Рики Мару

Дота 3

Пролог. Дота 2.

Dota 2 -- компьютерная многопользовательская командная игра жанра MOBA, реализация известной карты DotA для игры Warcraft III в отдельном клиенте. Осенью 2009 года компания Valve приняла на работу основного разработчика DotA -- IceFrog, летом 2010 подала заявку на регистрацию этой торговой марки. 13 октября 2010 года игра была анонсирована к выходу в 2011 году на игровом портале Game Informer. 15 августа 2011 года в официальном блоге был опубликован трейлер к игре.

В игре участвуют две команды по пять человек. Одна команда играет за светлую сторону (англ. The Radiant), другая -- за тёмную (англ. The Dire). Каждый игрок управляет одним юнитом, который называется героем. Герой может получать опыт для повышения своего уровня, зарабатывать золото, покупать и собирать предметы, которые усиливают его или дают дополнительные способности. Каждый игрок постоянно получает небольшое количество золота от своей базы, а также зарабатывает небольшие порции золота за убийство вражеских существ и большие -- за убийство героев. Команды рассредотачиваются по линиям, на которых происходит борьба с вражескими героями и отрядами крипов (англ. creeps) под управлением компьютера, которые каждые полминуты появляются на базах команд. Цель игры -- уничтожить главное здание на вражеской базе.

- Википедия, Свободная Энциклопедия.

Глава 1. На поляне. Ничего не понятно.

Антон открыл глаза. Секунду он лежал, ничего не понимая. Ну и погуляли же они вчера... Отметили сессию, так сказать. Он попытался вспомнить, что же он делал, мысли ворочались медленно и неохотно. Постепенно он все-таки вспомнил - да, сначала была дискотека на первом этаже общаги, потом они познакомились с девчонками, потом была комната в общаге, потом музыка и виски, и приглушенный свет, и стоны, потом девочки пошли дальше на дискотеку, а они с пацанами сначала курили травку, потом Игорь подмигнул и достал марки, сказал что это сильная вещь, с одной марки крышу сносит не по детски, и они каждый взяли по марке и он положил свою под язык, и да, все сразу расцвело невиданными яркими красками, и он плакал и смеялся. Потом пацаны ушли, а он взял из Игорева кармана еще одну марку, подумал и взял сразу две, очень уж хорошо первая прошла, и проглотил их обе, запил виски и сел играть в Доту.

Да, точно. А потом мир сузился до экрана монитора, и Антон только стрелял, и апгрейдился, и бежал за рунами, и прокачивался. Жил в общем. Жил, и умирал, и тут же начинал новую игру, как новую жизнь. Глаза слипались, мозг отключался, но Антон играл и играл, не думая, на автомате. Наглая Дро пряталась, и стреляла своими стрелами, Антон пытался играть Снайпера, но Дро была сильнее, потом он пытался играть Львиного Демона, и чуть было не достал Дро, но она таки убежала, и подловила его. Это уже начало всерьез злить его, и он только хотел достать эту наглую девку, и начинал играть снова и снова.

Ишь ты... Антон даже и не помнил, как отрубился. Это я что, за компьютером уснул, что ли, прямо во время игры, что ли, подумал он. Хоть убей, не помню, как перестал играть, Ладно, хватит о прошлом, где это он вообще? Глаза наконец сфокусировались. Это явно была не его комната. На белом потолке черными буквами было крупно написано:

Д О Т А 3

Допился, мрачно подумал Антон. И докислотился. Нет, надо завязывать. А то будет как в том анекдоте - вид из окна студента после многочисленных побед в Доту: окошко казармы. Да уж. Антон поежился и сел.

Оказалось, он лежал на гладкой твердой белой кушетке - высокая, черт, ноги до пола не достают - и он спрыгнул. Пол тоже был твердый, гладкий и белый. Кушетка плавно сложилась пополам и втянулась в пол. Антон потряс головой и обернулся.

Большая круглая белая комната, и рядом с ним в ряд стояло еще четыре кушетки. На них лежали четыре человека, вернее не лежали, а медленно просыпались. Кто-то уже открыл глаза, кто-то уже слазил на пол. Выглядели они неважно. Ну все, точно вытрезвитель, подумал Антон, обернулся еще раз и окинул взглядом стены, вернее это был одна длинная круглая стена. Вдоль стены были врезаны двери с какими-то портретами. Штук двадцать дверей, прикинул Антон.

Хлопнула дверь. Антон обернулся. Его сокамерники расходились. Невежливо как-то, подумал Антон, могли бы и поздороваться хотя бы для приличия. Ну да ладно, мы не обидчивые. Но пора было отсюда валить, на самом деле.

Антон шагнул к ближайшей двери. Там был нарисован человек-лев, почти как в Доте, тело человека бугрилось мышцами, голова была почти львиная, с гривой волос и гордым взглядом. Что они тут, санитары помешаны на Доте, что ли? Соседнюю дверь украшал портрет Снайпера, следующую дверь - Свен, Лич, Доктор... Потом Дро. Эта дверь была забита досками крест-накрест, на лбу Дро нарисован крестик оптического прицела, а поперек крупно нацарапано "СУКА". Согласен, подумал Антон. Сука.

Он вернулся к нарисованному человеку-льву, расправил плечи, и толкнул дверь. Ничего не было видно. Темнота. Антон шагнул раз, второй, все равно ничего не видно, еще один шаг, и он вывалился наружу.

***

Яркий дневной свет ударил в глаза. Непроизвольно Антон зажмурился, и стоял так пару секунд, прислушиваясь и принюхиваясь. Шуршала трава. шуршал ветер в деревьях, пахло зеленью, пахло водой, и кто то говорил. Антон открыл глаза и огляделся.

Он стоял около фонтана, впереди расстилался густой лес, и три просеки-тропинки вели прямо, влево и вправо. "Налево пойдешь, коня потеряешь", - машинально пробормотал Антон. Разговаривали четыре человека. Те же люди, что и в вытрезвителе, но боже мой, как же они изменились! Яркие одежды, осанка, уверенность, они что, энергетика хлебнули, и когда они успели переодеться вообще?

Антон кашлянул. Группа обернулась, как-то разом, человек слева слегка отшагнул влево, человек справа слегка отшагнул вправо, здоровый бугай слегка шагнул вперед, прикрывая недомерка, да не недомерка, а карлика какого-то, а карлик отпрыгнул назад. Герой, презрительно подумал Антон, прячется за спину. А вообще, они как гопстопники какие-то, только у гопоты мелкота обычно нарывается первая, а уж потом вся банда подтягивается. Но лихо это у них вышло, синхронно, респект.

- Нооовенький... - протянул карлик, выбежал вперед, протянул руку и представился:

- Я - Снайпер!

- Антон, - машинально ответил Антон, пожимая тощую ладошку.

- Лич, - кивнул синюшный тип слева, с сиренево-желтоватой кожей, весь в татуировках, спирали и покойники на виселицах. Ну точно, уголовник, и кожа такая от гепатита, наверно.

- Док, - улыбнулся еще один уголовник. Уж лучше бы не улыбался, желтые лошадиные зубы не делали улыбку добрей. Тоже жилистый, в каком-то расписном халате с драконами, и тоже с синюшной кожей. Это у него от алкоголизма, подумал Антон, небось спирт пьет не разбавляя, поэтому и кликуха такая - доктор.

- Свен, - приложив руку к сердцу, наклонил голову бугай, похоже единственный нормальный человек из этой компании.

- Ты что-то путаешь, ты не Антон, ты Анаклет, - настырный карлик назойливо вертелся вокруг.

- Анаклет? Нет, как-то глупо звучит. И вообще, я Антон, - сказал Антон.

- Антон? Не, не слышали, - вразнобой сказали Док и Лич. Свен тоже покачал головой.

- Анаклет, Анаклет - карлик тыкал Антона-Анаклета тощим, но твердым пальцем в живот. До груди он не доставал.

- Слушай, это мое дело, как меня зовут, вообще-то, - закипая, но стараясь держать себя в руках, сказал Антон.

Карлик ухмыльнулся и покачал головой.

- Нет, ты в моей команде, и я тут главный. Так что я тут решаю, кого как звать. Анаклет-Анаклет-Анаклет.

Это было уже слишком. Эту гопоту надо сразу ставить не место, решил Антон. И начинать надо с главного. Карлик, похоже, был главный, хотя не понятно, почему. Но по всем повадкам остальная банда признавала его лидером. Ну, ладно, карлик сам напросился.

Антон протянул руку и схватил карлика за нос. Благо носище у него был будь здоров. Это не смертельно, но неприятно, и ты ни можешь никак выкрутиться. Краем глаза Антон контролировал остальную троицу, готовый к любым неожиданностям. К его удивлению, никто не кинулся на помощь карлику. Док и Лич заухмылялись, а Свен закатил глаза. Карлик лишь мычал: "Одбусти... Ды ежо божалеежь... Одбусти, больно жэ...".

Наконец Свен сказал:

- Ну отпусти ты его, в самом деле... Мы же в одной команде...

Это когда они меня успели записать в их банду, подумал Антон? От неожиданности он и вправду отпустил карлика. Нос у того был уже как слива. Карлик тут же отпрыгнул назад, прошипел: "Ну, пожалеешь еще. Еще не вечер", и обернулся к остальным. Лич и Док моментально перестали улыбаться и состроили сочувстующе-негодующие лица. Свен положил карлику руку на плечо и спросил: "Как ты, Снайп?" Карлик скинул его руку, обернулся, сказал еще раз: "Пожалеешь, сука" и пошел по средней тропинке. По дороге он не оборачиваясь позвал: "Пошли".

- Ты это, Снайп, иди, мы догоним, - Док кивал головой, типо точно догоним.

- Догоните, как же... Кабана мне купите, ясно? - Снайпер махнул рукой и пошел дальше.

Все задумчиво проводили его глазами. Через минуту красный плащ перестал мелькать за деревьями.

- Это когда же вы меня в свою банду записали? - спросил Антон.

Лич и Док опять заухмылялись. "Команду", - машинально поправил Свен.

- Ты это, ты уже в команде. Так вот так-то. И не мы тебя записали, не, ты сам себя записал. - Док был самый говорливый, похоже. - Пойдем, посидим, поговорим, в лес, на полянку, в тенечке, мы место хорошее знаем, там и расскажешь про житие твое, а то чего здесь топтаться, в ногах правды нет, и вообще, всяко оно лучше на природе, а?

Лич молчал, но кивал головой, и, видимо, старался быть вежливым, при каждом слове он улыбался все шире и шире, и скоро рот уже был почти до самых ушей, Антон смотрел как зачарованный - резиновый рот у него, что-ли? Свен между тем неодобрительно покачал головой, подошел к пещере около фонтана, засунул в нее руки и начал вынимать какие-то фляги, мечи, рюкзаки, нагрузился так что стал в два раза шире, буркнул "Ну, я пойду", и ушел по левой тропинке.

Лич перестал наконец улыбаться и занялся делом. Он, в свою очередь, подошел к пещере, и достал спиралевидно-белый девайс, похожий на большую и длинную ракушку, потом маленький красивый щит, потом серебристый змеевик, потом бутыль зеленого цвета, потом что-то непонятное. "Пойдем, пойдем", Док полу-хлопал, полу-толкал Антона в спину. Антон подошел и заглянул в пещеру. Не было видно ничего. Антон засунул в пещеру руку. Рука пропала. Антон поспешно выдернул руку и повертел ее. С рукой все было в порядке.

- Скажи "Кабанчик!" - Док смотрел на Антона.

Чувствуя себя глупо, Антон сказал, глядя в черные глаза Дока: "Кабанчик!"

- Да не мне скажи, а пещере!

- Кабанчик! - чувствуя себя вдвойне глупо, сказал Антон в глухую темноту пещеры.

- Еще раз!

- Кабанчик! - Антон про себя решил, что если его попросят позвать кабанчика еще раз, он даст кому-то по сусалам.

Но давать по сусалам никому не пришлось. Раздался топот, и на свет божий выбежал кабанчик. Был он экипирован как спецназовец, в разгрузке, с сумками и патронташами. Пока Антон смотрел на него, из пещеры выбежал второй кабанчик, брат-близнец первого. Оба кабанчика жалобно уставились на Антона большими умными глазами.

- А зачем два? - Антон присел на корточки и потрепал кабанчиков по загривкам.

- Одного на шашлык, а второго Снайперу - деловито объяснил Док. Кабанчики при его словах жалобно всхрюкнули и стали прятаться друг за друга. Вдруг один из них замер на секунду, кинулся в пещеру и через миг выбежал оттуда с полными сумками, и опрометью кинулся по средней тропинке. Второй кабанчик в отчаянии сел на задние лапы и замотал головой.

- А может, не надо, жалко же? - спросил Антон. Кабанчик с надежной уставился на него.

- Надо, Федя, надо. Жрать же надо, а из съедобного здесь только кабанчики. Можно, конечно, энергетик пить, но это ну его, пусть Снайпер со Свеном энергетик пьют, а мы будем нормальные напитки пить, с нормальным градусом, и закусывать нормальными закусками. Это в сто раз полезнее всяких энергетиков, я тебе как доктор говорю. Пойдем, что ли?

Он взвалил на свою спину все трубы, змеевики и бутыли, и пошел по правой тропинке. Антон пожал плечами и последовал за ним.

***

Кабанчик обреченно тащился сзади. "А если убежит?" - думал Антон, и даже хотел, чтобы он убежал. Но почему-то кабанчик не убегал. " Ну давай, вот он, лес, беги" - мысленно понукал кабанчика Антон. Кабанчик остановился, посмотрел на него, посмотрел на лес, искра надежды зажглась в его глазах, и он неуверенно побежал в кусты. Лич обернулся, цыкнул и сказал "Куда-а-а? К ноге!". Искра надежды исчезла из глаз кабанчика, он опустил голову, как робот подбежал к Личу и уже не отходил от него.

Тихой сапой вся компания шла уже минут пятнадцать. Лес тянулся слева и справа, удобная натоптанная тропинка послушно ложилась под ноги, дул легкий ветерок. Идиллия... Но постепенно Антон начал замечать некоторые странности в этой идиллии. Вот взять небо. Ведь вот как бы день и как бы ясно, на небе ни облачка, а где Солнце? Солнца не было. Антон повертел головой, даже шел некоторое время задом наперед, выглядывая Солнце, но его нигде не было. Зато он заметил еще одну странность. Справа от тропинки, совсем рядом, за деревцами и кустиками, тянулась высокая отвесная скала. Была она небесно-голубого цвета, и если не приглядываться, то она полностью сливалась с небом. А если приглядываться, то это была ну очень высокая скала. Антон шел с задранной вверх головой, пытаясь выглядеть вершину этой скалы, пока не запнулся о кабанчика.

Док и Лич ждали его. Они свернули в лес, и теперь шли по лесу Узкая тропинка змеилась между кустиками и буреломами, кроны деревьев закрывали небо. Минут через десять они наконец вышли на большую поляну.

Лич скинул свое барахло, взял топор, нож, сумки и пошел в лес. За дровами, подумал Антон. Кабанчик послушно тащился за Личем. Ну и за мясом, это судьба наверно его такая, прощай, кабанчик, мысленно попрощался с кабанчиком Антон. Кабанчик при этой мысли обернулся и укоризненно поглядел на него, и Антон поспешно отвел глаза и решил, что думать надо поосторожнее.

В центре поляны была небольшая рощица, пять деревьевцев давали какую-никакую тень. Под ними был вырыт колодец, стояли три чурбака, круглый деревянный столик вкопанный в землю, место для костра было обложено камнями. Основательно они тут устроились, молодцы, подумал Антон.

Док с умением и сноровкой собирал некий аппарат, свинчивал, скручивал и паял, заливал жидкость, внутри аппарата гудело, жужжало, булькало и кипело. С трудом верилось, что из ядовито-зелено-красного варева выйдет что-то что можно пить. Док оглянулся, ухмыльнулся и сказал: "Не боись, не первый раз, не последний". Вернулся Лич, таща ведро в одной руке и связку хвороста в другой. Антон заглянул в ведро, шашлык был аккуратно порезан и залит уксусом, и уже замариновался, хотя прошло всего полчаса. "А как это?" - спросил Антон. Лич отмахнулся, - мол, не задавай глупых вопросов, - и начал складывать костер. Это были толстые свежие ветки, "не загорится же", подумал Антон, но вслух ничего не сказал - все равно не послушают - и приготовился увидеть epic fail. Не так же надо, и скидано все в кучу, надо же мелкий сухой хворост снизу, и домиком сложить крупные дрова, ну кто так делает?

- Док? - позвал Лич.

Доктор был занят аппаратом.

- Док! - повысил голос Лич. Доктор нетерпеливо оглянулся, махнул рукой, с пальца его слетела искра и костер занялся, загорелся весь сразу, секунда, другая, и он прогорел полностью, и уже только угли тлели. "А как это?" - опять спросил Антон. Док оглянулся, ухмыльнулся, сказал, "Рот закрой, а то муха залетит", и Антон поспешно захлопнул рот и отогнал черную наглую муху размером со шмеля, которая возникла из ниоткуда. Очень хотелось еще раз открыть рот и еще раз спросить "А как это?" по поводу этой загадочной мухи, но проверять слова Дока на практике не хотелось, муха жужжала в опасной близости ото рта.

Аппарат Дока фыркал и булькал, но пока не взрывался. Док подкручивал винтики, обжимал трубки, и мутно-белая жидкость загадочным образом становилась все прозрачнее и прозрачнее. В четыре колбы на выходе из аппарата капала изумрудно-зеленая, золотисто-рыжая, кристалльно-прозрачная и ярко-синяя жидкость. Антон принюхался. Пахло коньяком, ромом, абсентом и еще чем-то. Хорошим таким коньяком, мягким, теплым, который можно пить не закусывая.

Док сел наконец, жестом фокусника достал приземистые граненые бокалостаканы, и полу-спросил, глядя на Антона:

- Ну что, по коньяку?

Антон кивнул. Док плеснул на донышко себе, Антону, и пододвинул ему стакан. Антон взял, понюхал еще раз, и медленно отпил глоток.

Благодатная теплая струйка коньяка просочилась в желудок, согрев по пути сердце, и живительное тепло растеклось по телу. Вопросы забылись, и минуту Антон сидел, не думая ни о чем и наслаждаясь чувством цельности и хорошести. Внезапно он осознал зелень леса, свежесть воздуха, он осознал, что оказывается вокруг поют птицы, и Антон сидел, впитывая в себя все эти звуки и запахи, тело расслабилось, и все заботы и вопросы отошли на второй план. Хорошо!

Незаметно подошел Лич, и поставил на стол тарелки с шипящим и брызгающимся вкусным жиром мясом. Антон отпил еще глоток коньяка и взял кусочек шашлыка. Изумительно-вкусное мясо таяло во рту. Хорошо, опять подумал Антон.

- Так-то лучше, - Док вертел в руке стакан. - Теперь можно и поговорить. У тебя небось вопросов накопилось, Антоха? Спрашивай.

Глава 2. На поляне. Что-то проясняется.

Где мы? - Антон сам не ожидал, что задаст такой глупый вопрос.

В лесу, - пробурчал Лич и залпом выпил свой коньяк.

Доктор захихикал и захлопал руками по коленям. "В... в... в лесу... Ой шутник какой... В лесу!". Через пару минут он успокоился, ветер глаза рукавом и сказал:

- Во, Антоха, ты подвиг совершил, я думал до сих пор, что Лич шутить не умеет, а ты его так ловко разговорил, а? Ну, ладно, скажу тебе по секрету: мы - в Доте.

- Не понял... В какой такой Доте? - Антон на самом деле не понял.

- Место, где мы находимся, называется Дота, - терпеливо, как ребенку, объяснил Док.

Антон подозрительно посмотрел на него. Шутит небось? Но было похоже, что он говорил серьезно.

Вдалеке раздался гулкий гром и эхом прокатился по лесу. Антон вздрогнул и посмотрел на небо. Небо было безоблачно.

- Не обращай внимания, это Снайпер, - махнул рукой Док.

- А в какой части Земли находится эта Дота? - Антон решил зайти с другого конца.

- А что такое Земля? - спросил Док.

Антон внимательно вгляделся в его лицо. Прикалывается небось? Но было похоже, что Док не шутил и на этот раз.

Снова раздался выстрел, потом еще один. Выстрелы хлопали все чаще и чаще, и Антон решил последовать совету и просто не обращать на них внимания. Это оказалось на удивление легко.

- Ну, Земля - это планета, на которой мы все живем. Она вращается вокруг Солнца, которое на самом деле не Солнце, а звезда, одна из многих звезд в Галактике, и вокруг каждой звезды вращаются планеты, но наша планета - это Земля. - Антон выдохнул, и вдохнул. Это была длинная-длинная фраза.

- Вау, - сказал Лич, - Вау. Не, мы не на Земле. Мы в Доте. Отвечаю.

Антон чувствовал себя тупым студентом на экзамене, студентом, который даже не знает, какой предмет он сдает. А экзаменатор при этом шутит и прикалывается. Приходилось продираться через их шуточки, полу-ответы, полу-намеки, полу-приколы. Антон продолжал спрашивать, и задавать глупые вопросы, не обращая внимания на их шуточки, пропуская мимо ушей их приколы, снова и снова.

После пары часов такой трепотни что-то начало проясняться в голове Антона. Не все, конечно, Антон до сих пор не понимал, как он здесь оказался, и как ему отсюда выбраться, но все же что-то он понял. Да уж... Попал так попал... Итак. Антон смотрел в свой стакан, медленно покачивая его и наблюдая, как маслянистый коньяк сползает со стенок, и подводил итоги.

***

Место, где он находился, действительно называлось Дота. Это был квадрат пять на пять километров, в двух противоположных углах которого находились базы двух враждующие команд. По диагонали, их разделяла мелкая, но широкая речка - по колено в самом глубоком месте. Прямая дорога соединяла базы, и еще две дороги проходили по сторонам квадрата. Пять человек на команду. В общем, кто играл в Доту, тот поймет.

Это была игра, убить кого то было невозможно. Вернее возможно, но только на один день. Утром следующего дня все просыпались в круглой белой комнате с дверями на стене, и должны были выбрать героя и пройти сквозь дверь, чтобы начать новый день и новую игру. Тот, кто дожил до вечера неубитым, засыпал крепким сном и просыпался в круглой белой комнате. Мечта идиота, подумал Антон, чтобы войнушка как по-настоящему, но не больно. И чтобы никогда не кончалась.

И самое главное - ты помнил только три последних дня. Антон спросил, а что будет, если не засыпать вечером, но Док сказал, что ты заснешь в любом случае, без вариантов. Ну, это мы еще проверим, ответил Антон, но Док только заржал как лошадь.

Это было дико, неправильно, нереально, так не могло быть. Но так было. Три варианта - А, Б, В, думал Антон.

Вариант А, он перебрал ЛСД и это все только больное воображение. Транс. Галлюцинации. Погаллюцинирую а потом все пройдет и я буду как прежний, может даже лучше так, подумал Антон. Ну или это просто очень реальный и правдоподобный сон. Такой вот ЛСД-сон.

Вариант Б, еще более дикий и невероятный - он заснул, и его похитили, и вживили электроды в мозг, и подключили его к какому-то гигантскому компьютеру, и он теперь в компьютере. Мысленно. Как в Матрице.

Вариант В, подумал Антон, еще более дикий и невероятный, в десять раз более дикий и невероятный. Это все на самом деле. Он попал в параллельный мир, мир Доты-3. Только вот не так как-то Антон представлял себе параллельные миры. Ну можно себе представить, что может есть такая параллельная вселенная, с солнцами и планетами, и люди там должны быть, иначе какой смысл во всех этих параллельных мирах. Но чтобы попасть в мир Доты? Это не параллельный, это какой-то перпендикулярный мир.

Ну что же, подумал Антон, пора задавать умные вопросы. Вернее один вопрос. Как свалить отсюда нахер обратно на Землю? Три дня, чтобы найти ответ. Вернее, уже только два с половиной дня.

***

Антон протянул руку, взял колбу с коньяком, разлил по стаканам и приготовился спрашивать.

- Тост! - радостно заорал Док.

- Тост! - повторил Лич.

- Почему я попал в Доту? - спросил Антон.

- Это не тост, - уныло сказал Лич. - Ну и ладно. - И он залпом выпил свой коньяк.

- Ну хорошо, вижу, мы закончили хиханьки и хаханьки, - Док крутил в ладонях бокал, - Зер гут, в кои то веки встретишь умного человека... Ну, допустим, у Лича есть теория, - я с ней полностью не согласен, но ничего лучшего не придумал пока - что твоя последняя мысль перед тем, как ты заснешь, определяет, как пройдет твой следующий день. Я лично думаю, что весь день важен, не только последняя мысль. Ты вот о чем думал, когда заснул в этой твоей игре на этой твоей Земле?

Антон начал было говорить, что Земля - это не игра, а жизнь, что там все по-настоящему, но осекся и задумался. А что, может быть Док и прав. Как там говорится: что наша жизнь - игра. Или поется. Или вот еще была книжка по психологии, у одной моей подружки, как там... Игры, в которые играют люди? В общем, можно сказать, что жизнь наша и игра, отчасти... Мы же все время притворяемся, играем на публику, изображаем из себя кого-то. И не на публику. Мы играем сами перед собой, когда остаемся одни. Кто не прокручивал в уме неудачное свидание, и в своих мечтах не оказывался героем? Игра, вся наша жизнь - игра. Ладно.

Антон наморщил лоб. И о чем же он думал, когда заснул? Он начал вспоминать. И вспомнил.

Он играл в Доту. И даже не помнил, как заснул. Или как умер. Или как провалился в транс. Вот играл, и бац - моргнул, открыл глаза, и уже здесь, в этом дурацком мире. То есть, последняя мысль была о Доте! Сейчас Антон ненавидел Дока с его дурацкой теорией о реинкарнации по последней мысли. Вернее, Лича. Вернее, их обоих.

- Ладно, проехали, - он в упор смотрел на Дока. - Я уже здесь, какая нахер разница теперь. Как мне отсюда выбраться?

- В каком смысле? Конкретизируй! - Док отставил в сторону бокал. Было видно, что ему интересно.

- Ну, уйти куда-нибудь. На север, например. Или на юг. Или улететь. Все равно как. - глупые вопросы Дока начали раздражать Антона. Он с трудом сдерживался чтобы не взять его за грудки и не вытрясти нужные ответы.

Док помолчал и начал рассказывать. Три дня назад, после очередной реинкарнации, такая же идея фикс - выбраться отсюда - всерьез завладела мозгом Омни. И Омни начал мутить.

С четырех сторон Дота была окружена каменными стенами. В поисках выхода из Доты, Омни заставил всех, кроме Снайпера, долбить тоннель сквозь стену. Свен пошел помогать без лишних разговоров, Док с Личем хотели было наплевать и пойти как обычно на шашлыки, но Омни их заставил силой. В этом месте рассказ Дока был мутен и невнятен, а Лич промычал "Сука". В общем по указаниям Омни они закупили кучу нелепого оружия и странного оборудования, разобрали и сделали тоннельный прокладчик. На это у них ушла первая половина дня, они не ели, Док с Личем были злы как черти, но ничего не могли поделать. Сразу же как аппарат был готов, они начали рыть тоннель. Дело пошло быстро, аппарат работал как часы, они еле успевали в тоннеле подпорки ставить, и через пару часов и пять километров они пробили таки стену и вывалились из скалы на дорогу. На дороге обнаружилась троица из вражеской команды. Сначала перевес был на нашей стороне, но потом подтянулась Лера, и пришлось бежать через тоннель, ломая на ходу подпорки и обрушивая стены.

Антон не понял и вопросительно посмотрел на Дока. Док вздохнул и закатил глаза. Антон посмотрел на Лича.

- Мы сверлили тоннель на север, пять километров камня. А вышли на южной стороне Доты, на территории врага. - терпеливо объяснил Лич.

- Но как? Вы что, по кругу сверлили что ли?

- Нет, сверлили строго на север. Тоннель был прямой. Мы когда просверлили полностью, с выхода тоннеля могли видеть вход. Прямой тоннель, строго на север. - еще более терпеливо объяснил Лич.

Антон молчал. Что-то им рассказывали на уроках математики, или физики, что-то похожее... Антон вспомнил. Математик у них был энтузиаст, рассказывал про всякую непонятную фигню все время, и как-то он им рассказал про топологию, и сделал ленту Мебиуса. Лента с одной поверхностью. И еще была бутылка Кляйна. И еще он рассказывал, что если сделать космолет, и лететь очень долго, то космолет вернется обратно на Землю. С другой стороны.

- Ну хорошо, ну улететь тогда как-нибудь можно наверно отсюда? - Антону не хотелось отказываться от мечты сбежать обратно на Землю.

Док опустил закатанные к небу глаза и продолжил рассказывать.

Два дня назад, Омни продолжил мутить. С утра Док и Лич, мучимые нехорошим предчувствием и отсутствием выпивки накануне, быстренько хотели смыться на шашлычную поляну и наверстать упущенное. Не тут-то было. В этом месте Док снова был невнятен, а Лич опять промычал "Сука, сука он".

- А Снайпер? - спросил Антон.

- Снайпер маньяк. Его от игры ничем не оторвать. - прервал свой рассказ Док.

В общем, они опять купили оборудование, и построили летательный аппарат. Из рассказа Дока Антон понял, что это был жюль-верновский гибрид летающий на гелии, винтах, ракетных бустерах и еще какой то непонятной хрени. После обеда они все залезли в аппарат, одели кислородные маски и начали подниматься. Док с Личем хотели было уклониться, но их заставили силой.

Вначале дело пошло хорошо. Они поднимались быстро и равномерно, и очень скоро весь мир Доты был виден как на ладони. Снайпер и Лерой играли в свою войнушку, четверо вражеских героев тусили на своей половине, у них была тоже своя шашлычная поляна (барбекюшная, поправил Лич). Но на высоте около двух с половиной километров начались странности. Снайпер и Лера, и четверо вражеских бездельников начали двигаться все быстрее и быстрее, и очень скоро, через пару минут, их не было видно, только смутные силуэты чего-то, движущегося с огромной скоростью, в течении нескольких секунд небо потемнело, наступила ночь, и они отрубились.

Антон опять ничего не понял и посмотрел на Дока. Док сказал "Ну нет, ну я не могу, это же очевидно, Лич, объясни же ему". Лич только вздохнул, покачал головой, и приложился к стакану. Пришлось объяснять Доку.

- Понимаешь, на высоте два с половиной километра, похоже, время начало течь быстрее. Чем выше мы поднимались, тем быстрее текло время. Наше время, локальное, высотное, так сказать. На поверхности Доты - нормальное время, а вверху оно ускоряется. Я думаю, что на высоте два с половиной километра время течет с бесконечной скоростью, невозможно преодолеть этот барьер.

Антон молчал. Никакой лентой Мебиуса это объяснить уже было нельзя, было только понятно, что по воздуху из Доты тоже не выбраться.

- А вчера вы попробовали рыть землю вглубь, и на глубине два с половиной километра провалились в ад, - мрачно предположил Антон.

- Нет, - возразил Док.

- Нет? - переспросил Антон. Ответ Дока был неожиданным.

- Нет. Очевидно же, что вниз тоже не получилось бы. - Док опять смотрел на Антона в упор. - Ты до сих пор не спросил, куда делся Омни. И как.

Антон молчал. Иногда самые очевидные вещи проходят мимо. Как же так, вот он строит идиотские планы о том, как выбраться, по суше и по морю, сквозь скалы, огонь и медные трубы, а все может быть намного проще. Ведь был этот Омни, а сейчас его нет, и вместо него появился Антон. В Доте не умирают, то есть он как-то слез с крючка и сбежал из Доты. Значит, и Антон может это повторить!

- И куда делся Омни? - осторожно спросил Антон.

- Без понятия, - мгновенно ответил Док и заржал.

- Да ну вас, - Антон в сердцах встал.

- Садись, садись, счас все расскажу. - Доку не терпелось, он даже схватил его за рукав. - Садись, садись, это на самом деле непонятная история.

Антон сел.

***

Вчера рано утром Док и Лич таки успели купить самогонное оборудование и поросенка и улизнули на поляну. На их счастье, Омни был тих и задумчив и не обращал на них внимания. Они уже закончили коньяк и перешли на абсент, когда появился Омни. Он отодвинул в сторону предложенный стакан и начал говорить:

- Я ошибся. Как можно покинуть этот мир, если ты часть этого мира? Не по воздуху, не по земле и не по воде, это же очевидно. Я был глуп. Этот мир, мир Доты, и мы все часть его. Мы сделаны из той же материи, что Дота, мы дышим той же материей, что Дота, мы думаем той же материей, что Дота, мы - это Дота. И мы обречены засыпать и просыпаться снова в Доте. Мы думаем, что мы контролируем этот мир, что мы свободны и можем делать что хотим, думать что хотим, идти куда хотим, и что это свобода! Но это не так. Каждый наш поступок, каждое наше слово, каждая наша мысль только сильнее привязывает нас к Доте - потому что мы сделаны из той же материи, наше тело, дыхание, мысли - все это часть Доты! Это большая и хитрая ловушка. Мы не контролируем даже свои мысли. То, что мы видим, то, что мы слышим, то, что мы помним, вызывает мгновенную реакцию нашего разума, очень часто предсказуемую. И все это - часть Доты. Поэтому, невозможно избежать Доты, будучи неотъемлемой частью Доты. Однако, очевидно, что есть внутри нас душа, - что-то неизменное, что определяет нас, что не принадлежит Доте, и что остается тем же при всех наших перерождениях. Но эта душа забыла себя, и она думает, что она - это тело, эти мысли, этот герой. Но это не так, потому что тело, мысли и то, что думает "Это я" - часть Доты, а эта душа - не часть Доты. Потому что если нет ее - нет смысла. То есть, смысл игры - не выиграть, не победить, истинный смысл игры только один - осознать, что я - это не герой, не Омни, а кто-то другой, и вспомнить себя. И должен быть способ сделать это, и я знаю какой.

- Какой способ? - осторожно спросил Док и покрепче ухватился за стакан с абсентом. Ему очень не хотелось идти и рыть еще один туннель.

- Сесть в позу лотоса, и перестать думать.

- Так просто?

- А ты попробуй. Можешь без лотоса.

Док кивнул, сел прямо, закрыл глаза и замолчал. Молчал он секунд десять, потом открыл глаза, попытался что-то сказать, но осекся, снова замолчал и закрыл глаза. Это действо повторилось через полминуты, потом через десять секунд, потом опять через полминуты, потом через минуту.

Наконец Док открыл глаза и сердито посмотрел на Омни.

- Не могу, - пожаловался Док, - все время какие-то мысли лезут в голову. Причем так незаметно, вроде вот перестал думать, урра, победа, и вдруг понимаешь, что думаешь о чем то другом.

Омни кивнул.

- Да, это непросто. Кажется просто. Это потому, что ты привязан к этому миру. Ты не хочешь его покидать, на самом деле. А ум всегда думает что-то. Это его функция, ум не может не думать. Обычный ум. И когда ты подавил одну мысль, ум тут же хватается за следующую. Ум не может не думать даже временно, даже краткий миг, если ум не думает, для него это похоже на смерть, он тут же хватается за первую мысль, любую мысль. А ты весь пропитан желаниями и привязанностями. Поэтому твои желания и привязанности рождают новые и новые мысли. Ты не осознал и не согласился, что все это - ненастоящее, и что ты не хочешь ничего этого, практически ты - раб своих желаний и привычек, хоть и не осознал этого.

- Не осознал, - согласился Док и с видимым удовольствием приложился к стакану с коньяком, - ну хорошо, а что будет, если в конце концов ты научился сидеть без мыслей?

- У меня есть теория, - продолжил Омни, - как я говорил, ум не может не думать. Ум - это как прозрачный кристалл, который отражает цвет поверхности, на который его положили. Когда нет мыслей, нет вообще, никаких, он все равно должен отразить что-то! Это его функция, и он всегда - всегда! что-то отражает. Если нет мыслей, тогда он отражает то, что остается. А остается только твоя истинная сущность - твоя душа. И это - как свет, заливающий твои темные закоулки твоих мыслей и желаний, которые есть только тени теней, потому что все это - ненастоящее, весь этот мир Доты - ненастоящий. Свет убивает тьму. Он рассеивает твои заблуждения, которые сгорают в этом свете. И ты станешь свободным. Нет отпечатков твоих мыслей, желаний, побуждений - нет кармы - нет перерождения. Доте будет не за что уцепиться, чтобы переродить тебя. И так ты станешь свободным, не переродишься снова, и покинешь Доту.

***

Док замолчал. Антон подождал немного и спросил:

- А дальше чего этот Омни сказал?

- Да так, ничего, в общем-то. Мы еще чуток поболтали, но все в таком же духе, - отозвался Док. - Да, кстати, еще я его спросил, откуда у него взялись все эти теории? И Омни сказал, что он сначала он стал думать, почему у него такое имя - Омни? И потом он осознал, что это от слова ОМ. Вернее, как он сказал - мантры ОМ. И тогда он стал повторять это слово, то есть эту мантру, и думать только о ней, и после полчаса такого повторения его и осенило всеми этими теориями. И он сел и стал медитировать на отсутствии мыслей, просидел полчаса, и почувствовал, что если просидит еще полчаса, то есть час всего, то тогда все осознает и покинет Доту. Ну, он и решил перед этим нам все рассказать, вдруг мы тоже проникнемся. А тут мы такие распиздяи, нам и тут хорошо. Да. А потом он ушел. Мы под вечер пришли к фонтану, его не было. Ночью мы заснули, а утром Омни исчез, и вместо него появился ты.

- Понятно, - задумчиво сказал Антон, хотя ему мало чего было понятно на самом деле, - это все буддистские теории.

- Какие такие теории? - заинтересованно спросил Док.

- Буддистские. Ну, это типа как бы ты очищаешь свой разум от лишних мыслей, и начинаешь лучше и яснее воспринимать окружающий мир, - объяснил Антон.

- Так, хорошо, яснее воспринимаешь окружающий мир, и что? Это же все равно мир Доты, и твое восприятие - тоже часть Доты, и что дальше? - Док был очень заинтересован.

Антон молчал. Его друг-буддист обычно не заходил в своих рассказах дальше этого момента. Антону в голову как-то не приходило, зачем яснее воспринимать окружающий мир и что из этого следует. На этом моменте его друг обычно останавливался и многозначительно молчал. Антон кивал головой и делал умный вид. Из вежливости Антон даже сам сходил пару раз на ихнии буддистские посиделки, нормальные там были ребята, самое трудное было высидеть дурацкие полчаса медитации со скрещенными ногами, спина начинала гнуться, приходилось ее выпрямлять, время тянулось медленно, и он проклинал все на свете, колени под конец болели дико. Потом была проповедь с непонятными историями непонятных монахов, проповеди нисколько не добавляли понимания а только запутывали. Антон пытался спрашивать монаха-проповедника, зачем это и как, но в ответ монах только говорил, что надо медитировать, и достигнешь просветления, не объясняя, как и почему. Зато потом они пошли в ближайшую кафешку и очень даже неплохо там посидели.

- Не знаю я, что дальше, - буркнул Антон.

- Фигня в общем этот твой буддизм, - подвел черту Док.

Антон молчал. Было немного обидно, но возразить было нечего. Зачем нужен буддизм и какая от него польза, он не знал. Очевидно, что выбраться из Доты буддизм не помог бы. Но надо было хорошенько обдумать историю Омни. Как же он в конце концов вырвался из Доты? Если его метод состоял в сидении в позе лотоса весь день напролет, то Антон предпочел бы прорыть колодец глубиной в два с половиной километра.

Да, надо было все обдумать. Столько много информации, за каких то пару часов. И эти три дня... Антон встал и сказал:

- Я пойду, погуляю.

- Иди. Только за реку лучше не заходи, - сказал Док.

Лич протянул Антону крохотную штучку. Антон взял и повертел в руках.

- В ухо засунь, - сказал он.

Антон засунул его в ухо.

- Передатчик, апгрейд, - сказал Лич - Маленький, удобный. А то с этими бандурами с антенной таскаться...

Эхо его голоса звучало из наушника. Антон кивнул, повернулся и пошел по тропинке.

Глава 3. Первая встреча с Лерой.

Антон шел по лесным тропинками. Шумел ветер, пружинила земля, изредка хрустела под ногами ветка. Пару раз лес темнел и сгущался, и Антон откуда-то знал, что если пойти вглубь, то там будет логово каких-нибудь зверей. Медведей. Или волков. Или каких-нибудь непонятных зверей, которые водятся только здесь.

И еще одну странность заметил Антон. Размер Доты - пять на пять километров. А он идет и идет, полчаса уже идет, пол-Доты должен уже пройти бы, а вокруг все тот же лес. Как так? Антон снова вспомнил своего математика, рассказавшего им как-то про неевклидову геометрию. Голова пухла и без неевклидовых геометрий/, и Антон решил наплевать на эти странности. Были дела и поважнее.

Шагалось легко и быстро. Все-таки Антону хотелось исследовать место, где он оказался - все-таки было интересно, где это он. Сворачивать с тропинки в лес желания не было, подлесок казался непроходимым буреломом. Один раз таки Антон решил заглянуть в уютную березовую рощицу, но через десяток шагов под ногами захлюпало, а потом при очередном шаге ногу стало неудержимо и страшно засасывать вглубь. С большим трудом, схватившись за кочки и оказавшееся рядом кустики, с хлюпаньем и чавканьем он смог вытащить ногу. Без сапога.

Антон сидел некоторое время и тупо смотрел на свою голую мокрую ногу. Портянку тоже стянуло вместо с сапогом. Идти босиком как то не хотелось. Придется возвращаться, наверно, подумал Антон... И тут он вспомнил про наушник, и решил поговорить для начала.

- Алло? - неуверенно сказал Антон.

Ничего не произошло.

Антон нажал ладонью на ухо. Сломанный наушник мне дали, что ли?

- Алло?

Ничего опять.

Антон нажал ладонью на ухо, сильнее, а потом засунул палец в ухо и потрогал наушника. Что-то щелкнуло.

- Алло? - на третий раз ему повезло.

- Пожалуйста, идентифицируйте игрока с которым вы желаете установить связь. Спасибо. - сказал механический голос.

- Алло, Док, Лич?

В ухо мгновенно ворвался голос Дока, что-то доказывающее Личу, и односложные ответы Лича. По инерции они говорили еще пару секунд, затем Док сказал:

- Да! Антон, здарова! Ты как там, живой еще? А-га-га!

Шуточки, мрачно подумал Антон, глядя на свою голую ногу. Вкратце он описал им свои приключения.

- Антон, слушай сюда, Док плохого не посоветует (Антон в этом сильно сомневался, но промолчал). Во-первых, у тебя слева на поясе висит терминал (Антон достал его, он походил на iPhone как две капли воды). У тебя есть счет, ты можешь заказывать через него разные вещи, и их тебе доставит курьер, ну, кабанчик. Ты мальчик умный, разберешься... Во-вторых, ты такими темпами будешь ковылять до ночи, так только мазохисты ходят. Закажи экзоботинки уровень 1, ну это такие ботинки которые идти помогают. В-третьих, с тропинок лучше не сходить. Давай, до связи.

Он отключился, но в ухе все еще было слышно как они разговаривают. Что-то про то, какой же Антон тупой. Ну их... Антон снова коснулся наушника, и связь прервалась.

Терминал не только был похож на iPhone, он и работал как iPhone. Безо всякого труда Антон заказал себе "Экзо-Ботинки Уровень 1", и приготовился ждать. Ждать пришлось недолго. Через пять минут раздался нарастающий топот копыт. Такой звук мог издавать бегущий от тигра без оглядки буйвол. Нет, бегущий от двух тигров буйвол. Слегка нервничая, Антон на всякий случай встал и передвинулся за тонкую березку. Черт, тонкая слишком. Он огляделся в поисках чего-то поосновательнее, и тут увидел кабанчика. Кабанчик бежал с невероятной скоростью, ног не было видно; заметив Антона, кабанчик уперся всеми четырьмя ногами в землю и, пропахав с десяток метров земли как плугом, остановился в шаге от него.

Две сумки на его боку были чем-то забиты под завязку. Антон открыл первую сумку, там были коробки с патронами. Он взял одну коробку и чуть не уронил ее. Тяжелая. Ладно. Во второй сумке сверху лежали ботинки. Выглядели они футуристически, как длинные сапоги выше колен, со множеством металлических стержней и проволочек, и каких-то застежек вокруг. Антон достал их из сумки, и кабанчик тут же стартанул, обдав его сорванной травой из-под копыт, и помчался дальше.

Еще бы, подумал Антон, порося работает не за страх, а за совесть. Вернее, за страх как раз и работает. Вот как старается. Ну ладно, что это за экзоботы такие загадочные?

Он повертел ботинки в руках. Что, опять звонить этим клоунам, что-ли? Опять обсмеют... Ну их, разберусь как-нибудь, подумал Антон и принялся натягивать ботинки. К его удивлению, ботинки принялись сами натягиваться на его ногу. Инстинктивно он отдернул стопу, и ботинки замерли. Ну нет, звонить я никому не буду и я эти ботинки таки надену, подумал Антон. Зажмурив глаза, он ткнул ногой в ботинок.

Ботинок пополз по стопе. Приоткрыв один глаз, Антон видел, как проволочки и штырьки ползли вверх по его ноге, как ножки паука, обхватывая ногу все выше и выше, и натягивая за собой голенище ботинка. Выше, еще выше, какая-то ажурная конструкция закрепилась вокруг его колена, и еще выше, застежки и липучки обхватили его пояс. Левая нога, правая нога.

Антон встал и топнул для пробы. Нога ударила в землю неожиданно сильно и он ушел по колено в полужидкое месиво травы, земли и глины. "Эка оно как, надо поосторожней, так и ногу легко сломать" - пробормотал Антон себе под нос. Вытащив ногу, он пошел к тропинке.

Первые шаги напоминали тройной прыжок. Антон взлетел в воздух и приземлился через несколько метров. Семиметровые шаги, буквально. В конце концов он приспособился. Прикладывая совсем немного усилия, он шел очень быстрым шагом, почти бежал. Экзоботинки, а? Что-то такое он читал где-то про них, американцы вроде что-то такое разрабатывали. Ну, американцы их только разрабатывали, а тут они уже были. Так-то, утерли нос амерам. Знай наших, подумал Антон и подпрыгнул вверх на пять метров.

***

Антон шел и думал о том, что выход из Доты, описанный Доком, и реализованный на практике Омни, какой-то странный. Отказаться от мыслей. Это было непривычно, и непонятно, и он даже не мог и подумать, как это будет. Антон рассмеялся. Он действительно не мог и подумать, как это будет - не думать. Масло масляное. Вернее, масло не масляное.

И всего-то надо час просидеть, и вуаля - прощай, Дота. Как-то мало кажется. Но с другой стороны, это не Земля, это другой мир, здесь, надо полагать, другие законы. Вот здесь один день - как на Земле вся жизнь. А на Земле сколько надо просидеть, чтобы все осознать и ... что? Что потом?

Из всех просветленных личностей Антон знал только что-то о Будде. Хоть Док и обосрал походя буддизм, но так, для сравнения, годится. Как Антон смутно помнил, Будде для просветления пришлось сидеть в позе лотоса три дня. И потом Будда просветлился, но остался на Земле. Видимо, подумал Антон, мог покинуть Землю и Вселенную, но решил этого таки не делать, а рассказать другим. Как Омни. Но только другие как-то не смогли воспринять и передать точно что это за просветление такое, и для чего оно нужно. Ну еще бы, это здесь все сразу понятно - Дота, игра, все не по настоящему, надо валить отсюда - и то это мне понятно, потому что я только что с Земли - а попробуй кому-нибудь на Земле объявить, что Земля - это игра, все не по настоящему, надо валить нахер - не поймут ведь. Еще и камнями закидают. Или распнут. Так, все, хватит думать, сказали же - не думать.

Антон отвлекся на эти мысли и не заметил, как однообразный лес быстро закончился. Он выскочил на берег небольшой речки и резко затормозил.

Как и говорил ему Док, это была довольно широкая, но неглубокая речка. Антон пошел по ней вброд, вода еле доходила до колен. Только тут он оценил по настоящему голенища чудо-сапог, доходящие до середины бедер и совсем не стесняющие движения. Под водой видимо тоже были какие-то невидимые рекомендуемые пути движения, он попробовал было свернуть в сторону и вода поднялась почти до паха, идти было можно но трудно, и он вернулся на брод. Брод шел как-то странно, не прямо к другому берегу, а параллельно по середине ручья. Ну и ладно. Он шел и шел, обычно по броду идти тяжело, вода мешает, но чудо-ботинки помогали. Наконец Антон вышел на небольшой сухой островок - десять шагов в поперечнике. В центре стоял низенький каменный постамент. Пустой.

Антон потрогал его рукой. Верх его был еще горячим. Откуда-то он знал, что там лежала какая-то хорошая штуковина. "Руна", пришло слово из подсознания. Руна так руна. Была да сплыла. Только что.

Антон посмотрел на землю. Были видны мокрые следы из воды и обратно. В нем проснулся азарт охотника, и он шагнул в воду. Далеко этот черт следастый не мог уйти.

С силой раздвигая воду - буруны расходились в стороны - Антон пересек речку и вышел на другой берег. Вспомнилось предостережение Дока, но Антон отмахнулся. Не маленький, пусть он Личу указывает что делать, а Антон сам себе хозяин. Трава была примята, как будто кто-то по ней шагал, через каждые полметра. Хех, вот не думал что у меня способности следопыта, подумал Антон. По следам, слегка пригибаясь и осторожно шагая, он обогнул прибрежный утес, и замер на месте, не опустив ногу.

***

Сваленные в кучу, за утесом вповалку лежали плащ, сапоги, женское белье, большой тяжелый лук, колчан, оружие, и большая набитая под завязку сумка-торба. Цепочка следов уже голых ног шла по песку речного берега и заворачивала за колючие кустики. Бесшумно пригибаясь, Антон крадущимся шагом проследовал за следами. Он завернул за последний кустик и замер на месте.

На мелком белом песке, у самой воды, лежала голая девушка. Глаза Антона не могли оторваться от девушки. Согласитесь, не каждый день выпадает возможность поглазеть на женщину, лежащую вот так, в естественной среде обитания, безо всего. Совсем-совсем безо всего.

Вы скажете, на любом пляже девушек навалом? Да, но девушки на пляже во что-то одеты, это во-первых, а во-вторых, на пляже девушка не отдыхает и не загорает беззаботно, нет, девушка на пляже - это хищник на охоте. Нет уж, и не спорьте, застать девушку вот так, и рассмотреть ее во всей безмятежной красоте - большая редкость.

Девушка была хороша. Не сказать что фотомодель, у нее не было модельной худобы, все тело светилось силой и здоровьем. Крутые бедра плавно переходили в тугую талию, не осиную, а именно тугую, большие груди слегка расплылись в стороны. Длинные ноги, сильные, но стройные руки, чувствовалось, что под гладкой кожей есть мускулы. Да, эта девушка не походила на изнеженный цветок - было видно, что она привыкла ходить и работать руками. Черные волосы рассыпались по плечам; на белоснежном лице выделялись большие красные губы, рот был слегка приоткрыт и она мягко дышала.

Медленно, очень медленно Антон стал подходить к девушке, не отрывая от нее глаз. Хотелось рассмотреть это чудо со всех сторон. Когда он был уже рядом, под ногой предательски хрустнул засыпанный песком сучок.

В мгновение ока девушка вскочила и метнулась к тропинке. На ее несчастье, на тропинке стоял Антон. На втором шаге она осознала, что летит прямо на него, и дернулась в обратную сторону. Ее передняя нога пробороздила песок, другая нога подвернулась, и она шлепнулась на попу. Хорошо, что в песочек. Совершенно инстинктивно она подтянула ноги и прикрыла грудь рукой. Получилось плохо, одной рукой такую грудь прикрыть было затруднительно.

Ну вот, скотина, испугал девушку, подумал Антон. Надо исправлять положение.

Он протянул руку. Девушка поколебалась секунду, потом с вызовом взглянула ему в глаза, протянула свою руку и с его помощью встала и вздернула подбородок.

- Ну что, и что ты делать будешь?

Антон слегка растерялся. Что делать в подобных случаях с девушкой, он, конечно, представлял, но почему-то был уверен, что сейчас она имеет в виду нечто другое.

- Я Антон, - наконец сказал он. - А тебя как зовут?

Девушка пытливо смотрела на Антона. Было видно, что в голове ее бешено сменяются мысли. Наконец она сказала:

- Антон... Так ты новенький?

Антон кивнул.

- Слушай, Антон, дай мне пройти, я вещи свои возьму, а?

Антон отрицательно покачал головой.

- Неа, там у тебя лук большой, это ты сейчас такая добрая, а лук возьмешь, кто тебя знает, - ответил он. На самом деле он так не думал, просто хотелось подольше поглазеть на эти груди. Да уж... Он с усилием поднял глаза и зафиксировал взгляд на ее губах. Красных и влажных, в форме сердечка... Черт... Антон поднял глаза еще выше и стал смотреть не ее лоб. Нет, брови. Нет, нос. Лоб, я сказал! Все, смотрю на лоб, приказал себе Антон.

Девушка усмехнулась. Надо полагать, его глазодвижения не остались незамеченными.

- Ну, дай прикрыться хоть, я же голая!

Не отрывая взгляда от ее лба, Антон расстегнул куртку, и протянул ее девушке. Она накинула куртку на себя. Получилось плохо, то есть хорошо, то есть очень сексуально. Попа была еле прикрыта, но прикрыта таки. Антон облегченно вздохнул.

- Что, так и будем стоять? - девушка явно почувствовал себя увереннее.

Похоже, намечался еще один разговор. Еще один шанс узнать немного больше об этом странном мире в котором Антон так нелепо оказался. Стоя разговаривать было как-то неудобно. Он огляделся вокруг. Небольшой барханчик рядом вполне подходил на роль скамейки. Он кивнул головой, и они сели на барханчик плечом к плечу.

- Я Антон, и я здесь с сегодняшнего утра. Омни смылся, а я вместо него. Вот, разбираюсь пока, что и как, - он сразу расставил точки над и.

В глазах девушки прочиталось явное облегчение.

- Я Лера, - сказала она, - и вообще-то я твой враг.

- Лера... - сказал я. Имя ему понравилось и я повторил его просто чтобы услышать еще раз.

Лера видимо неправильно его поняла.

- Лера Трахтенберг, - сказала она и покраснела. - Дурацкая фамилия, правда? А вот у тебя какая фамилия?

- Антон Львиное Сердце - ляпнул Антон первое что пришло в голову. Раз уж он лев, то храбрый.

- Лера Львиное Сердце, - задумчиво попробовала Лера его фамилию.

Антон поперхнулся.

- Да нет, я пошутил, моя фамилия не Львиное Сердце.

Лера секунду молчала и смотрела на Антона. Антон не мог понять выражение ее лица, но наконец понял что она сердится. Не то что сердится, она была просто в бешенстве.

- Лера, да ты что? Это же шутка! Я пошутил!

- Антон, а я думаю, что это не шутка была, а ложь.

- Ну и что, подумаешь, какая разница, маленькая ложь, ничего страшного! И чего вы, женщины, так расстраиваетесь из за таких пустяков! - Антон не понимал, что на нее нашло.

- Антон, маленькая ложь ведет к большим последствиям!

- Ну хорошо, хорошо, ну извини, ну хочешь я пообещаю, что никогда больше не буду тебе лгать? - Антон уже не то что сожалел, а проклинал тот момент когда решил пошутить. И чего она так въелась на эту маленькую шуточку? И какие умозаключения вывела из такой фигни! Женщины!!

Секунду Лера смотрела на него, потом отвела взгляд.

- Ладно, но больше не лги, ладно? В общем так, Антон, мы враги. Ты меня поймал без оружия... даже без одежды, в общем-то... По правилам ты должен меня атаковать.

- Атаковать? Но ты же... ты же голая! И девушка! Я с девушками не дерусь! Они... вы же слабый пол! Вам не положено драться!

Лера усмехнулась.

- А ты мне верни мой лук, тогда и посмотрим кто здесь слабый пол.

Теперь он уже молчал. Лук на самом деле выглядел солидно, и испытывать на себе умеет ли Лера с ним обращаться не хотелось.

Антон взглянул ей в лицо. Лера в ответ вскинула голову и посмотрела на него. В ее глазах не было страха, было только упрямая готовность биться и сражаться. Амазонка, а?

Антон пропустил момент, когда их губы встретились. Все произошло как-то естественно и одновременно. Мягкое тело было гладко и податливо, Антон гладил и гладил, рот его не мог оторваться ото рта Леры, она покусывала его губы и тяжело дышала, Антон чувствовал как ее руки срывают его одежду, куртка Леры уже валялась на песке, Антон мягко толкнул ее на спину и проник внутрь, и мир вокруг сузился до узкой полоски пляжа и тяжелого дыхания Леры.

***

- Только ты не говори своим, что мы здесь. Снайпер меня прибьет, - попросила Лера, приводившая в порядок свои волосы. - Кстати, а где у тебя рация?

Антон вспомнил про новую модель рации в наушнике, но было как-то глупо говорить об этом сейчас.

- Не взял я с собой рацию, - солгал он. Маленькая ложь, и ничего страшного.

- Слушай, принеси водички, пить охота, - попросила Лера.

Антон кивнул, встал и пошел к ее вещам. Чего не сделает мужчина ради женщины? Колючие кустики остались позади. Так... Антон раскрыл увесистую торбу. Из всего добра, что там лежало, две бутылочки больше всего походили на воду, зеленая бутылочка и красная бутылочка. В какой из них вода? Выглядеть глупо перед девушкой не хотелось. Тогда Антон коснулся пальцем наушника и сказал "Док!"

- На связи! - бодро отозвался Док.

- Слушай, Док, а вода в каких бутылочках - красных или зеленых?

Док помолчал пару секунд. Потом он сказал:

- Зеленые бутылочки, Антоха, бутылочки с водой зеленые.

- Спасибо, Док!

- Да нет, тебе спасибо, Антоха, - Док отключился.

Антон взял в руки зеленую бутылочку и пошел назад. Опять эти кустики. Какие они хорошие, хоть и колючие... Шаг, другой, поворот тропинки, белый мелкий песок... Леры на месте не было. Что за... Антон опустил глаза на песок. Так. Следы голых женских ног. Ну-ка... Следы вели к тропинке. Как же он ее пропустил? Антон шел по следу. На полпути следы сворачивали в кустики. Сбежала, что ли? Она меня бросила, что ли? Офигеть... Антон раздвинул два куста. Узкий-узкий лаз. Ему не пролезть, оцарапается весь. Идти в незнакомость не хотелось, да и зачем, поздно уже. Сбежала! Обычно он сам бросаю девушек, а не наоборот. Ничего, без одежды и без обуви далеко не уйдет.

Быстро-быстро Антон сначала пошел, а потом побежал по тропинке назад, к Лериным вещам. Он бежал все быстрее и быстрее, и наконец выскочил к утесу.

***

Одежды не было. Оружия не было. Антон тупо стоял и смотрел на пустое место, держа в руках бутылку с водой. Его обвели вокруг пальца. "Вот же сучка", - пробормотал он, покачав головой. Сбежала. Охмурила и сбежала. Антон чувствовал себя так, будто это не он ее сейчас трахал, а его самого сейчас трахнули.

Что-то легко стукнуло Антона по затылку. Он поднял руку и провел по волосам. На руке лежал гладкий сухой камешек. Галька. Медленно, очень медленно он обернулся.

- Сучка, значит, даа? Ах ты ж скотина неблагодарная.

Лера стояла в десяти шагах от Антона и целились в него из лука. В животе Антона как будто разорвалась невидимая ледяная бомба. Непроизвольно, сама по себе, рука Антона выхватила кинжал. Что-то дернуло, потянуло руку, и кинжал вырвался из его руки. Антон моргнул. Стрелы на луке Леры не было. Антон моргнул еще раз. Все, что он заметил, было быстрое смазанное движение руки Леры, и новая стрела лежала на ее луке.

Антон понял, что его переиграли как мальчишку. Сейчас он умрет, понял Антон и крепко зажмурился. Ничего не произошло. Антон приоткрыл один глаз. Лера все также стояла и смотрела на него. Антон открыл второй глаз.

Лера опустила лук и улыбнулась.

- Ты бы видел свое лицо, герой! Ладно уж...

Она осеклась на полуслове. Воздух слева от Антона зазвенел и начал скручиваться в небольшой смерч. Через секунду в его центре начали проступать контуры человека. Миг - и в центре его материализовался Док, смерч пропал, осыпавшись песком вокруг него. Справа от Антона, так же, телепортировался Лич.

Лера дернулась к выходу с утеса. На выходе стоял Свен с большой двулезвийной секирой-мечом в руках. Свен отрицательно покачал головой.

Док и Лич синхронно двинулись к Лере. Быстро-быстро, как Леголас, она начала стрелять из лука. Стрелы ударяли в Дока и в Лича, но на этот раз они были одеты в черные тяжелые плащи, очевидно с какими-то пластинами - длинные пластины проступали сквозь их поверхность. Стрелы разбивались о плащи. Видимо, это было неприятно, но не смертельно, и почти не задерживало их. Тогда Лера стала доставать стрелы с другого плеча. Большие, черные, тяжелые.

Эти стрелы возымели должный эффект. Хватило пары стрел. Первая стрела отбросила Дока и помяла его плащ, вторая стрела свалили его с ног. Перекувыркнувшись, он упал и тяжело завозился, стараясь подняться и падая. Видно, ему было очень-очень несладко. Лич поднял было руки и начал что-то кричать, между его рук засветился синим неживым огнем шар, но черная стрела разбила его вдребезги, оглушила Лича и откинула его на Дока.

Лера повернулась к Свену и пошла на него, стреляя на ходу. Свен пятился и отбивал стрелы своей секирой, но иногда он не успевал и стрела била его по доспеху. Это был не плащ как у Дока и у Лича, это был настоящий доспех, выглядел он очень солидно, и видимо это помогало. Но не сильно. Там куда попадали черные стрелы, доспех прогибался, шипел и плавился, но пока держался.

Воздух около Антона зазвенел и закрутился в воронку, миг - и рядом с ним стоял Снайпер. Но как же он изменился!

Снайпер казался больше ростом, нет, он был больше ростом. Теперь он был на две головы выше Антона, нет, он был выше Свена! Это выглядело неестественно - ну, как карлик, но большой, огромный карлик - в десять раз больше. Не только Снайпер был больше ростом, он светился силой. Силой не светятся, так не бывает, но как-то он умудрялся светиться страшной нечеловеческой силой, и глаза его нестерпимо ярко сверкали. Снайпер свистнул. Лера обернулась. Антон думал, что быстрее чем она стреляла стрелять невозможно, но оказалось, что он ошибался. Рук Леры не было видно, видно было лишь черный поток стрел, летящих в Снайпера.

Быстрым неуловимым движением Снайпер снял со спины винтовку и начал стрелять. Это была автоматическая винтовка, но с глупым средневековым раструбом на конце. Антон моргнул. Было видно, как неестественно большие пули вылетают из раструба и сбивают стрелы Леры. Снайпер стрелял от бедра, с такой же небрежной легкостью, как Лера стреляла из лука, и это у него получалось так же хорошо.

Пару секунд стрелы Леры встречали на полпути пули Снайпера и падали не землю. Потом Снайпер, не переставая стрелять, передернул что-то под дулом левой рукой, как у винчестера, и маленькая граната с шипением пронеслась по воздуху, оставляя дымный след, разорвалась, ударившись в лук Леры, и выбил его из рук. Лера зашаталась, но устояла на ногах, она поддела лук носком сапога и поймала его в руки.

С легким хлопком Снайпер исчез и появился перед Лерой, в шаге от нее. Прикладом он ударил ее по челюсти, обратным движением вырвав лук из ее рук. Леру дернуло вперед-вниз, она не хотела отпускать лук. Снайпер ударил ее коленом по животу. Лера согнулась пополам и медленно опустилась на землю. С яростью, как дрова, Снайпер пнул ее пару раз под ребра. Удары были страшны, каждый из них приподнимал Леру над землей на полметра и она падала вниз. На секунду все замерло.

Тишина была оглушительной.

Нагнувшись, Снайпер вытащил у нее из за пояса кинжал, стащил с нее плащ и скрутил ей руки веревкой. Антон побежал к Лере. Краем глаза он видел, как Док, приподнявшись наконец, заковылял. К Лере. И Лич. И Свен.

Снайпер разогнулся и повернулся. Антон хотел смахнуть его с дороги, он помнил их первую встречу и нос Снайпера, и думал что он легко отбросит его в сторону. Не тут-то было.

Одной рукой Снайпер схватил его за горло, приподнял над землей - ноги Антона болтались в воздухе - и легко, как котенка, отбросил на десять метров. Антон грохнулся спиной о землю и секунду не мог дышать. Кое-как он поднялся и снова кинулся на Снайпера. Земля и небо завертелись в глазах, и Антон ощутил себя висящим вниз головой. Снайпер держал его на вытянутой руке за ногу.

- Щенок. Держите его, - кивнул он.

Док и Лич схватили Антона, перевернули и навалились с двух сторон. Они не были сильны, как Снайпер, но их было двое. Антон дернулся, раз, другой, он почти вырвался, но подошел Свен и поставил тяжелую ногу ему на спину.

- Так-так-так, что тут у нас? - Снайпер повернулся к Лере. - Попалась, голубка? Но Антоха то, а? Как это он так тебя выследил? Не ожидал от него, честно скажу!

Свен внимательно вгляделся в лицо Леры, в лежащего Антона, потом подошел к Снайперу и что-то сказал ему на ухо.

- Ай-яй-яй. Так у вас любовь, что-ли? В постели с врагом, а? - изумился Снайпер.

- Пусти ее! Пусти, а то хуже будет! - закричал Антон.

- А что ты сделаешь? - с интересом спросил Снайпер. Тут он был прав, сделать Антон ничего не мог. Снайпер снова повернулся к Лере.

- Как вы догадались? - тихо спросила она.

- Как? - простонал Антон.

- Ты понимаешь, Антоха, красные бутылочки - они только у них. У нас синие бутылочки. - на этот раз говорил Док. - Так что, когда ты спросил в какой бутылке вода, я сразу все понял.

- Как спросил, у него же рации нет? - переспросила Лера.

Док вынул из уха Антона наушник и показал его Лере.

- Новая модель. Прогресс не стоит на месте.

- Лжец. - с отвращением сказала Лера.

Антон молчал. Слова были излишни. Он хотел умереть.

- Ну что, приступим? - Снайпер потер руки.

- Только не по лицу, - тихо попросила Лера, глядя в землю.

- Хорошо, Лера.

Снайпер поднял винтовку и ударил ее по лодыжке. Лера закричала. Тогда Снайпер ударом сапога сломал ей колено.

Закричал уже Антон, ударил плечом Лича, пнул Дока, и кинулся к Лере. Но его перехватил Свен, бросил на землю, и все втроем они намертво прижали его к земле. Он не мог даже повернуть головы, он ничего не видел, он только слышал. Слышались глухие удары, иногда что-то противно хрустело, Лера уже не кричала, видимо сил у нее не было, она лишь болезненно стонала. Антон что-то кричал, но толку от этого было мало. Боже мой, как медленно идет время, Снайпер все бил и бил Леру, она уже не стонала а только всхлипывала, наконец через полчаса все стихло. Тяжело дыша, Снайпер подошел к Антону. Он увидел окровавленные сапоги, остановившиеся перед лицом.

- Отпустите его. Живучая какая, сука, - скомандовал Снайпер. - Жалко, день кончается.

Держащая Антона тяжесть наконец исчезла. Его отпустили. Он вскочил и кинулся к Лере. Снайпер и компания последовали следом.

На Леру было страшно смотреть. Ее руки выглядели неестественно мягкими, как у тряпичной куклы, кожа была сине-красного цвета. Антон понял, что кости в них были разбиты. Ниже груди она была прикрыта плащом, и он старался не смотреть туда. Кровь проступала сквозь плащ, кровь окрашивала песок вокруг в красный цвет, столько много крови. Грудь и голова, как это ни странно, были не тронуты.

- Лицо не трогал, как и просила. И грудь не трогал, чтобы не убить ненароком. Так, пару ребер сломал, чтобы жизнь медом не казалась. Ты дыши, сука, дыши, ощущай радость жизни, у тебя теперь вместо тела мешок с костями, буквально причем, хе-хе, - Снайпер присел на корточки с другой стороны Леры, и ткнул ее пальцем в грудь. Снайпер был очень доволен.

- Уходи. И лучше мне на глаза не попадайся. - прошептала Лера.

- Зачем ты это сделал? - закричал Антон, - Лера, Лера!

- Не. Снайпер. Ты. Антон. Уходи. - каждое слово Леры било Антона по голове как кувалдой.

Антон обессилено сел на землю.

День на самом деле уже заканчивался. Быстро темнело. Что-то странное происходило с воздухом. С каждым вздохом в нем становилось меньше кислорода, как будто он уходил вместе с дневным светом. Очень хотелось спать. Глаза Антона закрывались. Он видел, как Снайпер медленно осел на землю, и ему показалось, что он видит, как его тело растаяло в воздухе, и легкой дымкой поднимается вверх. Наверно, показалось, глаза налились свинцовой тяжестью, и Антон хотел открыть их и снова посмотреть, но не мог разлепить век. "Нет", подумал Антон и окончательно провалился в небытие.

Последняя мысль его была - я хочу все исправить.

Глава 4. Вторая встреча с Лерой.

Просыпаться не хотелось, но яркий свет бил в глаза и мешал заснуть. Антон закрыл лицо левой рукой, но свет проникал сверху. Ладно. Он закрыл лицо обеими руками. Свет лился снизу. Ладно. Антон подвигал руками, пытаясь найти положение темноты. Ничего не получалось. Как он ни старался, оставалась щелочка, через которую проникал свет.

Пришлось проснуться. Антон открыл глаза и несколько секунда смотрел на потолок. Потом он крепко-крепко зажмурился, подождал и снова открыл глаза. Надпись на потолке никуда не исчезла.

Д О Т А 3

Резко, болезненно Антон все вспомнил. Лес, самогонка, сапоги-скороходы, река, Лера, Снайпер. Антон застонал. Как же он лажанул. Что же делать? Как все исправить? В голову не шло ни одной путной мысли.

Хотя нет, где-то в самой глубине сознания была какая-то мыслишка, которую Антон никак не мог ухватить, но он чувствовал, что она есть, и что эта мысль должна ему помочь, и что он должен таки ухватить эту мысль. Антон сел на кушетке. Мысль не проявлялась. Ну давай же, он даже себя стукнул кулаком по лбу. Это не помогло. Но зато помогло кое-что другое.

Когда Антон сел, невольно он скользнул глазами по дверям. Глаз зацепился за одну дверь. Так, надо подойти и разобраться, может поможет?

Спрыгнув на пол, Антон подошел к двери. Эхо шагов отдавалось в пустом зале. На двери была нарисована крепенькая рыжая девушка во всем зеленом, с небольшим луком, меньше, чем у Леры, и с надписью над дверью "Лира".

Сердце у Антона оборвалось. Имя так походило на Лера! И потом, она тоже лучница, и тоже девушка. А кто, если не девушка, поймет лучше другую девушку? Однако он еще колебался. Может быть, все-таки выбрать Омни, проникнуться его мыслями, сесть в позу лотоса и покинуть эту дурацкую игру?

Но что-то внутри Антона мешало уйти, оставив недоделанное дело. Да. Надо вернуться и все исправить. Как точно, он не знал. Но наверняка, если он выберет Лиру, будет проще помириться с Лерой. Да. Найти ее и поговорить по душам, женщины же любят говорить по душам? Да. Объяснить, что он не хотел, что он не нарочно. Поговорить, как лучник с лучником. И как девушка с девушкой, да. Черт. Не хотелось становиться девушкой. Черт. Но это же на один день всего. Потом, у девушек тазобедренные суставы гибче, удобнее будет сидеть в позе лотоса и медитировать. Да. Ну ладно, один день всего. К черту.

Антон зажмурил глаза и шагнул в дверь.

***

Яркий свет ударил в глаза. Тот же фонтан, деревья и три тропинки. Никого вокруг.

Рыжие волосы прикрывали край глаза. Неудобно. Как-то автоматически Антон тряхнул головой. Волосы сместились вверх на полсантиметра, подержались так секунду и снова закрыли глаз. Рыжие волосы. Антон хотел было снова тряхнуть головой, но усилием воли удержал себя, и поднял руку.

Антон держал руку перед собой и зачарованно рассматривал. Крепенькая, но по-женски округлая рука. Ухоженные ногти, и эта женская гладкость кожи. Ну ничего, это на один день всего. Антон опустил глаза и ощупал себя.

Черт, женщина, натуральная женщина, тискал Антон женщин в своей жизни, но себя вот так вот... Все гладкое и упругое. Да. И грудь. Он ущипнул сам себя за грудь и истерично рассмеялся. Грудным глубоким женским смехом. Нет уж, лучше молчать.

И еще Антон чувствовал, что вместе с телом у него появились и новые возможности. Это чувствовалось лучше и отчетливее, чем с человеком-львом, видимо, он все больше и больше привыкал к миру Доты, адаптировался. Антон прислушался к себе. Так. Он чувствовал, что если захочет, то может бежать очень быстро. Очень - не то слово. Ноги так и просились в ход. И что-то еще он мог, но не чувствовал это так отчетливо. Видимо, еще не полностью адаптировался. Разберемся, подумал Антон, еще не вечер.

Антон бодро зашагал по тропинке, но тут же остановился. Самый очевидный вопрос не пришел ему в голову. Где и как найти Леру? На вражеской базе? Там его сначала расстреляют из всех видов оружия, а уж потом будут задавать вопросы. Нет. А! Надо пойти на поляну, и спросить у Дока с Личем. Наверняка они там бухают. Они - старожилы, должны знать что где.

"Бегом", подумал Антон и побежал. Бежалось легко и быстро. Больше всего это походило на спринтерский бег - но в отличие от спринтера, который выдыхается через сто метров, падает на колени и жадно глотает воздух, Антон пробежал сто метров, потом двести, потом триста, потом перестал считать метры и стал считать километры. Через полтора километра он наконец выдохся и пошел шагом. На колени Антон не падал и дышал легко и ровно. Ну, так жить можно, подумал он. Вот бы на уроке физкультуры такие возможности.

Через пять минут ходьбы Антон ощутил, что силы восстановились и можно снова бежать. И он побежал снова. Лес мелькал перед глазами, бежалось легко и бездумно, и Антон едва не пропустил нужный поворот. Резко повернув, как мотоциклист на треке, едва не касаясь земли локтем, он повернул на тропинку ведущую к поляне, и помчался по ней.

***

Появление Антона не прошло незамеченным. Стол был уже накрыт, полупустая бутыль стояла на краю, и Лич с Доком о чем-то горячо спорили. Не рассчитав скорости, Антон врезался в стол. Лич вскочил и отпрыгнул, Док попытался вскочить, но запнулся и схватился за стол. Стол покачнулся, бутыль накренилась и стала падать, в последний момент Антон подхватил ее.

Док сел на место и стало медленно хлопать в ладоши.

- Вот это я называю мастерство! Самому создать проблему и самому ее решить! А ты кто, прекрасная незнакомка? Этот зануда Антон, похоже, покинул нас, Лич!

- Я Антон, - игривый тон не понравился Антону. Он поставил бутыль обратно на стол и присел.

Лич захохотал.

- Неловко вышло, - Док нисколько не смутился, материализовал третий стакан, налил самогону и пододвинул к Антону. Его нога под столом коснулась ноги Антона. - А давай на брудершафт выпьем, а?

Антон пнул его по лодыжке.

- Отвали, а? Лучше скажите, где мне Леру найти.

Док поперхнулся.

- Тебе что, проблем мало? Ты это, ты себя очень сильно переоцениваешь. Мы вчетвером ее еле заломали, хорошо что Снайпер раскачанный был, мы бы без него там так все и полегли бы. Вообще, запомни бесплатный совет: увидишь ее - беги, и молись чтобы она тебя не заметила. С ней только Снайпер может справиться, и то не всегда.

- Я драться не хочу, я... я хочу найти ее и попросить прощения, - это прозвучало как-то глупо.

Лич и Док смотрели на Антона как смотрят умудренные жизнью мужчины на глупую блондинку, задающую идиотские вопросы. Вроде и смеяться громко нельзя, рассердится, и надо как-то ответить на ее вопрос, чтобы не обидеть.

- Хорошо, а за что ты хочешь попросить прощения? - спросил Док.

При этом он как бы ненароком положил Антону руку не бедро и сжал его, а потом начал поглаживать.

Антон сбросил его руку и задумался.

Лич с интересом слушал диалог Дока и Антона. Ситуация его очень забавляла.

- За что извиняться? Ммм... Ну, за то что ее побили? И руки сломали?

Док покачал головой.

- Ну, не ты же руки ломал, а Снайпер.

Антон снова задумался. Извиняться за кого-то другого было глупо, тут он был прав.

- За то что я вас не нее навел?

Лич опять покачал головой.

- Это вышло случайно. Ты же не хотел, я так полагаю?

Антон опять задумался. Это слово... хотел... хотел, не хотел, при чем тут хотел или нет? Главное же что ты сделал, или не сделал, а не то что ты хотел? Хотеть много чего можно, я вот хочу миллион долларов, а где этот миллион? Хотя тут от миллиона долларов проку никакого. Черт с ним, с этим миллионом, получается, извиняться не за что?

- Так что, я не виноват ни в чем, что-ли? - Антон с вызовом смотрел на Дока.

Док еще раз покачал головой.

- Ну не знаю я, не знаю. - Антон хлопнул в сердцах ладонями по столу.

Док поднял брови и сказал:

- Ну Антон, ну как же ты не знаешь? Лера же сама все сказала! Ну не могло же тебе за одну ночь память отбить, а?

Антон смотрел на Дока. И тут он вспомнил, что же она сказала. Но это же было глупо! Так глупо!

- Лжец, - с удивлением произнес он.

Лич кивнул головой. Док опять медленно захлопал в ладоши.

- Но это глупо! Причем тут это! Все же врут! То есть не врут, все всегда привирают! Какая разница! Подумаешь! Это потому что она женщина, а у женщин всегда пунктик насчет неправды, даже маленькой! Но извиняться! За это! - всю эту тираду Антон прокричал на одном дыхании, привстав от возмущения. Эмоции, однако. Это все гормоны, подумал он. Но извиняться за такую мелочь и на самом деле было глупо.

Док усмехнулся.

- Глупо? Ложь, маленькая ложь, незаметная ложь, вроде, ничего страшного, да? Но главная проблема - это не то что ты сказал. Как говорят индийские мудрецы: посеешь мысль - пожнешь привычку, посеешь привычку - пожнешь характер, посеешь характер - пожнешь судьбу. Ты обращал внимание, что мысли часто ходят по кругу, возвращаются, и постепенно пробивают привычное русло, и ты перестаешь их замечать, и это русло становится привычкой. И ты перестаешь замечать эту свою привычку! То есть, если ты иногда говоришь неправду, со временем это становится привычкой, и эта привычка определяет твое поведение, и твои поступки, и тебя самого, в конечном итоге.

Антон помотал головой:

- Это все гнилая философия. Ну вас. Все врут, и что? Все живы-здоровы.

- Ну, на вашей Земле это может и так, а здесь причина всегда порождает следствие. Как там Омни говорил... ммм... Карма. Что посеешь то и пожнешь. Сам же на себе убедился, - усмехнулся Док.

Антон опять помотал головой:

- Хватит мне этой вашей философии, голова пухнет. Лучше скажи, где мне Леру найти?

Док пожал плечами.

- Ну ладно, вольному воля. Обычно она в центре со Снайпером воюет. Но я тебе туда не советую соваться. Да... Лера обычно сначала стреляет, а потом спрашивает. Но она может за руной ходить, это там, где ты ее встретил в первый раз. Можешь там ее подкараулить. Но смотри, мы тебя предупредили. Да, Лич?

Лич встал и подошел к Антону сзади. Он положил руки на его плечи и сказал: "Даа". Он был уже прилично пьян.

Антон передернул плечами, чтобы скинуть его руки. Достали уже. Но Лич держал крепко. Док пододвинулся поближе и совсем уж откровенно схватил Антона за ляжку.

***

- Пустите, - удивленно сказал Антон.

- Ничего, тебе понравится, - Док лапал Антона за грудью

Антон пытался оттолкнуть его руки, но Док был сильнее. Лич не отставал и пытался стянуть с Антона плащ. Их было двое и они были сильнее.

- Да пустите же, - Антон был в шоке. Похоже, его собирались изнасиловать.

- Ты главное расслабься, и получай удовольствие, - Док оставил в покое груди и пытался залезть в штаны.

Черт. Надо было что-то срочно придумывать. Антон лихорадочно отбивался, но силы были неравны. А! Он действовал как мужчина, пытаюсь использовать грубую силу. Но тело-то у него сейчас женское. А что бы сделала женщина в такой ситуации? Тут Антона осенило.

Антон перестал сопротивляться, закатил глаза и часто задышал. Потом он перестал отталкивать лапающие его руки. Вернее не перестал, а стал как бы и отталкивать, и тянуть к себе одновременно. Так делают женщины, если не хотят на самом деле отталкивать мужчину. Потом Антон сказал томным и сексуальным, как он надеялся, голосом:

- Пустите... я самм...а...

Сработало! Антон был сам удивлен, как оказывается легко можно окрутить мужикам мозги. Эти козлы его хотя и не отпустили, но перестали удерживать и полностью переключились на лапание.

- Пойдемте на травку, - хриплым голосом Антон продолжал соблазнение. Хотя соблазнять было уже дальше некуда.

Док и Лич как миленькие повели его от стола. Практически он висел на их руках. Они прошли метров десять. Но эти гады все еще держали Антона и полностью не отпускали. Ладно.

- Док, я хочу тебя первого, - наклонившись, сексуально прошептал Антон-Лира Доку на ухо. Но постарался прошептать это достаточно громко, чтобы и Лич услышал.

Лич услышал. Он обиженно засопел. Но он отпустил Антона. Счастливый Док трясущимися от возбуждения руками принялся расстегивать свой ремень. И отпустил Антона тоже. Этого-то Антон и ждал.

Хорошенько прицелившись, он двинул Доку коленом между ног. От души, со всей дури. Док выдохнул "Уй", и, скрючившись, медленно осел на землю. Не теряя времени, Антон вцепился ногтями в глаза Лича. Рефлексы у того сработали, Лич отшатнулся и поднял руки. Антон понимал, что они легко могут сотворить какую-нибудь пакость, он все еще помнил их драку с Лерой. Надо было бежать. Быстро-быстро. Бегать Антон умел. Вернее, это тело. Нет, Антон. Нет, это его тело, правильно? Или нет, в Доте тело каждый день новое, то есть Антон - это не совсем тело? К черту, потом разберусь, а пока надо бежать, подумал Антон.

Но тут в голове у Антона наконец что-то щелкнуло, причем кажется даже буквально, и он понял что у него проявилась новая способность. Док уже поднимался с травки, и вид у него был очень злой. Надо было спешить, а то Антона не только изнасилуют, а небось сделают сначала спящей красавицей.

- ПУТЫ! - закричал Антон и махнул рукой.

Тонкие полупрозрачные нити опутали Дока и Лича, связали их по рукам и ногам, и связали их друг с другом. Они не могли пошевелиться.

- Сука ты, - тоскливо произнес Док. - Чего же сразу по яйцам?

- А нечего молодых девушек лапать без спросу, козел. Могу добавить, если мало, - усмехнулся Антон. - Все таки как легко вам, мужикам, голову морочить. Хи-хи.

Лич посмотрел Антону в глаза:

- Один ноль в твою пользу, Антон. Но кое-что ты упускаешь.

Антон внимательно осмотрел эту сладкую парочку. Путы еще держались. Они становились слабее с каждой секундой, они уже могли слегка шевелить руками и ногами, но Антон был в безопасности, он это чувствовал. Еще секунд тридцать у него было.

- И что же я упускаю? - спросил Антон.

- Ну как можно быть таким идиотом, прости господи? Это что на тебя новое тело так повлияло? Вроде даже не блондинка... Док же тебе полчаса сейчас читал лекцию о карме и о том что ложь к тебе вернется. Ты нас сейчас перехитрил, но ты же соврал! Помяни мое слово, твоя же ложь к тебе вернется, тебе же хуже будет!

"Хуже будет, будет, будет"- отдалось эхом в голове. Но Антон помотал головой, и эхо пропало.

- Куда уж хуже. Вы ж меня чуть не изнасиловали. Нет уж, нашли дурака. Чао, мальчики. - Антон помахал рукой, повернулся и побежал.

***

Знакомая дорога послушно ложилась под ноги. Бежалось легко и быстро. Адреналин в крови постепенно успокаивался. Надо же, чуть не изнасиловали! Падонки какие... Ну ладно, хватит о них.

Некоторое время Антон просто бежал. Делать было нечего, и он начал думать. Почему-то потянуло на философию. Наверно, это новое тело. Никогда не думал, что женщины могут думать о философии. Так кто же он, Антон, на самом деле?

Вопрос был сложнее, чем казался на первый взгляд. Кто он был перед тем, как попасть в Доту? Студент, сын, Антон, семьдесят семь кило мускулов, хехе, - все это он. Но Дота заставила его посмотреть на вещи немного по другому. Надо разложить свои мысли по полочкам, чтобы не путаться. Время подумать есть.

Для начала, он, Антон - это не тело. Звучало странно, но факты - упрямая вещь. Тем более, что он сейчас был одним из таких фактов. Вчера - Лев, сегодня - Лира, завтра он может выбрать любое тело. В Доте его разум каждый день может выбирать новое тело.

Ну хорошо, тогда, может быть, он, Антон - это разум? Не совсем. Ведь с телом Лиры он приобретал и определенный склад мыслей и навыков. Память? Но если верить этим клоунам, то память здесь на три дня. Через три дня он будет искренне думать, что он - это Лев, или он - это Омни, или кого там он выберет.

Видимо, он, Антон - это то, что внутри него думает, что он - это он. Думает все время, неустанно, каждую секунду, думает одну мысль - это я, это я. Мысль была верная, видимо, потому что и на самом деле, каждую секунду Антон осознавал, что он - это он. Но, похоже, и это было не так. Если через три дня он все забудет, и выберет, скажем, Омни, то он будет искренне думать, что он - это Омни, думать каждую секунду, и верить в это.

Значит, он, Антон - это то, что внутри него, что остается неизменным и наблюдает изнутри за всем. Душа?

Наверно. Но Антон никак не ощущал ее присутствие. Он вывел ее существование логически, и согласился с логикой. Но вывести логически, что ты голоден, и надо бы чего-нибудь сожрать, и поесть на самом деле - две большие разницы. Похоже, и здесь, вывести логически, что ты - это твоя душа, и осознать ее присутствие - две большие разницы. Да уж. А без осознания этой самой души, похоже, из Доты не вырваться, потому что все это - часть Доты. Все, кроме души. Надо будет выбрать Омни, завтра, и сесть в позу лотоса, и медитировать. Хороший план. Сегодня извиниться перед Лерой, оплатить все долги, так сказать, а завтра свалить отсюда.

Лес кончился. Передо Антоном была река.

***

Говорят, нельзя войти в одну реку дважды. Врут. Вот перед Антоном река, и новый день, и новый Антон, и второй шанс - шанс все исправить. И Антон твердо намеревался все исправить. Да... как часто в прошлой жизни он мечтал вернуться обратно во времени и сделать все как надо. Пересдать экзамен, например.

Антон пошел по реке, загребая ногами воду. Плоский утес на вершине был пуст. Ну ладно, подумал Антон, а где тогда искать Леру? Он задумался. Пока он думал, ноги его шагали как бы сами по себе. Антон наконец очнулся и огляделся. Он пришел на утес, где встретил Леру первый раз. Да уж, преступников всегда тянет на место преступления, усмехнулся Антон и огляделся вокруг. Леры на этот раз на месте не было. Облом, однако. Что делать? Плана Б у него не было.

Что-то влетело в волосы. Антон поднял руку и провел по волосам. Камешек. Он обернулся.

Лера стояла и задумчиво смотрела на него. "Антон" - полувопросительно, полуутвердительно сказала она. Антон кивнул головой. Хорошо хоть, в этот раз она не целилась в него из лука. Антон собрался с духом и начал говорить.

- Я пришел извиниться, за то что случилось. То есть мне очень жаль, что все так получилось. Ну в общем по дурацки все получилось. Но как же я мог знать про эти бутылочки, правда? Из-ви-ни. Вот. Давай начнем все сначала?

Нервно улыбаясь, Антон смотрел на Леру. Лера молчала. Антон снова повторил "Ну извини". Лера молчала. Это начинало уже немного злить Антона. Он же извинился, что ей еще надо? Антон согнал с лица улыбку. Наконец Лера заговорила.

- То есть, Антон, во всем виновата бутылочка?

- Ну что ты прицепилась к этой бутылочке? Ну, не бутылочка, ну пусть будет стечение обстоятельств, дурацкое, я же сказал уже, - голос у Антона был сердитый.

- То есть ты, Антон, совсем-совсем не виноват?

- Нет конечно, как же я мог знать, что все так получится! - эта фраза вырвалась из его рта прежде чем Антон успел подумать. Ну и ладно. Правду говорить легко и приятно.

- То есть то что ты мне соврал вообще-вообще тут ни при чем?

Антон молчал. Ну что они все так прицепились к этой ерунде? Соврал, не соврал, ведь Снайпер ее не мыслями бил, а прикладом. При чем тут соврал? И откуда он мог знать про дурацкий цвет дурацкой бутылочки, он же первый день был в этой Доте.

Видимо, мысли Антона были написаны на его лице. Лера вздохнула.

- Ты знаешь, Антон, есть такой закон - Карма. Любое действие - будь это физическое действие, слово, мысль - порождает отклик, и отклик этот возвращается к тебе. И сейчас, Антон, ты ощутишь последствия своих действий. Твоя ложь тебе аукнется очень наглядно и физически.

Она коснулась своего уха, два раза. Видимо это был какой-то запрограммированный сигнал для передатчика. Рядом с ней завертелись знакомые вихри, и из них вывалились два добрых молодца. Вернее, два головореза. Выглядели оны вооруженными до зубов и не очень приветливыми. Ладно. Антон коснулся своего передатчика и прошептал "Док? " Металлический голос отозвался "Абонент не отвечает на вызов ". Антон опять коснулся передатчика "Лич? " Тот же голос без перерыва начал говорить "Абонент не отвечает... ". К черту, подумал Антон, тем более что Лера нарочито медленно начала снимать с плеча лук, и начал действовать.

Ноги уже просились в бег, и Антон не стал их сдерживать. Камешки и песок брызнули веером из-под его ног, миг - и он уже бежал, бежал быстро и стремительно. Краем глаза он мазнул по Лере, она не двигалась, только картинно приподняла одну бровь. Что-то тут не так, подумал Антон, и бросил на них свое заклятие пут. Говорить вслух уже не надо было, он только подумал, и заклятие уже лежало на кончиках пальцев, он стряхнул его на Леру и ее шестерок, они стояли все вместе и путы должны были связать их всех.

С тонким треском путы наткнулись на невидимое препятствие. Тонкая голубая сфера, окружающая Леру, на миг стала видна в том месте, куда ударило заклятье. Сфера оказалась прочнее, и Антоново заклятье с жалобным дребезгом разбилось и осыпалось на землю. Амбал с рыбьими пустыми глазами слева от Леры взмахнул рукой, и Антона поднял и закружил небольшой торнадо. Все поплыло перед глазами, земля и небо смешались в кашу, воздух дул так туго, что Антон не мог дышать, он беззвучно закричал, кричать было нечем, и тут его шмякнуло о землю. Дух вышибло напрочь, сил не было, Антон пытался встать и не мог, и наконец как-то подозрительно легко перешел в вертикальное положение.

Два амбала держали его под руки. Лера стояла передо ним и натягивала на руки кожаные перчатки без пальцев. Она поймала взгляд Антона и ударила его в живот.

Дыхание сперло. Было не столько больно, сколько страшно от того что он не мог вдохнуть. Лера с интересом наблюдала за гримасами Антона. Наконец через долгие полминуты спазм отпустил, Антон выдохнул и начал вдыхать снова. И тут Лера опять ударила его под дых.

Антон думал, что умрет. Так плохо ему не было никогда в жизни. Да, самое страшное, оказывается - это невозможность дышать. Глаза медленно закрывала красная пелена, и наконец его мозг отключился.

Когда Антон пришел в себя, первое, что он увидел, снова были Лерины глаза. Она увидела, что Антон пришел в себя, и начала бить его по животу, по ребрами и по бокам. Антону было больно. Что-то ломалось в груди, что-то лопалось, что-то отвратительно чавкало. Лерина перчатка покрылась кровью. МОЕЙ КРОВЬЮ, подумал Антон.

Умом Антон понимал, что это всего лишь тело, тело, которое он позаимствовал на одни день, на этот день, и когда день закончится, он заснет, и проснется, и возьмет другое тело, и что эта боль и эта кровь сейчас, только сейчас, временно, и что это не его боль, а боль этого тела, и что он, Антон - это не это тело, на самом деле. Он понимал все это умом, но не сердцем. Каждый удар Леры бил не по телу, каждый ее удар бил по душе.

Лера наконец закончила экзекуцию.

- Ну что, герой? Теперь мы квиты. Око за око. Начнем все сначала, так ты кажется предлагал? - Лера смотрела на Антона и ждала ответа.

Волна горячей жаркой ненависти поднялась из живота Антона - его живота, истерзанного в кровь! - прошла по сердцу, опалила горло, и выплеснулась словами:

- Сука! Я тебя достану!

Антон дернул головой и лбом ударил Леру по лицу. Лера вскрикнула и отшатнулась. Скула ее была разбита. Она поднесла руку к щеке, потрогала ее и посмотрела на кровь на своих пальцах. Глаза ее остекленели.

Лера вытянула из-за пояса одного из амбалов тяжелый молот, и крикнула дрожащим от ярости голосом "На землю его! " Антона кинули на землю, и тут же тяжелый удар обрушился ему между лопаток. Что-то треснуло, и Антон перестал ощущать свое тело. Все оно как-то онемело.

Видимо это было и к лучшему, потому что Лера продолжала бить, по рукам, по ногам, Антон не чувствовал ничего, но слышала тяжелое дыхание и хаканье Леры, и противные чавкающие удары, и видел черные брызги крови, разлетающиеся вокруг, и наконец амбалы схватили Леру и с трудом оттащили ее от Антона, и пытались отнять у нее молот, она не хотела отпускать его, и толкнула одного из амбалов плечом, тот отлетел в сторону, второй отпустил ее и закричал ей в лицо "Ну все, все уже, ну сама посмотри ". Лера посмотрела на Антона и бросила молот.

Антон не мог двигаться, вообще. Чувство тела медленно возвращалось к нему, вместе с дикой, невероятной болью. Два кожаных сапога подошли к его лицу, и носок одного из них повернул голову Антона. Лера присела на корточки.

- Ну что вы за народ такой, мужики? Вчера же по твой вине, только по твой, меня так же отделали. Так что я только плачу тебе той же монетой, бэйби. Не принимай это близко к сердцу. И еще раз я спрошу у тебя - ты хочешь извиниться и начать все сначала?

Сил говорить не было, но Лера все поняла по глазам Антона. Она пожала плечами, повернулась и ушла.

Боль была дикой. Антон попытался застонать, но не смог. Только одно чувство осталось в Антоне, помимо все возрастающей боли - ненависть. И ненависть его росла вместе с болью. Антон подумал, что сейчас, только эта ненависть не дает ему умереть. Если он отпустит ее, то тут же умрет. И боль тут же уйдет. Но как же он может простить то, что она сейчас сделала с его телом? Как?

Не забуду, не прощу, подумал Антон. Сука, сука, сука, я тебя достану. Достану. Сука. Достану. Скосив глаз, он увидел свою сломанную руку, висевшую как тряпку, неестественно плоскую, вывернутую в локте, и в плече, с белыми сколами костей, покрывавшимися красной кровью, тут же черневшей на воздухе. Ему стало окончательно плохо. Сил больше не было. Конец, спокойно подумал Антон. Глаза его стали закрываться. "Я тебя достану, сука", - сделав неимоверное усилие, с последним выдохом прошептал наконец Антон, выплевывая слова пополам с кровью, пополам с болью, и мир вокруг окончательно погас.

Глава 5. Третья встреча с Лерой.

Болело все тело, особенно живот. Антон повернулся на бок и скрючился. Стало немного легче. Но заснуть снова не получалось. Ладно. Тогда он повернулся на спину и открыл глаза; медленно, глаза сфокусировались на знакомой надписи на потолке:

Д О Т А 3

Память неумолимо возвращалась. Антон не хотел вспоминать. Антон хотел закрыть глаза и проснуться от этого сна. Но у него не было выбора. Или был?

Он встал и обвел глазами круглую стену. Двери, двери. Столько много вариантов - выбирай, не хочу! Проблема была в том, что Антон не хотел выбирать. Но, у него не было выбора. Игра слов, черт бы ее побрал, даже здесь - игра. А ему нужна дверь, которой здесь нет. Дверь с надписью "Выход". Или, может, дверь с надписью "Месть"?

Антон встал и пошел вдоль стены, останавливаясь перед каждой дверью. Лев. Эта дверь знакома и привычна. Но нет, не на этот раз.

Лира. Никогда больше не буду выбирать женщин. Слезы, сопли, слюни. Нет уж.

Омни. Ну и что ты смотришь на меня, как будто что-то знаешь такое, что я не знаю? Молчишь? Наверно, знаешь. Наверно, хочешь, чтобы я тоже сел в позу лотоса и осознал, что я не принадлежу миру Доты. Но как же тогда, я уйду и оставлю незаконченным то что я здесь начал? Не люблю оставлять неоконченные дела. Нет.

Следующая дверь. Сначала Антон подумал было, что на двери ничего нет, так, смутная тень, и почти прошел мимо. Но глаз зацепился за смутный силуэт, и мозг обработал поступившую информацию с секундной задержкой. Антон вернулся и внимательно вгляделся.

Если не приглядываться, то видно лишь смутные тени. Если же долго и внимательно смотреть, зная, что что-то или кто-то там есть... Медленно, сквозь тени и бесформенные пятна, проступает силуэт незаметного человека, со шляпой, надвинутой на глаза, закутанного в плащ, почти невидного, но хищного и опасного. Охотник за головами. Это его боялся Снайпер? Ну, если даже Снайпер его боится, то и Лера должна его бояться.

Антон прислушался к своим ощущениям. Месть и ярость, как две змеи, дремали в его сердце. Почувствовав его внимание, они зашипели и подняли головы. Красная пелена ударила Антону в голову и застлала глаза. Он больше не колебался и шагнул в дверь. Охотник за головами; нет, охотник за одной конкретной головой.

***

Ярко светило небо, журчала вода. Вся команда стояла перед фонтаном и что-то обсуждала. Док бочком пробирался к пещере-магазину, очевидно, готовясь затариться барахлом для пикника. Антона никто не заметил. Он шагнул раз, другой, и встал напротив Снайпера. Странно, но Снайпер смотрел сквозь Антона, как будто не замечая. Антон поднял руку, и помахал перед лицом. Руки не было.

Антон зажмурил глаза и прислушался. Все его новые способности медленно проявились в сознании, как проявляется снимок на фотографии. Похоже, он полностью уже освоился в Доте, способности пришли легко и естественно.

Антон открыл глаза и сделался видимым. Процесс занял пару секунд.

Снайпер претерпел стремительную метаморфозу. Он осекся на полуслове, побледнел как смерть, и попытался отшагнуть назад. Антон положил ему руки на плечи и сказал:

- Мы идем на войну, Снайпер.

Кровь медленно возвращалась обратно к лицу Снайпера. И еще что-то происходило с его лицом. Секунду Антон пытался расшифровать это выражение, и наконец понял. Снайпер был счастлив.

- О да. Да! - Снайпер схватил за рукав Дока, который уже тащил в руках змеевики и колбы.

Док вырвал рукав, покачал головой и шагнул в сторону тропинки, ведущей на поляну. Спина Лича уже маячила впереди.

Антон встал перед Доком и толкнул его рукой в грудь. От толчка Док отшагнул назад, поднял брови и попытался обойти Антона.

Свен встал рядом, покачал головой и упер палец в грудь Дока; этого хватило, чтобы его остановить. Секунду все молчали и смотрели друг на друга. Наконец Док отвел глаза, и потом снова поднял их и посмотрел сначала на Снайпера, потом на Свена, потом на Антона.

- Значит, так, да?

Антон кивнул головой. Док ухмыльнулся, пожал плечами, сказал "Ну ладно, Антоха". Свен повернулся, подцепил секирой камушек и швырнул его в Лича. Лич обернулся, посмотрел на Антона, посмотрел на Дока. Док пожал плечами и развел руками. Лич остановился на секунду, посмотрел в сторону поляны, видимо, оценивая, далеко ли он ушел. Ушел он действительно далеко. Тогда он показал средний палец и пошел дальше.

Свен сунул свою секиру за пояс, достал две перчатки странного вида, натянул их на руки и взмахнул. Невидимый вихрь силы протянулся от перчаток Свена, закрутил Лича, поднял его в воздух, перенес обратно и поставил на ноги. Лич покачнулся, но устоял.

- Гады вы, - уныло сказал он.

***

Лич с Доком сдали назад все что накупили, и затарились по новой. Теперь все было серьезнее. Оружие, бронежилеты, патроны, какие-то зловещие артефакты. Антон стоял в стороне и молча принимал, одевал и рассовывал по карманам то, что ему давали. Наконец все были готовы.

На этот раз они пошли по центральной тропинке. По ходу Снайпер объяснял план битвы. Как Антон понял, Снайпер заманит Леру в глубь нашей территории, и тут все на нее навалятся скопом. План казался Антону не без изъянов. Самый главный изъян был - а как они удержат Леру, если она захочет убежать? Но опыта у Снайпера было больше, поэтому Антон решил ему довериться.

Поворот, другой, они вывалились из леса, и Антон увидел большую железную башня с крупными заклепками. Круглая высокая дура размером с хороший дом, с танковой башней на вершине, а вместо дула у нее торчала натуральная антенна. При их приближении она загудела, замигала красным светом, повернулась к ним, красный свет мигнул и сменился на зеленый, и башня успокоилась. Ну и слава богу, подумал Антон. Свои.

На месте план Снайпера показался Антону совсем уж никаким. Перед башней было чистое поле, потом речка, потом вражеская башня. Прятаться было особо негде. Антон поделился своими сомнениями со Снайпером, и тот кивнул головой.

- Ловить будем на живца. Я подманю Леру к башне, так просто сама по себе она не пойдет. Лич и Док прячутся за башней, при удачном стечении обстоятельств она сама за башню забежит. Ну а ты, мой друг, будешь невидимым.

Антон об этом совершенно забыл. Он кивнул головой, и сделался невидимым. Снайпер вздрогнул и перекрестился. Антон усмехнулся, повернулся и пошел к реке.

***

Ждать пришлось недолго. Прятаться и вправду было негде. Антон стоял ровно между двумя башнями. Леру он увидел издалека. Знакомый вихрь телепортации, и она материализовалась перед башней. Осторожно она пошла в сторону торчащего в чистом поле Снайпера, сдвинув набок лук и колчан. Антон знал, как она умеет стрелять, и непроизвольно попятился. Но она его не видела. Она прошла близко, очень близко, Антон даже задержал дыхание. Что-то она чувствовала, потому что остановилась и начала озираться вокруг. Тогда Антон задержал сердцебиение и опустил глаза. Меня здесь нет, монотонно думал он, меня здесь просто нет.

Это помогло, и Лера двинулась дальше. Антон снова задышал. Блин, да это он не охотник за головами, это он ниндзя какой-то. Ну да ладно. Бесшумно, на цыпочках, но быстро, Антон пошел за ней. В голове продолжала крутиться мантра про то, что его здесь нету. Антон осваивался в Доте все лучше и лучше.

Глядя на Леру сзади, он невольно начал вспоминать их приключение. И тут же в голову полезли и последствия. Как же это так получилось, что все так хорошо начиналось, а кончилось так плохо? Антон начал проигрывать в голове варианты, а что бы было, поступи он по-другому, не позвони он по этому дурацкому радио, например, или не скажи он про эту дурацкую бутылочку, ведь все могло бы быть совсем по другому. Замечтавшись, Антон невольно замедлил шаг и погрузился в свои мысли. Шум и лязг вернули его к суровой реальности.

Антон стоял в сотне шагов от башни. Лера стояла прямо перед ним. А под башней в знакомых позах стояли и лежали его товарищи.

Док и Лич пытались встать с земли. Свежекупленные броники немного помогали, но не очень. Лера даже не очень обращала на них внимание, лишь только когда Док наконец встал и попытался вызвать заклятие, она пустила стрелу, и Док, перекувыркнувшись, снова начал мучительно вставать. Основное внимание она уделяла Свену и Снайперу.

Проблема Свена была в его секире. Вернее, секира проблемой не была, подойди Свен поближе, и проблемы бы были уже у Леры. Но вот подойти он не мог. Как только он пытался отойти от башни, Лера учащала стрельбу, и поток черных стрел отбрасывал Свена спиной на башню, аж каменная крошка летела. Его замечательный доспех защищал его, так что он не лежал на земле, но и подойти на удобную дистанцию не мог.

А вот Снайперу было плохо. Он с трудом отбивался от стрел Леры. Стреляла она хитро, то быстро, то медленно, то по две стрелы сразу, то подбивая одну стрелу другой. Из-за этого Снайпер иногда пропускал стрелу, пытался увернуться, и стрела чиркала его по рукам или ногам. Кое-где проступала кровь.

Увлекшись, Лера шагнула вперед, и тут же ожила электронная пушка на башне, дуло повернулось, и синий пучок молний ударил в Леру. Лера взвизгнула и отскочила, волосы на ее голове встали дыбом. Понятненько, для чего здесь башня, подумал Антон. И вообще, тут по плану мой выход, Антон по плану тут выходит и всех побеждает.

***

Антон шагнул вперед, удобный большой кинжал, по размеру почти меч, прыгнул с пояса в руку, и Антон перерезал тетиву. С глухим звоном лук распрямился.

Лера отпрыгнула и перехватила лук двумя руками. Теперь это была просто длинная палка в рост человека. Антон стал видимым, и Лера в упор смотрела на него.

- Антон? - полувопросительно, полуутвердительно сказала она.

Вместо ответа Антон шагнул к ней, взмахивая своим ножом. Метил он по палке. Если ее перерубить, подумал Антон, она останется вообще без оружия. В общем-то и так она без оружия, что можно сделать палкой против ножа?

Оказалось, много чего можно. Размер имел значение. Лихо провернувшись, палка ударила Антона по уху. Звон в ухе отдался во всей голове. Инстинктивно Антон дернулся назад. Лера вернула палку и концом ткнула Антона в грудь. Выглядело это как быстрое движение отбойного молотка. Чувствовалось так же как отбойный молоток. Сердце у Антона на секунду остановилось, и с перебоями забилось снова. Антон попытался ткнуть Леру ножом. Снова провернувшись, палка ударил его по руке с кинжалом. Кинжал выпал.

Антон понял что дело плохо, и исчез. Его левая рука вытянулась в сторону кинжала, кинжал прыгнул ему в руку и тоже стал невидимым. Хорошо. Антон пошел по кругу вокруг Леры. Она подняла палку над головой и стала со свистом крутить ее вокруг себя. Над головой, и вокруг тела, ловко перехватывая ее руками. Подойти к ней было невозможно. Антон попробовал подшагнуть раз, другой, но каждый раз отскакивал назад. Палка двигалась быстро и закрывала пространство вокруг Леры. А она быстро-быстро пошла, почти побежала в сторону своей башни. Уйдет же, подумал Антон и посмотрел на свою руку, сжимающую кинжал. Две его гарды были заострены и делали его похожим на сюрикен. Сюрикен?

Ну, держись, подумал Антон. Убивать он ее не хотел, да и не смог бы, наверно, она была в фигуристом панцире. Рассчитав момент, Антон метнул свой клинок.

Как только клинок отделился от руки Антона, он стал видимым. Краем глаза Лера уловила блеск, остановилась и резко повернулась. Кинжал ударил ее в грудь, как молот. Раздался глухой скрежет, Леру сбило с ног, и она свалилась на землю, но тут же села.

- Антон? - глаза ее наполовину наполнились слезами, и лицо приняло беззащитное выражение. - Как ты мог, после того, что у нас было? - она смотрела на Антона с укором.

Антон в нерешительности остановился. Все-таки мужчины сентиментальны. Не в том смысле, что плаксы, а в том смысле, что женщинам очень легко окрутить мужикам голову. Сердце у Антона сжалось, на этот раз от жалости.

- Лера... - с комком в горле произнес Антон.

Лера потянулась и закинула руку за спину. Она что, хочет прямо здесь заняться сексом, что ли, мелькнула в голове Антона глупая мысль. Но реальность оказалась жесткой и прозаичной.

Это была какой-то клубок шерсти. Нет, не шерсти, клубок каких-то веревок. Нет. Это была запасная тетива.

В мгновение ока Лера накинула тетиву на один конец лука, вскочила, надавила на лук всем телом, и накинула второй конец тетивы на другой конец лука. Еще миг, и стрела лежала на тетиве, готовая сорваться с нее и ударить Антона в живот. Дежа-вю.

- Лера? - не веря своим глазам, спросил Антон.

- Сосунок, - презрительно сказала она и спустила тетиву.

***

Удар пули сшиб стрелу на лету. Снайпер стрелял с очень неудобного угла, практически Антон загораживал ему Леру, пуля просвистела у Антона под рукой, разодрав плащ. Лера развернулась и, петляя, помчалась к своей башне. Антон стоял на месте. Коленки у него дрожали.

- Не за что, - Снайпер хлопнул Антона по плечу. Подошел Свен, Док и Лич были на полпути.

Антон молчал. Признаться, до сих пор где-то в глубине души он надеялся на какое-то примирение с Лерой. Нет, явно Антон этого не думал, но, похоже, подсознательно этого хотел. Что-то в стиле Голливуда, мачо одной рукой побеждает женщину-злодейку, и она падает ему на шею. Хэппи энд. Реальность подняла Антона за шкирку, как котенка, и ткнула мордой в дерьмо. В его собственное дерьмо, если разобраться хорошенько. Все, игры кончились. Никаких ударов понарошку. Это игра до смерти.

Эффект неожиданности был потерян. Оставался тупой накат. Сила против силы, воля против воли.

То, что они дальше делали, было очень тупо и бессмысленно. Они шли вперед, стреляли, рубили, кидали заклятия, укорачивались. К Лере подтянулась ее команда, но Антон сотоварищи были мотивированнее. Поэтому они теснили врага.

До тех пор, пока не упирались в их башню. После невидимого рубежа пушка начинала плеваться синими разрядами. Это было не столько больно, сколько неприятно, при разряде сковывало мышцы, и они откатывались от вражеской башни назад. Ну а что еще можно сделать, если тебя бьет током? Плюс еще секунд десять - потеря координации. После пары-тройки таких ударов у Антона выработался стойкий рефлекс-отвращение.

А Лера просто прятались за башней. Как только Снайпер и Свен получали свою порцию тока, она выскакивала и поливала их градом стрел, превращая их отход в паническое бегство. Никто не хотел получить стрелу в пятку.

Антон сбился со счета. После пяти или шести таких навалов они отошли к своей башне. Снайпер прислонился к стене, Свен стоял в позе памятника с обеими руками на секире. Антон присел на корточки.

Пат.

- Шелоб, - вдруг сказал Док.

Антон вопросительно посмотрел на него.

- Тебе нужно сердце Шелоб.

- Нет, мне нужно сердце Леры, - сказал Антон.

- Нет. Слушай. У истока реки есть пещеры, в этих пещерах прячется Шелоб. Гигантская паучиха. Пещеры заколдованы, только тот, кто одержим местью, может найти Шелоб в лабиринте, убить ее и съесть сердце. Если ты съешь сердце, ты станешь неуязвимым. На один день. Ты станешь сильнее и умнее, и вообще... лучше. Вот Снайпер убил ее один раз.

Снайпер скривился как от горькой пилюли. Антон скривился тоже. Властелина колец мне только не хватало, и чего эта Шелоб приперлась в Доту, подумал он. Сердце гигантской паучихи. Его хоть зажарить можно будет, или сырым лопать?

Док пожал плечами.

- Чего кривишься? Я тебе не мама, заставлять не буду, не хочешь, не надо, мое дело предложить, твое дело отказаться.

Антон думал. Что ему эта месть, зачем ему вообще эта месть? Он хочет уйти из Доты. Он сейчас должен просто простить Леру, внутри себя простить ее, уйти в лес куда-нибудь, и медитировать час, не думать ни о чем. Только час. Он должен суметь. И по истечении часа, все - прощай, Дота!

Антон встал и неожиданно для самого себя сказал:

- Это я челюсти просто разминал. Ну, веди меня к этой своей Шелоб.

***

Они пошли вверх по течению. Теперь Антон уже лучше ориентировался и примерно представлял, где они находятся. Скала, ограничивающая Доту, постепенно приближалась. Странно, если не приглядываться и не знать, что она там, ее было почти не видно.

Наконец они подошли вплотную. Ручеек, здесь уже совсем слабый, струился из мрачной пещеры. Когда-то эта пещера была забрана решеткой, но теперь прутья были погнуты и остатки решетки валялись вокруг. Некоторые прутья были пожеваны. Антон поежился.

Док обломал несколько веток, обернул их тряпками, полил вязкой жидкостью из черной бутылочки, и поджег. Каждый взял по факелу, и они вошли в пещеру.

Антон остановился и присмотрелся. Глаза медленно привыкали к темноте. Но было еще что-то, невидимое, неслышимое, что-то такое... Что? Антон стоял, всматриваясь в темноту, и перед глазами медленно проступали своды пещеры и три тоннеля. Но нет, было что-то еще. Антон прислушался, потом принюхался... нет, ничего. И тогда Антон закрыл глаза.

Это странное ощущение рождалось в разуме, минуя зрение, минуя слух. Антон ощущал, что в глубине пещеры сидит злобное древнее существо. У этого существа не было разума, вернее разум ее был непознаваемо чужд человеческому. Она был стара, ох как же она была стара, и она помнила все свои дни. И она знала, что кто-то идет за ней, и шипела в темной глубине своей берлоги, отгородившись лабиринтом пещер. Но Антон видел путь к ней, сквозь эти пещеры, и он видел ловушки и провалы, и паутины, расставленные ей.

- Ну идем же, - нетерпеливо тянул его Снайпер, - куда идем, в левый ход или в правый?

Антон недоуменно посмотрел на него.

- В средний.

Снайпер так же недоуменно оглянулся.

- Ты в порядке?

Антон кивнул головой.

- Мы идем в средний тоннель.

- Антон, здесь только два тоннеля, - участливо сказал Снайпер.

Тогда Антон взял его за плечи и повел к среднему тоннелю. Странно, Снайпер все время пытался отвернуть в сторону, и Антону приходилось толкать его то в одно плечо, то в другое. В конце концов они подошли вплотную к тоннелю. Снайпер что-то бубнил под нос, и вдруг резко осекся и замолчал.

- Три тоннеля, - тихим голосом сказал Снайпер. - Но было же два?

- Это Шелоб морок насылает, - сказал Док. - Поэтому и нужен Антон с его местью, которая сильнее морока. Мы без него тут заблудимся, Шелоб нас заведет в свою паутину и съест. Или яйца отложит. Почему вы думаете, ослики на этой линии так часто пропадают? Шелоб их заманивает в пещеру, и все, поминай как звали. Давайте так, все идем за Антоном цепочкой, держимся друг за друга, вопросов не задаем. Антон знает куда идти.

Так и сделали, все построились цепочкой, и Антон повел их вглубь.

***

Казалось, что прошла вечность, но, вероятно, это заняло немного меньше времени. Полчаса? Час? - Антон спешил. Надо было успеть до вечера. Надо было успеть. Последний поворот, и они оказались в тупике.

Все остановились.

- Отакота. - удивленно произнес Снайпер. - Ты нас куда завел, Сусанин?

Сердце Антона билось с перебоями, кровь стучала в висках. Он не мог ошибиться. Нет. Антон закрыл глаза и снова прислушался к ощущениям. Не открывая глаз, он шагнул раз, другой, протянул руку, и уперся в плотную как камень, тугую и клейкую массу. Он открыл глаза и попытался отдернуть руку. Рука прилипла к камню. Камню? Все сгрудились вокруг с факелами.

Это был не камень. Это была очень плотная паутина, еще свежая. Шелоб заткала вход в свою берлогу, пока они шли.

- А ну-ка, - Док прошептал заклятие, и рука Антона с чавканьем отодралась от паутины.

Док достал скальпель, и резанул паутину. Скальпель прилип. Док дернул его, раз, другой, бестолку. В сердцах, он хотел было пнуть вредную паутину, но вовремя одумался.

Тогда Свен прислонил секиру к стене и снял с плеча сверток. Аккуратно развернув его, он достал из свертка составное копье. Наконечник звенел и пылал красным светом, и Свен старался его не касаться.

- Посторонись, - сказал он, отошел на два шага и швырнул копье в паутину.

С грохотом и треском паутина и кусок стены вокруг нее дезинтегрировалась. Три красных глаза вспыхнули внутри берлоги, Шелоб ринулась вперед, и ударила Свена жвалами. Удар был так силен, что его вышвырнуло в горловину пещеры.

Дальнейшее слилось в отрывочный калейдоскоп. Так бывает в яростном бою, когда разум занят на все сто процентов, нет времени что-то запоминать или анализировать. Отвлечешься на миг, и ты труп. Антон бил, отскакивал, уворачивался, помогал товарищам, которые тоже били, отскакивали, и уворачивались. Боже мой, как же сильна и живуча была эта тварь. Они били снова, и снова, и снова, мышцы ныли, руки немели, кости трещали, но наконец Шелоб завизжала, повернулась и попыталась убежать. Док, и Лич, и Антон, и Свен, и Снайпер - все повисли на ней, свалили на землю, она кровоточила гноем, один глаз был выбит, она билась и кричала, и разбрасывала их, и они снова кидались на нее, и наконец Свен с силой опустил секиру и отрубил голову.

Секунду назад это была злобная живучая визжащая опасная тварь. Миг - и ее огромное тело опало, потоки гнойной крови толчками выплескивались из горла и с шипением испарялись, касаясь воздуха, кожа плавилась и отваливалась кусками. Едкий зеленый туман заволок воздух, Антон кашлял и задыхался, воздуха не хватало, да что там - его просто не было, и Антон подумал, что это последняя подлянка Шелоб, убить их этим зловонием после своей смерти, он наконец Лич бросил горсть кристаллов на пол, и с шипением весь воздух втянулся в них, на самом деле весь - Антон почувствовал, как его распирает изнутри его собственная кровь, и дышать теперь уже было вообще нечем, - но через секунду Лич бросил другие кристаллы, и порыв свежего воздуха, почти взрыв, разбросал их по стенам.

Антон сполз по стене. Сил не было. Он дышал и не мог надышаться. Воздух! Жизнь! Наконец он встал.

Среди закаменевших остатков оболочки Шелоб лежало ее сердце. Зловеще-пурпурное, не такое большое, как он думал. Оно медленно опускалось. Антон пригляделся. Каменный пол под сердцем плавился.

- Давай же! Уйдет! - закричал Снайпер.

Антон схватил сердце. Руку обожгло, и с пальцев закапала кровь. Ярость боли слилась с ненавистью к Лере, ненавистью ко всей этой глупой игре, ненависти к самому себе, и Антон затолкал сердце Шелоб в рот.

Он хотел кричать, но не мог. Он думал, что съест это сердце, и все. Ну, кусок сырого мяса, думал Антон, ну переживу. Но ощущения были такие, как будто это сердце ело Антона.

Сердце пролезло в его горло, разодрав его. Соленая кровь поползла в рот и на губы. Антон сглотнул ком в горле. В груди его разорвалась боль. Сердце прошло до середины, и затем с противным треском прорвало трахею и легкое. Антон закашлял кровью, и захлебнулся ей. Но сердце Шелоб наконец достигло своей цели. Оно обволокло сердце Антона.

В тот же миг Антон почувствовал, как потоки силы заструились по его венам и артериям. В долю секунды его разорванная грудь и его разорванное горло заросли. Антон поднял руку. Обожженные пальцы заживали на глазах. Антон прислушался к своему телу. Он был силен, боже, как он был силен, и быстр, и неуязвим! Оно того стоило, подумал Антон. Оно того стоило.

***

Обратный путь к вражеской башне был быстр. Говорили мало. Все были молчаливы и сосредоточенны. Все все понимали.

Когда они подошли к границам башни, Антон остановил товарищей, и в одиночку пошел к Лере. Лера подняла брови и поманила его пальцем. Легко, даже без мантры, одним усилием мысли, Антон исчез. Тут же ожила электронная пушка и разряд молнии ударил в Антона.

Сердце помогало. Разряд ударил в кожу и стек в землю; Антон продолжал спокойно идти. Только легкое потрескивание наэлектризованного воздуха и бегающие искры выдавали его положение. Следующий разряд ударил в него, и еще один, и еще. Лера скинула с плеча лук и, быстро стреляя, пошла навстречу.

Прежний Антон был бы мертв после первой стрелы. Но прежнего Антона уже не было. Антон изменился. Мышцы, рефлексы, сила, скорость. И разум его тоже изменился. Не было больше жалости и рефлексии. Игра так игра, Дота так Дота. Я в игре, подумал Антон, игры кончились.

Он ловил стрелы руками, сбивал их, уворачивался. Наконец они встали в пяти шагах друг от друга. Лера, закусив губу, стреляла в упор с бешеной скоростью, Антон разбрасывал поток стрел руками. Неожиданно Лера достала две красные стрелы из за пояса и пустила их одну за другой.

Первая стрела взорвалась в воздухе как только Антон ее коснулся. Его руку обожгло и отбросило в сторону, кисть его сгорела и осыпалась пеплом, и вторая стрела ударила Антона в сердце.

С шипением и треском стрела сгорела и осыпалась красным пеплом. С удивлением в глазах Лера замерла на месте. Антон шагнул вперед, нож прыгнул в мгновенно зажившую руку, и Антон наотмашь полоснул Леру по щеке. Лера отшатнулась, схватилась за лицо, повернулась и побежала.

Антон пошел к башне. Лерины подручные пытались его остановить, и некоторое время это у них получалось. Они не могли причинить Антону никакого вреда, но они могли задержать его продвижение. Антона отбрасывало, подкидывало в воздух, земля уходила из под ног, трава цеплялась за ботинки. Антон падал, но вставал и шел вперед.

Когда подтянулась Антонова команда, ситуация изменилась, и очень быстро. Лич прошептал заклятие, и враги замерли, замороженные в куске льда. Лед быстро таял, но Антону хватило нескольких секунд. Кинжал с треском разломил ледяную корку и пронзил их сердца.

Антон стоял около башни и смотрел вниз, на трупы врагов. Оно того стоило, шептал он. Молнии били в него, но он не обращал на них внимания.

- Чего стоим? Кого ждем? - прокричал кто-то за его спиной.

Антон обернулся. Снайпер бешено, как из пулемета, строчил по башне. Свен бил ее кувалдой, осколки кирпичей разлетались веером. Антон посмотрел на свой верный клинок. Нож против камней? Док подошел к нему, достал что-то из сумки, пробормотал себе под нос и мягким движением пальцев бросил заклятие на кинжал Антона. Клинок зазвенел, засветился синим светом и превратился в заостренную кувалду. Ну что же... Антон присоединился к Свену и стал долбить башню. Башня стонала и скрипела, молнии били во всех, но Док и Лич что-то колдовали и молнии гасли в воздухе, и вот наконец башня не выдержали и медленно рухнула россыпью камней.

Антон тяжело дышал. Свен тяжело дышал. Док и Лич свалились на траву, видимо, не такое это легкое дело - колдовать, подумал Антон. А вот Снайпер был счастлив. Глаза его светились, он был выше ростом, больше Свена, он подпрыгивал на месте, и напевал что-то. Маньяк, подумал Антон, игра для него - все, как так можно?

- Идем их базу ломать! - Снайпер стоял перед ними и почти кричал.

- А мы сможем? - неуверенно спросил Док.

- Сегодня мы все сможем! - уверенно сказал Снайпер и подрос еще на полметра. Буквально.

Месть не отменяется, подумал Антон. Хорошо. Он кивнул головой и отвел глаза от лица Снайпера. Смотреть на Снайпера было больно. Физически.

***

Антону не пришлось ничего делать. Все делал Снайпер. Ослик сновал между их базой и Снайпером как экспресс, Док даже наколдовал ослику крылья. Винтовка в руках Снайпера постепенно преображалась в крупнокалиберный пулемет а ля коммандо. Когда они подошли к вражеской базе, Снайпер с истерическим хохотом вскинул его и начал стрелять. Оградительные башни разлетались на куски камней и железа, Лера попыталась было ответить своими стрелами, но пули Снайпера ударили под ее ноги и подкинули ее в воздух вместе с землей и камнями. Антон положил было руку на плечо Снайпера, но Снайпер скинул его руку, прокричав "Да, да, она вся твоя!", и пошел дальше мимо лежащей Леры, стреляя во все что двигалось. И во все что не двигалось тоже.

Антон подошел к Лере. Она вскочила на ноги и схватилась было за лук, но Антон выбил лук и ударил ее в живот. Лера согнулась пополам и прохрипела: "Только не по лицу". Антон приподнял ее и ударил по носу, раз, другой, и по лицу, брызнула кровь, Антон продолжал бить, пока она не обмякла и сползла на землю, тогда он наклонился и продолжил бить ее по груди, по телу, слезы текли из его глаз, и наконец тело Леры перестало двигаться, вообще, и только тогда он остановился. Лера лежала неподвижно, как сломанная кукла. И это все, подумал Антон?

Секунду он смотрел не нее. Что он чувствовал? Антон попытался вспомнить, чего же он хотел. Месть состоялась. Он же должен что-то чувствовать. Радость, торжество, удовлетворение? Антон прислушался. Он не чувствовал ничего. Ничего этого. Ненависть переплавилась и оставила горький осадок боли, недоумения и несправедливости. Как же так получилось, что все так произошло, само по себе, он же не хотел всего этого, как же так? И Антон подумал, что теперь этот горький осадок несправедливости останется в его сердце навсегда.

Он перешагнул бездыханное тело Леры и пошел к Снайперу. Снайпер громил фонтан. Разряды били в него как из скорострельной пушки, не переставая, но он не обращал внимания. Куски бетона и железа отлетали и плавились, и наконец с почти человеческим стоном фонтан стал разваливаться на куски.

Задрожала земля под ногами, пошла трещинами, как при землетрясении. Деревья, стены, камни падали вниз. Воздух со свистом уходил в провалы. В голове зашумело. Ну нет, я досмотрю это до конца, подумал Антон, и задержал дыхание. Он видел, как мир Доты рушится на куски, и огромные стены покрываются трещинами и начинают заваливаться, но тут очередной кусок камня ударил его в спину, и из Антона вышибло дух. Он ощутил себя бесплотным духом, вылетевшим из своего бездыханного тела, все было как во сне, он видел свое тело, сползающее по земле, и тут наконец Антон отключился.

Эпилог. Ad Infinitum.

Антон не хотел открывать глаза. Антон хотел спать дальше. Но заснуть уже не получалось, яркий свет проникал сквозь веки и не давал уснуть. Медленно-медленно Антон открыл глаза.

Д О Т А 3

Он бездумно смотрел на буквы. Он пытался вспомнить сон, который видел. Есть такой краткий момент, когда ты только-только проснулся, и еще помнишь сон, такой красочный, такой реальный, но с каждой секундой он забывается, и уходит из памяти, как песок сквозь пальцы, и реальность дня заполняет тебя, и нет места глупым снам.

Сон, сон... Антон учился, в странном месте, с названием Земля, и играл на компьютере в игру, и заснул, - как это, заснул во сне? - и проснулся - опять во сне? Антон напрягся, пытаясь удержать в памяти эти видения, но они утекали как вода в реке, и не возвращались.

Наконец Антон сел, потом спрыгнул на пол и подошел к двери. Сон окончательно растаял миражом нереальности. Новый день, и, как обычно, Антон будет Львиным Демоном. Анаклетом. Это его имя. Так было всегда. Все будет как обычно, безумный Снайпер пойдет воевать с Лерой. Леру он не хотел видеть, никогда, и Лера не хотела его видеть, и есть вещи, которые не забудутся и за три дня, и не простятся никогда.

Свен уйдет непонятно куда делать непонятно что, Док и Лич пойдут на поляну. Надо же как-то провести еще один день. Выбора нет. Поэтому он, и Док, и Лич пойдут на поляну, сегодня, и завтра, и послезавтра, и каждый день.

Он по-привычке зажмурился, приготовившись к яркому дневному свету, и шагнул в знакомую дверь.

Content

Рики Мару
Дота 3

Глава 1. На поляне. Ничего не понятно.

Глава 2. На поляне. Что-то проясняется.

Глава 3. Первая встреча с Лерой.

Глава 4. Вторая встреча с Лерой.

Глава 5. Третья встреча с Лерой.