Тюрин Александр Владимирович

О «тридцатилетних войнах» в историческом ландшафте

Александр Тюрин

О «тридцатилетних войнах» в историческом ландшафте

На либеральной улице праздник. Празднуют новые американские санкции – «убийственные», «разрушительные», «смертоносные» и так далее, в меру фантазии. Спешу успокоить – это просто идёт война, обычная тридцатилетняя война, с которой происходит очередная смена гегемона в капиталистической мир-экономике (КМЭ).[1] Кстати, «убийственность» и «разрушительность» этим американским актам войны могут придать только вольные или невольные агенты Запада в российских элитах. Если у них это не получится, то санкции будут способствовать обретению Россией независимости от Запада и закату этих самых США.

Собственно закат идет. США – уже не первая экономика мира, хотя и по-прежнему опытный вампир, умеющий высасывать прибавочный продукт из периферийных стран КМЭ.

Примерно каждые сто лет в КМЭ меняется гегемон. Это насколько повторяемое явление, что может уже быть отнесено к законам КМЭ. И потеря военно-политической, финансовой и культурно-идеологической мощи у бывшего гегемона всегда идет вслед за потерей экономической мощи. Практически всегда уходящий гегемон пытается развязать войну (цепочку войн), чтобы сохранить свои лидирующие позиции. Войны длятся долго; тридцатилетний срок – это некий обязательный минимум. Но этим слабеющий гегемон только ускоряет свой уход.

Ставки действительно высоки. На протяжении 500 лет существования КМЭ, статус гегемона определял, кто будет грабить остальной мир, а точнее эксплуатировать мировую периферию. Кто будет присваивать прибавочный продукт, созданный в других регионах мира, устанавливать торговые монополии, получать доступ к дешевым ресурсам, в том числе трудовым, и контролировать рынки.

КМЭ, как и современный капитализм, родилась в т.н. "длинном 16 веке", продлившемся от середины 15 в. до середины 17 в.

Новорожденная сразу показала неслабый аппетит и крепкие зубы. Это была эпоха масштабного «насильственного похищения средств производства и рабочих сил» (по выражению Р. Люксембург). Выражаясь недипломатично, эпоха великого грабежа. Она и в Европе началось с наступления на крестьян, происходившего с беззастенчивой конфискацией общинной и мелкой крестьянской земельной собственности. Совокупность английских законодательных актов на протяжении трех столетий сводилась, по сути, к тому, что ограбленный обезземеленный крестьянин отныне является рабом коллективного капиталиста, а конкретно должен отдать свой труд ближайшему нанимателю по любой (то есть минимальной) цене. Если пролетаризированный труженик пытался искать более подходящего нанимателя, ему угрожали обвинения в бродяжничестве с наказаниями в виде различных истязаний, длительное бичевание ("пока тело его не будет все покрыто кровью"), заключение в исправительный дом (house of correction), где его ожидали плети и рабский труд от зари до зари, а также каторга и виселица.[2] С 16 в. Англии существовало свирепейшее уголовное законодательство, направленное против ограбленных обездоленных людей, в котором смертная казнь назначалась за сотни преступлений, начиная с мелкой кражи на сумму в два шиллинга (стоимость курицы). И людоедские законы работали - к примеру, в правление Генриха VIII на плаху было отправлено 72 тыс. чел., при населении Англии в 2,5 млн. чел.[3] В Ирландии – полигоне английских колониальных практик – английский парламент своими актами 1652 и 1653 годов приговорил около ста тысяч ирландцев к казни, а остальных к изгнанию в бесплодный Коннахт, за исключением лишь тех, кто должен был батрачить на новых хозяев ирландской земли – английских колонистов. За неповиновение – смерть как «шпиону и врагу».[4] Почти столь же жестокая система наказаний царила и в Германской империи – Каролинский кодекс, Испании, Франции, Нидерландах, Швеции, Дании.

И в это время западный капитал выходит на мировую арену, пересекая океаны, вторгается в социумы, ведущее натуральное и мелкотоварное хозяйство, разрушает их внутренний рынок и привычный товарообмен, стирает словно ластиком племена и народности, которые не приносили достаточного дохода колонизаторам. И повсюду, помимо насильственного присваивания чужих производительных сил, происходит, цитирую снова Люксембург, «разрушение и уничтожение тех некапиталистических социальных объединений, с которыми он (капитализм) сталкивается».

Но посмотрим на циклы КМЭ.

16 век. Начинается с так называемых «Великих географических открытий», когда «открывали» тех, кого собираются ограбить. Тордесильясский испано-португальский договор 1494 г. дает старт разделу мира. Продлившиеся более 60 лет Итальянские войны и завоевания османов знаменуют упадок итальянских плутократических торговых империй. (В свое время, в 13 веке – после разгрома крестоносцами Константинополя – Венеция и Генуя оседлали торговые пути Восток-Запад и были партнерами монгольской империи, в том числе в работорговле.) С пушечной пальбы португальских кораблей Альбукерки и Алмейды, уничтожавшей индийское, малайское, арабское, персидское мореплавание, началось разрушение цивилизации Индийского океана, с ее огромными и разнообразными торговыми потоками между Передней Азией, Индией, Юго-Восточной Азией и восточной Африкой. Теперь это всё станет добычей грабителей-европейцев, которым просто нечего было предложить для честного товарообмена. И в ту же эпоху были обречены на исчезновение культуры коренных американцев, причем и в самых развитых регионах Нового Света, где применялись сложные технологии интенсивного земледелия. За полтора века после прихода западных колонизаторов индейское население Америки сократилось с 75 млн. до 9 млн. чел.[5] Индейцы, неспособные выдержать плантационное рабство, уничтожаются и заменяются на трудоголиков-негров. Набирает мощность перекачка рабской силы из Африки в Америку через трансатлантический рабопровод, который со временем превращается в так называемый «атлантический торговый треугольник» (в котором рабы поступают из Африки в Америку, из Америки хлопок в Европу и ром в Африку). Охота на африканских рабов для американских плантаций запустила процесс длительной депопуляции Африки; на одного доставленного в Америку раба – а их было более 12 миллионов – приходилось 4-5 погибших при отлове и транспортировке, то есть ещё 50-60 млн. жертв.

17 век. Тридцатилетняя война подытоживает упадок Испании, хотя испанская пехота ещё показывает класс почти на всем ее протяжении. Происходит возвышение Голландии, которая царит на море, имея десять тысяч судов; в роли её младшего партнера выступает Швеция, с помощью голландских денег и технологий создавшая мощную завоевательную армию. Швеция грабит центральную и восточную Европу, которая и так стонет под игом «второго издания крепостного права». (Шляхта и бароны выжимают последние соки из своих крестьян ради того, чтобы купить голландские часики с боем или какие другие предметы роскоши, а иначе говоря, наращивают поставки сырья на западноевропейский рынок, где как раз шла «революция цен», обеспеченная притоком южноамериканского серебра). Швеция отрезает Россию от морских коммуникаций, чтобы самой монопольно скупать по дешевке русский товар. А Нидерландская Ост-индская компания занимается выжиманием соков из огромного региона Нусантары (островов южных морей). Разграбление покоренных туземных княжеств были заурядным делом, и тот служащий компании, который получал 10 гульденов в месяц, возвращался в метрополию богачом. Компания назначала производить такому-то острову мускатный орех, такому-то то гвоздику и так далее – чтобы в итоге забрать всё за гроши или бесплатно. А такому-то острову производство пряностей запрещалось, чтобы не было переизбытка на рынке. Торговая монополия компании приводила к голоду и восстаниям – население восставших островов истреблялось, как например туземцы архипелага Банда или Молуккских о-вов, а пряности далее выращивались с помощью рабов. Потихоньку начинает обзаводиться заморскими колониями и Англия. Что любопытно, первое время белых рабов на английских плантациях в Америке было не меньше, чем черных. Туда было отправлены десятки тысяч ирландцев после кромвелевского покорения Ирландии, и так уже уничтожившего половину населения этого острова.[6] Туда попадали бедняки, продававшие сами себя в рабство, чтобы спастись от голодной смерти и «молодежь, похищенная частными предпринимателями для продажи в рабство на Барбадосе или в Виргинии», как указывает английский историк Дж. Тревельян.

18 век. Завершивший войну за Испанское наследство Утрехтский мирный договор, как и предшествовавший ему договор Метюэна, превращали испанские и португальские колониальные владения в источник прибавочного продукта для Англии, среди прочего передавая в английские руки сверхдоходную поставку африканских рабов на плантации – «асьенто». Эта война, как и война за Австрийское наследство и Семилетняя война приводят к поэтапному возвышению Англии и упадку Франции и Голландии (причём, Голландия в значительной степени опускается руками Франции). По сути, цепочка войн длится столетие вплоть до поражения Наполеона. Происходит расширение периферии КМЭ – куда включается значительная часть Индийского субконтинента, а вместе с тем идёт скачкообразный рост накопления западного капитала, в первую очередь английского. Английским грабителям достаётся Индия, которая столетиями имела избыточный торговый баланс, накапливая золото и серебро. Уже за первые десятилетия английского господства Индия платит колоссальным голодом, умирает треть населения недавно ещё густонаселенной и богатой Бенгалии, 10 млн. чел.[7] Колониальный хищник – британская Ост-индская компания – для начала просто обчищает бенгальскую казну. Вскручивает налоги, выколачивая их с помощью пыток из самого последнего крестьянина. Захватывает всю торговлю, принуждая подвластное население отдавать за бесценок плоды своего труда. Превращает сборщиков налогов в новых жадных землевладельцев, которые продают право сбора арендной платы субарендаторам, которые снова перепродают его за большую сумму, и т.д. Разоряет в своей собственной колонии общественные системы ирригации и мелиорации, неприбыльные для экспорта сельхозкультуры и могущие конкурировать с метрополией ремесла. Завоевание Индии и содержание оккупационных войск напрямую оплачивали сами индусы, согласно навязанным им субсидиарным договорам. В Англию за этот весьма краткий период из Индии выкачивается богатств на миллиард фунтов стерлингов.[8] (На тогдашний фунт стерлингов можно было жить целый месяц). И только после такого масштабного грабежа в Англии начинается промышленный переворот. Лишь тогда в английскую индустрию начинается прилив капитала, приходят необходимые инвестиции и кредиты.

19 век. Вскоре после завершения Наполеоновских войн Англия создает мировую империю Pax Britanica, завершая завоевание Индии, превращая свежеиспеченные республики Латинской Америки в объекты неоколониальной эксплуатации и взламывая Китай с помощью Опиумных войн. Последний также имел веками избыточный торговый баланс за счет экспорта фарфора, шелка, чая и множества других товаров, за которые предпочитал получать серебро; Западу же особо нечего было предположить китайскому потребителю. И все эти богатства станут теперь добычей английских наркодиллеров, а Китай вместе с выплатой огромной контрибуции, получит разорение, смуту, иностранный контроль над своим таможнями и вымирание значительной части населения, которое сократится более, чем на 45 млн. чел. К середине века большинство стран либо становятся колониями Англии, либо находятся в полной финансово-экономической зависимости от нее. Франция и Голландия с Бельгией являются ее младшими партнерами. Опять увеличивается перекачка прибавочного продукта из периферии в ядро КМЭ. Очистка земель от малоприбыльных арендаторов дает смертоносный результат в Ирландии – 1,5 млн. умерших от голода (на оставшихся у них крохотных участках ирландцы могли прокормиться только неприхотливым картофелем, но его сгубил грибок) и еще большее число бежавших за океан. C 1845 по 1851 население острова сократилось почти на треть, и продолжало быстро уменьшаться и дальше.[9] Лишь к концу столетия заканчивается трехвековой период понижения реальной заработной платы европейского пролетариата и происходит первое повышение жизненного уровня простонародья на Западе. Однако и выжимание соков из Индии не останавливается ни на год, даже когда её население доведено до массового голода. За период с 1834 по 1899 г. потери Индии оцениваются в колоссальную сумму 6,1 млрд. фунт. стерл.[10] Количество вспышек голода и площадь, захваченная им, не уменьшается со строительством железных дорог и прочим "техническим прогрессом" в колониальной Индии, а, наоборот, возрастает - особенно с 1860-х гг. (Создаваемая колонизаторами инфраструктура лишь способствует вывозу сырья.) И через полтора века после установления английского господства в Индии, в 1876-1900 гг., голод убивает 26 млн. чел. В том числе, с 1889 по 1900 год - 19 миллионов человек. Тогда, по замечанию английского исследователя Дигби, «каждую минуту дня и ночи умирали от голода по два британских подданных».[11] Во французском Алжире, где традиционное общинное землевладение было разрушено конфискациями и приватизационными махинациями колониальных властей, треть населения погибла от голода или ушла во владения турецкого султана.[12] Последняя четверть 19 века – это поглощение западным капиталом Черной Африки. Были уничтожены все существовавшие там самостоятельные государства – последние из них (зулу, фульбе) были расстреляны английскими пулеметами и картечью в эпоху господства красивой либеральной фразы. Тогда же французские колонизаторы растерзали Малагасийское королевство. Самым зловещим образцом оказалось бельгийское Конго – сердце Африки, ставшее на несколько десятилетий каучуковым концлагерем смерти. Прибыли всех каучуковых компаний в бельгийском Конго между 1890 и 1904 выросли в 96 раз и доходили до 700% годовых. Производство каучука было практически бесплатным, если не считать расходов на патроны и цепи – для заложников. Массовые экзекуции с отрубанием рук применялись к живым людям, в случае если деревни проявляли недостаточное рвение в работе на колонизаторов. Деревни, жители которых отказывались идти в лес и собирать каучук, уничтожались. Смертью каралось нарушение технологии сбора каучука. Солдатам колониальной армии и наемникам фирм надлежало доказать объем проведенной «работы» отрубленными руками. Население бельгийского и французского Конго за первые 40 лет западного колониального господства сократилось вдвое.[13] В колониях всех европейских стран использовались в огромных масштабах разные виды дарового и принудительного труда: от прямого порабощения до превращения разоренных крестьян в полурабов-кули. Массовые казни, сожжения деревень, захват заложников, включая малолетних, и доведение их до смерти, бичевание насмерть и отрубание конечностей, конфискации земель и скота, кровь, страх и слезы – всё это оборачивались огромными прибылями европейских фирм.

20 век. Первая и Вторая мировая войны. На смену Pax britanica устанавливается Pax americana. США к интересующему нас периоду времени окончательно разобрались с коренными американцами – на порядок сократив их число с помощью депортаций, геноцида и преднамеренного уничтожения их пищевой базы, десятков миллионов бизонов. В 1860-90-х гг. земля, ещё недавно принадлежавшая индейцам на западе континента, была поделена на квадратики и перешла в распоряжение колонистов-фермеров, после чего немедленно начался процесс укрупнения земельной собственности. Мелкотоварные хозяйства разорялись и через руки банков попадали во владение крупных капиталистических bonanza farms. Города были наводнены разорившимися фермерами и иммигрантами; бурно росла промышленность, защищенная высоченными протекционистстскими тарифами. Американский капитал нуждался в разнообразном дешевом сырье, защищенных рынках сбыта для произведенной продукции, и в морских коммуникациях, обеспеченных военно-морскими базами. Американцам не понадобилось воевать с предыдущим гегемоном Британией, хотя планы такой войны имелись – они добились желаемого при помощи кайзеровской и фашистской Германии. Не зря же Гитлеру помогали приходить к власти и раскручивать маховик вооружения крупнейшие банки вроде "Чейз нэшнл" и компании "Дюпон", "ИТТ", "Форд", "Дженерал Моторс", "Дженерал Электрик", "Стандард Ойл" и др. США превратились за годы I Мировой войны из должника в богатого кредитора и увеличили свой ВВП за годы II Мировой войны почти в два раза, овладев прибавочным продуктом большей части мира. США также провели около 100 интервенций во всех регионах планеты, добиваясь роли доллара как мировой резервной и расчетной валюты; бакс сделался великолепным инструментом по отчуждения мирового прибавочного продукта в американскую пользу. Свои навыки уничтожения "дикарей" янки применили уже в первом заокеанском походе, на Филиппинах в 1899-1901, где действовали такие методы, как ликвидация всех жителей непокорного региона старше 10 лет.[14] Атомные и ковровые бомбардировки, обратившие в пепел миллионы жителей Японии, Кореи и Индокитая, ничуть не испортили образа "сияющего города на холме". Также, как и проведенные американскими спецслужбами перевороты и кампании террора против патриотических сил и неудобных этносов – в Гватемале 50-х, Центральной Америке 80-х, Индонезии 60-х, Анголе и Мозамбике 70-х, Конго 60-х и 90-х, и т.д., с миллионными жертвами. В роли младших партнеров-сателлитов у США - Германия и Япония, таким образом они были поощрены за развязывание двух мировых войн. К концу 20 века доля США в мировом ВВП составила около 20%, а в потреблении около 40%.

Россия переходит к рубежу 19/20 вв. в число стран капиталистической периферии, этот статус едва не был закреплен либеральной Февральской революцией. Да и среди деятелей Октябрьской революции имелась прямая агентура Запада. Троцкий и его единомышленники, с их животной ненавистью к русской традиции (в сущности своей совершенно не капиталистической), несмотря на «революционную фразу» создавали систему эксплуатации в пользу западного капитала. (Как мы помним, отсутствие капиталистического способа хозяйства отнюдь не лишает страну статуса капиталистической периферии – будь то СССР 20-х годов или Египет времен постройки Суэцкого канала). События 1930-х являли собой отчаянную борьбу между агентами Запада, в большинстве своем марксистами-догматиками, и сторонниками самостоятельного независимого пути, построения социализма в одной отдельно взятой России. Временно победили вторые, сторонники самостоятельности, и добились очень многого, но с Хрущевым начинается возвращение первых. Противозатратная экономика Сталина сменяется экономикой наращивания вала и бюрократического рынка, который спустя 30 лет превращается в типичный неоколониальный рынок. К концу 20 века Россия становится периферией КМЭ; к ней применяют различные колониальные практики, в том числе по уничтожению производств высокого передела и значительной части инфраструктуры, оставляя только то, что нужно для перекачивания её прибавочного продукта в ядро КМЭ. Периферийный статус был несовместим ни с исторической ролью России, ни с количеством ее народонаселения (для обслуживания нефтегазовой трубы и прочего вывоза сырья достаточно и 30 миллионов), ни с единством ее территории (западному капиталу проще управлять российскими ресурсами, если раздробить Россию на 5-10 государств). Поэтому часть российской элиты отринула колониальную деградацию и выступила за вхождение в КМЭ на более достойных условиях.

21 век. Утрата Соединенными Штатами экономического превосходства носит неотвратимый характер, потому что их роль по отчуждению мирового прибавочного продукта и присваиванию ресурсов мешает мировому развитию. Дешевые ресурсы и капитал нужны самим странам периферии и отдавать их Западу – по крайней мере, те страны, что претендуют на реальный суверенитет – больше не намерены. Навязанный миру пустой инфляционный доллар очень медленно, но заменяется юанем и другими валютами. Интервенция, как средство, которое Запад всегда охотно применял для слома противодействия, нейтрализуется российской военной мощью, которая благодаря сирийской кампании оказала на западные элиты ошеломляющее воздействие. Ведь ёще совсем недавно они творили интервенционистский беспредел в Югославии, сокрушая сербов, в Ираке, Ливии, без особых проблем доламывая, как им казалось, последние очаги сопротивления западному капиталу.

Если в период между 1900 и 1980 гг. доля Запада в мировом ВВП составляла 70-80%, к середине 2010-х она сократилась почти вдвое и продолжает быстро сокращаться (если убрать услуги, то осталось едва ли 20%). Идёт явное движение к тем показателям, которые западный мир имел в 18 веке до захвата Индии и закабаления Китая. В США последние десятилетия происходит постоянная деиндустриализация, снижение доли промышленности в ВВП страны и уровня занятости в ней. Дефицит торгового баланса уже под 800 млрд. долл. в год. Размер госдолга и долгов населения США превысил 41 трлн. долл., увеличившись с 1980 года в 13 раз.

Цифры о нарастании мирового имущественного неравенства, которые мы сегодня имеем, свидетельствует в пользу того, что борьба за смену гегемона будет продолжаться. Пирамида неравенства и эксплуатации, созданная правящими финансовыми кланами США, по своей сути не устраивает 90% мирового населения. Неравенство крадёт развитие у большинства стран, отбирает возможности (ту самую свободу) у миллиардов людей. Богатство 62 толстосумов, западных резидентов, равняется совокупному богатству 3,6 миллиардов человек беднейшего населения Земли, а 1% мирового населения владеет половиной мирового богатства.[15] Причем как показывают исследования – неравенство нарастает и в странах ядра КМЭ. (Некоторое сглаживание имущественного неравенства на Западе пришлось на эпоху строительства социализма в России.) В США 1% самых богатых граждан получил 60% от прироста национального дохода за 30 лет; их доля в доходе достигла почти 20%, увеличившись в 2 раза. В 2010-х годах доля верхних 10% населения в национальном имуществе США превзошла 70 %, а доля верхнего 1% населения приблизилась к 35%, в то время как на 50% самых бедных приходится всего 4% имущества.[16]

Итак, сегодня Китай - первая экономика мира, Индия, кстати, третья - по ВВП, подсчитанному по паритету покупательной способности (считать по биржевому курсу доллара - это либеральная хитрость). Причём доля реального сектора в китайской экономике почти в три раза выше, чем в американской. Собственно, большая часть американского ВВП произведена на самом деле в Китае и странах ЮВА. (Пластиковая игрушка, будучи сделанной в Китае, попадает в США как груз стоимостью в 3 доллара, продается там за 10 долларов. И, за вычетом расхода на импорт, дает прибавку в ВВП США в 7 долларов. Но и потраченные 3 доллара, скорее всего, являются продукцией печатного станка, выводятся за пределы США и не имеют за собой ни золотого, ни товарного обеспечения.) Чтобы сравнить реальную силу китайской и американской экономики, достаточно пары натуральных показателей. В 2016 Китай произвёл цемента 2410 млн. тонн, а США только 85,9. Китай произвел стали 808,4 млн. тонн, а США только 78,6. Какая страна ведёт огромное капитальное строительство, а какая, в основном, вертит финансовыми потоками - совершенно ясно. Кто-то скажет, плевать на цемент и сталь, в США, дескать, "экономика знаний". Однако со своей "экономикой знаний" США надолго лишились пилотируемой космонавтики, американские ракеты летают на российских двигателях, а американские генералы испытывают позывы к дефекации от одной лишь мысли о российских гиперзвуковых летательных аппаратах, ПКР «Циркон» и «изделии 4202» для МБР «Сармат». Реакторы-размножители (на быстрых нейтронах) БН-600 и БН-800 также работают в России, в т.ч. и с использованием MOX-топлива, а не в США. Так что американский "импорт мозгов" имеет свои пределы. Что интересно, «экономика знаний» не увеличивает количество рабочих мест, особенно высокооплачиваемых, а сокращает их. В ближайшее время до 60 % рабочих мест будет автоматизировано, людность сохранится только в сфере услуг и производства энергоносителей (США станет страной-газгольдером - и то, если программа Трампа будет доведена до конца). Высвобожденные из экономики люди будут разве что получать «безусловный основной доход» (БОД) и утопать в виртуальной реальности, напоминая римский плебс, ожидавший уже не работы, но «хлеба и зрелищ». Однако и БОД будет существовать только в случае, если США сохранят какие-то остатки своего экономического влияния, иначе американский плебс разнесет свою страну на куски…

Китай возвысился как экономическая сверхдержава, преодолев роль «резервуара дешевой рабочей силы» и, наверное, вспоминает сейчас времена династии Сун, когда он по всем технологиям обгонял Запад на 300-400 лет. Однако в политической и военной сфере он очень нуждается в России как в партнере. А Россия более всего нуждается в изживании сегментов периферийного капитализма, обслуживающих западное ядро КМЭ и выжимающих из нее капитал и прибавочный продукт.

С воссоединения Крыма, восстания Донбасса и сирийской осечки Запада начался явный период смены мирового гегемона. Впереди неизбежная цепочка войн. Очень вероятен конфликт в Белоруссии, с вовлечением Калининградской области РФ, Литвы и Польши и с дальнейшей эскалацией. Его начнёт Запад с организации цветной революции в Минске, с раскрутки сепаратистских группировок в Калининграде и установления блокады Калининградской области. Продолжающийся конфликт на Ближнем Востоке приведет к кристаллизации новой шиитской государственности и её столкновению с прозападными «нефтеналивными» суннитскими режимами, в значительной степени ответственными за мировое господство доллара. Дойдет до логического завершения конфликт в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где собственно и развивается сила, которая покончит с американским превосходством, в т.ч. и в экономике знаний – поэтому США будут использовать созданный ими негативный имидж Северной Кореи для развязывания там разрушительной войны…

Но, в целом, время работает против США, их партнеров и клиентов. Впервые за 500 лет мир может остаться без гегемона, с реальной многополярностью. С большой вероятностью изменятся сами принципы, на которых стоит мир-экономика. Не максимизация прибыли и не вытягивание прибавочного продукта из периферии в ядро, но быстрое справедливое решение задач общего развития при сужающейся ресурсной базе. Одним из первых проявлений нового мироустройства должно стать улучшение коммуникационной связанности в евразийском хартленде – создание транспортных коридоров с большой пропускной способностью: Восток-Запад (Китай-Россия, с подключением Монголии и других стран центральной Азии) и Север-Юг (Россия-Иран/Индия с возможным подключением Афганистана и шиитских регионов Ближнего Востока). Впервые за 500 лет трансевразийские сухопутные, а также арктические морские коммуникации начнут играть столь большую роль в мировом товарообмене. Развивающиеся технологические факторы также будут действовать в пользу многополярности. Средства производства начинают уходить от капиталиста. 3D-принтеры, самовосстанавливающиеся, программируемые и трансформируемые материалы (умные долговечные вещи), а потом и нанофабрикация в значительной степени вытеснят продукцию корпораций, производимую массовыми партиями ради захвата рынка и прибылей узкого процента мирового населения.

Примечания

1

Основоположником мир-системного подхода была, наверное, Р. Люксембург, его придерживался Ф. Бродель, из наших – И. Фурсов, наибольший вклад в развитие его внесли И. Валлерстайн и А.Г. Франк. Суть его сводится к тому, что уже многие столетия существует мировая хозяйственная система, носящая иерархический характер, где развитие ядра происходит во многом за счет эксплуатации полупериферии и периферии, присваивании их ресурсов и прибавочного продукта.

2

Семенов В.Ф. Пауперизм в Англии XVI века и законодательство Тюдоров. В сб. Средние века. Выпуск IV. М.,1953.

3

Harrison W. The description of England prefixed to the Holinshed's Chronicles, vol.I, 1807, p.186.

4

Афанасьев Г.Е. Судьбы Ирландии. В кн:Записки Новороссийского университета. Т.46. Одесса, 1888, с. 85; Сапрыкин Ю.М. Английское завоевание Ирландии (XII - XVII вв). М.,1982, с.163-164.

5

Zeiten und Menschen. Paderborn: Schoeningh, 2011.

6

Афанасьев. С. 85.

7

Всемирная история. Период английского завоевания. М.-Мн., 2000, с. 310.

8

Adams B. The Law of Civilizations and Decay. An Essays on History. N.Y., 1898, p.305.

9

Mitchel J. 1869. The History of Ireland from the Treaty of Limerik to the Present Time. V. 2., p. 244-247.

10

Снесарев А.Е. Индия как главный фактор в среднеазиатском вопросе. СПб.,1906. С.60.

11

Снесарев. С.114.

12

Lefeuvre Daniel. Pour en finir avec la repentance coloniale. Flammarion, 2006.

13

Vangroenweghe Daniel. Du Sang sur les lianes. Bruxelles, 1986. P. 10.

14

Бойня на о-ве Самар в 1901. Philippinen. Muenchen: Nelles Verlag, 2009. P.36.

15

www.oxfamamerica.org/press/62-people-own-same-wealth-as-half-the-world/

16

Пикетти Томас. Капитал в XXI веке. М., 2015.

Content

Тюрин Александр Владимирович О «тридцатилетних войнах» в историческом ландшафте

Александр Тюрин О «тридцатилетних войнах» в историческом ландшафте

Примечания