Стаут Рекс Тодхантер

Офицер и леди - английский и русский параллельные тексты

Rex Stout

Рекс Стаут

An Officer and a Lady

Офицер и леди

BILL FARDEN HAD HAD HIS EYE on the big brick house on the corner for some time.

Билл Фаден стоял и разглядывал большой кирпичный дом на углу улицы.

He had worked one in that block-the white frame with the latticed porch farther down toward Madison Street-during the early part of March, and had got rather a nice bag.

Он уже обработал один в этом квартале - белое здание с решетчатой верандой чуть дальше по направлению к Мэдисон-стрит - в начале марта, и добыча его не разочаровала.

Then, warned off by the scare and hullabaloo that followed, he had fought shy of that part of town for a full month, confining his operations to one or two minor hauls in the Parkdale section.

Потом была еще одна попытка, но газетчики подняли такой шум, что Билл после этого целый месяц боролся со страхом перед богатым кварталом, сократив свою деятельность до одной-двух незначительных вылазок в районе Паркдейл.

He figured that by now things would have calmed down sufficiently in this neighborhood to permit a quiet hour's work without undue danger.

Теперь же он решил, что к этому времени в окрестностях все уже достаточно успокоилось для того, чтобы безо всяких опасных неожиданностей часок поработать.

It was a dark night, or would have been but for the street lamp on the corner.

Ночь была темная, вернее, была бы, если бы не фонарь на углу.

That mattered little, since the right side of the house was in deep shadow anyway.

Но это практически не имело значения, поскольку правая сторона дома все равно утопала в глубокой тени.

By an oversight I have neglected to place the scene of the story in the vicinity of a clock tower, so Bill Farden was obliged to take out his watch and look at it in order to call attention to the fact that it was an hour past midnight. He nodded his head with satisfaction, then advanced across the lawn to that side of the house left in deep shadow.

Билл удовлетворенно кивнул и, выйдя из темноты, двинулся через лужайку к неосвещенной части здания.

Two large windows loomed up side by side, then a wide expanse of brick, then two more.

На стене неясно вырисовывались два больших окна, потом шел широкий кирпичный блок, а за ним еще два окна.

After a leisurely examination he chose the second of the first pair.

После неторопливого осмотра Билл выбрал второе в первой паре.

A ray from his electric flash showed the old-fashioned catch snapped to.

Лучик его карманного фонарика высветил старомодные защелки.

Grinning professionally, he took a thin shining instrument from his pocket, climbed noiselessly onto the ledge and inserted the steel blade in the slit.

Профессионал усмехнулся, достал из кармана тонкий блестящий инструмент, бесшумно запрыгнул на подоконник и просунул стальное лезвие в щель.

A quick jerk, a sharp snap, and he leaped down again. He cocked his ear.

Быстрый рывок, резкий щелчок, и, спрыгнув на землю, он прислушался.

No sound.

Ни звука.

The window slid smoothly upward to his push, and the next instant his deft accustomed hand had noiselessly raised the inner shade.

Окно легко поддалось под нажимом, и в следующий момент ловкая умелая рука вползла в сонную темноту дома.

Again he lifted himself onto the ledge, and this time across it, too. He was inside the house.

Билл опять запрыгнул на подоконник, свесил одну ногу, вторую - и вот он уже внутри.

He stood for a time absolutely motionless, listening.

Некоторое время он стоял абсолютно неподвижно, прислушиваясь.

The faintest of scratching noises came from the right.

Справа раздалось тихое шуршание.

"Bird," Bill observed mentally, and his experienced ear was corroborated a moment later when the light of his electric flash revealed a canary blinking through the bars of its cage.

"Птица", - мысленно определил Билл, и спустя секунду его предположение, подсказанное опытным ухом, подтвердилось, когда луч фонарика выхватил из мрака канарейку, прикрывшую глаза за прутьями клетки.

There was no other sound, and he let the cone of light travel boldly about the apartment.

Больше не раздалось ни звука, и наш герой направил конус света путешествовать по помещению.

It was a well-furnished library and music room, with a large shining table, shelves of books along the walls, a grand piano at one end, and several comfortable chairs.

Оказалось, что он попал в прекрасно обставленную библиотеку и одновременно музыкальную комнату с большим полированным столом, книжными полками вдоль стен, массивным фортепиано в дальнем углу и несколькими удобными мягкими креслами.

Bill grunted and moved toward a door at the farther corner.

Билл презрительно хмыкнул и двинулся к двери.

He passed through, and a glance showed him the dining room.

Перешагнув через порог, он с первого взгляда определил, что находится в столовой.

Stepping noiselessly to the windows to make sure that the shades were drawn tight, he then switched on the electric chandelier.

Бесшумно ступая, подошел к окнам, чтобы убедиться, что занавеси плотно задернуты, а потом зажег электрическую люстру.

There was promise in the array of china and cut glass spread over the buffet and sideboard, and with an expectant gleam in his eye he sprang to open the heavy drawers.

Буфет и сервант стройными рядами заполняли фарфор и хрусталь. Билл с азартным блеском в глазах бросился открывать тяжелые дверцы.

The first held linen; he didn't bother to close it again.

За первой было белье; он не побеспокоился о том, чтобы закрыть ее снова.

The second was full of silver, dozens, scores of pieces of old family silver.

За второй было полным-полно столовых приборов - фамильное серебро.

In a trice Bill flew to the ledge of the window by which he had entered and was back again with a suitcase in his hand.

В мгновение ока вор слетал к окну, через которое проник в дом, и вернулся с чемоданом в руке.

When the silver, wrapped in napkins, was safely in the suitcase, Bill straightened and glanced sharply around.

Когда серебро было завернуто в салфетки и уложено в чемодан, Билл выпрямился и торопливо огляделся.

Should he leave at once with this rare booty so easily gathered?

Стоит ли уходить со столь скудной добычей?

He shook his head with decision and returned to place the suitcase on the window ledge in the library; then he came back, switched off the light in the dining room, and entered the kitchen.

Он решительно помотал головой, снова перенес чемодан на подоконник в библиотеке; потом вернулся, выключил свет в столовой и вошел в кухню.

By unerring instinct he stepped to the refrigerator.

Повинуясь безошибочному инстинкту, он шагнул к холодильнику.

A flash of his pocket-lamp, and he gave a satisfied grunt.

За вспышкой карманного фонарика последовало довольное мычание.

He turned on the light.

Билл включил свет.

From the recesses of the ice-box he brought forth a dish of peas, some sliced beef, half a chicken, some cold potatoes, and part of a strawberry shortcake.

Из недр холодильника он вытащил тарелку горошка, несколько ломтиков мяса, половину цыпленка, холодный картофель и кусок слоеного земляничного пирога.

In a drawer in the kitchen cabinet he found a knife and fork and some spoons.

В ящике кухонного стола обнаружились нож, вилка и несколько ложек.

From a common-sense viewpoint the performance was idiotic.

С точки зрения здравого смысла этот его поступок был совершенно идиотским.

Having broken into an inhabited house in the dead of night, rifled the silver drawer and deposited the loot on the window sill, I for one would not be guilty of the artistic crime of tacking on an anticlimax by returning to the kitchen to rob the refrigerator and grossly stuff myself.

Взломав окно, он проник в жилой дом глубокой ночью, выпотрошил ящик с серебром, оставил добычу на подоконнике; я, например, не пошел бы на такое артистическое преступление, тем более не стал бы потом снимать напряжение, опустошая холодильник и до отказа набивая живот ворованной снедью.

But Bill Farden was an old and experienced hand, thoroughly versed in the best burglar tradition.

Но Билл Фаден был прожженным, опытным вором, в совершенстве владеющим всеми приемами ночных взломщиков.

Also, perhaps he was hungry.

К тому же он был голоден.

He ate as one who respects food but has no time for formalities.

Он ел как человек, уважающий процесс поглощения пищи, но не имеющий времени на формальности.

He had finished the meat and vegetables and was beginning on the shortcake, when all of a sudden he sprang noiselessly from his chair to the electric button on the wall.

Прикончив мясо и овощи и уже приступив к пирогу, он вдруг резко, но бесшумно вскочил со стула и метнулся к выключателю на стене.

A tiny click and the room was in darkness.

Легкое нажатие, и кухня погрузилась во тьму.

He crouched low against the wall, while the footsteps that had startled him from above became louder as they began to descend the back stairs.

Скрючившись, он припал к двери. Шаги, вспугнувшие его., стали громче, словно кто-то спускался по внутренней лестнице.

There might still be a chance to make the door into the dining room, but he decided against it.

Возможно, у Билла был шанс проскользнуть в столовую, но он решил не делать этого.

Scarcely breathing, he pulled himself together and waited.

Сжавшись в комок, он затаил дыхание и ждал.

The footsteps became louder still; they halted, and he heard a hand fumbling at the knob of the stairway door.

Шаги стали еще громче; внезапно они затихли, и он услышал, как кто-то шарит рукой, нащупывая ручку двери, которая вела на лестницу.

The noise of the opening door followed.

Через секунду послышался скрип.

Bill's mind was working like lightning.

Мозг Билла сработал молниеносно.

Probably someone had been awake and seen the light from a slit through the window shade.

Вероятно, кто-то проснулся и заметил свет сквозь щель между шторами.

Man or woman?

Мужчина или женщина?

He would soon know.

Скоро он узнает.

The footsteps sounded on the floor, advancing, and his eyes, accustomed to the darkness, caught a dim outline.

Шаги протопали по полу, дальше, дальше, и глаза вора, приспособившиеся к темноте, различили темный силуэт.

Noiselessly his hand sought the side pocket of his coat and fumbled there.

Его рука бесшумно скользнула в карман и зашарила там.

The figure approached; it was now quite close, so close that all Bill had to do was rise swiftly to his feet and close his fingers in their viselike grip.

Фигура приближалась; теперь она была совсем близко, настолько близко, что Биллу достаточно было резво вскочить и сжать пальцы в плотном захвате.

A curious penetrating odor filled the air and a sputtering, muffled cry came from the intruder.

Внезапно в ноздри ударил сильный резкий запах, и незваный гость издал приглушенный вскрик.

A short, sharp struggle, and the form sank limply to the floor.

Короткая борьба, и тело рухнуло на пол.

Kneeling down, Bill pressed the damp sponge a little longer against the nostrils and mouth until the body had quite relaxed, then returned the sponge to the pocket that held the chloroform tube.

Бросившись на колени, Билл некоторое время прижимал к ноздрям и губам противника влажную губку, пока тело не расслабилось, потом убрал ее обратно в карман, где лежал пузырек с хлороформом.

He switched on the light and surveyed his prostrate anesthetized victim.

Включив свет, он осмотрел свою распростертую на полу, впавшую в небытие жертву.

It was a powerful-looking woman in a blue flannel nightgown; feet large and red, face coarse in feature and of contour Scandinavian; probably the cook. Bill wasted little thought on her.

Ею оказалась величественного вида женщина в синей фланелевой ночной рубашке. Возможно, это была повариха. Билл некоторое время беспомощно стоял над ней, разглядывая большие красные ноги и лицо скандинавского типа с крупными грубыми чертами.

The point was that his blood was up now.

Дело было в том, что уровень адреналина в его крови резко подскочил.

He had had the taste of danger and his eyes gleamed.

Он ощутил вкус опасности, глаза его сверкали.

He shot a glance at the open stairway door. A moment later his shoes were off, strung from his belt by their laces, and he was on his way up-silently, warily.

Бросив быстрый взгляд на открытую дверь на лестницу, мгновение спустя Билл снял ботинки, расшнуровав их, и вот он уже на пути наверх -бесшумный и осторожный.

The eleventh step creaked a little and he stopped short.

На одиннадцатой ступеньке под его ногой раздался легкий скрип, и Билл замер.

Two minutes and no sound.

Две минуты - ни звука.

He went on to the top of the stairs and halted there, standing a while to listen before risking his electric flash.

Добравшись до верха лестницы, он остановился и постоял так, прислушиваясь, потом рискнул включить фонарик.

Its rays showed him a long wide hall with two doors on one side and three on the other, all closed, so he moved noiselessly on to the farther end, the front of the house, listened a moment at the crack of a door and then cautiously turned the knob and entered, leaving the door open behind him.

Луч высветил длинный широкий коридор с двумя дверями с одной стороны и тремя - с другой, все были закрыты. Билл бесшумно двинулся к дальнему концу, который выходил в переднюю часть дома. Мгновение он прислушивался, припав к дверной щели, потом осторожно повернул ручку и вошел, оставив дверь открытой.

His ear told him instantly that he was not alone; the room was occupied; he heard someone breathing.

Уши немедленно подали сигнал: он не один, комната занята. Билл услышал чье-то дыхание.

His nerves were drawn tight now, his whole body alert and quivering with the pleasurable excitement of it, like a thoroughbred at the barrier.

Нервы его теперь были натянуты, словно струны, все тело напряжено, по нему прошел трепет приятного возбуждения, как у чистокровного скакуна перед барьером.

A faint reflection of light from the street lamp came in through the window, just enough to make out the dim forms of furniture and the vague lumpy outline under the covers on the bed.

Через окно в комнату просачивался слабый свет уличного фонаря, этого было вполне достаточно, чтобы различить в темноте силуэты мебели и смутные очертания тела под одеялом на кровати.

He heard a watch ticking; it became less audible when he moved swiftly to the dressing table and transferred the timepiece to his own pocket.

Билл расслышал тиканье часов; звук стал гораздо тише, когда он быстро подошел к туалетному столику и переместил часы в собственный карман.

He turned as by instinct toward the door of the closet, but halted sharply halfway across the room.

Инстинктивно он повернулся к двери платяного шкафа, но вдруг резко остановился посередине комнаты.

There was something queer about that breathing.

В звуке дыхания послышалось что-то странное.

He listened tensely.

Он напряженно прислушался.

Most irregular.

Слишком неровное.

Surely not the respiration of a sleeper-and he was an expert on the subject.

Совсем не такое, как у человека спящего, уж в этом он был настоящим экспертом.

Suspicious, to say the least.

Подозрительно.

Like a flash he was at the bedside, and his sharp gaze detected a shuddering movement all over the form that lay there under the sheets.

В мгновение ока Билл оказался у кровати, и его зоркий взгляд уловил дрожь тела под простыней.

His hand flew to the side pocket of his coat, then he remembered that the chloroform tube was empty.

Его рука скользнула к карману пальто, потом он вспомнил, что пузырек, в котором был хлороформ, пуст.

In a fit of rashness he pressed the button of his pocket-flash, and there on the pillow, in the center of the bright electric ray that shot forth, he saw the face of a man with mouth wide open and eyes staring in abject terror-a man wide awake and petrified with fear.

В приступе безрассудства он нажал кнопку фонарика и направил его на подушку. В самом центре луча возникло лицо мужчины с широко открытым ртом и глазами, полными животного ужаса, - человек окончательно проснулся и окаменел от страха.

Bill had seen such countenances before, and experience had taught him to waste no time in taking advantage of the wide-open mouth.

Билл и раньше видел подобные выражения лиц, так что его прежний опыт подсказал ему не терять времени даром и обезопаситься от этого широко открытого рта.

So, moving with swift sureness, he filled that gaping aperture with the corner of a sheet, stuffing it in with conscientious thoroughness.

Совершив быстрое уверенное движение, он заткнул зияющее отверстие углом простыни с добросовестной основательностью.

Then, while the man made feeble attempts to get loose, which Bill impatiently ignored, he tied his hands and feet and made the gag secure.

Потом, пока человек предпринимал тщетные попытки освободиться, которые Билл проигнорировал, он связал его руки, ноги и зафиксировал кляп.

Gurglings barely audible came from the victim's nose; our hero made a threatening gesture, and they ceased.

Посредством носа жертва издала слабое бульканье, наш герой сделал угрожающий жест, и оно немедленно прекратилось.

He proceeded calmly and methodically to rifle the room and closet. When he finished ten minutes later, he had deposited in various places about his person two silver cigarette cases, three scarf pins, five rings, a jeweled photograph frame, and ninety-four dollars in cash.

Он спокойно и методично обыскал комнату и платяной шкаф, а по прошествии десяти минут уже успел рассовать по различным укромным местам собственного облачения два серебряных портсигара, три заколки для галстука, пять колец, рамку для фотографии, инкрустированную драгоценными камнями, и девяносто четыре доллара наличными.

He looked to see that his captive was securely tied, scowled ferociously into his face, tiptoed out of the room and closed the door behind him.

Убедившись в том, что пленник надежно связан, хмуро и безжалостно взглянув ему в лицо, Билл на цыпочках вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

He had been in the house not more than thirty minutes, and already two of the enemy had been rendered hors de combat, a bag of booty was waiting for him below, his stomach was full, and his clothing was loaded with money and jewelry.

В доме он пробыл не более тридцати минут, а за это время уже два врага были выведены из строя, чемодан с добычей ждал его внизу, желудок его был полон, а карманы набиты деньгами и драгоценностями.

His chest swelled with pardonable pride.

Грудь его вполне обоснованно выпятилась от гордости.

On with the dance!

Все так хорошо, хоть пляши!

Inflated and emboldened by success, he flashed his light impudently up and down the hall, finally deciding on the next door to the right on the opposite side.

Торжествующий, ободренный успехом, Билл нахально включил фонарик и поводил им туда-сюда по всему холлу, в конце концов решившись двинуться к следующей двери справа на противоположной стороне.

He advanced, noiselessly turned the knob and entered.

Подойдя к ней, он тихонько повернул ручку и вошел.

The light from the street lamp did not enter on this side, and the room was pitch dark.

Сюда свет от уличного фонаря не добирался, так что в комнате царил непроглядный мрак.

For a moment he thought it unoccupied, then the sound of faint breathing came to his ear-quite faint and regular.

В первую секунду наш герой подумал, что здесь никого нет, потом до его слуха донеслось слабое дыхание - абсолютно ровное и спокойное.

He took a step toward the bed, then, magnificently scorning danger, turned to the wall near the door and felt for the electric button. He pushed; a click, and the room was flooded with light.

Он сделал шаг по направлению к кровати, потом с великолепным презрением к опасности повернул к двери, нащупал выключатель и нажал его. Щелчок - и комнату залил свет.

On the instant Bill sprang toward the bed, to forestall any outcry of alarm from its occupant.

В мгновение ока Билл оказался у кровати, готовый упредить любое проявление тревоги со стороны обитателя комнаты.

But he halted three paces away, with his arms half outstretched, at the sight that met his gaze.

Но в трех шагах он остановился - при виде открывшегося ему зрелища руки его опустились.

There, under the silken coverlet, in the glare from the chandelier, he saw a sleeping child.

Там, под шелковым одеяльцем, в ярком свете люстры он увидел спящего ребенка.

It was a girl of eight or nine years; her little white arm was curved under her head, and her soft brown hair spread in glorious curled confusion over the pillow.

Это была девочка лет восьми-девяти; маленькая белая ручка была подложена под голову, мягкие каштановые волосы блестящими волнами раскинулись по подушке.

Her breast moved regularly up and down with her gentle breathing, and her sweet red lips were opened a little by the smile of a dream.

Грудная клетка равномерно поднималась и опускалась в ритме спокойного дыхания, а хорошенькие розовые губки приоткрылись в сонной улыбке.

Bill stood still and gazed at her.

Билл не мог сдвинуться с места, стоял и смотрел на девочку.

He felt all of a sudden big and dirty and burly and clumsy and entirely out of place, and turning slowly to glance about the room, he saw that it was well suited to its occupant.

Внезапно он почувствовал себя большим, грязным, толстым, грубым и совершенно несовместимым с местом, в котором находился. Медленно обернувшись, он оглядел комнату - она как нельзя лучше гармонировала с ее обитательницей.

There was a small dressing table, a chest of drawers, a writing desk, and two or three chairs, all in dainty pink with delicately figured covers.

Здесь были маленький туалетный столик, комодик, письменный стол, два или три стула -все в нежно-розовых тонах с изящными тонкими узорами.

On one corner of the desk stood a silver telephone instrument.

На углу стола стоял серебряный телефонный аппарат.

The wall was pure white, with pink flowers and animals scattered in profusion along the border. A low wide bookcase, with full shelves, stood at one end.

Стены были белоснежными, с розовыми цветами и животными, в изобилии разбросанными по кромке, в дальнем углу стоял невысокий широкий шкафчик с заполненными книгами полками.

A pair of little white shoes were in the middle of the floor; on a chair nearby were the stockings and other garments.

На ковре белела пара туфелек, на стульчике рядом лежали чулочки и другая одежда.

Bill looked at them, and at the beautiful sleeping child, and at the child's beautiful room, and he felt something rise in his chest.

Билл посмотрел на все это - на прекрасного спящего ребенка, на красивую детскую комнату -и ощутил, как в его груди растет какое-то чувство.

Slowly his hand went to his head, and off came his cap.

Медленно, очень медленно он поднял руку к голове и снял кепку.

"My little girl would have a place like this," he muttered half-aloud.

- У моей маленькой девочки могла бы быть такая же комната, - еле слышно пробормотал он.

The fact that Bill had no little girl or big one either, that he was indeed quite unmarried, is no reason to suspect the sincerity of his emotion.

Тот факт, что у Билла не было ни маленькой девочки, ни большой, что он даже не был женат и жениться не собирался, не мог служить основанием для подозрений, что его эмоции были неискренними.

Some fathers might argue that it is in fact a reason to believe in it; but we are interested only in what actually happened. Undoubtedly what Bill meant was this, that if he had had a little girl of his own he would have wanted for her such a room as this one.

Несомненно, Билл имел в виду, что если бы у него была маленькая дочка, то он хотел бы, чтобы у нее была такая же прелестная комнатка.

He moved close to the bed and stood there looking down at its occupant.

Он подошел поближе к кровати и остановился, не отрывая взгляда от юной хозяйки детской.

What he was thinking was that he had never before realized that a creature could be so utterly helpless without thereby incurring the contempt of a strong man.

Он размышлял о том, о чем никогда раньше не задумывался, что человек может быть таким беспомощным без того, чтобы тем самым вызвать презрение у взрослого сильного мужчины.

There was something strangely stirring in the thought.

Билл чувствовал странное волнение.

Perhaps after all physical force was not the only power worth having.

Возможно, после совершенного им физического насилия он осознал, что здесь его власть, как более сильного, ничего не стоит.

Here was this little child lying there utterly helpless before him-utterly helpless, and yet in fact far more secure from injury at his hands than a powerful man would have been.

Здесь был маленький ребенок, совсем беззащитный перед ним - абсолютно беззащитный, и по этой причине он находился в большей безопасности, чем взрослый мужчина.

No, force was not made to be used against helpless beings like her.

Нет, он не смог бы заставить себя применить силу к этой беспомощной девчушке.

What would he do if she should awake and cry out?

А что он станет делать, если она вдруг проснется и заплачет?

He would talk to her and quiet her.

Тогда он заговорит с ней и успокоит.

According to the best burglar tradition, it would even be allowable to take her on his knee, and if a tear or so appeared in his eye it would be nothing to be ashamed of.

В соответствии с лучшими традициями воров-взломщиков было бы вполне приемлемо даже усадить ее к себе на колени, и, если слеза-другая выступит у него на глазах, в этом не будет ничего постыдного.

But what if she would not be quieted?

Но что, если девочка не успокоится?

What if in her fright she should persist in spreading the alarm?

Что, если, сильно испугавшись, она настойчиво будет звать на помощь?

Force, then?

Тогда все-таки - сила?

No.

Нет.

In that case he would simply beat it. He would drop a kiss on her soft brown hair and make his escape.

В этом случае придется запечатлеть поцелуй на ее мягких каштановых волосах и как можно скорее удалиться.

He did, in fact, bend over the pillow and deposit an extremely clumsy kiss on a lock of her hair, probably in order to have that much done and over with.

Он и правда сделал это - склонился над подушкой и крайне неуклюже чмокнул локоны девчушки.

He turned away, for he felt one of the tears already halfway to his eye.

Билл отвернулся, почувствовав, что непослушная слезинка уже на полпути к тому, чтобы повиснуть на ресницах.

A shiny something on the dressing table caught his attention and he moved across to inspect it. It was a tiny gold wristwatch with an enameled rim.

Тут его внимание привлекло что-то сверкнувшее на туалетном столике, он подошел поближе - это оказались маленькие золотые наручные часики с эмалевым ободком.

He picked it up and looked at the name of the maker, and his eyes widened with respect.

Он взял их и посмотрел на имя владелицы, его глаза немедленно уважительно расширились.

Expensive trinket, that.

Дорогая вещица.

Absurd to trust a child with it.

Абсурдно доверять ее ребенку.

No doubt she was very proud of the thing.

Нет сомнения, что девчушка здорово гордится этой безделушкой.

He put it down again, spared even the impulse to put it in his pocket.

Он положил часики на место, у него даже не возникло порыва сунуть их в карман.

He knew it would be useless to debate the matter with himself.

Он знал, что было бы бесполезно обсуждать это с самим собой.

What burglar would take anything from a sweet helpless child like-

Чтобы вор взял что-нибудь у прелестного беззащитного ребенка...

"Hands up!"

- Руки вверх!

The words came from behind him.

Эти слова прозвучали прямо за его спиной.

They were uttered in a thin treble voice, as crisp and commanding as the snap of a whip.

Они были произнесены слабым тонким голоском, но разорвали тишину жестко и властно, как щелчок хлыста.

Bill wheeled like lightning and stood petrified.

Билл молниеносно развернулся и окаменел.

The sweet helpless child was sitting up straight in bed, and in her extended hand was a mean-looking little revolver, with the muzzle directed unerringly one inch above the apex of Bill's heart.

Прелестная беспомощная девочка сидела в своей кроватке, а в ее вытянутой ручонке был зажат превосходно сделанный маленький револьвер, дуло которого было направлено точно в сердце Билла.

"Lord above us!" ejaculated our hero, as his jaw dropped open in astonishment.

- Господи боже! - вырвалось у нашего героя, а челюсть его отвисла в безмерном изумлении.

There was a short silence.

В комнате воцарилось непродолжительное молчание.

The burglar's attitude of stupefaction became less pronounced, and his jaw came up again to take part in an amused grin as he relaxed, but the steady brown eyes facing him were unwavering in their direct and businesslike gaze.

Ступор начал потихоньку отпускать вора, челюсть его встала на отведенное ей место, на губах появилась усмешка, он немного расслабился, но внимательные карие глаза девчушки не моргая сурово смотрели на него.

"I would advise you to put your hands up before I count ten," said the sweet, helpless child calmly.

- Советую вам поднять руки прежде, чем я досчитаю до десяти, решительно заявило прелестное беззащитное дитя.

"One, two, three-"

- Один, два, три...

"Really, now," Bill put in hastily,

- Неужели? - быстро прервал ее Билл.

"I wouldn't advise you to shoot, little girl.

- А я не советовал бы вам стрелять, малышка.

You might scare someone.

Вы можете кого-нибудь напугать.

I won't hurt you."

И мне не хотелось бы причинять вам вред.

"I don't shoot to scare people.

- Я не стреляю, чтобы пугать людей.

I see you don't take me seriously.

Я вижу, вы не воспринимаете меня всерьез.

It may interest you to know that yesterday at the gallery at Miss Vanderhoofs Academy I got nine straight centers from the hip. I am much better with the eye.

Может быть, вам будет интересно узнать, что вчера на стрельбище Академии мисс Вандерхуф я выбила девять очков с бедра, а прицельно стреляю гораздо лучше.

I am Major Wentworth of Squadron A of the Girls' Military Auxiliary, and I am the crack shot of our regiment.

Я майор Вентворф Вспомогательного военного отряда девочек, лучший стрелок в нашем подразделении.

Four, five, six-"

Четыре, пять, шесть...

Bill was speechless.

Билл потерял дар речи.

He calculated the distance to the bed. Easily ten feet. That revolver barrel was certainly aimed level.

Он прикинул расстояние до кровати - каких-то десять футов, а дуло револьвера направлено точно в цель.

Nine straight centers from the hip, and much better with the eye.

Девять очков с бедра, и гораздо лучше прицельно.

Coldish business.

Неприятное положеньице.

He hesitated.

Он помедлил.

The brown eyes held his steadily.

Карие глаза не мигая смотрели на него в упор.

"Seven, eight, nine-"

- Семь, восемь, девять...

His keen eye saw the muscles of the little wrist begin to tighten.

Острый взгляд Билла подметил, что мышцы маленького запястья начали напрягаться.

Up went his hands above his head.

Он мгновенно поднял руки над головой.

"That's better," said the sweet, helpless child approvingly.

- Так-то лучше, - одобрительно заметило прелестное беззащитное дитя.

"I would have pulled the trigger in another half second.

Через полсекунды я спустила бы курок.

I had decided to get you in the right shoulder.

Я решила попасть вам в правое плечо.

Now turn your back, please, but keep your hands up."

А сейчас, пожалуйста, повернитесь спиной, но руки не опускайте.

Bill did so. Almost immediately came the command to turn about again.

Билл так и сделал, едва не выполнив по всем правилам команду "кругом".

She had clambered out of bed and stood there on the rug with her pink nightgown trailing about her feet and her soft brown hair tumbling over her shoulders.

Девочка слезла с кроватки и теперь стояла на коврике в розовой ночной рубашечке, доходившей до пят, а ее волосы спадали на плечи мягкими волнами.

She looked more tiny than ever.

В этот момент она казалась даже меньше, чем раньше, совсем крошкой.

But the muzzle of the revolver wavered not a fraction of an inch as she stepped sidewise to the wall and pressed her finger against a button there. Nothing was said while she repeated the operation three times. More silence.

Но ствол револьвера ни разу не дрогнул, пока она шла вдоль стены и прижимала пальчик к выключателю.

"Look here, little girl," Bill began earnestly, "there's no use gettin' your arm all tired with that toy gun.

- Послушайте, малышка, - проникновенно начал Билл, - нет причины утруждать вашу ручку, сжимая так крепко этот игрушечный пистолетик.

I ain't going to hurt you."

Я не собираюсь причинять вам вреда.

"You may call me Major Wentworth," was all the reply he got.

- Можете звать меня майор Вентворф, - вот и все, что он получил в ответ.

"All right, Major.

- Хорошо, майор.

But come, what's the use-"

Но послушайте, какой смысл...

"Stop!

- Стоп!

If you move again like that I'll shoot.

Если вы еще раз сдвинетесь с места, я выстрелю.

I wonder what's the matter with Hilda.

Хотела бы я знать, что с Хильдой.

She sleeps very lightly."

Она спит очень чутко.

This last to herself.

- Последние две фразы девочка задумчиво пробормотала себе под нос.

Bill looked interested.

Билл смотрел на нее с возрастающим интересом:

"Is Hilda a big sort of a woman in a blue nightgown?"

- Хильда - это такая крупная женщина в голубой ночной рубашке?

"Yes.

- Да

Have you seen her?"

Вы ее видели?

The brown eyes filled with sudden alarm.

- Карие глаза снова наполнились тревогой.

"Oh!

- О!

Where is she?

Где она?

Is she hurt?"

Она пострадала?

"Nope." Bill chuckled.

- Нет, - хихикнул Билл.

"Kitchen floor.

- Прилегла в кухне на полу.

Chloroform.

Хлороформ.

I was eatin' strawberry shortcake when she come in."

Я ел земляничный пирог, когда она вошла.

The major frowned.

Майор нахмурилась:

"I suppose I must call my father. I hate to disturb him-"

- Думаю, я должна позвать отца.

"He's incapable, too," announced Bill with another chuckle.

- Он тоже недееспособен, - сообщил Билл, снова хихикнув.

"Tied up with sheets and things.

- Связан простынями и личными вещами.

You see, Major, we're all alone.

Так что, как видите, майор, мы остались с вами наедине.

Tell you what I'll do.

Скажу вам, что я сделаю.

There's a suitcase full of silver down on the library windowsill.

На подоконнике в библиотеке стоит чемодан с серебром.

I'll agree to leave it there-"

Так я согласен оставить его здесь...

"You certainly will," the major nodded.

- Конечно, вы так и сделаете, - кивнула майор.

"And you'll leave the other things too.

- И все другие вещи тоже оставите.

I see them in your pockets.

Я вижу, они в ваших карманах.

Since my father is tied up I suppose I must call the police myself."

Раз уж мой отец связан, полагаю, я должна вызвать полицию сама.

She began to move sidewise toward the silver telephone on the desk, keeping the revolver pointed at Bill's breast.

И она зашагала вдоль стены по направлению к серебряному телефонному аппарату, стоявшему на столе. Дуло револьвера смотрело точно в грудь Билла.

I transcribe Bill's thought: The little devil was actually going to call the police!

Здесь привожу точные мысли нашего героя: "Маленький дьяволенок собирается вызвать полицию!"

Action must come now if at all, and quickly.

Действовать следовало немедленно и молниеносно.

He dismissed the idea of a dash for freedom; she would certainly pull the trigger, and she had a firm eye and hand.

Он отбросил идею ринуться вон из комнаты на свободу - девчушка ведь действительно нажмет на спуск, а глаз и рука у нее натренированы.

Bill summoned all his wit.

Билл призвал на помощь всю свою смекалку.

"My little girl's mama is dead, too," he blurted out suddenly.

- У моей маленькой девочки тоже умерла мама, -внезапно брякнул он.

The major, with her hand outstretched for the telephone, stopped to look at him.

Майор, с протянутой к телефону рукой, остановилась и воззрилась на него.

"My mother isn't dead," she observed sharply.

- Моя мама не умерла, - резко заметила девочка.

"She's gone to the country."

- Она просто уехала.

"You don't say so!"

- Что ты говоришь!

Bill's voice was positively explosive with enthusiastic interest.

- Билл сочувственно поцокал языком.

"Why didn't you go along, Major, if I may ask?"

- А ты почему же не поехала с ней, могу я узнать?

"I am too busy with the Auxiliary. We are pushing the campaign for preparedness."

- Я слишком занята в военном отряде, мы проводим компанию по подготовке.

She added politely: "You say your wife is dead?"

- И она вежливо добавила: - Вы сказали, что ваша жена умерла?

Bill nodded mournfully.

Билл скорбно кивнул:

"Been dead three years.

- Три года как.

Got sick and wasted away and died.

Сильно заболела, зачахла и умерла.

Broke my little girl's heart, and mine, too."

Разбила сердце моей маленькой девочке, да и мне тоже.

A suggestion of sympathy appeared in the major's eyes as she inquired:

В глазах майора появилось выражение симпатии, когда она осведомилась:

"What is your little girl's name?"

- А как зовут вашу маленькую девочку?

"Her name?"

- Как зовут?

Bill floundered in his stupidity.

- Билл глуповато замялся, пытаясь придумать ответ.

"Oh, her name.

- Ах, ее имя.

Why, of course her name's Hilda."

Как же, конечно, ее зовут Хильда.

"Indeed!"

- Надо же!

The major looked interested.

- Майор выглядела до крайности заинтересованной.

"The same as Cook.

- Так же, как нашу повариху.

How funny!

Как забавно.

How old is she?"

А сколько ей лет?

"Sixteen," said Bill rather desperately.

- Шестнадцать, - ответил Билл, совершенно доведенный до отчаяния.

"Oh, she's a big girl, then!

- О, тогда она уже большая девочка!

I suppose she goes to school?"

Полагаю, она ходит в школу?

Bill nodded.

Билл кивнул.

"Which one?"

- В какую?

It was a mean question.

Вот это был очень неприятный вопрос.

In Bill's mind school was simply school.

По понятиям Билла, школа была просто школой.

He tried to think of a word that would sound like the name of one, but nothing came.

Он тщетно старался придумать что-то, что прозвучало бы как название школы, но без толку.

"Day school," he said at last, and then added hastily, "that is, she moves around, you know. Going up all the time.

- В дневную школу, - наконец выпалил он и торопливо добавил: - Она, знаете ли, все время переходит из класса в класс... растет.

She's a smart girl." His tone was triumphant.

Она очень умная девочка, - с триумфом в голосе закончил он.

Then, fearing that another question might finish him, he continued slowly: "You might as well go on and call the cops-the police, I suppose.

Потом, в страхе, что следующий вопрос его доконает, торопливо продолжил: - Вы можете, несомненно можете, вызвать копов... полицию, да.

Of course, Hilda's at home hungry, but that don't matter to you.

А Хильда, конечно, дома голодная, но что вам до этого за дело.

She'll starve to death.

Она умрет с голоду.

I didn't tell you she's sick.

Я не сказал вам, что она ужасно больна.

She's sick all the time-something wrong with her.

Она все время болеет... с ней постоянно что-то случается.

I was just walkin' past here and thought I might find something for her to eat, and I was lookin' around-"

А я... я забрался сюда просто в надежде отыскать что-нибудь поесть для нее, и я тут огляделся...

"You ate the strawberry shortcake yourself," put in the major keenly.

- И сами слопали земляничный пирог, - едко заметила майор.

"The doctor won't let Hilda have cake," Bill retorted.

- Доктор не разрешает Хильде есть пироги, -пояснил Билл.

"And I was hungry myself.

- А я тоже был голоден.

I suppose it's no crime to be hungry-"

Полагаю, быть голодным - это не преступление...

"You took the silver and other things."

- Вы взяли серебро и другие вещи.

"I know."

- Я знаю.

Bill's head drooped dejectedly.

- Билл уныло поник головой.

"I'm a bad man, I guess.

- Я плохой человек. Да, думаю так.

I wanted to buy nice things for Hilda.

Я хотел купить хороших вещей для Хильды.

She hasn't had a doll for over ten years.

За десять лет у нее не было ни одной куклы.

She never has much to eat.

Она никогда не ела досыта.

If I'm arrested I suppose she'll starve to death."

А если меня арестуют, то она, конечно, умрет с голоду.

The sympathy in the major's eyes deepened.

Симпатия, загоревшаяся в глазах майора, стала более определенной.

"I don't want to cause unnecessary suffering," she declared.

- Я не хочу послужить причиной ненужных страданий, - заявила она.

"I feel strongly for the lower classes.

- Я от души сочувствую низшим классам.

And Miss Vanderhoof says that our penal system is disgraceful.

И мисс Вандерхуф говорит, что наша система уголовного права слишком жестока.

I suppose little would be gained by sending you to prison."

Я думаю, что совсем не обязательно сажать вас в тюрьму.

"It's an awful place," Bill declared feelingly.

- Это ужасное место, - проникновенно поделился Билл.

"You have been there?"

- Вы там бывали?

"Off and on."

- Случалось.

"You see!

- Вот видите!

It has done you no good.

И это не сделало вас лучше.

No, I might as well let you go.

Но я не могу просто так позволить вам уйти.

Turn your back."

Повернитесь спиной.

Bill stared.

Билл, не двигаясь, смотрел на девочку.

The major stamped her little bare foot.

Майор топнула маленькой босой ножкой:

"Turn your back, I say!

- Повернитесь спиной, я сказала!

That's right.

Вот так.

I do wish you wouldn't make me repeat things.

Я не хочу, чтобы вы заставляли меня повторять.

Walk forward near the dressing table.

Идите вперед к туалетному столику.

No, at the side.

Нет, сбоку.

So.

Так.

Now empty your pockets and turn them inside out.

Теперь выкладывайте все из карманов.

All of them.

Все.

Put the things on the dressing table.

Кладите вещи на туалетный столик.

Keep your back turned, or-as you would say in your vulgar parlance-I'll blow your block off."

И не оборачивайтесь, или... как вы говорите на своем вульгарном языке - я продырявлю тебя насквозь!

Bill obeyed.

Билл повиновался.

He could feel the muzzle of the revolver pointed directly at the back of his head, and he obeyed.

Он буквально ощущал, что дуло револьвера нацелено ему в затылок, поэтому решил не спорить.

He lost no time about it either, for the anesthetized Hilda would be coming to soon.

Он не стал терять времени также и потому, что в любую минуту могла прибежать оправившаяся от действия хлороформа Хильда.

Methodically and thoroughly the pockets were emptied and their contents deposited on the dressing table: a gentleman's watch, two silver cigarette cases, three scarf pins, five rings, a jeweled photograph frame, and ninety-four dollars in cash.

Постепенно его карманы абсолютно опустели, а их содержимое переместилось на туалетный столик: мужские часы, два серебряных портсигара, три булавки для галстука, пять колец, рамка для фотографии, инкрустированная драгоценными камнями, и девяносто четыре доллара наличными.

The articles that were obviously Bill's own she instructed him to return to the pockets.

Предметы, которые, очевидно, принадлежали Биллу, по инструкции девочки снова перекочевали в его карманы.

He did so. "There! " said the major briskly when he had finished.

- Вот так! - оживленно заключила майор, когда он закончил.

"You may turn now.

- Теперь вы можете повернуться.

That's all, I think.

Думаю, это все.

Kindly close the front door as you go out.

Будьте так добры, закройте за собой переднюю дверь, когда будете уходить.

I'll attend to the suitcase on the windowsill after you're gone.

О чемодане, оставленном на подоконнике, я позабочусь, когда вы уйдете.

I wouldn't advise you to try any tricks on me.

Я бы не советовала вам пытаться обхитрить меня.

I've never got a man on the run, but I'd love to have a crack at one.

Я никогда еще не стреляла в убегающего человека, но мне было бы интересно попробовать.

That's all."

Это все.

Bill hesitated. His eye was on the neat roll of bills reposing beside him on the dressing table. It traveled from that to the gold wristwatch he would not take because it belonged to the sweet, helpless child.

Билл помедлил, задумчиво разглядывая пачку купюр, выложенную им на туалетный столик рядом с золотыми наручными часиками, которые он не стал брать, потому что они принадлежали прелестному беззащитному ребенку.

Would he take it now if he had a chance?

Взял бы он их сейчас, если бы у него появился шанс?

Would he!

Взял бы!

The major's voice came:

Тут до него донесся голос майора:

"Go, please.

- Идите, пожалуйста.

I'm sleepy, and you've given me a lot of trouble.

Я хочу спать, а вы доставили мне так много неприятностей.

I shall have to revive Hilda, if it is possible.

К тому же я должна еще привести в порядок Хильду, если это возможно.

I have doubts on the subject.

А у меня на этот счет есть сомнения.

She refuses to keep herself in condition. She eats too much, she will not take a cold bath, she won't train properly, she is sixty-eight pounds overweight, and she sleeps with her mouth open.

Она отказывается держать себя в форме -слишком много ест, не принимает холодную ванну и не делает зарядку. У нее шестьдесят восемь фунтов лишнего веса, и она спит с открытым ртом!

But she's a good cook-"

Но она прекрасно готовит...

"She is that," Bill put in feelingly, with his memory on the shortcake.

- Это точно, - прочувствованно согласился Билл, вспомнив земляничный пирог.

"-and I trust she has not expired.

- ...и я надеюсь, что она не умерла.

There is my father, too.

Да, еще мой отец.

To put it mildly, he is a weakling.

Мягко говоря, он слабак.

His lack of wind is deplorable.

Он до ужаса неповоротлив. Ему не хватает живости.

He sits down immediately after eating.

После еды он заваливается спать.

It is only three miles to his law office, and he rides.

До его адвокатской конторы всего три мили, а он ездит туда на машине.

He plays golf and calls it exercise.

Он играет в гольф и называет это спортом.

If you have gagged him scientifically he may have ceased breathing by now. "In one way it would be nothing to grieve over, but he is my father after all, and the filial instinct impels me to his assistance against my better judgment.

Может, это, конечно, не так уж и печально, но он все же мой отец, и дочернее чувство побуждает меня помочь ему, хоть я и осуждаю его.

You do not seem to be in good condition yourself.

Вы и сами, как мне кажется, не в лучшей форме.

I doubt if you know how to breathe properly, and it is evident that you do not train systematically.

Я сомневаюсь в том, что вы знаете, как правильно дышать, и совершенно очевидно, что вы не занимаетесь физическими упражнениями.

There are books on the subject in the public library; I would advise you to get one.

В публичной библиотеке есть книги по этим вопросам; я посоветовала бы вам прочесть хотя бы одну.

You may give my name as a reference.

Вы можете сослаться на меня.

Now go."

А теперь идите.

Bill went.

Билл так и сделал.

The door of the room was open.

Дверь в комнату была открыта.

He started toward the back stairs, but the major halted him abruptly and made him right about; she had switched on the lights in the hall.

Он направился было к задней лестнице, но майор резко остановила его и заставила идти к главному входу. Она включила свет в холле.

Down the wide front staircase he tramped, and from behind came the major's voice:

На последней ступеньке широкой парадной лестницы Билл замешкался, и у него за спиной немедленно раздался голос майора:

"Keep your mouth closed.

- Держите рот закрытым.

Head up!

Голову выше!

Arms at your side.

Руки по швам.

Breathe through your nose.

Дышите только через нос.

Chest out forward!

Грудь вперед!

Hep, hep, hep-the door swings in.

Раз, раз-два, раз - дверь открывается внутрь.

Leave it open.

Оставьте ее открытой.

Lift your foot and come down on the heel.

Поднимайте ногу выше и ставьте ее на пятку.

Turn the corner sharply.

Печатайте шаг.

Head up!"

Голову выше!

She stood in the doorway as he marched across the porch, down the steps, and along the gravel path to the sidewalk.

Она стояла в дверном проеме, пока он маршировал через крыльцо, вниз по лестнице и вдоль гравиевой дорожки на улицу.

A turn to the right, and thirty paces took him to the street corner.

Поворот направо - и до угла дома осталось всего тридцать шагов.

Still the major's voice sounded from the doorway:

А от дверей все еще доносился голос майора:

"Hep, hep, hep-lift your feet higher-breathe through your nose-hep, hep, hep-"

- Раз-два, раз-два, раз - ноги выше... тянуть носок... дышать через нос... раз, раз, раз....

And as he reached the street corner the command came sharply:

Стоило ему дойти до угла, как вслед прозвучала резкая команда:

"Halt!

- Стой!

About face!

Кругом!

Salute!"

Отдать честь!

A glance over his shoulder showed him her nightgown framed in the doorway.

Он бросил быстрый взгляд через плечо и убедился, что ночная сорочка майора все еще маячит в дверях.

There were trees in between.

Их уже разделяли деревья.

Bill halted, but he did not about face and he did not salute.

Билл остановился, но кругом поворачиваться не спешил и салютовать тоже не стал.

It was too much.

Это было уж слишком.

Instead, after a second's hesitation, he bounded all at once into the street and across it, and was off like a shot.

Секунду помедлив, он бросился на проезжую часть, пересек ее и оказался на расстоянии, достаточном для того, чтобы его не настигла пуля.

And as he ran he replied to her command to salute by calling back over his shoulder, as man to man:

И уже на бегу он через плечо ответил на ее команду отдать честь, как мужчина мужчине:

- Иди к черту !

"Goto hell!"

Content

Стаут Рекс Тодхантер Офицер и леди - английский и русский параллельные тексты