Черная Ева Л.

Полукровка (СИ)

Тхае. Полукровка

(не было печали - да нервы подкачали)

Eva Chernaya

Глава 1. Ознакомительная

Думаю, в книгах мы ищем то, что не находим в реальной жизни, по тому, какие книжки читает разумное существо, можно понять, какая у него душа и какие у него стремления.

Я всегда любила читать древние сказки своего народа, слишком яркое воображение рисовало те или иные картины, наверное, поэтому я пошла учиться в Художественную Академию Истории и Магии (ХАИМ).   Сами понимаете, художник с маленьким магическим резервом не сможет найти хорошую и, что немаловажно, высокооплачиваемую работу, но мне повезло. В нашей семье было много детей, и попадались среди них даже мальчики, но они были слишком малы, а технику любила только я.  Мама никогда не была против моего увлечения и отец, радуясь, что хоть кто-то из его отпрысков имеет 'настоящие мужские интересы', затащил меня в наш технический ангар и больше уже не выпускал. Так мы с ним там и копались в его стареньком восьмиместном унмусе[1].

К чему я все это вам рассказываю?  Мое образование, фантазия и хобби определили, в общем, мою дальнейшую жизнь и профессию.

Одним совершенно обычным утром я брела с очередного неудавшегося собеседования на место учителя создания художественных иллюзий в начальных классах и напоролась на своего троюродного кузена. У того оказалась довольно-таки серьезная проблема: из его ун-мастерской неожиданно ушел художник и вследствие этого горел срочный заказ. Поговорив пять минут, мы поняли, как удачно встретили друг друга. Зайдя  в ближайшую кофейню и выпив пару чашек кофе, договорились о будущем сотрудничестве. Через час я мчалась домой на всех парах, залетев в дом и, чуть не снеся со своего пути папу, с заносами на поворотах влетела в комнату. Еще через полчаса, уже переодетая в свою рабочую робу, я мчалась в сторону мастерской; предварительно, вылетая из дома, пообещала папе, что все расскажу после возвращения домой. Ди, а именно так звали моего кузена, уже ждал меня у ворот мастерской и, проводив меня к унмусу, показал фронт работ.

Проблема кузена состояла в том, что вчера вечером к нему в мастерскую пригнали новенький пятицилиндровый двухместный спортивный унмус какого-то богатенького морэ[2] для художественной покраски. Особенных пожеланий не было, и сумма была обещана хорошая, требовалась только качественная и хорошая, а главное, быстрая работа.  Но, как я уже говорила, художник, работавший у него, уволился, устроив скандал, что не может работать по незаданной теме, разругался с ним и ушел. Кузену было жаль лишаться такого заказа, ведь если он будет выполнен, это обозначает переход на более высокий уровень и соответственно большИе деньги, вот и шел он, понурив голову, пока не встретил меня. При встрече и вопросах 'как-дела-а-как-у-тебя' мы с ним выяснили, что можем очень сильно помочь друг другу: я займусь любимым делом, а он выполнит заказ.

И вот я стою возле шикарного двухдверного унмуса цвета грозового неба. Ди дал мне карт-бланш и укатил домой, а я осталась творить. С неким благоговением я открыла дверцу этой чудной машинки и забралась на место водителя.  Все,  что я знала о владельце чудо-машины - баснословно богат, потому как купить такое чудо техники может только ну о-о-о-очень богатый индивид. Обивка  салона из натуральной кожи тимтилуса, остальная отделка и технические составляющие тянули не на одну сотню кредитов. Я откинулась на спинку сидения и закрыла глаза. Через пару минут, войдя в медитативное состояние, начала делать наброски на бумаге.

Сила и мощь ауры владельца рисовали в моем воображении хаврийского воина, несущегося по небу на своей узкой остроносой унне со скоростью ветра, одна рука уверенно лежит на пульте управления, вторая, чуть согнутая в локте и отведённая в сторону и назад, сжала до побеления пальцев древнее копье Единого Вышнего (ЕВ), длинные волосы цвета яксиевой смолы заплетены в сложную боевую косу, чуть миндалевидные глаза с розовым белком зеленой радужкой и острым змеиным зрачком чуть сужены, прямой нос и звериный оскал – вся его поза выражала напряжение зверя перед нападением на жертву.  Одет  он был в боевую форму тех времен: длинные тусуевые брюки , плотно облегающие ноги, но не мешающие движениям, и туника без рукавов из волокон синего дерева, а вокруг только вихри ветра и небо.

Меня настолько вдохновила представшая перед глазами картинка, что я просто не могла остановиться и, как только вышла из транса, принялась за работу. Я не просто художник, у меня есть Дар. Это особенность моего народа, как таковой магии в нашей крови нет, наша вера не позволяет применять магию в том виде, как ее используют другие народы, потому что мы считаем, что это привилегия Единого Вышнего, творца этого мира, но об этом потом. Так  вот,  у нас есть Его Дар, у каждого свой, он помогает нам создавать незабываемые вещи, каждый раз индивидуальные. Ни одно творение не повторяется, потому что мы как бы видим суть заказчика и создаем под нее само творение.

Мою картину, которую я рисовала в данный момент на этом новеньком унмусе, нельзя назвать магической иллюзией, нет, она просто как будто вживалась в поверхность механизма, задавала ему свой характер.  Картина будет очень притягательна для хозяина, потому что он в ней будет видеть суть самого себя, это будет не просто механизм, это будет лучший друг, дом и крепость в одном лице, и он, хозяин, садясь в него, будет чувствовать все это. Я так увлеклась, что не замечала времени и поняла,  что уже далеко за полночь, только, когда зазвонил мой коммуникатор. Звонившего папу я уверила, что со мной все хорошо, пообещав бежать домой сразу же, как только закончу.

Провозилась я до глубокой ночи, но своей работой осталась довольна и, решив выпить чаю, как-то совершенно незаметно уснула за столом. Снился мне почему-то все тот же хаврийский воин, который грозил мне пальцем и говорил, что, мол, совсем ты, Тата, совесть потеряла, и пороть тебя некому, что ж ты меня всего такого-растакого изобразила на передвижном транспорте не пойми кого… В общем, когда я проснулась от постороннего шума, то была очень рада такому обстоятельству.

Проснувшись, сто раз прокляла свою не в меру увлекающуюся натуру: это ж надо было сделать все за одну ночь, вместо того, чтобы чинно и степенно распределить работу поэтапно на два дня и, не напрягаясь, все сделать. Ведь  заказ заберут не раньше, чем через три дня. Пару  раз потянувшись и решив, что Ди что-нибудь придумает, я начала подниматься из кресла и вдруг опять услышала шум. Вспомнив, что я, хрупкая девушка, все-таки здесь одна, и мне себя любимую беречь надо, тихо пробралась к шкафу с инструментами и, выбрав монтировку потяжелее для солидности аргумента в моих руках, начала пробираться ко входу.

Хорошо еще, что дверь и ворота в ангар были закрыты и имели внушительный вид, так что здесь вполне можно было бы пережить осаду маленькой армии с гранатометами. К сожалению, танкового залпа они не выдержат. Что-то меня не туда занесло…

Так  вот, пришла, постояла, почесала затылок. Как оказалось, я жестоко ошиблась: ни в воротах, ни в дверях не наблюдалось смотрового окошка или на крайний случай 'глазка'. Решила пока не выдавать своего присутствия, послушать и понять, кому не спится в столь ранний час.

– Ты осознаешь, что ты натворил? – Вопль раздался неожиданно и так громко, что я подпрыгнула и чуть не уронила монтировку себе на ногу.  Поудобнее  перехватив «оружие», прислушалась к разговаривающим, вернее, к вопящим, а еще вернее, к одному вопящему индивиду.

– Ты отправил унмус непонятно кому, и неизвестно еще, что с ним сделают! Слава Вышнему, что в этой отсталой мастерской наверняка еще и не приступили к покраске, так что я смогу спокойно забрать унмус и перегнать в ангар 'Ситина', там-то из него сделают настоящее чудо

- Дервис, угомонись! Люди старались, меня выручили. Куда мне было соваться с твоим срочным заказом,  если везде все было забито? Поверь, здесь отличные специалисты...

- Чушь, в таком месте ничего приличного быть не может! Ты  посмотри, в такое время у них даже нет никого на месте!

Честно, мне стало до того обидно и за свой труд, и за Ди, который столько сил потратил, чтобы получить этот заказ, что просто мочи не было сдержаться.  Я  уже поняла, что явились хозяева срочного заказа, который я делала. Злорадно подумав, что работа выполнена и им все-таки придется рассчитаться с Ди, я решила все-таки открыть дверь и высказать дорогим заказчикам кое-что об их самомнении.

Поудобнее взяв одной рукой монтировку, а второй схватившись за ручку, потянула ворота на себя. Те, что удивительно, бесшумно и с легкостью распахнулись, так что все остальное я имела возможность слышать и видеть воочию. Собеседники, не заметив меня, продолжали спорить. Это были два молодых тхае, очень богато одетые. Нет, одежда была довольно строга и правильно подобрана, но... стоимость этой самой одежды говорила сама за себя. Я  очень хорошо знала фирменные знаки модельеров такой одежды: была у меня в группе подружка из знатного рода, которая просто считала ниже своего достоинства надеть вещь от других, менее знаменитых и дорогих кутюрье. И вообще, не люблю я тхае, уж больно они заносчивы.

В общем, стоит, наверное, рассказать вам мою историю и немного историю этого мира, чтобы было понятнее, отчего у меня такая нелюбовь к этому народу.

Мой мир называется Эль, создал его Вышний. Нельзя назвать Его просто Бог, это высшая сущность, Он везде и во всем, что нас окружает. Когда был создан этот мир, Он начал создавать разумные существа, населяющие этот мир. Несколько веков народы помнили о создателе, молились ему, надеялись на него и обращались со своими проблемами, но время шло, и народы начали забывать о нем. Некоторые начали создавать себе идолов и, называя их богами, покланяться им. Вышний не мешал и даже иногда помогал отступившим от него народам. И  вот через много веков, казалось бы, все уже забыли о том, кто их создал на самом деле, но это не так.

С начала времен существует один народ, самый первый из созданных, любимый Единым Вышним, мой народ - хаврийцы.

Все тысячелетия нашего существования мы не забывали о создателе, нас с рождения воспитывают в уважении и почитании Его, и каждый ребенок у хаврийцев знает, что может обратиться к нему и будет услышан.  У  нас нет посредников в виде жрецов и идолов, есть только Он и тот, кто к нему обращается.  Возможно, именно поэтому другие народы нас так невзлюбили: нас пытались сломать, уничтожить, наших женщин насиловали, а детей отбирали на долгие годы, дабы 'искоренить наши заблуждения по поводу истинности веры', но мы выживали, верили, и до сих пор чтим свои традиции и своего Создателя.

А  потом пришли они – тхае, пришлый народ, он не был создан Вышним. Их мир умирал, и они, отчаявшись спасти свой мир, в едином порыве  обратились к Нему.  Он позволил им поселиться в Эль с условием, что тхае будут помогать хаврийцам. Тхае – сильный народ, имеющий в себе две сущности – человека и зверя.  Нет, они не оборачивались в зверей как оборотни, – вот, к примеру, если тхае имеет второй сущностью медведя, то и внешность имеет соответствующую: это будет большой мужчина с крупными чертами лица, темными волосами и мохнатыми медвежьими ушами.  А он когда перейдет в боевую ипостась, тело его увеличится в два раза, его покроет жесткая медвежья шерсть, исполняющая роль брони. Их  внешность отличалась от остальных, характер и особенности их зверя накладывали свой отпечаток, и да, они были долгожителями, как мы.

Благодаря Вышнему, у моего народа есть несколько особенностей, которые нас отличают от остальных.  Наша принадлежность к хаврийцам всегда определялась по материнской линии, а внешность могла быть разной. Но глаза, а вернее, их особенность - розоватые белки глаз и удлиненный змеиный зрачок, всегда говорила о национальности.  Вместе с особой формой глаз передавалась продолжительность жизни, а она у нас была ооооочень длинная. Взрослели мы рано по сравнению с теми же эльфами или оборотнями. И да, у нас никогда не было полукровок, кровь хаврийцев настолько сильна, что просто подавляла кровь других народностей, если уж у нас возникали межрасовые браки. По  крайней мере, так было до появления тхае. Вообще-то раньше ни у кого не возникало желания поэкспериментировать, и до моего рождения все благополучно считали, что по-другому и быть не может.

Угу, я тот самый результат неудавшегося эксперимента. Мама была сиротой, в ней и в том, кто мой отец, я была уверена. Но, видимо, кто-то из маминых родственниц неплохо провел время с мужчиной тхае, что отразилось на моей внешности.  И самое обидное, что только на мне, обе мои сестры и младший брат имели вполне себе презентабельный вид хаврийцев.

Что до моей внешности, то в ней смешались все видовые признаки двух народов:  роста я была довольно высокого для женщины, не худая и не толстая, скорее, мое телосложение можно было бы назвать жилистым, но не лишенным женственности, то есть, все что надо, хм, присутствовало, а вот дальше... Личико было довольно милое, правда, ничего особенного, серая радужка на фоне розового белка смотрелась необычно, но интересно, чуть широковатые, резкие скулы, острый подбородок, невысокий лоб, прямой с небольшой горбинкой нос и симпатичной формы слегка полноватые губы. А в остальном природа-матушка оторвалась по полной. Во-первых, уши, угу, обычные такие волчьи уши, серые, мохнатые, торчащие на макушке. Этот  элемент моего декора (экстерьера??) всегда выдавал мои эмоции.

О-о-о, если бы вы только знали, сколько всего мне пришлось из-за них пережить, вы бы плакали, и не знаю от чего больше - от горя или от смеха. Во-вторых, волосы, - они были серого цвета с белым на кончиках, жесткие, прямые, которые не брали ни одни ножницы, и из-за которых все, кому выпало счастье попытаться создать на моей голове хоть какое-то подобие прически, плакали и стонали, начиная с моей мамы и заканчивая последним парикмахером всего нашего квартала.  В  десять лет я плюнула на все и просто собирала их на макушке в высокий хвост, а во  время работы заплетала этот хвост в косу. Ну,  и в-третьих, у меня тоже, как оказалось, есть боевая ипостась.

Лет в десять соседские мальчишки решили отловить меня после уроков и вывалять в грязной луже, но они не учли одного: характер у меня был не сахар. Ага, попробуй быть доброй, имея двух старших сестер. В тот день я была очень зла на сестриц, которые решили смыться погулять с подружками, сбросив на меня мытье посуды. Поэтому, когда ребятня всей гурьбой набросилась на меня в едином желании повалить в грязь, я взбесилась. Через минуту в повисшей тишине было слышно только мое учащенное дыхание, я сама испугалась того, что произошло.

Вмиг вырасти на несколько голов выше всех мальчишек, ощутить кучу неучтенных острых зубов во рту (ага, специально языком потрогала, а потом еще и пальцем проверила) и увидеть на своих верхних конечностях - в тот момент это сложно было назвать руками -  серую с белым шерсть и когти…

У-у-у-у, я была не просто испугана, я была в панике. Как домой добежала, не помню, в себя пришла только в ванной, стоя под горячим душем и замечая, как постепенно мое тело принимает обычную для меня форму.

Вечером того же дня дома состоялся совет Рода. Старейшины долго обсуждали случившееся и постановили отправить меня на дополнительное обучение к тхае. Теперь мне надлежало после обычной школы бежать на занятия по управлению своей сущностью к учителю-тхае. Глава рода сказал, что сам договорится о занятиях для меня. На следующий день после школы я поспешила в квартал тхае.  Войдя  в класс, я увидела довольно пожилого тхае-волка, с такими же волчьими ушами и полностью серыми волосами без белых, как у меня, кончиков. Я  оказалась первая, и он довольно мирно, даже благосклонно со мной пообщался, потом пришли еще ученики, все были чистокровными тхае, а дальше, дальше начался мой персональный АД.

Я раньше никогда так четко не ощущала своей непохожести на остальных. Ведь хаврийцы отличались друг от друга внешностью, схожи были только глаза. Только по ним и можно было определить принадлежность к народу.  Поэтому  все довольно лояльно относились к моей внешности. А  тут я оказалась изгоем, ни кровь тхае, ни кровь хаврийцев не смогла взять верх, и получилась такая неправильная я - полукровка. Мальчишки-тхае относились ко мне с презрением и втихаря от учителя устраивали мне всевозможные неприятности. Жаловаться было не в моих правилах, а потому я только сильнее сжимала зубы и терпела, терпела, терпела, уговаривая себя, что скоро все это закончится. Так что я думаю, вы поймете мою нелюбовь к представителям этого народа.

Что-то я увлеклась. Пока я предавалась не особо приятным воспоминаниям, меня  наконец-то заметили.

- Полукровка! - прозвучало это в два голоса, причем с разными интонациями. И  если со стороны друга предполагаемого заказчика в голосе звучало удивление, то в голосе самого заказчика была просто тонна презрения.  У-у-у-у, я его уже ненавижу.

Ну, я, конечно, понимаю, что я такая вся из себя в единственном экземпляре, но и так явно, почти тыкая в меня пальцем, показывать свое к этому отношение просто неприлично.

- Девушка, а ... - закончить предложение своему другу наглец, обливший меня презрением, не дал.

- Позови хозяина, - (рррр, нет, я его точно покусаю),- и вообще, откуда ты такая взялась?

Фыркнув и ничего не ответив, я развернулась к ним спиной, сделала шаг внутрь ангара, резко захлопнула створки ворот и не без труда задвинула здоровенную щеколду.

- Эм, девушка...-  послышалось по ту сторону ворот, - а Вы не могли бы позвать кого-то из мужчин?

- Да что ты можешь просить у недалекой девицы, к тому же побродяжки скорее всего? Ты  что, не видишь, где она ночует? - еще одно ведро презрения на мою голову.  А вот это уже оскорбление.

Я, немного злобно похихикав возле двери – вроде, так вам и надо, уже не скажете, что никого не было на рабочем месте - и потирая ручки, поскакала бодрой рысью к коммуникатору звонить Ди.  Пусть  приезжает и сам выбивает из этих... нехороших товарищей деньги, я свою работу выполнила, между прочим, досрочно, так что с них еще и сверхурочные полагаются за скорость исполнения. Ди ответил со второго гудка, и не успела я даже рот открыть, как он вовсю выдавал мне гневную тираду:

- Мелкая, ты где пропадаешь? Звоню тебе домой,  и никто не знает, где ты и когда будешь!  Мы же с тобой договаривались! Я  же горю! Ты  ж меня просто без ножа режешь! Черт, не надо было с тобой связываться!

Обидно  стало еще больше.  Посчитав в уме до десяти и обратно, заметила, что в трубке стало подозрительно тихо, а потом прозвучало неуверенное:

- Тата?...

- Я у тебя в ангаре заработалась, а потом за чаем заснула. Приезжай побыстрее, тут к тебе эти... хм, заказчики приехали, - пробурчала недовольно я и, уже собравшись положить трубку, добавила - я все закончила, так что сначала деньги с них за работу стребуй, а то ишь, не нравятся им и ангар, и полукровка.

- Таточка?  Они что, они тебя обидели, да? Ты, главное, не расстраивайся, хорошо? Я уже еду, скоро буду и во всем со всеми разберусь. А то взяли моду, обижать мою девочку, - заискивающе пророкотал в трубку Ди, - все, сиди там, жди, еду.

Угу, сижу жду. Чем бы таким заняться? Тэээкс, тут где-то небольшая кухня была, пойти, что ли, себе завтрак сварганить, раз уж тут застряла.  И, как подсказывает мне моя пятая точка, это надолго. Пойду произведу ревизию холодильника. Удалось наскрести всего понемногу на приличную яичницу.  Да,  если я буду работать тут и дальше, надо сделать внушение Ди, что холодильник должен быть полным.

Мечтательно смакуя каждый кусочек яишенки, я задумалась о том, кем же на самом деле являлись эти двое.  По ушам было видно, что оба они принадлежали в волчьему племени, только если первый тхае, друг хозяина унмуса, выглядел как и остальные ранее мной виденные тхае-волки, то второй был очень похож по окрасу на меня, и это очень напрягало, потому что я не видела еще ни одного тхае-волка с белыми кончиками волос. А  это говорило об одном: я-таки нашла своего, пусть и седьмая вода на киселе, родственника со стороны тхае.

Когда-то, в начале моего обучения у тхае, я спросила у учителя Рэка, почему у меня волосы не полностью серые и можно ли все это закрасить.  Я  тогда очень хотела хоть в этом быть как все, но учитель только вздохнул и сказал, что я все узнаю в свое время, и как бы я ни старалась, закрасить у меня это не получится. Тогда я  ему не поверила и с ослиным упрямством пыталась закрасить свою отличительную примету на волосах.

Сколько баночек с краской я перевела на это дело! Бедная  моя мама, на мне, за счет ее денег, местные парфюмеры сделали целое состояние. О- о-о-о, а какой был у них стимул и азарт изобрести краску для волос, которой могли бы пользоваться тхае! Все  изобретённое сначала опробовали на мне, меня вовсю использовали вместо подопытного кролика , но... не судьба.

После сотой, юбилейной баночки (до сих пор удивляюсь, как у меня от такого волосы просто не вылезли все, если не от интенсивности покраски, то хотя бы от испуга от концентрации всевозможных веществ) я плюнула на все и перестала мучить себя, маму и многочисленных родственников. Единственными разочарованными в этой ситуации, по-моему, остались парфюмеры, лишиться в одночасье такого ценного подопытного им было жалко.

От размышлений меня отвлек шум у двери. Решив подобраться втихаря и послушать, кому это так неймется, я встала и не спеша направилась в сторону выхода. На полдороге меня застали громкий стук в ворота и крики Ди, зовущего меня.

Я прибавила скорости, и через пять минут, открыв резко двери, чуть не получила по лбу от любимого кузена.

- Извини,- буркнул он и, повернувшись к тхае, сказал,- проходите, господа.

«Господа» решили не рисковать – а вдруг я опять двери в воротах закрою, да еще перед самым их носом, – и быстренько просочились на территорию ангара. Ди, одетый в, наверное, свою лучшую, новую спецовку, взмахом руки указывая направление куда именно надо 'проходить господам', сказал:

- Показывай, Тата.

Стоило посмотреть на выражение мор... лиц тхае. О да-а-а-а, тхае номер раз, подвид обычный, посмотрел на меня с каким-то научным интересом, тхае номер два, он же меченый, с ужасом. «Что же с моей новой машинкой сделала эта оборванка», - так и читалось на его лице. Желание показать язык одному и скорчить рожу второму задушила в зародыше.

Представление начинается! Сделав самое глупое выражение на лице и, сказав: «Следуйте за мной»,- прошествовала к, накрытому чехлом, унмусу.  Дождавшись пока все подойдут, нажала на рычажок и ткань начала медленно съезжать назад, открывая нос, а потом крышу и остальную часть унмуса. Я хотела посмотреть в этот момент на лица тхае, чтобы увидеть реакцию на их лицах, но опять залюбовалась делом своих рук и машиностроительного завода.  «Да, девочка,- с грустью подумала я,- нескоро ты сможешь заработать себе на такое чудо».

Так,  что-то подозрительно тихо, а что вообще происходит? Нервно оглянувшись, увидела удивительную картину. Ди стоял, слегка выпучив глаза, хорошо еще хоть молчал.  «Друг», будем его так называть (мне же его не представили), смотрел на унмус с умилением и легкой гордостью в глазах, как будто его любимое чадушко нарисовало шедевральную картинку с треххвостым пони и одноногим гвардейцем на нем.

А  вот передать всю гамму эмоций 'меченого' (мне его тоже не представляли, так что нечего и думать, как его называть) невозможно. Скорее  всего, наиболее ярким из всего букета эмоций было неверие. Он подошел к унмусу, слегка проведя рукой по стальному корпусу. Это была скорее ласка, нежели простое касание. Я могу его понять, мне самой безумно нравился этот унмус, а в теперешнем его виде и подавно. Хищные, изогнутые формы корпуса, кселебритовые фары имели зауженную форму и были больше похожи на прищуренные кошачьи глаза, широкие диски с рифлеными покрышками, низкая посадка унмуса и его обтекаемость, - все придавало ему хищный вид.

Спереди, начиная с носовой части и до багажника, фоновый цвет переходил от небесно-голубого до темно-синего. На крышке носа летел на унне мой хавриец.  Он  казался живым, вот еще мгновение, и он просто сорвется с железного полотна и промчится мимо меня, даже не обратив внимания.  По  бокам вдоль всего унмуса, от начала и до конца, клубились вихри ветра и чуть примятые с размытыми формами, как будто по ним только что проехались, облака.

- Морэ, кто создал это чудо? - он внимательно посмотрел в глаза Ди и, не дожидаясь ответа, открыл дверцу и нырнул в салон, пропитанный запахом кожи и легкого аромата горного дилиса.  Запах моих духов, пока я сидела и медитировала в салоне унмуса, впитался в кожу и теперь приятно щекотал ноздри.

- Так Тата и сделала.  Всю ночь девочка моя работала. Так  что Вам, морэ, придется немного выше приплатить, все-таки раньше срока управились, да и, смотрю я, понравилась Вам наша работа,- Ди уже оправился от первого впечатления, и воспитание дяди-торговца взяло верх над всем остальным в его голове.  Так и виделись в его глазах мчащиеся бегущей строкой циферки от полученной оплаты и последствий возможной рекламы. Он-то уже увидел, что сзади, на крышке багажника, я нарисовала фирменный знак и номер коммуникатора его мастерской.

- А как Ваше полное имя, мора? - подал голос 'друг'.

- А нас уже представили друг другу?- ответила я вопросом на вопрос, мысленно хихикнув. Есть у моего народа такая национальная черта, а что, некоторые это даже возвели в ранг искусства. Можно  весь разговор проговорить, а на вопрос собеседника так и не ответить, так что нефиг... Что 'нефиг', я додумать не успела.

- Хм, простите мне мою оплошность, - пророкотал Ди. Вот  же ж человек-гора,  и как только он умудряется не застревать под унмусами в яме. –Это Татая Сериман, моя кузина и по совместительству мой штатный лицензионный художник.  Да, вот недавно закончила ХАИМ и сразу приступила к работе, знаете, как ее нахваливали учителя, у нее же Дар!

Хррррм...  Так, дай ему волю, и он тут три часа будет расхваливать всех и вся, мысленно поднимая стоимость услуги. Поэтому, решив принять меры, задвинула ему локтем под ребра. (К  сожалению, даже мне с моим немаленьким ростом выше было его не достать), за что получила взгляд, полный немого укора.  Ну-ну, кузен, это мы с тобой обсудим позже, а пока стоим и улыбаемся, улыбаемся, я говорю, а не пытаемся заржать.

Нет, все-таки заржу. Ди, ну нельзя же так ярко показывать свои эмоции, у тебя же в глазах желание угодить клиенту борется с желанием мне накостылять за неподобающее девушке поведение. Ой, а что я опять пропустила? Кажется, кто то опять что-то спрашивает.

- Мора, Вы меня слышите? - 'друг' сделал пару шагов в мою сторону,- приятно познакомиться, меня зовут Тэрэкс Даси (ну вот теперь уже не просто 'друг'), а это мой лучший друг и дальний родственник Дервис Дасильо. И протянул мне руку для рукопожатия.  Я  руки свои ловко убрала за спину. Упс, какая неловкая ситуация случилась, уж не знаю, как это воспринимать: то ли как оскорбление, то ли как незнание обычаев моего народа.

- Кхм, - прокашлялся Ди, - я понимаю, что, возможно, вы запамятовали, морэ Даси, но у нас к девушкам мужчины могут прикасаться, только если являются членом ее семьи.

Ух ты, а тхае все-таки умеют краснеть. Кстати, Дасильо - что-то знакомое, но вот убейте, не могу вспомнить что.  Надо  покопаться в книжках.  Где-то у меня завалялись 'Старые мифы и легенды тхае' Горбуса Бородатого, но сейчас это не суть.

- Простите, - буркнул Даси,- я не хотел вас обидеть, просто Вы так похожи на женщин нашего рода, что я забылся.

А что это он так косится в сторону своего дружка? Тэээкс, это вот что сейчас было, переглядывания, подмигивания? У этого Дасильо скоро веко само по себе дергаться начнет, эк его кривит, бедного.

- Мора Татая, - о, а вот и дружок активизировался, а то последние пятнадцать минут он был просто потерян для нас,- я хочу попросить прощения за свои предыдущие неблагоприятные высказывания в Ваш адрес, я был не прав.

Мне кажется, или он это искренне сказал? Я присмотрелась повнимательнее, да нет вроде, только длилось это не долго, промелькнуло и исчезло, а на лице опять маска высокомерия.

- Морэ Динос , где мы могли бы с вами рассчитаться ? И мне хотелось бы обсудить с Вами некоторые вопросы.

Ди лишь молча пожал плечами и проследовал в сторону своего кабинета. Оба тхае отправились за ним, а я прошмыгнула обратно на кухню, яичница, может, и остыла уже, но кушать все еще хотелось.   Через полчаса я стояла во дворе мастерской и, позёвывая до хруста в челюсти, мысленно махала ручкой своему первому творению и пассажирам в нем. Хотя нет, творению я махала усерднее.

Оба морэ перед отъездом, пообщавшись с кузеном за плотно закрытыми дверями и загадочно косясь на меня, прошествовали к уже подогнанному и стоящему во дворе унмусу и, синхронно загрузившись, быстро поднялись вверх.

- Эх, Таташечка, нас ждут великие дела!- рука Ди легла мне на плечо, а его уж слишком счастливое выражение лица заставило меня насторожиться.  Знаю я этого жука, у него две цели в жизни: заработать как можно больше и как можно быстрее спровадить замуж всех свободных особей женского пола в нашей семье. Были бы у него возможности, он начал бы нас сватать еще во время пеленочно-ползункового периода. Кажется, моя спокойная жизнь закончилась.

Глава 2 Трудовая

За окном шел дождь. Он даже не шел, а стоял сплошной стеной. Его потоки все сносили на своем пути, на тротуарах вода стояла по щиколотку и никакие сливные сооружения не справлялись с ее напором. Сегодня был мой законный выходной, и я просто мечтала провести его на диване под теплым пледом в компании какой-нибудь интересной книги. Недавно в одной букинистической лавке, где хозяином был мой старый знакомец, пожилой букинист, я купила 'Истории Родов' на древнетхаеском, ее я и собиралась почитать на досуге.

Три недели назад, после выполнения моего первого заказа, перерыв всю свою немаленькую библиотеку, половина которой состояла из книг на тхаеском, я так и не нашла ни одного четкого упоминания рода Дасильо. Да, то здесь то там я находила фразы упоминающие эту фамилию, но не более. Что? Где? Как? Ответов на эти вопросы я не находила нигде. Учитель Рэка уехал в другой город проведать внука, так что спросить мне было не у кого, да и не факт, что этот хитрый прохвост поделился бы со мной несколькими своими тайнами. У него, у внука, я имею ввиду, недавно родился ребенок и, теперь уже прадед Рэка, как глава рода поехал на 'барейта', ритуал наречения имени, производимый на десятый день после рождения младенца. Эту традицию они переняли у нас, хаврийцев, как дань уважения Вышнему. Сам ритуал символизирует союз новорожденного с Вышним, который дает возможность Вышнему помогать и защищать, а ребенка союз в будущем обязывает придерживаться определенных правил и традиций нашего народа. За двадцать тысячелетий эта традиция сохранилась только у нас, ну, и тхае приняли на себя добровольно эти обязательства, когда перешли в наш мир. Иногда мне кажется, что они здесь жили всегда. Благодаря им мой народ смог обрести свободу после тысячелетнего изгнания.

Мой дедушка помнил это время и очень часто в холодную дождливую погоду собирал нас (всю малышню от трех до тринадцати лет), ставил большую миску с домашним печеньем, испеченным бабушкой, и рассказывал историю народа.  О том, как наш Предок Агашия жил в доме своего отца гончара и помогал ему лепить и обжигать идолов местных племен, как однажды он, Агашия, не стерпев требования отца поклониться идолам, ушел из дому. Как  после долгих скитаний он обрел семью. О том, как долго его жена не могла от него понести, как он заключил союз с Вышним и его жена смогла забеременеть и родить ему сына. Как Хаврий, его потомок, положил начало многочисленному народу.   И мы, тогда еще маленькие дети, открыв рот, слушали его легенды. Перед нашими глазами красочно проплывали одна сцена за другой и мы, загребая печенье в обе руки, представляли себя то в роли праведного Агашия, то преодолевали жизненные препоны вместе с Хаврием и его сыновьями. Наш  дух и воображение взлетали на невообразимые выси. Дедушка давал нам возможность почувствовать родство, единение душ, общность – называйте это как хотите, -  чтобы не повторились ошибки прошлого.

А дальше... он как-то тяжело опускался на стул и начинал другой рассказ, повесть Беды и Горя нашего народа.   Более тысячи лет назад главы родов начали забывать, что мы должны всегда оставаться единым целым, начались распри и всеобщее недоверие, а потом было ПРЕДАТЕЛЬСТВО. Глава одного из родов во время конфликта позвал себе на помощь чужаков из других племен, а когда междоусобная война закончилась, чужаки уйти не пожелали и напали на бывших союзников.

Роды настолько погрязли в своих распрях, что не смогли довериться друг другу и собраться, чтобы дать отпор нападающим. Они уничтожали целые города, люди в осажденных крепостях предпочитали умереть, чем сдаться на волю захватчика. И молили, молили Вышнего помочь, избавить от напасти. Но тот молчал. И все понимали почему, ведь главы родов отступили от правил 'барейта', и Он наказывает за это. Больше года длилось это сумасшествие, захватчики увели остатки хаврийцев с нашей земли, а государство перестало существовать. Нет, мы не стали рабами, в начале изгнания Вышний пришел в видении к правителю племен, захвативших нас, и сказал, что там, где поселятся хаврийцы и где будут к ним хорошо относиться, в том месте народ, принявший нас ,будет благоденствовать. Но стоит хаврийцам уйти, и все блага уйдут вместе с ними. Так хаврийцы разбрелись по всему миру, и знаете, что самое интересное?  Через много веков, когда Хаврию удалось возродить, и хаврийцы начали возвращаться в свои земли, случился парадокс. Мы стали единым целым, но с разными лицами. Мы могли иметь внешность обитателей той страны, где до этого проживали, но нас всегда объединяли наши традиции, вера и... глаза, куда уж без них-то.

Что-то я отвлеклась, что я там хотела сделать? Ах да, я же собиралась почитать. Ну-с-с-с-с, что у нас там? Я уже говорила, что люблю сказки, да? Так вот, история – это та же самая сказка, надо только воображение иметь хорошее.  И я выпала из жизни на пару часов, погрузившись с головой, одна макушка торчала, в 'Историю Родов'. В реальность меня вернули две вещи: бурчание, можно даже сказать с художественным подвыванием, желудка ( не спрашивайте как, но то что художественно, это точно) и звонок коммуникатора. Я взвыла не хуже пустынного тартала во время брачных танцев. Звонил опять мой драгоценный кузен.

По правде сказать, с тех пор как мой первый заказ улетел в неведомые дали (угу, это я тогда так думала, наивная-я-я-я-я), моя спокойная жизнь закончилась. Этот жук Ди скооперировался с Даси и теперь оба этих субчика вовсю эксплуатируют бедную меня, без продыху.

В первый же день, придя на работу, я остолбенела. В самом конце ангара стояла новенькая камера для покраски унмусов, а сбоку –здоровенный новый стеллаж с красками, выбор которых поражал воображение. Некоторых не было даже у моего учителя в Академии. А Ди, этот жмот Ди, который не то что за кредит, за лишний тугрик удавит любого, ходил и только руки потирал. Чуть позже я узнала причину его радости: он заключил с Даси взаимовыгодное соглашение.

Все очень просто, Даси в своем круге, а особенно среди 'золотой' молодежи, рекламирует новую модную мастерскую по покраске, а Ди принимает заказы и отсчитывает ему за это его процент.

«Да-да, конечно именно та, в которой морэ Дасильо оформлял свой новый унмус, - шуршала эта самая молодежь,- говорят, там просто жуткая очередь, запись на месяцы вперед».

- Как раз сегодня мы можем подвинуть очередь, исключительно для Вас, морэ, - радостно рокотал в трубку Ди, записывая очередного клиента и в уме подсчитывая, сколько уже накапало Даси на его процент от сделки.

- Ну-у-у, там очень хороший художник, у него Дар от Бога,- многозначительно вещал Даси.

А у меня в глазах уже мелькали унмусы – черные, белые, красные, зеленые; эмоции и ауры их владельцев и образы будущих картин. Я погрузилась в работу с головой, и только спустя пару недель у меня выдался свободный выходной кроме традиционного семика, когда у нас все отдыхают и устраивают еженедельные семейные трапезы.

И вот эта зараза сейчас мне звонит и наверняка потребует внепланового выхода на работу! Так  хочется его загрызть, но придется все-таки ответить, иначе через полчаса этот... будет торчать под дверьми моей квартирки.

- Ди, если ты по работе, то я вне зоны досягаемости,- протараторила я в трубку.

- Таточка... - раздалось просяще в трубке

- Неа,- протестующе качнула я головой в ответ ( ну и что, что он не видит).

- Тату-у-у-усик, - уже умоляюще.

- Не-е-е-е-еа,- еще тверже протянула я.

- Татела,- прозвучало угрожающе, - ну, дорогая, у нас тут новый интересный заказик наклевывается, и совсем небольшой, тут представитель 'зеленых' нарисовался.

А это уже интересно, Эльфы у нас считают себя народом эстетики. «Витиус гламурис»', здоровущая книженция о стиле во всем и на все случаи жизни для них просто настольная книга. Не сказать, чтоб они так уж были особо высокомерны, нет, попадаются и среди них отличные ребята, но вы никогда не встретите толстого или неряшливого эльфа. Они держат стиль во всем, и если эльф предпочитает кабинетный стиль, то все будет идеально соответствовать ему от носков до запонок; если же мотостиль, то даже заклепки на кожаных косухах и ботах будут каждая на своем месте. Они на этом так помешаны, что не признают ничьих других мнений в дизайне, чего бы это ни касалось. Живут себе тихо-мирно в Тифийской долине между оборотничьим княжеством Кесония и Холанскими горами.

Эльфы работают практически во всех сферах промышленности и не только, единственное место, куда они не смогли дотянуть свои ручки – это машиностроение. Как они говорят, в нем все слишком техническое, и их эстетичная, нежная натура не воспринимает это. Хотя у них одни из лучших мастерских по художественной покраске средств передвижения.  Кстати, 'Ситина', в которую хотел перегнать Дасильо свой унмус, как раз принадлежит эльфу.

Так что меня очень заинтересовал этот необычный индивид, решившийся наведаться в нашу мастерскую, а не к какому-то своему сородичу.

- Ладно, уговорил, через полчаса буду, но это в последний раз,- пробурчала я.

- Таточка, он тебе понравится, даже очень (это он про кого сейчас, про эльфа или его транспорт?). И  внешность у него не очень смазливая, и как мужик вроде нормальный, - заговорщицки прошептал Ди.

О-о-о-о-о не-е-е-ет, опять пытается меня сосватать! Он все это время, с наплывом новой работы, рекламировал меня каждому клиенту так, что под конец я уже просто пряталась. А  тут еще Тэр… ну, да мы с Даси перешли на «ты» и по имени, все свободное время за мной присматривал. Что он там хотел высмотреть, я не знаю, он говорил, чтобы, якобы, никто не позволил себе ничего лишнего, а как на самом деле, я не знаю. Но  сдается мне, что он что-то не договаривает. Что ж, поживем - увидим, а пока пора собираться и бежать на работу. Как он там недавно говорил? Нас ждут великие дела (меня, то есть)!

Был у меня неудачный опыт с замужеством, угу, два раза, но об этом потом как-нибудь. В общем, хотелось всем своим видом показать, что ко мне лучше близко не подходить. А что может больше отпугнуть мужчину, чем намек на излишнюю религиозность женщины? Они  же все шугаются от этого, как ферт от сандана.

Вот и я зарылась в шкаф по пояс, но смогла-таки откопать подходящую одежонку, чтоб и удобно работать было, и в то же время в глаза бросался тот самый намек. Все просто, надела я чуть длинноватую рубашку с округлым воротом почти под самое горло, с рукавами три четверти саргалового цвета и черные сартоны, национальные узкие брючки до щиколотки, прикрытые сверху почти до колена расклешенной юбочкой. Волосы забрала в тугой высокий хвост и потом заплела их в косу.

Добралась до работы я в течение получаса, своего унмуса у меня, конечно, еще нет, поэтому пришлось воспользоваться флайбусом, что меня, в принципе, и не напрягало бы.   Если  бы только  не приходилось постоянно уворачиваться от огромной сумки старушки-божий-одуванчик. Уважаемую мору было практически не видно из-за ее сумки, но это не мешало ей вовсю своей авоськой дергать, толкать и ставить на ноги менее удачливым пассажирам.  В  итоге эпопея с флайбусом закончилась, и я смогла-таки вырваться на волю из этого сумочного плена.

В ангаре меня уже ждали, причем только зайдя в помещение я ощутила ауру незнакомого существа, и моя пятая точка мне подсказала, что с этим товарищем мы скорее будем хорошими друзьями, чем чем-то большим, что меня несказанно обрадовало. Это оказался действительно эльф, он стоял с шикарным мотусом фирмы «Дон Кэвидсон».

Это был железный конь черного цвета с хромированными рулевой вилкой, вставками по бокам и на крыльях.  Мотус имел широкие диски и толстую резину. Сам эльф тоже привлекал внимание, высокий, не худой, в меру накачанный, в простой черной майке, настолько плотно облегающей тело, что просто не оставалось места для воображения.  Поверх  майки была накинута черная же жилетка из кожи тимтилуса со множеством всевозможных заклепок и карманов, на спине жилетки нарисованы крылья дракона и руны. Это говорило о том, что эльф очень не прост и принадлежит к правящей династии в Тифийской долине, что несколько напрягало. Но ... не настолько, чтобы мне пришлось волноваться из-за этого. Завершали картину тяжелые черные бутсы с железными носами и такими же железными набойками на небольших каблуках.

Он был, по-моему, даже слишком высок, а спортивность его фигуры отличала его от соплеменников, предпочитавших кабинетный стиль пиджачков и рубашек. Но ему, как ни странно прозвучит,  это шло. Белые волосы, которые на фоне смуглой, загоревшей и даже немного обветренной кожи, казались еще белее, были заплетены в обычную косу, открывая острые уши, светлые брови, прямой нос и ярко-фиолетовые глаза с густыми длинными ресницами. Он стоял ко мне вполоборота и разговаривал с Ди, но услышав мои приближающиеся шаги, резко развернулся и прервал разговор. Ди, увидев мой наряд, слегка скривился, но, быстро справившись с эмоциями, пошел мне навстречу, раскрывая руки для объятий.

Крепко обняв и шепотом пожурив на ухо за странный, с его точки зрения, выбор одежды, развернулся и представил нас с эльфом друг другу.

- Вот, дорогой морэ Натанэль, моя кузина и лучший мастер в нашем деле (теперь уже меня слегка перекосило от наглой рекламы),- мора Татая Сериман, а это, Таташечка,  многоуважаемый морэ Натанэль тэр Вальдо, наш новый клиент.

Я по инерции спрятала руки за спину, потому как за эти почти три недели кто только не намеревался сцапать мои лапки и облобызать их, а это, знаете ли, претит традициям, да и не эстетично, особенно когда мои руки после работы по локоть измазаны разными красками. Как ни странно, в этот раз не было даже попытки схватить мои конечности, и это говорило о том, что либо эльф заранее подготовился, выдвигаясь на встречу со мной, либо, что он уже не в первый раз сталкивается с хаврийцами и уже успел изучить наши традиции.

- Очень приятно,- пробормотала я и с горящими глазами побыстрее направилась в сторону мотуса, желая поскорее рассмотреть его поближе. Тэр Вальдо, довольно равнодушно до этого на меня поглядывая, вдруг растерял всю свою равнодушие и уже более заинтересованно на меня взглянул. Да-а-а-а, машина зверь, я такого мотуса еще не видела, видимо собирали на заказ. Так  я и кружила вокруг него, поглаживая почти что с нежностью то железные бока, то кожаное сидение, то летящие крылья.  Я,  наверное, еще долго бродила бы вокруг него, если бы не услышала фразу, вклинившуюся в затуманенный мечтаниями мозг:

- У него есть дополнительные антигравитационные усилители, они позволяют практически взлетать до неба.

- Где? - это все, что удалось мне выдавить из себя. Ну да, я, как и всякий хавриец, просто обожаю скорость, когда просто глаза слезятся от встречного ветра, и еще оружие, угу, разное. И вообще, какая девушка не мечтает напялить на себя брюки из кожи синсила с мягкой короткой шерсткой, облачиться в тунику, не скрывающую ничего, и кожаную курточку-пиджачок-жилеточку (нужное подчеркнуть).

Вот и я ничем от такой девушки не отличалась, а так как в виду моего детства в отцовском гараже рядом с железками, плюс в друзьях у меня почти все были мальчишки, которые с возрастом приобретали себе именно мотомусы всех моделей и конфигураций, я просто была влюблена в это чудо полета инженерной мысли.

- Вот здесь, видите, под крылом стоят, а рычаг управления вот, на правой ручке, - мы одновременно ткнулись туда своими носами, ой-ё, больно! Потирая рукой лоб, посмотрела на этого недоделка ушастого и встретилась взглядом с его смеющимися глазами.

- Надо еще раз стукнуться, - насмешливо улыбаясь, сказал остроухий, нет, не недоросль, скорее уж переросль (хи-хи), тоже потирая лоб; свой, а не мой, естественно.

- Чего?- тупо переспрашиваю я.

- Говорю, - и ухмылочка растягивается на его роже еще шире, - еще раз лбами стукнуться надо, а то поругаемся.

Слышу подозрительное похрюкивание со стороны, ну вот точно Ди, гад чешуехвостый, хихикает.  И  нечего так удивляться, у него папа - драконий аттаус (это самый младший род драконов), так что если бы не его мама-хаврийка, то у братца были бы и хвост, и чешуя, вот. И тут я осознаю еще одну вещь: в ангаре подозрительная тишина. Если  до этого там все время что-то жужжало, шумело, трещало, стучало и отбивало дробь, то теперь все стихло.

Медленно поворачиваю голову, неосознанно продолжая потирать лоб, и замечаю, что по мере того как мой взгляд падает на рабочих, те начинают подхихикивать, а кое-кто даже ржать как конь. Вот  вопрос, а чего они ржут, то ли у меня от удара уже рог на лбу вырос, то ли моя внешность претерпела кардинальные изменения, а я об этом не знаю. И я начинаю испуганно вертеться в разные стороны, пытаясь разглядеть чего со мной не так-то. Видимо,  со стороны это выглядело комично, иначе к чему бы это этим коням ржать как... хм, стадо коней. Ну вот почему бы Ди не повесить тут зеркало, а? Почему,  спрашивается? И главное, ушастый в громкости ржания не уступает всему стаду, вот... тартал ушастый.

Ди, давясь смехом, обнимает меня за плечи и, периодически всхлипывая, говорит:

- Тата, успокойся, все у тебя нормально.  Просто ты себя со стороны не видела. У  тебя такое выражение лица было, когда морэ Натанэль тебе предложил стукнуться лбами, что было непонятно, то ли ты его сейчас покусаешь, то ли по лбу чем-нибудь тяжелым врежешь.

- Ну так что, стукнемся или будем ссориться? - интересно, а этот ушастый еще шире может улыбнуться или анатомическое строение лица не позволит?

Дальше за процессом примирения, или, вернее сказать, необъявления войны наблюдали уже все; естественно, никто не желал работать, когда под боком такое представление.

Мы с эльфом синхронно повернулись друг к другу, опустили подбородки чуть вниз, так чтобы въехать другу дружке в лоб, а не в нос кому-то из нас двоих.  Если честно, на этом этапе меня уже саму начало потряхивать от еле сдерживаемого смеха, ну, прям как бараны, клянусь своим красокистом, и, собственно, началось сближение. Мастерская сотрясалась от громогласного мужского хохота. Мы стукнулись лбами и присоединились к хохочущим.

А этот ушастый ничего, сработаемся, главное, что я уже определилась с тем, что нужно изобразить на его мотусе.

- А у вас здесь весело,- раздался холодный голос, и хохот мгновенно стих.

Ну да, конечно, кто бы сомневался,  кому это пришло в голову нас заморозить своим голосом. Вот же принесла нелегкая! Я  повернулась в сторону произнесшего эту фразу и скривилась.  Ну да, я не ошиблась: морэ Дасильо собственной персоной, а рядом с ним Тэр. Но с чего ему вздумалось припереть сюда этого напыщенного финдюра - Дасильо, вот это вопрос.

- Таташа,- как то подозрительно засюсюкал Ди, - ну, мы пойдем, пообщаемся, а ты пока определись, поработай.

- Да, я уже, как бы, - пробурчала я, поворачиваясь к мотусу.

- Вот и чудненько, вот и хорошо,- ворковал Ди, пытаясь подхватить под руку и утащить от меня эльфа.  Тот утаскиваться не желал и проворно отошел от него.

- Я очень рад был с Вами познакомиться, Тата,- тепло улыбнувшись, проговорил тэр Вальдо,- мне нравится Ваше имя. Тата, друзья зовут меня Нат, а я так думаю, что мы подружимся.

Нет, его я кусать не буду, все-таки он мне нравится, естественно, только как друг. Я ответила благодарной улыбкой и занялась своими прямыми обязанностями, а Ди удалось утащить Ната в офис, за ними туда же последовали и Тэр с Дасильо. Через четыре часа мои художества были закончены и я со спокойной совестью позвала «уважаемую комиссию» принимать работу.

Нат подошел к своему мотусу и застыл, разглядывая его. А я была горда своей работой. По всей длине хромированной рулевой вилки вились две грубые цепи, переплетаясь на самом руле и завязываясь в узел, такие же цепи тянулись вдоль хромированных вставок по бокам и на крыльях.  А  дальше, спереди на большом баке для жидкого топлива, по обоим бокам, растянувшись в прыжке, замерло два горных тангуса в сполохах голубого огня, в который изредка вплетались оранжевые языки пламени. На  переднем крыле была изображена оскалившаяся морда того же горного тангуса в огне, а на заднем крыле – переплетённые голубые и оранжевые лепестки взметнувшегося от ветра пламени, и все это на черном фоне, в который мотус был выкрашен изначально.

Голубой лед и яркое оранжевое пламя, а также холанский горный тангус присутствовали на полотне герба правящей династии в Тифийской долине.

- Но как...?

- Вы, Нат, забыли о сути Дара доставшегося мне от предков, я всего лишь изобразила то, что находится глубоко внутри Вас и является Вашей сущностью, здесь нет ни одного намека на Ваше положение, тем более, что оно мне не известно,- приподнявшись на носочки, прошептала я в ухо эльфа.

- Спасибо,- развернулся ко мне эльф, когда я отступила от него на шаг, - надеюсь, Вы готовы завтра полетать на нем, это Ваша прямая обязанность, ведь для него это второе рождение, а я покажу Вам одно интересное место.

Сзади послышалось недовольное фырканье, все, решено, лечу, тем более мне надо выяснить, что опять затеял этот жук Ди.

- Не вопрос даже,- глядя в понимающие и смеющиеся глаза эльфа, ответила я и повернулась к троице заговорщиков.

Ди стоял, подмигивая мне сразу обоими глазами, видать, у него уже нервный тик начался, ха. Тэр смотрел на меня с легким ехидством, а у Дасильо было такое лицо, как будто его заставили проглотить, медленно пережевывая, целый паунд кислых лисамов, но где то в глубине глаз проскочила затаенная тоска. И я опять понимаю, что я ничего не понимаю.

Глава 3. Бракованная - Брачная (нужное подчеркнуть), или замуж - не напасть, лишь бы замужем не пропасть.

Море прекрасно в любое время года. Мы с Натом сидели на пледе на одной из вершин Кардагского кряжа у берегов Симийского моря и поедали совершенно замечательные бутерброды с мясом, зеленью и плодами красного помеда, запивая вкуснейшим элем. И смотрели вниз, любуясь волнами. Они поднимались, наращивая свой темп, разбивались о скалистый берег, разливаясь белой пеной, откатывались назад и, собирая силы, снова рвались к скалам.

За морем я могу наблюдать часами, и Нат, узнав об этом, притащил меня сюда. Неделю назад, когда я уже заканчивала работу над одним очень интересным унмусом, и даже сложно сказать, что или кто был интереснее, сам унмус или его хозяин - девятисотлетний вампир (недавние гости в нашем мире), но об этом не сейчас.   Так вот, к концу моего рабочего дня прилетел Нат и напомнил о моем согласии на его предложение когда-нибудь полетать на его мотусе.

Мой теперь уже бывший клиент, тот, который с большими клыками, презрительно пофыркал в сторону тоже уже бывшего моего клиента, того, который с большими (точнее острыми) ушами, хи-хи, пожелал мне всего хорошего, высказал надежду на скорую встречу (теперь уже презрительно фыркал остроухий, ну не любят эти народы друг друга, что я могу поделать) и соизволил отчалить, а я быстренько привела себя в порядок, покидала свои вещички в сумку и была готова лететь куда угодно.

Но все оказалось не так просто, меня, оказывается, решили не только покатать, но и с кем-то познакомить. Поэтому следующей нашей остановкой была моя квартира, где я на бегу приняла душ, сделала легкий макияж, и, на ходу натягивая и подпрыгивая то на одной то на другой ноге сартоны и тунику стального цвета, выскочила из дома.

Еще через полчаса мотус Ната мягко спланировал к берегу небольшого пруда, окруженного яксиевой рощей. От берега шла тропинка вглубь рощицы, а на самой опушке стояли несколько мотусов. Туда мы и направились, приземлившись рядом с четырьмя мотусами и соскочив на землю, мы пошли в сторону разожжённого костра.

Компания, собравшаяся у костра, оказалась более чем интересна. Эльф, два оборотня и один человек (довольно необычно встретить представителей этих рас вместе, если ты, конечно не на каком-то официальном мероприятии). А эти, ты только глянь, не дерутся, не ссорятся и даже не фыркают как ежики в сторону друг друга, а только изредка подтрунивают по-доброму друг над другом. Вот только мне интересно, зачем Нат притащил меня на эти откровенно мужские посиделки.

- Эй, Нат, ну что там у тебя за сюрприз? -  крикнул в нашу сторону один из оборотней,- показывай.

Фраза застала нас как раз на подходе, поэтому как только Нат остановился, я автоматически сделала шаг в сторону и вперед, теперь мы с ним стояли рядом. Веселье и гомон за костром на миг стихли. Н-да, что-то этот миг затягивается. Я легко улыбнулась и подняла руку, чтоб ею помахать в приветственном жесте. Оборотень, тот, что был повыше всех, первым опомнился и, соскочив с бревна, на котором сидел, в секунду оказался рядом.

- Так-так-так, ух ты, а я даже не знал, что такие бывают, - протяжно сказал он.

- Какие - такие? - мысленно показав ему язык, съехидничала я.

- Ну, та-а-ки-и-е-е,- неопределенное помахивание рукой и непонимание, как бы поточнее выразить свою мысль, на лице. Откусить ее, что ли, руку, я имею в виду, чтоб не махали тут передо мной конечностями всякие.

Нат, стоящий рядом, уже не просто фыркал, он хихикал таким, знаете, смехом ..., ну, ехидна он, в общем, и смех у него такой же.

- Тата, не обращай внимания на этого медведя (и почему мне кажется, что он не пошутил), у него никогда хороших манер не было, - отсмеявшись сказал Нат, - пойдем, я тебя с остальными познакомлю.

И, обойдя стороной оборотня, поманил меня за собой. Я, быстро прошмыгнув мимо неожиданного собеседника, поскакала за эльфом.

- Вот, Тата, это Сильвар тэр Вальдо, мой кузен и близкий друг еще по детским шалостям, - сидевший до этого эльф поднялся и слегка склонил голову в приветствии. Взгляд у него был такой, что у меня мурашки по спине промаршировали от ощущения опасности, а Нат меня уже тащил дальше знакомиться.

- Это Нисим Канский, - единственный человек в этой компании помахал мне рукой, слегка приподнимаясь с места.

- А это-о-о-о,- протянул Нат, показывая на обоих оборотней, очень похожих друг на друга,- братья Бархус и Ватус Кесонские.

Хм, Кесонские? Это же фамилия правящего в княжестве клана, собственно, и княжество называется Кесонским, потому что они его создали на своих землях и уже не одно тысячелетие им правят. Ох, что-то мне подсказывает, что и остальная компашка не такая уж и простая, как кажется на первый взгляд. Уж Нат и его кузен точно не просто парочка загулявших эльфов.

- А это, моры, Татая Сериман, - Нат театрально поклонился, указывая в мою сторону рукой,- прошу любить и жаловать.

Ой, не надо мне такого счастья, как-нибудь обойдусь без этого. А что это у нас тут так тихо? Я вынырнула из своих мыслей и огляделась вокруг, ух ты, какие интересные у нас выражения лиц, прям приятно посмотреть на эти вытянувшиеся морды лица, хи-хи.

- Расслабьтесь, ребята, и выдохните, наконец-то, - подхихикивая, сказал Нат, - мы с Татой просто друзья, по крайней мере, я надеюсь стать для нее хорошим другом.

- Понимаешь, я им когда-то сказал, что женщина-друг - это нонсенс и если и приведу сюда кого-то женского полу, то это будет моя вторая половинка, - это он уже мне,- оказывается, я ошибался.

Дружный вздох облегчения был ему ответом, и даже кузен Ната посмотрел на меня более дружелюбно, чем при знакомстве. Ну, что вам сказать, с одной стороны это радует, а с другой - просто даже как то обидно, чисто по-женски. Это  что ж,  я какая-то неправильная, что на роль спутницы жизни, так сказать, этому эльфу не подхожу? А, в общем, не суть, я же к этому не стремилась, поэтому тоже облегченно вздохнула и уселась на предложенное мне ребятами место.

Так вот у меня появилось еще пятеро друзей, мужского пола, ну не получается у меня почему-то завести подружек. Может, они, эти нужные мне подружки, бродят совсем в другом месте и никак со мной не пересекаются?

И вот теперь мы с Натом сидим, кушаем и наслаждаемся видом на море, красота.

- Тат, - повернулся ко мне Нат.

- М-м-м? - лениво ответила я, так и не отрывая взгляда от волн.

- А почему ты до сих пор не вышла замуж, что-то я сомневаюсь, что не было желающих или что родственники не пытались найти тебе пару.

- Уже.

- Что уже? - удивился эльф, поднимая правую бровь.

- Была замужем, уже, - ответила я.

- Как? - опешил Нат.

- Вот так, - мне все-таки пришлось оторваться от умиротворяющего любования морем и повернуться к нему,- два раза уже побывала там и пока ничего интересного не нашла.

Эльф молча ждал продолжения, а я, тяжело вздохнув, сказала:

- Нат, как ты думаешь, сколько мне лет?

- Ну, знаю, что ты недавно закончила ХАИМ и сразу устроилась на работу к Ди, а в Академию обычно сразу после школы поступают, вот я и подумал, что ты совсем еще ... зеленая, кхм, прости. Ты же знаешь, как женщины реагируют на вопросы о возрасте, - немного стушевался он.

- Да ничего, - усмехнулась я, - даже приятно.

Я опять замолчала ненадолго.

- И-и-и? - не отставал он.

- Что «и-и-и»?- недовольно спросила я, вот же прицепился – не  отвяжешься. Посмотрела в его невинно хлопающие ресницами, просящие глаза и, не сдержавшись, улыбнулась. Ну, не могу я устоять перед таким взглядом этого прохвоста ушастого, а он уже просёк это и вовсю пользуется, зараза.

- Ладно,- устраиваясь поудобнее, сказала я,- сейчас расскажу и начну немного издалека.

Когда мне было шестнадцать, умерла моя мама, и не надо на меня так смотреть, я правду говорю, сейчас папа женат во второй раз.

Наверное, надо было бы начать не с этого. Мои отношения с сестрами были не самыми простыми.  Я очень сильно отличалась от них; несмотря на то, что обе они были старше меня, я всегда была выше и крупнее их, у нас постоянно вспыхивали ссоры по любому, даже самому незначительному, поводу.

Когда мне было тринадцать, а Данире и Ланике по шестнадцать и восемнадцать соответственно, во время драки я могла спокойно подмять их под себя. Они-то и дрались по-девчоночьи, а я, все детство проведшая с мальчишками, играя в 'кэдбол' или в 'хаврийцы-дананы' (ваш аналог 'эльфы-партизаны и дзерги-воители ), дралась по-пацански и им было против меня не выстоять. Благодаря занятиям с тхае я вполне могла контролировать свою трансформацию, но кого это тогда волновало?

Это было соперничество, но я всегда помнила, что мы семья, я всегда верила маминым словам, о том, что семье можно доверять. И... я в это верила.

А потом она умерла, заболела ... и за два месяца буквально сгорела. Старшие сестры были уже замужем, а я только заканчивала школу, о Матасе и говорить вообще нечего, ему было всего лишь шесть. Последний месяц она была без сознания, врачи сказали, что шансов нет и прописали делать внутримышечно иньекции обезболивающих с наркотическим эффектом, но у них не было времени приходить и делать их самим. Так я научилась ставить иньекции больным. За ней нужен был уход, ты знаешь, поменять белье, поставить судно и заставить хоть чуть-чуть что-то съесть.

Сестры отказались, сказав, что у них есть своя семья, и мужья против, если они будут пропадать где-то вне дома. С утра к нам приходила моя бабушка и сидела с ней полдня, пока я не приходила из школы, а все остальное время с ней была я.

Готовка, стирка, уборка дома, присмотр за мамой, домашние задания тоже никто не отменял.  Это было тяжело. Но тяжелее всего было осознавать, что я со своей беспечностью и детским максимализмом думала, что мама будет всегда - ну, знаешь, там, типа, не надо меня обнимать, что за телячьи нежности - и... не говорила ей, насколько сильно я ее люблю. А потом,  сидя рядом с ней, я говорила, но до сих пор не знаю, слышала ли она меня, понимала ли.

В один из дней к нам в дом пришли все старшие женщины нашего Рода, как они сказали, чтобы подготовить, убрать дом к похоронам. Я пыталась что-то сделать, но они меня отправили посидеть к маме. И был момент, когда глаза у нее немного открылись, мне показалось, что взгляд был ее осознанным и я, захлебываясь слезами, говорила ей, как сильно я ее люблю, как мне без нее плохо. Я до сих пор надеюсь, что тогда она меня услышала и поняла.

Я немного помолчала, пытаясь унять застарелую боль в груди и пытаясь проглотить ком в горле, и продолжила:

- Похороны прошли как-то мимо меня, а дальше была пустота.

Помолчав  еще немного, спросила:

- Что ты знаешь о наших законах, Нат?

- Ну, много чего, о том, что девушка до замужества находится под опекой семьи.

- Правильно, а еще есть закон, определяющий то, что, так как муж, естественно, не является близким кровным родственником жены, он не обязан держать по ней длительный траур и должен в течение месяца жениться, потому что у хаврийцев неженатый мужчина не вызывает доверия и его могут даже с работы уволить за это, - я немного помолчала и продолжила:

- Матас очень нуждался в маме.

- Ты тоже, - Нат посмотрел на меня.

- Я тоже..., но ему было нужнее, - тяжело вздохнув, я расправила плечи.

Я как раз закончила школу. Если ты знаешь немного о нас, то должен знать, что семья, когда выдает девушек замуж, дает им в приданое дом, который остается в ее пользовании всегда, даже после развода с мужем он не делится. Дом, в котором живет мать с семьей, после составления завещания, со смертью завещающей отходит младшей из сестер, у отца есть свой дом.

Я опять замолчала, уплыв в воспоминания.

Хм, это сейчас я такая умная, а что тогда могла знать шестнадцатилетняя домашняя девочка?

Через полгода после смерти мамы ко мне пришли Данира и Ланика. Погладив по голове и поговорив со мной о том, что нужно юридически оформить дом, высказали следующую мысль. Они как две мои старшие сестры, беспокоятся о моем будущем, что мол, отец по наущению своей второй жены хочет держать меня под контролем и потому собирается мамин дом оформить на себя (мама ведь не успела составить завещание).

Поэтому они обе, из самых благородных побуждений, готовы пойти со мной к архивариусу и, согласно закону, оформить этот дом сразу на нас троих.  А  потом, когда я буду выходить замуж, они мне эти части дома на свадьбу подарят.

Так мы и решили, я ведь и думать не могла, что кто-то из семьи может поступить со мной плохо, кто б мне тогда сказал, что я могу сделать все по-другому, возможно, и жизнь у меня сложилась бы иначе, но... что сделано - то сделано.

А потом оказалось, что я совершенно всем в обузу. Нет, никто мне прямо этого не говорил, но... У отца была новая семья, сестры, боясь, что я буду висеть у них мертвым грузом на шее, пытались меня спихнуть побыстрее замуж и переложить всю ответственность на мужа.  Но все кандидаты в мужья с их стороны были безвольными и бездушными, теми, кто в семейной жизни скорее выступал бы больше в роли слабого пола, чем сильного, а мне так хотелось хотя бы иногда почувствовать себя просто слабой женщиной за надежной спиной своего мужа.

Как-то раз я встретила бывшего одноклассника, он спешил к своему знакомому, за какими-то редкими лекарствами для своей мамы, которые тот привез из Кесонского княжества. Мы давно не виделись, и я побежала с ним, чтоб хотя бы по дороге пообщаться. Так я встретила своего первого мужа.

Он был намного старше меня, и у меня не было к нему особых чувств. Это  замужество было скорее шагом отчаяния, чтобы быть хоть кому-нибудь нужной и, наконец, перестать быть зависимой от семьи. Хотя-я-я-я, я бы не сказала, что он питал ко мне какие-то нежные чувства, просто он был свободным и я тоже. Мне тогда казалось, что стоит мне постараться, и все наладится. Наивная, я действительно верила в это.

А вот на свадьбе мои сестрицы преподнесли мне сюрприз, забыв обо всех своих обещаниях. Заявили, мол, с какой такой радости они за просто так будут мне отдавать свою собственность? А если я уж так сильно хочу, то могу у них выкупить их две части дома, но только по рыночной цене.  Если нет, то они вполне могут выкупить мою долю у меня, но уже совершенно по другой цене, потому как моя третья часть для них особой роли не играет.

Я перевела свой взгляд с моря на эльфа:

- Ты ведь догадываешься, что было дальше? - горько усмехнулась я.  Он  опустил голову и тут же вскинувшись, спросил:

- Но почему старейшины Рода не вмешались?

- А куда вмешиваться? Все по закону, они в своем праве.

Мое замужество продлилось год, а потом... хм, он ушел. Просто ушел, пока я была в городе в поисках работы, он вывез все бытовые приспособления, что подарили нам на свадьбу, и свои вещи со съемной квартиры, дождавшись меня, сообщил мне, что уходит и ... ушел. И я тогда сделала одну вещь, о которой очень давно мечтала – на выходе я дала ему хорошего пинка для ускорения, так, что он вылетел оттуда и зарылся носом в гравийную дорожку.

Я в тот день получила работу в пресс-центре одной из местных торговых компаний,  и это было чудо, потому что вопрос с домом я с сестрами решить так и не смогла.  Жить  там, естественно, тоже не было возможности, а на следующий месяц за квартиру мне просто не было бы чем платить, не получи я тогда место.

Я ненадолго замолчала, вспоминая то, что произошло давным-давно.

- А второй раз? - отвлек меня эльф от невеселых дум.

- А второй ра-а-аз, - протянула я,- пообещай мне одну вещь. То, что ты услышишь дальше, не должен знать никто. Клясться не прошу, если ты не сдержишь своего обещания, конечно, ничего смертельного не произойдет, я просто в очередной раз разочаруюсь, и это будет больно. Разочаровываться в людях, которых ты считаешь своими близкими ... очень больно, знаешь ли.

- Во второй раз было еще веселее, чем в первый. Через год работы в пресс-центре компания решила отправить меня в Тавр, столицу Кесонии. У оборотней как раз открыли новый филиал, и им нужно было достаточно хорошо разрекламировать свою продукцию. Но  не только простой рекламой, а организовать в местной прессе ряд статей, разъясняющих простому люду преимущества данной продукции и соответственно привлекающих новых потенциальных потребителей, - тут я запнулась, посмотрев на округлившиеся глаза Ната.

- Что?- спросила я.

- Да так, ничего, я просто не ожидал...

- От меня таких речей,- перебила его я, продолжая его предложение.

- Вот скажи мне, друг мой, неужели все мужчины думают о том, что женщины любого рода-племени страдают скудоумием?- взглянув на него еще раз, махнула рукой. – Ладно,  не отвечай, и так все понятно, вопрос был чисто риторическим. Короче, не отвлекай меня.

Для  меня это был большой шаг по карьерной лестнице, потому что отправляли меня туда не в качестве ассистента, а в качестве руководителя проекта. Ну, а через полгода пребывания в Тавре я встретила своего второго мужа, только я об этом еще не догадывалась. Я засиделась допоздна на работе, общественный транспорт уже не ходил, а я, стараясь сэкономить, на чем только можно, не вызвала таксофлай, а пошла домой пешком.

Экономия моя была связана с мечтой построить свой дом так, как я хочу. У  нас есть традиция, но об этом  потом, а то что-то и так сильно отклонилась от нити своего рассказа. По дороге на квартиру, которую тогда для меня снимала моя компания, я встретила своего сотрудника с его другом. Другом оказался Нил, он тоже был хаврийцем, просто жил в Кесонии вместе с мамой.  У  него было партнерство в каком-то деле с, как я потом выяснила, не совсем чистыми перед законом компаньонами. А еще он был из Рода Туманных.

- Ты знаешь что-нибудь о Туманных?- спросила я у Ната.

Он пожал плечами и сказал:

- Ну, не очень много, они живут очень замкнуто в своей общине.

- Все верно.  Сейчас информация не для прессы, это единственный Род, который может иметь два Дара, один основной, позволяющий скрыть свою суть. Даже я со своим даром не могла увидеть суть Туманного. Второй же дар может оказаться любым, но чаще всего это был Дар воина или Дар авантюриста, поэтому практически все из этого рода идут работать в силовые структуры или разведку. Каким образом Нилу удалось этого избежать, я не знаю.  Хотя думаю, что на это повлияло то, что его отец погиб, когда Нилу было 13 лет и мама уехала вместе с ним в Тавр. И меня до сих пор мучает вопрос, каким образом она смогла это сделать.

Дело в том, что Туманные очень строго воспитывают своих детей и редко отпускают кого-то из них, особенно полусирот, так далеко от Рода. Я подозреваю, что Род просто не знал, куда уехала мать Нила, забрав с собой ребенка, а она, по-видимому, хорошо спряталась. В общем, не суть.

- Мы с Нилом уже общались какое-то время, а потом он пропал. Поначалу я беспокоилась, звонила к нему на работу, но там мне не отвечали, а спрашивали, как давно я его видела, и просили сообщить ему на работу, если он появится, что, мол, очень они за него переживают. Дома же мама отвечала по коммуникатору, что не знает, где ее сын. Прошло больше полугода, когда ко мне на работу заглянуло нечто совершенно незнакомое. У меня как раз был перерыв на обед, и я чуть не подавилась куском пирожного, когда со второго взгляда на эту рожу узнала Нила.

Оказалось, что он попал в переделку. Его партнеры были не белыми и пушистыми, а довольно-таки криминальные личности, поэтому,  когда они увидели какие-то нестыковки в отчетах, необоснованно обвинили его в краже и устроили на него охоту. На самом деле, они просто хотели получить его второй бизнес, который он открыл сам и потихоньку, но очень уверенно его развивал. Хотя авантюрная жилка давала о себе знать, и это было видно по тому, как он вёл свои дела.

И он удрал, а когда от безденежья пришлось продавать свои вещи, об унмусе я и не говорю – он продал его первым – решился обратиться ко мне с просьбой помочь и укрыть. И... я его пожалела.  Мне  было очень одиноко, я скучала по родине и не теряла надежды создать крепкую семью, да и к нему я питала определенные чувства. Так что ответ мой предугадать было несложно.

Так как его партнеры и сотрудники, скорее всего, после моих звонков и розысков, вряд ли додумались бы искать его у меня на квартире, я его туда и отвезла, вызвав для этого таксофлай. А через несколько дней, под покровом ночи по-тихому забрала и его маму. Так мы стали жить втроем, и все бы ничего, вот только он панически боялся выходить на улицу, говоря, что его кто-то увидит, узнает и донесет. Чем это чревато, было и так ясно. Ему с его неуемной жаждой деятельности было тяжело сидеть взаперти. Поэтому он метался по квартире как загнанный зверь в клетке, а потом начал выплескивать свою ярость на меня и на мать. Как позже оказалось, он не все мне рассказал. Когда он сорвался в бега, то прихватил почти все деньги, которые были в доме, мало заботясь о том, что его мать остается практически ни с чем.

Но об этом я узнала намного, намного позже, а тогда... Ему в голову приходили какие-то идеи: то он решил, что ему срочно нужен свой унмус для передвижения по городу, чтоб не ходить по улицам, а то вдруг его узнают.  И он начал просить, требовать, а потом и выбивать деньги на унмус, и не абы какой, а чтоб все было лучшее. Он мотивировал свои требования тем, чтобы у него не было причины вылезать из унмуса посреди улицы, чтоб что-то подремонтировать. И он сразу же найдет себе работу.

Ты же понимаешь, какие могли быть у нас с его мамой деньги, учитывая то, что он уже основательно потрепал ее кошелек, а моих сэкономленных на дом денег едва хватало на какой-нибудь старенький унмус, пусть и добротный, но не менее десяти лет как в эксплуатации.

Но он этого понимать не хотел и продолжал закатывать истерики. Когда он увидел, что такое поведение ему не помогает... он полез к матери с кулаками, а я бросилась его от нее оттаскивать. Получили мы обе.

Он потом долго раскаивался и просил прощения. Я  поверила и простила, потому что думала, что все это от нервов и замкнутого пространства.

Унмус мы все-таки ему купили, потом еще и вложили кучу денег в его ремонт и затемнение стекол, чтоб ни-ни, а то вдруг кто-то не тот увидит его в унмусе через стекло. Я потратила все свои деньги, то, что осталось, класть обратно в банк не имело смысла. Их  хватило только на новый свитер, сартоны и туфли для меня.

Покатался он какое-то время на унмусе, попытался искать работу, но то, что ему предлагали, он не хотел делать, а то, что хотел – ему не предлагали.  А когда не осталось денег на жидкое топливо, унмус продали. Естественно, сумма при продаже была значительно ниже, чем при покупке, а если еще учитывать, сколько в него пришлось вложить при ремонте... В общем, вернуть удалось мизер. Деньги перекочевали к Нилу, да я и не возражала, потому что согласно маминому воспитанию, воспринимала нас уже как семью, а в семье нет твоего или моего, деньги в общий котел, и потом на семейном совете совместно решается, как распределить семейные ресурсы. Я в очередной раз оказалась не права.

На секунду я закрыла глаза, невольно погружаясь в воспоминания. Стою  на кухне, нарезаю салат к обеду и смотрю в окно. Заходит Он, и я чуть напрягаюсь. Он курит сарэлу, и ее противный дымок расползается по маленькой кухоньке, распространяя свой тошнотворный запах, от которого у меня всегда начиналась головная боль.

- Не кури здесь, пожалуйста, лучше иди в салон, - прошу я.

- Что ты мне вечно всё указываешь?! Я уже и покурить не могу там, где хочу?!- крик идет по нарастающей.

- Повернись ко мне, когда я с тобой разговариваю!

Но я-то знаю, что этого делать не стоит.  А потом голова взрывается болью. Крики и удары, приходящиеся на спину и затылок, чередуются между собой, а я знаю, что надо просто переждать и не поворачиваться, молчать и не отвечать на оскорбления, хотя очень хочется. И с каждым днем, месяцем, годом это желание становится просто непреодолимым, но я очень четко понимаю, что нельзя, нужно терпеть, но... Вышний, дай же мне силы, я больше так не могу!

Я очнулась от легкого касания, Нат смотрел на меня вопросительно.

- Да, прости, что-то я задумалась. Знаешь, живя с ним, я поняла, что если я не хочу на работе каждый раз придумывать, откуда у меня взялся синяк под глазом, на скуле и так далее, нужно просто повернуться к нему спиной. На затылке и спине синяков не разглядишь.

И я начала сумбурно рассказывать случаи из моей тогдашней жизни, перескакивая от события к событию, спеша удалить гной из вскрывшейся многолетней раны и надеясь, что потом мне станет легче.

В мой первый день рождения с ним к нам неожиданно приехали какие-то дальние родственники его мамы. Мы их не ждали, я все равно готовила для нас праздничный стол, все-таки первый семейный праздник. А тут вдруг они. Я даже обрадовалась. Нил и его мама провели их в салон и усаживали за стол, а я помчалась на кухню принести еще столовых приборов и добавить тарелок со снедью. Стою, нарезаю мясной кохешех тонкими ломтиками, как в кухню неожиданно залетает Нил.

- Что ты так долго возишься? Нельзя побыстрее? - и я получаю со спины по почкам кулаком, так что ни вдохнуть - ни выдохнуть.

Мне вдруг стало так обидно, это же мой день рождения, я же старалась, готовила, хотела тихого семейного праздника, без ругани. Чтобы было хорошо. Вечер прошел не очень. Нет, он больше не бил меня, просто иногда, даже не замечая этого за собой, и считая что это в порядке вещей, своими словами, обращенными ко мне и к его матери, он обижал не меньше.

- Сколько вы с ним прожили?- спросил Нат, глядя на море.

И я не пыталась заглянуть ему в глаза, боясь увидеть то, что больше всего ненавидела – жалость.

- Девять лет, девять долгих, мучительных лет.

Я посидела немного, собираясь с мыслями.

- Не думай, что я какая-то мазохистка, что столько лет терпела все это. Неужели ты думаешь, что я со своей второй ипостасью не могла бы с ним справиться – могла. Но я так же могла его и убить, уж слишком сильна была моя ярость и чувства могли выйти из-под контроля, поди потом службе охраны докажи, что ты была права. Я не могла сесть в тюрьму, и у меня были на то свои причины.

Через пару лет он смог-таки выходить на улицу, я узнала, что практически всех его бывших компаньонов убили при задержании службой охраны, так что препятствий на его пути больше не существовало.

Я надеялась, что все теперь изменится, наладится и будет хорошо. Поначалу действительно все шло неплохо, быт потихоньку налаживался, я его знакомила со своими знакомыми и пыталась помочь ему найти работу. У нас состоялась свадьба, но из родных ни с его, кроме мамы, конечно, ни с моей стороны никого не было, только знакомые и друзья. Мы начали, как мне тогда казалось, новую жизнь.

- Знаешь, как я получила впервые в подарок дорогую косметику? Он мне после очередного скандала заехал кулаком, а я не успела увернуться, и чтобы замазать на скуле синяк, получила в подарок дорогущий тонсептик, кстати, вашего производства. Ненавижу всевозможные тоники и пудры,- с ненавистью закончила я.

Вскоре все вернулось на круги своя. Первые несколько лет я переживала, пыталась как-то сгладить, наладить, ругалась с ним, а потом после примирения, говорила о том, что я могу долго терпеть, но когда-то мое терпение кончится, и я просто перестану бороться за нас. Он меня уверял, что постарается изменить свое поведение, что все наладится. Но ничего не менялось и со временем все становилось еще хуже. Я перестала приглашать кого-либо в гости к нам, потому что не хотела, чтобы посторонние видели, как он походя может меня унизить словом, окриком.  А  я, темшарзево мамино воспитание, делала вид, что не заметила, как же, 'сор из дома не выносят'. Я свела общение со всеми своими друзьями и родственниками к минимуму, потому что устала улыбаться и лгать, что все хорошо, когда выть хочется.  Правду же не расскажешь никому, она, правда эта, никому не нужна.

После того как я поняла, что тратами нашего семейного бюджета он решил распоряжаться сам, причем исключительно в свою пользу и совершенно игнорируя мои потребности, я перестала отдавать свои деньги в семейную копилку.

- В смысле,- вопросительно поднял брови Нат.

- Что в смысле? - съехидничала я.

- Ну, вот это твое 'исключительно в свою пользу'?

- А это в том смысле, что большая часть суммы шла ему на сарэлы (потому, что не курить он не может), на дорогую одежду (потому что он не может носить дешевые вещи, и вообще, ему нужно выглядеть презентабельно, так как будущие партнеры встречают всегда по одежке), ну и... много чего еще. Я же в то время была вынуждена ходить в одежде из вторых рук.

В общем, важно было другое: постепенно, но верно я менялась и превращалась из довольно наивной и добродушной девчонки, верящей в то что все будет хорошо, в циничную особу. По сути, в последние полтора года нашей жизни - это была скорее не семейная жизнь, а совместное проживание - я устала бороться, у меня опустились руки. Мне  стало все равно, и я бы, наверное, давно от него ушла, но не могла, на то были причины, тебе о них я рассказать не могу. По крайней мере, не сейчас.

- А что было потом?

- Потом? Потом он погиб, а я, поработав еще полгода и собрав нужную сумму поехала учиться в ХАИМ.

- Но почему ты никому ничего не рассказала, хотя бы в той же Службе охраны?

- Вот скажи, ну, кому? Сестрицы только тихо порадовались бы и сделали вид, что их это не касается. Отец... у него другая семья, новые дети и свои проблемы.  А  Служба охраны, им пойди еще докажи, что все было именно так, а не наоборот. Да и вообще стыдно. Вышний, как же стыдно все это, мерзко, об этом хочется забыть, а не трезвонить по всему свету и чувствовать на себе потом любопытные, жадные до новых подробностей и жалостливые взгляды. Это стыдно, понимаешь ты это!

- Значит, об этом никто не знает?

Я помотала головой.

- Только трое, ты, его мать и я. И я надеюсь, что так и останется.

А  потом немного помолчав, добавила:

- Знаешь,  говорят, что всё, что нас не ломает, делает нас сильнее.  Я  думаю, это не совсем так. Мы становимся более жесткими, если не сказать жестокими и внутренне очень сильно меняемся, нам становится намного сложнее искренне улыбаться.

Между нами на пару минут повисла тишина, и только звук разбивающихся о скалы волн нарушал ее.

- Слушай, ты мне обещала рассказать о ваших домах и почему их невозможно купить, - решил сменить неприятную тему Нат.

- Тут все очень просто. Понимаешь, строительством семейных домов у нас занимаются исключительно женщины.  Нет, я не имею в виду, что они сами со шпателем стоят и укладывают кирпичи.  Просто мы, как бы это лучше сказать, мы подходим к возведению дома с душой. Любая девочка у нас с раннего возраста мечтает и представляет,  каким будет ее Дом, поэтому те девчонки, кто подходит к возрасту невест,  вместе с мамами участвуют в строительстве.

Понимаешь, женщина наблюдает за строительством своего дома и контролирует все, от момента заливки фундамента и до окончания отделочных работ. Она душу вкладывает в свой дом, и эта частичка ее души бережет и охраняет ее дом, это как родить и вырастить ребенка. Женщина в прямом смысле является хранительницей дома. В этот дом никто не сможет войти, если имеет дурные намерения по отношению к кому-то из проживающих там. Если женщина построила дом для своей дочери, то после свадьбы дочери она вводит ее в дом, представляет ее как новую хранительницу.

- Но почему тогда нельзя построить дом, а потом продать его и ввести покупателя в дом, представив его новым хранителем?- удивился эльф.

- Да потому, дурья твоя олова,- я постучала ему по лбу,- что в дочери женщины, построившей дом, есть частичка ее души и крови, потому и дом признает дочь и никого другого. Ты себе не представляешь, сколько я пересмотрела разных строительный шоу по виовизору, определяясь, какой хочу дом построить для себя. Я все-все придумала до последнего гвоздика.

Я, улыбаясь, прикрыла глаза, уплывая в дом своей мечты.

- Подожди, а что же тогда с домом твоей матери случилось? - прервал мои мечтания Нат. У-у-у, вредный, зараза.

- Да ничего, он просто сейчас спит и никого не пускает, - злорадно ухмыльнулась я.

- А почему?-  Да, похоже, одному отдельно взятому эльфу любопытство не дает спокойно жить.

- Понимаешь, дом матери не зря достается младшей дочери, которая вместе со своей семьей, когда выйдет замуж, конечно, и живет там с матерью, до самой ее кончины. Когда мать умирает, то в последние минуты своей жизни делает хранительницей младшую дочь, и дом уже ее воспринимает как хозяйку и никого более так воспринимать не будет. Поэтому мои сестры могут продать мамин дом только мне. Они, конечно, пытались привести в этот дом своих дочерей по очереди, вдруг кого-то из них дом признает хранительницей, но я просто обязана была при этом присутствовать, а при мне – еще живой хранительнице – дом, естественно, никого не признал. Так что дом спит, а они ждут, когда я смогу выкупить их доли в доме. Ну, а я не спешу,- съехидничала я напоследок, - пусть потерзаются в этой, безвыходной для них, ситуации.

Меня прервал звонок моего коммуникатора. Ну, если это Ди, то я его уже не просто покусаю, я его загрызу.   Пришлось-таки взять трубку, но я ошиблась, это оказался не Ди, а Тэр.

- Тата, ты далеко от города?

- Нет, а что? Соскучился?- попыталась пошутить я.

- Если можешь, подлетай побыстрее к мастерской, я тебя там встречу, надо срочно поговорить,- не обратив внимания на мой шутливый тон, ответил Тэр.

- Все настолько серьезно?

- Сама увидишь, поторопись, пожалуйста,- сказал он и отключился.

Мне оставалось только недоуменно пожать плечами.

- Кажется, мой выходной опять накрылся,- пробурчала я себе под нос и потом уже громче выдала: - подбросишь меня до мастерской?

- А что случилось?

Мне пришлось опять пожать плечами, потому как не знала, что ответить на этот вопрос.

Глава 4. Таинственная, или следствие ведет дилетант.

Все-таки насколько чудесно чувство полета! Сидя за спиной у Ната на его мотусе, я ощущала это как никогда. Ветер хлещет в лицо и, если бы не шлем, наверняка просто вышиб бы слезы из глаз. Воздушные  потоки так и трепали кончики волос, выглядывающие из-под шлема, швыряя их из стороны в сторону. А ты просто летишь. Рукава непромокаемой парки раздувались в разные стороны как крылья и казалось, что вот-вот взлетишь сам, расправляя руки и паря в небе, удерживаясь на потоках воздуха. И где-то там, далеко внизу, бродят миниатюрные фигурки людей и нелюдей, проносятся мимо маленькие, не больше коробка с освежающими леденцами, здания. Эйфория.

Я откровенно наслаждалась этим. Я летела. И неважно, что своих крыльев у меня нет. А еще я была благодарна Нату и за то, что он меня принял как друга, и за то, что вытащил на эту вылазку с пикником, и за это чувство свободы и полета. Не так часто мне приходилось испытывать его, это чувство, и скорее всего, еще не скоро испытаю вновь.

Еще на подлете к мастерской Ди я увидела, как нервно мечется вдоль широких ворот ангара Тэр, то и дело всматриваясь в ту сторону улицы, где находилась остановка флайбуса. Его поведение меня удивило, потому что выбить Тэра из колеи пожизненного пофигизма и довести до такого состояния – это нужно очень сильно постараться. Кажется, произошло что-то экстраординарное.

Нат спланировал на мотусе прямо ко входу в ангар и с тихим шипением гравитационных систем посадил мотус прямо на пути тхае. Лицо Тэра выражало непередаваемую гамму чувств: недовольство присутствием Ната в моей компании, радость и облегчение при виде меня и что-то еще неуловимое. И я не знала, какое из этих чувств у него окажется сильнее в данный момент. Но, видимо, я ему была нужнее, чем язвительная перепалка с эльфом. Подскочив ко мне, Тэр подхватил меня под локоть и потащил меня за угол здания, с опаской оглядываясь.

Честное слово, почувствовала себя героиней шпионских боевиков, транслируемых по виовизору круглые сутки, во время передачи секретных материалов. Как только мы остановились, первым делом выхватила свой локоть из его лап. А  нечего приличных девушек за локти цеплять!

- Татая Сериман, даешь ли ты клятву Рода хранить молчание и никому не рассказывать о полученной в дальнейшем информации без разрешения на то одним из глав рода Дасильо?- Да, обухом по голове было бы, наверное, проще.

Стою пришибленная, хлопаю глазами на Тэра и не понимаю - это что сейчас было? Тэр, судя по его выражению лица, чувствовал себя не лучше и глупо хлопал глазами, глядя на меня.

- Это что сейчас было?- повторила я свою мысль вслух.

- Тата, все это очень серьезно, мне нужно принять от тебя клятву, чтобы я мог попросить о том, для чего сюда прилетел.

Я огляделась, а вдруг действительно шпионство; бред какой-то. Клясться не хотелось, но любопытство мучило, куда ж без него женщине, да и Даси не совсем чужим стал за последнее время. Может, у него что-то случилось и ему нужна помощь? Ох, не доведут меня до добра мысли о жалости, сколько раз уже в этом убеждалась, но... И оставить все как есть не могу. Решившись, повернулась к вредному тхае и взглянула в глаза.

- Я, Татая Сериман, клянусь хранить молчание касательно предстоящего задания от рода Дасильо и никому не рассказывать в дальнейшем информации, полученной от рода Дасильо, без разрешения на то хотя бы одним из глав рода Дасильо.

Ну и что, что немного кривоватая фраза получилась. Зато теперь у меня есть четко ограниченные границы действия клятвы, а то под формулировку Тэра можно было все, что угодно подсунуть.

Тэр еще с минуту помедитировал, всматриваясь мне в глаза, видимо, что-то там увидал, потому что вздохнул, кивнул и, с какой-то обреченностью в голосе, сказал:

- Нам надо сейчас добраться до дома одного из глав рода Дасильо, и там, на месте, тебе все расскажут и покажут.

Я неопределенно качнула головой, надо – значит надо. Тэр, повернувшись, направился к своему унмусу, стоящему возле ворот мастерской. А я, взглянув в сторону Ната, так и стоящего возле мотуса, помахала тому рукой и припустила следом за Тэром.

Дом одного из глав рода тхае больше смахивал на замок. И как в такой громадине можно жить и еще называть ЭТО своим домом? Хотя-я-я-я, о чем это я? Это же тхае, а значит, у дома нет хранительницы и это говорит о том, что дом строил мужчина. И чтобы обезопасить свой род, семью и близких людей, он должен был возвести настоящую крепость.

Я мысленно пожала плечами. Вряд ли это спасет членов семьи от нападения изнутри, но кто я такая, чтобы критиковать? Да и выход у них только один – жениться на одной из нашего народа, если, конечно, есть желание сделать свой дом крепостью во всех смыслах.

Так вот дом, замок, будем так его называть, замок в три этажа, с высокими шпилями крыш и башнями, стоящими по обе стороны прямоугольного здания. Крыши у башен были плоскими со смотровыми площадками и высокими каменными ограждениями, этажом ниже по всему диаметру башен видны узкие бойницы, недостаточно широкие, чтобы выпал человек, но места хватало, чтобы разместить в них лазерные пушки МТ 348, дула которых я сейчас имею удовольствия наблюдать.

Эмтэшки (МТ) этой конфигурации имели широкий спектр действия и пользовались у народа большим успехом.  Правда, не каждый мог позволить себе такую дорогую игрушку. Их можно было использовать и как боевое оружие, заряда лазерного аккумулятора хватает выдержать маленькую осаду в течение двух суток, но вся прелесть данного оружия не в этом. Эти пушки чаще всего использовали как отпугивающий фактор. У них есть две особенности: первая - десять зарядов тхолосимуса, временно лишающего слуха, и вторая - заряды 'солнечного света', последней разработки военной промышленности. Заряд временно ослепляет всех, на кого направлен ствол пушки. Популярна эта разработка из-за того, что никакие средства защиты для глаз не спасали от воздействия лучей, но спектр лучей был выстроен так, что не причинял никакого вреда зрительным органам самого стрелявшего. Согласитесь, эти два фактора делали этот дом-замок почти неприступными для нападающих. Так что это был даже не дом, не замок, а крепость.

Откуда я столько знаю об оружии? Я  же вам говорила, что это у нас в крови, а у меня еще папино образование и детство-отрочество-юность в компании всех балбесов-хулиганов ближайших пары кварталов от родительского дома.

У входа нас поджидал Дервис Дасильо собственной персоной. Хотя чему тут удивляться, из выражения лица, с каким он обычно ходит, можно сразу понять, что он из правящей верхушки.

Тэр не стал закладывать виражи на своем унмусе, как недавно это проделывал Нат, а тихо и аккуратно приземлился у входа на гравийную подъездную дорожку. Зачем она здесь?

Эту мысль мне развить не дали. Пока я задумывалась над смыслом подъездной дороги из прошлого века, дверь с моей стороны тихо открылась и я увидела вблизи высокомерную мор... лицо Дасильо.

Как только он увидел осмысленное выражение на моем лице, отошел в сторону, не делая попытки подать мне руку и помочь выбраться. Умный мальчик, быстро учится.

Подавив в себе желание покряхтеть, как старуха, я вылезла из кабины и, следуя за обоими тхае, направилась в дом. Так в молчании мы миновали холл, лестницу, несколько коридоров и зашли в просторный кабинет. Рассмотреть дом с особой тщательностью мне не дали, зато меня сейчас больше всего интересовал кабинет, вернее, бардак в этом кабинете.

Бардак был знатный - выпотрошено, перевернуто и разбито было все, до чего только мог добраться тот, кто устроил этот милый праздник художественного погрома и  внеплановой уборки для слуг в ближайшие пару дней.

Осмотревшись и найдя более или менее чистое место, я пристроила туда свою пятую точку с намерением послушать занимательную историю. Оба тхае устроились напротив меня.

- Насколько Вы уже поняли, Татая, у нас произошла маленькая неприятность. Некий неизвестный нам объект смог пробраться в мой кабинет и взять одну вещь. Мне бы хотелось узнать, кто это сделал, с какой целью и, естественно, вернуть эту вещь обратно.

Интересно, за кого он меня принимает, за Долли-Зоркий Глаз или ее напарницу Элли - Кипящие Мозги?

- Э-э-э-э, ну Вы знаете, я тоже достаточно любопытна и хотела бы это узнать, чтобы-таки утолить свое любопытство, но от меня-то вы чего хотите?

Эти двое переглянулись, а потом опять обратили свои 'нежные' взоры на меня.

- Тата, видишь ли, в чем дело,- включился в разговор Тэр, - мы бы хотели воспользоваться твоим Даром.

Так, интересненько, и как они хотят это провернуть?

- Дело в том, что после тщательного осмотра места преступления, так сказать,- перехватил эстафету Дасильо (они в многоборье выступать не пробовали, а что, командная работа, в лучшем своем проявлении, налицо), - мы обнаружили одну вещицу, скорее всего, утерянную вором, и хотели бы, чтобы Вы ее посмотрели и описали свои ощущения. Мы Вам готовы оплатить Ваши услуги, разумеется.

- Понимаешь, Тат, нам нужна хоть какая-то зацепка, с чем мы могли бы работать, - добавил Тэр.

- Ладно, попробую, давайте сюда свою вещицу, - пробурчала я.

- Видите ли, Татая, - нда, вот так и никак не иначе, исключительно полным именем, хорошо еще, что этот сноб Дасильо не величает меня мора Сериман, - для чистоты эксперимента никто из нас не притрагивался к этой вещи, поэтому Вам придется достать ее самой. Видите, вот там, слева от Вас на столе в углу возле книжных полок лежит такая ма-а-а-аленькая пуговица черного цвета с белыми прожилками, закрученными непонятной руной.  Кстати, присмотритесь повнимательнее, может, Вы знаете, что она обозначает?

Так что мне пришлось подниматься и топать куда послали, то есть по направлению к шкафу. Пуговицу я нашла быстро, взяла ее и даже вернулась в свое кресло. Устроившись поудобнее, прикрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях.

И тут меня ждал, нет, это даже не шок, это хуже. Кое-как собравшись с мыслями, решая, что же именно я могу сказать этой парочке, я открыла глаза. Оба тхае сидели напротив и очень внимательно за мной следили. Только  если у Тэра взгляд был добрым и сосредоточенным, то взгляд Дасильо был цепким, готовым уловить малейшие мои колебания.

Так, Тата, соберись, и о-о-очень осторожно, потихоньку, чтобы лишнего не сболтнуть, начинай выдавать информацию.

- Мне известно об этом существе очень мало, практически ничего.

- Существе? Значит, это нелюдь? – черт, значит, что-то все-таки промелькнуло на моем лице, если Дасильо начал цепляться к каждому слову. Только бы не начал задавать лишних вопросов.

- Да.

- Это может быть хавриец?

- Я не могу ответить на этот вопрос,- с нажимом ответила я.

- А кто может позволить тебе ответить на этот вопрос, да и на другие тоже?- упорствовал Дасильо.

- Собрание глав Родов, - а что еще я могла ответить?

То, что я узнала, могло поставить под угрозу многовековые хорошие отношения двух народов, к которым я принадлежала, и мне совсем не хотелось становиться первой, кто вобьет клин между ними.

Что же задумали Туманные?  Или это чья-то персональная подработка кого то из их рода, желающего заработать себе на икру семсилуса для бутерброда? Так, все, до Собрания родов все равно ничего не сделать, так что и голову ломать не буду. Вот только... Да, рисунок руны с 'пуговки' я срисую, покопаюсь у себя в библиотеке, где-то я такое уже видела.

Глава 5. Игры патриотов.

Приехав с работы в свою уютную квартирку и поужинав, уселась думу думать. Уже завтра состоится Собрание глав Родов, а эти 'динозавры'(были такие доисторические ящеры в период формирования нашего мира), заседающие там, и не такие как я орешки разгрызали за раз. Я им даже не на один зубок, а так... на ползубика, разгрызут на мелкие кусочки, и не соберешь потом, так что лучше было бы не высовываться. Но это с одной стороны, а с другой - это реальный шанс для меня. Если подойти ко всему с умом, то впоследствии... Да, впоследствии я могла бы вернуть свою жизнь в нормальное русло и больше не оглядываться все время через плечо, боясь удара в спину.

Главы родов наверняка изначально не воспримут меня как игрока, готового помешать им или вести свою игру, что и к лучшему для меня. Да, главное чтобы они ничего не заподозрили раньше времени. Ну, что же, поиграем, по крайней мере, попытаемся.

'Пуговка', которую я нашла в замке у Дасильо, на самом деле является следилкой, и в зависимости от руны, прорисованной на ней, имеет разные свойства. Для меня было бы проблемой выяснить, что именно воспроизводила эта следилка, если бы у меня не было такой обширной библиотеки и бывшего второго мужа, принадлежавшего к роду Туманных. Такие следилки - это их разработки, а я в свое время интересовалась этим родом и приобрела старый 'Справочник юного шпиона' Нилиуса Тени, который обычно дарили детям из этого рода. Но  вот что самое интересное, приобрести этот справочник могли только члены этого рода, кем я на тот момент и являлась.

Руна оказалась довольно простой и посылала своему хозяину только импульс звуков которые записывала. Из этого делаем вывод, что они только слышали мое имя, но не видели, так что есть реальный шанс, что до Собрания Туманные не сложат два и два. Имя у меня распространенное, созывает всех обычно председатель Собрания. А  этот дядечка к их роду отношения не имеет, насколько я знаю. О причине обычно не сообщают заранее.

Так что... да, есть шансы немного спутать им карты.

Решив примерно, что стоит предпринять, я взяла коммуникатор и набрала номер Тэра.

- Тэр, привет, ну что, поедем завтра вместе на собрание, а то боюсь, что из-за флайбуса могу и опоздать к шести в Малый зал Собрание,- скороговоркой выпалила я.

- ...

- Как, вам назначили на другое время?

- ...

- Нет, я не ошиблась, все точно, - так, делаем немного удивленный тон, я же говорила, что эти жуки из Собрания хотят по-тихому все спустить.

- ...

- Да, морэ Дасильо, я все верно сказала Тэру, меня пригласили на шесть в Малый зал для обсуждения вашей проблемы.

- ...

- Хотите поехать со мной? Ну ладно. Да, хорошо, никому об этом говорить не буду, до свидания.

Так, ну что первый шаг сделан. Хих, все-таки 'динозаврики' те еще хитрованы, назначили встречу тхае через полтора часа после начала общего сбора, да еще и место встречи перенесли не в Малый зал, а в Большой. Если они меня не успеют 'пережевать' до назначенного времени, то чтобы и в дальнейшем им не помешали трапезничать и не ворвались раньше времени, пока они мне мозги достаточно не промоют? Да-а-а, было бы смешно, если бы не было так грустно.

Кстати, если все у меня выгорит, то с тхае должок, и я даже знаю, что я потребую взамен помощи с моей стороны.  Должна же я как-то добыть информацию о роде Дасильо и узнать, почему мой окрас так подходит этому роду.

Так, потирая ручки в предвкушении, я решила отправиться на боковую.

Утром так приятно поспать подольше, валяясь на широкой кровати, нежась и потягиваясь, закручивая свое тело в немыслимые фигуры, желая подольше продлить удовольствие. Редкие минуты счастья, когда ты уже не спишь, так, немного подрёмываешь, а обыденные проблемы еще не напомнили о себе. Торопиться никуда не надо, сегодня Ди дал мне выходной, так что я спокойно могу выпить чашку горячего шоколада с молоком, с детства люблю этот напиток. Это как напоминание о маме, она всегда нам его готовила. И так было приятно просыпаться утром под этот запах, распространяющийся по всему дому.

Когда уже у меня будет свой дом? Я действительно устала от постоянных переездов, чужих безликих квартир, чувства незащищённости и неполноценности, как будто кусочек меня оторвался и куда-то исчез, а я никак не могу найти его и присоединить обратно. Хаврийцу тяжело без собственного дома, от этого очень сильно устаешь. Поэтому, наверное, я и готовлю себе иногда шоколад, как будто пытаюсь создать иллюзию своего дома.

Допив шоколад, сполоснув чашку и поставив ее на полку, я пошла выбирать себе костюм для встречи.

Наряд должен быть традиционным, я ведь не каждый день туда хожу как на работу, но в тоже время должны быть какие-то детали, чтобы выделять меня – всё-таки уже через год я смогу создать свой Род, стать, так сказать, его родоначальницей.

Почти одиннадцать лет назад было внеочередное Собрание, одной из тем, для обсуждения которого была поданная мной заявка на создание рода. Я руководствовалась несколькими причинами: первая, главная и, можно сказать, основная - моё отличие от основных выходцев из моего народа, вторая - моё нежелание присоединяться к какому-либо роду и быть там всегда чужачкой, ведь моя внешность никогда не даст им забыть кто я есть на самом деле, и третье - возможность выйти замуж за представителя любой расы, если я посчитаю это необходимым и приемлемым для себя.

Дело в том, что через полгода после моего рождения Собрание приняло решение, дабы избежать дальнейших курьёзов (имелось ввиду - таких как я), не то чтобы запретить браки с тхае, но поставить на особый контроль, то есть фактически если же кто-то вздумает связать свою судьбу с тхае, обязан получить разрешение Собрания.

Так, что-то я отвлеклась. Так вот, Собрание тогда большинством голосов (были, конечно, и противники такого шага) разрешило мне создание своего Рода, но с отсрочкой на двенадцать лет. Они посчитали меня (и я думаю, что тогда они мудро поступили, а то я по глупости и юности таких бы дров наломала, ух-х-х!) недостаточно взрослой и дали возможность повзрослеть. Что сказать, это мне удалось, повзрослеть, я имею в виду.

Так что через год я сама буду входить в Собрание и получу титул Главы Рода, что намного повысит мой статус. Самое смешное, что это будет впервые в истории нашего народа – женщина в роли главы рода. Правда, для того чтобы мой род в будущем стал сильным, многочисленным и могущественным, мне надо будет ой как хорошо поработать.

Во время своих раздумий я успела подобрать себе тунику со скромным круглым вырезом под горло и рукавами три четверти белого цвета с неярким розовым оттенком и сартоны серого, скорее даже стального цвета. Я вдова и не замужем на данный момент, так что голову мне не надо ничем покрывать, поэтому остались только макияж и прическа. Если  то, что можно соорудить у меня на голове можно так назвать, и, конечно же, надо подобрать подходящие серьги.

К моменту прибытия тхае я была полностью готова. Поэтому,  особо не задерживаясь у меня в квартире, мы, усевшись в унмус Дасильо, отправились в здание Собрания. Я нежно погладила кожу сиденья своей первой творческой работы и прикрыла глаза.

«Привет, дружочек, как ты, хорошо ли относится к тебе твой хозяин?» В ответ на грани восприятия получила чувство уюта, удовольствие и безграничного счастья.

Нда, заряд положительных эмоций мне перед боем не помешает. Открыв глаза, увидела вопрошающие взгляды от обоих тхае, но говорить ничего не стала. Пусть, это только моё,  и отвечать кому-либо на немые вопросы я не собиралась. Заест любопытство - сами спросят. Потом посмотрела на Дасильо и поняла - этот не спросит, гордыня не позволит.  Ну, и флаг ему в руки, не загрызет его собственное любопытство. Он, скорее всего, потом у Тэра всё выпытает. В то, что у Тэра получится меня разговорить со временем, я не сомневалась, эта зараза так пристанет, что легче дать ему то, что он хочет, чем отвязаться.

Так мы молча доехали к месту назначения, молча вышли из унмуса и молча же направилась в Малый зал. Подошли к дверям зала вовремя, с точностью до минуты, и у меня закрались подозрения, что Дасильо специально так рассчитал, чтобы все главы были уже в сборе там, в зале, и никто не мог бы увидеть нас и воспрепятствовать нашему появлению в полном составе.

Я прямо-таки пришла в умиление, увидев вытянувшиеся лица этих товарищей. Просто бальзам на душу, особенно скривившаяся морда лица Гарнилая 'Грозного' (нет, это не фамилия - это прозвище, полученное им за свой характер) главы рода Туманных, занимающего должность начальника ХРУ (Хаврийское Разведывательное Управление) и являющегося дядей моего второго мужа. Родственничек, угу, бывший... и у меня к нему особый счет.

Председатель, решив сделать хорошую мину при плохой игре, поднялся и поприветствовал нас:

- Мора Сериман, морэ Даси и Дасильо, я так понимаю, присаживайтесь,- показывая нам места, куда можно было бы присесть, но вот незадача... совершенно забыл, что рассчитывали увидеть только меня,  потому и пустующим оказался один стул. Он немного смутился, но потом быстро подал знак и, из незамеченной мной раньше двери, служащие, работающие на Собрание, сноровисто притащили еще два стула, установив их по бокам от меня. И, честно скажу, меня это вполне устраивало, хоть какая-то защита от прожигающих взглядов остальных собравшихся.

- Ну, что ж, раз все в сборе, приступим. Татая, прошу Вас расскажите о произошедшем.

- Морэ председатель, - обратилась я к нему,- я думаю, будет лучше если начнет свой рассказ морэ Дасильо, а я потом продолжу.  Не хотелось бы нарушать хронологию. И я могу что-то не знать о том, что происходило до того как я появилась на месте кражи, и упустить какие-то неизвестные мне моменты.

Тому оставалось лишь повернуться к Дасильо и сделать выражение лица человека, готового внимать рассказчику.

- Больше двух дней назад, - начал Дасильо, - у меня в кабинете сработала сигнализирующая магия, сообщающая о проникновении. Когда я и мои люди оказались на месте преступления, вор уже ушел. У меня была похищена одна из регалий Рода. После тщательного осмотра была обнаружена вещь, принадлежавшая вору. После небольших раздумий мы решили воспользоваться услугами моры Татаи Сериман, зная свойства ее Дара. Вот, собственно, и все. Мора Татая обследовала вещь, а потом отказалась что-либо говорить, требуя созыва Собрания.

По окончанию его рассказа все головы дружно повернулись ко мне. Ну что ж, мой выход.

- Да, я действительно согласилась помочь морэ Дасильо, по мере своих возможностей, конечно. При осмотре комнаты была обнаружена... следилка среднего класса, принятая хозяином кабинета за пуговицу от одежды вора и позволяющая прослушивать все происходящее в кабинете морэ Дасильо.

Вокруг  гробовая тишина, хорошо, что я до этого постаралась получить максимум положительных эмоций, атмосфера в этом зале становилась все более угнетающей.

- Должна сказать, если кто-то еще не знает, что мой Дар заключается в том, чтобы видеть суть существа, обладающего любой вещью, к которой я на тот момент прикасаюсь. При помощи своего дара я могу составить примерный психологический портрет владельца вещи, а иногда и принадлежность к определённому роду. - тут я сделала небольшую паузу, переводя дыхание.

- Какие интересные свойства Вашего Дара. И что же Вы обнаружили, позвольте узнать, - не выдержав паузы, первым высказался Председатель, - и как Вы смогли определить, что именно нашли в доме у почтенного морэ, - кивок головой в сторону Дасильо.

- Эта вещь принадлежала кому-то из Туманных, - я попыталась перекричать нарастающий шум возмущенных голосов, - я это точно определяю. Мой погибший муж был из Туманных.

Опять тишина, все внимательно слушают, а я... продолжаю.

- Собственно, именно поэтому я так много знаю об их разработках, а так же об их свойствах. В принципе, мне сказать больше нечего. Беря во внимание всю серьезность ситуации, я попросила морэ Дасильо созвать Собрание. Так что вот, - я, поднявшись, вытащила из потайного кармана сартон следилку и положила на стол почти напротив 'дяди Гарнилая', как он когда-то просил меня себя называть, - с ехидством подумала я.

Установившуюся тишину не прерывало даже жужжание какого-нибудь надоедливого насекомого, случайно попавшего в помещение. И я их в чём-то даже понимала. Эта маленькая штуковина могла иметь эффект разорвавшейся бомбы. И хватит всего одного неверного жеста, слова, чтобы пустить под откос такую устоявшуюся жизнь и вполне добрососедские отношения с другим народом, с вечным союзником.

- Мы понимаем, что это может быть простая провокация или же действия тех, кто преследует чьи-то личные интересы, но хотелось бы провести полное расследование по этому происшествию. И мы надеемся на взаимодействие с вашей стороны,- нарушил стоящее в зале безмолвие Дасильо, быстро сориентировавшийся в ситуации.

Что ж, он сумел правильно воспользоваться ситуацией, и теперь имеет преимущества перед собранием. Пока главы отходили от новости и соображали, чем им это грозит, пока осознавали, что по-тихому дело не замять и придется провести расследование, пока до них доходило, что заговори они первые на эту тему, и если бы они сами предложили организовать следствие по этому вопросу, то они все еще могли бы держать все в своих руках, но...

Но Дасильо первым завел разговор на эту тему, и теперь Собрание может только предоставлять им всю запрашиваемую информацию, не имея возможности быть в курсе расследования.

- Да, конечно, мы понимаем и окажем всю посильную помощь, мы готовы даже выбрать кого-то из нас, чтобы поддерживать с Вами связь и предоставлять всю информацию, - попытался выкрутиться Председатель.

- Ну, зачем же далеко ходить,- улыбнулся Дасильо,- нас вполне устроит кандидатура моры Сериман, мне кажется, это лучший вариант, потому что, как мне кажется, она более всех нас будет беспристрастна к обеим сторонам. Она знает традиции обоих наших народов, так что нас бы этот вариант устроил вполне.

- Но это невозможно, - возразил Председатель, - доступ к такому уровню информации может иметь только кто-то из глав родов.

Дасильо одарил его очень недовольным взглядом и Председатель о чем-то задумался.

Бинго, вы попались, дорогие, осталось только подсечь и аккуратненько воспользоваться своим уловом.

- Морэ Председатель, если вы помните, почти двенадцать лет назад Собрание подтвердило мое прошение о создании Рода. Срок, который был означен в разрешении, уже почти истек, осталось меньше года. Если бы Собрание сегодня согласилось изменить сроки и провести обряд посвящения, то вопрос о доступе был бы решен, - с самой скромной улыбкой, на которую была способна, высказалась я, честно-пречестно глядя ему в глаза.

- Что ж, нам надо посоветоваться. Не  могли бы вы, мора, морэ, пройти в комнату ожидания, - он жестом подозвал одного из служащих и мы, встав из-за стола, проследовали за ним.

Ждать пришлось недолго, и ровно через двадцать минут мы, стоя все в том же Малом зале, выслушали решение Собрания об образовании нового, двенадцатого рода хаврийского. От меня же ожидали, что я в течение суток подготовлю все необходимое для проведения ритуала.

Да, у меня будут очень тяжелые сутки, потому что за такое короткое время выбрать себе цвета, герб и регалии своего рода будет тяжело, я уж не говорю о подготовке организма к самому ритуалу.

Вышний, помоги мне, во что я опять влезаю! Хнык, и поканючить даже некому, нда, жизня.

Глава 6. Ритуальная, хих.

- Мама, ну мама же, ну встава-а-а-ай же, - детское личико наклонилось к моему. Нет, не так, два детских личика и одно подростковое 'личико' с пробивающимися уже усами. Все трое были смешными и очень родными, это чувство любви к своему, родному так и накрыло меня с головой.

Все трое были моей семьёй, не смотря на то, что двое из них, младшие, были стопроцентные тхае, причем принадлежность к волчьему племени одного и медвежьему - другого сразу же определялась по маленьким пушистым ушкам, а вот третий был, как и я, полукровка, но... такие родные черты лица и любовь во взгляде вызывали желание сгрести всех их в охапку, крепко к себе прижать и никогда уже больше не отпускать, ни на минуту.

Правда, сейчас в этих глазах  устраивали пляски маленькие темшарзы, наверное, что-то задумали. Ладно, потом разберу-у-у-усь.

Сладко позёвывая, перевернулась на другой бок и решила еще немного, ну совсем чуть-чуть, поспать, но кто ж мне даст. Две пары маленьких ручек ухватили меня за одну ногу и одна пара 'ручек' побольше - за вторую.  Я  еду… стоп!... Я еду? Ну да, эти три обормота стаскивают меня с кровати за ноги.  Нет, нужно срочно принимать меры, а то, чувствую, скоро моя челюсть начнет стучать по полу в такт шагам трех оккупантов, вон уже кофточка от пижамы под животом свернулась в такую ощутимую колбаску и поднимается все выше и выше. Если так пойдет и дальше, то скоро она окажется у самого подбородка.

Резко вырвав сначала одну ногу, а потом и вторую, я, наконец-то, села на кровати. Но, видимо, поспать мне, даже сидя, сегодня не дадут. Три тушки повисли на мне со всех сторон, я попыталась встать. Ну, встала, эх, тя-я-янем-потянем! Тарталова бабушка, они ж меня задушат. Вдруг оказалось, что уже не только трое обормотов висят на моей шее, но и множество других рук, совсем не детских, сжали мою шею, ухватились за руки, держатся за ноги, я же стольких не вытащу-у-у-у.

Резко сев на кровати, вся в поту со встрёпанными волосами, поняла - сон, всего лишь сон, но такой реалистичный, эх, если бы он оказался вещим. Чувства, испытанные мной во время сна, были такими радостными, счастливыми и светлыми, что мне нестерпимо захотелось испытать их вновь. Бывает у меня такое, что приснится что-то очень реалистичное, а потом оказывается, что это мне привет из будущего, и самое главное, эти сны я никогда не забываю. Я кое-как научилась отличать такие сны от обычных, и этот очень похож на еще один 'привет', уж слишком все ясно и четко было.

Посмотрела на часы в коммуникаторе. Нда, пора вставать, но как же хочется спать. Пошла в ванную комнату, зеркало показало лицо со слегка припухшими веками (еще бы, я же спать легла под утро) в обрамлении колтуна из волос. Да, это воронье гнездо без помывки не разгребешь. Всё, я в душ.

Вчера весь остаток дня и почти всю ночь я придумывала герб моего рода, если кто-то думает, что это легко как..., ну, сами понимаете, то он глубоко ошибается.  Сам  герб должен состоять из нескольких элементов - геральдического щита, геральдического шлема, намёта (шлемового покрывала, изорванного в клочья), короны, нашлемника, щитодержателей, которых могут изображать люди или другие живые существа, мантии и девиза, и т.д. и т.п.

И это только малая часть из того, что надо было придумать. Нет, у меня, конечно, были задумки, как можно было бы все это сделать, но я не спешила, ведь впереди был еще целый год. А ведь еще надо было придумать форму моих регалий власти и выбрать цвета правящего, моего, Дома. Чтобы в дальнейшем члены рода могли выбрать себе правильные оттенки одежды для официальных мероприятий.

Тэр вызвался помочь мне в этом деле, и я согласилась. Через три часа совместного мозгового штурма уже что-то начало примерно прорисовываться, но явно чего-то не хватало. Через час позвонил Нат и, узнав, чем таким интересным мы занимаемся, решил присоединиться и посодействовать. Лучше бы я не соглашалась. Нет, работа мозговой деятельности у этих двоих выросла на порядок, угу, а стимулом служили постоянные противоборство и недоверие. Еще через час я готова была вытолкать эту парочку со своей съемной квартиры пинками.

Но надо отдать им должное, они мне здорово помогли.

В роли нашлемника сверху расположился серого со стальным отливом цвета волк, повернувший голову и смотрящий на всех стоя на малой короне. Малая корона была частью шлема, а под шлемом стального цвета с золотым обрамлением находилась большая корона, имеющая количество зубчиков по количеству родов. Под зубчиками короны расположились драгоценные камни по цветам правящих Домов в каждом роду. Намёт был исполнен в виде переплетённых золотисто-голубых разлапистых листьев тарголы (дерево, растущее исключительно в Хаврии и имеющее очень вкусные плоды, которые обычно засаливают или маринуют с разными специями).

Большая корона лежала на родовом щите приглушенно-голубого цвета, на котором расположились в ряд шесть золотых шестиконечных звезд по количеству шести основных заповедей, переданных хаврийцам Вышним. По обе стороны от щита расположились хавриец и тхае в национальных одеждах, исполняя роли щитодержателей (Тэр меня уверил, что ни один тхае не будет против такого произвола с моей стороны).

Внизу, под щитом, легла золотая лента, на которой темно-серым, стальным шрифтом был написан девиз рода: 'Или не берись - или доводи до конца'. Знаю, фразочка, может, и не сильно храбрая, но она отражала именно меня и мое отношение к жизни.

Еще раньше, прежде чем окопаться у меня в квартире, Тэр свозил меня на любезно предоставленном морэ Дасильо,  его личном унмусе к семейному ювелиру рода Дасильо. Уж не знаю, с чего такая доброта по отношению ко мне со стороны этого мрачного сноба, я Дасильо имею в виду, но они меня здорово выручили, потому как мне было бы трудно найти ювелира, у которого были бы готовы несколько малых корон на выбор, причитающихся всем главам родов, плюс ко всему еще и учитывающих строение моей головы и, в частности, расположение моих ушей. Да и денег у меня на это удовольствие не хватало, но морэ Дасильо сообщил, что он хотел бы, чтобы я приняла это как подарок от его рода, тем более, что частично он лично виноват в такой скоропостижной необходимости в приобретении данного ювелирного изделия.

И я выбрала. Тоненький ободок из червленого золота, от которого тянутся вверх шесть тонких острых зубчиков, и всё это счастье обильно усыпано кроваво-красными рубинами и гранатами, хих, как раз под цвет моих глаз. С остальным было проще. От мантии я наотрез отказалась, таскать на себе и за собой несколько метров тряпки, которая будет оттягивать мне плечи и мешать свободе движений, бррр, нет, это не по мне.

С малым скипетром та же беда. Нет, может, кому-то и нравится на официальных мероприятиях держать постоянно в руках тяжелую золотую палку, обвешанную драгоценными булыжниками, только польза от нее мизерная, разве что дополнительный тренажер для подкачивания бицепсов рук. Сомнительное удовольствие, тем более, что качаться будет только одна рука, ну, или огреть кого-то по голове, опять же не то.

Так что я все это удовольствие я заменила на витую цепь из того же червленого золота, украшенную шестью драгоценными камнями, соответствующими цветами к цветам Правящих Домов. В ее центре свисал крупный рубин, а также ритуальный кинжал с золоченой ручкой и навершием из небольшого красного граната. Цветами моего правящего дома стали все оттенки алого и белого, ну, что поделать, люблю я эти два цвета.

С ритуалом посвящения все намного проще. В нашей религии особое значение имеют две природные стихии - огонь и вода. Не  путайте с идолопоклонничеством, мы не поклоняемся сотворенному самим Творцом, мы всего лишь используем это для очищения перед общением с Ним и при взывании к Нему. С самого утра перед ритуалом принято держать пост:  есть и пить нельзя ничего до окончания ритуала.

С утра хорошо отмокнув в ванне и отчистив с себя любой намек хоть на одно грязное пятнышко, расчесав частым гребнем волосы (не представляете, чего мне это стоило, половина моей шевелюры осталась на том самом гребне) и одевшись в длинную, до пят, просторную рубаху, я пошла к местной реке Каменке в сопровождении двух почтенных хавриек - жен Председателя Собрания и Главы Рода Видящих, к которому принадлежит мой отец. Сопровождающие меня моры нужны были для того, чтобы потом подтвердить подготовку перед ритуалом.

Шесть раз мне нужной было окунуться в речку с головой, чтобы проточные воды смыли все мои духовные нечистоты, как до этого я смыла с себя в ванной нечистоты материальные. Окунаясь, я чувствовала как вода, убегая, забирает с собой усталость, грусть, одиночество, тоску. Она, вода, дарила мне покой, легкость с небольшой ноткой свободы.

После окунания уважаемые моры отвели меня домой и начали помогать мне приводить себя в порядок. Еще два часа назад был доставлен срочно пошитый швеей всё того же рода Дасильо (Тэр уверял, что он и не мечтал о лучшем, чем сделать мне такой подарок к посвящению, а я сделала вид, что с неохотой, но поверила, все равно не было смысла трепыхаться, он бы мне это все равно всучил), костюм. Он состоял из насыщенного алого цвета немного свободной туники длиной до середины бедра с простым округлым вырезом у горла и рукавами три четверти (по горловине и краям рукавов туники шла белый цветочных орнамент) и белых сартонов с той же вышивкой, только алого цвета. К костюму же прилагались полусапожки в красных тонах эльфийской работы и кожаный красный ремень с ножнами инкрустированными бриллиантами (подарок от Ната). Волосы собрала по обыкновению своему в высокий хвост и потом заплела в тугую косу.  Ну вот, осталось только дождаться часа до захода солнца, напялить на себя корону с цепью и кинжалом, и можно выдвигаться. Все ритуалы в храме Вышнего начинаются на закате, в начале следующего дня. Да, да, у нас день начинается с вечера, не так, как у других народов, потому что в Книге Вышнего было написано, что сначала был вечер, потом утро и день. Потому-то у нас и следующие сутки начинаются с вечера, и все значимые ритуалы в Храме проводятся с заходом солнца.

Солнце село пятнадцать минут назад и я, облачённая в свою малую корону, с висящими на шее цепью и кинжалом в ножнах, еду все в том же дасильовском унмусе в Храм. Мандражирую и боюсь поверить, что стала еще на шаг ближе к цели, ведь статус главы Рода это не самоцель, это одно из средств достижения цели.

Я в Храме. Высокие колонны, построенные еще древними, поднимались ввысь, стены украшены растительным рисунком, ни одного изображения живого существа, чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что пришедший в Храм молиться, делает это обращаясь к изображению живого существа, а не к Вышнему. На полу мозаика все с тем же растительным узором, но что за растения изображены, я не запоминаю, голова не тем занята. Мы подходим к жертвеннику, на котором уже лежит связанный аргал (одомашненное мелкое рогатое животное, ценящееся за хорошие вкусовые качества мяса и мягкой упругой шерсти). Голова его чуть свисает с жертвенника.

Вокруг жертвенника собрались все главы родов, одетые в цвета своих Домов, как и я, а возле жертвенника, у его изголовья, стоит саххат (хавриец, который специально учился тому, как правильно резать скот для употребления в пищу теми же хаврийцами).

Я подхожу вплотную к жертвеннику и становлюсь рядом с ним, достаю свой, теперь уже родовой, кинжал, специально для этого заточенный, и передаю его саххату. Вот кинжал в его правой руке, левая же крепко, чтоб не дернулся, держит аргала за рога, он смотрит на меня. Вокруг тишина, и я говорю ритуальное благословение, выученное мной много лет назад и повторяемое мною год за годом как мантру, не позволяющую расклеится и забыть о цели. Мои  слова гулко отдаются в тишине храма и поднимаются вверх. Последнее слово срывается с моих губ и слышится ответное 'Истинно', произнесенное семью разными голосами. Мой резкий кивок головой, и саххат, взмахнув рукой, перерезает горло животному. Я  тихо облегченно вздыхаю - опытный саххат, зарезал правильно, поэтому ждать еще неделю для повтора ритуала не придется.

Кровь животного стекает в специальный сосуд, и мы ждем, пока последняя капля не упадет в него. Через час от запаха крови уже тошнит, но показать это – значит, показать свою слабость, недостойную главы рода. И  я терплю, чтобы от этого запаха на пустой желудок меня не вывернуло. Вот саххат подходит к жертвеннику, значит, всё, - кровь уже вся ушла. Всё тем же моим кинжалом (бррр, я потом его долго буду чистить) уверенными движениями разрезает грудь и брюшную полость аргала и отсекает все внутренности, выкладывая их на отдельно поставленный поднос.

Теперь моя очередь. Взяв большой золотой поднос, куда уже положили хлеб и поставили чашу с вином, я подхожу к жертвеннику, и саххат уверенной рукой отсекая все лишнее, ставит на поднос сердце, печень, почки и правую заднюю ногу животного, предварительно ее освежевав. Поднос оказался просто неподъёмным, и если бы я была простой хаврийкой - в жизни бы его не смогла поднять, не говоря уже о том, чтобы перенести его через все помещение от жертвенника к жертвенному огню, находящемуся на постаменте.

Донесла и даже ничего не уронила. Подойдя к постаменту и поднявшись на несколько ступенек, начала напевно произносить оставшиеся слова благословения, прося всей душой и сердцем откликнуться, с каждым сказанным словом бросая в огонь, и принося тем самым в жертву Вышнему все, что было на подносе. Закончив говорить, прикрыла глаза и открыла свою душу, зовя Вышнего, желая почувствовать его присутствие рядом.

И пришло понимание - вот оно. Он здесь. Рядом. Укутывает меня своим одобрением, благоволением и чувством чего-то такого родного и близкого. Это ощутили все. Вышний откликнулся на мой зов и принял мою жертву. Я беру сосуд с кровью аргала и выливаю ее у подножия жертвенника. Ритуал посвящения завершён.

Еще несколько минут я чувствовала Его присутствие, а потом Он ушел, оставив мне уверенность, что все будет хорошо, что Он незримо одобряет выбранный мной путь.

Тушу аргала уже споро снимали с жертвенника и несли на кухню. Скоро  мясо подготовят,  и повара в здании Собрания примутся готовить саддату (праздничную трапезу) в честь нового главы рода. Саххат, сразу же отобрав свою долю и позвав помощника, отправил его со свежим мясом к себе домой. Сам же зашел за ширму и уже через пятнадцать минут, переодетый в чистую одежду, откланялся, пожелав нам всего хорошего и пообещав обязательно прийти на саддату.

Что ж, у меня есть немного времени перевести дух и прийти в себя, все-таки почти бессонная ночь, пост и нервное напряжение сказывались.

Глава 7. Вопросоутрясательная, застольная (нужное подчеркнуть).

Саддата получилась знатная, никогда не думала, что буквально за сутки, - а с момента принятия решения по моей просьбе прошло ненамного больше времени, - можно организовать и накрыть такой богатый стол. Конечно, больше всех постарались представители рода Видящих, все-таки не каждый день от какого-либо рода происходит еще один, а я-то как раз и шла от папиного рода. Такое действо, я имею в виду образование нового рода, происходило последний раз лет семьсот тому назад, даже для нас, долгожителей, это срок.

Папа, конечно, был горд, он даже не мечтал о таком. О, а вот и сестрицы с семьями пожаловали. Ох, как их перекосило от улыбок, оскал еще тот, скажу я вам. Подойти ко мне близко они теперь не могут, рангом не вышли, а тут еще я стою в окружении глав родов и отцом с одной стороны, и двух известных вам тхае, как почетными гостями, с другой, при входе в зал и встречаю всех пришедших.

Еще один плюс моего нового статуса: без приглашения или предварительной договоренности ни сестрицы, ни их мужья теперь заявиться ко мне не могут. Я  выше их по статусу, и намного, ну, хоть что-то приятное.

Нет, не подумайте, что я такая уж большая любительница позлорадствовать, просто, зная своих 'близких' родственниц, могу с уверенностью сказать, что они, даже несмотря на неприязнь ко мне, постарались бы выжать из моего теперешнего положения по максимуму, и делали это до тех пор, пока не поняли бы, что взять с меня больше нечего.

Вообще-то я как женщина не имею права стоять в окружении мужчин, не состоящих со мной в родстве, но как новый глава рода просто обязана находиться здесь, вот такой казус.

Час назад, когда я только прилегла вздремнуть хоть немного, до того, как надо будет идти встречать гостей в малом бальном зале, ко мне в комнату отдыха для почетных гостей в том же здании Собрания настойчиво постучали.

Оказалось, что это ни кто иные, как главы родов в полном составе. Хорошо, что я не успела полностью раздеться, а то бы им пришлось бы еще до-о-олго ждать. Двери пришлось оставить приоткрытыми, потому как запираться с ними в комнате один на один я не могла. Вот и пришли они со столь же тривиальным вопросом - как мы дальше будем жить, в смысле как сделать так, чтоб и волки были сыты и овцы целы, ну поняли, нет, или мне еще как-то вам объяснить? Нет, видать, не поняли, ладно, говорю прямо, без иносказаний.

Я кто? Пра-а-а-авильно, - женщина. А они кто? Угу, пра-а-а-авильно, - мужчины, посторонние мужчины, прошу заметить. А значит что? Пра-а-а-авильно, - невозможно уединиться со мной за закрытыми дверями. И это порождает уйму препятствий для нормального сосуществования. Ну, если бы у меня был муж, было бы проще, мне достаточно было бы его присутствия рядом, и тогда можно спокойно заниматься государственными вопросами в зале заседания Собрания при закрытых дверях.

Вот и пришли ко мне главы родов с интересным предложением по решению этого вопроса. Догадались уже какому, нет? Я подскажу. У каждого из них есть куча со всех сторон положительных, отличных, молодых, неженатых парней, просто жаждущих со мной познакомиться. Ну, дошло уже? Ага, сладкие мои, вижу - дошло.

Вот мы и мило разговаривали почти час на эту тему. Сами понимаете, я - глава рода, без оного, не имеющая за собой никакой поддержки, не могла тупо спустить весь этот престарелый кагал, фигурно выражаясь, с лестницы. Поэтому пришлось собрать в кулак всю свою выдержку, волю, дипломатичность и хитрость и выкручиваться, извиваясь как уж на сковородке, чтобы не попасть в цепкие, загребущие лапы кого-нибудь из них.

Я, конечно, предполагала такое развитие событий, но честно говоря, не ожидала от них такой прыти. Да, как-то так вот.

После продолжительных боев мы пришли к соглашению по некоторым пунктам, не скажу, чтоб их всех очень уж радовали все мои ответы, но они со временем тоже поняли, что на мне где сядешь, там и слезешь, так что лучше довольствоваться малым.

Итак, пункт первый, я в течение двух лет (ура, целых два года свободы отвоевала) выберу себе мужа из всех желающих. Ключевое слово здесь - все желающие, они при этом так скривились, как будто что-то жутко кислое в рот попало. Мне же это словосочетание дает возможность найти себе хорошего, если не любимого человека, то друга. Хотя моя бы воля - в жизни бы больше замуж не вышла. Собрание же мне, после решения вопроса с кражей у тхае, выделяет земли для основания моего рода и ссужает безвозмездно на развитие достаточную для этого первоначальную сумму. И уже соответственно полученным землям и способностям основной массы состоящих в моем роде индивидов, я оглашу название рода. Согласитесь, есть-таки преимущество в независимости от кого бы то ни было, есть возможность выбора, хоть и маленькая в моем случае.

Пункт второй, я обязалась рассмотреть все заявки о принятии в мой род младших родственников из всех родов, но решение о принятии в свой род я принимаю единолично и имею право не рассматривать прошение, если по нему была попытка оказать на меня давление. Для родов это большой плюс, потому что младшие родственники в семьях обычно не имели ничего и по достижению совершеннолетия с трудом добивались чего-либо в жизни. Пределом их мечтаний могло быть положение управляющего имуществом какого-нибудь старшего родственника. В моем же роде они, после принятия, конечно, получали сразу же статус старшего в своей семье и возможность развивать свое дело.

Дальше уже шли совсем уж незначительные вопросы где, как и с кем мне сидеть во время совместных праздников, собраний и других общественных событий до моего вступления в брак.

Вот теперь я и стою в окружении этой тестостероновой толпы и нормально себя чувствую. Нет, ну честное слово, если бы не они, меня бы эти кумушки, шушукающиеся по углам, на куски порвали, чтобы привлечь внимание к их сыночкам, раз уж мужья, остолопы этакие, не сподобились уделить должное внимание этому вопросу.

В дверях показался Нат. Вот его я искренне рада видеть. Он стремительно приближался ко мне,  и по мере приближения его улыбка становилась все шире и шире, а глаза то и дело бросали заинтересованные взгляды на окружающих меня мужчин. Интересно, с чего бы это? Решив долго не мучить себя этим вопросом, оглянулась и не сдержала смешок, увидев недовольные лица глав родов и тхае (исключением был только отец, но ему сейчас вообще все радужных цветах представляется, от свалившегося на него счастья).

- Мора Татая, рад приветствовать Вас от имени моего кузена, Уриэля Тифийского, с принятием такого высокого положения,- отсалютовал мне правой рукой ото лба на манер военных и поиграл бровями, давая понять, что наше с ним знакомство ближе, чем просто знакомые, а вот насколько ближе, как говорится, думайте сами.

Вот что он творит, гад этакий? Спиной ощущаю несколько сверлящих меня взглядов.

- Рада Вас видеть, морэ Натанэль, - улыбнулась ему я и показала знак рукой, чтобы он после саддаты меня обязательно нашел.

Такой же знак я подала, когда пришли Тэр и Дасильо. Есть у меня одна задумка, как усложнить жизнь пожелавшим завоевать меня сынкам глав родов. И вскоре нас всех пригласили к столу.

Застолье. Если вы думаете, что оно проходит у нас, хаврийцев, так, как обычно это делается у всех остальных рас, населяющих наш мир, то вы ошибаетесь. У нас всегда столы разделены на мужские и женские. Нет, они не просто стояли отдельно один от другого, они были отгорожены друг от друга специальными высокими деревянными ширмами, а иногда и вообще ставятся в отдельных помещениях. Так женщины отдельно от мужчин веселятся, отдыхают, болтают, разыгрывают шарады и даже танцуют зажигательные танцы. Мужчины же пьют, едят, решают свои вопросы и опять же танцуют.

Вы скажете - дикость, а я бы так не сказала. Представьте себе, что вы сидите на свадьбе, чествуете молодую невесту, развлекаете ее песнями и танцами, разговариваете со своими подругами о чем хотите, не оглядываясь на кого-то и не пытаясь выглядеть правильно в глазах мужчин. При  этом никто вам не давит на мозг, вам не надо дергаться, видя очередную рюмку, выпитую вашим мужем. Не  надо пытаться избежать назойливого внимания очередного изрядно выпившего кавалера, ваш муж никогда не сможет по пьяному делу приревновать вас к кому-то и попытаться набить 'рожу' неудачливому ухажеру. Видела я такое у оборотней в княжестве - на всю жизнь впечатлений хватило. Нет, у нас тоже мужчины любят подраться по пьяному делу, но поводов для этого маловато, да и происходят драки не в нашем присутствии, что, честно сказать, лично меня очень радует. Так что и в этом есть свои плюсы.

Сегодня было все немного сложней, я как глава рода должна была сидеть за столом с остальным Собранием, но как быть с тем, что я женщина? Решили вопрос таким образом, что и на женской половине и на мужской был поставлен отдельно от остальных стол для меня, как мое, теперь уже законное, место.

Сейчас мое присутствие требовалось на мужской половине, но в менее официальных случаях, типа свадьбы, я могу ограничиться и посиделками на женской половине, что меня ничуть не огорчало.

На мужской половине мой стол поставили рядом со столом остальных глав родов, но выдерживая небольшое расстояние между ними.

А дальше началось веселье. Поток здравиц, тостов и пожеланий иссяк только по истечению второго часа застолья. Я, немного захмелев, что не удивительно - с утра во рту маковой росинки не было - поняла, что надо много закусывать, чем-нибудь пожирнее и посытнее, иначе просто не выживу. Хорошо еще, что метаболизм у меня на порядок выше чем у хавриек, иначе через год после таких вот посиделок в двери бы не проходила. Так вот и протекала саддата тихо-спокойно, ну, по крайней мере для меня, мой стол под конец так и был - тихий и спокойный остров посреди бушующего моря мужских эмоций, дошедших до стадии 'ты меня уважаешь?'. Вот на этой-то стадии я поняла, что пора делать ноги и скоренько попрощавшись со всем честным собранием, отбыла на женскую половину, откуда, повторив прощальную речь, рванула к выходу.

На улице возле выхода меня уже ждала троица непримиримых 'друзей'.

- Упреждая все вопросы, говорю сразу, что хочу пообщаться с вами всеми вместе взятыми, но давайте подождем до того момента, пока не устроимся в тихой и спокойной обстановке. Есть предложения? - выпалила я, подходя к ним.

- Э-э-э-э-эм... - промычал Тэр

Нат только с усмешкой пожал плечами, мол, веди куда хочешь, я на все согласен.

- Давайте поедем в мастерскую морэ Диноса, - предложил Дасильо, и мне оставалось только согласиться с этим предложением, потому как действительно никому и в голову не придет нас там искать, да и Ди вряд ли был бы против.

- Только давайте пешком, а то мне надо проветриться, - высказала я свое пожелание.

После того как Нат вызвал своего помощника перегнать его мотус к ангару мастерской, Тэр сам вызвался отправиться на унмусе Дасильо туда же, так что как-то так получилось, что в пешую прогулку до моей работы мы отправились втроем - я, Дасильо и Нат. Шли молча, не особо напрягаясь отсутствием беседы, и наслаждались теплой летней ночью. Она действительно была прекрасна. Очень темная, бархатная синева неба была усеяна россыпью мелких и крупных звезд, как будто кто-то мне неведомый, набрал их в пригоршню и широким жестом рассыпал по небосклону.

Идти оказалось недолго, так что через четверть часа мы уже входили в широкие ворота мастерской, где я сразу попала в объятия Ди.

- Ну, Татка, ну, молодец, какая же ты молодец, - басил он мне в ухо, обнимая, встряхивая и крутя в разные стороны, - только не думай, что теперь сбежишь от меня сразу, не отдам, слышишь - не отдам.

Я только счастливо улыбалась его, грозящему у моего носа, пальцу, - приятно осознавать, что кто-то искренне за меня переживает, радуется.

- Пойдем, кузен, в твой офис, будет у нас там разговор серьезный, тебя тоже касающийся.

- Ну, пошли-пошли, Тэр уже там все приготовил, я ведь как чувствовал, что ко мне сегодня зайдешь.

- Кстати, а почему ты, начальничек мой, не пришел на саддату? - прищурила глаза я.

- Да ну их, не по рангу мне было туда являться, да и не такие мы с тобой близкие родственники, чтобы по праву крови присутствовать, - отмахнулся Ди.

- Не по рангу ему, - прошипела я тихо,- а этим, змеюкам тхаровым - сестрицам моим, по рангу, значит.

И тут меня озарило.

- А ну-ка, скажи-ка мне, дорогой мой братец, это кто ж тебе такую дурость в голову вбил? - воскликнула я.- Данира или Ланика? - и, увидев как перекосило Ди при имени второй сестрицы, сказала, - Ланика, значит, ну-ну посмотрим, что у этой чувыр.... Чуды-юды выйдет.

Так за разговором мы добрались и расположились за небольшим столом, накрытым в офисе.

После пятнадцатиминутного поедания очередных вкусностей, (Вышний, даже с моим метаболизмом мне скоро-таки придется сесть на диету!), я начала свой рассказ о том, к каким соглашениям с главами родов мы пришли.

- К  чему я вам тут все рассказываю?  Я  предлагаю членам ваших родов также поучаствовать в 'конкурсе женихов' и также побороться за членство в моем роде. Только, Нат, если таковые будут с твоей стороны, они должны понимать, что для их же блага им придется принять нашу религию и обычаи, - Нат только кивнул головой.

Эльф и оба тхае недолго пребывали в прострации, но мне вполне хватило этого времени для того чтобы обсудить еще один вопрос.

- Ди, у меня к тебе предложение,- начала я,- ты за короткое время смог создать собственное имя, достаточно известное среди элиты почти всех рас. Понимаешь, моему роду нужно будет специальное ремесло, которое никто не сможет делать кроме нас, с нашими родовыми секретами и тому подобное, я хочу тебе предложить подумать о том чтобы перебраться вместе со мной на мои, в будущем, территории и там развивать свое дело. Я  думаю, клиентура твоя от этого только выиграет, да и ты сам не останешься внакладе. Понимаешь, моему роду нужно будет с чего-то начать, так почему бы это не сделать с того, что я и ты умеем?  Тогда и мне не придется уходить от тебя, партнерство мне не нужно, достаточно зарплаты и стандартных налогов с прибыли в родовую казну.- увидев, как он скривился при слове налоги, я решила подсластить пилюлю,- Но налоги, конечно, первые несколько лет будут снижены, как развивающемуся предприятию.

- Вот это дело говоришь, сестренка,- заулыбавшись, похлопал он меня по плечу.

- Извините, что вмешиваюсь, но я хотел бы кое-что уточнить,- первым встрял эльф, - Тат, ты не шутила?

- У-у, - я отрицательно помотала головой, - все на полном серьезе.

- А, ага... тогда я откланяюсь, мне надо срочно пообщаться с кузеном, когда тебе нужно знать ответ?

- Ну, судя по тому, как старички резво взялись за это дело, лучше завтра с утра, до того как я с ними встречусь, и да, условия отбора те же, что и для остальных, - вздохнула я.

- Угу, само собой, ну тогда я полетел, - спеша удалиться, крикнул эльф.

- Скорее уж поскакал, - хихикнула я себе под нос и тут же повернулась к тхае.

- Ну, а нам и думать нечего, предложение более чем щедрое, так что по завершению дела жди претендентов с нашей стороны, - сказал Тэр, кося одним глазом на друга.

- Ну раз так, то и сла-а-авненько, а я пошла спать, - зевнула я. - Да, кстати, я договорилась - завтра иду в архивы, поэтому если что-то прояснится, дам знать, но лучше вечером встретиться здесь же.

На том и порешили.

***

Был солнечный, яркий, теплый день. Я была у кого-то в гостях, мы ели, разговаривали о чем-то неважном, смеялись от души и танцевали. Я помню, что танцевать с ним было немыслимо приятно, но неправильно. И я не вижу его лица.

Кто-то из друзей смеется в белоснежной в лучах яркого солнца беседке, а я не хочу прятаться в тень и потому сижу, подставив солнцу лицо с закрытыми глазами, на скамейке, опираясь на ее спинку левым плечом. Это совсем недалеко от беседки. Чувствую, как он садится позади чуть правее меня, кладет свою голову сзади мне на плечо, а руки спереди обвивают мою талию. Я понимаю, что так нельзя, увидят же, и неохотно хлопаю ему по ладоням на моей талии, а они, ладони, руки, стискивают меня еще сильнее, и я мысленно машу рукой. Ладно, авось обойдется, рядом ведь никого нет, значит, не увидят. И мы так и замираем, вокруг море солнца, зелени, где-то недалеко поют птицы... И он. Рядом. А у меня чувство полного, бесконечного счастья, осознание, что наконец-то и я нашла свою, родную половинку души. А потом, чувство стремительного падения и... я опять просыпаюсь в слезах.

Сон. Всего лишь сон. Нет, не всего лишь, а что-то говорящий о будущем, но это понимание не может перекрыть чувство глубокого одиночества в душе и пустоту в сердце. От этого заливаюсь слезами еще больше. Сейчас, пока никто не видит, я могу позволить себе немного слабости. Не верю, что смогу полюбить - в душе пустыня, и в тоже время, как и любая женщина, где-то глубоко внутри себя робко надеюсь, что вдруг случится чудо, и я включаю запись любимой песни на виовизоре. Певица спевшая ее, рассказывала историю своей потерянной любви, и, не пережив смерти добровольно ушедшего в мир иной возлюбленного, последовала за ним. Так больно и так сладко, на надрыве. И мне, наверное, такого всепоглощающего чувства не пережить никогда. А пока только пустота в сердце, что-то родное от меня оторвали с окончанием сна. Я просто свернусь калачиком и молча поплачу. Слезы - это тоже вода, только они смывают не усталость, а боль, оставляя пустоту после себя.

Больше не шучу,

Больше не курю

Я теперь могу - одна.

Больше нет тебя,

Больше я не та.

На всей земле я сирота.

Не могу так жить,

Свою жизнь влачить,

Боясь потерять тебя.

Пусть ты превращал

Жизнь мою в вокзал, -

Все равно ждала тебя,

Ведь ты же знал,

Как я болею.

Тобой я болею.

Одна, с отчаянием в груди

Не перестану ждать тебя,

Лишь ты приди,

Ведь я болею -

Одним тобой.

Когда играешь

В прятки ты,

И я тебя не нахожу,

То думаю - ты сжег мосты.

С ума схожу!

Как от солнца тень,

Как за ночью день -

Так и мне дано судьбой

Тебя вечно ждать,

Всему миру лгать,

Что счастливо до сих пор

Живем с тобой.

Всюду образ твой.

И ночной порой

О любви моя мольба.

Я тебе всегда

Так была верна,

Что теперь сама любви раба.

И я болею тобой -

Тобой я болею.

Моя душа кровоточит

Твоя любовь ее спасет и воскресит.

Ведь я болею -

Одним тобой болею.

И ты лишил меня всего.

Ты щедрым был на этот жест.

Надежда - вот мой талисман

Любовь - мой путь.

Видно, моя страсть

Перешла в напасть

И свела меня с ума.

Я одна живу.

Я одна брожу.

И как безумная

Одно твержу...

Что я болею -

Тобой я болею.

Одна с отчаянием в груди

Не перестану ждать тебя.

Лишь ты приди,

Ведь я болею.

Вернись, ведь я болею.

Не верю я в злой рок судьбы,

Не верю, что ты сжег мосты,

Все будет вновь,

Я в это верю.

Я жду и не жалею,

Что я тобой болею.(с)

( Je suis malade впервые была исполнена певицей Dalida в 1980 году, но автору больше нравится эта песня в исполнении Лары Фабиан от 1999 года)

Глава 8 Познавательная.

Утро выдалось необычное. С тех пор как начала работать у Ди, я сняла небольшую квартирку у пожилой вдовы-оборотнихи. Она прожила в нашем городе много лет, будучи замужем за хаврийцем,  но так и осталась здесь жить из-за детей после смерти мужа. Так я переехала из дома второй жены моего отца. Квартирка была маленькая, уютная, светлая, очень теплая, двухуровневая и с отдельным выходом, но имела, как потом выяснилось, один большой недостаток, который особенно чувствовался летом. Я объясню почему.

Представьте: лето, раннее утро выходного дня, когда хочется поспать подольше. В  открытое окно дует теплый летний по-утреннему свежий ветерок, надувая тюль и шторы парусом, вы себе тихо-мирно сопите в подушку, укутавшись в легкое покрывало по самую макушку, и видите десятый сон. На улице все замерло в тишине, боясь издать лишний звук, чтобы не разбудить обитателей домов сонной улицы, и тут ...

- Ма-ла-ко, ка-му све-же-е ма-ла-ко!- противный женский голос как звук пилорамы на лесопилке ввинчивается в Ваш мозг, а аккомпанементом ему служит мерзкое поскрипывание ручек от больших железных бидонов и так до конца улицы, пока приехавшая из ближайшего села молочница не свернет за угол радовать своими вокальными данными ваших соседей по несчастью.

И вот Вы опять минут десять ворочаетесь и пытаетесь не выпустить полудремотное состояние организма из своих цепких лапок, погружаетесь обратно постепенно в сон, организм расслабляется, на лице опять появляется блаженная улыбка, вот еще миг и все, - Вы опять попадете в страну красочных грёз и сновидений и ...

Д-р-р-р-тах-тах-кха-кха-кх, дыр-дыр-дах! - Это ваш сосед из дома напротив пытается завести стоящий почти под Вашим окном свой старый еще из прошлого века унмус, которому, если честно, уже давным-давно приготовили место на свалке. И эхо идет далеко, в разные стороны улицы, врываясь в Ваш сон и разнося его в клочья. Дыркания старого унмуса длятся не менее пяти минут пока это "чудо враждебной техники" не уносит ввысь своего хозяина в сторону Старого Леса за грибами-ягодами.

Сна, естественно, после такого подъема ни в одном глазу, начинаешь крутиться в кровати, пытаясь словить за хвост убежавших в панике сон с дремотой на пару. Потом мысленно, а иногда и не только, проносятся все "добрые" слова в адрес приснопамятных молочницы и соседа.

Честно скажу, в первый мой выходной, после разнесшегося на всю улицу: "ма-ла-ко...", я еще чувствовала себя нормально. Но, когда знаменитое на всю улицу " д-р-р-р-тах..." выстрелило  - я свалилась с кровати, запутавшись ногами в одеяле и с чумным выражением лица, пытаясь сообразить, в какой стороне улицы произошло нападение и чем я могу помочь обороняющимся. Потому  как шум, врывающийся в окно,  явно показывал, что никто сдаваться не собирается. Хорошо еще, что хозяйка квартиры, как уже знающая первую реакцию своих новых жильцов на происходящее, ждала снаружи у двери и завернула расхристаную меня с боевым ТР-205 (миниавтомат, работающий в двух режимах, с коротким стволом оставшийся у меня еще с времен проживания у оборотней) наперевес, попутно объясняя в чем дело.

Сегодня же я впервые за все время проживания на новом месте была благодарна этим двум персонажам, которых по-тихому и исключительно по выходным ненавидела вся улица, а молочницу, и на прилегающих к нашей, улицах тоже. Такому бодрящему подъёму, после почти двух бессонных ночей, только когда нужно, можно только порадоваться. Читай больше книг на Книгочей.нет Особо не мудрствуя насчет одежды, похватав первое приличное, что попало под руку, я резвым сайгаком поскакала умываться. Труба зовет, пора начинать зарабатывать себе авторитет и репутацию, а для этого мне нужно: первое - раскрыть дело, второе - сгладить острые углы так, чтобы не стать причиной войны и ненависти двух союзников, и третье - добиться для своего нового рода наилучшего, насколько это вообще возможно, места для проживания.

На пороге здания Собрания меня уже ждали.

- Морэ Председатель,- чуть склонив голову, поздоровалась я.

Наклоняться более низко мне по статусу не полагалось, да и боялась я, что при более низком поклоне витую цепь, висящую на моей хлипкой шее и определяющую мой статус, тяжелые драгоценные камни потащат вниз. Вот умора будет, если я из-за этого тюкнусь носом в пол от неожиданности.

- Доброе утро, мора Татая, зачем такие церемонии, достаточно и простого морэ Тэтвил. –

- Угу, - подумала я, - К тебе, "морэ Тэтвил", даже из ближнего круга родственников никто без разрешении не обратится по имени, - Гарнилай просился сам проводить Вас, мора, к гранильщику и в архив, но я его убедил, что меня не затруднит заняться этим вопросом лично.

С чего бы это? Да и встреча с "дядей Гарнилаем" меня не прельщает совершенно. Ох, не нравится мне все это. Ладно, потом разберусь, а пока делаем умный вид и идем к гранильщику.

Еще вчера после посещения храма гранильщик должен был подготовить все, чтобы выгравировать своим Даром печать-ключ на центральном рубине на моей цепи. Изображают обычно герб рода, и как раз такая печать-ключ открывает передо мной все двери, это один из самых главных символов власти. Но не это интересно, интересно то, что такая гравировка при помощи Дара гранильщика не позволяет украсть, подменить, отобрать силой или под принуждением регалию. Она  сразу же убивает человека, это сделавшего. Возможна только добровольная передача, и не имеет значения, являются ли кровными родственниками проходящие ритуал передачи.

Когда я говорила, что ключ-печать открывает передо мной все двери - я говорила в буквальном смысле, возле каждого входа рядом с помещением, куда имели доступ только главы родов, есть маленькая плитка, отличающаяся от остальных, и только прикоснувшись к ней печатью можно открыть дверь.

Морэ Тэтвил сам провел меня к дверям архива, и не поймешь, то ли милость мне оказал, то ли отконвоировал, чтоб по пути не сунула свой нос куда не надо, просто загадка на загадке, однако.

- Ну,  здесь я должен с Вами попрощаться, мора Татая. Если будет что-то нужно, обращайтесь, всегда помогу. – Остановившись у дверей, начал вещать он, - ведь мы все заинтересованы в том, чтобы это дело было как можно скорее раскрыто, хаврийцам не нужны конфликты с тхае, не правда ли?

- Угу, угу, - закивала головой я.  Интересно, чего надобно этому индивиду, ведь точно же сейчас что-то начнет, ненавязчиво предложит какую-нибудь каку.

- Видите ли, мора, - продолжал тем временем он, - я очень переживаю, чтобы произошедшее не пошатнуло наши хорошие отношения с союзниками, а Вы так молоды, и ввести Вас в заблуждение легче, чем человека с большим жизненным опытом... Возможно, Вам захочется о чем-то посоветоваться... и я буду рад помочь Вам в столь сложном деле всем, чем смогу, так что обращайтесь.

Он, слегка поклонившись, уставился мне в глаза, ожидая реакции. Грубо говоря, если перевести на нормальный язык без всяких вывертов и словесных кружев то, что он сейчас сказал, то выйдет следующее:

"Ты, девочка, по сравнению со мной еще сопля зеленая, так что для тебя будет лучше мне обо всем докладывать и делать, что я скажу". Ну, где-то так, примерно.

Ну и что мне с этим делать? Ладно, пока сделаем вид, что меня проняла речь и, подумав, выводы я сделаю правильные. Я изобразила задумчивость на лице и с умным видом покивала, мол, очень интересные мысли вы мне тут излагаете.

Тэтвил сделал вид, что поверил, и сделал приглашающий жест рукой, а мне ничего не оставалось, как приложить печать к плитке, войти в открывшийся проход и идти дальше, не оборачиваясь.

Архив был огромен, книги старые и новые, древние свитки - все это хранилось в нескольких помещениях, соединяющихся с круглым холлом арками. Книжные полки возвышались до трёхметровых потолков, - и ни одной пылинки. Лет двадцать назад глава рода Хранящих решил, что Дар Хранящих недостаточно защищает содержимое архива от вредной окружающей среды, и, выбив согласие у Собрания, купил у эльфов магический контролёр, кондёр называется, эльфы им уже несколько столетий пользуются. Так что после установки в архиве пропала вся пыль, воздух всегда поддерживался необходимой температуры и влажности.

Сам архив был поделен на сектора и разделен цветом, каждый цвет определял род, которому принадлежит. Я по пошлёпала искать комнату с белыми стенами и стеллажами рода Туманных. Идти оказалось недолго, буквально сразу я нашла нужную комнату и остановилась посреди этого царства порядка, задумавшись, с чего бы начать.

Немного поразмышляв, пришла к выводу, что начать надо с того, что имеем, а имеем мы "пуговку" и подозрения на разведку, хотя не следует исключать того, что это может быть чей-то личный мотив или заказ со стороны. Значит, возьму все книги о разработках и разработчиках средств шпионажа, потом данные по личному составу ХРУ (недаром же "дядя Гарнилай" так рвался мне помочь, не будем его разочаровывать), ну, и все данные о бывших служащих разведуправления. Особенно меня интересовала причина, по которой они ушли со службы. В том, что тут все данные свежие, я не сомневалась, за такими типами их бывшие коллеги будут присматривать всегда, во избежание, так сказать, неприятностей.

Ну, что Вам сказать, первый день моего мучения прошел почти безрезультатно, именно почти. Нет, кое-какую инфу я таки нарыла, и она почему-то больше касалась моих личных интересов, хотя.. как знать, как знать. Но перелопатить мне предстояло еще горы, а голова от обилия информации была как чумная.

А узнала я вот что: прародителя "пуговки" изобрел некий Кавин Сарин, инженер с "золотыми мозгами". Это была не единственная его разработка. Что интересно, изобретения свои он быстренько запатентовал, определил как семейный бизнес и на этом разбогател, потому что род Туманных ему щедро платил за эксклюзив на эти штучки, а семья Сарин усердно принялась совершенствовать свои изобретения. Сообразив, что я где-то уже слышала эту фамилию, только никак не могла вспомнить где, побежала искать книгу "Семейные древа рода Туманных". Не  удивляйтесь, в архиве имеются такие книги у каждого из родов, заносится туда информация автоматически самой книгой, как только рождается новых член рода или кто-то умер, очень помогает, знаете ли, при выяснении всяких имущественных споров, и не только при этом.

Искать пришлось недолго. Когда я увидела эту махину, лежащую на специальной мраморной тумбе, я поняла, что думая о том, как я возьму томик и сяду сразу возле полки на пол почитать, я сильно погорячилась. Такая бандура могла не просто чего-нибудь мне отдавить, - она могла меня запросто придавить так, что и мокрого места бы не осталось.

Книга была размером со средних размеров стеллаж, лежала она, как я уже говорила, на большой тумбе из белого мрамора, к которой вела пара ступенек.

Кое-как взобравшись на этот пьедестал и почесав затылок, думая, как бы лучше к этому подобраться, начала искать букву "С", я с алфавитом, конечно, дружу, но из-за давности лет с момента прохождения учебного материала очередность букв как-то подзабылась.

Так что ковырялась я минут десять, пока добралась до нужной страницы, дальше пошло легче. Древо семейства Сарин нашлось быстро, и вот тут-то я и обалдела. Кавин Сарин был пра-пра-пра и еще сколько-то там пра дедушкой моего второго бывшего по отцовской линии, не моей - его, но так как у самого первого Сарина внуков не было, а были только внучки, фамилия семьи сменилась, но семейный бизнес остался тот же. Так вот откуда она оказалась мне знакомой! Я чисто механически прошлась взглядом по всему древу и уже собралась закрывать книгу, как что-то царапнуло мозг. Взглянув еще раз на то место на странице, где последний раз рассматривала древо, я остолбенела.

Нервно сглотнув, пару раз закрыла и открыла глаза, надеясь, что мне померещилось. Надежда умерла, когда я себя ущипнула за руку, проверяя, насколько все происходящее реально.

Рядом с именем бывшего мужа стояла дата рождения, но ... не было даты смерти. Ошибки быть не могло. Дар хранителей, при помощи которого создавались в древние времена эти книги, всегда точно указывал дату рождения и смерти вплоть до минуты. А это означало, что я могу оказаться в полном дерьме.

От нервного напряжения меня заколотило. Так  дело не пойдет, нужно успокоиться и начинать мыслить здраво. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, я начала постепенно успокаиваться. Возвращаться обратно в тот кошмар, в котором я прожила долгие, по крайней мере для меня, годы, было для меня неприемлемым, а значит, нужно себя обезопасить. Сейчас, даже несмотря на то что я глава рода, перед мужем, если он, конечно, на свободе, я беспомощна и ни к кому не смогу обратиться за этой самой помощью. Хотя... надо поговорить с Натом, он единственный в курсе всех событий, а значит, вдвоем мы что-то придумаем. Втягивать друга в свои неприятности я не собиралась, а вот от совета не откажусь. Так, второе, теперь понятно почему "дядя Гарнилай" рвался со мной. Или же он боялся, что я выведаю какие-то секреты ХРУ? Хотя нет, глупо. Если мыслить логически, то он понимал, что я первым делом начну копать про "пуговки" и выйду на Сарина, а тут уже дело пяти минут – догадаться, на кого я выйду, заинтересовавшись семьей изобретателя. Значит, Гарнилай в курсе, где мой бывший прячется? Или нет?

Просидев час на полу, опираясь спиной на тумбу с книгой, я решила не высовываться и сделать вид, что ничего такого еще не обнаружила. А  всех, кто будет спрашивать, убеждать, что начала с биографий бывших и настоящих сотрудников ХРУ. Вряд ли я смогу  убедить Гарнилая на сто процентов, но это дает мне место и время для маневров.  Кивая своим мыслям, я поплелась в сторону выхода.

Уже на выходе из здания Собрания встретила Гарнилая и, попытавшись не переигрывать, рассказала о том, с чего начала свое расследование. Он задумчиво покивал и, сделав вид, что поверил, отпустил меня продолжать свой путь.

Когда я вышла на свежий воздух, оказалось, сейчас немного позднее, чем я рассчитывала, но не настолько, чтобы не было возможности с кем-то связаться по коммуникатору не нарушая правил приличий. Нет, я не чувствовала спиной сверлящего взгляда, но неприятное ощущение присутствовало, поэтому я решила быть еще более осторожной. Пройдя примерно треть расстояния до мастерской, я набрала номер Ди на коммуникаторе.

- Алло, Ди, привет! - живо прощебетала я, - Позвони Наташе и скажи, что агрегат, который мы делали, нужно еще раз осмотреть, так что пусть подваливает к тебе через полчаса, если сможет, потому что потом может быть поздно.

- Тат, какой Наташе? Нату, что ли? А зачем?- пробормотали мне в ответ.

- Ага, Ди, не тупи, ты же знаешь, я просто так не сказала бы, - начала злиться я.

- Ты говорить не можешь, что ли?- наконец начало доходить до него.

- Да, дорогой, ну все, пока, удачи тебе, - протараторила я в ответ и сбросила вызов.

Ну, надеюсь, мой легкий обман прокатит, и я смогу поговорить с Натом спокойно. "Наташа", - мысленно прохихикала я. Главное, чтобы друг не услышал эту новую интерпретацию своего имени, или, по крайней мере, не узнал, кто назвал так его первым. Шпионские страсти какие-то, честное слово, вздохнула я.

Вот с такими мыслями я медленно побрела в сторону мастерской, давая время эльфу прилететь туда раньше меня.

Глава 9. Обдумывательная.

Архив. Попытка номер два. Я опять здесь сижу, закопавшись в книгах, списках и родословных, пытаясь собрать в кучу разрозненные крупицы информации, которые смогли бы мне позволить разобраться, где же «собака зарыта».

Вчера после почти часового блуждания по улочкам города я таки добралась до мастерской Ди. Блуждала я не просто так, мне надо было осмыслить факт произошедшей катастрофы.

Ощущение, что всё зря, охватило с такой силой... На минуту мне показалось, что я задыхаюсь. Как глупо было считать, что всё - вот она, моя победа, дальше всё будет по-другому, хорошо и никак иначе. А  жизнь еще раз щелкнула меня по носу, и теперь я опять должна выбираться из новой ямы, куда она, эта самая жизнь, меня загнала. Хотя, о чем это я, яма-то старая, обстоятельства новые, а яма старая.

Так и бродила я улочкам города, то расширяющимся, то сужающимся, то плавно поворачивающими налево-направо, пытаясь успокоить, утихомирить бурю, бушующую у меня внутри. Нельзя, нельзя чтобы кто-то, даже друг, увидел меня в таком состоянии, свою слабость нельзя показывать никому, этот урок я выучила хорошо. Это не пустое бахвальство, это горький опыт, которого я бы не пожелала никому.

На миг мне стало жалко потери той девочки во мне, что свято верила в семью и ее нерушимость, которая могла еще на что-то надеяться после предательства сестер. Недаром же говорят, что замужняя дочь - это отрезанный ломоть от целого. Но потерять веру в брак, в устои семьи, когда все понятно и ясно, он муж, она жена, а значит, действительно, и в горе и в радости, и все проблемы на двоих, и все радости тоже. И тихий спокойный теплый вечер в кругу близких, когда все в радость, и стол накрыть, и за домашними поухаживать, и даже посуду после совместного ужина мыть всем вместе с шутками и подколками.

Вспоминать былые чаяния и надежды это... тяжело, а значит надо загнать все обратно, подальше, в самый далёкий уголок души и не вспоминать больше.

Вот так, приводя свои мысли и чувства в порядок, я и гуляла, бездумно сворачивая куда придётся и не останавливаясь ни на минуту. Движение - это жизнь, а значит, я буду двигаться, буду жить. И плюс ко всему нужно дать Нату возможность попасть к Ди незамеченным, потому как я остро ощущала зуд постороннего пристального взгляда между лопатками.  И сколько я ни оглядывалась, найти того, кто за мной следует, не смогла. Да  я и не особо надеялась, в шпионские игры играть не обучалась, была слабая надежда определить следящего с помощью моего Дара - к сожалению, не смогла. А это дает мне всего лишь одну зацепку, но значительную. Мой Дар не определяет только туманных, а это, сами понимаете, говорит о многом.

Ната и Ди, после пяти минут разговора с мастерами, тестировавшими мотус эльфа на наличие неполадок в системе, я нашла в офисе, мирно попивающими местный травяной чай с ягодами. Начало разговора было довольно необычное, я бы даже сказала веселое. Увидев меня, эльф вскочил, и началось.

- Таташик!

Что? Так меня еще никто не обзывал! Или это его мелкая месть за новое прозвище? Ладно, каюсь, заслужила, вот только ему об этом знать не стоит.

- Да, Наташик, - промурлыкала я в ответ.

- Как ты меня назвала? (Ну вот, началось!!)

- Как тебе вообще в голову пришло так поиздеваться над горячо любимым другом? - возмущался эльф, но показать злобную рожу у него все никак не выходило, вернее, не так.

Рожа была очень злобная, но в глазах плясали веселые искорки, а еще у него правый уголок рта подергивался, как будто он с трудом сдерживал смех.

Я минуту повздыхала, сделав покаянное выражение лица, покивала в такт его возмущенной тираде о благозвучии эльфийских имен и невозможности издевательств над этими самыми именами, особливо, если эти имена принадлежат к членам королевского рода. А  потом усадила его обратно за стол, достала и себе большую, собственноручно расписанную чашку для чая, ухватила рассыпчатую печенюшку побольше и приготовилась ждать, когда закончится словоизлияние эльфа, чтобы приступить к своему рассказу.

Эльфа долго ждать не пришлось. Заметив, что я вообще никак не реагирую на его велеречивые высказывания, Нат заткнулся очень быстро и уставился на меня в ожидании. Я немного замялась: вот как ему рассказать то, что я нашла, чтобы было понятно?

- Ну-у-у-у? Чего молчим, кого ждем? - Нат не выдержал первым.

- Ди, сначала я хочу, чтобы ты дал мне слово, что никому вообще не расскажешь о том, что здесь и сейчас услышишь,- повернулась я к кузену.

- Да я уже и так понял, что дело нечисто, – проворчал Ди.- Могла бы и не просить, но раз сказала уже, то слово я тебе даю, так что не тяни больше, выкладывай уже, чего там откопала, землеройка ты наша.

Еще раз, тяжело вздохнув, я начала свой рассказ и о том, как узнала, что теперь и статус у меня не пойми какой, вроде и не вдова, вроде и вдова, вроде и не замужем, вроде и не разведена. Хорошо хоть, что благодаря своему новому положению, я не вхожу теперь в род моего бывшего не умершего мужа, а будучи главой рода, могу его взять в свой. Но  вот делать этого совсем не хотелось, не надо мне такого сомнительного счастья, больного на всю голову. А еще мне пришлось посвятить Ди во все подробности моей семейной жизни с этим "выхухолем, которого мама в детстве, видать, часто головой вниз роняла". Это не мои слова, это Ди его так охарактеризовал, а еще он долго возмущался, что родным ничего не говорила, и что терпела столько лет, и вообще "все бабы дурры, и власть им в руки давать низзззя".

- Ты говори, да не заговаривайся,- прошипела я в ответ. – К кому мне было обратиться? Как будто сам не знаешь, что не к кому, а терпению моему тоже были свои причины, и сейчас я об этом говорить не буду, не время еще. Ты бы вместо того, чтоб реветь как раненый зубр, головой начал думать, как мне из этой ситуации выбраться. А то упадёт в один прекрасный это "счастье" нам с тобой на голову, и все, семейный бизнес накрылся ромашковыми портками.

- А чего ромашковыми?- хлопая глазами, спросил Нат.

- Да так, - краснея, сказал Ди.

- Мама у него очень любит изображения всяких так ромашек и фруктов, а еще очень уважает оранжевый цвет, - хихикнула я.

- Ну и что, - не понял эльф,

- Ну и дарит ему до сих пор труселя с ромашками или вообще грушки-яблочки там всякие на оранжевом фоне, - стараясь не заржать, чтоб не обидеть друга, сказала я.

Эльф сам уже трястись начинает, угу, а еще рот рукой зажал и отвернулся. Ди же стоял красный как рак с минуту, сверля меня взглядом, а потом сам захохотал. Мы с эльфом дружно подхватили и минут пять в офисе был слышен только гомерический хохот.

- Да ладно вам, - вытирая слёзы, сказал Ди. – Вот  только у меня проблема, мне их девать уже некуда, целый шкаф в этом "оранжевом поле", на тряпки не пустишь - мамин ведь подарок; носить невозможно, никому не покажешь, вот и приходится складировать в шкафу, да под кодовый замок.

- А ты откуда про трусы знаешь? - прищурился вдруг эльф.

- Тю-ю-ю-ю, - фыркнула я на его ехидные намеки, - да об этом у нас все родственники в курсе, так что, Ди, шкаф можешь на замок не закрывать.

- Э-э-э-э, не скажи, от него тоже есть своя польза, - просветил нас кузен. - Ты ведь знаешь, что отец мой аттаус (младший род драконов), а все думают, что раз мы имеем родство с драконами, то и горы сокровищ собирать обязаны. Вот как-то раз один идиот решил полезть в "берлогу к молодому дракону", - хохотнул кузен. – Увидел  этот чудик шкаф с замком навороченным и решил: вот оно, его счастье! Полночи там прокопался, пока я в мастерской заказ заканчивал. Открыл он,  значит двери, а там и грушки тебе, и яблочки, и ромашки в придачу. Так  его там тепленького с открытым ртом и выпученными глазами и взяли. Вот теперь и ходят легенды, что неженатые аттаусы собирают себе такое грушево-яблочно-ромашковое приданое как первую ступень в покорении сердца любимой, чтоб, значит, первые полгода молодой не приходилось мужнины портки стирать, а привыкать к этому постепенно, с новой, меньшей партией этого счастья.

Мы с эльфом уже просто стонали от смеха, живо представляя эту картину. В общем, обстановка разрядилась, мы еще немного похихикали и решили обсудить сложившуюся ситуацию.

- Тат, а кто тебе сказал, что муж твой умер? - задал закономерный вопрос Нат.

- Так Гарнилай и сказал, - ответила я. - Муженька уже несколько дней дома не было, и что самое интересное, от подельников его бывших тоже ни гу-гу, хотя раньше просто доставали до невозможности. Вот я и решила выяснить, в чем дело, только в обход местных силовых структур. Так  сказать, своими силами. Вот и позвонила Гарнилаю, а он через пару дней сам связался со мной по коммуникатору и сказал, что тот умер, и тело его даже не достать никак, чтоб похоронить, потому как "злодеи сожгли", он, мол, и по семейному древу проверил.

И тут я, замирая, осознаю, что теперь уж точно ясно, что Гарнилай знает и что "этот" жив, и что сам же его прикрыл и спрятал, объявив о смерти. И что даже сейчас скорее всего знает, где тот находится, а еще, что поломала я какие-то планы Гарнилаю то ли своим вмешательством в это расследование, то ли новым статусом. То-то он, стараясь не привлекая к себе лишнего внимания, подбивал своими высказываниями все Собрание дать мне отказ по обоим вопросам. Ох, как нехорошо-то.

- То есть получается, что ты сейчас "соломенная вдова"? - выдал Ди и тут же, покачав головой, добавил, - нехорошо это.

Ну, прям мысли мои читает. Мы еще минуту помолчали, каждый обдумывая свое.

- За мной от здания Собрания всю дорогу кто-то следил, - вспомнила я, что забыла рассказать ребятам эту немаловажную деталь.

- А значит, ты под присмотром и ничего толком сделать не сможешь, - резюмировал Нат.  Я  только плечами пожала в ответ, а что тут еще скажешь?

- В общем, так, что делать будем, уважаемые мора и морэ? - хлопнул себя по коленям ладонями Ди.

- Нат, мой брак заключался в Кесонии, можешь ли ты попросить о помощи Бархуса или Ватуса Кесонских? Объясни им ситуацию, и выясни, можно ли в Кесонии получить развод с тем, кто официально был признан мертвым, а на самом деле жив.

- Ты же понимаешь, что им может быть недостаточно той информации, которую ты готова сейчас дать, - посмотрел мне прямо в глаза Нат.

- Понимаю, - кивнула головой я. - А также понимаю, что не пристало мне думать сейчас о жалости к себе, слишком много сейчас поставлено на кон. Поэтому, если у тебя получится не вдаваться в подробности, ты вполне можешь поведать им голые факты, думаю, этого им будет достаточно. Доказательств у меня никаких нет, только мое слово и твоя вера в него.

- Этого будет достаточно, - кивнул эльф.

- Ну, а мне что делать? - вклинился кузен.

- Ну, я думаю, хорошо, что ты отправил мотус Ната на осмотр, значит наша встреча выглядит не как запланированное мероприятие, а как случайное событие. Поэтому тебе, Ди, мы отведем роль связного, чтобы не вызвать никаких подозрений у наблюдающих, - сказала я. – Да, и еще, тебе придется каждый день, утром и вечером проверять мастерскую и офис на наличие прослушивания.

- Хорошо, как только я что-то найду, то сразу это уберу, - кивнул моим словам Ди.

- Не стоит, - покачала головой я. - Уберешь - появятся новые, и еще не факт, что найдешь их в следующий раз.  Да и они могут что-то заподозрить, а если поймут, что мы о чем-то догадываемся, то могут быть проблемы, оно нам надо?  Просто отмечай, где они их понавешали, а мы в тех местах ни о чем серьезном говорить не будем.

- Да, так будет легче сливать им необходимую нам информацию, - кивнул эльф. – Ты  права.

На том и порешили, а потом как заправские шпионы расходились по одному. Вот только оказалось, что события этого дня на том не закончились.

Как раз после ритуала перед саддатой Нат сделал мне чудо-подарок: установил при входе в мой дом, а также на все окна магохрану, последнюю новинку в магических системах слежения и охраны эльфийского производства. Выглядит эта штука просто донельзя, как обычный магофон у двери, через который можно пообщаться с пришедшим или же просто открыть ему вход в дом. С внешней стороны дома у двери была прикреплена кнопка вызова, и не только, чуть выше, в очень удобном для максимального обзора и скрытом от ненужных глаз месте, находился кристалл, который записывал и показывал всех приходящих.

Вот так вечером, после того как я пришла от Ди домой, я обнаружила, что ко мне в гости рвался сам Гарнилай, а потом вызвал какую-то замотанную в черное личность, что пыталась пробраться в мой дом с неясной для меня целью. Так что спасибо эльфийским разработкам в общем и Нату в частности.

Вот теперь и сижу я здесь, копаясь в бумажках могу΄щих мне чем-то помочь в расследовании, и в законодательных актах по бракоразводным процессам, и с нетерпением жду, чем же решится вопрос о моем разводе в Кесонии.

Глава 10. Кровавая или о бедном вампире замолвите слово.

Весна - прекрасная пора года. Всегда любила этот период, когда все оживает и даже сами наши чувства, ощущения оживают вместе с природой от зимней спячки. У нас климат очень теплый, а летом можно сказать даже жаркий, поэтому в зимнюю пору чаще всего идут проливные ледяные дожди и ветер, сильный, холодный, даже не холодный, а ледяной такой, что пронизывает до самых косточек. Зимой люди у нас не задерживаются на улице, потому что никакая накидка не спасает тебя от ледяных порывов. Очень редко выпадает снег и то только в горных районах на севере страны, но весна и осень все же существуют, и зима, не такие, конечно, как в суровых землях Кесонии, ну так и мы не оборотни, чтоб в шкуры кутаться.

Я с улыбкой вспоминаю первые свои месяцы пребывания в Кесонии. Приехала я туда в последний месяц осени и сразу попала в нашу Хаврийскую зиму. Вот и бегала по местным магазинчикам, отбивая зубами дробь и пытаясь объяснить продавцам, чего именно от них пытаюсь добиться.

Помню, как они смотрели на меня и подхихикивали, выкладывая на прилавок мужское белье с начесом, пока я не натолкнулась в одном из магазинчиков на старую оборотниху, которой хватило одного взгляда на меня, чтобы понять, что от нее требуется. Она быстро шикнула на молоденьких оборотниц и начала раздавать указания, что принести и в каких количествах. Мне как оптовой покупательнице прилично сбросили цену, так что я смогла еще оставить себе часть аванса с моей будущей работы на жизнь.

Мира, та самая пожилая оботниха, получила постоянную покупательницу и стала моей почти единственной подругой. А я долго еще кляла себя за глупость и недальновидность, ну чего мне стоило поинтересоваться, какая температура там была и что лучше всего с собой взять на первое время из одежды. Хотя, что было взять с меня тогдашней,  молодой да глупой. В уме были только мысли побыстрее уехать от горького осознания предательства близкими людьми и разочарования в жизни. Да-а-а, о разочаровании я позабыла очень быстро, у меня попросту не осталось на него ни времени, ни чувств.

Но кроме этого, было и много хорошего. И веселое поскрипывание снега под ногами утром, и яркий румянец на щеках от пощипывающего морозца, и катание на санках с горки в веселой компании, и игра в снежки из двух снежных крепостей, выстроенных местными детишками, недоуменно поглядывающими на толпу резвящихся взрослых дяденек и тётенек (с их, детской, точки зрения). Мы сами тогда были как дети, и счастье у нас было детское, незамутненное бытовыми проблемами. Но все же весна - это другое.

Так вот, весна. Ты как будто сбрасываешь с себя старую скорлупу, все твои чувства обостряются. Тебе хочется чего-то необычного, веселого, нежного, легкого, игривого, искристого, СЧАСТЛИВОГО, чтобы все пело и плясало в душе. Ты, как весенний цветок, ищешь солнце, подставляешь себя под его первые, еще неуверенные лучики, пытаясь впитать в себя как можно больше тепла. Вот такие у меня ассоциации вызывает весна, вернее, вызывала в ту недалёкую, юную пору, когда казалось, что все пройдет, изменится, исправится и будет именно так - СЧАСТЛИВО.

Нет, я и сейчас люблю весну, но это более спокойная любовь. Уже не тянет на безумные приключения, и сердце так быстро не начинает биться, но все равно, ощущение сбрасывания с себя скорлупы проблем и неурядиц присутствует. Чувства всеобъемлющей любви тоже нет, но нотка чего-то нежного теплится в душе, согревая изнутри. Наверное,  это, как говорила моя мама, жизненная зрелость.

Вот так, думая, вспоминая о былых ощущениях и чувствах, вдыхая запахи распускающих свои первые цветы деревьев, я шла от здания собрания в мастерскую Ди. Можно было, конечно, сесть на остановке в автофлай и в два раза быстрее долететь до места назначения, но мне так хотелось пройтись после целого дня сидения в архиве, да и слежки за мной никто не отменял, я все так же чувствовала чужой взгляд. Нат уже должен был добраться до мастерской и незаметно проникнуть в офис Ди. Честно говоря, эти шпионские игры так утомляют, чувствую себя очень неуверенно и знаю, что ничего изменить не могу. Необходимость следить за каждым словом и действием очень утомляет. Нет, они, конечно, узнают, что в офисе был Нат, но пусть думают, что это дружеские посиделки,  а не очередной "военный совет".

Как я и предполагала, Нат и Ди уже сидели в офисе и чаёвничали вприкуску с солененькими, маленькими сухими печенюшками. Ди показал пальцем вверх, указывая на очередной "подарок" от Туманных, и поманил нас в защищённое от прослушивания место.

- Ну, привет, - крепко прижал меня к себе Ди, - рассказывай, чего нарыла там наша землеройка.

На шутливое прозвище я только устало отмахнулась.

- Все еще сложнее, чем я думала, - наливая себе чашку, сказала я. - Если не сказать хуже, но об этом надо говорить с тхае, потому что это их касается в первую очередь. Так  что я хочу сегодня вечером встретиться с ними, но сначала мне хотелось бы узнать, что тебе, Нат, ответили оборотни.

- Да все очень просто и одновременно сложно, - пожал плечами эльф. – По их законодательству в таких спорных ситуациях, даже если обряд проводился по другим религиозным верованиям, но на их территории, следует вызвать мага крови, уже для проведения "Макира" – ритуала, определяющего жив или мертв тот, с кем состоит в браке подавший прошение о разводе. По тем же законам ,если пропавшие муж или жена согласно результатам ритуала живы, но не жили в течение года со своей второй половиной, то развод дается автоматически, плюс ко всему подавший прошение определяется как пострадавшая сторона, имеющая возможность требовать компенсацию.

Я кивнула своим мыслям, что ж, это действительно упрощает ситуацию. По хаврийским законам было все намного сложней, в такой ситуации мне пришлось бы подать прошение в суд о расторжении брака и уже с момента подачи ждать еще пять лет, пока примут решение о разводе. Но  была и одна маленькая лазейка, древний закон, дававший мне возможность получить в Хаврии развод, если: первое - брак был заключен не в Хавриии и второе - в той же стране, где был заключен брак, была проведена процедура развода. Так что мой развод в Кесонии просто подтверждался местными силами. Вот только маг крови… При  этой мысли я скривилась, а Нат с Ди, наблюдавшие за мной, лишь понимающе кивнули.

Ритуалы на крови для нашего народа были неприятны, кровь - это как душа, невозможно ее употреблять в пищу. У нас даже после забоя животного для использования в пищу, мясо долго вымачивают в воде, а потом и в соли, чтобы вся кровь ушла.

Потому и Вышний не разрешил переселяться в наш мир вампирам, для них кровь -  это еда, они не могут без нее жить. Нет, это не говорит о том, что они только кровью и питаются, они могут употреблять и твердую пищу, но их рацион, скажем так, состоит в основном из мясных, не до конца приготовленных, с кровью, блюд. Так что вампиры имеют в нашем мире только посольства и только в немногочисленных людских государствах. Эльфы, как и хаврийцы, и тхае,  не приемлют их, хи-хи, диеты, а оборотни не хотят видеть в своих землях чужих охотников. По древнему соглашению каждые полгода состав посольств меняется, и те, кто находился здесь,  возвращались в свой мир, а на их место приходили другие.

Вообще, с вампирами интересная ситуация вышла. Что-то у них там с демографией случилось, и они начали вырождаться, все реже и реже стали появляться дети в их семьях.

Потом уже они поняли, что у них слишком часто случалось смешение крови близких родственников. Как же,  могучие, великие и бессмертные, стоящие на высших ступенях в пищевой цепочки, - и будут смешивать свою кровь с кем-то недостойным. Вот и оказалось потом, что у них самих уже не кровь в жилах течет, а так - водица, все меньше и меньше магов стало появляться, да и у тех способности ниже среднего. Короче, у них наступил кризис, и тогда их правитель решил искать выход из сложившейся ситуации и нашёл.

Он нашёл наш мир, провёл какие-то исследования. Каждый раз, когда мне говорят об этом, я начинаю хихикать. Ну, представьте: ночь, тишина, одинокая путница, без унмуса или какого-то другого средства передвижения, на своих двоих идёт посреди пустынной дороги и тут... Он, вампир, красавец-мужчЫна, благородная бледность, черные глаза, яркие сочные губы и торчащие клыки, одет во все черное, обтягивающее, всё везде выпирает, угу, даже там, где вы подумали.

Вот он томно подплывает к ней и, вместо ожидаемых "будьте моей на веки вечные", интересуется генной картой, были ли в семье пьяницы-алкоголики-тунеядцы с дурными наклонностями и просит сцедить в пробирочку небольшую порцийку крови на исследования. Представили? Вот и меня все время пробивает на хи-хи, но не суть.

Каким образом появился в нашем мире впервые Алдонэрей дэ-Тор, правитель вампиров, в сопровождении группы близкого окружения,  я не знаю, но первым же его поступком было обращение в храме, в центре Таласии, столице Хаврии, к Вышнему с просьбой принять его народ. Как оказалось потом, вампиры не очень хотели покидать свой мир, но готовы были пойти на это ради сохранения своего, в то время немногочисленного уже народа.

Вышний, как всегда, поступал мудро, их принцип существования был для него неприятен, но и отказать открыто обратившемуся к нему народу он не мог, зная, что обречет своим отказом их на гибель. Он разрешил вампирам бывать в нашем мире, но срок пребывания не должен был превышать полугодия. Вампиры  могут найти себе здесь пару,  но без использования своих магических способностей и по обоюдному согласию. Они могут забрать в свой мир возлюбленных, но тем возврата обратно не будет,  и таких "но" было много.  Единственным запретом для них было потребление человеческой крови в нашем мире, потому и такое ограничение в сроке пребывания в нашем мире, для вампира полгода - максимальный срок, который он может обойтись без крови без ущерба своему здоровью.

И опять Алдонэрей поступил разумно, осознавая, что предложить что-то реально необходимое представителям древних рас, к которым причисляли и хаврийцев, он не может, и сосредоточил все свое внимание на людях. Провёл хорошую агитационную работу: сначала к ним относились с большой подозрительностью, но потом в человеческих владениях начался бум, просто вампиромания какая-то. Они начали подражать вампирам в стиле одежды, садились на безумные диеты, чтобы приобрести необходимую худосочность, выбеливали лица. В общем, у вампиров отбоя не было от желающих связать с ними судьбу. Еще бы, это нас не соблазнишь, нет, не бессмертием, долголетием, а людям с их краткостью жизненного цикла самое то. Вампиры после женитьбы проводят у себя ритуал по связыванию судеб, позволяющий продлить жизненный цикл своим приобретённым половинкам, он на крови. Но нужно отдать им должное, выбирают они себе пары очень долго, а не бездумно и на всю жизнь.  Постепенно ажиотаж схлынул, и вампиры приходили в наш мир для выбора иногда по нескольку раз, с перерывом в полгода.

К  чему это я: у нас есть только два варианта в выборе мага крови: первый вариант - это лететь на территорию человеческих земель, но там чаще попадаются шарлатаны, чем истинные умельцы; и второй вариант - обратиться к вампирам, но эти могут потребовать в уплату не деньги, а что-то намного большее, и не факт, что ты сможешь им это отдать или исполнить. Особенно мне как хаврийке нужно быть в разы осторожнее.

- Я думаю тебе стоит поговорить с Ниэлсом дэ-Тирэ, помнишь того девятисотлетнего вампира, которому ты делала унмус, - задумчиво пробормотал Ди, услышав новости от Ната.

О да-а-а, я помню. Я помню этот унмус, с его кровавыми потёками по черным бокам, брррр, у меня во время работы над ним все время вот таке-е-е-еные мурашки по спине маршировали. Но я прекрасно понимаю, что Ди прав, надо воспользоваться этим знакомством, тем более, что он на меня как-то странно смотрел, когда я с Натом улетала на нашу первую прогулку.

Я кивнула и пошла рыться в офисном коммуникаторе, пытаясь выудить хотя бы те скудные сведения об этом вампире, которые мы имели. Честно скажу, как ни старалась, ничего нового не узнала. Зато  созвонилась с Тэром и Дасильо, договариваясь на сегодняшний вечер о встрече, есть у меня для них кое-что новенькое, но чтобы подтвердить или опровергнуть мои подозрения, мне нужна их помощь.

- Морэ Ниэлс, это Вас беспокоит Татая Сериман, я работала над Вашим унмусом в мастерской Ди, - постаралась спокойно проговорить я, когда вампир ответил после пятого сигнала. – Мне хотелось бы с Вами поговорить, возможно, Вы сможете мне что-то посоветовать.

Мне ответил баритон с бархатными нотками. Я  таю.. Нда, если бы не был вампиром, застолбила бы этого мужика и постепенно его бы к себе приучала.

- Да, мора Татая, я Вас прекрасно помню и буду рад помочь, чем смогу, но... - ответили мне.

- Вот и чудненько, морэ Ниэлс, я надеюсь, что мы придём к взаимовыгодным условиям.  Где  бы мы могли с Вами поговорить, не привлекая к себе внимания?

- Я  думаю, что наше посольство вы вряд ли захотите посетить (Не дай Вышний!), - а в Вашей местности я не ориентируюсь, так что оставлю выбор за Вами.

- Тогда я приглашаю Вас на пикник, - брякнула я, и тут поняла, что сболтнула, у нас же еды для него подходящей нет, как в человеческих странах. – Ну, то есть... я хотела сказать... ну, Вы понимаете...

В ответ я услышала смех и сразу покраснела, ну красота, вернее, красавица-а-а-а, ничего не скажешь.

- Не переживайте Вы так, мора Татая, я Вас прекрасно понял. И  чтобы вы не нервничали во время нашей беседы, я предлагаю взять Вам с собой одного сопровождающего.  Так  же поступлю и я. Всё-таки и Вы и я не последние фигуры в новой, я бы сказал, занимательной игре, - вот так этот индивид мило со мной попрощался, назначив время встречи и повесив трубку.

Да, озадачил, так озадачил, а ничего так разведка у вампиров работает, интересно, как много они знают о том, что у нас сейчас происходит или у тхае, н-да, вопросик.

Из задумчивости меня вывел Ди, нетерпеливо тряся за локоть и пытаясь выяснить, что же такое интересное мне поведал вампир, что я в столбняк впала. Ну, я их и просветила. Ух, вы бы видели, какая словесная баталия потом разыгралась между эльфом и кузеном на тему, кто со мной отправится! Нет, видно было, что эльфу встреча с вампиром неприятна, но и бросить он меня не мог. А  я и не возражала, он все-таки в подковёрных играх более знающ, чем простодушный Ди.

- Ди, - обратилась я к кузену. – Я думаю, будет лучше, если со мной полетит Нат, а ты мне нужен здесь. Пока я буду разговаривать с вампиром, приготовь все для того, чтобы сразу же отправиться в замок Дасильо, я с ними договорилась о встрече, и Тэр очень хотел бы тебя видеть, правда, зачем, еще не знаю.

И сразу же с подозрением покосилась на Ди, отчего тот немного засмущался, опустил голову, но тут же вскинулся. Но  было поздно, смущение его я уже заметила, и подозрение перешло в уверенность, что что-то тут не то. Ну, если он опять за свое сватовство принялся - ему конец, лично выбью из него эту дурь. Будто мне глав родов с их матримониальными планами мало.

"Встреча проходила в теплой и дружественной обстановке," – так, кажется, комментируют в выпуске новостей по виовизору какое-то очередное политическое действо. Угу, так вот, это не про нас. Нет, я старалась, как могла, но Нат явно имеет на вампиров большой зуб, даже не зуб - зубище, потому что охранял меня аки орлица своих птенцов, ожидающая вражеского нападения. Можно подумать, у нас не деловая встреча, а свидание с развращением малолетних. Держит меня за спиной, слова вставить не дает, а шипит-то, шипит как, ну чисто змея. Видать, у эльфа в роду кто-то из нагов потоптался, хих, а вампир от него не отстаёт, тоже шипит прилично так, с интонациями. О, кажись, наступило затишье, пора мне вступить, пока в этом словесном побоище образовалась пауза, а то они друг другу такого наговорят, век не отмоюсь.

- Морэ Ниэлс, - выскочила я из-за эльфовой спины. – А давайте все-таки присядем. - И указываю на расстеленное поверх травы покрывало с расставленной на нём снедью. Да, со снедью вышло не очень, в нашей "дружной" компании никто вегетарианством не страдал, даже эльф, но мяса с кровью мы так и не нашли, так что вампиру-то из того разнообразия, что открывалось нашим глазам, кушать было нечего.

- Нда, - промычала я и покраснела, посмотрела, как смотрит на этот "стол" вампир, и покраснела еще больше.

- Не переживайте, мора Татая, я взял на себя смелость и принес кое-что с собой. – И махнув рукой в сторону сопровождавшего его вампира, тихо до этого стоявшего в сторонке, дэ-Тирэ плюхнулся на свободное место на покрывале, я же быстро юркнула на место рядом, чтобы Нат опять не начал изображать из себя мою дуэнью.

- Кхм, кхм, - прочистила я горло, когда увидела, как компаньон посла вампиров начал выкладывать жестяные контейнеры, сразу же их открывая, а там... мясо, угу ,с кровью, обильненько так кровью полито. Если  он начнет при мне это есть и еще причмокивать, меня тогда точно стошнит. Нет, вид крови меня не пугает, но есть ее... фу-у-у-у, воображение сразу же нарисовало картинку блаженной вампирьей морды лица с окровавленным ртом, причмокивающего ... бе-е-е-е.

"Так, собралась, и наконец начни ты этот дурацкий разговор". Вот так, мысленно давая себе затрещины и стараясь не обращать внимания на подозрительно косившегося эльфа, я заговорила с вампиром о необходимом.

- Морэ Ниэльс, собственно говоря, к Вам я обратилась по личным причинам и надеюсь, что Вы мне что-нибудь посоветуете.

- Во-первых, мора, позвольте поздравить Вас с изменением статуса, - слегка склонил голову, выражая почтение, вампир,- а во-вторых, я надеюсь,что смогу Вам помочь,  потому как тоже собирался обратиться к Вам с просьбой. И если уж Ваша просьба не касается новых проблем тхае, - как хорошо, что Тэр и Дасильо сейчас не слышат, а то бы зашипели еще похлеще Ната, - то я просто весь внимание.

Ладно, сам напросился, рубим прямо в лоб своими просьбами.

- Дело в том, что мне нужен хороший, но не болтливый маг крови.

- Для каких целей?

- Узнать, жив ли один человек.

- Хорошо, - качнул головой вампир, - но для этого нужна его жена или близкий родственник.

- Жена согласна, - кажется, я опять слегка покраснела, вампир лишь поднял правую бровь, выражая таким образом свое недоумение.

- Я так понимаю, что жена это Вы, - вампир чуть больше наклонился в мою сторону, - и Вы хотите узнать, жив ли Ваш муж?

Да, прозвучало это скорее как утверждение, чем как вопрос.

- Да, Вы правы, морэ, и я бы хотела, чтобы это осталось между нами... до поры, до времени.

- До поры, до времени, - эхом тихо повторил за мной он. Нет, ну а что, все равно, я так чувствую, правда об этом вскроется, так что надо дать понять вампирам, что это не тот аргумент, с помощью которого они смогут на меня давить. - Это немного меняет мои планы, и я теперь не знаю, стоит ли обсуждать мою просьбу с Вами, или лучше уж подождать Вашего мужа.

- Будь я хоть трижды замужем, - я резко выпрямилась и резче, чем хотелось бы ответила, - главой своего рода остаюсь я и... только я решаю то, что касается его состояния, управления и благополучия.

- Что ж, в таком случае, - постарался как можно соблазнительнее улыбнуться вампир, - я могу выступить тем магом, который Вам так необходим, а взамен...

- А взамен? - пришла моя очередь отозваться эхом.

Но вампир резко отклонился от меня, сел ровнее и после минутного раздумья начал:

- Я знаю, что Вы получили свой Род, что Вы предложили другим древним расам поучаствовать в "конкурсе женихов", а также предложили принять в свой род желающих, на определённых условиях, конечно. Так вот - мы тоже хотим поучаствовать в обоих этих "конкурсах".

- Исключено, - не задумываясь, ответила я молниеносно развернувшемуся ко мне вампиру. – Никакой расовой неприязни, но одних из главных условий как вхождения в клан, так и в выборе мужа является принятие нашей веры. Вы сами знаете, что ни один вампир не может просуществовать без крови больше полугода, не причиняя ущерб своему здоровью. Я не могу обречь живое существо на верную смерть в угоду Вашим политическим интересам и правила веры менять тоже не буду, так что тут без вариантов,  морэ Ниэльс, попросите о чем-то другом.

- А я и не говорил о вампирах, - с легкой усмешкой ответил он.

Видимо, ошарашенное выражение моего лица вампиру понравилось, вон как лыбится, и теперь вопрос, если не вампиры, то кто? Вампиры те еще жуки, не хотелось бы иметь у себя под боком таких интриганов, у них же это в крови, и неизвестно еще, кого они хотят мне подсунуть.

- Я Вам тоже расскажу небольшую тайну и надеюсь, - взглянул он на Ната, - что она тоже до поры, до времени останется тайной.

Я лишь кивнула головой в подтверждение, а эльф просто пожал плечами, продолжая что-то тихо шипеть себе под нос, как у него это получалось, не понимаю; но без хладнокровных в -дцатом поколении точно не обошлось, вот зуб даю, что так оно и есть.

- Мы можем себе находить пару среди других рас, а с людьми даже проводим ритуал, позволяющий нам поделиться со своими половинами данным нам долголетием, мы можем иметь полноценное потомство в таких браках, но есть одно "но"... В таких браках рождаются дети, имеющие две трети невампирьей сущности и только на одну треть нашу. В основном принадлежность к нашему народу у таких детей проявляется не в зависимости от кровавой диеты, а в магических способностях и долголетии. – Вампир на секунду замолк, а потом продолжил, - мы любим всех своих детей. Есть ритуал, который позволяет раскрыть вампирью суть у таких детей, которая впоследствии доминирует над остальными двумя. Проводится ритуал над ребенком на его тринадцатилетие, это первая ступень взросления. Он  уже имеет право голоса в определенные моменты и также имеет обязанности, и самая первая его обязанность – определиться, хочет ли он добровольно принять вампирское наследие. У нас существует три ступени взросления, которые наступают после тринадцатилетия каждые семь лет, и каждый раз ребенок-подросток-молодой человек должен решать для себя этот вопрос.

Он сделал небольшую паузу и продолжил.

- Не все соглашаются, да и с каждой ступенью тяжелее последствия после проведения ритуала, поэтому негласно считается определяющим именно решение при вхождении на первую ступень... Слишком редко наши дети позже соглашаются изменить свое мнение по этому вопросу. И все бы было хорошо, но в браках между вампирами (даже если это прошедшие ритуал), и не прошедшими ритуал - не рождаются дети. Мне бы очень хотелось, чтобы Вы смогли принять их в свой род и дать возможность начать полноценную жизнь.

И что тут скажешь? С одной стороны, не стоить отказываться. Иметь  такого сильного союзника, который будет бороться за нас, если, не дай Вышний, случится нападение, как за родных, потому что так оно и будет, но, с другой стороны, будут ли принятые в род служить на благо рода, а не действовать в пользу вампиров? Н-да, ситуёвина, ничего не скажешь.

- В принципе, - стараясь тщательно подбирать слова, отвечала я, - это возможно, но у меня есть несколько вопросов. Насколько стабильно латентное состояние вампирьей сущности у таких людей?

- Стабильное состояние не меняется в стрессовых ситуациях, - ну да, я именно об этом и спрашивала, не хватало только на мою больную голову оголодавших вампиров, съехавших с катушек в самый неподходящий момент, - и да, в следующем потомстве вампирья суть практически отсутствует, ее даже ритуалом ступеней не разбудить, только через брак с вампиром и разделения долговечности. И, предваряя Ваш вопрос, отвечу сразу, ритуалы, о которых я Вам сейчас рассказывал, не могут проводить человеческие маги, только вампиры.

- Но что помешает какому-нибудь вампиру, пожелавшему застолбить, так сказать, место здесь, не провести ритуал уже после принятия ваших детей в род?

- Ритуал невозможно провести насильно или под давлением, должно быть искреннее желание и полное согласие, ну и, что Вам мешает при заключении договора с нами, оговорить такой пункт и обозначить немедленную депортацию в случаях проявления вампирьей сущности или смене вероисповедания?

В принципе, мыслит вампир в верном направлении. Что ж, попробуем, а дальше как получится. И надо тщательно, очень тщательно проверять кандидатуры на право миграции, хи-хи, ощущаю себя пограничником и таможенником в одном лице.

- Я согласна с Вашим предложением, только надо будет обязательно обговорить детали, и Вы должны понимать, что я смогу принять ограниченное количество желающих.

- О, об этом не беспокойтесь, таких детей действительно мало, основная масса следует по стопам родителей.

На том и порешили. Морэ Ниэлс готовит на завтра договор, потом посещение Оборотнего княжества, ритуал и подача документов в суд Кесонии на развод, но с этим, Нат сказал, обещали помочь братья Кесонские.

С вампирами мы распрощались почти родственниками, и у меня на повестку дня встало два события. Первое - встреча с Тэром и Дасильо,  и второе - бессонная ночь в размышлениях, как мне попасть к оборотням так, чтобы шпионы "дяди Гарнилая" этого не заметили.

Глава 11 Частично тайны раскрывающая.

Поспать мне таки не пришлось. Мысли, бродящие в голове, и волнение не давали уснуть. Проворочалась почти до самого утра, и лишь за час до рассвета мне удалось забыться в тревожном сне. Нет, в этот раз ничего, что бы могло мне подсказать, как выбраться из всей этой катавасии, мне не приснилось.

Мне опять приснился сон. Нет, не так, а СОН, да, вот так будет правильнее. Приснилось мне нечто большое, даже не большое, а огромное (по сравнению с этим нечто я в своей боевой ипостаси просто маленький щенок) и волосатое, я бы даже сказала, несколько лохматое. Ладно, если по-честному, то всё покрытое шерстью. Так вот, это нечто, которое я никак не могла классифицировать, прижимало меня к себе крепко-крепко, не подпуская никого, и повторяло с рычанием в голосе только одно: "Моё, моё, моё...".

И не сказать бы, что мне это было неприятно, но согласитесь, вызывает некоторое недоумение, почему меня не воротит от брезгливости к этому лохматому чуду. Хотя-я-я... В чем-то это чудо даже милое: за меня еще никто не держался, как за последнюю надежду в своей жизни, никто так крепко не прижимал к себе, как самое родное, и никто с таким остервенением не пытался доказать, что я именно его, и больше ничья, а тот, кто в этом усомнится, ответит за это сомнение своей жизнью.

С  такими чувствами и мироощущением я проснулась после своей полудремы-полусна. И вот тут-то меня сразу накрыли, вытесняя все остальные ощущения, мысли: "а вдруг...", " а если...." и " тогда мне..." Они роились в голове, рисуя всевозможные картины расправы надо мной со стороны пока еще смутно просматриваемых врагов. Так и не найдя спокойствия своим нервам и нового сна в своей теплой кровати, я потопала по направлению санузла.

Встреча с Дасильо и Ко прошла весело, можно сказать, они мне даже в кое-чём помогли, но все по порядку. Как и договаривались, после моего партизанского возвращения со встречи с вампирами в мастерскую, встретилась там с Тэром и вполне открыто отправилась с ним уже на его унмусе к замку Дасильо. Я же помогаю им найти укравших у них артефакт. С Натом договорились держать связь и вместе постараться продумать возможности моего тайного посещения Кесонии.

Во всем замке, как и в кабинете Дасильо, практически ничего не изменилось, если не считать, что вместо бардака был идеальный порядок и кабинете стояла такая магзащита от эльфов, что не то что отсюда ничего не вынесешь без спроса, здесь ни одна прослушка не будет работать.  Уж как наши местные умельцы такие пуговки клепают,  но пока против этой защиты никакого способа найти не смогли. Что  в данный момент радует, а еще больше радует, что тхае не поскупились на ее покупку и установку. Может, это и не патриотично с моей стороны, зато мне несказанно облегчило возможность изъясняться. У меня же по дороге к ним мозги уже закипели от обдумывания, какими шифрами с ними говорить чтобы они меня поняли, а те, кто подслушивает - нет. Так что они молодцы - хвалю.

После церемонных раскланиваний с Дасильо все дружненько расселись по своим местам, Дасильо за столом в кожаное удобное даже на вид кресло. Мы с Тэром напротив него – тоже на кожаные, не такие удобные, конечно, но тоже ничего, стулья. Ну что, пора включать Долли-Зоркий Глаз или ее напарницу Элли - Кипящие Мозги (прим. авт. популярные в Хаврии героини серии женских детективных романов). Я секунду подождала, собираясь с мыслями и определяя с чего начать разговор, и стала излагать по порядку.

- Морэ Дасильо, рада Вас видеть. Мне удалось кое-что выяснить. Пока еще не могу точно сказать, насколько это связано со всем произошедшим,- вздохнула я.- Поэтому мне нужно задать несколько вопросов для уточнения.

В ответ получила синхронный благожелательный кивок, мол,

да-да, всё будет, всё скажем. Ну что ж, тогда не говорите, что вы не это имели в виду.

- Вы знаете, что архив у нас поделен по количеству родов и в каждом родовом архиве присутствует книга семейного древа рода. Так вот, свои поиски я начала в архиве Туманных с информации о том устройстве, которое было найдено у вас. Оказалось, что создатель прототипа "пуговки",  а также последующих за ним моделей был предком одного моего хорошего знакомого, о котором я точно знала, что он мертв. Надеясь найти кого-либо из родственников этих хаврийцев из рода Туманных, я обратилась к их семейному древу. И представьте, каково было мое удивление, когда я вместо новых родственников обнаружила давно считавшихся умершими старых родственников. - На этих словах меня передёрнуло. - У меня возник вопрос, зачем им это понадобилось? И я решила просмотреть полностью не только книгу Туманных, но и подобные книги всех родов. И вот что странно: у Туманных оказалось десять оживших "мертвецов", в других же родах "мертвецов" не обнаружилось, но практически в каждом правящем доме глав родов оказался пропавший близкий родственник.

- Вы хотите сказать...- начал напрягшийся Дасильо.

Я кивнула.

- Мы разворошили осиное гнездо. А теперь только мои догадки: Первое. Туманные похитили членов правящих домов. Я  поговорила с некоторыми членами этих родов, практически все пропавшие были дороги главам родов, поэтому их похищение и шантаж могло оказывать влияние на решения глав родов. Второе.  Живых "мертвецов" оказалось десять, двоих из них я знаю как жестоких и беспринципных индивидов. Так что нам крупно "повезло".

- То есть ты хочешь сказать, - продолжил мою мысль Тэр, - что в стране готовится государственный переворот и вместо власти Собрания Глав Родов хотят посадить кого-то одного?

- Я тебе даже больше скажу, - ухмыльнулась я. – Наше несанкционированное появление на Собрании по вашему вопросу помогло вам получить даже такую слабую, в моем лице, помощь в поиске вашего артефакта и виновника в его похищении.  А вот главам родов (а я не сомневаюсь, что они до этого получили указания по развитию сценария, который им бы пришлось разыграть перед вами и спустить все на тормозах), дало ма-а-а-аленькую такую возможность, опять же в моем лице, найти своих близких и спасти своё положение.  Я думаю,  потому они так быстро приняли решение по моему прошению о создании нового рода. Сомнительно было бы думать, что они, с их патриархальными взглядами на жизнь, от большой радости согласились создать новый род, поставить во главе рода женщину и еще подтвердить письменно свое согласие на выделение новому роду новых земель под заселение. Отсюда и уточнение о том, что земли будут выделены только после окончания вашего дела. Они решили действовать по принципу поощрения – то есть мне вроде как есть к чему стремиться, а если у меня не выгорит и меня убьют ,то и выделять что-либо будет некому.

А теперь задумайтесь вот над чем: если они пошли на такие крайние меры, то это значит только одно - они в отчаянии, их обложили со всех сторон, происходит это уже давно и последнее – переворот, скорее всего, должен произойти в ближайшее время. А теперь я хочу задать вам пару вопросов.

Я на секунду замолчала, переводя дух.

- Артефакт, который у вас украли, как он действует и для чего предназначен?

- Все очень просто, - после минутного молчания решил ответить сам Дасильо. - Дасильо - род королей,  и он до сих пор остается правящим родом. Артефакт определяет наличие и количество крови королей в их носителях. Используется он очень просто - достаточно каплю крови размазать по камню, находящемуся в специальной оправе. Чем  более насыщенный синий цвет он приобретает, тем ближе кровное родство с правящим родом. Но прямое родство определяет оправа, которая при подтверждении этого самого прямого родства из круглой формы трансформируется в эллипсоидную. Но только признанный артефактом глава рода может без опасений для собственного здоровья, а то и жизни, взять этот артефакт в руки.

В ответ я лишь кивнула головой, это только подтверждало мои догадки.

- А теперь еще один вопрос. Скажите, морэ Дервис, в Вашем роду за последнее время не происходило загадочных исчезновений или смертей?

- У нас действительно погиб при странных обстоятельствах мой родственник, - задумчиво ответил Дасильо, - мне еще тогда показались странными обстоятельства его смерти...

- И-и-и-и? - поторопила его я.

- Но тхае, которого я отправил для проверки, подтвердил известие о его смерти, - хмуро продолжил Дервис. И я понимаю его испортившееся настроение, потому что если все мои догадки верны, то по крайней мере двое, если не больше, были предателями.   И отсюда выплывает закономерный вопрос.

- Тогда ответьте на следующий вопрос: есть ли у Вашего рода аналог нашей "Книги семейного древа рода"?- от волнения я чуть подалась вперед.

Тхае лишь кивнул и посмотрел на Тэра, который до этого момента сидел тише воды, ниже травы и не отсвечивал. Лицо у него было хмурым, а взгляд по мере продвижения нашего разговора с Дасильо становился все более жёстким. Он молча кивнул и вышел. Ждали мы его в полной тишине, казалось, пролети муха - и мы ее услышим. Хотя странно было бы увидеть в этом идеально чистом кабинете муху. Никто из нас не хотел начинать ни к чему не обязывающий светский диалог в ожидании, когда же Даси принесет их "Книгу". Нам обоим было о чем подумать и обдумать дальнейшие действия.

Не знаю, как тхае, а я понимала однозначно, если хочу сохранить свою жизнь и свободу, должна буду из кожи вон лезть, но помочь этим старым стру... пожилым людям выбраться из тех проблем, в которые они вляпались. Одного я не могла понять: неужели они были настолько беспечны, неужели опыт предыдущих поколений и периода изгнания их ничему не научил? Как вообще они могли допустить такое положение вещей? Или они настолько закостенели в своем величии, что не могли даже предположить такого развития событий? Не понимаю..., но знаю одно. Если... нет, когда (надо думать позитивно) эта катавасия закончится, нужно определить максимально оптимальную замену этим достойным мужам и отправить их тихонько на отдых. Всех, и чем скорее, тем лучше. Или это просто я такой параноик?

За такими размышлениями и застал меня Тэр, когда приволок в кабинет их "Книгу". Это оказалась большущая, толстенная книга в обложке из хорошо выделанной, мягкой, покрашенной в серый цвет кожи. На обложке графический орнамент в виде позолоченной рамки был украшен со всех сторон драгоценными камнями, а в средине над названием рода, которому принадлежит сие произведение искусства, выдавлен след руки тхае в видоизменённом виде с волчьими когтями.

Тэр с трудом опустил этот фолиант на стол, мне на мгновение даже показалось, что стол под ним сначала прогнулся и даже слегка застонал, (померещится же такое!). Как   только книга оказалась водружена на стол, к ней моментально подскочил Дасильо и положил свою, трансформировавшуюся из руки в лапу, по-другому это не назовешь, конечность, на след тхае-волка на книге.

Сначала ничего не происходило, если не считать слегка поморщившегося на мгновенье Дасильо, потом что-то щёлкнуло, и книга распахнулась на титульной странице, как только Дасильо убрал руку с обложки. Руку он, кстати, постарался втихаря от меня вытереть неизвестно откуда появившимся платком. Но даже того мига, когда он замешкался, хватило, чтобы понять: книга защищена магией крови. Чему я ничуть не удивлена. Книга древняя, создавалась еще в их родном мире, а согласно тогдашней их религии, никаких препятствий в использовании крови при ритуалах не предвиделось.

Мало того, книга была ментально привязана к главе рода, коим на данный момент являлся Дервис. С чего я так решила? Все очень просто. Этому тхае достаточно было положить руку на титульную страницу и, я так предполагаю, мысленно сформулировать, какая именно информация ему нужна, и книга сразу зашуршала страницами, открываясь на нужном развороте. Поводив пальцем по страницам, я даже не пыталась заглянуть в нее. Раз не приглашают к просмотру сами, то и напрашиваться не стоит. Дасильо на миг замер, ткнув пальцем в точку на странице книги, а потом кивнул головой.

- Вы оказались правы в своих невысказанных догадках относительно моего родственника. Он жив.

- Что ж, тогда меня интересует, кем именно является Ваш родственник, жертвой или соучастником? И я надеюсь, Вы понимаете, что в любом случае тот, кто подтвердил информацию о смерти Вашего родственника, вызывает большие сомнения в своей благонадёжности.

Дасильо кивнул.

- Тэр, возьми двух солдат из охраны и арестуй Таната.

- Не стоит так спешить, - окликнула я его и уже повернувшегося к выходу Тэра. - Арестовать Вы его всегда успеете.

- Я Вас не совсем понимаю, мора Татая, - обратился ко мне Дасильо, в то время как Тэр вернулся к изучению семейного древа к так и лежащей открытой книге.

- Да чего уж тут не понять? Смотрите, первое мнение напрашивается об измене, но Вы ведь принимали у него клятву верности, как и у остальных?

На  что мне просто кивнули. Тэр все так же пялился в книгу. Странно, что же его там заинтересовало,

- И дача ложной информации, но, с другой стороны, это может быть просто подстава верного Вам человека, введение его в заблуждение. Возможно, его самого обвели вокруг пальца, ведь Вы же не хотите наказать невиновного? Надо тщательно, и главное, тихо провести проверку этого человека. В любом случае его сейчас и так нельзя трогать.  Если его наниматели узнают об аресте предателя, то сразу поймут, что мы на верном пути, а значит, расправятся с нами, не задумываясь.

Я посмотрела на скептические выражения на их лицах.

- Нет, ну вы двое, конечно, герои, и сможете сами порубить всех врагов в капусту. Но мне-то еще жить хочется, я и так сейчас денно и нощно нахожусь под их наблюдением. Поэтому я попросила бы вас обоих сделать вид, что никакой ценной информации я не нарыла, нужных нам выводов не сделала, оправдывая скопом все пословицы и поговорки о скудости женского ума, и просто наблюдать со стороны.

- Что ж возможно Вы и правы, мора Татая, но мы Вам все же выделим охрану.

- Нет, - я отчаянно замотала головой, - как Вы не понимаете, морэ Дасильо, что таким образом мы тоже вызовем их подозрения. Они не будут сейчас с нами церемониться.                  Когда до достижения цели осталось полшага, их ничего не остановит. Геройствовать и я не хочу, но я стараюсь адекватно оценивать ситуацию и понимаю, что пока ничего не предпринимаем мы, - не будут предпринимать и они. Вам ничего не мешает в одном хорошо защищенном от всевозможных шпионских штучек месте, потихоньку, ни у кого не вызывая подозрений, собрать верных Вам людей под видом какого-то празднества и обезопасить род. Я же тоже постараюсь максимально обезопасить своих близких.

Фу-у-у-у-ух, ну, кажется, я его убедила. Ой, а что это Тэр так глаза выпучил и одной рукой дергает своего родственничка за рукав, а второй тычет в ту же самую "Книгу". Дальше я наблюдала картину. Пару минут Дасильо пытался отбиться от Тэра и продолжить разговор со мной, потом понял, что тот просто так не отстанет, и решил обратить внимание на такую жутко интересную информацию. Дальше у обоих на лицах появилось удивление, потом прибежало недоверие, потом их сменил шок. Потом проскользнула подозрительность, на этом этапе они отмерли и попытались поскрести что-то в книге. Потом показалось ехидство и они дружненько так, я бы даже сказала, синхронно, повернулись ко мне. Все, занавес.

Сейчас  меня будут пытать, я, правда, пока еще не знаю за что, но что будут - это точно. С такими лицами к компаньонам не поворачиваются.

Чисто на инстинктах пыталась выскочить за дверь - не успела. Меня практически спеленали сильными руками, насильно усадили опять на стул и нависли надо мной с двух сторон. И тут началось страшное.

- Таташечка, - проворковал мне на ухо Тэр.

- Че-че-чего, - заикаясь, спросила я вмиг охрипшим, скрипучим голосом. Нет, ну реально страшно, когда эти двое непонятно за что набросились, нависли и допрашивают. А еще друзьями звались. Обидно, да?

- А скажи мне, дорогая, один из тех, о ком ты говорила, что ты его хорошо знала, он тебе кто?

- Ч-ч-что?

- Отвечать на заданный вопрос, - прорычал мне на ухо Дасильо, а я натурально втянула голову в плечи. Да, в такой ситуации лучше не врать, все равно ведь узнают рано или поздно. Так  что проще сказать, не вдаваясь в подробности, и взять слово о молчании.

- Муж он мне бывший, а второй, которого я знаю, папаша его.

- А почему бывший то? - опять прошептал на ухо Тэр, ну подожди, др-р-р-руг, я тебе этот допрос еще припомню.

- А потому что считается погибшим. А теперь мне как-то к оборотням попасть надо, чтобы подать на развод на всякий случай, - разозлилась я. Ну что такое, в самом деле? Прямо зла на них не хватает!

- Ладно, это мы решим. А  больше ты нам ничего не хочешь рассказать, а? - опять Тэр нарывается. Дасильо, как оказалось, больше для вида грозный вид делал, сам же пребывал в какой-то прострации.

- Нет, - рявкнула я.

- Ладно, это потом, - припечатал Тэр.

- А вы двое мне ничего не хотите объяснить? - Прошипела я в ответ. – Вы  что, белены объелись?

Тэр резко отодвинулся от меня, скорее всего, понял, что я на грани изменения, а это ни к чему хорошему не приведет.

- Все, все, - начал он поглаживать меня по руке. Не  поняла, чего это он так расслабился, что даже о правилах приличия забыл? И только тут я осознала, что во вторую мою руку мертвой хваткой вцепился Дасильо. Они, что вообще оборзели?!!!

Это было последней каплей, я начала меняться. Нда, давно меня так не выводили, или это напряжение последних дней так на меня повлияло? И вдруг все закончилось, так и не успев начаться.

Я осознала себя сидящей на коленях у Дасильо, который медленно меня покачивал на руках, как маленькую девочку, нежно прижимая мою голову к своей подмышке, просто выше я не достаю. Нда, я в трансе, какой позор! Я начала стремительно краснеть.

- Таточка, ты только не нервничай, - начал ласково сюсюкать со мной, как с очень нервной женщиной в период ПМС, Тэр, - я все-все тебе сейчас объясню.

Я более заинтересованно посмотрела на него. Самобичеванием на тему моего падения я заняться всегда успею, а тут все-таки информация. Вот так и сидели: Дасильо на моем стуле, я у него на руках, а Тэр на корточках рядом со стулом. И вещает мне о том, что у них за неправильная реакция была.

- Дело в том, что у отца Дервиса, прежнего главы рода, было трое детей - Трент, Дервис и Ишма. Так вот, еще при жизни их отца Трент погиб при странных обстоятельствах. Он  был наследником, любимым сыном от первой жены короля, которая умерла при родах. Король с трудом перенес его смерть, но все равно уже не мог править и, опасаясь, что покушения продолжатся на остальных его наследников, снял с себя все регалии и добровольно передал свой трон Деру. Дервис и Ишма были сыновьями короля от второй его жены. Покушения вроде бы прекратились, в скором времени старый король умер. А полтора года назад пришло известие, что Ишма по пути из Кесонии подвергся нападению и умер.

Считалось, что Дер остался единственным из рода и не имеет наследников. Ты  не представляешь, как его достали советники по поводу женитьбы и продления рода, - криво усмехнулся Тэр.

- Это, конечно, все очень печально, но я-то тут причем? - задала закономерный вопрос я.

- Вот, а сегодня мы открыли "Книгу Рода", в которую, честно говоря, не заглядывали очень давно за ненадобностью, и больше доверяя новым магтехнологиям, чем дедовским методам.  И обнаружили, что Трент женился за неделю до смерти по нашим древним традициям на одной женщине, и у нее, уже после его смерти, родилась дочь ... Это ты, Тата. Так что теперь тебя первую советники будут с замужеством доставать, - на такой оптимистичной ноте закончил Тэр.

Все, я в шоке.

- То есть я сейчас сижу на коленях у своего дяди? - хихикнула я.

- У сводного дяди, - ласково прорычали мне в ухо.

- И что это меняет? - искренне удивилась я.

- По нашим традициям, в такой ситуации сводный дядя обязан взять тебя в свой дом, - опять пощекотали мне своим дыханием ухо.

- И что? - все еще не понимала я.

- А это возможно сделать только одним способом... - пауза, - взяв тебя в жёны.

Я была в шоке? Теперь я в ауте.

-А-а-а-а-а как это возможно, что мама была замужем и за папой и за ... моим вторым папой? - озадачилась я.

- Это уже неважно, - мечтательно прошептали в мое бедное ухо.

- Совсем? - тупо переспросила я.

- Совсем, - все так же мечтательно, а потом и вовсе неожиданно, крепко меня прижав к себе, прорычали - МОЁ!

Вот тебе и сон, угу, вещий. Куда ж я вляпалась-то? Все равно просто так не дамся, мы еще повоюем. Но, честно говоря, так приятно-о-о-о, только я об этом все равно никому не расскажу.

После долгих уговоров меня отпустили. Угу, сначала с колен уважаемого сводного дяди, потом домой, но с охраной. Правда, оная следовала за мной незримо, так что я очень надеялась, что они не попадутся на глаза вражеской группировке наблюдателей.

Конечно, не удалось решить все вопросы по поводу дальнейших наших действий, все-таки эта новость порядочно ошарашила нас всех. Зато удалось удачно решить вопрос с посещением Кесонии.

Сначала тихо проинструктировав Ди, я ему по громкой связи на всю мастерскую восторженно вещала, что так давно хотела проведать свою старую подругу Миру в далекой Кесонии, и о том, как любезные тхае согласились прихватить меня завтра с собой, когда будут ехать по торговым делам. И что я прошу, нет, требую, на завтра себе выходной. Ди для виду повозмущался и согласился отпустить меня только с обязательной отработкой пропущенных часов.

С Натом мы договорились встретиться у дворца князей Кесонских.

И вот теперь сижу дома, пытаюсь расчесать свою шевелюру после душа и уже просто боюсь заснуть. А темшарз его знает, что еще мне может в этих снах присниться, поэтому с большой опаской опускаю голову на кровать и жду очередного знамения.

Глава 12 Оборотная, или как меня разводили.

В иллюминаторе прямо под нами плавно проплывали густые леса с редко появляющимися полянами, иногда пересекаемые голубыми ниточками рек, речушек и совсем маленьких ручейков. Удивительно, но чем глубже наши миниавтофлаи пробирались на территорию Кесонии, тем гуще становился лес, сменяя яркие, светло-зеленые, только что распустившиеся листья на пушистые с виду, но такие колючие на ощупь иголки хвойных деревьев.

Хотелось высунуть руку и прикоснуться к этому кажущемуся пушистым великолепию. Я усмехнулась своим мыслям, живо представив себе, как открываю окно многоместного миниавтофлая рода Дасильо, высовываю руку и каким-то непостижимым образом пытаюсь, растянуть руку, как резиновую, и достать хотя бы до макушки одного из деревьев.

Утренняя встреча всех действующих лиц была знаменательна, я бы даже сказала, что было бы смешно, если бы не было так грустно. Для меня утро началось с прихода Тэра, который, стоя в еще не закрытых дверях, громогласно (для всех желающих, по-видимому) обращаясь ко мне, сообщил, что приехал за мной, чтобы доставить к точке сбора, то есть в "родовое гнездо" Дасильо для дальнейшего совместного путешествия к оборотням.

Заявился он почти на час раньше оговоренного времени, а потому предстала я пред ним совсем не такой, какой должна выглядеть женщина, встречающая мужчину.  То  есть заспанная, со вздыбленными волосами, свежим следом от складки подушки на щеке и в кое-как накинутом поверх мятой и перекрученной ночной рубашки халате. Короче, красота неописуемая. Как только Тэр не испугался - не понимаю. Но еще не проснувшейся мне в тот момент было на это глубоко наплевать.

Видя не совсем адекватное из-за сонливого состояния выражение моего лица, Тэр просто отодвинул меня с прохода, зашел сам и плотно закрыл за собой дверь. После чего уже полушепотом (не останавливаясь и продвигаясь внутрь моей квартирки) сообщил, что планы несколько поменялись и мы вылетаем раньше.

Ну, что сказать? Сказать мне, собственно, нечего, ведь наша поездка была спланирована не столько ради них, сколько ради меня. Поэтому, собрав волю в кулак, поплелась, все больше ускоряясь и просыпаясь на ходу, в ванную. На всё про всё мне хватило буквально получаса, так что уже через тридцать минут я сидела рядом с Тэром, который успел за время моих сборов  похозяйничать у меня на кухне, и ела вкуснейшие бутерброды с закрученными в хлебные лепешки мясом копченой рыбы синум, ломтиками свежих овощей, листьями нежнейшего хасса. Все это было обильно полито кесонийским соусом для рыбы, имеющим кисло-сладкий и немного солоноватый привкус.

Прикончив слишком уж быстро свой непритязательный, но от этого не менее вкусный завтрак, я выскочила вслед за Тэром из дому, проследив, чтобы в доме было все выключено и закрыто. Уже садясь в унмус Тэра, поинтересовалась ,в чем же причина столь ранней побудки. Ответить мне не пожелали, только невнятно промямлили что-то о том, что расскажут все по пути в Кесонию.

Первым, кого я увидела, когда вошла в замок Дасильо, к моему удивлению, оказался дэ-Тирэ.

- Мора Сериман, - слегка поклонившись, поприветствовал он меня,- очень рад снова видеть Вас.

- Хм, я тоже рада. Позвольте поинтересоваться, что заставило Вас в столь ранний час оказаться здесь, - спросила я. Любопытно же, да и настораживает, - Ваши планы изменились?

- Нет-нет, ни в коем разе, - немного ехидно ответили мне,- просто, как оказалось, морэ Дасильо, видимо, на правах Вашего родственника, решил взять на себя решение некоторых Ваших проблем.

И  что мне теперь думать, какая зараза из нас троих, а больше ведь никто и не знал, могла проболтаться этому гемоглобинозависимому о нашем родстве? То, что не я - однозначно, мне такое и даром не надо, давать ему дополнительный козырь против меня в виде никому неизвестной, не считая узкого круга лиц, информации. Точно кто-то из этих двоих лохматых проболтался, только не пойму, с какой целью. Ну ладно, с этим мы потом разберемся. Я им уши поотрываю и скажу, что так и было.

Наверное, слишком мстительное выражение появилось на моем лице при последней мысли, потому что вампир усмехнулся мне открыто и продолжил разговор:

- Умерьте, пожалуйста, свой пыл, кровожадная Вы наша, никто Вас не предавал. Просто достаточно было капли крови морэ Дасильо, чтобы можно было почувствовать ваше, хоть и не слишком близкое, родство и... не только это.

- Эм.., - смутилась немного я, не совсем понимая, что этот "Белый Клык-Черный Волос" имеет в виду.

- Честное слово, не будь Ваша раса так настроена против некоторых особенностей моего народа, я бы не оставил никому и шанса в борьбе за такую женщину, - уже в открытую потешаясь надо мной выдал этот... не буду говорить кто. - Вы так естественны и в тоже время искренни, что это не может не подкупать. С такой женщиной не скучно провести время.

- Вы сами сказали "провести время," морэ Ниэльс, - решила поставить я на место вампира, продолжавшего петь дифирамбы. - Мне же этого недостаточно, мне нужен мужчина, с которым мне бы хотелось прожить жизнь.

- Вы правы, - вдруг посерьезнев, ответил вампир, - никогда не стоит размениваться на меньшее. Хотя, я думаю, Вы и без меня это знаете.

Интересно, есть что-то, чего не знает этот вампир, и насколько много он обо мне уже знает? Н-да, кажется, я уже повторяюсь.  Дольше положенного мне над этим вопросом задуматься не дали, сверху по лестнице к нам спускался мой сводный дядюшка - Дэрвис Дасильо. Хи-хи, честное слово, специально в мыслях его так называю, потому как уж очень смешно звучит, чем поднимает мне настроение. Дэрвис был чем-то недоволен. Спрашивается, чего он опять такой хмурый?

Стоило тхае к нам приблизиться, как тот, под слегка насмешливым и все понимающим взглядом вампира, мягко оттеснил меня от оного и только потом, повернувшись ко мне, взял за руку и слегка наклонился в приветствии.

- Доброе утро, Татая. - Я лишь кивнула в ответ, не зная, как правильно реагировать на его поведение.

С одной стороны, он уже не ведет себя, как вчерашний законченный собственник, наконец-то добравшийся до своей добычи. А  с другой стороны, показывает, в рамках дозволенного, конечно, что кому-либо другому совершенно ничего со мной не светит. В смысле совместного сосуществования. Обидно даже не это, а то, что кое-кто совершенно забыл поинтересоваться моим мнением обо всем происходящем. Так что надо было бы дать понять, что я тоже личность. Ну, уж помыкать собой я точно больше не позволю.

- Доброе утро, морэ Дасильо, не могли бы Вы мне прояснить некоторые детали? Почему Вы решили изменить время отбытия? - ответила я твердым голосом, удостоившись ухмылки дэ-Тирэ.

- Конечно, мора, - и повернувшись к вампиру,- я надеюсь, Вы не будете против, если мы ненадолго Вас покинем?

И, не выпуская моей руки из своей, направился в свой кабинет. Он, не произнеся ни слова, уселся на свое место за столом, я молча пристроилась на стуле напротив. Пауза немного затянулась, но меня это совершенно не напрягало. Странно, несмотря на то, что он практически постороннее мне существо, в присутствии которого я должна была бы испытывать неудобство, я чувствовала себя... не знаю, как объяснить. Невозможность правильно выразить словами, пусть даже мысленно, свои чувства, заставила меня еще больше задуматься о том, что же действительно я чувствую в присутствии этого тхае.

То, что я раньше приняла за неприязнь к нему, на самом деле, после недолгих внутренних споров с самой собой, оказалось простым раздражением от его местами слишком высокомерное выражение лица, не исчезающее практически никогда. Возможно, немаловажную роль сыграла наша первая не слишком радужная, по крайней мере для меня, встреча.

С удивлением начала понимать, что мне вполне комфортно даже просто сидеть с этим индивидом в одном помещении, молча занимаясь исключительно своими делами.

Это ввело меня в состояние ступора. Как такое могло быть? Ведь это же Дасильо - самая высокомерная "задница", которую я когда-нибудь встречала! Или просто мое отношение к нему изменилось после того,  как вчера эта холодная маска, дав трещину, начала сползать с его лица? И я смогла после всего произошедшего на недолгое время увидеть истинного Дервиса Дасильо?

Все это, откровенно говоря, напрягло меня еще больше. Мне нельзя влюбляться. Особенно в него. Особенно сейчас.

- Татая, я бы хотел кое-что объяснить... - его голос ворвался в мои мысли, привлекая к себе внимание.

- Я Вас слушаю, морэ Дасильо.

- Все-таки сначала я хотел бы предложить Вам, мора, перейти на «ты» и просто по имени, - прокашлявшись, продолжил он.

Смысла спорить с этим я не видела, пожала плечами, и показала всем своим видом, что с нетерпением жду продолжения его монолога.

- И для начала я хотел бы познакомить тебя с начальником охраны рода Дасильо, в том числе группы охраны, отвечающей за твою безопасность.

Моя правая бровь поползла вверх. Нет, я, конечно, знала, что вчера домой меня незримо провожала группа товарищей в камуфляже. Но надеялась, что сегодня, когда Дервис немного успокоится, все встанет на свои места, и об охране можно будет забыть. Оказалось, я очень сильно ошибалась.

Пока все это пролетело в моей голове, в кабинет без предварительного стука и совсем беззвучно вошел еще один тхае.  Широкие резкие скулы, твердый подбородок, высокий лоб, прямой с небольшой горбинкой нос с тонкими нервными ноздрями, слегка полноватые губы. Уши были все те же, волчьи, только вот их окрас, как и волос, отличался от нашего с Дервисом и был полностью черным. Лишь на висках слегка серебрилась седина, да глаза были пронзительного стального цвета. Росту в этом "детинушке" было немало, даже, может быть, выше моего "сводного дядюшки" на пару сантиметров. Надо мной он просто возвышался крепостной башней.

- Тата, это морэ Даккар Тень, - представил мне Дервис вновь прибывшего мужчину.

Тот в знак приветствия немного склонил голову, но при этом не перестал меня рассматривать. Я тоже от него решила не отставать и осмотрела внимательно с ног до головы. Опасный тип, очень опасный. Но  чувство самосохранения и мой Дар подсказывали, что не для меня. Что-то было такое в его глазах... невозможно ошибиться. Ну, что ж, меня это только радует.

- А это, как ты уже знаешь, новый член нашего рода - Татая Сериман, - было сказано замершему статуей тхае.

На этом нашем знакомство и закончилось. Даккар еще раз внимательно на меня посмотрел, подозрительно глубоко вдыхая воздух рядом со мной (как будто от меня дурно пахнет, и не проверишь же, зараза-а-а-а). Я уже сама начала принюхиваться к себе. А потом он также бесшумно, как и заходил, вышел. Нда, немногословный товарищ.

- Ну, знакомство, можно сказать, прошло успешно, - облегченно выдохнул всегда такой невозмутимый Дасильо.

Моя левая бровь решила посоперничать с правой за право подняться повыше.   Смешно. Тхае немного смутился, увидев мое лицо.

Интересно, есть ли на свете кто-то, кого боится Дасильо? Стоит потерроризировать Тэра на предмет нужной мне информации.

- Я хотел бы сказать тебе кое-что еще, - решительно продолжил как ни в чем ни бывало Дервис. – Я знаю, что ты проходила обучение вместе с остальными детьми моего народа у наставника и многое знаешь, но... Есть вещи, которые не говорят в таком юном возрасте, в которые принято посвящать чуть позже. Обычно об этом рассказывают уже родители. У тебя такой возможности не было, поэтому я хочу тебе рассказать о кое-чем сейчас.

- У тхае нет понятия семейная измена, - я лишь кивнула ему на это, что, мол, знаю, но не понимаю, к чему это.

А он тем временем продолжал:

- Мы очень долго живем. И часто можно встретить одинокого тхае. Это происходит потому, что мы долго ищем свою пару. Мы не можем просто увидеть кого-то и сразу влюбиться, как будто включили выключатель. Или точно так же разлюбить... Осознание того, что встретил свою пару, происходит постепенно - с запаха, манеры движений, голоса. Под конец приходит понимание, что жить ты без нее больше не сможешь. С той, что входит в твою пару, происходит все намного сложней, постепенно она тоже начинает чувствовать тебя, но ее не оставляют сомнения.

Он на миг умолк.

- Видимо тот, кто нас создал, хотел, чтобы мы, добиваясь ответных чувств от своей пары, ценили то, что сумели завоевать еще больше. Полное познание внутреннего душевного состояния своего мужчины можно добиться лишь после ритуала слияния, когда чувства и мысли едины для двоих. Потому и не существует у нас измен, мы как одно целое. В последние годы мало кто находит свою пару, из-за этого детей у нас рождается мало.

- Ты хочешь сказать...- просипела, непонятно куда пропавшим голосом, на его откровения я.

Тот лишь покаянно кивнул и, резко подняв голову, посмотрел на меня.   А я... а я не знала, что на это ответить. Мысли  в панике все разбежались.

- Я хочу сказать, что ты моя пара, - наконец подтвердил он. - Что я не отступлюсь, что буду ждать столько сколько нужно, давая тебе возможность ко всему привыкнуть, что совсем не претендую на твое главенство в твоем роде (на эти слова я лишь хмыкнула), и я постараюсь помочь тебе всем, чем смогу. Только одно прошу: отмени конкурс женихов, а то могут возникнуть проблемы.

Интересное дело, это он мне уже угрожает, что ли?

- Это не угроза, - будто услышав мои мысли, сказал он. – Мое второе я не даст другому мужчине на тебя претендовать и будет пытаться уничтожить противника.

Я сразу сдулась. Нда, ситуация. И что мне теперь делать?

- Я подумаю, - ответила я, на что он облегченно вздохнул. Стоило  мне немного расслабиться, как он, подхватил меня на руки и уже вместе со мной уселся обратно в свое кресло.

- Не могу долго находиться на расстоянии от тебя, не прикасаться, - прошептали мне в макушку, шевеля дыханием волосы. Ушки мои от удовольствия прижались к голове, на что мне в волосы теперь уже довольно фыркнули.

Ну вот, стоило только на минуту отвлечься, и этот абориген из сдержанного и воспитанного мужчины превратился в наглое чудовище, а мои собственные уши предали свою хозяйку. Что я чувствовала? Злость? Не, злости не было. Ехидство, мстительность, предвкушение борьбы за место под солнцем и мелких пакостей - вот гамма чувств, испытанных мной после его слов. Нет, не то чтобы я была мстительной стервой, но лучше показать свой характер сразу.

Это что же, получается, без меня меня женили? Я против!

Дэ-Тирэ он вызвал, оказывается,  для того, чтобы тот официально мог подтвердить степень нашего родства, что тот, собственно, с помощью своей магии крови и проделал. И даже больше, теперь мою "самую страшную" тайну знают еще и Дервис с Тэром.

- Тата, теперь ты понимаешь, что не одна, что у тебя есть, кому тебя защитить. Ты можешь полностью мне довериться, - внушал мне Дервис.

Поерзав у него на коленях (удобно, однако, мне с его колен так и не удалось сползти, а точнее, мне просто не дали этого сделать), ответила:

- Я давно уже отвыкла доверять кому-либо полностью и безоговорочно. Возможно, когда-нибудь я и смогу открыть тебе часть того, что у меня на душе, но не сейчас. И тем более, я не собираюсь полностью перекладывать на чьи-то плечи ту ответственность, которая лежит на мне.

- Я это хорошо осознаю, Тата, поэтому даже не допускаю мысли о том, чтобы потребовать от тебя полного подчинения, - в его глазах мерцали искорки нежности, - я хочу, чтобы мы с тобой стали равными друг другу, подумай об этом... пожалуйста.

Так что теперь мне предстоит (по его словам, я на такое не подписывалась... пока) научиться правильно совмещать обязанности главы своего рода и его жены. А ему привыкать ко мне и к мысли об окончании его холостяцкой жизни (опять-таки не мои слова).

Спорить и портить себе настроение, и так не радужное, мне не хотелось, а потому сделала вид, что приняла к сведению его информацию и побежала на улицу загружаться в уже прибывшие миниавтофлаи. Средства передвижения были предоставлены нам в двух экземплярах. В одном расположился Ниэлс дэ-Тирэ с охраной и секретарем, во втором Тэр, Дервис, я и группа товарищей внушительной комплекции и совершенно бандитской наружности (телохранители рода Дасильо, возглавляемые молчаливым Даккаром Тенью). Причем большая часть этих субъектов почему-то кучковалась возле моей скромной персоны, пытаясь взять в "коробочку".

И вот мы летим уже над лесами Кесонии. А я, погруженная в свои мысли, пытаюсь осознать сложившуюся ситуацию. Дворец кесонийских князей утопал в зелени, как и вся столица. Многочисленные парки, аллеи, частные сады делились с местными обывателями буйством красок. Воздух наполняли всевозможные запахи и ароматы. Приземлившись практически у самых ступеней дворца, миниавтофлаи радушно распахнули свои двери.

Первой попыталась выскочить я, но... та самая "коробочка" из охраны не позволила. Я была этим очень недовольна. Вот  она, жизнь власть имущих, во всей красе. Теперь даже в магазин без охраны не выйдешь. На минуту представила себе лица продавцов и покупателей в маленьком магазинчике на нашей улице при виде вот такой вот толпы тестостероновых личностей, вламывающихся в торговое помещение. Фыркнула, потом хихикнула, а дальше уже не скрывая улыбки, прилипшей к лицу, направилась к встречающим. Не о том думаю, конечно, но так смешно... Вышний, и что за глупые мысли лезут мне в голову?

Встречала нас целая делегация. Впереди шел Нат, рядом с ним Бархус и Ватус Кесонские, открыто мне улыбаясь, а за ними... Ди и папа? Что они здесь делают?

- Да-да, знаю, ты удивлена немного, - улыбнулся мне эльф, подходя почти вплотную, - но ты же не забыла, что в суде нужны доказательства того, что вы с твоим бывшим уже больше года вместе не живете. Вот твои родственники это и подтвердят.

Как-то я не подумала об этом. Ведь он прав, какие бы ни были дружеские отношения у меня с правящим кланом, закон есть закон. А  мне нужно, чтобы все было соблюдено до последней запятой, дабы не давать никому и шанса на возможное опротестование моего развода. Я лишь немного виновато улыбнулась, признавая свою вину.

Знаете, что такое вооруженный нейтралитет? Это когда в одной компании собрались вампир, эльф и два оборотня, остальные выступают в виде массовки. Все друг на друга презрительно косятся, скалятся и вздыбливают на загривке шерсть, несмотря на то, что у некоторых индивидуумов этой самой шерсти как раз и нет, но впечатление создается именно такое.

Нет, оборотни меня приняли очень тепло, а вот вампира о-о-очень холодно, но... дело есть дело. Поэтому уже через полчаса мы находились в одном из многочисленных залов дворца все в том же составе плюс двое судей из правящего клана.

В самом начале, правда, вышла небольшая заминка. Перед тем как провести ритуал, я потребовала у вампира клятву на крови о неразглашении любой информации, полученной им во время проведения оного без моего на то личного согласия. Ну да, моя паранойя прогрессирует, но давать вампиру дополнительный рычаг давления на себя я не хотела.    Вампир со скрипом, но согласился.

Ритуал оказался довольно безобидным. Как только все вопросы о доверии между нами были улажены, морэ Ниэлс споро принялся за дело. В процессе начертания на полу совершенно непонятных черточек и загогулин дэ-Тирэ объяснял, каким образом определяется, жив ли тот, о ком хотят узнать. Оказалось, все очень просто. Закончив рисовать одному ему понятные символы, вампир, будто из ниоткуда, вытащил неглубокую чашу из серебра, бросил туда по очереди пять порошков из небольших контейнеров и, ехидно взглянув на окружающих, с кровожадным видом и серебряным стилетом в руке направился ко мне.

Это заставило зарычать оборотней, но на провокацию они не поддались и молча наблюдали, как вампир, подойдя ко мне, уколол протянутую ладошку стилетом и подставил под капающую кровь чашу. Достаточно было трех капель, и чаша была убрана моментально, в то же мгновение к маленькой ранке приложили стерильную медицинскую салфетку.

Помешивая смесь в чаше, вампир направился к уже начертанным на полу знакам, бормоча все более усиливающимся голосом. Чем ближе он подходил к рисунку и  чем сильнее проговаривал свою абракадабру, тем холоднее становилось о в помещении.

И вот он рассеивает над символами смесь из чаши. Время замедляется, и мы видим, как медленно мелкие влажные частички опадают на начертанное.   Видим, как после этого знаки начинают разгораться белым светом. Как вампир, уже стоя вплотную к рисунку, проговаривает отчетливо и громко лишь одно слово, и в зале становится очень жарко, а над рисунком взмывает красный искрящийся столб. Как ранее осведомил нас вампир, именно цвет этого искрящегося невероятного чуда определяет принадлежность существа, которого ищут, к миру живых или мертвых. Красный символизировал жизнь, черный - смерть.

Дальше все прошло быстро и гладко. Как только дэ-Тирэ подтвердил, что мой второй муж все еще жив, а судьи это документально засвидетельствовали, нас всех пригласили в судейскую дворцовую залу. Старший судья сообщил об открытии заседания по запросу о разводе, а судейский секретарь зафиксировал все данные в информкарту дворцового суда.  Вот вампир, предъявив суду свой таад, подтверждающий его высокую классификацию как мага крови, повторно уведомил суд о результате проведенного ритуала. Ди и отец, по очереди, свидетельствующие перед судом о том, что я уже больше четырех лет живу без мужа. Слова судьи, требующие от меня лично подтвердить отсутствие мужа рядом в течение последних лет и требование еще раз лично уведомить судей о желании немедленного развода.

И все. Я свободная женщина. Неужели теперь уже точно все? Нет, все будет тогда, когда я подтвержу свой развод в Собрании глав родов, а значит, мне снова нужно пообщаться с Председателем.

Когда я вновь оказалась на свежем воздухе, время перевалило уже далеко за полдень.  Я  вдруг отчетливо почувствовала, что утренний бутерброд уже давно переварился и теперь желудок, обиженный на свою нерадивую хозяйку, переваривает сам себя. Желудок подтвердил мои мысленные выводы громким и требовательным урчанием, заставив меня покраснеть, а остальных присутствующих усмехнуться.

- Ну, что ж, теперь можно и перекусить, - радостно потирая лопатообразные руки, высказался Бархус, - приглашаю всех в одно самое надежное место, где хорошо готовят.

- Да уж, наша кухарка всегда больше любила тебя, чем меня, потому и кормит до отвала, - подколол брата Ватус, - честно говоря, лучшего места обсудить дела насущные просто не существует.

И направился в сторону предложенного места обеда, показывая всем дорогу.

- Тата, подожди, - окликнул меня отец, - ты не обижайся, дочка, но мне пора домой.

Он полез в нагрудный карман жилетки и достал оттуда старый потертый конверт с какими-то бумагами внутри.

- Вот, держи, прочитаешь потом, когда будет время. Раз уж ты имела дело с тхае и магом крови, то у тебя есть вопросы, - и немного смутившись, добавил, - если что-то захочешь спросить - я отвечу... и знай, ты все равно моя дочь... и я люблю тебя.

Тоска, прозвучавшая в его голосе, заставила меня вздрогнуть и, обняв, сильно прижаться к этому огромному, но такому доброму и близкому мне существу.

Уже через несколько минут мы наблюдали, как взлетает старый отцовский унмус, еще в детстве разукрашенный мной в большого мохнатого медведя. Отец его так и не перекрасил.

Я решила просмотреть бумаги немного позже, а сейчас в ускоренном темпе рванула догонять всю честнУю компанию, а то ж эти троглодиты без меня все самое вкусное съедят.

Глава 13. Печальная, или всё те же тайны.

Я плакала. Нет, я не билась в истерике. Сидя на полу, молча вытирала беспрестанно бегущие по щекам слёзы, которые все никак не хотели останавливаться. Внутри все болело. Горечь, обида, неверие и грусть овладели всем моим существом, и мне хотелось просто выть. Я никогда не пеняла на судьбу, полагая, что Вышний никогда не даст мне испытаний, которые я не смогла бы вынести, но... Но сейчас я думала, что наступил предел, который мне не преодолеть. Или я ошибаюсь? Сколько ударов судьбы и горьких переживаний может вынести здравомыслящее существо? Не знаю. Постепенно на смену снедавшим меня чувствам наступала пустота. Возможно так даже лучше.

Нет, продолжение нашего визита прошло очень даже неплохо. Когда такая шумная толпа ввалилась во владения дворцовой кухарки, на кухне начался переполох. Младшие повара и поварята почему-то забегали между столами, посудомойки, как раз вынимавшие чистую посуду из посудника (посудомойный металлический короб со съемным артефактом опять-таки эльфийского производства), побросали эту посуду и принялись строить глазки княжичам и их гостям.

Их  даже не смущало, что одним из гостей был вампир, а вторым девушка. Грозный рык, громогласно прокатившийся по всей кухне, заставил всех участников балагана сначала замереть на месте, а потом рвануть к самовольно покинутым местам и еще более рьяно приняться за прерванную работу.

Через минуту, когда толпа вольнообязанной кухонной братии рассосалась, нашему взгляду предстала стоящая в центре кухни невысокая оборотниха. Рыжеволосая, щупленькая, белокожая с оранжевыми веснушками, теплыми карими глазами и торчащими, ушками, похожими на лисьи, которые выдавали ее принадлежность к семейству рыжих хитрецов, она стояла, уперев руки в бока. Все мои представления о том, что главная кухарка должна быть огромной, пышнотелой и очень грозной дамой (а какая еще женщина могла бы держать в своем железном кулаке непокорных работников ножа и поварёшки?), рухнули в момент. И никак в голове не укладывались  грозный рык, пролетевший по кухне, и это миниатюрное создание.

Как только предводители нашей банды были опознаны этим генералом в юбке, руки с боков были убраны мгновенно, лицо озарилось теплой материнской улыбкой, послужившей сигналом для великовозрастных балбесов, которые с радостным ревом рванули в распахнутые для них объятия.

Через десять минут наша теплая компания была усажена за огромный стол, который стоял в дальнем углу большой кухни.

- Это наша вторая самая горячо любимая женщина после мамы, мора Игнесса, - представил Бархус зардевшуюся от удовольствия женщину.

- Ну что ты, Бася, такое говоришь, кто я, а кто княгиня, - попыталась возразить женщина.

- И не спорь, тетя Несса, мы практически у тебя на кухне и выросли, - поддержал брата Ватус, - если б не ты, мы бы с этим дворцовым этикетом и сухой воблой, гувернанткой, с голодухи померли.

Женщина покраснела еще больше.

- А что я? Я ничего. Где ж это видано, подрастающих оборотней голодом мучить в наказание за оплошность при выборе вилки для рыбы, - пробурчала в ответ она. – Я б этой рыбине безвкусной вообще глазки повыковыривала и на икру, черную, заснитскую пустила, - еще больше распалялась оборотниха.

- Ведь сколько раз говорила я Вашей матушке, что не след всяким там эльфийкам щенят отдавать на воспитание, она ж даже не захотела узнать, что и в каких количествах подрастающим оборотням надо. Чуть детей нам не угробила, дура этакая.

Во время всего этого монолога все, дружно повернувшись, смотрели на Ната.

- А что вы на меня так смотрите? - пожал плечами эльф. - Я полностью с ней согласен, наши муда... моры иногда перегибают палку на почве соблюдения этикета и не могли даже помыслить о том, что оборотням не хватает на обед пары листьев салата хасса, политого маслом.

На минуту зависнув, мы представили себе огромных Бархуса и Ватуса, чахнущми над тарелками с хасса в окружении обильно заставленным всевозможными мясными и не только, блюдами столом, и дружно заржали. Иначе тот гогот назвать нельзя.

Да, что-то матушка княжичей не учла вначале, когда брала на работу по присмотру за детьми эту фифу белобрысую, не в обиду Нату будет сказано.

Кухарка, опомнившись, стала раздавать указания многочисленным подчиненным о необходимом для гостей угощении, при этом неосознанно приглаживая взъерошенные шевелюры высокородных братьев-оборотней. Картина была до того умильной, что не могла не вызвать доброй улыбки. Ну, а как иначе реагировать, видя, как эта миниатюрная женщина крутится вокруг двух мужиков, которым она достает едва ли до подмышки, квохча, как наседка над цыплятами.

Наевшись, как говорится, от пуза, через полчаса мы все еще молча сидели, млея от сытости. Желания начать разговор первым ни у кого не возникало. Я (видимо, мне так на роду написано) сидела рядом с Дервисом. И если поначалу, во время поглощения пищи, у меня еще были силы сидеть ровно на большой лавке, то теперь, с полным желудком, присутствовало только одно желание - полежать. Полежать было негде, а вот опереться было на кого, и вредный тхае, как будто прочитав мои мысли, не стесняясь, обнял меня за плечи и, чуть развернув боком к столу, дал опереться спиной ему на грудь. Это явно не способствовало мыслительному процессу, моему, по крайней мере. За других ничего сказать не могу, а спать захотелось еще больше.

Наше ленивое нежелание разговаривать нарушил вампир. Аккуратно промокнув белой салфеткой каплю крови в уголке рта и вытерев руки, дэ-Тирэ, чуть удлинив на одном из пальцев коготь, проколол ладонь правой руки и, дождавшись, когда капля крови, сорвавшись с края ладони, полетит вниз, что-то невнятно пробормотал себе под нос.

- Все, теперь мы можем спокойно поговорить, - отчетливо произнес он.

- А-а-а...- начала было я.

- Магия крови, - пожал плечами морэ Ниэлс, - никто ничего не видит, никто ничего не слышит и, ... главное,... Ваши многочисленные сородичи ничего не узнают.

Оборотни только переглянулись между собой.

- Вот договор, который мы хотели бы с Вами, Татая, заключить после окончания всей этой истории, - протянул бумаги вампир, - а это пример клятвы, дающей права на вступление некоторых наших детей. Рассмотрите их, пожалуйста, и, внесите свои предложения, чтобы мы могли прийти к соглашению, если что-то Вам покажется неприемлемым.

- А с чего это вампиры будут входить в новый род? - вдруг возмущенно воскликнули Кесонские, - Татая, ты что, думаешь, что оборотни и хаврийцы уживутся в одном клане с ними? Ты в своем уме? Тебе кровавой бойни захотелось в своем клане?

- Во-первых, внутренние дела моего рода - это мои дела и только мои, - холодно отчеканила я, - во-вторых, я не приемлю такого тона в обращении ко мне. Я  не Ваша подчиненная, ну, и в-третьих, бойни не будет, речь идет о тех, кто отказался от своей вампирьей сути, поэтому законов Вышнего никто нарушать не собирается. Мы с морэ дэ-Тирэ специально обговаривали условия вхождения в мой клан этой части детей его народа.

Старший из братьев нервно дернул щекой, но промолчал.

- Если конфликт исчерпан, то, может, продолжим? - поднял вопросительно правую бровь вампир.

- Ну, раз больше никто пока не стремится высказаться, я хотела бы вот о чем рассказать...

- Я думаю, будет лучше, если я сам все расскажу, а мора Сериман за это время немного отдохнет после проведения ритуала, - вдруг вклинился в мою речь Дасильо.

Ладно, тайна в основном их, так что им и думать, что бы они хотели поведать общественности, а что оставить при себе. А я пока посижу, понаблюдаю, вдруг что-то интересное увижу.

Дальше я выпала из реальности примерно на полчаса, наблюдая за присутствующими и их реакцией на повествование тхае. Рассказчиком он был умелым, рассказывал интересно, не сухо, но на наличие лишней информации даже намёка не давал. Самое интересное, что тхае от меня так и не отодвинулся, руку не убрал и на заинтересованные взгляды (не мои, я уже и так все поняла) не реагировал.

- Вот, собственно, и все, - закончил он.

Ну, что я могу сказать, либо среди нас все просто отличные актеры, либо присутствующие здесь не при делах. Реакция у всех была обычная в таких случаях.

- Мора Татая, мы слышали, что Вы готовы объявить негласный "конкурс женихов", но мы видим нечто иное, как это понимать? - задал вопрос Бархус.

Все-таки хорошо, что оборотни вряд ли пойдут ко мне в клан, уж слишком у них родовая связь сильная. Я с ними по делу только начала общаться, а они меня уже бесят немного.

- Эм-м-м... - начала я.

- Мора Татая согласилась, в виду определенных причин, принять мои ухаживания, - влез вредный тхае и не дал мне закончить.

Нет, с одной стороны я даже рада, что не приходится самой выкручиваться, он сам всю эту кашу заварил; а с другой стороны, чего, спрашивается, он лезет, если спрашивали не его. Хотя, похоже, это я просто бурчу.

Я встрепенулась. Караул, у меня уже на него реакция как на мужа, это же только жена будет молчать и мысленно бурчать на мужчину, чем-то ей не угодившего. Куда я качусь? Вот, кажется, я опять что-то пропустила.

- А что за причины, позвольте узнать? - вступил в разговор Ватус.

- Я думаю, после завершения нашего расследования и решения некоторых организационных вопросов, мы сможем сообщить об этом Вам и всем остальным, - решила наконец подать голос я.

- Но... - продолжил оборотень.

- Я думаю, у нас есть другая тема для обсуждения, остальное сейчас несущественно, - прервала его я.

Я понимаю, конечно, что прерывать не очень хорошо, но мне была неприятна эта тема. Что я могла ему ответить? Я сама себе еще не могу ответить, как я отношусь ко всему происходящему в этом направлении. К внезапной для меня симпатии со стороны тхае, или чего-то большего, как он утверждает. Может, вообще еще ничего не будет. То, что он там себе нафантазировал, еще ни о чем не говорит. Я вообще эту катавасию с выбором женихов затеяла, чтобы время потянуть и обезопасить себя от давления членов Собрания. Ну, не собиралась я замуж выскочить так скоро, да еще и по чьей-то указке. И до сих пор не собираюсь. Наверное.

- Хорошо, - легонько хлопнул по столу ладонью эльф, - я тоже думаю, что сейчас на все это нет времени, но потом мы обязательно это обсудим.

И какой красноречивый взгляд я получила от ушастого! Ох, мать твоя эльфийка, я ж ему забыла обо всем рассказать. Чувствую, ждет меня хорошая взбучка, и это еще слабо сказано. Ладно, у Ди пересечёмся, там я им все и поведаю.

- В общем, ситуация сложилась не совсем приятная, - продолжил Нат, - все прекрасно понимают, что переворот и смена власти в Хаврии само по себе не очень приятное событие. Но если к власти придут те, кто к ней сейчас стремится, может стать плохо всем, особенно тем из нас, кто породнился с хаврийцами и на данный момент проживает там. Бархус, ты же знаешь, насколько низка у вас рождаемость, мы от вас в этом не отличаемся.         И знаешь прекрасно, что только в семьях, где заключен брак с хаврийцами и нашими сородичами, ситуация меняется. Щенят рождается из поколения в поколение значительно больше, а на продолжительности жизни и способности это никак не сказывается, даже не учитывая, что номинально они принадлежат роду хаврийцев, в отличии от браков с людьми. Это может быть бойня. Сколько тогда нам придется ждать, когда наши потомки смогут опять заключать браки с хаврийцами?

Когда он закончил свой монолог, над столом повисла гнетущая тишина. Видимо, почти никто из сидящих за столом не задумывался об этой стороне проблемы. Браки между моим народом и сородичами эльфа и оборотней в последние десятилетия были довольно распространены, естественно, при соблюдении определенных условий. Но что будет в случае захвата власти с этими смешанными семьями, никто предсказать не сможет. В любом обществе найдутся те, кто будет ратовать за чистоту крови. К власти в Хаврии рвутся отнюдь не идиоты, они прекрасно понимают, что после переворота мысли народа надо переключить на что-то другое, что сможет объединить толпу. Призывы к борьбе за чистоту нации могут дать нужный рычаг для управления сознанием толпы. И от этого становится страшно. Значит, надо что-то очень быстро решать и начинать действовать. Времени почти не осталось.

- Я думаю, первое, что нужно сделать - это организовать на территории Хаврии точки сбора, куда, в случае неблагоприятного для нас развития событий, в считанные часы смогут добраться смешанные семьи. Разработать  систему оповещения на такой случай, подготовить автофлаи для эвакуации и организовать на территории Кесонии и Тифийской долины пункты приема и распределения семей. Найти здания, где можно будет их разместить и-и-и-и... что же еще? - я задумалась о том, что еще забыла сказать, и только потом обратила внимание на остальных.

Сидели все тихо, смотрели задумчиво, угу, на меня. Вредный, не отпускающий меня тхае за моей спиной излучал волны гордости и одобрения, и только вампир по привычке ухмылялся, зараза.

- Ну, и что опять я сказала не то? - слегка удивившись, спросила я.

- Да нет, мора Татая, все то и так. Просто Вы всем собравшимся, так сказать, "поломали всю малину", - ответил дэ-Тирэ, ехидно щурясь.

- В смысле? - все еще не понимала я.

- В том самом смысле, что меньше чем за десять минут обозначили направления, в которых нужно начинать работать для обеспечения необходимой помощи потенциально нуждающимся. Вместо того, чтобы все то же обговорить в тихой уютной компании за парой-тройкой десятков бутылок эльфийского эля в течение остатка дня, вечера, плавно переходящего в ночь, где-то так, - если я не ошибаюсь. Так, морэ? – вампир, по-моему, уже вовсю потешался над мужчинами в нашем тесном кругу.

Видимо, по инерции, не задумываясь ( по-другому я никак это не могу охарактеризовать), вся честн΄ая компания кивнула, подтверждая его заявление. Потом всё та же компания покраснела и возмущенно засопела, что заставило меня улыбнуться. Какая реакция была у "вредного," не знаю, потому как окопался сей индивид у меня за спиной, и вылезать оттуда, похоже, и не собирался.

Вспомнила!

- Вспомнила! - воскликнула я. - Надо проехаться по всем благотворительным организациям, организовать через них сбор одежды и всего необходимого на первое время для беженцев. – Я опять задумалась, - хотя было бы лучше под видом совместных международных армейских учений всех подразделений задействовать армию, усилить пополнением подразделения на границе с Хаврией, ужесточить досмотр на контрольно-пропускных пунктах. Тогда вполне можно объяснить свои действия и установить палаточный городок для беженцев вместо поиска зданий и устроить военно-полевую кухню.  И  вопрос с питанием будет решен, ведь это же общенациональные учения со взаимодействием военных и гражданских, а значит, никто не догадается для чего на самом деле вся эта свистопляска затевается.

Вот теперь, кажется, основное поле деятельности я смогла определить. Для  всего этого нужен будет титанический труд и в кратчайшие сроки, но это уже буду делать не я. Я буду далеко отсюда, и у меня будут свои проблемы и задачи.

- Ты знаешь, Тат, - обратился ко мне Нат, - мне кажется, что скоро от тебя взвоют даже самые старые главы родов, пока ты будешь обустраивать жизнь своего рода... и мы с ними тоже, - уже тише, так, чтобы я не услышала, добавил он.

Так что мужчинам посидеть-расслабиться-отдохнуть-выпить-закусить и как там еще это называется, - не удалось. Эльф и оборотни ретировались раньше всех, спеша начать организацию и согласование всех вопросов для такого масштабного мероприятия. Вампир улетел практически сразу за ними, не забыв напомнить мне о договоре и клятве, которые лежали у меня в кармане. Договорившись со всеми держать связь через Тэра или Дервиса, мы, забрав с собой Ди, полетели обратно.

По дороге я все-таки задремала и проснулась только тогда, когда миниавтофлай мягко опустился на землю рядом с моим домом. В голове пусто, и желания болтать с кем-либо не было. Тхае как будто почувствовали это, поэтому Дервис, сидящий рядом, слегка сжал мою ладонь, привлекая к себе внимание.

- Сейчас тебя до дверей проводит Тэр, а мы с тобой попрощаемся здесь, чтобы не привлекать к нашим отношениям ненужного внимания. Так что держись, и завтра постарайся выкроить время для того, чтобы слетать к нам. Вот этот браслет надень на руку и не снимай, он работает как маяк, и мы будем знать где ты. А если ты его сожмёшь, то в течении семи минут к тебе прибудет наш унмус. Вот так завтра нас и позовешь, когда соберешься к нам. В незнакомые унмусы не садись.

В мою ладонь бесшумно упал нагретый чужим теплом небольшой серебряный ободок, который я сразу же натянула на запястье, стараясь не привлекать внимания. После чего Тэр, открыв двери, спрыгнул на землю первый и подождал, пока я за ним последую.

- До свидания, Тата, - проорал мне почти на ухо этот изверг, пока я открывала двери дома, быстренько меня туда впихнул, и захлопнул их за моей спиной, - обращайся еще, может, еще куда съездим, - донеслось из-за двери.

Я только покачала головой. По-моему, эти двое еще большие параноики, чем я. Немного побродив по дому, переодевшись и попив воды (кушать после посиделок у оборотней еще не хотелось), решила посмотреть бумаги из конверта, который дал мне отец.

Первое, что попалось мне под руку, оказалось метрикой моей мамы. Пожав плечами, отложила ее на время в сторону и принялась за остальное. Остальным оказалось письмо к моей маме, об этом я узнала из надписи на чистой стороне листа: "Салике".  Стоя возле стены я его и развернула.

" Милая моя, дорогая доченька! Если ты читаешь это письмо, значи, стала совсем взрослой и день совершеннолетия твоего уже прошел. Я знаю, что очень виновата перед тобой, но мое желание оставить тебя в кругу семьи, где тебе смогут дать все необходимое, лучшее из того, что смогла бы дать тебе сейчас я сама. Я расскажу тебе свою историю, не прошу тебя понять меня и простить. Знаю, что это невозможно, просто хочу, чтобы ты это знала.

Когда началась война, до изгнания, я была совсем еще молоденькой девчонкой. Наивной, доброй, с идеалами, поэтому на войну попросилась сама, сбежав из дому. Война оказалась далека от идеалов. Я работала целителем при 5-м подразделении 7-й армии. Чаще всего в невыносимых условиях, вынося раненых с поля боя прямо посреди сражения.

Но страшно было не это. Те милые, добрые, нежные и всегда предупредительные мужчины, которые никогда не обидели бы женщину, исчезли. Им на смену пришли ... не знаю, как правильнее для тебя было бы их охарактеризовать. Те самые мужчины, которых я и другие девчонки вытаскивали ранеными, могли спокойно ночью напасть и изнасиловать, при этом не испытывая ни капли стыда. Возможность избежать такой ситуации была только одна - стать для кого-то одного гражданской женой.

Младшим офицером в моем подразделении был Томанис Сериман. Мне повезло, мы полюбили друг друга сразу, и чувство это оберегало и хранило нас всю войну. К концу войны, когда было ясно, что наш народ уйдёт со своих земель, он подарил мне обручальные серьги. К тому моменту я уже носила под сердцем тебя, Салика. О том, что пришлось нам перенести после окончания войны, даже не хочу тебе рассказывать.

Городок, в котором поселилась его семья, мы нашли довольно быстро. И он, оставив меня в снятой комнате небольшой гостиницы, пошел подготовить свою семью и больше ко мне не вернулся. Забыли нас наши мальчики, те, кого мы спасали и тащили на себе подальше от сражающихся. Тех, кто прикрывал их, раненых, своим телом. Нас стеснялись, и не знаю заговорят ли когда-нибудь о том, как спасали наших солдат такие девчонки, как я.  Я не пошла за ним в дом его родителей. Зачем? И так все было ясно, он посчитал, что я ему не пара. Мне удалось узнать, случайно встретив бывших соседей, где обосновалась мои мама с сестрами. Отец погиб еще в первые дни войны.

Месяц серых дорог и ночевок на такой же серой траве недалеко от обочины, и я оказалась рядом с небольшим селением, которое стало вторым домом для моих родных. Мама была мне рада, но сквозь ее радость иногда проскальзывала непонятная мне тогда горечь. А через неделю, когда я только начала приходить в себя, мама, взяв меня за руку и держа в другой большой узел, повела меня к дороге. " Прости меня, доченька. Уходи. У тебя еще две сестры, кто их замуж возьмет, если узнает о том, откуда ты вернулась? От остальных этого все равно не скроешь. Прости меня, милая.

Твоя дорога другая."

Сердце как будто кто-то сжал. Было так больно! Я брел, куда глаза глядели, пока случайно не наткнулась на старую целительницу.

Она отвела меня в свою землянку вглубь леса и разрешила остаться на время с ней.

Если бы не ты, Салика, я бы уже не жила. Боролась из последних сил только потому, что ощущала маленькое растущее во мне чудо. Свет, который не давал мне полностью погрузиться во внутреннюю тьму моего отчаяния. Ты родилась такая хорошенькая, нежная, пахнущая молоком, ты была для меня всем. Зария, целительница, которая меня приютила, скоро умерла. И мне пришлось уйти из тех мест.

Поверь, доченька, бродячая жизнь не для младенцев, поэтому я направилась в город, где я рассталась с твоим отцом. Найти его дом оказалось легко. К тому времени он уже был женат на другой.

В ту же ночь, под утро, я принесла тебя к порогу его дома, закутав в самое теплое одеяло, которое смогла достать. Положила  внутрь твоих вещей это письмо и обручальные серьги, подаренные когда-то мне твоим отцом.

С надеждой на помощь Вышнего постучав громко во входную дверь, я ухожу. Прощай, Салика, девочка моя. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу еще тебя увидеть. Все в руках Твоих, Вышний, помоги моей дочери."

Уже успокоившись, с пустотой внутри вместо сердца,я медленно поднялась с пола, куда осела, как только начала читать письмо моей бабушки. Еще одна тайна для меня открыта.      Отец прав, у меня к нему будет много вопросов. И первым будет  вопрос о том, почему мою маму считали сиротой-приживалкой при живом отце. Ведь Томанис Сериман -  двоюродный дядя моего отца и мой родной дед, о существовании которого я и не подозревала. Но это завтра, сейчас ни физических, ни моральных сил у меня не осталось.

Именно с такими мыслями и все той же опустошенностью я и погрузилась в сон.

Глава 14.Вопросозадавательная-отвечательная.

Ночь прошла без сновидений.  Резко проснувшись, я почувствовала все ту же пустоту внутри. И очень сильно захотелось заменить ее чем-нибудь более теплым, тем, что согревало бы душу и заставило бы бороться дальше. Так и не открывая глаза, представила себе уже раз виденную во сне картинку. Яркий солнечный свет заливает все вокруг, постепенно согревая и меня. Насыщенная зелень травы, кустов и деревьев наполняет меня жизненными силами.  Белая беседка и веселый гомон голосов друзей внутри нее, дающий надежду на лучшее. ЕГО теплые руки, обнимающие за плечи, дающие ощущение поддержки во всем и желание быть, чтобы когда-нибудь эта сказка стала реальностью в моей жизни.

Да, жить стоит хотя бы ради этого. Я не знаю, кто он, но уже начинаю немного любить хотя бы за то, что он уже сейчас дает такую необходимую мне поддержку.

Открыв глаза, поняла - хочу именно такие сказки по утрам, и не во сне, а в реальности. Когда много солнца, любви и тихого, но от этого не менее безудержного счастья. Полежав еще пару минут, села и недоуменно взглянула на чужеродный предмет на моей руке. Неяркий, немного тяжелый, из черненого серебра с необычной огранки прозрачными камнями, рассыпавшимися незатейливым узором по металлу. Браслет свободно лежал на моем запястье, но стоило мне попытаться его снять, как он тут же сжался, давая понять, что попытки бесполезны.

Вот хоть убейте, не помню, когда я его надела. И вообще, что это еще за поводок на руку, который не снимается? Маячок - это еще не значит, что можно меня к чему-то или к кому-то привязать. Значит, сегодня действительно стоит заглянуть на огонек к Дасильо и спросить: " А по какому праву, собственно?". Что "собственно" я придумаю потом, хотя в принципе что-то непонятное и смутное вспоминалось из уроков далекого детства с учителем Рэка. Сейчас не вспомнить. Спрошу обо всех значениях у Дервиса, так сказать, проверка на доверие, а потом все же поговорю с учителем, должна же я проверить правильность ответов и окончательно определиться в вопросе доверия к этому тхае.

Так, ладно, раз уж я начала составлять план мероприятий на сегодня тогда стоит решить, что же еще надо сделать. На  повестке дня несколько вопросов: первое - поговорить с Натом и Ди, поделиться последними новостями; второе - встретиться с отцом и выяснить все мамины тайны до конца, ведь отчасти эти тайны напрямую касаются моего происхождения; третье - поговорить с Председателем, желательно так, чтобы об этом никто не узнал; и четвертое, надеюсь,  последнее на сегодня – поговорить с Дервисом и Тэром. И как мне все это успеть, да еще в строгой секретности? Да, задачка, будем думать. А если еще вспомнить, что у меня есть работа, которую я забросила, а ведь никто ее за меня не сделает. У-у-у, как все запущено.

В ожидании озарения, решила, что стоит чего-нибудь перекусить, потому как голод - не тетка, и уж мыслительному процессу точно не способствует.

Умывшись и сменив ночнушку с халатом на привычные мне нежно-салатовую тунику и болотного цвета сартоны, принялась ваять себе завтрак. Уже через полчаса интенсивно пережёвывая творог, смешанный с сухими фруктами и орехами, примерно определилась с планом действий.

Сперва надо пообщаться с Натом и Ди, попросить Ната связаться с Тэром, чтобы тот от имени Дасильо назначил встречу в замке отцом и Председателем. Там хорошая защита от прослушки, да и приглашение будет исходить не от меня. Так что определить, с чем именно связаны эти встречи, будет сложно, а те, кому это интересно - пусть гадают, у них работа такая. Мне в замок попасть проще, есть законный повод - отчет о результатах расследования, вернее, об отсутствии результатов (ведь именно к этой мысли мы стараемся подвести наших оппонентов).

Вот только как бы поговорить спокойно еще и с Натом? Все-таки мы не можем быть уверены в том, что "дядя Гарнилай" и иже с ним не придумал дополнительного варианта прослушивания в мастерской у Ди. Я вот уверена просто, что это именно так. Ладно, что-нибудь придумаю. Нат ответил мне по коммуникатору уже после второго сигнала вызова.

- Приве-е-ет, На-та-ша, - хихикнула я.

- Р-р-р, - ответ обнадёживает, - Тата, я же просил, это же просто оскорбительно для моего эльфийского чувства гармонии.

- Да ладно, зато так тебя никто не называет, - угу, какой самоубийца изберет такой способ покончить с жизнью, как дразнить близкого родственника правителя Тифийской долины, - и ты всегда поймешь, кто тебе звонит.

- Это уж точно, только ты и можешь безнаказанно так меня называть, - он явно читает мои мысли, - только я тебя предупреждаю, если ты так назовешь меня при... моих близких родственниках, то я буду мстить.

Я от этой фразы чуть не подавилась остатками творога. Представила себе на секунду, как в присутствии главы эльфийского государства называю эльфа "Наташей". Не, я не самоубийца, хотя-я-я... Надо выяснить, насколько родственник Ната адекватный парень, может, он эту шутку и оценит.

- Ау, ты где? - позвали меня, - ты чего там затихла? Та-а-ат, ты там того, не этого, не вздумай ничего учудить, я же тебя знаю. Ты чего молчишь? Татка, не смей, слышишь меня - не смей!!

- Да, ладно, ладно, я подумаю, - отозвалась, наконец, я.

- Что значит «подумаю»? - ахнул эльф, - Тат, а давай мы с тобой договоримся по-хорошему?

- Может, и договоримся, - задумчиво протянула я, - только я сейчас не об этом. Нат, давай через часик у Ди встретимся, а? Разговор есть.

У меня появилась идея, как с наименьшей вероятностью подслушивания поговорить с друзьями, и ради ее выполнения я кинулась собирать в большую корзину всевозможной снеди для обеда, ведь на природе аппетит появляется просто зверский.

Уже через полчаса я, загруженная тяжёлой корзиной с едой, стояла на пороге мастерской. Приветливо помахав всем рукой, направилась в сторону офиса. Ди на месте не оказалось, значит, есть возможность поработать, пока не появились эти двое. Быстренько выгрузив все продукты из корзины в холодильник и переодевшись в заляпанную краской робу, побежала выполнять новый заказ. Заказ оказался на удивление приятным, небольшой двух местный унмус - подарок на шестнадцатилетие скромной девочке от ее родителей. Дар показывал нежную, добрую и совершенно бескорыстную душу, горячо любимую близкими. Руки сами схватились за работу, мне хотелось создать для нее что-то необычное.

Очистив унмус от предыдущей краски, я перекрасила поверхность в цвет белого серебра от капота и до багажника, лишь в конце немного оттенив более темным цветом, а затем, взяв в руки кисти, принялась творить. На капоте и левой боковой двери, переходя на крыло,  появились две тоненькие коричневые ветви яксиевого дерева с нежно-розовыми мелкими цветками, на которых расположились два небольших дракончика. Оба были серебристого светло-серого цвета с темно-серыми гребнями, начинающимися от изящной вытянутой морды и идущими вдоль гибкого тела до самого кончика хвоста. Лапы с черными когтями крепко держались за ветку, а антрацитового цвета глаза смотрели настороженно, но не зло. И самое удивительное – белые крылья с длинными пушистыми перьями. Все правильно, пусть у девочки будут два хранителя, такие чистые души надо беречь. Получив удовлетворение от выполненной работы, я отправила унмус в камеру для сушки, потопала в душ и переодеваться, только сейчас вспомнив, что ко мне уже несколько раз по очереди заглядывали Нат и Ди.

Взглянув на часы, определила, что времени на работу ушло немного, так что есть вполне реальный шанс выполнить все запланированное на сегодня. Как и предполагала, Ди и Нат оказались в офисе. Они тихо-мирно сидели за столом и о чем-то переговаривались полушепотом.

- Ну что, Ди, заказ я выполнила, так что вполне имею право на отдых, - решительно прервала их перешептывания, - собирайтесь, полетим в одно замечательное место.

Парочка "шептунов" недоуменно переглянулась, а я, не обращая уже на них внимания, вытащила из-под стола свою корзину и начала складывать в нее принесенные с собой продукты.

- Ну, чего встали?- закончив, спросила я, - Помогите, что ли, слабой девушке дотащить корзину до унмуса.

На "слабую девушку" эти два нехороших индивида только фыркнули, но корзину у меня отобрали, взвесив на руках, уважительно посмотрели и спросили:

- Ты с ней в автофлае летела до работы? - это Ди.

- Ну, я пока еще не заработала на личный унмус, так что да, только на общественном транспорте.

- И она говорит что-то про "слабую девушку", да я б убился тащить это до остановки, с остановки и еще в автофлае в час пик с толпой народа, - пробурчал себе под нос Нат.

- Что говоришь? - ехидно спросила я.

- Говорю, слабая ты у нас, беречь тебя надо, - уже громче высказался эльф.

Я только ухмыльнулась: так-то!

Потом мы довольно организованно загрузились в рабочий унмус Ди и взлетели.

- Ну, говори куда лететь, - обратился ко мне кузен.

- Нат, помнишь то место, куда ты меня на пикник потащил? Давай ты покажешь дорогу Ди, и мы там покушаем, я столько вкусного с собой взяла, просто пальчики оближете.

На место мы добрались быстро и сразу же начали обустраивать место для приема пищи и приятного, я надеюсь, разговора. Вернее, это я обустраивала, а мужчины, притащив мне корзину и огромное покрывало, пошли любоваться волнами.

Место это я выбрала специально. Горы друг от друга находятся на большом расстоянии, так что если кто-то решит попытаться подслушать наш разговор с соседней горы, то у него из-за расстояния просто нет шансов; плюс разбивающиеся о скалы волны создают такой шум, что собеседника можно услышать, только находясь рядом с ним. Соответственно, можно не опасаться, что "пуговки", которыми утыкан унмус Ди (а я уверена, что они там везде), передадут какую-либо информацию своим хозяевам. Надо только не забыть для отвода глаз о чем-нибудь "проболтаться", когда будем лететь обратно.

Пока мужчины любовались природой, начала "ваять" бутерброды. Так, что тут у нас? Ага, берем продолговатую булочку с отрубями, разрезаем пополам, на нижней половинке размазываем толстым слоем творожную пасту с острым татусом и зелеными перьями чрика, сверху накладываем, равномерно распределяя консервированную тулечку (крупная морская рыба), потом на все это добро укладываем пластами танко (нарезанный желтый сыр), припечатываем второй половинкой булочки и засовываем на пять минут в тунта (походная мини-духовка прим. автора). Все, первый горячий бутерброд готов.

Через полчаса передо мной на большом кухонном полотенце высилась горка горячих бутербродов, от которых небольшой струйкой поднимался пар, разнося аппетитный запах. Вокруг горки в одноразовых контейнерах расположились разноцветьем всевозможные уже готовые к употреблению свежие овощи, украшенные целыми пучками зелени, пирожки с вкусными грибами и козьим сыром. Ну, вот вода и соки, вроде уже все готово.

- Мужчины, идите к столу, - попыталась я перекричать шум ветра и волн, на мои вопли услышаны не были, поэтому пришлось дополнительно помахать руками. Наконец меня услышали, вернее, увидели, и дружно поспешили к накрытому столу.

Полчаса никто из нас не прерывался на разговоры, все тщательно пережёвывали пищу. Все-таки на свежем воздухе, любуясь природой, даже и не заметишь, как съешь в два раза больше, чем обычно. Я уже не сидела, а лежала на покрывале, постанывая от переполненности желудка, клянясь себе, что это был в последний раз и выставив свое перекормленное пузо кверху.

Нет, я понимаю, что с моим повышенным метаболизмом пузико исчезнет через час-полтора, что мне, наоборот, надо кушать побольше и почаще, а то я больше на учебное пособие уже похожа, везде кости торчат, но... все равно так обжираться нельзя.

Парни от меня далеко не ушли, так что пристроились рядышком со мной в горизонтальном положении и приняли вид внимательного слушателя. И что тут оставалось делать?

Пришлось рассказывать. Всё. Ну, почти всё. Вот я и поведала, как изучали Книгу тхае, как выяснилось мое родство и некоторыми из них, и о том, как эти самые "некоторые" пытаются меня убедить в необходимости укрепления наших родственных связей.

- Как это?- недоуменно спросил Ди.

- Ну, что-то вроде того, что он мой сводный дядя, а у их народа в таких ситуациях принято жениться на сводных племянницах. С чем именно это связано,  я не знаю, но кажется мне, что тут не все так просто.

Эльф лишь согласно кивнул моим последним словам.

- Да, у нас тоже при некоторых обстоятельствах дядя может жениться на племяннице, причем даже не сводной, в древние времена эта традиция у нас считалась очень почетной.

- Да? А я и не знала.

- Это неважно, - отмахнулся от моего любопытства эльф. - А ты что намереваешься делать?

- А ничего пока, - вздохнула я, - сначала постараюсь разобраться с этим заговором, а дальше будет видно. Только он сразу предупредил, что у него инстинкты не позволяют подпустить близко ко мне кого-то из предполагаемых соперников. Вот и показывает всеми доступными ему способами, что он в своем, по его мнению, праве.

- Ладно, с этим вроде разобрались, - задумчиво пробормотал Нат, - ты что-то еще хотела?

- Нат, мне нужно, чтобы ты после нашей встречи связался с Тэром или Дасильо и попросил их договориться о встрече у них в замке на сегодня с моим папой и Председателем. Пожалу-у-уйста, - и немного помолчав, добавила, - не обижайтесь, но я требую от вас дать мне слово, что обо всем сказанном мной ранее никто не узнает без моего на то согласия.

Ди и Нат почти одновременно дали мне требуемое обещание.

- Ну, Председателя я еще могу понять, но отец-то твой здесь причем? – все-таки спросил Нат.

- Мне же надо как-то выяснить, как у меня при одном живом отце образовался еще один, не почкованием же! - Немного недовольно ответила я, - кстати, как у вас с оборотнями идет подготовка к эвакуации?

- Да неплохо вроде, - ответил он, - отговорку ты придумала хорошую, так что мы готовимся, но, честно говоря, я очень надеюсь, что все эти приготовления не понадобятся.

- Я тоже, Нат, но все же лучше быть готовыми, чем застигнутыми врасплох.

Эльф лишь молча кивнул в ответ. Собственно, на этом наше импровизированное внеплановое совещание было свернуто, и мы молча принялись собираться. Единственное, что меня немного настораживало - это молчаливый Ди. Само по себе для него такое состояние было нехарактерным, поэтому я в последний момент перед отправкой обратно хватанула его за рукав и оттащила в сторону.

- Ди, что происходит? - встревожено спросила я. Честно  говоря, такое его поведение очень напрягало, и я начала переживать, что он просто не захочет со мной общаться после того, что узнал обо мне.

- Тат, можно задать вопрос, - после минутной заминки решил-таки ответить он.

- Конечно, что случилось?

- Ты теперь, после того как получила титул и таких новых родственников, не захочешь со мной работать, может, даже и общаться. Все-таки мы с тобой находимся уже в разных положениях. Только я тебя очень прошу, не уходи сейчас, поработай еще немного.

Фух, у меня от сердца отлегло.

- Ди, посмотри на меня, - дернула я его за рукав, чтобы отвлечь от нерадостных дум. - Не смей думать, что я тебя брошу. Ты остаешься до сих пор моим самым близким родственником. Никуда я уходить не собираюсь, и  бросать такое выгодное дело - тем более. Понятно?

Кузен лишь кивнул и молча меня приобнял. Так мы и направились обратно к унмусу, держась друг за друга. Все-таки хорошо, что он у меня есть.

Вернувшись обратно в мастерскую, мы разошлись каждый по своим делам. Нат помчался подальше от нашего ангара, чтобы связаться с тхае; Ди, немного поныв, поплелся сортировать накопившиеся за несколько дней бумаги; а я, опять переодевшись в робу, пошла выполнять заказ, который откладывала до последнего. Ну, не могла я его спокойно сделать, не лежала у меня душа к хозяину этого унмуса.

Так, в творческих муках, я все-таки закончила его разрисовывать и отправила на просушку. Сама же поплелась потихоньку в душ. Времени прошло достаточно, так что вполне можно собираться на встречу с приглашенными в замок тхае. На минуту я остановилась, осознав, что это теперь, в силу моего происхождения, отчасти и мой замок тоже. Помотала головой из стороны в сторону, лезут же всякие глупости в голову.

После того как я, следуя инструкции, сжала браслет, данный мне Дасильо, прошло от силы минут семь, и Тэр появился в офисе Ди. Поздоровавшись с партнером, тхае обратился ко мне:

- Тата, собирайся, Дервис хочет услышать, удалось ли тебе что-то выяснить, - и усердно стал мне подмигивать то правым, то левым глазом по очереди. У него нервный тик? Хи-хи. Ох уж мне эти шпионские игры, надоели.

- Да, чего говорить, нечего говорить, - заученно пробормотала я себе под нос, но так чтобы было слышно, - я даже ничего еще нового не накопала.

- Вот сама ему об этом и расскажешь, - в ответ услышала я.

С Ди мы попрощались очень быстро, тот порадовался, что я опять вернулась к работе, а я его заверила, что постараюсь и дальше проявлять к работе рвение. Тэр во время нашего диалога ехидно ухмылялся, и все-таки потащил меня за собой к унмусу.

В унмусе мы оказались в компании еще двух тхае внушительного вида, так что до самого замка не удалось нормально поговорить. Поэтому  выяснить, сделали ли они то, что я просила, я так и не смогла. Оказалось, сделали. Первым мне навстречу, как только я вошла в холл замка, попался отец.

- Здравствуй, Тата, - поприветствовал меня он. - Председатель еще в пути, так что мы можем поговорить с тобой прямо сейчас, если нам, конечно, покажут подходящее для этого помещение.

Я после этих слов вопросительно оглянулась на Тэра.

- Дервис предполагал, что вам понадобится место для общения, поэтому бери отца, и идите в кабинет хозяина замка. Дорогу ты знаешь, а мы подойдем к вам, когда появится Председатель.

В кабинете было как всегда - тихо, чисто и спокойно. Усаживаться в хозяйское кресло ни я, ни уж тем более отец, не стали, а устроились на рядом стоящих стульях.

С чего начать этот разговор, я не знала, потому и молчала. Рассматривая отца, я стала отмечать про себя и появившиеся на его лице новые глубокие морщинки, и усталое выражение глаз, и опущенные уголки рта.  Осознавая, как много я пропустила в его жизни и, возможно, пропущу еще больше.

- Пап, как получилось так, что маму считали подкидышем-сиротой при живом отце, и как оказалось, что ты мне не совсем отец? - собравшись с мыслями, спросила у него.

- Я все тебе расскажу, только не перебивай меня, пожалуйста. Мне и так тяжело об этом всём говорить. Письмо твоей бабки я получил уже на нашей с Саликой свадьбе. Твой дед, Томанис, так и остался несчастливым в браке. Когда он вернулся с войны к родственникам, твоя прабабка и слышать не хотела о его женитьбе на падшей.

Я резко вскинулась, но не успела ничего возразить. Просто он мне не дал.

- Это ее слова, не мои. Тогда вообще времена были другими, и отношение у всех было совсем другое... Ты знаешь, эта женитьба не принесла ему ничего хорошего. Жена не смогла родить ему ребенка, но и признать его ребенка от другой женщины как своего тоже не хотела. Твоя мама была ей как постоянное напоминание о самой большой неудаче в ее жизни, о присутствии в жизни ее мужа другой женщины... любимой женщины. Томанис не смог разлюбить твою бабку. Он ее искал, долго искал, но... не нашел. Мы даже не знаем, жива ли она.

Он тяжело вздохнул и продолжил:

- Письмо твоей бабушки Томанис мне отдал на свадьбе, у него не хватило мужества отдать его твоей маме раньше. Они с женой все-таки взяли на воспитание Салику, когда та была еще крохой, но она не знала о том, что ее растит родной отец... Я очень боялся ее потерять. Ты же помнишь, какая она была красивая и добрая. Ее, сироту, многие парни были готовы взять в жены, несмотря на то, что приданого у нее не было. А она, в благодарность за доброту, как она тогда думала, приемных родителей, выбрала меня. Я так боялся... Только после рождения Даниры и Ланики я смог отдать ей это проклятое письмо. Думал, двое детей крепко привязали, быт наладился - простит... Не простила.

- Она ушла. Развелась и ушла. А я спрятал дочек от нее, чтобы хоть частичка ее была со мной. У нее такие глаза были... Если бы ты знала, какие у нее тогда глаза были: как будто весь мир вокруг нее рухнул, а вместе с ним умерла и она. Только оболочка осталась. Ее предавали самые дорогие существа в ее жизни, и она не хотела терпеть предательства рядом с собой больше.

Отказалась от меня и от рода и ушла. Почему он сам не отдал ей эту бумажку, ведь он ее отец? Почему мне пришлось разрушать свою жизнь? - он раскачивался, сидя передо мной, а я была рада, что он смог научиться на своих ошибках и рассказать мне правду, пусть и с опозданием. А еще благодарна за то, что он свою любовь к маме смог перенести и на меня, не родную ему по крови дочь.

- Я встретил ее через полгода, такую радостную. Она так и светилась вся изнутри от счастья и любви, а рядом с ней тхае. Я их встретил возле Храма, поэтому догадаться о причине ее радости было несложно. А потом я услышал, что он погиб. Это был мой ШАНС. И я предложил ей начать все заново, без лжи и предательства. Я пообещал, что всегда буду тебя любить как свою. А ты и так моя, родная, самая близкая мне по духу. Как я мог тебя не полюбить?

Девочки маме так и не простили того ухода, хоть до сих пор и не знают причины. Я хотел рассказать, но... она не дала. Сказала, что дед должен сам признать внуков.

Сказать на это было нечего, она была права. Поднявшись со стула, я подошла к отцу и обняла его. Прощать мне его было не за что. Не передо мной он виноват, не мне об этом и думать. С дедом и его женой даже на семейных праздниках больше видеться не хочется. Пока он сам не признает нас. А об остальном я подумаю завтра. Со всем тем, что вывалил на меня папа, нужно переспать, а у меня еще впереди разговор с Председателем и... тхае.

Слезы на щеках потихоньку прекращали свой бег. Просидев еще с полчаса с отцом в чужом кабинете, я наконец пришла в нормальное состояние.  И  немного успокоила его, такого большого и родного мне.

- Я рад, что мы смогли с тобой об этом поговорить. И мне все равно, чья в тебе кровь, ты моя дочь, и точка.

Я на это только улыбнулась. Да, на душе еще оставалась грусть, но после этих его слов она стала более светлой и уже не давила камнем на душу.

Что ж, пора прекращать свои личные дела и приступать к служебным, впереди еще нелегкий разговор с главой Собрания.

Глава 15.Планосоставительная.

Я сидела у Ди с ошарашенным выражением лица. Ди, его сотрудники и даже Нат, прилетевший к нам по звонку кузена, как на пожар, так и не сумели выбить из меня хоть словечко, объясняющее мое состояние. А я была в шоке, даже не так, я до сих пор в ШОКЕ. А еще внутри подымалась БУРЯ и кому-то эта буря снесет «крышу».

Папа ушел практически сразу после разговора со мной, но я знала, что у нас с ним, даже если и не будет все по-прежнему,- то все равно будет хорошо. Я пока еще не знаю как, но… не плохо – это точно.

Мои размышления прервал звук открывающихся дверей.  Повернулась в сторону дверей и замерла в недоумении: они были закрыты. Ничего не понимаю. Сердце пропустило удар. А посторонние звуки послышались совсем с другой стороны. Резко развернувшись, увидела Тэра и Дервиса выходящих из потайной двери, за их спинами маячил морэ Тэтвил с завязанными глазами.

Эти двое, увидев мое перепуганное лицо, оставили Председателя с завязанными глазами, беспомощно шарящего впереди себя руками, и кинулись ко мне.

- Что случилось? – это Тэр.

- Где-е-е-е? – прорычал в следующее мгновение Дасильо мне, непонятно как висящей за его спиной.

С чего бы мне там висеть, спросите вы. Все просто, это чудовище за какую-то долю секунды преодолел расстояние между нами, схватил меня за ногу и предплечье и забросил себе за спину, так что мне пришлось повиснуть сзади у него на шее, уцепившись для верности еще и ногами за его туловище. Га-а-ад! Вот так и получилась картинка – «слепой» Председатель, настороженный Тэр, грозно рычащий Дасильо и я, неприлично обнимающая «вредное чудовище» руками и ногами. Ну и что, что сзади, все равно не прилично.

- Тат, что случилось? – наконец то задался вопросом Тэр.

- Это вы мне скажите, -  попыталась я слезть с Дервиса, ага, кто же мне даст. Ладно, повишу еще немного. - Стою, никого не трогаю, думаю; тут открывается дверь, входите вы, а дальше бросаетесь как сумасшедшие и… хватаете меня неприлично, - уже совсем шепотом и шипя добавляю я, оглядываясь на все еще «слепого» морэ Тэтвила, чтоб он не услышал.

- Но ты же испугалась чего-то очень сильно, - сказал Дасильо, все еще рыча, но уже немного потише.

- А как мне не испугаться, если я слышу звук открывающейся двери, поворачиваюсь к ней, а она закрыта, и сзади шорох? – возмутилась я. - Если уж вы пользуетесь потайными дверями, так смазывайте их, а то скрип в другой комнате услышать можно, никакой конспирации.

- Вообще-то они смазаны и бесшумны, - немного смутился Тэр. - Просто мы решили, что можем испугать тебя, если неожиданно окажемся в кабинете  у тебя за спиной, вот и решили сразу, при входе, обнаружить свое присутствие.

Ха, вот и «не испугали». Мне стало смешно. Смех уже искрящейся волной рвался наружу, но тут Председатель начал проявлять активность, пытаясь самостоятельно снять с глаз повязку, и я с боем-таки слезла со спины «вредного» и «чудовищного» тхае. Слезть-то мне все же дали, но в руку вцепились – не оторвешь. Или оторвешь, но вместе с рукой. Нда, а что дальше будет-то?

Неожиданное происшествие помогло окончательно сбросить напряжение от разговора с отцом, теперь можно и поговорить о серьезном, не отвлекаясь на личное.

Тэр наконец снял повязку с лица морэ Тэтвила. Вообще наличие этой повязки говорит о многом. Ну то, что они не захотели показывать главе Собрания свои потайные ходы, это понятно, все-таки мало кому можно доверить такой секрет.  Повязку они не сняли, пока дверь в потайной вход не была закрыта. Могу поспорить, что и перед тем, как открыть первую дверь потайного входа, в которую они вошли, повязка была на его лице.

Сама повязка была не настолько проста, как могло бы показаться с самого начала. Я поняла это чуть позже, когда увидела, каким способом Тэр ее снимает с Председателя. Эта ничем не примечательная тряпица не просто закрывала глаза тому, на кого была надета. Она не допускала какие-либо звуки при помощи вплетенных в нее нитей из специального сплава железа, которые отражали звуковые волны в обратную сторону и создавали своеобразный антизвуковой  вакуум вокруг головы. В общем, Председатель был не только «слепым», но и «глухим». Зря я так боялась, что он услышит наши препирательства.

- Добрый день, мора Татая, - немного неуверенно поздоровался со мной Председатель, что нехарактерно для него. Обычно его самоуверенность и из пушки не пробьешь. Или на него так повлияло то ощущение беспомощности, которое он испытал недавно?  Повязку ведь самому не снять. Уж я-то знаю.

- Добрый, морэ Тэтвил, - слегка склонила голову в приветствии я. Хотела хоть шаг сделать на встречу, но сделать мне этого не дали, сжав еще крепче мою несчастную конечность.

- Мора, насколько я знаю, вы хотели со мной поговорить. Позвольте узнать, о чем и к чему такая скрытность? Неужели нельзя было поговорить обо всем в здании Собрания? – он немного недовольно скосил глаза в сторону тхае.

- Нельзя, морэ Председатель, и Вы это прекрасно знаете. Я хотела бы задать Вам массу вопросов, но пока задам всего несколько. Скажите, пожалуйста, морэ Тэтвил, как давно Вы узнали о похищении дочери, когда начался шантаж и какие действия от Вас ожидают похитители?

Нельзя сказать, что председатель побледнел, нет, он приобрел не просто бледный, а бледно-зеленый оттенок, мне даже на миг показалось, что он сейчас потеряет сознание.

- Не понимаю, о чем Вы говорите, - попытался  показать полное непонимание происходящего морэ Тэтвил.

Я только тяжело вздохнула. Как его убедить побыстрее, чтобы не терять времени? Я просто чувствовала, что времени у нас катастрофически  не хватает. У «дяди Гарнилая» тоже не дураки сидят и скоро они поймут, что мы их водим за нос. О том, что последует за этим, даже не хотелось представлять.

-  Морэ Председатель,  давайте пофантазируем, - начала я. - Чисто гипотетически представьте себе группу товарищей, преследующих какие-то свои определенные цели, и их предводителя, сумевшего ими манипулировать, который тоже имеет свою, скажем так, «мечту всей жизни». К  примеру, стать единовластным вседержителем богатых земель и далеко не бедного народа. Существо он разумное, иногда даже слишком, даже можно сказать, в чем-то гениальное. У него появляется план, но прежде чем претворять его в жизнь, нужно хотя бы часть плана испытать.

Я сделала небольшую паузу.

- И он решает выкрасть  кого-то из приближенных к правящей династии соседнего и дружественного государства. Просто красть непонятно кого неинтересно, и он крадет младшего брата Повелителя того самого государства. Что такое младший брат? Это может быть личность, недовольная своим положением и своим прогнозируемым будущим, поэтому можно его привлечь на чужую сторону против собственного, более удачливого брата. Похищение проходит успешно, и похищенный,  возможно, даже не особенно против открывающихся перспектив. И теперь уже два хитроумных индивидуума строят планы по перевороту в сопредельных государствах.

-  Проходит лет этак двадцать, - принял у меня эстафету повествования Тэр. - И из кланов членов совета, правящего страной, начинают пропадать близкие родственники глав родов.

Денег за них не требуют, похитители не появляются, спецслужбы только пожимают плечами. Те роды, откуда родственников еще не успели похитить, усилили охрану, и теперь похищение стало практически невозможным.  Но и тех похищенных, что есть, вполне хватает похитителям, чтобы начинать оказывать давление на властьимущих родственников тех несчастных, кому в этом смысле повезло меньше.

- Фактически теперь похитители являются правителями государства, - вступил в разговор Дасильо. – Но им этого мало, они не хотят  быть «серыми» управленцами, а желают иметь полную, признанную всеми власть и… начинают готовить все к перевороту в двух соседних государствах.

- И опять но… - продолжила я. – В этой партии появляется неучтенный игрок, который все немного перепутал в планах заговорщиков, что-то не то узнал, где-то не там побывал и какие-то не те, что надо, выводы сделал. И это дает еще пока не свергнутым правителям шанс, ма-а-а-аленький такой шансик, повернуть Удачу к себе лицом и помешать заговорщикам. Мораль всей этой истории такова: очень важно вовремя воспользоваться своим шансом, - подвела итог я.

- Уж не хотите ли Вы, мора Сериман, представить мне себя в роли спасительницы всего нашего народа, - с сарказмом ответил нам Председатель, отбросив в строну притворство.

- Нет, - спокойно ответила я.  - Была бы моя воля, я бы вообще и на километр не подошла к вашим разборкам, но меня уже невольно втянули во все это и я всего лишь стараюсь выжить, и использую для этого любую возможность.

- Не за просто так же, - не отставал от меня морэ Тэтвил.

Я на него удивленно посмотрела и лишь дернула плечом, мол, а что вы хотели?

- Фантазия у вас, моры, богатая, развитая и в чем-то даже правильная, - решившись, высказался морэ Тэтвил.

Дальше он нам поведал все, что произошло за последнее время. А произошло много чего. Мои догадки по поводу исчезновения моих соотечественников, шантажа членов Собрания и много чего еще оказались верными. Единственное, в чем я ошиблась - это сроки, когда началось давление на Собрание посредством шантажа.

Шантажисты начали активные действия совсем недавно, а значит, есть еще возможность все исправить. Но сроки начала активности говорят о том, что скоро, очень скоро, что-то произойдет, а значит, времени у нас еще меньше, чем мы думали.

Разговор  у нас был долгим; горячим, но плодотворным, нам даже удалось прийти к соглашению по некоторым пунктам дальнейших действий.  Было решено, что из членов собрания пока больше никто не будет в курсе нашего разговора и принятых решений. Смысла говорить  им что-то не было, эти шантажисты не из простаков и за нарушение приказов последуют жесткие меры, поэтому нет уверенности, что кто-то из членов Собрания не выдаст наших планов. Значит, не стоит подвергать опасности ни их, ни их родственников, находящихся во власти похитителей. Остался один вопрос: как добиться от этих товарищей нужных действий в нужное время.

Уже полчаса в кабинете стояла полная тишина, которую нарушали лишь редкое поскрипывание раскачиваемого Тэром стула, тяжкие вздохи морэ Тэтвила и звук моих шагов, раздающийся то из одного угла комнаты, то из другого.

Что делать? Извечный вопрос. И я знаю на него ответ, даже примерно представляю схему его осуществления, но как же не хочется…  Мне есть, кого терять и у меня есть те, за кого я несу ответственность, самой себе я могу в этом признаться.  И я очень хочу еще пожить. Просто других вариантов пока не вижу. Метания из угла в угол, наконец, прекратились, и я замерла посреди комнаты.

- Ну, слава Вышнему, а то у меня уже голова закружилась от твоей беготни туда-сюда,- выдал Тэр.

- Есть идея, - устало улыбнулась я ему в ответ на попытку поддержать. - Нужно их спровоцировать, чтобы заставить действовать так, как необходимо нам, и тогда, когда мы будем к этому готовы.

Тэр лишь фыркнул в ответ и уже хотел что-то высказать, но я, подняв предупреждающе руку, заставила его замолчать.

- Я предлагаю использовать себя как приманку и катализатор для начала действий. Но нам нужно проработать до мелочей все, что только возможно, каждое слово. И да, я прекрасно понимаю, что все предусмотреть невозможно, поэтому надо также подготовить примерный план на случай импровизации…

Меня прервал громкий рык. Дервис, частично трансформировавшийся, медленно, я бы даже сказала хищно, двигался в мою сторону, что заставило буквально замереть Председателя и Тэра. Они боялись лишний раз вдохнуть, чтобы не привлечь к себе внимание озверевшего тхае с диким и обещающим все кары небесные взглядом.

- Ну и чего ты рычишь? – отмахнулась я от него задумчиво. - Сам же прекрасно  осознаешь, что это наш единственный выход. Мы ведь даже еще не догадываемся, какую гадость тебе приготовил твой младшенький братик.

Тхае на полдороги ошарашенно замер, глядя на меня.

- Ты что,  его не боишься?- удивленно спросил Тэр.

- А чего его бояться? – настала моя очередь удивляться. – Мы с тобой такие же. Безумства в глазах и всё застилающей красной пелены не наблюдается, нормальные такие, умные глазки… - и вовремя прикусила язык, чтобы не добавить, «красивые».

Они, конечно, красивые, но мое мнение, об этом пусть останется при мне. Трансформация мгновенно исчезла, и тело Дасильо вернуло себе привычный моему глазу вид. Взгляд, направленный на меня, заставил невольно поежиться, столько в нем было самодовольства  и в то же время тревоги. И что на этот раз не так, спрашивается? В последнее время этот вопрос в присутствии данного тхае возникает у меня постоянно. Впрочем, от этой мысли меня отвлекли быстро и втянули в разработку планов «а», «б», «в» и  далее по списку.

Под конец моя голова уже пухла от информации, ценных указаний и наставлений. В какой момент к нашему разговору подключился Даккар Тень, я даже и не помню, но участие в обсуждении он принял самое активное. Активность эта выражалась странно. Он был молчалив, но это не мешало его собеседникам понимать, чем он опять недоволен, или же, наоборот, к чему благоволил. Недовольство выражалось  суровостью взгляда, подергиванием правой щеки и парой рубленых слов, дающих направление для развития правильной, с его точки зрения, мысли. Согласие с чем-то проявлялось всего лишь кивками головы, а что, раз все правильно, то зачем еще что-то говорить, воздух попусту гонять.

Во время всего этого бурного обсуждения, «вредный» Дасильо  незаметно перекочевал ко мне поближе и замер позади моего стула, положив на его спинку руки. Я  надеюсь, что никто не видел, как его наглые руки то и дело соскальзывали со спинки стула и перекочёвывали мне под волосы на шею, прочно там обосновывались и легонько поглаживали, причём  лицо его при этом сохраняло каменное, я бы даже сказала, надменное выражение. Нет, мне приятно… даже очень, но нельзя же так наглеть. Да и не  хотелось бы, чтобы Председатель сделал определённые выводы.

Но всему в этой жизни приходит конец, даже этому, выжимающему из меня все силы, обсуждению. План был разработан, и не один, варианты на всякие «но…», «если…» и «а вдруг…» были предусмотрены, даже были предложены несколько видов импровизаций.  Интересно, бывают ли запланированные импровизации? Бред. И  что мне опять в голову лезет? Надо сосредоточиться.

В общем, все сводилось к тому, что через сутки, как раз тогда, когда тхае успеют всё подготовить, а эльфы и оборотни, предупрежденные нами, проведут ночную эвакуацию своих сородичей, я должна буду развить бурную деятельность, сообщая Председателю и всему Собранию о своих «находках» и требуя как глава рода определенных в таких случаях действий от  главы  ХРУ (Хаврийское Разведывательное Управление) Гарнилая «Грозного».  То-то дядюшка «обрадуется». А после того, как я разыграю свой первый акт, ждем ответных ходов и решаем, по какой схеме действовать дальше.

На этом решили и разойтись. Ах да, приятное дополнение. Морэ Тэтвил как глава Собрания подтвердил мой развод, проведенный оборотнями. Он, конечно, был удивлен  самим фактом моего очередного замужества и, я думаю, был бы не против узнать как можно больше подробностей. Но… кто ж ему скажет, – точно не я.

Так что теперь  Я СВОБОДНАЯ ЖЕНЩИНА. Честно скажу, несмотря на текущую ситуацию, я была рада, даже очень.

Председателя увели первым, перед этим тщательно завязав глаза повязкой. Пока тхае провожали морэ Тэтвила, со мной остался уважаемый Даккар. Общение у нас с ним прошло плодотворное, то есть он молча за мной наблюдал  и гипнотизировал, а я гипнозу не поддавалась и  завела сама с собой мысленный разговор о том, что я свободная,  хоть, чувствую, и не надолго, женщина.  Так что мы друг другу совершенно не мешали. Так прошло минут двадцать, а потом Даккар Тень просто встал со стула и вышел, на что я лишь пожала плечами, недоумевая, зачем он вообще здесь оставался. Нет, я  бы  еще поняла, если бы тхае с самого начала не доверяли мне и в кабинете никогда не оставляли одну, а так чего бояться-то, всё шпионско-диверсионное я могла бы уже раз десять провернуть и расслабиться.

Раздумывая над новой загадкой необъяснимых поступков тхае, я начала бродить по комнате и в какой-то момент оказалась рядом с дверью, за которой шел занимательный разговор между Тэром и Дервисом.

- Дер, ваша с ней связь с каждой минутой становится все сильнее, - это обрадовано подал голос Тэр. - Ты уже чувствуешь ее эмоции…

- Пока только сильные, - перебил его Дасильо. - У нее был такой сильный испуг, что у меня мозг на минуту выключился, одни инстинкты работали.

- Вот-вот, а я о чем? Мне даже кажется, что она тоже чувствует тебя. Ты  видел, что она тебя не испугалась, точно чувствуя, что ничего плохого ты ей не сделаешь, - опять высказался Тэр.

- Да, я заметил, что нити связи крепнут быстрее обычного, - а довольство в голосе так и сочится.

Вот зар-р-р-раза вредная, что это за связь еще такая? И кстати, есть у меня вопросик по поводу этого эксклюзивного браслетика от тхае.

Постаравшись как можно быстрее и дальше оказаться от входящих тхае, я расположилась на своем стуле, приняв задумчивый вид. Выражение лиц у входящих было для меня странным. Тэр светился предвкушением, как лампочка, а Дервис…  Удовлетворение, радость и где-то там еще иногда тревога проглядывала. С чем эта тревога была связана – с моим новым заданием или с чем-то еще, я не знала.

- Дервис, я хотела у тебя узнать некоторые подробности о браслете, что ты мне вчера дал… - начала я.

- Я пойду, у меня там еще дела остались, - вдруг засуетился Тэр и выскользнул за дверь настолько быстро, что я даже не успела закончить предложение.

С недоумевающим, а потом уже с ожидающим выражением лица я уставилась на оставшегося со мной наедине тхае. Опять я с этими товарищами все приличия нарушаю, так никакой репутации не хватит.   Все, буду молчать и сидеть тут, пока он мне не ответит. Вопрос уже задан, объяснять что-то еще не имеет смысла.

Сначала был тяжелый вздох – делаю вид, что не заметила,  потом измученный взгляд побитой собаки, мол, что ж ты меня так мучаешь? Я все еще держусь, дальше в ход пошла тяжелая артиллерия, ну в смысле, он на меня пошел… плавно так, целенаправленно, не отрывая глаз, в которых измученность резко сменилась предвкушением и обещанием чего-то там неведомого. Я все еще держусь, в буквальном смысле, за сидение стула обеими трансформированными руками и кроша его когтями, а по спине как будто легкий озноб прошел.  «Ничего, мы и не такое выдерживали», - мысленно уговаривала себя я.

Видя, что его манипуляции не произвели на меня должного впечатления, сводный дядя сдулся, как мячик, и уже через секунду присел на соседний стул. Еще один обманчиво грустный взгляд в мою сторону как контрольный выстрел, который так и не достиг своей цели и… он сдался.

- Тата, этот браслет у тхае аналог хаврийских обручальных сережек, - с лукавым раскаянием выдал этот…р-р-р-р. - И он не снимается, если ты истинная пара давшего тебе этот браслет. Но  ты не беспокойся, серьги у тебя тоже будут как дань вашим традициям, - утешили меня.

Как говорится, приехали. Вот тебе и свободная женщина.

Глава 16.Балаганно-театральная.

Не успела, не успела… почти не успела…. Эта мысль билась в моей голове перепуганной птицей. Я металась по комнате из угла в угол, как зверь. Что было бы, если бы я не попыталась просчитать подобный вариант и предпринять меры? Даже не хочу об этом думать. Но больше всего меня волновало сейчас – как похитители смогли узнать, где они находились?

Кто-то там хотел оказать посильную помощь и переложить часть забот с моих «хрупких плеч»?  Говорил о доверии?.. Что же, я попробую еще раз кому-то довериться.

У Ди я еще долго сидела в шоковом состоянии, но потом все-таки поехала домой. Нат меня выгрузил возле дома, бережно, как сильно больную (угу, на голову) под локоток довел до дверей, там и оставил.

Первым порывом было желание крушить все, а еще сильней это самое «крушить все» в доме виновника моего нынешнего состояния. Хм, я, конечно, в бешенстве, но не настолько, чтобы мусорить у себя и добавлять себе работы по уборке жилища, а у него там целый штат прислуги для этого есть.

Мне все-таки удалось заставить себя успокоиться. Многие годы сосуществования с неуравновешенным бывшим мужем и не так выдрессируют. Часто от этого зависело мое хорошее самочувствие. Ярость загоняем подальше. Ничего, выпущу ее наружу попозже, когда представится подходящий случай и отличная мишень, потому что ярость и ненависть держать в себе постоянно нельзя. Она разъедает душу, и в тебе появляется жестокость. Не стоит в себе это долго держать – она отравляет саму твою суть. Поэтому лучше всего научиться выплескивать ее из себя тогда, когда тебе это надо и на подходящую цель. Для этого нужен полный самоконтроль, что у большинства женщин бывает редко.

После того, как я все же успокоилась, смогла задуматься над сложившейся ситуацией. Итак, что мы имеем? Этот тхае умудрился-таки меня «захомутать». Пусть только по их традициям, но сам факт имеет место. Само это событие бесит. Нет, не так, не само обручение, а то, что не спросили у меня ответа, хочу я этого или нет – вот что бесит больше всего. Да, я прекрасно понимаю, что он бы еще долго бегал за мной с этим обручением, если бы поинтересовался моим мнением на этот счет. И еще неизвестно, смог бы он чего-то от меня добиться,… но не суть. И  все равно это не дает ему права так поступать  со мной.

Так, кажется, я опять теряю контроль над эмоциями. Успокоились? Успокоились.  Тогда  продолжаем.

Сам  факт обручения с кем-то меня не пугает. Я не идиотка (ну, я надеюсь, что нет) и понимаю, что мне, главе нового рода, никто не даст  жить бобылем, или правильнее сказать бобылихой. Статус обязывает.  Но… я надеялась оттянуть этот неприятный для меня момент настолько, насколько могла. А теперь что?

Ладно, этот вопрос пока отодвинем в сторону. Что можно найти положительного в данной ситуации? Вижу только одно преимущество – это невозможность для других желающих претендовать на мои лапку, сердце и тело. А значит, полноценная  охота на меня откладывается, и я смогу немного расслабиться. Иллюзий я не испытываю и осознаю, что мое мнимое обручение всех не отпугнет и самые наглые будут пытаться меня добить, в смысле добиться. Но толпа желающих значительно поредеет. Что еще? Защита? Пожалуй, да, а мне, пока что одинокой и «слабой», защита лишней никогда не будет.

Вообще, если честно сказать, то мне Дервис Дасильо даже чем-то нравится, нет, я не влюблена в него, просто… иногда…что-то заставляет мои глаза следить за ним и желать к нему прикоснуться.  Так, ничего не значащие прикосновения, чтобы ощутить его уютное тепло, немного шероховатую кожу рук, гибкость перекатывающихся под моей рукой твердых мышц. Это не любовь же, нет?

Ну, раз такие пошли дела, то я еще немного этому тхае подыграю, пусть будет моим щитом против слишком навязчивых кавалеров, а если найду того, кто будет для меня дороже жизни, то всегда смогу разорвать так называемую помолвку.

Но это еще не означает, что я спущу ему произошедшее с рук. Будем буянить… немного… но с большим чувством, чтоб ему жизнь малиной не казалась. Надо же оправдать чужие ожидания и соответствовать создаваемой репутации. Так что буре быть!  Но завтра, сегодня все силы ушли на нервы. А силы мне понадобятся для планируемого урагана.

Следующим утром проснулась я очень легко. Как ни странно, никакие подозрительные сны меня не тревожили, на работу с утра не ждали, а значит, я могла со спокойной душой заняться приготовлениями к предстоящему представлению в замке Дасильо. Подготовка проходила успешно, эмоциональный настрой поднялся до нужного уровня (не мне вам рассказывать, как женщина может сама себя накрутить из-за любой мелочи до состояния бешенства), даже не завтракала, чтобы голодный блеск в глазах приняли за яростный. Ну, Вышний, помоги мне!

Сжав браслет Дасильо, стала ждать, кого же отправят ко мне на растерзание. Хотя кандидатур немного, всего лишь две – друг мой дорогой или морэ Тень собственной персоной. Больше никого я не знаю, а с чужими никуда не полечу. Не Дасильо же ко мне собственной персоной явится? Он, скорее всего, ожидает моего приговора у себя дома, а там, как говорится, и родные стены помогут, хи-хи.

Через пятнадцать минут раздался звонок в дверь. Так-так, и кто там? Ну, кто бы сомневался, дорогой друг пожаловал. Эх, не жалеет Дасильо своего боевого товарища. Что мне там говорили, безопасность, прежде всего? Значит, будем бдить.

Подхожу к  экран-кристаллу магзащиты. Начинаю вредничать.

- Кто там?

- Тата, это я. Открывай.

-  Кто я?

За дверью тяжелый вздох.

- Таточка, это я, Тэр, - тон, как в разговоре с больной с параноидальными наклонностями, а дальше шепотом прямо в дверную щель. - Татка, ты же сама нас вызвала, хватит концерт для всех устраивать.

- Ничего, потерпишь, мне для образа нужно, - не выдержав, уже я прошипела ему в ту самую щель и продолжила погромче, - а чем докажешь, что ты – это ты?

- Мора Сериман,  я могу напомнить Вам до последней минуты о том, что происходило в нашу первую встречу.

- Об этом у Ди можно было выяснить, не верю.

- Подробности деятельности  нашего совместного предприятия?

- Не пойдет…

Я уже приготовилась хорошо и со вкусом поспорить, но этот нехороший друг все испортил.

- Тата, - опять прошипели мне с той стороны. - Если ты сейчас меня не пустишь, наплюю на всю конспирацию и расскажу о том, что ты уже почти замужем.

Это он зря. И, по наступившей вдруг с той стороны тишине, похоже, тоже это понял.

- Ташечка, я совсем не то хотел сказать, - проблеял немного напуганный Тэр.

Ну, вот теперь я имею полное право устроить погром, дополнительный запал я только что получила. Я резко открыла двери и оскалилась.

- Тэ-э-э-эр, дорогой, мне нужно срочно увидеться с морэ Дасильо, ты меня можешь к нему подвезти? – Кажется, с оскалом я переборщила немного, Тэр реагирует как-то не так. Ничего, потом разберусь, а сейчас продолжаем, - вот и чудненько.

Не дожидаясь пока мой друг придет в себя и сможет мне как-то воспрепятствовать, я быстренько захлопнула дверь, повернула ключ и бодро понеслась в сторону поджидающего нас унмуса. Моему провожатому ничего не оставалось, как последовать за мной. Когда он подошел к унмусу, я уже сидела внутри, на заднем сидении и, изображая нетерпение, подпрыгивала на месте.

Времени на то, чтобы добраться до замка, ушло немного, и уже очень скоро я уже неслась к входным дверям. В холле меня поджидал, как это ни удивительно, сам виновник  моего «плохого» настроения, Дервис Дасильо. Увидев его, мои глазки заблестели не просто яростным светом, а прямо-таки кровожадно-голодным. Я специально притормозила и, не доходя до него пару шагов, осмотрела со всех сторон, облизнулась. Ну, а что? Жрать-то реально хочется, не, не его, а нормальной еды. Тем более с моим метаболизмом, как и у всех тхае (вот же наследство от папочки досталось!), режим в еде нужно соблюдать, а я этим пренебрегаю. Взгляд, видимо, получился красочный, потому как вошедший вслед за мной Тэр побледнел и шарахнулся от меня как от огня.

Но не успела я решить, с какого слова начать свое представления а-ля «гневная дамочка», как Дер схватил мою руку и потащил наверх в кабинет.  Дверь он захлопнул перед самым Тэровым носом. Правильно, нечего к нам в разборки дополнительных защитничков втягивать. Меня еще немного протащили к письменному столу, уселись в хозяйское кресло и попытались втащить к себе на коленки. Попытка удалась… с третьего раза, все-таки я для тхае совсем мелкая по комплекции (видела я их женщин здесь, в замке, этакие бой-бабы, снесут тебя и не заметят, на чем потоптались). И это я, та, которая всегда считалась выше и сильнее всех раннее встреченных мной особ женского пола. Непривычно, а иногда даже неудобно, вот как сейчас.

В общем, сижу, жду, что будет дальше, больше ничего не остается. Этот, особо о себе мнящий, мало того, что затащил к себе на колени (позор на мою голову!),  захватил мои запястья одной рукой в замок, а второй успокаивающе поглаживал по спине.

- Ну, и зачем ты наших подданных пугаешь?  Я  же чувствую, что ты не злишься, раздражена немного, но ведь злости-то и в помине нет.

Вот… гадство, мне что, теперь и поскандалить не дадут? Интересно все- таки, как он все это проделывает? Надо узнать обязательно.

Тяжело вздохнула, поерзала, удобнее устраиваясь на коленях, не отпустит же сейчас.

- И не подумай, что я смирилась, - пробурчала недовольно я.

- Даже не надеялся на такое счастье. Голова у тебя работает хорошо, а значит, ты уже явно нашла преимущества в теперешнем положении и не поддалась на сиюминутные порывы.

Я более внимательно посмотрела ему в глаза. Непонятно, то ли он действительно настолько хорошо меня узнал (вопрос только, каким образом) чтобы просчитать меня заранее, то ли… даже не знаю, что подумать. Ладно, подумаю об этом потом, когда останусь наедине сама с собой.

Еще один вздох. Ладно, эта маленькая победа осталась за ним, так что сделаю небольшое признание.

- Надо же мне здесь, в замке, создавать себе репутацию, чтобы потом не думали, что с моим мнением можно не считаться…

- И даже перед  Тэром?

- Особенно перед ним, - фыркнула я, - твой дружок больше всех знает, и сильнее всех может обнаглеть.

- Он ведь и твой друг тоже.

- Да, но ты ему ближе, вы же уже очень давно друг друга знаете, а для него я все еще темная лошадка.

Странно,  но я опять заметила, насколько легко мне общаться с этим властным, нахальным и внешне холодным тхае. Неужели я под его негласным напором начинаю потихоньку влюбляться?

Не хочу. Это больно. Больно, когда разбиваются твои надежды, когда тебя предают, пытаются сломать тебя или уничтожить все твои мечты, когда пытаются доказать тебе самой, что ты никто, ничтожество… Больше книг на сайте кnigochei.net Больно, когда тебе не с кем поделиться своим горем и ты одинока в толпе тех, кто тебя окружает.  Больно от того, что ты начинаешь всему этому верить, и еще больнее вынырнуть из трясины. Собрать себя такой, какой получится, а не такой, которой ты была раньше, и идти жить дальше. Не из-за того, что ты настолько сильная, а потому что у тебя, несмотря ни на что, есть ради кого жить. Единственное существо, которое ты любишь и жаждешь дать ему нормальную жизнь.

Я вынырнула из своих мыслей от мерного покачивания. Он не сказал ни слова, хоть я и догадывалась откуда-то, что он чувствует эту, так внезапно всколыхнувшуюся во мне боль. Я была рада, что вопросы так и не были  заданы.  Так и сидели мы тихо в его кабинете, покачиваясь в кресле, под скрип старых деревянных ножек.

Интересно, а как долго эта старинная древесина выдержит такое издевательства над собой?

От этой неожиданной мысли мне стало смешно. Живое воображение быстро нарисовало мне картинку разламывающегося кресла и нас с Дером, заваливающихся через спинку кресла на пол.

Вы не поверите, в ответ на мою фантазию кресло угрожающе заскрипело, что заставило меня уцепиться за шею тхае обеими руками. Не хватало мне еще и вправду грохнуться на пол.В макушку мне насмешливо зафыркали, а потом протяжно вздохнули.  Вот и как мне с этим… скандалить, всё скандальное настроение пропадает в его присутствии.

- Тебе еще сегодня куда-то нужно? – после небольшой паузы спросили меня.

Я пожала плечами:

- А что?

- Я хотел, чтобы ты сегодня провела день здесь, познакомилась получше со всеми, в том числе и со мной.

Я взглянула на часы, стоящие на столе:

- Через полчаса мне нужно быть в здании Собрания и разыграть тот спектакль, который мы распланировали, а потом можно вернуться сюда. У Ди для меня сегодня нет работы.

- Что ж, так и поступим, Тэр доставит тебя  на совет глав родов, а потом заберет сюда.

Ну и ладно. Возможно, после нескольких  дней, насыщенных нервным перенапряжением, мне как раз необходимо отвлечься на более тихое и спокойное времяпрепровождение.

Здание Собрания встретило нас тишиной и прохладой. Дервис решил отправить Тэра на заседание вместе со мной, так как часть моих «находок» касалась и их дела тоже. На самом деле меня боялись отпустить одну без  явной защиты.  Прибыли мы в точно назначенное морэ Тэтвилом время, а потому не спеша прошли несколько коридоров и свернули в Малый зал. За длинным столом собрались все главы. Уже подходя к своему месту за столом, я ощутила в кармане сартонов беззвучную вибрацию коммуникатора, но посчитала, что будет не слишком вежливо просмотреть присланное мне сообщение именно сейчас. Хотя это очень странно, мало кто из моих знакомых будет писать сообщение, легче позвонить.

Как и в прошлый раз не обошлось без неловкого момента. Тхае опять не ждали, ему опять пришлось ждать, пока прислуга принесет стул. Тэр с независимым видом устроился рядом со мной, подвинув остальных. Что примечательно, глава рода Туманных сидел как раз напротив меня и поедал глазами. Взгляд его был неприятным и будто чего-то ожидающим. Мотивов такого внимания к себе я понять пока не могла и сделала вид, что не замечаю столь пристального ко мне внимания.

- Мора Татая, - обратился ко мне Председатель, как только наступила тишина в зале. - Вы хотели нам что-то сообщить?

- Уважаемый морэ Председатель, - кивок в сторону морэ Тэтвила,  как бы подтверждающий, что в моих планах со вчерашнего дня ничего не изменилось, - уважаемые моры. При  предварительном  расследовании, проведенном мной, вскрылись  настолько шокирующие факты, что я не могла позволить себе более ни минуты ждать и попросила собрать глав родов. За последние несколько лет из каждого нашего рода пропадали молодые хаврийцы знатных семей, не знаю, чем родственники пропавших мотивируют свое нежелание обращения к службам правопорядка… поэтому я, как глава одного из родов, обращаюсь к членам Собрания, а в частности к главе нашего разведуправления, - немного невменяемо-возбужденный взгляд в сторону «дяди Гарнилая», - начать расследование этих подозрительных исчезновений и взять на особый контроль.

В зале повисла гробовая тишина. По-видимому, от меня такого не ожидал никто. Взгляды, обращённые на меня, стали острее, как будто пытаются определить, насколько ты опаснее, чем они привыкли видеть. Нет уж, пусть лучше считают патриотической дурой.

Добавим немного трагизма. Обессиленно опускаем голову и прижимаем руку ко лбу, делая самое несчастное выражение лица, с застывшими слезами в глазах.

- Я даже представить не могу, как можно такое произойти и почему родители пропавших это скрывают? – дрожь и ужас в моем голосе вполне правдоподобны, - может, их забирает какая-то новая религиозная секта?

По залу прошла волна еле слышного вздоха облегчения, которая чуть не заставила меня нервно фыркнуть. Похоже, у некоторых птичек с этого насеста коготки увязли в дер…варенье  так, что и не выбраться. Что ж вы так к своим близким относитесь? Или своя шкура ближе к телу? Хотя стоит отдать должное, не все из сидящих за этим столом были расстроены моим вмешательством, а значит, им небезразличны судьбы детей своего рода. Стоит запомнить и тех, и других, возможно, что в некоторых родах стоит поискать более достойных кандидатур на место главы.

Ох, что-то не туда меня занесло, не туда. Я еще с заговором не разобралась, а уже планы строю.

- Ну-ну, мора Сериман, не переживайте так, мы во всем разберемся, не так ли, морэ Гарнилай? – решил меня успокоить кто-то из присутствующих.

- Конечно, - проскрипел главный разведчик страны и прожег меня взглядом.

Кажется, все-таки нашелся тот, кто мне не поверил, и это… не очень хорошо. Надеюсь, не смертельно. Очень надеюсь. Ладно, пора завершать этот балаган и возвращаться обратно в замок, хотелось бы хоть немного отдохнуть перед началом этой битвы за власть.

- Я себя неважно чувствую после всех этих открытий, ночью даже не могла заснуть из-за беспокойства за своих соплеменников, - начала я подготавливать себе путь к отступлению, - думаю, на этом можно закончить наше совещание, если все единогласно примут решение о расследовании этого дела морэ Гарнилаем.  А  через несколько дней снова собраться, чтобы выслушать доклад главы ХРУ о первых результатах в этом деле. Сейчас важно не терять ни одной минуты, мы и так слишком много времени упустили, я даже боюсь представить, что же произошло на самом деле.

- Вы, как всегда, правы, мора Сериман, я очень рад, что у нас такая молодежь. Боюсь, что место Председателя Собрания после моего ухода на отдых будет недолго пустовать, с Вашей-то напористостью и самопожертвованием, -насмешливо и с легким ехидством проговорил морэ Тэтвил.

Ох, кажется, я перегнула палку. Да ну, не хватало мне еще и этого счастья. Тут бы со своим будущим родом разобраться и новыми родственниками, так неожиданно объявившимися на горизонте.

- Ну что же, раз никто не возражает, перейдем к голосованию, - продолжал тем временем Председатель.

Кажется, я опять немного отвлеклась.

- Ага, единогласно, тогда, морэ Гарнилай, мы очень надеемся на Вас и Ваших сотрудников и ждем отчет о результатах через два дня. На этом, я думаю, можно закончить наше совещание, если никто не возражает.

Ответом на это заявление была тишина. Все торопились домой, чтобы обдумать произошедшее в спокойной обстановке. Ну, а мне лучше удалиться отсюда как можно быстрее, если не хочу получить «доверительный разговор» от  «дяди Гарнилая».

- Да, и мне пора, - поторопилась я распрощаться с собравшимися.

Странно, но Гарнилай Грозный не рванул  мне наперерез от большого желания пообщаться. То ли я неправильные выводы сделала, то ли этот «жук с усами» что-то задумал, и наверняка для меня нехорошее.

Задуматься об этом мне не дали. Тэр просигналил мне глазами, что пора отчаливать подальше, а я быстренько посеменила за ним. Уже садясь в унмус, вспомнила о том, что переключила коммуникатор в беззвучный режим и решила его перенастроить. Взглянув на экран, обнаружила два пришедших мне сообщения: первое было обычным  текстовым, а вот  второе было с видеоизображением.  Сердце сжалось от плохого предчувствия, тело как будто занемело. Дело в том, что номер коммуникатора, с которого пришло первое сообщение, я знала слишком хорошо, а вот второй был мне незнаком.

- Тэр, мы можем побыстрее попасть в замок?- я решила видео просмотреть в более защищённом помещении, и лучшего для этого места, чем кабинет в замке, было не найти.

- Конечно, - улыбнулся мне Тэр, но, увидев мое состояние, перестал улыбаться. - Что случилось?

- Не здесь.

Минуту буравила взглядом свой коммуникатор, а потом все же решилась прочитать текстовое послание: «Тата, прости,  мы не успели. Он у них… и мои тоже. Лечу к тебе, сбрось координаты. Тира».

Пальцы дрожали, что не очень способствовало правильному набору координат замка. Тире лучше прибыть туда и быть под охраной. А уж об этом я позабочусь, воспользовавшись своим новым родством и положением у тхае. В голове начало немного проясняться.

И опять ступени, холл замка и встречающий меня Дервис. Казалось бы, как мало прошло времени с нашей последней встречи и как много всего изменилось (для меня) в то же время. Мне придется доверить ему еще одну мою тайну, и от того, как он прореагирует на нее и что предпримет после, решу – стоит ли и дальше нам задумываться  о нашем общем  будущем вообще.

- Еще раз здравствуй,  - не останавливаясь и проходя мимо, начала говорить я. - Ко мне сюда должна прилететь оборотница, моя подруга. Попроси, пожалуйста, чтобы ее пропустили и сразу же провели в твой кабинет, а мы с тобой пока пообщаемся сами. Есть дело.

Я попыталась ухватить его за рукав и потащить за собой, но он меня притормозил.

- Вижу, что все серьезно и разговор будет долгим, а тебе нужно нормально поесть, чтобы были силы. Ты же наверняка не ела ничего. Так что ты поднимайся в кабинет, а я распоряжусь по поводу твоей подруги и еды.

Честно говоря, мне кусок в горло не лез, но так же я понимала, что он прав, а значит… ладно,  пусть будет так. Резко развернувшись, стала быстро подниматься наверх.

Глава 17. Киднеппинговая

Горячие споры, до хрипоты в горле, уже давно закончились. Разговаривать никому ни о чём не хотелось. Каждый сидел и думал о своём. О чем? Не знаю. А я просто устала. От страха за любимое, самое дорогое для меня существо. От многолетней, вытягивающей жилы, борьбы. От практически отсутствия хотя бы капельки простого счастья, которого у меня не было по вине других. От чувства безысходности. От разлуки. От всего этого. И понимала, что никогда не смогу забыть эту тоску внутри себя. Что никогда не смогу... простить тех, кто опять пытается меня уничтожить. Не физически. Духовно.

Видит Вышний все, что происходит. Ему судить... И я добьюсь, чтобы к ответу перед его судом предстали все, замешанные в этом.

А значит, мы еще поборемся. Я поборюсь.

* **

Тиру пришлось ждать еще около часа. За это время в меня, общими усилиями, удалось впихнуть все принесенное слугами. Наверное, было вкусно, но я, от волнения, вкуса совсем не чувствовала.

Надо им рассказать о моей подруге. Единственной подруге. Но слова почему-то не шли на ум. Как рассказать кому-то о том, о чём многие года молчала? Следила за каждым своим словом, боясь проговориться и подставить под удар невиновного? Об единственной отдушине, не дававшей сойти мне с ума, в том кошмаре моей жизни? Может пора написать книгу "Кошмары моей жизни"?

«А что, - с иронией подумалось мне. -  Издам книгу-страшилку «Что нельзя делать женщинам, чтобы не оказаться в том дерьме, что пребываю я," например» .

Это - молчание о сокровенном - настолько въелось в саму мою суть, что откровения сейчас приходится буквально выплёскивать из себя, проталкивая через сжавшееся в судороге горло, со вставшим комом внутри него.

- Тира, она моя подруга, - прервала я тишину в кабинете, которую ничем не нарушали до этого Дервис и Тэр, - единственная... о ней никто не знает, кроме ее дальней родственницы, которая нас и познакомила... Ну... и теперь вас тоже.

Я тяжело вздохнула. Трудно это - откровенничать с кем-то. Эту простую истину я поняла еще после первого откровенного разговора с Натом.

- Мира, хозяйка магазина и первая оборотница, с которой у меня сложились приятельские отношения во время моей жизни в Кесонии, Тирина тетка. Она-то нас и познакомила. Тира сирота, отца совсем не знает, а мама умерла после родов от горячки. Мира рассказывала, что сестра, мама Тиры, так и не призналась в том, кто отец. Вы же знаете, у оборотней все проще и до обретения пары они могут иметь детей и от других партнеров, дети же всегда признаются законнорожденными. Поэтому Мира так возмущалась, что будущий отец не объявился и не взял на себя ответственность за ребенка.

- Вы заметили? - нервно хмыкнула я, - Это просто какие-то страсти эльфийские. Я не знала ничего о своем отце, она о своем не знает и подавно.

Наверное, надо начать с другого. Мой второй брак был неудачным, о том, что тогда со мной происходило, до сих пор вспоминать не хочется. А  Тира... Тира стала единственным мне близким существом, с которым я могла поделиться хотя бы частью того груза, что на меня свалился. Через год после свадьбы у меня родился сын.

К сожалению, уже тогда мои отношения с, теперь уже бывшим, мужем были не самыми лучшими, и я ждала рождения сына, чтобы потом развестись. О чём и сообщила мужу, как только вернулась домой из больницы с моим маленьким чудом на руках. Тира к тому времени уже помогла мне втайне от него снять небольшую квартирку и обустроить все там.

А дальше... дальше всё было, как в ожившей картине ужаса, что часто показывают по виовизору. Как только муж услышал от меня о разводе,... он озверел... Я до сих пор это помню. Ярко. Живо. Страшно.

Летящий кулак сбоку бьёт в верхнюю часть скулы и висок. Я падаю и во время падения пытаюсь развернуться так, чтобы упасть на спину, а не на живот и прижатый к груди теплый шевелящийся родной комочек.

Как сила удара от падения выбивает воздух из лёгких, а в голове от повторного удара происходит маленький взрыв, который оглушает и лишает на несколько минут потери ориентации. Как слабеют руки.

Ему оказалось этого достаточно для того, чтобы забрать сына. Я была в сознании, всё видела и не могла ничего сделать. Смотреть на лица обоих тхае мне не хотелось. Я не знала, что я там увижу. И боялась больше всего увидеть там презрение и брезгливость.

Я была сама себе противна. Не смогла защитить, уберечь то, что было мне дороже жизни. После минутной запинки я все же продолжила.

- Пока я лежала оглушенная на полу, он забрал моего мальчика и увез куда-то вместе со своей матерью. По возвращении же выдвинул мне ультиматум - я увижу сына, только если буду оставаться вместе с ним.

- Почему ты не обратилась за помощью к родным? - сухо прозвучал голос Тэра.

Ну да, все правильно. По-другому и быть не могло.

- К кому? - Все же нашла в себе силы ответить я. - Да и не факт, что это бы мне что-то дало. Официально он являлся отцом ребенка.

- Сколько? - спросил Дервис.

- Что? - недоумённо переспросила я.

- Я спрашиваю, сколько раз ты пыталась вернуть себе ребенка и сбежать?

Его вопрос вызвал в моей внутренней пустоте отголоски чего-то теплого, согревающего лёд, сковавший все во мне от напряжения. Может ли он понять меня, и то, что происходило тогда, так, как я это видела и чувствовала?

- Семь раз за девять лет прожитой с ним жизни. – С  горечью ответила я. - Мне Тира очень помогала. Мы с трудом находили информацию, где могла прятаться мать Нила с моим сыном, но каждый раз, когда мы подбирались слишком близко и готовы были к действиям, он каким-то образом об этом узнавал и менял место их пребывания. Только последний, седьмой раз оказался удачным, и у меня наконец-то получилось забрать моего мальчика. Ну, а потом муж официально "погиб". Я боялась, что его родственники могут отобрать у меня сына, поэтому и прятала его ото всех, поселив вместе с Тирой и еще несколькими детишками-сиротами, которых мы нашли с ней во время наших поисков предыдущих местонахождений.

Тира их всех воспитывает, а я очень редко, соблюдая полную конспирацию, могу их всех навещать. Всю финансовую составляющую мне пришлось взять на себя. И ждать, пока придет время получить возможность стать главой нового рода.

Дождалась, а вернуться к своим никак не могу. Особенно ввиду того, что Нил оказался жив. О том, что он замешан в дядины делишки, я сразу поняла, как только узнала о его удивительной живучести. А сегодня мне пришло два сообщения. В первом, текстовом, Тира мне сообщила, что мальчишек похитили, а второе, видеосообщение, я думаю, от моего бывшего "драгоценного" и его матушки.

Ну вот, я все рассказала. Только почему-то так страшно повернуться к ним лицом. Спина была напряжена до боли в окаменевших мышцах. Я не сразу поняла, откуда взялось согревающее тепло на моих плечах. А осознав... Напряжение начало спадать. Тепло рук, обнявших меня за плечи, нежными волнами распространялось по всему телу. И не было в этом жесте Дервиса, - а я была уверена, что это он, ничего неприличного - просто поддержка.

- Все будет хо-ро-шо. - Вот так четко, по слогам, уверенно выдохнули мне на ухо, шевеля тонкие волоски, выбившиеся из прически.

Мне очень хотелось верить.

- Я хочу дождаться Тиру, чтобы вместе уже просмотреть "привет" от бывшего. Зная его, могу предположить, что второго шанса на просмотр он нам не оставит.

Дервис, мягко нажимая на плечи, развернул меня и отвел к креслу.

- Ты права. И думаю, коммуникатор тебе тоже после этого надо будет сменить.

- Не думаю, что это хорошая идея, – отрицательно качнула я головой. - Да, скорее всего, после просмотра мой комм будет прослушиваться, но мы можем на этом сыграть.

- Ты забыла еще одну немаловажную деталь, они могут после этого прослеживать твои передвижения.

- Тогда тем более нельзя его уничтожать, нужно дать им уверенность, что они меня контролируют!- Вскинулась я.

- Конечно, хорошая моя, и поэтому я попрошу Даккара присмотреть подходящую девушку, которая будет ходить с твоим коммуникатором и не привлекать к себе внимания.

В  кресло я села, но не сама. Этот "вредный" тхае, рядом с которым я почему-то чувствую себя спокойнее, уселся в него сам, а потом просто затащил меня к себе на колени, как маленькую девочку, поглаживая успокаивающе по голове. Нет, это уже мания какая-то: все время тащить меня к себе на колени. Тоже мне, нашёл себе мягкую игрушку.

С одной стороны, жутко не хотелось подставлять вместо себя под удар другую девушку, а с другой, я отлично понимала, что это еще один маленький шансик в мою копилку хорошего окончания всей этой отвратительной истории.  Пришлось кивнуть, соглашаясь с его доводами.

Минут через пять раздался стук в дверь. Никто даже не успел что-либо сказать, как она резко распахнулась. В кабинет стремительно вошла среднего роста девушка милыми кошачьими серыми ушками, яркими зелеными глазами на миловидном лице. Нельзя было бы назвать ее красавицей, но было в ней что-то, притягивающее взгляд - то ли белая, с румянцем, нежная кожа, то ли ладная фигурка (знаете, как говорят: "все при ней"), то ли мягкая, скользящая, я бы даже сказала кошачья, походка.

Это моя Тира.

Чтобы увидеть меня, девушке хватило буквально мгновения. По проступившей на лице ухмылке было видно, что ей понравилось мое местоположение. В  смысле, что заставило меня начать ворчать под нос о нравах нынешней молодёжи. Я, конечно же, потом спохватилась, но плохим слухом в помещении никто не страдал и моё ворчание уже всех заставило ухмыляться. Вот же ж... и не скажешь же ничего.

Так она и подошла ко мне своей мягкой кошачьей походкой, обняла... за голову, ну, до чего дотянулась, то и обняла. Очевидно, что стоять ей так было неудобно, потому, не задерживаясь возле меня, вернулась и села на стул по другую сторону стола. Дервис подвергся тщательному сканированию зелеными глазами, Тэр ее внимания  даже не удостоился. И все это в полнейшей тишине. Реакция у тхае была ожидаема: Дер с интересом энтомолога наблюдал за таким вот не совсем обычным мотыльком, но особо не проявлял интереса. Тэр же весь напрягся и наградил мою подругу презрительным взглядом. Интересненькое дельце.

Да, чувствую, всем будет весело. Мне осталось лишь тяжело вздохнуть и скорее представить их друг другу, может, совместная работа их примирит. Я попыталась встать. Не дали. Смирилась, почти... надо все-таки кое-кому правку мозга сделать на тему свободы и личного пространства.

- Тира, это Тэрекс Даси и Дервис Дасильо, - показала на обоих тхае, - Тэр, Дервис, это моя подруга Тира Синтарская.

Ну вот, пока ничего страшного не случилось - они еще не дерутся, хотя вид у подруги сейчас как у боевой кошки: еще немного и начнет шипеть и шерсть вздыбливать.

- А что, ничего так, - заухмылялась еще шире подружка, - то, что надо... для тебя. Предыдущие были слизняками.

Я покраснела. Ну, подружка, удружила. Миг, и подружка становится серьезной. Всё, шутки закончились. Жаль, я стала немного приходить в себя. Тира, как всегда, помогла мне.

- Я получила твое сообщение, а также получила на свой коммуникатор видео. Почти сразу после тебя. Мы его еще не смотрели - ждали тебя.

- Догадываюсь я, от кого тебе такое "счастье" привалило, - проворчала Тира.

Мужчины только фыркнули в ответ. Я же уже потянулась включить коммуникатор и перевести его в режим проектора, проецирующего изображение на любую гладкую поверхность и увеличивающее его, но меня остановили.

- Тата, подожди минуту, я вызвал Даккара, он уже на подходе и тоже должен все видеть.

Даккар Тень появился в следующую минуту, просто тихо проскользнув в дверь, и замер слева от входа, возле книжных шкафов.

Ну, поехали. Медленно нажимаю на кнопку, вдавливая ее в паз. Рассеянный луч коммуникатора устремился к стене напротив, высвечивая картинку и лицо, которое я так надеялась забыть и больше никогда не видеть.

- Здравствуй, дорогая женушка! - презрительная ухмылка. - Ты опять решила показать свою строптивость, но ничего - это мы исправим. Правда, дорогая? Ты же хочешь увидеть... еще когда-нибудь... м-м-м... своего сыночка? Думаю, да.

Пауза. И опять довольная улыбка расплылась на его губах, но вдруг исчезла, показав холодную маску.

- Хочешь увидеть своего щенка живым - слушайся приказов. И... с ним... возможно... будет все нормально. Ты сворачиваешь всю свою бурную деятельность по розыску артефакта этих собак-тхае и ждешь от меня дальнейших указаний. Ну, ты и сама знаешь, что будет, если ты ослушаешься, - перекошенное в презрительной гримасе лицо, - помнят косточки еще болевые ощущения или надо память обновить, а? Ладно, это отложим на потом, когда я до тебя лично доберусь. Да, милая? А пока я твоего щенка оставлю в компании его дружков-оборотней. Чтобы наш мальчик не скучал. Ты видишь, каким хорошим я могу быть, милая? Скоро... нам будет опять хорошо вместе, только ты и я, и никого больше рядом... Я соскучился.

Последние слова он практически прошептал, но от этого шёпота у меня по всему телу прошёл озноб. Запись давно исчезла, а я так и сидела, замерев на месте, не пытаясь и пошевелиться. Из небытия меня вырвало хоровое рычание. И весь ужас ситуации заключался в том, что это в моей душе сначала родился рык негодования, ненависти, обещания мести, прорываясь из груди наружу, разрывая голосовые связки, вибрируя в воздухе.

Уже мое рычание подхватили остальные тхае, и даже Тира последовала их примеру.

Темшарза им в штаны, это что такое сейчас было? Я перепуганно захлопнула рот, а для верности еще и прижала обеими руками, чтобы не того... не этого. И только мои округлившиеся глаза смотрели на всех присутствующих.

- Ну, чего ты испугалась, родная? - пощекотав своим дыханием мне шею, довольно прошептал Дер. - Это всего лишь зов мести. Ты имела на него полное право. Теперь весь наш род знает, что у нас есть кровник, которому мы будем мстить, а значит, надо готовить комнаты в замке.

Я на него недоуменно взглянула. Какая связь между местью и пустующими замковыми комнатами? В ответ на мой незаданный вопрос тяжело вздохнули и качнули головой.

- Так поступает каждый тхае, имеющий право на месть. Это инстинкты, заложенные в нас Создателем. Весь род его слышит и собирается у него, чтобы узнать подробности и начать ОХОТУ.

- Но у меня раньше такого никогда не было, - ошарашено прошептала я.

- Потому что раньше ты редко общалась с тхае, а некоторые твои... м-м-м... особенности смогли усилиться только после того, как ты вернулась в свой род.

Интере-е-есно волкам закрутили хвост, какие еще особенности у меня могут усилиться? Еще сюрпризы ожидаются?

- А...

- Об этом потом.

- Я вообще-то хотела сказать, что вы не сильно удивились, узнав, что у меня есть сын.

- Ты забыла о Книге Рода? - хмыкнул Тэр. - Мы же тебя еще тогда просили рассказать о том, что и так уже узнали из Книги.

- А... А... Ну да. Только я тогда еще не готова была еще признаться.

На мою последнюю реплику фыркнули все, даже Тира.

- Что?

- Если бы не это сообщение, ты бы и сейчас не была готова открыть тайну существования твоего сына, - все еще пофыркивая, высказалась Тира.

- Я просто привыкла его прятать, опасаясь худшего, - буркнула я. – И, как видите, оказалась права. Хотя мне это не особенно помогло.

Я  тоскливо вздохнула. Остальные сразу же посерьезнели.

- Ладно, шутки в сторону. Даккар, усилить охрану. Распоряжаться по поводу комнат, я думаю, не стоит - слуги услышали зов и сами все подготовят. А сейчас нам стоит обсудить досконально свои дальнейшие действия. И да, мальчика в любом случае надо вытаскивать из переделки. В таких играх детям не место.

За эти слова я готова была простить ему многое. Только вот... надо сделать себе заметку на будущее:

- узнать все об этой самой ОХОТЕ, о зове и, самое главное;

- как влияет совместное пребывание членов клана (или частое общение?) на усиление их "особенностей", как их назвал Дер.

Что это за особенности вообще такие? Короче, вопросов масса, а ответов вообще никаких, только заметок " на память" у меня уже насобиралась тьма-тьмущая.

А дальше началось сумасшествие, называемое обсуждением.

Глава 18. Неожиданно романтическая.

Непонятный запах, тревожащий моё обоняние, пытался вывести мое сознание из сонного состояния. Сознание стойко сопротивлялось и требовало продолжать игнорировать внешние раздражители, закопаться в сон поглубже и оттуда не «отсвечивать». Я была с ним согласна и готова была поддержать замечательную идею руками и ногами, но … В борьбу с сознанием к запаху подключились прикосновения чего-то к моей коже. Прикосновения были нежными, едва уловимыми, немного щекотными, как будто легким перышком на мне выводили узоры.  Сознание, не веря в свой проигрыш, не желало капитулировать и держалось разве что не зубами за остатки моей дрёмы. Не судьба.

«Интересно, это кто или что?» - было первой более или менее осознанной мыслью. Прежде чем открывать глаза,   я решила прислушаться. А прислушаться стоило, оказывается, уже давно.

- Какая у нас на кровати симпатичная девушка лежит, волосики серенькие, ушки… мм…прелесть, что за ушки, так и хочется их слегка прикусить.

И опять прикосновение. На этот раз от волос к тем самым восхваляемым «ушкам». Не поняла?! Это чего происходит у меня в комнате?! На моей же кровати!

Лежа на животе не особенно удобно интересоваться окружающим миром, но происходящее требовало моего скорейшего реагирования, хотя бы затем, чтобы понять, что за хмырь смеет ко мне прикасаться и как он попал сюда?

Дальнейшее произошло неожиданно, наверное, для нас обоих.

Не поднимая головы с подушки, резко открываю правый глаз, левый, из-за положения головы мог смотреть разве что внутрь подушки. Вижу перед собой (лежащее на моей же подушке!) лицо незнакомого тхае. Ехидная усмешка на тхаевом лице сменяется удивлением. Моё лицо излучает исключительно возмущение.

- Полукровка! – прозвучало восхищенным восклицанием и…

И мой локоть, врезавшийся в лицо незнакомца, попадает ему сначала в переносицу, а потом и в правый глаз, при попытке оттолкнуться от чужака и откатиться на другую сторону кровати. Попытка удалась. Очень. Синяки выйдут знатные.

Дальше была «непереводимая игра слов» с его стороны  и настороженное молчание с моей. Поток ругательств прекратился, так и не найдя отклика от настороженной меня.

- Ты кто и что ты делал у меня в кровати? –  возмущенно спросила я, переходя под конец на рык.

- Я Хорис Даси, - многозначительная пауза, если он рассчитывал, что его имя мне о чем-то скажет, то он ошибался, - и был я на своей кровати в своей же комнате.

Я оглянулась, и тут до меня начало доходить.  Вчера мы с Тирой засиделись допоздна, заговорившись, и ни Тэр, ни Дервис не согласились с моей идеей отправиться спать к себе домой. Сообщив, что мне все равно завтра с утра надо опять быть в замке, разбираться с последствиями брошенного мной Зова, в смысле, встретиться  с новыми родственниками, меня отвели в комнату на этаже, где находились только личные апартаменты хозяина замка. Рядом выделили комнату и для Тиры. Мое возмущение  тем, что я не могу остаться в доме неженатого мужчины, который для всех не является моим родственником, никого не тронуло.

Репутация испортится? Не стоит так волноваться, все равно скоро все узнают о родственных связях. Так что покивали, соглашаясь, ласково погладили по голове, как не особо умную, скажем так, и…  оставили у себя. Я бы могла, конечно, побороться и уйти, со всеми ругаясь, но… честно говоря, мне не хотелось. События прошедшего дня просто выпили из меня все силы, как физические, так и моральные. Мне хотелось хоть одну ночь не быть одной в доме, и чтобы хоть одна живая душа была рядом. Я желала не чувствовать себя одинокой.

Спала я без снов. Может, оно и к лучшему, не хотелось бы получить очередное сногсшибательное (во всех смыслах) видение. Понимание того, что это действительно не моя спальня, заставило меня немного покраснеть, а уж когда я осознала, в чем стою сейчас перед незнакомым  новым знакомцем (он же представился, хоть я его и не знаю), у-у-у… Я, испуганно пискнув, попыталась стянуть с кровати одеяло и закутаться в него.

Не вышло.

Этот гад так и остался лежать на кровати поверх одеяла, прижав его всем своим немаленьким весом. И вставать он не собирался, занимаясь диагностикой нанесенных ему травм, а они были. По обе стороны от переносицы расплывались синяки, а глаз, познакомившийся с моим локтём, вообще заплывал. У тхае, конечно, регенерация ускоренная, но даже ему придется походить с таким украшением на лице пару часиков.

Медленно вдохнув и выдохнув, я постаралась успокоиться. Получилось с трудом, но получилось,  и это не  могло не радовать. Решив, что одеяло мне не добыть, а виновник моей ранней побудки слишком занят собой, сгребла в кучку свои вещи и быстро направилась в сторону ванной комнаты. Хотелось бы успеть одеться до того, как кто-то обнаружит наличие этого субъекта.

Да что ж за утро такое! У меня опять не получилось. Ну, одеться до того, как кто-то зайдет ко мне в комнату.

Зашел. Вернее, даже не зашел, а влетел. Дер. Уже наполовину трансформировавшийся. Краса-а-а-авец. Моя лохматулечка, хи-хи. А что? Можно же немного помечтать. Волчьи уши прижаты к голове от злости так, что их даже не видно из-за всклокоченных от сна волос и вздыбленного подшерстка. Слегка изменившееся лицо, кое-где покрытое серой с белым шерстью, радовало таким впечатляющим набором острых зубов, что оторопь брала. По загривку и ставшим огромными рукам струилась такая же шерсть, а пальцы демонстрировали длинные и даже  с виду острые когти. Маникюр, однако.

Замерев у выбитой двери, он посмотрел на полуголую меня, замершую на полдороге к ванной с пучком скомканной одежды, потом на «незнакомого знакомца», застывшего с открытым то ли от удивления, то ли от возмущения ртом, лежащего на «не моей-моей» кровати, и угрожающе зарычал на нарушителя моего спокойствия.

Ну, я же говорила, что все всё неправильно поймут. Кажется, сейчас кого-то будут убивать. Я, конечно, зла на этого хамоватого и наглого тхае, но не настолько велика его вина, чтобы лишать его жизни. Хотя проучить его бы не помешало.

- Да что ж сегодня за утро-то, а? – уже в голос проговариваю я и со злостью швыряю себе под ноги вещи.

Так, как там мама учила? Грудь вперед, руки в бока, взгляд угрожающий. Так, кажется, ничего не забыла. И  громко и четко порыкивая, говорим. Говорим, я сказала, а не вопим.

- Это что же такое происходит, дорогие хозяева?  Ты, - поворот в сторону застывшего и растерявшегося Дасильо, - ты зачем меня в комнату чужую поселил? Чтобы я выспалась? Спасибо тебе, выспалась по самое не хочу!  Лучше  бы ты меня домой отпустил! Там я хотя бы проснулась в своей собственной квартире! САМА! А теперь еще прибежал, не разобрался и права «качаешь»?!

Дасильо как-то взбледнул и вернул себе нормальный вид. Так, кажется, с этим разобрались. Следующий.

- Теперь ты, - резкий разворот к третьему персонажу нашей трагикомедии. - Ты-ы-ы, ловелас не тем сделанный, прежде чем приставать к девушке, поинтересуйся ее мнением, нужно ли ей это. И да, память у меня хорошая, и я очень добрая, так что долго ты мучиться не будешь…

Уж я-то найду способ, как получше ему напакостить гаду наглому.

Ну, вроде бы всё. Смертоубийства в ближайшее время не предвидится, так что можно пойти и наконец-то одеться. А они тут пусть сами разбираются. Так что я быстренько похватала опять свои вещички и «слиняла» в ванную.

****

Завтрак накрыли в кабинете у Дервиса, о чем мне и сообщила служанка, дожидавшаяся меня по поручению хозяина. Обоих тхае и след простыл. Какие выводы из увиденного сделала служанка, даже боюсь предположить, но, судя по блестящим от  любопытства   (извечная женская болезнь) и горящим предвкушением глазам, скоро во всем замке будет, о чем посудачить. Мдя, вот и произвела нужное мне впечатление. Одно радует – ни осуждения, ни презрения в ее глазах не было. Да и девушка вроде бы добродушная и неиспорченная, а значит, не притворяется. Хотя, что я могу знать о ней! Ладно, проверить мои выводы можно только по результатам того, что именно она поведает остальным слугам.

Вот в ее сопровождении я и отправилась в сторону кабинета. В кабинете собрались почти все. Дервис с виноватым видом, ехидно ухмыляющийся Тэр,  «ранний птыц» с угрюмым лицом и я, не выспавшаяся и злая, не было только Тиры.

Да, недолго она отсутствовала. Дверь в кабинет (я так понимаю, это любимая комната хозяина во всем замке, раз мы так много проводим здесь времени. Ну, не поверю я, что он не смог защитить от шпионажа еще одну комнату) резко распахнулась, и в комнату влетела оборотница. На пороге замерла и с неповторимой грацией кошки, мягко ступая, поплыла к столу. Глаза моего утреннего незваного посетителя при виде нее загорелись, Тэр же сначала переводил недовольный взгляд с Тиры на тхае, как бишь его там… и обратно, а Дер улыбался чему-то, одному ему известному.  Тира уже дошла до своего места за столом и присела рядом со мной. Я же опустила взгляд в свою тарелку с намерением покушать и услышала утробный звук, заставивший меня вскинуть голову.  Тэр?!

- Да что ж вы все сегодня такие нервные? – простонал этот любитель чужих постелей,  пытаясь отодрать трансформированную мохнатую лапу Тэра от своего горла, - И когда только успели подружками обзавестись? И вообще кто бросил Зов на ОХОТУ? У меня там такая краля осталась.

При слове «подружки» Тира зашипела, а я … я тоже хотела шипеть (женщина я или кто? Недаром же мужчины (в основном) нам приписывают родство с ползучими гадами, живущими исключительно под колодами. Интересно, что за вид такой? Никогда не видела). Но не  получилось. Опять. Видимо сегодняшний день для меня особенно неудачный. Вместо этого получилось утробное порыкивание, не хуже чем у Тэра. Что ж ты делать будешь? Ведь раньше  была тихой, шипящей, при необходимости, змейкой, а теперь? Какая-то собака, рычащая по поводу и без.

То ли мой рык, то ли Тирино шипение привело Тэра в чувство. «Незнакомый знакомец»  замер сусликом с немым вопросом в глазах, глядя на меня. Дер же вовсю потешался над этими двумя. Ну да, ну да, давно ли он сам кидался как бешенный?

- Мора Тира, Татая, - успокоившись, заговорил Дасильо, - позвольте представить вам моего неудачливого  брата, Хориса Даси.

- Твоего брата? - недоуменно ппереспросила я, - он же Даси, а ты - Дасильо.

- Ну вообще-то Даси – это боковая ветвь рода Дасильо. Тэрекс и Хорис  - родные братья, а мне они кузены, тебе же они приходятся двоюродными дядями со стороны твоего деда.

- Интересно волчий хвост загнулся, - ошарашено пробормотала я. – Прям родственник на родственнике, а… а много у меня еще родственников?

Что-то мне уже страшно становится от перспективы такого родства.

- На данный момент род насчитывает тысячу восемнадцать взрослых, - с гордостью ответил Дер.

А мне поплохело. Обычно при переписи считают только взрослых особей мужского пола, достигших тринадцати лет, то есть, кроме этой тысячи с хвостиком еще примерно столько же женщин и детей?

Мне стало не по себе. Почему-то раньше я считала, что тхае из рода Дасильо мало, ведь во время многочисленных посещений замка я практически никого не встретила. Или они где-то прячутся от меня?

- Просто у каждой семьи есть свой дом, где они и живут. – Я  что, последнюю фразу вслух произнесла? – А в замке весь род собирается на торжества, праздники или по причине Зова Охоты, как в твоем случае.

А что это этот новоиспеченный родственник так на меня вылупился?

- А… а что? Дер, это не ты разве послал Зов? Это же был Зов глав рода! – и смотрит так на меня… интересно смотрит, меня уже напугал этот взгляд.  Было в нем что-то этакое  - пугающее.

- Нет, - с почти отцовской гордостью за успехи своего отпрыска, ответил Дер, поглаживая меня по голове, - это Таточка вчера постаралась.

И кто мне теперь объяснит, что, собственно, происходит? Посмотрела на Тиру, та смотрела на меня  в таком же, как и я, недоумении. Тэр же сидел с таким довольным выражением лица, что так и хотелось дать ему пожевать что-нибудь кислое.

- Видишь ли, кузен, - самодовольство просто распирало моего «вредного» тхае, - Тата законная дочь Трента и равна мне, моя наследница, глава нового рода Хаврии и… моя будущая жена.

Быстрый взгляд на меня.

- Я надеюсь.

Хотелось взбунтоваться. Честно. Но… может, это усталость - мне совершенно не хотелось скандалить. Но и оставить просто так это нельзя, поэтому я решила прояснить ситуацию для некоторых.

- Я еще не давала своего согласия.

- Конечно, дорогая, я помню о том, что обещал, - ответил мне Дер.

- Но на ней же твои браслеты, - не вовремя влез новый родственник.

Ох, зря он мне напомнил об этих «украшениях»! В ответ ему прозвучало слаженное двойное рычание. Только если Дасильо рычал на опять провинившегося кузена, то я на Дервиса, вспомнив о его «невинном» подарке.

- Но на мне нет обручальных серег, так что по закону Хаврии я свободна и имею право искать себе мужа по желанию, - все еще рыча, просветила его по поводу моего мнения на эту ситуацию.

- Ты же говорила, что вообще не хочешь выходить замуж, - сузив глаза, прошипел Дер ( ну чисто твоя змея).

- Ну, я же глава нового рода и понимаю, что мне надо обеспечить мой новый род наследниками правящей семьи,  - решила и я уподобиться хладнокровным гадам, в смысле, опять попробовать пошипеть. Не получилось.

- Р-р-р-р…, - Дер начал покрываться длинной шерстью.

- Хватит, - рявкнул на нас Тэр. – Тата, никто не собирается на тебя давить, поверь мне. А ты, Дер, хватит ревновать и рычать – нужно завоёвывать, а не бесноваться без повода. Она же тебе говорит просто из чувства противоречия и обиды за самоуправство.

- Но я же…

- Да, да, я  знаю, по-другому было нельзя, но и ты, зная ее историю, должен осознавать, как она будет реагировать на твои действия. Вышний, как мне еще успокоить этих влюблённых?

Я поперхнулась словами, готовыми было сорваться с языка. Кто влюбленный? Я-я-я? Нет, это он загнул, конечно. Какая влюблённость? Ну да, нравится мне он немного, но не более того. Наверное. Не знаю.

- То есть у нас наконец-то появилась женщина из семьи Дасильо, которая является твоей парой? – опять влез Хорис.

- Тата моя сводная племянница, - со значением, непонятным для меня, ответил ему Давильо.

Ну племянница, ну сводная, ну есть у них какая-то традиция выходить племянницам замуж за сводных дядьев (дикость, конечно, но я не из тех, кто готов лезть к другим со своими правилами, если эти правила, конечно, не касаются меня).

- Это сейчас что было? – наконец-то вступила в наш содержательный разговор Тира.

- А это они опять шифруются, чтобы не выдать раньше времени какую-то из своих «страшных» тайн раньше времени, - фыркнула в ответ я.

Дер посмотрел на меня, потом на Тэра, потом опять на меня. Тяжело вздохнул.  Передвинул мой стул поближе к себе. Подумал. Решил, что этого мало и пересадил меня к себе на колени. Ну точно, я для него – любимая мягкая игрушка. Интересно, а какие у него в детстве были игрушки на самом деле? Опять не о том думаю.

- Моя тетя, твоя троюродная бабка, была Видящей Сны. Те Сны, которые дают нам видеть и понимать будущее.

- И-и-и?

- Однажды ей приснился Сон. Дар у нее был слабенький и Сны, раскрывающие линии судеб, приходили к ней редко. Она сказала нам, что придет к нам в род  «потерянная частица» и вольёт в наши жилы новую кровь, и станет с ней род наш сильнее, а правящая семья обретет потерянное счастье и былое могущество, если…

- Если… - как завороженная повторила за ним я.

- Счастье и могущество придет в нашу семью, если станем мы с ней одним целым.

И я поняла, что ничего не поняла.

- Так, давайте разберемся, - решила расставить все по своим местам я. - Почему вы решили, что я «потерянная частица», какое отношение ко мне имеет это ее видение, при чём тут статус сводной племянницы и почему на мне надо обязательно жениться?

Последние слова я уже почти кричала.

- У тхае есть такое понятие – хаба, если перевести с древнего языка дословно на общий, оно означает «потерянная частица». Слово это имеет несколько значений. В древних летописях так называли тех жен, которые были частью семьи, но как бы потерянной. Ты знаешь, тхае живут долго и браки наши вечны. Как правило, у тхае пара бывает только раз на всю жизнь, без пары у нас не может быть детей. Возможно, это как-то связано с генетической совместимостью для рождения здорового потомства, не знаю.

- Как правило? – переспросила я.

- Иногда, очень редко, если тхае рано лишился своей пары, судьба ему делает подарок – еще одну пару. Это скорее исключение из правил. А теперь подумай, насколько часто в наших семьях есть вероятность получить сводных братьев и сестер?

- Вероятность такого почти равна нулю, - тяжело вздохнув, призналась я.

- Именно, - и меня погладили нежно по руке. – Такие как ты – редкое сокровище, доказательство благосклонности судьбы к семье.  Хаба всегда оказывалась парой своему сводному дяде, если имелся такой в наличии. Если же не было дяди из ближнего круга, то парой становился дядя из второго круга. Отсюда и традиция жениться на сводных племянниц. Хаба частичка семьи, с которой тебя связывают родственные связи, единое мышление, общее прошлое и … возможность иметь дееспособное потомство. Ты своего рода исключение из исключений. У нас нет с тобой общего прошлого, ты не знаешь традиции своего рода, наши родственные связи только налаживаются, но ты – хаба. Моя хаба.  Если бы твой отец был жив, или род знал о твоем существовании, ты стала бы главой рода Дасильо. Ты, а не я, Тата.

- Долг, всего лишь дань традиции,  обязывает тебя обратить на меня внимание, а я так не хочу. Больше не хочу, - с горечью прошептала я, чувствуя, как внутри опять разливается пустота. Как будто только проклюнувшийся росточек, пустивший корни в моей душе, бездушно вырывают с корнем.

- Та-та, - с тоской протянул мой, кажется, несостоявшийся, жених. - Ты забыла. Пара для тхае – всё. Без нее ты не можешь жить. Она – твоя суть. Твоя любовь. Твоя радость. Твоё счастье… и твоё горе. ВСЁ.

Я замерла, одновременно желая поверить и в то же время боясь это сделать.

- Просто поверь, - то ли он сказал, то ли ветерок прошелестел мне это на ухо.

- Я попробую, - прошептала я.

После этого никому не хотелось больше ни о чем говорить, и мы, не сговариваясь, в полном молчании продолжили завтракать. Правда, все уже безнадежно остыло, но разве это так важно, когда появляются в твоей жизни вот такие минуты полного доверия?

После завтрака мы все-таки нормально познакомились с Хорисом, одновременно вводя его в курс дела и объясняя причину дружного созыва всего многочисленного родственного личного состава.

Хорис был в ярости. Как я понимаю, для них дети – святое, и тхае никогда в свои интриги не впутывали детей, даже если они были детьми врагов.

За дверью кабинета слышались последствия развитой бурной деятельности слуг в деле приготовления гостевых комнат, гостей ожидалось много, поэтому работы всем хватало.

Мы же, пригласив Даккара, продолжили спор на тему кого куда послать и что делать. Кандидатуру девушки-дублёра тоже долго согласовывали, остановились на внучатой племяннице братьев Даси. Да-да, и такие бывают, боюсь даже спросить, сколько им лет, а уж о том, кем она приходится Дервису, даже подумать страшно. Прадедушка, хи-хи.

Улыбку скрыть не удалось. Дервис  недовольно заворчал себе под нос о несносных девчонках, издевающихся над своими древними родственниками. Но взгляд при этом у него был теплым с искоркой мальчишеского озорства. На минуту мне даже показалось, что все мои проблемы уже в далеком прошлом, но это продлилось недолго.

Потом мне пытались озвучить имена родственников входящих в ближний круг. Попытка не удалась. Запомнить, кто кому и с какого боку приходится родственником, было нереально. И они еще жаловались мне на малочисленность рода! Да на изучении их родственных связей мозги сломать можно. О чём я им и сообщила.

В итоге было решено, что я создаю видимость полного нежелания продолжать расследование. Весь  ближний и второй круг совместно с Тирой группами едут в Кесонию и начинают поиски детей оттуда. Остальная масса родственников подключает своих осведомителей для поиска предателей в родах Собрания,  а также возможного убежища заговорщиков (должны же они где-то собираться, чтобы координировать свои действия).

Тэр и Хорис прикрывают внеплановый слет родственников празднованием пятисотлетнего юбилея троюродного дяди со стороны матери отца деда нынешнего главы рода.  Именно в такой формулировке. Даже они долго устанавливали эту личность, что уж говорить о происках возможных шпионов.

Дервис поручил сам себе самое дорогое – меня. Это он так сказал. Я… не возражала. Даккар с ним согласился, что внешней охраны мне мало и нужен кто-то, кто хотя бы ночью будет находиться со мной в одном помещении для охраны. После это встал резонный вопрос, а как этот самый «кто-то» будет пробираться ко мне в комнату без урона для моей репутации? Вы думаете, моё мнение по этому поводу кто-то спросил?  Правильно – никто.

С меня потребовали план дома, моей квартиры и план улицы с указанием кратких характеристик соседей. Еще часа полтора я, высунув язык от усердия, корпела над этими планами и характеристиками. Потом думали, как обосновать Зов, не раскрывая моей роли во всём этом. Решили представить как главу нового рода, оказывающую одолжение тхае. Шито белыми нитками, конечно, но в наши усталые головы ничего путного больше не приходило. Дальше решили действовать по обстоятельствам.

Когда закончили, думала отдохнуть, – опять не получилось. Началось самое страшное (для меня) – наплыв родственников.

Замок взорвался многоголосым шумом, кутерьмой, всеобщими приветствиями, смехом, иногда переходящим в откровенное ржание, топотом, чаще всего переходящим в бег, хлопаньем дверьми. И это были только взрослые тхае. Могу представить, как сносит крышу у замка, в прямом смысле, когда здесь появляются дети. То и дело кто-то подходил подергать закрытую дверь кабинета, а мы замирали как мыши, боясь даже пискнуть.

Наконец все решили, что ничего более нового не придумают и решили разойтись по комнатам, чтобы хоть немного отдохнуть перед ужином-встречей с этой многочисленной ордой. Пробирались, как заядлые шпионы, на цыпочках, гуськом, коридорами для слуг. Хорис по привычке, завернул за мной к своей-моей комнате, Дер зашипел (конечно, рычать-то он не мог, боясь выдать свое месторасположение жаждущим пообщаться), а Тэр попросту развернул брата и потащил его в свою комнату.

В общем, оказавшись в комнате, я заперлась на все замки и потрусила в сторону ванной комнаты, чтобы полежать в ванне и смыть с водой усталость с тела.

И все-таки, что-то зацепило меня и не хотело отпускать. Посидела. Подумала. Точно. Тетя Дера – Видящая Сны, мой отец, мать отчасти и я, до недавнего времени,  принадлежали к роду Видящих. Нас и называют Видящими, потому что мы видим саму суть, а родственница по моему отцу тхае видела вещие сны. Суть я тоже вижу, да  и вещие сны мне тоже снятся, только слишком часто. А если принять как факт, что Дар Видящих суть, в моем варианте, усилил наследство далекой родственницы видеть пророческие сны? Тогда вполне объясняется частота этих самых видений.

Скорее всего, так и есть. Надо будет с Натом это обсудить. Он либо сможет подтвердить мои догадки, либо опровергнуть. Все, теперь точно пора в ванную

Глава 19. Совещательная.

Дежавю.

Тепло и уют собственной постели не оставляет никакого желания ее, постель, покидать. Привычное и такое спокойное утро выходного дня в последнее время у меня выдавалось не часто. Ди в последнее время срочных заказов для меня не брал, учитывая сложившиеся обстоятельства. Так что можно еще немного понежиться в кроватке и подремать лишние пол часика.

Что-то щекотало правое ушко, а еще было непривычно чувствовать чужое дыхание рядом. Рядом?!

- Маа-лаа-ко! Кому мааа-лаа-ко! - иеонской трубой орала молочница, голосистая она у нас, это ж надо так на всю улицу орать. Может выйти и купить...

Додумать мне не дал грохот рядом с кроватью. Грохот мне не понравился и заставил аккуратно свеситься с кровати.

Ха, это Дер отреагировал на вопли молочницы с непривычки. Так, а что этот лохматое чудовище делало на моей кровати, я же его на пол положила. Это он мне в ухо дышал что ли?! Ну, гад!

Тхае в это время как был в штанах и с голым торсом, наполовину трансформировавшийся, ухватил меня и потащил в угол комнаты, в углу стоял шкаф. Он меня что, одеваться потащил? Интересная реакция на предполагаемую опасность. Все оказалось прозаичнее, меня затолкали в шкаф, закрыли дверцу и подперли ее своей широкой спиной. З-з-защитничек.

Шкаф был качественный, деревянный с толстыми стенками, внушительными дверцами и без одной хоть ма-а-аленькой дырочки. В общем, дышать было нечем. Попытка с моей стороны открыть дверцу, чтобы сделать хоть глоток воздуха без концентрированного запаха цирцилы, засушенные пучки цветов которой были распиханы по всему шкафу для разгона всевозможных паразитов, не увенчалась успехом.

Решила пойти путем дипломатии - будем договариваться. Сначала я поскреблась в дверцу, сильно поскреблась, ногти портить были жалко, поэтому использовала для этого железную вешалку, вспомнить о том, что могу отрастить на руке когти, частично трансформировавшись, в голову не приходило. В первую пару минут ответа не было, потом "защитничек", видя, что пока никаких нападающих на горизонте не предвидится, прошипел:

- Сиди тихо, я нас отсюда вытащу.

- Пусти, это всего лишь молочница из соседней деревни, - обрадованная, что смогла доскребтись до него, прошипела я в ответ.

- Все равно стоит немного подождать, а вдруг...

- Если я тут еще минуту посижу, то никакого "авдруга" не понадобится - ты меня сам благополучно удушишь из лучших побуждений, так сказать.

Дверца шкафа все-таки немного приоткрылась. Прогресс. Дело дальше не пошло, в смысле большего мне не позволили. Ладно, продолжим пробивать себе путь к свободе.

- Де-е-е-ер, ну Де-е-ер, открой, а? Никого нет, я же говорю - это просто молочница, - решила поныть я, потому как свежий воздух это, конечно, хорошо, но организм решил напомнить, что комнату "уединения" я не посещала с ночи и он, организм, настоятельно рекомендует мне туда поспешить. В общем, теперь я с высунутым носом наружу (а больше просто не получалось ничего высунуть) притопывала в шкафу на месте в ожидании, когда мне дадут зеленную дорогу.

Притопывать пришлось еще минут пять, пока я окончательно не озверела и не отбросила свою стеснительность, высказывая тупому тхае все, что я думаю о нем, о его мнительности и его методах охраны.

Тхае впечатлился настолько, что на миг от шока выпал из реальности, а мне только этого и надо было. Вылетев из шкафа с заранее подобранной одеждой (зря я, что ли, в шкафу сидела?), на всех парах помчалась в ванную с туалетом. За спиной в захлопнутую дверь что-то грохнуло, выругалось, попинало пару раз и отчалило. Надеюсь, надолго.

- Через полчаса будет готов завтрак, сегодня много дел, поэтому поспеши, пожалуйста, - зря надеялась.

Пока приводила себя в порядок, начала вспоминать вчерашние остаток дня и вечер.

***

Всему большому роду Дасильо решили пока не раскрывать истинный статус моей персоны, а уведомить только глав семейств, заручаясь их поддержкой на всякий случай. Какой такой случай, я так и не поняла. Поэтому, пока наша пятерка дружно отдыхала в своих комнатах и наводила последний лоск перед встречей, Даккар Тень бегал по всему замку в поисках этих самых глав семейств, входящих в род. И делал он это сам, чтобы, как сказал Тэр, соблюсти конфиденциальность сего мероприятия.

Вы бы видели их реакцию на известие, что у главы рода Дасильо появилась хаби, у-у-у!

Первая реакция была ожидаемая - шок, дальше неверие, радость и предвкушение. Предвкушение в их глазах меня смутило и испугало, потому что невозможно было понять, что они именно предвкушают, как это связано со мной и моим новым статусом. И вообще, что происходит? Я решила на время отвлечься от этих мыслей и взглянуть на суть присутствующих здесь, боясь что-то пропустить.

Рассматривала каждого в отдельности, пользуясь моментом, пока Дер о чем-то с ними разговаривал.

Нет, открыты, в меру хитры, гипертрофированное чувство достоинства и, что самое приятное, нет ни капли темных тонов предательства. Еще минуту я блаженствовала, утопая в волнах защищенности и надежности, исходящих от этих с виду таких грозных мужчин.

Вы знаете, каково это, когда у тебя вдруг в родственниках появляются десять огромных дяденек с разной степенью родства, пытающихся доказать тебе, что ты хилячок и тебя надобно оберегать, и при этом похлопывающих тебя по плечу так, как будто решили тебя вбить в пол по самую "шляпку", то есть голову. Могу сказать одно: незабываемое впечатление. После десяти похлопываний ноги подкашиваются, плечи отваливаются, поясница разламывается, а спина грозится рассыпаться на маленькие детали. И это при том, что я тоже наполовину тхае, а значит, намного крепче многих хаврийских мужчин.

Вот так у меня в новых родственниках оказалось десять здоровенных мужиков, которых, чтобы не запутаться, мне разрешили называть дядями, хи-хи.

В род Дасильо входит одиннадцать семей:

сами Дасильо

Даси

Сиви

Тарси

Нэви

Риго

Шини

Раши

Хэми

Лаши

и Лули.

Эта знаменательная встреча, как вы уже догадались, проходила все в том же кабинете. Интерьер комнаты почти не изменился, если не считать огромного стола, накрытого ужасающим количеством еды. Но увидев, с каким аппетитом, все поглощают еду, поняла, что ужасалась только я - это первое, а второе - еды может и не хватить. Потому решила не отставать от остальных, пока все хорошие кусочки не разобрали.

Там им Дервис все и рассказал, предварительно потребовав неразглашения без нашего согласия.

В средине трапезы к нам присоединились Тира, Хорис и Тэр. Кстати, глава рода Даси являлся отцом этих двух обормотов, "пьющих мою кровь" и играющих на нервах, в основном моих.

Собственно, именно главы семей и представляли собой ближний круг рода Дасильо, вторым кругом были их первые помощники. Их-то мы и хотели отправить на поиски моего сына и остальных детей. Поэтому Тира очень быстро взяла их в оборот, начиная детальную разработку плана действия. Через полчаса стало ясно, что без помощи оборотней нам такую операцию тихо не провести. А значит, мне пришлось звонить Нату. Все-таки у нас с ним более близкие отношения, а Кесонские его друзья.

Набрав на коммуникаторе его номер, почти сразу услышала ответ. Удивительно, насколько я к этому эльфу привязалась и как по нему соскучилась, а ведь виделись совсем недавно.

- Привет, Нат, как у вас там обстоят дела с эвакуацией соотечественников?

- О, Таташа, здравствуй, все хорошо, почти всех уже успели вывезти и мы, и Кесония. Тат, ты что-то хотела?

- Как догадался?

- По голосу, а еще потому, что в последнее время ты со мной связываешься только по мере необходимости.

- Прости, Нат, как только все это рассосется, мы с тобой обязательно махнем на нашу гору. И да, ты опять прав - я по делу. Я не знаю, насколько можно доверять окружению Кесонских и опасаюсь, что кто-то может передать нашим противникам то, что им знать, пока не следует. У нас неприятности, и нам нужна их помощь. Сегодня в Кесонию прибудет группа тхае в сопровождении моей подруги-оборотницы. Им нужно найти несколько похищенных детей, но только так, чтобы никто не догадался ни об их действиях, ни о результатах. Это очень важно, Нат, дети могут погибнуть, а у нас есть сведения, что руководит всем этим безобразием не совсем психически здоровый индивид. Что у него в голове творится, один Вышний знает.

- Тата, не волнуйся. Я свяжусь с Бархусом, и мы все организуем, - услышала я в ответ, - ты сама как там?

- Да нормально, веселюсь, можно так сказать, об остальном при встрече, ладушки?

- Что-то не слышу в в твоем голосе уверенности.

- Угу, ее и нет, все катится как снежный ком, а я успеваю только догонять его и немного менять направление. В общем, потом поговорим, - тяжело вздохнула я.

Дальше обед прошел в более спокойной обстановке, то есть для кого-то она была спокойной. Мне же не дали ни одного кусочка нормально пожевать, закидав вопросами о том, как, когда и при каких обстоятельствах мы познакомились. Как узнали о своем родстве? Насколько романтично Дер предложил мне стать его женой? И как мне понравились его браслеты? При последнем вопросе Тэр подавился, Дервис покраснел, а Хорис странно выпучил глаза, подавая непонятные мне знаки своим сородичам. И хоть его знаки для меня были - что вампирская грамота, смысл однозначно просматривался: "Захлопни рот, а то она нас тут и прикопает". В общем, хорошо посидели.

Нет, ну вот интересно: кто говорил, что все женщины - сплетницы? По-моему, мужчины нам, женщинам, на этом поприще еще и фору дадут.

Уже через час Тира и тхае покинули замок, разделившись на малые группы и стараясь не привлекать к себе внимания. Хоть в том гаме, который устроили остальные родственнички, сложно были бы вообще что-то заметить, но мы решили не рисковать.

Тэр и Хорис принялись за организацию "торжества", забрав в свое распоряжение почти всех слуг и более двухсот самых молодых тхае. Как они сказали: " Чтоб молодняк под ногами не путался".

Даккар собрал остальных тхае и поделил на две неравные группы. По  каким критериям шло распределение, он мне не сообщал, но здравая мысль об уровне доверия - присутствовала. Моя догадка оказалась верной, когда бОльшая группа получила сообщение о том, что тхае созвал Дер для поиска украденного артефакта. Именно эта "важная" миссия возлагается на их плечи, пока верхушка рода будет решать более насущные дела. Ввиду моего "отказа" от дальнейшего сотрудничества без объяснения причин. Именно такая формулировка была им озвучена.

В общем, и народ заняли, и наблюдателям дали понять, что я исполняю их поручения.

Меньшая же группа получила личное задание от Дера на сбор всей возможной информации обо всем происходящем в кланах Хаврии, даже самой незначительной с их точки зрения. Даккара решили оставить в замке для координации действий и связи. Хоть он и хотел поменяться с Дервисом местами, мотивируя это тем, что нельзя, чтобы глава рода и его наследник (это он меня так обозвал, гад!) подставлялись вместе под удар. Что Дер глава, и это он должен быть координатором, а не работать "в поле", но... Но попробуйте переубедить этого упрямого тхае. А мне очень не хотелось подставлять его под удар вместо себя.

Меня все не оставляла мысль, что я что-то упустила, и это не давало мне покоя.

Дальше мы перешли к разработке моих дальнейших действий. Спорили долго и упорно. Даккар и Дер пытались убедить меня, что мой двойник отлично справится с ролью, а мне безумно не хотелось подставлять под удар кого-то другого. И так из-за меня очень многие поставили под угрозу свои жизни.

Переспорить мне их не удалось, и мои планы пришлось изменить.

Девушка - служащая Даккара - уже давно была готова заменить меня. Кажется, они заранее были готовы к такому положению вещей. Когда я ее увидела, то поразилась, насколько тхае, не имея таких возможностей, как хаврийцы из рода Туманных, умеют правильно изменять свою внешность.

Напротив меня стояла моя полная копия, включая одежду. И это наводило на определенные мысли. Либо они очень большие профессионалы, если смогли все так быстро подготовить, либо двойника готовили заранее. И тогда встает другой вопрос - для каких целей?

Этот-то вопрос я и задала потом Деру. А пока мой коммуникатор благополучно перекочевал к ней, и девушка вышла из замка уже в моем облике, попутно громко споря со следующим за ней начальником службы безопасности, что нет смысла ее склонять к дальнейшему сотрудничеству.

Так вот, вопрос. Дер, интриган темшарзов, попытался под шумок смыться, но от меня далеко он так и не ушел. Ответить на мой вопрос ему все же пришлось. Вот тут-то я и села от удивления! Хорошо, что рядом был пуфик. Прижатый к стенке, этот тхае недобитый покаялся в том, что девушку начали готовить буквально на следующий день после нашего знакомства у Ди в мастерской. Я на это смогла только вытаращить глаза и тихо икнуть. Но меня не пощадили и решили выложить все как на духу, добив этим окончательно, как контрольным выстрелом в голову из МТ-348, то есть после такого не то что головы - меня не будет.

Первое, оказывается все это время "милый" дядя готовился к женитьбе... на мне. Подбивал финансы, приводил в порядок замок, обновлял хозяйскую спальню. Нет, не ту, где он сейчас спит (хи-хи, те апартаменты, где он сейчас обитает, вообще называются детскими), а супружескую, в которой спит глава рода с женой. Да-да, и никаких раздельных спален. А еще служба безопасности вела за мной слежку (дабы меня никто не обидел, угу) и собирала информацию о моих родственниках, пытаясь установить, кто из его соотечественников в моем роду "потоптался". Я услышала о том, как безответственно было с моей стороны общаться наедине с хитрым эльфом и встречаться с не менее хитрым вампиром (то-то я думала, как это он так быстро подсуетился с морэ Ниэльсом, гад).

На мой закономерный вопрос, что же он по-нормальному не подошел, не пообщался, а ходил рыбой замороженной, и вообще, с чего такой ко мне интерес, если он тогда еще даже не подозревал о нашем родстве, он ответил, что я ему сразу приглянулась во всех смыслах (это он так сказал). Только по традициям тхае, чтобы начать проявлять свои чувства, он должен был сначала обсудить это со старшим моей семьи, естественно, имелся в виду родственник со стороны тхае.

Угу, интересно волки с тхае станцевали, значит, если он оказался тем самым родственником, то сам себе и разрешил? Хорошо устроился, самодержец недоделанный.

А то, что у меня каждый раз от его мороженого взгляда по спине стадо тарталов пробегало, втаптывая в землю по самую макушку, чтобы стать вообще неприметной и не привлекать к себе внимания - это нормально. А еще, оказывается, все главы семейств готовят для своих жен двойников из доверенных лиц, чтобы в случае опасности отвести удар от любимых.

В общем, сидела я тихо и пыталась осмыслить хлынувший на меня поток информации. А виновник моего состояния, довольный тем, что теперь уже не он мучается по причине того, что не может никак мне покаяться, а я мучаюсь, осмысливая, что все совсем не так, как было на самом деле, а на самом деле... Короче, мысли у меня запутались окончательно.

"Дядюшка" же мой решил воспользоваться моментом, пока я пыталась развязать узел, в который завязались мои мысли в поисках ответа на вопрос - а оно мне надо? Подхватил меня под ручку, вернулся на второй этаж и бодрой рысью потащил меня "показывать" отреставрированные хозяйские покои.

Показал. Получил в нос. Оправдался, доказав, что действительно просто хотел узнать мое мнение об интерьере, ведь мне же здесь жить. За что повторно получил в нос, искренне уверяя, что не забыл о своем обещании и еще не данном мной согласии на брак.

Под конец, уставшая я и чем-то довольный, не смотря ни на что, Дер сели ужинать в его личной гостиной. Как это ни странно, кабинет сегодняшним вечером остался не при делах.

Через два часа отправились ко мне домой, по дороге пересекаясь с моим двойником, ей предстояло провести анализ первого своего "выхода в свет" под моей личиной, а мне нужно было собрать необходимые вещички. Мне предстояло провести еще не одну ночь в замке Дасильо, прячась ото всех, чтобы не выдать двойника.

Уже укладываясь спать, вспомнила, что так и не позвонила Ди.

***

Следующие сутки прошли вполне спокойно. После завтрака с Дером у меня дома (было вкусно, только непонятно, где он научился готовить?) с видом беззаботно гуляющей отправилась на автофлае к городскому парку. Там же, в автофлае, меня подменил двойник, направившись в парк. А я в чужом плаще и берете под неусыпным присмотром Дера и еще, я думаю, пары телохранителей, оставшихся присмотреть за нами по указке Даккара, без приключений добралась до замка, где и провела весь день.

Глава 20. Кошмарная.

Полная трансформация. Когти. Внушительный набор клыков во рту и  короткая шерсть по всему телу. Лишь волосы, собранные в высокий хвост, и розоватые белки глаз не изменились. Сзади стены и три маленьких родных комочка. Не отступить. Напротив меня Он - моя ненависть, презрение и злоба. Виновник большинства моих бед. Маньяк, готовый уничтожить даже своего ребенка ради призрачных целей. У меня нет пути назад – я буду бороться до конца, надеясь, что помощь придет раньше, чем мы погибнем.  Жизнь. Смерть. Не знаю, какой из этих двух вариантов меня ожидает. Знаю одно – достоинство – это то, что я бы хотела оставить для себя. И еще – сохранность жизней  тех, кто мне дорог.

Позади меня тихо, но набирая силу, зазвучала ритмичная мелодия, отбиваемая маленькими ладошками о каменные стены пещеры. Гимн воина. Тхае. Он растекается по венам, барабанная дробь задает ритм, и мой пульс начинает биться  с ним в унисон. В голове еле слышно звучит напев древней песни воина, просящий Вышнего помочь ему, дать силы выстоять, охранить любимых, укрепить веру. Ведь он идет на смерть - свою, чтобы сохранить жизнь - чужую. И я готова. Смерть? Жизнь? Один лишь  Вышний знает.

***

Резкая боль в районе сочленения шейных позвонков и затылка прогнала сон. Я почувствовала, как меня схватили и связывают за спиной руки. Попытка запустить трансформацию тела… провалилась. Это все. Я даже закричать не могла. Тело подчинялось с трудом. Дыхание стало прерывистым. Нехватка кислорода грозила внеплановым обмороком.

- Ш-ш-ш, - прошептали мне на ухе почти ласково. – Пора возвращаться к любимому к мужу, дорогая. Ты уже вдоволь здесь нагулялась.

Уже погружаясь в темноту, услышала мерзкое тихое хихиканье. А  еще мысль о том, что вспомнила о смутном состоянии беспокойства, мучавшем меня последние сутки. Вот оно! Мы забыли о предателе, выкравшем артефакт Дасильо. Тот, с которого все началось. Дальше додумать я не успела.

Приходила в себя медленно. Холодно и влажно, а еще жестко.  Дискомфорт  заставил организм выходить из забытья в ускоренном режиме. Ну, настолько ускоренном, насколько он, организм, мог себе позволить. А многое позволить он себе не мог, потому  что чувствовал себя отвратительно.

Мдя, голова раскалывалась, боль буром ввинчивалась в виски и молотом била по затылку.  Непонимание, как я здесь оказалась, а еще подозрительный шорох рядом. Кое-как удалось раскрыть глаза. Серый каменный низкий потолок, такие же стены, кое-где покрытые плесневым грибком,  непонятного цвета грязная дерюжка с плоским матрасом подо мной и, собственно, я, лежащая в пижаме и с босыми ногами.

Помещение, в котором я оказалась,  было, скорее всего, рукотворной пещерой. Грубая массивная деревянная дверь, несмотря на древность, плотно прилегала к косяку и, по всей видимости, могла прослужить еще не одну сотню лет.

Как же я здесь оказалась? И главное, где это здесь? Ладно, будем мыслить логически. Пещера. Рукотворная пещера. Где такие могут быть?  Что-то крутилось в голове, и из-за этого крутилась я, вернее, «бегала» кругами по комнате.  Я остановилась.

Так, пещеры есть в Холанских горах, но это далеко, и вряд ли меня туда могли бы доставить быстро.  В том, что времени прошло немного, я была уверена.  При моем метаболизме голодный желудок начинал требовать пищи после определенного промежутка времени. Ужин у меня был плотный, кушать мне все еще не хотелось, так что на все про все у них времени ушло не больше трех - четырех часов. Эх, мне бы карту сюда, чтобы определить соотношение месторасположения замка к остальной местности. Так, а сколько мы летели в Кесонию? От замка до княжеского дворца в столице получилось по времени  часов пять. Границу мы пересекли примерно за час – полтора до этого.  И все дорожки в этой истории ведут к оборотням. А что у нас на границе с оборотнями есть? Что-то есть. Вот только что?

И снова бег по кругу.

Пещера старая, дверь тоже.  Дверь есть, а дневного света нет,  если есть дверь  и нет света, значит, есть и коридор, как минимум один. Логично? Вроде пока да. Пещера – коридор – мм… катакомбы? Ну, конечно же! Крацкие катакомбы на границе с Кесонией. Их прорубили остатки хаврийских беженцев в период войны и изгнания народа племена, решившие остаться на своей земле во что бы то ни стало. Значит, вот куда меня занесло, теперь  еще узнать бы, каким ветром. Каким образом им это удалось и что им от меня нужно? Вот подсказывает мне интуиция, что ответ на последний вопрос я очень скоро получу. Нда, недаром говорят – бойтесь своих желаний. Угу, ка-а-ак сбудутся – век отплёвываться будешь.

Накаркала. Через несколько минут после моих изысканий послышался скрип поворачиваемого ключа.  Дверь в пещеру отворилась, и вошел незнакомый мне тхае.

Помолодевшая на несколько лет копия Дервиса Дасильо смотрела на меня с презрением, даже с брезгливостью. Ишма. Значит, все-таки союзник – не заложник. Грустно. Странно было видеть отражение таких эмоций на деровом лице. У Дера лицо всегда сохраняло холодное выражение, и он никогда не опускался до проявлений таких эмоций. Неужели он причастен к смерти моего биологического отца?

Значит, и Нил где-то рядом.

- Полукровка, - как будто сплюнул в мою сторону. – Следуй  за мной.

И, даже не обращая внимания, послушаюсь ли я его, решительно пошел по коридору. Мне осталось лишь пожать плечами. До чего же самонадеянными бывают люди и нелюди, считающие своего противника слабее,  чем есть на самом деле. Я уже сейчас могла бы сбежать, воспользовавшись его пренебрежением, но… Интересно все же было выяснить, кто все-таки стоит во главе этого непотребства.  Поэтому я просто пошла вслед за ним. Ну и что, пусть думает, что я его испугалась. Что я слабее его и не смогу сопротивляться. Тем легче мне будет его обмануть в нужный момент.

Шли мы недолго и, повернув два раза направо, пройдя по однообразным коридорам ( и как они тут ориентируются?) остановились у такой же старой, как и в моей камере, двери. Ишма заходить не стал, а всего лишь, толкнув дверь, впустил меня и сразу же плотно  ее захлопнул. Эта комната оказалась приличнее моей камеры. Излишняя влажность отсутствовала, поэтому стены были сухи и без вредных для живого организма грибковых спор. На полу лежал теплый ковер, позволяющий ногам не мерзнуть  на каменном полу, стены обвешаны старыми гобеленами, а впереди, у дальней стенки, стоял массивный деревянный письменный стол, доверху заваленный какими-то бумагами. За столом, быстро черкая что-то в большой тетради в кожаном переплете, сидел Нил. Он так и не поднял головы, пока не закончил свои записи.  И  лишь после того, как закрыл и убрал тетрадь в стол, обратил внимание на меня.

- Привет, родная, - лисья улыбка расплылась на его губах. – Рад  тебя видеть. Как добралась? Надеюсь, с удобствами?

Ну да, поиздеваться – это как раз в его репертуаре.

- Вдоволь ли ты накувыркалась со своим волосатым уродом? - меж тем продолжал он. - Скажи, он тебя и трансформированным имел?.. Если уж ты решила с ним изменить своему законному мужу?

- Ты умер, я была вдовой, так что моей вины ни в чем нет. – Доказывать Нилу то, что между мной и Дером ничего не было, я не видела никакого смысла. Он бы мне не поверил, а вот как бы он отреагировал на моё отрицание, еще не известно.

Он резко встал и молниеносно рванулся ко мне.

- Так значит, ты не отказываешься от того, что у вас с ним были шашни? – он схватил меня за ворот пижамы и подтянул к себе настолько близко, что я почувствовала его дыхание и шепот на моих губах. - Помнишь ли ты, Татая,  как по законам нашего народа расправлялись с неверными женами?

- Я была вдовой. Ты  сам этого захотел и меня об истинном положении дел не уведомил, - знает ли он, что больше не является моим мужем? Лучше бы, чтобы пока не знал. Иначе у меня будет только два выхода – либо выйти за него замуж снова, либо умереть.

- Только это, милая, тебя и спасает, только это, - прошептали мне на ухо все также не отпуская ворот и притянув еще ближе к себе.

Стало  реально противно, и только благодаря выработанной  годами привычке я смогла не отпрянуть от него.

- Но теперь-то все вернулось на круги своя? Не так ли, женушка? Только ты…  и я.

Я боялась даже пошевелиться лишний раз, чтобы не выдать чувства облегчения, накатившего на меня. Не знает…

Осознание этого дало возможность вздохнуть посвободнее и попытаться выиграть время. И  получить кое-какие преимущества для себя. Я же хотела самостоятельно заняться поисками сына? Вот мне эту возможность и предоставили.

- Где Янкель? – как можно более беспристрастно поинтересовалась я, не допуская, чтобы в голосе прозвучал хотя бы отголосок эмоций, обуревавших меня.

- Он здесь, милая-я-я, - растягивая последнее слово, ответил Нил. – Ну, не чудесно ли? Снова вся семья в сборе. Ты, я… и наш сын. Но ты не ответила на мой последний вопрос.

Я неопределенно пожала плечами.

- О, можешь так не нервничать, я не собираюсь тобой пользоваться прямо сейчас, после этой собаки. Не хватало мне еще его щенков нянчить. Так что ты месяц побудешь здесь, под моим надзором, а потом… наша дружная семейка будет вместе, - нездоровый блеск его глаз лишь подтвердил мои опасения по поводу его вменяемости.

- Что ж, тогда, может, ты отведешь меня к моему сыну?

- Нет! Ты будешь со мной, он тебе не нужен, за ним присмотрят.

- Ты же сам сказал, что целый  месяц нужно ждать. Будет лучше, если я побуду этот месяц с сыном, тогда у меня точно не возникнет желания от тебя убежать.

- Ты моя!- он, схватив меня за локти, встряхнул меня, - Моя и больше ничья, даже не его!

- Тогда дай мне то, что я прошу и, возможно, я смогу смириться с этим. Ведь тебе же не хочется снова ломать меня.

- А этого больше и не понадобится, - усмехнулся он. - Как ты думаешь, почему ты не смогла трансформироваться, когда тебя забирали мои подчиненные?

- Да, почему? – эхом повторила я, надеясь, что желание  похвастаться превысит осторожность.

- Все просто, милая. Мои  люди, пока ты спала, с помощью инъектора внедрили тебе  в затылок блокиратор, который тхае внедряют подросткам в период полового созревания, чтобы избежать неконтролируемой трансформации.

- Но  он же действует только на подростков! – воскликнула я, хорошо помня, как учитель Рэка делал такие инъекции мальчишкам-тхае из группы, в которой я училась.

- А мы немного над ним помагичили, и теперь наша модификация блокиратора не дает трансформироваться и полукровкам.   Для тебя все самое лучшее, родная, ты же у нас единственная такая, исключительная-я-я-я,  - и его губы расплылись в гаденькой улыбке. - Так что, пока я не дам свое добро, твои возможности не разблокируют.

Все еще удерживая меня за локти, он склонился к моей макушке и втянул в себя воздух.

- Так приятно ощущать твой запах и знать, что ты теперь передо мной совершенно беспомощна.

Я молчала, пытаясь переварить неприятную для меня новость. По телу прошел озноб, заставляя  трястись мелкой дрожью. Руки пришлось аккуратно спрятать себе за спину, чтобы Нил не заметил тремор и не решил, что можно и сейчас немного со мной поразвлекаться… иным, более извращенным способом, ловя момент моей слабости.

Надеяться на то, что он по собственному желанию избавит меня от блокиратора, не стоило. Самой же это сделать очень проблематично  - практически невозможно. Нет, я прекрасно знала, в каком именно месте укрепляется блокиратор, и даже теоретически знала, как можно вытащить его самостоятельно, но… Было сразу несколько этих самых «но». В группе учителя Рэка нам с мальчишками при внедрении  блокираторов прочитали целый курс и даже провели практические занятия.  Проблема была в том, что мне не внедряли блокиратора из-за того, что девочки-тхае всегда были, за редкими исключениями, психически устойчивыми.

Поэтому, таких как я,  в основном, готовили к тому, чтобы изымать блокиратор у кого-то, а не у себя самой.  Самое же большое «но» заключалось в том, что у меня не было при себе никаких инструментов для изъятия. Трансформировать руку, чтобы отрастить когти и использовать их как острый предмет вместо скальпеля,  я тоже не могла по понятным причинам. Короче, везде засада.

- Тогда тебе тем более нечего бояться, если я буду рядом с Янке, - решила добиться своего я.

- Да он вообще неуправляемым стал после твоего воровства, твой ще-е-енок!

- Значит, я смогу его успокоить, поверь.

- Ладно, - проворчал Нил. – Уговорила, но ты мне будешь о-о-очень много должна за это.

- Хорошо, - стараясь не показаться слишком поспешной, ответила я.

Еще с минуту он изучал меня  внимательным взглядом, как бы пытаясь определить, насколько я могу быть ему покорна. Это жутко. Потом, видимо что-то решив для себя, добавил:

- Что ж,  возможно, это неплохая идея – свести вас вместе, сделать вы все равно ничего не сможете, а вот контролировать вас, собрав в одной комнате, будет легче.

Есть! Ну, хоть что-то положительное есть в этом похищении!  Он отошел от меня и позвал кого-то в открытую им дверь. Появился все тот же Ишма, если я не ошибаюсь, хотя вряд ли.  Такое сходство редкость.

Меня повели к новому месту жительства в катакомбах. Судя по тому, что в коридорах все реже встречалась плесень и легче стало дышать, мы поднимались на уровень выше моей предыдущей камеры. Что ж, радует, что этот урод додумался ребенка поселить в более приемлемом для жилья месте.  Пока шли, пыталась вспомнить все, что рассказывал учитель Рэка на уроках о блокираторах и придумать, как мне с сыном отсюда выбраться.  Я настолько погрузилась в раздумья, что не сразу сообразила, почему мы резко остановились.  За что и поплатилась. Особо не нянчась, меня толкнули в открывшуюся дверь, которая сразу же захлопнулась за моей спиной.

Очередная комната-пещера оказалась достаточно просторной и обжитой.  Почти посреди комнаты, ближе к правой стене, параллельно друг к другу стояли три кровати, застеленные уже знакомыми мне дерюжками поверх тонких матрасов. У противоположной от двери стены стояли небольшой стол и три грубо сколоченные табуретки. Под потолком  с левой стороны висела длинная, вдоль всей стены, полка с каким-то барахлом.

Поначалу мне показалось, что я одна в помещении. Но это только на первый взгляд. Я так и осталась стоять у двери, чтобы видеть всю комнату. Сначала услышала шорох и перешептывания, а потом…

- Мама? – Неуверенный голос донесся из-под средней кровати, а дальше громкое - Мама!

Стремительный вихрь, вылетевший оттуда, чуть не впечатал меня обратно в дверь, обнял и закружил вокруг. Маленький мой!  Мой хороший!  Как же я по тебе соскучилась! Не отпущу! Никому больше не отдам! Родной! Как же ты вырос!

- Я соскучился, - тихий шепот сына вызвал ком в горле.

Мой «маленький» был уже с меня ростом. Рослый. Подростковая худоба, присущая всем хаврийским мальчишкам, уступила место плотным жгутам мышц, непослушные вихры серых с белыми кончиками волос и мои серые глаза с розовыми белками, которые смотрели на меня сейчас с тревогой.

Какой же ты уже большой, сынок. И такой маленький одновременно. Наверное, ты никогда не станешь для меня достаточно взрослым, чтобы я не беспокоилась о тебе.

Ну вот, первый порыв прошел, и Янке вспомнил, что «телячьи нежности» - это не для него. Взро-о-ослый. Отстранился, немного виновато глядя на меня, и отступил немного в сторону, открывая обзор за своей спиной. А посмотреть было на что. Возле кроватей стояли, переминаясь с ноги на ногу, двое мальчишек-тхае примерно шести и восьми лет. Тот, что поменьше, имел похожие на волчьи ушки и серые пушистые волосики, но без белых кончиков. Второй же был коричневого окраса с симпатичными ушками, похожими на медвежьи. Интересно, а эти откуда?

Все оказалось очень просто.  Двое маленьких тхае были заложниками. Их родители служат в замке Дасильо. Обычно дети тхае не покидают свои дома, пока не наступит время их первой трансформации. Эти же два друга-обормота возжелали приключений.  И они их нашли, себе на нижнее место. Вчера,  сбежав из дома, не придумали ничего лучшего, как пробраться в замок и посмотреть на место, где работают их родители. Они не успели даже добраться до подъездной дороги. Один «добрый» дяденька, наткнувшись на них совершенно случайно, сначала поинтересовался, что они там делали, потом, кто их родители, а когда выяснил все, что хотел, предложил отвести их к родителям. Остальное - дело техники. Мальчишек  незаметно скрутили на заднем дворе, что   неудивительно при вчерашнем многочисленном сборище, затолкнули на заднее сидение унмуса и уже через несколько часов они были здесь в компании моего сына. Его, кстати, безоговорочно приняли за предводителя и слушались беспрекословно. Звали этих двух «героев» Сарки и Рунти.

Да, теперь у Дасильо головной боли прибавится.  Думаю, уже сейчас родители обнаружили пропажу, а значит, либо пойдут к Деру, либо будут исполнять волю похитителей. Только Нил и его шайка еще не знают, что идет негласная тотальная проверка всех служащих, и Даккар Тень скоро обнаружит пропажу не только мою, но и малышни.

Мне надо было очень серьезно подумать. У Янке уже была первая трансформация, но блокиратор ему не ставили из-за повышенной стабильности. И  об этом никто, кроме меня и Тиры, не знает, а значит, под моим руководством он сможет освободить меня от уже порядком надоевшего устройства. Надо бы его проверить  еще раз на всякий случай, обдумать свои дальнейшие действия и делать отсюда ноги.

Нам принесли покушать. Тщательно изучив содержимое тарелки, пришла  к выводу, что это нечто хоть и выглядит отвратно, но есть можно. Чем мы вчетвером и решили заняться.

А потом у меня, несмотря на обстановку и тревожные мысли, было несколько самых счастливых часов в моей жизни.

Янке и малышня требовали все мое внимание. После ужина кое-как приведя себя в порядок, уложила их спать. Спать мелкие не хотели и потребовали сказку. Со сказками тхае у меня не сложилось, но… я знала много об истории этого народа.  А если эти истории красочно расписать, акцентируя внимание  на каком-нибудь воине-герое… Что еще мальчишкам надо?!

И я начала рассказывать все известные мне истории о древних воинах тхае, когда-то услышанные мной от учителя Рэка.  Малышня слушала, открыв рот, даже Янке проникся моментом. Рассказывать пришлось долго, но я своего добилась и они заснули. А  мне еще предстояло хорошенько все обдумать.

Глава 21. Музыкально-хирургическая. Не было печали - да нервы подкачали.

Я-а-а-а тебя люблю-у-у,

Я-а-а-а тебя люблю-у-у,

А если не люблю-у-у-у - то убью-у-у-у-у...

Уже второй час сегодняшним утром я слушала эту... "замечательную" во всех смыслах песенку. Шестилетний Сарки подвывал мне на ухо с раннего утра, пытаясь просветить в новых веяниях современной эльфийской рок-музыки и доказать, что лучше, чем Сладкоголосый Эльф - новая восходящая звезда шоу-бизнеса - нет. Надо попросить Ната как члена правящей семьи, чтобы вправил мозги этому сладкоголосому и объяснил, что не стоит засорять народу головы разным мусором.

Положа руку на сердце, очень люблю рок-музыку в ее классическом исполнении, но эльфы даже здесь успели все переиначить, теперь это уже не рок-музыка - это помесь тусуя с тарталом, состоящая в дальних родственных связях с темшарзом. Короче - тутартем, хи-хи, вот как я его обозвала (про себя, конечно, не обижать же ребенка?).

Эльфы, конечно, оригиналы, но никогда не думала, что до такой степени. Так испоганить музыкальное произведение надо еще постараться. То, что они попытались из классического рока сделать гибрид рока огламуренного с элементами эльфийского фолка и барабанной дроби тхае, приводило меня в уныние. Но и это еще не все - сама песня с куплетами и припевами содержала в себе от силы пяток слов, которые они и напевали на разный мотив – жуть, одним словом. Мда, гремучая смесь.

Куда катится этот мир, если эльфы такое вытворили, да еще и в массы начали продвигать. Что уж говорить о влиянии такой музыки на детей, сутками зависающих возле виовизоров в период каникул, когда родители не могут в полной мере проконтролировать, что их дитё смотрит и слушает.

В общем, на третьем часу ожесточённой бомбёжки моего мозга решила, что все же стоит удалиться в самый темный угол и заняться обдумыванием, как мне поскорее из этой задницы вытащить себя и мальчишек, потому что второе такое утро в замкнутом пространстве я не выдержу.

Стоило мне отойти в дальний угол под какие-то полки с неисследованным мной пока хламом, как дверь в нашу камеру открылась и туда вошел Нил. Младшие как-то сжались и нырнули за спину Янке.

- Эй, вы двое, живо ко мне! - прикрикнул он на малышей, выискивая меня взглядом.

Нашел, удовлетворенно оглядел, а потом обратил свой взор на два сжавшихся комочка, стоявших напротив него. У меня сжалось сердце от плохого предчувствия. И сразу вспомнился сон, где трое обормотов, стаскивая меня с кровати, называют мамой. Узнавание пришло неожиданно. Не знаю, что случится или уже случилось с их родителями, но я просто не должна отпускать их от себя. В этом я была уверена.

- Ну что, мелкие, пошли к мамам и папам? - в голосе прозвучало нездоровое веселье, как будто он сказал что-то очень веселое, понятное только ему.

Это насторожило еще больше.

- Оставь их с нами, - стараясь говорить спокойно и немного равнодушно, попросила я.

- Зачем это еще, - и бездна недоумения с подозрением на лице.

- Янке будет скучно без них, они такие... забавные, - все то же равнодушие, прикрывающее ураган беспокойства внутри.

- Нечего ему со всякой швалью общаться, сама его развлекай.

- Ты неспособен дать своему сыну даже такую малость, как временные друзья? - стоило надавить на больной мозоль - его несостоятельность как добытчика, главное, не перегнуть палку.

- Ты на что намекаешь? - почти прошипел он мне в лицу, неожиданно близко оказавшись рядом.

- Всего лишь интересуюсь, можешь ли ты дать своему сыну то, что ему сейчас интересно? - хорошо, что удалось все его внимание переключить с мальчишек на себя. С ними я потом объяснюсь, если получится их отстоять.

Чувство, что поступаю правильно, не отпускало, а еще... страх за уже полюбившихся сорванцов. Нил еще несколько минут побуравил меня взглядом, видимо, пытаясь найти признаки своеволия и неподчинения, хоть что-то, к чему можно было бы придраться, но так и не нашел. Я просто стояла. Равнодушно на него смотрела и... пыталась не наброситься на него. В этот раз его постигла неудача, и он ничего не нашел, хотя раньше его такое не останавливало, тем более, что мне был внедрен блокиратор, а значит, была полная беззащитность перед ним. Еще раз взглянув на мальчишек, перевел взгляд на меня.

- Ладно, пусть побудут тут с вами, меньше мороки сейчас, а потом я их передам компаньону, - брезгливо ответил он и, развернувшись, ушел.

Только когда его шаги стихли в дальнем коридоре, и даже эхо шагов уже не было слышно, я смогла перевести дух и... медленно сползла по стеночке вниз. Ноги не держали.

Янке, подхватив под руки упирающихся Сарки и Рунти, быстро подошел ко мне и, опустившись с ними на колени, прижался.

- Ну все, мам, все, он ушел, а они... живые и остались с нами, - успокаивал он меня.

- Пусти нас, мы к родителям хотим, почему вы не дали нам уйти? - обижено пробухтел восьмилетний Рунти.

- Глупые, вы что, действительно думали, что он вас к ним отправит? - все так же успокаивающе держа меня за руку, спросил Янке.

Да, вырос сынок. И, слава Вышнему, быстро соображает. Как же он повзрослел? И как бы мне хотелось, чтобы его детство длилось больше, чем оказалось на самом деле.

- Но он же обещал, - недоуменно ответил Сарки.

- И что? Неужели ты думаешь, что похитителю можно верить? Еще не известно, где бы вы оказались, если бы мама не потребовала вас оставить здесь, - начал поучать Янке.

- Ну да, в виде живых игрушек для тебя, - все так же пасмурно смотрел на нас Рунти.

- А как она еще могла его заставить оставить вас с нами? - возмутился сын. - Не на жалость же давить? Такие, как он, жалости не знают. Сгреб бы вас в кучу, и вся недолга.

Ненадолго повисла тишина. Сарки, облегченно вздохнув, перебрался поближе ко мне и прижался крепко-крепко. Рунти, строя гримасы на курносом лице, задумался над сказанным Янкелем, а Янке просто сидел рядом и держал меня за руку. И было в этом что-то такое..., вызывающее в сердце и тоску, и радость, и гордость за него. Уже не мальчик - почти мужчина.

Через час Янке вовсю развлекал малышню рассказами о своей прошлой жизни и тёте Тире, а я решила сделать ревизию хлама, сваленного на полках. Каково же было мое удивление, когда я обнаружила там тарбуки - небольшие барабаны. Тарбуки были древними, настоящими. Основания были сделаны в форме кубка из глины, в верхней, более широкой части, натянута мембрана из кожи тусуя, внизу же просто открытое отверстие. Настоящий раритет, сейчас уже таких не делают, только с железным основанием, а это уже совсем другое звучание.

Пальцы сами собой начали выбивать дробь на мембране, порхая словно мотыльки и рождая жгучие ритмы в сердце, заставляя кровь быстрее струиться по венам. Лишь закончив мелодию, поняла, что мальчишки давно умолкли и с восхищением уставились на музыкальный инструмент.

- Что это было? - спросил Янке с благоговейным придыханием.

- Этот ритм отбивали в древности во время боя воины-тхае, находящиеся по флангам шеренг. Музыка помогала воинам поддерживать боевой дух и единение. Мой учитель рассказывал как-то, что эта музыка вводила тхае в боевой транс и увеличивала возможности воинов. Они становились непобедимы, пока звучал бьющий по нервам ритм.

- Мам, научи нас. Пожалуйста! - не могу я устоять, видя такие умильные выражения лиц и три пары просящих детских глаз. И куда только Янкелева взрослость подевалась?

Так начались наши уроки. Все трое оказались достаточно способными и уже после нескольких часов упорно учились отбивать на откопанных из кучи хлама уцелевших тарбуках показанные мной упражнения. Сначала медленно, постепенно убыстряясь, детские пальчики выбивали ритмы на барабанах. И сердце начинало петь.

- Мам, а ты знаешь мелодию, о которой говорил твой учитель? - спросил Янке.

- Да, он учил нас когда-то этому.

- А можешь и нас научить? Пожалуйста, а мы что хочешь для тебя за это сделаем, - сынуля оглянулся на мелких, прося взглядом поддержки, и они синхронно закивали лохматыми головками, поддакивая.

Так что выбора у меня не оставалось, пришлось им уступить. Да и не видела я ничего плохого в этом, все же это часть истории их народа и заняться им будет чем. Потому что мелодия длинная, сложная и, чтобы добиться нужного эффекта, нужно усердно репетировать. Это займет их на какое-то время, а я смогу спокойно все обдумать.

К концу дня у меня уже у самой голова была как барабан. Нет, они, конечно же, молодцы, усердно старались выбивать нужный ритм правильно, но... это же полный крышеснос. Акустика в комнате была хорошая. Звук многократно увеличился. Как они одним производимым ими звуком еще не разрушили стены, для меня оставалось загадкой. Еще больше озадачивало то, что наши тюремщики никак не отреагировали на происходящее безобразие.

Вывод напрашивался один - никого из них в катакомбах не было. Сомневаюсь, что они настолько добры, чтобы следовать пословице: "чем бы дитя ни тешилось - лишь бы не плакало". То ли они опять претворяют в жизнь очередную пакость, то ли мои друзья и новые родственники сильно не дают им спокойно жить.

К вечеру устали все. Даже дети. Ужин нам так и не принесли, хорошо, что хоть воды было вдосталь. Так что мелкие быстро улеглись спать, а мы с Янке, сделав вид, что тоже засыпаем, ждали, пока они окончательно уснут.

Разговор с сыном предстоял серьезный, а работа напряженная. Первые несколько минут, когда мы уже убедились, что Сарки и Рунти крепко спят, прошли в тишине. Ни я, ни сын не знали, с чего начать разговор.

- Мам, все никак не получалось раньше спросить. Как так получилось, что они смогли тебя похитить? - первым разговор начал Янке.

- Я не буду рассказывать тебе сейчас все подробности, нет времени, зато есть одна проблема - они поставили мне блокиратор.

Сын удивленно наморщил лоб.

- Как так? Они же, вроде, внедряются только подросткам?

- Да, но твой отец что-то там, как он говорит, "намагичил", и теперь мой экземпляр блокирует способности и у взрослых полукровок. Поэтому мне нужна будет твоя помощь.

- Но...

- Не перебивай. Сама я блокиратор вытащить не смогу - придется тебе. Я тебя всему научу, а ты сделаешь. И тогда мы сбежим при первой же возможности. Сначала теория, потом у тебя будет полтора часа попрактиковаться вытаскивать на необходимую длину когти, собирая их под определенным углом. А дальше придется действовать. Очень удобно, что их сегодня не видно целый день, а значит, нам никто не помешает. У нас нет времени, и мы должны побыстрее отсюда сбежать. Для этого мне надо иметь все допустимые возможности моего организма, чтобы я смогла защитить и вас и себя.

- Да я...

- Я знаю, милый, - снова перебила его я, нежно погладив по щеке. - Ты уже почти мужчина, но согласись - помощь лишней никогда не бывает.

И я ободряюще похлопала его по руке.

После получасовых объяснений и наскальной живописи - а как я еще на практике могла ему показать, какую длину должны иметь когти и как правильно нужно поставить пальцы на трансформированной руке, чтобы ухватить блокиратор и вытащить его, Янке наконец перешел к практике, отрабатывая движения до автоматизма.

А я... А я спокойно смогла обдумать неожиданно всплывшую мысль о роли Дервиса во всем происходящем. С его-то системой охраны и службой безопасности, - один Даккар Тень только чего стоит, - как-то не верилось в то, что он вообще ни о чем не догадывался. Вот не верилось мне, что в его замке происходило что-то без его ведома.

По здравому размышлению я была склонна к тому, что все происходит скорее с его ведома. И преследует он при этом свои определенные цели. А вот какие? Над этим стоило поломать голову. Может, он пытался таким образом, как говорится, вывести на чистую воду всех неблагонадежных подчиненных и жителей замка. Может, готовит свой замок и род к чему-то новому и... опять же, расчищает себе дорогу к чему-то.

Я терялась в догадках, голова начала раскалываться от напряжения, а я так и не пришла к единому мнению в этом вопросе. Мне как будто не хватало какой-то детали для того, чтобы картинка происходящих событий сложилась. И это раздражало.

Еще этот артефакт...

- Мама, - Янке легонько тронул меня за плечо. - Я готов.

- Да, ты прав, время бежит, и нам стоит поторопиться. Ты хорошо все запомнил?

- Да, только... - он неуверенно на меня взглянул.

- Не бойся, милый, все боятся делать это в первый раз. Знаешь, как я трусила, когда меня поставили в первый раз вынимать блокиратор у парня, который был выше меня на полторы головы и шире раза в три?.. Такой как даст потом в глаз за плохо сделанную работу - мало не покажется. Все будет хорошо, успокойся.

Не буду же я пугать своего сына перспективой частичного паралича у меня при неправильном изъятии блокиратора. Вероятность такого мала, так зачем его нервировать. Он у меня мальчик сильный - справится со своими эмоциями, я в этом уверена.

Я постаралась ободряюще улыбнуться. Видимо, не очень хорошо получилось, судя по тому, как он вздрогнул. Ладно, надо сделать себе зарубку - научиться улыбаться дружелюбно.

Перебравшись в дальний угол комнаты, подальше от спящей малышни, мы принялись за дело. Опустившись на колени на пол, повернулась лицом к стене и оперлась на нее лбом и, чуть пониже, руками. Волосы, заранее заплетенные в тугую косу, подняла вверх и закрепила найденными мной в комнате двумя палочками, оголяя шею. Теперь наступила очередь Янке.

- Мам, если почувствуешь, что что-то не так...

- Сразу дам тебе знать. Все хорошо, сынок, я тебя люблю.

Вас когда-нибудь резали по живому? Малоприятные ощущения, скажу я вам. Когда-то в глубокой юности я видела по виовизору фильм с участием тогдашней звезды экрана в роли этакой неубиваемой боевой машины. Ну, то есть, его убивают-убивают, а он знай себе заберется в глухие пещеру-кусты-на дерево (нужное подчеркнуть) и штопает себя без обезболивания во-о-о-от такен-ной иголкой с ниткой. И самое главное - не кривится. Так вот, авторитетно заявляю - что там игла, тут от среднего, собственно, еще детского, коготка выть хочется. И это при том, что болевой порог у меня довольно высокий и я к этой самой боли отношусь спокойно.

Мы с Янке договорились заранее, что он будет комментировать в голос каждое свое действие, а я при необходимости, по ощущениям, буду его поправлять. И вот теперь Янке тихим, спокойным голосом говорил мне, что делает. И куда только подевались еще минуту назад терзавшие его страх и неуверенность?

- Ввел когти указательного и большого пальца в место сочленения седьмого шейного позвонка и верхнего позвоночного. Рядом с бороздой спинномозгового нерва установил месторасположение блокиратора, - он запнулся.

- Все в порядке, не нервничай, отдышись и продолжай, - стараясь не поскуливать от боли, промычала я.

- Осуществляю захват блокиратора, - продолжил он спокойным тоном, а потом уже менее уверенно. - Мам, слишком много крови, я не могу его зацепить.

- Спокойно, попробуй еще раз, ты же понимаешь, что у нас все равно нет ничего достаточно чистого, чтобы промокнуть кровь. И, сынок, ты, главное, не волнуйся и не торопись, не получится в этот раз - попробуем в следующий.

Я, конечно, немного лукавила. Неизвестно, будет ли у нас возможность для этого следующего раза. Интуиция подсказывала мне, что даже если, не дай Вышний, исполнятся планы Нила, он не даст мне быть все время вместе с сыном и останусь я заблокированной.

- Успокоился? - после минутного перерыва спросила я. Боль была жуткой - его когти так и находились в моей ране. И мне приходилось говорить сквозь сжатые зубы, чтобы не застонать.

- Да, мам, поехали дальше.

Дальше я слышала все, как через вату.

- Осуществляю повторный захват блокиратора. Захват блокиратора прошел успешно. Для укрепления захвата ввожу третий коготь.

- Угу, - все так же чувствуя себя ватным, бесформенным не-пойми-чем, подала звук я, давая знать, что со мной все в порядке.

- Все, мам, потерпи чуть-чуть, я его уже тяну, хорошо, что его только недавно внедрили и вокруг не образовалось мышечной капсулы, - уже более нормальным, не механическим тоном подбодрил меня Янке.

И тут началось. Ощущение было такое, как будто у меня из головы через шею все один такой сплошной нерв из дырочки вытаскивают. Чтобы не кричать и не пугать ребенка, укусила себя за кулак и сжалась в комок. Через секунду почувствовала соленый привкус во рту и теплую струйку, стекающую по прокушенному до крови кулаку. А через секунду все закончилось. Это было настолько неожиданно, что я, резко расслабив мышцы, бочком, царапая лоб о камень, съехала на пол. Головой удариться мне не дал Янке, вовремя подхватив несчастную часть моего измученного организма у самого каменного пола.

- Мам, что с тобой? - испугано, просипел будущий хирург. - Тебе плохо?

- Нет, сына, мне хорошо, просто отдохнуть немного надо. Я полежу тут, хорошо?

- Мам, блокиратор я вытащил, но у тебя там все еще течет кровь. Ее и так уже из тебя слишком много натекло.

После перенапряжения я с трудом дотянулась непослушными пальцами до края выреза и вытащила мятый, припрятанный мной до лучших времен, оторванный еще в начале моего заключения кусок от подола пижамной курточки. Дальше говорить ничего не нужно было. Сын довольно быстро закрепил повязку у меня на голове, чтобы остановить кровь, и помог мне добраться до своей кровати. Потом прикрыл мусором лужу крови, что набежала с меня и, распустив косу, уложил волосы так, чтобы не было видно повязки. Сам же улегся рядом с Сарки.

Так, самое важное сейчас - немного отдохнуть, а дальше ждать, когда кто-то соизволит нас навестить. Это было последней моей связной мыслью перед тем как уплыть в полузабытье-полусон.

Глава 22. Освободительная.

Рана затянулась достаточно быстро, а это могло означать только одно – Янке все сделал правильно и мои способности полностью восстановились. Осталось только ждать удобного момента для побега.

Ждать пришлось долго. Ни к вечеру того же дня ни на следующий никто из наших тюремщиков так и не появился. Практически сутки мы голодали и сидели не одной воде, но и запасы живительной влаги подходили к концу. К вечеру второго дня я решила, что если за ночь никто не появится – искать выход самим. Дети были очень голодны и мне тяжело было смотреть в их измученные мордашки. Чтобы голод ощущался  не так сильно они, по моему настоянию, больше спали.

Ближе к рассвету третьего дня из полудрема в сидячем положении – детей на кроватях решила не беспокоить и дать им нормально отдохнуть – меня вывел звук чьих-то шагов. Вскочив и стараясь не шуметь, быстро подошла к Янке и, зажав ему рот рукой, разбудила. Еще два дня назад мы с ним договорились, что даже если первым в комнату зайдет Ишма – будем его вырубать и линять из этих подземелий, которые, если честно, нам четверым уже в печенках сидели. Наш план был прост и именно на его простоту мы и рассчитывали.

К моменту когда шаги поравнялись с дверьми в нашу комнату – я уже завершила полную трансформацию, а Янке также как и я, закрывая малышам рты рукой, будил и помогал быстро одеваться. Мальчишки, несмотря на вынужденную голодовку, чувствовали себя довольно сносно. Ну, по крайней мере, они выспались на несколько дней вперед.

Засов на дверях с той стороны начал медленно отодвигаться, что послужило нам как сигнал для действия. Трое пацанов дружно запрыгнули на кровати и притворились спящими, при этом прижимая к себе как самое родное старые глиняные тарбуки. Я замерла возле двери так, чтобы при открытии их оказаться за ними и быть скрытой от глаз входящего. А дальше все произошло настолько быстро, что я даже не сразу осознала, что у нас все получилось.

Вот, двери открываются и показывается сначала голова, а потом и тело входящего. Голова эта сначала смотрит на кровати, а потом поворачивается медленно ко мне, осматривая комнату в поисках меня.

Мои кулаки, сложенные в замок, со всей силы опускаются ему на затылок и вошедший, с тихим: «Ох!» - оседает на пол, все еще тряся головой и пытаясь встать с колен, но…

Но ему не дают. Потому как к тому времени как он попытался подняться к нему подлетают три мелких мстителя и со всей дури «гухают» об его и так уже не слишком целую черепушку три тяжелых глиняных тарбуки. Враг медленно оседает на пол, не подавая признаков жизни. Как говорила моя подруга Тира: « Вы еще не знаете, на что способна самка сандука (прим. мелкий лесной грызун), защищая свое потомство». Нет, мы его не убили, но голова у него будет болеть долго. Я надеюсь. Очень.

Наклонясь над поверженным, решительно его перевернула и, увидев кого мы оприходовали, присвистнула. Вот что значит фактор неожиданности. У моих ног лежал Ишма – тхае намного старше меня, опытнее и хитрее, но, как и большинство мужчин -  недооценивающий женщин, за что и поплатился. Что ж, так даже лучше. Честно говоря, я больше всего опасалась именно его, когда составляла примерный план побега. Все таки он единственный был для меня более серьезной угрозой чем даже не совсем обычные воины из рода Туманных.

Как там сказал герой одного детского фильма, который во времена детства все время «крутили» по виовизору: « нормальные герои всегда идут в обход»?  Мы тоже решили последовать этому принципу. Хотя как определить где тут напрямую, а где в обход, если нас всех доставили сюда в бессознательном состоянии?

Сарки и Рунти все же немного ослабли после вынужденной голодовки, поэтому мы с Янке быстро скрутили из приснопамятных дерюжек что-то вроде двух люлек и повесили мне  одну за спину и вторую на грудь.  Янке сначала еще пытался настаивать на том, чтобы взять одну из люлек на себя( я же «женщина, мне еще рожать  и рожать» - влияние Тиры, однозначно), но я была против. Куда ему, он итак бедный выглядел не лучше чем малые. Дунь на него – упадет.  А нам нужно, по возможности, как можно быстрее делать ноги оттуда. Так что люлки висели на мне и малышня быстро, как по дереву, забрались в свои походные места, Янке, связав в тугой узел из третей дерюжки,  продукты и воду, которые принес Ишма. И дальше мы пошли, полагаясь на вездесущее авось.

Нет, первые два уровня я успела изучить, пока меня водили на встречу с бывшим благоверным и в отхожее место, а вот дальше… темный лес – глухие чащи. Так и пробирались по длинным коридорам, вздрагивая от каждого шороха и надеясь на свою интуицию.

Один раз было вообще весело.  Забрели мы в один милый такой тупичёк и увидели приоткрытую дверь. Это оказалась лаборатория. Чистенькая такая с кучей шкафов вдоль стен с колбочками и ингредиентами. Посреди узкий длинный стол с колбами, змеевиками и стационарными жаровнями.  Но никого из живых не было видно. Я сказала «живых», потому что неживые были.

Я заметила его случайно. Реально понимая, что могу больше сюда не вернуться, решила собрать все разбросанные бумаги, которые были разбросаны по всему кофейному столику, стоящему в углу комнаты. Столик стоял в дальнем углу, частично скрытый тем самым длинным столом.

Ну вот, подхожу собрать бумаги, а там на, то ли каменном столе, то ли вообще алтаре, лежит мужчина… Тхае был мертв. Стеклянный взгляд был устремлен в потолок, на лице такое выражение тоски, что смотреть больно, а все тело было покрыто кровоподтёками и ранами. Причем раны были аккуратные, видимо сделаны уже здесь, в лаборатории, из них торчали иглы, к которым присоединяют трубочки. В больницах я часто видела такие, обычно их использовали для введения внутривенно какие-нибудь лекарства или для переливания крови. Малышне я успела сразу прикрыть глаза руками. От Янкеля так просто было не избавиться, поэтому все что мне оставалось – это закрыть от него труп своим телом и отвлечь внимание на сбор бумаг так как руки мои были заняты закрыванием глаз мелким.

Чем-то мертвый тхае мне был знаком, вот только сейчас было трудно понять  - чем?

Нет-нет, а мой взгляд опять возвращался к трупу. Мужчина имел такие же медвежьи уши, как и у Рунти, да и общие черты лица были у них схожи, что наводило на определенные мысли.  Поэтому все время пока Янке копошился с бумагами, я пыталась провести сравнительный анализ внешности. Выводы мои были неутешительны. Похоже мои предположения по поводу судьбы, по крайней мере одного родителя, подтверждались.

Наконец-то Янке собрал все документы, и запихав их в импровизированный мешок из  застегнутой на все пуговицы рубашки с завязанными внизу рукавами. Еще раз оглядев все помещение и уже подталкивая впереди себя сына, я поторопилась к выходу. В идеале надо было бы уничтожить все здесь, чтоб, как говорится, врагу не досталось, но не было времени этим заниматься, да и что-то мне говорило, что доказательства нам еще пригодятся.

Все же интуиция не подвела, уже через два пройденных уровня – такое впечатление как будто эти катакомбы вообще расположены в виде серпантина,  - мы почувствовали, что воздух стал более свежим. Радости моей не было предела. Признаться по правде, я уже порядком устала, все же прошедшие события и вынужденный голод сказывались. И до сих пор я держалась больше на адреналине, чем благодаря моим возможностям полукровки тхае. Как только впереди забрезжила возможность скорого освобождения мы еще больше ускорились, хотя я и не знала откуда только силы взялись, наверное потом, когда все закончится, мне будет очень плохо.

Как оказалось, «плохо» началось намного раньше и коварно меня навестило совсем не с той стороны, откуда я ожидала.

Завернув за очередной поворот, мы оказались практически уже наверху – это была пещера, созданная природой без какого либо вмешательства человеческой и не только руки. И все бы ничего, но… вылетели мы аккурат на стоящего в центре спиной к нам Нила.

- Что ты там долго так копался? Они уже на месте и нам теперь так просто отсюда не уйти. Придется все же разговари… - поворачиваясь к нам начал говорить он, - …вать с ними, - совсем тихо закончил  бывший.

- Какая встреча! – после небольшой заминки продолжил он, - Милая, куда же ты так торопишься? Еще и моих маленьких гостей украсть у меня решила. И да, где мой драгоценный друг Ишма, которого я послал за вами?

В тот момент стало понятно, что мы таки «приплыли».  Просто так мимо Нила нам было не пробраться. А еще, непонятно отчего, но он мне совершенно не нравился. Нет, ну он мне и раньше не нравился, просто сейчас поведение его очень сильно отличалось от обычного. Если раньше он был уже привычный псих со своими завихрениями в голове и его можно било хотя бы отчасти просчитать. То теперь… глазки лихорадочно бегают, мускулы местами непроизвольно сокращаются, как будто он сдерживает себя, даже волосы вроде как дыбом стоят. Короче, полный псих и просчитать его поведение и реакцию на какие-то действия с моей стороны – практически невозможно. Это не просто пугало. Да, у меня коленки от ужаса трястись начали.

Решила воспользоваться своим Даром и отпустила свои чувства и ощущения. От увиденного медленно, но верно, уже у меня, волосы вставали дыбом. С ним творилось что-то невообразимое. Белый туман местами становился чернее ночи и сквозь него, как будто пытаясь разорвать ткань, обтягивающую его, пыталось вырваться нечто. Это нечто, на подсознательном уровне, вызывало неконтролируемый ужас у меня. Не зная, почему и не видя точно, что это такое, я чувствовала угрозу. И интуиция, в очередной раз, подсказывала мне, что если это Нечто возьмет верх сейчас -  то мир изменится, уже никогда не будет прежним и наверняка меня тоже уже никогда не будет. А я… а мне хотелось еще пожить, если честно. Детей вырастить , их у меня теперь много, наверное… будет, внуков понянчить. В общем жить.

Осмыслив все это, пришла к единственному выходу – нужно отвлекать его на себя, пока мальчишки выберутся наружу. Нет, я ни капли не герой, но найти иной выход из ситуации у меня просто не было времени.

Медленно сделав пару шагов назад, спустила на пол Сарки и Рунти. Те сразу же нырнули за меня и прижались к Янке. Сын поудобнее поправил привязанную к себе рубашку набитую документами и взял маленькие ладошки в свои руки. Вот как ему сказать о том, что я задумала? Ладно, что-нибудь придумаю.

- Янке, вы идете туда, где ветер, - стараясь не выпускать из виду Нила, повернувшись в пол-оборота, прошептала я, показывая глазами, чтобы не смел пререкаться и исполнил дословно, - найдешь родственника-тхае, Дервиса Дасильо, скажешь, что три наследника Татаи Сериман просят помощи и защиты. За ним должок, так что пусть платит.

Пещеру я узнала почти сразу и понадеялась, что все у меня получится. Ведь не может же Вышний дать мне дар Видеть только для того, чтобы я умерла. Предупрежден – значит, вооружен, а значит, я могу изменить ход событий в будущем, меняя что-то в настоящем. Уже не обращая внимания на детей, полностью сконцентрировалась на хаврийце.

- Нил, что ты с собой сделал? – в ответ получила истерический смех, который резко оборвался.

- Милая женушка заботится о своем муже? – немигающий взгляд замер не моем лице.

- Что ты сделал? – уже более требовательно повторила я.

- Не смей со мной так разговаривать. – зашипели в ответ и тут же, меняя тон, ответили, - я расскажу тебе милая. Это прорыв. Мы наконец-то сможем занять заслуженное нами место по праву.

- О чем ты?

- Когда-то, в самом начале нашего знакомства, я задумался о том, почему я, мужчина, слабее тебя –женщины. Ведь в обычном, не трансформированном состоянии тхае не сильнее нас.

Странно, никогда раньше не обращала на это внимание.

- И понял. Я понял, что смесь крови тхае и хаврийца дает такой результат. Две половинки тебя не стараются подавить друг друга, а мирно сосуществуют, давая тебе увеличенный резерв силы, которым ты, тарталка безмозглая, и не пользуешься. Оооо, чтобы я мог сделать имея твои возможности, но… увы не судьба. Тогда я решил сделать себя таким как ты и опять таки возникло одно «но», существенное такое «но», для этого нужны били деньги, мно-ого денег.

Я обратился к своему дяде. Его, как главу разведуправления, очень заинтересовали твои возможности. И мы решили провести ряд экспериментов. Первая задача была создать дееспособное потомство и провести ряд тестов, чтобы выяснить насколько в дальнейшем сохраняются твои способности и насколько потомство это будет отличаться от тебя, если его отцом будет хавриец.

- Всего лишь эксперимент, - помертвевшими губами сказала я, - что ты сделал с моим сыном?

Мой сын – «всего лишь эксперимент».

В душе поднималась холодная ярость, никогда до этого не обуревавшая меня. Мой сын – эксперимент?!! И он это сейчас слышит! От своего отца!

Красную пелену, застилавшую глаза, уже с трудом удавалось сдерживать и только благодаря детям, стоящим за спиной.

- Да не волнуйся ты так об этом сосунке, - мерзко хохотнув, ответили мне, - вы женщины так любите сюсюкать с этими сопляками. Маман моя тоже над ним сюсюкала и следила все время за тем, что мы с ним делаем. Так что ничего непоправимого  не случилось… пока. Так вот, о чем это я? Ах да, эксперименты. Вторым  был найти предел, черту после которой у тебя бы снесло крышу и проявилась явственно твоя звериная суть. Все таки полукровки могут быть очень неуравновешенны. Но ты… то ли ты оказалась полной тряпкой, неспособной на серьезные действия, то ли психика у тебя оказалась слишком устойчива. В общем, мне никакими способами не удавалось вызвать в тебе достаточно сильную ответную реакцию. Признаюсь честно, ты мне этим очень подпортила жизнь. Потому что изначально планировалось после нескольких лет совместной жизни спровоцировать тебя наброситься на меня. Это бы развязало мне руки. Мальчишку отдали бы под мою опеку, как отца, а тебя признали бы нестабильной, дядя обо всем позаботился. И тогда уже ничего не мешало бы поселить тебя в исследовательском центре рода Туманных для экспериментов, под благовидным предлогом лечения твоего нервного расстройства. Никто бы даже и не пикнул. Да и не нужна ты никому.

Он все так же, не сходя с места и не сводя с меня глаз, презрительно сплюнул. А мне. А мне жить не хотелось. Что-то умерло во мне окончательно. Возможно, это была вера в доброту, априори присутствующую в каждом разумном существе.

«Никому не нужна». Нет, я осознавала, что это не так, хотя бы, потому что я нужна Янке. По крайней мере, сейчас. А это много. И все же…  я всего лишь материал… для эксперимента… и сыну своему принесла одни лишь горе и страдания вместо нормального детства. Даже такого не совсем безоблачного, каким оно было у меня.

Мне не хотелось жить. Чтобы не причинять больше страданий своим близким. Просто не хотелось. И я поняла – сделаю все, чтобы они отсюда выбрались, а дальше… а дальше мне было все равно.

Непонятный стон вырвался наружу, выводя меня из раздумий.  Одна из нижних конечностей бывшего мужа странной изогнулась, по-видимому принося ему немалые страдания. А я задалась насущным вопросом – что происходит?

После минутной передышки она продолжил.

- Но ты все не сдавалась и не сдавалась, а мне начинало нравится над тобой измываться. Это было так мило, стоило только заикнуться о сопляке и ты становилась, как шелковая. Это так возбуждает, – шепот на грани слышимости. Я же говорила – псих, - Тогда  было решено изменить курс исследования и мне пришлось исчезнуть. Единственное чего от тебя никто не ожидал, при твоей-то инертности в период нашей семейной жизни, это шустрости. Мы даже не сразу узнали о том, что ты сперла мальчишку и перепрятала.  А потом так быстро воспользовалась проблемами тхае и добилась признания главенства и создание нового рода. Ха-ха, Гарнилай был в ярости после того заседания. Мда, что-то мысли у меня пошли не туда. Я отвлекся.  Мы никак не могли найти причины твоей стабильности. Все же кровь хаврийцев, как и тхае очень доминантна. Все время происходит борьба за право доминирования.

На минуту он прервался, как будто потерял нить разговора и не знает, что тут вообще происходит.  А потом, как ни в чем не бывало, продолжил.

- Но нам удалось. Да, последние исследования показали положительные результаты и сегодня тебе удастся испытать в полной мере мои новые возможности.

Страшная догадка накрыла меня неожиданно. Мертвый, очень бледный тхае с трубками в венах, лаборатория. Не может быть, это же… по законам Вышнего кара за употребление крови слишком страшна, чтобы на такое пойти.

Кровь – жизненная энергия живого существа, употребляя ее, вселяешь в себя чуждую тебе энергию, с заложенной в ней генетической памятью, а соответственно позволяешь ей свою сущность менять, вызывая противоречия между тем кем ты был и кем ты становишся. После такого рано или поздно сходят с ума. Только вампиры в состоянии потреблять кровь разумных без последствий, но у них совсем другая природа.

Время бежало слишком быстро, а малышня, увлекшись нашим разговором все не уходила. Я сделала еще раз знак рукой Янке, давая понять чтобы они поторопились, а сама…  сама решила начать бой.

И вдруг, все как в том сне.

«Сзади меня тихо, но набирая силу зазвучала ритмичная мелодия, отбиваемая маленькими ладошками о каменные стены пещеры. Гимн воина. Тхае. Он растекается по венам, барабанная дробь задает ритм и мой пульс начинает биться вместе с ним в унисон. В голове еле слышно звучит напев древней песни воина, просящий Вышнего помочь ему, дать силы выстоять, охранить любимых, укрепить веру. Ведь он идет на смерть - свою, чтобы сохранить жизнь… чужую. И я готова. Смерть? Жизнь? Один лишь  Вышний знает».

Очнувшись от воспоминаний, замерла, чувствуя, как кровь начинает свой быстрый бег по венам. Как напрягаются жилы. Как губы растягиваются в зверином оскале, а из груди рвется громкое рычание, набирающее все больше и больше мощи. И мне вдруг слышится многоголосый отклик внутри меня и даже сзади раздается никак не детский рык.  А сзади, все так же дробно и четко маленькие ладошки отбивают знакомый мотив. Эхо многократно разносит производимые звуки по пещере и уносит наружу. Туда, где свобода.

Ты хотел меня довести до звериного состояния? Радуйся, ты меня таки довел.

Нил непонимающе смотрел на меня, замерев на полуслове. Он даже ничего не понял.

А дальше все происходило слишком быстро или же это просто мое сознание решило отдохнуть пока тело делало свое дело, не знаю. Но себя я осознала уже стоящей над растерзанным на куски телом. Брызги крови капали с потолка, на мою макушку, а при входе в пещеру замерла толпа воинственных тхае.  Выражения лиц у них было довольно забавные и если бы не кровавая обстановка я бы даже посмеялась. На душе у меня было от чего-то удивительно спокойно.

Мне было реально страшно поворачиваться к детям, после того что они увидели.  Что они обо мне могли подумать, кроме как о кровавом монстре. Так и стояла спиной к ним, замерев сгорбленной статуей, стараясь отчистить об обрывки одежды когти и вытереть лицо.

Потому для меня было неожиданностью почувствовать сразу три пары детских рук обнявших меня и три тельца крепко прижавшихся ко мне. И совсем уж неожиданностью прозвучал счастливо-восторженный детский вздох:

- Кла-а-асс, вот она сила музыки в действии! Вещь!  – а дальше совсем уж мечтательно прозвучало где-то в районе моей поясницы, - Напишу Сладкоголосому Эльфу, пусть обзавидуется и возьмет нас для создания новых музыкальных композиций в народном боевом стиле. Будем вместе гастролировать.

Представила себе картинку, как медленно, но верно толпа тхае под бодрящий ритм тарбуки и неудобоваримый текст песни Сладкоголосого Эльфа – надо все-таки попросить Ната издать запрет на его пение, - трансформируются и с безумными глазами устраивают побоище… жуть.

И это мы еще не знаем, как эта музыка может подействовать на оборотней. Воображение у меня богаче нашего Председателя, сразу подбросило картинку толпы огромных зверей, с очумелым видом смотрящих на сцену и медленно звереющих под завывание звезды Тифийской долины. Ага, зверинец на выезде.  У меня вырвался непроизвольный стон. Только не это!

- Мда, - подал голос Тэр, который , кто бы сомневался, был в первых рядах штурмующих пещеру, и слышавший весь наш разговор.

«Мдя,» -  это все что я смогла подумать в ответ, - «Будет весело… наверное.»

Глава 23. Усыновительная.

В том, что мне уже "весело" я убедилась очень скоро. Как только тхае, ввалившиеся в пещеру, и хочу заметить - все после полной трансформации - пришли в себя, поднялся такой шум, что я сама себя не слышала. Все с кем-то о чем-то говорили, причем громко. Тэр, что-то вдохновенно крича мне на ухо, пытался вытащить наружу. Мальчишки вцепились в остатки моей пижамы так, что оторвать их можно было бы только вместе с этой самой пижамой.

До выхода мы все-таки не добрались. Уже на половине пройденного пути я услышала сначала увеличившийся шум, потом увидела, как вся эта толпа здоровенных лохматых тхае быстро расступается, а вслед за этим на меня налетел тоже... огромный и лохматый. Подхватил за талию, зажав у себя под мышкой так (это при моем-то росте после трансформации!), что я думала, у меня ребра затрещат, дышала вообще через раз, и рванул собственно туда же, куда мы и направлялись. Я даже пикнуть не успела, зато за меня постарались малышня. Увидев, что их надежду и опору нахально отняли и тащат подальше от них, они горестно взвыли, уцепившись мертвой хваткой в мои босые ноги, и рванули следом за нами. Окружающие шарахались от нас, как от чумных, в разные стороны. Моему очередному похитителю было совсем не легко, потому что кроме меня еще пришлось тянуть и три небольших довеска, повисших на моих ногах. Да и я тоже не особо спокойно восприняла, что меня как вещь транспортируют. Нет, я, конечно, сразу определила эту подозрительную личность, но это не давало ему права так со мной обращаться, вот.

Таким вот дружным цирком мы и вывалились на улицу, а там...

А там оказалась тьма-тьмущая народа. С левой стороны от входа расположились вооруженные оборотни. Мельком даже удалось заметить кого-то из Кесонских. Дальше, правее от них, эльфы из королевской гвардии (всегда нравились их мундиры !) и Нат, уже спешащий нам навстречу. Эльф неожиданно замер, увидев насколько живописная компания у нас оказалась. Потом опомнился и дальше ломанулся к нам на всех парах. Вьючное животное (а по-другому я его сейчас никак назвать не могу), которое меня тащило, как будто я мешок с корнеплодами, увидев "летящего" к нам эльфа, изменил траекторию и ускорил темп.

Мальчишки, поняв, что уже не успевают бежать за нами, еще горше взвыли, сильнее ухватились за мои ноги, вскарабкались по ним вверх (оторвут, как пить дать оторвут!  Останусь я безногой!) и повисли на мне уже полностью, иногда перебирая ножками в воздухе.

Дер, а это был именно он, ругнулся сквозь зубы, перехватил меня поудобнее, так сжав, что я поняла - до конца этого дня я не доживу, меня раньше придушат.

И все же далеко уйти нам не удалось. Эльфу все-таки было полегче, да и не висел на нем такой довесок.

- Стоять, - рявкнул он, когда увидел, что тхае пытается сделать финт ушами и рвануть в обратном направлении, и в особо удачном прыжке ухватился за мою руку.

Нет, не придушат - разорвут на части. Вас когда-нибудь тянули за конечности в разные стороны? Нет? Ну, чувствовали Вы себя тем самым канатом, который перетягивают? Тоже нет? А, участвовали в команде, которая этот самый канат перетягивала? Тогда вы меня понимаете. Мне было уже просто до истерики "весело", когда за руку рванули в сторону, противоположную нашему движению, Дер еще по инерции тянул меня в совершенно другую сторону, а к земле тянули за ноги три, вернее, два маленьких грузика и один грузик значительно побольше. Грузики сопровождали свои действия музыкальным - не иначе, воем, а два здоровых лба уперлись друг в друга и своим ором "пели" дуэтом под их дружный аккомпанемент. Все, мое терпение закончилось.

- Хва-а-ати-и-ит!! – заорала я что есть мочи, для того чтобы в этом бедламе таки быть услышанной, - Дервис, поставь меня на место!

И... наступила благословенная тишина. Вышний, спасибо!

- Дер, скажи-ка мне, друг мой, куда ты меня потащил? - в ответ получила только яростное сопение и... да-да, она самая - тишина.

- Это он тебя от нас пытался скрыть, - "отстучал" мне Нат в ответ на мой недоуменный взгляд в его сторону.

Так, ладно, с этим разберемся попозже.

- Вообще-то там, - небрежный кивок в сторону входа в катакомбы, - у нас где-то Ишма забаррикадированный лежит. Только чувствую я, что, если не поторопитесь, то и забирать будет некого...

- Я об этом позабочусь, - а этот-то откуда? Передо мной стоял, слегка усмехаясь, Ниэлс дэ-Тирэ собственной персоной. - Мои люди найдут его по запаху, который остался на Вас, мора Татая.

Я не успела пикнуть, как возле меня оказались два вампира, и подозрительно близко от шеи. Моей. Громко втянули в себя воздух и... исчезли в направлении входа в катакомбы.

- Кхм, вообще-то мы там на труп наткнулись, а теперь их там уже два, и один очень свежий, с кровью по всей пещере, и... я не знаю, на что там можно еще наткнуться.

- О, не беспокойтесь, - мою лапку, именно лапку, я еще не успела провести обратную трансформацию, возможности, знаете ли, не было. Так вот, мою лапку сграбастали и нежно поцеловали. - Мы не бросаемся на все, что истекает кровью. Позвольте выразить Вам, Мора Сериман, искреннюю радость, от своего имени и от имени моего господина, Алдонэрея дэ-Тора, от того, что с Вами все в порядке.

Я и оглянуться не успела, как меня уже оттащили на приличное расстояние от спорящих эльфа и тхае, и только мои мальчики, вцепившись в мою гриву, - волосы уже давно освободились от сдерживающей их ленты и стояли дыбом, - не отставали.

На сердце сразу стало легче. Нет, ну реально меня этот хитрый змей пугает.

- Кхм, морэ Ниэлс, я очень признательна Вам за Ваши слова, но не могли бы мы пообщаться немного позже? Видите ли, я немного не в форме, - ну, а как мне еще ему намекнуть, что мне нужно трансформироваться и сменить мало что прикрывающие лохмотья пижамы на более закрытую одежду.

- Да-да, конечно, - хитро улыбнулся вампир, окинув меня восхищенным взглядом, - как Вы смотрите, чтобы встретиться сегодня ближе к вечеру?

- Меня это вполне устроит, - вздохнула я с облегчением.

Да-да, я все еще помню, что он сказал по поводу меня, его и моего незамужнего положения. Насколько я помню, его останавливала только моя неприязнь к крови. Но вдруг его теперь это мало волнует и совсем не останавливает.

Вот так я, шустренько отделавшись от вампира, направилась к все еще не прекратившим спор друзьям.

- Так, вы двое, да-да, вы. Вы чего добиваетесь? Делите шкуру неубитого медведя? Меня, между прочим, от вас только что чуть вампир не утащил в далекие дали.

Тишина. Уже хорошо – значит, услышали.

- А скажите мне, дорогие мои, что здесь делает вампир? Откуда он узнал о похищении? И отведите меня наконец туда, где можно будет переодеться, поесть и спокойно поговорить. У меня, между прочим, дети уже сутки не кормлены!

Отвели, одели, дали поесть. И мне, и детям, что несказанно радует. Дети от меня так и не отстали. Они как будто боялись, что если хоть на миг от меня отвлекутся, то больше уже не увидят. Ну, я понимаю еще, малышня, но Янке? Он же взрослый! Хотя, после того, что ребенок недавно услышал и узнал, ему нужен хоть какой-то якорь в действительности, чтобы от обиды окончательно не потеряться. А ведь вокруг, кроме меня, одни незнакомые рожи. И все мужского полу. Так что, детально пересказывать, как я переодевалась в непонятном шалашике, когда за мою руку одновременно цеплялись три, но поменьше, я не буду. Ощущения непередаваемы.

Где-то через полчаса я, умиротворенная, но все еще полуголодная (а кто мне дал бы нормально налопаться после того, как узнал, что мы оголодавшие вконец? И плевать им, что у меня стресс и дикий голод после трансформации), сидела и слушала их версию произошедших событий. Версия была увлекательная, занимательная и еще какая-то там ...-ная.

Оказывается, мою пропажу заметили ближе к полуночи, когда Дер зачем-то пришел ко мне в комнату. Зачем, я даже спрашивать не буду – и так все ясно было по красным щекам и, местами, шее.

Так вот, обнаружили мое отсутствие и сначала, решив не поднимать тревогу, пытались разобраться сами, куда я могла подеваться. Ведь явных признаков борьбы или сопротивления не было, как и несанкционированного проникновения.

- Ревность взыграла! - бросил Нат, косясь при этом на Дасильо.

Дальше - лучше. Обшарив все жилые комнаты в нашем крыле (при осмотре особенно сильно пострадала комната, где обретался Хорис, а в частности дверь, которую оный не пожелал открыть после первого предупреждения), меня не обнаружили. Зато обнаружили двух приходящих служанок... в комнате Хориса (силён мужик!). И подняли общую тревогу. На этом повествование было как-то скомкано. Мне сообщили только, что всех собрали и начали прорабатывать варианты поиска.

Но это все потом, - сейчас меня волновало нечто иное. И не только меня. И как задать интересующий меня вопрос в присутствии двух пар маленьких греющих возле меня ушей, я не знала.

- Эм, ребята, а вы не хотите пойти подышать свежим воздухом? И так в пещерах надышались непонятно чем, - обратилась к греющим уши.

В ответ получила отрицательное качание головой сразу от троих. Вот, что ты будешь с ними делать? Повернулась к остальным собравшимся. Присутствовало самое близкое окружение - эльф и Дасильо с Тэром.

- У меня вопрос, - стараясь себя не выдать, показала глазами на двух маленьких тхае, надеясь, что меня поймут правильно, - и хотелось бы на него получить ответ.

Нат задумчиво смотрел сквозь меня, двое других, нахмурившись, отвели глаза, с тяжелым вздохом опустив плечи. И правда, чего еще я могла ожидать от тех сволочей! Но мне надо знать подробности, чтобы решить дальнейшую судьбу ставших мне близкими существ.

- Янке, возьми, пожалуйста, Рунти и Сарки. Дядя  Нат покажет вам лагерь, вы же никогда такого не видели – будет, чем похвастаться перед друзьями.

Нат, как будто и не отвлекался от нашей беседы, быстро поднялся и подхватил не успевших даже пикнуть мальчишек, вынося на улицу. Еще минут пять за стенкой палатки было слышно возмущенное шипение, которое стихало по мере отдаления от моего места пребывания.

- Как? - единственный вопрос, который я могла сейчас задать.

- Когда мальчики пропали, мы не знаем, но предполагаем, что уже через два часа после исчезновения их родителей начали шантажировать. - тяжелый вздох. - Обе пары были сиротами, которые находились на воспитании в замке почти с самого рождения. Можешь себе представить их чувства к своим детям.

Да, я могла себе представить. Желание защитить своих детей - выше желания жить или... выше преданности тому, кто был почти отцом. Правильна ли такая постановка вопроса? Я не могла их судить. Это их выбор. Но я не смогла бы поступить так же, как они. Наверное. Не знаю. Нет, мне не жалко было бы отдать свою жизнь за Янке, но я не смогла бы поступиться честью - это точно.

- Женщин мы обнаружили практически сразу после того, как начали поиски. Предположительно, их убили сразу, как только тебя смогли вынести из замка. А вот мужчин...

- Я думаю, что их тоже уже нет в живых, по крайней мере, одного из них мы обнаружили в лаборатории, когда выбирались наружу.

- Лаборатории? - два заинтересованных взгляда пытались проделать во мне дырку, снедаемые любопытством.

- Пока мы ели, я просмотрела бумаги, которые удалось захватить во время побега и... - набрав побольше воздуха в легкие, выдала с тяжелым вздохом, - результаты осмотра неутешительны. Эти... твари нарушили не просто все мыслимые законы. Они нарушили законы мироздания, а это, я думаю, еще не раз нам аукнется. Но за это их и их приспешников судить уже не нам.

Дальше мне пришлось поведать им то, что я узнала. Нил и Ишма не просто объединились для свершения государственного переворота у двух народов. Они начали ставить опыты на своих соплеменниках, неумело используя магию крови. Неумело - потому что и хаврийцам и тхае это было запрещено изначально, и никто не желал обречь свою судьбу, сущность и душу на вечное изгнание и невозможность возрождения. Вампиры же, насколько я поняла, отказали им в этом вопросе, честно блюдя пункты договора, заключенного с Вышним.

Все, что оставалось этим... неумехам - раздобыть кое-какие книги по интересующей теме и привлечь желающих поэкспериментировать на свою сторону. Имена и принадлежность к кланам этих горе-помощников еще надо будет уточнять, но список уже впечатлял.

Собственно, результат их эксперимента я с малыми и наблюдала в пещере. Нил действительно загорелся идеей стать сверх... чего-то там и добивался этого всеми силами. Для чего это было нужно Ишме, я не знала, но надеялась выяснить в ближайшем будущем. Все же пострадали представители обоих моих народов и даже в какой-то степени из-за меня. Червячок, евший изнутри, раз за разом напоминал слова бывшего о том, что его мужская гордость была задета тем, что я, женщина, сильнее его - мужчины.

А еще было горько думать о том, что родители мальчиков не смогли здраво оценить ситуацию и воспользоваться доступом к Дервису для освобождения своих детей. Эта мысль заставила меня задать следующий вопрос.

- Кто из родных сможет забрать мальчиков к себе? - в ответ получила лишь угрюмое молчание.

- Близких родственников у них нет, - взял на себя ответ мне Дер, - а дальние...

- Что дальние? – насторожилась я.

- Их родители предали семью, род и покровителя. Они нарушили клятву... Участь их близких одна - изгнание... Полное.

Полное изгнание - хуже чем смерть. Разумный становится безымянным - ни имени, ни рода, ни семьи. Его имя исчезает из родовой книги. Судьба его одна - забвение.

Даже представить себе возможную реакцию детей на все произошедшее невозможно. Смерть родителей. Осознание своей косвенной вины в этих смертях. Изгнание... такое не под силу выдержать взрослому, что же говорить о детях?

Не дам. Вот не дам, и все тут. Они стоят только в начале своего жизненного пути.

- Значит, так, - выпрямившись в кресле, я посмотрела прямо в глаза Деру. - Мой клан пополняется двумя первыми членами, которые самостоятельно отказались от своего рода и пришли ко мне. Я приняла их в свою семью как своих сыновей. Я ясно выражаюсь?

Чуть повысив тон, но, так и не добившись ответа, повторила последнюю фразу уже с нажимом.

- Я ясно выражаюсь? Никаких изгнаний не будет. Вы мне должны, - кивок в сторону катакомб, - Вы им должны... за свои игры... и смерть семьи.

Переглянулись, настороженно посмотрели на меня, определяя, насколько серьезна в этом вопросе.

Насколько готова идти до конца, к поставленной перед собой цели. Оценили. Поняли, что если хотят и в дальнейшем сохранить то малое, что уже есть между нами - придется отступить. Я понимала, что от них требую – это тоже своего рода преступление, за которое может быть суровое наказание.  Но  в жизни не поверю, что в этом случае нет ни одной лазейки, чтобы решить все мирным путем. Обреченно кивнули головой в знак согласия. Выбора у них все равно не было.

Дальше разговор пошел в более деловом и менее эмоциональном тоне. Выяснилось, что найти меня смогли лишь после того, как обратились за помощью к вампирам, упирая на заключенную между мной и ими договоренность. Судя по всему, морэ Ниэлс не особо сопротивлялся и определил мое местонахождение при помощи ритуала, проведенного на территории оборотней, где он на тот момент был, и используя нашу с Дером связь как кровных родственников. Естественно, о проведении этого самого ритуала и его причинах узнали братья Кесонские и не могли не сообщить своему другу и собутыльнику эльфу, зная, насколько сильно мы с ним сдружились.

Теперь можете себе представить удивление Ната, когда он узнал о моей пропаже. В том, что он попытался выбить из этих двух конспираторов все о произошедшем со мной за то время, что мы с эльфом не виделись, я даже не сомневалась. Сомневалась в том, что он смог из них вытрясти все, но он у нас мальчик большой уже, не первый год на политической арене играет и интригами балуется. Поэтому  сложить два и два смог даже из того мизера информации, который получил, и потом... рассвирепел.

В общем, если не вдаваться в подробности, то примерно таким путем и собралась вся эта компашка по спасению меня. Ни оборотни, ни вампиры не захотели отказаться поучаствовать в заварушке и "размять косточки".

Наш уже практически закончившийся обмен информацией прервали попыткой постучать. Об стены нашего убежища стучать было бесполезно, потому как не обо что, так что желавшему с нами пообщаться, пришлось громко прочистить горло и спросить, может ли он к нам зайти, на что сразу же получил согласие.

Просился к нам Нат в компании малолетних "разбойников". Ну, что же, на ловца и зверь бежит. Не стоит откладывать это дело в долгий ящик. Детям нужна хоть какая-то стабильность, и неизвестность больше не будет их терзать. Взглядом попросив Ната подежурить у дверей, чтобы никто из них в порыве эмоций не попытался сбежать, я попросила Янке остаться вместе с ними. И попыталась собраться с мыслями, думая, с чего начать нелегкий разговор. Придумывать ничего не пришлось. Мальчики не выдержали моего испытующего взгляда и сами задали свой первый вопрос.

- Мора Татая, а когда нас отправят к родителям? - храбрясь из последних сил и пытаясь казаться старше, спросил Рунти.

Тяжело вздохнув, поняла, что лучше сразу говорить правду. Не стоит начинать совместную жизнь со лжи. А потеряв доверие единожды, потом тяжело добиться его повторно. Нет, я ничего не собиралась говорить об изгнании. Вообще ничего. Промолчать - это же не солгать, правда?

- Рунти, Сарки, вы уже взрослые мальчики и должны понимать, что в этой жизни не все бывает просто.

Те лишь настороженно кивнули.

- Ваших родителей, к моему глубокому сожалению, больше нет... в живых, - совсем тихо закончила я.

Мне надо было посмотреть им в глаза прямо, без чувства вины, но... но я так боялась, потому что отчасти все же винила себя. Если бы я не поддалась на уговоры... если бы не осталась в замке... если бы...

Постаравшись убрать все лишние чувства подальше, взглянула им прямо в глаза. Так и прошло насколько долгих минут тяжелого молчания и нашего немого разговора.

Скорбь, сожаление, любовь и поддержка - все, что хотелось сказать, попыталась вложить в этот взгляд. Боль, осознание, обреченность и ... слабая надежда - то, что получила в ответ.

- Это... - судорожно сглотнув, попытался спросить Рунти, и совсем тихо произнес, опуская голову. - Это из-за нас?

Не вопрос, скорее утверждение и... приговор самому себе. Нет, не дам. Не позволю тебе сломать свою жизнь. Из-за безобидной детской шалости никто не гибнет. Погибают из-за чьей-то злости и своей недальновидности или... глупости.

Решительно замотала головой, отрицая сказанное ним.

- Нет, это не так. Ни ты, ни Сарки ни в чем не виноваты. Виноваты те, кто это все заварил, и они получат за это сполна. И за тебя, и за Сарки, и за ваших родных, и за нас с  Янке. И за многих других, пострадавших от их действий.

- Обещаешь? - взгляд уже не восьмилетнего мальчика - взрослого парня, почти мужчины. Вышний, как быстро дети теряют свое детство!

- Я обещаю, что очень постараюсь исполнить все, что только что сказала, с помощью Вышнего.

Обреченный кивок головой, опущенные плечи и взгляд в пол.

- Куда нас теперь?

- Об этом я хотела с вами поговорить, - подошла и, обняв, прижала к себе. - Вы мне как родные, как Янке... и я... я хотела вас попросить войти в мою семью, стать моими сыновьями.

Молчаливое ожидание длилось недолго. Вскинутые головы и недоуменные взгляды.

- А Янке?

- А что Янке? - сынуля не дал мне даже рта открыть. – Думаете, легко расти в семье одному ребенку, принимая весь удар заботливых родственников, особенно родственниц, на себя? Это ж сдуреть можно! Так что теперь будем отдуваться втроем. Вы теперь от меня так просто не сбежите!

Ехидно улыбаясь, он подошел и попытался пристроиться к нашей обнимающейся композиции. У него получилось. Просто идеально вписался. Так мы и стояли, даже не заметив, что остались одни в этой то ли палатке, то ли шалаше. Я и три моих мужчины. В чем-то еще очень маленькие, а в чем-то уже слишком взрослые. Иногда так хочется продлить детям их детство подольше.

***

Толком пообщаться с моей новой семьей мне не дали. Через несколько минут после нашего разговора в палатку решительно зашли оба тхае и эльф. Нат привел с собой пару своих соплеменников и те, подхватив малышню на руки и позвав за собой Янке, повели их на импровизированную помывку. Янке сразу был назначен мной "за старшего" и ответственного за все их проказы. На что получила закатывание глаз - от Янке, возмущенное фырканье - от младших и веселые смешки за спиной - от взрослых зараз-з-з. Как только малышня и их сопровождение исчезли из моего поля зрения, как тут же в нем нарисовался вампир, и не один, а в сопровождении своих подчиненных. Да-да, тех самых, которые рыскали по моей наводке по катакомбам. Неужели уже это самое "ближе к вечеру" наступило? Как же быстро летит время и как его катастрофически не хватает.

- Мора Татая, - изящный поклон в мою сторону. Похоже, этот вампир решил своего не упускать. И видимо, это поняла не только я. Вон как три моих "няньки" напряглись. Интересно этот дэ-Тирэ просто решил поиграть или, а вернее будет сказать - скорее всего, преследует определенную цель... и не одну, я так думаю. Ладно, подыграем... пока, а дальше видно будет.

- Морэ Ниэлс, - изящный, я надеюсь, кивок в его сторону, - рада снова видеть Вас. Чем Вы нас порадуете?

То, что порадует - однозначно, вон, как у него глазки горят.

- Порадую - порадую, - так и видно его жгучее желание потереть руки в предвкушении. - Моим людям удалось задержать вашего Ишму. Правда, когда они его нашли, он уже почти выбрался из опутывавших его тряпок, но главное ведь - вовремя успеть. Не так ли?

Вопрос был риторический, так что никто из нас не удосужился ответить, а вампир, как будто не обращая на это внимания, продолжал:

- Нда, кроме него и Вашего мужа, мора Татая, вернее, того, что от него осталось. Вы страшная женщина! Впрочем, я в этом даже не сомневался. Так вот, кроме этих двоих мы обнаружили два свежих трупа с полностью выкачанной кровью. Какое варварство, должен сказать. Так бездарно расходовать такой ценный продукт! Ах да, я немного отвлекся. Так вот, кроме всего выше означенного, мои люди обнаружили недалеко от входа безымянное кладбище и, насколько я могу судить, могил там порядка двадцати будет точно. Возможно, даже немного больше.

Во  время этой немного сумбурной речи больше всего он мне напоминал безумного ученого, но последняя его фраза породила оглушающую тишину.

- Вы уверены, что больше никого живых там нет? - мне реально стало страшно. Страшно будет смотреть в глаза главам родов, которые, возможно, так и не найдут своих близких.

- Нет, - ответ, вырвавший у меня громкий вздох облегчения. - Но вероятность найти кого-то живого в катакомбах очень маловероятна.

- И все же это шанс, - еле слышно прошептала я. Масштабы катастрофы ужасали. Да, возможно, несколько десятков жизней - ничто по сравнению с судьбой государства, но... Но только не тогда, когда ты лично знаешь тех, кто погиб.

- Тэр, организуй список пропавших тхае и свяжись с Председателем для получения аналогичного списка у хаврийцев. Нат, пожалуйста, организуй эксгумацию тел. Нам нужно обязательно сверить списки и имеющиеся трупы и идентифицировать их для продолжения поисков.

"Если они еще понадобятся" - это уже не было произнесено вслух.

- Морэ Ниэлс, я Вам очень благодарна за помощь и хотела бы попросить Вас и Ваших людей задержаться еще на день, чтобы помочь нам в поисках в комбинированных группах.

- Группами займусь я, - влез Дасильо. - Мы втроем постараемся управиться со всем до утра. Господина дэ-Тирэ и его свиту разместим со всеми удобствами, а тебе с мальчиками пора отдохнуть.

То есть мнение вампира по поводу моей просьбы его не волновало, и он был полностью уверен, что тот останется, хотя-я... он, скорее, прав... во всем. Я действительно уже еле держалась на ногах. Поэтому, как только все вышли из моего временного убежища, постаралась быстро и с максимальными удобствами устроить себе и мальчикам место для сна. Дальше было не самое легкое дело в жизни матери - заставить трех оболтусов умыться и привести себя в порядок перед тем, как улечься на импровизированное ложе. Несмотря на продолжительное сопротивление, победа была за мной, ха. И трое сорванцов с чистыми ушами, зубами и... ногами, гуськом под моим строгим контролем перебазировались на "кровать", куда и я за ними последовала. Последнее, что мне запомнилось, это мысль, что мы здорово устали, если так быстро вырубились, оказавшись в горизонтальном положении.

Глава 24. Разоблачительная. Первая часть Марлезонского балета.

Утро добрым не бывает. Это я поняла сразу, как только попыталась открыть глаза. Почему попыталась? Да потому, что прямо на глазах у меня лежала чья-то рука. А еще на мне оказалось: две руки, вцепившиеся в волосы, одна нога на животе, три ноги на правом бедре и одна, ну о-о-очень острая, коленка, упирающаяся в поясницу. Впечатления были... непередаваемые. Тело ломило так, как будто по мне проехались несколько раз унмусом, заходящим на посадку. В общем, весело - это не то слово.

Честно, я старалась никого не разбудить, но это было почти невыполнимо. Сложнее всего происходила операция по освобождению волос из двух крепко сжатых кулачков. Отделалась еще легко, какая-то пара клоков волос для моей гривы - не потеря. И все же бесшумно уйти не удалось. Уже практически выбравшись из этой берлоги, увидела полуоткрытый глаз Янке, следящий за мной. Беззвучно, одними губами сказала, что он остается за старшего и выскользнула наружу.

Снаружи тоже было весело. Такое впечатление, что спали только я и дети. Вокруг все бурлило. Кто-то куда-то бежал, кто-то что-то кричал полушепотом, кто-то чем-то тихо гремел. В общем, нормальное рабочее утро. Меня заметили не сразу. Я уже успела умыться и тишком-нишком копошилась возле походной кухни, собственно, в котелках, пытаясь найти что-то, чтобы "заморить червячка". Поняла, что меня обнаружили, только тогда, когда опущенная мной крышка большого казана с кашей издала пронзительный звон в оглушительной тишине. Медленно поднимая голову, вижу, что все тхае, кто где был, так и замерли, глядя на меня. Интересно, это я со сна все еще такая страшная или делаю что-то не то?

- Кхм, кхм, - (кто ж со спины так пугает,?) – Я подскочила на месте, схватившись за сердце. - Мора Татая, пойдемте-ка со мной.

Меня аккуратно подцепили под локоток и потащили к рядом стоящему большому походному столу под тентом, натянутым между четырьмя походными длинными шестами на распорках.

- Ты что творишь? - прошипели на ухо, усаживая на скамью.

- Да что такое-то? - возмутилась несправедливостью. – Я, между прочим, кушать хочу. Сильно.

Серые, почти стальные, глаза Дасильо смотрели на меня со смешанным чувством суровости и озорства.

- Вы, мора Татая, как одна из глав правящего клана должны были позвать кого-нибудь себе в помощь, а не самостоятельно копаться в котелках с кашей для ваших подчиненных.

- Да кто вообще об этом знает? Мы же никому ничего не рассказывали о моем статусе, - не удержалась я. - Или рассказали? А ну, признавайс-с-с-ся.

Последние фразы уже у меня вырвались полушепотом и с шипением. Ведь договаривались, а тут такое. Гады.

- И нечего на меня всё переводить, - сначала с  негодованием, а потом уже тише, - Ты сама виновата в этом. Вспомни свои ощущения перед тем, как броситься в сторону своего бывшего.

Я замерла. Ощущения? Какие у меня тогда были ощущения? Бешеный бег крови, напряженные до предела мышцы и натянутые жилы, а потом...

"...губы растягиваются в зверином оскале, а из груди рвется громкое рычание, набирающее все больше и больше мощи. И мне вдруг слышится многоголосый отклик внутри меня, и даже сзади раздается никак не детский рык."

- Ну, порычали немного, - пробормотала себе под нос, не понимая, это-то тут при чем?

- Порычали, - перекривлял меня Дер, - ты вспомни, что было, когда ты в последний раз так... порычала. Вспомнила?

Взглянула на него с непониманием. А что было? Последний раз непонятный рык вырвался у меня в его в кабинете, когда узнала, что Янке украли. Не понимаю. Или это уже просто мозг устал от сменяющих друг друга событий и решил расслабиться и не напрягаться?

- Вспомнила, но не поняла, - не вопрос - констатация факта. - Ты клан созвала, весь. Это-то ты помнишь? Нам тогда еще удалось всех убедить, что Зов исходил от меня, а теперь этот номер не пройдет. Они тебя признали.

- Они меня тогда еще признали, - фыркнула я. - И вообще, меня кормить будут? Что?

- Они тебя признали как старшую, - опять недоуменно смотрю на него. Я же моложе его. И, думается мне, намного. Так в чем проблема-то?

- Старшую не по возрасту - по положению, - начали объяснять мне как маленькой. - Если бы мы узнали о тебе сразу после рождения, то ты была бы главой клана, а не я.

И слава Вышнему! Еще не хватало мне такой "радости" в жизни.

- Они услышали твой Зов - это Зов старшего в роду, а значит, по положению ты выше меня. Мне пришлось им всю ночь разъяснять, что к чему и откуда.

Я схватилась за голову. Только этого мне не хватало для полного счастья!

Нас прервали вовремя. У меня было дикое желание повыдергивать волосенки хоть  кому-нибудь, чтобы сбросить негатив. Рядом же, кроме Дера, никого не было. Так что повар, подавший нам завтрак, фактически спас его шевелюру от прореживания.

Ну, право слово, нельзя же вот так, с утра пораньше, женщину "радовать приятными известиями", - можно и без головы остаться.

Завтрак был вкусным, наверное. Я лично вкуса не ощутила, "переваривая" совершенно другую пищу - неудобоваримую. Добавлять себе еще и этой головной боли никак не хотелось.

Ну, вот скажите мне - как?! Как каждый раз я умудряюсь попадать в положение еще более тяжёлое, чем было? Мне своих проблем мало? Все, прекращаем истерить и начинаем мыслить конструктивно. Мне надо придумать, как избавиться от этого положения. Я, конечно, в детстве с учителем Ракэ изучала основные законы тхае, но вряд ли он меня посвящал в такие законодательные дебри, как права и обязанности старшего в роду или право наследования. Моя вечно страдающая от неуемности хозяйки пятая точка подсказывает, что есть во всем происходящем что-то более мистическое. И я не смогу одним росчерком пера на бумаге отказаться в пользу Дера от навязываемой роли. А значит, что? Прааааавильно. Стоит обратится к более знающим товарищам. И нечего тянуть. Сказано - сделано.

- Дер, что делаем?

Тхае  подавился (видимо, от неожиданности). Пришлось постучать по спине. Помогло, но мало.

- Что ты имеешь в виду?

Интересно, о чем он думал до того, как я его вырвала из собственных мыслей?

- Старшей в роду не буду, мне и своих проблем хватает. Тем более, это твое место, и мне оно даром не нать.

- Почему? - пристальный взгляд, - Это ведь такая власть над всем кланом?

- Давай мыслить логически...

- Давай.

- Не перебивай, а то с мысли собьешь. Так вот, мне эта власть нафиг не нужна, мне бы со своей в будущем клане разобраться. Еще одно ярмо на шею вешать не буду. И самое главное, я не из тех, кто в борьбе за власть будет забывать о доверившихся мне живых существах. А нормально позаботиться о тхае, не имея никаких знаний о законах и прочем... В подробности вдаваться не буду - ты и сам все понимаешь. И напоследок.  А  нафиг мне напрягаться, если есть ты? И ты отлично со всем справляешься! Так что, "гони" идеи - будем претворять их в жизнь.

- Все? - хитрый прищур глаз и ехидная усмешка.

- В пределах разумного, - насторожилась я (с этим интриганом нужно держаться настороже). - Ты давай говори, а я посмотрю, что с этим можно сделать.

- Ну-у-у, можно быстро провести брачный ритуал, и тогда мы оба будем иметь равную власть в роду.

Что-то мне это уже не нравится, в следующий раз, когда захочется порычать, лучше я кого-нибудь покусаю.

- Можно просто разделить между собой обязанности поровну и  поровну пользоваться привилегиями Старших... – это, конечно, более приемлемый вариант, но как-то совсем не хочется еще и здесь попадать в кабалу. - А ... можно просто при всем клане, проведя совсем простой ритуал, переложить на меня все обязанности и почти все привилегии, но...  (это "но" меня уже пугает) права наследования остаются за тобой и твоими детьми.

Приехали. Ладно, последний вариант мне больше всего подходит, о чем я сразу же не преминула сообщить. На что получила ответ, что он, дескать, даже не сомневался.

Как только мы с этим разобрались, и ко мне начал приходить аппетит, я вспомнила о подозрениях, возникших у меня в катакомбах. Это по поводу роли Дера в событиях, произошедших со мной за последнее время. Дождавшись, пока мы останемся совсем одни и в радиусе пяти метров не останется никого, я очень тихо, почти шепотом, спросила:

- Дер, зачем ты так поступил со мной? - были у меня определенные подозрения, даже не подозрения, а так, намеки, но мне надо было их либо подтвердить, либо опровергнуть.

Он замер лишь на мгновение, потом плечи как-то немного грустно опустились. Со стороны незаметно, но мне, уже немного изучившей его, было видны и его напряжение, и грусть вперемешку с тоской, и робкая надежда быть понятым.

- Давно поняла? Хотя, о чем я говорю, ты умная - рано или поздно сложила бы все в уме. - Пауза затягивалась, а я все сильнее осознавала, что все не просто, все намного сложнее. И, может быть, его вина передо мной не так уж и велика. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

- Моя вина. Слишком увлекся своими чувствами к тебе. Слишком доверился тому, кто когда-то меня всему учил. Когда осознал - было поздно. Тебя украли. Собственно, я и пришел к тебе тогда ночью потому, что хотел обсудить сложившуюся ситуацию.

Учитель? Его?

- Зачем Даккару Тени было это надо?

- Нужна была приманка, - почти равнодушное пожатие плечами. - Я бы и сам так поступил, если бы речь шла о ком-то другом. Он это понимал и сделал все сам. Защита рода от внутриклановых распрей и внешней угрозы - его прямые обязанности. И это выше чувств главы клана. Тебя он посчитал... допустимыми потерями, мотивируя свои действия теми же причинами, что ты минуту назад высказала мне, отказываясь от главенства.

Вот так вот: выкарабкалась - хорошо, нет - тоже неплохо, роль наживки я выполнила с блеском.

На душе было... гадко там было. Из меня, как из воздушного шарика, выпустили весь воздух, и я вот-вот повисну безвольной тряпочкой. Опять одно и то же. Я-то выдержу, в норму приду, не впервой, как говорится, но... полного доверия больше не будет уже, наверное, никогда.

Он спросил лишь одно:

- Что будет с нами?

С нами. Вот так, ни просьб, ни доказываний, ни оправданий - лишь вопрос и ожидание ответа как приговора.

- Не знаю, - я лишь покачала головой. - Не могу никого из вас сейчас видеть, - я заставила себя посмотреть на него. - Мне нужно время.

Мы вернулись к тому, с чего начали - холод между нами. И будет ли он растоплен, я не знала.

- Можно еще вопрос?

Я пожала плечами, говорить что-то было почему-то больно,

- Как ты поняла?

Говорить? Не говорить? А впрочем, что я теряю?

- Защита. Даже слуги из личных покоев вряд ли имели доступ в эти помещения в ночное время без личного разрешения хозяев, отсюда вывод - либо ты, либо кто-то близкий тебе.

Повисло неловкое молчание. Я не знала, что еще сказать. Он вроде бы и не виноват, а все же виноват. Косвенно, но все-таки виноват. Тень - его подчиненный. Его подчиненный решил, что может управлять Главой Рода, пусть даже и во благо. Может, я чего-то не понимала, а может, понимала слишком многое, но не так. Не знаю. Для того, чтобы разобраться, нужно время. И время это у меня появится, когда закончится  катавасия с заговором.

- Ну, раз вы закончили, то можно обсудить дальнейшие действия.

Когда  вампир оказался рядом с нами, не знаю, но, судя по его фразе, многое успел услышать. Вот гадство. Неужели я так сильно погрузилась в свои размышления, что ничего не слышала?

- У меня есть приятные для вас обоих новости. Первая поисковая команда, отправившаяся сегодня ранним утром, нашли в самых дальних пещерах еще несколько заложников. Это хорошая новость.

- А какая плохая? - невольно задала я вопрос.

- А плохая, мора Татая, - резанув по мне взглядом, продолжил он, - то, что они в очень тяжелом состоянии.

Пленники действительно выглядели - краше в гроб кладут. Выставив дополнительную охрану возле палатки, где все еще спали дети, мы пошли оказывать первую помощь выжившим.

Идея со смешанной поисковой группой оказалась гениальной. У каждого, кто в нее входил, были свои обязанности, и никто друг другу не мешал. Вампиры, как оказалось, отличные ищейки, обоняние которых острее, чем у оборотней. Тхае показали себя отличными организаторами, способными даже в такой разношерстной компании привести всех к компромиссу. Оборотни - дополнительная силовая поддержка. Эльфы, как и всегда, занимались техническими вопросами. В голове сразу же сложился план о возможности создавать такие группы в своем будущем клане, все предпосылки есть – главное, разработать правильную систему. Но это потом. Отодвинув на задний план отвлекающие мысли, вернулась к действительности. И принялась за работу.

Под конец дня я была уставшей до состояния нестояния. Выживших среди похищенных родственников глав родов оказалось только две трети. Остальных мы обнаружили среди тел, которых всю ночь откапывали по поручению Дасильо. И остальные тела были идентифицированы. Все пропавшие за последние полтора года тхае. Из тхае в живых не осталось никого.

Практически все тхае были обескровлены, вампиры знают в этом толк,  и время, прошедшее с момента смерти, им не помеха. По телам хаврийцев даже я, могла понять, что причиной смерти был тот же эксперимент, которому подверг себя Нил перед кончиной. На них было страшно смотреть, еще страшнее представить, что они испытывали во время смерти.

Я понимала, что оставшимся в живых было не легче. Понимала, что нужно дать им возможность прийти в себя, побыть в кругу семьи, но... так же я понимала, что время работает против нас. Нужно  многое выяснить, чтобы не дать виновным ни одного шанса выбраться из этой грязи чистенькими.

Потому, взяв с собой Ната в качестве личного секретаря, спрашивала, и спрашивала, и спрашивала... пока их мыли, лечили, кормили. Кто...? Когда...? Что видели...? О чем спрашивали...?

Картинка вырисовывалась интересная. Был некто, и я теперь даже знаю кто, который часто посещал своих товарищей по заговору. Этот некто вел интересную игру. После прочтения одной интересной папочки в найденном и вскрытом вампирами сейфе (я говорила, что у них отличный нюх? Если нет, то говорю - у них не просто отличный нюх, он у них  феноменальный). На-а-адо, надо присмотреться к засланцам вампиров в мой клан, и если их полукровки так же хороши... Кажется, я нашла новый вид дохода для своего рода. Так, я опять отвлеклась.

Так вот, сети заговорщиков уже опутали хаврийцев и тхае, а вот дальше...

Сначала Нат без особого желания бродил за мной, потом очень заинтересовался, потом связался с Кесонскими. Теперь у меня было два секретаря, которые помогли мне всех пострадавших опросить и все бумаги разобрать. Вы уже поняли почему?

Да, да, вы совершенно правы - заговорщики вдоволь порезвились и на их территориях, развивая свою шпионскую сеть. А что, всегда можно совместить приятное с полезным. Вряд ли они рассчитывали и там устроить перевороты или использовать оборотней с эльфами в опытах, но вот быть в курсе всех их дел и влиять на решения - это да, это вполне могло у них получиться. И эльф с оборотнем много нового и чрезвычайно интересного узнали о некоторых своих чиновниках.

В общем, чувствую, полетят головушки и, как мне кажется, не всегда в переносном смысле. Фактически, почти во всех государствах нашего мира действия, которые совершили личности из нашего списка шпионов, - это измена Родине. А за измену - как и у оборотней с эльфами, так и у нас с тхае - наказание одно: лишение всех титулов, регалий, привилегий и ... смерть. Родственников же казненных высылали на окраины под особый контроль до конца их жизни. А жизнь у нас всех длинная.

В общем, картинка выходила глобальная такая. Ну что ж, самое главное - имена, и я их получила.  Дело за малым – разработать план, который поможет нам сделать так, чтобы все, кто был в это вовлечен, сами себя потопили... публично.

Оставался еще один вопрос, о котором мне не хотелось думать, но, как говорится, долг обязывает. Народ, узнав о произошедшем (а в том, что это произойдет - я не сомневалась), не признает больше над собой власти нынешних глав родов, а значит, грядет смена власть имущих, и мне требовалось понять, кто займет их места в Собрании. И, естественно, срочно налаживать с ними контакты. В общем, меня ждет весьма насыщенная событиями жизнь. Можно подумать, я до этого момента скучала…

Оставаться на еще одну ночь рядом с пещерами мы не решились. Надо было сработать на опережение, пока информация о нашем освобождении не дошла до ненужных ушей. Наконец, разобраться с этим расследованием. И нужно было как можно скорее доставить пострадавших в город, чтобы им смогли провести полную диагностику и оказать необходимую медицинскую помощь. Поэтому уже глубоким вечером при свете магжекторов, свернув за час всю аппаратуру, утварь и палатки, мы, поделенные на группы, грузились в мини-флайбусы.

Дети, только сейчас получившие доступ к моему телу, привычно ухватились за кто-до-чего-дотянулся и, дружно чеканя шаг, прошли со мной на отведенные нам места. За целый день моего отсутствия рядом с ними я расплачивалась сейчас, безропотно выслушивая невероятные, в их понимании, истории, о произошедшем с ними за день. Послушав их, можно было бы ужаснуться их кровавым разборкам с врагами. Под непрерывное жужанние в оба уха "...я их тах-тах, а они меня шмяк, а я им тыдыш в голову..." я вспоминала, что говорили два эльфа, приставленные к детям по моей просьбе Натом вместо нянек.  И пыталась сопоставить две такие разные версии событий. Вывод у меня был один – фантазия у мальчиков богатая, жить мне будет весело, по крайней мере, пока они не вырастут и не остепенятся. Мда.

Несмотря на произошедшее ранее и на напряженность в наших отношениях с Дером, решено было остановится в замке Дасильо (все- таки уровень защиты у них намного выше, чем у моей квартирки, да и места нам четверым там не хватило бы), но при условии, что моя личная охрана будет состоять из двух эльфов и одного вампира (спасибо, Нат!).

Что делать с ними, учитывая, что Дасильо приставил ко мне еще и пять свирепого вида тхае из его личной охраны, я не знала. А потому плюнула (мысленно) на все и начала прикидывать в уме примерный план будущих "свершений".

Думать долго не пришлось. Мысли четко формировались в пункты и делали зарубку о необходимых свершениях в памяти.

Первым пунктом было - всех еще не пойманных в замке шпионов Ишма взять под арест и изолировать. Вторым стояли мои разборки с Даккаром Тенью. Он, может, и был в чем-то прав, но не поставить его на место и не наказать я не могла. Ну, а третьим - завтрашнее утреннее Собрание глав родов и проведение арестов всех виновных. Кажется, эта эпопея с моим участием подходила к концу. По крайней мере, я на это очень надеялась.

Глава 25. Разбор полетов.

Тук, тук, тук… БАХ… и-и-и-и

Дети – цветы жизни?  Моя клумба с рассвета мне жить не дает, то есть спать. После ранней побудки и утреннего вопроса: «Мам, а чем мы сегодня займемся?». Отправила «всех в сад», в смысле пусть пойдут погуляют, только бы замок уцелел.

Ушли недалеко – за дверью ( ну да, они все ночью в мою кровать перебрались, сказав, что им страшно) оказался почетный караул (почти как при входе в древний мавзолей) из двух эльфов, вампира и трех тхае. Естественно на таких оригинальных красавцев прибежала поглазеть вся незамужняя женская часть населения замка, изображая бурную деятельность по очистке от грязи именно этого коридора и именно в зоне видимости дверей моей спальни. Уборка проходила успешно, все эффектные телодвижения были задействованы,  в ход пошла даже тяжелая артиллерия в виде самонаводящейся стрельбы глазами по заданным целям.

Замужние же дамы проявляли свое любопытство не так рьяно. Просто часто курсировали мимо коридора, где находились хозяйские, в том числе и мои, комнаты.  Собирались в группки, осматривали и сетовали между собой о том, что для полного набора представителей отличного генофонда не хватает  еще представителей рода драконьего из соседнего мира Ширу.

Честно скажу, не представляю, как выдерживали все это мужчины, находящиеся на посту. Я ими даже в чем-то восхищалась, иметь такую выдержку – дорогого стоит. А потом из моей спальни выползли мои гаврики, увидели кучу оружия и достойное общество и с усердием достойным лучшего приминения принялись клянчить показать ту или иную «цацку».  Вот теперь за дверьми моей спальни и стояла жуткая какофония звуков из бряцанья, постукивания, бабаханья, противного скрипа и восторженных вздохов юных прелестниц. Судя по тому, с каким энтузиазмом, мужики бросились общаться с мальчишками – глазобстрел им порядком надоел.

И вот возник вопрос. Я-то ладно, не сплю, так хоть немного поваляюсь, подрёмывая, на кровати, пока не пришло время вставать. А вот что делает  Дасильо и Ко, если до сих пор не вылезли из своих комнат на шум? Или решили переждать наплыв страждущих по мужской красоте и отдали им на растерзание охрану? Нда, не понятно. Под такие размышления полежала еще минут десять. Потом надоело и решила бабслёт свернуть и посоветовать провести его в другом месте. Что, собственно говоря, и сделала, выйдя в пижаме и натянутом поверх нее халате. В выражениях сдерживалась, но свою точку зрения на происходящее посторонним высказала, эффект  своими же пожеланиями закрепила и скрытыми угрозами придала желание ускориться.

Что примечательно. Выслушали молча. Прониклись, если не с первой фразы – то со второй точно. Оспаривать решение не стали, а тихо собрались и безмолвной волной во время отлива схлынули на свои рабочие места согласно штатному расписанию. Причем все, даже замужние. Охрана осталась, но смотрела… более чем уважительно.

Только собралась вернуться в комнату и наконец-то попытаться заснуть,  услышала за спиной скрип открывающейся по-тихоньку двери.

- Никого? – хриплый шепот.

- Никого, - охрана  отреагировала быстрее меня. Ну, на то она и охрана.

- А-а-а… - уже поворачиваясь, услышала начало вопроса и встретилась взглядом с слегка помятым… Тэром. Странно, комната же вроде Дервиса.

- Как же никого, а она? – и указательный палец обвиняюще уперся в меня.

- Так она,  –  кивок в мою сторону, - не они, - кивок охраны в сторону ушедших сильно жаждущих мужского внимания. Уже люблю свою охрану, поставившую меня на ступень выше остальных женщин замка. Значит сработаемся.

Тэр ответить ничего не успел – его из комнаты вытолкали раньше. С каждой минутой мои глаза все сильнее и сильнее округлялись, если можно так сказать,и было от чего. Из комнаты Дасильо, сразу за Тэром, вывалились Нат, Ди, Главный Кровосос на ближайшие полгода в нашем мире, Лохматые Братья и собственно, угроза моим гормонам ( буду честной с самой собой), хозяин комнаты, крепко держащий за локоть Даккара Тень.

Нелюди добрые, это что ж такое творится? То ли сговор за моей спиной, то ли грязные развлечения опять же за той самой спиной.

А вот этот… гад, конвоируемый, мне и нужен.

- Вы это куда собрались так рано? – не преминула спросить я.

Во вражеских, тьфу, союзнических рядах началось перемигивание и брожение. Та-а-ак, похоже,  без меня решили обойтись защитнички в решении важного вопроса. Не выйдет!

- Молчим? – инквизиторским взглядом обвела всю компанию. И не поленились же собраться пораньше, в надежде, что я еще буду спать, и устроить товарищеское судилище. Я им сейчас всем… устрою – мало не покажется! – Ждете меня здесь, все равно уже прятаться смысла нет. Попробуете сбежать – узнаете, что будет.  Лучше меня не злить. Я долго раскачиваюсь, но потом… крышу сносит напрочь. У Ди можете спросить.

В ответ тишина. Все посмотрели на Ди. Тот судорожно сглотнув, потянулся рукой к шее, потом проверил самочувствие пятой точки и часто замотал головой, показывая, что на все согласен только бы не злилась.

Было в нашем с ним общем детстве одно событие, которое он надолго запомнил, можно сказать  на всю жизнь. Впрочем как и я.

Помните я рассказывала, как первый раз прошла трансформацию? Во-о-от, был и второй раз, угу. Мой кузен как-то решил похвастаться «чудом» своего рода перед друзьями и, помня при каких условиях произошла моя первая трансформация, решил меня спровоцировать. Проблема была в том, что к тому времени я уже ходила на занятия к учителю-тхае и довольно хорошо могла сдерживать свои порывы. Так что Ди и его дружки очень долго меня шпыняли. И даже, по-моему, продолжали это делать по инерции,  уже не задумываясь о том с чего все это началось - привыкли. Я терпела… долго… до определенного момента, а потом… потом они дождались. Месяц вся компания, вспоминая меня не злым тихим словом, шарахалась от ошейников и ремней, а еще…  не могла сесть на зады, которые никто не лечил, после того как родители узнали о причине проведенной над ними экзекуции. А еще через месяц Ди пришел ко мне просить прощения. Получилось у него очень искренне и я решила не портить родственные отношения, мне тогда он показался довольно неплохом парнем. Я оказалась права.  Мы подружились.

В рекордные сроки собралась сама, привела в порядок малышню и… в дружной компании проводила мелких на кухню покушать. Бросила клич  повару подать завтрак для взрослых в кабинет Дера. Удивительно, на кухне послушались, Дер – не возражал. Моя клумба жизни организовано уселась за стол и работала ложками, в темпе запихивая молочную кашу в рот. Я умилилась. Надо же я таки умею командовать. Подозвав одного тхае из  моей охраны отдала на поруки мелких хулиганов и, предводительствуя, наверное как самая наглая, поторопилась в кабинет  Дасильо.

Кабинет. Сидим. Смотрим. Друг на друга смотрим. Не знаю, что они хотели провернуть в мое отсутствие, но видимо не очень хорошее, раз до сих пор молчат.

- Ну? – надо же кому-то начать этот разговор, - О чем молчим?

- Таташечка, - принял огонь на себя Ди, - может…

- Не может, - прервала его в самом начале.

- И все же…

- Ди, не буди во мне зверя, - и это в прямом смысле. У меня после всех этих приключений выдержка почти сошла на нет и осознание того, что они опять хотели что-то провернуть за моей спиной бесила –  это не то слово.

- Дер, скажи пожалуйста, - вежливость наше все, - ты хочешь когда-нибудь получить шанс наладить со мной нормальные отношения?

- Глупый вопрос, - вскинулся  он.

- Глупым было решение провернуть разборки с Даккаром за моей спиной, - начала доходить до точки кипения я, - глупым было решить, что я об этом не узнаю. Глупым было не дать мне возможность решать свою судьбу и дальше. Каким главой будет хавриец, которого ни во что не ставят, - под конец фразы я уже шипела.

- Я не…

- Ты не подумал о последствиях своего решения! – все-таки сорвалась, я перевела дух и уже более спокойно, - Я понимаю, отчасти, твое решение. Ты меня все еще воспринимаешь женщиной, которую надо защищать… и это мешает… мне. Мне льстит твоя забота, но она же мне и мешает, понимаешь? Ты либо считаешься с моим мнением и воспринимаешь, как личность равную тебе… либо нет. Разберись с этим или мы не сможем и дальше иметь какие либо отношения, кроме деловых.

Знаю, слишком резко, но если я сейчас дам слабину хоть в чем-то – меня уже больше никогда не будут воспринимать всерьез, только как приложение к кому-то, к тому же Деру хотя бы.

- Что вы хотели сделать с ним? - кивок в сторону все еще стоящего в углу кабинета, молчаливого начальника СБ рода Дасильо.

- Лишение должности и полевые работы два года, - решил сдаться Тэр, заставив мои брови взметнуться вверх от удивления, заторопился, пытаясь объяснить, - ты хаба – тебя нельзя было подвергать опасности, за то, что сделал он, вообще раньше изгоняли из рода. Но все же он многое сделал для рода Дасильо и вообще тхае.

- «Полевые работы»?

- Ну рядовым служащим на охране замка, - решил разъяснить Ди.

Я покачала головой.  Они, что боятся, что я, стерва такая, потребую себе, как извинения, голову Даккара на блюде?

Мужчины! И еще считают нас женщин нерациональными и слишком эмоциональными.  Это ж надо было до такого додуматься   в момент, когда СБ должна работать, как отлаженные часы - по минутам.

- Не согласна, - выразила свое мнение по этому поводу, - есть другой вариант…

Атмосфера в кабинете просто заискрила от напряжения. Вот, как мне их понять, мужиков этих? Где их хваленная логика, я вас спрашиваю? Сжались, как накрученные пружины, того и гляди сорвутся. От Даккара вообще чуть ли не презрительным холодом тянет. Как же, по сравнению с ним, я малолетняя выскочка. Он таких выплевывал, не пережёвывая.  Эх, мужики, мужики, слабый вы пол. Ну… иногда… точно.

- Предлагаю, до завершения всей этой неразберихи с заговором, оставить его на той же должности, а потом… - мужики даже слегка наклонились в мою сторону, - отдать мне в пользование… - ох как Дасильо перекосило( С чего бы это?... Пошляк), -  в той же должности. Опыт у него уже есть, а мне как раз нужен будет помощник, чтобы наладить безопасность будущего клана.

Ответом мне стал тихий вздох облегчения, все еще немного нахмуренное лицо Дера и недоуменная морда лица ( по другому принципиально не буду называть) Даккара Тени.  Недоумение быстро сменилось пониманием, радостью, а затем и обреченностью. Да-да, я не злопамятная и даже не злая, но память у меня хорошая, так что отольются этому волчику мои девичьи слезки.

- Морэ Даккар, скажите вы уже «позаботились» о членах рода, попавших в список? – и мило улыбаемся. А что? Недоразумение разрешили – нужно работать, потому что в обед  нас ждут в зале Собрания, а нам еще разработать план, как тихо, «без шума и пыли», всех виновных взять под стражу.

- Да, мора Татая, еще ночью перед самым Вашим прилетом, - ничего себе оперативность, - морэ Дасильо передал необходимые данные мне на коммуникатор по закрытому каналу, беспокоясь о Вашей дальнейшей безопасности. Поэтому было решено «закрыть» их еще до вашего прибытия.

Хм, позаботились. Что ж, лучше поздно, чем никогда.

- Тогда стоит решить вопрос по поводу Собрания, ареста виновных и можно расходиться, - я уже предвкушала  несколько часов проведенных с моими сорванцами… но не судьба.

- Не получится, - Дер покачал головой.

- Чего это, - от такой наглости умение правильно выражать свою мысль у меня дало сбой.

- Ты не забыла? Зов… Старший Рода… отказ...? Нет, ну если ты передумала – я буду только рад, не одному мне придется эту махину на себе тащить,- радостно потирая руки, выдал он. Я же только с большим усердием отрицательно качала головой.  Не хватало еще на себя и это тянуть – пусть сам разгребается, нечего меня использовать как тягловую силу.

- Ни за что, - поставила я точку в его монологе.

- Хорошо, тогда быстро решаем вопрос по поводу Собрания и идем в Большую Гостиную.

- А что решать-то – нечего, - вклинился Ди и уставился на меня хитрым взглядом, -  я с Председателем поговорил, он под придуманным, но важным  предлогом объявил общий сбор, точки охраны мы уже все знаем,  и даже разработали с Тэром схему захвата охраны так, чтобы они по цепочке не предали «тревогу». Даккар уже разобрал все с группой захвата…

- Да, - перехватил эстафету сухой голос начальника СБ, - группы смешанные, каждую группу доукомплектовали одним вампиром, оборотнем и двумя эльфами, - ага, значит не я одна заметила преимущества таких групп, - собственно они после распределения всю ночь отрабатывали различные развития событий и учились правильно взаимодействовать. Сейчас группы отдыхают.

Ну, и что тут скажешь? С такими исполнительными подчиненными горы свернуть можно. Все-таки я правильно поступила, забрав «наказанного» Даккара Тень себе. Отдам только через пару лет, не раньше. Если он, конечно, все еще будет гореть желанием уйти.  Насколько я знаю, он не женат, а значит…

Бросила изучающий взгляд на  данного тхае и сразу же отвернулась, делая вид, что ничего  интересного не увидела. Даккар взгляд заметил от чего заметно вздрогнул, что несказанно удивило. Еще ничего не могло заставить невозмутимого тхае хоть на миг показать истинные чувства.

И естественно вся эта пантомима не прошла мимо глаз всей чесной компании. Ди, Тэр и Нат лишь хмыкнули, предвкушающе сверкнув глазами ( они меня уже хорошо знают, иногда даже слишком).  Бархус и Ватус ухмылялись во весь рот, показывая что они-де все-е-е понимают.  Ниэлс же смотрел на меня со снисхождением, мол играйся деточка – это интересно, такие игры для тебя, но вот в глубине глаз иногда проскальзывали такие эмоции… Я боялась их понимать, да и слишком быстро они исчезали, но… надо подальше от этого вампира держаться.  Суженные же глаза Дера говорили о том, что он по-моему единственный кто не понял истинной причины наших переглядываний. Неужто взревновал? Проехали. Не до этого сейчас.

- Так, что мы со всем уже до обеда разобрались? – ничего себе у них темпики. Они вообще не спят, что ли?

- Ну как же, Таточка, - проворковал вампир, - сейчас закончим трапезничать и пойдем приветствовать народ Вашего отца.

Вот хоть бы один лучик женского сочувствия в этой тяжелой атмосфере мужского единодушия, гады. Кста-а-ати, а где Тира?

- А где Тира? – решила озвучить последнюю мысль вслух.

Поморщились все, а Тэр еще и сплюнул. Интере-е-есненько.

- Мора Тира, в данный момент отдыхает у меня в резиденции посольства, но завтра она уже будет здесь.      Интересно волкам закрутили хвост,  что она делает у вампиров? Что тут вообще произошло, пока меня не было? И чего это вампира, стоящего ко мне лицом, так подозрительно сверлит злыми глазами Тэр?

Получить ответы на свои вопросы я не смогла. Да что там, мне даже не дали возможности их произнести в слух. Увидев, что я больше не ем и отодвинула свою тарелку в сторону, мужчины дружно поднялись, подхватили меня под локотки с обеих сторон и так же  дружно двинулись на выход.  Какие они у меня… дружныеееее.

По дороге в Большую Гостиную (да-да именно так, все с большой буквы, потому что когда я увидела эту громадину, уходящую высоко вверх колоннами, стоящими по полукругом, по другому ее назвать не могла, здесь все было большим)…  так вот по дороге в Большую Гостиную, я таки сумела добиться вразумительного ответа на вопрос: «а что делать надо будет?».

Перед этим  просто уперлась, в прямом смысле…  ногами в дверные косяки, еще и руками держалась, чтоб удобней было, и ждала, пока расскажут. Не факт, конечно, что рассказали все, но хоть что-то в голове отложилось. А то хватит с меня уже этих непонятных телодвижений, после которых меня уже почти-чужой-невестой считают.

В общем, все оказалось просто и у меня в душе затеплилась слабая надежда, что с детьми сегодня у меня еще появится возможность нормально пообщаться.

В помещении было не протолкнуться, складывалось впечатление, что здесь собрался весь род, хоть это было и не так. В основном присутствовали мужчины, прибывшие в замок еще после первого моего Зова, ну и конечно все служащие замка, кроме охраны, выполняющей свои обязанности.

Пройдя вдоль живого коридора из тхае, мы поднялись на небольшой мраморный помост, находящийся в конце анфилады колонн, там же, на  постаменте, лежала Книга рода. Вот так, стоя рядом с постаментом, слушала Дера о том, ка радостно ему было узнать о новой родственнице, какие опасности меня все еще подстерегают и как он счастлив обрести свою племянницу (это я ему потом еще припомню). Речь его, не смотря на мои опасения, надолго не затянулась  и уже через пятнадцать минут под радостные овации присутствующих,  открыл Книгу рода.

По древнему обычаю хаврийцев для того, чтобы изменить линию своей судьбы в какой-нибудь значительный момент своей жизни ( будь то тяжелая болезнь или еще что-то) было принято добавлять еще одно имя  к уже существующему. Таким образом, вплеталась еще одна ниточка  в полотно судьбы и узор его менялся.

Вот и сейчас, когда Дер объявлял о нашем родстве, положив руки на Книге рода, спросил меня мое полное имя. Вторым именем я решила взять себе то, что указывало бы на мою суть – Хазони, что в переводе с древнего языка означало – видящая, предвидящая. Стоило произнести это вслух, как над Книгой разлетелись в разные стороны светящиеся белым свечением  буквы, закрутились вихрем и опустились, складываясь в мое полное имя – Татая Хазони Сериман-Дасильо.

Да уж, имечко как раз для главы рода – «видящая попрыгунья». А что попрыгунья бывает еще и слепой? Тупая шутка. Мдя… хотя-я-я, если не переводить - то на слух ничего даже так, солидно. Надеюсь, что древний хаврийский мало кто знает. Задумавшись, не заметила как вдруг в шумном зале с большим количеством народа стало подозрительно тихо. Эта-то тишина и заставила меня очнуться и осмотреться.

Честно, мне стало немножечко страшно, нет, даже не так, не немножечко, а страшнее чем в катакомбах сутки назад. Если взгляды мужчин, в  которых отражалось от восхищения (молодежь рулит!) до здорового скептицизма, то женские… женские поражали единодушием – недовольство, зависть и чувство превосходства. Мда, никакого уважения к высшему сословию и… и лучше мне в ближайшее время на территории тхае, особенно по замку, одной не ходить. Я не трус, но я бо…осторожничаю, вот.  И вот теперь вопрос – что сказал этот ненормальный тхае раз у всех такая реакция.

Увидев мой недоуменный взгляд, Дер, который почему-то оказался не рядом со мной, а по другую сторону от тяжелого постамента с Книгой, дернулся, а потом, видимо сообразив, что я все пропустила мимо ушей, мило мне улыбнулся. Ой что-то не нравится мне эта улыбка.

Правильно не нравилась. Это я поняла уже через минуту, когда меня оглушила волна рукоплесканий со стороны глав семейств, с которыми я успела познакомиться еще до похищения.

Эта… этот… тамшерза ему в… сообщил всем, что я его хаба и он безумно этому рад. Ну что ж, я устрою ему безумство.

С местью пришлось повременить. Я совсем забыла, для чего вообще соглашалась на это представление. Поэтому, немного побегав вокруг все того же многострадального постамента и попытавшись попинать Дера ногами, пришлось успокоиться, привести в порядок одежду и с величественной миной, повторяя за гадом гадским, произнести официальную форму отказа, держа руки на Книге рода. Когда во второй раз над ней взметнулись буквы и вернулись обратно, я уже почти не обратила внимание. Оказалось я  конечно теперь не Старшая в роду, но я и мои потомки наследуют старшинство в роду. По сути, Дер стал кем-то вроде управляющего от моего имени.

Это конечно «весело», но мне жутко захотелось побыть одной, чтобы хоть немного прийти в себя после очередной выходки Дера. Закрывшись в комнате, забралась к себе на кровать с ногами и, засунув пару подушек под спину, уселась поудобнее.

Что ж, надо признаться хотя бы самой себе - Дервис Дасильо мне действительно нравится, я бы даже сказала слишком. И что мне теперь с этим делать. С одной стороны меня бесила его манера пытаться все решить за меня, она у него приобретала просто таки катастрофические масштабы, а с другой – если бы он в этой своей непонятной заботе чувствовал меру и знал золотую середину… вот цены бы ему не было. Надо срочно  с кем-то на эту тему поговорить и я даже знаю с кем. Подскочив на ноги, уже собиралась бежать в комнату Тэра, когда услышала из его комнаты смех моих мальчишек, которые врубили музыкальный канал на виовизоре Тэра на всю громкость.

Она лилась по воздуху, забираясь у душу, в самые далекие ее уголки и отражая все, что было у меня на душе в ту минуту:

Там, где каждый день,

Но там, где каждый, как последний день,

Строим мы и ломаем вновь,

Все-таки свою любовь… (с)

( припев песни « Як останнiй день», «Океан Эльзы», перевод не дословный, старалась донести смысл)

Я вернулась обратно на кровать. Слова песни, как и хрипловатый голос незнакомого мне певца все еще звучал в голове, а на душе было пусто, в голове, впрочем, тоже.

Через полчаса поняла, что на скорую руку в таких делах не разберешься. Потом. Когда все закончится – я еще вернусь к этому. Теперь уже точно вернусь, а еще… еще надо обязательно выяснить имя того кто пел эту песню.

В унмусе Дасильо мне было как всегда уютно. Зажатая с двух сторон Тэром и Ди, старалась выбросить из головы остатки мыслей о Дере и немного посидеть с закрытыми глазами. Мужчины не мешали, как будто чувствуя мое настроение.

Через пятнадцать минут мы должны были прибыть на место. Немного опаздывали, но так и было задумано. Нам стоило появиться, когда уже все главы родов займут свои места в Зале Собрания, но не раньше, чем группы захвата  нейтрализуют всю охрану. Кто виновен, а кто нет – будем разбираться потом. Сейчас на это не было времени, а инструкции групп созданных Тенью четко предписывали  действовать по обстоятельствам, но без летальных исходов и неизлечимых увечий.

Эпилог  или глава последняя  Разоблачительная. Вторая часть Марлезонского балета.

«Настоящей женщине много не надо.

Настоящей женщине надо всё».

Вера Кричевская

Захват здания Собрания прошел на удивление быстро, как говорят, «без шуму и пыли».  Ребята «сняли» охрану очень легко и это притом, что охрана была не простая – почти все были из ХРУ («дядя Гарнилай» постарался, гад). Все же надо побыстрее брать под свою опеку создание смешанных групп – это, как показала практика, уже реальная статья дохода.

Не знаю уж, какая аура витала вокруг нас с Дером в момент, когда мы входили в здание, но ни один мелкий клерк, работающий на Собрание, не посмел даже посмотреть в нашу сторону, не то что пикнуть. Честно говоря, у меня вообще сложилось впечатление, что они давно ждали переворота (видимо, именно так это выглядело со стороны) и единственное, что их удивляло –  кандидатура «главного заговорщика» в моем лице.

Правд,а вид мы имели действительно слишком официальный, с моей точки зрения, но Дер сказал, что так надо. А кто я такая, чтобы спорить в этом вопросе с тем, кто в этом сведущ?

Мы оба были одеты в цвета рода и при полных регалиях.  Ну, почти. Представьте мое удивление, когда я увидела в своей спальне сшитую специально для меня белоснежного цвета тунику и алые сартоны, рядом стоящую служанку, сообщившую, что приставлена ко мне для наведения «красоты неземной».

Она, эта самая «красота», не совсем у нее получилась,  и  после часа борьбы победа была не на стороне служанки. Так что пришлось ограничиться высоко поднятыми волосами, собранными в хвост и перевитыми до кончиков нитью с мелкими рубинами. Малую корону и цепь я уже надевала безропотно, а смысл был рыпаться, если так надо.

Выйдя из комнаты и спустившись вниз по лестнице, обнаружила уже готового к выходу Дасильо. Оказалось, что клановые цвета у нас в чем-то схожи.  Дер был облачен а просторную тунику (которая, впрочем, так и не сумела скрыть его развитую мускулатуру) черного цвета с алыми вставками, опускающуюся до средины бедра,  и немного узковатые черные брюки, заправленные в мягкие сапоги до средины голени. Узкий ободок из червленого золота вместо малой короны так же, как и у меня отчасти прятался под свободно падающими из высокого хвоста волосами. На шее  присутствовала витая цепь с крупной черной жемчужиной каплевидной формы посередине. И только родовая печать на пальце отсутствовала.

Не смотря на все приложенные усилия и перерытые катакомбы, мы не смогли найти пропажу. На длительные допросы просто не было времени, а Ишма пока проявлял упорство  в молчании.

Так что да, вид мы имели внушительный, а уж обступившая со всех сторон охрана просто вопияла о знаменательности события, разворачивавшегося на глазах у присутствующих.

В Зале Собрания было шумно. Уже на подходах были слышны гам и препирательства. По обе стороны от дверей замерли наши ребята, но, по-моему, никто из заседающих этого даже не заметил.

Двери перед нами открылись мгновенно, когда нам оставалось сделать лишь шаг. Шагали мы с Дером на удивление слаженно, как будто всю жизнь только этим и занимались. Так что в Зал заседаний мы вступили синхронно, и так же, не сбиваясь с ритма, промаршировали в полнейшем молчании к нашим пустующим местам.  Чувствую себя как на плацу во время смотра строевой подготовки, честное слово.

- Нет, - это Гарнилай так отметился, громко прорычав почти мне в лицо, и, скривив губы, продолжил, - ты все еще его жена.

Тишина.  Полная. На лицах всех глав, кроме Председателя, недоумение. Их можно понять. Вернее, можно было бы понять их непонимание происходящего.  До меня тоже не сразу дошло. Но, видимо,  не только для меня было полной неожиданностью такое начало заседания. Для меня, но  не для Дера.

- Мора Татая Хазони Сериман-Дасильо не обязана Вам лично, морэ Гарнилай,  ничего… - примечательно, что за нами так и не закрылись двери, даже больше того, открылись двери и с другой стороны, и возле них потихоньку начал собираться кучками народ. - Но… чтобы в дальнейшем не возникало никаких вопросов, мы предоставим Собранию всю информацию.  А Вы, Гарнилай, присядьте, такие новости лучше выслушивать сидя.

Я этому совету последовала первая. А фиг его знает, что этот Гад Гадович решил учудить. Уж лучше сидя в себя приходить, чем потом в попытке присесть  мимо стула промахнуться. За мной к своим сидячим местам потянулись другие. Правильно, здоровье – оно нужнее, чем гордость.

- Вот это - оформленный по всем правилам и заверенный Председателем документ, свидетельствующий о разводе  моры Татаи с Вашим племянником, - документы, неожиданно оказавшиеся у Дера в руках, по одному начали перекочевывать в руки глав родов и идти дальше по кругу. - Вот это  - бумага, подтверждающая наше с ней родство, вот это…

Что уж там «вот это», я уже не слушала, только наблюдала за вытягивающимися четырьмя лицами присутствующих, одним, выражающим превосходство, Председателя  и одним все более мрачнеющим лицом Главы рода Туманных. Было интересно, но пора было прекращать этот балаган.

- Ну, раз все со всем ознакомились, можно приступать к тому, для чего сюда пришли. - Если Дер решил таким образом все обыграть, мне остается только подыгрывать ему. - Меня интересует только один момент. Против чего Вы, морэ Гарнилай, были против?

- О, Тата! - все-таки не преминул влезть Дасильо, сразу показав своим обращением ко мне, насколько близко мы с ним стали. - Все очень просто. Если ты помнишь, вскоре после твоего рождения Собранием было принято решение о том, что все предполагаемые браки между хаврийцами и тхае должны будут предварительно получить одобрение  членов собрания. Морэ Гарнилай всего лишь переживал, что я претендую на место твоего мужа.

- А при чем тут Собрание? – удивилась я. -  Это ведь Храм решает, быть браку или нет.

- Все так, - подтвердил Дер. – Только, видимо, главы Собрания считают себя выше Создателя и думают, что только они могут решать этот вопрос. Или, может, они решили, что в этом мире что-то происходит без ведома Вышнего? – Задумчивым взглядом он прошелся по вытягивающимся лицам присутствующих. - Не знаю, что скажете, уважаемые?

Нда, если посмотреть с такой точки зрения на данное решение, то уважаемым морэ лучше сразу самозакопаться в ямку поглубже. Вышний, Он такой, может и прикопать красиво так, наглядно, в поучение остальным, за то, что кто-то просто мог усомниться в Его  силе и возможностях влиять на судьбы своих созданий. Что  уж говорить о том, кто пытается  прихватизировать часть Его полномочий.  Страшно даже подумать.

У меня по спине пробежал холодок. По обе стороны от комнаты собравшийся в открытых дверях народ начала активно шушукаться. Это шушуканье шелестело в массах и расползалось дальше, становясь все громче и приобретая нотки негодования. Похоже, Дасильо сейчас парой фраз еще больше усложнил жизнь этим старым «драконам». Зато, походя, облегчил ее мне и моему клану.

Теперь Собрание при всем своем желании не сможет повлиять на  этот вопрос, а Вышний в пику им, наоборот, будет только способствовать, что  не может не радовать, учитывая разношёрстность компании, желающей перебраться под мое крыло. Все хорошо, что хорошо кончается, но нам пора приступить к неприятной части заседания. У нас только все начинается.

- Уважаемые! - начала я, как только Дасильо вернулся на свое  место (вот ведь, интриган), - мы попросили морэ Тэтвила собрать вас всех здесь в связи с некоторыми событиями, которые в дальнейшем повлияют на нашу жизнь.

- Да, но Вы нам так и не сообщили о том, кто украл артефакт власти у тхае, - презрительно выплёвывая слова, ощерился глава Туманных.

- Вы ведь лучше меня знаете, где он находится, морэ Гарнилай, - повернулась я к нему.

В зале повисла гробовая тишина. За спиной у начальника ХРУ беззвучно, как будто из ниоткуда возникли двое тхае и один вампир, что добавило напряженности  всем присутствующим.

- Первое, что хотелось бы сообщить, чтобы не мучать и дальше неизвестностью некоторых членов Собрания… мы их нашли, - тяжелый вздох удалось с трудом подавить, - почти все живы, некоторые в плохом состоянии, но есть  все шансы на то, что они пойдут на поправку.

Все было ужасно. Ужасно было, глядя в глаза, сообщать этим хаврийцам о смерти их близких, о том, где они могут забрать их тела, о том, что я все же не смогла сдержать слово и спасти их всех.  Из двенадцати похищенных родственников глав пяти кланов только девять сумели выжить, но были в таком состоянии, что мне хотелось кого-нибудь еще разорвать, особенно глядя на детей. Да, эти… не погнушались тем, чтобы выкрасть внуков некоторых из заседающих.

Родственников выживших смогла лишь уверить, что они сейчас не транспортабельны и находятся под хорошей охраной и что после заседания  их можно навестить.

Весть о том, что в семьях верхушки властьимущих страны были похищения, повергла в шок аудиторию, ошивающуюся в дверях.

Дальше было проще. Документально зафиксированных фактов причастности к происходящему Гарнилая Грозного, некоторых его подчиненных, а также одного из пяти пострадавших глав родов было полно. На возмущенное восклицание этого индивида о том, что он сам пострадавшая сторона, я тоже смогла предоставить сведения, полученные при опросе его служащих. Дочь, которую похитили заговорщики, стала просто неугодна своему отцу и его новой жене. У них появились общие дети и большое нежелание отдавать в будущем девушке наследство по праву первородства.

Еще не закончив рассказ, я увидела, что и за креслом заговорщика встал «почетный караул». Все-таки хорошо Тень их вымуштровал за ночь, даже никаких сигналов типа «Фас!!!» не нужно.

Бумаги об исследованиях доморощенных изобретателей и проведенных ими опытах не могли оставить равнодушными никого.  Эксперименты с магией крови чуть не привели к разрушению защитного кокона нашего мира и прорыву тварей изнанки (Ниэлс дэ-Тирэ изложил в доступной форме свои выкладки на бумаге). Не просто так был заключен договор между праотцами хаврийцев и Вышним. Соблюдение условий договора с нашей стороны выступало гарантией сохранности нашего мира.

В итоге -  заговор раскрыт, почти все его участники взяты под стражу, заложники освобождены, а пропавшая регалия рода Дасильо… не найдена.

- Вы ведь знаете у кого она, - не вопрос – утверждение, обращенное к напряженному Гарнилаю. - Только все равно не скажете, хоть и понимаете, что тот, кто мог воспользоваться артефактом, Вам больше не поможет.

В ответ лишь молчание. Я и не надеялась на то, что он мне ответит. Такие как он будут стоять до последнего, хоть ты их режь. Его бы упорство да на благие цели – горы свернуть можно было бы.

- Интересно было бы знать ту, что заставила Вас пойти на такое, - всего-то на секунду маска слетела с его  лица, позволяя увидеть  эмоции, когда он от неожиданности не смог сдержаться. - Вы же понимаете, что это лишь вопрос времени. Рано или поздно ее найдут.

- Ты даже не представляешь, мелкая дрянь, насколько она близка к тебе, - ненависть в каждом звуке, в каждом жесте, направленном на меня, - смесок имеет право лишь быть рабом и прислуживать нам.

- Вот оно даже как? Борьба за чистоту нации? Все, что не понятно – отвратно? - резкий поворот в его сторону. - Она мыслишку подбросила?

Он смолчал, осознав, что, поддавшись на миг своим эмоциям, невольно выдал ту, которую хотел уберечь. Понял, что дал нам большое количество зацепок, как до нее добраться.

- Значит,  ищите женщину? – задумчиво пробормотала я,  уже не обращая внимания на перекошенную от ненависти и бессилия, морду уже бывшего главы рода Туманных.

Что ж, ниточек для поиска я получила достаточно – осталось только разложить все по полкам и начать предпринимать необходимые шаги. Дальнейшее меня уже не интересовало.  Дасильо на пару с Председателем  неплохо разобрались с этим и без меня. Вследствие чего виновных взяли под стражу и вывели из Зала заседаний, та же участь постигла и их приспешников.

Какой-то умник снял на коммуникатор все  происходившее и продал  запись одной из новостных компаний, теперь во всех виовизорах мелькала моя замученная, с кругами под глазами, мордаха, а также все происходящее. Я стала звездее всех звездей, переплюнув по рейтингу даже, так любимого Сарки, Сладкоголосого Эльфа. Так что, как я и предполагала, из-за разразившегося скандала во всех кланах был назначен общий сбор по поводу избрания и утверждения кандидатур на места новых глав родов.

С трудом удалось избежать международных скандалов с эльфами и оборотнями. Все же наши доморощенные заговорщики и у них порядком нагадили. Дервису даже удалось сделать так, что Тифийская долина, требовавшая вначале денежную компенсацию за расходы, понесенные в период подготовки всех служб к эвакуации своих подданных, заплатить мне приличную сумму  за помощь в раскрытии несостоявшегося государственного переворота.

Ох, да, самое главное, у меня появились свои клановые земли. Конечно же, никто не захотел со мной поделиться своими территориями. Но на юге страны есть большой участок земли, которая, вроде как, входит в состав государства, но из-за большой отдаленности обжитых территорий и близости степей одного из людских королевств, а соответственно, и местных кочующих банд, там никто не хотел селиться. Что ж, это даже очень неплохой вариант, особенно если учитывать то, что часть границы там идет совместно с землями тхае.

Дасильо, как и всегда, от этого только выиграл. Ведь он не только получил дружественно настроенного соседа, но и еще создал буфер между кочевниками и своими поселениями, тем самым обезопасив своих подданных. Все же предприимчивость этого интригана вызывает восхищение.

Этот… м…, конечно же, заверил меня, что будет всячески помогать.

Материальную помощь также вдруг «пожелали» предоставить все шесть родов, выделив десятую часть от годового дохода. Даже не хочу думать, что он им наговорил.  Теперь я жду, когда смогу отправиться на новое место.

С исчезновением Тиры и нахождением ее на территории вампиров оказалось все просто. После моего похищения подруга устроила такой вынос мозга  всем, что обычно спокойный и уравновешенный Тэр не выдержал. Нет, он не полез к ней драться, не дай Вышний, он просто, воспользовавшись  минутной передышкой между воплями,   вырубил ее, нажав на какую-то точку на шее, связал, заткнул рот кляпом и вздохнул спокойно, наслаждаясь тишиной. Вот таким блаженствующим и стоящим рядом с оборотницей в отключке, его и застал вампир.  Там же эти двое и решили, что лучше пока Тире побыть у вампиров под присмотром, чтобы деятельную подругу тоже не умыкнули. Да и подруге надо было дать время остыть после того, как она придет в себя, иначе Тэр мог и не выжить.

Я наконец-то построю свой новый дом. И неважно, сколько будет у меня возникать еще проблем в дальнейшем – главное, что мечты все-таки сбываются.

******

Через три дня после заседания Собрание глав родов в последний раз собиралось в прежнем составе.

На площади возле Храма, за ограждениями и усиленной охраной, стояли хаврийцы. Их было много.  Они стояли плотной массой. Там не звучали ни смех, ни выкрики в сторону осужденных, находящихся в центре площади. Они собрались не для того, чтобы получить развлечение в виде казни, да и казни, в обычном ее понимании, не будет. Преступления, совершенные виновными, выходили за рамки обычной юрисдикции. Здесь уже действовали совсем другие законы.

Собравшиеся ждали приговора своего Создателя.   Как бы мне ни хотелось рвать их на куски за поломанную судьбу, за невозможность видеть первые шаги своего сына, за невозможность слышать его первые слова, за его порушенное детство, а также за ушедшие жизни тех детей, которых я не успела спасти… это будет не мой приговор. Я, стоя рядом со всем Собранием,  могла лишь просить Вышнего о справедливом наказании.

Не более.

Служка Храма бесшумно вышел к ступеням, возвестив, что жертва, принесенная Вышнему, была принята благосклонно.

Вдруг все замерло. Мне, как в нереальном сне, виделось, что все застыли, не закончив начатое действие. И холод по спине от чуждого присутствия высшего существа.

«Достойна».

Прошелестело над головой. Не вопрос ко мне – приговор… для меня. Мои молитвы услышаны. И теперь вынести приговор предстояло мне.

«Чего достойны они?»

Говорить не могла, слова буквально застревали в горле и тогда, с прорвавшейся  из души горечью и отчаянием выплескивая все, что было внутри, прошептала мысленно: «Равноценного наказания». Открывая саму себя. Как в виовизоре прокручивая каждую картинку моей жизни.

«Твое право.»

Вердикт и им, и мне.

Постепенно я осознаю, что это первый мой приговор кому-то и что будет их еще много. Глава рода – первая инстанция. Он вершит суд над клановниками, и ошибки даже в таком суде недопустимы. Ощущаю, как неподъёмный груз ответственности опускается на мои плечи тяжелым плащом, немного придавливая к земле.

Казалось, что прошла уже целая вечность.  Или всего лишь минута?

И вдруг все приходит в движение, как будто включили виовизор.

Миг,  вокруг становится слишком жарко.

Еще миг, и столб ревущего огня разрывает небо пополам и несется к земле.

Никто не может даже пошевелиться, хотя практически все испытывают страх и дикое желание бежать отсюда подальше. За нас решили сами, в назидание,  – мы наблюдатели казни. Свидетели высшей справедливости.

Огонь с ревом и стоном, достигнув земли, накрывает своей раззявленной пастью осужденных и, собрав свою дань, возвращается обратно в небо,  напоследок мигнув между редкими облаками расцветшим огненным цветком. Знаком права мести. Моего права.

Площадь все так же хранит молчание. На земле нет и следа от прошедшего по ней огня,  и только ветер разносит пепел сгоревших тел, превращая их в ничто, в воспоминания прошлого.

Потерявшие тела в посмертии не могут возродиться в будущем. Их души обречены на исчезновение из Книги Жизни.

Постепенно, все так же в молчании, все расходились. Сегодня день траура. День поминовения погибших и день напоминания о нарушении договора. Вышний милостив, если не покарал весь народ за проступок кучки сумасшедших, но достаточно грозен для демонстрации  возможного наказания.

Полчаса спустя площадь опустела. Остались только я и ветер. Все так же стояла и смотрела на место казни. И не чувствовала ничего. Невидимая сила потянула меня подойти поближе к тому месту, где огонь коснулся земли, и только тогда я  заметила что-то, блеснувшее на земле.  Этим чем-то оказался камень идеально овальной формы, совершенно черный и только в центре его расцвел огненный цветок.

Знак? Мой знак?! Знак, что для меня все еще только начинается?

Сжав камень в кулаке, я уходила,  оставляя прошлое за спиной. Может, у меня все еще будет? Нормальная семья, любящий муж и счастье?

По крайней мере, я на это надеюсь.

Послесловие.

Малюсик в нежно-салатовом платьице, с волчьими ушками и копной непослушных, торчащих во все стороны серых волос с белыми кончиками лежала на соседней подушке. Обеими, еще чуть пухловатыми, маленькими ладошками крепко держала меня за лицо и с самым серьезным видом пытала:

- А  мосьна я тепей типя поцьомаю? – серые глазки со всей серьезностью смотрели на меня. Вот, как объяснить ребенку, что он болеет и чтобы не заразить остальных ей придётся немного побыть отдельно от остальной семьи?

- Да, Мышонок, и  я тебя могу всю обцеловать, но остальных нельзя.

- Посему? – уголки пухленького ротика опустились вниз.

Ты ж моя подлиза, тебе так нравится ко всем поластиться.

Чувство нежности вызвало светлую улыбку на лице.

- Потому, что я уже этим болела, ты сейчас болеешь, а остальные еще нет, - серые глазки выражали бездну грусти в ответ, - ну, не расстраивайся, еще два дня, и ты сможешь целовать всех кого словишь.

В ответ послышалось хихиканье.

-  И Янке?

- И Янке.

- И Сайки?

- И Сарки.

- И Йунти? – полный восторга писк. Ну да, как же без нашего героя?

- И Рунти, милая, и всех-всех … кто не будет против. А сейчас давай встанем…

- Мама, ну, мама же, ну, встава-а-а-ай же, - детское личико наклонилось к моему. Нет, не так, два детских личика и одно вполне себе подростковое «личико» с пробивающимися уже усами. Все трое были смешными и очень родными. Правда, сейчас в глазах этих обормотиков плясали маленькие темшарзы, -  наверняка что-то задумали.  Ладно, потом разберу-у-у-усь.

Сладко позёвывая, перевернулась на другой бок и решила еще немного, ну совсем чуть-чуть, поспать, но кто ж мне даст?!. Две пары маленьких ручек ухватили меня за одну ногу и одна пара «ручек» побольше – за вторую. Я еду… стоп!... Я ЕДУ? Ну да, эти три обормота стаскивают меня с кровати за ноги. Нет, нужно срочно принимать меры, а то, чувствую, скоро моя челюсть начнет стучать по полу в такт шагам маленьких извергов, вон уже кофточка от пижамы под животом  свернулась в приличного размера колбаску и поднимается все выше и выше. Если так пойдет и дальше, то скоро она окажется у самого подбородка.

Резко вырвав сначала одну ногу, а потом и вторую, я  села на кровати. Но, видимо, поспать мне, даже сидя, сегодня не дадут. Три тушки повисли на мне со всех сторон, я попыталась встать. Ну, встала, эх, тя-я-янем-потянем! Тарталова бабушка, они ж меня задушат.

Так, кажется, где-то я это уже видела.

Эх, такой сон испортили  и разбудили, заразочки мои любимые, на самом интересном месте. Чувствуется, что это был не просто сон. Точно, СОН! Вот где меня уже тащили за ноги. Сбылся, значит? Вот и хорошо.

Быстро поднявшись, проскочила в ванную и закрыла двери.  С последнего Собрания прошло уже три месяца, удивительно, но у меня уже набрался приличный список хаврийцев из других кланов, которые решили отправиться вместе со мной  попытать счастья на новом месте. Пока не обустроимся, придется пожить в палатках. На первое время все необходимое у нас есть. Так что у нас уже все готово.

С Дером… Эх,  с Дером у нас никак. Я пока не смогла простить ему ошибки, чуть не стоившей жизни мне и моему сыну. Я все же смогла разобраться в своих чувствах к нему,  я так думаю. Все же надеюсь, что у нас с ним еще что-то может получиться. Он мне все это время очень помогал.

А всё остальное… всё остальное  - нормально.  Но, судя, по последнему Сну, скоро будет еще лучше… это радует. Дает возможность взглянуть на будущее с надеждой, так сказать.

А вот интересно – кто у нас папа?...

ОКОНЧАНИЕ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Глоссарий

Унмус[1]- летательный аппарат, для внутрипланетного передвижения.

[1] Морэ – уважительное обращение к особе мужского пола.

Мора – уважительное обращение к особе женского пола.

[1] Тимтилус – рептилия, проживающая в глубоких болотах  Дарнийского полуострова, кожа животного отличается необыкновенной красотой и износостойкостью и дороговизной из-за того, что убить тимтилуса очень тяжело и опасно.

[1] Хаврийцы – народ, изначально созданный Творцом мира.

[1] Унна – одна из первых электромеханических боевых машин с повышенной маневренностью, прародитель унмуса.

[1] Яксий – дерево, его смола очень полезна для создания многих оздоровительных препаратов, цвета оливки.

[1] Тусуя – домашнее животное, выводимое фермерами для получения шерсти, очень высоко ценящейся благодаря своим свойствам, хорошей пропускаемости воздуха, износостойкости и защиты тела от колюще-режущего оружия.

[1] Дилис – цветок, растущий в горах, имеющий нежный, немного терпкий аромат.

[1] Татая Сериман - имя героини

[1] Тэрэкс Даси - тхае

[1] Дервис Дасильо – глава рода Дасильо, тхае.

[1] Горбус Бородатый - автор старых мифов истории тхае.

[1] Динос – полное имя кузена Ди.

[1] Рэка - имя учителя-тхае героини.

[1] Барейта – ритуал наречения имени.

[1] Тартал – Пустынный ящер, ареал обитания находится в пустыне  Сухая в королевстве Кесония.

[1][1] Витиус гламурис – книга о стилях (эльфы).

[1] Кесония – оборотничье княжество граничит с Тифийской долиной эльфов.

Тифийская долина -  страна эльфов, граничит  с Кесонией(оборотни) и Холанскими горами.

[1] Сартоны – национальные узкие брюки, скрытые сверху с юбкой до колена.

[1] Флайбус – многоместный общественный транспорт.

[1] Натанэль тэр Вальдо – эльф.

[1] Синсила – средних размеров хищник, гладкошерстный, обитает в Туалесских степях.

[1] Аттаус – младший род драконов.

[1] Финдюр – домашняя птица, повзрослев, достигает веса до 10-15 паундов.

[1] Горный тангус – дикий кот, обетающий в Холанских горах.

[1] Кардагский кряж - находится рядом с Симийским морем в Хаврии.

[1] Сильвар тэр Вальдо - кузен Ната.

[1] Нисим Канский - друг Ната, человек.

[1] Данира и Ланика -  старшие сестры Татаи.

[1] Кэдбол – игра с мячом

[1] Дзэрги - воители - воинствующий народ.

[1] Матас – младший брат Татаи.

Гарнилай «Грозный»  - (это не фамилия – это прозвище, полученное им за свой характер) глава рода Туманных, занимающий должность начальника ХРУ (Хаврийское Разведывательное Управление) и являющийся дядей второго мужа Татаи.

Бархус и Ватус Кесонские – старшие сыновья правящего клана в княжестве, собственно и княжество называется Кесонским, потому что они его создали на своих землях и уже не одно тысячелетие им правят.

[1] Кохешех – мясной рулет со специями.

[1] Тонсептик – гибрид тонального косметического крема с целебными заживляющими свойствами, чаще всего используется профессиональными визажистами.

[1] Темшарз - степной мелкий падальщик, имеющий довольно неприятный запах.

Мира – оборотница, владелица магазина одежды в Кесонии, подруга Таты.

«Макира» - ритуал определяющего жив ли, мертв ли супруг\супруга.

Алдонэрей  дэ-Тор – правитель вампиров

Ниэлсом дэ-Тирэ - девятисотлетний вампир, представитель правителя вампиров в этом мире, которому делала унмус Тата.

Даккар Тень – тхае, начальник охраны рода Дасильо.

Посудник - посудомойный металлический короб со съемным артефактом опять-таки эльфийского производства.

Игнесса - оборотница-лиса дворцовая кухарка у князя Кесонского.

Томанис Сериман - двоюродный дядя отца Таты, и ее родной дед, о существовании которого она не подозревала.

морэ Тэтвил – Прадседатель собрания.

Кредит – крупная денежная единица.

Тугрик – малая денежная единица.

Нил – второй муж из рода Туманных, кот. имеют два дара, один дар, туманный, скрывает другой.

Хорис Даси – брат Тэрэкса Даси и кузен Дервиса Дасильо.

Трент,  Дервис  и Ишма – Трент старший сводный  брат Дера, наследник, которого убили во время правления его отца, Ишма – младший брат, исчезнувший полтора года назад по дороге из Кесонии.

Хаба – в переводе с древнего языка дословно на общий, оно означает «потерянная частица». Слово это имеет несколько значений. В древних летописях так называли некоторых жен тхае.

[1] Тхолосимус – капсулы с веществом тхолос, при взрыве капсула создаёт сверхзвуковую волну, которая оглушает всех находящихся в радиусе ста пятидесяти метров без спецзащиты.

Сарки – мальчик-тхае шести лет, один из заложников, чьи родители работали в замке.

Рунти – мальчик-тхае восьми лет, заложник, чьи родители работали в замке.

Татая Хазони Сериман-Дасильо – новое имя героини.

Content

Черная Ева Л. Полукровка (СИ)

Тхае. Полукровка (не было печали - да нервы подкачали) Eva Chernaya

Глава 1. Ознакомительная

Глоссарий