Слова, которые спасут жизнь!

Часть

Посвящается моему старому знакомому, которому было плевать на меня, а теперь и мне на него, однако которому хочется сказать: «Спасибо» за волшебные мгновения и юность первой любви…

Осень настала резко. Яркость летних цветов сменилась буйством невиданных багровых красок. Каждое дерево было подобно звезде, сияло, выделялось из всех, красовалось перед людьми и солнцем. Каждое дерево манило и радовало глаз, пестрело разными оттенками. Но все они, яркие и сияющие, навевали какую-то грусть… Возможно, из-за серебристых капелек дождя, которые падали с неба?

Я снова пошла в школу. В те годы она казалась мне ужасно надоедливой и хотелось закончить её поскорей. Эх, осенью, в тихую дождливую пору всегда кажется, что жизнь слишком скучна и сера. И правда, та яркость, которая была за окном не шла в сравнение с тем, что отчего-то творилось на душе в ту пору…

Чистые тетради, новые очень сложные учебники, улыбки загорелых подруг… Всё это приелось, хотелось чего-то нового. Хотелось яркого, волнующего, а чего, я не знала сама…

В тот день по пути в школу на дорогах вновь серебрилась вода. Она бежала длинными полноводными ручейками, огибала меня и хватала за ноги. Мокрая и озябшая, я ковыляла дольше других. От этого опоздала и, выслушав возмущение учительницы, уныло опустилась за парту. В тот день я долго витала в облаках, смотрела в серое небо, думала о чём-то далёком от темы урока.

В тот самый день я увидела, как за соседней партой сидел какой-то мальчишка. Кажется, это тот самый новичок, о котором недавно говорила классная руководительница. Как-то звали его так странно, Бладе Кеепер, если не путаю. С виду тихий, а как выяснилось потом, даже очень. Он сидел сам за последней партой, почти не поднимая глаз, и что-то шептал под нос. Его лицо казалось на удивление знакомым, точно, мы уже встречались прежде. Ну да, конечно! Он жил на соседней улице, но я не знала его, а теперь жаждала понять и стать другом. До тех пор пока любовь не разгорелась во мне подобно фениксу, я была околдована этим человеком, точно каким-то волшебством.

…Свет мало-помалу пробивался из-за туч, серость раскрывалась и вступала в борьбу со светом. Миг, и алые бархатные кроны уже нависли над головой. Его тень, подсвеченная первыми золотистыми лучами, показалась мне особенно маленькой и хрупкой. «Отчего он такой? Молчаливый или задумчивый? В глазах точно застыли слёзы… И все равнодушно стоят в стороне, уткнувшись носами в учебник. Если бы они ещё читали его, но нет! Они просто выказывают так безразличие! Неужели сложно подойти и спросить? Не надо интересоваться жизнью, достаточно сказать: «Привет!» Эти мысли заставили меня по-новому посмотреть на всё. Скучный урок превратился в игру в гляделки. И теперь я уже мыслила, что могу или могла бы сделать.

Возможно, не все отличались таким равнодушием — откуда мне было знать? Я сказала лишь от того, что хотела подчеркнуть своё отношение — я не могла знать за других, никак не могла…

Мне очень хотелось стать другом этого человечка. Серость его глаз так и говорила об одиночестве, и, пусть мы перебросились от силы парочкой слов, мне казалось, что я уже знаю всё о том, что было с ним и по какой причине. Этот отчасти странный порыв сложно объяснить какой-то вразумительной причиной. Я просто поняла, что должна так сделать, решила, увидев эти глаза, его сизый силуэт, похожий на безликую тень.

«Так не должно ведь быть! Обычно люди живут по-другому…» С того дня я зареклась, что не буду стоять в стороне. Я смотрела в окно — багровая листва вдохновляла и точно подталкивала вперёд, говорила, что вскоре всё будет так же хорошо и в его жизни. Может, и средь моей. Впрочем, это одно и тоже, — если я увижу радость на чужом лице и буду знать, что я её сотворила, разве можно не улыбнуться в ответ?

Однако время шло, а в жизни моего печального друга мало что изменилось. Он редко общался, никогда не рассказывал о себе. Частенько убегал на переменках и курил, много курил, даже если на улице шёл проливной дождь… К слову, последних было очень много! И начались так резко, прямо в один миг. За дождём то и дело мерещились слёзы, но, к счастью, так лишь казалось. Одноклассники смеялись, мол, бросила его десятая девушка. Вот их, может, и бросила, но у него я и одной не заметила! Логично же — иначе он не был бы так одинок.

К нему относились с презрением. Все. Но не я. Этот взгляд точно приказывал задуматься о многом и заставлял трепетать мою душу…

Я видела, как над ним смеялись, за то, что тих, не криклив и умён — странная причина улыбок. «Конечно, он будет один, конечно, не будет общаться! Какое сердце выдержит скольких обид? А потом ещё двойки, а как ему, бедному, извините, быть? Наслушаешься такого про себя и даже жить расхочется…» — так думала я, печально проводя глазами по дорожкам, где ступали ноги Бладе, по линии его жизни, если можно то так назвать.

Вскоре выяснила, не такой и тихоня. Он — отличный скрипач! Что и услышали все на ближайшем школьном концерте. Мало того, что скрипач, ещё и на фортепиано играть умеет, и поёт… Вообщем, я была приятно удивлена в тот день. Насладилась красивой музыкой и чудесным ароматом духов.

Не подумайте, что я влюбилась, нет! Мне просто было больно смотреть, как над таким человеком жестоко издевалась судьба. Больно, несправедливо, жестоко. Так не должно быть! И это я знала всегда. Так твердили мне с раннего детства родители, когда объясняли, когда учили жизни. Наверное, и Вам говорили?

Листья постепенно рыжели, падали, кружили в вальсе и уносились ветром с дерев. Я завороженно глядела на них, так само, как и на Бладе. Сам Кеепер, казалось, не замечал моих странных действий. Он мало разговаривал, ворчал, был немного груб и одинок. По сути говоря, за месяц ничего не изменилось…

Потом я случайно узнала, что друзей у него совсем нет. Что он устал от такой жизни, что хотел бы оборвать её, лишь бы не мучиться. Но смерти боялся, лишь говорил о ней. Порой точно звал — кидал вызов судьбе.

Как грустно! И это говорит тот, кто, если бы захотел, мог стать новым Моцартом или Листом? Не верю, не могу верить словам! Отказываюсь напрочь. Даже думать…

-Родители, а что они? — услышала я разговор, — Не нужен я им. И друзьям. Мальчишки, говоришь, те, что в классе? Школа — то так. Они тоже мне не друзья.

К слову, жил он где-то не здесь, теперь, когда они переехали, добирался до школы он долго. В новом «родном» районе — также был одинок.

Вот Вы можете представить это?!

Вскоре я была очень испугана. Отсутствие Бладе навевало мысли о грустном. После пошёл слух, что он болен, возможно, даже неизлечим. О, сколько слёз пролила я в тот день! Не могла держать себя в руках, билась в немом изнеможении. Лишь силой воли заставила сделать каменное лицо. Раньше ушла со школы, не могла успокоиться, а после понять — из-за чего эти слёзы? Что-то зарождалось в моей душе, мешало одиночеству и не могло согласиться с ним, ведь по сути, я была так же одинока, как и он, просто никогда и никому не кричала об этом.

В тот самый день я снова подумала о любви… Нет, показалось. Не ради чувств я затеяла это всё. Но, скажу по правде, скрывать интерес, становилось всё сложнее и сложнее… По глазам ведь всё было видно…

С деревьев облетала листва, его хрустальные глаза глядели на неё и дрожали. Зябко было, холодно, я дрожала всем телом и созерцала эту странную грусть. Ветер не сумел стряхнуть с унылых глаз слёзы… Белые круги овевали худое лицо.

«Добром не кончится! Знаю…» Но он отказывался вести другую жизнь. Говорил, что не хочет, а, возможно, не хотел даже пробовать… Помнится, один раз пошутили над ним хорошо, это было на Хеллоуин, класс остался без тыквы, а обвинили, конечно, его! Бладе перестал ходить в школу — стал для других, точно призрак… А я убивалась от мысли, что ничего не могу сделать, только смотреть и рыдать…

Были моменты, когда мы пересекались. Я не знала, что сказать и как заговорить, а он также стеснялся… На следующий раз осмелел, даже «Привет» сказал. Я ответила.

-Не держи в себе это! Скажи всё, как есть… Успокойся, — коснулась его руки и хотела сказать ещё что-то, но он опустил глаза.

-Не стоит. Я уже сделал свой выбор…

Ноябрь не ждал. Алые и золотые листья падали всё чаще на землю. Оставались только небольшие и жёлтые листочки. Все каникулы я просидела с простудой — не видела Кеепера и очень грустила, а как вышла в школу и увидела призрачный силуэт, всё тело моё расцвело, и душа полетела вперёд разума. Глаза, как драгоценные капни, глубокие синие топазы, волосы — раскаленное золото; но вот ещё миг, и он ушёл, начав медленно отдаляться вдаль аллеи, туда, за лишённые листвы деревья…

Он ушёл, оставив жар в груди моей и в сердце боль, о, как тяжка была моя «любовь!» И всё во мне пылает… Мимо ветерок холодный тучки подгоняет. А я горю… Мне тяжело, как хочется сказать, но что?.. Лишь только бы увидеть вновь, чтоб расцвести, как роза…

О, взор навеки мой ты приковал! Затмил и разум, и мечты. Как тяжело дышать мне и молчать… Ужасно это. Безответно! Стою на ветру и горю, и пылаю. Над небом Луна пробивает свой лик; а я всё стою и рыдаю…

Как тяжела такая жизнь! Мне только смерть страдания облегчит. И то на время лишь…

Исчезла в бездне людских слов. Но как же жить? Я знаю, нет надежды… О, как же много значишь ты…

И что на меня нашло? В тот день едва не заговорила стихами… Влюбилась, право, влюбилась, глупенькая маленькая девочка! У меня даже сны стали какими-то странными. Всё снятся звери да птицы, я лечу вместе с ними, парю на невидимых крыльях. Помню людей, детей, какие-то лица… Карнавал? Всё сперва страшно, а после хорошо и красиво. Мой кавалер — невиданной породы тигр. Он белоснежен, как ангел, и мил. Эх, если бы ещё знать, как трактовать такое…

А после что-то произошло. Сперва не слышал он меня и вёл себя, как прежде, но постепенно начинал шагать к своей любви, надежде. Общаться начал он, болтать, смеяться даже, милый. И не могла я не сиять и самой быть счастливой…

Как вышло так? Не знаю я. Само и очень быстро. Друзьями стали мы, друзья, пусть так, не нужно боле!

А после вмиг исчез. Увидела с другой и поняла утрату. А он умолчал, встречая мой взгляд.

Ах, упустила его я! Не стоило молчать…

Облетели все листья. Зима наступала. Холодно стало. Уныло. Черно. Птицы не летали уже даже во снах. Темно по утрам. Грусть заедала… Я вспоминала о нём всю зиму. Грустно. Сколько мыслей напрасно! И тут я поняла какое-то странное сходство. Природа точно следила за мной. За нами. И вот теперь зима. Пустота. Холод. Одиночество. Восторжённая красота алых листьев сменилась холодным ветром. Желтизна была последним всплеском чувств. Они, как силы перед смертью, вернулись, напомнив настоящую жизнь. И всё. Это оказалась иллюзия…

«Порою слово, капелька любви, что превращается в струю дождя, способна жизнь дарить, на мир взглянуть заставить по-другому… Лишь слово истиной любви волшебной силой обладает, ничто другое в мире его не может заменить!» Чёрт, я снова мыслю стихами! Не люблю ведь, а они… Руки так и тянутся, чтобы написать это снова!

Весна приближалась. Прощай ненавистный холод! Прощайте голые чёрные ветви деревьев. Впереди — зелёная пора. Солнце уже стало светить выше, дышать — проще, всё точно изменило свой цвет, начало жить по-новому.

Я ходила по весеннему парку и наслаждалась утренней прохладой. Давно уже ушли в прошлое события прошлых месяцев. Чувства остыли, стало уже всё равно. Я давненько не встречала Бладе, и хорошо! Иначе не знаю, чтоб сделала… Предатель! Как он мог? Ну, вот я снова вспомнила…

Маленькие листики казались очень смешными, они, точно неоперившиеся птенцы, пробивались из своих почек, уступая дорогу весне. Я ходила и гладила их руками, заворожено представляя, какие вскоре будут цветы. Как вдруг вздрогнула.

Голос. Сзади кто-то окликнул.

-Лалинэль! Лал! Не слышит…

Я обернулась. Сзади был он!

-Привет… — слова снова исчезли. Во рту разлилась пустыня.

-Я знаю, это глупо… Но я больше не могу тебя избегать!

-Избегать? О чём ты? — сказала как можно более равнодушно.

Однако так всё и было!

-Я долго думал над собой… Над нами. Я не могу жить так, как прежде. У меня никогда не было друзей и, боюсь, уже не будет…

Да уж! Тут он оказался прав!

-…Таких, как ты! — слетела последняя фраза.

Не стоит говорить о том, что я испытала. Я давно мечтала услышать это. И теперь, всё снова расцвело и стало сиять и искриться. И рада я, что счастлив он, что соединились в нас надежды!

-Спасибо… — только и пробормотала в ответ. Не знаю, понял ли он, к чему.

Мои усилия не прошли даром!

2017 (2013)

Content

Слова, которые спасут жизнь!

Часть