К ОСОЗНАНИЮ РУССКОГО НАРОДА.

О развитии великороссов в Царской России

Предисловие

Провести это исследование меня побудили следующие два обстоятельства.

Первое. В последние десятилетия в российских СМИ создается фон зловредного общественно–психологического настроя, русофобии. Суть этого настроя, на мой взгляд, выражает утверждение одной журналистки: «Почему вы говорите о России, как о стране русских?.. Русские, вас не было и нет!».

Второе. По Истории Царской России написаны сотни книг и тысячи публикаций. Русский народ в этих книгах — это театральная, бесформенная массовка. Некий фон, на котором нет и намека на историю развития русских, как государствообразующего народа. Но именно русский народ и был основной действующей силой, освоившей огромные просторы Евразии, а не цари и служивый люд. И доказать это может демография.

В данном исследовании я попытаюсь показать историю демографического развития русского народа по объективным источникам информации жизни русского народа.

Первый объективный источник — переписи. Царям не нужны «приписки». Им надо знать: сколько людей можно будет обложить податями, какую армию можно содержать.

Второй источник — фотографии конца XIX и начала XX века. Они объективно и в деталях отображают живших тогда русских людей. А их жилые дома, построенные еще в XIX веке, можно было видеть и фотографировать во второй половине ХХ века.

Фотографии необходимо добавлять как реальные иллюстрации демографического развития. Потому как русофобы постоянно изображают русских простых людей былых веков, как согнутых задавленных крепостных рабов, одетых в серую мешковину, а их жилища — как кособокие избушки.

Я не претендую на исчерпывающую ширину и глубину исследования. Моя цель — показать в цифрах и, насколько это возможно, в фотографиях демографическое развитие русского народа в разных регионах Царской России, начиная с 1646 года.

Глава 1. Что есть русский народ

«Ключевое» понятие в названии книги требует, что вначале необходимо определить предпосылки для ОСОЗНАНИЯ, что такое русский народ.

Сначала о русофобии. Вариаций воинствующей публицистики типа: «Русские, вас не было и нет!» — огромное множество. Выделю наиболее разрушительные, которые в СМИ создают предпосылки разрушения общественно–психологического настроя:

— «Нельзя позволять русским чувствовать, что они народ».

— «Русского народа нет, а есть смесь…»

— «Моя мечта — разровнять место, где Россия. Вот просто так взять и разровнять…».

Такие издевательства — это психологические инъекции в подсознание человека. Они имеют вполне конкретную цель: внушить, что русских как народа — не было и нет.

Кто хочет пополнить перечень этих издевательств, тот найдет сотни подобных издевательств в воинствующей публицистике либеральных СМИ. Эти губительные инъекции русофобии нацелены на разделение и уничтожение русского народа.

Приходилось наблюдать, как человек с гордостью объявлял себя немцем или татарином, на основании того, что прабабка была немкой или татаркой. Другие семь русских прабабушек и прадедушек — это так, фон. Наплевать и забыть. Если это — не чистейшая русофобия, то тогда что?

А уж стоит произнести громко «Я — этнический русский!», так либеральный визг поднимается до небес — «Все перемешались!». Этнически чистым позволено быть кому угодно — немцу, французу, англичанину, татарину, кавказцу. Но только не великороссу. Зачастую рассуждающие об иностранцах не стесняются выражений «породистый», «чистокровный». Но попробуйте в таком ключе завести разговор о каком–нибудь представителе русского народа!.. Вы ощутимо на себе почувствуете реакцию русофобии.

О корнях утверждения «русские — это смесь»

Некогда именитый, главный «историк» СССР 1920‑х, воинствующий интернационалист Михаил Покровский внушал:

«в жилах так называемого великорусского народа течет восемьдесят процентов финно–угорской крови».

А вот другое внушение 1930‑х:

«в России утвердились две основные расы: тюрко–монголы и угро–финны…»[1]

Заметьте, это мнение не А. Розенберга, главного идеолога национал–социализма Германии. Это мнение бывшего воинствующего марксиста.

Такая вот мимикрия русофобии. Для русофоба годится любая воинствующая «кожа»: и интернационалиста, и националиста. К началу ХХI века русофобы обновили «кожу» на воинствующий либерализм. Сейчас для разрушения и уничтожения русского народа воинствующие русофобы взяли на вооружение формулу: «Поскреби русского, найдешь татарина… да кого хочешь, того и найдешь!..»

Но где сегодняшние русофобы откопали это выражение про татарина?..

Для ответа надо вернуться в XIX век, когда в Европе была очень популярна книга маркиза Астольфа де Кюстина «Россия 1839».

Этот маркиз приехал в Петербург и записывал свои впечатления. Ясно, французского аристократа не интересовали русские простолюдины. Он общался с дворянами Царской России. И вот что он о них написал:

«Еще не прошло и столетия с тех пор, как они были настоящими татарами; лишь Петр Великий стал принуждать мужчин брать с собой жен на ассамблеи; и многие из этих выскочек цивилизации сохранили под теперешним изяществом свою шкуру: они лишь вывернули ее наизнанку, но стоит их поскрести, как шерсть появляется снова и встает дыбом»[2].

Отчего такое мнение французского маркиза Астольфа де Кюстина?

Если без эмоций, то дворянство Царской России 1830‑х — это действительно смесь: русские князья, татарские мурзы, немецкие бароны, польская шляхта, кавказские князья.

Почему появилась такая смесь во дворянстве Царской России?

После покорения татарских ханств Московским Царям нужно было заручиться лояльностью татарских мурз. Для этого Цари приглашали их к себе на службу. После того как Петр Первый «прорубил окно в Европу», Цари Романовы стали приглашать к себе на службу немецких баронов из Прибалтики. После раздела Польши Двор Романовых пригласил на службу польских ляхов. То же после присоединения Кавказа. Всем приглашенным на службу Цари жаловали «для кормления» поселения русских крестьян. Так и образовалась та смесь дворянства Царской России, которую увидел Астольф де Кюстин. Для французского аристократа немецкие бароны и польские ляхи — это «цивилизация». Остальные дворяне Царской России для него — татары. Отсюда и его обобщение: «стоит их поскрести» и увидишь — это «настоящие татары».

Как видите, Астольф де Кюстин сконцентрировал свои наблюдения на татарской примеси дворянства Царской России, а нынешние воинствующие русофобы России обобщили его конкретное мнение о татарской примеси во дворянстве Царской России на весь русский народ: Вот так воинствующие русофобы и вносят в общественно–психологический настрой сегодняшней России ядовитые инъекции типа: «Русские, вас не было и нет!», «Русского народа нет, а есть смесь…», «Поскреби русского — найдешь татарина…»

Воинствующие русофобы готовы надеть любую «кожу», хоть марксиста, хоть либерала. Их цель — ввести ядовитую инъекцию русофобии в общественно–психологический настрой русского народа: «Русские, вас не было и нет!»

Для нейтрализации зловредного внушения: «Русских нет, а есть смесь…» необходимо привлечь современные знания точных наук.

О «генетическом портрете» русского народа

Сейчас в начале XXI века настоящие ученые математически корректно установили древность и единство «генетического портрета» современного русского народа.

Анатолий Клёсов, профессор Гарвардского университета США (до 1981 года профессор Московского государственного университета) математическими методами ДНК-генеалогии доказал: предок современного русского народа появился 4500 лет назад.

Русский народ имеет совершенно четкие однородные генетические свойства.

В Русском генофонде в Y-ДНК хромосоме превалирует набор R1a.

Западноевропейская гаплогруппа R1b среди русских — 6%.

Кавказоидная гаплогруппа J2 среди русских — 2%.

Гаплогруппы С и О, присутствующие с высокой частотой у тюркских и монгольских народов, в русском генофонде ничтожны. Для сравнения, монголоидный компонент гаплогрупп в русском народе — в среднем 2%, в Западной Европе –3,6%. Заметных «восточных» примесей в крови населения нет на всей Русской равнине.

Превалирование гаплогруппы R1a у абсолютного большинства жителей Русской равнины — это и есть «русскость» с точки зрения генетики.

Вот что надо еще отметить. В последнее время, в интернете и на ТВ начали появляться мнения «ученых» Киева и Минска. которые обнаружили украинскую и литвинскую расы.

Похоже, у этих «ученых» произошел какой–то вывих самосознания. Надо бы посоветовать им провериться у психиатра на отклонения в психике. Ведь оспаривать точные генетические исследования идентичности русского народа Русской равнины — это все равно, что оспаривать анализ крови в поликлинике.

Генетика — это математически точная наука. И она однозначно показывает: гаплогруппа R1a соответствует подавляющему большинству жителей Русской равнины, в том числе и нынешней России, Украине и Белоруссии.

О древности понятий «Русская земля» и «Русские люди»

Русский митрополит Иларион — автор «Слова о Законе и Благодати», написанного между 1037 и 1050 годами. В этом древнем документе читаем: «Не въ худе бо и неведомее земли владычьствоваша, ноъ в Руське, яже ведома и слышима есть всеми четырьми конци земли». (Современное звучание: «правили они не в слабой и безвестной стране, но в Русской, которая ведома и славится во всех четырех концах Земли»).

«Слово о полку Игореве», написано так же в древности, в конце XII века. В нем через весь текст «красной нитью» тянется мысль, что повествование идет именно о русских людях. Вот как обращается Игорь к дружине своей: «Хощу бо копие приломити конец поля половецкого с вами, русици!» («Хочу копье свое преломить в степи половецкой с вами, русичи!»). И вот настал час битвы — «половци от всех стран Рускыя полки оступиша. Дети бесови кликом поля прегородиша, а храбрые русицы перегородиша черлеными щиты». («Половцы со всех сторон русские полки обступили, Дети бесовы кликом степь перегородили, а храбрые русичи преградили степь червлеными щитами»).

Далее через все «Слово» тянется «красная нить» повествования о людях, осознающих себя «русскими»: «Жены руськия въсплакашась, аркучи: «Уже нам своих милых лад ни мыслию смыслити, ни думою сдумати.» — («Жены русские восплакались, говоря: «Уже нам своих милых лад ни мыслию смыслить, ни думою сдумать»).

Так что воинствующим русофобам, утверждающим: Русские, вас не было и нет!» — следует показывать: понятиям «Русская земля» и «Русские люди» — не менее ТЫСЯЧИ лет.

О путях развития русского языка

За многие столетия в русском народе сложились множество говоров. Русская пословица: «Что ни город, то говор» — появилась не на пустом месте. На Русской равнине поселения и города находились очень далеко друг от друга. Поэтому русские люди при общении на русском языке идентифицировали себя по месту проживания. «Мы — пскопские (псковские), «мы — вологодские», «мы — вятские» и т. д. При этом слышимые различия говоров — это не различие языка. Но именно множество говоров создало огромное разнообразие и выразительность общения. Михаил Ломоносов в середине XVIII века русский язык охарактеризовал так: «великолепие испанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того сильная в изображениях краткость греческого и латинского языка». Именно множество русских говоров создало то великолепие и выразительность русского языка, которое ясно и конкретно выразил Михаил Ломоносов.

Но огромное множество русских говоров было неудобным для чиновников Царской России ХIХ века (Нужно не забывать, кто именно по происхождению были те чиновники!). Множество слов и понятий вызывало различное осмысление написанного. Устремления чиновников кончились тем, что в столичных кругах Санкт–Петербурга все чаще и чаще звучало мнение, что нет единого русского языка. И при переписи 1897 года множество русских говоров «унифицировали» до трех языков: великорусский, малороссийский и белорусский.

Вот бы удивились и Михаил Ломоносов, и Мелетий Смотрицкий, автор первой грамматики русского языка, узнав, что они говорят на разных языках!..

Такое разделение русского народа на три языка, на общении самих людей не сказалось. Русские люди как общались, так и продолжали общаться на своих говорах. Люди с «аканьем» и «оканьем» или с вологодской «говорей» и полтавской «мовой» при разговорах легко находили общее понимание.

А вот административное разделение единого русского языка на три языка привело в ХХ веке к огромным разрушениям на просторах Русской равнины.

Здесь нелишне отметить поразительное отличие правящей администрации Царской России, Советской России и либеральной России от элиты Германии и Великобритании.

Германия — это пример глубокого осмысления роли языка в строительстве государства. Когда к 1871 году канцлер Бисмарк ликвидировал феодальную раздробленность княжеств на Германской равнине, встал вопрос о создании единого немецкого государственного языка. Немецких диалектов (говоров) в Германии XIX множество. И элита Германии сформировала государственный язык из смеси средне и верхненемецких диалектов. При этом местные диалекты не пострадали. До сих пор элита земель Германии трепетно относится к сохранению диалектов немецкого народа. Даже сейчас в Германии насчитывается 32 диалекта. И почти каждый немец считает своим долгом блеснуть при разговоре родным говором, Muttersprache[3].

Второй пример показала элита стран английского языка. Хотя Британская Империя развалилась, но никто даже в США не спешит превратить американский диалект английского языка в государственный язык Америки. То же самое — в Канаде, в Австралии, да почти во всех бывших британских колониях. Недавно появилось сообщение: словарь английского языка перевалил за МИЛЛИОН слов. Конечно, людей, которые используют весь этот словесный фонд английского языка — совсем немного. Но любой толковый человек всегда найдет для аргументации те английские слова, которые наиболее убедительно объяснят собеседнику его замысел. Поэтому неудивительно, что в современном мире науки и публицистики доминирует именно английский язык.

Разрушительное дело разделения русского языка чиновниками Царской России продолжили воинствующие марксисты–русофобы 1920‑х. Сейчас уже мало кто помнит, что они запретили применение слов «великоросс» и «великорусский язык» и других. Под запрет попал и «Толковый словарь живого великорусского языка» Владимира Даля.

«Живой» означает «разговорный», разГОВОРный. Когда Михаил Ломоносов в середине XVIII века про русский язык писал: «великолепие испанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того сильная в изображениях краткость греческого и латинского языка» — он описывал все великолепие, нежность и выразительность великорусских, малороссийских и белорусских говоров от Карпат до Тихого океана, от Северного до Черного морей.

Воинствующие марксисты–русофобы начала ХХ века воспользовались результатами переписи 1897 года и разделили русский народ на национальности, потом — на три республики. Для обоснования этого разделения за ХХ век были произнесены тысячи речей, написаны сотни книг, получены сотни «научных званий». Результат проявился в конце ХХ века, когда русский народ разделили — на три государства. Продолжается это разрушительное дело русофобов — уже войной русских с русскими на Русской равнине.

В России масса «ученых» лингвистов. Они готовы «научно» доказать позитивный смысл разделения единого русского языка времен Ломоносова и Мелетия Смотрицкого для упрощения общения людей. Вообще–то упрощение можно довести до формализма. В конце XIX века для воинственных марксистов был разработан специальный искусственный язык эсперанто, в котором около 900 слов.

Ну и кто разговаривает сейчас на этом мертвом языке?.. Никто.

Не удивлюсь. Когда в XIX веке идеологи русофобии организуют появление новых «докторов» и новых «академиков» общественных наук, которые «научно» будут продолжать доказательства, что разделение русского языка — это «общественно историческая закономерность». Но «зло — есть зло, даже если все академики злы»!

Единый язык — это основа единства народа.

Без единого русского языка не сохранятся: ни Русский народ, ни Россия.

Продолжая исследование, следует отметить, что Михаила Ломоносова интересовало не только единство русского языка. Он детально рассмотрел тему сохранения и размножения русского народа. Вот его мнение о важности этой темы в государственных делах:

«… полагаю самым главным делом: сохранение и размножение русского народа, в чем и состоит величество, могущество и богатство государства, а не в обширности, тщетной без обитателей»[4].

К этой мысли выдающегося великоросса не мешало бы прислушаться современным правителям и политикам России XXI века.

С точки зрения математики язык — это необходимое условие общения людей. Общий язык нужен, чтобы одинаково с соседом понимать окружающую их жизнь.

Но одного языка недостаточно. Чтобы в условиях реальной окружающей среды обеспечивалась более–менее безопасная и устойчивая жизнь, человеку нужно психологическое осознание общности со своими соседями. Единство языка и самосознания превращает множество людей в народ. Именно русским языком и самосознанием определяется единство русского народа.

О «метастазах» русского самосознания

К сожалению, состояние русского самосознания даже хуже, чем разделение русского языка. Ведь повреждение самосознания русского народа подобно метастазам рака — злокачественным образованиям в организме человека. Если метастазы не обнаружить своевременно и не удалить, то они, разрастаясь, приводят человека в могилу.

Исследование «метастаз» русского самосознания начну с 12‑го съезда Российской коммунистической партии (большевиков), РКП(б). Именно на нем принимались важнейшие решения для СССР по национальному вопросу.

Главный смысл решений съезда был задан Лениным в письме к 12 съезду, от 31 декабря 1922 года:

«интернационализм со стороны угнетающей или так называемой «великой» нации (хотя великой только своими насилиями, великой только так, как велик держиморда) должен состоять не только в соблюдении формального равенства наций, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически»[5].

Смысл дальнейших обсуждений на съезде яснее всего изложил Бухарин:

«Нельзя подходить с точки зрения равенства наций. Наоборот, мы в качестве бывшей великодержавной нации должны поставить себя в неравное положение в смысле еще больших уступок национальным течениям»[6].

Марксисты–русофобы, захватив власть, организовали мироустройство жизни в России по принципу Ленинско–Бухаринской концепции: «Русские всем должны! И должны поставить себя в положение уступок националам».

За 70 лет такое марксистское воспитание «национального самосознания» народов СССР неминуемо должно было перерасти в два сопутствующих процесса.

Первый процесс — появление «метастаз» в самосознании русского народа.

Второй — прорастание чувства безнаказанности националов по отношению к русским. Но как умножение метастаз раковых опухолей в организме происходит сначала медленно, ускоряясь лишь на заключительных стадиях заболевания, так же умножались и ускорялись оба процесса в «национальном самосознании» народов СССР.

При развале СССР первые погромы прошли в Алма–Ате, Душанбе и Туве, в которых русских людей реально убивали за то, что они русские[7].

И какая была реакция русофобов–марксистов в Кремле?.. «Тсс, не разжигать…».

В результате в национальных регионах укрепилась уверенность в своей безнаказанности: «Русских можно убивать, они и не пикнут!».

И в Таджикистане счет преследуемых и убитых русских людей пошел уже на тысячи.

И что же в Кремле и в Москве?.. Все так же: «Тсс, не разжигать…».

Пример безнаказанности националов заразителен. Эта уверенность: «Русских можно убивать безнаказанно, они и не пикнут!» — ясно и конкретно проявилось в Чечне.

Казалось бы, какое ни есть, но инстинкт самосохранения и русское самосознание у русских людей должны были проявиться. Однако, не проявились.

События 1990‑х показали: «метастазы» поразившие самосознание русских в Чечне, достигли последней стадии разрушения.

Результаты безнаказанности «Русских можно убивать, они и не пикнут!» вполне точно показывают цифры переписей населения Чечни.

По переписи 1989 года в Чечне жило 294 тыс. русских людей.

Нравится — не нравится, но «метастазы» повреждения русского самосознания у русских людей в Чечне к концу ХХ века достигли такого размера, что среди 294 тыс. русских людей не нашлось сил для русского сопротивления.

По переписи 2002 года русских в Чечне осталось лишь 41 тыс. За несколько лет 250 тыс. русских людей Чечни превратились в пыль и тлен.

Если счет русских потерь в Таджикистане шел на тысячи, то в Чечне уже на десятки тысяч. Таков наглядный результат воспитания «национального самосознания» народов СССР по Ленинско–Бухаринской концепции: «Русские всем должны!»

Результаты воспитания «национального самосознания» в Таджикистане и Чечне внимательно изучили идеологи на «западной окраине» Русской равнины. И пришли к выводу: «Русских можно притеснять безнаказанно, а если пикнут, то их можно и убивать!». Захватив власть в Киеве идеологи «западенцев» так и начали действовать. Если счет притеснения русских в Таджикистане шел на тысячи, а в Чечне — на десятки тысяч, то идеологи «западенцев» расширили на миллионы русских людей Украины.

По переписи 1989 года в составе Украинской ССР жило 11 млн. 356 тыс. людей считающих себя русскими. Еще около 15 млн. людей, ежедневное общение которых происходило на русском языке. Так что простор действий для идеологии «западенцев» — измеряется величиной в 26 млн. русских людей.

К сожалению, Крым оказался единственной территорией, которая оказала сопротивление идеологии: «Русских можно убивать, они и не пикнут!» У остальных русских жителей Юго–Востока Украины не нашлось сил, чтобы оказать сопротивление идеологии «западенцев», захвативших власть в Киеве.

Так что следует признать: «метастазы» в русском самосознании русских жителей Юго–Востока Украины приблизились к тому разрушительному уровню, когда организм оказывается на грани гибели. Для того, чтобы остановить разрушение самосознания народа необходимо, чтобы в народе нашлось 1–2% пассионариев.

Следует признать: сейчас в русском народе нет этих 1–2% минимально необходимых пассионариев. Игорь Стрелков, возглавивший русское сопротивление, вынужден был месяцами взывать: «В ополчении катастрофическая нехватка русских добровольцев!»

Смена власти в Кремле с марксистов на либералов не остановила, а усилила чувство безнаказанности националов по отношению к русским. На пространстве бывшего СССР миллионы русских превратились в гонимых людей, которых можно убивать!

И рост «метастаз» в самосознании русского народа — тоже не остановился.

Чем можно охарактеризовать потери в самосознании русского народа?..

В романе Чингиза Айтматова «И дольше века длится день» показан образ раба–манкурта. Чем он отличается от обычного раба?..

Манкурт лишен самосознания и памяти о прежней жизни и о своих сородичах. С хозяйственной точки зрения рабовладельца, он безусловно обладает рядом полезных качеств. Манкурт абсолютно покорен. Он, как собака, признает только своих хозяев. При этом порученную грязную, тяжелую работу будет исполнять слепо и усердно.

А в обычном рабе живо ОСОЗНАНИЕ своей принадлежности к своим сородичам. Поэтому обычный раб — потенциальный мятежник. Чтобы создать такого манкурта, человеку, попавшему в рабство, брили голову. Затем надевали на голову «шайбу» из сырой верблюжьей кожи. На солнце кожа засыхая, сокращалась. А человек лишался на всю жизнь своей памяти.

Либералы–русофобы, перехватив власть в Кремле стали усиленно внедрять в русском народе воспитание типа: «Ваня, не помнящий родства». Человек, потерявший чувство принадлежности к своему народу — это тот же манкурт.

Как сейчас делаются манкурты, «Вани, не помнящие родства»?..

Сейчас лишают памяти с помощью прогрессивных либеральных СМИ. Идеология СМИ такова, что она формирует в памяти зрителя подобие религиозной веры: «существуют только те люди, события и свойства, о которых вещают с телеэкрана». Сейчас функцию «шайбы» из верблюжьей кожи выполняет телевизор.

Результаты либеральных технологий воспитания людей посредством «телеящика, можно оценить по переписям 1989, 2002 и 2010 годов.

Конечно, никто при переписи не указывает, что я — «Ваня, не помнящий родства»!

Но потери ОСОЗНАНИЯ принадлежности к русскому народу можно оценить по данным переписей: «Лица, не указавшие свою национальную принадлежность».

Данные переписей 1989, 2002 и 2010 годов показывают, что в русских областях число людей, НЕ УКАЗАВШИХ свою принадлежность, в последние два десятилетия увеличивается в геометрической прогрессии. А так как в этих областях русские составляют более 75% всех жителей, то этот тренд геометрической прогрессии относится и к потере ОСОЗНАНИЯ принадлежности к своему русскому народу. Это означает, что расширение «метастаз» в русском самосознании происходит тоже в геометрической прогрессии. Оценка показывает: к 2020 году «метастазы» повреждения русского самосознания охватят каждого второго–третьего человека из 10 русских жителей. По сути 20–30% молодых людей превращаются в манкуртов, теряющих ОСОЗНАНИЕ принадлежности к русскому народу.

Сопоставьте Ленинско–Бухаринскую концепцию: «Русские всем должны! И должны поставить себя в положение уступок националам», с концепцией Петра Аркадьевича Столыпина: «Народ без самосознания — это навоз, на котором произрастают другие народы». И вы придете к выводу: Нужно восстанавливать действительно реальную Историческую Память. Для этого нужно, как минимум, знать демографическое развитие русского народа.

Что можно определить по переписям

Для чиновника Чичикова в повести Гоголя нужны были «мертвые души».

Правителям страны, в том числе и Царской России, «приписки мертвых душ» не нужны. Правителю надо знать, на какие людские ресурсы он может рассчитывать. Сколько он может собрать налогов. Сколько солдат мобилизовать в армию.

Для осознания былой жизни русских людей переписи — это самый надежный объективный источник демографической информации

Для истории демографического развития русского народа надо знать распределение той части населения Царской России, которое в подавляющем большинстве относили себя к русским, к русской культуре, к родным русским говорам. Так как все великолепие, нежность и выразительность русских говоров от Карпат до Тихого океана разделили на три языка, то исследование переписей вынужденно буду вести с учетом этого разделения:

— великороссы — носители великорусского языка;

— малороссы — носители малороссийского языка;

— белорусы — носители белорусского языка.

Данные численности великороссов Царской России для переписей 1719 и 1795 годов: Я. Е. Водарский, В. М. Кабузан. Территория и население России в XV–XVIII веках[8].

Данные численности русского народа переписи 1897 года:

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник[9].

Таблица 1.1: Сводные данные по этим трем русским языкам

Основа хозяйственной деятельности русских людей на Русской равнине — земледелие. В своей хозяйственной деятельностью земледельцы «привязаны к земле». Это позволяло правителям с давних времен облагать земледельцев налогами, «податями.

Краткий обзор развития великороссов

По переписи 1646 года податных дворов русских крестьян — 582 тыс. и 31 тыс. посадских людей. Перепись не учитывала холопов и неподатных: дворяне, духовенство, царские чиновники, армия. Неподатные на середину XVII века составляли 9% населения. Кроме того были народы, которые жили в лесах и степях, подчиняясь своим «вождям» племен. Они «подати» в казну государства не платили, а присылали «ясак» Московскому Царю. Их так и называли — «ясашные люди». Собирать с них регулярную подать — на практике было невозможно. Причем главная цель Московских Царей, в отношении этих племен — добиться, чтобы они не разоряли поселения русских земледельцев. Московские Цари добивались это тем, что осыпали подарками «вождей» этих «ясашных племен». И приглашали к себе на службу сыновей «вождей». Лишь в начале XIX века была попытка формализовать управление «ясашных племен». Но принятие «Устава об управлении инородцев» от 22 июля 1822 года не увеличило сбор налогов с «ясашных племен».

Все расходы государственной деятельности Царской России Двор Романовых, с начала своего правления и до свержения в 1917 году, полностью обеспечивали податные земледельцы, то есть русский народ. Так как земледельцы в своей хозяйственной деятельности фактически «привязаны к земле», то выбор у русских людей был невелик: или платишь «подать», или царевы служилые люди засекут плетьми, в назидание другим.

Семья великороссов в начале правления Двора Романовых состояла из 6–8 человек. Оценка численности великороссов в 1646 году дает округленную величину — 6,0 млн. чел.

Потом была подворная перепись 1678 года.

Затем было десять ревизий (переписей) — с 1719 по 1857 годы.

По этим ревизиям можно оценить динамику численности Царской России:

Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет[10].

Данные численности великороссов XIX века:

С. И. Брук, В. М. Кабузан. Динамика численности и расселения русского этноса (1678–1917гг.)[11].

Для оценки я использую также публикацию:

А. Г. Рашин. Население России за 100 лет (1813 – 1913). Под редакцией академика С. Г. Струмилина. Госстатиздат. Москва. 1956[12].

Следует отметить, между данными этих трех публикаций есть заметные несоответствия. Поэтому пришлось делать сопоставительный анализ данных для промежуточных годов между переписями 1719, 1795, 1857 и 1897. Данные первых десятилетий ХХ века оценены по тренду относительно переписи 1897 года.

Для наглядности значения численности следует округлить до миллиона.

Для получения надежного динамического ряда нужно, чтобы он строился на строго периодическим циклом. Для длинного ряда от 1646 до 1916 года достаточно 10-летнего цикла Визуально наглядная динамика может быть выражена графиками. На длинном интервале в несколько столетий смещение даты переписи на 3–4 года вперед или назад при цикле 10 лет на динамику тренда практически не повлияет.

Результаты оценки по трем источникам численности великороссов и всего населения Царской России с 1646 по 1916 год — диаграмма 1.1.

Диаграмма 1.1: Результаты оценки по трем источникам численности великороссов и всего населения Царской России с 1646 по 1916 год

По графикам диаграммы 1.1 вполне очевидно: приросты великороссов и всего населения Царской России отличаются существенно. Прирост всего населения происходил, прежде всего, за счет присоединенных народов. Прирост численности великороссов — существенно меньше.

Что происходило после 1916 года

Это можно осознать, продлив диаграмму 1.1, добавив данные переписей Советского Союза — диаграмма 1.2.

Диаграмма 1.2: Добавлены данные переписей Советского Союза

В 1917 году воинствующие марксисты–русофобы захватили власть в России и установили новое мироустройство. Территория России стала существенно меньше. И численность всего населения тоже сократилась. За 1917–1926 годы несколько миллионов великороссов погибло в гражданской войне и уехало в эмиграцию. Тот прирост великороссов, который был до 1917 года, в Советском Союзе в 1926–1939 годах сократился в два раза, по сравнению с 1897–1916 годами.

За годы Великой Отечественной Войны погибло около 21 миллиона великороссов. Во второй половине 1940‑х и в 1950‑х в Советской России рождалось и росло ежегодно по 2,0–2,5 миллиона детей великороссов. Это число растущих детей скомпенсировало потери численности великороссов в Великой Отечественной Войне. Но со средины 1950‑х прирост великороссов непрерывно сокращался и к 1990 году превратился в «нуль». Число рожденных великороссов стало меньше числа умерших. Вот что показывала статистика.

К 1970 году в Тверской и Псковской области смертей уже больше, чем рождений.

К 1985 году превышение смертей над рождениями было уже в 8 областях: Псковская, Новгородская, Тверская, Ивановская, Тульская, Рязанская, Тамбовская, Курская.

К 1989 году список пополнили еще 10 областей: Московская, Смоленская, Калужская, Брянская, Орловская, Липецкая, Воронежская, Владимирская, Костромская, Ярославская.

К 1989 году процесс вымирания охватил 7 областей Украины: Кировоградская, Полтавская, Сумская, Харьковская, Винницкая, Черкасская, Черниговская[13].

К 2000 году на территории бывшего СССР осталось менее 137 млн. великороссов[14].

Михаил Тульский — это серьезный публицист. Нет оснований не доверять его расчетам Он давно занимается изучением движения населения стран.

Мои исследования 1990‑х показывали: потери великороссов в 1990‑х — более 8 млн.

Одна часть этих 8 млн. потерь великороссов на территории бывшего СССР — это погибшие в национальных разборках во вновь образовавшихся государствах.

Вторая часть — русские, уехавшие за границу СССР.

Но есть третья часть — русские, переставшие считать себя русскими. Этот феномен — потеря осознания себя русскими ясно проявился при распаде СССР, когда упавшую власть марксистов–русофобов в России подхватили воинствующие русофобы–либералы.

Процесс развития великороссов после 1917 года — это отдельная тема.

Настоящее исследования посвящено истории демографического развития Царской России. Его полезно дополнять иллюстрациями результатов демографического развития, фотографиями, которые объективно отображают живших тогда русских людей.

О фотографиях, характеризующих развитие великороссов

Иллюстрацию русской жизни первых десятилетий ХХ века, до 1917 года, мы можем видеть на цветных фотографиях Сергея Михайловича Прокудина–Горского.

Сергей Прокудин–Горский родился в 1863 году во Владимирской губернии. Учился в Технологическом институте Петербурге и в Германии. Разработал способ получения цветных фотографий. С 1905 по 1916 год за время поездок сделал множество цветных фотографий мест и людей в нескольких регионах России. В 1918 году Прокудин–Горский эмигрировал и умер в Париже в сентябре 1944 года. В 1948 году негативы фотографий Прокудина–Горского оказались в библиотеке Конгресса США. На рубеже XXI века фотографии Прокудина–Горского были оцифрованы и представлены в интернете на сайте библиотеки Конгресса США[15].

В России репродукции таких фотографий наиболее полно опубликованы на сайте

http://prokudin-gorskiy.ru/

С. М. Прокудин–Горский. Крестьянские девушки. [Нижняя Топорня. Река Шексна] 1909 год

По фотографии С. М. Прокудина–Горского ясно видно — какая это была яркая страна Россия начала ХХ века. В одежде девушек фантастическое сочетания цветов.

А вот так русских девушек изображали русофобы начала ХХ века

Такие фото русофоба десятками тысяч на почтовых открытках рассылались по почте. Такая массовая рассылка типов лапотной России безусловно оставила след в изображении русской жизни уже у «советских просветителей». И в школе. И в кино. И на бытовом уровне. Для этого надо листать школьные учебники 1920–1930‑х и смотреть кино тех лет.

Впрочем, иллюстрации подобной России и сейчас применяют работники «культуры» (Но это уже другая тема).

В следующих главах данной книги главные регионы жизнедеятельности великороссов будут иллюстрированы фотографиями С. М. Прокудина–Горского. Ведь он фотографировал не только Храмы, монастыри и промышленные сооружения. У него есть фотографии людей, домов, сел и деревень. Фотографии С. М. Прокудина–Горского и полезны, и необходимы для понимания и осознания демографического развития великороссов былых веков.

Черно–белые фотографиям фотографии конца XIX объективно и в деталях отображают лица живших тогда русских людей. А жилые дома русских людей, построенные еще в середине XIX века, можно было видеть и фотографировать во второй половине ХХ века. Поэтому в книге будут использованы также черно–белые фотографии.

На диаграмме 1.1 период с 1646 по 1857 год — это период действия в Царской России крепостного права. Поэтому следующую главу следует посвятить исследованию влияния крепостного права на жизнь великороссов.

Глава 2. Великороссы и крепостное право

В хозяйственном плане великороссы — земледельцы. Поэтому в своей жизнедеятельности они «привязаны» к земле и неминуемо попадали в поле зрения «служилых людей» Царя, которые собирали «подати». И тут у великороссов выбор был невелик: или платишь «подать», или «служилые люди» Царя засекут плетьми, в назидание другим.

Но сбор податей требовал большого числа «служилых», которым надо было платить. А просторы Московского Царства еще больше усложняли сбор податей. После переписи 1646 года Двор Романовых в 1649 году ввел крепостное право.

Двор Романовых ввел крепостное право в 1649 году, а отменил в 1861 году.

Как ввели крепостное право в Царской России

Суть крепостничества ясно выразил В. О. Ключевский:

«Правительство закрепило крестьян с их потомками за их владельцами и возложило на последних ответственность за податную исправность первых»[16].

То есть Царь «даровал для кормления» служилым людям Двора поселения крестьян, поместья. Отсюда понятие «помещик». При этом ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за сбор «податей» с крепостных крестьян возлагалась уже на помещика. Как принудить крепостных крестьян к повиновению и оплате «податей» — уже обязанность самого помещика. Угрозами или силой — это уже дело второстепенное.

Так крестьянин и его потомство, жившие на территории поместья, стали собственностью помещика. И оказались в их полной власти. Если парень женился на крепостной, то становился крепостным. Если девушка выходила замуж за крепостного, то становилась крепостной. Уйти от владельца земли крестьянин не мог. А владелец имел право продавать крепостных крестьян. И семьями, и поодиночке.

Эмоциональное изложение жестокости крепостничества есть в книге: Тарасов Б. Ю. Россия крепостная. История народного рабства[17].

В ней многочисленные мнения известных и неизвестных современников о том, как осуществлялось в действительности крепостное право в Царской России.

Я постараюсь минимизировать эмоции и сконцентрируюсь на исследовании влияния крепостного права на демографическом развитии великороссов.

Следует особо отметить, что Цари Романовы взяли за основу принципы крепостного права Королевства Польши. Возможности убежать от крепостного права у крестьян в Королевстве Польском практически не было. На западе Пруссия. На юго–западе Австро–Венгрии. На юге все Северное Причерноморье было под властью крымских татар.

Совсем иные условия у крестьян в Московском Царстве Романовых. От притеснения «крепостная» молодежь могла уйти от «барина» в трех направлениях: в леса Севера; в Нижнее Поволжье; на юг — на Дон. Хотя землевладельцы добивались поиска ушедших «из крепости», но это удавалось далеко не всегда. Например, с землей вольного казачества неукоснительно следовало: «С Дона выдачи нет!» Поэтому крепостное право, которое успешно работало на «ляхов» в Королевстве Польши, не могло так успешно работать в Московском Царстве.

При исследовании демографического развития великороссов во времена крепостного права численность «податных» разделю на две группы: «крепостные» и «вольные».

«Крепостные» — это та численность податных людей, которая после 1649 года оказалась в собственности землевладельца. В зависимости от владений следует выделить три вида крепостных крестьян: дворянства, дворцовые и духовенства.

О жизни «крепостных» крестьян дворянства, написано самими помещиками.

Дворцовые «крепостные» — это крестьяне царского землевладения и резервный фонд, из которого раздавались крестьяне как награда за службу Царю. Поэтому нет особого смысла разделять «крепостных» дворянства и дворцовые. Далее при оценке все они — «крепостные дворянства». Тем более что за годы крепостного права доля дворцовых «крепостных» крестьян уменьшилась с 11% в 1678 г. до 8% к 1857 г.

«Крепостные» духовенства — это следствие реформы Никона, которая привела к расколу Русской Православной Церкви. Обычно раскол сводят к формальным признакам — типа двуперстия и трехперстия. При этом сознательно умалчивается, что старообрядцы не признали крепостное право, Для них неприемлемо закабаление человека. А вот новообрядцы Никона воспользовались крепостных правом с византийским размахом. Уже по переписи 1678 года каждый пятый «крепостной» великоросс был у духовенства.

Прав автор книги, написавший, что «социальная модель старообрядческого мира, унаследовавшая и сохранившая в себе много черт дореформенной Руси с ее соборностью и строгой религиозностью, и при этом отличавшаяся высокой деловой активностью, хозяйственной предприимчивостью, представляла собой пример того, как могла бы развиваться Россия без крепостного права»[18].

Утверждение, что «крепостные» духовенства работали на Бога — просто оправдание. Тяготы крепостной жизни у духовенства были те же, что и у дворян. Приказчики также сажали крестьян на цепь, ковали в колоду, били плетьми, наказывая, чтобы крестьяне «страху божию, и добродетели, и добрым поступкам, правде и обходительности наставлены и обучены были».

К середине XVIII века пропорции между поступлениями в царскую казну и доходами Церкви от «крепостных духовенства» стали неприемлемыми для Дома Романовых. И Екатерина Вторая решительно перевела «крепостных духовенства» в управление коллегии экономии, фактически приравняв их с сословием государственных крестьян. В решении Екатерины Второй существенно то, что податные не состоящие в крепостной зависимости облагались более высокими «податями», чем крепостные. Например, в 1724 году на все лица, подлежащие уплате подати, без различия возраста был назначен подушный оклад в 74 коп. А «вольные», не состоящих в крепостной зависимости, должны были платить дополнительно еще 40 коп[19].

В 1768 году подушная подать для крестьян «вне крепости» была увеличена до 2 руб. Так что податные не состоящие в крепостной зависимости платили подати более чем в 1,5 раза больше, чем «крепостные». Решение Екатерины Второй отобрать «крепостных духовенства» существенно увеличили поступления в государственную казну.

Но введение крепостного права 1649 года охватило не всех великороссов. Тех крестьян, которые жили на землях вне владений землевладельцев, обозначу — это «вольные». В таком названии содержится глубокий и древний смысл жизни на Русской равнине. Полезно напомнить русскую поговорку — «вольному воля». Эта поговорка имеет очень древнее происхождение. В древней Руси, заключая «ряд» (договор) друг с другом князья писали: «А боярам и детям боярским, и слугам, и крестьянам вольная воля». Когда складывалась эта поговорка, русские крестьяне своим трудом создавали плодородные участки, выращивали хлеб и были вольные. Конечно, когда бояре требовали уплату податей, то крестьяне соглашались платить. Затем уже обработанную и обжитую землю бояре превратили в свои владения. И крестьяне были вынуждены наниматься к землевладельцу, и платили ему своим трудом или урожаем исполу (половину урожая). Но когда рассчитались с землевладельцем, то были вольны в дальнейшей деятельности. Могли уйти к другому землевладельцу или уйти на свободные пустоши и начать их распахивать и растить хлеб. То есть по–русски «вольному воля» означала возможность хозяйствовать на территории землевладельца, а когда рассчитался по чести и совести с землевладельцем, то у него была возможность уйти от этого землевладельца куда вздумается. Этот древний обычай уходит корнями в Древнюю Русь, ему не менее 1000 лет. И этот обычай очень ценили наши предки. Еще в Средние века крестьянин при желании мог уйти с земли владельца, выполнив принятые на себя обязательства по аренде и по ссуде. Если кратко, то «вольному воля» — это стремление русского человека к хозяйственной деятельности в условиях неподчинения «барину».

При введении крепостного права в 1649 году не все земли оказались во власти землевладельцев. Были земли, которые считались общей собственностью, живущих на ней крестьян. В отличие от «крепостных» крестьяне, живущие на общинной земле, могли покинуть общину. Уходя из общины, такой крестьянин терял свой надел. Но он мог начать обустраиваться на «ничейной» земле, распахивать пустующую землю, выращивать урожай и обеспечивать жизнедеятельность своей семьи. Такие крестьяне были вполне самостоятельны. Они платили подати и были достаточно вольные в своей хозяйственной деятельности.

Для «вольных» великороссов «земля» и «воля» — это неразрывные условия их жизни. Когда воинствующие русофобы говорят или пишут: «русские — вечные рабы», то надо опровергать такую ложь. Конечно, о жизни «крепостных» написано много книг. А вот о крестьянах, у которых «вольному воля» — суть его жизни, написано мало. Для помещиков, владельцев «крепостных» крестьян «вольные» всегда были помехой или даже угрозой.

В Царской России были еще посадские люди городов, которые тоже платили подати, но были «вне крепости». Так что всех «податных» людей, которые были «вне крепости», можно объединить во вторую группу — «вольные» люди.

Различие «вольных» от «крепостных» очень существенное. «Крепостные» крестьяне жили на земле владельца и были его собственностью. При этом они были обязаны «кормить» владельца земли и платить «подати» в казну государства. Жизнедеятельность семьи «крепостных» полностью зависела от прихотей «барина» или его управляющего.

А вот жизнедеятельность «вольных» людей не зависели от «барина», а зависела лишь от его способности жить самостоятельным хозяйствованием.

По идеологии русофобов Царская Россия — это царское самодержавие и крепостное право. Но в том то и дело что «вольные» крестьяне жили без крепостного права и не спрашивали «царевых людей», когда «садились» на пустующую землю.

У «вольных» великороссов действовали два правила.

Первое правило — «куда топор, соха ходили» — эта земля считалась уже занятой.

Второе правило — «кто пахал, того и ржи (хлеб)».

Так что важно раздельно исследовать демографическое развитие «вольных» и «крепостных» податных Царской России, на интервале крепостного права. Для этого использована публикация: Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет[20].

По этим данным можно представить динамику «крепостных» и «вольных» в численности податных Царской России в годы крепостного права, Диаграмма 2.1.

Диаграмма 2.1: Динамика «крепостных» и «вольных» в численности податных Царской России в годы крепостного права

Подворная перепись 1678 года показывает: в крепостной зависимости находилось 6,8 млн. великороссов, а «на воле» осталось — 1,4 млн. Так что Двор Романовых за одно поколение превратил абсолютное большинство великороссов в «крепостных». Но к концу крепостного права число «вольных» превысили число «крепостных».

Для детального осознания жизни великороссов в Царской России важно понять: как система податей сказывалось на демографическом развитии великороссов в разных регионах Царской России?

Вполне очевидно, что при огромных просторах Царской России демографическое развитие «крепостных» и «вольных» должно было зависеть от географии. Поэтому следует исследовать развитие крупных регионов Царской России.

О геодемографическом ансамбле (ГДА)

Исследуемые регионы должны представлять единый географически и демографически ансамбль (ГДА). Географически территория ГДА должна быть неразрывна. Население должно быть более–менее однородным. Исторически в этом регионе жители должны жить достаточно длинный временной интервал. Важность подхода к демографического исследования как к «ансамблю» подчеркивает автор учебника по демографии западных учебных центров:

«смесь населения не может быть предметом демографического исследования… население должно образовывать более или менее единый ансамбль»[21].

Поэтому историю демографического развития великороссов надо исследовать с точки зрения ГеоДемографического ансамбля (ГДА), то есть по крупным регионам, состоящих из конкретных губерний Царской России.

Для иллюстрации карта 50 губерний Европейской части Царской России.

Карта 50 губерний Европейской части Царской России

Исследуемая территория демографического развития великороссов представлена в виде 12 крупных регионов.

1. Нечерноземный Центр. Губернии: Московская, Калужская, Смоленская, Псковская, Новгородская, Петербургская, Тверская, Ярославская, Костромская, Владимирская, Нижегородская. (Этот регион охватывает все Верхнее Поволжье).

2. Черноземный Центр. Губернии: Рязанская, Тульская, Орловская, Тамбовская, Воронежская и Курская.

3. Нижнее Поволжье. Губернии: Пензенская, Симбирская, Казанская, Самарская, Саратовская и Астраханская.

4. Север. Губернии: Вологодская, Архангельская и Олонецкая.

5. Среднее Приуралье. Губернии: Вятская и Пермская.

6. Южное Приуралье. Губернии: Уфимская и Оренбургская.

7. Сибирь. Все округа и области восточнее Пермской губернии, кроме округов включенных в Степной Край.

8. Степной Край. Южные округа Тобольской и Томской губерний, а также северные уезды Семипалатинской, Кокчетавской и Тургайской областей.

9. Нижний Дон и Прикавказье. Области: Войска Донского, Терская и Кубанская. Губернии: Ставропольская и Черноморская.

10. Среднее Приднепровье. Губернии: Киевская, Полтавская, Черниговская и Харьковская.

11. Новороссия. Таврическая, Херсонская и Екатеринославская губернии.

12. Прикарпатье. Губернии: Волынская и Подольская.

13. Верхнее Приднепровье. Губернии: Витебская, Могилевская, Минская, Виленская и Гродненская.

Переписью 1646 года были охвачены территория: основная часть Нечерноземного Центра, Черноземный Центр, Нижнее Поволжье и Север. Она охватила только регионы, в которых жили великороссы. Так что 1646 год — это точная начальная координата динамического расчета численности великороссов.

3ападные земли русского народа с малороссийским и белорусским языком в 1646 году входили в состав Королевства Польши. Надежных данных по их численности нет.

При исследовании демографического развития податных полезно оценить ту экономическую нагрузку, которая падала на них «для кормления» всех неподатных людей Царской России. Неподатных сословий было много: дворянство, духовенство, чиновники и т. д. Но в публикациях переписей численных данных по сословиям нет. Поэтому экономическую нагрузку можно представить как соотношению «податные/неподатные». При этом надо иметь в виду, что в публикациях по южным и восточным регионам Царской России в группу «неподатные» попадали инородцы, которые переписью были учтены, но подати собрать с них было проблематично. Это будет особо оговорено при оценке демографического развития великороссов в конкретных регионах Царской России.

Для изучения демографического развития «крепостных» и «вольных» податных людей разных регионов Царской России использую данные: Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет.[22].

Результаты демографического развития народа, исследованного по цифрам переписей, дополнены, насколько это возможно, вторым объективным источником информации — фотографиями людей последних десятилетий XIX и начала ХХ веков.

Тысячелетняя история русского народа показывает: для жизнедеятельности на Русской равнине для великороссов исключительно важен был жилой дом. Поэтому для осознания демографического развития и жизнедеятельности русских людей полезно посмотреть фотографии их жилых домов, которые еще можно было видеть и фотографировать в середине ХХ века.

Объективные цифра переписей и детали фотографий людей и их жилых домов дают намного больше ценной информации о былой жизни великороссов, чем многословные публикации, которые всегда искажены субъективными мнениями авторов.

Глава 3 Нечерноземный Центр

В начале крепостного права этот регион географически охватывает Валдайскую возвышенность и Верхнее Поволжье. Затем в XVIII веке он расширился до Финского залива и Верхнего Приднепровья.

Времена крепостного права

По теме влияния крепостного права на демографическое развитие великороссов важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные», которым можно представить экономическую нагрузку на податных людей.

Изменения этих зависимостей в Нечерноземном Центре за основное время крепостного права, можно представить графически в строгом 10-летнем цикле. При этом нужно учесть, что в 1764 году Екатерина Вторая отобрала «крепостных» крестьян у духовенства.

А доля «крепостных духовенства» была в те годы существенная — 17%. Причем в Нечерноземном Центре было более 1,0 млн. — почти 60% всех «крепостных духовенства». Поэтому при оценке динамики податных «вольных» и «крепостных» факт изменения социального статуса «крепостных духовенства» нужно учитывать обязательно. До 1765 года «крепостные духовенства» учтены в численности «крепостных». А с 1765 года бывшие «крепостные духовенства» учтены в численности «вольных».

Диаграмма 3.1: Итоговая динамика численности податных Нечерноземного Центра за 1678–1857 годы

Графики конкретно показывают, как изменялась численность податных «вольных» и «крепостных» великороссов Нечерноземного Центра на интервале крепостного права.

На 1678 год известны соотношения «крепостных» и «вольных» крестьян[23].

На первом этапе крепостного права в Нечерноземном Центре дворянство и духовенство «закрепостило» более 95% податных великороссов. В результате численность «вольных» сократилась в несколько раз. На 1719 год в Нечерноземном Центре на 5,6 млн. «крепостных» было всего 247 тысяч «вольных» крестьян и городских сословий.

В 1760‑х численность «вольных» крестьян резко увеличилась. Это результат решения Екатерины Второй перевести «крепостных духовенства» в управление коллегии экономии, фактически приравняв их с сословием государственных крестьян.

С 1795 года прирост «вольных» существенно больше прироста «крепостных».

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1719 году было — 1/28, в 1857 году стало — 1/15. То есть за период крепостного права экономическая нагрузка на крестьян в Нечерноземном Центре увеличилась почти в ДВА раза.

Для того чтобы осознать какие тяготы и лишения терпели «крепостные» крестьяне Нечерноземного Центра полезно обратиться к описанию современника, который описал жизнь крестьян в повести «Путешествие из Петербурга в Москву».

Из описаний Радищева

Александр Николаевич описал жизнь Нечерноземного Центра, проехав вдоль оси «Петербург — Москва», в самый расцвет крепостного права. Вот чувство автора:

«Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвлена стала».

А этих страданий «крепостных» крестьян Радищев повидал и послушал много.

Из разговора Радищева с крестьянином, который пахал поле «барина».

«— Разве тебе во всю неделю нет времени работать, что ты в воскресенье. Да еще в самый жар?

— В неделе–то, барин, мы шесть раз ходим на барщину; да под вечером возим сено на господский двор. Ныне еще поверье заводится отдавать деревни в аренду. Самая дьявольская выдумка отдавать крестьян своих чужому в работу. На дурного приказчика хотя можно пожаловаться, а на наемника кому?...»

А вот как размышлял Радищева о неравенстве условий жизни «крепостных» и «вольных крестьян:

«Сравнил я крестьян казенных (государственных) с крестьянами помещичьими. Одни платят известное, а другие должны платить то, что господин хочет. Одни судятся со своими равными; а другие в законе мертвы».

Демографическое развитие зависит от условий жизни. В том числе и от условий домашней жизни семьи крепостных крестьян. Вот как описал Радищев быт «крепостной» семьи:

«Четыре стены покрытые сажею; печь без трубы. Деревянная чашка и кружки, тарелками называемые; стол топором срубленный».

А вот что ответила хозяйки этого дома Александру Николаевичу на его расспросы:

«Не слезы ли ты крестьян своих пьешь?.. Что ж вам, бояре, в том прибыли, что вы едите сахар, а мы голодны?»

И показала хозяйка Радищеву хлеб, который состоял из трех четвертей мякины и одной части несеяной муки. От такого хлеба

«ребята мрут, мрут и взрослые. Но как быть, потужишь, потужишь, а делай то, что барин велит».

Нерадостное положение обрисовала крестьянка Радищеву. Описывает Александр Николаевич и раздельную продажу душ мужского и женского пола на торгах «крепостными» крестьянами.

Будете в Эрмитаже или других бывших царских дворцах. Глядя на золото столовых, чайных и прочих сервизов, вспомните описанные Радищевым житие «крепостных» крестьян: «стены покрытые сажею; печь без трубы. Деревянная чашка и кружки, тарелками называемые». И вы согласитесь, прав Александр Николаевич: «Вот в чем по справедливости источник государственного избытка, силы, могущества» богатства и роскоши Двора Романовых. «Тут видна алчность дворянства, грабеж, мучительство и беззащитной нищеты состояние» крепостного крестьянина.

Неудивительно, что прочитав это в повести Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву» Екатерина Вторая изрекла: «Бунтовщик! Хуже Пугачева».

Суд приговорил Радищева к смерти. Императрица заменила ссылкой на 10 лет в Илимский острог в Сибири.

Время, описанное Радищевым — это расцвет крепостного права. Как этот «расцвет» сказался на демографическом развитии всего Нечерноземного Центра показывает диаграмма 3. 1. Детально, на примере отдельных губерний в последующие десятилетия крепостного права, таблица 3.1[24].

Таблица 3.1: А. Г. Аршин. Население России за 100 лет (1813 – 1913)

В сокращении численности Смоленской губернии на интервале 1811–1838гг. и в какой–то мере Калужской губернии, должен был сказаться фактор нападения и отступления Наполеона 1812 года. Но фактором Наполеона не объяснить сокращение численности в Санкт–Петербургской, Костромской и Ярославской губерниях.

А вот описание жизни «крепостных» великороссов на пути из Петербурга в Москву вполне объясняет сокращение численности этих губерний. И причину этой «беззащитной нищеты» Радищев вполне справедливо называет: «алчность дворянства, грабеж, мучительство». Ведь восклицание Александра Николаевича: «Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвлена стала» — возникло именно при путешествии из Петербурга в Москву, по губерниям главной оси Нечерноземного Центра.

И все же не только повышенной смертностью «крепостных» податных Нечерноземного Центра объясняется разный прирост «вольных» и «крепостных» на диаграмме 3.1. Главный фактор отличия — вековая русская ценность «вольному воля», то есть стремление жить и хозяйствовать с возможностью неподчинения «барину». Ясно, что введение «крепостного права» не уничтожило эту ценность. Она продолжала жить в подсознании русского народа на генетическом уровне. Крепостное право позволяло уничтожать плетьми стремление к «воле». Но вытравить ценность, передаваемую на генетическом уровне — невозможно. И во многих «крепостных» семьях вольнолюбивые молодые люди стремились «бежать от барина».

Наиболее решительные уходили «распахивать» землю далеко от родительского дома. Причем уходили вольнолюбивые великороссы из Нечерноземного Центра:

— на север в долины Сухоны, Северной Двины, Онеги, Пинеги.

— на восток — за Волгу.

— на юг — на Дон.

Следует отметить, что и среди «вольных» крестьян переселение тоже было неизбежно. Для жизнедеятельности нужна земля, пригодная для хлебопашества. Земля же в Нечерноземном Центре «утлая», то есть давала малые урожаи. По русской традиции хозяйство отца наследовал старший сын. В семьях «вольных» крестьян вырастало несколько сыновей. Бесконечно делить семейные наделы общинной земли на несколько частей разумные крестьяне не хотели. Поэтому глава семьи «вольного» хозяйства отправлял младших сыновей «распахивать пустоши».

Напомню, для изучения влияния крепостного права на демографическое развитие полезно знать изменение соотношения «податные/неподатные».

В Нечерноземном Центре на одного неподатного приходилось:

— в 1719 году — 29 податных крестьян;

— в 1857 году — 15 податных крестьян.

Так что нагрузка на крестьян в Нечерноземном Центре была высокой. Основной состав неподатных Нечерноземного Центра — это дворяне, помещики. Они хотели иметь большой дом. Но такой дом могли позволить себе лишь помещики «средней руки, имевшие пару сотен «крепостных душ».

Полезно сравнить внешний облик домов, которые строили «крепостные» крестьяне для своего «барина» и облик домов. Которые строили себе «вольные великороссы.

Козохово-Богородское. Помещичий дом. Конец XIX - начало XX в.

Этот большой дом соответствовал интереса владельца–помещика середины XIX века. Похоже, его доходы уже не позволяли ему иметь изящный фасад. Да и вряд ли его «крепостные» строители стремились к художественным фантазиям для «барина».

А вот вольный великоросс, строитель и хозяин своего дома потратил немало времени, чтобы фасад его дома выглядел наилучшим образом.

Сулость. Мезонин дома. 1890-е гг.

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие Нечерноземного Центра после отмены крепостного права нужно рассмотреть измерение демографического развития более точным измерителем, чем динамика общей численности в 10-летнем цикле..

Глава 4. Как статику переписей преобразовать в динамику демографического развития

Чтобы понять особенности демографического развития великороссов после отмены крепостного права и до падения Царства Романовых это развитие следует измерить

О классическом измерении демографического развития

Академическая демография применяет показатель естественного прироста — как разность рождаемости и смертности. Такие отрывочные сведения по отдельным годам и коротким интервалам имеются во многих публикациях. Представляет интерес длинный ряд за интервал с 1861 по 2013 год[25].

Для наглядности выражу их графически, диаграмма 4.1.

Диаграмма 4.1: Академическая демография, естественный прирост — как разность рождаемости и смертности

В этих показателях есть два недостатка.

Первый — динамика значений этих показателей имеет флуктуационный характер. В зависимости от того какие годы принять для расчета прироста, во флюктуациях всегда можно найти тот прирост, который наиболее приемлем для эксперта.

Второй недостаток. Надежность данных ежегодных рождений и смертей на этом временном интервале вызывает большие сомнения. Ведь точного ежегодного числа рождений и смертей в Царской России не было. Академические расчеты производятся по данным церковных метрических книг и данным полицейских управлений.

Вот, например, данные из отчета Обер–Прокурора по Грузинскому экзархату[26]:

Число родившихся мужского пола:

1866г………………14.173

1867г………….…… 3.141

1868г………….…...13.260

1869г……………… 5.124

1870г……………… 3.907

1871г………………15.184

1872г……………… 5.631

1873г………………св. нет

1874г………………св. нет

1875г………………св. нет

1876 г. …………….18.940

Конечно, такие отчеты были не по всей Царской России. Но все равно данные церковных метрических книг и данные полицейских управлений малопригодны для корректного понимания демографического развития.

Для того чтобы измерять демографическое развитие в ежегодный цикле нужно найти то главное свойство, которое обеспечивало ежегодный прирост великороссов после отмены крепостного права. Определив его можно оценить демографическое развитие любого региона по данным переписи 1897 года.

Самое важное в статике переписей

В данных переписи 1897 года, как и в любой переписи, множество таблиц и в каждой множество цифр. Но ряды цифр малопригодны для осмысления. Визуально по ним невозможно осознать, что происходит в процессе развития населения регионов.

Классический результат обработки данных переписи — половозрастные пирамиды. Они показывают распределение численности страны или конкретного региона по возрасту населения от младенцев до самого старческого возраста. Недостаток половозрастных пирамид — проблематичность визуального понимания динамики демографического развития до переписи и после нее. Конечно, отдельным анализом можно пытаться оценить предыдущее развитие. Но тут возникает проблема субъективных предпочтений и мнений экспертов о динамике демографического развития.

Строго говоря, наиболее точные и надежные исходные данные переписи находятся лишь в таблицах численности однолетних возрастных групп. Вот эти данные, свободные от субъективных мнений экспертов, можно преобразовать в параметры для объективной оценки демографического развития регионов.

В сфере точных наук широко применяется метод спектрального анализа для изучения свойств конкретных веществ. Применяющий данный метод исследователь, наблюдая за поведением конкретной спектральной линии, измеряет и фиксирует максимум ее энергетической составляющей, характеризующей наличие свойства анализируемого вещества.

Данные однолетних групп любой переписи пригодны для спектрального анализа. Ведь однолетние возрастные группы от младенческих лет до старости — это тоже спектр.

При анализе однолетних возрастных групп населения можно действовать следующим образом — сначала определяем, какой «ключевой» возраст характеризует демографическое развитие народа. Затем по данным однолетних возрастных групп изучаем движение этого «ключевого» возраста по календарной шкале. При этом используется важнейшая закономерность: по мере взросления детей их численности по годам рождения практически повторяются. Ведь демографическое развитие любого народа, зависит, прежде всего, от численности вырастающих детей. В реальной жизни численность растущих детей по их годам рождения изменяется незначительно. Это свойство использовано для измерения демографического развития региона на длинном временном интервале. Этот метод опубликован в ряде журналов и интернет–изданий:

Башлачев В. А. О новом методе измерения демографического развития на длинном временном интервале. Российский академический журнал [The Russian Academic Journal]№ 1, том 27, январь–март 2014, с.101–104[27].

Башлачев В. А. О новом измерителе демографического развития на календарном интервале 100 лет. Псковский регионологический журнал № 19, 2014, стр.97–112[28].

Башлачев В. А. О важных возможностях нового метода измерения демографического развития территорий. Научный интернет–журнал «Семья и демографические исследования»[29]. 15.09.2014

Башлачев В. А. Главное о демографической безопасности России. Научный журнал «Национальная безопасность и стратегическое планирование», № 4 (8) 2014. стр.81–89.

Вениамин Башлачев. Что было… что ожидать. Демографические этюды. Электронная библиотека «http://coollib.net»[30].

Изложение этого метода можно найти и на других интернет–ресурсах. Например:

http://www.proektnoegosudarstvo.ru/publications/0368/

http://scipeople.ru/publication/120584/

https://www.researchgate.net/publication/270484617_The_new_method_of_measurement_of_demographic_development_for_a_long_time_interval

https://www.econbiz.de/Record/method–measurement–demographic–development–long–time–interval/10011250864

http://scipeople.ru/group/2913/issue/894/

Предлагаемый метод разработан на основе данных младших однолетних групп восьми переписей населения Российской Федерации XX и XXI веков.

В основе этого метода положены свойства потока. Поток обладает ценными свойствами — непрерывностью и предопределенностью движения во времени.

В естественных науках поток измеряется количеством субстанции (например, жидкости) протекающей за единицу времени через определенное стандартное сечение.

В предлагаемом методе поток измеряется ежегодной динамикой численности однолетнего возраста, находящегося в этом возрасте в каждом календарном годе.

Следует отметить два важных качества предлагаемого метода.

Первое. Метод позволяет по потоку растущих детей по их годам рождения увидеть надежную и точную связь изменения демографического развития от прошедших изменений во внешних условиях жизнедеятельности исследуемого региона.

Второе качество. Метод позволяет достаточно надежно оценить будущую численность конкретного молодого возраста, на интервале предвидения 20 лет. Как это второе качество использовать для определения демографического развития регионов Царской России после переписи 1897 года — об этом речь пойдёт ниже.

А пока рассмотрим, как получить поток растущих детей по их годам рождения конкретного региона по данным переписи 1897 года.

Для этого надо преобразовать статику однолетних возрастных групп 1897 года в поток растущих детей по их годам рождения[31].

При этом следует учесть, что дети рождаются в течение всего года. Одни ближе к началу календарного года. Другие — ближе к концу. В большинстве семей было по нескольку детей. И при переписи 1897 года родители отвечали по разному: «этому уже семь лет», «тому пятый годик идет» или как–то еще. Переписчики, скорее всего, записывали названную цифру. Кроме того, в реальной жизни нет календарной регулярности рождений. Поэтому численность однолетних групп имеет колебательный характер. Для освобождения от колебаний и получения непрерывного движения потока воспользуюсь научными достижениями ХХ века[32].

Для нашей темы пригодна «модель скользящего среднего». Ценность этой модели заключается в том, что она цифровым методом существенно сглаживает колебания и позволяет выразить прошлые тенденции в виде плавного тренда. Чтобы выявить связь между поведением демографического показателя и изменением внешних условий, нужно получить тренд без календарного сдвига. Применительно к рядам численностей однолетних групп «модель скользящего среднего» позволяет реализовать это простой операцией «среднее по трем значениям». Для этого текущее значение численности конкретной однолетней группы суммируется со значениями предыдущей и последующей групп и делится на три.

Пример определение потока растущих детей губернии

Результат «модели скользящего среднего» для определения потока растущих детей по возрастам переписи 1897 года Калужской губернии, диаграмма 4.2.

Диаграмма 4.2: Результат «модели скользящего среднего» для определения потока растущих детей по возрастам переписи 1897 года Калужской губернии

Как видите, в графике «скользящего среднего» на возрастном интервале 1–25 лет колебания численности однолетних групп на порядок меньше.

Теперь можно результат «модели скользящего среднего» преобразовать в поток растущих детей по их годам рождения. При преобразовании следует иметь в виду, что данные переписи 1897 года приводится на 28 января. Поэтому абсолютное большинство детей, которым на момент переписи:

— исполнился один год, родились в 1895 году;

— двухлетние родились в 1894 году;

— трехлетние родились в 1893 году;

- 5-летние родились в 1891 году;

- 10-летние — в 1886 году;

- 15-летние — в 1881 году;

— выросшие до возраста 25 лет — в 1871 году.

В Царской России была очень большая младенческая смертность. Поэтому построение потока растущих детей Калужской губернии по их годам рождения начну с двухлетних детей и закончу на возрасте 26 лет. Так как дети старшего возраста родились раньше, то преобразование по годам рождения нужно делать в обратном порядке: от младшего возраста к старшему, с 1894 года к 1870 году, диаграмма 4.3.

Диаграмма 4.3: Поток растущих детей Калужской губернии по их годам рождения

Как видите, преобразование однолетних групп в поток растущих детей по году рождения позволило из статики данных однолетних групп переписи 1897 года получить динамику, показывающую демографическое развитие через поток растущих детей.

Поток — это динамический процесс. В нем неизбежны флюктуации. Но если в динамике потока наблюдаются провалы продолжительностью более двух лет, то это свидетельство того, что какие–то изменения условий жизни влияли на рождения и вырастание детей самого младшего возраста. Диаграмма 4.3 показывает, что в Калужской губернии никаких особых изменений условий жизни в 1870–1894 годах не было. Но в ниже исследуемых губерниях увидим, что были и существенные изменения условий вырастания детей, и даже какие–то социальные и природные катаклизмы.

Здесь нужно вернуться к рассмотрению важнейшей закономерности: по мере взросления детей их численности по годам рождения практически повторяются. И оценить потери от смертности в детском возрасте при преобразовании данных однолетних возрастных групп в поток растущих детей по году их рождения. Для этого оценим потери по данным детской смертности России конца XIX века[33].

Минимальная детская смертность Царской России находится в возрасте около 15 лет.

Поправки на возрастную смертность, относительно возраста 15 лет, на возрастном интервале «плюс 10 лет» и «минус 10 лет» не превышают 3%. Такими возрастными потерями можно пренебречь. Потому как на календарном интервале 25 лет средние ежегодные возрастные потери растущих детей составят — около 0,1%. При этом средний ежегодный прирост потока растущих детей Калужской губернии — около 3,5%.

Причем десятые доли в 3,5% прироста — это не главное в ценности потока растущих детей по году рождения. Главная ценность потока растущих детей по году рождения заключается в том, что по его динамике можно установить календарный год, когда в данной губернии подействовало какое–то социальное или природное воздействие, вызвавшее изменение потока растущих детей. Диаграмма 4.3 показывает, что в Калужской губернии на календарном интервале 1870–1894 годы никаких особых провалов в динамике потока растущих детей нет.

Но далее при исследовании других губерний Царской России будет ясно, что провалы были. Причем по началу провала и переходу спада в динамику ежегодного прироста потока можно определить годы появления того катаклизма, который повлиял на поток растущих детей. Наиболее уязвимы именно дети самых младших возрастов. Далее диаграммы потока растущих детей по году рождения использованы как индикатор демографического развития регионов Царской России на интервале 1870–1894‑х годов.

— Неважно, сколько мёда в улье:

нет расплода — нет семьи!

(Старая пчеловодческая истина)

Оценка развития Калужской губернии 1894–1914 годов потоком 20-летних

Возраст 20 лет — это возраст молодых мужчин, которые уже уверенно вступили в активную фазу жизни. Это и возраст молодых женщин, которые уже вступили в активный детородный период. 20 — это простое и ясное всем число. Поэтому возраст 20 лет — это тот «ключевой возраст», по которому, можно оценить поток 20-летних Калужской губернии до 1914 года. На интервале 1894–1914 годы не было больших катаклизмов ни в природных условиях Русской равнины, ни в социальной сфере Царской России. В конце XIX века и начале ХХ века возрастная смертность Царской России на возрастном интервале «плюс 10 лет» и «минус 10 лет», относительно детского возраста 15 лет, не превышают 3%. Такими возрастными потерями можно пренебречь. Поэтому поток 20-летних можно получить простым сдвигом потока растущих детей на 20 лет вперед по календарной шкале.

Иллюстрация потока 20-летних на примере Калужской губернии, диаграмма 4.4.

Диаграмма 4.4: Поток 20-летних на примере Калужской губернии

Простая операция сдвига на 20 лет вперед по календарной шкале позволяет по потоку растущих детей по году рождения получить динамику потока 20-летних до 1914 года.

То есть данные потока 20-летних, отображенные графически, позволяют видеть динамику демографического развития региона времен Царской России после отмены крепостного права, на интервале 1894–1914 годов, до начала Германской войны.

Конечно, этот прием не учитывает переезд молодежи в другие губернии.

Но в этой книге исследуются крупные регионы, которые на интервале в два десятилетия можно представлять как единый географически и демографически ансамбль (ГДА) Его территория географически неразрывна. Население более — менее однородно. В прошлые века родственники не переезжали далеко друг от друга. Абсолютное большинство молодежи, если и переезжало в другую губернию, то в пределах ГДА.

Теперь можно перейти к оценке демографического развития губерний Нечерноземного Центра в ежегодном календарном цикле.

Глава 5. Демографическое развитие губерний Нечерноземного Центра в конце XIX и начале ХХ века

Напомню, в Нечерноземный Центр включены губернии: Московская, Калужская, Смоленская, Псковская, Новгородская, Петербургская, Тверская, Ярославская, Костромская, Владимирская и Нижегородская.

Используя метод измерения демографического развития региона, рассмотренный на примере Калужской губернии, исследуем остальные губернии Нечерноземного Центра. Сначала губернии с равномерными потоками растущих детей.

Губернии Нечерноземного Центра равномерных потоков растущих детей

Диаграмма 5.1: Поток растущих детей, Смоленская губерния

Преобразование однолетних групп населения Смоленской губерний в поток растущих детей сделано по «модели скользящего среднего».

Поток растущих детей Смоленской губернии в 1870–1894гг. достаточно равномерный. Похоже, как и Калужской губернии (см. диаграмму 4.3) не было изменений условий жизни, влияющих на количество рождающихся и растущих детей. В обеих губерниях ежегодный прирост потоков растущих детей — около 3,5%.

Десятые доли процента — это не главное. Главная ценность потока растущих детей по году рождения заключается в том, что по его динамике можно установить календарный период, когда в данной губернии произошли какие–то изменения условий жизни губернии, которые повлияли на рождение и вырастание детей.

Диаграмма 5.2: Поток растущих детей, Псковская губерния

Поток растущих детей Псковской губерний в 1870–1890гг. достаточно равномерный. Изменений жизненных условий не наблюдается. Ежегодный прирост потока растущих детей — около 3,5%. В начале 1890‑х произошли какие–то изменения условий жизни. Поток растущих детей стал спадать.

Диаграмма 5.3: Поток растущих детей, Новгородская губерния

Равномерность потока растущих детей Новгородской губернии в 1870–1890гг. подобна потоку в Псковской губернии, но ежегодный прирост потока растущих детей меньше — около 3%. В эти годы какие–то изменения условий жизни Новгородской губернии на вырастание детей не влияли. В начале 1890‑х в Новгородской губернии произошли какие–то изменения условий жизни. Поток стал спадать, как и в Псковской губернии.

Диаграмма 5.4: Поток растущих детей, Тверская губерния

Равномерность потока растущих детей Тверской губернии в 1870–1890 гг. подобна Новгородской и Псковской губерниям. Ежегодный прирост потока — около 3,5%. В начале 1890‑х в Тверской губернии произошли какие–то серьёзные изменения условий жизни. Поток стал спадать, как в Псковской и Новгородской губерниях.

Спад потоков растущих детей Псковской, Новгородской и Тверской губерний в начале 1890‑х дает основание предположить, что на северо–западной части Нечерноземного Центра в начале 180‑х годов произошли какие–то изменения условий жизни, которые начали влиять на поток растущих детей самого младшего возраста. В этом отличие этих трех губерний от Калужской и Смоленской, в которых спад потоков растущих детей в начале 1890‑х не проявляется (см. диаграмму 4.3 и диаграмму 5.1).

Диаграмма 5.5: Поток растущих детей, Ярославская губерния

Поток растущих детей Ярославской губернии в 1870–1894гг. не имеет равномерности Калужской и Смоленской губерний. В Ярославской губернии в начале 1880‑х проявился небольшой провал, который показывает, что в этот период в губернии произошли какие–то изменения условий жизни. Но, в отличие от Тверской, Новгородской и Псковской губерний, в Ярославской в начале 1890‑х нет спада. Ежегодный прирост потока растущих детей Ярославской губернии на всем интервале 1870–1894 годы — около 3,5%.

Диаграмма 5.6: Поток растущих детей, Костромская губерния

Поток растущих детей Костромской губернии, в отличие от вышерассмотренных губерний, имеет существенную неравномерность на всем интервале 1870–1894 годов. Ежегодный прирост потока растущих детей — около 3,5%.

В потоке конца 1880‑х в Костромской губернии появился еле заметный провал. Чем он вызван — это рассмотрим ниже по потоку Нижегородской губернии.

Диаграмма 5.7: Поток растущих детей, Владимирская губерния

Поток растущих детей Владимирской губернии на большей части интервала 1870–1894 годов достаточно равномерный. Ежегодный прирост потока растущих детей оценивается величиной — около 3%.

Из фотографий Сергея Михайловича Прокудина–Горского

Вот фотография растущих детей вольных великороссов Нечерноземного Центра.

С. М. Прокудин–Горский. Группа детей. [Белозерск.] 1909 год

Именно из них вырастали будущие матери следующего поколения великороссов.

С. М. Прокудин-Горский. Крестьянские девушки. [Нижняя Топорня. Река Шексна] 1909 год

Губернии Нечерноземного Центра неравномерных потоков растущих детей

В Нечерноземном Центре были губернии, в которых поток растущих детей имел существенное отклонением от равномерного линейного тренда.

Диаграмма 5.8: Поток растущих детей, Московская губерния

Диаграмма 5.9: Поток растущих детей, Санкт–Петербургская губерния

Как видите, поток растущих детей Московской и Санкт–Петербургской губерний существенно отличается от потоков других губерний Нечерноземного Центра. На интервале от середины 1870‑х до середины 1880‑х в потоках перелом. Он соответствует выросшим детям. В Царской России молодежь 14-летнего возраста считалась вполне трудоспособной. В 1880‑х шло бурное развитие фабрик в Москве, Санкт–Петербурге и в городах вокруг них. Эти фабрики, как «пылесос всасывали» неженатую и незамужнюю молодежь соседних губерний к себе на работу. Но в масштабе всего Нечерноземного Центра эти перемещения молодежи интегрировались.

Особо внимательно следует рассмотреть поток растущих детей Нижегородской губернии, диаграмма 5.10.

Диаграмма 5.10: Поток растущих детей, Нижегородская губерния

Поток растущих детей Нижегородской губернии до 1885 года достаточно равномерный. То есть до 1885 года никаких особых изменений условий жизни влияющих на рождение и вырастание детей самого младшего возраста в Нижегородской губернии не было. Прирост потока растущих детей до 1885 года — около 3%.. Затем начался спад, который длился до начала 1890‑х, то есть до потока тех растущих детей, которые при переписи 1897 года находились в возрасте 6–7 лет. Так как самый чувствительный возраст — это дети самого младшего возраста, то резкое изменение условий жизни, которые вызвали сокращение прироста растущих детей, приходится на годы первой половины 1890‑х, когда эти дети находились в возрасте до 5 лет.

Спад потока перешел в ежегодный прирост, но тренд потока 1880‑х не восстановился.

Глубина провала в потоке растущих детей — около 15%.

Такой провал свидетельствует, что в Нижегородской губернии в 1890‑х произошли какие–то изменения условий жизни, которые очень сильно повлияли как на количество рождений, так и на смертность детей самого младшего возраста. Провал 15% - это следствие какого–то серьезного катаклизма. Наиболее сильно подвержены внешним воздействиям дети самого младшего возраста, так что время катаклизма — начало 1890‑х.

Что же случилось в начале 1890‑х?

К великому сожалению, бедствия, обрушившиеся на Российскую империю в 1892–93 годах, давно перестали быть предметом обсуждения историков, превратившись в темы сугубо политические. В лютых спорах монархистов с марксистами обе стороны не гнушаются ничем — от оскорблений и средств манипулирования до прямых подлогов (несуществующие «доклады», фотографии из другого времени и т. п.). И тот, кто желает самостоятельно разобраться, может получить ложное представление о начале 1890‑х.

Если отбросить лишнее, то в эти годы были два подряд не самых урожайных года. Положение усугубила эпидемия холеры, затронувшая огромное количество людей. Лежащему при смерти больному не до сбора и без того скудного урожая. Женщинам не до рождения ребёнка. А если он и родится, то какова у него вероятность выжить?

Нельзя оспорить то, что в Царской России было сделано немало, чтобы выправить положение — помощь соседних областей, фонды взаимопомощи, сбор пожертвований, закупка продовольствия и медикаментов за границей. Но «Царь–Голод» вытащил наружу не только скромные возможности путей сообщения Царской России, не позволявшие быстро перебросить собранную помощь в нуждающиеся губернии. В последующих главах исследование выявит, что катаклизм проявился и в других губерниях.

В политических спорах монархистов с марксистами количество жертв «Царь–Голода» оценивается от сотен тысяч, до нескольких миллионов человек.

Но если отложить в сторону политические спекуляции и личные субъективные пристрастия, то графики диаграмм выше любых эмоций.

Провал потока растущих детей, которые находились в возрасте до 5 лет, показывает, что в первой половины 1890‑х в некоторых губерниям случился катаклизм. (В каких губерниях катаклизм проявился, а в каких нет — это рассмотрим в следующих главах соответствующих регионов Царской России).

Оценка развития Нечерноземного Центра потоком 20-летних

Объединим потоки растущих детей всех 11 губерний Нечерноземного Центра. Суммарный поток будет иметь более–менее равномерный вид и ежегодный прирост — около 2%. Сдвинем его на 20 лет вперед по календарной шкале. Такой простой сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед правомерен, так как в конце XIX века и начале ХХ века возрастная смертность Царской России на возрастном интервале «плюс 10 лет» и «минус 10 лет», относительно детского возраста 15 лет, не превышают 3%.

Диаграмма 5.11: Результирующий поток 20-летних всего Нечерноземного Центра

Как видите, колебания в потоке 20-летних Нечерноземного Центра, относительно линейного тренда, небольшие. Ежегодный прирост 20-летних — около 2%. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Русской равнины, ни в социальной сфере Царской России. Поток 20-летних показывает: демографическое развитие Нечерноземного Центра «накануне» падения Царства Романовых вполне равномерное.

Динамика численности великороссов Нечерноземного Центра

Полезно сначала рассмотреть языковой состав Нечерноземного Центра по Всеобщей переписи населения 1897 года. Приходится придерживаться дробления единого русского языка на три ветви: великорусский, малороссийский и белорусский языки, (хотя следовало бы называть — говоры или наречия)[34].

1897 год

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Московская

2,43

97,6%

0,2%

0,1%

Петербургская

2,11

81,9%

0,4%

0,2%

Псковская

1,12

94,7%

0,0%

0,2%

Новгородская

1,37

96,8%

0,0%

0,0%

Смоленская

1,5

91,6%

0,1%

6,6%

Тверская

1,77

92,8%

0,1%

0,0%

Ярославская

1,07

99,4%

0,1%

0,1%

Костромская

1,39

99,6%

0,0%

0,0%

Нижегородская

1,58

93,2%

0,0%

0,1%

Владимирская

1,52

99,7%

0,0%

0,0%

Калужская

1,13

99,4%

0,1%

0,1%

Нечерноземный Центр

16,99

94,5%

0,1%

0,7%

Таблица 5.1: Распределение Нечерноземного Центра по языку

Как видите, в 1897 году великороссы составляли почти 95% населения Нечерноземного Центра. Поэтому Нечерноземный центр — демографически однородная территория.

Географически Нечерноземный Центр — неразрывная территория.

Исторически русские жили в этом регионе многие века.

Поэтому Нечерноземный Центр — это единый ГеоДемографический Ансамбль (ГДА).

Дальнейшее развитие Нечерноземного Центра полезно оценивать в двух ключевых интервалах: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это можно рассмотреть графически на интервале с 1795 по 1916 годы. В Нечерноземном Центре великорусский язык общения составлял около 95%. Хотя данные численности великороссов в Нечерноземном Центре по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать на длинном тренде, диаграмма 5.12.

Диаграмма 5.12: Динамика численности великороссов Нечерноземного Центра

Динамика первых десятилетий ХХ века оценена относительно переписи 1897 года.

Оценка графика диаграммы 5.12 показывает ежегодный прирост:

— при «расцвете» крепостного права — около 0,5%.

— «накануне» падения Царства Романовых — около 1,2%.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Нечерноземного Центра показывает: демографическое развитие великороссов в Нечерноземном Центре — равномерное и устойчивое.

Русские в Нечерноземном Центре составляли более 95% населения. Так что роль Нечерноземного Центра в демографическом развитии великороссов абсолютная и определяющая.

Иллюстрации демографического развития Нечерноземного Центра

С. М. Прокудин–Горский. Команда парохода «Шексна» М. П. С. [г. Вытегра.] 1909 год

Матросы на фотографии — это как раз из потока 20-летних великороссов (диаграмма 5.11), которые в конце 1880‑х росли в потоке растущих детей.

Русофобы — кинорежиссеры изображают крестьян — великороссов. одетых в лохмотья и поголовно в лаптях. А вот что показывает фотография С. М. Прокудина–Горского.

С. М. Прокудин–Горский. Группа крестьян села Коробово. [Потомки Ивана Сусанина.] 1911 год

Как видите, одежда без лохмотьев и складок. Такой она может быть не из мешковины, а из добротного сукна. На ногах обувь, даже близко не похожая на лапти. Такая обувь может быть только из выделанной кожи. Это сапоги с длинными или с короткими голенищами.

Кроме того, видите у крестьян на фотографии уверенный вид и гордый взгляд. Это вид и взгляд «вольного» великоросса!

Важное значение в жизни великороссов имели жилища. Ведь Нечерноземный Центр расположен в северной части Русской равнины, где зима длинная, а морозы суровые. В таких условиях в губерниях Нечерноземного Центра в хилых хижинах зиму не переживешь. Срубы домов нужно было собирать из толстых бревен, чтобы зимой дома не промерзали. Так строить могли лишь «вольные» великороссы.

Многие «вольные» великороссы губерний Нечерноземного центра в XIX веке старательно и художественно оформляли фасады своих домов.

.

М. Прокудин–Горский. Дом в деревне Заварина в 5 верст. по дороге из Юрьевца в Макарьев. 1911 год

Такие дома с прекрасным художественным оформлением стояли еще в 1980‑х годах. Это не потомки «крепостных» крестьян. Это потомки «вольных» людей.

Так что когда русофобы вам начинают внушать про забитых и оборванных русских, покажите им реальные фотографии.

Глава 6. Черноземный Центр

Губернии: Рязанская, Тульская, Орловская, Тамбовская, Воронежская и Курская.

Надежных данных во времена крепостного права по губерниям нет. Поэтому динамику численности податных по переписям рассмотрим по всему Черноземному Центру, начиная с 1719 года. Напомню, что для исследования демографического развития великороссов во времена крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные», которым можно представить экономическую нагрузку на податных людей.

Изменения этих зависимостей в Черноземном Центре за основное время крепостного права, можно представить графически в строгом 10-летнем цикле. При этом нужно учесть, что в 1764 году Екатерина Вторая отобрала «крепостных» крестьян у духовенства. Поэтому при оценке динамики податных «вольных» и «крепостных» факт изменения социального статуса «крепостных духовенства» нужно учесть обязательно. В Черноземном Центре было почти 250 тыс. «крепостных духовенства» — в четыре раза меньше, чем в Нечерноземном центре. До 1765 года «крепостные духовенства» учтены в численности «крепостных». А с 1765 года бывшие «крепостные духовенства» учтены в численности «вольных».

Диаграмма 6.1: Итоговая динамика численности податных Черноземного Центра за 1719–1857 годы

Графики показывают, как изменялась численность податных «вольных» и «крепостных» людей Черноземного Центра за основное время крепостного права.

В 1719 году «крепостных» больше, чем «вольных» — почти в три раза. Но прирост «вольных» существенно больше. Решения Екатерины Второй сказалось прибавкой четверти миллиона в динамику «вольных» крестьян.

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1719 году было — 1/25, в 1857 году стало — 1/22.

То есть на интервале крепостного права нагрузка на крестьян в Черноземном Центре, по сравнению с Нечерноземным Центром практически не изменилась.

Отличие жизни Черноземного Центра от Нечерноземного Центра описал современник, который знал деревни и села Черноземного Центра, видел их жизнь и описал их, как «крепостных», так и «вольных» крестьян.

Из описаний Ивана Сергеевича Тургенева

Вот его описание «крепостной» деревни в «Записках охотника», рассказ «Певец».

«Небольшое сельцо Колотовка, состоящее за каким–то петербургским немцем, лежит на скате голого холма, сверху донизу рассеченного оврагом, который разделяет обе стороны бедной деревушки. Несколько тощих ракит спускаются по его песчаным бокам. У самой головы оврага отдельно стоит избушка с трубой. Это — кабак, прозванный «Притынным».

Признаться, ни в какое время года Колотовка не представляет отрадного зрелища; но особенно грустное чувство возбуждает она, когда июльское солнце своими неумолимыми лучами затопляет и бурые полуразрушенные крыши домов, и этот овраг, и выжженный выгон, по которому безнадежно скитаются худые, длинноногие курицы, и серый осиновый сруб с дырами вместо окон, и пруд со сбитой набок плотиной. В Колотовке мужики, за неимением колодцев, пьют какую–то жидкую грязцу из пруда…»

А вот так описал Иван Сергеевич деревню «вольных» крестьян в рассказе «Деревня».

«Последний день июня месяца. Вдоль оврага по одной стороне амбарчики, опрятные клетушки с плотно закрытыми дверями; по другой стороне пять–шесть сосновых изб с тесовыми крышами. Стекла окон отливают цветами радуги. Кувшины с букетами намалеваны на ставнях. Кругом целые вороха только что скошенного, до истомы душистого сена. Хозяева разбросали сено перед избами; пусть посохнет на припеке. Курчавые детские головки торчат из каждого вороха. Хохлатые курицы ищут мошек да букашек.

Из окна выглядывает круглолицая молодка. Другая молодка сильными руками тащит большое, мокрое ведро из колодца. Передо мной стоит старуха–хозяйка в новой клетчатой паневе, в новых котах. Приветливо улыбаются старческие глаза, морщинистое лицо. Чай, седьмой десяток доживает старушка… а и теперь видать: красавица была в свое время!

Растопырив загорелые пальцы правой руки, держит она горшок с холодным молоком, прямо из погреба. На левой ладони старушка подносит мне ломоть теплого хлеба. Кушай на здоровье, заезжий гость!.. О, довольство, покой, избыток русской вольной деревни! О, тишь и благодать!»

Один и тот же русский писатель, в одинаковый день, описывает две деревни крестьян Орловской губернии. Первая — «крепостная». Вторая — «вольная».

Но какая разная жизнь!.. Даже курицы разные!..

В «крепостной» деревне избы осиновые с полуразрушенными соломенными крышами.

У «вольной» — сосновые дома, крытые тесом.

В «крепостной» — колодца нет, пьют воду из пруда.

У «вольной» — колодец есть.

В «крепостной» — кругом выжженный зноем выгон.

У «вольной» — кругом вороха сена.

Условия домашней жизни влияют на демографическое развитие таких деревень. Оно вполне ясно просматривается в описании Тургенева.

В «крепостной» Колотовке Тургенев детей не увидел. Хозяйственное запустение деревни и кабак — не те условия, чтобы способствовать демографическому благополучию.

А демографическое благополучие деревни «вольных» крестьян Иван Сергеевич Тургенев описал детально и вполне конкретно:

— и «торчащие в ворохе сена детские головки»;

— и «круглолицая молодка с сильными руками»;

— и «приветливая старушка, доживающей седьмой десяток».

Так что описанное Тургеневым — это конкретная иллюстрация диаграммы 6.1, почему в Черноземном Центре к концу крепостного права число «вольных» превысило число «крепостных» крестьян.

В главе 3 приведено описание Александра Радищева внутреннего устройства «крепостной» избы:

«Четыре стены покрытые сажею; печь без трубы. Деревянная чашка и кружки, тарелками называемые; стол топором срубленный».

Скорее всего, и в крепостной Колотовке было так же. То что Колотовка принадлежала какому–то петербургскому немцу — роли не играло. Немец жил в Петербурге, ему нужен был доход от деревни, А основной доход ему приносил кабак «Притынный». Нечего ждать от немца благотворительности для благополучия его «крепостных» крестьян. Пусть живут под «полуразрушенными крышами». А вот кабак надо оборудовать с трубой.

Но не только разные условия жизни влияли на увеличение численности «вольных» людей Черноземного Центра. Следует иметь в виду, что в Черноземном Центре у русских людей жила на генетическом уровне вековая русская ценность «вольному воля», стремление жить и хозяйствовать с возможностью неподчинения «барину».

Но и у «крепостных» людей выбить плетьми эту ценность полностью — невозможно. И во многих «крепостных» семьях вольнолюбивые молодые люди стремились от «барина» уйти. Одни уходили дальше на юг — на Дон, другие на восток — за Волгу.

Напомню, для изучения влияния крепостного права на демографическое развитие полезно знать изменение соотношения «податные/неподатные».

Сравним это соотношение в Нечерноземном и Черноземном Центрах.

В Черноземном Центре на одного неподатного приходилось:

— в 1719 году — 25 податных крестьян;

— в 1857 году — 22 податных крестьян.

В Нечерноземном Центре на одного неподатного приходилось:

— в 1719 году — 29 податных крестьян;

— в 1857 году — 15 податных крестьян.

Так что нагрузка на крестьян в Черноземном Центре существенно меньше, чем в Нечерноземном Центре. Конечно, дворяне Черноземного Центра тоже хотели иметь дом в Петербурге или Москве. Но вряд ли два десятка «крепостных» крестьян Черноземного Центра могли обеспечить такие расходы своего «барина».

Дальнейшее развитие Черноземного Центра после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Черноземного Центра

Оценку проведем в зависимости от географии — в основном, с запада на восток.

Диаграмма 6.2: Поток растущих детей, Орловская губерния

В Орловской губернии ежегодный прирост потока растущих детей до середины 1880‑х более–менее равномерный — около 3%. Но затем спад, аналогичный Нижегородской губернии. Во второй половине 1890‑х спад перешел в ежегодный прирост потока, но тренд потока 1880‑х не восстановился. Провал первой половины 1890‑х свидетельствует, что в Орловской губернии в 1890‑х произошли подобные изменения условий жизни, которые повлияли на рождения и вырастание детей. Наиболее сильно подвержены внешним воздействиям дети самого младшего возраста. Так что это тот же самый катаклизм, который случился в начале 1890‑х.

Диаграмма 6.3: Поток растущих детей, Курская губерния

В Курской губернии прирост потока растущих детей до середины 1880‑х около 3%. Затем, как и в Орловской губернии, провал около 10% относительно линейного тренда.

Диаграмма 6.4: Поток растущих детей, Тульская губерния

В Тульской губернии прирост потока растущих детей до середины 1880‑х около 3%. Затем, как и в Орловской и Курской губерниях, провал около 15% относительно линейного тренда.

Диаграмма 6.5: Поток растущих детей, Рязанская губерния

Рязанская губерния примыкает к Тульской губернии. В ней прирост потока растущих детей до середины 1880‑х около 3%. Затем, как в Орловской, Курской и Тульской губерниях, провал относительно линейного тренда — около 15%.

Диаграмма 6.6: Поток растущих детей, Тамбовская губерния

Тамбовская губерния примыкает к Рязанской и Нижегородской губернии. В ней более–менее равномерный прирост потока растущих детей до середины 1880‑х около 3%. Затем, как и в Рязанской и Нижегородской губерниях, сильный провал — около 25% относительно, линейного тренда.

Диаграмма 6.7: Поток растущих детей, Воронежская губерния

Воронежская губерния расположена между Курской и Тамбовской губерниями. В ней более–менее равномерный прирост потока растущих детей до середины 1880‑х около 3%. Затем, как и в предыдущих губерниях Черноземного Центра — провал относительно тренда — около 20%.

Итак, во всех губерниях Черноземного Центра до середины 1880‑х прирост потока растущих детей более–менее равномерный. Затем провал, который есть следствие катаклизма, который случился в начале 1890‑х. Так что, если отбросить в сторону политические спекуляции и личные субъективные пристрастия и любые эмоции, то графики диаграмм 6.2–6.7 показывают воздействие «Царь–Голода», который охватил все губернии Черноземного Центра и воздействовал на детей самого младшего возраста.

Во второй половине 1890‑х спад потоков губерний Черноземного Центра перешел в ежегодный прирост, но тренд потока 1880‑х не восстановился. Влияние катаклизма 1990‑х зависит от географии расположения губернии: в Курской провал в потоке растущих детей — около 10%, в Тамбовской до 25%. Так что и «Царь–Голод» свирепствовал в Тамбовской губернии сильнее, чем в остальных губерниях Черноземного Центра.

Оценка развития Черноземного Центра потоком 20-летних

Объединю потоки растущих детей всех 6 губерний Черноземного Центра. Сдвину его на 20 лет вперед по календарной шкале. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Черноземного, ни в социальной сфере Царской России. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед позволяет получить результирующий поток 20-летних всего Черноземного Центра, в 1894–1914 годы — диаграмма 6.8.

Диаграмма 6.8: Поток 20-летних всего Черноземного Центра

Провал в потоке 20-летних — это повторение провала в потоке растущих детей. Он обусловлен какими–то катаклизмами второй половины 1880‑годов. Поэтому равномерный ежегодный прирост 20-летних в целом по Черноземному Центру существовал до 1906 года и составлял около 3%, то есть больше Нечерноземного Центра.

Теперь рассмотрим развитие Черноземного Центра по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов после крепостного права.

О динамике численности великороссов Черноземного Центра

Полезно сначала рассмотреть языковой состав Черноземного Центра по Всеобщей переписи населения 1897 года. При этом, как было отмечено в первой главе — приходится придерживаться дробления единого русского языка на три ветви: великорусский, малороссийский и белорусский языки, (хотя следовало бы называть — говоры или наречия)[35].

1897 г.

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Рязанская

1,80

99,4%

0,1%

0,01%

Тульская

1,42

99,5%

0,1%

0,01%

Орловская

2,03

99,0%

0,2%

0,15%

Тамбовская

2,68

95,5%

0,2%

0,09%

Воронежская

2,53

63,3%

36,2%

0,14%

Курская

2,37

77,3%

22,3%

0,04%

Черноземный Центр

12,83

87,3%

11,3%

0,08%

Таблица 6.1: Распределение Черноземного Центра по языку

Как видите, в 1897 году великорусский язык общения охватывал почти 90% населения Черноземного Центра. Малороссийский язык ощутимо присутствовал в Курской и Воронежской губерниях, охватывая от одной пятой до одной трети населения. Вряд ли это ощутимо сказывалось на общении людей.

Дальнейшее развитие Черноземного Центра полезно оценивать относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

В Черноземном Центре великорусский язык общения охватывал менее 90%. населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения региона, диаграмма 6.9.

Диаграмма 6.9: Черноземный Центр, график численности великороссов на фоне численности населения региона

Хотя данные численности великороссов в Черноземном Центре по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

При «расцвете» крепостного права — около 0,7%

«Накануне» падения Царства Романовых — около 0,8%. Напомню, динамика первых десятилетий ХХ века оценена по тренду относительно переписи 1897 года.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Черноземного Центра показывает: демографическое развитие великороссов в Черноземном Центре до падения Царства Романовых было устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Хотя данных численности малороссов в Черноземном Центре на всем интервале 1795–1916 годы нет, но нет оснований полагать, что изменения существенно отличаются от 11,0% 1897 года. Так что разность в динамике численности всего населения и великороссов — это и есть динамика численности малороссов.

Заселяли Черноземный Центр младшие сыновья «вольных» крестьян и бежавшие от «барина» вольнолюбивые великороссы из Подмосковья и вольнолюбивые малороссы из Приднепровья. По мере увеличения числа служилых людей, Царь Московский «даровал» им «для кормления», как великороссов, так и малороссов Черноземного Центра, автоматически превращая их в «крепостных». Для осознания единства жизни великороссов и малороссов в Черноземном Центре полезно посмотреть переписи ХХ века.

Взгляд в прошлое ХХ века

Посмотрим динамику распределения великороссов и малороссов Воронежской и Курской области с 1897 года до 2010 года.

При переписи 1897 года переписчики спрашивали родной язык. А у русских людей определяли один из трех: великорусский, малороссийский или белорусский.

Ответы и легли в основу переписи 1897 года.

После смуты 1917 года расчленение русского народа было углублено. Понятие «малоросс» заменили — «украинец», а «великоросс» — просто «русский».

При переписи 1926 года был разработан «циркуляр», который требовал записывать «народность». Для русских людей было специальное разъяснение назвать одну из трех народностей: русские, украинцы, белорусы.

При переписи 1939 года переписчики требовали указать свою «национальность».

Как такой подход при переписях сказался на распределении русских людей по национальности в Воронежской и Курской Губерниях — это можно увидеть при сравнении результатов переписей 1897, 1926 и 1939 годов[36].

1897 г.

1926 г.

1939 г.

Изменение 1897 г. — 1926 г.

Изменение 1926 г. — 1939 г.

Великороссы (русские)

70,3%

73,2%

91,1%

плюс 2,9%

плюс 18,2%

Малороссы (украинцы)

29,3%

26,3%

8,1%

минус 3,0%

минус 18,7%

Таблица 6.2: Результирующая таблица о распределении русских людей по национальности в Воронежской и Курской Губерниях

Как видите, в течение трех десятилетий в этих губерниях (областях) Черноземном центра доля великороссов увеличилась, а малороссов — уменьшилась. Причем на сколько процентов увеличилась группа великороссов, настолько же уменьшилась группа малороссов. Такое изменение не объяснить вымиранием малороссов или увеличением рождений великороссов.

Изменения в таблице 6.2 объяснимо только одним, когда русских людей спрашивали: «какой вы народности?» или «какой вы национальности?» — многие отвечали по–житейски просто: «Да все мы — русские!»

В тех же Курской и Воронежской областях, процент людей записавших себя украинцами, при последующих переписях уменьшался так:

- 1959 год — 5%;

- 1979 год — 4%;

- 2010 год — 1,6%

И в этом нет ничего удивительного. До развития радиовещания язык детей формировался на бытовом уровне тем говором, который свойственен местности проживания. Ведь веками бытовало выражение: «Что ни город, то говор».

С развитием радиовещания, а затем телевидения язык детей, да и родителей, стал формироваться не только бытовым общением, а языком радио и телевещания.

В 1950‑х, во время учебы и службы в армии у меня было масса знакомых. В том числе — с Украины. Говор моих друзей из Курской и Хмельницкой областей для меня ничем не отличался. При этом в их паспортах перед призывом было записано: первый — русский, второй — украинец. И все мы, по–житейски просто, считали: «мы — русские». Даже сейчас, спустя четыре поколения от введения понятия национальность, очень часто в паспорте человека записано — русский, а он говорит, что его «деды» с Украины или Белоруссии.

Демографического смысла в разделении по языку переписи 1897 года людей Черноземного Центра не было. Потому как во все времена на Русской равнине жил один и тот же русский народ с разными говорами. Ведь веками бытовало выражение: «Что ни город, то говор». Независимо от того какой говор был свойственен местности проживания их предков русские люди при общении всегда находили общий язык. И реального разделения людей на Русской равнине не могло быть, потому как и тогда, и теперь у русских людей было и есть ясное самосознание: «Да все мы — русские».

Русские в Черноземном Центре накануне падения Царства Романовых составляли почти 100% населения. Так что роль Черноземного Центра в демографическом развитии великороссов абсолютная и определяющая.

Глава 7. Нижнее Поволжье

Напомню, что Верхнее Поволжье включено в Нечерноземный Центр.

Нижнее Поволжье — это Пензенская, Симбирская, Казанская, Самарская, Саратовская и Астраханской губернии.

Надежных данных во времена крепостного права по губерниям нет. Поэтому динамику численности податных по переписям рассмотрим по всему Нижнему Поволжью, начиная с 1719 года. Напомню, по теме: демографическое развитие великороссов во времена крепостного права — важны:

Напомню, по теме: демографическое развитие великороссов во времена крепостного права — важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные», которым можно представить экономическую нагрузку на податных людей.

Изменения этих зависимостей в Нижнем Поволжье за основное время крепостного права, можно представить графически в строгом 10-летнем цикле. При этом нужно учесть, как это делалось в предыдущих главах, что в 1764 году Екатерина Вторая отобрала «крепостных» крестьян у духовенства.

В Нижнем Поволжье было около 100 тыс. «крепостных духовенства», что существенно меньше одного миллиона Нечерноземного Центра. Но все же имеет смысл рассмотреть влияние смены их социального статуса.

До 1765 года «крепостные духовенства» учтены в численности «крепостных». А с 1765 года бывшие «крепостные духовенства» учтены в численности «вольных».

Диаграмма 7.1: Итоговая динамика численности податных Нижнего Поволжья за 1719–1857 годы

Графики показывают, как изменялась численность конкретных групп податных людей Нижнего Поволжья в процессе действия крепостного права.

В 1719 году «крепостных» лишь немного больше, чем «вольных». Решения Екатерины Второй сказалось небольшой прибавкой и численность «вольных» стала больше, чем «крепостных». К 1857 году, накануне отмены крепостного права — почти в два раза. В этом процессе продолжал действовать всё тот же фактор русской ценности «вольному воля», которая жила у великороссов на генетическом уровне. Вытравить эту ценность плетьми — невозможно.

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1795 году было — 1/30, в 1857 году стало — 1/21.

Вот что примечательно, в самых южных губерниях Нижнего Поволжья это соотношение отличается существенно. В 1857 году: податных — 347 тыс., а неподатных — 578 тыс. Это позволяет предположить, что в этих губерниях при переписи учтены кочевые народы. Но обложить податями их невозможно, их и учитывали как неподатных.

Дальнейшее развитие Нижнего Поволжья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и в губерниях Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Нижнего Поволжья

Обзор проведу по географии: от Нечерноземного Центра на юг, по течению Волги. Во всех верхних губерниях Нижнего Поволжья, до Астраханской, с середины 1880‑х начался провал аналогичный Нижегородской губернии и губерниям Черноземного Центра.

Диаграмма 7.2: Поток растущих детей, Казанская губерния

Казанская губерния примыкает к Нижегородской губернии. В ней прирост потока растущих детей до 1885 года менее равномерный, чем в Нижегородской и прирост потока меньше — около 3,0%. Затем в 1890‑х годах провал относительно тренда — около 20%.

Диаграмма 7.3: Поток растущих детей, Симбирская губерния

В Симбирской губернии прирост потока растущих детей до 1885 года — около 3,5%. Затем провал — около 25%.

Диаграмма 7.4: Поток растущих детей, Пензенская губерния

В Пензенской губернии поток до 1885 года подобен потоку в Симбирской губернии. Прирост потока — около 3,5%. Провал в 1890‑х относительно тренда — около 25%.

Диаграмма 7.5: Поток растущих детей, Самарская губерния

В Самарской губернии прирост потока растущих детей до 1885 года — около 3,5%. Затем провал относительно тренда — около 20%. То есть, как и в Казанской губернии.

Диаграмма 7.6: Поток растущих детей, Саратовская губерния

В Саратовской губернии прирост потока растущих детей до 1885 года — около 3,5%. Затем провал относительно тренда — около 25%. Так что во всех северных губерниях Нижнего Поволжья в первой половине 1890‑х свирепствовал «Царь–Голод», аналогичный губерниям Черноземного Центра и Нижегородской губернии.

Диаграмма 7.7: Поток растущих детей, Астраханская губерния

Средний прирост потока растущих детей Астраханской губернии — около 2,5%, что заметно меньше, чем в северных губерниях Нижнего Поволжья. Но существенного провала в середине 1880‑х в Астраханской губернии нет. Так что такого сильного катаклизма, как в северных губерниях Нижнего Поволжья и Черноземного Центра, в Астраханской губернии — похоже, не было.

Оценка развития Нижнего Поволжья потоком 20-летних

Объединим потоки растущих детей всех 6 губерний Нижнего Поволжья. Сдвину его на 20 лет вперед по календарной шкале. Влиянием детской возрастной смертностью в 3% пренебрегаем. Сдвинув поток растущих детей на 20 лет вперед, получим результирующий поток 20-летних всего Нижнего Поволжья в 1894–1914 годы — диаграмма 7.8.

Диаграмма 7.8: Поток 20-летних всего Нижнего Поволжья в 1894–1914 годы

Провал в 1890‑х потока 20-летних Нижнего Поволжья — это повторение провала в потоке растущих детей всех губерний. Равномерный ежегодный прирост 20-летних в целом по Нижнему Поволжью существовал до 1906 года и составлял около 3.5%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Нижнего Поволжья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост после крепостного права.

О динамике численности великороссов Нижнего Поволжья

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие Нижнего Поволжья полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[37].

1897 год

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Пензенская

1,47

83,0%

0,1%

0,0%

Симбирская

1,53

68,0%

0,1%

0,1%

Казанская

2,17

38,4%

0,0%

0,0%

Самарская

2,75

64,5%

4,3%

0,0%

Саратовская

2,40

76,7%

6,2%

0,1%

Астраханская

1,00

40,8%

13,3%

0,1%

Нижнее Поволжье

11,32

62,9%

3,6%

0,0%

Таблица 7.1: Распределение Нижнего Поволжья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

Как видите, по языку Нижнее Поволжье — это менее однородная территория, чем Нечерноземный и Черноземный Центры. Тем не менее, в Нижнем Поволжье великорусский язык общения охватывал более 60% населения. Малороссийский язык ощутимо присутствовал в Саратовской и Астраханской губерниях. Но, вряд ли это ощутимо сказывалось на общении людей. Среди народов Нижнего Поволжья много тех, кто в прежние века крепостного права не платили официальные подати, а вносили лишь «ясак» в знак лояльности Русскому Царю. Не исключено, что и при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно, чем к русскому народу этих же губерний. Также не исключено, что часть русских, избегая обложения, записывалась в инородцы.

Дальнейшее развитие Нижнего Поволжья полезно оценивать относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 года.

В Нижнем Поволжье великорусский язык общения охватывал две трети населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения региона, диаграмма 7.9.

Диаграмма 7.9: Нижнее Поволжье, график численности великороссов на фоне численности населения региона

Хотя данные численности великороссов в Нижнем Поволжье по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

При «расцвете» крепостного права — около 1,0%

«Накануне» падения Царства Романовых — тоже около 1,0%.

Данных численности малороссов в Нижнем Поволжье на всем интервале 1795–1916 годы нет. Поэтому выделить их на фоне общей численности проблематично.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Нижнего Поволжья показывает: демографическое развитие великороссов в Нижнем Поволжье до падения Царства Романовых было более–менее устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось потоком растущих детей.

Русские в Нижнем Поволжье составляли две трети населения. Так что роль Нижнего Поволжья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была определяющая.

Глава 8. Север

Вологодская, Архангельская и Олонецкая губернии стоят особняком — огромные пространства Русского Севера, суровые погодные условия, труднодоступность и относительная удалённость от промышленных и управленческих центров Российской империи не могли не наложить отпечаток на распределение вольных и крепостных. Как и для остальных, рассмотренных ранее губерний, надёжных данных по Северу за 1646–1719 годы нет, поэтому динамику рассмотрим по переписям с 1719 года.

Изменения зависимостей (соотношений «податные/неподатные», «крепостные/вольные») по Северу за основное время крепостного права можно представить графически в строгом 10-летнем цикле.

На Севере было почти 100 тыс. «крепостных духовенства». То есть в десять раз меньше Нечерноземного центра. Но и численность населения на Севере в разы меньше. Так что учёт факта передачи «крепостных духовенства» Екатериной Второй по–прежнему необходим.

До 1765 года «крепостные духовенства» учтены в численности «крепостных». А с 1765 года бывшие «крепостные духовенства» учтены в численности «вольных».

Диаграмма 8.1: Итоговая динамика численности податных Севера за 1719–1857 годы

Графики показывают, как изменялась численность конкретных групп податных людей Севера в процессе действия крепостного права.

В 1719 году «вольных» больше, чем «крепостных», численность которых снижалась. Решения Екатерины Второй сказалось существенно на динамике «вольных». И к 1857 году, накануне отмены крепостного права, «вольных» на Севере в три раза больше, чем «крепостных». Процессы на Севере крепостного права существенно отличаются от Нечерноземного Центра. Фактически «крепостное право» не получило развития

Соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1719 году было — 1/21, в 1857 году стало — 1/11.

То есть на интервале крепостного права нагрузка на крестьян на Севере практически больше, чем в Нечерноземном Центре. Это напоминает результаты переписей южных областей Нижнего Поволжья. Отличие лишь в том, что народы Севера жили в лесах. Обложить их податями невозможно, но можно учесть как неподатных.

Сам процесс отмены крепостного права в Царской России практически на Севере неощутим. Так как «вольных» людей даже в «расцвет» крепостного права было в 2,5 раза больше, чем «крепостных», а к отмене крепостного права — почти в 3 раза.

Как уходили от крепостной зависимости

Север — это была территория бескрайных лесов, чистых озер и спокойных рек — Сухона, Онега, Северная Двина, Вычегда, Пинега, Мезень. Сюда уходили вольнолюбивые великороссы из центральных губерний России, чтобы избежать «крепости».

На берегах Пинеги. Фото. М. И. Мильчик. 1970‑е годы

Неудивительно, что великороссы, стремясь избежать «крепости». обживали — прежде всего, поймы этих рек. Спокон веку на Руси река — Кормилица. В этом процессе действовал всё тот же фактор русской ценности «вольному воля», которая жила в великороссах на генетическом уровне.

Например, далекие предки автора этой книги жили в Рязанской земле. В самом начале «крепостного права» три брата Башлачевы: Иван, Василий и Левонтий не стали ждать притеснений «барина» и ушли на Север, на земли Великого Устюга. Конечно. они были не одиноки. На моей родине в Никольской волости есть деревни, где распространена фамилия Башлачев. А одна деревня называется Рязань — напоминание откуда они родом.

Фамилия Башлачев — от тюркского «башлач». Это прозвище татары давали славянину, который был мастеровым человеком и не находился в зависимости ни от кого.

При появлении угрозы попасть в «крепостную» зависимость мои вольнолюбивые предки покинули Рязанскую Землю и ушли на Север. Все следующие поколения моих предков стремились избежать «крепости» и остались «вольными» людьми.

Это прямое подтверждение, что вековая русская ценность «стремление к воле» передавалась у великороссов на генетическом уровне. Примечательно, что родина моего прадеда называлась Казаково (от слова «казаки» — вольные люди, не терпящие принуждения). Конечно, в Казакове были земли, которые считались «крепостными». Например, Елезовым принадлежало несколько возделанных участков земли Никольской волости Сольвычегодского уезда, которые были их «крепостной» собственностью. Но прежние «крепостные» крестьяне Елезова — или умерли, или «ушли от барина» в верховье Камы. Так что в Казакове на когда–то возделанной «крепостной» земле Елезовых никто уже не жил и землю не возделывал. Но рядом с «крепостной» землей Елезовых была «пустошь», которую никто и никогда не обрабатывал. Вот на ней и поселились два рода Башлачевых. Они не хотели становиться «крепостными» Елезовых, а начали корчевать, разрабатывать, распахивать и осваивать ничейную «пустошь». А на ней по неукоснительному принципу «вольных» крестьян–великороссов действовало правило: «кто пахал, того и ржи (хлеб)». Так образовалась деревня Елезовка, моя родина. В ней родился мой прадед Василий Башлачев. Хотя название деревни произошло от рядом расположенной «крепостной земли», но построили деревню «вольные» крестьяне на «пустоши», так как не хотели становиться «крепостными» Елезовых. Вольному воля — это древняя и величайшая русская ценность. Когда «крепостных» или «вольных» великороссов Севера начинали притеснять, они бросали обработанную землю и уходил на свободные земли верхней поймы реки Камы.

График «крепостных» диаграммы 8.1 как раз и отражает этот процесс.

Дальнейшее развитие Севера после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Севера

Оценку потоков растущих детей характерных губерний Севера сделаю аналогично губерниям Нечерноземного Центра.

Диаграмма 8.2: Поток растущих детей, Вологодская губерния

В Вологодской губернии прирост потока растущих детей более–менее равномерный — 3,0–3,5%. В конце 1880‑х в ней, как и Костромской губернии, к которой она примыкает аналогичный, хотя и малозаметный провал. Он показывает, что в южных уездах Вологодской губернии действовал, хотя и незначительно, тот же катаклизм, который поразил Черноземный Центр.

Диаграмма 8.3: Поток растущих детей, Олонецкая губерния

В Олонецкой губернии до второй половины 1880‑х ежегодный прирост потока растущих детей 3,0–3,5%. В конце 1880‑х небольшой провал, как и в Вологодской губернии. Затем в середине 1890‑х провал углубился и достиг около 15%.

Диаграмма 8.4: Поток растущих детей, Архангельская губерния

В Архангельской губернии поток растущих детей подобен Олонецкой губернии. Прирост потока — 3,0–3,5%, провал 1990‑х — около 15%.

Похоже, в Архангельской и Олонецкой губерниях действовал тот же катаклизм, что и в серединных губерниях Русской равнины. И действовал он в значительно дольше, но обвал потока растущих детей в середине 1880‑х был незначительным.

Оценка развития Севера потоком 20-летних

Объединю потоки растущих детей трех губерний Севера. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Севера, ни в социальной сфере Царской России. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед позволяет получить результирующий поток 20-летних всего Севера — диаграмма 8.5.

Диаграмма 8.5: Результирующий поток 20-летних всего Севера

Провал в потоке 20-летних — почти не заметен. Это потому что основную долю потока растущих детей составляют дети Вологодской губернии. Ежегодный прирост 20-летних в целом по региону Севера около 3%, то есть больше, чем в Нечерноземном Центре.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Севера по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов после крепостного права.

О динамике численности великороссов Севера

Полезно сначала рассмотреть языковой состав Севера по Всеобщей переписи населения 1897 года[38].

1897 год

Численность населения, тыс.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Архангельская

346,5

85,1%

0,0%

0,1%

Вологодская

1341,8

91,2%

0,0%

0,1%

Олонецкая

364,2

78,2%

0,0%

0,0%

Север, млн.

2,05

87,9%

0,0%

0,0%

Таблица 8.1: Распределение Севера по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

По языку губернии Севера — менее однородные, чем губернии Нечерноземного Центра. Тем не менее, великорусский язык общения охватывал почти 90% населения. Малороссийский и белорусский языки практически не ощутимы. Следует отметить, что среди народов Севера много тех, кто в прежние века крепостного права не платили официальные подати, а вносили лишь «ясак» в знак лояльности Русскому Царю. Не исключено, что и при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно, чем к русскому народу этих же губерний.

Дальнейшее развитие Севера полезно оценивать относительно двух «ключевых» моментов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

В регионе Север великорусский язык общения охватывал менее 90% всего населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения региона, диаграмма 8.6.

Диаграмма 8.6: Север, график численности великороссов на фоне численности населения региона

Хотя данные численности великороссов в регионе Север по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

При «расцвете» крепостного права — убыль около 0,5%

Прирост великороссов «накануне» падения Царства Романовых — около 0,7%. То есть почти как в Нечерноземном Центре.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Севера показывает: демографическое развитие великороссов на Севере до падения Царства Романовых — равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Русские на Севере составляли почти 90% населения. Так что роль Севера в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была абсолютная и определяющая.

Иллюстрации демографического развития Севера

Цветных фотографий Прокудина–Горского жизни на берегах северных рек нет. Но есть черно–белые фотографии, которые объективно отображают жилые дома великороссов, построенные еще в середине XIX века.

Явзора. Окол Холм. Дом М.Е. Южаковой. 1901 г.

Кельчемгора. Дом В. Я. Клокотова в Заозерье. 1879 г.

Деревня Городецк (Поганца). Дом Ф. М. Ширяева. 1885 г.

Эти фотографии, как сохранившиеся из XIX века, так и фотографии 1960–1970‑х годов, иллюстрируют развитие Севера. Главный строительный материал на Севере — сосна. Правильно поставленные срубы домов могут стоять более 100 лет. Поэтому еще в 1960–1970‑х можно было видеть сохранившиеся дома.

Многие великороссы изящно оформляли фасады своих домов.

Старый жилой дом. Конец XIX века. Архангельская область. Фото Г. Петренко. 1970‑е годы

Причем эти оформления можно было видеть спустя многие десятилетия после их постройки. И не только на старых домах — они легко перекочевали и на современные постройки.

Но дерево не вечно. Дома разрушают древесные жуки и непогода. Срубы и крыши неминуемо гниют. Вслед за домами ветшает и жизнь великороссов Севера. (Но это уже другая тема).

Глава 9. Среднее Приуралье

Губернии: Вятская и Пермская.

Географически Пермская губерния расположена по обеим сторонам Уральского хребта. В западной (европейской) части было расположено 7 уездов. Абсолютное большинство этих уездов имеет малоплодородную «утлую» землю. В восточной (зауральской) части Пермской губернии — 5 уездов. Причем в самом юго–восточном Шадринском уезде плодородный чернозем. Поэтому этот уезд следовало бы отнести в Степной край. Но в публикациях с демографическими данными это не сделано. Так что в данной главе демография оставлена в Пермской губернии. А фотографии приведены в Степном крае.

Динамику численности податных Среднего Приуралья во времена крепостного права рассмотрим по переписям, начиная с 1719 года. В Среднем Приуралье было немного «крепостных духовенства», всего 32 тыс. Поэтому на примере этого региона можно наглядно показать, что передача Екатериной Второй «крепостных духовенства» в сословие государственных крестьян фактически не повлияла на динамику численности «вольных» людей.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

Диаграмма 9.1: Итоговая динамика численности податных Среднего Приуралья за 1719–1857 годы

Графики показывают, как изменялась численность конкретных групп податных людей Среднего Приуралья в процессе действия крепостного права.

Следует отметить самое главное, уже в 1719 году, в самом начале крепостного права «вольных» в Среднем Приуралье было в разы больше, чем «крепостных». Решение Екатерины Второй сказалось, прежде всего на сокращении «крепостных». По графику видно, что передача «крепостных духовенства» в сословие государственных крестьян фактически не повлияла на прирост «вольных» людей Среднего Приуралья. Предыдущий прирост «вольных» существенно больше прибавки от решения Екатерины Второй.

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1719 году было — 1/20, в 1857 году стало — 1/10.

То есть на интервале крепостного права нагрузка на крестьян Среднего Приуралья даже больше, чем в Нечерноземном Центре.

Ясно, что Двор Романовых внедрял «крепостное право» в Среднем Приуралье. Но оно фактически не получило развития. Любое повышенное давление вынуждало вольнолюбивых русских крестьян уходить еще дальше. Вековая русская ценность воля — стремление жить и хозяйствовать с возможностью неподчинения «барину», действовала у великороссов и в Среднем Приуралье. А уйти можно было лишь еще дальше в Сибирь.

Дальнейшее развитие Среднего Приуралья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Среднего Приуралья

Диаграмма 9.2: Поток растущих детей, Вятская губерния

Вятская губерния примыкает к Вологодской, Костромской и Казанской губерниям. В ней поток растущих детей имеет колебательный характер. В Вятской губернии провал в потоке с середины 1880‑х заметно меньше, чем в Казанской губернии, но больше, чем в Вологодской. Прирост потока Вятской губернии на всем интервале — в среднем 2,5–3,0%.

Диаграмма 9.3: Поток растущих детей, Пермская губерния

Пермская губерния примыкает к Вятской губернии и охватывает часть Западной Сибири. Поток растущих детей Пермской губернии подобен Вятской и оцениваются величиной в те же 2,5–3%. В потоке очевиден колебательный характер, в нем частично выражен провал со второй половины 1880‑х годов.

Поток 20-летних Среднего Приуралья

Объединю потоки растущих детей двух губерний Среднего Приуралья. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. По сдвинутому потоку растущих детей получим результирующий поток 20-летних Среднего Приуралья в 1894–1914 годы — диаграмма 9.4.

Диаграмма 9.4: Поток 20-летних Среднего Приуралья в 1894–1914 годы

Поток 20-летних Среднего Приуралья имеет существенную неравномерность. Ежегодный прирост 20-летних в целом по региону Среднего Приуралья около 3%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Среднего Приуралья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов после крепостного права.

О динамике численности великороссов Среднего Приуралья

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие Среднего Приуралья полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[39].

1897 год

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Вятская

3,03

77,4%

0,0%

0,0%

Пермская

2,99

90,3%

0,1%

0,0%

Среднее Приуралье

6,02

83,9%

0,0%

0,0%

Таблица 9.1: Распределение Среднего Приуралья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

По языку Среднее Приуралье — менее однородные, чем губернии Нечерноземного Центра и Севера. Среди народов Среднего Приуралья много тех, кто в прежние века крепостного права не платили официальные подати, а вносили лишь «ясак» в знак лояльности Русскому Царю. Не исключено, что и при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно, чем к русскому народу этих же губерний.

Дальнейшее развитие Среднего Приуралья полезно оценивать относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

В Среднем Приуралье великорусский язык общения охватывал менее 90% населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения региона, диаграмма 9.5.

Диаграмма 9.5: Среднее Приуралье, график численности великороссов на фоне численности населения региона

Хотя данные численности великороссов в Среднем Приуралье по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

При «расцвете» крепостного права — около 1,2%. Это сказался отток великороссов из региона Севера на восток, в Среднее Приуралье.

«Накануне» падения Царства Романовых — около 1,0%. Напомню, динамика первых десятилетий ХХ века оценена по тренду относительно переписи 1897 года.

Совместное рассмотрение потоков растущих детей губерний и потока 20-летних всего Среднего Приуралья показывает: после отмены крепостного права демографическое развитие младшего возраста великороссов равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Русские в Среднем Приуралье составляли почти 85% населения. Так что роль Среднего Приуралья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была абсолютная и определяющая.

Иллюстрации демографического развития Северного Приуралья

С. М. Прокудин–Горский сделал более 300 фотографий красивых видов городов, множества храмов и множества промышленных сооружений Среднего Приуралья.

С. М. Прокудин–Горский. Крестьянская изба в деревне «Мартьяновой». [Река Чусовая.] 1912 год

В этой главе я не буду приводить фотографии промышленных объектов. А выделю те, на которых запечатлена жизнь сел и деревень «вольных» великороссов Среднего Приуралья, основная жизнь которого развивалась на территории Среднего Урала..

Следует отметить, «вольные» великороссы обживали Средний Урал основательно.

Со строительным материалом проблем не было. Строевой лес кругом.

По фотографии вполне очевидно. Крестьянин–великоросс запасал впрок большое количество бревен и досок для дальнейшего строительства хозяйственных сооружений.

Фотографии С. М. Прокудина–Горского показывают, что «вольные» великороссы осваивали, прежде всего, поймы уральских рек.

С. М. Прокудин–Горский. Село «Кул[и]ково» на р. Чусовой. 1912 год

С. М. Прокудин–Горский. Общий вид деревни Палкин[а]. 1912 год

Но далеко не всем селам и деревням была суждена долгая жизнь. События 1917 года коренным образом изменили развитие Среднего Приуралья. (Я не буду останавливаться на причинах изменения и разрушения былой жизни великороссов — это иная тема).

С. М. Прокудин–Горский. Деревня «Родина». [Река Чусовая.] 1912 год

В советское время эта деревня исчезла. Теперь здесь нежилая местность.

С. М. Прокудин–Горский. Деревня «Романова» от камня «Романовского». 1912 год

И эта деревня исчезла в советское время.

А кругом на Среднем Урале восхитительная природа.

С. М. Прокудин–Горский. Кедры. 1913 г., май

На такой экологически чистой природе могла бы бурно развиваться жизнь великороссов. Но развиваться стали высокие дымные трубы, извергающие тучи ядовитых газов.

Глава 10. Южное Приуралье

Губернии: Уфимская и Оренбургская.

Надежных данных во времена крепостного права по губерниям нет. Поэтому динамику численности податных по переписям рассмотрим по Южному Приуралью с 1719 года.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

Учтем факт передачи Екатериной Второй «крепостных духовенства» в 1764 году в сословие государственных крестьян. До 1765 года «крепостные духовенства» учтем как «крепостных», а с 1765 года учтем бывших «крепостных духовенства» как «вольных».

Диаграмма 10.1: Итоговая динамика численности податных Южного Приуралья за 1719–1857 годы

Графики показывают, как изменялась численность конкретных групп податных людей Южного Приуралья в процессе действия крепостного права.

Решение Екатерины Второй фактически не сказалось на динамики «вольных» и «крепостных», так как в Южном Приуралье «крепостных духовенства» было ничтожное количество, менее одной тысячи.

Из динамики «вольных» следует, что Южное Приуралье — это регион, куда «уходили от барина» вольнолюбивые великороссы из центральных губерний и Нижнего Поволжья, которые стремились избежать «крепости». Действовал всё тот же фактор русской ценности «вольному воля», которая жила в великороссах на генетическом уровне.

Ситуация с неподатными в Южном Приуралье напоминает Нижнее Поволжье. Например, на 1857 год их численности почти равны. Это позволяет предположить, что в этих губерниях при переписи были учтены кочевые народы. Но обложить податями их невозможно, их и учитывали как неподатных.

Динамика «крепостных» показывает, что их численность тоже увеличивалась. Это следствие промышленного развития Южного Урала. «Служилые люди» привозили с собой «крепостных» из центральных губерний. Здесь я включаю небольшой этюд- размышление, которые приемлем именно для Южного Приуралья.

Этюд. Об орудиях управления рабами

Побудила меня написать этот этюд фотография С. В. Прокудина–Горского.

С. М. Прокудин–Горский. Памятник в память освобождения крестьян. Кыштым. 1909 г.

Этот памятник был поставлен в 1885 году на центральной площади города Кыштым на средства собранными мастерами и рабочими Верхне–Кыштымского завода.

Скорее всего, большинство этих мастеров и рабочих были из тех купленных или привезенных «крепостные» людей из других мест для работы на этом заводе. И у них были еще свежи в памяти зверства Г. Ф. Зотова, который в 1823 году стал управляющим Верхне–Кыштымского завода. Зотов установил жесточайший, зверский режим управления, за что был прозван «кыштымским зверем». Зотов подвергал крепостных рабочих истязаниям, забивал до смерти, ходил по заводу с заряженными пистолетами и стрелял в ослушников.

Следует особо отметить одну характерную деталь жизни Зотова — он бывший «крепостной». Ясно, что большинство «крепостных» были покорными людьми. Но, именно, среди бывших «крепостных» появлялись люди типа Зотова. И вот почему.

Арабы еще в древние времена выявили принцип эффективного управления рабами. Для галеры, хоть торговой, хоть военной, нужны терпеливые рабы, которые бы за порцию еды весь день покорно гребли веслами. Среди купленных рабов попадались такие, которые жаждали свободы. Такие рабы для работы на галере не пригодны. Поэтому, если они и оказывались на галере, то их как возможных бунтовщиков беспощадно убивали. Чтобы остальные рабы покорно и старательно гребли веслами, над ними нужны надсмотрщики с плетьми. Так вот арабы еще в древности определили, что самые эффективные надсмотрщики получаются из бывших рабов. Поэтому владельцы торговых галер стремились выявить среди покорных рабов тех, у которых проявился психологический комплекс навязчивого желания получить в свои руки бич!

Вот этот комплекс бывшего раба и проявился на Верхне–Кыштымском заводе. Именно этот психологический комплекс бывшего раба двигал управляющим Зотовым, когда он подвергал крепостных рабочих истязаниям, забивал их до смерти, ходил по заводу с заряженными пистолетами и стрелял в ослушников.

Мастера и рабочие Верхне–Кыштымского завода в 1885 году поставили Памятник в память освобождения крестьян на центральной площади города именно в назидание потомкам. Чтобы люди не забывали о том, что закрепощение человека может принести в жизнь людей такой ужас, когда возомнившие себя богами, будут наказывать людей плетьми и стрелять в них, в назидание другим, для беспрекословной покорности.

Памятник в память освобождения крестьян на центральной площади города Кыштым в 1918 году был обезглавлен. Стелу с короной и царских орлов снесли, сбили плиты с текстом указа об освобождении крестьянства, чтобы люди не читали и не узнали, что на них было написано. Через несколько лет на постамент установили гипсового вождя пролетариата В. И. Ленина. А в 1974 году при благоустройстве центра памятник разобрали и установили бюст Карла Маркса. И такая метаморфоза вовсе не случайна.

Ведь, если по существу, то воинствующие марксисты осознанно или в подсознании все равно понимали, что для управления «коллективной галерой» люди типа управляющего Г. Ф. Зотова, люди с комплексом «бывшего раба галеры» будут востребованы. То, что в руки таким управляющим нужно дать не «кожанный бич», а другое технологически более совершенное орудие управления — это уже детали…

Дальнейшее развитие Южного Приуралья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Южного Приуралья

Оценку потоков растущих детей этих губерний сделаю аналогично губерниям Нечерноземного Центра.

Диаграмма 10.2: Поток растущих детей, Уфимская губерния

Уфимская губерния примыкает к Казанской, Самарской, Вятской и Пермской губерниям. В ней прирост потока растущих детей напоминает колебательный характер Вятской и Пермской губерний. Прирост потока — 3,0–3,5%. Провала со второй половины 1880‑х фактически нет.

Диаграмма 10.3: Поток растущих детей, Оренбургская губерния

Оренбургская губерния примыкает к Самарской и Пермской губерниям. Поток растущих детей Оренбургской губернии до середины 1880‑х имеет колебательный характер, подобный Уфимской губернии с ежегодным приростом — 2,5–3,0%. Со второй половины 1880‑х в потоке очевиден провал — около 10%. Похоже в Оренбургской губернии действовал тот же катаклизм, что и в Самарской губернии.

Поток 20-летних Южного Приуралья

Объединю потоки растущих детей двух губерний Южного Приуралья. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. По сдвинутому потоку растущих детей получим результирующий поток 20-летних Южного Приуралья в 1894–1914 годы — диаграмма 10.4.

Диаграмма 10.4: Результирующий поток 20-летних Южного Приуралья в 1894–1914 годы

Как видите, поток 20-летних Южного Приуралья имеет неравномерность подобную 20-летним Северного Приуралья. Ежегодный прирост 20-летних в целом по региону Южного Приуралья около 3%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Южного Приуралья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов после крепостного права.

О динамике численности великороссов Южного Приуралья

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие Южного Приуралья полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[40].

1897 год

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Оренбургская

1,6

70,4%

2,6%

0,1%

Уфимская

2,2

38,0%

0,2%

0,0%

Южное Приуралье

3,8

51,6%

1,2%

0,0%

Таблица 10.1: Распределение Южного Приуралья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

По языку Южное Приуралье — неоднородный регион. Среди народов Южного Приуралья много тех, кто в прежние века крепостного права не платили официальные подати. Не исключено, что при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно.

Дальнейшее развитие Южного Приуралья полезно оценивать относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

В Южном Приуралье великорусский язык общения охватывал около 50% населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения региона, диаграмма 10.5.

Диаграмма 10.5: Южное Приуралье, график численности великороссов на фоне численности населения региона

Хотя данные численности великороссов в Южном Приуралье по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

И при «расцвете» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых прирост великороссов — около 2,0%. Напомню, динамика первых десятилетий ХХ века оценена по тренду относительно переписи 1897 года.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Южного Приуралья показывает: демографическое развитие великороссов Южного Приуралья до падения Царства Романовых было более–менее равномерное. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Русские в Южном Приуралье составляли более 50% населения. Так что роль Южного Приуралья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была очень важная. Можно сказать определяющая.

Иллюстрации демографического развития Южного Приуралья

С. М. Прокудин–Горский сделал более 200 фотографий Южного Приуралья. На мой взгляд, самым примечательным являлся город Златоуст.

С. М. Прокудин–Горский. Вид на г. Златоуст с запада. Осень 1909 года

С. М. Прокудин–Горский. Три поколения. А. П. Калганов с сыном и внучкой. Город Златоуст. 1909 год

Андрей Петрович Калганов работал мастером в прошлые годы. Сын и внучка в год съемки работали в мастерских Златоустовского завода.

Вот что примечательно. Русофобы в своих «художественных произведениях» показывают рабочих Урала с чумазыми лицами в замызганной одежде из мешковине.

Взгляните на реальных рабочих фотографии С. М. Прокудина–Горского.

С. М. Прокудин–Горский. Накатка дров для обжига руды. Лето 1910 года

Место съемки этой фотографии — рудник Тяжелый, гора Иркустан близ Бакала.

На снимке сидит бригада из 15 мужиков на уральском руднике. Из них четверо в розовых рубахах, трое — в салатовых, двое — в красных, ещё кто–то — в синей — фантастическое сочетание цветов.

С. М. Прокудин–Горский. Вид Александровской сопки от станции Уржумка. Лето 1910 года

Конечно, великороссы среди гор Южного Урала находили и обрабатывали участки земли для своего домашнего хозяйства. Как видите, местность достаточно ровная. И место хорошее для покоса. Стог сена мог поставить кто–то из работающих на железной дороге, так как снимок сделан недалеко от станции Уржумка.

Кругом на Южном Урале восхитительная природа.

С. М. Прокудин–Горский. Вид с Красной горы. Пихты. Лето 1910 года

Главное впечатление от таких фотографий, какая это была яркая страна Россия.

Марксисты–русофобы нам показывали, а либералы–русофобы продолжают показывать и приводить в пример тех современников XIX и начала ХХ века, которые в упор не видели красот России, а видели лишь серую жизнь в лаптях и мешковине.

Глава 11. Сибирь

В этот регион включены все губернии за Уралом — от Тобольской до Сахалинской.

В Сибири число «крепостных духовенства» ничтожное, поэтому нет смысла учитывать решение Екатериной Второй о передаче их в сословие государственных крестьян.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

Диаграмма 11.1: Динамика численности податных Сибири за 1719–1857 годы

Как видите, все полтора века «крепостного права» число «крепостных» в Сибири ничтожно. То небольшое количество «крепостных», которых «служилые люди» привозили с собой из Нечерноземного Центра, со временем только уменьшалось.

Из графиков следует, что прирост податных Сибири полностью обеспечивали «вольные» люди. По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1795 году было — 1/13, в 1857 году стало — 1/9. То есть на этом интервале крепостного права нагрузка на крестьян Сибири даже больше, чем в Нечерноземном Центре. Похоже, что с местных племен, которые были охвачены переписями, практически невозможно было собирать подати, и их включали в число неподатных людей.

Основу «вольных» жителей Сибири составляли крестьяне–великороссы. переселяющиеся из приуральских губерний.. Вначале они освоили плодородные земли на территории слияния рек Тура, Исеть и Тобол. До 1737 года эта территория входила в Тобольскую губернию, а затем по 1782 год — в Исетскую провинцию Оренбургской губернии. Потом стали распахивать под пашни более южные степи, которые охватывают территорию от Южного Урала и оренбургских степей до Саянских предгорий. Ширина этой благоприятной для земледелия и хозяйственной деятельности великороссов территории составляет в западной части — около 750 км., в восточной ближе к пойме Енисея — около 250 км. Потом эту территорию стали называть Степной край, который рассмотрим в следующей главе.

О Русской Америке

В основе демографического развитии великороссов в Сибири, от Северного Приуралья до Тихого океана была вековая русская ценность «вольному воля». Вольнолюбивые великороссы из Сибири шли еще дальше в Америку.

Ново-Архангельск (Ситха)

Основатель Русской Америки Григорий Иванович Шелихов (1747 – 1795), родом из уездного города Рыльск Курской губернии. Главная роль в освоении Русской Америки принадлежит Александру Андреевичу Баранову (1746–1819, первому правителю русских колоний в Америке. Баранов родился в городе Каргополе Олонецкой губернии. В 1799 году на острове Ситка он заложил первые строения Ново–Архангельска, будущей столицы Русской Америки.

Царь Александр Второй продал поселения Русской Америки от Аляски до Калифорнии.

В 1989 году в городе Ситка, штат Аляска США был открыт памятник Баранову. Имя Баранова в 49 штате США носят: остров, река, озеро, музей на острове Кодъяк, гостиница в столице штата Аляска г. Джуно[41].

Дальнейшее развитие Сибири после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей характерных регионов Сибири

Демографическое развитие Сибири рассмотрю на примере 5 регионов: Тобольская, Томская, Иркутская губернии и Забайкальская область. Оценку потоков растущих детей этих 5 регионов сделаю аналогично губерниям Нечерноземного Центра.

Диаграмма 11.2: Поток растущих детей, Тобольская губерния

Тобольская губерния примыкает к Пермской и Оренбургской губерниям. Прирост потока — 3,0–3,5%. Провал со второй половины 1880‑х незначительный, подобный провалу в этих губерниях.

Диаграмма 11.3: Поток растущих детей, Томский округ, Томской губернии

Поток растущих детей Томского округа имеет равномерный прирост до 1886 года — около 3%. Затем обвал, аналогичный обвалу Тобольской губернии и последующий равномерный прирост — около 3%.

Диаграмма 11.4: Поток растущих детей, Иркутская губерния

Поток растущих детей Иркутской губернии имеет существенно более неравномерную динамику, чем потоки Томской и Тобольской губерний.

Ежегодный прирост, в среднем — около 2%.

Диаграмма 11.5: Поток растущих детей, Забайкальская область

Поток растущих детей Забайкальской области существенно более равномерный, чем потоки Томского округа и Иркутской губернии. Ежегодный прирост потока растущих детей в Забайкальской области — около 2,5%.

Поток 20-летних характерных губерний Сибири

Объединю потоки растущих детей этих пяти регионов Сибири: Иркутской, Томской, Тобольской губерний и Забайкальской области. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. По сдвинутому потоку растущих детей получим результирующий поток 20-летних пяти регионов Сибири диаграмма 11.6.

Диаграмма 11.6: Результирующий поток 20-летних пяти регионов Сибири

Как видите, поток 20-летних 5 регионов Сибири имеет неравномерность. Эта неравномерность в основном подобна потокам растущих детей. Ежегодный прирост 20-летних в целом по региону Сибирь около 3%, то есть больше, чем в Нечерноземном Центре. Поток 20-летних наглядно показывает, что демографическое развитие Севера «накануне» падения Царства Романовых было вполне равномерным.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Сибири по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов после крепостного права.

О динамике численности великороссов Сибири

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие региона Сибири полезно знать языковой состав Сибири по Всеобщей переписи населения 1897 года[42].

1897 г.

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Вся Сибирь

5,76

76,8%

3,9%

0,2%

Таблица 11.1: Распределение Сибири по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

По русскому языку Сибирь однородная территория. Но среди сибирских племен много тех, кто в прежние века крепостного права не платили официальные подати. Не исключено, что при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно.

Здесь необходимо сделать очень важное отступление. Оно вызвано тем, что огромная полоса плодородных земель оказались разделенными административными границами. Эта полоса благоприятной земли для хозяйственной деятельности великороссов тянется от Южного Приуралья до гор Алтая. Её ширина в западной части — около 750 км., в восточной ближе к пойме Енисея — около 250 км.

Северная часть этой полосы административно включена в Тобольскую и Томскую губернии, а южная часть — в Тургайскую, Акмолинскую и Семипалатнскую области. По особенностям хозяйственного земледелия великороссов эти разделенные территории подобны. Поэтому для исследования демографического развития великороссов территории южных округов Тобольской и Томской губерний и северные уезды Тургайской, Акмолинской и Семипалатнской областей следует выделить в отдельный большой регион. Это сделаем в следующей главе «Степной край». А. солончаки пустынь южных уездов Тургайской, Акмолинской и Семипалатинской областей, как непригодные для хозяйственного земледелия великороссов, следует отнести к региону «Туркестан».

Теперь перейдем к рассмотрению развития великороссов Сибири, без южных уездов Тобольской и Томской губерний, (выделенных в Степной край).

В Сибири великорусский язык общения охватывал менее 90% всего населения. Оценку численности великороссов на фоне численности всего населения рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1916 годы — диаграмма 11.7.

Диаграмма 11.7: Сибирь, без уездов Степного края, численность великороссов на фоне численности всего населения

Хотя данные численности великороссов в Сибири по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

Ежегодный прирост великороссов Сибири и в «расцвет» крепостного права, и «накануне» падения Царства Романовых — около 1,7%. То есть существенно больше, чем в Нечерноземном Центре.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Сибири показывает: демографическое развитие великороссов Сибири до падения Царства Романовых — равномерное и устойчивое. И это развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Русские в Сибири составляли около трех четвертей всего населения. Так что роль Сибири в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была абсолютно определяющей.

Иллюстрации демографического развития Западной Сибири

Экспедициям Сергея Михайловича Прокудина–Горского помешал переворот 1917 года. Поэтому он сумел запечатлеть только Тобольскую губернию в Западной Сибири.

Жемчужиной Западной Сибири в начале ХХ века — конечно же, был город Тобольск.

В его окрестностях множество поселений великороссов. Многие из них запечатлены на фотографиях Прокудина–Горского. Всего по Тобольской губернии — около 70 фотографий.

С. М. Прокудин–Горский. Вид на г. Тобольск от Успенского собора с сев. — западной стороны. 1912 г.

Поселения великороссов в окрестностях Тобольска очень разнообразны. Некотрые из них построены между высоких холмов и лесов, и на берегах рек Тобола, Исети и Туры.

С. М. Прокудин–Горский. Село «Покровское» на р. Туре. 1912 год

Село Покровское — это родина Григория Распутина. Уже будучи в зените славы друга царской семьи, он каждое лето приезжал на родину и жил некоторое время.

Прокудин–Горский доехал до впадения Исети в Тобол, а затем отправился вниз по Тоболу в город Ялуторовск. Ялуторовская слобода была основаны в 1659 году (по другим данным, в 1661), а с 1782 года Ялуторовск стал уездным городом.

С. М. Прокудин–Горский. г. Ялуторовск. 1912 год

На площади города стоит керосино–калильный фонарь.

Южная часть Тобольской губернии — это благодатные черноземные территории. Где леса перемежаются со степными просторами. На них было развито земледелие.

Чтобы молоть зерно. великороссы ставили ветряные мельницы.

С. М. Прокудин–Горский. Мельницы. (В Ялуторовском уезде Тобольской губ.) 1912 год

Такие ветряные мельницы с типом рубки основания «в реж», которые ставили великороссы, при обустройстве своей жизни, характерен для Западной Сибири и Среднего Приуралья.

Глава 12. Степной Край

От предгорий Южного Урала до гор Алтая тянется черноземная полоса, благоприятная для хозяйственной деятельности великороссов. Её ширина в западной части — около 750 км., в восточной ближе к пойме Енисея — около 250 км.

Чиновники администрации Царской России, сидя в Петербурге за тысячи верст от Сибирских просторов, проводили границы, как им заблагорассудится.

В результате в Тобольскую и Томскую губернию включены болота и вечная мерзлота на севере и благодатный чернозем на юге. Такое же противоречие административного деления и земледельческой деятельности относится к границам Акмолинской и Семипалатинской областей. На севере этих областей плодородная черноземная пойма рек Тобола, Ишима и Иртыша, а на юге безводные солончаки и пустыни.

Поэтому карту этой благоприятной для хозяйственной деятельности великороссов, земли пришлось формировать, не обращая внимание на административные границы.

В Степной край включены мелкие административные образования, как они обозначены в данных переписи 1897 года: Курганский округ, Тюкалинский округ, Ишимский округ, Барнаульский округ, Бийский округ, Змеиногорский округ, Усть–Каменогорский уезд, Семипалатинский уезд, Омский уезд, Кокчетавский уезд, Кустанайский уезд. Общая численность по переписи 1897 года — 3,58 млн. чел. Из них великороссы — 66%.

Хозяйственная деятельность великороссов основана на использовании плодородной почвы поймы рек и рыбных ресурсов этих рек. Любой, кто познакомится с описаниями русской кухни прошлых столетий, обнаружит огромное количество рецептов приготовления рыбных блюд. Это характерно для жизни великороссов на Русской равнине. И неудивительно, что такое же хозяйствование характерно и в огромном пространстве полосы Зауралья между северными дебрями Тобольско и Томской губерний и солончаками южных уездов Акмолинской и Семипалатинской областей.

Ясно, что в Степном Крае жили не только русские земледельцы, но и кочевые народы.

К истории Степного края

Освоение великороссами Степного края, возможно следует считать с поселения около 1644 года православного монаха Далмата (в миру Мокринский Дмитрий Иванович) на берегу реки Исети при впадении в нее реки Течи. Эти земли тогда принадлежали татарину Илигею. Дошедшая до наших времен молва рассказывает любопытную историю. На просьбу Далмата дать ему кусок земли для поселения, Илигей, смеясь, сказал: «Я дам тебе землю, сколько сумеешь закрыть шкурой лошади!». Слуги Илигея бросили к ногам Далмата мокрую зловонную шкуру из корыта. (Татары Зауралья «дубят» шкуры в корыте, которое они используют как туалет «по малому», за несколько месяцев шерсть со шкуры можно соскоблить, промыть водой, затем получить сыромятную кожу).

Далмат за несколько дней промыл ужасно вонючую шкуру и острым засапожным ножом вырезал из шкуры очень узкий, но длинный непрерывный ремень. Проложив этот ремень по земле, Далмат перекрыл им вполне приличный кусок земли. пригодный для жизни. Потом пошел к Илигею, сказав: «Я выполнил твой наказ, я закрыл шкурой годную для меня землю». Илигей очень удивился, оглядев протянутый по земле ремень, и сказал: «Я слово свое держу. Хозяйствуй на этой земле, как хочешь». Позднее на этой земле встал Далматов монастырь. Со временем появился городок Долматово.

Благодатные земли в степной части рек: Тобола, Ишима, Иртыша великороссы превратили за два столетия в хлебородную территорию Степного Края.

Демографическое развитие Степного Края рассмотрим потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей округов и уездов Степного Края

Диаграмма 12.1: Поток растущих детей, Барнаульский округ

В Барнаульском округе великороссы по переписи 1897 года составляли около 88%.

Поток растущих детей Барнаульского округа подобен потоку губерний Черноземного Центра. До 1885 года поток более–менее равномерный, прирост существенно больше — около 4%. Затем спад, который длился до начала 1890‑х. Глубина провала в потоке растущих детей — около 20%. Такого провала в округах других губерний Сибири нет.

Такой провал свидетельствует, что в Барнаульском округе в 1890‑х произошли какие–то изменения условий жизни, которые очень сильно повлияли на рождения и на детей самого младшего возраста. Что это за катаклизм? — это требует отдельного исследования.

Диаграмма 12.2: Поток растущих детей, Омский уезд

В Омском уезде великороссы по переписи 1897 года составляли около 51%.

Отличие от Барнаульского округа в Омском уезде поток растущих детей до второй половины 1870‑х имеет сильную неравномерность. Это следствие двух факторов:

— переезд в Омский уезд переселенцев из центральных губерний России. Вполне очевидно, что среди переселенцев было неравномерное распределение людей 20–25-летнего возраста;

— существенная доля в Омском уезде кочевников, точный учет которых по возрастам при переписи был проблематичным.

Сильного провала в 1890‑х, как в Барнаульском округе, в Омском уезде нет.

Диаграмма 12.3: Поток растущих детей, Кустанайский уезд

В Кустанайский уезде великороссы по переписи 1897 года составляли около 20%. Поток растущих детей Кустанайского уезда напоминают Омский уезд.

Неравномерность потока — это следствие двух факторов:

— переезд в Кустанайский уезд переселенцев из центральных губерний России, среди которых было неравномерное распределение людей 20–25-летнего возраста;

— существенная доля в Кустанайском уезде кочевников, точный учет которых по возрастам при переписи был проблематичным.

О реформе Столыпина

Процесс переселения великороссов из центральных губерний в Степной Край усилился во время реформы Столыпина.

Главные задачи, которые поставил сам Столыпин, были:

— реформа землепользования;

— заселение неосвоенных территорий, пригодных для крестьянского хозяйствования.

Реформа Столыпина затронула проблему землепользования крестьянских общин, но совершенно не коснулась земель, которые находились во владении дворянства.

К теме настоящей главы относится освоение территории Степного Края переселенцами из европейских губерний Царской России. С 1906 по 1914 гг. в Сибирь мигрировало 3772,2 тыс. чел., из которых 3040,1 тыс. — переселенцев и 731,8 тыс. — ходоков[43].

Для сравнения: до реформы Столыпина за 300 лет заселения Сибири в ней накопилось 4,42 млн. русских людей. Из них в Степном крае 3,6 млн. За 1906–1914 годы из европейских губерний за Урал, прежде всего в Степной край, переехало почти 400 тыс. семей русских крестьян, прежде всего, великороссов, общей численностью 3,77 млн., при средней семье в 9–10 душ. То есть переселялись — именно многодетные семьи, которые на Русской равнине испытывали наибольшую нужду в земле.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Степного края по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост великороссов.

О динамике численности великороссов Степного Края

По переписи 1897 года великороссы в Степном Крае составляли около 66%.

Рассмотрим график численности великороссов на фоне численности населения Степного Края на интервале 1857–1916 годы — диаграмма 12.4.

Диаграмма 12.4: График численности великороссов на фоне численности населения Степного Края

Столыпинская реформа существенно увеличила прирост великороссов в Степном крае.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и рядов младших однолетних групп округов и уездов Степного Края показывает: демографическое развитие великороссов в Степном Крае «накануне» падения Царства Романовых было вполне равномерным и устойчивым. И это демографическое развитие обеспечивали не только переселение из центральных губерний, но и прирост потока растущих детей.

Русские в Степном Крае составляли две трети всего населения. Так что роль Степного Края в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была определяющей.

Иллюстрации демографического развития Степного Края

В своих поездках С. М. Прокудин–Горский не успел проехать по всему степному краю. Лишь фотографиями средней части течения реки Исеть, около Шадринска, то есть северо–западной территории Степного Края, можно проиллюстрировать жизнь Степного края в начале ХХ века.

С. М. Прокудин–Горский. г. Далматов. Вид на р. Исеть с колокольни монастыря. 1912 год

С. М. Прокудин–Горский. Вид на г. Шадринск с Исетью с «Тумановской» горы. 1912 год

С. М. Прокудин–Горский. Река Исеть у села «Мехонское» 1912 год

Как видите, поселения в средней части течения реки Исеть расположены среди лесов и степей. Плодородные поля свидетельствуют, что эта территория вполне справедливо отнесена в состав Степного Края.

Глава 13. Нижний Дон и Прикавказье

В этот большой регион включены: Область Войска Донского, Кубанская и Терская области, Ставропольская и Черноморская губернии. Надежных публикаций с данными динамики численности Предкавказья во времена крепостного права нет. Русская численность областей: Войска Донского, Кубанской и Терской и губерний: Ставропольская и Черноморская на 1863 год оценена в 1,3 млн[44].

Численность «крепостных» крестьян этого огромного региона в конце крепостного права оценивается около 30 тыс. На фоне 1,3 млн. оценивать и строить диаграмму развития «вольных и «крепостных» этого региона в 1719–1857 годы — смысла нет. Важнее рассмотреть краткий обзор освоения этих регионов русскими земледельцами.

Появление русских земледельцев в этом регионе имеет очень древнюю историю, в основе которой русская вековая ценность «вольному воля», стремление хозяйствовать без подчинения. Это стремление создало уникальную русскую общность — казачество.

Казаки — это испокон веков воины–пахари. Сабля и плуг — ежедневные «инструменты» их жизнедеятельности. То, что казакам надо было защищаться давно и ежедневно, об этом свидетельствует серп–меч, висящий на стенде музея русского оружия в Туле.

Казаки не желали жить в условиях подчинения. Те вольнолюбивые крестьяне, которые не желали подчиняться боярам Царства Московского, уходили в низовье Дона, где основывали независимые казацкие поселения и жили под постоянной угрозой набега степняков, зависимых от Османской Турции. Двигались они и в низовье Волги, и в Нижнее Приуралье, осваивая благодатную пойму реки Урал.

Параллельно казаки стремились заселить пойму Терека. Вот как об этом написал Лев Толстой в повести «Казаки»: «Очень, очень давно русские поселились на Тереке…воинственное, красивое и богатое русское население, называемое гребенскими казаками… Предание говорит царь Иван Грозный вызывал с Гребня к своему лицу стариков, дарил им землю по сю сторону реки, увещевал жить в дружбе».

Несколько веков шло расширение территории хозяйствования вольного казачества. В 1837 году Двор Романовых отделил казачество от остального населения. Земли казачьего дворянства в 1848 году были объявлены потомственной собственностью. Двор Романовых стал создавать казачьи войска для охраны границ. К середине XIX века в Предкавказье были образованы Донское, Терское и Кубанское казачьи войска. Казакам были предоставлены права: владение землей, освобождение от податей. И наложена обязанность воинской службы со своим снаряжением. На уровне станиц осталось казачье самоуправление.

Параллельно в Предкавкакзье происходил рост дворянства. Характерной особенностью Предкавказья времен крепостного права стало то, что «служилые люди» стремились иметь своего рода «дворовых крепостных» дворянства.

Например, на Кубани в 1829 году было 920 «дворовых крепостных», а к 1857 – 3,6 тыс. Но это составляло всего около что 0,5% по отношению к «вольным» земледельцам[45].

В Ставропольской губернии крепостничество тоже не получило распространения. Дворяне, получившие вотчину на ставропольские земли. приводили своих «дворовых крепостных из российских вотчин Нечерноземного и Черноземного Центров. Естественно, не могли они привести с собой много «крепостных». Поэтому и «родовые имения». Всего в Ставропольской губернии было около 30 тысяч крепостных[46].

Так что оценивать динамику развития «крепостных» на фоне 1,3 млн. Предкавказья, среди которых были многие сотни тысяч «вольных» великороссов — смысла не имеет.

Дальнейшее развитие региона Нижний Дон и Прикавказья рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей Нижнего Дона и Прикавказья

Диаграмма 13.1: Поток растущих детей, область Войска Донского

Область Войска Донского примыкает к Воронежской. Саратовской и Астраханской губерниям. Характер потока растущих детей Области Войска Донского существенно отличается от потоков этих губерний. В потоке Области Войска Донского большая неравномерность. Похоже на поток влиял не только катаклизм начала 1990‑х. но и были какие–то другие причины, которые влияли на детей, рожденных еще в 1880‑е годы. Ежегодный прирост потока растущих детей Области Войска Донского — около 3%.

Диаграмма 13.2: Поток растущих детей, Ставропольская губерния

Поток растущих детей Ставропольской губернии подобен потокам губерний Черноземного Центра и Нижнего Поволжья. Отличие в том, что начало провала приходится не на 1886, а на 1884 год. Так что катаклизм начала 1990‑х в Ставропольской губернии подействовал не только на детей самого младшего возраста, но и на детей ближе к 10-летнему возрасту. Ежегодный прирост потока растущих детей Ставропольской губернии до 1883 года, в среднем — около 4%. Что существенно больше, чем в центральных губерниях. Глубина провала относительно линейного тренда — около 20%.

Диаграмма 13.3: Поток растущих детей, Кубанская область

Поток растущих детей Кубанской области подобен потоку Ставропольской губернии. Но глубина провала относительно линейного тренда меньше — около 10%. Ежегодный прирост потока растущих детей Кубанской области, в среднем — около 4%.

Катаклизм 1990‑х, который воздействовал на детей самого младшего возраста, охватил не только все губернии Черноземного Центра, но и регион Нижнего Дона и Прикавказья.

Поток 20-летних Нижнего Дона и Прикавказья

Объединю потоки растущих детей двух губерний и двух областей Предкавказья. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Нижнего Дона и Прикавказья, ни в социальной сфере Царской России. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед позволяет получить результирующий поток 20-летних Нижнего Дона и Прикавказья, диаграмма 13.4.

Диаграмма 13.4: Результирующий поток 20-летних Нижнего Дона и Прикавказья

Как видите, поток 20-летних Нижнего Дона и Прикавказья имеет меньшую неравномерность, чем потоки растущих детей отдельных областей, но в объеме всего региона эти неравномерности выравниваются. Ежегодный прирост потока 20-детних Нижнего Дона и Прикавказья — около 4%. То есть существенно больше, чем в северной части Русской равнины.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Нижнего Дона и Прикавказья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост второй половины XIX века.

О динамике численности великороссов Нижнего Дона и Прикавказья

Чтобы рассматривать развитие великороссов Нижнего Дона и Прикавказья полезно знать языковой состав губерний и областей по Всеобщей переписи населения 1897 года[47].

1897 год

Население, тыс.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Область Войска Донского

2564

66,8%

28,1%

0,4%

Кубанская

1919

42,6%

47,4%

0,6%

Терская

934

29,0%

4,5%

0,2%

Ставропольская

873

55,2%

36,6%

0,1%

Черноморская

58

42,9%

16,1%

1,1%

Нижний Дон и Прикавказье, млн.

6,35

52,1%

31,5%

0,4%

Таблица 13.1: Распределение Нижнего Дона и Прикавказья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

По русскому языку губернии и области этого региона менее однородные, чем выше рассмотренные губернии. Тем не менее, язык великороссов охватывали более половины населения региона. Среди местных народов Прикавказья много тех, кто не платили официальные подати. Не исключено, что и при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно, чем к русскому народу этих же губерний и областей.

Дальнейшее развитие великороссов Нижнего Дона и Прикавказья полезно оценивать относительно двух ключевых интервалов: отмена крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы, диаграмма 13.5.

Диаграмма 13.5: Численность великороссов Нижнего Дона и Прикавказья на фоне численности всего населения

Хотя данные численности великороссов Нижнего Дона и Прикавказья по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

После отмены крепостного права — около 5%.

А «накануне» падения Царства Романовых — около 2,%. Напомню, динамика первых десятилетий ХХ века оценена по тренду относительно переписи 1897 года.

Хотя нет данных численности малороссов на Нижнем Дону и в Прикавказье на всем интервале 1795–1916 годы, но нет оснований полагать, что пропорции в динамике численности малороссов существенно отличаются от 1897 года.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и потока 20-летних Нижнего Дона и Прикавказье показывает: демографическое развитие великороссов в Предкавказье до падения Царства Романовых было равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Во времена крепостного права на Нижний Дон бежали от «барина» вольнолюбивые великороссы. После отмены крепостного права переселялись младшие сыновья «вольных» крестьян из центральных губерний и Среднего Приднепровья.

Русские в Нижнем Дону и Прикавказье составляли 85% всего населения. Так что роль Нижнего Дона и Прикавказья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была абсолютной и определяющей.

Глава 14. Среднее Приднепровье

Киевская, Полтавская, Черниговская и Харьковская губернии.

В середине XVII века — это Гетманщина. При оценке численности этого региона следует учитывать следующее. Богдан Хмельницкий, возглавив антипольское восстание, в 1648 года освободил Гетманщину от власти Королевской Польши. По результатам Переславской Рады, провозгласившей 8 января 1654 года воссоединение русского народа Гетманщины и Слобожанщины с русским народом Московского Царства, началось составление списков принявших присягу. Всего присягнуло 127.338 глав семейств[48].

Принимая величину средней семьи 5–6 человек, итоговая численность присягнувших — 640–760 тыс. человек, около 0,7 млн. Так что эту численность и 1654 год можно принять за начальную точку динамики численности Среднего Приднепровья.

В марте 1654 года были согласованы и приняты «статьи Богдана Хмельницкого», известные также как «Мартовские статьи». Применительно к теме «крепостного права» из 11 статей Богдана Хмельницкого выделю главную, суть которой: «Сохранение на всей территории, освобожденной от власти Королевства Польши, казацкой администрации, распространяющейся на все население».

То есть в 1654 году на территории Гетманщины крепостное право Королевской Польши заменялось на казацкое самоуправление Запорожской Сечи. Но крепостное право в остальном населении никто не отменял. Тем более, что Гетманщина присоединилась к Московскому Царству, где крепостное право стало законом в 1649 году. Поэтому можно принять условие, что доли «вольных» и «крепостных» на Гетманщине 1654 года и 1719 года должны быть примерно одинаковые.

В Среднего Приднепровье «крепостных духовенства» не было. И нет смысла учитывать решение Екатериной Второй о передаче их в сословие государственных крестьян.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

В отличие от предыдущих регионов динамику численности податных Среднего Приднепровье можно рассмотреть с 1654 года. Принимая условие, что данные списков принявших присягу Московскому Царю — это численность податных, тогда динамику численностей Среднего Приднепровье можно представить графически в строгом 10-летнем цикле — диаграмма 14.1.

Диаграмма 14.1: Динамика численности податных Среднего Приднепровья

Графики вполне ясно показывают, как изменялись численности групп податных людей в Среднем Приднепровье.

Из графиков следует, что на интервале 1654–1719 годы прирост численности «вольных» был больше, чем «крепостных». На интервале 1719–1795 годы — наоборот. На интервале 1795–1857 годы прирост «крепостных» практически ничтожный. Это следствие «закрепощения» еще недавно бывших «вольных» малороссов. Но самое главное, в Среднем Приднепровье на всем интервале крепостного права:

— число «вольных» больше, чем «крепостных».

— прирост податных обеспечивали — прежде всего «вольные» люди.

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1719 году было — 1/39, в 1857 году стало — 1/17.

Для понимания, почему в Среднем Приднепровья «вольных» больше, чем «крепостных» важно осознание непримиримости между крепостными порядками Королевства Польши и русского стремления к вольности еще до Богдана Хмельницкого.

От Люблинской Унии 1569 года до освобождения от власти Королевской Польши в 1648 года среди православных русских крестьян Среднего Приднепровья были те, которые стремились к вольности. Это стремление исчезнуть не могло, так как жило в генах русских людей с времен Древней Руси, когда князья, заключая «ряд» (договор) друг с другом, писали: «А боярам и детям боярским, и слугам, и крестьянам вольная воля».

Конечно, география Среднего Приднепровья — это не Просторы Московского Царства, где можно было уйти «от барина» и на Север, и на Среднюю Волгу, и на Дон. Но и в Среднем Приднепровье география позволяла вольнолюбивому человеку уйти на юг или на восток. Русское самосознание «вольному воля» в этом регионе могло оказать решительное неподчинение польскому порядку крепостного права.

На юге до Крымского ханства простиралось Дикое поле. Именно перед ним вольнолюбивые русские люди Среднего Приднепровья и создали Запорожскую Сечь.

После Люблинской Унии 1569 года православные люди западных Земель Русской равнины оказались полностью под властью Королевской Польши. Особенность социального порядка Королевской Польши определило решение Сигизмунда Старого отказаться от своего права короля рассматривать жалобы на шляхтичей. После того как православные люди западных Земель Русской равнины оказались под властью Королевской Польши, польская шляхта немедленно превратила русских православных крестьян в бесправных «крепостных». Гордыня шляхтича не позволяла заниматься хозяйством на земле. Это дело он поручал управляющему. Или сдавал принадлежащую ему землю и крестьян в аренду. В результате принудительный труд русских православных крестьян в таком хозяйстве шляхтича достигла 200 дней в году.

В итоге православные русские крестьяне в Королевстве Польша оказались при полном бесправии и неограниченном своеволии и всевластии шляхты или их управляющих. При малейшем неповиновении русских крестьян шляхтичу или управляющему, или арендатору проявлял свою силу полицейский аппарат польской администрации.

Неудивительно, что русские православные крестьяне при этом чувствовали себя самыми несчастными людьми, находящимися в самом униженном положении. Вот как это же описал Натан Гановер в своих мемуарах:

«Они работали барщину у магнатов и шляхты, которые отягощали их тяжелыми работами в доме и на поле. Некоторые шляхтичи страшными способами вынуждали их переходить в господствующую веру (католическую). И народ русский в такой степени был унижен, что даже самый униженный народ — жиды, также господствовал над ним»[49].

Заметьте, еврей Натан Гановер пишет о православных крестьянах как о русском народе.

Вот что о том же унижении написал французский военный инженер и картограф Гильом де Боплан, служивший у князя Конецпольского:

«Положение и жизнь крестьян можно сравнить лишь с жизнью невольников на галерах, прикованных к веслам».

Здесь следует особо остановиться на книге Гильома де Боплана «Description d'Vkranie, qui sont plusieurs prouinces du royaume de Pologne. Contenuës depuis les confins de la Moscouie, iusques aux limites de la Transilvanie», изданная во Франции в 1650 году.

Боплан, французский военный инженер и картограф в 1630‑х и до 1648 года находился на службе в Королевской Польше и в своей книге описал свои наблюдения и впечатления. Его книга издана в 1852 году на русском языке в Петербурге, как «Описание Украины».

Вполне очевидно, что слово «Vkranie» Боплан не придумал, а многократно слышал.

Боплан — инженер. Поэтому как военный специалист он должен был оперировать конкретными понятиями. Поэтому политически описываемые им территории он определяет вполне конкретно: «qui sont plusieurs prouinces du royaume de Pologne» (которые больше провинций Польского Королевства).

Как картограф Боплан конкретизирует и географическое положение описываемых им территорий: «Contenuës depuis les confins de la Moscouie, iusques aux limites de la Transilvanie» (расположеные от границ Московии, до пределов Трансильвании).

Такие длинные конкретные определения описываемой темы нужны специалистам. Но для издателя, согласившегося опубликовать книгу Боплана, нужно было простое односложное понятие для обычного читателя.

Вполне очевидно, что окружающая Боплана польская шляхта при общении между собой применяла тоже простые обобщающие понятия.

В XVI веке географически карта населения и территория Королевства Польша представляла собой два огромных региона: Привислинский — католическое население, Приднепровский — православное население. В разговорах шляхты территория православного населения возможно звучала как «ykranie». Вот этим словом пригодным для обычного читателя издатель книги и Боплан предварили длинное конкретное описание территории.

Возможно в письменных документах Королевства Польша слово «ykranie», принятое издателем и Бопланом при издании книги, пишется по иному. (Выяснение этого вопроса выходит за рамки темы этой главы). Так или иначе, но слово «Vkranie», примененное Бопланом, и «Украина, применяемое ныне в Киеве — это далеко не одно и то же.

Следует напомнить, что понятия, хоть «Vkranie», хоть «Vkraine», в те времена среди русских людей Приднепровья не употреблялись. Зато широкое применение имели понятия: «Малороссия», «малороссийский». Например, войско Запорожской Сечи так и называлось «Малороссийское Запорожское». В исторических документах понятие «малороссийский» повторяется тоже достаточно часто. Например, в Белоцерковном Универсале Богдана Хмельницкого 1648 года говорится об «отчизне Малороссийской…» В письме Запорожской Сечи Богдану Хмельницкому: «всемъ народамъ малороссийскимъ по обеимь сторонамь Днепра… наилучшей пользе отчизне Малороссийской». В письме Богдана Хмельницкого: «царю и великому князю Алексею Михайловичу всея Великая и Малая Руссии самодержцу…».

Уже во времена Царской России, в 1820–1830‑х годах на берегах Днепра широкую известность приобрела книга анонимного автора «История Руссов или Малой России». Эта книга произвела большое впечатление на помещиков Среднего Приднепровья.

Так что в былые века понятия «Малороссия», «малороссийский» произносили и писали с гордостью и уважением. К сожалению, в начале ХХ века эти понятия официально запретили. Мол, это унижительные понятия, заменив их на «Украина» и «украинский».

Теперь вернусь к рассмотрению вольнолюбивой стороне жизни русских людей. В Приднепровье вольнолюбивым людям было где отстаивать свое стремление к возможности хозяйствования и неподчинения «барину». На востоке был открытым путь в Московское Царство, в котором русские люди жили по канонам Православной Веры. Поэтому, когда антипольские восстания 1592 года охватили земли Среднего Приднепровья, то русские люди большими группами стали уходить в пределы Московского Царства. Известно, что Королевская Польша обратилась к Царской Москве с требованием вернуть ей 20.000 беглых людей Приднепровья[50].

Марксисты в России часто ссылаются на Маркса: «бытие определяет сознание». Но пример Среднего Приднепровья показывает, что реальная русская жизнь идет не «по Марксу», а наоборот. Самосознание русских людей Среднего Приднепровья одержало верх над бытием. Крепостные порядки Королевской Польши привели к антипольским восстаниям и в декабре 1648 Богдан Хмельницкий торжественно въехал в Киев, а 8 января 1654 года в Переславле было провозглашено воссоединение земель Среднего Приднепровья с Московским царством.

Такова столетняя история русской непримиримости Среднего Приднепровья с крепостными порядками Королевства Польши и русского стремления к вольности.

Теперь полезно вернуться к принципам правления Двора Романовых.

Михаил Романов в 1649 году ввел в Московском Царстве принципы польского крепостного права и почти одновременно в 1654 года согласился с главным требованием «Мартовских статей» Богдана Хмельницкого: «Сохранение на всей территории, освобожденной от власти Королевства Польши, казацкой администрации, распространяющейся на все население». И такой подход считался приемлемым более ста лет. Екатерина Вторая даже вела переписку с Вольтером, в которой выглядит этаким прогрессивным человеком. Она соглашалась с Вольтером, что каждый человек рождается свободным и равным, что надо устранять средневековую эксплуатацию, то есть крепостное право. Но это на словах, в беллетристике переписки.

А в реальной действительности, когда яицкое казачество возмутилось злоупотреблениями «царевых ставленников» и стало отстаивать права вольности казацкого самоуправления, то Екатерина Вторая встала на сторону служилого самоуправства, что привело к восстанию 1773–1775 годов под предводительством Емельяна Пугачева.

На словах в письмах Екатерина Вторая писала Вольтеру о свободе, о прогрессе, об устранении средневековой эксплуатации, то есть об отмене крепостного права. .

На в реальности та же Екатерина Вторая не только подавила стремление яицкого казачества к самоуправлению, но заодно ликвидировала и казацкое самоуправление на Гетманщине. Взамен, в 1780‑х фактически восстановила крепостное право. Вот только оно не увеличило прирост «крепостных», а наоборот уменьшило. Такие вот кульбиты в государственном управлении у Двора Романовых. Так что нынешние двойные стандарты в управлении XXI века появились явно не вчера.

Дальнейшее развитие Среднего Приднепровья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Среднего Приднепровья

Диаграмма 14.2: Поток растущих детей, Харьковская губерния

Харьковская губерния примыкает к Курской, Воронежской губерниям и Области Войска Донского. Но провала в потоке растущих детей Харьковской губернии фактически нет. Неравномерность прироста относительно линейного тренда — заметно меньше. Ежегодный прирост потока растущих детей Харьковской губернии — около 3,5%.

Диаграмма 14.3: Поток растущих детей, Черниговская губерния

Поток растущих детей Черниговской губернии имеет колебательный характер. Явного провала начала 1890‑х в потоке Черниговской губернии нет. Ежегодный прирост потока растущих детей Черниговской губернии, в среднем — около 3,5%.

Диаграмма 14.4: Поток растущих детей, Полтавская губерния

Поток растущих детей Полтавской губернии подобен потоку Черниговской губернии. Примерно такая же неравномерность потока. Ежегодный прирост потока растущих детей Полтавской губернии оценивается — около 3,5%.

Диаграмма 14.5: Поток растущих детей, Киевская губерния

Поток растущих детей Киевской губернии имеет сильную неравномерность. Ежегодный прирост потока растущих детей, в среднем — около 3%. Явных провалов в потоке растущих детей Киевской губернии нет.

Похоже, тот катаклизм начала 1890‑х, который охватил огромные пространства Черноземного Центра, Нижнего Поволжья и Область Воска Донского не распространился на территорию Среднего Приднепровья.

Поток 20-летних Среднего Приднепровья

Объединю потоки растущих детей всех 4 губерний Среднего Приднепровья. Сдвину его на 20 лет вперед по календарной шкале. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвинув поток растущих детей на 20 лет вперед, получим результирующий поток 20-летних всего Среднего Приднепровья в 1894–1914 годы — диаграмма 14.6.

Диаграмма 14.6: Результирующий поток 20-летних всего Среднего Приднепровья в 1894–1914 годы

Поток 20-летних Среднего Приднепровья — в основном, повторяет неравномерность потоков растущих детей губерний. Ежегодный прирост потока — около 3,5%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Среднего Приднепровья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост после крепостного права.

О динамике численности великороссов Среднего Приднепровья

Прежде чем продолжить рассмотрение демографического развития Среднего Приднепровья, полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[51].

1897 г.

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Волынская

3,56

5,9%

79,2%

0,2%

Подольская

2,49

17,7%

80,6%

0,4%

Полтавская

2,78

2,6%

93,0%

0,0%

Черниговская

2,30

21,6%

66,4%

6,6%

Среднее Приднепровье, млн.

11,13

11,0%

80,3%

1,5%

Таблица 14.1: Распределение Среднего Приднепровья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

Как видите, по языку Среднее Приднепровье — это однородная территория. Малороссийский язык существенно преобладал во всех губерниях. Присутствие нерусских языков мало ощутимо. Вряд ли от этого русские Люди Среднего Приднепровья могли общаться и на великорусском и малороссийском языках и вряд ди испытывали трудности в общении.

Главная тема настоящей книги развитие великороссов в регионах Царской России. Поэтому полезно оценить развитие великороссов в Среднем Приднепровье относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

Хотя в Среднем Приднепровье великорусский язык общения охватывал около 10% населения. Тем не менее, рассмотрим график численности великороссов на фоне численности всего населения региона, диаграмма 14.7.

Диаграмма 14.7: Среднее Приднепровье, график численности великороссов на фоне численности всего населения региона

Как видите динамика численности великороссов Среднего Приднепровья существенно меньше динамики общей численности населения. А так как малороссы в Среднем Приднепровье составляли около 80% общей численности, то представляет интерес, прежде всего, ежегодный прирост малороссов:

В «расцвет» крепостного права — около 1,0%;

А «накануне» падения Царства Романовых — около 1,5%.

Совместное рассмотрение динамики общей численности великороссов и малороссов и потока 20-летних Среднего Приднепровья показывает: демографическое развитие великороссов до падения Царства Романовых было равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Великороссы в Среднем Приднепровье составляли около 10% всего населения. Так что роль Среднего Приднепровья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была незначительной.

Иллюстрации демографического развития Среднего Приднепровья

С. М. Прокудин–Горский сделал менее 10 фотографий Среднего Приднепровья.

Приведу относящиеся к демографическому развитию.

С. М. Прокудин–Горский. Хутор в Малороссии

С. М. Прокудин–Горский. Малороссиянка у плетня

Глава 15. Новороссия

Екатеринославская, Таврическая и Херсонская губернии.

Важно кратко рассмотреть историю освоения Новороссии русскими земледельцами, которая есть итог русско–турецких войн, которые длились — как минимум, три века.

Обычно причину этих войн акцентируют на необходимости выхода в Черное море и далее в Средиземноморье. Но есть более важная причина.

Южные земли Русской равнины постоянно подвергались набегам крымских татар. Своими набегами татары уводили в Крым немалую часть русского населения. Об этих разрушительных событиях есть много публикаций. Суть этих набегов наглядно и доходчиво изложил все тот же французский военный инженер и картограф[52].

К рассматриваемой теме имеет отношение глава «Des Tartares du Crime». Боплан описывает, как тartares, действуя в два крыла, состоящие каждое из 8–10 тысяч всадников, несколько раз охватывают территорию набега на русские земли. Каждое селение они окружают с четырех сторон, а потом грабят, режут сопротивляющихся и уводят не только мужчин, но и женщин с младенцами. Разорив и опустошив охваченную территорию, татары отступают в степь и делят добычу. Как это происходит лучше читать его подлинное описание. Привожу фрагмент (стр. 46) главы «Des Tartares du Crime» cтр. 46.

Фрагмент главы «Des Tartares du Crime» cтр. 46

Из перевода этой страницы описания Боплана:

«В эти дни, которые составляет одну неделю они собирают всю добычу, состоящую из пленников и домашнего скота, и делят между собой. И бесчеловечное сердце тронется при виде прощания мужа с женой, матери с дочерью, навсегда разлучаемых тяжкою неволею; зверско бесчестят жен и девиц на глазах мужей и отцов; обрезывают детей в присутствии родителей. В конце сердце больше не выдерживает слышать стоны и вопли несчастных Русских, крики и песни буйных татар. И потому как эта нация поет…»[53].

Как видите, в описании Боплана есть: и его видение набегов крымских татар, и страдание его сердца при виде зверств совершаемых татарами над русскими пленниками, и восторг крымских татар при дележе пленников.

Так что крымские татары, менее, чем за две недели, захватывали более 50 тысяч пленников. После дележа уводили пленников в улусы Крыма и продавали. А русские рабы затем отвозились в Константинополь, Анталию и прочие рынки рабов. И такое разорение русских поселений на Русской равнине длилось несколько веков. Крымское ханство долгие века держалось благодаря Османской Империи. Проблему Крыма без войны с турками решить было невозможно. И русско–турецкие войны длились — как минимум, три века. Решать проблему Крыма продолжила Екатерина Вторая. Однако и в годы ее царствования крымские татары в январе 1769 года под предводительством хана Крым–Гирея совершили опустошительный набег на южные территории Царской России. Последовала очередная война с Османской империей.

После победы русской армии под командованием Суворова в 1774 году турки согласились на Кючук–Кайнарджийский мирный договор. Затем в 1791 года были вынуждена подписать Ясский мирный договор, по которому Крым переходил под власть Царской России, а граница России отодвинулась до Днестра.

Именно победа над Турцией резко расширила территорию хозяйственной деятельности донского казачества. Была образована Область Войска Донского.

В Крыму была образована сначала Таврическая область, затем губерния. Наконец–то благодатные земли Причерноморья дождались времен, когда их могли обживать мирные русские земледельцы: великороссы и малороссы. И «крепостные» и «вольные».

Крепостное право Королевства Польши на Среднем Приднепровье было уничтожено в эпоху Богдана Хмельницкого. Но Двор Романовых восстановил его на Гетманщине и Слобожанщине в начале 1780‑х. В результате на свободные и благодатные земли Причерноморья устремились тысячи вольнолюбивых малороссов из Среднего Приднепровья. Так, из 9 уездов Киевской и 4 уездов Черниговской губернии в 1782–1791 гг. бежало почти 21 тысяча «крепостных» крестьян малороссов[54].

Законы Царской России запрещали землевладельцам принимать беглых «крепостных».

Но одно дело запрещать и совсем иное — возвратить беглых крестьян. Возврат «беглых» — дело хлопотное. На деле, реально вернуть можно лишь немногих беглых.

Параллельно потоку из Гетманщины и Слобожанщины двинулся поток «вольных» великороссов и беглых «крепостных» из центральных губерний. Ясно, что на начальном этапе освоения земель Малороссии преобладали малороссы Гетманщины и Слобожанщины. Ведь им надо преодолеть гораздо меньшее расстояние до нового места хозяйствования, чем великороссам из Нечерноземного Центра.

Кроме беглых и «вольных» переселенцев в Новороссии были «крепостные», которых привели с собой помещики из Нечерноземного и Черноземного Центров. Ведь Двор Романовых стал наделять «служилых людей» вотчинами в Новороссии. Те из них, которые не имели собственных «крепостных», стремились приобрести их. (Напомню, Гоголь в «Мертвых душах» создал именно такой образ Чичикова, который уверял, что намерен вывести свои приобретенные «души» в Херсонскую губернию).

Большинство же новых помещиков, получив вотчину в Новороссии, стали приглашать «вольных» малороссов и великороссов, поработать на него. В результате в Новороссии появились «помещичьи поданные», которые оказались в двусмысленном положении — и «не крепостной», и «не вольный».

Так что краткий обзор начала освоения Новороссии завершаю выводом: Благодатные причерноморские и приазовские земли в годы крепостного права осваивали и великороссы, и малороссы средней полосы Русской равнины.

В Новороссии не было «крепостных духовенства, поэтому и не было передачи Екатериной Второй их в сословие государственных крестьян.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

Диаграмма 15.1: Итоговая динамика численности податных Новороссии 1719–1857 гг.

Графики показывают, как изменялась численность конкретных групп податных людей Новороссии в процессе действия крепостного права.

Как видите, на всем интервале «вольных» больше, чем «крепостных». Это действовал всё тот же фактор русской ценности «вольному воля», которая жила в великороссах и малороссах Среднего Приднепровья на генетическом уровне.

По данным переписей можно определить соотношение неподатных к податным.

В 1719 году неподатных в Новороссии: — 58 тыс., а податных — лишь 17 тыс. То есть Ситуация с неподатными в Новороссии напоминает южные губернии Нижнего Поволжья. При переписи были учтены народы, которых обложить податями невозможно, их в публикациях данных этой переписи и учли как неподатных.

К переписи 1857 года ситуация немного изменилась. В Новороссии податных — уже около 3,7 млн, а неподатных все равно непропорционально много — 794 тыс. То есть к концу крепостного права в Новороссии было много людей, которых невозможно было обложить податями.

Дальнейшее развитие Новороссии после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Новороссии

Диаграмма 15.2: Поток растущих детей, Екатеринославская губерния

Екатеринославская губерния примыкает к Харьковской, Полтавской губерниям и к Области Войска Донского. Поток растущих детей Екатеринославской губернии полностью подобен потоку Области Войска Донского и абсолютно отличается от потоков Харьковской и Полтавской губерний. Похоже, на поток Екатеринославской губернии влиял не только катаклизм начала 1990‑х. но и были еще какие–то другие причины, которые влияли на детей, рожденных еще в 1880‑е годы. Ежегодный прирост потока растущих детей Екатеринославской губернии — около 3,5%.

Диаграмма 15.3: Поток растущих детей, Херсонская губерния

Херсонская губерния примыкает к Екатеринославской, Полтавской и Киевской губерниям Поток растущих детей Херсонской губернии имеет сильную неравномерность, подобную Полтавской и Киевской губерниям, но не имеет провала аналогичного Екатеринославской губернии. Ежегодный прирост потока растущих детей Херсонской губернии — около 3.5%.

Диаграмма 15.4: Поток растущих детей, Таврическая губерния

Поток растущих детей Таврической губернии напоминает поток Области Войска Донского. В потоке есть и неравномерность прироста и провал в начале 1880‑х. Ежегодный прирост потока растущих детей Таврической губернии — около 3%.

Принципиально нет особой разницы в потоках этих четырех регионов Новороссии. То есть демографическое развитие к началу ХХ века одинаковое. Все они географически неразрывны Исторически жители этих регионов развивались одновременно на достаточно длинном временном интервале. Так что Новороссия к началу ХХ века представляла собой единый ГеоДемографически ансамбль (ГДА).

Поток 20-летних Новороссии

Объединю потоки растущих детей всех 4 губерний Новороссии. Сдвину его на 20 лет вперед по календарной шкале. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвинув поток растущих детей на 20 лет вперед, получим результирующий поток 20-летних всей Новороссии в 1894–1914 годы — диаграмма 15.5.

Диаграмма 15.5: Результирующий поток 20-летних всей Новороссии в 1894–1914 годы

Как видите, поток 20-летних Новороссии имеет неравномерность. Ежегодный прирост потока — около 3,5%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Новороссии по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост после крепостного права.

О динамике численности великороссов Новороссии

Прежде чем рассматривать дальнейшее развитие Новороссии полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[55].

1897 г.

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Екатеринрславская

2,11

17,3%

68,9%

0,7%

Херсонская

2,73

21,0%

53,5%

0,8%

Таврическая

1,45

27,9%

42,2%

0,7%

Новороссия, млн.

6,29

21,4%

56,1%

0,7%

Таблица 15.1: Распределение Новороссии по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

Как видите, по языку Новороссия — это неоднородная территория, подобная Предкавказью. В Новороссии ощутимо присутствие нерусских языков. Не исключено, что при переписи 1897 года к их учету подходили менее обстоятельно, чем к русскому народу. Но великорусский и малороссийский языки преобладали во всех этих губерниях.

Главная тема настоящей книги развитие великороссов в регионах Царской России. Полезно оценить развитие великороссов в Новороссии относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы.

В Новороссии великорусский язык общения охватывал менее 50%. населения. Поэтому рассмотрим график численности великороссов на фоне численности всего населения региона, диаграмма 15.6.

Диаграмма 15.6: Новороссия, график численности великороссов на фоне численности всего населения

Хотя данные численности великороссов Новороссии по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

В «расцвет» крепостного права — около 2,0%;

— А «накануне» падения Царства Романовых — около 2,5%.

Совместное рассмотрение динамики общей численности, потоков растущих детей губерний и потока 20-летних Новороссии показывает: после отмены крепостного права демографическое развитие младшего возраста русского народа Новороссии, как малороссов, так и великороссов было равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Великороссы в Новороссии составляли около 20% всего населения. Так что роль Новороссии в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была существенной.

Глава 16 Прикарпатье

Губернии: Волынская и Подольская.

Между данными Я. Водарского и А. Рашина при переходе из XVIII в XIX век есть расхождения. Поэтому при оценке Прикарпатья внесена поправка.

Напомню, для темы влияния крепостного права важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные», которым можно представить экономическую нагрузку на податных людей.

Земли Прикарпатья были присоединены к Царской России значительно позднее Среднего Приднепровья. Это произошло лишь после разделов Королевства Польши. Поэтому динамику численности податных Прикарпатья можно оценить лишь на интервале 1795–1857 годы — диаграмма 16.1.

Диаграмма 16.1: Динамика численности податных Прикарпатья

Графики вполне ясно показывают, как изменялись численности групп податных людей.

Как видите, в Прикарпатье даже перед отменой крепостного права «крепостных» существенно больше, чем «вольных». То есть Прикарпатье это первый регион из всех вышерассмотренных после Нечерноземного Центра, где даже перед отменой крепостного права «крепостных» существенно больше, чем «вольных». Причем прирост «крепостных» ничтожен.

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным в 1857 году составляло — 1/11. То есть немного меньше Нечерноземного Центра.

Напомню, в Среднем Приднепровье с момента освобождения от власти Королевской Польши «вольных» существенно больше, чем «крепостных». А в Прикарпатье даже накануне отмены крепостного права «вольных» меньше, чем «крепостных».

В чем причина такого отличия Северного Прикарпатья от Среднего Приднепровья?..

Прикарпатье освободилось от крепостного права Королевской Польши лишь в конце XVIII века после раздела Польши, на 150 лет позднее, чем Среднее Приднепровье Поэтому главную причину отличия Прикарпатья от Среднего Приднепровья нужно искать опять же в особенности социальных порядков Королевства Польши.

Особенности социальных порядков Королевства Польша

Былое самосознание «вольному воля» времен Киевской Руси в Среднем Приднепровье продолжилось борьбой против 100-летнего господства и крепостного права и освобождением в 1648 году от власти Королевской Польши и от униженного подчинения шляхтичу или управляющему, или арендатору.

В Прикарпатье власть Королевской Польши продолжалась до раздела Польши в 1780‑х годах. А крепостное право и униженное подчинение шляхтичу продолжалось с Люблинской Унии 1569 года до отмены в 1861 году крепостного права в Царской России. То есть не 100, а 300 лет.

В Прикарпатье за 300 лет стремление к русской вольности и былое самосознание «вольному воля» времен Киевской Руси практически исчезло. Конечно, среди русских «крепостных» крестьян Прикарпатья тоже были вольнолюбивые люди. Но география Прикарпатья — это не Среднее Приднепровье. В Прикарпатье бежать «от пана» было некуда. Севернее — земли польских крестьян. Западнее и Южнее — власть Австро–Венгрии. Восточнее — владения той же польской шляхты. Так что в Прикарпатье у вольнолюбивого русского крестьянина был лишь один путь — в гайдамаки. А с ними польская шляхта расправлялась очень жестоко. И в Прикарпатье русская вольность была задавлена.

В сравнении со Средним Приднепровьем положение русских православных крестьян на землях Прикарпатья было еще более унизительное. Вот как это описал львовский каноник Юзефович:

«Господство поляков дошло до невыносимого утеснения. Священник, попросту называемый поп, не мог в своей церкви совершить таинства крещения, венчания и других, если наперед не заплатит жиду за ключи установленной паном платы и должен был каждый раз ключи от дверей церковных относить и отдавать жиду. По заслугам претерпела ты беды свои, Польша»[56].

Это писал священник Католической Веры о действиях католической шляхты Королевства Польша. Он укоряет шляхту именно за то, что они отдавали в аренду не только селения русских православных крестьян, но и церкви Православной Веры. Поэтому неудивительно и мнение Гильома де Боплана:

«Положение и жизнь крестьян можно сравнить лишь с жизнью невольников на галерах, прикованных к веслам».

Вполне очевидно, что 300 лет крепостной зависимости от польской шляхты неминуемо повлияли на язык русских крестьян Прикарпатья. Надменная польская шляхта называла их «быдло». На польском языке «bydlo — это скот». За 300 лет господства польской шляхты язык русских крестьян Прикарпатья наполнился словами польского происхождения.

Дальнейшее развитие Прикарпатья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Прикарпатья

Диаграмма 16.2: Поток растущщих детей, Подольская губерния

Подольская губерния примыкает к Киевской и Херсонской губерниям. Поток растущих детей Подольской губернии подобен потоку Киевской губернии, но имеет большую неравномерность и меньший прирост — около 2,5%.

Диаграмма 16.3: Поток растущих детей, Волынская губерния

Волынская губерния примыкает к Подольской губернии и Привислинским губерниям.

Поток растущих детей Волынской губернии имеет большую неравномерность и прирост — около 2,5%.

Ежегодный прирост потока растущих детей и Подольской, и Волынской губернии существенно меньше, чем в губерниях Среднего Приднепровья и Новороссии.

Поток 20-летних Прикарпатья

Объединю потоки растущих детей этих двух губерний Прикарпатья. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Прикарпатья, ни в социальной сфере Царской России. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед позволяет получить результирующий поток 20-летних всего Прикарпатья, диаграмма 16.4.

Диаграмма 16.4: Результирующий поток 20-летних всего Прикарпатья

Поток 20-летних Прикарпатья имеет большую неравномерность. Ежегодный прирост потока — около 2,5%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Прикарпатья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост после крепостного права.

О динамике численности великороссов Прикарпатья

Прежде чем продолжить рассмотрение демографического развития Прикарпатья полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[57].

1897 г.

Численность населения, млн.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Подольская

3,02

3,3%

80,9%

0,03%

Волынская

2,99

3,5%

70,1%

0,13%

Прикарпатье, млн.

6,01

3,4%

75,5%

0,1%

Таблица 16.1: Распределение Прикарпатья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

Как видите, по языку Прикарпатья еще более неоднородная территория, чем Среднее Приднепровье. Доминирующий малороссийский язык признавало родным лишь три человека из четырех. В Прикарпатье было много евреев, поляков и других нерусских народов.

Хотя в Прикарпатье великорусский язык общения охватывал менее 5% населения, но главная тема настоящей книги — развитие великороссов в регионах Царской России. Поэтому по данным публикаций надо оценить динамику развития великороссов Прикарпатья относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы на фоне численности всего населения Прикарпатья, диаграмма 16.5.

Диаграмма 16.5: Динамика развития великороссов Прикарпатья

Хотя данные численности великороссов Прикарпатья по публикациям имеют отклонения, но демографическое развитие следует оценивать по длинному тренду, по календарному циклу которого можно оценить ежегодный прирост великороссов.

В «расцвет» крепостного права — около 2,0%;

А «накануне» падения Царства Романовых — около 6%.

Малороссы в Прикарпатье 1897 года составляли около 75% от всего населения. Так что ежегодный прирост малороссов, скорее всего, соответствует приросту общей численности, который «накануне» падения Царства Романовых — около 2%. Напомню, по переписи 1897 года малороссийский язык признавало родным лишь три человека из четырех жителей Прикарпатья.

Тем не менее, совместное рассмотрение динамики общей численности, потоков растущих детей губерний и потока 20-летних Прикарпатья позволяет сделать вывод, что после отмены крепостного права демографическое развитие младшего возраста малороссов Прикарпатья было равномерное и устойчивое. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Великороссы в Прикарпатье составляли менее 5% всего населения. Так что роль Прикарпатья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была несущественной.

Глава 17. Верхнее Приднепровье

Губернии: Витебская, Могилевская, Минская, Виленская и Гродненская.

Эти земли присоединились к Царской России после нескольких разделов Королевства Польша, то есть значительно позднее, чем Среднее Приднепровье.

Напомню для темы демографического развития народа при крепостном праве важны:

— влияние «крепостных» и «вольных» на прирост податных;

— изменение соотношения «податные/неподатные». Напомню, этим соотношением можно представить экономическую нагрузку на крестьян.

Динамику численности податных Верхнего Приднепровья можно оценить лишь на интервале 1795–1857 годы — диаграмма 17.1.

Диаграмма 17.1: Динамика численности податных Верхнего Приднепровья

Графики вполне ясно показывают изменения численностей Верхнем Приднепровье.

Из графиков следует, на интервале 1795 по 1857 годы численность «крепостных» сокращалась. Но самое главное, в Верхнем Приднепровье даже к концу крепостного права число «крепостных» — почти в 2 раза больше, чем «вольных».

По данным переписей можно определить, что соотношение неподатных к податным изменялось так: в 1795 году было — 1/15, в 1857 году стало — 1/10. То есть экономическая нагрузка на крестьян такая же, как в Прикарпатье. Это наследство польского крепостного уклада. Увеличение численности податных Верхнего Приднепровья ничтожно.

Дальнейшее развитие Верхнего Приднепровья после отмены крепостного права рассмотрим более точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Потоки растущих детей губерний Верхнего Приднепровья

Диаграмма 17.2: Поток растущих детей, Могилевская губерния

Могилевская губерния примыкает к Черниговской и Смоленской губерниям. Неравномерность потока растущих детей Могилевской губернии подобна потоку Черниговской губернии, но существенно меньше, чем в Смоленской губернии. Ежегодный прирост потока растущих детей у всех трех губерний — около 3,5%.

Диаграмма 17.3: Поток растущих детей, Витебская губерния

Витебская губерния примыкает к Псковской, Смоленской и Могилевской губерниям Поток растущих детей Витебской губернии имеет большую неравномерность, чем потоки этих трех губерний. И ежегодный прирост потока растущих детей меньше — около 2,5%.

Диаграмма 17.4: Поток растущих детей, Минская губерния

Минская губерния примыкает к Могилевской, Витебской и Волынской губерниям Поток растущих детей Минской губернии подобен Волынской губернии. Но ежегодный прирост потока растущих детей больше — около 3%.

Западные Виленская и Гродненская губернии по характеру потоков растущих детей ближе к Привислинским, чем к Приднепровским губерниям.

Поток 20-летних Верхнего Приднепровья

Объединю потоки растущих детей всех губерний Верхнего Приднепровья. Сдвину объединенный поток на 20 лет вперед. До 1914 года не было больших катаклизмов ни в природных условиях Верхнего Приднепровья, ни в социальной сфере Царской России. Влиянием детской возрастной смертностью 3% - можно пренебречь. Сдвиг потока растущих детей на 20 лет вперед позволяет получить результирующий поток 20-летних всего Верхнего Приднепровья, диаграмма 17.5.

Диаграмма 17.5: Результирующий поток 20-летних всего Верхнего Приднепровья

Поток 20-летних Верхнего Приднепровья имеет небольшую неравномерность. Ежегодный прирост потока — около 2,5%.

Теперь перейдем к рассмотрению развития Верхнего Приднепровья по тренду однолетнего цикла, по которому оценим ежегодный прирост после крепостного права.

О динамике численности великороссов Верхнего Приднепровья

Прежде чем рассматривать развитие Верхнего Приднепровья в Царской России полезно знать его языковой состав по Всеобщей переписи населения 1897 года[58].

1897 г.

Численность населения, тыс.

Великорусский язык

Малороссийский язык

Белорусский язык

Витебская

1489,2

13,3%

0,0%

53,0%

Могилевская

1686,8

3,4%

0,2%

82,4%

Минская

2147,6

3,9%

0,5%

76,0%

Виленская

1591,2

4,9%

0,1%

56,1%

Гродненская

1603,4

4,6%

22,6%

44,0%

Верхнее Приднепровье, млн.

8,52

5,8%

4,4%

63,5%

Таблица 17.1: Распределение Верхнего Приднепровья по великорусскому, малороссийскому и белорусскому языку

Как видите, по языку Верхнее Приднепровье — это еще более неоднородная территория, чем Среднее Приднепровье и Северное Прикарпатье. Белорусский язык доминировал лишь в двух губерниях — Могилевской и Минской. Великорусский язык ощутимо присутствовал в Витебской, а Малороссийский — в Гродненской губерниях. Но, вряд ли разница главных русских говоров ощутимо сказывалась на общении людей.

Хотя в Верхнем Приднепровье великорусский язык общения охватывал лишь около 6% населения, но главная тема настоящей книги — развитие великороссов в регионах Царской России. Поэтому по данным публикаций надо оценить динамику развития великороссов Верхнего Приднепровья относительно двух ключевых интервалов: «расцвет» крепостного права и «накануне» падения Царства Романовых. Это рассмотрим графически по длинному тренду с 1795 до 1914 годы на фоне численности всего населения Верхнего Приднепровья, диаграмма 17.6.

Диаграмма 17.6: Динамика развития великороссов Верхнего Приднепровья

Данные общей численности и численности великороссов Верхнего Приднепровья по публикациям имеют отклонения от тренда. Но демографическое развитие следует оценивать именно по длинному тренду.

В диаграмме 17.6 календарный цикл. По нему можно оценить ежегодный прирост.

Ежегодный прирост великороссов Верхнего Приднепровья на ключевых интервалах:

— в «расцвет» крепостного права — около 0,3%;

— «накануне» падения Царства Романовых — около 4,0%.

Белорусы Верхнего Приднепровья в 1897 году составляли около 60% от всего населения. Так что ежегодный прирост белорусов, скорее всего, соответствует приросту общей численности, который «накануне» падения Царства Романовых — около 2%.

Совместное рассмотрение потоков растущих детей губерний и потока 20-летних показывает: после отмены крепостного права демографическое развитие младшего возраста русского народа Верхнего Приднепровья равномерное. И это демографическое развитие обеспечивалось приростом потока растущих детей.

Великороссы в Верхнем Приднепровье составляли лишь около 5% всего населения. Так что роль Верхнего Приднепровья в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была малосущественной.

Иллюстрации демографического развития Верхнего Приднепровья

С. М. Прокудин–Горский сделал более 30 фотографий городов, храмов и мест Верхнего Приднепровья. Выделю те, на которых запечатлена жизнь людей и сел.

С. М. Прокудин–Горский. На жнитве. У села Бычи [Бытча]. 1911 год

Село Бытча находится в Минской губернии

С. М. Прокудин–Горский. г. Дрисса. Общий вид с сев. — [запада]. 1912 год

С. М. Прокудин–Горский. Река Дрисса. Впадение в Западную Двину. 1912 год

Река Дрисса находится в Витебской губернии.

Глава 18. Периферия Царской России

Важно понять отличие демографического развития характерных губерний и областей периферии от регионов великороссов. Для этого рассмотрим характерные губернии и области периферии Царской России по приросту потока растущих детей.

Привислинские губернии

Развитие некоторых Привислинских губерний рассмотрим точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Диаграмма 18.1: Поток растущих детей, Варшавская губерния

Поток растущих детей Варшавской губернии существенно отличается от всех выше рассмотренных губерний. Поток младших детей, рожденных в 1876–1894 годы соответствует приросту детей большинства, выше рассмотренных, губерний от Нечерноземного Центра до Верхнего Приднепровья. Но поток более старшего возраста, рожденных в 1870–1877 годы имеет выпуклый вид.

Чем вызвана такая выпуклость потока?

Искать ответ на этот вопрос — не тема данного исследования. Одно можно сказать, такая выпуклость это следствие какого–то социального фактора. Вряд ли это ошибки людей осуществляющих перепись в этой губернии.

Такой же вид потока характерен для некоторых других Привислинских губерний. Например, Ломжинской и Люблинской.

Но в некоторых губерниях поток растущих детей имеет более равномерный вид.

Например, Радомская губерния, диаграмма 18.2

Диаграмма 18.2: Поток растущих детей, Радомская губерния

Поток растущих детей Радомской губернии вполне равномерный. Ежегодный прирост потока растущих детей — около 3%.

Так что Привислинские губернии по демографическому развитию в основном подобны губерниям Русской равнины.

Великороссов во всех Привислинских губерниях было 267 тыс. на 9,4 млн. всего населения или менее 3%. Так что роль Привислинских губерниях в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была ничтожной.

Прибалтика

Развитие трех губерний Прибалтики рассмотрим точным измерителем демографического развития, потоком растущих детей по той же «модели скользящего среднего», что и губерний Нечерноземного Центра.

Диаграмма 18.3: Поток растущих детей, Курляндская губерния

Как видите, в Курляндской губернии поток растущих детей очень неравномерен. Ежегодный прирост — около 1,0%.

Диаграмма 18.4: Поток растущих детей, Лифляндская губерния

Как видите, в Лифляндской губернии поток растущих детей тоже неравномерен. Ежегодный прирост еще меньше — менее 1,0%.

Диаграмма 18.5: Поток растущих детей, Эстляндская губерния

Как видите, в Эстляндской губернии поток растущих детей еще более неравномерный, чем в Курляндской и Лифляндской губерниях. Ежегодный прирост — около 1,0%.

Чем вызван такой малый ежегодных прирост растущих детей в губерниях Прибалтики?

В главе 5 показано, что в Новгородской и Псковской губерниях, которые наиболее близкие по географии к Прибалтике, прирост растущих детей около 3%. Так что малый ежегодный прирост детей в Прибалтике в конце XIX века — это следствие менталитета прибалтов, в котором настрой на детей — главный демографический фактор. Так что географический и политические факторы явно имели самое малое влияние на прирост растущих детей прибалтов. В губерниях Прибалтики настрой на детей был намного меньше, чем в русских губерниях.

Великороссов губерниях Прибалтики было 114 тыс. на 2,38 млн. всего населения или менее 5%. Так что роль Прибалтики в демографическом развитии великороссов накануне падения Царства Романовых была незначительной.

Закавказье

Развитие Закавказья рассмотрим на примере трех губерний: Тифлисской, Бакинской и Эриванской. Но применение точного измерителя демографического развития, потоком растущих детей по «модели скользящего среднего», что было приемлемо для вышерассмотренных и губерний, для Закавказья малоприемлемо.

Напомню, при переписи 1897 года переписчики записывали конкретное число лет. В русских губерниях родители на вопрос о возрасте детей отвечали, например, так: «этому уже семь лет», «тому пятый годик идет» или как–то еще. Такие ответы охватывали два возраста. И для оценки динамики демографического развития достаточно «модели скользящего среднего», реализуемой операцией «среднее по трем значениям».

Для Закавказья такой простой «модели скользящего среднего» недостаточно. Выше было показано, что надежность данных ежегодных рождений полицейского управления Грузинского экзархата ничтожна. Данные переписчиков 1897 года тоже вряд ли надежны. Колебания численности однолетних групп в губерниях Закавказья на порядок больше, чем в русских губерниях. Закавказье нагляднее рассматривать не потоком растущих детей, а численности однолетних групп переписи 1897 года.

Диаграмма 18.6: Численность однолетних групп, Тифлисская губерния

Как видите, численности смежных возрастов Тифлисской губернии имеют очень большой разброс значений. Оценивать тренд «моделью скользящего среднего» по трем смежным возрастам — смысла нет. Более сложная «модель скользящего среднего» из пяти цифровых операций показывает результат в виде длинной волны.

Средняя величина численности растущих детей Тифлисской губернии сопоставима со Ставропольской губернией. Но прирост детей в Тифлисской губернии незначительный. Следовательно и увеличение числа растущих детей в Тифлисской губернии существенно меньше, чем в Ставропольской губернии или любой русской губернии.

Великороссов в Тифлисской губернии было около 7,5% от всего населения. Так что роль Тифлисской губернии в демографическом развитии великороссов могла быть существенной.

Диаграмма 18.7: Численность однолетних групп, Эриванская губерния

Как видите, численности смежных возрастов Эриванской губернии имеют тоже очень большой разброс значений. Оценивать тренд «моделью скользящего среднего» по трем смежным возрастам — тоже смысла нет. Более сложная «модель скользящего среднего» из пяти цифровых операций показывает результат в виде длинной волны.

Средняя величина численности растущих детей Эриванской губернии сопоставима со Ставропольской губернией. Но прирост детей в Эриванской губернии незначительный. Следовательно, увеличение числа растущих детей в Эриванской губернии существенно меньше, чем в Ставропольской губернии или любой русской губернии.

Великороссов в Эриванской губернии было менее 2% от всего населения. Так что роль Эриванской губернии в демографическом развитии великороссов была ничтожной.

Диаграмма 18.8: Численность однолетних групп, Бакинская губерния

Как видите, численности смежных возрастов Бакинской губернии имеют тоже очень большой разброс. Более сложная «модель скользящего среднего» из пяти цифровых операций показывает результат в виде длинной волны.

Средняя величина численности растущих детей Бакинской губернии сопоставима со Ставропольской губернией. Но прирост детей в Бакинской губернии незначительный. Следовательно, увеличение числа растущих детей в Бакинской губернии существенно меньше, чем в Ставропольской губернии или любой другой русской губернии.

Великороссов в Бакинской губернии было почти 9% от всего населения. Так что роль Бакинской губернии в демографическом развитии великороссов могла быть полнее существенной.

Туркестан

Построение диаграмм областей Туркестана аналогично диаграммам Закавказья по «модели скользящего среднего» пятью цифровыми операциями.

Диаграмма 18.9: Численность однолетних групп, Ферганская область

Диаграмма 18.10: Численность однолетних групп, Самаркандская область

Как видите, численности смежных возрастов областей Туркестана имеют тоже очень большой разброс значений, как и в Закавказье. Оценивать тренд «моделью скользящего среднего» по трем смежным возрастам — смысла нет. Более сложная «модель скользящего среднего» из пяти цифровых операций показывает результат в виде длинной волны.

Ежегодный прирост детей областей Туркестана в 3–4 раза менее, чем в аналогичных по численности русских губерниях. Следовательно, в конце XIX века в областях Туркестана росло в 3–4 раза меньше детей, чем в русских губерниях.

Великороссов во всех областях Туркестана к 1897 году было почти 8% от всего населения. Так что роль Туркестана в демографическом развитии великороссов могла быть вполне существенной.

Глава 19. О семьях великороссов

Исследование регионов Царской России в предыдущих главах показало: в последней трети XIX века во всех регионах было устойчивое демографическое развитие великороссов, которое обеспечивалось приростом потока растущих детей.

По переписи 1897 года в типичных центральных губерниях Царской России дети и молодежь до 20лет составляли половину населения губернии.

Нравственный закон демографического развития

В основе любой многовековой цивилизации всегда лежит нравственный закон устойчивой связи между женщиной и отцом ее детей. Без этого любая цветущая цивилизация гибнет. И исключения тут нет. В истории человечества на Земле было много цивилизаций, но не все сохранились. Это на первый взгляд мораль христианства, мусульманства, индуизма, конфуцианства и других верований и учений в вопросе взаимоотношений мужчины и женщины отличается очень сильно.

На самом деле основа любой цивилизации — институт Семьи, устойчивая связь между женщиной и отцом ее детей. Говоря языком математики, институт Семьи — это необходимое условие, без которого жизнеспособности любого народа — в принципе быть не может. Это справедливо и для демографического развития великороссов. В институте Семьи важен социальный фактор воспроизводства поколений. Семья всегда должна быть нацелена на вырастание детей.

Реально частота рождений была обусловлена тем, что в северных условиях природная пища грубая. Поэтому матери великороссов кормили детей грудью несколько лет, пока детский организм не приобретал способность самостоятельно усваивать грубую пищу. Во время кормления действует Закон Природы, предотвращающий беременность. Это заложено в гормональной системе женщины. Когда ее организм нацелен на интенсивную работу молочных желез, тогда гормональная система блокирует способность яйцеклеток к зарождению новой жизни. Из поколения в поколение бабушки великороссов учили молодых матерей: «береги грудь, пока дитя сосет — не боись забеременеть». Поэтому интервал между рождениями детей у великороссов составлял более двух лет.

В былые века детская смертность у великороссов была большой. Если без эмоций, то в этом был определенный резон. Ведь при рождении детей было и есть до 5 процентов генетического брака, патологии и т. п. Эти дети, как правило, умирали еще в детстве. Всемирной трагедии из смерти младенцев великороссы не устраивали. Матери плакали. А соседи утешали: «Бог дал, Бог взял».

Зато самые здоровые дети выживали и росли. И генофонд великороссов от поколения к поколению улучшался. Конечно, были и семьи неспособные к зарождению детей — врожденная бездетность. Но в большом множестве великороссов у женщин к 20 годам уже рождался первый ребенок. А активный детородный период женщины у великороссов длился примерно до 40 лет. И в семьях великороссов вырастало — в среднем 5–6 детей.

Именно растущие здоровые дети и обеспечивали тот прирост потока растущих детей великороссов, который показывают диаграммы выше рассмотренных губерний Царской России.

Для воспитания растущих детей любому народу, в том числе и великороссам, нужны и важны нравственные нормы.

Институт семьи великороссов

Православная Церковь однозначно установила нерасторжимость брака. В такой нравственной норме заложен здравый смысл.

Например, на Таити, мать могла запросто оставить 2–3-летнего ребенка бабушке или тетушке. Хищников нет. Кругом фруктовые деревья. Не умрет.

На Русской равнине хлебные деревья не растут. Ежегодно холодная зима. Без защиты ребенок неминуемо погибнет от холода и голода.

В условиях Русской равнины растить женщине в одиночку несколько детей очень трудно. Поэтому Православная Церковь давно установила нравственный закон: нерушимость брака между матерью и отцом рожденных детей. А чтобы народ жил вечно, в нем должен действовать Великий Нравственный Закон: «Создавайте свою семью. Зарождайте и растите детей своих. Воспитывайте их так, чтобы они позаботились о вашей старости».

Понимание того, что старость моя зависит от воспитания детей на примере отношения к родителям — это важное нравственное свойство Человека.

Великий Нравственный Закон настраивает людей на обязательность вырастания детей. В этом Законе суть морали и культуры Семьи.

В семье формируется эмоциональный мир ребенка. Здесь он узнает, «что такое хорошо и что такое плохо». В семье детей с малых лет приучали к их будущей роли в семье — роли мужа–отца и жены–матери. Как только ребенок начинал ходить и лепетать, ему вручают: девочке — куклу, мальчику — игрушечные орудия защиты и хозяйствования. Дети, подрастая, мало–помалу разучивают будущие обязанности. Семья — это школа, где дети получают навыки и знания. Семья — это крепость, где дети защищены от напастей окружающего мира.

О системе саморазвития семьи великороссов

Природный цикл человека состоит из трех периодов жизнедеятельности — «дети», «отцы» и «деды». По жизни — это «сын», «отец» и «дед». (Аналогично — «дочь», «мать» и «бабушка»).

Нравится — не нравится, любой человек смертен. Поэтому число вырастающих «детей» должно быть существенно больше числа стареющих «дедов».

Природа устроена так, что у великороссов «сыновей» и «дочерей» в 20–25-летнем возрасте примерно равное количество. Отличие — один–два процента. Таков Закон Природы, чтобы к активному детородному периоду женщины каждый молодой мужчина мог найти себе свою «половину» для продолжения рода.

Фото XIX века. Первый год совместной жизни

Свояковые связи

Типично русское: «свои люди — сочтемся» — значительно увеличивало жизнестойкость молодых семей великороссов.

В былые века главный помощник крестьянина — лошадь. Но в молодых семьях не торопились ее заводить. Ведь в зимний полупериод молодой великоросс уходил «промышлять» (об этом в следующей главе). Для большинства «промыслов» лошадь просто не нужна, а зимой ее надо кормить. Другое дело, лошадь нужна весной для обработки земли, летом — для заготовки сена для коровы, а осенью — при уборке урожая. Вот в этих случаях и выручали «свояковые связи».

Отцы, конечно, помогали своим детям. Когда надо было молодой семье помочь лошадью, в два голоса следовало: «Тятя, помоги!»

И два отца этой молодой семьи садились вместе и как «свояки» обсуждали и решали: когда и как как «помочь своим детям» лошадью для работы в поле.

О двух — и трех–поколенных семьях

Интервал вырастания всех детей в семьях великороссов растягивался до 20–25 лет. Так что когда мать рожала последнего ребенка, у ее старшего сына или дочери уже рос малыш, то есть ее внук или внучка.

По русским вековым традициям семьи великороссов создавались не дочерьми, а сыновьями. Причем старший сын после женитьбы вместе со своей женой и нарождающимися детьми — как правило, оставался жить в семье отца. Образовывалась трех–поколенная семья. Жизненный цикл такой семьи существенно растягивался. И в здоровых семьях это цикл продолжался в течении многих поколений. Но так как в семье великороссов — как правило, вырастало несколько сыновей, то младшие сыновья, по мере создания своей семьи, выделялись из хозяйства родительской семьи и начинали жить самостоятельно. Так создавались двух–поколенные семьи. Когда их старшие сыновья подрастали и заводили себе жену и детей, такая семья превращалась в трех–поколенную.

Если же в семье родителей были только дочери, то, как правило, одна из дочерей, выходя замуж, оставалась вместе с мужем в семье своих родителей. Тут возникала коллизия, ведь для мужчины было не очень престижно быть «примаком», то есть принятым в другую семью. Но обычно эта коллизия тем или иным способом улаживалась. И двух–поколенная семьи, в которой выросли только дочери, все равно превращалась в трех–поколенную. И стареющие родители при живых детях не оказывались вне семьи.

Фото начала ХХ века. Заготовка сена на зиму

С. М. Прокудин–Горский. На жнитве. 1909 год

Крестьянствование — это не только работа — это особый уклад жизни, обусловленный с включением человека в природные часы: крестьянин- великоросс даже встает и ложится не по часам, а по солнышку.

Об укладе семьи и жизнестойкости великороссов

Основу русской крестьянской жизни великороссов составляли трехпоколенные семьи: старики–родители, их дети, и дети их детей, то есть внуки.

Фото начала ХХ века. Праздничное чаепитие всей семьей

При таком составе на северной части Русской равнины достигается ряд преимуществ.

Во–первых, многочисленная семья легко справляется с работой в самую напряженную, страдную пору, когда один день весь год кормит.

Во–вторых, обеспечивает внутрисемейную защиту, при которой стареющих родителей замещают их дети, а забота о внучатах ложится на бабушку с дедушкой. Именно от них малыши получают первичные бытовые и культурные навыки.

В-третьих, позволяет передавать по наследству не только нажитое имущество, но и накопленные знания, культурные традиции. В трехпоколенной семье нет лишних и бездельников. Для каждого есть дело.

С. В. Прокудин–Горский. За пряжей. В деревне Изведово. Тверская губерния 1910

Фото начала ХХ века. Подросток–пастух

Об институте бабушек и дедушек

Веками жизнь великоросса состояла из трех периодов: «расту сам — ращу детей — воспитываю внуков». Веками действовал Великий Нравственный Закон: «Создавай свою семью. Зарождайте и растите детей своих. Воспитывайте их так, чтобы они позаботились о вашей старости». В этом были основы русской нравственности.

Именно Великий Нравственный Закон обеспечивал условия, при которых растить детей великороссам было духовно радостно. И когда женщины собирались на посиделки, то разговоры текли, в основном, вокруг детей и внуков.

Наши предки считали себя несчастными людьми, если у них было мало внуков. Находясь на смертном ложе, бабушки говаривали: «Жизнь я прожила не зря. Эвон у меня скоко внуков выросло». И лица их при этом светились радостью от счастья.

Для понимания взаимоотношений «дедов» и «внуков» у великороссов XIX века нелишне вспомнить стихотворение поэта–крестьянина Спиридона Дрожжина:

Вышел внук на пашню к деду

В рубашонке, босиком,

Улыбнулся и промолвил:

«Здравствуй, дедушка Пахом!

Ты, я вижу, притомился,

Научи меня пахать,

как зимой в избе, бывало,

По складам учил читать!»

«Что ж, изволь, коли охота

И силенка есть в руках,

Поучился, будь помощник

Деду старому в трудах!»

Чувствуете, поэт–крестьянин описывает взаимоотношения «дед — внук» в духовно–радостном стиле.

«Улыбнулся… Здравствуй, дедушка Пахом» — отношение внука.

И реакция деда — «изволь, коли охота…»

Это вполне понятно. Испокон веков великороссы воспитывали мальчиков, как работников. Это было обязанностью дедов.

Фото конца XIX века. Дед учит внука косить траву

«Институт дедушек и бабушек» в былые века у великороссов был исключительно важным звеном в процессе воспитания детей.

О кормильцах в русских семьях

В былые века главным человеком в семье был мужчина — это был основной кормилец семьи. Но нередко мужчины погибали. Тут волей неволей женщина становилась главой семьи. Какова интенсивность таких случаев была в Царской России. Обратимся к работе Менделеева[59]. Сравним соотношение хозяйств–семей, где основным кормильцем был мужчина, к тем хозяйствам, где основным кормильцем была женщина, таблица 5.1.

Регионы

соотношение

Край, губерния

соотношение

Север:

Черноземный Центр

Архангельская

3:1

Тульская

3:1

Вологодская

4:1

Рязанская

3:1

Нечерноземный Центр

Тамбовская

5:1

С-Петербургская

2:1

Воронежская

6:1

Новгородская

3:1

Среднее Прижднепровье

Псковская

4:1

Киевская

4:1

Тверская

5:2

Полтавская

4:1

Московская

2:1

Харьковская

4:1

Нижегородская

3:1

Дон и Прикавказье

Владимирская

5:2

Войска Донского

5:1

Новороссия

Кубанская

5:1

Херсонская

5:1

Ставропольская

8:1

Таврическая

6:1

Поволжье

Саратовская

4:1

Таблица 5.1: Соотношение хозяйств–семей, где основным кормильцем был мужчина, к тем хозяйствам, где основным кормильцем была женщина

Как видите, в северных землях женщина была основным кормильцем — в каждой 3–4‑й семье. В южных землях — в 5–6‑й семье.

Рассмотрев особенности развития великороссов, необходимо вкратце остановиться на особенностях жизни на северной части Русской равнины.

Глава 20. Об особенности жизни великороссов

Географические условия — это те природные особенности, по которым можно понять влияние окружающей среды на жизнедеятельность великороссов.

Об особенностях Русской равнины

Есть два фундаментальных фактора природы, от которых зависит жизнедеятельность: и человека, и народа — это тепло и вода.

Если природа так благодатна, как на берегах Средиземного моря, то у человека нет особой необходимости заботиться о воде и тепле. Именно в условиях Средиземноморья возникла и развивалась европейская христианская цивилизация.

Мусульманская цивилизация возникла в сухих песках, где фактор воды существенно важнее фактора тепла.

Возникновение и развитие русской цивилизации происходило в условиях, когда проблема обеспечения теплом важнее проблемы обеспечения водой.

Конечно, не во всех регионах Русской равнины природный фактор одинаков. Новгород, Тверь, Вологда, Ярославль — типичные регионы северной половины Русской равнины, где фактор тепла важнее воды. Здесь зимой 10-ти градусный мороз — норма. Семья вне теплого жилища неминуемо погибнет.

Когда Россию сравнивают с Западной Европой, то не надо забывать, что у всех людей по 365–366 дней в году. Их не растянешь.

На северной половине Русской равнины продолжительности «летнего тепла» и «зимнего мороза» — отличаются незначительно. Фактически они симметричны. В этом уникальная особенность жизни великороссов. Пословица: «готовь сани летом, а телегу зимой» — самым точным образом характеризует уникальность жизни великороссов. Ему для жизнедеятельности были нужны и сани, и телега.

Для жителей Западной Европы сани просто не нужны. Ведь зимы в русском понимании — у них нет. Когда делают ссылку на Канаду, то надо знать: Канада заселена только по южной полосе. «Северный» по западным меркам Монреаль в Канаде, на Русской равнине находится на широте Краснодара.

Кроме того, океанские течения Куросио и Гольфстрим сильно удлиняют вегетационный период для выращивания растений в Канаде. Всегда надо иметь в виду, что хоть в Канаде, хоть в Западной Европе вегетационный период роста растений на 100 дней длиннее, чем на Русской равнине. А зима — короче.

Фактически русская цивилизации единственная северная цивилизация. Но и в суровых условиях Русской равнины великороссы использовали все возможности, данные человеку. Без ума, без инженерной смекалки на Русской равнине не обойтись. «Голь на выдумки хитра» — это не от безделья, а от недостатка тепла.

Что делал великоросс зимой

Русофобы до сих пор зимнюю жизнь великоросса описывают так: «Лежал Ваня на печи, да жевал калачи». Но ведь печь, как ни протопи, остынет за сутки. Так что весь длинный «русский мороз» на печи не пролежишь, заледенеешь. А насчет «калачей», так чтобы их «жевать» — их еще сначала надо купить!..

Вот как описывает подготовку к зимней жизнедеятельности великороссов Сергей Максимов, который по долгу службы побывал практически во всех уголках европейской России ХIХ века:

«К Покрову /1 октября по старому стилю/ озими давно засеяны и яровые поля убраны, собственно, крестьянские работы закончены… И солнышко давно закатилось, а в деревнях не до сна: играют огоньки, и спят только малые детишки… Чтобы зимой прожить всей семьей, — надо промышлять.»[60]

А так автор «Толкового словаря»:

«Тысячи плотников, столяров, половщиков, каменщиков, штукатуров, печников, кровельщиков рассыпаются по всей России. Крестьяне деревень держатся промыслов… В селениях заведено, что молодой парень должен заработать… потом уже, уплатив за три–четыре года подушное, жениться. Тут не найдете вы мужика–домоседа, который бы не видел свету…»[61]

Павел Мельников, действительный статский советник Нижегородского губернского правления, известный как литератор Андрей Печерской, писал так:

«Хлебопашество — главное занятье крестьянина, но повсюду оно об руку с каким ни на есть промыслом идет, особливо по речным берегам, где живет чистокровный славянский народ. В одних селеньях слесарничают, в других скорняжничают, шорничают, столярничают, веревки вьют, сети вяжут, проволоку тянут, гвоздь куют, суда строят, сундуки делают, из меди кольца, наперстки, кресты–тельники да бубенчики льют, — всего не перечесть… Кроме того, народ тысячами каждый год в отхожие промысла расходится…»[62]

А вот так описывает местный летописец промыслы в Тарусском уезде Калужской губернии в середине XIX века:

«Ткачи миткаля и бумажных материй работают… в уезде более известны следующие промыслы: пильщиков, бочаров, штукатуров, работающих в столицах, торговцев хлебом, фруктами, калачами, мелочных торговцев… Шляпники занимаются выделкой поярковых шляп. Второстепенные промыслы: извозничество, печники, плотники, тележники, пуговичники и сусальщики.»[63]

Главное во всех этих описаниях жизни великороссов: «чтобы зимой прожить всей семьей — зимой надо промышлять».

Об этой особенности жизни великороссов есть описания десятков, а может быть и сотен, публицистов XIX и начала ХХ веков. Но вот что примечательно, русофобы–марксисты — в упор не хотели видеть и сейчас не хотят видеть описания таких публицистов. И большинство публикаций было уничтожено. Ведь они в корне противоречили идеологии марксизма. Но на этом гонения на такие описания современников не прекратились. Русофобы–либералы, захватив в 1990‑х власть в России, сохранившиеся от уничтожения описания современников о жизни великороссов: «чтобы зимой прожить всей семьей — зимой надо промышлять», спрятали эти описания подальше от любознательных читателей в самых дальних шкафах, на самых неудобных для поиска полках библиотек. Ведь эти описания в корне противоречат, не только марксизму, но и идеологии неолиберализма.

Две экономики великоросса

Сила великороссов не в том, что они злее и агрессивнее других людей, а в том, что они выносливее и терпеливее. Великороссы сумели прижиться там, где другие просто бы не выжили. Север Русской равнины — отнюдь не «самое гиблое место всех времен и народов»!.. Более того, север вообще не противоречит зажиточности. В прошлые века наиболее зажиточно великороссы жили как раз в Архангельской губернии, казалось бы, на крайнем севере России.

Нелишне рассказать о таком курьезе.

В советское время в музее деревянного зодчества под Архангельском экскурсоводы, рассказывая о крестьянских избах, говорили — это «боярские терема» времен Великого Новгорода!.. Таково было указание «сверху». По мнению проповедников марксизма «крестьяне не могли так жить!».

Вернитесь в главу 8. Посмотрите еще раз дома, которые стояли еще в ХХ веке и разрушались во времена «торжества марксизма». Наверняка, у вас убавится веры в то, что марксисты строили «самое светлое будущее».

А великороссы Архангельской губернии строили такие просторные дома и жили в них, потому что у них в году было ДВЕ ЭКОНОМИКИ.

Что было корневым в понятии экономика в XIX веке?.. В чем ее суть, с точки зрения вольного великоросса?..

Для корректности обращусь к «словотолкователю» XIX века. В нем приведено то корневое понятие экономика: «экономiя» — это домоводство, бережливость. (Греческое oikonomia — это oikos — дом и nomos — закон)[64].

Или на языке ХХ века, «экономика — это умение вести домашнее хозяйство».

Как видите, в основе понятия «экономика» лежал «дом». То есть основа «экономики» — это материальное и духовное пространство семьи. В семье все: и стар, и млад, взрослые и дети, отцы и матери, деды и внуки объединены совместной хозяйственной жизнедеятельностью. Этот мир семьи отделен от соседей зримыми и незримыми границами неписанных нравственных отношений.

Для великоросса XIX века его умение ведения домашнего хозяйства обязательно включало зимнюю часть его экономики. Он прекрасно понимал, чтобы его семья пережила длинные месяцы «мороза» — для этого «зимой — надо промышлять…»

Мысль великоросса всегда должна была работать на результат. Культура «запаса» была развита у великороссов — как ни у кого в мире. Потому как без запаса продуктов и дров на севере Русской равнине зимой не проживешь. Только в русском языке понятие «дело» и «мысль» связаны в однокоренных словах: «промысел», «промышлять», «промышленность».

Две экономики великороссов: летняя и зимняя — это особенность и необходимость жизни на северной половине Русской равнины.

На Западе земледельцы почти весь год могут специализироваться на выращивании земледельческой продукции. А жители городов — на ее переработке.

Но если бы великороссы на Русской равнине занимались только одним делом: одни — хлебопашеством, а другие — его переработкой, то великороссы, как народ, за многие века просто бы вымерли от холода и голода. По той причине, что такие «специалисты» сидели бы по полгода без дела. Пахарь — после Покрова дня, а мукомол — всю весну и лето.

Уникальность географии Русской равнины требовала: великороссы в своей жизнедеятельности должны иметь две экономки — летнюю и зимнюю.

Цель летней экономики — получение продукции «от земли».

Цель зимней — получение доходов «от промыслов». Раз «мороз сковал землю», то русскому земледельцу зимой на ней делать нечего. «Зимой надо промышлять». Поэтому Даль и писал: крестьяне «тысячами … рассыпаются по всей России».

Губернии разные и доходы разные

Ясно, что в «промысле» крестьянина — великоросса должен быть экономический результат… Посмотрим его.

В журнале «Русское богатство» за 1900 год есть статья А. В. Пешехонова «Покупательные силы крестьянства», где по исследованиям в 194 уездах России приведены данные о крестьянских бюджетах в различных губерниях, таблица 20.1.

Губернии

Средний крестьянский бюджет на 1 душу, руб.

Воронежская

54, 60

Саратовская

52, 90

Рязанская

53, 37

Тульская

52, 47

Калужская

54, 80

Тверская

56, 67

Новгородская

55, 43

Ярославская

55, 04

Вятская

58, 51

Пермская

53, 43

Таблица 20.1: Данные о крестьянских бюджетах в различных губерниях

Как видите, средняя величина удельного показателя крестьянских бюджетов в губерниях великороссов практически одинакова.

Это покажется невероятным, ведь климат в Воронежской и Саратовской отличается от Пермской и Вятской губерниях — очень существенно. Но одинаковость бюджетов — это факт, от которого просто так не отмахнешься.

Источник дохода бюджета хозяйства великороссов состоял из двух частей — натуральная и денежная. Чтобы понять особенности бюджета выделим денежную часть.

Две губернии — два способа добывания денег

Калужская и Воронежская губернии географически расположены близко друг от друга. На первый взгляд, и условия жизнедеятельности великороссов одинаковы.

Однако разница становится очевидна, если сравнить: из чего складывались денежные части крестьянских бюджетов, таблица 20.2.

Денежный доход, на 1 душу семьи

Калужская губерния

Воронежская губерния

Весь денежный доход

20руб 75коп

20руб 95коп

От продажи скота и продуктов земледелия

5руб 07коп

9руб 86 коп

От промысловых заработков

15руб 68коп

11руб 09коп

Таблица 20.2: Денежные части крестьянских бюджетов

Из таблицы 20.1 ясно, что бюджет крестьянина и Калужской, и Воронежской губерний практически одинаков — 54 руб. 60 коп. и 54 руб. 80 коп.

Из таблицы 20.2 следует, что и денежные доходы крестьян практически одинаковы — 20 руб. 75 коп. и 20 руб. 95 коп. Но вот эти рубли калужские и воронежские великороссы получали из разных источников дохода.

Сельхозпродукция приносила воронежскому крестьянину половину денежной части дохода, а калужскому — лишь четверть.

Промыслы приносили воронежскому крестьянину вторую половину денежной части дохода, а калужскому — уже ТРИ четверти.

Это существенное различие показывает:

— эффективность жизнедеятельности великоросса от климата не зависела;

— великороссы оптимизировали свой труд и время, исходя из местных условий, в двух сферах жизнедеятельности: «земледелие» и «промыслы».

Об особенностях русского духа

Сейчас как легенда воспринимаются отношения купцов–великороссов. Ударили друг друга по рукам и сделка считалась как договор. Русская деловая этика была основана на честном слове. Она возможна, когда вольные люди взаимодействуют без участия чиновников

Обычно много говорят о русском коллективизме. Но говорят не то и не о том. Коллективизм великороссов Севера принципиально отличается от коллективизма рытья каналов на Юге.

На Юге каналы строят тоже коллективно. Десяткам тысяч людей на рытье каналов нет необходимости понимать работу друг друга.

Коллективизм вольных великороссов — это коллектив артели, экипажа, где все понимают друг друга с полуслова.

С. М. Прокудин-Горский. Пильщики на [Вытегре]. 1909 год

Но при этом безжалостно избавляются от затесавшегося халявщика или чужака.

Отсюда знаменитое: «с ним в разведку не пойдем».

Сплав плотов на Волге во время разлива

В суровых северных условиях выжить можно, лишь используя возможности человека и природы. Глупость («дурная голова ногам покоя не дает») невозможно компенсировать обилием ресурсов. Без ума, без смекалки не обойтись. «Голь на выдумки хитра» — это не от безделья, а от скудости ресурсов природы для земледелия на Севере Русской равнины. Любое производство на Севере отличается сезонностью. И не только сельское хозяйство. Но это и летний, и зимний транспорт. Транспорт зимой и летом были на Севере Русской равнины разный. А транспортные магистрали одни и те же — реки. Летом — лодки, по воде. Зимой — сани по замерзшей реке. Ведь реки не надо прокладывать как дороги. А реки на Русской равнине текут ровно и медленно.

Поэтому Русская равнина заселялась — прежде всего, по поймам рек.

Сезонностью отличались все производства и промыслы. Сезонность обуславливала необходимость концентрации усилий в короткое время, при одновременной подготовке к следующему сезону.

О ремеслах и промыслах великороссов

Каждому человеку для еды нужна посуда.

Великороссу важно, чтобы промыслы приносили в дом «не токмо прибыток», но и радость «для глаза». Поэтому и появилась «хохлома» — красочная, радующая глаз роспись посуды, тарелок, ложек. Поэтому в селе Дымково лепили, обжигали и раскрашивали прелестные сказочные фигурки из глины, украшая их сусальным золотом.

Дымковская игрушка пользовалась большим спросом. Многие изделия отличались изысканностью и выпускались под определенные вкусы потребителей.

Ясно, где какая возможность, такая и особенность промысла. Например, промышляя летом «моржовый зуб», великороссы–поморы зимой «резали кость», украшая гребни, ларцы и другие изделия ажурным орнаментом — это холмогорская резная кость.

В Вологодчине плели «кружево».

Свое «ноу–хау» имели умельцы–серебрянщики Великого Устюга. Там появилась «северная чернь».

А вот как описывает старший брат автора этой книги промыслы отца и деда в 1920‑х, когда уклад жизни великороссов еще не изменился:

«Зимой люди занимались бондарным делом, делали деревянную посуду, туеса из бересты, сани, телеги. Были даже такие слова в частушках: «Сами пряли, сами ткали, сами шили уледи![65]..»

О деде:

«В хозяйстве мог делать все, Хоть сани сделать, хоть телегу, любую деревянную посуду, туеса, уледи сшить. Дед считал, что многое в своем хозяйстве надо делать самому, быстро и во время».

Об отце:

«Как и дед, отец мог делать все, шить, валенки валять. Поэтому мы зимой были всегда в валенках и теплой одежде. Особенно любил отец столярное ремесло. Мог сделать: стол, стул, диван, комод, шкаф, буфет. Откуда бы не приезжал, а зимой уезжать приходилось всегда, чтобы заработать деньги, (а они были очень нужны, ведь нас росло 7 детей, да еще дед с бабушкой) привозил, то пилу лучковую, то рубанок и прочие столярные инструменты»[66].

О пространстве пригодном для русской жизни

Для жизни великороссов необходимы такие земли, которые пригодны для земледелия и где есть угодья для охоты и ловли рыбы. Эту особенность географии русской жизни образно и точно отобразил Александр Блок:

Русь, опоясана реками

и дебрями окружена…

Такой жизнь великороссов была на Русской равнине, такой стала и за Уралом. Тот, кто знаком с многообразием русской кухни, знает: в ней много блюд из дичи и рыбы и намного меньше из мяса домашних животных. Это потому что наиболее пригодные пространства для поселений великороссов — всегда пойма реки.

А вот степная земля, удаленная от поймы рек непригодна. И уж тем более не нужны великороссу солончаки и песчаные пустыни.

На географической карте отчетливо видна полоса земли, освоенная отважными вольными великороссами — от Урала и до Тихого океана. Где–то ее ширина всего 250 км, а где–то расширяется до 750 км. Именно по этой освоенной полосе и была проложена железная дорога от Урала и до Владивостока.

Теперь полезно рассмотреть пример освоения Дальнего Востока, показывающий разницу освоения одних и тех же земель: сначала финнами — по рекомендациям служилых людей Царя, затем — великороссами.

Еще о том, как устраивали жизнь предки автора этой книги

Я считаю важным изложить историю своих предков, чтобы на их примерах показать:

— как формировался хозяйственный дух вольных великороссов, которые осваивали неудобья и пустоши на севере Русской равнины.

— важность детей в их семьях.

Выше изложено предание, как 3 брата Башлачевы: Иван, Василий и Левонтий переселились из Рязанской земли в низовье реки Вычегды.

Главное в том, что крестьяне — великороссы селились в пойме рек.

Когда говорят, что Россия прошлых веков — это царское самодержавие и крепостное право, то это не совсем так. В том то и дело что крестьяне — великороссы Севера жили «не совсем при царе» и без крепостного права. Просто вольные великороссы жили по принципу: «земля царева, а распаши и ржи наши».

А на результаты труда распространялось правило: «кто пахал, того и хлеб». Конечно, крестьяне — великороссы не спрашивали и не докладывали никому, как они «садились» на землю, но рано или поздно их принуждали к оплате податей.

Если подати были обременительные, крестьяне — великороссы бросали обжитое место и уходили в другие места.

В Сольвычегодском уезде были люди, имевшие землю в личной собственности. Эти участки так и назывались «крепостные». Но на таких участках «вольные» крестьяне «не садились», чтобы не платить подать еще и землевладельцу. Они предпочитали «садиться», хоть на «неудобье», зато чувствовать себя «вольным». «Вольному воля» — это действительно великий принцип и очень важная русская ценность.

Известно, что отец моего прадеда Василия в середине XIX века жил в поселении Пица, за Пицкими болотами, 30–40 верст к востоку от Сольвычегодска.

Ближайшие земли были разработаны. Молодой Василий отправился осваивать новое место. Он выбрал Казаково, территорию вне «крепостного права». (Как образовалась деревня Елезовка, родина автора этой книги — рассказано выше).

Примечательно, что ниже того места, на котором поселился молодой Василий Башлачев, расположена плодородная низина, но она была «крепостной землей». На ней селиться не имело смысла, так как автоматически становишься «крепостным» (К этому времени «крепостное право» еще было не отменено). А вот селиться выше «крепостной земли» в лесу, на угоре имело смысл. Близко вытекал ключ, способный обеспечить семью водой. Это, во–первых.

Во–вторых, еще до переселения моего прадеда Василия, на угоре уже стоял дом его очень дальнего родственника Гавриилы Башлачева, который тоже предпочел распахивать «пустошь», но не стал «крепостным», а остался вольным крестьянином. На Севере Русской равнины действовал неписаный вековой закон: при поселении очень важно было заранее получить доброе согласие с ранее поселившимися соседями.

За многие века жизни на севере Русской равнины в русском крестьянстве сформировались и генетически закрепились определенные психологические свойства. Вольные великороссы всегда напрямую решали свои взаимоотношения, без барина и чиновника.

По рассказам моего дяди Михаила Ивановича Башлачева у нашего прадеда Василия был такой разговор с Гавриилом.

Прадед пришел к Гавриле и спросил прямо: «Гаврила, могу я поселиться и обустраиваться на пустоши рядом с тобой?..».

Гаврила: «Что ж Василий, ты парень молодой. Знаю работящий, не склочный. Так что селись, заводи себе жену и стройся. Вот такое тебе мое согласие».

Как видите, никакого чиновничьего разрешения, как сейчас — этого и в помине не было. Но были очень важны длительные добрые отношения с соседями. Человеческое уважение и равенство там, где возможно — вот основа взаимоотношений великороссов.

Вот что еще надо отметить. Великоросс, по самой жизни в суровых северных условиях вынужден был ежедневно и ежечасно действовать в системе «человек–природа». Притом следовало действовать успешно, иначе зимой пропадешь. Например, великоросс не мог полагаться на «рабов». На бескрайних просторах Русской равнины пользы от раба «на привязи» нет. А непривязанный убежит.

У русских рабовладения не было. Любой встречный на бескрайних просторах Русской равнины — это скорее соратник, чем конкурент. Какая может быть конкуренция за кусок земли на Русской равнине, когда ее кругом полно. Только обрабатывай. А вот выживать вдвоем легче. И надо быть доброжелательным, а не дурным соседом. Прадед Василий построил сначала избушку. Завел жену, стали рождаться дети. Прадед построил большой дом: две белые избы с печами в три окна каждая, скотный двор. Но первая жена умерла, от нее вырос сын Леонтий. Через несколько лет прадед женился второй раз на Евдокии (моя прабабушка). Выросло три сына: Иван (мой дед, родился 1863 году), Василий и Степан..

После смерти прадеда его старший сын Леонтий выделился в отдельное хозяйство. Семья Леонтия — сам, жена, сыновья Николай, Леонтий и дочери: Клавдия, Елизавета и Мария. Семья Леонтия стала жить в левой северной половине дома. В правой южной половине дома продолжали жить моя прабабушка Евдокия и три младшие сыновья. Иван (мой дед), Василий и Степан.

Иван вырастил 4 сыновей: Анатолий (мой отец), Михаил, Инокентий и Николай.

У Василия выросли сыновья: Василий, Максим, Николай и сестры Евдокия и Нина. У Степана детей не было.

Как видите, процесс вырастания детей и выделения нового хозяйства — почти точно соответствует тому, что описано в главе 19. Отличие лишь в том, что прадед рано умер, не дожив до старости.

Распаханной земли, доставшейся моей прабабушке Евдокии после смерти прадеда, явно не хватало для прокорма семьи. Моему деду Ивану было лишь 14 лет, а Василию и Степану — еще меньше. Так что быть старшим мужчиной в хозяйстве — такая доля свалилась на моего деда с ранних лет. Ему помогал вести хозяйство — не только старший брат Леонтий, но и сосед Гаврила. Причем помогал по доброму, (у него у самого было два сына и пять дочерей).

Чтобы как–то прожить, моя прабабушка отправила моего деда подрабатывать, «батрачить» у зажиточного крестьянина Миколы Торицы (такое у него было прозвище). Микола жил в деревне Исаковская на берегу реки и имел хорошую плодородную землю в пойме реки Виледи. Дед нередко рассказывал о своих отношениях с тем хозяином, на кого «батрачил».

Эти рассказы показательны для понимания того духа, который витал в атмосфере жизни вольных великороссов.

Как–то Микола Торица спросил: «Как Ваня не завидно тебе — как я живу?»

Дед (подросток) ответил: «Завидно».

Микола ему и говорит: «Ваня, завидовать нехорошо. Ты лучше смотри и учись, как я работаю. Будешь так работать как я, тоже будешь жить хорошо».

Надо сказать, Микола был работящий. Вставал не свет не заря и моего деда к тому же приучил. Микола часто напоминал моему деду: «Ваня, пошел делать дело, делай два или три». Или еще: «Хорошей работы чужими руками не сделаешь».

Я помню, как дед, будучи уже в возрасте 85 лет, постоянно повторял эти правила, к которым его приучило «батрачество» у Миколы Торицы.

Шли годы. Мой дед вырос, подросли и его младшие братья. Сил уже хватало, чтобы разрабатывать новые участки земли. Для этого присматривали подходящие «пустоши» вблизи дома.

Напомню, мои далекие предки осваивались в Сольвычегодском уезде там, где как говорилось: «куда топор, коса, соха ходили». Причем не забывали: «Земля царева, а распаши и ржи наши». Собственно так же осваивал землю деревни и мой прадед Василий, и мой дед Иван с братьями, когда те подросли.

Читателю нелишне знать и осознать технологию освоения земли и главные ее особенности. Землю для пашни выбирали на ровном месте или на небольшом юго–восточном склоне там, где раньше всего весной сходит снег. Для сенокоса — находящиеся вблизи лощины небольших речек, фактически ручьев.

На участке под пашню лес и кустарник вырубали главным образом в утренние часы в марте, когда снег покрыт крепким настом, чтобы не проваливаться по пояс. Срубленные деревья и кустарник лежат год, до следующей весны. (За лето и зиму они хорошо просохнут). Весной, как только сойдет талая вода, этот участок «палят», то есть сжигают. Остается толстый слой золы и торчащие пни от деревьев.

Как только земля начинает подсыхать, крестьянин приезжает на лошади с сохой, чтобы «взъерошить» землю между обгорелыми пнями. Затем участок засевается льном. Семена заделывали в землю пальничной бороной (Обработка льна и изготовление из него ткани — это длинная технология в несколько лет).

Через два–три года корни подгнивают и пень можно выкорчевать. Такие пни сжигают и еще несколько лет участок взъерошивают сохой, чтобы «поднять корни». И лишь спустя годы земля становится пригодной пахать и сеять рожь.

Так что мой дед, сначала со своими братьями, затем с четырьмя подросшими сыновьями (мой отец Анатолий родился в 1895 году) рубил, корчевал, пахал и сеял хлеб. В 1910‑х он построил новый большой дом и так развивал хозяйство в 1920‑х. И к 1930 году у него в хозяйстве (вместе с моим отцом) было 12 десятин земли. Потом его пытались раскулачить… (Но это тема уже другого исследования).

Продолжу эту главу описанием рачительного земледелия в другом регионе Русской равнины, в Ярославской губернии.

О земледелии в верховьях Волги

Малоизвестный сельскохозяйственный журнал «Хутор», который издавал агроном П. Н. Елагин, был предназначен для народных училищ и отдельных хозяев. Меня привлекла статья «Три основных правила к успешному хозяйству»[67].

Предлагаю читателю познакомится с этой статьей в сокращенном виде. При этом позволю себе небольшие комментарии.

«Сельское хозяйство — есть один из самых обширных промыслов, включающий в себя множество разнородных областей. Его нельзя понимать в узком смысле земледелия или хлебопашества, так как во многих местностях нашего обширного отечества эта отрасль может явиться самой невыгодной.

Сельское хозяйство — это многосторонний промысел, целью которого должно быть оправдание доходности собственной или арендуемой земли, а потому первым шагом хозяина, желающего заняться сельским хозяйством с пользою, должно быть подробное изучение условий жизни той местности, где находится его земля. Он должен подробно ознакомиться с местным населением, обычаями и потребностями, чтобы иметь ясное понятие о том, какие продукты сельского хозяйства могут иметь обеспеченный сбыт на месте и на местных рынках и какие товары более всего вывозятся и раскупаются на ближайших базарах и рынках населением городов и заводов».

Мы, сейчас, чуть ли не каждую минуту слышим по телевизору: рынок, маркетинг… Притом многие выступающие подчеркивают: русские, мол, никогда не знали «с чем едят» — этот самый рынок.

Однако, как видите, — совсем не обязательно, открыв рот, пялить глаза на Запад. Из приведенного отрывка совершенно ясно, что автор статьи прекрасно понимал основной принцип маркетинга: «Производить надо то, что покупается»!..

Так что наши предки были умнее нынешних просветителей.

«Важный предмет изучения представляет само земельное владение. Земли вообще различны между собою, как по физическим своим качествам, так и по химическому составу почвы. Не только в отдаленных друг от друга местностях, но и в одном и том же клину пашни десятины могут существенно разниться между собой. Одна десятина лежит на крутом склоне — с нее быстро стекает вода, она всегда будет страдать от недостатка влаги. Другая в котловине — вода в ней застаивается и надо заботиться об удалении излишней сырости. Одна десятина лежит склоном к северу — она не так обогревается солнечными лучами — почва на ней будет холоднее и такая десятина будет требовать гораздо больше удобрения, чем та, которая лежит склоном к югу и обогревается солнцем. Поэтому можно смело утверждать, что каждый клочок земли имеет собственный характер и поэтому хозяин должен возможно подробнее изучить каждый уголок своей земли, чтобы иметь возможность точно определить, что и как возделывать на ней».

Согласитесь, так не мог написать человек, для которого его земля — лишь количество гектаров. Ясно, что так изучать землю можно только, трогав ее своими руками и топав по ней своими ногами.

Как нет двух одинаковых людей, так нет и двух одинаковых участков земли. Ясно, что ни один хозяин не способен изучить характер большого количества участков земли. Ему просто не хватит времени. Ведь у каждого человека в сутках всего 24 часа, а в году 365–366 дней, их не растянешь.

Вот почему малые семейные формы крестьянства намного эффективнее используют природное плодородие земли, чем крупные, индустриальные холдинги.

«Второе условие к успешному хозяйству состоит в правиле, что в хозяйстве нет безделицы, которая бы не заслуживала особого внимания хозяина. Каждый клок соломы, всякие отбросы — все это в правильном хозяйстве не должно пропадать даром, а должно приносить определенную пользу.

Знакомый подмосковный хозяин довел свои поля до небывалого плодородия. Он собирал вокруг своей усадьбы: опавшие осенью листья, сорные травы по заборам и изгородям скашивались. Все это сваливалось в кучи, кучи эти перекапывались несколько раз в год и, сопревая, давали прекрасный назем. У него же картофельная ботва косилась после цвета и употреблялась для силоса на корм скоту.

В сельце Тешетин, отстоявшем от города Рыбинска в 8 верстах, я занимался огородничеством в довольно обширных размерах, продавая ежегодно до 10 тысяч кочней капусты. На моих огородах я собирал те крупные наружные листья, которые всегда обламываются и бросаются при продаже капусты кочнями. Эти листья я рубил на крошево или на квашеный корм скоту. Я получал превосходный корм, которого хватало для моего гурта на ползимы, и скот охотно поедал этот корм. Разумный хозяин должен стараться употребить в пользу все, что только произрастает или производится у него».

То, что описал автор статьи начала ХХ века — есть сейчас в личных приусадебных хозяйствах. Для таких земледельцев все описанное в статье — это само собой разумеющееся.

Но попробуйте представить подобное в больших коллективных хозяйствах?.. Подобных работ просто не делается!.. Сорная трава — не только не убирается на компост, но и бурьяном полыхает во вроде бы самых передовых хозяйствах. Про отходы же от капусты — просто и говорить нечего. Они попадают куда угодно, но не на заготовки зимнего корма для скота.

«Третье существенное условие к успешному хозяйству заключается в расчетливом распределении времени. «Время деньги» — говорят англичане. И это правило, в наше время должно составлять руководительный закон в правильном хозяйстве. Необходимо распределять полевые и другие хозяйственные работы. Ненастные дни, когда поневоле полевые работы прерываются, должны быть заполнены подворными работами, которых во всяком хозяйстве много. Некоторые из летних работ, как например, вывозка назема, могут быть с выгодою перенесены на зиму. Вообще хозяйство будет процветать, если сам хозяин будет вникать в малейшие его подробности, с любовью относиться к делу, поставив себе за правило, что хозяин должен быть первым тружеником в своем хозяйстве».

Эта статья очень точно передает суть русской пословицы, которую очень часто повторял мой дед Иван Васильевич Башлачев: «Хорошую работу чужими руками не сделаешь!» Для него это была аксиома.

«Мы мало ценим все то, что хозяйство нам дает. В этом отношении предки наши были куда умнее нас. Они умели удовлетворять свои нужды собственным хозяйством и не ездили в город, порастрясти свои карманы. Новейшее понятие, что все свое дороже покупного и что выгода хозяйства заключается в обращении в деньги всех его продуктов — есть не что иное, как заблуждения. Я убедился на практике, что то дорого, за что приходится опускать руку в карман, и наоборот — дешево то, за что я не беру из кармана.

Я считаю, что хозяин, поставивший себе задачею возможно больше нажить денег от своего хозяйства, с самого начала делает ошибку и потому не достигнет цели. Хозяйство не может, подобно торговле, давать лихвенные барыши /”лихва» — избыток. В. Б./. Но кто занимается им с любовью, с надлежащим усердием и вниманием, тот никогда не будет знакомиться с нуждою».

Действительно, предки наши были умнее нас!!!…

Мощные хозяйства на каком–то отрезке времени — хоть в советское время, хоть в начале XXI века дают заметный эффект. Но это не может продолжаться долго. Ибо в долгосрочном плане мощные предприятия неизбежно приводят к истощению почвы. А вот семейные формы, где хозяин в состоянии «изучить характер каждого уголка своей земли», всегда ведут почву к увеличению плодородия.

Глава 21. Куда стремились вольные великороссы

Для жизни великороссов необходимы такие участки земли, которые пригодны для земледелия и где есть угодья для охоты и ловли рыбы.

Так что наиболее пригодные пространства для основания поселений великороссов — всегда пойма реки. Эту особенность географии русской жизни образно и точно отобразил Александр Блок:

Русь, опоясана реками

и дебрями окружена…

А вот степные солончаки, удаленные от поймы рек непригодны. И уж тем более не нужны великороссам песчаные пустыни.

На географической карте отчетливо видна полоса земли, пробитая и освоенная отважными «вольными» великороссами — от Южного Урала и до Тихого океана. Где–то ее ширина всего 250 км, где–то 400, а где–то расширяется и до 750 км. Этой пригодной для жизни великороссов полосы хватило бы для освоения на несколько веков вперед.

Первооткрывателями этой полосы от Урала до Тихого океана были наиболее энергичные «вольные» великороссы.

Когда в конце XIX века по этой полосе проложили железную дорогу от Урала до Владивостока — это было очень полезное дело для развития жизни великороссов.

О законе распределения великороссов

До сих пор мы читаем и видим в кино жизнь крестьян- великороссов прошлых веков — как «вечно забитых нищих холопов». А что было в реальной жизни?..

В мире великороссов веками действовал один из фундаментальных законов общества — нормальный закон распределения. Еще его называют по имени немецкого математика Карла Гаусса: «гауссово распределение», «гауссова кривая».

Нормальный закон распределения — многомерная функция. Этому закону соответствуют многие стороны общественной жизни. Но на бумаге этот закон наглядно показать можно в двух координатах. Главное, правильно выбрать функцию, по которой исследуется распределение. Например, бессмысленно искать гауссово распределение по типу «круглый — красный» или «богатый — больной».

Рассмотрим нормальный закон распределения великороссов на житейском примере. Любому человеку надо кушать каждый день. Желательно три раза. Но чтобы кушать еду надо еще иметь. Для этого надо что–то делать. Настрой «иметь — делать» у великороссов имеет очень широкие пределы.

Для наглядности выразим этот настрой великороссов через три группы.

Первая группа — это великороссы, которые жили по принципу: чтобы еду иметь — надо работать. У них настрой «иметь — делать» — находится примерно в равновесии. Этот настрой обеспечивало его «свое дело». Обозначим их как «деловые». Конечно, настой «делать» разное. У одних — оно выше, у других — ниже. Но не настолько, чтобы отличаться в 2 раза.

Вторая группа — это великороссы, у которых настрой «делать» существенно больше простой необходимости работать. Обозначим их как «деятельные».

Третья группа — это люди, которые хотели жить по принципу халявы: «зачем работать, если можно жить, не утруждая себя делами». То, что такие люди есть, каждый читатель может увидеть, окинув взглядом своих знакомых. Такие люди среди великороссов были и в былые века. Те, у которых желание «иметь» в ДВА раза и более превышает настрой «делать» — это третья группа — «халявщики».

Конечно, резкой границы между этими тремя группами людей нет. Гауссово распределение «деловых», «деятельных» и «халявщиков» можно представить графически, диаграмма 22.1.

Диаграмма 22.1: Гауссово распределение «деловых», «деятельных» и «халявщиков»

Штриховой график: «деятельных» — около 5%, «халявщиков — тоже около 5%.

В реальной жизни всегда есть влияние «халявщиков» и «деятельных» на настрой остального большинства людей (черная и светлая стрелки). Чье влияние на общество преобладает, в ту сторону и «сдвигается», деформируясь, нормальный закон распределения.

Если в обществе преобладает созидательный настрой (белая стрелка), происходит увеличение доли «деятельных» и уменьшается доля «халявщиков». Это признак здорового общества.

Если начинает преобладать влияние «халявщиков» (черная стрелка), то доля «деловых» и «деятельных» — уменьшается. Это признак загнивания общественного настроя. Такое общество со временем неминуемо погибнет.

Распределение «вольных» и «крепостных» великороссов первой половины XIX века отличалось существенно. Распределение «вольных» крестьян ближе к тому, которое показывает светлая «гауссова кривая» диаграммы 22.1, а распределение «крепостных» — черная «гауссова кривая».

В главе 6 приведено образное повествовательное описание Тургеневым двух конкретных деревень: крепостной и вольной. Диаграмма 22.1 отображает графически описание Тургенева этих двух деревень.

Если обобщить настрой вольных великороссов XIX века, то настрой большинства вполне ясно выразил Пушкин в романе «Евгении Онегин»:

Не нужно золота ему,

Когда простой продукт имеет…

Но принцип «крепостного права» настраивал на то, чтобы среди «крепостных» увеличивалась доля «халявщиков». Ведь так соблазнительно прикинуться слабым и немощным, чтобы вызвать жалость «барина» и попросить у него хлеба.

Конечно, среди вольных великороссов тоже были «халявщики», которые летом предпочитали «на припеке лежать», чем на земле «пахать». Ну и что они будут делать зимой?.. Зимой они пойдут попрошайничать. Это вполне точно отобразил Сергей Васильевич Максимов в исследовании «нищей братии» XIX века:

«Закон статистики, что в обыкновенное время 15 человек пропитывают одного нищего, а в неурожайные годы — один живет за счет десяти»[68]

Конечно, среди них были убогие. Но существенную долю нищих составляли семьи, где «нищенство» было профессией. Они жили по принципу — «чего летом надрываться, если зимой всегда найдутся те, кто подаст кусок хлеба или копеечку». Максимов оценил: таких великороссов было немного — от 7 до 10%.

Ясно, что убогие и «профессиональные нищие» крестьяне — великороссы милостыню получали не из Германии и Америки. Они могли ее просить у «деловых» и «деятельных» великороссов, которые обеспечивали жизнедеятельность своей семьи и платили подать в царскую казну.

Ясно, что прирост великороссов в XVII–XIX веках обеспечивали — прежде всего, «деловые» и «деятельные». Влияние «халявщиков» на прирост существенно меньше. Это косвенно показывают графики «крепостных» податных на диаграммах в главах 3–17.

Вольный великоросс — деловой человек

Повторяю, нам все время показывают великороссов былых веков — как «забитых» людей. Но посмотрите фотографии конца XIX и начала XX века. Среди великороссов много осанистых могучих фигур.

У них гордый и ясный взгляд людей, которые знают свое дело и уверены в себе!.. «Вольный» великоросс был, — прежде всего, деловой человек. У него было дело и это было его дело!.. Его дело требовало понимания: и природы, и людей, и лошадей. Оно требовало знания и земледелия, и ремесла, чтобы его семья могла жить и летом, и зимой. Его дело в условиях северной половины Русской равнины, и летом в страду, и зимой в мороз требовало от великоросса немедленных решений и не допускало «отсебятины».

Это философы, сидя за столом, могут фантазировать, заменяя реальную жизнь, выдуманными концепциями. Ошибка философа ему лично ничем не грозила.

Ошибка великоросса означала голод и холод в его семье. Любой просчет и урожай погиб, корова подохла, лошадь пала, промысел не дает дохода.

Это «историки», сидя за столом, могут фантазировать, подменяя выдумками реальную жизнь. Их выдумки не ухудшали им жизнь. Описания и домыслы «историков» щедро оплачивались правителями. Почти для каждого Царя в XIX веке писались и переписывались истории царствования Двора Романовых.

Вольный великоросс в реальной жизни не занимался выдумками. И летом в страду, и зимой в мороз дело вольного великоросса не допускал «отсебятины». Дело требовало от него немедленных и верных решений. Ошибка вольного великоросса, при его жизни на Севере или в Сибири, чаще всего вела к его гибели.

География Русской равнины лишала всякого смысла деления вольных великороссов на земледельцев и ремесленников. Где бы великоросс не жил, хоть в деревне, хоть в городе, уклад его жизни определяли две экономики: летняя и зимняя. Они требовали от великоросса круглогодичной жизнедеятельности.

Крестьяне — великороссы жили не только в деревне

При произнесении слова «крестьянин» у большинства людей возникает представление о человеке, который живет в деревне. земледелием.

Для крестьян Запада и Востока такое представление может быть и верно. Для великоросса Русской равнины — нет. Крестьяне — великороссы жили не только в деревне. Иной промысел требовал постоянно жить как можно ближе к большей массе людей, то есть в городе[69]. Для примера, таблица 22.1.

Численность

г. Москва, 1871 г.

г. Петербург, 1869 г.

Все население

602 тыс.

666 тыс

из них крестьян

260 тыс.

207 тыс.

Доля крестьян

43%

31%

Таблица 22.1: Численность крестьян в населении столиц

Ясно, что в губернских и уездных городах доля крестьян была еще больше. Можно уверенно считать, что каждый второй–третий житель северных городов Русской равнины — был крестьянин. Причем, в большинстве это были «вольные» великороссы, а не только прислуга.

Конечно, такие крестьяне хлебопашеством не занимались. Но они в городах селились так, чтобы обязательно была земля для огорода. Чтобы иметь «прибыток» от выращивания продуктов «от земли». Любой, кто полистает описания жизни в русских городах былых веков, обнаружит это свойство жизни великороссов. Неудивительно, что сведения численности второй половины XIX века показывают: значительная часть городских жителей великороссов — крестьяне.

В этом еще одно типичное заблуждение, привитое советской идеологией.

Выше рассмотренная особенность жизнедеятельности великороссов показывает: крестьяне зимой по самой географии Русской равнины должны были отрываться от работы на земле и промышлять своим ремеслом. Две экономики: летняя и зимняя — это не прихоть великороссов. Это суровая необходимость жизнедеятельности на северной половине Русской равнины.

О выдающихся людях из вольных великороссов

Среди вольных великороссов всегда находились «деятельные», у которых настрой «делать» в разы превышало настрой «деловых».

Именно такие великороссы на протяжении столетий прокладывали пути освоения новых земель. Сначала севернее Ярославля и южнее Оки. Затем двигались осваивать земли Приуралья, потом Сибирь, Степной край. И далее до Тихого океана. Затем до Аляски и Калифорнии в Америке.

Возьмите выдающихся землепроходцев России былых веков, которые составляют славу и гордость русского народа. Выяснится: абсолютное большинство их родом из вольных великороссов: Аника Строганов, Ерофей Хабаров, Семен Дежнев, Никита Демидов, Михаил Ломоносов, Александр Баранов (основатель и правитель русских поселений на Аляске и Калифорнии).

Когда Ломоносов писал: «Российское могущество прирастать будет Сибирью» он прекрасно знал, что прирастать будет не «крепостными» холопами, а трудами вольных неутомимых тружеников и землепроходцев. Они без всякой помощи «царевых людей» осваивали Приуралье, потом Сибирь. И так — до самого Тихого океана.. Именно поэтому численность великороссов в Приуралье и Сибири росла — «как на дрожжах». И были это выходцы из Русской равнины.

В начале XVII века численность «вольных» великороссов в Сибири — около 20 тыс. К середине XIX века — 2,4 млн. А «крепостных» великороссов в Сибири во все времена — всего лишь несколько тысяч.

Вот что показательно. В исторической исторической и художественной литературе постоянно читаем: «Царь повелел заложить город…» или «Царь поручил основать город…». Кому Царь мог повелеть или поручить?.. Своим служилым людям. Конечно, было и такое. Но посмотрим по годам основания некоторых городов Сибири.

Новые земли осваивали вольные великороссы

Тюмень, 1586 год. Основан казаками Ермака на месте татарского Чинги–Тура. Царь Иван Грозный отнесся к этому делу Ермака — очень настороженно.

Томск, 1604 год. Это «смутное время» в Московском Царстве. Знатным людям Москвы — вообще было не до Сибири и не до основания городов.

Красноярск, 1628. Какое дело было молодому царю Михаилу Романову до освоения Сибири. Хоть как–то наладить дела в Москве — вот была его забота.

Все освоение Сибири — это дело вольных великороссов, которые это делали не потому что «царь повелел», а чтобы наладить свою жизнедеятельность подальше от Царя и его служилых людей.

Примерно то же было и в Южном Приуралье.

После того как Иван Грозный покорил казанских и астраханских татар, вольные казаки устремились осваивать пойму реки Яик, ныне река Урал.

В 1584 году казаки основали Яицкий городок, ныне город Уральск.

Кто их туда направлял?.. Да никто!.. Вольному воля.

Великороссам вольный дух жизненно необходим.

Если другие великие народы развивались, прикрытые морями или горами, то Русская равнина со всех сторон открыта для холодных ветров и агрессивных набегов.

Прав Александр Блок:

И вечный бой!..

Покой нам только снится…

В условиях географии Русской равнины, в которых жили и развивались великороссы, никакая «административная вертикаль» не обеспечит свободу и безопасность жизнедеятельности великороссов.

В условиях суровой, открытой со всех сторон, Русской равнины налаживать жизнедеятельность можно было только с очень сильной верой в себя, для которой исключительно важен и нужен вольный русский дух.

О том, что в русском народе всегда существовали и были очень сильны и вера в себя, и вольный русский дух — свидетельствует обилие на эту тему русских пословиц:

— «Бог то Бог, да сам будь не плох»;

— «на Бога надейся, да сам не плошай»;

— «до Бога высоко, до Царя далеко».

Так что в Царской России демографическое развитие русского народа в XVIII–XIX веках определяла воля к жизни «вольных» великороссов и их вольный дух.

Освоив поймы Дона, Нижней Волги и реки Урал, великороссы разумно не двинулись дальше на юг. Представить, что разумный вольнолюбивый великоросс полезет осваивать горы Кавказа, солончаки и песчаные пустыни Туркестана — это из области фантастики.

Каменья и песка много, земли для русского земледелия нет. А местные жители, недовольные твоим пришествием всегда наготове, чтобы всадить нож в спину неверного.

С. М. Прокудин–Горский. Житель Туркестана. 1911 год

Ну и какой разумный великоросс полезет осваивать горы и пески Туркестана?..

Вольнолюбивые разумные великороссы уходили не на юг — в горы Кавказа и солончаки Туркестана, а на восток в поймы рек Степного Края и Сибири..

Вот что надо отметить. Какой регион не возьми восточнее Волги, везде выяснится: сначала там появились вольные великороссы. А уж потом, по мере обустройства местных условий и земель, появлялись «служилые люди» Царя для сбора подати.

Так что не следует преувеличивать роль Царя и его «служилых людей» в освоении просторов России. Их роль в десятки раз меньше, чем написано в исторических публикациях и в художественной литературе. А вот там же роль вольного великоросса — в сотни раз приуменьшена.

Освоение Сибири — это одно из замечательнейших явлений истории.

О крахе проекта чиновников

Уссурийский край показывает пример неудачного и удачного освоения земель. Это настолько удивительно, что об этом нелишне знать, как это происходило.

В 1870‑х чиновники Петербурга хотели совершить на Дальнем Востоке невиданное дело: основать богатые колонии, завести свои суда и пароходы для сбыта будущих продуктов в Америку и Индию, Кроме того, надумали создать в бухте Находка новый порт, конкурента Владивостоку.

«Вопреки здравому смыслу, удельное ведомство решило приступить к заселению этих мест народностью, совершенно не симпатизирующую русскому делу. Для переселения выбор пал на финнов, как на «самую полезную и трудолюбивую (по мнению царских чиновников) часть русского государства»[70].

И к чему привел этот проект заселения Дальнего Востока финами?

Компанию с финскими переселенцами для колонизации Уссурийского края начали с небывалым размахом. Для начала приобрели парусный транспорт для доставки переселенцев в новую землю. На эти суда погрузили финских переселенцев, новейшие земледельческие инструменты, большое количество всевозможных железных изделий, припасы для плавания и вещи переселенцев.

Морское путешествие закончилось, переселенцы прибыли в Находку. Доставленные на судах материальные ценности поместили в склады американского образца. Финских переселенцев и инициаторов этой компании — в прекрасных домах. Однако все закончилось печально. Финнов–переселенцев пришлось кормить привозным хлебом, а организаторы программы в один прекрасный день уехали из Находки, бросив на произвол судьбы и финнов–переселенцев и материалы в складах американского образца. Финны–переселенцы потом перебрались кто куда. По переписи 1897 года финнов в Приморском крае насчитали — всего 81 человек.

Попытка колонизации Уссурийского края путем переселения финнов–переселенцев закончилась неудачно из–за несоответствия менталитета финнов условиям Уссурийского края, где для жизни требовались две экономики: летняя — земледелие и зимняя — промыслы. Чиновники Петербурга не учли этот фактор, поэтому этот проект принес царской казне 500 тыс. рублей убытков.

Вот что получается, когда пытаются руководить освоением земель кабинетные чиновники, которые не знают и не понимают особенность жизнедеятельности людей и русской пословицы: «готовь сани летом, а телегу зимой»..

Впрочем, такие «проектировщики» устройства жизни на Русской равнине нашлись и в ХХ веке (Но, это не тема данной книги).

Как осваивали землю Уссурийского края великороссы

Как пример, достойный распространения, автор очерка в журнале «Русский вестник» приводит заселение Уссурийского края крестьянами–переселенцами. Большинство них великороссы Воронежской и Тамбовской губерний.

Конечно, переселение великороссов было трудным. В отличие от финнов, великороссам не представлялись морские суда и склады американских образцов. Переселенцы двигались на лошадях и лодках, так что на пути в Уссурийский край они испытали немалые невзгоды. Но, как отмечает автор:

«русские крестьяне нисколько не утратили энергии. С трудолюбием русского человека они обжились на новых местах и в настоящее время благоденствуют. На их хозяйствах видна печать зажиточности, домовитости и довольства»[71].

Если к 1897 году финнов в Приморье осталось лишь 81 чел., то великороссов в 1897 году жило уже 114 тысяч.

При освоении Уссурийского края для великороссов ничего необычного в условиях жизни не было. Крестьяне сразу обратили внимание на плодородную почву Уссурийского края, напоминающую почву их прежней жизни. Место для поселения они выбирали сами на плодородных землях, удобных для хлебопашества и скотоводства, а не там где указывали «служилые люди» Царя.

Вот что надо отметить. При колонизации Америки финские колонисты хорошо приспособились, а в Сибири — нет. Почему?..

По природным условиям Северная Америка лучше Финляндии. В Уссурийском крае финны столкнулись с совершенно непривычными условиями суровой зимы и малолюдья, для которых нужны люди совершенно иного менталитета.

Глава 22. Почему Царская Россия сохраниться не могла

Всю массу публикаций русофобов, хоть марксистов. хоть либералов о причине краха Царской России можно свести к одной фразе: «мол, это объективный исторический процесс изменения общественно–экономической формации». И дискутировать с ними — смысла нет. В такую формулировку можно втиснуть все, что захочешь.

Все же причина краха находится в самом мироустройстве Царской России.

Исследования в предыдущих главах показывают, что демографически русский государствообразующий русский народ в Царской России развивался вполне динамично, обеспечивая необходимые финансовые подати для управления страной и необходимые людские ресурсы для армии по защите от внешних нападений.

Так что необходимо осознание, что причина краха Царской России находится в мироустройстве неподатной части населения.

О главных группах неподатных

Систематизированных данных по неподатному населению Царской России — фактически нет. Поэтому исследование неподатных начну с переписи 1897 года.

Данные переписи 1897 года по всем сословиям Царской России приведены:

http://demoscope.ru/weekly/ssp/rus_sos_97.php

Сначала исключим податные сословия и войсковых казаков, которые сами обеспечивать свою жизнь и при этом были обязаны сами обеспечивать свою службу.

Потомственное и личное дворянство можно объединить. В результате можно составить три группы главных неподатных Царской России 1897 года, таблица 22.1.

Главные неподатные сословия

Численность

%

Дворянство

1,85 млн.

66,5%

Духовенство

0,59 млн.

21,2%

Почетное гражданство

0,34 млн.

12,3%

Всего

2,78 млн.

100%

Таблица 22.1: Главные неподатные Царской России 1897 года

Как видите, две трети неподатных составляло дворянство. Так что дальнейшее исследование неподатных сконцентрирую — именно, на дворянстве.

Динамика численности дворянства Царской России

Название дворянин определяло службу Царю. Потомственные дворяне из боярских родов получали звание и имения по наследству по линии отца. Но за прилежную службу дворянское звание могли получить «служилые люди» незнатного происхождения. Таким дворянам Цари «жаловали» поместья крестьян «для кормления». Отсюда и произошло понятие — помещик.

В XVII и первой половине XVIII века численность дворянства есть в публикации:

Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет. «Просвещение», М. 1973, с. 56.

Добавив данные переписи 1897 года, получим временной ряд численности дворянства Царской России, диаграмма 22.1.

Диаграмма 22.1: Численность дворянства Царской России

Как видите, прирост численности дворянства шел с ускорением, в том числе и после отмены крепостного права.

Все Цари постоянно требовали, чтобы дворяне добросовестно ему служили. Дворяне клялись Царям в верности. При изменах и других серьезных проступках Царь наказывал. Но это было редко. Царь чаще прощал, чем наказывал.

Положительная роль Петра I была как раз в том, что он заставил всех дворян служить. Указ 1701 года требовал: «все служащие люди с земель службу служат, а даром землями никто не владеет». Пока Петр I был жив, его крутой нрав приводил дворян в чувство ответственности. Но после смерти Петра I дворянство стремилось получить все больших и больших привилегий.

Сначала дворянство добилось, чтобы право передачи по наследству получили все дворяне. Вот тут–то и возникли настроения, что дворянин владеет поместьем — лишь за лояльность к Царю. И одной лояльности уже достаточно.

В 1730 году дворяне добились права свободно распоряжаться своими имениями.

В 1740 году был разрешен выбор между военной и гражданской службой.

В 1762 году дворяне добились у Петра III освобождения от обязательной службы. Вот как описывает это современник А. Т. Болотов:

«Не могу изобразить какое неописуемое удовольствие произвела сия бумажка в сердцах всех дворян. Все прыгали от радости»[72].

Добившись Указа об освобождения от обязательной службы, число дворян, которые хотели иметь, но не служить неминуемо увеличилось. Поэтому не удивительны речи крестьян–повстанцев в армии Пугачева: «Если барин больше не обязан служить Царю, то и я больше не обязан служить барину»!.. И были правы.

Но Екатерина II не могла лишить дворян права иметь «крепостных» крестьян. Даже когда легкой рукой освободила «от крепости» крестьян духовенства.

Когда же Радищев в своей повести «Путешествие из Петербурга в Москву» — лишь чуть–чуть коснулся мерзости и унижений «крепостных» крестьян их «барином», то приговор Екатерины II был предельно краток: «Бунтовщик хуже Пугачева». И отправила Радищева в ссылку.

Конечно, во все времена Царской России были сотни выдающихся дворян. Было и тысячи добросовестно служивших Царю. Но к концу крепостного права численность дворянства перевалила все разумные пределы. Прав вывод Александра Николаевича Радищева, что «алчность дворянства, грабеж, мучительство и беззащитной нищеты состояние крепостного крестьянина» — это следствие крепостного права.

Диаграмма 22.1 показывает: в начале крепостного численность дворянства, вместе с их семьями, было около 120 тыс. После того как дворяне добились от Петра III освобождения от обязательной службы, их численность увеличилась более, чем в 2 раза. А к концу крепостного права — достигла 900 тыс. То есть за период крепостного права число дворян увеличилась — в семь с лишним раз.

Выше в главах 3–17 показано, что численность «крепостных» крестьян, «кормильцев дворянства» увеличилась за тот же период — менее трех раз. То есть скорость увеличения численности дворянства в века крепостного права была в два с лишним раза больше, чем их «крепостных» крестьян!..

Как изменилось число «крепостных» крестьян на одного помещика

Конечно, в России число «крепостных» крестьян у дворян была не равномерно. У одних — сотни душ. Но таких дворян был немного. У большинства — можно было на пальцах сосчитать. В конце XVII века в центральных губерниях на одного помещика приходилось в среднем 50–60 «крепостных» крестьян. В конце XVIII века — лишь 18–20. А к концу крепостного права, в середине XIX века — лишь 8–9 «крепостных» крестьян.

В период «расцвета» крепостного права в первой половине XVIII века 50–60 «крепостных» крестьян еще могли «прокормить» своего барина и построить ему родовую усадьбу. Но обеспечить постройку дома в Москве или Петербурге могли лишь дворяне имеющие «крепостных» на порядок больше, то есть около 700 душ.

Желания иметь все блага цивилизации у дворянства непрерывно росло, а численность «крепостных» душ у них сократилась в 2,5 раза. Так что отмена крепостного права была неизбежна, просто по экономическому фактору.

Но почему в Царской России такой прирост дворянства?..

Естественный прирост такого увеличения численности дворянства — принципиально, дать не мог. Ведь биологические законы — хоть для дворянки, хоть для крестьянки одинаковы. Беременность у обоих 9 месяцев. Детородный период — тоже одинаков. Детская смертность у дворянок — конечно, была меньше. Но не настолько, чтобы у дворянок детей было в 3 раза больше, чем у крестьянок. Так что численность дворян увеличилась за 2,5 века в 10 раз — не от рождения. Была какая–то иная причина.

При бесстрастном исследовании былых веков открывается удивительное свойство формирования властной знати Царской России.

Особенность формирования дворянства Царской России

Двору Романовых хотелось подчинения все новых и новых земель. Ведь гордыня Царей предела не знает. И вот тут–то нащупывается особенность формирования знати Царской России и мироустройства неподатных еще со Средних веков.

После покорения татарских ханств у местных мурз пропадала главная основа их жизнедеятельности — грабительские набеги на русские поселения. А русским Царям после присоединения территории ханства надо было добиться верности оставшихся без добычи этих татарских мурз. Чтобы заручиться лояльностью Московские Цари стали приглашать мурз к себе на службу, а для их «кормления» стали отдавать им поселения русских крестьян. Поэтому понятно почему французский аристократ Астольф де Кюстин в письмах из России, после общения с дворянами Царской России писал:

«Еще не прошло и столетия с тех пор, как они были настоящими татарами; многие из этих выскочек цивилизации сохранили под теперешним изяществом свою шкуру: они лишь вывернули ее наизнанку, но стоит их поскрести, как шерсть встает дыбом»[73].

А теперь, уважаемые читатели, представьте, что ханы Батый или Мамай, или любой другой «хан» отдают свои татарские улусы «для кормления» покоренным русским князьям… Да такого дарения даже на минуту не могло быть!..

После того, как Петр Первый «прорубил окно в Европу» под власть Двора Романовых перешли земли Восточной Прибалтики. А так как в Прибалтике местная власть давным–давно была в руках «немецких баронов», то чтобы заручиться их лояльностью Двор Романовых стал усиленно приглашать их к Петербург на службу, а для их «кормления» отдавать им поселения русских крестьян в центральных губерниях.

На первый взгляд, прекрасное решение!.. Ведь немецкий Ordnung (русс. Порядок) и марксисты, и либералы приводят как образец организации немцами любого дела.

Но одно дело, когда немец благоустраивает имение, где он живет. И совсем не факт, что такой же Ordnung он наведет в поселении «дарованным ему Царем «для кормления».

Напомню описание Тургеневым «крепостной» деревни: ««Колотовка, состоит за петербургским немцем… полуразрушенные крыши домов… осиновый сруб с дырами вместо окон… пруд со сбитой набок плотиной». И в то же время «кабак «Притынный».

А теперь вопрос: можно ли служа в Петербурге, в то же время наводить Ordnung в «крепостной» Колотовке в Орловской губернии?.. Безусловно, невозможно.

А можно ли служа в Петербурге, в то же время получать доход от кабака «Притынный», находящегося в той же «крепостной» Колотовке?. Конечно, можно.

Так что не стоит утверждать, что большинство крепостников–немцев было рачительными организаторами на Русской земле. Многие считали ненужным общаться на русском языке. (Почитайте писателей XIX века, книги подтвердят).

А теперь, уважаемые читатели, представьте на минуту, что немецкие бароны, присоединив русские земли, отдают поселений своих владений покоренным русским князьям «для кормления». Да как и в примере с татарскими ханами, такое просто невозможно!..

Практика приглашения «немецких баронов» привела к тому, немцы, составляя не более 1% населения России, заняли треть высших чиновничьих и военных постов. А в Министерстве иностранных дел России — более 50%.

Дворянину — великороссу было гораздо труднее сделать служебную карьеру, чем немцу. Это так укоренилось в системе царской власти, что герой Лейпцигского сражения генерал Ермолов с дерзкой насмешкой обратился к Царю: «Государь, запишите меня в немцы!». И неудивительно, что во времена Ермолова Царя окружали сплошь Бенкендорфы, Ливены, Нессельроде. Да и позднее когда Царь Николай Второй отдал под суд генералов, проигравших Русско–Японскую войну 1904–1905 годов, то из пяти генералов: Линевич, Стессель, Фок, Рейс и Смирнов — четверо имели нерусское происхождение.

Теперь о дворянах — поляках. Напомню, по данным переписей 1795 года в центральных губерниях России на одного помещика приходилось в среднем 18–20 «крепостных» крестьян. А на одного помещика в Прикарпатье и Верхнем Приднепровье по переписи 1795 года — в 2 раза меньше. Ясно, что в Королевстве Польском ко времени присоединения к России было много обедневших «ляхов». Ясно, что гонористые «ляхи» были не в восторге от раздела Польши. Отсюда польские восстания 1794, 1830, 1846, 1848 гг. Царские войска эти восстания подавили. Конечно, часть организаторов восстаний отправляли в Сибирь. А их «крепостные» владения передавали другим дворянам. (Так, например, Тарас Шевченко стал «крепостным» немецкого помещика). Но самую существенную часть гонористых «ляхов» после присоединения Двор Романовых пригласил к себе на службу. В результате к 1863 году поляки составляли четверть служилых сословий России[74].

В западных губерниях поляки доминировали безраздельно.

Но ведь Цари «жаловали» поселения великороссов не только татарским мурзам, немецким баронам и польским ляхам. Такая политика «кормления» применялась и в отношении знати присоединенных территорий Кавказа, Крыма, Туркестана. Представте, что крымские, кавказские прочие азиатские князья отдали русским князьям, (в случае покорения России), свои села, аулы, кишлаки! это же просто невозможно!..

А Двор Романовых раздавал покоренным нерусским князьям русские поселения.

Выше в главах 3–15 показано: абсолютное большинство «крепостных» крестьян было сосредоточено в центральных губерниях, где абсолютное число «податных» — великороссы. На остальной огромной части Царской России число «крепостных» податных было ничтожно. Значит, большинство поселений, которые Двор Романовых передавал дворянам — инородцам «для кормления» — это поселения великороссов.

Обобщая исследование дворянства времен крепостного права, приходишь к печальному выводу. В Древней Руси, русские князья средней части Русской равнины платили «дань» татарским ханам деньгами и пушниной. Двор Романовых для поддержания покорности соседних народа — фактически, платил тоже «дань» местным «князькам» служебным жалованьем и «натурой» — поселениями великороссов.

Что изменилось после отмены крепостного права?

Диаграмма 22.1 показывает, что и после отмены крепостного права к 1897 году численность дворянства продолжала удваиваться. Ясно, оплата их службы Двору Романовых тоже увеличилась. За счет чего? Деньги с неба не сваливаются. Их Двор Романовых мог получить с поддатных всей территории Царской России. О той несправедливости, которая творилась в податной сфере экономики Царской России, размышляли и писали многие.

И писатель Федор Михайлович Достоевский.

И русский историк, журналист и писатель Михаил Петрович Погодин.

И журналист, издатель общерусской газеты «Новое время», Алексей Сергеевич Суворин.

И русский философ и публицист Василий Васильевич Розанов.

Обобщение их мнений сделано в публикации:

Сергей Сергеев. Нация в русской истории[75].

Для данной главы имеет смысл показать разницу отношений власти Царской России к жителям центральных губерний и к жителям периферийных присоединенных земель.

«В Финляндии православным запрещалось преподавать историю, в то время как финны могли занимать любые должности на территории всей империи. Вообще, княжество Финляндия представляло собой, по сути, независимое государство, имевшее свой парламент (язык заседаний которого был шведский) и не платившее налоги в имперскую казну. Финские товары продавались в остальной России беспошлинно, а русские товары в княжестве пошлиной облагалась».

В Прибалтике власть фактически принадлежала корпорации остзейского дворянства, делопроизводство и преподавание в учебных заведениях велось на немецком языке, на нем же (до 1885 года) рижские бургомистры вели переписку с царским правительством.

Туркестан.

«С 1868 по 1881 год из Туркестана в Государственное казначейство поступило около 54,7 млн рублей дохода, а израсходовано было 140,6 млн, то есть почти в 3 раза больше. Разницу Туркестанский край «изъял» за «счет податных сил русского народа».

Из отчета полковника А. Н. Куропаткина Военному министерству, 1879 год:

«Оседлое население Туркестанского края по своему экономическому положению стоит в значительно лучших условиях, чем земледельческое население России, но участвует в платеже всех сборов в гораздо слабейшей пропорции, чем русское население».

Кавказ.

«В 1890‑х годах государство тратило на Кавказ до 45 млн. в год, а получало только 18 млн. Естественно, дефицит в 27 млн опять–таки покрывал великорусский центр».

Из рапорта управляющего Бакинской казенной палатой А. А. Пушкарева, начало 1880‑х:

«Несравненно богатейшие жители Закавказского края по сравнению с какой–нибудь Новгородской или Псковской губерниями, платят вчетверо меньше по смете гражданского управления, не считая военной».

Как видите, разница отношений власти Царской России заключается в том, что перерасход в присоединенных землях компенсируется «изъятием» доходов податного русского народа центральных губерний. то есть у великороссов. Как это можно осознать:

«В 1868–1871 годах русские центральные земледельческие районы, приносившие 10,39% дохода, расходовали только 4,6% от общего бюджета, а в 1879–1881 годах показатели доходов и расходов были 11,1 и 5,42% соответственно. Центральный промышленный район давал бюджету в 1868–1871 годах 6,2% дохода, а расходов на него приходилось 3,3%, в 1879–1881 годах эти показатели составляли 6,34 и 2,83%. Получалось, что в среднем на душу населения в губерниях Европейской России приходилось в 1,3 раза больше прямых податей, чем в Польше, в 2,6 раза больше, чем в Закавказье, почти в два раза больше, чем в Туркестане. По некоторым подсчетам, население окраин ежегодно «обогащалось» в среднем на сумму от 12 до 22 рублей на одну душу мужского пола».

Поэтому неудивительно возмущение А. С. Суворина:

«…Центр наш стал ослабевать еще с XVIII столетия. Из него брали все, что можно было взять, — деньги, войска, интеллигенцию — и почти ничего в него не возвращали, то есть не удобряли землю, не насаждали земледельческих школ, не распространяли грамотности, не учреждали высших учебных заведений, даже обходили железными дорогами. Наш Центр изнемогал под бременем расходов и напряжением всех своих сил создавал мощь государства, а государство, расширяясь в границах, забывало этот Центр. <…> Бедные русские селения остаются в таком же виде, как при царе Алексее Михайловиче….»

О том же писал В. В. Розанов:

«Ничего нет более поразительного, как впечатление, переживаемое невольно всяким, кто из центральной России приезжает на окраину: Калужская, Тульская, Рязанская, Костромская губернии — и вся центральная Русь напоминает какой–то старый чулан со всяким историческим хламом,.. Можно подумать, что «империя» перестает быть русской, что не центр подчинил себе окраины, разросся до теперешних границ, но, напротив, окраины срастаются между собою, захлестывая, заливая собою центр, подчиняя его нужды господству своих нужд, Русские в России — это, на них возлагают все тяжести и уплачивают за труд ударами бича».

Разницу характеризует и отношение власти Царской России к великороссам и другим народам. Власть легко могли отдать в «крепостные» православных крестьян «дворянам–мусульманам и дворянам–иудеям». Например, в XVIII веке:

«Нота Ноткин и Иосиф Цейтлин, оставаясь в иудейской вере, владели большими имениями с сотнями крепостных» православных крестьян. «При этом православные дворяне владеть крестьянами–мусульманами не могли, а крепостных иудеев в природе и вовсе не существовало».

«В конфликтах русских и малых народов царская администрация, как правило, вставала на сторону последних потому что эти народы платили «ясак» не в государственную казну, а непосредственно в казну императорской фамилии».

Конечно, можно умиляться мнением врача  Боткина, который писал И. С. Тургеневу:

«Какова бы ни была Россия — мы прежде всего русские и должны стоять за интересы своей родины, как поляки стоят за свои. Прежде всякой гуманности и отвлеченных требований справедливости идет желание существовать, не стыдясь своего существования». В общем, права или нет моя страна, но это моя страна».

Завершить изложение фрагментов из исследования Сергея Сергеева «Нация в русской истории» следует выдержкой из «Дневника писателя» Федора Михайловича Достоевского:

«Над Россией корпорации — немцы, поляки, жиды… В одной Руси нет корпорации, она одна разделена. Все права русского человека — отрицательные».

Обобщая выше приведенное, приходишь к выводу: Двор Романовых своей внутренней политикой подрывал будущее своей собственной империи.

Прежде чем заканчивать тему, полезно знать, а каким был состава дворян–великороссов в огромном дворянстве России? Официальные исследователи этот вопрос упорно обходят, не замечают. Ведь православным в России считался любой иноземец и иноверец, если он перед поступлением на службу Двору Романовых крестился в Православной Церкви.

Моя оценка состава дворян — великороссов дает такие результаты. В начале Царства Романовых дворяне — великороссы составляли уверенное большинство. В конце крепостного права, при любых искусственных «натяжках», результат расчетов неутешительный. Дворяне — великороссы в середине XIX века не составляли более трети всего дворянства Царской России.

Заключение

Основа любой власти — мировоззрение. Конечно, каждой власти присущ элемент жестокости. Так что суть мировоззрения той или иной власти не в характере жестокости вообще, а в степени жестокости к своему, государствообразующему народу. Поэтому главным в мировоззрении долговечной власти должен быть принцип: «благополучие своего народа — дороже благополучия чужого».

А принцип Царей Романовых был наоборот. Ведь гордыня предела не знает. Хотелось усиленного звучания титула «Император и самодержец всероссийский, царь польский, великий князь финляндский и прочая, и прочая, и прочая». Но, чтобы иметь влияние в этих «прочая и прочая», нужно было постоянно награждать знать покоренных народов льготами и привилегиями. Но деньги на эти льготы и привилегии с неба не падают. Их можно было извлечь, только у «податных» великороссов. Такая политика неизбежно вела к крушению Царства Романовых.

Марксисты — русофобы, захватив власть, ничего принципиального не изменили в мировоззрении Двора Романовых. Ведь Ленинско–Бухаринская концепция: «Русские всем должны! И должны поставить себя в положение уступок националам» — это, по сути дела, продолжение национальной политики Двора Романовых.

Как это привело к вырождению великороссов — смотреть диаграмму 1.2 в главе 1.

Примечания

1

Рене Бинэ, «Национал – социализм против марксизма».

2

Астольф де Кюстин. Россия 1839. Письмо семнадцатое, стр.289. http://www.hrono.ru/libris/lib_k/kus_17.php

3

Родной язык (нем.)

4

М. В. Ломоносов. Сочинения.«Современник», М. 1987, стр.253.

5

В. И. Ленин. Письмо к съезду от 31 декабря 1922 года. «К вопросу о национальностях или об «автономизации»..ПСС, издание 5‑е, т. 45, стр.356–362.

6

Стенографический отчет XII съезда РКП(б). Заседание четырнадцатое. Стр. 613. http://www.vkpb2kpss.ru/book_view.jsp?idn=002412&page=418&format=html

7

Игорь Шафаревич. Русский вопрос. «Алгоритм», М. 2003, с. 129.

8

http://statehistory.ru/books/kollektiv-avtorov_Rossiyskaya-Imperiya-ot-istokov-do-nachala-XIX-veka---Ocherki-sotsialno-politicheskoy-i-ekonomicheskoy-istorii/16

9

http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php?cy=0

10

«Просвещение», М., 1973.

11

«Политическое просвещение», № 4, 2011.

12

http://istmat.info/node/72

13

Демографический Ежегодник СССР. 1990 «Финансы и статистика». М. Стр.131.

14

Михаил Тульский. Истинное лицо демографической катастрофы. Независимая газета.19.07.2001.

15

http://www.loc.gov/pictures/collection/prok/

16

Ключевский В. О. Краткое пособие по русской истории. Рассвет, М. 1992, стр.118.

17

«Вече» 2011 — Серия «тайны Российской империи». http://samlib.ru/a/ali_s/rabstwo.shtml

18

Керженцев Б. Ю. Окаянное время. Россия в XVII–XVIII веках, стр.59. http://www.rulit.me/books/okayannoe-vremya-rossiya-v-xvii-xviii-vekah-read-345780-59.html

19

В. О. Ключевский. Краткое пособие по Русской истории. «Рассвет», М., 1992, с.129.

20

«Просвещение», М., 1973.

21

Кристоф Вандескрик (Christophe Vandeschrik). Демографический анализ. Академический Проект «Гаудеамус», М., 2005. стр.10–11.

22

«Просвещение», М., 1973.

23

Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет. «Просвещение», М., 1973, стр.30.

24

А. Г. Аршин. Население России за 100 лет (1813 – 1913). Под редакцией академика С. Г. Струмилина. Глава 1 Госстатиздат. Москва. 1956. http://istmat.info/node/72

25

Демоскоп Weekly: Длинные ряды демографических показателей. http://www.demoscope.ru/weekly/app/long_industr.php

26

С. А. Новосельский. Смертность и продолжительность жизни в России. Типография Министерства Внутренних Дел. Петроград 1916, стр.86.

27

http://vsenauki.ru/upload/iblock/d5b/rajt01_2014_eng_small.pdf

28

http://izd.pskgu.ru/projects/pgu/storage/prj/prj_19/prj_19_10.pdf

29

http://riss.ru/demography/demography–science–journal/6364/

30

http://coollib.net/b/323779

31

Данные численности однолетних групп: Демоскоп Weekly Всеобщая перепись населения Российской Империи 1897 года. Распределение населения по полу, возрасту. http://demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_gub_97.php? reg=0

32

Дж. Бокс и Г. Дженкинс. Анализ временных рядов (Перевод с английского). Издательство «Мир» Москва, 1974.

33

С. А. Новосельский. Смертность и продолжительность жизни в России. Типография Министерства Внутренних Дел. Петроград 1916, стр.120–134.

34

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

35

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

36

По публикациям: http://demoscope.ru/weekly/pril.php.

37

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник . http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

38

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

39

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

40

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

41

Андрей Гринев. Русская Америка, «Былое». № 12. 1996. стр.10–11.

42

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

43

Тюкавкин В. Г. Великорусское крестьянство и столыпинская аграрная реформа. М., 2001. С. 251. https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3901958

44

А. Г. Рашин. Население России за 100 лет (1813 – 1913). Под редакцией академика С. Г. Струмилина. Госстатиздат. Москва. 1956. http://istmat.info/node/72

45

Шевченко Н. Г. Социально–экономеческое развитие Кубани в конце XVIII — первой половине XIX века. http://www.e-reading.by/chapter.php/1033004/17/Po_stranicam_istorii_Kubani._Kraevedcheskie_ocherki.html

46

Из государственного архива Ставропольского края. http://www.stavarhiv.ru/deyatelnost/publikacii/reforma_stv.html

47

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

48

А. Дикий. Неизвращенная история Украины–Руси. «Самотека», М. 2007, с. 284.

49

А. Дикий. Неизвращенная история Украины–Руси. «Самотека», М. 2007, с.220.

50

А. Дикий. Неизвращенная история Украины–Руси. «Самотека», М. 2007, с. 222.

51

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

52

Guillaume Le Vasseur de Beauplan. Description d'Vkranie, qui sont plusieurs prouinces du royaume de Pologne. Contenuës depuis les confins de la Moscouie, iusques aux limites de la Transilvanie (Первое издание во Франции 1650 год.). https://books.google.ru/books?id=Mh8VAAAAQAAJ&hl=fr&sitesec=reviews

53

Гильом де Боплан. Описание Украины, Областей Королевства Польского, лежащих между пределами Московии и Трансильвании. Глава «О крымских татарах». Перевод с франц. Санкт Петербург 1852. Стр. 52. https://www.wdl.org/ru/item/14747/view/1/19/

54

Кабузан В. М. Заселение Новороссии (Екатеринославской Херсонской губерний) в XVIII — первой половине XIX вв.(1719–1858 г). Наука, М, 1976, с. 159

55

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? Cy=0

56

А. Дикий. Неизвращенная история Украины–Руси. «Самотека», М. 2007, с. 219.

57

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

58

Демоскоп Weekly — Приложение. Справочник. http://demoscope.ru/weekly/ssp/census.php? cy=0

59

Д. Менделеев. К познанию России. «Айрис–Пресс», М., 2002, с.118–125.

60

Максимов C. По Русской земле – «Советская Россия» 1989, с.20–26.

61

Даль В. Избранные произведения –«Правда». 1983, c.206–207.

62

Мельников–Печерский. На горах. Книга Первая. Часть первая. Стр. 1. http://modernlib.ru/books/melnikovpecherskiy_pavel/na_gorah_kniga_pervaya/read_1/

63

Богоявленский А. Тарусская летопись, переиздание. Альманах «Тарусский провинциал», 1991, с. 18.

64

И. Ф. Бурдонъ и А. Д. Михельсонъ. Объяснительный словарь 30000 иностранных слов, Москва, 1871, с.594.

65

Уледи — это летняя обувь из сыромятной кожи домашней выделки.

66

Из архива автора.

67

Журнал «Хутор», 1‑й год издания, 1906 год, № 7, с. 540–543

68

Максимов C. По Русской земле, переиздание «Советская Россия» 1989, с. 68.

69

Я. Е. Водарский. Население России за 400 лет.«Просвещение», М., 1973, с.136,138.

70

А. Максимов. Уссурийский край. Очерки и заметки — Журнал «Русский вестник», том 197, август 1888, с. 267

71

А. Максимов. Там же, с. 270

72

Водарский Я. Е. Население России за 400 лет. «Просвещение», М. 1973, с. 75.

73

Астольф де Кюстин. Россия 1839. Письмо семнадцатое, стр.289. http://www.hrono.ru/libris/lib_k/kus_17.php

74

Научно–образовательный портал. http://www.2fj.ru/istoriya/dvoryanstvo.php

75

http://www.apn.ru/publications/article21603.htm

Content

К ОСОЗНАНИЮ РУССКОГО НАРОДА.
О развитии великороссов в Царской России

Предисловие

Глава 1. Что есть русский народ

О корнях утверждения «русские — это смесь»

О «генетическом портрете» русского народа

О древности понятий «Русская земля» и «Русские люди»

О путях развития русского языка

О «метастазах» русского самосознания

Что можно определить по переписям

Краткий обзор развития великороссов

Что происходило после 1916 года

О фотографиях, характеризующих развитие великороссов

Глава 2. Великороссы и крепостное право

Как ввели крепостное право в Царской России

О геодемографическом ансамбле (ГДА)

Глава 3 Нечерноземный Центр

Времена крепостного права

Из описаний Радищева

Глава 4. Как статику переписей преобразовать в динамику демографического развития

О классическом измерении демографического развития

Самое важное в статике переписей

Пример определение потока растущих детей губернии

Оценка развития Калужской губернии 1894–1914 годов потоком 20-летних

Глава 5. Демографическое развитие губерний Нечерноземного Центра в конце XIX и начале ХХ века

Губернии Нечерноземного Центра равномерных потоков растущих детей

Из фотографий Сергея Михайловича Прокудина–Горского

Губернии Нечерноземного Центра неравномерных потоков растущих детей

Что же случилось в начале 1890‑х?

Оценка развития Нечерноземного Центра потоком 20-летних

Динамика численности великороссов Нечерноземного Центра

Иллюстрации демографического развития Нечерноземного Центра

Глава 6. Черноземный Центр

Из описаний Ивана Сергеевича Тургенева

Потоки растущих детей губерний Черноземного Центра

Оценка развития Черноземного Центра потоком 20-летних

О динамике численности великороссов Черноземного Центра

Взгляд в прошлое ХХ века

Глава 7. Нижнее Поволжье

Потоки растущих детей губерний Нижнего Поволжья

Оценка развития Нижнего Поволжья потоком 20-летних

О динамике численности великороссов Нижнего Поволжья

Глава 8. Север

Как уходили от крепостной зависимости

Потоки растущих детей губерний Севера

Оценка развития Севера потоком 20-летних

О динамике численности великороссов Севера

Иллюстрации демографического развития Севера

Глава 9. Среднее Приуралье

Потоки растущих детей губерний Среднего Приуралья

Поток 20-летних Среднего Приуралья

О динамике численности великороссов Среднего Приуралья

Иллюстрации демографического развития Северного Приуралья

Глава 10. Южное Приуралье

Этюд. Об орудиях управления рабами

Потоки растущих детей губерний Южного Приуралья

Поток 20-летних Южного Приуралья

О динамике численности великороссов Южного Приуралья

Иллюстрации демографического развития Южного Приуралья

Глава 11. Сибирь

О Русской Америке

Потоки растущих детей характерных регионов Сибири

Поток 20-летних характерных губерний Сибири

О динамике численности великороссов Сибири

Иллюстрации демографического развития Западной Сибири

Глава 12. Степной Край

К истории Степного края

Потоки растущих детей округов и уездов Степного Края

О реформе Столыпина

О динамике численности великороссов Степного Края

Иллюстрации демографического развития Степного Края

Глава 13. Нижний Дон и Прикавказье

Потоки растущих детей Нижнего Дона и Прикавказья

Поток 20-летних Нижнего Дона и Прикавказья

О динамике численности великороссов Нижнего Дона и Прикавказья

Глава 14. Среднее Приднепровье

Потоки растущих детей губерний Среднего Приднепровья

Поток 20-летних Среднего Приднепровья

О динамике численности великороссов Среднего Приднепровья

Иллюстрации демографического развития Среднего Приднепровья

Глава 15. Новороссия

Потоки растущих детей губерний Новороссии

Поток 20-летних Новороссии

О динамике численности великороссов Новороссии

Глава 16 Прикарпатье

Особенности социальных порядков Королевства Польша

Потоки растущих детей губерний Прикарпатья

Поток 20-летних Прикарпатья

О динамике численности великороссов Прикарпатья

Глава 17. Верхнее Приднепровье

Потоки растущих детей губерний Верхнего Приднепровья

Поток 20-летних Верхнего Приднепровья

О динамике численности великороссов Верхнего Приднепровья

Иллюстрации демографического развития Верхнего Приднепровья

Глава 18. Периферия Царской России

Привислинские губернии

Прибалтика

Закавказье

Туркестан

Глава 19. О семьях великороссов

Нравственный закон демографического развития

Институт семьи великороссов

О системе саморазвития семьи великороссов

Свояковые связи

О двух — и трех–поколенных семьях

Об укладе семьи и жизнестойкости великороссов

Об институте бабушек и дедушек

О кормильцах в русских семьях

Глава 20. Об особенности жизни великороссов

Об особенностях Русской равнины

Что делал великоросс зимой

Две экономики великоросса

Губернии разные и доходы разные

Две губернии — два способа добывания денег

Об особенностях русского духа

О ремеслах и промыслах великороссов

О пространстве пригодном для русской жизни

Еще о том, как устраивали жизнь предки автора этой книги

О земледелии в верховьях Волги

Глава 21. Куда стремились вольные великороссы

О законе распределения великороссов

Вольный великоросс — деловой человек

Крестьяне — великороссы жили не только в деревне

О выдающихся людях из вольных великороссов

Новые земли осваивали вольные великороссы

О крахе проекта чиновников

Как осваивали землю Уссурийского края великороссы

Глава 22. Почему Царская Россия сохраниться не могла

О главных группах неподатных

Динамика численности дворянства Царской России

Как изменилось число «крепостных» крестьян на одного помещика

Но почему в Царской России такой прирост дворянства?..

Особенность формирования дворянства Царской России

Что изменилось после отмены крепостного права?

Заключение

Примечания