Борис Хантаев

Радио ненавести

Антон Сикорский ненавидел полнолуние. А сейчас на небе как раз висела полная луна.

— Долбанное, вонючие полнолуние — выругался он себе под нос за рулем огромного грузовика.

Кто бы что не говорил, но дальнобойщики весьма суеверны. Отец Антона часто повторял, что полная луна плохо влияет на сумасшедших, в то время, как сумасшедшие плохо влияют на нормальных людей. Сам водила в этом правда так и не убедился. Ему всегда попадались адекватные попутчики, в независимости от фазы луны. Но суеверия на то и суеверия, чтобы в них просто верить, они не нуждаются в опровержениях и доказательствах. И хоть Антону с попутчиками всегда везло, его отец, который также был дальнобойщиком рассказывал много баек о чокнутых, что встречались у него на пути, особенно в полную луну. Сейчас сорокалетний водитель часто вспоминает своего старика, у которого в шестьдесят три диагностировали рак легких. Тот, много курил, а курение убивает. Это суровая правда, о которой все знают, и на которую все плюют. Антон также выкуривал по пачке в день. «Все водители курят» — так он себе говорил, когда стоял у магазина за очередным блоком сигарет. «Хочешь вести здоровый образ жизни, не иди в дальнобойщики» — это были слова его отца, который сейчас подыхал в одной из бесплатных клиник для стариков.

Антон вспоминает, как однажды отец говорит ему, что умрет именно в полнолуние, что все мужчины из их семьи покидают этот свет при полной луне. А с учетом рака, это могло случиться как раз-таки в эту ночь. Дальнобойщик хотел еще увидеть своего старика, хотел еще раз распить с ним пиво и возможно посмотреть футбольный матч. Поэтому он отогнал гадкие мысли о смерти прочь, и сосредоточился на грузе, который сейчас перевозил. Это был весьма странный груз.

Ему позвонили вечером, сказали срочно явиться на базу, сказали есть работа. Он только вернулся с рейса, еще даже не отдохнул, поэтому совсем не ожидал столь скорого звонка. Антон был настоящим работягой, весь в своего отца, поэтому никогда не отказывался от работы, к тому же деньги ему были нужны. Он быстро приехал на базу, как и требовалось, где его встретил карлик в черном пиджаке. Этого невысокого мужчину Антон раньше не видел, а значит он был большой шишкой у них в компании. На голове у карлика была черная шляпа-котелок, которые сейчас практически никто не носил. Этот мужчина сказал, что один водитель заболел, отравился какой-то дрянью из супермаркета. А он должен был везти весьма важный груз. Карлик указал на огромный красный контейнер, в таких обычно возят большую бытовую технику. Мужчина в пиджаке сказал, что Антон должен его заменить, что ему заплатят тройную ставку за сверхсрочную доставку контейнера. В их компании никому никогда не платили даже двойной ставки, не говоря уже о тройной. Поэтому водитель сразу согласился на рейс. Правда были определенные условия при перевозке данного груза. Антон не должен был брать попутчиков, ни в коем случаи, всю дорогу в машине он должен будет быть один. Никаких долгих остановок на пути. Скорость движения грузовика не должна превышать шестьдесят километров в час, в независимости от указателей, что встретятся ему на дороге. Груз в контейнере очень хрупкий и он не должен пострадать. Главным же условиям, которое озвучил карлик было, что Антон не будет заглядывать в красный контейнер, что он отправится в рейс так и не узнав, что везет. Маленький мужчина в пиджаке, сказал, что, если водителя остановят и попросят показать груз, тот даст сотрудникам полиции визитку и попросит позвонить по номеру, который указан на ней. Карлик уверил, что это маловероятный сценарий, что Антон не должен не о чем беспокоиться, все риски компания берет на себя. Он дал ему визитку, на которой было написано название их фирмы, а также красовалась по центру заглавная буква «Ч». Под буквой был номер, который дальнобойщик видел впервые. Что означала буква «Ч» водитель не знал. Он подписал стандартный договор, и сев в грузовик тут же отправился в путь. Дорога не была длинной, она должна была занять всего двенадцать-тринадцать часов.

Ночь была темной, на небе практически не было звезд, лишь одинокая, проклятая, полная луна. Антону хотелось спать, это было самое худшее состояние для водителя, даже хуже, чем опьянение. Если бы было можно, он бы взял попутчика, тот бы что-то рассказывал, не давая дальнобойщику уснуть. Но попутчики были запрещены, да и не была их на этой трассе, по которой водитель ехал впервые. Поэтому Антон включил радио. Сначала он ничего не мог найти, никакой FM станции, но потом все-таки поймал одну волну. Из динамиков большого грузовика послышался мужской голос.

«… меня зовут Люцифер и я отец лжи, матушка порока и двоюродный брат похоти. А вы находитесь на волнах „Радио Ненависти“. Ничего кроме хорошей музыки и старой доброй ненависти, друзья. Лично я презираю все эти ремейки. Зачем менять что-то хорошее, переснимать отличное кинцо, которые все мы так любим. Давайте делать ремейки на всякий отстой, дерьмо, которое с треском провалилось в прокате. Но нет голливудские свиньи знают, из говна конфетку не сделаешь. Им нравится наоборот, конфеты превращать в вонючий понос. Все творцы вымерли, остались лишь жалкие подражатели, которые не могут создавать, а могут только копировать. Но знаете, что может быть хуже, чем ремейк, так это сиквел. Очередное жалкое продолжение, спустя десять, пятнадцать, а то и двадцать лет. Скажем спасибо Роберту Земекису, который сказал, что „Назад в будущее 4“, никогда не выйдет в прокат. Вот он молодец, а все остальные ушлепки. Я не хочу видеть, как мой любимый герой, превратился в старческую мумия, хочу запомнить его молодым. Но я уже много сказал, пришло время музыки. Послушаем команду с Питера, группа „Король и Шут“ — Мой характер. А затем, я жду ваших звонков мои ненавидящие всех и все слушатели …»

«Будь ты проклят» — кричали динамики грузовика слова песни. Радиоведущего Антон представил, как солидного мужчину с пивным животом. Волосы на его голове уже стали выпадать, но он этого не стесняется, приоткрывая всему миру свою лысину. На лице растет небольшая бородка, за которой радиоведущий тщательно ухаживает. Желание спать ушло, значит радио со своей задачей вполне справляется, поэтому водитель прибавил громкости, когда вновь услышал, уже знакомый мужской голос.

«… в эфире „Радио Ненависти“ мы ненавидим даже то, что вы любите. И у нас звонок, на линии Юлия. Юля, рассказывайте, а кого ненавидите вы?

— Я ненавижу жирных коров. В смысле не животных, животных я люблю. Я ненавижу жирных людей. Бывает едешь в метро, а напротив тебя сидит такая толстая жопа, которой нужно не одно, а целых два места для сидения. Чаще всего это живое сало еще и читает всякие любовные романы, представляя у себя в голове, что и его или ее кто-нибудь полюбит. В такие моменты мне хочется встать со своего места, подойти к этому жиле, вырвать книгу и хорошо ею треснуть по свинячьей башке. Свиней не любят, свиней едят. Эти люди без силы воли, жалеют себя, винят природу, что та превратила их тело в бесформенную массу, а затем едят, едят и еще раз едят. Но природа здесь не при чем, это все они сами. Они и их родители, и друзья, которые судя по всему еще те слабаки, раз не могут сказать близкому человеку всего два, простых и очень важных слова. ХВАТИТ ЖРАТЬ! Я считаю, что жирдяи должны больше платить за проезд чем остальные, ведь места они занимают вдвое, а то и втрое больше нормальных людей.

— Спасибо за звонок Юля. Это было весьма познавательно. Хотел поставить по правде говоря, сейчас другую песню, но раз уж тут такая тема. Короче слушаем мои друзья „Noize MC“ и его „Жирную корову“. …»

«Жирная корова с задницей здоровой ты не похудеешь никогда» — задорно играло в кабине грузовика. Юлю водитель представил, как хорошо накаченную женщину, почему-то лет тридцати пяти, с упругой попой, которой хоть орех коли. Про себя дальнобойщик подумал, что и сам никогда не жаловал толстяков, правда да такой лютой ненависти у него, конечно, никогда не доходило.

«… и снова на ваших радиоволнах „Радио Ненависти“ мы не любим даже котиков, да вот такие мы злые. Сейчас на линии мужчина, который отказался называть свое имя, будем звать его Аноним. Что вы ненавидите господин Аноним?

— Я ненавижу людей, которые ненавидят. Уж простите меня за тавтологию. Считаю, что ненависть, это плохо. Любить гораздо лучше, пусть и сложнее, чем ненавидеть. Но у вас здесь „Радио Ненависти“, а не „Радио Любви“, поэтому я продолжу в духе вашей передачи, не буду портить эфир. Я хочу убить существо, которое ненавидит. Мерзкую тварь с черным сердцем, которая не знает любви. Может вы мне поможете, подскажите кого убить?

— Конечно, наша радио создано для того, чтобы помогать. Берете телефонный справочник городка побольше, открываете его на случайной странице, тыкайте пальцем в первое попавшееся имя, и — вуаля, вот вам и жертва. Будьте уверены вы не промахнетесь.

— А может мне убить вас? Точно, я так и сделаю. Сегодня я вас убью.

— Ваше право сударь, но лучше подойдите к зеркало и убейте того, кого там увидите. А у нас на линии новый слушатель. Ее зовут Таня, и у нее есть для нас порция новой ненависти …»

Голос мужчины, который звонил последним, который отказался называть свое имя, казался таким уверенным. Это был голос убийцы, Антон никак не мог представить его образ у себя в голове, единственное, что его фантазия смогла из себя выдавить был человек с белым пятном вместо лица. Только сейчас дальнобойщик обратил внимание на координаты радио, которое ему удалось поймать 66,6. И пусть его внутреннее чутье подсказывало, что нужно переключиться на другую волну, Антон остался на прежней. Ему было интересно, что еще он сможет услышать этой длинной ночью.

«… для вас только что звучала композиция „Ненависть“ группы „Наив“. А к нам в эфир уже несется Дмитрий, который рассказал, что работает ночным сторожем, и каждый четверг слушает наше радио, что весьма и весьма похвально. Дмитрий вы на линии, расскажите, что или кого вы ненавидите больше всего?

— Больше всего на свете я ненавижу нытиков. Тех, кто вечно жалуются на свою никчемную жизнь. Не нравится жизнь, так измени ее, чертов слабак, а если не можешь изменить — застрелись и не мучайся. Чертовы нытики, ноют что у них говенная работа и маленькая зарплата, рабство и крепостное право давно отменили, что-то не устраивает, выметайся, силком на работе не держат. Безработные ноют мол работы нет, да ее полно, просто не каждый хочет улицы подметать, гордость не позволяет. А сидеть на шеи у родителей и вечно ныть, им гордость позволяет? А еще есть те, кого бросила девушка, так они начинают сопли разводить о разбитом сердце. Сердце не сосуд из фарфора которое можно разбить. Радоваться нужно, что эта шлюха ушла. Но женщины не лучше, еще хуже даже. Ноют, что муж их бьет. Мужик тебе ударил, возьми нож и полосни ему по лицу, больше он тебя и пальцем не тронет, слово даю. Этим людям просто нравится плакать, нравится страдать, они будто соревнуются друг перед другом у кого более конченная жизнь. А после этих соревнований начинают грязью поливать страну в которой выросли, мол все в ней плохо и правительство, и президент. А когда какой-то марш у оппозиции намечается, они по своим норам прячутся, ведь если в стране что-то изменится, о чем тогда они будут ныть.

— Спасибо Дмитрий за звонок, думаю нашим ноющим слушателям есть что обдумать на ночь глядя. А у нас в эфире звучит „Ляпис Трубецкой“ и их композиция „Зевс“, после нее мы вернемся и по ненавидим еще что-нибудь …»

Большой грузовик с красным контейнером ехал, не превышая скорости шестьдесят километров в час, по ночной трассе. Если бы сейчас рядом с ним проехалась какая-нибудь машина, то ее водитель мог бы услышать вот такие вот слова:

«Титаны куют железо,

Драконы воруют детей,

Ждать перемен бесполезно,

Люди жуют людей».

Но дальнобойщик Антон был единственным водителем на этой трассе. За все время рейса он так и не встретил ни одного автомобиля. Что было весьма странным, но водитель фуры не стал придавать этому значения, решив, что и вся эта ночь довольно странная.

«… и снова с вами „Радио Ненависти“ мы ненавидим даже покойников, о которых нужно говорить хорошо. И к нам в студию снова звонит Аноним, который так хочет кого-нибудь убить, что у него даже не стоит. Вы в эфире анонимный убийца, говорите, мир вас слушает.

— Зря смеешься, я уже еду за тобой. Эта передача несет только лютую злобу. Никакой жалости, никакого сострадания, вот и вся ее суть. Ты хочешь, чтобы люди ненавидели друг друга, чтобы мы грызлись между собой, как собаки. Но мы не твои псы и никогда ими не были. Сегодня я положу всему этому конец, всей твоей эре, у меня получится. У меня уже есть мегиддонский кинжал и я воткну его в твое черное сердце.

— А в эфире был сумасшедший с каким-то кинжалом, извините название не запомнил. Уважаемые слушатели, я всех вас ненавижу, как, впрочем, и вы меня, поэтому пожалуйста не переживайте. Мне постоянно шлют угрозы, но я до сих пор жив, а все потому что шлют их слабаки, которые до сих пор живут со своими мамочками. Лучше послушайте композицию „Moscow Psycho“, отличной группы „The Ghostbusters“ …»

Антон слушал из своих динамиков:

«Нет людей-проблемы нет!

Вы на дне реки Москвы.

Трое сохранят секрет,

Если двое из них мертвы».

Как вдруг увидел первый автомобиль на такой пустой трассе. Эта была легковушка, темного цвета. Она ехала следом за грузовиком, не пытаясь его обогнать. Дальнобойщик сразу вспомнил одну историю отца, тот любил ее рассказывать поздними вечерами. Однажды он ехал по пустой трассе, в небе светила полная луна, которая словно предрекала ему возможные неприятности. На дороге никого не было, как внезапно, словно неоткуда появляется синий BMW. Этот легковой автомобиль не обгоняет крупную фуру, но и не отстает от нее, держится рядом. Так на протяжении двадцати минут. Внезапно BMW вырывается вперед и перекрывает путь грузовику. Отец резко тормозит, уже начинает искать монтировку, как из синего автомобиля выходят двое бритоголовых мужиков, один с бейсбольной битой, другой с оружием посолидней, с полуавтоматическим пистолетом. Те парни избивают дальнобойщика и забирают машину с грузом. Отец несколько часов без сил провалялся на холодном асфальте, ему посчастливилось выжить, и выучить один урок. Монтировка справится с битой, но не справится с полуавтоматическим пистолетом. С тех пор он, всегда возил в рабочей машине дробовик. К счастью или к несчастью, с того момента никто не отбирал его груз. Отец Антона говорил, что, когда в твоей кабине есть дробовик, плохие парни это чувствуют. Поэтому и сам Антон возил с собой оружие, правда не дробовик, кое-что поменьше.

Сейчас вспоминая эту историю и поглядывая в окно заднего вида, дальнобойщик был рад, что у него в бардачке лежит шестизарядный револьвер. А радио в то время, все продолжало вещать.

«… вы слушаете „Радио Ненависти“, мы ненавидим все расы одинаково. До нас дозвонилась Мария, и ей просто необходимо выговориться.

— Ненавижу напыщенных мамочек, которые осуждающе на тебя смотрят. Дорогая тебе уже двадцать семь, пора подумать о детях. Так и хочется их всех послать далеко и на долго. Они судят только по себе, считают, что если у них есть сопливый молокосос, то он должен быть и у всех. А что, если я вообще не люблю детей и не хочу их иметь. Тут же осуждающие взгляды, как так, ты же девочка, ты мать. Не хочу быть матерью, гробить жизнь ради маленького засранца, что, если жизнь всего одна, а ты только и добилась того, что стала матерью. Слабое скажу вам достижение, матерей и так полно, без одной этот мир думаю выживет. А еще эти гинекологи, ходить к ним с каждым годом все мучительней. Они обязательно влезут не в свое дело, начнут интересоваться, когда же ты забеременеешь, ведь скоро будет поздно. У них словно есть огромные часы, которые идут назад, отсчитывают твои последние минуты чтобы хорошенько залететь. А если бы я захотела вдруг забеременеть, где взять нормального парня, вокруг одни слюнтяи, которые сами никогда не вырастут. По статистики беременеют в основном по залету, никто в здравом уме не сидит и не думает, а не завести ли мне ребеночка. Я так не хочу, пошли в жопу дети, пошли в жопу гинекологи, и пошли в жопу мамочки.

— Очень поэтично Мария и спасибо за звонок. А у нас в программе звучит „Бригадный Подряд“ и их „Song 3“. Наслаждаемся мои ненавидящие все слушатели …»

Громыхнул гром, а следом за ним ударила молния, на мгновения озарив тьму ярким белым свечением. Хлынул сильный дождь, в такую погоду автостопщикам не позавидуешь. Но на этой трассе никто не голосовал. Лишь грузовик с очень важным грузом, да легковушка, что шла следом за ним, заполняли собой ночную пустоту. Антон еще немного прибавил в громкости, так как шум дождя заглушал музыку в его кабине.

«Не уснуть, не уснуть, что за напасти!

Полоснуть, тонкой бритвой по запястью?

Ерунда! Все это лечат. Истерить неактуально.

По-людски, по-человечьи. Все в порядке. Все нормально.»

Доносилось из динамиков дальнобойщика, который все больше погружался в атмосферу радио.

«… а это „Радио Ненависти“ и мы ненавидим даже твою маму! И наша постоянная рубрика, сумасшедший на проводе. И вы все даже знаете кто наш гость, Аноним Анонимус, вновь объявился, чтобы снова мне поугрожать лютой расправой. Ну что же, мы рады всем убогим этой планеты, ровно, как и евнухам. Говори божья тварь и твои слова будут услышаны.

— Ты смелый потому что думаешь, что я тебя не найду. Но ты ошибаешься. Я отыскал твое логово. Мне пришлось долго искать, это правда. Ты умело скрываешься, отдам тебе должное, но кто ищет, тот всегда найдет. Я уже рядом Сатана и тебе должно быть страшно. Радиостанция на колесах, умно придумано. Логово, которое вечно меняет свой маршрут. Но игра вот-вот закончится. Дрожи ибо к тебе идет отмщение …».

О чем говорили на радио дальше, Антон уже не слышал, так как легковой автомобиль, что все это время тянулся за ним, внезапно набрал скорости и преградил грузовику путь. Дальнобойщик резко нажал на тормоза, к счастью ехал он с небольшой скоростью и смог затормозить, не влетев в автомобиль, который внезапно образовался перед ним. Все было практически как в истории его отца. В небе, предрекая беду, господствовала полная луна. Легковой автомобиль заставил нажать его на тормоза. Антон уже ожидал увидеть двух бритоголовых бандитов, но вместо них легковушку марки «Volvo» покинул мужчина весьма средней комплекции, с внешностью скорее учителя, чем разбойника с большой дороги. Правда учителя не носят с собой большие кинжалы. Этот незнакомец из «Volvo», держа у груди холодное оружие направился к красному контейнеру. Дальнобойщик, недолго думая, достал из бардачка револьвер и тут же покинул кабину грузовика. Он тут же промок насквозь под проливным дождем. Но сейчас его это мало заботило, ему нужно было во что бы то не стало защитить груз.

Держа револьвер в вытянутой руке, он подошел к незнакомцу, который сильно дрожал у дверей красного контейнера, прижимая к груди серебряный кинжал.

— Вы должны отпереть замок и впустить меня — произнес незнакомец. — Внутри этого контейнера находится древнее зло.

Антон сразу узнал этот голос, это был голос убийцы из радио, он принадлежал Анониму. Дальнобойщик был разочарован, он думал, что психи выглядят посерьёзней. Правда стоит отдать парню должное, голос у него был действительно внушительный и немного пугающий.

— Ты думаешь в этом контейнере находится передвижная радиостанция? Езжай домой, принимай лекарство, ты ошибся — мягко проговорил Антон, но револьвер не опустил, как никак полная луна висела над ними.

— Тогда открой дверь. Убеди меня в моей неправоте. Не можешь, потому что знаешь, что я прав. Если ты покрываешь дьявола, то ты не лучше, чем он сам.

— Не могу, потому что такие условия. Если я открою контейнер, я не получу свои деньги, а они мне нужны. Но будь уверен, моя компания не занимается транспортировкой радиостанций — Антон пытался говорить убедительно, но по правде ведь он сам не знал, что находится в контейнере и это было странно. Раньше ему никогда не доводилось перевозить такие тайные грузы, не ему, не его отцу. Но дальнобойщик пытался не давать сомнениям заполнить голову.

— Из-за зла, что ты прикрываешь погибла моя жена. Я любил ее — на глазах у Анонима выступили слезы, но его голос продолжал быть ровным и непоколебимым. — Она никого не ненавидела, только любила. Она работала врачом в клиники абортов, но не потому что не любила детей. Она хотела всем помогать, а в ее клинику приходили как раз те, кому нужна была помощь. Те о ком в народе не принято говорить. Потерянные девушки. Не все могут и не все готовы стать матерью, она это понимала и принимала. Моя жена разговаривала с каждой пациенткой не меньше часа, пытаясь ту или иную девушку отговорить, найти возможный вариант. Но иногда вариантов нет, такова жизнь. И она гордилась своей работой, так как считала, что помогает людям. Но однажды моя жена услышала это «Радио Ненависти», и оно отравило ей жизнь. Кто-то поднял тему абортов, и грязь тут полилась из всех щелей. Люди стали осуждать всех, кто идет на этот шаг, а особенно тех, кто проводит саму процедуру. Ненависть в своем истинном обличье зазвучала из динамиков, грязные и лживые слова обрушились на мою жену. Работников ее профессии сравнивали с дьявольским отродьем. И она этого не выдержала, усомнилась в правильности своего выбора, стала считать себя злом. И однажды я пришел домой, а ее там уже нет. Осталось лишь холодное тело в ванне наполненной кровью. Тогда я поклялся, что найду и уничтожу это истинное зло. Прошли годы, и вот наконец мои поиски увенчались успехом. Но тебе меня не понять. Ты служишь самому дьяволу, для таких как ты у него в аду отдельный котел.

— Мне жаль твою жену — начал дальнобойщик, теперь ему хотелось выговориться, не смотря на холод и дождь. — Но она сама сделала выбор, ее никто не заставлял вскрывать себе вены или что там она перерезала в теплой ванне. Все она сама. Смирись с этим, не стоит искать выдуманное зло в закрытых контейнерах. Да, люди бывают злые. Да, «Радио Ненависти», может не лучший выбор для людей со слабой психикой, но это всего лишь шоу. Вот и все. Мой отец умирает от рака, и я почему-то не виню в этом дьявола, как не виню и бога. Знаешь почему? Потому что ни того, ни другого не существует. А теперь садись в свое «Volvo» и проваливай, мне груз нужно вести. Пусть каждый занимается своим делом, я работаю, ты сходишь с ума.

— Ты атеист — со злобой в голосе произнес Аноним. — Это многое объясняет, атеисты главные подручные дьявола. Так умри, мерзкая тварь …

После этих слов, подняв кинжал высоко над своей головой незнакомец кинулся на дальнобойщика. Этот убийца из радио, словно не видел револьвер в руках водителя, либо он был настолько безумен, что думал, что его серебряное холодное оружие, сможет ему противостоять? Но, как и монтировка проигрывает полуавтоматическому пистолету, так и кинжал падает перед револьвером.

Антон делает выстрел, но тот не останавливает сумасшедшего под полной луной, тогда он нажимает на курок еще дважды, а затем зачем-то нажимает на него еще один раз. Безумец, Аноним падает на асфальт, его кровь под луной кажется черной. «Да, сумасшедшие плохо влияют на нормальных людей» про себя подумал водила. Ему следовало вызвать полицию, правда столько выстрелов в одного человека вызовут вопросы, много вопросов. Но самое главное, пока они приедут, Антон потеряет много времени, и не сможет доставить груз вовремя. Да и сам груз вызовет вопросы, в ситуации с трупом даже визитка с таинственной «Ч» может его не спасти. Внезапно дальнобойщика охватило до этого неведомое желание заглянуть в контейнер. Узнать, что же там такое скрывается. Не уж то действительно радиостанция, это все казалось полным бредом. Антон хотел прогнать эти мысли прочь, но не смог. Любопытство, как никогда завладело им, словно опухоль, которая застряла в голове и уже никуда не денется.

— Я открою контейнер, посмотрю, что внутри, если ничего криминального вызову полицию — уже вслух, сам того не понимая, произнес дальнобойщик.

Быть может безумие заразно? Антон спрятал револьвер, а затем открыл дверь красного контейнера, его сердце ускорило ритм, а пульс чрезмерно повысился.

Дальнобойщик увидел черные шторки, которые скрывали, что же находится внутри, и когда он уже хотел их отодвинуть из конца контейнера послышался так знакомый ему голос.

— Остановись — это был голос радиоведущего. — Тебе не стоит всего этого видеть, ты что не умеешь следовать простым правилам? Ну да ладно, мы поступим так. Ты закроешь двери этого контейнера, сядешь за руль и все-таки выполнишь свою простую работу, доставишь чертов груз до места назначения. Труп сумасшедшего оставишь на дороге, здесь ему самое место. Тебя не уволят, если ты сделаешь все что я говорю, ты даже получишь премию. Большую премию. У тебя же больной отец, рак легких, это так ужасно. Деньги тебе нужны. Если ты закроешь контейнер, то в кабине тебе уже будет ждать кейс с паролем. Пароль 666, он простой ты запомнишь, в этом кейсе будет лежать миллион долларов. Хватит на всю жизнь. Но ты должен будешь навсегда забыть эту ночь, и никогда ее не вспоминать. Все просто. Думаю, ты не откажешься от такого предложения, поэтому я не стану говорить, что тебя ждет если ты все-таки решишь отодвинуть шторки и заглянуть в контейнер.

Антон не знал, что и думать, его мозг сейчас переполнялся всякими мыслями. Единственное, что он быстро решил, так это то, что выбора у него нет, что, если он еще хочет увидеть своего отца, ему нужно закрыть этот контейнер. Дальнобойщик так и поступил. Он отогнал «Volvo» что так внезапно преградила ему путь, а затем вернулся в свою теплую кабину, где на втором сидение находился красный кейс. Антон не стал проверять его содержимое, так как прекрасно знал, там лежит один миллион долларов. Единственное, что сейчас он не хотел знать, так это, что за тварь находится в его грузовике. Он не хотел этого знать, но знал, так как не был глупым малым. Дальнобойщик в одно мгновение перестал быть атеистом и поверил в существование бога. «Ведь если есть такое, значит и бог точно есть,» — промелькнуло у него в голове, когда грузовик вновь тронулся.

«… вот наш эфир и подходит к концу. Да, мне тоже жаль, солнце скоро встанет, оно всегда встает. А мне пора ложиться в мой удобный гроб, это была весьма познавательная ночь. Хочется передать привет, моему новому знакомому дальнобойщику. У него сегодня выдался весьма паршивый рейс. Но пусть наша общая ненависть согреет его. Напоследок я поставлю вам песню группы „Кукрыниксы“, композиция называется „Зло“. До скорых встреч мои ненавидящие этот мир слушатели, до скорых встреч дальнобойщик Антон».

«Каждый, слышит, по-своему и видит,

Абсолютное зло.

Дремлет, дышит, оно еще увидит,

Роковое число»

Content

Борис Хантаев
Радио ненавести