней, Беггинс вдруг услышал странный звук. Аккуратно подойдя к небольшому окошку, хоббит заглянул туда, заметив с неудобного угла обзора спину волшебника, стоящего на крыльце. На мгновение Гендальф исчез из виду, а потом его лицо внезапно появилось прямо перед окном, заставив Бильбо испуганно отпрыгнуть и подбежать к другому окну. Уже оттуда хоббит увидел, как маг уходит…

— Ну наконец-то этот беспокойный день подошёл к концу… — пробормотал Беггинс, садясь за стол, где его уже дожидалась тарелка с жареной рыбой, парящей и испускающей удивительный запах. Внезапно раздался стук в дверь. — Иду! — хоббит подошёл к круглому входу и отворил его. На пороге стоял… гном. Воин, если судить по оружию, фигуре и общему внешнему виду.

— Двалин, к вашим услугам, — большей частью лысый, но зато с огромными усами и бородой, а также длинными волосами на затылке, он поклонился.

— А… э… — Бильбо Беггинс!.. — хоббит запахнул халат и тоже поклонился. — К вашим услугам, — гном, словно всё было именно так, как и должно было, кивнул и прошёл в дом. Бильбо оставалось лишь закрыть дверь. — Мы с вами знакомы? — на секунду замерев, смотря Бильбо в лицо, гном чётко проговорил:

— Нет. Куда идти? Он уже готов?

— Он? О чём вы?

— Ужин. Он сказал: здесь будет еда и много!

— А… вот… — бедному хоббиту ничего не оставалось, кроме как показать на собственную тарелку, выглядевшую несколько сиротливо и явно маловато для гнома. Тем не менее, тот не привередничал. Впрочем…

— Вкусно! А ещё есть?

— В-вот… — стянув с кучки один пирожок, хоббит подал блюдо с остальными громиле, гном хоть и был низок по сравнению с людьми, но всё равно оказался много шире Бильбо в плечах и выше на полторы головы. — Простите, но что вы… — раздался звонок.

— В дверь звонят, — сообщил очевидное гном, не мигая и смотря Беггинсу прямо в глаза. Хозяину дома не осталось ничего другого, кроме как пойти к порогу.

— Балин! К вашим услугам, — поклонился уже седой и полноватый гном.

— А… проходите…

В течение следующих двадцати минут дом буквально наполнился гномами. Вскоре подошли два явно брата, а следом за ними ввалилась сразу целая толпа. Ну а за толпой стоял невинно улыбающийся Гендальф собственной персоной. Тут-то Бильбо и понял, кому обязан своими проблемами.

— Стоило бы догадаться… — проворчал хоббит, дикими глазами смотря на то, как его дом превращается в помойку. Гномы ели, мягко говоря неаккуратно, кидались едой, а когда пили, то напитки текли у них прямо по бородам. — Это салфетка, а не посудная тряпка! — отнял у одного из нежданных гостей своё сокровище хоббит.

— Она ж вся дырявая!

— Это узорная вышивка!

— Да, ужорная была выпивка, — кивнул неразобравший ничего коротышка. — Ребятам понравилось, требуют продолжения!

— Чтоб вам объестся и обпиться, этим гномам!

— Ну, они весёлые ребята! Если привыкнуть, — заметил Гендальф.

— Но я не хочу к ним привыкать! Что происходит?! Объясни мне?!

Гендальф ничего не ответил, только считал гномов:

— …Одиннадцать, двенадцать… здесь не хватает ещё одного гнома! — тихо буркнул волшебник задумчиво, но его услышал стоящий в углу и степенно пьющий из большой кружки эль Балин. Бильбо также краем уха слышал их разговор.

— Он задерживается, опаздывает, потому что был на встрече с кланом Железных Холмов. Скоро придёт.

— Эй! Не надо кидаться тарелками! — закричал Бильбо, отвлёкшись от разговора Гендальфа с гостем и в шоке смотря, как драгоценная антикварная посуда летает сразу по нескольким комнатам.

— Ха-ха! Ещё! — посуда летела и летела, кто-то начал играть и гномы тут же запели хором:

Нож тупи, ложки гни!

Бей бутылки, пробки жми!

Ну так разом сильней о пол!

Бильбо Бэггинсу назло!

Скатерть рви, жир на ковёр!

Мусор кидай на постель ему!

В кладовке скорей молоко разлеееееей…

Бей бутыль вина об дверь!

В кувшины кипящих углей накидай!

Там растолчи и потом помешай!

Если они не разбились, то знаааааааай…

Доставай, но пол на край!

Бильбо Беггинсу назло!

— Ха! Вы посмотрите на его рожу! — захохотали гномы, кивая на совершенно квадратными глазами смотрящего на аккуратные стопки посуды хоббита. Вот уж чего он не ожидал, так это такой невероятной ловкости и аккуратности от шумных и дебоширов!

Всеобщее веселье прервал новый стук в дверь. Все гномы разом затихли, а парочка стала быстро убирать стол от крошек.

— А вот и он… — пробормотал Двалин.

Только открыв дверь, Бильбо сразу же проглотил резкие слова, которые хотел сказать. Стоявший за круглой деревянной затворной гном был совсем непохож на предыдущих гостей. Чем-то внутренне он несколько… подавлял? Чувствовался в нём стержень, дух, харизма, спокойствие… и усталость, пусть и почти незаметная. Как только он переступил порог, все шепотки сразу же стихли.

— Ты говорил, что это место будет легко найти, Гендальф, но я заблудился. Дважды. Если бы не знак на двери, то я бы вообще сюда не дошёл.

— Знак? Там нет никакого знака! — возмутился Бильбо: — Дверь недавно красили!

— Там есть знак, друг мой. Я сам его поставил сегодня утром, — улыбнулся в бороду волшебник. — Бильбо, позволь представить тебе предводителя нашей компании: Торин Дубощит! Торин, это Бильбо Беггинс. Четырнадцатый член нашего отряда.

— Вот как? — гном смерил хоббита изучающим взглядом. — Значит, это и есть хоббит? Вам доводилось сражаться, мистер Беггинс?

— Простите?..

— Меч или топор? Что предпочитаете?

— Я весьма недурно кидаю каштаны, если хотите знать, но пока не пойму, к чему этот разговор?

— Я так и думал, — с лёгкой усмешкой высказался Торин. — Он больше похож на торгаша, чем на вора… — пройдя к столу, гном принялся за уже выставленный ему другими ужин.

— И что там было? — спросил Балин. — Они все пришли?

— Да, все. Послы всех семи королевств.

— И что сказали гномы железных холмов? Таллин с нами? — поинтересовался Балин.

— Они не придут, — переждав возмущённые возгласы, весьма краткие, впрочем, Торин продолжил: — Мы затеяли этот поход, нам в него и идти.

— Вы что? Уже уходите? — живо поинтересовался Беггинс, привлекая к себе взгляды.

— Бильбо, дорогой мой, прибавь света пожалуйста, — попросил Гендальф, разворачивая на столе карту. — Далеко на востоке, за горными хребтами и реками, стоит одинокая гора.

— Было прочитано знамение, — заговорил кто-то из гномов. — Воронов видели летящими обратно к Горе! Было предсказано: когда древние птицы вернутся в Эребор, правление зверя закончится!

— Зверя? Какого зверя?

— Имеется ввиду СМАУГ Ужасный, — пояснил один из гномов. — Огнедышащий дракон. Зубы, как бритва, клыки, как крюки для мяса, и очень любит драгоценный металл.

— Я знаю, что такое Дракон!

— Эта задача едва ли целой армии под силу, — заметил Балин. — А нас здесь всего тринадцать. И нас не назовёшь ни богатырями, ни мудрецами.

— Эй! Ты кого это тупым назвал?! — воскликнул кто-то.

— А я не боюсь! — вскочил один из гномов. Явно чуток под градусом. — Я всыплю этой ящерице гномьей стали по самые гланды! — его заявление было встречено всеобщими выкриками.

— Тихо! — рявкнул Торин. — Дракона не видели уже шестьдесят лет. Возможно сейчас сокровища нашего народа никто не охраняет! Или вы думаете, что мы одни прочли знамение? Что мы одни такие умные?! Многие сейчас смотрят на гору, взвешивают риски. И мы будем сидеть сложа руки?! Или используем этот шанс, чтобы вернуть Эребор?! Дубикан! Дубикан!

— Да!.. — речь была встречена всеобщим одобрением.

— Ты забываешь: ворота в гору запечатаны. Прохода нет.

— А вот здесь, мой милый Балин, ты ошибаешься, — заметил Гендальф, жестом фокусника извлекая из своей мантии необычный ключ. Гномы разом затихли, заворожённо смотря на предмет.

— Откуда он у тебя? — спросил первым Торин.

— Его отдал мне твой отец Трайн. На хранение. Пришло время вернуть его тебе. Теперь он твой, — гномы заворожённо смотрели за ключом, перекочевавшим в руки Торина.

— Если есть ключ, должна быть и дверь! — остроумно заметил кто-то.

— Верно, — подтвердил Гендальф. — Но гномьи двери невидимы, когда закрыты. Ответ точно должен быть на этой карте, но мне не хватает знаний его прочесть. Дело, которое я задумал, требует ото всех нас скрытности и осторожности. А также изрядной доли мужества. Если всё это у нас будет, то я верю, что нам это по силам.

— Поэтому нам нужен вор! — воскликнул кто-то из гномов. Кажется именно тот, который говорил про то, что даст Смаугу отведать стали по самые гланды.

— Причём отменный! Мастер, я бы сказал! — зачем Бильбо влез в разговор, он и сам не знал.

— А ты мастер? — все гномы выжидательно уставились на хоббита.

— Я мастер?.. — не понял Беггинс.

— Он сказал, что он мастер! — заявил кто-то.

— Нет! Я не вор! Я в жизни ничего не украл! — всполошился хозяин дома.

— Я вынужден согласиться с мистером Беггинсом, он не похож на вора, — заметил Балин. Гномы тут же загомонили, поднялся шум…

— ДОВОЛЬНО! — Гендальф словно стал выше, а весь свет притух, погружая комнату во мрак, в котором видно было лишь мага. — Если я сказал, что Бильбо Беггинс — тот, кто нам нужен, значит так и есть! Хоббиты передвигаются удивительно бесшумно и могут проскочить под носом у кого угодно! Если Дракону уже известно, как пахнут гномы, то запах хоббита ему совершенно незнаком! Ты просил меня найти четырнадцатого участника похода, Торин, и я заявляю, что Бильбо Беггинс нам подходит. Вы даже не подозреваете, какими скрытыми талантами он обладает! — Гендальф на секунду запнулся и глянул в квадратные глаза хоббита. — …И он сам тоже… не подозревает.

В этот момент раздался стук в дверь. Гномы удивлённо начали переглядываться, в конце концов все взгляды устремились на Торина, который перевёл взгляд на Гендальфа, загадочно улыбающегося.

— А вот и последний член нашего отряда.

— Ты не говорил со мной о ком-то ещё, — нахмурился предводитель гномов.

— О! Поверь, он тебе понравится! — добродушно усмехнулся Гендальф, выходя вместе со всеми в прихожку. Отперев дверь, он впустил молодого с виду человека в мантии-плаще, из-за плеча парня выглядывала рукоять клинка.

— Гм… — он внимательно изучил не знающего, куда деть руки, Бильбо. — Судя по внешнему виду хозяина жилища, я сделал абсолютно правильно, что решил отужинать в местном трактире. Впрочем, от добавки не откажусь, — с намёком проговорил он.

— Мальчишка-человек? — раздражённо проговорил Торин. — Гендальф, ты смеёшься?! В диких землях не место неженкам, не способным постоять за себя! Я просил тебя найти мне вора, а ты выбрал какого-то торгаша, да ещё и мальчишку тащишь сюда.

— Вообще-то, я, вполне возможно, старше вас, — склонил новый персонаж голову на бок, серьёзно смотря в глаза Торина. — Моё имя — Алекс. Я уже достаточно известен, возможно вы обо мне что-нибудь слышали?

— Быть не может! Ты?! Алекс?! Тот самый из отряда Бруина?! — удивился Двалин.

— Ты его знаешь? — повернулся Торин к другу.

— Если он тот, за кого себя выдаёт, то тебе стоит поменять своё мнение, Торин…

— А он именно тот, за кого себя выдаёт, — кивнул Гендальф. — Нам пригодится его помощь.

— Вот как? Доверяюсь вашему мнению. Что предпочитаете, Алекс? Меч или топор? — уже новым взглядом посмотрел на собеседника Торин.

— Меч, но вообще-то основное моё оружие — магия.

— Наёмник-чародей. Один из самых опасных, но в последние пару лет, ходят слухи, ты не брал заказов? — поинтересовался Двалин.

— Точно. Однако плата, которую предложил мне Гэндальф, меня крайне заинтересовала.

— Всё золото только в случае удачного завершения похода! — тут же сориентировался Балин.

— Мне не нужно золото, — слегка улыбнулся чародей…

* * *

— Мне не нужно золото, — улыбаюсь краешком губ. — В Эреборе есть два сокровища, которые мне кажутся гораздо ценнее.

— И что же это? — нахмурился Торин.

— Камень Королей… и Смауг! — припечатываю. — Если мы убьём Смауга, то я хочу, чтобы тело Дракона отдали мне. Если же Смауга там не окажется или он сбежит, то вы отдадите мне Камень Королей. По рукам? — протягиваю руку.

— Не слишком ли ты многого просишь? — Гендальф пока не вмешивался, так что пришлось отвечать Торину самому:

— Достаточно. Я однажды сражался уже с Драконом. Помогал учителю. Это такая тварь, которую мне в одиночку не одолеть и сейчас. В Эреборе нет больше ничего, что способно компенсировать такой риск.

— Ты сражался с Драконом?!

— Подтверждаю, — кивнул Гендальф. — Алекс это доказал мне. Торин, — маг внимательно посмотрел на воина. — Оно того стоит.

— Хорошо… наёмник, — предводитель гномов пожал мне руку. — Посмотрим, чего ты стоишь.

— Я не подведу, — серьёзно киваю. Мне и впрямь доверились и доверие нужно оправдать.

Ещё некоторое время колебавшийся Бильбо, увидев контракт и все возможные причины смерти от испепеления, до сжирания заживо, тут же отказался от предложения. Всё канонно, затем хозяин домика задрых. Торин, видимо, желающий сохранить перед хоббитом лицо, приказал убираться. Я также присоединился, вызвав одобрительный взгляд гнома. Вскоре дом был убран, а после небольшого сна в пяток часов, мы двинулись в путь.

Лошади шли неспешно, но достаточно быстро. Гномы заговорились о Бильбо. Кто-то предположил, что он вернётся. Сделали ставки…

— Подождите! Подождите! — раздались крики позади. Остановив лошадей, мы с разными чувствами, кто с удивлением, кто с одобрением, а кто и с раздражением уставились на бегущего к нам Беггинса. — Я подписал контракт!

Словить летящий мне в рожу мешочек монет я успел почти случайно.

— Это что? — удивился хоббит.

— Ставки на тебя делали: вернёшься или нет, — поясняю, вертя в руках мешочек. Грустно глянув на него, бросаю назад.

— Эй! — Фили-таки поймал деньги мордой. — Ты чего?!

— Возвращаю. Нечестно как-то.

— То есть? — не понял гном.

— Ну, я вроде как будущее подсмотрел случайно, так что знал наперёд результат ставки.

— Чего?! Так зачем ставил?!

— Ради интереса! — обезоруживающее улыбаюсь.

— А дальше посмотреть можешь? — глянул на меня Торин.

— Нет. Случайно работает вообще… хотя я видел какую-то странную фигуру… — морщу лоб. — Но, наверное, это просто глупость.

— Что за фигура?

— Да однорукий какой-то… ни лица, ни чего (П. А. Пишется в данном случае именно «ни чего»!) другого я не разглядел.

— Однорукий значит? — сжал зубы гном. — Ладно… поехали! Дайте Беггинсу пони!

— Эй! Не надо! Я ходил в походы! И пешком от вас не отстаааааааа…ну, — закончил он, уже сидя на лошади. — Аааа…пчхи! — чихает. — У меня аллергия… — обречённо заявил страдалец, зашарив по карманам. — Сто… стойте! — весь отряд замер.

— Ну чего у тебя ещё стряслось?! — удручённо спросил кто-то.

— Я… я, кажется, забыл носовой платок! — заявление было встречено дружным ржачем. Послышался треск ткани и Бильбо в лицо прилетел отрезок какой-то материи.

— Вот! Вместо платка! — глядя на скривившуюся морду хоббита, понюхавшего кусок, гномы дружно заржали.

— Придётся тебе, Бильбо, обходиться теперь без носового платка, крыши над головой, тёплой кровати и камина как минимум до конца нашего путешествия, а это несколько месяцев, а то и лет… — заговорил негромко Гендальф.

— На! — сжалился я над ним.

— Что е…ето? — гнусовато спросил хоббит, опять чихая.

— Зелье. Глотни чуток, должно полегчать.

— Ты и лечить умеешь? — спросил меня ехавший недалеко Торин.

— Раны в основном, но если болезнь какая будет, то могу постараться помочь. Только учти, мёртвых не воскрешаю!

— Ничего, нам и другие твои таланты будут полезны… — проговорил гном медленно. Видимо, он уже не сильно жалел, что согласился с моим участием в походе, пусть я и несколько не понравился ему.

Надо сказать, что инфополе — это скорее среда, состоящая из особой материи. Которую можно разделить на подвиды по двум свойствам: проводимость информации и ёмкость информации. Если брать ноосферу вселенной, то оба показателя, фактически, бесконечны. Чисто в теории можно передавать на любые расстояния любые массивы информации мгновенно, как и хранить их. На практике… на практике это уровень даже не Бога или Архимагистра, а кого-то, для кого что Бог, что Архимагистр — всё равно, что муравьи для такого вот Архимагистра.

Другой вид — инфополе мировое. Вот это уже уровень пользования Архимагистра. В пределах мира мгновенная передача информации и неограниченные массивы. Почти неограниченные. Обе характеристики настолько огромны, что, в принципе, их тоже можно приравнять к бесконечности. И тем не менее, они всё-таки конечны, что объём, что проводимость информации.

Аура тоже состоит из материи подобного типа, но вот её характеристики многократно, в миллионы и миллиарды раз меньше. И если информационный объём даже у обычного человека весьма и весьма велик, то вот проводимость даже у меня не особо большая. Пожалуй, это именно та причина, по которой так медленно шла своеобразная «диффузия» информации с Ардой. Реально передача всей информации должна была ещё году эдак в двадцать седьмом завершиться, но я не хотел рисковать, чтобы не быть разорванным на клочки тумана, попытавшись полететь на Крыльях. Тем не менее, сейчас, когда я прождал уже целых тринадцать лет, пожалуй, отказ от многих заклинаний выглядит психическим расстройством, ушедшим далеко за рамки простой паранойи. Именно во время первого ночного привала я, чуток волнуясь, первый раз взлетел на крыльях и, надо сказать, они вышли весьма просто!

Только вот я ещё и жадный. Пожалуй, надо научиться строить заклинания лишь с помощью собственной ауры, не полагаясь на инфополе мира. Тогда я смогу закрывать собственное инфополе, за счёт чего не дам моим заклинаниям просачиваться в окружающее пространство. Более того, для всяких там предсказателей, пророков и всех остальных я также стану недоступен, как и для ясновидящих. Очень, надо сказать, полезно быть невидимым в этом плане. А уж как полезно иметь возможность пользоваться магией, которая доступна во всём мире лишь мне одному!

С гномами мы поладили быстро. Я уже ходил с отрядом гномов. Пара историй, воспоминания о сражениях, немного бытовой магии плюс вкусное угощение и неограниченное количество сока… я хотел сказать вина (да! Я приспособил заклинание вечной Трансфигурации под этот морс!). В общем, с гномами мы поладили.

На одном из привалов в пригорье Балин рассказал историю получения Торином его прозвища. Захватывающие события. Канонный рассказ в плане полноты ни в какое сравнение не шёл.

Было чрезвычайно интересно и печально слышать, как гномы Эребора скитались, лишившись дома, зарабатывали, чем могли, как пытались отвоевать Морию и как легионы орков, возглавляемых Азогом Осквернителем, встали на пути между изгнанниками Эребора и древним королевством Подгорного народа. Балин описал битву гномов и орков очень естественно, словно прямо сейчас участвовал в ней. Столько деталей он рассказал. Я множество раз встречался с орками и представлял, на что они способны. Орки и сами по себе неплохие бойцы, чуть выше среднего, но на своих волках крайне опасны. Настолько, что десяток волчьих всадников орков часто разгонял отряды из двадцати воинов Гондора. А если не разгонял, то вполне мог и уничтожить. Про Азога же до сих пор ходили легенды. Огромный орк, свиреп и силён настолько, что в битвах вокруг него всегда был круг пустого пространства. Это та ситуация, когда никакого умения не нужно: он просто расшвыривал огромной четырёхгранной булавой всех противников, полностью наплевав на тяжёлый вес одоспешенных врагов.

Пожалуй, только сейчас я смог представить, какого же страшного врага тогда встретил Торин. Гному невероятно повезло отсечь Азогу руку. Впрочем, там было не только везение, но и умение, воля, храбрость…

Такие размышления часто заставляли меня смотреть на меч Годрика, а потом на Торина. И снова на меч… пожалуй, я ещё не уверен, но, возможно, этот гном достоин владеть клинком моего учителя?

— Эй! Мистер Гендальф! Нельзя что-нибудь сделать с этим потопом?!

— Это дождь, мистер гном, — маг даже и не думал разбираться, кто его окликнул, решив, видимо, что «мистер гном» точно подойдёт. — И он будет идти, пока не закончится. Если вы желаете изменить погоду в мире, ищите другого волшебника!

— Эй! Мистер Алекс! — раздался тот же голос.

— Я могу попробовать накрыть нас барьером, — подтверждаю, что «другой волшебник» вполне себе состоятелен, — только учтите, что в случае внезапного нападения я уже не смогу помочь так, как помог бы с полными силами!

— Значит не трать усилий! — оборвал спор Торин. — Лучше пусть по нам стекает вода, чем собственная кровь!

— А есть ещё? Ну, другие волшебники? — заинтересовался Бильбо.

— Отчего же не быть? Всего нас пятеро. Старший в нашем Ордене Саруман Белый, потом есть ещё два синих мага… я, правда, позабыл их имена.

— А пятый — Алекс?

— Я не из этой шайки! — шутливо замечаю.

— Пятый в нашем Ордене Радагаст Бурый.

— Он тоже великий маг или… ну… на вроде вас? — Гендальф даже несколько обижено глянул на Бильбо. Хотя с виду взгляд и казался переполненным мудростью и пониманием сопливого дитя… пятидесяти лет блин!

— Я считаю, он выдающийся волшебник… но по-своему. Он добрая душа, предпочитает компанию деревьев и животных, приглядывая за обширными лесными владениями далеко на востоке, что нам на руку, ибо зло повсюду пытается проникнуть в этот мир…

Вскоре мы спустились с Предгорий и даже вышли за пределы этой области. Был самый обычный день. Очередной в этом походе. Единственный нюанс заключался в том, где Торин решил сделать привал. Обычное местечко. Полусгоревшая разрушенная хижина, только вот что-то мне это напоминало…

— Фермер и его семья когда-то жили здесь… — заметил Гендальф.

«Тролли!»

«Без тебя знаю, но спасибо за предупреждение.»

Действительно, тролли. Хаха! А ведь я уже успел грохнуть такого! Правда, с этими будет проще: они боятся солнца, а Горный Тролль на первом курсе Хогвартса не боялся.

«Стоит подготовить призыв Джинна.»

«Думаешь?»

«Испытай его. Всё равно сам сразиться с этими тварями ты ещё успеешь, а вот посмотреть на своего джина…»

«Энергии много уйдёт.»

«Так зря что ли ты с Ровеной модифицировал Гримуар?»

Том был, в общем-то, прав. Одним из предложенных Основателями «апгрейдов» было добавить в крестраж качественные накопители. Алмазная пыль и изумруды с рубинами, топазами и антрацитами вместе стали сложной драгоценной рунной конструкции на внутренней части обложки книги. К сожалению, заполнялась она (кстати, выполнялась таким образом не только функция накопителя) весьма долго. Пусть в Гримуаре и было заключено десять душ магов, да вот только энергия ещё и тратилась постоянно. Чего стоит только свёрнутое пространство внутри книги! Не спорю, штука полезная. Кармашек на целых десять кубометров! Только вот, даже когда там ничего не лежало, поддержание такого кармашка жрало процентов сорок вырабатываемой маны, а ведь при заполнении его чем-либо, используемое пространство требовало увеличения энергопотребления.

Кроме того, адское пламя. Пожалуй, одна из самых дорогих штуковин и игрушек, которые Основатели мне отдали, дабы отправить меня в качестве «лётчика-испытателя». Настоящий источник Адского пламени, заключённый в один из рубинов пентаграммы в Гримуаре. Только вот для его использования нужна была постоянная подпитка. Пока же тех тридцати процентов «мощности», которой на него выделялось, хватало лишь чтобы не дать ему угаснуть и удерживать в стабильном состоянии. Планы на такой источник у меня были, но это будет нескоро, сначала надо будет поглотить кольцо и сердце Смауга.

— Нам стоит продолжить путь, — заметил Гэндальф.

— Да? И куда мы отправимся? — скептически спросил Торин.

— Ну, мы могли бы добраться до Ривенделла. Владыка Элронд один из немногих, кто способен прочитать карту…

— Нет! Мы не поедем к эльфам!

— Но почему ты так упорно не желаешь их видеть?!

— Почему?! Ты хочешь знать почему?!! Где были эльфы, когда СМАУГ напал на гномов Эребора?!! Где были эльфы, когда мы лишились дома?!! Ах да! Может быть это эльфы помогли нам в битве с орками, когда те грабили и оскверняли священные залы Мории?!! — а ведь у Эребора с эльфами Трандуила был заключён военный союз, если мне не изменяет память… — Эльфы предали моего деда! Предали моего отца!

— Но ведь ты не твой отец! Будь же благоразумен! Владыка Элронд может предоставить нам еду и крышу над головой! Он может помочь нам прочесть карту! Не просто же так я отдал тебе этот ключ, а полагаясь на твою мудрость!

— Вот как?! Так скажи, почему этот ключ всё время был у тебя, но ты отдал мне его именно сейчас?! — Торин развернулся и отошёл на пару шагов.

— Эй, мистер Гэндальф, куда вы? — окликнул уходящего мага Глоин.

— Составить компанию единственному, кто сохранил здесь остатки разума!

— Это кому? — удивился Бильбо.

— Себе, мистер Беггинс! — рявкнул маг, с огромной скоростью буквально плывя над землёй.

«Как будто я их не сохранил!» — возмущаюсь.

«Учитывая наличие меня…»

«Заткнись.»

«Сам заткнись. Тоже мне, умник нашёлся. У нас одна голова на двоих, так что хрен ты меня заткнёшь!»

«Да чтоб тебя…»

— Что ты делаешь? — подошёл ко мне Торин, смотря на несколько десятков вырезанных на земле крупных рун.

— Это? Да так… метку ставлю. Для перемещения.

В Арде было удивительно много областей, в которых телепортация была невозможна по разным причинам. Но то простая трансгрессия, а вот если оставить такие метки, то прыгнуть-таки можно. Я старался ставить, если бывал в подобной области.

— На земле быстро сотрётся.

— Не беда… — провожу рукой по рунам и они мгновенно уходят в землю оплавленными бороздками. Открыв Гримуар, кладу руку на появившуюся рунную схему, а другую — на землю, начинающуюся становиться камнем. Вечная Трансфигурация. Очень удобно иметь рунные схемы всегда под рукой.

Вскоре уже наступил вечер. Глоин налил мне мою порцию похлёбки, коею я и захлебал потихоньку. Доев весьма быстро, поворачиваюсь в сторону Торина:

— Я отойду ненадолго. Видел тут интересные растения, их лучше собирать ночью.

— Давай недолго.

— Не волнуйся, не больше двадцати минут.

Естественно, никакие растения мне тут не были нужны. Отойдя за деревья, скрываюсь под мантией-невидимкой и возвращаюсь к лагерю. Как раз вовремя: Прибежали Фили и Кили, сообщив, что пони были спёрты троллями на похлёбку и что Бильбо пытается их освободить. Торин приказал выдвигаться, пробормотав что-то сквозь зубы про меня.

Отправившись за ними, я тихо взлетел и приземлился на крупную скалу, находившуюся как раз к востоку от лагеря троллей. Точнее, от их котла.

То, что устроили гномы, было достойно восхищения. Они носились по поляне, словно черти. Перекатывались, прыгали, кувыркались, резали троллям ноги и сухожилия, пусть и почти не доставали из-за толстой шкуры. Кто сказал, что гномы неповоротливы? Ну… такой человек никогда не встречал гнома. Они были словно обезьяны… сильные, ловкие, шустрые и очень крепкие обезьяны-молотилки. Несмотря на размеры троих троллей и их силу, я бы поставил на гномов, но тварям таки удалось схватить Бильбо, схватив лапищами бедного хоббита за ноги и за руки.

— Бросайте оружие, иначе мы его разорвём! — рявкнул один.

— Ч-чёрт! — ругнулся Торин.

— Алекс скоро подойдёт! — шепнул Балин.

— Ладно! — громко заявил предводитель гномов, кинув меч на землю. За ним последовали и остальные клинки.

— Ха-Ха! Ужин сам идёт к нам в руки! — по идиотски заржал один громила. — А мы ведь их всё равно разорвём, только всех, да, Ульям! Только им не говори, а то сбегуууут!

— Заткнись, придурок! Они тебя слышат! — рявкнул другой тролль.

«Не пора нам пафосно появиться?»

«Хорошая мысль.»

— Господа, у вас небольшая проблема.

— Ха-Ха! Ещё один ужин!

— Какая проблема? — а этот Ульям поумнее своих собратьев будет.

— Как только с головы кого-то из них упадёт хоть один волос, то вас порву уже я, — секунду стояла тишина, после чего оную прервал дружный хохот троллей:

— Ты?! Букашка, да я тебя сейчас… — прошедшая по земле дрожь заставила одного из гномов упасть и тролли её не могли не заметить. Ещё одна дрожь…

Скала, на которой я сидел, свесив ноги, внезапно начала… раскладываться что ли… в общем, вставать, обращаясь в человеко-обезьяноподобную фигуру, раза в полтора больше самих троллей и из камня.

«Джинн — это круто!»

«Только вот в таком виде он не особо эффективен. Лучше из песка, на худой конец из мелких камушков. Да и сил жрёт…»

«Твои враги об этом не догадываются. Да и врезать пару раз он точно сумеет сильно…»

Тролли, видимо, думали также, потому что медленно опустили Бильбо на место. Впрочем, они хотели сожрать моего… сокомандника живьём. Даже не одного, а всех. И они не люди. Людей отпустить можно, а вот этих вот гадов… каково было бедному фермеру с женой и детьми, когда их жарили заживо?

— Бомбарда Максима Гранамагикум!!! — с рук сорвалось ровно три заклятия, разорвавшие головы троллей к чертям.

Голем тут же упал грудой камня, я чуть устало пошатнулся, впрочем, лёгкий приступ слабости тут же прошёл. Всё-таки, не обязательно вкладывать силу в кучу заклинаний, сражаясь с врагом насмерть. Такое вот пугало в виде джинна вполне себе оправдывает те затраты сил, что я приложил, пусть он и жрёт ману, как не в себя. Эх, мне бы только найти песочек или мелкую гальку, тогда и затраты будут минимальны! А то я тоже хорош: вселять песчаный дух в скалу!!!

— Блин! Больше я такое в ближайшее время не проверну! — устало заявляю.

— Так вот что такое боевая магия? — Торин был как всегда спокоен. — Очень впечатляет! — меня хлопает по плечу.

— Спасибо… кстати, можно тебя на минуту? — отойдя с ним в сторону, я обратился к гному: — Торин, знаешь, я видел, как вы сражались. У меня есть один клинок, ты не мог бы взять его на секунду в руки? — дождавшись кивка, достаю меч Годрика из ножен Блеков и протягиваю гному. Тот, заинтересованно проследив место появления клинка, принял меч, который тут же слегка засиял золотым, но быстро перестал. — Так я и думал.

— Что ты думал?

— Это меч моего учителя, который вложил в своё оружие часть своей души. Буквально. Годрик Гриффиндор, так его звали. Он был одним из величайших чародеев и воинов, которых я знал. И он просил передать его клинок достойному владельцу. Как видишь, меч посчитал тебя подходящей кандидатурой. Ты не против? — сделав пару взмахов, гном с удивлением признал:

— Невероятно… — на обратном движении с силой бьёт по толстой ветви и, встречая лишь слабое сопротивление, с шоком перерубает её. — Я почту за честь сражаться таким оружием! — восхищённо провёл гном пальцами по лезвию. — Чья это работа?

— Клинок был совместно выкован цвергами, это… такой… клан гномов. Кроме того к нему приложили руку существа, которых в тех местах, называют гоблинами, впрочем, к тем гоблинам, что тебе известны, они отношения не имеют. Одним из кузнецов выступал учитель моего учителя, великий чародей Мирдин Эмрис, а завершил его работу сам Годрик Гриффиндор, несколько изменив клинок и вложив в меч душу.

— Великая история. Благодарю тебя за столь щедрый дар, Алекс.

— Не за что, я рад, что сумел выполнить волю учителя, — поворачиваюсь, но замираю. — Знаешь… хотел передать тебе слова Годрика. Этот меч обретает свою истинную силу в руках либо чародея, либо воина. В моих руках он окружает меня золотистым щитом и с лёгкостью режет камень, но вот какая сила будет доступна воину, держащему этот клинок, я не знаю.

— У меча есть имя?

— Меч Гриффиндора — это общеизвестное название. Впрочем, имеется и другое. Видишь ли, этот меч был перекован из другого, служившему верой и правдой другому воину и королю. Тот клинок тоже был магическим, его имя — Экскалибур.

Когда-то я хотел отдать меч Бруину, но перед тем, как решился, наш отряд распался, а Торин не менее достоин.

Глава 4[3]

— Куда ты уходил, позволь спросить? — поинтересовался Торин у Гендальфа.

— Разведать, что впереди.

— А зачем вернулся?

— Посмотреть, что сзади.

— Нам была нужна твоя помощь!

— У вас уже был один маг, который неплохо справился, хочу заметить. Ведь все целы, не так ли?

— Не благодаря хоббиту.

— Он вор, а не воин. Сражаться — ваше дело… — пожал плечами Гендальф. — Меня больше интересует, откуда взялись здесь эти твари, — кивнул маг на окаменевший при свете дня труп. — Наверное, спустились с Эденморса…

— Что горные тролли делают тут?!

— О! Их не видели здесь очень давно, со времён правления Тёмной Силы. Но они не могли передвигаться днём… рядом должна быть их пещера!

— Что ты читаешь? — поинтересовался Балин. По какой-то причине поиски пещеры чуток затянулись. Впрочем, какие проблемы, это же гномы: найдут.

— Жизни, — перелистываю страницу. — В этой книге записано множество жизней.

— О… как скучно… — гном, словно сомнамбула, отошёл от меня и скрылся за кустами. Я поднял взгляд. Передо мной стоял Гендальф.

— Твоя работа? — дёргаю головой в сторону, куда ушёл Балин.

— А то чья же, — майяр был необычайно серьёзен. — Я не ошибся в своих ранних догадках, ты заключаешь души на свои страницы…

— Гендальф, позволь спросить, ты сейчас думаешь, как это нехорошо и какой я гадкий и мерзкий? А ты знаешь, кто заключён на этих страницах?

— Кто бы там ни был…

— Даже Саурон? — перебиваю его.

— Что?!..

— Саурона тут, конечно, нету, однако вот на этой странице, к примеру, описана часть экспериментов, которые проводил Тёмный Лорд Гриндевальд с пленниками. Эта мразь виновна в гибели как минимум шестидесяти миллионов человек. А скорее всего ведь больше! Да даже Саурон кажется невинным агнцем по сравнению с тем, кого я держу на этих страницах. Ты всё ещё хочешь освободить пленников?

— Ты не лжёшь… — ещё бы я мог тебе врать, детектор лжи трёхтысячелетний… Как он там говорил? Триста людских жизней бродит по земле? В Средиземье люди стареют и взрослеют медленнее. Как и вообще все расы, в общем-то. В среднем людская жизнь тут около ста, может ста пятидесяти лет. Даже если взять жизнь человека за полвека, то Гендальф конкретно преувеличил, однако всё равно не верю, что ему меньше пары тысячелетий. Отнекиваться перед ним бессмысленно, а скрыть что-то можно лишь выставив всё остальное на передний план, что я сейчас и делаю.

— Не лгу.

— В Арде не было ни такой страшной резни, ни Гриндевальда, — не спрашивал, но утверждал маг.

— В Арде — не было. Я в некотором роде путешественник, — склоняю голову набок.

— Нашли! Нашли! — выбежал к нам Ори.

— Идём! — Казалось, майяр потерял к нашему с ним разговору интерес, но я прекрасно понял, что мои слова уже были обдуманы и приняты. Раз Гендальф ничего не сделал сейчас, то и в будущем не сделает.

— Ну и вонища!

— Надо будет собрать здешний воздух, чтобы сохранить аромат… — задумался я.

— Зачем?! — Бильбо в шоке. Бедный.

— Чтобы использовать потом, как оружие! — наставительно поднимаю палец.

«Это идея.»

«Ты сейчас серьёзно?!»

«Да. Заклятие Вечной Трансфигурации вполне способно выдавать кубометры такого воздуха за секунды. Представь замкнутое помещение. Это ведь почти как магловский газ.»

«Том, с тобой точно всё хорошо? Заклятие вонючка?»

«Ты используешь Вивьено с Глациусом при дыхании, потому и не чувствуешь всю мерзость этого запаха. А вот твои спутники…»

В подтверждение его слов Глоин, согнувшись где-то в уголке, блеванул.

— Вивьено Левилио! — взмахнул я руками, заставив всех несколько облегчённого вздохнуть: подул не слишком сильный, но всё равно свежий ветерок.

— Я понял! Тролли — колдуны!!! — воскликнул Ори. — Они наложили заклинания на свои сокровища, чтобы даже после смерти никто не добрался!

— Ага! А лежат они вон там! — утробным голосом заржал Двалин, кивая на… Фууу… они что, испражнялись прямо тут? Половина отряда скривилась, половина заржала.

Гномы успели нарыть сундук с золотом, вокруг которого было разбросано множество монет. Пока коротышки закапывали «свой долгосрочный вклад», Торин с Гендальфом нашли клинки эльфов. Я и сам посматривал по сторонам, но они успели первыми:

— Эти мечи ковали не тролли…

— И не лучшие кузнечные мастера людей. Они выкованы в Гондолине, высшими эльфами… — Торин уже хотел было поставить раздражённо клинок на место, но Гендальф закончил: — лучших клинков нам не найти.

— Эй! Алекс! — позвал меня Торин.

— Ась? О! Железяки откопали? — хмыкаю, подойдя, но, вглядевшись, замираю, поражённый красотой клинка и тем искусством, которое в него вложено. При этом здесь был именно боевой меч, а не красивая витиеватая игрушка. — Ну нихрена ж себе…

— Я смотрю, тебе понравились? Ты же ранее пользовался мечом своего учителя? Не думаю, что в бою ты достаёшь то барахло, что носишь за спиной. Раз уж теперь у тебя нет меча, то может возьмёшь один из этих? — Торин протянул мне два клинка на выбор.

У одного была крестовая рукоять. Стандартный двуручный меч, обоюдоострый. Другой… заточен с двух сторон, но с одной заточка начинается лишь на расстояние ладони от гарды. Тоже двуручный, но явно предназначен для рубящих ударов, лезвие чуть изогнутое…

— Спасибо, — киваю, принимая второй клинок. Достав его, сделал пару пробных взмахов и только сейчас заметил магию в металле. Присмотревшись и проведя пальцами по стали, понимаю, что меч представляет из себя единый сплав магии, информационной материи и металла. — Невероятно… что же это за клинок такой?

— О! Вижу, ты тоже заметил? — улыбнулся Гендальф. — Знаешь, Алекс, ты меня всё больше поражаешь как чародей!

— А меня вы… — мимоходом говорю, заворожённо смотря на то, как тот бред демиурга-абстракциониста, который заменяет Гендальфу астральное тело, словно бы сшивается с магией клинка. Пожалуй, если у меня и были какие сомнения ранее, то сейчас они отпали: магия Арды мне в полном её виде недоступна, только, наверное, отдельные области, и всё. Либо требуется превратить собственный астрал в такую же кашу, как у Гендальфа. — Эванеско! Дайте на секунду, мистер Гендальф… Эванеско! Так ведь лучше?

— Да, спасибо, — кивнул маг, вертя в руках блестящий, не несущий и ниточки от того вороха паутины, что на нём была раньше, клинок.

— Пойдём отсюда! — бросил Торин, направляясь к выходу.

…

— Бильбо, подожди!.. — я не стал смотреть, как Гендальф передаёт хоббиту этот меч-ножик, начинающий светиться от близкого нахождения рядом с орками. Факт невозможности быстро вникнуть в здешнюю магию (если это для меня вообще реально) я также уяснил, так что пытаться по одному взгляду понять магический механизм также будет довольно глупо, к тому же у меня есть клинок, с которым тоже будет неплохо разобраться.

— Кто-то приближается! — крик был мною ожидаем, но конкретно сейчас, когда я задумался, неожиданным. Блин, как же достало! Я знаю большинство событий наперёд! Согласен, жизнь облегчает, однако иногда это и раздражает не меньше. Никак не могу понять, случится ли то, чего я ожидаю, или нет. Всё время кажется, что вот конкретно сейчас ситуация сойдёт с колеи. Только вот как готовиться к тому, что будет, если просчитать ситуацию почти нереально из-за знания будущего? Тьфу…

— Опустите оружие! — кричу гномам. — Это не враг!

— Ты уверен, Алекс? — повернулся ко мне Гендальф.

— Он очень похож на вас… внутренне. Скорее всего тоже маг из вашего ордена.

— …агаш! — заглушил нам звук шелест листвы. — Пожар! Смертоубийство! — Радогаст был таким же неподражаемым, как и в фильме, вылетев на своих деревянных санях, запряжённых множеством кроликов. — Гендальф? — он, словно впервые видит, уставился на своего знакомого.

— Радагаст… это Радагаст Бурый! — пояснил он гномам, которые инстинктивно всё равно выхватили клинки, когда лесной маг-отшельник ворвался на поляну из кустов. — Что ты здесь делаешь? — Гендальф подошёл поближе к магу, одетому в меховую шапку, одежду и вообще чуток напоминающему бомжа, если б не общая завершённость вида.

— Я искал тебя, Гендальф, — не Сарумана, но Гендальфа… интересно. Возможно, Саруману не доверяют уже сейчас? Или же я впадаю в маразм? — Что-то не так! Творится что-то ужасное!

— Даааа?..

— Э… — Радагаст поднял палец, а затем задумался. — А… — и снова. — Не могу… мысль вертелась прямо у меня на языке… — прошепелявил он, смешно высовывая язык, на котором сидел какой-то жук. — О! Это не мысль! Это палочник! — обрадовался волшебник, когда Гендальф снял означенного палочника пальцами.

«Радогаст явно выдающийся маг…»

«Том, ты головой не тронулся?» — съязвил я. — «Ах да! Она же у нас одна на двоих!»

«Все выдающиеся маги со своими бзиками…» — загадочно ответила моя персональная шиза.

— Так что же случилось?

— Зелёный Лес болен, Гендальф. Тьма поселилась в нём. Ничего больше не растёт, в воздухе пахнет гнилью… но хуже всего паутины!

— Паутины? О чём это ты?

— Пауки, Гендальф. Гигантские пауки. Скорее всего потомство… Унголианты, не будь я волшебник. Я шёл по их следу! Они пришли из Дол Гулдура.

— Хм… Дол Гулдур… но древняя крепость давно заброшена!

— Нет, Гендальф. Уже нет. Тёмная сила обитает там, равную которой я никогда не встречал! Тень… древнего кошмара. Тот, кто может призывать души умерших! Я видел его, Гендальф. Явившегося из тьмы… Некромант вернулся! Аааа!.. Прости! — кажется, Радагаст слишком глубоко погрузился в свои воспоминания.

— Отведай старого тоби, он успокаивает нервы, — Гендальф протянул другу зажжёную трубку. Сделав блаженный вдох, Радогаст собрал глаза в кучу. Его взгляд расфокусировался, а из ноздрей и из ушей (?!) пошёл дым выдоха. — Итак, Некромант, значит. Ты уверен? — строго посмотрел на Радогаста Гендальф. Вместо ответа маг достал откуда-то свёрток по форме меча.

— Эта вещь, — пока Гендальф разворачивал, Радогаст говорил, — не из мира… живых.

«Стоит ли им рассказывать, как я когда-то поднял несколько сотен инферналов для защиты медальона Слизерина?..» — поинтересовался Том, а меня словно током прошибло. Я мгновенно оказался в собственном сознании, во внутреннем мире.

— Ты чего тут делаешь… ты чего творишь?! — заорал Том, когда его сковали цепи и тело поросло камнем.

— Повтори то, что ты сказал? — спокойно смотрю ему в глаза. — ПОВТОРИ?!!

— Догадался, значит? — поморщился Реддл.

— Маленькая оговорка, но какая важная! — сплёвываю. — Но позволь я удостоверюсь… — Миг, и вот уже со всех сторон звучит голос Тома:

— Стоит ли им рассказывать, как я когда-то поднял несколько сотен инферналов…

— Значит я не ослышался. «Я поднял», да?! Ты всё ещё Том Марволо Реддл.

— О нет… — ухмыльнулся он. — Том Марволо Реддл — это ты. И в дневнике тоже ты. И повсюду ты, кроме меня самого. Меня ты знаешь под другим именем.

— Скажи, что заставило тебя вновь стать Воландемортом? До этого ты был мною. У нас была одна личность на двоих, просто с разными воспоминаниями… ну конечно!

Мелкая оговорка стоила ему всего. О нет, я вовсе не следил за каждым его словом, но тот Том, который уже растворился, просто не мог отожествлять себя с Воландемортом, а соответственно и с тем, что делал Тёмный Лорд. Проколоться так глупо…

Мне стало всё ясно. Том не желал растворения во мне, которое весьма быстро происходило. Отсюда и его разговоры по поводу и без. Он выделял в себе индивидуальные черты всеми силами, в попытках сохранить индивидуальность и свою отделённость от меня. Только вот была в нём одна черта, которую я думал, что уничтожил. Она могла бы его сделать индивидуальным, но для этого надо было сменить маску. Том уже во мне растворился, остался лишь Тёмный Лорд.

— И что ты теперь сделаешь?! Я всё равно выберусь! Выберусь и доберусь до тебя, Поттер!

— Брось, мы это уже проходили… — морщусь. — Ты пропустил весьма много, То… Волди. Но ты даже представить не можешь, как меня уже достал. Ты прямо как глист! Пролезаешь через любую щель и возвращаешься! Бесишь!

В реальности прошла всего пара секунд, но Гендальф заметил неладное:

— Алекс?

— Подожди пяток секунд, — прошу я, извлекая из своей головы сгусток, похожий на воспоминания, только красновато-чёрный.

— Что это за гадость?! — отшатнулся Радагаст.

— О! Всего лишь один Тёмный Лорд, пытавшийся захватить моё тело, — поморщился я, только сейчас поняв, что именно ляпнул. — Спокойно! Не Саурон! Другой. Это рыбёшка помельче, — в какой-то странной конвульсии, пакость вырвалась из моих пальцев, растаяв в воздухе.

— Что последнее ты помнишь? — повернулся ко мне Гендальф.

— Нормально всё у меня с памятью, я всё время себя контролировал, а эту дрянь заметил на раннем этапе. Блин, противно-то… АВАДА КЕДАВРА!!! — буквально на автомате развернулся я, херача мощнейшим третьим непростительным в тихо выскочившего из-за бугра и кустов гигантского волка, уже успевшего совершить мощный прыжок. Радогаст, на которого и метила тварь, отделался лёгким испугом.

— Это было…

— Боевое заклинание из школы смерти. Не тёмное по вашему мнению, а нейтральное…

— Ещё один! — мимо моего лица пролетела стрела, угодив прямо в глаз второму зверю.

— Точный выстрел, Фили, — похвалил Торин. — Это варг. Лазутчик. Значит, отряд орков где-то поблизости!

— Кому ты рассказал об этом походе кроме своего клана? — посмотрел на Торина Гендальф.

— Никому!

— Кому ты рассказал?!!

— Никому!!! Клянусь! Что происходит?!

— За вами охотятся.

— Нужно убираться отсюда, — сплюнул Двалин.

— Не получится! Мы остались без пони! — Ори… тьфу ж ты блин. Как они пони-то упустили?! Или… а! Точно! Их ещё во время стычки с орками отпустил Бильбо. Я-чёрт! Хорошо хоть, что у меня всё своё с собой. Ну и в сумке с расширением пространства больше двухсот лембасов. У эльфов купил, они ребята хоть и несколько скупые, но вроде неплохие.

— Я уведу их от вас, а вы бегите! — вышел вперёд Радагаст.

— Это гундабарские варги! Они догонят тебя!

— А это Роз-зарийские кролики!!! Посмотрим, кто кого!

«Я сохранил воспоминания… тьфу!» — вспоминаю, что говорю в пустоту. Проблемно, блин, шизы лишаться!

Как только Радагаст умчался, мы двинулись чуть под углом от него, постепенно увеличивая градус. Гендальф нас ненавязчиво вёл. Он явно знал эти места, но пока никто не догадался, что мы бежим не по случайному маршруту. Я бы тоже не догадался, но, помню, в каноне он притащил весь отряд через какой-то подземный ход в Ривенделл. М-даааа… намерения благие, но реально, конечно, мне его действия не нравятся. Хотя Торин слишком упрям… впрочем, он ведь гном, ему положено. Хотя я и не считаю его правым. Это… нечестно, ненавидеть весь вид из-за действий отдельной группы. У Эребора был союз лишь с лесными эльфами Трандуила, которые-то и предали гномов. Эльфы Элронда и Галадриэль гномам ничего не должны. Да и, зная заочно их всех, я почему-то думаю, что ни Элронд, ни Галадриэль не предали бы союза.

На месте Торина я бы скорее ненавидел бы собственных сородичей из Железных Холмов, ведь они не только не помогли в Эреборе и Мории, но и сейчас бросили своих. Это было бы нормально у людей, но гномы стоят друг за друга горой и именно этот поступок как раз можно считать предательством. С другой стороны, ситуация очень непростая. Гномы Эребора были весьма горды. Впрочем, у них было на то право: наиболее многочисленные, а потому сильные, самые богатые из кланов гномов, да ещё и находящиеся обособленно от остального Средиземья… их многие недолюбливали. Более того, даже после потери собственного дома, эреборцы не пожелали вступить в какой-либо клан или разбежаться по другим королевствам гномов. Они были сплочённые… видимо, именно поэтому никто не стал помогать им в битве при Мории. Морию хотели вернуть все, но ни один клан не обладал достаточным количеством людского, а в нашем случае гномьего ресурса, чтобы заселить отвоёванную у нечисти Морию. И тут вдруг эреборцы, которые даже после нашествия Смауга были далеко не на последнем месте по численности.

Они, собственно, Морию-то отбили, просто осталось их настолько мало, что удержать королевство не смогли и туда вернулась нечисть. Стоило кому-то им помочь, и появился бы второй Эребор. Тот же клан, сидящий в центре Средиземья на сверхукреплённой позиции, на богатейших залежах драгоценностей и других полезных ископаемых, обладающий подземными переходами под Мглистыми горами, которые после падения Мории приходится караванам обходить с севера или юга и лишь редкие путешественники идут напрямик через перевалы… Ещё бы им кто-то помог!

Поля, разбавленные множеством крупных валунов, лежащих вокруг. Между этими валунами вдалеке и удирал Радагаст, а вслед за ним нёсся отряд орков.

— Пошли, пошли!

— Они заметили нас!

— Осталось немного…

Действительно, немного. Гендальф довёл нас до входа в пещеру, где гномы и заняли оборону. Я сосредоточился и с помощью обычной прямой беззаклинательной Трансфигурации за пяток минут возвёл целое укрепление. Сплошная стена с бойницами перекрыла пещеру. Перед ней был ров с металлическими кольями внизу.

— Я пуст… — тяжело приваливаюсь к стене. Нихрена я не пуст, но пусть лучше думают так: нечего им знать мои истинные возможности, а если вдруг гномы даже на такой позиции не сумеют справиться с парой десятков орков… тогда мне проще будет самому забраться в Морию и вытащить оттуда Голума за шкирку с самого дна, попутно свернув шею и отобрав колечко.

— Спасибо, дальше мы справимся и без тебя… — поблагодарил Торин.

Пока гномы ждали орков, которые никак не желали спускаться вниз, я открыл Гримуар и положил на страницы руку…

— Нечасто тебя здесь можно встретить?.. — Том появился неожиданно.

— Ты уже знаешь, что произошло?

— Сюда приходят все твои воспоминая в реальном времени. Я вижу твоими глазами и слышу твоими ушами. То, что происходит в твоей голове, также оказывается здесь, — надо сказать, здешний Том был одет в строгий наряд, состоящий из белой рубахи, а также чёрных штанов и жилетки. На лицо нацеплены очки, волосы — короткий ёжик. Тоже чёрный, кстати.

— И что ты об этом думаешь?

— Я не Воландеморт, если ты об этом. Во-первых, у меня нет запасной личности Воландеморта из диадемы, чтобы поменять на неё свою, во-вторых, мне не грозит раствориться в тебе, а в-третьих, я и так индивидуален, — лаконичные ответы меня сильно успокоили. Они были просто-таки переполнены логикой.

Действительно, даже если бы этот Том мог бы раствориться во мне, то у него бы не вышло, ведь он индивидуален по-настоящему. Пожалуй, ему больше всего подойдёт имя… Библиотекарь. Он хранит огромные массивы информации, систематизирует их, взламывает потихоньку те ментальные оболочки, которые я сюда заключаю… Именно Библиотекарь выводит на страницы информацию и рунные схемы по моим запросам, именно он тут составляет новые схемы под новые задачи. Неужели такая личность может не быть индивидуумом?

— Я понял, благодарю, — киваю и выхожу из пространства дневника.

— Алекс?

— Я в порядке, Торин. Что случилось?

— Там эльфы. Наверху. А позади есть ход. Выдвигаемся.

— Ок, — схватившись за протянутую руку, поднимаюсь с пола и иду вслед за гномом, двигающимся в середине отряда по длинной и несколько узкой расщелине.

— Ты намерено нас сюда привёл! — в ярости повернулся Торин к Гендальфу на выходе. Заметил-таки…

— Умерь свою гордыню! Уж поверь, Торин, твоя гномья упёртость меня иногда убивает! Здесь мы можем получить еду, кров, припасов в дорогу… и именно здесь живёт один из немногих, кто может прочесть карту! — убедившись, что предводитель гномов затаил свою ярость внутри, Гендальф продолжил, но уже для всех присутствующих. — Ривенделл и его жители не любят хамства. Нам придётся проявить уважение, правила вежливости и приличия, быть учтивыми, не вспыльчивыми, показать такт и немалую долю очарования… именно поэтому говорить буду я! — довольно закончил он. Гм… наверное троллинг — не самое весёлое занятие для существа его возраста. Но ведь не в первый раз уже! С другой стороны, если бы он нас троллил, то я бы не заметил… или смысл как раз в том, чтобы мы замечали? Чёртовы древние! Ладно, в эту игру можно играть и вдвоём!

— А если вдруг у Гендальфа не найдётся слов, то я всегда подскажу! — милую улыбочку. Гм… либо у старикана слишком большой опыт, либо он серьёзно говорил, а не пытался никого троллить… хотя одно другому не мешает.

— Если у меня не найдётся слов, юный чародей, то лучше нам будет помолчать… — уел. Вот, как есть. Уел и всё тут!

Выход из ущелья вёл прямо к мосту, отделявшему Ривенделл от остального мира. Один из эльфийских анклавов, очень красивое и интересное место, тем не менее уже заранее ненавидимое Торином и нелюбимое остальными гномами.

Перейдя мост и завидев вдалеке возвращающуюся эльфийскую конницу (интересно, они там на лошадях или единорогах?), гномы тут же приготовились к обороне. Эльфы их окружили, но ситуацию разрулил Гендальф. Ну и Элронд. Честно говоря, коротышки смотрелись на фоне остроухих несколько грубовато, тогда как Владыка Эльфов был спокойнее всех на свете.

— Я чувствую в тебе странную силу, — остановился он, проходя мимо меня. А я-то думал, что опасность миновала! Но нет, отстояться в сторонке не получилось!

— Я тоже иногда её чувствую… — пожимаю плечами с независимым видом. Ответ был принят, как достойный: Гендальф незаметно подмигнул, а Элронд величаво кивнул. Кстати, эльфы чаще называли Гендальфа Митрандиром. Я и забыл, что маг носит и такое имя.

Что я могу сказать? В гостях у эльфов было здорово, уютно, красиво, спокойно. Гномы не оценили, правда. Особенно их возмутило отсутствие в еде мяса. Мне, если честно, было уже немного плевать. Потерпеть некоторое время без мяса было несложно, зато всё остальное оказалось весьма вкусным… хотя вегетарианство эльфов я и не одобряю.

Особенно порадовали, кстати, эльфийки, невероятно красиво играющие постоянно, а, пока мы перекусывали, ещё и танцевавшие. И нет! Я получал только эстетическое удовольствие! Гормонами уже успел переболеть, да и сбросил ещё на Земле, и здесь периодически. Кстати, выбравшись на продолжительное время… точнее попросту сбежав с Острова, я понял, почему старался хранить там целибат до последнего. Просто англичанки были… не сказать, чтобы прямо вот уродины, но полностью оценить их я смог лишь убравшись из Британии в уже более-менее зрелом… относительно возрасте. Из красивых, правда, были многие ведьмы, но нравы, нравы… не то, чтобы я не одобряю, но что-то эти нравы не больно-то мешали всяким дамам меня травить разной дрянью и вообще вести себя несколько… неприлично. Блин, куда-то меня не туда занесло.

На чтении карты я присутствовал лишь из вежливости. Жуткие и непонятные магические артефакты Средиземья мне открываться не спешили.

Зато на следующий день…

— Вставайте! — Гендальф зашёл в общую комнату бодрым шагом, вызвав раздражённое ворчание всего отряда, которому не дали поспать.

— Что случилось? — продрал глаза Торин.

— Собирается Высший Совет. Я останусь на нём присутствовать. От вас требуется собраться и отправиться как можно скорее. Идите через перевалы, в горах остановитесь, найдёте пещеру или другое место для стоянки и ждёте меня, я вас догоню.

— Ясно, — первым сориентировался я. — Видимо, наш поход уважаемому совету не слишком нравится… я…

— А вот ты, Алекс, останешься со мной, — оборвал меня Гендальф. — Первый за много столетий маг-человек, более того, сильный чародей, да ещё и с твоей историей. Ты интересуешь всех и лучше бы тебе не противиться интересу.

— Угроза? — тут же ощерился я.

— Нет, я просто предупреждаю. Сам знаешь: я не желаю тебе зла.

— Ладно! Торин, — гном молча пожал протянутую руку. — Глоин, Двалин… — попрощавшись с каждым, я отправился вслед за Митрандиром.

Сначала мы неплохо перекусили на пару (П. А. Не ошибка! Просто вместе они перекусывали! Вдвоём!), пусть вегетарианская диета эльфов и начала чуток раздражать. Впрочем, у них были весьма сытные блюда, сделанные таким же образом, как и лембасы. Один, пусть и крупный, но сухарик, позволяющий насытиться взрослому воину на целый день, — это очень круто. Не зря же я их сотнями с собой таскаю. Читай, на полгода пожрать всегда имеется, хотя столько времени питаться эльфийскими сухарями… я скорее повешусь.

— Алекс… если что, то ни я, ни ты не знаем о совете, — предупредил Гендальф.

— Гм?

— Собрание будет в неполном составе. Приехал Саруман, а значит здесь три из четырёх членов Высшего Совета. Таким образом Совет может быть собран, однако четвёртый член, Леди Галадриэль, не будет присутствовать. Таким образом у Сарумана есть шанс прервать наш поход.

— Зачем ему?

— Саруман Белый имеет свои взгляды на происходящее.

— А Элронд?

— Владыка нейтрален. Скорее всего он займёт нейтральную сторону до тех пор, пока кто-нибудь из нас не склонит его к себе.

— Какая у вас, однако, грызня…

— Это может показаться со стороны похожим на придворные интриги, но ты неправ, Алекс. Мы не противостоим друг другу и не пытаемся как-то насолить. Мы в первую очередь действуем согласно здравому смыслу, пусть и понимаем его часто по-своему.

Гм… забавно. Только вот я помню, что Галадриэль была на этом Совете. Должна быть. Что это значит? Что Гендальф просто пока об этом не знает. В принципе, он и о самом Совете в каноне якобы не знал, только вот что-то не очень верится, учитывая, что он успел отправить как тогда, так и сейчас, всех гномов вперёд.

— Ладно, я понял. Говорить будете вы, я — молчать… постараюсь, — напоминаю о его недавнем троллинге.

— Спасибо за доверие, — Митрандир какой-то уж слишком тролль…

Вскоре нас нашёл Элронд, пригласив идти за собой. По пути они вели какой-то совершенно непонятный мне разговор на эльфийском. Вообще-то, это не вежливо! Блин… надо будет выучить этот язык. А ещё гномий. И орочий… хотя нафиг мне сдался орочий?

Кстати, спасибо Элронду: я теперь знаю, как называется мой новый меч. Оркрист, он же рубящий гоблинов.

Поднявшись наконец по красивой лестнице, сделанной, как и всё здесь, в непередаваемом и красивейшем стиле эльфов, состоявшим из сплетения камней разной формы, фактуры и цветов с растениями, мы вошли на не менее красивую веранду, откуда открывался вид на пропасть впереди.

Буквально за десяток секунд до этого эльф с магом перешли на нормальную речь:

— С нашей помощью или без неё, эти гномы отправятся к Одинокой горе, чтобы вернуть свой родной дом, и, думается мне, Торин Дубощит не станет просить у кого-нибудь дозволения… и я сам тоже не стану, — закончил Гендальф.

— Не предо мной нужно вам держать ответ, — остановил его речь Элронд, поворачиваясь в сторону веранды. Только сейчас эти двое расступились, открывая мне вид внутрь.

Там, впереди, у самого края, стояла невероятно красивая эльфийка. Слегка повернувшись, отчего её платье скрутилось, она была холодной, а на красивом лице не дрогнул ни один мускул:

— Леди Галадриэль…

— Митрандир… Гуанмунд нонет хил…

— Нениан двистант инфанмунт, — Гендальф сделал поклон, бывший лишь на каплю ниже того, который можно было бы причислить к лёгкому. — Нанвейхиан ихилла Лориэн, — только теперь эльфийка тепло раздвинула кончики губ, заставив меня незаметно выдохнуть. Незаметно — это мне казалось. На самом деле я, видимо, привлёк внимание присутствующих.

— Представишь своего спутника?

— Алекс, человеческий маг, — Гендальф повернулся на секунду в мою сторону, подмигнув одним глазом, чтобы я чуть расслабился. — Весьма умелый, хочу сказать, — я сделал лёгкий поклон, промолчав.

— И не самый глупый, раз до сих пор не проронил ни слова! — раздалось с другой стороны. Глянув туда, я увидел человека, который не мог быть никем, кроме Сарумана. — Здравствуй, Гендальф.

— Саруман, так вот кто…

— Верно, это я послал за Леди Лориэна. Мне показалось невежливым собирать этот Совет без госпожи Галадриэль, — чародей сделал лёгкий полупоклон. — Ты весь в хлопотах, я смотрю, мой друг, — два мага легко обнялись.

Расположившись вокруг каменного стола (Саруман напротив Гэндальфа, Галадриэль с третьей стороны), маги и эльфы на некоторое время замолчали. Элронд помог мне чётко определить своё место. Сам Лорд Ривинделла стоял напротив Галадриэль, видимо, не желая садиться. Впрочем, золотоволосая эльфийка также предпочитала стоять. Меня он поставил за своим левым плечом, ближе к Митрандиру.

— Скажи мне, Гендальф, ты действительно думал, что твои планы и помыслы останутся незамеченными? — начал Саруман.

— Незамеченными? О нет! Я лишь поступаю так, как считаю верным.

— Этот дракон… давно тревожит тебя… — Галадриэль, до того стоявшая на краю пропасти, смотря вдаль, обернулась в сторону Митрандира.

— Всё так, моя госпожа. Смауг пока ещё не служит никому. Если он встанет на сторону Врага, Дракона могут использовать для ужасных целей.

— Врага? Какого Врага? — если бы я не знал Слизерина, то никогда бы не подумал, что можно вложить в свои слова СТОЛЬКО недоумения. Впрочем, Саруман явно не особо старался. — Гендальф, Саурон был повержен, он никогда не обретёт прежней силы!

— Гендальф, уже четыреста лет мы все живём в мире, которого нам с таким трудом удалось добиться! — Элронд пояснял словно маленькому ребёнку. Впрочем, если я правильно понимаю, у этих четверых вкладывать как можно более сильную эмоцию в разговоре друг с другом — естественно.

Я с интересом следил за их речью. Они каким-то образом умудрялись вкладывать в простые слова намного больше смысла, чем те должны были нести. Гендальф приводил свои доводы про Смауга, рыскающих везде и повсюду орках, захваченную Морию и Некроманта в Дол Гулдуре, в конце концов вытащил клинок Ангмарского Короля-Колдуна. Саруман отмёл все доводы из-за их «несерьёзности».

— Скажи, зачем ты взял себе ученика, Гендальф? — внезапно сменил Белый колдун тему, кивая на меня.

— О! Алекс не мой ученик. Он вполне состоявшийся самостоятельный маг, — Серый и сам был уже рад немного передохнуть, так что вполне искренне улыбнулся в бороду.

— У меня такое чувство, что ты начинаешь сходить с ума, как и Радагаст! Зачем таскать с собой человеческого колдунишку? — я сжал кулаки, даже слегка качнулся вперёд, но Элронд лёгким движением руки остановил меня, на секунду повернув голову и приложив палец к губам. Вот честное слово! Чувствую себя ребёнком рядом со взрослым! Хотя… сколько там ему сотен лет?

— При всём уважении, мой друг, если вдруг ты рискнёшь выйти против Алекса, то я бы не поставил на твою победу, — заметил Гендальф, заставив продемонстрировать удивление даже Галадриэль.

— Подожди, — Саруман повернулся в мою сторону, изучая. — Ты хочешь сказать, что этот человек мудрее и искуснее меня?

— Только в бою, но там он действительно многократно превзойдёт и меня, и тебя.

— А не ты ли тот самый Алекс, которого Наместник Гондора нанимал не так давно вычищать западные границы своей страны от орков? Будь добр, продемонстрируй что-нибудь.

Все предметы вокруг, включая массивный каменный стол, поднялись в воздух. Я даже мускулом на лице не шевельнул.

— Прямое воздействие на реальность? — кажется, Саруман опешил. — Сколько же тебе тысячелетий?!

Пожалуй, раньше бы я ничего не сообразил, но имея два стабильных и мощных потока сознания, более того, имея и некоторый опыт, мне было не так уж и сложно сложить картину. «Прямое воздействие на реальность»… Несомненно, Саруман имеет ввиду мой способ колдовства. «Сколько же тебе тысячелетий?» Тут сложнее, но тоже просто. Если тому, что я только что сделал, учат на первом курсе Хогвартса, пусть и первачков и не хватает особо сил на подобные воздействия, то Саруман, явно имеющий в виду сложность плетений, просто не представляет, что инфополе может помогать при колдовстве. Что это значит? О! Что мой способ колдовства магам Арды известен, однако они считают его явно слишком сложным. «Сколько же тебе тысячелетий?!» Явно намекает на данный вывод. Отсюда следует, что здешние чародеи работают с ноосферой совершенно отличным от моего образом. Почему я вообще решил, что они работают с ней? Гм… как минимум то, что творил Саруман в «Братстве Кольца», херача из Изенгарда с помощью сил природы и заклинаний молниями с неба по Фродо и Ко на перевале, без инфополя проделать нельзя. Впрочем, я могу понять, почему за столько тысячелетий они не начали колдовать классически по моим меркам: с такими астральными телами, боюсь, шансов у них работать с плетениями нет. Впрочем, я всё равно не рискну связываться ни с одним из них. Они едва ли не старше известных мне Архимагистров. За такой срок даже простой человек чему-нибудь паранормальному, да научится.

— Не так много, как может показаться, — тщательно подбирая слова, замечаю.

— Почему мы раньше о тебе ничего не слышали? — так, это уже начинает походить на допрос.

— Потому что я… издалека? — последнее слово получилось скорее вопросительным. Я бросил взгляд на Гендальфа. Специально. Это ни от кого не укрылось, потому удалось отвлечь внимание на Митрандира, который поспешил этим воспользоваться.

— Я не думаю, что мы вправе совать свой нос в чужие тайны, Саруман.

— Вот значит как. Но почему ты, человек, думаешь, что тебе хватит сил одолеть самого Смауга?

— Алекс, я думаю, моему другу можно продемонстрировать тоже, что и мне.

— Ну… хорошо, — я начал потихоньку выдыхать пламя. Да, мною уже давно были окончательно ассимилированы что средоточие Василиска, что тот кусочек средоточия того Дракона. Последний-то и дал мне способности к пламени. Целый новый атрибут.

— Драконье пламя?! Значит, ты уже побеждал Драконов, — сложил два плюс два маг.

— Тогда мне досталась всего частичка его сил. У меня вполне себе корыстный интерес в этом походе, — точно. Именно корыстный. Колечко с душой майяра, плюс целая туша Дракона вместе с сердцем. Кроме увеличения собственных сил и качественного перехода, это мне даст ещё и независимость от собравшихся тут. Сейчас тот же Саруман, будь у него время, разделает меня под орех. Я, будучи в Ривенделле, успел расспросить Гендальфа о магии Арды. Немножко, но мне и того хватит, чтобы сделать выводы. Когда я сожру сердце Смауга, то стану достаточно силён, чтобы не бояться Сарумана. Это как минимум. Гм… кажется, тот тоже это понял.

— Скажи… Алекс, — в моё имя он вложил какое-то особенное и непонятное чувство. — А почему ты считаешь, что можешь творить нечто подобное, не спрашивая у нас разрешения? Ты понимаешь, что ваш поход может разбудить самую страшную на данный момент угрозу Средиземья? Ну и, в конце концов, почему ты вдруг решил, что мы позволим получить подобную силу магу, о котором ничего не знаем? — накаляет обстановку? Ну да… если вдруг тут случится что-то, то все четверо присутствующих Древних встанут на его сторону. Даже Гендальф. Хреново… Смотрю на Митрандира, мотаю головой в сторону, получаю кивок…

— Думаю, Гендальф лучше ответит на эти вопросы, — Саруман встал со своего места, я сделал шаг. Саруман вышел из-за стола, я сделал ещё пару шагов. Так… чудно: теперь я на краю пропасти. Белый думает, что мне некуда бежать, подходит на расстояние пары метров…

— А я думаю, что лучше бы услышать ответ из первых уст.

— Видимо, у нас разные мнения… — раскинув руки в стороны, я падаю назад. Ч-чёрт! Чёртова театральность! Саруман едва не поймал меня за край мантии, буквально случайно не схватив тот! Впрочем, не поймал же? Сведя края мантии-невидимки, я взлетаю, беря курс от Ривенделла. Дальше пусть Гендальф разбирается. Вроде как Галадриэль и Элронд сохранили ко мне нейтралитет.

Глава 5[4]

— Леди Галадриэль понравился твой полёт. Ты её сильно заинтересовал, — возник рядом Гендальф. Очень неожиданно возник. Почти из воздуха!

— Ёк-карный пипец! Митрандир, больше не пугай так! — возмутился я. — И как, позволь спросить, ты добрался сюда так быстро? До гор пешком должно быть дня полтора пути, да ещё и через горы сюда идти как минимум день!

— Ну, не только ты умеешь быстро перемещаться. Я, конечно, не летаю… — Гендальф скромно повёл посохом.

— Стоооп! Ты сказал, что Галадриэль понравился мой полёт! Но как вы его вообще видели?!

— Мы не видели, но Леди, — намёк понял, буду уважительнее… — Галадриэль достаточно мудра и искусна, чтобы своим взором видеть и сокрытое… — Только вот не ТАК сокрытое, Гендальф! Не ТАК! — Да меня даже Слизерин не чуял, когда я левитировал в мантии-невидимке! Не, если местность подготавливал, то чуял, но только по колебанию воздуха, которое он засекал, да ещё по слабейшим магическим колебаниям и мельчайшему затемнению оптического спектра, который невидим человеческим глазом. Не думаю, что он виден и эльфийским. Тогда как Галадриэль смогла меня увидеть?! КАК?! Сначала эта эльфийка показалась мне очень симпатичной, умной… только вот теперь её образ в моей голове сместился на эмоцию удивления и лёгкого опасения. Пока лёгкого. Всё-таки я был прав: эти Древние реально монстры даже без классической магии!

— А что Элронд и Саруман?

— Ну, Владыка Ривенделла не видит в тебе серьёзной угрозы, всё-таки уже успел чуть-чуть изучить, когда ты учился готовить те замечательные эльфийские хлебцы.

— Я с ним не встречался тогда!

— Что не означает обратного. Что касается Сарумана… Курунир (П. А. Гендальф — Митрандир или Олорин. Саруман — Курунир или Курумо, в зависимости от перевода. Мне больше нравится Курунир) несколько… обеспокоен тобой.

— Он в ярости, — утвердительно киваю.

— Скорее раздосадован таким скорым уходом. Сильно раздосадован.

— Сильно — это как? Говорил что-нибудь? Гендальф! Не молчи!

— Я бы тебе посоветовал, Алекс, не появляться вблизи Изенгарда.

— Благодарю. Дальше продолжим путь вместе, я так понимаю? Стоит догнать отряд Торина. Если я всё правильно посчитал, то у них фора примерно в полдня.

— Я могу идти несколько ночей не смыкая глаз.

— Я тоже, но предпочту всё-таки спать, так что когда догоним коротышек, то отоспимся.

— Я не буду против. У тебя нет ничего полакомиться? — поняв, о чём говорил волшебник, я залез в свою безразмерную сумку, выудив оттуда небольшой свёрток. — Благодарю, — если бы не был сыт, то, смотря, как Митрандир аппетитно уплетает жареную тушку какого-то зверька, сам снова накинулся б на еду.

Гендальф и вправду мог шагать без устали и быстро. К счастью, магии я был также не чужд, так что мы друг друга стоили. Зная, как передвигаются гномы, могу сказать, что шли мы явно быстрее.

— Здесь должен быть проход дальше… — Задумчиво проговорил Гендальф, смотря на обрыв горной тропы. Резкий обрыв.

— Я сейчас, — прыгаю рыбкой вниз и несусь к земле. Спустя полминуты возвращаюсь: — Внизу тел нет. Здесь точно единственная дорога?

— Да, я не раз и не два тут ходил… гм… возможно…

— Что ты там видишь такого, чего не вижу я? — скептически поворачиваю взгляд туда же, куда и Митрандир.

— Я смотрю на гору, мой юный друг. Как и ты. Только вот одну и ту же ли гору мы видим?

— А без загадок и «я-такой-древний-и-мудрый»? — Показываю пальцами кавычки.

— Тебе стоит поучиться уважению к старшим. Присмотрись внимательно к той скале.

— Ничего там нет особого! Скала, как скала! Разве что выступы волнистые какие-то!

— Да не к куску! Я говорю обо всей скале! Вот обо всей большой, юная твоя голова! — видимо, вместо слова «юная» он хотел употребить нечто иное…

— Эм-с… — я действительно заметил некоторую странность. — Да ну нафиг! — охренел я от пришедшей мне в голову мысли. Хотя… в каноне ведь тоже это было. Могли ли мы натолкнуться именно на них? — Так, щас проверю! Бомбарда Максимум Гранамагикум! — в качестве концентратора я использовал собственный Гримуар, страницы которого мгновенно стали переворачиваться порывами невидимого ветра, а с листов сорвалось больше десятка мощнейших заклинаний, влетевших в скалу.

— Бежим! — схватил меня за плечо Гендальф. Я без вопросов последовал за ним. Скала, которая ранее по форме напоминала человека, оказалась действительно живой… насколько живым может быть камень. Огромная, наверное двухсотметровая, если не больше, фигура, встала во весь рост, громко ревя. Земля тряслась, и камни вибрировали. Где-то послышался грохот. Схватив Гендальфа руками и телекинезом, я просто сиганул с конца тропы, перенося нас на уступ, видневшийся вдалеке и бывший продолжением горного пути.

Великан, которого я потревожил, успел уже врезать ногой по тому месту, где мы стояли недавно, в результате чего новая гора также решила, что засиделась на месте… мы, сокрытые невидимостью, могли наблюдать завязку новой битвы между титанами.

— Хочу… — жадными глазами пожирал я их. Инстинкт самосохранения? Не, не слышал! Эти два чудовища были, по сути, двумя гигантскими джинами, многотысячелетними джинами, раз вымахали до таких размеров. Я подчиню как минимум одного из них! Не сейчас, конечно, но после поглощения души Саурона и средоточия Смауга шансы должны быть! Да даже если не будет, то я подожду и ещё сотню лет! Это же каменные, блин, джины-горы! Да я в любом месте, где будет достаточно камня, смогу в любой момент призвать целую ходячую… целый ходячий апокалипсис!

Видимо, что-то… эдакое отразилось на моём лице, потому что Гендальф косился на меня весьма странным образом, хотя ничего и не сказал, несмотря на мои опрометчивые действия с Бомбардами.

— Ну-с! Куда дальше?

— У нас есть выбор дороги? — скептически взглянул на меня чародей.

— Ну да, только прямо! — фыркнул я.

— …

— Сколько времени? — мы тащились по этому грёбаному перевалу часов двенадцать уже! Успело давно стемнеть и полночь, судя по Темпусу (да! Он и здесь работал! Даже эпоху и год показывал! Надо было использовать ещё в первый день в новом мире…), тоже прошла. Сейчас было часа четыре утра…

— Темпус!

— Весьма удобная способность.

— А то… блин! Да где эти гномы! Уже пять утра! Пять! Мы должны были уже давно выйти на их стоянку!

— Здесь! — уверенно сказал Митрандир, заходя в какую-то пещеру.

— Да! Здесь пещера! И что дальше? — фыркаю.

— Вещи…

— Оу… и правда… — удивился я, смотря на оставленные пожитки.

— След ведёт вниз…

— Подожди! Ты как вообще их находишь?

— По ауре вижу.

— Видимо, у нас разные представления о том, что это такое, — киваю с умным видом, с помощью телекинеза собирая в единую кучу все разбросанные шмотки коротышек. — Тек-с… ладно уж, возьму с собой… — всё отправилось в сумку с расширенным пространством. — Вниз, говоришь? — опускаюсь на колено и кладу руки на каменный пол. Прикрыв глаза, шепчу: — Ал-ах-ам-ор-аааа… — медленно произнося заклинание, я вливал как можно больше маны. С последним слогом, вжимаю руки в пол и тот мгновенно проваливается во множестве мест.

— Спасибо, — поблагодарил Гендальф, висящий над одним из люков.

— Не за что. Не мог же я просто взять и открыть все ловушки.

— Откуда ты вообще понял, что они тут есть?

— На полу след небольшой. Когда ты сказал, что гномы внизу, я сопоставил факты.

— Хорошо, спускаемся!

Прибыли мы весьма вовремя. Только лишь приземлившись, Гендальф выпустил вокруг какой-то свето-энергетический вихрь, расширяющейся сферой отбросивший всяких гоблинов от нас на множество метров. Учитывая, что находились мы в огромной пещере, где опорой ногам служило множество разных мостов и переходов, то большинство отброшенных просто упали с дикими визгами в пропасть.

— Я впереди! — прыгаю вперёд Митрандира, доставая Оркрист.

Что такое маг, сражающийся в ближнем бою? А если этот маг не так давно закончил полное поглощение сорока процентов магической мощи целого василиска? Ладно, не сорока. В сердце было только около восьмидесяти, остальное распределено по телу. Но ведь я всё равно съел сорок процентов силы сердца! Итого тридцать два процента всего василиска! Мощно? Вот и гоблины наверное так думали, застывая предо мной, только лишь взглянув в мои глаза. Мимолётный взгляд — и статуя, тут же получающая удар эльфийским мечом. Взгляд-статуя-меч. Взгляд-статуя-меч. Конечно, не все смотрели мне в глаза, но для таких были ещё телекинетические толчки и пламя изо рта. Да я прямо машина смерти!

Вот не люблю я убивать, но сражаясь с этими тварями, прямо-таки наслаждение испытываю: насмотрелся в Гондоре, что Орки делают с людьми. Гоблины не лучше.

Вскоре уже мы добрались до скрученного отряда Торина, после чего я сложил несколько японских печатей и уже сам выпустил вокруг мощную телекинетическую волну, сшибая всех подряд. На весь отряд лёг предварительно слабенький щит. Как раз чтобы выдержать удар и рассыпаться.

— Авада Кедавра! — зелёный луч поразил огромного гоблина, которого не сбила волна ввиду больших, словно перед нами тролль, размеров. Ревущий гигант отшатнулся, безуспешно пытаясь пошевелить рукой, которой закрылся от третьего непростительного. Резист к магии? — Авада Кедавра! Авада Кедавра! Гм… три штуки… зато дохлый.

— У нас мало времени! Где здесь выход? — поинтересовался Торин, крепко сжимая меч Годрика. У них что, не отобрали оружие? А нет… просто Дубощит носит меч за спиной. Видимо, не заметили, что вполне вероятно, учитывая, что это за артефакт.

— Я чувствую свежий воздух в том направлении! — ненадолго зажмурившись, показал Гендальф вниз.

— Придётся прорываться! — предводитель отряда мрачно, сжимая зубы, кивнул в сторону спешащих вдалеке гоблинов.

— Гм… я как бы скоро буду почти пуст и не смогу поддерживать вас магией… — ещё бы! Сначала куча усиленных бомбард, потом мощная алахомора и левитация с грузом. Дальше куча заклинаний, взглядов василиска и драконьего пламени, под конец телекинетическая волна, усиленная в направлении мостов, за счёт чего гоблины сейчас только лишь вдалеке, да и не особо спешат нападать, приближаются вон, потихоньку.

— Плохо.

— Гм… секундочку… — раскрывая перед собой книгу, направляю руку вперёд, концентрируясь максимально… луч… Грохот и визги подтвердили, что мне удалось.

— Что ты сделал? — повернулся ко мне Гендальф.

— Ну… разъединил часть канатов, разве не видно? — действительно, Трансфигурация — вещь! Особенно тут. С помощью неё легко можно разорвать канат, трансфигурировав участок во что-нибудь другое… да тот же воздух! Вот и я у целой секции так сделал, в результате чего что-то около сотни гоблинов отправилось в пропасть. Не нужно было даже все канаты обрывать: достаточно лишь половины на одной стороне, чтобы мост перевернулся. — Только вот теперь магии точно не ждите!

— Пошли! — рявкнул Торин. Теперь можно было не бояться удара в спину: не было подхода со спины. Момент был удачный и мы пошли.

Что такое полтора десятка опытных воинов-гномов на узком мостке, где по краям пропасть? О! Это полтора десятка чудовищ! Ну, пусть гномов и меньше, зато есть мы с Гендальфом! Последний так вообще мастерски орудовал и мечом, и посохом!

Гномы были тяжелее, но ловчее, сильнее… они просто раскидывали лёгких гоблинов, сбрасывая их в пропасть. Вскоре мы прошли небольшую область, где помосты были подвешены. Теперь уже мостки стояли на сваях. В конце концов, нам удалось вырваться на оперативный простор.

— Быстрей! Быстрей! — подгонял нас маг. Впрочем, гномов подгонять не требовалось: и так уже бежали со всех ног, не желая продолжать бой. Это на мостках они были сильны, а в узком, но высоком коридоре тысячи гоблинов вполне могут просто лавиной задавить гномов. Свет впереди был виден, так что вскоре мы уже вырвались наружу.

— …Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать… Пятнадцать?! Где шестнадцатый?! Где наш хоббит?! (П. А. 13 гномов, Алекс, Гендальф, Бильбо. Итог: 16 морд).

— Я думаю, мистер Беггинс воспользовался своим шансом и уже далеко отсюда! — заявил Торин. — С самого начала было ясно, что ему не место среди нас!

— Торин, ты уж извини, но если мистер Беггинс далеко отсюда, то шансом воспользовался, наверное, не он, а гоблины, — задумался я. — Знаете, пожалуй, вы идите вперёд, а я вас догоню позже. Вот, — кидаю Гендальфу небольшой амулет. — По нему я сумею вас отследить. Не выбрасывайте.

— Найди его, Алекс, — положил мне Митрандир руку на плечо.

Пока остальные гномы двинулись дальше, я прогулочной походкой пошёл обратно в сторону пещеры. Волновался ли я за Бильбо? Да вот ни разу! Колечко просто мечтает вырваться из загребущих ручонок Голума, оно не допустит смерти Бильбо и не допустит, чтобы хоббита схватили гоблины.

— Алекс! — ну вот, что я и говорил. Возвожу вокруг нас купол тишины.

— Бильбо? Ты как, в порядке?

— Да, всё хорошо… ты чего так смотришь?

— Кольцо у тебя?

— А… э… Кольцо? Какое кольцо? — ясно-понятно. Будем лечить.

— Не прикидывайся. Я чувствую его. Золотое маленькое и изящное, но очень тяжёлое для своих размеров. Надеваешь — делает тебя невидимым. Я угадал? Голлум называл его «моя прелесть». Итак? — чуть помявшись, Беггинс вытащил колечко из кармана.

— Вот.

— Чудно. Пойми, Бильбо, оно очень опасно. Оно сводит с ума и рано или поздно сведёт в том числе и тебя.

— Подожди… — он уже мне хотел передать кольцо, но запнулся. — Исчезающий человек двадцать лет назад в Шире… он был очень похож на тебя… а ещё он сказал…

— Что ищет Бильбо Беггинса, «которому мой знакомый, Голлум, одолжил своё кольцо.»

— Ты?!.. — Бильбо попятился.

— Я, я. Просто слегка ошибся временем, а так да, знал наперёд. Только ты молчи об этом, а?

— Тогда почему ничего не предотвратил! Нас же чуть не убили всех!

— Вы все находились вне опасности. Тебя защищало кольцо, а остальных мы с Гендальфом. Забегая вперёд, скажу, что известная мне история несколько изменилась, так что на моё предвидение больше не надейся. Итак?

Хоббит медленно простёртый руку с кольцом над моей, словно через силу повернул кистью, колечко падает в мою ладонь…

— Аааррр… — рычу, потому что кольцо начинает дико жечь, а заодно и давить ментально. Телекинез на нём не работает, более того, оно пытается воздействовать через астрал, выжигая мои энергетические каналы. — С-сволочь… — бросаю опасный артефакт на землю. — Поспи пока… — делаю небрежный пас в сторону Бильбо. — Гм… Обливэйт! — добавлю на всякий случай уже дрыхнущему телу.

Вокруг нас уже стояли скрывающие чары, так что за любителей подглядывать я мог бы не опасаться. У гномов уже набралось форы минут на двадцать пять. Думаю, провожусь ещё какое-то время, но недолго.

Оказалось — долго. Саурон — монстр. Бодаться в ментальной с ним было просто бессмысленно. Я едва сам-то его вытурил из своей головы! Благо хоть, что пока не пытаться его атаковать, он может влиять лишь опосредованно. Пытаться что-то сделать с энергетическими каналами я не стал: этот спектр был полностью замкнут в самом кольце. Дальше была попытка отложить душу Саурона в кошелёк с расширением пространства, дабы потом с ним поработать нормально… Гы-гы! Эта падла просто разорвала пространство кошелёчка! Да так разорвала, что я чуть было не отправился вслед за этим самым пространством! Но самое главное, — это то, что ни Драконье Пламя, ни Адское, которое я, с большим усилием, выдул из источника в Гримуаре, колечко не брали! Вообще никак! А вот от постоянного давления со стороны артефакта защититься было очень тяжело! Саурон каким-то образом постоянно направлял на меня поток буквально горящей маны. Поток не слишком интенсивный, но даже сутки проторчать под таким уже весьма тяжело. Не придумав ничего конкретного, я подумал пока просто спрятать колечко, но в окрестностях делать так было нельзя: Голлум рядом и свою прелесть почует, это с гарантией. Надо будет отойти подальше.

Закрыв глаза, я сосредоточился на энергетическом мире. С удивлением мне удалось обнаружить, что хоббит весьма слабо подвержен воздействию колечка.

— Вот значит как… логично… Кольцо сумело подчинить Фродо лишь спустя целый год ношения… может быть у вашего рода своеобразный иммунитет? Фините!

— А? Алекс? Что случилось?

— Не знаю. Весь отряд вышел наружу, а тебя не было. Я отправился на твои поиски, а нашёл здесь без сознания. Ты как, в порядке?

— Да… наверное… — хоббит неуверенно покачнулся. — Алекс? — удивился он, когда я направил на него руку.

— Империо! — начавшие затуманиваться глаза вдруг резко открылись и Бильбо отскочил.

— Ты что делае…

— Империо Максима! — заклинание было удерживать очень трудно. — Ясно, я так и думал. Обливэйт! — вот интересно: стирание памяти работает прекрасно, а подчинение весьма хреново…

— Алекс? Что происходит?..

— Ты поскользнулся и грохнулся, ударился головой, я тебя уже подлатал. Кстати, у тебя кольцо выпало из кармана… — показываю на означенное.

— Ой! Точно! Спасибо!

— Интересная вещица. Откуда она у тебя?

— А… а! Ты про кольцо! — замял неловкую паузу Бильбо. — Это от моей матушки! Белладонны Тук!

— Но оно же мужское!

— Матушка… она носила его как талисман! На самом деле оно дедово! А ему досталось от его отца, а изначально принадлежало одному моему предку! — мы как-то незаметно двинулись в путь. — …Он был заядлым путешественником! Говорят, настолько большой, что мог ездить на настоящей лошади!

— Ну… может быть… — неуверенно я оценил Беггинса. — Кстати, Торин с отрядом обгоняют нас примерно на час пути. Ты как, летать не боишься?

— Летать? А почему… Аааааа!!!

— Да не ори ты! Тебя нести тяжело! — возмущаюсь ему на ухо. Спустя пяток минут полёта Бильбо показал вперёд, крича уже мне:

— Алекс! Там! Смотри!

— Чёрт! Торин! — издалека нам было прекрасно видно, как Орки обступили гномов на каком-то обрыве. Так… а это, видимо, Азог. Монстр какой-то. Торин как раз с ним бьётся. Вот орк наносит мощный удар, размалывая в щепки дубовую ветвь, которой защищался гном. Вот Торина откидывает к остальному отряду… быстрее! Хо… видимо, орк желает, чтобы предводителя гномов сожрал волк. Что-то там было у зелёных такое, вроде как традиция осквернения тела, сжираемого псами.

— Ты что делаешь?! — ору я отцепившемуся от меня Бильбо. Мы как раз находились почти над битвой. Я уже хотел было подхватить хоббита телекинезом, но передумал, смотря, что коротышка делает.

— Ааааа!.. — герой мля. Как пафосно-то! Выхватил свой короткий меч-кинжал, орлом приземлился с высоты на огромного белого волка, вонзив лезвие прямо в шею. Предсмертной судорогой хоббита откидывает к Торину. При этом Бильбо умудряется не выпустить клинок из рук. Азог с яростным рыком несётся вперёд… так! А я-то на что?!

— Авада Кедавра! — да что они за монстры в Средиземье такие?! Эту тварь Авада даже не остановила, так, замедлила! — Авада Кедавра! Авада Кедавра! Да сдохни ты уже! Инсендио! — надо сказать, что Авады всё-таки оставляли сильные раны на теле орка. Участки белели или чернели, видно было, что Азог испытывает серьёзную боль, однако всё равно движется вперёд. Пламя было весьма сильным, обожгло орка, но не нанесло ему сильных повреждений. — Да чтоб вас, чёртовы магические расы… — на секунду обернувшись, вижу, что большая часть отряда уже в воздухе верхом на гигантских орлах. Чудесно… — Пока, зелёнка… — уворачиваюсь от чудовищного удара булавой, перекатываюсь и, помогая себе телекинезом, бегу к обрыву. Раз, два, три… чувствую, как щит рушится, а затем толчок в спину. Орк метнул оружие и удар был столь чудовищен, что даже проломил щит!

К счастью, толчок лишь свалил меня с обрыва окончательно, да и не повредил особо ничего: щит принял на себя большую часть урона. С помощью левитации мне удалось превратить падение в лёгкое парение, после чего меня тоже подхватил орёл и понёс куда-то.

Я уже подумал было, что можно расслабиться, но куда там! Прямо в левую руку впилась стрела.

— Суки! Грёбаные поганые суки! Ненавижу орков! Ненавижу гоблинов! Ненавижу троллей! Всех истреблю, падлы!

С шипением вывернув стрелу, благо большая часть боли гасилась заклинанием и адреналином, я порылся правой в сумке, доставая фиал. Пара глотков терпкого варева, и вот уже чувствую, как рана чешется, а боль в спине успокаивается.

— Бля, вы ещё и смазали её чем-то… — понюхав наконечник, замечаю. — Ладно, пофиг. Не всякой вашей кустарной дряни тягаться с первоклассной отравой в моих жилах…

Полёт занял всего около двадцати минут, благо что перемещались мы быстро. Вскоре нас высадили и все бросились к раненому Торину. Разогнав гномов, вливаю Дубощиту в рот зелья. Сначала лечебное, потом укрепляющее.

— Спасибо… — гном поднялся, после чего повернулся к Бильбо. Он и раньше-то не был особо повреждён, а сейчас силы должны возвращаться очень быстро.

— Торин? Ты чего? — удивился Балин.

— Скажи, куда ты полез? — не обратил внимания на реплику Дубощит. — Захотел умереть?! Я говорил, что тебе не место среди нас?! Говорил, что ты должен сидеть дома у тёплого камина?! Что путешествия, а тем более походы — это не для тебя?! — выдержав пару секунд, Торин сделал шаг и обнял хоббита. — Прости… я ещё ни в ком так не ошибался! — браво! Браво! Как можно тратить ТАКОЙ талант оратора на должность какого-то Короля?! Хотя… лучше мне держать свои мысли при себе.

— Смотрите! Эребор! — воскликнул Ори.

— Да, мой друг. Это она, Одинокая Гора! — кивнул, улыбаясь в бороду, Гендальф. — Мы почти добрались.

— Почти не считается! — я испытал какое-то особенное удовольствие, подпортив момент. — У меня ваши пожитки, которые вы «забыли» в пещере. Прошу…

— Классная сумка! Подаришь такую? — заметил Бомбур.

— Тебе жратву носить? — иронично спрашиваю самого толстого и любящего поесть гнома в отряде, вызвав всеобщий хохот. — На, держи! — кидаю ему один из кошельков. — Только у меня больше нету! — пресекаю дальнейшие попытки дележа моего кровного имущества.

— Ха! Кто успел, тот и съел! — хохотнул толстяк, пока я раздавал остальное оружие, мешки, запасы еды и всякое разное.

— Сделаем небольшой привал, а затем двинемся дальше! — приказал Торин.

— Смотрите! Ворон! — заорал Ори, показывая на летящую невдалеке птицу.

— Это дрозд, мой юный друг, но мы будем считать его вороном и хорошим знаком.

После полёта на орлах все ощутили, что цель близка. Осталось недолго. Я же… я же ощутил нечто другое. Мимолётную связь с самим собой. Чувство, когда вся моя жизнь унеслась к оригиналу.

«Началось…» — подумал я, смотря в небо. Солнечный свет сейчас как раз сходил на нет и показались первые звёзды. Торин решил идти ночью… умно. Но мне в данный момент было плевать. Где-то там, в совершенно ином мире, началась новая, совсем другая история.

Спустя пару дней, Бильбо вернулся с очередной разведки. В скалистой местности он был наиболее удобен, ибо оставался самым ловким и проворным в отряде, легко залезая на скалы и укрываясь там, ведь он был самым мелким из присутствующих. Я бы, наверное, мог выполнять данную работу лучше, но не вмешивался: после столь проникновенной речи Торина, Беггинс по-настоящему стал частью отряда. Несколько предвзятое к нему отношение исчезло… и я не слишком хотел менять ситуацию: пусть все видят, что хоббит тоже полезен.

Мы уже давно отдалились от Мории на приличное расстояние. Кольцо вряд ли дозовётся Голлума, но проблема была в том, что я просто не знал, куда бы его запрятать. Эту пакость в ближайшие лет пятьдесят мне точно не расколоть. Я её и нести-то нормально не могу. Если спрятать ненадёжно, хотя самую маленькую брешь в защите допустить, то колечко достаточно быстро дозовётся до кого-нибудь. Ну и чего делать? Вот куда мне его засунуть? Мы с Библиотекарем, скорее даже он, чем я, разработали мощную рунную ловушку. Только вот проблема: на сооружение конструкции из десятка тысяч символов уйдут не одни сутки, а ведь её нужно ещё и от чего-то запитать. В кольце душа существа, в общем и целом не особо уступающего Магистру. Даже превосходящего, если подумать. Пусть Саурон и специализируется на несколько иных направлениях, но всё-таки… и от чего мне запитывать тюрьму для этого монстра?

Единственный реальный вариант был засунуть кольцо в подпространство моего Гримуара… только вот я вовсе не уверен, что Библиотекарю даже с поддержкой всех имеющихся у меня душ хватит сил сковать Саурона. А ведь нужно не только сковать! Нужно потихоньку ослаблять! Иначе какой смысл, если он рано или поздно вырвется? Происходящее меня просто бесило, но делать было особо нечего, приходилось пока что оставить всё так, как есть.

Так вообще, через два дня Бильбо снова вернулся из разведки, заявив нечто интересное:

— Орки в двух милях от нас, но есть ещё кое-кто.

— Кто же? — тут же насторожился Гендальф. — Не медведь ли?

— Откуда ты знаешь? Впрочем… это существо было куда больше медведя…

— Беорн…

— Ты знаешь о нём? — напрямую спросил Торин.

— Да. И нам лучше бы с ним не встречаться. Здесь есть дом, где мы можем укрыться.

— Чей дом? Друга или врага?

— Ни то, ни другое. Хозяин не любит гномов. Он может как помочь нам, так и убить.

Выбора особого не было. Орки недалеко, какой-то сволочной монстр — тоже. Сталкиваться с ними? Ага… делать нам больше нечего. Пришлось бежать.

Красивые тут всё-таки леса, древние. Деревья поросли мхом, как и кустарники, и земля с камнями. Пожалуй, мох — то, что объединяет просто подходящие друг к другу элементы в единую общую картину. Хотя гномы были заняты в отличие от меня отнюдь не философскими вопросами.

До нужного нам дома нужно было пройти километров двадцать. Много это или мало? По ровной дороге — мало. По скалам, неровным каменистым равнинам и лесным кручам — совершенно иной путь. А уж когда по пятам идут Орки на своих чёртовых волках и Беорн, который даст хорошую фору и всаднику…

В конце концов мы добрались. В последний момент, правда. Эта туша и впрямь была громадной, более того, моё Редукто, в которое я вложил столько сил, что Беорна попросту снесло на пяток метров, явно лишь привело противника в дикую ярость. Впрочем, крушить собственный (как потом объяснил нам Гендальф) дом Беорн не стал, предпочтя орков, идущих следом. Жуткие крики были слышны довольно долго, хоть и редко.

Проснувшись на рассвете, мы встретили оборотня уже в обличье человека. И мне внезапно стало очень многое интересно. Беорн имел относительно структурированное астральное тело, что я в Средиземье встретил впервые. Пожалуй, позже следует к нему наведаться.

Получить его лошадей оказалось относительно просто:

— …Я не люблю гномов, они алчны, скупы, жадны… но орков я не люблю гораздо больше…

Из рассказанной истории мы узнали, что оборотней когда-то было много… и все истреблены орками. Гм… пожалуй, у мужика есть право ненавидеть этих созданий.

Наперегонки с орками мы добрались до Чернолесья. У нас была фора в пару часов.

— Это эльфийская тропа, — кивнул вперёд Гендальф. — Мы должны пойти по ней. Помните, этот лес болен. Дурман летает в его воздухе. Ни в коем случае не теряйте тропу! Нельзя её потерять!

— Лесные эльфы более высокомерны и вспыльчивы, но далеко не так мудры, как их собратья. Хотя думают они с точностью до наоборот… — предупреждал нас не так давно оборотень. Кстати, вон его фигура на горизонте.

— Отпустите лошадей! Пусть возвращаются к хозяину! — Митрандир тоже заметил фигуру.

— Гендальф? — удивился Бильбо, когда маг вдруг замер на месте, держа на пальцах птичку, что-то чирикающую. Для остальных это выглядело чириканьем, а вот я видел ещё и ментальные посылы от птицы к магу.

— Не трогайте мою лошадь! Она мне понадобится! — тяжело вздохнул чародей.

— Ты нас бросаешь?! — удивился хоббит.

— Я бы отправился с вами, если б мог. И, Алекс…

— Ась? — я как раз ковырял в зубах от бутерброда, взятого с собой.

— Ты должен отправиться со мной.

— Гм… это прямо так необходимо? Не лучше ли, чтобы я был с остальными?

— Слишком важное дело… — отвёл глаза Гендальф.

— Пусть идут! — несколько резко кивнул Торин. Гендальф достал медальон, который я ему не так давно дал, и передал его Дубощиту. На вопросительный взгляд Митрандир пояснил:

— Это магическая вещь Алекса. По нему он вас всегда найдёт.

— Постараемся вернуться побыстрее! — махнул рукой я, запрыгивая на коня позади Гендальфа.

Путь занял часов десять, затем мы отпустили животинку и отправились пешком. Гендальф вёл меня чёрт знает где. Какие-то скальные узкие карнизы, с которых в любой момент можно было сорваться, обросшие мхом мосточки… внизу пропасть, везде сыро и промозгло, туман…

— Это здесь! — крикнул маг, перебивая шум ветра. Я с некоторым сомнением заглянул в обтёсанную дыру в скале. Меня смущала форма прохода: напоминала форму гроба.

— Гм… Люмос… — небрежно машу рукой, подвешивая над головой светящийся шарик. — Я первый, пожалуй. Эм… Медмезиа Спиритус Протум Ментатум! — классная штука, эта Медмезиа. Вредная, затратная, но классная. Своеобразный универсальный щит. Позволяет создать защиту от трёх вариантов угрозы, после чего можно уже выбирать сами варианты. Я сейчас окружил себя физическим, спиритическим и ментальными щитами. Сразу как-то легче стало здесь находиться.

Тоннель внутрь был под уклоном. Я сразу же заскользил… и едва успел совершить мощный прыжок, когда проход неожиданно кончился квадратной широкой вертикальной шахтой. Благо хоть на другой стороне, до которой было метра три, оказался скальный карниз. А вот Гендальф не удержался и начал переваливаться. Пришлось подталкивать его телекинезом.

— Блять!!! — рухнул я, когда обернулся в очередной раз и увидел прямо позади себя Радогаста. — Ты откуда взялся, блин?! — охренел я. — Гендальф?

— Это я вызвал Карима, — отозвался что-то изучающий на стене маг. — Спасибо, что прибыл, Радагаст.

— Зачем ты позвал меня в такое мерзкое место, друг? Здесь всё пропиталось злом до последней трещинки, — неожиданно серьёзно и спокойно спросил лесной волшебник.

— Посмотри сюда, — Митрандир показал на открывшуюся в стене нишу, размером с небольшую комнату. Там, прямо по центру, стоял каменный гроб. Гроб, крышка которого была разбита вдребезги, а её осколки лежали вокруг бывшего вместилища усопшего.

— Великие Айнур… это же…

— Верно. Здесь был захоронен Ангмарский Король-колдун. Алекс, ничего не чувствуешь?

— Жрать хочу, — испортил я всю атмосферу. — А если серьёзно, то некроэнергия зашкаливает по своим показателям, — без проблем стягиваю в ладони из окружающего пространства зелёную сферу. — Пожалуй, я не зря сюда пришел… — открываю Гримуар и кладу руку на появившийся рунный круг. — Мортис Импиритум Концентрато… спиритус Мортис…

— Что он делает? — тихо, на грани моего слуха, который сейчас использовался вторым потоком моего разума, спросил Радагаст.

— Что-то достаточно тёмное, но недостаточно злое… — также тихо, но сосредоточено ответил Гендальф.

— …Концентрато… — из окружающего стало всё быстрее тянуть некротическую энергию. Зеленые струйки выходили буквально из всего, всасываясь в страницу книги, руны на которой также засветились зелёным. Всё ярче, ярче… когда мне стало казаться, что скоро собранная сила начнёт прожигать бумагу, я прекратил.

— Алекс?

— Стало заметно легче… — отметил Карим.

— Да, я почистил окружающее пространство, — а заодно собрал силу. — Но, к сожалению, всё зло мне забрать отсюда не дано.

— Ты сделал намного больше, чем должен был, — Гендальф положил мне руку на плечо. — Пойдёмте! Нам надо посетить ещё одно место.

— Ты думаешь…

— Да, Карим… ОН, возможно, вернулся. Ты ведь знаешь, кто тут лежал? Слуга Зла… один из девяти.

Дол-Гулдур был не так уж и далеко. Ещё на подходе к нему Гендальф повернулся к нам:

— Я пойду один.

— Крепость вроде выглядит заброшеной, не?

— Ты не прав, Алекс. На ней скрывающие чары. Так и задумано.

— Ммм… скрывающие? Ревелио… — медленно провожу перед собой руками. Интересно, что окружающее пространство задрожало, словно холодец. Некая весьма обширная область начала «таять», открывая свой истинный вид, однако вскоре прекратила и снова стала затуманиваться, принимая прежний облик. — Мощно… — оценил я творение чужого гения.

— Я прошу вас отправиться назад, — твёрдо сказал Митрандир.

— Это может быть ловушка!

— Уходи! И не возвращайся! — чётко и ясно произнёс Гендальф. — Это наверняка ловушка… — уже тише буркнул он себе под нос.

— Гм… Гендальф, я так понимаю, своего решения ты не изменишь? Позволь я отправлю с тобой небольшую поддержку? Экспекто Патронум! — между моих рук появился Феникс, пульсирующий белым в такт биения сердца.

— Невероятно… — ошарашенными глазами проводил Радагаст птицу, усевшуюся на плечо Митрандира. — Как?!

— Это заклинание придумали для сражения и защиты от одних тварей. Мерзкие создания. Выглядят, как полуразложившиеся окоченевшие трупы под чёрными балахонами. В их присутствии наступает сильный холод, они буквально высасывают все светлые эмоции, всё тепло, поднимая наружу самые мерзкие воспоминания, а если вдруг им поддаться, то они высосут и сожрут душу.

— Мне они кого-то напоминают… — тихо буркнул себе под нос Гендальф. — Как, говоришь, их называют? И их случайно не девять?

— Дементоры. И нет, их, к сожалению, многие сотни.

— Ты пришёл из жуткого мира, Алекс. А теперь уходите. Помоги гномам!

— Ок, — пожимаю плечами и, скрывшись из окружающего мира, взлетаю вверх, направляясь на сигнал моего маячка. Помню, Гэндальф тут встретится с Сауроном? В каноне как-то выкрутился, а сейчас с ним ещё и мой патронус. Не то, чтобы в простом бою он мог бы оказать значительную поддержку, но Патронус — это не только заклинание против дементоров и для передачи сообщений. Для Гендальфа он будет очень полезен, ведь способен усилить многие чары мага.

Глава 6

Я приземлился прямо перед прекрасными резными деревянными воротами. Впрочем, это дерево, судя по всему, было прочнее камня. Врата были относительно узкими: метра два в ширину. Зато высота намного большая. Створки были открыты, к воротам вёл мост, около каждой створки стоял эльф. Караул, значит. Гм… не стоит, думаю, врываться и всё крушить. Во-первых, в прямом противостоянии эльфы могут меня и завалить, а если проникать тайно… это я всегда успею, как и испортить отношения с одним из эльфийских Владык. А вот мирно всё решить можно и попытаться.

Сняв мантию-невидимку, я тут же оказался под прицелом луков. Эльфы лишь на полсекунды замешкались. Мои руки были приподняты в полусогнутом состоянии.

— Спокойно, спокойно, я тут с миром. Эм… — не зная, что дальше говорить, я на пару секунд завис, ожидая хода стражников. Так и не дождавшись, продолжаю: — Ребят, мне бы с Трандуилом перетереть…

— Кто ты такой и что забыл в моём королевстве? — величественный и гордый? Гм… я бы сказал, что Лесной король скорее чванлив, нежели горд и величественен. Тем не менее, надо быть вежливым.

— И откуда у тебя меч, который ты носишь за плечами? — раздался неожиданно голос справа. Из-за деревянной колонны вышел… Леголас! Точно! Леголас! Натуральный! Просто точная копия себя из фильма!

— Гм… это Оркрист, выкован в Гондолине. Я и мои спутники нашли два клинка высших эльфов в пещере троллей что к западу от Ривенделла примерно в пяти часах пути. Позже Владыка Элронд рассказал нам, что это за мечи. Он же разрешил от лица эльфов Средиземья владеть этими клинками.

— Лжёшь, — спокойно сказал Трандуил. — Клинка было три. Пусть третий мне неизвестен, но он выкован далеко не людьми, — убью, тварь ушастая… как ты смеешь мне тут с таким небрежением демонстрировать меч моего учителя?!

Я даже руку не вытягивал: клинок сам с невероятной скоростью и силой вырвался из рук Трандуила, да так, что тот едва устоял на ногах. Любой, кто стоял сейчас рядом, почувствовал ту мощь, с которой оружие влетело мне в руку.

— А вы вор, Владыка, — полурыча заговорил я, наплевав на направленные в меня стрелы. — Это меч моего учителя, Годрика Гриффиндора, который я подарил Торину Дубощиту. Эльфы к созданию этого клинка не приложили ни единого усилия, эта сталь выкована цвергами и перекованна народом истинных гоблинов, в её создании участвовал учитель моего учителя — Мерлин, а затем сам мой учитель, Годрик Гриффиндор ещё раз перековал свой клинок, вложив в меч часть своей души… но ни один эльф не имеет права на это оружие! — в подтверждение моих слов меч засиял золотым, окружив меня текущим куполом расплавленного в воздухе золота.

— Опустите оружие, — Трандуил аккуратно приподнял руку. — Я приношу свои извинения… маг? — последнее он скорее спросил.

— Да. Я волшебник, чародей, маг, колдун… называйте, как сочтёте нужным. Так вы отпустите моих друзей?

— Гномы, о которых ты говоришь, сбежали полдня назад. В погоне за ними мы натолкнулись на орков, — заговорил Леголас. — Одного взяли в плен.

— Чудно… — цыкнул я: опоздал. — А пленник ничего не говорил? Могу я его допросить?

— Эта тёмная тварь мертва. Более того, я уже приказал закрыть границы, если ты не желаешь побыть нашим гостем какое-то время, то тебе придётся уйти.

— Хорошо, но сначала отдайте мне вещи моих спутников.

Чуть пободавшись с эльфом взглядами, мы уяснили одну простую истину: лучше не наглеть. Обоим. Честно, сейчас что я, что Трандуил напоминали баранов. Обоим хочется столкнуть соперника, но ни один не уверен в своей силе настолько, насколько нужно.

— Принесите! — величественно махнул рукой эльф.

Надо сказать, что здешний эльфийский анклав был как бы не красивее Ривенделла. Только вот если владения Элронда стояли в Солнечном просторе и там преобладали в большинстве своём белый, салатовый, нежно-розовый и другие подобные цвета, то город лесных эльфов находился в огромных пещерах, стены которых поросли мхами. Откуда сюда проникал свет, я до сих пор не понял. Тут, правда, было множество кристаллов, которые тускло мерцали… может быть они и светятся, просто я не замечаю?

Этот город, точнее, его части, были соединены множеством мостов, представлявших из себя каменные блоки, оплетённые деревом, в которое они уже давно вросли. Таким образом, в принципе, достигался эффект, при котором многие части вроде как были отдельны и закрыты друг от друга, но вот с тронной площадки, своеобразной древокаменной платформы, где толстенная ветвь принимала форму трона, можно было, при желании, увидеть процентов семьдесят всего города. И это несмотря на то, что тут, в общем-то, живёт немало эльфов! Тысяч десять, если быть точным. Ну… мне так кажется. С тем же успехом могут иметься и невидимые мне области, так что эльфов здесь может быть и двадцать, и тридцать тысяч… но вряд ли больше. Воины, тренирующиеся и совершенствующиеся столетиями… пятисотлетний эльф — это как небольшой отряд тех же людей. Если бы остроухих было б много, то они бы уже давно правили бы Средиземьем. Элронд и Галадриэль достаточно мудры, чтобы не лезть в дела соседей. Их территорий хватит и для полусотни тысяч вечно живущих жителей, а больше остроухим и не требуется, но вот Трандуил… боюсь, он несколько иного мнения должен быть.

В общем, шмотки отряда мне вернули, после чего весьма заинтересованно проследили, как я их складываю в свёрнутое пространство. Затем Леголас лично проводил меня к выходу и приказал закрыть ворота, но…

— Господин, а как быть с Тауриэль?

— Тауриэль? Что с ней?

— Она ушла два часа назад…

— Шарх***, — гм… судя по лицам стражников, это весьма конкретное такое ругательство. — Закрывайте ворота! Я иду с тобой, — повернулся он ко мне. Пожав плечами, шагаю во внешний мир.

Следовать за Леголасом было одно удовольствие. Эльф знал все тропы, все проходы и все нюансы. Он знал каждое дерево, каждый сучок и ручей. Сначала блондин, кажется, не был уверен в правильности своего решения о временном объединении с одним скромным магом, но вскоре уже он убедился в моей скорости, так что сомнения сами собой отпали.

— Тауриэль! — эльфийку мы нашли на берегу лесной реки. Я тактично остался в тени деревьев, скрывшись под невидимостью.

— Леголас! Эльторе но левлен…

— Но халь! Лю венс ладан норминолис!..

Определённо, надо учить эльфийский. Задолбало уже вот так вот стоять и не понимать ни слова. Да и с гномами также, но я всё-таки проходил несколько лет под командованием Бруина, так что по-ихнему я чуток понимаю, а вот у остроухих…

— Бля! Вы чего творите?! — я с трудом сумел увернуться от стрелы, выпущенной эльфийкой.

— Но лэсс! — отвёл её лук в сторону от меня Леголас. — Он со мной!

— Прошу прощения, — повинилась девушка. — Я услышала, как треснули ветки, но никого не увидела…

— Ясно, извинения приняты. Вы теперь возвращаетесь к себе?..

— Нет. Мы пойдём за гномами. Им нужна помощь, — ответил эльф.

— Чудесно… Гм… пожалуй, придётся пешочком, — констатировал я, поняв, что двоих я нести не смогу. Точнее, смогу, но потом буду выжат сильно.

И мы снова побежали, на этот раз вдоль устья реки. Эльфы были невероятно гибкими и ловкими, а ещё выносливыми. За счёт чего они прямо на ходу исполняли невообразимые кульбиты. Я помогал себе телекинезом и левитацией, а потому несильно-то и отставал.

Перемещаясь с эльфами, я только и мог, что поражаться их скорости по лесу. Едва ли не быстрее, чем по равнине: за счёт отталкивания от стволов и веток.

Вскоре мы добрались до озёрного города, где стали искать переправу (мост был далеко от устья реки). Здесь-то я и вышел на первый план.

— Гм… не будем терять время, хватайтесь за меня!

— Ты собрался с нами плыть? — скептически глянула на меня Тауриэль.

— Нет, конечно. Но маг я или не маг? — чуть приподнимаюсь над землёй.

— Оу… — на секунду округлили они глаза.

Неприлично запрыгивать даже на спину ни один из эльфов не стал: видимо, стеснялись друг друга, как бы странно это не было. Схватились за руки. Благодаря телекинезу, вес я почти не ощущал. Аппарировать было нельзя: меток в городе не было, а природное пространство тут было весьма кривое. Видимо, своё дело делал лес и Гора.

Приземлившись на помостках здешней деревянной Венеции, мы тут же побежали к ближайшему патрулю стражи. Что интересно, эльфов даже не подумали останавливать или расспрашивать. Помню из канона, бургомистр города на озере, сделал своё состояние на торговле с лесными эльфами… видимо, поэтому им тут так много позволено.

Что интересно, похождения гномов уже были известны всем вокруг. Более того, Торин тут, оказывается, выступил с пламенной речью о возвращении величия Эребора и, как следствие, Озёрного Города. «Воспламенив» сердца окружающих, гномы получили оружие, припасы и попёрлись к Эребору. Ну… что тут сказать? Молодцы.

Один из гномов был ранен, лежал в доме некоего лодочника Барта. С ним же осталось то ли два, то ли три его товарища.

— Орки! — вдруг отметил Леголас, запуская стрелу за угол. Блин! Он что, человек-паук?! Предвидит будущее? Ах да! Это джедайская фишка! В общем, юный эльфийский падаван выпустил стрелу ещё до появления противника, но попал.

— Авада Кедавра! — рявкнул я, запуская зелёную молнию с руки. Орк попался относительно мелкий, за счёт чего его почти прибило. — Диффиндо Максима! Диффиндо Максима Гранамагикум! — рой волшебных лезвий превратил следующих противников в кровавый фарш.

Мимо моего уха пронеслось сразу две стрелы. Промахнулись?! А нет… попали… просто целились не в меня. Чёртовы эльфы! Могли ведь мне башку снести!

— Бегом! Бегом! — гоню своих временных напарников к нужному дому.

— Я внутрь, вы сторожите! — киваю эльфам.

— Я могу помочь!

— Дорогая Тауриэль, ты уж прости, но я маг-целитель, а ты просто эльфийка с неплохими способностями, — хмыкнул я.

— Мы пойдём с тобой. На всякий случай, — положил мне Леголас руку на плечо.

— Ладно… — секунду помедлив соглашаюсь. — Ори! Глоин! — встретил я гномов.

— Алекс… они что тут делают?!

— Я тут побывал у здешних эльфов, захватил ваше оружие, а эта парочка присоединилась ко мне. Давайте помогу… — подхожу к крутящемуся Кили, от которого шёл ощутимый жар. — Ой бляяя… — тяну, проводя рукой над ним. — Чем его?

— Моргульская стрела.

— Мммм… пожалуй, вскоре нам потребуется каждый боец… — чуть подумав, открываю книгу и достаю из печати на странице фиал со Слезами Феникса. Аккуратно перевернув надо ртом гнома пузырёк, я капнул всего каплю. Осталось ещё семь-восемь таких же.

Подействовало мгновенно: жар сильно спал, гном перестал мотаться из стороны в сторону, открыв глаза. Видя, что он всё ещё слаб, я достал зелье высшего исцеления, выдав пузырёк в дрожащие руки Кили. Как только тот выпил предложенное снадобье, к нему пошли фиалы с общеукрепляющим и стимулирующим. Сдобрив всю эту отраву парой заклятий, достаю уже бутерброд из подпространства. Солидный такой бутерброд: из целого батона, листьев и солидного куска мяса.

— На, поешь… — Кили даже не стал ничего говорить, тут же жадно вцепившись в предложенную снедь.

— Фух… спасибо, Алекс, — тихо проговорил Ори.

— Спасибо скажете позже. С вами мы разобрались, теперь дело за моим Драконом!

— ТВОИМ Драконом?! — воскликнул рядом человек, которого я хоть и заметил раньше, но не особо обращал внимания.

— А ты Барт? Да. МОИМ Драконом! Мне тут обещали его тушу, так что я собираюсь жестоко убить эту ящерицу… — в этот момент всё содрогнулось, а в открытом окне можно было увидеть взлетевшую около Одинокой Горы золотую тушу. Торжествующий рёв, взмах и золото тысячами капель слетает с тела Дракона. Это я заметил с помощью заклинания: далековато была зверушка. — О! На ловца и зверь бежит! — оскалился я так, что все отшатнулись. Барт стоял дубом недолго, схватив откуда-то подвешенный дротик из чёрного металла.

— Чёрная стрела?! Почему ты нам не рассказывал?! — воскликнул выбежавший из соседней комнаты мальчишка.

— Эта хрень вот — стрела?! — натурально оху*л я. — Это же целое копьё!

— Она для Дракона! И у нас нет времени! — одёрнул меня лодочник.

— Вот именно! Но спасибо за помощь! Друзья, защитите этих людей пока что! — выхватив стрелу у лодочника, я просто прыгнул в окно, взмыв в небо навстречу Смаугу.

Дракон был просто огромен. Не меньше того чудовища, которое когда-то одолел Слизерин. Вот он открывает пасть, и на меня несётся целый огненный шторм. Это не армейский огнемёт, это целый ядерный взрыв в миниатюре!

— Медмезиа Огнум Темперия Протус… — бурчу себе под нос. — Огненная пелена! Угольная бронь… — последние заклинания уже на русском. После последнего я уже мало что успел: меня накрыл вал огня… который я прошёл, пусть и было весьма жарко. Волосы чуток обуглились, но это и всё. — Ну давай, стрелочка… — металл проводил магию не хуже меча Годрика, а потому засияв чёрным и окружив меня аналогичного цвета ореолом, начав буквально искрить черневшими полосками молний, стрела легко сорвалась с моей руки, за одно мгновение преодолевая разделяющее меня и Смауга расстояние. Образовавшейся воздушной волной меня несколько откинуло… кажись, стрелка преодолела сверхзвук. Так или иначе, утробно заревев, Дракоша стал судорожно махать крыльями.

Вниз капала чёрная кровь. Ээээх… столько материала пропадает!

Вообще-то, Смауг должен был отдать концы, но эта тварина оказалась пробита навылет, так что вышло, как вышло.

Извернувшись, Дракон выдохнул в меня поток пламени. Не слишком сильный, но мне серьёзно так опалило лицо и не скрытые мантией Смерти участки тела. Блин, да он что, издевается?!

— Велесова бронь… — бормочу одно из сильнейших известных мне заклятий от огня. Такое как раз было создано для защиты от Адского Пламени, Пламени Драконов и аналогичного.

Следующий выдох мне вреда уже не причинил, но энергии тоже было не ахти как много. Хорошо ещё, что Гримуар был на месте.

— Так-с… — достав меч Годрика, начинаю проводить сквозь него максимум силы. Золотое энергетическое лезвие стало больше своей стальной основы… два метра, три… — Кхе… — выдыхаю перед ударом, смотря, как многотонная туша падает на берег озера, а голова «несчастной зверушки» (Хагрид-стайл) катится по земле. — Фууух…

Приземлившись рядом, я привалился прямо к горячему боку ящерицы. Мне было уже плевать, что ценный ингридиент течёт из шеи литрами… на всё уже плевать было: устал слишком.

Через силу достаю общеукрепляющее и выливаю фиал себе в рот. Чуть подумав, добавляю каплю Слёз Феникса. Да, невероятно ценный ингредиент, но трястись над ним постоянно… зачем я его взял, если не стану использовать? А время сейчас слишком дорого.

Достав аналогичный отданному недавно Кили бутерброд, я через силу в него вцепился: силы сейчас будут нужны.

Спустя полчаса, я, наконец-то, относительно нормально стал себя чувствовать. Встав, чуть качаюсь, но быстро выправляю равновесие.

— Агуа… хотя нафиг… — покопавшись в сумке с полминуты, достаю пластиковую бутыль с водой и шоколадку с орехами. Попеременно запивая куски сладости, продолжаю восстановление сил. — Ладно… пора, пожалуй, тебя разделывать… — оглядываю тушку Смауга. Скоро начнётся битва пяти армий и мне желательно на неё успеть.

Набрав небольшой объем кровушки, я тут же её выхлебал, почувствовав себя, наконец, относительно неплохо. Кровь Истинного Дракона — мощный стимулятор. Она ускоряет регенерацию маны в несколько раз, так что полный резерв у меня будет часа через три.

Затем начал разделывать тушу.

Огромное сердце, весом кило под десять, а размером с три, а то и три с половиной моих головы, было извлечено первым. Ради этой штуки, до сих пор мощно пульсирующей магией, всё и затевалось. Следующей была собрана с помощью заклятий кровь. Не то, чтобы много… всего-то каких-то сорок литров. Так, мелочи…

Следом я аккуратно извлёк глаза, затем зубы… из особо ценного осталась только чешуя, но я, блин, не успеваю. Вот никак не успеваю! Пришлось аккуратно работать, срезая большой кусок. Затем, схватив его и запечатав, отправляюсь к Одинокой Горе.

— Алекс… Алекс… Алекс… — словно тихий шёпот, моё имя отдавалось у меня же в ушах. Зависнув в воздухе, я прислушался. Через пару мгновений я узнал голос.

«Леди Галадриэль?» — сосредоточившись, я сумел послать ментальную волну той же частоты. Вроде как меня услышали.

— Молодец… …лодец… …дец… — слова повторялись несколько раз, словно бы эхом отдавая своими окончаниями. — Не думала… умала… …ала… что ты сможешь… ожешь… жешь… ответить… этить… ить…

«Что случилось?»

— Дул Гулдур… улдур… дур… там… встретимся… этимся… имся… Важно… но…

«Сколько у меня времени?»

— Мало… ало… о… Быстрее… ыстрее… рее…

«Дайте мне три часа!»

Наверное, мои слова отдавались ей также, как и её мне. Неважно. Пожалуй, несколько исправить впечатление от предыдущей нашей встречи я сумею.

Рванув в нужную сторону, я влил в рот ещё один фиал с кровью Дракона. К ней добавилось мощное общеукрепляющее, стимулирующее, а также ещё одна капля Слёз. Эдак у меня осталось всего около пяти капелек…

С тем ядерным реактором, в который я превратил свой желудок, я сумею выдать не меньше, чем мог до боя с Драконом. Да что там! Больше! Только вот потом мне обеспечен постельный режим надолго. Впрочем… трое-четверо суток без сна и усталости я себе тоже только что гарантировал.

Сложно представить, но сила восстанавливалась быстрее, чем я её тратил. К сожалению, Дол Гулдур стоял в мощной пространственной аномалии, коих в Средиземье было видимо-невидимо. Нет, я, конечно, совершал аппарационные прыжки в пути, но всё равно три часа есть три часа. Хотя я смог управиться даже раньше.

— Леди Галадриэль! — приземляюсь рядом с идущей в сторону крепости девушкой.

— Митрандир говорил, что ты могущественный чародей… я чувствую, что вскоре нам потребуется вся твоя сила.

— Я не подведу, — пристраиваюсь за левым плечом эльфийки. — Могу я просить о небольшой услуге?

— Какой? — даже не оборачивается.

— Только что я вышел из боя со Смаугом. Победителем, понятное дело. Чтобы быть полным сил, мне пришлось выпить множество различных зелий. Через два-три дня они свалят меня. Я стану своеобразным полутрупом, пока не восстановлюсь. На это время мне бы хотелось укрыться в безопасном месте.

— Мои владения с удовольствием примут такого гостя, но сейчас более нет времени на разговоры, — благосклонно качнула головой эльфийка. — Митрандир. Он в Дол Гулдуре. И его уже почти покинула жизнь. Он с трудом смог дозваться до нас.

— Идиот! — едва не сплюнув я. Заработав холодный взгляд Галадриэль, пояснил: — И я, и Радагаст хотели отправиться с ним, но он в буквальном смысле послал нас подальше. Цитирую: «Уходи и не возвращайся!»

— У него, скорее всего, были причины поступить так, — златовласая красавица слегка повела своей роскошной гривой, чуть ускорив шаг. Впрочем, она всё равно шла хоть и быстро, но настолько плавно, что мне постоянно казалось, будто то, что её ноги таки касаются поверхности земли — лишь иллюзия.

Мы прошли по мосту и вошли в старую Крепость в молчании. Галадриэль уверенно вела нас в нужное место. Это оказалась площадка, по центру которой росло тёмное дерево, а около края, отделявшего серый камень от пропасти, лежала стальная клетка. Рядом с ней стоял орк, держащий Гэндальфа за горло.

— Митрандир… — орк отбросил старика и повернулся к нам, что-то зарычав.

— Оу… — вдруг я узнал его. Внешность, отпечаток ауры… слишком много совпадений! Пусть я и не видел этого орка ни разу, но я знаю кто это! — да ты же сын Азога, а?

Но ответить зелёношкурый мне ничего не успел: от Галадриэль внезапно пошла светлая волна, буквально испепелившая противника. Удар был столь мощным, что затухающее сияние ушло на многие десятки километров в стороны. Более того, оно едва до горизонта не дошло!

— Правильно я тогда сбежал… — обескураженно выдаю.

— Митрандир… — Галадриэль не особо обращала на меня внимания. Приподняла Гендальфа… Я подошёл к ней, со вздохом доставая фиал со Слезами Феникса. Капаю в рот старика…

— Кхаааа… — он открыл глаза. Медленно, но уж полутрупом точно не был.

— Как себя чувствуем-с, больной? — ехидно спросил я. — Ничего-ничего! Доктор Алекс сделал своё дело, теперь за вас возьмётся первоклассная эльфийская целительница! Поверьте, сбежать на тот свет отдыхать теперь у вас не выйдет! — на скорее даже удивлённый, а не раздражённый взгляд Галадриэль я, чуть подумав и покопавшись в себе, с удивлением ответил: — Эм… простите, я немного не трезво мыслю: зелья так на сознание действуют.

— Это простительно… — эльфийка внезапно прервалась, а лёгкая улыбка облегчения померкла на прекрасном лице. Возникло ощущение чего-то сильного, давящего…

— Эфхеррре нэ элвс ваконум… — зашелестело откуда-то вокруг. — Эфхеррре лэнс дваф мерке…

— И девять — смертным людям, на погибель обречённым… — прошептала-продолжила Галадриэль на общем.

Вокруг нас стали появляться призраки. Впрочем… если это призраки, то я — президент Грузии, Михаил Саакашвили! Настоящие воплощённые оболочки, за исключением физической. Её здесь заменяла полуматериальная основа. Тела насыщены мощью даже больше, чем у Гендальфа. Тут только Саруман или Галадриэль могут сравниться или превзойти!

«Назгулы,» — мелькнула мысль.

Впрочем, Галадриэль хоть и была сильнее любого из присутствующих, за исключением, может быть, одного, да и то он казался слабее, но всё равно девять было ей не по зубам. Страх на её красивом лице отчётливо стал виден. Гендальф, который давно уже успел подняться и, опёршись на плечо эльфийки, пойти вслед за нами, сделал пару нетвёрдых шагов вперёд. Посоха у него не было, сил — тоже. М-да…

Не решаясь нападать первым, я встал прямо перед ними, вытащив меч Годрика. Он сам по себе начал слегка мерцать. Впрочем, призраки явно видели оружие как-то иначе, потому что отлетели на пару шагов даже.

— Усии дарклайт миси униат майнии… — зазвучал тот же голос, когда Галадриэль была вынуждена осесть за моей спиной, подхватив Гендальфа, который просто не смог и дальше стоять на ногах.

— Нас вовсе не двое… — твёрдо сказала она. Тут же, словно только и ждал этих слов, из прохода показался Элронд в великолепных, тускло мерцающих эльфийских доспехах. Из другого прохода вышел Саруман, хмуро глянувший на меня, но ничего не сделавший.

— Вам требуется помощь, моя госпожа? — воскликнул Белый колдун.

— Лучше б ты оставался мёртвым! — Элронд посчитал эти слова достаточными, после чего вступил в схватку.

Саруман последовал его примеру. Я же… Галадриэль и Гендальф стали первыми целями призраков. Я же единственный был рядом. Пришлось переориентироваться на их защиту.

Теперь я могу понять, сколь неудобным противником я был. Эти твари легко исчезали из поля зрения, часто телепортировались за спину… а ведь мне требовалось ещё и защищать находившихся за моей спиной! Пришлось встать прямо перед Галадриэль, расширив идущий сквозь меч поток силы. Золотая сфера накрыла и их с Митрандиром.

Галадриэль явно быстро слабела здесь. Она не использовала никаких заклинаний и вообще не принимала участия в схватке.

Внезапно появилась повозка Радагаста, которую со всем доступным остервенением защищали Саруман и Элронд.

— Экспекто Патронум Максима! — полупрошептал я слова заклинания, мгновенно потушив золотую сферу вокруг. Зато вместо золота в воздухе разлился свет. Белая сфера была достаточно мощной, чтобы не подпускать Назгулов к нам. Хотя, честно сказать, удерживать её удавалось буквально чудом. Саруман и Элронд отступили ближе ко мне и остальным, в любой момент ожидая, когда Назгулы прорвутся. Галадриэль помогла погрузить на сани Митрандира…

— Увези его отсюда! Тьма вытягивает из него жизнь! — прошипела эльфийка Кариму. Внезапно Гендальф сам схватил её за руку:

— Идём со мной, моя госпожа… кха-кха…

— Поезжай! — эльфийка вырвала руку, после чего буквально вспыхнула изнутри белым ледяным потусторонним светом. Голос её приобрёл оттенки ультразвука. Радагаст просто не подумал о непослушании.

В этот момент я не удержал сферу, и защита пала. Митрандира успели отправить подальше, но вот Галадриэль лежит на полу едва живая. Зато Назгулов начало становиться всё меньше: Саруман и Элронд убивали одного за другим. Хотя, скорее, развоплощали. Убить такое существо уж очень трудно. С трудом, но Галадриэль мы защитить сумели.

Внезапно полуразрушенная башня недалеко превратилась в груду камней, а на месте неё… Око. Оно… мощь, исходящая от него просто подавляла. Чёрт! Ну почему в Средиземье либо слабаки, либо чудовища?!

Я уже снова собирался зажечь патронус, чтобы выиграть время. Только вот Галадриэль мне не дала. Как только начали появляться поверженые призраки, она внезапно поднялась. Вся бледно-зеленоватая, вокруг глаз кожа почернела, сияет мертвенным светом изнутри… вот ни дать ни взять — нежить! Хотя всё равно красива, как никто иной.

Мощь, что сейчас пропускала через себя эльфийка, была сравнима с тем же Слизерином во время нашего боя с Драконом. Учитывая, что магия Средиземья в принципе не позволяет нормально напрямую влиять на окружающее… насколько же она сильна реально?!

Но больше меня волновало то, что от Галадриэль во время их молчаливого противостояния с Сауроном веяло некро-энергией. Сильно веяло. Блин! Да кто тут вообще ситх, а кто джедай?!

— Дух Саурона выжил… — эльфийку всю трясло.

— Но был изгнан! — величественно проговорил Саруман, растягивая гласные. Так и хотелось спросить: «Ты-то чего кочевряжишься? Сам изгнал что ли?»

— Он укроется на востоке…

— Я предупрежу Гондор! Пусть выставит дозоры на границе с Мордором! — тут же принял решение Элронд.

— Нет! Позаботься о Леди Галадриэль, она истратила почти все силы, она слабеет. Отвези её в Лориан.

— Милорд Саруман, его нужно разыскать и уничтожить! Раз и навсегда!

— Без Кольца Власти Саурон никогда не сможет подчинить себе Средиземье! Поспеши! Предоставьте Саурона мне! — Галадриэль едва-едва держалась в сознании. Она не то, что возразить, вряд ли она вообще слышала хоть что-то. Я подхватил эльфийку на руки, начав дуть на лицо, используя таким образом одно не сильное исцеляющее заклинание также, как раньше использовал таким образом Инсендио, Фумос или Глациус.

Знаю я, чем это всё закончится… только вот лучше промолчу. Если вдруг я скажу, что Саруман предатель или просто не справится с ношей, то мне не поверят. Даже Гэндальф, будь он сейчас тут, не поверил бы. Напроситься с Саруманом… он меня пошлёт и в чём-то даже будет прав. И все его поддержат. Саруман — многотысячелетний чародей, тогда как я в сравнении с ними скорее ребёнок. Конечно, по силам мы сравнимы… если вступать в бой мгновенно, потому что при наличии времени Саруман меня раскатает тонкой лепёшкой, только вот по жизненному опыту и по знаниям не сравнимы. Таким образом общее мнение будет состоять в том, что моя помощь, в общем-то, не нужна. Действовать самому? А надо? Я знаю, где Единое Кольцо. Пусть Саруман пока бодается с Сауроном, а я займусь действительно важным для меня делом.

— Лорд Элронд, лорд Саруман, я мог бы переместить Леди Галадриэль сквозь пространство в место, находящееся всего в пяти милях от Лориэна. Мне нужно лишь пару минут на подготовку.

— Я тебе всё ещё не доверяю, — холодно и несколько надменно глянул на меня Саруман.

— Поэтому я отправлюсь вместе с вами, — спокойно кивнул Элронд. — Милорд Саруман разберётся с остальным, у меня же хватит сил защитить Леди Галадриэль.

— Нет проблем…

Я открыл Гримуар. Нужная рунная печать появилась на развороте страниц. Кладу открытую книгу на каменную площадку, на страницы — ладони… Мои руки светятся, свет медленно стекает на символы, начертанные на бумаге. Те расползаются, буквально слезая со своих мест, выбираются за пределы Гримуара и, увеличиваясь в размере, занимают свои места, после чего их свет тускнеет, но всё равно остаётся относительно ярким.

— Лорд Элронд, несите Леди сюда, в центр. Мне надо будет взять вас обоих за руки, чтобы переместить.

Под хмурым взглядом Белого мага мы сцепились внутри рунного круга, после чего исчезли в нём.

Мощный канал, образованный узорами в Дол Гулдуре и недалёко от Лориэна, близко к которому я забредал лет десять назад во время краткого перерыва между периодами службы у Гондора, легко пробил полуприродные барьеры от телепортации. Ну как, легко… с трудом пробил, но всё равно пробил же!

— Мы на месте! — подтвердил я Элронду. Тот кивнул, видимо, узнал местность. Затем зажмурился и простоял с пару секунд. Видимо, передаёт сообщение Саруману.

— Благодарю, Алекс. Тебе пора.

— Блин! Точно! Надо успеть к главным событиям! — воспользовавшись рунным кругом под дёрном, на котором мы стояли, я переместился в новое место. В конечной точке пути антиаппарационных полей не было, так что в точке прибытия рунный круг не потребовался, а в точке отбытия он уже был.

Попал я в место примерно в тридцати километрах от королевства лесных эльфов. Так, а до Одинокой Горы… далековато… тьфу! Я же лечу, а не пешком иду! До Одинокой горы где-то с сотню километров. Гм… нет, поменьше. Через лес переть ещё что-то около тридцатника. Плюс ещё пересечь Озеро, которое под десятку будет, может чуть больше, а от дальнего берега до Эребора что-то около той же десятки. Ну… может быть на два-три больше. Итак, всё вместе тянет примерно на восемьдесят с лишком. Не так много, если подумать.

Все эти размышления я делал уже в полёте, с высоты корректируя свой курс, благо что эльфийский лес отсюда был неплохо так виден.

По дороге я заметил скачущего во весь опор всадника. Я даже знаю, кто это. Чудесно: если Гендальф ещё даже не прибыл к Эребору (это несмотря на то, что я его подлатал даже лучше, чем в каноне, а потому он должен был восстановиться быстрее), то Битва Пяти Армий будет даже не сегодня. Гм…

Совладав с желанием поискать сначала легионы орков, я всё же двинулся вперёд, слегка изменив курс. Спустя час, когда я относительно неспешно долетел до нужного места, меня постиг маленький шок.

— Тааак… вот странно, кто мог утащить тушу целого Дракона? Нет, я, конечно, её разделал, но там всё равно ещё целые тонны оставались… столько крови… спёрли.

Смауга не было. Следы его прибывания — да, были. А вот самого Смауга — нет! И куда эта жертва вивисектора (то есть меня) делась?! Где моя кровь?! Где те литры крови, которые я из него не успел вытащить?! Где всё?!

Сплюнув, я взлетел. В обозримом радиусе тушки Дракона не было, так что пришлось отправиться к новой цели: Эребор.

Гномы тут зря времени не теряли: возвели целую стену из обломков на месте бывших ворот, которые, видимо, вынес Смауг.

— Алекс?! — воскликнул Двалин, стороживший стену. Ори сразу же отправился внутрь. Видимо, за Торином.

— Привет всем! Вижу, вы тут и без меня справились?

— Верно. Твоя помощь не потребовалась, — раздалось откуда-то сбоку холодно. Повернув туда голову, я увидел Торина. Преобразившегося Торина. С одной стороны, он стоял в мощном доспехе, с короной. Вид величественный, да вот только глаза… глаза выражали совсем другие чувства.

— Ну, я бы так не сказал, — внаглую сбил с него весь настрой я. — Дракончика вы отсюда выкурили и без меня, не спорю, только вот завалил его всё равно я, а заодно и разделал я. Кстати, тушку у меня украли из-под носа: Галадриэль и Гендальфу потребовалась помощь, у вас проблем не было, так что я решил сначала отправиться к Белому Совету. Всё самое важное из Смауга я вытащить успел, но там оставалась ещё прорва крови… не видели, кто это был?

— Странная фигура в чёрном плаще, сидящая на каком-то летающем животном. Я видел её лишь мельком, — подал голос Балин.

— Не заговаривай мне зубы! — меня схватили за воротник. — Я знаю, что Аркенстон у тебя! Либо ты собираешься выкрасть его отсюда! Иначе зачем тебе сюда являться?! Свою плату ты уже взял!

— Гм… честно говоря, я планировал узнать, не нужна ли вам какая-то помощь да и вообще с друзьями пообщаться, но, вижу, насчёт друзей я несколько ошибся… — распавшись дымом, мгновенно собираюсь на шаг назад. — Что же… мне очень жаль, Торин. До скорой встречи. Не думаю, что до неё пройдёт много времени… — мантия делает моё тело невидимым, после чего я взлетаю на несколько метров и поворачиваю назад.

Когда я улетал, то все взгляды гномов были сожалеющими или извиняющимися. Ну да… они не могут пойти против Торина, Король — это не президент. Королю подчиняются, даже если сам король полумёртвый маразматический придурок. Как бы гномы ни неодобряли такого поведения, перечить они не станут, а Бильбо… ну что он сейчас может сделать. Особенно мне жалко было Кили: тот считал, что обязан мне жизнью, а тут такое поведение со стороны дяди.

Торин явно уже начал слетать с катушек. Впрочем, в каноне воли вернуть себе рассудок ему хватило. Надеюсь, хватит и в этот раз. Всё-таки он классный мужик, пусть и гном.

Гм… а Аркенстон я, наверное, позже всё равно хапну. Вставлю в Гримуар и будет у меня эффект, как у Кольца Саурона. Гномы, правда, считают камень символом короля… но после всех принесённых им бед вряд ли камень так уж сложно будет выторговать. А если сопру, то не сильно-то и станут его искать.

Вообще-то, поход изначально затевался с формальной целью вернуть Аркенстон, ведь тогда Торин мог бы полноправно приказывать всем семи кланам гномов, которые ему подчинились бы, как королю с королевской регалией. Только вот реальной целью похода всё равно было вернуть Эребор. Торин согласился отдать мне камень не просто так. Если бы мы не вернули Эребор, но добыли бы камень, то гном мог пользоваться блестяшкой ещё четыре года: это мы позже обговорили. Там бы Торин успел собрать армию и отпинать дракошу. Если бы вернули… тогда нафиг сдался какой-то камень? Власть Торина и так была бы неоспорима, как наследника престола, вернувшего гномам Родину. Камень перестал бы иметь хоть какую-то, кроме формальной, ценность. Да и шанс на то, что Смауг таки нам не попадётся хоть и был, но не такой значительный. Грубо говоря, Торин ничем не рисковал.

Ну а сейчас ему, видимо, конкретно так на мозги действует что камушек, что золото, на котором Смауг просидел добрых… сколько, кстати? Лет сто? Да не… вроде даже поменьше. Тем не менее, его ментальная энергия так и витает в воздухе, а Торин оказался едва ли не самым уязвимым… если Дракон не направил остаточное действие на гнома специально вообще.

Глава 7[5]

— Хей! Вы меня не ждали?! А я пришёл! — появившись прямо в шатре-штабе объединённой армии эльфов и людей, собиравшихся штурмовать Эребор, я тут же получил пару стрел меж глаз. Только мне пофиг! У меня ядерный реактор в животе!

— Приятный сюрприз, Алекс, — Гендальф с улыбкой оперся на свой посох. Трандуил лишь величественно приподнял руку, приказывая стражникам опустить луки. Охрана снова покинула шатёр, как было до моего появления.

— Рад снова видеть, — кивнул Барт. Он таки выбился в предводителя людей из озёрного города. Впрочем, благодаря великому мне (сам себя не похвалишь — никто не похвалит), город всё ещё не сгорел, а потому люди сюда не притащили, как было в каноне, женщин и детей, а заодно и всех остальных. О нет. Сейчас армия людей — бывшие стражники и крепкие ополченцы. Хорошо вооружённые, благо что большая часть оснащения не погибла в огне и не утонула. И пришли люди сюда не от нужды, а, скорее, от жадности: Торин обещал им часть золота, когда гномы вернут Гору. Только вот сейчас Дубощит вообще не в адеквате, так что храбрые человеки захотели совершить справедливость. В их понимании, конечно. Впрочем… своё слово надо держать, так что мне хоть и неприятны действия людей, но они в своём праве.

— Ты искал встречи с нами, Митрандир, что привело тебя сюда? — Трандуил встал с места, и, видимо, решил продолжить прерванный моим появлением разговор. Хотя… судя по количеству травяного отвара на столе, они ещё даже начать не успели.

— Вам придётся отложить свою стычку с гномами, грядёт война! Отродья Дол Гулдура уже в пути!

— О чём ты говоришь? — Барт тут же переключился на новую информацию.

— Я вижу, ты ничего не знаешь о волшебниках, — лениво заявил эльф. — Они как зимний гром, принесённый издалека ветром и вселяющий напрасную тревогу. Грохочет где-то вдалеке… Но иногда гром — это всего лишь гром.

— Но не в этот раз! Наш враг уже на подходе! Армия орков идёт сюда. Они воины, их готовили к войне!

— Но зачем им нападать сейчас? — Трандуил умудрялся вкладывать в голос ровно столько ленцы и пренебрежения, сколько требовалось.

— Мы вынудили его! Когда отряд Торина Дубощита отправился возвращать себе свой дом! Эребор нужен оркам. Не из-за богатств, что содержит и хранит в себе эта гора, но из-за её стратегического положения. Получив её, враг получит безопасный путь под землёй в Ангмар, а ещё мощную крепость, чтобы защищать путь поверху. Получив земли Ангмара, зло уже не остановится! — ой бляяяя… а ведь точно! В каноне Саурон бил по Рохану с двух направлений: Мордор и Изенгард. Это был союз двух крепостей. Только вот что будет, если направлений станет три? Ангмар находится на самом севере Средиземья. Рохан закрыт от этих земель лишь Эребором, Лесом эльфов Трандуила, да ещё Озёрным Городом. Кроме этих сил не так далеко есть Железные Холмы гномов, да вот только эта область находится просто рядом, однако вовсе не на пути армий Саурона. Не думаю, что гномы вмешаются. В каноне Рохан не пал лишь чудом… да и война, собственно, была выиграна чудом, потому что, несмотря на бешеные потери, в Мордоре оставалась ещё армия, превышающая объединённые силы людей раза в два, а то и больше. Только вот чудо в лице Фродо не сможет добраться до Роковой Горы, если Рохан падёт. А Ангмар ведь станет неуязвим, если получит под контроль Эребор! Эта Гора — неприступная крепость. Если её заполонят орки… да всё Средиземье разом не сумеет взять Одинокую Гору! А ведь она будет лишь первой ступенью на пути уничтожения Ангмара!

Теперь понятно… едва ли Саурон планировал начать наступление из Мордора. Скорее всего майяр предпочитает Ангмар, как стартовую площадку. Оттуда Саурон желает разгромить Рохан, а только после этого начать возрождать Мордор из пепла. Несомненно, в Мордоре сейчас уже начал кто-то орудовать, но все силы брошены к Эребору и Ангмару, как к более важным точкам. Мордор не заброшен совсем только из-за Роковой Горы. Иначе бы эта земля Саурону вообще вряд ли была бы нужна.

Пожалуй, из весёлого приключения Эребор сразу же превратился для меня в точку фокуса всего мира. Здесь, оказывается, решается судьба не только потомков Дурина, но и всего Средиземья! М-да…

Между тем Гендальф только подкрепил мои выводы:

— Ангмар окружает по границе свой собственный горный хребет таким образом, что мглистые горы этой земле не препятствие. Если это проклятое королевство восстанет из руин, то оттуда можно будет бить по Хоббитании, Ривенделу, Рохану… практически куда угодно! — вот-вот. А ещё Ангмар крупнее Мордора раза в два. Там можно создать банально более крупную армию. Да и, если забросить Мордор, то наступление с востока всё равно можно начать. В каноне Саурон нанял пиратов, бандитов и наёмников с юго-востока. Что же мешает поступить сейчас также? Да вообще ничего! Часть сил людей и эльфов Саурон оттянет таким образом, а ведь Орки и так всегда превосходят врага в численности. Их любимая тактика вообще закидывать противника трупами.

— А эта твоя армия орков, Митрандир, где она сейчас?

— Я не знаю. Они рядом, я видел их, когда те выступали из Дол Гулдура, однако дальше их след исчез… — тяжело сказал Гендальф.

— Точнее, наш друг просто не желает рассказывать, как переоценил свои силы и попал в плен в Дол Гулдуре, где, собственно, чуть не окочурился, — фыркнул я, заодно вспомнив и о фиале со Слезами Феникса. Как-то мало там уже осталось…

Беседа Трандуила и Гэндальфа с Бартом перешла в долгий спор. Распинались они часа полтора, я с интересом слушал. Уже начало темнеть… да что там! Совсем стемнело.

— С каких пор ты ценишь мой совет так низко?! — возмутился в конце концов майяр. — Что я, по-твоему, задумал?!

— Ты пытаешься спасти своих друзей, гномов, — протянул Трандуил. — Меня восхищает твоя преданность им, но прошу простить меня, Митрандир: ты начал это, так что не обессудь, если я закончу!

Эта фраза буквально выбила меня из колеи. Вроде как звучала нормально в контексте, но до меня дошёл более глубокий смысл, который Трандуил вложил в свои слова. «Ты начал это…» Он считает ответственным Гэндальфа, но даже не думает того убивать или наказывать. О нет! И дело вовсе даже не в Белом Совете, дело в том, что они бессмертные, самые-самые, неприкасаемые. Гэндальф начал партию, Гендальф её проиграл, но расплачивается не Гэндальф, а фигуры которых перебьют. Очередная история, очередная веха.

«А может, мне кажется?» — мелькнула в голове мысль. Хотя нет… вряд ли. Я слишком поверил в мир чёрного-белого, где нет полутонов. Видимо, ошибся. С другой стороны, слова Трандуила — это не слова самого Гендальфа. Старик может думать и иначе.

— Алекс, тебе нечего сказать? — решил прибегнуть к новой козырной карте Гендальф. Зря он так, я же не в себе немножко сейчас.

— Эм… ну… я жрать хочу, — кивнул я на пустой стол, введя на секунду всех в ступор. Впрочем, Трандуил просто фыркнул и вновь повернулся к Гендальфу. Майяр лишь покачал головой. — А если по существу, то когда мы с Леди Галадриэль, Владыкой Элрондом и другими магами вызволяли Гэндальфа из Дол Гулдура, то я действительно чувствовал там следы множества аур. Ничего особого, если находишься в городе, но в заброшенной крепости… там, видимо, было очень, очень много разумных весьма долгое время. Ну и потом мы ведь Митрандира не у орков отбивали, а у каких-то ребят посерьёзнее… кстати! А кто это был? — повернулся я к Гэндальфу.

— Назгулы…

— Назгулы давно пали вслед за своим повелителем! — рявкнул Трандуил. Гм… о! Вспомнил! У него же в войне с Ангмаром жена погибла! Да он должен ненавидеть Назгулов и Саурона до глубины души.

— Да я хз, в общем-то. Назгулы или не Назгулы… Девять каких-то полуживых привидений, которых почти не брали заклинания, которые возрождались постоянно после того, как их разрубали… ах да, ещё была большая такая огненная хреновина, которая постоянно давила мощью так, что у меня чуть мозги из ушей не потекли там. На глаз была похожа, — Трандуил тяжело осел в кресло. Ну да… врать бессмертным весьма трудно: они все прямо как детекторы лжи. Ну а я и не врал, что Трандуил сразу же понял. Каким бы вредным и напыщенным он ни был, но всё равно древний, как хрен знает кто.

— Я буду иметь это ввиду, но для начала нужно что-то сделать с гномами.

— Тут он прав, — киваю. — Гномы сейчас под предводительством Торина, а он сам невменяем. Когда я прилетел туда и попытался присоединиться, он меня чуть не убил.

— Это глупо! — вступил в разговор Барт. — Гномов в Горе всего тринадцать, есть ещё хоббит. Итого — четырнадцать! У меня сотня лучников, плюс несколько сотен воинов Владыки Трандуила, а ведь каждый эльф сам по себе уже невероятный стрелок! Почему мы должны сражаться с орками, а гномы отсиживаться за своей стеной?! Не проще ли подвести всю армию туда и обстрелять их разок? Лучше будет встретить орков за стенами Эребора!

— Гномы тебя пошлют, они не выйдут без боя даже если ты их и сгонишь со стен обстрелом, — фыркнул я.

— Эту схватку им не выиграть!

— Это не остановит их! — новый голос заставил всех вздрогнуть и обратить внимание на источник. Бильбо… — Думаешь, гномы сдадутся? Никогда! Они будут биться насмерть за эту гору! — мелкий хоббит старался отдышаться.

— Бильбо Бэггинс! — прокомментировал Гэндальф, выдыхая струйку дыма от трубки, которую волшебник курил последний час.

— Если я не ошибаюсь, то это тот полурослик, что выкрал ключи от темницы из-под носа моих стражников? — Трандуил во время своей речи пристально разглядывал хоббита. Бильбо же… словно маленький смущающийся ребёнок, которого отчитывает взрослый. Шаркнул тихонько ножкой, сделал виноватое лицо… кстати, забавно: он ведь реально чувствует вину и смущение, но выглядит это так, будто Бэггинс издевается!

— Дааааа… — промямлил он.

— Ой, да ладно вам, Владыка! — хохотнул я, вгрызаясь в какой-то пирожок (моё «жрать хочу» возымело эффект). — Ну не выкрал бы Бильбо ключи, их бы выкрал я! Ну или вы бы гномов отпустили по моей просьбе! Или нам бы пришлось драться! Представьте, что было бы в вашем королевстве, если я там разбушевался бы? Вон, Смауг даже мёртвым решил от меня сбежать!

— Эм… да. Прошу прощения! Но я принёс вам вот это… — он вышел к столику Трандуила выложил туда какую-то относительно чистую тряпицу. Когда хоббит развернул свёрток, у всех округлились глаза. Ну да… Вон Трандуил, видимо, тоже думал, что ему может предложить какой-то полурослик… Ах да! Бильбо выложил на стол не что иное, как Аркенстон.

— Это же… Сердце Горы…

— Да-да! Классная побрякушка! — телекинезом я притянул камень к себе и принялся разглядывать. — Слушай, Трандуил, я видел у Торина те самые камушки, которые ты так хочешь получить… — я действительно видел один такой при разговоре с Торином. Звёздные камни, кажется? Крупные светящиеся бриллианты. Бело-прозрачные и вообще просто невероятные. А ещё их точно было много. Один такой камушек Торин сжимал в руке, но, насколько мне известно, реально их там на несколько горстей. Гигантское состояние. — В общем, мне нужно семь штук. Взамен я предоставлю свою помощь в битве с орками. Ну… если таковая будет. Если не будет, то ты мне ничего не должен. Идёт? — кидаю небрежно самую дорогую хреновину в Эреборе Бильбо. Камушек я уже достаточно изучил.

— Я обдумаю твоё предложение, Алекс.

— Этот камень… — Барт вернул фокус внимания на Аркенстон. — Королевский камень и стоит он по-королевски. Зачем ты его принёс? Ты ничего нам не должен! — лопух… хотя нет, просто честный.

— Это моя четырнадцатая часть сокровищ. И вообще, это не ради вас. Я… я знаю, что гномы бывают упрямыми… упёртыми и вообще… невозможными. Они подозрительные, скрытные, а манеры у них вообще… хуже некуда! Но они также храбрые! И добрые! И весьма преданные… Я очень полюбил их и буду рад спасти, если смогу. Торин ценит этот камень превыше всего. Я думаю, что в обмен на него он отдаст то, что принадлежит вам, и тогда не нужно будет воевать.

— Гм… — прервал я речь хоббита. Впрочем… Бильбо как раз закончил. — На самом деле, воевать всё же нужно, однако с этим камнем война будет куда проще.

— Но почему?! — воскликнул хоббит, смотря на меня.

— Потому что кроме свары эльфов и гномов у нас имеется на подходе ещё один враг. Враг куда более опасный и страшный. Впрочем, имея Аркенстон, договориться с гномами будет куда проще. Они впустят нас в Эребор и нам не придётся встречать орков в чистом поле.

— Даже этот камень не будет причиной для того, чтобы гномы впустили нас в Эребор! — воскликнул Трандуил. — Вдумайся, о чём ты говоришь! Они считают нас врагами, и их всего тринадцать! У нас же многие сотни воинов! По их мнению, как только мы победим орков, то тут же нападём на них!

— Гм… тут я с вами, Лорд Трандуил, не согласен. У Гномов есть кое-кто, на кого они надеются.

— О! И кто же это? — удивился Гэндальф.

— Здесь будет не три армии, здесь будет пять: люди, эльфы, объединённое войско гоблинов и орков, а также гномы.

— Железные холмы! — тут же понял король.

— Верно. Сюда движется армия с Железных Холмов под предводительством всем нам известного кузена Торина. Если гномы войдут в Эребор первыми, то они вполне могут впустить и нас, а объединившись с гномами в их Крепости, мы сокрушим даже орков и гоблинов без особых потерь.

— Это разумный вариант… — кивнул Трандуил. — Пожалуй, мне стоит поддержать данный план.

— Я даже не сомневался в вашей мудрости, Владыка, — польстил я ему незаметно. Трандуил самый младший из эльфийских Владык, а лесные эльфы, как бы они не кичились, несколько уступают своим сородичам как в искусстве, так и в знаниях. Подчеркнув мудрость Трандуила, более того, сравнив его с Элрондом и Галадриэль (а я именно это сделал, назвав его Владыкой), я смог очень обтекаемо пожурить эго эльфа. Гендальф тоже понял всё, показав мне большой палец. Вроде бы мелочь, но в данный момент самое слабое колебание в настроении эльфийского Лорда — огромная величина, ведь именно Трандуил тут обладает армией. Не тринадцать гномов и даже не люди (людей раза в два меньше, чем эльфов, да и уступают они остроухим в качестве). Забавно и неприятно, но именно Трандуил сейчас, если подумать, решает будущее Средиземья. Одних гномов Орки сломят, если пожелают того.

Разговор с гномами я мог наблюдать прямо из рядов последних. Мантия творит чудеса, а левитация их умножает. Зачем я полез в Эребор? Ну… хотел подстраховать Бильбо. Гендальф предлагал этому хоббиту остаться здесь, но Бэггинс был слишком честен. Если уж говорить начистоту, то Бильбо вообще повезло, что Торин не убил его (остальные члены отряда выручили). В общем, хоббиту пришлось присоединиться к нашей общей шарашке.

В лагере я смог встретить интересного персонажа — Альфред. Встретились мы с ним экстравагантно. У меня как раз был резкий скачок настроения (больше той дурью не пользуюсь! Стимуляторы эти, как наркотики прямо…), и я стал очень раздражительным и злым.

Как раз шёл с совещания, затянувшегося до вечера, а тут этот придурок:

— Эй ты! — сначала я даже не понял, что обращаются ко мне. — Ты! В чёрном! Да ты!

— Чё надо? — несколько даже устало обернулся я.

— Нам здесь бродяги и попрошайки не нужны! Провали… кхр-кхаааа… — завис в воздухе, держась за шею. Находившиеся рядом выхватили оружие, но нападать не спешили.

— Запомни, ничтожество, НЕ! ЛЕЗЬ! НЕ! В! СВОЁ! ДЕЛО!

— Алекс! — поворачиваюсь на звук. Барт. — Отпусти его! Пожалуйста.

Снова повернувшись к Альфреду (имя я узнал позже), который уже почти задохнулся и посинел, небрежно дёргаю рукой.

— Хорошо, Барт, но пусть не приближается ко мне. У меня уже побаливает голова, а вскоре станет совсем хреново.

— Я прослежу.

— Благодарю…

Потопав дальше, потихоньку осмотрел себя. Действительно, выгляжу небогато, да и без доспеха… но уж точно не бродяга.

— Оу! — увидев оленя Трандуила, я прямо залюбовался. Очень красивое и величественное животное… а ещё явно волшебное. Не единорог, но всё равно…

— Алекс? Почему вы так смотрите на Моего Оленя? Да, это действительно удивительный и благородный Зверь. Он и правда достоин восхищения, которое не стыдно выразить вслух, а не бросать на него задумчивые взгляды.

— Да так, он мне… отца напомнил.

— Что? О чем вы?

— Не обращайте внимания, это так, личное.

— *задумчивый взгляд Трандуила*

(П. А. Народ! Сей отрывочек написан одним из читателей. Благодарность ему. Ник: Серебряный лис).

— Ну, понимаете, у меня отец был анимагом. Он мог обращаться оленем.

— Оборотень?

— Нет, не оборотень, анимаг. Это одно из направлений магии, позволяющее стать кем-то вроде оборотня, только для любого времени суток и месяца.

— Как интересно. Но олень… Весьма… необычная форма, — подобрал Трандуил слова.

— Каждому своё, как говорится. Форму нельзя выбрать… Точнее, можно, но надо пользоваться не тем вариантом, каким пользовался мой отец.

— А вы…

— Знаете, думаю, когда всё закончится, надо тоже освоить это искусство. Теорию я знаю, но вот практику как-то пока не пробовал. Года до тридцатого пытался заниматься именно тем, вторым способом, но это было весьма и весьма непросто. Может быть после грядущей битвы и возобновлю занятия.

Вставляю кусок с Гэндальфом в Дол Гулдуре, как просили некоторые читатели.

Расставшись с Алексом и Радагастом, Гэндальф отправился по относительно узкому каменному мосту. Узости ему добавляли растущие сквозь камень, наверное, самостоятельно уже держащие поверхность без опоры на обратившиеся в хрупкие, изъеденные временем, шершавые основания каменные колонны, деревья. Чёрные деревья. Чёрные, но не мёртвые. Листья покинула зелень, однако те были всё так же живы, и Гэндальф не мог не чувствовать в них магию. Как и в каждом камне, в каждой пылинке и глотке воздуха вокруг.

Майяры совершенно по-особому ощущали мир, для них он был един. Един не только своими физическими проявлениями, хоть и это тоже, мир для майяр был един и магией. Конечно, для человека покажется невероятным уже то, что любой майяр связывает полёт птицы с любым отдельным потоком ветра, который и несёт ту самую птицу на своих крыльях, однако же кроме таких относительно простых вещей тот же Гендальф ощущал магию в воздухе, которым дышал, земле по которой ступал, в свете, который видел. Серый маг — это не просто прозвище, это суть. Гэндальф уступит Саруману в бою, уступит ему в мощных чарах, но зато может вырастить рощу, а это уже недоступно Саруману напрямую. Тем не менее, Гэндальф не сравнится с Радагастом, Гэндальф не поймёт животных так хорошо, как Бурый маг. И уж точно не Гэндальфу ходить по воде, как по земле, словно синие волшебники. Зато именно Митрандир прекрасно ощущает и врагов, и друзей на многие метры вокруг…

Только вот сейчас вокруг был туман, пелена.

— Меарн Вельвихт Обраво! — Гендальф прекрасно видел, как колдует Алекс. Невероятная школа, но не для Митрандира или Курунира. Маги Средиземья сливались с миром, с помощью собственной воли делая часто невероятные вещи. Алекс же просил мир выполнить то, что нужно. Только вот Алекс вкладывал в действия мира свою собственную силу, а Гендальф использует мощь природы. — Меарн Вельвихт Обраво! — снова маг стучит посохом, пытаясь разогнать плёнку вокруг. — Меарн Вельвихт Обраво! — третий удар в новом месте замкнул треугольник. Теперь удар в центре… искрящийся белый купол расходится вокруг, буквально распыляя «желе» скрывающих чар, только вот поздновато: Орки, как оказалось, были уже в десятке метров. Митрандир с трудом отбил посохом клинок.

— Хрррр… — оскалилась мерзкая харя перед тем, как заверещать: с кончика посоха ударил язык пламени. К нему прибавился такой же из кольца на руке.

Отбиваясь от орков, Гэндальф постепенно подошёл к обрыву. Дол Гулдур — крепость не просто горная, она находится на вершине скалы и построена, как продолжение этой самой скалы. Точнее, нескольких скал. Это место — сплошные площадки, башни и переходы.

В который уже раз Гэндальф поблагодарил Алекса за его Патронус: заклинания давались проще, намного проще. Только вот постоянно ощущалось, что силы скоро покинут чудесную птицу.

У обрыва старика притеснил крупный орк. Он наносил удар за ударом, не давая контратаковать. Несколько раз шанс Гэндальфу выпадал, только вот нынешний противник был куда крепче собратьев. Вот волшебник отклоняется назад, вот начинает падать… вспышка! Гэндальф стоит на мостике ниже и правее. Не только Алекс умеет телепортироваться, только вот чем дальше, тем сложнее перемещаться.

Убегая от орды орков, маг вышел на узкий мост. За ним уже никто не бежал… только вот путь назад разрушился, а впереди, в конце, стояла чем-то знакомая фигура. Нет, Гэндальф видел её впервые, однако ощущение магии, что веяло от неё…

Некромант, хотя лучше называть его Сауроном, ударил первым. Просто рассыпался чёрным облаком то ли песка, то ли пепла. А затем полетел на Гэндальфа. Вокруг мага возник белый купол. Отступать некуда, уворачиваться — тоже. Оставалось только помериться силой напрямую.

Чёрное облако было со всех сторон, купол то сжимался, то расширялся, а всё, что за его кромкой — рушилось. Впрочем, это был не купол, а сфера.

Смотря, как мост сыплется песком за пределами защиты, Митрандир в очередной раз обругал себя за то, что не взял своего друга с собой.

Очередной удар Саурона был слишком силён. Силён настолько, что купол просто не выдержал и мгновенно сжался в точку, погаснув, однако птица-патронус заменила его, ярко вспыхнув и образовав похожую защиту. Собрав силы, Гэндальф поддержал новую сферу, но уже было ясно, кто победит: противостояние — это лишь вопрос времени.

* * *

— Эй! Харе! — заорал я, когда меня в очередной раз ударили. — Если кто не понял, то сражайся бы я, и вы бы были мертвы!

— Зачем ты пришёл? — опустил меч Торин.

— Я скоро вырублюсь и не смогу помочь в будущей битве. Ты сам поймёшь, с кем, когда они придут, Торин. Это будет враг, против которого объединишься и ты, и твой кузен с его гномами, и эльфы, и люди. Ты мне можешь не верить! Я не настаиваю, я пришёл по другому поводу.

— Хватит молоть языком!!!

— Вот! — ставлю на камень неподалёку малюсенький фиал. — Это невероятно редкая вещь, но если кто-то ещё жив, то она может излечить его. Хотя, пожалуй, вернуть с того света тоже способна, если после смерти прошло мало времени. Я видел, как ты падёшь в грядущей битве, Торин. Надеюсь, мой маленький подарок тебя спасёт. Сейчас у тебя в голове туман, но вскоре он рассеется. А вот тут зелье послабее, зато его много, — ставлю высшее исцеляющее рядом. — А теперь прощай, — исчезаю.

Зачем я так вожусь с гномами? Гм… я успел к ним сильно привязаться, вот и всё. Если твой друг под ментальным контролем пытается тебя убить, то он что, перестаёт быть другом? Бред ведь. Ну и, конечно, иметь обязанного мне несколько раз короля Эребора тоже неплохо…

Торин на следующий же день послал всех с их предложениями к чертям, я потихоньку скоммуниздил Аркенстон (всё во имя Революции!), после чего тихо слинял. Впрочем, успел устроить предварительно целое представление, так что никто особо ничего не заподозрил. Что за представление? О! Когда припёрлись гномы, я имел наглость заявить, что если «феи и карлики желают подраться, то я разделю вашу песочницу пополам, пока не придут враги посерьёзнее…» после чего просто создал мощнейший барьер прямо между армиями. Всё было заранее обговорено с Гэндальфом и Трандуилом, так что они не обиделись. Удержав всех от излишнего кровопролития до прибытия орков, вышедших прямо из проходов, прокопанных гигантскими червями, я попросту свалил, предварительно грохнувшись на землю, а заодно красиво выдав фонтан крови… точнее, фонтанчик. Дальше трансгрессия, благо что нужная фигура была начерчена…

Появившись недалеко от Лориэна, я уже чувствовал, как идут последние минуты моей мощи от драконьей крови. Скоро уже сила из жил уйдёт, а затем я сам тоже упаду. До ближайших эльфов я допёр буквально чудом, грохнувшись перед ними в обморок.

Глава 8

— Ты очнулся, Алекс? — раздался мелодичный голос.

— Леди Галадриэль… спасибо и извините, что доставил лишних проблем, — эльфийка лишь улыбнулась уголками губ. Блин! Да как у неё получается так: улыбается, и сразу сил больше становится… Оу… да она, кажись, порции энергии в зависимости от эмоций в пространство выплёскивает!

— Ты не должен извиняться, Алекс, ведь ты сделал для нас всех куда больше. Митрандир просил поблагодарить тебя за Смауга.

— Там не так много моей заслуги. Я бы вряд ли сумел победить его так просто, если бы у меня не было чёрной стрелы гномов. Невероятный артефакт. Эм… — только сейчас я заметил, что вроде как лежу голый по пояс. Исключение — мантия-невидимка. Она всё также пристёгнута на шее и сейчас я разлёгся прямо на ней. К поясу же пристёгнут Гримуар, который сейчас лежит на коленях у Галадриэль, связанный со мной лишь цепью.

— Прекрасная книга, интересная. Здесь сокрыто множество тайн.

— Гм… прошу меня простить, Леди, но не все из этих тайн я могу поведать. Даже кому-то вроде вас я не готов открыть большинство секретов моего Гримуара.

— Я могу тебя понять, Алекс. Прости, но во мне самой до сих пор присутствует некая слабость после произошедшего. Я оставлю тебя.

— Искренне сожалею, ваше общество мне было очень приятно, — действительно было несколько жалко. Галадриэль была… интересна. А ещё с ней было относительно просто. Не нужно было юлить (она всё равно всё видит) и как-то обтекаемо говорить что-то, стоило лишь не выходить за рамки приличий. Да и красива она, этого не отнять.

Взяв Гримуар в руки, читаю появившуюся надпись:

«Она писала во мне на эльфийском. Я попросил. Я отвечал на её вопросы, взамен за каждый ответ она написала простой и сложный алфавит, а также переводы ста двенадцати слов.»

Прислоняю палец к странице и из-под подушечки бегут буквы:

«Надо будет почаще тебя ей давать.»

«Хорошая мысль.»

«Ну а теперь без шуток: что её интересовало?»

«Ничего серьёзного. Я не раскрыл ничего сверх того, что знает Гэндальф. Кроме, разве что, некоторых мелочей.»

«Хорошо.»

Закончив общение с дневником, я попробовал встать. Чувствуя сильную слабость, сделал несколько шагов, после чего тяжело опёрся на спинку кровати. Похоже, в гостях я надолго.

Вскоре принесли еду. Всякую эльфийскую траву (в смысле растительную пищу, а не то, что некоторые подумали), но всё равно весьма вкусно.

Надо сказать, что Лориэн вообще был очень приятным местом. Высокие деревья создавали часто полутень, оставляя, тем не менее, дорогу множеству непрямых лучей света. Если Ривенделл можно было бы окрестить вотчиной светлых эльфов, а владения Трандуила — лесных, то здесь, пожалуй, было что-то смешанное. Здешние обитатели жили вовсе не в огромной полости, будь она внутри дерева или под землёй. В отличие от лесных эльфов, здешние предпочитали не запираться в огромном, но всё равно таком маленьком мире, этим они мне напоминали Ривенделл, однако в отличие от Ривенделла здесь не было чистого и ясного неба над головой: его заменяла сень вековых, часто тысячелетних деревьев.

Из-за этого в Лориэне постоянно была тень, но здесь не было мрачно или даже холодно. Пожалуй, это место навевает у меня ассоциацию с тёплой летней ночью, таинственным временем, когда небо чистое, без единого облачка, благодаря чему наверху прекрасно можно увидеть десятки, сотни звёзд. Забавно, но уже этой ночью я смог убедиться, что в отличие от солнца, сень Лориэна каким-то образом пропускает свет звёзд, что вместе с текущими по всему этому чудесному месту ручьями и слабо мерцающими деревьями делает Лориэн по-настоящему волшебным и прекрасным местом. Пожалуй, я даже не замечу проведённого здесь времени.

Моя комната также была далеко не больничной палатой: у эльфов такого сроду не водилось. Как выяснилось, Галадриэль поселила меня во дворце. Мне досталось тихое и уютное место. Стены сделаны из сросшихся гибких стволов тёмно-зелёного и тёмно-синего цветов. Последние ещё и слегка светились в темноте. Очень гармонично, красиво, ненавязчиво и успокаивающе действовала подобная гамма.

Кровати как таковой не было. Просто деревянная стенка имела огромный скос, который на середине округло углублялся, в результате чего получалось эдакое углубление. А прямо над этим ложем было своеобразное окно, образовавшееся за счёт расступившихся стволиков.

Пожалуй, на Земле бы подобное жилище назвали шедевром экологического и био строительства. Впрочем, на весь дворец я пока ещё посмотреть не имел возможности.

Стоило также отметить, что магический фон тут был явно выше нормы. Но, что самое главное, это было не жёсткое излучение и не «грязное», как после применения множества заклинаний, о нет! Тут имелась чрезвычайно мягкая энергия каких-то необычных деревьев… кстати, именно они и мерцали в темноте. Их сила, буквально разлитая в воздухе, усваивалась сама собой практически вместе с дыханием! И это без малейших усилий с моей стороны!

Когда на следующий день пришла Галадриэль, я спросил её о таком необычном и приятном эффекте.

— Ты чувствуешь Мэллорны. Это необычно для человека, большинство людей не способны определить, откуда исходит эта сила.

— Эм…

— Нет, — видимо, вопрос она предугадала заранее. Впрочем, с её опытом я вообще могу не говорить: она и так знает, что я скажу в большинстве случаев. Гм… да я и присутствовать-то не должен особо. — Даже одно семечко стоит невероятно дорого, его невероятно трудно получить и мы почти никогда не отдаём его просто так. За всю историю Средиземья семя Мэллорна было вынесено из Лориэна всего восемь раз. Дважды его крали.

— А говорили, что Мэллорны золотые!

— Это действительно так, но только сверху. Снизу, как видишь, они не несут золота. Золото чуждо… впрочем, сейчас ты не осознаешь разумом, а сердцем, я вижу, и так осознаёшь.

Что имела в виду эльфийка, говоря, что золото чуждо? Она очень точно сказала: сердцем и так уже осознаю. Чему золото чуждо? Пожалуй, это-то я и не могу сформулировать. Наверное, в первую очередь оно чуждо Лориэну как магическому месту. Золотой цвет — цвет роскоши, богатства… пижонства, если уж так говорить. Он показывает статус, важность… и Лориэн, как место, пропитанное магией, в подобной глупости не нуждается. Скорее уж это чисто психологически, но всё-таки. Во-вторых… а вот во-вторых я не могу сформулировать. Наверное, фраза «золото чуждо» имеет больше двух, трёх и даже десятка глубинных смыслов. Только вот сейчас я их не в состоянии осознать. Для меня это просто два слова, складывающиеся в незаконченное предложение, пусть они и вызывают множество ассоциаций.

— Вы навещаете меня уже второй раз.

— Поверь, Алекс, живя столь долго, всегда хочется узнать нечто новое. Особенно такое новое, как ты.

— Я не готов раскрывать свои тайны… сейчас.

— Что такое для меня полвека? Или век? Я подожду, а пока, прошу, расскажи мне о том, другом мире, из которого ты пришёл.

— Я не имею ничего против, но можно вас, Леди Галадриэль, взамен попросить потом поведать мне о Средиземье? О его истоках.

Говорили мы долго, до самого заката. Столько потрясающего и невероятного я не узнавал никогда. Эльфийка… ну… её сильно заинтересовало всё, связанное с основами земной цивилизации. В первую очередь цивилизации обычных людей. Свобода — это знание. Тот, кто больше знает, тот имеет больше свободы. Конечно, буквально это к жизни неприменимо, но вообще отражает картину мира. Зная как, можно сделать всё, что угодно. И естественно, что Галадриэль заинтересовалась знаниями, на которых основана целая цивилизация. Под вечер я уснул, а сама эльфийка с моего разрешения провела эту ночь рядом, «разговаривая» с моим Гримуаром. Забавно, когда столь древнее и могущественное существо интересуют знания по физике. Впрочем, что её реально ещё может заинтересовать? Другая цивилизация? С тем жизненным опытом, который она имеет, Земля кажется всё тем же Средиземьем, только декорации сменены. Ну… пусть более жестокая, несправедливая, возможно даже гадковатая, но тем не менее. А вот как устроен мир — гораздо более интересно.

Следующее утро было особо радостным для меня: наконец-то можно было нормально ходить. Слабость в теле оставалась, но не такая уж и сильная. Вот тогда-то я и решил заняться Аркенстоном. «Честно скомунизженный» камень (до сих пор стыдно за то, как себя вёл), после достаточно длительного изучения, оказался… гм… как бы это сказать… средоточием Горы. Как у Дракона или Василиска, но только Горы. Это интересная и хорошая новость. Теперь информация похуже: в качестве источника энергии он почти бесполезен. Видимо, такие камушки зарождаются внутри гор тысячелетиями. Наверняка тут ещё свою роль сыграло и королевство гномов внутри Горы. В общем, источник был, но очень слабый.

Зато от камня была другая польза: жажда. Жажда обладать камнем оказалась ничем иным, как ментальным полем самого предмета. Более того, у него имелись какие-то элементы, похожие на примитивнейшие кусочки ментальной сферы. Пожалуй, разум в этой штуке вполне мог зародиться лет через… тысячу. Собственно, камушек я вставил в свой Гримуар. Прямо в центр обложки. Постепенно регалия королей Эребора встроится в мою магическую книгу и она приобретёт свойства камня. Пожалуй, это очень полезно, когда артефакт действует, как то же Единое Кольцо. Саурон до сих пор жив только потому что в своё время Исильдура сломило колечко, в последний момент не дав Королю Гондора бросить себя в лаву Орудруина. Пожалуй, если мою книгу попытаются уничтожить, то такой вот последний шанс ей очень не помешает. Кроме того лишний источник силы, пусть и мелкий. Опять же, собственная внешняя ментальная сфера позволяет конкретно мне работать с Библиотекарем почти напрямую. Да и потом некоторые возможности могут появиться…

Пожалуй, тот месяц, что я провёл в Лориэне, мог бы превратиться в год, а то и десяток-другой. В эльфийских владениях время словно переставало ощущаться: дни пролетали очень незаметно, а тень от сени деревьев ещё сильнее размывала разницу между днём и ночью. Именно здесь я начал учить синдарин, один из эльфийских языков, благо что письменная речь вполне себе легко запоминалась благодаря предварительной адаптации и ментальной обработке Библиотекарем.

Собственно, ушёл из Лориэна я лишь по причине необходимости наконец-то воспользоваться тем, что я извлёк из Смауга. Пусть вся туша мне и не досталась, но хотя бы одно сердце чего стоит! Ну а заниматься чем-то подобным в обители эльфов… не стоит в общем.

Направился я в Рохан, благо что в этой стране у меня имелось аж четыре портальных маяка. Пространство последнее время перестало быть стабильным. Как результат: простая аппарация давалась всё хуже. Думаю, это влияние Саурона, начавшего активно восстанавливать Мордор. Магия Средиземья вообще как-то хреново влияла на аппарацию: рядом с магическими местами постоянно возникали аномалии. Эльфийские анклавы, королевства гномов, Изенгард, лес Энтов, добрая половина Мглистых Гор. Только вот всё это словно бы было… «спящим». А теперь «просыпался» Мордор, который словно бы резонировал с остальными аномалиями.

Так или иначе я оказался в Рохане. На восточной границе. Здесь можно было найти уединённое место, где, собственно, я и развил бурную деятельность.

Опыт создания домов у меня был. Найдя крупную реку и островок на ней, начал там строить. Вечная Трансфигурация была большим подспорьем. Как результат — большой двухэтажный дом из камня, плюс не менее крупный подвал. Три комнаты внизу пустые, остальное — одна большая рукотворная пещера. Собственно, в ней я и занялся постепенным пожиранием сердца и Средоточия Смауга.

Огромная рунная фигура и целая ванна с различными зельями были направлены лишь на то, чтобы позволить мне как можно быстрее разделаться с Драконьим наследием. Большую часть времени я спал как раз в этой ванне, остальную часть — восстанавливался.

Такой темп помог мне весьма быстро поглотить наличествующие ресурсы. Пусть само усвоение и займёт десятки лет, но вот тратить время и силы на поглощение мне не придётся… хотя с силами, конечно, погорячился.

Грубо говоря, сейчас всё, что было в сердце Дракона, оказалось во мне и постепенно усваивалось. На усвоение, конечно же, уходила часть сил, как и на сдерживание этой мощи. Зато мне не требуется пять-шесть лет жрать это сердце по кусочку, будучи постоянно отравленным токсинами.

В магической силе я слегка просел, но не так чтобы очень. На момент окончания всех моих экспериментов, в том числе и завершения высшего магического эликсира на основе крови Дракона и Слёз Феникса, шёл уже пятьдесят третий год.

Чем стоило заняться дальше? Ну… наведаться к Эребору что ли. Как минимум весьма умное решение.

Путь до Одинокой Горы занял больше четырех лет. Почему так долго? О! Всё дело в том, что по пути я внезапно вспомнил о Бьорне. Ну и, как водится, решил к нему заглянуть. Оборотень встретил меня настороженно, но вскоре мы сошлись и я даже поселился у него на какой-то срок. Собственно, нахлебником я не был: магия бывает разной. Бытовой в том числе. Медведь-оборотень взамен вполне добровольно позволял себя изучать, а заодно помогал с поиском различных ингредиентов для зелий. А тут таковых было много! Одни гигантские пчёлы чего стоят!

Но рано или поздно всё заканчивается. С оборотнем мы расставались хорошими друзьями. Я узнал достаточно, да и отдохнул конкретно так. Пожалуй, даже слишком много.

Аркенстон как раз закончил встраиваться в структуру Гримуара к тому моменту. Вместо светящегося голубым камня он стал фиолетовым с тёмными прожилками. Прожилки буквально поглощали падающий свет, а фиолетовая часть всё также светилась. Сам камень «растёкся» по обложке, став более плоским и огранённым. Теперь он уже не был выпирающим элементом. Собственно, пока он настолько не преобразился, а Библиотекарь не научился управлять жаждой, которую камень испускал, я и не хотел соваться к Эребору: а то ведь ещё коротышки поймут, кто у них скомуниздил королевскую регалию. Назгул их знает, как отреагируют.

Когда я подошёл к обители лесных эльфов, то лес было не узнать. Никаких больше чёрных высушенных деревьев, никакой наркоты в воздухе… шёл я там относительно недолго: поймал очередной эльфийский патруль. Впрочем, к магу даже здешние эльфы относились уважительно. Думал, просто пройду (летать не хотелось, да и отток сил из-за поглощаемого Дракона сказывался), но эльфы были столь любезны, что потащили прямо к себе. Ну как, потащили? Просто пригласили и весьма настойчиво. Обижать остроухих не хотелось, а потому я посетил их Королевство.

— Здравствуй, Алекс.

— Милорд Трандуил. Гм… прошу прощения, но почему я тут не видел Леголаса?

— Он отправился во внешний мир. Путешествует.

— Вы, судя по всему, не сильно волнуетесь?

— Леголас — сильный воин. Путешествовать же он будет пусть десять, пусть сто лет: это не имеет значения. Любой из этих сроков — лишь мгновение в жизни эльфа.

— Вот как? Мне не так много лет. Хотя я и бессмертен, но подобный образ мышления пока ещё не для меня.

— Это лечит время, — Трандуил встал со своего древесного трона. — В последний раз ты спешил, но в этот, возможно, задержишься подольше в моём королевстве? — прикинув про себя варианты, отвечаю:

— Я не спешу никуда. Пожалуй, мне стоит наконец-то вплотную взяться за магию природы, и королевство лесных эльфов будет одним из лучших мест для такого занятия. Пожалуй, лучше была бы лишь обитель Радагаста Бурого, но я не знаю, где сейчас Карим.

Кивнув, эльф повёл меня за собой. Собственно, с эльфами я провёл ещё три года, так и не выбравшись к Эребору. Много это или мало? Для них — мелочи. Для меня… ну… теперь этот срок уже не кажется мне продолжительным. Помню, Галадриэль говорила, что субъективно для разумных время пролетает с одинаковой скоростью не в зависимости от прошедших годов, а в зависимости от годов прожитых. Если перевести это на нормальный человеческий, то можно сказать, что субъективно для двух разумных, проживших разное количество лет, одинаковым покажется срок, равный не по годам, а по процентам от их жизни. Что для пятидесятилетнего пять лет, то для двадцатилетнего — два года. Мне же уже… Тааак… а сколько мне? Гм… в мир Поттерианы я попал в семнадцать, однако после слияния с душой меня-Гарри можно учесть всё время, прожитое тогда им. Следовательно, к семнадцати стоит прибавить период с восемьдесят восьмого по… эм… две тысячи пятый? Или же седьмой? Блин, когда я с Земли-то ушёл? Ладно, возьму пятый. Итого, ещё семнадцать лет. Ха! Забавно… Ладно, к тридцати четырём годам прибавляем восемь лет, которые прожил я-Гарри до слияния. Итого уже сорок два года. Так…сейчас уже шестидесятый год. Стоп! Неужели с похода к Эребору прошло целых двадцать лет?! Невероятно… но ладно. Я попал в восемнадцатый год. Сейчас шестидесятый. Итого плюс сорок два. Как мне везёт на одинаковые числа! Семнадцать плюс семнадцать, плюс восемь, плюс сорок два равно восьмидесяти четырём годам. Что же… круто! Только вот на восемьдесят я себя совсем не чувствую! Я и на двадцать-то себя не уверен, что ощущаю… хотя не, психологически двадцать точно есть. Блин, пожалуй, моя личность растёт очень, очень медленно. Стоит уже отбросить от себя человеческие мерки!

Тем не менее, от эльфов я ушёл и, больше не задерживаясь, отправился к Эребору. И так уже на два десятка лет опаздываю!

Летать сейчас я мог бы не более пары часов. Много, конечно, даже очень! Только вот не хочу тратить силы. Время от меня никуда не убежит, а потому можно затратить лишний день на путь пешком.

И вот он, Эребор! В Озёрный город заходить не стал. Да и обходить их озеро тоже желания не было, так что пересилил себя и взмыл в воздух, благо что полёт не занял больше двадцати минут. Вскоре я уже приземлился на той самой равнине, где произошла Битва Пяти Воинств. Громадные ворота Одинокой Горы были распахнуты, но на входе в королевство коротышек дежурил целый десяток воинов.

— Кто таков? — грозно спросил, по-видимому, старший, когда я дошёл.

— Алекс. Просто Алекс.

— Эй! Разойдись! — раздался смутно знакомый голос за спиной моего собеседника. К нам выскочил очередной гном, которого я внезапно даже для себя узнал, хотя не видел уже… лет тридцать?

— Бруин?! Ты здесь какими судьбами?!

— Хе-Хе! — мы стукнулись кулаками. — Рад тебя видеть. Ты не постарел ни на год!

— Я вообще не старею.

— Командир! Ручаюсь за него! Старый знакомый!

— Хорошо. Цель прибытия только пусть скажет. Положено так, — улыбнулся гном в бороду.

— Да вот… — медленно достаю Оркрист и меч Годрика. — Один из них должен принадлежать Торину Дубощиту. Хотел вернуть, — на секунду установилась тишина. Затем гном быстро проверил сталь и кивнул самому себе. — Нори, сообщи. А вы — за мной!

И потянулись бесчисленные залы и переходы, пещеры… Одинокая Гора — это не просто подземный лабиринт! Нет! Это гигантский подземный город! В своё время коротышки вынули отсюда десятки тысяч тонн породы. Здесь встречались огромнейшие пещеры, высота потолков которых была даже под триста метров. Видно было, что свободного места много. И тем не менее, за двадцать лет гномы не сидели сложа руки: они активно заселяли эти места. Девять кланов, подчинённых Торину, стали основным населением. Ещё примерно процентов двадцать от этого числа составили пришлые переселенцы. Всего у Короля под Горой было сейчас что-то около двухсот тысяч подданных по моим данным. Много это или мало? По сравнению с другими королевствами гномов — мало. Те иногда достигают численности и в полмиллиона жителей. Но всё равно такого числа достаточно, чтобы здесь можно было работать, жить и обороняться. В среднем большинство народов могут себе позволить армию мирного времени в один процент от численности. У гномов это число было вдвое-втрое больше. Таким образом сейчас Эребор имел тысяч шесть профессиональных воинов. Впрочем, в случае угрозы на защиту дома встанет почти всё мужское население, а ополчение гномов — это страшно. Они все крепкие, сильные, и привыкли махать чем-нибудь тяжёлым, будь то кирка, молот или ещё что-то.

Вскоре мы добрались до Торина. Тот принял незамедлительно, что радовало.

— Алекс… — Бруин остался вне тронного зала. Что удивительно, здесь не было гор золота или ещё чего: только мрамор. Чёрный и белый. Но гномы всё равно выполнили всё так, будто мы находимся по меньшей мере в чертогах богов! Оу… я ошибся, кроме мрамора было ещё серебро. Оно сотнями швов-полос шло между стыками, завершая картину.

— Здравствуй, Торин, — медленно кивнул я, пытаясь понять, вменяем ли король гномов или нет.

— Я бы хотел извиниться перед тобой за то, что между нами было, — Торин, встав с трона и спустившись с возвышения, протянул мне руку. Видно было, что его гордость протестует, но совесть и воля, а ещё честь и принципы задавили всю гордыню в зародыше. — Мир?

— Мир? — пожав руки, синхронно улыбаемся. — Кстати, я не без подарков, — достаю клинки.

— Экскалибур и Оркрист… — гном провёл рукам по рукоятям обоих. — Несмотря на искусство мастеров Гондолина, меч твоего учителя много лучшее и совершенное оружие, Алекс. И тем не менее… я не могу его принять. Пусть ты и простил меня, но я сам всё ещё чувствую вину за произошедшее. Да и… — он хмыкнул, — прошло уже время, когда король Эребора должен был каждый день сражаться не на жизнь, а на смерть.

— Это твой выбор, — пожимаю плечами, протягивая клинок эльфов. — Кстати, я всё-таки не сумел продержаться последний день: почти уже упал без сознания. Расскажешь, как прошла битва?

— Конечно. Только не здесь. Нам уже накрыли стол.

— Гм… там…

— На троих, — фууух, а то неудобно перед Бруином вышло бы.

…

— В конце концов мы сошлись с Азогом в схватке на замёрзшем озере. Он выбил у меня из рук меч, но сам пользовался при этом булавой. Глупое решение на льду, пусть и прочном. В процессе битвы мы раскололи озеро…

— И тогда Торин просто кинул этому ублюдку его же оружие! — влез Фили (большинство из старого отряда гномов постепенно присоединились к нам). — И этот гад провалился под лёд!

— Только вот он смог выбраться… а заодно проткнуть меня. А я проткнул его. Раны были смертельными, — продолжил Торин. — Правда в отличие от меня, у Азога не было друга-чародея.

— Ты выпил зелье?

— Да. Правда, сам я открыть флакон уже не смог, но меня успел найти мистер Бэггинс. Он успел в последний момент, однако успел. Раны зажили буквально за минуты. Это было нечто невероятное.

— Кстати, Алекс, у тебя не найдётся ещё подобного снадобья? Мы готовы были бы купить и немало… — подал голос совсем уже постаревшей, но ещё далеко не дряхлый Балин. Ну да… он ещё во время похода был седой, однако вполне себе неплохо махал топором.

— Гм… вы, конечно, простите, но то было не зелье, а нечто куда более ценное. У меня имелось тогда всего несколько капель, и одну я отдал Торину. Сейчас осталось только две. Сами понимаете…

— А то, другое зелье? — чуть помолчав, спросил Король под Горой.

— Высшее исцеляющее? Его побольше. За последние годы я потихоньку варил. Сейчас у меня что-то около… Эм… восьмидесяти фиалов. Десяток обязательно оставлю себе, но вот остальное могу и продать.

— Ты явно хочешь не золото: у тебя и своего немало, — кивнул своим мыслям Торин.

— Это да. Золото мне ни к чему. Тем не менее, у вас есть кое-что куда более ценное для меня. В каждом фиале по три глотка. Этого обычно хватает, чтобы вытащить буквально с того света любого, кто ещё не испустил дух. Я отдам каждый фиал за один из звёздных камней эльфов.

— Ты желаешь передать их Трандуилу? — удивился Балин. — Зачем тебе это?

— Трандуилу? Нет конечно. Мне они и самому пригодятся…

Несмотря на дружеские отношения, сделка есть сделка. А торг есть торг. И, как выяснилось, торговаться я не умел: договорились на один камушек за четыре фиала. С одной стороны — дикий грабёж меня любимого. С другой… боюсь, все эти зелья я уже вряд ли использую, а обменять их на что-то ценное… нет в Средиземье ничего, что бы мне отдали и что было бы ценнее Звёздных Камней.

Камушки мне обменяли, хоть и немножко со скрипом: эльфийские каменья были ключиком, который мог в любой момент прекратить распри и помочь устаканиться отношениям Эребора и Леса, которые сейчас едва ли были ровными. Тем не менее, стратегический запас эликсиров гномы оценили выше расположения остроухих.

Два десятка бриллиантов, что я получил, были высыпаны на обратную сторону Гримуара, на внутреннюю часть обложки, где и оказались полувпитанными в Книгу. Камушки обладали очень интересными свойствами, но полный спектр пусть изучает Библиотекарь.

У гномов я гостил ещё неделю. Пожалуй, ходить по гостям годами надо завязывать: пора и честь знать. Предо мной открыт целый мир, которому суждено ещё пятьдесят мирных лет… ну, относительно мирных. Пора бы уже мне вплотную заняться им, а заодно и собой.

Если ранее я был занят больше оттачиванием моих навыков, вроде целительства, зельеварения, рунической и астральной магии… да хотя бы постоянное поддержание второго потока сознания (!), то сейчас, в общем-то, пора было начинать двигаться дальше. Я маг или где? Теоретиком меня уже не назовёшь, так что стоит, пожалуй, продолжить качественное развитие. Лет через сто я рассчитываю выйти на уровень Магистра… слабенького. Стоит начинать двигаться в этом направлении.

Мир Средиземья после Поттерианы был выбран мной далеко не случайно. Я мог выбрать другие миры, в том числе и с магией. Они могли бы мне дать куда больше… но Средиземье — прекрасная база, где я смогу построить себе новый дом. Здесь нет по-настоящему могущественных магов, которые были бы сильнее меня в дальней перспективе. Да, сейчас меня сделает тот же Саруман, дай ему время, но вот позже, когда я обзаведусь мощной крепостью на магическом источнике, то получу полностью безопасное место. А что? У Сарумана есть! У Саурона есть! Чем я хуже? Тем, что прожил раз в пятьдесят меньше? Право слово — такие мелочи…

В общем, я предполагал в долгосрочной перспективе выстроить тут себе мощную базу, которую защищу всеми средствами. Единственный момент — таковая должна быть на мощном магическом источнике, иначе особого смысла строить нет, чтобы самостоятельно подпитывать многочисленные рунные конструкции и всё остальное. Да и межмировой портал, в общем-то, тоже мне там не помешает!

На самом деле, у меня имелась не только урезанная, но и полная версия этой монструозной конструкции Архимагистров. Только вот в полном виде она сейчас представляет у меня просто огромнейший необработанный массив информации в Гримуаре. С нынешними мощностями Библиотекарю потребуется лет пятьдесят, чтобы привести конструкцию в удобоваримый вид, дабы позже вывести её в реальный мир. А я слишком привык к возможностям своего Гримуара, чтобы делать нечто подобное.

Но в общем и целом что полная, что урезанная версия смысла особого не имели, потому что для запитки таких хреновин нужна жуткая прорва энергии. Именно поэтому мне не подходило ни одно место, что я присмотрел за десятилетия пребывания в этом мире. Пожалуй, только в Лориэне, Изенгарде и Ривенделле было нечто подходящее, да только те источники питали какие-то сложные и непонятные полуприродные конструкции, так что мне пришлось бы долго их адаптировать… это не говоря о том, чтобы отбить. А с Лориэном вообще отдельная история. Там источник был весьма слабым, но Мэллорны сами выступали эдакими генераторами. Не случайно я спрашивал Леди Галадриэль о них… М-да.

В общем, тепло попрощавшись с гномами, я отправился по Средиземью в поисках подходящего магического места.

С Саруманом мы вроде как помирились. Он меня всё равно недолюбливал, так что в Изенгард я не совался, однако в лес Энтов рядом с бывшей территорией Гондора вполне себе не боялся зайти.

— Не то… не то… — добравшись до леса, я приступил к исследованию территории. К сожалению, в ощущаемых вокруг магических потоках всё было также, как и в Лориэне, только здесь источниками силы выступали Энты. Более того, я чувствовал всё это огромное множество деревьев, чувствовал, как их сознания по капельке отправляют друг другу ментальную энергию. Весь лес был огромным единым могучим организмом, только спящим. А я тут был чужероден. От этого ощущения мне становилось не по себе, а потому к концу третьих суток, так никого и не встретив, но чувствуя направленное на меня недоброе внимание, я решил сваливать:

— Да пошло оно всё! — взлетаю в воздух.

Вот честно, от этого леса по спине мурашки бежали!

К шестьдесят первому году, пожалуй, стоило подвести итоги. В Средиземье из известных мне источников имелся Изенгардский, Ривенделлский, Лориэнский, а также в глубинах Мории, которую облюбовал себе балрог, с коим мне связываться не хочется. Гм… есть ещё что-то около двух десятков, но по силе они вот никак мне не катят.

Имелись и ещё варианты. Наверняка мощнейший источник есть в Мордоре. Скорее всего на нём и стоит Барад Дур (Цитадель Саурона). Гм… а ещё Роковая Гора, скорее всего. Либо что-то из них, либо и то, и другое. Только вот я ещё не настолько сумасшедший, чтобы добровольно сунуться в Мордор, будучи ослабленным. Я помню и силу Назгулов, и мощь Великого Ока. Если буду один — меня сломят. Гм… СТОП!

«Как же я мог забыть… Ангмар!»

Ангмар. То королевство, куда рвался Саурон двадцать лет назад. Огромный кусок севера Средиземья. Некогда самое могущественное из королевств людей, а позже — вотчина тьмы, которую подавляли ещё не одно столетие после падения Мордора. Ангмар не может не иметь сильных источников. Гм… может быть мне послать всё остальное Средиземье на все четыре стороны? В конце концов они вроде как и без меня справятся, а я пока что прихватизирую себе местечко потеплее? Но сначала, пожалуй, надо бы передать меч Годрика кому-нибудь получше. Не дело клинку моего учителя бессмысленно висеть за моими плечами…

Ещё восемь лет я разыскивал одного старого и вредного волшебника, попутно совершенствуясь в различных дисциплинах. К шестьдесят девятому году пространственная аномалия прочно заняла всё Средиземье, а потому мгновенно перемещаться тут даже с помощью портальных маяков стало проблематично.

— Эй! Митрандир!!! — заорал я на всю улицу, привлекая внимания. — Да куда ты прёшь, хрыч старый?!! Ты хоть знаешь, сколько лет я уже за тобой тут бегаю?!!

— О! Алекс! Не ожидал тебя тут встретить…

— Ты меня явно встретить вообще не ожидал! Надо поговорить!

— Ну, знаешь, у меня тут несколько дел…

— Которые с тем же успехом подождут и ещё пару часиков. Вон там трактир есть, я угощаю!

Ощущение, что старикан убегает от меня, возникло не так давно. Впрочем, я не то чтобы постоянно гнался за Гэндальфом: часто возникали и побочные дела, которые неплохо было бы выполнить. В противном случае мы бы встретились гораздо раньше. Так-то я успел ещё трижды заглянуть в Лориэн, благо что спешить было особо некуда.

— Ну так что же тебя заставило разыскивать меня, Алекс?

— Гм… видишь ли, Олорин, — Гэндальф удивлённо приподнял брови, когда я назвал его ещё одним из имён, которые он носил, — вот, в общем! — достаю клинок Гриффиндора. — Я ухожу… наверное, надолго. Ты давно уже ходишь по свету… В общем, отдай достойному воину, а?

— Меч твоего учителя? Тот самый, который ты когда-то отдал Торину?

— Торин не так давно… ну ээээ… лет девять назад вроде, отказался от этого меча.

— Я исполню твою просьбу, Алекс, — Митрандир аккуратно принял клинок. — Но перед этим скажи, куда ты собрался? — пару секунд я думал, что бы такое ляпнуть, но потом решил ответить честно:

— Ангмар.

— Ангмар? Что тебя зовёт туда?

— Я ищу место, где бы поселиться, — честно отвечаю ему. К его чести, Митрандир сообразил сразу:

— Вот как… и ты не просто желаешь уйти на покой, тебе требуется именно место силы, я прав? Но таковые в Средиземье уже заняты, а остальные слишком слабы для тебя?

— Верно. Впрочем, перед Ангмаром я собирался наведаться в Дол Гулдур, возможно эта крепость мне подойдёт больше…

— Я бы тебе не советовал, Алекс. И Дол Гулдур, и Ангмар, всё пропитано Тьмой!

— Ты слишком боишься этой силы, Гэндальф! — хмыкаю. — Без обид, но Тьма сама по себе не является злом, а Свет — добром. В мире, откуда я пришёл, с именем Господа и Света на устах творили такие зверства, до которых Саурону ещё очень, очень далеко. Тьма — лишь сила. И Свет — лишь сила.

— Я прожил триста людских жизней, Алекс. И я не могу с тобой согласиться. Всё зло всегда несла Тьма. Возможно в твоём мире это и не так, но всё-таки. Впрочем, твой взгляд на вещи подтверждает недавние слухи…

— Слухи? Какие слухи? — удивился я.

— Слухи о чёрном волшебнике, — несколько даже демонстративно оглядел мой наряд Гендальф. Ну да, я в чёрном, и чего? Хотя… да, наверное именно про меня эти слухи и пошли. Я совсем не скрывал свои магические возможности и всё время в чёрном. За последние года Алекс позабылся, вот и прозвали в народе чёрным магом. Есть же серый? И белый тоже есть, и бурый. Так почему бы не быть чёрному? В конце концов прозвища часто соответствуют цвету одеяний.

— Ну… наверное действительно обо мне. Кстати, весьма стильно звучит! Решено! С этого момента я Алекс Чёрный! — принимаю пафосную позу, сидя на стуле.

— Я так понимаю, отговорить у меня тебя не получится?

— Это вряд ли. Да ладно тебе, Митрандир! Как будто побродив пару лет по Ангмару, я стану рабом Саурона и Тьма поработит мой разум! — последнюю фразу я произнёс нарочито пародируя кого-то. — Вижу, ты всё равно не одобряешь моих намерений? Видимо, и не одобришь. Бывай тогда! — хлопнув серого чародея по плечу, я кинул на стол золотую монетку и пошёл на выход. В обжитом Средиземье меня теперь мало что держало.

Дол Гулдур. Древняя крепость с длинной историей. Почему я её не проверил раньше? Гм… да вот даже сам не знаю. Наверное, потому что подсознательно опасался этого места. Опасался идти сюда в одиночку, без магического ядрён батона в виде Миледи Галадриэль. Блин, что-то я последнее время весьма часто вспоминаю эту эльфийку? Влюбился что ли? Гм… не, она красива, как и все эльфы, сильна, умна, интересна… только вот старше меня немножко. Лет эдак на… гм… восемь? Тысяч, разумеется. Гм… но любви ведь все возрасты покорны? Хотя стоп! Если бы я влюбился, то разница в возрасте меня точно бы не особо волновала, значит не влюблялся, хотя симпатию точно испытываю.

Дол Гулдур встретил меня как всегда мрачно и таинственно. В саму крепость я так и не пошёл. Источник тут был, и не слабый, это чувствовалось. Только вот истощён он был необычайно. Мм… это и не удивительно: Саурон тут такую армию слепил, что я бы удивился, будь иначе. В общем, в ближайшие лет сто соваться сюда смысла не имеет, а потому… Ангмар, жди меня.

Повернувшись на север, смотрю в хмурые небеса, а затем разбегаюсь и прыгаю со скалы, в падении обращаясь вороном и резкими, нестабильными взмахами устремляюсь вверх. Ну да: не просто же так я столько времени потратил? Анимагия таки была мною освоена, пусть пока что и не настолько хорошо, чтобы не ощущать траты энергии во время трансформации.

Глава 9[6]

— Сэр, я, конечно, рад, что хоть кто-то заглянул в нашу деревеньку, но что вы у нас забыли? — спросил трактирщик, с интересом косясь на Астеллу, уплетавшую за обе щёки орехи в меду, стоившие здесь баснословные деньги… впрочем, я на стоимость всякого разного уже давно прекратил обращать внимание: даже не в курсе, сколько там тысяч золотых сейчас покоится у меня в пространственных карманах.

Ах да, Астелла… случилась наша встреча с пару недель назад…

Анимагия, настоящая, а не через зубодробительный ритуал тотема, была невероятно сложной наукой. Требовалось в буквальном смысле трансфигурировать своё тело в тело животного. Соответственно, использовалось два вида Трансфигурации: порядковая и хаотичная.

Стоит, пожалуй, рассказать об этом направлении магической науки чуть побольше.

Хаотичная Трансфигурация основана на энергии, воображении и воле. Ну или желании, хотя воля лучше. Это та самая изменяющая энергия, получающая ментальный образ от мага. Она же меняет предметы. Чисто в теории такое воздействие может превратить всё во всё. На практике же для превращения требуется энергия.

И вот тут появляется порядковая Трансфигурация. Дело в том, что чем точнее маг представляет то, что пытается создать, тем больше в действии порядковой Трансфигурации и меньше хаотичной. Соответственно, меньше тратится и энергии, но зато выше сложность. Говоря совсем грубо, можно сделать всё, что угодно, но если не представляешь, как это что-то должно работать, то на имитацию свойств будет уходить энергия и чем хреновее представляешь, тем больше уйдёт. Совсем грубо говоря, создавая какой-нибудь плутоний, да так, чтобы он был радиоактивен, можно в общем-то и не знать, что такое радиоактивность, но знать, что она делает. Тогда на имитацию этих свойств пойдёт дополнительная энергия. Напротив, детально представляя себе процесс, можно значительно сократить затраты. Только вот пока контролируя трансформацию напрямую, создаёшь нечто подобное, сломаешь себе мозги.

Казалось бы, как можно сделать то, о чём не имеешь понятия? Этим и страшна Трансфигурация, за это и назвали её хаотичной: она способна подстраивать мир под воображение. Чистое творение, зависящее только лишь от собственной мысли. Ну и запаса энергии, конечно.

Соответственно, практически вся не вечная Трансфигурация является соотношением хаотичной и порядковой. Гм… это, кстати, теория не из Хогвартса, а от Ровены, если что. В Хогвартсе её вообще на типы не подразделяли.

Ну так вот. Анимагия бывает, как известно, двух ветвей. Первая, фактически, тупиковая, зато простая. Позволяет получить один случайный образ. Сложность там в жутком ритуале, когда надо сначала носить под языком целый месяц лист мандрагоры (весьма горькой, между прочим), затем собирать предрассветную росу, варить зубодробительное зелье, обязательно ждать молний… и всё это без малейших отклонений: выпал лист из-под языка и попал за щёку? Начинай сначала!

Понятное дело, ритуал действителен только для Земли… ну, может и ещё для каких миров, их же бесконечность всё-таки. Здесь, в Средиземье, даже если бы и водилась мандрагора, инфополе вряд ли отреагирует на такой жуткий бред.

Другой вариант — Трансфигурация собственного тела. В общем и целом, сие сделать можно, владея Трансфигурацией на хорошем школьном уровне. Другое дело, что это почти полностью будет хаотичная Трансфигурация, то есть энергии на секунду поддержания такого образа будет уходить море. Пожалуй, источник Хогвартса бы потянул нечто такое. Помню, Салазар рассказывал, как ещё до строительства замка они, подчинив источник, баловались, становясь кем и чем угодно. Потом, правда, энергии стало не хватать: подключились рунные цепочки.

Собственно, чтобы привести затраты сил к приемлемым, требуется использовать порядковую Трансфигурацию. И вот именно ради этого волшебники так старательно изучают тела своих будущих аниформ. Я, к примеру, ворона учил больше десяти лет, и всё равно трачу энергию, пусть и не сильно много. В теории, зная строение своего образа вплоть до клеточной структуры всех тканей и работы каждой клетки, можно превращаться вообще почти не тратя энергию и даже жить в таком виде хоть вечно. Только вот до такого уровня познания разве что старшие Магистры доходят.

Вторая ветвь перспективнее в плане количества аниформ, но не в пример сложнее. К тому же, есть кое-что, что ставит первую ветвь в ближней и средней перспективе всё равно выше второй: аниформы от ритуала влияют на мага, а вот если маг идёт по второму пути, то нет. При этом отрицательное влияние почти никогда не проходит, другими словами, имея форму кошки по первой ветви, волшебник становится гораздо ловчее и гибче. Ну… любовь к молоку может появиться, но это мелочи. А вот имея аниформы из второй ветви, волшебник в своём теле ничего особенно не приобретает.

Так или иначе, вороном я мог быть что-то около двух суток, если, конечно, сводить траты сил к приемлемым. Летать тоже мог не то чтобы долго: часа три-четыре. Тем не менее, я преодолевал немаленькие расстояния, хотя летел обычно за раз не больше двух часов: в конце концов я никуда не спешу, зачем мне каждый раз уставать?

На Крыльях, пусть их применение сейчас и осложнено, было бы быстрее, но надо же мне осваивать новую форму или как?

Ну так вот, когда я в очередной раз залетел в какой-то городок на пути, дабы пожрать, ибо собственные запасы тратить не хотелось, то, как обычно, приземлился в подворотне, где было относительно безлюдно. Ну, из трущоб попёрся к центру (здесь везде и так особой чистоплотностью не отличались, но в центре хоть посуда всегда бывает чистой, да и всё остальное свежее и вкусное).

Ну а по пути услышал крики. Собственно, свернув ради интереса в нужную сторону, я застал интересную картину: двое мужчин… хотя… подростки скорее, избивали девчонку. Грязненькая, оборванная, мелкая, она всё равно чем-то привлекла моё внимание. Может, сверкающими ненавистью и яростью глазами?

Собственно, разбираться в ситуации я не собирался, просто врезал по обоим двумя Депульсо. Если девочка совершила что-то по-настоящему серьёзное, то её бы уже прирезали, а если не совершила, то… ребёнка бить неправильно, так или иначе.

Ну а дальше, как водится, совершил благородный поступок — принимай ответственность. Смысл было спасти девочку, если она валяется в грязи в порванной одежде (а ведь уже конец осени был!), да ещё и в крови?

Собственно, лечить самостоятельно мне её было лень, так что я почти насильно влил в её рот фиал высшего исцеляющего, а пока раны заживали, провёл несколько раз рукой над телом, очищая от грязи. Ну и Репаро применил. Оно на одежду слабо действует, зато мелкие дырки и рваности срослись.

— Слышь, мелочь, ты как себя чувствуешь? — спрашиваю её. Молчит. — Ладно, живёшь-то далеко? — снова молчит. Только мне и так всё понятно. — Ну хоть близкие-то есть? — молчанка продолжается, да вот только эмоции на близком расстоянии я ощущаю. Нет у неё никого. — Ясно всё с тобой… и чего же теперь мне делать? — на секунду задумываюсь, а потом поднимаю девочку на ноги. — Ладно, пошли со мной, хоть накормлю…

Идти она явно никуда сначала не хотела, но, кажется, бесплатная возможность поесть была выше всяческих других мыслей. По пути она постоянно ощупывала себя на предмет травм и всякого другого. Не находила.

С одной стороны, я нашёл лишних проблем на свою голову, с другой же… с другой — я ещё не настолько бесчувственная сволочь, чтобы бросить там девочку, даже вылечив её. Блин, только вот что мне теперь с ней делать?

Этим мыслям я предавался всё время, пока ребёнок, а было ей, судя по всему, лет десять, уплетал еду за обе щёки. Не бог весть какую: мясо, молоко, хлеб, овощи, похлёбка… но, видимо, девочка давно уже не ела.

— Почему ты со мной возишься? — спросила она после того, как я расплатился. Собственно, в трактир я шёл не только чтобы накормить её, но и чтобы самому перекусить, так что настроение у меня было слегка приподнятым.

— Заговорила наконец? Потому что чувствую ответственность, ведь я тебе помог.

Задумчиво оглядев девчонку ещё раз, я вдруг заметил одну странность. Пригляделся…

«Едриииииить…»

Эмоций внешне я не выразил, но вот внутренне… энергетика девочки была не совсем средиземская. Больше смахивала на земную… ну или что-то между.

— Гм… как, говоришь, тебя зовут?

— Астелла.

— Вот что, Астелла, а как насчёт…

Зачем я попёр ребёнка с собой в Ангмар? Ну… вопрос сложный, но не сильно. Делать абсолютно всё самому мне тяжело: маги обзаводятся учениками не от хорошей жизни, а чтобы сваливать на учеников простую работу. Астелла как минимум способна к варке зелий, а ещё — к накоплению маны. Ну так почему я должен упускать такую возможность? Десять лет? Ну и что? Всего-то каких-то года три-четыре и станет взрослой девушкой… по местным меркам. Опасно? В Ангмаре сейчас только дикие стаи орков и гоблинов, да ещё несколько недружелюбных племён людей. Я хоть и ослаблен, но всё ещё Архимаг!

Собственно, так Астелла ко мне и присоединилась. Одежду ей подобрать оказалось не то, чтобы совсем просто, но и не сложно. Добротный костюм из кожи со стальными вставками, на которых уже я вывел несколько рунных цепочек. В первую очередь — подогрев в холод, то есть когда температура воздуха ниже десяти-пятнадцати градусов. Гм… ну и когда внутри есть человек.

Хотел ещё сделать всякие укрепления, охлаждение в жару и так далее, но слишком сложно и муторно. Укрепление доспеха — ещё куда ни шло, но кожаная одежда…

Единственное, что ещё я добавил — импульсную конструкцию облегчения веса. Смысл был в том, чтобы на какой-то короткий промежуток времени мгновенно снизить вес. Ну там… для прыжка, к примеру. Или, чтобы при падении с большой высоты выжить. В общем, полезная штука.

Ну и, самое главное, артефакт должен был, пусть постепенно и очень медленно, но тянуть энергию из носящего. Таким образом я планировал постепенно раскачивать резерв девочки. Пусть её астральное тело сильно отличается от моего, главное, что каналы есть и они относительно структурированы, а значит она может… ну или сможет быстро проводить энергию, чтобы напитывать создаваемые инфополем конструкции.

Кто сказал, что тот же Гендальф не может использовать мои заклинания? Может! Только вот чтобы выдать тот же Ступефай, ему потребуется что-то около полутора минут просто ввиду ограничений собственного астрального тела. Но зато он может долго прокачивать через себя силу, а ещё — скапливать в себе энергию. Очень, очень много энергии. Примерно около полутора десятков моих резервов. И его посох как раз является эдаким накопителем быстрого сброса. Гендальф, да и Саруман, видимо, накапливают силу именно в посохах, откуда могут её использовать быстро. Именно так Митрандир устраивал свои световые волны, расшвыривавшие волны и именно поэтому он не смог, скажем, повторить свой приём второй раз в Мории: заряда в посохе не хватило.

Девочка, которую я подобрал, задержала продвижение, но не сильно: вместо планируемых двух-трёх недель идти пришлось аж полтора месяца. Много это или мало? Ну… учитывая, что по пути частично пришлось зацепить горный хребет, то мало. В эту же деревеньку, стоявшую совсем на отшибе и, в принципе, бывшую последней на нашем пути в цивилизованных землях, мы забрели почти случайно.

— Да так, идём в Ангмар, — лениво отвечаю трактирщику на его же вопрос. После моих слов вокруг стало тихо, только Астелла продолжала хрустеть своими орехами.

— В Ангмар?! — он попеременно переводил взгляд с меня на ребёнка. — Сэр, но ведь это дикие земли! Там только холод и варвары! И медведи! — вот на этом моменте я не удержался и хрюкнул: очень уж были похожи эти слова на представления европейцев о России. Блин! Да даже «Империя Зла», и та сходится! Гы… — Сэр, вы ведь так шутите?

— Да нет, вообще-то, — пожимаю плечами. Мужик лишь сочувственно покосился на Астеллу, а затем раздражённо — на меня. Ну да, выгляжу-то я всё также лет на двадцать максимум. Думает, небось, что дурью маюсь, да ребёнка за собой тяну. — Да не смотри ты так, — фыркаю. — Чай не в первый раз с орками встречаюсь… И даже не в десятый.

Из деревни мы уходили, провожаемые осуждающими взглядами.

— Смотри, как только пересечём эти горы, то попадём как раз в Ангмар.

— Большииие!

— На самом деле не очень. Лет через десять… ну или через двадцать… ну или… в общем, скоро, когда вернёмся, то сходим к Мглистым Горам. Вот они действительно большие.

— Двадцать лет — это скоро? — скептически и возмущённо глянула на меня девочка.

— Ну… эээ… думаю, лет через девяносто ты и сама будешь так считать.

— Пфффф…

Учить Астеллу магии в ближайшие годы будет редкостной глупостью: ей бы каналы разработать. Гм… в общем и целом, изучив за это время её энергосистему, я несколько пересмотрел своё отношение к жителям Средиземья. У них-таки были каналы, просто система эта была рассчитана не на мощные потоки, а на сущие крохи. Капли, считай. Только вот каналов было ну просто очень, очень много.

Тот же Гэндальф вполне может использовать мои заклинания, но ему просто нет в них смысла: какой смысл в боевом заклятье, которое станет заряжаться от полутора минут до получаса? Ну или часа три-четыре, если брать то же Адское пламя, будь в этом мире нормальная преисподняя.

Тем не менее, Митрандир — майяр. У людей всё несколько не так. Если астральное тело Гэндальфа представляет собой настоящее месиво, судя по тому, что я вижу, хотя, скорее всего, там больше не месиво, а просто тысячи микроконструкций, которые я не способен разглядеть, то тело той же Астеллы — это скорее тело представителя Земли, просто с ещё более тонкими каналами, нежели у маглов моего прошлого мира, однако Астелла в отличие от них этих самых каналов имеет многократно больше. Как результат, в общем-то, постепенно прокачивая их и воздействуя на них, можно добиться лет через двадцать пропускной способности уровня первокурсника Хогвартса. Гм… ну а через полсотни лет она вполне сможет потянуть и на Старшую. Хотя Астелла относительно уникальный случай. Скорее всего здесь есть и ещё такие, но встречаются они редко, а вот остальные местные жители являются чем-то средним между Астеллой и Гендальфом.

Ангмар… сколь много в этом слове для жителя Средиземья!

Просторы этого королевства мы увидели, когда таки поднялись на вершину небольшого куска горного хребта, коий пересекали. Серебряные горы, кажется? Гм… а, может, Серебряные холмы? Не, не помню. Забавно: забыть название целого горного хребта. Впрочем, это игры моей психики и памяти: последняя у меня если и не близка к идеальной, то всё равно очень и очень хороша, но хранить много информации в своеобразном «быстром доступе» она не может: тормозится мышление. Поэтому, собственно, и затираются якобы ненужные куски.

С высоких вершин Серебряных Гор можно было увидеть бесконечные равнины, леса и крупную реку. Только вот всё это было каким-то… затемнённым. Вовсе не выжженная пустошь, но… на равнине преобладала трава тёмно и даже чёрно-зелёных цветов, леса также были скорее чёрными, чем зелёными. Река? Гм… вода, я думаю, нормальная, но ввиду общего сумрака внизу, даже несмотря на ясный день, она также казалась эдакой чернёной.

— Ты чего дрожишь? — удивлённо спрашиваю Астеллу.

— Оттуда веет каким-то… страхом…

Замерев, я «вчувствовался» в энергетический фон. Действительно, что-то такое есть и даже весьма сильное, но я не замечаю из-за собственной мощи. А вот моя новая ученица…

Молча беру девочку и прижимаю к себе, окутывая собственной же силой. Вроде дрожать прекратила, но вот руку выпустить пока не хочет. Ладно, двинемся дальше так…

С гор мы спустились только к ночи. Это при том, что переход сам тоже отнял три дня, а шли мы, постоянно пользуясь магией. Там через ущелье перенести, тут телекинезом поддержать на опасной тропе…

Ночь я решил проводить в горах. Точнее, в предгорьях: была тут пещерка. На вход я повесил кучу ловушек, но перед ними всеми ещё и срастил сам вход, оставив лишь небольшую щель, чтобы проникал кислород.

— Блин, помыться бы… — буркаю. — Эванеско! Эванеско! — прохожусь по себе и Астелле.

Девочка вырубилась сразу же, как только приготовления были завершены. Специально для неё сварил порцию эдакой похлёбки с вяленым мясом и зерном. Вроде неплохо получилось, судя по тому, как она ела. Мне же хватило и лембаса. Эльфийских хлебцев оставалось ещё прилично, благо что перед походом я озаботился не просто огромным, а ОГРОМНЫМ запасом. Сколько их сейчас у меня? Гм… что-то около пяти тысяч штук… вроде бы. Учитывая ещё и имеющиеся мясо, зерно и другую провизию, думаю, нам хватит года на два. Ну а там, надеюсь, сумеем добыть себе поесть…

Ночью часто выли волки, да и на рассвете — тоже. Что меня напрягало — вой был каким-то… не волчьим. Точнее, не похож он был на обычных Волков. Зато очень напоминал звуки глоток орочьих тварей. Уж этих-то я наслушался на западе Гондора на всю жизнь!

— Быстрее, но плавнее! Ещё раз… гм… ясно. Ладно, хватит пока что… — вижу, что девочка уже устала.

Чем она занималась? Пыталась повторить простейшие движения мечом. Хотя, скорее уж саблей… блин, как бы назвать эту эльфийскую штуку?

Кроме клинка Годрика у меня имелся ещё один. Не Оркрист, а другая железка, которую я почти случайно прихватил из владений Трандуила, когда был там в последний раз. Клинок был скорее женский, но качественный. Выбрасывать душила жаба, так что решил оставить, благо что у меня имелось свёрнутое пространство. Ну а вот теперь пригодилось.

Астелла явно не держала раньше в руках ничего похожего, тем не менее, выросшая далеко не дома, да и вообще в мире вовсе не образца двадцать первого века, она была весьма вынослива. Тем не менее, клинок всё-таки был рассчитан на взрослую эльфийку, которая должна быть выносливее человеческой девушки и уж тем более девочки. Гм… а он точно женский? У эльфов и мужчины тоже эдакие… м-да.

— Чего? — притворно удивился я, когда она мне протянула меч назад. — Нет, я его теперь не понесу. Привыкай, что это твой меч и он всегда должен быть с тобой. Вот что ты будешь делать, если на нас сейчас нападут? Ждать, пока я достану тебе клинок? Гм… нет, сейчас, понятное дело, я тебя защищу, но вот в будущем?.. Держи, — чуть покопавшись, достаю ножны. — Сейчас покажу, как закрепить.

Астелла вообще была достаточно молчаливой, хотя, возможно, это было связано скорее с тем, что находились мы чёрте где, в месте, которое таит в себе опасность почти с любого направления. Естественно, что она боится мне даже слово поперёк сказать: вдруг брошу? Но вообще, последнее время, потихоньку отмирает.

Вопреки некоторым домыслам, Ангмар вовсе не был пустым, напротив, тут были разумные обитатели и не сказать чтобы мало. Орки, племена людей, гоблины… но самые интересные из здешних аборигенов — это, без сомнения, остроухие. Когда я такого увидел в первый раз, то даже не поверил! Эльфы! Здесь!

Не поверил я настолько, что решил напасть на нёсших труп орков, которых раньше старался всё-таки избегать.

Бой занял всего секунд пять, да и то лишь потому что с расстояния попасть в противника так, чтобы не повредить ценное тело, было затруднительно. Когда с орками было покончено, я спокойно дошёл до их места смерти и осмотрел того, кого они несли.

В своём выводе про эльфа я не ошибся, но всё-таки остался не до конца уверен. Обычно эльфы светловолосые, реже — брюнеты. Иногда имеют эдакие зеленоватые волосы. Глаза тоже чаще всего голубые, зелёные… встречал и фиолетовый оттенок. Чёрные? Ну… тоже были, но редко.

Этот же эльф имел не только чёрные глаза, волосы, но и темноватую кожу. Гм… Оу! У него и ногти чёрные! Не слышал о таком эффекте после смерти! Значит, скорее всего, природные и… Да, явно не лак и не краска. Что же ты за существо такое? Дроу? Вроде их не было в этом мире… Гм… ладно, пусть пока что будут тёмные эльфы. Желательно, неклассические. Нафиг мне сдался их матриархат и поклонение Ллос, тьфу-тьфу-тьфу!

Тельце эльфа я на всякий случай погрузил в землю с помощью магии: пусть Орки, если найдут трупы своих, думают, что их грохнули эти самые здешние остроухие.

Астелла мелко подрагивала, хотя и не сильно. Привыкает? Да она вообще не особо робкая должна быть: смерть-то уж точно видела. Гм… ну, тогда, видимо, причина страха несколько в другом. Блин, и нахрена я её сюда попёр? Будто бы оставить было негде! Не думаю, что мне бы отказали те же гномы или эльфы. Да и хоббитов тоже можно было попросить. Гы… а забавно было бы, скинь я её на Бильбо! Ладно, что есть, то есть. Со временем всему научится, а поддержка мне не помешает.

Так или иначе, моей первоочередной задачей был поиск источника. К сожалению, карты Ангмара не сохранилось, а потому приходилось ориентироваться наугад, благо ещё, что Библиотекарь потихоньку составлял карту по моим воспоминаниям. Стоило бы, пожалуй, найти здешних эльфов-дроу: они-то наверняка имеют какие-то карты, но вот честное слово, не хочу я к ним соваться…

Тем не менее, одно из мест с возможной мощной магической основой мне точно известно: крепость Гундабад. Именно её я и решил проведать первой, благо что и находилась она от меня не так уж и далеко: всего дня три пути. Гм… учитывая неизвестную местность и условно вражескую территорию — шесть дней.

Вообще, я очень надеялся именно на крепость Гундабад, благо что она находится сразу же за Одинокой горой, которая мне весьма дружественна. Не думаю, что Торин отказался бы от такого соседа.

Почему же я сразу не попёрся в эту крепость? О! Всё дело в том, что… пришла мне эта идея в голову не сразу. Да и изучить хоть немного кусочек Ангмара было любопытно.

Место это, что странно, мне весьма нравилось. Его бы очистить от орков… ну а что? Даже когда на небе яркое солнце, внизу лёгкий сумрак и прохлада. И это при том, что небо всё равно голубое и ничем не закрыто! Трава шелковистая, вода тоже прохладная, но не ледяная… красота!

— Урхунг мур нохт! — не красота, совсем не красота! И как эти гады подобрались так близко?

С рук слетают сразу две Авады, попавшие в головы самым ретивым. Ну да, я придумал, как убивать всяких вредных орков с одного раза: достаточно бить в голову. Не всегда получается, зато каков эффект!

Стоп, чего это они остановились?

Орки действительно встали на месте, не двигаясь. Астелла стояла у меня за спиной, я просто стоял… Блин, чего они замерли-то? О! Наконец-то движуха. Так, один вышел вперёд…

— Нор муроан горгурнош?

— А теперь на общем? — с интересом спросил я, добавляя себе в голове галочек к языкам, которые следует выучить: тёмное наречие тоже не помешает.

— Нормонгун ор… кхркхаркха… — орк захрипел, когда ему в шею попала стрела.

Атака эльфов — всегда занимательное зрелище: слишком уж они ловкие, гибкие, быстрые… эдакая живая волна, подрезающая противнику сухожилия, болевые точки, артерии… Эти эльфы были явно местными, судя по внешнему виду. И сражались они вовсе не клинками. Их луки имели на концах лезвия. Гм… наверное, без привычки из такого очень неудобно стрелять.

За себя я особо не беспокоился. Орков было не слишком много: около двух десятков. Эльфов и того меньше: десяток примерно. Не мне их бояться в этой ситуации. Вот будь их штук тридцать…

Наконец, с уродцами было покончено и пяток эльфов наставили стрелы уже на меня.

— Эль нэ ле флэн дэ лорниль? — интонация ушастого мне не слишком понравилась: очень уж напоминала интонацию лесных эльфов, когда те обращались к гномам. Вроде и вежливо, но высокомерно-то как… Кажется, я наткнулся именно на тех остроухих, которые считают себя венцом эволюции.

— А теперь на общем. Для меня что ваш, что орочий… я только синдарин чуток знаю, — хмыкаю.

— Да как ты смеешь, поганое животное, сравнивать нашу речь с языком этих кхаааа… — абсолютно все эльфы согнулись в приступе удушья. Ох, чего мне только стоило так филигранно сработать… да и сил ушло немало, но уж очень хотелось окунуть этого засранца мордой в грязь.

— Животное? Я тут вижу ровно… одиннадцать животных. Ну… или варваров. У всех острые уши и наглые рожи. У меня, как видишь, уши круглые, — почему варвары? Мне весьма чётко привили это понятие ещё мои учителя. Да и потом, общаясь с древними, я иногда спрашивал их мнение на этот счёт. А с древними я встречался не только здесь, в Средиземье, но и на Земле. И все, что интересно, в какой бы культуре не росли, говорят, что варвар — это вовсе не неграмотный или просто необразованный человек, верящий в какой-нибудь бред или одевающийся в шкуры. О нет, с точки зрения тех же Основателей, варвар — это человек, считающий свою культуру выше других, а остальные народы и культуры, соответственно, неправильными, глупыми и так далее. Другими словами, ходящий в чужой монастырь со своим уставом человек, да ещё и учащий всех, что они должны себя вести именно по этому самому чужому уставу.

Оу… кажись, я их обидел: вон, как зыркают. Ну да ладно, сейчас убью и дело с концом. Только надо парочку для допроса оставить…

Командир их как раз хотел было уже кинуться в атаку, как перед его грудью вытянулась чья-то рука. Интересный парень, чем-то на Леголаса похож.

— Мы просим прощения за своё поведение, — выжидательно смотрит на меня.

— Извинения приняты, — чуть киваю. Все слегка расслабились, даже Астелла вышла у меня из-за спины, чем сильно удивила всех присутствующих. Поверить не могу: остроухие её не заметили!

— Могу я узнать, кто вы такие?

— Просто путешественники. Мы идём к Гундабаду. Ищем… подходящее место, чтобы там поселиться.

— В таком случае я буду рад пригласить вас во владения нашего народа, хотя бы ненадолго. Наведываться же в Гундабад — плохая идея. Эта крепость занята орками.

— И много?

— Больше четырёх тысяч. Да и окрестности её наводнены этими тварями. Орочьи племена объединяются вокруг этой крепости, хотя ранее и враждовали.

— Гм… хорошо, я приму ваше предложение, — вежливый кивок.

Эльфы вели себя настороженно, но агрессии не проявляли. Точнее, не показывали её. Я тоже старался быть аккуратным: то воздействие далось мне тяжеловато, приходилось восстанавливаться. Конечно, этих всех я убью, но потом астральное тело будет ещё долго напоминать, что делать с ним можно, а что — нельзя.

Шли быстро и легко, Астелле передвижение давалось особенно трудно, но девочка молчала, сцепив зубы. Видя такое упорство, молчал и я. Когда сама попросит, заберу у неё клинок или даже возьму на руки, а пока терпит — пусть терпит.

Когда стало понятно, что она вот-вот начнёт тормозить наше движение, дал ей небольшой фиал. Выпила прямо на ходу, и спустя минуту её движения стали гораздо легче и плавней.

Гм… забавно. Вот прямо сейчас, когда давал ей зелье, я понял, зачем реально взял её с собой. Всё дело было в… как бы это сказать… небольшом комплексе, да. Четверо Магистров когда-то назвали меня Архимагом, и никто их не посмел ослушаться. Ну а те, кто мог бы — не стали. Только вот я сам себя внутренне Архимагом не считал. По силам — да, но вот само это звание мне не принадлежало, что интересно, ведь собственного ученика я не воспитал и не обучил. Пожалуй, именно в этом причина, почему я взял ученицу, помимо всех прочих — желание наконец-то стать реальным Архимагом, настоящим. Гм… только вот никак в толк не возьму: зачем мне это? Ведь по силам я вполне себе Архимаг. Как и по знаниям, и по умениям. Возможно, просто психологический бзик? Интересно, сколько у меня ещё в голове таких закладочек, о которых я не имею ни малейшего понятия?

Вслед за эльфами, если они и вправду эльфы, мы быстро перемещались между деревьями, пригорками и всякими проходами. Что забавно, здесь было множество подземных ходов, длиной всего-то метров пять-десять. Без потолков. Потолками служили переплетающиеся корни деревьев. А ещё было немало низин, овражков, ручьёв… и везде ощущалась своя собственная, интересная и уникальная энергия. Нечто вроде смеска силы жизни и тьмы.

Пока мы шли, мне почему-то вспомнилась наша встреча с Бруином…

— Ага, спасибо, — киваю трактирщику, забирая у него свёрток с мясом. С собой упаковали мне довольно много: навскидку примерно кило три. Бедный барашек…

Находился я в Минхириате, территории, находящейся между двумя реками с западной стороны Мглистых Гор. Трактир как раз стоял на южном тракте.

— Смотри, коротышка! — хохотнул кто-то, тут же согнувшись от удара в живот.

— А раз видишь коротышку, надо кланяться! — хмыкнул гном, проходя мимо. Неудачливый шутник только и мог что, выдыхать-вдыхать, да бурчать что-то неразборчивое: дурацкой шутки никто не поддержал.

— Хороший удар, — киваю, мимоходом.

— А то! — самодовольно ухмыльнулся бородатый. — Ты чего это лыбишься? Такой же хочешь получить?!

— Да ты пьян! — фыркаю. — Иди отоспись лучше.

Увернуться от крепкого кулака удалось весьма просто, но мне тут же прилетело с ноги.

— Ну всё, гном, попал ты! — вскакиваю на ноги. Магией будет пользоваться нечестно, но я же не воин в конце концов? Хотя, постараюсь без неё…

Без магии получилось не особо хорошо: гнома я уложил, несколько раз потихоньку себя усиливая заклинаниями, но всё равно живых мест на мне осталось крайне мало.

Когда драка закончилась, а закончилась она на улице, все зрители, которые ранее подбадривали нас криками и воплями, завопили ещё громче.

— Эй! Трактирщик! Отнесёшь его в свободную комнату? Я оплачу, — киваю подошедшему мужику.

— Этот гном путешествовал с компанией, если вам интересно, господин. Кажется, его друзья сейчас спят наверху. Они говорили, что ждали кого-то…

* * *

— Да брешешь ты всё! Чтобы ты, да меня завалил?! А ну вставай, ещё раз попробуем!

— Э нет, гном. Тогда ты пьяный был, а сейчас я кулаками с тобой махать не стану!

— Вот то-то! — фыркнул бородатый. — Выпьем!

— Я не пью. Только вот если это, — наполняю бокал тем самым вином, которое взял у хоббитов.

— Плесни и мне. Ага, хватит… Тю! Сок?! Да что ты за воин такой, раз от пива отказываешься?!

— А я и не воин, я чародей…

— Добро пожаловать! — воскликнул тот самый эльф, что остановил капитана напавшего на наш отряда. Они, кстати, представлялись нам. Капитана звали Роланд, второго — Исмельлун (мой бедный язык — выговорить это с первого раза было ой как не просто).

Кстати говоря, открылась перед нами весьма интересная картина. Эдакая огромная скала гармонично переходила в каменные же ворота. Или мне кажется, или остроухие тут успели найти бывшее королевство гномов и прихватизировать (П. А. Не ошибка!) незанятые территории? А может быть, территории ранее были как раз таки заняты?

Вообще. Место подобрали они очень грамотно: прямо перед вратами, всего в десятке метров, река. Весьма быстрая, надо сказать. При этом берег, на котором находится скала и врата, выше берега противоположного, коий на добрых полсотни метров вглубь представляет из себя лес из одиноких деревьев безо всяких кустарников. Пройти там незаметно можно лишь небольшим отрядом.

Вскоре мы подошли к мосту через реку. Живой мост, между прочим. Как будто два огромных дерева стали расти с обеих сторон и срослись посередине.

Мост, кстати, охранялся. Прямо под ним явно находилось двое эльфов: я их чувствовал. Кроме того рядом с вратами была ещё пара, а на скале мне удалось ощутить целых восемь. И это при том, что глазами увидеть я смог лишь тех, что были у врат. Остальных, сколько бы не высматривал, так и не увидел. Что интересно, когда мы подошли, оба стражника встали во что-то напоминающее стойку «смирно», только ноги чуть расставлены, а правая рука покоится в полукулаке напротив сердца (П. А. Народ, кто не знает, что такое полукулак, поясняю: большой палец прикладывается к кисти, но не на ладони. Остальные пальцы согнуты, однако сама ладонь не сгибается и ничего на неё не кладётся). И, что-то мне кажется, что виной всему был вовсе не Роланд. Тогда кто? Исмельлун? Неужели я не ошибся, сравнивая его с Леголасом?

Глава 10[7]

Расскажу одну притчу, поведанную мне во время моего путешествия после окончания ученичества у Основателей одним японцем. Он был уже не молод, хотя и не старик, эдакий мужчина лет девяноста. Впрочем, что такое девяносто лет для японца-мага? Так, мелочь.

Познакомился я с Рюкогава Тора, когда искал учителя, дабы познать японские печати, но речь не об этом. В тот вечер мы сидели за чаем и говорили ни о чём. Мне было скучно и я, как бывало иногда ещё во времена учёбы у Основателей, заявил:

— Слушайте, сенсей, а расскажите что-нибудь интересное, а?

— И что бы ты хотел узнать, Гарри-кун?

— Гм… — вопрос был не праздный. Если Рюкогава-сан согласился помолоть языком, то рассказать может весьма много. Не о печатях или науке: обучение должно оставаться обучением, а не смыслом жизни. Сейчас же время для чего-нибудь просто интересного… — Вижу, ты колеблешься, что бы такое спросить. Знаешь, пожалуй, я сам выберу нечто интересное. Эту байку я слышал лет сорок назад, когда сам путешествовал по миру. Услышал, между прочим, в Европе. Возможно ты знаешь эту притчу: она повествует, зачем Смерти нужна коса.

— Гм… нет, не слышал. У магов, во всяком случае. Магловская?

— Да, но ты зря недооцениваешь их. Знаешь, в этой истории столько поводов задуматься…

— Я и не думал недооценивать их, сенсей.

— Хорошо. В таком случае, думаю, стоит приступить к рассказу?

— Действительно, — налив ещё чая, с интересом смотрю на японца.

— Однажды к кузнецу пришла Смерть, — начал сенсей. — Пришла не чтобы убить, а чтобы заточить собственную косу. Затупилась, бывает… Кузнец работал долго, но в конце концов справился с задачей. И вот, отдавая косу Смерти, он с ужасом и восхищением воскликнул, что поверить не может, будто держит в своих руках оружие, убившее столько людей. Как думаешь, что ответила Смерть?

— Не знаю, сенсей. Что такая сущность могла ответить на глупость смертного? Рассмеяться? — кажется, я уже когда-то слышал эту легенду, но вспомнить не могу…

— О нет! — улыбнулся маг уголками губ. — Смерть разозлилась. Она спросила кузнеца, сколько же по его мнению она убила людей. Кузнец не смог ответить и тогда ответ ему сказала сама Смерть…

— Ни одного? — смутно я всё же припомнил эту притчу, которую слышал ещё в прошлой жизни. Точнее, читал.

— Верно. Ни одного. По её словам люди сами всегда убивали друг друга, а виновного искали и находили в её лице. И тогда кузнец спросил, зачем ей нужна коса. И Смерть устало ответила: «…дорога в рай поросла кустами».

— Интересная история.

— Заставляет задуматься, не правда ли? — улыбнулся японец…

С чего я решил вспомнить этот давний эпизод своей жизни? Да с того, что я как-то внезапно осознал: а ведь в Средиземье тоже у Смерти есть коса. Её изображают с косой… Случайно ли?

Мои мысли оборвал один из пещерных эльфов. Называть их дроу язык не поворачивался, а тёмными… скорее уж ночными или пещерными.

— Владыка Гелион ожидает вас.

— Веди, не стоит заставлять Владыку ждать, — кивнул я и встал. — Астелла, держи, — протягиваю свой Гримуар. — Позанимайся пока сама.

Оказалось, что весьма удобно учить девочку с помощью Библиотекаря. В конце концов читать она худо-бедно умела. Я лишь занимался улучшением у неё данного навыка. Ну а дальше многие знания вполне могли передаваться в письменном виде через страницы моего Гримуара. Что непонятно или требовало демонстрации, я показывал и объяснял. Выходило, что, в общем-то, от меня требовалось серьёзное участие лишь в её физических тренировках и медитациях. Последние пока проводили вместе: я кладу пальцы в пару нужных точек и начинаю подавать энергию, она — старается почувствовать. Пока не слишком получается, но зато прокачиваются каналы. Меееееедленно, но ведь прогресс есть!

Кстати, подземный город здешних эльфов впечатлял. Огромная пещера, гораздо больше, нежели у лесных. Я ещё больше уверился, что жили тут ранее гномы: вряд ли кто ещё мог бы выдолбить в толще земли нечто подобное. А ведь вся пещера была рукотворной в большей части!

Более того, здесь была постоянная прохлада и прекрасно работала вентиляция. Свет в основном был бледно-голубой и зеленовато-жёлтый: его давали два вида кристаллов, искусно встроенных в общую структуру стен, узоров, кладку домов и тому подобное. Красиво, блин!

Вообще, внутреннее пространство подземелий было действительно огромным. Обработанная часть громадна, но всё-таки дальше идёт и природная. Здесь, в общем-то, целый город эльфов занимал едва ли шестую часть пространства, несмотря даже на то, что ничем особо не отличался по типу стройки от городов на поверхности. Не было нужды строить дома в стенах пещеры или на потолке: вполне достаточно было поставить их на полу: места хватало.

Впрочем, не сказать, что город располагался в единой плоскости. Большая часть домов действительно была собрана в одном месте, однако частично они стояли и отдельно, вне «города», частично же кучковаться отдельными группками. Собственно, к такой группке мы и направлялись: на небольших уступах и возвышениях, эдаких каменных скал внутри этого гигантского пространства, находился дворец здешнего Владыки. Там же имелся один из четырёх подземных парков и ещё некоторое количество жилья. Туда вели несколько дорог и тропинок.

Вообще, это место вряд ли могло бы держаться без помощи магии… ну или здесь просто уникальная природная аномалия, хотя, учитывая, что я ощущаю здесь источник энергии… наверное, всё вместе.

— Воу! — удивился я, разглядел вдалеке полоску реки, начинающейся около водопада. «Вдалеке», потому что она реально была вдалеке. Пещера… да какая пещера! Тут целая долина под землёй!

— Это река Алоис, «Исцеляющая-не-душу». Её воды серо-прозрачного цвета, они очень опасны, хотя и обладают могучей целительной силой.

— Целительной силой?

— Да. Опустив рану в течение, её можно исцелить за считанные мгновения. Сила исцеления Алоис настолько велика, что способна вернуть к жизни недавно умершего. Обычно такое возможно, если после смерти не прошло больше часа.

— Но? Я слышал «но» в ваших словах? — с интересом обращаюсь к эльфу, чуть замедлевшемуся, дабы идти вровень со мной.

— Верно. У тебя хороший слух, маг, — криво улыбнулся остроухий немудрёной шутке. — Реку не просто так прозвали «Исцеляющая-не-душу». Она способна излечить любую рану, отогнать смерть, но берёт свою плату за это. Она переносит раны тела на душу. Так гласит легенда об этой реке. Исцелив даже малейшую царапину, воин взамен получает апатию. Эмоции притупляются, желания уходят вглубь… пусть это и временно, но всё равно страшно. Однако и это ещё не всё. Знаешь, какое самое страшное наказание у моего народа? Самая страшная Казнь?

— …?

— Сначала разумному протыкают сердце. Он умирает. А затем его тело скидывают в воды этой реки. Её имя, Алоис, имеет и ещё одно значение. Значение на древнем языке людей Ангмара, когда они ещё не превратились в дикарей. Алоис на их языке значило «Лживый обратный путь». Они взяли наше название, однако имели и своё на собственном языке. Позже эта фраза сохранила своё значение, но поменяла звучание на сходное с нашим.

— И почему же именно такое имя?

— Потому что когда эта река возвращает разумного с того света, разумный становится овощем. Живой труп. Вернувшийся ложным путём. Не спит, не ест, не говорит, не думает, не двигается… не выходит.

— Не выходит откуда?

— Из течения реки. Если достать тело вернувшегося назад, оно усохнет, словно мумия. Алоис не отпускает никого из своих объятий. Все казнённые рекой так и стоят на её дне. Течение быстрое, но на них оно не влияет.

— Гм… но даже если так, разве временное притупление чувств — большая цена за исцеление?

— Небольшая. Только вот чем больше ты исцеляешься таким образом, тем сильнее притупляются твои чувства. Однажды переборщивших Алоис забирает к себе. Знаю твой следующий вопрос. Нет, вне реки её вода не обладает такими свойствами. Точнее, обладает, но недолго: всего пару минут. Есть, правда, ещё одно, последнее свойство, которое даёт глоток воды из Алоиса. Если, конечно, пить воду сразу же, как достанешь.

— И какое?

— Регенерация, для людей — омоложение. Временное, почти бессмертие. Отрастить руку, если потерял её только что, ногу, пальцы… выжить при проткнутом сердце. Нет ничего невозможного. Разве что голову назад уже не срастит. Только вот эффект… лишь самые сильные духом воины способны сделать такой шаг и не превратиться в «вернувшихся по лживому пути». Самые сильные, самые стойкие: они способны раз в жизни сделать один глоток. Глотнуть из Алоиса — наше священное право. Каждый эльф имеет его. И каждый надеется, что никогда не случится так, что ему потребуется воспользоваться этим правом.

— Только вот вы живёте вечно, — кивнул я.

— Верно. Если воин не превратится в овощ после глотка, то он станет на некоторое время настоящей полубессмертной сущностью смерти. Однако после такого эльфы меняются. Очень резко и сильно. Можно возвращать себе эмоции годами, десятками лет. После глотка ты уже не будешь прежним. За всю историю нашего народа был лишь один эльф, сумевший глотнуть из Алоиса дважды. Наш Владыка.

— Вот как? А пустит ли он меня к Алоису? — чуть помолчав спросил я.

— Если ты того пожелаешь, то я и сам тебя отведу туда: священная река не то место, куда мы имеем право кого-то не пустить. Даже Владыка не имеет право запретить кому-то туда приходить. Разумеется, если этот кто-то не преступник…

В этот момент мы, наконец, дошли до отдельной каменной платформы-площадки, где располагался сам дворец. Величественное и прекрасное зрелище. Он был лишь наполовину снаружи, выходя из скалистой стены. Тем не менее, то, что выходило… внизу огромный парк из странного вида деревьев, трещины в коре которых часто светились. Дорожки выложены из булыжников, между которыми змеился тот самый светящийся кристалл. Стены сложены из каменных блоков, однако как сложены! Я глядел на них и, честно говоря, не мог найти одинаковых частей. Ощущение, будто тут каждый кусочек этих стен вырезали уникальным, специально подходящим для своего места! Это было… завораживающе. А уж конструкция, узоры… да и само здание!

Если уж говорить откровенно, то дворец скорее висел над парком, потому что сам парк представлял из себя эдакую букву «Т». Верхний отрезок буквы — участок перед дворцом. По обеим сторонам от нижнего отрезка были стены дворца, сам нижний отрезок уходил внутрь скалы, в месте соединения отрезков здание поддерживалось колоннами, а на колоннах и стенах, над, собственно, всем нижним отрезком этой своеобразной «Т» и был дворец, словно бы висящий над всем подземным миром.

Тронный зал, что интересно, находился прямо в нижнем конце «Т». Мы зашли в парк, свернули в ту его часть, что находится прямо под дворцом, пошли по этому длинному гигантскому коридору с деревьями и колоннами и, собственно, пройдя в его конец, дошли до области, где кончались деревья, тропинки из булыжников постепенно переходили в мраморные плиты, меж которыми всё также змеились линии светящегося металла. Сам трон, как любят эльфы, представлял собой живое дерево. Точнее, два сплётшихся живых дерева с еле-еле мерцающими листьями. Никакой короны на Владыке не было: её образовывали ветви над троном. Но всё это не было так уж интересно, если взглянуть на самого здешнего повелителя:

— Оставьте нас, — плавно махнул он рукой. Остальные эльфы поклонились и отправились назад. Я же аккуратно продолжал оглядывать этого… дроу. Да! Дроу! По-другому и не скажешь! В отличие от остальных здешних обитателей, этот имел пепельно-белые волосы, красные глаза и серую кожу. На пальцах было что-то среднее между ногтями и когтями. — Я вижу, тебя удивил мой внешний вид, маг? — Владыка, встав, прошёл несколько шагов ко мне лёгкой, но твёрдой походкой.

— Да… весьма. Очень вы мне напомнили один народ, родственный эльфам. Впрочем, вы точно не можете быть его представителем, — ещё бы. Будь я на месте Эру Илуватара, то уж точно не пустил бы сюда Ллос. Касательно остальных миров он, конечно, сделать ничего не может, но вот в Арде должен быть полным хозяином. Гм… спорный вопрос, ведь если Эру хотел, чтобы Саурона одолели, то почему не помог? Хотя, с другой стороны, я более чем уверен, что ограничить власть этого существа здесь почти нереально. Тогда он просто не желает вмешиваться? Очень возможно. Какой смысл ему, в конце-то концов?

— Вот как? — дроу никак не проявил своих эмоций. Вот прямо совсем. Только сдвинул бровь на миллиметр, выказывая удивление. — Что же… я уже понял, о ком ты говоришь. И да, ты прав.

— Вы дроу?! — вот теперь я охренел.

— В какой-то степени да, — видя абсолютное спокойствие тёмного эльфа, я тоже взял себя в руки. — Думаю, тебе стоит поведать мою историю. Большой тайны в ней нет, хотя я бы предпочёл, чтобы ты помалкивал о том, что услышишь? — он одновременно и задал вопрос, и высказал просьбу. Ну… ему и не нужно никаких подтверждений. Я чувствую в нём возраст. Такой же возраст, такое же ощущение времени, как в Галадриэль и, слабее, в Элронде, Сарумане или Митрандире. Таким древним существам просто нет нужды в чём-то ещё. Их просьбы лучше выполнять, а даже если и нет, они всегда имеют десяток вариантов на такой случай развития событий.

— Хорошо, Владыка.

— В таком случае, расскажу вкратце. Ты прав, я дроу. И я, как, видимо, и ты, маг, не из этого мира. Я попал сюда что-то около двух тысячелетий назад, а всего же мне больше четырёх тысяч лет. Ты ведь тоже странствующий по мирам?

— Да, я был в трёх мирах, однако знаю о сотнях. Возможно, о вашем тоже.

— Что же… — эльф дёрнул уголком губ в подобии улыбки: мой намёк-просьба рассказать о его мире восприняли правильно. — В моём мире живёт больше девятнадцати известных разумных видов. Не стану, пожалуй, их перечислять, скажу лишь, что войны между ними не стихают никогда. Внутри них — тоже. Арда в этом смысле куда спокойнее и гораздо более мирная. Каждый народ имеет от двух до огромного множества языков и наречий. Названий у нашего мира из-за этого невероятное количество. Самые известные — Эль’Ола, Нур’Моргу и Раль’Эа. Самые древние языки. Именно эти названия перешли и в половину других наречий. Если тебе они незнакомы, то ты вряд ли знаешь о месте моего рождения.

— Не знакомы. Вы сказали «месте рождения», почему не доме?

— Потому что когда я понял, куда попал, — эльф прошёл мимо меня, таким нехитрым движением заставив отмереть: ранее я старался даже не шевелится, — то даже не подумал возвращаться. Ты слышал о нашем народе, как бы ты нас охарактеризовал?

— Эм… — я хотел подобрать какой-нибудь относительно вежливый эпитет, но Гелион устало махнул рукой:

— Не пытайся, у тебя на лице и так всё написано. Скажу больше, я полностью разделяю твоё мнение. Когда-то давно я считал нас вершиной эволюции и не захотел возвращаться лишь потому что посчитал, что попал в отсталый мир. Нет настоящей магии, нет великих дроу… я считал, что сумею его подчинить, стать его Властелином. Нашему народу свойственен эгоизм. Пожалуй, изменился я лишь спустя века, взглянув на это место по-другому.

— Вы говорили, что не захотели возвращаться, но…

— Мог. Вполне мог. И сейчас могу. Алоис. Тебе ведь уже рассказали об этой реке? Это был мой приказ. На самом деле это не река. Так… маленький ручеёк. Один из способов путешествовать между мирами. Только сильный может проплыть по ней и не затеряться в Бездне, уйдя незаметно для себя за Грань. Алоис создали величайшие маги древности. Точнее, создали условия, чтобы она появилась. Они пытались решить проблему путешествия по мирам. И решили… для себя. Другие хорошо если не сгинут в первую секунду такого путешествия… за редким исключением.

— Как вода, пусть и волшебная, может пронести сквозь миры? Мы не в сказке! — раздражённо бросил я. Ну в самом деле: ему четыре тысячи лет! Неужели не оценил до сих пор мой интеллектуальный уровень и уровень знаний? Нахрена мне лапшу на уши вешать?

— А она и не переносит. Она — следствие.

— Следствие? — удивляюсь. — Гм… то есть её источником является некая червоточина? — дошло до меня.

— Почти угадал. Червоточина — источник энергии, но не воды. Вода тут была и раньше, а теперь в ней растворена Энгри. Она могла бы раствориться в чём угодно.

— А к нам не нагрянут ваши… родственники? Гм…

— Я не в обиде. Нет, не нагрянут. Портал предусматривает персональное перемещение. Он не оставляет следа, по которому можно пройти. Точнее, оставляет, скорее всего, однако вряд ли даже сейчас у кого-то достанет знаний пройти по такому следу.

— Чудесно. Я могу поинтересоваться вашими целями, Владыка?

— Можешь. Увеличение численности моего народа, его силы и влияния…

— И, как следствие, вашей личной силы и влияния, — понимающе киваю. — Я примерно подсчитал вашу нынешнюю численность. Должно быть около семи-восьми тысяч эльфов.

— Восемь тысяч сто шестнадцать. Воинов — чуть меньше двух с половиной тысяч.

— Так вот зачем вам я… орков ведь десятки тысяч: силы слишком неравны, а вы явно с ними враждуете…

Пятьдесят лет спустя…[8]

Война кольца началась куда раньше, чем я планировал. В Ангмаре внезапно оказалось слишком жарко: Балрог. Не знаю, что он там делал и как проник, однако факт есть факт. Барлог, командовавший своими огненными легионами просто смёл всё с таким трудом захваченное королевство с лица земли. Ни эльфы, ни объединённые люди, ни сильнейшие и умнейшие Орки, чьи немногочисленные остатки мне присягнули, не сумели противостоять армиям демонов. Я вынужден был бежать. Один Барлог ещё ладно, но параллельно с юга пришла армия Сарумана во главе с ним самим. Саурон подгадал хороший момент, дабы вытурить меня с насиженного места. Мне ничего не оставалось, кроме как отомстить. Пока жив этот майяр, покоя мне не узнать!

— Что это? — Галадриэль сделала небольшой укус с интересом, после чего снова куснула. — Я буквально ощущаю невероятную силу здесь… Алекс, как ты смог такого добиться?

— Ну… через несколько часов ведь будет величайшее сражение в истории Арды. Перед ним нам обоим потребуются все доступные силы, а это, знаете ли, Леди, хороший стимул.

— Я же позволила тебе называть меня по имени, — мягко улыбнулась эльфийка.

— Ваша красота не позволяет мне обращаться с вами столь фамильярно, — склоняю голову, с интересом наблюдая, как астральное тело эльфийки, столь же древнее и сложное, как и она сама, наливается видимой мощью. Сила была столь плотна, что обратилась видимым бледно-зеленовато-голубым сиянием в реальном мире.

— Пожалуй, мне хватит… — ровно половину свёртка мне потянули назад. Пожав плечами, доедаю: сила мне тоже потребуется, а уж Галадриэль-то я точно не брезгую. Гм… как-то она необычно потянулась… — Как называется это блюдо? — делает шаг ко мне, с интересом смотря в лицо.

— О… это настоящее воплощение непостоянства, моя госпожа! Каждый ингредиент здесь — источник той или иной силы. При этом их полярность столь разна, что предсказать эффект просто невозможно. Точно лишь знаю, что он не будет отрицательным. Название же… в моём мире оно бы звучало как «Шаурма».

— Ша-ур-ма… — медленно произнесла эльфийка, пробуя каждый слог на вкус. — Есть в этих звуках нечто великое, — ещё шаг.

— Я тоже так думаю… Леди?! — только сейчас понимаю, что стоим-то мы почти вплотную.

— Ты же сказал, что это воплощение непостоянства. Я тоже стала несколько ветренной! — улыбнулась Галадриэль.

«Так, что я туда добавил-то?! Мясо Смауга, жаренное на адском пламени… ага, ещё лембасов покрошил… предварительно размягчил в водах Алоиса и засушил с кусочками плодов Мэллорнов, сделав лаваш… нет, вряд ли бы это дало такой эффект! Может это всё огурцы от Радагаста? Знал ведь, что надо было засолить! Блин, какие же у Галадриэль восхитительные… глаза. Да, глаза… глубокие такие… Не о том думаю! Что могло вызвать эту реакцию?! Тот ядрёный чеснок из Дол Гулдура?! Да ну, вряд ли… Что там ещё было?! Сметана из молока единорога… конечно! Молоко единорога! Не зря же они считаются кое-где символами любви…»

Дальше мне мысль не дал додумать поцелуй столь глубокий и страстный, что я потерял голову…

[9]

Проснувшись в очередное «утро» (кристаллы светили чуть ярче и свет был больше похож на сиренево-салатовый), я устало потёр виски, тупо уставившись в потолок. Блин… я что, переспал с Галадриэль?.. Гм… вроде бы это был сон… ЧТООООО?!

Только сейчас я понял, что на моей руке кто-то лежит, а шею щекочет волосы.

— Фууух… — незаметно выдыхаю, смотря на Астеллу. Гм… боится спать одна? С одной стороны — нехорошо. С другой… её можно понять. Ладно, ей ещё предстоит привыкнуть к этому месту.

С Гелионом я договаривался долго. Заодно выяснил, что ему нужно от меня и что он может дать.

Времени у меня было много… но и цель не хреновая такая: покорить самое большое королевство Средиземья! Ну или одно из самых больших: не важно. Впрочем, меня бы вполне устроило и небольшое место силы с мощным источником. Тогда хоть трава не расти! Только вот Гелион развеял мои надежды: в Ангмаре было всего четыре таких. Первый — Гундабад. Как раз там сейчас почему-то собираются некоторые из племён орков. Атаковать? Там зелёных не пара сотен. Там их тысячи четыре и это только воины! Ещё вариант — здешнее поселение эльфов. Червоточина между мирами, в общем-то, даёт немало энергии весьма интересного свойства. Учитывая наличие здесь своего собственного слабенького источника, в общем-то, тоже очень хорошее место, только вот Гелион не потерпит тут меня на постоянной основе, не подчинённого ему. Давать же этому дроу магический обет… я ещё не совсем спятил. Из всех правителей Средиземья я готов принести такую клятву лишь Галадриэль. И то с оговорками. И то, если только иного выхода не будет. Гм… может быть ещё Торину, но оговорки будут гораздо больше.

Были ещё два варианта. Некая Чёрная Крепость на северо-западе, и Ущелье Ужаса на северо-востоке. Какие звучные названия, однако. Впрочем, их дали не эльфы, а люди, с которыми остроухие иногда встречались по разным причинам.

Собственно, в чём проблема. Проблема в том, что, судя по описанию, мне проще было занять Дол Гулдур, нежели Ущелье Ужаса. Дроу хоть и не был магом, но в энергетике неплохо ориентировался, а потому вполне сносно со мной общался в том числе и на профессиональные темы.

— Астелла, что-то случилось? — спрашиваю у девочки, проводя над ней рукой. Вчера она была такой уставшей, что уснула в одежде, так что, чтобы уже не раздевалась, дабы привести себя в порядок, уберу лучше всё лишнее заклинанием.

— Мне… приснился странный сон.

— И тебе тоже? Эм… не обращай внимания. Так что снилось-то?

— Какой-то странный маленький синий человечек, — ученица недоумённо пожала плечами, закидывая волосы за спину. — Он бегал, махал руками и странно кричал… «Во имя императора и жилимана!» Как-то так…

— Эм… лучше бы тебе забыть этот сон! — несколько резко говорю. — Просто не думай об этом! Не думай!

— Хо-хорошо, — отвечает с запинкой.

«Да что за странное место?! Надо будет спросить Гилиана!»

На время я выбросил из головы увиденное, вернулся к прежним мыслям. Смысла переть чёрте куда ради Ущелья Ужаса просто нет: проще вернуться в хорошее и мирное центральное и южное Средиземье, заполучив себе Дол Гулдур, пусть эту крепость и надо подчинять себе лет восемьдесят. Что касается Чёрной Крепости, то туда стоит наведаться. По словам Гилиана, от этого замка остались одни руины. А источник там слабейший из всех в Ангмаре, но зато он, несмотря на название, не настолько прожжён Тьмой. Я не против Тьмы как таковой, но будь источник хоть светлым, хоть тёмным, хоть ещё каким-то — его очень сложно подчинить. Идеальные источники полностью нейтральные, но таких, понятное дело, в природе нет, как нет идеальных линий и идеальных плоскостей.

Но Чёрную Крепость давно облюбовали для жилья многие твари, да и область там просто кишит всяким… разным. А потому я решил сначала обзавестись крепким тылом в Ангмаре. В качестве тыла я видел эльфов Гилиана. Предательства я не боялся: непреложный обет — штука полезная. По нему Гилиан первым не причинит мне вреда ни прямо ни косвенно в течение столетия, если я помогу ему сейчас. Помощь мою он видел в ослаблении угрозы орков и заключении прочного союза со здешними людьми, которые вот никак не желали верить остроухим. Я же, по мнению Гилиана, сумею людей объединить и возглавить, да и какие-то подданные мне потребуются, раз уж я собираюсь прибрать к рукам Чёрную Крепость. В общем-то, такие условия меня устраивают, ведь позже уже эльфы обещали военную помощь в случае чего, плюс к тому — торговля с ними позволит нивелировать экономический вакуум, который неизбежен, если я захочу возглавить людей и поспособствовать их развитию. А если их не развивать, то нахрена мне они вообще нужны?

Ближайшее человеческое племя называлось Ханья и именно к нему я собирался направиться уже сегодня в сопровождении Исмельлуна, оказавшегося, кстати, внуком Гилиана. Кроме Исмельлуна со мной пойдёт ещё пятеро эльфов. Астелла останется здесь: я договорился о её обучении. Я — мужчина. Она — девушка. Какие-то основы дать у меня выйдет, но учиться лучше у эльфийки, раз уж я желаю обучить её именно эльфийской школе.

Стоит, кстати, заметить, что если эльфы юга сражаются во многом похоже, то вот эльфы севера явно очень много взяли из другой школы, также им подходящей, но чуждой всем остальным. И я даже знал, кому эта школа принадлежала ранее — дроу. Именно сплав, скорее всего, искусства дроу и искусства эльфов Арды и породил нынешний стиль пещерных эльфов, которые, к тому же, оттачивали его едва ли не постоянно: у них тут вроде как вялотекущая война. Именно поэтому, как по мне, именно они из всех эльфов будут лучшими воинами.

Астелла, конечно, человек, так что в физических возможностях ей с эльфийкой не сравниться, но зелья творят чудеса.

Кстати, по поводу сплавов и школ. Наверное, интересна будет ещё и история появления этого народа. Хотя, как по мне, интересного в ней немного. Вылез из прохода Гелион, попал как раз незадолго до основания Ангмара и сумел даже собрать небольшой отряд разных видов. Преимущественно — эльфов и гномов. Члены сменялись, но когда Король-Чародей основал Ангмар, Гелион уже командовал сотней разумных, а когда Ангмар и остальные королевства начали большой замес, дроу как раз начал потихоньку собирать под свои знамёна случайных разумных. Воинов, беженцев… дальше была война уже с Ангмаром и это место успело пройти немало эльфов. Часть из них осела тут. Единственное условие — отсутствие связи с внешним миром какое-то время. Ну а позже эта связь перестала быть нужна.

Я до сих пор в шоке: дроу собрал целый эльфийский анклав, пусть и был этот анклав самым маленьким из всех. Но за сколько! За пару тысячелетий буквально! Это при том, как медленно эльфы размножаются! Мне нечего сказать. Да и, как я узнал, не только эльфов. Община гномов тут тоже имелась, правда жили они обособленно и было их мало. Но всё равно…

— Алекс.

— А? Митлун? Что случилось?

— Выдвигаемся.

— Уже пора? Иду…

Омак

Гондор 3031 год третьей эпохи

— Вот, сделал.

— Это и есть то самое волшебное блюдо, которое ты пробовал у гномов, да, папа?! — мальчишка с восторгом смотрел на большой свёрток лаваша, ловя носом запахи. — Ты обещал рассказать про него!

— Да… есть об этом легенда. Началось всё, когда Средиземье постигла великая беда. Ты был ещё маленьким, когда это случилось. После осады Минас Тирита великая битва ждала армию последнего союза. Битва за Мордор! — ребёнок затаил дыхание. — За несколько часов перед битвой Алекс…

— Тот самый?!

— Конечно тот! О ком ещё я могу говорить?! — возмутился мужчина. — Так вот, Алекс понял, что ни он, ни другие маги не обладают должными силами для боя. Они не сумели восстановиться и отдохнуть. И тогда Алекс решил сделать нечто, что изменит расклад сил. Среди войска последнего союза было несколько магов, но самыми сильными, конечно, были он и Владычица Лориэна, Леди Галадриэль.

— И он придумал шаурму!

— Нет! — засмеялся отец. — Рецепт этого волшебного блюда приснился ему когда-то очень давно, ещё в прошлом веке. Говорят, у него было пророческое видение того дня, когда ему потребуются все силы! Но там шаурма была не такая, как будем есть мы с тобой! Та шаурма была особенной! Там не было мяса барана или коровы! О нет! Алекс был не настолько мелочен! Он пожарил мясо дракона, бывшего известным раньше, как Смауг Ужасный! И огонь, на котором он жарил, был вовсе не простым! Алекс — великий чародей, а потому не побоялся спуститься в саму преисподнюю и отнять у Барлога часть его огня, дабы приготовить мясо для своей волшебной шаурмы!

— У самого Барлога!

— Да! А чеснок он собрал когда-то из самой чёрной крепости некромантов! Дол Гулдура! Овощи для той шаурмы вырастил лесной волшебник Радагаст в самой дремучей чаще своего великого леса, а лаваш Алекс сделал из эльфийских лембасов и кусочков плода Мэллорна. Великий воин и король гномов Торин после той битвы сказал, что победа досталась лишь благодаря ей, а потому с того дня она стала национальным гномьим блюдом, а некоторые отряды гномов, когда бросаются в бой, кричат «во имя шаурмы!», хотя, в последнее время, такое встречается уже редко… — задумчиво провёл по подбородку правой рукой мужчина.

— А сметана?!

— Никто не знает, откуда Алекс взял ту волшебную сметану, говорят разные вещи, но никто так и не раскрыл её секрет… — мужчина решил промолчать про более взрослую версию легенды, да и рассказывали её тихо, чтобы никто лишний не подслушал… — Но и это ещё не конец! Из несколько других ингредиентов Алекс позже создал другой вид шаурмы. Ее одной хватало, чтобы взрослый мужчина был сытым 3 дня! Ну или день, если это был хоббит. Именно из-за подобной гибкости в ингредиентах он в свое время назвал шаурму Истинным воплощением Хаоса и Непостоянства!

Глава 11[10]

Вообще, Ангмар, во всяком случае, его часть, где живут эльфы, — это холмы, ручьи и леса со скалами. Не самая приятная местность. Хотя для остроухих всё наоборот: они ловкие, быстрые и не стареют, а потому опытные. Сражаться в таких условиях для них самое то. Тем не менее, передвигаться тут мне было не слишком удобно, но что есть, то есть. Гораздо больше стоит сочувствовать Астелле, которая в такой местности станет учиться сражаться, но она девочка упорная… скорее даже упёртая. Справится.

Пока мы с отрядом эльфов двигались, я думал об одной безумной идее, посетившей мою голову.

Мелькор когда-то создал орков. И, должен признать, Орки себя оправдали. Тёмный Властелин получил в своё распоряжение быстро восстанавливающую свою численность, бесстрашную и огромную армию. Очень живучую армию, которая вполне спокойно стала на время множеством племён и анклавов, пока Саурон возвращался после падения. Орки — многочисленные и свирепые воины, бесплатная рабочая сила… В общем, весьма полезные существа.

Так почему бы мне не сделать также? Гм… конечно, проблем может быть очень, очень много. Да почему может быть? Наверняка будет! Я потрачу года, чтобы рассчитать организм такого существа. Да и потом уйдёт немало времени на эксперименты и правку огрехов. А позже — их создание. К счастью, есть у меня кое-кто, у кого в достатке и времени, и знаний, дабы сделать вместо меня огромную долю работы…

Прикоснувшись к своему Гримуару. Посылаю ментальный сложносоставной образ. Лёгкое покалывание в пальцах было мне ответом: идея принята в разработку.

Займёт это дело, конечно, немало. Пожалуй, к концу Войны Кольца я вряд ли и тысячу особей получу, но зато, когда все несколько отойдут от Войны Кольца, у меня уже будет небольшой, но преданный народ. Хорошо ли сие? Весьма. Хотя вообще, если подумать, то создавать их нужно не как воинов или ремесленников, а как эдаких асасинов, разведчиков, эдакий спецназ. Я не ксенофоб, а лучший результат получается лишь при сотрудничестве. Соответственно, самый эффективный вариант — поливидовое государство. Но тогда вопрос, чего же будет не хватать? Гномы — тяжёлая пехота, кузнецы, строители. Люди — лёгкая пехота, кавалерия, ремесленники, производство еды. Эльфы — лучники, возможно управленцы, эдакие хранители знаний, ибо остроухие живут столько, сколько хотят. Даже оркам можно найти применение: много-много рабочей силы и мяса для войны. Но Орки преданы Саурону, так что про них можно забыть. Кого не хвататает? Правильно. Асасинов, разведки. Откуда я возьму эльфов, кстати… Гм… если договориться с Гелионом… он, конечно, захочет себе солидный кусок власти, но, с другой стороны, власть как таковая меня не интересует. Или интересует? Гм… ладно, пока не о том думаю.

— Долго ещё? — спрашиваю на очередном привале. Немножко волновался я за ученицу. Защиту на сознании я ей выставил, да и Исмельлун пояснил, что странные сны у людей здесь — нормальное явление. Не опасно, в общем.

Только вот лёгкое беспокойство всё равно осталось.

— Пять лиг, — откликнулся Исмельлун. Я, прикинул в уме, подсчитал время: час-полтора ещё. Можно было бы и быстрее, если б не местность: здесь вообще было почти нереально передвигаться. Постоянные камни, подъёмы и спуски, ручьи, часто — скользкие склоны и грязь, неудобные заросли, деревья, кусты… и всё это в постоянной готовности отразить угрозу нападения. Конечно, напряжены мы всё время не были, но лёгкая насторожённость и осторожность присутствовала.

Вскоре мы добрались. Племя Ханья… хотя, пожалуй, племенем это назвать всё-таки тяжело. Когда говорится слово «племя», представляется нечто дикое, варварское. Полуголые, одетые в шкуры, люди, хижины из земли и глины…

Здесь было нечто иное. Небольшой городок на равнине. Окружён частоколом. Что-то около четырёх сотен домов. Всё стоит, кстати, на холме и имеет несколько колец стен: три, если быть точным. Дома все из дерева, брёвен, реже встречаются каменные постройки, но камнем обложен лишь первый этаж. Улицы петляющие, но зато ровные и даже выложены булыжниками… некоторые. На небольших башенках стоят воины. Было у меня в арсенале заклинание дальнего взора. Весьма сложное, но освоить его я давно успел. Так вот, могу сказать, что доспехи, на удивление, неплохие для данного уровня развития цивилизации. В основном это кожа с бляхами, но встречаются и металлические элементы, притом у всех замеченных мною воинов они были одинаковы. Другими словами, здесь была видна система.

Наручи, поножи, шлемы и небольшой нагрудник — сталь. Остальное — кожа. Удобно: большинство важных точек защищены, но вес серьёзно облегчен. Хотя живот тоже следовало бы прикрывать сталью, но, видимо, с металлом тут напряг. Интересно ещё и то, что «кожа» — это не кожаные доспехи, это именно что кожа. Единственный элемент доспехов из кожи — как раз-таки живот. Остальное же вообще просто хорошего (относительно) качества кожаная одежда.

— Это наша работа.

Повернувшись к Исмельлуну, удивлённо смотрю на него.

— То есть?

— Войска. И культура. Люди какое-то время назад нанимали наших воинов. Платили немало, пусть деньги тут и не в ходу почти, но товары у них были. Такие, которые нужны нам. Позже их вождь… — слово это звучало несколько незнакомо. У тёмных эльфов было несколько слов с похожим значением: аль’элоуди, назельгу и вельнум. Я раньше считал их эдакими синонимами, но последнее, вельнум, пока не встречал ни в одном другом языке. Поэтому, чуть сосредоточившись, быстро перестроил асоциативные цепочки. — Позже их князь нанял нас уже не для защиты, а для обучения. На тот момент мой дед как раз старался сохранить нашу численность: орков стало слишком много. Именно поэтому он с радостью принял предложение Ханья, ведь они могли бы прикрыть нас со своего направления. Эльфы научили людей. Создали им армию… если можно назвать армией четыре сотни человек.

— Весьма разумно со стороны Владыки.

— Верно. Пожалуй, стоит отправляться… — эльф кивнул в сторону грунтовой дороги к городу.

Спустившись с холма, пошли по ней. Почему не было дороги от самих врат в город тёмных эльфов? Потому что своё местоположение они хранят в тайне даже от таких вот союзников.

Вообще, если сложить в единую картину всё, узнанное мною у Гилиана, то весь Ангмар представляет из себя эдакую кашу из оркских, людских и гоблинских объединений. Чаще всего это племя, но бывают и более цивилизованые варианты вроде Ханья. Кроме того тут имеется эльфийский анклав, по существу, самая большая сила на данный момент в Ангмаре, если считать всех остальных не как единые виды, а как раздробленные куски. Кроме эльфов имеются тролли, которые живут обособленно, и людской город Мефис, бывшая столица одного из королевств, бывших на месте Ангмара ранее. Выжившие наследники престола попытались восстановить её когда стало понятно, что Ангмар уже не вернётся на эти земли, откуда его выжал союз людей, эльфов и гномов. Да вот только не получилось восстановить. Столицу — получилось, а королевство — нет.

Когда шла война, союзу было не до того, как только Назгул, создавший Ангмар, был побеждён, так сразу же союз оттуда и смотался. А нафиг там оставаться? Никто уже не сможет объединить остатки орков. Только вот была проблемка: объединить никто не сможет, но и уничтожить — тоже.

Вот и вышло, что вроде как отстроенный Мефис, в котором собралось больше тридцати тысяч жителей, оказался на самом краю относительно незаселённый орками зоны. Итого — на востоке, севере и частично юге — орки, на западе — полудикие людские племена. И Мефис рад бы их покорить, да вот только они, во-первых, и объединиться могут, а во-вторых — Орки не дают выделить часть сил.

А остальные силы Ангмара и рады! Мефис просто вынужден прикрывать всех, не давая основному натиску орков пробиться, люди с эльфами частично этому городу помогают торговлей. И вокруг паритет. Орки лезут на Мефис, Мефис рад бы даже и пропустить орков, но тогда следующим станет сам город, да и торговать станет не с кем. У людей постоянная вялотекущая грызня между собой и с немногими орочьими племенами на условно нейтральной территории, а эльфы сидят тихонько под землёй, помогая время от времени людям войсками и знаниями. Не за бесплатно, конечно. Раз в двадцать-тридцать лет вылазят гоблины, восстановившие свою численность. Их режут всем миром, после чего зелёные снова залазят к себе и дальше размножаются, закрывая потери. Четыре немногочисленные общины гномов не лезут во внешние дела. Одна живёт с эльфами, три других — обособленно. К гномам вообще пролезть трудно, но вот торговать с ними вполне можно. Им не хватает жратвы, людям — оружия, большая часть которого идёт всё тому же Мефису. Он же здесь — источник ремесленных изделий.

Вообще, местная картина меня несколько шокировала, ибо вышло очень складно и удобно. Крепкая система. Племена добывают и растят еду, гномы делают оружие, Мефис занимается ремеслом, эльфы поставляют лекарства, особую сталь гномам, да и сами особо мало в чём нуждаются со стороны. А выходит так, что все обеспечиваются всем, играя собственную скрипку в общей мелодии, успевая грызться между собой, но объединяться против орков и гоблинов. При этом, те же орки и гоблины отрезают эту необычную территорию от остального Средиземья. Да и нужно ли это Средиземью? Кто там соседи? Эребор? Лесные эльфы? Озёрный Город? Хоббиты? Ривенделл? Арнор? Всех всё устраивает. Никто не желает никому помогать.

И вот в этой всей каше Гилион желает, чтобы я объединил людей. И с его стороны это логично: орков всё больше и больше. Ещё лет пятьдесят и система сломится под усилившимся напором, либо люди объединятся сами, но тогда сломятся уже орки, потому что после отражения первого удара люди сумеют восстановиться быстрее. А если люди станут доминирующим видом, то что делать эльфам? Особенно если короткоживущие сумеют заменить остроухих экономически и культурно? А вот с людьми со мной во главе Гилиан вполне себе способен общаться и сотрудничать. Отсюда и такое быстрое согласие на обучение Астеллы: чем больше времени она проведёт среди тёмных эльфов, чем сильнее впитает их культуру, обычаи, тем меньше поддержит меня в случае споров с ними. Нет, поддержать-то она в любом случае поддержит, но некое влияние всё равно окажет. Да и позже она будет куда более дружелюбна с эльфами, а ведь она в будущем станет магом и не таким, как здешние, а таким, каких помнил Гилиан по своему миру.

Почему я согласился на такое? Ха! Да потому что эльфы могут дать Астелле лучшую базу боя во всём Средиземье, а враждовать я с ними не собираюсь! Они бессмертные, я бессмертный. Они мне полезны, я им. Вполне достаточно для прочного, долгого и стабильного союза.

— Мне доложить? — спокойно спросил стражник на воротах, когда мы приблизились.

— Да, — кивнул Исмельлун.

Гм… и что это я щас наблюдал? Если подумать… Эльфы имеют какие-то отношения с этим городом, но не живут здесь и вообще бывают нечасто. Логично предположить, что Гилион выслал кого-то заранее, дабы предупредить о нас. Тогда что получается? Получается, что стражник интересовался, те ли мы самые эльфы и следует ли докладывать о нашем приходе или мы просто так зашли, припасы, скажем, пополнить и вообще не имеем к тому отряду никакого отношения. Ну… Мозаика вроде сложилась.

Совершенно неожиданно мне пришла в голову одна мысль: а почему бы не грохнуть армию орков по-тихому? Ранее я рассматривал варианты вроде прямого столкновения. Убийства с помощью заклинаний в бою или массовое накрытие тем же Адским пламенем, благо что источник у меня имеется. Только вот, почему бы не… ну, скажем, не распылить какой-нибудь яд? Хотя… столько яда не напасёшься. Стоп! Чего же я туплю-то? Трансфигурировать пыль под ногами в воздух, можно чуток земли прихватить… даже если Орки смогут не дышать минуту (это если вообще поймут, что происходит), то вот закрыть глаза точно не смогут. Что это значит? О! Значит это, что даже если они и не надышатся песком в буквальном смысле этого слова (очень мучительная смерть), то уж в глаза всем им он попадёт и много. Но вообще, вряд ли они смогут не дышать. Да и не захотят. Они вообще ничего не заметят!

С другой стороны, если будет хоть малейший ветер… ооооо! Если будет хоть малейший ветер даже частично в мою сторону, то мне пиздец. Как и всем, кто будет со мной. Тут разве что… гм… что тут помочь-то может? Только герметичная прослойка, других вариантов нет. Никакие фильтры не прокатят, ибо воздух они всё равно пропускают, а когда он прямо в лёгких станет землёй…

Теперь проблемы. Первое: потребуется очень, повторюсь, очень много сил потому что нужно огромный объём заполнить именно таким воздухом, иначе смысла просто не будет. Второе: материал Гундабада хер трансфигурируешь, он должен быть весь пропитан магией. Да и территория рядом с ним — тоже. Следовательно, надо создавать это облако недалёко от крепости и пускать туда. Гм… нет, слишком опасно. Придётся делать большое время задержки обратного превращения, а это уже автоматически даёт просто чудовищное время на распространения этой мерзости во все стороны. Значит, план отменяется. С другой стороны, не стоит забывать о простых отрядах орков. Нет смысла их тихо вырезать на стоянках, снимать часовых… можно просто потихоньку трансфигурировать какие-то твёрдые вещества на стоянке и дать спящим надышаться. Да и не только спящим… Решено! Пока вы рядом с Гундабадом, то в безопасности, но как только выйдете, вам пиздец! Му-ха-ха-ха-ха!

Тем временем, мы шли по улочкам городишки. Не самое приятное место всё-таки. Запахи здесь опять же… специфичные. Но, что радует, люди тут хотя бы не выплёскивают дерьмо из окон. Нет, всё-таки Ханья точно не племя. Очень надеюсь, что с остальными людьми будет также, но вряд ли: здесь присутствует цивилизованный сосед. Да и торговля с этим самым соседом, эльфами, в основном идёт через Ханья, поэтому они относительно богаты и развиты.

О! А вот и дворец. Хотя, какой дворец? Так, резное деревянное строение. Но красивое, всё равно. Да и площадь вокруг него выложена тёсаными булыжниками, так что относительно ровная.

— Приветствую, князь! Долгих лет вашему правлению. — лёгкий поклон от меня и Исмельлуна. Чуть более глубокий от всех остальных.

— Приветствую вас в своём доме, — кивнул человек, после чего махнул нам рукой, приглашая следовать за ним. Мы с Исмельлуном двинулись вглубь строения, выходя из своеобразного «тронного зала» (крупного помещения, высотой в два этажа) через дверь в противоположной от входа стороне. Остальные эльфы отправились на улицу: не слишком им нравилось человеческое строение.

Нас провели в небольшую комнату. Небольшую, зато уютную. Резное окно было открыто, открывая вид с высоты холма. Конкретно эта часть «дворца» была как раз на краю крутого склона, так что ничего не мешалось особо.

— Принц, твой отец сообщал, что вы хотите обсудить что-то очень важное, — кивнул сам себе здешний князь. Выглядит он, кстати, весьма неплохо. Явно уже в возрасте, но не старик. Крепкий мужчина, воин, коротко обрезанные волосы, украшенные благородной сединой, руки оголены: на нём была безрукавка. Благодаря этому можно было увидеть несколько органично вписанных в общую картину шрамов. Ноги закрыты кожаными штанами весьма неплохой работы. Сами штаны вставлены в сапоги.

— Всё верно, князь. Мы хотели бы многое обсудить. Тебе не кажется, — я несколько удивлялся сначала их манере говорить «ты», всё-таки этот язык, в отличие от английского, делал различие между «ты» и «вы», но позже мне удалось привыкнуть, — что орки в последнее время несколько обнаглели?

— Собираете новый поход?

— Нет, — вступаю в разговор. — Всем уже, я думаю, надоела бесконечная череда крупных походов и мелких стычек. Пора покончить с угрозой раз и навсегда.

— Так вы желаете уничтожить орков? Но для этого вам требуется объединить людей, ведь ни эльфы, ни гномы не в состоянии сделать такого… — понял князь. Умный мужик, сразу всё просёк. — И вы решили начать с нас, как с самых нейтральных и дружественных вам.

— Всё верно.

— Невозможно, — категорично отверг мужчина предложение. — Даже мы враждуем слишком со многими, чтобы объединяться. И это при том, что наша вражда неявная. А между племенами часто лежит немало крови. Объединить их может только общая угроза и сильный лидер одновременно. Ни я, ни король Мефиса не способны стать таким лидером, а подчиняться эльфу или гному люди не станут.

— Именно для этого я здесь, — киваю.

Пожалуй, я наконец-то сумел определиться со своей ролью в начинающемся представлении. Мне нужны люди, эльфы, гномы как союзники, но вот как подданные они мне нафиг сдались. Именно поэтому сам я на роль лидера не встану. Лучше будет, если я окажу поддержку кому-то из нынешних лидеров, дабы уже он со мною за спиной, объединил человечество Ангмара. Дальше стоит уничтожить орков, а там хоть трава не расти. Я этим людям что-то должен? Нет. Так зачем мне принимать на себя ответственность за них?

Я бы, может, ещё подумал бы, если б был не в этом мире, но здесь, в Арде, где серьёзных магов особо и нет, если у меня будет хотя бы лет пять, чтобы конкретно так окопаться на магическом источнике, то шансов против меня ни у кого тоже не останется. Ну, разве что кто-то вроде Галадриэль или Саурона, да, может, Гэндальфа, когда его «побелят», но Саурона скоро свергнут, а остальным я нафиг не нужен.

Осталось только взять себе источник. Чёрный Замок подходил очень неплохо по многим параметрам. Его, конечно, надо ещё проверить, но с большой вероятностью он вполне сойдёт. Только вот был у него один минус — стоит он далеко на северо-западе. Слишком большое расстояние до ближайшего поселения. Я же хотел себе нечто вроде Изенгарда Сарумана. На хорошем торговом маршруте, с небольшим городком, где у меня будет ровно столько разумных в подчинении, сколько мне нужно, а не целое королевство. Именно поэтому мне очень хотелось выкурить орков из Гундабада.

Гундабад вообще близок ко всему сразу, если подумать. Мория не так уж и далеко, Северная часть Мглистых Гор вообще рядом, на севере от крепости Ангмар, на юге, если брать чуть восточнее — Эребор. Просто на юге — Озёрный город и чернолесье с лесными эльфами. На востоке — ещё одно королевство гномов. Как минимум Эребор и Трандуил будут ко мне союзны. Если прихвачу ещё и вернувшийся из небытия Ангмар, то стану держать единственный нормальный проход через серебряную гряду, да ещё и буду в окружении дружественных ко мне фракций. Чем не сказка?

Впрочем, даже реши я занять Чёрный Замок, то мне бы пришлось объединять людей, дабы те прикрывали от орков какое-то время.

Наконец-то полностью для себя всё решив, я начал постепенно менять переговоры в нужную сторону. Если изначально Исмельлун начинал их с потенциальной целью поставить в будущем во главе людей меня, то, поняв, чего же хочу я, он повёл их уже в сторону, где князь занял бы место лидера Ангмара.

Пока они торговались и прикидывали, я сам задумался: а что же должно получиться? Ханья — вторые по развитию среди людей Ангмара. С активной поддержкой моей и эльфов они могут начать объединять племена вокруг себя. Таким образом появится второй центр сил в людской расе. Только вот это может привести и к вражде с Мефисом. Подчинять Мефис силой — не выход. Мы все умоемся кровью, ибо этот город может выставить полторы тысячи воинов и тысяч десять ополчения. И ополчение это будет не только хорошо вооружено, но и с гарантией уже окажется с солидным опытом боевых действий против орков. Даже если удастся победить, а победить-таки удастся просто потому что объединённые племена вполне способны выставить войско тысяч в десять человек, пусть и не такое качественное, плюс к тому — армия эльфов и я, то всё равно потери будут слишком большие. Сражаться с Мефисом просто нецелесообразно. Выходит, надо объединяться мирно. Вопрос — как? Именно его сейчас и обсуждали Исмельлун и князь Орион. Гм…

— Прошу прощения, но, насколько мне известно, сейчас у короля Мефиса всего трое детей? — интересуюсь.

— Верно. Дочь и два сына, — кивнул Исмельлун.

— Что если попытаться договориться следующим образом. Скажем, Мефис присоединится к союзу людей, ты, Орион, женишься на дочери Короля, а его дети останутся наследными правителями города под твоей рукой. Династия сохранится, потомки короля Мефиса через его дочь будут править всем Ангмаром, а его потомки по мужской линии сохранят за собой право на владение самым крупным и богатым городом Ангмара.

Все присутствующие, в том числе и весьма неглупого вида мужчина, присоединившийся к нам недавно, замерли. Видимо, такой вариант пока им в головы не приходил. Конечно, рано или поздно они додумались бы, но скорее поздно, чем рано.

— Я уже женат…

— Да, я слышал краем уха, пока мы сюда шли. Кажется, женат ты уже дважды, не так ли? — иронии в моём голосе только глухой не заметил бы.

— У меня уже есть наследники, — нахмурился Орион.

— Ну так какие проблемы? Пусть будет тот же вариант, что и с Мефисом. Твои нынешние наследники станут править Ханья в составе союза людей, твои же наследники от дочери короля Мефиса станут править всем союзом.

Исмельлун несколько раз медленно хлопнул в ладоши, показывая своё отношение к идее. Орион лишь кивнул своим мыслям.

— Я созову вождей Ваннов и Хельсиков. Староста Заливной также, думаю, не откажется прийти.

— Заливная? — смотрю на Исмельлуна.

— Деревня на северо-западе. День пути отсюда. Они расположены на высоком холме. По одну сторону обрыв и быстрая река, по другую — мощная стена. Всего около полутора-двух тысяч человек живёт, но захватить это место просто некому.

На том и порешили.

Вообще, ещё болтая с Гилионом, мы определили несколько вариантов развития событий. В том числе несколько вариантов и моего в них участия в качестве лидера, поддержки лидера, либо ещё кого. Эльф не желал медлить. Сказал: «Подумаешь в пути.» Ну… я подумал. Почему Гилион не желал медлить? О! Да всё просто. Как только он узнал от меня о возвращении Саурона, так сразу же сложил мозаику воедино и сопоставил объединившихся орков с этим событием.

Честно говоря, я не думаю, что стоит связывать Саурона и объединившихся орков, ибо в каноне Ангмар вообще никак в войне не участвовал. Гм… видимо, потому что Эребор перекрыл выход оркам на востоке, а западная часть была закрыта людьми и эльфами с гномами. Тем не менее, Гилион решил, что просёк ситуацию, а потому стремился как можно быстрее сколотить для своего народа щит в виде единого королевства людей.

Ангмар представлял из себя ещё более жуткую магическую аномалию, нежели остальное Средиземье. Трансгрессия здесь была просто нереальна. Именно поэтому самый быстрый способ перемещения для меня тут — левитация. Ну а самый, пожалуй, эффективный в плане «скорость/затраты сил» — форма ворона. Потому, договорившись об основном и продемонстрировав Ориону часть своих возможностей, призвав песчаного джинна, я обратился в чёрную птицу и полетел на северо-запад. Мне всё-таки хотелось лично убедиться, что же такое этот самый Чёрный Замок и чего он реально стоит.

Не скажу, что полёт был быстрым. Но и не долгим. Очень-очень редко внизу встречались поселения людей или движущиеся отряды. Из-за высоты места привалов разглядеть было нельзя, так что скопления разумных можно было рассмотреть лишь в движении. Заодно я примерно прикидывал для себя ландшафт и, честно говоря, радовался, что решил всё-таки отказаться от роли лидера людей: пусть лучше Орион получит дикую головную боль с прокладкой здесь дорожной сети. Дороги самого Ангмара поизносились очень серьёзно и вообще не использовались, либо использовались, но не чинились. Учитывая, что с момента последнего ремонта хорошо если прошло меньше двенадцати-тринадцати веков… в общем, жалкое зрелище они из себя представляли. Фактически, их не было, а местность была такая, что прокладывать новые дороги было очень, очень тяжело.

И тем не менее, жизнь в этом якобы проклятом месте хоть и не кишела, но была и немалая. Я по пути насчитал не меньше полутора десятков людских поселений и, кажется, целых три места обитания орков.

Гм… кстати! Самое крупное поселение людей — Мефис. Там сейчас живёт около пятидесяти тысяч человек. Огромный город даже по меркам остального Средиземья. Пожалуй, Мефис будет… Эмм… третьим? Да, наверное в известной мне Арде этот город третий по численности. Это если не считать города гоблинов, где должно быть что-то около восьмидесяти тысяч особей. Но речь не о том.

Так вот, Мефис в генетическом плане самодостаточен, но вот остальные племена и поселения, чтобы не захиреть от близкородственных браков, должны обмениваться людьми между собой. Более того, даже с орками, если подумать, пусть и очень редко, но должно случаться. Это тема для размышлений.

Как там в сказках? Долго ли, коротко ли, Иван-царевич… хотя я, во-первых, не Иван, а во-вторых если и стану кем, то уж точно царём, а не царевичем. Но это так, мелкие придирки. Так вот, долго ли, коротко ли, но до Чёрного Замка я добрался. Его громада (по размерам не уступал Дол Гулдуру в лучшие времена) возвышалась на огромной скале, читай, маленькой горе.

Сначала я подумал, что местность сия есть природное образование, но, облетев несколько раз Замок по кругу (весьма широкому: километров пять-десять радиусом), я понял, что Нихрена. Здесь явно был просто очень, очень большой холм с каменной основой когда-то.

Даже не знаю, каких трудов стоило убрать землю и сделать из холма с каменным основанием настоящую небольшую гору. А землю убрали явно, кусок основания из твёрдой породы тоже сточили (наверняка гномы. Не верю я, что кто-то кроме этих коротышек мог сточить кусок горы), в результате чего вышел крутой (почти вертикальный) обрыв. Учитывая, что именно в ту сторону шло дальше естественное понижение местности, то архитектор был весьма умён: этот обрыв не только с веками не должен засыпаться, он наоборот будет лишь увеличиваться, расширяться, крутеть… нужное подчеркнуть.

С другой же стороны была просто скала, но всё равно очень и очень крутая (градусов под сорок, если не больше), на вершине которой уже стояло само сооружение.

Как я говорил, Замок явно когда-то не уступал Дол Гулдуру. К сожалению, как и та крепость, Чёрный Замок был ныне разрушен самой страшной силой наравне с мощью Света и могуществом Тьмы — Временем. И, надо сказать, неизвестные строители не могли бы назвать свою работу плохой, им явно сложно отказать в искусстве, ведь выстроенная ими крепость хоть и проиграла свою битву векам, но явно понесла весьма достойное поражение.

От мощных оснований башен осталось едва ли метров пять-шесть, но, учитывая, что они тут стоят едва ли меньше тысячелетия (а скорее всего и больше), я удивлён, что там вообще до сих пор сохранилось хотя бы два этажа. А ведь были экземпляры и под семь-восемь метров!

Всего у крепости, кстати, имелось целых семь башен. Не зря Гилион говорил, что ранее этот Замок называли ещё и Арн’Эвен’Лор: Крепость семи столпов.

При этом расположены они были весьма интересным образом. По идее, самая уязвимая сторона — юго-восточная. Как раз та, которая стоит на хоть и крутом, но всё же склоне, пусть он и каменный. А вот самая защищённая сторона — северо-западная, которая со стороны обрыва. Тем не менее, три самые мощные и основательные башни были именно на северо-западе, тогда как четыре других, хоть и всё равно очень серьёзных (даже в виде руин), но процентов на двадцать-тридцать менее основательных, нежели их товарки, заняли как раз таки самую незащищённую (всё в этой вселенной относительно) сторону.

Почему так, я понял не сразу, но когда понял, то восхитился гениальностью архитектора.

Логично, что на обрыве должны стоять мощные башни, способные служить продолжением скалы. В противном случае замок просто рассыплется и весьма быстро. Именно обрыв — самая крепкая, можно даже сказать, силовая точка всей крепости. Чем менее тяжёлые башни ставить на склоне, тем дольше они протянут, ведь под собственным весом тяжёлые башни гарантированно сползут, а за счёт того, что они будут всё-таки составными, а не цельными конструкциями, сделать их продолжением скалы, идущей под уклоном, не выйдет. Таким образом, в общем-то, на склоне ставить башни, стоявшие на обрыве, было нельзя.

Тем не менее, монументальность северо-западных башен всё равно казалась сначала излишней, пока я не понял новую задумку: прикрыть с их помощью менее защищённую (опять же, всё относительно) юго-восточную часть. Эти три мощных башни должны были и так стоять выше остальных, а за счёт своих больших размеров вообще позволяли сделать себя метров на десять выше остальных четырёх. Выходило, что, в общем-то, любая осада будет отбиваться двойным шквалом стрел: из-за спины обороняющихся на передней стене, плюс самими обороняющимися на этой самой стене. И даже когда начнётся бой на стенах, обстрел подкреплений противника не прекратится. Но и это ещё не всё: даже захватив переднюю стену, враг всё равно будет просто-таки сметён лучниками с задних башен.

Что касается возможности штурма северо-западной части… лучше об этом не думать. Сама скала высотой где-то около восьмидесяти метров. Даже без учёта башен забраться сюда по отвесному склону могут только хорошие альпинисты… или пауки из чернолесья. Однако над всем этим должны стоять три мощнейших башни и весьма габаритная стена. Даже по руинам, прикинув их размер, можно было определить, что стенка должна была оказаться метра четыре в ширину. Гномы, однозначно гномы. Только эти коротышки могли построить нечто подобное.

Однако интереснее было не это, интересней была внутренняя часть. Крепость явно была рассчитана на много, очень много людей. Площадь внутренней части я бы, пожалуй, оценил… гм… что-то около десятка тысяч квадратных метров (для сравнения, один квадратный километр — это миллион квадратных метров). Но это только поверхность, а была ещё и подземная часть. Во-первых, её просто не могло не быть, если крепость строили гномы. Я вообще не удивлюсь, если тут вся скала внутри полая. Во-вторых на внутреннюю часть недвусмысленно намекал вход… точнее, настоящий въезд в автомобильный тоннель или вход в секретную военную базу… где расквартирована такая же секретная танковая армия. Уж очень сильные были асоциации.

Внутрь подземелий я лезть не стал: нечего мне там пока делать. Оборонную мощь этой крепости я уже оценил. Как по мне, то она даже круче знаменитого Минас Тирита или того же Изенгарда. Теперь пора проверить источник.

Приземлившись на относительно ровный кусок бывшей стены, я прикрыл глаза, предварительно, конечно, превратившись в человека. Что я могу сказать? Не Хогвартс. Далеко не Хогвартс.

Отрешившись от органов чувств физического тела, я попытался ощутить астральный план. И, должен сказать, он меня порадовал и разочаровал одновременно.

С одной стороны, этот источник не уступал Изенгардскому. Да что там! Превосходил! Он превосходил и источник Дол Гулдура, и Лориэна, и Ривенделла. Не намного, но превосходил. Однако вспоминая тот же Хогвартс, я понимаю, что там мощность была… гм… раз в пять выше? Да, где-то так.

Будь сейчас у меня в голове Том, то он бы сказал, что я зажрался. С чего я это взял? Ну… просто Библиотекарь прислал именно эту фразу, получив очередной пакет моей памяти. Предо мной, скорее всего, четвёртый по мощи источник в мире, ибо первым должен быть Ородруин (Роковая Гора), вторым — Барад Дур, а третьим — Гундабад. Ну… может быть ещё на Тропе Мёртвых посильнее сыщется.

Тем не менее, жрать Дракона — явно не самое полезное занятие, ибо сожравши дракона, драконом становишься. В моём конкретном случае драконизация явно постигла моего хомяка, которого ранее я не замечал. Хомяк буквально завопил, сжимая куцыми когтистыми лапками мою душу, говоря, чтобы я даже и не думал.

Впрочем, я был с хомяком солидарен. Что у меня имеется? В первом варианте — Арн’Эвен’Лор, крепость с мощным источником, но полуразрушенная, с, возможно, вагоном и маленькой тележкой сюрпризов, находящаяся, не побоюсь сказать, в жопе мира, вдалеке ото всех. А жить тут одному или с одной Астеллой как-то не айс. Надо хотя бы тысячу человек ещё для различных нужд.

Другой вариант — Гундабад. Источник там точно мощнее, это с гарантией. Хотя разницы особой почти нет, там больше мощностями должно быть процентов на пять-шесть. Но ведь больше же! Кроме того — политическое расположение. Про него уже говорилось ранее. Наконец, близость разумных обитателей. И всего-то надо, что согнать десяток тысяч орков! Да раз плюнуть, я же бессмертен! Ну сколько у меня эта новая война займёт времени? Лет десять? Двадцать? Ну явно ведь не больше! А до Войны кольца ещё полвека, кабы не больше. Время всё-таки быстро летит, так что год я не помню уже. Чёрный Замок, считаю, сойдёт как запасной вариант.

Кивнув собственным мыслям, разбегаюсь и стегаю с обрыва. Всегда нравилось делать так вот. В падении обращаюсь в ворона и, тяжело взмахивая крыльями, начинаю набирать высоту.

Глава 12

Обратный путь занял у меня также весьма приличное количество времени. Собственно, пришлось даже сделать привал небольшой, ибо ночью лететь было нереально: видимость хреновая, а я и так часто блуждал.

Тем не менее, наконец, я добрался до селения племени Ханья. С громким «Карр» лечу к земле, прямо к удивлённо смотрящему на наглую, не боящуюся людей птицу, эльфу, стоявшему на улице. На расстоянии пары метров от него и полутора — от земли, превращаюсь в человека, ухмыльнувшись глазеющему на меня народу.

— Нераль? — это был эльф из отряда Исмельлуна. Последний сказал, что, когда они с Орионом отправятся в место, куда собрались звать остальных вождей, меня оставят встречать одного-двух эльфов из отряда.

— Алекс, здравствуйте, прошу за мной.

Ничего не говоря и достаточно быстро, хоть и не спеша, мы пошли через расступающихся перед нами людей.

Целью нашего пути был терем. Пожалуй, дворцом это строение всё-таки не является, а вот теремом — вполне.

— Вы устали? — повернулся ко мне остроухий.

— Не особо: всего час назад делал привал. Что ты так смотришь? Думаешь, птицам отдыхать не надо? — приподнимаю бровь.

— Надо, наверное. В таком случае, думаю, вам стоит поесть, после чего мы отправимся в путь. У нас есть что-то около полутора часов, пока нас соберут в дорогу.

— Отлично! — хлопнув руками друг-о-друга, отправляюсь в терем.

Что сказать, кормят тут неплохо, но есть проблемка: местные весьма… нечистоплотны. Это проблема, скорее, всего Средиземья, но так или иначе, есть здешние блюда несколько неприятно, поэтому я незаметно прохаживаюсь по ним обычно одним заклинанием. Не то, чтобы особо действенное, просто на всякий случай.

Можно подумать, что я должен был уже привыкнуть к такому, в конце концов я тут, считай, уже полвека, да вот только в лучших гостиницах (а в других я не останавливался), ситуация была прямо противоположная. У хоббитов и при дворе Наместника Гондора — тоже, а гномы, несмотря ни на что, очень и очень любящие чистоту создания. Помню, я, когда ходил ещё с отрядом Бруина, постоянно удивлялся, почему они едва ли не стерильными желают постоянно быть?

Кстати о Бруине…

— Эй! Новичок! Ты как с мечом-то? — подошёл Эдвард, один из немногих людей в отряде.

— Я больше по всяким фокусам, — зажигаю кисть огнём. — Но и с мечом тоже много чего могу. Хотите, в первую линию встану? — стоящий неподалёку гном только лишь кивнул самому себе. Близился первый бой в новом составе: приняли-то меня недавно и, так сказать, испытательный срок.

— Ты хоть раз с орками сражался? — спокойно спросил Бруин.

— С орками… нет, ни разу, но зато, — не дал я им ничего сказать, — у меня на счёту имеется горный тролль. Я его ещё в одиннадцать лет завалил. Не вру! Магия, — последнее слово я произнёс тем же тоном, каким когда-то мне сказали «Это магия, Гарри!».

— Парень, мне надо быть точно уверенным, чего ты стоишь, прежде чем отправлять тебя в бой! — посуровел гном.

— Хорошо, — достаю клинок Годрика и пускаю по нему ману. Золотистый барьер и золотистая кромка меча несколько напрягли командира. — Можете попытаться пробить барьер. Я сам нападать не буду: мой меч просто разрежет что ваше оружие, что ваши доспехи. Барьер вы вряд ли сумеете пробить, даже если станете нападать всеми силами.

— Пора, — зашёл ко мне Нераль.

— Уже прошло столько времени? — действительно, как-то незаметно летят часы. Эльф лишь молча кивнул. Вздохнув, я встал и последовал за ним. Во дворе нас уже ждали лошади.

Не то чтобы мы ехали особо быстро, но всё-таки и на шаг коням cойти не позволяли. К вечеру поддерживаемый таким образом темп несколько снизился: несмотря даже на два привала, животные сильно подустали. Именно по этой причине мы решили поспать подольше, заодно дав лошадям нормально отдохнуть. По моим прикидкам, потрачено было часов одиннадцать. Ну а на следующее утро (позднее), мы таки выдвинулись дальше.

Мимо проносились постепенно деревья, луга, равнины, один раз пересекли реку. Несмотря на палящее солнце, жарко не было: удивительная природа Ангмара. Впрочем, судя по тому, что я уже узнал, зима тут просто лютая. Говорили, что далеко на севере территории лежат снега, которые даже летом не тают. Далеко в понятии местных — это около сотни-другой километров. Природа так изгаляться не могла, а потому я более чем уверен: это магия, которая сейчас не даёт нам сдохнуть от жары. Да и, если подумать, то за Серебряной грядой температура зимой редко опускается ниже минус пяти-шести градусов (Цельсия), тогда как уже на этой стороне не таких уж и высоких гор она в среднем должна быть под минус пятнадцать-двадцать, и чем севернее, тем ниже. Это весьма интересный, надо сказать, эффект: пониженная температура, более тусклый солнечный свет… Возможно, не зря говорят, что Ангмар пропитала Тьма? И значение у этих слов вовсе не фигуральное? В конце концов, не просто же так никто до сих пор не забрал под себя эти земли? После победы здесь союза людей, эльфов и гномов, орки не могли бы сделать хоть что-то. Это позже зеленокожие расплодились.

— Там, — кивнул Нераль на вершину весьма высокого холма поодаль от дороги.

— Ну там, так там, — фыркнул я, направляя своё средство передвижения в сторону от грунтовой полосы.

Поднявшись на вершину, мы обнаружили с другой стороны холма несколько строений. Я молча повернулся к эльфу. Он пояснил:

— Здесь ранее находилась какая-то небольшая деревня. Так давно, что об этом помним только мы, эльфы. Люди позже, когда деревня вымерла, пытались основать здесь то город, то заставу, то новую деревню… но ничего до сих пор не вышло. Князь Орион решил использовать это место для встречи с дружественными племенами, потому что оно единственное подходит: здесь примерно равноудалённая точка между ними.

— Гм… — глубокомысленно отзываюсь. Не то, чтобы мы сюда ехали так уж долго: выехали мы с Нералем поздно, легли спать рано, привалы делали большие, хоть и ехали быстро. По сути, здесь меньше дневного перехода. О! А вот и встречающая делегация!

— Нераль, Алекс, — подошёл ещё один эльф, один из тех, кто был в отряде Исмельлуна.

— Хай, — махнул я рукой. Эльф в свою очередь подал знак направившимся было к нам людям. Видимо, охрана. Кстати, таковой было весьма немало. Только сейчас я стал замечать, что тут, если подумать, был крупный лагерь. Просто вели себя все на удивление тихо. Гм… по моим прикидкам, должно быть человек семьдесят в общей сложности. Ну… я точно знаю, что Орион взял с собой четверть сотни воинов. Выходит, что остальные лидеры уже здесь? Поздновато я.

— А где Исмельлун?

— На переговорах. Он приказал отвести вас туда, как только приедете.

— Угу… Эванеско, — провожу руками над своим телом, после чего повторяю операцию с Нералем, читая заклинание заново.

— Благодарю, — кивнул эльф.

— Не за что.

В то же время, небольшой караван неподалёку от Озёрного Города.

— Орки! Орки! — крик послужил сигналом к действию, и все, у кого было хоть какое-то оружие, стали готовиться к бою, только вот времени никому не дали.

Профессионально смогла сработать только немногочисленная охрана. Да и зачем ей быть многочисленной? В этих местах разбойников последний раз видели, дай Творец памяти, лет пять назад! Никто и помыслить не мог, что на считавшемся теперь абсолютно мирным маршруте может кто-то напасть.

Естественно, что десять человек охраны не смогли сделать абсолютно ничего против восьми десятков волчьих всадников. Шестеро подстреленных зеленошкурых, да один зарубленный — уже невероятный результат.

— Да откуда они тут взялись?!! — истерично завизжал кто-то, тут же забулькав кровью: стрела проткнула глотку.

Уже немолодой мужчина, будучи раненым, успел проткнуть сердце бывшей недалеко девушки: все знали, что орки делают с такими. А даже если враки, то ведь всё равно убьют, а так хоть не будет мучиться. В следующую секунду голова «спасителя» сама покатилась по земле, а убивший орк раздражённо сплюнул, глядя на длинноволосый труп…

— Закончили? Хр… соберите всё. Следов остаться не должно! — рявкнул, видимо, командир.

* * *

— Ты затеял большое дело, Орион, но только я не понимаю, почему мы должны присягнуть тебе, даже если твоя мифическая угроза орков существует, — заговорил явно уже преклонного возраста мужчина. Я тут находился уже целых пятнадцать минут, успев к моменту, когда все позиции уже были высказаны и обрисованы, после чего началось обсуждение. — За твоей спиной стоят остро… гм… эльфы, — глянул украдкой на молчаливого Исмельлуна говоривший. — Но это не причина склоняться пред тобой. Скорее уж наоборот. Я мог бы понять, будь у тебя хотя бы тысяча воинов, но ведь ты хоть и правишь сильнейшим в наших краях народом, однако не настолько силён, чтобы возглавить всех людей.

— Когда-то давно мы были одним народом, — спокойно ответил князь.

— Когда-то давно орки на этих землях считались сказкой, а теперь, как видишь, никто и помыслить не может о том, чтобы их тут не было. С «когда-то давно» много воды утекло. Я не вижу смысла в твоих стремлениях, Орион. И поверь старому человеку: пока за твоей спиной не встанет ещё одна сила, такая, в которую люди поверят, такая, которая склонит чашу весов в твою сторону, никто не увидит смысла также, как и я. Ты, видно, рассчитывал на эльфов? Не будь дураком. Как только они выступят на твоей стороне, чтобы объединить людей под твоей рукой, люди объединятся уже против тебя.

— Вообще-то, за моей спиной есть ещё одна сила, — медленно проговорил Орион.

— Ха, и какая же? Гномы чтоль? — фыркнул другой присутствующий. Брюнет, весьма крепок на вид, короткий меховой плащ лишь подчёркивает мускулистые и мощные руки, а немалый топор за спиной окончательно сообщает всем, что связываться с ним не стоит.

— Не гномы. Я, — отлепляюсь от стены, где до этого молча стоял. Делаю шаг вперёд.

— Мальчишка? Глупая шутка, — ухмыльнулся всё тот же вождь. Ну… гм… я считал себя весьма высоким человеком, но здесь, на севере, почему-то люди в среднем несколько выше. Вкупе с моей небритой гладкой (волосы не растут) рожей, да не стареющим телом, выгляжу я реально «немножко» не на свой возраст.

— Боюсь, вы грубите старшим, — улыбнулся Исмельлун.

— Что ты несёшь, эльф?!

— Просто я бессмертен, — поясняю.

— Вот оно как. Но ты человек, — Оу… да он нифига не вспыльчивый, как мне показалось сначала. Быстро успокоился, рассуждает… — Почему же Орион считает тебя достаточным, чтобы склонить нас всех?

— Потому что я маг.

— Я слышал о волшебниках. Сказки, в основном, — заговорил старик. — Они очень мудры, достаточно сильны, но вот насколько?

Я лишь махнул рукой в сторону выхода, куда сам и направился. Никто не стал мне возражать, что странно. Интересно: здесь люди весьма сдержанные и спокойные. Или это только правители?

Не отходя далеко от шатра, где проходили переговоры, кладу свой гримуар на землю. Провожу над книгой рукой, и страницы внезапно перелистываются, словно от мощного ветра, хотя вокруг и абсолютно спокойная погода. Внезапно книга раскрылась и замерла, а затем по земле побежали символы прямо со страниц, образуя сложные дорожки и конструкции. Все, кто стоял на огромной рунической фигуре, быстро отошли подальше. Вовремя, потому что Земля подо мной буквально всколыхнулась. Книга уже вернулась на пояс, однако этого никто не увидел, потому что всё внимание было обращено на джинна. Примерно трёх, если не четырехметровую фигуру, выбирающуюся из-под земли. Впрочем, скорее формирующуюся. Я спрыгнул со спины великана вниз.

— Как раз вместо недостающих до тысячи воинов Ориона. Пока у меня есть силы, он будет сражаться. А сил мне хватит надолго. Ни оружие, ни огонь его не возьмут.

Тут-то все и притихли. Каждому стало понятно, что для штурма любого из поселений такого монстрика будет более чем достаточно. Плотный строй, который тут сейчас часто использовался и считался едва ли не самой совершенной тактикой, не сумел бы помочь, наоборот — помешал бы. Сколько веса в эдакой хреновине? Пара тонн? Получается, имеется огромный живой щит, таран и ещё чёрт знает что, неуязвимое практически ни для чего? Я очень точно выразился, что джинн как раз будет вместо недостающих до нужного количества воинов Ориона. Будь у нас лишь один джинн, то этого было бы мало. Будь только воины — тоже. А вот так вот уже достаточно сил, чтобы относительно безболезненно победить любого противника отдельно. Гм… кроме Мефиса, конечно, да может ещё пары-тройки племён орков.

Конечно, можно было продемонстрировать Адское Пламя, к примеру, да вот только зачем? Оно мне надо, показывать свои силы и возможности? Даже не столько перед людьми, сколько перед Исмельлуном, которые хоть и впечатлились демонстрацией, особого трепета не испытывали. В этом мире уже джинн — сила. Нафиг мне показывать остальное, нафиг.

С вождями договориться удалось относительно быстро: всего-то три дня. Каким образом? Да просто всё. Относительно взаимовыгодные соглашения, подкреплённые родственными браками, клятвами на оружии и тому подобным. Насколько я понял, каждое племя должно было выставить по первому требованию Ориона отряд в семьдесят воинов. В среднем у каждого вождя было от полутора, до трёх сотен. Кроме того остальные племена обязались платить… гм… налог, хотя, как по мне, обыкновенная дань. Ну, это, в общем-то, тоже налог. Орион же пообещал защиту от орков. И, надо сказать, обещание стал выполнять.

Как только мы вернулись и он сумел собрать присланных и своих воинов, то тут же отправился к ближайшему орочьему племени, находившемуся всего в двадцати километрах от поселения Ваннов, кои были в составе присягнувших народов. Вырезали всех, я стоял в стороне, управляя джином. Точнее, смотря не стоит ли подкорректировать приказы, отданные в самом начале. Джинны, всё-таки, разумны, а значит и какой-никакой, а алгоритм действий заложить в них можно. Хотелось, конечно, просто приказать подчиняться кому-нибудь из воинов, но, к сожалению, речь этот полуголем слышать не мог, а потому приходилось следить за всем самому.

Не щадили почти никого. Единственное что, детей самых мелких оставили «на воспитание». Какая практичность… Пожалуй, до попадания в этот мир, мне было бы противно наблюдать то, что устроили люди, но на границе Гондора я когда-то насмотрелся гораздо более страшных картин, устраиваемых орками в отдалённых поселениях. Редко, конечно, но раз в пять-десять лет они подобное проворачивали. А кроме деревень были ещё и заставы пограничные, и просто отряды, которые обычно подвергались жутким пыткам перед смертью, если вдруг после атаки у орков оказывались пленные. В конце концов я вряд ли в ближайшую сотню лет забуду картину, как зеленошкурые жарили и жрали живьём кого-то. Это, конечно, был исключительный случай, но всё же…

Затем, обзаведшихся недостающим оружием и доспехами для всей своей пока ещё небольшой армии, Орион повёл их уже через полмесяца на новое стойбище, следом был новый поход — через месяц. На этот раз целью были люди…

— То есть как, ты отказываешься помогать? — удивился Исмельлун, когда мы втроём обсуждали план нападения.

— А вот так. Я готов убивать орков, на них мне почти наплевать, но вот людей я бить не стану. Первым, — хмуро смотрю на них. — Астелла! — ученица была тут, со мной, уже целых полтора месяца. Гилиан был столь любезен, что по моей просьбе выделил целую эльфийку для продолжения обучения. Как только я вернулся от Чёрного Замка, закончил с объединением людей и первым нападением на орков, так сразу и вытащил девочку к себе. Теорию магии, энергетическую раскачку и банальное воспитание никто не отменял. А то знаю я этих эльфов: воспитают щас, как бессмертную, а она и не заметит, как жизнь пролетит. Неееет, надо сначала реально вечной молодости достигнуть!

— Наставник? — спокойная девочка вошла спустя пяток секунд: была хоть и неподалёку, но и не особо близко.

Вообще, Астелла оказалась на удивление спокойной. Пообвыкнув в новой изменившейся обстановке и окончательно отпустив прошлую жизнь, она словно бы избавилась от части эмоций. Нет, она всё так же радовалась нехитрой ласке, вроде поглаживания по голове, вкусной еде, заботе, часто злилась, проявляла интерес, но… Но эмоции эти теперь были скрыты где-то глубоко. Наружу проскальзывало не так уж и много, а потому если бы не моя слабенькая эмпатия, то я бы считал её очень малоэмоциональной.

— Ты принесла? Ага, спасибо, — принял я у неё из рук небольшой бутылёк. — Итак, раз уж вы желаете напасть на Истари, то я с вами в бой не пойду. Вот эликсир, я дам ещё сотню таких же фиалов. Они способны заживлять раны, пусть и небыстро. Это вся помощь, которую я вам окажу, — зыркай-зыркай, Орион. Мне не нужна прочная держава людей здесь. Мне нужен союз под твоей рукой, способный очистить эти земли от орков. Ранее я ещё мог их уничтожить сам, но у Гундабада их стало слишком много: уже больше десяти тысяч. Их явно кто-то объединяет, какой-то сильный вождь, а мне ещё лет тридцать надо, чтобы поглотить Смауга полностью. Да даже не тридцать, а скорее пятьдесят. В любом случае, я не позволю тебе безболезненно захватывать племена людей. Учись договариваться. Если кто-то восстанет против твоей власти, я его сам уничтожу, но вот заложить трещины в твою будущую страну, заложить расколы, внутренние проблемы… почему бы и нет? Я знаю твой характер, ты достаточно жёсткий и жестокий. А ещё ты не потерпишь рядом с собой сильных конкурентов. Ранее это было по тебе не очень видно, да и сейчас… но что-то мне подсказывает, что, когда всё закончится, ты вполне способен будешь повернуть свою армию против меня, если она будет монолитной и подчинится тебе безоговорочно. А вот если сразу же после угрозы орков тебе будет нужно удерживать трескающееся королевство в кулаке, то я вполне смогу заняться своими делами. Нет, можно, конечно, самому обзаводиться влиянием или хотя бы нагнать страху перед «Грозным колдуном», да вот только, во-первых, я не желаю раскрывать свои карты, во-вторых, твои воины не должны полагаться на мою магию больше, чем надо. Им нужен опыт, чтобы выступить против объединённого войска орков и опыт, чтобы позже выступить уже против Саурона, ведь я постараюсь втянуть в это будущего короля Ангмара. И это будешь не ты, Орион, а кто-то из твоих детей. Но это пока дела будущего.

— Значит вот оно как? Хорошо. У нас хватит воинов, чтобы одолеть Истари и самостоятельно! За твои снадобья спасибо. Не продемонстрируешь?

— Гм… — пожав плечами, вытягиваю из ножен и протягиваю князю нож. Тот, недовольно покосившись на меня, режет себе руку. Я открываю пузырёк и лью на рану. Что-то около трети ушло. Так… ну да, всё в порядке. Не так уж и быстро, конечно, но всё-таки заживает на глазах.

Весьма глубокая, надо сказать, царапина, хотя скорее порез, закрылся за двадцать шесть секунд. Я специально считал.

Много я дал или мало? У Ориона будет трёхкратное численное превосходство. Этого хватит, чтобы взять посёлок силой и даже не потерять особо много воинов. Более того, с помощью моих зелий он сумеет превратить тяжелораненых в легкораненых, а кое-кого даже вернуть с того света почти или полностью излечить. Но потери всё равно будут. Вместо ожидаемых без магической поддержки в таком штурме процентов тридцати пяти, Орион потеряет процентов пятнадцать своих воинов, часть из которых позже всё равно встанет в строй, но это будет ему прекрасным уроком. Пусть Истари, недружественные к трём из пяти объединившихся племён, и падут таким образом, но в следующий раз он предпочтёт договориться. Орион не дурак: понимает, что чем меньше потерь у него будет сейчас, тем больше опытных воинов он получит позже, а спустя ещё три-четыре добровольно присоединившихся поселения, его войско станет достаточно сильным для того, чтобы не нести больших потерь просто потому что сравнимых по численности сил у противников не будет. Разве что орки… но они — отдельная тема.

— Сконцентрируйся, — видя, что ученица просто не очень-то понимает, что я от неё хочу, поясняю: — Закрой глаза и прислушайся к себе. Прекрати обращать внимание на внешний мир, тебя должны интересовать лишь твои собственные ощущения. Ну как? Что чувствуешь? — спрашиваю, аккуратно подавая энергию в специальные точки, места, где наиболее толстые каналы были ближе всего к коже.

— Ни… ничего… — с заминкой проговорила она и чуть сжалась.

— Расслабься, — чуть треплю по голове. — Не почувствуешь сейчас, почувствуешь потом. Главное, не позволяй беспокойству, страху или ещё чему тебе мешать. Просто забудь обо всём и пытайся почувствовать, — Астелла ответила внешне спокойным кивком, снова погрузившись в себя, но я чувствовал, что ей сильно мешал страх. Не могу разобрать нормально, но, кажется, она боится, что у неё не получится, что она бесполезна. Или есть что-то ещё?

…

— Ладно, на сегодня всё.

— Но я могу…

— Цыть! — хлопаю парой пальцев ей по лбу. — Раз я говорю всё — значит всё. Завтра продолжим ещё, а пока что хватит. Ты волнуешься и боишься, а потому не можешь сосредоточиться.

— Я не…

— Не перебивай. Думаю, тебе стоит размяться и поупражняться с мечом. Ты слишком долго сидела.

«Уууу… и сколько же с ней проблем. А ведь она очень спокойная и старается слушаться меня почти во всём! А если мне попался б обычный ребёнок???»

— Нераль? Наконец-то тебя нашёл. Как там?

— Орион окружил их посёлок, — пожал плечами эльф. — Люди внутри не готовы к осаде. Сам понимаешь, сейчас лето, урожай ещё не собран, а мяса не так уж и много запасено. Прошлый год был голодным, скота не так много. Если сейчас Истари станут резать скот, то следующую зиму даже в случае победы они не переживут. Конечно, у них должны быть сушеные овощи и грибы, но на них одних все долго тоже не протянут. Орион рассчитывает, что они сделают вылазку.

— А поджечь стены?

— Пробовали. Принц Исмельлун также отказался помогать людям в войне против людей, однако приказал всё-таки пустить несколько горящих стрел. Стены пропитаны чем-то: огонь их почти не берёт.

Ну да, Гилиану и эльфам тоже не особо выгодно мощное людское королевство с гипертрофированной и опытной армией. Конечно, орки займут людей на какое-то время, но рано или поздно зеленошкурых либо уничтожат, либо оттеснят за какую-нибудь границу и создадут оборонительный рубеж. И тогда уже эльфы могут стать жертвами новой экспансии. Захватить подземное королевство у людей не выйдет: кровью умоются, однако при желании сделать сумеют очень и очень многое. Эльфам выгодно королевство людей, но остроухие желают иметь под боком доброго и отзывчивого к их желаниям соседа. Внутренние распри рано или поздно будут решены, но когда к ним можно будет перейти, проблема орков также станет решена полностью или частично, а затем уже пройдёт время, потраченное на решение людьми собственных проблем, ну а как результат — упущенный момент. Как только угроза орков и гоблинов будет локализована, численность армии станет неуклонно сокращаться, пока не достигнет порога, который необходим для сдерживания зелёных. Таким образом те небольшие мины, что мы закладываем под королевство людей, просто ослабят слегка власть в самом начале, а позже у неё не будет возможности вредить ни мне, ни Гилиану.

Пожалуй, мне не слишком нравится ситуация, но всё равно других относительно безболезненных вариантов я не вижу.

— А сколько Истари продержатся без резни скота? — поинтересовался я.

— Не больше пары недель. Затем они начнут слабеть настолько стремительно, что вынуждены будут сдаться.

— А если не сдадутся?

— Тогда князь, скорее всего, просто продержит их такими ещё неделю и уйдёт, оставив на следующий год. Весной у них просто не останется сил на сопротивление. Зима и так станет очень и очень голодной, — Нераль говорил это, как само собой разумеющееся. Словно там не живые люди. Я достаточно долго живу, уже видел и как рождались, и как умирали, но всё равно наплевательским отношением к чужой жизни не обзавёлся. Нет: если что, то убью без раздумий и угрызений совести, но вообще, если можно договориться — я договорюсь. Орион же… другие народы, другие нравы. Истари поочерёдно последние двести лет совершали набеги на Ханья, Ваннов и других. Часто сжигали поля, уводили скот, насиловали и забирали девушек, хотя и случались набеги такие редко, но всё равно были. Естественно, что теперь все желают мести и не отомстили ещё только из-за хорошо укреплённого поселения, но всё равно те же Ванны или Хельсики также хороши: уж безобидными-то они тоже не были. Это Ангмар, здесь среди людей давно идёт грызня всех со всеми, так что зря я кого-то жалею. И, наверное, правильно делаю, что не желаю марать руки лишней кровью.

Наблюдали мы за происходящим в поселении с вершины высокого холма неподалёку. Орион решился на штурм. Эльфы его послали. Я — тоже. Впрочем, как, послали? Князь и так уже давно знал наше мнение, а потому позвал нас в последний раз лишь для проформы. Я попытался растянуть заклинание дальнего взора на всех, но особо ничего не вышло: ментально передавать картину всем я был просто не в состоянии. Правда, удалось сделать «окно» туда, эдакий небольшой экран, да только изображение постоянно смазывалось, потому что держать такую иллюзию мне было весьма и весьма тяжело. Хорошо хоть, что было два потока сознания, а не один.

Вообще, иллюзии — очень сложная школа. Только имбецил думает, что это просто, ведь, хоть на них и уходит мало энергии, но сложность поддержания динамичной конструкции просто нереальная. Да что там! Насколько мощный комп нужен, чтобы поддерживать трёхмерную графику? А тут человеческий мозг. Нет, мозг, несомненно, мощнее компа, только вот не там, где надо.

Мне же требовалось не только создавать иллюзию, но и контролировать заклинание, получать через ментальную сферу информацию, которую я позже выводил на иллюзорное «окно»… в общем, хорошо, что я мыслю двумя потоками, когда мне это надо.

— Не хочу больше! — всхлипнула Астелла. Я молча прижал её к себе, машинально погладив по голове. Собственно, для всех остальных, включая меня, картина выглядела хоть и неприятно, мерзко, но не как конец света. Ученица же явно считала иначе.

Я нередко замечал среди эльфов некоторое презрение по отношению к маложивущим видам. Если подданные Элронда или Галадриэль ещё были весьма дружелюбны и спокойны, то тот же Трандуил со своими лесовиками был о людях не лучшего мнения, а Гилиан хоть и сотрудничал с людьми, но старался поддерживать изоляцию. Теперь, пожалуй, я в полной мере осознал, чем именно вызвано такое отношение. Вот как можно такое творить внутри своего собственного вида? Ни за что не поверю, что те же эльфы способны на такое.

Потери у Ориона после той битвы были немалые: четверть тысячи человек раненых и убитых и это с учётом того, что он использовал все данные мной зелья. Прибыль же… м-да, прибыль. Ну, для начала, он убрал весьма сильное враждебное племя, потом, смог поставить в выгодной точке заставу, заодно открыв себе возможность торговать с несколькими ранее закрытыми поселениями, потому как Истари ранее стояли прямо на границе болотистой местности, закрывая единственную хорошую дорогу для торговли. Что ещё? Ну, Орион смог пограбить богатенького соседа, получил полностью засеяные и обработанные поля, за которыми осталось лишь недолго поухаживать и получить кучу еды, плюс скот, плюс рабов…

Рабы — вообще отдельная тема. В основном это были, конечно, девушки, называемые тут «младшими жёнами» и выполняющими, фактически, функции обыкновенных наложниц, однако кроме того ещё очень приветствовались юноши и дети. Первых можно было опустить до состояния дешёвой рабочей силы, мало кормить, много пахать на них… умирали такие молодыми, конечно. Дети же… дети особо ничего не будут помнить, когда вырастут, поэтому стоит их правильно воспитать и племя получает «новую кровь» и прирост численности вообще.

Где ты, доброе Средиземье, где всё просто и понятно?! Ах да, ты осталось по южную сторону Серебряной Гряды. Как же я мог забыть? Кажется, я начинаю понимать, о чём меня предупреждал Гэндальф.

— Учитель?

— Ты почему ещё не спишь? — удивлённо поворачиваюсь к Астелле. В данный конкретный момент мы с ней и Нералем направлялись в сторону поселения племени Зелхол по просьбе Ориона. Грубо говоря, он заявил, что раз уж мы так против военного присоединения людей, то, возможно, сами сумеем договориться, в конце концов мы бессмертны и обладаем куда большим опытом, нежели он сам.

Он прав: у нас больше опыта. Если мы сможем договориться, то гарантированно заложим в его будущую державу очередную трещину, ведь нам неинтересно её серьёзное укрепление, а потому мы будем составлять договор так, как сами того желаем. Князь перехитрил самого себя. Если же нам не удастся договориться, то выйдет всё точно также, как и если бы мы ничего не делали.

Кстати, название племени также имело свою историю. Ранее там располагалась деревенька Зелёные Холмы. А по соседству другая — Озёрные Ключи. После распада Ангмара, когда союзные войска ушли с севера, в регионе воцарился хаос и междоусобицы. В процессе Озёрные ключи были уничтожены, но вот жителей осталось и весьма немало, притом это были либо молодые юноши и девушки, либо дети. Первые — потому что только они смогли бы спастись в том хаосе, а вторые — потому что у первых хватило сил спасти. Таким образом рванувшие к ближайшему человеческому жилью беженцы лавинообразно увеличили численность населения репродуктивного и рабочего возраста Зелёных Холмов, за счёт чего те смогли выжить и набрать достаточную силу, чтобы не исчезнуть с лица земли в горниле междоусобных войн. Название же сократилось до первых слогов обоих слов: «зел» и «хол». Вместе — Зелхол.

Ангмар — это не недоразвитая территория каменного века, Ангмар — это скатившаяся в развитии территория, а потому тут можно встретить всё, что угодно и любые переплетения культуры.

Собственно, историю сию про название мне рассказал Нераль. Да и не только мне: Астелла тоже с интересом слушала… ага, стоя на столбике на одной ноге. Этот метод тренировок мне показали в Японии когда-то. Очень полюбилась мне эта методика. Смысл был в том, чтобы постепенно напрягать организм всё сильнее и сильнее. Таким образом он рано или поздно начнёт подключать и астральную энергию или, по-простому, ману для работы. Это хоть и окольный путь тренировок, но вполне себе подходит, как дополнение ко всему остальному. А ещё физически также раскачивает тело, так что ученице в любом случае не помешает.

После рассказанной истории, Нераль лёг спать, я остался сторожить. Уселся на краю невысокого холма с относительно плоской вершиной, где мы остановились, и стал смотреть на звёзды. Ну и вообще, подошла Астелла.

— Так чего ты не спишь? — на самом деле, удивление в голосе напускное: мне вообще почти всё равно. Спрашиваю только чтобы узнать проблемы ученицы и подумать, стоит ли мне их решать или Астелла справится и самостоятельно. Гм… ну и капелька интереса присутствует, да.

— Я… я спросить хотела…

— Ну так спрашивай.

— Учитель, а почему вы забрали меня… тогда? Могли же просто пройти мимо или вылечить и оставить… — видно, что девочке очень тяжело даются эти слова, и причин тому много. Она боится узнать, зачем же мне потребовалась на самом деле, ведь я могу ответить что угодно, она боится, пусть и самую капельку, что я сам не задавался этим вопросом и прямо сейчас её могу бросить, лишь задумавшись над ним (иррационально, но страх — вообще штука иррациональная), она боится, что влезла вообще туда, куда не следовало…

— А просто так. Совесть тебя бросить не позволила, — спокойно отвечаю. — Слишком я… мягкий, чтобы просто взять и бросить ребёнка. Будь у тебя там семья, друзья… да хоть бы какая-нибудь мелкая банда, в которой ты бы состояла, я бы тебя действительно просто оставил бы там, а так… Впрочем, — чувствуя эмоциональное состояние девочки, добавляю: — пока что я не пожалел о том своём решении. Надеюсь, так и дальше будет?

— Д-да… — коленки-то подрагивают. Да и эмоциональная маска твоя треснула. Ну… чего я от тебя хочу, тебе же всего лет… а сколько тебе лет, интересно?

— Если это всё, тогда можешь идти спать.

Я продолжил смотреть на звёзды, пока не закончилась моя смена. Кинув камушек в голову Нераля, разбудил его. Сейчас три часа дежурит он, потом опять я и мы выдвигаемся в путь. Так как привлекать Астеллу к ночной страже было неразумно, то мы разделили ночь на три смены и чередовали: одна ночь, где две трети сижу я, затем одна ночь, две трети которой дежурит остроухий.

— Скоро уже? — зеваю. Ну вот не выспался! Бывает! Да и плестись пешком как-то… не айс, а лошадей брать нельзя было: местность не для них. Хорошо ещё, что есть безразмерная сумка и не одна.

Мы и так двигались относительно быстро, потому что особо не выбирали места для лагеря с позиции скрытности. Вон хотя бы предыдущая ночь! На холме! С костром! Да нас видно было за мили! Только вот бояться должны не мы, а нас, потому и плевать хотел что я, что Нераль, на скрытность. Впрочем, чары я часто всё-таки накладывал, но свет — такая штука, которую полностью в границе чар удержать нельзя, только исказить, а потому наша стоянка всё равно постоянно выделялась слабо светящимся пятном на местности.

— Ещё пара часов таким темпом, — пожал плечами эльф. Я лишь молча кинул очередной бутылёк Астелле. Та только кивнула головой. Выносливости поддерживать довольно быстрый шаг столько времени ей пока ещё не хватало. Нет, она вполне могла бы совершать такие переходы и без поддержки зелий, да вот только пока ещё это немного выше нормальной для неё дистанции, так что поить эликсирами девочку я продолжу ещё пару месяцев, пока эльфийка Гилиана окончательно не натаскает.

Глава 13[11]

— Вы кем будете? — спросил дородный мужичонка, когда мы проходили мимо обрабатываемого поля. К мужичонке подтянулись ещё несколько человек. У всех увесистые орудия труда в руках. Это типа оружие, ага…

— Посланники. К вождю вашему идём, — улыбаюсь правым краешком губы.

— Ха! Кому ты голову морочишь, мальчишка?! Девка малолетняя, ты да остроухий, без воинов, без коней?! Да какие вы… кхааааа… — он сделал шаг вперёд, а затем отлетел на метр, схватившись за горло и выпучивая глаза.

— Пасть захлопни, — гляжу, как на дерьмо. Мы тут типа посланники от Ориона. Надо создать соответствующее впечатление надменного высококультурного быдла. В общем, эдаких дворянчиков. Пусть таковых сейчас в Ангмаре почитай и нет, но образ-то назвать надо как-то. — Чего глаза вылупили? Пошли отсюда! Ишь ты, не устроили мы их. Скажите спасибо, что колдун, что на стороне повелителя Ориона, отказался сражаться с людскими племенами, пока те сами не нападут, а то бы мы вас уже… — Нераль счёл представления достаточным, положив мне руку на плечо.

— Не забывайся. Эльфы также отказались воевать с людьми первыми, — с явным намёком произнёс он. Я недовольно глянул на эльфа.

— Ты забываешься, лучник. Напомнить, кто я?!

— Всего лишь талантливый мальчишка, которого Алекс-чародей взял в ученики. Тебя и Астеллу, только вот она в отличие от тебя куда более достойна, — кивок в сторону спокойно стоящей девочки.

— Хррр… продолжим обсуждение без лишних ушей всяких там… — плевок в сторону людей и взмах рукой, по которой пробежали несколько ярких искр.

Представление было продумано давно и входило в рамки нашего негласного договора с Исмельлуном и его отцом. Что касается мифического «ученика Алекса-чародея», то таковой действительно водился. Точнее, о таком все слышали и даже кто-то видел. Как раз сейчас я принял тот самый облик. Несколько раз этот «ученик» исполнял мои обязанности вместо меня, встречался с Орионом и вообще вёл себя в отличие от меня очень даже светски и пристрастно.

Если я сам старался с местными контактировать поменьше и вообще играл роль нелюдимого человека, любящего нагнать перед простыми людьми таинственности и страха, то «ученик» был полной противоположностью. Он любил баб (всё равно подложить и привязать таким образом пытаются, так почему бы и нет? Но только пусть за всё потом отвечает несуществующий ученик), любил выпить (как же достало на этих долбанных пирах десятками раз прямо во рту применять Эванеско! Хорошо, что ещё в мире Поттерианы натренироваться успел). Задолбало играть эдакого пацанчика, получившего внезапно положение в обществе, силу и всё, что только можно, но немного потерявшего рамки.

Кто-то из работавших на поле явно побежал вперёд и предупредил в поселении, поэтому ещё по дороге нас встретил отряд из десятка конных воинов и подал лошадей. Сказав что-то раздражающее о правильном обращении с важными гостями и знании своего места, я, словно сам Эру Илуватар, принял поводья и, несколько неловко взгромоздившись на коня, пристроился во главе отряда, не забыв, тем не менее, продемонстрировать пару раз магию, дабы местные впечатлились.

Переговоры прошли легко и непринуждённо. Точнее «в лёгкой и непринуждённой обстановке»: так, кажется, правильно? Круцио гранамагикум и секунда боли расставили все точки над «ё». Сражаться с противником, на стороне которого колдун, чей ученик способен на подобное, никто не желал просто из-за понимания проигрыша. И одновременно относительно мягких условий: чуть жёстче, чем у остальных членов союза, но не более. Впрочем, посетовать на мягкость учителя и слепоту князя я не забыл. Для полноты картины надо было бы ещё какую-нибудь девчонку забрать на ночь, но до такого опускаться мне было просто противно.

— Ты осуждаешь, — спокойно говорю ученице, когда мы оказались наедине. Она, понятное дело, присутствовала всё время и видела всё и вся. Впрочем, конкретно сейчас я явно выбил её из колеи резкой сменой поведения с самовлюблённого куска гов** на тот самый образ учителя, который ей уже стал привычен. Конечно, Астеллу я предупреждал заранее, проработал с ней многие моменты, но реальность оказалась куда неприглядней.

— Нет…

— Не лги мне, — в голос добавляю чуток холода.

— Я… я не могу понять, зачем… ТАК?!

— Чтобы они возненавидели Ориона. Чтобы возненавидели союз, в который мы их силой впихнули. Чтобы позже враждовали, а не сплотились против нас. В Ангмаре останутся только три силы после поражения зелёных: люди, маги и эльфы. Маги — это пока что только я и ты. Не трудно догадаться, что мы самые слабые. Конечно, сейчас нас не зацепить, но удержать земли и крепость мы сумеем лишь в союзе с кем-то. И лучше бы этим кем-то будут эльфы, потому что они просто не имеют достаточного количества сил, чтобы подмять нас под себя.

— Я ещё не маг.

— Скоро станешь. Двадцать лет сейчас — огромный срок для тебя, но поверь — время есть и его много. Я вижу, тебя коробит то, что я считаю магов отдельной силой, хотя нас здесь всего двое. Когда я обучу тебя самым основам и разовью твой уровень сил, то, возможно, возьму ещё одного ученика.

Нахрена мне второй ученик? О! Я только сейчас, имея Астеллу, начал понимать, зачем магам ученики. На них столько рутины можно свалить! Уже сейчас она подготавливает немало ингредиентов для зелий. Да, пока не самого лучшего качества и не самых сложных, но ведь готовит же! А ещё начала учиться составлять простейшие рунные конструкции! А через двадцать лет? Да, способности только-только выйдут на уровень первокурсника Хога, да только теория будет хорошо если не как у мастера! А когда она овладеет хотя бы уровнем сил, сравнимых с третьекурсником-четверокурсником, то на неё же можно будет свалить и раскачку нового ученика: много энергии для этого не требуется, скорее опыт и некие навыки. Да и, если подумать, то, обзаведясь собственной командой, соратниками, лучше всё-таки делать её из магов. Пусть не самых сильных и использующих магию как вспомогательный инструмент, но всё же.

— Нераль, присмотришь за ней?

— Конечно, — кивнул длинноволосой пепельной головой эльф.

— Благодарю, — подпрыгиваю и стремительно обращаюсь в птицу. — Карррр!

Куда я направлялся? О! Мне внезапно захотелось побывать лично в одном месте. Гундабад. Именно к этой крепости я и летел.

Вот честно, ожидалось мною куда как меньшее сопротивление, когда я подлетал. До этого момента я ещё питал надежду справиться с орками в одиночку. Ну или очень серьёзно их проредить. Теперь уверенность в собственных силах оказалась несколько… подорвана. Почему? Ну… для начала в меня с неба начали бить молнии. Мелочь вроде как: с кем не бывает… Только вот не шестнадцать раз подряд!

Увернувшись единожды, я едва успел стать человеком и накинуть в новый щит поверх уничтоженного (вторая молния попала). Пришлось надеть мантию-невидимку. Когда я исчез из большинства доступных диапазонов, электричество тут же перестало неистовать в небе. Это окончательно убедило меня в том, что всё не есть гуд: за мной следили и долбили целенаправленно.

Что дальше? О! А дальше я под покровом тени смог наконец-то влететь в Долину Гундабада. И то, что я там увидел, меня просто убило морально: целое орочье поселение. Более того, там явно поработали гоблины. Хотя вообще, далеко не факт, что тянущиеся вглубь земли подземелья — работа гоблинов. Могло быть и так, что они тут были ещё при строительстве Гундабада сделаны. Так или иначе, но огромные освещенные и, что главное, обработанные входы встречались то тут, то там. Но главное было не это. Численность. Численность орков. Я рассчитывал на газ? Трансформированный воздух? Не те масштабы. Здесь было куда больше десяти тысяч. Здесь было тысяч двадцать. И это на поверхности! Сбоку от этой скалистой долины возвышалось циклопическая громада Гундабада, гигантской крепости в форме треугольной призмы. Чудовищных размеров сооружение по местным меркам. И оно явно могло вместить в себя едва ли меньшее количество зелёных. А сколько скрывают подземелья?! На какую глубину они тянутся?!

Только здесь, увидев всю собранную в этом месте мощь, я осознал, в какой же жопе находятся все расы Ангмара. Зелёные ещё не правят проклятым королевством только лишь потому что центральные области — болота, через которые есть всего один более-менее надёжный путь для всей армии: через Мефис. Болота делали небольшой крюк, очень удачно отделяя Гундабад от остального Ангмара, переводя крепость короля-колдуна в состав восточной части королевства севера.

Как результат, орки не могут двинуться на юг: Эребор отобьёт и более страшную орду, обойти Одинокую Гору не выйдет. На севере нет ничего. На восток идти нет смысла: там и так орочьи земли. Запад же защищён Мефисом и болотами.

Тот, кто руководит орками, не дурак. Понимает, что Мефис с нахрапа не взять, а когда город всё-таки падёт, то остальные племена успеют объединиться против общей угрозы. Потери под городом даже для нынешней орды будут слишком велики, а потому орки проиграют войну. Но уже практически наступил тот критический момент, когда зелёных станет достаточно для успешной атаки и блицкрига. Митрандир и Высший Совет слишком рано списали Ангмар со счётов. Это королевство готовилось совершенно неожиданно исторгнуть из себя армию, которая ненамного уступит в силе армии Изенгарда и вряд ли будет даже вдвое-втрое меньше армии самого Мордора.

Но меня волновало другое. Канон. Что с каноном? Если этих полчищ врага не было в каноне, то, возможно, их как-то одолели даже разрозненные люди? С поддержкой эльфов и при напряжении всех сил — могли. Вполне могли. Эльфы могут выставить восемь тысяч элитных снайперов, многие из которых прошли ещё прошлую войну с Ангмаром. Такая армия, имей она хоть немного пехоты, дабы задержать врага, просто выкосит всех орков с расстояния, на которое зелёные стрелять просто не способны. Гм… возможно, это ещё одна причина, по которой орки всё ещё тут? Не могут же урук-хаи не знать о том, что Гилиан поддерживает людские племена?

Как же в этом грёбаном Ангмаре всё сложно! Настоящий кипящий котёл из всего и вся! Бесит!

Зато порадовала другая новость. Источник Гундабада. Я слабо его ощущал, но он явно был мощный. Немного даже мощнее, чем в Чёрном Замке. Пожалуй, Гундабад будет прекрасным вариантом. Осталось лишь выселить отсюда несколько десятков тысяч квартирантов.

Я ощущал чужую магию и активные заклинания. Видимо, один из Назгулов. Ну а кто ещё, в самом-то деле, мог долбить по мне молниями? Готов ли я связываться с Назгулом? Сложный вопрос. Я уже поцапался с такими в Дол Гулдуре. Они тогда были далеки от пика силы, но всё равно оказались серьёзными противниками. Пожалуй, обойдусь.

В ворона обращаться было опасно, так что пришлось лететь с помощью обычной левитации под мантией-невидимкой.

— Заканчивайте! — я бесцеремонно ворвался в зал к пирующим по случаю присоединения нового племени к союзу. Голос мой был усилен Сонурусом, а потому оказался подобен раскатам грома. Пир ещё не вошёл в совсем уж активную фазу, так что разговоры и даже шепотки прекратились быстро. Все взоры обратились на мою скромную персону.

— Что произошло? — с места во главе длинного стола поднялся Орион.

— Орки произошли. Нет-нет, пока никаких набегов, но я видел нечто такое, что требуется обсудить немедля. Пир подождёт. Впрочем, остальные воины могут пировать и дальше, — этим заявлением я сменил обращённые на меня взгляды с обречённых на вполне себе одобрительные.

— Хорошо, идём, — пару секунд подумав, князь повернулся к выходу. — А где твой юный ученик? Эльфы сказали, что он отправился на встречу с тобой, — уши навострили все: «ученик» задолбал в разной степени каждого из присутствующих.

— Мёртв, — пора заканчивать театр с масками: и так уже несколько раз чуть не раскрыли. А «мёртвый» ученик, который всё равно считался неплохим магом, послужит хорошим таким ушатом ледяной воды. Пусть готовятся к нападению. У нас нет десятка лет, за которые ранее рассчитывалось объединить племена. У нас есть год, если не меньше.

— Вот как? Идём! — решительно заявил Орион. Какой-то мальчишка побежал за эльфами.

Вскоре уже мы вошли в небольшую, но уютную комнату. Ту самую, где обсуждали планы в первую встречу. Несколько позже к нам присоединился и Исмельлун. Выглядел он хорошо, свежо, я бы сказал. Только вот у меня имелся опыт общения с эльфами, а потому принц скорее казался мне заспанным.

— Алекс?

— Наконец-то. Мы тебя уже заждались. Итак, введу в курс дела. Как думаете, сколько орков сейчас у Гундабада? Я говорю о воинах.

— Что-то около десятка тысяч. Скорее даже меньше: семь-восемь, — пожал плечами эльф. — У тебя иные сведения, я полагаю?

— О да! У меня они очень, очень различаются с этими! Вся, ВСЯ скальная долина Гундабада заполнена зелёными! Крепость тоже ожила! Это не мёртвый кусок камня! Она кишмя кишит ими! И входы в подземелья также открыты! Орки ещё не напали только потому что не сумеют сходу проломить оборону Мефиса, а скоро наступит зима, и чем севернее, тем жёстче она будет. Они просто подохнут около Мефиса, а даже коли возьмут город, всё равно не выживут. Но в конце следующей весны, думаю, они будут готовы. Возможно эти твари выждут ещё год, но не более!

— Ты говоришь об очень серьёзных вещах, маг.

— Я говорю, как есть! Мы должны объединить племена людей до зимы. Зимой мы уже обязаны заключить союз с Мефисом. Не позже конца февраля всеми правдами и неправдами орков должна встретить крепкая сталь всех людей Ангмара либо в Ангмаре не останется людей, — мрачно закончил я.

— Ты преувеличиваешь опасность, — медленно заговорил Исмельлун. — На стороне людей будут эльфы. И мы приведём до восьми тысяч стрелков. Если наше войско вступит в битву, то у орков просто не останется шансов на победу.

— Но их слишком много, — закончил князь. — Больше, чем вы думали. Втрое больше, а то и вчетверо. Быть может у нас есть следующий год, но не десять лет.

— Любые планы рушатся, не выдерживая столкновения с реальностью. Исмельлун, — киваю эльфу. — Думаю, стоит отказаться от гуманизма на время. Люди должны быть едины любыми способами. Отряд в полсотни эльфов был бы очень кстати.

— Пожалуй, мне стоит отправиться домой на время, чтобы переговорить с дедом.

— Верно. Мы же с Орионом займёмся армией.

Что я хотел сделать с армией? О! Всего лишь чуть улучшить тактику! Сейчас местной вершиной военной мысли был плотный строй. Сбились в кучу, навалились друг на друга со щитами и топорами, реже — мечами и дубинками. Кто кого перетолкает — тот и выиграл. А! Были ещё всякие уловки, чтобы заставить противника подскользнуться. Иногда разбивали топорами щиты, устраивали засады в кустах и били в спину врагу, но бывало такое крайне редко.

Что хотел сделать я? Ну, для начала, унифицировать снаряжение. За образец предполагалось взять бойцов Ханья. Несколько важных металлических элементов, остальное — кожа. Не доспех, а просто одежда, но качественная. На коже — бляхи. Не самое лучшее, что можно сделать, но стали не хватает. При всём желании мы не сможем обеспечить всю армию металлическими доспехами.

Из оружия предполагается использовать топоры. Они привычнее мечей здешним, а переучивать всех времени нет. Да и меч… несмотря на распространённое мнение, меч всё-таки не самое лучшее оружие. На поле боя господствует копьё, а лишь следом — меч. Да и, если подумать, топор, булава… всё это тоже используется очень успешно.

Вообще, по тактике я знал достаточно много просто потому что пробыл среди серьёзного такого наёмничьего отряда целых двадцать лет.

Таким образом, вооружение отрядов армии людей должно было представлять из себя щит, топор, но не монструозные секиры гномов, плюс копьё. Не длинное, но и не короткое. Конечно, двухметровое копье не дотягивало до четырехметровых пик древних греков, но всё равно было лучше, чем ничего.

Вооружение и доспех обсуждали всем миром, основываясь на современных реалиях и возможностях сделать такое оружие. Я лишь начал процесс, а затем активно в нём участвовал.

Кроме того предполагалось создать ещё и отряды лёгкой пехоты. У нас было не так много людей, чтобы делать специальные войска, разведку, тяжёлую пехоту… по этой причине решили всех разделить на тяжёлую, лёгкую и конницу. Лёгкой пехоте отводилась роль разведчиков, а во время боя они должны были получать дополнительное снаряжение в виде дротиков и поддерживать тяжёлую пехоту из-за спины. После конца боезапаса лёгкие пехотинцы должны были выступить эдаким резервом для тяжёлых. Лёгкие имели из оружия ближнего боя только мечи-полуторники и небольшие щиты, диаметром всего сантиметров сорок. «Не щит, а хрень!» — выразился тогда Орион, хлопнув кулаком по столу. Тем не менее, в отличие от нормальных щитов, эти были куда прочней. Хотя кого я обманываю? Просто лёгкие пехотинцы должны вступать в бой только когда тяжёлые не справляются, а это уже очень отчаянная ситуация, где даже такой резерв чего-то да стоит. Соответственно соотношение лёгкой и тяжёлой пехоты должно было быть примерно один к шести-семи.

Что касается конницы, то смысл был в средней тяжести таранных ударах и обходах. Мы не могли создать нечто вроде средневековых рыцарей Земли: металла не было. Просто не из чего было ковать столько доспехов. Однако именно тяжёлый доспех добавлял мощи таранному удару тяжёлой кавалерии. Таким образом было решено пойти по пути утяжеления копья. Копьё должно было быть достаточно тяжёлым и хрупким, чтобы создать тот же эффект, но не выбивать руку из сустава или седока из седла, а ломаться при ударе, кроме того эту конницу предполагалось снабдить аналогичными лёгкой пехоте щитами (ну вот не выходило всадникам использовать более крупные! Не выходило! Из-за них не стали и лёгким пехотинцам нормальные щиты давать! Слишком сложно было делать несколько стандартов вооружения!), а также чем-то вроде палашей. К счастью, работавшие на эльфов гномы, да и сами эльфы вполне себе могли выковать самые сложные детали. Люди взяли на себя изготовление всего остального.

Была ещё одна проблема: армия, которую мы вооружили таким образом, выходила слишком дорогой. Наша недоэкономика, основаная в основном на натуральном хозяйстве, просто не могла выдержать такого удара. Пришлось выкручиваться.

Покумекав, сделали следующий ход. Орион объявлял все поселения, пришедшие под его руку, двумя группами. Грубо говоря, любой посёлок мог быть либо «добрым», либо «покорённым». Первым давались определённые и серьёзные свободы. Вторые же лишались множества прав. К примеру, их представитель не мог заседать в совете старейшин (ох, как же много нервов съела мне эта инициатива! Хорошо хоть князь понимал, что единолично забрать всю власть у него не выйдет: он не покорял своих первых союзников и основу своих сил, а лишь договорился. Таким образом требовалось дать им хоть какой-то доступ во власть, ибо бунт — это хорошо, но не сейчас), кроме того «покорённым» в каждом отдельном случае запрещалось производить некоторые товары, зато с них же требовалась дань другими, вполне конкретными. Это привело к гипертрофии отдельных направлений производства и атрофии других. Таким образом стимулировалась торговля и очень мощно стимулировалась. Читай, электрическими зарядами. Но сколько же сил мы с Исмельлуном угрохали, чтобы эту схему сделать вменяемой!

Стимуляция торговли должна была вернуть цену почти забытой в этих краях штуке: деньгам. Деньги всё ещё существовали, но не пользовались почти никаким хождением. Всё больше был натуральный обмен. Чтобы ускорить возрождение денежной системы, пришлось использовать «государственные ресурсы». Князь брал дань со своих подданных. Понятное дело, что дань та была в виде натуральной продукции. Зерно там, ещё что-то… и эту продукцию мы начали продавать… точно! За деньги! Сначала редко и небольшими порциями, а потом чаще и чаще между селениями стали курсировать небольшие караванщики в одну-две повозки. Товары, которые они везли, продавались лишь за деньги, а не обменивались баш на баш. Сами деньги делали эльфы.

Впрочем, я был бы последним идиотом, если бы подарил остроухим ключ от экономики создающегося княжества. В Ангмаре был ещё один источник денег: Мефис. Его монеты абсолютно точно также начали хождение и здесь я, в отличие от эльфов, конкретно так поддерживал сие начинание. Как результат, создающаяся экономика рыночного типа должна была балансировать между Мефисом и эльфами. Если кто-то из них начнёт внезапно чеканить больше монет, чем надо, то цена этих монет упадёт, но вырастет соотношение с конкурентом. Понятное дело, что идиотов нет ни с той, ни с другой стороны, а потому каждый будет стараться сделать три вещи: поднять ценность именно своих монет на максимальную высоту, абсолютно точно также опустить противника и, что важно, увеличить зону хождения своих денег, то есть сделать так, чтобы именно его деньгами расплачивались больше всего.

Таким образом, по моему замыслу, княжество должно было балансировать между этими двумя силами, потому как самостоятельно выпускать деньги не сможет, пока не станет как минимум равно по населению Мефису.

* * *

«Вперёд, сыны Рохана!» — конная масса устремляется в атаку. Слетает голова одного орка, другого — насаживается на пику…

Нэдуэн вынырнул из воспоминаний, как только эльфийка убрала руку от его головы.

— Я видела достаточно.

— Леди Галадриэль? — сделал шаг ближе Гэндальф.

— Орки. Как мы и боялись, Зло возвращается. Полчища орков были разбиты Роханцами, однако они сумели уничтожить два поселения.

— Мы просим вашей помощи… — склонил голову человек.

— Эльфы Лориэна придут к вам на выручку, — чуть помолчав, ответила эльфийская Владычица.

— Гондор также не оставит вас в беде, но многочисленное войско мы не приведём. Тем не менее, вы можете рассчитывать на тысячный отряд, — один из присутствующих людей был явно не с равнин Рохана.

Вообще, предложение гондорцев сложно было встретить однозначно. С одной стороны, они могли бы вообще не помогать, с другой, что такое тысяча человек? Это при наличии у Гондора двадцати с лишним тысяч солдат! Всем было понятно, что Гондор просто хочет отметиться участием в войне, однако тысяча — куда больше, чем могли бы рассчитывать роханцы: с Наместника стало бы и пару сотен воинов отправить! С другой стороны, в подобном случае Эонел, король Рохана, мог бы и не принять подобной помощи, а тысяча — это уже что-то стоящая сила.

— Что скажут гномы Эребора? — повернулся Гэндальф к Балину.

— Скажите… вы все, — заговорил седой коротышка. — Моего короля мучает любопытство, почему мы должны вам сейчас помогать? — приподнятый настрой резко скаканул вниз. Все уже понимали, что сейчас скажет гном. — Когда беда грозила народу Эребора, вы не спешили нам на помощь. Да, у нас не было договора, но его и сейчас нет. Так что мешает нам отсидеться в Одинокой Горе? — покряхтел крепкий ещё старик.

— Не думал, что гномы превратились в трусов, ммм? — приподнял бровь Леголас, выступавший тут в качестве посла от лесных эльфов.

— Не думал, что у тебя хватит наглости обвинить нас в трусости… эльф.

— Когда орки разорят Рохан и Озёрный город, кто будет торговать с вами? Или гномы внезапно сами научились выращивать хлеб? — насмешливо фыркнул кто-то из людей.

— В том-то и дело. Вы же не допустите разорения этих земель, не так ли? — улыбнулся в бороду коротышка. — Единственный, перед кем у нашего народа долг, известный всем вам чародей — Алекс. Однако как раз его я не вижу среди присутствующих.

— Мой дорогой Балин, — улыбнулся в бороду Митрандир, поняв, что проблема решена. — Твой король и ты сам ещё не знаешь одну интересную новость, — гном насторожился, поняв по голосу, что сейчас его будут иметь уговаривать с помощью веских и неожиданных аргументов.

— И что же это за новость?

— Тот самый чародей, Алекс, который когда-то спас Торина Дубощита и его племянника от верной гибели, который одолел дракона Смауга, сразив его над Чёрным Озером и сохранив тем самым Озёрный Город, он сейчас в Ангмаре. Да-да, вы не ослышались! В проклятом королевстве севера!

— Так вот куда он пропал! — воскликнул кто-то. Не верить Гэндальфу было бессмысленно. Маг не станет врать.

— Получается, что, если с севера пришла армия орков… — медленно начал рассуждать вслух гном. Затем упрямо тряхнул бородой. — Мы вместе с тобой, Гэндальф, ходили в поход на Смауга! И Алекс был с нами! Не верю, что какие-то орки могут ему угрожать!

— Я тоже не сомневаюсь в способностях нашего юного друга, — улыбнулась Леди Лориэна, Галадриель, лукаво смотря из-под золотых волос. — Однако ему и всем нам угрожает не какая-то армия орков. Орки — меньшая из зол, нависших над Средиземьем. Введите! — повелительный жест рукой стал сигналом, чтобы ввести достаточно похожего на человека орка. Тот был сильно избит, искалечен, но сочувствия ни в чьём взгляде не встретил. — Скажи то, что сказал мне недавно! Скажи, кто вас послал! — голос её наполнился той особой чародейской силой, что могла звучать лишь в словах Галадриэль.

Орк лишь сплюнул, однако, когда стоящий рядом эльф выхватил короткий нож и вставил кончик в подпалёную рану, урук-хай, зашипев, заговорил:

— Чёрный чародей Ангмара! Повелитель… вернулся…

* * *

Как бы мы ни готовились, как бы не планировали всё от и до, выходило, что орков нам не сломить… если не использовать других орков. По последним данным разведки в моём лице, орков около Гундабада собралось уже больше двадцати тысяч и это всё воины. Конечно, мирных профессий у них нет, как класса, точнее, есть, но лишь смежные с воинскими, то есть каждый мужчина-орк в первую очередь воин, а потом уже всё остальное, однако двадцатитысячная армия впечатляла. И пугала.

Мефис мог бы выставить что-то около восьми тысяч воинов и десяти — ополчения. Орион на данный момент, после объединения уже тридцати племён, имел в составе своего войска больше четырёх с половиной тысяч человек, эльфы могли дать шесть тысяч воинов: больше Гилиан просто отказался посылать, мотивируя невозможностью оставить беззащитным собственное королевство.

И вроде как чего бояться? Мы превосходим орков численно… только вот орки — вершина айсберга. Уже никто не сомневался, что зелёные просто-напросто копят силы, чтобы раз и навсегда смести человечество и эльфов с лица ангмарской земли. Даже Мефис уже отправил послов, хотя на брак между дочерью короля и Орионом они пока что только поплевались и покрутили пальцами у висков.

Так вот, если орков сейчас двадцать тысяч, то это значит, что имеется ещё столько же, если не больше гоблинов. И около тысячи троллей тоже. Даже если считать за воина каждого ополченца Мефиса, мы всё равно проигрываем в численности. Враг точно знает, что здесь все понимают угрозу и объединяются. Только по этой причине орки до сих пор не напали, как мне кажется: сейчас мы победим. А потом пойдём резать уже их. Просто от безысходности. И под удар, кстати, попадут самые беззащитные представители их народа: женщины и дети. Первых у урук-хаев мало, вторых относительно много, но их тоже берегут и сильно.

В общем, по всем расчётам у нас есть ещё полгода-год, однако по тем же расчётам времени этого нам не хватит. Мы наращиваем силы медленнее, чем орки.

Именно так возникла полубезумная идея включить в свой союз ещё и орков.

Люди и до этого брали относительно мелких детей из разгромленных оркских поселений «на воспитание». Из таких позже получались прекрасные рабочие и воины. Но вот «приручить» взрослых орков… это было почти нереально.

У зелёных ходили легенды о былых временах, старейшины урук-хаев чётко и ясно говорили молодым, кому орки должны служить. Именно поэтому Назгул, сидящий в Гундабаде легко сумел собрать армию, несмотря на прошедшие века. И теперь нам предстояло переломить эти образы в сознаниях орков. Вопрос, как это сделать?

Ответ оказался на удивление… простым! Кому служат орки? Тёмному Властелину Саурону! Кто эмиссар Тёмного Властелина Саурона? Тёмный Король-Чародей! Как он выглядит? Ну… он такой… чёрный, зловещий, магией пользуется…

Всё это с усмешкой говорил Гилиан, выбравшийся-таки из своих подземелий на общий совет. А затем тёмный эльф с усмешкой посмотрел на меня.

— Владыка? — приподнимаю бровь. — Вы явно что-то замышляете. Не поделитесь?

— Да вот думаю, а что будет, если тебя, Алекс, нарядить в чёрный балахон и затемнить лицо… — ехидно спросил эльф, вызвав всеобщий ступор. До собравшихся дошло, что он хочет предложить.

— Вы предлагаете сыграть мне на другой стороне шахматного поля? — удивился я. — Вы хоть представляете, что орки сделают с нами, когда обман раскроется? Страшнее врага у нас не будет.

— Не «когда» — «если», — с усмешкой произнёс тёмный… да какой он нахрен эльф?! Дроу! Натуральный дроу! И клятый интриган! Такой наглости от нас противник точно не ждёт!

— Если… я вот не вижу способа сохранить эту тайну, Владыка?

— А её и не надо хранить долго: достаточно будет кинуть объединённые племена урук-хаев с нашей стороны на орков с той. А когда все воины зелёных полягут, люди просто заберут их детей и женщин в свои поселения, мотивировав это заботой о пострадавших в тяжёлой битве союзниках. В рамках этого переселения старейшин можно потихоньку убрать от всех остальных, после чего ни один орк уже через десять лет не будет кидаться в ноги любому колдуну в чёрном, который объявит себя Ангмарским Королём-Чародеем.

— А как мы объясним оркам чёрного колдуна, который выйдет в битве ПРОТИВ них, когда всё начнётся? — скептически спросил посол Мефиса.

— А мы и не станем ничего объяснять. Есть Король-Чародей, а есть предатели, служащие самозванцу. Ты же справишься с одним Назгулом, Алекс? У урук-хаев кто сильнее, тот и прав. К тому же по их легендам этот Назгул невероятно силён. Они считают, что для того, чтобы одолеть эмиссара Саурона, потребовались силы всего Высшего Совета, так что настоящим в их глазах будет тот из вас кто победит соперника.

— Одного Назгула я, пожалуй, одолею в прямом бою. Может быть даже двух… но вот трёх — вряд ли. Не в ближайшие сорок лет, — медленно заговорил я, вспоминая бой в Дол Гулдуре.

— Больше двух там в любом случае не будет.

Вот такой безумный на первый взгляд план. На второй взгляд, впрочем, тоже не самый разумный. Но зато на третий вырисовывается уже нечто интересное.

Месяц ушёл на изучение всей нужной информации, создание «макияжа». Выглядеть я стал очень эффектно. Попрощался с ученицей, сильно привязавшейся ко мне. Ну… уходил-то я ненадолго, на месяц всего. Астелле дал задание заниматься медитациями каждый день. Мои воздействия на каналы девочки начали приносить свои плоды. Пока что весьма жалкие: едва ли она сейчас превосходила наиболее одарённых маглов Земли, даже до сквиба не дотягивала, однако важно было не это, а то, что результат был, более того, расширились не отдельные магистрали, а все каналы тела. Да, слабо, однако даже пяток процентов расширения всего тела принёс важный результат: энергия стала циркулировать свободно и её стало банально больше. Как минимум это влияло на физические параметры. Утомляемость, усталость, чуть-чуть гибкость, регенерация. Вроде и не сильно заметная прибавка, однако наиболее опытные из ближнего круга девочки эту прибавку замечали. Я, учительница-эльфийка, Исмельлун…

Кстати, если уж говорить об Астелле, то стоит упомянуть и её характер. Несмотря на то, что она даже по меркам Ангмара ещё была эдаким молодым подростком, а по моим земным меркам — вообще ребёнок, ей было не интересно общаться со сверстниками. В общем-то, это было логично: она знала слишком много, превосходила их во всём, была из «высшего сословия», если можно так сказать… Но это породило и некоторое высокомерие. Высокомерие, которое я… не порицал. Почему? Гм… возможно это несколько неправильно, но высокомерный, хоть и не сильно, ребёнок вызывает в первую очередь неприятие. Особенно со стороны других детей.

Эта ситуация имела два выхода. Первый — унять гордыню, стать скромнее, постараться завоевать авторитет. Второй — закрыться. И Астелла, как ни жаль, выбрала второй путь. А если кто-то закрывается ото всех, то основное внимание, эмоции, чувства этот кто-то направляет на того, от кого стенки не строит. Понятное дело, что такое лицо в её окружении было только одно — я.

Теперь же, оставляя её одну на месяц, я проводил новый эксперимент. Либо она всё-таки откроется, либо нет. Оба варианта меня устраивают. Первый — она станет более социальной. Второй — она ещё сильнее привяжется ко мне позже, ведь стенка отчуждения станет крепнуть, а открыться она сможет лишь мне и лишь когда я вернусь. Своеобразный импринтинг.

Некрасиво? Ну… сложный вопрос, на самом деле. Лучший способ научить плавать — кинуть в воду. Можно начать плыть разными способами. Кто-то просто наберёт в грудь много-много воздуха и замрёт, кто-то начнёт плыть по-собачьи. Кто-то изобретёт новый метод…

Также и здесь. Она может стать более социальной, а может замкнуться на мне. Хотя, если уж на то пошло, я до сих пор не уверен, что поступаю правильно.

Отбросив, наконец, такие мысли, ибо сейчас они не имели много значения, я посмотрел в сторону заката. В Ангмаре закат бывает иногда невероятно красив. Если небо затянуто тучами, то солнечный свет, преломляясь через них и тёмную ауру этой земли, становится эдаким фиолетово-серебристым. Не часто бывали такие закаты, но раз в пару месяцев точно. Пожалуй, стоит поспешить. После такого захода солнца моё появление может быть воспринято более положительно, ведь было якобы знамение…

* * *

Племя орков собралось на вечернюю молитву духам предков. Такие молитвы проходили редко, однако всегда в дни стальных закатов. Если небо окрашивалось в цвет стали, значит предки пришли из мира духов и слышат своих потомков.

Шаман зажёг огромный костёр, в центре которого лежал не так давно умерший воин. Сегодня орки не съедят его плоти, сегодня его плоть — достояние духов.

Внезапно пламя почернело, вспыхнуло фиолетовой вспышкой и собралось в чёрную мерцающую фигуру. Свет вокруг притух, акцентируя внимание на том, что раньше было костром.

Глаза закутанного в чёрный балахон воина (меч за спиной выдавал) горели красным. Он медленно обвёл взглядом всё племя, остановив свой взор на шамане и вожде:

— Оргур Двоерукий, вождь белых клыков… — голос обладал мощной внутренней глубиной и силой, шипяще-рычащие нотки в нем лишь добавляли власти и могущества. — Сохранил ли ты и твой отряд верность Повелителю (племена орков по большей части были основаны отдельными отрядами)? Я тот, кого вы зовёте Королём-Чародеем! Повелитель возвращается, на востоке объявился самозванец, часть урук-хаев предала заветы предков и присягнула ему будучи обманутой либо по доброй воле! Приходи к одинокой скале через три дня на закате солнца, если твои воины ещё верны Властелину! — последние слова проговаривала уже затухающая фигура.

Глава 14[12]

— Почему мы должны объединиться с людьми?! — высказал своё веское слово какой-то вождь, саданув кулаком по столу.

Стол я сделал специально, когда к Одинокой Скале собрались все «приглашённые» мною вожди. Кто-то пришёл в сопровождении пары воинов, кто-то — пяти-шести. Больше семи не привёл ни один орк. Забавно, но мне начинает нравиться этот народ. Они несколько более честные и храбрые, нежели люди. С другой стороны, наверное, это эффект потихоньку выветрившихся воспоминаний о западе Гондора. Медленно, но всё-таки забывается то, что орки там делали.

— Потому что я так повелел? Тебе не достаточно? — холод и скрытая мощь сквозили в моём голосе. А ещё рокот.

Заклинания, влияющие на голос, сами по себе весьма древние. Тот же Сонорус или Силенцио. Однако наиболее искусные маги на протяжении веков шли дальше. Они составляли целые блоки влияния колебаний воздуха на звуки и спаивали с уже известными наработками. Так появились некоторые доработки голосовых заклятий, но настоящий прорыв в этой области случился, когда уже магловские физики достаточно изучили природу звука и звуковых волн. Как только у магов появилась научная основа, заклинания сразу же обрели новую жизнь. Не слишком сложно было выяснить, как менять частоты системно, а не копировать их с уже существующего звука.

Именно во время невиданного ранее развития таких чар и появилось целое новое ответвление звуковой магии… Впрочем, «звуковики» быстро затухли. Кому по-настоящему нужны такие заклинания, меняющие голос и добавляющие ему новые оттенки? Политикам? Они пользовались двумя-тремя наиболее подходящими. Зачем изучать сотни изобретённых заклятий, если достаточно знать пару-тройку?

Так невероятно перспективное направление до девяностых годов и считалось баловством, с ограниченным числом применений, пока… пока за дело не взялись американцы. А дело всё было в том, что звук — это ещё и оружие. Кто-то может подумать, что способен сделать звук… о! Звук может многое! Звук может свести с ума, влиять на эмоции людей, может, с помощью грамотного управления, создавать иллюзии. Не визуальные, конечно, это слишком сложно даже для двух-трёх потокового сознания, но ведь, по сути, мы очень сильно полагаемся на слух. Как мы узнаём, что рядом ручей? По звуку! А что рядом хищник? По рыку? Или звуку шевелящихся кустов? А ведь есть ещё и инфразвуковые волны, способные навести страх, вызвать симпатию…

Так баловство с изменением голоса получило новый виток развития, поддержанный со стороны уже русских.

Ну и я, конечно, немного подучился сему искусству, будучи в России, но в этом направлении мне ещё развиваться и развиваться. У звуковых чар не было точных параметров настройки — это не компьютер.

Ранее после всех рассчётов и выведения нужных переменных, создавалось новое заклинание и записывалось в инфосферу силами кого-то из магистров, либо с помощью сложнейших рунных конструкций. Как результат этого безобразия — десятки сотен звуковых заклинаний совершенно различного толка от имитации писка мыши, до предназначенных для боевого применения.

И русские, и американцы, и вступившие позже в звуковую гонку немцы с китайцами сумели вывести свои относительно универсальные заклятья, но те держались в секрете, всё-таки тайна блин. Таким образом я сам владел только лишь десятью «звуковыми» заклинаниями. В том числе тремя боевыми. Одно из русской школы, изучаемое также в Дурмстранге, второе — от японцев и третье — личная разработка Основателей в этой области. Четверо магистров понимали, что весьма серьёзно отстали от мира, так что активно интересовались новыми течениями и уже в конце моего обучения принялись за область звука, где я активно помогал на протяжении полугода. В общем-то, их результат был более чем серьёзен, в конце концов над одним заклинанием часто корпел десяток-другой разумных примерно такой же срок.

Тем не менее, против орков столь тонкие боевые заклинания, рассчитанные на человека, вряд ли будут эффективны, а многочисленные эксперименты, которые я, безусловно, могу провести, вряд ли помогут. Во-первых, там слишком много нюансов и боевые заклятья на основе звука редко бывают смертельными, во-вторых — сложность и массовость. Даже такие основы магического мира, как США, Китай или Россия не смогли разработать звуковое заклинание массового поражения. Этого не вышло и у японцев, имевших одну из сильнейших школ по конструированию новых плетений. Аналогичные результаты давали немцы с сильнейшей в Европе и одной из сильнейших в мире боевых школ.

Все звуковые заклинания имели ряд ограничений: одни действовали эффективно лишь в определённой зоне от заклинателя, другие требовали почти идеальных условий, третьи били точечно… в общем, именно поэтому вся звуковая школа и выделилась в отдельное направление. Кажется, в Китае и Японии существовало отдельное мастерство: «мастер звука». На западе пока что гильдии не признавали такого, однако такие маги всё равно успешно использовали своё мастерство, чтобы стать Старшими или даже Лордами.

Но, тем не менее, у меня в Гримуаре успешно покоилась информация о больше, чем двух сотнях звуковых заклинаний, теория от Основателей, общедоступные теории России и Японии… в общем, много чего по теме.

Тем не менее, старые-добрые заклинания изменения голоса действовали безотказно на всех, кто имел схожую с человеческой психику. Орки имели, а потому прониклись.

Да и, в общем-то, для них это было естественно. «Кто сильней, тот и прав» — так они жили. Конечно, были и исключения. Традиции и обычаи никто не отменял, однако инстинкт подчинения сильному у орков присутствовал и я на него надавил. Это был кнут. Теперь пряник:

— Я вижу: вопросов нет? — оглядываю уруков. — Так и быть, я поясню вам эту проблему. Раньше, когда Ангмар был могучей страной и покорял земли всего Средиземья, его силой были орки. Орки — лучшие воины среди народов этих земель! — переждав одобрительные выкрики и стуки, которые, тем не менее, быстро улеглись, ибо здесь собрались, пожалуй, наиболее выдающиеся представители зелёных, я продолжил: — Но сила орков держалась не только на лезвиях топоров. Воинам нужно есть, нужно где-то жить. И кормили орков люди. Сейчас вы выращиваете скот, чтобы жить. Вы не можете отдаться войне! Люди могут дать гораздо больше еды, но менее сильное войско.

— Тогда зачем ты приказываешь нам сражаться с людьми бок-о-бок? — подал голос наиболее умный, как мне показалось в начале собрания, вождь.

— Потому что, в отличие от орков, люди забыли старый Ангмар! Их память не так сильна, — потешим их самолюбие… Вскоре всё вернётся на круги своя, ведь в предстоящих битвах воины людей просто не выживут и люди поймут своё место на этих землях, пока же нам придётся потерпеть.

* * *

— Сколько их было, говори! — Торин вскочил со своего места. Трандуил покосился на короля гномов, но ничего не сказал. Спеси сейчас места не было, а Торин был одним из столпов военной машины нового союза, а потому имел полное право приказывать эльфу.

— Не меньше десяти тысяч, — с небольшой заминкой ответил остроухий разведчик. — Они встали лагерем к западу от Серебряной гряды.

— Никак не пойму, чего же им надо… — Бард нахмурился.

Вообще, человек здесь был чисто номинально. Армия Озёрного Города являлась самой маленькой и была, соответственно, наименьшим вкладом в будущую победу (а в ней никто не сомневался) из всех союзников. Тем не менее, гигантское Озеро являлось территорией именно Барда, а это много дешёвой еды, быстрое сообщение между Одинокой Горой и Лесом эльфов… да в конце концов посредничество! Гномы с эльфами были не слишком дружны, если не сказать больше.

— Это очевидно, — заговорил Гендальф. Все, как по команде, повернулись к нему. Серый маг, переложив посох из руки в руку, продолжил: — Орки желают пройти между Чернолесьем и Мглистыми Горами.

— Зачем? — удивился Король-под-Горой. — Что они выиграют, ударив по Рохану? Ни Гондор, ни Рохан ещё не прислали своих войск, орки столкнутся с этой армией на её же земле, сами же будут отрезаны от Ангмара!

— Ты ошибаешься, Торин. Не стоит забывать, что мы не знаем точной численности врага.

— Больше чем десять тысяч? Не смеши нас, Митрандир! Всего двадцать лет назад мы уничтожили пятитысячное войско орков! Откуда они могут взять СТОЛЬКО солдат?

— Ты забываешь: их ведёт чародей! — нахмурился Олорин (не забываем, Гендальф имеет несколько имён). — К тому же, пройдя этим коридором, орки получат возможность ударить по нескольким направлениям! Преодолев Чернолесье, которое станет им дружественной территорией, они ударят в самое сердце эльфийского леса! А могут, как я уже говорил, отправиться на юг, в Рохан. Что стоит оркам разграбить часть его земель, пока подойдёт их армия? А даже в случае, если Рохан после этого победит, новое войско он собрать быстро не сможет, а старое понесёт страшные потери.

— А если у врага есть вторая армия, то он либо ударит по вам, Трандуил, зажав лесных эльфов в клещи, либо продолжит медленную войну, выведя из неё предварительно Рохан и тем самым лишив ваш союз тыла, — заговорил молчавший до сего момента посланник Лориэна. — В любом случае из противостояния выйдет одна из держав. Более того, я уверен, следующей целью станет Озёрный Город. Одинокая Гора — слишком крепкий орешек, Гондор при всём желании не достать, как и Лориэн, но вот Рохан, Лесное Королевство и Озёрный Город — цели, которые орки могут достать и которые, будучи уничтоженными, лишат союз значительных сил.

— Что мы можем бросить по тем направлениям? Сколько их, кстати?

— Два. Если орки двинутся на юго-запад, то им либо придётся пройти через Мёртвую Падь, либо нужно будет пересечь Быструю. Падь мы не закроем при всём желании, но вот через Быструю есть лишь два моста.

— Вплавь?

— Без шансов. В самых узких местах ширина не меньше шести метров, а скорость течения чрезвычайно большая.

— Лучше отправить эльфов и гномов. Думаю, по три сотни хватит, — кивнул своим мыслям Митрандир.

— Шесть сотен, чтобы остановить десятитысячную армию? — «слегка» удивился Трандуил.

— Задержать. К каждому мосту отправим по такому отряду, а один отряд той же численности расположим между мостами, чтобы он мог прийти на помощь тем, кого атакуют.

— Стрелы эльфов летят дальше и точнее, а гномы стоят на земле куда крепче орков, — заметил эльф из Лориэна.

На том и порешили.

Долго ли, коротко ли… (Упс… не отсюда…)

* * *

Что можно сказать… орки и люди друг с другом ладили не слишком хорошо. От слова никак вообще. Фактически, образовались две нейтральные силы, продолжившие обьединение. Орки подчиняли племена других орков, не вставших под мою руку сразу. Люди подчиняли людей. К лету у нас была армия орков в полторы тысячи рыл. Ещё имелась армия людей в шесть тысяч рыл. Отдельным пунктом идёт армия Мефиса.

Меня всё больше стал беспокоить тот факт, что противник не атакует от слова никак. Дважды посетив с визитом Гундабад, я видел диаметрально противоположные картины. В первый раз численность орков заметно снизилась. Фактически, долина полностью очистилась от зеленошкурых. Во второй раз орки появились в чуть меньшем количестве. «Какого хрена?» Самому бы знать…

В первый раз я было уж подумал, что противник уже пошёл на нас в поход, но поиски ничего не дали. Чтобы такая армия и растворилась чёрте где? Бред же… Зато дальнейшая разведка показала пути, по которым двигались постоянно небольшие отряды. Как выяснилось позже, именно через эти направления к Гундабаду и шло подкрепление. Проблема в том, что я совершенно ничего не понимал.

Но куда больший интерес вызывал вопрос даже не о том, где же пропащая армия орков, а о том, откуда же берутся все эти полчища и чем их кормят.

Армия — это огромная сила, но ещё это и огромное количество голодных ртов, которые, к тому же, не работают. Именно поэтому армии мирного времени редко составляют больше процента от численности населения. А теперь представим, что у кого-то десятитысячная армия. Возникает вопрос: а кто эту десятитысячную армию кормит?

А ведь куда-то смылось одно войско и уже через два месяца на его месте было другое. Значит, кормить надо куда большее число ртов.

Все эти мысли наводили нехорошие подозрения: восток. Я ничего особо не знаю о крайнем востоке Ангмара и землях за восточными границами северной страны. А ведь орки чем восточней, тем чаще встречаются. Что это значит? А то, что зелёных может быть куда больше, чем мне казалось ранее.

В любом случае, проблемы со снабжением армии были не только гипотетическими, но и вполне реальными. Сложность в том, что кормить требовалось не только армию Гундабада, но и нашу собственную.

А теперь вопрос: чем?

Орион сумел так или иначе подчинить себе больше тридцати племён. Много это или мало? Сложный вопрос. В среднем каждое племя составляло от одной до восьми тысяч человек. Опять же примерная численность нового образования — это около пятидесяти тысяч человек. Цифра большая, вот только все эти пятьдесят тысяч разбросаны по мелким поселениям, а едва ли не половина вообще тихо скрежещет зубами и тихо ненавидит новую власть, будучи готовым в мгновение ока поднять мятеж. В общем, всё очень не гладко, а потому армия вроде как нужна, да только кормить её очень уж накладно, всё-таки она раз в десять больше нормальной.

Распустить же людей и поставить гарнизоны в ненадёжных селениях мешают орки, которые, в общем-то, собрались под мою руку в ожидании схваток. Если распустить людей, то зелёные мигом взбунтуются и пойдут войной на людей, дабы покорить «слабых». Я же им в буквальном смысле сказал, что люди играют роль до поры до времени, но вскоре уже орки станут во главе нового Ангмара. Если люди сохранят влияние и независимость, но распустят армию… Плохо в общем будет. Только сейчас я понял, что это — ещё один выбитый кирпичик из фундамента будущего могущества людей. Гилиан — хитрожопый гад. Он же ещё и мне небольшую пакость сделал, ведь если я не справлюсь с ситуацией, то потеряю часть авторитета. Если справлюсь, конечно, будет всё наоборот, но, видимо, такая возможность мне оставлена лишь из-за общих с эльфами интересов. Люди же проиграют в любой ситуации.

Что я решил? Гм… кинуть орков на убой раньше. Просто раньше. Им в любом случае грозила эта участь, но так хоть варианты появятся. Изначально предполагалось, что орки станут щитом, которым мы закроемся от других орков. Теперь же наши зелёные должны были стать мясом, которое мы кинем в других зелёных, чтобы выиграть еще один год. Я не знаю, куда пропала предыдущая армия, но новую стоит ослабить и посильнее, дабы она не могла ударить в этом году. В таком случае уже войско людей можно будет распустить, что благотворно скажется на зарождающейся экономике.

Решая все эти задачи, я чувствовал себя участвующим в гонке. Мы их или они нас. Всё держалось на грани. Если бы люди могли бы объединиться окончательно, то это бы решило проблему, но нет… Мефис никак не желал идти на реально близкий союз. Оставшиеся непокорёнными племена также вовсе не собирались склонять головы. Орион не готов был уступать своим интересам ради компромисса. Убрать кого-то из лидеров? Да я и не против, только положение слишком шаткое. Если одна из сил выйдет из состояния стабильности, то развалится буквально всё. Этого я допустить не мог.

— Нападения этим летом и, скорее всего, осенью тоже, не будет, — подвёл итог Исмельлун в середине августа.

— Как бы это дико не звучало, но… Плохо! — сжимаю зубы. — Мы слишком много вложили в этот рывок подготовки. Если не будет нападения в этом году, то на следующий никаких орков не потребуется: нас можно будет брать голыми руками. Распустить армию нельзя из-за угрозы орков-союзников. Не распустить — значит умереть с голоду.

— Это и так уже ясно, — раздражённо заявил Орион. — Ты можешь предложить что-нибудь дельное или нет?! Чародей… — последнее слово он произнёс с лёгким оттенком презрения. Впрочем, быстро пожалел о таком отношении:

— Не забывайся, — приглушить свет, слабенький Петрификус, а следом за ним Силенцио и Круцио. Последнее всего в течение секунды. Видимо, князю этого хватило, ибо он судорожно кивнул, как только онемение спало. Говорить Орион не мог вплоть до того, пока я не снял заклинание немоты. — Что касается дельных предложений… если у нас нет возможности стравить орков друг с другом, то стравим их… С Мефисом!

— Что это значит? — нахмурится Исмельлун. — Мефис — единственная сила, которая сдерживает врага на болотах. Если падёт этот город, то мы просто не выдержим противостояния!

— Именно! — поднимаю палец вверх. — Но падёт ли он от той небольшой армии орков, что у нас имеется?

— Вот оно что… хочешь ослабить их максимально, перебить орков, после чего реализовать с оставшимися без большинства мужчин племенами прежний план, а в процессе подчинить и город… Может получиться, но слишком рискованно.

— Может мне тоже поясните?! — Ориону явно надоело чувствовать себя лишним.

— Всё просто. Удар орков с нашей стороны уничтожит значительную часть армии Короля. Настолько значительную, что встанет вопрос о возможности выживания города. В этих условиях они не смогут кривить нос в нашу сторону. Им просто придётся принять твою свадьбу с их принцессой, Орион. А ещё наши войска внутри города. Если же наши отряды ещё и героически ударят по оркам, которые атакуют город, в тыл, но уже в конце сражения, то мы в глазах простых жителей будем как минимум хорошими друзьями, а не просто варварами с запада, — спокойно проговорил Исмельлун.

Я в это время незаметно косился в сторону Астеллы. Девочка всё больше замыкалась в себе внешне, однако также сильно она привязывалась ко мне. Очень интересное положение. Внешне она холодна с большинством людей, а внутренне весьма эмоциональна, притом эмоции эти выплёскивает только лишь когда мы наедине.

— …понимаете, что если так ослабить род людей, то атаку уже тех орков, ради которых мы начали объединяться, пережить будет чрезвычайно сложно?

— А у нас есть выбор? — в разговор как раз успели вступить парочка особо доверенных людей, также присутствующих на сём важном совещании.

— Что думаешь? — повернулся ко мне Исмельлун.

— Думаю, что первоочерёдная наша проблема, как ни странно — это экономика, затем ряд социальных сложностей и лишь после всего этого — армия, — заговорил я. Видя вопросительные выражения на лицах, со вздохом пояснил: — Мы всего за два года объединили кучу маленьких народов и народцев, которые ранее считали себя абсолютно самостоятельными. Многие из них присоединены по результатам военных действий. Они ненавидят по большей части друг друга и нас. Вся их верность и верность их воинов в большинстве своём зиждется на страхе за заложников из родственников влиятельных старейшин, либо вождей, да ещё на понимании, что в случае неповиновения армия изначальных членов нашего союза может прийти и снова захватить родное поселение, но уже гораздо жёстче. Плюс страх предо мной. Теперь мы хотим добавить в эту солянку ещё и население Мефиса, которое ненамного меньше всех этих племён вместе взятых. Любая искра может породить пожар, а любой толчок — развалить весь механизм.

— И что ты предлагаешь? Что? Ты бы не стал так подробно говорить, если бы не имел конкретных предложений, не так ли?

— Вы неплохо изучили меня, Ваше Высочество. Да, у меня есть предложения. На данный момент в нашем тылу имеются весьма безопасные территории. Особенно рядом с Ханья. Там же, не так уж и далеко, располагаются бывшие оркские стойбища. Почему бы нам не переселить часть людей в эти места?

— Немногие захотят…

— А нам многих и не надо. Требуется лишь отправить туда хотя бы восьмую часть покорённых силой племён, смешав их с желающими переселиться из пограничных с орками территорий семьями присоединившихся добровольно народов. Всё это дело можно удачно сдобрить жителями Мефиса, а заодно присовокупить оставшихся без большинства мужчин орков. Если не дать им переучивать друг друга в первые пару лет, то там выйдет более-менее терпимая друг к другу сборная солянка, тем не менее, не способная объединиться.

— Хороший план, — одобрил Исмельлун. — Что с экономикой?

— Натуральное хозяйство не слишком удачно в нашем случае ввиду его неэффективности. Следует заставить малые поселения заняться преимущественно производством пищи, а Мефис, когда мы возьмем его под контроль, — ремесленными товарами. Нужно также проложить хоть какую-то приемлемую дорожную сеть, чтобы всё это могло кочевать по имеющейся территории и не захиреть.

— Проблема с армией и так ясна, — продолжил за меня эльф. — После полного объединения следует распустить большую часть отрядов, вернув их на поля. В том числе и солдат Мефиса. Оставим только лучших воинов в количестве двух с половиной тысяч человек.

— Не мало? — Орион уже полностью успокоился и готов был вести конструктивную беседу.

— Отец обещал выслать под мою команду полтысячи эльфийских лучников на постоянной основе. Вместе с силами Алекса у нас будет достаточно военной мощи, чтобы отбить первый натиск, а собрать воинов вплоть до десяти тысяч можно всего за десять-двенадцать дней.

— Это летом или зимой. Осенью можно смело увеличить время до двадцати дней, — буркнул я.

— Осенью интенсивно воевать слишком сложно даже для орков. Кроме того гномьи общины обещали прислать сотню гномов в случае, если у нас появится крупное поселение за исключением исконного города Ханья. Эти гномы также могли бы осесть в Мефисе в качестве мастеров, а также стать быстрым пополнением.

— Сотня? — скептически улыбнулся Орион.

— Зря ты так… — поворачиваюсь к нему. — Поверь, я видел гномов в бою. Если эти будут хотя бы вполовину также хороши, то станут отличным подкреплением обороняющемуся городу, особенно на стенах. В рядах объединённой армии они будут очень эффективным инструментом.

— Даже если так, никто не сказал, что Мефис пойдёт в наше полное подчинение всего лишь будучи ослабленным. На компромисс — да. Под руку — нет.

— О, не волнуйтесь об этом! — улыбаюсь беззаботной улыбкой. — Для этих целей есть множество прекрасных заклинаний!

— Так что же ты раньше… — Орион оборвал гневную тираду на полуслове, наткнувшись на мой взгляд. — Почему ты раньше не использовал их? — спокойно спросил он.

— Потому что в Мефисе Воля Народа — не пустой звук. Власть монарха там держится только пока монарх устраивает большую часть населения. Если бы я подчинил верхушку этого города, город вскоре бы обзавёлся новой верхушкой, а нас бы в зависимости от ситуации вышвырнули бы вон, либо устроили б кровавое побоище и восстание. Я не уверен, кто победил бы в этом случае. А уход из города был бы для нас именно поражением.

Ещё раз покосившись на внимательно слушающую Астеллу, я незаметно подмигнул девочке: уж очень напряглась. Для других незаметно, но для меня весьма чётко прорисованные через одежду контуры напрягшегося тела чуть расслабились, а глаза слегка прикрылись.

Именно это совещание и стало отправной точкой дальнейших событий. Всем было понятно, что еды на всех перезимовать не хватит. Будет голод. Пока что слабый, на следующий год — сильный.

Пламенная речь перед орками, после чего зелёные устремились в сторону Мефиса. Король последнего, как и советники Короля, не были в курсе о нашем с орками союзе. Да что там… об этом в курсе не были даже большинство наших старейшин.

Каюсь, в осаде я слегка помог, подорвав на второй день участок стены. Как результат: проход в город. Впрочем, орки так и не прорвались: жители оборонялись отчаянно. А на следующий день подошла уже наша армия. Взяв уруков в полукольцо (плюс стены с тыла), наши войска сумели их прижать. Дальше мне оставалось только отправлять что-нибудь разрушительное из-за их спин, да вовремя командовать джинну, кого крушить. Очень внезапно армия самого сильного города Ангмара уменьшилась втрое, у оркских племён осталась едва ли десятая часть мужчин, а у нас появились их стада. Вроде бы неплохая комбинация, да только чегой-то тревожно мне было…

В тот же день Астелла прикончила первого зелёного. Узнал я об этом моменте не сразу: лишь через несколько часов.

Виноваты были эльфы. Впрочем, вина там была непонятная. Просто притащили еле живого орка после своих допросов или экспериментов (меня не волновало) и дали девочке в руку нож. «Всё в рамках обучения». Вот честно, чуть не убил эту эльфийку тогда. Впрочем, теперь я стал лучше понимать Воландеморта: Круцио действительно вправляет мозги очень качественно. Свою ошибку они поняли.

— Что это значит, Алекс?

— Ваше Высочество? Вы о том случае с Эктариэль? — получаю сдержанный кивок. — Это значит, что вы перешли некую границу. Ваша задача — обучить девочку сражаться, а не работать с её психикой и разумом любыми способами!

— Мы можем прекратить заниматься с ней… — медленно заговорил эльф.

— Я могу прекратить работать с вами! — резко обрываю его. — Хочешь, я уйду? Мне крайне интересно, как пойдёт ваше противостояние с орками без меня? В любом случае выживший уже не сможет удерживать Гундабад в одиночку, а большего мне не надо!

— Твой интерес в победе людей тоже есть…

— Но не в победе эльфов. Со мной лучше дружить, Исмельлун!

Несомненно, Астелла была пока что не настолько значимой фигурой, чтобы из-за неё разрывать союз, но подобные попытки стоило пресечь сразу. Я дал эльфам возможность расположить мою ученицу к себе намеренно. Это должно было стать точкой давления на меня со стороны эльфов. Очень слабой точкой, но хоть какой-то доступной им. Я не идиот: здешние остроухие вряд ли бы согласились на союз с абсолютно независимой фигурой моего уровня. Вот будь я Магистром, то они бы предпочли не связываться, а так… не Астелла, так ещё что-нибудь они бы придумали, так что лучше уж это была бы симпатия со стороны моей ученицы к ним. Только вот рамки простой привязанности и полноценного воспитания находятся в несколько разных местах. Этот шаг, поступок… он тянул уже на претензию в воспитатели, а не в учителя.

— Орион? Ты что-то хотел? — я как раз расположился на крыше терема в Ханья. Завтра князь должен будет отправится в Мефис. Те всё-таки заключили союз с нами. Спесь над разумом верх взять не смогла.

Двумя днями ранее…

— Почему эта поганая зеленуха пришла с запада?! Откуда они тут взялись?! Харковы отродья, поганые чёрные выродки, чтоб вас всех… — ругался десятник.

Эдмунд, в общем-то, был с ним согласен: никогда ещё орки не приходили с запада. Всегда шли либо с юго-востока, либо с востока. Двадцатидвухлетний парень ещё помнил последнюю большую войну, когда двадцатитысячная армия уруков прошла сквозь бутылочное горло болот, в центре которого стоял город. В тот год погибло больше полутора тысяч воинов. Кто-то в сражениях, а кто-то, оставшись инвалидом, позже. «Болотная крепость» тогда задержала армию врага на целых два месяца, а когда защитников осталось столь мало, что делать вылазки стало слишком опасно, орки и гоблины едва ли сохранили треть от своего былого числа. И всё равно те, кто стоял там, на западе, понесли страшные потери.

— Эта погань… мы кладём тут свои жизни, пока они там тихо живут! А теперь выходит, что мы должны отдать дочь нашего короля за этого их князька из канавы?! Да не бывать тому! — заявил десятник перед своими людьми после переговоров в прошлом году. И все, в общем-то, десятника поддержали. О чём шли переговоры солдатам тоже было известно. Никто не желал идти под слабаков, испокон веку отсиживавшихся за спинами жителей болотного города, оплачивавших спокойствие западного Ангмара собственной кровью.

Теперь же орки пришли с запада. К счастью, среди них не было гоблинов, которые, как ни странно, представляли собой едва ли не большую опасность за счёт своей огромной численности. В противном случае город бы пал.

Мефис представлял из себя уникальную крепость. Он стоял прямо в центре болот на огромном скальном основании. Уже в трёх-четырёх сотнях шагов от стен начиналась в большинстве своём опасная зона, представлявшая из себя пропасть трясины, на самой поверхности которой существовал настил из сплётшихся трав и корней. Где-то этот настил был настолько древний и прочный, что не отличался от нормальной поверхности. А где-то он наоборот был чрезвычайно тонок. В каких местах можно провалиться знали только сами жители города, каждые несколько лет обновлявшие карты.

Конечно, такая область была не везде. Существовал своеобразный «мост» на запад, шириной примерно с полкилометра, постепенно расширяющийся по мере удаления от города. Кроме того был большой каменный пласт в юго-восточном направлении, но именно там по краям он был окружён самыми мерзкими топями. Именно поэтому единственным проходом на запад на протяжении почти сотни километров был мост, закрываемый Мефисом. И именно по мосту пришла угроза, откуда не ждали.

Традиционно могучая стена города была самой толстой и высокой с восточной стороны. Здесь она была сложена из массивных каменных блоков. Тем не менее, строительные материалы были всегда ограничены. Нельзя было выложить такую твердыню со всех сторон. Именно поэтому чем дальше от восточной стороны, тем слабее становилась стенка. На севере она достигала всего трёх метров в ширину. На западе же это были смешные два метра, при этом высота стены там была всего лишь вполовину от восточной. Именно поэтому, кстати, город и был назван Мефисом, что означает на одном из древних языков «Закат». Потому что восток закрыт и восход солнца почти не виден ниоткуда, кроме стены, тогда как запад открыт и закат каждый вечер озаряет весь город.

Теперь же именно с запада пришла беда. Не то, чтобы две с половиной тысячи уруков были бы способны взять крепость, которая воюет всё время своего существования непрерывно с куда большими армиями, однако слабая защищённость западной части сыграла свою роль, в результате чего в первый же день орки ворвались на стену.

Отбились, конечно, но не без потерь, хотя и небольших: всё-таки сложно иметь плохих воинов, если каждое поколение так или иначе встречается как минимум один раз с десятитысячной армией на протяжении веков, а в промежутках между большими войнами каждые два-три года устраивает небольшие сражения и участвует в стычках.

Только вот стоило лишь скрыться солнцу, как прогремел взрыв. А затем второй и третий. Масштаб трагедии не осознавал никто, пока светило снова не взошло. Только тогда вялые ночные бои переросли в настоящее сражение и стала видна огромная брешь в стене.

Никогда ещё зелёные не врывались в город. Ни единого разу. Бывало, проходили небольшие отряды в два-три десятка рыл, но ни единого разу ещё не была открыта такая дверь. Если б враг прорвался, это был бы конец. Потеряй город хотя бы пять-шесть тысяч жителей, и силы защитников начнут медленно таять на протяжении десятилетий. Конечно, падёт крепость не сразу, но рано или поздно просто некому станет защищать стены. Весь период последней сотни лет Мефис стоял на грани своего существования. Стоило уменьшиться его населению ниже критической отметки, как он начнёт медленно разваливаться. А критическая отметка была весьма близка.

На защиту были брошены все силы и, к счастью, пришла помощь, откуда не ждали. Западные варвары таки сподобились прийти на помощь впервые за многие года. Более того, их армия хоть и была не самой сильной, зато оказалась достаточно многочисленной и даже организованной, а потому, зажав зелёных с двух сторон, люди просто перемололи своих противников.

Кажется, в конце сражения враг хотел сдаться, да только кому это интересно? Хотя, даже если бы и было, то воины с запада убивали даже бросивших оружие орков. Кажется, у них был приказ не щадить никого?

При подсчёте потерь после сражения, выяснился неутешительный факт: всего две с половиной тысячи орков принесли больше бед, чем все стычки и бои после последнего большого набега. Следующие года три-четыре город сможет лишь защищать себя, не больше и не меньше.

* * *

— Так что ты хотел, Орион? — снова спросил я молчавшего князя.

— Меня беспокоит город.

— Поясни?

— Они могут предать, — я сразу понял, о чём он. Не король может предать, а люди. Мы уверены, что народ на нашей стороне, но если это не так…

— Предадут — используем как щит, — фыркаю. — Последнее сражение показало, что хорошо организованная армия может бить слабо организованную, а орки Гундабада не слишком жалуют дисциплину, — по сравнению с орками Мордора или Дол Гулдура так вообще тупые ничего не умеющие дикари. — Если Мефис нас не предаст, то победа уже получена. Я видел, на что способны воины этого города и, поверь, очень, очень впечатлён. Такую силу я не видел уже очень, очень давно. Если же Мефис нас предаст, то наша задача будет сделать так, чтобы во время нападения орки задержались около города до зимы. Зимой они воевать не будут, как и весной. В общем, задержим их на год.

Князь так ничего и не сказал, я же мысленно сплюнул: всё слишком запуталось и переплелось. Хрень какая-то происходит, но моего опыта просто не хватает, чтобы участвовать во всём этом.

— Чтоб этого грёбаного Назгула… — шиплю.

Действительно, я бы мог и не плести столь сложные замыслы, не заниматься столь трудоёмкими делами, если бы не Назгул. Уничтожить множество орков мне, конечно, не под силу, но это если в прямом бою или единомоментно. Как минимум я бы мог призвать джинна и отправить его крушить всё подряд, пока силы не кончатся. А потом ещё, ещё и ещё. В общем, были способы. Только вот колдун в крепости уже показал, что чего-то да стоит.

К тому же, я сам себе не хотел признаваться, но в Дол Гулдуре слуги Саурона отнюдь не были на пике своей силы, а ведь уже тогда я едва ли мог бы победить троих и испытывал серьёзные трудности при сражении с двумя. Конечно, с тех пор мои силы увеличились и немало, но всё же… после того сражения я ведь поглотил Смауга, а это неслабо так ослабило меня, замкнув большую часть сил моего астрального тела на подавление силы Дракона. Впрочем, лет через десять эта часть сил постепенно будет уменьшаться ввиду расщепления средоточия Смауга.

Приближалась осень…

* * *

Сражение-при-кровавом-утре, как его уже успели окрестить, унесло множество жизней. Великое множество. Гендальф оказался прав на все сто процентов. В чём сила орков? В возможности быстро восстановить армию. И быстро её нарастить. Все прошлые войны с орками были тактического уровня. Все цели орков тоже были тактическими. Захватить город, крепость, территорию…

Теперь враг явно стал мыслить стратегически. Вывести из войны одного противника. Не захватывать ничего, но нанести серьёзный урон. Множественные набеги и опустошения — вот новая тактика легионов Тьмы. К счастью, Митрандир вовремя догадался о плане противника, а потому едва ли армия уруков нанесла Рохану непоправимый ущерб. Тем не менее, рохиримы вынуждены были вернуться на поля и к скоту. Отрывать от земли значительные силы после опустошения северо-запада страны, пусть и частичного, было нельзя. Армия же регулярная понесла серьёзные потери Кровавым Утром. Армия союзников подоспела уже позже, ввиду того, что необходимо было ударить одновременно по тварям Чернолесья и по небольшому корпусу орков на севере. Как результат — кровь смешалась с утренним туманом, что было прекрасно видно с высоких холмов к западу от поля брани. Эту картину запечатлел один из эльфов.

Тем не менее, попытка именно опустошить земли Рохана, а не ударить в самое сердце региона или страны, как то делалось орками раньше, сильно взволновало всех правителей восточного Средиземья. Это значило лишь одно — врагом командует далеко не вождь одного из племён зеленошкурых.

— Возможно, Азог Осквернитель жив? — предположил Трандуил.

— Не смей произносить это поганое имя! Никогда! Я прикончил его! Проткнул мечом грудь в трёх местах и скинул под лёд! — рявкнул Торин. — Он не может быть живым!

— Это не Азог… — медленно заговорил Гэндальф. — Азог действовал бы иначе… Наш враг подчиняется иному командиру.

— Уж не хочешь ли ты сказать, Митрандир… — присутствующий здесь Элронд медленно повернул голову к волшебнику.

— Когда-то мы совершили страшную ошибку, покинув Ангмарское Королевство. Уйдя оттуда, мы подарили эти земли уже побеждённому врагу.

— Король-Чародей вместе со своими братьями и повелителем улетел на восток!

— Кто сказал, что он на востоке? Кто вообще сказал, что они все в Мордоре? — философски заметил Саруман, пожав плечами. — Может ли быть так, что, пока мы готовились отразить Тьму с востока, она обосновалась на севере? Кажется, когда-то именно ты, Владыка Ривенделла, настаивал на том, чтобы покинуть Ангмар? Стоило помочь тогдашнему Королю выстроить свой Закатный Город, а Гилиану — своё королевство.

— Не будем думать, кто виновен в тех событиях, — мягко прервала Сарумана владычица эльфов Лориэна, проведя рукой, мерцающей слабо-слабо бледным зеленоватым светом. — Сейчас перед нами другая задача.

— Стоило всё же позвать на этот совет людей, — неодобрительно покачал головой Олорин (Гэндальф).

— В их присутствии нет необходимости. С тех пор, как Рохан вышел из войны на некоторое время, люди в новом союзе утратили своё значение, — поморщился Курунир. — Наместник Гондора отказался отправить больше воинов.

— Хватит уже пустых разговоров! — хлопнул Король-под-Горой кулаком по столу. — Мы не для того тут собрались!

— Я поддержу нашего друга, пусть он и высказался несколько резко. Если Саурон на севере, то его око должно гореть либо над Гундабадом, либо над Чёрным Замком, — на последнем слове Элронд поморщился: слишком дорогой ценой в своё время обошёлся эльфам этот самый Замок. Целых четыре сотни перворождённых пали под теми стенами прежде, чем крепость была взята.

— Разведчики уже не раз уходили в ту сторону и пока ещё ни разу не вернулись.

— В любом случае штурмовать Чёрный замок нельзя, пока в тылу стоит Гундабад.

— Следует запереть орков в ущелье Серебряной Гряды! Тогда они не смогут бесконечными полчищами переть с севера! — снова гном бьёт по столу, но уже ладонью.

— Следует сначала понять, кто ими руководит! — осадил того Саруман. — Если это сам Саурон, то следует ждать удара с самого неожиданного направления, если это Король-Чародей Ангмара, то необходимо готовиться к долгой и сложной тактической войне, если кто-то другой, то можно идти напролом.

— Как ими может руководить НЕ САУРОН? — посмотрел на Белого Мага, как на идиота, Торин.

— Саурон может иметь недостаточно сил для того, чтобы командовать, — пояснил Гэндальф. — А Ангмарский Король — самая сильная фигура Чёрного Властелина. Своего ферзя Саурон может отправить совершенно в иную клетку, нежели командира армии орков.

* * *

Вспоминая те события, я теперь осознаю, что не слишком хорошо понимал ситуацию. Точнее, я не пытался в неё вникнуть целиком, выхватывая лишь отдельные куски, пусть и крупные. Я считал тогда, что являюсь слишком сильной фигурой, чтобы любой более опытный интриган мог скинуть меня с доски. Впрочем, так оно и было, но то, что произошли события, к которым я готов не был… это несколько раздражало.

Что, собственно, случилось? О! А случились эльфы… и Мефис. Когда-то я создавал финансовую систему, долженствующую столкнуть эти две силы лбами на экономическом поле. Точнее, сталкивать медленно, по мере развития экономики и роста населения. Всё вроде удачно и логично, но я не учёл один момент… Там ведь тоже не дураки сидели.

В общем, сговорились. Это если коротко. А если длинно, то Гилиан решил протянуть волшебную палочку-выручалочку Королю Закатного Города, попавшему в сложное положение: вроде и надо идти на серьёзный компромисс с западными варварами, да ещё и их потомков на свой же трон посадить, да вот только чего-то не сильно хочется.

И тут внезапно является весь красивый и благородный Владыка тёмных эльфов и говорит: так, мол и так… ты мне то, я тебе это. Результат… результат ждать себя не заставил. Очень прямо-таки внезапно чрезвычайно меткие лучники в течение суток убрали всех маломальски значащих лидеров людей запада. Это включая Ориона, его сыновей, старейшин… в общем, всех. Ну, за некоторыми исключениями. К примеру, из совета старейшин осталось три человека.

Дальше? Дальше больше! Пока я не знаю, что и думать, приходит весь красивый и сияющий Исмельлун и говорит, что, дескать, а давай-ка нового лидера поставим?

Вроде и врезать хочется по остроухой роже, и ситуация очень располагает, да вот только дела очень уж неважные: из всех, кто возглавлял людей запада, осталось человек двадцать. Больше десятка — мелкие сошки. Остальные — лидеры крупных племён или старейшины. Старейшины мне неудобны, ибо взяты, что называется, за яйца. Другие вожди… они мало того, что не все дружественны, так ещё и не способны объединить всех. И так вот, очень внезапно, Король Мефиса оказался единственным человеком, который, с большим трудом, мог бы удержать власть над всем человечеством Ангмара.

Неудачно? Да не то слово! Только в тот момент я осознал, что эльфы, на самом деле, имели куда большие рычаги влияния, нежели я думал. Конечно, ни за что бы не вышло у остроухих такое провернуть, если бы их не было б в каждом поселении, но… Что вышло, как говорится, то вышло.

Результат всей операции ждать себя не заставил: ставка весьма быстро перебазировалась в Мефис, а заключение договора превратилось в принятие присяги. Не в последнюю очередь потому что я просто вынужден был поддержать кандидатуру Короля ввиду отсутствия других, способных удержать с трудом объединённые племена от развала.

Естественно, моё влияние конкретно так просело. Это там я был Грозным магом, а тут… тут я был жутким колдуном! Конечно, меня опасались и побаивались кабы не больше, чем раньше, но если ранее даже Ориона я мог бы приложить круцио, пусть и не делал этого… почти… то теперь после таких фокусов меня могут и попытаться отправить куда-нибудь… подальше. Ну или убить… или воздействовать через Астеллу, что хуже.

Это из минусов. Из плюсов… из плюсов же я неожиданно понял, что Гилиан, чёртов паук, поступил так, что я даже не желаю вернуть всё назад! Да-да, я слишком заигрался в политику. Мне, по большему счёту, не было нужно влияние на правителя людей, не были нужны связи, не было нужно сильное людское королевство… мне был нужен Гундабад и относительно нейтральное государство рядышком, да ещё спокойствие. И, что интересно, Владыка тёмных эльфов мне всё это предоставил! Невероятно, правда? Оставить меня с носом так, что я даже не уверен, печалиться ли мне произошедшему!

Но чем дальше, тем страньше. А странность была интересная: орки. Они не напали. Мы ждали их в следующим году. Потом через год… прошло целых три (!) года, но зелёных всё не было!

Армии исчезали, скапливались и опять исчезали. Теперь они уже не были большими. Раз в год подготавливался корпус из двух-трёх тысяч воинов и пропадал. Плюс шли постоянно мелкие отряды. Куда они шли? Возможно в Мордор? Очень вероятно. Во всяком случае в каноне в Средиземье войны с орками в это время не было, а потому я хоть и допускал такое развитие событий, но не особо на него полагался.

Хотелось ненадолго пересечь Серебрянную Гряду, узнать больше, но, к сожалению, даже мои старые порталы сейчас было использовать очень опасно: нестабильность в пространстве Средиземья нарастала. Обычная аппарация могла сбоить даже при перемещении на полсотни метров. Полностью безопасными оставались прыжки не дальше, чем на пять-шесть шагов.

На нормальное же путешествие просто не было времени. Да и желания. То, что орков нет, ещё не значит, что они не появятся. Просто упор следовало бы сосредоточить не на армии, а на экономике.

И я сосредоточивал. Пусть моя скромная персона и не является докой в этой области, но кое-что я понимал. Новый Повелитель людей тоже был не дураком и вполне себе охотно использовал мои знания. Так появился единый свод законов, пусть самих законов там и было всего два десятка, так появилась мощная дорожная сеть, на создание которой я затратил всё своё влияние, зато теперь выложенные из булыжников дороги обеспечили в кое-то веки нормальное сообщение. Ещё так появилось первое учебное заведение в самом Мефисе. Здесь учили нормально считать, писать, а также лечить (пригласили эльфов). А ещё… всё! Даже той малости уже должно было хватить, чтобы дать новообразованному государству хоть какое-то количество кадров. Того, чего тут так не хватало. Ну а больше я просто сделать не успел.

Кроме того моё время уходило на занятия с Астеллой, за которую я взялся всерьёз. Ну и на собственное развитие. Пожалуй, стоило прекращать таскать с собой гигантский багаж информации, а пользоваться едва ли пятнадцатью процентами.

И первое, с чего я начал — это некромантия.

Да-да! Та самая, где ходячие трупы и всё такое! Собственно говоря, мой выбор был не слишком очевидным, ведь я преследовал своей целью создать себе отряд хороших и верных воинов. Тут могли бы куда лучше подойти големы… но было одно «но».

Некромантия, вообще, сложнейшее искусство. Чтобы просто поднять один труп, нужно совершить колоссальную работу, ведь, фактически, требуется тем или иным образом создать разум или искусственный интеллект. Ну или сверхсложную управляющую программу. В любом случае, требуется как минимум алгоритм для управления телом. Более того, для каждого тела нужен ещё и отдельный алгоритм, ведь у них у всех отличаются масса, габариты, исходная целостность, а также остатки астральных тел, на которые чаще всего и стоит вообще завязывать управление.

Именно поэтому некромантия — занятие неблагодарное и неприятное. Именно поэтому нормальных некромантов на Земле было едва ли под пару сотен человек. Да и те…

Однако, так или иначе, некромантия обладала завидным преимуществом перед простым големостроением: основной служили тела бывших живыми существ. Именно из-за специфики материала некросы и вышли в отдельную область. Что такое обычный камень? Ну… камень и камень. А что такое кость? О! Кость — это слабый накопитель, пронизанный сотнями микроканальчиков и имеющий особое строение, способное проводить большое количество энергии относительно свободно, то есть не повреждаясь.

К сожалению, вырезать парочку рун на костяке и приказать ему идти завоёвывать мир недостаточно, иначе бы мир уже давно был бы завоёван некромантами. Требуется, как я уже говорил, написать программу для управления.

Тут есть великое множество вариантов, но самый удачный — это использовать уже готовое управляющее ядро, на которое можно понавешать своих собственных изобретений. Аналогия с компьютером достаточно чёткая. Есть биос, есть операционная система, есть программы. Исходный материал — это биос, ядро, бывшее когда-то слепком сознания конкретного человека и с тех пор в течение десятков лет обрабатываемое Библиотекарем, — это ОС, а программы — это дополнительное ПО, которое, тем не менее, следует написать и закрутить. Впрочем, для таких дел у меня и есть Библиотекарь. Не только он получает мою память, я его — тоже, просто у меня она скрыта глубоко в подсознании и требует… распаковки.

Так вот, основной логический центр у меня имелся. Он мог понимать команды, мог понимать, что значит идти вперёд (а ведь это работа множества мышц!), мог понимать, что значит «иди вперёд по этой дороге, потом сверни с неё перед мостом и затаись слева в кустах». Он мог понять, что если мост разрушен, то свернуть всё равно надо. Мог понять, что если совершено нападение, то следует сменить приоритетность действий…

В общем, предо мною, как перед магом, стояло две сложные задачи: сделать «железо», а если проще, то придумать что-то, на что можно загрузить «личность» моих будущих солдат вместо мозга, коий, как известно, умирает в течение срока от пяти до десяти минут после смерти тела. Кроме того следовало создать энергетический каркас и все логико-физические связи в теле. То есть сделать механизмы управления этим самым телом.

Очень желательно было создать наиболее гибкий и удобный механизм, чтобы не нагружать «мозг», кроме того сам «мозг» должен быть как можно более мощным. Но не как у человека, а без эмоций, лишних мыслей, обработки множества процессов в теле, такая мощность не требуется. Да и не смог бы я такое сделать. Но всё равно нужно было создать нечто мощное, чтобы солдат не тормозил, а то кому нужен воин, который двигается, как в киселе?

И работать я стал… правильно! С эльфами! Простить остроухим подставу я всё ещё не мог. Не то, чтобы меня сильно волновала смерть Ориона или ещё кого, да и не сильно то неприятной она вышла, но «обидына, товарышь». В общем, мне не требовалось два-три десятка и даже пяти-шести тел. Мне нужно было парочку для начала. И первым стал тот самый эльф, которого когда-то тащили, уже мёртвого, орки, перед тем, как я встретил иных его сородичей здесь, в Ангмаре.

Не буду рассказывать, сколько я промучился с этим делом, главное, что к моменту нападения орков прототип ещё не был готов.

Что касается Астеллы, то она окончательно стала замкнутой, холодной, спокойной. На данный момент девочке исполнялось шестнадцать. Честно говоря, когда она так выросла, я даже не заметил.

Её мастерство в владении клинком было весьма немалым. Во всяком случае она могла на равных биться с эльфами в течение двух-трёх минут. Это очень, очень много, потому что поединки между мастерами обычно редко длятся больше десятка-другого секунд, либо заканчиваются ничьей. Выдержать же натиск мастера в течение двух минут — это реальное достижение.

Иногда меня мучила совесть, ведь я лишил её детства. С другой стороны… Детство? А было ли оно у неё? Во всяком случае нормальным детством ту жизнь, которой она жила до встречи со мной, назвать было сложно. Да и потом, где бы она была сейчас? На панели? Мёртвой? Может быть женой непонятно кого и непонятно где?

Что касается магии… её каналы более менее развились. Пока что весьма слабо. У меня, когда я ещё не слился с Лордом, были раза в два с половиной больше. Это при том, что я хоть и был потомственным магом, однако жил в слабо манонасыщеной области и вообще имел крестраж-паразит.

Таким образом Астелла, в общем-то, уже приступила к нормальному изучению магии и тренировкам не только внешним, когда я насильно прокачивал через неё энергию, но и самостоятельным, пытаясь управлять теми крохами, что имела, сама. Тем не менее, пройдёт ещё года три, прежде чем ей удастся простейший Люмос.

Вообще, в магическом плане она, как ни странно, оказалась весьма талантлива в том смысле, что её источник пробудился куда раньше, чем я ожидал. Как по мне, то сначала должны были быть разработаны каналы и только когда природный ток внешне поглощаемой и перерабатываемой энергии станет достаточно стабильным, тогда пробудится нормальный источник. Как ни странно, но стоило лишь ей создать более-менее стабильный, пусть и чрезвычайно медленный, почти неощутимый и слабый ток, как сразу источник пробудился, словно рухнула слабенькая соломенная заслонка, когда у всех остальных эта самая заслонка была скорее дощатой, если не чугунной.

Так или иначе, но ученица обещала дойти до уровня первокурсника куда быстрее, чем я рассчитывал. Сие не могло не радовать. Интересно, а майар занимаются сексом? Ну не может же она быть потомком простых людей? Или может? Сколько вопросов…

Глава 15

— Господин маг! Господин маг! — послышался за спиной юный голос.

Последнее время я полюбил одно местечко в Мефисе, куда я переселился как в новый центр сил. Оно было, как ни странно, там, где прорвались не так давно орки. Разрушенная мною стена была восстановлена в виде ворот, собственно, перед самими воротами была небольшая область, где было весьма сухо (что редкость для болот), однако где имелось также много растительности.

Уроки гербологии я ещё помнил, а потому уже в течение двух лет превращал это местечко в небольшой садик. Вырастил тут плодовые растения, на них повесил красивые, хоть и бесполезные лианы с цветами…

Дома у меня, как такового, не было. Зачем, если все вещи всегда с собой, а быть я могу в любой момент в любой точке новообразованной страны? Если же мне надо было где-то остановиться, то я без зазрения совести занимал комнату в правительственном здании, будь то дома старост, терема или небольшой дворец-усадьба в центре ныне уже столичного города.

Мальчишка-посыльный нашёл меня как раз в созданной мною не так давно роще. Здесь сейчас как раз тренировалась Астелла, сидя в позе для медитации. Девушка уже давно не проявляла на лице эмоций от слова совсем. Абсолютно холодное выражение снаружи. Да и внутри она была какой-то дьявольски спокойной. Сейчас ребёнок явно прервал занятие, коему она отдавала львиную долю сил, однако внутреннего спокойствия это событие почти не поколебало.

— Да? — поворачиваюсь к посыльному. Тот заметно вздрогнул, из-за чего я поспешил чуть растянуть губы в лёгкой рассеянной улыбке, чтобы не пугать ребёнка образом колдуна, о котором ходит последнее время подозрительно много слухов.

— Его Величество… зовёт… — мальчик тяжело дышал, схватившись за колени.

— Ясно, Астелла! — киваю ученице. Та без всяких слов хватается за руку. — Тебе ведь тоже во дворец сейчас нужно? — поворачиваюсь назад к вестнику.

— Э… я… я сам… — отступил на пару шагов ребёнок.

То, что я могу иногда «подкинуть» до нужного места, если мне будет по пути, среди таких вот детей-посыльных прекрасно знали. Только почему-то моей добротой пользовалось от силы парочка самых отчаянных, либо в наиболее сложных ситуациях.

— Ясно, — кивнув, поднимаюсь в воздух. Чтобы ученице (да и мне), было комфортно, поддерживаю её телекинезом.

— Наставник?

— Ась?

— Могу я попросить вас кое-о-чём?

— Конечно, — пожимаю плечами. Она хоть и не видит, но по движению рукой должна понять.

— Вы не могли бы начать со мной заниматься защитой сознания?

— Объяснись.

— Эта информация, точнее описание этого искусства и направления было в начальной теоретической информации. Насколько я смогла понять, здесь практически не требуется энергии, зато подобные занятия позволяют развивать интеллект, память, восприятие и волю.

— Это будет неприятно, — задумываюсь. В этот момент мы как раз приземлились перед дворцом и неспешно двинулись ко входу. Девушка пристроилась за моим левым плечом. Мне было удобней именно такое расположение, да и вводило это местных в некий лёгкий диссонанс: вроде как самое приближённое ко мне лицо, а стоит за левым плечом, когда место за правым вообще свободно. В конце концов все «сообразили», что за правым по обычаям «моего народа» должна стоять жена, а за левым — любовница. Чтоб их, эти слухи. — Такие тренировки чаще всего будут представлять из себя взлом твоего разума. Я буду давить, обходить, проникать… Ты будешь защищаться. Твоими спутниками обязательно станут головная боль, перепады в эмоциях, раздражение, иногда тошнота и слабость… Но это ещё не самое плохое. Очень часто ты просто не сумеешь от меня скрыть своих воспоминаний, а я буду видеть самое сокровенное, что в тебе скрыто. Часто даже такое, что ты сама не помнишь. Готова ли ты к такому?

— Да, — даже плечами не пожала.

— Ты слишком легкомысленна. Подумай ещё раз.

— Да.

— Твой выбор, — сдаюсь.

Ещё через десяток секунд мы наконец-то дошли до нужной двухстворчатой двери, которая распахнулась прямо перед нами. Второй поток сознания исправно контролировал пространство вокруг, готовясь отклонить телекинезом стрелу или нож. Заодно он занимался и такими вот вещами, облегчающими жизнь. Там дверь откроется, здесь предмет со стола вдалеке прилетит. Скинуть такие вот мелкие бытовые задачи на второй поток сознания оказалось весьма удачным решением.

— Алекс? — пожалуй, несколько уже пожилой Король был одним из немногих, кто меня хоть и опасался слегка, но абсолютно себя контролировал и общался вполне доброжелательно. Да и внутренне он был хоть и насторожен, слегка напряжён, но честен.

— Мне передали, что у вас случилось что-то важное? — обвожу аудиторию взглядом. Здесь собрались наиболее влиятельные персоны нашего союза: Король, Наследник, Исмельлун, я, Астелла, а также Роланд (эльф) и несколько советников Короля. В том числе и Воевода. Последнего я реально уважал. Мастер своего дела.

Впрочем, Мефис воюет испокон веку. Он просто не способен иметь плохих воинов и плохих военачальников. Тут каждый мужчина в той или иной степени владеет оружием и учит детей, после чего последние в возрасте двенадцати лет отбираются в специальные отряды и проходят общее обучение и подготовку. После неё остаётся один-два процента лучших из лучших. Они поступают в качестве пополнения регулярной армии. Остальные раз в год собираются для тренировок, если, конечно, идёт мирный период. За всю историю этого города самым длинным таким периодом был отрезок в одиннадцать лет. Если начинается большая война, либо орков с гоблинами становится слишком много вокруг (то бишь они появляются в таком количестве, что регулярная армия резать всех уже не в состоянии, ибо не успевает везде), то призывается часть или всё мужское население. Регулярная армия также выполняет тут и роль полиции. Как результат — Воевода является вторым человеком после Короля. И хоть что ты с ним не делай, а он всё равно самый крутой лягух в местных болотах.

— Разведчики вернулись, — кивнул головой местный Главнокомандующий.

— Есть что-то в окрестностях, чего мы не знаем? — несколько саркастически говорю. Ну а что? Здесь каждый метр обследован, зарисован и проверен на мили вокруг.

— Я говорю о дальней разведке, — мужчина лет пятидесяти даже ухом не повёл. — Два эльфа и трое моих людей. Орки выдвинулись в нашу сторону.

На секунду стало тихо. Видимо, немногие были в курсе о новости. Кажись, я пришёл сразу после какой-то группы, потому что невозмутимыми сейчас стоят Король, Воевода, Исмельлун, Роланд и Георг. Последний к разведке не имеет никакого отношения, следовательно ему сказали раньше, когда он пришёл. А остальные, выходит, подошли лишь чуть раньше меня.

— Сколько? — выгибаю бровь.

— Двадцатитысячная армия, — мрачно констатировал Воевода. — Новый великий набег.

Великими набегами тут называли как раз такие вот войны, когда очередная Орда пёрла на город, обламывала тут зубы и обе стороны умывались кровью. Обычно такое происходило раз в пятую, может быть четвёртую часть века.

— Вы слишком хмуры.

— Во время предыдущего сражения полегла почти тысяча воинов. Это слишком много для нас, — пожал он плечами. Все окружающие молча слушали наш разговор.

— Насколько мне известно, у нас имеется кроме воинов Мефиса ещё отряды эльфийских лучников и мобилизационные резервы в тылу. Мы хоть и распустили армию запада, но всё ещё можем её собрать заново. В конце концов она против орков и создавалась, — фыркаю я.

— Армия… — скривился Воевода. — Топоры в плотном строю, дисциплина…

— Я понял-понял! Вы лучше меня разбираетесь в войсках, но это не отменяет того, что у вас имеется пять тысяч человек, уже прошедших многие схватки. Возьмите их, проведите краткое обучение, перераспределите по регулярным отрядам в конце концов! Используйте для восполнения потерь!

— Втыкать не обученных нормально людей в регулярные отряды глупо, но этих парней мы всё же используем.

— Меня интересует другой вопрос, Алекс. Что тебе потребуется для твоего джинна? — вступил в диалог Исмельлун.

— Хороший вопрос! — оценил я. — Действительно, ему требуются камушки. Чем мельче — тем лучше. В идеале вообще песок! Можно железную крошку. Последняя будет прекрасным вариантом, но её у нас столько нет. Ещё можно землю… в общем, мелкие твёрдые частицы. В противном случае я если его и призову, то смысла в нём всё равно особого не будет. Можно собрать его из листьев, но качество упадёт на порядок, если не больше.

— Весьма ценная информация, — кивнул Воевода.

* * *

— Разведка доложила, что всё чисто.

— Ещё неизвестно, можно ли ей верить!

— Хватит, Торин! Я помню, что гномы упрямы, но отрицать очевидное три года даже им обычно не под силу! Эльфы уже не раз доказывали, что в деле разведки с ними могут соперничать разве что следопыты Гондора!

— Просто Дубощит — это самый образцовый гном, которого я когда-либо видел, — усмехнулся Трандуил.

— Достаточно препираться, — вкрадчиво заговорил Элронд. — Я уверен в своих воинах. Если они докладывают, что никого нет, значит орки действительно не прислали подкреплений.

— По вашему выходит, что, когда наши силы на пределе, они решили прекратить войну? — слова Короля-под-Горой так и лучились сарказмом. Впрочем, раздражал Торина вовсе не Элронд, а Трандуил. Как раз к Владыкам Ривендела и Лориэна у Короля Гномов было больше нейтрально-настороженное, нежели враждебное отношение. К сожалению, сейчас с присутствием Лесного Владыки приходилось мириться.

— А кто тебе сказал, мой дорогой Торин, что на пределе только наши силы? — улыбнулся одними губами Гэндальф, в который уже раз перекладывая посох из руки в руку. Саруман сегодня отсутствовал. Впрочем, он весь последний год чрезвычайно редко появлялся в Высшем Совете, собиравшимся в расширенном составе. — Почему бы оркам также не умирать? Ведь последние два года их потери куда больше наших.

Чародею ли не знать, что по меркам людей войска Альянса сражаются с детьми. Орки растут быстро и становятся половозрелыми и способными сражаться уже к десяти-двенадцати годам. В этом секрет их быстрого восстановления численности. Кроме долгой жизни, конечно. За последние три года к врагу приходили крупные отряды подкрепления что-то около тринадцати-семнадцати раз. Ровно столько, сколько и должно было бы быть. Если Саурон или Ангмарский Король вернулись в Ангмар двадцать лет назад, то они как раз должны были потратить время на объединение разрозненных племён, создание военной машины и увеличение численности орков. Примерно десять лет. После этого должны были стабильно и ежегодно появляться поколения воинов. Десять лет прошло, и началась война. Первые армии — это те, кто были ещё до прихода нового лидера и первое поколение. Затем каждый год «дозревало» новое, которое и становилось подкреплением. Только вот у орков, как известно, чрезвычайно мало женщин. И рожать бесконечно они тоже не могут, если только не убрать с них всю иную нагрузку. Только вот армии требуется еда, как и тылу. Кто-то должен пасти скот, к примеру. Ковать оружие… на детей всё это не свалишь. Хотя… от Тьмы всего можно ожидать. Тем не менее, вероятность банального перенапряжения восставшего из пепла Ангмара была весьма велика.

Однако то, что к врагу перестали прибывать крупные подкрепления скорее уж говорило о том, что он решил сосредоточиться на внутренней стороне медали. Укрепить тыл, а затем вновь ударить. Так уже было раньше, и никто не собирался повторять прошлых ошибок… никто, кроме гномов. «Надеюсь, я смогу убедить Торина отправить армию гномов в поход вместе с эльфами и людьми. Впрочем, людей будет убедить тоже непросто. С другой стороны, много ли пользы они могут принести?..»

* * *

С тех проблем, как орки выступили на северо-запад, события развивались стремительно. Это был один из немногих раз, когда Закатный Город не стал отсиживаться за своими крепкими стенами, но выслал войско навстречу врагу. Зачем? В первую очередь, чтобы показать, что теперь уже не тогда. Что люди стали куда сильнее. Второй момент: в войске была лишь половина мефийцев. Остальные — это набранные заново в различных бывших племенах люди.

В общем-то, идея собрать их и использовать, понятное дело, не была новой и не стала откровением из моих уст, но вот смешать этих ребят с воинами Мефиса — это уже действительно было новым взглядом. Таким образом уже сформированные отряды разбили на части и заменили что-то около трети личного состава на «неумех и варваров». Другая часть армии была наоборот состоящей из отрядов, где мефийцами была лишь треть солдат. Это был своеобразный резерв, вторая очередь.

Казалось бы, глупо пытаться отправлять пережившую такие изменения армию в бой, когда можно засесть в обороне, но отправили вот. Мне лишь сообщили, что есть причины. Часть из этих причин я понимал, но вот часть для меня осталась загадкой. Сначала захотелось кинуть на Исмельлуна с Королём Круцио, но я сдержался: это уже их проблемы и их решение. В конце концов, если эта армия переживёт данную войну, то мы получим силу, которая сможет выступить на Гундабад. Если же она не переживёт… что же! Сейчас идёт всего лишь семьдесят шестой год! До Войны Кольца ещё есть время и, надо сказать, немало. Крепость в любом случае будет моей.

Моя будущая гвардия, а пока что просто не слишком удачные эксперименты по этому поводу совершенствовались, хоть ещё и не могли даже стоять. У меня была матрица для управления ими, но это лишь самая основа, пусть одновременно и наиболее сложная часть. Оставалось сделать ещё огромное множество моментов, чтобы разработать свою собственную конструкцию немёртвого воина.

На самом деле, уже существовали несколько десятков вариантов аналогичных разработок. Только вот все они были, так сказать, авторскими. То есть, их нельзя было получить. Некоторые частично были известны. К примеру те тварюшки, что создавал Воландеморт для охраны своей чаши, были ничем иным, как «модификацией» одной из таких частично известных разработок. Модификацией авторской. Просто разработавшие сие заклинание или конструкцию некроманты обычно если и позволяли узнать её, то только отредактированную версию. Ломать — не строить, как говорится. Именно поэтому инфери требовали наличия постоянного и близкого источника энергии. Это и была их «модификация» от создателя. Эдакая демо-версия.

Таким образом все известные существующие конструкции и комплексы для поднятия нежити обладали различными недостатками. Где-то критичными. Где-то нет. Только вот последние были заточены на работу именно в мире Земли. В Арде не прокатит ввиду совершенно разной структуры инфополей. Всё-таки здесь другой мир и естественно, что информация тут свалена совершенно иначе, нежели на Земле.

К моменту, когда орки нагрянули к границам, у меня были лишь более-менее удачные заготовки. Эти тела, очищенные от плоти, кстати, то есть предоставлявшие из себя лишь кости, полностью оказались испещрены рунами. Центр управления я решил делать в области таза: туда реже бьют.

Естественно, обычный костяк я оставлять не стану. Это только в фэнтези используют нечто настолько неэффективное, как скелет. Ну в самом деле, зачем кому-то может потребоваться простой скелет? Обычно всё-таки используют тело… просто мёртвое или искусственное. В данном случае я собирался пойти по второму варианту. Когда костяки были готовы, их руки оплело множество металлических нитей, призванных выполнять роль сухожилий. Это извращение — сгибать конечности при помощи магии. И так энергии прорва тратится, так ведь ещё и куча различных полей появляется. Просчитать всё слишком сложно.

Кроме того были любовно намотаны аналогичные стальные нити и на кости, и на всё остальное тело. Таким образом я получил полую внутри конструкцию, имевшую благодаря руническим вязям и дорожкам неплохую защиту. Оставалось лишь дать им энергию и поместить внутрь «органы». Ну в самом деле, если нежить может нести большой вес, да ещё и не испытывает особых проблем от повреждения тела, то нахрена тратить её КПД на какую-то дурацкую плоть? Я собирался создать для начала всего шесть воинов, но зато отборных.

Шесть прототипов были совершенно разными, в общем-то. Просто более-менее законченным был именно тот, с нитями. Внутрь него отправилась эдакая хреновина… с ней вообще было немало возни. Смысл был в том, чтобы засунуть в мозги будущего трупа-голема схему собственного строения, а затем поместить сложную конструкцию направленной вечной трансфигурации. Таким образом этот солдат мог бы регенерировать себя из множества элементов, была бы энергия.

Другое дело, что сложность такой штуки зашкалила бы, потому мною и были потрачены несколько лет на рассчёты. Ну и ещё, конечно, было непросто заставить её повторять уникальную в каком-то смысле структуру костей что в астральном, что в физическом плане. Всё-таки всё держалось на костях. Именно их особенности позволили мне выполнить такое количество рунных цепочек и вложить столько всего в будущего воина. Оставалось лишь одно — источник энергии.

Тут пришлось конкретно так поразмышлять. Сделать, как в компьютерной игрушке, к сожалению, было нельзя. Если я оживлю труп или анимирую что-то, то это нечто будет работать ровно столько времени, насколько ему хватит энергии. Сделать, как Воландеморт, поставив этих стражей рядом с местом силы, я тоже не могу…

Пришлось пожертвовать кое-чем чрезвычайно важным. Очень, очень важным: душой. Не своей, разумеется. Зря я, что ли, ловил всяких магов? По иронии судьбы в мой прототип лётчиком-испытателем отправилось то, что когда-то было кошмаром Хогвартса, жутким Ужасом Подземелий! И нет, это не Северус, это — Душа Василиска. Шутка. Это Снейп.

Вообще, не разбирающиеся в вопросе люди часто путают некромантию с големостроением. В корне неверно, потому что главное отличие некромантии — использование остатков астрального и других тел, а у любых иных материалов быть такого просто не может. Именно поэтому некромантия и является школой на стыке големостроения, магии душ и других.

Собственно говоря, именно за счёт использования полуразрушенной энергосистемы тела в качестве основы, я и смог создать своего солдата. Эх… жалко, орки мне ещё годик не дали, иначе я бы испытал его в бою!

Кроме, собственно, этого проекта, мою производительность снизило ещё и то, что я вынужден был зациклить второй поток сознания внутри себя для разбора всей той информации, что мне сдал Библиотекарь. К сожалению, чистую информационную выжимку он давать не мог. Приходилось разбирать огромные массивы. Даже не так: ОГРОМНЫЕ МАССИВЫ. И, понятное дело, во время сна я сие делать просто не мог. Да и второй поток сознания… его тоже постоянно поддерживать нельзя. Пока. В среднем он держался у меня что-то порядка семнадцати часов в сутки. Мозги — штука хрупкая, к сожалению.

Однако, пожалуй стоит вернуться к оркам.

Честно говоря, зелёные мне уже давно в печёнках сидят. То их надо убивать, то готовиться к их нападению, то спасать… Последнее было, когда новый лидер людей, родившийся и живший в городе, где орков ненавидили лютой ненавистью, как, впрочем, и гоблинов, решил устроить с имеющимися «мирными» зелёными примерно то же, что и Гитлер с евреями в своё время. Другими словами, дражайший Король Заката решил провести небольшую чистку среди собственного населения. А если точнее, то геноцид тех орков, чьи племена мы подчинили тем или иным способом.

В тот раз мне пришлось занять жёсткую позицию. И это был единственный случай, когда такое случилось. Силы мои на политической арене нового союза людей и эльфов были не те, далеко не те. В общем, пришлось сильно пострадать, прежде чем сей идиотский план отменили, благо что никто тогда моих истинных сил не знал.

Грубо говоря, их и сейчас не знают, просто ввиду наличия во мне злобненького такого Дракона, которого требуется подавлять, я полноценно этими самыми силами воспользоваться не могу.

— Наставник, а зачем нам нужен Гундабад? — спросила в один момент Астелла. Я лишь удивлённо воззрился на её непроницаемое лицо. М-да… кого-то она мне напоминает… ах да! Ледяная Королёва Слизерина! Дафна тоже такой же ледышкой была. Только вот Астелла ещё и внутри испытывает слабые эмоции. Интерес есть, но лишь лёгкий.

— Там более мощный источник. Ты же знаешь это, значит, тебе хочется узнать нечто иное?

— Да. Вы говорили, что источники можно развивать.

— Можно, только вот времени это занимает слишком много. Каждый источник индивидуален, но вообще, в среднем на большинство из них уходит около полувека, чтобы повысить эффективность хотя бы на процент. Я собираюсь жить вечно, но не желаю проводить вечность за такими занятиями.

— Но, по вашим словам, в Чёрном Замке источник не намного слабее Гундабадского.

— Несомненно, но Чёрный Замок сам по себе куда севернее. К тому же, что для меня такое пять-десять… да даже пятнадцать лет? Пшик. Года летят быстро. Ты скоро тоже перестанешь ощущать ход времени.

— В это сложно поверить.

— Гм… наверное, ты права. Знаешь, я ещё когда был молодым, как ты сейчас, испытывал недостаток времени. Кому-то казалось, что впереди ещё десятилетия, что торопиться некуда… я же подсознательно осознавал, что ценен каждый час. Это создавало ощущение спешки, опоздания… Но знаешь, когда ты внезапно понимаешь, что вот оно: ты бессмертен, то эта спешка и усталость от долгого забега пропадают. Всё. Финиш. Марафон окончен, теперь можно идти прогулочным шагом или даже лечь полежать, поспать, а потом двинуться куда-то ползком. Именно после осознания себя бессмертным время перестаёт иметь такую цену, как раньше.

— Поэтому эльфы такие?..

— Не продолжай, я тебя понял. Действительно, обычный человек узнаёт и учится за определённый отрезок жизни куда больше, чем эльф. Эльфы изначально не чувствуют хода времени. Раз уж я, родившись смертным, сейчас так к нему отношусь, то не думаю, что рождённые вечными могут иметь перед временем больший пиетет.

Девочка… точнее девушка, кивнула, принимая информацию к сведению. Глаза на миг прикрылись, скрывая под веками искры интереса, а когда ресницы снова поднялись, ничего кроме холода и бесстрастности под ними не оказалось.

Некоторое возмущение у меня вызвала просьба-приказ отправляться вместе с армией навстречу оркам. Вот честно, ни за что не думал, что моё присутствие там требуется. Ну гонят командиры солдат умирать непонятно зачем, ведь можно остаться в городе и сражаться со стен… Я-то тут причём? Почему я должен участвовать в этом идиотском наступлении? Однако пришлось идти. Куда уж тут деваться?..

Переход занял двое с половиной суток. Болота были чрезвычайно мерзким местом, хотя мы и шли по условно сухим территориям. Характерный запашок, комары, колючки и змейки всё равно появлялись. Мефийцам всё это было привычно с детства. Я сам был свидетелем, как какой-то пятнадцатилетний пацан ловко схватил гадюку за голову и швырнул подальше. Прям так и хотелось спросить: «ты чё, бессмертный?» Но сдержался: надо поддерживать образ мудрого и надменного колдуна.

Собственно говоря, с орками мы столкнулись неожиданно. Те тоже были на марше и увидели нас, когда мы выходили из-за области, полностью заросшей какими-то высокими кустами.

Прелая листва и трава под ногами сильно смягчали звуки, пыли не было вообще, а разговаривать могли лишь командиры, да и то редко: солдаты предпочитали не тратить силы. Таким образом что мы, что орки шли относительно бесшумно. Вдобавок доспехи тоже были далеко не цельно металлическими.

Именно в этот момент, я понял, зачем нужен авангард, и что это за хрень такая. Мефийцы опыта наступлений не имели особого. В прошлом всё всегда почти решалось под стенами их города, после чего было обычно преследование разбитого врага или ещё что-то подобное.

Что забавно, спасло нас то, что сами орки имели несколько большие познания в военном искусстве. Вопреки распространённому заблуждению, они не ринулись вперёд, лишь увидев врага, а ушли назад, ибо встретились мы как раз таки с авангардом, ввиду чего у нас также было время, чтобы подготовиться.

Видимо, именно ради таких вот моментов мефийцы и попёрлись чёрте куда чёрте зачем. Впрочем… у них же была страховка — я. Плюс изготовленные мной и Астеллой за последние года зелья. Выходит, что не сильно-то они и рискуют. М-да… снова меня используют втемную. Впрочем, не очень они и темнят: это я не анализирую ситуацию нормально. Надо набираться опыта… хотя, ради этого я сюда и пришёл в каком-то смысле. Именно за тем, чтобы меня не пользовали, как молодую проститутку, все будущие политики Средиземья.

— Энед, бери свой отряд и обходите по кромке холмов врага слева. Мы попробуем втянуть их в бой в центре поля, там вы должны будете ударить зелёным в тыл, — начал раздавать указания достаточно молодой ещё юноша, Дионис Мелрис. Забавное у него имя, как у одного греческого бога. Сам парень был относительно молодой: лет двадцать с лишним, но очень талантливый. Он проявил себя в недавней битве с орками, которых я натравил на Мефис. А до этого весьма успешно командовал достаточно крупными отрядами за стенами города. Собственно, это и послужило поводом к назначению его командующим данной армии. — Ривен! Отправь с эльфами тяжёлый кулак! Господин Роланд, будьте добры отправиться с Ривеном на вон тот холм, вашей задачей будет разделить свой отряд по целям. Выкашивайте массовыми залпами отдельные отряды орков, а самые лучшие стрелки пусть высматривают командиров. Если в войске врага появятся гоблины, то не тратьте на них стрелы без нужды. У нас на то есть и свои лучники.

— Хорошо.

Странно звучит «тяжёлый кулак». Тем не менее, для мефийцев — вполне нормально. У них, как у народа с сильной и развитой армией, существовала своя система воинских званий. Отряд из пяти солдат — это рука. Десятник командует правой рукой своего десятка непосредственно, командир левой руки — левая длань. Таким образом получается десяток человек, один из которых непосредственно командует всем десятком, плюс является правой дланью отряда из пяти человек. После десятка идёт кулак или полусотня. Кулак — это уже пять десятков. Только вот в кулаке уже иная система. Здесь командир кулака не принадлежит конкретному десятку, а является отдельной единицей с двумя телохранителями-заместителями.

Следующяя тактическая единица — сотня. У сотни комплектование похоже на десятки. То есть правый кулак сотни, он же командир одного из пяти десятков, командует всей сотней. Если ему требуется действовать отдельно от своего кулака, то командование кулаком переходит к заместителю, а сотник осуществляет общее руководство.

После сотни идёт большой кулак — несложно догадаться, что это полутысяча. Опять командир является отдельной единицей.

Следующий по численности отряд — тысяча. Командует тысячник. Ни к какому отряду он не принадлежит, но зато имеет десяток телохранителей.

Ну и, наконец, армии из пяти-десяти тысяч человек. Их командиров назначает Воевода лично. Постоянными соединениями они не являются, потому что даже в лучшие свои времена Мефис мог прокормить не больше, чем восемь тысяч солдат в мирное время. Да и то такого никогда не делали. Обычно армия мирного времени тут всё-таки на четыре-пять тысяч, не более.

* * *

— Итак, запоминай! — говорю ученице, аккуратно надрезая нужные участки на теле мёртвого орка, по комплекции достаточно близкого к человеку. — Я тебе рассказывал об астральном теле. Некромантия — это направление магии по работе с оболочками мёртвых, будь то физическое тело, астральное, ментальное или иное. У всего этого есть свои особенности, поэтому считаться спецификой отдельных дисциплин вроде астральной или ментальной магии ничего из перечисленного не может. Когда-то эти области считались подшколами основных направлений, однако позже один умник заметил несколько закономерностей и отличий, выделив тем самым всё это в отдельную область знаний — некромантию. Именно поэтому, пожалуй, маги-некроманты, часто даже самоучки, являются наиболее универсальными из чародеев. Впрочем, тебе с ними встретиться не грозит. На Арде таковых вряд ли можно найти в числе большем двух-трёх, а в моём родном мире таковых старались травить, как только могли. Величайшим некромантом древности был Кощей Бессмертный. В своё время он поднял пятидесятитысячное войско нежити. Пусть качество воинов и было не самым лучшим, но за счёт своих особенностей они всё равно превосходили живых. Говорят, он после того случая ещё несколько столетий потихоньку клепал нежить, только уровнем посерьёзнее. В результате появилась так называемая «Льдистая армия» или «Кощеево Войско». Многие маги пытались после исхода Архимагистров в моём мире найти эту армию. Считается, что такая сила способна если и не весь мир, то половину уж точно выставить на колени. Насколько мне известно, пока что этот легион мертвецов не найден.

— Наставник? — холодный голос девушки был вызван вовсе не рассказом. С виду она и вовсе осталась к истории безучастной, хотя я точно знал, что Астелла запоминала всё сказанное. Лёгкий кивок её головы ясно дал понять, что интересно ученице, почему мои руки внезапно остановились в работе с телом орка.

— Ты про нашего подопытного? Тебе будет персональное задание. Видишь ли, нежить бывает разной. Самая банальная, понятное дело, это из полноценных трупов. Здесь многое уже сделано. Мёртвое астральное тело хоть и непросто заставить работать, но можно, особенно если оно более-менее цельное. Ещё одной поделкой Кощея, кстати, был не менее легендарный Дархлад. То есть дарующий хлад, холод, безмолвие. Это было орудие, раны которого несли в себе очень сложное плетение, смысл которого заключался в постепенном преобразовании мёртвого астрального тела. Таким образом убитые этим лезвием вскоре вставали и начинали подчиняться новому хозяину. Впрочем, я отвлёкся.

— Вы говорили, что работать с полными трупами проще.

— Ах да! Как я тебе рассказывал ранее, наличие хоть и мёртвого, но всё-таки астрального тела даёт неоспоримые преимущества в работе. Пусть многие функции и теряются, но астральное тело — это всё равно невероятно сложная и развлетвлённая структура. Таким образом, используя её, можно почти не заниматься системой управления телом, связи между отдельными элементами, системой передачей энергии… многим, в общем. Достаточно умелый маг также может использовать и остатки ментальной оболочки, как эдакую… базу данных. Тебе знакомо это понятие?

— Три года назад вы его объясняли.

— Отлично. Таким образом, некоторые системы управления работают куда эффективнее, если их подсоединить именно к мёртвому ментальному телу. Я сейчас говорю о системах управления, основанных на суррогате личностной матрицы или ментальной оболочки кого-либо. Как минимум качество управления возрастает почти всегда. Мелкая моторика опять же серьёзно улучшается… Но это, как я уже говорил, самый лёгкий и не всегда умный путь. Скажешь, почему?

— Астральная система в костях в отличие от системы в плоти почти не повреждается, более того, она куда более функциональна по проводимости и ещё нескольким параметрам.

— В точку. Иногда рационально оставить часть плоти, к примеру мозг. Пусть он и мёртв, но астральные узлы, завязанные на него, весьма важны. Но вот остальная плоть обычно всё-таки является обузой. Я тебе показывал свои творения. Они куда эффективнее обычных трупов. Впрочем, умелый маг и из трупов может сделать нечто неплохое, но редко, весьма редко. Существует, кстати, около сотни некротических заклинаний, которые использовались в моём мире многими некромантами. Всё-таки, сама понимаешь, разработать все те системы и проработать множество особенностей не каждому под силу. Тем не менее, здесь, в Арде, работать будут едва ли половина. Однако… Некрос Амбале Нельекро! — провёл я рукой над телом орка.

— Подготовка?

— Верно. Если правильно отметить для заклинания точки воздействия, то оно способно осуществить частичную подготовку к поднятию тела. Можешь идти. Вот список заклинаний с кратким описанием. Там что-то около десятка. Ты обязана заучить. Дальше будет слишком неаппетитное зрелище, лучше тебе не видеть.

— Хорошо, — спокойно развернувшись, девушка вышла.

(Итак! Многие, наверное, заметили мои метания в попытках создать для себя концепцию некромантии, от которой отталкиваться. Этот разговор с Астеллой и есть подведение итогов моих размышлений.)

* * *

— Ты можешь поднимать мёртвых? — с интересом Исмельлун оглядел десяток тех самых зомби, которых я сделал после последнего сражения с орками.

Да-да, в той битве мы победили и даже не с самыми большими потерями! Я сильно недооценил мефийцев, очень сильно недооценил! Они просто превратились в настоящую мясорубку, слаженно и чётко, как машина, уничтожая орков. Конечно, без потерь прямо совсем не обошлось, но благодаря зельям вышло что-то около шести-семи процентов. Много или мало? Безвозвратных, то бишь калек и мёртвых из этого числа всего лишь половина. Отделались очень, очень легко.

Что касается зомби, то я решил приоткрыть завесу сей тайны, а то дорогие эльфы уже начали догадываться о чём-то. Видимо, отсутствие нормальных магов ещё не означает отсутствие возможности ощущать некроэнергию. Пусть и отголоски. Именно поэтому я решил показать этот десяток зомби.

— Да, это был мой эксперимент. Заодно ученице лекцию прочитал.

— И как? Удачно?

— Лекция? — невинно хлопаю глазками.

— Эксперимент.

— Нет, не удачно.

— А эти?

— А! Эти так… Понимаешь, их надо чем-то питать, так что сделать их много не получится: я не могу поддерживать целое войско. Думаю, ещё пару десятков я осилю, но они не слишком сильны. Думаю, пары мефийцев точно должно хватить на такого мертвеца. А если будет толпа на толпу, то тогда вообще один к одному.

— Почему?

— В команде работать не умеют. Я не всемогущ: не могу создать разум. То, что в голове у этих, и так уже невероятно сложно, а дать им достаточно мозгов, чтобы воевать строем… в ближайшие лет сто это не в моих силах, — прозвучало достаточно логично. Эльф, конечно, не станет мне верить полностью, но поводов подозревать себя я тоже не давал пока. Да и не устраиваю я ничего такого, просто последний демарш эльфов… напугал он меня чуток. Лучше придержать побольше козырей.

Исмельлун обладает хорошей интуицией, это я понял, к своему прискорбию, не так давно. Пожалуй, эльф стал бы хорошим игроком в покер. И нет, не из-за интуиции, а благодаря своей мине на лице и прекрасному фейсконтролю (П. А. Я знаю, что такое фейсконтроль! Тут применено иное значение. Кто не понял: умение контролировать мимику). То, что он подмечает явную и не совсем явную ложь я понял лишь полгода назад. Именно поэтому лгать сейчас было не слишком умно. Да и, в общем-то, ни единого слова лжи сказано не было. Не могу больше тридцати? Ха! Реально не могу! Только вот никто не говорил, что источник Гундабада тоже не может! Он на прямой работе под шесть-семь сотен таких выдержит, а если сделать всё по-человечески, то есть, как в Хогвартсе с големами, погрузить войско в анабиоз и отделить небольшой ручеёк энергии, чтобы он накапливал для мёртвых и големов силу постепенно, то за год вполне можно накопить для недели-другой непрерывной войны пары тысяч таких воинов. Это, конечно, если выделить небольшой процент мощности. Процентов шесть-семь, я думаю. А вот у Чёрного Замка на такой результат потребуется до тринадцати-четырнадцати процентов. Именно поэтому я желаю получить Гундабад, а не Замок.

— Тем не менее, вместе с твоим джинном это уже полноценный отряд… — ты ещё не видел нормальных моих мертвецов! Первый прототип скоро завершу, отработаю на нём всё, что только можно, а из оставшихся четверых сделаю узкоспециализированных ребят. Вот тогда посмотрим, что ты скажешь про мой отряд… особенно когда батарейками в тех телах станут души, а не мощность моего собственного источника! — Теперь вас можно пускать на острие атаки. Долго поднимать таких зомби?

— Что-то около трёх суток. Правда, работать я могу хоть с двумя десятками почти одновременно, — пожимаю плечами, внутренне желая придушить эльфёныша. Всё больше убеждаюсь, что с местными остроухими мне не по пути. Кто-то сказал бы: «да прибей их всех, и дело с концом!» Только вот даже чтобы прибить одного Гилиана мне потребуется немало удачи и сил. Дроу всё-таки прожил побольше всех моих учителей вместе взятых. Пусть магией он и не владеет, но вот воин должен быть запредельного уровня. Думаю, отряд в сотню-другую мефийцев он завалит. А ведь его оружие далеко не простое, да и то, что он не владеет магией, вовсе не значит, что магическая энергия ему не подвластна. Просто она идёт на увеличение живучести и силы. Таким образом я далеко не уверен, что выйду из нашей схватки победителем. Это не учитывая того, что в своём городе эльфы меня уничтожат. Не без потерь, конечно, но уничтожат. Что касается Исмельлуна… он куда более уязвим, но не является центром принятия решений. Его убийство мне ничего не даст.

— В последней битве орков было маловато. Разведка докладывала что-нибудь? — поинтересовался я.

— Да. Зеленые разделились на три армии. Одна пошла на Мефис, другая встала неподалёку отсюда, в двух дневных переходах. Третья повернула на юг.

— Идут в Средиземье, видимо. Возможно нам повезёт, и, когда южные державы перемолют орков у себя, то вторгнутся в Ангмар, заодно нам помогут.

— Я бы предпочёл обойтись нашими собственными силами. И мой король думает также, — ну да. Вам тут юг не нужен.

И ещё повезло, что север центрального Средиземья — это Лесные эльфы, Одинокая Гора и Озёрный Город. Они просто не способны оттяпать себе кусочек. Рохан не станет пытаться получить земли чёрте где за пределами своих границ. Гондор слишком далеко, а на западе вообще сильных в военном плане государств нет. Только вот имеется маленькое «но». Захватывать напрямую никому ничего не требуется. Новый Союз может просто создать тут ещё одно государство, благо что среди гондорского и роханского дворов ещё имеются потомки династий, правивших здесь до Ангмара, объединённого Королём-Чародеем.

Именно такой расклад, как появление в северной области Средиземья государства, имеющего поддержку извне, не устраивал эльфов категорически. Раз уж они вышли из стагнации и оседлали коня в виде людей, то теперь остроухие желали контролировать весь север, для того и воевали с орками, а не чтобы добыть для меня Гундабад в личное пользование. Гм… а это идея.

— Знаешь, Исмельлун, я подумываю уйти на какое-то время, — закидываю пробную удочку.

— Ммм… сколько тебе требуется? День? Два? Неделя?

— Годик, может полтора… — человек в такой ситуации бы подавился. Эльф только дёрнул ушами.

— Почему такой срок?

— Вас это дело не должно касаться.

— Хорошо. О твоей ученице мы позаботимся…

— Не стоит. Она отправится со мной.

— Я считаю, что ей будет куда безопаснее остаться с нами, — твёрдо заговорил эльф.

— Правда? Пожалуй, твоё мнение весьма резонно, — огорошил я его. А что, думаешь, будто я возмущусь твоей наглостью? Нееее… наглость — второе счастье. Пожалуй, дам тебе побыть на краткий миг счастливым. Тем дольше продлиться этот миг уже у меня! — Только вот твоё мнение не учитывается. Я вернусь через год-полтора. От того, как меня тут встретят, зависит, что будет дальше в наших с вами отношениях.

Не дав более сказать Исмельлуну ни слова, я растворился в воздухе. Мантия-невидимка — великая вещь.

Что я преследовал этим своим демаршем? О! Много целей! Для начала… мне надоело! Я в Ангмаре уже прорву времени! Годы! И что я получил до сих пор? Опыт? Да. Только вот основная цель не достигнута! Люди едины, сильны, как никогда. Имеют поддержку эльфов, способны разбить орков наголову. Только вот они слишком полагаются на меня. Думаю, если я оставлю их внезапно без тарана в виде джинна, без магической поддержки на поле боя и без своих зелий, что, пожалуй, основное, то они достаточно быстро адаптируются к этому делу. А что дальше? А дальше я вернусь и верну всё, что унёс с собой. И что получится? О! Получится резкий скачок в боевой мощи. Именно на нём я и предполагаю выехать на финишную прямую к Гундабаду.

Эльфы могут объявить меня предателем… но не станут. Я сказал, что ухожу на полтора года максимум. Не такой уж и большой срок, а моя помощь существенна.

Далее, мне требуется показать, что я не игрушка, которой последнее время моя скромная персона постепенно становится в глазах Гилиана. Дроу неплохо было бы открыть глаза, а то вместо хоть и слабого, но игрока ему почему-то всё чаще мерещится фигура на доске. Пожалуй, если игрок отойдёт от шахматной доски посмотреть телек, розовые иллюзии развеются. Да и Астелла…

Девушке стоит ещё немного окрепнуть, пробудить частично хотя бы магические способности на должном уровне. Сейчас она, пожалуй, сможет сформировать небольшую искорку Люмоса. Теперь надо развить успех. Весь этот год я посвящу её обучению, а затем и созданию для неё посоха и палочки. Первый — мощный концентратор. Пока у неё мало сил, пусть пользуется им. Палочка — если посох по каким-то причинам будет утрачен. Ну и на вырост. Скоро посох перестанет быть нужен.

Кроме Астеллы, я хотел заняться ещё одним делом. Чёрный Замок. Честно говоря, было у меня подозрение, что некий хитрожопый сволочной дроу желает кинуть доброго доверчивого меня в самом конце. Ума не приложу, зачем ему Гундабад. Возможно он вообще ничего такого не планирует и я просто раздражён своей неудачей с Орионом пять лет назад, однако запасной аэродром надо бы построить. Главное — создать начальную сеть управления энергией. Затем мне даже делать ничего не придётся: мой драгоценный Гримуар всё сумеет совершить самостоятельно. Кстати… пожалуй, стоит вскоре сделать ещё один крестраж. На этот раз, наверное, вложу часть своей души в мантию. А что? Если Воландеморт сумел засунуть свой огрызок в Воскрешающий Камень, то почему бы мне не попробовать вложить себя в Мантию-невидимку? К тому же, такие сверхсложные артефакты, при слиянии с душой, имеют приятную особенность постепенно формировать в основном астральном теле атрибут, частично или полностью повторяющий свойства предмета.

Тот же Тёмный Лорд во время своего бытия призраком вселялся в людей, а ведь он должен был быть в бестелесном состоянии куда более жалким, чем обычные приведения!

В общем, внезапно для всех я просто исчез. У Мефиса ещё остался запасец зелий. Большая часть которого, кстати, уйдёт на следующую битву со второй армией орков.

Астеллу было забрать несложно. То, что за ней наблюдает постоянно несколько эльфов, я и так знал. Именно поэтому остроухие контролёры внезапно для себя, да что там! Для меня тоже! (Шутка) Заснули. Бац, и дрыхнут.

Ученица приняла сообщение о том, что эльфы и человеки на время посланы по известному адресу, абсолютно спокойно. Только спросила, сколько у неё времени на сборы. Услышав в ответ: «полчаса», ушла в свои комнаты. Вскоре уже, всего через двадцать минут, девушка была готова, и мы выдвинулись из Мефиса.

Шли, в общем-то, пешочком. Лететь со взрослой девушкой на шее было бы не слишком удобно: это раньше, когда она была ребёнком, я мог себе такое позволять. Сейчас, пожалуй, только на пару-другую десятков миль, не более. До анимагии ей пока было как пешком до Китая, а трансгрессия… хрен его знает, что творится в этой чёртовой Арде, однако быть разорванным на атомы из-за пространственных искажений мне что-то не хочется. В общем, пешком идти — самый удачный способ. Особенно если почти не уставать.

— Наставник?

— Слушаю.

— Почему мы ушли? Почему вы приняли такое решение?

— Мне надоело ждать результата. Ты пришла сюда ребёнком, теперь уже взрослая девушка. А Гундабад всё ещё не мой. Я понимаю, что орки — сильный противник. Понимаю, что в крепости сидит Назгул, а то и не один. Только вот за все эти годы едва ли надо было бы достичь таких результатов, которых достигли мы сейчас.

— Однако люди, сидевшие раньше мелкими племенами в своих деревнях, теперь едины. У них единая армия…

— Не продолжай, — устало морщусь. — Пойми такую вещь… эльфы обладают как минимум восьмитысячной армией. Я могу понять их во времена главенства Ориона. Могу понять четыре… да даже три года назад! Но знаешь… последние сорок месяцев у меня всё сильнее возникает ощущение, что они тормозят развитие нашего общего союза.

— Специально?

— Гм… далеко не факт. Скорее уж они… перекладывают свою работу. Точно. Они постепенно скидывают свои функции на плечи людей. За счёт этого всё развитие мефийского королевства отрицательно компенсируется появляющимися новыми проблемами и сложностями.

— Приведите пример, — это не было наглостью. Это был её стиль общения. Я что-то заявил? Заявил. Если ей непонятно, то я должен, как учитель, дать ученице наглядное пособие и объяснение.

— Армия.

— Армия?

— Вспомни, четыре года назад нам невероятно сильно не хватало рабочих рук, однако мы должны были содержать сильную армию из-за постоянной угрозы орков. Это при том, что эльфы вполне бы могли достаточно безопасно для себя выделить на защиты мефийских границ пару тысяч воинов. Если бы могли разгрузить за счёт такого шага хотя бы три-четыре тысячи мужчин, то результатов, на которые пришлось угрохать два с половиной года, можно было б добиться за год.

— Разве эльфы обязаны делать так?

— Не обязаны. Но могли.

— Почему вы обвиняете их, если они не были обязаны?

— Потому что они желают получить дивиденды от общего дела, но не желают вкладываться. Тот шаг, о котором я говорю, им бы почти ничего не стоил. Опасности у их границ нет, мужчины для работы им не нужны. Тем не менее, они не стали. Как результат — мы потратили лишние ресурсы и время, как основной из них.

— Однако разве жизнь эльфа не ценнее людской?

— Обоснуй.

— Эльф бессмертен. Человек живёт в десятки раз меньше эльфа.

— Вопрос больше философский. Человек живёт более насыщенно. К тому же, ты забываешь, что один эльф — это один эльф в течение столетий. А вот один человек — это за те же столетия и его дети, и внуки, и правнуки… выходит, что спасая эльфа, ты спасаешь одного разумного, пусть он и будет жить очень долго. Может когда-нибудь у него и появится ребёнок… один. А вот спасая человека, ты спасаешь его детей, внуков. И они, заметь, будут жить больше эльфа. Просто потому что каждую минуту, которую проживёт эльф, проживут сразу несколько человек. Четверо-пятеро детей, пятнадцать-двадцать внуков… правнуков вообще может быть больше сотни.

— Это если все они выживут.

— Даже если выживут не все, ты поняла, о чём я тебе говорю. Забавно видеть на твоём лице эмоции, обычно ты куда холоднее.

— Я всё равно считаю жизнь бессмертного дороже жизни смертного.

— Да? — ясненько… вот и влияние эльфов-наставников сказалось. Плохо, конечно, но вправить мозги у меня ещё есть время. Примерно… вечность. Да, точно. Одна вечность. Ровно штука. А вот то, насколько виртуозно она сейчас владеет клинком и двумя кинжалами… вот это достойно восхищения! Пожалуй, её обучение стоило того. Да и физическое развитие у неё ого-го какое. А ведь физическое тело на астральное тоже влияет. — Ты забыла одну маленькую деталь.

— Какую? — спокойствие к ней вновь вернулось. Эмоции, которые были весьма слабыми, улеглись.

— Ты сама смертна.

Замерла. Словно мешком с картошкой по голове ударили. Даже не мешком, а целой кувалдой. Не ожидал такого эффекта, но тем лучше.

До вечера девушка больше не проронила ни звука.

Сказать по правде, я ожидал добраться чуток пораньше. Меня подвела привычка летать в форме ворона. Проходи путь по ровной местности, мы бы дошли за столько, за сколько я запланировал. Вместо этого дорога заняла в полтора раза больше, чем я рассчитывал: пятнадцать дней. Тем не менее, разрушенная временем и разумными громадна Чёрного Замка уже высилась над нами. Подошли мы со сторону ущелья.

— Держись, — обхватываю её за талию.

— Да, — кладёт руку на шею. Вроде крепко. Взлетаем. Приземляемся на разрушенную стену. Отпускаю её.

— Вы желаете восстановить это место?

— Верно подметила. Восстановлю, затем запечатаю так, как смогу. Правда, последнее уже после того, как переедем в Гундабад.

— Тыл?

— Тыл. У нас много работы.

— Чем я вам могу помочь?

— Ты будешь тренироваться и вырезать себе посох с палочкой. Что это такое ты знаешь, как их создавать — тоже. Я желаю, чтобы через полгода ты, пусть даже с посохом, но могла использовать относительно простые чары, в том числе и боевые.

— При всём уважении, даже при должном усердии моих сил через полгода…

— Хватит на три, а то и четыре экспеллиармуса. Если с концентратором в виде посоха. С палочкой, конечно, у тебя и один не факт, что выйдет сотворить.

— Вы хотите вставить в посох накопитель?

— Точно. Заряжать будешь сама. У тебя есть вопрос?

— В чём смысл? Я буду тратить энергию на заклинания. Потом буду тратить энергию на зарядку накопителя, чтобы снова потратить её на заклинания?

— Смысл в том, чтобы заряжать посох, а потом использовать на заклинания лишь часть необходимой энергии из своего резерва, остальное дополняя зарядом накопителя. Таким образом ты будешь иметь возможность за одну тренировку практиковаться в применении заклинаний больше. В противном случае тебе придётся раз в десять-двенадцать часов использовать по одному заклинанию. Эффект будет не тот. К тому же, если создать искусственно слабенькую, но постоянную утечку энергии, то развитие ускорится. Это будет дополнение к резким порциальным потерям во время колдовства.

— Я поняла.

— Тогда у тебя трое суток, чтобы найти в окрестностях материалы. И ещё столько же, чтобы превратить то, что ты найдёшь, в заготовку. Закончим посох мы уже вместе. Палочку, пожалуй, не делай: я сам ей займусь. Как ни странно, но в случае с палочкой требуется больше умения и точности. Тебе пока эта работа не настолько доступна.

Глава 16[13]

— Сиди смирно, — блин, какой же у неё удивительный голос! Одновременно холодный, красивый и переливчатый. И нет, я не влюбился в собственную ученицу. И я не обманываю себя: слишком много прожил, чтобы не научиться говорить себе правду. Однако чисто эстетическое наслаждение она иногда приносит и, порой, весьма неожиданное.

— Кто же наш необычный гость? — удивлённо смотрю на пленника. То, что это пленник, понятно, потому что его шея зажата в клинках Астеллы, как в ножницах. Слишком сильно дёрнется — и ему перережут горло.

— Он следил за мной.

— Нехорошо, — качаю головой. — Оставь его тут и возвращайся к своим делам. Нет, больше никого в окрестностях нет, я только что проверил.

— А этот…

— Я про него знал. Это была твоя проверка, — фыркаю.

— Вы знали?! — а вот теперь заговорил пленник. Ему уже освободили шею. Что я могу сказать… человек. Лет семнадцать-восемнадцать. Блондинистые волосы, жёлтые глаза. Последнее необычно, но не для мефийцев и ангмарцев в общем. У них такие ребята тоже редкость, но не сильная. Примерно один на двадцать-тридцать человек. Хотя сочетание, как у этого парня, тут реально уникальное, ведь блондинистые кудри (а ведь такой цвет волос на севере весьма редок!) и жёлтые глаза дополнялись ещё и золотыми бровями! Альбинос, только золотоволосый.

— Знал. Я тебя почувствовал через пять дней после нашего ухода из города. Кто ты? — лениво задаю вопрос, опускаясь на камень. Последний прямо подо мной трансформируется в удобное каменное углубление под форму тела. Профессор МакГонагалл, вы, конечно, связаны у меня в памяти далеко не с самыми прекрасными эмоциями, однако спасибо вам за науку.

— Моё… моё имя… Меня зовут Ной Рингли! — он сказал это излишне громко, раздражившись от своей мимолётной слабости в виде запинки, вызванной, видимо, адреналином.

— Вот как? И зачем ты шёл за нами, Ной? Что тебе нужно было от меня… или от моей ученицы? — я спрашивал не просто так. Я мониторил его эмоции. Теперь я точно знаю, что нужно ему что-то от меня, не от Астеллы.

— Сила.

— Почему ты решил, что я тебе её дам? — удивлённо приподнимаю бровь.

— Потому что мне больше не к кому пойти за ней.

— Это причина для тебя, не для меня.

— Просто если вы не дадите её, то смысла искать больше не будет.

— Зачем тебе сила? — кадры на дороге не валяются. А самые лучшие кадры надо ковать самому. Парень молодой, крепкий. И явно с характером. Если такого обязать клятвой и привязать долгом, то из него может получится нечто очень, очень интересное.

— Я желаю отомстить.

— Кому?

— Оркам. Племени Кровавых клыков!

— Оу… — ну да… слышал я об этих зелёных. Весьма сволочные, надо сказать. И злобные. Во всяком случае это племя было одним из немногих, кто вёл с Мефисом постоянную и давнюю вражду. Кровавые клыки не пропустили ни одного более-менее серьёзного набега на запад за всю известную историю. Среди орков воины этого племени считались одними из сильнейших. А ещё — одними из самых бешеных.

— И как же ты желаешь им отомстить? И за что?

— Я хочу их уничтожить. Полностью! Я… я был у них пленником последние шесть лет. Меня отбили недавно. И моя мать… она тоже была… пленницей…

— Не продолжай… — устало вздыхаю. Что орки делают с женщинами? Ну… а что захватчики делают с женщинами? Помнится, Суворова святым называли за то, что его солдаты никого не грабили, не убивали и не насиловали. Здесь святых явно было поменьше.

— Что вы решили? — видимо, я слишком долго думал.

— Я отомщу за тебя, взамен потребую службу…

— Нет!

— Нет?.. — удивлённо выгибаю бровь.

— Я хочу уничтожить их сам! Собственными руками! — стой я, а не сиди, то точно отступил бы на шаг: такая всепоглощающая ненависть прозвучала в голосе парня, что даже мне, человеку, повидавшему немало всякого… разного, стало сильно не по себе.

— Гм… — прикрыв глаза, я попытался точнее ощутить астральное тело стоящего предо мной. Капельку более развит, нежели обычный человек, но вообще различие мизерное. — Ты… Астелла? — удивлённо поворачиваюсь к вернувшейся девушке. Она отрицательно покачала головой, показывая, что ничего не случилось. — Я обучу тебя. Сорок лет. Затем ты станешь достаточно силён, чтобы уничтожить Кровавых Клыков.

— СОРОК?!!

— Сила не даётся просто так. И за твоё обучение я потребую плату: служение. Когда твоих врагов не станет, ты вернёшься ко мне и будешь служить.

— Мне плевать на такую плату: она справедлива, но я не могу потратить на обретение силы полвека! Неужели нет другого пути?! — юноша явно был в отчаянии. Я понял, что предложенный вариант ему не подойдёт. Гм… я хотел себе немёртвых отряд? Гм… а ещё надо показать кое-что Астелле. Решено…

— Есть.

— Есть?!

— Да, другой путь есть. Но и плата за него будет выше.

— Я готов…

— Не спеши! — добавляю в голос нотки инфразвука. — Платой будет твоя жизнь. Всего год. Я потрачу на тебя всего год. Изменю твоё тело, твой… дух. Изменю, обучу, дам силу. Но ты не проживёшь долго после такого. Твоя смерть придёт быстро: пять лет, может шесть-семь. Однако это ещё не вся твоя плата.

— Что вы хотите ещё?

— Я хочу? Это то, чего хочешь ты! Мне твоя смерть не нужна, она нужна тебе, ведь является неотъемлемой частью силы, что ты ищешь! А сейчас я назову ту плату, которую ты мне отдашь взамен за мою работу. То, что я получу за потраченные на тебя силы.

— Я слушаю!

— Душу! И тело!

— Душу?..

— Когда ты умрёшь, твоя душа не покинет тела. Я возрожу тебя в виде немёртвого существа, и ты будешь служить мне. Почему ты застыл? У тебя ведь есть и другие варианты. Ты можешь стать моим учеником, и я сам уничтожу тех орков. А можешь проучиться сорок лет, и…

— Я согласен!

— Согласен?

— Жизнь — не такая большая цена.

— Твой выбор, — философски пожимаю плечами.

Ученица не показывала, но её явно пробрало такое наплевательское отношение к собственной жизни. Слушай, девочка. Слушай и смотри! Тебе будет полезно взглянуть на мир и глазами смертных! Как минимум, когда ты обретёшь свою вечность, то не станешь бледным подобием эльфов…

Что касается парня, то за этот год я собирался искусственно перестроить в его астральном теле многие основные магистрали, а заодно чуток помочь химерологией. Существовал уже рассчитанный комплекс подобной перестройки, но он был весьма болезненный. Впрочем, этот выдержит.

Сам комплекс был рассчитан на сквибов, которым потом вместо источника устанавливали мощный накопитель. Я же умею открывать источники. Если сделать это жёстко, то астральное тело будет повреждено. Магом в таком случае… не то, чтобы совсем не стать, но усилий на восстановление энергетики придётся приложить много, мягко говоря. Да и выжить почти нереально. Как я уже говорил, у парня будет после такого всего пять-шесть, может чуть больше лет жизни в своё удовольствие, но зато его тело получит сверхчеловеческие возможности, усиленную регенерацию, плюс я попытаюсь вшить в него парочку простых заклинаний, которые его деформированная энергетика сможет поддерживать.

Хотя, если подумать, то пять-шесть лет — это я преувеличил. В относительно спокойной обстановке — да, пять-шесть, но он же собирается пойти и вырезать одно из сильнейших среди соседних с Мефисом оркских племён… однако три года у него точно будет.

Что дальше? А дальше он будет обладать достаточно сильной энергетикой, чтобы дать мне три непреложных обета, которые вместе составят цепь клятв, способную удержать душу в теле после смерти какое-то время. Двух обетов недостаточно, но вот три… трёх хватит. Деформация энергетики не помешает потом поднять из него немёртвого, а заранее проведённая работа — сохранить после смерти разум и частично эмоции. Пожалуй, я уже знаю, кто будет командовать моим будущим элитным отрядом. Гм… возможно в будущем у меня получится даже создать из него нечто вроде лича и воина одновременно, но так далеко заглядывать пока не стоит…

Обеты в этом смысле вообще очень удобное волшебство: они переводят речь в конструкты плетений, как бы дико это ни звучало. Они способны ограниченно понимать благодаря ноосфере, о чём говорят люди, после чего, благодаря всё той же ноосфере, подстраиваются под сказанное. Маг может поклясться жизнью, тогда заклинание оплетёт жизненно важные точки тела своими нитями. А может поклясться магией, тогда в случае нарушения договора удар будет нанесён уже в источник. Ну или по основным магистральным каналам…

Именно поэтому с помощью обетов можно иногда сотворить нечто, что при ином исполнении заняло бы куда больше времени и сил. Как сейчас, к примеру, когда я всего с помощью нескольких фраз собираюсь построить сложнейшую конструкцию, призванную удержать душу в теле, которое даже ещё не мертво! Собственно, те же Основатели пользовались именно непреложными обетами: тот, кто их придумал, реально был гением.

— Если ты согласен, то пока что тебе будет первое задание: помоги Астелле с её работой. Раньше, чем через неделю, я с тобой заниматься не начну: нужна подготовка. Каждый вечер будешь подходить ко мне: я стану делать замеры для твоего тела.

— Хорошо, спасибо вам…

— Обращайся ко мне, как хочешь. Мне абсолютно всё равно, называют ли меня господином чародеем, господином магом или просто Алексом. Если неудобно всё это, можешь звать меня Архимагом, — пожимаю плечами.

— Хорошо, господин Архимаг.

— Идите…

Отвернувшись от своей помаленьку собирающийся команды, я мрачно уставился на огромную крепость, внутри которой мы находились. Источник Замка находился где-то на уровне минус второго этажа, именно туда, пожалуй, стоит направиться в первую очередь: бессмысленно, пожалуй, начинать отстраивать Твердыню, пока мне не подчинён источник. В конце концов одной его силы должно хватить весьма на многое.

На секунду поморщившись от воспоминаний о сегодняшнем сне, я, достав клык Василиска, спрыгнул в небольшую расщелину в полу около входа в донжон.

Флешбек. Сон.

— Карудзуки-сан, где мы? — довольно странно оказаться в бесконечной пустоте, сидя за партой, которая ещё и непонятно как стоит здесь. А прямо предо мной висит доска и стоит на невидимой поверхности учитель.

— Видишь ли, Алекс-кун, я Бог из соседнего мира и моим верующим нужен защитник, я долго выбирал по всем школам Японии…

— Но почему именно там?! — перебиваю.

— Конечно, чтобы получить ОЯШа! Зачем же ещё?! Кто, кроме обычного японского школьника, может спасти мой мир?!

— Но я необычный японский школьник! Я пришёл в этот мир недавно, чтобы отдохнуть! А до этого я веками путешествовал по вселенной! Я не ОЯШ! Я НЯШ!

— Эмммм… ничего страшного. Главный злодей в моём мире — коварная королева демонов. Наверное НЯШ даже лучше ОЯШа. Я всё-таки добрый, так что буду лишь рад, если ты её соблазнишь, а не убьёшь…

Конец флешбека

— НЯШ… нельзя становиться Японским школьником, потому что ОЯШем мне с таким прошлым точно не быть. Гм… а есть ещё ОРСы — обычные Русские студенты. А если будет необычный? Нет, не звучит. Тогда странный? СРС? Блин, не о том думаю!

Приземлившись на каменный пыльный пол, я осмотрелся. Коридор, в который я попал, был слабо доступен. Дело в том, что находился он на глубине где-то метров пяти и высотой едва ли был больше двух с половиной. Таким образом упавшая с потолка плита (а иначе откуда расщелина взялась бы?), будучи толщиной почти такой же, как и высота прохода, едва-едва не закрыла путь. Повезло, что она раскололась. Впрочем, трансфигурация и не то творить может. В общем, в тоннель я проник.

Ничего особенного тут не было: серые стены, иногда испещрённые мелкими трещинами. Потолок разве что высоковат для катакомб, а значит, эти коридоры выкопаны явно не гномами. Да и… *касаюсь стены* камень стёсан грубовато. Гномьи тоннели стоят столетиями, если не тысячелетиями. Им разве что косметический ремонт требуется. Здесь же… здесь сделано старательно, красиво, но не настолько идеально. Такое ощущение, что чего-то не хватает… СТОООП!

Резко развернувшись, я, не глядя, создал несколько святящихся шариков мощного Люмоса вокруг. Проведя по стене рукой ещё раз, я заметил множество трещин куда более мелких, нежели те, что различал ранее: света до этого не хватало.

Трещины… они не были следствием влияния времени, они… да, они были задуманы изначально. Они словно капилляры пронизывали стены, в каждой трещинке шла проволока. Невидимая почти глазу, потому что имела цвет, сходный со стеной, да и диаметр не впечатлял. Только вот я всё равно её чувствовал.

«Мановоды!» — потрясённо подумал я.

— Да кто создал этот Замок, Вечность его побери…

«Назгулы не пользуются такими системами, они просто… стоп! Почему не пользуются? Не могла же цитадель Саурона быть построена сама по себе? Вокруг Средневековье: нет таких технологий, чтобы возвести настолько циклопические конструкции. Да и Гундабад… К тому же, в каноне Барад Дур рухнул с гибелью кольца. Могло ли уничтожение сущности вроде Саурона спровоцировать шторм в астрале? Без сомнения. Точно спровоцировало. Но тогда там точно не было подобной системы, как здесь! Эта проводка, она без повреждения физического вряд ли перестанет проводить энергию, а Гундабад до сих пор стоит, значит Барад Дур поддерживается чисто энергетическими конструктами, не завязанными так плотно с физическим миром и, соответственно, легко уничтожаемыми мощным магическим катаклизмом. Скорее всего там ещё источник самой Чёрной Цитадели пошёл вразнос из-за гибели части Саурона в Оке, но это лишь мои догадки.

Выходит, что Чёрный Замок возведён вовсе не Сауроном и Назгулами. Тогда кем же? Впрочем, узнаю ли я это когда-нибудь, ведь ещё при Короле-Чародее эта крепость была заброшенной и Назгул её лишь восстановил, да и то частично. Однако, здешние катакомбы могут хранить далеко не приятные сюрпризы. Готов ли я к такому? Определённо нет! Следовательно, сначала требуется обследовать руины, а затем уничтожить их, новый же замок не буду возводить, поставлю тут пока чего попроще: небольшую крепостицу, башню или ещё чего. В конце концов моя цель — Гундабад, Чёрный Замок — лишь запасной план».

Исследования руин и катакомб растянулись на два дня. За это время я лишь больше убеждался в своих догадках: Крепость возведена задолго до Саурона и Назгулов. Наверное в первой эпохе, а то ведь и раньше могла быть. По здешним легендам, Арду создал Эру Илуватар, но так ли это? Могли ли Айнур во главе с Эру просто прийти сюда? И могли ли у этого мира быть хозяева и до них? Историю ведь пишут победители? Да и Галадриэль… Если бывшие хозяева возвели этот Замок, то они как минимум были развитой магической цивилизацией, а следовательно вряд ли быстро канули в безвестность. Галадриэль как раз родилась и росла в начале времён по версии нынешних хозяев мира. Вряд ли светлая эльфийка от хорошей жизни стала изучать некромантию на таком уровне, чтобы чистым некросом давить на Саурона и всю девятку Назгулов, пусть они и были ослаблены.

Хотя, если подумать, то вся моя теория шита белыми нитками. Надо найти ещё доказательств. Однако именно эту версию событий подтверждает ещё один немаловажный факт: здешний астрал. Жители Арды поголовно неспособны к нормальной магии… точнее, она им на начальном этапе весьма труднодоступна, несмотря на более развитые астральные тела по сравнению даже с жителями Земли. Весьма интересный феномен, особенно учитывая наличие у моей ученицы эдакого смешанного тела, чего-то среднего между нормальным для меня и нормальным для этого мира. Могло ли быть так, что дорогие Айнур просто уничтожили саму возможность для местных вернуть изначальную магию?

Да и в легендах говорится, что гномы были созданы едва ли не раньше людей, но их усыпили на долгий срок. Интересная деталь? Вон я, когда делал тело-гомункул для Салазара, фактически, тоже держал его во сне. А ведь пока Бруин с отрядом ходил со мной, точнее, я с ними, мне бросалась в глаза одна странность: здешние гномы — наиболее развитый, за исключением эльфов, в астральном плане народ. У них шире микроканалы, присутствует весьма слабый, почти незаметный, но ток энергии… но одновременно с этим они наиболее стабильны, их энергетика почти не развивается, хотя, по идее, к концу жизни гномы должны приобретать какие-то паранормальные способности, пусть и не особо серьёзные.

Гм… а майар тогда кто? Остатки здешних магов, добровольно присягнувших Айнур и отказавшихся от большей части своей прежней силы, перестроившие энергетику? Ха! А Саурон — эдакий мятежник, сумевший вернуть часть способностей! Именно поэтому он в одиночку пиз… мочил целые армии и именно поэтому его в виде духа едва-едва удалось победить всему Высшему Совету.

Блин, моя теория почти ничем не подкреплена, однако в неё вписывается всё больше деталей! Пожалуй, надо завершать с фантазиями: они мало полезны за отсутствием доказательств.

Пока Том в Гримуаре проводил замеры для Ноя, используя сложную рунную конструкцию, позволявшую живой книжке взаимодействовать с энергетическим миром, я занимался тем, что… правильно! Сматывал проводящую проволоку! Чего это добру пропадать?

Во время каждого прохода по подземельям я, с помощью второго потока мыслей, скидывал всё, что вижу, в Гримуар: на стенах часто попадались надписи, узоры или нечто, похожее на руны или вязь иероглифов. Не хотелось бы лишиться этих знаний, какими бы они ни были.

Спустя пять дней были завершены замеры для парня. Разум Гримуара по ходу дела разработал программу перестройки его организма. Я проверил.

В энергетическом плане нужно было грубо пробудить источник и расширить основные магистрали. Часто за счёт иных каналов. Кроме того нужно было проложить ещё две крупных артерии для энергии, благодаря чему пробудившийся источник будет постоянно качать силу в области мозга, сердца, лёгких, желудка, плечевого пояса и таза.

Прямо в астральное тело мы решили вживить три заклинания. Одно из них: заживляющее, должно было работать постоянно, усиливая регенерацию. Второе — во время учащения сердцебиения выше определённого порога потихоньку тратило энергию на то, чтобы качать кровь в синхроне с сердцем. Таким образом получалось значительное увеличение выносливости.

Кроме того, в астральном теле человека и так уже имелись органы, отвечавшие за многие функции. В том числе и за взаимодействие с телом физическим. Пошаманив с ними, я планировал усилить прочность костей, связок, увеличить реакцию, гибкость, силу.

Последнее заклинание, которое мы встроили, должно было работать, как телекинетическое. Оно, повинуясь мысли, должно было помогать перемещаться в определённую сторону. Искусственный энергетический резервуар для этого конструкта наполнялся примерно за трое суток и хватало его на минуту работы заклятия. Всего минута или целая минута? Учитывая, что применение должно быть импульсное, то и самое длительное воздействие, наверное, не будет дольше трёх секунд, но и это очень много. С помощью такой штуки Ной сможет совершать чудовищные прыжки или наоборот — прыгать с огромной высоты. Сможет выдернуть себя из-под удара, даже если руки и ноги будут сломаны. Сможет усиливать свои удары, может отбрасывать противников, хотя это будет куда сложнее для него.

Неожиданно я понял, что сие очень похоже на способности джедаев. Забавно вышло (П. А. Народ, я тоже это понял весьма неожиданно: не плагиат, всё сам придумал, но вышло и вправду похоже).

К моему безграничному счастью, лабораторию сделать было относительно просто. Требовалось помещение, требовались ёмкости, инструменты, НО! Не требовалось ЧЕРТИТЬ РУНЫ! Едва ли не самая муторная в прошлом работа была сделана моим Гримуаром всего за пяток минут: требовалось лишь положить книгу на пол и корректировать расстановку сползших со страниц символов.

Следующим этапом для Ноя стало зелье. Для перестройки его энергетики требовалось сначала переделать под неё физическое тело, усилить мышцы, увеличить объём сердца, лёгких, энергорезерв клеток (последнее только лишь благодаря зельям). Кроме того нужно было установить в тело системы для упрощения в будущем работ по поднятию моего в недалёком времени капитана немёртвых. Ну и, конечно, добавить пару приёмников. Энергетические резервуары — это хорошо, но я собирался грубо открыть источник. Такое плохо тем, что он почти всегда будет работать на средней мощности.

Нормальные источники не могут бесконечно вырабатывать энергию с определённой скоростью: они не машины, им требуется… отдыхать. Ток силы может иногда полностью прекращаться, а может выйти в режим форсажа, если вдруг наступит истощение. А может при всё том же истощении течь по маленькой капельке. Тут всё зависит от обстоятельств. В определённых диапазонах этот процесс можно контролировать, но лучше бы его не трогать, а то можно нарваться на последствия.

Грубое открытие источника плохо тем, что, в независимости от состояния энергетики, энергия постоянно течёт, пусть и слабее, чем на стандартном уровне у нормально открытого источника. Таким образом даже при полном резерве у Ноя будет постоянно возникать лёгкая… течь в пространство. Мало того, что это демаскирует страшно, так ведь ещё и жалко! Душа от такого постепенно истощается, хотя в нашем случае это будет не смертельным, однако просто так выбрасывать всю энергию?!

Именно поэтому я хотел вживить в его тело парочку драгоценных камней, долженствующих впитывать в себя лишнюю силу. Это будут накопители-губки. Они способны поглотить очень много силы, однако из них её сложно выкачивать. Таким образом первоочерёдная их задача — впитывать излишки. А ещё одно плетение будет по мере надобности вытаскивать из них энергию, наполняя более быстродоступный накопитель для использования какого-нибудь заклинания, которое я приведу. Какое — пока не решил, но скорее всего это будет что-то вроде щита. Наверное, Протего, возможно более сложное вроде Медмезия, но только если мне удастся его переработать под длительное действие, что очень непросто.

Сварить нужное зелье оказалось делом непростым: ингридиентов было маловато, так что пришлось несколько переработать рецепт под то, что можно было достать в округе. Впрочем, у меня имелась кровь дракона, которая сама по себе уже являлась едва ли не половиной всего, что требовалось. Её длительное воздействие на ткани, кстати, тоже должно были увеличить энергоресурсы клеток и эластичность всего тела. Не зря же все легенды одним голосом твердят: убил дракона, раздевайся и мажься кровью. Полезно для здоровья, да…

Ещё через шесть суток Ной наконец-то оказался в ванночке и заснул. Мне же предстояла очень, очень долгая работа с его тушкой. Даже с учётом моих знаний, требовалось не меньше семи месяцев для всей перестройки организма и адаптации. Оставшиеся три месяца (один уже почти прошёл) как раз будут для его тренировки. Вряд ли бывший раб знает много приёмов и имеет боевой опыт. Хотя… он же в Мефисе родился, так что Вечность его знает…

Что касается Вечности, то её я упоминаю потому что она нейтральна. Пусть мне от того ничего и не будет, но не хочу я всё время обращаться к христианским чертям, Богу, либо кому-то из местных. Вот бзик у меня такой, и всё тут.

— Закончили… — выдохнул я. Выдохнул не от того, что работа была достаточно тяжёлой, а потому что она мне уже надоела. К сожалению, посох ученице был слишком сильно нужен, чтобы начать отрабатывать заклинания. — Бери в руки. Что чувствуешь?

— Энергия… она течёт очень свободно и совершенно не рассеивается. Или?..

— Ты правильно догадалась, она рассеивается, но настолько слабо, что твои чувства просто не видят этого. В никуда уходит всего около четырёх-пяти процентов силы. Что касается твоего не заданного вопроса, то у палочки такое рассеивание достигает иногда четверти, хотя чаще оно на уровне пятнадцати процентов. У нормального колдовства без костылей показатель рассеивания полностью зависит от мага. Когда я только начинал колдовать, у меня не было палочки. Точно не скажу, но, думаю, мой показатель рассеивания тогда был на уровне девяноста процентов. Мне в своё время его улучшить очень помогала левитация. Сейчас он что-то порядка шестнадцати-семнадцати процентов, что для беспалочкового способа колдовства почитается очень высоким уровнем, потому что большинство магов, колдующих без костылей, в лучшем случае достигают процентов шестидесяти.

— А Магистры?

— Магистры… Насчёт остальных не скажу, но у моих учителей было как раз на уровне твоего посоха, — а у Ровены вообще не больше пары процентов… — Что касается Архимагистров, то рассеивание от их заклятий обычно не выше процента, а чаще исчисляется десятыми или даже сотыми долями. Мне, а тем более тебе, до такого уровня контроля сил переть ещё не одно столетие.

— Что мне делать? — забавная у неё манера разговаривать. Как только вопрос считается закрытым, она, безо всяких предисловий, резко переходит к следующему. Сейчас вот ей хочется узнать, что делать с посохом.

— Посиди, помедитируй, погоняй по нему энергию.

— Заклинания?

— Потом. Тебе ещё требуется научиться делать запрос к инфосфере. Впрочем, это не сложно. Требуется лишь выпустить сжатую ментальную волну определённой частоты и произнести фразу ключ вместе с ключ-движением. Обычно это приходит почти интуитивно, если просто долго и монотонно правильно произносить заклинание и махать палочкой. В твоём случае, кстати, будет тяжеловато с посохом-то… Впрочем, ладно. Через полчаса попытайся активировать Люмос. Это заклинание ты знаешь великолепно в теории, теперь тренируйся обращаться к ноосфере.

— Поняла.

Наконец-то закончив с насущным, я принялся за долгоидущие планы, а именно: снос Чёрного Замка. К сожалению, иначе было никак. Я желаю собственной безопасности. Да и не освою я сейчас настолько огромную крепость, так что придётся её уничтожить, благо что весь план и модель руин, все надписи и многие секреты этого места хранятся в моём Гримуаре.

Снос целого замка — задача не простая. Поэтому-то я решил подойти к делу творчески! Бить чем-то разрушительным сверху было бы глупо: тут разве что заряд, эквивалентный слабенькому тактическому ядерному боеприпасу поможет. Именно поэтому я решил обратиться к опыту Земли и заминировать несущие стены самых глубоких катакомб.

Беспокоило меня в первую очередь то, что ещё ниже могут быть секретные или блокированные проходы, полости и щели. Очень мне не хочется оставлять к себе чёрный ход. Именно поэтому я собирался не просто разрушить все перекрытия и подземные уровни, я собирался ещё и расплавить весь этот камень внизу. К счастью, привычным образом плавить было не обязательно. Достаточно было трансфигурации. Она, конечно, заставляет потом предмет возвращаться в исходную форму, однако это правило работает тем хуже, чем массивней объект. Таким образом при обратной трансфигурации даже на просто габаритном предмете вроде фортепьяно могут появиться изъяны в материале или форме. Я же собирался трансфигурировать тысячи тонн камней, попросту слив их в единый монолит. В данном случае, честно говоря, у меня вообще нет уверенности, что эти предметы будут пытаться свою форму вернуть. Скорее всего так и останутся камнем.

Чтобы накопить достаточное количество энергии для задуманного, мне потребовался период в четыре месяца. Это время было потрачено на перестройку тела Ноя, тренировки Астеллы с посохом и развитие её энергетики, создание мощных накопителей, адаптацией под источник и, собственно, постоянный слив энергии своей и из Гримуара. Источник же и так был подсоединён к накопителям, коих я сделал ровно одиннадцать штук.

— Сегодня тренировки не будет.

— Началось?

— Да. Я накопил достаточно сил, так что можешь посмотреть на грандиозное зрелище.

Первым этапом шёл подрыв. Множество глухих бумов под землёй сопровождались куда более сильными звуками снаружи, когда целые области просто проваливались вниз. Для этого мне потребовалось ставить специальные конструкции из рун, долженствующие создать давление в центр определённой области. И таких конструкций требовалось много, очень много. Благо что время у меня было. Собственно, где-то четверть всей скоплённой силы как раз ушла на их работу. Остальное же…

— Учитель? — девушка удивлённо обратилась ко мне, когда мы зависли в полуторастах метрах над землёй.

— Сейчас я обращу весь камень в воду. Всего на пять-семь секунд, но даже один глоток воздуха с капельками такой воды может стать смертельным. Рисковать не будем.

— Поняла.

Обращение шло глубоко снизу. Во-первых — большая безопасность, потому что трансфигурированной воды в каждый момент времени меньше, чем могло бы быть, так как превращается не весь объём, а только лишь его часть секциями. Всего таких секций было шесть.

Вторая причина такого решения — воздух. Если я обращу в воду сразу весь камень, то воздух снизу просто не успеет подняться, и, как результат, при обратной трансформации в камне будет огромное количество пузырьков.

Когда своеобразная волна превращений добралась до верха, огромный пласт камня, начавший падать ещё когда то, что было под ним, стало жидкостью, мгновенно осыпался с большим шумом. Поднялась куча капель, снизу повалили пузыри. Через несколько секунд вода забурлила, стала пытаться приподняться большими буграми вверх, пытаясь вернуть исходную форму, однако получалось откровенно плохо: все частицы настолько перемешались, что шансов у магии было мало. Если сломать трансформированный предмет, то он, вернувшись назад, также будет сломан. Трансфигурация вовсе не гарантирует защиту от повреждений. Этот эффект мы сейчас и наблюдали.

На пятую секунду воздух стал стремительно наполняться пылью, на шестую пылевое облако почти закрыло всё происходящее внизу.

— Учитель? Откуда пыль?

— Микрокапельки воды в воздухе вернули исходную форму, — пожимаю плечами, опускаясь вниз и разгоняя пыль: — Вевьёно Ревелио… — повинуясь моему взмаху, подул сильный ветер, сгоняя облако в сторону ущелья.

Что можно сказать о получившимся результате… ну, во-первых, вышло неплохо. Поверхность камня, конечно, бугристая, но зато монолитная. Во-вторых, имеется котлован — естественно, что объёма камня просто недостаточно, чтобы заполнить все те полости, что имелись внизу. Углубление, получившееся в результате моих действий, составило примерно метров пятнадцать, что очень и очень немало. Область, испускающая магическую энергию, проще говоря — источник, был теперь где-то на высоте семи-восьми метров от поверхности земли. Собственно говоря, тут теперь сверху наложить плоскость, получится подземелье. Его можно будет ещё на пару этажей разделить, и выйдет нехилая такая крепость. А сверху поставить различные постройки и стены. Площадь тоже огромна.

Зная, с чем теперь работать, я стал быстро составлять план будущей базы. Параллельно перевёл Астеллу на тренировки с палочкой. Посох она теперь носила в руках, палочку — на поясе. За спиной клинки. Если бы их не было, то посох наверняка бы висел на том месте.

С палочкой, сделанной нами хоть и талантливо, но кустарно, ей было весьма тяжело. Я не Оливандер, да и материалы далеки от идеальных, поэтому рассеивание составило порядка семнадцати-двадцати процентов. Как результат, ученица резко просела в силе, хотя и многократно выиграла в качестве заклинаний. Раньше они получались мощными, но точность сильно хромала, да и иногда они вовсе развеивались или выдавался не тот результат, какой нужен. Помню, в Хогвартсе был такой парень, Симус Финиган, так у него абсолютно всё, независимо от заклинания, превращалось в слабенький аналог Бомбарды. Даже зелья!

У Астеллы ситуация была лучше, конечно, но параллель прослеживались, ввиду чего эффект от перехода на палочку был очень ощутим в этом плане. Тем не менее, с трёх средненьких заклинаний, которые она могла выдать, не перенапрягая себя, её запас снизился до двух, что её явно раздражало, хотя лицо и оставалось спокойным. Необычная личность всё-таки моя ученица…

Что касается Ноя, то с его телом было закончено в середине седьмого месяца его комы. Тем не менее, я ещё неделю перепроверял всё, хотя проверки уже были закончены. Наконец, я позволил его сознанию очнуться.

— Кхр-кха-крркха… — отхаркивал он жидкость. Выглядело неаппетитно и противно, однако такие вещи меня давно не трогают. Ой… блеванул… как-то я забыл, что в желудке и пищеводе тоже жидкость скопиться должна была. Точнее, не забыл: вычистил, только вот из-за моей дополнительной недели проверок там опять чуток осело. Бедный парень, он сейчас должен испытывать омерзительные ощущения…

Тем не менее, всё рано или поздно кончается, закончилось и это.

— Как себя чувствуешь? — участливо подаю ему тряпку…

— Ола…ота… ослано…

— Отвратно? — пытаюсь расшифровать то, что выдаёт рот с перестроенной частично мышечной системой челюсти, да ещё и не говоривший в течение периода больше полугода.

Ной смог только кивнуть головой, чуть покачнувшись.

— Это нормально. Голова кружится? Это от того, что ты сейчас слышишь, видишь и ощущаешь куда больше, чем раньше. Скоро привыкнешь. Кроме того немного сместился центр тяжести. Ты пока мало что нормально ощущаешь, но скоро придёшь в себя. Для тебя это должно выглядеть, будто мир всё полнеет и полнеет, обретая новые краски, звуки и ещё что-то. Прими удобную позу и сосредоточься пока на моём голосе или ещё чём-нибудь. Глаза закрой, сначала приведи в порядок слух. Да, вот так. Теперь я буду издавать разные звуки, ты пытайся их повторять, хорошо? — дождавшись медленного кивка, я заговорил: — А.

— А.

— Аааааа…

— Аааааа…

— Б.

— Ф… Вфф… Пффф… Пвффф… Бфф… Бф… Б, б, б, б…

— Достаточно. Теперь «Ба».

— Фаа… Вба… Бвфааа… бвлаааа…

Таким образом мы промучились до вечера, после чего я заставил парня попить воды, из-за чего у него вновь слегка закружилась голова. Следующим пунктом шёл здоровый сон.

На следующий день мы перешли к тренировке и раскрытию слуха. Я усадил его в изолированном помещении, после чего бесшумно передвигался и тихо стучал ногтем где-нибудь. Ной должен был показать, где именно был стук. Затем стук убрали: я просто тихо ходил, а когда останавливался, парень показывал, где я нахожусь.

Через два дня он более-менее научился пользоваться слухом, и мы перешли ко зрению. Задачей было ловить мелкие предметы, которые я в него кидал. В основном камушки разных цветов, размером с ноготь. Поначалу он много пропускал, но вскоре стал их улавливать в воздухе, к тренировкам подключилась Астелла, работавшая с другой стороны.

Дальше было ещё множество упражнений: чтение текста с расстояния, тренировки на различение контрастности цветов…

Потом пошло тело. Первые дни проводили за обычной зарядкой, затем перешли к более сложным упражнениям. В общем, примерно за полтора месяца я смог привести парня в форму, после чего он начал познавать свои сверхчеловеческие возможности.

Во-первых, Ной тренировался владеть клинком. Тут вскрылась его огромная выносливость. Достаточно сказать, что мы работали в четыре смены. Сначала сражалась Астелла, потом я, потом снова она и снова я. Честно, такого эффекта не ожидал, но рад ему.

Кроме этого появилась большая сила. Каждое его движение было очень мощным, а прочность кулаков и усиление мускулов позволяло ударом стёсывать кусок древесины со стволов деревьев. Небольшие царапины после таких тренировок заживали всего за пару минут, вскоре появившиеся мозоли и вовсе эти царапины убрали.

Дальше — больше. Начали осваивать телекинез. Пока что относительно простые для него приёмы вроде усиления своих прыжков и упрощения приземлений, затем кое-что покруче, вроде толчка кисти противника прямо в бою и выход из-под удара за счёт толчка собственного тела.

Финалом наших тренировок стало ускорение сознания. Его мозг сейчас позволял такое проворачивать, хоть и слабо. Смысл был в резком притоке кислорода и некоторых веществ к голове, в результате чего на несколько мгновений время вокруг Ноя словно бы замедлялось. Этого не хватало, чтобы обдумать ситуацию, но хватало, чтобы правильно среагировать. К сожалению, сделать нечто большее у меня не вышло, так что сей приём мог быть повторён не чаще раза в две-три минуты.

Кроме того я таки установил на него Медмезиа Ментатум Протум Акрум, то бишь щит с тремя направлениями: ментальным, кинетическим и огненным. Активировался он мысленно, держался относительно долго, хотя, конечно, зависимо от количества принятых атак. В общем и целом, вышел эдакий боевой режим с сильным ослаблением атак обычных, урона от огня и давления на мозги, чем любили пользоваться Назгулы с расстояния. Думаю, ему хватит, в конце концов он будет орков, а не самих Саурона и Мелькора резать.

Перефразируя одного героя, у меня всегда был талант в архитектуре, к которой не было предрасположенности. Если проще, то знай я точно, что именно требуется, то гарантированно бы сделал и сделал качественно, но проблема в том, что на подготовленной идеально строительной площадке мне просто было непонятно, что же, собственно говоря, строить.

Нет, понятное дело, были в будущей крепости помещения, наличие которых обязательно. Скажем, лаборатория. Даже несколько. Нужно было ведь проводить исследования, нужно было многое рассчитывать, но одновременно требовались и помещения для работ аналогичных проведённым мной со Слизерином или с Ноем.

Кроме них нужна была, конечно, библиотека, заклинательные покои или, если проще, сердце будущего Замка, комната, где бы находился источник и часть накопителей. Место, откуда можно было бы консолидировать всю магическую мощь, которую такие строения накапливают веками. В конце концов они частично для этого и создаются.

Кроме того, конечно, нужны жилые помещения, склады, залы для будущих неживых воинов, будь то големы или немёртвые. Нужно было выстроить стены…

Но кроме всего этого у меня ещё оставалась куча места! И весь проект нужно было сбалансировать, создать систему защиты, энергетическую систему: не сама же сила потечёт от источника-то? Сама она достаточно быстро растворяется в пространстве!

Промучавшись какое-то время, я решил-таки поступить следующим образом. Во-первых разработать саму концепцию будущего замка, а также концепцию его обороны.

Первый и самый насущный вопрос: что я хочу получить? Крепость? Исследовательский центр? Поместье-усадьбу? Завод по производству немёртвых? Городок со всем сразу?

Забавно, но остановиться я решил на последнем варианте. При всём желании я просто не сумею достаточно защитить эту точку в одиночку. Есть множество ерундовых работ, которые заклинаниям не доверишь, а потому требуются разумные. Немного, но человек триста-пятьсот здесь было бы неплохо поселить.

К счастью, прошлая крепость была рассчитана на количество разумных на порядок более крупное, а потому место было, даже немало было, если подумать.

В итоге я решил отвести некоторую область (всё равно с немалым запасом) для себя, а остальное пространство — для тех, кто тут будет находиться рядом со мной.

Первыми стали, конечно же, заклинательные покои. Возводя их, я старался в первую очередь создать основу, на которую позже смогу наложить всё, что угодно. Сейчас мне требовалось в первую очередь создать систему ассимиляции и накопления вырабатываемой источником энергии.

Следом за ними я создал огромное перекрытие над нижней плоскостью. Делал основательно, с вкусом и смаком. Покои находились в башне, башня должна была по мере наращивания этажей уходить под землю, становясь эдакой колонной и дополнительной опорой. На втором этаже было создано что-то около двух десятков различных помещений. Многие из них были пока что пусты: мне и трёх лет не хватит, чтобы рассчитать всё требуемое и поставить.

Многие здания на втором этаже строились мной с расчётом на то, чтобы возвыситься над перекрытием третьего этажа, дабы сделать, как с башней. Такой метод позволял одновременно строить и на втором, и на третьем этажах, даже при условии, что перекрытие последнего ещё не наложено.

Однако самое главное было вовсе не на втором и не на третьем этажах, самое главное было в самом низу.

Что можно уместить на свободной площади диаметром в двести метров? Гм… Ага! Его! Портал! Малый.

На переброску в другой мир ему копить энергию при полном перенаправление на него всей мощности источника ещё лет семьдесят, но начинать надо как можно раньше! Именно поэтому портал был создан мною едва ли не первостепенно. К нему же добавился и накопитель, расположенный прямо в основании заклинательных покоев. На накопитель ушло почти восемьдесят грамм драгоценных камней. В первую очередь ушли такие камни (П. А. В названиях ошибки нет!), как Азурит, Лабрадор, Гематит, Гранат, Клинохлор, Оникс, Сапфир, Султанит, Фианит, Хризолит, Циркон и Шунгит.

Весьма забавно, что одни из самых дорогих камней у простых людей, бриллианты, изумруды, относительно малоценны для таких, как я. Несомненно, каждые камни обладают своими узкими свойствами и где-то с изумрудом не сравниться никакому другому самоцвету, однако самым дорогим в волшебном мире был Оникс, после него Султанит, Гранат, Азурит и другие. Это бы неминуемо привело бы к восстановлению равновесия на рынках магов и маглов, если бы не одно «но». Дорогим Оникс был не в смысле денег, а в смысле своей ценности. Использовать наиболее «удачные» природные камни было целой наукой, да и возможности, что они давали, в общем-то часто были весьма излишни. Именно поэтому для достаточно редких, кстати, артефактов из самоцветов брались обычно рубины, алмазы, изумруды и другие. Ну а для меня лучший камень — это всё-таки Оникс. Почти бездонная пропасть в плане энергоёмкости, рассеивания не допускает в принципе. Чем больше силы вбухаешь, тем крепче становится. Единственный минус — извлекать силу тяжело. Невероятно хреновая обратная энергопроводимость. Настоящий самоцветный хомяк.

Но тут задачу обычно решал Султанит, который был почти полной противоположностью Оникса. Султанит проводил энергию невероятно хорошо, мог также практически без излучения удерживать в себе большой запас силы. Минус у него был в другом: если определённый порог объёма преодолеть, то камушек начинал буквально трескаться, в некоторых случаях растекаться.

Имелось также и третье свойство: оба камня были практически полностью нейтральны. Энергия бывает разная, этим было наплевать на большую часть индивидуальных свойств.

Именно за счёт этих трёх пунктов спарка Султанита и Оникса стала невероятно удачной комбинацией. Обычно круглую горошину Оникса буквально вплавляли в гранёную каплю Султанита, после чего подвешивали на шею, предварительно изрисовав рунами кто во что горазд. Получалась штука с относительно безграничным объёмом запасаемой энергии. При этом Султанит всегда был полон, поэтому какую-то часть накопленной силы можно было использовать, как свою. Более того, проводимость Султанита перебарывала жадность Оникса, поэтому когда резерв жёлтого камня исчерпывался, он самостоятельно начинал тянуть силу из чёрного хомяка. В обычное же время можно было кидать порцию-другую в такой вот накопитель.

Относительными недостатками системы служила, во-первых, большая сложность производства, во-вторых, достаточно малый, «свободный» резерв Султанита. Хотя в сравнении с другими самоцветами Султанит лидировал с большим отрывом. Второй по энергозависимости, Азурит, имел резерв уже втрое меньший, нежели у своего желтоватого собрата.

Ну и, конечно, как это часто бывает, распространение такой системы было на Земле слабоватым. Лучше всех с камнями работали китайцы и японцы, собственно, именно в Японии я и научился такому.

Аналогичные механизмы, кстати, использовались и с иным исполнением. Скажем, Ною я вшивал систему с идентичным принципом, только на других носителях.

Так или иначе, но камушки отрывать от сердца было нелегко. Тем не менее, пришлось…

* * *

— Давай, — взмахиваю рукой.

— Аааавввада Кедавра! — чуть протянув первые звуки, она резко закончила фразу-ключ и взмахнула навершием посоха, из которого вырвался зелёный луч. Орк резко перестал дёргаться.

М-да… может тоже посох себе забацать? Я попробовал один раз взять в руки основной на данный момент магический инструмент Астеллы, так там любое заклинание получалось с солидной такой надбавкой. Раньше я и не замечал, сколько сил выкидываю в пространство просто так, а сейчас… Эх! Нет! Не возьму! Это всё равно, что взрослому мужику залезть в ходунки! Ходить, конечно, станет легче, да только атлетом так никогда не стать. Если я желаю развиваться, то мне надо отбрасывать костыли!

С сожалением кошусь на мантию-невидимку. Крестраж я создал, да. Потом отлёживался почти полторы недели, благо что ученица подсобила. Кстати, когда её магических сил стало достаточно, она мне таки принесла полную клятву верности, скреплённую двумя обетами. Добровольно и самостоятельно, я, честно говоря, начисто забыл про эту важную часть ученичества: привык за прошедшие годы к тому, что девушка всегда рядом и всегда, что называется, «за меня».

После создания крестража я чувствовал острый недостаток сил. Пожалуй, я сейчас где-то процентов на пятнадцать сильнее Дамболдора. Такого, каким он был во времена моего ученичества в Хогвартсе. М-да… как низко я пал! Хотя стоп! У меня через пяток лет начнёт расти магическая сила из-за того, что сущность Смауга медленно затухает и поглощается. Да и новый атрибут, формирующийся в теле, был неплохой компенсацией моих потерь. В конце концов магическая мощь восстанавливается, а атрибуты приобретать неимоверно тяжело. А мантия… пожалуй, пусть пока висит на моих плечах и компенсирует недостаток магических сил, как и Гримуар. Пока оторванный кусок души со мной, я всё так же силён.

Единственное, к чему я не оказался достаточно готов во время ритуала — это боль. Нет, она была ожидаема, но не в таком количестве. Боль же была адская. Хотя какой там ад! Всего за двадцать-тридцать секунд, которые я её испытывал, было проклято абсолютно всё. Пожалуй, теперь я понимаю, какой же царский подарок мне сделали мои дорогие учителя, когда помогли с крестражем в Силь. А я-то думал, что это небольшая услуга в числе прочих! Пожалуй, я ещё не скоро решусь создать новый крестраж таким способом: три-четыре Круциатуса одновременно будут милосерднее этого. Интересно, Воландеморт — это чело… маг со стальной волей или просто псих? Хотя… наверное и то, и другое.

Единственное, чего было жалко, так это отряда элитной нежити. Из-за полутора недель постельного режима я просто не успел над ними поработать. Правда, возможно оно и к лучшему: прототип уже закончен и теперь предстояло опробовать его, собрав все недостатки и проблемы для устранения.

Что касается безопасности Тёмного Замка (название я решил поменять. Dark Castle звучит лучше, чем Black Castle), то на первое время я решил её достаточно просто. Старый добрый Фиделиус, завязанный на магический источник, был способен скрыть крепость даже от летящих мимо Назгулов. Разве что специально искать будут конкретно в том месте с чем-нибудь на уровне Всевидящего Ока, может быть чуть послабее…

— Учитель, мы сейчас не в Мефис? — спросила Астелла во время пути.

— Почему ты решила, что не в него?

— Дорога через Старый Лес могла бы помочь нам сэкономить часть пути, однако вы туда не пошли. Такой выбор мог быть обусловлен нежеланием идти по ней после вашей… болезни, ведь вы могли бы ещё не до конца восстановиться. Либо такое решение вызвано иной, нежели я думаю, целью нашего маршрута, — она частично переняла у меня манеру речи, но, Вечность! Как же Астелла это произносит! На её абсолютно не выражающем эмоций лице только губы и двигаются! Просто сюрреалистичная картина. А если учесть ещё и то, что голос не меняется почти ни на йоту, то каждая фраза в её устах становится невероятно оригинальной!

— Ты не совсем права. Конечная цель нашего маршрута — Мефис, однако я решил сделать небольшой крюк. Меня заинтересовало одно местечко…

Местечко было древними руинами времён Короля-Чародея. К сожалению, ничего интересного там не обнаружилось. Надписи стёрлись… Впрочем, Репаро творит чудеса, а Репаро Максима способно частично проявить что-то. Вообще, классная это всё же штука, Репаро. Обращается напрямую к ауре предмета и, через неё, к инфополю, возвращая объекту исходный вид. К сожалению, чем больше проходит времени, тем сильнее данные теряются и искажаются, благо, что если вложить побольше сил, то кое-какой результат выдавить можно. Руины, конечно, стояли тут веками, но и в невозможный для прочтения вид здешние письмена пришли далеко не тысячу лет назад, так что «откатить» для них время на пару веков у меня получилось.

— Теперь в Мефис, — Астелла лишь кивнула, накинув на плечи плащ, ранее свободно болтавшийся за спиной.

Путешествие к Мефису шло спокойно. Мы проходили по более-менее обновлённым дорогам. Большинство, конечно, были грунтовые, но некоторые участки оказывались посыпаны гравием, а кое-где даже выложены булыжниками. По дороге попадались деревни. Все мелкие, на две-три-четыре семьи, но они были. Даже один городок был. Сразу видно изменения с моего ухода. Вроде всего ничего прошло, но, видимо, именно сейчас пошла активная фаза того, что мы, и я в том числе, подготавливали последние годы.

— Кто такие? — остановил нас отряд стражников. Такие патрули в десять-двенадцать человек попадались на дорогах раз в полдня. Эдакая информационная сеть и служба быстрого реагирования. Весьма неплохо придумано. Территория у королевства не особо большая, даже маленькая. Населения должно быть что-то около двухсот тысяч человек в лучшем случае. В таких условиях банды разбойников, даже мелкие, могут нанести серьёзный ущерб.

— А девка ничего такая! — прокомментировал кто-то.

— Можно я их убью? — спокойно повернулась ко мне Астелла.

— Боюсь Андре (Король, мефийское наречие, устаревшее слово) меня не так поймёт, если я разрешу тебе резать его воинов… — охлаждаю её пыл. — Разрешаю только в крайних случаях.

— Ваше темнейшество?! — внезапно воскликнул кто-то из стражников, недоумённо слушавших, как я пояснял молодой девушке, что она не должна убивать десяток взрослых мужиков.

— Ты меня знаешь? — наклоняю голову чуть на бок.

— Вы разве не помните? Битва на топи! — Битвой на топи здесь называли последнее моё сражение с орками. Точнее, последнее, в котором я участвовал.

Вглядевшись в лицо солдата повнимательнее, действительно вспомнил того. В конце боя орки сумели отрезать меня частично от остальных войск. Они хотели задавить колдуна числом, чтобы хотя бы свести бой вничью. Этот воин был первым, кто прорвался ко мне. Точнее, единственным. Собственно, он изрядно помог, прикрывая мне тогда спину. Ну или помешал: улететь и бросить его в толпе зелёных я не мог.

— Да, теперь вспомнил, — киваю с лёгкой улыбкой. — Вижу, ты левая длань? — звание можно было разглядеть достаточно просто. Оно обозначалось отдельно наплечниками, знаками на груди и спине, да ещё и формой шлема. — Поздравляю.

— Благодарю, — склонил он голову. — Судя по тому, что я вижу, меня тут не то, что предателем не объявили, но даже и относятся далеко не так, как должны были бы: в конце концов, обо мне ничего не должно было быть слышно целых полтора года.

Один из стражников, правая длань отряда, аккуратно толкнул своего подчинённого в бок. Все, видимо, уже поняли, что встретили кого-то необычного, но явно не понимали, кого именно. Даже оговорка про темнейшество не навела на мысль.

— Я Алекс Чёрный, — избавляю их от лишних размышлений. Хе, какая реакция! Тот, кто высказался про «хорошую девку», сразу как-то залез за спины товарищей, чтобы не выделяться. Нет, грубостью это не было… по отношению к простой девушке. Астелла, конечно, была в непонятном социальном положении, которое сильно зависело и от моего статуса, но уже одно то, что она ученица «жуткого колдуна» делало её куда выше простых крестьянок. Сейчас, кстати, уже реально заслуженно. Пусть она и может вдарить пока что лишь единственной Авадой, но даже так бой с ней будет стоить одному из противников-людей жизни.

— Балда! — тихо рыкнул на ухо правая длань левой. — Господин, вам нужно сопровождение, лошадей? — кивнул он на своих запасных.

— Мы доберёмся своим ходом, — отрицательно качаю головой. Капитан отряда лишь пожал плечами. Не его дело, как мы собрались добираться быстро без лошадей: мы же колдуны, у нас всё не как у людей.

— Тогда… Мерис, бери запасного коня и скачи в Мефис, предупреди короля о возвращении Алекса-Чародея.

— Есть, — кивнул воин, поворачивая лошадь. Я ничего не сказал: пусть лучше действительно предупредят, чем мы свалимся двору на головы.

— Господин, а это правда, что вы обучали Клинок Заката?! — не утерпел кто-то. Судя по внешнему виду, он был не из Мефиса, а из бывших окрестных племён. Да и дисциплинка пока хромает. Ясненько, значит Воевода всё же решился разделить мефийскиие отряды и доукомплектовать их ребятами с запада? Мудрое решение.

— Клинок Заката? Не знаю такого, — пожимаю плечами. Клинок Заката… Закат является символом Мефиса и мефийского королевства. Мефис — Закатный Город, сам Закат — это корона первого короля, которая была опущена на монаршую голову древними богами. Так гласят здешние легенды. Если кто-то носит имя Клинка Заката, то это должен быть некто легендарный. Клинок, значит это воин. Воин Заката… скорее всего кто-то из лучших воинов-одиночек Мефийского Королевства, кого Король лично приблизил к себе.

— Вы, наверное, не могли слышать это прозвище, — кивнул сам себе капитан, аккуратно повернув головой и прислушавшись к чему-то. — Когда он пришёл в наш город, его звали Ной Рингли. Да и сейчас так зовут, просто… — я на секунду отключился, потому прослушал окончание фразы. Рингли? Ной? Он же ушёл всего три с половиной месяца назад! Плюс-минус неделька-другая! Какой ещё Клинок Заката?!

— Ной Рингли? Помню такого, — не показываю вида, что охренел. — Да, его учил я. Он мой ученик.

Да, да, в конце концов, это я дал ему его силы, так почему бы не собрать дивиденды. Видимо, благодаря мальчишке меня все помнят и говорят в основном в добром свете. Гм… кстати, весьма забавно, я теперь кто-то вроде Мерлина должен быть, если уж малец настолько прославился, что теперь носит имя Клинка Заката. Хотя престол Мефиса и не свободен, значит учителем будущего короля мне не быть…

— Спасибо вам, что в трудный час послали его, — поклонился внезапно правая длань.

— Трудный час? Что именно случилось? — удивляюсь.

— Как?! Вы разве не знаете? Его Величество умер за четыре дня до прихода господина Ноя. Сейчас на престоле Его Величество Эрион Первый.

— Принц Эрион? — стараюсь не показать шока. Впрочем, эмоции были быстро взяты под контроль. — Я чувствовал беду, — через секунду медленно говорю смотрящим на меня людям, дабы не разрушать красивую легенду, — но не понимал, откуда она исходит, поэтому и помог Ною обрести его силу. Как жаль, что мне не удалось уберечь короля… как он погиб?

— На охоте. Вечная память, — люди склонили головы.

— Вечная память, — соглашаюсь. — Пожалуй, нам пора. Удачи вам в походе, — поддавшись мимолётному порыву, взмахиваю рукой, накладывая на всех слабенькие медицинские чары. Ими лечат обычно мелкие царапины и приводят себя в тонус, на большее они не годны.

— Лёгкого вам пути, господин Алекс, — поклонился в седле правая длань и повернул коня дальше по дороге.

— Учитель? — спросила Астелла через некоторое время.

— Мммм?

— Король же погиб неспроста?

— Ну, ему было шестьдесят два года. Логично, что в таком возрасте на охоте не занимаются вещами, способными вызвать смерть. Обычно в шестьдесят там скорее по шатрам сидят и ждут, пока молодые добудут дичь. Я, конечно, допускаю, что какой-нибудь кабанчик мог случайно выбрести на стоянку, но что-то не верится, что рядом с королём не было по крайней мере одного воина.

— И кто же тогда…

— Известно кто: эльфы. Король Мефиса был им удобен раньше, сейчас он со своими опытом и мудростью начинает больше мешать остроухим.

— Но ведь Его бывшее Высочество тоже далеко не молод.

— Верно, однако двадцать с хвостиком лет куда меньше, чем шестьдесят. Да и время, знаешь ли, у эльфов на его обработку было. Целых шесть с половиной, даже почти семь лет. К тому же, насколько я помню, отца принц не слишком любил… Знаешь что, когда мы придём в Мефис, старайся держаться ко мне поближе. Спарринги будешь проводить со мной или Ноем, думаю, он не откажется. Да и опыт у него уже должен быть, раз его зовут Клинком Заката. Твоих остроухих учителей мы забрасывать не станем, однако постарайся не оставаться с ними наедине.

— Я поняла.

— Чудно. Знаешь, пожалуй, стоит нам несколько ускориться. Иди-ка сюда… — схватив её за талию и умостив руку на своём плече, поддерживая телекинезом, я поднялся в воздух. Достаточно далеко уже позади нас заметил давнишний отряд стражников, где начали оборачиваться в нашу сторону. Уверен, вскоре пойдут какие-нибудь слухи. Думаю, они должны были поутихнуть, пока меня не было. Да и последнее время наверняка больше говорили про Ноя.

В столицу мы прибыли спустя пару часов. Тот стражник, что отправился вперёд нас, должен был быть здесь всего на полчасика раньше: мы-то летели неторопливо, а он на лошадке пёр быстро. Да и запасная у него была. В общем, ситуация должна сейчас быть удачная: все о нас уже знают, но ещё никто не подготовился.

Недалеко от города я опустил ученицу на землю и, обратившись вороном, уселся ей на плечо. Дальше она уже шла сама. Кстати, вид у неё был колоритненький: длинный серый плащ, посох, серебряные волосы, которые начали меняться какое-то время назад из-за проходящей по ним энергии. Такое бывает не особо и редко, всё-таки они являются естественным накопителем, а потому часто имеют свой собственный насыщенный цвет. Скажем, Уизли рыжие, Малфои — платиновые блондины, Блеки — жгучие брюнеты, Дамблдор имел грязновато-серебряный цвет волос. У кого-то волосы были седыми, но почти ни один маг не имел обычной невзрачной шевелюры. Цвет всегда был постоянным, если его не менять специально, а ещё цвет всегда был достаточно ровным и ярким. Да хотя бы того же Локонса вспомнить! Эффект же смены цвета я предполагал ещё когда думал, как же из магла сделать мага.

Ну так вот, выглядела Астелла, как самая настоящая колдунья или ведьма. Я, сидя у неё на плече, очень неплохо дополнял картину. Не удивительно, что её не просто без вопросов и платы пропустили в город (денюжку-пошлину собирать уже начинали, пусть и была она настолько низкой, насколько могла быть вообще).

Кроме того один из стражников тут же отправился ко дворцу, расталкивая людей в толпе.

— Госпожа Астелла? Я провожу вас! — вышел откуда-то достаточно неплохо одетый человек, когда ученица подошла ко входу во дворец.

— Конечно, — степенно кивает со своим обычным холодом в глазах. Нас повели по частично знакомым коридорам. Частично, потому что дворец явно перестроили, пусть и не сильно. Ну да… королевство уже более-менее устоялось, король сменился… молодой правитель явно желал жить несколько роскошнее, чем его отец. Эх, Эрион! Чтоб тебя…

— Леди Астелла? — ох, Исмельлун, ты такой галантный, оказывается, когда меня нет. Нехорошо-то как. — А где ваш учитель? Насколько мне известно, вы не так давно были вместе, — так, кто тут у нас… блин, я же всю эту падаль старался держать подальше от трона, а они всего за полтора года набились сюда, как чёрте кто! Придворные… откуда только появляются эти лизоблюды? Здесь полезных людей по пальцам можно пересчитать! Тааааак-с… чегой-то Эрион на ученицу подглядывает с таким интересом? Понравилась что ли? Хотя… *гляжу с плеча немного ниже* тут есть, на что смотреть. Пожалуй, протекающая по телу постоянно энергия уже начала это самое тело менять. Во всяком случае красотой с моей ученицей сейчас могут сравнится разве что эльфийки… хотя остроухие покрасивше чуток будут, но ведь и процесс ещё не окончен. Ладно, пофиг. Желания Эриона меня не интересуют. Астелла уж точно ему даст от ворот поворот: нафиг он ей сдался? Тем более, что раньше они виделись всего дважды, насколько мне известно. Сложилось так, что эта парочка почти не встречалась друг с другом.

— Карррр! — слетел я с плеча, захлопав крыльями. Приземлившись на пол, медленно начинаю расти, приобретая форму человека. Слегка картинно взмахиваю полой чёрной мантии (после помещения внутрь куска моей души, третий дар Смерти приобрёл чёрный цвет). — Ты видно забыл, Исмельлун, что не всё то, чем кажется? — слегка изгибаю губы в подобии улыбки. Эльфийский принц явно удивился моему неожиданному появлению. Впрочем, лицо он вернул быстро. А ведь ты, остроухий, знал, что я умею обращаться в птицу. Вот она, неторопливость мыслей бессмертных.

— Рад вас видеть, Алекс, — чуть кланяется. М-да… как бы я ни старался, эльфы превратили это место в клоаку. Раньше было проще, теперь вот появились какие-то лишние особые правила поведения… тьфу!

— Взаимно, — легко копирую его жест. — Не представишь меня? — киваю на перешёптывающуюся толпу.

— Ваше Величество, господа! Позвольте вам представить знакомого немногим присутствующим Алекса, Чёрного Чародея! — Эрион встал.

— Я рад, что ты, маг, снова будешь служить моей стране, — подошёл он. Хорошо, что услышали эту реплику немногие.

— Я служу лишь себе, Ваше Величество, но вернулся действительно для того, чтобы оказать вам дальнейшую помощь, — слегка ироничная улыбка. С принцем Эрионом я не встречался почти. Он был третьим наследником, но первый и второй погибли как раз незадолго до того, как я ушёл. Гм… не это ли причина, почему Король тогда послал армию в открытый бой вне стен города?..

— Учитель! — к нашей группе подошёл Ной, остальные предпочитали держаться подальше и не вмешиваться.

— Ваш ученик был неожиданным гостем здесь, но вскоре стал желанным, — слегка изогнул губы Исмельлун. Эрион молчал: видимо, ему хотелось сказать что-то резкое по поводу моей последней фразы, но своё место он понимал… не до конца, правда.

— Я вижу, — действительно, не заметить достаточно дорогую одежду на Ное было сложно. Да и сам парень несколько выправился, стал чуть более мускулист… нет, мне кажется. Просто в нём появилось ещё больше уверенности в себе. За спиной меч, сабля, если быть точнее. Весьма необычно, особенно учитывая, что оружие я вижу здесь всего у семи человек. Значит, это какая-то привелегия.

— Да, я был несказанно обрадован, когда такой воин, как Ной, присягнул мне.

— Это лишь его и только его выбор, какому сюзерену служить, — пожимаю плечами на лёгкое выделение интонацией слово «присягнул» со стороны короля.

— Разве ты учил господина Рингли не для того, чтобы он служил тебе? — удивился Исмельлун. Хо, даже этикет этот дебильный отбросил!

— Ну что ты, конечно же я возьму с Ноя плату за обучение, однако это не ваше… гм… точнее, это только наше с ним дело, какую цену он мне заплатит. Ной её знает, я её знаю. Не думаю, что это интересно ещё кому-то.

— И я готов её отдать, — спокойно кивнул парень. Хорошо, значит лесть на него тут не особо действует. Как они собираются его дальше окручивать? Бабы? Скорее всего. Стоит ожидать большой и великой любви светлого героя, ученика тёмного колдуна, кого-нибудь… гм… кого же они выберут? Добрую сердцем придворную даму? Или невинную и нежную эльфийку? Интересно, насколько будущая пассия Ноя будет шлюховатой, чтобы сыграть в этой интриге? Не посвящать её, конечно, можно, но вряд ли возможно. Посмотрим. Пожалуй, в эту игру можно играть и вдвоём, а пока товарищи с острыми ушами и короной на бошках не знают, какую плату их герой мне обещал, эта игра будет весьма интересна. Речь не идёт о том, чей будет Ной, речь идёт о том, насколько он будет мне лоялен и какую мне придётся проделать работу по ментальной коррекции.

— Леди Астелла, я раньше говорил вам, насколько вы прекрасны? — Эрион переключился на другую цель.

— Нет, мы с вами редко виделись, — о да! Молодец! Так держать! Это нечто! Ты его словно помоями окатила! Без единого колебания на личике! Я тебя люблю, ученица! В хорошем смысле, конечно, никакой пошлости…

— Я бы желал видеться с вами чаще, — дёрнул глазом. Мальчишка… на кого ты лезешь? Ты словно тупой и недалёкий идиот в нашем кругу. Вон, кто-то из тех придворных, что «случайно» стоят наиболее близко к нам, уже начал перешёптываться. Исмельлуну едва ли меньше половины тысячелетия, Ной прошёл чудовищную школу жизни и обладает большой личной силой и уверенностью в себе, Астелла училась у меня и эльфов долгие годы, а я сам считаю уже второй век! Ты же… ничтожество.

— Прошу прощения, ваше величество, — лёгкий присест наподобие книксена. Хе, этому я её не учил, только упоминал один раз, да показал воспоминание. Получилось явно не по местному этикету, но красиво и изящно. Кому бы другому эта стая шакалов вокруг такого не простила бы, но Астелла… у неё особый статус. Скорее всего скоро пойдут разговоры об особых правилах вежливости ведьм и колдунов. Тьфу… уже идут, чтобы им. Надо уменьшить чувствительность слуха. — Но большую часть времени я должна проводить со своим учителем: тайны магии куда важнее мирских хлопот, — оооооо! Я в экстазе! Моя дорогая ученица, ты заслужила, пожалуй, начало занятий по легилименции на полгода раньше. Окклюменции я тебя уже учу, но точно знаю, что ты желаешь научиться нападать, хоть и не говоришь. Готова ты к началу этих занятий давно, а мариновать тебя мне после того, что я тут слышу, уже стыдно… Однако, как красиво сказала же! Дословный перевод: «дорогой Эрион, ты, конечно, ничё так, особенно с этой золотой хреновиной на башке, но волшебство мне изучать куда интереснее, нежели болтать с мусором вроде тебя.»

— Вот как? Я запомню ваши… предпочтения, Леди.

— Я не Леди, — взгляд на окружающих, среди которых как раз и стоят большинство «Леди», буквально обливает толпу помоями, — я чародейка. Всего хорошего, Ваше Величество, — точно выверенный присест, аналогичный прошлому. Девочка моя, ты даже не представляешь, сколько удовольствия мне сейчас доставила! Просто невероятно! А уж этот жест с мантией… (при исполнении книксена Астелла заставила края своей мантии слегка приподняться в воздух, подчёркивая свои слова и статус) это троллинг на грани фола!

— Вот как? Это ваше и только ваше право, — сжал зубы Эрион. — Однако как же к вам тогда обращаться?

— «Сударыня», — ответил я за свою ученицу. Слово было на русском. Мне показалось весьма забавным добавить в обиход местных родное обращение, да ещё и к магам. — Я, соответственно, «Сударь».

— Я запомню. Всего хорошего, — Эрион надменно удалился от нас.

— Весьма забавный юноша, — достаточно тихо, так, чтобы услышал только сам «юноша», ещё не успевший отойти достаточно далеко, обратился я к Исмельлуну. «Юноша» замер на секунду, а потом несколько резко обернулся, меча из глаз молнии. Заявить он ничего не мог: скажу, что ему послышалось, уроню его авторитет, а сделать мне он пока не в силах совершенно ничего. Тем не менее, он необычайно быстро нашёл выход из положения:

— Я совсем запамятовал, Сэр Ной, я ведь ваш сюзерен?

— Несомненно, Ваше Величество.

— Скажите, какую плату вы обещали сударю Алексу за то, чтобы он вас взял в ученики?

— Я… кха… — слегка даже удивлённо кашлянул он и несколько растерянно посмотрел на меня. Хе, хорошо играет! Я ведь не ставил ограничений на речь в его клятве!

— Прошу прощения, ваше величество, но магические договора нельзя разглашать. Во всяком случае такие. Ни я, ни Закатный Клинок не можем вам поведать о нашем соглашении… — развожу руками с лёгкой полуулыбкой. Забавно, значит Ной тоже особо не поддерживает Короля. Что там с его эмоциями?.. Гм… да нет! Кто бы мог подумать! Он просто считает это не своей тайной и не может сказать королю ничего, так как это будет бесчестным по отношению ко мне!

— Вообще никак? — Эрион выгибает бровь.

— Боюсь, что после разглашения этого секрета Ной погибнет, — пожимаю плечами, вызвав в зале новые шепотки. Придворные хоть и ходили вокруг нас «случайным» образом, однако кто-то из них постоянно оказывался рядом. Да тут целую агентурную сеть по сбору информации можно делать! Круче только советские бабушки с семечками у подъездов!

— Весьма мерзкая магия.

— Зато честная, — пожимаю плечами.

— Пожалуй, я пойду, рад был повидаться, учитель, — Оу… ты бы мне ещё на колени встал. Зачем так низко кланяться?

— Я тоже рад был видеть тебя, ученик.

С большой вероятностью Кровавые Клыки уже перестали существовать. В Ное куда меньше ярости и ненависти, его внутренняя злоба куда-то ушла. Её заменила странная смесь спокойствия, рвения и раздражения. Как эти три вещи могут сочетаться в одном человеке я просто не представляю.

— Я тоже рад был повидаться, всего хорошего, Алекс. Твои комнаты уже готовы, слуга тебя проводит, покои твоей ученицы…

— Совмещены с моими, не так ли? — склоняю голову на бок и меняю глаза на вороньи. Вокруг глаз проступает рисунок перьев, больше похожий на чёрный жуткий узор.

— Гм… да, именно так. Ты необычайно догадлив, — последнее слово было произнесено с раздражением на минутную слабость. — Впрочем, молодой девушке неприлично жить вместе с мужчиной, и…

— Я вообще обладаю хорошей интуицией, Исмельлун. Мы искренне благодарны за то, что вы с Эрионом учли наши предпочтения. Пожалуй, мы прогуляемся по дворцу… часик. Думаю, слугам хватит этого времени, чтобы устранить последние недостатки, всё-таки наше прибытие было весьма скорым и неожиданным для вас, не так ли? — слегка улыбаюсь. — Я вижу, Воевода только и ждёт, чтобы ты нас оставил. Видимо, у него какой-то важный разговор. Всего хорошего, — лёгкий кивок.

— Вам двоим тоже, — я почти не наклонял головы, но Исмельлун умудрился склонить свою ещё на меньшее количество градусов, обозначив уважение едва-едва заметным покачиванием.

— Я раньше и не предполагала, сколько яда могут нести слова, — тихо сказала ученица.

— Не больше, чем капля слюны Василиска, — фыркаю. Пожалуй, лет через двадцать можно будет ей дать маленький кусочек средоточия Змея или Дракона. Раньше, боюсь, её энергетика пойдёт в разнос.

— Рауг, — пожимаю руку Воеводе. Этот жест был в ходу среди узкого круга лиц. Нет, обычай пожимать руку существовал во всей Арде, но мы жали не ладони, а запястья. Эдакая деталька, выделяющая наш небольшой кружок по интересам. Гм… прям массоны какие-то, разве что в высшую сущность не верим. Хотя… вон, у мефийцев есть их древние боги, Рауг в них очень даже верит, как и многие воины. У меня есть Вечность, как сверхабсолютная сущность, а если брать кого поближе ко мне и к реальности, то есть те же Кощей, Аулузис, Эленель, Мерлин… живые Боги, Боги, которые таковыми стали и которые показали, к чему нужно стремиться. Чем не высшие сущности?

— Алекс, — отпускает моё запястье. — Рад, что ты меня заметил. В этой толпе… — презрительно глядит по сторонам.

— Вижу, придворные сэры и леди не доставляют тебе удовольствия своим видом? — иронично приподнимаю бровь. Рауг на секунду замер, с подозрением глядя на меня, после чего устало вздохнул:

— Ты не мог бы говорить проще? У меня от подобных речей уже желчь из ушей скоро пойдёт.

— Фу, как вульгарно вы выражаетесь… Ладно-ладно, прекращаю, — в шутку поднимаю руки и аккуратно покачиваю ладонями в знак согласия с требованиями. — Могу тебя понять. Прошлый король такого засилья всяких бесполезных человечков при дворе не допускал.

— Не мне обсуждать решения нынешнего правителя, я лишь могу советовать и твёрдо принимать удары судьбы, когда моих советов не слушают, — спокойно произнёс Воевода.

— А чьих советов Эрион желает слышать?

— А то ты не знаешь? Его главные советники обладают необычной формой ушей и немалой долей надменности.

— Ты не боишься внезапно отправиться к своему бывшему монарху за такие речи? — поинтересовался я, мимоходом накладывая барьер, слегка заглушающий нашу речь, а то некоторые дамы и господа подошли опасно близко.

— Брось, пока им некем меня заменить, они будут терпеть.

— Командовать войсками невелика наука. Для эльфов. Среди них есть те, кто помнит войну с Королём-Чародеем. И таких немало. Думаешь, они не могут тебя заменить?

— Эта замена будет в течение двух-трёх лет привыкать к существующим реалиям. Войска Мефиса отличаются от других армий, а ведь есть ещё системы снабжения, патрулирования, пограничная стража… нет, не думаю, что эльфы способны управлять всем этим без подготовки. Либо им придётся привлечь множество собственных сил, — философски пожал плечами полководец. — Сам знаешь, как они относятся к идее использовать своих собратьев. Думаю, за свою жизнь я могу быть спокоен.

— Я тебя понял. Так что ты хотел от меня?

— Клинок Заката. Ты можешь обучить ещё таких воинов? Хотя бы сорок человек?

— Он настолько силён? — удивлённо спрашиваю.

— Некоторые зовут его человеком-армией. Не сказал бы, что он может сражать полки в одиночку, но он способен почти бесконечно сражаться в самой гуще боя против любого количества противников. Будь у нас отряд таких воинов, пусть даже небольшой отряд… его бы можно было бы использовать, скажем, на острие атаки. Тогда мы смогли бы прорывать любую оборону.

— Я не думал, что Ной будет настолько силён. Он, конечно, сильнее орка, гибок, как эльф, раны на нём заживают раз в десять быстрее, чем на человеке, а выносливостью он может поспорить со многими… Вечность!

— Вот именно. Ты создал воина, который может одновременно уворачиваться почти от любых ударов с разных сторон, при этом мало уставать и быстро восстанавливать свои раны, да ещё дал ему какие-то необычные способности, не так ли?

— Всё верно.

— В начале он ещё получал сильные ранения, но после присяги Эриону Ной отправился в одиночку на северо-восток, в дикие земли. Вернулся он через полтора месяца совершенно иным человеком и в первом же бою показал огромный опыт. Видимо он непрерывно сражался с зелёными.

— Всё ясно. Скажи, ты слышал наш разговор с Исмельлуном и Королём?

— Да, большую его часть.

— Тогда ты должен был слышать и про плату, что отдал Ной за свою силу. Я не имею права говорить тебе, что это за плата, но скажу, что Клинок Заката не проживёт ещё и семи лет.

— Вот как? — взгляд Рауга потяжелел, а сам он нахмурился. — Спасибо, что разъяснил. В таком случае, не стану тебя задерживать более.

— Конечно, — легко киваю, отходя на шаг.

— Сударь, — протянули рядом. — Будьте добры, отойдите от девушки, сейчас будут танцы.

Удивлённо оглянувшись, смотрю на самоубийцу. Молодой хлыщ, одежда дорогая… блин, а я-то ещё жалел раньше, что меня все боятся! Всего восемнадцать месяцев, и слухи обо мне сошли на нет! Охренеть просто!

— Ты ещё кто? — кривлю лицо.

— Моё имя Лорд Грейз, а теперь будьте добры отойти от девушки.

— Астелла? — слегка изгибаю бровь.

— Мусор, — ох, как же мне нравится этот взгляд. До сегодняшнего дня я и не думал, что она обладает удивительной способностью морально окатывать людей помоями так виртуозно. Она, видимо, и сама не думала. Кажется, наслаждается.

— Вы девушке не интересны, — пожимаю плечами.

— Девушка не Леди, чтобы иметь собственное мне… кхаааааааа! — Том, я понимаю тебя всё лучше и лучше. Круцио — действительно лучшее заклятие из придуманных магами.

Толпа во все стороны шарахнулась, как ошпаренная, визжащий на полу юноша двадцати лет привлёк всеобщее внимание.

— Авада Кедавра, — спокойно произношу, а с моей руки срывается заклятие, прерывающее жизнь дурака. Господа вокруг смотрели на меня с ужасом. Ну а что они думали? Послали, значит, испытателя? Я же не дурак, понимаю, что меня провоцировали. Хотели узнать мои реакции и посчитать по поводу будущих интриг. — Ваше величество, мне распылить тело или сжечь? — интересуюсь в абсолютной тишине.

— Сударь, вы понимаете, что сейчас убили дворянина? Лорда! — сдерживаемая ярость в голосе Эриона была слышна всем.

— О нет, Ваше Величество, — картинно зеваю. — Я сейчас убил хамоватого дворянчика и лордишку, который посмел считать себя равным мне, — все точки над «ё» расставлены. Наверняка многие ждали моей жёсткой реакции, всё-таки мой характер ещё помнили. Никто просто не понимал, что реакция будет настолько жёсткой и жестокой. — Да и что такого случилось? В конце концов кто такой этот мусор по сравнению с Чародеем? Всего лишь зарвавшийся смерд, — небрежно машу рукой. Завершающий кирпичик встал на своё место в пищевой пирамиде. Многие тут ошибочно восприняли наш отказ от титула, как ошибку. Ну да… есть дворяне, все остальные ниже них. Психология, етить её. А вот сейчас я чётко и ясно сказал в лицо всем окружающим, что есть они, пыль под ногами, а есть все остальные, то есть я, Воевода, Исмельлун и другие, с кем я общался вежливо.

Жалко ли мне было того дурака? Ни капли. Это пешка со стороны эльфов. Я ещё помню, как остроухие пытались навязать мне свои правила игры. Теперь они превращают голову страны, её правительство, в болото. Мне наплевать, что они творят, но пусть сначала отвоюют мне Гундабад, а то в последнее время у меня складывается впечатление, что меня кормят пустыми обещаниями и никакого похода на орков не планируется. Скорее уж эльфы строят щит для собственного королевства, а заодно колонии для себя, а Гундабад так и хотят оставить оркам. Пожалуй, надо действовать жёстче. Мне нужна Империя, они создают королевство. Если я хочу сделать из мефийцев империю, то в первую очередь мне надо наладить эффективную работу государственного механизма, а это значит — вышвырнуть весь окружающий меня сейчас сброд к чертям собачьим. Тот придурок явно был сыном кого-то влиятельного при дворе. Так как сам двор в нынешнем виде не может существовать больше полутора лет физически, пусть и зарождался в где-то вне дворца и раньше, то много влиятельных семей пока что тоже быть не может.

На данный момент у новоявленных дворянчиков есть два варианта. Первый: утереться и заткнуть свои пасти. В этом случае они показывают, что поняли своё место, после чего всеми силами мне не мешаются. Второй вариант: попытаться мстить. Тайно ли, явно ли… в этом случае я просто уничтожу всех мстителей и сотру окружающих в порошок. Второй вариант даже больше меня устраивает, потому что одно дело — вышвырнуть шваль на время, а другое: выжечь калёным железом только начинающую зарождаться гниль. А то, что это будет именно гниль, я не сомневаюсь. Настоящая элита здесь формировалась до моего ухода. Это был гос. совет, окружение старого короля. Вокруг меня же… сброд одним словом.

— Будьте добры покинуть собрание, — с трудом себя сдерживая проговорил-прорычал Эрион. — Тело отдадут родственникам.

— Да хоть собакам скормите, — почти прямое оскорбление. — Мне плевать. Благодарю за оказанную мне честь не проводить своё время в компании разного рода сброда, Ваше Величество. Пожалуй, пока они вас тут развлекают, мы обсудим нынешние проблемы с моими старыми товарищами. Надеюсь, они не против? — обвожу взглядом зал.

Всё. Финиш. Это вызов всему, что делалось последние полтора года эльфами. Если сейчас ключевые фигуры пойдут со мной, то образуется чёткая новая система. Будет кружок по интересам, он же государственный механизм, куда войдут те, кого мы собирали до моего ухода. Второй группой станет остальной двор, который может творить всё, что захочет, но никакой реальной власти иметь не будет.

— Пожалуй, у меня есть, что обсудить со старыми знакомыми, — хмыкнул Роуг, первым подойдя ко мне.

— Я также предпочту поговорить о деле, а не о новом вине, — чуть погодя кивнул Арлекин, брезгливо глядя на труп, мимо которого шёл. Арлекин был кем-то вроде министра экономики или как-то так. Занимался вопросами перераспределения производства разных товаров в различных городах, дорогами и снабжением армии. То-то он пошёл ко мне сразу: почувствовал силу, которая может его поддержать. А то, судя по состоянию дороги, не сильно-то он нужен при новом дворе.

Молча к нам подошли пара полководцев.

— Ваше Высочество, вы с нами? — ехидно интересуюсь у Исмельлуна. Ну давай, сволочь остроухая. Я тебя переиграл вчистую. Ты, видно, не думал, что я легко пойду на убийство? И уж точно не считал меня достаточно сильным, чтобы выступить против всех. Теперь будешь ломать голову, что я делал эти месяцы, чтобы увеличить свои силы? Гм… а ведь с его стороны мой уход как раз выглядит как попытка накопить новые возможности. Только ради того стоит сейчас пойти со мной. А ещё — чтобы поучаствовать в новой власти. Эльфы — неотъемлемая, к сожалению, часть государственной машины Мефиса. Противостояние между нами и ими просто развалит страну, и не будет ни похода на Гундабад, ни щита для остроухих, так что сами бессмертные и вечно юные падлы не могут допустить раскола. Пока мы не устраиваем ничего сверх нормы, они нас будут терпеть и станут сотрудничать. А убийство какого-то человеческого придурка точно не выходит из их понимания нормы. Они уже вырезали всю прошлую знать при Орионе, грохнули его самого, а потом ещё и короля Мефиса прикончили. Едва ли им интересна смерть того наглеца.

— Пожалуй, мне стоит послушать, о чём вы собираетесь шептаться за спиной Короля, — о, как вывернул! Мы теперь едва ли не заговорщики. При прошлом короле такое было бы весьма серьёзным, а при этом… боюсь такая фраза нужна лишь чтобы сохранить лицо. Эрион не обладает реальной властью, так что на его мнение всем попросту наплевать.

— Чудно, тогда, судари, прошу за мной. Надеюсь, старый зал государственного совета не перестраивали? — последняя заявка. Как я уже успел услышать, гос. совет распустили. Намёк мой, я думаю, все поняли. Старая гвардия снова в сборе, на мнение остальных ей плевать.

Глава 17[14]

— Ной, отправляйся вместе со своим учителем, — сжав свои эмоции в кулак махнул рукой Эрион, вернув на лицо нормальное выражение. — Думаю, ещё один верный престолу человек в их узком кругу не будет лишним, — подколоооол! Только вот, дружок, не сильно ли ты наглеешь? Королей умеют снимать не только эльфы, а стать Мерлином при новом короле я всегда успею. Тут даже с эльфами конфликта не возникнет особого: они ребята не тупые, потерпят, если будут знать, что король проживёт не больше нескольких лет и наследника не оставит. Скорее уж Гилиан займётся работой по недопущению развала страны после смерти Короля в этом случае, а я как раз успею захватить Гундабад и послать всех нахрен. Гм… однако это радикальные меры. Не стоит ударяться во все тяжкие… сразу.

— Не слишком ли ты резок, Алекс? — прямо поинтересовался Исмельлун, когда мы покинули зал.

— Ты о чём, мой остроухий друг? — тон из разряда Воландеморт-стайл. Оу… чего это эльфа так пробрало? Я не настолько страшный. Гм… косится. — Что-то случилось? — интересуюсь.

— Ты не мог бы посмотреть мне в глаза? — внезапно попросил Исмельлун. Я лишь пожал плечами. Чего мне опасаться? Легилименции? Серьёзно? После ментальных схваток с Ровеной? Меня разве что кто-то вроде Морозова или Кощея щас проймёт, ну или древние монстры вроде Галадриэль или Саурона. Только вот они меня и так скрутят.

Ментальной атаки ожидаемо не последовало. Поглазев какое-то время мне в глаза, Исмельлун кивнул сам себе. Интересно, чего он хотел? Чтобы я внезапно утонул в бездонных омутах? Так что ли? Да не, вряд ли. О моих взглядах он в курсе, да и у самих эльфов никаких сексуальных меньшинств за все тысячелетия их истории не замечено. Следовательно, искал Исмельлун в моих глазах нечто конкретное и, видимо, не нашёл, но подозрения у него остались.

— И всё-таки, не слишком ли ты был резок? — возобновил эльф свою шарманку.

— Не понимаю, о чём ты.

— Ты убил придворного.

— Я убил идиота. У нас разный взгляд на вещи, не так ли? — ехидно комментирую.

— А что скажет твоя ученица? — видимо, он о чём-то усилено размышлял, иначе не сделал бы такой ошибки. Мало того, что я с Астеллой был наедине кучу времени, так ведь тот придурок изначально к ней полез.

— Я поддержу учителя, — спокойно отозвалась та. А ведь эльфы ещё не знают о клятве вассала. От предательства Астеллы я закрыт абсолютно полностью. Ей же могу полностью доверять.

— Вот как? А что насчёт наших тренировок?

— Ты разве тренировал её лично? — интересуюсь.

— Иногда…

— Примерно раз в пару недель, — «сдала» Исмельлуна ученица. Раз в пару недель, значит… это не «иногда», это «регулярно». Как не хорошо-то, дорогой мой остроухий друг…

— Ясно, — не подаю виду, что раздражён. — что касается моей резкости, Ваше Высочество, то вы слишком распустили двор, пока меня не было, — эльф кивнул: намёк понят.

— Я лишь служу королю и помогаю ему исполнять его планы. Раз он хочет видеть такой двор…

— Проблема в том, друг мой, что служишь ты своему королю. Мы пришли, — толкаю дверь, на которую до того наложил Алахомору. Исмельлун сильно удивился, что дверь не заперта. Хе, думал, что запертая дверь вызовет у меня проблемы? — Почему так пыльно? — раздраженно произношу.

— С тех пор, как Его Величество распустил Совет, это помещение оказалось закрыто, — пожал плечами Рауг.

— Ясно… Эванеско… — провожу рукой по помещению. Пыль исчезает. — Присаживайтесь, господа, у нас есть много вопросов, которые следует решать, пока Его Величество развлекается со своими лордами и леди, — Ной явно не одобрял моих действий, но спокойно занял место за столом: его дело наблюдать. Ничего личного, он мне обязан служить после смерти, но до сего знаменательного события парень свободен, как ветер в поле. — Арлекин, можешь чётко и по существу описать положение дел?

— Если коротко, то внутренние проблемы — это в первую очередь рознь между живущими у нас орками и людьми, — пожал плечами мужчина. — Почивший Король жёстко пресекал любые разногласия между людьми…

— А заодно нашёл всем общего врага, — кивнул я. — Что с экономикой?

— Дороги строились активно до прихода Его Величества Эриона, он посчитал более важным, как бы сказать…

— Роскошь, красивости, фарс. Говори, как есть. Перестроенный дворец я видел, поле для потешных боёв — тоже. Как и дурацкие флажки над некоторыми деревнями. Те же флажки были на костюмчиках тех аристократишек. Он раздал земли?

— Всё так, — развёл руками Арлекин. — Его Величество Эрион подарил часть своих земель и в подарках был весьма… щедр.

— Значит у нас имеются роды благородных, которые теперь владеют значительной частью ресурсов. При этом государству эти ресурсы недоступны. Чудно, — я чуть не сплюнул. — Исмельлун?

— Я слушаю? — эльф изобразил внимание.

— У вас были неплохие ассасины. Можете приставить лезвия к шеям аристократии?

— С чего ты взял, что мы это сделаем, Алекс? Ты желаешь пойти против законного короля, ты…

— Завались, — резко и грубо его прерываю. Что-то мне подсказывает, что в своих догадках о том, что остроухие рожи решили меня кинуть, я был прав. — Мне плевать, как это будет происходить. У аристократов есть два выхода, отдать королю земли назад, оставив себе по паре деревенек, либо перестать существовать. Или вопрос решите вы, или его решу я. Если меня смутит щедрость господ аристократов, то мне придётся их частично проредить, я ясно выражаюсь?

— Ты стал куда жёстче? — безмятежно отозвался остроухий. Спрашивал он явно не это. Если отбросить слова и вглядеться в суть, то выйдет: «что такого изменилось, что ты внезапно стал столь нагл?»

— У меня появились новые основания для жёсткости, — фырчу. — На решение проблемы у вас неделя. Дальше! Рауг! Какова ситуация с орками на границе?

— Пограничная зона охраняется серьёзно, но атакуют ее очень часто. Иногда орки прорываются и даже уводят добычу назад. Чаще всего их интересуют рабыни и скот.

— Рабов и скот… Назгулов интересуют рабы и скот, как символично, — снова фыркаю. — Что с армией?

— Три тысячи воинов мирного времени. Из них шесть сотен заняты патрулированием королевства в составе пятидесяти отрядов и нескольких гарнизонах деревень, близких к границе, остальные распределены в казармах в Мефисе. Это восемьсот человек. Оставшиеся шестнадцать сотен находятся на границе, они собраны в две армии. Каждая армия дежурит два месяца на границе, затем уходит на месяц отдыха в город. На патрулях внутри королевства заняты новобранцы с запада, прошедшие предварительную подготовку. Позже их число планировалось довести до шестнадцати кулаков (кулак = 50 человек, то есть всего выходит 800) и включить в смены на границе. То есть каждая армия менялась бы по следующему порядку: граница в течение двух месяцев, затем внутренние патрули и отдых. Каждая смещена относительно каждой на месяц.

Я прикинул про себя. Выходила очень хорошая система, при которой наиболее тяжёлый участок, граница, каждый месяц охраняется двумя армиями, одна в это время патрулирует, а последняя отдыхает. Цикл выходит такой: граница-патруль-отдых. После чего свежие и отдохнувшие бойцы опять отправляются на границу. Полная смена занимает четыре месяца, то есть каждая армия успевает пройти цикл трижды за год, что не должно дать бойцам расслабляться, но позволяет оптимально регулировать нагрузку, заодно обеспечивает постоянную смену на границе свежих сил. Очень недурной подход.[15]

— Почему ты сказал, что эта система планировалась?

— Потому что Его Величество её решил отменить. На данный момент дальнейшее увеличение патрулей не планируется, армейские смены производиться не будут?

— Смены — это обмен с границей?

— Нет, это подготовка новобранцев. Планировалось каждую смену одну армию заменять гвардейской.

— Поясни?

— Первая армия на четыре месяца заменяется гвардейской, затем вторая армия на четыре месяца заменяется гвардейской, а первая возвращается, потом третья…

— Таким образом выходит, что кроме нормального отдыха месяц на четыре у бойцов выходит ещё и раз в четыре смены одна свободная? Что за глупость?

— Нет, эта смена должна проводиться в учениях, — пояснил Рауг. — Что касается месяца отдыха на каждые четыре, то неделя из него тоже отводится под учения, а остальное время проводятся регулярные занятия.

— Гм, тогда прошу прощения, неплохо придумано, — быстро въехал я. — Гвардейская же армия становится элитной, так как у неё такой пустой смены раз в шестнадцать месяцев нет? То есть они в дальней перспективе должны быть, в общем-то, лучшим нашим подразделением? Только вот меня беспокоит число… выходит, что у нас… откуда, кстати, ты собираешься набрать свою Гвардию?

— Из лучших бойцов остальных четырёх армий. Их буду заменять новобранцами со всего Королевства. Всего, надеюсь, уложусь в три года.

— Гм… тогда выходит, что у нас четыре армии по восемьсот человек, это три двести. К ним добавим Гвардию, всего четыре тысячи. Не много ли? Не забывай, Рауг, это не просто воины, это — сорок сотен мужчин, которых ты собрался оторвать от работы! Арлекин! Вы проводили перепись населения?

— Так точно, за месяц до кончины старого Короля.

— Сколько у нас?

— Всего чуть больше ста восьмидесяти тысяч человек…

— Человек? Орки?..

— И восемь тысяч орков.

— Угу.

— Из них женщин-людей — шестьдесят шесть тысяч, мужчин — семьдесят четыре тысячи, детей — двадцать восемь тысяч, стариков — двенадцать тысяч. Среди орков имеется пять тысяч мужчин, полторы тысячи детей и полтысячи женщин. Стариков меньше сотни.

— Перекос какой-то…

— Среди детей больше тысячи — девочки.

Я кивнул. Перекос у орков в сторону мужского пола был вполне нормален для их вида. Это всё при том, что ранее мы старались больше детей брать и женщин, а почти всех мужчин убили. Потом, правда, старый Король слегка выровнял своим нацизмом сей неприятный момент, но вообще нормальным соотношением у зелёных было что-то около восьми к одной.

— В таком случае, Рауг, можешь воплощать свой план.

— Финансы?

— Мы с Исмельлуном возьмём это дело на себя. Его Величество будет не против, — Империо никто не отменял, как и зелья, и многое другое. Я могу многое вытерпеть, но раз уж пошёл так резко, то надо прорываться.

— Арлекин, проект дорог ведь остановлен?

— Да, но…

— Возобновляй. Смету подводи с учётом денег, которыми поделятся аристократы.

— Однако мы не знаем, сколько стоят их территории и о денежных выплатах речи…

— Ты не понял, мой рачительный друг, — улыбаюсь. — Они совершенно добровольно выплатят и отдадут столько, сколько вы с Раугом насчитаете. Сумма совпадёт чисто случайно, я всё-таки колдун, так что можешь считать это видением будущего. Рауг, ты с этого момента распоряжаешься армией полностью, Арлекин — финансами. Идите, скоро Его Величество подпишет нужный указ. Ной, ты не мог бы также покинуть зал на пару минут, у нас есть с Его Высочеством важный разговор.

Парень лишь молча кивнул. Он всё это время молчал, его чувства оказались неожиданно закрытыми: мне было очень сложно их разобрать. Когда все присутствующие кроме меня, Исмельлуна и Астеллы вышли (все окружающие были либо в «свите» Арлекина. Либо в «свите» Рауга), эльф ехидно улыбнулся:

— Ты верно думаешь, что новый Король выпишет после всего, что случилось в пиршественном зале, любой указ, который ты захочешь?

— О нет, мой остроухий друг, он выпишет любой указ, который ТЫ захочешь! — скопировал я его улыбку.

— Возможно вы, о великий Чародей, просветите меня, почему мы, эльфы, поддержим ваши притязания? У вас же есть достойные аргументы? — проверяет? «Великий Чародей»? Провоцирует? Хочет узнать, насколько чародей велик?

— Несомненно, дорогой принц. Скажи, как ты думаешь, какой выглядит ситуация с моей стороны?

— Не имею ни малейшего понятия, — пожал плечами остроухий. — Ты мыслишь несколько непонятными нам категориями…

— Ой не заливай! Мои категории вполне нормальны. А ситуация выглядит так. У нас был договор: я вам помогу объединить людей, вы мне поможете отвоевать Гундабад. Вышло, что щит от орков у вас есть, а вот идти на крепость вы что-то не спешите.

— Сейчас такой поход будет безумным…

— А если делать так, как делаете вы, то с каждым годом он будет становиться ещё безумнее, а не реальнее.

— Ты желаешь превратить людей в механизм? В бездушную машину, работающую лишь на твои планы с одной целью — улучшить эффективность работы?

— Ой, хватит воздух сотрясать! Вы поступаете абсолютно точно также, только вместо машины замешиваете болото и гниль! Моя же машина будет существовать лишь до захвата Гундабада, после чего перестанет быть настолько тугой и превратится в нормальное государство.

— Пусть так, но сколько жизней…

— Хватит, эльф! Не тебе говорить о человеческих жизнях. Задолбал. Давай я опишу тебе ситуацию вкратце, хорошо? Либо вы мне не мешаетесь, либо через десять лет здесь будет армия орков. Один раз я их объединил, после чего вы их хитро уничтожили, чтобы у меня в руках не было реальной силы. Только вот не забудь, что орки есть и на востоке. И даже не все они служат Назгулу в Гундабаде! Хочешь, орда придёт сюда? А представь, что с ордой будет маг? А представь, что маг… ну не знаю… поднимет армию мёртвых?

— Ты говорил…

— Я соврал! В моей власти организовать до пятисот немёртвых! Пусть даже на это уйдёт много времени, но десятка лет мне хватит! Скажешь, войска людей смогут противостоять нежити, если та пойдёт на острие атаки, а за ней хлынут орки? Думаешь, Мефис выдержат ещё одну прореху в стене? Думаешь, зеленые остановятся на Мефисе? Или думаешь, у них не будет моих зелий? А может ты считаешь, что я не смогу провести прямо ко входу в вашу нору пару сотен самых свирепых из них? Каково вам будет внезапно обнаружить под носом кучу орков, которые только и жаждут, как бы перебить побольше эльфов и отыметь эльфиек? Что такое? Не нравится картина? А ведь люди должны будут по вашим планам веками отражать набеги зелёных с востока! И учти, что из орков тоже можно сделать воинов, как Ной.

— Мы… не будем вмешиваться.

— И правильно. И это, на случай, если задумали меня убить, то учтите, что я всего лет через пять воскресну. А скорее всего меньше.

— Мы… мы учтём. С Королём разбирайся сам.

— Да нет проблем! — фыркаю, дружески хлопая эльфа по плечу. Тот, скривившись, смахнул с места моего касания невидимую грязь. — Можешь идти. И скажи Ною, чтоб входил, — о! Это непередаваемое лицо, когда я использую Исмельлуна, как лакея… Однако он ничего не сказал! Утёрся. Теперь стоит ждать мести.

— Учитель? О чём вы хотели поговорить?

— В первую очередь о произошедшем с тем дворянчиком. Почему я не почувствовал у тебя почти никакого неодобрения? — он знал, что я могу ощущать эмоции.

— Вы поступили неправильно, однако тот человек… я не могу одобрить его… повадки.

— Повадки?

— Молодые служанки, выпендрёж, парочка Леди…

— Я понял. Ты быстро изменился за прошедшее время. Иначе говоришь, иначе себя ведёшь.

— Многое произошло.

— Насколько ты верен Эриону?

— Он мне не нравится, но я клялся ему служить до самой смерти. Своё слово не нарушу.

— Ясно. Думаю, пока что нам не о чем больше говорить. До свидания.

— До свидания, наставник, — короткий кивок и вышел вон.

Я же, не теряя времени, отправился к Эриону. Пир как раз закончился, хотя какой там пир после моей выходки?.. Сам король сидел в своих покоях.

— Вас велено не пускать… — попытались было преградить мне путь…

— Империо! Заткнись и стой смирно. Никого не пускай, — фыркаю, даже не останавливаясь. Астелла тенью следует за мной. — Редукто! — ослабленое заклинание действует, подобно мощному пинку. Внутри слышится женский короткий визг и выкрик Короля, выбегающего с кинжалом… — Империо, Конфундус! — это уже на девушку. — Отрежь себе, — показываю пальцем на пах. — Стой! — когда уже кинжал поднесён к тому самому месту. — Ревелио, Финита! — Конфундус спал, Его Величество, тяжело дыша, упал на пол, выронив кинжал. Весь красный, рука трясётся…

— Ты…

— Силенцио. А теперь слушай внимательно. Правила поменялись. Не сделаешь, что я скажу, сделаешь под чарами, после чего лишишься памяти или получишь в рожу то же, что и твоя любовница. Как видишь, она воспринимает всё происходящее абсолютно нормально. Чтобы ты понял… Конфундус, — вкладываю кроху сил. Взгляд короля на секунду застыл, затем остекленел, после чего начал медленно проясняться, он удивлённо уставился на меня.

— Сударь, скажите, а тот человек на пиру, его обязательно было убивать? — прикладывает руку к голове и мотает из стороны в сторону… — Как-то странно всё, будто…

— Неправильно? — подсказал я.

Король тут же уцепился за слово и начал раскручивать логическую цепочку. Как я узнал мимоходом, тот пацан был близким приятелем Эриона, соответственно, смерть собутыльника и приятеля в походах по бабам не может быть безразлична, однако она безразлична, это неправильно, да и реакция на ту смерть в памяти короля была. Затем происходящее сейчас… В глазах монарха начал медленно появляться ужас, а сам он потихоньку в страхе переводил взгляд на меня, стоявшего со склонённой на бок головой.

— Вот здесь вот пара незначительных бумажек, требуется ваша подпись, — максимально вежливо говорю трясущемуся Королю. Кладя подготовленные указы на столик рядом. — Потом за ними зайдут указанные там люди. Что касается силы чар, то спросите потом вашу любовницу о произошедшем, на вас я наложил очень ослабленное заклинание. И ещё… с остроухими всё обговорено. Всего доброго, Ваше Величество.

Наведя грандиозный шухер, я схватил Астеллу и отправился за город: настояло время плановой тренировки.

— Сегодня займёмся телекинезом. Поверь, в наших условиях контроль метательного ножика куда эффективнее даже Авады, потому что Аваду ты запустишь всего одну, а метательным ножом с помощью телекинеза можешь бить раз пятнадцать с теми же затратами сил. Гм… это если у тебя будет такое же рассеивание при беспалочковой, как у меня. Такого, конечно, не будет, но мы будем усиленно работать над твоим контролем.

— Что мне делать?

— Для начала, — вытаскиваю из кармана два металлических шарика, — посмотри сюда. Это твоя цель на ближайшие две недели. Поднять и держать в воздухе хоть сколько-нибудь такую штуку. Сейчас тебе они не под силу, начнём с чего попроще, — шарики сменяются пером. — Для левитации есть специальные заклинания… наша задача обойтись без них.

— Я поняла, — берёт перо.

— Это хорошо, что ты поняла. Усилие тебе требуется приложить следующее. Телекинез грубый — это простейшее воплощение собственной воли с помощью смеси ментальной и астральной энергии. Соответственно, твой ментал как раз и несёт твоё желание. Мы начали заниматься окклюменцией. Попробуй для начала просто выпустить каплю энергии и не дать ей рассеиваться как можно дольше.

Девушка, кивнув головой, начала выполнять упражнение. Не самое сложное, но уж точно не простое. Когда она потратила половину резерва, то смогла добиться результата в три с половиной минуты удерживания весьма малой доли энергии в концентрированном виде.

— Достаточно, — потратили мы почти полтора часа и совершили что-то около полусотни попыток. — теперь новая задача — толчок. Поднимать предмет в воздух пытаться не будем: толкать проще. Смысл в том, чтобы смешать свой ментал и астрал, вложив в смесь информацию о толчке. Когда выпускаешь ментальную энергию, требуется не представлять, как ты толкаешь, не передавать ощущения от толчка, но именно что толкнуть мысленно предмет. Пока понятно? Отлично. Механизм действия такой же, как с заклинанием. Информационное поле обрабатывает твой запрос, выраженный в информации, заложенной в ментальную энергию, после чего использует уже астральную энергию.

— Но зачем тогда нужны заклинания?! — удивление, хоть и слабое.

— Ты, видно, подумала, что таким образом можно совершать любое действие? Теоретически ты права, — на моей руке загорелся огонь. — Пирокинез безо всяких заклинаний, — кожа покрывается льдом. — Криокинез. Абсолютно тот же принцип. Проблема в том, что сложное действие заставить выполняться такими воздействиями нереально. Только простейшие. Ментальная энергия сама по себе не особо стабильна, а в смеси с астральной… теоретически, наверное, возможно влиять на материю, время и пространство с помощью одной лишь воли и энергии напрямую, однако для этого требуется либо сверхтесное взаимодействие с ноосферой, либо сверхстабильная, по сравнению с астральной, энергия. То есть нечто уже иного порядка. Да и ментал не помешает упорядочить. В принципе, подобное воздействие считается одним из показателей уровня Архимагистра, однако это не совсем официально, потому что подтверждено многочисленными свидетелями, слухами и многим другим, но не подтверждено ими самими. Точнее, не подтверждён механизм подобных воздействий, Архимагистры его многократно использовали, но никогда не распространялись о нём.

— Я поняла.

— Тогда чего ты ждёшь? — кладу пёрышко на постамент перед ней. Постамент я трансфигурировал. Сложнее было остановить ветер вокруг, чтоб не мешал, но маг я или не маг?

С того памятного дня прошло уже три месяца. События происходили весьма интересные. Ну, во-первых, моя провокация сработала. Впрочем, она не могла не сработать. Если бы то семейство просто утерлось бы фактом, что кто-то демонстративно грохнул их родственника… а большинство семей представляли из себя рода старых недодворян или немногих старейшин. Именно таких эльфы пытались возвышать. И именно это дало мне поддержку противоположной стороны.

Кроме ничтожеств и интриганов существовали ещё и воинские рода, которые хоть и плели свои заговоры и интриги, но куда сильнее были не в вышеперечисленных вещах, а в количестве и искусности своих воинов-членов. Ранее в полностью военизированном городе-крепости власть принадлежала именно этой группе людей, однако с приходом эльфов им пришлось сильно потесниться. Только вот очень внезапно припёрся обратно такой крутой я, резко показавший зубки. Не имея собственного лидера ввиду нескольких сформированных противоборствующих фракций, они все оказались готовы выступить моей поддержкой, а помощь военной элиты дорогого стоит.

Как результат, эльфы действительно старались официально не вмешиваться, соблюдая наш небольшой уговор. Зато исподтишка гадили.

Ну а возвращаясь к новым русским старым дворянам, то тот идиот был первым из своего рода, но далеко не последним. Я всё-таки немного подкорректировал ситуацию, буквально вынудив осторожничающих дворян выступить против меня открыто. На следующий день ни одного представителя их семейства в живых не осталось. Ходили, правда, слухи, что сбежал кто-то, но я убил всех, так что глупость.

Новости расходятся быстро, а потому уже через несколько суток «урок» был усвоен. Тем не менее, я старался при каждом удобном случае максимально жёстко прижимать противоборствующую мне политическую группу.

Что касается короля, то профилактики ему приходилось устраивать часто. Вплоть до того, что я какое-то время длительно следил за ним под мантией-невидимкой. Лишившись покровительства эльфов, а также девяноста процентов сил при своём дворе, он не был чем-то большим, нежели пешка. Круцио же с Конфундусами и Империусами знатно прочищали монарху мозги.

Естественно, мои действия находили ответ. Яд в моей еде стал традицией. В том числе там, естественно, очень часто встречались и составы эльфийского производства. Ну… пусть балуются. Чтобы изготовить отраву более страшную, чем та, что течёт в моей крови, им придётся, пожалуй, сделать выжимку из сердца Саурона или Мелькора. Да и то не факт, что прокатит.

Неприятнее были яды в пище моих сподвижников. Несколько раз что Рауг, что Арлекин, что Астелла находились на грани жизни и смерти. После последнего случая я перетряхнул собственными силами всю столицу и демонстративно под корень уничтожил весь род стоявших за тем делом людей. Отступили и черту провели: не дураки.

С удивлением я обнаружил, что среди орков, которые в королевстве были больше изгнанниками, моя персона очень уважаема. Ну… не очень-то это и удивительно, учитывая, что я официально зову себя Чёрным Колдуном. Кстати, наших зелёных я решил собрать в одном месте и определить в отдельное поселение, тогда как раньше они были разбросаны по множеству разных. Ох, сколько идея «орочьей столицы» вызвала пересудов и протестов! Даже наиболее близкие союзники это дело не поддержали. Ну ещё бы, численность орков была всего раза в четыре с хвостиком меньше численности населения Мефиса. Потому и «орочья столица», что она станет вторым по численности городом королевства.

В результате вместо столицы пришлось делать область или провинцию. Название сути не меняет. Создали целых шесть небольших поселений, но не слишком далеко: всего несколько миль друг от друга. Фактически орки хоть и считались в правах равными людьми, но лишь в этой области реально заимели вес и перестали быть эдакими неполноценными. Взамен они обязывались предоставить в случае войны государству четыре больших кулака, то есть две тысячи воинов. С учётом их численности, это огромное число, но зелёные пошли на это условие, а мой авторитет лишь больше повысился среди них. Я же более не собирался отказываться от силы под своим контролем: хватило первого раза, когда обжёгся.

Что касается эльфов, то происходящее для них было, конечно, неприятно, как плевок в лицо их гордости, но не смертельно. В конце концов основная их цель какая? «Пусть люди с орками и гоблинами грызутся, а мы постоим в сторонке». Достигнуто? Достигнуто. Власть над людьми? Ну так они меня прекрасно знают: доберусь до Гундабада и просто не стану больше эту власть удерживать. Ну и не смогу, понятное дело. Ну так и зачем же ссориться ещё сильнее?

Всё шло своим чередом. Ной был официально вассалом короля, но Эрион хоть и был напыщенным придурком, но уж точно не идиотом: прекрасно понимал, что один Ной, которому, к тому же, я дал силы, не сумеет справиться со мной. Поэтому Клинок Заката оказался предоставлен, фактически, сам себе и был отпущен Королём на границу, где продолжил свои великие деяния, истребляя отряды орков, приходящие со стороны Гундабада и с северо-востока.

— Молодец, вот так и продолжай, — мы фехтовали с Астеллой уже полторы минуты и она меня всё больше поражала.

Видимо, девушка тренировалась где-то самостоятельно, потому что давно не проводимые упражнения с телекинезом давали прекрасный результат! Кроме двух эльфийских мечей она использовала ещё и метательный нож, который постоянно перемещался вокруг нас обоих, атакуя часто с совершенно неожиданных направлений. Я использовал схожую тактику, но брал лишь за счёт второго потока сознания. Забавно, но мне даже в голову не приходило использовать такой стиль. Это же насколько эффективно! Особенно в сражении один на один. Вот что ограниченность животворящая делает! Если бы у меня было столько сил, сколько у неё, то я бы тоже искал наиболее эффективные направления. Впрочем, я и сейчас ищу, просто слишком медленно.

— Аай! — зашипела она, отвлёкшись на мгновение. Тут же бью телекинетическим ударом по её ножику, который отлетает в сторону, а лезвие клинка приставляю к горлу. — Разве это честно? — а от своей холодности за прошедший год так и не избавилась…

— А что не так? Или ты думаешь, что кто-то в бою будет думать о честности? — ехидно спрашиваю. Да, приёмчик был грязненький. Она меня порезала в руку, а я брызнул в неё кровью. Кровью, в которой был растворён яд Василиска. Кстати говоря… — давай, надо обработать места, куда попали капельки… — лишаться ученицы будет не в кайф. Хотя надо отдать ей должное: она сумела плоскостью меча отвести в сторону большую часть летящей жидкости. Там в неё и попало-то всего ничего.

— А ваша рука…

— Ммм? — удивлённо кошусь на НЕ ЗАЖИВАЮЩУЮ рану от лезвия. Повернув голову к ледяной роже, внутри так и искрящейся хитростью, спрашиваю: — Может быть прокомментируешь?

— Вот, — достаёт из-за пазухи губчатый материал, внутри которого завёрнут ядовито-зелёный точильный камень. Аккуратно проведя над ним здоровой рукой обнаруживаю огромную концентрацию некроса.

— Даже спрашивать не буду, откуда, — удручённо закатываю глаза, не прекращая, впрочем работать над областью попадания яда. — Что касается этого, то идея наносить пыль такой штуки на оружие весьма похвальна, только вот попади такое в рану к нормальному человеку, так для него может даже царапина стать смертельной.

— А эта…

— Заживёт. Разве что исцеляющим побрызгаю. Нормально? — закончив исцелять, я просто втёр кое-какую мазь.

— Да.

— Тогда готовься: завтра нам к Гундабаду.

— Ной с нами?

— Да.

А дело было так. В один момент я просто понял, что чем дольше готовлю поход, тем… дольше буду его готовить. Рутина и повседневность снова начали меня поглощать, а ведь уже шёл восемьдесят второй год! Пора было заканчивать маяться ерундой. Была поставлена задача: подготовить поход за полтора года. Год почти прошёл. Осталось семь месяцев до выхода. Рауг уже успел наладить свою систему и постоянно таким образом улучшал качество войск, Арлекин вполне споро управлялся с экономикой. У государства был запас как денежных средств, так и товаров, чтобы организовать выход шеститысячный армии, среди которой будут две тысячи орков. Кроме того требовалось, понятное дело, кому-то остаться и тут, для чего была организована пятая и шестая резервные армии (были ещё четыре регулярных и седьмая Гвардейская). Тоже по восемьсот человек, но с куда более хреновой выучкой. Это была, читай, замена на случай войны. В мирное время они лишь собирались дважды в год на учения. Кроме того мне удалось-таки привлечь на свою сторону гномов. Немного, в основном молодых, желающих покинуть свои общины. Всего-то требовалось пообещать защиту в своей будущей крепости и покровительство, после чего на моей стороне оказался хирд на тысячу рыл. Ну и, конечно же, не обошлось без эльфов. Сначала Гилиан планировал выделить пятьсот лучников, в конце концов тут великий поход затевается, новый союз народов севера, а остроухие не участвуют… но я поставил вопрос ребром: хочет ли он дальнейшего сотрудничества с магами Ангмара. А то, что маги в Ангмаре будут плодиться (и в прямом, и в переносном смыслах) было умным людям уже понятно. Астелла была прекрасным подтверждением того, что мага можно обучить, пусть это и сложно, а ещё того, что я готов терпеть эти сложности и обучать. Ной же являлся зримым доказательством нашей силы. Если я смог всего за год вылепить из человека нечто такое, то смогу сделать и сотню таких человечков, пусть и за большее количество времени. Это был ещё один камушек в постулат «не связывайся».

В общем, после личной встречи с Владыкой Тёмных Эльфов к объединённой армии прибавилось полторы тысячи лучников вместо пяти сотен. Очень недурно вышло. Ну и, конечно, я не забыл про свою личную армию. Кроме двух тысяч, идущих по заключённому соглашению, орки отправили ещё столько же, уже по моей личной просьбе и под мою руку. Снабжал я их из своего кармана, который, понятное дело, наполнял за счёт государства.

Сейчас же шла предварительная подготовка, делались запасы, ковались доспехи и оружие, наконечники стрел, проводились учения по взаимодействию, на которых так настаивал на общих советах Рауг… Я же собирался уйти на несколько дней, чтобы разведать обстановку рядом с крепостью. Астеллу брал с собой в качестве тренировки: не всё же ей зелья варить да на полигонах упражняться? Пора бы и к реальному делу припахивать.

— Готовы? — спрашиваю их перед выходом. У каждого была небольшая безразмерная сумка, одна из тех, которые я захватил ещё с Земли. Классные всё-таки штуки: почти не испортились, разве что вложенный объём стал чуток поменьше за прошедшее время.

— Да…

— Да.

— Тогда выдвигаемся, — повернувшись, запрыгиваю в седло.

С нами должны были ехать ещё два всадника, которым у границы мы отдадим своих лошадей. Арлекин сделал чудо, выяснив точные области каменного основания в окрестностях Мефиса, после чего положил по ним дорогу. Ну, не сам, понятное дело, но дорога в болотах смотрелась весьма диковато, зато теперь нашим бойцам, постоянно дежурившим на границе, всегда вовремя доставляли припасы, да и сами они ведь тоже приходили и уходили.

Хреновое всё-таки у Мефиса расположение, даже, я бы сказал, очень хреновое. До границы всего около полусотни миль — это вообще ни о чём.

До армейских застав доехали молча, когда дорога кончилась — спешились.

— Удачи вам, господин Чародей, — в сопровождение дали мефийцев. Они куда вежливей: сказываются многовековые военные традиции. Спокойствие, дисциплинированность — это про них тоже.

— Благодарю, — коротко взмахиваю плащом и молча наблюдаю, как пятеро коней и двое всадников удаляются от нас. — Астелла.

— Да?

— Возьми, — снимать с себя мантию-невидимку было очень, очень тяжело. Я её вообще за последние годы едва ли пару раз убирал, обычно же она висела в свёрнутом виде в районе лопаток даже во время мытья или сна. Телекинез же прекрасно позволял развернуть её в любой момент. А кроме того она теперь ещё и часть моей души несла… в общем, отрывал от сердца и далеко не в переносном смысле.

— Учитель?! — ученица единственная, кто знала, что это за вещь. Ной тоже знал, но далеко не всё. Разве что ещё Гэндальф или Галадриэль с Саруманом и Элрондом… но вряд ли.

— С этого дня она твоя. Достойно храни. Отдаю тебе сейчас, потому что желаю, чтобы ты была максимально защищена.

— Я сильнее Ноя, — спокойствие вновь вернулось на её лицо.

— Возможно, однако Ной мужчина, имеет куда больше опыта боевых схваток и, в отличие от тебя, проживёт недолго. Да и смерть для него — далеко не конец, а вот уверенности, что я смогу вытянуть с того света твою душу и личность, у меня полной нет. Мне долго ещё держать её?

Астелла молча взяла мантию и… начала раздеваться. А, нет, просто плащ сняла и закинула в мешок, а вместо плаща надела мантию.

— Попробуй… — не успел я закончить, как фигура девушки, закрытая тканью, стала полностью прозрачной. Ещё миг, и прозрачные пласты начинают хаотично летать в воздухе, закрывая и раскрывая некоторые участки тела. Чудно, она чрезвычайно быстро осваивается с телекинезом. — Неплохо. Пойдём, — машу рукой в сторону болот. Ной всё это время молчал.

— Наставник, — внезапно обратился он ко мне. — Скажите, что сейчас происходит в южном Средиземье?

— Абсолютно не в курсе.

— Разве? — он неподдельно удивился.

— Я не всеведущ. Если желаешь, сходи и узнай.

— У меня присяга.

— Не я был настолько опрометчив, чтобы давать её. И, к тому же, разве Его Величество не отпустил тебя на все четыре стороны?

— Мммм…

— Девушка? — сходу догадался я. Ну, такой вариант был ожидаем, хотя проворонил я его глупо.

— Да…

— Оставь. Ты не проживёшь долго, а детей у тебя не будет, — внезапно в Ное всколыхнулась злоба. Более того, часть её была направлена на меня. — Что это ты так злишься? Не я тебя заставил выбрать именно такой путь. Я предлагал тебе стать моим учеником, предлагал самому уничтожить Кровавых Клыков. Что тебе мешало? Молчишь.

— Орки, — предупредил нас Рингли через пару часов. — Их дозорный отряд, всего шесть воинов, может чуть больше.

— Где? — сориентировался я. Проследив взглядом за рукой ученика, действительно обнаружил в двух милях на холме зелёных. — Ждите здесь… Карррр! — обратившись вороном, оглашаю окрестности криком.

Забавно, но меня попытались подстрелить из лука. Не попали. И тем не менее, я пошёл на снижение, а приземлившись, буквально мгновенно перебил их всех. Трупы были закинуты в ближайшие кусты. Возвращаюсь к своему отряду…

— Пошли… — мотаю головой.

Долго ли, коротко ли… а нет, это из другой оперы. В общем, до Гундабада мы пёрлись три дня (и три ночи). В первую очередь из-за необходимости соблюдать скрытность. Сама крепость находилась в горной долине, так что ночь третьих суток была потрачена на карабканье по скалам, благо что зелье ночного зрения я варить ещё не разучился. Эх! Слышал бы сейчас меня профессор Снейп!

— О Вечность… — прошептал Ной, когда мы добрались до вершины к рассвету. Парень нахватался от меня всякого, так что в его словах не было чего-то удивительного. Что его так впечатлило? Гм…

Ну, для начала, ВСЯ долина кишмя кишела орками. Откуда они берутся я понятия не имею. По моим подсчётам, с учётом тех, что уже уходили, зелёных должно было за последние двадцать лет пройти через сие место около пятидесяти, а то и больше тысяч. И вот теперь тут новая армия. По примерным прикидкам что-то около двадцати тысяч воинов. Но не они были главным, а Дракон. Огромный чёрный дракон. Чёрный, да вот только странный…

Приглядевшись, я понял, что странным казались очертания. Когда эффект зелья слегка спал и мне стало лучше видно на свету, то я понял, что дракон вовсе не живой — скелет, внутри которого, правда, имеется много разного. Да и перепонка на крыльях полностью нормальная. Кажется, чешуя также обтягивала большую часть тела, но, без сомнения, под шкурой были кости, а не мясо или сухожилия.

— Смауг… — прошептал я, на секунду встретившись с нежитью глазами. Тварь меня не учуяла, но вот я… я точно уловил по ментальной энергии, прошедшей через светящийся взор, что разум у Дракона присутствует. Не такой мощный, как был, но всё равно есть и развитый. И я не представляю, кого могли бы засадить в тело Смауга, кроме него же самого. Но вот откуда?! Кто смог поднять эту тушу, даже если её спиздили Назгулы?! Они сами? Да ни в жизнь! Если бы Назгулы были способны на такое, то в бой в каноне пошла бы армия мёртвых! Саурон? Но он же ещё не восстал! Иначе б я знал о том, что Средиземье пало!

Местная магия может очень многое, вспомнить хотя бы мёртвую армию Арагорна, но этот Дракон… я чётко чувствую множество плетений, наложенных поверх каркаса тела. Они заменили недостающие связки, сухожилия, мышцы и всё остальное. Воистину филигранная работа, а ещё точно выверенная и невероятно сложная. Пожалуй, у меня бы на такое произведение искусства ушло бы лет… ну не знаю, лет двадцать, может двадцать пять… Стоп! Но ведь тушу Смауга спёрли у меня из под носа уже больше сорока лет тому назад! Значит? У врага было время подготовиться? Веееееечность! Как же это муторно! И сложно! Кто же тебя поднял, падла, не сам же ты воскрес! Думай, думай, голова моя родимая… Саурон не мог, Назгулы не могли… или могли? Оставим, как запасной вариант. А ещё кто? Саруман? Он же должен предать Высший Совет лишь в начале следующего столетия! Может быть Мелькор? Не помню, кто он точно, но вроде как один из самых могущественных тёмных магов мира или даже кто-то вроде бога…

— Учитель, если эта тварь выступит против нас, то даже при численном превосходстве шансов не будет, — покачал головой Ной. — А у нас даже превосходства нет.

— Мы превосходим врага качественно, однако ты прав. Дракон, настоящий костяной дракон. Гм… но я забрал средоточие, значит у него не может быть так уж много сил. Душа Дракона, несомненно, вырабатывает огромное количество энергии, но эту энергию он должен тратить просто на поддержание своего существования, ведь тело мертво, а следовательно он каждое движение совершает за счёт магии… — задумался я. — Тогда заклинания из школы магии душ должны быть весьма полезны. Астелла, запомни формулу «Спиритус Мортис». Твоих сил хватит на одно такое заклинание, если бить мощно и с посохом. Пожалуй, оно нанесёт этой твари какой-то урон. Движения — круговой взмах, потом в центре спиральную руну «зиг» и продавливаешь.

— Поняла.

— Хорошо.

Я начал прикидывать в уме, что можно противопоставить такому козырю, как Дракон. Пусть этот конкретный слабее себя при жизни раз в шесть-семь, нам и такого хватит. Наверняка драконье дыхание у него сохранилось, пусть и стало скорее всего больше призрачным. Скорее всего оно должно быть похоже на рассеянный луч Авады Кедавра со смещением спектра ближе к физическому, то есть эта Авада будет больше не астрал повреждать, а бить по физическому телу. Пары секунд обычному человеку хватит, чтобы стать небоеспособным. Секунд пяти — чтобы подохнуть. Хотя, зависит от того, как сильно он дыхнёт.

Ну и ещё вопрос, почему же…

— Эврика!

— Наставник?

— Эта тварь не способна долго сражаться самостоятельно, ей нужна подпитка от источника Гундабада, поэтому наш Дракончик будет эффективен лишь на расстоянии в пару десятков миль от крепости, да и то, вряд ли он полетит дальше пяти.

— То есть он не может вылететь в Мефис прямо сейчас? — повеселел Ной.

— Может, но если он будет тратить только собственные силы, то, думаю, каждые миль сорок ему будет требоваться что-то вроде отдыха, во время которого эта тварь будет весьма слаба. Кроме того много побуянить он не сможет. Десяток раз дыхнёт на секунду-другую, и окочурится сам, — «это если ему не поставить мощный накопитель, чтобы аккумулировать энергию из источника» — добавляю про себя.

— Это хорошие новости, но как нам его одолеть?

— А хрен его знает, — философски пожимаю плечами. — Придумаем что-нибудь, — на меня покосились, но комментировать «гениальную» мысль не стали: уважение присутствовало. — Вот бы мне ещё лет двадцать, а лучше тридцать. Я бы тогда сам дышать начал не хуже дракона… гм… дышать… Оу!

Натянув на лицо весёлую лыбу, я раскрыл свой Гримуар на последней странице. В обложку с внутренней стороны была вставлена чёрно-бордовая небольшая сфера с яркой искрой внутри.

— Это источник Адского пламени? — полюбопытствовала Астелла.

— Точно. Конечно, будет не просто подготовить нечто, что сможет зажарить нашего костлявого друга, да и источник жалко, но тут уж выбирать не приходится, — злорадно произношу. — Пожалуй, оставшихся семи месяцев мне должно хватить. Уходим!

— Но учитель, мы же даже ещё не спустились вниз!

— Ной, тебе мало того, что ты уже видел? Не думаю, что у них есть ещё значимые козыри. Двадцати тысяч новых орков и костяного дракона должно хватить и так! — сплёвываю на камни. — Отправляемся.

* * *

— Кровавое ущелье наше! — ворвался гонец в просторную светлую комнату, где собрались все Владыки восточного Средиземья.

Секунду стояла тишина. Тишина настолько абсолютная и полная, что колыхание занавесок на окне можно было чётко разобрать. Затем же даже древние разумные вроде Владыки Элронда не смогли сдержать улыбок, а присутствующие здесь гномы и вовсе застучали кулаками по столам.

— Тиииихоооо! — мощный глас Гэндальфа оборвал веселье. — Порадовались и будет. Нужно думать, что делать с этой победой.

— Полагаю, стоит закрепиться на рубеже и навести у себя порядок. Резервы разбросаны, взаимодействие между разными союзными войсками слабое, снабжение нарушено, — перечислил очевидные проблемы Элронд. — Полгода, я думаю, хватит всем, чтобы перевести дух. Затем же стоит наступать немедленно, чтобы не дать уже оркам восстановить свои силы. Пора бы положить конец этой бесконечной войне!

* * *

Не пользоваться магией практически нисколько до начала похода? А заодно заставлять ученицу сливать свой резерв? И всё, что нарабатывают пленники Гримуара? О! Это было просто! Хотел бы я так сказать! Слишком уж я привык к магии! Впрочем, различные зелья частично компенсировали проблемы. И тем не менее, эти месяцы я запомню. Как весьма и весьма хреновые.

Почему я не пользовался магией? О! Моя идея была проста, как бутерброд с сыром! Впрочем, многие ведь едят с колбасой, так что не так всё и просто? Но я отвлёкся. План был идиотским, тупым, глупым, без изящества, словно удар молотка… но он был, как молоток, эффективный! Что я собирался сделать? О! Я собирался скопить в искре Адского Пламени максимальное количество энергии, а затем выпустить ту единым потоком прямо на дракошу! А если повезёт, то и армию орков с собой прихватить! Должно выйти примерно так, как мы сделали с Флитвиком, когда отражали атаку акромантулов на Хогсмид. Разница лишь в масштабе: мой удар выйдет троекратно мощнее. Гм… ну и в искре. Она полностью растворит себя, так что я потеряю уникальную хреновину, только вот, выбирая между Гундабадом и искрой, я всё-таки выберу Гундабад. Мне кажется, я им уже одержим! М-моя п-преллесть! Так! Стоп! В этом мире такие слова опасны!

Терять же источник уникальной силы мне не хотелось категорически, но успокаивало то, что по свойствам драконье пламя не хуже адского, разве что природу имеет иную, однако заменой станет неплохой. В конце концов, лет через сто можно попытаться отловить здешнего балрога, почему нет?

Армию ещё сильнее увеличить мне не удалось, разве что добавилась западные лёгкая и обычная конницы. Отряды слабо обучены, однако частично участвовавшие ещё в завоеваниях Ориона. Лёгкой кавалерии насчитывалось четыреста человек. Обычной — триста. Ну и кроме них имелась ещё тяжёлая конница, представленная двадцатью восемью всадниками.

Этих всех Дионис Мерлис, который стал командиром объединённой армии, как, во-первых, талантливый полководец, а во-вторых — компромиссная фигура, собрал в отряд, который должен будет на поле боя атаковать клином, где на острие идут тяжёлые всадники, затем обычные и за ними лёгкие. Кроме того лёгкая кавалерия будет выполнять роль разведки и преследователей, а тяжёлая — мобильного подкрепления во время затяжных боёв.

Перед выходом я в последний раз слил свою силу, после чего завершил многомесячный мазохизм словами Гагарина:

— Ну, поехали… — накидываю куртку.

После того, как моя мантия перекочевала к Астелле (что многие восприняли, как окончание какого-то важного этапа ученичества), я решил сменить имидж. Плащи сами по себе не слишком удобны, пусть я к ним и привык. Именно поэтому новым стилем одежды стали плотные штаны, куртка и рубаха чёрного цвета под ней. Впрочем, всё остальное тоже преобладало тёмной гаммой.

Шли ходко, кавалерия прекрасно выполняла свои задачи, осуществляя на марше боковое охранение, а также носясь вокруг на расстоянии пяти-шести миль и уничтожая пока ещё редкие отряды врага.

Естественно, такое продвижение не могло остаться незамеченным: уже на третий день над нами высоко появилась виверна с сидящим на ней Назгулом. К счастью, что это такое, видели немногие.

— И что маг, птичку не собьёшь? — полуиздевательски прошипел Исмельлун.

— Подлетит ближе — собью, — пожимаю плечами, не обращая внимания на тон.

— Врата Чародеев, — насмешливо обвёл взглядом виднеющийся вдалеке вход в Долину Гундабада Роланд.

— Так и называются? — любопытствую.

— Точно. Завтра бой.

Да, как-то просто оно всё вышло. Вот раз — и бой. Завтра бой. Время, как же быстро ты летишь для бессмертных. И как ты незаметно уходишь из наших рук.

* * *

— Орки на подходе!

— Идут?

— Да, Торин. Пожалуй, пора и нам приготовиться.

— Ты прав, Гэндальф.

* * *

— Почему они не появляются? — удивляюсь всё больше и больше. Ну да, нам осталось до Врат Чародеев всего каких-то миль тридцать, и… Вечность! Накаркал! Хотя… действительно накаркал, я же ворон, как-никак.

— Появились. Доволен? — раздражённо покосился на меня Роланд. Я бросил мимолётный недовольный взгляд на остроухого, но смолчал: не время ссориться.

Орки выходили из ущелья сплошной колонной. Только вот было их мало, всего около восьми тысяч. Тем не менее, Дракон был с ними.

Наши отряды начали вставать и строиться для боя. Многие начинали молиться. В основном — старым богам. Ну да, костяной дракон с горящими зелёным глазницами — не самое безобидное зрелище. Дионис вон усиленно продвигает вперёд ветеранов, за ними ставит ещё недостаточно обкатанный молодняк, а сзади — снова ветеранов. Это, значит, чтобы не побежали.

— Алекс, ты говорил, что уничтожишь Дракона. В противном случае эльфы уйдут немедля, — холодно и чётко проговорил мне Исмельлун, заворожённо смотря на невероятно ловкое в воздухе тело.

— Мне нужно, чтобы они подошли поближе.

— Насколько ближе?

— На полмили, — сказал, как отрезал. Оба эльфа, стоявших рядом, долго смотрели мне в глаза, но после приняли решение:

— Хорошо.

— Хе, скоро вы увидите настоящую мощь чародея!

— Хорошо бы, чтобы она была способна уничтожить армию и это чудовище, — прошипел про себя Роланд.

Орки приближались. Мерно. Смауг тоже летел неспешно над их рядами, прибавляя уверенности. Я направил своего джинна к переднему краю наших войск. Меня пропускали и с разными эмоциями смотрели мне вслед.

Враг в миле, вполумиле, ещё меньше, ещё чуть-чуть… достаточно! Джинн приседает, я спускаюсь с него и встаю перед его же головой. Ноги расставлены в стороны, руки мягко расходятся, прочерчивая в воздухе окружность, затем водоворотом в центре завершаются, в правой ладони лежит искра ада. Вот она поднимается между руками, ладони раскрываются в сторону врага, сейчас!

— Инферно Фламииииийа! — звук «и» я тянул, букву «я» выдохнул резко, с немецким акцентом. Миг, и с моих рук ударил чудовищной силы поток жуткого огня.

Мир вокруг вдруг перестал существовать, я отдал все силы, чтобы сдержать эту мощь. Чудовищное могущество буквально пьянило рассудок. Если бы я ранее не применял это заклинание многократно, то точно бы позволил ему сожрать и орков, и стоящих позади людей с гномами, и себя, дабы создать тут небольшой филиал Ада. Не просто всё-таки данное заклятие требует шестёрки магов для своего нормального применения.

Передние ряды врага просто обратило в пепел, энергия подранных Инферно астральных тел стала прибавочной к силе самого пламени. С моих рук уже перестал сходить огонь, а впереди воцарился настоящий филиал преисподней.

Армия орков внизу пылала, Смауг отчаянно рвался ввысь, огонь также отчаянно пытался его догнать. Языки пламени облизывали Дракона, вот фигура вспыхнула, но Адское пламя уже потеряло былую силу. Не успело. Опустилось вниз. Смауг горел в небе, горел серьёзно. Видно было, что он скорее всего выкарабкается, но уже точно не противник.

Пламя внезапно делает ещё один мощный рывок к добыче. Добыча же… дунула ядовито-изумрудным маревом вниз. Адское пламя явно было сильнее, но ему не хватило выигранного атакой мгновения. Раздражённо загудев, огонь… рванулся к нашей армии.

Чудовищная сила буквально катила к нам волной, тая на глазах. Она старалась успеть, дабы пожрать нас и поддержать своё существование. Лица, огромные лица то появлялись в бешеных гримасах, то снова исчезали в огне, образуя тут же новые. Солдаты стояли за моей спиной не шелохнувшись: ужас их сковал.

Сто метров, пятьдесят, двадцать…

— Иммотериум! — с моих рук слетает жалкая волна чёрно-сиреневой энергии, на секунду замедляя адское пламя. Именно эта секунда и стала ключевой. До нас огню не хватило всего каких-то пяти метров.

Секунду стояла тишина. Две, три секунды, а потом толпа за спиной вдруг издала яростный, но в тоже время торжественный, ликующий ор. Я лишь помассировал уши от такого надругательства над ними.

Через полминуты застучали барабаны, голоса умолкли: пошла команда двигаться вперёд.

Взобравшись на джинна, я отправился к нашей группе командиров и просто приживал по блату. Эльфы ничего не сказали: в их остроухих бошках шла переоценка обстановки. Ни для кого не секрет, что я готовился к этому удару полгода. Секрет в том, что в ближайшее время я это повторить не могу, однако про адскую искру никто почти не знал, так что наши бессмертные (западные ^_^) партнёры сейчас меняли в спешке свои планы относительно меня.

Среди же воинов, кажется, не было никого, кто остался равнодушным. У кого-то в обращённых взглядах я видел страх, у кого-то — преклонение, у кого-то надежду и благодарность: всё-таки та армия орков, что я сжёг, должна была смазать свои клинки о нашу кровь.

— Астелла, держи, — достаю из мешка… метлу! Да-да! Я все последние полгода её делал. Там было много чар, но требовалось мало энергии. Часть же своих сил ученица всё время скидывала в накопитель в качестве тренировки в течение месяца. Плюс я прямо сейчас добавил ещё немножко, начав восстанавливать свой резерв, изрядно потраченный на контроль Адского, из собственного камня накопителя из спаренных самоцветов.

— Учитель? Это то, что я думаю?

— Точно! Будь добра, слетай, глянь, что там происходит. Только не слишком далеко!

Ученица — девочка умная. Освоиться с полётом она смогла достаточно быстро, благо что на метле летать не так сложно, как кажется, если, конечно, не вытворять фигур высшего пилотажа. А у Астеллы и страховка была. Кроме спец. чар на самом артефакте она могла ещё и левитацией воспользоваться. Едва ли ей было под силу лететь дольше пяти-шести секунд, но этого времени с лихвой хватит для торможения.

Угнездившись на не слишком удобное сидение, она оттолкнулась ногами от земли и не слишком быстро полетела, начав осваиваться с управлением прямо в воздухе.

Вскоре девушка вернулась. Молнии по ней не били, впрочем, не так уж она высоко и далеко была.

— Внутри что-то около двух-семи тысяч орков…

— Так двух или семи? — раздражённо спросил Роланд, но, увидев мой гневный взгляд, тут же покаянно приподнял руки.

— Не могу сказать точно, я не настолько хорошо умею определять численность на глаз, — холодно ответила она. Хе… ледышка-стайл включён.

— Даже если там семь, то как-то маловато, — заметил Исмельлун. — Должно же быть около двадцати? А на нас вышло не больше девяти, а то и восемь.

— Если они куда-то ушли, то нам же лучше, — заявляю. — Войска отдохнувшие, орки где-то шляются, так пошли возьмём эту Крепость! Что с Драконом?

— Он куда-то пропал.

— Гм… видимо, Назгулы решили перегнать этот костяк подальше, дабы залатать. Нам же лучше: он хоть и ранен, но рядом с источником представляет изрядную проблему. Дионис?

— Начинаем марш, — отдал тот приказ. Заиграл барабанщик, ритм подхватили такие же в отрядах. Началось.

Метлу Астелла спрятала и приближалась ко мне, стараясь держаться рядом. Во Вратах Чародеев нас уже встречали орки…

* * *

— Это Врата Колдунов? — с интересом спросил Бард. За прошедшие десятилетия он постарел, но всё ещё был крепок и умён. Озёрный Город под его руководством пережил самую кровавую за последние столетия, если не тысячелетия, войну. Более того, Королевство на Озере усилилось, оно приобрело прекрасных воинов, стало центром снабжения и торговли, у людей появились дома на берегах…

— Да, мой друг. А с другой стороны Врата Чародеев. Вход в Гундабадскую долину есть и с юга, и с севера, — молвил Олорин.

— Потом займёмся рассказами, Митрандир, нас встречают! — выйдя из-за скального поворота, союзные войска увидели изготовившихся к бою орков. Конечно, эльфы-разведчики засекли их давно, а потому командующие войсками юга прекрасно знали, что враг и не думает двигаться, давая по какой-то причине время построиться.

— Мне кажется, или они действительно обороняются? — задумчиво проговорил Торин.

— Скорее уж кажется всем нам, — крякнул Бруин. — Гимли, что думаешь?

— Клянусь бородой Дурина, они действительно не собираются наступать!

— Это что-то новое за последние годы… — хмуро произнёс Леголас, ведущий в бой лесных эльфов. — Возможно, они хотят выиграть время?

— Или просто понимают, что нас куда больше и мы куда качественнее вооружены, да и сражаемся лучше… — в словах Барда был смысл: последние десять лет всё больше людей, эльфов и гномов выживали в сражениях с орками, а вот орки там не выживали. Это дало союзникам постоянный прирост опыта, тогда как враг всё время гнал свежие войска, ещё не сражавшиеся настолько хорошо. Такая ситуация была одной из причин, по которым именно юг наступал на север.

Бой начался неожиданно и резко: сверху стали падать камни. Всем было известно, что здешние скалы отличаются невероятно твёрдой породой, а потому устроить камнепад было очень сложно. Что же, орки постарались. Тем не менее, солидного урона союзники не понесли: серьёзную массу обрушить на головы врагу не удалось: порода и вправду оказалась твёрдой.

— Пронесло… — буркнул Торин, которому небольшой камешек зарядил по шлему.

— Не очень, — прокомментировал Бруин, когда снявший шлем Торин получил по голове ещё одним, но уже совсем маленьким. Впрочем, с такой высоты даже пемза была бы очень неприятной. Торин тут же надел шлем от греха подальше и застегнул все ремни под подбородком.

Союзники выстроились, эльфы открыли редкую стрельбу. Стрелы летели неплотно: каждый стрелок бил раз в полминуты, не чаще, однако точность была убийственной. Снаряды попадали в сочленения доспехов, в глаза…

— Слишком медленно! — прошипел король гномов. — Мы так будем до заката!

— Ты слишком импульсивен, мой дорогой друг, — Качнул головой Гэндальф.

— Я импульсивен?! Орки явно чего-то ждут! И знаешь, Митрандир, я более чем уверен, что дожидаются они подкреплений! Сейчас их не больше пяти тысяч! Если мы не ударим сейчас, то сумеем прорваться через Врата Колдунов лишь когда перерубим тут всю их армию! В этом поганом ущелье мы не можем использовать роханскую конницу и людскую лёгкую пехоту! Здесь будет битва лоб-в-лоб! И если к врагу подойдут ещё несколько тысяч, то орки нас будут держать в этом месте до конца Арды! Потому что они как раз привыкли сражаться, как тупые бараны, идя напролом и ломясь грубой силой!

— В чём-то ты прав. Но атака в лоб принесёт слишком много жертв… — Олорин огладил бороду.

— А если мы не ударим, то битва будет проиграна! Владыка Элронд! — повернулся гном к тому, против чьей кандидатуры на посту командующего объединённой армией не возражал никто. Эльфы Лориэна легко подчинились Элронду, так что от Леди Галадриэль не было даже представителя, хотя лесные эльфы не преминули прислать своего принца, чтобы тот вёл их в бой.

— Пожалуй, Король-под-Горой прав… протрубите эльфийским лучникам начать беглый обстрел передних позиций, гномам и тяжёлой пехоте людей — начать медленное наступление. Лёгкая пехота должна перевооружиться арбалетами. Когда тяжёлые пехотинцы будут в ста метрах от врага, пусть лёгкие пехотинцы начнут бить залпами, эльфам в этот момент перенести свой огонь с передних позиций на центральные ряды врага.

Вестовые понеслись к отрядам, уточняя приказы, отданные с помощью звуковых сигналов.

Спустя шесть-восемь с лишним минут тяжёлая пехота заняла свои позиции, эльфы перенесли стрельбу, подоспела лёгкая пехота. Командиры выстроили бойцов в три линии. После выстрела передние бойцы садились, второй ряд делал свой выстрел, получал заряженные арбалеты от заднего ряда и стрелял ещё раз, после чего начиналась перезарядка всех трёх рядов.

Спустя ещё пять минут поступила команда наступать. Запасы болтов кончились, лёгкие пехотинцы разделились: часть нагрузилась бесполезным оружием и побежала назад, часть встала за спинами тяжёлой пехоты с задачей вступить в бой как наиболее мобильный резерв.

Огонь эльфов тоже иссяк. Вскоре он возобновился, но поменял свой характер: стал беспокоящим. Прямо во время боя в сражающегося орка могла попасть стрела. А могла сразу в того, что за ним. Эльфы берегли стрелы, стреляя не слишком быстро и не с убийственной, но с неплохой точностью. Несомненно, у армии, собравшейся штурмовать Врата Колдунов и Гундабадскую Долину, запас стрел был, однако Элронд решил, что предпочтительней было бы оставить большую часть, чтобы использовать в непредвиденных случаях. Всего на несколько минут, но остроухие могли открыть ураганный огонь. Под лавиной стрел смело бы много сотен врагов. Такой козырь следовало беречь на случай, если вдруг на остальные войска будет оказываться слишком сильное давление. Лёгкая пехота за спинами тяжёлой также была на подобный случай.

— Мне кажется, или в самой Долине тоже идёт битва? — раздражённо спросил Торин, буквально бесящийся от того, что гномов ведёт Бруин, а не он сам.

— Не вижу никаких признаков тому, но это объяснило бы, почему здесь так мало орков.

— Я хочу возглавить гномов.

— Ещё не время.

Спустя ещё десять минут:

— Пора эльфам вступить в ближний бой! — отдал команду Элронд.

— Почему не гномы?!

— Потому что если мы сейчас потеряем слишком много гномов, то после Врат Колдунов уже некому будет встать перед стрелками стальною стеной!

Атака остроухих была красива. Даже скорее прекрасна. Невероятно точные движения, быстрые, плавные, хищные. Пожалуй, их можно было бы сравнить со змеями. Очень высокий уровень владения телом… многие лесные эльфы, к тому же, не так давно (по их меркам) прошли через Битву Пяти Воинств и имели «свежий» боевой опыт.

— Вот теперь вам пора, Ваше Величество, — улыбнулся Гэндальф. Элронд ничего не сказал, и Торин воспринял это, как согласие.

Спрыгнув с глыбы, на которой стояли командиры, гном вскочил на кабана (П. А. В фильме у брата Торина был кабан. Фики пишутся по фильмам, не забываем) и поскакал к своему личному отряду. Старые проверенные товарищи, прошедшие с ним от изгнанников, до глав уважаемых родов, героев, вернувших своему народу дом.

— Вперёоооооод! — коротышки поскакали к своим собратьям. Это бы выглядело весьма потешно, если не знать, что смешные с виду карлики своими секирами и молотами могут сшибать врагов, словно кегли (П. А. См. Битву Пяти Армий в Хоббите, там брат Торина всех на таком кабанчике мочил).

Успевшее передохнуть воинство гномов воспряло, ведь их вёл не кто иной, как Торин Дубощит. За импровизированной кавалерией повалила пехота, окончательно прорывая вражий строй. Снова включившиеся в дело эльфы открыли почти в упор из-за спин своих низкорослых союзников тот самый ураганный огонь, тратя последние стрелы, но окончательно сметая врага. Врата Колдунов были взяты. Союзная армия начала входить в Гундабадскую Долину, где… тоже шёл бой.

* * *

— Авада Кедавра! — рявкаю, отправляя с руки зелёный сгусток в голову ближайшего противника. В глаз того, что рядом, воткнулся метательный нож: ученица также не дремала. — Астелла!

— Я здесь, — произнесли у меня над ухом. Ума не приложу, как Галадриэль могла меня видеть через эту мантию, но вот Астеллу я не замечал от слова совсем. Впрочем, враги тоже были весьма удивлены, когда из пустоты им в горло вылетал меч.

— Надо прорваться к Гундабаду. Там должен быть Назгул, — ну, раз уж именно оттуда летят молнии в наши ряды, то где же быть Назгулу, как не там? — Если убьём его, то победа наша!

Джинн, повинуясь моему приказу, раскрутился своими могучими конечностями, буквально расшвыривая сгрудившихся вокруг орков.

Внезапно сзади прилетела стрела.

— Какого хера?! — спрятавшись за спиной джинна, я с удивлением смотрел на эльфийской оперение. — Шальная что ли?..

— Ну здравствуй, мой дорогой друг, — звуки битвы вокруг очень внезапно стихли, орки расступились и передо мной собрался из дыма…

— Тыыыыы?!! — оху*л — это слишком блеклое слово, чтобы передать всё то, что мой несчастный разум сейчас испытывал. — Астелла, отойди, не вмешивайся, действуй по обстоятельствам, — тихо шепчу. Лёгкое касание левой ладонью ткани мантии было свидетельством того, что меня услышали. — Билл, скажи, почему ты служишь Саурону?

— О! Мой старый НЕдруг, ты несколько ошибся!

— Не смеши меня, Билл, ты командуешь орками, ты сидел в Гундабаде столь долгое время, ты одет в чёрный балахон и носишь на руке кольцо. В конце концов твоё лицо не совсем материальное, как и тело, видимо. Скажешь, ты не слуга Саурона?!

— Ты не понял, Гарри… — почему мне кажутся такими знакомыми эти интонации. — Я не Билл! — его палец указал вверх. Повернув туда голову, вижу в небе… ну да, конечно, я идиот. Чёрная метка.

— Всё с тобой ясно, Том. Значит, дуэль? Надеешься меня одолеть? Ты сильнее обычных Назгулов, за исключением, наверное, Короля-Чародея, но неужто ты думаешь, что сумеешь со мной справиться?

— Я Архимаг, ты Архимаг. Попробуем, кто кого, а, Поттер?! Авада Кедавра!

«Колдует без концентратора?..» — мелькнула мысль.

— Иммотериум колдо… — шепчу, спуская с двух рук грязно-зелёно-фиолетовое лезвие. — Фумус Энержето…

* * *

Торин с боем прорывался сквозь разрозненные отряды орков. Битва в Гундабадской Долине превратилась в мясорубку. Разрозненные отряды с обеих сторон сражались друг с другом, словно звери. В этих условиях слаженный гномий хирд действовал словно ледокол на речной глади, где лёд только и успел, что сковать верхний слой воды лёгкой плёнкой.

Внезапно гномы вырвались на оперативный простор: рядом просто не было достаточно крупных отрядов врага, чтобы противостоять им.

— Авада Кедавра! — раздалось откуда-то. Коротышки все, как один повернули голову в нужную сторону и увидели, как зелёная вспышка пробивает незримую защиту и впивается в тело человека. — Магнус Импрериа! Импортум Глозио Мерментос! — добавлял неизвестный… хотя, почему неизвестный!

— Давайте к нему!

— Ха-Ха! — неужто ты думал, Гарри, что сможешь меня одолеть?! — прокричал Алекс. Ну или Торин считал его Алексом. — Глупый колдунишка!

Маг стоял к гномам спиной, орки были поблизости, но не смели подойти к нему. «Не удивительно, если грохот не так давно был из-за их дуэли с тем чародеем… Алекс назвал его Гарри…»

Увидев подкрепление к магу в виде гномов, орки и вовсе отступили ещё на несколько шагов. Маг же, не видя за своей спиной коротышек, подошёл к телу поверженного противника и… Сорвал пару волосков что ли?.. Дальше было движение, словно он что-то поёт. Из-за балахона разглядеть, что именно, Торину не удалось.

— Алекс! — гномы подошли на расстояние десятка метров.

— О! Мои дорогие… друзья! — радостно, но почему-то мерзенько ухмыльнулся Чародей. — Авада Кедавра! — только щит спас Бруина от заклинания. Видимо, оно не было способно пробивать физические препятствия.

— Отходим, щиты стеной! — крикнул Король-под-Горой, мигом всё осознавший: на пальце Алекса было кольцо, под капюшоном клубилась Тьма… нетрудно было догадаться, что именно происходит.

— Разберитесь с ними, — повелительно махнул рукой Чародей в сторону гномов. Последние сомнения отпали, когда орки подчинились приказу. «Не просто так он называл себя Чёрным…» — мелькнула в голове Торина мысль.

— Отходим! Отходим!

Гномы отступали под напором зелёных. К счастью, бывший друг посчитал ниже своего достоинства тратить магическую силу на коротышек. А может его так сильно измотала дуэль?

— Торин, что случилось?! — лишь добравшись до командного пункта, гном приказал трубить отход и перегруппировку. Леголас с Гэндальфом уже подоспели, Элронди так находился на месте.

— Алекс… мы его встретили.

— И что?!

— Это он командует орками, на его руке было кольцо.

Объяснять дальше было не нужно.

— Ходили слухи, что в Мории было утеряно одно из колец Саурона. Я думал, что Бильбо Беггинс вынес его, однако то, что у юного хоббита, не подавало никаких признаков опасности. Вероятно, настоящее Кольцо было у Алекса… — плечи Олорина тяжело опустились. — Не так давно, лет сорок назад, он передал мне меч своего учителя, попросив найти достойного хозяина этому оружию. Наверное он уже тогда плохо себя контролировал, назвался Чёрным, чтобы предупредить нас, а меч отдал, дабы тот не попал в руки врагу.

— Орки отходят! — вдруг сообщил Леголас. Болтать на поле боя было бы глупо, но в момент, когда союзные войска перегруппировались, зелёные не лезли в бой, а теперь вообще стали отходить.

— Они явно сражаются с кем-то на той стороне, у Врат Чародеев! — прищурившись сообщил лесной принц.

— И что же? Они думают, мы просто так здесь будем стоять?! — Гимли был истинным гномом.

— Нет, не думают… — Элронд посмотрел вверх.

— Смауг… — прошептал Торин.

— Всё сходится. Именно Алекс тогда одолел этого Дракона, а теперь, видимо, превратил в это чудовище… — прорычал Бруин, чувствовавший предательство друга.

— Подумаем об этом потом, — мягко положил руку на плечо гнома Гэндельф. — Нужно решить, как одолеть это существо…

— Смотрите! — вдруг снова привлёк всеобщее внимание лесной эльф.

Вдалеке было ясно видно человеческую фигуру, совершающую гигантские прыжки, а также летящую рядом с ней на чём-то продолговатом девушку, за спиной которой красиво развевался плащ.

Вот девушка встала на древко, удивительным образом удерживаясь в вертикальном положении. Прыжок… приземляется прямо на спину Дракона. Костяного зверя опутывают цепочки символов. Ещё несколько секунд, и дракон, явно пытаясь дёргаться и извиваться, падает, хотя явно не настолько быстро, насколько должен.

Ударившись о землю, Дракон начал тяжело биться, скинув девушку, однако подоспевший юноша, совершив мощный прыжок, воткнул клинок прямо в стык шеи и туловища монстра. Туда, где было наиболее интенсивное внутреннее свечение.

От упавшей девушки побежали по земле символы. Кажется, она что-то приложила к поверхности перед этим…

— Книга, как у Алекса, — подтвердил невысказанную вслух догадку Элронд.

Символы опутали тело Дракона. Выхватив нечто светящееся и красное, воин, проткнувший грудь монстра, воткнул это нечто прямо в рану, после чего спрыгнул на землю. Миг, и грудь костяного Дракона просто разворотило, а символы на земле засветились. Казалось, будто по ним течёт что-то незримое. Воин усталой походкой отправился поднимать отлетевший от взрыва меч, на удивление целый.

Естественно, такое зрелище не могло не быть поддержано торжественными криками со стороны союзной армии. Воин отправился к девушке и положил свои руки поверх её на книгу. Неохотно текущее по символам нечто немножко ускорило свой ход. Долгих пять минут длился этот процесс. Понимая его важность, Элронд приказал эльфам стрелять на поражение по всем оркам, которые подойдут к парочке. Ураганный обстрел явно стал для зелёных сюрпризом и весьма неприятным. Наконец, всё завершилось. Схватив книгу, девушка схватилось за шею юноши и тот совершил ещё один мощнейший прыжок. Приземлились они прямо перед Элрондом, Гэндальфом и остальными. Приземлились неудачно, кубарём покатившись по земле, однако особых травм явно не получили, так как тут же встали.

— И кто же наши герои? — с интересом спросил Гэндальф.

— Ной Рингли, — лёгкий кивок.

— Астелла. Просто Астелла, — добавила она на вопросительный взгляд.

— Вы с той стороны? — поинтересовался Элронд.

— Уже нет, — Ной поморщился. — Там бывшие войска Ангмарского Альянса.

— Бывшие?

— Альянса больше нет. Эльфы Ангмара ушли прямо с поля боя, потому что люди, якобы, сговорились с Назгулом из Крепости и предали Короля. Сам Король мёртв, гномы также отказались участвовать во всём этом, но согласились завершить эту битву вместе с людьми. Орки, которые сражались на стороне людей, также остались, но их уже немного.

— Необходимо разрушить…

Страшный грохот прервал речь Гэндальфа: Гундабад рушился.

— Уже не надо. Теперь эта битва не имеет смысла. Уходим, трубите отход!

Глава 18

Очнулся я от того, что моё тело нагло и некрасиво бросили в какую-то камеру.

— Добро пожаловать в твой новый дом! — хохотнул Воландеморт.

— Сууука… — протянул я.

Вот как, как он смог меня победить?! Хотя… знамо как! Я уже был измотан битвой, а ему сил давало кольцо. Ну и, видимо, он смог уловить часть воспоминаний того Тома, которого я развеял ещё во время похода с Торином. Часть, потому что я всё ещё не лежу в пентаграмме, вытягивающей душу. Ну и потому что в бою он явно не всё применял, а не применить банальный щит Медмезиа… он бы мигом лишился кучи проблем. Гм… кажется я успел передать Гримуар Астелле… да, успел. Чудесно. Вечность! Точно! Вспомнил… херовы эльфы, они ударили мне в спину в самый неподходящий момент. И стрелы были явно необычные. Непонятно только, сами сделали, или Том помог…

— Лооорд… — позвал я.

— Ну?.. — Вечность! Какая же у него высокомерная рожа… интересно, а тогда, ещё когда мы были подростками, Билл уже был одержим Лордом? Хотя нет, вряд ли. Скорее всего он напал на меня сам, иначе как Лорд мог бы возродиться? Глупость…

— Ты почему Саурону служишь? — мне слишком важен ответ. Что могло заставить чародея, гордо называвшего себя Тёмным Лордом, вдруг склонить голову перед кем-то?

— Саурон сильнее меня, — ухмыльнулся Лорд лицом Билла. Впрочем, лично это Билла напоминало уже слабо, но всё же имело множество мелких деталей, заставляющих его узнавать. — А за мою помощь он пообещал мне слишком много, чтобы я мог отказаться. В конце концов именно Назгулы нашли и вылечили меня когда-то. Поверь, Поттер, даже мне знакома обычная благодарность!

— Всё с тобой ясно… — сплёвываю кровь. Видимо, повредил губу, когда падал. — Ты разговорчив.

— У меня есть свободное время. Оставьте нас! — приказывает почтительно стоящим рядом оркам. Те уходят. Вскоре их гулкие шаги затихают. — У тебя, я смотрю, ещё вопросы?

— Если не секрет, что это был за грохот? Я помню что-то такое перед тем, как отрубился.

— Гундабада больше нет, вот что!

— Нет?

— Мы его разрушили. Крепость и так взяли бы рано или поздно, популяция орков сильно истощилась. Ни я, ни Саруман, ни Король-Чародей не можем производить их вечно, а естественным путём они тем более появлялись слишком медленно. Пусть Высший Совет считает, что Саурон пытался их обмануть и отправился в Ангмар, а не в Мордор. Гондор почти не участвовал в войне, Наместник и слышать не желает о том, чтобы впустить союзные войска на свою территорию! Мы уже порядком измотали Средиземье. Лет через двадцать они забудут, как держаться за клинки, а мы выйдем из Мордора!

— Вот как? — мне наконец удалось нормально сесть. Только тут я обнаружил, что на моих запястьях висят весьма неприятные украшения. Аналогичная дрянь была на шее, а тело сковывали цепочки. Весь металл мало того, что был из хладного железа, весьма гадкой штуки, ибо она буквально отталкивает, хоть и не сильно, потоки астрала от себя, так ведь цепочки ещё и символами были покрыты очень неприятными. Судя по всему, браслетики тоже. Ума не приложу, как можно было артефакт из хладного железа сделать?..

— О! Ты заметил? Вижу вопрос у тебя на лице. Нет, это не просто хладное железо! Каждый браслет — это обруч из хладного железа и серебра, между которыми золотой слой! Можешь гордиться!

— Ясно… — золото не пропускает воздействие хлада, серебро — прекрасный проводник. Таким образом недостаток энергии для работы рун прекрасно этими качествами компенсируется, а на меня железные кандалы действуют всё также неприятно. Блин… ещё и приковали к стене. Раз, два, три… пять цепей. Руки, ноги, шея… ссуки! — Ты ведёшь себя странно.

— Не пытаю? Не лезу в голову? О! Тёмный Властелин желает видеть тебя на своей стороне!

— Может подавиться.

— Почему? Скажи, Гарри, почему тебе не нравится эта идея? Ведь по сути своей ты ничего не теряешь, только приобретёшь! Ангмар пообещали мне, но ведь если Средиземье падёт к нашим ногам, то ты можешь забрать себе земли Гондора, Рохана, Лориэна, Лесных эльфов, Одинокой Горы! Везде есть свои источники! А хочешь, мы с тобой договоримся? Тебе все земли Ангмара и силу Гундабада, а мне — Лориэн и Одинокую Гору?

— И быть шавкой вроде тебя и Сарумана? — интересно, как они перетянули на свою сторону Курунира? И как давно? В каноне он сам взглянул в Палантир, но здесь могло быть всё, что угодно ещё.

— Шавкой? Я был Тёмным Лордом, я им и остаюсь! Я забираю себе земли Ангмара, богатые ресурсами и магической силой, я, фактически, не служу Саурону, я — союзник. Младший, наверное, но если я не готов это признать, то какой же я Лорд? — видно, душа восстановилась отчасти после всей эпопеи с крестражами. Сознание тоже несколько устаканилось. — Почему бы тебе не занять место, подобное моему?

— Ты слишком вежлив.

— Меня интересуют знания в твоей голове. О нет! Можешь не делиться секретами, но базовые знания о настоящей магии, а не те огрызки, что нам давали в Хогвартсе… Ты даже не представляешь, Гарри, сколько сил в своё время я потратил, чтобы собрать сущие крохи настоящего волшебства, настоящего таинства магических искусств. Тем обиднее мне было видеть, что тебе всё это свалилось в руки почти даром! И тем более было обидно получить очередную кроху этих богатств, когда я сумел собрать ментальную энергию уничтоженной тобой личности моего крестража! Я получил едва ли полтора процента! И те — воспоминания, в которых настоящих знаний куда как меньше! Ты даже представить не можешь, сколько лет я потратил, сшивая эти огрызки воедино с тем, что было у меня и между собой!

— Сочувствую, — спокойно отвечаю. — Только ты ведь убил моих родителей. Или это уже мелочь? — личности слились, память едина, а потому я — ещё и Гарри Джеймс Поттер, пусть и немного.

— Не так уж много по сравнению с тремя четвертями моей души, которые ты сожрал! — рявкнул Лорд.

— А Билл? Ты ведь сидишь в теле моего друга! — не желаю я идти с ним на союз. Вот не желаю и всё тут! Тьма прекрасна, а Саурон со своими орками Тьму изуродовал. Это мерзко. А ещё, я более чем уверен, меня мгновенно окутают сотнями различных незримых цепей. Лорд недоговаривает: причин у его верности куда больше, просто он с ними смирился. Я же… не буду же я по их мнению всецело предан Саурону, словно собачка, когда освобожусь? Значит как минимум — непреложные обеты и вассальная клятва. Нафиг-нафиг!

— Твой друг пытался тебя убить! И ненавидел тебя! Не ври мне о вашей дружбе, её давно уже нет, — фыркнул он. — Скажи, тебе дорога твоя ученица?

— Почему ты спрашиваешь? — они и её схватили? Очень плохо…

— Я более чем уверен, что она скоро придёт ко мне.

— С какой это стати? Она не настолько глупа, чтобы сунуться сюда… а где мы, кстати?

— Барад Дур.

— Тем более. Она не будет пытаться меня вызволить отсюда самостоятельно.

— Она придёт сюда не за тобой! Точнее, не только за тобой. Вглядись в моё лицо, скажи, оно тебе никого не напоминает? — глумливо заговорил он.

— Вот бля…

Пазл в моей голове сошёлся. Астелла… лицо схожее, её энергетика хоть и не уникальна, но обладает очень хорошо выраженными чертами, весьма редкими у жителей Средиземья…

— Дочь?

— Внучка. И она об этом знает. Я не смог её поймать, но смог заметить и заставить открыть лицо.

— Вот как? Когда она сама придёт и предложит мне встать на сторону своего деда, тогда и поговорим.

— Посиди пока что, через месяц, два, три, год, но ты согласишься, — пожал плечами Том и вышел.

«Глупыш, да она тебя возненавидит самой чёрной ненавистью за то, что бросил…» — пронеслась у меня в голове злорадная мысль.

К сожалению, кроме этих мыслей больше ничего в моей голове не было, только пустота. Вяло трепыхавшись в тяжёлых цепях, я подоткнул под себя тряпьё, которое валялось рядом, и попытался заснуть.

Не знаю, сколько я продрых: здесь царил вечный сумрак, пусть и не полная темнота, однако разбудили меня по приятному поводу: пожрать принесли.

— Повелитель велел передать: передумаешь — обращайся к разносчикам вроде меня, — пробормотал гоблин.

— Не передумал пока… — раздражённо смотрю на мелкого и подтягиваю к себе поднос. Дойти до решётки я не мог: цепи мешали. Да и двигаться в них было тяжело.

Зелёный ничего не ответил: удалился. Брезгливо глянув на мясо, я принялся за хлеб: даже не хочу знать, где и как это самое мясо готовили, а главное — из кого. Тем не менее, пришлось всё-таки есть: не дело терять силы. От еды шёл едва уловимый запах множества специфических зелий, но мне было плевать: яд Василиска всё ещё в моей крови. Гм, яд?..

Аккуратно проткнув палец на удивление острым зубчиком вилки, я капнул на браслет. Шипения не было, однако пошёл еле уловимый дымок.

— Ха-ха… мы ещё повоюем, сволочи… — шепчу.

По подсчётам, еду мне доставляли единожды в сутки. А суток я проведу здесь ещё немало: даже если мне удастся снять кандалы, Барад Дур — не та крепость, откуда можно сбежать легко и просто. Да и потом есть ещё сам Мордор, а у меня упадок сил из-за отсутствия рядом моего Гримуара и мантии. Без них скорость выработки энергии снизилась наполовину, а ведь эти проклятые кандалы и цепи уменьшают ту ещё раз в десять! И самое хреновое — камера также исписана руническими конструкциями, выкачивающими силу отсюда. Из-за кандалов я не могу удерживать более-менее серьёзный объём магии в своём теле, а то, что ещё как-то слабо имеется, выкачивается стенами. В бодром состоянии ещё можно побороться с таким насосом, но мне же и спать надо!

В общем, снять кандалы — ещё полдела, а их снять тоже непросто: моя кровь едва-едва оставляла следы на символах. Написать же руны я не мог, потому что, во-первых, оковы мне не давали сконцентрироваться и выбросить нужную смесь силы, чтобы активировать руну (не забываем, руна — не просто рисунок, это заклинание, которое требуется активировать через информационное поле), а во-вторых мне нечем было эти самые руны питать.

В общем, выживал я, как мог. Том приходил ещё три раза. Последние два мучил Круцио и пытался залезть в голову. Ну, не магу с одним потоком мыслей тягаться со мной в МОЕЙ голове. Он даже думал меня пытать обычными способами, но решил не усугублять: я ведь и попытаться сдохнуть могу, это не так уж сложно под пытками-то из-за боли. А то, что у меня есть крестражи, Том знает. Другое дело, что вряд ли мне будет легко возродиться и найти их вообще в ближайшие лет пятнадцать.

В конце концов меня оставили в покое, пока я сам не соглашусь и не скажу об этом разносчику. Я же… хорошо владеть собственным разумом! Можно уходить во внутренний мир! Там я занимался в основном совершенствованием своей ментальной защиты, созданием новых рунных схем и просмотром различных воспоминаний, дабы не поехала крыша. В реальность вылезал только чтобы пожрать и очередной раз обмазать кровью цепи. Надо было делать это аккуратно, чтобы никто не заметил. Кровь из-за яда вскоре становилась невидима, но караулы проходили каждые полчаса, так что необходимо было мазать небольшими капельками, ибо из-за того же яда она имела до момента высыхания специфический резкий запах.

Подземелья в Барад Дуре — что надо! Никаких крыс, никакой сырости… разве что холодно, но не я ли поглотил Дракона? Пусть сил почти не было, но на согревание тела их хватало.

Время во внутреннем мире специально текло для меня очень медленно, чтобы субъективно облегчить свои проблемы. Именно поэтому, наверное, я просидел в казематах так долго: десяток лет. Для меня самого это время было равно году примерно, если не меньше. Сообщил мне об этом Том во время очередного своего визита.

— Ты всё ещё не согласен? — раздражённо спросил он.

— Потерплю, пожалуй, ещё немного, — сплёвываю.

— Ну терпи… — пожал тот плечами и вышел.

«Ты не понял, Лорд. Немного — это пару дней…»

Руны на металле уже стёрлись, хладное железо давно едва-едва держится. Я могу разрушить оковы в любой момент. И сразу же после визита Воландеморта мною это было сделано.

Гоблин-разносчик ничего не заметил. Да и не смотрел. Забрал старый поднос, поставил новый. Ушёл. Цепи всё ещё были на мне, только вот их часть из хладного железа рассыпалась в пыль. Патруль прошёл привычно. Никто ничего не заметил.

Без ограничителей сопротивляться воздействию камеры было легче. Я сумел скопить часть энергии. Эх! Как же мне не хватает моего накопителя! Но тот сейчас тоже в руках у Астеллы… надеюсь, с девочкой всё в порядке. Хотя… сколько ей сейчас? Лет тридцать? Даже больше чуток… блин! В ближайшие четыре десятилетия надо закончить некоторый этап её обучения, иначе будет чрезвычайно сложно сделать её бессмертной…

Улыбнувшись обкусанными губами (прокусывал, плевал кровью. Запах слюны несколько сбивал специфический аромат), я дёрнул руками. С звяканьем цепи осыпались на пол. Никого это не насторожило: движения вызывали похожие звуки.

У меня было полчаса до следующего обхода. Это время я потратил на уничтожение схемы по выкачиванию силы, а также на накопление этой самой силы. Хоть немножко, но зато при полноценной работе источника! Заодно погонял энергию по каналам: надо было их размять.

Орки, как обычно шествовали мимо почти уже прошли, когда один случайно заметил, что на мне, прислонённом к стенке, нет цепей. Он открыл рот, и понял, что не может ничего сказать. Силенцио — чудесное заклинание, а ещё мало тратишь сил…

Оба орка начали задыхаться: воздуха вокруг не было: трансфигурированный камень. Вокруг моей головы было заклинание головного пузыря. Модифицированное: больший объём и полностью убранная пропускная способность. В оригинале оно предназначено для фильтрации воздуха из воды. Я же просто сделал большую герметичную сферу.

Телекинез помог оркам упасть, не подняв шуму.

— Какой ты умный, Томас… решётка из хладного железа? Только вот стенки ты им обковать забыл… Хе-Хе… Не был ты в казематах Хогвартса, не был… — пробормотал я губами, почти забывшими, как надо говорить, проходя через трансфигурированную дыру в стене. — так, а вы…

На трупах орков начали быстро появляться надрезы, а их кровь стала сама собой рисоваться в руны на полу и стенах. Остатки тел отправились в мою камеру и были трансфигурированны в моё собственное тельце. Меня же самого словно бы покрыла серая хмарь. Вроде бы я и был, но почти сливался с окружением и обнаружить моё тело было очень сложно. Подарок от атрибута из мантии-невидимки. Главный его смысл в сокрытии магии. Очень полезная штука. Именно сокрытие магии должно мне помочь миновать некоторые защитные системы и некоторых личностей вроде Тома и Назгулов. В конце концов дезиллюминационные чары демаскируют в астральном спектре.

«Гляди-ка, работает…» — пронеслось в голове, когда мимо меня, прижавшегося к стенке, протопал патруль. Я же зашагал тихонечко дальше.

Куда мне двигаться? Вверх, конечно! Надо выбраться на какой-нибудь балкон, террасу, к окну в конце концов! Просто чтобы тихонько сигануть с высоты и воспользоваться левитацией, ну а дальше я уж как-нибудь свалю по мордорским каменистым равнинам от врага.

Всё получилось почти так, как я задумал. Только вот в какой-то момент внизу раздался визг, видимо, сработала моя ловушка, завязанная на хиленькую энергию тех орков. Рвануть не должно было. Визг — результат действия звуковой мины. Дрянь редкая, придумали японцы. Читай, тактическое оружие массового поражения. Сам я в тот момент находился далеко, так что меня всего лишь дезориентировало, а вот все, кто был хотя бы на двадцать метров ближе, должны были отрубиться, а некоторые — лишиться слуха.

Через полторы минуты низко протрубил рог, оповещая о тревоге.

«Оперативно… — это была предпоследняя моя мысль, потому что совершенно внезапно пространство вокруг меня буквально схлопнулось. Кто-то грубо и прямолинейно давил на меня прессом силы. — Вечность! Око Саурона способно увидеть меня?..» — а вот это была уже последняя, потому что кто-то в следующий момент грубо ударил по затылку.

* * *

— Ну чудно… — кряхчу, пытаясь пошевелиться. Положение моё не улучшилось, разве что теперь цепей не было. Зато была комната из хладного железа. И магия всё ещё уходила, а никаких рун не было видно. Браслетики на руках присутствовали, однако теперь они были очень широкие и не менее тяжёлые.

Свет проникал совсем слабо, но даже это было больше, чем в подземельях. Глянув на его источник, я обнаружил зарешеченное крест-накрест окно. Кое-как подтянувшись на секунду на ослабших руках, я увидел внизу лагерь орков. Моя же клетка явно в какой-то башне. И сбежать отсюда хрен у меня выйдет. Чудесненько. Вот теперь я тут точно надолго. Вплоть до того, как Саурон не сдохнет. Или, что верней, пока не падёт Средиземье. Пока на стороне майяра Воландеморт, шансов у последнего союза не будет. Вечность! Ну за что мне всё это?!

Дни снова потянулись. Никто ко мне больше не приходил, разве что жратву таскали, да ещё меняли постельное бельё… раз в пару недель. К счастью, здесь хоть проветривалось. Ну и, конечно, теперь я работал гораздо активнее: наблюдения-то нет.

В первую очередь — тело. Отжимания, приседания, планка, кувырки, подтягивания на оконной решётке (глядишь и раскачаю за десяток лет), бег на том небольшом клочке, что у меня был. Неспешный, для развития выносливости.

Кроме того я постоянно стучал браслетами о край каменного выреза окна. Глядишь либо одно, либо другое развалится.

Мой источник, вынужденный частично принять на себя затраты тела, так как еды на всё то, что я творил, явно не хватало, также начал расти. Не знаю, сколько это продолжалось: сутки я не считал. Точно больше нескольких лет, благо что за это время я мог осваивать информацию, лежавшую в моей памяти мёртвым грузом.

В один момент дверь отворилась. На пороге стоял черноволосый мужчина в снаряжении гондорских следопытов. Волосы воина были обрезаны чуть выше длины шеи, за спиной — две рукояти. А ещё он странно ощущался, но я никак не мог понять, почему: чувствительности почти не было, браслеты и комната всё херили.

В момент его появления я как раз сражался с собственной иллюзией. Один поток сознания управлял ей, другой — моим телом. При этом в места попадания на теле иллюзии и на моём теле исправно посылались болевые импульсы. Так как я был и там, и там, то и опыт, и ощущения получал от обоих. Как только следопыт зашёл, двойник тут же развеялся, хотя видел копию только я сам.

— Меня освобождают? — насмешливо спрашиваю. Речь я тренировал, так что навыки разговорные не атрофировались. Да и от одиночества не сильно страдал: копошащиеся внизу орки удивительным образом скрашивали его.

— Ты тот самый чародей, которого держит в заточении Чёрная Рука Саурона уже восемнадцать лет?

— Прошло уже восемнадцать лет?! Я-то думал — четырнадцать или около того… видимо, в Барад Дуре я просидел куда больше, чем мне сказали… Да, это я. Могу я узнать, как тебя зовут?

— Талион. И нам надо спешить. Пойдём. Ты ведь можешь идти?..

— Я и бегать могу, — фыркаю. — Мы, маги, народ крепкий.

Талион… где же я слышал это имя… точно! Тени Мордора!

— Талион, какой сейчас год?

— Три тысячи шестой, — да я тут не восемнадцать! Я тут едва ли не больше! Гм… могли ли мне подливать нечто убойное в еду и питьё, чтобы я спал? — Ты способен колдовать?

— С этим — только детские фокусы, — показываю браслеты. — А вот от меча я бы не отказался! — чуть подумав, воин вытащил один из своих клинков, надо сказать, великолепного качества, и протянул мне.

Руки сами приняли орудие и покрутили в руках, чтобы привыкнуть.

— Нормально. Спасибо.

— Трофейный. Одного из элитных бойцов Саурона.

Пока мы шли, Талион несколько раз просил меня подождать, а сам буквально растворялся в местности, вложено у него тоже нечто вроде моего атрибута от мантии… хотя… следопыт ведь, по сути, труп. В его теле засел некто Келебримбор, величайший мастер-эльф из второй эпохи… или ещё раньше… не помню точно. Главное, что именно он когда-то помог Саурону выковать Кольцо Всевластия. Хотя, я уверен, Саурон потом перековал артефакт.

Когда Талион возвращался, мы шли дальше, проходя мимо трупов орков.

Пару раз случались стычки, в эти моменты мне приходилось быстро вспоминать навыки владения холодным оружием. К счастью, обошлось. Мой спутник меня страховал, виртуозно орудуя своим мечом.

— Что ты делаешь? — спросил он, увидев, как я гоняю между пальцами светящийся шарик.

— Пытаюсь хоть что-то сделать в этой дряни, — снова показываю кандалы. Результат был удручающим. Избавившись от гибельного воздействия камеры, я словно бы дышать заново начал. Только вот ситуация была всё равно удручающей. Магия в этих поганых браслетах была просто невероятно сложной. Она не блокировалась, нет, просто с моим контролем процент рассеивания был что-то около девяносто шести-девяти. Этот несчастный Люмос стоил мне ежесекундно, как сотня таких же, но без браслетов. Вскоре я погасил шарик, осознав всю тщетность своих усилий. Такое ощущение, словно бы я вернулся в своё тело лет десяти, когда только начинал тренировки с Томом. Единственная разница — я знаю, что и как делать. Хотя нет, вру. Всё-таки тогда всё было ещё хуже, я бы оценил в те времена свой КПД, как полпроцента, может процент. Сейчас было даже чуть больше. Хе, забавно… то, что у искусных Магистров рассеивается в воздухе, у меня сейчас идёт в дело. И наоборот…

— Ты умеешь воскрешать мёртвых? — я даже с шага сбился от неожиданного вопроса.

— Хочешь, чтобы я вернул твою семью?

— Откуда ты…

— Даже до меня доходят слухи.

— Да.

— Я мог бы попытаться, но только если у меня будут их души. Это возможно лишь если они заточены во что-нибудь, превратились в призраков или если бы я присутствовал при их смерти и мне бы никто не мешал.

— Ясно… — каким бы крепким он не пытался бы казаться, но его плечи слегка опустились.

— Зато я могу сохранить жизнь тебе.

— Что?! — Талион резко обернулся.

— Та девушка, с золотыми волосами. Ты же любишь её? Я соврал: никаких слухов до меня не доходило. Но у меня иногда бывают видения. Я знаю о тебе очень много, хотя и не ожидал, что ты придёшь за мной. Я мог бы попытаться сохранить вашу связь с Келебримбором, более того, залечить твои раны и вновь вдохнуть в тело жизнь, а не только помочь убить Чёрную Руку. Ты же за этим меня вызволил?

— За этим… — медленно проговорил он. — Я подумаю над твоими словами. Надо снять эти браслеты? — кивнул он на мои руки.

— И принести несколько клятв. Когда я буду восстанавливать тебя, мне нужно закрепить твою душу в теле. Учти, я не буду работать бесплатно: это слишком дорого мне обойдётся.

— Служить тебе? Не я ли тебя освободил?

— Именно поэтому я помогу тебе отомстить, но не более. Я бы и так стал свободным. Пусть и через пять, десять лет… не важно. В конце концов, я мог бы согласиться перейти на сторону Саурона. Пусть и не в ближайшие годы, — угу, а потом тайно свалить в иной мир и придумать, как бы избавиться от клятв, пока дорогой сюзерен меня бы не отыскал.

— Я… подумаю. А теперь идём!

Иногда мы останавливались, и его глаза заполнялись призрачной мутью. Так он смотрит в мир духов? Кстати, очень интересное место. Хорошо бы и самому получить туда доступ…

— Придётся перебираться… — констатировал он, кивнув назад. Там уже вовсю рыскали отряды орков и гоблинов. Мы их видели, так как находились на некоторой высоте. Впереди же было ущелье, по стенке которого можно было пройти, но сама стена была чрезвычайно узкая.

Следопыт пошёл первым, я — за ним. Ловкость этого человека не перестаёт меня поражать! Мне, чтобы держаться тут, приходилось поддерживать себя телекинезом! А ведь он ещё и страховать меня пытался!

— Вот… — попытался было воскликнуть какой-то орк, но его голову пробила незримая стрела: Талион уже был на другой стороне, а в его руках наличествовало непонятного вида марево, которое, наверное, является его призрачным луком.

Надо сказать, переход меня очень сильно вымотал. Телекинез в нынешних условиях был, как многие часы левитации с грузом, хотя я и совершал им редкие толчки.

— Сейчас они обнаружат труп того орка. Идём!..

* * *

— Мы на месте, — следопыт провёл меня в какое-то незаметное снаружи ущелье.

— Неплохо устроились! — оценил я внутренности пещеры, куда был такой незаметный вход.

— Да. Это бывшие рабы орков, беженцы и частично остатки народов, населявших Мордор до нового прихода Саурона.

Это я и сам знал без объяснений. Меня интересовало другое: какой сейчас этап? Насколько я помню, Талион вначале освобождал рабов, потом ещё кого-то, потом помогал какой-то Королеве, которая жила вместе со своим народом на побережье Мордора (логично же, что за тысячелетия эти земли снова заселили?), затем эта самая Королева научила его и призрака Келебримбора, который буквально слился с телом Талиона, подчинять орков. Следопыт стал захватывать разумы оркских капитанов, чтобы собрать свою армию и повести её на Чёрную Руку Саурона. Был ещё некий Башня и кто-то третий. Вместе эти трое когда-то грохнули жену и сына Талиона, за которых тот теперь и мстит. Кстати, сам воин тоже погиб в тот день, но Келебримбор, движимый жаждой мести за то же самое событие, только случившееся с ним ещё во времена прошлого пришествия Саурона, вселился в тело следопыта, слившись с ним. Ну а заодно потерял память. В общем, та ещё история. Я знаю точно лишь то, что вместе эти двое таки собрали в каноне свою армию и устроили в Мордоре Гражданскую войну. Возможно это событие, а также гибель Чёрной Руки, Башни и того третьего, заставили Саурона задержаться с началом боевых действий в Средиземье. Да, скорее всего. Только вот теперь на стороне Тёмного Властелина Тёмный Лорд, так что хрен его знает, как пойдёт…

Гм… Когда я упомянул золотоволосую девушку, следопыт не удивился. Девушка — это дочь королевы с побережья. Значит, Талион уже встречался с ними…

— Скажи, ты видел гибель Чёрной Руки? — вдруг спросил воин.

— Нет. Я видел лишь, как ты подчинял разумы орков, — отвечаю. Не удивился. Значит, люди с побережья уже покинули Мордор, а Талион начал собирать свою армию.

— Значит нет ничего удивительного в том, что ты не видел, как за тобой приду я. Орки уже становятся моими солдатами. Идём, нам нужно к Кузнецу. Пусть осмотрит твои кандалы.

— Угу, хорошо бы… — когда-то руки под ними дико чесались. Потом просто привыкли. Эти наручи — как вторая кожа.

Мы прошли вглубь пещеры. Внутри это была база со многими комнатами и свободным пространством, огромная полость, разделённая перегородками и занавесями, а от самой полости уходили несколько коридоров и дверей. Видимо, раньше тут уже жил кто-то. Может, гномы пытались обживаться? Не, не гномья работа, они куда основательней и изящней, как бы глупо это не звучало по отношению к коротышкам. Значит, гоблины?.. Наверное…

Кузнец оказался чёрте где. Помещение, наверное, было бы не слишком удобным для кузни, но отсюда шёл поток воздуха. Несильный, но шёл, а потому место было, наверное, лучшим во всей этой пещере: имеется вентиляция. Впрочем, воняло внутри базы не так уж и сильно, а значит, вентиляция в других местах тоже была, просто не такая хорошая.

— Эдгард, здравствуй.

— Талион? Снова принёс чего?

— Нет, я по другому поводу. Знакомься, это… эм…

— Я Алекс. Здравствуйте, — кивок. — Нужно снять вот это, — протягиваю руки.

Кузнец с задумчивым видом взял наруч, повертел, а затем нахмурился.

— Что случилось? — Талион.

— Кто это такой? Эти штуки, они ТОЙ работы.

— Такие же, как те клинки? — Эдгард кивнул. — Но ты сможешь снять?

— Только вместе с руками. Слишком качественно сделаны. Будь у меня нормальные инструменты… да и то, далеко не факт. Эти наручи слишком сильно прилегают к коже, если их чуть-чуть расплющить, то повредится рука.

— Плохо, — раздражённо гляжу на руки. — Слушай, а можно их как-нибудь стесать?

— Стесать?

— Просверлить, прорезать, протереть, не знаю! Сними мне хотя бы один, со вторым я справлюсь сам!

— Сверлить… нет, парень, это не в моих силах…

— Хорошо, пошли, — Талион взял меня за руку.

— Эй! Между прочим, были и ещё варианты…

— У нас появился вариант получше. Подожди немного.

Ничего не говоря, мы вышли из пещеры и устроились в ущелье. Небольшая область, где и находился замаскированный вход.

— Ну? — гляжу на него.

— Ты ведь знаешь о Келебримборе, ты упоминал его.

— Ну знаю… Вечность! Я идиот!

— В самокритичности ему не откажешь, — заговорил кто-то тихим шёпотом. Приглядевшись, я никого не обнаружил, но теми крохами астральных чувств, что мне были доступны, ощутил рядом с нами еле заметное марево. Поворачиваю туда голову. — Ты меня видишь? — удивился мёртвый эльф.

— Ощущаю. И слышу. Точнее, понимаю, что ты говоришь, — аккуратно подбираю слова. — Но вернёмся к теме. Ты ведь лучший кузнец Второй Эпохи? И один из лучших за всю историю. Ты сковал Кольцо Всевластия, значит у тебя хватит мастерства снять эту дрянь? — показываю руки.

— Да, хватит, — медленно заговорил эльф. — Но, если работать через тело Талиона, то нам понадобятся инструменты получше, чем есть у Эдгара. Зубилом и молотом тут не отделаешься.

— Где можно достать? Я принесу.

— Ты не пойдёшь один. Мы поможем, — твёрдо заявил Талион.

— Благодарю. Так где?

— Подойдёт любой лагерь орков, где они изготавливают своё оружие. Мне потребуется не меньше получаса времени и их кузница.

— Задача… — раздражённо рявкаю.

— Не думаю, — хмыкнул следопыт. — Завтра утром выступим. Поверь, это не та проблема, с которой я не могу справится.

— Хорошо, коли так. Очень надеюсь, что в лапах Саурона повторно мне оказаться не грозит.

Потому что, если я окажусь там снова, мой «мирный» вариант плана обмена моих знаний и помощи на возможность построить портал, накопить энергию и свалить из этого мира, полетит к чертям, ибо после второго побега со мной уже не будут разговаривать мирно. Только жёсткие оковы и клятвы.

На рассвете настроение было весьма неплохим. Я жив, на свободе, пусть и относительной, успел много и вкусно поесть, отправляюсь снимать кандалы… чем плохо?

Весь вечер я тренировался в магии. Те же упражнения, что и у Астеллы. Удерживание сверхмалых доз энергии под контролем вне своего тела. Работа спорилась, но только на совсем уж крохах. Во всяком случае я мог их контролировать… секунды четыре. Однако к вечеру у меня вышло довести это время до девяти. И даже увеличить объём энергии… сократив время до двух секунд. Пожалуй, научись я колдовать в этой пакости, и могу смело себя считать Магистром, пусть и дохленьким, слабеньким, но Магистром. Проблема в том, что дойти даже до восьмидесяти процентов рассеивания в таких игрушках мне в ближайшие годы не удастся. Тут надо в них жить лет десять. И не как я, в комнате, где малейшие капли силы вне тела тут же высасываются стенами и полом с потолком. Хотя, если подумать, там я тоже тренировался и достиг неплохих результатов. Во всяком случае, нормальный маг в таких игрушках не должен вообще иметь возможности контролировать энергию и колдовать, а я даже какими-то заклинаниями пользуюсь!

До ближайшего лагеря орков оказалось не так уж и далеко. Мы… вошли в него. Просто вошли. Не парясь, не скрываясь… зелёные, что видели нас, весьма странным образом скользили взглядом и не замечали, но старались отвести головы. Инстинктивно.

— Они что…

— Да, все подчинены, — кивнул Талион. В этот момент мы дошли до кузницы.

— Гм… — больше мне не пришло в голову, как прокомментировать обстановку. Убого, что сказать. Но лучше, чем у Эдгара. Тут хоть наковальня есть, а у него просто каменная глыба.

— Выйди, ты нас не видел. Ты очень спешишь по свои делам, — бросил Талион в лицо кузнецу-орку. — Приступим? — его глаза заволокло дымчатой пеленой, сам он как-то даже преобразился, изменил мимолётно позу. Я лишь кивнул этим двоим и протянул руки вперёд.

Видно было, что эльфу непривычно и неудобно в теле человека. Его движения были слегка нечёткими, иногда резковатыми, он то и дело на краткий миг терял равновесие, но, тем не менее, выполнял работу всё равно невероятно умело. Подумать только! Он голимым резцом, быстро нанося удары молоточком, действуя самым краешком инструмента, НИ РАЗУ не зацепил моей кожи! А ведь это ещё не всё! Он ведь до этого сверлил по области, где собирался резать! И всё равно, сделав больше шестидесяти отверстий, дошёл чётко до моей руки и не миллиметром далее! Да каким монстром он был при жизни?! И как кузнец, и как воин. Ведь, если сейчас он творит такое, то меч в его руках должен порхать изящнее бабочки, отрезая ногти от пальцев и не цепляя кожу при желании владельца.

Когда по всей длине наруча пошёл разрез и руки Талиона стали с нечеловеческой силой открывать его, мне стало реально больно. Кожа, годами пробывшая под защитой металла, ощущала всё так, будто… да я даже не знаю, с чем сравнить! Словно с пальцев содрали ногти. Пожалуй, кожа под ногтями должна чувствовать себя также!

Живительные потоки астрала устремились по руке, лишь сильнее заставляя ту болеть: энергетика в этой области была хорошо развита, в конце концов она работала под чудовищными нагрузками хренову тучу лет, однако именно этот момент и приносил проблемы, ибо резкое избавление от нагрузок едва ли лучше резкого их возрастания.

Не выдержав «волшебных» ощущений, я зашипел. Переждав десяток секунд, начал аккуратно с помощью руки творить различные заклинания. Наиболее удачными были предназначенные от мелких ранений и ожогов. Эффект был налицо: кожа приобрела нормальные фактуру и цвет. Относительно нормальные. Если раньше рука была похожа на свою товарку, только от какого-нибудь трупа, то теперь это была более менее вменяемого вида конечность.

— Приступаем ко второй? — спроси Келебримбор.

— Подожди, дай сам попробую…

Положив руку на наруч, я стал жёстко усиливать ток астральной энергии в скованной конечности. Свободной же рукой и начал применять мощные Диффиндо в одно и то же место. Внезапно почувствовав боль, перешёл к следующей точке. Из-под металла пошёл дымок: последствия Столкновения хладного железа и яда Василиска.

Спустя три минуты, вторая рука была свободна, пусть и израненна. Наложив целительные чары и на неё, я повернулся к Талиону-Келебримборну:

— Тебе осталось самое сложное.

— Разве у тебя было что-то ещё? — удивился он. Я лишь молча отогнул высокий воротник, показывая мою самую главную проблему. Имей я возможность убрать её, то пламя Дракона точно растворило бы этот чёртов металл. Пусть не сразу, пусть за год, но я бы его снял! — Ясно.

Честно говоря, ложиться под сверло к эльфу было жутковато. Рука — это рука. Горло — это горло. Я ещё не умирал, пусть и знал, что мой Гримуар меня притянет. Моё попадание в тело Поттера, конечно, можно считать за смерть, но, честно говоря, момент попадания в эту тушку мне запомнился слабовато, как и то, что было до него. Точно помню, что мне было семнадцать, что всё произошло в мой день рождения, а вот дальше…

Келебримбор работал всё также чётко. Вскоре уже застучал молоточек, а тонюсенькая ниточка кожи стала чувствовать холод от металла всего в миллиметре сверху.

Вот простучал последний удар, вот могучие руки разбирают мои оковы, уже мои собственные конечности накладывают исцеляющие чары…

— Вечность, как же долго я этого ждал!

Наконец-то чувствую, как силы возвращаются по-настоящему. Частички хладного железа в организме, которые, видимо, являлись дополнительной страховкой от Лорда, начали медленно выходить через кожу. Порезы тут же заживали. Красиво он их вживил: только сейчас ощутил наличие.

В энергетике разгоралась былая мощь. Моя душа успела частично восстановиться после последнего крестража. Заодно Смауг полностью усвоился, так сказать. Теперь же…

— Талион, покажи мне армию, я её уничтожу, — на лицо наполз жестокий оскал.

* * *

«Он определённо силён. Сильнее Чёрной Руки в разы…» — пронеслось в голове следопыта.

«Ты же говорил, что ощущаешь в нём крохи силы?»

«Мне так казалось. Как видишь, кандалы и эти крошки, что вылезли из его тела, блокировали большую часть его сил. Я ощущаю в нём настоящий огонь. Знаешь, это чувство очень похоже на жар Роковой Горы.»

«Думаешь, он сможет исполнить свои обязательства, если мы согласимся присягнуть ему?»

«Не знаю, сможет ли он оживить мёртвое тело и сплести с ним двух призраков, но армию, на которую ты покажешь, этот маг сжечь сможет. Поверь, нам очень повезло, что он не собирается нас предавать. В прошлый раз я неверно оценил его силу: нам с ним не справиться, даже если захотим.»

* * *

— Тогда возвращаемся. Время жечь армии ещё не настало, — спокойно ответил следопыт.

— Надеюсь, оно скоро придёт, — ухмыльнувшись, пристраиваюсь рядом с Талионом.

До лагеря мы пёрлись часов пять. Вернуться должны были через столько же, но…

Сверху раздался крик-визг. Мерзко-то как.

— Назгул! Бежим! — рявкнул следопыт.

— Стой!

— Он собирается напасть!

— Пусть нападает! — злобно ухмыляюсь. Это точно не Воландеморт, я бы почувствовал его совершенно иначе. А значит… пожалуй, пора начать мою месть! Саурон сегодня лишится одной из своих девяти… уже десяти сильнейших фигур! А если считать ту троицу, то вообще тринадцати… не о том думаю!

— Думаю, стоит довериться нашему другу, — появился рядом Келебримбор. Мой второй поток сознания на основе ощущений из астрала формировал в разуме визуальную иллюзию, так что я его неплохо видел. — Вот теперь ты меня точно видишь, — заметил эльф.

— Ты прав. Хе, развлечемся что ли… Авада Кедавра! — весело крикнул я, запуская с руки заклинание. Оно… оно вышло мощным, надо сказать. Даже весьма мощным. Ярчайшая зелёная молния, на секунду затмившая тускловатый свет солнца. Сколько же сейчас у меня рассеивается в пространстве? Процента два? Да я блин крут!

Заклинание было настолько быстрым, что виверна, на которой летел Назгул, не сумела увернуться и упала на землю.

— Кажется, такие, как ты, мне уже не противники, — хмыкаю в лицо подтащенного телекинетическими тисками существа. Он рвался, он сильно рвался! Он буквально рвал мои путы своей волей, однако моей силы было куда как больше. — Ха, и вы-то когда-то меня пытались одолеть? — вспомнился мне момент в Дол Гулдуре. — Мерменкодреза Спиритум! — никогда не применял это заклинание ранее. Оно требовало огромного контроля, иначе сила, уходящая в него, просто развеивалась. Ранее у меня едва ли на десять процентов получилось бы её использовать. Теперь вышло аж на тридцать. Ну а вложил я столько, что Назгула просто развоплотило. Ну и, конечно, формула длинная больно. И требует точности, ибо летит раза в три медленней Авады. Но зато эффективность какая! — А эту вещицу я заберу себе! — поднимаю колечко из чёрного пепла. Впрочем, пепел уже начинал таять.

— Нужно уничтожить эту вещь! — протянул вперёд руку Келебримбор. — В ней…

— Душа этой твари. Я знаю. А ещё я знаю, что попади эта штука в руки Саурона, и он возродит своего слугу. Только вот, если мы уничтожим эту штуку, Назгул окажется в призрачном мире. Согласен, вытащить его оттуда труднее, чем из кольца, однако возможно. Предпочту превратить этот чудный артефакт в клетку. В конце концов… — достаю из сумки, которую бросил на землю перед боем, остатки своих кандалов, — … не просто же так наш дорогой Тёмный Властелин пожертвовал несчастному мне этот чудесный материал?

Как работать с хладным железом? О! Очень просто! Надо либо быть хорошим кузнецом, либо навесить на руки несколько специальных заклинаний, после чего сконцентрировать там столько силы, чтобы хватило переломить магическое сопротивление металла. Звучит вроде просто, на деле же…

На деле, чтобы вытянуть из кусочка бывшего наруча небольшую проволоку, мне потребовалось сил столько же, сколько я потратил на бой с Назгулом. И всё-таки оно того стоило: обмотав колечко проволокой, я почувствовал облегчение: несильное ментальное давление пропало.

— Талион… Спасибо, — я хотел попросить какую-нибудь верёвку, но следопыт уже протягивал цепочку.

— Не за что, — кивнул он, проследив, как я трансфигурировал участок цепи, надеваю кольцо на цепь, а затем возвращаю звеньям исходное состояние. Артефакт отправился мне на шею. — Знаешь, пожалуй, мы изменим планы.

— Куда дальше?

— Отправляемся в скалистую падь. Там располагается крупный лагерь орков. Твоя задача — помочь мне подчинить их вождей. Тихо подчинить. Сможешь? — вместо ответа я ушёл в стелс. — Отлично.

Глава 19[16]

Заклеймить вождей этого самого крупного лагеря не составило труда. Мы оба были почти незаметны для врага. Талион сливался с местностью хуже меня, но действовал невероятно тихо и умело. Великолепный профессионал. Его работа очень напоминала игры про ниндзя или ассасинов: те тоже с той же лёгкостью прыгали со здания на здание, пробегались по узким участкам стен, перемещались в буквальном смысле в тени идущего и ничего не подозревающего врага… в общем, я мог только мысленно аплодировать: сам был куда менее умел и помогали мне тут больше дезиллюминационные чары, да ещё телекинез и левитация.

Когда мы находили очередную жертву, её и всех, кто рядом, сковывали незримые тиски. Моих сил теперь хватало на очень и очень многое: высвободившаяся часть мощности от окончания переваривания Дракона, плюс натренированные жёсткими условиями с постоянной нагрузкой источник и, частично, энергетическая система, работали, как электростанция… атомная.

В общем, сковав орков, мы начинали их усиленно… мутузить. Проще — бить морды. Когда зелёные пока-не-товарищи доходили до отупения, Талион хватал их рукой за бошку и смотрел около десятка секунд в глаза. Я чувствовал мощный всплеск ментальной энергии, после чего от головы шла дымка призрачного марева и орк тяжело оседал на землю, минут через десять приходя в себя становясь уже почти-товарищем.

Накладки, конечно, возникали. Зелёным они обошлись смятыми и взорванными головами (мял я, а вот взрывал Талион. Как оказалось, он и так умел), нам — потерянными нервами.

— Скажи, говорят, тебя одолел Чёрный Чародей Ангмара?

— Кхркхм-кха, — я поперхнулся водой из фляги. — Реально что ли?!

— А разве не так?

— Гм… видишь ли, я и есть Чёрный Чародей Ангмара. Впрочем, там был ещё один, наверное ты имеешь ввиду его, но Алекс Чёрный — это вообще-то я.

— Не расскажешь?

— Да нечего там рассказывать… точнее, слишком много, — отмахиваюсь.

— Тогда у меня другой вопрос: не проиграешь ли ты, если вы встретитесь вновь?

— Ммм… — чуть задумываюсь. — Не знаю.

— Не знаешь?

— В тот раз ему помогали, а я был измотан. Да и сила моя с того времени сильно выросла, однако прошло восемнадцать лет, — и это минимум. — Так или иначе, я это время сидел в цепях, а он развивался. Всё зависит от успехов, которых он достиг.

— Я понял, — прикрыл глаза мой спутник. — Это последний? — кивает на орка.

— Точно. Уходим?

— Да.

Мы тихо покинули место, где в себя приходили больше десятка тел: три орочьих капитана (командиры крупных отрядов, стоявших несколькими городками) и их телохранители.

— Долго ты ещё будешь собирать эту свою армию?

— Вообще-то… эти были последние.

— Правда что ли? Изумляюсь.

— Да. Послезавтра беженцы уходят из Мордора на юг и запад, мы с тобой и войском отправляемся на юго-восток.

— Если я не совсем тупой, цитадель Саурона на западе?

— Башня Чёрной Руки южнее и находится недалеко от моря. Мы поплывём на кораблях, чтобы обойти основные силы орков и небольшой скальный хребет.

— Чёрная Рука… а остальных двоих ты, я так понимаю, уже грохнул?

— Правильно понимаешь, — суровый он всё-таки мужик. Прям кожа заскрипела на перчатках из-за сжавшихся рук.

На следующий день беженцы действительно затеяли серьёзные сборы.

— Талион, решай сейчас или в ближайшее время.

— Решать что?

— Где ты остаёшься?

— Что ты имеешь ввиду?

— В каком мире ты останешься: в этом или в том?

— Я… подумаю.

* * *

— У тебя на сердце неспокойно.

— Сложно оставаться спокойным в такой ситуации.

— Ты до сих пор не определился? Ты хотел встретиться с семьёй.

— Верно, но ранее мной двигала лишь жажда мести, а теперь — ещё и жизни. Я действительно не знаю, Келебримбор. А что ты выберешь?

— Я устал жить… но всё ещё хочу. Я приму любое твоё решение.

— Знаешь, когда я появляюсь в призрачном мире, то где-то на периферии вижу свою семью… думаю, остаться здесь и бросить их не будет правильным выбором.

— Тебе стоит кое-что знать… Это не твоя семья.

— Что?!

— Это лишь мираж, образ из твоего разума. Они ведь ничего не говорят? Не двигаются? Лишь иллюзия.

— Но они же там, в призрачном мире, разве нет?!

— Я не уверен, Талион. Я совсем не уверен. Ни в чём не уверен…

* * *

— Я согласен, Алекс, — подошёл ко мне Талион. — Но я принесу тебе клятву не ранее, чем самолично прикончу Чёрную Руку!

— Я и не сомневался, — легко пожимаю плечами. — Будь добр, остаток дня проведи в моей компании. Мне нужно детально изучить вашу с Келебримбором связь.

Призрак мёртвого эльфа, вообще был частично уникальным. Он прекрасно работал с разумами, пусть и грубо, но ментальной мощи ему было не занимать. Более того, он мог на краткие мгновения становиться материальным: я сам был свидетелем, как Келебримбор выходил прямо в бою из тела Талиона и отбивал предназначенные ему удары. Сам Талион тоже вполне неплохо пользовался силой Келебримбора: те же взорванные головы вспомнить…

Проекция призрака тоже была не просто иллюзией, но реальной проекцией, иначе я бы его не чувствовал вне тела Талиона. В общем, были они парочкой очень интересной.

В процессе изучения многое мне понять не удалось, однако основные моменты стали ясны. Во-первых, мощь призрака была обусловлена телом Талиона. В виду того, что тело, по большей части, было мертво, Келебримбор использовал его, как огромный сосуд для энергии. Единственная живая часть — мозг следопыта, находилась в глубокой коме и являлась огромным внутренним сосудом для уже ментальной силы. Всё это постоянно наполнялось двумя призраками, один из которых древний эльф, владевший магией. Ах да! Совсем забыл про сердце. Сердце тоже было живое, но работало очень медленно: что-то около десяти ударов в минуту, может быть чуть больше. В бою оно почти добиралось до нормального пульса в сто десять ударов в минуту. Обычно же, насколько я помню, у людей должно быть от ста десяти, до ста тридцати при лёгких нагрузках вроде ходьбы.

Кроме того, конечно, Талион дышал.

Что касается перерезанного когда-то Чёрной Рукой горла, то оно постоянно держалось на подпитке от призрака. Его необычная астральная сила постоянно держала рану закрытой, но ввиду отсутствия регенерации горло не заживало.

— Ну и?

— Что я могу сказать… ты уникален. Во-первых, когда я сделаю всё, что собираюсь, большая часть ваших с Келебримбором сил уйдёт. Не смотри на меня так. Сейчас вы настолько сильны лишь потому что твоё тело мёртво. Как только оно оживёт, ваша сила начнёт уходить. Много чего останется, но о подчинении врагов взглядом, взорванных головах и прочем подобном можешь забыть. В призрачный мир ты смотреть по-прежнему сможешь, я думаю. Будешь сильнее обычного человека, не будешь стареть почти… Сможешь даже на краткие миги, как сейчас, обретать частичную нематериальность, а Келебримбор — материальность. Но это всё.

— Ясно. Пожалуй, это небольшая цена за новое рождение.

— В таком случае мне нужно нанести на тебя несколько… рисунков. Не волнуйся, твои силы не уйдут до гибели Чёрной Руки… ну или твоей. Последнее было бы печальным.

Работал я достаточно долго. Один поток мыслей анализировал и придумывал, что рисовать, другой — рисовал. В первую очередь я пытался максимально укрепить связь призрака с телом. Фактически, в тушке Талиона сейчас существовали две энергетических системы. Одна — полностью остановившаяся, полумёртвая, но не погибшая. Другая — Келебримбора. Весьма странная и не подходящая живому телу, но куда более развитая. Я желал их соединить, пусть и весьма странным образом. Руны, что я рисовал, должны были точечными воздействиями начать сплетать мелкие канальчики и четыре среднего размера канала. Таких средних было штук пятнадцать, но мне для начала хотя бы несколько сделать… в конце концов сила Келебримбора будет отторгать живое тело. Когда я оживлю Талиона, призрака станет выталкивать и в этот момент всё будет зависеть от того, насколько тесно у меня получится их сплести. А ведь у следопыта в некоторых областях даже его жалких канальчиков нету! Там придётся позже проращивать новые почти с нуля.

— Вроде всё, — сказал я ему уже под утро. — Пойду отосплюсь хоть сколько-нибудь.

— Хорошо. Через три часа мы отправляемся.

— Тогда я никуда не иду. Уступи место, а? — буркаю, укладываясь прямо туда, где недавно лежал следопыт. — Пасиб… — зеваю, накрываясь сверху плащом.

…

— Алекс, — меня тронули за плечо.

— Встаю.

Поднимаюсь с места и молча следую за Талионом. Следопыт был невероятно вынослив, а потому передвигался весьма быстро, используя быстрый шаг и даже лёгкий бег иногда. Его стелющуюся походку сложно было услышать издали. Я старался не отставать.

Переход длился больше полусуток. Тем не менее, часов через шестнадцать, сделав пару раз привалы (я был вынослив, но не настолько), наша пара была на месте.

Последний город неизвестного королевства (и, возможно, единственный), где были хоть какие-то люди, оказался окружён скалами и растительностью. В каменистой пустоши Мордора, поросшей травой, это место казалось тропическим раем.

Мы прошли незаметной тропой, добравшись до небольшого участка между скалами, который был перекрыт обычной решёткой, поросшей плющом. В решётке была дверца, коею Талион толкнул, приглашающе махнув мне рукой.

Мы шли по пустынным улицам, и я удивлялся той красоте, что могла появиться здесь. Невероятно органичное сплетение камня и жизни. Очень похоже на Ривенделл, однако тот более… холодный?.. А здесь всё было куда теплее. Не верится, что такое возвели люди.

В порту нас уже ждали корабли. Семь больших судов. На причале стояла девушка и несколько мужчин. Вот она какая, местная принцесса? М-да… во вкусе Талиону не откажешь: девушка реально очень красива. Да и причёска из множества косичек, но золотого цвета, была очень красивой и добавляла изюминки внешнему виду.

Когда мы подошли, стражники от неё отдалились.

— Талион, рада тебя видеть.

— Я тоже.

— Не представишь мне своего спутника?

— Алекс, Алекс Чёрный. Я маг, — в подтверждение зажигаю на руке огонь, а затем сжимаю кулак, туша пламя.

— Ты всё-таки освободил его из железной башни?

— Да. И пока ещё не пожалел, — кивнул Талион. — Спасибо за совет.

— Так это вам я обязан всей свободой? Благодарю, — полупоклон.

— Пожалуй, стоит закончить с любезностями. Талион, мы уплываем. Прощай.

— Не прощай — до свидания, — я тактично отошёл на пару шагов и отвернулся, дав людям время обняться и нацеловаться.

Вскоре уже девушка взошла на корабль, за ней последовали последние жители и стражники, после чего они отчалили. Мы с Талионом молча расположились в тени какого-то дома, начали подходить первые отряды орков.

— Твои магические силы ведь конечны?

— Об этом несложно догадаться.

— В таком случае будешь держаться позади войск. С простыми орками и капитанами я сам разберусь вместе со своими солдатами, ты должен будешь мне помочь лишь с Чёрной Рукой и Назгулами, если таковые будут. Или если ситуация выйдет из-под контроля. И ещё… я хочу убить Чёрную Руку сам! — Вечность! Какая же ненависть в его голосе… впрочем, у него есть на неё право. — Путь займёт чуть больше суток. Рекомендую выспаться.

— Угу, — киваю. — Перед прибытием отосплюсь, а пока будь добр лечь и не дёргаться. Пафосно постоять на носу корабля ещё успеешь, а вот мне неплохо было бы продолжить работать с твоим телом!

Когда я говорил, что его тело мёртво, я немного лукавил. Да, организм почти не работал, однако совсем мёртвым Талион не был. Кроме мозга, лёгких и сердца, у него работали мышцы, пусть они и дополнились силой Келебримбора. Кроме мышц были и другие органы… его состояние сильно напоминало кому, однако за счёт своего бытия он прекрасно двигался и сражался. Чтобы оживить его тело, требуется залечить рану на шее, да врубить ему мозг, после чего не дать всей системе пойти вразнос. Вот и всё. Именно этим я и занимался, попутно начиная сращивание ещё двух средненьких каналов. Эх! Вот бы сразу срастить крупные каналы! Таких всего три! Только вот, боюсь, такой энергообмен может привести к непоправимым последствиям, так что буду надеяться на средние и мелкие. Терять Келебримбора очень уж не хочется: такие кадры слишком редки.

Что касается каналов, с которыми я работал ранее, то мелочь срослась пока что очень слабо, у средних едва-едва наметился прогресс. Ну, что сказать… это всё равно, что сшить кровеносные сосуды, кое-где не удалив стенку. Естественно, что они вряд ли преобразуются в единую систему на второй день.

— Пожалуй, хватит, — кивнул я своим мыслям. — Оставлю тебя.

— Наконец-то… — буркнул следопыт. Видимо, ему не улыбалось лежать и ничего не делать.

Талион отправился куда-то, я же залёг в одной из немногих кают на корабле. В конкретно этой находился склад оружия. Добрые друзья Талиона снесли лишние комнаты и переборки, так что всё остальное было забито орками, в том числе и трюмы.

Ах, как хорошо, что я не страдаю морской болезнью!

С такими мыслями я и задрых.

Снова очнулся я за полчаса до прибытия. Впереди уже маячил берег. Когда мы уже почти подошли к нему, с суши начали подходить отряды орков.

— Нас встречают! — почти весело заявил я.

— Нам нужна безопасная высадка, — хмуро бросил Талион. — Если орки начнут прибывать небольшими группами, то их перемолотят даже меньшими силами! Думаю, Алекс, мы уже встретили армию, которую ты должен сжечь.

— Ща всё будет! — хмыкаю. — Как там говорил тот розовый… Рёв огненного Дракона, да?

Набираю в лёгкие воздух и прямо с носа корабля выдыхаю целое море огня на берег. Гм… у Смауга было больше, но и так неплохо. Воздух, кстати, нужен был не для того, чтобы выдохнуть его, а потому что мне требовалось задержать дыхание, пока из горла вырывается пламя. Гм… а ведь меня совсем не обжигает…

— Инсендио, — соорудив себе из куска чего-то деревянного факел, я с интересом взял горящую часть ладонью. — Весьма приятная способность… Спасибо тебе, дядя Смауг.

— Неплохо, — кивнул Талион, глядя на то, во что превратились ближайшие к нам отряды орков. — Можешь ещё раз?

— Лучше, когда мы подойдём поближе.

— Логично. Лучники! Огонь! — махнул рукой Талион. С кораблей, с некоторой задержкой, полетели стрелы. Хреново полетели: большая часть мимо, остальные, что-то около четверти, попали по врагу, нанеся минимальный урон. Видно то, что орки происходят от эльфов — сильное преувеличение. — Стрелять по готовности! — а стрел не жалко? Хотя… это же одноразовое мясо, какие проблемы? Кончатся стрелы, пойдут в рукопашную. Если и после неё кто-то останется, то пойдут живыми щитами против Чёрной Руки.

По нам тоже стреляли, я прикрывал щитом и себя, и Талиона. На падающих орков нам обоим было плевать. Спустя десять минут мы причалили к берегу. К тому моменту «наших» орков осталось что-то около семидесяти процентов. Чудовищные потери… для нормальной армии. Пожалуй, примерно то же ощущают некроманты, командующие нежитью.

Суда пылали, но всем было плевать. Мы с Талионом просто спрыгнули, сразу же врубившись в гущу врагов. Орки с кораблей скидывали вниз трупы и приземлялись уже на них. Началась рубка.

— Достало! Фууууу… — изо рта вырвался длинный, но узкий язык пламени, обжёгший около пятидесяти противников. Ближние умерли, дальние свалились с тяжёлыми ранами, остальны едва ли были боеспособны. В образовавшуюся брешь хлынули наши солдатики. Враг оказался разделён на две части, что предрешило его конец. Мы со следопытом разделились. Он возглавил атаку в правую сторону, я — в левую.

— Сколько мы потеряли? — интересуюсь.

— На глазок — около двух третей. Врагов положили куда больше.

— Дадим передохнуть?

— Им не нужно, — сплюнул следопыт и махнул рукой. Построившиеся зелёные пошли за нами, хотя их движения и были несколько дёргаными. — Башня Чёрной Руки примерно в двух километрах отсюда. На пути будет ущелье, затем должен быть вертикальный город.

— Вертикальный?

— Некоторые народы, жившие здесь до нового прихода Саурона, строили такие города. Это многоуровневые жилые кварталы в ущельях. Просто множество нагромождений туннелей, домов и проходов. Настоящий многоэтажный лабиринт. Будет сложно не заблудиться там, но нам главное — всё время подниматься вверх.

— Угу.

Вскоре мы достигли обещанного ущелья. Орки повалили вперёд что с нашей, что с той стороны. Я старался не вмешиваться, позволяя следопыту развлекаться в гуще врагов. Не моё это дело — сражаться сейчас. Мне требуется в первую очередь копить силы. Чёрную Руку одолеть несложно, сложно — одолеть его без серьёзных потерь. Совсем что-то не хочется снова проигрывать Воландеморту, имея недостаток резерва. Хотя… я стал куда сильнее. С другой стороны, кто поручится, что он — нет. Всё-таки я сидел в темнице чёрте сколько и увеличивал свои силы лишь за счёт тренировок против сковывающих магию кандалов, да симуляций боя в своём сознании, тогда как мой враг занимался чем угодно ины… блять!

Только сейчас мою голову посетила мысль о том, что к Беггинсам дядьки в стильных балахонах могут наведаться куда раньше, чем планировалось. Хотя… если Саурон до сих пор не воскрес, то Воландеморту точно не перепала нужная часть воспоминаний о Средиземье. Гм… но тогда выходит, что мне сильно повезло. Вокресни Саурон, и я вряд ли бы устоял. Уж многотысячелетний майяр сумел бы заставить меня склонить голову. Может быть лет через пятьсот я и смог бы сбежать или ещё чего сделать, но, честно говоря, нынешняя ситуация куда как лучше.

Талион как раз закончил. Внезапно орки остановились, а потом побежали назад. Приказы они не слушали. Ловушка? Несомненно. Чёрная Рука точно знал, что мы пришли. И знал, за кем мы пришли. Стоит ожидать проблем. Только вот вряд ли он знает, что вместе с Талионом ещё и я. Пятьдесят на пятьдесят: есть ли у него возможность смотреть на побережье напрямую, или нет. После той зоны я уже применял стелс.

Вертикальный город оказался именно таким, как и говорил Талион. Пустынный заброшенный трёхмерный лабиринт. Следопыт, словно заправский ассасин, с лёгкостью карабкался по стенам домов и балкам, я использовал левитацию.

Добравшись до вершины, мы перешли на скальное основание, под которым были прикреплены наиболее высокие строения муравейника внизу. На самой же скале стояла Чёрная Башня. Забавно выходит. Прямо как в том анекдоте: в чёрной-чёрной стране, около чёрного-чёрного моря на чёрной-чёрной скале стояла чёрная-чёрная башня, внутри которой… сидел белый-белый кролик! Ну, в нашем случае это Чёрная-Чёрная Рука.

Стелс с кем-то вроде Чёрной Руки должен быть куда надёжнее, нежели дезиллюминационные чары, так что именно в этот режим я и перешёл, незримой тенью следую за Талионом.

Вскоре мы прошли длинную галерею насквозь, выйдя на эдакую тронную площадку. Место открытое, с которого открывался прекрасный вид на Чёрную Пустыню Мордора, в которой стояли Барад Дур и Ородруин. На самом троне сидел человек в очень элегантных и красивых чёрных доспехах, на груди которых различные элементы складывались в руку, объятую чёрным пламенем.

— Следопыт… — меня от такого количества пафоса в голосе уже тошнить начинает. — Не думал, что ты доберёшься сюда. Ты сумел одолеть Башню…

— А сейчас сумею и тебя! — не став слушать дальше, Талион бросился вперёд, но был вынужден принять удар руки в латной перчатке на жёсткий блок. Удар отбросил воина на несколько метров, из падения он вышел перекатом, заняв выжидательную позицию.

— Не спеши. Я бы хотел поговорить с Келебримбором.

— Зачем ты хочешь говорить со мной? — фигура эльфа проявилась в материальном мире, будучи полупрозрачной. Рука явно видел его.

— Возвращайся к Саурону. Он может воскресить тебя!

— Он убил мою семью.

— Ты забудешь о них. Мы уже не в первый раз забираем твою память: это твой третий побег. Твоя боль просто уснёт, — со стороны глупо, но у бессмертных иные критерии. И сейчас я понимаю, о чём говорит Рука. Действительно, это в некотором роде вариант для эльфа, только вот он и в каноне не согласился, а сейчас имеет вариант получше — меня.

— Не интересует, — фигура призрака истаяла.

— Жаль, тогда… — внезапно с руки противника слетел сгусток чёрного пламени. Талион увернулся и бросился в атаку. Между ним и Рукой завязалась дуэль. В какой-то миг следопыт получил небольшую царапину в горло. Совсем ерунда, даже крови не выступило, но… — Ты проиграл.

— Что?! Кхаааа… — рана на шее открылась, оттуда потекла кровь. Контуры тела Келебримбора стали выходить из Талиона, сам эльф упорно сопротивлялся, однако сила Чёрной Руки тянула его непреодолимо.

— Кхааааа… — просипел враг, когда незримое лезвие насквозь пробило ему живот.

— Пора бы и мне вмешаться… — появляюсь из пустоты. Талион, чувствуя, что края раны вновь сомкнулись, вскочил и, подхватив меч, нанёс горизонтальный удар. В последний момент я замедлил врага телекинезом. Для следопыта это выглядело так, будто противник не успел всего на мгновение: меч чиркнул по доспеху на руке, но затем всё-таки перерубил шею. — Ну, вроде всё кончено…

Достаю из сумки большой кусок парусины и аккуратно стелю на полу, после чего перекладываю тело Чёрной Руки на конструкцию из сотен символов. Удобно иметь хороший контроль: можно буквально выжигать руны взглядом, что значительно ускоряет работы по их нанесению.

— Что ты делаешь?

— Ну как же? Ты вот его убил, а добру-то чего пропадать? — хмыкаю. — Щас я его душу вытащу из тела, пока не улетела, после чего засуну в свою темницу для духов… ну, когда доберусь до неё. Туда же и этот тип отправится, — трясу кольцом, обмотанным проволокой из хладного железа. — Эх, жалко я при убийстве остальных двух не присутствовал!

— Я могу отвести тебя к их телам, — чуть подумав, ответил Талион.

— Не спорю, только вот тела мне уже без надобности. Душа всего минут пять держится… хотя всё индивидуально, конечно. Так, отойди-ка…

Вообще, идея рисовать конструкции на кусках ткани или ещё чём-то подобном родилась у меня ещё в темнице. Родилась и очень пригодилась, потому что так реально было очень удобно. Единственное что, *смотрю на обугливающиеся символы и вспыхнувшие нити* материал надо подбирать тщательнее. Или делать сразу много. Так или иначе, но ткань или бумага — не то, что может выдержать многоразовое использование.

Тем не менее, у меня вышло. Подняв кусок огранённого кое-как обсидиана, подкидываю его в руке.

— Душу можно так просто заключить…

— На самом деле — нет. Это — временная мера. Думаю, недели две продержится, но вообще надо бы побыстрее найти сосуд получше. Видишь, он уже треснул. Лучше всего подойдут самоцветы… это из более-менее доступного. За исключением совсем прозрачных, разве что. Алмаз не катит. Лучше агат или что-то вроде него. Ну это потом: успеется. Ты готов принести мне клятву? — следопыт прикрыл глаза на некоторое время, после чего решительно кивнул. — Хорошо. Тогда дай правую руку и повторяй за мной. Келебримбор, ты должен говорить слова одновременно с Талионом, — левую руку я положил мужчине на голову, начав пускать энергетические импульсы и приводя в активное состояние его энергетику. Правая рука схватила в крепком рукопожатии конечность Талиона, заклятие непреложного обета вышло безо всяких жестов или ещё чего-то подобного. Это третий вассальный обет. Боюсь, большего количества мне лучше не накладывать, иначе они будут постепенно взаимно разрушать друг друга. — Мы, известные, как Талион и Келебримбор, клянёмся…

* * *

— Чтоб его! — раздражённо буркнул следопыт, протыкая очередного паука.

Обойти Чёрные Врата было не самой простой задачей. Пришлось нам переть примерно тем же путём, каким в будущем пойдут Фродо и Сэм. Наверное пойдут. Ну а тут были местные средиземские акромантулы. Ненавижу пауков. Помнится, хоббиты встречали всего одного такого, но у нас на пути было несколько десятков.

Силы постепенно, как я и говорил, стали покидать Талиона. Связано это было с тем, что я постоянно «сшивал» мелкие и средние каналы в его теле. До крупных пока что руки не доходили: и так не было понятно, как энергетика отреагирует на такое издевательство. Вроде пока всё шло нормальным образом. Во всяком случае, серьёзного отторжения не было. Я опасался, что следопыт станет разваливаться, как Слизерин в теле гомункула к концу своего существования. Ничего подобного не происходило, к счастью. Впрочем, скорее всего это объясняется полумёртвым состоянием тела и пассивностью собственной энергетики следопыта.

Что касается тела, кстати, то с ним я тоже работал. Рана на шее была мною убрана, хотя я даже не хочу вспоминать, каких трудов мне стоило применять медицинские заклинания на полуматериальной, пропитанной призрачными эманациями Келебримбора плоти.

Тем не менее, мозг в теле я пока запускать побаивался, как и все остальные функции. Да и, честно говоря, присутствовал банальный расчёт. Сейчас Талион ел раз в два дня и пил примерно также. Если пробудить его тело из комы сразу, то будет он у нас кушать, как положено взрослому мужчине. Столько еды, конечно, было, только вот если это пробуждение его хоть чуть-чуть подкосит, то мы останемся в Мордоре на неопределённый срок, а запас пищи далеко не бесконечный. И что нам жрать? Ловить орков? Так мерзко же…

— Там выход! — кивнул на проход следопыт. К сожалению, коридор был затянут паутиной.

— Гм… Эванеско Максима! Хе, работает. Пошли!

— Не повезло… — посмотрел гондорец вниз, когда мы вышли из прохода. Я тоже глянул и… оху*л. Другого не скажешь. Высота метров четыреста, скала почти отвесная, камни скользкие, ветер везде. Сама гора ледяная, очень холодная, а воздух наоборот весьма горяч. Бедные хоббиты, да как они тут вообще подняться смогут-то?! Ладно мы с Талионом: я летать умею, он — чёртов ассасин, но Фродо и Сэм…

— Не волнуйся, я нас спущу, — подхожу к нему сзади и хватаю под плечами захватом, — готов?

— Да, — приподнявшись, я начал относительно медленно спускать нас вниз. Уже через минуту следопыт стоял на твёрдой земле. — Ты куда? — удивлённо спросил он.

— Надо сделать одно дело, буквально пять минут… — поднявшись в воздух, я телекинезом в самых неудобных местах сделал несколько десятков удобных для постановки рук и ног лунок. — Всё, отправляемся.

Чем отличаются профессиональные герои от дилетантов? У дилетантов всё вечно идёт не по плану. Наверняка на них бы напали Назгулы после сражения с Чёрной Рукой, прилетел бы Волдеморт… Именно поэтому мы герои профессиональные! Мало того, что сделали свои дела относительно тихо и аккуратно, так ведь даже сейчас не пёрли напролом, а аккуратно крались и перемещались, чтобы нас не увидели с Чёрных Врат. Патрули орков ходили по дороге часто, так что приходилось иногда перекатами уходить прямо на камни возле дороги и таиться там в стелсе, пока зелёные не пройдут, однако спустя три часа мы сумели удалиться от границы Мордора километров на семь. Здесь уже орки встречались реже, так что шли мы более свободно и, как следствие, быстро.

— Талион, если не секрет, то что ты приказал остальным оркам?

— Остальным?

— Ну, с нами же шли не все? У нас было всего чуть больше тысячи солдат, а на твоей стороне имелось около трёх тысяч воинов.

— Приказал резать друг друга, конечно, — пожал следопыт плечами. — Пусть этих тварей поменьше станет…

Интересно, скольких воинов Саурон потерял из-за действий одного человека и одного эльфийского призрака? За время, которое Талион провёл в этой стране, он самостоятельно вырезал как бы не под шесть-семь сотен зеленух. Кроме того там, на побережье и дальше сложили голову ещё тысячи три с обеих сторон. Плюс те оставшиеся две тысячи, которые сейчас развлекаются в Мордоре, плюс жертвы их развлечений, плюс жертвы повстанцев, которых Талион освобождал… блин, я чувствую себя никчемным. Этот следопыт меньше чем за год грохнул примерно то количество орков, которое мы всем Мефийским Королевством мочили лет пять. Вот, что такое профессиональный диверсант. Кстати, у него невероятно интересная манера боя. Надо будет, когда встречу Астеллу, дать ей несколько уроков в спарринге с таким противником.

Хотя, если подумать, у Астеллы были мой Гримуар, моя мантия и метла, что я ей дал. И двадцать с лишним лет свободного времени. Если она сейчас жива, то вряд ли ей требуются спарринги для учёбы. Скорее уж для поддержания формы…

Что там у меня на ближайшее время, кстати, запланировано? Ну… найти более подходящий сосуд для Чёрной Руки, затем отыскать тело Ноя, благо что я его чувствую. Надеюсь, душа парня всё ещё там. Следом требуется найти Астеллу. Последние два пункта можно поменять местами.

Именно этот список дел я и поведал Талиону.

— Ты не собираешься мстить Чёрному Чародею? — удивился он.

— Ммм? Мстить? Знаешь… я его почти ненавижу, но наша вражда длится уже больше ста лет… ха! Действительно, больше ста лет! Он когда-то убил моих родителей, я убил его, потом возродился и я снова его убил, потом он возродился, я — убил, но он сумел занять тело моего друга, в процессе я со… уничтожил три четверти его души, он спёр у меня тушу убитого мною Дракона, гадил исподтишка, затем сумел поймать на поле боя в ослабленном виде и заточить, я попытался сбежать, он меня поймал, потом меня освободил ты… Знаешь, про нас даже пророчество было. Вроде как «один не сможет жить спокойно, пока жив другой». Я не верю в Судьбу. Нет, Судьба, несомненно, существует, но мы творим её сами, сами создаём, а значит любое условие и пророчество можно обойти или исполнить по-своему. Таково моё мнение. Но чем дальше, тем больше мне кажется, что пророчество исполняется. Это бесит. Пожалуй, просто стечение обстоятельств, но стоит, наверное, уже прикончить его, однако не сейчас. Когда начнётся большая война, а она начнётся, у меня будет на это больше шансов. Сейчас же надо найти моих старых учеников. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы начать изучать магию?

— Магию? Разве для этого не нужны способности?

— Талион, скажи, нужны ли способности, чтобы стать хорошим художником? Знаешь, многие ответят тебе — «да». Я скажу — нет. Каким бы талантливым ни был человек, он никогда не обойдёт упорного соперника, если ничего не станет делать. Несомненно, у талантливого и упорного потенциал выше, но просто упорство вполне может заменить талант почти в любом деле, просто времени потратится больше. Знаешь, там, где я учился, обучали только талантливых детей, имевших дар к магии. Однако здесь я нашёл более менее обычную девчонку и, хоть и потратив на развитие её дара почти пятнадцать лет, сумел сделать из неё мага. Пусть и слабенького, но, я думаю, если она не ленилась, то сейчас должна быть неплохой чародейкой. И она не одна. Тот, кого я собираюсь оживить в ближайшем будущем, также дара не имел. Сейчас он сможет пользоваться магией. Конечно, за эту возможность он заплатил жизнью, однако поверь, если бы Ной в своё время выбрал иной путь, то лет за тридцать он стал бы магом. У тебя же ситуация даже лучше: твоя общая с Келебримбором энергетика куда более развита, нежели у простых людей. Ты сейчас примерно как Астелла, какой она была в нашу последнюю встречу.

Вскоре мы уже добрались до ближайшей к Мордору деревни, миновав пару застав. Впрочем, «скоро» — это под вечер. Трактиров в посёлке не было, ютиться в крестьянском доме не хотелось, так что мы купили еды и устроились на сеновале. Денег было не слишком много. В основном — трофеи с некоторых орков и из Чёрной Башни. Стоило бы придумать, как заработать.

— Нам хватит ещё на пять-шесть таких раз, — заметил Талион.

— Не волнуйся. Достаточно добраться до крупного города и найти больных побогаче. Особенно хорошо будет, если это окажутся какие-то старые или новые раны. Лучше, конечно, новые. Исцелить человека я сумею, а на здоровье люди обычно не экономят.

Так и получилось. Впрочем, следопыт тоже не остался без заработка. Видимо, ему претило сидеть у меня на шее, как он думал. Глупо. Он мне теперь служит, забота о нём — моя обязанность. Но я не против, честно говоря, если он тоже чего добудет.

Талион избрал менее цивильный способ по заработку, пройдясь по подворотням и прирезав десяток каких-то бандитов. Все сбережения банды отправились в нашу общую копилку. Вклады вышли примерно пятьдесят на пятьдесят.

Попутно я выяснял о том, какова же сейчас обстановка и вообще. Как выяснилось, ни про какую Астеллу некоторые и слыхом не слыхивали. Другие слышали про такую чародейку, но все сходились во мнении, что она пропала шесть лет назад после какого-то громкого случая. Кажется, сын Наместника Гондора хотел жениться на ней, но получил от ворот поворот, после чего была какая-то грязная история, после которой у Наместника Гондора едва не стало на одного сына меньше.

Внутренне я был даже горд за ученицу: как и я в молодости, находит неприятности на задницу даже в мирное время! Хотя… я их и сейчас нахожу, не только в молодости.

Что касается желания сына наместника, то оно понятно. Судя по моим воспоминаниям, Астелла уже лет в пятнадцать была очень красивой девушкой. Можно только гадать, насколько она прекрасна должна быть сейчас, ведь наверняка магию она учила не только боевую. Ну и плюсом идут её специфические умения, знания… ещё бы Наместник не захотел получить такой кадр в свою семью. Помнится, когда я работал на отца Эктелиона, Греймделя, меня тоже пытались разные придворные дамы окрутить… раз десять. И это только за то время, что я бывал в столице! А будь у Наместника дочь, так вообще бы был караул.

Единственное, что мне непонятно, так это то, насколько эта семейка поехала мозгами, чтобы пытаться силой затащить замуж чародейку. Ну… история весьма мутная. Могу только предполагать, что сыграло чувство безнаказанности Наместников, вынужденных считаться только с мнением Сарумана и эльфийских Владык, которые почти не вмешивались во внутренние дела Гондора. По сути же Наместники имели внутри страны почти абсолютную власть, а за её пределами представляли самую могущественную державу Средиземья, так что естественно, что они считали своим всё, что плохо лежит, а что хорошо лежит — тем более.

Что касается Ноя, то об этом парне слагали легенды. Прославиться так, как он, пожалуй, в ближайшее время светит лишь Арагорну и Фродо. Ну, ещё Торин имел похожую репутацию, но в основном у гномов. Что такого натворил мой блудный ученик? Гм… Ну, я точно узнал, что некроСмауга завалил как раз Ной. Сделал он это, видимо, очень пафосно и перед большим количеством народа, так что известность получил серьёзную. Дальше — больше. Новоиспечённый герой попёрся рубить остатки войск орков направо и налево, а затем геройски погиб, защищая побережье Гондора от вторжения пиратов с юга.

Учитывая то, что в таверне рассказывали, будто Ной один встретил целый флот и держал их три дня и три ночи, а когда подоспела помощь, то на побережье кроме его тела нашли ещё «десять тыщь трупов этих заморских нелюдей», то можно сделать вывод, что пиратов встречали малые силы во главе с Рингли. За счёт способностей Ноя эти ребята продержались какое-то время, а сам парень наверняка положил пару-другую сотен противников. Потом, наверняка, подоспела помощь, но Ной переоценил себя и помер. Хотя, очень вероятно, у него просто вразнос пошла энергетика, потому что дата боя на побережье примерно совпадала с примерным концом его жизни.

Похоронен герой был в Минас-Тирите, прямо под белым деревом. Это… осложняло задачу, мягко говоря. Я мог бы вскрыть гробницу, но эта конкретная располагалась прямо перед королевским дворцом! И что было делать? Естественно, работать!

Путь до Минас-Тирита занял пятнадцать дней. Весьма долго, если подумать. Затем требовалось разместиться в городе.

Выше третьего сверху яруса никого уже не пускали, что неприятно. Впрочем, чего я ещё ожидал? Богачи отдельно, остальные — отдельно. Хотя, в Минас-Тирите вообще люди небедные в основной своей массе живут.

Ну, мы с Талионом, в основном, конечно же, он, проникали в самые защищённые места вроде крупных лагерей орков или Нурменгарда в моём случае. Эх, как давно это было… Хе, а ведь я в своё время даже из Азкабана свалил! Ну да ладно.

В общем, проникнуть на Площадь Королей, как назывался самый верхний ярус, где и росло Белое Дерево, удалось без серьёзных проблем, хотя и с немалыми усилиями.

Там мы уже дожидались темноты. Самые страшные преступления совершаются днём, не спорю, но ночью удобней работать.

Конфундус на четырёх стражников, стоявших в карауле около дерева и могилы, тоже самое — на караул у входа во дворец. Всё, можно работать.

Трансфигурация — великая вещь! Никаких лопат, никакой грязи, просто взяли и трансфигурировали дырку. Тело Ноя поднялось из неё с помощью телекинеза. Затем обратная трансформация. Ну вот и всё. Сматываем.

— Он почти не пострадал, — заметил Талион, оглядывая труп.

— Ещё бы он пострадал, — фырчу. — Зря я, что ли, на каждой косточке руны выводил в своё время? Оживить только вот будет его непросто. Нужен источник, так что, друг мой, берём тележку и готовимся к долгому переходу в чудную страну, Ангмаром именуемую. Цель наша лежит в самой жопе мира.

Спустя пять лет

— Неплохо, неплохо, — я задумчиво оглядывал площадку после спарринга Талиона и Ноя. — Я бы даже сказал — очень хорошо.

За время, что прошло с момента похищения Ноя, произошло множество событий. Ну, во-первых, я таки оживил парня. Его энергетика, следуя заложенной нами с библиотекарем базе, едва ли не сама перестроилась под новое тело, минуя многие теперь ненужные участки и от того стабилизируясь в новом качестве. Все способности Ной сохранил, но многие функции живого утратил, хотя, пожалуй, назвать его мёртвым тоже было нельзя.

Рингли рассказал довольно немало о произошедших после моего поражения событиях, однако далеко не всё, что мне бы хотелось услышать. Как выяснилось дорогие остроухие таки устроили новый переворот. Ну, им не привыкать. Впрочем, за стрелы в спину Гилиан мне ещё ответит. Сговорился с Волдиком? Возможно. Вполне возможно. Эрион был мёртв, об этом Исмельлун объявил прямо посреди битвы, внеся разлад в наши ряды. Тем не менее, сражение завершилось победой. Пирровой.

Ной просто не желал больше лезть в политику, на этой почве разминувшись с Астеллой, поэтому они вроде как и ушли вместе на юг с союзными войсками, однако близки ни в каком смысле не были. Собственно, Ной согласился служить Гондору, но уже без присяги, таким образом отстранившись от нового союза, хотя в том же Рохане его тоже почитали, как героя.

Астелла же путешествовала некоторое время по миру, пропадая то там, то тут. Дальше произошла та самая битва, после которой Ной уже ничего рассказать был не в силах.

Кроме воскрешения Ноя мы нашли Литариэль, ту самую воительницу из Мордора, принцессу Нурна, Королевства побережья. Сами нурнцы пока ещё не нашли себе нового дома, так что согласились отправится с нами к Чёрному Замку. Пусть там и холод собачий, но Нурн сам был удивительной территорией. Там, прямо как в России, было либо очень холодно, либо очень жарко. Чем это было вызвано, не имею ни малейшего понятия.

Кроме нурнцев у Чёрного замка собрались ещё тысяч пять человек и две — орков. Как выяснилось позже, их в своё время сюда привела Астелла. В основном это были «сторонники старого режима», если проще, то наиболее преданные Раугу и Арлекину люди вместе с семьями. Орки же — те, кого остроухие поспешили объявить всеобщим врагом, дабы сплотить людей. Ну, мефийцы и так зелёных не слишком любили, а после моего исчезновения нечего было и думать о другом исходе для них. Остатки как раз и сбежали с людьми.

Меня приняли не сказать, чтобы с восторгом, но явно положительно. Во всяком случае я был фигурой у местных явно хорошей, что не удивительно, учитывая мою роль в «старом режиме», а также то, что большую защищённую территорию бывшего Чёрного Замка мог распечатать только я.

Таким образом на севере Ангмара за несколько лет окончательно сформировалось крупное поселение, в котором я был не то, чтобы прям официальным главой, но фактическим. При этом мне почти не приходилось вмешиваться в жизнь людей. Выходило, что они сами по себе, я сам по себе, но если требуется, то они могут рассчитывать на мою поддержку.

Город был не в самом Замке и не вокруг него, а рядышком. Также рядышком располагалось ещё несколько деревень. В самой же крепости жило от силы человек пятьдесят. Необходимый персонал, так сказать.

Что касается поисков Астеллы, то я, конечно, пытался, но пока безрезультатно: девушка словно сквозь землю провалилась. Бегать по всему Средиземью, разыскивая её, я считал бесперспективным. Весьма непросто найти кого-то, обладающего мантией-невидимкой и магией на крупной территории, где информация расходится просто-таки сверхмедленно. Да и, если подумать, даже большая скорость прохождения информации мне бы не слишком помогла, потому что кроме Астеллы причиной любых странных событий могло быть что угодно. В каноне и без гостей вроде нас хватало… всякого.

В общем, ученица сейчас должна быть девочкой взрослой, рано или поздно сама меня отыщет. Предательства с её стороны опасаться глупо: вассальная клятва — это не просто набор слов.

Я почему-то более чем уверен, что война начнётся к восемнадцатому году, как и в каноне. В первую очередь потому что совпадут несколько факторов. Наиболее важный — армия. Саурон сколько угодно может быть силён, а его Назгулы — непобедимы, но, с учётом потерь от нас с Талионом и дичайшей мясорубки во времена Ангмарского Противостояния, когда в Средиземье ежегодно перемалывали несколько тысяч орков, у Тёмного Властелина как раз к восемнадцатому году должны появиться достаточные силы в таком количестве, чтобы вести полномасштабные боевые действия. В конце концов род людей сейчас хоть и разрознен, но не слаб: всего четверть века назад прогремела страшная по здешним меркам война. Люди ещё не забыли её и помнят, как надо держаться за оружие.

Вторая причина и, наверное, самая важная — Изенгардский пакт. Не помню, что там такого важного происходит, но, кажется, войска Гондора стоят прямо рядом с Изенгардом по каким-то причинам и лишь в середине семнадцатого года должны будут уйти. Саруману потребуется год, чтобы сформировать хоть какую-то армию. Полтора года — ещё лучше. А без своего союзника Саурон не начнёт.

Третья причина — Кольцо. В Мордоре до сих пор не поймали Голума. За прошедшие пять лет я нашёл это существо поставил на него метку. Кроме Голума, Гендальфа, меня и Бильбо о Кольце не знает больше, по-моему, никто. Ещё Астелла, правда, но не побежит же она к Саурону в самом деле? Эх, жаль, я не могу почувствовать свои крестражи, но да ладно. В общем, вряд ли Саурон захочет начать, пока не поймает Голума и не узнает, где Кольцо. Сейчас по моим ощущениям это существо медленно мигрирует в сторону Мордора. А до того он уже в Мордоре был и сбежал оттуда. Следовательно, если мои прикидки верны, в самом Мордоре Голум окажется года через три. Там ещё время на то, чтобы его изловить…

В общем, возможно, основные события пойдут и не в восемнадцатом году, но где-то близко. Пожалуй, дату можно варьировать от шестнадцатого до двадцатого. Сейчас же идёт начало четырнадцатого.

Погладив два кольца на груди с душами Назгула и Чёрной Руки, я засунул те обратно под рубаху. Что-нибудь сделать из них я так и не удосужился: хотелось запихнуть их в мой Гримуар. В ближайшее время я хотел заняться одним важным делом. Скорее всего это самое дело будет выполнено к началу Войны. Ну… как раз, значит, закончу к битве при Хельмовой Пади или около того.

Сейчас же я проводил свою собственную подготовку к войне: некромантия.

Мефийское королевство под руководством эльфов превратилось в республику, а следом — в болото. Мне было почти пофиг. Вся военная элита, лучшие из лучших, были под моей рукой, они образовали вооружённые силы окружающих меня поселений, командовал ими Дионис. Остальные люди там… не скажу, что им плохо живётся. Во всяком случае куда лучше, чем было до моего прихода. Я им ничем не обязан, так что нафиг. Главное, что они не лезут ко мне, я — к ним.

Мои работы в некромантии были не то, чтобы совсем без изъянов, но весьма неплохи. В первую очередь потому что матерьяльчик… точно! Я спёр у эльфов из их Алоиса. Ну а что? Сидят там себе на дне эти овощи, сидят, да нихрена не делают. Глупость же? Ну а ещё это была моя изощрённая месть. Не думаю, что остроухим понравится, когда они увидят отряд из сотни белых, словно сама смерть, сородичей с мерцающими зелёным глазницами.

Сложнее всего было, конечно, с матрицей личности. Я понял в конце концов, что просто набором команд тут дело не решить. Земные матрицы были с привязкой к ноосфере Земли. То есть, в информационном пространстве Арды их просто не существовало в том виде, чтобы заклинания, завязанные на них, работали. И тогда я, совершенно случайно, конечно, обнаружил… да! Точно! Сознания самих эльфов!

Весьма забавно вышло, что душ у них уже не было, но ментальная оболочка оставалась почти неповреждённой. Я бы описал их состояние, как бесконечную апатию. Ну, это логично, раз уж они просто безвольно стояли на дне Алоиса и пялились непонятно куда.

Собственно говоря, именно их собственные ментальные оболочки я и использовал в качестве основы. На работу с каждой уходило под месяц-полтора, обработать я успел только тридцать две тушки: остальные шестьдесят восемь томились в наплевательском ожидании.

Естественно, что такая невероятно сложная работа, как перестройка личности и памяти в столь короткий срок была под силу разве что Архимагистру… ну или Магистру-менталисту. В общем, не мой уровень. Мне приходилось большую часть просто уничтожать. Оставляя самый минимум для возможности саморазвития и мышления. Всё остальное, включая память о боях и, соответственно, боевой опыт, — в утиль. Мне нужны были верные солдаты, а не те, кто может взбунтоваться в самый неподходящий момент.

Затем дорогие остроухие проходили трансформацию в ходячий труп, где им убиралось лишнее, заменяясь полезным. На выходе получался эдакий эльф, только полностью белый. Белые глаза, волосы, бледная кожа… И зеленоватые блики на радужке. В общем, жутковатые ребята. Самый минимум опыта у них всё-таки оставался. Во всяком случае, они умели говорить, знали названия некоторых предметов, но, по сути, их надо было учить заново. Зато удалось почти лишить их эмоций.

Было ли мне жалко этих существ, над которыми я ставил столь чудовищные по природе своей опыты? Ничуть. У них не было душ: проверено лично. Следовательно и жалеть там нечего. Обычные биороботы… даже некророботы.

Именно этот отряд «Бездушных» возглавил Ной. Все они, в том числе и он, имели схожие сверхвозможности: повышенная сила, реакция, скорость, выносливость. Кроме того — телекинез в той или иной степени, плюс — оптическая маскировка или полный стелс. Я прикрутил к ним всем дезиллюминационные чары, так что все бездушные могли исчезать прямо во время боя из видимого спектра, кроме того, они не имели столь больших резервов, как я, а отсутствие необходимости во множестве функций живых организмов позволили мне создать им что-то вроде слабого экранирования. Как результат: почувствовать их энергетически кто-то вроде Назгулов сможет лишь с расстояния метров в пятнадцать. Ну… плюс-минус.

Именно в таком режиме эти ребята и тренировались. Их выносливость была ограничена мощностью замкового источника, так что тренировки их длились не больше двух часов в день. Сами тренировки нужны были для, в первую очередь, наработки утраченного опыта.

Никаких армий из орков или людей я собирать больше не собирался. Хватит с меня. Мне достаточно того, что эти разумные обеспечивают замок всем необходимым, пусть и за различную плату. В Войне Кольца будут с моей стороны участвовать лишь редкие, зато высококлассные бойцы.

Единственной проблемой оставалось снабжение их энергией. Замковый источник мог бы обеспечить бездушных силой на постоянные тренировки, однако часть мощности шла и на другие задачи, а вдали от Замка и такой подпитки не будет.

У Ноя в теле были накопители, у всех его бойцов — тоже. Они могли бы до четырёх-пяти дней быть полностью автономны при большой нагрузке, но если Ной имел душу, которая вырабатывала энергию, то вот остальные такого были лишены. Была мысль использовать в качестве переносных источников душу Назгула и Чёрной Руки, но сия идея оказалась отвергнута: попадание в лапы Саурона любого из этих колец приведёт к возвращению заключённых. А в случае с Чёрной Рукой Повелитель Мордора вообще может попробовать создать нового Назгула.

В итоге вышел компромиссный вариант: души орков. Требовалось их немало, что-то около четырёх на бойца, но пойти на сие я был готов. Оставалось только добыть материальчик.

Первых двадцать зелёных притащили Талион и Ной. Ох, каких это им трудов стоило, судя по матам…

Затем работать стали уже «оснащённые» члены отряда.

Не сказал бы, что в результате получился идеал, но вышло вроде неплохо. А вот мой первый опыт провалился почти полностью: восстановление собственного тела оказалось не слишком эффективным. Тем не менее, процессы восстановления тел были должны существовать, иначе уже после первого серьёзного боя бездушные превратятся в месиво, а после десяти-двенадцати — потеряют боеспособность. В конце концов у меня вышло создать некий аналог регенерации у этих ребят, но помучится пришлось изрядно.

Кроме орков были ещё и жертвы-эльфы. Мне нравились эльфы Ривенделла, Лориэна, да даже лесные, но эльфы Ангмара… Наверное, это было вызвано ещё и тем, что во время прошлой Ангмарской войны здесь оставались наиболее жестокие, беспринципные и так далее, и тому подобное, но в конце-то концов! Они мне столько нагадили, что прощать никого я не собирался. Гилиан должен был понимать, что играет с огнём, а именно таковым является маг в Арде.

Собственно, в работе по созданию этого элитного отряда и прошли ещё несколько лет. Начинался восемнадцатый год, а войны всё ещё не было. Я не думаю, что она будет в девятнадцатом или двадцатом. В своё время я рассчитывал на семнадцатый, но сейчас скорее всего именно восемнадцатый будет началом большого противостояния. К тому же, Голума уже поймали, судя по тому, что находился он в окрестностях Барад Дура уже чёрт знает сколько времени.

— Ной, твои призраки должны быть готовы выдвинуться в поход в течение двух месяцев. Талион… пожалуй, ты отправишься со мной. Латуриэль пусть остаётся здесь.

— Она не согласится, — фыркнул следопыт.

— Она так или иначе лидер своего народа, а не маленькая девочка. Так ей и скажи. К тому же… либо я идиот, либо она беременна.

— Что?!

— Что слышал. В её же интересах в ближайшие пару лет сидеть в самом безопасном месте, которое только можно найти. Особенно с учётом надвигающейся бури.

— Алекс, — чуть помолчав, заговорил Талион. — Я бы хотел попросить тебя оставить меня здесь.

— Ммм? Хочешь проследить за безопасностью жены? В чём-то я могу тебя понять… ладно, не думаю, что твоя помощь мне потребуется настолько сильно, что у меня не выйдет без тебя обойтись. У меня для тебя другая задача на ближайшие дней десять, потом вернёшься назад и будешь виться вокруг своей ненаглядной, сколько захочешь.

— Что нужно сделать?

— Вот, прочти.

«Учитель, я узнала о вашем возвращении совсем недавно. К сожалению, у меня остались неоконченные дела. Через несколько месяцев я сама вас найду, пока же оставлю страницу сами знаете откуда в укромном месте. На обороте письма будет написано, где именно. Всю книгу оставить не могу. Книга со мной согласна. И да, на юге вас не сильно любят, впрочем, вы, наверное, и сами знаете.»

— Что значит «книга согласна»?

— Не важно. Главное, мне необходима эта страница. Очень необходима, понял? Достанешь её — и свободен на долгий срок. Вот здесь расшифровка того, что было на обороте листка. Читать тот текст можешь даже не пытаться: он покажется тебе бредом.

— Хорошо, я всё сделаю, — кивнул после прочтения новой информации Талион.

Письмо доставил посыльный, птица и ещё кое-кто: Астелла подстраховалась и использовала несколько способов доставки. Почему не отправила страницу вместе с письмом? Ну, это логично: если с письмом что-то случится, то будет всё очень, очень нехорошо. Страница моего Гримуара — это слишком дорогая вещь. Читай, как кольцо Назгула.

Талион справился за четыре с лишним дня, что было удивительно. Впрочем, даже если он всё это время только и делал, что бежал, меня это не интересует: работу он выполнил, теперь может заниматься, чем хочет.

С удовольствием взяв в руки пергаментный с виду листок, я пошевелил пальцами, наслаждаясь ощущениями, казалось, забытыми за прошедший срок, но вспыхнувшими в памяти с новой силой.

Миг, и лист ощущается, словно продолжение моего собственного тела. Осталось только проделать долгую и сложную работу.

Страница, кстати, изменилась. По кромке виднелась тончайшая сиренево-серебряная с чёрным вязь, сами листы стали слегка шершавыми и куда более плотными, но и более гибкими. В энергетическом же плане они ощущались также совершенно иначе. Уверен, сейчас мне хватит даже одной страницы на то, что я задумал.

Долгой и сложной работой был перенос гигантской рунной конструкции, которую я создавал во время своего заключения как раз для этой задачи. Ох, сколько же я с ней намучился, выискивая недочёты и ошибки! А ведь в собственном подсознании сделать такое куда сложнее, ведь нельзя проверить точно, насколько хорошо она будет работать!

И, тем не менее, я надеюсь, что десятки лет работы и тщательного просеивания не прошли даром. Очень надеюсь.

Вскоре я ушёл, не взяв с собой никого. Талиона, как и обещал, оставил с Литариэль, Ною нужно было тренировать своих призраков-бездушных, потому что каждый пробный бой был на счету. Астелла всё ещё не нашла меня, но за неё я не волновался почти нисколько. Ну а больше, в общем-то, мне и некого ещё было брать. Обычные разумные в отряде будут лишь помехой, а сильно выделявшихся пока что не имелось больше. Я, конечно, заприметил несколько смышлёных детей и даже взял их к себе в Замок, начал учить, но им до хоть какой-то полезности в серьёзном деле ещё лет десять надо, не меньше. Хорошо хоть, что вышло спихнуть их на Талиона, пусть тренирует эту группу. Заодно начнёт развиваться энергетика потихоньку.

Идти я решил пешком. Можно было и долететь, но, честно говоря, опасался я сейчас летать немного, хотя и сам не понимал почему. Время не торопило: раньше битвы при Хельмовой Пади появляться не стоило, пожалуй. А битва эта с гарантией произойдёт, я уверен. Исключение разве что то, что в ней наверняка примет участие Тёмный Лорд. И вот тут должен появиться я, чтобы уравнять шансы. До Хельмовой Пади крупных сражений не будет, наверное, а в Гондор Саурон вряд ли полезет в самом начале: проще сначала ударить с разных сторон, от Барад Дура и Изенгарда, по Рохану, а уж после этого врезать по Гондору с севера и востока, когда рохиримы падут и не будут способны помочь южному соседу. В противном случае может повториться ситуация, как в каноне. Собственно, там-то у Саурона не вышло вывести из игры Рохан, в результате чего Теоден и Наместник, а после него уже Арагорн, объединив усилия, смогли выставить против Мордора немалые силы. Если бы эльфы не решили с какого-то перепугу бежать на запад, а вступили в новый союз, то, возможно, даже героизм Фродо бы не потребовался: армии орков и так были бы сокрушены. А уж подоспей на помощь гномы… в общем, Саурону необходимо вывести из игры либо Рохан, либо Гондор. Рохан предпочтительнее, потому что в этом случае Гондор сразу же отрезается от потенциальных союзников и остаётся один на один с Мордором.

Несомненно, имея на своей стороне такую фигуру, как Воландеморт, Тёмный Властелин может начать и с Гондора, но я бы лишь усилил на его месте этим козырем свои позиции в Рохане, не более того. Мы, маги Земли, хоть и могущественны здесь, но не всесильны. Даже у меня есть предел сил, даже я не смогу сжечь шести-семи тысячную армию. Воландеморт же должен иметь ещё больший уклон в сторону одиночного бойца-дуэлянта. Несомненно, он одолеет и сотню, и две сотни воинов, но не думаю, что в массовом противостоянии он будет сильнее меня. Скорее уж он делает упор на одиночных сильных противников, что логично, потому что на стороне Нового Союза теоретически могут быть такие монстры, как Элронд, Галадриэль, Гэндальф и иже с ними. Тот же Волди, которого я помнил с земли, по сравнению с нынешним и вовсе был слабаком, который вряд ли бы одолел и полсотни доспешных воинов. В конце концов Авада Кедавра щит не пробивает обычно, а Преисподней здесь нет, так что Адское пламя недоступно. Другие же массовые атаки против доспеха либо неэффективны, либо недостаточно эффективны или массовы. В любом случае, в нынешних условиях пространственного шторма и невозможности телепортации, он бы не сумел выиграть бой даже с пятью десятками серьёзных воинов.

Сам я продвигался не сказать, чтобы быстро, но нормально. Пёр споро, пробирался часто лесами, срезая участки, где не было дорог. В общем, потихоньку топал. Вскоре (через месяц) уже я пересёк Серебряную Гряду и взял курс на Мглистые Горы.

Попытавшись взлететь, я понял, что опасения мои были не зря. На высоте через несколько минут полёта начали вдруг собираться грозовые облака, весьма активно хреначащие молниями. Спустившись, я, спустя сутки, которые решил провести на месте, отходя от нескольких попаданий особо мощных зарядов, имел «счастье» наблюдать в небе тройку Назгулов. Гм… видимо молнии — это магия Арды. Скорее всего совместная работа Саурона, Сарумана и Короля-Чародея. Эдакое ПВО для всяких летунов, а то, помнится, Гэндальф любил призывать своих орлов.

На что именно реагировала система (птиц-то не сбивает) я так и не определил, так что решил не искушать судьбу и отправится по земле дальше. Не думаю, что этим накрыто всё Средиземье, но Рохан и восточный Гондор — точно. Наверное, эта защита завязана как-то на башню Сарумана. Да, скорее всего так оно и есть.

В общем, до Мглистого Хребта я пер ещё около полутора месяцев.

Звуки войны уже начали разрастаться. Появились беженцы с востока, ходили слухи о нападениях на пограничные заставы Гондора… они и раньше случались, нападения в смысле, но не такие крупные. Люди, ещё помнящие Ангмарскую Войну, приходили к выводу, что в Мордоре тоже орки расплодились. А учитывая уничтожение заставы на Чёрных Вратах лет десять назад… Кстати, именно на Чёрных Вратах служил Талион в своё время, а после смерти всех защитников там стали хозяйничать орки.

Мглистые Горы не стали для меня проблемой: маг я или не маг? Пропасти перелетал, узкие места перевалов проходил прогулочным шагом, держа равновесие с помощью телекинеза…

Уже через четыре дня я достиг нужного мне места. Снова предстояло много работы…

— Гм… начнём, пожалуй… Бомбарда Граномагикум Максима! — с рук слетело несколько десятков заклинаний. Сейчас мне нужен был как можно больший разброс и как можно большее количество, так что контролировать их я не пытался. — Блин… — цыкаю, оглядывая абсолютно спокойные горы. О моих действиях свидетельствовало лишь затухающее эхо и произведённые разрушения. — Значит не здесь…

Поиск нужного места длился ещё четыре дня. Наконец мне улыбнулась удача: на очередной залп магической Катюши гора отреагировала, издав горловой рёв и начав вставать. Как и в прошлую нашу встречу, то, что скала имела очертания человека, я понял лишь после того, как та встала на ноги.

Следующие несколько часов титан крушил всё вокруг. Я старательно уворачивался, ожидая, когда же ему надоест. Надоело. Наконец-то… Мне уже начало казаться, что он тут пару дней собирается забавляться.

Следующую неделю пришлось потратить на создание рунной конструкции уже на теле будущей жертвы. Да, да! Я собирался сделать задуманное семьдесят с гаком лет назад! Выдрать из этой махины её сущность!

Именно для этого я годами доил источник Чёрного Замка, выделяя лишь небольшую часть даже на тренировки моих самых элитных воинов. Именно поэтому я не так давно всё-таки занялся кольцами Назгула и Чёрной Руки, превратив их в небольшие генераторы силы. Именно поэтому я тащился в ж*пу мира и занимался Вечность знает чем к-ней-же-обратитесь сколько времени. Да! И вот он, момент, когда эта чудовищная туша полностью опутана моими письменами, когда я наконец готов сделать то, что собирался!

Стоило великану лишь двинуться, как тут же пришлось бы начинать всё сначала. К счастью, от горы его в данный момент мало что отличало, а потому я, положив руки на линии символов, прикрыл глаза и «подал ток».

Моим сознанием прямо вот чувствовалось, как вся накопленная за годы мощь пришла в движение. Буквально ощущал, как эта махина медленно опутывается множеством невидимых нитей, как рассыпаются в пыль десятки самоцветов, выдавливая из себя резко всю накопленную силу без остатка, как руны и иероглифы буквально впиваются, вжимаются в поверхность, на которой нарисованы, из-за текущей по ним мощи. Я всё это чувствовал, я всем этим управлял.

Сказать по правде, того дикого сопротивления, что я ощутил, мой план не совсем предусматривал. Нет, конечно же, создавая его, я ожидал столкнуться с чем-то, с чем не сталкивался ещё никогда. Но я не ожидал, что это будет настолько за гранью моего опыта. Тем не менее, «надо сто — бери двести». Запас энергии у меня был. Сущность начала медленно затягиваться в темницу на странице, но чем дальше шёл процесс, тем чётче я ощущал: не хватит. Не хватит какого-то мизера. Ну… в сравнении, конечно, мизера.

Постепенно я стал всё больше и больше передавать уже собственной энергии. Треть, половина, три четверти, девять десятых, всё… Оставалось совсем чуть-чуть! Последний рывок!

Также, наверное, чувствовал себя какой-нибудь олимпиец-бегун, когда понимал, что до заветной цели, даже, возможно, до нового рекорда, остаётся всего пара метров. Надо лишь чуть-чуть ускориться, совсем капельку. Но также отчётливо было ясно, что эту капельку просто негде взять: организм на такое не рассчитан.

Я отчётливо это понял… и рванулся через предел. У спортсмена разорвались мышцы или связки, у меня — повреждены каналы и мощное истощение, но…

Внезапное облегчение навалилось непередаваемым чувством эйфории. Казалось, что я могу всё. Абсолютно всё! Попытавшись встать, я… не смог.

«Всё-таки надо было с собой кого-нибудь взять,» — подумалось мне, а затем сознание медленно уплыло.

Очнулся я уже ночью. От холода, само собой. Аккуратно двигаясь, я скатал страничку в трубочку и надел оба кольца сверху. Такая нехитрая конструкция замыкала контур, позволяя темнице в листке черпать энергии из этих источников силы. А что? Как будто удержать такое чудовище проще, чем словить! К счастью, хоть здесь расчёты оправдывались: оставшейся энергии и подпитки должно было хватить, чтобы держать Титана в бумаге достаточно долгое время. Астелла, если ты меня не найдёшь в ближайшие полгода, то наплюю на то, что уже взрослая, и выпорю… Хотя нет. Это будет скорее извращением. Но точно чего-нибудь нехорошее сотворю! В конце концов, удерживать ЭТО дольше у меня точно не выйдет.

По-хорошему, надо бы отлежаться пару суток, да только вот то, что я тут устроил, должны были ощутить все маги Средиземья. Так что убираться надо, как можно скорей.

Именно осознание этой простой истины, а также того, что я сейчас абсолютно не боеспособен, заставило меня, сжав зубы и матерясь сквозь них, отправиться назад, на восток. К счастью, с собой имелся посох. Он даже магию проводил и неплохо. Процент рассеивания я бы оценил примерно в двадцатку. Как у среднего качества палочки. Мне сейчас это было особенно важным, так как в ближайшее время даже с такой поддержкой колдовать будет невероятно сложно.

Разницу путешествия с магией и без я ощутил сразу. Когда едва не сорвался в пропасть, в последний момент толкнув себя телекинезом через посох. Даже такое простое действие попросту вырубило меня на несколько часов, а по прошествие этого периода у меня настолько болели астральное и физическое тело, что я едва ковылял, делая шаг раз в десять-пятнадцать секунд.

Тем не менее, спустя время, эта тактика показала, что была наиболее верной: Назгулы пролетели всего в каких-то пяти-десяти километрах от меня, буквально чудом не заметив. Впрочем, при чём тут чудо? Просто от меня не должно было фонить от слова совсем. Скорее уж даже наоборот: чуток снижать астральный фон…

Спустя двое суток ковыляния, длительных отдыхов, периодических отключек и многочисленных падений, я таки смог идти более-менее нормально. Астральное тело со стороны, наверное, походило на мочалку, но начало потихоньку выправляться, хотя и медленно, очень медленно. Работать с ним было всё равно сущее мучение. Дошло до того, что я крохотнейший огонёк Люмоса на конце посоха в темноте решил не зажигать, предпочтя постоянно спотыкаться. Почему не сделал привал? Дождь пошёл, будь он неладен. Надо было искать убежище.

В конце концов, к концу четвёртых суток, когда Назгулы уже сильно отдалились от меня в своих облётах гор, я сумел относительно безболезненно сдвинуть пару камешков. Это был прорыв. Нет! ПРОРЫВ, потому что, раз уж получается применять энергию, пусть и в таких количествах, то уж поглотить чуток у меня должно было выйти.

Поглощение шло из небольшого камушка. Я его не использовал во время поимки, потому что он имел очень слабую пропускную способность. Да и были в нем сущие крохи. И тем не менее, он стал для меня буквально спасением.

Ещё около недели пришлось провести в горах перед тем, как я не восстановился настолько, чтобы отправиться в самую опасную зону, где нормальные дороги заменялись ущельями, тропками и карнизами над пропастью.

Это время я зря не терял, постепенно мигрируя на юг: там всё-таки переться было попроще.

Через неделю я понял, что в нынешнем состоянии мне, даже взяв южнее, через горы не перебраться. Пришлось потратить ещё около десятка суток, держа курс к югу, чтобы пики гор стали чуть ниже. Вскоре я сумел-таки перейти самую опасную зону, выбравшись на летний торговый перевал. По нему добрался до старой дороги и вышел, наконец, с вершин.

Каким же счастьем было банально промыться в ручье! Эванеско, к сожалению, на время оказалось для меня слишком большой роскошью.

Затем были думы: а куда бы двинуть дальше? Собственно, я встал перед дилеммой. На запад мне нафиг не надо, оставался, понятное дело, восток. Только вот восток — это Изенгард, который находился всего в паре десятков километров. И что делать?

Поразмыслив, я решил срезать через лес Энтов, благо хоть, места были частично знакомы: помнится, лет шестьдесят-пятьдесят назад я тут бродил некоторое время.

Лес Энтов начинался не так уж и далеко от моего места пребывания. Точнее, не сам лес, но опушка области, где росли простые деревья, а уже эта область переходила в лес Энтов. Разница была в «населении». Деревья в Лесу Энтов были необычны: это, по сути своей, и были Энты, просто многие из них пребывали в глубокой спячке, другие — просто стояли. У этих существ другая логика. Гм… хорошо, наверное, быть Энтом: никуда не спешишь, ничего не делаешь… можно вообще вечность простоять на одном месте в состоянии умиротворения. Возможно, я желаю именно такого отдыха? Не сейчас, но позже? Сейчас-то мне отдых не нужен: наотдыхался уже в Стальной Башне и в подземельях Барад Дура.

По лесу я шёл осторожно. Особенно, когда пересёк границу обычного и волшебного. Чем-то это место напоминало Запретный Лес, но не так уж и сильно. Энтов я старался не будить.

Пёр я по лесу дня три, потихоньку смещаясь к Рохану. Вскоре должна будет состояться Битва при Хельмовой Пади. Насколько скоро: через неделю или пару месяцев, я пока не знаю. Но обширную вырубку около Изенгарда, когда я проходил мимо него километрах в пятнадцати-двадцати, направляясь к лесу, не заметить было сложно. Бедные Энты… как же жалко этих чудесных созданий, конечно. Всё-таки есть в их размеренном существовании нечто завораживающее. К тому же, мягкая энергия, выделяемая ими в пространство, как нельзя лучше сейчас подходит мне для восстановления, так что и чувство благодарности присутствует. Пожалуй, я верну себе нормальное состояние дней через десять.

На четвёртый день путешествия, когда я спал, то внезапно почувствовал удар о щит. Магические силы сейчас у меня были мягко говоря не в лучшем состоянии, но щит на ночь я поставить мог. Соответственно, подскочив, выставил на автомате новый.

Судя по секире, росту и силе удара, бил явно гном. Впрочем, из-за его спины летели одна за другой стрелы. Я уже хотел было ответить, как…

— Авада… — провалился в темноту. Почувствовав удар рукоятью какого-то оружия в висок. Последней мыслью на грани сознания было безмерное удивление: как кому-то удалось пробить мою защиту?..

* * *

— Эй. Кажется, он сейчас очнётся, — мысли путаются. Голос… гном? Грубый голос, точно гном.

— Арагорн, думаю, стоит ему добавить, — а это уже явно эльф. Стоп! Арагорн?!

— Что… — приподнимаюсь. Связанные руки не мешают мне выставить ещё одну защиту, замедлившую последовавший удар, который снова отправил меня в беспамятство. Только вот теперь я уже сумел заметить, что это такое пробивает защитные чары уже второй раз подряд, словно бумагу. Кто бы мог подумать: Арагорн, а это был явно он, держал в руках такой знакомый, но уже забытый частично меч. Меч Годрика Гриффиндора.

* * *

— Ммм… — мне побрызгали в лицо холодной водой и похлопали по щекам.

— Очнулся? Поднимайся! — слегка мутит от резкой смены положения тела, вызванной тем, что меня схватили за воротник и с силой вздёрнули над землёй. Я едва сумел устоять на подкашивающихся ногах. Не удержавшись, присел на одно колено.

— Какого хрена вы на меня напали?.. Кха… Леголас, ты что, не узнал…

— Вижу, ты очнулся, Алекс? — знакомый голос заставил поднять ещё несколько мутный взгляд.

— Митрандир?!

— Я рад, что ты ещё помнишь моё имя. Что касается твоего вопроса, то неужели ты до сих пор считаешь, что мы не знаем, кто является Чёрным Чародеем Ангмара на самом деле?

— Судя по слухам, знаете об этом только вы! — съязвил я. Энергия по рукам не проходила. Как и по телу. Силу что-то жёстко блокировало. Притерев грязным рукавом глаза, я сумел разглядеть очередные антимагические кандалы. В последнее время я такую дрянь уже ненавижу. Забавно, что работают они лишь из-за того, что моя энергетика в чрезвычайно дерьмовом состоянии. Было бы у меня ещё хотя бы три дня, я б гарантированно сорвал эти путы, а теперь они мне не дают восстанавливаться, а я не способен их продавить.

— В знак уважения к твоим бывшим ученикам и их учителю, каким тот был, пока его не сломила окончательно Тьма, мы предали твоё имя забвению. Оно нигде не упоминается, ни в записях, ни в летописях. Мефийский народ поступил также! — Леголас, либо ты идиот, либо просто надо мной глумишься. Думаешь, я не знаю, кто на самом деле управляет волей мефийского народа? Гм… хотя, наверное, ты слишком доверчив…

— С чего вы вообще взяли, что я присягнул Саурону?!! — дёргаюсь в тонких цепях, оплётших всё тело. Кроме того имелись ещё и верёвки.

— Хватит этого представления, — прервал нас Гэндальф. — Отправляемся. Нужно успеть в столицу Рохана!

— Да что вы все…

— У меня портянка завалялась, пожалуй, сойдёт на кляп? — хохотнул гном. Гимли? Племянник Торина? Чтоб их всех… так вот, о чём предупреждала Астелла. Могла бы и прямо написать. Гм… а что это за чувство такое странное?

Прислушавшись к окружающему, я перестал обращать внимание на мир, молча поддерживая заданный моими пленителями темп. Вскоре мои губы растянулись в злорадной улыбке: волноваться было не о чем.

Глава 20[17]

Жрать мне почти не давали, но всё-таки подкармливали. Вредные нынче светлые пошли! На Тёмной Стороне настоящие европейские тюрьмы, да: мясо, хлеб, вода, иногда зелень какая-то, а раз в месяц даже ягоды или фрукт какой давали! Вот это я понимаю — обслуживание! Хотя… видно, меня не хотели настроить сильно враждебно. А Светлая сторона треть лембаса в день кидала, да давала пару раз из фляги глотнуть. Ну что это такое, а? Тут волей-неволей задумаешься, кто же прав и на чьей стороне быть. Не, понятно, что недоразумение с моей поимкой разрешится рано или поздно, но я ещё им всем это припомню! И придумаю, что с них стребовать.

Кстати, как пояснил Гэндальф, кандалы были какие-то древние, ещё из первой эпохи. Лежали в запасниках Изенгарда, когда-то были спёрты бывшим серым, а ныне белым магом у Сарумана на всякий случай. Вот и пригодились, бля… Пояснял это, конечно, он не мне, а Гимли. Я вообще помалкивал, после того, как этот проклятый Вечностью гном мне реально чуть не засунул в рот свой вонючий кляп.

Нет, сейчас я мог освободиться, я мог бы лишить всех этих засран… нехороших людей жизней, но у меня возникла идея получше, а для этого надо потерпеть.

Примечательно, что меня даже не обыскивали нормально. Во всяком случае небольшой мешочек со свёрнутым пространством не обнаружили. Коэффициент свёртки был не слишком большой: примерно три с половиной раза, но для свитка-страницы больше и не требовалось. Тем более, что чем жёстче сжатие, тем более хрупким оно становится, а мощный артефакт, пусть и зацикленный внутри самого себя, будет не самым стабильным элементом даже при пяти-шести кратной свёртке.

Вскоре мы уже входили в столицу коневодов, больше похожую на большую деревню.

Городок был выстроен на склонах холма, вершина — дворец. Впрочем, дворцом этот деревянный сруб назвать сложновато. Вычурная изба, только очень большая, из толстых брёвен и живёт в ней король.

На входе стражники отобрали у нас оружие. Хотели ещё и меня не пустить, но Арагорн не позволил. Что касается посоха Гэндальфа, то:

— Неужели вы и палку у старика отнимете?..

Палку отнимать не стали: пропустили.

Я уже бывал в тронном зале Рохана, но с тех пор здесь многое изменилось. Появилась… затхлость. Да, затхлость. Деревянные резные колонны словно поблекли, в воздухе была разлита хмарь.

Король Теоден сидел на троне в конце зала, к нему мы и направились, проходя мимо колонн и стражей за ними и между них. Также там стояли и немногочисленные придворные.

Сам Король выглядел, словно свежий труп. Хотя нет, вру: свежие трупы презентабельнее, этот же уже явно полежал в могилке какое-то время. Рядом с троном стоял человек, чем-то напоминающий Питера Питтегрю с Земли. Рожа такая же крысячья… а ещё он мне был чем-то знаком. Где же я видел этого гада?..

— Ваше Величество, это враги, этот колдун, Гэндальф Серый, он приносит на своих плечах беды и несчастья…

— Неучтиво нынче встречают гостей во владениях твоих, Король Теоден.

— С чего мне быть учтивым с тобой, Гэндальф Горевестник? — произнеся это, Теоден повернул голову к своему «советнику». Тот важно кинул и добавил:

— Справедливый вопрос, господин. Лихо носит с собой этот бродячий колдун, куда бы не отправился! Ныне нарекаю тебя — Вестник Зла! Вестник Горя! — по мере произношения человек приближался к нам и встал перед Гэндальфом.

— Молчи! Держи свой поганый язык за зубами. Я не для того прошёл через огонь и мрак, чтобы слушать поганого червя вроде тебя, — Гэндальф выставил перед собой посох.

— Посох… я же велел вам забрать у колдуна посох! — отступил на шаг, другой, третий, а потом и вовсе отбежал назад человек. Воины кинулись к Гэндальфу, Арагорн и Гимли стали защищать мага, который шёл вперёд, не замечая драки вокруг. Я отошёл на пару шагов назад. Будучи в цепях, моя персона не казалась никому значимой.

— Теоден, сын Вренгеля! Ты слишком долго прозябал в затмении… — выставив вперёд посох, Гэндальф подошёл к Королю.

— Я бы сказал — до сих пор прозябает! — хмыкнул Гимли.

— Внимай мне! Я разрушаю все чары… — Гэндальф прикрыл глаза и выставил вперёд ладонь.

— Ха… ха… хахахахахаха! — хриплым голосом заправского алкаша захохотал король. — У тебя нет здесь власти, Гэндальф Серый!

Олорин внезапно скинул свою серую накидку и снова выставил вперёд свой посох. В помещении стало светлее, а от колдуна начало разить слабо различимой силой.

— Я изгоню тебя, Саруман, как яд изгоняют из раны!

— Уйду я — умрёт и Теоден! — прохрипели губы Короля.

— Ты не убил меня — не убьёшь его! — видно было, что на короля оказывается сильнейшее давление. Он пытался встать, но не мог. Солдаты прекратили сражаться позади Митрандира, откуда-то выбежала принцесса, которую схватил Арагорн.

— Ро… Рохан мой! — прохрипел полутруп.

— Изыди! — вскочивший с трона человек получил посохом по лбу, отлетев назад.

Постепенно его взгляд начал проясняться. А кожа — приобретать здоровый цвет. Девушка, которую держал Арагорн, кинулась к Королю, поддерживая его. Вот к нему вернулся здоровый цвет глаз, волос, кожи, он вперился взглядом в поддерживающую его…

— Я… узнаю твоё лицо… Эолин?.. — последнее слово было несколько вопросительным.

Хмыкнув про себя, я повернулся в другую сторону, больше не обращая внимания на разговор и происходящие события. Меня интересовала другая персона…

— Слышь, Белый! — нарочито небрежно обратился я к Митрандиру, разрушая весь пафос и всю милоту сцены. Гэндальф раздражённо повернулся ко мне, как и весь зал, не понимающий, насколько же у меня шарики за ролики заехали, чтобы, будучи пленником, иметь такую наглость. — А мы его уже встречали! — киваю на валяющуюся крысу. — Помнишь Альфарда из Озёрного Города? Больно уж рожи похожие, а?

Хотевший мне что-то высказать маг задумался, а затем подошёл к валявшемуся на полу человеку.

— Как тебя зовут? — Гэндальф поднял его за воротник и держал перед собой.

— А… Альфард…

— Неплохо он сохранился за семьдесят лет, а? — добавляю масла в огонь. — Мы-то с тобой — понятно: маги. Ты у нас вечный дедушка, я вечно молодой, а этот откель взялся?

— Заткните ему рот, — раздражённо рявкнул Арагорн.

— Ты ещё пожалеешь! — «разозлился», едва молнии из глаз не метая. — Используешь против меня мой же подарок, меч моего учителя, как благородно! Тфу… — в рот таки всунули кляп. К счастью, это была не гномья портянка. Так, надо бы себе очков побольше набить, чтобы и стребовать побольше, когда им потребуется моя помощь против Воландеморта.

Что происходило дальше я не видел: отправили меня в какую-то комнатушку рядышком. Хотя разговоры слышал. Было много пафосных фраз вроде «чёрным сном спал мой разум», но это ко мне не относилось.

— Посплю, пожалуй, — говорю словно бы в пустоту, зевая.

* * *

— Вставай! — меня окатили холодной водой.

— Ей! Ты хоть знаешь, через сколько прошла эта одежда?! Да она старше тебя и дороже… тьфу! Фуфины фефи! Фуфу! Уфьу! Твкрахтффффф… — кляп затолкали ещё глубже в рот. Ничего-ничего, мы это ещё припомним вам. И тоже запишем на счёт…

— Я вернусь с пятым восходом солнца! — блин, задолбали своим пафосом! Вот с Торином было хорошо! Он был более вменяемый и непосредственный. Надо дать в рожу? Дадим! Король эльфов взял в плен и требует чего-то? Пошлём нахер по всем предкам вплоть до основателя эльфийского народа! А эти… разглагольствуют, мечут тонны словесного поноса… бедный Гэндальф, когда ты нахватался всей этой мути?!

— Пошёл, — толкнул меня Гимли. Для надёжности мои верёвки уже привязали к какой-то лошади. Ну блин… не, я понимаю, что с пленными обычно обращаются не особо хорошо, но ведь в Мордоре реально лучше всё было!

Шли мы долго. В пути случилось нападение орков, а точнее — волчьих всадников. Арагорна ранило, и он упал в ущелье, все сочли его убитым. Я хотел было прокомментировать, но кляп из меня так и не достали. До крепости в Хельмовой Пади мы добрались на третий день. К середине четвёртого, насколько я понял, разведка донесла о приближении армии из Изенгарда. Проблема была в том, что вёл армию некто, кого вот никак не ожидали увидеть безо всяких кандалов на стороне врага наши доблестные предводители.

Зашедшие стражники меня, что характерно, аккуратно, выволокли из темницы и потащили на скальную площадку, возвышавшуюся над всей крепостью. Там, собственно, меня дожидались Теоден и Гимли с Арагорном.

— Вытащите кляп, — властно приказал Король Рохана.

— Что, малыш Тео, до вас наконец-то дошло, нечто важное? — ехидно заметил я. «Малыш Тео», кстати, не было оскорблением: я так его ещё мелким называл когда-то давно. Ему вроде как лет девять было, когда я перед уходом в Ангмар посещал королевский двор Рохана.

— Я вынужден признать, что мы… ошиблись, — со вздохом проговорил он.

— И вы теперь, конечно, меня раскуёте и дадите аккуратно и тихо уйти миром, мы правильно друг друга понимаем? — улыбнулся я.

— Ты не поможешь нам? — спросил гном.

— Помилуй, Гимли! После попытки дать мне на несколько суток пожевать твою невероятно ароматную портянку? Да с чего вы вообще решили, что я буду вам помогать?!

— А твоя свобода теперь — пустой звук? Не забывай, ты всё ещё пленник, — Арагорн, какой прекрасный повод…

— О! Вот, значит, как? То есть теперь для благородных воинов слова «честь» и «справедливость» ничего не значат, я правильно понял? Ладно, а если мы поступим иначе? Так сказать, подкорректируем ситуацию? Будь добра, убери с меня эту гадость, — обратился я в пустоту. Тут же кандалы опали на землю с треском и звоном. Как и цепи, кстати. — Гм… — щёлкаю пальцами и Теоден с Арагорном вздрагивают, но тут же замирают, понимая, что к их шеям приставлены лезвия клинков. — Как видите, моя свобода всегда при мне, — улыбаюсь.

— Астелла?! — отшатнулся Гимли. Стражники, стоявшие вокруг, замерли, понимая, что жизнь их короля висит на волоске.

— Ну так что же вы мне предложите за мою помощь? И за всё то, что я пережил тут с вами? В конце концов я двадцать лет просидел в темницах Мордора, но так и не надел кольцо и не накинул на голову чёрный капюшон, однако, если подумать, время проведённое там едва ли доставило мне больше неудобств, чем вы за неделю. Это не считая боли от предательства друзей и тому подобного, вроде использования меча моего учителя против меня.

— Что ты хочешь? — спокойно спросил Арагорн. Мужик! Уважаю! — Извинений? Я готов их принести, ты в своём праве, — ещё больший мужик! Он ведь сейчас искренен! Действительно понимает, что по отношению ко мне это, мягко говоря, свинство.

— Не только. Давайте договоримся так. Когда мы победим, мне отойдёт… ну… скажем… Ммм… Мордор? — о! Эти лица! Ради них стоит только воссоздать омут памяти!

— Мордор?

— Ну, в случае победы я забираю Мордор со всеми его землями себе. А ты, Теоден, Король Рохана, и ты, Арагорн, Наследник Трона Гондора, — а вот этого, видимо, многие не знали, — меня поддержите. Ах да, я также рассчитываю на поддержку принца лесных эльфов и его помощь в попытке как минимум предотвратить вмешательство Трандуила на стороне противников такой судьбы Чёрной Страны. Я ведь прав? Он не захочет, чтобы Мордор возглавил очередной маг, более того, Чёрный Маг?

— Не захочет, — кивнул Леголас.

— Если ты останешься с нами до конца этой войны, то твои требования справедливы, — чуть подумав, кивнул Арагорн. — Мы принимаем их, хотя моя поддержка вряд ли будет тебе полезна. У Гондора есть Наместник…

— К концу Войны у Гондора не будет Наместника. Нет-нет, я не помогу ему помереть, Денетор всё сделает сам. А теперь, раз уж мы во всём разобрались, Астелла! — протягиваю руку. Девушка с лёгким, очень изящным поклоном протягивает мой Гримуар. А она изменилась, стала по-настоящему красивой, не удивительно, что у сына Наместника слюнки потекли… А ещё всё такая же холодная. Магическая же сила… сейчас я бы дал ей Старшего Мага, однако с моей мантией, которая ей явно помогает, она была по силам на уровне Леди или Княжны, а искусство, уверен, у неё имеется. В конце концов два десятка лет — это тот срок, за который можно стать мастером в любом направлении, при наличии некоторых стартовых возможностей, которые у Астеллы были.

Ни на кого не обращая внимания, я извлёк свиток с Титаном. Сняв кольца, разворачиваю страницу и вставляю в открытый Гримуар. Лист врос, словно никогда и не был раздельным с книгой. Кольца были приложены к обложке, куда красиво вплавились.

— Сколько у врага войск? И сколько там Назгулов? — оглядываю присутствующих.

— Войска ведёт всего один: Чёрный Чародей Ангмара. К крепости направляется порядка десяти тысяч урук-хаев. У нас всего две тысячи воинов. Три, если точнее, но оставшиеся…

— Кузнецы, пастухи, конюхи, дети, но не воины, — жёстко закончил Арагорн.

— Ясно, — киваю. — Когда вы меня схватили, я был тяжело ранен. Рана успела хорошо поджить, но эти ваши кандалы были словно лезвие, которое вы мне в эту рану вставили, не давая коже затянуться. Я не смогу вам помогать в борьбе ещё и против воинов Сарумана. Моё дело — одолеть Тёмного Лорда Воландеморта, он же — Чёрный Чародей Ангмара, как вы его зовёте. Астелла должна мне помочь. Я сражался с ним двадцать лет назад, поэтому исхожу из его сил и умений в то время. Не думаю, что он стоял на месте такой срок. Как и я в общем. В тюрьме тоже можно развиваться.

Время до подхода войск врага было: часов пять примерно. Их я решил потратить на восстановление своей энергетики до максимального уровня, какой только было возможно сейчас вернуть. Заодно решил пообщаться с блудной ученицей.

— Ну, рассказывай.

— С чего мне начать? — если раньше она была просто холодной розой, жалящей всех вокруг, но внутри мягкой и хрупкой, то теперь превратилась в красивую, умную, уверенную в себе девушку. Крайне положительное впечатление, честно говоря.

— С начала, как и полагается в таких случаях. Хотя нет! Лучше расскажи, почему это именно меня считали Чёрным Чародеем Ангмара?

— Во-первых, потому что вы, учитель, сами себя так называли, — улыбнулась одними губами девушка. Я хмыкнул: тут вопросов не возникало. — Во-вторых, сразу после вашего поражения Торин Дубощит прорвался к вам. На тот момент ваш противник уже выдернул у вас часть волос и использовал в оборотном зелье.

— Ясно. Но это не всё?

— Нет. Третья причина — я.

— Ты?

— На тот момент сложилась очень неоднозначная ситуация. Частично из-за участия эльфов Ангмара. Таким образом…

— Необходимо было найти козла отпущения, и быстро. Я подходил лучше всего. Понятно. Могла бы и подробнее предупредить в своём письме.

— Простите, — лёгкий покаянный кивок, — я про себя добавил четвёртую причину: подозрения Гэндальфа ещё до моего ухода в Ангмар и очень уж хорошо складывающуюся мозаику. Логично, что в мою виновность поверил как минимум он. Торин видел меня в злодейском амплуа, остальные же слишком плохо знали, за исключением, возможно, Галадриэль, но как раз её эльфы мне пока ничего не делали.

— Скажи, какие такие важные дела у тебя были, что ты не смогла прийти ко мне сразу и даже отдать мой Гримуар?

— Учитель, вы помните вашу теорию о более древних цивилизациях? Вы потом называли её нулевой эпохой.

— Гм?

— Возможно у меня есть ей подтверждения. Вся информация в Вашей книге. Я устанавливала с ней связь такую же, как вы, когда постоянно перемещали в неё свою память.

— Чудно. Я посмотрю. Теперь расскажи уже о своих успехах. Мне даже интересно, чего ты достигла за эти годы.

— Я Старшая, это звание мне дал Библиотекарь, — поощряющие киваю. Старшие — выдающиеся маги. Малфой, к примеру, был Старшим, да и большинство ребят из магических семей. Во всяком случае, выдающихся ребят. Сириус был Старшим, Джеймс Поттер был Старшим… Хе, а вот Регулус Блек и Беллатриса Блек были Лордом и Леди. — Кроме того у меня два подтверждённых мастерства от него же.

— Направления? — вот это уже интересненько!

— Астральная магия и малефика. Специализация… Вуду, — я прям чуть не крякнул.

— Очень… интересный выбор. Скажи, а несколько странных смертей при дворе Гондора в последние шесть лет…

— Вы как всегда догадливы, Наставник.

— А моих волос у тебя, случаем, нет? — пошутил я.

— Есть. Вам отдать?

— Гм… не стоит. Скажи, почему Ной не знал о настроениях в Высшем Совете?

— А вы его оживили?

— Да.

— Он лишь представился и сразу же заявил, что не желает лезть в политику, обсуждать наставника и всё в таком роде. Он ни разу не присутствовал при нужных разговорах. Гномы Одинокой Горы первыми покинули союзные войска и союз в целом, а Ной ушёл с ними и лишь через полгода перешёл в Гондор. Он говорил, что у него имелось какое-то письмо для Торина…

— Забудь! — машу рукой.

На секунду вспомнилось то самое письмо:

«Привет Торин, Я тут мелкого распиздяя подобрал и решил помочь стать сильным. Я буду некоторое время занят, так что не смогу им заниматься. Поднатаскай его в чем сочтешь нужным. Ну и снаряжение ему выдай, чтобы стыдно не было. А то я ж не кузнец, куда мне. В долгу не останусь: сочтёмся при встрече.

Черный маг Алекс»

Письмецо было написано несколько раньше битвы в Гундабадской Долине и несколько по иному поводу, но Торин, видимо, решил отдать мне последнюю дань уважения или действовал, исходя из каких-то своих инициатив, потому что, насколько я помню, Ной действительно говорил, что был некоторое время в Одинокой Горе и там ему сильно помогли. Ах да, это письмо он тоже упоминал, но мимоходом.

— Ты пользуешься палочкой? — киваю на её руку с чехлом. — Из чего?

— Ваша кровь, волосы, мои волосы и кровь, клочок бумаги из вашего Гримуара, Белое Дерево и кость Смауга, кровь Смауга, кровь Василиска, толчёный клык Василиска, пропитана раствором из нескольких зелий, трав и яда василиска, кроме того кость некротического Дракона.

— Ммм… — с сомнением кошусь на эту ядерную бомбу. — Ты не могла бы не использовать ЭТО в моём присутствии без крайней необходимости?

— Не волнуйтесь, мы с Библиотекарем её рассчитывали и создавали больше двенадцати лет, — улыбнулась ученица. — Рассеивание — полпроцента, проводимость почти абсолютная, однако между волокон дерева и в кости запасается энергия.

— Абсолютная проводимость? Как вы этого добились?

— Наставник, я заранее хочу извиниться…

— Моя старая палочка? — догадался я. — Ты бы не взяла просто так. Библиотекарь заверил, что я не буду против?

— Да.

— Честно говоря, несколько жалко: она мне была дорога как память, но я ей почти не пользовался, так что действительно не против, чтобы она послужила основой под твой колдовской инструмент, тем более — настолько хороший. Ладно, о насущном поговорили, теперь повернёмся к духовному! — девушка лишь приподняла бровь в вежливом интересе. Блин! В кого она только превратилась… нет, она прекрасно общается, если хочет, она красива, сильна, умна, но вот эмоционально… за весь разговор в её чувствах было лишь жалкое трепыхание, в основном же они были ровными и спокойными, словно бы она созерцанием занимается! — Как у тебя с личной жизнью?

— Личная жизнь? — на лице сильное удивление, внутри — лёгкое недоумение.

— Хочешь сказать, ты за двадцать лет ни разу и не с кем не была, не влюблялась… что, даже привязанности не испытывала? Ладно, не к мужчине, но к ребёнку, к другу? Что, совсем нет? М-да…

— Это плохо?

— Я бы не сказал, что это плохо, скорее… необычно. Лет через десять-пятнадцать ты обретёшь бессмертие и, если захочешь, сможешь позже познать эти грани существования, но, честно говоря, я такого исхода не ожидал.

— Насколько я смогла узнать, девственность добавляет магических сил…

Я чуть не подавился. Нет, было такое дело, конечно. Просто не были активными некоторые части энергетики до первого раза, в результате чего лишняя энергия шла на другие области астрального тела, но чтобы до тридцати с лишним кто-то вообще ни разу не занимался сексом ради этого эффекта… Хотя… Астелла — это Астелла. К тому же, на неё гормоны почти не влияют по какой-то причине, так что сексуального влечения у неё почти и не было по идее, а учитывая то, что близко она ни с кем не сходилась, то в её случае логично выглядит ради ускорения своего развития пренебречь плотскими желаниями и отношениями.

— Гм… в какой-то мере это так. Если желаешь, можешь и дальше ориентироваться на эту информацию: это не моё дело, — в конце концов ей уже не восемь лет и даже не четырнадцать — не хочу я указывать взрослому разумному, как поступать и что делать. Да и не виделись мы двадцать лет, так что сложно осознать пока её новую. Изменения на первый взгляд видны слабо, но они есть и значительные.

— Арагорн!

— Да? — повернулся ко мне воин.

— Мне нужно место повыше. Начала битвы я дождусь там.

— Вон, — кивнул он на донжон. — Там будет Король Теоден. Я буду на основной стене, как и Леголас с Гимли. Сам решай, где тебе сподручнее.

— Пожалуй… я присоединюсь к Его Величеству, — киваю своим мыслям. — Предупредишь его и стражников?

— Да.

— Спасибо.

Вскоре наступил вечер. Я ужинал, когда внезапно услышал звук рога. Стоявшие недалеко Арагорн и Леголас переглянулись:

— Это не орочий рог! — заявил очевидное эльф. Вместе они, не сговариваясь, кинулись к выходу. Я поспешил за ними.

Как выяснилось, рог был эльфийским: Лориэн прислал две с половиной сотни своих воинов, что было очень, очень немало в нынешней ситуации.

Считается, что тяжёлая конница — самый страшный враг на средневековом поле битвы. Отчасти это так, но сильней не тот отряд, где одни лишь тяжёлые всадники, а отряд, схожий по численности, но имеющий в наличии ещё и лёгкую конницу, лёгкую и тяжёлую пехоту, стрелков.

Вот и тут эльфийские стрелки оказались ОЧЕНЬ к месту. Смело можно было из числа орков вычёркивать пару тысяч солдат: эльфы их посекут своими стрелами так или иначе.

Возглавлял остроухих Келеборн, муж Галадриэль. Он приветливо подал мне руку, на мой удивлённый взгляд ответил:

— Никогда Лориэн не считал тебя врагом, Алекс. Надеюсь, так будет и впредь.

— А уж я-то как надеюсь, — хмыкаю. Подоспевший Арагорн не стал разводить политесы и просто сжал эльфа в объятиях. Видно было, что тому подобное панибратство непривычно, но вовсе не неприятно.

— Вы пришли… как? Откуда? — Теоден явно был несколько ошарашен. Логично, учитывая, что он не так давно отказался посылать гонцов с просьбой о помощи, считая это лишь напрасной тратой времени и сил.

— Когда-то эльфы и люди сражались вместе. Мы пришли отдать дань этому союзу. Мы гордимся, что снова будем сражаться вместе с людьми, — спокойно проговорил Келеборн. Вот и разница между эльфами Ангмара и Лориэна. Вроде все бессмертны, все сильны, все несколько высокомерны, но северные немножко с гнильцой. Или не немножко…

С Гримуаром восстановление шло необычайно быстрыми темпами. Пожалуй, мне оставалось дня три до полного возвращения в норму. К сожалению, трёх дней не было. Было тридцать минут. Именно столько, по моим ощущениям, потребуется армии, которую я чувствую, чтобы добраться до крепости. Вдалеке уже слышен рокот от десятка тысяч шагов, а глаза вполне себе отчётливо различают поднятую пыль. Но самым важным, что может увидеть любой наблюдатель, является чёрная точка, летящая над войсками. Впрочем, уже не точка: силуэт человека (?) в чёрном балахоне, развевающемся на ветру, вполне различим. Как и силуэт виверны. Только эта тварина сильно отличалась от прочих, на которых летают Назгулы. Видимо, именно по этому признаку в нём и определили Ангмарского Чародея.

Стоп! Вру. Далеко не любой наблюдатель различит сию картину, а только тот, кто недалее как минут десять назад выхлебал порцию зелья ночного зрения… стоп! Что это я… тут все такие! Астелла притащила этого пойла столько, что можно было им полы мыть вместо воды. По её словам «осталось после тренировок». То бишь она, пока училась варить более сложные зелья, нежели всякие там бодроперцовые, результаты хоть сколько-нибудь удачные откладывала. Кошачье же зрение имело весьма необычное сочетание нескольких элементов, с которыми было сложно работать, а потому идеально подходило для тренировки. Учитывая же, что требовалось для применения его немного, а минимальный объём варки был равен примерно полутора десяткам минимальных доз, то у ученицы накопилось этого зелья весьма немало. Как раз хватило на большую часть людей. Собственно, многие получили и ещё несколько склянок с наказом принять перед битвой.

Лично я, когда смотрел, как Астелла достаёт из пространственной свёртки разные зелья МЕШКАМИ, сразу перестал считать себя запасливым. У меня, конечно, был хомяк, но не таких размеров точно!

— Учитель, это ведь Лорд Воландеморт? — Астелла появилась на командном пункте весьма неожиданно для всех, однако люди лишь дёрнулись. — Тот, про которого вы рассказывали?

— Да, он самый, — едва не сплюнул.

— Вижу, ты знаешь больше нас о враге, не поделишься? — спросил Теоден.

— Не думаю, что вам эта история будет интересна, ваше величество, — устало тру виски. — Если вкратце, то он убил моих родителей, когда мне и пары лет не было. Затем умер от моей руки… трижды. И каждый раз возрождался. В последний раз его дух сумел захватить тело человека, который долгое время был мне другом, хотя потом у нас и вышла… размолвка. Сам он кровожадный маньяк. Жесток, жаждет силы. Мало перед чем может остановиться. Впрочем, он мог и измениться: мы давно не виделись.

— Сочувствую вашей утрате, — я не сразу понял, что он о родителях.

— Да, жалко, конечно, но я уже давно забыл это. Слишком много времени прошло. Лет… сто восемьдесят, наверное? Или сто сорок? — я задумался, не заметив кидаемые на меня косые взгляды.

Вообще, можно подумать, что я поступаю глупо, выступая на стороне Альянса, но тут есть одна важная причина. Арда — это ловушка, которая медленно схлопывается. Стоит лишь Саурону победить, и я буду просто обязан принести ему клятву верности: у меня нет того колоссального количества энергии, которое требуется для пробития прохода в другой мир.

Вот зачем я поймал Титана? Зачем рисковал? Меня же могли тёпленьким схватить Назгулы. А затем, что, когда я его подчиню, он сможет стать неслабым источником силы.

Если вдруг Саурон победит, то я собираюсь послать всю мораль нахрен, схватить свою команду и валить как можно дальше, попутно опустошая все населённые земли на предмет душ разумных, дабы мне хватило на открытие прохода раньше, чем Саурон доберётся до меня. А в покое он меня не оставит: я — знания, а знания — одна из самых больших ценностей в мире. И откупиться от Саурона тоже, я думаю, не получится. Тот же Воландеморт… кто поручится, что у него мозги всё ещё прежние? Помнится, Тёмный Властелин стирал память Келебримбору. Почему не мог подкорректировать личность? Да, работа сложная, но выполнимая ведь…

В общем, единственное, что я мог бы сделать кроме прямого участия в войне, так это найти Фродо, отобрать Кольцо и попытаться самому скинуть то в Ородруин, но, учитывая, как оно действовало на меня в прошлый раз, боюсь, шансы мои невелики.

— Начинается… — прокомментировал Теоден приближающееся войско. Сколько тут было? Дох*я. Встали они прямо перед главной стеной, раздались стуки копий, боевые кличи. Урук-хаи Сарумана — не простые орки или урук-хаи Саурона. Эти твари куда более неприглядны на вид, тупы, но зато сильней и выносливей. Страшный противник. К счастью, они хоть размножаться не могут самостоятельно… а ещё у них нет душ. Средоточия есть, а вот душ — нету.

— А вот и мой противник, — киваю в сторону приземлившейся на вершину стоявшей недалеко скалы виверну.

— Он не поведёт атаку? — нахмурился Теоден.

— Вы плохо его знаете, — качаю головой. — Ему доставляет искренне удовольствие смотреть, как войска под его началом будут сражаться. Он вступит в бой только в случае крайней необходимости, а до этого станет наслаждаться зрелищем. Ваша задача будет отбросить врага от стен как можно дальше, тогда он сам полезет сражаться и я пойду ему навстречу. Если наш бой будет происходить под стенами, то это нанесёт урон армии врага и даст вам передышку, а моя победа подорвёт боевой дух этих тварей. Они, конечно, тупы, но агрессивны и будут бояться сильных.

— А если ты проиграешь, то это подорвёт уже наш дух! — раздражённо рявкнул кто-то.

— Если я проиграю, то вам не поможет никакой дух! — сплёвываю со стены. — Он достаточно силён, чтобы развалить вашу стену нахрен!

Помнится, должно было во время этой битвы произойти нечто серьёзное и опасное, только вот что именно…

Рог орков прервал мои размышления. Они ломанулись к стенам. Навстречу им полетели стрелы лучников. Люди стреляли по готовности, эльфы — залпами, точно целясь. Такая тактика принесла плоды. Людские стрелки создавали беспокоящий огонь, эльфийские, словно снайперы, выбивали противников. Прямо как в будущем: пулемётчики должны подавлять врага и не давать ему двигаться, а снайперы — выбивать личный состав. Хотя… личный состав выбивают автоматчики? А снайпера работают по офицерам и важным целям, так? Не важно…

Впрочем, такое положение вещей было недолгим: урук-хаи прорвались на дистанцию стрельбы своих арбалетов, начав снимать стрелков со стен. Потери стали обоюдные.

Выкрик Арагорна на эльфийском, казалось, перекрыл шум битвы. Сразу же после команды эльфы также перешли на стрельбу по готовности. Только вот их результаты… что такое эльфийский лучник? Обученный эльфийский лучник — это местный аналог высокоточного пулемёта. Скорость стрельбы у них что-то порядка одного выстрела в секунду. То есть две с половиной сотни эльфов в режиме стрельбы по готовности — это две с половиной сотни стрел в секунду, пятнадцать тысяч стрел в минуту. Собственно, ровно минуту эльфы и стреляли: снаряды были вовсе не бесконечные.

За это время было полностью уничтожено несколько десятков отрядов урук-хаев. Просто сметены лавиной стрел. Что я могу сказать… жесть. Сразу видна выучка профессионалов. Не сравнить с ребятами Гилиана. Там либо нечто запредельное, когда эльф участвовал ещё в прошлой войне за Ангмар, либо нечто на уровне лучших людских стрелков. Здесь же что-то близкое к «запредельному» при том у всех эльфов разом. Впрочем, не удивительно. Насколько я знаю, эльфы Лориэна воюют с Сауроном лишь немногим меньше, чем Гондор. Келеборн говорил, что они не так давно взяли Дол Гулдур, где обосновались войска Мордора, а до того было аж три попытки пробить оборону остроухих. Да и последняя война… насколько я сумел узнать, на севере, около Серебряной Гряды, творился сущий ад, настоящая бойня, куда обе стороны постоянно кидали новое мясо. И так лет пятнадцать или даже двадцать: хрен там разберёшь. Ещё бы тут не имели боевого опыта ребятки…

— Але лерен гель до флирно! — «Сомкнуть строй, изготовиться к бою!» Так, а вот это уже хреново. Эльфы лучше сражаются в куче-мале, когда основной упор делается на личное мастерство, а бой — бесконечное количество скоротечных схваток один на один или два на два. В крайнем случае трое на трое. Здесь же они стоят на стене в плотном строю, какой больше пошёл бы гномам. Нет, эльфы не будут слабым звеном, они по прежнему ребята с энным количеством боевого опыта, великолепной выучкой и физическими данными, но использовать их можно было куда более эффективно. Наша недоработка…

— И это всё, что ты сумел наколдовать, Саруман? — ах, сколько пафоса, Теоден! (П. А. Реальная фраза из фильма).

Этот король меня прям раздражает. Вот пошёл бы и встал на стену, а то ему, видите ли, мало того, что «Саруман сумел наколдовать»! Чтоб его, аж бесит… там ещё около восьми тысяч орков, а он выпендривается!

Снова сигнал орочьего рога огласил поле боя, урук-хаи ломанулись в атаку, неся штурмовые лестницы.

В этот момент с неба полил дождь. Стало совсем хреново.

Следующие пятнадцать минут были похожи одна на другую. Орки ставили свои лестницы и лезли на стены, врывались в ряды защитников, наносили урон, затем лестницы скидывали вниз. Внезапно всё изменилось.

Дело в том, что в стене было небольшое сливное отверстие в самом основании. Там находилась решетка. Мощная такая, металлическая решетка. И именно туда сейчас бежал орк с факелом. Я мгновенно вспомнил, что должно было произойти.

— Блять! Авада Кедавра! — было уже не до конспирации: главное, не дать гаду добежать. Вместе с моим заклинанием в него воткнулись сразу три эльфийские стрелы, но было поздно: урук прыгнул вперёд, просто-таки влетая в отверстие. Раздался страшный взрыв, часть стены подлетела в воздух.

Когда звон в ушах отгремел, а пыль рассеялась, стали видны масштабы катастрофы. На участке метров в семь защиты просто не было. Открытая брешь. Теоден стоял потрясённый, его рука сжалась на рукояти меча. Что, вспомнил своё «сумел наколдовать»?

Внезапно прямо на месте взрыва поднялся Арагорн. Я его отлично видел. С криком ярости он махнул мечом Годрика, с которого сорвалась золотая волна, снёсшая пару рядов орков, бегущих к прорыву.

— Эль зиль лан! — рявкнул он, указывая мечом на врага. Из-за его спины полетели стрелы: тот немногий запас, который остался. К прорыву подоспели эльфы и часть людей.

— Сделай что-нибудь! — повернулся ко мне Король.

— Мне нужна будет каждая капля сил, чтобы сразиться с ним, — киваю в сторону Воландеморта.

— Там гибнут люди! — меня схватили за грудки.

— А ещё эльфы и один гном! — раздражённо отвечаю. — Ладно, отпусти! Гм… Бомбарда Максима! Бомбарда Максима! — с рук сорвались заклинания, ударившие в особо плотно стоящих орков. Красиво их разорвало, ничего не скажешь. — Я пошёл! — машу рукой в сторону сорвавшегося на своей виверне в нашу сторону Тёмного Лорда. Всё-таки вышло у меня его выманить… — Астелла, ты прикрываешь меня под мантией. Будет возможность — бей по нему, но не подставляйся! — кивок девушки я не видел, но уверен, что тот был.

Разбежавшись, прыгаю со стены, паря над войском врага. Резкий выдох вниз отправляет туда лавину огня. Я приземляюсь в выжженный круг. Через несколько секунд туда спрыгивает и мой будущий противник.

— Не ожидал встретить тебя тут, Гарри. Знаешь, мы были так обижены, когда ты отказался воспользоваться нашим гостеприимством! — хохотнул тот.

— Уж прости, мне не хватало всяких мелочей, но сервис я оценил, будь уверен! Итак, приступим, пожалуй? Фууууу… — изо рта вырывается поток пламени. Врага окружает щит, но огонь жжёт стоящих за ним орков.

— Эльворо! Нактавиум! — с его руки срывается сгусток бледно-зелёной субстанции.

— Миммордия… — буквально в последний миг вывернув себя из-под летящего заклинания, я бросил с ноги (тренировался давно уже) слабый аналог Авады, внутри которого было режущее воздействие. Смысл был в том, чтобы одновременно с ударом ещё и пробивать тушку противника, а за счёт более глубокого поражения компенсировать недостаток силы в Аваде. — Бомбарда Гранамагикум! Меркеро портус! Мефисто! Мерменкодреза Спиритум! — последнее я сумел закончить лишь благодаря лавине предыдущих, выигравших мне время. К сожалению, формировать мысленные запросы в бою было тяжело, поэтому мы предпочитали пользоваться словами, но постоянно посылали помимо них ещё и невербальные удары.

— Аррх, мальчишка! — сплюнул он, когда последнее заклятие задело его самым краем, после чего прошло дальше и пропахало в орках просеку из тел. Тёмный Лорд отделался кончиками пальцев.

— Ренкар…

— Ха! — распахнув плащ, он пустил на меня поток чего-то напоминающего Иммотериум, только куда более концентрированного. Увернуться не получалось, пришлось принять на щит-конус.

Постепенно наше противостояние затягивалось. Лорд поднялся в воздух, я оставался на земле. На какой-то краткий миг давление спало и… «сейчас!»

— Фууууу… — снова возросший поток силы с его стороны встретил иной поток: поток огня.

Урук-хаев вокруг нас уже давно не осталось: передохли. Наш бой превратился в противостояние количества и качества энергий. Ну и пропускной способности, конечно. Последняя-то у меня и хромала из-за не до конца восстановившейся энергетики.

Внезапно я почувствовал, как из Гримуара течёт некая новая энергия. Похожая на ту, что испускал я, но другая. Через пару секунд я понял, что это такое. «Он что, поглотил средоточие некро-Смауга? А душу, случайно, не „того“?..»

Слившись воедино призрачное и реальное пламя таки выровняли баланс сил. Последних у моего врага было немерено. Я отчётливо чувствовал текущую через кольцо к нему мощь. Да и сам он был нехреновенький такой маг.

— Авада Кедавра! — раздался голос Астеллы словно гром среди ясного неба. В Воландеморта полетела зелёная вспышка. Уклониться он не смог: слишком был занят мной.

Нет, его не убило: мы уже давно переросли уровень смертности от Авады, но в нашем противостоянии дорого было всё, любая щепотка на весах могла стать решающей. Такой мощный перевес в мою сторону мгновенно переломил ход боя.

— Фламия Лютер! — пальцы обожгло, энергия мгновенно покинула тело.

То, что я применил, вообще считали очень неэффективным заклинанием в плане КПД. Он составлял что-то порядка двадцати процентов. Нахрена тогда такая штука вообще нужна? О! У неё была важная особенность: она могла сконцентрировать много сил в небольшой точке. Отразить эту хренотень было куда сложнее Авады. Другое дело, что никакого убийства обычно не происходило. Больше всего данное заклятие напоминало поток лазера, только невидимого и неимпульсного. Только вот в данном конкретном случае было одно «но»: я целился. Хотел попасть в голову, попал в ключицу. Правда, я снайпер?

С криком виверна подхватила его и понесла прочь.

— Ах ты! Авада Кедавра Гранамагикум! — очень это был необдуманный поступок… силы мгновенно приблизились к черте, но зато я попал в тварину. Нет, виверну убить не удалось, но лететь она больше не могла, упав где-то за войсками Сарумана. — Фуууу! — из глотки вновь вырвался поток огня, расчищающий путь через орков. Я рванул вперёд.

Воландеморт поднимался всего в двухстах метрах от меня. Мы встали напротив друг друга.

Положив руку на гримуар, я раскрыл его. Со страниц по коже и дальше на землю потекли символы. Медленно начинаю приближаться к противнику.

— Что, Гарри, энергозатратных заклинаний у нас больше нет? — хохотнул Лорд. Ну да… ни у меня, ни у него сил сейчас не хватит ни на что реально серьёзное.

— Ничего, я тебя и постаринке прикончу… — рука делает движение, будто смахивает с бумаги невидимые капли воды. С кончиков пальцев срывается Редукто.

— Используешь концентратор? Не слишком ли бесчестно для светлого героя?

Лорд ушёл на Крыльях Ночи.

— А кто сказал, что я светлый? — моё тело также превращается частично в чёрный туман. Снова смахиваю невидимые капли. Противник тоже колдует. Он пользуется кольцом, как концентратором.

— Думаешь, сумеешь победить? Я старше! Круцио! Редукто!

— Всего на полвека! — парирую два невербальных, которые он попытался прикрыть связкой вербальных.

— Серпенсортия! Круцио! Серпенсортия! Мефисто! Авада Кедавра! В промежутках дополняю связку невербальными заклятиями. Чувствую, долго я так не продержусь.

— Авада Кедавра! — он бьёт словно в пустоту, откуда выбрасывает Астеллу, перекатом ушедшую по земле. От смерти её спасла моя мантия. — Как нехорошо бить в спину своему деду! — раздражённо рявкнул он.

— Ты мне не дед, сволочь! — вот это да… Она точно моя ученица? Откуда столько эмоций? Такая ненависть, ярость… — Инферно Фламия!

— Астелла, НЕТ!!! — было поздно. С палочки сорвалась искра. Одна, другая… и вдруг, словно мгновенно, пошёл жгучий поток чёрно-бордового огня.

Это было не адское пламя, но нечто похожее. Вместо лиц здесь было эмоциональное воздействие. Ощущение было, будто нервы намотали на раскалённый прут. Словно бы дементор… в количестве десятка штук, но не высасывающий жизнь, а испускающий всепоглощающий ужас и боль.

Я прекрасно видел, как Лорд пытается бороться с этой дрянью, выставив щит, как его защиты медленно продавливаются одна за другой. Астелла тоже боролась в попытках остановить силу, которая явно не собиралась ей подчиняться. Мне приходилось буквально продираться через отделившийся в мою сторону отдельный поток огня. Я не успевал: слишком много сил потратил, слишком мощное давление на меня оказывалось. Тут думаешь, как бы выжить, а не сделать ещё шаг вперёд.

Внезапно давление исчезло, я телепортировался и повалился на одно колено. Недалеко хрипел Лорд: ему досталось больше. Астелла стояла на четвереньках, не в силах пошевелиться. Сзади раздавались крики и чудовищная какофония. Ночь кончалась, наступал рассвет, но мне было не до того: я пытался встать.

Астелле удалось подняться первой. На удивление, она направилась ко мне, положила руку на своё плечо, хотя ей и самой было тяжело.

— Добей… — хриплю.

— Сейчас, — усадив меня нормально на землю, схватила мой Гримуар. В этот момент тело Лорда окуталось дымом и он попытался свалить. Из последних сил хлопаю ладонью по земле, активирую руническую схему, которая была образована ещё в начале этой схватки, когда по моим рукам стекали из Гримуара символы.

Лорда пригвоздило к земле, я болезненно поморщился.

Астелла положила книгу раскрытыми страницами на землю, сверху легла её ладонь. Из-под страниц потекли символы, образовывая вокруг Лорда несколько сложнейших схем.

— Авада Кедавра… — с руки ученицы слетает зелёная вспышка, попавшая прямо в тело Воландеморта. Руны засветились, по ним потекло что-то незримое. Это что-то сопротивлялось отчаянно. Казалось, оно сейчас вырвется…

Я подполз ближе и положил ладонь поверх её, подавая энергию, которая, в общем-то, имелась в очень скромных количествах. Чувствую, как тело немеет и сознание уплывает…

* * *

— Рад видеть, что ты очнулся, — услышал я голос Гэндальфа.

— Сколько… я…

— Четыре дня.

— Уууу… — откидываюсь на подушки. — А где…

— Столица Рохана, — чуть помолчав, он заговорил. — Я должен перед тобой извиниться, Алекс.

— Пофиг… что было… то прошло. Но с тебя поддержка! — я более менее прочистил горло и начал говорить нормально. Заодно сел.

— Ты желаешь получить немало, но я буду спокоен за Мордор, если он окажется под твоей рукой.

— А заодно скинешь со своей шеи лишнюю головную боль, не так ли? — хмыкаю.

— Ты стал проницательнее, — улыбнулся в бороду майяр. — Стой! Тебе пока лучше не вставать…

— Сссс… переживу… — шиплю, стараясь подняться. Гэндальф лишь покачал головой и протянул мне флакончик с зельем. На стекле были выплавлены несколько десятков рун: явно работа Астеллы. Молча пью, через пару секунд начинает приходить облегчение, в мышцах появляется тонус. — Уже лучше, спасибо. Проводишь меня?

Мы пошли по коридорам дворца. Наверное, я всё-таки был слишком раздражён в прошлый раз. На самом деле это место не являлось избой, скорее уж теремом. Недостаток камня и украшений роханцы компенсировали невероятно искусной росписью и резьбой. Чего только колонны одни стоят…

— Алекс? — Арагорн… Поворачиваюсь на звук, встречая взглядами всю честную компанию. Леголас, Гимли (слегка потупился. Видимо, портянку вспомнил), наследник трона Гондора… оу! Келеборн тоже тут! А в каноне… а, ну да, в каноне он погиб. Или это был не он? Да не, вроде он…

— Я должен поблагодарить тебя, — заговорил эльф. — Ты не видел, но твоё заклинание спасло мне жизнь. Я в долгу перед тобой.

— Думаю, у тебя ещё будет возможность вернуть этот долг, — пожимаю протянутую руку, здороваюсь с остальными.

— Кхм-кхм! — прокашлялись сзади.

— Алекс? — голос Митрандира. — Тут есть ещё кое-кто, кто желает с тобой поздороваться… и извиниться.

Оборачиваюсь…

— Торин?! — тот стоял несколько нерешительно. — Здравствуй! — протягиваю руку. Пара секунд, и гном крепко пожимает мою ладонь.

Сам Король-под-Горой сильно изменился с нашей последней встречи. У него появились седые пряди в волосах, красиво вплетёные в бороду. Появились во всё той же бороде цепочки из серебра, изменилось лицо, глаза… глаза стали куда глубже и выразительнее.

— Я хотел попросить прощения…

— Забудь, — машу рукой. — Думаю, стоит нашу встречу отпраздновать! Кстати, ты вообще откуда тут?

— Гномы Одинокой Горы помнят союзный договор с Роханом. Мы вступаем в войну с Мордором, — твёрдо произнёс он. — Со мной две тысячи тяжёлой пехоты.

— Солидная сила, — кивнул я — Случайно не известно, какова следующая цель Саурона?

— Известно. И как раз случайно, — вернул на себя фокус внимания Гэндальф. — После поражения в Хельмовой Пади Тёмный Властелин обратил свой взор на Гондор. Его войска вскоре отправятся в Минас-Тирит!

— А Изенгард? — удивляюсь.

— Пал, — улыбнулся Олорин. — И ты не поверишь, Алекс, но пал он, побеждённый двумя хоббитами.

— Кха! Чтоооо?! — тут я вспомнил, что было в каноне. — Они что, мобилизовали энтов?!

— Как ты догадался?!

— Угадал, — улыбаюсь. — Торин, видимо, праздник отменяется. Если следующая цель — Гондор, то гномы должны быть прямо у границы. Конница Рохана способна преодолеть большие расстояния куда быстрее пехоты, а потому, когда сигнальные огни Гондора зажгутся, вы обязаны быть намного ближе к Минас-Тириту, чем рохиримы. Гэндальф, ты собираешься отправиться в Крепость?

— Да… через два часа, — кивнул тот.

— Я с тобой. Астелла… кстати, где она… блин! — появилась прямо в метре от меня слева. И зачем я дал ей свою мантию?! — Ученица, не пугай так! Ты отправишься с нами.

— У меня важные новости, — проигнорировала она моё возмущение.

— Ммм?

— Талион. Он будет через десять минут. Я летала к нему только что. Он приближается.

— Талион? А Ной…

— Ждёт приказа.

— Знаешь… У тебя же есть связь? Передай ему, чтобы вместе с Литариэль собирал верных нам людей и готовился к длительному переходу. Скорее всего они покинут Тёмный Замок в ближайшее время. У нас будет местечко получше. Келеборн, можно к тебе вопрос?

— Я тебя внимательно слушаю.

— Скажи, Лориэн поддержит мои притязания на Мордор? — эльф замолчал, раздумывая секунд двадцать.

— Да.

— А могу ли я просить Леди Галадриэль дать мне кое-что? Мордор — это безжизненная пустыня. Чтобы вновь вдохнуть в его земли силу, мне потребуется приложить огромные усилия. В этом случае сильно помогли бы семена Мэллорнов, — на этот раз эльф думал ещё дольше. Все молчали, затаив дыхание: попросил я реально немало.

— Пожалуй, Лориэн не обеднеет от пары семян, но учти, Алекс, Мэллорны — наши святыни. Если ты не сумеешь их прорастить или вдруг уничтожишь, то отношение к тебе сильно испортится.

— Не волнуйся, я справлюсь, — ты даже не представляешь, что я хочу сделать, Келеборн. Я собираюсь превратить Мэллорны из чего-то невероятно редкого, как Белое Дерево, в нечто абсолютно обыденное, я весь Мордор этими деревьями засажу! К тому же… это его западный кусочек — безжизненные пустыни. Нурн тот же — цветущие тропики. Скоро у меня будет больше Мэллорнов, чем во всём остальном Средиземье. Ну, до этого момента, конечно, неплохо будет ещё и дожить…

Поговорив ещё какое-то время и получив поздравления с победой от короля, я дождался Талиона. Его без вопросов пропустили в замок.

— Следопыт? — удивлённо приподнял брови Арагорн.

— Да, — киваю. — Талион! — приподняв руку, указываю наше месторасположение.

— Алекс, — поклон на грани кивка, потом пожимает руку. — Следопыт? — осмотрел он Арагорна, на следопыта вовсе не походившего. Я прыснул. — Что-то случилось?

— Нет, просто он сказал абсолютно тоже самое, когда ты зашёл.

— Мы друг друга видим издалека, — они пожали руки. — Откуда?

— Западные границы. А ты?

— Чёрные Врата, — наступила тишина.

— Они же уничтожены! — возмутился Гимли. — Пятнадцать лет назад уже не стало!

— И все, кто там служил, погибли, — медленно кивнул, дополняя, Леголас.

— Можно? — получив от меня одобрительный жест, он пояснил: — Я тоже погиб. Горло перерезали. А потом возродился вместе с… — снова поворот головы в мою сторону. Отрицательно мотаю шеей, — с духом одного эльфа ещё из второй эпохи. Мы оба желали отомстить Саурону за наши погибшие семьи. Именно я освободил Алекса из Стальной Башни. После того, как он помог мне уничтожить последнего из трёх прислужников Саурона, виновного в смерти моих родных, то сделал мне предложение…

— От которого невозможно отказаться. Тело Талиона было живо, но на грани смерти. Он словно бы застыл в момент своей гибели. Я сумел зарастить его раны и сохранить жизнь. Взамен он принёс мне клятву.

— Я чувствую в нём нечто чуждое человеку. Нечто светлое, но не как солнце, а словно луна. И, как Луна, это нечто ещё и тёмное, окружено мраком ночи, в котором проглядывают яркие искры звёзд, будто могучее пламя. Огромной силы, но невероятно далёкое.

— Гэндальф, ты стихи писать не пробовал? — разрушаю всё очарование момента. — У тебя бы неплохо получилось. Что касается твоих ощущений, то дух того эльфа остался с Талионом. Кроме того, он побывал в призрачном мире и находился там вечность знает сколько времени. Я бы удивился, если бы ты чувствовал в нём человека.

— В любом случае, нам не помешает ещё один хороший воин, — первым нарушил молчание Арагорн, хлопнув Талиона по плечу. — Тем более, если он из следопытов Гондора.

— Согласен!

— Да!..

— Это хорошо, что вы так положительно его восприняли! — прерываю череду одобрений оскалом. — Потому что он отправится не со мной в Минас-Тирит, а с вами, собирать войска.

— Милорд? — следопыт удивлённо повернулся ко мне.

— Как я уже говорил многим из вас, у меня есть возможность в редких случаях предсказывать будущее. Сейчас я ощущаю, что Талион сможет помочь вам куда больше, чем мне. Арагорн, если пойдёшь призрачной тропой, то не забудь взять его с собой. Если же нет, то просто забудь мои слова, — пафос в стиле Средиземья. Тьфу… дурацкое название! Теперь будет Земноморье (П. А. Автор в курсе, что такое Земноморье! Автору нравится название!)! Вот! Пафос в стиле Земноморья.

— Я запомню.

— Алекс, нам скоро отправляться, — толкнул меня Гэндальф в плечо.

— Угу. Астелла!

— Я здесь, — откликнулась девушка. Нет, она не была в мантии, просто закрыта каким-то мужиком.

— Заканчивай свои дела, мы…

— Я уже готова.

Когда мы уже садились на коня, мои руки, лежавшие на корешке Гримуара, почувствовали тепло. Аккуратно раскрыв книгу, я прочитал надпись.

— Гэндальф, я остаюсь! — раздражённо смотрю на листы.

— Остаёшься? — подошёл Арагорн.

— Я пробуду здесь ещё четыре дня: у меня внезапно появились дела.

Все, кто слышал нашу беседу, зашептались в стиле «колдуны (в этот момент кто-то крутил пальцем у виска) — у них своя логика».

— Учитель? — когда я шёл от конюшни, Астелла пристроилась за моим плечом.

— Скажи, ты слышала о Титанах, обитающих среди бесконечных вершин Мглистых Гор?

— Да, но разве это не сказки?

— Сказки? — хохотнул я. — Спроси у Торина! Когда мы шли к Одинокой Горе на Смауга, то как раз случайно оказались на ноге такой твари! В тот момент, когда она решила встать, чтобы подраться с себе подобным монстром! — девушка на секунду замерла, потом пошла дальше. — В общем, я изловил одного такого. И очень внезапно появилась возможность его резко подчинить. Для этого мне потребуется уйти… в медитацию. Я не буду ни спать, ни есть, ни пить, ни шевелиться. Твоя задача меня в этот момент посторожить. И ещё… мне очень желательно быть на свежем воздухе. Скажи Талиону: будете меняться. Но перед этим… Астелла, скажи без прикрас и прямо, почему, когда меня схватили, ты не рассказала, что там, на поле был не я? — поворачиваюсь к ученице.

— По совету Библиотекаря. Чтобы рассорить эльфов Ангмара с остальными странами. Это долгая история, но ваш образ Чёрного слуги Саурона был необходим в тот момент. Сейчас на Вратах Колдунов сводная застава гномов Одинокой Горы, эльфов Леса и Озёрного Города. Кроме того я с этого получила серьёзные бонусы.

— Гм… знаешь, — медленно выдыхаю. — Будь тебе всё ещё лет четырнадцать, я бы тебя захотел выпороть.

— Захотели бы?

— Да. Но не сделал: вряд ли помогло бы ещё тогда.

— Я поступила неверно? И почему не попробовать сейчас, если это будет часть обучения?

Я чуть воздухом не подавился. Нет, в эмоциях всё спокойно: она меня не троллит. Гм… блин, это ещё хуже: она серьёзно!

— Сразу видно, что ты пробыла вдали от людей много времени.

— Я была с цивилизацией больше десяти лет…

— Но явно старалась ограничить своё общение. Знаешь… — я задумал маленькую месть одному не в меру ретивому артефакту. — Спроси-ка ты Библиотекаря о том, что именно ты неправильно сказала. Пусть он объяснит тебе ВСЕ нюансы. Насколько я знаю, у него имеется информация в том числе и по данным вопросам, — и месть моя будет сладка, и сны мои будут прекрасны!

Что я делал следующие три дня? Работал в пространстве своего крестража. И работа сия была не сказать прямо чтобы очень приятной. И уж точно она была невероятно сложной. Когда я пальцами разлепил слипшиеся в реальности глаза, то просто упал с камня. Рядом оказалась Астелла, которая кинулась меня разминать. Через десяток минут тело пришло в норму настолько, что мне удалось встать, придерживаясь за стену.

— Учитель?

— Получилось. Только вот энергия его теперь зациклена сама на себе, но зато я в любой момент смогу поднять стометровую каменную хреновину, готовую крушить по моему приказу. Если, конечно, камень будет в достатке, но в Минас-Тирите с ним проблем точно не наблюдается: там горы рядом.

Следующий день я отжирался и отсыпался, а ещё через сутки в тронный зал ворвался Арагорн:

— Сигнальные огни Гондора! Зажглись Огни! Гондор зовёт на помощь!

Все сгрудились вокруг короля, который о чём-то напряжённо размышлял.

— И Рохан явится!

Я только сейчас понял, что при желании Теоден мог просто плюнуть на Гондор и послать всех нахрен. А что? Он король? Король! Делает, что хочет! Почему нет? Так что да, он мог наплевать. Видимо, сделать это ему не позволила даже не совесть (какая тут совесть, когда Гондор не пришёл на помощь ни в Хельмову Падь, ни в Ангмарскую Войну?), а понимание того, что следующим за Гондором будет Рохан.

— Знаете, Ваше Величество, пожалуй, я отправлюсь чуть раньше вас! Астелла, ты готова?

— Да.

— Тогда не буду терять время! — галантно поклонившись всем, я в кои-то веки применил Крылья Ночи. Это было очень, очень тяжело, но нынешний контроль позволял работать даже в пространственном шторме. Эх! Мне бы ещё лет триста, так я и трансгрессировать смогу!

Глава 21[18]

Когда-нибудь в будущем

— Тыыыыы?!! Ты — Нер’Зул?!!

— Ха-ха! Думал, избавишься от меня, мальчишка?! Думаешь, преисподняя Арды сумеет меня удержать?!! Я прошёл через изнанки миров, пока меня не вытащил Король Мертвецов! И знаешь, мне вполне по нраву нынешнее положение!

Вся та боль, отразившаяся в моём фейспалме, всё то отчаяние заставили Воландеморта сбиться с шага и измениться в лице в сторону сочувствия. Впрочем, оно было мимолётным…

* * *

— Мам!

— Не мамкай!

— Пап!

— Не папкай! — я разозлился:

— Хосе Мартинез де Изабель Гарсия Эктор Вероника Лопез Хуан!

— И так тоже не делай!

* * *

Я проснулся.

Заснул я, потому что был сильно измотан напряжённым полётом после не менее напряжённой работы. Осложнялось дело ещё и тем, что я вынужден был поддерживать Астеллу, находясь в состоянии Крыльев Ночи. Очень непростая задача, надо сказать.

Именно поэтому примерно в трёх часах пути от Гондора мы приземлились, поели и я решил чуток вздремнуть.

— Учитель?

— Ась?

— Я могу сама лететь.

— Левитация? С твоим контролем это слишком затратно, да и резерв у тебя не самый большой…

— Крылья Льда.

— Льда? Сама разработала? — удивляюсь.

— С небольшой помощью Библиотекаря, но в общем и целом — да, сама.

— Покажи…

Девушка обратилась сгустком тумана. Сей туман был действительно похож на лёд, жидкий. Словно вода течёт. Казалось, будто она встала под водопадом, который невероятно сильно размыл очертания её тела. Вот она начинает двигаться… завораживает!

— Ты прекрасна.

— Спасибо, — как само собой разумеющееся приняла она комплимент.

— Но лететь будешь со мной: твоих сил не так много, чтобы преодолевать подобные расстояния таким способом. Конечно, потратишь ты не весь резерв и даже не половину, но если мы прибудем на поле боя, то та треть, что у тебя уйдёт, будет очень неприятной. А теперь иди сюда. Вещи собрала? — кивает. Подходит. Беру за пояс и вновь окутываюсь пеленой ночи.

Подлетели мы весьма вовремя: бегущие всадники Гондора явно направлялись к воротам Минас-Тирита, а преследовали их Назгулы. Ха… как интересно…

— Я тебя отпускаю…

— Хорошо…

Звуки наших голосов были похожи на свист ветра.

* * *

Сгусток Тьмы, добравшись до бегущих всадников, разделился на свою копию и полупрозрачный поток тумана. Из обоих полетели различные вспышки, отгоняя Назгулов, а когда те отдалились от всадников, тёмный туман приземлился на землю и, обратившись человеком во всём чёрном, резко отправил в небо к вивернам целую лавину пламени. Раздались страшные крики обожженных животных, подскакавший Митрандир добавил небу, затянутому мглой, поток ослепительно яркого обжигающего света со своего посоха. Вскоре его конь, повернув, присоединился к убегающим всадникам. Неизвестный же маг обратился вновь Тьмой и отправился прямо к Минас-Тириту. Прозрачный сгусток последовал за ним.

* * *

Я отправился следом за Гэндальфом и гондорцами. Астеллу подбирать не стал: она пристроилась за мной сама. Понимая, как выгляжу со стороны, я дождался, когда Митрандир въедет в город, лишь после этого приземлился на площади рядом с ним, заставив лошадей шарахаться в стороны. Ученица мягко вышла из своих прозрачных потоков рядом со мной.

— Всё в порядке! В порядке! — прикрикнул Олорин стражникам. — Ты вовремя, Алекс.

— Стараюсь. Какова обстановка?

— Армия орков переправляется через реку, — тут же доложил один из убегавших всадников, признав во мне старшего. — Мы пытались отбить мосты и город по приказу Наместника, но у нас не вышло. Милорд Фарамир мёртв, орки будут здесь через пару часов.

— Командуй, Митрандир. Считай, что меня нет. Я возьму на себя Назгулов, когда гады появятся, а после того уже буду вмешиваться в бой. Учти, что с очень большой вероятностью рохиримы подоспеют на рассвете следующего дня, либо же вообще через сутки. Если что, то ищи меня на королевской площади. Астелла отправится со мной.

— Хорошо. Возьми с собой Пипина, — кивнул он на хоббита.

— Ок. — хватаю того за воротник.

— Господин маг, вы же не… ааааа!

— Не боись! Я уже летал с хоббитами! Правда в тот раз он сам с меня спрыгнул, но этот гад специально, чес слово! — вспомнил я момент, когда Бильбо зарубил волка Азога.

— Специально?!! — выкрикнул хоббит, с ужасом смотря на удаляющуюся землю. Не так уж и высоко… хотя… высота площади королей примерно около трёхсот метров… я погорячился: для хоббита это очень даже высоко.

— Вот и на месте, чего так орать-то, — отпускаю Пипина. Рядом приземляется Астелла. Блин, рядом с ней я себя неуклюжим носорогом чувствую…

Что происходило дальше? Ощущение у меня было, словно я снова фильм смотрю, только теперь куда полнее. Орки вскоре подошли, но Денетор успел натворить глупостей раньше, решив сжечь собственного сына вместе с собой.

Вот честно, Фарамира было жаль. Собственно, я бросил на Наместника и стражников Конфундус, после чего помог Пипину забрать тело Фарамира, который почти отошёл в мир иной. Пипин стал ему помогать, я лишь кинул пару заклятий, чтобы не помер раньше времени: не хотел тратить силы.

Чего я не рассчитывал, так это того, что дорогой Денетор попрётся сжигаться заживо в одиночку. Ну, что сказать… он канонично прыгнул горящим трупом со скалы. И прямо в момент подхода орков. Сволочь, весь боевой дух испоганил на корню.

Дальше, а дальше появились Назгулы.

— Астелла, оставайся здесь и защищайся. Пока Назгулы не падут, не лезь вперёд. Это приказ.

Сам я, разбежавшись, прыгнул со скалы вниз. Классное ощущение…

Мою фигуру окутали клубы мрака, после чего я вступил в воздушную дуэль.

Сложно ли было? О! Весьма! Всё-таки одновременно с восемью гадами я пока ещё не сражался в одиночку. К счастью, Гендальф сумел подгадать момент, ударив своим светом по парочке особо сволочных в нужный момент. Это мне позволило открыть счёт:

— Фламия Лютер! — а затем, приземлившись прямо перед Королём-Чародеем: — Мерменкодреза Спиритум! — с этого момента судьба гадов была решена. Без своего лидера и колдуна, который мог огрызаться заклятиями мне в ответ, они были никто и ничто по сравнению со мной. Ещё четверых мне пришлось сжечь, но вот оставшиеся двое, плюс уже развоплощенный Ангмарец подарили мне сразу три колечка с душами. Последних двоих пришлось даже поймать, как того, в Мордоре. Ну, оно того стоило.

— Знаете, господин маг, сейчас самое время вам вступить в бой, как вы и говорили Гэндальфу!

— Оу, ты уже, я смотрю, перестал меня бояться? Знаешь, а ты ведь прав! — хмыкаю. — Пожалуй, действительно пора! Ученица, давай-ка повторим твою импровизацию из Хельмовой Пади! Готова? Контролируем вместе, поток поведу я. Ты уже открывала врата в ад, так что должна понимать, каково это будет.

— Я… готова.

— Хорошо! — хватаю её палочку правой рукой. — Инферно Фламия!..

Ой бляяяяя… я не знаю, совершенно не представляю, КАК она смогла перебороть ЭТО. То, что через меня сейчас текло, было чем-то невероятно страшным, жутким и чудовищным. Оно буквально сжигало меня изнутри… пыталось сжечь. На удивление, напор резко ослаб, когда Астелла включилась в работу. Я и не предполагал, что ее воля настолько сильна…

Пожалуй, идея была не самая удачная, потому что краем ударило и по защитникам крепости: эмоциональный напор и до них достал. Но оркам было во стократ хуже, потому что эта чудовищная дрянь была направлена на них.

Я держал напор столько, сколько вообще мог. Потом просто обессилено присел на одно колено, с трудом закрыв ток мощи сквозь своё тело. Астелла просто упала без чувств. Я умостил её голову на своих коленях, продолжив устало наблюдать за битвой. Впрочем… битвой ли?

Через полминуты, когда более менее все пришли в себя, послышалось вначале робкое, а потом куда более громкое ликование. Наша атака просто смела тысячи три врагов под стеной, большую часть боевых машин, осадных башен, лестниц, таранов и тому подобного. Умерла пара десятков троллей. Всё поле перед Минас-Тиритом было превращено в пепелище. Пожалуй, я сполна вернул всё то, что Денетор испортил и отнял своим «героическим» прыжком со скалы на наши же стены, объятый пламенем.

— Пипин, ты чего трясёшься? — устало спрашиваю.

— Эт-то…

— Гм… Конфундус, — вкладываю самый минимум сил. Даже сознание не заволакивает, просто стабилизирует слегка.

— Спаси… бо…

— Да не за что.

— Как думаете, что сейчас будет?

— Ммм? Сейчас будет час передышки. Оркам надо перегруппироваться после такого отпора.

— Они пойдут ещё раз?

— А с чего бы им не пойти? Или ты думаешь, я повторю то, что сделал? Или Астелла? Как видишь, она вообще вырубилась, а моих сил хватит на десяток-другой орков, что в наших масштабах роли не играет, — кладу на колени Гримуар, голову ученицы чуток сдвигаю.

— Но ведь орки об этом не знают!

— Но ведь они не идиоты: раз сделал один раз, значит могу и второй. Раз не делаю, значит не могу. Если бы мог: не дал бы им времени на перегруппировку. Слушай… ты же тут уже освоился? Сбегай, скажи, чтобы нам пожрать принесли. Мясо обязательно, остальное — по их выбору. Бери на двоих… и на себя тоже возьми. Сам не неси, скажи, где сидим и возвращайся.

— Есть?! Сейчас?!

— А что не так? Ах да! Чтобы никакого алкоголя! Сок, воду, но без вина или пива с элем!

— А… ага! — хоббит кивнул, решив, видимо, не связываться с полоумным магом.

Через двадцать минут мне доставили требуемое. Я с жадностью набросился на очень, очень вкусную пищу. Вскоре Астелла очнулась (чему способствовала аккуратно передаваемая ей энергия). Она от еды тоже не отказалась. Хоббит сначала не мог понять, как можно есть в такой момент, но когда стало окончательно ясно, что схватки и короткие подходы-отходы орков — всего лишь прикрытие отступления, Пипин решил не отказываться от порции годного перекуса.

Спустя сорок минут враг напал снова.

Теперь они действовали не массированным штурмом, как раньше, а концентрацией больших сил на конкретных направлениях, что обуславливалось считанным количеством боевых машин, осадных башен и лестниц, которые остались.

— Авада Кедавра! — метаю заклинание вниз: в кого-нибудь, да попадёт. Попало.

Вскоре орки прорвались на первое кольцо стен и стали теснить защитников.

— Вы им не поможете?! — воскликнул хоббит.

— Помочь? Гм… ну… ладно. Бомбарда Максимум Гранамагикум! Всё. Я почти пуст!

— Бомбарда Максимум! — внесла свою лепту Астелла. — Мефисто, Бомбарда Максимум, Диффиндо Гранамагикум! Бомбарда! Диффиндо! Я… я тоже пуста.

— Нам остаётся только наблюдать, — устало беру кубок с соком и смотрю на панораму битвы.

Вскоре взяли второе кольцо стен, но там же и застопорились. С уменьшением обороняемой площади защитники стали куда медленнее отступать, остановились.

— Блин, сюда бы отряд эльфийских лучников! — буркаю. — А лучше два! И пару тонн стрел им! Они бы с такой высоты всю эту поганую армию расстреляли бы!

Битва продолжалась. Спустя ещё несколько часов в дали запел рог. Рог был роханский.

— Всадники!

— Астелла? — та кивнула головой. — Отлично. Насчёт три.

Теоден начинает скакать вдоль своих рядов, произнося какую-то речь. Отсюда не слышно. Вот его поддерживают лужёные глотки. Вот снова кричат, вот — поворачиваются в сторону орков. Склоняют копья…

— Раз… — начинают ход… — Два… — Несутся во весь опор… — Три! Бомбарда Максима Гранамагикум! — произносим одновременно с ней. Нужен очень большой контроль, чтобы направить заклинания точно, да ещё и создать столько, сколько надо. У меня вышло, у Астеллы… тоже вышло, но на троечку. И тем не менее, за пяток секунд до столкновения передние ряды орков просто смело взрывом вместе с выставленными копьями. Это обеспечило всадникам беспрепятственное прохождение авангарда и прорыв внутрь строя врага.

Вдалеке показались боевые слоны, а ещё дальше стали видны силуэты боевых кораблей пиратов, пришедших по реке. В этот момент как раз с другой стороны подошла наконец-то тяжёлая пехота гномов, следующая за конницей Теодена. Коротышки слаженно держали щиты и своими копьями просто превращали врагов в фарш, действуя на манер греческой фаланги.

Вот с кораблей спрыгнули четыре человека. Талион, увидев орков, тут же бросился в бой, Арагорн едва-едва успел первым. Леголас и Гимли отставали немного. В бою следопыт с Чёрных Врат был страшен. Используя одновременно силу призрака и меч он превращался в машину смерти, нанося постоянно телекинетические толчки (я учил), удары призрачными лезвиями, выстрелы из такого же призрачного лука, да ещё и кромсал врагов клинками. Вот с кораблей повалили призраки, буквально сметающие орков на своём пути…

Всё это я видел благодаря заклинанию дальнего взора, не требующему много энергии, но нуждающемуся в основе в виде рунной конструкции, которую, к счастью, создал Гримуар.

— Что там?

— Мы победили. Сейчас увидите… — как раз в этот момент упал первый слон, сражённый призраками. Мне прям даже на секунду страшно стало: как с этой пакостью бороться. Затем в голову пришли пара десятков заклинаний и еще несколько способов. Я успокоился.

— Господин маг!

— Чего тебе, Пипин? — устало откликаюсь.

— Вы можете меня спустить вон туда?!

— А что там такое? — удивляюсь.

— Мери! Я его видел, он там упал. Это хоббит из нашей деревни, я…

— Хватит. Мммм… Ладно, — хватаю его за ворот. — Разбегаемся и прыгаем. У меня не так много сил, так что постараемся прыгнуть как можно дальше, а там уже я подсоблю.

— Хо… Хорошо, — видимо, идея прыжка с трёхсот метров его не сильно вдохновляла, особенно после «не так много сил». Но он решил-таки не отказываться от своих слов.

Вот мы разбегаемся, вот резко отталкиваемся… чувствую толчок в спину: спасибо Астелле. К чести хоббита, на этот раз он не орал. Летим, летим, начинаю нас тормозить и толкать вперёд. Приземлились мы не очень плавно, но медленно.

— Мэри!

— На! — кидаю ему два флакона с зельями. — Общезаживляющее и стимулирующее. Если он ещё жив, то должны помочь.

— Спасибо!

Пока хоббит разбирался со своим другом, я занялся случайно подвернувшимися рядом лежащими орками, что мёртвыми, что не особо мёртвыми. Кто-то погиб совсем недавно, кто-то вообще ещё жив… А душ много не бывает!

К сожалению, одновременно тащить можно лишь одну душу, а сами зелёные, видя, что я с ними творю, поспешили свалить в мир иной побыстрее. В теле же то, что было мне так нужно, держится не так уж и долго: около пяти-двадцати минут. Таким образом мне удалось найти лишь двадцать одно пригодное тело, в основном это были едва живые ребята. Внезапно сверху в мою сторону засветил мощный луч света.

— Пипин, я тебя оставлю.

— Хорошо…

— На, это обезболивающее. Мазь. Вотрёшь ему, если очнётся, куда скажет. И вот ещё фляга с водой. Есть ему, наверное, давать не стоит, а вот попить надо бы. Всё, я полетел, — не слушая благодарностей, я окутался клубами чёрного дыма и взвился вверх, набирая как можно большую скорость. Когда приземлился на площади королей, то едва не блеванул и не отрубился: много слишком сил потратил. К счастью, накопитель восполнял потихоньку. К несчастью, недостаточно быстро.

— Что случилось, Митрандир?

— Скоро состоится совет, Алекс. Приходи в тронный зал через полтора часа.

— И ради этого ты меня выдернул! Мог бы и Астелле сказать!

— Не только ради этого. У нас много раненых…

— А я пуст! У меня слишком много энергии ушло на бой. Да и не волшебник я! Я чародей! Не исцеляю касанием руки. Можешь притащить мне одного-двух: я их вытяну. Больше, увы, нет. Зелий же у меня исцеляющих штук пятнадцать осталось! Астелла?

— Двадцать шесть.

— Вот видишь? По одному оставим себе, остальное отдадим. Дальше — сами. До вечера мои силы будут восстанавливаться до приемлемого уровня, чтобы лечить.

Совет состоялся через два часа. И вот я снова в тронном зале Гондора.

Что можно сказать об этом месте? Красивые фигуры на стенах, скульптуры Королей между колонн, в дальнем конце Трон (да-да, с большой буквы). Спинка Трона сливается со стеной и имеет узор в виде белого дерева. Рядышком трон поменьше. Этот — для наместника. В народе когда-то даже поговорка ходила, что наместник только и думает, как бы пересесть на тот стул, что слева.

Недалеко стоит небольшой стол. Рядом с ним и расположилась вся честная компания. Раньше за этим столом вкушали плоды своего положения Наместники Гондора.

Зал, кстати, словно бы утопал в свете. Как в соборе каком-то…

— Ну, товарищи, начнём что ли? Я вижу, все тут собрались? — оглядываю честную компанию.

— Товарищи? Хорошее слово, — одобрил эльф.

— Я тоже так думаю! Может нам официальное обращение в армии ввести, а? — ну а вдруг прокатит? Попадёт сюда потом какой-нибудь англичанин и охренеет. А что? Забавно было бы так извратить всё такое чопорное и пафосное Земноморье.

— Пожалуй, пока не стоит, — улыбнулся в бороду Гэндальф. Я тут же заподозрил его в наличии попаданца в голове. — Битва за Гондор выиграна, но впереди война. Саурон на волоске от возрождения: Кольцо уже в Мордоре!

— Гм… Гэндальф, а не то ли это колечко, что Бильбо в своё время спёр из Мории, когда товарища Торина с командой захватили гоблины? — я кивнул на насупившегося гнома.

— Именно то, Алекс, а ты…

— Чувствовал что-то подозрительное. Так значит это и есть Кольцо Всевластия? Скажи, а как вы умудрились отправить его в Мордор, раз уж оно было у вас в руках?

— Эту историю я расскажу тебе в другой раз. Сейчас важно то, что кольцо надо скинуть в Ородруин, а несут его два хоббита.

— И им предстоит пройти через кишащие орками равнины Мордора? — воскликнул Гимли.

— Нам готовиться к битве с Сауроном? — Астелла спросила абсолютно серьёзно, невольно высказав мою мысль, только более язвительно, но, одновременно, на неё было невозможно злиться. Почему я не верил в успех Фродо и Сэма? О! Быть может, потому что НЕ ОХРАНЯЕМЫЙ вход в Роковую Гору — это нечто бредовое и могущее прийти в голову только идиотам? Естественно, проход будут стеречь как минимум два, а скорее всего четыре-шесть-десять орков. Хрен эти полурослики туда войдут.

— Пожалуй, весьма дельная мысль, — киваю сам себе.

— Не обязательно. Нам нужно лишь дать нашим друзьям шанс, — Арагорн. — Нужно отвлечь армии Мордора, и тогда у Фродо появится возможность дойти до Ородруина незамеченными!

— То есть припереться прямо к Чёрным Вратам и крикнуть: Саурон, выходи, подлый трус! Мы пришли тебе морду бить! — высказался я.

— Интересно, колдуны все такие? — неодобрительно сказал Гимли. — Мы, вообще-то, о серьёзных вещах говорим!

— А я, вообще-то, двадцать лет отсидел: мне можно и повёрнутым чуток быть!

— Хватит! Идея Арагорна, сформулированная Алексом, не лишена смысла, — заговорил Гэндальф, крутя в руках свой посох. — Однако вход в Роковую Гору наверняка охраняется, — умный мужик: видно, что не просто так тысячи лет в голову жрал: пригодилась головушка! — Поэтому я думаю, что Алексу стоит отправиться туда вслед за хоббитами и помочь им сбросить Кольцо.

— Какие, однако, у тебя мысли… — буркаю. — Мне бы силы восстановить, а не в Мордор лезть.

— Есть какой-то способ быстро это сделать? — спросил Арагорн.

— Переспать с волшебником… для волшебницы. А для меня — выпить крови Василиска, или… Оу! Точно! — открываю книгу и подношу ладонь к рунной схеме. Она начинает светиться, достаю из страницы небольшой пузырёк… — Дядя Смауг поможет, дядя Смауг найдёт, дядя Смауг однажды всем нам подмогнёт… — пробормотал я на русском. Народ услышал только одно знакомое слово: «Смауг», а потому решил, будто это какое-то заклинание.

Открутив эликсирчик с кровью Дракона, я вылил ценный препарат себе в рот.

— Гм… через три часа буду полон сил. Через четыре дня — буду валяться как овощ.

— Учитель?..

— Тебе нельзя, ты ещё маленькая… ах да! Тебе же уже за тридцатник… ну тогда на, только не весь!

— Спасибо.

— Ну что, товарищи, как решим?

* * *

— Смотрите, мистер Фродо, они уходят!

Честно говоря, Фродо было уже всё равно. Он изнывал от жажды и недостатка сна, в голове была муть, а острые камни Мордора явно не добавляли хоббиту энтузиазма. Зачем он шёл? Куда он шёл? Кажется… к Роковой Горе? А зачем? Чтобы скинуть Кольцо. Кольцо? Но ведь оно такое… совершенное, зачем же его кидать в лаву? Зачем? Не лучше ли обладать им. «Не лучше,» — устало повторил сам себе хоббит то, во что и сам уже не верил. Цепочка на шее, где висело кольцо, казалось, стала ещё каплю тяжелее.

Сэм тащил Фродо за собой. Когда тот упал — на себе. Двое хоббитов почти добрались до Роковой Горы и… упали без сил, увидев четырех орков, сторожащих проход. Полуросликов заметили, бросились к ним… получая зелёный заряд в грудь, затем в голову. Рядом с хоббитами приземлился некто в чёрных клубах дыма.

— Хай! — весело поздоровался он. — Что-то вы неважно выглядите.

— Вы… кто? — первым очнулся Сэм.

— Алекс Чёрный. Чародей. Король Мордора.

— Чёрный?! — тут до него дошла вторая часть. — Ктоооо?!!

— А что не так? Да не боись, я тут королём стану только после свержения Саурона. А сейчас прилетел от Гэндальфа. Сам-то он не умеет… Ладно, давай, поднимай своего друга и пош…

— Моя п-прелесть! — прыгнуло какое-то существо, срывая с груди Фродо кольцо, от чего хоббит болезненно вскрикнул (цепь разоравалсь прямо на шее), но тут же благостно обмяк: целая гора с плеч упала.

— Авада Кедавра! — в Голума прилетел зелёный луч. Голум упал на земь, не шевелясь. — Акцио Кольцо! Аарррр… — артефакт просто-таки вспыхнул в руке мага. — Так, парень, придётся тебе самому его тащить: меня он не любит, — бросил Алекс Кольцо Фродо. Давайте, ребята, ходу!

Вдвоём с Сэмом они подхватили едва соображающего хоббита и потащили вперёд. Вот миновали вход, с мёртвыми телами орков (когда маг их успел убить, Сэм припомнить так и не смог), вот уже они стоят на каменном помосте Роковой Горы. Осталось чуть-чуть…

— Мистер Фродо, нет! — воскликнул Сэм, с ужасом глядя, как товарищ надевает кольцо.

— Империо! Брось вниз! — рявкнул маг. Хоббит повиновался. Колечко полетело в пропасть. — Локомотор! — безвольно опавшее тело Фродо поднялось в воздух и поплыло к ним. — Пошли, мелочь, а то сейчас тут может Вечность знает что начаться!

И действительно, началось. Сэм не знал, что огромная масса энергии (П. А. Меня прям прёт, как это звучит: «масса энергии»! Вы только вдумайтесь! Масса энергии! А кто не понял прикола, тот имел в школе двойку по физике!), высвободившаяся при развоплощении средоточия сил майяра, заключённое в кольце, вступила в резонанс с источником в Ородруине, а породивший катаклизм ударил ещё и по источнику Барад Дура, добило же крепость развоплощение ока и отсутствие Назгулов.

Сэм всего этого, как говорилось ранее, не знал, но рушащаяся Гора и Крепость были ему куда более наглядным пояснением результатов того, к чему вела вся эта мутная теория.

— Ааа… а? — хотевший было заорать хоббит быстро собрался.

— Знаешь, ты третий хоббит, с кем я летаю, и орёшь пока меньше всего, — прокомментировал маг, а затем покосился на Фродо. — Логично, что четвёртый не орёт совсем. На, держи, — протянул флягу. — Пить ведь хочешь? Заодно его напои, — к Сэму подлетело тело товарища. Внезапно прямо в их группу влетел крупный камень с каплями магмы, но… разбился о невидимую преграду. Уроженец Шира решил ничему не удивляться. — Полетели к Чёрным Вратам, там сейчас должен замес начаться…

Они всё больше набирали скорость. Удивительно было смотреть на места, которые ранее были непреодолимыми преградами, а сейчас казались чем-то жалким и мелким.

Панорама битвы перед Чёрными Вратами была страшной. Орков было примерно в три раза больше, чем всех остальных. Альянс пока держался лишь благодаря тяжёлой пехоте гномов, да эльфам. Людская конница постоянно наносила удары с флангов, а их пехота эти самые фланги держала, но орки медленно зажимали врагов в кольцо.

— Тааак… ладненько… Фуууууу… — мощный поток огня был настолько горяч, что Сэм вновь почувствовал себя в жерле Роковой Горы. Однако он даже не прикрылся рукой: зрелище сгоравших заживо тысяч врагов внизу просто завораживало. Вскоре докатился запах… — Фреш! — буркнул Алекс. — Никогда не любил это дурацкое заклятие, но гляди ж ты: какое эффективное…

С криками люди вновь ударили тараном по врагу, гномы перешли в атаку, ураганный обстрел эльфов стал ещё более жутким и буквально косящим целые отряды. Чародей сверху дополнял взрывами картину поля боя. Жуткую картину.

Орки не сдались. Ни один, они держались до конца.

Двадцать лет спустя

— Срок истёк, — появился рядом со мной… этот.

— Я знаю. Сегодня мы уходим.

Что я могу сказать? Новый дом в Мордоре, своё место мне обрести так и не удалось. Айнур, Валар… я оказался прав на все сто. Им не нужна была классическая магия на своей территории. А Саурону — нужна. Именно Саурон их ограничивал в своё время. Именно Саурона не стало.

Жалел ли я, что не присягнул ему тогда? Нет! Моя свобода мне дороже. Именно поэтому я отверг предложение стать майяром от пришедшего через два месяца после победы существа. О! Он был слабее меня, но если таких есть хотя бы пара десятков… а они есть! В общем, война была бы бессмысленной. Я попросил время уйти. Мне его дали: противостояния не хотел никто.

Двадцать лет я доил источники Мордора, Барад Дура, Гундабада, Изенгарда и Чёрного Замка. Я переселил в Мордор обратно нурнцев, переселил часть людей из Ангмара и со всего Средиземья, даже часть хоббитов и три сотни эльфов! Плюс орки… я создал это государство заново, я исполнил свою задумку и теперь Мэллорнов столько, сколько их было в Мордоре, можно было бы найти лишь в Лориэне, хотя у меня, конечно, они были ещё слишком молодыми.

Пять серьёзных источников дали свои плоды. Особенно после успокоения пространственной бури, когда я смог нормально скакать по Средиземью. Та масса энергии, что я накопил… пожалуй, её бы хватило и на войну, но я решил не связываться. Если воевать, то в случае поражения я не смогу открыть портал. Именно поэтому, собрав верных себе людей, я отправился на площадку портала.

Собрал — не в том смысле, что они шли со мной, а в том, что они все были в спец. контейнерах, помещённые в страницы моего Гримуара: слишком сложно было предсказать результаты при прыжке даже втроём, не говоря уж о большем. Поначалу со мной в «живом» виде хотел прыгать Талион, но я отговорил и его, и Ноя. Им пофиг, а вот Астелле будет полезно посмотреть и ощутить работу портала вживую.

— Что это? — удивлённо смотрю на протягиваемый светящийся камень.

— Сильмариллион, подарок от нас. Это четвёртый камень. Он не связан со всей системой Арды, — как только я взял вещь в руку, то тут же почувствовал скрытую мощь. Плохая пропускная способность камня не давала ему выпускать скрытую силу наружу, но я всё равно ощущал её. — Мы хотели бы, чтобы о нас не осталось совсем уж плохих впечатлений.

— Вот как? Пожалуй, после такого подарка они действительно вряд ли останутся, хотя и не сказал бы, что мне приятно уходить.

— Но необходимость вы понимаете?..

— Понимаю. Мы уже об этом говорили. А теперь отойдите.

Напоследок я оставил товарищам небольшой сюрприз: портал должен был самоуничтожиться после окончания работ. Просто сплавятся все руны. А то, что-то мне не хочется им оставлять ход в другой мир, пусть и бесполезный без координат.

Примечания

1

Тапок поменьше, помидоры люблю свежие и в основном только в салате. Народ, вот вам интересный фанф, который я уже кидал и который кидаю повторно, потому что начиная с шестой главы он поднялся на очень неплохой уровень и, очень надеюсь, шестая глава понравится даже тем, кому не понравились предыдущие пять. https://ficbook.net/readfic/5015748#part_content

2

Там есть непонятки с Двалином и Балином. Кое-где они могут быть перепутан. Двалин — большой лысый гном-воин, Балин — седой гном, бывший воином, но сейчас больше работающий мозгами. Если они где-то ЯВНО перепутаны, то кидайте в ПБ, но только не позже 26 января 2017. После этой даты будем считать, что всё на своих местах уже, ок?

Мне скучно, и я решил выложить. Глава была написана ночью. Неожиданно даже для меня. Прошу, так сказать…

3

Уууу! Народ, знаю, вам надоело переть по канону! Мне тоже! Кто бы знал как. Не волнуйтесь, постараюсь закончить эту хрень как можно скорее! Ах да, если проды нет, то тапки сюда: https://ficbook.net/authors/1567963 Найдя фик «Нурарихён» здесь, я внезапно понял, что мне есть (наконец-то), что читать. Таким образом моё и так не особо продолжительное свободное время ещё чуток сократилось. Ах да! За длительное отсутствие породы сегодня благодарите какого-то незарегистрированного пользователя, умудрившегося не только за день прочесть всю Вторую игру, но и найти в ней (тщательно вылизанной) около полутора сотен ошибок, которые я исправлял всесто того, чтобы закончить главу.

4

Народ, кидаю одну главу раньше срока! Почему? Меня попросили очень убедительно, ибо «в дороге витать нечего». Что такое «в дороге читать нечего» автор знает: автору самому часто нечего читать в дороге, а потому я просто не могу так мучить человека, раз уж он просит: не изверг я чай…

5

Так, глава маленькая, но зато я, наконец-то, сделал это! Нет канона, теперь сорок лет свободных есть! Гм… даже не сорок, а больше: у нас сейчас 41-ый или 42-ой, Война Колца — 18-ый… итого… 76–77 лет. Интересная заявка: https://ficbook.net/requests/340516

6

Гм… очередная проходная глава, да… просто текст набрался вот и кидаю. Гм… мнения по поводу неё мне интересны и весьма. Кидайте, пишите, выдумывайте: часто в комментах попадаются очень интересные идеи. Эту главу я скорее делал, чтобы создать несколько возможных веток дальнейшего повествования.

7

Да! Целая глава ни о чём! Наслаждайтесь! Ах да… писалась она ночью и я, кажется, написал там что-то эдакое… но я не помню что именно, так что буду сейчас перечитывать вместе с вами.

8

Народ, я понял, что просто не могу описать все нужные события, поэтому делаю новый таймскип лет на пятьдесят…

9

Гы. Народ, отпишитесь в комментах, кто реально поверил, что я сделал таймскип, а? Поржём хоть!

10

Гм… вроде глава получилась не проходной, но я не уверен. Кстати, кого возмутит объём… я честно и до последнего считал, что объёма там страниц на 12, а не вот это… но обещал выложить к двум ночи по Москве, так что звиняйте.

11

Раз уж даже Седрик сподобился кинуть своего Князя, то мне прям стыдно стало… Товарищи, вы уж простите, что задерживаю породы, но вообще, готовьтесь: так будет часто вплоть до лета. Времени дефицит, цейтнот и вообще всё ахтунг!

12

Так… глава сумбурная и вообще, я не виноват! Гм… что ещё… ах да! Переходим на дозы из полуторных глав раз в пару недель. По-другому, простите, не выходит. Времени очень мало, к сожалению…

13

Тёмный Лорд вернулся! В нашем случае — автор. Меня освободили от бана, так что вот. Двадцать две страницы на затравку. Там ещё есть, просто выкладывать надо поочередно, чтобы у меня не было слишком уж много сообщений в ПБ. Я ещё помню пятьсот шестнадцать писем… Хочу поблагодарить тех, кто перевёл денюжку. Очень неожиданно, если честно (номер карты я оставлял абсолютно просто так, ибо сам переводил кому-то таким образом раза два за всю жизнь), но от того вдвойне приятно. Если чего забыл, то напишу со следующей главой. Ах да! Глава НЕ БЕЧЕНА! Я долго ждал бету, но у него, видимо, случилось что-то. Надеюсь, к следующим главам он подойдёт, ибо самому этим заниматься мне… ну, в общем, вы поняли.

14

Здесь уже двадцать страниц. Всего — сорок две… Кстати, вспомнил, что забыл. Объявляю конкурс на Астеллу. Точнее, на арт по ней. В группе у нас есть пост с этим делом. Там мой вариант. Кому нравится он — лайкам. Кому не нравится — не лайкам. У кого есть своё предложение — добавляем таковое в комменты под пост. Комменты лайкам, если нравится. Таким образом тот арт, который оценит большинство, и будет принят. Победителя могу выставить в комментариях к какой-нибудь из глав, та что, кто хочет, пусть кидает ник вместе с артом. Конкурс длится до двадцать четвёртого апреля.

15

От автора! Привожу пример цикла. Г — граница, П — патруль, О — отдых. Цифры означают месяцы в году:

1234

ОГГП

ПОГГ

ГПОГ

Соответственно 1 — это ещё 5 и 9, 2 — это 6 и 10, 3 — это 7 и 11, а 4 — это 8 и 12

16

Гм… поздравляю всех! Этот фик догнал по объёму и количеству частей нового поттера. И да! Я жду участвующих в конкурсе на арт Астеллы! И да, если кого нет в вк, то он может мне скинуть ссылку на свою картинку в личку. Только давайте реально что-то интересное если будет, а не ради участия, хорошо? Но я в любом случае никого не пошлю, конечно, вкусы у всех разные, так что кидайте, если есть чего.

И да! Это единственная глава, где ГГ считают предателем.

17

Я оставлю за кадром, вернётся ли ещё Волди или нет. Пожалуй, он сможет стать невероятным роялем книги эдак через две. Представьте, в мире варкрафта ГГ, прошедший Сверхъестественное, Фейри Тейл и ещё что-то, вновь слышит: «Я вернулся! Мухахахахах!» Ох, не туда меня понесло… Шестнадцать страниц. Не обессудьте: больле не вытянул под вечер. Выложу ради эксперимента без беты. Мне хочется глянуть, насколько глава будет «грязная» без автоправки и стоило ли её выключать. Гм… что ещё? Ах да! Народ! ОБНОВЛЯЙТЕ страницу! Вы мне СЕГОДНЯ прислали больше СЕМИДЕСЯТИ ощибок, которые были исправлены больше ДЕСЯТИ часов назад! Просто обновляйте страницу перед прочтением, плииииииз!!!

18

Товарищи, если желаете отблагодарить автора материально, то на странице профиля можно найти номер карты.

Content

Аллесий
Властелин Страниц

Глава 1. Она же пролог.

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Примечания