Лариса Крутько

Кровь с молоком или приключения королевского гвардейца

Пролог

В восточных землях королевства Алдания ближе к горам можно услышать старинную легенду. Давным давно, говорят старики, упала на землю черная звезда. И содрогнулась земля, и моря вышли из берегов, и могучие горы рассыпались. И закрылось небо тучами пепла, и не стало видно солнца. И наступили холод и тьма, и воды стали горькими, кто пил их, умирал в мучениях. Люди укрылись под землей, но не всем хватило там места. Те, кто остался наверху, были обречены исчезнуть.

Но, как говорится в старинных легендах, Господь пожалел свои создания, и подарил одним способность видеть в темноте, силу, быстроту и острые клыки для охоты, способность утолять жажду и голод кровью.

Других, живших в лесах, он наделил способностью превращаться в волков и других животных; а в удаленных горных лесах, не слишком затронутых взрывом, появились хвостатые лопоухие тролли, знающие все тайны леса, трав и деревьев.

Тучи рассеялись, воды очистились, холод отступил, и вышедшие на поверхность из подземных убежищ люди встретили своих бывших сородичей, которые были уже не совсем людьми, но упорно себя ими считали.

Похоже, что черная звезда грохнулась именно на королевство Алдания, особенно на его восточные области. Здесь у подножия высоких гор, среди дремучих лесов рассыпались маленькие городки и деревушки, добрая половина жителей которых — нелюди. Или как здесь говорят, пьющие кровь и бегущие в ночи.

В соседних с Алданией странах святая инквизиция и загадочный орден Воинов Света упорно старались свести число нелюдей к нулю. Подчистив свои земли, инквизиторы обратились с посланием к королю Алдании Максимилиану Первому. В послании содержался упрек за уклонение от борьбы, и горячая просьба присоединиться к крестовому походу против нечисти. Кстати, настоящие крестовые походы закончились совсем недавно, и их участники еще не успели состариться.

Король Максимилиан был еще не старый мужчина, сложение и осанка выдавали в нем настоящего воина, знакомого с двуручным мечом не понаслышке. В каштановых кудрях, украшенных золотой короной, уже проглядывала ранняя седина. Он внимательно читал пергаментный свиток, нервно постукивая карандашом по столу. По мере прочтения его брови грозно хмурились, наконец он отложил свиток и сломал карандаш.

— Вы ответите им, Ваше Величество? — почтительно спросил стоящий рядом советник Рейнхард. Король молча взял чистый лист и принялся писать, с силой нажимая пером на бумагу и разбрызгивая чернила. Наконец он закончил и протянул лист замершему в ожидании советнику:

— Внимательно ознакомиться и выполнять неукоснительно!

«Властью, данной мне Богом и людьми, я, король Алдании, Максимилиан Первый, настоящим указам повелеваю считать всех моих подданных свободными гражданами королевства Алдания независимо от того, кем они являются. Каждый, исправно платящий налоги и соблюдающий законы, вправе рассчитывать на защиту и поддержку государства.

Незаконное преследование так называемых нелюдей и распространение непроверенных, сеющих панику слухов будет караться со всей строгостью закона!»

— Но мой король, — удивленный советник оторвался от указа, — они же опасные монстры, разве не должны мы подддержать инквизицию?

— Ну уж нет, — усмехнулся король, — у нас и так достаточно теплый климат без их вонючих костров! Ты сам то, Рейнхард, видел этих монстров, бывал где-нибудь в Моравских горах, в какой-нибудь деревушке?

— Нет, не доводилось, — честно признался советник, — дальше столицы я не выезжал, -.

Король продолжил:

— А мне доводилось. Их дети очаровательны, только зубов слишком много. Так же, как и мы, они создания Божьи, и просто хотят жить, к тому же они христиане. Но свое место под солнцем или лучше сказать луной они продадут дорого!

Если последовать совету наших доброжелателей, то страна сгорит в пламени самой кровавой гражданской войны, и я догадываюсь, кого мы увидим на ее обломках-наших врагов, мечтающих расстащить ее по кусочкам!

Ваше Величество, — в комнату заглянул юный паж, — барон фон Шлотерштайн прибыл по вашему приказу!

— Пусть войдет, — разрешил король. В комнату стремительно вошел высокий черноволосый рыцарь. На нем были кожаные доспехи, одетые поверх кольчуги, меч он оставил охране, и правая рука не находила себе места.

— Мне передали, что ты хочешь уехать. Чем вызвана такая спешка?

Рыцарь почтительно склонил голову, притушив взгляд ярких синих глаз:

— Ваше Величество, семейные проблемы требуют моего присутствия. Я не был дома с начала крестового похода.

Король вздохнул: «Я надеюсь, что уладив свои домашние дела, ты вернешься. Я бы хотел, чтобы среди мечей, охраняющих трон, один был твоим! Кроме того, все красавицы при дворе будут расстроены!»

Молодой воин вдруг покраснел и улыбнулся, обнажив к ужасу советника острые клыки:

— Я надеюсь, что моя красавица все ёще ждет меня дома, поэтому я и спешу!

Когда воин также стремительно покинул их, как и появился, король обратился к советнику:

— Он спас мне жизнь дважды. Нет, Рейнхард, их лучше иметь союзниками, чем врагами!

— Но точно ли они Божьи создания? — испуганно спросил удивленный советник. Король пожал плечами, оставив глупый по его мнению вопрос без ответа.

С той поры прошло несколько столетий.

Часть 1

Глава 1 Разговор в лесу

Среди дремучих лесов, у подножия высоких гор, далеко от блестящего и шумного Златограда стоит небольшой городишко с говорящим названием Темнолесье. Из высоких зданий в нем только ратуша на главной городской площади и церковь, сияющая золотыми луковками куполов. Небольшие домики под красными черепичными крышами утопают в цветах.

На окраине города стоит замок, построенный грубо и прочно, без всяких там затей. Две башни, напоминающие шахматные ладьи, соединенные крепостной стеной, скрывающей массивное основное здание. Это родовое гнездо баронов фон Шлотерштайн. Если немного проехать по пыльной дороге, идущей через пшеничные поля и цветущие луга, то она приведет в деревеньку Кулички, со всех сторон окруженную дремучим лесом.

Деревня растянулась по берегу реки Млавы, земельные участки, отведенные под сады и огороды, по сравнению с городом были просто огромными. Эти земли всегда принадлежали роду фон Шлотерштайнов, впрочем нынешний барон, Лотар, был не слишком строгим господином. Плату за право пользоваться его землей он установил вполне терпимую, народ зря не обижал, правда к браконьерам относился сурово. Но ведь, если дать им волю, в лесу и зверья не останется.

Правда самого Лотара в деревне видели редко, зато его сын был здесь частым гостем. Парню уже стукнуло восемнадцать, а он никак не мог оставить свои детские проказы и деревенских приятелей.

Вот и сейчас Рюдигер фон Шлотерштайн влетел на деревенскую улицу на полном скаку, как будто спасаясь от погони. Ему не терпелось поскорее увидеть Лизу. Юноша расседлал коня, обнял тетушку Крину и чуть не бегом поспешил к маленькому домику на краю деревни.

Дверь открыла бабушка Лизы. Неодобрительно взглянув на высокого синеглазого парня, старушка сказала:

— Лиза на речке, белье полощет. Она ведь не дворянка, ей надо по хозяйству уметь управляться. Девушка на выданье, а невесты работящие ценятся! Вы бы, господин барон, перестали к ней бегать, а то всех женихов распугаете! Какие слухи о ней пойдут, мало того, что знатный барин, так еще и нелюдь, вампир, прости Господи!

И бабка Настя с силой захлопнула дверь, прежде чем Рюдигер успел хоть словечко вставить в свое оправдание. От злых слов старушки его бросило в краску, уши, казалось, просто сгорят, но ноги сами вывели его к реке.

Лиза укладывала мокрые вещи в корзину и вдруг ощутила как горячие ладони закрыли ей глаза.

— Рюг, перестань сейчас же!

— Откуда ты знаешь, что это я?

— Просто знаю, такой дурачок один на свете! Я рада тебя видеть! — Рюдигер присел на плоток, снял сапоги и опустил ноги в речную воду.

— Лизхен, меня твоя бабушка озадачила. Ты теперь девушка на выданье, а я тебе всех женихов распугаю! Лизавета, признавайся, тебя, что, уже сосватали?

Девушка выпрямилась и посмотрела на молодого человека неожиданно серьезно. У нее были серо-голубые глаза и волосы цвета спелой пшеницы, статная фигура деревенской красавицы. Она была дочерью торговца тканями Яна Кречета и. . человеком.

— Рюдигер, мы стали взрослыми. По крайней мере я. А взрослых девушек выдают замуж, обычно.

Парень смешно захлопал длинными, как у девчонки, черными ресницами:

— Что, это правда, и ты выходишь замуж?

Лиза плеснула в него водой:

— Ага, поверил! Ну уж нет, я туда ни ногой! Лучше буду отцу в лавке помогать. У меня получается! — Рюг недоверчиво поглядел на нее, — Ты в лавке, тебе легче в солдаты записаться, ты же двух минут на месте не усидишь! Хотя лучше так, чем. . замуж!

Тут оба дружно расхохотались.

Лиза долго не могла уснуть. Завтра они собирались за грибами, встать надо было рано, а значит надо хорошенько выспаться. Но сон не шел. Эти разговоры о взрослой жизни. . Она не лгала, говоря о том, что замуж не собирается. Хотя бабушка права, и наверное, осенью начнут засылать сватов. Но знакомые молодые люди её круга не вызывали у неё никаких радостных чувств. Вот баронессой фон Шлотерштайн она охотно бы стала!

Нет, глупости всё это, ей ведь не надо ни богатства, ни замка, просто с Рюгом она бы и в шалаше жила, не тужила! А он. . Он даже не человек, может и мысли у него нечеловеческие! Ни разу не обнимет, не ущипнет, как деревенские парни. Впрочем, они уже тоже не решаются, слишком рука у Лизы тяжелая! Может, он действительно ещё не повзрослел?

Она вдруг вспомнила, как увидела его в первый раз.

Девочка в белом льняном платьице с красивой ленточкой в светлой косе и мальчик со странными острыми ушами с удивлением глядели на нарядно одетого черноволосого мальчишку, кажется, их ровесника.

— Тебя же побьют! — сказал лопоухий парнишка, кроме необычных ушей у него еще был и хвост с кисточкой. Девочка улыбнулась и протянула руку новому знакомому, — Я Лиза, а ты кто, я тебя здесь раньше не встречала.

— Я Рюдигер, — открыто улыбнулся он.

— Ну и имечко у тебя, язык сломаешь! Мы будем звать тебя покороче, например, Рюг, идет? Меня можешь звать просто Васькой, я не обижусь.

Лиза посмотрела на странные острые зубы и яркие синие глаза нового знакомого:

— Ты не человек!

— Неважно, — сказал Васька, — все равно отколотят. Алесю с братьями все равно кого лупить людей или нелюдей! И вообще ты чего так вырядился для деревни?

— Да это моя обычная одежда, — пожал плечами Рюдигер.

Девочка вдруг нахмурила темные брови:

- Если захотят драться, то пусть попробуют! Нас уже трое!

Васька сморщил курносый нос:

- Они не будут драться с девчонкой!

— Как это не будут, — Лиза сжала кулачок, — придется!

Бабка Настя с ужасом разглядывала внучку. Отпускала гулять примерную девочку, а кого она сейчас видит перед собой? Белое платьице стало бурым с зелеными следами свежей травы, в растрепанных волосах и в помине нет никакой ленты, Руки исцарапаны, коленка разбита.

Да еще с провожатыми явилась, один — Васька-тролль, сын вдовы с другого края деревни. Его, похоже, тоже здорово потрепали, как только хвост не оторвали! Другого она видела впервые. Хорошенький черноволосый мальчишка, несмотря на лето, совсем бледный, незагорелый. Курточка из дорогой материи осталась без рукава, под глазом синяк, который впрочем быстро, прямо-таки на глазах исчезал.

— Ты чей, малыш? Я вроде всю сопливую нечисть в нашей деревне знаю! — строго спросила вредная старушка.

— Это Рюг, — опередил друга Васька, — он к тетке Крине из Темнолесья приехал!

— Как мать с отцом зовут?

— Лотар и Мария, — растерянно ответил мальчишка. Настасья задержала взгляд на острых белых клыках.

Все ясно, барона Лотара сынок. Кто же вас так отделал? Опять с этими волчатами связались?

— Мы их почти победили! — крикнула Лиза с печки, куда она на всякий случай успела забраться.

— Молчи уж, воительница! Я дойду завтра до кузнеца, пусть задаст им хорошую трепку!

С той поры они всегда прикрывали друг друга в драках и вместе держали ответ за все проделки. А это случалось довольно часто, если учесть, что Рюг совсем не умел врать и притворяться. Их новый приятель прекрасно видел в темноте, что значительно облегчало походы за яблоками в чужие огороды. Зато ему строго — настрого было запрещено загорать на жарком летнем солнце, и он с тоской наблюдал за друзьями, плещущимися в реке, сидя под раскидистым деревом. Раньше полудня его было не добудиться, даже облив холодной водой. А вместо завтрака он пил кровь, самую настоящую, причем с молоком! Однажды он попытался угостить Лизу этой гадостью, так её целый день потом наизнанку выворачивало.

За последний год из нескладного вихрастого мальчишки он превратился в стройного красавца. Высокий и хорошо сложенный, с правильными твердыми чертами красивого лица, волнистыми черными волосами и слишком яркими, у обычных людей таких не бывает, синими глазами.

Девушки в Темнолесье охотно улыбались ему и провожали долгими взглядами. Впрочем, стоило Рюгу улыбнуться в ответ, и одни поспешно отворачивались, другие визжали с притворным ужасом! За красиво очерченными губами скрывались острые клыки. Зато вампирши были от его улыбки в полном восторге! Сам он как будто не замечал этих перемен и по-прежнему искал общества Лизы, Лизхен, как он ее называл.

Лиза же последнее время вела себя с ним холодно, отстраненно. В глубине души она пыталась защититься от надвигающегося на них чего-то стихийного и неуправляемого, что в один прекрасный момент столкнет их вместе, и совершенно все равно, что будет потом!

Размышляя обо всем этом, девушка незаметно для себя уснула. Луна смотрела на нее в маленькое оконце, окрашивая серебрянным светом стены и пол избушки, травы, подвешенные у печки.

Разбудил её настойчивый стук в окошко. Выглянув на улицу, она увидела Рюга.

— Ты что совсем не ложился? — удивилась она. Было еще темно.

— Что-то совсем не спится, мысли разные в голову лезут, — хмуро ответил он. — Это на тебя совсем непохоже.

— Что именно, что не спится или что думается?

И то, и другое, — рассмеялась девушка, вылезая в окно. Парень подхватил её на руки и легко, словно пушинку, перенес через заросли крапивы.

Ранним утром в лесу холодно, воздух прозрачный, мох под ногами сырой. Некоторое время молодые люди собирали грибы в полной тишине. Вдруг Лиза заметила, что в корзинке у Рюга больше половины красивых ярких мухоморов.

— А это еще что? — изумилась она, первой нарушив обет молчания.

— Тетушка Крина просила, ей для лекарства надо, — откликнулся парень и тут же спросил, — А почему Васьки совсем не видно?

Василий был троллем-полукровкой, самым отчаянным членом их детской компании. Ночное, рыбалка, любые отчаянные дерзкие выходки не обходились без него!

— А это как раз история про взрослую жизнь. — Лиза поправила непокорную прядь светлых волос. — Ты не заметил, что и Любавы тоже не видно?

Дочка мельника Любава, пухленькая рыжая девица, была самой серьёзной и рассудительной из них. С удивительным терпением она сносила бесконечные Васькины насмешки, очень редко выходя из себя. Лиза продолжила:

— Васька к ней посватался на полном серьезе. Дескать, я хоть и не богат, но земля есть, дом тоже, здоровьем Бог не обидел, отдайте мне вашу дочь в жены! А Любавин отец её в амбаре запер, а Ваську четырем работникам велел за ворота вывести. Ну они его за ворота вывели, и обратно прилетели все четверо по очереди. Больше его не видели. Говорят, он в наемники подался.

Любава же заявила, что ни за кого, кроме Васьки, замуж не пойдет и будет его ждать сколько надо, и спорить с ней отец не решается.

— Надо же, — вздохнул вампир, — а Любаву то он больше всех дразнил и за косички дергал! Лизхен, я хочу тебе сказать, я скоро уеду в Златоград.

Девушка почувствовала, как внутри ее что-то сжалось. Неужели жизнь разведет их в разные стороны, не дав им даже ни одной попытки? Но вслух она только спросила:

— И что ты там забыл?

Рюдигер пожал плечами:

— Ну я же барон фон Шлотерштайн, в нашем роду все мужчины должны послужить в гвардии. Пришла и моя очередь.

Ей захотелось вдруг крикнуть ему, чтобы он катился ко всем чертям! Но она взглянула на его растерянное лицо, и глупое сердце вдруг сжалось от любви и тревоги.

— Слава Богу, войны никакой сейчас нет, — неожиданно вздохнула она, — и надолго эта служба?

— Года на два, а там можно или насовсем остаться или домой уехать.

Лиза уперла одну руку в бок, другой держалась за березку, всем своим видом показывая, что ей глубоко безразличны любые его решения. Рюг стоял слишком близко и глядел ей прямо в глаза:

— Насчет службы еще не знаю, но следующим летом ты будешь моей женой!

Он резко обнял ее за талию и притянул к себе и также резко закрыл ей рот поцелуем.

— А если я не согласна, ты меня даже не спросил? — она попыталась оттолкнуть его, но почувствовала его силу и смирилась. Не разжимая рук, словно боясь, что она убежит, Рюдигер тревожно посмотрел ей в глаза:

— Лизхен, скажи пожалуйста, что ты согласна! — его голос прозвучал так испуганно, что она рассмеялась:

— Конечно, я согласна, я буду тебя ждать, только возвращайся пожалуйста!

Она вдруг поняла, что плачет, и застеснявшись, уткнулась лицом в его плечо.

Парень растерянно вытирал ей слезы:

— Ну что ты, успокойся, все будет хорошо!

После разговора в лесу все стало на свои места. Их постоянное стремление друг к другу приобрело теперь смысл, и последнюю неделю молодые люди старались не разлучаться.

Несмотря на возмущение бабки Насти, Рюг появлялся каждый день после полудня. Вредная старушка даже веником на него замахивалась:

— Вот же настырный упыренок, его гонят в дверь, а он в окно лезет!

Но юноша молча сносил ее придирки и с азартом помогал Лизе по хозяйству.

Настасья разглядывала молодого барона как будто впервые увидела.

— Лучше бы Крине воды натаскал! Ведь соседи засмеют, когда увидят, кого я себе в работники взяла!

— Уже натаскал, — коротко ответил парень, осторожно протискиваясь в калитку с двумя ведрами, — и дров наколол. И вообще, земля моя, что хочу, то и делаю!

Он неожиданно дерзко посмотрел на вредную бабку, но она только отвернулась, чтобы скрыть улыбку. «И откуда только сила берется, ведь тощий как жердь, одно слово нелюдь!» — подумала старушка.

Вечерами они долго не могли расстаться, гуляя вдоль реки, пока не сядет на кусты и деревья туман, глядя на крупные звезды и слушая, как плещется в реке то ли рыба, то ли русалки. Расставались они далеко за полночь у калитки, каждый раз на сердце было сладко и больно одновременно. Оказалось, что вампиры не слишком отличаются от деревенских парней, и Рюдигер то и дело получал по рукам. Впрочем, он никогда не делал попыток переступить границы дозволенного.

Наконец, он уехал в Златоград, и для Лизы время как будто остановилось.

Глава 2 Армейские будни

Честно говоря, Рюдигер был рад переменам в своей жизни. Их семья всегда поддерживала правящую династию, и мужчины его рода принимали участие во всех войнах, которые выпали на долю Алдании. Как любой мальчишка, он с детства мечтал о подвигах и славе.

В его воспитании основной упор делали на обучение воинскому искусству, правда потом, спохватившись, что он вырастет полным невеждой, ему нашли учителя. Недоучившийся студент Королевской Академии храбро взялся за это неблагодарное дело. Если с чтением и письмом дело потихоньку продвигалось, то перейдя к арифметике, учитель схватился за голову. Юный барон оказался к ней совершенно не способен.

Зато он с удовольствием слушал его рассказы о старых временах, королях и героях, кровавых сражениях. Впрочем его образование закончилось неожиданно быстро. Бывший студент не поладил с горничной баронессы и был вынужден спешно покинуть их замок.

Отец Рюдигера философски заметил, что читать, писать и считать с горем пополам их сын все же умеет, а большего дворянину и не нужно. Но рассказы учителя, а также семейные предания будили воображение юноши, и он чувствовал, что пришло время оставить детские забавы и послужить королю со шпагой в руках.

Теперь до осуществления его детской мечты осталась все одна ночь на постоялом дворе, позади остался родной тихий городишко, друзья детства и лучшая девушка на свете. Как настоящего рыцаря, его теперь ждала прекрасная дама, и думая о любимой, он незаметно заснул. Во сне ему привиделась Лизхен, одетая средневековой принцессой в высоком головном уборе, что, надо сказать, было ей очень к лицу.

Красавицу похитил огнедышащий дракон, и Рюг, не тратя времени, отправился ее спасать. Проникнув в мрачное логово чудовища, он был с радостью встречен его хозяином. Дракон, прижимая к груди коротенькие передние лапки, покрытые зеленой чешуей, умолял рыцаря избавить его от своенравной принцессы! Дескать, проси что хочешь, золота здесь достаточно, но только забери ее отсюда скорее!

На этом месте Рюдигер неожиданно проснулся, подивившись странному ходу событий в своем сне. Хотя все это было ужасно смешно, он чувствовал, что в этом все же есть доля правды. Ну не станет Лизхен сидеть, сложа руки, и ждать спасения! Но именно за это, или точнее сказать, несмотря на это, он ее и любит!

За окнами уже вовсю светило солнце, в комнату проникали какие-то вкусные запахи. Рюдигер ощутил сильный голод и наконец выбрался из постели. Уничтожив двойную порцию яичницы с беконом, он почувствовал себя гораздо лучше. Конечно, это не кровь с молоком, но теперь он готов к любым подвигам!

Трактирщик неприятно удивил его излишней угодливостью, он казалось, был готов выполнить любое желание Рюга, с некоторой опаской поглядывая на острые клыки постояльца. Это, впрочем, не помешало ему слупить с парня двойную цену за ночлег и завтрак. Но Рюдигер был слишком взволнован, чтобы думать о таких мелочах. Расплатившись с трактирщиком, он отправился навстречу новой жизни.

Столица поразила юношу обилием людей и каменных зданий, фонарями на вечерних улицах. Королевский замок потрясал воображение. Он был огромен и в то же время изящен. Стены были сложены из белого камня, совершенно не потемневшего от времени. Крыша была украшена множеством фигурных изящных башенок, острые шпили которых пронзали синее летнее небо. Множество окон покрывали стены сложным кружевным узором.

День был ясный, солнечные лучи резали глаза, но Рюг не обращая на это внимания, разглядывал окружающее его великолепие. Перед входом во дворец был прямоугольный водоём, в середине которого бил фонтан, рассыпая алмазные брызги и переливаясь на солнце радугой. Невидевший у себя в городе ничего подобного, парень несколько минут смотрел на это чудо, приоткрыв рот. Вокруг были клумбы с удивительными цветами, со всех сторон дворец был окружен парком с аккуратно подстриженными кустами и посыпанными песком дорожками.

Сопровождавший Рюга гвардеец слегка толкнул его:

— Хватит пялиться, деревенщина! Господин полковник уже заждался!

Рюдигер вспыхнул от унижения, рука сама легла на эфес шпаги, но гвардеец, разглядевший, что имеет дело с нелюдем, уже пожалел о своей наглости:

— Я пошутил парень, беру свои слова обратно!

Рюдигер с запоздалым раскаянием вспомнил слова отца о том, что он ни в коем случае не должен ввязываться в дуэли. Вряд ли ему встретится равный противник, а в том, чтобы победить слабого, нет никакой доблести. К тому он может не рассчитать свои силы, и все закончится очень печально для его соперника.

Начальник королевской гвардии полковник фон Зальц внимательно изучал бумаги новичка:

— Надо же, давно у нас не было вампиров! Шлотерштайны, древний славный род! Твой дед был хорошим солдатом, а твоего отца я прекрасно помню. Он подавал большие надежды, но ранняя женитьба. Там был большой скандал, девица из Трансильвании, из богатой, знатной семьи. Но родители тебе верно рассказывали…

Ну что же, я надеюсь, ты будешь служить королю достойно и не уронишь чести своего рода! Новак, — окликнул полковник стоящего навытяжку гвардейца, — отведешь юношу в первую роту, она у нас почти вся из новобранцев.

Подчиненный удивленно переспросил:

— А точно в первую? Он же из Моравии, ну я имел в виду… — он растерянно замолчал, поглядывая то на полковника, то на вампира. Но его командир строго повторил:

— Я ясно сказал, что в первую.

Проводив новоявленного гвардейца почти отеческим взглядом, полковник в волнении прошелся по кабинету, затем налил вина из стоящего на столе хрустального графина и сделал большой глоток. Поставив опустевший бокал на стол, полковник обратился к своему секретарю:

— Отто, дай-ка мне список молодых людей, прибывшых на службу за последние три года.

Секретарь, не выказав удивления, быстро достал с полки толстую книгу. Полковник раскрыл ее на нужной странице, глаза заскользили по строчкам, отыскивая знакомые названия. Отто с тревогой и недоумением следил за ним. Дочитав длинный список до конца, полковник бросил книгу на стол и снова налил вина.

— Господин полковник, что-то случилось? — осторожно поинтересовался его верный помощник.

— Как тебе сказать Отто, на первый взгляд вроде бы ничего. Но этот список заставляет задуматься. В королевской гвардии всегда были собраны лучшие представители молодежи со всей страны. Более того, в личную охрану Его Величества всегда набирали только отчаянных парней из восточных провинций.

Но боюсь, что сейчас юный барон фон Шлотерштайн чуть ли не единственный вампир среди моих подчиненных. Согласно этим спискам все приехавших из Моравии новичков после короткого обучения быстро отправляли в приграничные крепости, в последнее время они приезжали все реже.

А те знатные семьи, что избрали местом жительства Златоград, и вовсе не стремятся отдавать своих отпрысков на королевскую службу. Военная карьера кажется перестала быть престижной для молодых вампиров и оборотней.

Более того, закаленные, преданные трону ветераны также или покинули службу или отправлены под различными предлогами в далекие углы. Возможно, там их мечи не ржавеют без дела, но выглядит это так, как будто кто-то намеренно лишает королевскую власть их поддержки. И я обязательно должен узнать, кому это выгодно!

Королевские гвардейцы размещались в правом крыле замка, на нижнем этаже, ближе к кухне и хозяйственным постройкам. Получив новенький мундир красного цвета, такой же берет и черный бархатный жилет на подкладке с нашитыми внутри железными пластинами, юноша отправился в казарму. Без особого труда он нашел нужную комнату и, распахнув дверь, столкнулся с ее хозяином.

Cтройный черноволосый парень примерно одних с ним лет приветливо улыбнулся смущенному новичку.

— Римар Забельский, — представился он, протянув руку. Рюдигер назвал свое имя, пожал протянутую руку и также широко улыбнулся. Римар слегка побледнел.

— Ты. Ты вообще кто?

— Как это кто, я же уже сказал, Рюдигер фон Шлотерштайн из Темнолесья!

— Я в том смысле, ты что не человек? Ты кто, вампир или оборотень?

Гость мгновенно залился краской и сердито ответил:

— У нас говорят — пьющие кровь или бегущие в ночи. Моя семья принадлежит к первым. Вообще-то мы считаем себя людьми, запомни на будущее.

Римар ошарашенно покачал головой. Такого соседа по комнате он не ожидал! В его родном городе нелюди были редкие гости, настоящего вампира он видел впервые. Зато старая Злата, экономка его дяди, знала немало леденящих кровь историй, где роль злодея всегда отводилась бледному красавцу с острыми клыками. Его новый знакомый как нельзя лучше подходил под это описание. И хотя в свое время Римар с друзьями немало потешались над суеверной старушкой, теперь ему было совсем не до смеха.

После вечернего караула Рюдигер тихонько, на цыпочках вошел в комнату, боясь разбудить соседа. Но Римар, к его удивлению, не спал. Он, зевая, читал книгу, рискуя спалить свечой постель.

— Эй, ты чего не спишь? Уже три часа ночи!

— Да я зачитался, книга не на шутку интересная, — не слишком искренне ответил он.

Рюг не успел коснуться подушки, как тут же уснул, слишком уж много впечатлений для одного дня было сегодня.

Римар проснулся поздно, уже рассвело. Сосед, которого он так боялся, спал на соседней кровати. Во сне он выглядел очень молодым и совсем не опасным, вот только пожалуй слишком бледным.

Сегодня они оба были свободны и могли спокойно понежиться в кровати. Неожиданно в дверь забарабанили:

— Подъем! Срочное построение! Приказ господина полковника!

Недобрый вестник, испортивший прекрасное утро, понесся дальше по коридору, продолжая вопить про срочное построение и колошматить в каждую дверь.

Римар чертыхнулся и схватился за торчавший из под кровати сапог. Затем с сомнением взглянул на вампира. Тот все так же предавался блаженному сну, и вопли караульного его нисколько не потревожили.

Со смешанным чувством неловкости от того, что должен разбудить сладко спящего товарища, и тайного злорадства, что не только ему придется покинуть теплую постель, он потряс соседа за плечо.

— Эй, пора вставать!

Спящий даже не шевельнулся и не поменял позы. Удивленный Римар схватил его за плечи уже двумя руками и повторил попытку. Голова вампира безвольно качнулась и снова упала на подушку. Шаги и голоса в коридоре уже стихли, их товарищи выстроились в два ряда под окнами дворца, а он все еще мучается с этим нелюдем.

В отчаянии Римар проорал ему прямо в ухо:

— Да просыпайся же, черт возьми!

Тут он похолодел от страшной догадки, неужели он пытается разбудить мертвого! Юноша наклонил голову к спящему, и ему показалось, что тот точно не дышит. Что же делать, звать на помощь? Терзаясь сомнениями, Римар положил руку на грудь вампира и с облегчением уловил ровные толчки.

Вдруг его руку сжали, словно тисками. Рюдигер приподнялся на постели и не сводил с парня расширенных от удивления глаз:

— Ты…Ты что делаешь?

— Я вообще-то разбудить тебя пытался. Всем велено построиться на дворцовой площади, а ты дрыхнешь, как спящая красавица. — теперь уже Римар покраснел от возмущения и обиды. — Я даже подумал, что ты умер, решил проверить, бьется ли сердце.

— Да ты не в своем уме что ли? — глаза Рюга наконец приняли нормальный размер.

— Руку пусти! — сердито напомнил Римар.

— Извини, забыл, — вампир поспешно разжал пальцы, и парень потряс затекшую кисть. От боли на глаза навернулись слезы, Римар обиженно шмыгнул носом:

— Ты почти не дышал, ну мне так показалось…

— Я просто сплю очень крепко. — Рюдигер в спешке натягивал одежду, между делом выясняя отношения с соседом.

— Кстати, ты кажется меня боишься, не спишь по ночам. Я не кусаюсь!

— Ладно, поверю, только не улыбайся больше так!

— Но почему? — Рюг пожал плечами.

— У меня от твоих клыков мороз по коже!

— Странно, а Лизхен говорит, что всегда завидует моим зубам. . И улыбка ей моя нравится, она говорит, очень искренняя. — Рюг был очень возмущен таким пристальным вниманием к своей скромной персоне. Лично ему было известно с детства, что обычные люди и пьющие кровь кое-чем отличаются друг от друга, однако это не мешает им жить рядом.

— А Лизхен-это кто? — поинтересовался Римар.

— Моя невеста. — коротко ответил вампир.

— Ну если она такая же как ты, тогда конечно, ей все кажется нормальным!

— Да нет, она такая же, как ты, только не болтает всякую чушь! — возмутился Рюг.

— Наверное, влюбленные девушки на все смотрят по-другому, — выкрутился Римар.

Рюдигер затянул ремень на талии и, щелкнув каблуками, повернулся к все еще сидевшему на кровати парню:

— Еще вопросы будут?

Римар немного помедлил:

— Скажи, а кровь ты пьешь?

— Конечно, с молоком на завтрак! — Рюг с тайным удовольствием заметил, как Римар изменился в лице. — Не бойся, не твою! Мы вообще-то разных животных держим — коров, свиней. Кстати, здесь на кухне это знают.

Римар отдернул шторы, запуская в комнату солнце:

— А солнечный свет?

Рюдигер пожал плечами:

— Ну загорать я точно не люблю, всегда ночью купаюсь, а так нормально. Что еще тебе рассказать? Чеснок, кстати, я ем совершенно спокойно, а вот сладкое ненавижу! Ну теперь твоя очередь признаваться! Ты сам то откуда?

— Из Пригова. Род знатный, но обедневший. Я сирота, меня дядя воспитал и в гвардию устроил, Ну что еще тебе рассказать? Невесты нет, и не знаю, будет ли вообще. Вредных привычек вроде тоже. Но только сладкое я очень люблю.

После этого разговора отношения между ними вроде бы наладились, но книги по ночам Римар продолжал читать еще долго. Он все же не был уверен, что этот нелюдь так уж безобиден, пока не произошел один забавный случай.

Надо сказать, что Римар так же, как и Рюдигер, мечтал в детстве о подвигах и славе. Но жизнь уже приучила его к мысли, что мечты очень часто остаются просто мечтами. Рано потерявший родителей, он вырос в большой семье своего дяди, где ему очень часто давали понять, что он бедный сирота, и не должен ждать от жизни слишком много.

В Златограде он пробыл две недели, еще не успел завести друзей, но уже не раз терпел насмешки от более старших и наглых парней. Он слишком привык к тому, что ему всегда не везет, но то, что ему придется делить комнату с самым настоящим вампиром, было уже совершенно невыносимо. Помня страшные истории, услышанные в детстве, он старался не ложиться спать, пока не уверится в том, что и его сосед уже крепко спит. Для этого ему пришлось запастись целой кучей книг. В основном это были романтические слезливые истории, рассчитанные на наивных девиц.

Однажды он не дождался Рюга с ночного дежурства и уснул прямо над книгой. Разбудили его странные хлюпающие звуки. Приподняв голову, он еле сдержал смех. Раскрыв шторы, его сосед сидел у окна и читал при лунном свете. Судя по количеству перевернутых страниц, книга не на шутку увлекла вампира. Кажется, он добрался до самого драматического момента этой истории. Парень время от времени шмыгал носом и вытирал подозрительно блестевшие глаза.

Заметив, что Римар не спит, Рюг повернулся к нему:

— Неужели все так и было? Как родители могли быть так жестоки к собственной дочери? И чем это закончится, может не стоит читать дальше?

Римар, прочитавший уже не меньше пяти подобных историй, поспешил заверить его, что кончится все, как известно, свадьбой, и попытался объяснить, что не стоит так расстраиваться из-за выдумки.

Обсуждая судьбу придуманных героев, они незаметно для себя, подружились. Теперь собственные страхи казались Римару полной глупостью. Как можно считать опасным того, кто всерьез плачет над наивной книжкой! У них с Рюгом оказалось довольно много общего, только в отличие от Римара его друг был абсолютно уверен в себе и собственных силах. Ведь жизнь пока поворачивалась к нему только светлой стороной.

Жизнь новобранца легкой не назовешь — ночные караулы, дежурства на кухне, тренировки с холодным оружием. Фехтовать Рюг умел неплохо, так что идя на первую тренировку, он особо не волновался. Всему, что должен уметь мужчина, его научил Иоганн Кранц. Муж тетушки Крины в далеком прошлом был наемным солдатом, вместе с дедом Рюдигера побывал не на одной войне. О некоторых событиях своей жизни он вообще предпочитал никому не рассказывать. В глухой деревушке ушедший на покой головорез умирал от скуки, пока не заметил, что молодой барон подрос достаточно, что бы держать в руках шпагу. Чтобы дело продвигалось веселее, он обучил основным приемам и его друзей.

Капитан Ван Рейвен придирчиво рассматривал новичка.

— Так, так, значит ты из Темнолесья. Шпагу то, надеюсь, не в первый раз видишь? — Двадцать парней встретили эту фразу дружным хохотом. Рюдигер глубоко вздохнул и спокойно ответил:

— Нет, не в первый раз, господин капитан.

— Ну что же, посмотрим, что ты умеешь. Эдгар, дерись с ним!

Высокий светловолосый парень вышел из строя, презрительно смерив Рюга взглядом, встал напротив него в стойку. Рюдигер замешкался:

— Господин капитан, я боюсь, боюсь. . его покалечить!

Конец этой фразы потонул в дружном хохоте. Эдгар залился краской и направил шпагу на вампира.

— Дерись, сопляк! — хотя сам был не старше. Эдгар неплохо владел шпагой, но слишком расслабился, ожидая легкой победы. Он уверенно наступал на новичка, а Рюг старался драться вполсилы, но вскоре забыл об этом, и вот уже Эдгар лежал на земле, и встать ему не давал клинок противника.

— Это нечестно! — возмутился он.

— Конечно, нечестно, — улыбнулся Рюдигер.

— Ты же не человек!

— Я предупреждал! — пожал плечами Рюг.

— Ну что же, неплохо юноша, — говорит капитан Ван Рейвен и внезапно вынимает клинок из ножен. — Защищайся!

Рюдигер застыл в легком недоумении. Капитан был ровесником его отца, но отец выглядел намного моложе. У него еще седых волос нет.

— Но господин капитан, я не могу!

— Очень даже можешь! Я сам хочу проверить, на что ты годен!

Он атакует, и Рюг вынужден защищаться. Признаться, капитан Ван Рейвен не зря обучает фехтованию королевских гвардейцев. Все приемы у него отточены, доведены до совершенства, по мастерству он, пожалуй, не уступил бы Иоганну. Но вот сила и скорость у него были обычными, человеческими, он почувствовал, что начинает проигрывать этому молоденькому нелюдю из какого-то Темнолесья, и к великому облегчению Рюга остановил поединок.

— Ну что же, Рюдигер фон Шлотерштайн, шпагу ты определенно видишь не впервый раз! Кто твой учитель?

— Его зовут Иоганн Кранц, господин капитан, может вы о нем слышали? — скромно ответил юноша.

— Кто же о нем не слышал, — проворчал капитан, — но что же нам с тобой делать? Других вампиров сейчас здесь нет. Вторую роту срочно отправили на западную границу, там что-то неспокойно стало последнее время. Так что вряд ли найдется для тебя достойный соперник. Но чтобы ты бездельничал на моих занятиях, я не допущу! Но вот кого же поставить с тобой в пару? Есть идея, будешь драться со всеми по очереди. Глядишь, чему-нибудь их научишь, да и сам будешь занят.

С этого времени Рюдигер превратился в живое учебное пособие. После тренировок он еле добирался до кровати, в этом ни в чем не отличаясь от других новичков. Одно утешение, синяки и царапины заживали у него прямо на глазах!

Хуже всего было то, что среди людей и жить приходилось по человеческому расписанию. Привыкший засыпать далеко за полночь, Рюг с ужасом обнаружил, что вставать надо рано утром! Первое время он постоянно зевал, рискуя заснуть прямо на ходу. Спасением были ночные караулы, в которые его охотно назначали. Совсем неплохо иметь гвардейца, который видит в темноте! Зато после можно было с чистой совестью отсыпаться.

От таких крутых перемен в своей жизни парень чувствовал просто зверский голод. Римар с легким ужасом наблюдал, как друг расправляется с обедом, и буквально через час у него начинает урчать в животе.

Но самое главное испытание было еще впереди! Вскоре их назначили дежурить на кухню. Рюдигер не считал себя таким уж белоручкой, но вид горы картофеля поверг его в уныние. Впрочем по окончании этой великой миссии их ждал приятный сюрприз. Повариха, добрая женщина, накормила парней от души. Римару досталось блюдо, предназначенное для королевского стола, а Рюг с довольным видом уплетал хороший кусок сырой печенки. Госпожа Магда глядела на молодых людей чуть ли не с нежностью:

— Господи, в вашем возрасте всегда хочется есть, у меня сыновья почти ваши ровесники, уж я то знаю.

После ночного дежурства Рюдигер проспал почти полдня и теперь торопился на тренировку. Римара уже не было, похоже он не смог его разбудить и ушел один. Рюг быстро застегнул мундир, натянул сапоги, провел пятерней по непослушным волосам, схватил ремень со шпагой и выбежал из комнаты.

В конце длинного коридора он чуть не врезался в двух молоденьких служанок, еле успев притормозить. Он покраснел и пробормотав извинения, вылетелел на улицу. Из коридора еще доносился девичий смех.

Краем глаза он заметил в глубине парка компанию парней в таких же, как у него, красных мундирах. Он подошел поближе, они стояли кругом и осыпали кого-то насмешками и пинками. Почти никого из них Рюг не знал, но в середине стоял Римар, и выглядел он совсем неважно! Под глазом расцветал синяк, на мундире явно не хватало половины пуговиц! Парень сжимал кулаки в ответ на насмешки и оскорбления.

Рюдигер в два счета растолкал обидчиков и влетел в центр круга.

— Римар, что это значит? Что случилось?

— А, вот еще один хлюпик пожаловал. Сейчас мы научим тебя уважать старших! — светловолосый парень с зелеными глазами был одного роста с Рюгом, но шире в плечах, массивнее, да и опыт в драках у него явно имелся, судя по характеру.

— Яромир, лучше не надо, оставь их в покое, — один из парней попытался успокоить заводилу. — Полковнику не понравится!

— Да, а кто же ему скажет? Нет уж, пора показать этим знатным соплякам, кто здесь старший!

Он подошел вплотную к Рюдигеру и взялся за отворот мундира:

— Понял ты, фон такой-то, понял или нет?

Рюг еще раз взглянул на разбитое лицо Римара и вдруг почувствовал, как горячая волна бешенства накрывает его с головой. Он перехватил руку Яромира. Тот попытался освободить её, но хватка была железной.

— Меня зовут барон фон Шлотерштайн, ты понял, ничтожество? Это знаменитый и древний род, а ты недостоин чистить мои сапоги! — он медленно сгибал руку Яра, а все с ужасом смотрели на его бледное лицо с горящими глазами и острые клыки.

— Рюг, ты сейчас сломаешь ему руку! — воскликнул Римар.

— Я могу её совсем оторвать, если он перед тобой не извиниться! — ответил Рюдигер, медленно возвращаясь к действительности.

— Всем стоять на месте! — полковник фон Зальц с тремя солдатами бегом неслись к драчунам. Взбешенный полковник смотрел на на них так, как будто хотел испепелить взглядом.

— Яромир, пять суток в карцере! Рюдигер, Римар — наряд на кухню на неделю! Поступаете в полное распоряжение госпожи Магды, будете делать все, что она прикажет. И никаких возражений! — полковник строго посмотрел на Рюга, — Научись смирять гнев, мальчик, а то таких дров наломаешь!

Все остальные быстро исчезли с места действия, только Яромир, Рюг и Римар стояли в растерянности.

О нет, — простонал Рюдигер, — опять картошка, я ее даже не ем!

Яромир вдруг протянул руку:

— Давайте начнем все заново! Приношу свои извинения вам обоим!

Рюг поглядел на Римара:

— Ты как, согласен?

Тот махнул рукой:

— Да черт с ним, заново так заново! — и пожал протянутую руку. Рюг тоже пожал руку недавнему противнику:

— Значит, мир! Но если что. .он показал глазами на разбитое лицо друга, — ты меня хорошо понял!

Яр возмутился:

— Я умею держать слово!

Командир королевской гвардии нервно мерял шагами узорный мраморный пол своего кабинета. Перед ним, опустив голову, стоял дежурный офицер.

— Где дисциплина, где порядок? — строго отчитывал его полковник.

— Как можно допустить такое отношение к новичкам! Подобные стычки могут плохо закончиться! А этот мальчишка Шлотерштайн мог при желании головы им голыми руками поотрывать! Додумались его дразнить!

— Но они же не знали, что он нелюдь, вампир, это редкий случай! — слабо оправдывался офицер. — Мало мне Яромира, теперь еще и он появился!

— Они не знали, ты должен знать, кто у тебя в подчинении, за кого ты отвечаешь! Еще недавно таким, как Рюдигер, никто не удивлялся, а теперь старые кланы боятся рисковать своими наследниками. Они опасаются людей! А это не приведет ни к чему хорошему! Что бы я ни о чем подобном больше не слышал! — обессиленный этой речью полковник опустился в кресло, а офицер поспешно покинул кабинет.

Командир гвардейцев долго не мог успокоится. Эта нелепая история неожиданно разбередила старую рану. Конечно, сама по себе драка не была чем-то необычным, но то, что жители восточных провинций, составляющие почти треть населения Алдании, вдруг превратились в «редкий случай», заставляло насторожиться.

Полковник отлично знал, в чем причина таких печальных перемен. Пять лет здесь появилась странная секта с красивым названием Воины Света. Поскольку они были изгнаны из Фрисландии, где не сошлись во мнениях со Святой Инквизицией, то в Алдании их приняли весьма охотно. Ее адепты, носившие красивые белые одежды, призывали к братской любви и жизни без греха и не вызывали никаких подозрений.

И по странному совпадению именно в это время во дворце произошла жуткая история. Пятеро гвардейцев из личной охраны короля были отравлены. Четверо вампиров и один оборотень. Кто-то добавил в еду серебряный порошок. Трое умерли сразу, одного удалось спасти. Последний из несчастных, видимо потеряв разум от боли, вцепился в горло помощнику лекаря. Бедняга следовал инстинкту, совершенно справедливо считая, что кровь может помочь ему. В злосчастною похлебку кроме серебра добавили еще отвар белены, вызывающий бредовые видения. Это заставило юношу потерять контроль над собой. Подбежавший командир одним ударом тяжелой сабли прекратил его мучения.

Расследование поручили ему, тогда еще капитану фон Зальцу. Тщательно осмотрев и перетряхнув всю кухню до последней ложки и опросив всех до последней посудомойки, он все же нашел след, который привел его к помощнику повара. Но допросить толком негодяя не удалось. Его нашли повешенным в собственной комнате.

Объясняться с близкими погибших, которые все до одного принадлежали к влиятельным в Моравии старым кланам, также пришлось Генриху фон Зальцу. После этого он на целый месяц забыл, что значит спокойно спать. Не то чтобы он опасался мести со стороны безутешных родных, просто стоило лишь закрыть глаза, и перед ним снова вставало лицо юноши, которому он помог умереть.

Неожиданно выяснилось, что злополучный помощник повара посещал собрания Воинов Света. Но когда капитан и его люди решили познакомиться с этим братством поближе, то их ждало разочарование. Секта словно растворилась в воздухе, оставив множество непроверенных слухов о странных ритуалах, не имеющих ничего общего с христианской верой. Похоже, Воинов Света не случайно объявили во Фрисландии вне закона.

После этого трагического случая количество нелюдей в королевской гвардии стало потихоньку сокращаться. Никто прямо не говорил об этом, но от пьющих кровь и бегущих в ночи старались избавиться под различными благовидными предлогами.

И вот результат этих стараний — на юношу из Темнолесья, чьи предки всегда были опорой трона, смотрят как на диковинку!

Неделя на кухне подходила к концу. Госпожа Магда не могла нахвалиться на своих невольных помощников.

Ребята охотно хватались за любую работу, хоть дров наколоть, хоть воды натаскать. Рюг играючи двигал тяжеленные котлы, а его руки почти привыкли к чистке овощей. Римар шутил, что профессию поваренка они оба уже освоили. Каждый день им перепадало что-нибудь вкусненькое, так что такое наказание уже начинало им нравиться. Но при мысли о Яромире настроение у обоих резко испортилось.

— Мы тут пирожками объедаемся, а он там может с хлеба на воду перебивается, — вдруг сказал Римар.

— Сам виноват, — ответил Рюг с набитым ртом, — но если хочешь, забросим ему подарочек. Я знаю, когда там охрана сменяется.

Хотя Яромир и относился с презрением к юным аристократам, его фамилия была одной из самых известных в Алдании и начиналась с приставки «фон», что в сочетании с именем вызывало некоторое недоумение.

К тому же юноша резко отличался от своих ровесников из благородного сословия. Он совершенно не был испорчен хорошими манерами, зато отлично владел тяжелой саблей и ничуть не хуже кулаками. Их ему приходилось пускать в ход довольно часто, учитывая его дерзкий и непримиримый нрав.

Однако сейчас он не испытывал обиды на ни на вампира, ни на Римара. Похоже, пытаясь отстоять свою независимость, он зашел слишком далеко. И в том, что сейчас приходится торчать в каменном мешке, виноват только он сам…

Вдруг маленькое окошко на двери камеры открылось, и в него забросили какой-то сверток. От него на удивление вкусно пахло, на приколотой к свертку бумажке было нацарапано: «Держись, еще два дня осталось! Мы тебя ждем». Парень улыбнулся, кажется эти знатные сопляки очень даже не плохие ребята, зла на него не держат.

Глава 3 Подарок на Рождество

Зима в этом году выдалась морозная снежная. Но жизнь в столичном городе била ключом. Народ готовился к Рождеству, у торговцев и портных была самая горячая пора. Все стремились обновить наряды, купить подарки. Рюдигер, Яромир, Римар и Важек бродили по главной площади Златограда, постепенно превращаясь в ледышки.

Важек стал четвертым членом их команды. Это был паренек небольшого роста, очень шустрый, всегда знающий все последние городские новости и не расстающийся с книгами. Он мечтал учиться в Королевской Академии, но ужасно боялся отцовского гнева. Его отец считал, что наследник знатного дворянского рода должен служить королю со шпагой в руках, а не чахнуть за книгами.

Купола церквей и шпили башен пронзали морозный воздух, устремляясь в хмурое небо, замерзшее, какое-то побледневшее солнце слабо освещало заснеженные черепичные крыши. Но несмотря на мороз на площади было полно народа. Рождественская ярмарка была в разгаре. Кругом были изображения Девы Марии с младенцем и пришедших к ней с дарами волхвов, Рождественские звезды и елочные игрушки заполняли прилавки. Из маленьких лавочек тянулись вкусные запахи жареных колбасок и свежего хлеба.

Казалось, что выбор подарка почти непосильная задача. Вдруг они наткнулись на лавку ювелира. Звякнул колокольчик, двери приоткрылись, запуская ребят внутрь. После улицы тут было почти темно. Рюг осторожно покашлял, надеясь привлечь внимание хозяина. Вдруг они услышали скрипучий старческий голос:

— Молодой человек, сейчас же прекратите сверкать глазищами! И зубами нечего щелкать! Что за молодежь пошла, никакого терпения! — кряхтя и охая, перед ними появился маленький старичок со свечой в руке.

— Так ведь темно, как у дракона в заднице, нечего на свечках экономить! — огрызнулся Рюг. Римар добавил:

— А зубы стучат от холода, тут не теплее, чем на улице!

— Дрова нынче дороги-, проворчал старик, одетый в какие-то невообразимые лохмотья, — Чем могу помочь, молодые люди?

— Мне нужно кольцо, подарок невесте. — ответил Рюг. Старик окинул его оценивающим взглядом, — Серебро, я думаю, можно не предлагать.

Он достал с полки шкатулку из красного дерева, и перед ними, как в волшебной сказке, предстали украшения, которые и сама принцесса надеть не постеснялась. Глаза просто разбегались, но Рюдигер уверенно вытянул из этой россыпи одно колечко с голубым камнем.

— Вот это, размер, я думаю, подойдет.

— Прекрасный выбор, юноша, — прокашлял старик и залупил цену, почти вдвое больше жалования королевского гвардейца. Парни пришли другу на помощь, взывая к совести торговца и напоминая о грядущем Рождестве, дескать перед святым праздником нечего так уж гнаться за наживой. Но старик был непреклонен:

— Золото высокой пробы, настоящий сапфир, все это стоит недешево!

Важек потянул Рюга за руку:

— Может в другом месте посмотрим?

Но барон фон Шлотерштайн только махнул рукой:

— Камень редкий, но и девушка редкая, — он улыбнулся, — я покупаю!

Яромир присвистнул:

— Эх, хотел бы я посмотреть на эту купеческую дочку!

Рюдигер пожал плечами:-Приедешь ко мне на свадьбу и посмотришь. Ну, обещай, что приедешь!

Яр засмеялся:

— Только пригласить не забудь!

На оставшие деньги Рюг купил варежки для сестренки, пушистые, теплые с веселым ярким узором. Анна всегда ждет от него подарков. Теперь всех его денег хватило бы разве что на петушок на палочке, но он представил колечко на руке Лизы и остался доволен.

После отъезда Рюга мир потерял для Лизы свои краски. Она чувствовала себя счастливой и несчастной одновременно. Любава упрекнула подругу:

— Тебе-то грех жаловаться. Ведь все кругом знали, что вы друг к другу неровно дышите, и ждали, когда вы об этом сами догадаетесь!

Она аккуратно избавляля от кожуры крепкие кисло-сладкие яблоки, такие большие можно увидеть только здесь.

— Да ведь он же уехал, а я должна теперь сидеть и ждать у окошка! — возмутилась девушка.

— Да ведь мы женщины, так уж нам положено, — пожала плечами Любава. — К тому же ты хотя бы знаешь, куда он уехал, а мне и это про Ваську неизвестно…

— Значит они мужчины, им чужие края, приключения, а нам слезы у окошка, а потом горшки, сковородки и детские пеленки! А тебе не кажется, что это довольно несправедливо? — сердито спросила Лиза.

— Ну что поделаешь, так из века в век ведется, и все довольны! Только тебе все не так. Тебе бы парнем родиться, ты вон даже драться вместе с мальчишками училась, хотя я до сих пор не пойму, для чего? — усмехнулась ее подруга.

Действительно, когда Иоганн взялся учить Рюга разным воинским премудростям, он предложил и его друзьям в этом участвовать, имея в виду конечно Ваську. Но к его удивлению не только тролль-полукровка, но еще и хорошенькая девочка с длинной светлой косой явились вместе с Рюгом на занятие.

Жена Иоганна, тетушка Крина, заглянув во двор, где Рюдигер и Лиза лупили друг друга деревянными мечами, с ужасом воскликнула:

— Да вы что, совсем с ума сошли? Ведь она девочка, притом человеческая! Они же ее покалечат, а Настасья потом нам с тобой такое устроит, что и представить страшно!

Но старый наемник самодовольно усмехнулся:

— Женщина, я свое дело хорошо знаю! Обещаю, что смогу научить ее таким штукам, что она легко справится с более сильным и рослым противником!

Крина знала, что когда муж говорит таким тоном, спорить с ним бесполезно, но все же устало сказала:

— Да только зачем ей это нужно, сам подумай!

Иоганн поглядел на своего воспитанника, чьи глаза загорались при взгляде на отчаянную девчонку, и пожал плечами:

— Ну мало ли, в жизни такое всегда пригодится.

Он вдруг подумал, что если бы много лет назад научил бы одну человеческую девушку хотя бы половине того, чему собирался научить Лизу, то она осталась бы жива, и возможно почти все в его жизни было бы по-другому.

Любава наблюдала за ними со стороны, удивляясь, как можно получать удовольствие от битья друг друга. Лиза не хуже мальчишек научилась наносить и отбивать удары, могла защитить свою жизнь и честь любым подручным средством. Правда платой за эту науку были синяки и ссадины, ей их доставалось немало. Хотя она всегда обвиняла Рюдигера, что он поддается ей и жалея, дерется не в полную силу. Она не слишком понимала, для чего ей эти уроки, но только здесь ощущала себя счастливой.

Потом вдруг ее фигура здорово изменилась, и она оставила эти занятия, потому что не могла представить, что с ней будет, если вдруг потеряв равновесие во время драки, они с Рюгом упадут в траву слишком близко…

Теперь все это осталось далеко в беззаботном детстве, а впереди были долгие месяцы тревоги и неизвестности. Ей предстояло в полной мере насладиться ожиданием у окна. Кругом царила золотая осень, дни стояли яркие, солнечные, но для нее все вокруг вдруг стало серым и бесцветным.

Вечерами она беззвучно, чтобы никто не услышал, плакала в подушку. Изредка от него приходили письма, в них он писал о службе, о друзьях, о том что столица совсем не похожа на Темнолесье, и что на него самого здесь косятся, как на диво дивное.

Зачитав листочек до дыр, Лиза писала ответ и отправляла вместе со знакомыми купцами. Золотая осень сменилась дождями, и Лиза рыдала вечерами вместе с осенним небом. Затем землю присыпало снегом, и началась зима. Перед Рождеством она получила письмо, в котором Рюг просил ее приехать в Кулички.

Мать девушки удивленно смотрела, как Лиза перебирает платья. За это лето дочку стало не узнать. Раньше ее было не удержать дома, она так и рвалась в деревню. Синяки и ссадины, порванные платья, по словам бабушки она все время проводила в компании сорванцов-мальчишек. Впрочем, Катерина еще помнила свое детство, и сильно на дочку не ворчала.

Но в последние месяцы девушка стало вдруг сильно изменилась. Она стала тихой и задумчивой, и что особенно странно, проявила повышенный интерес к домашнему хозяйству. Как не удивительно, но у нее все получалось неплохо. Она хорошо разбираралась в тонкостях семейного бюджета, могла приготовить почти любое блюдо, вот только за рукоделие ее было не усадить. Исколов все пальцы, Лиза могла сердито зашвырнуть пяльцы в дальний угол. Ей явно не хватало терпения и усидчивости. Про Кулички она последнее время даже не упоминала, и вдруг изъявила горячее желание туда отправиться!

Госпожа Катерина была высокой, и несмотря на возраст, стройной. Светлая коса, такая же как у дочери, густая и длинная, была уложена вокруг головы.

— Ты же с осени там не была!

— Я по бабушке соскучилась, она будет рада! Да и друзей навещу!

Мать вдруг строго сказала:

— Смотри мне, Лизавета, принесешь в подоле волчонка или какое-нибудь чудо лопоухое хвостатое, из дома выгоню!

Лиза засмеялась:

— Ладно, обещаю, ни оборотней, ни троллей вам нянчить не придется!

На краю деревни почти у леса есть родник, который и зимой не замерзает. В Крещение сюда ходят за святой водой, летом же здесь хорошо прятаться от жары в тени деревьев и утолять жажду прохладной чистой водой.

Морозным зимним вечером у родника стояли парень и девушка. Обнявшись, они рисковали примерзнуть друг к другу. На темном небе были рассыпаны крупные яркие звезды, значит и завтра будет мороз.

Лиза в полушубке и бабкиной шали, круглолицая, румяная похожа на героиню какой-то забытой сказки. Рюг залюбовался ею, в городе все девушки какие-то тонкие, слабые, ведра не поднимут. Сам он отчаянно мерз, его прошлогодняя одежда стала ему мала. Тулупчик стал короток и узок в плечах, зато валенки Иоганна были не на шутку велики.

У родника можно было побыть вдвоем, не рискуя нарваться на веселую подгулявшую компанию. Ведь сейчас святки, и по дворам ходят шумные компании молодежи. В другое время они бы тоже не отстали от приятелей, но не сейчас. Наконец, совсем закоченев, они вбежали в избу бабки Насти. Увидев их, она всплеснула руками:

— Господи! Вы же почти синие! Ну-ка быстро к печке! Парень, да ты уши отморозил! — и правда, края ушей у Рюга были практически белые, но он, ничего не замечая, не сводил глаз с Лизы.

— Эй, ты что и глазами к ней примерз? Держи-ка вот, растирай скорей! — старушка вручила ему пузырек с гусиным жиром. От теплой печки клонило в сон, но то, что они сейчас были вместе, и так казалось сном. Хотелось, чтобы он никогда не кончался!

Бабка чем-то загремела у печки, и на столе появилось блюдо с пирогами, кружки с молоком.

— Эй, отмороженные, пироги готовы, налетайте! — и через минуту, — Лизка, только не выдумай скормить ему весь противень!

— Вообще-то я дома поел! — возмущается Рюдигер.

— Знаю я тебя, через час уже голодный, тьфу ты, одно слово, нелюди!

Но они уже привыкли к ее ворчанию, Лиза опустила голову ему на плечо:

— Не слушай ее, она не всерьез, лучше попробуй вот эти, я сама пекла!

Но он отстраняет ее руку:

— Да погоди ты с пирогами. У меня есть подарок для тебя, — и достает кольцо. В свете свечи камень вспыхивает ярким синим цветом, как и его глаза. Девушка испуганно рассматривает подарок:

— Но это очень дорого и серьезно!

— А я вообще не умею шутить, если еще не заметила. С Рождеством! — Он касается ее губ своими, и время останавливается. Бдительная Настасья гремит ухватом:

— Что-то вы больно уж притихли!

Подгоняемый морозом Рюг несся к дому Крины и Иоганна, как угорелый. Вдруг из прогона перед ним появилась низенькая фигурка.

— Притормози-ка чуть-чуть, — услышал он голос бабки Насти, а это была именно она! Как же она смогла его догнать, подумал Рюг и огляделся по сторонам в поисках метлы. Не ведьма же старушка в самом деле.

Ну-ка отвечай по-честному, зачем тебе моя внучка! Совсем девке голову закружил! Смотри мне, обидишь ее, у меня полон плетень осиновых кольев!

Парень засмеялся:

— Нет там никакой осины, я же сам летом его чинил. И я скорее умру, чем ее обижу! Летом мы поженимся!

Старушка внимательно посмотрела на него:

— Я ведь тебя хорошо знаю, ты врать совсем не умеешь. Ладно, поживем увидим! Беги домой, пока еще что-нибудь не отморозил!

В Темнолесье потихоньку пробиралась весна. Снега на улицах почти не осталось. По каменной мостовой бежали ручьи, яркое солнце старалось проникнуть во все уголки и навести порядок.

В один из таких весенних дней ближе к вечеру, когда уставшее за день солнце светило уже не так ярко, в лавку купца Яна Кречета заглянула посетительница. Лиза с удивлением рассматривала одинокую даму. Женщина была явно очень богата и очень красива. На ней был теплый подбитый мехом плащ. Войдя в лавку, она распахнула его, и теперь Лиза любовалась черным парчовым платьем, расшитым узором из золотых листьев. На безупречно красивом мраморно-белом лице горели угли черных глаз, алые губы изогнуты в надменной улыбке. Черные блестящие волосы падали на плечи шелковой волной.

Отведя взгляд от незнакомки, Лиза вдруг почувствовала совершенно некрасивой и бедно одетой. Между тем дама остановилась напротив нее и посмотрела прямо в глаза. Во взгляде этих черных глаз было столько презрения и высокомерия, что Лиза была рада разделяющему их прилавку.

— Милая девушка, ты наверное здесь прислуга? — обратилась к ней незнакомка.

— Нет, я дочь хозяина. Чем могу помочь вам, госпожа? — неожиданно для себя Лиза подняла голову и расправила плечи.

— Так это ты дочь хозяина, тебя ведь Лизой зовут, верно! Извини, я приняла тебя за прислугу, но перепутать совсем не сложно, ты так подходишь для этой роли! — женщина явно издевалась над ней, хотя девушка не могла понять почему.

— Милая у вас лавочка. Так вот, Лиза, я надеюсь никогда тебя больше не увидеть! — незнакомка неожиданно сильно хлопнула дверью, оставив запах пряных дорогих духов и совершенно испорченное настроение.

Лиза задумалась, что-то в этом красивом лице было очень знакомым и необычным. Ну конечно, за красивыми губами скрывались небольшие острые клыки, незнакомка была вампиршей! И где-то она уже видела эти правильные губы, прямой нос. Проклятая незнакомка была похожа на Рюдигера как сестра, но его сестре всего тринадцать. Выходит, что эта надменная красавица его мать. Ничего себе, знакомство.

Этой ночью девушка долго не могла уснуть. «Никогда не видеть», ну уж нет, придется видеть и очень часто! Свое счастье она никому не уступит!

Глава 4 Визит вежливости

Последнее письмо от Лизы было чуть не месяц назад. В нем она писала, что очень волнуется, так как писем Рюга не получала уже давно. К ней сватается некий Михал, сын купца из Люблина, и родители хотят дать согласие. Рюдигер в бешенстве пнул ногой по деревянной лавке, та разлетелась в щепки.

— Лавка-то чем виновата, ты чего буянишь? — удивился Римар.

— Лизу хотят выдать замуж за какого-то купеческого сына, и писем моих она уже давно не получала! И в отпуске мне уже во второй раз отказывают!

— Да не волнуйся ты так, все утрясется! А насчет писем наверняка маменьки твоей проделки. Ну не хочет она видеть своей невесткой обычную девушку, вот и к подруге своей тебя неспроста посылала, — губы Римара неожиданно растянулись в улыбке, когда он вспомнил подробности этого визита.

Два дня назад он застал приятеля за чтением письма. Наконец тот отложил исписанный мелким бисерным почерком листок и задумчиво поглядел на Римара.

— Скажи-ка мне Римар Забельский, на что ты готов ради друга?

Римар явно чувствовал в этом какой-то подвох, но отважно ответил:

— Скажем так, на многое. А что надо сделать?

— Надо пойти со мной в гости к самым настоящим вампирам! И не вздумай мне отказать, потому что один я туда не сунусь! Маменька настоятельно просит навестить свою старинную подругу.

Вечером этого дня одетые в парадные мундиры, они стояли перед воротами богатого двухэтажного дома. Хозяйка дома, еще не старая дама, одетая по последней моде и довольно красивая, звонко расцеловала Рюга в обе щеки, отчего тот сильно покраснел. Она засыпала его вопросами.

Пока Римар разглядывал просторную, ярко освещенную множеством свечей гостинную, появилась девушка. Сказать, что она была просто красива, значит не сказать ничего! Яркая черноглазая брюнетка с милым, невинным личиком и легкой, изящной фигурой. Она явно стеснялась молодых незнакомцев, что делало ее еще очаровательнее.

— Познакомтесь господа, моя дочь Лаура, ей уже семнадцать.

Невозмутимый слуга, слишком уж бледный для обычного человека, поставил на стол бокалы с темно-красным содержимым. Госпожа Виолетта протянула Римару бокал:

— Вино нового урожая из нашего поместья.

Он отпил немного, вино и правда оказалось неплохим. Он поглядел на друга, тот взял со столика высокий хрустальный бокал и выпил одним махом, затем недолго думая, взял второй и тоже выпил до дна! Щеки Рюга раскраснелись, глаза заблестели. Римар подумал о том, что содержимое их бокалов явно было разным. Его сдержанного и даже застенчивого друга как подменили. Пока Римар, с усилием вспоминая правила хорошего тона, поддерживал с хозяйкой светскую беседу, Рюдигер вел себя просто ужасно! Он бесцеремонно перебивал их и громко смеялся, уничтожил все изящные канапе на тарелке, не забыв при этом громко рыгнуть. Лаура тихонько хихикала, прикрыв маленький ротик ладошкой. Наконец, встав со своего места и неловко повернувшись, он задел большую фарфоровую вазу, та разлетелась вдребезги.

— Ты что творишь? — прошипел Римар.

— Порчу впечатление! — так же прошипел Рюг.

Наконец они откланялись, на прощание Лаура вдруг подмигнула им и улыбнулась:

— Заходите еще, с вами не соскучишься!

Сейчас же Римар вздохнул с легкой грустью:

— Да, там такая девица на выданье, просто блеск! Вот уж не думал, что ваши женщины так красивы!

— Что понравилась Лаура? — Рюдигер воодушевился. — А может тебе поухаживать за ней?

— Ну уж нет, извини, но ничего не получится. Я не смогу полюбить вампиршу, даже такую красавицу, как Лаура. Я, честно говоря, всегда буду ее бояться!

— Да и Бог с ней, зато я, надеюсь, показал себя в лучшем свете, теперь меня оставят в покое! Хотя, может еще стоило в носу поковырять?

Как раз в это время госпожа Виолетта писала подруге: «Дорогая Мария, твой мальчик совершенно очарователен, хотя волнение конечно сказалось на его манерах!»

Лиза не видела Рюдигера с начала зимы и уже второй месяц от него не было писем. К тому же к ним в лавку стал заглядывать сын купца из Люблина некий Михал. Раньше приезжал его отец, серьезный высокий блондин. Они с отцом Лизы вели шумные долгие разговоры за кружкой пива, заключали выгодные сделки и расставались довольные друг другом. Однажды его заменил Михал. В лавке он застал одну Лизу, девушка рассказала ему о ценах на товар и качестве тканей, попутно они поговорили о всяких других вещах: погоде, родителях, о том, чем отличается город Люблин от Темнолесья. . И Михал стал приезжать гораздо чаще, чем нужно.

У Лизы было такое чувство, что он ее караулит. Вчера не отставал на рынке от нее ни на шаг, сегодня провожал к сапожнику. Как бы к подруге Клодии Вулич улизнуть тихонько.

Хуже всего было то, что ее родителям он явно нравился. Высокий, широкоплечий, открытое честное лицо, густые русые волосы и серые глаза. Совсем не беден и главное из одного с ними сословия. Их отцы практически друзья и деловые партнеры. Мать Лизы тоже хвалила Михала, но видела, что дочь не рада его вниманию.

Сегодня Михал вызвал ее на откровенный разговор. Они сидели на лавочке под окном среди цветущих кустов сирени и жасмина. Был теплый летний вечер. Солнце медленно катилось по небу за дальний лес.

Лиза с тоской подумала, что сейчас он предложит ей стать его второй половинкой, но ошиблась. Парень серьезно посмотрел ей в глаза и горячо произнес:

— Лиза, мне кажется, что мы хорошо понимаем друг друга, и я хотел бы посвятить тебя в очень важное дело в моей жизни. Ты никогда не замечала, что в нашем городе, нашей стране слишком многое принадлежит вампирам!

Лиза напряглась. Это уже становилось интересным.

— Нет, не замечала! — коротко ответила она.

Михал ответил с неожиданной горячностью:

— Да ведь ты же ничего не знаешь! К тому же все они, кого ни возьми, не простые люди-аристократы-графы, бароны всякие. Всю власть к себе прибрали, не удивлюсь, что и в королевском дворце их полно.

Лиза знала только одного, который находился сейчас именно в королевском дворце, и, если верить его письмам, других нелюдей там не имелось. Михал продолжил:

— Творят свои грязные дела потихоньку. .

Лиза вздрогнула:

— Какие еще грязные дела?

— А ты разве не догадываешься? Пьют кровь невинных людей, конечно? — удивленный ее наивностью ответил Михал.

— Ну насколько я знаю, они пьют кровь не так уж и часто, а для этого держат скот также, как и люди!

— Да откуда тебе знать, какой скот они держат! — взорвался Михал.

Рассерженная девушка встала с лавочки:

— Как ты можешь говорить о том, в чем совсем не разбираешься! Ты живешь в Алдании, ты сейчас в Темнолесье! Хоть одного живого нелюдя ты видел? А ведь их здесь полно! Кроме вампиров еще и оборотни, и тролли. Я среди них выросла, мне лучше знать.

Лицо парня стало слишком суровым:

— Я хотел предложить тебе стать охотником на вампиров, но вижу, они уже успели обратить тебя в свою веру! Но я так просто не отступлюсь! Пока же скажу тебе, что их стоит бояться.

Лиза чуть не потеряла дар речи:

— Кем-кем стать, охотником на вампиров, то есть на друзей или соседей!

Ты головой случайно не стукнулся? Нет, сам ты до этого додуматься точно не мог, повторяешь чьи-то чужие слова. Наверное, стоит сказать об этом твоему отцу!

— Ты еще увидишь, как я прав! А пока я прошу никому не говорить о нашем разговоре! — с этими многозначительными словами Михал оставил Лизу в полной растерянности.

Клодия поставила на стол чай и бутерброды с ветчиной. Лучшая подруга Лизы была оборотнем и совершенно не любила сладкого. Её родителям принадлежал единственный в Темнолесье постоялый двор. У нее были совершенно роскошные каштановые волнистые волосы и необычные янтарные глаза. Сейчас она с удивлением слушала рассказ Лизы о новоявленном борце с нечистью.

— Представляешь, мама с папой, кажется, ждут не дождутся, когда он посватается! Знали бы они, какую чушь он сегодня нес!

— А если в самом деле посватается? — подогрела обстановку Клодия.

— Тогда я из дома убегу! Хотя куда бежать то. . Рюг что-то давно не пишет, может позабыл меня в этой проклятой столице. . А вдруг эти ненормальные и в Златограде появились, может, он поэтому и писать перестал? — на глаза девушки навернулись слезы, в носу защипало.

Клодия встала из-за стола и обняла подругу за плечи:-И зачем убегать, можно просто отказать, разве ты не вправе это сделать! А что до твоего барона, так напиши ему, что тебя сватают, он тут же появиться, если любит конечно. .сама Клодия еще ни разу не влюблялась, но считала себя знатоком в делах сердечных. Главным же девизом ее жизни было то, что мужчинам никогда полностью доверять нельзя.

Полковник фон Зальц с тоской глядел на стоящего перед ним навытяжку гвардейца.

— Я еще раз повторяю, что сейчас отпустить тебя домой я не могу! Мне нужен каждый человек, каждая шпага на счету! — в кабинете было душно, несмотря на открытые окна. Полковник и его секретарь обливались потом. И чего этому фон Шлотерштайну не живется спокойно, надо уметь ценить, то, что есть. Ему бы их годы, а то ведь у него даже зубы ни разу не болели!

— Поедешь через месяц, дождется она тебя, никуда не денется! Все, иди!

— Почему вы отказали ему, господин полковник? — удивился секретарь, маленький человечек в роговых очках.

— Вот почему! — полковник положил на стол целый ворох бумаг.

— Что это?

— Отчеты тайной полиции об убийствах, сделанных под вампиров, причем из разных мест. Кто-то умело накаляет обстановку, заводит население. Да еще у нас под носом какой-то ненормальный обявился, слышал об убийствах молоденьких девиц? Отправь парня сейчас, да еще одного, он может и до дома недоехать! Нарвется на каких-нибудь доморощенных инквизиторов!

— Но я слышал, их не так просто убить. — сказал секретарь.

— При желании можно, — пожал плечами полковник, — попасть точно в сердце или голову отрезать, или серебрянная стрела. Серебро для нелюдей отрава. Так что пусть сидит, и не дергается!

Глава 5 Жертва черного мага

— И вы знаете, в городе появился убийца, какой-то сумасшедший или оборотень, или и то и другое вместе!

Он похищает молоденьких девиц, и потрошит их, ну вырезает сердце, печень или еще что-нибудь. . Тела подкидывает на набережную. Весь город в ужасе! — Важек с увлечением рассказывал последние городские новости. Прислонившийся спиной к чугунной ограде Яромир презрительно сплюнул:

— Страшилки для девчонок!

— Ну не скажите-, полковник фон Зальц незаметно подошел к стоящим у ограды юношам, — с этого дня в город выходить только по двое, до темноты чтобы всем быть в казарме!

— Но мы же не девицы, — возмутился Римар, — мы королевская гвардия!

— Но молоды и неопытны, — отрезал полковник. — Кстати, ваш отряд вечером дежурит во дворце, сегодня бал в честь семнадцатилетия принцессы Шарлотты!

Римар был в восторге! Еще бы в первый раз побывать на настоящем королевском балу! Зал, предназначенный для танцев, был огромен. С украшенного изящной лепкой потолка спускались три роскошные люстры со множеством свечей. Здесь было светло как днем. Пол был выложен мраморными плитами, покрытыми причудливыми узорами.

К потолку устремлялись четыре колонны, которые находились на равном расстоянии друг от друга.

Зал потихоньку заполнялся нарядными дамами и кавалерами. Стоящему у входа в зал, Рюдигеру, напротив, казалось, здесь слишком шумно и многолюдно, свечи чадят, а запахи, смешиваясь между собой, превращаются во что-то совершенно невообразимое.

Яромир с Важеком живо обсуждали достоинства и недостатки танцующих дам. Бал открыл сам король Максимилиан Третий. Все с восторгом наблюдали за его танцем с дочерью, Принцесса Шарлотта была чудо как хороша!

Но Римар не мог отвести взгляда от одной девушки из свиты принцессы. Тоненькая изящная блондинка с синими глазами, чистыми как лесные озера! Римару нравилось в ней все! Он вдруг вспомнил юную вампиршу Лауру. Смуглая черноволосая хохотушка, её красота южная, веселая и. . опасная, когда она в веселой улыбке открывает свои маленькие, но острые клыки и завораживает собеседника взглядом красивых темных глаз.

Рюдигер тем временем испытывал некоторые затруднения.

— Простите, это вы барон фон Шлотерштайн?

Пестро одетая пышная дама средних лет коснулась его руки веером.

— Да, госпожа, чем могу служить? — вежливо ответил юноша.

— Ах, удовлетворите мое любопытсво, вы действительно вампир?

Рюг удивленно хлопнул ресницами.

— Не вижу причин скрывать этого!

— О это удивительно! — дама принялась обмахиваться веером, и Рюдигера обдало волной едкого пота и приторно сладких духов.

— И вы действительно пьете кровь? Ах, не скрывайте, признайтесь!

— Слегка испуганный таким любопытством, он пожал плечами:

— Да, это вовсе не тайна.

— О как бы я хотела испытать новые удивительные ощущения!

Она вдруг прижалась к парню, практически вдавив его в стену своим весом, и запах стал совершенно невыносимым!

— О, госпожа, простите, я вынужден вас покинуть! — Рюг побелел, как бумага, и выбежал на улицу. Его вырвало прямо на клумбу с диковинными цветами. С минуту он подышал свежим ночным воздухом, приходя в себя. Его обостренные чувства сыграли с ним злую шутку. Но кажется никто не заметил его позора. Молодой человек поспешил вернуться в зал.

Здесь же происходило что-то непонятное. Музыка и смех сменились на шум, слезы и истерические выкрики.

Римар подбежал к другу:

— Где тебя носит!

Рюгу не хотелось описывать свои злоключения, и он только отмахнулся:

— Потом расскажу.

Но наблюдательный Яромир засмеялся:

— У него уважительная причина! Он спасался бегством от госпожи Залесской. Судя потому, что он жив, хотя и слегка бледен, он успешно от нее оторвался!

— Да бросьте вы свои шуточки! — почти закричал Римар. — Похитили одну из фрейлин принцессы, прямо посреди танца! Гром, дым, некто в черном балахоне, и девушка исчезла!

— Но куда же тут можно исчезнуть? — удивился Важек. — Все на виду.

Яромир подумал немного:

— Может быть, есть какие-нибудь потайные ходы, какой же королевский замок без потайного хода! Давайте осмотрим все внимательно. Мы с Важеком налево, вы с Рюгом направо.

В полутемном коридоре не было ничего необычного, но Рюдигер вдруг наклонился и поднял что-то. Это оказалось женской туфелькой из красного бархата.

— Римар, смотри, что я нашел!

— Это ее, точно, я запомнил!

— А какая ножка-то маленькая, прямо как в сказке, про Золушку.

Римар со злостью стукнул кулаком по стене, стена медленно со скрипом отъехала, и друзья увидели темный коридор, ведущий куда-то вниз. Оттуда тянуло сыростью. Римар решительно снял со стены факел:

— Идем!

Рюг покачал головой:

— Когда я последний раз лазил по пещерам, это не очень хорошо закончилось!

Его передернуло от воспоминаний.:

— Хорошо, что отец с матерью об этом до сих пор не знают!

— А что там было? Ты кого-то съел? — пошутил Римар.

— Нет, чуть не съели меня и трех моих друзей!

Рюдигер, Васька и Лиза с Любавой забрались слишком далеко в лес. На склоне горы, заросшей лесом, была пещера. Мальчишкам ужасно захотелось узнать, что же скрывается внутри, и после недолгого спора ребята все же решились войти туда. Пещера оказалась гораздо больше, чем, на первый взгляд. Когда глаза привыкли к полумраку, они увидели, что пол усеян костями животных, среди которых, кажется, был и человеческий череп. С потолка с шумом сорвалась целая туча летучих мышей, потревоженных незваными гостями.

Любава вдруг отчаянно завизжала, они обернулись и заорали все, хором. Хозяин пещеры, огромный медведь стоял перед ними. Лиза была к нему ближе всех. На какое-то время все замерли. Вдруг зверь замахнулся огромной лапой, Рюг со скоростью молнии оттолкнул девочку. Удар пришелся по нему, он упал, но тут же вскочил на ноги и несколько раз сумел ткнуть в медведя охотничим ножом. Подарок Иоганна пришелся как нельзя кстати.

Зверь страшно взревел, мощным ударом отшвырнул мальчишку на камни и вдруг тоже начал падать.

Опомнившись от потрясения, ребята подбежали к Рюгу. Василий восхищенно охнул:

— Ну ты даешь, медведя завалил!

— Тише ты, — Любава горько плакала. Лиза держала голову Рюдигера на коленях, юный барон не подавал признаков жизни. Из уголка рта текла кровь, на груди были глубокие царапины, оставленные медвежьими когтями. Лиза плакала беззвучно, по щекам катились быстрым ручейком слезы, плечи вздрагивали.

Васька быстро оценил обстановку:

— Если ничего не придумать, то завтра будут еще три трупа! Баронесса нас прикончит! Как там их твоя бабка за глаза называет, кровососами? Нужна кровь! Но моя точно не подойдет!

Лиза молча подняла с земли нож Рюга и, зажмурившись, провела по запястью. Острое, как бритва, лезвие обожгло нежную кожу, тонкая полоска покраснела, набухая кровью. Она смело приложила руку к губам мальчика. Любава глядела на это с ужасом.

Сначала он лежал неподвижно, но как только струйки крови коснулись его губ, начал жадно пить, при этом все его тело судорожно вздрагивало. Лиза с надеждой следила за ним, и вдруг поняла, что почти теряет сознание. Голова кружилась, перед глазами все расплывалось. Рюг вдруг открыл глаза, и Васька решительно отвел ее руку:

— Хватит, а то похоже ему понравилось!

Главной Васькиной особенностью было сохранять чувство юмора в самые тяжелые моменты. Любава перевязала руку подруги, оторвав полоску ткани от сарафана. Потерпевший попытался сесть, это у него получилось, Подвигал руками и ногами, все болит, но вроде ничего не сломано. Жуткие царапины исчезли, осталась только засохшая кровь и разодранная в клочья рубашка. Мальчик поглядел на друзей:

— Я что умер?

Лиза вытерла ему губы ладонью:

— Не смей больше так пугать меня!

— Мы поклялись никому не рассказывать и хранили это в секрете много лет. Так что ты первый, кто знает нашу страшную тайну! А всякие там пещеры, подземелья я с той поры терпеть не могу. Представляешь, мама приехала в деревню в тот же день к вечеру! Ей сон страшный приснился, обнимала меня, плакала, а я только трясся, какбы не узнала. У меня потом еще неделю голова кружилась, и у Лизы тоже. Никто не понимал, чем же таким мы заболели.

За разговором они спустились куда-то глубоко под землю. Ступени закончились, и дальше начинался тоннель.

Факел слабо освещал путь, но юный барон, казалось, не испытывал никаких затруднений. В темноте его глаза светились, как у ночного хищника. Темный коридор казался бесконечным, Рюдигер спросил:

— А мы вообще знаем, куда идти?

Римар пожал плечами:

— Все равно путь только один! Мы должны найти ее!

— Да ведь ты даже не знаешь, как ее зовут!

— Если она погибнет, к чему имя!

Римар стиснул зубы. Он правда не на шутку нервничал. Рюдигер коснулся руки друга:

— Не бойся, все будет хорошо, мы ее найдем, ты ее спасешь, и она в тебя по уши влюбится!

Тут коридор раздвоился, справа слышился звук текущей воды. Недолго думая, они свернули на звуки и вышли к подземной реке.

— Смотри, мы на верном пути, ведь пропавших девушек находили на набережной. Но представляешь, как далеко мы забрались?

— Да, мы где-то в центре города, — отозвался Римар. Факел вдруг погас, и они очутились в полной темноте.

Дальше им пришлось идти в полной темноте, полагаясь только на ночное зрение Рюга. Под ногами что-то противно пискнуло, Римар выругался и пинком отправил крысу в реку. Вдруг вампир остановился и прислушался:

— Римар, мне кажется или ты тоже слышишь? Кто-то кричит, кажется голос женский!

Римар с воодушевлением рванул вперед. Здесь стены тоннеля испускали слабое зеленоватое свечение. Очевидно они были покрыты каким-то неизвестным лишайником. Дальше коридор сворачивал налево, и на стенах вдруг появились факелы. В нос ударил странный тошнотворный запах.

— Ну и вонища же тут, несет каким-то кладбищем! — сморщил нос Римар.

— А это и есть кладбище, — отозвался Рюг. — Погляди сюда!

В стенах тоннеля были устроены ниши. В них лежали или полусидели скелеты и мумии в старинных одеждах. Некоторые выглядели так, как будто умерли только вчера. Здесь были мужчины женщины, дети и старики. Одетые безутешными родственниками в лучшие наряды, казалось, они собрались на какой-то жуткий бал!

Рюдигер с испугом покосился на ближайшую к ним мумию. Под прекрасно сохранившимися темными кудрями с кружевной наколкой ему улыбался обтянутый кожей череп, из рукава лилового шелкового платья выглядывала высохшая от времени рука. В дрожавшем свете факелов Рюгу показалось, что она шевельнулась. На всякий случай он отодвинулся подальше.

— Старое кладбище в катакомбах! Я об этом слышал. Но как же их много! — покачал головой Римар.

Вдруг опять послышался женский крик. Рюдигер присвистнул:

— Она знает такие выражения, что любой наемный солдат позавидует! Но по крайней мере она жива!

Вдруг мрачный коридор закончился небольшим залом. В середине стоял некто в черном одеянии, лицо было скрыто капюшоном. В руках колдуна был странного вида посох, украшенный древними письменами с большим самоцветом на конце. На каменном ложе была привязана пропавшая девушка. Очевидно, готовился какой-то жуткий ритуал. По краям жертвенника застыли два мертвеца в форме королевских гвардейцев прошлого века. В истлевших руках они сжимали алебарды, проржавевшие от времени.

— Ничего себе развлечения, — прошептал Рюг, — это же черная магия!

— Это некромантия, мальчик, — человек в черном заговорил, — вы мешаете мне, проход откроется только сегодня! Взять их!

Мертвецы вдруг ожили, двинулись к ним довольно живо и атаковали! Римар в ужасе отбивал их удары шпагой.

— Рюг, что это такое?

— Не знаю, все покойники, которых я видел в своей жизни, лежали смирно, а эти бегают, упражняются в фехтовании. Кстати, фехтуют замечательно. . Ай, он задел меня! — на рукаве у Рюдигера расплывалось красное пятно.

Тем временем колдун поднял посох, камень засиял нестерпимо ярким ослепительным светом! Он начал читать какое-то заклинание на неизвестном языке, и вохдух стал сгущаться, закручиваясь в вихрь наподобие воронки.

— Римар, девушку надо спасать! Попытайся добраться до нее, а я займусь твоим скелетом, — Рюдигер переключил на себя обоих мертвецов, но вести бой с двумя противниками было нелегко. Он уже получил с десяток уколов и с тоской подумал, что парадному мундиру пришел конец.

Римар тем временем перерезал шпагой веревки и освободил девушку. Она с удивлением глядела на своего спасителя, но лишних вопросов не задавала.

— Рюг, а у тебя неплохо получается, их надо взять с собой для тренировок. Ведь никто не хочет вставать с тобой в пару! Ты любого измотаешь, — съязвил Римар.

— А они совсем измучали меня. Все, больше не могу! — с этими словами вампир неожиданно пнул в прыжке скелет справа, и тот рассыпался. Кости тут же стали сползаться, но Рюг рассшвыривал их ногами, не забывая о другом противнике.

Некромант наконец повернулся к жертвеннику, занеся над головой посох с железным острием, и застыл в изумлении, Там никого не было. Изрыгая проклятия, он двинулся к троице:

— Ты, проклятый сын тьмы, и ты, жалкий человечишка, вы пытаетесь сорвать мои планы, я уничтожу вас!

Скелет неожиданно осел на землю, видно у мага не было сил поддерживать его. Рюдигер оскорбился:

— Я вовсе не сын тьмы, а сын своих родителей, Лотара и Марии! А свои планы ты бы мог засунуть себе куда подальше!

Глаза его светились в полумраке, и на человека он был похож не слишком. Спасенная девушка вдруг взглянула на него и прижалась к Римару.

— Жалкие глупцы, вы вмешиваетесь в то, чего не понимаете. Я вызвал страшные силы, им нужна жертва, кровь. Иначе они проникнут в этот мир и наступит хаос! Вам не справиться со мной! Вы подчинитесь мне, станете моими рабами, как эти несчастные зомби. . Ты, — он ткнул посохом в Рюга, из посоха вырвалась молния, ударив парню под ноги, он еле успел отскочить, — ты разве чувствуешь себя человеком? Открой себя вечной ночи, почувствуй вкус настоящей крови! Ну же, ответь своим настоящим желаниям! Алтарь требует крови!

Рюдигер вдруг ощутил странную тишину и ровный, громкий стук, стук двух сердец. Поглядев на Римара и девицу, он увидел, как вены просвечивают через их кожу, как будто полны огня. Парень с усилием тряхнул головой:

— Сгинь бесовское наваждение!

Жуткая тишина вдруг исчезла, он услышал учащенное дыхание друзей, треск факелов и даже далекий шум реки. Проклятый колдун! Он, что считает его марионеткой, которую можно дергать за веревочки? В таком случае, это представление пора заканчивать!

Римар пережил страшные минуты. Загородив собой девушку, он держал наготове шпагу, впрочем понимая, что этим особо не защитишься от ненормального мага и озверевшего вампира.

Тем временем портал на стене приобрел четкие очертания, пространство в нем напоминало бурлящий котел, кипело, меняя цвета, жуткие создания возникали и исчезали в нем.

— Нет, так клеветать на меня перед друзьями, — Рюдигер нагнулся, поднял череп бедняги гвардейца и запустил в удивленного мага. Реакция некроманта не могла сравниться с вампирской. Удар пришелся точно в голову, маг пошатнулся, потерял равновесие и упал прямо перед порталом. Оттуда вдруг появились когтистые лапы и втянули горе-колдуна внутрь. Послышался жуткий крик, хруст костей и чавканье, и вдруг все исчезло. Потолок вдруг стал обваливаться.

— Бежим вперед, скорее! — крикнул Римар. Едва они успели отбежать, часть подземного хода, по которой они пришли, рухнула. Путь назад был отрезан.

— Мы в ловушке! — воскликнула девушка.

— Нет, тут должен быть выход! — твердо сказал Римар. — Кладбище в катакомбах где-то под монастырем святой Катарины. Должен быть путь наверх, коридор же продолжается!

Рюдигер отряхивал пыль с одежды и волос:

— Может, все-таки представимся друг другу?

Девушка улыбнулась, все еще держа Римара за руку:

— Я Элина фон Мирбах, Мой отец главный королевский советник. А вас двоих я видела сегодня на балу. Вы ведь королевские гвардейцы?

Римар покраснел, хотя в полумраке подземелья это было особо незаметно.

— Такая наблюдательность делает вам честь, госпожа. Я Римар Забельский, а это мой лучший друг Рюдигер фон Шлотерштайн.

— Прошу, называйте меня просто Элиной! Рюдигер, а ты и правда вампир?

— Ну на гнома я точно не похож, а в моей нечеловеческой природе вы уже убедились. Кстати, а почему некромант выбрал именно тебя? Не в обиду сказано, на улицах можно девиц не хуже наловить.

Римар метнул на него гневный взгляд, но Элина ответила:

— Он сказал, что жертвой должна быть девушка, рожденная в определенный день и час, расположение звезд в момент моего рождения было идеальным!

— Нет, астрология, определенно, вредная наука! — уверенно заявил барон фон Шлотерштайн. Возражать ему никто не стал.

Некоторое время они шли молча, затем Римар вздохнул:-Почему-то ужасно хочется есть.

Рюдигер горячо поддержал его:

— И мне тоже хочется, и тоже просто ужасно!

Элина с испугом на него покосилась. Он, не обращая на это внимания, продолжил:

— Римар, у тебя же уцелела наша сумка с бутербродами?

— Вы что берете с собой еду с собой на ночное дежурство? — удивилась девушка.

— Конечно, а то после полуночи просто умираешь от голода! — Римар жестом фокусника достал из сумки сверток с едой. — Давайте в самом деле перекусим.

— А что, ты тоже ешь нормальную еду? — Элина посмотрела на Рюга.

— Да он лопает за двоих, а то и за троих обычных людей, и сумку с едой я ему бы не доверил! — фыркнул Римар.

— Как не стыдно говорить такие глупости про лучшего друга, — обиженно воскликнул Рюг, примериваясь, как бы получше вонзить клыки в сложное сооружение из ветчины, хлеба и сыра.

Прикончив бутерброд, он втянул воздух, раздувая ноздри.

— Римар, ты что не чувствуешь, ты же ранен!

Элина решительно поднялась со своего места:

— Я перевяжу!

Римар, морщась от боли, заметил:

— У тебя самого весь мундир в крови!

Рюдигер закатал измочаленный рукав:

— Ничего нет, мелкие царапины быстро заживают!

Коридор вывел их к ступеням, ведущим вверх, которые оканчивались проржавевшей дверью.

— Только не говорите мне, что она заперта с той стороны! — воскликнула Элина.

— Надеюсь, что нет. Ведь некромант как-то попадал сюда, — Римар подергал ручку, безрезультатно.

— Лучше ногой, — предложил Рюг, — давай вместе!

После третьего удара старая дверь слетела с петель, и вся компания вывалилась в темный коридор.

— А тут вкусно пахнет!

— Еще бы, это же кладовые. Мы под монастырем святой Катарины!

После недолгого блуждания среди бочек с вином, головок сыра и копченых окороков они наткнулись на ведущую вверх деревянную лестницу. Через отверстие в полу они вылезли наверх и огляделись.

— Матерь Божья, как красиво! — восхитился Рюдигер, — но это же церковь!

В храме было почти темно, горели только некоторые свечи, святые строго глядели на молодых людей со старинных икон. Высокий купол, расписанный голубыми и белыми красками, напоминал небесный свод. Сказочно прекрасные витражи пропускали первые лучи утреннего солнца.

Элина с удивлением поглядела на Рюдигера:

— Ты вроде не дымишься и не бьешься в конвульсиях!

— А что, должен? — Рюг искренне удивился.

— Но ты же находишься в церкви, а ты вампир.

— Ну и что, — пожал он плечами, — дома я каждое воскресение в храме бываю. Попробуй только проспи, такую лекцию от матушки услышишь!

Он строго посмотрел на новую знакомую:

— Разве дочери королевского советника не известно, что в Моравии уже более шести веков приняли истинную веру? Мы такие же христиане, как и все остальные!

— Еще скажи, что и крест носишь! — по-детски недоверчиво спросила Элина.

— Конечно ношу! — Рюдигер вытащил из-под рубашки золотую цепочку с маленьким крестиком.

— С ума сойти, ты бы еще серебрянную надел!

— Ну знаешь, я могу позволить себе золотую.

— Скоро начнут готовиться у службе, мы должны уйти незамеченными, — поторопил Римар.

— Да подождите вы, — неожиданно воспротивился Рюг, — мы же никогда здесь не были! Смотрите!

На соседней стене, освещенной первыми лучами утренного солнца, написанная в золотистых и розовых тонах, Богоматерь ступала по облакам, держа на руках Младенца. Рюдигер вдруг преклонил перед фреской колени, не в силах отвести взгляда от прекрасных чистых глаз. Слова сами складывались в молитву, которая обязательно будет услышана, в этом он не сомневался! Наконец он вернулся к друзьям, глаза юноши блестели от слез. Римар с удивлением взглянул на друга, но ничего не сказал.

Глава 6 Побег в столицу

Лиза просто не находила себе места.

— Бабушка, миленькая, погадай мне пожалуйста!

Старая женщина неодобрительно поглядела на неё:

— На твоего упыренка что-ли? Я-то думала, уехал, и слава Богу! А вы взялись тут письма писать! — она посмотрела на девушку и вздохнула. Внучка выглядела побледневшей и осунувшейся, под глазами легли тени.

— Вот ведь доля женская, жди да слезы лей! Ну давай посмотрим, что карты скажут.

Настасья ловко перемешала несколько раз затертую от времени колоду и стала расскладывать карты на вышитой льняной скатерти.

— Ну что же, в сердце у тебя, понятное дело, он. Но и в судьбе тоже. Так, дом казенный, дальняя дорога, гляди-ка, эта дама разлучить вас хочет! — старушка показала на даму пик.

— Наверное, мать, я, кажется, ей не нравлюсь! — вздохнула Лиза.

— Что за диво, — усмехнулась бабка Настя, — зато ему нравишься. Признайся Лизка, ты ему крови дала? Ведь их приворожить-то проще простого! Узнал тебя на вкус, и ходит как привязанный!

— И ничего я не ворожила, я же ни виновата, что он лучше всех! — Лиза вдруг глубоко судорожно вздохнула.

— Ох, зря наверное ты с ним связалась! Они же нелюди, даже если сами этого не понимают! Когда война была, я на них нагляделась. Если серьезно ранят, все человеческое как рукой снимет. . К тому же и дети ваши будут такими же. Неужели я до таких правнуков доживу!

— Рюг не такой, я точно знаю! Бабушка, за что ты так их не любишь?

— А вот это я тебе точно никогда не скажу! Это ведь только твоему олуху сердце человеческое по ошибке досталось, вот ты из него веревки и вьешь! Твоя жизнь, тебе решать, а про мою не расспрашивай! — бабка сердито сгребла карты со стола.

Затея с гаданием не успокоила девушку, а только вселила в душу неясную тревогу. Когда же отец заговорил с ней о том, что пора уже подумать о замужестве, что неплохо бы к осени сыграть свадьбу, Лиза почувствовала острое желание бежать, куда, глаза глядят. Ясное дело, они глядели в сторону Златограда.

Для того, чтобы осуществить эту безумную затею, ей нужны были конь и оружие. С конем было просто. Смирная гнедая кобылка из их конюшни практически была собственностью Лизы. С оружием ей мог помочь только один человек, а точнее нечеловек.

Деревенский дом, где Рюг провел почти все детство, был поделен на две половины. Одна была царством тетушки Крины. Здесь повсюду были развешаны пучки трав и кореньев, стояли пузырьки и бутылки с какими-то непонятными настойками. Жена Иоганна имела в деревне репутацию если не ведьмы, то знахарки. К ней часто обращались соседи с разными болячками.

Другая половина была полностью во владении бывшего наемника и походила на арсенал. В просторной горнице по стенам было развешано самое разнообразное холодное оружие от изящных стилетов до тяжелых двуручных мечей, которые, казалось, ушли в прошлое вместе с крестовыми походами. Во дворе была маленькая кузнечная мастерская. Хозяин был неплохим оружейником, правда решающим аргументом при выполнении заказа было личное расположение. Если клиент ему не нравился, то никакая сумма денег не могла заставить Иоганна взяться за работу.

Детей у них с Криной не было, но они оба не на шутку привязались к сыну своего господина. Под предлогом обучения военному делу, в котором, впрочем, Иоганну Кранцу не было равных, Рюдигер проводил здесь гораздо больше времени, чем в родном замке.

Сейчас же Лиза застала старого вояку за вполне мирным занятием, он обстругивал новый черенок для лопаты. Несколько мгновений она стояла неподвижно, обдумывая, как бы лучше изложить свою просьбу.

— Лизхен, ты очень громко молчишь! — он обернулся к ней, отложив работу. Учитель Рюга был высоким и широкоплечим, копна светлых волос с возрастом стала седой, но не поредела. У него были очень светлые голубые глаза, которые всегда оставались серьезными, и совершенно не испорченные временем зубы, что для нелюдей скорее норма, чем исключение. Резкие черты лица как будто вырублены из камня.

— Что-то случилось?

— Мне нужна шпага! — она решила не тянуть, а выложить все как есть.

— Да ты никак решила навестить нашего бравого гвардейца! Ты всегда была отчаянной.

— Уж какая есть, — пожала плечами девушка.

— А ты не думала, что в армии надо приказам подчинятся, а по своему желанию нельзя все бросить и умчаться к такой вот красотке!

— А вы бы как поступили на его месте?

— А я никогда не был на его месте, всегда был вольной птицей, сам распоряжался собой и своим клинком! Но он барон фон Шлотерштайн, он давал клятву служить королю и возможно, просто не может сейчас оставить службу!

Иоганн насмешливо посмотрел на Лизу. Она покраснела и развернулась, чтобы уйти, но он остановил ее.

— Если сердце тебе подсказывает, то поезжай, — он зашел в дом и вернулся с двумя клинками в руках.

— Держи, этот должен подойти и по руке, и по росту. — Лиза с восторгом рассматривала подарок.

— А другой зачем? — удивилась она. Иоганн направил шпагу на девушку:

— Чтобы проверить, не забыла ли ты, как с ним обращаться!

Обменявшись с ней несколькими ударами, он удовлетворенно кивнул:

— Нет, ничего не забыла! Передашь мальчику привет от старика!

Крина возвращалась от соседей, когда увидела Лизу, спешно покидающую деревню. Потихоньку вытянув из мужа всю правду, она пришла в бешенство. Стоя на крыльце и держа в руках горшок со сметаной, она обрушила на него всю силу своего гнева. Тот на всякий случай отошел подальше, делая вид что хочет подправить забор.

— Как ты мог вот так отпустить девочку, да еще и шпагу ей дать! Вдруг с ней что-нибудь случится, как мы мальчику в глаза посмотрим?

— Да что с ней может случиться! Я же ее вместе с Рюгом учил. С человеком, а то и с двумя она запросто разберется, — уверенно ответил наемник, на всякий случай отходя еще дальше от крыльца.

От этих слов женщина словно взорвалась:

— Ах ты старый пень, самоуверенный дурак! Ты что совсем ничего в жизни не понимаешь?

Сняв с забора глиняный горшок, висевший там для просушки, она запустила его в Иоганна, тот ловко увернулся, горшок разлетелся на черепки.

— Ты что, никакой разницы не видишь между людьми и нелюдями, между мужчиной и женщиной, наконец? Думаешь, научил ее железкой тыкать, и все?

Следующий горшок пронесся почти над головой старого солдата, но он опять успел увернуться.

— Женщина, я между прочим на десяти войнах уцелел, так что каким-то там горшком. . Договорить он не успел.

Горшок со сметаной достиг цели. Весь покрытый свежей сметаной, наемник в сердцах плюнул и скрылся во дворе, чтобы, не дай Бог, не попасться на глаза соседям. Крина гордо подняла голову, из узла волос во время сражения выскочила шпилька, и теперь черной с проседью волною они спускались до пояса.

— На десяти войнах! Да это потому, что меня там не было! — она грохнула о землю последний уцелевший горшок и вошла в дом. Вампирши вообще отличаются скверным характером.

После поединка с магом и удачного спасения Элины популярность Римара и Рюга необычайно возросла. Яромир просто умирал от зависти:

— Ну надо же было выбрать не тот коридор! Теперь вся слава ваша!

Их освободили от службы на два дня. Римар не мог думать ни о чем другом, как только о свидании с Элиной. Рюдигер же решил, что проспит целые сутки, а в ближайшую свободную ночь отправится в самоволку! Можно подумать, Темнолесье на краю света. Всего-то трое суток пути! Главное, узнать, что с Лизхен все в порядке, а там посмотрим!

Однако, едва он успел задремать, как его резко и бесцеремонно разбудили. Яромир тряс его за плечо:

— Эй, герой, хватит спать! Проспишь все самое интересное! Пошли с нами в город, в таверне посидим, выпьем! Римар, уговори его!

Римар тут же подключился:

— Рюдигер, соглашайся!

Таверна называлась «Полная Луна» и располагалась в центре города. По вечерам здесь было шумно и многолюдно. За дубовыми столами собиралась самая разношерстная публика: горожане, наемники, молодые женщины, ярко накрашенные и броско одетые.

С потолка на тяжелых цепях спускались медные светильники со множеством свечей. Хозяин таверны, сурового вида мужчина, в котором Рюг сразу распознал оборотня, строго следил за порядком. Компания королевских гвардейцев заняла сразу два стола. Симпатичная светловолосая девушка, дочь хозяина, принесла им заказ. Взгляд ее задержался на Рюдигере, она втянула ноздрями воздух и улыбнулась ему.

— Смотри-ка, ты ей понравился, — удивился Римар.

— Да нет, она просто узнала во мне нелюдя, — пожал плечами Рюг, — это же оборотень, волчица, разве ты не видишь?

Римар внимательно посмотрел на хорошенькую девицу, но ничего не понял.

Яромир взялся командовать застольем, строго следя за тем, что бы никто не сидел с пустой кружкой.

— Эй, Шлотерштайн, ты вино-то хоть пьешь? — насмешливо обратился он к Рюгу. Тот с напускным равнодушием пожал плечами:

— А как же, у нас дома и виноградники есть, свое делаем!

— Ну ловлю на слове, привезешь из отпуска, только смотри, бутылки не перепутай! Ну, за отважных победителей магов и спасителей девиц! Нет, нет, все до дна!

Глядя на постепенно разгорающееся веселье, Рюдигер испытал легкий приступ паники. На самом деле вампиры почти не пьют, дома бокал вина имел чисто символическое значение. Правда Васька в позапрошлом году где-то раздобыл огромную бутыль молодого вина, но что с ними было на следующее утро, лучше не вспоминать.

Вскоре около них возникли несколько хорошеньких молодых женщин. Одна уже сидела на коленях у Яромира, Важек пытался завладеть вниманием ее подружки. Третья дама с улыбкой подошла к Римару и Рюгу:

— Господа, не угостите девушку вином? Я вас здесь раньше не видела!

Рюдигер взял свою кружку, налил вина и протянул ей.

— А мы тут вообще в первый раз! — он широко улыбнулся, и девица изменилась в лице.

— Ох, простите, я вас покину ненадолго! — она чуть ли не бегом ушла.

— Ты сделал это нарочно! — возмутился Римар.

— Да что я такого сделал? — пожал плечами вампир.

— Зубы ей показал, вот что! Святая простота!

— Подумаешь, а что вообще ей от нас было нужно? — на красивом лице барона фон Шлотерштайна было написано искреннее непонимание происходящего.

Римар восхитился:

— Я иногда не понимаю, ты на самом деле такой, или притворяешься? Должно быть, Темнолесье чудесное место!

Девушка тем временем подошла к дальнему столу в самом углу зала, за которым сидели двое мужчин в черной одежде. Она наклонилась и прошептала что-то на ухо старшему из них. Тот внимательно всмотрелся в другой конец зала, затем обратился к своему молодому спутнику:

— Смотри, вот твое первое задание. Вон тот парень за столом справа. Тот, который почти не пьет.

— Но это же королевский гвардеец!

— Это нелюдь, вампир! Понаблюдай за ним!

Римар с трудом помнил, как он очутился в своей комнате. Кажется, далеко за полночь они покинули веселую компанию. Если бы не Рюг, более твердо стоявший на ногах, неизвестно, добрался бы он вообще до казармы!

Уже сидя на кровати, он с жаром говорил другу:

— Она так красива и почти королевского рода, а я кто по сравнению с ней!

Рюдигер натянул одеяло на голову:

— А ты ей вообще-то жизнь спас, и кажется, очень ей нравишься! Но давай спать, а то уже скоро утро!

Римар проснулся от странного шума. Через задернутые шторы в комнату проникал солнечный свет. Над кроватью Рюга стоял кто-то в черной одежде, вот он поднял руки, сжимая в них короткий заостренный шест. .

Римар стремительно вскочил и ударом сбил незваного гостя с ног. Злоумышленник потерял равновесие и упал на спящего вампира. Рюдигер открыл глаза и удивился:

— А это еще кто, я ложился спать один!

Римар крепко держал нападавшего:

— Он пытался убить тебя вот этим, — он протянул Рюгу заостренную деревяшку.

— Ого, прямо как в страшной сказке, настоящий осиновый кол! А ты вообще кто такой будешь? И что я тебе сделал? Я тебя вижу в первый раз! — он был окончательно сбит с толку.

Нападавший повесил голову, он был еще совсем молод:

— Я охотник на вампиров, а ты мое первое задание. Я должен был избавить мир хотя бы от одного ужасного монстра!

Рюдигер схватился за голову, она и так болела после вчерашней попойки, во рту был привкус, как будто туда нагадили все коты Златограда, а тут еще такие новости!

— Охотник на вампиров! Это что как на зайцев или оленей? Теперь и по улицам спокойно ходить уже нельзя!

Пойманный парнишка глядел на него с легким ужасом, а Римар начал хохотать.

— Ты чего, что тут смешного?

— А ты на себя в зеркало погляди! — давясь смехом, с трудом выговорил тот.

Из зеркала на него глядел настоящий ночной кошмар. Бледный, как выходец из могилы, под глазами темные круги, белая рубашка заляпана красным вином, как будто пятнами крови, за приоткрытыми от удивления губами видны острые клыки, волосы торчат в разные стороны. Не вписывался в эту душераздирающую картину только крестик на золотой цепочке, неуместно висевший у монстра на шее.

— Ну знаешь, Римар, на себя погляди, ты сейчас тоже не лучше! — огрызнулся Рюг.

— А с этим нам что делать? — он поглядел на парнишку.

— Ну можешь не ходить на завтрак, а обойтись его кровью, — решил поиздеваться Римар. Их пленник резко дернулся, попытавшись вырваться.

— Ну-ка, сиди тихо! Хотя еще потом тело прятать! Нет, сдадим его господину полковнику, и пусть это будет уже его головной болью! Да не смотри ты на нас так, — не выдержав, засмеялся Римар, — Рюг в своей жизни, похоже, и курицы не зарубил. Пошли сдаваться!

Родители Лизы были несколько удивлены горячим желанием дочери навестить тетушку Иванну. Сестра Катерины жила в соседнем городишке под названием Медвежий дол. Муж ее умер несколько лет назад, детей у них не было, и она души не чаяла в любимой племяннице. Лиза уговорила не провожать ее, дескать два брата Клодии едут туда по делам, и она с ними. Братья Клодии Стефан и Марк действительно уезжали из города, только совсем в другую сторону. Клодия, отчаявшись отговорить Лизу от опасной затеи, упросила их взять девушку с собой.

Хотя бы часть пути она будет не одна. Они распрощались с ней у поворота на городок Черные воды. Впереди оставалась одна ночь на постоялом дворе, полдня пути, и привет, столица! Лиза подгоняла свою смирную лошадку, но та упорно плелась с одной и той же скоростью. На постоялый двор «Золотая подкова» она приехала уже затемно. Стоящий на пути в столицу, он не жаловался на отсутствие посетителей, несмотря на вечер, здесь было довольно многолюдно. Однако на одетую в мужскую одежду девушку не обратили особого внимания. Лиза заказала себе ужин, заплатила за ночлег и уселась за свободный стол в ожидании заказа.

Не успела она насладиться одиночеством, как у нее появилась компания. Молодой мужчина, одетый на ее взгляд слишко уж вычурно, сплошные рюши и кружева, присел напротив.

— Госпожа не будет против моего общества?

Лиза посмотрела вокруг, как назло все столы были заняты.

— Нет, не будет, — с тоской ответила она. Его красивое лицо имело слишком приторное выражение, а глаза все время бегали. Наконец принесли ее заказ, и она занялась едой, не слишком обращая внимания на болтовню незнакомца.

— Меня зовут Каспар, Каспар Шульц, я навещал родственников в провинции.

Лиза кивнула, отправляя в рот очередную ложку похлебки. От господина Шульца ужасно несло дешевыми духами. По сравнению с ними и запах мужского пота покажется дивным ароматом.

— А вы, госпожа? Что такая красивая дама делает одна на постоялом дворе поздно вечером?

Лиза подняла на него удивленные глаза:

— А вы разве не видите? Ем то, что здесь называют супом.

— О, простите мою назойливость? Я имел в виду, что за дела у вас в столице, может быть вам негде остановиться?

Нет, решительно, осенние мухи по сравнению с ним просто милые создания!

— Я приехала навестить жениха, он служит в гвардии, и мне есть, где остановиться!

— Молодым девушкам опасно в наше время путешествовать одним. Столько всяких опасностей, грабители, насильники, нелюди, наконец!

— Кто-кто? — удивленно переспросила Лиза.

— Ну, нелюди: вампиры, оборотни и другие богомерзкие создания, — пояснил господин Шульц, — они могут быть очень опасными!

— Значит, вы считаете, что женщина настолько ничтожное создание, что даже не может самостоятельно доехать из одного города в другой? — девушка посмотрела на нахала с явным вызовом. Он явно был удивлен, ведь это же очевидно!

— И что вообще вы, господин Шульц, знаете о нелюдях? Вы с ними встречались, чтобы считать их настолько опасными? — ехидно продолжила странная девица.

— Но ведь это всем известно, кроме того в последнее время полно слухов о странных убийствах! Так что я бы посоветовал вам прислушаться к моим словам!

— С ума что ли все посходили! — очевидно, это становилось навязчивой идеей. Девушка с грохотом отодвинула стул и направилась по лестнице наверх в свою комнату. Открыв дверь слегка заржавевшим ключом, она зажгла свечу и удивилась более чем скромному убранству. Узкая кровать, застеленная не очень свежим бельем, выцветшие занавески. На стене напротив висела картина, изображающая накрытый стол и неожиданно поражающая яркостью красок. Здесь пахло сыростью, и Лиза открыла окно.

Вдруг она услышала чьи-то осторожные шаги. Обернувшись, она с удивлением узнала назойливого господина Шульца. Он сделал шаг по направлению к ней, она же слегка отступила назад.

— Я подумал, что дама, разъезжающая одна, не будет возражать против моего общества этой ночью.

Он сделал еще один шаг. За окошком раздался протяжный волчий вой.

— Вот видите, я же говорил, кругом полно опасностей!

Лиза молча вынула шпагу из ножен и направила клинок на наглеца. Тот насмешливо вглянул на нее, от неожиданности перейдя на ты:

— Ты что, умеешь с этим обращаться, не смеши!

Острый клинок неожиданно срезал несколько пуговиц на камзоле и застыл почти у горла.

— Ну, чего уставился! Иди вперед, к окну!

— Я пошутил! — негодяй испуганно глядел на шпагу.

— А я нет! Залезай! — она подтолкнула его к подоконнику, — Прыгай!

За окошком была полная тьма, ночную тишину снова прорезал волчий вой.

— Но там же волки! — Каспар Шульц попытался удержать равновесие.

— Очень ты им нужен! Вперед! — она слегка кольнула его шпагой, и он спрыгнул вниз. Судя по ругательствам, он приземлился в заросли крапивы.

— Доброй ночи! — крикнула ему Лиза и закрыла окно.

На следующее утро едва заметив Лизу, спускающуюся вниз, он поспешил отвернуться. Она же приветливо кивнула ему:

— Господин Шульц, славное сегодня утро!

Добравшись до Златограда к полудню, Лиза оставила лошадь в гостинице и отправилась искать королевский дворец, Несмотря на то, что хозяйка подробно объяснила ей дорогу, не заблудиться в узких мощеных улочках было очень трудно. Погрузившись в свои мысли, она почти не смотрела по сторонам. Вдруг перед ней вырос одетый в лохмотья бродяга, он направил на девушку нож и произнес классическую фразу:

— Жизнь или кошелек! Гони деньги, девчонка!

Лиза не двинулась с места. Разбойник, угрожающий ножом, не напугал ее, а лишь вызвал азартное желание проверить свои силы. Она дерзко улыбнулась ему:

— Подойди и попробуй взять, если такой смелый!

Удивленный такой несговорчивостью, бродяга бросился на нее. Но девушка хорошо помнила уроки старого солдата. Быстро отступив в сторону, она перехватила руку с ножом и вывернула кисть. Пальцы разжались, нож упал на мостовую. Не дав бандиту опомниться, Лиза ударила его кулаком в лицо и, достав клинок из ножен, направила на бродягу. Тот, не задавая лишних вопросов, предпочел убраться. «Ничего себе столица, не прошло и суток, а уже попытались обесчестить и ограбить! И как тут Рюдигер целый год продержался, ума не приложу»-пронеслось у нее в голове.

Глава 7 Немного о придворном этикете

Римар и Элина укрылись от любопытных глаз в глубине дворцового парка под раскидистым кленом. Он держал девушку за руку и не верил своему счастью. Вдруг кто-то похлопал его по плечу, он обернулся и получил увесистую пощечину. Весь кипя от негодования, он с удивлением рассматривал крепкую девицу в мужской одежде.

Лизе хотелось провалиться сквозь землю, стройный черноволосый парень со спины показался ей ужасно похожим на Рюга, а то, что он находился в обществе такой красавицы, лишило ее способности здраво мыслить!

С трудом подбирая слова, она попыталась исправить положение:

— Прошу вас, простите мою несдержанность, я приняла вас за другого! Может вы подскажите, где я смогу найти Рюдигера фон Шлотерштайна?

— Да я с удовольствием провожу вас, должен же и он получить по роже! Да вот и он сам!

Римар отошел на безопасное расстояние, но пропустить этот спектакль ему не хотелось.

Мысли барона фон Шлотерштайна были заняты предстоящим побегом. Пусть ему потом не поздоровиться, но он не собирается сидеть и ждать, когда его невесту выдадут за другого. Поэтому сегодня ночью он отправится домой. На посыпанной песком дорожке стояла девушка, она показалась ему ужасно похожей на Лизхен. Даже запах был таким же. Ну вот, теперь она ему будет в каждой встречной девице мерещиться!

Внезапно она кинулась к нему навстречу, и Рюг понял, что это действительно Лизхен. Девушка засыпала его градом упреков, при этом пытаясь ударить побольней.

— Почему ты не писал так долго? Почему не приехал? Я чуть с ума не сошла! — она в последний раз стукнула его и вдруг заплакала. Римар пришел другу на выручку:

— Да он каждый день по две страницы строчил! Всю бумагу с чернилами в соседней лавке скупил! Просто кто-то очень старался, чтобы ты не получала эти письма! Кстати, а как ты сюда попала?

— Через забор перелезла. Эх вы, королевская гвардия! Сюда кто угодно попасть может, а вы и не заметите!

Девушка уже успокоилась, Рюдигер обнимал ее за плечи, вид у него был счастливый и растерянный. В светлокоричневой куртке, перетянутой на талии ремнем, мужских штанах и сапогах, обтягивающих ногу, она была еще более привлекательна. Он с удивлением заметил ножны со шпагой, и запоздалая тревога кольнула сердце. Как же она доехала, в дороге столько опасностей!

— Где же тебя устроить? В гостинице я не смогу тебя оставить. .он отчаянно пытался найти выход из положения. Внезапно в разговор вмешалась Элина, до этого с трудом сдерживающая улыбку.

— Я помогу. Лиза, хочешь пожить в королевском дворце, как фрейлина? Я даже могу познакомить тебя с принцессой Шарлоттой!

Лиза издала восторженный визг, означающий согласие. Элина удовлетворенно кивнула:

— А теперь Римар, давай оставим их одних, я думаю, им есть о чем поговорить!

Из окон дворца двое мужчин наблюдали за молодыми людьми. Вдруг один из них, среднего роста с темными с проседью волосами и надменным выражением холеного лица, с отвращением отвернулся:

— Ты только посмотри на него! Он совершенно серьезно считает себя таким же, как люди. Мерзкая тварь!

Его собеседник пожал плечами:

— А почему он должен считать иначе? Парень знатного рода, совсем не беден. Ты сам знаешь, они быстрее и сильнее людей! Кроме того, он молод, красив и похоже влюблен! У этого нелюдя сейчас все козыри на руках! Вспомни себя лет двадцать назад.

— Да ведь они оскорбляют землю самим своим существованием! Максимилиан Первый должно быть лишился рассудка, когда уравнял их с людьми! Даже их дети от союза с людьми не полукровки, а такие же монстры! Нет, эту заразу надо истребить, пока они первые не уничтожили нас. Кроме того в Моравских горах богатые серебрянные рудники, а эти уроды сидят на деньгах и никого не подпускают!

— Но о какой добыче серебра может идти речь, если оно яд для живущих там? Кроме того, как ты собираешься это осуществить? Вот уже несколько веков в стране мир, а в восточных провинциях выступающего против нелюдей просто забьют камнями!

Первый собеседник коварно усмехнулся:

— Ну знаешь, серия загадочных убийств по всей стране, вовремя пущеные слухи, кроме того Воины Света обещают поддержку!

— Ох, поосторожнее бы ты с ними! Никто точно не знает, кто они такие, какому богу молятся и чего добиваются! Посадим их себе на шею, потом попробуй избавься!

— Ничего, сейчас мне нужны любые союзники!

Элина устроила Лизу в своей комнате, ее соседка уехала навестить родителей. Комнаты фрейлин находились на втором этаже дворца. Лиза с любопытством осматривалась. Здесь было довольно мило. Стены были обиты узорной тканью, кровать маленький столик, изящные деревянные стулья, наконец в углу напротив окна мечта любой девушки-туалетный столик с большим зеркалом в металической оправе. На столике множество красивых и приятно пахнущих баночек и флаконов. Лиза взяла один из них, открыла, понюхав содержимое.

— А это для чего?

Элина засмеялась:

— Для того, чтобы всегда быть красивой! Впрочем, похоже тебе это не нужно, — она с завистью поглядела на румяные щеки и алые губы девушки.

— А вот что тебе нужно, так это платье, достойное твоей красоты! Ты же не можешь расхаживать по дворцу в штанах и ботфортах!

С платьем пришлось повозиться. Гардероб Элины оказался ей решительно мал, все платья были коротки и узки в плечах. Пришлось обратиться за помощью к подругам. Наконец их усилия увенчались успехом. Шелковое платье цвета морской волны прекрасно подчеркивало стройную фигуру, одевать корсет Лиза наотрез отказалась, объяснив, что она не рыба, и жить без воздуха не может! Элина не отказала себе в удовольствии поколдовать над прической, и теперь густая русая грива была собрана в хвост на макушке, спускаясь вниз пышным каскадом кудрей.

Элина довольно оглядела ее:

— Ну вот теперь совсем другое дело! Можно прогуляться по дворцу! Вперед!

Скоро у Лизы кружилась голова от количества лестниц и коридоров, просторные залы поражали великолепием, а все встречные люди казались верхом элегантности и образцом для подражания. Элина смеялась над восторгами подруги, ее забавляло искренние удивление провинциалки.

Наконец посредине казавшегося Лизе бесконечным коридора их остановили двое молодых людей, разодетых по последней моде в шелка и бархат, даже эфесы шпаг были украшены драгоценными камнями. Они оживленно заговорили с Элиной. Она представила Лизу, как свою кузину из Темнолесья, вызвав на лицах щеголей многозначительные улыбки.

Вскоре один из них по имени Роберт отозвал Элину в сторону, другой, чей сложный титул она не запомнила, только имя Карл, очутился наедине с Лизой. Молодой человек раздражал ее своей надменной манерой разговора и неуместным по ее мнению для мужчины нарядом. Каково же было ее изумление, когда она ощутила, как его рука коснувшись ее талии, переместилась гораздо ниже. Реакция девушки была мгновенной. Обернувшиеся на короткий вскрик, Роберт и Элина увидели Карла, зажимающего разбитый нос. Лиза протянула пострадавшему обшитый кружевом платочек.

— У господина графа внезапно пошла кровь из носа, — пояснила она, — вам лучше сесть и запрокинуть голову.

— Так уж и внезапно? — Лиза услышала знакомый голос и увидела незаметно появившихся Рюга и Римара. По взбешенному виду Рюдигера было ясно, что он совершенно не верит в случайность происходящего. Пострадавший метнул быстрый взгляд на нелюдя и поспешил заверить:

— Все хорошо, у меня часто так бывает с самого детства.

Они поспешили покинуть дворец. Рюг потрогал пышные кудри:

— Ух ты, как настоящие, только паленым пахнут, и вообще ты в этом платье совершенно другая, но удар правой все тот же! Похоже ты надолго отбила у него желание знакомиться с девушками из провинции. — Он не выдержал и рассмеялся, Лиза и Римар тоже хохотали, наконец и Элина присоединилась к ним, забыв о приличиях.

На дворе уже давно была глубокая ночь, а девушки никак не могли наговориться.

Оказывается, Элина рано осталась без матери, ее воспитала сестра отца. Вечно занятый государственными делами Людвиг фон Мирбах мало интересовался жизнью и чувствами юной девушки. Но Элина точно знала, что ее увлечение Римаром он не одобрит. Вряд ли он сочтет юношу из небогатой дворянской семьи достойной парой своей дочери. Из рассказов Рюга Лиза знала, что Римар тоже рано остался без родителей.

Она почувствовала острую жалость к Элине и одновременно угрызения совести за свою необдуманную выходку. Ее родители были готовы на все ради единственной дочери, а она, обманув их доверие, отправилась в опасные приключения. Разговор между тем коснулся проишествия во дворце. Эллина удивленно воскликнула:

— Но как тебе в голову пришло его ударить? Девушки не должны себя так вести! В конце концов есть мужчины, что бы защитить нашу честь!

Лиза спокойно ответила:

— Да это как то само собой получилось. Знаешь, я никому не позволю руки распускать, будь он хоть принц наследный! Кроме того я не настолько жестока, чтобы пожаловаться на него Рюгу. Ты хоть представляешь, что бы он с ним сделал сгоряча!

Эллина представила и решила, что в данном случае Лиза пожалуй права. Она вдруг позавидовала подруге, которая явно пренебрегала общепринятыми правилами поведения и была при этом вполне счастлива. Ей бы самой не помешало хоть немного смелости.

Невезучий охотник на вампиров таинственным образом исчез из камеры, куда его поместил полковник. Господин в черном, представившийся дежурному офицеру агентом тайной полиции, забрал заключенного для дальнейшего расследования.

Совершенно растерянные Рюдигер и Римар покинули кабинет поковника фон Зальца. В этой запутанной истории была оборвана последняя ниточка. Римар высказал предположение:

— Мне кажется, он увязался за нами из таверны. Давай сходим туда еще раз, посмотрим, пораспрашиваем.

— Куда это вы собираетесь? — девушки появились неожиданно. — Мы все слышали и тоже хотим в «Полную Луну» ловить вашего ненормального охотника!

Рюг с сомнением посмотрел на их наряды, уместные только для бального зала. Элину, одетую в легкое платье из белого в мелкий цветочек батиста и напоминающую нежный цветок, особенно трудно было представить среди посетителей таверны.

— Ну хорошо, но только не в таком виде, уж постарайтесь не привлекать внимание!

Часть 2

Глава 8 Письмо без адресата

Когда стемнело, они тайком перелезли через ограду, причем Элина приятно удивила их своей ловкостью. На девушке было скромное светло коричневое платье, не стесняющее движений и такая же накидка. Лиза была в своем дорожном костюме. Парни сняли свои нарядные мундиры, в простых рубашках и безрукавках их можно было принять за обычных молодых горожан.

Двери в таверну были распахнуты, оттуда доносился шум голосов и звон посуды. Дочь хозяина таверны звали Дарина, и она с удовольстием отвечала на их вопросы.

— Их было двое, молодой и старый, оба одеты в черное. Они приходили каждый вечер, заказывали мало, сидели все время вон за тем столом. Но вот уже дня два я их не видела. Но вы подождите, может еще появятся!

Элина восторженно оглядывала таверну. После того, как она чуть не погибла, у нее появилось желание не пропустить ничего в этой жизни. С несвойственной обычно ей смелостью она ринулась на встречу приключениям! Все здесь было ей в диковинку и вызывало восторг.

— Здесь чудесно, я еще ни разу не бывала в таких местах!

Римар проворчал:

— Это неподходящее место для молоденьких девиц!

Таверна постепенно заполнялась людьми, но стол в углу все еще пустовал, наконец его заняли трое солдат городской стражи. По мнению Рюга в железных шлемах и кирасах они выглядели довольно забавно, и он поспешил отвернуться. Похоже, что они пришли сюда зря! Внимание Лизы привлек парень, сидевший за столом напротив. Он выглядел как типичный наемник, искатель приключений. На нем была потрепанная кожанная куртка, сапоги ботфорты, длинные русые волосы были собраны в хвост, красивое лицо имело наглое и вместе с тем жесткое выражение. В ярких зеленых глазах был вызов всему миру.

Из оружия при нем была только шпага, но Лиза почему-то была уверена, что под одеждой незнакомца спрятан целый арсенал.

Она тихонько показала на него Рюгу:

— Он мне почему-то не нравится.

— И мне тоже, а знаешь чем? Он нагло пялится на тебя, к тому же он вампир!

Тот, о ком они говорили, неторопливо поднялся со своего места и направился прямо к ним. Остановившись рядом с Лизой, он положил руку ей на плечо:

— Я вижу, ты занята, но я могу предложить больше! Поверь мне, эту ночь ты никогда не забудешь!

При этом он упорно старался смотреть ей прямо в глаза. Да за кого он ее принимает! Лиза тут же сбросила тяжелую руку с плеча, встала и со всей силой, на которую была способна, ударила наглеца по щеке.

Девушка вся кипела от негодования, однако наемник только усмехнулся, показав острые клыки:

— В полный рост ты еще лучше!

Рюдигер с силой развернул нахала в свою сторону:

— Сударь, что вы себе позволяете, я требую объяснений!

Тот лениво обернулся:

— А, извини мальчик, я тебя не заметил! Такая девица, просто кровь с молоком, не удержался! Но она твоя.

Юноша покраснел до самых кончиков ушей. С ненавистью взглянув на мерзавца, он вдруг ударил его кулаком в лицо. Удар был таким быстрым, что Римар заметил только результат-разбитый нос несколько портил красивое лицо. Наемник дотронулся до переносицы, не показывая вида, что ему больно, вытер кровь и зло бросил:

— Обычно я не убиваю себе подобных, на наши шкуры и так много желающих, но ты сам напросился! Пошли, поговорим на улице! — он положил руку на эфес шпаги и направился к выходу. Рюдигер решительно двинулся за ним.

Римар попытался удержать его:

— Рюг, это же наемник, он тебя лет на десять старше, наверняка сильнее и опытнее. Ты с ним не справишься!

Но парень только отмахнулся и поспешил за противником.

На улице была душная летняя ночь, пахло жасмином и еще какими-то цветами с резким ароматом. Барон фон Шлотерштайн прекрестился, осторожно отстранил Лизу, кивнул Римару, обнимавшему Элину и встал в стойку. Противники обменялись первыми ударами.

— Первый раз вижу вампира с крестом на шее. Это неправильно!

Рюдигер, несколько ошарашенный этим высказыванием, отбил удар, уходя в сторону, и сам бросился в атаку.

— Неправильно оскорблять чужую невесту! — противники со звоном скрестили клинки.

— Неправильно считать человеческую девку своей невестой! — наемник умело наступал на юношу, засыпая его целым градом ударов. Взбешенный Рюг чуть не упал, не заметив камень под ногами. Кончик шпаги противника скользнул по белой рубашке, окрасив ее алым. Лиза испуганно вскрикнула и сжала кулаки, Элина обняла ее за плечи. Рюдигер сумел удержать равновесие и бросился в атаку, молниеносно нанося и отбивая удары. Теперь он сражался на пределе своих возможностей и практически прижал противника к стене таверны. Рубашка наемника тоже покраснела от крови.

— Неправильно считать себя лучше других! Наш священник говорит, гордыня смертный грех!

Красивое лицо наемника исказило бешенство, он увернулся от нацеленной на него шпаги, с силой пнув молодого вампира в живот. Рюдигер отлетел в конец аллеи. Противник уже был над ним, занося оружие для удара.

— Неправильно связываться с тем, кого не знаешь, мальчик!

Но юноша быстро перекатился по земле и вскочил на ноги. На белой рубашке красовался отпечаток сапога, на щеке алела царапина, в глазах горел азарт боя. Он весело крикнул наемнику:

— Ну что продолжим, я готов!

Римар с удивлением наблюдал за дуэлью двух вампиров. Их движения были слишком быстрыми, удары слишком сильными, и при этом они еще успевали обмениваться обидными фразами. Элина по-прежнему обнимала Лизу, которая шептала молитву, казалось, не замечая ничего вокруг.

Вдруг из темноты на освещенную аллею выступили люди в черных масках. Наемник прекратил драться и поднял руку:

— Что вам здесь надо, черт возьми?

Рюдигер обернулся и увидел, что они окружены.

Вперед выступил по-видимому главный из них заговорил, обращаясь к наемнику:

— Ты отдаешь нам то, что ты украл, и может быть, умрешь быстро!

Наемник засмеялся:

— Зачем так торопиться, может поговорим один на один, ну один на десять, их-то можно отпустить, они нам ни к чему!

— Не выйдет, — его собеседник ткнул острием шпаги в Рюга, — ни один вампир не покинет это место живым!

Рюдигер с ненавистью посмотрел на незнакомца. Как все молодые люди, он терпеть не мог, когда о нем говорили, как будто его нет рядом. К тому же еще не известно, кто предстанет перед создателем!

Наемник пожал плечами:

— Ну ладно, с нами все ясно, но они, — он показал шпагой в сторону Римара и девушек, — обычные люди, они-то в чем виноваты!

Человек в черном кивнул:

— Согласен, ни в чем, и будут безвинными жертвами кровожадных монстров! Нам нужны улики и вещественные доказательства.

Рюг справился с охватившим его гневом и заговорил:

— Но вы же нарушаете все законы, угрожая нам. То, что вы сказали, просто неслыхано. Ваши обвинения и угрозы совершенно лишены здравого смысла. Когда король узнает о ваших делишках…

— Не узнает! — перебил его человек в черном, — ведь рассказывать будет некому! Взять их! — он подал знак своим людям.

Элина вдруг издала ужасный визг, стоявший сзади черный человек попытался зажать ей рот, но неожиданно был жестоко укушен. Отпустив девушку, он в гневе схватился за оружие и тут же встретился со шпагой Римара.

В руке наемника вдруг возник нож, который спустя мгновение уже торчал из горла ближайшего к нему противника. Рюдигер одним прыжком очутился рядом с Лизой:

— Держись рядом! — Какой же он дурак, что взял ее с собой, пронеслась в голове запоздавшая мысль. Но девушка вела бой по всем правилам фехтовального исскуства, и впадать в панику явно не собиралась.

— Я тебе покажу вещественные доказательства, ты сейчас узнаешь, как на честных людей напраслину взводить!

Она упорно теснила своего противника. Тот не ожидал от девчонки такой прыти и отступал шаг за шагом.

Нападавшие видимо плохо представляли себе, что такое сражаться с живым вампиром. Противники Рюга сменялись один за другим, получив раны, отбившие у них всякую охоту продолжать бой. Ударом ноги отправив очередного нападавшего в полет, он поискал глазами наемника. Тот дрался, как ветряная мельница. Вдруг с дерева на него упала сеть. Попытка разрезать ее шпагой не удалась, и охотники налетели на пленника, как коршуны на добычу. Рюг с Римаром поспешили ему на помощь. Из таверны стали выглядывать любопытные, привлеченные шумом схватки, и люди в черном вдруг исчезли так же внезапно, как и появились.

Рюдигер помог чертыхающемуся наемнику освободиться от сети.

— Ну мальчик, ты спас мне жизнь. Забудем обиды! Мое имя Ивар. — он протянул руку. Рюг секунду помедлил, но все-таки пожал ее.

— Я Рюдигер фон Шлотерштайн, мои друзья Римар и Элина, Лизхен, моя невеста.

Лиза растрепанная и румяная, глядела на Ивара, как волчица:

— Нет, конечно, спасибо, что ты проявил заботу о бедных людишках! Но если бы не твоя безмерная наглость, мы бы не попали в такой переплет!

— Я прошу прощения, ты просто слишком хороша, я не смог удержаться! Рюдигер, я шучу, не надо сразу хвататься за шпагу! Пойдемте поговорим в таверне, я умираю с голоду!

Рюдигер испытывал странное возбуждение, от запаха крови кружилась голова, Лиза была так близко. Он слышал стук ее сердца и чувствовал запах ее волос. Она вдруг прижалась к нему и провела пальцами по уже успевшей затянуться царапине на щеке. Их губы соединились, и все вокруг на мгновение исчезло.

— Эй вы, не одни! — Римар потянул друга за рукав.

Дарина с безмолвным удивлением втретила их потрепанную компанию. Ивар высыпал перед ней на стол горсть золотых монет:

— Хозяйка, нам поесть и выпить, чтобы на всех хватило!

Девушка окинула их оценивающим взглядом и кивнула. Вскоре на столе появилась целая куча тарелок и два глиняных кувшина. Элина подумала, что еды здесь хватит не только на пять, но и на десять человек. Она шепнула об этом Лизе, но та только улыбнулась:

— Как бы мало не было.

Дарина вдруг улыбнулась Ивару многообещающей улыбкой, и ушла, покачивая бедрами. Ивар разлил вино по кружкам:

— Ну что, за наше неожиданное знакомство! — Рюдигер, вспомнив свой последний опыт, решительно убрал кружку, но наемник рассмеялся:

— Никаких отказов! После такой переделки это как раз то, что нужно.

Какое-то время все молчали, занятые едой. Элина с испугом смотрела, как быстро жареное мясо исчезает со стола.

Наконец тарелки опустели, Рюг вытер руки платком и задал интересующий всех вопрос:

— Кто такие эти люди, и что им было от тебя нужно?

Ивар с сожалением отложил здоровенную кость, все что, осталось от свиного окорока:

— Вы влипли в это из-за меня, рисковали своей жизнью, поэтому имеете право знать!

Он достал из внутреннего кармана бумажный конверт, уже изрядно помятый.

— Эти люди хотят уничтожить таких как мы с тобой, сначала вампиров, а потом и всех остальных нелюдей. У них есть высокие покровители, это письмо получено из королевского дворца! Здесь не просто призывают убивать нас по одиночке, они хотят заставить всех остальных ненавидеть нас и бояться.

Как сказал один из них, им нужны вещественные доказательства, то есть подстроенные убийства! После этого вряд ли у нас останутся друзья. Честно сказать, это письмо попало мне в руки совершенно случайно. Пробравшись в тот дом, я надеялся обнаружить что-нибудь стоящее, а он оказался местом сбора этих ненормальных.

— Но ведь еще король Максимилиан Первый принял закон, по которому все подданные имеют равные права. Мы такие же граждане Алдании, как и все другие, — возмутился Рюдигер.

— Да, ваша страна была до сих пор просто оазисом среди своих соседей. Никакой инквизиции, охоты на ведьм!! Крещеные нелюди, девицы со шпагой. Я бы хотел побывать в вашем милом городишке! Как он там называется?

— Темнолесье, — улыбнулся Рюг, — приезжай, у нас здорово! Воздух свежий, девушки красивые.

Лиза со всей силы наступила ему на ногу, она была еще слишком зла на наемника. Ивар заметил это и не замедлил спросить:

— А ты, кажется, не хочешь меня там видеть? Интересно почему?

— Именно потому, что воздух свежий! — дерзко ответила девушка.

Рюдигер вдруг ощутил, что этот наглец, которого он еще недавно хотел проткнуть насквозь, перестал быть чужим. Наступил миг откровения, и он задал вопрос, который не давал ему покоя:

— Скажи, ты и в самом деле некрещеный? Как же ты живешь на свете?

Наемник хотел ответить как обычно, что нибудь дерзкое и насмешливое, но вдруг надолго замолчал, задумавшись:

— Да я и сам не знаю. Видишь ли, я ведь родился не здесь. У меня на родине нас преследовали именно люди с крестами, святая инквизиция, они считали врагами нас, а мы их. Хотя моих родителей убили не они, а те, кто носили вот такие амулеты. — ножом он нацарапал на столешнице треугольник с глазом внутри, — Воины Света. Я был еще совсем мал, но все видел. — он налил вина и молча выпил.

Это совсем не хотелось не только рассказывать, но и вспоминать. Деревянный кол в сердце спящему, а голову отрезать. На всякий случай. Дом поджечь, чтобы никаких следов этой скверны, как говорил их предводитель. Его холодный взгляд Ивар запомнил, придет время, он узнает его из тысячи.

— А что же было с тобой дальше? — испуганно спросила Лиза, она уже забыла об оскорблении, до глубины души тронутая жутким рассказом. Дальше. . Портовый город, свинцовое северное небо и ужас ребенка, оставшегося наедине с враждебным миром.

— Да в общем ничего хорошего. Спал где придется, ел, что попало, иногда совсем ничего. Стал вором, когда подрос, наемником. Вообще то мой клинок не из последних. — о том, что на родине его уже несколько лет ищут за разные, не очень хорошие дела, Ивар благоразумно умолчал.

— Наверное твоя мать на небе молится за тебя, раз тебе удается удачно выбираться из подобных переплетов! — сказала удивленная Лиза. Ивара поразила мысль, что за его пропащую голову кто-то может молиться. Он вдруг ощутил острый стыд за то, как сначала обошелся с этой странной парочкой. Наверное, они еще до сих пор думают, что детей находят в капусте. Эх, бросить бы все и махнуть в Темнолесье! Хотя, подумал он, внимательно глядя на приближающуюся к ним Дарину, не стоит спешить, красивые девушки есть и здесь!

Элина делала вид, что почти спит, склоня голову на плечо Римара. На самом деле ей не давала покоя одна мысль. Это письмо. . Девушке был знаком неровный ломаный почерк, а также сама бумага, плотная, хорошего качества, украшенная затейливыми виньетками. Такую она видела в кабинете отца.

Наемник наотрез отказался лично рассказать все командиру королевской гвардии.

— Видите ли, я не очень спешу в тюрьму, ведь возникнет справедливый вопрос о роде моих занятий! Да и вам не поздоровится, если поймут, что вам так много известно!

Полковник Генрих фон Зальц внимательно выслушал их рассказ и покачал головой:

— Жаль, что вы не убедили этого вашего наемника поговорить со мной. Это письмо очень важная улика, я бы хотел сам его прочесть. Но это очень похоже на правду, среди населения уже вовсю ходят слухи о таинственных убийствах, уже найдено несколько трупов, чья смерть наступила, скажем так, от потери крови. Обстановка в стране очень неспокойная, Рюдигер, я очень не советую тебе сейчас ехать домой.

Юноша вспыхнул:

— Но господин полковник, я должен, родители Лизхен будут беспокоиться, кроме того ее репутация.

— У этой отчаянной девчонки еще есть репутация! Я надеюсь, месяца тебе хватит, чтобы все уладить! Вечно у вас, Шлотерштайнов, какие-то проблемы с девицами! — полковник с легкой завистью проводил молодых людей взглядом. Молодость, любовь-как же давно все это было. .

Богато одетый господин, чье лицо было закрыто бархатной полумаской, разглядывал бродягу из квартала висельников.

— Значит за двести золотых монет ты готов убить кого угодно?

— Платите деньги и готовьте похороны! — дерзко ответил тот. Он был невысок ростом, худой, но жилистый. Лицо было совершенно незапоминающимся, только вот глаза. . Светлые, почти прозрачные они казались глазами дикого зверя, в них совсем не было ничего человеческого.

— Собственно говоря, особо рисковать тебе не придется. Ты должен позаботиться, что бы Рюдигер фон Шлотерштайн получил вот это, — он протянул убийце стрелу. — Осторожно, она отравлена!

Тот повертел стрелу в руках:

— Ого, серебрянный наконечник! Он нечеловек, не так ли!

— Вампир. — коротко ответил собеседник.

— Тогда двойная цена, — тоном, не требующим, возражений произнес бродяга.

Когда за ним закрылась дверь, Людвиг фон Мирбах вышел из соседней комнаты и обратился к человеку в маске:

— Надеюсь, что никогда больше не увижу этого нелюдя. А без него разобраться с его дружком Римаром не составит особого труда. Надо только как-то отвадить от него Элину. Как эти двое сопляков почти узнали о наших планах, ума не приложу!

Глава 9 Кое-что о гостеприимстве

Немногочисленные постояльцы трактира «Приют странника» вздрагивали от раскатов грома. За стенами во всю бушевала гроза, обычное явление для последнего летнего месяца. Вспышки молнии с яростной силой освещали ночное небо. Дождь и ветер стучали в хлипкие окна, как неупокоенные души. Одинокая свеча испуганно мерцала на деревянном столе, за которым несколько человек внимали рассказчику:

— И тогда графиня увидела, что он не отражается в зеркале! Он наклонился к ней, и она в ужасе увидела его острые клыки!

Как раз на этом месте жуткого рассказа дверь трактира со скрипом распахнулась, и вошли двое до нитки промокших путников. Тот, что повыше ростом, откинул капюшон и оказался молодым черноволосым парнем с яркими синими глазами. Второй путник был симпатичной девицей в мужском наряде.

— Доброго всем вечера, господа! — парень приветливо улыбнулся, и компания за столом затаила дыхание. Поздний гость оказался обладателем самых настоящих вампирских клыков. Совершенно не заметив, какое впечатление он произвел, парень обратился к пожилому трактирщику, протиравшему посуду:

— Можем ли мы рассчитывать на ужин и ночлег? Погода просто ужас, сами видите!

Трактирщик привычно проворчал, что были бы деньги, а комната и еда всегда найдутся. Не обращая внимания на любопытные взгляды, парочка уселась ужинать. Девица с унылым видом ковырялась вилкой в тушеной капусте, а парень невозмутимо жевал недожареное мясо.

— Сосиски тухлые, а мясо полусырое! Рюг, ты еще зубы не сломал? — сердито воскликнула Лиза, а это была именно она.

— Сойдет для такой дыры! — промычал Рюг, не переставая работать челюстями.

— Ну за такие деньги еда могла быть и получше!

— Сама видишь, сегодня даже небеса на стороне трактирщика! Надеюсь, хоть крыша не протекает, не хочу завтра проснуться в луже!

Как только они поднялись по скрипучей лестнице наверх, затянувшаяся тишина была нарушена.

— Странная парочка, — заметил один из постояльцев, по виду крестьянин, возвращающийся с заработков.

— Да разве вы не заметили, это же самый настоящий вампир. Бледный, как смерть, и клыки как у зверя! Хорошо, если мы завтра проснемся в своих постелях живыми! Вы разве не слыхали, что в Новых Выселках творится? — вмешался в разговор один из любителей страшных историй.

— А что именно там творится? — переспросил один из огромных лесорубов за крайним столом.

— Двух женщин нашли мертвыми у леса, со странными укусами на шее. Вся деревня теперь вечерами дома сидит!

На некоторое время все притихли, пытаясь осмыслить услышанное.

— Но они ребята вроде бы тихие, никого не трогают. Девчонка, опять же, похоже с ним сама по доброй воле связалась. — рассудительно заметил пожилой торговец.

— Эта нечисть умеет и глаза отводить, и разум затуманивать. Может, девушку спасать надо, а мы сидим, сложа руки! — кипятился сказочник. Второй лесоруб, огромный рыжий мужик, обратился к монаху, одиноко сидевшему на лавке у стены:

— Святой отец, а вы что нам посоветуете?

Гроза закончилась, тучи разошлись, и небо осветила луна, следом за ней высыпали яркие звезды. Лиза сидела на подоконнике и любовалась ночным небом. Рюдигер бесшумно подошел сзади и обнял ее за плечи:

— Смотри не свались, тут все гнилое!

— Рюг, мне страшно! Что будет, когда до дома доберемся? Вдруг у нас ничего не выйдет? Я так боюсь. .девушка посмотрела на него каким-то затравленным взглядом. Все, о чем она не разрешала себе думать, отразилось в испуганных серых глазах. Юноша на миг ощутил всю глубину ее страхов, и с силой обнял за плечи:

— Ну чего ты так боишься! Лизхен, сердце мое, все будет просто замечательно! Свадьба, венчание, куча народу, все от зависти поумирают! А потом поедешь со мной в Златоград, я тебя одну не смогу оставить! Ну, не надо ничего бояться, мы же вместе…

Он вдруг понял, что девушка спит в его руках. Рюг осторожно перенес ее на кровать, укрыл одеялом и попробовал прилечь рядом. Но спать совершенно не хотелось. После здешнего ужина зверски хотелось есть. Кроме того, близость спящей, как младенец, Лизы совершенно не давала сосредоточиться на сне. Наконец, он решил просто лежать с закрытыми глазами, как вдруг услышал резкий стук в дверь.

Барон фон Шлотерштайн открыл дверь, и в лицо ему плеснули какой-то жидкостью. Удивленный, он потер глаза иувидел на пороге низенького монаха, произносящего молитву:

— «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. .

— «И ныне, и присно, и во веки веков, Аминь!» — закончил Рюдигер и перекрестился.

— А что здесь происходит, это какой-то обряд над новоприбывшими? — он оглядел всех собравшихся у его комнаты.

Здесь были все, кого он видел внизу, и еще какие-то новые лица. И торговец с товарищами, и оба лесоруба, и крестьяне, возвращающиеся с заработков, и даже неопрятная тетка с половником, наверное повариха.

— Святая вода не помогла! — послышался чей-то шепот. — Может зря мы так на парня, смотри, и крест на шее есть.

— Ага, — язвительно ответили ему, — и глазищи светятся, и клыки в рот еле влезают!

Обиженный Рюдигер подумал, что это уже полная чушь! Тут из-за двери показалась заспанная Лиза и удивленно спросила:

— Вы чего посреди ночи расшумелись?

Сразу как будто по сигналу кто-то заорал дурным голосом:

— Нечистая сила изворотлива, не медлите, хватайте кровососов!

Мужик, стоящий к Рюгу ближе всех, замахнулся деревянным колом. Не иначе из плетня позаимствовал, подумал тот, со всей силы врезав мужику в челюсть. Нападавший слегка качнулся и как подкошенный, рухнул в ряды своих товарищей. Барон фон Шлотерштайн окинул сборище нехорошим взглядом:

— Ну, кому еще жить надоело?

За последнюю неделю он здорово поменял представление о жизни, Она больше не казалась юноше широкой дорогой, яркой праздничной улицей в красивом городе, а скорее извилистой тропой на болоте, да еще с медвежьими капканами! Лиза с испугом наблюдала, как удивление на его лице сменяется дикой яростью. Рюг перехватил покрепче отобранную у мужика деревяшку и врезался в самую кучу, раздавая удары направо и налево.

Лиза проверила, на месте ли шпага, собираясь принять в драке самое активное участие, как вдруг ее схватили чьи-то сильные руки.

— Пусти, негодяй! — ее крепко держал один из дровосеков.

— Тише, девочка, я ведь только хочу тебя спасти, — пробасил громила.

— Спасти! — удивилась она, старательно пытаясь пнуть парня, напоминающего скорее медведя, чем человека.

— Ну да, спасти от вампира, пока он тебе еще ничего сделать не успел!

Лизу начал душить приступ смеха.

— Ой, надо же придумать, спасти меня! Вы что тут никогда нелюдей не видели? Тебя как зовут хоть, спаситель?

— Петер, — ошарашенно ответил парень. За разговором он слегка ослабил медвежью хватку, и она выскользнула из его лап. Лиза с разворота пнула его между ног.

— Так вот, — продолжила она, глядя как тот закрывает обеими руками место удара, — я знаю Рюга с пяти лет, а тебя, уж извини, вижу в первый раз. Поэтому спасать меня не надо! Можно, я это возьму, — она покинула удивленного лесоруба, размахивая острым колом. Похоже, трактир совершенно лишился забора.

В это самое время Рюг, наградив хорошими тумаками трех новоявленных охотников на вампиров, очутился лицом к лицу со здоровенным крестьянином. Недолго думая, он треснул его деревяшкой по уху. Тот тряхнул головой, как будто избавляясь от назойливой мухи, глаза его стали красными, как у быка, он и заревел прямо как бык и двинулся на парня. Рюдигер сообразил, что в данный момент отступление вряд ли будет считаться позором, и сжимая в руках свое случайное оружие, стал пятиться назад. Но детина, размахнувшись, толкнул его в грудь, и Рюг испытал ощущение свободного полета. Он выломал спиной деревянные перила, и падал вниз.

Из карманов посыпались медяки, оторванная пуговица и ключ от их с Римаром комнаты. Вниз также устремились нож, спрятанный в голенище сапога и остатки малосъедобного ужина. Испугавшись, что полет закончится сломанной шеей, он напрягся и совершив сальто, приземлился прямо на стол, сумев удержаться на ногах.

Его противник уже был внизу. Одной рукой он без видимых усилий уронил стол. Рюг еле успел спрыгнуть. Мужик схватил длинную деревянную лавку и размахнулся. Лавка описала полукруг, сметя на своем пути двух любопытных зрителей, и стремительно приближалась к барону. Рюг слегка присел и резво не хуже кузнечика подпрыгнул как можно выше вверх. Лавка просвистела под ним и с треском врезалась в лестницу, разлетевшись пополам. Лестница опасно скрипнула и покосилась.

Рассерженный вампир решил перейти в наступление. Запрыгнув на ближайший к противнику стол, он неожиданно ударил его ногой в челюсть. Уже не особо надеясь на успех, Рюдигер увидел, как тот медленно осел на пол и привалился к стене.

Огянувшись по сторонам, он увидел надвигавшегося на него второго лесоруба. Измотанный предыдущим поединком, Рюг решил, что это дело затягивать не стоит. Не слезая со стола, он схватил то, что уцелело от лавки, и обрушил на голову Петера. Это заставило болезненно сморщиться Лизу, которая следила за этим сражением сверху.

Желающих проверить свои силы больше не было. Лиза осторожно спустилась по шатающейся лестнице, с ужасом оглядывая разгром.

— Рюдигер, это что, все ты натворил?

— Нет, один бы я никак не управился, но с такими помощниками. .он устало покосился на Петера, лежащего в отключке и махнул рукой. — И чем это я им так не понравился? Что кругом творится, совершенно непонятно!

— Ну что, — обратился он к девушке, — собираем вещи и прощаемся с этим милым местечком. Как ни крути, а ночь почти прошла!

В своей комнате они обнаружили полный разгром. С трудом собрав вещи, Рюдигер понял, что исчезло самое главное — деньги, его жалование за два месяца!

Лиза с тоской посмотрела в темное окно:

— Где же теперь найдешь вора?

Рюдигер пытался придать взъерошеным волосам приличный вид, глядя в треснутое зеркало. Вдруг ему в голову пришла мысль, которую не мешало проверить. Он обернулся к девушке:

— Ты знаешь, я кажется, понял. . Здесь были все, кроме одного человека! Лизхен, выводи лошадей, а я пока побеседую с нашим милым хозяином!

Трактирщик, надежно заперев двери на засов, подсчитывал прибыли и убытки этой веселой ночки. Конечно, погоня за вампиром нанесла некоторый ущерб его заведению, но денежки доверчивых постояльцев покроют все убытки с излишком! Бывший вор-карманник и скупщик краденного никогда не упускал случая поживиться!

Его размышления прервал громкий стук в дверь, он даже подпрыгнул на стуле от неожиданности. Затем дверь вместе с засовом слетела с петель, и на пороге появился Рюдигер фон Шлотерштайн.

Душа у хозяина трактира ушла в пятки. Не то, чтобы он впервые видел вампира, нет, он понял, кто перед ним, еще с момента появления Рюга на пороге. В своем бурном прошлом он достаточно насмотрелся на разных нелюдей. Те, кто стоит вне закона, часто используют в своих интересах их силу и необычные способности.

Но бывший вор также хорошо знал, как они обидчивы, как легко вызвать их гнев, и что они могут натворить в гневе! Он попытался вскочить с кресла, но Рюдигер с силой пригвоздил его к месту. Юный барон почувствовал прилив вдохновения, он просто вжился в роль ночного кошмара! Он нагнулся к трактирщику и задержал взгляд на шее, обнажая клыки.

— Ты знаешь, я нормально не ел уже несколько дней. А то, что подали на ужин, не может утолить даже голод человека. . К тому же наши деньги таинственным образом исчезли! Да, еще сегодня меня пытались убить! Как ты думаешь, твоя кровь и твоя жизнь смогут возместить мне эти неприятности?

Запах и вид немытой шеи трактирщика вызвали у него рвотный спазм, но Рюг справился с собой и выдержал эффектную паузу. Старый хитрец покрылся холодным потом. Пламя свечей мерцало, отражаясь в красных глазах монстра, он ощущал его дыхание на своей коже.

Внезапно вампир выпрямился и задумчиво произнес:

— Знаешь, моя матушка настоятельно советовала мне не есть, что попало. Тем более в придорожных заведениях!

В этот момент он казался воспитанным юношей из хорошей семьи. Монстр одернул камзол и продолжил:

— Я думаю, что приличная сумма денег могла бы несколько возместить ущерб этой ночи!

Вполне довольный собой, Рюдигер спустился с крыльца. Кони были оседланы, Лиза пристраивала на боку своей гнедой весьма увесистый мешок.

— А это что такое? — обратился он к девушке.

— Да так по мелочи, хлеб, колбаса, сыр. Добрая повариха собрала нам в дорогу! — Лиза старалась говорить серьезно, не улыбаясь.

— А что с нашими деньгами?

— Представь себе, они нашлись, а также любезный хозяин предложил мне возместить наши убытки!

Девушка постаралась сохранить равнодушие, но все-таки, не выдержав, рассмеялась:

— Представляешь, ты барон фон Шлотерштайн, и я, добропорядочная купеческая дочка, мы только что ограбили трактир!

Ночная мгла потихоньку рассеивалась, уступая место утреннему туману. Двое всадников, не торопясь, ехали в сторону леса. Вдруг на пороге трактира показался силуэт человека с арбалетом. Раздался звук спущенной тетивы, и Рюдигер ощутил острую боль в правой ноге чуть выше колена. Он стиснул зубы, подгоняя коня.

Глава 10 Лесные приключения

Они устроили привал на небольшой поляне под раскидистым старым дубом. Лиза с испугом потрогала оперение стрелы.

— Тащи, чего смотреть! — морщась от боли, посоветовал Рюг. Она поглубже вздохнула и решительно дернула.

Парень только скрипнул зубами. Девушка рассматривала окровавленный наконечник:

— Какой то странный с зазубринами и чем то смазан желтым, на смолу похоже!

Рюдигер взял стрелу в руки:

— Это серебро, вот почему так больно! И похоже, что стрела отравлена.

Лиза промыла и перевязала рану, изорвав на бинты запасную рубашку. Крови натекло целый сапог. Она лихорадочно вспоминала все, что знала о первой помощи в таких случаях. Вообще то рана уже должна была затянуться, а кровь перестать течь. Но самодельные бинты промокли насквозь! Рюдигер сидел, прислонившись спиной к дереву, безучастный ко всему. Его лицо приобрело какой-то серый оттенок, черты заострились. Она вспомнила травы, останавливающие кровь, которые ей показывала названная тетка Рюга. Рута и вербена, ну конечно, они должны быть в этом лесу!

— Рюг, миленький, потерпи немного, я только травы найду, — не услышав никакого ответа, она обернулась назад. Парень то ли спал, то ли потерял сознание. Лиза подложила ему под голову мешок с вещами и укрыла плащом.

На поляне стояла торжественная тишина, нарушаемая только стрекотанием кузнечиков и жужжанием пчел. Ромашкии колокольчики, кошачьи лапки и львиный зев, алые гвоздички, похожие на маленькие звездочки — все богатстволетнего луга было перед ней. Природа была совершенно равнодушна к тайне жизни и смерти, и Лизе вдруг стало страшно.

Вскоре она отыскала на лугу желтые звездочки руты, а под деревьями розовато-сиреневые соцветия вербены, спустившись к реке, набрала воды в походный котелок и две фляги. Она развела костер и подвесила над ним котелок, в который побросала лечебные травы. Вскоре в котле булькал странно пахнущий напиток.

Однако его было необходимо остудить. Лиза осторожно плеснула кипяток в жестяную кружку и, случайно взглянув на Рюга, чуть не выронила ее. У него был жар, вся одежда и даже плащ, которым его укрыли, была насквозь мокрой от пота. Сквозь ставшую прозрачной кожу проступила жуткая сетка вен. Похоже, что он может не дождаться ее лекарства!

Немного остудив отвар, она попыталась напоить больного. Но кружка стукалась о стиснутые зубы, голова безвольно моталась. Наконец с помощью ножа ей удалось разжать зубы и влить немного ему в рот. Однако Рюг никак не отзывался на ее попытки, и Лиза напугалась, что так он может захлебнуться. По телу вампира вдруг прошла судорга, он резко дернулся, расплескав еще горячее лекарство, и снова безвольно упал на траву, совершенно не подавая признаков жизни. Девушка со слезами принялась тормошить его, но не помогали ни поцелуи, ни удары по щекам.

Тихонько плача от собственного бессилия, Лиза решительно провела острым лезвием ножа по запястью и приложила руку к его губам. Она не слишком надеялась на то, что ему хоть что-нибудь поможет. Но губы вдруг слегка приоткрылись, впуская алую струйку ее крови. Неожиданно она почувствовала, как пальцы вампира железной хваткой сжали руку. Он открыл глаза и попытался подняться:

— Лизхен, ты что с ума сошла? Ты что делаешь?

Она обиженно надула губы:

— Пытаюсь привести тебя в чувство! Однажды это помогло, или ты не помнишь!

Рюдигер возмущенно возразил:

— Мы были детьми, возможно я просто потерял сознание от удара! Я совершенно серьезно прошу тебя больше так не делать. Не надо подвергать себя такой опасности! — такая длинная речь совсем лишила его сил, и он устало привалился к дереву.

Однако обрадованная его возвращением к жизни, Лиза не стала спорить. Перевязав запястье оторванной от рубашки полоской ткани, она занялась обустройством их временного пристанища. Устроив больного поудобнее на куче травы, накрытой плащом, она все же заставила его выпить до капли горький странно пахнущий отвар. Затем собралась с духом и занялась перевязкой.

Кровь больше не текла, но рана выглядела неважно, нога распухла и покраснела. Рюдигер через силу улыбнулся:

— А если ее отрезать! Нет, я серьезно, ты ведь меня не бросишь без ноги? Ну, отвечай честно!

Лиза в сердцах замахнулась на него:

— Так бы и треснула, он видите ли шутить изволит!

Напоив привязанных неподалеку лошадей, она поняла, что безумно устала. Устроившись под деревом, рядом с Рюгом девушка мигом уснула. Ему же было совсем не до сна. Рюг почуствовал, что снова горит, как в огне, а ногу начинает дергать. Ветви дерева над головой шелестели, как будто шептали: «Останься с нами, стань одним из нас! Останься с нами!»

Он с усилием приподнялся и сел:

— Ну уж нет, я вам не эльф какой-нибудь, в деревья превращаться! Не надейтесь, — обратился он неизвестно к кому, — вашу поляну моя могилка не украсит!

Рюдигер ни разу в жизни не болел, и чувствовать себя слабым и беспомощным было невыносимо! Он вдруг ощутил острый голод и понял, что может ему помочь. Кажется, Лизхен была права, предлагая свою кровь в качестве лекарства. Но он ни за что не мог позволить, чтобы она рисковала собой. И все же он должен что-то придумать, иначе эта ночь может стать для него последней.

«Иоганн когда про войну рассказывал, говорил что-то про кровь врага или коня в крайнем случае. Случай, кажется, самый крайний!» Юноша с трудом встал и направился к лошадям, привязанным у дерева. Серый повернул голову и посмотрел на хозяина влажными черными глазами. Рюдигер успокаивающе погладил его по спине, закрыл глаза, чтобы не смотреть на то, что собирался сделать, и вонзил клыки в шею животного. Конь дернулся, но вскоре притих. Рюг чувствовал ритм его сердца, оно билось в такт с его собственным. Горячая живая кровь смывала все следы отравы.

Наконец он сделал над собой усилие и оторвался от ослабевшего животного. Не хватало еще без коня остаться из-за собственной глупости и жадности!

Из-за дерева высунулась любопытная дриада. Вид вампира с окровавленным ртом и пустым бессмысленным взглядом напугал ее, и она юркнула в дупло дерева.

Рюдигер немного посидел на траве, приходя в себя. Голова кружилась, как от вина, мысли путались, но лихорадка и жар прошли, и пульсирующая боль в ноге исчезла. Слегка пошатываясь, он вернулся под дерево. Внутри живота кажется не осталось пустого места, даже идти было тяжело. Внезапно он ощутил жуткую сонливость, покрепче обнял Лизу и тут же уснул.

Утром Лиза с удивлением обнаружила, что спала в крепких объятиях барона фон Шлотерштайна. Он выглядел совершенно здоровым, от раны не осталось и следа, и спал, как обычно, так крепко, что пушками не разбудишь. На красивом лице застыло мечтательное выражение, а губы и щеки были перепачканы самой настоящей кровью!

Первой мыслью ее было проверить шею, но ничего не болело, с ней точно все было в порядке. «Вампир всегда кровь найдет»-подумала Лиза, немного переделав известную поговорку. Затем намочила платок и стала приводить в порядок чумазого Рюга.

Из дупла вылезла дриада. Она выглядела как девочка-подросток в юбочке из листьев, зеленоглазая, с острыми ушками. Маленькую грудь прикрывали только светлые распущенные волосы.

— Уходи от него, он злой, он напугал меня ночью! — прощебетала она тоненьким, каким-то птичьим голоском.

Лиза с изумлением глядела на лесную гостью. Дриаду увидеть, это же такая редкость, не то что вампиры или вервольфы. В Моравских горах их в каждой деревне полно. А лесную нимфу редко встретишь!

— Не бойся его, он ранен, ему было плохо, — ответила она. — А ты настоящая?

— Конечно, — засмеялась дриада, — хочешь, потрогай!

Она протянула узкую смуглую ладошку.

— Меня Ния зовут.

— А я Лиза, он Рюдигер. Ния, как нам отсюда выбраться? — С поляны выйдете, спуститесь к реке, идите по течению, попадете в деревню, там сами смотрите. Уводи его скорее из нашего леса, он опасный! — лесная нимфа растворилась среди древьев.

Реку они нашли быстро, но идти вдоль нее оказалось не самой лучшей мыслью. Непролазная трава чуть ли не в человеческий рост скрывала бесчисленные кочки, плащ, надвинутый на глаза, спасал от яркого солнца, но не от жары. Наконец Рюг не выдержал и попросил пощады:

— Лизхен, давай лучше по лесу, мы же все равно реку из виду не потеряем!

Она коротко кивнула, почему то ей не хотелось с ним разговаривать. Тут она с удивлением заметила, что Серый идет без поклажи, а мешок Рюг тащит сам.

— А ты чего коня так жалеешь?

— Я виноват перед ним, он меня и так теперь боится, — ответил Рюдигер, отводя взгляд.

— Ты, главное, умываться не забывай, о то тебя утром увидишь, сердце встанет! — съехидничала Лиза.

— А почему ты меня не о чем не спрашиваешь? Может я убил кого, я же в первый раз это сделал! Или тебе все равно?

Лиза подумала, что слишком испугалась, когда он лежал в горячке, и в какой-то мере ей было все равно, лишь бы он снова стал прежним Рюгом, главное живым и здоровым.

— Кого ты можешь убить! — вздохнула она.

Он повернулся к ней, взял за руки и серьезно посмотрел в глаза:

— Может я отличаюсь от тебя сильнее, чем хотел бы. Может я могу быть опасным!

Хотел добавить что-то еще, но только махнул рукой и пошагал вперед. Он впервые заглянул в темную часть своей души и был не на шутку напуган!

Но рассерженная Лиза догнала его.

— Ага, опасным! В первую очередь для себя! То пригнуться забудешь, когда к бабке Насте во двор заходишь, то нищему у церкви все свои деньги отдашь, не раздумывая! А когда Васька лису из клетки выпустил и в соседcкий курятник пустил погреться, кто всю вину на себя взял и получил солдатским ремнем по мягкому месту!

— Так это когда было! Тетушка осталась без шапки, а соседи без кур. Но ведь он потом признался!

— Но тебя — то уже выпороли! Да кто, кроме меня о тебе позаботится, и вообще не зли меня! Это я могу быть опасной! — Ее насмешливый тон рассеял ночные кошмары.

— Думаешь, я не знаю, что ты другой? Бог дал тебе больше возможностей, только и всего. Главное, ты жив и не болтай больше всякой ерунды! — она отвернулась, чтобы не было видно слез.

— Лизхен, не сердись! Я все понял! Ну хочешь до самого дома на руках понесу?

— Хоть до того дерева донеси, только под ноги смотри! — обрадованный тем, что она больше не обижается, Рюг подхватил ее на руки и припустил бегом до первой березы, не обращая внимания на испуганные вопли.

На привале они обнаружили, что их запасы почти закончились. Лиза разделила пополам хлеб с сыром, Рюдигер отдал свой хлеб коню. Серый глядел на него с недоверием, но хлеб взял. Рюг присмотрелся к траве, затем быстро нагнулся и поднял за уши зайца.

— А вот и наш обед!

Лиза сморщила нос:

— Фу, Рюдигер, ты что сможешь его есть? Он же такой милый и пушистый!

Он с сожалением посмотрел на зверька:

— Да ты права, милый и пушистый, — он разжал руку и заяц исчез в траве. Девушка внимательно смотрела под ноги, вдруг издав победный клич, она поманила его рукой. Среди густой травы скрывалось гнездо с тремя яйцами.

— Перекусим омлетом, а потом рыбы наловим. — уверенно заявила Лиза. Жестом фокусника она достала из мешка сковордку.

— Ты хочешь сказать, что я тащил это на себе? Ты что весь трактир с собой захватила?

— Ну я подумала, что раз нам придется ночевать под открытым небом, то кое-что из домашнего обихода не помешает, — девушка с притворной скромностью опустила глаза.

Рыбы они наловили с помощью самодельной остроги. Две большие щуки не ускользнули от зорких глаз и быстрых рук вампира. Теперь он с довольным видом развалился на травке, наблюдая, как Лиза чистит рыбу. Надув губы, она взглянула на парня:

— Что смотришь? Нравится, когда кто-то всю грязную работу за тебя делает?

— Да нет, я просто тобой любуюсь, ты очень красивая и ловкая! — Рюдигер удачно уклонился от скользкой темы, чистить рыбу он совершенно не умел.

— И сильно пахнущая рыбой! Так жарко, пошли искупаемся!

Уже стемнело, и над лесом взошла большая желтая луна. Завтрашний день обещал быть таким же жарким. Речная гладь казалась жидким серебром. Лиза вдруг подумала, что дома первым делом избавится от всех серебрянных украшений. В кустах и деревьях, мрачно склонившихся к воде ей мерещились чьи-то глаза. Ей почти расхотелось лезть в воду. Только их костер, весело трещавший на берегу, рассеивал ночные страхи. Рюг, похоже, не испытывал никаких неприятных ощущений, он разбежался и с мальчишеским визгом прыгнул в реку.

— Не бойся, иди сюда, вода теплая! — крикнул он и и поманил рукой.

Задетая за живое, разве она боится, девушка закрыла глаза и плюхнулась в темную воду. Рюдигер вынырнул, шумно фыркая и протирая глаза. Вдруг он ощутил, как сзади его обняли холодными маленькими ладонями.

— Лизхен, это ты? — удивленно спросил он, чувствуя, как холодные губы касаются его шеи. Рыбный запах ударил в нос неожиданно сильно. Он обернулся и от неожиданности вскрикнул. Перед ним была самая настоящая русалка!

Бледная, в лунном свете какая-то неживая кожа имела зеленоватый оттенок, синезеленые волосы, в которых запутались водоросли, в полумраке извивались, как змеи. Большие глаза были желтыми, с большими черными зрачками, фигура соблазнительной женщины оканчивалась настоящим рыбьим хвостом. Встретившись с орущим Рюгом немигающим рыбьим взглядом, она открыла рот, полный мелких острых зубов, издав резкий звук, от которого грозили лопнуть барабанные перепонки. Он зажмурился и и заткнул уши. Казалось, этот вой никогда не кончится.

Внезапно стало очень тихо. Он осторожно открыл глаза и застыл, как вкопанный. Лиза, намотав на руку синезеленые волосы, старательно окунала бедную русалку в реку!

— Лизхен, что ты делаешь, ты же пытаешься утопить русалку!

— Да нет, я только пытаюсь отучить ее вешаться на чужих парней! — последний раз макнув бедную речную жительницу, она с сожалением отпустила ее. Русалка отплыла на безопасное растояние, вынырнула из воды по пояс и показала им перепончатый кулак, просвистев что-то резкое, затем исчезла в воде.

— Теперь я верю, что ты можешь быть опасной! — поддразнил Лизу Рюг. Ей вдруг стало стыдно. И что это на нее нашло, еще зазнается теперь!

Уже было далеко за полночь. Костер догорал, незнакомый лес был полон тревожных звуков, со всех сторон надвигалась враждебная темнота.

— Здесь даже волки по-другому воют! Господи, как же домой хочется! Я бы сейчас даже кузнецовой семейке обрадовался! — вздохнул Рюдигер.

— Да, например, Алесю! Он же тебе чуть ухо не откусил! — попыталась остудить его пыл Лиза.

Кузнец и его семья были самыми настоящими оборотнями. Пятеро его лохматых, почему-то вечно чумазых детей были их вечными противниками. Два года назад Алесь устроил драку, о которой местные парни вспоминали еще долго. Драка вампира с вервольфом — зрелище запоминающееся.

Это произошло у Васьки во дворе. Никто уже не помнит, что послужило причиной. Из лохматого чумазого мальчишки Алесь превратился в крепкого темноволосого парня с черными сходящимися на переносице бровями. Тонкий, слишком смазливый по его мнению для парня, Рюг раздражал его, казался слишком неуместным для деревенской улицы.

Сначала их оружием стали грабли и лопата. Но обученный фехтованию Рюдигер без труда отбивал удары. Взбешенный оборотень удвоил усилия, и черенок лопаты разлетелся пополам от удара. Оставшись без оружия, они перешли на кулаки. Драка привлекла немало зрителей. Устроившись на старой телеге без одного колеса, они щелкали семечки и делали ставки.

Но пока явного перевеса в чью-либо сторону не было. Алесь наносил удары с силой, способной изувечить обычного человека, но вампир или ловко уворачивался, или блокировал их с неменьшей силой. Более того, он часто пускал в ход еще и ноги, что делало драку более зрелищной. Наконец оборотень изловчился и с помощью подсечки сбил Рюга с ног. Сцепившись в клубок, они покатились по земле, то один, то другой оказывался сверху, без жалости нанося сопернику удары. Покрытые пылью и грязью они стали казаться единым целым. Вдруг раздался кроткий вскрик, и пыль окрасилась красным. Однако никто не хотел сдаваться.

Васька взял уцелевшие грабли, и осторожно приблизившись к драчунам, огрел оказавшегося в этот момент сверху по спине.

— Я же сказал, до первой крови!

Грязные и растрепанные противники тяжело дышали. Рот Алеся был окровален, а Рюг держался за ухо. Подбежавшая Лиза отвела руку, но вскрикнув, тут же вернула ее назад.

Тетушка Крина охала и ахала. И за что ей в ее-то годы такое наказание! Завтра же отправит негодника домой, у него есть родители, не сирота слава Богу! Вот пусть они и мучаются! Испуганные ее причитаниями Лиза и Рюг сидели тихо. Лиза шепнула:

— Знаешь, если что, то и с одним ухом жить можно!

Но тут старая вампирша вернулась с нитками и иголкой. Лиза была отправлена домой. На следующий вечер уже было невозможно понять, какое из ушей пострадало.

До обещанной дриадой деревни они добрались к следующему вечеру.

— Рюдигер, пожалуйста, только не улыбайся, ну или улыбайся, не открывая рот! Я совсем не хочу бегать по этим Новым Выселкам с осиновым колом в мягком месте!

Господи, — вздохнул Рюг, — то ли дело дома! Никто не шарахается как от чумного, только шапку снимут — здравствуйте, господин барон! Нет, я хочу домой, никаких тебе осиновых кольев!

Лиза тихонько хихикала.

— Ты чего смеешься?

— Просто вспомнила, как прошлым летом за яблоками лазили. Хозяин за нами бежал с лопатой наперевес! А потом вы с Васькой ему забор чинили.

— Стыдно вспомнить, — покраснел он-, и сдались нам эти яблоки!

— А старый Михась долго еще хвастался, что барон фон Шлотерштайн ему забор ставил!

В Новых Выселках на улице не было ни души, хотя еще даже не стемнело. Даже дорогу спросить не у кого. Наконец на пыльной дороге показался мужик, подгоняющий хворостиной корову.

— Здравствуйте, добрый человек, — обратилась к нему Лиза. — Не подскажите, как нам лучше в Темнолесье добраться?

— Так ведь это и есть дорога. Деревня на ней стоит. Только куда же вы на ночь глядя! Неспокойно у нас ночью, все упырей боятся, по вечерам из дома не выходят! — он посмотрел на молодых людей как на неразумных детей или умалишенных.

Вдруг откуда-то нанесло резкой вонью, и Рюдигер принялся чихать, Он просто не мог остановиться. Из глаз потекли слезы, он пытался прикрыть рот рукой, но все было бесполезно.

— Экий ты парень неженка, — усмехнулся мужик, — у нас мастерская в деревне, кожи выделываем, на сапоги да куртки таким модникам.

Лиза постаралась закрыть вампира собой.

— Дорога ведь прямая?

— Конечно, езжайте прямо, никуда не сворачивая, — он вдруг замолчал и уставился на Рюга, который собирался еще раз оглушительно чихнуть.

— А, помогите, вурдалаки! — мужик дал деру, забыв даже про корову.

— Быстро на коней и убираемся отсюда! Да перестань же наконец чихать, что с тобой такое?

Глава 11 Знакомство с родителями

В родной город они въехали на рассвете. Поднимающееся из-за леса солнце мягко освещало красные черепичные крыши, мощеные улицы, цветы в палисадниках. Стояла такая тишина, что стук копыт казался чем-то неуместным.

Остановившись у дома купца Яна Кречета, Рюдигер спрыгнул с коня и помог слезть девушке. С замиранием сердца она постучала в родные двери. Наконец им открыла заспанная служанка. Следом за ней выглянула Лизина мать в накинутом наспех халате. На мгновение потеряв дар речи, она рассматривала свою дочь в мужской одежде в компании незнакомого высокого парня. Лиза почуствовала себя преступницей в ожидании эшафота. Рюг, желая успокоить, взял ее за руку. Этот жест вернул госпожу Катерину к действительности.

— Лиза, а это кто! — только и смогла выговорить она.

— Мама, это Рюдигер, познакомься, — Лиза бросилась в омут с головой. Молодой барон решил взять первый удар на себя:

— Госпожа, разрешите представиться! Мое имя Рюдигер фон Шлотерштайн, я люблю вашу дочь, и мои намерения самые серьезные!

Выпалив все это одним махом, он растерянно замолчал. Было видно, что юноша сильно волнуется.

— И поэтому вы оба здесь в пять утра! — в этом парне было что-то необычное, но Катерина никак не могла понять, что это.

— Вот что, милый мальчик, поезжайте домой, отдохните. И если ваши намерения действительно серьезные, то приходите на сватовство по всем правилам, вместе с родителями! А нам с дочкой пока надо о многом поговорить! — она многозначительно посмотрела на дочь.

Рюдигер быстро обнял Лизу, шепнув ей:

— Все будет хорошо, ничего не бойся! — вскочил на коня и исчез в тумане, как призрак. Девушка вдруг присела на крыльцо и горько, навзрыд заплакала. Мать неловко погладила ее по голове:

— Ну что ты доченька, все обойдется! Как ты говоришь, его зовут? Фон Шлотерштайн? Так он же барон фон Шлотерштайн! Но они же нелюди самые настоящие. .теперь она догадалась, почему улыбка молодого человека показалась ей странной. Во рту у парня были клыки, и не маленькие.

— И давно ты его знаешь? Где вообще ты его откопала?

Лиза уже слегка успокоилась и приготовилась отстаивать свои позиции.

— В Куличках, я его с пяти лет знаю, да хоть бабушку спроси!

— В Ку-лич-ках, — повторила по слогам озадаченная Катерина. Иногда она боялась, что придется породниться с каким-нибудь многочисленным семейством оборотней. Их в Темнолесье было немало, и наверное, она смирилась бы с этим намного легче.

Но вампиры. . Не то, что бы они были чем-то необычным, но их общество всегда было закрытым, в свой мир они пускали неохотно и всегда умели держать дистанцию. И вот тебе пожалуйста, Кулички, да еще безо всякого предупреждения! Катерина ясно представила баронессу Марию, надменную и гордую. Она была дочерью валашского князя, известного своим крутым нравом. Какой скандал закатит баронесса, узнав от сыночка последние новости

!Катерина вдруг испытала сильное желание запереть свою девочку в чулане или на чердаке, только не отдавать этим нелюдям. Но поглядев на упрямую решимость, написанную на лице Лизы, призадумалась. Похоже она из любого чулана вылезет, с детства была своевольной упрямицей. А вдруг она ждет ребенка? Наверное, лучше не торопиться с решениями.

В замке баронов фон Шлотерштайн все спали, ведь вампиров раньше полудня не добудишься. Однако привратник человеком. Кряхтя и ругаясь, он открыл тяжелые ворота и с удивлением узнал молодого барона. В доме было тихо и темно. Рюдигер с умилением разглядывал родные стены, украшенные оружием и охотничьими трофеями.

Вообще-то охоту он не любил, а головы кабанов и оленей не раз пугали его в детстве. Но это было давно, теперь эти пыльные чучела давно стали частью родного дома, а подросшая сестренка совсем их не боится. Поднявшись по каменной лестнице на второй этаж, он очутился в длинном темном коридоре, увешанном фамильными портретами.

Под строгие взгляды далеких и не очень предков Рюдигер добрался до своей комнаты, рухнул на кровать прямо в одежде и тут же уснул. Во сне на него капал дождь, он был соленым и горячим. Юноша открыл глаза и увидел склонившуюся над ним баронессу Марию. Она разглядывала спящего сына и тихонько плакала.

— Мама, ну что ты плачешь, все хорошо, я дома, — он присел на кровати и обнял мать, как маленькую девочку.

— Господи, какой ты стал взрослый, а похудел как, одни глазищи остались! Наверное есть хочешь с дороги?

Мария не отводила от него глаз.

— А то, я голоден как, волк!

Отец с восторгом обнял парня:

— Как вырос, служба тебе на пользу! А ведь приехал явно неспроста! Ну поешь, потом расскажешь.

Старший барон был такой же как сын, высокий и темноволосый, но с карими глазами. Характер у него был легкий, к жизни он относился с изрядной долей юмора, и наверное поэтому жил со скандальной красавицей Марией в любви и согласии. Красивая как принцесса, мать Рюга была очень вспыльчива. Во время семейных скандалов она переходила на родной язык и била тарелки. Их служанки были постоянными покупательницами в посудной лавке.

Сестренка Анна повисла у него на шее.

— Ура! Братишка приехал! А что ты мне привез?

Он вытащил из потайного кармана кулон на кожаном шнурке. Из синего стекла был мастерски сделан котенок.

— Я как увидел, сразу о тебе подумал! Понравилось?

— Еще бы!

Девочка звонко чмокнула его в щеку. Она была похожа на мать и обещала стать настоящей красавицей. Только характер у нее был скорее отцовский.

Рюдигер с сожалением отодвинул от себя пустую тарелку. Это была уже третья.

— Все, в меня больше не влезет.

Повертел в руках пустой бокал, отец внимательно смотрел на него, Анна изо всех сил старалась сделать серьезное лицо.

— Папа, мама, я решил жениться! — радостно сообщил он.

Сохраняя спокойствие, достойное королевы, Мария спросила:

— Надеюсь, это порядочная девушка из хорошей семьи?

— Она лучшая девушка на свете! — горячо воскликнул Рюдигер, — И семья достойная. У ее отца лавка в городе.

Спокойствие баронессы лопнуло как мыльный пузырь:

— Простолюдинка, человеческая девка! Ты же фон Шлотерштайн, ты вообще о чем думаешь?

Юноша покраснел до кончиков ушей и вскочил со своего места. За последнее время с ним произошло немало разных событий, после которых он считал разговор в таком тоне неуместным.

— Да, я фон Шлотерштайн, и в состоянии сам решить, кого хочу видеть своей женой и матерью своих детей! — в голосе звучало железо, разговор принимал опасный характер.

— Мария, перестань, — мягко сказал Лотар, — если мальчик говорит, что девица достойная, значит так и есть. Наш сын плохую не выберет!

Такая уверенность была подкреплена недавним разговором с Иоганном. Рюг поглядел на отца с благодарностью.

Анна вдруг тоже решила внести свое участие:

— А я ее знаю, она добрая и красивая!

— А ты вообще помалкивай! Рано тебе еще об этом думать! — бросила ей мать.

— Ты хоть кровь-то ее пробовал? — вдруг без всякого перехода спросила она.

Рюдигер закашлялся от неожиданности.

— Ну если честно, то да.

— Бесстыжая, распутница! — Мария запричитала что-то на родном языке.

— Да в чем дело? Мам, ты чего орешь-то, будто я невинность потерял? — спросил вконец растерянный Рюдигер.

— Ну видишь ли сынок, первая кровь, первая женщина. С человеческими женщинами всегда так бывает, — уклончиво ответил барон. Мария перестала причитать и подарила мужу такой взгляд, что он поспешно замолчал. Она вдруг устало вздохнула.

— Если тебе станет плохо от ее крови, то у вас не будет детей, и она просто тебе не подходит. Но вообще-то это лучший способ привязать такого, как ты, к себе. Человеческие женщины охотно им пользуются.

Рюдигер какое-то время молчал, пытаясь переварить услышанное:

— Да что вам всякие непристойности мерещятся! Нам по двенадцать лет всего было. Я бы наверное умер, если бы не она!

Скрепя сердце, он поведал жуткую историю с медвежьей пещерой. Все слушали, затаив дыхание. Анна залезла на стул с ногами и обхватила коленки. Отец задумчиво молчал. Мать, не сдерживаясь, плакала. Когда он закончил рассказ, она бросилась к нему и порывисто обняла:

— Прости меня, я ведь ничего не знала! Тебе ее сам Бог послал! Я постараюсь полюбить ее как родную!

Когда страсти немного поутихли, старший барон спросил:

— Кстати, в Златограде ничего не слышно про охотников на вампиров? Представляешь, на меня недавно пытались напасть! В моем родном городе! Это неслыханно!

— И что с ними стало?

— Сдал мерзавцев начальнику городской стражи. Они обрадовались ему как отцу родному! — с усмешкой ответил Лотар. — Но Анна и Мария теперь не выходят из замка одни. Это в нашем-то захолустье! Король должен с этим разобраться!

Поздним вечером этого же дня семья купца Яна Кречета собралась за ужином. Глава семейства только что приехал из Люблина и оживленно делился впечатлениями.

— Катерина, только представь себе, партия настоящего китайского шелка и по такой цене! Да у нас отбоя не будет от покупателей! Кстати, Анджей с сыном приезжают через неделю. Михал мечтает тебя увидеть, Лиза! Ну нечего так краснеть! Как ты похудела у тетушки Иванны! Чем ты там занималась?

— Грядки полола, воду таскала, — буркнула Лиза. Она и так была как на иголках, а перспектива увидеть занудного Михала с его странными идеями привела ее в ужас.

— Кстати, они там ужасно боятся нелюдей. В любом трактире такого порасказывают, что вечером идешь и оглядываешся! Их послушать, так мы среди диких зверей живем! Но все-таки постарайтесь вечером одни не выходить.

Вдруг на пороге появилась испуганная служанка:

— Господин, там барон фон Шлотерштайн с сыном, принять просят!

— Ну так проси! — купец пожал плечами. Он был высокий, крепкий мужчин со светло-русыми волосами, такой же бородой и строгими серыми глазами. Лиза была похожа на отца. Он еще раз взглянул на прислугу.

— А чего ты дрожишь вся, как лист осиновый? На улице вроде жарко!

— Так они же это нелюди, вампиры, прости Господи!

Катерина переглянулась с дочерью. Сердце девушки замерло, но она постаралась ничем не выдать своего волнения. Ян удивленно проворчал:

— И чего им понадобилось от меня на ночь глядя, ума не приложу?

Лотар фон Шлотерштайн с сыном терпеливо ожидали приглашения у дверей небольшого одноэтажного дома. Летняя ночь была душной, барон расстегнул верхние пуговицы на своем лучшем камзоле и поглядел на сына. Молодой человек не на шутку волновался. Вскоре в дверях показалось перепуганное личико служанки:

— Господа, вы можете войти!

В полутемном коридоре старший барон вдруг игриво ущипнул служанку:

— Какая аппетитная, просто кровь с молоком!

Девушка от души взвизгнув, убежала. Рюг в ужасе прошептал:

— ты что с ума сошел? Что про нас подумают! А если бы мама увидела?

— Ты слишком переживаешь! Все будет нормально! А твоя мать совсем не понимает шуток! К тому же они так здорово визжат, что невозможно удержаться! — Лотар с трудом подавил улыбку.

— Пожалуйста располагайтесь, господа! — купец гостеприимным жестом показал на обитые бархатом кресла, беззастениво разглядывая нежданных гостей.

Старший был более крепкого сложения, под дорогим камзолом скрывались сильные руки и плечи. Ему бы больше подошел двуручный меч, а не шпага. У него было красивое мужественное лицо, в карих глазах пряталась хитринка. Юноша был более тонкий, но в движениях угадывалась скрытая сила. Вообще в них было что-то от диких зверей. Это впечатление усиливали белоснежные острые зубы. Они неторопливо присели, с любопытством рассматривая обстановку.

Лотар окинул быстрым взглядом двух женщин. Старшая, светловолосая и еще красивая, в зеленом шелковом платье встретила его взгляд с явным вызовом. У дочери такие же светлые волосы заплетены в косу, венком охватившую голову, и открывают стройную загорелую шею. Ясные серые глаза, стройная и в тоже время крепкая фигура, красивое чистое лицо. Он вдруг подумал, что действительно видел ее в деревне, только она была в крестьянском сарафане, а теперь одета по последней моде в голубое приталенное платье с глубоким вырезом. У мальчика есть вкус, хотя это звучит несколько двухсмысленно. Он понял, что все ждут от него объяснения и произнес:

— Господин купец, простите за столь неожиданный и поздний визит! Для меня самого это так же странно и непонятно, как и для вас. Поэтому перейду сразу к делу! Мы с вами совершенно незнакомы, но наши дети оказывается прекрасно знают друг друга! Вообщем дело обстоит так: мой сын Рюдигер просит руки вашей дочери Лизы!

Вывалив все это на голову бедного хозяина, Лотар с усталым видом опустился в кресло.

Лиза покраснела, Рюдигер побледнел еще больше, чем обычно, а хозяин дома, казалось, лишился дара речи! Наконец он посмотрел на дочь и строго спросил:

— Может ты объяснишь мне, что тут происходит?

Она подняла голову и посмотрела на него честными серыми глазами:

— Папа, ты же говорил, что к осени хорошо бы сыграть свадьбу! Вот мы и подумали, что не стоит откладывать!

Молодой барон вскочил со своего места и стоял рядом, взяв девушку за руку:

— Пожалуйста поверьте, я сделаю все возможное, чтобы ваша дочь была счастлива!

Ян Кречет еще раз внимательно посмотрел на дочь, затем на парня и перевел взгляд на жену. Та лишь со вздохом пожала плечами. Как всегда, он все узнает последним. Он вдруг вспомнил то, что давно похоронил на самом дне души! Ее звали Аманда, она была тоненькая, хрупкая и красивая, как лесная фея. Глядя в ее чистые серые глаза, Ян чувствовал, что еще немного, и его сердце сгорит дотла. Девушка была знатного рода и не стала противиться воле родителей. А может в ее сердце просто не было такого огня, но она вышла замуж за другого и уехала с ним в столицу.

Он же перестал ощущать себя живым. Только Катерине удалось снова зажечь свет в его сердце, но это уже было ровное пламя домашнего очага. Ян надеялся, что своего ребенка, свою девочку он сумеет уберечь от этого разрушающего пламени, которое называют любовью.

Но видно опоздал, и теперь она и этот незнакомый мальчишка смотрят друг на друга так, как будто никого нет рядом! Похоже, они уже все решили, и этот визит только формальность, желание проявить уважение к родителям. Ох, несмотря на то, что все было давно, он всегда узнает такой взгляд, когда ради любимой на все пойдешь, хоть в костер шагнешь, хоть на кол сядешь! Но хуже всего то, что его девочка, похоже, тоже на все готова ради этого кровососа сопливого.

Жена тронула его за руку:

— Ян, очнись, скажи что-нибудь!

— А, что же, на все воля Божья! Лиза решай сама, тебе с ним жить. Только смотри, у него не только глаза красивые, но и зубы острые!

Последние слова, сказанные вполголоса, не ускользнули от Рюдигера. Он проворчал под нос:

— Можно подумать, только заметили!

Он вдруг подумал, как хорошо было в какие-нибудь древние пещерные времена. Можно было похитить свою избранницу, и на другой день она считалась твоей женой, и ни чьи родители уже ничего не могли возразить! И на самом деле, что помешало им обвенчаться тайно, теперь же неизвестно, куда их все это заведет!

Но Лиза сделала вид, что не понимает отцовских намеков:

— Зубы у него просто замечательные и улыбка красивая! Папочка, ты просто прелесть, я тебя люблю!

Она в восторге бросилась отцу на шею. Катерина вдруг вытерла навернувшиеся на глаза слезы. Лотар поставил на стол неизвестно откуда взявшуюся бутылку:

— Раз мы теперь почти родня, то надо это отметить! Ну и обсудить детали!

Взаимная настороженность быстро исчезла. Красное вино из погребов замка оказалось замечательным и кончилось очень быстро. Лотар и Ян допивали вторую бутылку уже из запасов хозяина. Купец, обняв барона за широкие плечи, горячо говорил ему:

— Нет, ты меня не можешь понять. У тебя есть еще дети?

— Есть дочка, ей всего тринадцать. — удивленно ответил вампир.

— Ну тогда поймешь потом, когда года через четыре она приведет к тебе за руку какого-нибудь балбеса малолетнего и скажет: «Папа я его люблю!» И что ты барон фон Шлотерштайн, будешь делать?

Лотар закрыл глаза, пытаясь представить эту картину в красках. Но образы расплывались вместе с окружающим миром.

Лиза быстро оценила обстановку и тихонько спрятала за буфет третью бутылку. Мать вопросительно посмотрела на нее.

— Им уже хватит, а то придется на ночь где-то пристраивать.

Рюдигер встревожено посмотрел на отца:

— Да, нам пора, а то еще через весь город домой добираться.

Лиза дотронулась до его руки:

— А может останетесь?

— Нет, мама будет переживать!

— Да, Марию мы волновать не будем! — Лотар уже выбрался из-за стола и довольно крепко стоял на ногах.

Дорога домой оказалась гораздо более длинной. Рюдигер, признаться, никогда не видел отца в таком подпитии. Он вспомнил поход с друзьями в «Полную Луну». Неужели он вел себя также? Лотар между тем горел желанием поделиться впечатлениями:

— Нет, напрасно ты боялся. Ну скажи, кто бы в нашем городе посмел мне отказать?

Рюдигер не разделял такой самоуверенности, но был искренне рад, что все хорошо закончилось. Он благоразумно молчал, Лотар между тем продолжил:

— Хотя ее отец мужчина серьезный, но единственную дочку слишком любит, это сразу видно! А Мария зря с нами не поехала! Дескать, слишком много чести этим простолюдинам! Не сердись сынок, ее не переделаешь! Хотя она совсем забыла, как двадцать лет назад ко мне в окно выпрыгнула, даже вещей с собой не взяла. А теперь молодежь осуждает!

Отец Григорий с удивлением смотрел на стоящие перед ним две такие разные пары. Барон Лотар стоял рядом со своей красавицей женой, которую, казалось, не волновали ни жара летнего дня, ни духота небольшой комнаты. Ее как будто сопровождала утренняя прохлада. Сам же барон выглядел неважно. Слишком бледное лицо, красные глаза, и то, как он время от времени хмурил брови, все это говорило о том, что прошлый вечер он провел нескучно и в хорошей компании. Купец Ян Кречет выглядел слегка получше, но как только вспоминал, по какому поводу они собрались, ему хотелось вновь напиться до беспамятства.

Его жена Катерина, напротив, имела деловой и решительный вид. Она обяснила священнику, что они хотели бы назначить день для венчания, что их дети решили вступить в брак. Мария фон Шлотерштайн вдруг вытерла мокрые глаза шелковым платком и шумно вздохнула.

Отец Григорий уже давно служил в этом приходе и его мало что могло удивить. Его прихожане были жителями Темнолесья и окрестных деревень, а среди них, как известно, людей только половина! Но дела и заботы, беды и радости у всех были примерно одинаковы. Смешанные браки тоже случались, хотя и нечасто. Но интересно, что свело вместе две такие разные семьи?

Город был небольшим, и старый священник прекрасно помнил шумную свадьбу Яна и Катерины. А вот Лотара и Марию он обвенчал тайно.

Морозной зимней ночью его разбудил стук в дверь. На пороге его дома стояли двое. В замерзшем до синевы парне он с удивлением узнал молодого барона, а рядом с ним, стуча зубами от холода, стояла хорошенькая вампирша. Когда молодежь отогрелась, и парень смог связно изложить свою просьбу, священник поинтересовался, в чем такая спешка, нельзя ли было как полагается, с согласием родителей, все по порядку.

— Да некогда мне было ждать! — горячо сказал Лотар. — А что до согласия родителей, так моих, сами знаете, уже на свете нет, а ее папаша. .он не договорил. Девушка вдруг взволнованно затараторила что-то по румынски.

Отец Григорий немного знал этот язык и разобрал что-то вроде, что отец Лотара на кол посадит, на осиновый, если узнает! Он еще раз внимательно поглядел на девицу — черноволосая и черноглазая, золото и камни в украшениях настоящие, на запястье золотой браслет с изображением дракона.

Он с тревогой поглядел на парня:

— Сын мой, ты что умыкнул дочку у самого князя Влада? Да ведь это международным скандалом пахнет!

— А что мне оставалось делать? Его охрана меня и на порог не пустила! Гордые, как черти! Выкинули лицом в снег, как последнего бродягу! Да еще и на прицеле держали, пока не ушел. В колчанах одно серебро! А через два дня посольство уезжает. Увезли бы ее в свою Трансильванию, и все, где ее потом отыщещь. А я, может, без нее жить не смогу!

По виду молодого барона было ясно, что межгосударственными осложнениями его не испугаешь. Девушка вдруг схватила Лотара за руку и умоляюще посмотрела на отца Григория. Тот почувствовал, что сдается:

— Бог с вами, — махнул он рукой. — Но с князем Валахии вам лучше не встречаться, пока дети не появятся.

Важек распечатал конверт, Яр и Римар глядели на него с нетерпением.

— Ну как там дела в славном городе Темнолесье? — с отьездом Рюга Римар перебрался к ним в комнату. Без своего странного соседа он отчаянно скучал.

— Нас приглашают на свадьбу. Римар, тебя они просят быть дружкой. Ну что, едем?

Яромир ехидно заметил:-У них там что закуски не хватает?

— Да ты никак испугался! — Римар насмешливо посмотрел на него.

— Я, да ни за что на свете! Завтра же едем!

Через три дня они уже стояли перед воротами замка Шлотерштайнов.

— Сколько можно стучаться! — возмутился Яр, дуя на отшибленный кулак.

Рюдигеру снилось, что замок в осадном положении, его штурмуют враги, пытаясь тараном проломить ворота. Он открыл глаза, но звук не прекратился. Накинув куртку на голое тело, он отправился к воротам. Привратник облегченно вздохнул:

— Слава Богу, господин барон! Там трое молодых нахалов в форме королевских гвардейцев, и они хотят вас видеть!

— Открывай скорее, я хочу их видеть не меньше!

Тяжелые ворота со скрипом распахнулись, и вот он уже обнимает друзей.

— Почему до вас никак не достучишься? — возмутился Яр.

— Так ведь еще рано, все спят! — ответил Рюг.

— Полдень-это рано? На службе ты вставал иногда с рассветом!

— И зевал во весь рот, — засмеялся Важек. — Мы даже считали, что это такая военная хитрость, что бы Рюг своим заспанным видом на посту отпугивал нежеланных гостей!

— Но в отпуске уж можно наконец выспаться!

Важек вертел головой по сторонам, ему хотелось все как следует рассмотреть. Замок был самым обычным. Суровую простоту обстановки несколько оживляли ковры на полу и картины на стенах. Что было необычным, так это живые цветы, растущие в глиняных плошках. Здесь явно командовала женщина. Вдруг раздался страшный грохот. На полу валялись рыцарские доспехи, а посредине в шлеме, закрывающем ему глаза сидел Важек. Рюг поспешил избавить его от шлема.

— Нет, у вас довольно мило. Но совершенно не чувствуешь, что здесь живут вампиры! Ни прикованных скелетов в мрачном подвале, ни летучих мышей, ни паутины!

— Вот еще гадость какая! Матушка разве потерпит паутину в углах! Подвал, правда есть, и очень даже мрачный. Но скелетов там никода не водилось! Даже не знаю, чем вас удивить. — задумался Рюдигер.

Римар поинтересовался:

— А привидений тут случайно не имеется? Ну какие-нибудь неуспокоенные души, может похоронить кого забыли?

Внезапно Рюга осенило:

— Будут вам настоящие развалины с привидением! Только Лизхен не проговоритесь!

Глава 12 Неудачный мальчишник

— Так это и есть твои любимые Кулички! Ну и глушь! — заявил Важек с авторитетом столичного жителя. В деревне с прошлого лета кажется ничего не изменилось. Цветы в палисадниках, яблоки на деревьях, такие большие можно увидеть только здесь, шустрая детвора на улице. Время здесь, кажется, остановилось.

Они подошли к небольшому дому с резными наличниками. Дверь открыла немолодая темноволосая вампирша. Она всплеснула руками:

— Господи, кто приехал-то! Рюдигер, малыш!

Чтобы обнять ее, Рюгу пришлось нагнуться.

— Тетя Крина, это мои друзья Яромир, Важек и Римар.

— Хотите отдохнуть чисто мужской компанией? — раздался низкий чуть хриплый голос. Со двора вышел высокий седой мужчина в кожаном фартуке кузнеца.

— С возвращением, мальчик!

— Иоганн!

Рюг бросился к нему, они крепко обнялись.

— Все над оружием колдуешь?

— Так ведь скучно совсем без вас стало. Все выросли, разъехались, учить некого. Но, кажется, ты с друзьями можешь оценить мою работу по достоинству.

Они вошли в пристройку сзади дома. Здесь на стене висели самые разные мечи и кинжалы.

Иоганн снял один из них и обратился к Яромиру:

— Не хочешь подержать?

Тот взял обеими руками за красивую резную рукоять, попытался сделать выпад и еле удержал равновесие.

— Что же вы молодежь, настоящее оружие и поднять не можете! — усмехнулся старый наемник.

— Рюдигер, я делал этот фламберг для тебя. Держи! — он кинул меч молодому барону. Сам Иоганн снял кожаный фартук и тоже снял со стены меч. Тонкий и гибкий Рюдигер без видимых усилий поднял оружие. Хотя двуручный меч совершенно не подходил к его украшенной кружевами сорочке, управлялся с ним он на удивление умело.

— Ну что, проверим, что ты помнишь? — Иоганн напоминал древнего варвара. Обнаженный по пояс с тяжелым мечом он наступал на Рюга. Тот заметно нервничал, но отбивал удары и даже пытался атаковать. Когда лицо юноши стало злым, а удары слабыми, Иоганн вдруг резко остановился.

— Ты молодец, малыш! И для этого меча еще придет время!

Важек подумал, что такой меч уже вряд ли пригодится, но промолчал. Зато Римар восхищенно спросил:

— Где вы всему этому научились?

— Ну я старый солдат, еще с его дедом на войне был, да не на одной. — улыбнулся он.

— Господи, Иоганн, замучил ты уже мальчиков своим оружием! Пусть поедят с дороги, я пирогов напекла.

Уже почти стемнело. Молодые люди расположились на берегу реки. На небе одна за другой зажигались звезды. На другом берегу чернел лес, и чуть выше по течению белели какие-то развалины. Яромир тоном не допускающим возражений объявил, что это чисто мужская вечеринка, мальчишник так сказать. Первая бутылка была уже выпита, и теперь Яр упорно пытался выяснить у Рюга, чем же так очаровала его эта купеческая дочка.

— А может у вас есть особые причины, ну если не поторопитесь, то придется сначала младенца крестить. .

Рюдигер нахмурил брови:

— Как ты мог такое подумать, Лизхен совсем не такая!

Руки сжались в кулаки, но он сделал над собой усилие и успокоился:

— Просто я встретил свою половинку. Она лучшая на всем белом свете, и глупо терять время. Надо стараться прожить вместе каждый миг, неизвестно, сколько нам отпущено.

Друзьям показалось странным услышать такие слова от совсем молодого парня. Но Рюдигер после знакомства с серебрянной стрелой заглянул за самый край и теперь имел на этот счет свое мнение. Веселое настроение грозило безвозвратно покинуть их, и Рюг поспешил загладить свою вину.

— Ну а ты, Яр? Твое сердце свободно или все-таки кто-то в нем есть?

Яромир задумался:

— Я никогда не влюблялся вот так по-настоящему. Вообще-то я мечтаю дослужиться хотя бы до полковника, а любовь подождет!

— Только смотри, не заставляй ее ждать слишком долго, а то она успеет состариться к тому времени! — Важек ловко разлил вино по кружкам, Рюг успел прикрыть свою ладонью, он совсем не хотел завтра ощущать себя живым трупом.

— Важек, а ты о чем мечтаешь? У тебя есть девушка?

Важек покраснел. Он был невысоким и худеньким, как мальчишка, с темно-русыми волосами и остреньким носом.

— Если честно, я бы хотел через год оставить службу и поступить в Королевскую Академию! Вокруг столько всего загадочного, что просто дух захватывает! Совершить какое-нибудь открытие, может найти лекарство от какой-нибудь неизлечимой болезни! А насчет любви я согласен с Рюгом. Если есть на свете моя половинка, то мы встретимся, тут и гадать нечего!

— Ну, а ты Римар, что молчишь! Тут все ясно! Элина фон Мирбах! И этим все сказано!

Римар горько вздохнул:

— Да я не видел ее с самого твоего отъезда. Она теперь под домашним арестом! Ее отец в бешенстве, я ему очень сильно не нравлюсь. Если бы не вмешательство принцессы, он бы увез ее домой!

Рюдигер поспешил утешить друга:

— Не переживай, мы что-нибудь придумаем. Никогда не надо сдаваться!

Римар не был в этом так уверен и поспешил перевести разговор на другое:

— Кстати, а где же привидение, таинственные развалины?

В небе уже плыла полная луна с красным оттенком. Последние дни лета обещали быть жаркими. Рюг показал на другой берег:

— Видишь развалины? Кстати, этот замок раньше принадлежал нашему роду. Но несколько веков назад его почему-то забросили и перебрались в город. После полуночи здесь можно увидеть привидение!

— Ну так пошли, чего же мы ждем! — Яромир резво вскочил на ноги.

Все последовали его примеру. Рюдигеру не слишком нравилась эта идея, но вздохнув, он поплелся за ними.

В лунном свете они прошли по мосту, как будто пересекая границу между мирами. К развалинам вела узкая тропка, заросшая чертополохом и репейником. Когда они подошли совсем близко, Римар почувствовал вдруг острую тревогу, но признаться в этом было как-то стыдно.

— Ну и где же твой призрак? — насмешливо спросил Яромир.

— Надо чуть-чуть подождать и не шуметь. — шепнул Рюг.

Луна стала еще ярче, а вокруг развалин сгустился туман. Вдруг из него выплыло облако, оно менялось на глазах, принимая очертания женской фигуры.

— Да это женщина, — охнул Важек.

Стройная, почти прозрачная, в платье, которые были в моде несколько веков назад.

— Кажется, она рыжая, — заметил Яр.

Призрак приблизился к ним и поманил рукой, отлетел и снова сделал приглашающий жест.

— Она зовет нас, — зачарованно прошептал Важек.

— Тогда вперед! — Яромир решительно шагнул за призраком. Рюдигер придержал его.

— Может, не стоит туда идти?

— Да ты никак трусишь, что маменька заругает? — Яр презрительно хмыкнул.

— Ну раньше нам строго запрещали тут лазить, особенно в темноте.

Между тем они подошли к старой прогнившей двери. Призрак снова поманил их рукой и. . пролетел сквозь стену. Яромир пнул дверь ногой, трухлявые доски не выдержали и рассыпались, открывая темный ход, ведущий вниз. Где-то вдалеке плыл призрак таинственной незнакомки, приглашая их следовать за ней дальше. Они зажгли факелы и продолжили спуск. Ступени вдруг кончились, и они оказались в просторном зале. Вдруг лицо призрачной женщины исказила гримасса боли и обиды, она вытянула руку, указывая прямо на барона, что-то говоря без звука, и исчезла.

На стенах разом вдруг вспыхнули все факелы, их неровный свет озарил стоящий в центре стол. За ним, уронив голову на руки, сидел скелет в женском платье, череп покрывали остатки рыжих волос. Рядом лежали пыльная книга в кожаном переплете и кольцо с кроваво-красным камнем. В пустом бокале чернели засохшие остатки вина.

— Рюдигер, она тебя знает! — удивился Важек.

— У меня нет знакомых привидений! — огрызнулся Рюг.

Повинуясь странному любопытству, он взял кольцо и поднес к глазам. Ладонь словно прожгло насквозь, стены подвала стали прозрачными, открывая минареты и башни какого-то далекого города, он вдруг перенесся туда. Жаркое солнце, вездесущий песок, он увидел свои руки, покрытые коростой от бесконечных ожогов, ощутил раскаленную кольчугу, без которой, впрочем, верная смерть. Лицо закрывал до самых глаз шелковый платок, это спасало от ожогов и лишних вопросов.

Он стоял в комнате с низким потолком, здесь было мало свободного места. Ковры, сундуки, мягкие подушки, все было в ужасном беспорядке. На узорном ковре лежали два мертвых тела. Старик в чалме и длинном халате, очевидно хозяин лавки, с кинжалом в груди и рядом с ним его убийца, одетый в шаровары и длинную рубаху. Рюдигер перевел глаза на меч, который сжимал в правой руке. Лезвие было красным от крови.

Рядом лежал предмет их спора, странный ларец из черного дерева. Опустившись на колени, он попытался открыть его. Это удалось только с помощью ножа. Внутри ларца на красном шелке лежала книга в кожанном переплете и кольцо с красным камнем. Дотронувшись до кольца, он вдруг ощутил присутствие какого-то древнего зла.

Что-то, старое как этот мир и даже старше, требовало выпустить его на волю, и хуже того, впустить в себя! Внезапно голова закружилась, и он чуть не потерял равновесие. «Проклятая жара!» — подумал он, захлопнул ларец и поспешил к выходу.

Рюдигер очнулся от наваждения. Он был в подземелье старого замка, друзья с удивлением смотрели на него. На ладони горело огнем странное кольцо. В нем, как птица в клетке, билась какая-то непонятная сущность, стараясь вырваться наружу. Черные щупальца тьмы пытались пробраться прямо в душу. Собравшись с силами, он закричал: «Нет!», крест на шее вдруг раскалился почти докрасна и впечатался в кожу. С отвращением бросив свою находку на каменный пол, он рванулся к выходу, даже боясь оглянуться. Факелы на стенах разом погасли.

— Давайте уберемся отсюда побыстрее! — выразил всеобщее мнение Римар. Важек тихонько нагнулся и поднял кольцо, спрятав его в карман. Книгу он тоже решил прихватить с собой. Книги по магии в наше время редкость, да и стоят целое состояние, а тут такая удача! Кольцо пока лежало в кармане смирно, никак себя не проявляя.

Поднявшись наверх, они обнаружили Рюга, сидевшего у стены. В свете луны он сам был похож на призрака, из носа капала кровь. Заметив их, он обратился к Яру.

— У тебя вино еще осталось? — Тот молча протянул ему бутылку. Рюдигер долго не отрывался от нее, затем вытер губы рукой и произнес каким-то чужим голосом:

— Сравнять тут все с землей, призвать священника и провести обряд, чтобы и следа от этой мерзости не осталось.

Римар подумал, что впечатлений от мальчишника хватит им надолго.

Лизе снились кошмары. Всю ночь она блуждала по сумеречному лесу, искала Рюга и не могла найти. Вот он там впереди, за тем деревом. Она окликает его, но он словно не слышит, исчезает и снова появляется уже вдали.

Наконец она догоняет его, хватает за плечо, разворачивает на себя. . И на нее пялится наполовину сгнившее лицо мертвеца! Она отшатывается от него с криком и бежит прочь, и снова видит его фигуру среди деревьев. Нога оступается, и она начинает погружаться в трясину, из болотной жижи к ней тянутся десятки рук, покрытые черной грязью. Когда черная вонючая жидкость уже достает до подбородка, она поднимает голову и упирается взглядом в синие глаза, которые она узнает из тысячи. Схватившись за протянутую руку, она медленно выбирается из трясины и слышит его голос: «Все хорошо, не бойся, я рядом!»

Девушка открыла глаза, мать держала ее за руку и испуганно твердила:-Все хорошо, ну что ты, все хорошо!

Катерина обняла дочь, как маленькую, прижала к себе:

— Ну что тебя так испугало, что тревожит? Ни к чему такие сны перед свадьбой! Может передумаешь, и все отменим?

Ощутив, как напряглись плечи девушки, и слыша сдавленные всхлипывания, она погладила ее по голове:

— Ну что ты так горько плачешь! Если ты говоришь, что он самый лучший, значит так и есть.

Лизе не хотелось рассказывать матери про все свои приключения, зачем зря пугать ее, она и так преподнесла ей хороший сюрприз. Но страх, пережитый в лесу, никак не отпускал ее. Она испытывала постоянную тревогу за Рюга, хотя не хотела в этом себе признаваться. Когда он сказал, что едет с друзьями в деревню, она не стала возражать. Не сидеть же ему у женской юбки. Но не увидев его один день, она уже не находила себе места.

В обед к ней заглянула Клодия. Вместе с Катериной они колдовали над платьем, пытаясь довести свое творение до совершенства. Лиза обреченно стояла посреди комнаты в еще недошитом, кое-где скрепленном булавками шедевре и покорно поворачивалась и приседала по первому требованию мастериц. Вдруг зазвонил колокольчик, Клодия выглянула в окно и зашипела:

— Прячься, нельзя чтобы он тебя увидел!

Лиза подхватила длинный подол и метнулась в заднюю комнату. Пока Клодия помогала ей избавиться от платья и одеть что-то поскромнее, Лиза через щелку в двери наблюдала, как Рюдигер галантно вручил ее матери розы и поцеловал руку, при этом неожиданно покраснев до ушей. Наконец она привела себя в порядок и с радостным визгом кинулась ему на шею. Теперь можно было не стесняться! Рюг обнял ее так крепко, как будто не видел по меньшей мере месяц.

Катерина неодобрительно нахмурилась, но потом с улыбкой махнула рукой и присоединилась к Клодии, оставив их наедине. Лиза также, как и мать, нахмурила брови:

— Ну и чем же вы занимались в деревне? Наверняка, пили! Чем же еще заниматься в строго мужской компании, не цветочки же собирать! Хотя ты и это успел! — она покосилась на букет.

Рюдигер, слегка напуганный таким приемом, поспешил оправдаться.

— Да нет, все было прилично, и выпили совсем немного.

С облегчением заметив, что она старается скрыть улыбку, он с интересом спросил:

— А чем это так вкусно пахнет? Ты что-то стряпаешь?

Лиза, подхватив юбки, метнулась на кухню, подоспев как раз вовремя. Она еще сумела спасти тушеное мясо, приготовленное по рецепту Клодии. Недолго думая, она усадила его за стол.

— Ты должен, сказать что получилось. И не вздумай отказаться! — Рюг и не думал. После охоты за призраком ему казалось, что он только что вернулся с каторжных работ, где к тому же и кормили через день.

Катерина с испугом наблюдала, как худощавый с виду парень уничтожает уже вторую с верхом тарелку.

— И как можно столько есть, плохо ему не станет? — удивленно спросила она у стоявшей рядом Клодии. Та пожала плечами:

— Он же не человек, как и я. А мы быстрее и сильнее, и еды нам поэтому нужно больше.

— О, Клодия, девочка, прости меня, я не хотела тебя обидеть! — Катерина расстроенно покачала головой. Подруга дочери ей очень нравилась, а она допустила бестактность. Но Клодия только рассмеялась:

— Тетушка Катерина, вы не волнуйтесь так! Он хороший парень и Лизу не обидит!

Рюдигер ослабил ремень на пару дырок и откинулся на стуле. Лиза поправила рукой его непослушные черные волосы и с улыбкой спросила:

— Тебя что дома кормить перестали?

— Да нет, пока еще не перестали, но последнее время я жутко голоден. Так что ты со мной поосторожнее!

Он вдруг ловко усадил ее к себе на колени и попытался поцеловать.

— Да ты что, мама же дома! Потерпи два дня и можешь делать все, что угодно.

Но он упорно пытался добиться своего и наконец ему это удалось. Девушка вдруг перестала сопротивляться и сама обвила руки вокруг его шеи, глядя прямо в глаза. Их губы медленно сблизились, послышался скрип двери, и они уже чинно сидели на приличном расстоянии друг от друга.

Римар вертелся на кровати и не мог уснуть. За несколько дней в замке фон Шлотерштайн они поменяли свои привычки и теперь так же, как и хозяева, ложились за полночь, а вставали после полудня. В окошко смотрела полная луна. Такое чувство, что в Темнолесье всегда полнолуние. Яр не давал ему покоя с вопросами:

— Скажи честно, тебе нравится подружка невесты? Ты не знаешь, у нее никого нет?

— Хорошая девушка, — сдержанно ответил Римар, по сравнению с Элиной все девицы казались ему серыми мышками, но Клодия действительно была красива.

— Да она же просто просто огонь, а не девчонка! Какие волосы, фигурка чудо, а глазищи-янтарные, прямо как у волчицы! — восхищался Яромир.

«Это он в точку попал, что как у волчицы!» — подумал про себя Римар. От Рюдигера он знал, что лучшая подруга Лизы не человек, но зачем пугать парня раньше времени.

— Эй Важек, а ты чем там занимаешься? Да ты никак книгу прихватил? — водрузив на стол сразу два тяжеленных медных подсвечника, будущее светило науки листал пожелтевшие от времени пергаментные страницы и даже не сразу услышал их.

— Тут столько всего интересного, невозможно оторваться! — рассеянно ответил он, переворачивая страницу.

— А ты не боишься, что это до добра не доведет? Рюг до сих пор не хочет говорить, что ему привиделось!

— Да он вообще на редкость суеверен, прямо как девчонка! — засмеялся Яр. — Так что смотри, чтобы эта книга ему на глаза не попалась! А то книгу в огонь, а тебя к монахам, бесов изгонять!

Рюдигер не отступился от своих слов, и останки рыжей незнакомки были преданы земле, в старом замке был проведен изгоняющий нечисть обряд, но ни таинственного кольца, ни книги они не нашли. Как будто все это было сном или наваждением. Впрочем, сейчас его мысли были заняты совсем другим, и эта история быстро забылась.

— Вы с ума сошли вместе с Яном! Я ни за что туда не поеду! — тетушка Иванна даже ногой притопнула. Она была старше Катерины, чуть полнее и ниже ростом.

— Чтобы я в здравом уме и твердой памяти по собственной воле сунулась прямо в логово этих кровососов!

Катерина вздохнула и как можно мягче сказала:

— Но послушай, это же свадьба твоей любимой племянницы!

— Да ка вы могли с ней так поступить! Что с ней теперь будет, да они ее просто сожрут! — женщина была полна праведного гнева.

Неожиданно вмешалась бабушка Лизы. Строго взглянув на дочерей, она вдруг заявила:

— Ну-ка прекратить голосить, это же свадьба, а не поминки! Да наша Лизка кого хочешь без зубов оставит, даже не сомневайтесь! С сердцем не поспоришь, так что она правильно все делает.

Глава 13 Исполнение желаний

В церкви яблоку было негде упасть. Все хотели взглянуть на свадьбу барона фон Шлотертайна и купеческой дочери, а то обстоятельство, что в брак вступали вампир и обычная девушка, придало этой свадьбе еще больше популярности. В храме было душно от горящих свечей и многочисленных зрителей. Нарядные горожанки в кружевных накидках и шелковых платках и их мужья в лучших костюмах.

Все оживленно обсуждали происходящее:

— Видно у барона Лотара дела плохи, наверное в долги влез, раз женит сына на простолюдинке!

— А может у Яна беда какая, что может заставит так со своим единственным ребенком поступить? Кто же по доброй воле захочет породниться с этими упырями!

— А может он просто душу черту продал! — подытожил чей-то грубый голос.

От чуткого слуха Марии фон Шлотерштайн не ускользнули эти слова, но она только гордо подняла красивую голову, справедливо считая себя выше таких сплетен. Юная Анна, одетая в платье алого шелка, горя от возмущения, хотела поставить болтунов на место, но мать взглядом остановила ее.

Священник поднял руку, призывая к тишине:

— Мы собрались сегодня здесь, чтобы узаконить перед Богом и людьми союз двух молодых людей, двух любящих сердец. Они соединяются по взаимной любви, которая не знает сословных или иных преград!

Он строго обвел взглядом притихших прихожан и продолжил:

— В этом чувстве все равны, так же, как и перед Богом! Две семьи проявили благоразумие и понимание и готовы стать единым целым. Это особенно важно сейчас, когда наше спокойствие тревожат разные нелепые слухи!

Всеобщее внимание перенеслось на молодых. Невеста в белом атласном платье казалась олицетворением чистоты и юности. Подарок отца-сапфировые серьги и ожерелье подчеркивали красоту глаз. Густые пшеничного цвета волосы были заплетены в сложную косу, перевитую нитями жемчуга. Ее родителям казалось, что их девочка похожа на сказочную принцессу. Даже гордячка Мария признала, что такая красавица достойна стать ее невесткой.

Молодой барон казалось приковал взгляды всей женской половины любопытных зрителей. Высокий и стройный с безупречными чертами лица, яркими синими глазами, единственный недостаток-непослушные черные волосы, как не расчесывай, все равно лохматятся непокорными вихрами. Одетый в камзол из дорогой ткани красного цвета с золотыми узорами, он изо всех сил старался быть серьезным. Это было непросто, потому что стоящие в первом ряду зрителей Яромир и Важек то старательно зевали, то просто показывали ему палец в надежде, что он поддастся на их уловки и продемонстрирует всем замечательные острые клыки.

Лизина тетушка Иванна уже забыла о своих страхах и вздохнула:

— И где это наша Лизавета нашла такого красавчика?

— Где, где, — проворчала бабка Настя, — понятное дело, в Куличках! У нас там этих нелюдей. .

Обряд венчания был очень красивым и очень долгим. Римар и Клодия устали держать тяжелые венцы. Римар мечтал увидеть Элину в подвенечном платье. Она бы была самой прекрасной невестой. Клодия поискала глазами Яромира. Она не признавалась даже самой себе, но он ей ужасно нравился.

Замок, который сначала показался Римару таким огромным, как-то съежился, не вмещая такое количество народу. В главном зале стояли во всю длину два стола, уставленные всевозможными яствами. Здесь были и жареные целиком поросята, и куропатки, и оленина, добытая в местном лесу, и огромные щуки, непонятно как заплывшие в местную речушку. На всем протяжении стояли бутылки с темно-красным содержимым и глиняные кувшины.

Катерина вдруг подумала, что всего этого не съесть даже такой толпе народа.

— Не перестарались ли мы с угощением, влетит эта свадьба нам в копеечку! — обратилась она к Лотару. Тот пожал плечами и увидев испуганно-удивленное лицо Иванны, ответил:

— Ну поскольку половина приглашенных-нелюди, одних только оборотней четыре семьи, то главное, чтобы никто голодным не остался, и чтобы домой вернулось столько же гостей, сколько и приехало, а то под шумок кого-нибудь не досчитаемся!

Вампир говорил совершенно серьезно, но глаза смеялись. Катерина уже привыкла к своеобразным шуточкам нового родственника и молча показала ему кулак. Он улыбнулся и пригласил их к столу.

Среди гостей была куча родственников с обоих сторон, деловые партнеры и друзья Яна, шумная деревенская молодежь, которая по обычаю перегородила дорогу, требуя выкуп с жениха. Среди них были все пятеро братьев из зловредной кузнецовой семейки. Алесь явился с молоденькой светловолосой женой. Они вручили молодым букет полевых цветов и большую подкову:

— Это на счастье, только прибей покрепче, а то еще кому по голове попадет!

Алесь не удержался и спросил:

— Ну как ухо?

Рюг сделал печальное лицо:

— Болит иногда к дождю!

Они оба рассмеялись.

Неожиданно появился знаменитый отец Марии. Высокий, еще не старый, с седыми прядями в густых черных волосах князь Валахии приехал вместе с женой Ириной. Та была еще красивой блондинкой, с виду кроткая и нежная, в обращении с мужем она показывала железный характер.

— Как же я мог не успеть на свадьбу любимого внука! Приведите мой подарок! — Прямо в зал ввели жеребца черной масти. Он то и дело фыркал, дергал головой и норовил укусить кого-нибудь из конюхов. Испуганный Рюдигер подумал, что с конями у него последнее время как-то не складывается, но заметил, как у его отца загорелись глаза при виде скакуна и успокоился. Мария, издав совершенно неожиданный визг, кинулась в обятия родителей и увела их за стол.

Пели и плакали цыганские скрипки. Цыганские кибитки появились на лугу у замка за день до свадьбы. И теперь их обитатели развлекали гостей. Ходили слухи, что мать барона Лотара выросла в цыганском таборе, куда попала из-за жадных родственников, не желающих делить наследство. Правда это или нет, никто не знал, но отец Рюдигера на самом деле мог открыть любой замок, увести любого коня, а также, как всем известно, украсть любую девицу, даже дочь грозного князя Влада.

Катерина посмотрела вокруг. Напрасно она боялась, что с угощением перестарались. Еда с удивительной скоростью исчезала со столов, и прислуга сбилась с ног, заменяя опустевшие блюда новыми, только с плиты. Кажется поулуголодными сегодня останутся только новобрачные. Им совершенно не давали покоя. Крики «Горько!» сменялись танцами и старинными обрядами. Соленые шутки и непристойные песенки вгоняли молодых людей в краску.

Лиза прислушалась к доносившимся с соседнего стола обрывкам разговора:

— Так уронить честь своего рода, смешать свою кровь с какой-то простолюдинкой, возможно она уже ждет ребенка, иначе к чему такая спешка!

— Только потише говори, твой кузен вспыхивает мгновенно, еще и на дуэль вызовет!

— Ну уж нет, я не самоубийца, чтобы с ним драться!

Она рассмотрела говорящего, это был дальний родственник Рюга с отцовской стороны. Слишком светлые волосы, прозрачные, какие-то бесцветные глаза и бледное с неприятным выражением лицо. Действительно, Рюдигер вспыхивает мгновенно и может в два счета изувечить этого зазнайку. Но значит жениться на ней-уронить честь старинного рода! Да что он себе позволяет!

Вдруг опять запели скрипки, приглашая к танцам. Во время перемены партнеров она вдруг очутилась лицом к лицу с нахалом, чей разговор она только что слышала. Не теряя времени, она со всей силы наступила острым каблучком ему на ногу, постаравшись перенести на нее весь свой вес. От всей души радуясь тому, как он скривился от боли, она с притворным раскаянием рассыпалась в извинениях:

— Ах, простите ради Бога, мы здесь в провинции так неуклюжи!

Он кисло ответил, что с ним все в порядке и проковылял к своему месту.

Яромир с друзьями отозвали новобрачного в укромное местечко:

— Ну как парень, ты готов к самому важному моменту в твоей жизни?

— Это к чему же? — удивился Рюдигер.

— Как к чему? Стать законным мужем, мужчиной наконец!

— А что это так сложно? — сдержанно поинтересовался Рюг.

— Ты бы хоть почитал чего, — скромно сказал Важек, — картинки там посмотрел, а то вдруг не получится.

— Ну знаете что! — начал вскипать Рюдигер, — я вам сейчас такие картинки покажу! Может хороший подзатыльник отучит тебя от чтения всякого непотребства! Можно подумать, вы что-нибудь знаете!

— Ну почему же, — заважничал Яр, — у меня были женщины.

— Благодарю покорно, но я сам как-нибудь разберусь, без ваших советов! А опытом лучше с Важеком поделись, а то он скоро забудет, как живые девушки выглядят!

Римар умирал от смеха, слушая их.

Торжество подходило к самому важному моменту. Скоро молодые супруги должны были покинуть гостей. Катерина с тревогой посмотрела на свою дочь, что-то весело шепчущую на ухо подружке. Вчера она целый вечер пыталась найти подходящие слова для разговора о том, что последует за церемонией венчания и шумным праздником. Лиза с интересом слушала ее наставления, хрустя малосольным огурчиком, и Катерина вдруг засомневалась, а не запоздали ли ее советы.

— Ты не должна бояться этого, возможно будет немножко больно…Но все же ты должна быть нежной и и терпеливой.

Ее дочурка потянулась за следующим огурцом:

— Мамочка, милая, ты только не волнуйся! Я все поняла, быть нежной, не делать больно, и помнить, что впереди вся жизнь, пусть терпит!

Глядя на возвышенно-серьезные лица родителей и подруг, Лиза наконец прониклась важностью предстоящего события. Материнские наставления мешались с коротким напутствием бабки Насти: «Ты, Лизавета, главное, не поддавайся там никому, знай себе цену!»

В Куличках она получила еще одно наставление. Жена Иоганна, тетушка Крина зазвала к себе юную невесту на чашку чая:

— Милая моя, я так рада за вас с Рюгом! Вы наглядеться друг на друга не можете, надеюсь, что так будет всегда.

Лиза недовольно нахмурилась:

— К чему такой разговор?

— А к тому, — усмехнулась знахарка, — что твой суженый все же отличается от тебя! Нас не просто так называют пьющими кровь. Мы всегда остаемся верными тем, кого любим. Но должны узнать свою половинку так сказать на вкус!

— То есть как на вкус? — Лиза отодвинула чашку, пытаясь вникнуть в слова вампирши.

— Именно так, запомнить вкус твоей крови, только так можно понять, нет ли ошибки, действительно ли вы две половины одного целого, и ваша любовь сможет дать начало новой жизни! Прошу тебя, постарайся запомнить мои слова, скоро тебе понадобится вся твоя любовь и нежность!

— И я надеюсь, ты не веришь глупым сказкам о привороте на кровь, — тетушка Крина строго взглянула на свою гостью, и без того озадаченную ее словами. Она добавила в чашки душистого пахнущего мятой напитка и продолжила, — чтобы захотеть твоей крови, он уже должен любить тебя до безумия. Но лишь запомнив твой вкус, он будет считать тебя своей женщиной и защищать даже ценой жизни! Это заложено в нас с рождения, и если любишь, ты должна это понять!

Но сейчас все эти рассказы и предостережения совершенно вылетели у нее из головы, и она смело вложила свою руку в ладонь мужа, выходя из-за стола. Сопровождаемые не очень приличными шутками, они покинули гостей.

Наконец, шум и звуки музыки остались у них за спиной. Рюдигер захлопнул тяжелую дубовую дверь, и они остались одни. Кругом горели свечи, все было украшено живыми цветами. Почти половину комнаты занимала огромная кровать. В приоткрытое окно вместе с ночной прохладой проникал сладкий аромат жасмина. Было слышно стрекотание цикад и крики какой-то ночной птицы. Время вдруг замедлилось и стало вязким и почти осязаемым. Лиза медленно расстегнула его камзол, он также медленно и осторожно развязал шнуровку на платье.

В пламени свечей их тела отбрасывали причудливые тени. Теперь, когда их ничего не разделяло, они вдруг на минуту растерялись. Затем Лиза первая коснулась его губ, и он ответил ей такими жадными и слегка бестолковыми ласками, как будто они были последними в жизни. Они прильнули друг к другу, как будто желая стать единым целым, она спрятала лицо в черных непослушных волосах и вдруг ощутила резкую боль в основании шеи. Он ее укусил!

— Ты делаешь меня своей женой или своим ужином! — возмутилась девушка. Но кажется Рюдигер ее даже не слышал. Она попыталась оттолкнуть его, но вырваться из кольца рук было невозможно. Наконец она изловчилась и дернула мужа за волосы.

— Да что с тобой, ты даже не слышишь!

Он оторвался от ее шеи и посмотрел на нее восхищенным слегка безумным взглядом:

— Ты просто чудо, Лизхен!

Лиза, кипевшая от возмущения, размахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но он быстро перехватил руку и, снова притянув ее к себе, стал целовать в губы. Она возмутилась такой дерзостью, но взглянув на его счастливое лицо, вдруг вспомнила слова знахарки, и неожиданно для себя охотно ответила ему, ощутив на губах соленый привкус собственной крови. Место укуса еще напоминало о себе жгучей болью, но праведный гнев быстро таял под горячим напором любимых рук и губ.

С того момента, как их одежда была небрежно сброшена на пол, и его руки прикоснулись к горячему словно в лихорадке девичьему телу, а губы коснулись стройной, загорелой на летнем солнышке шеи, Рюдигер почти ничего не помнил. Окружающий мир вдруг завертелся вокруг него, словно в огромном калейдоскопе. Пламя свечей, стены комнаты, украшенные шелковыми коврами, букеты белых цветов в глиняных кувшинах и возмущенные глаза Лизы кружились в бешеной пляске, не желая останавливаться.

Сердце стучало, словно кузнечный молот, кажется еще немного, и он сойдет с ума, не силах справиться с охватившим его возбуждением. Вкус крови на губах вдруг сорвал все запоры и печати, от прежней нерешительности не осталось и следа.

Лиза немного оторопела от его смелости, слишком уж не похоже это было на обычные робкие поцелуи и ласки. Но таким он определенно нравился ей больше, и девушка просто доверилась его сильным и осторожным рукам.

Она чуть не задохнулась от охватившего ее счастья, восторга и безумной нежности, и прижавшись к Рюгу, неожиданно поняла, что он чувствует то же самое. Мир вокруг них вдруг взорвался цветными брызгами, отчего-то на мгновение стало больно дышать. Затем все исчезло, уступив место тишине и умиротворению. Уставшие и счастливые они лежали в тишине, слушая дыхание друг друга и не решаясь нарушить торжественное молчание.

Наконец Лиза осторожно высвободилась из рук мужа и, присев на кровати, заявила:

— Не знаю как ты, но я жутко хочу есть! После праздничного ужина я близка к голодному обмороку. С такой шнуровкой не только есть, но и дышать страшно!

Рюдигер улыбнулся:

— Я, признаться, тоже остался голодным. Невозможно нормально поесть, когда на тебя пялится столько незнакомых людей!

— Так значит вот почему ты кусаешься, — решила поддразнить его Лиза.

Он нахмурился и осторожно дотронулся до ее шеи, где остались следы его зубов.

— Сам не понимаю, как это случилось. Но теперь я знаю тебя на вкус.

— И каков этот вкус? Разве ты не знал его раньше? Ты же помнишь, что случилось с нами, когда мы были детьми, — в голосе его жены не было и намека на улыбку, красивое лицо было непривычно серьезным.

Он также серьезно ответил:

— Неужели ты думаешь, что я мог забыть…Тогда это был вкус жизни, ты не дала мне умереть! А сейчас это вкус счастья. Но сможешь ли ты простить меня теперь…

Но Лиза приложила палец к его губам, не желая слушать нелепые оправдания.

— Уже простила, ведь у нас теперь все на двоих. Но все же одним счастьем сыт не будешь, тут где-то есть сюрприз.

Она нагнулась и выудила из под кровати плетеную корзину, покрытую белоснежной салфеткой. В ней обнаружилась жареная курица и полкаравая хлеба.

— Ну, теперь голодный обморок в первую брачную ночь нам точно не грозит!

Вскоре от бедной курицы остались одни косточки. Лиза вытерла руки салфеткой и посмотрела в окно. На небе ярко и бесстыже горела полная луна, издалека доносился волчий вой. Она задорно посмотрела на мужа:

— Рюг, это наша первая ночь, другой такой не будет, а мы время зря тратим!

Второй раз намекать ему было не надо.

— Ну держись, ты сама напросилась! — Рюдигер со смехом уронил ее на шелковые простыни, и время потеряло для них значение.

Опомнились они, когда в небе уже ярко светило солнце. Рюдигер накрыл голову подушкой и тут же уснул. Лиза задернула шторы. Она вернула подушку на место и задумчиво поглядела на своего законного мужа. Во сне он был по детски беззащитен и, не в силах сдержаться, она прикоснулась губами к его щеке.

Девушка вдруг вспомнила свои ночные страхи прошлого лета. Больше всего она боялась, хотя и не признавалась себе в этом, что по настоянию родителей он женится на какой-нибудь безупречно красивой стерве своей породы. В том, что будущая жена-вампирша непременно оказалась бы стервой, Лиза почему-то ни капли не сомневалась!

Теперь же все страхи и сомнения развеялись как дым. Она почувствовала себя безумно счастливой и очень уставшей. Несмотря на то, что в небе ярко светило солнце, она решила поспать. Устраиваясь поближе к Рюгу и оттягивая к себе большую часть одеяла, Лиза подумала, что старшая сестра Клодии была права, когда говорила, что в замужестве есть свои преимущества.

Сама же Клодия пережила этой ночью не самые приятные моменты своей жизни. Потихоньку оставив шумное общество и свой важный пост подружки невесты, она поднялась по лестнице на второй этаж и спрятала в спальне корзину с едой. Подруга заранее попросила ее об этом. Сейчас она скорее спешила назад, ей хотелось еще раз ощутить на себе пристальный взгляд Яромира, его близость в танце и жаркий шепот на ухо. Клодия почти уже добралась до своего места, как вдруг заметила Яра и Важека. Они стояли к девушке спиной и говорили. . о ней!

— Тебе кажется всерьез нравится подружка невесты, смотри, не заметишь, как переедешь в Темнолесье! — пошутил Важек. Яромир в ответ только рассмеялся:

— Ну, я не такой лопух, как Рюдигер! У меня ничего серьезного с этой лавочницей, просто приятно время провести, развлечься!

Ни жива, ни мертва Клодия заняла свое место за столом. Лиза что-то говорила ей, она просто кивала в ответ, почти ничего не понимая. Волшебная атмосфера свадьбы лишила ее осторожности, заставила принять ухаживания малознакомого парня за чистую монету. Она почти поверила, в то, что это судьба. А он с улыбкой разбил ее сердце!

Вскоре снова начались танцы. В пляс под задорный визг скрипок пустились все. Старший барон подхватил Катерину, а Ян с некоторой осторожностью предложил свою руку Марии. Важек с озорным видом вытащил из-за стола тетушку Иванну. Та покраснела, но с удовольствием подпрыгивала в такт музыке.

Римар почти задремал, но кто-то настойчиво тряс его за руку. Открыв глаза, он увидел сестренку Рюга, Анну.

— Не спи, пошли танцевать! — девочка решительно тащила его за собой, сила у нее была явно не детская. Римар подумал, что нормальные дети давно уже десятый сон видят, но покорно закружился с ней в танце.

Яромир снова пригласил Клодию, и она как зачарованная, согласилась. Легко кружась между других пар, он ловко вывел их из зала в длинный коридор. Прижав девушку к стене, он начал жадно целовать ее губы и шею, его руки между тем исследовали ее грудь. В полутемном коридоре с портретов на них с упреком смотрели все поколения баронов фон Шлотерштайн. В узкое длинное окно заглядывала полная луна. «Сегодня же полнолуние!» — мелькнуло в голове у Клодии. Она вдруг с неженской и даже с нечеловеческой силой оттолкнула парня. В глубине ее существа проснулся яростный неуправляемый призыв к превращению.

— Ты что делаешь, ненормальная? — с испугом взглянул на нее Яромир.

— Я просто слышала все, что ты про меня думаешь! И хотя я действительно просто лавочница, мне такое отношение к себе не нравится! — Клодия от всей души дала ему пощечину. Яр с удивлением заметил, что рука ее как-то изменилась, вытянулась, потемнела, а ногти стали загнутыми и очень острыми. Пощечина сбила его с ног, и он налетел на поддельного рыцаря. Доспехи с грохотом упали.

Сидя у стены на каменном полу, Яромир наблюдал, что творилось с девушкой. Она упала на четвереньки и выгнула спину дугой, выскальзывая из красного бархатного платья. На мгновение он увидел прекрасное загорелое девичье тело. Оно на глазах превращалось в мускулистое поджарое тело волчицы, покрываясь темной шерстью. Красивое лицо неестественно вытянулось. Он в ужасе закрыл глаза, а когда осторожно приоткрыл их, огромный зверь смотрел на него круглыми глазами цвета янтаря. Волчица открыла пасть, полную острых зубов, и раздался жуткий вой, полный почти человеческой горечи и обиды. Яр ощутил горячее дыхание зверя, волчица зарычала и выпрыгнула в окно, разбив цветное стекло.

Танцы на минуту прекратились.

— Что это такое? И где-то совсем рядом? — удивился Римар.

— Так ведь полнолуние, все нормальные оборотни по лесу бегают, — равнодушно сказала Анна.

Яромир с исцарапанным лицом и подмоченными штанами пытался пройти через зал незамеченным. На свою беду он столкнулся с матерью Лизы.

— Что это такое с тобой паренек? Кто тебя так отделал, и где Клодия? Ты весь вечер около нее вертелся!

«Черт бы побрал эту бдительную тетку!» — подумал Яр.

— Меня кошка поцарапала, я ей на хвост нечаянно наступил! А Клодия. . вышла подышать свежим воздухом!

— А по-моему это она тебя так отделала! Чем ты обидел девочку?

— Да ничего с ней не случилось! Она превратилась в жуткое чудище и выскочила в окно! — огрызнулся Яромир.

— Я же не знал, что здесь практически нет нормальных людей!

Лизина мать посмотрела на него взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. В своей жизни она ни разу не видела превращения человека в волка, но слишком хорошо представляла, при каких обстоятельствах любая женщина может стать чудовищем! Оказавшаяся рядом Мария тоже смотрела на него с явным отвращением.

Подошел отец Рюдигера, в его взгляде Яр прочитал сочувствие:

— С этими волчицами, парень, надо быть поосторожнее. Царапины от их когтей жуть как долго заживают, а еще у них обычно куча братьев, злых и очень голодных!

Мария с удивлением посмотрела на мужа:

— А тебе откуда это известно?

— Просто жизненный опыт, — почему то замялся барон.

Лиза проснулась от настойчивых и нежных поцелуев. Она открыла глаза и увидела склонившегося над ней Рюга:

— Лизхен, сердце мое просыпайся! — Он был уже полностью одет. Лиза скольнула глазами по комнате. Кровать выглядела как поле битвы. Часть живых цветов рассыпалась по постели, другая была на полу, среди осколков одной из ваз. На руке блестело кольцо с голубым камнем, теперь она может носить его с полным правом. На стуле вместо белого висело неизвестно откуда взявшееся небесно-голубое платье, полностью закрывающее шею и грудь.

Рюдигер, как заправская горничная, помог ей справиться со шнуровкой. Заметив почти затянувшуюся ранку на ее шее, он коснулся ее губами:

— Ты правда простила меня? Этого больше никогда не будет!

Лиза вдруг вспомнила, что когда они были детьми, он впадал в панику, стоило ей порезать палец или разбить коленку, был готов весь подорожник в округе оборвать. Он не мог понять, почему его царапины заживают на глазах, а другим приходится делать примочки и накладывать повязки. То, что он сам смог причинить ей боль, не укладывалось у него в голове.

Неожиданно она подумала, то надо было подробнее расспросить тетушку Крину о том, чего же ей ожидать в будущем. Оставалось лишь надеяться, что это не войдет у него в привычку.

Не хочется всю жизнь носить платья с высоким воротом. Но взглянув на расстроенное лицо мужа, Лиза тут же пожалела его.

— Не стоит расстраиваться из-за такой мелочи. И потом ты бы не зарекался, природу не переделаешь.

Но Рюдигер фон Шлотерштайн никогда не давал пустых обещаний. Он повернул ее лицом к себе, положил руки на плечи и пристально посмотрел в глаза:

— Лизхен, неужели ты не понимаешь? Ты теперь моя женщина, и даже с закрытыми глазами я смогу отыскать тебя среди тысячи других, потому что твой вкус, твой запах, твой голос и твое дыхание я запомнил на всю жизнь! — он не мог подобрать нужные слова, но она стала еще ближе и дороже. Прошлой ночью, сам того не зная, он лишь следовал древнему обычаю, который навеки скрепил их союз. — Я клянусь всеми святыми, что никогда не причиню тебе ни малейшего вреда, но если придется, умру за тебя!

Губы девушки вдруг задрожали, глаза наполнились слезами:

— Ну что ты говоришь такое, лучше живи подольше и даже можешь иногда кусаться. Переживу как-нибудь!

Растроганная до слез его искренним волнением, она наградила мужа поцелуем. Он ответил ей тем же, его руки обхватили ее за талию. Чувствуя, как земля уходит из под ног, она подумала: «Но зачем же было одеваться?».

Отпуск подходил к концу. Пора было возвращаться в Златоград. Хотя и жалко было расставаться с родными, но в глубине души Лиза была рада, что не будет ощущать на себе пристального взгляда свекрови. Замок фон Шлотерштайн был ее королевством, а королева может быть только одна. Катерина вручила дочери письмо для своей подруги госпожи Греты. Она не откажет им в квартире. Так что в столице ей придется самой вести хозяйство. Но такие мелочи ее не смущали.

Зато мать Рюга ее слегка озадачила. Пристально посмотрев на девушку, она выдала:

— Запомни, на завтрак мой сын любит кровь с молоком, а если купишь печенку, то можешь не варить, сырая полезнее. Только смотри, чтобы свежая была. И нечего морщить нос, ему это необходимо, если еще не знаешь!

Заверив Марию, что она со всем справится, Лиза распрощалась со своими родителями, еле сдерживая слезы. В деревне они побывали вчера, и бабка Настя, вдруг тоже пустив слезу, стала уговаривать их остаться. Дескать, Бог с ней, с этой службой, да и столица без вас не пропадет. Старушка на днях раскинула карты, и то, что они рассказали, ей не понравилось. Но прямо говорить ей об этом не хотелось, а намеков счастливая парочка упорно не понимала.

Яромир всю дорогу был молчалив и сдержан. Друзья совсем не узнавали его. Проклятые царапины долго не заживали, да к тому же начали гноиться. Пришлось просит помощи у тети Крины. Она осмотрела щеку и задумалась.

— В конце концов заживет, но шрамы во все лицо останутся. А я не думаю, что шрамы так уж украшают мужчин!

Она достала из маленького шкафчика со стеклянной дверцей флакон темного стекла, отлила из него немного в чашку.

— Рюдигер, иди-ка сюда. Дай руку!

Она ловко провела острым ножом по его ладони, и кровь закапала в чашку.

— Тетя, но ведь больно же! — возмутился он.

— Ну что ты за неженка, а еще мужчина! Сам же знаешь, на глазах заживет.

Она смешала лекарство с кровью и намазала этим царапины Яра.

— А я это, ни в кого не превращусь? — испуганно спросил он.

Лиза с презрением ответила:

— Хуже чем ты есть, точно не станешь!

Тетушка Крина вздохнула:

— Все совершают ошибки, но надеюсь, этот урок ты выучил хорошо. Рюдигер, наша кровь способна иногда залечивать раны. Правда, только кровь молодых, и в том случае, если она подходит человеку! Запомни на всякий случай, может пригодиться! Когда мы стареем, то становимся почти обычными людьми. Во всяком случае наши раны уже не затягиваются на глазах. Но ты еще долго можешь этого не бояться.

Царапины действительно исчезли за день, не оставив даже следа. Зато девушка с янтарными глазами теперь снилась ему каждую ночь, и Яр не знал, что делать. Перед отъездом он пытался поговорить с ней, но Клодия отказалась даже видеть его. Он начинал думать, что совершил самую большую ошибку в своей жизни.

Глава 14 Заварушка в «Полной Луне»

Полковник фон Зальц, пряча улыбку, разглядывал четверых гвардейцев.

— Ну вижу, вы прекрасно отдохнули и готовы приступить к своим обязанностям. Надеюсь теперь, Рюдигер фон Шлотерштайн, ты будешь серьезнее относиться к службе. Кстати, как там Иоганн поживает, я лет двадцать его не видел!

Ругая себя за забывчивость, Рюдигер потянул полковнику великолепный клинок.

— Это Иоганн Кранц передает вам в память о дружбе.

— Какая красота, замечательная шпага! — полковник не удержался и сделал несколько выпадов. — Все идеально! Ах, Иоганн, старый чертяка, нам с ним есть что вспомнить!

Хозяйка уютного домика на улице Роз неподалеку от королевского дворца внимательно читала письмо Катерины.

— Значит ты и есть Лиза, а это, я так понимаю, твой муж. — она строго посмотрела на Рюга, весьма неплохо выглядевшего в красном мундире. Он поприветствовал ее с любезной улыбкой, и она слегка побледнела.

— Ну конечно, ведь вы же из Темнолесья, ко всему привыкли, это для нас нелюди в диковинку. Ну что же, следите за порядком молодые люди и платите вовремя!

Они с восторгом взялись за наведение уюта. Наконец-то можно почуствовать себя настоящей хозяйкой, не оглядываясь ни на матушку, ни на свекровь. Лиза принялась вдохновенно командовать. Рюдигер послушно двигал мебель и прибивал полки, но процесс грозил затянуться надолго, поскольку постоянно прерывался страстными объятиями и поцелуями.

В конце концов они умудрились запутаться в шторах и рухнуть на кровать. В довершение всего с плиты потянуло горелым. Обед безнадежно пропал. Лиза опустила голову, но Рюг легкомысленно сказал:

— Ничего, Лизхен, не расстраивайся, поедим чего-нибудь в» Полной Луне»!

Шторы превратились в одеяло, из под которого один за другим вылетели два сапога, красный мундир и ситцевое платье в горошек. Вернула их на грешную землю только что прибитая над кроватью полка, которая свалилась прямо на них. Окинув взглядом вопиющий беспорядок, они одновременно подумали: «Только бы госпожа Грета не заглянула!»

Едва они зашли в таверну, к ним поспешила Дарина. С Лизой они обнялись, как старые подруги. Дарина рассыпалась в поздравлениях и увела Лизу поболтать. Та немного удивилась такому напору, но ей тоже не хватало здесь хорошей подруги. Дарина окинула ее оценивающим взглядом:

— Замужество пошло тебе на пользу, ничего не скажешь. И платье идет тебе гораздо больше, чем мужская одежда! Ну расскажи, как вы тут устроились?

Немного поболтав о разных посторонних вещах, Дарина неожиданно спросила:

— Послушай, а вы случайно ничего не слышали про Ивара? — и вдруг очень сильно покраснела. Лиза подумала, что легче отыскать иголку в стоге сена, чем красавца наемника в Златограде. Но вслух сказала:

— Нет, к сожалению ничего. Но если что-то узнаем, я сразу дам тебе знать! А у меня куча вопросов по ведению хозяйства!

Лиза краем глаза посмотрела на стол, за которым оставила мужа с друзьями. Что-то там стало многолюдно. Двое мужчин бандитского вида, неважно одетые, но хорошо вооруженные, подошли к столу, где расположились чеверо друзей. Важек вдохновенно рассказывал последние городские сплетни. Несмотря на то, что его не было в городе две недели, он был в курсе всех событий. Римар слушал его рассеянно и задумчиво держал в руке кружку с вином.

Вдруг его резко толкнули, и красное вино расплылось неровным пятном на потрепанном камзоле незнакомца. Изобразив на лице возмущение, достойное только особ королевской крови, он обратился к Римару:

— Сударь, вы намеренно испортили мой костюм. Я требую объяснений!

Римар растерянно посмотрел на стоящего перед ним бандита. Глаза Яромира зажглись интересом. Хорошая драка ему сейчас не помешала бы! Но Рюдигер вынул из кармана золотую монету и положил перед нахалом:

— Ну так купите себе новый, все равно ваш никуда не годится! — и со скучающим видом отвернулся.

Дарина, с интересом наблюдавшая эту сцену, заметила:

— За такие деньги я сама бы его прикончила!

Лиза только подумала, что ее муж понятия не имеет об экономии. Второй из негодяев, чье лицо пересекал кривой, плохо заживший шрам, взял со стола бутылку и медленно вылил вино на белоснежную сорочку Рюга.

— А вот за это я кажется его точно убью, ну или заставлю стирать эту рубашку! — вскипела Лиза.

Рюдигер посмотрел на бывшую недавно белой рубашку и пожал плечами:

— Ну теперь, надеюсь, мы квиты? Вы свободны господа!

— Да будешь ли ты драться, черт возьми! — выругался один из бандитов.

— Рюг, что ты ведешь себя как девчонка! Покажи им! — крикнул Яромир.

— Ну если вы готовы умереть из-за такой ерунды, то я к вашим услугам! — барон фон Шлотерштайн нехотя встал из-за стола, Римар присоединился к нему.

Бандит со шрамом внимательно разглядел Рюга и со злостью плюнул под ноги:

— Черт возьми, мне не сказали, что один из вас вампир! Но зато предупредили, что вас может быть четверо.

По его знаку из угла зала вышла еще парочка темных личностей. Яр легко перепрыгнул через лавку, довольно воскликнув:

— Вот это я понимаю!

Важек встал с ним рядом. Яромир кинулся в драку чуть ли не первым. Было видно, что происходящее доставляет ему удовольствие. Он и его противник словно танцевали посреди зала, изящно обходя столы с посетителями. Римару же приходилось не сладко. Затеявший ссору негодяй дрался умело и жестоко. Римару стало ясно, что кто-то хочет от него избавиться. Но кому же он перешел дорогу?

Отступая, он запрыгнул на покинутый в спешке стол и подкинул ногой глиняную тарелку с остатками еды. Тарелка ударила бандита прямо в лицо и тихо звякнула об пол. Разозлившись, он ринулся в обход стола, но Римар уже успел спрыгнуть на пол и пинком отправил ему под ноги стул. Отшвырнув несчастный стул, он приближался к парню, желая поставить точку в этом споре.

Вдруг что-то просвистело в воздухе, и его противник упал, получив сильный удар по голове. Римар проследил полет предмета, оказавшегося глиняной кружкой и увидел Дарину и Лизу, они послали ему воздушный поцелуй.

Его противник попытался встать на ноги, но Римар кулаком окончательно успокоил его. Воодушевленные своим успехом дамы продолжили обстреливать обитателей квартала висельников всем, что попадалось под руку.

Лиза поискала глазами Рюга. Тот дрался словно нехотя, со скучающим видом. Потрепанный жизнью головорез был явно не соперник молодому вампиру. Сейчас самым разумным было бы прекратить бой, но задетое самолюбие заставляло его из последних сил отбивать удары. Решив, что Важек больше всех нуждается в их помощи, они принялись за его противника.

Получив в ухо зеленым яблоком, он оставил Важека в покое и двинулся к ним. Подойдя ближе, он воскликнул:

— Вот это встреча! Но теперь все козыри на моей стороне!

Лиза узнала в нем бродягу, который пытался ограбить ее в первый приезд. Он угрожал ей шпагой и нагло улыбался. Схватив со стойки кружку с пивом, она выплеснула ее прямо в лицо. Не став дожидаться, когда он протрет глаза, Лиза схватила его за волосы и с силой ударила лицом об стол. Без труда избавив неудачника от шпаги, она пинком отправила его к выходу.

Дарина запустила яблоком в пытающегося подняться бандита, но полет прервала чья-то рука, поймавшая его.

— Помощь нужна? — услышала она низкий мужской голос.

— Пока справляемся, — ответила она и подняла глаза. Перед ней, вонзив зубы в яблоко, стоял Ивар собственной персоной. Дарина охнула и присела на свободный стул.

— Ну если все в порядке, то могу помочь с уборкой. — не раставаясь с яблоком, он свободной рукой поднял за шкирку лежащего без признаков жизни бандита и выбросил на улицу.

В таверну зашел еще один посетитель. Он огляделся по сторонам и восхищенно заявил, ни к кому не обращаясь:

— Ого, да у вас тут весело!

Мимо него на улицу вылетел еще один кандидат в висельники. Лиза присмотрелась к вошедшему и заорав:

— Васька, пропащая душа! — кинулась обнимать его.

Яромир обезоружил своего противника, и забрав у него еще и ремень от штанов, выставил из таверны. Рюдигер без труда выбил шпагу из рук мерзавца. Прижав негодяя к стене, он спросил:

— Ну что, ты скажешь, кто вас нанял, или просто сдохнешь?

Тот с ужасом посмотрел на вампира и быстро заговорил:

— Я их не знаю, даже не разглядел толком. Их было двое, в богатой одежде и в масках. Они сами нас нашли, не побоялись придти в квартал висельников. Надо было избавиться от него, — он показал на Римара, — но эти богатые мерзавцы ни словом не обмолвились, что придется драться с нелюдем!

Рюдигер убрал руку:

— Забирай свои отбросы и проваливай, пока я не передумал!

Бандитов как ветром сдуло.

— Рюг, ты только посмотри, кого я тут нашла! — Лиза тащила за руку высокого парня. У него были соломенные волосы и чуть раскосые хитрые зеленые глаза, а главное, совершенно необычные уши, заостренные как эльфов, но гораздо больше и покрытые светлой шерстью на кончиках. Барон фон Шлотерштайн кинулся обнимать незнакомца.

— Васька, искатель приключений, где тебя только носило!

— Рюг, гроза огородов, я тоже скучал! Лизка, да ты никак баронесса, поздравляю! Нечего кулак показывать, я же от всей души! — Васька привычно шутил, как будто и не покидал надолго родного дома.

— А мы с другом, — он показал на Ивара, — только с границы, там знаешь, жарко, но платят хорошо! Как там дома? Любава еще незамужем? — спросил он с тайной надеждой.

— Она тебя дурня ждет, никуда носа не кажет! — возмутилась Лиза. — Но ты бы поспешил, а то на свадьбе она мой букет поймала!

Рюдигер вдруг подумал, что кажется скоро мельники в Куличках будут иметь острые уши и хвост с кисточкой. Он представил Василия всей троице.

Важек тут же поинтересовался:

— А ты вообще кто? Я с чисто научной точки зрения спрашиваю!

Нисколько не смущаясь, Васька ответил:

— Тролль, только не чистокровный. Моя мать обычная женщина.

Лиза с укором сказала:

— Да какая тебе разница, был бы человек хороший!

— Ну это вам, женщинам, никакой разницы, а для науки важна точность! — не растерялся Важек.

Подошедшему Ивару обрадовались как старому знакомому. Все собрались за столом, Дарина стояла рядом, делая вид, что ждет заказа. Римар разлил вино по кружкам и поинтересовался:

— Ну так за что пьем? За молодоженов, за встречу друзей, за удачный поединок?

Яромир взял командование в свои руки:

— За все по порядку!

Окончание этого вечера или ночи Ивар помнил плохо. Открыв глаза, он обнаружил, что спал на соломе. Скорее всего это был хлев или какой-то сарай. Солнце уже пробивалось свозь щели в досках.

— Ну доброе утро, соня! Или точнее сказать, добрый день!

Перед ним, улыбаясь, стояла Дарина. Светло-русые волосы были распущены, в них мелькали соломинки. Голова немилосердно трещала. Он попытался вспомнить все по порядку.

— Я что, провел ночь с волчицей?

Девушка утвердительно кивнула. Даже сейчас растрепанная в помятом платье она была чудо как хороша.

Ивар вдруг понял, что ему легче умереть, чем покинуть ее, и в голове мелькнули смутные подозрения:

— Я что, пил твою кровь?

Дарина опять кивнула.

— О, Господи!

Он схватился руками за голову. Это уже было серьезно, это связывало их вместе посильнее любых клятв и обязательств!

— И чем же ты недоволен, что было не так? — в голосе девушке звучала обида пополам с угрозой.

Он встал, подошел к ней и обнял.

— Просто я давно вне закона, у меня нет ни дома, ни семьи, меня ищут, чтобы прикончить, все кому не лень! Да еще эти охотники на вампиров, я и им сумел перейти дорогу!

Дарина посмотрела ему в глаза. Он не отверг ее, а остальное по ее мнению была полная ерунда!

— Это не страшно, — сказала она, — главное, что мы вместе! Кстати, ты и правда некрещеный? Это надо как можно скорее исправить!

Ивар вздохнул и понял, что кажется, он влип еще сильнее, чем Рюдигер.

— Так значит это вы устроили драку в таверне? — начальник королевской гвардии обвел четверых друзей строгим взглядом, — Кто обяснит мне, что вас заставило разнести полтаверны, да еще на глазах у всех посетителей?

— Но господин полковник, мы всеми силами старались уклониться от драки, — Рюдигер постарался придать голосу как можно больше смирения, глядя на полковника честными синими глазами. Яромир поддержал его:

— Нас вынудили к этому, мы просто защищались!

— Да, особенно ты, — вдруг улыбнулся полковник. — Я должен бы строго вас наказать, но победа осталась за вами, а победителей, как известно, не судят! К тому же завтра во дворце бал, и вы нужны мне. В стране сложная обстановка, у короля полно недоброжелателей, как мне известно, даже среди высшего общества. Поэтому вы будете дежурить во дворце. Внимательно следите за порядком, замечайте все подозрительное. Это служба, а не развлечение!

Господин полковник, — Рюдигер смущенно обратился к командиру, — у меня есть небольшая просьба! Моя жена мечтает побывать на настоящем балу в настоящем дворце! Могу я взять ее с собой? Совсем ненадолго!

Генрих фон Зальц утвердительно кивнул:

— Я думаю, сможешь. Не смущайся, мальчик! Когда я женился, моя Ленхен даже в ночные караулы меня не хотела отпускать одного, так что бал — это совершенно нормально.

Лиза пыталась осмыслить слова Рюга. Как у него все просто. Завтра вечером ты можешь пойти со мной на бал, так что будь готова. Мужчины! А в чем она там появится, его совершенно не волнует! И у нее совсем нет никаких связей во дворце. Элина под домашним арестом, она могла бы помочь. Остается госпожа Магда. Конечно ее царство — кухня, но ведь не простая, а королевская. Кроме того ей надо выяснить еще кое-что, а уж с этим никто, кроме поварихи ей не поможет.

Госпожа Магда искренне обрадовалась Лизе и тут же согласилась ей помочь. Мастерица, обшивающая придворных дам, жила неподалеку, Близость к королевскому двору приучила ее ничему не удивляться. Запросив немалые деньги, она быстро подогнала по фигуре почти готовое платье. То, что получилось, приятно удивило и девушку, и саму портниху.

Радуясь еще теплому осеннему солнышку, они стояли у ворот дома, где жила мастерица.

— Тетушка Магда, у меня еще одна просьба, — Лиза совершенно растерялась и выложила, все как есть.

— Ну, его мамаша сказала, чтобы на завтрак была кровь с молоком и точка. Боюсь, домой на Рождество приедем, так она скажет, что я его голодом заморила! Не знаю что делать, хоть своей наливай!

Пожилая женщина рассмеялась:

— И не выдумай, нечего баловать! Я покажу тебе лавку мясника. И не переживай, они и без этого подолгу обходятся. Любая свекровь скажет, что ее драгоценный сыночек без мамочки похудел и побледнел, хотя их порода всегда одинаковая. Вот погоди, еще твои родители скажут, что из тебя на чужой стороне всю кровь выпили!

Лиза представила себе эту сцену во всех подробностях, и у нее даже волосы зашевелились. Может все-таки обойдется без таких крайностей, а то она и домой не поедет!

— И кстати, девочка, — Магда серьезно на нее поглядела, — тебе нужна помощница по хозяйству, иначе торчать тебе все время на кухне! Это я тебе как жена одного вервольфа и мать двоих говорю совершенно точно!

Лиза решила сделать мужу сюрприз. После того, что она испытала, пытаясь найти наряд, достойный королевского бала, ее душа требовала мести.

В эту ночь ей опять приснился тот же кошмарный сон, что перед свадьбой. Вот она идет среди сухих неживых деревьев на болоте, впереди мелькают какие-то темные фигуры. Вот кто-то стоит к ней спиной. Она узнает черные волосы Рюдигера, его кожаную куртку и трогает его за плечо, он оборачивается и смотрит на нее пустыми глазницами мертвеца. Она бежит вперед, зовет мужа и видит его силуэт где-то за деревьями.

Вдруг рядом появляется стройная женщина в красном платье и маскарадной маске из перьев. Лиза срывает маску и видит жуткую улыбку скелета. Это существо сталкивает ее в трясину и убегает. Из болота к ней тянутся сотни рук и старательно пытаются утопить. Почти уже сдавшись, она вдруг видит синие глаза Рюга. Он протягивает к ней руку:

— Лизхен, держись, все будет хорошо!

Сильные надежные руки поднимают ее из жуткой трясины. . И она просыпается.

Пытаясь понять смысл этого кошмара, Лиза освободилась от тяжелой руки Рюдигера и подошла к окну. Ночное небо было затянуто облаками, ни звезд, ни луны. Ночь надежно хранила свои тайны. Прочитав молитву, она снова попыталась уснуть.

Этой же ночью Важек снова пытался проникнуть в тайны мироздания, листая свое сокровище. Пробежав описания ночных духов, призраков и домовых, он перешел к более серьезным силам. Перевернув страницу, он не сразу поверил своим глазам — рисунок изображал перстень с красным камнем, как две капли води похожий на тот, что они нашли в развалинах. Надпись под рисунком гласила: «Кольцо Афзала».

Не слишком веря в такое совпадение, он внимательно вникал в смысл выцветших от времени строк.

«Сущность, заключенная в кровавом рубине, обладает не толькл невероятным могуществом, но и дьявольской хитростью. Обещая несметные богатства, демон заманивает человека в ловушку, стараясь овладеть его телом и разумом».

Важек в волнении перевернул пожелтевшую страницу и продолжил чтение.

«Чтобы вырваться на свободу, пленнику камня нужна человеческая жертва. Коварный демон нашептывает владельцу кольца мысли об убийстве. Низшие и несовершенные создания, так называемые нелюди, не могут противиться его влиянию, и поддавшись звериной стороне своей натуры, убивают, становясь послушными рабами черной силы».

Важек вспомнил ужас на бледном лице Рюга и странную пустоту во взгляде. Похоже, все они той ночью были в шаге от смерти! Свеча вдруг зачадила и погасла, юноша заменил ее на другую и продолжил чтение.

«Для неискушенных в тайном знании Кровавый рубин несет смерть и вечное проклятье. Но если принести жертву с соблюдением всех правил, то смельчак получает власть над демоном, и тот становится его верным слугою».

Далее следовало подробное описание отвратительного ритуала. Молодой человек спешно захлопнул книгу, по страницам которой казалось стекала кровь. Немного поколебавшись, он откинул крышку покрытой лаком деревянной шкатулки, где хранилось злополучное кольцо.

Таинственный камень вспыхнул в пламени свечей, окрасив все вокруг тревожным алым цветом.

Кристалл вдруг показался Важеку слишком большим, грани растворялись, словно набухая живой горячей кровью, еще мгновение и она сломает свою клетку и вырвется на свободу, заполнив собой целый мир! Рука сама потянулась к кольцу, но за дверью послышались голоса друзей, и Важек, очнувшись от наваждения, захлопнул шкатулку.

Глава 15 Странная незнакомка

Римар получил от Элины записку: «Увидимся на балу! Люблю, жду!» Настроение парня сразу изменилось. Он просто не мог дождаться вечера. Он и понятия не имел, что девушка сейчас находится совсем недалеко, в другом крыле дворца в покоях принцессы и тоже не находит себе места от волнения. Элина тяжело переживала разлуку.

Они встретились, когда ей угрожала опасность, он вернул ей надежду и радость жизни. Конечно она забыла о приличиях, отправившись с ними в таверну, и наказана совершенно справедливо, но не должно же наказание длиться вечно. Они ведь даже не поцеловались ни разу! Как она завидовала Лизе! Упрямая девчонка добилась своего и вышла замуж за того, кого полюбила. Наверняка все Темнолесье отступило перед ее напором, а она даже не заметила своей наглости, решив, что все идет своим чередом.

Правда самого Рюдигера фон Шлотерштайна Элина до сих пор побаивалась, несмотря на то, что он вместе с Римаром спас ей жизнь. Ее пугала жуткая смесь человеческих и нечеловеческих, скорее присущих хищному зверю, качеств. На первый взгляд молодой барон ничем не отличался от других оболтусов из знатных семей. Он был очень красив, только в этой красоте на взгляд Элины было что-то жуткое. Ей казалось, что это приманка, как яркая окраска иных ядовитых растений. Конечно, он был слишком честен и прямолинеен, а в некоторых вещах откровенно наивен. Но его способность видеть в темноте, на расстоянии чуять, что кто-то порезал палец, а также зверский аппетит и острые нечеловеческие зубы. .

В ответ на ее опасения Лиза только смеялась:

— Это правда, он всегда голодный. Но мужчина и должен хорошо есть, он же не монах, и не хрупкая девица!

Без сомнения, Лиза отчаянная девушка. Но похоже, что и Элине с Римаром придется решиться на какой нибудь решительный шаг, чтобы быть вместе!

Вечер только начался, и еще не все знатные особы прибыли во дворец. Полковник окинул взглядом своих подчиненных и остался доволен. Стройные, подтянутые, по военному строгий взгляд. За таких перед королем не стыдно.

Рюдигер вместе с Яром стояли у парадного входа. У входа во дворец Лиза рассталась с ними, пообещав через минуту вернуться, но почему-то не торопилась. Вдруг через зал прошла неизвестная никому красавица. Придворные щеголи удивленно проводили ее взглядом.

Красавицы фрейлины ревниво изучали ее наряд. Роскошные свелые волосы блестящим водопадом струились по спине, серебристо-зеленое платье необычного покроя открывает красивую грудь, неровные края выреза напоминают причудливые листья деревьев. Серебристый корсаж обтягивает стройное тело до самых бедер и нежнозеленым шелком струится вниз. Лицо незнакомки закрывала маска серебрянного цвета, повторяющая очертания женского лица. Яромир просто ел ее глазами. Дама неожиданно остановилась напротив Рюга. Рука в серебристой перчатке до локтя нервно играла веером.

— Скажите, наверное скучно так стоять весь вечер, когда другие развлекаются! — неожиданно обратилась она к барону. Из под маски голос звучал приглушенно.

Рюдигер, пытаясь понять, куда же запропастилась Лиза, рассеянно ответил:

— Совсем не скучно, это наш долг.

Настырная дама не отступала:

— Но наверное все-таки можно немного отвлечься, например уступить просьбе дамы и потанцевать с ней!

— Неужели тут недостаточно кавалеров? — пожал плечами Рюг. Эта особа уже начинала раздражать его. Хотя она очень даже ничего, и духи приятные, только похоже она облилась ими с ног до головы

.

— Послушайте госпожа, мы здесь не для развлечения скучающих красоток, а для охраны!

Нисколько не смутившись, она продолжила:

— Скажите, а вы всегда так серьезны, молодой человек? Наверняка у вас замечательная улыбка!

В резковатый пряный аромат духов вплетался еще один очень знакомый запах, девушка вдруг поправила волосы очень знакомым жестом. Рюдигер внимательно посмотрел на нее и вдруг широко улыбнулся:

— Лизхен, может ты снимешь маску? — и не дожидаясь ответа, быстро сделал это сам.

— А я уж думала, что ты так и не догадаешься, — она едва заметно подмигнула удивленному Яромиру. Тот был поражен: «Ничего себе купеческая дочка!»

— Ну раз уж мой секрет расскрыт, то не откажите мне хотя бы в танце!

Ее муж вопросительно посмотрел на стоящего неподалеку полковника, тот, наблюдавший эту сцену с самого начала, только махнул рукой:

— Идите скорей, танцуйте!

Рюдигер подхватил Лизу и легко закружил в танце. Красивая пара сразу привлекла всеобщее внимание. Он восхищенно посмотрел на свою юную жену:

— Кажется я танцую с королевой бала. Все мужчины умирают от зависти!

Лиза смущенно опустила глаза, подумав, что многие женщины тоже завидуют ей, Все же хорошо, что эти балы не частое явление, она, оказывается, довольно ревнива.

Широкая мраморная лестница, покрытая красным ковром, вела на второй этаж. Опираясь на лепные перила, двое мужчин средних лет, одетые в шелк и бархат, наблюдали за веселящейся публикой.

— О нет, этот глупец Римар Забельский еще жив, и этот треклятый нелюдь тоже! А ведь кто-то уверял, что он уже месяц назад получил серебрянную стрелу! — с негодованием произнес один из них. Его спутник поспешил оправдаться:

— Да кто же знал, что эта нечисть такая живучая! Наверное сумел вовремя крови нахлебаться…

Первый собеседник нахмурил темные брови:

— Сегодня он в карауле, как бы не спутал нам все карты!

— Людвиг, почему ты воспринимаешь их всерьез? Обычные молодые глупцы. Дуэли, выпивка, девушки-все их заботы.

— Кстати о девушках! Элина до сих пор его не забыла!

— Ну так отправь ее в монастырь или к дальним родственникам на время. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон!

Римар с тоской смотрел на кружащие пары, вдруг кто-то потрогал его за плечо. Повернув голову, он увидел Элину! В небесно-голубом воздушном платье, так подходившем к ее глазам, она казалась настоящим ангелом, хрупким и воздушным. Как много им надо было сказать друг другу, но пока они просто молчали, взявшись за руки.

Между тем на Златоград опустилась непроглядная тьма осенней ночи. В бальном зале зажглись все свечи, но тьма казалось, старалась задержаться в укромных местах. Откуда-то повеяло холодом, хотя все окна были закрыты. Между нарядных дам и кавалеров бесшумно и легко, словно призрак, скользила незнакомка в красном платье. Белокурые волосы забраны в хитрую прическу, лицо закрыто кокетливой полумаской из перьев какой-то яркой неизвестной птицы.

Лиза изо всех сил вцепилась в руки мужа, ведь это тот самый призрак из ее жуткого сна! Дама между тем поравнялась с ними и любезно попросила:

— Юноша, подарите мне один танец! Милая девушка, я украду его у вас ненадолго!

Рюдигер ободряюще улыбнулся Лизе и осторожно положил руку на талию незнакомки. Через несколько мгновений он практически задыхался от странного запаха. «Боже мой, так пахнут покойники не первой свежести!» — с ужасом подумал вампир. Женщина была холодной как лед, она даже не разгорячилась от быстрых движений танца.

— Надо же, чистокровный! Какой род не побоялся отправить своего наследника в гвардию? Как тебя зовут, юноша? — ее голос звучал на удивление молодо.

— Рюдигер фон Шлотерштайн, сударыня, — ответил он, стараясь дышать поменьше.

— Барон фон Шлотерштайн, я знала твоего деда, когда он был в твоем возрасте! Ты очень похож на него, одно лицо, только волосы черные.

— В таком случае вы очень хорошо сохранились для своего возраста, госпожа, — не задумываясь, брякнул Рюдигер. «Может обидится и отвяжется от меня!» — с надеждой подумал он.

Незнакомка вдруг улыбнулась, открывая маленькие острые клыки:

— Я еще старше, чем ты думаешь! Еще увидимся, Рюдигер фон Шлотерштайн!

Лиза кипела от злости. Руки искали шпагу, но ее как назло не было. Она вдруг вспомнила совет Иоганна. Раньше он казался им ужасно смешным, но теперь она так не считала: «Если тебе нанесли оскорбление, то постарайся справиться со своим гневом. Глубоко вздохни, задержи дыхание и постарайся посмотреть на все с другой стороны. Окончательно успокоившись, пойди и убей негодяя!» Кажется, он особым милосердием не отличался.

Рюдигер уже шел к ней, а незнакомка стремительно растворялась среди шумной толпы.

Яромир сгорал от любопытства:

— Везет тебе сегодня на красавиц, барон. Но расскажи скорей, кто она! Я знаю всех здешних чаровниц, но эта неизвестна никому.

Рюг задумчиво ответил:

— Не знаю кто она, да и не хотел бы знать, потому что то, чем она пахнет, мне совсем не понравилось!

— Да чем же? — изумился Яр.

— Разрытой могилой. — коротко бросил вампир, пытаясь вытереть руки о штаны. Ему казалось, что от прикосновений незнакомки они стали липкими.

Уже давно миновала полночь. Полковник фон Зальц проверял посты.

— Римар, Важек, следите за залом! Рюдигер, Яромир проверьте коридоры! Будьте предельно внимательны и осторожны!

Рюг с Яром покинули зал и разошлись в разные концы длинного коридора. Рюдигер старался ступать бесшумно и осторожно. Факелы на стенах чадили и мерцали, плохо освещая путь. Вдруг он заметил, что одна из дверей оказалсь приоткрытой. Именно эта дверь вела в покои принцессы Шарлотты. Рюг заглянул в комнату. Тихо, темно, но он явно чувствовал чье-то присутствие, чье-то замедленное дыхание. Он тихонько проскользнул в комнату.

На первый взгляд никого. Вдруг что-то просвистело в воздухе и рядом с его головой в мягкую обивку стены вонзился стилет. И снова стало тихо. «Здесь кто-то есть. Кто-то такой же быстрый, как вампир, я даже незаметил его движений. Но я чувствую человека и только. «-подумал Рюдигер. Он прижался к стене и замер. Вспомнил, как ходил на охоту с отцом и Иоганном. «Стань воздухом, стань туманом, растворись в пространстве, даже дыши медленнее. Ты уже не ты, не личность, а часть природы. И ты почувствуешь и услышишь самые тихие звуки, самые тайные движения!»

Вскоре в дальнем углу комнаты что-то шевельнулось. В стену вонзились еще два ножа прямо на уровне его глаз. Если бы немного правее, ему точно конец. Но он уже заметил темный силуэт, чувствовал его тепло и даже слышал биение его сердца. Рюг быстро нагнулся, достал из правого сапога свой «везучий» нож и метнул в противника. В нос ударил запах свежей крови. Значит он не промахнулся.

Рюдигер открыл шторы, запуская в комнату лунный свет. Его противник был мертв. «Везучий нож» попал прямо в сердце. Неизвестный был полностью одет в черное, и даже лицо закрывала полоска черной ткани. Рюг сорвал ее, мертвыми глазами на него смотрел парень примерно его возраста. Ему показалось, что на лице убитого написаны обида и укор. Он поспешил закрыть глаза мертвеца ладонью и смущенно сказал:

— Тут такое дело-или ты или я. Так что извини, тебе не повезло.

Вытащив оружие из тела, он, недолго думая вытер его о шелковое покрывало на кровати и поспешил узнать, что там с Яром.

Подарок крестного выручил его второй раз в жизни. На той же самой охоте они подстрелили оленя. Раненное в бок двумя стрелами, животное еще дышало. Иоганн потянул мальчишке кинжал:

— Ну добей его, перережь горло. Пора тебе стать взрослым, узнаешь, какая на вкус живая кровь!

Рюдигер посмотрел на огромные влажные черные глаза оленя и громко, на весь лес заплакал.

Лотар сердито взглянул на Иоганна и обнял сына, похлопав по спине рукой в кожаной перчатке:

— Ну что ты, он просто пошутил, успокойся!

Иоганн был не на шутку рассержен:

— Лотар, ты воспитываешь его как девчонку. Парню уже десять, он должен уметь все. Сможет ли он спасти свою жизнь, если нужно, защитить свою семью? Иногда вовремя получить кровь — значит выжить!

Лотар покрепче прижал к себе все еще всхлипывающего сына:

— Сможет, ему же всего десять, и сейчас от этого оленя ничья жизнь не зависит.

Он присел на корточки и посмотрел сыну в глаза:

— У него доброе сердце и отважная душа. Когда придет время, он сумеет поступить правильно!

На следующий вечер у тетушки Крины Иоганн подошел к Рюгу. Мальчишка старательно отворачивался в сторону и упорно молчал.

— Эй, парень, не сердись на меня! Просто я повзрослел гораздо раньше. Мне пришлось, меня никто и не спрашивал. Вот возьми! — он протянул Рюгу охотничий нож в потертых ножнах, с виду самый обыкновенный.

— Ух ты! Это правда мне? — в глазах мальчишки загорелось восхищение.

— Это не просто нож, он заговоренный, везучий, и в трудную минуту он тебя не подведет!

Через два года «везучий нож» и правда не подвел. Если бы не он, то пещерный медведь давно догрыз бы косточки четверых детей.

Яромир лежал на другом конце коридора. Рюдигер перевернул его на спину. Жив, только без сознания, его чем-то хорошо стукнули по голове. Похоже нападавших было двое.

На теле убитого был найден странный амулет. В середине серебрянного треугольника на фоне лучей восходящего солнца был изображен человеческий глаз.

— Воины Света. .задумчиво сказал полковник, держа кулон двумя пальцами, как будто боясь испачкаться.

— Кто они такие? — поинтересовался Римар.

— Древний союз, что-то наподобие монашеского ордена, Утверждают, что их цель очистить землю от скверны, то есть от всевозможных нелюдей. Но на самом деле их цель — неограниченная власть, желание влиять на все происходящее в мире. Именно они стоят за многими революциями и дворцовыми переворотами. Их образ жизни подобен военному. Строгие порядки и древнее боевое исскуство. Ну и сильная магия. Хотел бы я знать, что им было нужно в комнате принцессы?

— А где их найти? — зевая во весь рот, спросил Рюг. Уже рассвело, и он мечтал поскорее добраться до кровати.

— Хороший вопрос, — кивнул полковник, — но пока не удалось расскрыть ни одного их убежища!

— А кольчуга-то новенькая, — заметил Важек, он все еще рассматривал убитого.

— Вот и клеймо оружейника. Мастер Петер Рандел. Может нам повезет, и его мастерская окажется в Златограде.

— Что это за кольчуга такая, которую можно ножом проткнуть? — презрительно сплюнул Яр.

— Да нет, кольчуга что надо, — заметил Римар, — а вот что за нож такой?

Рюдигер наконец добрался домой и рухнул на кровать, не раздеваясь.

— Лиза испуганно на него посмотрела. Она покинула дворец еще до полуночи, а такое веселое мероприятие, как бал, не вызывало никаких тревожных мыслей. Она поставила перед ним кружку с любимым напитком. Ей пришлось проявить чудеса изобретательности, чтобы обеспечить любимому мужу привычный завтрак, а он выпил его залпом, даже не удивившись.

Но спохватившись, что обидит ее невниманием, слегка улыбнулся:

— Ты серьезно отнеслась к матушкиным словам. Кровь с молоком! Это здорово!

— Что-то случилось? — она взяла его за руку.

— Я убил человека, — он серьезно посмотрел ей в глаза, — и я очень хочу спать.

Едва сомкнув веки, Рюг провалился в тяжелый тревожный сон. Перед ним мелькало лицо убитого им парня, незнакомка в красном, Лиза, похожая на лесную нимфу. Затем все образы закружились, слились в один и растворились в темноте.

Лиза с тревогой поглядела на спящего, затем стянула с него сапоги, сняла куртку. Провела рукой по взлохмаченным черным волосам, отгоняя дурные сны и укрыла одеялом. «Проснется и все расскажет. «-подумала она.

Оружейная мастерская Петера Рандела нашлась в Златограде, в квартале ремесленников. Пожилой мастер был шокирован видом пробитой насквозь кольчуги и требовал показать оружие, которое так легко пробивает железо.

Рюдигер молча протянул ему нож. Старик с недоверием осмотрел его, затем улыбнулся:

— Ну конечно, небесный метал, я так и думал! Двадцать таких кольчуг я продал в замок Брауншвейг. Обычное дело, знатные люди часто имеют чуть ли не армию.

— Замок Брауншвейг, всего три часа верхом от столицы. — полковник фон Зальц мерял шагами кабинет.

— Принадлежит графу Конраду Бриару, кстати двоюродному брату королевского советника. Молодые люди, вы становитесь моими тайными агентами и получаете секретное задание.

Вы должны как можно больше узнать о том, что происходит в замке. Так же не помешает детальный план самого замка и оборонительных сооружений. Важек, в этом я надеюсь исключительно на тебя. Деньги и снаряжение получите у казначея!

Они отправились на следующий день рано утром. Еще было темно и уже по-осеннему холодно. Провожая мужа, Лиза вдруг прижалась к нему и всхлипнула. Он нежно вытер ей слезы:

— Ну что ты Лизхен, это ненадолго. Наверное к ночи уже будем дома.

— А может лучше я с вами? — она с надеждой взглянула в его глаза. — Вдруг вы без меня не справитесь?

Рюдигер погладил ее по голове, как ребенка:

— Но кто-то же должен ждать дома, хранить огонь в очаге и конечно приготовить ужин и, и зажечь свечи! Ничего не бойся, все будет хорошо!

Он быстро поцеловал ее и через минуту был уже в седле вместе с товарищами. Взять ее с собой было ужасно заманчиво, но после своих лесных приключений он остро ощущал всю хрупкость жизни и не мог рисковать самым дорогим существом. Важек не удержался и поддразнил его:

— Тебя как рыцаря провожает прекрасная дама, я просто умираю от зависти!

Рюдигер улыбнулся:

— Эта дама чуть было сама не собралась на подвиги, еле удержал!

Глава 16 Тайна замка Брауншвейг

Выехав за ворота Златограда, они на полном скаку понеслись по пыльной дороге. Одна другую сменяли ухоженные деревеньки. Их жители провожали удивленными взглядами четырех всадников, сломя голову несущихся вперед в такую рань.

Людское жилье сменилось дремучим лесом, подступающим к дороге с обеих сторон. Конский топот спугнул осторожную косулю, с веток с криками слетели птицы. Двое крестьян, направляющихся за дровами, еле успели отскочить в разные стороны, уступая дорогу рвущимся вперед коням.

Лес остался позади, и усталые кони остановились у стоящего на перекрестке двух дорог двухэтажного здания. Его фасад украшала вывеска «Золотая подкова». Трактир принадлежал бывшему сослуживцу полковника Яношу Каролю.

Крепкий седобородый хозяин с хорошо сохранившейся солдатской выправкой отложил листок с посланием от полковника и почесал в затылке.

— Даже не знаю, чем вам помочь, ребята! С тех пор, как старый граф отдал Богу душу, попасть в замок случайному человеку практически невозможно. Те, кто там служит, и живут там же. Среди челяди совсем не осталось деревенских. Граф Конрад суров. Назначил своим крестьянам тяжелый оброк А недавно удвоил его. Такое чувство, что где-то в замке скрывается трехголовое чудище, которое вся деревня пытается накормить!

Тут он поглядел на утомленных бешеной скачкой молодых людей и спохватился:

— Да вы верно устали с дороги, а я вас разговорами угощаю. Ну ничего, сейчас ужин подоспеет!

Трактирщик обратился к барону фон Шлотерштайну:

— А ты, паренек видно из Моравии? Я угадал?

Рюдигер коротко кивнул, не желая вдаваться в объяснения, но господин Кароль расцвел в улыбке:

— У меня были хорошие друзья в твоих краях! — и тут же с сожалением развел руками — Что ж вы так припозднились! Приехали бы часа на два пораньше. Мы как раз свинью кололи, сколько крови зря пропало!

Смущенный Рюдигер поспешил заверить любезного хозяина, что с радостью разделит трапезу со своими друзьми и никакого особого внимания ему не нужно.

Впрочем, и ужин, и вино оказались выше всяких похвал. Трактирщик сам присоединился к их копмании и охотно выпил пару стаканчиков, вспоминая то время, когда служил под началом Генриха фон Зальца. Оказалось, что он прекрасно знал и крестного Рюга, Иоганна.

Поэтому всем прибывшим из Моравии в Золотой подкове всегда рады.

После третей бутылки и пожелания здоровья и долгих лет королю Максимилиану, а его врагам сгинуть навеки, трактирщик радостно треснул кулаком по столу:

— И как же я забыл! Эй, Хорек, иди-ка скорей сюда! Вот кто нам нужен!

Шустрый человечек, собиравший опустевшие кружки со столов, обернулся на громкий окрик и поспешил к их столу. Стало заметно, что он немного хромает, однако этот недостаток вовсе не делает его неуклюжим.

— Что прикажете, господин Кароль? — его заостренное лицо с рыжеватыми усиками выглядело удивленным.

— Сейчас ты выложишь все, что знаешь, и не вздумай ничего утаивать, или я шкуру с тебя спущу! — хозяин сдвинул лохматые брови и грозно взглянул на Хорька. Тот нисколько не удивился неожиданной угрозе и поспешил оправдаться.

— Если вы о пропавшей упряжи, то думаю, что лучше спросить об этом у Ждана. Вы ведь помните, что позавчера я как раз навещал родных.

Старый солдат усмехнулся:

— Зачем его спрашивать, он как свалился пьяным в лошадиную кормушку, так и проспал до вечера. Однако он все же помнит, что именно ты предложил ему выпить сливовой настойки!

— Клянусь могилой матери, я ничего не знаю! Поверьте, господин, я тут ни причем! — мошенник размашисто перекрестился, осторожно отступая назад, но Яромир, смекнувший, что хозяин затеял этот разговор не случайно, придержал проныру за плечо. Кароль одобрительно подмигнул Яру:

— Молодец, парень, быстро соображаешь! Вот что, Хорек, я пожалуй погожу спускать с тебя шкуру. Присядь — ка пока с нами, выпей вина за здоровье господина фон Зальца. Как никак, я десять лет отслужил под его началом.

Хорек осторожно уселся на край длинной скамьи. Хозяин сам наполнил его кружку вином, и тот дрожащими руками поднес ее к губам. Осилив половину, он выжидательно посмотрел на собравшихся за столом.

Трактирщик улыбнулся:

— Да не трясись ты, лучше расскажи, почему перестал служить у графа Бриара. Ты кажется работал там на конюшне.

— Да чего там рассказывать… — замялся тот, отводя взгляд.

— Ну почему же, мне например всегда было интересно, отчего ты хромаешь? — Кароль кажется не замечал явного нежелания работника пускаться в воспоминания.

— Его светлость прекрасно стреляет из арбалета. — процедил Хорек сквозь зубы.

— Так это был несчастный случай на охоте? — недоверчиво переспросил Рюдигер.

Бывший графский конюх оглянулся на бледного юношу и усмехнулся:

— Ну при желании это можно назвать и так. Видишь ли, брат моей жены Драган, упокой Господи его душу, служил управляющим у старого графа. И когда старик помер от удара, мы с ним решили, что пары-тройки фамильных украшений никто не хватится.

Наши дела пошли неплохо, и мы решили рискнуть еще раз. Вряд ли наследник графа сразу во всем разберется. Но он оказался на удивление проницательным, и в первую же ночь можно сказать поймал за руку моего шурина!

Граф Конрад лично пытал его. Бедняга Драган выдал всех подельников, но это ему уже не помогло. Граф велел отрубить ему сначала руки, а потом и голову, и выставить во дворе замка на всеобщее обозрение!

— Ну а ты? Твоя-то голова осталась на месте! Как же ты спасся? — нетерпеливо поитересовался Яромир.

— Тогда я еще быстро бегал, — пожал плечами воришка.

— И только? — ехидно усмехнулся трактирщик. — Выкладывай-ка все до конца!

Хорек замялся, круглые бусинки его глазок забегали, придавая ему удивительное сходство с одноименным животным. Затем глубоко вздохнул, будто приготовился нырнуть в реку с обрыва:

— Ну ладно! Если это хоть немного испортит жизнь Его светлости, то расскажу все, как было.

Если спуститься внутрь стены и дойти до третьей сторожевой башни, там будет потайной ход, ведущий в подвалы замка. А у северной стены в самом конце подземелья есть старый колодец. Вот только это не совсем колодец, если прыгнуть в воду и, нырнув поглубже, проплыть вперед, то окажешься в пещере на берегу реки. Раньше об этом знали лишь несколько человек, все, кроме меня, давно умерли. Но все же не советую вам соваться в замок, если жизнь дорога.

Янош Кароль отодвинул опустевшую кружку и задумчиво посмотрел на молодых людей.

— Смотрю на вас ребята и завидую. Молоды и отчаянны, кажется, что все по плечу и любое море по колено! Помню, помню, и сам таким был! Но все же не стоит класть голову прямо в пасть чудовищу. Лучше осмотрите местность, людей в деревне пораспрашивайте! Вряд ли ваш командир будет доволен, если вы глупо погубите свои жизни!

На следующий день они поднялись еще до рассвета. Их уже ждал накрытый стол, причем перед Рюгом жена хозяина поставила большую кружку с еще теплой кровью. Молодой вампир удивленно взглянул на трактирщика, но тот широко улыбнулся:

— Я обязан жизнью Иоганну Кранцу, так неужели отпущу голодным его крестника!

Попрощавшись с радушным хозяином, они отправились в путь и еще до полудня достигли своей цели.

Замок Брауншвейг по размерам не уступал королевскому. Обнесенный высокой крепостной стеной и глубоким рвом, он был практически неприступен. Все четыре башни были соединены между собой, образуя единое целое.

Внутри скрывались конюшни, хозяйственные постройки и площадка для обучения воинов.

С внешним миром замок связывал перекидной мост, ворота охраняли суровые стражники с алебардами. Вдоль стены тоже хватало часовых.

— Вот так задача, — протянул Римар. — Если только не научиться летать. Рюг, вампиры случайно не летают?

— Нет, если только не скинуть их с колокольни, — ответил тот с самым серьезным видом. День был ясным, солнечным, и вся округа была как на ладони. Замок стоял на холме, а внизу лежала небольшая деревенька. Похоже, ее жители поставляли в Брауншвейг плоды своих садов и огородов. Вот двое мужиков подогнали к воротам стадо баранов и после недолгих переговоров были уже внутри. Вот несколько крестьянок с полными корзинами фруктов с визгом и хохотом также исчезли за воротами.

— А это идея! — воскликнул Яр, — нам нужна маскировка. Доставайте монеты из карманов и ждите меня здесь.

Они остались ждать его в небольшой роще. Когда терпение уже было на исходе, он появился, сидя как король, на верху огромной горы сена. Гора эта покоилась на телеге, неизвестно откуда взявшейся. В телегу была впряжена неказистая кобыла, а верный конь Яромира был привязан сзади и недовольно фыркал, обращаясь к хозяину. Подьехав к друзьям, он спрыгнул вниз.

— Ну как вам такой план: двое спрячутся в сене, а двое поедут сверху в крестьянской одежде! — не дожидаясь, когда к ребятам вернется дар речи, он достал из под сена кучу тряпья. Холщовая рубаха и штаны, почему-то довольно маленького размера и женское платье со шнуровкой синего цвета, льняная рубашка с вышивкой, в придачу платок. В ответ на их немой вопрос Яр пояснил:

— Это все, что я смог достать. Мужской наряд вполне подойдет Важеку, а это чудное платье.

Яромир внимательно посмотрел на почему-то заволновавшихся друзей и остановил свой взгляд на вампире.

— Рюдигер, ну-ка посмотри на меня, подумай о чем-нибудь приятном, похлопай ресницами! Ты выиграл этот приз! Можешь примерять! — с невинным видом Яр протянул ему платье.

— Да ты умом тронулся! Никогда, слышишь, барон фон Шлотерштайн не оденет женское платье! — Рюг просто кипел от праведного гнева, щеки покраснели, волосы растрепались.

— А я боялся, что красотка получится слишком бледной! — засмеялся Яромир. — Нет, ты сам подумай! Это платье будет впору только тебе, ведь ты самый тощий, хотя и ешь за двоих. И у тебя самая смазливая рожа. Кроме того нам нужна такая девица, которая в случае чего может справиться с одним, а лучше с двумя стражниками!

— Черт с тобой, уговорил, — махнул рукой Рюдигер, — но если кто-нибудь проболтается, он покойник!

Рюдигер сердито вырвал из рук Яромира злополучное платье и скрылся за телегой, откуда не показывался довольно долго. Наконец Яромир прервал затянувшуюся тишину:

— Эй Рюг, ты там живой?

— Сам бы попробовал это напялить! — зло отозвался вампир из своего укрытия. Яромир жестом остановил давящихся смехом друзей и, стараясь ступать бесшумно, завернул за телегу. Рюдигер натянул сарафан прямо на штаны и упорно пытался завязать шнуровку на корсаже, оказавшуюся почему-то на спине.

Яромир улыбнулся:

— Похоже, госпоже нужна горничная.

— Яр, еще одно слово, и я прикончу тебя, несмотря на эти тряпки! — барон тяжело дышал, гнвено раздувая ноздри.

— Все, все, молчу, я нем, как рыба! — Яромир примирительно поднял руки, смело шагнув к возмущенному другу. — Но мне кажется, что это носят как-то по-другому…

Наконец изнывающие от любопытства Римар и Важек увидели Яра и незнакомую девушку, отдаленно напоминающую юного вампира. Из тонкого и изящного Рюга получилась высокая, немного угловатая девица с широкими плечами. Красивое лицо с правильными чертами горело от возмущения, яркие синие глаза удачно сочетались с платком, обернутым вокруг головы несколько раз по местным обычаям.

Потрясенные неожиданным превращением друзья рассматривали творение Яромира молча, затем дружно принялись делиться впечатлениями.

— Ну повернись, не стесняйся, глазками постреляй! — хохотали парни.

— Яромир, зачем так затягивать шнуровку, женщины тоже дышат!

— А платье-то коротко, куда ты так вымахал! И ноги слишком бледные, хорошо хоть не кривые, и не волосатые!

— Эй, красавица, а может прогуляемся под луной? — окончательно развеселился Римар.

— Ну если только до кладбища! — с серьезным видом кивнул вампир, но тут же не выдержал и сам расмеялся.

Яромир подвел итог своим стараниям:

— Совсем неплохо для крестьянки! Эх, здешние девушки в отличие от тебя поголовно курносые, но так даже лучше. Ты много не разговаривай, лучше загадочно улыбайся, а так все вполне сносно!

Вскоре, как раз тогда, когда один из стражников покинул свой пост, к воротам подьехала телега с сеном. Лошадью правил невысокий остроносый паренек, а рядом со скучающим видом сидела высокая девушка в синей косынке. Пока все шло хорошо. Сено было просто необходимо на конюшне и пропуск внутрь был им обеспечен, но тут стражник вдруг заинтересованно взглянув на девицу, спросил:

— Что же ты за лето совсем не загорела? — его глаза уставились прямо в корсаж, за которым скрывались носовые платки всей четверки и немного свежего сена. У Важека сердце ушло в пятки, но Рюдигер, застенчиво опустив глаза, хлопнул длинными ресницами и кокетливо ответил:

— Да я же целый год у тетушки в Грюнберге жила, а там север, солнышка не увидишь! — и улыбнулся, не разжимая губ. Получилось довольно мило.

— Ах, ты бедняжка, — сочуственно произнес стражник, и его левая рука, свободная от алебарды, скользнув по спине девицы, опустилась гораздо ниже. Барон фон Шлотерштайн скрипнул зубами и вежливо вернул тяжелую лапищу на место. Заметив, что вампир с трудом справляется с охватившим его гневом, Важек поспешил вмешаться:

— Господин, моя сестра девушка честная, не стоит с ней шутить.

Детина вдруг заулыбался:

— Да я и сам вижу, ты девица серьезная и за себя постоять сможешь. Как звать-то тебя, красавица?

— Злата, — сердито буркнул вампир.

— Подходящее имя, а я Андраш. Вы в деревне живете?

— Да, второй дом от колодца, — быстро соврал Важек, незаметно ткнув в бок мрачного Рюга.

Он надеялся, что тот хоть немного подыграет ему, но Рюг молчал с крайне недовольным видом. Стражник снова расплылся в улыбке:

— Люблю недотрог! Жди в гости, Злата!

Девица хмыкнула и показала нежданному ухажеру кулак. Важек, чуть не плача от смеха, прохрипел:

— Лучше не надо, господин, у нее рука тяжелая! Полдеревни покалечила, теперь никто к этой бледной немочи не посватается!

Злата сильно покраснела и отвесила братишке хорошую затрещину.

— За что, сестрица, я же пошутил! — обиженный Важек потрогал ушибленное плечо.

— Чтобы сначала думал, а потом говорил! — красотка поправила выбившийся из под платка черный локон и решительно взяла вожжи в свои руки. — Поехали, хватит языком чесать!

Под сеном послышались странные звуки, напоминающие хрюкание придушенного поросенка. Но страж ворот не обратил на это должного внимания, провожая задумчивым взглядом синий платок.

Телега, скрипнув несмазанными колесами, въехала за ворота. Здесь они не вызывали ничьих подозрений, без проблем добравшись до сарая с сеном. Быстро нырнув туда, они осторожно осмотрелись через щели в досках. Важек и Рюг, чертыхаясь, переодевались.

Кажется, они сумели перепутать сапоги, и теперь меняли их обратно.

— Так и быть, — прошептал Яр, обращаясь к Рюгу, — я ничего не скажу Лизхен про тебя и Андраша!

— Конечно, не скажешь, — также шепотом ответил вампир, — потому что выберемся из замка, и тебе конец!

Яромир снова издал странный звук похожий на хрюканье, и смиренно опустил глаза:

— Надеюсь все же, что ты простишь меня.

Лиза вернулась с рынка с полной корзиной покупок. В открытую дверь стрелой бросилась кошка, наверно набедокурила без хозяев. Она зашла в кухню и опустила корзину на пол. Распрямила спину и вдруг ощутила, как ее обхватили сильные мужские руки.

— Веди себя смирно, девочка, и все будет хорошо! — голос показался ей смутно знакомым.

— Вот ведь беда, — пожаловась она, — я никогда не отличалась смирением.

Лиза с силой откинула голову назад, и таинственный незнакомец остался со сломанным носом. От боли он слегка разжал руки. Вывернувшись из его объятий, она цепко схватила левую руку за запястье и завернула за спину. Быстро схватила так удачно оказавшуюся на столе скалку и, не раздумывая, треснула по кудрявой русой голове. Злоумышленник покачнулся и рухнул на пол, потеряв сознание.

Придя в себя, он понял, что крепко привязан к стулу. Перед ним, стояла Лиза в пестром ситцевом платье и задумчиво поигрывала скалкой.

— Ну Михал, может расскажешь мне, что ты забыл у нас дома?

Он угрюмо взглянул на девушку. Она была все так же хороша и по-прежнему недоступна. Михал вспомнил, какое жестокое разочарование испытал совсем недавно, приехав в Темнолесье жарким летним днем.

Удивившись такому количеству любопытных у церкви, он спросил, кто же сегодня венчается. Ответ просто сбил его с ног. «Младший барон фон Шлотерштайн женится на дочке купца Яна Кречета». Он было подумал, что ослышался, но появившаяся в этот момент на ступенях церкви пара развеяла его сомнения. Лиза в белом атласном платье счастливо смотрела на высокого черноволосого парня, а тот, щуря глаза от слишком яркого солнца, улыбался во весь рот, так что можно было без труда разглядеть странные острые зубы.

— Я просто хотел спасти тебя, — буркнул он, — С чего вдруг ты решила выйти замуж за нелюдя! И как же он смог войти в церковь?

«Ну вот, опять началось!» — с тоской подумала Лиза.

— Где же нам по твоему было венчаться, при луне на кладбище? Ты, я вижу, ничего не знаешь про них, а собрался воевать! Если бы ты спросил меня раньше, то я бы честно ответила, что еще прошлым летом дала согласие другому. А если ты знаешь, что я теперь жена Рюга, то что ты здесь делаешь?

— Да они тебя просто околдовали! — воскликнул Михал. — Ты постепенно становишься такой же. Женщина не может быть такой сильной!

— Ну если на то пошло, то я не такая уж и сильная, а просто умею за себя постоять! А ты, я вижу, Воин Света! Что же вас так плохо учат, а еще собрался с нелюдями бороться!

Михал покраснел:

— Я не так давно стал членом братства. Прошу тебя, пойдем со мной, ты поймешь, как ты заблуждаешься!

Над черепичными крышами и золотыми куполами Златограда раздался колокольный звон. Время приближалось к вечеру.

— Знаешь, я бы тебя отпустила, но может быть ты знаешь что нибудь интересное про Воинов Света. Так что поскучай немного, а мне некогда. Вон уже Луиза идет, моя прислуга.

От сарая с сеном было рукой подать до входа в нижний этаж замка. Здесь располагалась конюшня, пахло конским потом и навозом. Пройдя через нее под недоуменными взглядами породистых лошадей, они попали на узкую витую лестницу, которая вывела их в одну из сторожевых башен. Отсюда весь замок был как на ладони.

На внутреннем дворе была видна площадка для тренировок. Черные фигурки отрабатывали хитроумные движения.

— Вот и ваши лазутчики, — шепнул Римар. Важек быстро набросал на листке бумаги общий план замка. Вдруг внизу послышался шум и чьи-то голоса. В конюшне два работника кормили лошадей и чистили стойла.

— Похоже мы застряли здесь надолго, — огорчился Яр. Римар, чьи нервы были на пределе, сердито приложил палец к губам. Яромир признав свою оплошность, согласно кивнул, и все замерли в напряженном молчании. Голоса раздавались почти рядом, и друзья затаили дыхание, боясь пошевелиться.

Вскоре ворота замка открылись, попуская важный экскорт. Двое богато одетых всадников и пятеро вооруженных до зубов телохранителей. Они миновали двор, хозяйственные постройки и скрылись в правом крыле. Работники наконец покинули конюшню, их голоса и шаги смолкли, и в наступившей тишине стало слышно лишь тихое сопение вампира, задремавшего прямо на холодном полу.

Яромир потряс его за плечо, сначала осторожно, затем все сильнее, и в отчаянии поднял глаза на Римара. Тот понимающе вздохнул:

— Разбудить его нелегко, по себе знаю.

Яромир в волнении сжал кулаки:

— Нам надо выяснить, кто приехал в замок, каждая минута дорога, а он…

Важек задумался:

— Кажется я знаю, что делать!

Он вынул кинжал из ножен на поясе и, зажмурившись, уколол острием кончик пальца. Кровь капнула на каменные плиты. Рюдигер моментально открыл глаза, испуганно спросив:

— Что случилось, кого-то ранили?

Яромир усмехнулся:

— Ну ты и спишь, просто бери голыми руками! В замке гости, хотелось бы узнать, кто они!

Быстро спустившись вниз, они очутились в полутемном коридоре внутри стены. Пол под ногами был выложен узорными плитами. Очутившись под третьей башней, Яромир остановился в центре диковинного цветка и притопнул ногой от волнения. Тут плита, на которой он стоял, стала медленно отъезжать, открывая ведущие вниз ступени.

— Ого, Хорек не соврал, потайной ход должен вывести нас к кабинету самого графа Конрада.

Наверняка чужаки направляются туда.

— А вдруг это ловушка! — шепнул Важек, но его никто не слушал. Сняв со стены пару факелов, они спустились по ведущим в подземелье ступеням. Не успели они дойти до середины лестницы, как плита над ними медленно вернулась на место. Душа у каждого из них ушла в пятки. Возможно они в ловушке, куда зашли добровольно. Но они молча продолжили свой путь. Подземный ход казался довольно заброшенным, стены украшали целые гирлянды паутины и корни каких-то растений. Им даже попался прикованный к стене ржавой цепью скелет какого-то бедняги. Крысы избавили его от плоти, но на нем еще уцелели остатки сапог и кожаной куртки. Каждый задержал взгляд на мрачных останках, а Рюдигер украдкой перекрестился.

Они повернули налево и остановились в нерешительности. Впереди было все так же темно, и Яромир уже засомневался в пользе их миссии. Возможно, проклятый воришка обманул их или за несколько лет у него совсем отшибло память. Они просто заблудятся в подземелье или попадут в руки своих врагов. Юноша стиснул зубы, стараясь не выдать своих сомнений и страхов. Он оглянулся на друзей:

— Вперед, не отставайте!

Подбодренные его окриком, они зашагали быстрее. Вдруг Рюдигер крепко схватил Яра за рукав. Он недовольно оглянулся:

— Ну что еще?

— Мы чуть не пролетели мимо! — вампир подошел к стене, и из темноты показались ступени. Лестница, как две капли воды похожая на ту, по которой они спустились в подземелье, вела наверх, оканчиваясь каменной плитой.

— Но что же дальше? — тревожно спросил Римар. Мрачное подземелье пугало его до дрожи в коленях, и он искренне надеялся, что друзья не заметят его страха. Важек, также стараясь сохранить самообладание, напомнил:

— Наш приятель Хорек говорил о хитром механизме, спрятанном в стене. Надеюсь, он не заржавел окончательно за эти годы!

Яромир в десятый раз внимательно оглядывал все вокруг:

— Это должно быть где-то здесь!

Наконец его глаза заметили в неровном свете факелов два барельефа в форме львиных голов. Они находились в самом начале лестницы по одному на каждой стене. Яр надавил на один из них, и тот слегка сдвинулся с места, уходя в глубь стены.

— Рюдигер помоги мне, у тебя должно получиться!

Каждый из них обеими руками с силой нажал на львиную морду, и плита со скрипом отодвинулась, но только наполовину. Важек даже подпрыгнул от радости:

— Ничего, нам хватит чтобы протиснуться!

Выбравшись наверх, они очутились в другом крыле замка. Осторожно пройдя вперед, они остановились перед небольшой дверью.

Яромир поколдовал в замке острой шпилькой и распахнув ее, галантным жестом пригласил их войти. За дверью была небольшая каморка, напоминавшая скорее монашескую келью. Рюг вдруг остановился и приложил палец к губам, за стеной явно были люди. Он ясно слышал их голоса. Потрогав стену пальцем, он чуть не ахнул от удивления. Она податливо прогнулась под его рукой. Осмотревшись, он понял, что в стене было окно, затянутое плотной материей. На уровне глаз взрослого человека находились два небольших два отверстия.

Рюдигер заглянул туда, и его взгляду открылась довольно просторная комната. По ее углам стояли треножники, в железных чашах пылал огонь. На захламленном столе лежали пергаментные свитки, незнакомые измерительные приборы, хрустальный шар и человеческий череп. Неожиданно его больно ткнули в бок. Вампир обернулся к сердито пыхтевшему Яромиру и со вздохом уступил ему свое место.

Над столом склонился седой человек в красной мантии, на груди у него был символ Воинов Света-треугольник с глазом внутри. Все указывало в нем на жреца или колдуна, хотя ростом и крепким сложением он напоминал скорее воина. Видимо это и был магистр ордена Воинов Света, Амальрик. Рядом стояли трое-сам хозяин замка, крепкий светловолосый мужчина с лицом убийцы, и двое приехавших сегодня. Их лица были закрыты бархатными полумасками.

— Вы гарантировали мне, что прошлой ночью принцесса будет в ваших руках, что вашим людям нет равных в исскустве шпионажа. — гневно обратился к колдуну вельможа в маске. Тот поспешил оправдаться:

— Мой господин, у вас нет причин сомневаться в моих людях. Им помешала досадная случайность. .

— И имя этой досадной случайности — Рюдигер фон Шлотерштайн! — зло вставил второй из прибывших гостей.

Рюг ошарашенно уловил в разговоре свое имя и оттеснил Яра. Ему до ужаса захотелось взглянуть, кто же считает его опасным врагом. С другой стороны стену украшала выцветшая от времени картина. На ней во весь рост был изображен рыцарь в полном вооружении, пронзающий мечом какой-то собирательный образ нечистой силы. Те отверстия, куда сейчас заглядывал Рюг, были как раз на месте глаз рыцаря.

Граф Конрад Бриар повернулся к стене и с удивлением разглядывал старинное полотно. Даже он не знал всех мрачных тайн этого подземелья. Что удивительно, глаза рыцаря на картине только что были зелеными, а теперь в полумраке отсвечают красным.

Слегка непонятно, кто из них нечисть, или это отблески огня? Он на минуту отвернулся и нарисованный рыцарь снова глядел зелеными глазами.

— Послушайте господин фон. — начал глава ордена, но один из вельмож перебил его, — нет нужды называть чье-то имя, и у стен есть уши!

— Послушайте, если у вас хватит решимости, то мой орден поддержит вас, мы предоставим всех своих людей и даже применим исскуство магии. Но надеюсь, когда вы придете к власти, мы получим свободу действий и очистим страну от скверны.

Его высокопоставленный собеседник согласно кивнул:

— В этом вы получите полную поддержку. Нам нужны восточные области, но без населяющих их богопротивных созданий.

Граф Конрад еще раз взглянул на картину. Мастерство неизвестного художника поражало, в глазах рыцаря снова горели красные огоньки. Затем нарисованные глаза непонятным образом моргнули, приняв темно-синий оттенок. Зантересованный хозяин замка подошел поближе. За стеной послышалось сдавленное чихание, какой-то непонятный шум, и нарисованный рыцарь неожиданно ослеп, таращась на графа пустыми глазницами.

Любопытный Рюдигер снова оттолкнул Яра, задев при этом рукой слой вековой пыли. Тот изо всех сил старался сдержаться, но все же расчихался.

Глава Воинов Света драматическим жестом указал на картину:

— За стеной кто-то есть, я ясно это чувствую.

— Куда уж яснее, — проворчал себе под нос граф Конрад.

Магистр отдал приказ своим людям:

— Схватить немедленно живыми или мертвыми!

Вырвавшись в коридор из своего тесного убежища, парни бросились в сторону подземного хода. С двух сторон к ним уже бежали вооруженные стражники и воины Света. Рюдигер заметил, что среди них были как люди, одетые в черное с ног до головы, так и воины в светлых одеждах с накинутыми на голову капюшонами и закрытыми лицами.

— Пора вспомнить о шпагах! — крикнул Римар. Рюдигер согласно кивнул. Он развернулся и скрестил клинок с первым подбежавшим к нему воином. Обутый в мягкие сафьяновые сапожки воин Света двигался бесшумно и грациозно. Изогнутый клинок в его руках казался живым существом, способным убивать без участия хозяина. Бледный взлохмаченный юноша в кожаной куртке не внушал ему опасений. Слишком уж серьезное лицо у этого новичка… Напрасно старается, чтобы увернуться от ударов его сабли, надо пережить не один десяток поединков и отправить на тот свет не один десяток врагов… ну или быть вампиром.

Однако вскоре он понял, что недооценил мальчишку. Тот ловко отбивал удары и вскоре перешел к атаке. Противнику все же удалось задеть его кинжалом, но юнец лишь задорно улыбнулся, сверкнув острыми зубами. В следующую минуту его шпага скользнула по широкому поясу с блестящими заклепками и вонзилась в бок врага. Белые одежды быстро пропитывались кровью. Воин Света уронил кинжал и зажав левой рукой рану, все же пытался сражаться. Но Рюдигер легко обезоружил его и швырнул вперед. Теряющий сознание от потери крови бедняга сбил с ног двух собратьев.

Рюдигер уже оказался между двух воинов графа Бриара. По сравнению с убийцами из Братства они показались юному вампиру переодетыми крестьянами. Слишком медлительны и неповоротливы, подумал барон, перешагивая через корчившихся от боли стражников.

Его друзья уже спускались по ступеням потайного хода, Важек окрикнул Рюга, и его вихрастая макушка скрылась из виду. Рюдигер поспешил за ними. Не глядя под ноги, он пронесся по лестнице и огляделся в поисках ребят. Увидев, что они со всех ног бегут к колодцу у северной стены, он бросился догонять друзей.

Прислушавшись к грохоту над головой, вампир понял, что за ними идет погоня. На бегу он врезался в Римара, но тот сумел устоять на ногах. Подбежав к сложенному из больших камней колодцу, они сняли почерневшую от сырости деревянную крышку. Яромир посветил внутрь факелом. Тускло блеснула черная вода и покрытые зеленой скользкой порослью стены, пахнуло сыростью.

Яромир оглянулся на лестницу, на которой вот-вот покажутся их преследователи, и решительно перемахнул через край колодца. Послышался всплеск и возмущенное:

— Эх, чтоб тебя..

Парни заглянули вниз, но Яр уже исчез, внизу лишь покачивалось темное зеркало воды. Римар перекрестился и закусив до крови губу, осторожно уселся на холодный скользкий камень. Рюдигер хотел ободрить друга, но вдруг понял, что нигде не видит Важека.

Оглянувшись, он с ужасом увидел, что их друг попал в переделку. Будущего великого ученого крепко держал огромный стражник, напоминающий одетого в латы медведя. Недоумевая, как такой великан смог протиснуться в узкую щель между не до конца разъехавшимися плитами, Рюг бросился на помощь. Но тут к его удивлению Важек со всей силы впился зубами в огромную волосатую лапищу. Громила дико заорал, а Рюгу стоило немалых усилий отодрать парнишку от врага.

— Да пойдем же скорее, я что-то не пойму, кто из нас вампир!

Важек наконец очнулся и с омерзением отплевываясь, поспешил за другом.

Усевшись на край колодца, они посмотрели вниз, затем друг на друга. Конец их сомнениям положили торопливо спускающиеся по лестнице Воины Света. Помянув всех святых, друзья с шумом плюхнулись в воду.

Набрав побольше воздуха, они нырнули в черную как ночь, тягучую жидкость и подплыли к стене, пытаясь на ощупь отыскать спасительный выход наружу. Рюдигер ткнулся макушкой в камень и в отчаянии зашарил руками по скользкой стене колодца. Чуть ниже барахтался Важек, затем вдруг все прекратилось. Встревожившись, Рюдигер опустился ниже и наконец протиснулся в довольно тесное отверстие. Усердно работая руками и ногами, он продвигался вперед, надеясь, что не успеет захлебнуться. Но вот голова перестала больно стукаться о камни, и из последних сил он рванулся вверх.

С шумом вынырнув на поверхность, он жадно вдохнул и осмотрелся. Впереди плыл Важек, надо признаться, это получалось у него намного лучше, чем у вампира. Над ними нависал каменный свод пещеры. Здесь было гораздо светлее, чем в подземелье. Неожиданно он понял, что едва не задевает дно коленями и поднялся на ноги. В трех шагах от них стояли Яр и Римар, с интересом наблюдая за все еще плывущим Важеком. Рюдигер укоризненно взглянул на них, не в силах вымолвить ни слова, и пристыженные парни бросились им на помощь.

Выйдя наружу, они поняли, что оказались на берегу руки. К их удивлению из кустов ракитника вышли трактиршик Кароль и Хорек. Они не только привели сюда их лошадей, но и позаботились о сухой одежде для незадачливых разведчиков. Янош отругал молодых людей за безрассудный поступок, но выслушав их рассказ, тут же стал серьезным.

Он проводил их до лесной дороги и рассказал как, побыстрее добраться до Златограда. Тепло простившись с ними, они отправились в обратный путь. Вскоре оказалось что добрые намерения господина Кароля пропали зря. С небес на них обрушился настоящий ливень, тут же вымочив до последней нитки.

Глава ордена Воинов Света подошел к картине на стене и толкнул ее. Это оказалась потайная дверь. Он внимательно оглядел пыльную каморку. Его внимание привлек гвоздь, торчавший из стены. На нем висел клочок кожи, видимо кто-то в спешке порвал куртку. Жестокая улыбка мелькнула на его лице. Вернувшись к себе, он достал черный мешочек с вышитыми на нем древними рунами. Вытряхнул его содержимое на стол, из рассыпавшейся кучки старых потемневших от времени костей он выбрал одну и уколов стилетом палец, капнул на нее кровью и произнес заклинание.

Через минуту перед ним стояло нечто отталкивающе жуткое. Это существо отдаленно напоминало собаку, но было совершенно лишено кожи, глазницы горели адским пламенем, с жутких клыков капала слюна. Колдун подошел к твари, и она смирно улеглась у его ног. Он дал ей обнюхать клочок кожи:

— Найди хозяина этой вещи и убей его и всех, кто с ним рядом! Еще никто не оскорблял так меня, они должны за это ответить!

Четверо друзей гнали коней изо всех сил. Погони вроде бы не было. Но Рюдигера не оставляло чувство, что сзади что-то есть, и оно вот-вот их настигнет. Он не раз обрачивался, вглядываясь в ночную тьму, но за стеной дождя даже его острые глаза ничего не видели.

Лиза услышала шаги на крыльце и стрелой полетела к двери. Она совсем измучилась ожиданием. Служанка давно ушла, а общество Михала не вызывало у нее радости. Хотя пререкания с ним помогали не сходить с ума от беспокойства за Рюга. Она распахнула дверь и через миг обнимала мужа. Он, смеясь, отбивался:

— Осторожнее, я же весь мокрый, там льет как из ведра.

Мокрые волосы висели сосульками, смешно открывая уши, щека была измазана копотью, а на рукаве куртки красовалась огромная дыра! Наконец он перестал сопротивляться и тоже от души обнял жену, тут же сделав мокрой с ног до головы. Глядя поверх ее волос на привязанного к стулу парня, Рюг удивленно спросил:

— А это еще кто?

Он перевел взгляд на скалку, лежащую на столе, и рассмеялся:

— А ты, я вижу времени не теряла!

Тут он увидел серебрянный амулет у пленника на шее:

— Ого, воин Света! Уже и домой спокойно придти нельзя!

Михал исподлобья изучал барона фон Шлотерштайна. До этого он никогда не видел так близко вампира. До нитки промокший молодой парень не слишком отвечал его представлениям о жутких порождениях ночи.

Между тем Рюдигер задумался:

— А что же нам с ним делать?

Лиза мрачно пошутила:

— Съешь его на ужин, он мне ужасно надоел!

— Лизхен, ты хочешь сказать, что у нас нечего поесть! — спросил Рюг, стараясь оставаться серьезным.

— Как это нечего, я целый вечер на кухне проторчала, хотя Михал мне здорово мешал! — отмела его подозрения Лиза.

— Так это и есть тот самый Михал! — глаза вампира потемнели, крылья красивого носа раздулись.

— Ты знаешь, я передумал насчет ужина! — он внимательно посмотрел на пленника, и тот вдруг заерзал на стуле. Лиза поглядела на мужа, у которого только что дым не шел из ушей, и вдруг подумала, что зря не отпустила сразу этого идиота. Похоже ему сейчас несладко придется!

Вдруг оконное стекло разлетелось на тысячу кусочков, и в комнату ворвалось нечто, несравнимое с самым жутким из ночных кошмаров.

— Адский пес! — в ужасе прошептал Михал. Чудовище, напоминающее боевого пса, но совершенно лишенное кожи, сомкнуло страшные челюсти на правой руке вампира. Но видно, Рюдигер фон Шлотерштайн родился в рубашке. Жертвой страшных зубов стал лишь рукав кожаной куртки. Он с усилием отодрал от себя мерзкое создание, пнув ногой.

Псина отлетела в угол, из буфета со звоном посыпалась посуда. Чудовище снова ринулось в атаку, на этот раз его жертвой стал сапог Рюга. Адский пес с отвращением отбросил бесполезный трофей и вдруг кинулся на Михала, абсолютно лишенного возможности защищаться. Он закрыл глаза и приготовился к смерти, дыхание перехватило от отвратительной вони из пасти чудовища. Но вдруг страшное рычание превратилось в жалобный скулеж, затем все стихло. Михал приоткрыл глаза. Над ним стоял барон фон Шлотерштайн, держа одной рукой без видимых усилий страшного пса за шкирку, как нашкодившего щенка. Другой рукой он вынул из груди твари нож и с отвращением отбросил жуткое создание. На окровавленном лезвии ножа вдруг вспыхнули и пропали неизвестные знаки!

— Ну и подарочек всучил мне Иоганн! Интересно самому ему он откуда достался? — удивился Рюдигер. Между тем тело адского пса стало исчезать на глазах, растворяясь в пространстве. Вскоре от него осталась лишь маленькая потемневшая от времени косточка. Нерастерявшаяся Лиза плеснула на нее водой из какой-то склянки, и она, задымившись, исчезла.

— Святая вода, — пояснила она удивленным мужчинам. Рюдигер перерезал ножом связыващие Михала веревки.

— Можешь остаться у нас на ужин, в качестве гостя конечно!

— Только сначала надо привести кухню в порядок! — Лиза строго взглянула на них, уперев руки в бока. Спорить с ней никто из них не решился.

Владелец замка Брауншвейг, граф Конрад Бриар был арестован по обвинению в государственной измене. Его люди дали достаточно показаний, чтобы тюрьма надолго стала его домом. Да вот беда, в камере с ним случился удар. В руки солдат короля так же попали несколько воинов Света, но через несколько мгновений они также были мертвы, то ли от неведомого яда, то ли от внезапной остановки сердца.

Главный королевский советник Людвиг фон Мирбах носил на рукаве черную повязку в память об умершем родственнике и всем своим видом показывал, как он удручен таким поведением кузена. Именно он предложил королю отправить принцессу Шарлотту ради ее безопасности в далекий монастырь, и заодно свою дочь Элину, как лучшую подругу принцессы.

Так же он нанес визит начальнику королевских гвардейцев.

— Господин полковник, сделайте мне одолжение. Я вижу, что только ваши люди справятся с охраной ее высочества.

А так как моя дочь тоже едет вместе с принцессой, то я вдвойне заинтересован, чтобы их охраняли лучшие шпаги королевства! Я прошу вашу знаменитую четверку!

Полковник фон Зальц слегка смутился:

— Но эти ребята слишком молоды и неопытны, хотя и очень отважны. И в замке Брауншвейг они совершили все ошибки, какие только возможны. То, что никто из них не погиб, просто чудо!

— Так значит удача их любит!

Монастырь святого Стефана находился в глухом лесном краю, среди заросших непроходимими лесами горных склонов. Его монахи славились своими познаниями не только в богословии, но и в других, вполне мирских науках. Трудно отыскать лучшее место для общения с Богом и научных изысканий, но дорога туда была не близкой.

Важек взвесил в руках тяжелую книгу. Не слишком разумно тащить ее с собой. А вот кольцо он не рискнет здесь оставить. Нырнув под кровать, он достал успевшую покрыться пылью шкатулку. Рука сама потянулась к крышке, но Важек сумел не поддаться соблазну и поставил опасную вещицу на низенький столик у окна. В памяти всплыли строчки, написанные ровным красивым почерком:

«Исполнив требуемый ритуал, смертный получит огромную силу. Стоит ему лишь пожелать, и он достигнет вершин власти, сможет завладеть несметными сокровищами. Сможет управлять стихиями и предвидеть будущее, и горе тем, кто посмеет встать на его пути!»

— И всего-то нужно замучить до смерти одну невинную душу! — рассерженный Важек произнес это вслух и вдруг ясно услышал негромкий вкрадчивый голос:

— Нигде не сказано, что жертва должна быть невинной овечкой. Возможно, это будет закоренелый грешник, которому придется еще при жизни ответить за свои преступления.

Важек вздрогнул и оглянулся по сторонам, но комната была пуста Юноша собрался убрать шкатулку, но невидимый собеседник продолжил:

— И потом, полученную силу и власть можно использовать для добрых дел!

— Так мне не почудилось! — Важек с негодованием кинулся рыться в своих вещах. Наконец он нашел льняной мешочек с освященным ладаном, подарок матушки. Высыпав его содержимое, юноша засунул туда шкатулку и мстительно затянул тесьму. Затем решительно бросил мешочек в дорожную сумку. С той минуты, как он взял в руки это проклятое кольцо, Важек совершенно лишился покоя. Юноша наконец понял, какая страшная вещь попала ему в руки.

В домике на улице Роз под черепичной крышей бушевали нешуточные страсти.

— Я уже устала все время сидеть и ждать! — юная баронесса топнула ногой, тарелки на столе подпрыгнули.

— Ты мог бы взять меня с собой. Что такого в этой поездке? Я умею ездить верхом и фехтовать, а также ругаться с нечистыми на руку трактирщиками! Ты же совсем деньги считать не умеешь, сколько скажут, столько и заплатишь!

Рюдигер улыбнулся:

— Лизхен, сердце мое, ты как всегда права! Но я не могу так рисковать тобой, ты самая большая моя драгоценность! — он подошел к ней и обнял за талию, притянув упрямицу к себе.

— Но зато ты рискуешь собой, то и дело! — возмутилась девушка.

— Но я же мужчина, это мой долг! — пожал плечами Рюг. Предотвращая дальнейшие споры, он легко подхватил ее на руки, и не слушая возражений, унес в спальню.

Проснувшись после ставшего уже привычным, кошмара Лиза долго глядела на спящего сном праведника барона фон Шлотерштайна. Когда же наивный мальчишка успел стать взрослым? Она и не заметила, как в глубине этих синих глаз замерзли льдинки, у уголков красивых твердо очерченных губ легли едва заметные складки.

Он стал мужчиной, он уверен, что может решать за нее, что сможет защитить ее от опасностей этого мира. Ему, видите ли, будет спокойнее, если она останется дома! А кто же защитит его от тайных и явных врагов, серебрянных стрел и людского коварства? Ну почему мужчины так самонадеяны и глупы? Теперь она обречена умирать и воскресать каждый день его отсутствия. А ведь эта ночь почти приблизила их к небесам, раздвинув стены небольшой комнаты до размеров Вселенной! Так почему же он должен уехать?

Накинув куртку мужа, она вышла на крыльцо. Губы сами зашептали:

— Встану я, помолясь, выйду перекрестясь. Заговариваю раба Божьего на утреннюю звезду, на рассветный луч, заговариваю от лихих людей, от острого меча, от серебрянной стрелы, от недоброго глаза, от злого наговора! Пусть дорога его будет легкой, а небо над головой ясным! Слово мое нерушимо, а вера моя крепка! Аминь!

Словно в подтверждение ее слов на востоке солнечные лучи медленно разливались по небу, а одинокая звездочка, странно смотревшаяся в посветлевшем небе мерцала как раз над крыльцом.

Глава 17 Лесные тропы

Дорога, петляя и извиваясь словно змея, шла через сосновый бор. Места здесь были красивые и глухие. Высоченные сосны уходили вершинами в чистое синее небо и размеренно покачивались от легкого ветра. Солнце, проникающее сквозь ветви, окрашивало золотом их стволы и пожелтевшую траву под ногами. Иногда на ветке можно было заметить белку, доверчиво изучающую людей черными бусинками глаз. Рюдигер подумал, что этот лес на удивление напоминает ему родные места. И грибов здесь наверное куча, стоит только приглядеться.

Внезапно Яромир произнес:

— Похоже на места, где я вырос!

Они с Рюгом ехали рядом, чуть позади неторопясь катилась карета с ее высочеством Шарлоттой и Элиной. Римар постоянно был рядом, стараясь не упустить малейшую возможность быть рядом с Элиной. Рюдигер вопросительно взглянул на друга. Тот продолжил:

— На родине моего отца, в землях северных славян, такие же леса.

— А я всегда думал, что ты из Златограда, — заметил подъехавший Важек.

— Нет, мой отец был наемником, а мать знатной особой, чье имя я и называть не стану, все равно не поверите! Она была незамужем, к чему ей незаконный ребенок! — в голосе Яра послышалась несвойственная ему грусть.

Твердыми мужественными чертами лица и русыми волосами с медным отливом он и правда напоминал воина из далеких северных краев. В лесу он вел себя совершенно свободно, легко мог рассказать, сколько людей прошло перед ними по тропе, и какие звери оставили здесь свои следы.

— А что же было потом? — спросил взволнованно Рюг.

— Отец отыскал меня и забрал с собой. Я вырос среди воинов и охотников. Но потом он погиб в бою, мать успела удачно выйти замуж и овдоветь. Не пожалев времени и денег, она разыскала меня. К тому времени мне уже было пятнадцать. Три года она со мной промучилась, но мы так и остались чужими. Наконец ко всеобщему удовлетворению решили, что мое место в гвардии. Да я и не жалуюсь. — Яр вдруг резко оборвал рассказ и замолчал. На самом деле эта старая история до сих пор причиняла ему боль, как застрявший в ране наконечник стрелы.

Он помнил улицы большого города, чьи улицы заполняли деревянные избы и резные терема знатных бояр. Шумные торговые ряды и корабельную пристань, толстых купцов в дорогих кафтанах и крепких ратников в блестящих, словно рыбья чешуя, кольчугах. Сын княжеского дружинника, Яромир был вполне доволен своей жизнью, но однажды его мир разбился на мелкие осколки, словно глиняный горшок, упавший с телеги на мостовую.

Похороны отца, погибшего в стычке с заезжими варягами. Долгий путь с чужими равнодушными людьми, и вот наконец красавица в шелках и бархате обнимает его, не стесняясь слез. Он не понимает ни слова из ее горячего шепота и вздрагивает, когда прохладная рука в дорогих кольцах касается его волос…

Внезапно в кустах послышался какой-то шорох. Он приподнялся на стременах и воскликнул:

— Нет вы видели! Косули! Рюдигер, давай подстрелим одну! А то вяленое мясо уже надоело.

Рюдигер, вздохнув, согласился. Может, охота отвлечет друга от грустных воспоминаний.

Идя по следам, они вышли на большую поляну, в центре которой покоился огромный валун. Камень был черным как ночь и покрытым таинственными знаками. Похоже он стоял здесь еще с мрачных языческих времен. Раньше, когда еще была жива память о временах Черной звезды, ему приносили кровавые жертвы. Теперь никто и не знает об этом месте.

— Похоже на языческое капище, — сказал Яр, — хотя в наших лесах идолы деревянные.

Рюдигер пожал плечами:

— Я видел такие в нашем лесу. Раньше в таких местах проводили жуткие обряды. Вообще страшное было время, жестокое, кровавое. Но потом пришел Иоанн Моравский. Он сумел донести Слово Божье до язычников, обратил в христианство гордые кланы пьющих кровь и бегущих в ночи.

— Наверное, он и в самом деле был чудотворцем! — поразился Яромир. И настоящим последователем Христа, подумал он про себя, если смог пробудить в созданиях, близких скорее к диким зверям, чем к людям, христианское милосердие.

Рюдигер вдруг приложил палец к губам и исчез среди окружающих поляну деревьев. Через мгновение на поляну выскочило потревоженное им небольшое стадо, три самки и вожак. Яромир без слов сообразил, что от него требуется, снял с плеча арбалет и пускал одну за другой стрелы. Одна из косуль вдруг неожиданно высоко взлетела в прыжке, и стрела Яромира настигла ее прямо над черным камнем. Рюгу показалось, что от камня исходит странное голубоватое свечение, но вскоре все исчезло. Раненное животное упало у подножия валуна, оставив на нем кровавый след. Остальные исчезли в лесу.

Друзья рассматривали свою добычу.

— Ну вот, хотя бы поесть нормально. Рюг, ты чего нос воротишь?

— Да просто не люблю я охоту, — опуская глаза, сказал он, — почему, чтобы просто поесть, мы должны кого-то убить?

— Ничего себе, да ты так и в монахи запишешься! — рассмеялся Яр. — Впрочем, нет, не выйдет, потому что твоя Лизхен любой монастырь по кирпичику разберет! И вообще странно от тебя такое слышать! Поесть ты очень даже непротив, и при виде крови, я заметил, у тебя глаза сразу блестят. Кстати, я давно тебя знаю, но так и не понял, нужна вам кровь или нет?

Рюдигер немного помолчал, затем как-то нехотя ответил:

— Ну я могу и без нее долго обходиться, но вообще-то она придает силы, лечит раны и после нее есть долго не хочется. А живая кружит голову не хуже вина. .

От спокойного тона друга у Яра почему то холодок пробежал по спине. Рюдигер поглядел на него и с насмешкой продолжил:

— Раньше, когда без конца были войны, не было запрета на кровь врага. Но теперь этого уже нет. Ну что, будешь теперь меня бояться?

Яромир встряхнул головой, избавляясь от минутного наваждения:

— Вот еще! Лизавета тобой не хуже полковника командует, почему я должен бояться! А дураков и трусов всегда хватало, не бери в голову.

Рюдигер подумал, что после того, как его, чей древний род не один век служил короне, трижды пытались убить только за то, что он не такой, как все, трудно не разочароваться в людях. Но раз есть друзья, жизнь продолжается!

Внезапно он ощутил на своей спине чей-то пристальный взгляд. Стараясь не напугать друга, он спокойно сказал:

— Яр, скажи мне пожалуйста, что или кто у меня за спиной?

Яромир посмотрел на камень, спиной к которому стоял Рюг, и потерял дар речи, застыв без движения. Рюг понял, что внятного ответа ему не дождаться, и обернулся сам.

На камне сидела огромная кошка. Если бы она не была так близко, то они несомненно восхитились бы ее удивительной грацией, блестящей сероголубой шерстью, которая к тому же испускала голубоватое сияние. Ее глаза, зеленые как два изумруда, тоже светились ярким зеленым светом. Киска нервно поигрывала хвостом.

— Может мы лишили ее добычи? — медленно пятясь назад, произнес Яр. — И что это такое? Я думал, крупнее рыси здесь никого не встретишь!

— Это вовсе не рысь, и на косулю ей наплевать! Бежим и лучше в разные стороны! — они сорвались с места и как раз во время, потому что загадочный зверь вдруг легко спрыгнул с камня и очутился прямо перед ними.

В оскаленной пасти, куда без сомнения поместилась бы чья-нибудь голова, виднелись длинные и острые, как сарацинские сабли, клыки. Зверь быстро сделал выбор и тяжелой лапой сбил Яромира с ног. Тот отчаянно пытался достать его шпагой, но клинок из лучшей в королевстве стали не мог проткнуть блестящую шкуру зверя. Рюдигер развернулся и поспешил на помощь.

Размышлять было некогда, и он со всей силы дернул гигантскую кошку обеими руками за хвост. Издав оглушительный рев, отдаленно напоминающий обиженное мяукание, монстр быстро развернулся к Рюгу и чуть не прихлопнул его тяжелой лапой. Тот еле успел отскочить, киска снова занесла лапу, и снова промазала, кажется она играет с ним, как обычная кошка с мышью. Но так долго продолжаться не может. Обычно это кончается плохо для мыши! Рюдигер вынул шпагу из ножен и осторожно отступал, следя за каждым движением зверя.

Яромир решил не оставаться в стороне и ловко запрыгнул на спину монстру. Загнанный в угол, Рюг ткнул кончиком шпаги в мокрый розовый нос, и это не на шутку разозлило кису. Она оглушительно визжала и мотала головой, и Яр свалился с ее спины, потеряв равновесие, Однако падая, он сумел ухватиться за кончик хвоста.

В это время Рюг, уже сообразивший, как можно уязвить это странное существо, вел с ним игру. Кошка, рассвирепев, пыталась прихлопнуть его то одной, то другой лапой. Он же ловко уворачиваясь от страшных когтей, наносил ей уколы в подушечки лап. Неожиданно прямо над головой он увидел разъяренную морду зверя. Кажется ей это надоело, и она сейчас откусит ему голову!

В отчаянии он ткнул шпагой прямо в пасть, попав во что-то мягкое, наверное язык. Кошка обиженно зарычала, рык перешел в оглушительное мяукание. Зверь вдруг развернулся и бросился назад к черному камню. Яр все еще держался за хвост мертвой хваткой. Рюг успел схватить его за ноги. Упав на траву, они смотрели, как из камня выходит яркий голубой столб света. Зверь с разбега вскочил в него. . и исчез бесследно.

Они присели на землю, приходя в себя. У камня все еще лежала подстреленная ими косуля.

— Что же это все-таки было? — выдавил из себя Яромир.

— Камень — это врата. Мы открыли их, убив косулю прямо над ним. А зверь, наверное, страж! — предположил Рюдигер.

Левая рука и спина у него были в крови. Он закатал рукав, и Яр увидел глубокие следы кошачьих когтей. Не успел он выразить сочуствие, как царапины начали на глазах затягиваться. Вскоре от них не осталось и следа. Немного опомнившись, они потащили свой трофей в лагерь.

Весело трещал костер, над ним на самодельном вертеле жарилась их добыча. Девушки вышли из кареты. Они были одеты довольно просто, но их манера держаться выдавала высокое происхождение, Принцесса Шарлотта была не так красива, как Элина. Но ее природное обаяние, умение разговаривать с собеседником так, как будто он исключительно важная личность, заставляли всех говорить о редком очаровании принцессы. Светлые волосы были подняты в высокую прическу, открывая красивую шею, прямой нос и твердый подбородок говорили о решительном характере и силе духа.

Принцессу сопровождала горничная, тихая девушка, чем-то напоминающая мышку, и кучер. Конечно править каретой мог бы кто-нибудь из них, но Важек заметил, что это непременно будет Римар. И тогда они точно разобьются, потому что он будет смотреть не на дорогу, а на Элину!

Все, затаив дыхание слушали рассказ о диковинном звере. Яромир, не жалея красок, раписывал их приключения.

Рюдигер же думал о том, что не давало ему покоя с начала пути, впрочем не забывая о еде. Неожиданно он заметил, что принцесса внимательно рассматривает его. Он покраснел и отложил недоеденный кусок в сторону. Но она лишь приветливо улыбнулась ему и отвернулась, не желая смущать. В отличии от Элины странный юноша не пугал ее, а напротив притягивал взгляд. Неожиданно она подумала: «Неплохо бы иметь личную охрану из таких красавчиков!». Шарлотта была девушкой смелой и склонной к авантюризму.

Быстро расправившись с обедом, Рюг предложил Яру пройтись. Тот удивленно взглянул на него, не желая покидать уютное место у костра, но все же согласился. Рюдигер уверенно уводил его в лес. Наконец он остановился среди высоких сосен. Здесь пахло хвоей и сыростью. Под ногами попадались белые грибы, на кустиках черники еще чернели переросшие ягоды.

— Послушай Яр, ты не замечаешь, что с самого начала нас кто-то сопровождает. Я слышу его запах всю дорогу, и он всегда на шаг впереди нас! — прежде, чем Яр успел что-либо ответить, он, бесшумно ступая по мягкому ковру из мха и травы, подкрался к одной из сосен и поманил его к себе. Вампир показал ему что-то вверху среди ветвей, но он ничего не смог разглядеть. Тогда Рюдигер взял у него арбалет и прицелился:

— Ну что, ты слезешь сам или тебе помочь?

Послышался шум и треск ветвей, и вдруг рядом с ними приземлился человек. Он резко поднялся с полусогнутых колен и бросился бежать. Рассерженный Яр бросился на него, придавив к земле всем своим весом.

— А ну стоять, ишь ты какой прыткий!

Барон фон Шлотерштайн с любопытством изучал беглеца. Лет тридцати с маленькими карими глазами и коротко остриженными волосами мышиного цвета он был одет в какое-то подобие монашеской рясы, холщовые штаны и плащ с капюшоном. Такого встретишь второй раз в другой одежде и не узнаешь!

— Зачем ты следишь за нами? — обратился он к нему. — Только говори правду, врунишки долго не живут!

— Я вам вовсе не враг, просто мне велели присмотреть за вами и проводить до места, — быстро затараторил он, с опаской поглядывая на Рюга. Яр поднял его с земли и слегка встряхнул:

— Ладно, убить тебя мы всегда успеем. Будешь показывать дорогу!

Вскоре они вышли к реке. Дорога круто забирала в гору. Быстрая полноводная река неслась вниз, образуя причудливые каскады на порогах. Смешанный лес на берегах поражал яркостью красок. Осень не поскупилась на золото и охру, щедро расписав ими листья деревьев. Монах поторапливал их:

— Нам лучше успеть до темноты, осталось еще немного!

Поднявшись еще вверх, они увидели самый настоящий водопад. Потоки воды, похожей на белую пену, с шумом падали вниз с высокой скалы, поднимая облака алмазной пыли. В лучах закатного солнца рождалась самая настоящая радуга!

Преодолев последний подъем, они были у ворот обители. Монастырь святого Стефана выглядел довольно древним. За крепостной стеной виднелось несколько башен. С одной стороны река, с другой самая настоящая пропасть.

— Удачное положение! — заметил Важек.

— В старые времена было много войн, — спокойно ответил монах.

Через пропасть был перекинут висячий мост. На другой стороне виднелись какие-то внушительные развалины. Внизу теснились одна к другой, как ласточкины гнезда, вет-хие лачуги. Над крышами некоторых вился дымок.

— А там, что, люди живут? — удивился Рюдигер. — И откуда эти развалины?

Монах усмехнулся:

— Лет двести назад тут жила кровавая графиня, Эмилия Вандорф. Может, слышал о такой, она ведь тоже была из ваших, из кровососов, — он презрительно сплюнул, — всю землю в округе кровью залила, даже ванны из нее принимала. Ее именем здесь до сих пор детей пугают! Теперь тут осталось только одно поселение в десять дворов, они почти не общаются с внешним миром, как впрочем и мы.

Рюдигер оскорбленно заметил:

— И среди обычных людей полно преступников и убийц! Но Господь все видит, и в конце концов все получают по заслугам!

Глава 18 Измена

Тяжелые окованные железам ворота пропустили их и захлопнулись за спиной. Принцесса Шарлотта вдруг испытала самую настоящую панику. И зачем только отец поддался на уговоры своего советника и отправил ее в эту глушь! Однако на лице ее ничего не отразилось. Она улыбнулась подруге и легко поднялась по ступенькам.

Главный вход закрывала решетка из толстых железных прутьев. Монах-привратник нажал рычаг в стене, и она поднялась вверх.

— Яр, тебе не кажется, что мы входим в тюрьму! — прошептал Рюг. Яромир согласно кивнул, выросший в лесу, он не любил закрытых помещений. Внутри было просторно, но не слишком уютно. На стенах потрескивали и чадили факелы, каменный пол, такие же стены. Нет никаких фресок или икон. Зал заканчивался ступенями, ведущими к широким дверям. Рюдигер извертелся, но нигде не увидел даже намека на распятие.

К девушкам подошли несколько женщин, одетых в черное с четками в руках. Высокая пожилая дама с властным лицом и строгим взглядом склонилась перед принцессой:

— Добро пожаловать в нашу обитель, Ваше Высочество! Я сестра Амалия. Прошу Вас, походите!

Девушки, сопровождаемые монашками, поднялись по ступеням и исчезли за дверью. В зале вдруг стало многолюдно. Гвардейцы были окружены воинами в черном. Кажется, они только ждали сигнала уничтожить ребят.

— Это вовсе не монастырь! Мы как бараны попались в ловушку! — в голосе Яромира звенело презрение к самому себе. — Надо же быть такими дураками! Отходим к воротам!

Предводитель Воинов Света снял маску, и они узнали магистра ордена:

— Ну почему же, это место можно назвать святой обителью, только здесь молятся совсем другим богам, более древним и сильным! Взять их! — скомандовал он своим людям. Еле сдерживая натиск черных воинов, они пытались достичь выхода. Римар крикнул:

— А что же будет с ее Высочеством, с Элиной?

— Они козырные карты в этой игре, а мы всего лишь разменная монета! Наши шкуры здесь ничего не стоят! — ответил Яр, скрещивая клинок с противником. Они почти уже добрались до цели.

Тут Важека атаковали сразу двое, и он отстал от товарищей. Рюдигер бросил быстрый взгляд на Яра и Римара, они были уже у решетки. Он крикнул им:

— Уходите, мы догоним!

Решетка вдруг начала быстро опускаться. Римар, пригнувшись, выскочил наружу, а Яромиру пришлось перекатиться под ней, лежа на спине. Какое-то мгновение они смотрели на оставшихся в ловушке друзей, затем Яр подтолкнул Римара, и они пропали из поля зрения.

Добраться до терпящего поражение Важека оказалось нелегко. Рюг без конца отбивал и наносил удары, которые сыпались на него со всех сторон. Быстрые, словно ртуть, люди в черных масках, казалось, не знали усталости.

Юноша едва успевал уворачиваться от их метательных ножей, один все-таки попал в плечо, хорошо, если не серебрянный! Разозленный болью, Рюдигер стал драться жестче, и вскоре один из нападавших упал, пораженный прямо в сердце. Он подхватил клинок убитого и продолжил драться в две руки. Еще один черный воин упал, а другой отбежал в сторону, прижимая к груди руку, лишенную кисти. Рюдигер уже не думал, зачем он сражается, им овладел азарт боя, запах чужой крови пьянил, вызывал эйфорию. Своих ран он даже не чувствовал.

Магистр ордена и Людвиг фон Мирбах наблюдали за сражением на безопасном расстоянии.

— В конце концов он ослабеет от ран и устанет, нам важно взять его живым!

— Да он половину моих людей положит, пока устанет! А если догадается кому-нибудь в глотку вцепиться, то живым нам его вообще не взять, надо звать лучников!

— Не догадается, он слишком по-человечески воспитан!

— Его учителем был Иоганн Кранц, и ты говоришь, он слишком мягко воспитан! — воскликнул магистр, наблюдая за резней, которую устроил среди его воинов молодой барон.

Вскоре еще двое воинов Света покинули этот мир. Одного, заносившего клинок сзади, Рюг проткнул насквозь молниеносным обманным ударом, в другого метнул шпагу, попав точно в грудь. Остальные просто боялись подходить ближе.

Магистр понял, что пора что-то предпринять, иначе от его людей мало что останется. Он подошел к сражающимся чуть ближе и крикнул:

— Эй, парень, остановись! Если ты не сдашься, то твой друг умрет!

К горлу давно уже безоружного Важека приставили нож. Рюдигер тряхнул слипшимися от чужой крови волосами, приходя в себя, выпрямился и разжал руки, со звоном роняя оружие. Оба друга были тотчас связаны.

Магистр и королевский советник подошли к ним теперь совершенно смело.

— Что же ты такое, барон фон Шлотерштайн? Даже адский пес тобой подавился! — усмехнулся магистр. — На вид, так ничего особенного, сопливый упыренок, я таких на завтрак ем.

Рюдигер шмыгнул разбитым носом и дерзко посмотрел на магистра:

— Я ведь в гости не напрашивался, и кто я есть, не скрываю. Смотри, тоже не подавись, как твоя собачка!

Магистр обменялся взглядами с советником и, еле сдерживая душившую его ярость, спокойно, почти ласково сказал:

— Послушай юноша, мы можем договориться! Отдай мне кольцо и книгу, или скажи, где они находятся, и я сохраню жизнь тебе и твоему другу!

— Какое еще кольцо? — прохрипел удивленный парень, в горле пересохло, и страшно хотелось пить.

— Кольцо с красным камнем, скрывающее невиданную мощь, кольцо, за которое убивали и предавали, и которое сотни лет пролежало в твоем фамильном замке, идиот! Месяц назад мой амулет сработал, кто-то пробудил силы, спящие внутри камня. Оно должно быть где то здесь! — магистр почти терял самообладание. — Я выбью из тебя, где оно. Серебро и огонь развяжут тебе язык!

В запале он замахнулся, чтобы ударить Рюга по лицу, но вдруг остановился с поднятой рукой и повернулся к Важеку. Талисман, висевший на груди чернокнижника вдруг загорелся зеленым огоньком, он бросился к маленькому гвардейцу и принялся трясти его за плечи.

— Где кольцо, ублюдок, ты скажешь мне, где кольцо!

Важек похолодел от ужаса, сердце сжалось в дрожащий комок и провалилось куда то вниз.

Если кольцо попадет в руки магистра, последствия будут ужасны. Но внешне он ничем не выдал своего страха и совершенно спокойно посмотрел в глаза главе ордена:

— Я не понимаю, о чем вы говорите? Какое кольцо?

Рюдигер с тревогой взглянул на магистра:

— Вы же видите, что он ничего не знает! Не трогайте его!

— Лучше помолчи, упыренок, может дольше проживешь! Знает, еще как знает! — магистр ударил Важека по лицу, голова парня мотнулась, но он не издал ни звука.

— Мой амулет не может лгать. Не стоит строить из себя героя, — Амальрик внимательно изучал невысокого юношу с растрепанными русыми волосами. Магистр довольно улыбнулся и достал из ножен небольшой кинжал. Шагнув к побледневшему от волнения Важеку, он перерезал ремень его дорожной сумки. Затем развязал тесьму и с торжествующим видом достал оттуда потрепанную книгу в кожанном переплете и небольшой холщовый мешочек. Передав книгу своему телохранителю, он дрожавшими от нетерпения руками развяал тесьму на мешочке и достал шкатулку. На черном бархате блестело кольцо с кроваво-красным камнем.

— Вот черт, Важек, зачем ты таскал все время это с собой! — возмутился вампир.

— Прости, я думал, что с помощью книги могу чему нибудь научиться! — Важек потерянно опустил голову.

Магистр с трудом веря в свою удачу, поднес кольцо к глазам.

— Да, это оно, кольцо Афзала. Много тысяч лет назад он заключил в камень могущественного демона и научился повелевать им. Само его имя вызывало трепет, он мог практически все, но однажды он потерял осторожность и был убит. Однако кольца при нем не нашли. Оно исчезло, не оставив следов, и никто ничего о нем не слышал. .

Пока однажды несколько столетий назад один твой предок, кстати тоже Рюдигер фон Шлотерштайн, не отправился в крестовый поход. Ты невероятно похож на него. Он был также красив, непроходимо глуп и прямолинеен, точь в точь, как ты. Кроме того, он был воспитан на дурацких понятиях рыцарской чести и христианских заповедях.

Как ни странно, ему повезло. Ни один сарацин не срубил его глупую красивую голову кривой саблей и не пробил копьем сердце. И даже жаркое солнце аравийских пустынь не сожгло этого идиота живьем! Впрочем от ожогов он спасался по вашему мерзкому обычаю кровью верного коня. Надо полагать, одним конем точно не обошлось.

В одном из взятых городов нашел он ларец со старинной книгой и перстнем с кроваво-красным рубином, даже не открывши книги и не примеривши кольца, он привез эту находку домой и забыл про нее.

Рюдигер задумался. Про приключения отважного крестоносца он был наслышан с детства. В вольном пересказе его отца чего только не приходилось совершать их отчаянному предку. Он спасал в бою короля, возвращал эмиру дочь, похищенную разбойниками, побеждал самого настоящего дэва и отдавал награду беднякам. По мнению Рюга само пребывание под палящим южным солнцем было уже подвигом, но вот про волшебное кольцо он никогда ничего не слышал! Он наклонил голову и попытался вытереть кровавые сопли рукавом:

— Ты хорошо рассказываешь! Что же было дальше?

— Что же, слушай дальше. Видишь ли все колдуны и маги мира искали эту вещь, а она лежала у вас в чулане! Одна знаменитая колдунья Запада напала на след кольца. Да на свою беду она была женщиной, еще довольно молодой и красивой. Она сумела влюбиться в этого глупца. Видимо красота в сочетании с глупой честностью и отвагой волшебным образом действуют на женщин. Но ей дико не повезло! Твой предок относился к любому колдовству с ужасом и недоверием, как впрочем любой тупица феодал того времени. К тому же у него была невеста, белокурая Хельга, дочь соседа.

Тогда чародейка попыталась прибегнуть к помощи кольца. Маги могут с помощью него обрести невиданную силу, а таких как ты, полулюдей-полумонстров, оно делает своими рабами. Но твоему предку снова непонятно как повезло, он остался не только жив, но и не потерял рассудок. Чародейку он пронзил мечом, не испытывая никаких угрызений совести, а драгоценный артефакт так и остался где-то в замке, и пролежал бы еще сотни лет, если бы не твой любопытный дружок!

— Понятно, почему он наполовину седой на портрете, а ведь ему и тридцати еще не было! — спокойно заметил Рюдигер.

Советник что-то шепнул главе ордена, и тот согласно кивнул. Затем он посмотрел на кольцо и на барона.

— Седой, говоришь? Ничего, у тебя еще все впереди! Мы же должны проверить, как оно действует!

По его знаку двое сильных воинов схватили юношу, словно зажав в тиски. Сам же магистр надел ему на средний палец правой руки злосчастное кольцо, открыл книгу и стал читать нараспев заклинание. Важек испуганно воскликнул:

— Нет господин, не делайте этого, вы вероятно не поняли. — но его ударом заставили замолчать.

Дикая боль раскаленным обручем сжала голову, Рюг закрыл глаза и безвольно повис на руках стражников, потеряв сознание. Он был один как бы в тумане, ничего и никого не было рядом, но он слышал присутствие чего-то слишком жуткого, чтобы быть реальностью. Сгусток тьмы, излучающий злобу и ненависть, пытался поглотить его. Черные щупальца, словно змеи, пытались заползти в его сознание. Он увидел другой мир, лиловое небо, кипящие потоки лавы из черных разломов, голые камни и бескрайний океан. Здесь таились сотни таких существ, он ощущал их бесконечный голод и вполне разумную ненависть ко всему живому.

Теперь одно из таких существ пыталось проникнуть в его душу, завладеть его волей, сделать своей марионеткой. На минуту ему показалось, что он растворяется в чужом разуме становится его послушным рабом. Исчезли все принадлежавшие ему мысли и чувства, осталась лишь дикая, сводящая с ума жажда убийства.

Пленник дернулся в руках с трудом удерживающих его стражей и открыл глаза, горевшие адским огнем. Важек с трудом сдержал крик отчаяния. Смотреть, как его друг превращается в чудовище, было невыносимо!

Легко разорвав прочные веревки, Рюдигер вырвался из рук стражников. Один из них тут же выхватил меч из ножен и бросился на вампира, но тот быстро повернулся к нему и перехватил руку. Отобрав у верзилы оружие, словно леденец у ребенка, он отшвырнул недотепу прочь ударом ноги и шагнул к магистру.

Рюдигер чувствовал лишь нарастающее желание уничтожить всех находящихся рядом с ним. Неважно, как он это сделает, клинком, голыми руками, или просто перегрызет горло нагло ухмыляющемуся верзиле стражнику. Они все умрут, потому что пришло его время! Как умер жалкий человечишка, заключивший его в камень, словно в тюрьму и возомнивший себя великим магом, как умерли многие другие, поверившие, что смогут обуздать и подчинить себе его, бывшего когда-то хозяином многих далеких миров…

Тысячилетиями сдерживаемая боль и ярость наконец вырвутся наружу и затопят кровью этот мир!

Взбунтовавшийся узник резко остановился и тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, стучавших в виски. «Они должны умереть! Убей, и мы оба обретем свободу!». Рюдигер с удивлением прислушался к голосу в своей голове и неожиданно заметил лучников, взявших его на прицел с двух сторон. Серебрянные стрелы натянули тетиву, готовые по команде поразить пленника. Однако глава Воинов Света не торопился с приказом, внимательно следя за вырвавшимся на свободу вампиром.

Рюдигер по-прежнему не двигался с места, правильно оценив угрожающую ему смертельную опасность. Странная сила настойчиво толкала его вперед, но юноша заупрямился. Кто-то пытается навязать ему свою волю, играет с ним! На безымянном пальце блеснуло проклятое кольцо, и он вспомнил слова магистра о том, что подобные ему бессильны против силы, заключенной в кровавом рубине. Полулюди-полумонстры по презрительному выражению Амальрика слишком легкая добыча для древнего зла. Он снова ощутил прилив ярости, но это уже была его ярость и его гнев:

— Моя душа не постоялый двор, выметайся ко всем чертям!

Невыносимая боль раскаленной иглой вонзилась в виски, словно шпоры в бока коня, в глазах резко потемнело. Похоже, нечисть наказывает его за упрямство. Да лучше он сдохнет на месте, чем подчинится этой твари. Он докажет, что ничуть не хуже обычных людей. Его имя фон Шлотерштайн, а это много значит! В тот же миг новый приступ заставил его опуститься на колени. Невидимый палач словно вбивал гвозди прямо в мозг. Из глаз полились слезы, каждый вздох отзывался болью. Уронив меч, он схватился за висевший на шее крест. Прикосновение обожгло пальцы, но вселило уверенность в то, что тело все еще принадлежит ему. В памяти вдруг всплыли слова молитвы:

— Да воскреснет Бог, да расточатся врази Его…

Непослушными губами он принялся твердить знакомые с детства слова, и страшная боль неожиданно отступила прочь, словно приливная волна от берега. Непонятное наваждение исчезло, он снова стал самим собой.

Рюдигер с усилием стащил с пальца кольцо и с размаху швырнул его на каменные плиты. В запале он хотел раздавить его сапогом, словно мерзкое насекомое. Но перстень, словно живой, откатился к ногам магистра, и тот проворно поднял его.

Подбежавшие по приказу магистра воины обезоружили его, но Рюдигер больше не пытался сопротивляться. Только что он выиграл едва ли не самый важный бой в своей жизни, и теперь на него навалилась смертельная усталость.

Магистр и советник смело подошли побдлиже, разглядывая вампира, с равнодушным видом стоящего в окружении десятка стражников.

— Мы чуть не погибли, — Людвиг фон Мирбах недовольно поджал губы. — Зачем было так рисковать!

Амальрик уже опомнился от пережитого страха и презрительно усмехнулся:

— Какой глупец додумался обратить их в христианство! Теперь его остается только прикончить! Хотя, нет, он еще может пригодиться. Эти твари слишком долго подыхают, это делает их бесценными для магических обрядов! Легкая смерть этим соплякам не светит. Для начала пусть вспомнит, кто он на самом деле! Отведите их в подземелье, охраняйте получше и не давайте еды.

Глава 20 Похищенный узник

В небольшой камере было темно, и Рюг не заметив низкого потолка, тут же заработал хорошую шишку.

— Для гномов что ли тюрьму делали! — выругался он, вызвав улыбку друга. Вдруг Важек серьезно обратился к нему:

— Рюг, прочитай молитву!

Он искренне удивился:

— Для чего и какую?

— Любую и поскорее! — нервно поторопил его Важек. Рюдигер пожал плечами, но согласился и прочитал вслух» Отче наш». Друг с облегчением вздохнул:

— Теперя я вижу, что это действительно ты! Эти надутые индюки неправильно истолковали книгу. Силы зла, заключенные в кольце, просто мечтают вырваться наружу, они думают, что обретут могущество, а на самом деле потеряют душу! Но как тебе удалось остаться самим собой?

Рюдигеру очень не хотелось это обсуждать, и он перевел разговор на другое:

— В горле пересохло, может воды нам все-таки дадут? Эй стража, мы хотим пить!

За дверью послышалась отборная ругань, затем в камеру просунули глиняный кувшин. Вода показалась им самым желанным напитком на свете. В полумраке подземелья было трудно различать друг друга. Важек сидел, печально наклонив голову и обхватив колени руками. Рюг попытался улечься на жестких досках. Голова еще болела, рана в плече почти затянулась, но еще напоминала о себе ноющей болью.

— Выберемся отсюда, и я тебя за руку отведу в Королевскую Академию! А то твоя тяга к знаниям становится опасной для моего здоровья! — съехидничал вампир.

— Ты еще надеешься отсюда выбраться? — грустно поинтересовался Важек. — Интересно, ребятам удалось сбежать?

— Я думаю, с ними все в порядке. Яр в лесу не новичок, не пропадут! Ты слышал, что уныние тяжкий грех, давай не вешать нос!

Яромир с Римаром сумели уйти от погони. Их посчитали утонувшими в реке, куда они спрыгнули с крепостной стены. Но пока отряд черных воинов прочесывал лесок вдоль берега, парни дрожали от холода в каменной нише под водопадом. Потом они шли напролом через лес, разводить костер боялись. На следующий день они вышли к ближайшей деревушке.

Уже прошла неделя с отъезда Рюга, и Лиза не находила себе места. Днем еще ничего, а ночью подступала тоска, до того острая и страшная, что хотелось завыть или зарыдать в голос. Она спала в обнимку с его подушкой. Лизе казалось, что та еще сохранила часть его тепла и запах волос. Плакать она боялась.

Бабушка Настя всегда говорила, что не годится зря слезы лить по живому. И думать надо только о хорошем. Например, о том, как выбежит ему навстречу, как серые глаза утонут в синих, как он внесет ее в дом на руках. А одежда будет пахнуть дорожным ветром и дымом ночных костров, и все ее страхи растают от любимого голоса и сильных рук. На какое-то мгновение ей стало легче. Но в глубине души она чувствовала, что ангел-хранитель на миг отвернулся, и Рюдигер попал в беду. А она даже не знает, что или кто ему угрожает.

Наконец она решила, что в одиночку ей не справиться с ночными кошмарами. Она бы с удовольствием навестила Дарину. Дочь хозяина таверны стала ей хорошей подругой. Но роман Дарины с Иваром был в самом разгаре, она выглядела ужасно довольной, словно кошка, дорвавшаяся до горшка со сметаной. Обычно насмешливый и колючий, Ивар имел на удивление счастливый и глупый вид. Он целыми днями пропадал в «Полной Луне». Лиза даже стала задумываться, не подсыпала ли Дарина ему что-нибудь в еду, какое-нибудь зелье приворотное. Впрочем, нетрудно догадаться, на что можно приворожить вампира.

Сейчас ей было невыносимо видеть картину чужого счастья, и немного подумав, она решила навестить госпожу Магду. Повариха командовала на кухне, как капитан на корабле! Без раздумий отдавала приказы и награждала подзатыльниками поварят. Всюду витали вкусные запахи, настолько густые, что их кажется можно было резать ножом. Магда расцеловала девушку в обе щеки, крепко стиснув огромными ручищами, и увела ее с жаркой кухни в маленькую каморку. Здесь на низеньком столике стояла чернильница с гусиным пером и аккуратная стопка бумаг. Лиза вопросительно взглянула на них. Повариха махнула рукой.

— Счета с рынка, от лавочников, от мясника. Ну дочка, рассказывай, что за беда приключилась? Ведь у тебя на лице все написано!

По совету госпожи Магды Лиза отправилась к командиру королевских гвардейцев. Заглянув за тяжелую, украшенную затейливыми узорами дверь, она с удивлением увидела Яромира и Римара, стоящих по стойке смирно перед полковником. Выглядели они неважно. Она поглубже вздохнула и вошла в кабинет. Генрих фон Зальц с удивлением уставился на нее. Наконец он обрел дар речи и попросил Лизу не отвлекать его от дел государственной важности.

Но она ловко задвинула запор и стала спиной к дверям.

— Ничего, я не помешаю. Это и меня касается в первую очередь.

Яр с тоской переглянулся с Римаром. Разговора с Лизой они боялись больше, чем полковника. А ведь еще мать Важека хотела навестить сына через неделю.

Когда парни закончили рассказ, полковник заметил:

— Это уже государственным переворотом пахнет!

Лиза почувствовала, что ноги отказываются ее держать, а сердце бьется в груди, как пойманный зверек. Девушка присела в обитое бархатом изящное кресло. Со стороны это выглядело верхом наглости. Начальник королевских гвардейцев с упреком взглянул на своих подчиненных:-Эх, говорил я, что опыта у вас маловато! Вы так и угодили прямо в ловушку. Настоящий монастырь был по другой дороге. Вероятно, скоро Его Величеству будут предъявлены требования в обмен на жизнь дочери! Важно, чтобы негодяи думали, что никто не знает об их местонахождении!

Лизе наконец удалось справиться с бьющимся сердцем и дрожью в коленках. Поглубже вздохнув, она обратилась к полковнику:

— Скажите, а своими сыновьями вы бы стали так рисковать?

— Ну, у меня к сожалению только дочь, кстати ваша ровесница, — он попытался увести разговор в сторону.

— Но я был бы непротив, чтобы у меня был сын, похожий на твоего мужа.

— Тогда вам бы надо жениться на вампирше! — через силу улыбнулась Лиза.

— Ну знаешь девочка, моя Ленхен двух вампирш стоит. Я просто хотел бы быть отцом честного, доброго и смелого парня.

— И научить его убивать, не задумываясь, и постоянно рисковать жизнью! — гнула свое упрямая девчонка.

Генрих фон Зальц был только с виду похож на доброго дядюшку. За долгую жизнь он побывал в разных переделках, а таких, как Рюдигер, нелюдей видел в деле. По его мнению, особо ничему учить их было не нужно, убивать они умели похоже с рождения. Но взглянув на сердитое лицо Лизы, он только заметил:

— Да ведь я сам был не старше, когда попал на королевскую службу! И ты бы девочка, не переживала так за него такие, как твой муж, отлично могут за себя постоять!

Девушка поправила непослушную прядку светло-русых волос. Сейчас она совсем не напоминала красавицу в бальном платье. Коса в руку толщиной, румянец во всю щеку, крепкая и в тоже время стройная. Она заметно отличалась от хрупких придворных дам и бледных горожанок. На правой руке блестел золотой браслет с изображением дракона. Символ древнего вампирского рода на обычной женщине смотрелся довольно странно, но Лизу это не смущало. Должна же она носить подарок свекрови! Она дерзко улыбнулась, глядя командиру королевских гвардейцев прямо в глаза:

— Вы от меня так просто не отвяжетесь, господин полковник!

— Я уже понял! — вздохнул он.

Яр и Римар сочуственно переглянулись.

Ен Высочество принцесса Шарлотта в волнении меряла шагами тесную комнату.

— Элина, ты хоть что-нибудь понимаешь? Там идет бой! Но почему?

Элина закрыла лицо руками и тихо плакала, ничего не отвечая. Шарлотта подумала вслух:

— Мы кажется здесь в тюрьме!

— Вы как всегда правы, Ваше Высочество!

Дверь открылась в комнату, нагнувшись, вошел главный королевский советник.

— Папа! — воскликнула Элина.

— Господин фон Мирбах? — удивленно произнесла принцесса. — Откуда вы здесь? Что вообще все это значит, что там за шум?

Отец Элины пожал плечами:

— Было небольшое недоразумение с вашей охраной, но оно уже улажено. Никто из этих молодых идиотов больше не помешает мне в осуществлении моих замыслов!

— Что значит, не помешает? — переспросила Элина дрогнувшим голосом.

— То и значит, — Людвиг вон Мирбах испытал жестокое удовольствие, глядя на ужас на лице дочери, — мертвые никому не мешают. Ничего, ты его скоро забудешь, уж поверь мне!

Элина вдруг лишилась чувств и медленно сползла по стене прямо на каменный пол.

— Ваше Высочество, я намерен сделать вашему отцу предложение, от которого он не сможет отказаться! Вы можете помочь мне в этом, скажем, написать ему несколько строк.

— Но почему? — принцесса непонимающе смотрела на изменника.

— Видите ли, политика вашего отца вызывала недоумение у многих. Бесконечные уступки низшим сословиям, нежелание поставить проклятых нелюдей на место. .

Шарлотта пожала точеными плечами:

— Вы ничего не добьетесь, а только получите гражданскую войну, которая будет, пожалуй, самой кровавой за всю историю! Можете потерять восточные области, ведь там половина населения-нелюди.

— А ты интересуешься политикой! — с одобрением заметил Людвиг фон Мирбах, подойдя к девушке чуть ближе, чем следовало по этикету.

— Будущая королева должна интересоваться всем, что касается ее страны! — парировала девушка, отступая на шаг назад.

— Скажем, король Максимилиан мог бы отречься в твою пользу, а ты бы стала моей женой. Умница, красавица и к тому же единственная наследница-просто мечта!

Шарлотту передернуло от отвращения. Советник был еще не стар и совсем не уродлив, но если бы даже он был последним мужчиной на земле, она предпочла бы очутиться от него как можно дальше!

— Да ведь ваша дочь моя подруга, как же вы можете.

Негодяй самодовольно усмехнулся:-Значит, у нас много общего, принцесса.

Рюдигер пытался уснуть, но впервые в жизни это у него не получалось. Слишком много всего случилось за последние несколько дней. Кажется на его совести восемь или десять покойников и это, не считая того бедняги, который наткнулся на его нож в ночь после бала. Видит Бог, он не хотел этого, но если бы не проклятое кольцо, то он бы сам очутился на их месте. Людям магистра не составило бы труда расстрелять его из луков. Они же Воины Света, серебрянные стрелы у них наверняка найдутся.

Неужели теперь они обречены покорно ждать смерти, как бараны? Он представил самодовольное лицо королевского советника и заскрипел зубами от ненависти. Чего они хотят добиться? Чтобы он, гордый потомок целого рода воинов, чьи мечи служили короне, потерял разум от голода, или позволил разрезать себя на кусочки для магических опытов? Черт, от злости даже есть расхотелось!

Он перевел взгляд на железную цепь, которой сковали руки. Ее скреплял небольшой замок. Рюдигер нашарил пальцами ржавый гвоздь, торчавший в досках скамьи, служившей ему кроватью, и стал медленно расшатывать его. Исцарапав в кровь пальцы, ему удалось вытащить его. Зажав трофей в зубах, он попытался открыть замок. Когда-то он просил отца научить его разным забавным по мнению мальчишки фокусам. Например, угадать, под какой из оловянных кружек монетка, или как открыть замок при помощи гвоздя или шпильки из маминой прически.

Лотар только посмеивался, отвечая, что мальчика с такими честными глазами невозможно научить подобным штукам. Но все же, уступив настойчивым просьбам, замки открывать научил. Мало ли, вдруг когда пригодится. Рюдигер оказался способным учеником, внутри замка что-то щелкнуло, и вот уже можно распрямить затекшие от оков руки.

Воодушевленный своей победой, он окликнул Важека. Но тот не отвечал. Рюг посчитал его спящим, и подойдя поближе, осторожно потрогал за плечо. Парнишка, испуганно вскрикнув, сел на скамье, подтянув к себе колени.

— Ты чего? Приснилось что-нибудь? — сочувственно спросил Рюдигер. Тот срывающимся голосом ответил:

— Пока мы здесь, не подходи ко мне так близко, пожалуйста!

— Это еще почему? — удивился Рюг.

— Да потому, что мы уже сутки ничего не ели, а ты, извини конечно, не человек, ну не совсем человек! — выпалил Важек и замолчал.

Рюг почувствовал, как его заливает горячая волна обиды и возмущения:

— Ты меня вообще за кого принимаешь? Я же не дикий зверь! К твоему сведению, мужчина и воин должен уметь переносить голод, холод и жажду, иначе грош ему цена!

Он обиженно вернулся на свое место и отвернулся к стене. Ладно враги, но теперь и от друзей такое выслушивать. Погрузившись в невеселые мысли, он незаметно для себя крепко уснул.

Важеку между тем стало ужасно стыдно. Ведь они попали сюда благодаря ему, никудышный из него гвардеец. Именно Рюг считал своим долгом приглядывать за ним, словно нянька за неразумным младенцем. Не один раз он пытался научит его хитрым приемам, позволяющим победить более рослого и сильного противника. Учитель он был терпеливый и настойчивый, да только не лежала у Важека душа к науке убивать. А теперь он обидел друга необдуманными словами! Похоже, что их тюремщики почти добились своего, они не доверяют друг другу!

В глубине коридора послышался неясный шум, чьи-то тяжелые шаги и приглушенные голоса. Неожиданно дверь их камеры со скрипом распахнулась, свыкшиеся с темнотой глаза ослепил свет факелов. В тесное помещение, пригнувшись, зашли двое огромных мужчин в крестьянской одежде. Серые лица с темными кругами под близко посаженными глазами делали их похожими на живых мертвецов.

— Да их тут двое, Фицко! — прохрипел первый тусклым безжизненным голосом. — Какой же из них нам нужен?

— Который не человек! Зубы проверь! — огромной ручищей громила перевернул безмятежно спящего Рюга и раздвинул ему губы, словно коню на ярмарке.

— Кажется этот! — он бесцеремонно взвалил парня на плечо, словно мешок.

Важек уже справился с изумлением и крикнул:

— Эй, куда вы его забираете! А может и меня прихватите, я не хочу один оставаться!

Мрачный пришелец обернулся:

— Хозяйка велела выкупить у стражи только одного, который нелюдь. А если бы ты знал поближе нашу хозяйку, ты бы ему не завидовал! — серые губы растянулись в слабое подобие улыбки, дверь за незваными гостями захлопнулась.

Рюдигер проснулся от сильной качки, разбитым носом он то и дело тыкался в засаленное грязное сукно. Опустив глаза вниз, он увидел висячий мост, через редкие доски которого темнела бездонная пропасть. Над головой синело вечернее небо, только начинающее затягиваться чернильной тьмой ночи. Редкими светлячками на нем вспыхивали звезды. Кажется его несут как барана или пленницу в захваченном городе. Парни всегда издевались над ним, говоря, что его можно утащить вместе с кроватью, а он и не заметит. Он еще раз взглянул вниз, дернешься разок и придется совершить полет. Пусть лучше пока считают его спящим. Вдруг в животе предательски заурчало, да так громко, что кажется даже эхо ответило!

— Ну что проснулся! — услышал он какой-то неживой голос одного из своих похитителей. — Ничего, как раз к ужину успеешь, а может и сам станешь ужином! — и он засмеялся cтранным смехом, похожим на скрип несмазанной телеги.

— Вы мной подавитесь, я жесткий и невкусный! — на всякий случай предупредил Рюдигер. — Куда вы меня тащите, если не секрет?

— У нашей госпожи к тебе какое-то дело. — пробурчал идущий позади горбун, чьи длинные руки спускались почти до колен. — Говорит, что ты можешь помочь ей, хотя какая может быть польза от такого сопляка, никак не пойму!

— Отпустите меня, я могу идти сам! — сердито потребовал юноша, обиженный низкой оценкой своей персоны. Странные крестьяне переглянулись:

— Слышь Фицко, говорит, что хочет сам идти!

— Ну так пусть идет, — пожал плечами горбун. — Назад ему все равно нельзя! А если захочет убежать, неужели мы не справимся с таким молокососом!

— Я не сбегу, но лучше придержи язык, если он тебе еще нужен! — Рюдигер не на шутку разозлился. Что за госпожа у этих незнающих своего места холопов, и зачем он ей понадобился? Впрочем сейчас лучше сдержать гнев, может эта странная незнакомка и в самом деле может ему помочь? Вот только где она нашла таких слуг, выглядят, как будто уже пару дней как умерли…Очутившись на земле, он одернул жалкие остатки одежды и молча зашагал рядом со своей странной охраной.

Пройдя по тропинке мимо жалких саманных лачуг, они очутились у развалин замка. От прежнего великолепия уцелела лишь одна из башен да полуразвалившаяся крепостная стена. Они спустились куда-то глубоко вниз по каменной лестнице.

Дальше их путь продолжился по хитрому лабиринту коридоров. Низкие полукруглые арки, выложенные кирпичом, разрушающимся от времени, следовали одна за другой, отмечая очередной этап их долгой дороги. К обычной для подвала сырости примешивался отвратительный запах гнили и разложения. Чувствительный вампир не удержался от негодующего восклицания:

— Воняет хуже, чем на живодерне!

Шагающий сзади его похититель равнодушно ответил:

— А вот твой запах кое-кому понравился, несмотря на грязные портянки.

Из густой тьмы со всех сторон приближались странные оборванные создания с мертвенно-бледными лицами. Одежда на них висела неопрятными лохмотьями и была запачкана землей. Мужчины, женщины и кажется несколько детей. Все они тянули руки к пленнику, бормоча что-то непонятное.

Рюдигер уклонился от пытающихся схватить его скрюченных пальцев с непомерно отросшими ногтями и с отвращением отпихнул ногой первого из нападавших. Тощий мужичок в теплом кафтане без одного рукава обиженно заскулил и отбежал в сторону. Горбун быстро снял висевшую на поясе дубинку и, не церемонясь, принялся раздавать удары направо и налево.

— Пошли прочь, голодные твари! Ловите крыс и не путайтесь под ногами, а не то расскажу госпоже. Тогда вы забудете, что уже умерли!

Несчастные оборванцы постепенно отступали назад, исчезая в темных углах подземелья. Последней пропала из виду женщина с длинными спутанными космами в остатках вышитой льняной рубашки. Какое-то время она смотрела им вслед, но вскоре повернулась и уныло побрела во тьму.

— Почему люди твоей госпожи так ужасно выглядят? Она что совсем о них не заботится? — недоуменно поинтересовался Рюг. Фицко скрипуче рассмеялся:

— Просто они слишком давно умерли, а мертвецам все равно, на кого они похожи. Нет, она иногда о них вспоминает, подбрасывает что-нибудь или кого-нибудь. Но и те, в деревне, поверь мне, выглядят не намного приятнее.

Озадаченный таким ответом юноша надолго замолчал, пытаясь понять, шутит странный горбун или все же говорит правду.

Вскоре они добрались до освещенной факелами толстой решетки, сделанной в виде дверей. Привратник, как две капли воды похожий на его провожатых, отодвинул тяжелый засов и впустил их внутрь. Пройдя еще немного, они остановились у почерневшей от времени двери. Фицко толкнул ее, и Рюдигер зажмурился от хлынувшегося оттуда яркого света. Постепенно его глаза привыкли к новой обстановке, и он смог внимательно рассмотреть просторное помещение.

Здесь было светло, горели бесчисленные свечи с резким ароматом. Богатая обстановка была странной для подземелья, но поражала роскошью. Гобелены на почерневших от времени и сырости стенах, персидский ковер на полу, изящная мебель из красного дерева — не хуже, чем во дворце.

— Хозяйка, — горбун смиренно склонил голову, — мы доставили его.

Стройная женщина в золотом платье обернулась. У нее была изящная фигура и безупречно красивое, но жестокое надменное лицо. От нее веяло настоящей смертью. Рюдигер с ужасом узнал в ней незнакомку в красном, с которой он танцевал на балу. Она еле заметно кивнула:

— Я вижу. А теперь оставьте нас одних.

— Но госпожа, вы уверены…Хоть он и выглядит молоденьким недоумком, все же это не человек.

Рюдигер с ненавистью взглянул на неожиданно разговорившегося горбуна, решив отомстить дерзкому простолюдину при первой возможности. Но красавица мило улыбнулась:

— Я рада, что ты всегда заботишься о своей госпоже, но этот юноша — мой гость, а не пленник. И я бы хотела поговорить с ним наедине!

Горбун почтительно поклонился и поспешил к двери, увлекая за собой своего медлительного товарища. На пороге он обменялся с вампиром выразительным взглядом и слишком громко хлопнул дверью.

— Ну здравствуй, Рюдигер фон Шлотерштайн! Мы ведь уже знакомы, или мне все-таки представиться?

— Смею предположить, что вы приходитесь дальней родственницей печально известной Эмилии Вандорф. — Рюдигер попытался поддержать непринужденный тон беседы.

— Ты почти угадал. Я действительно принадлежу к этому древнему и незаслуженно забытому роду. Скажи, мой мальчик, тебе не доводилось видеть изображение бедной Эмилии? — красавица задумчиво накручивала на палец светлый локон.

Рюдигеру страстно захотелось выругаться, сейчас он меньше всего был склонен обсуждать внешность давно сгинувшей дьяволицы. Но напомнив себе, что он все же в гостях, юноша вежливо ответил:

— Королевским указом запрещены любые изображения кровавой госпожи, это всем известно!

— Приятно слышать, что настоящая красота не оставляет никого равнодушным! — женщина вдруг громко расхохоталась, в ее смехе, звонко разлетевшемся по огромному залу, было что-то жуткое. Она подошла к большому портрету на стене и отдернула запылившуюся бархатную завесу.

— Ты не находишь, что мы похожи?

С картины на барона смотрела гордая красавица в роскошном платье из темно-вишневого бархата. В ушах тяжелые серьги с алыми рубинами. Странное лицо, красивое, но слишком уж равнодушен взгляд карих глаз. Чтобы вызвать хоть искорку жизни, чтобы заставить эти губы дрогнуть в улыбке, а бледные щеки зажечься слабым румянцем, необходимо какое-то сильное потрясение. Например, чужие страдания и даже смерть…

Рюдигер усилием воли заставил себя оторваться от портрета. Переведя взгляд на застывшую в гордой позе рядом с картиной женщину, он не поверил свои глазам. То же равнодушное прекрасное лицо, скучающий, немного безумный взгляд…Юноша растерянно опустился в оказавшееся рядом кресло.

— Ты Эмилия Вандорф, кровавая графиня! — он почувствовал, как волосы зашевелились на голове. — Но как такое возможно? Тебя же казнили двести лет назад по приказу короля!

Эмилия улыбнулась, открывая мелкие острые зубы:

— На самом деле мне удалось обмануть своих палачей! Ты же слышал о вечно живущих?

Рюдигер с отвращением сплюнул на персидский ковер:

— Да кто же о них не слышал, осиновый кол им в задницу!

Жуткие легенды его народа, страшные сказки, которыми пугали детей длинными осенними вечерами, внезапно оказались правдой. В далекие языческие времена посвященным были известны тайные магические ритуалы, при помощи которых можно было превратить обычного нелюдя в страшное создание, живого мертвеца. Он становился практически бессмертен, да только, чтобы продлить свое существование, ему требовалась чужая кровь, и не просто кровь, а чужая жизнь!

Для вечно живущих был действительно смертелен солнечный свет, святая вода, распятие и обычное дерево. Казалось все это осталось в мрачном жестоком прошлом. Но Рюдигер слышал несколько душераздирающих историй о влюбленных, когда один из них, чаще юноша, оказывался на краю гибели, теряющая рассудок от горя девица проводила магический обряд, обратившись к темным силам. И к жизни возвращался ужасный монстр, от которого было потом весьма трудно избавиться.

Выходит, рассказы о том, что жестокая графиня заключила сделку с дьяволом, чтобы сохранить красоту, не лгали. Но все же парень не мог поверить, что перед ним одно из таких чудовищ. Ему казалось, что это какой-то розыгрыш!

Между тем Эмилии не слишком понравились дерзкие слова гостя.

— У тебя ужасные манеры, юноша! Что неудивительно, ты же постоянно среди людей, даже наверное стал считать себя хуже этих слабых ничтожных созданий! А ведь они в старые времена были ничем: рабы, мусор, еда и только.

— Мои друзья не мусор! — в голосе Рюга послышались железные нотки, он явно не собирался не уступать этой мертвой стерве ни в чем!

Ну извини, может я сгущаю краски. И я совсем забыла об обязанностях хозяйки. Ты верно голоден, в твои годы всегда хочется есть! — она протянула ему хрустальный бокал с темно красным содержимым. Молодой барон был юношей впечатлительным, богатая фантазия сразу нарисовала ему несчастных пленников в мрачном подземелье. Запах этого сомнительного напитка показался ему странным, если бы он не был голоден, его бы уже вырвало.

— Спасибо конечно, но матушка мне настоятельно не советовала есть, что попало! — на всякий случай он отодвинулся от нее подальше. Честно говоря, Рюг ужасно ее боялся, хотя и старался не показывать этого.

— Давай не будем затягивать нашу встречу! Зачем твои слуги притащили меня сюда? Уж верно не для того, чтобы научить хорошим манерам! — он внимательно изучал обстановку, пытаясь найти хоть что-то, что смогло бы послужить оружием.

— Ну хорошо, может быть ты слышал о кроваво-красном рубине, о кольце Афзала, которое может сделать своего владельца всемогущим! В последний раз этот камень упоминается в истории твоей семьи. Может быть ты поможешь мне найти его? Цена — твоя жизнь и свобода! — Эмилия говорила мягко и вкрадчиво, словно кошка мурлыкала.

— Вбили вы себе в голову этот рубин. Если хочешь знать, он у магистра. Чтобы вы вместе с ним в ад провалились! — сплюнул от злости Рюдигер.

— Ты не понимаешь, о чем речь. Этот камень может сделать меня нечувствительной к солнцу, может возродить былую славу нашего народа, указать людям на их место, — она вдруг приблизилась к юноше, пристально разглядывая его. — В тебе видна чистота крови, ты не хотел бы разделить со мной вечность?

Ее глаза излучали странную силу, пытаясь подавить его волю. Рюдигер поспешно отодвинулся от нее и перекрестился. Эмилия уставилась на золотой крестик, проглядывающий через лохмотья рубашки, и зашипела, словно змея.

Его трясло от отвращения: да она же сдохла двести лет назад и оказывается, имеет к нему чисто женский интерес!

— Ты что с ума сошла! — заявил он безо всякого почтения. — Вечность в этом склепе, да тут проветрить не мешало бы! И вообще мне пора! — он развернулся к выходу, но вечно живущая вдруг схватила его за руку. Ее холодная изящная кисть была неожиданно сильной.

— Ах, извини я забыла Ведь твое сердце занято, ты же успел жениться на человеческой простушке. Наверное, она хороша на вкус. Я ее помню, здоровая, крепкая, румянец во всю щеку. Ну ничего, человеческая жизнь такая хрупкая, а я умею ждать!

Терпение Рюдигера лопнуло. Он схватил со стола тяжелый медный подсвечник и ткнул им Эмилии прямо в лицо. Она еле успела уклониться от пламени.

— Слышишь, ты мертвая дрянь, никогда не смей даже думать о моей жене! — в ярости он задел огнем платье, и оно с треском вспыхнуло. Искры огня упали на ковер, и он немедленно вспыхнул. Мертвячка выгнулась дугой и издала дикий вопль, от которого заложило уши. Не теряя времени, Рюг выскочил за дверь. Обжигая пальцы, он смял воск свечи и запечатал им дверь, нацарапав на воске крест. «Если правда, что они существуют, осиновый кол им в задницу, то крест и в самом деле может ее задержать», — подумал он на бегу.

Однако уйти по тихому не удалось. Леденящий душу вой привлек внимание ее слуг, и они тяжело топали ему навстречу из глубины коридора. Он с надеждой поглядел в сторону решетки, но возле нее топтались голодные оборванцы с белыми глазами, протягивая руки через прутья и жалобно подвывая. Хотя они вызывали лишь отвращение, но сейчас Рюдигер меньше всего хотел оказаться в этой компании. Он повернул назад, очутившись лицом к лицу с охраной.

Горбун бросился к двери, за которой все еще бесновалась его хозяйка и схватился за ручку в виде львиной головы, но не смог даже приоткрыть ее…Ненароком коснувшись восковой печати с крестом, он глуха зарычал и тут же отдернул задымившийся палец.

— Да чтоб тебя мертвяки обглодали, сопляк паршивый! Что стоите, хватайте его! — злобно рявкнул вурдалак на своих медлительных товарищей. Те словно проснулись и медленно двинулись к вампиру, окружая его со всех сторон. Рюдигер только сейчас понял, что все еще сжимает в руке тяжелый подсвечник. Глядя на окружавшие его в темноте сутулые фигуры, парень вдруг чуть не задохнулся от охватившей его ярости. Он стиснул зубы и бросился вперед, без остановки колотя своим странным оружием по всему, что подвернулось под руку.

Подсвечник словно превратился в боевой молот, легко проламывая головы и превращая лица в кровавое месиво. Неожиданно юноша заметил, что рядом с решеткой коридор разделяется, и слева от него еще один ход. Не переставая поднимать и опускать уже немного уставшие руки и уходить от ударов тяжелых дубинок, он стал быстро продвигаться к своей цели. Наконец, когда до стены оставалась пара шагов, он увернулся от метившей ему в лоб дубинки и выскочил из толпы дерущихся. Противники не сразу заметили его пропажу и пару минут еще продолжали дубасить друг друга.

Рюдигер же, не тратя время, бежал по узкому коридору, уводившему его все дальше в подземелье. Уловив за спиной приближающийся шум погони, он прибавил скорость. Откуда-то слева потянуло сквозняком и юноша, не раздумывая, свернул в низенький, почти не различимый во мраке подземелья проем. С разбегу влетев под низкий свод, Рюдигер не заметил раскрошившейся от времени невысокой лестницы и, оступившись, покатился вниз. Пересчитав спиной все ступени, он больно ударился головой о что-то твердое. На мгновение в глазах потемнело, он дотронулся до гудящей, словно церковный колокол, головы. Волосы на макушке стали мокрыми от крови, но рана уже затянулась. Придя в себя и отряхнув с волос и лица липкую паутину, вампир осмотрелся.

Оказалось, что он очутился в большом зале, чей потолок подпирали толстые колонны. У задней стены расположились пять мраморных гробниц. Похоже раньше здесь была домашняя крипта, где находили последнее пристанище предки кровавой госпожи. Однако сюда уж много лет никто не заглядывал. Нишу у стены занимало искусно вырезанное из камня распятие, его вид немного успокоил беглеца. Рюдигер присел на каменные ступени, ведущие к кресту в надежде, что это место слуги Эмилии обойдут стороной, а у него будет небольшая передышка.

Вдруг его чуткий слух уловил тяжелые шаги, и он поспешил спрятаться за гробницей. Из темного проема в соседней стене показалась знакомая cутулая фигура с длинными руками. Горбун подошел к саркофагу и почти без усилий сдвинул мраморную плиту. Он уже собрался лезть внутрь, но что-то его насторожило. Слуга Эмилии потрогал свежие пятна крови на белом мраморе и облизал палец. Он радостно оскалил острые, как у щуки, зубы и направился к тому месту, где прятался беглец. В углу между гробницей и стеной было пусто, но запах крови настойчиво уверял его, что парень где-то рядом. Горбун обернулся со скоростью, неожиданной для его массивной фигуры, и бросился на вампира, оказавшегося у него за спиной.

Рюдигер быстро запрыгнул на соседнее надгробье. Не теряя времени, он ударил горбуна ногой в голову. Его соперник похоже уже не был человеком, от сильного удара он даже не покачнулся и, заревев, как медведь, бросился на парня, пытась столкнуть его с плиты. Рюдигер потерял равновесие и скатился вниз. Фицко уже приближался к нему, держа в руках огромный нож, чье лезвие было покрыто ржавчиной и пятнами засохшей крови.

— Ну что, малец, вот ты и попался. Я вырежу твое сердце, и отнесу его госпоже!

Дело принимало серьезный оборот. Подсвечник, неплохо послуживший ему, Рюдигер выронил при падении, а вооруженный мясницким ножом горбун выглядел опасным противником. Вампир уворачивался от его атак, постепенно они приближались к стене. Ржавое лезвие просвистело у него над головой, он еле успел присесть.

Неожиданно он вспомнил о спрятанном в сапоге подарке крестного и, быстро нагнувшись, достал нож из-за голенища. Оружие в руке вселило в юношу уверенность в своих силах. Он отклонился в сторону от удара и тут же ударил сам. «Везучий нож» вошел точно в сердце. Слуга Эмилии замер на месте, затем тяжело рухнул на спину. Рюдигер поспешил вытащить свой талисман. Из раны не вытекло ни капли крови, но на лезвии знакомо вспыхнули странные знаки. Он еще раз взглянул на труп врага, и с отвращением отвернулся. Тело выглядело так, как будто разлагалось уже неделю.

Отдышавшись, Рюдигер посмотрел на сдвинутую плиту. Интересно, зачем горбун собирался залезть в могилу? Неужели решил отдохнуть в тишине и покое? Не слишком хорошо тревожить покой мертвых, но любопытство пересилило суеверный страх. Юноша осторожно заглянул внутрь гробницы. Но к своему удивлению вместо истлевших костей он увидел белеющие в темноте мраморные ступени. Под плитою скрывался подземный ход.

Не раздумывая, Рюдигер запрыгнул внутрь и начал спускаться по ступеням, которые вскоре закончились, и он очутился в узком тоннеле. Решив, что хуже уже быть не может, он смело двинулся вперед. Юноша то и дело задевал головой за торчавшие сверху корни каких-то растений, напоминавшие спутанные белесые нити. Вдруг он зацепился за что-то под ногами, и не удержашись, упал. Не успев подняться, Рюдигер понял, что быстро съезжает вниз, словно по снежной горке. Его спуск продолжался довольно долго, но наконец закончился.

Переведя дух, вампир попытался подняться, но тут же стукнулся головой о земляной свод. Здесь можно было предвигаться только на четвереньках. Выругавшись, Рюдигер продолжил свой путь. На него осыпалась земля, но он упорно двигался вперед, моля Бога, чтобы эта кротовая нора не закончилась тупиком.

Неожиданно сырой могильный воздух подземелья сменился ночной свежестью, сюда добавился запах дыма и человеческого жилья. Через несколько шагов подземный ход оборвался. Рюдигер выполз из пещеры и поднялся на ноги, с трудом сдерживая желание закричать от переполнявшей его радости.

О, какое это оказывается счастье, вдыхать чистый ночной воздух и видеть над головой высокое звездное небо!

Подземный ход вывел его в небольшую деревушку, лежавшую почти у подножия горы. Зловещие развалины с их жуткой хозяйкой остались далеко наверху. За деревней начиналась низина, покрытая лесом. Минуя пропасть, по ней можно было спокойно добраться до крепости Воинов Света.

Рюдигер с любопытством оглядел саманные домики с соломенными крышами. На всем следы нищеты и запустения. Еще бы особо не процветешь, когда рядом такое водится. . Вдруг он ощутил острую растерянность, ему показалось, что он затерялся где-то на краю земли и никогда не увидит ни дома, ни близких. Но вспомнив о Важеке, который остался узником подземелья, Рюг отбросил сомнения. Он должен помочь другу, а эти самонадеянные мерзавцы еще узнают, где им на самом деле место. Но сначала не мешало бы поесть.

Перемахнув через невысокий плетень, он очутился во дворе крайнего дома. Заглянув в ветхое строение, оказавшееся хлевом, он обнаружил только тощую, слегка облезлую козу. Бедное животное так же, как и он, находилось на грани голодного обморока. Пожалуй, это неплохая возможность восстановить силы, хотя и не хорошо лишать бедных людей последней скотины. Правда, приключения в лесу научили его, что живая кровь штука коварная, и после такого ужина он рискует быть разбуженным крестьянскими вилами. Перед глазами все еще стояла Эмилия. Охваченное огнем, красивое лицо стремительно чернело, превращаясь в обугленный череп. Зрелище было отвратительное, и он тряхнул головой, надеясь избавиться от навязчивого видения.

Голод снова напомнил о себе, и Рюдигер почти уже решил участь бедной скотинки, но выглянув из хлева, заметил еще одну низенькую постройку. Это был погреб. Большой ржавый замок легко открылся с помощью ножа, уцелевшего в сапоге. Внутри было прохладно и пахло чем-то кислым. Засунув руку в глиняный кувшин с широким горлом, он обнаружил в нем обычные соленые огурцы. Он с сожалением отодвинул находку, вспомнив, что ел такие у бабки Насти. Это было безумно вкусно, но имело для него самые печальные последствия. Наконец Рюг наткнулся на кусок козьего сыра с резким запахом, завернутый в холщовую тряпицу, крынку с молоком. Он с жадностью уничтожил скромные запасы, немного заглушив ноющую боль в желудке.

Выбравшись из погреба, он заглянул в хлев. Коза повернула голову и радостно мекнула, увидев перед носом соленый огурец. Оставив ее наедине с угощением, Рюдигер решительно зашагал к лесу.

Протоптанная ногами деревенских жителей тропинка уводила беглеца все дальше и дальше. Постепенно она исчезла под ковром из пожелтевших листьев. Пушистые ели, едва не задевающие яркие звезды, стояли рядом с остролистными ильмами и раскидистами вязами. Их листья, горевшие на осеннем солнышке всеми оттенками красного и золотого, в лунном свете напоминали серебрянные монеты в цыганском ожерелье. Когда легкий ветерок заставлял их шелестеть, Рюгу слышался мелодичный звон.

Первое время Рюдигер опасался каждого шороха и то и дело оборачивался. За каждым кустом боярышника и бузины ему чудились неповоротливые тени слуг графини. Но вскоре чувство опасности притупилось, а потом и совсем исчезло. Рюдигер беспечно шагал по этим диким безлюдным местам. Ночной лес не вызывал у него никаких неприятных ощущений. После страшного подземелья, где каждый камень был свидетелем чьей-нибудь смерти, здесь беглец чувствовал себя в полной безопасности. Он наслаждался кристально чистым воздухом, звездным небом и совершенно не боялся сбиться с пути.

Замок Воинов Света белел в ночной тьме и манил к себе, словно пламя свечи, притягивающее ночных мотыльков. В очередной раз глядя на зубчатые стены и высокие башни, юноша старался шагать быстрее. Но все же приключения этой ночи не прошли для него даром. Рюдигер все чаще испытывал желание упасть и крепко заснуть на зеленом ковре из мха и травы.

Ночную тишину нарушило журчание небольшой речушки, бегущей мимо замшелых валунов. Рюдигер сделал пару глотков ледяной воды, от которой сводило зубы, и долго отмывал лицо и руки, стараясь избавиться от запаха гнили и разложения. Он уже решил поискать место для отдыха, как вдруг заметил следы небольших копыт на влажной земле. Голод снова напомнил о себе, и парень неожиданно решил, что лучшего места для охоты ему не найти. Вдруг он почувствовал, как чей-то взгляд уставился ему в спину, осторожно повернулся и застыл на месте, боясь пошевелиться.

В двух шагах от него на тропе, ведущей к водопою, стоял огромный волк. Матерый зверь также считал тропу у ручья лучшим местом для охоты. Горящие желтые глаза хищника внимательно следили за каждым движением вампира. Выросший в Темнолесье, где каждый третий наделен даром превращаться в волка, Рюдигер не был склонен видеть врагов в этих не слишком безобидных зверях. Вот и сейчас он надеялся, что их встреча закончится мирно, и каждый пойдет своей дорогой.

Какое-то время они напряженно смотрели друг на друга. Затем серый хищник оттолкнулся от земли и стремительно бросился на вампира, едва успевшего достать нож. Сильные лапы толкнули парня в грудь. От удара тяжелой туши Рюдигер не удержался на ногах, и они упали в грязь, присыпанную ковром из опавших листьев. Зверь отчаянно пытался добраться до горла. Его острые, как кинжалы, зубы, разодрали плечо и щелкали рядом с лицом. Острые когти кромсали одежду, оставляя на груди глубокие царапины. Но Рюдигер из последних сил сжимал правой рукой шею зверя, левой нанося беспорядочные удары ножом, и с трудом удерживал на безопасном расстоянии лязгающие совсем рядом острые зубы. Волк, казалось, не замечал нанесенных ран, и Рюдигер не знал, насколько ему хватит сил сопротивляться. Сделав последнее усилие, он ударил ножом в основание шеи, и неожиданно страшные объятия ослабли.

Хлынувшая из ран зверя кровь заливала его лицо, и повинуясь древнему инстинкту, юноша стал пить из открытой раны горячую соленую жидкость, в которой еще бурлила ярость битвы, жажда убийства и любовь к свободе… На мгновение он почувствовал себя волком, теряющим силы с каждой каплей, ощутил, как меркнет свет в желтых глазах зверя, и неожиданно сам чуть не потерял сознание. Какое-то время Рюдигер еще пытался вырваться из сладкой паутины сна, но смертельная усталость и раны от безжалостных волчьих зубов лишали его последних сил, а кровь поверженного врага туманила голову, уводя в призрачные миры. Не в силах сопротивляться этому мороку, он опустил голову на волчью шкуру и крепко заснул.

Огромный зверь уже давно затих. Сильные лапы ослабили смертельную хватку и теперь почти нежно обнимали своего убийцу, безмятежно улыбавшегося во сне. Луна удивленно взглянула на них с небес, и так и не поняв, кто здесь хищник, а кто добыча, скрылась за облаками.

Проснувшись, Рюдигер с удивлением обнаружил, что эту ночь он провел в объятиях огромного мертвого волка. Вспомнив все подробности ночного сражения, он поблагодарил Бога, что убитый зверь не обернулся человеком.

Вампир быстро выбрался из-под уже успевших закоченеть волчьих лап и довольно потянулся, чувствуя, что из тела ушла усталость и боль, да и чувство голода, ставшее уже привычным, кажется покинуло его надолго. Рваные раны от волчьих когтей и зубов бесследно исчезли, он снова здоров и готов к любым испытаниям.

Рюдигер немного поразмыслил, не стоит ли снять со зверя шкуру, но быстро решил, что это не слишком знакомое занятие отнимет много времени. К тому же его путь лежит на вершину, и лучше быть налегке. Юноша сломал молодое деревце и, заострив один конец с помощью ножа, вооружился самодельным копьем. Оставив волка на попечение любителей падали, он снова двинулся в путь.

Он упорно двигался к своей цели, быстро взбираясь вверх по заросшему лесом склону горы.

Кругом все чаще попадались огромные валуны, а мягкая трава под ногами путешественника сменилась каменной россыпью. Золотисто-рыжие красавцы клены и ясени совсем исчезли, теперь кругом были лишь редкие сосны, растущие даже на камнях. Время уже перевалило за полдень, а упрямый путник все еще не думал об отдыхе. Он все так же шагал вперед, хотя и не знал, что ждет его на вершине.

Осеннее солнце уже не пряталось за деревьями и било прямо в глаза. Рюдигер отвел глаза от неприступного замка, который казался почти черным на фоне яркого света, и вдруг заметил в десяти шагах от себя трех горных куропаток. Птицы размером с хорошую курицу с серой грудкой и пестрой черно-коричневой спинкой старательно работали сильными лапами, выискивая что-то среди выгоревшей травы и мелких камней.

Взглянув на упитанных, готовящихся к долгой зимовке куропаток, Рюдигер почему-то сразу подумал о хорошем обеде. Он тихонько нагнулся и поднял с земли небольшой камень. Резкий стремительный бросок напугал птиц и они с криками разлетелись в стороны. Только одна осталась лежать неподвижно.

Рюдигер довольно взвесил в руке свой трофей, уже чувствуя вкус нежного жаркого. Но затем озадаченно вздохнул, вспомнив, что кошелек, фляжку и мешочек с огнивом у него отобрали тюремщики вместе со шпагой. Однако есть сырую птицу совсем не хотелось, и он внимательно присмотрелся к камням под ногами. Выбрав два слегка прозрачных белых с желтоватым оттенком камушка, он отправился за дровами. Вскоре среди валунов возвышалась гора веток и валежника. Щедро насыпав сверху сухой травы, он принялся стучать камнями друг о друга. Попав несколько раз по пальцу, он немного охладел к этому занятию, и даже начал думать, что и сырая куропатка вполне съедобна. Оказалось, также считали и местные муравьи, облепившие кое-как ощипанную птицу снизу доверху.

Отряхнув свою добычу от непрошенных гостей и передавив их ногами, Рюдигер вдруг вспомнил о ноже и решил использовать его, как кресало. После нескольких неудачных попыток, между кремнем и железом вдруг проскочила искра, и трава задымилась. Он принялся раздувать огонь, и скоро костер разгорелся с такой силой, что грозил превратиться в лесной пожар. Но постепенно пламя утихло. Рюдигер потихоньку подбрасывал в него пару веток, не давая костру быстро прогореть. Поворачивая насаженную на самодельный вертел тушку над огнем, парень еле дождался, когда она подрумянится. Затем все же не утерпел, и обжигаясь, набросился на полусырую птицу. Разрывая жестковатое мясо острыми молодыми зубами, он подумал, что в жизни не ел ничего вкуснее ни дома, ни в королевском дворце, вот только соль бы не помешала.

Обглодав все до последней косточки, Рюг вытер испачканные жиром руки о траву и сыто рыгнул. Его вдруг неудержимо потянуло поспать. Но юноша сердито тряхнул головой, отгоняя непрошенную дрему, и уничтожив остатки костра, снова двинулся в путь.

День уже близился к вечеру, солнце проделало свой путь по небу и собиралось скрыться за далекими холмами, заросшими густым лесом. Рюдигер добрался почти до самой вершины и теперь стоял перед высокой, почти отвесной скалой. На небольших выступах торчали чахлые ели, которые казалось росли прямо из камня. Небо быстро темнело, но скала из белого камня была ясно видна в густеющих сумерках. Эта твердыня казалась почти неприступной, но наследник славного рода фон Шлотерштайнов, не раздумывая, бросился на штурм.

Приглядевшись к скале повнимательнее, он понял, что она вовсе не была безупречно гладкой. Вампир поставил ногу на выщербленную ветром и временем поверхность и нащупал рукой выемку в камне. Затем переставил ногу повыше и, подтянувшись, забрался на выступ, на котором притулилась кривая сосенка. Приметив следующее деревце, он мысленно проложил путь до него, и вскоре уже карабкался на другой выступ. Почти наощупь упрямец медленно поднимался вверх. Ненависть к хозяевам замка на вершине не давала ему остановиться, все время гнала вперед. Они считают его низшим существом, приравнивают пьющих кровь к животным, хотят очистить землю от ему подобных. Ну ничего, он заставит их заплатить за каждое слово!

Уцепившись за очередной выступ, он нечаянно опустил глаза вниз и тут же отвернулся, прижавшись лицом к холодному камню и чувствуя, как вспотели ладони. Оставив на время мысли о мести, Рюдигер поспешно вскарабкался на небольшую площадку и понял, что почти достиг своей цели.

Глава 21 Прерванный обряд

В таверне «Полная Луна» под вечер было полно народу. Лиза, Яромир и Римар сидели за одним столом с Иваром. Он нетерпеливо взглянул на них:

— Ну, выкладывайте, что у вас ко мне за дело!

— Нам очень нужна твоя помощь, — Римар постарался быть как можно более убедительным, — мы без тебя не справимся!

Наемник посмотрел на него наглыми зелеными глазами:

— Видишь ли, мне недавно предложили работу, и если я примусь за ваше дело, то много потеряю! А деньги мне сейчас нужны, как никогда! — непроизвольно он поискал глазми Дарину.

«Невероятно, — подумала Лиза, — и как Дарине удалось так взять его в оборот? Ведь это все равно, что приручить ветер!»

Она с вызовом взглянула ему в глаза и сказала:

— Я тоже могу предложить хорошую цену! Скажем, ты берешься нам помочь, и Дарина никогда не узнает, при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились!

На лице Ивара отразился неподдельный ужас.

— Потише, пожалуйста, — прошипел он, — рассказывайте, что там у вас стряслось!

Дослушав до конца, он с возмущением стукнул кулаком по столешнице:

— Если бы ты была парнем, я бы вызвал тебя на поединок, чтобы хоть немного проучить! Неужели я откажу в помощи другу? Кроме того, чтобы узнать, какого цвета кровь у магистра этого треклятого ордена, я и сам бы охотно приплатил! Считайте, что я с вами. Только Дарине не говори ничего, ладно!

— А меня почему не зовете? — Лиза обернулась. У нее за спиной стоял Васька. Уши тролля забавно дергались, выражая крайнее волнение. — Мои лучшие друзья в беде, а я узнаю об этом последним!

— Мы думали, ты давно уже в Куличках!

— Ну честно говоря, одному мне страшновато туда ехать. Я слишком долго там не был, и собирался вместе с вами на Рождество! — опустив глаза, сказал он. — Но это и к лучшему, зато теперь вы можете на меня смело рассчитывать!

Яромир и Римар смотрели вверх на крепостную стену. Ивар молча разматывал веревку, прикидывая, какая длина понадобится, чтобы стрела с хитрым крюком вместо наконечника зацепилась за край. Их задачей было незаметно проникнуть в лжемонастырь и открыть ворота основному отряду. Лиза взяла измором полковника, и он, скрепя сердце, разрешил ей ехать с ними. Ей было строго приказано дожидаться окончания боя за воротами. Но никто не понял, как она оказалась сейчас рядом с ними.

Римар услышал, как кто-то похлопал его по плечу, он обернулся и чуть не заорал от неожиданности. Перед ним был Рюг, и в свете факелов он выглядел, как будто выбрался из могилы. Слишком бледный даже для вампира, весь в синяках и ссадинах, одежда превратилась в какие-то невообразимые лохмотья.

Лиза тихонько вскрикнула и кинулась к нему на шею. Они просто стояли обнявшись и не могли произнести ни слова. Он прижимал ее к себе, не веря до конца, что она настоящая, и боялся, что его жена растворится, словно призрак в ночной темноте. Но ее тепло и знакомый запах, бешено стучавшее от волнения сердце все же убедили его в том, что это не сон.

— Я больше никуда не отпущу тебя, — наконец сказала она.

— А я больше никогда от тебя не уеду, — просто ответил Рюдигер. — Но откуда ты здесь? Впрочем, это не важно. Главное, ты рядом!

Она испуганно трогала окровавленные лохмотья, оставшиеся от его одежды и тревожно всматривалась в уставшее осунувшееся лицо.

— Ты весь в крови, что с тобой случилось, тебя, что ранили?

— Не волнуйся, со мной все хорошо, это чужая кровь.

— Эй, Лизавета, проверь, сердце у него бьется? Слишком уж на призрака смахивает, — засмеялся Яромир, но тут же сам сжал друга в медвежьих объятиях, к нему присоединились Васька и Римар.

— Вы что решили мне ребра сломать от радости? — отбивался от них почти придушенный Рюг, хотя такое внимание было приятным.

Друзья засыпали его вопросами:

— Как тебе удалось сбежать? Что же с тобой приключилось? И где Важек?

Рюдигер нахмурился:

— Все еще в плену! Надеюсь, он пока держится.

Яромир решительно вмешался в разговор:

— Да вы только посмотрите на него! Как говорится, краше в гроб кладут! Парню явно сейчас не до разговоров.

Вскоре Рюдигер, одетый в чистую рубашку и запасную куртку Яромира, с довольным видом вгрызался в хороший кусок жареного мяса, запивая вином из фляги. Облизав пальцы, он счастливо улыбнулся:

— Совсем неплохо!

Подошедший Ивар самодовольно усмехнулся:

— Ну без меня они бы сухари грызли! А так всю дорогу со свежим мясом.

Римар возразил:

— Можно подумать, королевских солдат морят голодом…Просто скажи прямо, что захотелось чего-нибудь посвежеее, крови например!

Наемник, совершенно не смущаясь, согласился:

— Да тут на каждом шагу еда бегает, места глухие, зверья много! Это тебе не Златоград, где за кружку крови золотую монету требуют!

Он с сожалением посмотрел на Рюга:

— Прости парень, тебе ничего не осталось. Тут во втором отряде еще трое наших, так что всего кабана досуха…

Рюдигер пьяно улыбнулся:

— Да я не в обиде. И потом, я что ребенок, сам не смогу о себе позаботиться?

Лиза осторожно забрала у него почти опустевшую флягу, а он, не в силах скрыть счастливой улыбки, посмотрел на друзей:

— Ребята, я так вас всех люблю…

Яромир похлопал его по плечу:

— Да тебя похоже совсем развезло…Того гляди, заснешь. Ты хоть расскажи, что с тобой приключилось, отчего у тебя такой вид, как будто из преисподней сбежал?

Вспомнив о страшной хозяйке подземелий, Рюдигер мгновенно протрезвел.

— Да я действительно побывал чуть ли не в аду и видел своими глазами такое, чему раньше сам бы ни за что не поверил!

Несмотря на сопротивление Лизы, он забрал у нее флягу и сделал еще пару глотков. Затем уставился на тлеющие угли и начал рассказ о своих приключениях.

Когда он закончил, все некоторое время молчали. Затем Яромир недоверчиво переспросил:

— Неужели подземный ход идет через все гору? И ты всего лишь за день выбрался из пропасти? Нет, конечно упрямства тебе не занимать! Но совершить подобное человеку не под силу… Хотя, ты и не человек вовсе…Не злись, — поспешил он смягчить свои слова, заметив, как потемнели глаза друга, и как обиженно поджала губы Лиза, — я хотел сказать, не совсем обычный человек! Если бы я не знал, что ты совсем не умеешь врать, никогда не поверил в такие сказки!

Римар поддержал его:

— Живые мертвецы, которые бродят по подземным коридорам, Эмилия Вандорф, ставшая вечно живущей…Просто мороз по коже! Я бы уже в уме повредился!

Лиза, дослушав до конца о приключениях любимого мужа в развалинах, неожиданно разозлилась:

— За двести лет эта ведьма совсем из ума выжила! Скучно ей видите ли стало, не с кем разделить вечность! Бесстыжая старуха! Тьфу, да и только!

Красавица возмущенно плюнула на угли и, не обращая внимания на прячущих улыбки парней, допила остатки вина.

Ивар задумался:

— Вечно живущие, говоришь. Один раз я видел подобное существо. Как я уж рассказывал, во Фрисландии я рано остался сиротой. Меня подобрала воровская шайка. С той поры они не знали бед. Понятное дело, шустрый семилетний мальчонка, который пролезет в любую щель и к тому же видит в темноте, был для них просто находкой. В основном мы грабили богатые особняки, но однажды нашему главарю пришла блажь залезть в склеп на кладбище. По городу прошел слух, что один безутешный вдовец похоронил свою жену в безумно дорогом ожерелье.

Надо ли говорить, что уже на следующую ночь мы уже были у ворот усыпальницы этого знатного семейства. Здесь мои способности были ни к чему, мы без труда проникли в склеп, который по роскоши не уступал многим богатым домам. Мои старшие товарищи, не мучаясь угрызениями совести, вскрыли гроб и сняли с покойницы драгоценное украшение.

Спешно приведя все в порядок, мы уже собрались уходить, как вдруг на пороге появился странный господин в старомодной одежде. Наш предводитель, ничуть не смутившись посоветовал ему идти по своим делам и не рисковать понапрасну здоровьем. На что случайный гость спокойно ответил, что собственно и направлялся немного прогуляться перед ужином, но заметил у соседей свет и шум и решил узнать, что же там происходит. Я уже несколько минут задыхался от жуткого запаха разложения, впрочем считая, что подобная вонь естественна для кладбища.

Он вдруг очутился совсем рядом и, придержав нашего главаря за плечи, впился ему в горло острыми зубами. Другие бросились ему на помощь, и даже я вцепился в его ногу, словно щенок. Однако отбросив взрослых мужчин словно тряпичные куклы, он оторвался от своей жертвы, лишь когда та безвольно повисла в его руках. Удары кинжалом не принесли ему ни малейшего вреда.

Затем страшное существо повернулось к нашей шайке и двинулось к следующей жертве. Но мой наставник не тратил времени даром. Разбив ногой украшенную позолотой крышку гроба, он оторвал от нее доску и, бросившись вперед, воткнул ее в грудь вечно живущему. Изрыгая проклятия, тот вдруг задымился, почернел и осыпался серой кучкой пепла на мраморный пол.

Обрадованный своей победой, вор вдруг посмотрел на меня и замахнулся обломком доски:

— Надо и тебя, мелкий выродок, прикончить, пока в горло ночью не вцепился!

Но его товарищ решительно заслонил меня собой и вырвал из дрожавших рук приятеля нелепое оружие:

— Оставь мальчонку в покое, совсем что ли ума лишился!

Тот с трудом успокоился, но уловив момент, все же дал мне подзатыльник:

— Еще неизвестно, что из него вырастет. Может такое же чудовище!

— Надо ли говорить, что я запомнил эту историю на всю жизнь. А так же понял, что кое-кому из нашей компании я был, как кость в горле, и с той поры всегда опасался удара в спину. — Ивар резко замолчал, погрузившись в не слишком приятные воспоминания.

Яромир нарушил затянувшуюся тишину:

— Рюдигер, а ты хорошенько разобрался с этой мертвой тварью? Надеюсь, огонь сделал свое дело, и она не захочет тебе отомстить!

Вампир лишь пожал плечами:

— Не знаю, честно говоря, я не стал дождался, когда она догорит до конца. Надо было ноги уносить!

— Так ты говоришь, они просто пришли и забрали тебя из камеры, вернувшись назад через мост? — еще раз спросил Ивар.

— Ну да, все так и было… — Рюдигеру было не слишком приятно сознаваться в том, что он проспал собственное похищение.

— Ну что вы на меня уставились, разве непонятно, что где-то рядом с мостом есть потайной вход в эту неприступную крепость! О небо, дай мне терпения! — наемник сокрушенно покачал головой. Лиза тихонько добавила:

— Мог бы заодно и скромности попросить, не помешало бы!

В глазах Яромира загорелся азарт. Не обращая внимания ехидные замечания Ивара, он радостно воскликнул:

— Это значит, что нам не обязательно лезть на стены, рискуя сломать себе шею. Осталось лишь найти его.

Вооружившись факелами, они осторожно подобрались к стене крепости, в десяти шагах от которой качался над глубокой пропастью подвесной мост. Внимательно обследовав чуть ли не каждый кирпич, они обнаружили участок, свободный от терновника и крапивы, как раз напротив моста. Васька осторожно постучал по ней, в стене оказалась дверь, искусно замаскированная под кирпичную кладку.

— Ну, какие будут предложения? — ехидно спросил Ивар.

— Может выбить ногой? — Рюдигер с ненавистью посмотрел на место, где ему так досталось.

— Ногу отшибешь, потом тебя точно на себе тащить придется.

— А вдвоем, неужели не справимся? — Рюг с надеждой взглянул на Ивара. Тот усмехнулся:

— Видишь ли, сапоги жалко, они почти новые. А вообще, меняй тактику. Не всегда надо напролом переть! Может как-то поделикатнее? Просто постучать, например?

— Тихо! — прошипел Яромир, — гасите факелы!

Подвесной мост уныло скрипел. Рюг всмотрелся в ночь и различил человеческую фигуру. Кто-то направлялся прямо к ним. Ночной гость подошел прямо к потайной двери и трижды постучал. Внутри послышались шаги, дверь слегка приоткрылась.

— У меня послание для господина магистра от графини Эмилии Вандорф. — безжизненным голосом произнес гость. По-мальчишески тонкий, он сильно отличался от горбуна и его подручных. На бледном лице с землистым оттенком навеки застыло выражение страха и покорности.

— Давай сюда, — из-за двери высунулась рука.

— Госпожа велела передать письмо лично магистру!

— Умница! — прошептал Ивар, приставив нож к спине посланца, — конечно, лично. Дернешься, убью!

Через мгновение они уже были внутри. Стражник, у которого Васька отнял алебарду, с расширенными от ужаса глазами рассматривал вломивших следом за посланцем Эмилии гвардейцев. Узнав недавнего пленника, он испуганно отшатнулся от вампира и принялся торопливо креститься. Рюдигер усмехнулся:

— Что-то ты не слишком рад меня видеть!

— От кровавой госпожи обычно не возвращаются. Но ты пришел обратно после заката…Пожалуйста, я не сделал тебе ничего плохого, я лишь выполнял приказы!

Рюдигера немного позабавило то, что кажется его приняли за сверхъестественное создание, но он решил не тратить время на объяснения:

— Что с моим другом? Быстро веди нас к нему!

Важек, слегка приоткрыв рот от удивления, смотрел, как странные гости вышли из камеры, унося его спящего товарища. Лязгнул засов на двери, звук их шагов постепенно стих, и тюрьма погрузилась в гробовую тишину.

Наконец, когда устав от тревожных мыслей, он ненадолго погрузился в тревожный сон, дверь отворилась. В небольшую щель осторожно просунули факел, затем показалась изумленная физиономия охранника с разбитым носом.

— Эй, паренек, а твой сосед куда делся?

— Вам лучше знать, куда его утащили! — Важек с возмущением загремел цепями.

Стражник потрогал разбитую голову:

— Да кто же мог подумать, что они заберут нелюдя! Господин магистр иногда сам отдавал прислужникам чертовой ведьмы ненужных пленников, но твоего приятеля было велено беречь, как зеницу ока.

— Какой еще ведьмы? Ты о чем говоришь? — природное любпытство заставило юношу забыть о своих страхах.

Стражник расстроено махнул рукой, присев на лавку напротив узника.

— Да ты разве не знаешь…Кровавая госпожа, она до сих пор обитает в развалинах своего замка. С вечно живущими лучше не ссориться, и наш магистр это понимает.

— Воины Света в союзе с порождением тьмы! Это уже интересно!

Но собеседник Важека не разделял его оживления:

— Мне теперь конец. Лучше бы меня, как и Анджея, пристукнули эти вурдалаки. Наш господин скор на расправу…Слышишь, сюда уже идут.

И действительно, вместе со явившимися на дежурство стражниками в тюремном коридоре появились двое воинов, одетых во все черное. Их лица были закрыты черными платками до самых глаз, двигались незнакомцы с кошачьей грацией. Вскоре беднягу стражника, упиравшегося изо всех сил, куда-то утащили по длинному коридору. Внимательно обыскав в камере каждый уголок, верные слуги магистра убедились, что второй узник действительно бесследно исчез.

Важек решил, что теперь его оставят в покое, и устроился на жестких досках поудобнее. Он попытался заснуть, чтобы избавиться от тревоги, вызванной словами стражника. Но тут дверь камеры снова заскрипела, и в камеру зашли двое в неизменном черном одеянии. Гибкий, словно танцор, воин в черном поставил перед пленником миску с едой и воду в глиняном кувшине и быстро исчез. Второй из гостей, высокий и широкоплечий, вставил горящий факел в кольцо на стене и присел напротив пленника.

Несколько минут его глаза цвета холодной стали внимательно изучали юношу. Важек, занятый долгожданной едой, не обращал на него никакого внимания. Но случайно встретившись с безжалостным взглядом странного гостя, он опустил ложку и замер в ожидании. Пришелец усмехнулся:

— Да ты ешь, для этой ночи тебе понадобится много сил.

— Для чего? — уныло поинтересовался Важек.

— Так и быть, я удовлетворю твое любопытство. Видишь ли, сегодня в полночь будет проведен один древний ритуал. И ты будешь самым важным важным его участником. Хотя, слабоват ты для этого. Вот твой приятель был бы в самый раз. Такие, как он, ужасно живучие! А ты и полчаса с выпущенными кишками не продержишься. Слишком дохлый…

На этом месте он был вынужден прерваться, поскольку на его лицо вылилась жидкая овощная похлебка. Побагровев от гнева, незваный гость сорвал с лица черный платок и прошипел:

— Ах ты, чертов заморыш! Не старайся, до полуночи с твоей головы ни один волос не слетит!

Он встал и повернулся к двери. Узник негромко окликнул его:

— Кому же вы служите, господин магистр, если водите дружбу с вечно живущими?

— Узнал, значит…Раз такой умный, и об остальном мог бы догадаться. Свет, тьма, добро, зло…Это всего лишь слова. Главное в этой жизни — сила и власть! Выживает тот, кто сильнее. Подумай об этом, у тебя еще есть время.

— Пошел ты к черту, — Важек отвернулся к стене, — впрочем, ты и так туда попадешь!

Поворочавшись на жестких досках, он все же сумел заснуть. Проснулся он от того, что кто-то осторожно тряс его за плечо.

— Отстаньте, даже перед смертью выспаться не дадут. И не говорите мне, что на том свете отосплюсь! — открыв глаза, он увидел над собой барона фон Шлотерштайна. Вампир испуганно смотрел на друга:

— Важек, ты цел? Надеюсь, тебя тут не били и не пытали?

Маленький гвардеец попытался обнять его, насколько позволяли цепи.

— Рюг, как я рад тебя видеть! Нет, все развлечения они оставили на потом. Сегодня ночь ритуала.

Яр и Римар бросились к другу:

— Здорово, всезнайка! Слава Богу, мы успели!

— Ребята, я знал, что вы меня не бросите! — Важек распрямил избавленные от кандалов руки, пытаясь обнять всех друзей сразу.

Ивар грубо вмешался в разговор:

— Это так трогательно, что боюсь заплакать, но о каком ритуале ты говоришь?

Важек в двух словах рассказал наемнику о визите магистра, не умолчав и кольце с кровавым рубином.

— Проклятые чернокнижники, а еще называются Воинами Света! — не в силах справиться с охватившим его гневом, Ивар резко ударил пленного привратника кулаком под дых. Тот со стоном согнулся пополам, наемник с отвращением отвернулся от него и обратился к друзьям:

— Надо поспешить. У нас не так много времени.

Васька со странным спокойствием заметил:

— У нас его совсем нет. Сюда уже идут!

Трое телохранителей магистра в неизменных черных одеждах размеренным шагом подошли к камере. Вторая половина коридора оказалась погруженной во тьму, там ни один факел не горел. Один из пришельцев обратился к вытянувшемуся перед ним стражнику:

— Господин велел привести пленника в свои покои. Ритуал вот-вот начнется, осталось…

Договорить он не успел. Возникший позади него из темноты коридора словно призрак, наемник быстро свернул ему шею и, повернувшись с быстротой молнии, ударил кинжалом второго. Рюдигер легко обезоружил третьего воина и заломив руку за спину, без усилий удерживал его.

Яромир посмотрел на мертвые тела, которые Ивар и Васька уже успели оттащить в темную часть коридора, но ничего не сказал.

— Ну что же, — заметил тролль, — нас приглашают в гости.

— Отказаться невежливо! — улыбнулся наемник, показав острые клыки. — Ты ведь проводишь нас?

Стражник только кивнул, утратив дар речи, его крестьянское лицо стало почти серым от ужаса.

Ивар, вжившись в роль командира, ткнул пальцем в уцелевшего Воина Света и слугу Эмилии:

— Этих прикончить. Ну что вы на меня смотрите, как на людоеда, они нас только задержат!

Яромир переглянулся с Рюдигером, и они почти хором заявили:

— Может лучше свяжем и запрем?

Ивар нахмурился:

— Настоящие дети, вам бы сидеть у мамкиной юбки, а не в гвардии служить!

Он внимательно посмотрел на посланца графини и вдруг ткнул кончиком кинжала ему в плечо. Тот не издал ни звука, только наклонил голову, пытаясь рассмотреть рану. Его мальчишеское лицо с заострившимися чертами стало еще более несчастным Лиза сердито воскликнула:

— Ты что, ему же больно. Нельзя издеваться над безоружными!

— Действительно, — вмешался Рюдигер, — не стоит этого делать!

Наемник возмутился:

— Скажу честно, нет ничего хуже женщины на войне! Вот неужели нельзя было оставить ее снаружи! За кого ты заступаешься? Смотри сама, из раны даже кровь не выступила! Вечно живущая выпила его досуха, и он стал ее рабом, живым трупом!

Лиза не желала сдаваться:

— Значит ему вдвойне не повезло, нечего мучить беднягу! Неужели нельзя что-нибудь сделать, вылечить его! Важек, может ты что-то знаешь?

Ивар с обидой возразил:

— Да я и хотел помочь, все равно один раз он уже умер! Вот и твой муж с друзьями со мной согласны! Правда, ребята?

Но парни молчали, опустив глаза, и было понятно, что никто из них не сможет хладнокровно прикончить неудачников. Важек неуверенно произнес:

— Я читал, что если убить их госпожу, то они снова вернутся к людской жизни. Или наоборот сгинут окончательно…

— Или все книги бессовестно лгут, или ведьма живехонька…Ну если можно так сказать про ту, которая уже лет двести как окочурилась. — Яромир поежился, словно от холодного ветра.

Их старший товарищ неожиданно развеселился:

— Впрочем, не такая уж и плохая мысль. Давайте запрем их вместе и даже связывать не обязательно.

При этих словах Воин Света задергался в руках Рюга, тщетно пытаясь вырваться.

— Пожалуйста, не надо, лучше убейте сразу! Мертвец сожрет меня!

Ивар серьезно подтвердил:

— Кровь эти твари не пьют, но от живой плоти не откажутся.

Он обратился к хилому подростку:

— Ну скажи, я ведь правду говорю?

Тот совсем по человечески шмыгнул носом и обиженно заявил:

— Нет, неправду, мне никогда ничего не доставалось, только кости!

Все не выдержали и расхохотались, но Важек вдруг непривычно строгим голосом прервал веселье:

— Наденем на них кандалы и запрем в камере. Ритуал скоро начнется, и если магистр сумеет его завершить, последствия будут ужасны.

В конце концов пленники были прикованы в разных углах. Ивар ехидно пожелал им хорошо провести время и, посмеиваясь, задвинул засов, Закончив с этим, он тут же стал собранным и серьезным.

В тревожном молчании они покинули тюремный этаж, поднявшись по длинной лестнице, и оказались в мрачном коридоре с высокими потолками. Вдоль стен горели небольшие масляные светильники. В нишах вдоль стен притаились статуи, изображающие невиданных доселе чудовищ.

Здесь пути друзей расходились. Яромир, Римар и Васька должны были открыть ворота и освободить пленных девушек. Наемник вместе с Рюгом и Важеком должны были помешать главе ордена провести страшный ритуал. Лиза была готова идти вместе с Рюгом хоть в преисподнюю, хоть на край света. После того, как ее любимый появился из ночной темноты, и его сильные руки подтвердили, что кошмар последних дней закончился, молодая женщина окончательно уверилась в том, что все самое плохое осталось позади.

Ивар с сомнением поглядел на ее сияющее от счастья лицо и обратился к барону:

— Не слишком ли опасно здесь для нее? Для женщины она неплохо владеет шпагой, но это не драка в таверне. Эти Воины Света — хладнокровные убийцы, можешь мне поверить!

Рюдигер на секунду ощутил липкий холодный страх, ползущий откуда — то снизу прямиком к сердцу. Ивар несомненно прав, но уже поздно что-то менять. Они почти добрались до цели. Он упрямо тряхнул непослушными волосами:

— Я присмотрю за ней.

Друг похлопал его по плечу:

— Я тоже постараюсь не упускать твою красотку из виду.

Затем, не обращая внимания на сердитое лицо Лизы, вампир напрягся, словно натянутая тетива, прошептав еле слышно:

— Сюда идут.

Действительно, из полутемной арки на них вывернул отряд телохранителей магистра. Их командир, не веря своим глазам, рассматривал четверых вооруженных людей, неизвестно откуда появившихся посреди ночи в неприступной крепости. Он поднял руку, собираясь отдать приказ об атаке, но в его горло вонзился метательный нож, и вместо слов изо рта хлынула темная кровь.

В тоже мгновение воины в черном бросились на отважную четверку. Ивар с невозмутимым видом достал из-за спины длинный чуть изогнутый меч. Тускло блеснув, клинок со свистом рассек воздух и опустился на плечо противника, разрубив беднягу до пояса.

Лиза отшатнулась от брызнувших прямо на лицо горячих красных капель. Вид живого человека, разваленного пополам страшным ударом, был ужасен. Она почувствовала подступающую к горлу тошноту, но не успев опомниться, скрестила шпагу с еще одним из телохранителей магистра. С первых ударов она поняла, что рассказы о мастерстве Воинов Света не лгут. Дравшийся с ней воин был ловким и быстрым, словно рысь. Она еле успевала отвечать на его стремительные атаки. Лицо скрывал черный шелковый платок, но ей казалось, что она видит его презрительную усмешку. Все происходящее вызывало у нее не страх, а лишь азарт, желание доказать, что она не хуже других умеет сражаться.

Острое лезвие полоснуло ей по плечу, разрезав рукав куртки. Из небольшой раны показалась кровь. Лиза разозлилась и бросилась в атаку, замахав клинком с удвоенной скоростью.

Рюдигер стремительно обменивался ударами со своим противником и кажется не замечал подбирающегося к нему сзади воина, который уже приготовился опустить меч ему на голову. Но в последнее мгновение вампир резко отскочил в сторону. Клинок его соперника не смог задержаться и вошел в грудь нападавшего сзади. Барон уже нашел себе новую жертву, как вдруг его ноздри уловили среди льющей потоками чужой крови знакомый запах.

Не тратя время на бой по правилам, он проткнул воина в черном и ударом ноги отшвырнул свою жертву. Воин Света пролетел с десяток шагов и ударился головой о каменные ступени.

Рюдигер в тот же миг оказался рядом с Лизой. Он грубо схватил за плечо ее противника и, придержав, вогнал меч ему между лопаток. Отбросив уже мертвое тело, он кинулся к любимой.

Лиза удивленно наблюдала, как ярость, исказившая его черты, сменяется испугом:

— Лизхен, ты не ранена?

Поняв, что вызвало такую тревогу, она дотронулась до его руки:

— Всего лишь царапина, себя береги!

Ивар на другом конце коридора откровенно наслаждался этой резней. Его длинный меч чертил в воздухе сложные фигуры, превращая людей магистра в окровавленные куски плоти.

Двое из них все же сумели ускользнуть от его безжалостного клинка, но спасаясь бегством, наткнулись на барона фон Шлотерштайна. Взглянув на стройного юношу в залитой кровью одежде и решительную девицу со шпагой в руке, беглецы немного расслабились, слишком уж молодо выглядели эти двое. Рюдигер аккуратно отодвинул жену назад и улыбнулся:

— Ну, кто хочет умереть первым?

Через несколько минут все было кончено. Лиза, оторопевшая от того, как быстро ее муж расправился с врагами, даже не упрекнула его за то, что он не дал ей принять участия в бою.

В это время Важек дрался уже со вторым противником. Единственной его мыслью было не допустить, чтобы страшный ритуал был доведен до конца. Ведь кольцо попало в руки врагов по его вине. Все, чему так долго и безуспешно пытались научить его на уроках фехтования, вдруг обрело реальность. Меч стал продолжением его руки, исчезли все посторонние звуки и образы, осталось лишь холодное пламя битвы. Весь мир сузился до острия клинка, который уверенно стремился к цели.

Маленький гвардеец ловко и быстро расправился с противником и огляделся в поисках следующего. Но с телохранителями магистра было покончено. Он добрался до друзей, перешагивая через мертвые тела, разбросанные по всему коридору. Не обращая внимания на удивленные взгляды вампиров, Важек решительно поторопил их:

— Мы должны поспешить. Если не успеем, то неизвестно, сможет ли завтра взойти солнце!

Просторная комната с высокими потолками являла собой смесь кабинта ученого и логова некроманта. Почти всю стену напротив двери занимало огромное окно. Любопытная луна заглядывала сюда через ажурные рамы. С потолка на толстых цепях спускались тяжелые светильники с оплывшими свечами. Одну стену занимали полки с книгами, вдоль другой стояли колбы и реторты самой разнообразной формы.

В центре зала каменный пол был покрыт причудливыми узорами. Сейчас там стояло огромное зеркало, чью массивную бронзовую раму украшали настоящие драгоценные камни и надписи на древних забытых языках. Перед зеркалом стояла плита из черного камня, вероятно для жертвоприношения.

Магистр раскрыл стоящую на столике у окна шкатулку, где лежало кольцо с красным рубином. Эта небольшая вещица заключала в себе невиданное могущество. Она манила и притягивала к себе, и он с трудом удержался от того, чтобы прикоснуться к ней. Древний фолиант предостерегал от подобного нетерпения. Заключенный в кольце демон обретет силу, если прольется кровь. Но если нарушить ритуал, способный обуздать и смирить это существо, то оно вырвется на свободу и уничтожит своего хозяина. Последние два дня потратил на изучение книги и со стыдом понял, что только чудо уберегло их от гнева голодного демона. Всем находящимся в крепости здорово повезло, что этот сопливый кровосос оказался так тверд в своей вере. Стоило мальчишке поддаться соблазну и своей истинной сущности и вцепиться в горло одного из стоящих рядом воинов… Впрочем магистр никогда не предавался долгим сожалениям о старых просчетах и ошибках! Сегодня все будет по-другому.

Людвиг фон Мирбах наблюдал за своим союзником с затаенной тревогой. Ради власти он всегда был готов на многое, не боялся крови, но еще никогда не обращался за помощью к потусторонним силам. Сейчас он не мог отделаться от глупой мысли, что навсегда погубит душу, вступив в союз с древним непонятным злом.

Глава ордена Воинов Света и королевский советник были готовы к древнему магическому ритуалу. Через несколько мгновений наступит самый подходящий момент.

— Именно сегодня в ночь лунного затмения мы откроем двери в другое измерение, получим небывалое могущество и сможем осуществить все наши планы! — высокопарно произнес магистр. Он всегда любил красиво выражаться.

— Но для ритуала нужна жертва, причем человеческая, — заметил Людвиг фон Мирбах.

— Не волнуйтесь мой друг, я обо всем позаботился. К сожалению юный барон ускользнул от нас. Поэтому его приятелю придется стараться за двоих. Но опасаясь, что долго он не продержится, я припас еще двух провинившихся солдат… Кровь откроет портал, а долгая агония поможет завершить обряд, не торопясь.

За дверями послышался шум и громкая ругань. Магистр усмехнулся:

— Слышите, кажется сюда ведут наших друзей. Только представьте себе, господин советник, через какой-то час в нашей власти будет не только это королевство, но и возможно весь мир! — на пальце магистра горело алым пламенем кольцо Афзала.

В этот момент двери распахнулись, и в зал кубарем вкатились Рюдигер фон Шлотерштайн и один из телохранителей магистра. Они приземлились прямо на каменную плиту перед зеркалом. Ослепленный яростью Рюдигер занес над противником нож, но вбежавший следом вместе с остальными Важек срывающимся голосом крикнул:

— Нет, Рюг, не надо этого делать! Только не здесь, ты освободишь демона!

Барон мельком взглянул в зеркальную глубину и вздрогнул. Его отражение исказилось, на краткий миг приняв облик жуткого монстра, затем морок пропал. Рюдигер, тяжело дыша, опустил оружие и рывком поднял противника с плиты. Со словами:

— А тебе сегодня везет! — он заехал ему кулаком в челюсть. Воин Света без звука свалился на пол. Увидев в двух шагах от себя королевского советника, вампир направил шпагу ему в грудь:

— Похоже, господин фон Мирбах, вам придется обживать не королевский трон, а тюремные нары!

— Да как можешь ты, мерзкое подобие человека, выродок, угрожать мне! — тот был вне себя от бешенства.

Рюг пожал плечами:

— Да, у вас есть передо мной одно преимущество: когда вас повесят, как изменника, вы умрете сразу, ваши страдания точно не будут долгими. А уж то, что вас повесят, я гарантирую!

Людвиг фон Мирбах заскрипел зубами от бессильного гнева. Важек ловко стянул его руки его руки веревкой.

Вдруг в дурманящий запах свечей вкрался сладкий тошнотворный запах тлена.

— Что же вы не подождали меня, господа? — послышался вкрадчивый женский голос. Кровавая графиня, Эмилия Вандорф, стояла в дверях. В безмолвном удивлении все уставились на нее. Важек прошептал:

— Она вошла без приглашения, значит, она здесь частая гостья. .

— Конечно, — подтвердила Эмилия, — сколько раз я выполняла их поручения, устраняла неугодных, создавала улики с места преступления. Где же взять трупы погибших от потери крови? И господин советник, и господин магистр, они оба у меня в долгу. Однако ритуал они решили провести без меня. Но я напомню им, кто я такая!

Она легко, как облако, проплыла по комнате и белыми холодными пальцами сдавила советника за горло.

— Один вопрос, — не удержался Рюдигер, — как же ты не сгорела?

Эмилия отпустила советника, тот жадно хватал ртом воздух, как будто рыба, выброшенная на берег.

— Милый мой мальчик, все надо доводить до конца! Ты же не думаешь, что в моих личных покоях только одна дверь! Правда, огонь испортил мою красоту! — Она повернула лицо, и все отпрянули. Другая половина была полностью обезображена огнем.

— Но ты же знаешь, мой дорогой, что кровь все смывает, все лечит! Да я вижу, здесь твоя жена! — она сделала еле заметное движение в сторону Лизы. Не задумываясь, Рюг схватил брошенное охраной копье. Перехватив его деревянным концом вперед, он со всей силой, на какую был способен, воткнул его в грудь Эмилии. Она вскрикнула нечеловеческим голосом и вдруг задымилась, ее тело стало исчезать на глазах. Вскоре от нее осталась лишь горстка пепла. Ивар с насмешкой посмотрел на Рюга:

— А ведь она была к тебе неравнодушна!

Тот с отвращением вытер руки о штаны:

— Да ее лет двести в аду заждались!

Глава ордена попытался ускользнуть незамеченным, но наемник преградил ему дорогу.

— У меня к тебе такой счет, что ты своей жалкой жизнью и то не расплатишься!

— Мне знакомо твое лицо, — произнес магистр, пытаясь выиграть время и медленно отступая к магическому зеркалу. На самом деле этот красивый и безжалостный, как и его клинок, убийца был ему совершенно незнаком.

— Ты не можешь помнить меня, ведь ты же не видел ребенка, дрожавшего в чулане. Да и лица моих родителей ты тоже вряд ли вспомнишь. А вот я тебя запомнил отлично! Ты был моложе, еще не был главой ордена, старательно очищал улицы города от скверны! Твои люди не только убили моих родителей, но и мою жизнь растоптали. Врагу не пожелал бы жизни вора и наемного убийцы!

Лиза вздрогнула, таких горьких искренних слов она от наемника не ожидала. Слишком он старался казаться жестоким и циничным, спрятав под этой маской старую боль.

Вдру воздух в комнате стал сгущаться, время как будто замедлилось. Зеркальная гладь задрожала, кровавый рубин вспыхнул ярким режущим глаза светом. Важек вскрикнул:

— Зеркало, Ивар, разбей скорее зеркало, или он уйдет!

И в самом деле колдун уже коснулся пальцами правой руки зеркальной поверхности, и они погружались внутрь.

Однако наемник бесцеремонно схватив его за шиворот, с силой оторвал от зеркальной глади. Сдернув с пальца главы ордена кольцо, он с размаха бросил его в середину зеркала. Кровавый рубин упал в зеркальную гладь, словно в воду. От него по зеркалу стали расходиться круги, постепенно закручиваясь в вихри. Они кружились все сильнее и сильнее…

— Ложись! — заорал Ивар, и первый подал пример, растянувшись во весь рост на полу, но крепко схватив магистра за руку. Все быстро упали на пол, Рюдигер прикрыл собой Лизу. Внутри зеркала что-то с силой грохнуло, и оно разлетелось на тысячу осколков, по счастью никого не задев.

— Ах ты, ничтожество, удрать хотел, думал, там тебя никто не найдет, шкуру не спустит! — Ивар тряс колдуна, как тряпичную куклу. — Как убивать во сне, так пожалуйста, а когда отвечать, так кто-то другой! Я же тебе горло перегрызу и не задумаюсь!

Рюдигер с силой сжал наемника за плечи:

— Ивар, плюнь ты на него, еще отравишься! К тому же убить его можно только один раз, а в королевской тюрьме, пока он виселицы дожидается, ты ему раз пять в рожу наплюешь!

— Да пусть он катиться ко всем чертям! — наемник вдруг резко встал и отвернулся, кажется в зеленых глазах блеснули слезы.

Ворота были уже давно открыты, в крепость вошли солдаты короля во главе с полковником фон Зальцем. Принцесса и Элина были в безопасности, впрочем Элина наотрез отказалась разлучаться с Римаром, чему тот был несказанно рад. Важных пленников под усиленной охраной вывели из крепости. Ночь подходила к концу, небо потихоньку светлело.

Яромир разглядывал осколки зеркала:

— Я столько всего пропустил!

— Да уж, — улыбнулась Лиза, — тут было весело!

Вдруг она вскрикнула и стала медленно опускаться на пол, держась рукой за правый бок. Из него торчала арбалетная стрела. В конце коридора мелькнула черная тень. Яр выхватив шпагу, бросился туда. Рюдигер подхватил девушку на руки, она тихонько шепнула:

— Прости! — и потеряла сознание.

Он сжал ее руку, жизнь еще билась в ней, хотя эта ниточка была совсем тонкой. Ноги вдруг стали ватными, а руки задрожали. Неужели он совсем бессилен, ведь она сейчас покинет его, разве нельзя ничего сделать? Сердце бешенно колотилось в груди, рискуя вырваться наружу. Вдруг память вытолкнула слова тетушки Крины: «Иногда наша кровь может спасти жизнь, конечно только кровь молодых, и если она подходит человеку».

Он никогда не думал, что ему самому придется проверить, правда это или нет! Но другого выхода не было!

Разрезав ножом окровавленную одежду, он осторожно вынул стрелу из глубокой раны. Затем полоснул по своей руке ножом, совсем не почувствовав боли, и приложил к ране. Но края разреза стали быстро сходиться, а кровь почти не текла. Тогда не обращая внимания на боль, он прокусил запястье в нескольких местах, Похоже, что в его слюне было что-то, что не давало крови сворачиваться, и теперь потекло хорошо. Скоро он почувствовал странную легкость, в голове зашумело.

Струйки его крови стекали по пальцам и исчезали в черном отверстии раны, удивительным образом находя дорогу к внутренным повреждениям. Он с надеждой следил за каждой каплей, но вдруг картинка мира стала нечеткой и расплывчатой, голова закружилась, и Рюдигер закрыл глаза.

Перед ним, словно осенние листья в порыве ветра, замелькали видения. Вот маленькая девочка с русой косой и разбитыми коленками, вот задорная девчонка-подросток колотит его деревянным мечом, как палкой: «Я никогда не сдаюсь, слышишь!», вот юная невеста в белом платье и соленый вкус поцелуев их первой ночи, королева бала. . И все эти образы сливаются в один, и она удаляется от него навсегда. .

— Ты что делаешь? — Ивар трясет его за плечо. Он с ужасом смотрит на девушку, и слова: «Я так и знал, что этим кончится!» застревают у него в горле.

— Наша кровь может залечить рану обычного человека, ты разве не знаешь? — отвечает Рюг как во сне.

— Откуда мне знать такие вещи, я сирота, — ворчит Ивар. — Но даже если и так, то уже достаточно, а то ты будешь первым вампиром, истекшим кровью!

«Кажется мальчишка сошел с ума от горя!» Наемник склоняется над неподвижно лежащей девушкой и вдруг с удивлением замечает, что ее грудь тихонько вздымается. Она дышит, и на щеки вернулся почти прежний румянец. Боясь ошибиться в своих догадках, он молча перевязывает истерзанную руку. Сам Ивар никогда не слышал ни о чем подобном, но лучше бы это оказалось правдой. Неожиданно он вспомнил о Дарине. Как все же здорово, что его любимая не столь хрупка и беззащитна.

Рюдигер снова закрывает глаза и в немом отчаянии шепчет молитву Божьей Матери. Он представляет ее такой, какой видел на фреске в соборе, юной и прекрасной, легко ступающей по облакам, с любовью и нежностью во взгляде. Вдруг она протягивает руку и нежно касается его лица. «Все хорошо!» — он слышит до боли знакомый голос и осторожно открывает глаза. Лиза гладит ладонью его по щеке:

— Ты что задремал? Что случилось с твоей рукой? Невозможно потерять сознание на минуту, ты уже пораниться успел!

Не слишком вникая в смысл этих слов, он осмотрел рану, но от нее остался лишь небольшой шрам, только рубашка и куртка мокрые от крови. Все еще не смея поверить в чудо, он попытался поднять жену на руки, но в глазах вдруг потемнело, да и ноги слушались с трудом. Лиза нахмурилась:

— Я и сама могу идти. Кажется рана совсем не опасна. Всего лишь царапина.

Ивар широко улыбнулся:

— Да он почти всю кровь себе выпустил ради тебя. Вот смотри, что торчало у тебя в боку! — он протянул Лизе арбалетный болт, измазанный кровью почти до самого оперения. Полюбовавшись ее растерянным видом, он вдруг хлопнул Рюдигера по плечу:

— Послушай дружище, давай не будем никому об этом рассказывать! А то ученые и колдуны нас по частям разберут!

Глава 22 Нечаянная радость

— Девочка моя, как я рада тебя видеть! — госпожа Магда разлила душистый чай по красивым фарфоровым чашкам.

Лиза с восторгом рассматривала рисунок на чашке. Она всегда любила красивую посуду. На такой красивой тарелке лежали свежие пирожные, украшенные кремом со взбитыми сливками.

— Тетушка Магда, в честь чего такой праздник?

— Повариха улыбнулась:

— Моего младшенького берут в гвардию. Господин полковник сдержал обещание! Сын давно мечтал об этом. К тому же и жалование неплохое, и место почетное. Ведь он у меня отчаянный, я все боялась, как бы из дома не сбежал.

У Лизы было свое мнение об армейской службе, но она предпочла промолчать. Взяв с тарелки пирожное, она откусила небольшой кусочек. От сладкого к горлу подступила тошнота, она с трудом сдержала приступ и поскорее отпила из чашки.

— В таком случае поздравляю, мечты должны сбываться! — Лиза улыбнулась хозяйке.

— Ну, а ты сама как, у вас все хорошо? — госпожа Магда подперла подбородок рукой и приготовилась слушать. Лиза ей нравилась, девушка напоминала ей о молодости, когда она сама стала женой оборотня, следуя только голосу сердца и не обращая внимания на пересуды.

— Да все хорошо, вот только шпагу Рюдигер у меня отобрал и в чулане запер. Ключ спрятал, второй день ищу, найти не могу! Вообще странный стал какой-то. На руках носит, пылинки сдувает, делать ничего не дает, как будто я королевская дочка! Вчера сам стряпать принялся, обед или лучше сказать, ужин. Пересолил страшно, но я все равно похвалила. Тетушка Магда, что с ним случилось?

Повариха разлила по чашкам остатки чая:

— Ну так радуйся, лови момент! Это у него волнение за тебя сказывается. Успокоится, и все опять на свои места встанет! Что же ты ничего не ешь, ты же любишь сладкое, я знаю!

Лиза с испугом посмотрела на пирожное, боясь повторения тошноты.

— Да я понимаю, что все станет на места, только со мной что-то странное творится. Сладкое совершенно есть не могу, а недавно. .

Лиза купила на рынке свежую телячью печенку, как раз к обеду. Придя домой, положила сверток на стол. Об ноги вдохновенно терлась белая пушистая кошка. Она отрезала ей кусочек и задумалась. Из этого состояния ее вывел голос мужа:

— Может, вы мне все-таки чуть-чуть оставите?

Она с ужасом обнаружила, что доедает уже второй кусок и довольна при этом ничуть не меньше кошки!

— Что со мной происходит, я что в вампиршу превращаюсь? Конечно, это не трагедия, но как-то неожиданно!

Магда рассхохоталась, затем вышла и вернулась с чашкой:

— А я то ломаю голову, чем тебя угостить! Попробуй это.

Девушка отпила глоток:

— Вкусно, но это же, дурацкая кровь с молоком! Да что же со мной такое! Я ведь не то что пить, видеть ее не могла!

— Да все с тобой в порядке. Но шпагу муж у тебя совершенно правильно отнял. В твоем состоянии она тебе ни к чему!

— В каком еще состоянии! Я прекрасно себя чувствую! — возмутилась совсем сбитая с толку Лиза.

— Да ведь ты ждешь ребенка, неужели сама не догадалась! Поздравляю, малышка! Давно пора!

Известие о том, что они будут родителями, сначала вознесло Рюдигера на небеса, затем жестоко приложило о грешную землю. К тревоге за Лизу прибавится теперь еще постоянное беспокойство за крошечное беззащитное создание. Хотя дети вампиров почти никогда не болеют, но если на него здесь смотрят с опаской и недоверием, то он не желает такой участи своему будущему ребенку. К тому же, что за место город, пусть и столичный для воспитания детей?

Слишком узкие улочки, пару раз его чуть не облили помоями, только врожденная скорость спасла. Слишком много народа, вечерами на улицах появляются всякие подозрительные бродяги. . Нет, в Темнолесье гораздо лучше, а уж в Куличках и вообще рай! Там и воздух свежий, и еда нормальная, и никто не поставит в упрек клыки, или скажем, хвост, или желание повыть на полную луну! Решено, они едут домой!

Начальник королевских гвардейцев очень хотел познакомиться поближе с Иваром.

Вот уж кому в армии самое место! Неплохо иметь такого агента для особых поручений. Конечно, эти наемники совсем не имеют никакого понятия о дисциплине, но зато никто лучше него не сможет решить некоторые проблемы. Вот только наверняка за ним числится множество незаконных проделок, и даже фамилии у него похоже нет.

— Подумаешь, фамилия, — фыркнула Лиза, — свою дадите! Вы же хотели иметь сына.

Генрих фон Зальц нахмурился:

— Вы что предлагаете мне дать свою фамилию тридцатилетнему головорезу, которого разыскивают за разные делишки не только в нашей стране, но и в двух соседних!

Но тут же и сам улыбнулся:

— Я бы хотел лично с ним поговорить!

Яромир и Рюдигер нашли наемника, как обычно, в таверне. С трудом скрывая улыбку, Яр сказал:

— Мы бы хотели предложить тебе работу!

Ивар мастерски изобразил крайнюю степень испуга:

— Что, опять! Ребята, вы меня просто пугаете!

Рюг с удивлением заметил у него на шее медный крестик на кожаном шнурке. Наемник перехватил его взгляд и пояснил:

— Видишь ли, мы с Дариной собрались обвенчаться, а некрещеному это делать никак нельзя. Так что расскажите мне поподробнее об этой работе!

Рюдигер с некоторым стыдом вспомнил свои мальчишеские мечты. Теперь мысль о том, чтобы посвятить себя военной службе, уже не казалась ему такой заманчивой. Война — это не только отвага и доблесть, это еще кровь и смерть. Кроме того, он чуть не потерял Лизхен, вряд ли он смог бы жить после этого. Он решительно распахнул дверь кабинета.

Командир королевских гвардейцев поднял на него глаза:

— У тебя какое-то дело ко мне?

Рюдигер молча положил перед ним на стол прошение об отставке. Полковник едва взглянул на листок, с трудом сдержав искушение отправить его в мусорную корзину. Он внимательно поглядел на своего подчиненного и заговорил, как можно тщательнее подбирая слова: «Я понимаю, что сейчас тебе хочется увезти ее отсюда подальше, и это совершенноправильно! Но прислушайся к моему мнению, ты еще захочешь вернуться. Ведь вы просто созданы для войны, другого пути для тебя нет».

Барон фон Шлотерштайн чувствовал, что в словах полковника была какая-то нехорошая правда. Больше всего его пугало не то, что его тело само повторяло заученны движения, нанося смертельные удары, а то, что рискуя своей жизнью и отнимая чужие, он испытывал странный, похожий на опьянение, восторг. Возможно, то же чувствовали и его друзья, но счет убитых ими пока шел на единицы, а у него уже подошел к двум десяткам! Вдруг судьба заставит его расплатиться за чужие жизни, и кто знает, какой счет она предъявит!

Он упрямо взглянул на своего командира:

— То, что я вампир, еще не значит, что я гожусь только для того, чтобы убивать. Если война придет на наши земли, то я всегда готов встать на их защиту! Но делать это смыслом своей жизни я не хочу, уж простите!

— Время покажет, что я был прав, ты вернешься! — Генрих фон Зальц никак не мог смириться с потерей одного из своих лучших гвардейцев.

На выходе из дворца его догнал Яр.

— Рюг, это правда, что ты решил уехать? Но почему именно сейчас, когда все так неплохо складывается? Может все-таки передумаешь и останешься?

Тут он встретился с ним взглядом и замолчал. Его друг неуловимо изменился за последнее время. Синие глаза приобрели какой-то холодный оттенок, черты лица стали резче. Яромир вдруг подумал, что сейчас ему даже в голову не пришло бы представить его переодетым в женское платье. Впрочем, для них всех эта история не прошла бесследно.

— Ну уж если сам полковник не смог уговорить тебя, то я не буду и пытаться! Но имей в виду, я еду с вами, нравится тебе это или нет!

Незаметно появившаяся рядом с ними Лиза удивленно посмотрела на него.

— У меня есть в вашем городе незаконченное дело! — Яромир достал из кармана небольшую шкатулку и открыл её. На красном бархате лежали золотое кольцо с янтарем и такой же браслет.

— Это напоминает ее глаза. Я намерен добиться прощения!

Лиза спросила:

— А не боишься её?

— Ну оборотней бояться, в Темнолесье не ездить! — отшутился Яр. — Знаешь, я кажется первый раз в жизни влюбился по настоящему!

Благодаря вмешательству принцессы Шарлотты Важека приняли в Королевскую Академию, хотя вступительные экзамены прошли еще летом. Он буквально светился от счастья, хотя при мысли о разлуке с друзьями на глаза наворачивались слезы.

Римару и Элине теперь никто не мешал встречаться, они уже подумывали о свадьбе. Виселицу господину фон Мирбаху заменили на пожизненное заключение, но Элина отказывалась навещать его в тюрьме. Другие ее родственники не имели ничего против, чтобы она стала скромной графиней Забельской.

Лиза забежала к Элине поболтать перед отъездом, кто знает, когда они еще увидятся.

Они стояли у дворцовой ограды и с улыбкой наблюдали за молоденькой девушкой в белом чепце, видимо няней, играющей с малышом. Элина вдруг повернулась к Лизе:

— Ну как ты думаешь, и самой обычной женщиной иногда быть совсем неплохо, правда!

Лиза засмеялась:

— Да, и в мокрых пеленках пожалуй есть свое очарование!

Ей было немного странно чувствовать, что внутри ее тела уже появилась новая жизнь, кто-то со своим характером, это существо уже сейчас заставляет ее менять свои вкусы и привычки, она даже в темноте теперь видит неплохо. А когда ребенок появится на свет, несколько лет вся ее жизнь будет подчинена этому маленькому безумно любимому тирану. Почему-то она была уверена, что это будет мальчик. Лизе вдруг до ужаса захотелось увидеть своего будущего малыша. Интересно, на кого он будет похож больше, какого цвета у него будут глаза и волосы?

Видимо, все эти мысли отразились на ее лице, и Элина тихонько потрогала ее за руку:

— Вернись на землю! Нельзя же быть так неприлично счастливой! Ты рада, что едешь домой?

— Конечно! Да пропади они пропадом, эти чужие края и приключения! Зато буду видет мужа каждый день, и не сходить с ума по ночам!

Когда-то обычная женская доля казалась ей ужасно скучной. Словно в насмешку судьба щедро отмерила ей опасных испытаний. Теперь Лиза мечтала насладиться спокойной и размеренной семейной жизнью.

Она вдруг вспомнила выражение лица Рюга во время боя, и подумала, что готова смирно сидеть над рукоделием, нянчить детей и даже подружиться со свекровью, лишь бы он не превратился в совершенное орудие убийства. Она лучше чем, кто либо, знала, что ему совсем не свойственна беспричинная жестокость, и те, считает подобных Рюгу бессердечными убийцами, очень не правы. Но лучше держаться от всего этого подальше.

Вечером этого же дня Лиза с грустью прошлась по комнатам своего временного жилища. Пусть все тут предельно скромно и просто, но она была здесь хозяйкой. Теперь ей придется привыкать к совершенно другим порядкам, возможно изменить многие свои привычки. Мать Рюдигера уже не раз намекала, что она одевается и ведет себя совершенно неподобающим для баронессы фон Шлотерштайн образом. Нет, она конечно с удовольствием прислушается к советам Марии, но и к себе заставит относиться с уважением!

Рюдигер неслышно подошел сзади и обнял ее:

— Я знаю о чем ты думаешь, но тебе не придется слишком долго привыкать к характеру моей матушки. Потерпи немного, и у нас будет свой дом!

Она удивленно посмотрела на него:

— И где же?

— В Куличках, конечно! Король щедро наградил всех, кто участвовал в спасении принцессы! Я думаю, что этих денег вполне хватит, чтобы заново отстроить старый замок, в нем хватит места и нам, и нашим детям! Если ты согласна, конечно!

Она с восторгом кинулась обнимать его. Кажется, горячие поцелуи означали согласие, и значит, впереди у них много дел. Но тогда тем более не стоит зря терять эту ночь!

Content

Лариса Крутько
Кровь с молоком или приключения королевского гвардейца

Пролог

Часть 1

Глава 1 Разговор в лесу

Глава 2 Армейские будни

Глава 3 Подарок на Рождество

Глава 4 Визит вежливости

Глава 5 Жертва черного мага

Глава 6 Побег в столицу

Глава 7 Немного о придворном этикете

Часть 2

Глава 8 Письмо без адресата

Глава 9 Кое-что о гостеприимстве

Глава 10 Лесные приключения

Глава 11 Знакомство с родителями

Глава 12 Неудачный мальчишник

Глава 13 Исполнение желаний

Глава 14 Заварушка в «Полной Луне»

Глава 15 Странная незнакомка

Глава 16 Тайна замка Брауншвейг

Глава 17 Лесные тропы

Глава 18 Измена

Глава 20 Похищенный узник

Глава 21 Прерванный обряд

Глава 22 Нечаянная радость