Мишель Бардсли

Ты слышал это?

"Где эта чертова коробка?" Я немного помедлила и обернулась. Не понимаю, почему я так нервничала. Мы стояли на чердаке дома на Сэндерсон, я жила здесь со своими детьми, пока была жива и еще немного после того, как стала вампиром. Долгая история. Но мы вернулись сюда после отпуска в особняке Сильверстоун. Жалко было покидать этот огромный, пыльный особняк, не поддающийся уборке. А ещё я многое потеряла. Очень многое

"Её здесь нет, Джессика," сказал мой муж. Мой сексуальный ирландский вампир склонился над сундуком и начал копаться в его содержимом. "И прекращай пялиться на мою задницу".

"Я и не пялюсь", запротестовала я, отводя взгляд от своей мишени. (P.S. Фантастический вид. Конечно, в обнаженном виде лучше, но зато… эй… да, я получу его, где пожелаю). Говоря "её", Патрик имел в виду мою дочь Дженни, известную также как "Контролер матерных слов". Моя неспособность прекратить сквернословить заставила внести в Сосуд Сквернословия немалую сумму на покупку Nindendo. Неудивительно, что я страдала паранойей. Дженни вечно выскакивала из ниоткуда с этим чертовым сосудом. Наверное, копит деньги на Playstation-3. Или на колледж.

Патрик выпрямился и влез своими длинными черными волосами в паутину. Он снял её с волос и вздохнул: "Ты в курсе, что мы богаты? Безумно богаты. Я могу купить тебе новые украшения для дома. Я могу купить тебе целую фабрику по производству украшений".

"Но это фамильные украшения", промямлила я в ответ. "Тут вещи, которые мастерили дети. Франкенштейна Брайан сделал из кофейной банки… а вон тот фонарик из тыквы Дженни нарисовала во втором классе".

"Я могу купить тебе новых детей"

"Патрик!"

Он усмехнулся; меня словно молнией пронзило жгучее желание. Он тоже почувствовал это, потому что его улыбка становилась всё сексуальней. "Кричать традиционно для Хелоуина, не так ли?"

"Сейчас не Хеллоуин"

"Мне всё же хочется исследовать вопрос с криками. Думаю, нам следует в них попрактиковаться".

Патрик намеревался поставить пятно на мою здравую рассудительность, которой во мне и так было мало. В принципе мне никогда не вручали приз за умение принимать здравые решения. Но я до сих пор чувствовала, что мне следует хотя бы попытаться завершить миссию, ради которой мы приволоклись на этот чердак.

"Чем быстрее мы найдем украшения", сказала я, вся из себя практичная и ответственная, "тем быстрее займемся исследованием вопроса криков".

Патрик притянул меня к себе и стал целовать, пока у меня голова не пошла кругом. Тогда он отступил назад и посмотрел на меня; его серебряный взгляд освещало нежное желание: "Как пожелаешь".

"Даже не пытайся, Упырь Кровохлёбыч.""

Он рассмеялся. Потом отпустил меня и направился к груде коробок, возвышающейся в противоположном углу, ни одну из которых я не удосужилась подписать. Мы взяли по коробке. Я нашла детские вещи, Патрик — рождественские гирлянды.

Сокровища, которые я искала, оказались в последней коробке. Большинство из них Дженни и Брайан сделали своими руками. Я представила, что Рич младший тоже сделает пару вещиц для моей сокровищницы, когда подрастёт. Рич был моим приемным сыном (длинная история, о которой я упоминала раньше) и я любила его до самой глубины своего бессмертного сердца.

Что-то блеснуло среди ведьм из папье-маше и черно-оранжевых бумажных гирлянд. Я вытащила штуковину и подняла повыше к жёлтой лампе, с трудом освещавшей тёмный чердак. Не то чтобы нам с Патриком требовалось много света. Наше вампирское зрение было до жути великолепным.

Это оказался оранжевый минерал каплевидной формы размером с киви. Я никогда не видела его прежде и задумалась как он попал в коробку с Хелоуинскими вещичками.

"Дай-ка я посмотрю, любимая."

Я передала его Патрику, он примерно минуту внимательно его рассматривал. "В нём какая-то магия"

"Охо-хо. Хорошая или плохая?"

"Не знаю. Трудно сказать".

"Давай дадим кому-нибудь, кто может выяснить что это"

"Например, доктору Майклзу". Патрик встал и поднял коробку с украшениями. Он был частично сидхе и умел летать, так что он с легкостью спустился через дверь на чердак. Я тоже умела проделывать этот фокус, но предпочитала пользоваться лестницей.

Мы спустились в кухню, Патрик поставил коробку на стол. Мы решили подождать, пока дети не вернутся из школы, чтобы вместе изучить содержимое. Рич младший обитал у дедушки, и я немного беспокоилась что Руадан занимается с ним тем, чем не следует.

Патрик снова принялся рассматривать минерал. "Выглядит знакомо". Он отдал его мне и достал из заднего кармана телефон: "Хочу позвонить Стэну и поручить это ему. Может он сможет выяснить, что это такое".

Как на моем чердаке в куче украшений для Хеллоуина могло оказаться что-то сверхъестественное? Я никогда не видела этот камень прежде. Может кто-нибудь из детей нашел его в прошлом году и бросил в коробку, подумав, что он подойдёт для Хеллоуина?

Патрик закончил разговаривать по телефону: "Доктор Майклз заедет за ним чуть позже".

"Знаешь, чего бы мне хотелось?", спросила я потирая камушек. Он был немного горячий. Но так как у меня не было пульса, не говоря уж о температуре, то минерал явно нагрела не я.

"Шоколада?"

"С чего ты взял, что тебе всегда удается угадывать мои желания?"

"Потому что это всегда он".

"На этот раз это нечто другое".

Патрик посмотрел на меня, на губах у него играла улыбка.

"Хочу трюфелей Годива со вкусом орехового пирога", я улыбнулась. "В постели. С тобой".

Он рассмеялся и заключил меня в объятья. Затем наклонился поцеловать меня, но остановился.

Пух. Пух. Пух. Пух. Пух.

"Ты слышишь мертвеца?"

Патрик взглянул на меня, приподняв одну бровь: "А правда, зачем ты в каждое предложение вставляешь "смерть" или "мёртвец"?

"По-моему это забавно".

"Это кто-то из наших"

Мы поспешили вверх по лестнице, следуя за странными звуками до нашей спальни. Патрик открыл дверь и мы заглянули внутрь.

На кровать дождём лились маленькие шарики, обернутые фольгой. Благодаря своему вампирскому нюху я сразу учуяла изысканное очарование Годивы. Я протиснулась мимо Патрика, несмотря на его протесты и попытки схватить меня за руку… но… эй… никто и ничто не может встать между мной и чёртовой кроватью, заваленной трюфелями Годива.

Я сграбастала один трюфель, развернула и сунула в рот: "О, божечки, это действительно трюфели со вкусом орехового пирога".

"Джессика, где камень?"

Я бросила ему минерал и поползла по кровати. Я расчистила себе место, прочитала короткую благодарственную молитву за то, что мне больше не нужно переживать по поводу толстеющей задницы, и принялась разворачивать трюфели.

"Ты загадала желание, когда держала его," сказал он.

Я уставилась на Патрика с наполовину развернутой конфетой в руках. "Думаешь, он может исполнить и другие желания?"

"Думаю, что если так, то это очень опасная штука".

"Ну, Стэн это выяснит. Мы можем запереть его в подвале Консорциума, но сейчас… Я похлопала по кровати: "У нас есть шоколад. Осталось только раздеться."

Патрик запер дверь спальни, положил странный оранжевый камень на ночной столик и вскарабкался на постель, расталкивая в стороны трюфели. У меня возникло ощущение, что сейчас произойдет нечто грязное.

В чертовски хорошем смысле.

Content

Мишель Бардсли
Ты слышал это?