Грейс Келли, Настася

АБСОЛЮТ

Глава 1

— Кристина, — Гарри потянул письмо секретарше. — Отправьте это по адресу.

— Да, сэр, конечно, — взяв запечатанный конверт, она вышла в приемную и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Утром, когда Гарри вошел в свой кабинет, на его столе уже лежало письмо из Аврорской академии. Решив, что непременно прочитает его позже — до планерки оставалось всего ничего, — он сунул бумаги в ящик стола и вспомнил о них только под вечер.

Откинувшись в кресле, Гарри лениво пробежал глазами по ровным строчкам: наверняка ничего важного в послании не было, скорее всего, обычная статистика по желающим обучаться в академии в этом году. Однако третий абзац внимание все же привлек.

В письме говорилось об одном из абитуриентов, некоем Скорпиусе Гиперионе Малфое. По словам директора, сей молодой человек отличался ну очень высокими интеллектуальными показателями и имел невероятную склонность к аналитическому мышлению. И еще директор вскользь упомянул о феноменальной памяти этого абитуриента, осторожно предположив, что при благоприятном развитии этой способности, ее можно довести до абсолютной. Письмо завершалось словами директора о том, насколько необходимы Аврорату такие люди и просьбой на разрешение определить абитуриента Малфоя С.Г. в особую группу, выпускники которой направляются в дальнейшем исключительно в секретные отделы. Далее шли приложенные рекомендации от учителей из Хогвартса, которые Гарри и читать не стал.

Отложив бумаги в сторону, Гарри мысленно фыркнул. По его мнению, мальчишку переоценили. Конечно, на расстоянии выводы делать сложно и неправильно, но в подобную феноменальность верилось с трудом. А даже если и так. Юное дарование решило попробовать себя на неизведанном этой семейкой поприще… Ну не верил Гарри в Малфоев, работающих в Аврорате. Им бы в мэноре своем сидеть, чаи гонять с утра до вечера и забавы ради вечера благотворительности устраивать.

Ну а вдруг, мелькнула мысль, и впрямь сверхспециалист из стен академии выйдет? Что ж… Долго Гарри не раздумывал. Пусть учится, а дальше видно будет. Может, сам сбежит. Да и мало ли таких гениев с важным видом входило в двери академии, а через полгода просто-напросто сбегало, не выдержав нагрузки?

Неспешно обмакнув перо в тяжелую чернильницу, Гарри чуть помедлил, но потом всё же размашисто написал наискось на листе ярко-красными чернилами:

«РАЗРЕШАЮ».

* * *

— Мистер Поттер! Сэр! — Гарри чуть замедлил шаг, позволяя Кайлу себя догнать. — Мистер Поттер! — чуть запыхавшись, повторил тот, поравнявшись. — Вам это не понравится!

— Уже не нравится, — согласился Гарри, сворачивая в нужный коридор. — Говори быстрее.

— У вас в кабинете какой-то мальчишка, — Кайл раздраженно передернул плечами. — Размахивает бумагами и кричит, что назначен в ваши личные помощники!

— Кем назначен? — Гарри затормозил и резко развернулся к Кайлу.

— Вами… — развел руками тот.

До встречи с министром оставалось ровно три минуты, а нужно было ещё успеть сменить рабочую форму на парадную. Вся пакость была в том, что это можно было сделать только в кабинете, а там, если верить Кайлу, засела непредвиденная проблема, которую — многолетний опыт не оставлял в этом никаких сомнений — за пару минут было не решить.

— Ты прав, мне это не нравится, — мрачно буркнул Гарри и быстро пошел дальше.

Если кто-то решил таким образом найти себе местечко потеплее, то выбрал не самый удачный способ! Ей-Мерлин, да кем себя возомнил какой-то очередной молокосос? В том, что его поджидал один из выпускников академии, ждущих распределения, Гарри даже и не сомневался. Кто еще осмелится на подобную дерзость: вот так бесцеремонно ворваться к Главе Аврората, да еще и права качать!

Ускорив шаг, Гарри достиг приемной, рывком открыл дверь, приготовившись с порога прочитать отповедь зарвавшемуся нахалу, однако в помещении никого не было.

— Ну и где он? — Гарри обернулся к вошедшему следом Кайлу и, взглянув на побледневшего помощника, прошипел: — Только не говори, что про кабинет было сказано в прямом смысле. Ты впустил его внутрь?

— Я не впускал, — пролепетал тот. — Но его невозможно было остановить, — и отступил на шаг под потяжелевшим взглядом.

Нет, ну это уже точно переходило всякие границы. Сидеть и ждать в приемной — еще куда ни шло. Но вот так, внаглую ввалиться в кабинет — уже явный перебор.

Скрипнув зубами, Гарри рванул к двери, дернул ее на себя и процедил с порога:

— Полминуты на то, чтобы объяснить цель визита и свалить отсюда нахер!

Нежданный визитер стоял у окна и ещё даже не успел обернуться, а Гарри уже окончательно убедился, что ситуация складывается хуже некуда. Этот цвет волос он знал, равно как и надменно-идеальную осанку. Некстати вспомнилась давняя мысль о том, что Аврорат — не место для Малфоя, но вот, гляди ж ты — явился зачем-то. В голове успела мелькнуть догадка о том, что это Драко пришел говорить о штрафных санкциях, наложенных комиссией по магической безопасности на некоторые зельеварческие лавки, когда незваный гость развернулся, и Гарри понял, что ошибся. Этот Малфой был значительно моложе Драко, смазливее и надменнее. Настолько, что слушать его мгновенно расхотелось, тем более, где-то внутри зародилась нехорошая догадка. Как там говорил Кайл? Назначение? Или разрешение?..

— Скорпиус Гиперион Малфой, — грубо оборвал его размышления холодный неприятный голос. — Секретная служба первого порядка, выпускник специального корпуса Особого назначения. Прибыл для несения службы в ваше личное подчинение по приказу распределительной комиссии этого года. Моё досье на вашем столе, — Малфой смерил Гарри долгим взглядом и лишь затем закончил: — сэр.

Смерив Малфоя ответным взглядом, Гарри едва сдержал себя, чтобы не схватить его за шкирку и не выпихнуть прочь из кабинета. Подумать только: вместо того, чтобы постараться превратиться в невидимку и как можно скорее благоразумно исчезнуть из поля зрения, сопляк не только выдержал его взгляд, высокомерно вздернув подбородок, но и вообще держался так, будто это он, Гарри, к нему в подчинение поступил, а не наоборот.

— Ответ ясен, — прошипел Гарри, направляясь в шкафу. Открыл дверцу и достал нужную мантию. Блядь, наверняка к министру он уже опоздал. — Ну и чего стоишь? Свободен! — рявкнул он. Однако наглец даже не моргнул.

— Согласно поправке сто шестьдесят четвертой статьи авроратско-правового кодекса, распределение выпускников специального корпуса находится в ведении специальной комиссии и обжалованию не подлежит, — Малфой с интересом оглядел содержимое шкафа и добавил всё тем же раздражающим тоном: — Пятая справа мантия для встречи с министром подошла бы больше. Я выйду, чтобы вы могли её надеть. У вас примерно сто пятьдесят секунд, если мы не хотим опоздать.

Это был один из тех редких моментов, когда Гарри не знал, что делать. Обжалованию-то, конечно, все подлежать может, в том числе и решение специальной комиссии. Но для того, чтобы избавиться от этого непрошеного подарка судьбы, несомненно, понадобится время. И, увы, далеко ни один день. А еще потребуются весомые причины, то бишь основания для смещения с занимаемой должности. И, как вовсю кричала интуиция, найти эти самые основания будет ох как непросто.

Мало того, что этот сопляк, похоже, до невероятности упрям и явно намерен остаться на полученном в ходе распределения месте, так еще, судя по всему, аккуратен и педантичен. Сто пятьдесят секунд, блядь! Это вообще сколько в минутах-то?

Изо всех сил сдержав взметнувшуюся магию — да-а, Гарри и не помнил уже, когда в последний раз находился на грани выплеска, — он задержал дыхание и проговорил как можно спокойнее:

— Во-первых, что значит «мы»? А во-вторых, выйти тебе давно пора… причем дорогу назад можешь не запоминать, — ледяным тоном добавил он.

— Сто двадцать три секунды, сэр, — Малфой глянул на него без тени улыбки и пошел к двери. — А к министру я иду с вами, — он распахнул её и обернулся, вперив в Гарри острый, будто сканирующий взгляд. — Я теперь ваша тень — таково решение комиссии. — И хлопнул дверью, оставив Гарри наедине с этой новостью.

«Я теперь ваша тень», — отозвалось в ушах назойливым эхом. Охуеть! На поправки еще, гляди, ссылаться он будет! Кому вообще могла прийти в голову идея назначать личных помощников главе Аврората? Конечно, кому могла, Гарри прекрасно знал — членам «горячо любимейшей» им распределительной комиссии. Кучке бездельников, которые едва ли не от фонаря раздают должности. Пришлют непойми кого, а потом ребята из отделов только и делают, что жалуются на новеньких: мол, те вообще не на своем месте. Ну а что он, Гарри, может поделать, если даже его фактически лишили возможности выбора?

Он быстро стянул рабочую мантию и, глянув на себя в зеркало, со вздохом стал расстегивать рубашку. Полдня бегая то по улицам, то по длиннющим коридорам Аврората трудно сохранить рубашку сухой и свежей. Переодеваясь, он поймал себя на том, что неосознанно считает про себя, пытаясь понять, укладывается ли в озвученные вздорным мальчишкой секунды. По всему получалось, что да — насчитал он всего семьдесят пять. Перед тем как выйти за дверь, Гарри кинул взгляд на оставшуюся в шкафу мантию — пятую справа — и мысленно сплюнул. Нет, от этой тени он избавится любой ценой, ну, или хотя бы сменит на более привлекательную.

— До встречи с министром двести сорок три секунды, — информировал Малфой, едва Гарри распахнул дверь, и он едва не захлопнул её обратно. — Расчетная скорость передвижения по коридорам — обычный шаг. И, кстати, это вам больше не понадобится. — Малфой кивнул на свиток и зачарованное перо в его руке. — Я запомню даже скорость пульса у министра, когда тот будет говорить.

— А скажи-ка, умник, — холодно протянул Гарри. — Сколько пройдет секунд, прежде чем я выпихну тебя вон из Аврората? И с какой расчетной скоростью ты помчишься к мамочке и папочке, чтоб те шелковым платочком утерли тебе сопельки? Не успел еще рассчитать? Нет? Можешь смело начинать, потому что этот момент наступит гораздо раньше, чем ты думаешь, — припечатал он и, обойдя Малфоя, нарочно ускорил шаг.

Помощничек шел следом, но не отставал, даже несмотря на то, что шел Гарри куда быстрее обычного. А еще Гарри буквально затылком ощущал цепкий, буравящий взгляд. И, как предполагал, вовсе не доброжелательный.

«Ну вот и посмотрим, насколько тебя хватит», — мысленно процедил он, резко останавливаясь у двери министра.

Совещание было долгим и бурным. Свиток Гарри так и не раскрыл, но и о Малфое, примостившемся с краю стола, благополучно забыл. До хрипоты проспорив с министром о делах насущных, он понял, что уже глубокий вечер, только когда Кингсли устало сказал:

— Ладно, Гарри, будь по-твоему. Тебя проще заавадить, чем переубедить, это ты всем ещё подростком доказал. Чаю?

— Не откажусь, — кивнул Гарри. Хотя время было позднее, торопиться ему было особо некуда. Делами сегодня он уже не займется, мозги и так вскипают. Дома же… А что дома? Туда ему уж точно можно не спешить: уже много лет Гарри возвращался в абсолютно пустое жилище. Откинувшись в кресле и машинально запустив руки в волосы, он наконец обратил внимание на явно вознамерившегося остаться Малфоя. — И чего сидим? Живо ко мне в кабинет. И не вздумай домой слинять, пока я не вернусь, — устало выдохнул он.

Сегодняшний день уж очень вымотал, а впереди предстоял еще не самый приятный разговор с сопляком. Но это позже. Сначала чай.

— Мистер Малфой, — обратил, наконец, внимание на Малфоя и министр. — Приятно видеть, что ваше обучение успешно закончено. Зная тебя, Гарри, уверен, ты сейчас жутко недоволен, но поверь, я уже наслышан о мистере Малфое и убежден, что он будет нам всем чрезвычайно полезен. Может быть, вы уже успели заметить что-то интересное в нашем обсуждении? — поинтересовался он.

— Только то, что дважды упомянутая на сорок второй и пятьдесят третьей минуте разговора Помелла Райт проходила свидетелем по делу об убийстве трех студенток в магическом Ейле, — без заминки отозвался Малфой. — Немного странно, что теперь она неудавшаяся жертва очередного серийного убийцы.

«А ведь и впрямь странно», — Гарри во все глаза уставился на Малфоя. Конечно, не на него самого, скорее, просто в его сторону. И почему никто ранее не заострил внимание на этой детали? От расслабленности не осталось и следа. Блядь, еще немного, и дело наверняка в архив бы оправили…

— Твои соображения? — Гарри обратился к внимательно следившему за Кингсли Малфою. Признавать, что мальчишку он недооценил, пока было рановато, но послушать, что тот думает, стало весьма любопытно.

— Слишком мало данных для подробного анализа и выводов, — с сомнением протянул Малфой. — Но моё личное мнение: слишком уж подозрительное совпадение. И, к тому же, в первом деле были сомнения в виновности того, кого в итоге осудили. Для того, чтобы сказать больше, мне нужно прочитать оба дела целиком. О первом я знаю только из газет, а о втором — по вашему разговору.

— Из газет?.. — переспросил Гарри. — Но оно же было, если мне не изменяет память, пять лет назад…

— А вот в этом, мой дорогой Гарри, и заключается особый талант вашего помощника, — улыбнулся Кингсли. — Абсолютная память. Я видел результаты тестов перед вашим поступлением в академию, они поистине впечатляют.

— Спасибо, сэр, — сдержанно кивнул Малфой.

Конечно, ставить под сомнения, а тем более опровергнуть слова Кингсли Гарри не мог: он-то сам даже и не открывал ту самую папку, что Малфой оставил на его столе. И, по всей видимости, сделать это непременно стоит. Хотя бы для того, чтобы не оказаться в неловкой ситуации: сейчас Гарри едва сумел сдержать себя, чтоб растерянно не хлопнуть глазами. Абсолютная память… настолько редкое явление, что и верится в него с трудом. Впрочем, решил он, о чудесах и феноменах можно подумать и как-нибудь на досуге, а вот поистине волшебное везение Помеллы Райт обмозговать стоит прямо сейчас. Не откладывая, как говорится, в долгий ящик.

— Завтра же ты получишь доступ ко всем архивам по этому делу. Время на подготовку отчета обговорим позже, — произнес Гарри, внимательно всматриваясь в сосредоточенное юное лицо. Да, мальчишка удивить смог, тут ни дать ни взять.

— Ну вот и чудненько, — порадовался Кингсли и отлевитировал им обоим чашки.

* * *

«Исполнителен, надежен, хорошо работает в группе и в одиночку. Уровень интеллекта согласно расширенным тестам 357 и более. Обладает рядом уникальных беспрецедентных талантов (см. список далее).

Список уникальных талантов:

— Абсолютная память с момента рождения (см. приложение № 1);

— Феноменальные способности к устному счету (см. данные экспериментов № 1, 2, 3, 7);

— Уникальный дар к аналитическому анализу, поиску закономерностей и объединению деталей с общим выводом (см. эксперименты 4,5,6, 8-131).

Данный человек является национальным достоянием, интеллектуальной собственностью Британии и секретным Объектом № 7. Рекомендовано: доступ к секретной информации № 1, максимальная приближенность к первым лицам страны, максимально возможная полезная нагрузка. Характер сверхспособностей может принести максимальную пользу в следующих отраслях:

— Аврорат (настоятельно рекомендуемо);

— Министерство (часть потенциала может остаться не раскрытым);

— Аналитическая служба (может стать крайне эффективным, но требует больших затрат для создания и внедрения)».

Дальше Гарри не читал — лишь пролистнул интереса ради пару приложений с данными экспериментов.

Да, с таким Гарри прежде никогда не сталкивался. Поводов сомневаться в достоверности результатов экспериментов не приходилось, да и сам он вчера стал очевидцем демонстрации способностей уровня, мягко говоря, «выше ожидаемого».

— Интеллектуальная собственность и национальное достояние Британии, — повторил он на выдохе и отложил папку в сторону. Встал из-за стола и подошел к окну, мельком взглянув на настенные часы. Без четверти девять. Через пятнадцать минут на пороге кабинета появится Малфой, и оставалось неясным, как вести себя с ним дальше. С одной стороны, мальчишка действительно талантлив, упускать такой кадр было бы верхом глупости, да об этом и речи уже не могло быть. Но вот гонор и нестерпимая самоуверенность нового помощника неимоверно выводили из себя, и Гарри вовсе не был уверен, что его рабочие будни не будут протекать на грани магических выплесков.

— Доброе утро, сэр, — Малфой вошел в кабинет секунда в секунду. Он с интересом посмотрел на раскрытое посередине собственное досье и зачем-то сказал: — Сто сорок седьмая страница.

Гарри машинально глянул на нумерацию, потом, оценивающе, — на Малфоя и с уверенностью заявил:

— Ты не видишь написанного. Тогда как узнал?

— Сосчитал страницы, — пожал плечами Малфой, как будто это было очевидно.

— Может, ты еще и ответишь, что написано в предпоследнем абзаце? — с интересом протянул Гарри. В общем, он уже и не сомневался, что Малфой сможет ответить, но было действительно любопытно, насколько ответ будет точным. — И да, там опечатка. Не припоминаешь, в каком слове? — спросил и выжидающе посмотрел на него.

Скорпиус посмотрел на него как на идиота и скрестил руки на груди.

— Я не цирковая обезьяна, — сказал холодно. — И не стал бы отвечать на глупые вопросы, даже если бы знал ответ. Досье я не читал, доступа к секретной информации вы пока ещё мне не дали, хотя должны были ещё вчера. Я вижу только белые страницы.

Гарри молча, хоть и не без труда, выдержал этот взгляд. Затем подошел к столу, подцепил пальцами лист бумаги и протянул его Малфою:

— Держи. Это разрешение на допуск к нужным тебе архивам. Не спеши, но постарайся и не затягивать, — бросил он и уселся за свой стол.

— Сэр, мне не нужно их читать, — огорошил его Скорпиус уже нормальным тоном. Оглядевшись, он взял со стола справочник по Чарам и поднял его на уровень глаз. Позволил книге раскрыться под собственном весом, придержал страницы пальцем, чтобы падали по одной, и за пару секунд пролистнул так весь справочник. — Всё, — сказал, положив книгу на место. — Теперь можете не искать в справочнике информацию, а просто спросить меня.

Справившись с удивлением, Гарри внимательно всмотрелся в спокойное лицо. Умный, ровный, сосредоточенный взгляд. И на этот раз в Гарри не увидел в нем никакой заносчивости, высокомерия или того, что могло оттолкнуть или насторожить. Наоборот, он увидел зрелость, очень нетипичную для людей столь юного возраста.

— Да я уже и спрашивать боюсь, — хмыкнул Гарри. — Не то снова нарвусь на отповедь про цирковую обезьяну.

Скорпиус едва заметно улыбнулся и взял со стола листок с разрешением на посещение архивов.

— Я скоро вернусь, — пообещал он, глядя теперь почему-то оценивающе. — И, смею заметить, что Чары со страницы триста шестьдесят восемь, второй абзац снизу, шестая строчка, могли бы быть вам полезны.

И быстро вышел за дверь, не дожидаясь ответа.

Едва дверь захлопнулась, как Гарри поймал себя на мысли, что улыбается. Широко и искренне. Все-таки, каким бы взрослым Скорпиус ни хотел казаться, ему не очень хорошо удавалось скрыть юношеское ребячество.

А еще он понял, что только что, в тот самый момент, когда Малфой чуть заметно улыбнулся, он перестал чувствовать к нему первоначальную неприязнь.

Так что там со страницей триста шестьдесят восемь? Или триста сорок восемь? Впрочем, неважно. Теперь Гарри был уверен: если эти чары действительно могут ему пригодиться, Скорпиус Малфой заявит об этом еще не один раз.

* * *

— При допросе пять лет назад на ней был кулон. — Малфой шлепнул на стол перед Гарри фотографию прямо поверх отчетов. — Посмотрите. Золотой. А цепочка серебряная. Кулон потерт, а цепочка новая. В описании одной из жертв была упомянута ссадина на шее, предположительно от сорванного шейного украшения. Я просмотрел все фотографии покойной, и вот, — он выложил ещё одно фото. — Качество неидеально, но форма та же.

К чему клонит Малфой, было понятно, но Гарри стал интересен ход его мыслей:

— Продолжай, — проговорил он, взяв в руки фотографии и сравнивая снимки. Да, вторая картинка была размытой, но даже так вполне можно было найти сходство между украшениями.

— Никто не носит золотой кулон на серебряной цепочке, — уверенно заявил Скорпиус. — Если, конечно, он носится как украшение. Или если его приобрели недавно, случайно и достойную цепочку купить не успели. Если же у него иное значение, то сами понимаете. А ещё в детстве эта женщина коллекционировала фарфоровые статуэтки, — добавил он победно. — И вся коллекция была продана на аукционе за год до первого убийства!

— Золотые цепочки вроде не редкость, купить можно почти на каждом шагу, значит, случайность или спешку отметаем. И каково его предназначение? — прищурился Гарри. — И как свяжешь с проданной коллекцией? — да, ход мыслей Скорпиуса был интересен. А внимание к деталям вообще впечатляло, хотя уж на своем веку Гарри успел повидать настоящих асов расследований. Да и скорость, с которой Малфой анализировал материал и делал выводы, была поистине колоссальна. — Кстати, откуда знаешь про детские увлечение куклами?

— Было в общем досье, — пояснил Малфой, и Гарри мысленно кивнул: полные, но обычно абсолютно проходные сведения, которые редко когда читаются кем-то кроме основного следователя. — Коллекционер — это тип характера, — продолжил тем временем Скорпиус нетерпеливо, явно недовольный, что приходится объяснять. — Если коллекция была столь велика и ценна, что могла быть продана, значит, это не просто хобби. А если не просто хобби, то зачем продавать? Логично предположить, что подозреваемая увлеклась чем-то ещё. И если кулон — тот самый, что был на первой жертве, к которой, по официальной версии, подозреваемая никакого отношения не имеет, то вывод напрашивается сам собой.

— Мне нужно знать, кто именно вел расследование, — задумчиво проговорил Гарри. Вывод сейчас напрашивался сам собой и уже по другому вопросу: кто бы ни занимался этим делом, за проявленную халатность таких пиздюлей выхватит, что на всю жизнь запомнит. Как можно сидеть в кресле следователя и при этом ничего не видеть дальше своего носа? Ладно, упустили, не заметили — с кем не бывает… Но зачем так поспешно отсылать бумаги в архив?

Хотя, наверное, насчет проглядеть кое с кем как раз и не бывает… И этот кое-кто мало того, что вник в суть вопроса в кратчайшие сроки, так еще и дело вот-вот раскроет.

— Роб Элиот, — тут же ответил Малфой. — Жетон номер два-два-семь-ноль-шесть-девять-три, год рождения тысяча девятьсот восемьдесят пятый, звание: Старший аврор Следственного отдела.

— Роб?.. — Гарри растерялся. Роб Элиот был одним из лучших, и, разумеется, ему никак нельзя было предъявить обвинение в халатности: тщательнее него относился к своей работе только сам Гарри. Тогда получается, Роб ошибся? Потому что был просто человеком?.. Без абсолютной памяти, суперналитического мышления и способности глотать тонны информации за… — тут Гарри глянул на часы —…пятнадцать минут?

Впрочем, он уже устал удивляться происходящему. Пора было, наконец, свыкнуться с мыслью, что перед ним стоит настоящий феномен. Да и признать собственную неправоту в первоначальной оценке мальчишки. Действительно, в таком специалисте, как Скорпиус Малфой, он не просто нуждался, а нуждался катастрофически.

— Я хочу, чтобы ты взялся за это дело, — выдохнул Гарри. — И перешерстил все сданные в архив за последний год. Справишься? — спросил он, хотя ответ уже знал наперед. — И да, Малфой, — помолчав, добавил он, — ты молодец.

— Спасибо, мистер Поттер, — Скорпиус склонил голову. — Но вынужден напомнить, что я не следователь. Разумеется, я замечу все совпадения, подобные этому, и предоставлю вам устный отчет со всеми сделанными выводами, но меня готовили к большему. Я способен помочь вам не только раскрывать мелкие дела и управлять Авроратом, — он посмотрел на Гарри в упор и понизил голос. — С моей помощью вы можете внедрить качественно иную систему правоохранения.

Заявление было громким, и, услышав его от любого другого человека, Гарри если бы не рассмеялся в голос, то наверняка ухмыльнулся бы, не воздержавшись и от парочки едких комментариев. Однако сейчас язвить не хотелось совершенно, потому что на краю сознания забилась мысль, что идея это не просто фантазия юнца, а вполне здравая и в случае ее осуществления принесет такие результаты, о которых он как глава Аврората мог лишь мечтать.

— Кайл у себя? Зайди к нему и скажи, чтобы занялся обустройством твоего кабинета. Вон того, — Гарри качнул головой в сторону неприметной двери, ведущей в смежную комнату.

— Прямо так и сказать? — выгнул бровь Малфой.

Гарри чертыхнулся и поправился:

— Скажи, чтобы зашел ко мне. А потом сходи всё же в архив, лишним не будет. Я тебя понял, но мне ещё нужно придумать, как это сделать, — добавил он и потер переносицу. Действительно, чтобы выжать из уникальных способностей Малфоя максимум, нужно будет немало поднапрячься.

— Да, сэр, — кивнул Скорпиус. — Если позволите: вы могли бы проконсультироваться с одним из моих учителей, мистером Йозефом. Думаю, у него есть несколько интересных идей.

— Хорошо, — отозвался Гарри. — Договорись о встрече. Если возможно, то в начале следующей недели. И будет лучше, если встреча пройдет вне стен Аврората и Академии. Выбери тихое подходящее место. Я понимаю, что готовили тебя к большему, — ухмыльнулся он, — но, будь любезен, займись этим. Естественно, об этой встрече никто не должен знать. Лишние пересуды мне не нужны. Твое появление и так уже в скором времени вызовет массу сплетен и домыслов.

В том, что новость о назначении нового помощника главному аврору долго и нудно будет мусолиться в отделах, Гарри не сомневался. Мол, за какие такие заслуги, по чьей протекции… Многие работают здесь годами и до сих пор сидят по своим кабинетам, а тут зеленый юнец, едва успевший окончить академию, попал сразу в личные помощники к шефу.

Конечно, Гарри постарается пресечь подобные пересуды, однако, увы, рот всем не закроешь. А раскрывать сверхспособности Малфоя перед всеми он не собирался. Мозги Скорпиуса будут его личным достоянием.

* * *

Наставник Йозеф оказался глубоким стариком, но с живыми глазами и вполне ещё подвижным телом.

— Я рад, что вы оценили мальчика по достоинству, — сказал он, тепло улыбаясь в густую бороду. — Я, признаться, к нему привязался. Лучший ученик, что у меня был, и не только из-за своих уникальных способностей. Правда, поначалу общение с ним обескураживает, согласны? Необычные ощущения.

— Более чем, — кивнул Гарри, решив сразу направить разговор в нужное русло. Свои весьма обманчивые ощущения он пересказывать не хотел, да и этот человек, Гарри был абсолютно уверен, и так знал многие его ответы наперед. — Прежде всего, я хотел бы поблагодарить вас, что нашли время для встречи. Мистер Малфой рекомендовал обратиться именно к вам.

— Пустяки, — отмахнулся Йозеф. — Я рад помочь. И даже догадываюсь, о чем вы хотите поговорить, — он погладил бороду и хитро улыбнулся. — И у меня уже готов ответ. Дайте ему информацию. Абсолютно всю, какую только сможете достать. Установите колдокамеры в здании, снабдите ими всех своих авроров, сделайте так, чтобы Скорпиус мог видеть и слышать всё, что происходит в Аврорате, министерстве — во всей этой стране! Его память абсолютна, — Йозеф произнес это слово с благоговением. — Однажды в Академии был большой праздник. Собралось много народу — нынешние выпускники, бывшие и гости. Да что я рассказываю — вы сами там были. Помните момент, когда Глава Академии с трибуны обратился к залу и попросил помочь в одном эксперименте?

— Помню, — чуть удивленно кивнул Гарри. — Он попросил всех на счет три вслух назвать своё имя.

— Да, — Йозеф довольно улыбнулся. — Кстати, вы назвали?

— Нет, — хмыкнул Гарри. — Его и так все знают. Но в чем был смысл?

— В этот момент в особой нише над сценой стоял Скорпиус, — Йозеф сделал паузу, дожидаясь, когда Гарри поймёт важность эксперимента. — Когда потом ему показали колдографию зала, сделанную в тот же момент, он безошибочно указал, кто какое имя произнес, а кто воздержался.

А вот это было действительно мощно! По сравнению с тем, что рассказал старик, все предыдущее, что Скорпиус успел продемонстрировать, было просто ничем — так, глупыми детскими забавами.

Новый факт обескураживал, вышибал привычные представления о человеческих способностях, однако не только восхищал, но и пугал. Наставник Малфоя советовал информировать мальчишку максимально полно. Но не чересчур ли рискованно наделять такого человека, как Скорпиус Малфой, с его абсолютной памятью, еще и таким объемом информации? Не принесет ли этот шаг такие последствия, как сосредоточение абсолютной власти в одних руках?

— Бесспорно, это впечатляет, — Гарри ответил сухо, стараясь ничем не выдать свои сомнения.

— Ещё одна способность должна вас заинтересовать. — Йозеф достал из кармана мантии сложенный листок бумаги и порвал его. — Смотрите, что это? — он показал Гарри один обрывок.

— Э… линия? — недоуменно посмотрел на него тот.

— Да. И это тоже, — Йозеф продемонстрировал ещё один обрывок. — И это… И если я покажу все кусочки подряд, вы все равно не поймете, что было на картинке. А Скорпиус поймет, даже если я буду показывать ему по одному обрывку в год. Более того — если я смешаю сотню таких обрывков в кучу, он мысленно соберет все картинки примерно за пятнадцать секунд.

От комментариев, даже самых скупых, Гарри отказался, лишь только задумчиво покивал улыбающемуся и явно гордящемуся лучшим учеником старику.

— А скажите мне, Йозеф, как Скорпиус попал в Академию? — помолчав некоторое время, спросил он. — Я имею в виду, чем вызвано стремление учиться именно в этом заведении? Престижно, не спорю, но, учитывая возможности его семьи, мальчик мог выбрать любое место учебы, и не только в Британии, но и далеко за ее пределами. Не менее достойное, а, может, даже и более… — он замялся, подбирая нужные слова, — более соответствующее статусу будущего лорда.

— Лорд Малфой — дальновидный человек, — ответил Йозеф, чуть подумав. — Он прекрасно понимал, что способности мальчика лучше всего послужат именно в Аврорате. Аналитика и стратегия — совершенно разные вещи, мистер Поттер, и если к аналитике у Скорпиуса исключительные способности, то к стратегии, увы, не более чем посредственные. Проще говоря, он может предсказать назревающую революцию, но совершенно не будет представлять, как её предотвратить. Что же до Британии… Лорд Малфой, к нашему общему счастью, преданный патриот. И именно поэтому у вас сейчас есть уникальный шанс сделать нашу страну сильнейшей и процветающей.

— Конечно, — слегка улыбнулся Гарри, — и судя по вашим словам, и тому, что мне уже довелось увидеть, шанс этот достаточно высок. В общем, теперь мне есть над чем подумать.

Поразмыслить, действительно, было над чем. Наставник Йозеф был бесконечно прав, говоря о том, что лорд Малфой — дальновидный человек. А чем не самый продуманный ход со стороны Люциуса — устроить столь одаренного внука в Аврорат? Может, у самого Скорпиуса способности в стратегии и посредственны, зато они весьма высоки у его деда. Да, лорд Малфой — преданный патриот этой страны, но кто сказал, что, придя к власти, он не полюбит ее еще больше? Ведь для того, чтобы руководить, вовсе не обязательно сидеть в кресле министра. Иногда достаточно быть серым кардиналом. Разве история знает мало подобных примеров?

— Возможно, я не самый великий мыслитель на земле, но рискну угадать, о чем вы сейчас думаете, — сказал Йозеф, чуть погрустнев. — Не могу сказать, что не разделяю ваших опасений. Поэтому мой вам совет: держите мальчика при себе. Постарайтесь поладить с ним, это проще, чем кажется. Ну и конечно, возьмите с него Нерушимый Обет помимо обычной присяги.

Вот, значит, не столь беспочвенны его опасения, если и старик задумывался о том же. Оставалось одно: не выпускать Скорпиуса из поля зрения, постепенно подстраивая под себя и направляя в нужное русло.

Задав Йозефу еще несколько несущественных вопросов о Малфое, на которые тот дал весьма любопытные ответы, Гарри выслушал еще парочку наставлений, попрощался и аппарировал прямиком в собственный кабинет.

* * *

Скорпиус сидел в своем новеньком кабинете и, казалось, смертельно скучал. Увидев Гарри через открытую дверь, он оживился.

— Добрый день, сэр, — сдержанно поздоровался он. — Как прошла встреча с наставником Йозефом?

— Продуктивно, — коротко кивнув, ответил Гарри. — Кстати, он очень хвалил тебя. — Гарри подошел к шкафу, стянул с себя теплую мантию, небрежно повесил ее на вешалку и, оставшись в рубашке и брюках, направился к столу. — Скорпиус, скажи, твоя память… когда ты понял, точнее, осознал то, что ты особенный, не такой как все?

— Седьмого ноября две тысячи девятого года, — ответил Скорпиус не моргнув глазом. — Приблизительно в три часа после полудня. Тогда я понял, что мама забыла о моей просьбе налить мне сока. Было очень удивительно узнать, что кто-то может что-то забыть. Момент, когда я осознал, что это могут все, кроме меня, наступил на двести пятьдесят три дня позже.

Если бы Гарри сейчас пил чай, то наверняка бы поперхнулся, услышав такой ответ.

— Малфой, а ты не с Марса случаем? Я начинаю уже сомневаться: может инопланетяне украли настоящего Скорпиуса, а тебя к нам на Землю подкинули? Как шпиона? — хмыкнул он, усаживаясь в кресло.

Скорпиус усмехнулся.

— Так точно, сэр, это произошло двадцатого мая две тысячи пятнадцатого года, — заявил он серьёзным тоном.

Гарри на мгновение замер, зачем-то вникая в совершенно ненужные даты, а потом почувствовал, что невольно начинает расплываться в улыбке.

— Ладно, инопланетный ты наш, — сдерживая смех, проговорил он. — Что у нас по Архиву?

— Проанализировав всю полученную информацию, я разделил её на три категории, — Скорпиус встал из-за своего стола и подошел ближе. — Мелкие детали — один миллион сто двадцать три эпизода, крупные устаревшие — триста сорок три тысячи и крупные актуальные — десять тысяч двести тридцать шесть. Из них пять тысяч семьдесят две являются грубыми ошибками, не несущими, однако, последствий, три тысячи четыреста пять — нарушение устава, тысяча шестьсот восемнадцать — незначительные нарушения закона, сто девять — значительные нарушения устава, двадцать восемь — грубые ошибки, влекущие за собой значительные последствия, и, наконец, четыре — фатальные ошибки, ведущие к полному провалу дел, — Скорпиус замолчал, выжидающе глядя на Гарри, и после долгой паузы добавил: — Хотите уточнить все детали или ограничимся какой-то конкретной категорией?

— Ограничимся последними двумя. Но начнем с четырех ошибок, — мысленно откинув из доклада Малфоя лишние цифры, отозвался Гарри. — Значит, схема такова: номер дела, суть ошибки, кем допущена, ее причина и последствия. — И, постучав пальцами по полированной столешнице, потянулся за листом пергамента и пером.

Записывать за Скорпиусом оказалось одно удовольствие: пока тот проговаривал тонну ненужных цифр, Гарри быстро фиксировал действительно важные вещи. Назвав допущенные ошибки фатальными, Скорпиус не преувеличивал, найденные им несоответствия действительно в корне меняли ход дела, как и в случае с коллекционершей. Обстоятельно всё записав, Гарри связался с аврорами, в чьих делах были выявлены ошибки, и назначил им встречи.

— Ладно, с этим разобрались, — кивнул он Малфой. — Давай самые важные из остальных.

Тут, к его удивлению, Скорпиус замялся.

— Что для вас самое важное, сэр? — спросил он. — То, что можно быстро исправить, или то, что будет иметь наиболее серьёзные последствия? И если последнее, то серьёзные последствия в какой области для вас важнее?

И тут с ответом замялся Гарри. Неужели Малфой и впрямь не понял суть вопроса? И как странно он разделил обстоятельства на две, будто взаимоисключающие категории: то, что можно быстро исправить, и то, что будет иметь серьезные последствия? Похоже, приводя пример с революцией, Йозеф вовсе не утрировал. Разложить все по полочкам мальчишка мог за считанные секунды, но спроектировать ситуацию в нужном направлении, снова собрав воедино все факты, у него явно не получалось.

— Хмм, самые важные — это те, что требуют безотлагательного решения, — несколько растерянно произнес Гарри. — То есть те, которые повлекут за собой самые серьезные последствия, и на которые мы должны отреагировать максимально быстро.

Гарри понимал, что ответ был скомканным, и наверняка Скорпиус мало что понял, но Гарри не знал, как разъяснить элементарное — то, что всегда казалось ему само собой разумеющимся.

— Хорошо… — протянул Скорпиус. — Тех, что нужно решить немедленно, всего восемнадцать. Из них одиннадцать решить в нужный срок не удастся, и они заведомо провальные. Из оставшихся семи…

— Что значит, не удастся?! — рявкнул Гарри, обрывая его на полуслове. — А ну быстро говори, что там за одиннадцать чертовых провалов меня ждут!

Скорпиус странно на него посмотрел и упрямо продолжил:

— Из оставшихся семи три повлекут за собой следующие последствия: первое — осуждение невиновного на завтрашнем суде в Визенгамоте, второе — крупный скандал в прессе с обвинением авроров в некомпетентности и вынужденная ваша отставка, и третье — нарушение дипломатических отношений с Японией.

Если с реакцией на скандал, назревающий в прессе, еще можно было повременить, то завтрашний суд в Визенгамоте и казус с Японией, с которой за последние полгода отношения крайне обострились, требовали незамедлительного вмешательства. Судебный процесс необходимо было оттянуть всеми правдами и неправдами: подследственного срочным образом отправить в Мунго и, по возможности, оставить там на самый долгий срок, а дело снова отдать на расследование: мол, выяснились новые обстоятельства. Пока никакой катастрофы.

А вот уверенности в том, что и ситуацию с Японией можно решить так же легко, у Гарри, увы, не было. Этот вопрос непременно следовало обсудить с Кингсли, желательно без присутствия посторонних.

— У тебя перерыв, — коротко бросил Гарри, вставая из-за стола. — А я к министру. Когда вернусь, не знаю, но, думаю, у тебя есть пара свободных часов. Пойди поешь, возможно, сегодня придется задержать допоздна.

— Мистер Поттер, — окликнул его Скорпиус. — Можно мне с вами? Я не буду мешать. И, может быть, даже окажусь полезен.

Гарри думал недолго. Вряд ли Скорпиус сможет узнать что-то очень важное или в одночасье выучиться стратегии и политике с дипломатией, так что, раз перерыв гению не нужен, то пусть идет.

Коротко кивнув, Гарри вышел из кабинета.

* * *

За окном занималась заря, красиво подсвечивая довольно унылые здания далекого маггловского Лондона. Гарри с интересом следил за тем, как розовеет небо, потому что ни на что другое больше сил не осталось.

— Так что там со скандалом? — спросил он едва ли не заплетающимся от усталости языком. — Хотя нет, не отвечай. Ответишь через три часа, а сейчас — спать.

— Скандала удалось избежать силами ваших подчиненных, — успокоил его бледный до синевы Скорпиус и показал пальцем на стопку отчетов, накопившуюся за эти безумные сутки. — Я просмотрел их, пока вы ходили в туалет. Ничего катастрофического, вы вполне можете поспать до обеда.

«Поспать до обеда…» — мысленно усмехнулся Гарри. Конечно, это было бы неплохо и весьма кстати, но столь длинный отдых позволить себе он не мог. На сегодня сон был непозволительной роскошью: несмотря на то, что с Кингсли они вроде как разработали дальнейшую схему переговоров с Японией, Гарри мог понадобиться министру в любой момент. Три часа на сон — еще куда ни шло, и то придется спать здесь.

А мальчишку можно было отпустить как раз и до обеда. Пусть выспится хорошенько. И поест, наконец. А то так недалеко и до нервного истощения, а потом его, Гарри, обвинят, что он угробил интеллектуальную надежду всей Британии.

— Или домой, до обеда свободен, — подавив зевок, сказал он.

— Спасибо, сэр, — кивнул Скорпиус и исчез из поля зрения.

Гарри избавился от мантии и позволил себе, наконец, зевнуть. Солнце так и не успело подняться — когда его краешек показался над шпилями, Гарри уже крепко спал на жестком казенном диване.

* * *

— Скорпиус, что у Джордана?

— Соответствие плану на девяносто семь процентов.

— Хорошо, держи меня в курсе, если что-то пойдет не так. Остальные?

— В пределах допустимых погрешностей.

Скорпиус поправил на голове генератор информационной сферы и вновь углубился в просмотр информационного потока.

Это был дорогой и крайне трудный проект. Гарри до сих пор иногда посещали сомнения в правильности принятого в итоге решения, но они были настолько же эфемерны, насколько существенной оказалась приносимая Малфоем польза. Да, в конце концов Гарри всё же пришлось поступить так, как советовал Йозеф, но после нескольких месяцев самой плодотворной за всё время его службы работы, он уже почти об этом не жалел.

Полностью перестроить систему связи и хранения данных Аврората и замкнуть её на одного человека оказалось не просто сложно — архисложно, но такие же выпускники специального отдела, как и Скорпиус, всё же справились. Пусть у них не было абсолютной памяти, но, видимо, были золотые мозги и золотые руки, потому что иначе как чудом созданные ими приборы назвать не поворачивался язык.

А что касалось Скорпиуса как личности, то работать с ним оказалось вполне легко. За все время мальчишка ни разу не продемонстрировал ни гонора, ни присущего его семье снобизма, ни высокомерия. Гарри поначалу все же ожидал от него подобных выходок. Но этот был тот редкий случай, когда Гарри ошибся: в случае необходимости Малфой покорно оставался в Аврорате допоздна, иногда и до рассвета, и ни разу, как говорится, не фыркнул и не взбрыкнул. Все поручения он выполнял совестливо и в срок. Да и вообще, всегда был рядом, когда Гарри в нем нуждался.

Правда, случалось и так, что Гарри приходилось собирать все свое терпение в кулак и поэтапно разъяснять, какого рода информация ему нужна: Скорпиус так и не научился отделять важное от второстепенного. Впрочем, Гарри это вовсе и не злило, разве что нервировало порой. К тому же, этот недостаток не мог идти ни в какое сравнение с теми достоинствами, которыми Малфой обладал.

— Продолжай наблюдение, — Гарри похлопал его по плечу и направился к шкафу в поисках папок, нужных ему для составления квартальных отчетов.

— Сэр, — отвлек его Малфой через некоторое время. — Поступил отчет из Мунго, уже третий за этот месяц. Если первые два ещё можно было списать на случайные совпадения, то три — уже закономерность.

— И что в этих отчетах? — нахмурился Гарри.

— Полная потеря магических способностей плюс амнезия, — Скорпиус коснулся пальцами экрана перед глазами и увеличил одно из изображений, которыми тот пестрил. — По первым двум отчетам дел возбуждено не было, списано на несчастные случаи.

— У кого находятся отчеты и заключения колдомедиков? — отрывисто спросил Гарри. — Что они еще прислали? Фотографии есть? Личности пострадавших установлены? Какие вещи находились при пострадавших в момент обращения в больницу? И как каждый из них очутился в стенах Мунго? — вопросы сыпались один за другим, но Гарри привык, что может позволить себе не останавливать ход своих мыслей, дабы не потерять нить рассуждения. — Если таких данных нет, — продолжил он, — то надо отправить запрос к ним туда, в больницу. Этим займется Кайл.

— Да, и приготовься, что в Мунго, скорее всего, ты отправишься вместе со мной, — добавил он, возвращая выбранные папки на свои места.

— Колдографии к отчетам прилагаются, личности первых двух установлены, Майя Тибс и Орлин Бойтон — нигде не фигурировали. Личность третьего устанавливается, из вещей только одежда, — последовательно ответил Скорпиус на вопросы. — В отчетах только медицинские факты. В Мунго во всех трех случаях доставлены прохожими с улицы. Сэр, характер повреждений магического ядра очень странный. Мне нужно просмотреть архивы Мунго.

— Так, ясно, — озабоченно протянул Гарри. — Через полчаса аппарируем.

Вызвав в кабинет Кайла, Гарри отдал распоряжение принести ему все присланные из Мунго документы. Через несколько минут бумаги уже лежали на столе, и Гарри, поочередно просмотрев каждый из документов, окончательно пришел к выводу, что никаким совпадением описанные события не являются. Закономерность «несчастных случаев» была очевидна, хотя стоило еще выстроить логическую цепь и выяснить, во-первых, что именно произошло с пострадавшими, и, во-вторых, что конкретно спровоцировало потерю и магии, и памяти.

— Я не могу сказать наверняка, но принцип похож на действие Первого Непростительного, — очень серьёзный немолодой врач явно нервничал от встречи с Главой Аврората. — Однако намного слабее. Заклинание полностью разрушило магическое ядро, но никак не затронуло функции тела в то время как Авада полностью блокирует все физиологические процессы и отсекает жизненную энергию.

— А с памятью что? — спросил Гарри, глядя издалека на жертву, лежащую с потерянным видом.

— Пока не можем понять, — врач занервничал ещё больше. — Это на заклинание уже совсем не похоже.

— А на что похоже? — бросил Гарри. — У вас же должны быть версии.

— Версий много, но одна исключает другую. Кто-то из наших специалистов склоняется к тому, что к пострадавшим было применено неизвестное нам зелье. Кто-то, не найдя объяснений, говорит, что это последствия вовсе и не магического вмешательства, — вздохнул врач, посмотрев на Гарри в упор: — К сожалению, мистер Поттер, я не могу предоставить вам точные выводы. Если в самый первый раз мы не обратили внимания, то во второй поверили в совпадение. Но у нас уже третий пациент… — внезапно умолк он и, косо взглянув на Скорпиуса, продолжил: — Простите, мистер Поттер, но могу я задать вопрос напрямик?

— Ну попробуйте, — бесцветно проговорил он.

— А не может ли это быть результатом неудачного эксперимента, к примеру, невыразимцев? — тихо произнес врач, стремительно бледнея.

— Очень сильно в этом сомневаюсь, — ответил Гарри, хотя полностью исключать эту версию все же не стоило.

— Устав всех подразделений Аврората, в том числе и Корпуса Невыразимцев, запрещает эксперименты над гражданскими, — сказал Скорпиус. — А пострадавшие не фигурируют ни в одном списке.

Гарри глянул на него и мысленно усмехнулся. Сколько он там насчитал нарушений устава при самом первом прочтении Архива? И «мелких нарушений закона»?.. То-то и оно… О крупных же в отчетах просто не писали.

— Я хочу, чтобы вы информировали меня о состоянии пациентов и своих изысканий, — сказал он врачу. — Для расследования же этого дела я очень скоро пришлю группу.

— Это будет очень кстати, — несмело улыбнулся врач, пожал ему руку и вдруг обратился к Скорпиусу. — Мистер Малфой, раз уж вы здесь, может быть, заберете свое зелье? Оно уже готово.

— Да, конечно заберу. Спасибо, — коротко кивнул Скорпиус. — И еще я хотел бы ознакомиться с медицинскими картами Майи Тибс и Орлина Бойтона, — продолжил он и перехватив взгляд колдомедика, украдкой глянувшего на настенный часы, добавил: — Много времени это не займет.

— Подождите, пожалуйста, несколько минут. Я направлю к вам Амели. Она принесет и зелье, и амбулаторные листы, — ответил врач. — Простите, но у меня еще обход, — пояснил он и скупо улыбнулся на прощание.

— Какое еще зелье? — спросил Гарри. — Ты заболел?

Возможно, вопрос был не совсем корректным, но если со здоровьем его личного помощника что-то не так, Гарри должен быть в курсе.

— Нет, — Скорпиус покачал головой и неожиданно крепко ухватил его под руку, потянув к двери. — Пойдемте со мной. Отвлечёте Амели. Мне нужно десять минут, чтобы просмотреть весь архив.

Гарри хотел было возразить, что ему достаточно выписать ордер, но неожиданно для себя не стал спорить. В конце концов, лишняя бумажная волокита и недовольство главврача — удовольствие сомнительное.

По всей видимости, Малфой весьма неплохо ориентировался в здании больницы.

— Ждите меня здесь, — утянув Гарри в один из проходов, бросил он и юркнул за неприметную дверь без опознавательных табличек.

«А как же Амели? Как она нас найдет?» — хотел было спросить Гарри, но вопрос так и застрял в горле: как раз в этот момент из-за поворота появилась девушка с папками и пузырьком в руках. Лимонной мантии на ней не было, но ни на пациентку, ни на простую посетительницу девушка не походила: строгая мантия, очки на переносице и безукоризненно зализанная прическа. Скорее всего, ему навстречу шла как раз та самая Амели.

Скорпиус, что, еще и траекторию перемещения секретарши рассчитал? Или просто часто здесь бывал, учитывая историю с зельем. И чем же всё-таки он болен?..

Порассуждать на эту тему не удалось — Амели увидела его и удивленно вскинула брови.

— Мистер Поттер? — она ускорила шаг. — Что-то случилось, сэр?

— Нет, ничего, — Гарри запоздало сообразил, что совершенно не представляет, как отвлечь медсестру — или кем там она была? — Где здесь туалет? — выдал он в конце концов универсальную для таких случаев фразу.

— Прямо по коридору, предпоследняя дверь, — Амели улыбнулась ему, и сразу стало понятно, что делать дальше.

— Большое спасибо, — Гарри улыбнулся так, как никогда не улыбался ни на одну камеру. — Вы очень любезны. А это для Скорпиуса? — он кивнул на пузырьки. — Тогда вы, наверное, Амели, верно? — от улыбки уже сводило губы, но он честно постарался растянуть их еще больше.

— Верно, сэр, Амели — это я, — пролепетала она, наверняка растерявшись от того, что сам глава Аврората знает, как ее зовут. — Для мистера Малфоя, да, — кивнула она. — Меня просили передать ему этот флакон. А, кстати, вы случайно не видели его? — спросила она, заинтересованно озираясь по сторонам.

— Он, должно быть, все еще у палаты вашего нового пациента. Того, что с амнезией. Никак не могу найти дорогу обратно, — как можно убедительнее ответил Гарри. Черт, долго Малфой там еще будет возиться? Сколько еще минут ему нужно пудрить мозги этой девице? — Неудивительно, сэр, — Амели хлопнула ресницами. — У нас тут сплошные лабиринты.

— О да! — подхватил Гарри с преувеличенным энтузиазмом. — Помнится, меня однажды ранили, и я угодил к вам в гости на пару дней, — соврал вдохновенно. — Здорово я тогда поплутал в поисках столовой!

— Но сэр… — Амели удивленно хлопнула ресницами. — Неужели вам не приносили еду в палату?..

— Приносили, — вынужден был кивнуть Гарри и тут же нашелся: — Но мало! — и улыбнулся ещё обворожительнее.

Ну где же чертов Малфой?! И только повторив это мысленно несколько раз, Гарри вдруг сообразил, что даже если тот и закончил с архивами, то банально не может выйти, пока они с Амели стоят прямо возле двери.

— Амели, а вы меня не проводите? — тут же сказал он и только тогда вспомнил, что по легенде искал туалет. Судя по выражению лица, о том же вспомнила и Амели. — Эээ… до палат с нашими пациентами?

— Хмм, конечно, мистер Поттер, — протянула Амели. — Если нужно, я могу вас здесь подождать, а потом помогу найти вам палату. Ой, конечно, палату не вам… в общем, ту, где вас ждет мистер Малфой, — протараторила она и густо покраснела. — А мне как раз нужно в этот кабинет, — она кивнула в сторону двери Архива.

Лихорадочно соображая, как же поступить, Гарри состроил озабоченное лицо, дернул лацкан мантии и заглянул туда с крайне серьёзным выражением лица.

— Понял. Сейчас буду, — сказал нагрудному карману своего пиджака и резко запахнул мантию. — Извините, Амели, мне пора, — держась так, будто только получил очень важное сообщение, он посмотрел на девушку уже без тени улыбки.

— Да, конечно! — выдохнула та. — Пойдемте скорее, — и понеслась по коридору.

Гарри тихонечко постучал в дверь Архива, давая Скорпиусу понять, что на горизонте чисто, и поспешил за ней.

— Эээ, а где же мистер Малфой? — растерянно спросила она уже на подходе к палате.

— Должно быть, отправился искать меня, — пожал плечами Гарри. — О, а вот и он, — широко улыбнувшись, он повернул голову в сторону приближающегося к ним Малфоя.

— Сэр, я подумал, что вы заблудились, — отрапортовал Скорпиус. — Понятия не имею, как я пропустил вас.

— Мистер Малфой, — обратилась к нему Амели. — Возьмите ваше зелье. И сейчас я принесу бумаги, которые вы просили.

— Спасибо, Амели, — кивнул Скорпиус.

— Спасибо, Амели, — повторил за ним Гарри и, решив выдержать образ до конца, снова улыбнулся.

Покраснев от такого внимания, несчастная девушка пролепетала что-то в ответ и поспешно убежала.

— Если позволите, сэр: вам бы на сцене выступать, — заметил Скорпиус, когда она исчезла из вида.

— Вот видишь, какие таланты пришлось загубить на корню, — улыбнулся Гарри, но уже Скорпиусу и вполне искренне. О том, успел ли он просмотреть документы, пожалуй, спрашивать и не стоило. — А ты, между прочим, мог бы и сказать Амели, что зайдешь за больничными картами в другой раз. Зачем было гонять ее почем зря?

— А разве это не вызвало бы подозрений? — удивленно посмотрел на него Скорпиус.

— У кого, у Амели? — переспросил Гарри, вопросительно выгнув бровь. — Не думаю. Скорее наоборот: она была бы очень рада увидеть тебя вновь и в самое ближайшее время. Видел бы ты, как она мчалась к тебе с флаконом! Кстати, я повторю вопрос: для чего тебе зелье?

Гарри не повезло и на этот раз: Амели вновь предстала перед ними, избавив тем самым Скорпиуса от необходимости отвечать.

— Мистер Малфой, вот амбулаторные листы двух пациентов, которыми вы интересовались, — она перевела дыхание и потянула ему листы.

— Огромное спасибо, — повторил Скорпиус и, открыв папку, сделал вид, что читает. — Ох, нет, боюсь, что мы ошиблись, — сказал он Гарри пару минут спустя. — Это не они.

— Что ж… — Гарри подыграл, сделав задумчиво-озабоченное лицо. — Тогда у нас остался только один вариант… — они со Скорпиусом многозначительно переглянулись, а у несчастной Амели глаза буквально засияли от восторга. — Всего хорошего, Амели, нам пора.

— Всего хорошего, — эхом откликнулся Скорпиус, и они с Гарри быстро пошли к выходу.

Едва они достигли отшлифованных лестницы, как Гарри, не желая больше ни минуты задерживаться в больнице, схватил Малфоя за локоть, поспешно утягивая в аппарационную воронку. От неожиданности Скорпиус охнул, потерял равновесие и автоматически вцепился в первое, что попалось под руку — воротник мантии Гарри. Испугавшись, как бы Малфой не потерялся в аппарационном потоке, Гарри перехватил его рукой поперек талии и уверенно привлек к себе.

Так, практически в обнимку, они и вышли из воронки аккурат посреди кабинета, натолкнувшись на удивленный взгляд Кайла.

— Сэр, министр попросил вас зайти к нему, — отчеканил тот и, опустив глаза, стремительно вышел в приемную.

— Будь здесь, я скоро, — бросил Гарри и покинул кабинет.

Когда он вернулся, Скорпиус сидел за своим столом, откинувшись на спинку кресла, и, казалось, дремал. Присмотревшись, Гарри понял, что это только видимость — глаза у Скорпиуса были открыты, — но ясно было, что ему невыносимо скучно.

— Зелья нужны мне, чтобы заснуть, — сказал он, запоздало отвечая на дважды заданный вопрос. — К сожалению, сам по себе мой мозг выключаться не умеет.

— И давно ты на них сидишь? — обеспокоенно спросил Гарри. — А что будет, если вдруг у тебя под рукой не окажется зелья? И я имею в виду не день и не два… А неделю или месяц, к примеру, — представив масштаб возможной зависимости, он почувствовал, как вдоль позвоночника пробежал холодок.

— Вероятность, что так случится, не превышает пяти процентов, — заверил его Скорпиус. — Но если я останусь без зелий, то мозг будет отключаться автоматически при определенном уровне усталости. Проще говоря — буду отключаться примерно раз в три дня от недосыпа, — перевел он на человеческий язык и криво улыбнулся. — Что касается первого вопроса, то ответ очевиден: двадцать лет, три месяца и двадцать два дня.

— Да уж, очевиднее некуда, — беззлобно хмыкнул Гарри. — Слушай, а меня давно уже мучает один вопрос. Когда у тебя взялась эта манера бесконечно все считать? Только очень, очень прошу тебя, — он вскинул вперед руки, — не надо отвечать что-то типа «тринадцать лет, пять месяцев и десять дней назад». И в секундах тоже не надо, — и мягко улыбнулся.

Скорпиус улыбнулся, поколдовал мгновение над артефактом, переводя его в режим записи, и снял устройство с головы.

— Когда я был маленьким, мне было очень сложно, — сказал он, развернувшись к Гарри. — Когда помнишь всё на свете, придумывать что-то не приходится, а с воображением и тогда, и сейчас, у меня было туго. И поэтому играть, как все дети, я не мог. Все книги, к которым меня подпускали в силу возраста, я перечитал ещё в четыре года. Друзей у меня не было и быть, как вы понимаете, не могло. Большую часть времени — до тех благословенных нескольких секунд, когда мне в руки попадала очередная нечитанная книга, мой мир был ужасно скучен. До тех пор, пока мама, потеряв записную книжку, не попросила меня сосчитать, сколько времени прошло с последнего полива редкого пустынного цветка. Труда это не составило, но показалось занимательным. С тех пор я делаю это постоянно. — Скорпиус пожал плечами и чуть смутился, будто признался в чем-то постыдном. — Даже сейчас, когда мы говорим, я считаю, сколько раз вы вдохнули, сколько выдохнули, сколько секунд длится разговор и сколько слов каждый из нас произносит.

— Нет, только не говори эту цифру вслух, — шутливо отмахнулся Гарри. — А то вдруг через пару лет я решу пересчитать, сколько раз вдыхаю и выдыхаю, а данные не сойдутся. И тут я пойму: возраст берет свое, мои легкие стареют и не справляются. Наверное, это меня огорчит, — философски закончил он. Затем с любопытством оглядел Малфоя и спросил: — Слушай, Скорпиус, а ты вообще никогда не отключаешь… как бы нормально сформулировать… ладно, скажу как есть… не отключаешь мозги? Всегда в режиме записи?

Скорпиус неожиданно замялся, но потом вдруг посмотрел Гарри прямо в глаза и четко ответил:

— Когда кончаю. Отключается сам. Но, как вы понимаете, ненадолго.

— Гмм-гмм, — поперхнувшись, откашлялся Гарри. — Понимаю… — невпопад ответил он, чувствуя, насколько нелепо выглядит со стороны.

— В остальное время, — как ни в чем ни бывало продолжил Скорпиус, — он работает автономно, хочу я того или нет. Мне, правда, всегда было интересно, что со мной будет, если выпить пару бокалов огневиски, но проверять страшновато.

Наверное, это было совсем по-ребячески, но отчего-то Гарри стало безмерно интересно посмотреть на выпившего Малфоя.

— Так ты вообще никогда алкоголь не пил? — удивленно переспросил он.

Скорпиус покачал головой.

— Мои мозги — национальное достояние, — сказал он с едва заметным оттенком горечи. — Какой уж тут алкоголь.

Уловив в голосе Малфоя тщательно скрываемую грусть, Гарри даже посочувствовал ему. Да, его мозги — это великий дар, но, как известно, все имеет свою цену. Мальчишка, по сути, даже юности лишен. Ему бы сейчас веселиться, гулять вовсю, с девками на шумных вечеринках зажиматься, и кончать, не подмечая, в какой точно момент произойдет «отключение мозга».

«Скорость фрикций — одна в секунду, отклонение от нормы в пределах трех процентов, расчетное время до оргазма — сорок две секунды».

Представив себе это, Гарри с трудом подавил нервный смех.

— А помимо счета? — быстро спросил он, чтобы отвлечься от жутковатой картинки. — Чем ещё ты увлекаешься?

Скорпиус смерил его взглядом, будто решал, можно ли доверить ему тайну.

— Мне нравится нырять, — признался не слишком охотно. — С чарами и без. И особенно — с жаброслями. Под водой время течет иначе.

Гарри уже смутно помнил свои детские впечатления, когда, проходя одно из испытаний Турнира Трех волшебников, впервые узнал, что такое жабросли. Но в памяти крепко-накрепко зацепилось ощущение, что под водой он провел полжизни, а не каких-то несчастных шестьдесят минут. И хотя перепугался он тогда не на шутку, и даже годы спустя искренне был убежден, что по доброй воле больше никогда сам не зайдет в воду, жизнь распорядилась иначе. После одного ранения в спину в далекой молодости, когда он служил еще рядовым аврором, колдомедики предписали ежедневное плавание — мол, полезно, тонизирует и избавит от болей. И если поначалу Гарри залезал в воду нехотя, то вскоре начал получать от процесса удовольствие.

— Да, — согласился он, — нырять это здорово.

— А вы, сэр? — чуть неуверенно поинтересовался Скорпиус. — Могу я узнать, чем увлекаетесь вы?

— Ну, как ты сам уже успел заметить, свободные вечера у меня выпадают крайне редко. А любое хобби требует немало времени, — слегка улыбнувшись, Гарри пожал плечами. Было, правда, одно хобби, но Гарри так давно о нем не вспоминал, что сейчас было непонятно, стоит ли вообще о нем говорить.

— Сэр? — Скорпиус вопросительно выгнул бровь.

— В общем, есть одно увлечение… И оно скорее маггловское. В свое время я всерьез увлекся моделированием существующих знаменитых зданий и сооружений. Из картона и клея делаю их уменьшенные копии, — пояснил Гарри. — Очень помогает отвлечься.

Пару секунд Скорпиус переваривал его признание, а потом широко улыбнулся.

— Отличное хобби! — похвалил искренне. — Столько всего можно посчитать! — и негромко рассмеялся.

Гарри тоже рассмеялся от души. Оказывается, с Малфоем не только удобно работалось — с ним было достаточно легко и приятно вот так просто поболтать. Мальчишка не был совсем уж занудой, что не могло не радовать.

Все еще улыбаясь, Скорпиус снова надел свой хитроумный прибор, и по генерируемому перед его лицом экрану побежал калейдоскоп картинок. В этом месиве невозможно было уследить даже за одним изображением, и Гарри в очередной раз поразился тому, что мозг Малфоя до сих пор не вскипел. Неудивительно, что вырубать его приходится зельями. А оргазм тогда, видимо, перезагрузка.

Кстати, об оргазме. Точнее, не о нем самом как явлении, а о конкретно малфоевском… Сейчас, наблюдая украдкой за Скорпиусом, Гарри поймал себя на мысли, что невольно пытается представить мальчишку в самый что ни на есть интимный момент. А еще стало любопытно, есть ли у него кто для подобных перезагрузок.

«Конечно же, есть, что за глупые вопросы!» — мысленно фыркнул Гарри. С чего вдруг Малфою коротать свободные вечера в одиночестве? Молодой, красивый, успешный — такие, как он, всегда идут нарасхват. Но, с другой стороны, Гарри с большим трудом представлял ту девушку, которая сможет вытерпеть весь этот бесконечный счет до стадии, когда последует оргазм. Ведь действительно не так-то просто: поведение у Скорпиуса весьма специфическое.

А, впрочем, ему-то какое дело? Влезать в личную жизнь сотрудников Гарри не привык и не желал. Поспешно отвернувшись, он выудил из ящика верхнюю папку и уткнулся в нее, пытаясь вникнуть в содержание сводки за последнюю неделю.

Глава 2

С тех пор как Скорпиус появился в Аврорате, работать стало значительно спокойнее. Повысившаяся в разы раскрываемость и возможность порой предугадывать преступления облегчили жизнь до такой степени, что срочный вызов среди ночи Гарри услышал далеко не сразу.

— Да! — отрывисто бросил он, наконец проснувшись и сообразив, в чем дело.

— Мистер Поттер, ещё один сквиб, — сообщил дежурный аврор. — Врачи говорят, что у этого амнезия частичная.

От сонливости не осталось и следа. Наспех обдав себя очищающими чарами, Гарри оделся, аппарировал на гладкие каменные ступеньки и вошел в здание больницы, на ходу застегивая воротник аврорской мантии.

В прошлом месяце трое волшебников напрочь лишились магии и памяти, а ни в Мунго, ни в Аврорате до сих пор не знали, что с этим делать. Одни разводили руками — мол, помочь ничем не можем, случаи необычные, сталкиваемся с подобным впервые. А другие понятия не имели, как выяснить, кто причастен к этому безобразию, и наказать виновных не могли.

Поэтому Гарри очень надеялся на показания нового пострадавшего. Возможно, тот вспомнит нечто важное, и у следствия, наконец, появится зацепка, пусть даже и крохотная.

Поговорив с врачами и получив разрешение на допрос, Гарри отправил Скорпиусу Патронуса и подошел к окну, задумчиво вглядываясь в ясное звездное небо. Долго ждать не пришлось: через пару минут Скорпиус предстал перед ним. Заспанный, но весьма решительно настроенный на работу.

— В какую палату идем, сэр? — с ходу начал он.

— Его положили вместе с остальными. Идем, не будем терять время, — бросил Гарри и устремился по коридору. — Ты как, проснулся?

— Боюсь, я принял зелье только два часа двадцать минут назад, — покачал головой Скорпиус. — Могут быть заторможенные реакции еще в течение трех-четырех часов. Но работать я способен.

— Это главное, — поколебавшись, заметил Гарри, хотя вся эта история с зельями ему очень не нравилась.

У палаты они столкнулись с поджидавшим их врачом.

— Пациент явно пережил глубокую психическую травму, — сказал он, озабоченно покачав головой. — Боюсь, рассчитывать на достоверную информацию не приходится. Может быть, лучше поговорить с ним после хотя бы предварительной терапии?

— Сейчас! — отрезал Гарри и решительно распахнул дверь палаты.

На больничной койке, сиротливо свернувшись калачиком, лежал мужчина тридцати пяти-сорока лет. Испуганно взглянув на вошедших, он сильнее вжался в подушку и натянул одеяло до самого подбородка.

— Кто вы такие? — сбивчиво пролепетал он.

— Мистер Поттер, — обеспокоенно взглянув на пациента, проговорил врач. — Боюсь, что сейчас от беседы не будет никакого толку. Все же вам лучше прийти завтра.

— Оставьте нас, — не глядя на доктора, Гарри шагнул к дрожащему мужчине, трансфигурировал из светильника стул и сел рядом с кроватью. — Не волнуйтесь, вы в безопасности. Скоро вы сможете отдохнуть, — обратился он уже к пострадавшему, — но для начала ответьте на несколько вопросов. Так мы сможем быстрее узнать, что с вами случилось.

Мужчина недоверчиво взглянул на Гарри, перевел взгляд на Скорпиуса и неуверенно кивнул.

— Прекрасно. Назовите свое имя, — продолжил Гарри. — И скажите, вы помните, как очутились здесь?

— Не-ет, — заикаясь, протянул мужчина. — Помню их глаза. Большие, без ресниц, как у насекомых. И блестящие стены.

— Что? — переспросил Гарри, не сумев скрыть удивление. — Чьи глаза?!

— Я не знаю, что им было нужно, — мужчина натянул одеяло ещё выше. — Они не спрашивали. Только свистели что-то. Я, конечно, не понимал, язык-то не человеческий.

— Так, давайте по порядку, — решительно пресек этот поток воспоминаний Гарри. — Что с вами произошло?

— Я спал. Меня разбудил свет, — мужчина прищурился, как если бы в глаза бил мощный прожектор. — А потом я полетел… Я думал, что мне это снится. Я полетел по воздуху к чему-то большому, блестящему. Похоже на диск для метания, только очень большой. Внутри были они. Разговаривали, будто как воробьи щебетали. А потом я снова уснул и проснулся здесь.

— Это все? — спросил Гарри, посмотрев на мужчину в упор. — Может, вам запомнились какие-то детали? Ощущения?

— Нет… — отрешенно отозвался тот. — Только… Я помню холод… да, было очень холодно, — сбивчиво пролепетал он.

Гарри еще раз окинул его долгим внимательным взглядом и, поняв, что ничего более он не расскажет, встал со стула.

— По-хорошему, легилименцию к нему применить бы… — словно размышляя вслух, произнес Гарри, подойдя к наблюдавшему за ними Скорпиусу. — Но, боюсь, что лишнее вторжение в сознание может стать для него плачевным. Что скажешь?

— Скажу, что у него, похоже, бред. — Скорпиус с нескрываемым сочувствием посмотрел на мужчину. — Ни одно волшебное существо не обладает описанной внешностью, а упоминаний о большом летающем диске не встречается ни в одном архиве.

— Не скажи… — задумчиво покачал головой Гарри. — В маггловских архивах таких упоминаний предостаточно.

— Маггловских?.. — озадаченно повторил Скорпиус. — У меня нет к ним доступа. И что же за упоминания вам известны?

— Всего навскидку и не перечислишь, — произнес Гарри. — Да здесь и не самое подходящее место, — вернув светильнику прежний вид, Гарри отлевитировал его на прикроватную тумбочку. — Всего хорошего, — бросил он мужчине, жадно ловящему каждое его движение. — Сейчас пойдем ко мне домой, — кинул он Скорпиусу, направился к двери и шагнул в коридор.

— Домой, сэр?.. — переспросил Скорпиус с крайней степенью удивления в голосе. — Сейчас?.. Но… — он замолчал, что-то обдумывая, а потом неуверенно согласился: — Что ж, хорошо. Но напоминаю: я принял зелья, поэтому не обижайтесь, если я отключусь сразу после секса.

Смысл сказанных Малфоем слов дошел до Гарри не сразу. Он по инерции сделал еще несколько шагов и лишь потом застыл, словно получив Петрификус в спину.

— Что?! — переспросил он. — Какого секса? Малфой, ты в себе вообще?

— Нет, — с готовностью согласился Скорпиус. — Прошу прощения. Так куда мы идем и зачем? — уточнил он, внимательно глядя на Гарри.

— Ко мне домой, — настороженно повторил Гарри, встретившись с ним взглядом. — Будем читать про НЛО, — добавил он и зашагал по коридору.

Сказать, что Скорпиус только что обескуражил его, все равно, что ничего сказать. Неужели Малфой всерьез решил, что Гарри тащит его домой потрахаться? Очень похоже. Более того — Скорпиус был вовсе не против.

Выводы напрашивались сами собой, но Гарри еще мог надеяться, что они скоропалительны. Мельком взглянув на Скорпиуса, он молча продолжил путь.

И только аппарировав, он запоздало сообразил, что читать про НЛО было уже как-то поздновато. И что приглашение домой в три часа ночи действительно выглядело несколько двусмысленно. Успокоив совесть обещанием, что даст Скорписусу отоспаться утром, Гарри указал Малфою на тапочки и, когда тот переобулся, повел его в кабинет.

— Вот тут можно найти любой архив, что тебе нужен, — кивнул он на компьютер. — А здесь есть все нужные сведения о том, как им пользоваться. — Покопавшись в ящике стола, Гарри вынул оттуда книгу «Компьютер для чайников». — Остальное можно найти в Интернете.

Скорпиус взял книгу и быстро пролистнул её от корки до корки.

— Как интересно! — выдал он восхищенно. — Могу я?.. — он потянулся к компьютеру.

— А ты думаешь, зачем мы сюда… — Гарри замолчал на полуслове, мысленно отвесив себе подзатыльник. — В общем, — не дожидаясь ответа, поспешно добавил он, — осваивай маггловские технологии. Я кофе сварю и вернусь, — он развернулся, направляясь к двери. — Ты, кстати, будешь? — бросил из-за плеча, запоздало вспомнив о вежливости.

— Если вас не затруднит, не отказался бы, — кивнул Скорпиус, внимательно рассматривая компьютерную мышь. — Почему мне раньше не говорили о таком?.. — протянул с сожалением.

— Берегли национальное достояние, — буркнул Гарри и ушел на кухню.

* * *

— Я нашел наиболее полные архивы по интересующему нас вопросу, — обрадовал его Скорпиус, когда Гарри вернулся в кабинет. — Только они почему-то зашифрованы. Но я уже почти разобрался с защитой. Отличный информационный ресурс этот NASA!

— NASA? — переспросил Гарри, отчаянно не зная, как ему реагировать на происходящее: то ли смеяться, то ли плакать уже в самую пору. — Скорпиус, а давай мы оставим эту защиту в покое, а? — мягко попросил он. — Пусть они там живут спокойно. Да и мы заодно. — Сейчас он говорил теми же интонациями, как упрашивают потенциальных самоубийц слезть с балконного карниза, только вот на Малфоя они отчего-то не действовали. — Да отвлекись же ты! — рявкнул Гарри неотрывно пялящемуся в экран монитора Малфою.

Скорпиус моргнул и с трудом оторвался от компьютера, переводя взгляд на Гарри.

— Сэр? Что-то не так? — спросил он. — Мне немного осталось, там столько всего! Только страницы медленно загружаются, поэтому я немного долго.

Маггловские технологии шагнули вперед настолько далеко, что, услышав про «медленно загружаются», Гарри только усмехнулся.

— Это засекреченная правительственная база, — пояснил он искренне недоумевающему, почему его остановили, Малфою. — Всё равно что архив Аврората под грифом «ноль». И только что, за каких-то пятнадцать минут ты умудрился всё взломать. «Как?» я уже даже не спрашиваю, просто прошу — сделай всё как было и быстренько свали куда-нибудь в более безопасные просторы Интернета.

— Поздно, мистер Поттер, — покачал головой Скорпиус, снова поворачиваясь к монитору. — Я уже в системе. И раз уж я тут, может, всё-таки быстренько глянем, что тут есть?

— Ну вот что мне с тобой делать? — вздохнул Гарри и поставил на стол две дымящиеся чашки. — Двигайся уже, хакер, — усмехнулся он. — Будем вместе смотреть. — Призвав из угла при помощи Акцио стул, уселся рядом. — Эээ, Скорпиус… — медленно продолжил. — А мы сможем потом свалить, не оставив следов? Пожалуйста, скажи, что да, — взмолился Гарри и улыбнулся.

— Если честно, не знаю, — виновато посмотрел на него Скорпиус. — Я не знал, что всё так серьезно. Но, в любом случае, вряд ли магглы придут к вам с обыском.

— Да вряд ли, конечно, — согласился Гарри. — Но все же постарайся не наследить, — и потянулся за чашкой ароматного кофе. — Ой, — спохватился он. — Я не узнал, нужен ли тебе сахар. Просто я без него всегда пью, а о тебе и не подумал.

Скорпиус с сомнением посмотрел на кофе, но мужественно покачал головой.

— Ничего, не беспокойтесь. Выпью и без сахара.

Он поставил разрешение экрана на максимум, чтобы видеть сразу как можно больше текста, и стал щелкать мышкой с лихорадочной скоростью.

Гарри не смог бы ответить, зачем он сам сидел рядом. Естественно, та скорость, с какой Малфой привык работать с информацией, ему была не по зубам. Глаза Гарри фиксировали лишь бесконечное мельтешение текста и картинок.

Решив, что, должно быть, он только мешает Скорпиусу своим присутствием, Гарри уже собрался встать и переместиться на диван у стены, но передумал. Нет уж, пусть он лучше все-таки будет рядом, а то этот юный гений, того гляди, еще и в базу данных ФБР играючи влезет.

Как оказалось, этого не потребовалось.

— Они постоянно ссылаются на какой-то ЭфБиАй, — сказал Скорпиус несколькими минутами позднее, оставляя в покое мышку и разминая уставшую с непривычки руку. — И если верить ему, таких случаев, как у нас, было минимум сто двадцать три. И ещё примерно триста шестьдесят два с совпадением от пятидесяти до восьмидесяти процентов. Вот только магами эти люди, разумеется, не были, и говорить о разрушении магического ядра не приходится. Основной теорией является похищение людей инопланетянами с целью изучения. Если брать эту теорию за основу, я вижу несколько вариантов: разрушение ядра произошло непреднамеренно во время экспериментов по изучению человеческой природы; разрушение было преднамеренным в качестве эксперимента; разрушение произошло под воздействием излучения инопланетной техники на борту инопланетного корабля, именуемого НЛО.

— Вот видишь, наш последний пострадавший не просто бредит. Он лишь повторяет тот бред, что придумали гораздо раньше него, — выдохнул Гарри, потирая виски.

— Если я вас правильно понял, сэр, вы ставите эти теории под сомнение, — растерянно моргнул Скорпиус. — Но… тогда зачем все это было нужно читать?

— Затем, чтобы ты понимал то, что понимаю я. Я не говорил тебе уверовать в инопланетный разум, я сказал тебе ознакомиться с тем, с чем уже сталкивались магглы. А природа всех этих похищений и экспериментов может быть вполне наша, земная.

— А как же все эти технологии? Разве магглы настолько резко поднялись в своем развитии? Отчего же тогда по Лондону не летают тарелки?

— А это, Скорпиус, уже совсем другой вопрос, — Гарри покачал головой. — И гораздо более интересный.

Скорпиус нахмурился и снова защелкал мышкой.

— Посмотрите сюда, сэр, — позвал он через пару минут и сделал разрешение экрана обычным. — Это засекреченные файлы по делу Роузвельского инцидента в тысяча девятьсот сорок седьмом году. Видите эти фотографии? Я могу с уверенностью девяносто девять процентов утверждать, что подобное существо не принадлежит изученной фауне планеты Земля, ни маггловской, ни магической. Также тут полное досье на то, как была допущена утечка информации, и какие меры после этого были приняты. Есть ещё несколько похожих дел, посмотрите.

Экран высветил несколько фотографий, как старых и мутных, так и современных, отличного качества. На всех были изображены существа, лишь отдаленно похожие на людей.

Гарри не раз видел похожие снимки на всевозможных интернет-ресурсах. Ясное дело, тут как с религиозным учением: любо принимаешь созданные догмы за чистую монету, либо нет. Однако в эту «религию», столь активно преподносимую магглам в последнее время, Гарри верить категорически отказывался. Спроси его Скорпиус, какие доводы он может привести против, он и не нашелся бы с ответом, кроме как с банальным: «Да бред это все и точка».

— Вижу, — ответил наконец Гарри. — Скорпиус, думай приземленнее, очень прошу тебя. Иначе ты и сам в дебри забредешь, и других за собой потянешь.

— Хорошо! — Скорпиус откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на Гарри. — И вот мой приземленный вердикт: другой версии на данный момент, исходя из имеющихся материалов, у меня нет. Либо НЛО, либо галлюциногенный бред. Но вероятность последнего, учитывая всё это, — он кивнул на экран, — не более одной десятой процента.

— Хорошо, я понял тебя, — спокойно ответил Гарри. — Тогда вбей в поисковик «компьютерная графика» и, следом, принцип работы программы «Photoshop». Давай, — хмыкнул он, посмотрев на подозрительно прищурившегося Скорпиуса. Затем выпрямил спину, покачал головой из стороны в сторону и лег локтями на стол, продолжив наблюдать за резво клацающим по клавиатуре Малфоем. Интересно, и что он теперь скажет?

— Ладно, вашу мысль я понял, — протянул Скорпиус несколько разочарованно. — Но вероятность того, что в NASA под грифом сверхсекретно будут подделки, не превышает сорока трех процентов.

— Ладно, не превышает, так не превышает, — отмахнулся Гарри, скрывая улыбку. — Но все равно, посмотри сначала, потом выводы делать будешь. — Он встал из-за стола и, прихватив пустые чашки, отправился на кухню.

«Все-то ты в процентах измеряешь, — мысленно вздохнул Гарри, ставя чашки в раковину и открывая кран с водой. — Знал бы ты, как все на самом деле происходит, — усмехнулся он. — А может, и хорошо, что не знаешь, а то небось вся твоя теория вероятности летела бы дракклам в задницу», — заключил он, уже домывая посуду.

Когда он вернулся, его ждал сюрприз. Подложив руки под голову, Скорпиус сладко спал прямо за компьютером, видимо, не справившись с действием зелья. На секунду стало совестно — и в самом деле, мог бы и до завтра подождать с незапланированной хакерской деятельностью, тем более, что ничего принципиально нового Скорпиус ему не сказал — лишь набил голову целой кучей псевдофактов. Хотя… Гарри ещё раз посмотрел на так и не закрытые картинки по соседству со статьей «как отличить фотографию-подделку». Надо будет спросить потом у Малфоя, выявил он подделки или нет. Если уж кто-то и мог это сделать, так только он.

Оглядевшись по сторонам — мальчишку надо было бы уложить спать по-человечески — Гарри отправился в спальню и, взяв подушку с одеялом, вернулся в кабинет. Увеличив при помощи заклятия диван, Гарри аккуратно отлевитировал никак не отреагировавшего на перемещение Скорпиуса на трансфигурированную кровать. Да, что-то с этими зельями и «отключениями» явно не так, раз Малфой даже бровью не повел, пока он его укладывал. Избавив Скорпиуса магией от мантии и оставив в брюках и рубашке, Гарри накрыл его одеялом и посмотрел на результаты своего труда — подоткнув руку под щеку, Скорпиус сладко засопел, — удовлетворенно кивнул и вышел из кабинета.

Несколько часов сна ему тоже ох как не помешают.

* * *

Проснулся он с первыми лучами солнца, сказалась давняя привычка вставать на заре. Приняв душ, Гарри отправился на кухню — горячая чашка кофе была бы как нельзя кстати. Достав из шкафа все необходимое, он подошел к плите, сотворил Темпус и, удостоверившись, что Скорпиуса можно не будить еще час, занялся приготовлением напитка.

Запоздалая мысль, что Скорпиуса мог кто-то ждать, подкралась неожиданно и тут же заставила пожалеть о том, что он не разбудил мальчишку ночью. Он представил себе озабоченную Асторию, заламывающую руки в ожидании, когда откроется для посетителей Мунго, или красивую девушку, малфоевскую пассию, занимающуюся тем же самым. Хотя, учитывая, как легко согласился вчера Скорпиус на секс, вряд ли эта пассия действительно существовала, а даже если и да, то не факт, что это была именно девушка.

От совершенно не должностных мыслей повело голову. Видимо, начал сказываться длительный перерыв в личной жизни. Очень длительный. Нет, Гарри вовсе не жаловался и ни в коем случае себя не жалел: садясь в кресло Главы Аврората, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что большую часть своих ночей будет проводить в одиночестве. И хорошо, если еще дома, а не на жесткой кушетке в собственном кабинете.

И хотя засматриваться на подчиненных — последнее дело, будить Малфоя Гарри шел с едва сдерживаемым предвкушением.

Скорпиус спал, скомкав одеяло и засунув его себе между ног. И всё бы ничего, если бы он не успел каким-то мистическим образом избавиться за ночь от брюк и рубашки. Трусы яркого небесного цвета вызывающе обтягивали круглый зад и хороший утренний стояк. От такого зрелища Гарри на несколько долгих секунд завис на пороге, а потом поспешно ретировался обратно на кухню.

Нет, Скорпиуса он, конечно, разбудит, но сначала выпьет кофе!

Впрочем, было уже не до кофе совсем. В два глотка осушив чашку, Гарри даже не почувствовал ни привычного вкуса, ни обжигающей терпкости любимого напитка. Стоило лишь вспомнить о раскинувшемся на постели Малфое, как яйца подобрались, в паху потяжелело, а собственный член отозвался рваными толчками, стремительно наливаясь кровью и болезненно упираясь головкой в жесткую ширинку брюк.

«Все, приехали», — обреченно подумал Гарри, отставив чашку в сторону. Да тут впору не кофе глушить, а заварить чаек с мятой и валерианой.

Или сходить посмотреть на Малфоя ещё раз. И даже, может быть, потрогать. Провести ладонью по бедру, скользнуть по заднице, погладить бок, сжать плечо… Потрясти, разбудить и сбежать в ванную. Давно он, кстати, не дрочил, и сейчас, похоже, самое время наверстать упущенное. И вы подумайте только — голубые трусы!

Медленно, чувствуя себя едва ли не преступником, Гарри вернулся в кабинет и на этот раз плотно закрыл за собой дверь.

Затаив дыхание, Гарри подошел к все еще спящему Скорпиусу и замер, пережидая новую волну возбуждения. Скорпиус лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и невольно демонстрировал обтянутый яркой тканью зад.

«Черт, такие трусы нужно запретить в законодательно», — заключил Гарри, мазнув взглядом по круглым поджарым ягодицам. Малфоя очень хотелось потрогать, к тому же, пора было его будить, но Гарри стоял, так и не решаясь к нему прикоснуться.

В конце концов его нерешительность была наказана. Скорпиус сладко выдохнул во сне и медленно перевернулся на спину. Не слишком крепкий утренний стояк натянул тонкую голубую ткань с пятнышком смазки, и Гарри гулко сглотнул, заметив кончик высовывающегося из-под резинки очень и очень крупного члена.

— Скорпиус, вставай, — глухо произнес он, заставляя себя перевести взгляд на расслабленное лицо. Но Малфой спал настолько крепко, что не слышал его голос. — Скорпиус, — Гарри повторил громче, легонько тряхнув его за плечо, — просыпайся, говорю.

В ответ Скорпиус лишь смял подушку и ткнулся в нее лицом.

— Да что ж это за зелье такое?! — буркнул Гарри и с силой потряс Малфоя. — Подъем, аврор! — рявкнул во весь голос. Эффект его действия возымели, но не совсем те, на которые он рассчитывал — Скорпиус что-то простонал, толкнул бедрами воздух, и член под трусами окончательно затвердел. Гарри несколько долгих секунд разглядывал туго обтянутые тканью яйца, рельефный ствол и головку члена, кокетливо торчащую наружу высоко над резинкой трусов, а потом вытащил палочку и хрипло прошептал: — Агуаменти!

Струя холодной воды полилась Малфою на лицо, и Гарри приготовился отпрыгнуть в сторону, если реакция проснувшегося Скорпиуса будет слишком бурной, но тот почему-то не спешил вскакивать и вопить. Прямо под водяной струей тот сладко потянулся, потер ладонями лицо, умываясь, и сонно сказал:

— Да-да, встаю. Фините!

Реакция Малфоя была не просто неожиданной, а выбивалась из всех правильно-возможных. Уму непостижимо, чтобы человек спросонья вот так спокойно отреагировал на холодную воду!

А если и не спросонья вовсе… Неужели Малфой просто занимался демонстрацией своих прелестей, мол, посмотрите-оцените, отчего вчера отказались?

— И зачем было притворяться, что спишь? — нахмурился Гарри.

И вот тут Малфой наконец отреагировал правильно — распахнул глаза, быстро заморгал, смаргивая с ресниц воду, и резко сел, с ужасом глядя на Гарри.

— Мистер Поттер?! — выдохнул он с ужасом и замер, явно включив свои супермозги. — О-о-о… — протянул с непонятным выражением. — Ясно… Простите, сэр, я уже встаю, — он потянулся за валяющимися возле кровати брюками. — Долго будили?

— Мерлин, чего ты так перепугался, — оторопело произнес Гарри. Он и сам не ожидал, что так напугает мальчишку. — Нет, не долго, — буркнул он, поспешно отворачиваясь от пытающегося побыстрее влезть в брюки Малфоя. — Да не спеши ты так, время еще есть, — добавил он, услышав за спиной торопливую возню. — Кстати, а в душ тебе не надо? По лестнице наверх, затем направо, последняя дверь. Полотенце возьмешь там на полках.

— Да, сэр, понял, сэр, спасибо, сэр, — скороговоркой пробормотал Скорпиус. Уши и щеки у него уже просто пылали, и Гарри поспешил выйти из комнаты. Теперь он окончательно ничего не понимал. Значит, мальчишка не притворялся. Тогда как, черт побери, он мог остаться таким спокойным под водопадом ледяной воды?! Если только… Тут Гарри нахмурился. Если он спит так крепко всегда, то, возможно, только водой его и будят… Но кто? Зачарованный будильник? Эльфы? Жена?

Представив подобные ежеутренние подъемы, Гарри поежился. Так же и с ума сойти недолго. Хотя, если дело привычки…

Блядь… куда вообще смотрят его отец с матерью? Чтобы уснуть, чадо глушит зелье, после которых разбудить его можно только ведром ледяной воды. Они вообще в курсе, что происходит с их наследником?

«Конечно, в курсе, — одернул себя Гарри. Помнится, Малфой говорил, что принимает эти лекарства с детства. — Мерлин, да неужели этот дар стоит той цены, что каждый день платит Скорпиус?» — ужаснулся он, почувствовав, как сердце сжалось от сочувствия к мальчишке.

Скорпиус вошел на кухню уже через десять минут, всё еще смущенный, но уже взявший себя в руки.

— Простите, сэр, мне следовало вас предупредить, — сказал он с таким раскаянием, будто совершил смертный грех. — Таковы особенности моего организма, чтобы включить и выключить, нужно нажимать на кнопки. Я могу проснуться сам, но не знаю, сколько времени это займет. Самый длительный эксперимент, на который решились мои родители — семьдесят пять часов двадцать три минуты.

— Ты проспал около трех дней? — зачем-то уточнил Гарри. Скорпиус слегка кивнул и растерянно улыбнулся. — Не стой в дверях. Завтракать будешь? — спросил он, ныряя в холодильник. — Только… пища у меня очень пресная. Не уверен, что она придется тебе по вкусу. Но другого нет. К приходу гостей я готов не был, — и поставил на стол кастрюлю с приготовленными на пару овощами и миску с вареным куриным филе.

Скорпиус поглядел на угощение и, снова покраснев, сказал:

— Ещё раз извините, сэр, я не хотел вас смущать. Думаю, мне лучше уйти. Тем более, мне ещё нужно покормить сов.

— Ну что ж… — Гарри озадаченно посмотрел на него. — На самом деле ты ничуть меня не смутил… Но… если тебе надо, то, конечно… через час в Аврорате, — бросил он, потянувшись за тарелкой. Черт знает что такое, но он не думал, что Малфой захочет уйти, и уже даже настроился на совместный завтрак. Да, он мог предложить ему только пропаренную гадость — наверняка Малфой привык питаться иначе и только из вежливости не кривит нос, но Гарри очень, очень хотел, чтобы тот остался. — Погоди, — воскликнул он. — Так а эльфы на что? Или вы им не доверяете совятник? — и выдавил улыбку.

— У меня нет эльфов, — пожал плечами Малфой и, помявшись, всё-таки сел за стол. — На доме очень много Следящих чар разной конфигурации, и они срабатывали бы на эльфов. И, предвосхищая вопрос: чары нужны, разумеется, в первую очередь для того, чтобы не дать мне впасть в спячку. Но также и для кое-каких подсчетов, — он улыбнулся и потянулся за солонкой. — А совы… Взрослые молодняк, конечно, накормят, но потом придется убирать непереваренных мышей.

— Значит, ты любишь сов, — с улыбкой заключил Гарри и, глянув на усевшегося за стол Скорпиуса, взял вторую тарелку и поставил ее перед ним вместе с приборами. — И что за самый ценный экземпляр коллекции? — он открыл крышки кастрюль и разогрел еду при помощи чар. — Накладывай, — сказал он наблюдавшему за ним Малфою. — Здесь овощи на пару, — он кивнул на кастрюлю побольше размером, — а здесь куриное мясо. Вареное, — и показал на миску.

К его удивлению, Малфой наложил сразу полную тарелку и начал с аппетитом есть, лишь немного посолив овощи.

— Я не коллекционирую сов, — возразил он. — Просто… Так получилось, что у меня их стало много. Трех купил, двух подобрал, пятеро сами родились. Сейчас вот двое подрастают, скоро пристраивать буду. Примерно через двадцать пять дней.

— У меня тоже раньше была сова, — с грустью сказал Гарри. — Невероятно красивая и умная, — он потянулся к кастрюлям и наполнил свою тарелку. — А ты давно отдельно от родителей живешь?

— Если считать Хогвартс, то двенадцать лет, три месяца, четыре дня, девятнадцать часов, семнадцать минут. Точное количество секунд назвать затрудняюсь, потому что не знаю, во сколько точно тронулся Хогвартс-экспресс, — Скорпиус невозмутимо отправил в рот кочанчик брюссельской капусты.

— Это колоссальное упущение, — напустив на себя самый серьезный вид, сказал Гарри. — Правда, я спрашивал, скорее, о том, когда ты съехал из мэнора, — и принялся за завтрак.

— Я не съезжал, — пожал плечами Скорпиус. — Из Хогвартса я сразу же был направлен в спецподразделение авроратского училища, а оттуда вернулся в купленный за время обучения дом. В училище разрешалось держать сов, и поэтому переезжали мы уже дружной компанией.

— Я уж думал, мне на голову опять посыпятся поминутные данные с детальным отчетом действий, — улыбнулся Гарри. — Ты наелся? — спросил он, заметив, что тарелка Малфоя была уже пуста. — Если что, бери еще.

Скорпиус чуть смущенно кивнул, поблагодарил и… навалил снова полную тарелку.

— Мозг расходует очень много энергии, — пояснил он на изумленный взгляд. — Приходится много есть. Стараюсь есть побольше жирного и мучного. Забавная диета, правда? — он усмехнулся и начал снова методично уничтожать овощи.

— И куда оно только все девается? Жирное и мучное? — удивленно протянул Гарри, воскресив в памяти безупречную фигуру Скорпиуса. — А вообще я тебе даже немного завидую. Я вот давно отказался от… вкусной еды, поэтому приходится есть полезную, — и кивнул в сторону кастрюль, едва сдержав себя, чтоб не скривиться.

— А по мне так наоборот, — возразил Скорпиус. — Это вкусно. В детстве-то я ел как все, как раз овощи и вареное мясо. Так что для меня это вкус детства и редкий деликатес, потому что с такого завтрака я проголодаюсь примерно через тридцать семь минут. Но вы не волнуйтесь, — добавил он поспешно. — Работе это не помешает. Я съем пару энергетических батончиков.

— Никогда бы не подумал, что кто-то назовет эту стряпню деликатесом, — рассмеялся Гарри, промокнув уголки губ салфеткой. — Рад, что угодил.

Скорпиус улыбнулся и, с сожалением глянув на оставшиеся овощи, достал из кармана таблетку. Закинул её в рот, проглотил и, встретившись взглядом с Гарри, вздохнул.

— Человеческий организм не рассчитан на те нагрузки, которым подвергает его мой мозг, — сказал он серьёзно и даже немного жестко. — Ему приходится помогать — засыпать, просыпаться, усваивать пищу. Иначе я уже давно сошел бы с ума и уж точно никогда не стал бы работать в Аврорате. Поэтому не надо, не смотрите на меня так. Я жив, функционален, обеспечен достаточной умственной нагрузкой и вполне счастлив.

— Да я и не думал… — Гарри на миг растерялся и от того, что Малфой сказал, и от того, как он это сказал. — И, Скорпиус, не принимай проявление заботы и беспокойство за жалость. Это совсем разные вещи, — выдохнул он, встал из-за стола и принялся убирать посуду. — Доедай весь деликатес, — он качнул головой в сторону оставшихся овощей.

Скорпиус кинул на Гарри виноватый взгляд и подтянул к себе миску.

— Я хотел бы посмотреть его воспоминания, — сказал, расправившись с овощами. — Пострадавшего. Понимаю, что сейчас это невозможно, но, может, позже.

— Я не знаю, когда врачи разрешат применить к нему легилименцию, и разрешат ли, — Гарри открутил кран с водой и принялся намыливать тарелки. — А в обход решения медиков, если честно, я боюсь это делать. Мало ли, как обернется для него вторжение в сознание. Тем более, очень похоже, что с его головой кто-то уже хорошо поработал.

— Думаете, это внушение? — Скорпиус понизил голос, как если бы их могли подслушать. — Такое вероятно, но я затрудняюсь назвать точную цифру в процентах. Слишком мало исходных данных. Сэр, я думаю, нам надо найти маггла, одного из тех, кто фигурировал в последних отчетах NASA.

— Практически уверен в этом, — кивнул Гарри. — Имя, возраст и его местонахождение, — и вопросительно посмотрел на Скорпиуса.

— Джон Фарпол, сорок два года, Америка, Штат Алабама, округ Ханствилл, Гроул Роад сто двадцать три, — бодро отрапортовал Скорпиус. — Надеюсь, в данном случае легилименция будет одобрена?

— В данном случае нам и не нужно чье-то одобрение, — ответил Гарри, мысленно прикидывая, как скоро для них двоих изготовят портключ до другого континента. — Чай, кофе? — спросил он. С завтраком пора было закругляться и мчаться в Аврорат.

— Спасибо, сэр, но теперь я все же вынужден буду сбежать домой и покормить совят, — виновато покачал головой Скорпиус. — Я буду в Аврорате через двадцать минут.

— Конечно, — улыбнулся Гарри. — Можешь не спешить. Мне все равно еще с Кайлом надо поговорить, поэтому ближайшие сорок минут ты мне точно не понадобишься.

Скорпиус кивнул и сдержанно поблагодарил.

— Спасибо, сэр. И еще раз извините за неудобства и… — он чуть замялся, но все же закончил: — И за то, что неправильно вас понял вчера.

— Не стоит, все нормально, — придя в себя от удивления, машинально выдавил Гарри. Что ни говори, а Малфой умел застать его врасплох. Вот и сейчас Гарри совсем не ожидал, что тот начнет извиняться. Причем по Скорпиусу было видно, что делает он это не из вежливости, а вполне искренне. Словно кадры из маггловского кино, перед глазами пронеслись сценки со Скорпиусом, работающим в его кабинете, а затем уснувшим прямо за его столом… и, наконец, в памяти, пусть и не абсолютной, но способной запомнить главное, всплыл образ спящего Малфоя в своих дерзких ярко-голубых трусах, с круглым задом, тихим стоном и хорошим утренним стояком огромного члена… — Все, давай, беги, — через силу улыбнулся Гарри, испытав нечто похожее на сожаление, что вчера так резко отбрил мальчишку.

* * *

— Сэр, я выяснил координаты для аппарации, надо сказать невыразимцам, чтобы настраивали портключ сразу на них, — Скорпиус встретил Гарри в кабинете, проигнорировав слова про сорок минут. — Я могу сходить к ним.

«Координаты? Уже? Мерлин, да когда же ты все успеваешь?» — подумал Гарри, закрывая дверь.

— Хорошо, сходи ты, — взвесив все за и против, заключил он. Так даже лучше, мне не придется ничего объяснять Кайлу. Но смотри… — добавил, помолчав с несколько секунд. — Если будут спрашивать: «Для чего?» — скажи, что не знаешь, мол, шеф передо мной не отчитывается. И поставь ментальный щит покрепче, а то ребята в том отделе — мастера те еще, сам знаешь. Влезут в голову, а ты и моргнуть не успеешь, как они прочитают тебя, словно книгу.

— Меня? — Скорпиус посмотрел на него с удивлением. — Вы правда думаете, что это возможно? Они свихнутся еще на пороге. В моей голове столько цифр, что разглядеть за ними что-то еще иногда не получается у меня самого.

Гарри еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Какой все-таки еще мальчишка! Весь такой уверенный в себе, которому и море по колено.

— Но все равно сделай, как я прошу, хорошо? — мягко проговорил он. Все же недооценивать невыразимцев не стоило.

— Хорошо, сэр, — кивнул Скорпиус, снимая с головы Генератор. — И посмотрите отчет второй группы, там какая-то путаница со временем. Либо они где-то налажали и пытаются скрыть, либо просто ошибка. Подробный отчет при необходимости изложу по возвращении.

— Спасибо, — кивнул Гарри. — Если встретишь по пути Кайла, скажи, чтобы зашел ко мне.

Пока Скорпиус вставал из-за стола, разглаживая несуществующие складки мантии, Гарри поймал себя на мысли, что неторопливо и совершенно не стесняясь разглядывает его, вспоминая все то, что сейчас скрывала аврорская форма. Гулко сглотнув, он резко отвернулся, схватил со стола первую попавшуюся папку и принялся изображать глубокую заинтересованность в написанном отчете. И только через несколько секунд понял, что держит листы вверх ногами.

Заставив себя успокоиться и взяться за дела, он, к своей чести, сумел разобраться с ошибками в отчете без помощи Скорпиуса. Отдав необходимые распоряжения во Второй отдел, он вызвал Кайла и сообщил ему, что до завтра Аврорат передается под его неусыпный контроль. Кайл от подобных перспектив заметно сник, особенно узнав, что и Скорпиуса тоже не будет, но пообещал, что все будет в порядке.

Не прошло и получаса, как Скорпиус, возбужденный и радостный, появился на пороге кабинета.

— Ну, как? — Гарри оторвался от бумаг. — Что сказали? Когда готов будет?

— Уже, — ответил Скорпиус и, подойдя к столу, продемонстрировал зачарованную шариковую ручку.

— А чего ты радостный такой? — спросил Гарри, взяв с раскрытой ладони их «билет» до Америки.

— Да вот… Проходил мимо и случайно решил невыразимцам задачку века, — хмыкнул Скорпиус. — Они почесали в затылках и потащили меня взглянуть еще на парочку. Через полчаса начальник отдела выписал мне постоянный пропуск и взял обещание заходить, как только будет свободная минута. Вы не возражаете, сэр?

— Не возражаю, — хмыкнул Гарри. Скоро о его Скорпиусе начнут слагать легенды далеко за пределами авроратского подразделения. — Только будь с ними поаккуратнее и… — наставительно произнес он и резко замолчал, оборвав себя на полуслове. Его Скорпиусе? С каких это пор Малфой вдруг превратился в «его»? — … в общем, держи ухо востро, — бесцветно закончил он.

— Так точно, сэр! — кивнул Скорпиус. — Но я должен сказать, что узнал сегодня немало интересного. Так что визиты к невыразимцам будут полезны обоюдно. Примерное время отправления, сэр?

— Если ты все дела закончил, то через пятнадцать минут, — деловито сообщил Гарри. — Переоденься в маггловскую одежду, — он встал из-за стола и направился к шкафу. Сменить аврорскую мантию на джинсы и свитер не мешало бы и ему самому. — Или в твоем гардеробе исключительно наша, волшебная? — кинул он, впол-оборота обернувшись на Скорпиуса.

— Есть несколько костюмов, — Скорпиус нахмурился. — Классических. Не то, да? На Диагон Аллее есть магазин маггловской моды, могу аппарировать туда.

— Да, лучше туда, — согласился Гарри. — Подбери что-то более повседневное.

Скорпиус вернулся ровно через пятнадцать минут, и одного взгляда на него хватило, чтобы вцепиться в стол и сильно пожалеть о том, что не догадался пойти с ним.

— Сэр, я не уверен, что эта деталь обязательна, но продавщица настаивала, — Скорпиус поправил на голове русскую шапку-ушанку со смешно торчащими в разные стороны ушами.

К майке-алкоголичке и синим тренировочным штанам она подходила идеально, так что продавщица по-своему была, конечно, права.

— Скорпиус, — Гарри затаил дыхание, чтобы не рассмеяться. — Где тебя так приодели? — удержаться не удалось, и он прыснул от смеха, но тут же взял себя в руки, глянув на растерянного и искренне непонимающего его реакции Скорпиуса. — Одуреть, — протянул он, подойдя к нему вплотную. — Никогда не видел шапку-ушанку воочию, — не спрашивая разрешения, он стянул ее с белобрысой макушки, — только на картинках.

— Я выбрал самый скромный костюм, — пожал плечами Скорпиус чуть обиженно. — Из тех, что подходили для предполагаемой климатической зоны. Что же до шапки, ее можно и снять, наверное? Или магглы считают, что необходимо носить весь комплект?

— Я уже боюсь предположить, что там из одежды предлагают для тропической зоны, — широко улыбнулся Гарри. — Так ладно, верни свой привычный облик. Только мантию не надевай, останься в рубашке и брюках. Сейчас пойдем в другой магазин. Поищем что-то наподобие этого, — и показал обеими руками на себя.

На нем были самые обычные джинсы и майка. Скорпиус кинул на него завистливый взгляд и буркнул:

— Такого там не было. Видно, слишком просто для тех магов, что гонятся за маггловской модой.

Он ушел в свой кабинет, закрыв за собой дверь впервые за все эти месяцы, и Гарри почувствовал себя неуютно — то ли из-за того, что слишком привык к их соседству с постоянно торчащей в проеме белобрысой головой, то ли из-за того, что Скорпиус сейчас снова в одних трусах небесно-голубого цвета.

Через минуту дверь распахнулась, и Скорпиус вышел уже в привычном виде.

— Я готов, — сдержанно сообщил он.

— Прекрасно, — кивнул Гарри и схватил его за руку, утягивая в аппарационный поток.

Аппарация была недолгой, и через минуту они очутились в безлюдном переулке.

— Идем, за углом как раз то, что нам нужно, — Гарри поежился от прохладного ветерка. — Ассортимент, конечно, отличается от того, что ты видел, но, думаю, тебе понравится, — и улыбнулся, вспомнив псевдорусский малфоевский прикид.

Скорпиус не ответил, с интересом оглядываясь по сторонам.

— Тут есть магия, — с удивлением сказал он. — Совсем мало, но есть. Магглорожденные постарались, не иначе.

— Магия? В этой части Лондона? — удивленно протянул Гарри. Восприимчивый обычно даже к малейшим колебаниям, сейчас он не чувствовал ровным счетом ничего. И это было странно.

— Возраст кирпичей и их износ не соотносятся и линии трещин характерны для некоторых старых защитных чар, — пояснил Скорпиус, махнув рукой на старое здание. — Впрочем, не могу сказать точно, есть ли магия до сих пор, но она была.

О, Мерлин! Гарри оставалось только мысленно простонать. Похоже, что в скором времени ему самому понадобятся «отключающие» зелья, если Скорпиус так и будет выливать на него ушатами всю информацию подряд.

Кивнув на ходу, мол, понял, Гарри ускорил шаг. Наконец, они вышли из переулка, повернули за угол и оказались аккурат у магазина с огромными витринами и прозрачными стеклянными дверями. Гарри поднялся по глянцевым ступенькам и, подождав замешкавшегося Скорпиуса, вошел внутрь.

Внутри Скорпиус огляделся и без сомнений отправился прямо к разулыбавшейся консультантке.

— Добрый день, — сказал он деловито. — Мой рост сто восемьдесят один сантиметр, обхват талии шестьдесят четыре сантиметра, бедер — восемьдесят три, груди — девяносто два, от паха до колена ровно сорок. Мне нужна одежда, как у этого человека, — он кивнул на Гарри. — Если можно побыстрее, — добавил, не замечая потрясения продавщицы, и улыбнулся.

— Да, конечно, одну минуту, — отойдя от потрясения, девушка вернула улыбку. — Присядьте, пожалуйста, на диван. Я постараюсь подобрать вам… идентичный вариант, — она окинула Гарри оценивающим взглядом. — А скажите, какую цветовую гамму вы предпочитаете? — она вновь обратилась к Скорпиусу.

— Может, ты тоже как-то поучаствуешь? — Гарри спросил тихо, чтобы лишний раз ненароком не поставить Скорпиуса в неудобное положение. — Пойди посмотри, что у них есть. Наверняка ведь что-то приглянется.

Скорпиус неуверенно на него глянул, но к вешалкам все же пошел.

— Вот это, это и это, — он указал продавщице на футболки зеленого, черного и — тут Гарри едва не фыркнул — голубого цвета. — Что касается брюк — это на ваше усмотрение. А еще… — он прошел чуть дальше, воровато оглянулся на Гарри, быстро взял с полок несколько трусов в цвет выбранным футболкам и пошел к кассе.

— Молодой человек! — окликнула его продавщица. — Примерьте, пожалуйста! — она помахала выбранными футболками и продемонстрировала похожие джинсы вроде тех, что были на Гарри.

— Нет необходимости, — покачал головой Скорпиус. — Я и так вижу, что это мой размер. Посчитайте, пожалуйста.

Легко пожав плечами — похоже, с таким чудачеством девушка давно не сталкивалась — она подошла к кассе, аккуратно, едва ли не с благоговейным трепетом упаковала вещи в пакет и, широко улыбаясь, произнесла:

— Двести фунтов, пожалуйста.

Гарри поспешно встал, кляня себя, что забыл предупредить Скорпиуса о том, что магазин маггловский, и галлеоны тут не в ходу, но Малфой справился с проблемой самостоятельно, невозмутимо протянув продавщице евро из странного вида объемного кошелька.

— Я ведь могу расплатиться этой валютой? — спросил полуутвердительно.

— Конечно, сэр, — улыбнулась продавщица, с некоторым недоумением глядя на ворох купюр, количество которых намного превышало требуемое.

— Пожалуйста, — протянул он девушке купюры.

— Ваша покупка составит двести сорок евро, — переведя в удобную, как она считала, для Скорпиуса валюту, она выдала итоговую сумму. — Так много не требуется, — с улыбкой заключила она, кивнув на деньги в его руке.

— Конечно, — если Скорпиус и смутился, он этого никак не показал и спокойно отсчитал необходимую сумму. — Всего хорошего.

— Приходите еще! — ослепительно улыбнулась ему продавщица, явно решившая простить симпатичному клиенту некоторые странности.

— Непременно! — сверкнул в ответ улыбкой Малфой. — Я могу переодеться в примерочной?

— Эм… Конечно, — в очередной раз изумилась продавщица.

— Спасибо, — Скорпиус решительно двинулся к раздевалкам, потеряв к ней всякий интерес.

Переоделся он, конечно, с помощью магии — так быстро, что Гарри только успел подумать, какую же футболку он выберет, и приказать себе не смеяться, если выбор падет на голубую. К счастью, Малфой вышел в зеленой.

— Я готов, сэр, — сказал он.

Даже и говорить не стоило, что выглядел Малфой как модель с обложки глянцевого журнала. Мягкая футболка выгодно подчеркивала в меру развитую мускулатуру, а джинсы… ох, блядь, какие же они низкие… В общем, если Малфой вот так, весь день собирается щеголять перед ним своим идеальным, обтянутым донельзя узкими штанами задом, Гарри вовсе не был уверен, что к вечеру вся его выдержка просто-напросто не даст трещину. Если уже сейчас безумно хотелось увести Малфоя подальше от всех, сжать пальцы на его упругих ягодицах, вжать в стену, а затем трогать и трогать, хаотично исследуя его тело на ощупь.

— Вам очень идет, — тихо сказала продавщица. И, судя по заалевшим щекам, ее мысли не сильно разнились с мыслями самого Гарри.

— Тогда не будем терять времени, — сказал Гарри вмиг пересохшими губами.

Они вышли из магазина, прошли по проулку, и Скорпиус поморщился, подтягивая джинсы повыше.

— И чем это лучше, чем то, что купил я? — спросил недовольно.

— Ты серьезно? — опешил Гарри. — Только не говори, что и вправду не видишь разницы.

— Синие штаны не пытались продемонстрировать всем, какое белье я надел, — заметил Скорпиус, снова дергая джинсы вверх.

Даже и не думая сдерживать свое любопытство, Гарри опустил глаза: из под джинсов вызывающе торчала резинка трусов. Зеленых!

— Зато теперь ты, как человек, выглядишь, — выдавил Гарри хрипловатым голосом, заставив себя оторвать взгляд от соблазнительного изгиба поясницы.

— Прекрасно, — фыркнул Скорпиус. — Тогда я спокоен.

И демонстративно позволил джинсам сползти еще ниже.

Сделав вид, что не обратил на эту выходку никакого внимания, Гарри огляделся по сторонам и достал из кармана портключ.

— Если не хочешь вылавливать свои вещи по всей Атлантике, уменьши пакеты с одеждой и засунь их в карман, — произнес он, глядя четко прямо и вперед.

Скорпиус сделал, как он велел, и крепко ухватил его за локоть.

— Будет неприятно, — сказал напряженно.

— Очень, — подтвердил Гарри и активировал портключ.

Перемещение хуже было в его жизни только один раз — когда они с Гермионой и Роном убегали из Министрества. Рону тогда повезло меньше, его расщепило, но и самому Гарри досталось немало. Сейчас же это была обычная, но очень долгая и выворачивающая наизнанку аппарация. Их со Скорпиусом скрутило в жгут, переплело крепкой косой руки, ноги, и, кажется, едва ли не члены, и распутало только перед самым приземлением. На ногах оба не устояли — рухнули как подкошенные на бешено вертящуюся землю. Когда же перед глазами перестало наконец все кружиться, Гарри с трудом сел и крепко выругался.

— Вот блядь! — прорычал он. — И где мы?!

Вместо ожидаемого небольшого ранчо, вокруг была голая пустыня с редкими кустиками низкорослых трав.

Скорпиус застонал, сел, держась за голову, и огляделся.

— Не знаю, — признался слабым голосом.

— Эй, Малфой, — Гарри обеспокоенно оглядел не побледневшего, а уже позеленевшего Скорпиуса. — Ты у меня в обморок не грохнешься?

Вместо ответа Малфой лишь слабо мотнул головой, подтянул к себе ноги и уткнулся носом в колени.

— Воды? — Гарри пододвинулся ближе. Так, чтобы Скорпиус мог о него опереться.

— Нет, сэр, все нормально… Сейчас будет, — отозвался Скорпиус. — Я думаю, это заброшенное поле ранчо, — добавил с трудом. — Портключ делался с поправкой, чтобы не появиться в заметном месте. Нужно поискать сам дом.

Гарри еще раз внимательно его оглядел и, убедившись, что обморок Малфою и впрямь не грозит, поднялся на ноги. Вдалеке обнаружилась низина, где и правда виднелся дом. Точнее, его остатки.

— Когда, говоришь, был этот самый контакт? — чуя неладное, протянул Гарри.

— Шесть лет, восемь месяцев и двадцать четыре дня назад, — последовал уже куда более бодрый ответ.

— Похоже, что Джона Фарпола давно и след простыл. Посмотри, — Гарри подал Скорпиусу руку и потянул его на себя, помогая подняться на ноги, — вон туда, — он посмотрел на развалины.

— Значит, только зря пришли, — раздосадовано заключил Скорпиус.

— Ну уж нет, — решительно произнес Гарри. — Пообщаемся с местными. Наверняка кто-то да знает, куда он делся, — и зашагал к полуразрушенному дому.

Для того чтобы найти кого-нибудь, кто мог их понять, чего не могли сделать встречающиеся по дороге редкие коровы и козы, пришлось изрядно попотеть. После двух часов блужданий Гарри увидел одинокую лошадь под сенью реденькой акации и обрадованно кивнул на нее Малфою.

— А вот и транспорт! Давай садись и найди уже кого-нибудь. Я тебя тут подожду.

Он уже собрался было удобно устроиться в теньке, когда Скорпиус его огорошил:

— Я не умею ездить верхом.

Этого Гарри совсем не ожидал.

— Как не умеешь? — переспросил озадаченно, разворачиваясь к нему. — У вас в мэноре разве не полные конюшни арабских скакунов?

— Полные, и не только арабских, — Скорпиус с недоверием посмотрел на старенькую деревенскую лошадку, прислушивающуюся к их разговору. — Но мне не разрешалось к ним подходить. Слишком опасно — можно получить травму головы.

— Вот никакой от тебя пользы в полевых условиях, — фыркнул Гарри, распрощавшись с идеей передохнуть. Подавив волну иррационального раздражения на Скорпиуса, осторожно шагнул к лошади. Кобыла навострила уши и подозрительно покосилась на Гарри. — Спокойно, моя хорошая, — он медленно занес руку и погладил ее по бархатистой морде. — Я не причиню тебе вреда, — запустил вторую руку в чуть спутанную гриву. — Покажешь, где ты живешь? — и внимательно посмотрел на лошадь, словно ожидал ответа.

Кобыла нервно переступила с ноги на ногу, и тут Скорпиус вдруг громко чмокнул. Этот звук явно оказался знаком лошадке, и она медленно потрусила вперед.

— Вас подсадить? — поинтересовался Скорпиус, догоняя быстро шагающего рядом с лошадью Гарри.

— Подсади, — на миг задумавшись, согласился тот. Да, давненько у него не было практики в верховой езде. А особенно такой: впереди предстояла конная прогулка в самом специфичном ее проявлении. Гарри критически посмотрел на неоседланную кобылу, и отметая жалость к самому себе, решительно сказал: — Давай, я готов.

Скорпиус примерился, выбрал момент и схватил его за ногу, резко толкая вверх. Гарри оставалось только перекинуть свободную ногу через спину лошади и усесться на недовольно всхрапнувшей лошадке.

— Мне вас подождать или вы не будете скакать? — Скорпиус в свою очередь взялся за гриву и пошел рядом.

— Скакать я уж точно не буду, — ответил Гарри, устраиваясь поудобнее. Во всяком случае, насколько это возможно было сделать. — Но ты меня здесь подожди. Не будешь же ты всю дорогу вот так рядом плестись. Только если… — он заговорщически прищурился и уставился на Скорпиуса. — Садись за мной. Не думаю, что она нас захочет столкнуть, — и протянул ему руку.

Скорпиус посмотрел на него с сомнением, но потом достал палочку, заклинанием облегчил вес, разбежался и легко запрыгнул на лошадь, схватившись за руку Гарри.

— Не надо было слушать отца, — фыркнул, поёрзав. — Ничего в этом опасного нет, если на мустангов не садиться.

Комментировать это высказывания Гарри не стал. Обсуждать Драко Малфоя, а тем более с его сыном, он был не намерен. Пусть разбираются сами, что для них опасно, а что нет.

Оглядевшись вокруг и не имея ни малейшего представления, в какую сторону ехать, Гарри легонько толкнул лошадь в бока, решив ей полностью довериться.

— На всякий случай держись за меня, — бросил он Скорпиусу через плечо.

Обнять его Скорпиус, похоже, постеснялся, потому что несмело положил ладони на бока. Гарри мысленно хмыкнул.

— Крепче, — сказал он недовольно. — Не вечно же нам тут брести. Давай слегка разгонимся.

Скорпиус помедлил, но потом всё же потянулся вперед и сцепил руки у него на животе.

Гарри схватился за гриву и подался вперед, утягивая за собой Скорпиуса. Зажал коленями бока кобылы и несильно ударил ее пятками. Лошадка сделала несколько размеренных шагов, а затем ускорилась, переходя на рысь.

От неожиданности Скорпиус вцепился в него с такой силой, что у Гарри едва не потемнело в глазах. Затем крепче оплел его руками и прижался грудью к его спине. Поначалу напряжение было почти осязаемым и очень мешало расслабиться, но вскоре им обоим удалось поймать несложный ритм. Малфой ослабил хватку, и Гарри смог, наконец, вздохнуть полной грудью.

А также ощутить, что от движений лошади Скорпиус съехал вперед и теперь крепко вжимался пахом в его задницу.

Способность дышать полной грудью была обретена как нельзя кстати. Потому что внезапно стало очень мало воздуха. И, несмотря на свежий ветер в лицо, катастрофически душно. Гулко сглотнув, Гарри сильнее сжал пальцами лошадиную гриву и невольно подал бедра назад, усилия и того тесный контакт с малфоевским пахом.

Скорпиус сзади шумно выдохнул, сжал коленями лошадиные бока, отчего та вздрогнула, но больше никак не прореагировал. Некоторое время они ехали молча, уныло разглядывая никак не меняющийся пейзаж, а потом кобылка помотала головой и побежала быстрее.

— Мистер Поттер, — сказал Скорпиус Гарри в ухо. — Кажется, приехали.

— Похоже на то, — отозвался Гарри и, стиснув зубы, закрыл глаза. Дыхание опалило ухо и, будто просочившись под кожу, плавно прокатилось волной по внутренностям, затем сосредоточилось в паху и осело плавящей истомой. Гарри почувствовал, как член дрогнул, стремительно твердея, и болезненно уперся нежной головкой в ширинку, причиняя тем самым немалый дискомфорт.

— Тогда, может, слезем? — Скорпиус поёрзал, чуть отодвигаясь, но тут впереди показался небольшой домик, и лошадь перешла в легкий галоп, а Скорпиус снова вжался в Гарри членом. Твердым горячим членом. — Простите, — едва не простонал Скорпиус, судорожно пытаясь отодвинуться на скаку.

— Малфой, да что ж, ты блядь творишь? — выпалил Гарри и, схватив едва не соскользнувшего Скорпиуса, притянул его к себе. — Давай без выебонов и держись нормально, — рыкнул он. — Не хватало еще, чтобы ты свой бесценный лоб расшиб.

Пульсирующий член до сих пор упирался в ягодицы, и Гарри изо всех сил сдерживал себя, чтобы не податься бедрами назад. Неужели в ту ночь Скорпиус так быстро согласился на секс не просто с намерением потрахаться и увлекательно провести время, а желая оказаться именно в его, Гарри, постели?

Лошадь затормозила, прервав размышления, и оба по очереди спешились. Решив не акцентировать внимания на случившемся, Гарри шагнул к небольшому дому вдали. Однако затормозил, осознав, что идет один.

— Ты отдельного приглашения ждешь? — протянул он, обернувшись.

— Я вас здесь подожду. Можно? — спросил Скорпиус, упорно изучая запылившуюся обувь.

— Скорпиус, — мысленно выругавшись и на Малфоя, и на свою черствость, и на ситуацию в целом, Гарри подошел к нему. — Конечно, как твой непосредственный начальник я не должен тебе этого говорить, да и мы вообще не должны это обсуждать… — он выдохнул, силясь подобрать подходящие слова. Потом плюнул и решил сказать так, как чувствовал: — Но прекрати извиняться за такие вещи. Мы оба понимаем, что это неконтролируемо. Или ты думаешь, я как неопытная девица упаду в обморок от эрегированного члена? — он мягко улыбнулся. — Пошли уже.

— Да, сэр, — процедил Скорпиус едва ли не через зубы и послушно пошел вперед. Уши и щеки у него были пунцовыми, и Гарри стало даже немного его жаль. Скорее всего, он сам на его месте давно сгорел бы со стыда.

Хозяин лошади нашелся возле дома и был немало удивлен, увидев запыленных авроров.

— Это как же вас сюда занесло, уважаемые? — спросил он, сдвинув шляпу на затылок. — В тех краях и дорог-то нет…

— Приплыли по реке, — раньше, чем Гарри успел даже подумать над правдоподобной версией ответа, сказал Скорпиус. — Мы биологи, исследуем новый вид пресноводных рыб. К сожалению, у нас произошла небольшая неприятность с мотором, и мы хотели купить запчасти и кое-какие инструменты. Но ваш ближайший сосед, похоже, разорился? Там пустой дом.

— Да нет, не разорился он, — заглотил умело поданную наживку фермер. — Уехал сразу после той истории с НЛО. Вы, наверное, не в курсе, но тут такая шумиха была! Не давали потом проходу бедняге Джо, вот он и уехал, где потише.

— Потише? — недоверчиво выгнул бровь Скорпиус. — Да разве сыщешь такое местечко в этом штате? Не осталось уже поди.

— Ну, в горах-то таких хватает, — фермер бесхитростно улыбнулся. — Вот и старик Джон в горы перебрался. В деревушку у Шол-Крика.

— Далеко отсюда деревушка эта? — спросил Гарри. Если этот фермер даст им необходимую информацию, то вполне можно будет обойтись и без легилименции и последующего Обливиэйта.

— Да, примерно полдня пути, — фермер усмехнулся. — Крепко достали нашего Джонни. Ну, по бензин и запчасти — это вам в город надо, — добавил он, посерьёзнев. — Тоже неблизко. Я бы мог вас отвезти, но только завтра.

Скорпиус глянул на Гарри и решительно отказался.

— Нет, спасибо, мы, пожалуй, вернёмся на лодку. Ниже по течению должны быть еще ранчо.

— Дело ваше, — пожал плечами фермер. — Вот только боюсь, не так много там ферм.

— Ничего, не страшно, — Скорпиус улыбнулся. — Мы и без мотора неплохо плывем. Течение мощное. А та деревня, куда перебрался Джон, случайно не Айонская лощина?

— Не, та на километров десять южнее, да и побольше будет. Старина Джон в Корвуде осел, она поуютнее, — фермер расплылся в улыбке.

— Что ж, спасибо за помощь, — искренне поблагодарил Скорпиус. — Мы пойдем. Всего хорошего!

Он потянул Гарри за рукав.

— На карте нет деревни с таким названием, — сказал он Гарри, когда они отошли достаточно далеко от фермы. — Это значит, что она слишком маленькая.

— Значит, аппарировать в Корвуд мы не сможем, потому что элементарно не знаем куда, так? — спросил Гарри скорее для проформы. — Но мы знаем, — продолжил он, — что рядом есть Айонская лощина. Скорпиус, ты же наверняка помнишь ее географические координаты?

— Разумеется, — чуть обиженно фыркнул Скорпиус. — Вся проблема в том, что десять километров пешком — это очень немало. Мы, конечно, спросим про Корвуд, но я не уверен, что смогу правильно задать координаты, если мне махнут рукой и скажут «вот туда десять километров». На чем передвигаются магглы кроме лошадей и лодок?

— На автомобилях, мотоциклах и велосипедах, — ответил Гарри. — Но удобнее всего на машине. Это у них самый распространенный вид перемещения.

— Что ж, значит, нам нужна машина, — решил Скорпиус. — В деревне можно купить машину?

— Очень в этом сомневаюсь, — покачал головой Гарри и задумался. — Мы можем взять машину напрокат в городе, а можем попробовать одолжить лошадей в деревне, — предложил он.

— Нет, только не лошади! — поспешно открестился Скорпиус. — Пожалуйста, сэр, второй раз я этого не вынесу! — взмолился он.

— Согласен, лошади точно отметаются, — усмехнулся Гарри. — Значит, в город, — кивнул он и взял Скорпиуса за руку. — Задавай координаты, я аппарирую. — Погоди секунду, — он щедро обдал обоих очищающими чарами, избавляя от насевшего слоя пыли. Внимательно посмотрел на Скорпиуса и удовлетворенно кивнул. — Вот теперь аппарируем.

Ханствилл оказался далеко не маленьким городом, и найти прокат машин в нем оказалось не так-то просто. Когда неопрятного вида владелец прокатного бюро вручил им ключи от большого внедорожника, уже вечерело.

— Мы поедем сейчас или подождем утра? — поинтересовался Скорпиус, с любопытством осматривая их нового коня, на этот раз железного.

Да поехать можно было прямо сейчас, если бы не одно но… Гарри никогда не садился за руль маггловского автомобиля.

— Сэр? — настороженно протянул Скорпиус на затянувшуюся паузу.

— Наверняка все книжные магазины уже закрыты, — Гарри с сомнением посмотрел на заходящее солнце. — Значит, дождемся утра.

— Книжные магазины? — переспросил Скорпиус.

— Верно. Нам нужно найти книгу наподобие вождения для начинающих, принципа внутреннего строения машин и свод маггловских правил. Не то, чую, придется обливиэйтить каждый встречный патруль полиции, — объяснил он.

— Сэр? — Скорпиус посмотрел на него с подозрением. — Вы умеете на этом ездить?

— Нет, — вынужден был признаться Гарри. — Но не думаю, что это очень сложно.

— Отлично! — фыркнул Скорпиус. — А книжку читать сами будете?

— Естественно нет, — со всей категоричностью ответил Гарри. — Конечно, был вариант обойтись и без чтива, — серьезно проговорил он, — но от лошадей ты сам отказался. Даже спрашивать не буду, чем они тебе не угодили. Прекрасные животные, — и широко улыбнулся, взглянув на смутившегося Скорпиуса.

— В таком случае проще будет найти компьютер, — буркнул Скорпиус и пошел к видневшемуся вдалеке большому торговому центру.

Оказалось, что с тех пор как Гарри купил себе компьютер, магглы успели шагнуть далеко вперед. Теперь их компьютеры не нуждались в проводах, мыши, клавиатуре и прочих приспособлениях. То, что выбрал и купил себе Скорпиус, страшно было даже взять в руки — абсолютно прозрачная тонкая гибкая пластинка казалась невесомой, оживала от первого же прикосновения и гордо именовалась «АйДжамп».

— Выход в Интернет в любой точке мира, — протянул Скорпиус, разглядывая приобретение. — И в магическом Лондоне тоже?

— Вернемся, вот и проверишь, — отозвался Гарри. Ей Мерлин, порой Скорпиус ничем не отличался от ребенка, получившего в подарок новую игрушку. — Отвлекись от него, — хмыкнул Гарри. — В номере успеешь наиграться. До темноты не мешало бы найти мотель. Так что давай поторопимся.

Скорпиус пробежался пальцами по «пластинке» и победно хмыкнул.

— Уже! — он свернул «АйДжамп» в трубочку и сунул в карман джинсов. — Наконец-то есть что-то, совпадающее со мной по скорости. К магглам, что ли, податься? — он улыбнулся и взял Гарри под руку, аппарируя.

Гарри толком и не сообразил, что произошло. И только когда снова почувствовал под ногами твердость тротуарных плит, понял, что «уже» означало «гостиница найдена».

— Куда дальше? — спросил он, оглядевшись в безлюдном проулке.

— Туда! — Скорпиус решительно двинулся к выходу на улицу.

Вопреки опасениям Гарри, они оказались вовсе не в центре города — скорее, на окраине, — а здание, к которому вел его Скорпиус, выглядело довольно симпатично. Швейцар в красной форме, напоминающей аврорские мантии, распахнул перед ними дверь, и Скорпиус удивленно затормозил перед ним.

— Э… Не стоило, но спасибо, — сказал он.

Усилием воли Гарри подавил смешок и легонько подтолкнул его вперед.

— Не вгоняй человека в ступор, — шепнул он Скорпиусу на ухо и вошел внутрь.

Фойе не било по глазам излишней вычурностью и роскошью, но выглядело вполне презентабельно. Увидев сбоку ресепшн, Гарри направился к стойке.

— Чем могу помочь, сэр? — девушка с аккуратной стрижкой обворожительно улыбнулась.

Гарри перевел взгляд на Скорпиуса. Конечно, он и сам мог спросить про свободные номера, но был уверен, что Скорпиус уже выбрал подходящий. А может, уже и забронировать успел.

— Добрый вечер, мисс, — улыбнулся тот ей. — В Интернете написано, что у вас свободно два чудесных люкса под крышей. Мы хотели бы их снять.

— Добрый вечер! — девушка улыбнулась ещё шире и искренней. — К сожалению, у нас некоторые технические неполадки на сайте, и информация запаздывает. Эти номера уже заняты. Свободны только два номера: стандарт на первом этаже и суперлюкс с верандой на крыше.

— Очень жаль, — чуть помрачнел Скорпиус. — Но давайте что есть.

Девушка быстро застучала пальцами по безклавишной клавиатуре и виновато улыбнулась.

— Простите, мистер, стандартный номер только что забронировали. Остался только суперлюкс. Но он двухместный! Возьмете?

Скорпиус обернулся и вопросительно посмотрел на Гарри.

Гарри не сразу и сообразил, почему оба — Скорпиус и девушка с ресепшн — вопросительно на него смотрят и явно чего-то ждут.

— Сэр, двухместный суперлюкс нам подойдет? — повторил Скорпиус.

— Ааа, да, — энергично кивнул Гарри. — Конечно.

Сказывалась усталость от длительной аппарации, да и день, в целом, был насыщен на события. А еще все внимание снова забирала эта чертова резинка чертовых зеленых трусов!

Конечно, она не торчала наружу постоянно, большую часть времени скрытая футболкой — иначе Гарри свихнулся бы, — но сейчас Скорпиус оперся на стойку, и футболка задралась.

«Твою мать, он ведь и спать в них будет…» — закралась в голову предательская мысль, и Гарри едва не крикнул, что он передумал: никаких двухместных люксов!

— Сэр, мне нужен ваш паспорт, — тем временем сказала Скорпиусу девушка, и тот непонимающе хлопнул глазами.

— Возьмите мой, — быстро вмешался Гарри, пока Малфой не начал задавать ненужные вопросы.

Когда всё было оформлено, девушка выдала им ключ и зачем-то проинформировала:

— Здесь за углом есть прекрасный бар. Он работает почти всю ночь.

— Спасибо, — машинально ответил Гарри и, подхватив со стойки ключ, потянул Скорпиуса к лестнице. Как Гарри успел заметить, здание было четырехэтажным, поэтому до номера вполне можно было пройтись пешком, не дожидаясь лифта. Они достигли последнего проема, и Гарри, глянув на цифры на ключе, уверенно направился по коридору. Остановившись у нужной им комнаты, Гарри открыл дверь и, пропустив Малфоя вперед, шагнул внутрь.

Скорпиус замер посреди комнаты и стремительно покраснел. Перед панорамным, во всю стену окном стояла одна необъятная кровать с парой тумбочек по бокам. Больше в комнате ничего не было.

— Тут есть ещё гостиная, — сообщил Гарри, проведя небольшую ревизию.

— А диван там есть? — быстро спросил Скорпиус.

— Два кресла есть, — ответил Гарри и критически осмотрел помещение. — И журнальный столик.

«И камера наблюдения над карнизом у окна», — вскользь отметил про себя, возвращаясь в спальню.

Скорпиус метнулся к двери, заглянул в гостиную и облегченно выдохнул.

— Отлично! Тогда я сплю там. Трансфигурирую диван.

— Не получится. В комнате установлена камера, — покачал головой Гарри. — И кстати в этой тоже, — вздохнул он, скользнув взглядом по углам — Так пока мы здесь, никакой магии. — Гарри подошел к кровати и, не раздеваясь, плюхнулся на покрывало. Блаженно закрыл глаза и потянулся. — Если хочешь, иди в душ первый.

Скорпиус бросил на него странный взгляд и мгновенно исчез в ванной.

Пробыл он там довольно долго — Гарри чуть было не уснул, хотя занимательные мысли на тему того, чем мог Скорпиус занимать столько времени, не дали этого сделать. Вышел же Малфой в белоснежном халате с висящими на руке джинсами, футболкой и… Да, черт побери, резинка трусов и тут высовывалась из-под джинсов, а это значило…

Гарри судорожно выдохнул и одним рывком вскочил с кровати.

От Малфоя исходил аромат свежести, с примесью цитрусовых, и даже с расстояния нескольких шагов, чувствительный к запахам нос Гарри смог уловить апельсиновые нотки, оттененные мятным шлейфом. Деловито прошагав мимо Скорпиуса, Гарри вошел в ванную и закрыв за собой дверь, облокотился на край раковины, встретившись с собственным отражением в зеркале.

«Срочно под холодный душ», — заключил он, глядя на лихорадочный блеск в своих глазах. Гарри разделся и, открыв кран с холодной водой, мужественно стал под бьющие струи. Простояв так, как ему показалось, целую вечность, выключил воду и, не обтираясь полотенцем, завернулся в такой же белоснежный халат и обреченно усмехнулся. Холодный душ принес ощущение бодрости, но вовсе не избавил от навязчивых мыслей о Малфое. Его по-прежнему хотелось прижать к стене. Или вдавить в матрас. И навалившись всем телом, вдыхать запах его кожи. Наверняка мягкой и приятной на ощупь.

Прежде чем выйти, Гарри несколько минут просидел на бортике ванны, настраиваясь. Сейчас он выйдет, залезет в постель, пожелает Скорпиусу спокойной ночи и выключит свет. Всё! Не такая уж и сложная миссия для начальника Аврората. Шепотом сосчитав до трех, Гарри напустил на себя сосредоточенно-деловой вид и распахнул дверь.

Как оказалось, оценить его старания было некому. Комната была пуста. Почему-то вместо вздоха облегчения вырвалось ругательство. Уже не думая о том, как выглядит, Гарри быстро пересек спальню и дернул дверь гостиной. Там Скорпиуса тоже не было, как не было и одного кресла. Обнаружились обе пропажи на балконе, который Гарри в первый осмотр не заметил. Небольшая веранда на крыше выходила на ночной город, и вид открывался замечательный. Вот только ценителей у него с приходом Скорпиуса не прибавилось — тот сидел на кресле с ногами и смотрел исключительно в мигающий «АйДжамп».

— Что ты здесь делаешь? — спросил Гарри. Малфой был настолько сосредоточен, что и не заметил его появления.

— Собираю информацию о маггловском мире, — Скорпиус оторвался от экрана и обернулся. — Я думаю, это будет полезно. И да, машину вести я уже научился. В теории, правда, но, думаю, и с практикой быстро освоюсь.

— Это хорошо, — услышав нечто похожее на отчет, но не получив главного ответа на свой вопрос, Гарри подошел к нему ближе. — А зачем на балкон ушел?

— Чтобы вам не мешать, — пожал плечами Скорпиус. — От него много света, — он кивнул на «АйДжамп».

— Глупости какие, — отмахнулся Гарри. — Заходи в комнату, — он посторонился, чтобы дать Скорпиусу возможность пройти, однако тот и с места не сдвинулся.

— Мистер Поттер, со мной ничего не случится, если я не посплю одну ночь, — сказал Скорпиус напряженно. — Но зато я точно двинусь, если опять произойдет что-нибудь, отчего я буду долго и упорно краснеть!

— Не двинешься небось. Не с чего, — припечатал Гарри. — Так, кончай маяться дурью и марш в кровать, — скомандовал он.

Скорпиус посмотрел на него так выразительно, что стало понятно — двинуться этой ночью могут оба — и, сжав кулаки, резко встал. Халат его при этом распахнулся, обнажая грудь, живот и резинку очередных трусов — на этот раз черных.

— Да, сэр! — процедил Скорпиус сквозь зубы и быстро пошел в спальню.

Гарри вошел следом и, прикрыв балконную дверь, направился к кровати. Сдернул покрывало, аккуратно сложил его и кинул на тумбочку, что была ближе к нему.

— С какой стороны ляжешь? — спросил Гарри пристально наблюдавшегося за ним Скорпиуса.

— Мне все равно, — скрестив руки на груди, буркнул он.

— Читай, сколько хочешь, — Гарри взбил подушку. — Я к тому, что мне свет ничуть не мешает, — скинул халат и, оставшись в одних трусах, юркнул под одеяло, запоздало сообразив, что на кровати оно одно. — Посмотри, в шкафу, — проговорил, перехватив взгляд Малфоя, — может, там второе найдется.

Второго одеяла, конечно же, не нашлось. Скорпиус бросил компьютер — или, как его называл продавец, планшет, — на тумбочку и дернул пояс халата. Гарри, украдкой за ним наблюдавший, вдруг малодушно подумал, что может и стоило оставить Малфоя на балконе. Тем временем тот взялся за край одеяла, но почему-то передумал под него залезать. Потянулся к тумбочке, достал стакан и ушел в ванную. От любопытства Гарри приподнялся на локте и удивленно вскинул брови, когда Скорпиус принес полный стакан воды и поставил ему на тумбочку.

— Утром вылейте его на меня, — пояснил Скорпиус и, подумав, достал ещё один стакан и снова исчез в ванной. — И его тоже, — добавил, ставя рядом второй.

— Хорошо, — глухо выдавил Гарри. — Так и сделаю, — прокашлялся от хрипотцы, не в силах отвести глаза от стоящего перед ним в одних трусах Малфоя. От того, что представало его взору — по-юношески стройных ног, рельефной груди и плоского подтянутого живота — яйца вмиг потяжелели, а жаркое, острое возбуждение сильнее запульсировало в паху, затем прошлось по телу тянущей волной, оплавляя каждую клетку на своем пути, и снова устремилось в ставший будто каменным от распирающих крови член.

В любой другой ситуации, точнее, с любым другим человеком, Гарри, наверное, и церемониться не стал бы — а тотчас бы опрокинул его на кровать и, вжав в матрас, раздвинул бы коленом длинные ноги… Но сейчас Гарри медлил, потому что Малфой каким-то образом перестал попадать под разряд «любого». И еще не стоило забывать, что Скорпиус не просто желанный до искрящихся точек перед глазами мужчина, а, прежде всего, был и остается его подчиненным.

Скорпиус исчез из поля зрения, но в кровать так и не лег. Подошел к своей тумбочке, вытащил джинсы, порылся в карманах.

— Черт возьми… — прошептал потеряно. — Мистер Поттер, а в ванной тоже камеры? У меня зелье в мантии.

— Нет, — ответил Гарри. — Только я надеюсь, что тебя все же не посетит идея трасфигурировать коврик в гамак и уйти туда спать, — улыбнулся он. — Кстати, а что за состав в твоих зельях?

— Вы правда хотите, чтобы я перечислил все сто двадцать три компонента? — усмехнулся Скорпиус. Он, кажется, слегка успокоился, потому что добавил почти весело: — А гамак — это бесполезно. Вы же все равно придете меня будить, а тут хотя бы одеяло, возможно, спасет меня от очередной демонстрации стоящего члена.

— Нет, дурень, я хотел, чтобы ты назвал мне только основные из них. Помнишь, это как с архивом. Важное и второстепенное, — по-доброму ухмыльнулся Гарри и приподнялся на подушке, положив голову на согнутую в локте руку.

— Помните, как с архивом, — в тон ему ответил Скорпиус, улыбнувшись, — я так и не понял, что важнее, снотворный эффект или седативное действие. — Он выпрямился в полный рост и вдруг участливо поинтересовался: — А у вас, сэр, всё в порядке? Мне кажется, вам стоило бы обратиться к врачу. Приступы сердцебиения и одышки меня беспокоят.

— Может, это старость? — рассмеялся Гарри и невольно задержал взгляд на расслабленных губах.

Ослабевший, но все еще уловимый аромат цитрусовых достиг его ноздрей, и Гарри задержал дыхание, мысленно отметив, что еще немного, и «приступ», о котором беспокоится Скорпиус, начнется по новой. И, возможно, с удвоенной силой.

— Нет, сэр, вряд ли… — тут взгляд Скорпиуса изменился, будто он внезапно понял, чем были вызваны учащенное дыхание и сердцебиение, а зная Малфоя, Гарри даже не сомневался — разумеется, супераналитик всех времен и народов, провел анализ проблемы и пришел к правильным выводам.

— Если ты сейчас же не прекратишь, вот так, смотреть на меня, то начать смущаться и краснеть будет в пору уже мне, — протянул Гарри, продолжая глядеть на Малфоя в упор.

— Да, сэр, так точно, сэр… — на автомате выдал Скорпиус, и не думая отворачиваться. — Сэр, но вы же были женаты… — теперь он все-таки смутился, опустил взгляд на свой обтянутый трусами пах и поспешно сел на кровать.

— Я в курсе, — ухмыльнулся Гарри. — А если и забываю, то мне непременно в конце месяца об этом напоминают письмом из Гринготтса и счетом на перечисление денежных средств.

Мало кто знал, как непросто дался Гарри развод: Джиневра наотрез отказывалась подписывать необходимые документы, пока он не предложил ей то ежемесячное содержание, от которого она не смогла отказаться. Проще говоря, свою свободу Гарри выкупил, и к слову весьма недешево.

— Но ты же не такого ответа ожидал… — Гарри откинулся на подушки, наблюдая за Малфоем из-под полуопущенных ресниц.

Скорпиус растерянно молчал несколько минут, будто его супермозг был не в состоянии подсказать хозяину, как вести себя дальше, а потом посмотрел на себя, провел рукой по животу и сказал с нескрываемой горечью:

— Это всё искусственное. Я не качаю пресс по утрам и не бегаю марафоны. Я просто пью таблетки после каждой еды, а все детство сидел на разных стимуляторах — роста, развития, улучшения мышечного тонуса. Настоящая нагрузка мне противопоказана. На самом деле я самый обычный книжный червь и зануда. Вряд ли я понравился бы вам таким, каким создала меня природа.

Такого откровения Гарри не ожидал. Врать Скорпиусу, что он понравился бы ему в любом виде, Гарри не хотел. С его стороны, это выглядело бы, как минимум жалко. Впрочем, он вообще еще не был готов к подобному признанию.

— Ну, тогда я открою тебе секрет, — шутливо протянул он. — Я ведь тоже не всегда так выглядел. А в детстве так вообще был щуплым очкариком. Не веришь, можешь у отца спросить, — и энергично покивал в подтверждение своих слов. — И да, Скорпиус… запомни простую вещь: ты вовсе не обычный книжный червь… — и широко улыбнувшись, продолжил: — Но занудство в тебе то еще сидит, тут и не поспоришь.

— Хорошо, сэр, запомню, — Скорпиус сгреб с тумбочки свои вещи, резко подорвавшись с кровати пошел в ванную.

Перепады его настроения уже стали слегка раздражать, но ещё больше бесило то, что приходилось объяснять мальчишке такие простые истины. Какая разница, природа ли его создала его тело идеальным, спорт или умелое вмешательство врачей? Книжный червь, подумайте только! Вот Гермиона была когда-то книжным червем и Невилл тоже! Да Гарри мог считать себя экспертам по книжным червям! И заявлял: это понятие никак нельзя было отнести к Малфою. Тот, конечно, был очень своеобразной личностью, но Гарри уже к этому как-то привык.

Скорпиус вернулся в футболке и невесть откуда взявшихся пижамных брюках.

— Трансфигурировал из одних трусов, — пояснил в ответ на недоуменный взгляд. — Я не буду вас больше смущать, извините. И да, я понимаю, что это неконтролируемо, и, признаться, мне теперь легче, — он улыбнулся и залез на кровать, вытягиваясь во весь рост поверх одеяла.

— Неужели? — протянул Гарри, приподнялся на локте и демонстративно медленно оглядел пижамные штаны. — А стриптиз когда начнется? Ночью или под утро? Я может, еще раз посмотреть хочу. На все твое… ненатуральное, — усмехнулся он.

— Стихийная магия, — протянул Скорпиус в замешательстве. — Когда что-то мешает во сне, мозг дает команду устранить… Восемьдесят пять процентов за то, что он избавится от одежды, когда я усну, но точного времени я назвать не могу.

На этот раз Гарри долго не думал. И анализировать, что правильно, а что нет, совсем не собирался. Скорпиус и моргнуть не успел, как оказался вжатым в матрас. Гарри с шумом втянул сквозь плотно стиснутые зубы воздух, мазнул взглядом по растерянному лицу и рвано прохрипел в самые губы:

— Ну и что сейчас должно произойти по твоим вероятностям? — и, не дожидаясь ответа, впился в податливые губы требовательным и до головокружения жадным поцелуем.

Скорпиус так растерялся, что первые несколько секунд вообще никак не реагировал на поцелуй, позволяя Гарри творить языком и губами, что вздумается, но потом отмер и довольно умело ответил на поцелуй. А потом и вовсе вошел в раж, заставив Гарри забыть обо всем от восторга — даже о том, что формальное согласие уже давно получено, и можно переходить к следующим, не менее захватывающим этапам. Неизвестно, было ли это результатом изысканий супермозга или просто богатым опытом, но целовался Скорпиус превосходно. Гарри сумел оторваться от него, только когда непривычно распухли губы, а язык и вовсе устал и слегка онемел.

— Сэр, — хрипло позвал Скорпиус, глядя на него мутными глазами, — а эта наша командировка, она вся идет как рабочие часы, или личное время тоже предусмотрено? Проще говоря, я сейчас всё ещё на службе или уже нет?

— Зависит от того, что ты задумал, — рвано ответил он Скорпиусу и легонько провел пальцем по его скуле, скользнув по щеке вниз, к подбородку.

— Ну, если я на службе, то должен по-прежнему соблюдать субординацию, — пояснил Скорпиус, задевая губами его палец. — А вот если нет… — он не закончил, немного неуверенно обнимая Гарри за плечи.

— А если нет?.. — голос дрожал, поэтому Гарри оставалось только шептать, а затем огладить рукой рельефную грудь и скользнуть ладонью вниз к бедру.

— А если нет, то я так тоже могу! — заявил Скорпиус и поцеловал его сам, обнимая крепче. Он погладил Гарри по спине, пробегаясь пальцами по ребрам и позвонкам, согрел ладонями поясницу, робко коснулся резинки трусов и, будто испугавшись, снова вернулся к плечам.

Гарри было интересно, насколько далеко сейчас зайдет Скорпиус, и он едва не замычал от разочарования, когда робкие пальцы лишь коснулись резинки и проворно скользнули снова вверх, по пояснице.

— Верни… обратно… руку… — сбивчиво прошептал Гарри, очертил языком контур припухших губ, прихватил, слегка сжав зубы, нижнюю, и скользнул языком в жаркий рот.

Скорпиус помедлил, но приказ всё же выполнил — провел ладонями вдоль позвоночника, погладил большими пальцами ямки над крестцом и только затем скользнул ладонями на ягодицы, мягко вминая в них пальцы. Вздохнул Гарри в губы, развел ноги, приглашая лечь между ними, и, будто решившись, быстро сунул руки под резинку трусов, наконец, касаясь голой кожи.

Гарри простонал, подался вперед и, шалея от твердости горячей плоти, упирающейся в его живот, вжался в пах ноющим членом. Углубил поцелуй, коротко толкнулся и по-собственнически облапил упругое бедро. Пижамные штаны были явно лишними — Гарри хотелось трогать не раздражающую, лишнюю ткань, а ощущать под своей ладонью теплую кожу Скорпиуса. И если бы не камера под потолком, он давно бы сорвал их магией, позволив себе такие прикосновения, от которых у мальчишки наверняка заалели бы уши.

Видимо, Скорпиус подумал о том же самом, потому что поднял руку и безошибочно схватился за край одеяла, потянув его на себя. Поняв, что он задумал, Гарри помог ему укрыть их с головой и тут же навел охлаждающие чары, чтобы не вспотеть через минуту.

— Сэр, у меня никогда не было гомосексуальных контактов, — раздался над ухом смущенный шепот. — Учтите это, пожалуйста, — и Скорпиус сам произнес раздевающее заклинание.

Смущение и вместе с тем уверенность, прозвучавшие в тихом шепоте, осознание неопытности Скорпиуса и та ошеломляющая открытость, с которой он был готов отдаться, здесь и сейчас, на этой самой кровати, разожгли пламя такой силы, что Гарри не понимал, как сам еще не вспыхнул и не сгорел изнутри в прямом смысле слова. Возбуждение билось жаркими волнами, оплавляло внутренности и позволяло дышать лишь резкими урывками.

Скорпиус, похоже, заминкой не тяготился — он целовал распухшие губы Гарри, гладил его по спине, заднице, плечам и начал осторожно толкаться бедрами, потираясь о член Гарри своим твердым членом. Когда же он начал ещё и постанывать в такт, Гарри не выдержал. Поспешно сунул руку между их телами, обхватил ладонью оба члена и едва не зарычал от почти болезненного удовольсвия, скрутившего все внутри. Скорпиус резко выдохнул, застонал и толкнулся ему в руку, добавляя ощущений. Понимая, что его хватит совсем ненадолго, Гарри прижал Скорпиуса к постели свободной рукой, заткнул ему рот поцелуем и начал толкаться в собственную руку, скользя ею по истекающим смазкой членам. Скорпиус не пожелал лежать неподвижно — почти сразу подхватил его ритм, и вскоре они уже двигались в унисон навстречу друг другу.

Очень скоро Скорпиус разорвал поцелуй, вцепился пальцами в плечи Гарри и замер, прислушиваясь к себе. Почувствовав, что член в руке стал тверже, Гарри усилил хватку и резко двинул рукой по скользким стволам. Скорпиус всхлипнул тихо и глухо, будто стеснялся переполнявших его эмоции. И в этот момент на собственное возбуждение стало не то, что плевать, но желание ухватить свое, получить, наконец, долгожданную разрядку, отошло на второй план. Сейчас Гарри хотел… нет, он желал узнать, как Малфой кончит. Простонет или закричит. Мелко задрожит или крупно содрогнется.

— Скорпиус… давай… — прошептал он, ускоряя движения рукой.

В ответ Скорпиус распахнул глаза, посмотрел на него невидящим взглядом, а потом что-то будто толкнуло его в спину, выгнуло, сломало, схватило за горло, пережимая дыхание, заставляя зажмуриться и открыть рот в бессильной попытке вдохнуть. Его член в руке выстрелил горячей спермой, но Гарри этого почти не заметил — он во все глаза глядел на трепещущие ресницы и вытянутые буквой «о» чувственные губы.

А следом и мир Гарри сузился до одной единственной точки. Острое, едва ли на грани выносимого, удовольствие сконцентрировалось в паху и выплеснулось на живот Скорпиуса обжигающей струей. Гортанно рыкнув, Гарри еще раз толкнулся в свою руку и, отпустив оба члена, обессиленно упал на Скорпиуса.

Сколько они лежали, приходя в себя, вряд ли знал даже Малфой. Он неподвижно лежал с закрытыми глазами, и только поглаживающий Гарри по пояснице большой палец давал знать, что Скорпиус в сознании.

— Эй, ты как? — не выдержал наконец Гарри. Он приподнялся на руках и озабоченно заглянул в умиротворенное лицо.

— Я не помню, — прошептал Скорпиус и неохотно разлепил веки. — Я пытаюсь вспомнить всё до последней минуты — ну, посчитать, и всё такое, — и не могу! — он посмотрел на Гарри таким сияющим взглядом, будто совершил что-то героическое.

В отличие от Скорпиуса, Гарри помнил все, и до мельчайших деталей. И одни только эти воспоминания снова сжимали все внутри сладкой истомой, перекатываясь где-то глубоко под ребрами тянущими волнами.

— Ты вообще ничего не помнишь? Даже ощущений? — немного растерянно спросил он.

— Ощущения помню, — Скорпиус довольно прищурил один глаз. — И вообще прекрасно всё помню до примерно тридцать четвертого толчка. А вот дальше уже помню плохо — то ли двадцать семь ещё их было, то ли сорок три, то ли вообще тридцать восемь. Ну и дыханье ваше, пульс, все остальное — хоть убей не могу сосчитать уже после семнадцатого!

Наверняка со стороны Гарри выглядел забавно и даже нелепо. Он глотнул ртом воздух и, так и не найдя подходящих слов, кроме многозначительного: «Ебануться!» — молча перекатился набок, а затем рассмеялся:

— Вот такого после секса мне еще никто никогда не говорил, — выдохнул он, снова подминая Скорпиуса под себя.

Скорпиус смущенно улыбнулся и сказал тихо:

— Я не знаю, что в таких случаях говорят, но лично у меня снесло крышу. Я ещё никогда в жизни ничего не забывал.

Гарри ничего не ответил, лишь склонился над ним и поцеловал глубоко и медленно, не спеша и не торопясь, смакуя каждый вздох и стон, что срывались с распухших губ.

— Ну что, будем спать? — Гарри нехотя отстранился. Он бы так и дальше тискался с Малфоем, хоть всю ночь напролет, но завтра им обоим предстоит ранний подъем, а Скорпиусу — так еще и за руль садиться.

Скорпиус с сожалением кивнул и, поднапрягшись, обдал их очищающими. Выпутавшись из одеяла, он нашел на полу свои трусы, натянул их, а потом порылся в джинсах, доставая оттуда пузырек с зельем.

— Основной компонент тут серебристый чабрец, — сказал задумчиво, показывая пузырек Гарри. — Мне кажется, что чабрец.

Вспомнив, о том, что сам спрашивал Скорпиуса об основных составляющих его лекарств, Гарри чуть было не кивнул и машинально не поблагодарил за ответ, хоть и запоздалый.

— Ты сказал «основной компонент»? — спохватившись, протянул он, приподнялся на подушке и во все глаза уставился на Скорпиуса.

— Да, — Скорпиус покатал пузырек в ладони, свинтил крышку и сделал три больших глотка. — По крайней мере, именно его я положил бы во все возможные конфигурации зелья. И, к тому же, мне нравится его вкус, — он улыбнулся, положил пустой пузырек на тумбочку и придвинулся к Гарри ближе, хотя и не вплотную, видимо, постеснявшись.

— Согласен, вкус приятный, — Гарри вернул улыбку и притянул Скорпиуса ближе, укладывая его голову на своей груди. — Вот видишь, это совсем не сложно, отделить главное от второстепенного. Просто надо подумать, без чего ты никак не сможешь обойтись. Это и будет самым важным, — он запустил руку в светлые волосы, пропуская сквозь пальцы мягкие пряди. — Как с чабрецом.

— Ну, без чего не могу обойтись я, решить еще возможно, но вот без чего не сможет обойтись кто-то другой — вот это задачка посложнее, — Скорпиус улыбнулся и посмотрел на Гарри снизу вверх. — Спокойной ночи, мистер Поттер, — сказал тихо, разглядывая его так, будто видел впервые.

— Спокойной ночи, — ответил Гарри, сильнее прижимая к себе засыпающего Скорпиуса.

Скорпиус уже давно крепко спал, а к Гарри сон всё не шел. Он обнимал Скорпиуса, стискивая широкие плечи одной рукой, и не мог отделаться от ощущения, что он что-то недосказал, что-то недодал этому странному трогательному мальчишке. То, как он стеснялся, смущался, не понимал многих простых вещей, восхищало не меньше, чем его ум, сверхспособности и готовность работать. А уж к привычке всё считать Гарри и вовсе не знал, как относиться, равно как и к привычке вываливать на голову внезапные откровения.

«Это всё искусственное», — вспомнил Гарри и сжал мощное налитое плечо.

Какая, к черту, разница! Он погладил расслабленные во сне четко очерченные губы и подумал, что Малфой был бы красив в любом случае. А вот перестань он считать, и часть очарования, пожалуй, пропадет.

С этой мыслью он усмехнулся, легонько поцеловал Скорпиуса в губы и закрыл глаза.

Глава 3

Когда он проснулся, когда солнце уже заливало яркими лучами комнату. Который точно час Гарри не знал, но чутье подсказывало, что запланированный ранний подъем они явно проспали.

Услышав сладкое сопение под боком, Гарри опустил глаза и замер, боясь пошевелиться и разбудить тем самым Скорпиуса. А потом он вспомнил об оставленных на тумбочке стаканах с водой и, заключив, что от его возни Скорпиус точно не проснется, сладко потянулся, перекатился на бок и принялся его разглядывать. И по мере того, как события вчерашней ночи всплывали в памяти, губы невольно растягивались в улыбке. Да, Гарри лежал и глупо улыбался, ни о чем… ну почти ни о чем не думая и чувствуя себя выспавшимся, отдохнувшим и счастливым.

Лить на Скорпиуса воду совсем не хотелось, но совесть подсказывала, что уже пора вставать. Для проформы Гарри потряс Скорпиуса за плечо, пощипал за задницу и даже пощупал мягкий после вчерашней разрядки член. И хоть последний отозвался на прикосновения, сам Скорпиус продолжал сладко дрыхнуть.

Гарри уже потянулся за водой, но рука так и повисла нерешительно в воздухе. Ведь вчера, под одеялом, он так и не успел, как следует, рассмотреть Скорпиуса. Тут же голове застучала крамольная мысль, что мир не рухнет, даже если они отправятся в путь и несколькими часами позже, и вдохновленный ею, отбросив все сомнения, Гарри откинул с Малфоя одеяло. Комната хорошенько прогрелась утренними… или уже дневными — впрочем, неважно какими — лучами солнца, поэтому замерзнуть и простыть Скорпиусу точно не грозило.

Скорпиус спал, крепко обняв подушку и подтянув ноги к груди. Круглая задница в черных трусах выглядела не столь вызывающе, как вчера, но тоже весьма живописно. Гарри с чувством погладил её и горячее мускулистое бедро, любуясь. Ничего искусственного в теле Малфоя не было, — пощупав упругие сухие мышцы, решил Гарри. Даже если ему и давали какие-то препараты, то только помогающие организму правильно усваивать пищу. В авроратской тренажерке можно было увидеть тех, кто гнался за формой не слишком честно. Их мышцы были рыхлые, объемные и трясущиеся, как студень. Скорпиус же был поджар, изящен и скорее строен, чем мускулист. Наверняка сыграли свою роль обязательные авроратские тренировки, которых не могло не быть даже на спецкурсах, и увлечение Малфоя плаванием. А разговоры про «искусственность» — не более чем юношеские комплексы.

Внезапно Скорпиус чуть слышно простонал, судорожно выдохнул и бессознательно накрыл его руку горячей ладонью. Прикосновение было простым, почти обыденным, но он от него повело голову так, что на секунду Гарри забыл, как дышать. Желание ощутить, почувствовать Скорпиуса кожей стало настолько невыносимым, что Гарри придвинулся ближе, вжался с упругие ягодицы налившимся кровью членом и уткнулся носом в светлую макушку, с наслаждением вдыхая запах волос.

Очень хотелось разбудить Малфоя и трахнуть уже наконец, как он того заслуживает, но это казалось неправильным — будить человека и сразу же трясти перед ним стоящим членом. Будто Гарри ни о чем другом и думать не может. В том, что и на самом деле думать, к примеру, о вечном, он был не способен, Гарри себе признаваться не хотел и усилием воли заставил себя сбежать в душ. В конце концов, Скорпиус никуда от него не денется, и вести себя, как озабоченный подросток, было несолидно и совсем необязательно. А чтобы быть окончательно спокойным за не в меру активные последнее время гормоны, Гарри по-быстрому подрочил, стараясь не думать о Малфое.

Разрядка пришла, но была какой-то бесцветной. В ней чего-то активно не хватало, и основным недостающим компонентом был Скорпиус.

Быстро ополоснувшись, Гарри накинул халат и вернулся в спальню. Скорпиус ожидаемо спал, но уже перевернулся на спину и дерзко раскинулся на простынях. Гарри подошел к тумбочке, с сомнением посмотрел на стаканы с водой, перевел взгляд на сладко сопящего Малфоя и снова на стаканы.

К сожалению, иного способа разбудить Малфоя, он не знал — тем более, без магии. Сев на кровать, он взял стакан и, вылив немного себе на ладонь, брызнул водой ему на лицо.

К несчастью, этого оказалось недостаточно — Скорпиус даже не поморщился. Тогда Гарри полил тонкой струйкой ему на лоб, но эффекта это тоже не возымело. Пришлось опрокинуть весь стакан.

— Угу! — сказал Скорпиус, не открывая глаз, и перевернулся на живот, зарываясь лицом в подушку. — Фините!

— Скорпиус, просыпайся, — Гарри потряс его за плечо, но в ответ услышал лишь нечленораздельное мычание. Гарри мягко перевернул его на спину и потянулся за вторым стаканом. — Малфой, — нарочито сердито произнес он. — В последний раз предупреждаю. Вставай!

— Да, встаю уже, сказал же… — сонно произнес он, замолчал и резко распахнул глаза. — Простите, сэр. Через четыре минуты буду готов, — торопливо отрапортовал и рывком сел на кровати, озираясь по сторонам.

— Доброе утро, — улыбнулся Гарри и отставил второй непригодившийся стакан в сторону.

Скорпиус потряс головой и вдруг распахнул глаза, уставившись на Гарри, как на привидение. По его щекам потекли капельки, собираясь на подбородке и ямочке верхней губы.

«Вспомнил», — удовлетворенно констатировал Гарри. А точнее, осознал то, что помнил. Протянув руку, Гарри смахнул пальцем особенно заманчивую капельку с его губ и улыбнулся.

— Доброе утро, — хрипло прошептал Скорпиус, завороженно на него глядя.

Спросонья растрепанный, слегка растерянный и уставившийся на него во все глаза, Скорпиус выглядел так, что его тут же захотелось притянуть к себе, прижать покрепче, а затем трогать, щупать, тискать… Гарри вообще поймал себя на мысли, что теперь ему хочется делать это постоянно и… решил себе не отказывать. Ухватив Скорпиуса за руку, он аккуратно потянул его на себя и, мазнув взглядом по расслабленным губам, накрыл их медленным, будто осторожным поцелуем, чтобы в следующую секунду углубить его, погладив кончиком языка небо.

Скорпиус ответил ему, но как-то скованно, совсем не так, как вчера — лишь подчиняясь и не пытаясь проявлять инициативу. Нахмурившись, Гарри отстранился.

— Что случилось? — спросил, пытливо глядя на Скорпиуса.

— Мой рабочий день начался полчаса назад, — отозвался тот так, будто это всё объясняло.

Гарри поднапряг память и вспомнил вчерашний вопрос про субординацию.

— Всё, что касается поцелуев и секса — не входит в твои рабочие обязанности, — напомнил он. — Поэтому забудь про субординацию и иди сюда! — он дернул Скорпиуса на себя, с восторгом отметив, что на этот раз его поцелуев уже ждали.

И даже более. Скорпиус расслабился и, отпустив себя, то и дело перехватывал инициативу, унося Гарри в вихрь подзабытых ощущений. Оказывается, он уже успел забыть, как здорово вот так просто целоваться и обниматься!

Наверное, так прошло немало времени, раз Гарри успел почувствовать, как затекли спина и шея. Чуть отстранившись, он откинулся на подушки и, мягко утянув Скорпиуса, практически уложил его на себя.

— Сэр… — неуместное сейчас обращение резануло по ушам, равно как снова откуда-то появившиеся в голосе Малфоя виноватые нотки. — Если мы хотим прибыть в деревню до темноты, надо ехать сейчас.

Вопреки словам, Скорпиус перекинул через него ногу, садясь верхом, чтобы было удобнее целоваться.

— Ну тогда слезай, — бросил Гарри скорее для проформы, потому сейчас он не отпустил бы Скорпиуса ни за какие коврижки. И взглянув на замешательство и разочарование, мелькнувшее в его глазах, сцепил пальцы за крепкой спиной, не позволяя Скорпиусу отстраниться. — И вот еще что… — усмехнулся он. — Ты так и дальше будешь обращаться ко мне «сэр»?

— Не только, — весело прищурившись, посмотрел на него Скорпиус. — Ещё «мистер Поттер».

— Вопрос на засыпку, — улыбнулся Гарри, предвкушая со стороны Скорпиуса новую волну смущения. — А мое имя ты помнишь?

— Конечно, — Скорпиус поерзал на нем задницей и, фыркнув, припечатал: — «Мистер Поттер»!

— Ответ верный, но… недостаточно полный, — сдержав стон, выдавил Гарри. — Еще попытка, — выдохнул он, скользнул ладонями ниже, прошелся по ягодицам и задержавшись на бедрах, коротко толкнулся вверх.

— Сэр, я не буду называть вас по имени, — категорично отказался Скорпиус. — И снимать трусы перед камерой — тоже. Простите, сэр, — он наклонился и мягко поцеловал Гарри, извиняясь.

Гарри вопросительно вскинул брови, едва удержавшись от нелепого «почему». Не смысле, почему Малфой стеснялся камер, а в смысле почему тот наотрез отказался называть его по имени. Тем более, когда он сам дал разрешение перейти прежнюю черту.

— Насчет имени, как хочешь, — Гарри разорвал поцелуй и, закинув руки за голову, посмотрел на Малфоя долгим взглядом. — А насчет трусов… так тебя никто и не просит это делать. Слезай, — бросил он, наверное, резче, чем следовало, и, смягчив тон, добавил: — Не знаю, как ты, а я проголодался.

— Ну наконец-то! — выдохнул Скорпиус, в очередной раз ввергнув Гарри в шок. Он скатился с кровати и в мгновение ока оделся. — Я съел вчера все энергетические батончики, — пояснил он, пряча взгляд. — Ещё немного, и мозг начнет сбоить.

Гарри ничего не ответил, рывком поднялся с постели, сгреб в охапку свои вещи и направился в ванную. Скрипнув зубами, принялся одеваться. Неужели Малфой не мог еще вчера по-нормальному сказать, мол, есть хочу? Обязательно надо было доводить едва ли не голодного обморока? Ей Мерлин, детский сад какой-то!

— Малфой, — бросил холодно, приоткрыв дверь, — проверь, чтобы мы ничего не забыли, — и закончив одеваться, вышел в комнату. — И еще… если тебе что-то нужно или ты что-то хочешь, говори прямо. В угадайки я играть не собираюсь. А теперь идем питать твой мозг, — припечатал он и шагнул к выходу из номера.

— А если я чего-то не хочу, тоже говорить? — спросил Скорпиус, когда они расплатились за номер и вышли на улицу.

Гарри едва не споткнулся. И чего же, интересно не хотел вчера Малфой, что не стал говорить?..

— Да, черт возьми! — рявкнул он.

Скорпиус опустил глаза.

— Я не хочу, чтобы вы на меня злились, — сказал он тихо. — Вчера мне было достаточно батончиков, а утром я меньше всего думал о еде до тех пор, пока вы о ней не сказали.

— Значит, нам нужен запас батончиков, — задумчиво протянул Гарри. — И кажется, я знаю, какие подойдут, — он ускорился, заметив небольшое здание с вывеской «Супермаркет». Малфой ничего не ответил и молча шел рядом. Гарри мельком взглянул на него — мальчишка заметно сник, хоть старался и не подать виду, — и мысленно выругался. На себя. — Скорпиус, — начал он, остановившись в нескольких шагах от входа в магазин, — я не злюсь. Но давай договоримся на будущее все обговаривать?

Конечно, обговорить все сразу невозможно, Гарри прекрасно это понимал. Но они оба должны научиться это делать, хотя бы попытаться, если не хотят, чтобы все их общение однажды скатилось до потока взаимных обвинений и недосказанностей.

— Да, сэр, — кивнул Скорпиус не слишком уверенно. — Я буду говорить. Но сейчас мне действительно очень надо поесть как можно скорее. Вон там вывеска какого-то кафе, может, сначала туда?

— Конечно, — торопливо отозвался Гарри. И схватив побледневшего Скорпиуса за руку, потащил его по направлению к вывеске. Оставалось надеяться, что готовят там хотя бы качественно.

На вид кафе было маленьким, однако внутри оно оказалось гораздо больше, чем можно было предположить по фасаду. Вдобавок, оно оказалось и весьма уютным. Светлое, с небольшими столиками и уютными креслами помещение как нельзя лучше подходило для завтрака в спокойной обстановке. Практически все столики были свободны, и Гарри выбрал тот, что стоял у окна.

Проходя мимо висящего на стене информационного меню, Скорпиус бросил на него беглый взгляд, и когда миловидная официантка принесла им с Гарри по пухлой папке, выпалил скороговоркой:

— Чизкейк, три порции блинчиков с кленовым сиропом, рыбный пирог, стейк с картошкой и грибной суп. И чай с сахаром. Чизкейк сразу, остальное по мере готовности.

Официантка распахнула густо накрашенные глаза, хлопнула ресницами и хотела что-то спросить, но Скорпиус вымученно ей улыбнулся и с нажимом повторил:

— Чизкейк. Прямо сейчас, будьте добры. Плачу вдвое, если все будет очень быстро.

Если Гарри уже имел представление о малфоевском аппетите, и услышанное вызвало лишь интерес, то для девушки, окинувшей оценивающим взглядом стройное тело Скорпиуса, похоже, все воззрения на диеты и здоровое питание разом пошатнулись. Отойдя от удивления, она достала блокнот, быстро сделала записи и обратилась к Гарри:

— А вы, сэр? Готовы сделать заказ?

— А мне, пожалуй, понадобится меню, — сдержав смешок, ответил он. — Единственное… кофе можно сразу.

— Капучино, Американо или по-венски? — скороговоркой протараторила она, положив перед Гарри раскладку с блюдами.

— Американо. С едой я определюсь чуть позже, — сообщил он и открыл меню. — А пока подайте молодому человеку чизкейк. Вы даже представить не можете, как сильно он его ждет, — улыбнулся Гарри и уткнулся в глянцевые страницы. Девушка кивнула, повторила заказ и исчезла. — Представляю ее лицо, когда она увидит, что ты все это слопаешь в одиночку, — хмыкнул он.

Скорпиус улыбнулся и задумчиво посмотрел в меню.

— Я думаю, она удивится еще больше, когда я закажу вдобавок пару пироженных с кремом, — он сунул руку в карман джинсов и достал пузырек с таблетками. Покрутил его в пальцах и со стуком поставил на стол. — Самое интересное, что действуют как надо они только на меня. Обычный человек просто не сможет использовать такое количество энергии и неизбежно заплывет жиром.

— Начнем с того, что обычный человек просто не сможет столько за раз съесть, — отозвался Гарри, придирчиво выбирая, что бы заказать себе. — Боюсь, что рядом с тобой моя сила воли даст трещину, и я начну есть то, что хочется, — заключил он, закрыв меню и отложив его в сторону.

— А почему вы не обратитесь к колдомедикам? — с сочувствием посмотрел на него Скорпиус. — Один глоток зелья до еды — и ешьте, что хотите.

— В свое время не обратил внимания, думал, само по себе пройдет, а потом совсем запустил. Некогда было по колдомедикам ходить, — ответил Гарри. — А зелья почему не пью? По-моему, не мне тебе объяснять, как быстро к ним привыкаешь… потом ведь вообще без них никак не обойтись.

— Но… — Скорпиус снова посмотрел на свои таблетки и щелчком отпихнул их подальше. — Да, знаю, — сказал бесцветным голосом. Тут официантка поставила перед ним чизкейк, чашку и пузатый чайничек. Скорпиус кивнул ей, пододвинул к себе тарелку и отправил в рот сразу половину. Проглотил почти не жуя, разделил остаток куска на две части и так же быстро расправился и с ними. — Повторите, пожалуйста, — бросил глядевшей на него во все глаза официантке.

— Конечно, — выдавила она. — Сэр, вы выбрали? — обратилась она к Гарри, поставив перед ним чашку кофе.

— Скажите, медальоны из говядины… я верно понял, что они приготовлены на пару?

— Да, правильно, — кивнула девушка. — Эээ… вам одну порцию? — и с сомнением глянула на Гарри.

— Мне одну, — улыбнулся он. — И овощи на гриле, пожалуйста.

Официантка вернула улыбку и снова скрылась из виду.

— И мне овощей! — запоздало решил Скорпиус и хмыкнул. — На десерт.

— Не думаю, что она услышала тебя. Так что не забудь повторить, если не передумаешь, — выдохнул Гарри и… рассмеялся, вспомнив вытянувшееся в удивлении лицо официантки. — Нет, Скорпиус, ты неподражаем! Ты просто рожден для того, чтобы ввергать людей в шок! Боюсь представить, что будет дальше.

— Я не нарочно, — пожал плечами Скорпиус. — Зато пару раз мне говорили, что со мной не скучно. Правда, очень скоро это мнение менялось на прямо противоположное. В среднем за двадцать три дня и восемь часов.

— Вот что-что, но скучать с тобой точно не приходится, — хмыкнул Гарри и отхлебнул кофе. — Учти, чтобы переубедить меня в обратном, у тебя осталось всего лишь двадцать два дня. Или придется новое среднеарифметическое выводить.

— Мистер, ваш чизкейк и блинчики, — официантка поставила на стол четыре тарелки и слегка наклонилась к Скорпиусу. — Извините, повар интересуется: вы еще не передумали насчет количества блюд?

— Передумал, — серьезно кивнул Скорпиус. — Я буду еще овощи.

— Овощи? — протянула она. — Уточните, пожалуйста, какие. У нас просто много вариантов овощных блюд.

— На гриле, — быстро ответил Скорпиус, искоса глянув на Гарри. Официантка явно получила уже избыточную дозу изумления на сегодня, и потому ничего не сказала, поспешив поскорее исчезнуть. — А в среднее арифметическое вы не вписываетесь, — сказал Скорпиус, как будто разговор не прерывался.

— Это пока не вписываюсь, — выдохнул Гарри и внимательно посмотрел на Скорпиуса. Интересно, кого перед собой видит мальчишка? Сурового начальника? Национального героя? Или кратковременного любовника?

Скорпиус чуть смутился под его пристальным взглядом, несмело улыбнулся и поспешил расправиться с остатками последнего блинчика — остальные он уже успел мгновенно прикончить.

— Вы во всех моих статистиках всегда будете стоять особняком, — сказал уверенно.

Поживем — увидим, хотел сказать Гарри, но промолчал. Все равно Скорпиус сейчас не поймет его, да еще, не дай Мерлин, обидится, узрев в словах какой-нибудь скрытый смысл. Поэтому Гарри лишь улыбнулся, допил кофе одним глотком и принялся искать глазами официантку. Одной чашки ему явно было мало. А насчет Малфоя… ну что ж, раз в будущее он заглянуть не может, оставался лишь один способ проверить его слова — время.

Официантка появилась сама, аккуратно неся заставленный тарелками поднос.

— Рыбный пирог, стейк с картошкой, суп, медальоны и две порции овощей гриль, — перечислила она и улыбнулась. — Достаточно быстро, сэр?

— Да, спасибо, — вернул улыбку Скорпиус. — Все как договаривались.

Гарри попросил еще кофе, и официантка, довольно кивнув, неспешно ушла.

Скорпиус налил себе чаю и достал из пузырька таблетку.

— Фактически это то же зелье, — сказал он задумчиво. — Просто на вкус оно мерзопакостно, и мой врач придал ему более удобоваримую форму.

При виде еды желудок скрутило от голода, и Гарри только сейчас понял, насколько проголодался. Он машинально кивнул Скорпиусу, практически не слушая его, придвинул к себе тарелку с мясом, переложил в нее овощи и замер под его пристальным взглядом. Наверное, Малфой сказал сейчас то, что как раз и стоило бы послушать, а он пропустил мимо ушей.

— Прости, — чуть виновато улыбнулся. — Зверски проголодался, — пояснил свое невнимание. — О чем мы говорили?

Но Скорпиус только покачал головой, проглотил таблетку и принялся за стейк. Гарри кинул на него завистливый взгляд, и не глядя на него Скорпиус все же повторил:

— Зелья, сэр. Один глоток, и вы сможете есть то же, что и я. Вы обречены есть черте-что, либо пить зелья и есть, что захотите. Я бы выбрал последнее.

— Ты выбрал последнее, потому что у тебя по сути и выбора-то не было, — упрямо заявил Гарри. — Ну, вот подумай сам, нужно ли человеку добровольно попадать под зависимость, если можно ее избежать? И ответь, что будет, если пропустить прием препарата? И не на день или два, а, скажем на неделю?

— Возврат на прежнюю диету, — пожал плечами Скорпиус. — В вашем случае вы ничего не теряете.

А вот в этом Гарри не был так уверен. Насколько он знал, отказ от лекарства нес в себе более плачевные последствия. Но вполне вероятно, что он просто отстал от жизни. Последний раз, когда он сидел на приеме у врача, был очень много лет назад, а теперь в визитах в Мунго не было необходимости. Серьезных ранений Гарри уже не получал, а всякие мелочи типа простуды или растяжения он залечивал при помощи собственной магии.

Однако за то время, пока он ее игнорировал, колдомедицина наверняка могла шагнуть далеко вперед.

— Боюсь спросить о составе, чтобы не услышать перечень ста двадцати трех компонентов, — Гарри кивнул на пузырек с таблетками.

— Пятьсот шести, — подмигнул ему Скорпиус. — Триста шестьдесят восемь трав, сорок пять разных желчей различного происхождения, восемьдесят семь минералов и шесть компонентов животного происхождения. И из них ни одного, вызывающего привыкания.

Да, от жизни он отстал, это факт.

— Пожалуй, по возвращении мне все же стоит наведаться в Мунго, — задумчиво произнес он.

Гарри уже успел расправиться со своей порцией и теперь наблюдал за уплетающим за обе щеки еду Скорпиусом. Официантка прошла мимо них, относя заказ к другому столику, и Гарри с завистью проводил взглядом поднос с аппетитным десертом. Сейчас, когда перед ним появилась возможность вернуться к нормальной еде, он особенно остро почувствовал, как же сильно ему не хватало прожаренного куска мяска и воздушного бисквита.

Скорпиус радостно сверкнул глазами и быстро предложил:

— Сэр, я запишу вас к своему врачу, если позволите. Он лучший в этом вопросе! Вот лучшее тому подтверждение, — он кивнул на свои пустые тарелки и кинул в рот еще одну таблетку.

— Хорошо, запиши, — кивнул Гарри. Черт возьми, а ведь как было приятно наблюдать за энтузиазмом Скорпиуса! Впервые за долгое время он видел искреннюю и настоящую готовность помочь, почти заботу. — Если ты наелся, то идем закупаться «Сникерсами» — и в Корвуд, — сказал он довольно откинувшемуся в кресле Скорпиусу.

— Да, сэр! — Скорпиус энергично кивнул и достал кошелек. Он отсчитал сумму, ровно вдвое превышающую стоимость их совместного заказа, причем на этот раз это были доллары. Похоже, на кошельке были гоблинские чары, позволяющие не заморачиваться заядлому путешественнику — нужную валюту они предоставляли автоматически. — А что такое «Сникерсы»? — поинтересовался Скорпиус уже на улице.

— Аналог твоим энергетическим батончикам. Это вкусно, — заверил его Гарри, подводя ко входу в супермаркет. — Постарайся от меня не отставать, не то легко можешь потеряться между прилавками, — начал Гарри, но тут же себя одернул. Скорпиус не ребенок, а взрослый человек. И вполне себе подготовленный аврор.

Скорпиус нахмурился, явно подумав о том же самом.

— Сэр, а давайте вы подождете меня тут? — сказал он, войдя в просторный холл. И решительно двинулся не к входу в торговый зал, а в центр холла, где был хороший обзор почти на все ряды. Гарри с легкой оторопью наблюдал, как за одно мгновение Скорпиус «просканировал» представленные в магазине товары, пригляделся к полкам со сладостями и стремительно пошел внутрь. Идти за ним было, похоже, бессмысленно, и Гарри пошел к кассам. Скорпиус появился всего пару секунд спустя с целой коробкой «Сникерсов» и какой-то баночкой сверху. Смущенно глянув на Гарри, он поставил коробку на ленту и быстро спрятал за ней таинственную банку.

Разглядеть этикетку Гарри не мог, но было очень любопытно, что же так поспешил спрятать от него Скорпиус. Вгонять мальчишку в краску и спрашивать, что он купил помимо батончиков, было глупо и некрасиво. В конце концов он имеет право и на личные покупки, и на свои секреты.

А вот реакция женщины на кассе заинтриговала окончательно. Поспешно просканировав штрих-код и сунув баночку в пакет, она прошлась по каждому из них откровенно оценивающим взглядом и, посмотрев на Скорпиуса с нескрываемой завистью, объявила общую стоимость покупки.

— И как тебе маггловские товары? — спросил Гарри, когда Скорпиус расплатился, и они отошли от касс.

— Слишком много непонятных ингредиентов, — ответил Скорпиус озабоченно. — Я, конечно, не сомневаюсь, что это можно есть, раз это едят они, но мне все же хотелось бы знать, что значат эти буквы с цифрами и слова «идентичный натуральному». Как может что-то быть не натуральным?

— Буквы с цифрами — это пищевые добавки. Различные стабилизаторы, загустители и консерванты. Чтобы продукты не портились и могли храниться месяцами. А идентичный натуральному… — Гарри замялся, силясь объяснить элементарное для него, но абсолютно неясное для Скорпиуса. — В общем, смотри… Возьмем, к примеру, выращенную на лужайке клубнику. У нее и вкус, и запах настоящий, потому что ее такой сделала природа. Она считается натуральным продуктом. А вот жевательная резинка с клубничным ароматом — это другое дело. Это искусственно созданный продукт, в природе ее не бывает. Но кому-то захотелось жевать жвачку и чувствовать при этом вкус и аромат клубники. И магглы идентифицировали ингредиенты и воссоздали их искусственным путем, — закончил он и взглянул на сосредоточенного Скорпиуса. — Наверное, я тебя только запутал, — виновато добавил. — Лектор из меня никудышный.

— Ничего, я погуглю, — успокоил его Скорпиус и, заведя Гарри в проулок, протянул руку. — Аппарируем к машине?

Гарри взялся за протянутую ладонь и аккуратно потянул Скорпиуса на себя.

— Погоди, — прошептал он пересохшими губами и, не удержавшись, откинул со лба отвисшую светлую прядь. Непокорная прядь выскользнула из пальцев и снова упала на лоб. Гарри улыбнулся и скользнул подушечками по скуле, медленно спускаясь вниз, по щеке к подбородку. — Похоже, скоро я впаду в зависимость, — хрипло произнес он в самые губы и осторожно, словно спрашивая разрешение, коснулся их своими.

Скорпиус положил руку на его ладонь, жадно ответил на поцелуй, качнувшись навстречу.

— Наверное, это не слишком хорошо, — прошептал он Гарри в губы. — Вы же не приемлите зависимостей.

— Наверное… — рвано выдохнул Гарри и вдумчиво посмотрел на Скорпиуса. — Но мне это определенно нравится, — с уверенностью сообщил он и крепче прижал его к себе, сминая податливые губы в новом поцелуе.

Скорпиус потянулся к нему, положил ладони на плечи, не решаясь обнять, и шагнул ближе. Он явно чувствовал себя неуютно, целуясь посреди улицы, но так же было понятно, что первым разрывать поцелуй он не намерен.

И Гарри не хотел этого делать. Была б его воля, он так и стоял бы в этом проулке и продолжал обниматься со Скорпиусом до обоюдных всхлипов. А потом, когда сдерживаться стало бы совсем невмоготу, они вернулись бы в номер. И он ласкал бы Малфоя до тех пор, пока тот не начал бы стонать громко, в голос, позабыв о приличиях и всяких стеснениях…

Но время неумолимо летело — а они и так задержались гораздо дольше запланированного — и Гарри заставил себя отстраниться. Не ощущая твердости под ногами, произнес глухо и хрипло:

— Аппарируем.

Скорпиус вопреки обыкновению послушался не сразу — помедлил, потряс головой и сжал ручку пакета, резко подхватив его с земли.

— Да, сэр, — наконец ответил он, и Гарри весело подумал, что кому-то тут жизненно нужна «перезагрузка».

Развить мысль не дал рывок аппарации. Скорпиус переместил их в ту же подворотню, из которой они вчера аппарировали и, как выяснилось, зря. На улице возле проката не было ни одной живой души.

— Отлично, — оценил обстановку Малфой. — Есть, где потренироваться. Подождите меня тут, сэр.

Он вытащил из кармана ключи и быстро пошел к джипу. Гарри с интересом следил, как он отпирает дверь, садится за руль и особенно — как трогает машину с места… Точнее, срывается со свистом. Лихо вырулив из хлипеньких ворот, джип промчался по пустынной улице, развернулся в конце на сто восемьдесят градусов, взревел, снова набирая скорость, и остановился как вкопанный точно возле Гарри. Стекло опустилось и совершенно счастливый Скорпиус влюбленно выдохнул:

— Хочу себе такую!

Да, возможно их затянувшаяся командировка породит в мальчишке еще немало всяческих «хочу». Равно, как и в самом Гарри. Правда, его желания концентрировались исключительно вокруг одного ее компонента — Скорпиуса Малфоя.

С этими мыслями Гарри обошел машину, открыл дверь и уселся вперед, рядом со Скорпиусом.

— Хорошо смотришься, — улыбнулся он, оглядев уверенно откинувшегося в водительском кресле Малфоя.

Скорпиус улыбнулся и покрепче сжал руль.

— Спасибо, сэр. Это совсем не сложно! — он тронул машину с места — на этот раз мягко — и достал из кармана «АйДжамп». Одной рукой набрал на экране что-то и бросил на планшет один мимолетный взгляд.

— А давай ты будешь делать что-то одно? — с некоторым беспокойством заметил Гарри.

— Мистер Поттер, природа сильно ошиблась, не наградив меня вдобавок к мозгу сотней рук, — хмыкнул Скорпиус. — Я могу смотреть около тысячи разных видео одновременно, уж с тем, чтобы следить за дорогой и выяснить несколько интересующих меня фактов, я справлюсь.

— Хорошо, только ты имей в виду, что на встречку тебе может вылететь маггл, который, увы, не обладает присущей тебе повышенной концентрацией внимания и быстротой реакции, — наставительно протянул Гарри. В Скорпиусе он как раз таки и не сомневался. — Кстати, хорошо бы посмотреть, как выглядят водительские права, — добавил он, устраиваясь поудобнее. — И имя тебе маггловское придумать.

Скорпиус тут же пробежался пальцами по экрану и зачитал список имен.

— Всё, хватит! — взмолился Гарри, не дослушав даже до буквы «Б». — Мне-то они зачем? Выбери что-нибудь себе по душе!

— Скорпиус Гиперион Малфой, — решительно сказал Скорпиус. — Всё остальное мне совершенно не нравится. А права выглядят вот так, — он развернул экран к нему.

— Так ладно, Скорпиус Гиперион, — усмехнулся Гарри, — на время поездки будешь Генри Фордом. Он тоже машины любил, — навстречу им вывернул небольшой «фордик», и Гарри выдал первое имя, что ассоциативно пришло ему в голову. Он потянулся в бардачок и вытащил лежавшие в нем карты и путеводители по знаменитым местам штата Алабама. Внимательно посмотрев на картинку на экране, трансфигурировал один из буклетов, превратив яркий проспект в нужный им документ. — Ну вот, как настоящий, — протянул он, сверившись с образцом.

Скорпиус скептически оглядел документ, сверился с планшетом и, достав палочку, кое-что в нем подправил.

— «Гарри Поттер», — прочитал Гарри с удивлением. — И как это понимать?

— У вас вполне маггловское имя, — безмятежно улыбнулся Скорпиус. — И мне оно нравится.

— Да-а, Скорпиус, — придя в себя от очередной порции удивления, выдохнул Гарри. — И ты еще считаешь, что рядом с тобой можно заскучать?

— Я озвучил среднестастическую точку зрения, — отозвался Скорпиус, усиленно изображая сосредоточенность на дороге.

— И кто, позволь поинтересоваться, все это тебе сказал? — спросил Гарри. Ему показалось, или он действительно услышал напряжение в его голосе?

— Моя девушка. — Нет, не показалось, напряженность действительно была, да ещё какая. — Сказала одна, но думали так все, я уверен.

Скорпиус отложил планшет и взялся обеими руками за руль, прибавляя скорость.

Гарри мысленно выругался, мол, ну что за дура, и уже хотел сказать, чтобы Скорпиус вообще никак не реагировал на подобную глупость — пропустил мимо ушей, выкинул из головы, и чтобы думать об этом забыл! Но в следующий миг Гарри понял, что не может произнести ни слова.

«Моя девушка», — слова осели в сознании тяжелым камнем. К чему тогда, позвольте спросить, было вчерашнее? Эксперимент? Любопытство?

— Значит, твоя девушка просто плохо знает тебя, — набрав в легкие воздух, выдавил, наконец, Гарри. — Но… но это не так, — с уверенностью закончил он и отвернулся в окно.

— Так они, в общем-то, и не пытались узнать, после того как понимали, что со мной слишком сложно, — пожал плечами Скорпиус. — И что ни на романтику, ни на желаемые им отношения мой мозг не запрограммирован. Я, конечно, мог бы притвориться, но ни одна из них не интересовала меня настолько, чтобы это сделать. А секс они мне не просто давали без всяких усилий — они его от меня требовали, — он криво усмехнулся.

— Тогда тем более нечего заморачиваться. И вообще немедленно выкинь эти мысли из головы, — переварив услышанное, с облегчением произнес Гарри. Однако никакой ответной реакции не увидел — ни протеста, ни кивка. Ноль. Скорпиус по-прежнему упорно смотрел вперед себя и молчал. — Эй, Скорпиус, — мягко позвал он, — ты что, игнорируешь меня? — улыбнувшись, проговорил Гарри. — Или ты теперь исключительно на Гарри Поттера отзываешься?

Скорпиус улыбнулся ему в ответ и покачал головой.

— Нет, сэр, на оба ваши вопроса. Что же насчет «выкинь из головы» — не получится. Во-первых, если вы не забыли, у меня абсолютная память. А во-вторых — исключительные способности к аналитике. И тщательный долговременный анализ всей моей жизни позволяет с уверенностью утверждать, что девушки были правы на девяносто семь процентов.

— Идиот, — только и смог выдохнуть Гарри, покачав головой. — Толку от твоих аналитических способностей и долговременных анализов, если ты не в состоянии сделать правильные выводы!

Может, и не стоило говорить со Скорпиусом в подобном тоне, но всю эту ересь про скучность слышать Гарри не мог и не хотел. Мало того, что у кого-то мозгов хватило высказать Малфою всю эту хрень, так тот в нее еще и свято уверовал! Просто уму непостижимо!

Скорпиус некоторое время молчал, не глядя на Гарри, а потом сказал ровным голосом:

— Я вас забавляю и удивляю, и вам нравится моё тело. Но то, что забавляет, начнет раздражать, то, что удивляло, станет обычным, а тело надоест. И что останется на выходе?

— Ты прав, — холодно отрезал Гарри. — Ты меня забавляешь. И удивляешь. Одним словом, скучать не даешь. Да так стараешься, что тебя порой хочется схватить за грудки и встряхнуть как следует. Знаешь, я не так силен в счете, как ты, но только за последние сутки насчитал три таких момента. А что останется на выходе, так это и от тебя зависит тоже, — припечатал Гарри, уставившись на дорогу.

Скорпиус кинул на него быстрый взгляд и медленно кивнул.

— Хорошо, мистер Поттер, — сказал он очень серьёзно. — Я понял. Каким вам хотелось бы, чтобы я был?

Нет, вот что-что, а заскучать с Малфоем ему точно не грозит, в который раз убедился Гарри и мысленно сосчитал до десяти и обратно. Чтобы не сорваться и не надавать мальчишке по самое не могу. Ну, где, где сейчас его хваленые мозги? В марионетку он решил поиграть, поглядите-ка!

— Останови машину, — сказал Гарри на выдохе. — Выйди и пропрыгай на одной ноге вокруг нее пять раз, — отчеканил каждое слово. — Ты же решил моим прихотям подчиняться? Начинай, — и качнул головой в сторону дороги. — А хотя нет, я передумал. Снимай штаны и залезай назад. Другими прихотями займешься.

— Значит, послушным, — заключил Скорпиус с улыбкой. — Но это если судить по словам. А если по тону — то совсем наоборот. Но вы меня неправильно поняли. Я не хочу исполнять ваши прихоти. Я хочу подольше оставаться интересным. И не только как диковинная зверушка.

— Так что? Каким все-таки ты должен быть? Послушным или наоборот? — спросил Гарри, но уже спокойно. Очень было интересно, какая на сей раз схема родилась в голове Скорпиуса. И благо, если Скорпиус понял, что должен он только одно единственное: быть и оставаться собой. И не конкретно ему, Гарри, а, прежде всего, самому себе.

— Одно я знаю наверняка: серенады под окнами точно петь не надо, — ответил Скорпиус невозмутимо.

— Только не говори, что ты еще и петь умеешь, — удивленно протянул Гарри.

— Сейчас нет, — весело посмотрел на него Скорпиус. — Но я и машину водить не умел.

Гарри посмотрел на Скорпиуса и рассмеялся. Нет, когда-нибудь Малфой точно сведет его с ума. Разве может обычный человек, пусть даже и Глава Аврората, выдержать столько эмоций за раз? Ведь еще несколько минут назад Гарри готов был ему врезать, а сейчас вполне спокойно и даже с интересом наблюдал, как уверенно Скорпиус ведет машину. И вот никак по Малфою не скажешь, что за рулем он первый день. Расслабленно откинувшись в кресле, он легко держал управление и не замечал, как время от времени, будто лаская, поглаживает пальцами кожаный руль. И откидывает со лба ту самую непослушную прядь, с который там, еще в переулке, не справился и Гарри.

Сейчас Скорпиус не просто привлекал к себе взгляд, им хотелось любоваться. И не только любоваться — Малфоя хотелось трогать. Пощупать литое плечо, провести рукой по бедру. Затем скользнуть к паху и мягко сжать член, ощутив ладонью сквозь одежду легкий толчок. А представив, как Скорпиус наверняка закусит губу, сдерживая стон, Гарри едва не простонал сам.

Судорожно выдохнув, он отвернулся в окно, стараясь отвлечься хотя бы на пролетающие мимо указатели.

— Мистер Поттер, — окликнул его Скорпиус, посмотрев на него так внимательно, что стало сразу понятно — очередной «приступ» незамеченным не прошел. — Вы не могли бы дать мне батончик? Я не дотянусь.

— Конечно, — поспешно отозвался Гарри. — Где пакет?

Скорпиус кивнул на заднее сидение, и, протянув уже руку за пакетом, Гарри вдруг вспомнил, что там помимо батончиков покоилась ещё и таинственная баночка. Украдкой глянув на Малфоя, Гарри поспешно схватил пакет, раскрыл его и заглянул внутрь.

Ознакомившись же с содержимым, Гарри мог руку дать на отсечение, что Малфой намеренно, если не сказать нарочно, попросил его залезть в пакет, продемонстрировав таким образом свою таинственную покупку. И куда, позвольте узнать, делась вся природная скромность? — мысленно хмыкнул Гарри, вспомнив, с каким смущением Скорпиус прятал эту баночку на кассе. На дне пакета, рядом с коробкой с шоколадками, лежала смазка для анального секса.

— Если это намек, то место ты выбрал не совсем подходящее, — проговорил хрипло, вынимая из коробки батончик.

— Это шоколадка, — возразил Скорпиус, забирая у него «сникерс», но глаза у него при этом лукаво блеснули. — А то, что в пакете — предусмотрительность.

— Предусмотрительный ты наш, — усмехнулся Гарри, возвращая пакет на заднее сидение и убеждая себя, что поступает правильно. Машина все же не место для первого раза. Совсем не располагает к неторопливости и всяким нежностям, в которых Скорпиус ох как сильно будет нуждаться. Да и сейчас Гарри вовсе не был не уверен, что способен проявить терпение и выдержку — мысль о валяющейся в пакете смазке возбудила так, что член молниеносно набух и уперся в ширинку, яйца поджались, а по телу прокатилась долгая удушливая волна. Но с другой стороны, Малфой же не просто похвастаться покупкой решил… — Останавливай машину, дракклы тебя задери, — выдохнул Гарри, шалея от предвкушения.

На этот раз Скорпиус послушался мгновенно — будто только этого и ждал. Остановив джип на обочине, он развернулся к Гарри и оперся локтем на руль.

— Для сведения: сидения откидываются, — сказал, понизив голос.

— Обязательно учту, — заверил его Гарри и аккуратно потянул Скорпиуса на себя. Сам придвинулся ближе, насколько было возможно, и в следующую секунду смял податливые губы голодным жадным поцелуем. Скорпиус вздрогнул и глухо простонал, а Гарри скользнул ладонью под футболку, огладил крепкую спину и опустился ниже, подцепив пальцами высунувшуюся резинку трусов. — Ну и как они откидываются? — прошептал он в самые губы.

Скорпиус подался вперед, толкнул его грудью, прижимаясь, и потянулся рукой под его сиденье. Спинка послушно опустилась вровень с задним сиденьем, образуя удобную кушетку.

— Да, черт побери, хочу такую машину! — хрипло прошептал Скорпиус.

Гарри откинулся назад, устроился поудобнее и оглядел нависающего над ним Скорпиуса.

— Еще немного, и я сам ее куплю, — сбито прошептал он, замирая в новой волне оплавляющего внутренности жара. — Иди ко мне, — приподнялся на локтях и потянулся навстречу Скорпиусу.

Сидение было достаточно широким, чтобы Скорпиус смог оседлать его бедра, что он немедленно и сделал. Гарри удобно устроился спиной на спинке заднего сидения, вытянув ноги, и малодушно подумал, что, в принципе, и тут вполне комфортно для первого использования малфоевской «предусмотрительности». Тем более, Скорпиусу так нравится эта машина…

«И все же мальчишка достоин большего», — решил Гарри после некоторой борьбы с самим собой и потянул вверх его майку.

Скорпиус стряхнул с себя совершенно не нужный в данный момент предмет одежды и выпрямился, насколько позволял высокий потолок машины. Погладил Гарри по животу, завороженно глядя ему в глаза, и взялся за ремень джинсов.

Он проворно лязгнул застежкой, потянул за язычок молнии и стянул с Гарри ставшие до невозможности лишними джинсы до колен, освободив, наконец, его ноющий член. Затем избавился от своих, окинул Гарри плывущим, расфокусированным взглядом и снова залез на него верхом. Гарри затаил дыхание и коротко толкнулся, усиливая контакт и вжимаясь твердым членом в упругую задницу. Затем скользнул ладонью по крепкой спине, задержался на пояснице и огладил поджарые ягодицы.

Скорпиус гладил его не торопясь, будто им совершенно некуда было спешить. Хотя, возможно, он просто уже подсчитал, что до темноты они в Корвуд не успеют, и решил не лишать себя удовольствия. А то, что для него это было именно удовольствие, можно было понять без труда — по восхищенному взгляду, алеющим щекам и сосредоточенно закушенной губе. Свой член он не трогал, и казалось, что джинсы были отброшены прочь только для того, чтобы и Гарри было на что посмотреть.

Задрав на Гарри футболку, Скорпиус погладил свободной рукой его живот, пробегаясь пальцами по всем впадинкам и выпуклостям, а другой рукой исследовал член, будто запоминал каждую венку и складочку. Впрочем, Гарри не сомневался, что так и было. Он не торопил Скорпиуса, позволяя тому проводить исследования, хотя член уже болел от распирающей его крови, а невесомые ласки нисколько не приносили облегчения. Но, как оказалось, дрочка в планы Малфоя не входила. Так и не сжав толком член, он потянулся к пакету, достал смазку и, раньше, чем Гарри успел его остановить, щедро плеснул её себе на ладонь.

«Ладно, пусть», — решил Гарри, стискивая зубы, — скользить будет лучше. И закрыл глаза, когда горячая скользкая ладонь обхватила судорожно дернувшийся член.

Скорпиус медленно задвигал рукой, оттягивая нежную кожу и обнажая сочащуюся смазкой головку. Яйца поджались, а на конце члена выступила новая прозрачная капелька. Облизнув пересохшие губы, Скорпиус размазал ее большим пальцем, заставляя Гарри упереться в пятки, выгнуться на лопатках и громко всхлипнуть. Видимо, решив, что с прелюдией затягивать смысла больше нет, Скорпиус слез с него, по-быстрому стащил с себя трусы и снова оседлал Гарри. Затем приподнялся на коленях, схватил пульсирующий член, и в следующий миг Гарри почувствовал как головка его члена уперлась с тугой сжатый анус.

— Скорпиус, погоди, — разлепив сухие губы, хрипло задышал Гарри. — Постой, — сказал уже более уверенно.

Та скорость, с которой Скорпиус послушался, красноречивей любых слов говорила, что на самом деле тот не был так спокоен, как хотел казаться. И всё же в голосе его прозвучали нотки разочарования.

— Что-то не так, сэр? — спросил он напряженно.

— Не так. И не здесь, — кивнул Гарри, мягко снимая его руку с набухшего члена. Где-то глубоко в груди остро кольнуло, когда он встретился со Скорпиусом глазами. Как бы ни хотел тот спрятать плескавшиеся в них эмоции, как бы ни старался поскорее отвести глаза в сторону, чтобы ни коим образом не выдать нахлынувших чувств, Гарри не смог не заметить отразившуюся в них вину и обиду, да такую сильную, что ее, казалось, можно было пощупать.

— Я вас понял, — тихо произнес Скорпиус и дернулся рывком, чтобы слезть и одеться. И растерянно замер, когда дрогнувшие пальцы внезапно впились в его бедра, крепко удерживая и лишая возможности двинуться.

Мысленно выматерившись — яйца звенели, а член был настолько напряжен, что это уже причиняло боль, — Гарри все же заставил себя забыть о собственных желаниях и переключиться на Скорпиуса. Потому что понимал: прояви он сейчас нетерпение и оттолкни его — и еще неясно, что было для Малфоя хуже — неизвестно, чем все закончится. А еще где-то на уровне подсознания и интуиции он знал: проявленные сейчас разум и выдержка окупятся ему с лихвой.

Гарри чуть улыбнулся — ничего-то Малфой не понял — огладил его задницу и потянул на себя, усаживая не ожидавшего подобного Скорпиуса к себе на грудь.

Скорпиус помотал головой, будто пытаясь переключиться на внезапно изменившуюся реальность, и растерянно посмотрел на Гарри. Что делать дальше он явно не знал и неуютно поерзал. Его красивый ровный член качнулся, привлекая внимание, и Гарри, наконец, сумел хорошенько его рассмотреть. Неизвестно, какие стимуляторы роста пил в детстве Скорпиус, но они явно подействовали — член у него был самым большим из тех, что довелось видеть Гарри. Может быть, не самым толстым, но точно самым длинным. И хоть Гарри был не большим любителем нижней роли, мысль о том, что этот член буквально создан для анального секса, его всё-таки посетила. Волосы на теле Скорпиуса почти не росли, и оттого его член казался ещё больше.

— Ты правильно делаешь, что прячешь такое богатство от камер, — улыбнулся Гарри. — Иначе тебя уже кто-нибудь украл в порно-рабство.

— У магглов и такое бывает? — скорее из вежливости поинтересовался чуть успокоившийся Скорпиус, пристально наблюдая за ним.

— Да чего у магглов только не бывает, — отмахнулся от вопроса Гарри — магглов они могут обсудить и в другое время — и мягко притянул Скорпиуса за бедра, приближая дрогнувший в нетерпении член максимально к своему лицу. Скорпиус напряженно закусил губу, жадно впитывая каждое действие, и затаил дыхание. Гарри легонько подул на блестящую от текущей смазки головку, подцепил языком тягучую капельку и провел пальцами по поджавшимся яйцам. Затем сгреб их в ладонь, плавно перекатил в руке и, вновь вернувшись к покрасневшей головке, медленно облизал ее. Скорпиус дернулся, судорожно всхлипнул и толкнулся вперед, мазнув скользким членом по губам.

— Сэр, я… — начал было он, но Гарри не стал слушать — этот потрясающий член требовал его внимания куда больше, чем его хозяин. Облизав губы в предвкушении, Гарри обхватил ствол у основания, с восторгом отметив, что его кулак казался маленьким на этом длиннющем члене, и сомкнул губы вокруг аккуратной головки. Малфой вздрогнул всем телом, сжал руки в кулаки, не зная, куда их деть, и с шумом втянул воздух.

— Сэр! — всхлипнул он. — Зачем?..

Пропустив совершенно идиотский вопрос мимо ушей, Гарри принялся за дело всерьез, тем более, что сосать этот член, несмотря на размеры, было легко и приятно. Конечно, о том, чтобы заглотить целиком, он даже не думал, но вполне успешно помогал себе рукой.

Больше Скорпиус не пытался с ним заговорить — он жмурился, едва ли не до слез, вздрагивал и тихо вымученно стонал, изо всех сил стараясь не двигать бедрами. Его хваленый мозг, так успешно справлявшийся со множеством заданий одновременно, сейчас явно заглючил, атакованный со всех сторон древними инстинктами, и в конце концов проиграл бой — Скорпиус привстал на коленях, схватился рукой за спинку водительского сидения и стал толкаться Гарри в рот длинными размашистыми толчками.

«Наконец-то», — вскользь подумал Гарри. Он уже и не надеялся дождаться, когда у Малфоя слетят тормоза и тот перестанет зажиматься. В робком, сдерживающем себя Скорпиусе, конечно, был свой смак, но от забывшегося, хрипло дышащего и рвано вколачивающегося в его горло Скорпиуса в венах вмиг закипала кровь.

Гарри расслабил горло, позволив пульсирующему члену свободно скользить по влажным стенкам, потянулся рукой к собственному члену, крепко сжал его ладонью и мощно двинул по стволу, не сдержав собственного стона. Ответный стон, громкий и протяжный, зазвучал в ушах настоящей музыкой. Скорпиус ускорил движения, и Гарри задвигал рукой по скользкой горячей плоти в такт его толчкам. Почему-то нестерпимо хотелось кончить одновременно, и Гарри, понимая, что находится на грани, надавил языком на таранящий его рот член.

Скорпиус вскрикнул, выгнулся, вжимаясь затылком в потолок джипа и задрожал, мелко двигая бедрами. Вкуса спермы Гарри не почувствовал — та потекла глубоко в горло горячей мощной струёй. Сглотнув, он в последний раз двинув рукой по члену и провалился в долгожданный оргазм.

Когда он открыл глаза, расслабленный и усталый, Скорпиус уже успел прийти в себя и выглядел слегка напуганным. Он поспешно, но аккуратно отстранился, едва не заставив Гарри закашляться — так глубоко он умудрился взять в рот, — и потянулся за палочкой. Очищающее захолодило кожу, и Гарри поморщился.

Скорпиус покончил с чарами, сжал палочку и замер, нерешительно поелозив на бедрах Гарри. Гарри улыбнулся, убрал с его лба не успевшие высохнуть пряди и приподнялся на локте. Не отводя глаз, запустил пальцы во влажные волосы, спустился по затылку к шее, мягко поглаживая нежную кожу, и осторожно наклонил его к себе.

— Ты даже не представляешь, какой ты охрененный, — произнес на выдохе и увлек Скорпиуса в медленный, успокаивающий поцелуй.

Целуясь, Скорпиус заметно воспрял духом и, отстранившись, уже улыбался.

— Я не знаю, что говорят в таких случаях, — признался он. — Но я, по-моему, даже собственное имя забыл.

Гарри рассмеялся и взъерошил его макушку:

— Значит, начну готовиться к обвинениям, что испортил национальное достояние.

— Ещё нет, но очень надеюсь, что вечером испортите, — улыбнулся Скорпиус чуть смущенно.

— Что, и камер в номере не постесняешься? — вернув улыбку, протянул Гарри.

— Нам не обязательно возвращаться в номер, — Скорпиус неохотно с него слез и начал одеваться. — В деревне наверняка найдется, где незаметно провести ночь.

Гарри молча усмехнулся — похоже, Малфой начал входить во вкус, раз сам заговорил о вечере — и натянул трусы с джинсами. Влез в футболку, вернул кресло в прежнее положение и расслабленно откинулся на спинку.

— До Корвуда далеко еще? — спросил он, взглянув на заходящее солнце. — До темноты успеем?

— До темноты мы успеем только в Айонскую лощину, и то, если я буду гнать машину на пределе, — покачал головой Скорпиус. — Корвуд будем искать уже завтра. Надеюсь, в Аврорате всё нормально, раз Кайл до сих не вышел на связь.

Он завел машину, вырулил на дорогу и втопил педаль газа в пол. Гарри вжало в кресло, но, видя, что Малфой полностью контролирует машину, до сантиметров рассчитывая маневры, промолчал.

— Если не вышел, значит, нормально. Что случись, Кайл первым же забьет тревогу, — кивнул Гарри и замолчал на полуслове. — Скорпиус, а как же твои совята? — спросил он и обеспокоенно посмотрел на Малфоя. Никто ведь и не предполагал, что их командировка в штаты может затянуться, и что совы надолго останутся без присмотра. А у Скорпиуса даже домовиков нет, что смогли бы позаботиться о птицах в его отсутствие.

— Старшие о них позаботятся, — уверенно, но слегка озабоченно отозвался Малфой, лихо обгоняя большой грузовик. Тот обиженно прогудел что-то, но джип уже несся вперед, лавируя между выбоинами на дороге.

Гарри коротко кивнул, и дальше они ехали молча. Но молчание это ничуть не тяготило. Наоборот, сидеть в тишине с Малфоем было очень комфортно. Не нужно было специально выискивать тему для разговора, выдавливать из себя ненужные реплики и ничего не значащие улыбки. Можно было просто расслабиться и наслаждаться видом из окна, что Гарри и делал, пока не задремал.

Он открыл глаза, когда солнце уже спряталось за горизонтом, и впереди виднелась казавшейся бесконечной темная дорога, освещаемая лишь фарами их машины.

— Сколько я проспал? — подавив зевок, спросил Гарри.

— Три часа, двадцать четыре минуты, тридцать шесть секунд, — в привычной манере отозвался Скорпиус. Сейчас он вел машину медленно, и явно этим тяготился. — Дорога ужасная, сэр, пришлось сбросить скорость. Расчетное время прибытия в Лощину — через девять с половиной минут, но, боюсь, сегодня общаться с местным населением смысла не имеет.

— Совершенно никакого, — согласился Гарри, выгнул спину и покачал головой. И хотя пассажирское сидение было, бесспорно, удобным, за время сна шея все же затекла. Но Гарри вовсе не жаловался. Наоборот, этот кратковременный сон пошел лишь на пользу. Гарри был полон сил и энергии и чувствовал себя невероятно отдохнувшим.

— Судя по масштабной карте, тут довольно глухо, — сказал Скорпиус, паркуя джип, не доезжая деревни. — Не стоит привлекать лишнего внимания. Вариантов ночевки у нас несколько: остаться в машине, вернуться в отель, напроситься в гости к сердобольному фермеру или тихонечко залезть в какой-нибудь сарай и устроиться там с комфортом. Что скажете, сэр? — он повернулся к Гарри.

— В машине остаться мы всегда успеем. К сердобольному фермеру проситься поздновато, — сверившись с сотворенным Темпусом, заключил Гарри. — Деревенские ведь рано спать ложатся. А баламутить один дом за другим совсем не хочется. Значит, остается комфортабельный сарай, — улыбнулся он. — Пойдем поищем.

— Недалеко от реки есть какое-то здание, — сказал Скорпиус. — Вряд ли оно жилое. Можем пойти туда. — Он подхватил пакет со «сникерсами», вышел из джипа, любовно погладил его по капоту и, дождавшись, когда Гарри захлопнет свою дверь, накинул на машину Отводящее взгляд заклинание.

До деревни оказалось совсем недалеко, и прогулка по ночной лесной дороге доставила лишь удовольствие.

— Сэр, в деревнях же всегда есть куры, верно? — спросил вдруг Скорпиус. — На маггловедении во всех учебниках на фермах рисуют кур.

— Конечно, есть, — утвердительно кивнул Гарри. — Еще и коровы водятся. Проголодался? — спросил он, обеспокоенно взглянув на Скорпиуса. Разглядеть в свете луны, пусть даже и ярком, не побледнел ли Малфой, оказалось довольно проблематично, ну судя по уверенным четким шагам и довольно бодрому голосу, в обморок падать он не собирался.

— Увы, — Скорпиус развел руками. — И, боюсь, достаточно сильно, чтобы подумывать о небольшом преступлении.

— Каком еще преступлении? — спросил Гарри, не сообразив, к чему клонит Скорпиус.

— Об убийстве, — протянул Скорпиус зловещим шепотом.

— Ты что несешь? — нахмурился Гарри и остановился как вкопанный.

Скорпиус тоже остановился и виновато опустил голову.

— Простите, сэр, — сказал он уже нормальным голосом. — Я всего лишь думаю, что мы могли бы позаимствовать одну курицу, раз уж их здесь много, а утром отдать за неё деньги.

Глянув на поникшего Скорпиуса, Гарри почувствовал острой укол вины. В конце концов, пора научиться различать и понимать шутки. И это он еще Малфоя в занудстве обвинял?

— На твоем месте, Скорпиус, я бы уже задумался о массовом убийстве, — шутливо протянул Гарри. — Целого курятника, — полушепотом добавил он. — Потом бы воспользовался должностными полномочиями и закрыл дело за недостатком улик.

Скорпиус улыбнулся и покачал головой.

— Одна курица и одна бесплатная форель из реки, — твердо сказал он и вытащил палочку. — Акцио, самая толстая курица в этой деревне!

Некоторое время ничего не происходило, а потом послышалось истошное кудахтанье, и им на голову свалилась большая и действительно очень толстая курица.

— Добрый вечер, мэм, — хмыкнул Скорпиус и схватил её за лапки. — Простите, но сегодня ваши хозяева слегка осиротеют.

Курица обеспокоенно закудахтала, а Гарри принялся с интересом наблюдать, как развернется «беседа» дальше.

— Кстати, это очень плохая идея заводить разговоры с едой, — сдерживая смех, проговорил он. — Смотри, сейчас она пустит в ход все очарование, и все… останешься голодным, — заключил весело. Что в принципе было вполне вероятно, учитывая любовь Скорпиуса к птицам. Не сова, конечно, но тоже с крыльями и клювом.

— Это вряд ли… — Скорпиус взмахнул палочкой и тихо шепнул: — Петрификус Тоталус. Секо. Эванеско. — Курица повисла в его руках обезглавленной обескровленной тушкой, и Скорпиус продемонстрировал её впавшему в легкий ступор Гарри. — А вот что делать с перьями, я не знаю, — сказал задумчиво. — И вряд ли смогу посмотреть заклинание в Интернете. Но можно посмотреть, как с проблемой справляются магглы.

— Можно и не смотреть, — выйдя из ступора, проговорил Гарри. — Магглы их ощипывают. Руками. Перышко за перышком, — насмешливо произнес он, представив Скорпиуса, методично выдергивающего перья из тушки. Вроде и смешного ничего… но все равно забавно.

Скорпиус вздернул бровь и с силой дернул перо из крыла. Перо не поддалось, и он нахмурился.

— Должен быть другой способ, — заявил уверенно и полез за «АйДжампом» в карман.

Ему понадобилась пара минут, чтобы нахмуриться ещё больше.

— Похоже, и, правда, общипывают, — протянул он уныло. — Но начала ошпаривают кипятком, чтобы перья легче вынимались. Так что нам нужно дойти до реки и развести огонь.

— Заодно и бесплатную форель словим, — отозвался Гарри, вспомнив забавную малфоевскую формулировку.

Скорпиус кивнул, и оба пошли на шум текущей воды. Сунув руки в карманы, намеренно подцепляя обувью мелкие сучки, Гарри небрежно шагал по тропинке, чувствуя покой и умиротворение. Ну и голод, к счастью несильный. Он весь день не вспоминал о еде, но стоило Скорпиусу заговорить о ней, как Гарри понял, что и сам не прочь перекусить.

— А как ты будешь курицу готовить? — спросил Гарри. Если Скорпиус будет ее варить, то он взял бы себе кусочек грудки.

— Ну, её определенно надо подвергнуть тепловой обработке, — рассудил Скорпиус. — Думаю, логичнее всего будет зажарить её на костре. Если снять кожу, то вам тоже можно. Вот только у нас нет соли. Будем надеяться, я рассудил правильно, и возле реки будет конюшня или хлев.

Почему Скорпиус надеялся именно на это, Гарри спросить не успел — впереди показался небольшой домик с тусклой лампочкой под крышей.

— Летняя конюшня, — обрадовался Скорпиус, заглянув внутрь. — Лошадей там нет, но есть сено. И соль!

И, правда, в трех просторных стойлах обнаружилось по большому камню соли-лизунца.

Пока Скорпиус обследовал конюшню, Гарри трансфигурировал найденный на берегу булыжник в подобие котелка и разжег костер, призвав сухие ветки. Навел на место их «пикника» отводящие и заглушающие чары и наполнил котелок водой, установив его над огнем. Оставалось дождаться, пока закипит вода, и вплотную заняться курицей.

Скорпиус пришел к костру с полной пригоршней соли и посмотрел на котелок с удивлением. Запоздало сообразив, что воду можно было вскипятить заклинанием, Гарри пожал плечами.

— Так уютнее, — сказал он и с сомнением посмотрел на курицу. — Ты уверен, что нужна ещё и рыба? В ней килограмм пять.

— Пока подождем с рыбой, — согласился Скорпиус. — А в конюшне на втором этаже полно сена. Можно устроиться не хуже, чем в отеле.

— Значит, так и сделаем, — кивнул Гарри и улыбнулся. — Смотри, вода закипела, — сообщил он и отлевитировал котелок, поставив его аккурат перед Скорпиусом. — Колдуй, — и уселся на лежащее рядом бревно.

— Если бы колдовать, — с досадой протянул Скорпиус и, подумав немного, просто макнул курицу в котелок, держа за ноги. Толстая тушка едва влезла, вытолкнув большую часть воды, но всё же погрузилась в воду по самый хвост. Подождав с минуту, Скорпиус вытащил курицу, охладил её заклинанием и на пробу дернул то самое перо, которое не поддалось в прошлый раз. Перо вылетело с легкостью. Довольно ухмыльнувшись, Скорпиус начал споро ощипывать тушку, держа ее за ноги на вытянутой руке. Получалось это у него довольно ладно и быстро — перья слезали пучками, стоило чуть-чуть потянуть. — Кажется, выглядит неплохо, — решил Скорпиус, когда курица осталась полностью голой — почти такой, как продавали в супермаркетах. С внутренностями он расправился так же быстро — просто уничтожил их Эванеско, как до этого кровь.

— Вот это и я понимаю — навыки. А то все устный счет, да фотопамять, — протянул Гарри, искренне понадеявшись, что Малфой не воспримет шутку за издевку. — Вот приготовишь ее, — он кивнул на ощипанную тушку, — так вообще цены тебе не будет.

— Никогда ничего не готовил, но, думаю, это не сложнее уже сделанной работы, — усмехнулся Скорпиус. Он натер тушку солью, трансфигурировал валяющуюся на земле палку с вертел, насадил на него курицу и, передав Гарри на хранение, занялся костром. Притушил пламя, зачаровал на равномерное горение, трансфигурировал еще две ветки в железные рогатины и воткнул по бокам.

— Ну как-то так… — протянул, водрузив на рогатины вертел. Подумав, он немного поколдовал, заставив вертел крутиться, и сел рядом с Гарри. — Примерно через полтора часа будет готова.

— Полтора часа? — ошарашено переспросил Гарри. Нет, это же самая настоящая пытка вот так сидеть около курицы, смотреть, как она готовится, через каждые пять минут сверяться с Темпусом и разочарованно вздыхать, что прошло все лишь пять минут, а не хотя бы, как казалось, полчаса. Вдыхать аппетитный аромат, который очень скоро пощекочет нос и раздразнит голодный желудок. Не-е-т, мазохистом Гарри не был и добровольно обрекать себя на полуторочасовые страдания не собирался. — Пойду посмотрю на нашу спальню, — сообщил он и встал на ноги. — Ты остаешься? — бросил он Скорпиусу.

— Нет необходимости, — покачал головой Скорпиус и взмахнул палочкой, вешая на курицу очередное заклинание. — Помогу вам с трансфигурацией.

На втором этаже конюшни обнаружилось целое сенное море. От пола и почти до потолка весь пол был завален душистым и ещё не до конца просохшим, а потому упругим и почти не колючим сеном. Запах тут стоял божественный, и совсем не хотелось трансфигурировать всю эту красоту в строгую кровать и кресла.

— Не знаю, как ты, но я буду спать прямо так, — заявил Гарри, втягивая носом душистый травяной аромат. — Обалдеть… — он обвел помещение восторженным взглядом. — Я никогда не видел столько сена!

— Ребенком я часто играл на конюшне, — улыбнулся Скорпиус. — Так что сена видел предостаточно. Но это действительно здорово. — Он наклонился и потрогал сено рукой. — Вот только задницу оно кололо порядочно, будем надеяться, это будет помягче, — добавил задумчиво. — Как бы то ни было, у этого места есть несомненный плюс. Тут нет камер.

Всё, вот теперь вопрос о раздельных «кроватях», о которых Гарри осторожно намекнул, можно было смело считать закрытым. Ведь Скорпиус мог и передумать насчет своих вечерних планов, а Гарри совсем не хотел на него давить. Ну, раз все оставалось в силе, то у них, как минимум, есть полтора совершенно свободных часа…

— Присутствие шеф-повара на кухне еще не требуется? — спросил Гарри и, взяв Скорпиуса за чуть прохладную ладонь, погладил большим пальцем нежную кожу запястья.

— Через час двадцать огонь потухнет, так что курице ничего не грозит, — заверил его Скорпиус. — Я также поставил охранные чары на случай, если тут есть собаки или койоты. И сэр… — он сжал его ладонь, заглядывая в глаза. — Я помню о нашей договоренности, и поэтому говорю: мне хочется, чтобы вы разделись. Пожалуйста, сэр?

От нехитрой просьбы, трогательной искренности в голосе и робкой надежды в малфоевских глазах что-то внутри всколыхнулось, защемило, а потом замкнуло, выбивая почву из-под ног и воздух из легких. Даже если бы Гарри и не хотел устраивать показательный стриптиз, то наверняка все равно бы согласился. Да разве можно отказать, когда тебя просят вот так?..

— Ну что ж… — глухо произнес он под пристальным взглядом Скорпиуса. — Эксклюзивное эротик-шоу от Гарри Поттера, — взялся за края футболки и снял ее через голову, демонстрируя развитые, широкие плечи, рельефную грудь и четко очерченные кубики пресса. Отбросил футболку в сторону и лязгнул застежкой ремня, одновременно разуваясь. Потянул вниз язычок металлической молнии, приспустил, обнажив ягодицы, джинсы и стянул их вместе с носками поочередно с каждой ноги, оставшись перед Скорпиусом в одних трусах. — С этим реквизитом сам справишься? — произнес на выдохе, оттянув тугую резинку.

Скорпиус сглотнул, кивнул и очень медленно опустился перед ним на одно колено в сено.

— Шоу заслуживает оваций, — сказал, глядя снизу вверх. — И поклонников.

Он положил ладони ему на ноги чуть выше коленей и медленно повел вверх, обжигая теплом своих рук, но ещё больше — горящим восхищением взглядом.

Гарри шумно выдохнул и замер, позволяя Скорпиусу трогать и щупать себя, не торопя его и не останавливая. Гарри закрыл глаза и едва не пошатнулся, теряя точку опоры — от простых прикосновений голову вело не хуже, чем от умелых и искусных ласк.

Он почувствовал, как Скорпиус потянул вниз трусы и невесомо поцеловал его в бедро прямо под выступающей косточкой, а потом сразу, без всякого перехода — в головку дернувшегося от неожиданности члена. Гарри распахнул глаза и увидел, что Скорпиус смотрит на его член, наклонившись к нему совсем близко.

— Без единого изъяна, — прошептал он, поняв, что Гарри на него смотрит. — Так красиво… — и взял член в руку, поднимая и взвешивая на ладони. — Если меня спросят, что самое красивое я видел в жизни — я отвечу, что стоящий член мистера Поттера, — он сжал руку и провел кулаком вверх, выдаивая из щелки капельку смазки.

— Скорпиус, — прошептал Гарри одними губами и потянулся пальцами к его лицу. Он медленно очертил его скулу, оставил ладонь на горячей щеке и мягко ее погладил, стремясь передать простым жестом всю нежность, на которую был только способен. Это длилось бесконечно долгое мгновение, пока Скорпиус не поднял на него глаза. А когда это случилось, Гарри показалось, что он навсегда утратил способность дышать — от избытка чужих эмоций, острых, скручивающих внутренности тугим жгутом, легкие отказали, а собственное сердце, прочувствовав их и пропустив сквозь себя, не справилось и прекратило биться. Все было просто и одновременно сложно — за всю свою жизнь Гарри не помнил, чтобы кто-то на него смотрел вот так.

Снова медленно поцеловав головку, словно отдавая дань восхищения, Скорпиус поднялся на ноги и стянул с себя футболку. Джинсы упали сами, едва он расстегнул пуговицу и молнию. Член, не помещаясь под трусами, высунулся из-под резинки, и когда Скорпиус сдернул их вниз, на стволе, далеко под головкой, остался морщинистый след.

Избавившись от одежды, Скорпиус трансфигурировал из футболки простыню, постелил её на сено и призвал смазку из оставленного у костра пакета.

— Мистер Поттер, то, что произошло в машине, было невероятно, фантастически здорово, но давайте на этот раз всё же воспользуемся этой вещью по назначению, — с этими словами он вручил Гарри баночку со смазкой и лег на простынь.

Гулко сглотнув, Гарри опустился рядом, проваливаясь в мягкость сена под простыней. Положив баночку рядом, он с нажимом огладил крепкие бедра, скользнул ладонями ниже, к коленям, побуждая тем самым Скорпиуса согнуть ноги. Скорпиус не сопротивлялся, однако закусил губу и закрыл глаза, наверняка приготовившись к скорейшему вторжению. Но, будто спохватившись, что пропустит что-то важное, вдруг уставился на Гарри, жадно впитывая каждое его движение. Однако Гарри спешить не собирался. Он мягко развел его ноги в стороны и устроился между ними.

Поцеловал сначала мягко, а потом с жадностью, потому что Скорпиус ответил так пылко и охотно, что невозможно было остаться к этому равнодушным. И обнял Скорпиус его уже почти без робости — крепко, прижимаясь всей кожей, потираясь членом.

— Сэр, я могу заставить тело расслабиться, — прошептал Скорпиус, ненадолго разрывая поцелуй.

— Не надо, — коротко отрезал Гарри. Не зная, как объяснить Скорпиусу элементарное — нельзя в постели заставлять себя что-то делать — Гарри снова накрыл его губы, однако на сей раз разорвал поцелуй сам и довольно быстро. Переждав новую волну жаркого возбуждения, он приподнялся на локтях и подался чуть назад, чтобы в следующую секунду опустить голову к груди Скорпиуса, огладить языком контур коричневого соска и слегка прикусить его зубами.

Дотянуться до смазки оказалось очень трудно, потому что выпустить сосок, перестать его мучить, наслаждаясь реакцией Скорпиуса, было выше его сил.

Кое-как справившись с задачей, Гарри свинтил у баночки крышку и опустил в нее два пальца на всю длину. Скорпиус наблюдал за ним из-под полуопущенных ресниц, стремительно краснея.

— Сэр, это не обязательно, — пробормотал он смущенно. — Я правда могу расслабиться. Вам не нужно этого делать…

У Гарри в голове пронеслись десятки мыслей — начиная от банального «что бы ты там понимал» до вопроса «что еще за спешка?». Посмотрел на Скорпиуса долго и внимательно. «Неужели просто стесняется, считая откровенные ласки чем-то постыдным?» — вскользь подумал он, но тут же отбросил эту мысль — уж кем-кем, но закомплексованным пуританином Скорпиус не был. Неопытным — это да… и стремящимся во что бы что ни стало понравиться и произвести на него, Гарри, должное впечатление? Догадка поразила не хуже удара молнии и тут же нашла свое подтверждение, когда скользкие от прохладной смазки пальцы, скользнув между жарких ягодиц, нащупали анус — тугой, напряженный и совершенно не расслабленный.

«Каким вам хотелось бы, чтобы я был?.. Я хочу подольше оставаться интересным…» — в памяти всколыхнулись обрывки их со Скорпиусом недавнего разговора.

— Так, понятно, — тихо буркнул Гарри. Слава Мерлину, Малфоя он не послушал и, поддавшись собственному возбуждению и его уговорам, не протаранил его одним толчком. — Можем, ты все-таки перестанешь меня подгонять? — спросил он, невесомо погладив нежную кожу.

— Да, сэр… — выдохнул Скорпиус, крепко зажмуриваясь. — Простите, сэр.

Он стиснул руки в кулаки и всё-таки выполнил обещание: очень медленно мышцы все-таки расслабились, плотно сомкнутое отверстие чутко отозвалось на прикосновение, дрогнув и приоткрывшись. Со странным для его возраста и опыта восторгом, Гарри обвел скользким пальцем анус, разгладил складочки и, только убедившись, что Скорпиус немного успокоился и не собирается зажиматься вновь, аккуратно скользнул пальцем внутрь.

Скорпиус дернул подбородком, запрокидывая голову вверх, шумно и резко втянул воздух и застонал, когда Гарри помассировал анус изнутри.

А потом его выгнуло и едва не подбросило вверх, когда Гарри согнул палец и надавил на простату, меняя угол. Скорпиус бесшумно глотнул ртом воздух, разжал кулаки и, скомкав простынь, резко подался вперед, насаживаясь на пальцы и усиливая давление на чувствительную точку. Он громко всхлипнул, мотнул головой в стороны и развел колени еще шире, максимально открываясь для Гарри.

Одного пальца было явно мало, и Гарри, едва об этом подумав, тут же сунул второй. Скорпиус открыл рот буквой «о», вскинул бедра и вдруг резко сел, хватая его за руку.

— Хватит! — выдохнул он и буквально заставил Гарри убрать руку, тут же потянув его на себя. Он дернул так резко, что Гарри упал на него, уперся руками, пачкая в смазке, и едва не задохнулся от исступленного поцелуя, в который оказался мгновенно вовлечен. Скорпиус снова терял голову, и делал это так заразительно, что Гарри опомнился только поняв, что уже пытается протиснуться в расслабленное, но почти совсем сухое отверстие. Оторваться от распалённого, судорожно дышащего и не желающего разрывать поцелуй Скорпиуса было сложно, но Гарри всё-таки справился. По ушам полоснул стон разочарования, и Гарри едва не плюнул на свои старания.

— Да погоди ты секунду! — взмолился он досадливо и дотянулся-таки до смазки. Руки дрожали, когда он густо смазывал член под пристальным взглядом подернутых мутью возбуждения глаз.

На этот раз Скорпиус терпеливо ждал, наверняка мысленно отсчитывая точное количество невероятно долгих секунд. Дождавшись момента, когда Гарри, наконец, закончит смазывать свой член, поелозил по простыни, устраиваясь поудобнее, и широко расставил ноги.

Окинув представшее перед ним зрелище голодным взглядом, Гарри навис на Скорпиусом, приставил головку к расслабленному входу и осторожно двинул бедрами вперед, стараясь войти как можно более плавно. Однако Скорпиус думал иначе. Едва скользкая головка протиснулась внутрь, преодолевая обхватившие жар и тесноту, Скорпиус скрестил прохладные лодыжки точно за его поясницей и уверенно притянул Гарри, буквально вдавливая в себя его твердый пульсирующий член. А затем прижался ягодицами к паху Гарри и громко простонал.

За яйцами что-то запульсировало, сжалось в комок, опаляя знакомой жаркой волной, и Гарри испуганно замер — кончить так быстро он просто не мог себе позволить. Он поспешил отвлечься на поцелуй, сгребая Скорпиуса в охапку, но тот — задрожал, начал толкаться бедрами и зачем-то сжимать и без того невероятно узкую задницу. Пытка продолжалась до тех пор, пока Гарри не зарычал и не толкнулся мощно и глубоко. Лишь тогда Скорпиус на секунду замер, оглушенный ощущениями, чтобы в следующую секунду выгнуться навстречу новому удару.

— Расслабь! Расслабь задницу… — выдохнул Гарри умоляюще. Член хоть и скользил, без заминок протискиваясь сквозь напряженные стенки, но всего за пару толчков вернул Гарри на край оргазма.

Скорпиус послушался легко, и тут же вскрикнул, когда Гарри вошел в него глубже.

— Вот так… — довольно протянул Гарри и начал вбиваться в не слишком покорное, но такое желанное тело.

Он вколачивался в Скорпиуса размашисто, с оттяжкой, входя в него до самого упора, пока яйца не шлепнутся об упругую задницу. А затем двигался назад, почти выходя полностью, чтобы в следующую секунду снова ринуться обратно. Не меняя угол, Гарри всякий раз ударял головкой точно по простате, а Скорпиус всхлипывал, временами переходя на крик, а затем, словно стыдясь захлестывающих его эмоций, судорожно закусывал губы и жмурился. И можно было подумать, что он замирает и вжимается в простынь вовсе не от прошивающего тело волн наслаждения, если бы не зажатый между их животами его твердый, скользкий от текущей смазки член.

А Гарри, понимая, что самого его надолго не хватит — особенно если Скорпиус еще раз сожмет вокруг его члена тугие мышцы — закинул его ноги себе на плечи, сложил его пополам и, навалившись всем телом, принялся двигаться коротко и отрывисто.

Не кончить ему помогало то, что он полностью сосредоточился на Скорпиусе, а потому с ошеломляющей четкостью почувствовал, как стенки вокруг члена конвульсивно сжались — сначала слабо, посылая первую пробную волну удовольствия, потом сильнее, и наконец так мощно, что у Гарри сперло и без того неровное дыхание. Скорпиус выгнулся, натянулся, как струна, и кончал, беззвучно и не дыша. Сперма потекла из члена несколькими секундами позже, медленно и неохотно, будто оргазм растратил все силы на то, чтобы всколыхнуть, опалить все внутри, и на то, чтобы вытолкнуть семя, сил уже не хватило.

Гарри толкнулся, растирая сперму по животу, и закрыл глаза, позволяя себе, наконец, прислушаться и к собственным ощущениям.

Для того, чтобы последовать за Скорпиусом, хватило пары коротких толчков и нескольких секунд. Возбуждение внезапно притупилось и тут же вернулось, но уже с удвоенной силой. Обжигающее нервы наслаждение устремилось в пах, осело за поджавшимися яйцами и, будто сузившись в размерах до крохотной точки, взорвалось ярко, оглушая и напрочь выбивая из реальности. Гарри стиснул зубы, рыкнул и, напоследок мощно двинув бедрами, беззвучно вскрикнул, падая на сбивчиво дышащего Скорпиуса.

— Сейчас слезу, погоди чуть-чуть, — задыхаясь, сообщил он и уткнулся носом в бьющуюся жилку на шее.

— Нет, — возразил Скорпиус, обнимая его крепче. — Не пущу. Не хочу отпускать, сэр, — поправился он спешно, поняв, что сморозил.

Гарри кивнул и втянул носом дурманящий запах разгоряченной кожи. Слезать со Скорпиуса не было ни сил, ни желания, но пришлось чуть отстраниться и аккуратно, стараясь не причинить дискомфорта, вытащить опадающий член. Очень хотелось вот так и дальше лежать, подмяв Скорпиуса под себя, и Гарри не стал себе отказывать.

— Скажи, тебе так сильно нравится напоминать мне, что я заступил должностную черту? — выдохнул Гарри, уткнувшись в крепкое плечо.

— Нет, сэр, — покачал головой Скорпиус. — У меня нет такой цели. А вас это так сильно тяготит?

— Ты же у нас умный мальчик, вот и подумай, — выдохнул Гарри и, легко касаясь губами горячего лба, сцеловал мелкие капельки проступившей испарины. — Пусти, — прошептал тихо и, почувствовав, что Скорпиус больше не удерживает его, перекатился набок, с наслаждением вытягиваясь на простыне.

— А если я скажу… — Скорпиус приподнялся на локте и посмотрел на него непонятным взглядом. — Если я скажу, что мне нравится вас так называть? Что я нахожу это сексуальным и возбуждающим?

— Нравится — называй, — отмахнулся Гарри. — Больше я эту тему поднимать не буду, — заверил он и закрыл глаза. Спорить со Скорпиусом он не хотел, особенно сейчас.

Тем более, возразить против таких аргументов было нечего, да и не хотелось, признаться, возражать. Надо же, сексуальным он это находит… И, главное, как сказал! Что ж, Гарри тоже находил манеру Скорпиуса общаться сексуальной, а особенно — когда тот смотрел как сейчас, сканируя взглядом душу.

— И что ты сейчас считаешь? — поинтересовался он. — Только цифры не озвучивай, — добавил поспешно.

Скорпиус улыбнулся.

— Всё как обычно, вдохи, выдохи, стук сердца. Мгновения счастья, — он отвернулся, смущённый, но продолжил перечислять не дрогнувшим голосом: — Минуты до готовности курицы, часы до утра, порывы ветра над крышей, количество впившихся в задницу сквозь простыню соломинок.

Гарри широко улыбнулся, дотянулся ладонью до белобрысой макушки, взлохматил ее, не спеша убирать руку и рассеянно продолжая поглаживать мягкие волосы.

— И сколько минут до готовности курицы? — спросил он. Стоило Скорпиусу вновь заговорить о еде, как желудок тут же напомнил о себе, скрутившись болезненным спазмом.

— Полчаса, плюс-минус пять минут, точнее, увы, не скажу, потому что счет времени я потерял, — Скорпиус снова вытянулся на простыне, улыбаясь так, словно был этим доволен.

— Нет, я определенно влияю на тебя пагубно, — с притворным сожалением протянул Гарри, подавив зевок. Вроде совсем недавно он чувствовал себя вполне бодро, а сейчас усталость накатила по новой. Но, надо признать, усталость эта была приятной.

— Я так не думаю, сэр, — тихо отозвался Скорпиус и несмело придвинулся к нему ближе, касаясь виском плеча. Эта непонятная робость у вполне взрослого, самостоятельного и во многом куда более приспособленного к жизни — вспомнить хотя бы поход в магазин и добычу курицы — человека порядком сбивало с толку. Проанализировав всё, что он знал о Скорпиусе, Гарри пришел к интересному выводу: робок Малфой был только там, где это касалось чувств. Про девушек своих он говорил без особых эмоций и весьма холодно, и тогда получалось, что сейчас происходило нечто, неподвластное даже его супермозгу, раз тот давал осечку за осечкой.

Гарри положил руку Скорпиусу на плечо и мягко прижал к себе, давая понять, что вовсе не против поваляться вот так, в обнимку.

— Разбуди, если усну. Не хочу посреди ночи проснуться от голода, — тихо попросил Гарри и закрыл глаза, вслушиваясь в размеренное дыхание Скорпиуса.

И поймал себя на царапнувшей мысли: их вынужденное путешествие скоро подойдет к концу, и уже завтра они снова окажутся в Британии. Опять суматоха, бессонные ночи и жесткая кушетка в кабинете. Как у них сложится с Малфоем, Гарри не мог знать наперед. Но в одном он точно не сомневался: запах не успевшего высохнуть сена будет еще очень долго ассоциироваться у него со Скорпиусом.

Курица была очень вкусной, пожалуй, самой вкусной, в жизни Гарри, но жевал он её уже в полусне. Впрочем, это, наверное, было и к лучшему, потому что весь ужин его терзали крамольные мысли о том, что неплохо было бы попробовать истекающую соком ножку. Впрочем, мысли эти были изрядно притуплены сонливостью, а обе ножки очень быстро исчезли в животе голодного Малфоя. Чтобы насытиться тому понадобилось съесть ещё десять сникерсов, запив это всё самодельным чаем из растущей на берегу мяты.

Вернувшись на сеновал, Гарри не долго думая повалил Скорпиуса на сено, уютно обнял и почти сразу уснул.

Глава 4

Яркие солнечные лучи пробивались сквозь деревянные щели и решеткой расчерчивали простынь. Утренняя свежесть, еще не успевшая отступить в полуденном зное, приятно холодила лицо, и, если бы не непойми откуда взявшееся одеяло, укутавшее их мягких теплом, оба наверняка бы проснулись с больным горлом. Скорее всего, это малфоевская спонтанная магия позаботилась о них, превратив пробуждение в максимально комфортное. Во всяком случае, для него комфортное, хмыкнул Гарри, вспомнив про единственный способ поднять Скорпиуса на ноги.

Скорпиус лежал рядом, свернувшись калачиком, и сладко сопел. Будить его было чем-то на грани преступления. Но так как выбора у них особо не было — впереди предстояла поездка в Корвуд — Гарри потянулся за палочкой, трансфигурировал пучок сена в большой стакан, наполнил его водой и со словами: «Черт, никогда к этому не привыкну», — выплеснул холодную воду Скорпиусу в лицо.

Скорпиус улыбнулся, не раскрывая глаз, сладко потянулся и вдруг охнул, поморщившись. Поёрзал бёдрами, прислушиваясь к себе, открыл глаза и недоуменно помотал головой.

— Что за черт? — прошептал, не замечая Гарри, а потом, как это уже бывало раньше, застыл, «включившись». — Доброе утро, сэр, — он нашел глазами Гарри и неуверенно ему улыбнулся.

По тому, как он осторожно сел, стало наконец понятно, что случилось. У Скорпиуса болела задница, и с этим, похоже, его стихийная магия справиться не могла.

Значит, с сексом придется повременить, с легкой досадой подумал Гарри, сунул руку под одеяло и незаметно поправил твердеющий член. Чувствительная головка почти болезненно упиралась в тугую резинку трусов, и Гарри едва сдержал вздох облегчения, когда оттянул ее. Черт знает, что такое, но, похоже, что Малфоя ему постоянно становится мало. Вроде ж только вчера потрахались, а у него стоял так, будто он годамисоблюдал целибат.

— Как спалось? — глядя на все еще сонного Скорпиуса, улыбнулся Гарри.

— Прекрасно, как и всегда, — отозвался Скорпиус и неловко встал. — А вам?

— Давно не чувствовал себя таким отдохнувшим, — признался Гарри и невесомо поцеловал Скорпиуса в висок, с наслаждением втягивая носом аромат сена. Или это был запах малфоевских волос?

Скорпиус потянулся к нему, быстро коснулся губами щеки и опустил взгляд на оттопыривающий трусы член.

— Сэр, вам помочь? — спросил тихо.

Предложением было заманчивым, но Гарри лишь отрицательно помотал головой. Эксплуатировать Скорпиуса он не хотел. Точнее хотел, и очень даже, но осознание того, что сейчас ему явно не до постели, отрезвляло не хуже потока ледяной воды в лицо.

— Слушай… — протянул он, вспомнив, что заночевали они как раз на берегу реки. — Ты же говорил, что нырять любишь. Да и я бы не отказался размяться. Ты как? — он аккуратно отстранился от Скорпиуса, поднялся на ноги и пошатнулся. Тело, разморенное и окончательно расслабившееся, противилось и наотрез отказывалось слушаться.

Идея поплавать и привести мышцы в тонус пришлась весьма кстати. Заодно и напряжение можно сбросить, заключил Гарри и подцепил с пола одежду.

— Более чем за! — с энтузиазмом откликнулся Скорпиус. Он тихонько спустился вниз, посмотрел в окна и, убедившись, что поблизости никого нет, позвал Гарри.

Речка ещё была окутана легким туманом, но уже поблескивала сквозь него в ранних лучах солнца. Скованность движения Скорпиуса куда-то исчезла, когда он увидел воду — разбежавшись, он оттолкнулся от крутого берега и рыбкой нырнул в реку. Запоздало вспомнив, что они не в родной Англии, а в тропической зоне неизвестной Америки, Гарри, прежде чем нырнуть, наложил на себя Отпугивающие зверей чары и нацелил палочку на воду, дожидаясь, пока Скорпиус вынырнет, чтобы наложить чары и на него. Однако Скорпиус выныривать на спешил. Секунда шла за секундой, а белобрысая макушка так и не показалась над водой.

— Блядь, — процедил сквозь зубы Гарри, стиснул палочку покрепче и бросился в воду. Правильно сгруппироваться не получилось, и он ощутимо шлепнулся о воду, поднимая вокруг себя фонтан брызг. От удара перехватило дыхание, однако Гарри и внимания на это не обратил. Гораздо важнее сейчас было другое — Скорпиус по-прежнему не показался на поверхности. Отогнав крадущийся по позвоночнику страх — паникой делу не поможешь — Гарри сделал глубокий вдох, набрав в легкие побольше воздуха, и нырнул.

Скорпиус обнаружился практически в том же месте, где нырнул. Неспешно перебирая ногами, он держался у самого дна и с интересом кого-то рассматривал.

Гарри подплыл к нему, дернул за плечо, потащил вверх и, вынырнув, с шумом глотнул воздух. Рядом медленно всплыл Скорпиус и с искренней озабоченностью поинтересовался:

— Сэр, что-то случилось?

— Случилось! — воскликнул Гарри, отплевываясь от воды. — Что ты там делал столько времени?! — проговорил, переводя дыхание. — Я уже думал, что тебя придется вынимать из крокодильей пасти. По кусочкам. А потом собирать и зашивать, — выпалил со злостью.

Правда, злиться стоило не столько на Скорпиуса, сколько на себя. Разве Малфой не говорил, что хорошо ныряет? А он, идиот, панику поднял… Еще и отчитал его как нашкодившего ребенка. Но и рассуждать логически, укоряя себя за несдержанность, было сейчас легко, когда Скорпиус плавал рядом и был в абсолютном порядке, а не когда страх, что тот попал в беду, заставил сердце ухнуть кульбитом.

— Он был слишком маленький, чтобы меня слопать, — Скорпиус внимательно на него посмотрел и вздохнул. — Мистер Поттер… Сэр, — сказал серьезно. — Шансы того, что я попаду в беду, катастрофу, потеряюсь, утону или попаду под шальное заклинание не превышают семи процентов. А если убрать из всего перечисленного заклинание, то и вовсе стремятся к нулю. Я ценю вашу заботу, но вам действительно не стоит за меня переживать.

— Позволь мне самому решать, что стоит, а что нет, — произнес Гарри уже спокойнее. — Знаешь, так бывает, что самые вероятные и даже самые точные прогнозы терпят такой крах, что успеваешь только за голову хвататься с единственным вопросом: «Как? Как такое могло произойти?» Вот сколько, по-твоему, можно дать процентов пережить вторую Аваду? Просветишь? — протянул он, стараясь аргументировать свое беспокойство, а не выглядеть человеком, держащим в руках ошейник и поводок.

Скорпиус хмыкнул и покачал головой.

— Я же говорил, что вы ни в какие статистики не вписываетесь, — улыбнулся он. — Но если вы не против, я вернусь к крокодилу. Никогда не видел их живьем. Очень симпатичное создание!

«Возвращайся, но только аккуратнее», — хотел было произнести Гарри, но вовремя прикусил себе язык. Вместо этого он коротко кивнул и лег на спину. Смотреть на крокодила, будь он хоть трижды милейшим созданием, он не хотел и, ловко перевернувшись в воде, Гарри поплыл в противоположную от берега сторону, постепенно набирая скорость.

Он успел устать, замерзнуть и вдоволь наплаваться, когда Скорпиусу, наконец, надоело исследовать обитателей реки. За все это время он всплывал всего несколько раз, проводя под водой не меньше пяти минут.

— Потрясающе интересно! — поделился он своими впечатлениями, быстро подплывая к Гарри. — В моем озере только карпы да раки встречаются, редко когда кто-то поинтереснее.

— Да? — Гарри не сдержал улыбку, глядя в полные восторга и новых впечатлений глаза. — Ну, забирай с собой, дома поселишь, — пошутил он. — А надоест, в мэнор отправишь. У вас же там много живности, будет еще и аллигатор, — хмыкнул он, представив лица старших Малфоев, если сын припрет к ним крокодила.

— Непременно забрал бы, если бы климат позволял, — серьёзно ответил Скорпиус. — А забирать животное из живой природы и помещать в клетку, пусть даже и комфортабельную, считаю неправильным. Лучше я его куплю в каком-нибудь зоопарке, — решил он быстро. — На маггловедении нам рассказывали, что у магглов есть такие жуткие тюрьмы для животных. У меня такому крокодилу будет всяко лучше.

— Какой же ты все-таки зануда, — Гарри снисходительно покачал головой, подплыл к Скорпиусу вплотную и накрыл его мокрые прохладные губы своими.

Возмущенно промычав что-то несогласное, Скорпиус тем не менее с готовностью ответил на поцелуй и обнял Гарри, прижимаясь у нему кажущимся потрясающе горячим в холодной воде телом.

— На вас чары, и вы бьетесь током, — пожаловался он пару минут спустя, но при этом прижался еще теснее. — Я, правда, сначала подумал, что это меня самого потряхивает от переизбытка чувств.

На Скорпиусе чар не было, но Гарри потряхивало не меньше. И, видимо, по той причине, которую Скорпиус так решительно для себя исключил.

— Поплыли на берег? — спросил Гарри, нехотя отстраняясь. — Я не железный, — пояснил хрипло, переждав охватившую его волну жара, — а твоей заднице, боюсь, все-таки нужен перерыв.

— Нужен, — согласился Скорпиус и неуверенно добавил: — Но я могу как вы вчера. Ртом. Вот только… — он прищурился и с сожалением констатировал: — Кто-то идет к нашей конюшне. Наверное, имеет смысл аппарировать к машине, пока нас не заметили.

Лучше бы Скорпиус промолчал — живо представив, как Малфой пощекочет кончиком языка головку, обхватит ее губами, насадится на член горячим ртом и судорожно сглотнет, сократив влажное горло, Гарри подумал, что вода вокруг мигом превратилась в кипяток, а воздух накалился до предела.

— К машине… хорошо… — сбивчиво выдавил он и протянул Скорпиусу руку, готовясь к аппарации. Настаивать на минете Гарри не собирался, но совершенно не был уверен, что откажет, если тот еще раз предложит «помочь».

Аппарировал Малфой с математической точностью, не прихватив с собой ни капли лишней воды. Гарри по опыту знал, как это непросто — обычно в таких случаях вокруг всегда образовывались большие лужи, но сейчас лишь капало с волос. Едва вынырнув из аппарационной воронки, Скорпиус сразу же призвал их вещи и, виновато глянув на Гарри, полез в коробку со «сникерсами».

— Нужно было взять что-нибудь и для вас, — с раскаянием сказал он, уничтожив три десятка батончиков в рекордные сроки. Вид у него при этом был такой, будто именно он виноват в том, что не позаботился о любимом шефе.

— Не смотри так жалобно, — произнес Гарри, натягивая футболку, — а то еще немного, и я сам себя жалеть начну, — и нагнулся за лежащими на траве джинсами. — Если завтрак окончен, то предлагаю, наконец, ехать, — он оделся, открыл дверь машины и занял свое вчерашнее место.

«Ехать» оказалось громко сказано — до ближайшего дома оказалось рукой подать. Немолодая женщина кормила во дворе кур, таких же дородных, как и съеденная вчера несушка.

— Не вздумай предлагать ей денег за наш вчерашний ужин, — предупредил Гарри. — Вряд ли она вообще заметит исчезновение одного из этих монстров.

Раскормленных до неприличия птиц тут было и правда слишком много.

— Да, сэр, — кивнул Скорпиус и вышел из машины.

Дорогу до Корвуда женщина не знала, как и ее муж, крупный статный фермер с пшеничного цвета волосами.

— Спросите у Лайлзов, что дальше по реке, у них в Корвуде кузен, — посоветовал он.

До Лайзлов добирались чуть дольше, но Скорпиус даже разогнаться не успел, как прямо перед ними вырос следующий дом. Во дворе никого не было, если не брать в расчет двух неспешно прогуливающихся вдоль плетенного забора коз. Поэтому оставалось надеяться, что хозяева были в доме, а не уехали по делам в тот же самый Корвуд или куда еще.

— Подожди меня здесь, — бросил Гарри, выходя из машины. Он подошел к калитке и уже приготовился крикнуть: «Есть кто дома?», как на крыльце появилась молоденькая девушка и, заметив его, медленно направилась к забору.

— Если вы к дяде или тете, то они будут после обеда, — сообщила она, задорно тряхнула мелкими кудряшками и робко улыбнулась. — Или, может, я вам смогу чем помочь?

— Сможете, — вернул улыбку Гарри. — Если подскажете, как добраться до Корвуда.

— До Корвуда? Конечно, подскажу. У меня там родители живут, — оживилась она и в подробностях объяснила дорогу, рассказав попутно про свою семью, домашнего кота и намерения поступить в юридический колледж.

Улучшив момент, когда в долгом рассказе, наконец, наступит логическая пауза, Гарри вежливо поблагодарил девушку и попрощался, сделав вид, что не заметил ее разочарованный взгляд — похоже, смазливая болтушка надеялась на то, что дальнейшее знакомство все-таки завяжется.

Скорпиус, наблюдавший за всем этим из машины, похоже, считал так же.

— Вы ей понравились, сэр, — заметил он совершенно бесстрастным голосом, дергая машину с места, едва Гарри захлопнул дверь.

— Ей сейчас любой приезжий понравится, — фыркнул Гарри. — Просто девчушка скучает в этом захолустье. И мечтает совсем о другой жизни, — он расслабленно откинулся на спинку и вытянул ноги. — А куда ты кстати едешь? Только не говори, что у тебя еще и феноменально развит слух, и повторять маршрут нет надобности, — настороженно произнес Гарри. Хотя такой способности за Скорпиусом он не замечал, но чем дракклы не шутят…

— Слух — нет, но, разумеется, я умею читать по губам, — сообщил Скорпиус таким тоном, будто читать по губам умел каждый в этом мире.

— Еще лучше, — потрясенно выдохнул Гарри. — Так, Малфой, рассказывай-ка лучше сразу, что ты еще умеешь. Помимо того, что указано в твоем личном деле, — уточнил он и с интересом посмотрел на Скорпиуса.

— Я могу собирать информацию, — улыбнулся Скорпиус краешком губ. — Любыми способами. И анализировать ее. Я научусь говорить на любом языке мира за несколько минут, если вдруг его еще не знаю, стану врачом, невыразимцем, заклинателем змей или физиком-ядерщиком NACA. Неужели вы до сих пор меня недооцениваете? — он повернулся к Гарри и посмотрел в упор.

— Ты можешь стать кем угодно, — так и не прочтя ничего во взгляде, произнес Гарри. — Это я уже давно понял. Но меня давно не отпускает один вопрос. Почему Аврорат, Скорпиус? — продолжил, чуть прищурившись. — Зачем ты выбрал эту должность? Ты же мог пойти прямиком в кабинет к министру. Это гораздо более перспективно, не говоря уже о респектабельности. И не надо про распределительную комиссию. Уверен, если бы ты не был согласен с их решением, то они пошли бы тебе навстречу.

— Я не политик, сэр, — качнул головой Скорпиус. Теперь он снова смотрел на дорогу, становившуюся все более дикой. — И уж конечно, не дипломат. В этом, мне кажется, вы должны были уже убедиться, — он фыркнул. — Я мог бы научиться, мог бы притворяться, играть роли и копаться в проблемах мирового кризиса и тонкостей международного сотрудничества. Но где бы там пригодилась моя память, умение читать по губам и возможность за три секунды научиться водить машину? — он улыбнулся, любовно погладив руль. — Я хочу приносить пользу, и, учитывая снижение уровня преступности на пятьдесят шесть процентов с момента моего прихода в Аврорат, вкупе со стабильным восьмичасовым рабочим днем у всех сотрудников в последний месяц, мне кажется, у меня это получается.

— Получается, — кивнул Гарри. — Ты один справляешься с тем, что не по зубам нескольким отделам. Впрочем, ты и сам это знаешь, — будто размышляя вслух, проговорил он. — Как начальнику мне очень повезло с тобой. И если ты когда-нибудь решишь уйти… в общем, Аврорату будет тебя не хватать, — признался Гарри, скупо улыбнувшись. — Но знай, я пойму твое решение. Сейчас тебе кажется все безумно интересным, но по факту, Скорпиус, это рутина, — выдохнул Гарри и уставился на дорогу.

О том, что Малфоя в случае его увольнения будет не хватать не только Аврорату, но и его Главе, Гарри умолчал.

— Рутина везде, — пожал плечами Скорпиус. — Но зато мы сейчас с вами посреди дикого леса, а вчера занимались сексом на сеновале и крали кур. Сильно не уверен, что работай я в министерстве, такое было бы возможно. И потом… — он чуть притормозил, объезжая большую ветку. — Мне ведь вовсе не без разницы, что читать и что делать. Читать отчеты и работать с вами мне нравится, а вникать в исторические опусы гоблинов в поисках аналогий с нынешними реалиями — нет.

— Да, работая в министерстве, ворованными курами не шибко-то разживешься, — быстро согласился Гарри и, помолчав с несколько секунд, взвешивая за и против, стоит ли об этом говорить, все же добавил: — А насчет сеновалов, так и в Аврорате это не рядовой случай. За всю историю моего руководства — единичный.

Скорпиус метнул на него быстрый взгляд и расплылся в смущенной улыбке.

— Сэр, могу я задать вам вопрос? — спросил, чуть помолчав. Дождался кивка и продолжил: — Как вы поняли, что вас привлекают мужчины?

— Сложно не понять, когда наступает эрекция. Согласен? — ухмыльнувшись, протянул Гарри.

— Не знаю, — к его удивлению ответил Скорпиус. — До встречи с вами у меня на мужчин не вставало. И теперь я сомневаюсь, стал ли я нетрадиционно ориентирован или дело все же в вас.

— Выходит, пока что ты нетрадиционно ориентирован на меня, — с улыбкой заключил Гарри. — А вообще, Скорпиус, бисексуальность никто не отменял.

Скорпиус нахмурился, подтянул к себе «АйДжамп» и пробежался по экрану.

— Ничего себе, у них целые энциклопедии секса есть, — протянул изумленно. — И в них тако-ое… Ох, ничего себе!

— Есть. И достаточно много, — кивнул Гарри, сдерживая улыбку. Такой непосредственной реакции на «Камасутру» он еще никогда не видел. Похоже, многое для Скорпиуса действительно было в новинку. — Помимо книг еще и фильмы разные есть, — просветил его Гарри и обеспокоенно посмотрел вперед. — Только вот что… читать и смотреть ты будешь позже, а сейчас за дорогой следи, — опасливо протянул он. В концентрации внимания сомневаться не приходилось, но все же Скорпиус читал сейчас не авроратские отчеты. — Договорились?

— Нет! — Скорпиус решительно отложил «АйДжамп». — ЭТО я читать не буду! Это же мерзость какая! Не буду я ни на кого мочиться, и знать не хочу о том, что кто-то так делает! То есть, я уже знаю! — он почти всхлипнул. — И, черт побери, чертовски об этом жалею!

— Тебя никто и не заставляет, — громко рассмеялся Гарри. И хотя было очень смешно, Скорпиуса стоило пожалеть. Во всяком случае, искренне ему посочувствовать. И наверняка Гарри так бы и сделал, если бы не рассмеялся снова. — Прости, — выдавил он, переводя дыхание. — Но кто тебя просил читать все подряд? Если ты еще не понял, маггловские сервера данных неодинаковы, и найти в них можно разное. А не только, как кто-то мочится на кого-то, — подавив улыбку, сообщил серьезным тоном.

— Да, но вы можете прочитать пару строк, понять, что к чему, и быстренько закрыть страницу, а я нет! — Скорпиус страдальчески глянул на «АйДжамп». — Хотя… — тут он воспрял духом. — Я могу сделать увеличение на максимум, и видеть только несколько слов. И если среди них окажется слова «золотой» или «дождь», сразу же занести сайт в черный список.

— Угу, — кивнул Гарри. — И если встретишь слово «некрофил», отправляй сайт туда же. И советую сейчас поверить на слово. Не то, боюсь, тебя в Мунго придется вести на реабилитацию, — хмыкнул он.

Скорпиус побледнел и поспешно закрыл рот рукой.

— Спасибо, — выдавил не раньше чем через минуту, по всей видимости, борясь с тошнотой. — Я знаю латынь…

— Эй, Малфой, ну что же ты припадочный такой? Может, остановимся? — вмиг посерьезнев, предложил Гарри. Он и представить не мог, что его слова вызовут подобную реакцию. — Переключись, — скомандовал он, — и подумай о чем-нибудь приятном.

— Увы, я не думаю о чем-то одном, — Скорпиус сбавил скорость и дотянулся до коробки с батончиками. — Но есть одна вещь, которая заботит меня больше, чем даже эта мерзость, — он искоса посмотрел на Гарри и неуверенно предложил: — Сэр, почему бы вам не съесть один? Если вы примете мою таблетку, то все полностью усвоится. Только тогда есть сегодня больше ничего не надо.

— Ты предлагаешь, чтобы за весь день я съел одну шоколадку? — переспросил Гарри. — И это говорит тот человек, который вполне способен уплести слона. Не-е, я уж лучше дотерплю до ближайшего населенного пункта и поем так, чтобы потом можно было поесть еще, — безапелляционно заявил он. — Но… за заботу спасибо, — закончил Гарри, с благодарностью посмотрев на Скорпиуса.

— В таком случае давайте поймаем форель, — заявил Скорпиус и решительно дал по тормозам. — Еще ведь утро, можем уделить завтраку полчаса, — с этими словами он вышел из машины и тут же аппарировал, не дав Гарри возможности высказаться по этому поводу.

Вернулся он минут через десять, держа одной рукой под жабры огромную рыбу устрашающего вида, а другой — большой кусок соли-лизунца.

— Представляете, мистер Поттер, тут не водится форель, — поделился он своим открытием. — Пришлось экспериментировать с названиями, и это, кажется, какой-то местный сом.

— Скорпиус, ну ты даешь, — широко улыбнулся Гарри и снисходительно покачал головой. Это ж надо было только додуматься притащить целого сома! — Но честное слово, в этом не было необходимости, если только… — и тут Гарри запнулся, поражаясь новой догадке и… собственной недалекости.

«Если только ты сам не проголодался», — хотел проговорить он. И скорее всего, так оно и было. Наверняка, из чувства какой-то ложной скромности Скорпиус просто постеснялся напомнить ему, что завтракать он привык гораздо более существенно, нежели проглотить пару батончиков.

— … в общем, готовить его будешь ты, — выдал, наконец, Гарри, прервав повисшее молчание.

— Не думаю, что это сложно, — Скорпиус поднял палочку и парой «Секо» вспорол рыбе брюхо. Избавившись от внутренностей, он превратил соль в порошок каким-то неизвестным Гарри заклинанием, хорошенько посыпал им все внутри и наложил на рыбу сложные витиеватые чары. Как Гарри понял, они были сродни тем, что накладывают зельевары на свои котлы, чтобы зелье медленно кипятилось без всякого огня. В данном же случае под ними на глазах запекалась гигантская рыба. — Думаю, минут десять, и можно будет есть, — Скорпиус довольно оглядел результат своих стараний. — Точнее сказать не могу, потому что не знаю. Я, правда, не уверен, что она вкусная, — он чуть погрустнел и посмотрел на Гарри так, будто заранее извинялся.

— Судя по запаху, — Гарри нарочито с шумом втянул воздух, — должно быть вкусно. Очень… — он подошел к Скорпиусу со спины, мягко обнял его, скрестив пальцы на подтянутом животе, и положил подбородок на его плечо. — Спасибо тебе, — прошептал в самое ухо и легко коснулся губами шеи, наслаждаясь теплым ароматом нежной кожи.

Реакция Скорпиуса была вполне предсказуема — он смутился, и ухо, в которое шептал Гарри, мгновенно заалело.

— Не за что, сэр, — выдохнул он. — Надеюсь, вам понравится.

В его голосе действительно прозвучала надежда, и Гарри только сейчас подумал, что, возможно, отправляясь за рыбой, Скорпиус думал вовсе не себе. Все-таки, еда представляла для него нечто большее, чем просто утоление голода, да и сам голод грозил чем-то похуже урчащего желудка. И вполне вероятно, Скорпиуса очень тяготила мысль о том, что он, Гарри, мучается, не поев вовремя.

— Да нет, Скорпиус, есть за что, — произнес Гарри. — За многое, — шепнул в светлый затылок и прижал Скорпиуса к себе. — А рыба, — он кивнул в сторону румянящегося сома, — мне уже нравится. Даже несмотря на то, что до полной готовности ей еще далеко.

Скорпиус накрыл его руки своими и повернул голову, находя губы в благодарном поцелуе. На этот раз возбуждение не зашкаливало, и поцелуй был скорее чувственным, чем страстным, и Гарри это нравилось. Как, видимо, нравилось и Скорпиусу, потому что стоял он так, неудобно выворачивая шею, до тех пор, пока от рыбы перестал идти жар, что означало, что спали наложенные чары. Тогда он неохотно оторвался от Гарри и, сорвав прутик, проткнул им толстую кожу.

— Готово, — объявил торжественно.

Трансфигурировав валяющиеся на земле пожухшие от солнца листья в тарелки, Гарри обдал их очищающими, затем разрезал рыбу и положил себе кусок, вдвое превышающий размером его обычную порцию. Переедать, а тем более на голодный желудок, было ни к чему, но он просто не мог отказать себе в удовольствии — от головокружительного аромата едва ли не подкашивались ноги. А вкус вообще был выше всяких похвал — в меру жирная, сочная и невероятно нежная, рыба таяла во рту, оставляя приятное послевкусие.

Скорпиус сидел рядом на небольшом бревне и уплетал рыбу за обе щеки. Да и сам Гарри ненамного от него отстал — быстро доев свой кусок, он потянулся за следующим, сглотнув в предвкушении снова отведать не успевшее остыть лакомство.

— И ты еще переживал? — спросил он Скорпиуса, осторожно откусывая дымящееся мясо. — Видишь, у меня вон даже терпения не хватает дождаться, пока оно остынет.

Скорпиус довольно улыбнулся и кивнул. Ответить он не мог, так как ни на секунду не переставал есть. С легкой оторопью Гарри наблюдал, как исчезает у него в животе добрая половина огромной туши. Хоть он почти привык уже к малфоевским аппетитам, это все равно поражало. На этот раз ему понадобилось целых три таблетки, но зато наконец настал момент, когда Скорпиус сыто вздохнул и умиротворенно прикрыл глаза.

— Кажется, я сыт, — сказал он и с сожалением оглядел остатки сома. — Наверное, это можно кинуть в багажник.

Гарри и сам не хотел оставлять рыбу. Навряд им удастся в вернуться в Британию сегодня — ведь нужно было еще вернуть машину в прокат — а еда в дороге лишней не бывает, и тем более, такая вкусная. В конце концов, будет, чем Скорпиуса накормить, рассудил он и наложил на сома холодильные чары. Хотя сейчас Гарри подозревал, что думал Скорпиус вовсе не о себе, а снова беспокоился о нем.

Превратив одну из тарелок в пакет, Гарри положил в него рыбу и закинул ее в багажник.

— Ну что, раз запас провизии пополнен, продолжаем экспедицию? — улыбнулся он.

— Так точно, сэр, — Скорпиус с видимым удовольствием вернулся за руль и, тронув машину с места, задумчиво сказал: — Что-то во всем этом есть. Раньше мне не приходило в голову ловить рыбу и охотиться. А ведь у меня дом на берегу лесного озера. Это может быть интересно. Особенно, если попробовать делать это по-маггловски.

— Не думаю, что, работая со мной, у тебя будет время сидеть часами с удочками, — покачал головой Гарри. — Разве что по ночам и вместо сна.

— То есть, выходные с этой недели отменяются? — усмехнулся Скорпиус. — Что ж, если так, то приберегу идею до отпуска. Ну или до выхода на заслуженный отдых.

— Сам понимаешь, форсмажоры случаются нередко и, увы, независимо от наших выходных, — ответил Гарри и, почувствовав себя невыносимым занудой, поспешно добавил: — Но если без поплавка станет уж совсем невмоготу, так и быть, на денек отпущу.

— Вы умеете ловить рыбу по-маггловски? — поинтересовался Скорпиус и сам, как опытный рыбак, осторожно закинул удочку: — Тогда, может быть, дадите мне как-нибудь пару уроков?

— Профессионалом меня, конечно, не назовешь, но дать несколько советов смогу, — с уверенностью заключил Гарри. — Непременно покажу тебе, что к чему. Только вот… — он замялся и виновато посмотрел на Скорпиуса. — Я не могу сказать тебе точно, когда. Это не от меня зависит. Точнее, не только от меня.

— Да, сэр, — медленно кивнул Скорпиус. — Разумеется. Я понял.

Сказано все это было абсолютно ровным тоном, но почему-то казалось, что Малфой цедит слова сквозь зубы.

— Скорпиус, — мягко проговорил Гарри, едва ли не кожей ощущая перемену его настроения. С Малфоем явно что-то происходило, и самое паршивое, что он и представить не мог, что именно. — Что случилось? — растерянно спросил он.

— Мы приехали, сэр, — вместо ответа сказал Скорпиус и кивнул на показавшиеся из-за деревьев дома.

— Может, ты все-таки ответишь? — спросил Гарри, окончательно убедившись, что интуиция его не подвела. Прежде Скорпиус никогда не игнорировал его так открыто. И раз это сейчас произошло, значит, у него были на то какие-то причины. Которые Гарри очень хотел понять.

Но внятного ответа Скорпиусу и на этот раз удалось избежать — дверь ближайшего дома распахнулась, и оттуда вышел удивленный появлением чужаков хозяин.

— Всё в порядке, сэр, — быстро сказал Скорпиус формальную фразу и добавил загадочно: — Не волнуйтесь, я хорошо понимаю намеки.

И раньше, чем Гарри успел переспросить, что он имел в виду, вышел из машины.

Скрипнув зубами — ну, ничего, к разговору он еще вернется — Гарри потянулся к ручке двери. Но тут же передумал выходить из машины. Скорпиус и сам в состоянии узнать, где находится нужный им дом, а у него как раз будет время подумать, что из сказанного стало причиной подобной реакции.

Скорпиус вернулся быстро, но все подготовленные вопросы тут же забылись, едва он быстро сказал:

— Мистер Поттер, это он. Джон.

Гарри торопливо вышел из машины и заставил себя сбавить шаг, чтобы не напугать и без того настороженного следящего за ними мужчину еще больше.

— Добрый день, мистер Фарпол, — начал Гарри и постарался сделать это как можно более приветливо. — Прежде всего, простите за вторжение. Мы ни в коем случае не хотели причинить вам беспокойство, но иного способа связаться с вами мы, увы, не нашли.

— О нет, вы опять?! — мужчина мигом ощетинился. — Я уже говорил, что не буду давать никаких интервью! Или… — тут он настороженно прищурился. — Вы от правительства?

— ФБР, — невозмутимо подтвердил Скорпиус. — Агенты Малфой и Поттер. Не хотели привлекать лишнего внимания, поэтому в штатском.

— Ну что ж… — мужчина подозрительно прищурился. — Вижу, вы не просто так пришли, — вслух рассудил он. — Ладно… я готов ответить на интересующие вас вопросы. Вот только… покажите для начала документы, — требовательно припечатал он и скрестил руки на груди.

«Вот и выпутывайся теперь ФБРовец», — мысленно хмыкнул Гарри и медленно, не привлекая внимания, потянулся за палочкой. Джон Фарпол покажет им воспоминания в любом случае, хочет он этого или нет — не для того они со Скорпиусом проделали столь долгий путь.

Скорпиус завел руку за спину и тоже незаметно вытащил палочку, а заодно и фантик от «Сникерса». Пара мгновений, в руке у него уже была небольшая кожаная книжечка. Скорпиус вынул её из-за спины и продемонстрировал Фарполу. Значок, фотография и надпись «ФБР» там присутствовали, но Гарри понятия не имел, как выглядит настоящее удостоверение. К счастью, этого, похоже, не знал и Джон.

— Хорошо, мистер Малфой, — кивнул Фарпол. — Пойдемте в дом.

Он повернулся к ним спиной, и Скорпиус быстро сунул Гарри такой же липовый документ, но Фарпол, казалось, про него и вовсе забыл.

— Мистер Фарпол, — первым заговорил Гарри. — Наша беседа не займет много времени, если вы сможете отвечать на вопросы подробно, но по существу и не уходя от темы.

Джон Фарпол энергично кивнул, давая понять, что готов сотрудничать и провел их в гостиную.

— Присаживайтесь, прошу вас, — протянул он, указывая на широкий диван.

— Спасибо, — отозвался Гарри. — Итак, мистер Малфой будет задавать вам вопросы. А ваша задача — постараться вспомнить все, что могло бы нам помочь сформировать полную картину вашего похищения, — и опустился на мягкую обивку.

— Будьте добры, закройте глаза и подробно опишите, как выглядел летательный аппарат, в который вас поместили, — попросил Скорпиус, сжимая за спиной палочку.

— Ну я же уже сто раз говорил! — обиженно посмотрел на него Фарпол.

— Я знаю, — Скорпиус мягко улыбнулся. — Но есть одна деталь, которая нас интересует. Прошу вас, попытайтесь вспомнить, не было ли на корабле небольшого зеленого ящика. Он должен был светиться, но не ярко.

— Ящика? — недоуменно переспросил Фарпол, и Гарри захотелось сделать то же самое. А заодно и поинтересоваться, что за чушь нес Малфой. — Не припоминаю.

— Прошу вас, закройте глаза и мысленно проследите весь ваш путь по кораблю, — с нажимом попросил Скорпиус.

— Да… — кивнул Фарпол и закрыл глаза.

В эту же секунду Скорпиус выхватил палочку и шепнул:

— Легилиментс!

Ай да Малфой, с восхищением подумал Гарри, откинулся на спинку и принялся наблюдать за сосредоточенным лицом Скорпиуса.

Признаться, он думал, что беседа с фермером затянется. Фарпола надо было заговорить и вымотать, и лишь после того, как он окончательно сдулся бы, предложить ему якобы легкий гипноз. Уставший, он был бы только рад поскорее избавиться от визитеров и согласился на что угодно, лишь бы его только оставили в покое. Кроме того, утомленное сознание практически не в силах противиться вторжению, а значит, его воспоминания были бы полными, четкими и не утеряли деталей.

Но Скорпиус придумал иначе и гораздо лучше — так они смогут сэкономить немало времени.

Фарпол сопровождал свое мысленное путешествие отрывистым мычанием, видимо, думая, что рассказывает о нем вслух, и даже не пытался открыть глаза. Он сам вытаскивал сейчас для Скорпиуса наружу нужные воспоминания и даже не подозревал, что уже минут пять как не один в собственной голове. В этом был ещё один плюс малфоевской задумки — бедному фермеру не придется чистить память.

Вскоре Скорпиус опустил палочку, спрятал её в давно трансфигурированный для этих целей узкий карман на бедре и кивнул Гарри.

— Спасибо за помощь, мистер Фарпол, — сказал он. — Мы услышали всё, что хотели.

— Не за что, — пробормотал фермер, явно не ожидая, что «спецагенты» так скоро покинут его. — Ну, если вам еще что понадобится, вы знаете, где меня найти, — он пожал плечами и проводил их к двери. — Простите, — воскликнул он, когда Гарри и Скорпиус спустились с крыльца. — Раз вы занимаетесь этим делом, вы точно должны знать. Много еще таких… как я?

— Извините, мистер Фарпол, — коротко бросил Гарри, обернувшись к нему. — Но мы не можем ответить вам на этот вопрос. Это закрытая информация. До свидания, — он шагнул на вымощенную булыжником дорожку и направился к машине. — Что скажешь? — обратился уже к рядом идущему Малфою.

— Всё очень сумбурно, — задумчиво сказал Скорпиус. — Но выглядит достоверно. Ни одного факта, опровергающего теорию НЛО я не нашел. Однако стоит учитывать, что любые воспоминания сильно искажены эмоциями и ощущениями самого человека. Для него всё происходящее было реально, но как это было на самом деле, я сказать затрудняюсь. Нужно больше информации. Однако описание сквиба из Мунго и воспоминания Джона Фарпола совпадают на шестьдесят семь процентов. Это очень высокий показатель.

НЛО… Черт возьми, ну не верил Гарри, что инопланетяне действительно реальны, а не очередной раздутый миф. Конечно, до одиннадцати лет он не думал, что и Хогвартс существует… Но НЛО — это ведь совсем иное? Конечно, иное, тут же одернул он себя — наверняка им стоит просто хорошенько подумать, и все станет на свои места. Если и не сразу, то постепенно уж точно.

— Информация какого рода тебе нужна? Если архивы секретных служб, то делай это очень и очень аккуратно, — настороженно проговорил Гарри, садясь в машину. Магглы ведь не дураки, наверняка заметят следующие одним за другим взломы. А привлекать внимание маггловских спецслужб, нельзя было ни в коем случае, и тем более в вопросах сохранения секретности информации.

— Нет, там я уже всё вычистил, — покачал Скорпиус головой, разгоняя машину и безо всяких усилий разворачивая её рывком на сто восемьдесят градусов. — Мне нужны ещё воспоминания. И в первую очередь — нашего сквиба.

— Я тебя понял, — кивнул Гарри. — Как вернемся, сразу же поговорю с целителями, что они думают по этому поводу. Будем надеяться, что они дадут свое согласие, — выдохнул Гарри и отвернулся в окно. — Кстати, Скорпиус… — спустя несколько минут молчания, заговорил он. — Все-таки о каких ты там намеках говорил? Учти, я не отстану, пока не услышу вразумительный ответ.

Возвращаться к разговору вроде было уже поздно, но Гарри было все равно. Раз он решил, что добьется от Скорпиуса ответа, значит, он добьется. А солгать, что не помнит, что хотел сказать, Малфой, к счастью, не мог.

— Так точно, сэр, — довольно резко бросил Скорпиус, разгоняя джип до предельной для лесной дороги скорости. — Есть, вразумительный ответ! Я усвоил урок и не буду вам докучать. Прошу, не нужно меня экзаменовать по этому поводу.

— Я тебя не экзаменую и не собирался. Но, может, я все же имею право услышать ответ? — процедил Гарри. — Или я должен загадки и ребусы всю дорогу до Британии разгадывать? И с чего ты вообще решил, что докучаешь мне? — и произнес уже гораздо мягче, теряя запал. — Что я такого ляпнул, что дал тебе повод так подумать? Ладно, — тут же поправился он. — Перефразирую. Если я и ляпнул нечто подобное, то вовсе не это имел в виду, — до Скорпиуса очень хотелось дотронуться, но неуверенная рука так и повисла в воздухе. — Ты мне ничуть не докучаешь, — наконец, решившись, Гарри невесомо провел кончиками пальцев по мягкой щеке.

Скорпиус резко сбросил скорость и посмотрел на него непонимающе.

— Извините, сэр, — выдавил он, явно не зная, что ещё сказать, и добавил жалобно: — А у магглов случайно нет пособий по человеческим отношениям? Ну раз по сексу есть, то и по ним может?..

— Не знаю, — честно признался Гарри. — Наверняка что-то написано. И возможно, самые толковые авторы даже рекомендуют читателям не надумывать себе лишнее, — улыбнулся он. — Помнишь, ты ведь обещал говорить о том, что тебе не нравится? Скорпиус, я ведь не могу залезть в твою голову, — выдохнул он. — Поэтому слова могут быть очень кстати.

— Прекрасно… — Скорпиус помолчал с минуту, а потом вдруг спросил со всей свойственной ему абсолютной прямотой: — Как мне вести себя после возвращения, сэр? Я не могу понять ваше поведение и сделать правильные выводы. Должен ли я притвориться, что ничего не произошло?

— Должен, — не задумываясь, ответил Гарри. — Но только если ты сам захочешь притворяться, — и, помолчав, добавил: — Но лично я не собирался разыгрывать приступы амнезии. И не собираюсь, — он снова потянулся к Скорпиусу и плавно очертил пальцем контур напряженных губ.

Скорпиус повернулся к нему, посмотрел в глаза долгим внимательным взглядом, а потом внезапно резко ударил по тормозам. Гарри успел только зашипеть, ударившись грудью о приборную доску, а в следующее мгновение Скорпиус уже его целовал — пылко, радостно и слегка виновато.

— Мерлин, да что же с тобой происходит? — с улыбкой прошептал Гарри в самые губы и притянул Скорпиуса ближе, отдаваясь напору нового поцелуя.

Ответа от Скорпиуса он не ждал, да, в общем, он был и не нужен. Все крутые кульбиты в поведении Малфоя — от обид до вселенского счастья в глазах — говорили сами за себя, причем красноречивее любых слов. Скорпиус Малфой переживал если не влюбленность, то очень близкое к ней состояние.

* * *

Они потратили немало времени, целуясь, но зато до города Скорпиус домчал их в рекордные сроки и на рекордной же скорости. Запомнив дорогу, обратно он уже почти не притормаживал, рассчитывая путь машины до миллиметров. Нервы такая езда пощекотала изрядно, но Гарри убедил ёкающее сердце, что Скорпиусу можно доверять, и сполна насладился поездкой.

— Я буду по тебе скучать, — сказал Скорпиус джипу, с сожалением вылезая из него на стоянке автопроката. Он достал из багажника рыбу, пробежался рукой по дверям и капоту, а потом нажал на кнопку сигнализации, и автомобиль подмигнул ему фарами на прощание.

Бросив на парковку прощальный взгляд, Гарри понял, что он тоже будет скучать. Но не по джипу. Точнее, не по одному нему. Еще ему будет не хватать зажаренной на костре курицы, пустой конюшни с пушистым сеном — да даже их со Скорпиусом совместная «верховая езда», и та навсегда останется в памяти. И было даже как-то немного грустно оставлять все это здесь. Хотя грустить как раз повода и не было — ведь самое главное, что Гарри обрел на этом континенте, возвращалось в Британию вместе с ним.

— Все, ищем пустую подворотню и домой, — произнес он, прищурившись от яркого солнца.

— Только, сэр, учтите, дома сейчас десять минут тридцать шесть секунд девятого, — сказал Скорпиус, направляясь к знакомому переулку. — Вечера. — В подворотне он убедился, что никого по близости не наблюдается и взял Гарри за руку.

Аппарация и в этот раз была ужасно неприятной, но на ногах при приземлении устоять всё же далось обоим.

Аврорат встретил их ожидаемо пустыми этажами и коридорами. Как правильно подметил Скорпиус, за последний месяц авроры привыкли уходить домой вовремя, и теперь по вечерам редко кого можно было встретить, помимо дежурных, ну и самого Гарри, разумеется. Но даже ему сегодня здесь было нечего делать.

— Ну, что, Скорпиус, раз рабочий день окончен, можно расходиться по домам, — чуть улыбнувшись, сообщил Гарри. И хотя вместе они провели всего лишь два с половиной дня и по идее не могли успеть привыкнуть друг к другу, расставаться было как-то не привычно, да и не хотелось совсем. Но наверняка за время их путешествия у Малфоя накопились дела или он просто хочет отдохнуть в одиночестве.

Скорпиус не вернул улыбку, а одарил Гарри очередным непонятным взглядом.

— Спокойной ночи, сэр, — сказал он, почему-то опуская взгляд на пакет с рыбой в руке. — Я немного задержусь — просмотрю, что там произошло за эти дни, ну и так по мелочи.

— Это что еще за припадки бурной деятельности? — хмыкнул Гарри, вопросительно вскинув брови.

— Всё интереснее, чем сидеть дома, — пожал плечами Скорпиус. — Хотя, конечно, у меня теперь есть «АйДжамп», — он улыбнулся, но почему-то грустно.

— С которым ты еще успеешь наиграться, — поспешно заключил Гарри. — Хочешь ко мне? — выдохнул он, решив не разводить лишних и ненужных им обоим церемоний.

— Хочу, но не могу, — тоже не стал увиливать Скорпиус, заметно повеселев. — Мне всё-таки надо посмотреть, что натворили совы. Извините, сэр. Но, возможно, если вы не очень устали, вам было бы интересно посмотреть на них? Совята весьма забавны сейчас.

— Ну, если только на совят посмотреть, — с совершенно серьезным видом протянул Гарри. — И не только на них, — добавил он, задержавшись взглядом на губах Скорпиуса.

Скорпиус улыбнулся и протянул ему руку.

— Вы, кстати, не ответили утром на мой вопрос, — сказал он, понизив голос. — Я не уверен, что у меня получится так же, как и у вас, но я хотел бы попробовать. Ртом, — уточнил, чтобы не осталось никаких сомнений в том, о чем он говорит.

— Попробуешь… — гулко сглотнув, отозвался Гарри, ощутив, как от этих слов все внутри перевернулось. — Кстати твоего минета я жду с самого утра, — прошептал хрипло, на самое ухо, ухватив Скорпиуса за руку и притянув его на себя.

— Я не знаю, что такое минет, — так же хрипло ответил Скорпиус, глядя на него переставшими казаться бесстрастными глазами. — Но я в любом случае это сделаю.

— Это то, что я тебе делал. Ртом, — в понятной для Скорпиуса манере пояснил Гарри и невольно стиснул его руку сильнее, отчаянно ища точку опоры, потому что от поплывшего малфоевского взгляда земля уходила из-под ног. — Может, хватит уже болтать? — прошептал он вмиг пересохшими губами. — Не то делать ты все будешь прямо здесь.

Глаза Скорпиуса полыхнули поистине дьявольским огнем.

— Нет, — сказал он низким голосом, — не здесь, — и без предупреждения аппарировал.

Гарри терпеливо дождался, когда пространство вокруг перестанет кружиться, и потянулся было к губам Скорпиуса, не тратя времени на разглядывания помещения, в котором они оказались, но оглядеться всё же пришлось, и очень поспешно. Со всех сторон раздалось уханье, хлопанье крыльев, непонятный клекот, и Скорпиуса атаковала целая стая разномастных сов.

— Так, а ну по местам все! — рявкнул тот внезапно прорезавшимся командным голосом. — И какая зараза дверь открыла, а?!

Одна из сов виновато ухнула и поспешно вылетела в дверной проем.

— Похоже, виновница беспорядка выдала сама себя, — глухо произнес Гарри, нехотя отстраняясь от Скорпиуса. Распираемый кровью член нестерпимо ныл и тупо пульсировал, истекая смазкой и щедро пропитывая ею тонкую ткань трусов, а яйца налились тяжестью, принося почти болезненный дискомфорт. Меньше всего Гарри хотел выпускать Скорпиуса из объятий, но на секс под уханье и полеты над головами тоже был не настроен. Поэтому оставалось лишь терпеливо дождаться, когда Скорпиус выгонит из комнаты свой питомник.

Скорпиус оглядел рассевшихся кто куда сов и указал пальцем на окно.

— Ну-ка живо! — приказал строго, и все птицы немедленно вылетели из комнаты. Лишь одна задержалась, с сомнением глядя на Гарри, словно размышляя, можно ли оставлять с ним любимого хозяина. — Йока! — прикрикнул на сову Скорпиус, и та, угрожающе ухнув напоследок, последовала за товарками. — Простите, мистер Поттер, — Скорпиус повернулся к Гарри, стремительно заливаясь краской. — Это они меня искали. Обычно в спальню им залетать запрещено без приглашения.

— Это они переживали за тебя сильно, — мягко произнес Гарри, давая Скорпиусу понять, что совсем не злится, и извиняться нет повода. — На их месте я бы действовал решительнее — поднял бы на ноги всех сов Британии, — Гарри подцепил пальцами его подбородок, но не притянул для поцелуя, а заглянул в глубокие серые глаза, — и организовал поисковой отряд, — он продолжал смотреть на него долго и внимательно, пока пальцы не соскользнули вниз по шее. — И искал бы тебя, пока ты не нашелся, — пальцы опустились к ключицам и нарисовали на коже замысловатый узор. — Ты знаешь, что у тебя очень сексуальный голос, когда начинаешь командовать? — шепотом спросил Гарри и притянул Скорпиуса ближе.

— Правда? — Скорпиус неуверенно улыбнулся. — Никогда бы не подумал. Хотя, если проводить аналогию с вашим… — он мечтательно прикрыл глаза и положил горячие ладони Гарри на плечи. — Итак, минет, — выдохнул в самые губы и медленно опустился на колени перед замершим Гарри. — Вы ведь не передумали, сэр? — уточнил озабоченно, глянув на него снизу вверх.

— Не передумал, — прохрипел Гарри, — я еще в своем уме, — он чуть улыбнулся и, не разрывая взгляда, коснулся рукой светлой макушки и невесомо погладил Скорпиуса по затылку.

— Что ж, постараюсь ненадолго исправить ситуацию… — негромко пошутил Скорпиус и принялся споро расстегивать его джинсы. На лице его при этом отразилась яростная работа мысли, и Гарри слегка испугался. Малфой не собирается ведь одарить его математически правильным минетом, каждую секунду проверяя, правильный ли взят угол, с нужной ли силой давит язык и с какой периодичностью нужно сглатывать? Конечно, в определенных обстоятельствах это могло быть интересно, но сейчас он хотел совсем другого. Хриплых стонов. Неловких первых ласк. Искреннего неприкрытого желания.

С замиранием сердца он переступил через стянутые до щиколоток джинсы с трусами и стал внимательно наблюдать за Скорпиусом, готовый в любую минуту оттолкнуть его и наглядно продемонстрировать, что математике в постели не место.

Скорпиус о его мыслях, похоже, не догадывался. Он с восхищением рассматривал его член, не спеша переходить к активным действиям. И, вопреки опасениям Гарри, первое, что он сделал — это вовсе не набросился на член, сходу пытаясь проглотить его целиком, а ласково провел пальцем по нежной коже, погладил головку и, наклонившись, поцеловал. Потом погладил Гарри по ногам, бедрам, животу, глядя на него откровенно влюбленным взглядом, и наконец обхватил член рукой. Горячий язык обжег первым прикосновением, и Гарри вздрогнул всем телом.

В следующие пару минут он вздрагивал ещё много раз, потому что Скорпиус исследовал его член языком так же тщательно, как вчера руками. Чутко улавливая реакцию на каждое прикосновение, он очень скоро стал играть на нервах, как на музыкальным инструменте, выбирая самые чувствительные точки. Конечно, без математики всё-таки не обошлось, но Гарри с этим примирился. Потому что, когда он вздрагивал, вздыхал или стонал, Скорпиус вздрагивал и стонал вместе с ним.

Его ладонь так и лежала на светлом затылке, и Гарри несколько раз останавливал себя, чтобы привычным, рефлекторным жестом не притянуть Скорпиуса ближе, прижать его голову к паху и не начать толкаться во влажное горло. Но пообещав себе, что торопить Скорпиуса он не станет, Гарри продолжал стоять неподвижно, то и дело замирая от вспышек острого удовольствия. Казалось, Скорпиус вылизывает не его член, а скользит языком по оголенным нервам, заставляя Гарри бессильно поджимать пальцы на ногах и задерживать дыхание.

Скорпиус снова прошелся языком по всей длине, покружил вокруг головки и осторожно коснулся кончиком дырочки в центре. Гарри вздрогнул особенно крупно и до боли сжал челюсти, чтобы не сжать в руке мягкие волосы и податься бедрами вперед. Воодушевленный его реакцией, Скорпиус точь-в-точь повторил траекторию языка, вырывая из груди беззвучный всхлип.

А потом Скорпиус всё-таки это сделал — обхватил губами головку и медленно двинулся вперед, похоже, намереваясь насадиться сразу до самого конца. Про уже найденные чувствительные точки он при этом не забыл, то и дело сжимая губы и скользя языком в нужных местах. Он ещё не успел продвинуться даже наполовину, а Гарри уже чувствовал, что оргазм не за горами. Во всей этой математике оказалось столько сексуальности и неведомого до этого вдумчивого удовольствия, что он уже не знал, какой минет лучше — пылкий, быстрый, с силой врывающимся в горло членом, или вот такой, неторопливый, распаляющий, пробирающий до самых жил каждым прикосновением.

Но как бы Гарри не наслаждался новыми ощущениями, сдержать привычные инстинкты оказалось гораздо труднее, чем он думал. На миг забывшись, он качнул бедрами вперед, гортанно простонал, и замер, когда ткнулся головкой во влажную стенку горла. Мысленно отругав себя за нетерпение, а заодно и представив в красках весь спектр не самых приятных ощущений Скорпиуса, он виновато прошептал: — Прости, — подался назад и ласково, как бы извиняясь, погладил мягкую щеку.

Скорпиус посмотрел на него снизу вверх, отчего Гарри испытал ещё и визуальное наслаждение, а потом закрыл глаза и сам резко подался вперед, поняв, каких действий от него ждут. Головка с некоторым трудом протиснулась в горло, и Гарри едва не кончил, когда Скорпиус несколько раз инстинктивно сглотнул. Он сдержался, сжав зубы и тихо выматерившись сквозь них, но потом Скорпиус качнул головой, отстраняясь и насаживаясь снова, сунул горячую ладонь под яички, сжимая их в горсти, и Гарри не выдержал. Пальцы сами собой сжались в кулак, нещадно дергая волосы, бедра заходили ходуном, мощно вколачиваясь в сумевшее расслабиться горло, и через мгновение оргазм вышиб из легких воздух, придавливая к земле обрушившейся волной наслаждения такой силы, что устоять на ногах получилось только чудом.

Сумев, наконец, глубоко вздохнуть, Гарри содрогнулся снова, когда Скорпиус прошелся языком по ставшей невероятно чувствительной плоти. Каждое прикосновение было сродни электроразряду и едва не подбрасывало в воздух, и Гарри не был уверен, что не лишится рассудка, если Скорпиус тотчас не остановится.

— Хватит… — прошипел он. — Пожалуйста, прекрати, — и осторожно отстранился. Скорпиус растерянно посмотрел на него, и Гарри, не медля ни секунды, подцепил его за подбородок и потянул вверх, вынуждая подняться с колен. — Никогда не испытывал подобного, — признался он и накрыл припухшие губы в благодарном поцелуе.

— Да, я тоже, — сипло отозвался Скорпиус через несколько долгих минут поцелуя. — Надеюсь, я всё сделал хотя бы на восемьдесят процентов правильно?

— Ты не сильно удивишься, если я отвечу, что мне было не до процентных вычислений? — усмехнулся Гарри и ласково обнял Скорпиуса, прижимая к себе. — Эх, счетовод ты мой, — выдохнул на самое ухо и поцеловал в щеку.

Скорпиус улыбнулся, потерся об него носом и неуютно переступил с ноги на ногу. Гарри глянул на него озабоченно, опустил глаза на пах и сразу понял, что именно доставляло неудобство. Длинный член Скорпиуса до предела натягивал штанину, силясь выпрямиться, и, скорее всего, ощущения были не из приятных.

Вот интересно, Скорпиус и дальше делал бы вид, что все нормально, терпеливо ожидая первую возможность слинять в ванную, чтобы подрочить? Придя к выводу, что наверняка так оно и было бы, Гарри цокнул языком — когда же Скорпиус поймет, что секс — не та область, где нужно стесняться или терпеть — и потянулся к тугому поясу малфоевских джинсов. Быстро справившись с молнией, он дернул вместе с трусами тесные штаны вниз, освобождая напряженный член и срывая с губ Скорпиуса невольный вздох облегчения.

— Еще немного, и я кончил бы прямо в джинсы, — признался Скорпиус. — Никогда не думал, что мне будет нравится стоять на коленях.

И судорожно всхлипнул, когда Гарри сомкнул пальцы на его члене и уверенно двинул рукой по горячему стволу.

— Только от одного этого зрелища можно кончить, — шепнул он и погладил большим пальцем нежную кожу головки. Скорпиус вздрогнул, но сдержал стон, вымученно закусив нижнюю губу. В который раз за этот вечер щеки Скорпиуса вспыхнули, и он поспешно отвел глаза в сторону. — Нет… смотри на меня, — властно произнес Гарри, размазал тягучую каплю смазки, плотно обхватил ладонью пульсирующий член и энергично задвигал рукой.

Честно желая послушаться приказа, Скорпиус смотрел на него мгновенно помутневшими глазами и часто моргал, борясь с желанием зажмуриться. В какой-то момент он вцепился в плечи Гарри в поисках опоры и, закусив губу, замычал, скрывая стон. Гарри тут же наклонился и языком вызволил губу из плена. Поцелуй сломал что-то в Скорпиусе, и выдержка ему отказала — он начал стонать в голос и мелко толкаться бедрами навстречу ласкающей руке. Очень скоро его член стал ещё тверже, а стоны — отрывистее. Прекрасно понимая, что это значит, Гарри чуть сильнее сжал пальцы и обхватил Скорпиуса за плечи свободной рукой. Сделал он это очень вовремя, так как едва из отверстия на головке брызнула первая струйка, Скорпиус пошатнулся и начал оседать вниз.

Подхватить и удержать Скорпиуса не составило труда, и Гарри рванул его на себя, не прекращая скользить пальцами по блестящему от смазки и спермы члену. Скорпиус оплел Гарри руками и вжался в него крепко-крепко, уткнувшись носом в шею и опаляя кожу сбитым дыханием. Затем беззвучно вздрогнул и замер, окончательно обмякая в его руках.

— Живой? — с улыбкой спросил Гарри, нежно погладив его по опадающему члену.

— На тридцать два с половиной процента, — слабо отозвался Скорпиус и с трудом выпрямился. — Не смотрите на меня так, сэр, я пошутил, — он слабо улыбнулся и, нагнувшись, вытащил из скомканных джинсов палочку.

На гигиенические процедуры времени много не ушло. Одеваясь, Гарри подумал, что неплохо было бы попозже затащить Скорпиуса под душ, но сейчас были дела поинтереснее, тем более, что он так давно не был ни у кого в гостях.

— Кое-кто обещал показать забавных совят, — протянул Гарри. — Со взрослыми особями я уже успел познакомиться, и теперь очень хочу увидеть их малышей, — улыбнулся он, вспомнив обеспокоенно встретивших их птиц. — А потом воспользоваться радушием хозяина и напроситься на чай.

— Хозяин нисколько не прочь пригласить вас и на ужин, — улыбнулся Скорпиус. — И на завтрак, если уж на то пошло, — добавил он, чуть смутившись.

— В таком случае гости не видят причин отказываться и с радостью позавтракают в приятной компании, — дав Скорпиусу понять, что ничего не имеет против совместной ночевки, Гарри шагнул к двери.

Глаза Скорпиуса вспыхнули, но он поспешно отвернулся, чтобы это скрыть.

— Пойдемте, сэр, — позвал он Гарри. — Совы живут на чердаке.

Когда Скорпиус говорил про лесной домик у озера, Гарри, признаться, представлял себе что-то маленькое и уютное, наподобие конюшни, в который они вчера ночевали, только более благоустроенное. На деле оказалось совсем не так. Выйдя из спальни, которую Гарри разглядел лишь мельком, они вдруг оказались… на поляне. Прямо под звездным небом стояли стол со стульями, камин с расстеленным перед ним прямо на траве ковром, и большой буфет. Правда, о том, что это именно буфет, Гарри догадался не сразу — тот представлял себе вполне зеленое цветущее дерево с множеством разнокалиберных дверок. Стол со стульями тоже заставили поломать голову — у них не было ножек. Только деревянные столешница и сидушки, висящие прямо в воздухе, причем все из цельных спилов больших деревьев. За камином в паре десятков метров зазывно блестело озеро, и завороженно его рассматривая, Гарри наконец увидел неровную рябь чар Невидимости. Стены у дома все-таки были.

— Потрясающе, — с нескрываемым восторгом выдохнул Гарри. Он остановился около буфета, с интересом рассматривая изящные дверки и маленькие ящички. — Ты сам разрабатывал проект?

Этот дом очень отличался от Малфой-мэнора, а если сказать совсем точно, он был самой настоящей его противоположностью. В отличие от мэнора, он был пропитан теплом и уютом, и вместе с тем поражал своей необычностью. Окинув восхищенным взглядом панорамный вид, Гарри поймал себя на мысли, что сюда ему хотелось вернуться, приходить снова и снова, сидеть у камина и любоваться сквозь прозрачные стены открывающимися красотами. Со Скорпиусом под боком.

— Разумеется, — Скорпиус любовно погладил буфет по коре. — Дом под завязку пропитан магией, но всё выверено и уравновешено, так что даже обновлять не нужно. Правда, размеры у него скромные — пара комнат, ванная да чердак. Но мне больше и не нужно.

Он направился к лестнице, которую Гарри поначалу не заметил. Рядом с видимой стеной спальни прямо в воздухе висели деревянные ступени. Когда Скорпиус без колебаний ступал на одну из них, ступени игриво пружинили под ногой, помогая преодолеть довольно крутой подъем. Гарри понадобилось некоторое время, чтобы приноровиться, но, в конце концов, лестницу он одолел.

На чердаке стены были, как, впрочем, и крыша — видимо, совам так было уютнее. Вот только если бы Скорпиус аппарировал из Аврората прямо сюда, Гарри точно решил бы, что они находятся в густом лесу. Стены представляли собой глухое переплетение кустов и деревьев, а крышей была их густая крона, сквозь которую можно было разглядеть звезды.

— Признаться честно, я не ожидал, что твой дом окажется таким… заповедником, — Гарри, наконец, подобрал более или менее подходящее слово. — Каким угодно — строгим, с четкими линиями, с математически выверенными углами, но уж точно не жилищем в лоне природы, — он поднял голову и посмотрел на звезды. — Скорпиус, дом восхитительный. Никогда прежде не видел подобного! — ошеломленно закончил он.

— Математики мне вполне достаточно в голове, — усмехнулся Скорпиус. — И дома мне хочется от нее отдохнуть.

Тут из деревьев послышалось клекотание. Совята, услышавшие голос Скорпиуса, дружно высунулись из незаметного дупла.

— Эй, привет! — расплылся в улыбке Скорпиус и привычно протиснулся к ним сквозь ветки. — Соскучились? Папа тоже соскучился! Ну-ка, что у нас тут? — он заглянул в дупло и быстро взмахнул палочкой, поморщившись. — Сола, как тебе не стыдно? — спросил, обернувшись, через плечо, и Гарри едва не подпрыгнул, когда прямо у него над головой раздалось басовитое уханье.

— Можно мне посмотреть на них? — спросил Гарри и осторожно, чтобы не напугать птенцов, ступил к дуплу. — Это их мать? — он покосился на взволнованную Солу, а затем перевел взгляд на Скорпиуса. Чтобы понять, насколько Малфой был привязан к своим птицам, достаточно было просто на него посмотреть и послушать, с какой трогательной заботой в голосе он разговаривал с совятами.

Сова по имени Сола возмущенно ухнула, распушив перья, и Скорпиус хмыкнул.

— Это отец, — пояснил он Гарри совиное возмущение. — Мать — Йока, вы с ней уже знакомы, — он указал на ветку за дуплом, и Гарри удивленно моргнул, вдруг обнаружив на ней сову. — А ещё есть Утер, Майна, Локи, Итон, Игги, Кудо, Урса и Брэд, — перечисляя он указывал пальцами в разные части комнаты, и совы, до этого совершенно невидимые, встряхивали перья, обозначая своё присутствие и здороваясь. — А это, — он снова повернулся к совятам, — Вайн и Хлойя.

Скорпиус по очереди погладил совет по пушистым головам, и те смешно запрыгали, просясь на руки.

— Мерлин, я уже запутался, кто есть кто, — рассмеялся Гарри. — Хлоя, какая же ты вырастешь красавица, — он аккуратно провел пальцами по светло-серым перьям, и, закончив ее гладить, потянулся к Вайну. Однако этот птенец оказался куда более строптивым: он недоверчиво посмотрел на Гарри и недовольно отпрыгнул от приближающейся руки. Хлоя же, напротив, подпрыгнула ближе, снова подставляя голову под ласкающие пальцы.

Скорпиус улыбнулся, аккуратно взял совенка и посадил Гарри на ладонь. Вайн настороженно застрекотал, а Йока подвинулась ближе, пристально следя за каждым движением Гарри.

— Давай не будем заставлять их нервничать, — предложил Гарри, махнув головой в сторону совиного семейства. Однако возвращать Хлойю в дупло не спешил — уж очень она ему понравилась — и еще раз прошелся кончиками пальцев по мягким перышкам.

— Ничего, им даже полезно, — отмахнулся Скорпиус. Он взял на руки Вайна и начал поглаживать его по груди. Йока тихонечко взлетела ему на плечо, а следом за ней подлетел и Сола. Отец совят оказался очень большой совой. Он уселся на правом плече Скорпиуса с видом властителя мира, и теперь взирал на Гарри с добродушием хорошо разбирающегося в людях старика.

— Кажется, их родители перестали видеть во мне угрозу, — спустя некоторое время сообщил Гарри довольным голосом, кивнув на малышей. Все еще держа в одной руке Хлою, он погладил сначала наблюдавшего за ним Солу, а затем уже заметно расслабившуюся Йоку. Да, давно он не проводил столько времени с совами — ведь после того, как погибла Хедвиг, он так и не обзавелся новой птицей. Для работы ему вполне хватало служебных, а для себя он никого не подыскал — ни одна сова не трогала его так, как тронула Хедвиг в первую их встречу. Во всяком случае, до сегодняшнего дня. — Возьми ее, — Гарри протянул Скорпиусу пригревшуюся на его ладони Хлойю. Расставаться с ней было немного грустно.

Скорпиус забрал у него совенка, сгреб Вейна и Хлойю в охапку и некоторое время возился с ними, щекоча, тиская и дуя в покрытые серыми пушинками животы. Совят все это жутко веселило — они стрекотали на своем совином, хлопали маленькими крылышками и щелкали клювами.

А Гарри стоял в стороне и наблюдал за Скорпиусом, невольно расплываясь в улыбке и искренне радуясь вместе с ним. А заодно и удивляясь этому спонтанному вечеру — домашнему, уютному, но настолько правильному, что ко всему увиденному — и чудесному дому, и совам, и играющему с ними Малфою — можно было очень легко привыкнуть. И особенно такому одинокому человеку, как он.

«Привыкнуть-то легко… но так же ли просто будет отказаться, если настанет необходимость?» — спросил себя Гарри, но, пообещав, что не будет заглядывать далеко вперед, отбросил тревожащие мысли и решил просто наслаждаться чудесным моментом.

— Ладно, детки, сейчас папа будет вас кормить, — наконец торжественно объявил Скорпиус, но совята почему-то не обрадовались. Нахохлились, притихли и выразительно посмотрели на мать. Йока что-то нежно им ухнула и, сорвавшись с малфоевского плеча, рванула в гущу веток. — Так, я понял, — хмыкнул Скорпиус. — Детки выросли. Ну ладно, как хотите. Тогда мы с мистером Поттером пойдем ужинать.

Именно сейчас, в уютном мирке, где царила домашняя непринужденность, это дурацкое «мистер Поттер» особенно резануло по ушам.

Скорпиус вернул совят в дупло и, погладив каждого на прощание, направился к лестнице, приглашая Гарри за собой. Да, Гарри прекрасно помнил, что сам обещал не возвращаться к теме «выкания» и «мистеров Поттеров». Но в тоже время он понимал, что ситуация до абсурда доходит, право слово. Ну ненормально это, дракклы побери, когда один любовник другого по имени назвать не может, но при этом чуть до потолка не подпрыгивает от радости, когда узнает что ночевать они будут вместе.

— Скорпиус, а долго это еще будет продолжаться? — не выдержал Гарри, когда они спустились с чердака.

— Еще примерно три-четыре недели, — ответил Скорпиус совершенно невозмутимо. — Сейчас они уже начали менять пух на перья, и как только сменят, начнут бегать и пытаться летать. Но кормить их все равно пока что будет Йока. Раньше они были маленькими и больше любили нежный паштет, который я им делал, а теперь, похоже, им больше нравится мамина стряпня, — он улыбнулся и распахнул невидимую дверь в невидимой стене. — Что вы хотели бы на ужин, сэр?

Понадобилось не больше двух секунд, чтобы приблизиться к Малфою вплотную и дернуть его за плечо, резко разворачивая к себе.

— Ты даже не представляешь, до чего же мне надоело слышать от тебя бесконечные «сэр» и «мистер Поттер», — напряженно выдохнул Гарри, чеканя каждое слово. — Вот скажи… был бы ты в восторге, если я обращался бы к тебе исключительно «аврор Малфой», напрочь игнорируя тот факт, что у тебя есть имя? Причем неважно в какой ситуации — сидел бы ты за рабочим столом в кабинете или стоял бы передо со спущенными штанами?

— Я бы счел это нормальным, — тихо ответил Скорпиус. Он отвел глаза, явно не зная, как поступить. — Хорошо. Я не буду добавлять эти обращения. Но называть вас по имени… — он покачал головой. — Ну как вы себе это представляете? — спросил удрученно. — У меня язык не повернется!

— От того, как и при каких обстоятельствах я себе это представляю, у меня мурашки по всему телу бегут, — честно признался Гарри и рывком притянул Скорпиуса за руку. — Давай ты просто попробуешь, — мурлыкнул он в самое ухо. Затем прихватил зубами нежную мочку, судорожно выдохнул и, огладив ладонью упругую ягодицу, мягко толкнулся бедрами в пах, не спеша отстраняться. — Я очень хочу это услышать, — продолжил хрипло и мазнул губами по шее, отыскивая и задерживаясь на особо чувствительных точках. — Пожалуйста, — закончил уже шепотом.

— Гарри! — очень быстро и очень хрипло сказал Скорпиус. Он развернулся в его руках, заглядывая в глаза и прижимаясь бедрами к бедрам. — Гарри Джеймс Поттер. Гарри Поттер.

— Ну вот, я так и думал, к моей фамилии ты точно неравнодушен, — фыркнул Гарри, но тут же улыбнулся, невероятно довольный явным прогрессом. — А первый вариант понравился мне больше всего. Повтори… прошу… — рвано выдохнул он, желая вновь сорвать собственное имя с губ Скорпиуса.

— Это нечестно! — запротестовал Скорпиус с несчастным видом. — Вы пользуетесь тем, что я не могу вам отказать! Гарри! — без всякого перехода рявкнул он, зажмуриваясь, будто ожидал немедленной кары, и сделал шаг назад, прижимаясь спиной к невидимой стене.

— Пользуюсь, — удовлетворенно согласился Гарри, временно примиряясь с пресловутым «вы». — Ужин еще в силе? Или ты теперь весь вечер будешь от меня шарахаться? — хмыкнул он, продолжая с интересом наблюдать за Скорпиусом.

— Нет, если вы не будете и дальше рушить мой мир невыполнимыми просьбами, — Скорпиус слабо улыбнулся и снова открыл дверь. — Там кухня. И я рискну повторить вопрос: что вы хотели бы на ужин? Мясо, рыбу, овощи, пиццу, спагетти, морепродукты?

— И, видимо, ты решил мне изощренно отомстить, включив в список пиццу? — беззлобно ухмыльнулся Гарри. — Но знаешь, пожалуй, я выберу именно ее. Если ты, конечно, поделишься своими чудо-таблетками, — уточнил он, ни секунды не сомневаясь, что жадничать Скорпиус не станет. — И я даже спрашивать не буду, с чем она. Потому что даже если там будет сплошной сыр, она все равно покажется мне самым изысканным деликатесом, — протараторил он. — Сто лет не ел пиццу, — пояснил спокойно, объясняя свой нехитрый выбор.

— Повар сделает, какую попросим, но я знаю, что вам предложить, — Скорпиус улыбнулся и зашел следом за ним на кухню… Точнее, в то помещение, что он назвал кухней. На самом деле это была комната с единственным большим столом, а вместо стен и пола в ней были колдоокна. Пейзаж за ними плавно менялся с одной захватывающей картинки на другую — то казалось, что стол стоит на нависающем над пропастью утесе, то у подножья водопада, то в глухих джунглях. Гарри как завороженный наблюдал за сменой образов, пока наконец не заметил очевидного: в так называемой кухне не было ни холодильника, ни плиты, ни даже кладовки.

— Я сейчас задам совершенно идиотский вопрос, — озадаченно протянул Гарри, подпирая спиной невидимую стену. — Но где все то, что позволило бы назвать этот музей кухней? Где хотя бы плита?

— Мне она не нужна, — пожал плечами Скорпиус. — Я не умею готовить. Но, к счастью, есть в этом мире те, кто умеет.

Он взмахнул палочкой, и одно окно перестало показывать бескрайнюю прерию, высветив вместо нее лицо симпатичной девушки.

— Добрый вечер, мистер Малфой! — радостно поприветствовала она Скорпиуса. — А мы уж гадали, куда вы подевались!

— Здравствуй, Сиена, — кивнул ей Скорпиус. — Я был в командировке. Скажи, пожалуйста, Тилю, что у нас с моим гостем сегодня итальянский день. По полному разряду. И мою любимую пиццу непременно.

— Конечно, мистер Малфой, — улыбнулась Сиена. — Приятного аппетита вам и вашему гостю. Первые блюда будут поданы максимум через две минуты.

— Прекрасно, спасибо, — Скорпиус вернул улыбку и взмахнул палочкой, возвращая их с Гарри на лоно природы.

— Удобно, — пораженно выдохнул Гарри и тут же представил, насколько был голоден Скорпиус, если имея обыкновенно под рукой целый ресторан, он с таким аппетитом уплетал весьма посредственно приготовленные овощи и отварную птицу за первым их совместным завтраком. — А насчет «не умею готовить», я бы не прибеднялся, — совершенно искренне сказал Гарри. — Курица на костре и сом были невероятны. Поверь человеку, который готовит не первый год.

— Уверен, любой человек в состоянии довести несложную пищу до съедобного состояния, — Скорпиус двинул пальцем «стул» и жестом предложил Гарри сесть на висящий в воздухе деревянный круг. — Но уметь готовить — это несколько большее. Я знаю кое-какие чары, потому что в детстве пролистнул из интереса сборник кулинарных чар в книжном магазине, но и только. Ох, Мерлин, я и правда зануда, — одернул он сам себя и плюхнулся на свободный стул, по инерции проплыв на нем пару метров, поджав ноги.

— Еще какой зануда, — улыбнулся Гарри и, смерив Скорпиуса оценивающим взглядом, добавил абсолютно серьезно: — но даже занудным ты мне нравишься. Только не красней, — хмыкнул он, усаживаясь на стул и привыкая к необычным ощущениям. Сидение не было привычной опорой и поначалу пружинило, заставляя напряженно держать баланс.

— Не могу, — буркнул Скорпиус, мгновенно розовея. — До такой степени я свое тело не контролирую. И к тому же…

Он не договорил, потому что в комнату прямо сквозь стену-окно вошла грациозная призрачная пума.

— Скорпиус, милый, ты дома? — промурлыкала она приятным женским голосом. — Я хотела зайти в гости, если ты не занят.

Дослушав пуму, Гарри понял, что до сих пор сидит с неестественно прямой спиной, но уже не из-за попыток сохранить равновесие. Они уже были вовсе не причем. Заставив себя принять расслабленную позу, он отвернулся в одно из колдоокон, намеренно демонстрируя, что в личную жизнь Скорпиуса вмешиваться не собирается. Однако каким бы равнодушным Гарри ни старался казаться, ждал он ответа с замиранием сердца. Понятное дело, сегодня Скорпиус вежливо откажет девушке в гостеприимстве, но то, насколько он будет милым, скажет о многом.

Конечно, Гарри не имел права ни злиться, ни огорчаться — в конце концов, клятв верности они друг другу не приносили. Но даже самые разумные доводы не смогли подавить зарождающуюся волну иррациональной ревности.

Но Скорпиус, похоже, не был бы Скорпиусом, если бы не вверг его в ступор очередной раз.

— Прости, мам, — сказал он пуме с нескрываемой теплотой. — Давай в другой раз. Я, правда, не знаю, когда буду свободен, у меня тут довольно интересно на работе. Передавай привет Руфусу.

Пума кивнула, внимательно его выслушав, и исчезла так же величественно, как и появилась.

Мысленно назвав себя самым настоящим идиотом, Гарри облегченно выдохнул, наконец, расслабляясь по-настоящему. Ух, словно груз с плеч! И снова прекрасное настроение, если бы не одно омрачающее «но». То, что Гарри так отреагировал на Патронус, было очень плохим предвестником. Во-первых, будучи от природы собственником, он не привык ни с кем делиться, иногда — так ладно, надо быть честным — довольно часто бывая страшно ревнив. А ревность, как известно, способна погубить даже лучшие отношения, не говоря уже о легком романе в зачаточном виде, коим являлось на сегодняшний день его общение со Скорпиусом.

А во-вторых, Гарри просто не имел права его ревновать. Наверняка, у Малфоя есть обязательства перед родом и, стало быть, когда-нибудь он женится, чтобы обзавестись наследником.

— Скорпиус, а почему тебя еще не женили? — вырвалось прежде, чем Гарри успел прикусить язык. — Разве от тебя не ждут выполнения обязательств по продолжению рода?

— Продолжение рода? — переспросил Скорпиус, посмотрев на него как-то странно. — Это от меня-то? Вы, верно, шутите.

— И в мыслях не было, — растерянно отозвался Гарри. — А что в тебе не так, что ты не можешь зачать наследника? Лично я объективных причин не вижу, — подытожил он, явно влезая не в свое дело.

Скорпиус некоторое время молчал, видимо, выбирая подходящий вариант ответа, а потом пристально посмотрел на Гарри и спросил:

— А вы бы обрекли добровольно сына или дочь на такую же жизнь? Смогли бы растить такого ребенка? Кормить его таблетками, поить зельями и лить на голову холодную воду каждое утро? А еще бояться сказать лишнее слово, прятать книги и пытаться ежедневно отвечать на град невообразимых вопросов?

— Но твои родители же справились, — возразил Гарри. — И я уверен, что тот день, когда ты появился на свет, до сих пор для них самый счастливый. И заметь, — продолжил он, — они не были подготовлены к воспитанию столь необычного ребенка, и, возможно, по незнанию совершали ошибки. Но с тобой ведь будет все по-другому… К тому же, совсем не факт, что твой дар перейдет ребенку, — напоследок заключил Гарри, ощутив, что говорить дальше ему мешает вставший в горле ком.

Нет, ну вот и что он сейчас делает? Сам, своими же руками толкает Скорпиуса на женитьбу? Выходит, что да. Причем со стопроцентной убежденностью, что поступает правильно. Ведь одно дело не заводить ребенка, потому что не хочешь, и совсем другое — отказывать себе в отцовстве от того, что боишься.

— Справились, да… — как-то странно ответил Скорпиус. Тут на столе появились первые тарелки, и он поспешно придвинул к себе миску с супом. — Справилась мать, — сказал вдруг резко. — Остальные скорее вытерпели. Что же касается женитьбы… Я был помолвлен. Моя невеста со скандалом разорвала помолвку, сказав, что скорее наложит на себя руки, чем выйдет за меня.

— Понятно, — процедил Гарри, вскипая от злости на малфоевское семейство. Вместо того, чтобы радоваться, что у их ребенка особый дар, встречающийся один на энную тысячу, поддерживать его и направлять, они, видите ли, терпели его. Ладно Драко — тот всегда тушевался перед трудностями, но чтоб и Люциус с Нарциссой сторонились внука — уму непостижимо! А насчет бывшей невесты — так о той вообще ничего другого, кроме как дура набитая, и не скажешь. — А знаешь, — произнес Гарри, решив не затягивать молчание, — по поводу твоей помолвки… Я рад, что все так обернулось, — и, последовав примеру Скорпиуса, придвинул тарелку с супом. — Таблетки надо пить после еды? — уточнил он, резко меняя тему, и взял в руку ложку.

— После каждого съеденного килограмма пищи, — педантично уточнил Скорпиус. Пока Гарри разглядывал тарелку, он успел наполовину опустошить свою. — И мистер Поттер, вам не нужно есть все, что будет на столе. На вашем месте я бы ограничился супом и пиццей. Она скоро будет. Иначе ночью не заснете. Что же до моих родителей — не осуждайте их, — добавил тихо. — Вы не можете не признать, что и сами порой с трудом меня терпите. А я ведь большую часть времени молчу.

— Так и сделаю, — кивнул Гарри и отправил первую ложку супа в рот. — Ммм, вкусно, — протянул он и поспешно зачерпнул еще. Обсуждать со Скорпиусом его семью было неправильно. Родители есть родители, и какими бы они ни были, ребенок всегда будет если не любить, то хотя бы оправдывать их поступки и поведение. — А насчет «с трудом терпите» — так это точно не ко мне, — продолжил он. — После развода я взял за правило: никогда не терпеть того, что мне неприятно, дольше пяти минут. А если бы ты больше говорил, а не отмалчивался, прячась в скорлупу, то в той же самой командировке удалось бы избежать многих недомолвок, — закончил он и приступил, наконец, к супу.

Скорпиус тщательно собрал со дна остатки супа, промокнул рот салфеткой и, откинувшись на стуле, пристально посмотрел на Гарри.

— Температура за окном на данный момент составляет двадцать три целых шестьсот двадцать три сотых градуса Цельсия, — начал он, — двести девяносто девять целых семьсот двенадцать сотых градуса Кельвина и двадцать четыре градуса ровно по системе «О-Пи». Температура в комнате превышает температуру за окном на пять градусов ровно, и является оптимальной для нормального функционирования органов дыхания человека и сов. Что касается влажности воздуха…

Он говорил и говорил, и говорил — практически скороговоркой, вываливая на Гарри тонны информации и цифр — о климате и микроклимате, о частоте дыхания, скорости пульса, температуре съеденного ими супа и о том, как эта температура влияет на усвояемость пищи. О ткани маек и признаках того, что Гарри натер ремень. О том, что Гарри нужно съесть только одну семьдесят пятую часть таблетки и о способе отделить от нее нужное количество.

На столе уже давно успела появиться и почти исчезнуть в желудке Гарри вкуснейшая пицца, а стол оказался полностью заставлен едой. Наконец, когда Гарри, не выдержав, вскинул руку, обрывая поток слов, Скорпиус остановился и резюмировал:

— Это то, о чем я думал, в ту секунду, когда начал говорить. Малая часть. И в детстве я имел привычку озвучивать кажущиеся мне интересными наблюдения вслух, — он хмыкнул, глядя на вытянувшееся лицо Гарри. — А еще я искренне считал, что люди знают непозволительно мало, и что мой долг это исправлять.

Конечно, если Скорпиус не преувеличивал, старшим Малфоям пришлось с ним действительно нелегко. Но любой ребенок, пусть даже и «тяжело переносимый», должен, прежде всего, быть любимым. В этом Гарри был убежден, и ничто не могло изменить его мнение.

— Я надеюсь, ты мне поможешь с одной семьдесят пятой таблетки. Боюсь, мой глазомер не настолько развит, чтобы суметь точно разделить ее, — улыбнулся Гарри и потянулся за чайником чая. — И я остановил тебя не оттого, что мне было не интересно тебя послушать, а в тот момент, когда я перестал усваивать тот объем, которым ты решил со мной поделиться, — он наполнил чашку ароматным черным чаем и вернул чайник на середину стола. — Ну и возвращаясь к теме наследника, я рад, что на тебя не навесили обязательства. Но, Скорпиус, послушай… если твой ребенок унаследует этот дар, вместе вы непременно справитесь с трудностями. Я ни в коем случае не толкаю тебя под венец, просто не хочу, чтобы ты ставил крест на семейной жизни, — выдохнул он, зацепившись взглядом за несколько плавающих чаинок в чашке. — Но в любом случае, решать только тебе, — и сделал небольшой глоток.

— Я подумаю, — пообещал Скорпиус, берясь наконец за еду. — Тщательно и долго. Что же до обязательств — я тоже рад. Я не сторонник измен, а вчера непременно изменил бы жене.

Решив не дожидаться, пока чай остынет, Гарри снова взял чашку, но рука так и повисла в воздухе.

«Непременно бы изменил жене», — эхом раздалось в ушах. За всю свою жизнь Гарри довольно много слышал признаний в симпатиях, но эти слова, их искренность и уверенность, с которыми они были сказаны, заставили сердце замереть, а затем пуститься в галоп.

— Если я скажу, что мне приятно это слышать, это будет откровенным преуменьшением, — проговорил тихо. — Вот умеешь же ты вогнать меня в ступор, — шутливо протянул он и, наконец, поднес к губам дымящуюся чашку. — Но не думаю, что-что-то было бы возможным, будь ты женат. Я бы изначально исключил любую вероятность связи. Потому что я жуткий собственник, делиться не привык и не собираюсь привыкать, — категорично заявил он и сделал большой глоток. — А тем более, делиться тобой.

Взгляд Скорпиуса полыхнул непривычным огнем, которого Гарри ни разу еще не видел, но последнюю фразу он комментировать не стал.

— Я думаю, все равно все случилось бы, как случилось, — сказал вместо этого вкрадчиво. — Хотя бы потому, что вы не спросили меня, женат я или нет.

— Не спросил, потому что и так знал. Не сбрасывай со счетов, что я читал твое личное дело. И даже если предположить, что большую часть папки я пролистал для проформы, не вдумываясь и не вчитываясь, но информация на первой странице никак не могла пройти мимо меня, — произнес Гарри, снова наполняя чашку ароматным чаем.

— Сэр, — Скорпиус наклонился к нему, заглядывая в глаза, и с внезапно прорезавшийся сексуальной хрипотцой в голосе, поинтересовался: — Вы не трахнули бы меня вчера? Действительно? Даже я при всем своем не умении разбираться в человеческих отношениях, в это не верю.

— Я тренировал бы силу воли, — выдавил улыбку Гарри и гулко сглотнул, отставляя чашку в сторону. Голос Скорпиуса, вкрадчивый и низкий, ласкал слух и обволакивал кожу, одновременно проникая под нее и зарождая глубоко внутри тянущие волны возбуждения. Слишком быстро набравшие силу, они устремились по позвоночнику вверх, к самому затылку, и ринулись снова вниз, бросив Гарри в изнуряющий жар и следом в обжигающий холод. — Но если ты не прекратишь, — он перевел дыхание и продолжил хрипло, — я повторю вчерашний опыт прямо сейчас. На этом самом столе.

— Это угроза? — Скорпиус прищурился и еще больше, хотя казалось бы, это уже невозможно, понизил голос. — Спешу напомнить, что я аврор, и угроз не боюсь. Более того — иногда они меня раззадоривают.

Похоже, Скорпиус очень быстро вошел во вкус и сейчас откровенно провоцировал его. Причем делал это настолько умело, что еще немного — и Гарри сдался бы во власть его необычно хриплого голоса. Но, окинув взглядом ломящийся от еды стол, он тут же одернул себя, решив, что пусть уж они нормально поедят, а там дальше видно будет. В конце концов, у них вся ночь впереди.

— Давай ешь, задорный аврор, — снисходительно протянул он и отхлебнул успевший остыть чай.

Скорпиус улыбнулся, мгновенно теряя в обольстительности, но зато выигрывая в очаровании. Прежде чем послушаться, он достал таблетку из заранее подготовленного пузырька и взмахом палочки отсек от нее небольшой кусочек. Меньшую часть таблетки он протянул Гарри, а большую закинул в рот и только потом накинулся на еду.

Гарри с недоверием посмотрел на лежащую на его ладони часть таблетки, но быстро положил ее в рот и запил несколькими глотками чая. Оставалось надеяться, что лекарство поможет, и желудок не напомнит о себе болями посреди ночи, отомстив за съеденное. И если модифицированное зелье действительно окажется эффективным, да он завтра же обратится к целителям за этим чудо-лекарством.

— Ты мне сегодня целый пир устроил, — с благодарностью проговорил Гарри, наблюдая за жующим Скорпиусом. — За годы диеты я уже успел порядком подзабыть, что такое настоящая человеческая еда. Ума не приложу, как жил без этого, — заключил он, оглядев остатки блюд на столе.

— И, главное, зачем, — улыбнулся ему Скорпиус. Он выпил еще пару таблеток и потянулся за блюдом с какими-то морепродуктами. — Сэр, а могу я тоже задать личный вопрос? Почему вы один? И уже довольно долго, как я понял. До вчерашнего дня я думал, что вам, как и мне, не слишком важна эта сторона жизни. И, кстати, ошибся насчет нас обоих, — он хмыкнул.

— Черт, столько лет работал над образом волка-одиночки и тут на тебе, сам же все развеял в один вечер, — насмешливо протянул Гарри, но продолжил серьезно и тихо: — Скорпиус, наверное, ты сам сможешь ответить на вопрос, отчего люди одиноки. Оттого, что не нашли своего человека. Не встретили того, с кем можно пройти по жизни рука об руку. Ну подумай, кто вытерпит меня, проводящего большую часть времени в Аврорате и приходящего домой лишь затем, чтобы поспать?

Скорпиус усмехнулся.

— Думаю, вы сами можете ответить на ваш вопрос, — вернул его же слова и встал. Один хлопок ладонью по столешнице, и стол остался таким же девственно чистым, как и в тот момент, когда Гарри увидел его в первый раз.

Не сводя взгляда с Гарри, Скорпиус подошел ближе и сел перед ним на стол, широко раздвинув ноги. Стянул и отбросил прочь футболку, расстегнул джинсы.

— Я готов выступить в роли тренажера, — сказал тихо, медленно откидываясь назад и опираясь на локти. — Будем тренировать вашу силу воли.

Спрашивать сейчас Скорпиуса о самочувствии после вчерашнего секса было даже как-то абсурдно — наверняка он знает, что делает, раз принялся так откровенно играть в соблазнителя.

С шумом втянув носом воздух, Гарри приблизился к нему, не торопясь, провел ладонью по рельефной груди, очертил пальцами пупок и скользнул ниже, к самой границе трусов. Мягко оттянул резинку и залез по нее, касаясь горячей кожи, но намеренно обходя стороной напряженный член.

— Ну что ж… — выдохнул он, заглянув Скорпиусу в глаза. — Посмотрим, надолго ли хватит самого тренажера, — он вынул руку из трусов, так и не дотронувшись до дернувшегося члена, и, подхватив Скорпиуса под колени, коротким рывком притянул к себе, устраиваясь между его ног. — Моя воля пока непреклонна, — хрипло сообщил Гарри, но вопреки словам толкнулся бедрами вперед, замер, а потом отстранился. — Пока не услышу, что ты хочешь… и как хочешь, — прошептал рвано и сквозь грубую ткань джинсов погладил Скорпиуса по бедру.

Скорпиус выпрямился, обхватил его за шею рукой и прислонился лбом ко лбу.

— Хочу снова забыть, — выдохнул пылко. — Все забыть, кроме твоего члена!

В глазах потемнело, а пальцы на крепком бедре сжались с такой силой, что наверняка причинили Скорпиусу боль. После услышанных слов Малфоя захотелось сгрести в охапку, сорвать с него узкие джинсы и незамедлительно трахнуть — чтобы начал забывать. С первым же толчком.

«… все, кроме твоего члена…» — эхом раздалось в ушах — и не привычное «вашего, сэр, члена», а именно «ТВОЕГО» — и прокатилось по позвоночнику новой волной, осев внизу живота теплой ноющей тяжестью.

Гарри опомнился, когда мышцы под его рукой напряглись, и поспешно ослабил стальную хватку. Безмолвно прося у Скорпиуса прощение за нерассчитанную силу, невесомо коснулся губами его губ. Но долгих извинений Скорпиус, похоже, не ждал. Рвано выдохнув, он изогнулся, вжимаясь в Гарри животом, и потерся пахом о распираемый кровью член.

— Не прекратишь тереться, трахать начну прямо сейчас, — сообщил Гарри. Казалось, Скорпиус пылает в невидимом пламени — жар, идущий от его тела, проникал сквозь одежду, просачивался под кожу, до предела разгоняя бегущую по венам кровь. — И к черту всю эту силу воли, — добавил хрипло и сунул руку между их телами. Скользнул по дрогнувшему от прикосновения животу и опустил ладонь на твердый член, обтянутый влажной от проступившей смазки тканью.

Скорпиус рвано выдохнул, с трудом отлепился от него и, пристально глядя в глаза, опустился назад, ложась на стол. Поднял, выпрямляя, ноги, стянул с них джинсы и трусы и снова обхватил бедра Гарри. Длинный член влажно шлепнул по животу, а яйца прижались к вздыбленной бунтующим членом ширинке.

Окинув Скорпиуса долгим и откровенно голодным взглядом — от такого зрелища сперло и без того сбитое дыхание — Гарри понял, что сдерживаться дальше он просто не сможет. Даже если бы и хотел. Он еще раз погладил Скорпиуса по животу и бедрам, но на сей раз не обходя стороной блестящий гладкий член, затем рывком стянул с себя футболку и принялся за тугой пояс джинсов. Пальцы не слушались, и Гарри, выматерившись сквозь зубы, избавился от оставшейся одежды при помощи заклинания.

— Мистер Поттер… — начал было Скорпиус, но потом закрыл глаза и с трудом поправился: — Г-гарри. Можешь сначала пальцами? Как вчера…

Гарри, конечно, мог — и пальцами, и не только ими… И если бы не гулко стучащее в висках возбуждение, он бы охотно показал Скорпиусу то, о чем тот имеет, в лучшем случае, лишь теоретическое представление. Да и то навряд ли, судя по его незнанию, что минет называется минетом…

Однако последняя просьба если не отрезвила, то заставила Гарри, по меньшей мере, поостыть. Может, Скорпиус намеренно распалял его, закрыв глаза на собственное состояние и просто отчаянно желая соответствовать?

— Если ты еще не пришел в себя после вчерашнего, геройствовать незачем, — выдохнув, произнес Гарри, но вопреки словам смочил палец слюной и осторожно дотронулся до сжавшегося от прикосновения ануса. — Болит?

— Два балла из двенадцати, не больше, — покачал головой Скорпиус. — Но я боюсь заработать все десять, потому что просто расслабиться, как выяснилось, я не могу. Но если тебе неприятно, то не страшно, — поспешно сказал он, спохватившись. — Я потерплю, это не сложно!

А вот эти, последние слова отрезвили Гарри окончательно.

— Что значит «не сложно»? — прошипел он, убирая от напряженного входа пальцы. А в следующую секунду он уже нависал над Скорпиусом, упираясь одной рукой ему в плечо, а другой — удерживая за бедро. — Это я не потерплю, чтобы меня принимали за бесчувственного эгоиста, — холодно произнес он, продолжая вжимать Скорпиуса в столешницу и не позволяя ему и шевельнуться.

Потерпит он, поглядите-ка! Еще сказал бы, что стоически выдержит! Однако стоило взглянуть Скорпиусу в глаза — растерянные и обеспокоенные, — как раздражение схлынуло столь же стремительно, как и накатило.

— Мерлин, какой же ты дурачок, — снисходительно покачал головой Гарри. Еще, небось, и думает, что ему, Гарри, только претят лишние прикосновения… Ну вот и как объяснить, что откровенные ласки в сексе — это норма, и они вовсе не неприятны? И наплевав на собственное возбуждение — в конце концов, у них впереди еще много ночей с самым разнообразным сексом, и долгим, и быстрым — Гарри опустился на колено, обхватил Скорпиуса за бедра и мягко притянул к себе. — Упрись ногами в плечи, — скомандовал он и, дождавшись, пока Скорпиус сделает так, как он сказал, сжал упругие ягодицы, мягко раздвинул их и коснулся кончиком языка дрогнувшего от неожиданности ануса.

Как оказалось, просить Малфоя упираться ногами ему в плечи было крайне неудачной идеей. Осознал это Гарри уже в полете в демонстрируемый колдоокнами водопад — Скорпиус оказался настолько не подготовленным к такого рода ласкам, что рефлекторно распрямил ноги, с силой отшвырнув его от себя, и теперь сидел на столе, глядя на Гарри с настоящим ужасом.

— Извините, сэр, — наконец выдавил он, спрыгивая на пол, и поспешно подошел к Гарри. — Вы не ушиблись? — он сел рядом с ним на корточки. — Я… Простите, пожалуйста, я просто не ожидал. И вообще… — он стушевался и стал стремительно заливаться краской. — Мерлин, да разве так можно?..

— Что можно? Лягаться кентавром — нет, нельзя! — прошипел Гарри, растирая ушибленное бедро. — Малфой, да что, блядь, происходит? — не выдержал он, натолкнувшись на виноватый взгляд. — Ты вообще трахался по-человечески? Или все ограничивалось миссионерскими позами, в темноте, да под одеялом?

Скорпиус смутился ещё больше и опустил взгляд.

— Я же говорил, что у меня не было гомосексуальных контактов, — напомнил глухо. — А женщины, как ни удивительно, требовали трахать и ласкать их, а вовсе не наоборот. Но, как вы уже знаете, особенных успехов в отношениях с женщинами я не достиг, так что совсем не уверен, что делал всё правильно, — добавил он уже слегка саркастично.

Гарри уже хотел спросить, при чем же тут гомосексуальные контакты, когда все дело в том, как относишься к партнеру — и тут же одернул себя. Значит, ни одна из бывших пассий не зацепила настолько, чтобы Скорпиус попросту захотел включить фантазию и разнообразить удовольствие. Вывод был очевиден и не вызывал никаких сомнений, потому как на эксперименты с ним, Гарри, Скорпиус был вполне готов — стоит только вспомнить, с какой настойчивостью он предлагал сделать ему тот же самый минет.

— Похоже, в роли тренажера пора выступать уже мне, — мысленно попросив Мерлина дать ему побольше терпения, хмыкнул Гарри.

Скорпиус моргнул, будто не поверил услышанному, а потом прищурился.

— Сэр, если я правильно вас понял, то можно мы будем делать это не на столе? — спросил пылко, и Гарри мысленно усмехнулся, найдя лишнее подтверждение своей теории. Требовать от Малфоя секса явно не приходилось.

— Можно, — все же не сдержав смешка, ответил Гарри. — Пошли в спальню, — и поднялся на ноги.

Он был не готов к тому, что Скорпиус рывком поднимется и чуть не повалит его снова, порывисто обняв. Покачнувшись, он схватился за Скорпиуса, но, как оказалось, зря — тот уже аппарировал их, выведя из аппарационного потока аккурат над кроватью.

— Я действительно могу делать всё? — выдохнул Скорпиус, нависая над Гарри и пытливо заглядывая в глаза. — Даже пальцами?..

— Даже членом, — с улыбкой кивнул Гарри и посмотрел на Скорпиуса в упор, прокручивая в голове наиболее вероятные варианты, с чего же начнется эксперимент. К слову, весьма волнующий, понял он, почувствовав в паху зарождающееся тепло.

Глаза Скорпиуса расширились, и он гулко сглотнул. Похоже, такая мысль не укладывалась даже в его супермозгу. Потом он слабо улыбнулся, видимо, решив, что Гарри пошутил, и наклонился его поцеловать. Поцелуй вышел страстным, но недолгим — скоро Скорпиус чуть отстранился и спустился губами к шее. Поцеловав точнёхонько в самые чувствительные места, он провел языком по ставшей почему-то очень чувствительной коже, а потом вдруг прикусил её зубами, заставив Гарри вздрогнуть. Скорпиус улыбнулся, жарко выдохнув во влажную после экспериментов шею, и пустил в ход руки.

Через пару минут Гарри уже мелко вздрагивал от каждого прикосновения и шумно дышал, стискивая кулаками покрывало. Снова чертова математика — или что там ещё из бездны знаний в малфоевской голове? — помогала Скорпиусу играть на его теле, как на музыкальном инструменте, почти не допуская фальшивых нот. Ни руки, ни губы пока что не коснулись члена, а Гарри уже почти испытал оргазм от тонны обрушившихся на него ощущений.

И теперь Гарри вовсю просил Мерлина не только о терпении, а еще и о выдержке — стоило Скорпиусу скользнуть языком по соску или провести пальцами дорожку от ключиц до пупка и обратно, ноющий член молниеносно подскакивал, и снова падал с влажным шлепком на живот, обильно сочась на кожу блестящей смазкой. Решив для себя довести сей эксперимент до конца и не душить в Скорпиусе зачатки первооткрывателя, Гарри только и оставалось, что сдавленно стонать и беспомощно глотать ртом воздух, когда Скорпиус с точностью находил новую чувствительную точку.

— Насчет членом… я серьезно, — всхлипнул Гарри и выгнулся на покрывале.

До этого увлеченно изучающий реакцию его живота на щекочуще-дразнящие поцелуи, Скорпиус резко вскинул голову.

— Я начинаю склоняться к мысли, что когда-нибудь даже, возможно, посмею об этом задуматься, — выдавил он хрипло, опустив завороженный взгляд между раскинутых ног Гарри, и медленно протянул руку.

Коснуться сразу ануса он не решился, погладив сначала бедро, а потом член и яйца. Стремительно вырабатывающейся привычке касаться только особенно чувствительных мест он и в этот раз не изменил, и Гарри с тихим вздохом расставил ноги ещё шире. Скорпиус прислушался к его безмолвной просьбе, скользнул пальцами ниже, но отдернул руку, едва дотронувшись.

— Сейчас, — выдохнул, зажмурившись. — Иначе сам кончу…

— Бля-я… — Гарри с шумом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Помолчи минуту… — судорожно выдохнул он. — Не то уже я кончу от одного твоего голоса… — и крупно содрогнулся всем телом, борясь с нестерпимым желанием сжать в ладони собственный пульсирующий член. — Причем гораздо раньше, чем ты думаешь, — скорее простонал, нежели проговорил он.

— Я уже ничего не думаю, — помотал головой Скорпиус, и лучшим подтверждением его слов был тот факт, что о просьбе помолчать, он, похоже, забыл. — Я хочу. Я очень хочу…

И он всё-таки коснулся пальцами почти расслабленного ануса.

— Делай… все, что хочешь… — рвано прошептал Гарри и двинул бедрами, стараясь усилить робкое прикосновение. — Только быстрее, — он мотнул головой из стороны в сторону. — И сильнее, — и попытался насадиться на сухие пальцы.

— Акцио, баночка с анальной смазкой! — выдохнул Скорпиус, и, несмотря на серьёзность ситуации, Гарри усмехнулся. Впрочем, очень быстро смеяться расхотелось — Скорпиус не стал мазать пальцы. Он намазал сразу член. — Вы расслаблены и кончите, если я начну с пальцев, сэр — сказал он, снова сбиваясь на чертов «сэр». — Я прав? Значит, наверное, можно попробовать… — он не договорил, с трудом сглотнув.

На раздумья ушло меньше секунды. И хотя Гарри давно не практиковал нижнюю позицию, Скорпиус был прав — он уже находился на грани оргазма, и уж пальцы, которые очень быстро найдут нужные точки, явно не оттянут развязку.

— Только аккуратно. У меня так давно не было, — честно предупредил Гарри. — И, Скорпиус… перестань хотя бы «выкать», пока будешь меня трахать, — выдохнул он и закрыл глаза, заранее стараясь расслабиться.

— Да, сэр, — совершенно бездумно отозвался Скорпиус, дьявольски медленно устраиваясь между его ног. — Я не смогу! — простонал он вдруг, пережимая член у основания. — Я… Нет! Это неправильно… Но черт! — так и не сказав ничего вразумительного, он упал на вытянутые руки, нависая над Гарри и отчаянно, слепо его поцеловал. — Я сейчас с ума сойду! — промычал ему в губы и всё-таки ткнулся головкой в кольцо дрогнувших мышц.

— Да давай же, — рыкнул Гарри и плавно подался бедрами навстречу. — Упрашивай его еще… — прошипел он и замер, когда Скорпиус коротко толкнулся, рвано выдохнул и начал медленно входить в него.

Как бы Гарри ни хотел наблюдать за Малфоем, видеть его мутный шальной взгляд, не зажмуриться не получилось. Расслабленные мышцы сразу же поддались терпеливому напору, с легкостью впустив скользкий горячий член, а когда головка прошлась по простате, Гарри едва не подбросило на покрывале, скрутив в волне острого удовольствия.

— Даже не вздумай останавливаться, — чувствуя, что оргазм совсем близко, прошептал он и заставил себя открыть глаза.

Как оказалось, Скорпиус плотно зажмурился и стиснул зубы так, что проступили желваки. А ещё его член всё входил и входил внутрь, никак не кончаясь, и давил при этом на простату все сильнее. Уже понимая, что кончит, не дождавшись второго толчка, Гарри обхватил Скорпиуса за ребра, дернул на себя, заставляя лечь, прижаться всем телом, и впился в губы отчаянным поцелуем.

Скорпиус охнул, распахнул глаза и инстинктивно двинул бедрами, наконец вгоняя член до самых яиц. В глазах потемнело, и Гарри зарычал, чувствуя, как за яйцами начинает пульсировать, а по телу пробегают горячие волны. Глаза Скорпиуса стали почти черными, и он вскинул бедра, чуть выходя, а потом так же резко двинулся обратно. О том, чтобы вытащить его длиннющий член целиком, не было и речи, но этого и не надо было. Он доставал до всех нужных точек, что были близко, и до тех, о которых Гарри даже не подозревал. И вот сейчас, при этом мощном коротком толчке, все они взорвались наслаждением.

Гарри прижал Скорпиуса к себе покрепче, возможно, мешая ему тем самым двигаться — вряд ли, чтобы кончить, Скорпиусу хватило двух толков. Но сейчас ему было откровенно все равно — вместе с опустошающим оргазмом его захлестнуло желание почувствовать горячую, влажную от проступившей испарины кожу, ощутить ребрами ходящую ходуном грудную клетку и насадиться на этот потрясающий, длиннющий член как можно глубже. Беззвучно всхлипнув — на полноценный крик не осталось сил — Гарри сжал расслабленные мышцы, максимально туго обхватывая скользящий внутри член и приближая тем самым Скорпиуса к вспышке желанного удовольствия.

Однако Скорпиус даже не дернулся, а пару секунд спустя Гарри осознал, что член внутри уже далеко не такой твердый, как раньше. Расслабившись, Гарри пьяно улыбнулся и поцеловал Скорпиуса в плечо. Было бы, конечно, очень интересно узнать, в какой момент тот кончил, но спрашивать было как-то глупо.

— Спроси меня что-нибудь, — вдруг сам попросил Скорпиус, не поднимая головы. — Что-нибудь про цифры.

— Отношение количества ударов твоего пульса к моему, — первое, что пришло в голову выдал Гарри. — Что-то не так? — и озабоченно взглянул на Скорпиуса.

— Одна целая, четыре-два-восемь-пять-семь в периоде, — без запинки ответил Скорпиус и улыбнулся. — Всё в порядке. Просто такая вата сахарная в голове, что я уж понадеялся было, что нормальным стал.

Гарри выслушал ответ — естественно, ничего не понял, сколько там и чего в периоде — но вот последняя часть фразы четко врезалась в сознание, заставив нахмуриться. И в чем это, простите, Скорпиус считает себя ненормальным? Да, невозможно отрицать, что он не такой, как большинство людей. Он необычный. Но вот понятие нормальности здесь вообще ни при чем. И хорошо, если Скорпиус сейчас просто оговорился, а не случайно выдал наболевшее.

— Черт возьми, никогда такого не испытывал, — сменив направление мыслей, проговорил Гарри. — Ну и что в этом неправильного? — усмехнулся он, вспомнив бессвязную тираду Скорпиуса.

— Я как будто святыню осквернить собирался, — смущенно пояснил Скорпиус. — Но теперь я чувствую иначе. Ты не святыня, — он приподнялся на руках и закончил, глядя в глаза: — Ты живой.

— Вот уж каким, а оскверненным я себя совсем не чувствую, — пораженно выдохнул Гарри, переваривая услышанное. — Хмм… святыня… скажешь тоже, — усмехнулся он и ласково провел ладонью по щеке Скорпиуса.

— И ничего смешного, — покачал головой Скорпиус. — Я даже не предполагал, что смогу до вас даже просто коснуться, сэр, — признался он и поправился: — До тебя.

— Неужто даже после Америки не предполагал? — улыбнулся Гарри.

— Нет, после Америки уже начали закрадываться какие-то сомнения, — Скорпиус фыркнул. — Я говорю про полгода до. Раньше никаких признаков тахикардии при взгляде на меня у вас на наблюдалось.

— Не наблюдалось, — согласился Гарри. — Да, любовью с первого взгляда все это сложно назвать, — хмыкнул он, вспомнив их самую первую встречу.

— Тогда что изменилось? — полюбопытствовал Скорпиус. Он очень осторожно подался назад, но даже в полуопавшем состоянии его член был достаточно длинным, чтобы доставить массу неприятных ощущений на выходе.

— Всему виной твои ярко-голубые трусы, — ответил Гарри абсолютно серьезно и очень стараясь не расплыться в улыбке.

— Что?! — искренне изумился Скорпиус. — Всего лишь трусы? — он фыркнул. — Знал бы — разделся бы в первый день, аргументируя тем, что мне надо охлаждать мозг!

— И уж точно бы охлаждал его в другом месте, — припечатал Гарри. — Знаешь, я и сам не думал, что все так обернется, — протянул он. — Точнее, даже не задумывался, — и, помолчав, добавил: — И я рад случившемуся.

Скорпиус улыбнулся и несмело — черт возьми, до сих пор! — обнял, прислоняясь виском к плечу.

— Я должен предупредить, что спать в моей постели небезопасно, — сказал он чуть виновато. — Ровно в восемь утра кровать исчезает, и я падаю в бассейн под ней. Вам лучше проснуться пораньше и успеть встать до этого момента.

— Хорошо, — кивнул Гарри, ошарашенно моргнув — вот это способ пробуждения, ничего не скажешь. — Для себя я поставлю будильные чары на без десяти. Не переживай за меня, — выдохнул он и погладил Скорпиуса по голове, перебирая пальцами чуть спутавшиеся пряди.

Чары, которым была пропитана кровать, давно уже расправились со всеми ненужными жидкостями, но привычка каждый вечер смывать с себя усталость водой все равно требовала немедленно отправиться на поиски ванной. Скорпиус, похоже, испытывал аналогичные чувства, потому что вскоре туманно намекнул:

— Кстати, у меня очень хороший бассейн…

— Который будет весьма кстати, — с радостью в голосе заключил Гарри. — Или ты еще поваляться хочешь?

— Хочу, но чистым… — Скорпиус прищурился и щелкнул пальцами.

Кровать под ними исчезла.

— Ух! — выдохнул Гарри, падая в подсвеченную зеленым воду.

Гарри сгруппировался и плавно погрузился в воду, почти не оставив за собой брызг.

— Я так понимаю, что это алгоритм утреннего пробуждения? — вынырнул он рядом со Скорпиусом. — А захлебнуться ты не боишься? — обеспокоенно спросил он, переводя дыхание.

Вопрос был весьма кстати — не ожидая столь резкого падения, Гарри едва не нахлебался воды, еле-еле успев набрать в легкие воздух. И это он сейчас, в отличие от Скорпиуса по утрам, не спал и имел возможность вовремя сориентироваться.

— По утрам магия меня страхует, — Скорпиус с наслаждением провел рукой по лицу. — Я фактически только окунаюсь пару раз, пока не проснусь. Просто мозг в этом случае включается еще в полете, и я не «загружаюсь» в полусонном состоянии еще с полминуты. Это, кстати, не самый приятный процесс.

— Представляю, — буркнул Гарри и лег спиной на воду. Хотя какое там представляю? Он и понятия не имел, каково спящему человеку из мягкой нагретой постели плюхнуться прямиком в воду. Пусть и не холодную, а вполне приятную, но все же вода есть вода. Но в одном Гарри был уверен точно — после первой же недели таких «с добрым утром» он заработал бы себе нервное расстройство. И это как минимум. — Я знаю, я уже спрашивал… Но не неужели нет никаких альтернатив? — спросил он, возвращая тело в прежнее положение.

— Ну почему же, — Скорпиус кивком головы предложил ему плыть за ним. — Меня разбудит любой стресс — холод, ожег, удушье, голод на грани истощения, паденье. Вода из этого всего кажется наиболее приятным.

«И не поспоришь», — мысленно заключил Гарри. Хотя у него было одно предположение, что еще могло бы послужить стрессом для малфоевского организма, но озвучивать его Гарри пока не решился — сначала нужно опробовать его на эффективность.

Скорпиус уже доплыл до конца бассейна, когда он, наконец, оттолкнулся и последовал за ним, легко преодолевая сопротивление стоячей воды. Зацепившись о каменный бортик, Скорпиус смотрел на него в упор и, судя по его нетерпеливому взгляду, собирался или что-то рассказать или показать. И второй вариант показался Гарри наиболее вероятным — теперь, познакомившись с малфоевским домом, таким необычным и поражающим воображение, Гарри верилось с трудом, что и этот бассейн ограничится простым стандартным кубом, наполненным водой. Наверняка его и сейчас ждал сюрприз.

— Направо или налево? — весело спросил Скорпиус, подтверждая промелькнувшую догадку.

— Смотря, где интереснее, — улыбнулся Гарри, подплывая к нему вплотную.

Скорпиус на миг задумался, будто вычислял степень интересности каждого предложенного им варианта, и, видимо, придя к какому-то решению, смахнул со лба мокрую прядь и отцепился от бортика.

— Равнозначно, — уверенно произнес он. — Но в правом крыле погода устойчивее. Поэтому разумнее начать с него, — и, дождавшись ответного кивка, улыбнулся и ушел под воду с головой.

Глубоко вздохнув, Гарри зажмурился и погрузился следом. И заставил себя открыть глаза, заранее приготовившись к тому, что слизистую тут же начнет щипать. Но вопреки опасениям вода не принесла никакого дискомфорта — зачарованная, она позволяла свободно перемещаться, не ощущая даже малейших неудобств.

Тем временем Скорпиус подплыл к одной из каменных стен бассейна и дотронулся до темной плиты рукой. Первую секунду ничего не происходило, а затем камень заискрился изумрудными огоньками и осыпался, стремительно превращаясь в песок. Будто опомнившись, что Гарри не привык долго находиться под водой, Скорпиус проворно ухватил его за руку и потянул куда-то в сторону, а потом резко вверх.

Выныривая, Гарри снова зажмурился, а когда распахнул глаза, первое что он увидел — это была вода. И не зеленая, как прежде, а ярко лазурная и оттененная отражающимися в ней пушистыми белыми облаками. Он инстинктивно поднял голову вверх и замер от удивления. То, что он увидел, оказывается, было вовсе не облаками — от спокойной глади подымался пар, и такой густой, как если бы вода вокруг была невыносимо горячей. А сами они, похоже, были на дне какого-то природного колодца. Каменистые голые, почти черные, скалы обрамляли голубую гладь и уходили высоко вверх, теряя четкость очертаний в сизых клубах.

— Словно в кратере вулкана, — прошептал Гарри, пораженно озираясь по сторонам.

— Самое красивое тут внизу, — загадочно сказал Скорпиус и посмотрел на Гарри вопросительно…

— Ну, если там не очень глубоко, то поплыли, — кивнул Гарри и, задержав дыхание, нырнул.

У Скорпиуса явно было намного больше опыта — передвигался он под водой намного быстрее. Схватив Гарри за руку он устремился вниз, и Гарри с удивлением обнаружил, что по мере погружение в кратер становится все светлее. Разгадка оказалась в том, что стены подводной пещеры, которая была здесь «дном», устилали разной формы и размеров кристаллы, в которых отражался свет. Преломляясь, он играл на гранях кристаллов, делая их похожими на огромные драгоценные камни.

Зрелище было поистине потрясающим по красоте, и Гарри пожалел, что не попросил у Скорпиуса жабросли или не наколдовал подобие маггловской снаряжения для дайвинга. С огромным удовольствием он бы поплавал среди этого великолепия, но с каждой секундой вздохнуть хотелось все сильнее, и организм начал паниковать, не имея возможности это сделать.

Скорпиус, разумеется, это понял и дернул его за руку, стремительно возвращая на поверхность.

— У меня есть несколько комнат для подводной медитации, — сказал он, нисколечко не запыхавшись. — Все одинаково любимые. Я плаваю, сколько себя помню.

— Мне очень интересно, но давай в другой раз. Боюсь, еще одно погружение я не осилю, — покачал головой Гарри, выравнивая дыхание.

— Конечно, — кивнул Скорпиус и, подплыв ближе, обнял за плечи, собираясь аппарировать, но вместо этого вдруг порывисто поцеловал.

Стискивая гибкое тело, Гарри подумал, что как бы Малфой не отпирался, понятие «романтика» ему все же не чуждо.

Гарри ответил на поцелуй неторопливо, почти лениво, искренне наслаждаясь мягкими поглаживаниями и горячими ладонями на спине.

— Будто на курорте побывал, — признался он. — Столько впечатлений — и все за один вечер, — прошептал в самые губы и неохотно отстранился.

Скорпиус улыбнулся и аппарировал, аккуратно приземляя их на постель. Специальные чары мгновенно высушили обоих, а одеяло само собой укрыло Скорпиуса уютным коконом.

— Простите, — Скорпиус смущенно откинул край, приглашая Гарри присоединиться. — На двоих они не настроены.

Гарри придвинулся к Скорпиусу и перекинул руку поперек его груди, аккуратно прижимая к себе.

— И снова на вы? — выдохнул он в теплую шею, отчего кожа Скорпиуса покрылась мурашками.

— Ну да, — хмыкнул Скорпиус, — я обещал не выкать, пока вас трахаю. На все остальное мне нужно время. Хотя бы для того, чтобы поверить, что это действительно можно, — прошептал едва слышно.

На это Гарри ничего не ответил, а только невесомо коснулся губами выступающей ключицы. Раз Скорпиусу нужно время свыкнуться с изменениями в его перманентном и стабильном мире, что ж, торопить Гарри его не будет. А ему самому оставалось только набраться терпения и ждать.

Настроив будильные чары на половину восьмого, Гарри откинулся на подушку и закрыл глаза.

— Спокойной ночи, — прошептал он и накрыл ладонью руку Скорпиуса.

— Спокойной ночи! — отозвался тот и шепотом призвал зелье.

Проследив, как он одним глотком опустошает пузырек, Гарри подумал, что это та часть его жизни, с которой смириться будет сложнее всего. Но он был полон решимости постараться.

Глава 5

Проснулся Гарри от резкого звука над самым ухом. С твердым намерением поспать еще часок-другой, притянув к себе сладко сопящего Скорпиуса, он нащупал под подушкой палочку и снял будильные чары, приглушив противный визг. Ничего страшного не случится, решил он, если на работу они попадут чуть позже обычного. Одолеваемый крамольными мыслями, он сладко потянулся и придвинулся к Скорпиусу ближе.

Однако следующая мысль тут же заставила отказаться от этой идеи, и, распахнув глаза, Гарри рывком сел на кровати. Если он не собирался упасть в бассейн — а такие утренние процедуры в его планы уж точно не входили — то надо было вставать.

— Вот же черт! — выругался он себе под нос. Выбираться из теплой постели, да ещё одному, зная, что через пару десятков минут Скорпиуса безжалостно макнут в воду, было невыносимо. — И как вас отменить? — вслух спросил он у кровати.

Недолгое расследование быстро показало, что чары на кровати такие сложные, что них лучше не лезть. Уныло вздохнув, Гарри собрался было с духом и уже откинул одеяло, чтобы переместиться со Скорпиусом и одеялом на пушистый ковер, когда вдруг ему пришла в голову идея получше.

Сверившись с наспех наколдованным Темпусом, Гарри удовлетворенно кивнул — на все про все у него оставалось двадцать шесть минут, но этого времени ему вполне должно было хватить. Если, конечно, очень постараться. А в следующую секунду, больше не тратя драгоценные минуты на рассуждения, он потянулся к лежащему на спине Скорпиусу, провел рукой по подтянутому животу и спустился ниже, аккуратно погладив пока еще мягкий член.

Скорпиус сладко вздохнул во сне, покрепче обнял подушку и улыбнулся. Его член дернулся и начал неторопливо наливаться кровью. От одного этого зрелища сердце стало стучать быстрее. Когда же член встал во всей своей красе, Гарри решил, что это была его лучшая идея с тех пор, как он решил оставить Малфоя в Аврорате.

Пара неторопливых движений, и с некоторым трудом Скорпиус разлепил губы, едва слышно застонав.

Гарри улыбнулся, крепче обхватил пальцами ствол и задвигал рукой быстрее, переводя взгляд с расслабленного лица на набухший в ладони член. И как раз вовремя — на самом его конце заблестела прозрачная капелька и медленно скатилась по покрасневшей головке прямо на пальцы. И это зрелище было настолько волнующим и соблазнительным, что Гарри невольно затаил дыхание, откровенно любуясь происходящим.

Из маленькой дырочки в центре головки появилась следующая капля — гораздо более крупная, и Гарри подцепил ее большим пальцем и размазал по нежной коже. И если вначале он хотел разбудить Скорпиуса как можно скорее, то сейчас, глядя на идеально ровный и такой красивый член в своей руке, Гарри окончательно передумал. Теперь Скорпиуса хотелось будить по-другому, и уж точно не обычной дрочкой. Живо представив, как от его ласк Скорпиус выгнется на лопатках, скомкает простынь и тихо всхлипнет — или, может, хоть во сне он вскрикнет от оргазма? — Гарри облизнул пересохшие губы и устремился вниз.

Несмотря на достаточно разнообразную сексуальную жизнь, делать минет спящему Гарри еще не приходилось. И тем неожиданнее оказалось открытие, что это изысканное удовольствие прежде всего для него самого — не спеша и не слишком заботясь о чужих ощущениях, можно было ласкать этот великолепный член так, как хотелось, в первую очередь, самому, катая головку по небу, с упоением целуя её скользкими губами и вылизывая языком.

Скорпиус на каждую ласку не отзывался, но тяжело дышал через рот, вздрагивал порой невпопад и беспокойно мотал головой.

— Мис-с-стер Поттер… — выдохнул он в какой-то момент невнятно, и Гарри застыл.

Он поднял глаза — естественно, Скорпиус не проснулся, но, как показалось Гарри, спал уже не так глубоко. Во всяком случае, его мозг реагировал на то, что Гарри с ним делал. Да еще и как реагировал — получается, даже в бессознательном состоянии Скорпиус, назвав его имя, думал именно о нем!

Гулко сглотнув от этой мысли, Гарри вернулся к прерванному занятию — облизнул головку, пройдясь кончиком языка по члену до самого основания и обратно, а затем снова насадился на него ртом, пытаясь взять на этот раз как можно глубже.

Теперь он уже не гнался за своими ощущениями, а чутко прислушивался к Скорпиусу. Тот тихонечко стонал, ёрзал, выгибаясь, и инстинктивно толкался иногда ему в рот. Понимая, что кончить ему может быть сложно, Гарри не стесняясь помогал себе рукой, и почему-то совсем не ожидал внезапной струи прямо в горло. Скорпиус не выгнулся и не вскрикнул — он напряженно замер, открыв рот, а кончив, с шумом втянул воздух, резко садясь на кровати.

Это было даже почти неловко — встретиться с ошарашенным взглядом, ещё не выпустив изо рта медленно обмякающий член. И даже улыбнуться и сказать: «доброе утро», — не получалось.

Но Гарри все же постарался.

— До падения в бассейн осталось не больше пяти минут, — выдавил хрипло. — Так что советую все же сползти на ковер, — он подтянулся на руках и сел на кровати, не обращая внимания ни на распираемый спермой член, ни на ноющую тяжесть в яйцах.

— Когда я не сплю, кровать не исчезает, — просветил его Скорпиус с таким озадаченным видом, что Гарри едва не решил, что затеял всё это зря. — Мистер Поттер… — начал он, но потом надолго замолчал. — Я не знаю, что сказать, — признался наконец. — Но зато знаю, что сделать, — добавил с воодушевлением и потянулся к нему. Лег на живот, уверенно сжал член и без сомнений пробежался по нему языком, лаская все нужные точки.

Первой же мыслью Гарри было удержать Скорпиуса за плечи и сказать, что он вовсе не должен отвечать тем же исключительно из чувства благодарности. Но в следующую секунду Гарри уже не мог не то, что слово произнести — казалось, он потерял способность даже связно думать. Подавив в себе желание откинуться на простыни и запрокинуть голову, Гарри с шумом выдохнул и опустился на локти. Он хотел наблюдать, не упустив ни одной детали завораживающей картины перед глазами.

Очень скоро через пелену собственного наслаждения он обнаружил, что Скорпиусу нравилось то, что он делал. Его движения были хоть и четкими, но порывистыми, а глаза он то закрывал, прислушиваясь к ощущениям, то распахивал, любуясь блестящим от слюны членом. Впрочем, наблюдать за ним долго Гарри не мог — математически выверенная техника и давно уже зашкаливающее возбуждение сделали своё дело в рекордные сроки.

Всё-таки повалившись на спину, Гарри запустил руку Скорпиусу в волосы и кончил с глухим стоном ему в рот.

Переждав волну прокатившейся по всему телу дрожи, Гарри нащупал руку Скорпиуса и мягко потянул его на себя, укладывая рядом.

— Кажется, найден еще один способ, как заставить тебя проснуться, — довольно выдохнул он Скорпиусу на ухо и скользнул пальцами по влажной коже на его спине. — И учти, свое открытие я намерен эксплуатировать по полной, — улыбнулся он, втягивая носом запах светлых волос.

— Лучше не надо, — запротестовал Скорпиус не слишком решительно. — Я же с ума сойду от чувства вины…

— Какой еще вины? — растерянно спросил Гарри и приподнял голову, уставившись на Скорпиуса.

— Ну я же сплю, — туманно пояснил Скорпиус. — Никакой отдачи. И вообще! Вы же не должны этого делать. Будить меня, пытаться облегчить участь и сделать пробуждение приятным. Самым приятным в жизни… — пробормотал смущенно. — Вы и так со мной возитесь, а теперь ещё и это! — добавил едва ли не осуждающе.

— Правильно, не должен, — уверенно кивнул Гарри. — Но, черт возьми, я хочу это делать! К тому же, — добавил он, скрывая улыбку, — не стоит так уж свято верить в мое бескорыстие. Может, я рассчитывал на отдачу сегодня же вечером, — и легонько коснулся губами его виска.

Скорпиус внимательно на него посмотрел и больше ничего не сказал, а предполагать, о чем подумал этот непредсказуемый человек, Гарри не решался.

— Мистер Поттер, душа у меня нет, — уже гораздо позже извиняющимся тоном известил его Скорпиус. — В бассейне есть комната с пеной и джакузи. Я пользуюсь ею. Хотите попробовать? Хотя вам, наверное, хочется домой…

— Хмм, так изящно меня еще никто не выпроваживал, — усмехнулся Гарри. — Даже теперь не знаю, соглашаться ли на джакузи… или все же сделать вид, что мне нужно срочно домой, вежливо извиниться и побыстрее свалить?

Растерянно моргнув, Скорпиус решительно схватил его за руку и аппарировал. Гарри довольно охнул, оказавшись вдруг по пояс в теплой, почти горячей воде и по шею — в мягкой душистой пене.

— Теперь у вас нет выбора, — улыбнулся ему Скорпиус. — Буду злобным хозяином-тираном, эксплуатирующим гостя напропалую.

— Эксплуатируй, — согласился Гарри. — Тем более, что гость ничего не имеет против, — и, подцепив пальцами пушистую пену, мазнул Скорпиуса по кончику носа, оставляя мыльный след.

Скорпиус хмыкнул и нырнул. Гарри с сомнением посмотрел на пену, не зная, стоит ли погружаться в мыльную воду, но тут кто-то с силой дернул его за лодыжки, утаскивая вниз.

Совершенно не щиплющая глаза вода тут была ярко-синего цвета, а на дне оказались невероятно красивые мозаичные картины. Гарри разглядывал их добрых десять минут, периодически всплывая за глотком воздуха. Как оказалось, в картинах была запечатлена целая история большой совиной семьи.

Вылезать не хотелось, и Гарри поймал себя на мысли, что за эти дни окончательно расслабился и теперь малодушно задумывался об отдыхе. Однако устраивать себе еще один незапланированный выходной было непозволительной роскошью — все-таки с визитом в Мунго и допросом последнего пострадавшего затягивать не стоило.

— Давай поедим и в Аврорат, — сказал он, едва не скривившись от собственных слов. Впервые за много лет Гарри почувствовал, что на работу ему придется себя буквально выгонять.

Скорпиус кивнул и жестом показал ему следовать за ним. В бассейне оказалась лесенка, ведущая на крошечную площадку. Едва Гарри на неё встал, специальные чары тут же высушили кожу, нанесли тончайшим слоем что-то вроде увлажняющего крема, высушили и уложили волосы и даже — О, Мерлин! — сбрили все лишние волосы на ногах, под мышками и в паху.

Скорпиус бросил на него оценивающий взгляд и хмыкнул.

— Упс! — сказал весело и призвал халат для Гарри и брюки с футболкой для себя. Они оделись, и Скорпиус взял его за руку, аппарируя в столовую.

Стол оказался уже накрыт, а на не замеченных раньше — или появившихся утром, Гарри не знал, — насестах под потолком сидели совы. Увидев Скорпиуса, она радостно заухали и захлопали крыльями.

— Доброе утро! — сказал им Скорпиус и раскинул руки в стороны, позволяя всей крылатой стае облепить его шумной пернатой мантией.

Запахнув потуже халат, Гарри сел на один из стульев, внимательно присматриваясь, что из этого разнообразия блюд можно съесть и ему. Найдя подходящую для себя еду — салат из свежих овощей и овсяную кашу — он перевел взгляд на Скорпиуса. Увлеченный общением с любимыми птицами, тот и не замечал, как долго Гарри за ним наблюдал.

Любуясь Скорпиусом — таким близким и по-домашнему уютным, Гарри понял одно — он хочет, чтобы это утро просто никогда не заканчивалось.

Уделив внимание каждой сове, Скорпиус позволил Соле — его Гарри уже узнавал по огромным размерам — остаться на плече и сел за стол.

Завтрак его мало чем отличался от ужина — суп, мясо, хлеб, сладкое и всё те же неизменные три таблетки. Это получалось, что Скорпиусу чтобы наесться нужно было три киллограмма высококалорийной пищи за раз. Завершил трапезу он тщательно выверенным по размеру куском сала по-русски и большой чашкой чая, и у Гарри закралось нехорошее подозрение, что Малфой считает граммы съеденной пищи.

— А какая твоя оптимальная порция? Чтобы и наесться хватило, но и от тяжести в желудке потом не мучиться? — как бы вскользь спроси Гарри, отхлебнув из чашки ароматный чай.

— Тяжесть в желудке? — переспросил Скорпиус слегка недоуменно. — Я такого не испытываю. Я же говорил, таблетки помогают переваривать пищу полностью. Но чтобы наесться мне обычно хватает примерно шести тысяч калорий.

— Очень странно от тебя слышать «примерно», — улыбнулся Гарри. — А если этих калорий окажется больше… в общем, мне показалось или ты должен с точностью рассчитать, сколько и чего ты должен съесть? — спросил уже серьезно.

— Показалось, — Скорпиус улыбнулся и пожал плечами. — К счастью, тут я могу позволить себе некоторую свободу. Я всё-таки не машина, поэтому, как и все люди, могу проголодаться сильнее или слабее. Иначе я не выжил бы в нашей поездке.

Гарри облегченно выдохнул и, сделав большой глоток, отставил пустую чашку в сторону.

— Что-то я совсем с тобой расслабился, — улыбнулся он, нехотя вставая из-за стола.

И тут же пожалел о своих словах. Скорпиус напрягся и быстро встал из-за стола.

— Извините, сэр, — сказал с искренним раскаянием. — Я буду готов через шестьдесят пять секунд.

— А ну-ка стой, — рыкнул Гарри и подошел к замершему Скорпиусу. — Разве я сказал, что чем-то недоволен? За что ты сейчас извиняешься? — продолжил гораздо мягче. — Утро было прекрасным. Таким, что даже жаль, что оно закончилось, — признался Гарри, решив, что Скорпиусу непременно нужно услышать эти слова. — Наоборот я должен сказать тебе «спасибо». А ты только и делаешь, что просишь прощения по каждому поводу, — немного невпопад закончил он.

— Потому что у меня такое чувство, что я все время делаю что-то неправильно, — признался Скорпиус. — А ещё я не могу забыть о том факте, что вы мой начальник. И сомневаюсь, что я вообще когда-нибудь смогу его игнорировать.

— Хватит заниматься самоедством, — с нажимом произнес Гарри, затем взял Скорпиуса за руку и легонько потянул на себя. — А насчет начальника… Лично я очень надеюсь, что сможешь. Может, тогда ты начнешь обращаться ко мне по-человечески не только когда будешь трахать меня, но и в остальное свободное время.

Во взгляде Скорпиуса, когда он покорно шагнул ближе, позволяя себя обнять и обнимая в ответ, явственно читался вопрос: «А я буду?..», и Гарри усмехнулся, прежде чем его поцеловать.

* * *

— По идее, сейчас как раз закончится утренний обход, — сообщил Гарри уже в одном из коридоров Мунго. — Через пять минут, — уточнил он, глянув на настенные часы. — Если, конечно, осмотр не затянется.

Пока Скорпиус одевался, Гарри принял решение аппарировать прямиком в больницу и уж затем на работу. Время тратить было незачем, а явись они сначала в Аврорат, Кайл бы тотчас вывалил тонну информации, что произошло за время их отсутствия.

— Независимо от того, разрешит Главный колдомедик работу с памятью или нет, я хочу провести полный осмотр пациента, — сказал Скорпиус решительно. — Если его похитили с целью экспериментов или изучения, на теле должны были остаться следы.

— Осмотришь, — кивнул Гарри. Естественно, он по-прежнему отметал все эти безрассудные теории похищений, но мешать Скорпиусу не собирался. Тем более, что собственных вразумительных версий у него не было.

Осмотр Главный разрешил, но насчет применения Легилиментса остался непреклонен.

— Вы с ума сошли! — заявил он, нервно одергивая мантию. — Я не позволю ломать человек то немногое, что осталось от его психики!

На все заверения, что Скорпиус сделает вмешательство абсолютно незаметным, врач упрямо качал головой.

— Что ж, тогда не будем терять времени, — наконец с раздражением закончил разговор Гарри.

Когда они пришли в палату, пациент спал. Безжалостно его растолкав, Скорпиус дал ему всего пару секунд, чтобы проморгаться, и приказал:

— Раздевайтесь!

Мужчина вжался в подушку и затравленно посмотрел на них обоих, но приказу подчинился.

— Что… что вы хотите сделать со мной? — испуганно прошептал он, стягивая больничную рубашку дрожащими пальцами.

— Ничего из того, что могло бы вам навредить, — заверил его Гарри, вмиг теряя все раздражение. — Мы вас просто осмотрим.

— Но… ведь меня уже осматривал доктор, — замялся он. — И не раз…

— Пожалуйста, не спорьте, — отрезал Гарри и дал Скорпиусу знак начинать.

Тщательный осмотр занял у Скорпиуса не более пяти секунд.

— Вот, — сказал он, указывая на плечо. — След от укола.

Гарри присмотрелся и ничего не увидел.

— Ты уверен? — переспросил с сомнением.

Вместо ответа Скорпиус аккуратно пощупал это место пальцем и кивком предложил Гарри сделать то же самое.

— Там что-то есть, — сказал он тихо. — Что-то маленькое. Прямо под кожей.

Гарри подошел к пациенту и провел пальцем аккурат по тому месту на плече, на которое указал Скорпиус. Действительно, под кожей прощупывалась крохотная шишечка, настолько незаметная, что, скорее всего, никто и не обратил бы на нее внимания, если бы не малфоевская педантичность.

— Что там? — с ужасом воскликнул мужчина и резко отдернул плечо, обхватив себя руками. — Говорите же! — глотнув ртом воздух, прокричал он.

— Спокойно! — Гарри схватил его за плечи и хорошенько тряхнул, предотвращая назревающую истерику. — Мы и сами хотим это узнать. И если вы не станете сопротивляться, нам будет гораздо легче это сделать, — и заглянул в глаза, желая убедиться, что пациент не только слышит, но и адекватно воспринимает его слова. — Придется сделать небольшой надрез, — сообщил он, когда мужчина начал потихоньку успокаиваться. — Дергаться не будете?

Пациент недоверчиво посмотрел на них, и будто решив, что выбора у него все равно нет, помотал головой и с какой-то обреченностью подставил плечо.

— Режьте, — он понуро опустил голову. — Только быстрее и уходите, — закончил уже шепотом. — Я хочу побыть один.

Звать на помощь врача Гарри категорически не хотел. Если мужчине и впрямь под кожу вживили датчик, но разглашать эту информацию было крайне нежелательно. Гарри кивнул и достал из кармана палочку.

— Сэр, можно я? — вмешался Скорпиус.

Гарри напомнил себе, что по части расчетов у Малфоя явно будет получше, и неохотно посторонился. Скорпиус некоторое время мял кожу, выясняя расположение и размер уплотнения, а потом взмахнул палочкой и сделал разрез такой крохотный, что из него и кровь-то не потекла. Сдавил пальцами кожу, подцепил ногтем что-то блестящее и мгновенно залечил.

— Не стоит волноваться, — Скорпиус ободряюще улыбнулся пациенту. — Это всего лишь кусочек металла. Может быть, вы поранились еще в детстве? Вот он и застрял. Наверное, булавочная головка.

Мужчина посмотрел на него с недоверием, но всё же вымученно улыбнулся в ответ.

— Ну да, — неуверенно протянул он. — Может быть…

— Остальных осматривать будешь? — бросил Гарри и обратился к одевающемуся пациенту: — Вас кстати когда перевели в отдельную палату?

— Вчера вечером, — отозвался тот, просунув голову в рубашку. — Тем троим, что лежали со мной стало хуже. И врач меня перевел сюда, чтобы они не мешали мне спать. Они начали кричать по ночам, — пояснил он.

— Значит, зайдем и к ним… пока они еще что-то могут соображать, — тихо сказал Гарри и невольно покосился на сжатую ладонь Скорпиуса.

Но ни вразумительных ответов, ни каких-то уплотнений на коже они больше не нашли, хотя Скорпиус тщательно прощупал даже ступни ног и ладони.

— Сэр, я понятия не имею, что это такое, — сказал он уже в кабинете Гарри в Аврорате, взвешивая на ладони блестящую бусинку. — Уж точно не украшение. Медленно действующий яд?

— А черт его знает, — Гарри аккуратно снял с его ладони металлический шарик и внимательно посмотрел на него. — Вряд ли это яд, не думаю… Скорее всего, какой-то жучок. Надо отдать невыразимцам — пусть глянут. Но так, чтоб языки за зубами держали, — предупредил он. — У тебя, кажется, с ними дружба завязалась? Как раз очень своевременно, — улыбнулся он, намекая, что именно ему, Скорпиусу, и предстоит навестить коллег.

— Сэр, я бы не стал отдавать им единственный имеющийся у нас образец, — возразил Скорпиус. — Я покажу им его, но оставлять не буду. Дайте только мне пять минут, просмотрю сводку.

Ровно через пять минут — Гарри специально засек время, — он быстро отчитался по всему времени, что они отсутствовали и ушел, оставив Гарри с подоспевшим Кайлом.

Судя по уставшему, но довольному выражению лица, Кайл был рад возвращению руководства. Вопреки ожиданиям, отчитался он коротко и по существу. Видимо, оставить его за главного было очень хорошей идеей — наверняка на голову Кайла за эти два дня обрушилось столько информации, что теперь он тщательно продумывал, что стоит внимания руководства, а что нет.

— Сэр, если я вам пока не нужен, я могу идти? — спросил он, закончив отчет.

— Можешь, — кивнул Гарри и, дождавшись, пока Кайл закроет за собой дверь, полез в ящик стола, достал пузырек с лекарством и пробежался глазами по инструкции. После осмотра всех пострадавших он, как и собирался, нашел врача и попросил таблетки, идентичные тем, что принимает Скорпиус. Колдомедик оказался настолько любезен, что тут же провел необходимые обследования и выдал Гарри лекарство, не заставив его ждать очереди по записи.

Эти таблетки, правда, немного отличались от малфоевских — они были «для обычных людей», — как выразился врач, сразу же сбавляя свои очки в глазах Гарри. Кажется, далеко не только сам Скорпиус считал себя ненормальным. Неужели, так думали все? Даже, его родители?..

Дочитав инструкцию и пару заметок, написанных уже доктором от руки, Гарри засунул пузырек обратно в ящик.

Нет, все-таки отмахнуться от невеселых мыслей не получалось. Чем больше Гарри узнавал Скорпиуса, тем больше убеждался в его ранимости и крайней неуверенности в себе. Не в плане знаний и профессиональных навыков — тут Малфою равных не было, и он об этом прекрасно знал — а в вопросах человеческих взаимоотношений. Неужели он настолько привык к тому, что его считают не таким, что уже и сам уверовал в свою неправильность? Что в принципе не мудрено — раз вон даже родственники от него наследника не ждут — мол, бесполезный совсем…

О накатившей злости Гарри скрипнул зубами и хмуро взглянул на распахнувшуюся дверь.

«Мерина ради, лишь бы только Скорпиус не воспринял этот взгляд на свой счет!» — мысленно простонал он, когда Малфой уже вошел в кабинет.

Но, кажется, излишней мнительностью Малфой не страдал. Ну или привык уже к вечно хмурому шефу.

— Сэр, что это такое невыразимцы сказать не смогли, но заверили, что это точно не артефакт, не концентрированное проклятье и не твердое зелье, — с порога отчитался Скорпиус. — Я рискнул предположить, что это маггловская вещь, но специалист по маггловским технологиям сказал, что не сталкивался с подобным. В Интернете я не нашел ничего похожего.

— Чудесно, — саркастически протянул Гарри. В самую пору было хвататься за голову. По делу до сих пор никаких зацепок нет, и даже найденная Скорпиусом улика ничего не дала — никто в Аврорате не смог объяснить природу этого предмета. Чертовщина какая-то, ей Мерлин. — И ты, конечно, склоняешься к инопланетной версии, — продолжил он, глянув на Скорпиуса в упор.

— Сэр, математическая вероятность обнаружения жизни за пределами изученного космоса достаточно велика, чтобы версия была для меня убедительной, — твердо сказал Скорпиус. — И я изучил программу «Фотошоп». Снимки базы НАСА, безусловно, поддельны на восемьдесят семь процентов. Ещё пять процентов вызывают сомнения. А вот в оставшихся восьми процентах я признаков фальшивки не нашел.

— Хорошо, — кивнул Гарри. — Допустим, жизнь в других галактиках есть. Этого я отрицать не могу. Но скажи, Скорпиус, почему из миллиардов людей на нашей планете выбор пал именно на этих? Почему внеземной цивилизации понадобились именно они?

— Сэр, я, конечно, не такой, как все, но всё-таки не инопланетянин, — пошутил Скорпиус на удивление созвучно недавним размышлениям. — Поэтому я не знаю.

— А жаль, — улыбнулся Гарри. — Иначе мы в два счета распутали бы всю эту хрень.

Скорпиус улыбнулся и ушел к себе в кабинет. Он вел себя так, будто совсем ничего не изменилось, и Гарри это одновременно и нравилось, и нет. Весь оставшийся день Малфой больше ни разу к нему сам не обратился, жадно вглядываясь в экран перед собой, а на вопросы отвечал сухо и только по существу. Гарри ломал голову, пытаясь вспомнить, был ли он таким всегда, и пришел к выводу, что да.

Гарри оторвался от папок, откинулся на спинку кресла и потер уставшие от мелкого текста глаза. Он посмотрел на часы — официально рабочий день закончился сорок минут назад — а затем заглянул в открытую дверь смежного кабинета. Скорпиус сидел за столом, но уже со своим Ай-Джампом и что-то увлеченно читал. Ну или смотрел.

— Скорпиус, — позвал его Гарри. — Собирайся. Лично я здесь ночевать не намерен, — и сунул недочитанные папки в стол.

— Да, сэр, — Скорпиус ткнул пальцем в экран и потянулся. Гарри скользнул по нему взглядом, как-то внезапно для себя отмечая, что в форме Малфой смотрелся весьма сексуально. Открытие посетило его весьма своевременно, и оставалось только порадоваться, что сейчас не утро. — Сэр? — окликнул его Скорпиус, перехватив взгляд.

— Подойди ко мне, — хрипло проговорил Гарри, желая немедленно, тотчас прикоснуться к Скорпиусу, ощутить его близость и почувствовать его рядом.

Но то ли Малфой не разгадал тон, с которым Гарри к нему обратился, то ли намеренно сделал вид, что не понял, зачем Гарри позвал его, но он встал из-за стола, направился к нему и… остановился аккурат в двух шагах от его стола.

— Ты хоть знаешь, насколько сексуально выглядишь в аврорской мантии? — чуть помолчав, выдохнул Гарри.

— Примерно могу себе представить, — медленно кивнул Скорпиус, глядя чуть настороженно. — Ведь я же вынужден весь день смотреть на вас…

— Да-а? — нарочито удивленно протянул Гарри, поднялся с кресла и медленно обошел стол. — И что дали результаты наблюдений? — мурлыкнул он на ухо, становясь у Скорпиуса за спиной.

— Сэр… — Скорпиус молниеносно крутанулся, разворачиваясь к нему лицом и чуть попятился. — Вы же не собираетесь… Только не здесь! — заявил решительно, остро напомнив Гарри утро в отеле.

— Собираюсь, — Гарри шагнул к нему навстречу, — и именно здесь, — так же решительно заявил он и скользнул рукой по воротнику мантии, медленно опускаясь вниз.

Взгляд Скорпиуса приобрел очень интересное выражение — испуг и шок были щедро разбавлены радостью и желанием. Некоторое время эти чувства боролись в нем, и в итоге он посмотрел на Гарри совсем уж затравленно.

— Вы с ума сошли, — выдохнул он жалобно. — И меня сводите! И, прежде чем продолжить, заприте, ради Мерлина, дверь!

— Все уже давно разошлись, — отмахнулся Гарри, — да и кроме тебя, в этот кабинет без стука никто не заходит, — он снова скользнул по Скорпиусу жадным взглядом, но запирающие чары на дверь все же наложил. Подошел к нему совсем вплотную, потянул за плечо, разворачивая к себе спиной, и мягко надавил на загривок, вынуждая Скорпиуса прогнуть поясницу. — Обопрись на стол, — рвано прошептал он и, не удержавшись, толкнулся бедрами в упругие ягодицы.

Скорпиус послушался не сразу, будто боролся с собой, и Гарри нахмурился. Не заставляет ли он сейчас мальчишку делать то, чего тот не хочет? Потому что если в отношении со всех сторон ошибочного убеждения, что кабинет — не место для секса, он был готов продавить свою линию, чтобы раз и навсегда переменить мнение Скорпиуса на этот счет, то принуждать его подчиняться или ставить в унизительное по его мнению положение, не собирался.

С большим трудом отлепившись от Скорпиуса, Гарри повел рукой по шелковистой ткани мантии, огладил крепкую спину и поспешно убрал руку, борясь с соблазном опуститься ниже, к упругим ягодицам.

— Ты даже не представляешь, как я хочу тебя, — проговорил он. — Аж до темных точек перед глазами. Но принуждать тебя не буду. Поэтому, — он втянул носом воздух, — если по какой-то причине ты против, или тебе просто неприятно стоять вот так… то сейчас мы оба сделаем вид, что ничего не произошло, — сообщил он, тщетно стараясь выровнять дыхание.

И, как всегда, реакция у Малфоя оказалась странной. Он обернулся и посмотрел на Гарри… с испугом.

— Нет! — возразил пылко. — Не надо делать вид. И мне не неприятно, тут уместнее другое слово. Просто стол в столовой — ещё куда ни шло, тем более, на него можно лечь, но тут… — он поежился и вымученно улыбнулся. — Вы очень внезапный, мистер Поттер. А я очень отсталый, похоже. И, кажется, теперь понимаю, чего от меня хотели в некоторых ситуациях. Вне кровати.

— Значит, трахаться на кухонном столе ты все-таки готов… — улыбнулся Гарри, вспомнив о том, что вчера Скорпиус все же утащил его в кровать. — Ну что ж… уверен, мой стол ничем не хуже, — и, позволив себе сделать то, что хотел, положил ладонь на поджарые ягодицы. — Блядь, и впрямь до черных точек, — с нескрываемым восторгом произнес он и с выдохом сжал пальцы сильнее, сминая ткань мантии.

— Возможно, вам стоит провериться у колдомедика, сэр, — серьезно сказал Скорпиус, прогибаясь сильнее. — Это может быть симптомом ряда заболеваний. А еще я, разумеется, не стал брать на работу анальную смазку.

Гарри усмехнулся — это заболевание он мог определить и без колдомедика — и, прошептав заклинание, полностью избавил Скорпиуса от одежды. Коснувшись ладонями голой обжигающей кожи, Гарри закусил губу и повел руку вниз, к поджавшимся яйцам и дрогнувшему под пальцами члену.

— Расставь ноги… пошире, — глухо попросил он и скользнул обратно, между ягодиц, мягко погладив тугой и совершенно нерасслабленный анус. — Стой спокойно, — сказал Гарри и опустился на корточки. Он аккуратно развел напрягшиеся ягодицы в стороны, быстро провел языком по горячей нежной коже между ними и, долго не церемонясь, коснулся языком сжатого отверстия.

Видимо, вчерашний опыт даром не прошел — лягаться Скорпиус не стал. Он лишь напрягся так, что задрожали колени, и резко выдохнул:

— Блядь!

Это был первый раз за все эти полгода, когда Гарри слышал от него ругательство, и неожиданно это тоже оказалось жутко сексуально. Хотя бы тем, что Малфой настолько потерял голову.

Воодушевленный подобной реакцией, Гарри неторопливо погладил его кончиком языка, мягко размял нежные складочки и, переждав прокатившуюся по телу волну предвкушающей дрожи, ввинтился языком настолько глубоко, насколько мог. Скорпиус дернулся, пытаясь уйти от ласки, но Гарри только крепче вцепился пальцами в его бедра и решительно притянул обратно, насаживая его на напряженный язык.

Всхлипнув, Скорпиус вцепился в столешницу, приподнялся на мысках, сгибая при этом колени, потому что отстраниться Гарри ему не дал, и мышцы против воли хозяина начали расслабляться. Гарри поощрительно погладил его по члену и яйцам, отчего Скорпиус застонал сквозь зубы, и стал неспешно вылизывать его дальше, приучая вздрагивающий от каждого прикосновения анус к ласке.

Получалось это у него очень даже хорошо, потому что скоро Скорпиус сдался. Расслабил спину, опустил пятки на пол и со вздохом побежденного прогнулся в спине.

Еще несколько минут Гарри продолжал ласкать его и, убедившись, что Скорпиус окончательно расслабился, отстранился, удовлетворенно выдохнул и мазнул губами по горячей ягодице. Затем встал на ноги, поспешно стянул с себя мантию, кинув ее прямо на пол, расстегнул брюки и приспустил их вместе с трусами, освобождая из ставшей тесной одежды ноющий член. Чтобы раздеться полностью катастрофически не хватило терпения, а воспользоваться магией мешало клокочущее в крови возбуждение. Сплюнув на пальцы, Гарри еще раз смочил слюной анус, а затем и собственный член, размазав ее по стволу вместе с обильно сочащейся смазкой.

— Только не зажимайся, — прошептал Гарри, легонько поцеловав Скорпиуса в шею. — Я аккуратно, — он приставил скользкую от слюны и смазки головку к анусу и, перехватив Скорпиуса поперек груди, мягко подался бедрами вперед, стараясь максимально прислушаться к его ощущениям.

Скорпиус рвано выдохнул, переступил, шире расставляя ноги, чтобы Гарри было удобнее. Хоть они и были почти одинакового роста, ноги у Малфоя оказались слишком длинными.

Гарри погладил его по спине, аккуратно толкнулся и стиснул зубы, когда Малфой с громким стоном подался вперед, ложась локтями на стол. Не было ничего естественнее, чем тут же дернуть его за бедра, насаживая на себя, а потом со всей силы толкнуться внутрь, впечатывая в стол.

Тугие мышцы сократились, обхватывая член так плотно, что у Гарри мигом потемнело в глазах, но вскоре расслабились, позволяя ему скользнуть обратно.

— Живой? — глухо спросил Гарри и замер, чтобы не начать сходу вколачиваться в чертовски узкую задницу. Вроде бы сильного сопротивления он не почувствовал, но это могло быть от того, что он совсем забылся, напрочь потеряв над собой контроль.

— Пока да, но скоро буду не уверен, — шепотом отозвался Скорпиус и покрутил задницей, шумно выдыхая. — Мне не больно, если вы об этом, — добавил быстро. — И если не хотите подробного описания ощущений, лучше двигайтесь!

Коротко рыкнув, Гарри протаранил его мощным толчком и больше не останавливался. Вгоняя член до упора, пока яйца не шлепнутся о влажную кожу, он двигался, размеренно входя в Скорпиуса на всю длину и практически полностью выходя из него. И Скорпиус всякий раз содрогался, стонал и судорожно сжимал задницу, когда головка члена проезжалась точно по простате — приближая его тем самым к неминуемому оргазму.

Но столь быстрой развязки Гарри не хотел. Аккуратно выскользнув из податливого и такого соблазнительного тела, он развернул Скорпиуса к себе лицом и, подхватив его словно пушинку, усадил на стол и жадно поцеловал.

— Только не говори, что чувствуешь себя на алтаре, — усмехнулся Гарри и надавил на скользкую от испарины грудь, побуждая Скорпиуса лечь на столешницу спиной.

— Я чувствую себя на небе, — подумав, сообщил Скорпиус. — Седьмом, семнадцатом, двадцать седьмом! — он дёрнул Гарри на себя, дотянулся до члена и направил его в себя. — Во-от, — протянул удовлетворенно. — Вот теперь это уже космос…

Гарри рассмеялся — таких признаний он точно еще не слышал — и размашисто толкнулся, глядя Скорпиусу прямо в глаза. Затем подхватил его под колени, придвинул ближе и широко развел стройные ноги, максимально раскрывая его для себя. Наблюдая расфокусированным взглядом, как собственный член скользнул и исчез между ягодицами, натянув стенки ануса, Гарри отвлекся на тихий сдавленный стон и снова поднял глаза на искаженное удовольствием лицо Скорпиуса.

Махнув рукой на выдержку, он принялся двигаться мелко и часто.

Скорпиус явно забыл все свои заморочки и стонал, закрыв глаза, в такт каждому толчку. Его длинный член вздрагивал и бился о живот, постепенно становясь все краснее и тверже, и Гарри не мог отвести от него взгляд. Ужасно хотелось, чтобы Скорпиус сумел кончить вот так, только от члена внутри.

— Давай же, — мысленно умолял его Гарри. — Давай!

Эта мысль билась в голове на все лады, отвлекая от собственного удовольствия и не давая сорваться окончательно. Он двигался и двигался, заставляя Скорпиуса биться лопаткам об стол и вскрикивать между стонами. А потом Малфой вдруг замолчал, распахнул удивленно глаза и выгнулся так, что касался стола только затылком и судорожно сокращающейся задницей.

На секунду Гарри замер, наблюдая, как белесая струя спермы выплеснулась Скорпиусу на живот, а затем резко вошел в пульсирующую задницу одним мощным толчком, одновременно насаживая Скорпиуса на свой член. Собственное возбуждение медленно всколыхнулось, прошлось по телу нарастающей волной, сжалось до одной точки и взорвалось ярким фейерверком.

— Блядь… да! — Гарри громко застонал и толкнулся по инерции в последний раз, неумолимо проваливаясь в водоворот наслаждения.

В себя Гарри пришел лежа на Малфое, и, к сожалению, поза не была предназначена для того, чтобы нежиться после секса. Пришлось спешно отстраниться и помочь Скорпиусу встать. Тот смотрел на него все еще мутными глазами и явно не пришел в себя, потому что постоял немного и сел обратно на стол, не обращая внимания на вытекающую из задницы сперму.

— Я должен был родиться девушкой, — заявил он странным голосом.

— С чего это вдруг? — насмешливо и одновременно удивленно протянул Гарри, щедро обдавая их обоих очищающими.

— Мне нравится член, — пояснил Скорпиус с таким видом, будто признавался в государственном преступлении. — Причем везде — и во рту, и в заднице, и в руках.

— Хмм, и мне нравится член, — хмыкнул Гарри. — Так что, и мне надо было бабой родиться? — улыбнулся он, застегивая ремень брюк.

— Вам — нет! — решительно отмел предположение Скорпиус и тоже начал одеваться, не вставая со стола. — А вам нравится только член? — поинтересовался осторожно. — Или вы чередуете? В том смысле, с женщинами вы тоже спите?

— Чередую. Причем строго по графику, — нарочито серьезно ответил Гарри, призывая с пола мантию. — Месяц сплю с мужчинами, а месяц с женщинами. И так по очереди, — сообщил он, но, встретившись с растерянным взглядом, покачал головой: — Скорпиус, ну что за дурацкие вопросы? Какие, к черту, чередования? Со своей ориентацией я уже давно определился, — фыркнул он, просовывая руки в рукава.

У Скорпиуса буквально на лице отразилось его обычное «Простите, сэр», но вслух он ничего не сказал.

— Я уже тоже, — вместо этого протянул он. — На девяносто шесть процентов. Отец придет в ужас… — добавил невесело.

«Твой отец придет в еще больший ужас, когда узнает, кто именно помог тебе с самоопределением», — про себя подумал Гарри, застегивая верхнюю пуговицу, но вслух сказал другое:

— Еще не поздно определиться в обратную сторону. Пока никто не узнал.

Он попытался произнести эти слова как можно спокойнее, хотя на самом деле выдавливал из себя каждый звук. Конечно, ему не стоило забывать, в какой семье вырос Скорпиус, и что за такое по головке его дома явно не погладят. А становиться виновником и первопричиной проблем, которые запросто могли устроить Скорпиусу его родственники, Гарри не хотел.

Скорпиус внимательно на него посмотрел и ответил сухо:

— Вряд ли, — накинув на плечи мантию, он, на ходу ее застегивая, прошел в свой кабинет и забрал со стола «Ай-Джамп». — Доброй ночи, сэр, — добавил совершенно обычным голосом, как говорил каждый вечер на протяжении всех этих шести месяцев.

— Ты куда? — только и смог проговорить Гарри, оторопело наблюдая за резкими сборами и очередным перепадом малфоевского настроения.

Скорпиус остановился на полпути и обернулся, кинув на Гарри непонимающий взгляд.

— В моей семье принято не говорить о желаемом прямо, — сказал медленно. — Но, допускаю, что это не везде так, поэтому спрошу прямо: разве ваши слова не были намеком, что пора откланяться и обо всем забыть?

«Лучше бы мальчика воспитывали волки», — мысленно простонал Гарри и, скрипнув зубами, закрыл глаза.

— Нет, не были, — медленно выдохнув, произнес Гарри, хотя сейчас его речь больше походила на шипение. — Мои слова подразумевали то, что я не хочу, чтобы на тебя обрушились проблемы еще и из-за меня. И, поверь, у твоего отца будет куда больший шок, когда он узнает, с кем спутался его сынок. Тут даже твоя новость о смене ориентации померкнет, — он уставился на Малфоя и продолжил: — Но Скорпиус… если ты видишь во мне человека, способного выебать тебя, и тут же следом выпроводить за дверь, то я не знаю, как мы дальше сможем… правда не знаю, — он покачал головой и беспомощно развел руками.

Глаза Скорпиуса широко распахнулись, и он рывком развернулся к Гарри всем телом.

— Я вижу в вас человека, которому нужен кто-то под стать, — сказал неожиданно громко и решительно. — Кто-то сильный и опытный. Умный там, где это действительно нужно. Нормальный. И я, черт возьми, понятия не имею, как это делается у нормальных людей — может, никто в постели-то и не трахается! Может, так и надо — быстро трахнуться на рабочем столе и разбежаться, не оглядываясь.

— Вообще-то я хотел позвать тебя домой. К себе, — процедил Гарри, чувствуя, что начинает терять терпение. — И хватит, блядь, про нормальность! А хотя нет, наверное, не хватит — пожалуй, самое время начать, — выдохнул он. — Знаешь, как происходит у норм… у большинства людей? — поправился Гарри, силясь обойти слово, ставшее ненавистным за последние дни. — Они по-человечески разговаривают друг с другом, называют друг друга по именам, в конце концов, — не выдержал он. — Ты же… ты до сих пор упорно возводишь барьер. Осознанно или нет, но ты сам отгораживаешься от меня… И да, меня это бесит, — припечатал Гарри, продолжая буравить Скорпиуса взглядом. — Прости, но я не могу, а главное, не хочу дальше делать вид, что мне все равно.

Скорпиус некоторое время молчал, закаменев, а потом тихо сказал:

— Я не удивлен. Извините, сэр. Спокойной ночи.

Он отвернулся от Гарри и аппарировал раньше, чем тот осознал происходящее.

«Малфой, что, издевается? Какая тут может быть спокойная ночь? — Гарри растерянно моргнул и затаил дыхание, ощутив неприятный зуд зарождающего выплеска. Вот только этого за сегодня не хватало», — обреченно подумал он и шагнул к столу, опираясь на руки и стараясь успокоиться. И видимо, зря. Стоило лишь взглянуть на стол — а ведь еще каких-то пятнадцать минут назад ничего не предвещало ссоры — как сдерживаемые потоки пронеслись под кожей бурной рекой и, будто просочившись сквозь нее, образовали над головой воронку. Прекрасно зная, что за этим последует, Гарри закрыл глаза.

Ветер стих и прекратился звон бьющихся стекол. Гарри открыл глаза, обреченно огляделся вокруг, достал из кармана палочку и принялся восстанавливать то, что еще до сегодняшнего вечера было его кабинетом. Да, он уже и подзабыть успел, каково это, за пару секунд разнести все вокруг в щепки — такого не случалось с ним со времен развода.

Стол и ковер восстановить не удалось, зато отлично получился шкаф. Гарри полюбовался своей работой, горько усмехнулся и с чистой совестью махнул рукой на распыленное кресло. Все равно оно никогда ему не нравилось. Еще со времен развода, да…

Облокотившись на шкаф, он достал палочку и крепко задумался. Теперь, когда злость и обида поутихли, он готов был настучать себе по голове. Нашел, на кого повышать голос и с обвинениями лезть! Осталось только пойти на детскую площадку и отобрать у всех конфеты. Даже у родителей. И ведь взрослый вроде человек, опытный, блядь! Старший товарищ, терпеливый мудрый наставник, да.

Да какая, к черту, разница, как тебя называют, если при этом смотрят так и говорят про космос?! И неужели так трудно наконец понять, что есть вещи, которые нельзя говорить Малфою? Да и любому человеку, у которого комплексов больше, чем волос на голове…

Тут Гарри стало так паршиво, что он все-таки начал чинить кресло. И бросил, так и не собрав толком ни кусочка. Скорпиус чертовски неправильно все понял, и нужно было как можно скорее вдолбить в его чересчур умную глупую голову, что нормальные люди не думают о том, нормально ли то, что они делают. Они просто делают это — трахаются, ругаются, целуются и разговаривают. И даже делают глупости.

Он аппарировал, представив себе уютный магический дом на берегу озера. А стол завтра с математической точностью починит Скорпиус.

Очутившись в пустой гостиной, Гарри с удивлением обнаружил, что без труда преодолел охранные чары, даже не поранившись. И это было очень странно, что чужая магия, достаточно мощная и сложная, вот так легко впустила его, не причинив никакого вреда. Аппарируя из кабинета, Гарри уже приготовился продираться через путаные узлы магических сетей, обходить ловушки и наверняка нарваться на парочку заковыристых препятствий, но он ошибся — малфоевская магия услужливо расступилась перед ним, будто зазывая в гости.

Решив, что поразмыслит на этим позже, Гарри, не задумываясь шагнул к ведущей на чердак лестнице, преодолевая одну пружинистую ступеньку за другой. Что-то подсказывало, что Скорпиуса он непременно найдет в совятнике.

Чутье не обмануло и на этот раз. Так есть, Малфой оказался на чердаке, окруженный верными птицами. Он стоял около дупла с малышами, спиной к двери, и, видимо, погруженный в свои мысли, и не заметил присутствие незваного гостя. Зато заметили Сола и Йока, что сидели неподалеку на ветках и с нескрываемым беспокойством наблюдали за хозяином. Озадаченно глянув на Гарри, совы громко ухнули и захлопали крыльями.

— Скорпиус… — позвал его Гарри. Получилось очень тихо, потому что на сей раз командный голос главному аврору изменил.

Сначала показалось, что Малфой все-таки знал о его присутствии, потому что он не вздрогнул, не повернулся и никак не отреагировал, но потом Сола озабоченно ухнул, привлекая внимание хозяина, и Скорпиус обернулся. Скользнул по Гарри равнодушным взглядом, посмотрел на Солу, и вдруг резко повернул голову, прикипая взглядом к Гарри.

— В мантии! — сказал ошарашенно. — Значит, не воспоминание.

— Нет, — покачал головой Гарри, — живой, настоящий и настолько наглый, что явился без приглашения, — выдавил улыбку и облокотился о наличник, не в силах сделать и шага — казалось, ноги налились свинцом и приросли к полу.

Опешив поначалу от такого приветствия, он, поднапрягшись, примерно понял реакцию Скорпиуса: видимо, тот перебирал воспоминания о последних днях, и он, Гарри, вполне органично вписался в калейдоскоп реальных до самых мельчайших нюансов воспоминаний.

— Пожалуйста, заходите, когда вздумается, — пригласил Скорпиус, глядя на Гарри во все глаза. — Что-то случилось, сэр? — спросил настороженно.

— Случилось, — кивнул Гарри. — После того, как ты ушел, я разнес свой кабинет в пух и прах… Таких сильных выплесков у меня не было… очень давно, — выдохнул он, запустив руку в волосы.

Возможно, сейчас он говорил лишнее, и не стоило так открываться перед кем бы то ни было. Но с другой стороны, утром Скорпиус увидит погром собственными глазами, а врать, мол, взбесил какой-то из неграмотно составленных отчетов было бы и глупо, и стыдно.

— Скорпиус, пожалуйста, не делай вид, что ничего не произошло, — искренне попросил Гарри. — Мне очень непросто думать сейчас за нас обоих.

Скорпиус изменился в лице, будто услышанное сделало больно, и медленно подошел почти вплотную.

— Я могу сказать, что я думаю, — прошептал он. — Я думаю, что не должен ни на что надеяться. Что мы с вами из разных миров, и в любом случае все закончится рано или поздно. Но также я могу сказать, что я чувствую, — добавил, буквально прожигая его взглядом. — Я никогда раньше не испытывал таких сильных эмоций. И даже не знал, что они существуют.

Гарри выслушал признание, внимательно, не перебивая и не отводя от Скорпиуса взгляд, дождался, пока тот замолчит, чтобы в этот же миг шагнуть вперед и хорошенько встряхнуть его за плечи:

— Не испытывал, говоришь? Может, тогда хватит заниматься всякой ерундой? — и, не дожидаясь ответа, продолжил тоном, не терпящим никаких возражений: — Хватит!

Сола угрожающе ухнул, зло хлопнув крыльями, решив, что на любимого хозяина нападают, а Йока и вовсе взмыла в воздух с несколькими совами, имён которых Гарри не помнил. Вокруг угрожающе защелкали клювы, но Скорпиус махнул рукой, и птицы тут же успокоились.

— Хорошо, — сказал он дрогнувшим голосом, хотя Гарри ожидал стандартного «да, сэр». — Я не буду. Я постараюсь! Я… — он замолчал в смятении, а потом шагнул вперед, целуя отчаянно смело.

Гарри так оторопел — и это Скорпиус еще его внезапным называл? — что не сразу и ответил на поцелуй. Однако напор сделал свое — руки сами по себе скользнули по крепким плечам, а Гарри, перехватив инициативу, углубил поцелуй, прижимая Скорпиуса к себе.

— Покорми своих защитников и собирайся, — выдохнул Гарри, отстраняясь. — Сегодня ко мне пойдем, — прошептал на ухо. — Если ты, конечно, не против.

— Очень хочу! — заверил его Скорпиус. — Мне очень интересно посмотреть на твою спальню. Сов кормить не надо, в отличие от меня, — тут он слегка смутился, но тут же тряхнул головой и поспешно улыбнулся, будто выполняя данное самому себе обещание. — Давай закажем еды с запасом и возьмем с собой?

— Давай, — тут же согласился Гарри. — Я сам об этом подумал, потому что угостить мне тебя нечем. Вместо ужина чинил кабинет, — сообщил он и улыбнулся, только сейчас сообразив, как Скорпиус с ним заговорил. На ты. Мерлин, а он уже ведь почти смирился с тем, что еще как минимум полгода будет слышать «мистер», «сэр» и коробящее «вы». И как здорово, что в своих неточных расчетах он допустил ошибку.

— Тогда, если хочешь, располагайся, — предложил Скорпиус. — Или я к тебе уже со всем готовым аппарирую.

— Вместе аппарируем, — ответил Гарри. — Чтоб уж наверняка. А то тебе еще какая хрень в голову взбредет, а я так и буду полночи сидеть тебя ждать, — улыбнулся он.

Нет, на сей раз Гарри не боялся, что Скорпиус снова «сбежит». Просто в одиночку Малфой никак не попадет к нему домой, а возиться с перенастройкой защиты сейчас не было никаких сил.

Много времени Скорпиусу не понадобилось. Пока в ресторане готовили еду, он ненадолго исчез в бассейне, переоделся и почистил заклинаниями аврорскую мантию. Перед Гарри он появился с аккуратно упакованным свертком с эмблемой ресторана и баночкой анальной смазки в руках. Мантию он фривольно накинул на плечи и смотрелся довольно экстравагантно.

Мельком глянув на баночку смазки, Гарри усмехнулся — похоже, Скорпиус уже окончательно вошел во вкус. Ведь секс у них был всего несколько часов назад, а он уже готов к продолжению. Ну или же Скорпиус снова решил подстраиваться под него из банального желания угодить. Но решив это не выяснять — во всяком случае, сейчас — Гарри подошел к нему, поправил съехавшую с плеча мантию, обнял и аппарировал их обоих в гостиную.

Скорпиус не стал оглядываться, как это, наверное, сделал бы любой другой человек на его месте, а сразу пошел к столу. В голову Гарри закралась интересная мысль.

— А ведь ты, наверное, закрыв глаза можешь ходить по всему Аврорату, да вообще везде, где был? — полюбопытствовал он скорее просто чтобы поговорить, ответ и так был очевиден.

— Разумеется, если никто ничего не переставит, — кивнул Скорпиус и чуть виновато улыбнулся. — Не знаю, как тебе, а мне кусок в горло не полез, — сказал он, ставя сверток на стол. — Но поесть мне нужно.

— Не уверен, что мне и сейчас полезет, — усомнился Гарри, — но компанию тебе составлю. Может, кусочек чего-нибудь и схвачу. Кстати, а что там у нас? — спросил он, махнув головой на сверток.

— В основном мясо, — Скорпиус постучал по свертку, и тот развернулся в целую скатерть, полностью заставленную тарелками с едой. — Когда я расстроен, я ем много мяса.

— Надо запомнить, — выдохнул Гарри, — тогда я смогу отслеживать твое настроение, — попытался улыбнуться, но вышло крайне неубедительно. И почувствовав новый укол вины, поспешно отвернулся, подошел к плите и поставил закипать чайник. — Черный или зеленый? — спросил Гарри, потянувшись за коробками чая на полке.

— На твой вкус, — отозвался Скорпиус и уточнил с улыбкой: — Зеленый. Два кусочка сахара и неровная половинка. Вторую половинку ты сосешь с чаем как конфету. Ещё ты не любишь горький шоколад, не ешь орехи и с отвращением запихиваешь в себя мед, который ненавидишь.

Гарри машинально кивнул и потянулся за чаем — тем, который был на его вкус — на секунду замер и все-таки взял с полки коробку.

— Еще немного — и ты можешь смело писать книгу о моих вкусах и предпочтениях, — не без удивления хмыкнул Гарри, высыпая чай в заварочный чайник. — А кстати… — чуть помолчав, начал Гарри. — Могу я спросить, в какой момент в тебе проснулся такой интерес к моей персоне?

— Какой именно интерес ты имеешь в виду? — уточнил Скорпиус. — Как к исторической личности, Главе Аврората, моему начальнику или как к мужчине?

— Ну, первые три пункта интересуют меня мало, — протянул Гарри, заливая чай крутым кипятком. — Если не сказать, что вообще безразличны, — улыбнулся он и потянулся за сахарницей.

— Как ни странно, но мне действительно трудно идентифицировать тот момент, когда я понял, что испытываю к тебе противоестественный интерес, — признался Скорпиус. — Точнее, я могу назвать дату, когда окончательно удостоверился, что у меня на тебя встает, но началось всё намного раньше. В самый первый раз, когда я тебя увидел, я подумал, что у тебя очень правильные черты лица. До этого мне не приходилось ещё встречать мужчин, настолько подходящих под мои представления о красоте. Если честно, я вообще был удивлен наличием у себя подобных представлений, — он усмехнулся. — Тогда эта мысль была довольно мимолетна и вернулся я к ней только через два месяца и четыре дня. Когда мне принесли на пробу Генератор, я стал настраивать его на установленные по твоему указанию колдокамеры, и по забавному стечению обстоятельств ты в это время как раз был в душе после тренировки. Мантию ты бросил на скамейку, и новенький значок с колдокамерой как раз смотрел на твою душевую кабинку. Это был единственный раз, когда я видел тебя голым, но, как ты понимаешь, мне было этого достаточно, чтобы запомнить всё в мельчайших подробностях. С тех пор я ничего не мог с собой поделать — когда я тебя видел, мысленно откидывал одежду и прорисовал все мышцы, изгибы и складки кожи в зависимости от позы. Наверное, из меня получился бы неплохой скульптор, — Скорпиус чуть порозовел, рассказывая, а теперь и вовсе спрятался за поданной Гарри чашкой чая. — А потом, ещё двадцать четыре дня спустя, я представил, как у тебя встает член. И подумал, что хотел бы увидеть это в реальности.

— Насчет скульптора не знаю, но конспиратор из тебя первоклассный вышел, — произнес Гарри, усаживаясь за стол. — Я и понятия не имел, что ты так долго… — закончил шепотом на полуслове. — Твоя выдержка заслуживает одних только восхищений — обычно я такие вещи за милю чую. Надо же… — задумчиво добавил он.

— Выдержка? — Скорпиус вздернул бровь и решительно покачал головой. — Нет. Я думал об этом иногда, но это всегда была исключительно теория. Причем довольно безобидная. До того неловкого недоразумения, когда я неправильно вас понял, я даже помыслить о том, чтобы перейти к практике, не мог.

— Значит, назовем это полнейшим самоконтролем, — пожал плечами Гарри и потянулся за тарелкой, стараясь не измениться в лице от вернувшегося выкания. Нет, похоже, этот пункт они еще точно не переросли.

— Мы совершенно по-разному чувствуем этот мир, — с улыбкой покачал головой Скорпиус, но узнать, что он имел в виду, Гарри было не суждено. Старый и совершенно не нужный, по мнению Гарри, камин в углу чихнул зелеными искрами, и в нем появилась голова интересного молодого мужчины.

— Гарри, привет! — улыбнулся он. Камин был расположен так, что Скорпиуса говорящий не видел. — Хорошо, что ты дома! Я зайду?

— Эээ, нет, Патрик, — запнулся Гарри, — не сейчас. Я очень занят, — сказал быстро.

Появление Патрика вот так с бухты барахты было более чем неожиданным. Сколько тот не давал о себе знать — месяц? Два? Впрочем, совсем неважно, отмахнулся Гарри.

— Давай в другой раз, — проговорил он первое, что пришло в голову.

— Да брось, — Патрик ослепительно улыбнулся, а напряженный Скорпиус наоборот — нахмурился. — Ты всегда занят. Я уже иду!

И совершенно не обращая внимания на суровое: «НЕТ!» — вырвавшееся у Гарри, шагнул в камин. Собственно вот этим — непокорностью, настойчивостью и умением с веселой улыбкой переступать через все преграды — Патрик ему когда-то и понравился. Не настолько, чтобы завязать настоящие отношения, да Патрик к ним и не стремился, но достаточно, чтобы обычно благосклонно воспринимать такие вот неожиданные визиты.

Едва Патрик вышел из камина, улыбка его слегка поблекла.

— О, теперь вижу, — протянул он, разглядывая Скорпиуса. — И, правда, занят.

Скорпиус, уже успевший опустошить несколько тарелок, отложил вилку и посмотрел на него в упор.

— Меня зовут Скорпиус. Приятно было познакомиться, Патрик, — предельно вежливо сказал он таким тоном, будто совершенно не сомневался, что Патрик сейчас извинится и уйдет.

— Взаимно, — бросил Патрик, не глядя на Скорпиуса, и обратился уже к Гарри. — Как насчет завтра? Или твоя неделя уже полностью расписана? — хмыкнул он, явно не восприняв присутствие Скорпиуса всерьез.

— Завтра не получится, — процедил Гарри.

— Ладно, понял, — улыбнулся Патрик. — Тогда жди сову. Вдруг на выходных ты будешь свободен, — вполне утвердительно, словно иначе и не могло быть, закончил он.

— Нет, — вдруг сказал Скорпиус, с грохотом отодвигаясь от стола. — Это вам стоит ждать сову. Если Гарри будет свободен и захочет вас видеть. Но я постараюсь, чтобы не захотел.

Глаза Гарри сами собой распахнулись в удивлении. Таким Скорпиуса — уверенно и открыто заявляющим свои права быть рядом с ним — Гарри еще не видел. И признаться, подобное открытие хоть и шокировало, но с довольно приятной стороны.

Гарри перевел взгляд на Патрика и собирался было сказать, что им непременно нужно будет поговорить, но естественно не сейчас, как вдруг тот прищурился и резко повернул голову в сторону Скорпиуса:

— Разве с тобой кто разговаривал? — с нескрываемым пренебрежением протянул он.

— А разве тебя кто-то приглашал? — парировал Скорпиус ледяным тоном.

Патрик одарил Скорпиуса долгим и неприятно цепким взглядом, а затем скривил лицо в снисходительной усмешке:

— Хмм, знаешь, сколько таких, как ты, было на моей памяти? — ответил вопросом на вопрос.

— Таких, как я — ни одного, — с непоколебимой уверенностью, ответил Скорпиус.

И, к слову, говорил чистейшую правду. Гарри захотелось захлопать в ладоши и от души обнять нерадивого Патрика за то, что тот неизвестно каким чудом заставил Малфоя распрямить плечи и говорить так твердо и уверенно.

— И если это была попытка донести до меня мысль, что ты тот, кого зовут потрахаться, когда больше не с кем, то я и без прямых намеков все прекрасно понял, — продолжил Скорпиус тем временем. — Я бы на твоем месте постеснялся на такое намекать, но, судя по всему, понятия стыда и приличий тебе не знакомы.

Патрик оторопело моргнул. Похоже, на своей памяти такую отповедь он никогда не получал. Затем, видимо, решив сохранить хорошую мину при плохой игре, спросил деланно беззаботно:

— Вместе-то наверняка всего ничего, — протянул он. — Кстати, очень не советую привыкать ко всему этому, — и неопределенно махнул рукой по сторонам.

От подобной наглости опешил уже Гарри, поборов желание выпихнуть Патрика за шиворот, но, быстро взглянув на Скорпиуса, решил все же не вмешиваться, дав ему возможность ответить самому.

— Кстати очень не советую давать мне советы, — уже совсем зло отрезал Скорпиус. — Иначе рискуешь получить в ответ сто сорок четыре тысячи двести тридцать одну лекцию о том, как правильно вести себя в обществе, одеваться и общаться с человеком, выше себя по положению и званию! И не надо делать такие круглые глаза, Патрик Ульрик Де Вера. Пусть мы и встречались всего один раз на балу моей матери двенадцать лет назад, я тебя узнал.

— Тебе действительно лучше сейчас уйти, — проговорил Гарри покрасневшему от злости Патрику. Во-первых, ничем хорошим вся эта стычка явно не окончится, а во-вторых… его ведь действительно никто не звал. — Я свяжусь с тобой… позже, — решив не уточнять когда именно, добавил он.

— Ну посмотрим, сколь долго тебя будет забавлять новая игрушка, — насмешливо протянул Патрик. — Не впервой, так ведь?

— Успокойся и иди домой, — холодно отозвался Гарри, глядя на него в упор. Тяжело и долго.

Патрик вмиг переменился в лице и невольно отступил на шаг. Потому что прекрасно знал по личному опыту — в такие моменты лучше всего скрыться из поля зрения и вообще не попадаться Гарри на глаза ближайшую неделю.

— Все-таки я жду от тебя объяснений, — выдавил он, резко крутанулся и направился к камину.

Через пару секунд Гарри и Скорпиус были снова одни.

Скорпиус поморщился, махнул палочкой, очищая пол от хлопьев золы и, придвинувшись к столу, продолжил есть. Пару минут и три больших стейка спустя стало понятно, что комментировать ситуацию он не собирается.

— А что случилось двенадцать лет? — поинтересовался Гарри. Таким злым он Патрика еще никогда не видел — похоже, Скорпиус нащупал его самое уязвимое место. Да и навряд ли бы он ни с того ни с сего стал упоминать про бал. — Задел ты его не на шутку.

— Его застукали с женой Маркуса Флинта, — Скорпиус придвинул к себе блюдо с небольшой уткой. — Флинт протащил его без штанов через весь зал. Большой скандал был, хотя все в первую очередь смеялись. Впрочем, жена у Флинта довольно гулящая особа, но и сам Флинт от нее не отстает. Вы будете утку?

Гарри и сам не сдержал смешок, в красках представив тот случай.

— Вот же бестолочь, — усмехнулся он. — Это я о Патрике, — и натолкнувшись на вопросительный малфоевский взгляд, вспомнил о предложенной утке: — Нет, спасибо, не хочу, — ответил он и продолжил наблюдать за жующим Скорпиусом, пролистав в памяти его недавнюю беседу с Патриком.

Подумать только, как Скорпиус, оказывается, умеет разговаривать — вмиг поставить на место двумя предложениями, ужалив при этом так, что мало не покажется. Впрочем, ничего удивительного в этом быть и не должно — свойственная Малфоям манера общения, видимо, передается с молоком матери. Однако для Гарри это была еще одна новая грань, открывшаяся в характере Скорпиуса — за все полгода их совместной работы Гарри услышал подобный тон впервые.

— Жестоко ты с ним, — улыбнулся Гарри, потянулся за чашкой с чаем и сделал большой глоток.

— Мне неприятно видеть, как кто-то проявляет по отношению к вам такое неуважение, — сказал Скорпиус чуть натянуто. — Извините, если влез не свое дело. Что касается жестокости — он собирался уязвить меня сильнее. Другой вопрос, что у него это при всем желании не получилось бы.

— Тут дело не в неуважении вовсе, — хмыкнул Гарри. — Характер у него такой взбалмошный. Кстати тебя я ничуть не осуждаю, — сообщил он и потянулся за мясным рулетом, внезапно почувствовав голод.

Тут ему впервые пришла в голову мысль, что воспитанный в строгих традициях Малфой постоянно сбивается на «вы» и всё время норовит добавить «сэр» вовсе не потому, что настолько чтит субординацию. Возможно, это просто дань уважению, ведь Патрика он стал называть на «ты» сразу же, едва тот позволил себе обратиться к Скорпиусу в пренебрежительном тоне. Открытие было интересное и несколько смущающее, особенно если вспомнить, как Скорпиус назвал Гарри «святыней».

Занятый своими мыслями, Гарри не заметил, как Скорпиус постепенно становился всё мрачнее, а потому крайне напряженный голос застал его врасплох.

— Сэр, я еще раз прошу прощения. Мне не следовало вступать в диалог с мистером Де Вера, — сказал Скорпиус, глядя в свою тарелку. — Я не знаю, что на меня нашло, простите.

— Скорпиус, ну что на этот раз? Что ты еще себе напридумывал? — оторванный от мыслей и вкуснейшего рулета, поинтересовался Гарри. — Я же дал тебе понять, что у меня нет к тебе никаких претензий. Более того, — спокойно продолжил он, — я совсем не злюсь.

И это было правдой. Да, Скорпиус вмешался в разговор, когда его действительно не спрашивали. Но не будет же он, Гарри, говорить, что вмешательство это его нисколько не покоробило, и было даже приятным. А Патрику он вообще готов вынести благодарность за то, что сам того не ведая, подстегнул Малфоя перебороть, наконец, неуверенность и проявить себя с подобной стороны.

А еще не надо было обладать сверханалитическими способностями, чтобы понять простую вещь: Скорпиус его ревновал. И, черт побери, этот факт был самым приятным в этой истории.

— Ты мне лучше расскажи, как стараться-то будешь? — спросил Гарри, промокнул рот салфеткой, откинулся на спинку стула и с любопытством посмотрел на Скорпиуса.

— Даже не знаю… — Скорпиус заметно расслабился и даже улыбнулся. — Куплю дюжину голубых трусов?

— Тогда не только Патрик не дождется сову, — хмыкнул Гарри, — боюсь, меня и в Аврорате потеряют.

— Ну тогда я вынужден сходить переодеться, — Скорпиус понизил голос и посмотрел на Гарри в упор. — Потому что надел именно такие.

— Даже думать об этом забудь, — тихо произнес Гарри, вспомнив то утро, когда увидел на Скорпиусе эти самые трусы. Удивляясь тому, что так быстро завелся с пол-оборота от одних картинок в голове — зато каких! — круглая, упругая задница, обтянутая клочком яркой ткани — Гарри мазнул голодным взглядом по губам Скорпиуса: — Черт, я хочу их снова увидеть, — выдохнул он.

Скорпиус прищурился и с деланной невозмутимостью пододвинул к себе блюдо с айсбаном.

— Должен сказать, они довольно удобные, — сказал светским тоном, ловко разделывая рульку ножом. — Никогда не понимал, как люди могут носить семейные трусы. Мягкая ткань, в меру обтягивающая задницу и удобно поддерживающая яйца — вот то, что действительно нужно. Тем более, что некоторые мои анатомические особенности делают невозможным ношение слишком свободного белья. Вы ведь понимаете, о чем я? — он выразительно посмотрел на Гарри.

— Твой язык сейчас очень подставляет твои… особенности, — таким же светским тоном ответил Гарри и, принимая правила игры, невозмутимо наполнил чашку чаем. — Те, которые наверняка еще помнят мой стол в кабинете, — сделав глоток, выжидающе посмотрел на Скорпиуса, мысленно прикидывая, через сколько секунд тот начнет по обыкновению краснеть.

У него же самого кровь приливала отнюдь не к лицу, и впору было делать ставки на самого себя — сорвется ли он раньше, чем Скорпиус доест, или всё же сумеет проявить выдержку.

Но ни доесть, ни сорваться им обоим было не суждено. Значки на мантиях Скорпиуса и Гарри одновременно ожили.

— Внимание, чрезвычайная ситуация! Немедленно аппарируйте в Аврорат, — раздался из них приятный женский голос. — Внимание, чрезвычайная ситуация! Немедленно аппарируйте а Аврорат. Внимание…

Ощущение было такое, что на него вылили ушат ледяной воды. Мгновенно позабыв и о соблазнительных трусах Скорпиуса, и о собственном зашкаливающем возбуждении, Гарри почувствовал, как сердце пропустило удар и ухнуло вниз. Значок продолжал монотонно сообщать о чрезвычайной ситуации, а он уже прокручивал в голове десятки вариантов, что же могло случиться за каких-то пару часов. Конечно, срочный сигнал мог быть внеплановым учением, но чутье говорило, что на сей раз учебная тревога тут ни при чем.

Немедленно отставив чашку с недопитым чаем, Гарри вскочил со стула, а через секунду Скорпиус уже стоял рядом с ним. Подождав, когда Малфой дожует кусок мяса, Гарри взял его за руку, затягивая в закрутившуюся воронку.

— Сэр, вы должны это увидеть! — Кайл ждал его в кабинете, нервно расхаживая перед столом. — Это произошло три минуты назад, камеры зафиксировали всё довольно хорошо, но нынешнее местоположение объекта неизвестно.

— Объекта? — переспросил Скорпиус и активировал стоящий на столе мемошар.

Место на возникшей картинке было знакомо Гарри даже слишком хорошо. Даже будучи уже давно взрослым, он аппарировал именно сюда, чтобы попасть на Диагон-аллею, вместо того, чтобы воспользоваться одним из многочисленных каминов.

— Вход в Дырявый котел, — уверенно опознал он. — Стена с кодом. Но что там… — он со стуком захлопнул рот, не договорив, так как картинка вдруг задрожала.

— Землетрясение пять с половиной баллов, — тут же сказал Скорпиус.

— Если бы… — загадочно отозвался Кайл.

Картинка дрожала всё сильнее, а Скорпиус монотонно отсчитывал увеличивающиеся баллы предполагаемого землетрясения. А затем пол перед стеной начал рушиться, и на свет показалось нечто такое, что враз заставило его замолчать.

— Что это за хрень?! — не веря своим глазам, прошептал Гарри, наклоняясь к мемошару.

С первого взгляда могло показаться, что из разлома в полу высунулось огромное насекомое, вот только гладкие щитки блестели металлическим блеском, а вокруг морды шевелилсь длинные гибкие щупальца.

Гарри продолжал смотреть, как «насекомое» вылезло из разлома и двинулось вперед, поражая воображение и поистине исполинскими размерами, и внешним видом.

— Сэр, — осторожно начал Кайл. — Первый отряд будет в сборе через три минуты. Какие будут приказы?

— Погоди секунду, — отозвался Гарри, прилипнув взглядом к мемошару. Жуткого вида штуковина натолкнулась на разделяющим миры барьер и остановилась, не в силах преодолеть его. — Как оно ушло? — нетерпеливо спросил он, решив не терять времени на дальнейший просмотр.

— Точно так же, как и появилось, — ответил Кайл. — Из-под земли. И больше не появлялось.

— Ясно, — кивнул Гарри и оторвался от картинки. — Скажи всем, чтобы были в состоянии готовности, и пока не расходились. Ждите, если что, Патронуса.

— Так точно, сэр, — выслушав распоряжения, Кайл торопливо вышел из кабинета.

— Аппарируем к разлому, — едва дверь в приемную захлопнулась, Гарри подошел к Скорпиусу вплотную и положил руку на его плечо. — Поглядим, что там. Готов?

— Они хотели попасть в Косой переулок, — сказал Скорпиус вместо ответа. — В Магический мир. Кто бы это ни был, они знают про нас. И сэр… — он внимательно посмотрел на Гарри. — Я могу предположить, откуда.

— Откуда знают или откуда попали? — спросил он. — По дороге расскажешь, — и активировал на значке функцию трансфигурации служебной мантии в маггловскую полицейскую форму. Скорпиус последовал его примеру, и в следующий миг, наведя отвлекающие чары, Гарри перенес их обоих ко входу в Дырявый котел. Точнее к тому, что от него осталось.

Хоть уже был и поздний вечер, вокруг разрушенной стены начала стекаться толпа зевак. Люди взволнованно разговаривали, показывали жестами на оставшиеся руины, некоторые пытались шутить. Но все благоговейно притихли, когда увидели приближающихся к ним двух полицейских.

— Расходитесь по домам, — кинул Гарри стремительно растущей толпе. — Здесь вам делать нечего. Ваше присутствие только помешает досмотру.

Полицейских в маггловском мире не слишком любили, но явно боялись. Гарри мысленно хмыкнул — хоть что-то в этом мире осталось неизменным. Скорпиус быстро огляделся и достал из кармана неизменный «АйДжамп».

— Сэр, у магглов нет таких технологий, — сказал он после довольно продолжительной паузы, за время которой Гарри успел всё тщательно осмотреть. — Я взломал сверхсекретные базы NАSА, ФБР и министерств обороны нескольких стран. В последние пятнадцать лет магглы усиленно развивали в первую очередь космическую промышленность, а космическая гонка стала важнее военной. Они застряли на уровне значительно ниже продемонстрированного сейчас.

— Не спеши сбрасывать со счетов маггловские разработки, — покачал головой Гарри. — Даже сверхсекретные, они не будут висеть в Интернете. Даже на суперзащищенных ресурсах. Среди магглов ведь тоже встречаются одаренные хакеры, — пояснил он. — Такую информацию выставлять слишком рискованно.

Осмотр развалин так ничего и не дал, и задерживаться дольше не имело никакого смысла. Тем более, что в любую минуту мог нагрянуть настоящий патруль полиции.

— Возвращаемся, — сказал Гарри, уводя Скорпиуса в неосвещенную часть улицы.

— Нам нужно встретиться с министром, — решительно сказал Скорпиус, едва они появились в кабинете. — Мне нужен доступ к архивам дипломатического отдела. Ко всему, что касается магглов. И в первую очередь нам нужно знать, имеются ли у нас выходы на их правительство.

— Для доступа достаточно и моей резолюции, — заверил его Гарри. — С министром встретимся утром. Как раз будет, с чем идти. Сейчас мы с тобой отправимся в архив, — сообщил он, — и пробудем там до упора.

Насчет выходов на маггловские правительства, Гарри умолчал. Они были, причем отлаженные в достаточно полной мере. Но решение прибегнуть к ним или стараться разобраться своими силами, должен был вынести один Кингсли, и никто другой.

Впрочем, давая Скорпиусу разрешение на просмотр министерских архивов, Гарри нисколько не сомневался, что нужную информацию тот найдет самостоятельно. Так и случилось.

— Мы с ними сотрудничаем! — почему-то с удивлением выдохнул Скорпиус, пролистав всего пару документов. — Статус о неразглашении — лишь видимость!

— Только не говори, что мир перестал быть прежним, — улыбнулся Гарри.

Признаться, Гарри и не ожидал услышать столь откровенное удивление в голосе Скорпиуса. По его мнению, это вообще очевидный факт для мало-мальски мыслящегося человека. И странно, что Скорпиус об этом никогда не задумывался.

Впрочем, и его учителя, и сам он без устали твердили, что несмотря на все способности, политиком Малфой не был ни чуточки. Способный за секунду обработать тонны информации, дальше выводов он пойти не мог. Точнее, не совсем так — он мог предложить огромное множество схем решения проблемы, но не знал, какая из них будет правильной для данной ситуации. Именно поняв это когда-то, Гарри скрепя сердце разрешил повесить всем аврорам значки с колдокамерами и дать Малфою в руки управление всей поступающей в Аврорат информацией. Серым кардиналом Скорпиус стать не смог бы при всем желании, даже при помощи Люциуса, если бы с ним общался.

— Всё, что я когда-либо знал о магглах до нашей поездки в Америку, исчерпывалось информацией из учебника маггловедения, — сказал Скорпиус, судорожно листая одну архивную папку за другой. — Там было написано про трамваи и телефонные будки, но ни слова про компьютеры, полеты в космос и НЛО.

Новые папки исчезали и появлялись перед Скорпиусом с нереальной скоростью, и на смену им приходили следующие. И, похоже, слова Гарри про «до упора» он воспринял буквально.

— Ты решил весь архив перешерстить? — спросил Гарри, наблюдая за сосредоточенно читающим Малфоем.

Тот с трудом остановился, глянул на него непонимающе и растерянно моргнул.

— Простите, сэр, — выдал на автомате. — Я как-то отвлекся. Вряд ли здесь будет еще что-то полезное.

— Да за что же ты опять извиняешься? — выдохнул Гарри и добавил уже с улыбкой. — Пошли домой, — он подошел к Скорпиусу и провел рукой по мягким волосам. — Надо выспаться. Завтра у нас непростой день. А точнее уже сегодня, — уточнил он, мысленно прикинув, что стрелки часов, должно быть, уже перевалили за полночь.

Скорпиус странно на него глянул, не двинувшись с места.

— Домой, сэр? — переспросил тихо.

— Да, ко мне, — кивнул головой Гарри, не поняв, отчего Скорпиус так смотрит на него. — Или ты передумал?

— Я пока не сошел с ума, — фыркнул Скорпиус и взял его за руку. — А, может, и сошел, и мне это все снится, — добавил негромко, оказавшись в спальне Гарри.

— Нет, Скорпиус, с ума вроде коллективно не сходят, — хмыкнул Гарри. — Ну, вот и моя спальня, — оповестил он, прижав Скорпиуса к себе. — Как видишь, ничего грандиозного, — выдохнул он, критически оглядев собственную незаправленную кровать, тумбочку и небольшой шкаф с приоткрытой дверцей.

— Это неважно, — покачал головой Скорпиус, поворачиваясь к нему. — Грандиозно само мое присутствие здесь. И то, что мы собираемся здесь делать, даже если просто спать. Вот только вам придется намочить утром подушки, — вздохнул он.

— Ты чересчур меня идеализируешь, — мягко проговорил Гарри, мазнул пальцем по его скуле и скользнул к щеке, наслаждаясь теплом и мягкостью кожи. Замолчал, задержал на его извиняющемся лице взгляд, а затем наклонился к самому уху, медленно прошептал: — Кто тебе сказал, что проснешься ты от воды? — и коснулся губами за ухом, прокладывая дорожку из поцелуев до границы глухо застегнутого воротника мантии.

— Потому что я очень сильно сейчас вас об этом попрошу, — Скорпиус посмотрел ему прямо в глаза и взял за руку. — Гарри, пожалуйста, — сказал совсем тихо. — Я хочу помнить и чувствовать все, что ты со мной делаешь.

— Ответь честно, — улыбнулся Гарри, не в силах разгадать, что на самом деле толкает Скорпиуса на отказ. Что это — чувство вины, стыда или действительно желание помнить все, не упуская ни единого мгновения близости? — Почему ты настаиваешь на стакане воды? — продолжил он. — Поверь, нет ничего проще выплеснуть тебе его в лицо. Но… но ты, наверное, не понимаешь, что мне гораздо приятнее тебе отсосать и увидеть, как ты просыпаешься от того, что кончаешь, — Гарри шумно выдохнул и сильнее сжал его руку.

Скорпиус сглотнул, стиснул его пальцы и глухо прошептал:

— Предлагаю компромисс: ты выплескиваешь на меня воду и отсасываешь, а я делаю вид, что все еще сплю. Мне невыносимо постоянно думать о том, что я пропустил.

— Ты просто невыносимо упрям, — рассмеялся Гарри. — Ну вот что мне с тобой таким делать?

— У меня есть двадцать четыре варианта, из которых четыре предпочтительных, семь возможных, восемь условно-допустимых и пять из разряда тех, что я предпочел бы избежать, — совершенно серьезно ответил Скорпиус, но глаза его улыбались.

— Я очень хочу услышать самый предпочтительный из всех, — мурлыкнул Гарри, убирая со лба выбившуюся светлую прядь. — А можешь и продемонстрировать.

Скорпиус прищурился и отступил на шаг. Медленно стянул с себя майку, расстегнул брюки и, стянув их до половины, помог себе магией, оставшись в одних трусах — тех самых, ярко-голубых. Протянув руку, он начал расстегивать на Гарри мантию и покачал головой, когда тот потянулся было за палочкой.

Раздевал он его долго, искренне наслаждаясь процессом, и встал на колени, прежде чем взяться за брючный ремень.

Гарри с шумом втянул носом воздух и откинул голову назад, зажмурившись в сладком предвкушении, но тут же распахнул глаза, не желая упускать ни одной детали. Скорпиус медленно, будто решив нарочно потянуть время, расстегнул ремень и потянул за язычок молнии. Малфоя хотелось одновременно и поторопить, и сказать, чтобы не вздумал спешить. Оказывается, ожидание удовольствия играло на нервах не хуже самого процесса, а может, даже было и острее.

Не то чтобы это было какое-то уникальное открытие, но терпением Гарри обычно не отличался, как и желанием подстраиваться под других. Со Скорпиусом же все было иначе по многим причинам. Возможно, именно его желание угодить и сделать все правильно и пробудило в Гарри чувство противоречия, заставило попытаться понять, чего хочет сам Малфой, а непривычная робость, самым причудливым образом переплетающаяся с гордостью и чувством собственного достоинства — желание приручить, как дикого зверька. И, судя по последним событиям, последнее получалось вполне успешно.

Гарри вздрогнул, когда Скорпиус обхватил пальцами его член, и шумно выдохнул, почувствовав прикосновение губ. Кажется, в этот раз Скорпиусу даже не придется демонстрировать свою чудо-технику. Чтобы кончить, Гарри достаточно будет и самых незамысловатых ласк.

Похоже, что Скорпиус тоже это понял. Он быстро облизал покрасневшую головку, подцепил языком блестящую капельку смазки, попробовал ее на вкус, а затем поднял на Гарри глаза и двинулся вперед, так и не разорвав зрительный контакт.

Скорпиус принимал его в свой рот медленно, старательно расслабляя горло, чтобы позволить себе насадиться на распираемый спермой член сразу и на всю длину. Справившись с этой задачей, он на секунду замер, втянул носом воздух, закрывая, наконец, глаза и, положив горячие ладони на ягодицы Гарри, подался назад. А в следующий миг ринулся обратно и сам гортанно простонал.

Шумно выдохнув сквозь зубы, Гарри придержал голову Скорпиуса и, помедлив, аккуратно двинул бедрами, давая возможность воспротивиться, если Скорпиусу такое развитие событий не понравится. Но ему понравилось. Довольно замычав, он мощно сглотнул и дернул Гарри на себя, побуждая двигаться еще.

И больше Гарри себя не сдерживал — тихо рыкнув, он мощно подаллся бедрами вперед, а затем, поняв, что скорую развязку оттянуть все равно не получится, принялся двигаться глубоко и часто. В паху потяжелело, а тихие гортанные стоны Скорпиуса вскипятили и разогнали в венах кровь. Воздух в комнате накалился до предела, и Гарри посетила мысль, что еще чуть-чуть, и он либо задохнется, либо у него попросту разорвется сердце. Но ни того, ни другого не случилось. Неожиданно мир погрузился во тьму, а затем взорвался тысячами ярких звезд. Гарри безжалостно сжал рукой светлые волосы, притянул голову Скорпиуса к паху, крепко удерживая и лишая того всякой возможности отстраниться. И беззвучно прокричал, толкнувшись напоследок в тесное горло особенно сильно.

— Прости, — хрипло проговорил, уже приходя в себя и извиняясь за грубость. — Что-то я совсем распустился, — с искренним сожалением закончил он.

— Насколько я помню, я вел себя почти так же, — хрипло сказал Скорпиус, медленно отстранившись. — И, кажется, я понимаю теперь, почему тебе это нравится. Жаль, что не смогу разбудить тебя этим способом.

В ответ Гарри улыбнулся, взял его за плечи и потянул на себя. Хотя впору было подпрыгнуть от радости — теперь он больше не услышит от Малфоя всякие несусветные глупости, мол, если тебе неприятно меня ласкать, то я могу и перетерпеть. А насчет разбудить — и вправду жаль. Потому что Гарри до жути стало любопытно, как быстро бы он проснулся, примени к нему Скорпиус однажды утром свои математически-минетные расчеты.

— С самым предпочтительным вариантом, кажется, разобрались. Что там стояло в списке под номером два? — спросил Гарри, снова зацепившись взглядом за ярко-голубые трусы. Черт, еще немного, и эти трусы станут его настоящим фетишем, мысленно усмехнулся он, ожидая от Скорпиуса ответа.

— Вариант под номером два требует временной франшизы, — улыбнулся Скорпиус. — Зато есть прекрасный третий вариант… — и он несмело потянулся к его губам.

— Готов рассмотреть твои варианты в любой последовательности, — выдохнул Гарри прямо губы, однако с места не сдвинулся. Может, было и не совсем правильно — вот так застыть истуканом, — но он очень хотел посмотреть, насколько далеко сможет зайти Малфой, сам, без его напутствий и наставлений. — Смелее, — прошептал Гарри, глядя в потемневшие глаза.

— Боюсь, тот вариант, на который действительно нужна смелость, находится куда ниже по списку, — покачал головой Скорпиус. — Третьим шел всего лишь поцелуй.

Про себя вздохнув и смирившись — видимо, он все же форсирует события и требует от Малфоя пока что невыполнимых задач — Гарри взял его за руку, шагнул к кровати и уселся на упругий матрас, увлекая Скорпиуса за собой.

— Ну что, потрахаемся теперь как нормальные люди? — беззлобно поддел он Скорпиуса, вспомнив отповедь, которую тот устроил после сегодняшнего секса в кабинете.

— Ну, собственно, это и был номер один, — хмыкнул Скорпиус. — Но когда я увидел перед глазами член, захотелось вдруг резко поменять планы.

Он украдкой опустил руку вниз и оттянул резинку, передавливающую не помещающийся в трусах член.

Снова зацепившись взглядом за эти необыкновенно яркие трусы, Гарри гулко сглотнул, мягко отвел руку Скорпиуса в сторону и провел ладонью по натянутой ткани, огладив набухший, крупно дрогнувший от простого прикосновения член.

— Залезай, — прохрипел он. — К подушкам. Ложись то есть, — сбивчиво проговорил он и, дождавшись, пока Скорпиус уляжется, придвинулся, нависнув над ним на вытянутых руках. — Удачный цвет, — хмыкнул он, еще раз скользнул рукой по голубой ткани и прошептал заклятие, избавляя, наконец, напряженный член из тесного плена.

— С некоторых пор мой любимый, — улыбнулся Скорпиус. Он скользнул горячими ладонями по бокам Гарри, обнимая и притягивая к себе, а потом поцеловал так пылко, что стало понятно — времени на восстановление сил понадобится совсем немного… понадобилось бы, если Скорпиус вдруг не разорвал поцелуй и не спросил: — Патрик Де Вера… Он ваш постоянный партнер?

— Ты действительно хочешь о нем поговорить именно сейчас? — удивленно протянул Гарри. Заподозрив, что столь «своевременный» вопрос, видимо, подлежит немедленному обсуждению, он перекатился на бок, вытянулся на простынях и подпер голову рукой. — Что тебя конкретно интересует? Частота? Периодичность? Или, может, длительность встреч?

— Ваше к нему отношение, — быстро сказал Скорпиус и нервно сглотнул. — У меня начинают складываться некоторые иллюзии, а это не самое привычное для меня состояние.

— У меня для тебя есть загадка. Совсем несложная. На сравнительно-сопоставительный метод, — чуть помолчав, заявил Гарри. — Кто из вас двоих ушел, а кто остался? Вот и сделай выводы, кто какого отношения заслуживает.

— И я бы решил её без наводящих вопросов, если бы не одно «но», — Скорпиус понизил голос и посмотрел совсем уж пронзительно. — Он уже уходил. — Не дав Гарри времени, чтобы собраться с мыслями для ответа, он мягко опрокинул его на спину и сел сверху. — Только поймите меня правильно, — прошептал, наклонившись. — Я не собираюсь лезть в ваши отношения. Я просто хочу знать, к чему готовиться.

— А ведь кое-кто не так давно уже обещал не маяться херней, — внимательно прищурился Гарри, а затем схватил Малфоя поперек шеи, резко притягивая на себя. Поцелуй вышел непривычным, совсем не таким, как всегда. Он вовсе не был ласковым, а скорее требовательным, жестким, будто наказывающим за провинность.

Видимо, не ожидавший подобного напора Скорпиус растерялся и попытался отстраниться, но не тут-то было. Гарри провел свободной рукой по напрягшейся спине, облапил поджарую задницу и впился пальцами в его бедро.

— Не буди во мне зверя. Мое терпение не безгранично, — предостерегающе рыкнул Гарри и снова накрыл покрасневшие губы поцелуем. Но на этот раз гораздо более мягким.

Скорпиус промычал что-то подозрительно похожее на «Простите, сэр» и выпрямил ноги, распластываясь на Гарри и вжимаясь членом ему в живот. И тут же оказался придавленным к кровати.

Понимая, что правила игры приняты, Гарри рыкнул для острастки и, подцепив длинную ногу под колено, отвел ее в сторону. На этот раз Скорпиус почти не смущался и явно ждал откровенных прикосновений. С удовольствием отметив, что анус уже не сжат, Гарри погладил его, чуть надавил и хмыкнул, когда Скорпиус сам призвал смазку.

Чтобы открыть баночку, ушло меньше секунды. Гарри обмакнул пальцы, щедро смазал собственный член и скользнул рукой к расслабленным мышцам. Наскоро убедившись, что Скорпиус не зажимается, он надавил на вход, просунул палец, следом добавив второй, развел их в стороны, а затем мягко огладил жаркие стенки мышц. Не ощутив вскоре ни малейшего сопротивления, Гарри вынул пальцы, приставил головку к отверстию и мощно толкнулся внутрь. Скорпиус выгнулся на лопатках, пробормотал нечто похожее на «сильнее» и глухо простонал, когда Гарри вошел в него до упора.

Собственное возбуждение зашкаливало, гулко било в висках, но на этот раз Гарри не желал идти на поводу своих ощущений и быстро кончать. Едва ли не до боли стиснув зубы, он подался назад, выходя почти полностью, и снова двинулся вперед, срывая с губ Скорпиуса гораздо более громкий стон.

Смазки оказалось мало, и пришлось ненадолго вытащить член, чтобы быстро его смазать снова. Скорпиусу это не понравилось — он протестующе застонал, шире раздвинул ноги и обхватил Гарри за шею.

— Сейчас! — выдохнул Гарри и поспешно толкнулся обратно, уже безо всяких усилий вгоняя член в распаленную задницу.

На этот раз Скорпиус не замирал в удивлении, шокированный ощущениями, и не метался беспорядочно, не владея своим телом. В этот раз удовольствие было ему уже знакомо, и Гарри сам в шоке распахнул глаза, когда, приподняв бёдра, Скорпиус как-то по-особенному напрягся, обхватывая член мышцами.

Ощущения были более чем приятные, но, глядя в сосредоточенное лицо Малфоя, Гарри захотелось зарычать.

— Даже думать не смей! — прошипел он, придавливая Скорпиуса к кровати. — Расслабься немедленно!

Однако подчиниться приказу Скорпиус явно не собирался. Либо же просто не смог быстро переключиться с умственной деятельности на ощущения.

Коротко рыкнув, Гарри осторожно вышел из него, дернул за плечо и перевернул, укладывая, на живот. Затем вцепился пальцами в бедра и рывком потянул вверх и на себя, побуждая Скорпиуса встать на колени. Скорпиус вытянулся на руках и послушно уронил голову. С наслаждением оглядев представшее перед ним зрелище, Гарри огладил одной рукой крепкую спину, прощупывал выступающие позвонки, задержался на ямочках над ягодицами и скользнул взглядом чуть ниже. От вида приоткрывшегося расслабленного входа Гарри почувствовал удовольствие.

Однако удовольствия ждал и Скорпиус. Он обернулся и, глядя поплывшим взглядом, нетерпеливо покрутил задницей. И в этот момент Гарри дернул его за бедра, полностью насаживая на свой покрасневший и блестящий от смазки член.

Скорпиус громко всхлипнул, прогнулся в пояснице и шире расставил колени, опускаясь на локти. Переждав прокатившуюся по позвоночнику обжигающую волну, Гарри рвано выдохнул и принялся вколачиваться в податливое тело.

То ли мозги в коленно-локтевой позе работать отказывались, то ли зажиматься так было сложнее, но, как бы то ни было, а Скорпиус расслабился и вскоре начал подаваться навстречу. Гарри не знал, делал он это на инстинктах или с каким-то математическим расчетом, но ощущения усилились в разы. Скорпиус громко вскрикивал, насаживаясь на член, и вскоре стало ясно, что никакими расчётами и не пахло: от переизбытка удовольствия он начал двигаться не в такт, слишком резко, ломая ритм, а затем и вовсе задрожал, хватаясь за член.

И тут Гарри поймал себя на мысли, что хочет чувствовать Скорпиуса не только членом, но и кожей. Не теряя темпа, он наклонился, ложась грудью на влажную спину, ухватил за литое плечо, и снова выпрямился утягивая Скорпиуса на себя. Перехватив его одной рукой под ребрами, другой он накрыл руку Скорпиуса, сжал кисть, усиливая контакт его члена со своей собственной ладонью, и задвигал ею в в одном ритме с толчками.

Получалось рвано, совсем неровно, ритм то и дело сбивался, но никому из них не было до этого никакого дела. Скорпиус откинул голову на плечо Гарри и громко всхлипывал, расслабившись и отдаваясь подступающему наслаждению. В какой-то момент он замер, прислушиваясь к себе. Гарри прижал его к себе сильнее, едва ли не до хруста в ребрах, и принялся вколачиваться с максимальной скоростью, чувствуя, что и собственный оргазм долго ждать не придется.

Руке стало мокро и горячо. Гарри краем сознания сообразил, что это значит, но было уже все равно — тело сковала первая судорога наслаждения. Он вбивался и вбивался в Скорпиуса, пока тот совсем не обмяк в его руках, а опавший член не выскользнул из расслабленной задницы при очередном толчке. Только тогда Скорпиус повалился ничком на кровать, утянув за собой Гарри.

— А что говорят в таких случаях? — полюбопытствовал он после нескольких минут блаженного молчания. — Я так и не смог выбрать подходящий вариант.

— Первое, что на ум придет, — улыбнулся Гарри. — Или вообще молчат, если ворочать языком совсем сил нет, — хмыкнул он и перекатился на простынь, ложась на спину.

Скорпиус подумал немного, нахмурился и категорично заявил:

— Нет, первые двадцать три варианта я озвучить не готов.

— Мерлин, мне уже страшно представить, что ты там подумал, — отшутился Гарри. Хотя теперь стало очень интересно услышать, что именно кроилось в этих двадцати трех вариациях. — Ты специально разжигаешь во мне любопытство? — помолчав, поинтересовался он. — Я не успокоюсь, пока не услышу хотя бы резюме.

— Специально? Нет! — открестился Скорпиус. — Разве я похож на коварного типа, который может так поступить? — он хмыкнул. — Что же касается резюме… Первые одиннадцать мыслей содержали исключительно междометия. Ещё семь — нецензурные выражения. Две — размышления о физиологии процесса. И ещё две… — он помолчал, подбирая слово, — скажем так, они были иррационально-иллюзорными.

— Так… с первыми одиннадцатью понятно. С нецензурными — тоже. Физиология процесса меня мало интересует. А вот последние две заслуживают определенного внимания, — протянул Гарри. Уже второй раз за последний час Скорпиус говорит о каких-то там зародившихся иллюзиях, а он же даже предположить не мог, какие картины на сей раз сложились в этой уникальной белобрысой голове, и почему о них нельзя сказать вслух.

Хотя если вспомнить, при каких обстоятельствах Скорпиус об этих иллюзиях упомянул…

«Ваше отношение. У меня начинают складываться некоторые иллюзии… Я просто хочу знать, к чему готовиться».

Гарри повторил про себя весь их диалог, исключив ненужное, и широко ухмыльнулся. Только у Малфоя достало ума назвать чувства иллюзиями. Или это он об иллюзии того, что эти чувства есть? Как бы то ни было, а очередной загон из мальчишки нужно было выбить как можно скорее.

— Скорпиус, — с нажимом произнес Гарри, глядя на то, как Малфой замялся и не спешит с ответом. — Я не могу каждый раз глупость из тебя вытрахивать. Давай попробуем словами объясниться, — выдохнул он и выжидательно посмотрел на него.

Скорпиус помолчал, а потом виновато покачал головой.

— Двадцать четвертый вариант, — сказал примиряюще. — «Вот бы сейчас уснуть». И ещё двадцать пятый: «Не хочу вставать».

Конечно, можно было плюнуть, и оставить Малфоя в покое. Ну не хочет говорить — и не надо. И Гарри так бы и поступил, если рядом был кто-то иной. Но как он уже убедился на личном опыте, любая недосказанность со Скорпиусом могла перерасти в снежный ком, да так легко и стремительно, что успевай только за голову хвататься. И, похоже, что сейчас был один из таких моментов.

— Ладно, — Гарри приподнялся на локте. — Я начну, а ты остановишь меня на том месте, где я неправ, — и взглянул на Скорпиуса в упор. — Ты никак не ожидал, что все так закрутится. Впрочем, как и я, и ни для кого из нас это не тайна. И наверняка согласившись на трах под одеялом в номере, ты думал, что на этом все и закончится. Но потом ты понял, что, оказывается, это еще не финишная черта. Что ж… здорово, скорее всего, подумал ты. И все бы ничего, но тут ты понял еще одну вещь… — Гарри перевел дыхание и продолжил: — Твою башку начало сносить так, что ты начал ко мне привязываться. Но следом ты вбил в себе в голову совершенно абсурдную мысль, что не имеешь право ни на что надеяться. Вот с хера ли? Разве я когда давал повод думать иначе? Нет, — сам же ответил на свой вопрос. — Но ты все равно гнешь свою линию, мол, чего мне ждать, не хочу влезать в твои отношения и упорно несешь прочую хрень. Зачем? И не вздумай сейчас сбежать, — на всякий случай предостерег он. — Отслежу след аппарации и надеру задницу, понял?

— Понял, — Скорпиус сглотнул, не отрывая от него взгляд. — Всё понял, кажется… Есть, отставить нести хрень!

— Ну и что ты понял? — протянул Гарри менторским тоном.

В том, что Малфой понял все, Гарри ничуть не сомневался — только наверняка как обычно по-своему.

— Что у нас, наверное, отношения, — неуверенно ответил Скорпиус. — И что вы мне скажете, если что-то изменится. И что надо наконец перестать называть вас на «вы» и думать слишком много. Что порой самый правильный ответ — тот, что больше всего хочешь произнести.

Гарри выслушал Скорпиуса, очень внимательно, затем посмотрел на него долгим взглядом и в который раз убедился, что люди слышат совсем не то, что он говорит. Точнее, не совсем то. Вот что ему на все это ответить? Пожалуй, в чем-то Малфой и прав — самый правильный ответ тот, что больше всего хочешь произнести. А язык у Гарри, прямо сказать, зачесался не на шутку.

— Пиздец, — припечатал он. — Нет у меня никаких отношений. Нету! Думал появились, но не тут то было! Потому что мой партнер упорно игнорирует этот факт. Он продолжает называть меня на вы, несет околесицу и ждет каких-то там непонятных изменений!

Вместо ответа Скорпиус приподнялся на локте и мягко, но довольно уверенно его поцеловал.

— Не злись, — попросил тихо. — Я правда понял.

— Не буду, — пообещал Гарри. И хотя сказать было проще, чем сделать, он с удивлением отметил, что действительно начал успокаиваться. — Давай ложиться, — сказал он, почувствовав усталость. Хорошо было бы сходить в душ, но даже на него уже не осталось сил.

Скорпиус сам, без всяких подсказок обнял его поперек груди, устраивая голову на плече, и стал водить пальцам по его руке.

— В пятницу вечером я должен буду встретиться с матерью, — сказал он. — Иначе она обидится. В субботу большое мероприятие у Фербисов, мне нужно там показаться. А вот в воскресенье, если ты вдруг не занят, может быть, покажешь мне, как магглы ловят рыбу?

— Вроде пока планов не было. Покажу, — кивнул Гарри. — Значит, воскресенье, — вслух проговорил он и чудом удержался, чтобы не вставить «аж только».

Он думал провести со Скорпиусом все выходные, сходить куда-нибудь погулять, скорее всего, по маггловскому Лондону, или совсем сойти с ума и махнуть на какой-нибудь жаркий остров. Конечно, Скорпиусу он об этом говорить теперь не будет, чтобы лишний раз не расстраивать его и не ставить перед выбором.

Но на субботнюю ночь он претендовать ведь может?

— Мероприятие во сколько начинается? — спросил он. — Я к тому, что ты можешь прийти ко мне после него. Защита тебя пропустит.

— В шесть вечера, да и задержусь я там часа на два, не больше, — заверил его Скорпиус. — А днем я думал сходить в автомобильный салон, но это ждет.

— В салон можем вместе сходить, — сказал Гарри и подавил зевок. — Как раз вспомню, как ты охрененно смотришься за рулем, — улыбнулся он и накрыл руку Скорпиуса своей ладонью.

Скорпиус улыбнулся и вдруг просунул свободную руку ему под плечи, стискивая в чуть неуклюжих, но весьма крепких объятиях.

— Спокойной ночи, — шепнул он. — Спи, я чуть позже зелье выпью.

Гарри настроил будильные чары, невесомо поцеловал Скорпиуса в висок и собрался пожелать ответное «спокойной ночи», как вдруг внезапная мысль заставила распахнуть глаза.

— А ты вообще спать собираешься? — он внимательно посмотрел на Малфоя. — Или уже ты решил будить меня?

— Нет, тебя я собираюсь будить в воскресенье утром, — улыбнулся Скорпиус. — А поэтому в субботу буду перенастраивать чары на кровати. Спать я собираюсь, потому что завтра с утра к министру, а затем к магглам. Но если тебе так спокойнее… — он неохотно отпустил его и призвал пузырек с зельем.

— Вот против воскресного утра ничего не имею против, — заявил Гарри. — И очень даже за, — и замолчал, на секунду задумавшись. — Погоди… в голове все смешалось. В субботу мы же ко мне… — растерянно протянул он. — Хотя можем и к тебе. В общем, мне без разницы, — торопливо добавил он, догадавшись, что Скорпиусу наверняка привычнее уикэнд провести в родных стенах. — А насчет зелья — выпьешь, когда посчитаешь нужным. И я не собирался контролировать каждый твой шаг, — чуть помолчав, он закончил с улыбкой.

— Просто ты явно не уснешь, пока я на тебя таращусь, а я именно этим планировал заниматься еще примерно полчаса, — усмехнулся Скорпиус и выпил зелье. — Отложу и это до утра воскресенья. И если хочешь к тебе, так давай к тебе, — добавил он быстро. — Я, правда, немного неуютно себя чувствую без привычных чар и кухни, но это не страшно.

— Я случайно на парселтанг не переходил? А то мне все чаще кажется, что ты просто делаешь вид, что понимаешь меня и согласно киваешь. Я же сказал: без разницы мне, — произнес Гарри, глядя на уже сонного Скорпиуса.

Скорпиус положил голову ему на плечо и никак не прокомментировал его слова. Вместо этого он закрыл глаза и пробормотал:

— Мысль номер двадцать два была: «Наверное, именно это называют страстью». А мысль двадцать три начиналась на слово «Или».

А после этих слов, сон как рукой сняло — сердце пропустило пару ударов, а потом и вообще ухнуло вниз. Не нужно было быть легилиментом, чтобы понять, каким словом оканчивалась мысль под номером двадцать три.

Черт подери, Гарри сейчас стоило задуматься о том, что все это слова произнесены после ссоры, пережитых за день эмоций и бурного оргазма. Но Гарри гнал эту разумную, рациональную и вполне логичную мысль прочь. Отчего-то хотелось верить, что произнесены они не спонтанно и точно не по причине зашкаливающих после секса эмоций.

Не найдя для ответа подходящих слов, Гарри сгреб засыпающего Скорпиуса в охапку и пылко поцеловал, очень надеясь опередить момент, когда тот уснет.

* * *

Будильные чары противно завизжали. Гарри торопливо заглушил их и вытянулся на простыне, приходя в себя после сна. Скорпиус лежал рядом, свернувшись калачиком под боком, и мирно сопел. А еще он улыбался во сне.

Гарри почувствовал, как от этой улыбки в груди потеплело, и мягко коснулся кончиками пальцев расслабленных губ. Однако беззаботное настроение было недолгим — Скорпиуса пора было будить. Гарри сел на кровати, призвал с кухни стакан и прошептал Агуаменти. Перевел взгляд на Малфоя и процедив: «Какая нахер вода?» — решительно выплеснул ее на пол.

Конечно, к вчерашней просьбе Скорпиуса не будить его минетом стоило прислушаться. В конце концов, он человек, имеющий неотъемлемое право на тот способ пробуждения, который выберет сам. Но блядь… Маразм же ведь — окатить водой, а затем притвориться, что ничего не было. Решительно махнув рукой на этот бред, Гарри поставил пустой стакан на пол и придвинулся к Скорпиусу. Даже если тот и будет дуться, он уж найдет способ извиниться, заключил Гарри.

Оказалось, что член Скорпиуса уже был готов к побудке — он крепко стоял, прижимаясь к животу. Гарри улыбнулся и погладил шелковистую тонкую кожицу. Член приветственно дернулся, а Скорпиус улыбнулся шире. К горлу подступил комок, и прежде взять в рот, Гарри с удовольствием сжал длинный ствол в кулаке. На неспешную размеренную дрочку времени, к сожалению, не было, поэтому он сразу задал быстрый темп, но механической она все же не стала — Гарри искренне наслаждался каждым отголоском испытываемого, но неосознаваемого удовольствия у Скорпиуса на лице.

Малфой перестал улыбаться и сначала поджал губы, а потом наоборот расслабил так, что они приоткрылись. Теперь он попеременно дышал то носом, то ртом, иногда едва слышно постанывая. Каждый такой стон отзывался в паху у самого Гарри, и в итоге он был вынужден схватиться и за свой член тоже. О том, чтобы взять в рот, он больше не думал — хотелось видеть оба члена, поджавшиеся малфоевские яйца и особенно — его лицо.

И в этом желании он решил себе не отказывать. Крепче сжав в ладони малфоевский член, он принялся одновременно ласкать и свой, жадно ловя каждую эмоцию на расслабленном в сонной неге лице. И вынужден был закусить губу, чтобы не застонать в голос и не заглушать стонов Скорпиуса, что были сейчас сродни сладкой музыке. Собственный член запульсировал, обжигая ладонь, и медлить больше ничуть не хотелось. Все тело напряглось в ожидании быстрой и оттого еще более яркой разрядки, и, отпустив инстинкты, Гарри задал максимальный темп обеим рукам, энергично скользя по покрасневшим напряженным стволам.

Внезапно Скорпиус всхлипнул особенно громко, и на краю сознания промелькнула мысль кончить с ним одновременно.

Собственно, так и вышло. Скорпиус напрягся, вздрагивая, а член — оба члена — в руке запульсировал, сокращаясь, и выстреливая спермой. Гарри глухо рыкнул, почти садясь в момент оргазма, а потом расслабленно откинулся на подушки, встречая мутный непонимающий взгляд Скорпиуса широкой улыбкой.

— С добрым утром, — хрипло произнес Гарри и кашлянул, возвращая себе голос. — Я призвал стакан… и даже наполнил его водой, — сообщил он. — И честное слово, уже собирался вылить его на тебя. Но… но передумал, — выдохнул он и, продолжая улыбаться, искренне попросил: — Не обижайся только.

— С добрым утром, — отозвался Скорпиус после некоторого молчания. — Ты в следующий хотя бы колдокамеру ставь, — сказал со вздохом. — Хоть постфактум полюбуюсь, воображение потренирую.

— Обязательно, — многообещающе кивнул Гарри, радуясь, что Скорпиус воспринял все адекватно. — Бассейна у меня нет, но есть неплохой душ, — сообщил он, ощутив, как подсыхающая сперма начала стягивать кожу. — Если поторопимся, то успеем и позавтракать, и не проворонить Кингсли.

Скорпиус кивнул, но вместо того, чтобы встать, потянулся к нему, обнимая.

— Спасибо, — сказал глухо. — Я привык к воде и даже люблю ее, но… — он не договорил, оборвав фразу чересчур резко, но все и так было понятно.

Гарри притянул его к себе и коснулся губами светлой макушки.

— Скорее бы выходные, хоть выспимся по-человечески, — прошептал он, втягивая носом запах малфоевских волос. Вставать совсем не хотелось, но предстоящие дела были не из тех, которые можно перенести. — Тебе домой надо? Если да, то иди в душ первый, — спросил он, погладив Скорпиуса по руке.

— Нет, я все взял с собой, — покачал головой Скорпиус. — Но если ты не против, я все равно схожу первым, а потом накрою завтрак.

— Отлично, — улыбнулся Гарри и подтянул к себе подушку. — А еще немного подремлю.

Завтраком оказалась половина вчерашнего ужина, и Гарри несколько оторопело смотрел, как Скорпиус поглощает с утра пораньше стейки, супы и жаркое. К счастью, более привычная каша и омлет в его меню присутствовали, так что Гарри ограничился ими, уже почти привычно закусив еду таблеткой. К слову сказать, те действительно оказались чудодейственными — никакого дискомфорта в животе Гарри не чувствовал даже после целой пиццы с жирным беконом и лавовыми потоками сыра.

— Еще раз хотел поблагодарить тебя за таблетки, — сказал Гарри, отставляя уже пустую чашку в сторону. — И не спрашивай, почему я так долго открещивался от них, — хмыкнул он и встал из-за стола, убирая посуду, — сам не знаю.

Очистив грязные тарелки и чашки магией, Гарри отправил их по нужным местам и, осмотрев кухню критическим взглядом, удовлетворенно кивнул.

— Все, одеваемся и в Аврорат, — бросил он завернувшемуся в халат Скорпиусу и направился в спальню за мантией.

* * *

— Добрый день, — Гарри без улыбки посмотрел на слегка растерявшуюся девушку у стойки с крупной надписью «NCA». — Нам назначена встреча в кабинете ноль-два-ноль.

Лицо девушки вытянулось.

— Одну минуточку, сэр, — пролепетела она. — Сейчас вас проводят, — она сняла трубку селектора и сказала очень тихо: — Сэр, у нас ноль-два-ноль!

Кто бы ни был таинственный «сэр», среагировал он быстро — уже через минуту из лифта вышел серьёзный мужчина в деловом черном костюме и безошибочно направился сразу к Гарри и Скорпиусу.

— Добрый день, я специальный агент Ивар Маккой, — представился он, разглядывая их со сдержанным интересом. — Элиза, оформи, пожалуйста, временные пропуска.

— Да, сэр, — кивнула девушка поспешно. — Ваши имена, пожалуйста.

Они представились, предъявив необходимые документы, а уже через минуту шли по петляющему коридору за агентом Маккоем. Они дошли до темной двери с табличкой «ноль-два-ноль», когда тот обернулся к ним и тихо проговорил:

— Сейчас вас попросят ответить на некоторые вопросы. Не беспокойтесь, это формальность, — добавил он с вежливой улыбкой и постучал в дверь.

Ох, как же Гарри не любил все эти так называемые формальности, особенно те, о которых не стоит беспокоиться! Наверняка ведь магглы попытаются не столько дать, сколько вынюхать нужную им информацию. Но делать было нечего — доступ к секретным файлам нужен был позарез.

— Добрый день, мистер Поттер, мистер Малфой, — обратился к ним сидящий за столом мужчина, лицо которого практически невозможно было детально разглядеть — за его спиной находилось большое светлое окно, и Гарри даже пришлось прищуриться, чтобы рассмотреть подробно хотя бы его силуэт. — Прошу вас, присаживайтесь.

— Прежде всего, от лица Аврората я хотел бы поблагодарить вас за ту оперативность, с которой управление отреагировало на нашу просьбу, — начал Гарри, занимая место напротив стола.

— Мы всегда рады сотрудничеству, — мужчина наклонился вперед и наконец-то стал видим. Он был далеко не молод и уж точно не красив, но тем не менее располагал к себе. — Меня зовут Джордж Роу, и я директор NCA. Рад приветствовать вас в своем кабинете.

Гарри едва сдержался, чтобы не выдать удивление. Получалось, что их пригласили сразу же к самому высшему руководству, минуя посредников. Когда Кингсли упомянул налаженные связи с NCA — аналогом американского ФБР — он почему-то представил себе какого-нибудь магглорожденного, работающего на невысоком посту.

— Спасибо, — кивнул Гарри. — Надеюсь, оно пройдет плодотворно для обеих сторон, — добавил он фразу, успевшую за все годы работы набить оскомину.

К счастью, Джордж Роу думал в том же ракурсе и не был сторонником долгих реверансов и пустых размусоливаний.

— Предлагаю отбросить все дальнейшие приветствия и перейти сразу к делу. Итак, — он обвел их цепким взглядом. — Вас интересуют секретные файлы нашего так называемого паранормального отдела. Признаться, вечернее происшествие у барьера заставило и нас несколько удивиться. На нашей памяти это первый случай такого посягательства на границу. А на вашей памяти, мистер Малфой? — протянул он. — Как я понимаю, в последнее время вы весьма увлеченно изучали некоторые закрытые материалы, — и выжидательно посмотрел на Скорпиуса, давай понять, что довольно точно знает, с кем имеет дело.

— Это первый случай за всю историю, — сказал Скорпиус уверенно и посмотрел на Роу с нескрываемым интересом. — Нам необходимо убедиться, что не были использованы маггловские технологии. Как показывает практика, мы знаем о них чересчур мало.

— Достаточно, чтобы наделать шуму почти на всех континентах нашей в общем-то небольшой планеты, — заметил Роу с изрядной долей насмешки пополам с одобрением. — За вашу голову объявлена награда в очень неплохую сумму и втрое большая — за договор сотрудничества.

— Тогда нам всем повезло, что деньги мне не нужны, — скупо улыбнулся Скорпиус.

Джордж Роу хмыкнул и перевел внимательный взгляд на Гарри.

— С помощником вам, мистер Поттер, определенно повезло, — произнес он. — Итак… дальнейшую работу с вами будет вести агент Маккой. На него всегда можно положиться, а его профессиональная компетентность ни разу не вызвала сомнений. К тому же, в случае затруднений или каких-либо вопросов, вы всегда можете обращаться ко мне лично, — заверил их Роу. — Ивар, вверяю тебе наших коллег.

Скорпиус искоса глянул на Ивара и напомнил:

— Разрешение, мистер Роу. В первую очередь нам нужно разрешение на посещение архивов и сводка последних данных разведки о военном вооружении всех стран, за которыми вы ведете наблюдение. В том числе, разумеется, и Британии.

— Для вашего удобства во время посещения архивов вас будет сопровождать Ивар. Вы не будете ограничены ни во времени, ни в количествах посещений, — сообщил Роу. — А вот со сводкой придется подождать. Но уверяю вас, недолго. А пока занимайтесь архивом. Прошу меня извинить, но через десять минут у меня назначена встреча, — закончил он и подал Маккою знак, что аудиенция окончена.

— Прошу вас, пройдемте, — вежливо обратился к ним Ивар и направился к двери.

— Сколько подождать? — довольно резко спросил Скорпиус, не двинувшись с места. — Сводки — вот, что интересует меня в первую очередь. На архивы я потрачу меньше времени, чем будет длиться ваша встреча, но мне нужен ответ на единственный вопрос — правомерно ли обвинять вашу нацию в покушении на магический мир. Да, мистер Роу, вчерашний инцидент можно рассматривать именно так, и это в ваших интересах немедленно предоставить все имеющиеся у вас данные. В противном случае вы, наверное, знаете, что будет, — он хищно прищурился чуть отвел полу мантии, оголяя рукоятку палочки. — Вы не хуже меня знаете положение о чрезвычайных ситуациях. Сто двадцать пятый пункт.

Что там Гарри когда-то говорил о причастности Скорпиуса к политическим интригам? Да Малфоя надо было сразу тащить на какие-нибудь переговоры, чтоб столько времени не переживать по этому поводу!

— Прошу простить, — резко вмешался Гарри, яростно взглянув на Скорпиуса. — Мы ни коим образом не собирались давить на вас и тем более угрожать. Молодость, — нарочито снисходительно протянул он. — И сводки мы будем ждать ровно столько, сколько потребуется времени составить их, — заверил Гарри и поднялся со стула. — Мистер Маккой, будьте так любезны проводить нас в архив, — он схватил Скорпиуса за руку и потащил к двери. — Всего хорошего, мистер Роу, — кинул он уже с порога.

Шли они молча, и лишь когда миновали первый поворот, Гарри взял Малфоя за локоть и замедлил шаг.

— Скажи спасибо, что мы не в Аврорате. Иначе от тебя мокрого места не осталось бы. Ты что себе позволяешь? — процедил он.

— Делаю свою работу, — довольно спокойно ответил Скорпиус, но взгляд выдавал его смятение. — Они не имеют права задерживать информацию, а, тем более, её утаивать. И пункт сто двадцать пятый положения о чрезвычайных ситуациях четко об этом говорит. Мы вправе получить любую информацию любым доступным способом.

— Речь идет о радио— и телевещании, тупица! — рявкнул Гарри. — Средства массовой информации! Это не значит, что можно наставить палочку на директора NСА или подлить Веритасерум ему в чай!

Скорпиус нахмурился и посмотрел непонимающе.

— Почему?

— Мистер Поттер? — окликнул его Ивар. И как раз в тот момент, когда Гарри открыл было рот, чтоб популярно объяснить: магглы — не домовики, ходящие по струнке перед магами. — Не отставайте, здесь очень легко заблудиться, — с вежливой улыбкой сообщил он.

— Конечно, уже идем, — он вернул улыбку и повернулся к Скорпиусу, резко помрачнев. — Сейчас ты молча начнешь читать бумаги. И попробуй только раскрыть рот на тему, что должны делать магглы, а что нет, — пошипел он. — А ответы на все «почему» уж будь уверен ты получишь. Очень подробные, — припечатал он и, отпустив его руку, шагнул к ожидающему их Ивару.

Скорпиус послушался. Под изумленным взглядом Ивара он пролистал архив за какие-то полчаса и никак не отреагировал, когда тот восхищенно выдохнул:

— Это круто! И что, вы правда это всё прочли? — Маккой окинул взглядом горы папок. — И запомнили?

Скорпиус коротко кивнул, и Ивар присвистнул.

— Хотел бы я такого помощника… — протянул с нескрываемым восхищением. — Вас точно нельзя перекупить? — пошутил с обольстительной улыбкой.

— Нет, но если меня сегодня уволят, я вас найду, — серьёзно сказал ему Скорпиус.

Наблюдая за всей этой картиной, Гарри мысленно фыркнул. Найдет он, как же! Кто б еще разрешил и отпустил… А то, что Малфой переживает — а наверняка так и есть, даже несмотря на совершенно спокойный вид — так это хорошо, во всяком случае, на пользу пойдет уж точно. Не будет впредь такую дерзость демонстрировать. Ты только погляди, высшая раса нашлась! Все должны на лапках бегать!

— Если ты закончил, собираемся, — бросил он. — Мистер Маккой, сориентируйте нас по времени. Когда мы можем ждать сводки? — спросил он и снова косо взглянул на Скорпиуса.

— Я не знаю, мистер Поттер, — виновато пожал плечами Ивар и достал из внутреннего кармана пиджака мобильный телефон. — Вот возьмите, — он протянул телефон Скорпиусу, поскольку тот стоял ближе. — Как только сводки будут готовы, я вам позвоню. Мой номер также забит в память. На всякий случай.

Вроде ничего сверхъестественного не происходило, но что-то заставило Гарри нахмуриться. Наверное, дело было в том восхищении, что до сих пор читалось в глазах Маккоя. И в обольстительной улыбке, которой он одарил Скорпиуса. И в чересчур долгом взгляде на него.

— Большое спасибо, — ответил Гарри. — Непременно будем ждать вашего звонка. Идем, — обратился уже к Скорпиусу.

— Я провожу вас, — кивнул Ивар.

— Спасибо, не стоит. Уверен, мистер Малфой дорогу запомнил, — отмахнулся он.

— Спасибо, мистер Маккой, — Скорпиус забрал у него телефон и с интересом рассмотрел новую для себя вещь. — Его нужно будет вернуть?

— Нет-нет, — поспешно покачал головой Ивар. — Оставьте себе. Небольшой подарок, — он снова улыбнулся, и Гарри, скрипнув зубами, вынужден был признать, что улыбка у него весьма симпатичная.

— Спасибо, — улыбнулся в ответ Скорпиус. — До свидания.

Он догнал Гарри и пошел рядом не оборачиваясь. Его внимание полностью занял подаренный телефон.

Они довольно быстро миновали лабиринт коридоров. Несмотря на витиеватость переходов, в здании было достаточно легко ориентироваться, и Гарри без труда нашел выход, не прибегая к помощи Скорпиуса. На которого, кстати, за всю дорогу ни разу и не посмотрел. На выходе они сдали временные пропуска, и отправились в безлюдный переулок, в который аппарировали из Аврората.

Дождавшись, пока одинокий случайный прохожий исчезнет из виду, Гарри взял Скорпиуса за плечо, утягивая в аппарационную воронку.

— Твое поведение было недопустимым, — холодно произнес он, когда оба оказались в его кабинете. — А действия следует расценивать как самоуправство.

— Простите, сэр, — Скорпиус был напряжен и смотрел в пол. — Прошу подробно объяснить мне мою ошибку. Я был убежден, что действую по закону.

— По какому такому закону? — взревел Гарри. — В какой статье указано, что ты имеешь право или обязан угрожать магглам любым доступным тебе способом? Ты хоть понимаешь, насколько шатко это «отлаженное» мирное взаимодействие? Многие из них и так нас воспринимают, как потенциальную опасность. И знаешь, неудивительно, раз некоторые позволяют себе едва ли не перед их носом палочкой размахивать!

— Если нападение было совершено магглами, то угроза исходит как раз от них, — сказал Скорпиус, не меняя позы. — Что же касается законов, то допускаю, что я неверно истолковал некоторые пункты. И если уж на то пошло, то я искренне не понимаю, почему мы должны разводить эти церемонии, — добавил, поколебавшись. — От них требовалось только одно — дать нам информацию.

— Доказательства! — не меняя тона, продолжил Гарри. — У тебя есть реальные факты, подтверждающие, что это было спланированное нападение? Нет! Тогда по какому праву ты выдвигаешь обвинения? А церемонии мы должны разводить, чтобы не загубить установленное перемирие. Я повторюсь — очень непрочное. И они не обязаны давать какую бы то ни было информацию. И благодари Мерлина, что Джордж Роу не воспринял твою выходку всерьез! — припечатал он.

— Сэр, разве сокрытие информации в данном случае не будет прямым доказательством вины? — наконец поднял на него глаза Скорпиус. — И не могли бы вы пояснить, почему именно магглы не обязаны давать нам информацию? Я понимаю, почему первоначально мы должны запросить её официально, но неужели, получив отказ, мы просто развернемся и уйдем?

— Не будет, — процедил Гарри. — Во всяком случае, это не тебе решать. И даже не мне. А скажи, для чего нам запрашивать информацию официально, если по-твоему мы вправе без лишних церемоний прийти к магглам и просто нагнуть их, мол делайте, что говорят? А не будут слушаться — так перевоспитаем Круциатусом? Так, что ли? Тебе никогда не казался странным, что факт, что магглы живут отдельно от нас, но как полноправные и равноценные нам существа?

Он сжал кулаки и зубы — так походил этот разговор на допрос юного Пожирателя Смерти. Скорпиуса хотелось схватить за шиворот и хорошенько потрясти, если не чего-нибудь похуже.

— Как я уже неоднократно говорил, меня никогда не интересовал этот вопрос, — Скорпиус снова опустил глаза и чуть ссутулился. — Мои представления о магглах весьма скудны и, видимо, ошибочны. Прошу прощения за то, что сегодня произошло. Больше этого не повториться.

— Не повторится, — кивнул Гарри. Потому что теперь перед каждым посещением диковинных магглов со Скорпиусом он будет проводить воспитательную беседу лично. Ликбез, так сказать.

А в сегодняшнем инциденте виноват был не только Скорпиус, а еще и он сам. Косвенно и по праздной непредусмотрительности, но он должен был не сбрасывать со счетов, в какой семье рос Малфой со всеми вытекающими снобистскими и расистскими последствиями.

— Что было в архивах? Быстро, по существу, и я пойду к министру, — произнес Гарри, потихоньку успокаиваясь.

— Никаких подтверждений причастности магглов, — покачал головой Скорпиус. — Ни одна военная машина, там описанная, и близко не похожа на ту, что совершила нападение. Если, конечно, это была машина…

— Понятно, — отрезал Гарри. — Ты остаешься здесь, — бросил он, разворачиваясь к двери.

Логичнее было бы Скорпиуса взять с собой, но достаточно было бросить на него и мимолетный взгляд, чтобы понять: во время визита к магглам явно произошло что-то неприятное. А посвящать Кингсли в сегодняшнюю демонстрацию малфоевской глупости Гарри не собирался. Конечно, утаивать этот факт было неправильным, и граничило с нарушением устава, но рисковать Скорпиусом Гарри не хотел. Еще неизвестно, как министр отреагирует на все эти теории превосходства, если даже он, Гарри, готов был размазать Малфоя по ближайшей стене.

К счастью, Кингсли в подробности не вдавался, а Гарри никоим образом не выдал свое испорченное настроение.

— Подготовь письменный отчет о сегодняшнем визите, — сказал он Скорпиусу с порога своего кабинета, уже гораздо мягче и спокойнее. — Но сначала поясни, пожалуйста, что ты имел в виду про не машину?

— Вывод, что объект — результат технологического прогресса был сделан, основываясь на двух источниках информации: визуальном осмотре и том факте, что на планете Земля животные такого типа не водятся, — пояснил Скорпиус как всегда слегка занудно. — Однако если допустить, что объект имел внеземное происхождение, утверждать, что это машина, мы не можем. Это может быть и разумное существо, и дрессированное животное, и управляемый биомеханический организм.

— Биомеханический организм… — вслух повторил Гарри. — Во всяком случае, более вероятно, нежели дрессированное животное, — заключил он, обдумывая, с кем бы можно было проконсультироваться на эту тему. — Позвони Ивару, — помолчав, продолжил он. — Спроси, сможет ли он нам организовать встречу со специалистами, занимающимися чем-то вроде биологического моделирования искусственного интеллекта и робототехникой.

— Сделать это до или после написания отчета? — уточнил Скорпиус.

— Боже, Скорпиус! — Гарри закатил глаза. — Разумеется, до!

Скорпиус кивнул и достал телефон. Против воли Гарри прислушивался к каждому сказанному слову, но ничего интересного не услышал — Скорпиус представился, изложил суть проблемы, выслушал ответ и, поблагодарив, попрощался.

— Он перезвонит, когда всё устроит, — сказал он Гарри и призвал пергамент с пером.

— Только, пожалуйста, не вываливай на страницы кучу цифр, — попросил Гарри запоздало. — Число шагов, ступеней и прошедших секунд не играют никакого значения.

Рука уже начавшего писать Скорпиуса замерла над пергаментом, а потом он аккуратно зачеркнул уже написанное.

— Я понял, сэр, — сказал напряженно и начал с новой строки.

— И про свою выходку не упоминай, — медленно добавил Гарри. — Министр ничего не знает. И будем надеяться, что и не узнает, — выдохнул он и потянулся за оставленными Кайлом сводками происшествий за вчерашние сутки.

Остаток дня пролетел незаметно за рутинной работой, и отчет Скорпиуса Гарри прочел только ближе к вечеру. Точнее, пролистал, потому что вдаваться в подробности, написанные крайне заумным канцелярским языком, сил уже не было, тем более, что он и так всё знал. Внимательно прочитал он только пару абзацев — где говорилось о встрече с Роу. Там всё было образцово, и он с легким сердцем отправил отчет в архив.

Рабочий день подошел к концу, и Гарри попросту не знал, как дальше поступить со Скорпиусом. Ждать его приглашения было глупо — вон до сих пор притихший сидит. Вероятно, Малфоя стоит позвать к себе, но в тоже время, он дал понять, что комфортнее чувствует себя в своем магическом доме. Да и в конце концов, может, Скорпиус устал и хочет провести время в одиночестве.

— У тебя были планы на вечер? — спросил Гарри напрямик, решив не тратить время на бесполезные гадания.

— Утром — да, — медленно ответил Скорпиус, странно на него глянув. — А сейчас не знаю. Мне кажется, я сделал сегодня нечто такое, что задело лично вас.

— Научись понимать, что коль уж мы с тобой работаем вместе, подобных моментов может быть немало. И неужели ты каждый раз будешь сомневаться, хочу ли я тебя видеть вечерами? — спросил Гарри, поднимаясь из-за стола.

— Да, но вы подумали, что я мог применить Круциатус, — Скорпиус отвел глаза, отрешенно глядя в сторону. — Я знаю историю и понимаю, почему вы так решили, но я думал, что вы уже достаточно хорошо знаете меня лично.

Вот уж не думал Гарри, что Скорпиус так зацепится об его слова о непростительном, которые и сказаны-то были, скорее, для образности. И если уж совсем честно, он с большой натяжкой мог представить Скорпиуса, щедро раздающего Круциатусы направо и налево. Если что и задело, так это своеволие и непомерная дерзость. Ну и снобизм, конечно — но все же он был не главным. А разъяснять еще и этот момент Гарри был сейчас не готов.

— Все-таки, Малфой, у тебя настоящий талант — мотать мне нервы. Ни днем, ни вечером покоя нет, — с усмешкой выдохнул Гарри. — Ты мне сразу скажи, сколько это еще будет продолжаться, чтоб я хоть морально готов был. Ммм, бестолочь?

Скорпиус глянул на него затравленно и неуверенно пожал плечами.

— Не знаю, сэр. Если бы была инструкция «как не мотать нервы Гарри Поттеру», я её, разумеется, заучил бы.

— Зато по-честному, — улыбнулся Гарри. — К тебе или ко мне? Выбирай, пока я добрый.

— У меня есть отличная комната в бассейне. Как раз для ваших нервов, — слабо улыбнулся Скорпиус. — И можно заказать у поваров большой торт.

— Меня впервые жизни заманивают домой большим тортом, — не удержался Гарри и от души рассмеялся. — Скорпиус, а ты меня будешь в Мунго навещать? Чую, скоро я с тобой совсем чокнусь. Шутка ли дело — столько эмоций за день? Очень скоро наденут на меня ограничители магии, и изолируют от общества, — он перевел дыхание и с улыбкой посмотрел на Скорпиуса. — Но ты же не бросишь любимого шефа?

Скорпиус поднялся со своего кресла и подошел к нему.

— Не брошу. Ни больного, ни здорового, — заверил со всей серьёзностью. — И я думаю, у меня есть, чем искупить свою вину…

— И чем же? — вопросительно протянул Гарри, подпирая спиной наличник. — Вроде торт мне уже обещан.

— Я лучше покажу, — загадочно протянул Скорпиус и взял его за руку.

Он аппарировал в спальню и сразу же произнес раздевающее заклинание. Гарри обрадовался — наконец-то инициатива, да ещё такая активная! Да не тут-то — было вместо того, чтобы повалить Гарри на кровать, как тому мечталось, Скорпиус снова аппарировал.

— Что за?.. — вскрикнул Гарри, когда кожу обожгло, а глаза перестали что-либо видеть. Но прошло пару минут, и он привык и к темноте, и к температуре бурлящей воды. — О, это что-то типа джакузи? — он заинтересованно огляделся. Плотный туман не давал рассмотреть стены помещения, но вода слабо мерцала голубым, и себя в ней он видел достаточно отчетливо. А ещё непонятных пятиугольных существ, неторопливо сползавшихся к нему со всех сторон. — Что это такое? — спросил он напряженно, почувствовав прикосновение к ноге.

— Морские звезды, — Скорпиус поймал одно животное и вытащил из воды. — Особая разновидность. Расслабьтесь, и они сделают вам массаж.

Гарри хотел было малодушно спросить, а стоит ли, но вовремя себя одернул. Навряд ли Скорпиус держал бы у себя этих существ для массажа, если бы ощущения не были поистине стоящими. Еще раз опасливо взглянув на воду — мало ли все-таки чего ожидать от этих звезд — Гарри зажмурился и попытался расслабиться.

— Будем надеяться, что следом не выплывут какие-нибудь пираньи, — выдохнул он и прислушался к ощущениям.

Сначала звезды действовали осторожно, будто знакомясь. Они по одной заползали на кожу и щекотали Гарри мягкими лучиками. А потом то одна, то другая стали мягко нажимать на чувствительные точки, будто чувствуя скопившееся напряжение в мышцах. Очень скоро Гарри расслабился по-настоящему, и тогда звезды наконец показали всё свое мастерство — облепив все тело, они разминали и гладили его в пять маленьких «рук» каждая, где-то нажимая с силой профессионального массажиста, а где-то просто мягко надавливая. Все звезды были разного размера, и сели точно туда, где им было место — самые большие и сильные обхватывали бедра, самые маленькие — пальцы.

— Охренеть, — восторженно прошептал Гарри, стараясь не шевелиться, дабы не спугнуть ни одну из них. — И долго они так будут? — спросил он, заставив себя открыть глаза и посмотреть на Скорпиуса.

Тот сидел рядом, играясь всего с одной звездочкой — видимо, на двоих массажный салон рассчитан не был.

— Пока не почувствуют, что их помощь уже не нужна, — отозвался он с улыбкой. — Ну или пока ты их не стряхнешь.

Ну уж нет — стряхивать их с себя Гарри точно не собирался. Снова закрыв глаза, он отдался полностью удивительным ощущениям, а через некоторое время почувствовал, как одна за другой сползают с него, погрузив в состояние полнейшей релаксации и неземного умиротворения.

— Не знаю, как тебе только пришло в голову поселить их у себя, — улыбнувшись, протянул Гарри, — но идея что надо.

— Ты, видимо, просто не был в хорошем СПА-центре, — пожал плечами Скорпиус. — Там много таких. Разные виды, кто-то живет в горячей воде, кто-то в более прохладной. Мне нравится такое сочетание температуры и массажа. Дальше по плану натирание маслами, для этого есть особая кушетка, но если хочешь, я могу сделать это сам… — он подплыл ближе и провел рукой Гарри по спине. — Если ты, конечно, любишь масло.

— Хочу… и масло люблю, — кивнул Гарри, почувствовав, как член начинает отзываться на простое прикосновение. — А еще, — выдохнул он, — перспектива настолько заманчива, что, думаю, пора отсюда вылезать. Иначе какая-нибудь из звезд скоро поймет, что пропустила самое напряженное место.

Скорпиус опустил глаза на его пах и усмехнулся.

— Нет, для этого у меня приспособлений нет, — заверил его чуть смущенно. — Я решил, что это отдает извращением, хотя мне предлагали парочку специально обученных звезд.

— Вот и хорошо, что нет, — улыбнулся Гарри. — А то домогательства со стороны морской звезды — это уже явный перебор для сегодняшнего дня.

Скорпиус улыбнулся и показал ему, как выбраться на берег. Тот был мягкий и теплый, будто резиновый, но что за материал был использован на самом деле, Гарри не знал. Скорпиус подошел к почти невидимой в темноте стене и достал откуда-то кувшинчик с маслом.

— Ложись, — предложил он. — Прямо на пол.

Когда на спину полилось теплое ароматное масло, сладко пахнущее ванилью и чем-то ещё столь же приятным, Гарри готов был замурлыкать. Скорпиус щедро полил всё его тело, а потом сел сверху, мазнув яйцами по ягодицам, и стал это масло любовно втирать.

Звезды постарались на славу — спина была полностью расслаблена, что обостряло приятное ощущение от скользящих ладоней в десятки раз. Скорпиус втирал масло основательно — начав от шеи, он постепенно спустился к ягодицам, не пропустив ни одного миллиметра распаренной и оттого сверхчувствительной кожи. А может, в ход пошла и его удивительная способность отыскивать самые нужные точки, даря каждым поглаживанием неописуемое наслаждение.

Член давно затвердел и упирался в живот, и Гарри невольно пошевелил бедрами, устраиваясь поудобнее. Тем временем горячие ладони легли на ягодицы, мягко поглаживая и слегка их разминая. Порой Скорпиус забывался и сжимал пальцы сильнее, чем того требовал массаж: и в такие моменты Гарри закусывал губу, чтоб не застонать вслух. Однако можно было и не сдерживаться — тяжелое, прерывистое дыхание и так не оставляло сомнений в его возбужденном состоянии.

Гарри невольно дернул бедрами, и тут Скорпиус поступил ну совсем неожиданно. Вместо того, чтобы усилить нажим, он быстро оставил его задницу в покое и вновь скользнул вверх по спине. Ощутив острую волну разочарования, Гарри понял — еще немного, и он начнет умолять Скорпиуса трахнуть его. От одних мыслей о члене Скорпиуса — длинном и скользком от масла — стало совсем жарко, а распираемый кровью собственный член стал еще тверже и требовательно запульсировал.

Скорпиус снова прошелся по спине, убедился, что там кожа уже была почти сухая, впитав масло, и развернулся лицом к ногам. Сначала одна нога, потом другая — он начал со ступней и икр, и лишь затем неуверенно поднялся к бедрам. Осторожничая и будто чего-то опасаясь, он старательно следил, чтобы руки не совались куда не надо и лишь иногда ненароком касался яиц. Гарри, отчаянно желавшему совсем других прикосновений, все происходящее казалось пыткой, но понять Малфоя он мог — можно было предположить, что после утреннего инцидента он даже и думать не смеет о столь желанном для Гарри развитии событий.

Скорпиус снова мазнул кончиками пальцев по его яйцам и, несмотря на вырвавшийся изо рта Гарри стон, торопливо переместил руку подальше на бедро. Гарри согнул руки в локтях и положил их под подбородок, искоса взглянув на Малфоя. А точнее, на его пах. Вид эрегированного, дрогнувшего члена, блестящего вовсе не от ароматного масла, а от сочащейся по нему смазки, да и самого Скорпиуса, старательно игнорирующего свое возбуждение, заставил глухо сглотнуть и окончательно лишил способности, а главное желания подвергать его действия анализу. Желание было одно — Гарри до зубовного скрежета хотел ощутить этот красивый — и да! идеальный! — член в своей заднице.

— Последние двадцать минут я только и думаю о том, чтобы ты меня трахнул, — проговорил Гарри. — И даже если мне придется воспользоваться правом отдавать приказы, я им воспользуюсь.

Глаза Скорпиуса расширились, а член дернулся так сильно, что шлепнул головкой его по животу.

— Я?.. — переспросил он, гулко сглотнув. — Но… — начал было возражать, но передумал. Вместо этого он дрогнувшими руками взял кувшин и налил масла прямо в ложбинку между ягодиц.

«Определенно, Малфой становится куда сговорчивее», — довольно подумал Гарри. Он закрыл глаза, когда на задницу опустились горячие ладони, и шире раздвинул ноги. Внутри всё уже сжималось от предвкушения, а тело было расслабленно как никогда. Скорпиус явно это почувствовал — едва прикоснувшись к тут же запульсировавшему анусу, он не стал долго кружить у входа, а сразу же медленно ввел внутрь палец. Обжигающее удовольствие, такое же плавное и тягучее, прокатилось по позвоночнику и заставило довольно замычать.

Теперь Скорпиус мягко поглаживал его изнутри, с осторожной настойчивостью разминая не слишком-то зажатые мышцы. Пару раз Гарри чувствовал, как его задница невольно сокращалась и плотно зажимала скользящий внутри палец, но происходило это совершенно не от боли — наоборот, Скорпиус и тут преуспел. Так откровенно он ласкал его впервые, но улавливал каждый отклик его тела, точно запоминая нужные точки и без ошибок находя их вновь. И это Малфой еще не дошел простаты — а Гарри уже нетерпеливо ерзал, подкидывая бедра и вовсю стремясь усилить контакт.

И стоило Гарри об этом подумать, как Скорпиус, будто прочувствовав его желания, аккуратно добавил еще палец и, чуть согнув их, надавил точно на простату, вынуждая Гарри застонать так громко, что вырвавшийся из груди стон больше походил на жалобный всхлип. Пальцы внутри на миг замерли, а затем принялись вовсю исследовать новую точку на ощупь.

— Бляя, остановись, — зажмурился Гарри. — Иначе кончу.

— Это приказ? — уточнил Скорпиус, ещё чуть-чуть усиливая нажим и перебирая пальцами, разминая простату.

— Да-а-а, — только и успел сказать Гарри, когда резкая жгучая волна прошила позвоночник, побуждая подмахнуть задом и одновременно согнуть ноги в коленях. Наслаждение взорвалось и стремительно разлилось по всему телу. Гарри привстал на локтях, глотнул ртом раскаленный воздух, прогнулся в пояснице, расставив ноги так широко, насколько мог. Беспомощно уронил голову, отрешенно качнул ей из стороны в сторону и мощно содрогнулся, наблюдая, как член выстреливает белесой струей.

И тут же сзади раздался ещё один стон, а бедро обожгла горячая струя. Обернувшись, Гарри поймал мутный взгляд Скорпиуса и успел заметить последнюю капельку спермы из зажатого в кулаке члена, упавшую на пол.

Гарри лег набок и, ухватив Скорпиуса за запястье, потянул на себя, укладывая рядом и прижимаясь грудью к горячей вздрагивающей спине.

— Ну вот, ты уже и приказы оспаривать начал, — хмыкнул он, целуя нежную кожу за ухом.

— Неправда… — выдохнул Скорпиус. — Мне помешали обстоятельства непреодолимой силы. Ты не представляешь, как это выглядело!

Гарри улыбнулся, прижал Скорпиуса покрепче и прошептал на самое ухо:

— Но я все еще хочу почувствовать тебя внутри…

Скорпиус обернулся и пылко его поцеловал.

— Это приказ? — прошептал он и улыбнулся.

Глава 6

Кровать у Скорпиуса была буквально пронизана всевозможными чарами, и спалось на ней так здорово, что будильные чары Гарри долго и упорно игнорировал. Когда же их противный писк всё же вынудил его оторвать голову от подушки, то пришлось поспешно уронить ее обратно — в голове что-то трещало и лопалось, будто вместо вкусного кремового торта на ужин были пара бутылок виски.

Вымученно простонав, Гарри закрыл глаза, силясь поудобнее устроиться. До падения Скорпиуса в бассейн было еще полчаса, поэтому можно было спокойно полежать и дождаться, пока головная боль спросонья пройдет сама собой. Но голова, увы, не проходила, как бы Гарри не укладывался — ни на бок, ни на спину, ни на живот.

Гарри медленно сел на кровати, спустил ноги на пол и сделал первый шаг. Все же стоило не лениться, а поискать аптечку с подходящим зельем — и как можно скорее, пока боль окончательно не набрала обороты. Опасаясь, что лекарство быстро не найдется, и он не успеет вернуться в спальню до того момента, как исчезнет кровать — а Скорпиуса макать в бассейн было по-прежнему жаль — он потянулся за волшебной палочкой, отлевитировал его на пушистый ковер, призвал подушку, накрыл одеялом и вышел из спальни.

Сразу за дверью обнаружился нахохлившийся Сола. Он выразительно посмотрел на Гарри, наклонив голову, и заглянул в открытую дверь.

— Спит он, спит, — сказал Гарри сове. — И просыпаться пока не собирается. Начальник, знаешь ли, отпустил.

Он тряхнул головой, огляделся, не слишком хорошо понимая, куда идти — до сих пор в спальню они только аппарировали.

— Ну и где тут аптечка? — буркнул под нос. — Или хотя бы ванная…

К его удивлению, Сола понятливо ухнул и бесшумно сорвался с места. Не слишком надеясь на успех, Гарри пошел за ним — всё равно птица знала дом намного лучше. Сола привел его к кухне и чуть дальше, где в стене тоже оказалась дверь.

— И что это? — поинтересовался Гарри у совы, дернув ручку. Помещение больше всего напоминало шкаф или кладовку — тут были и одежда, и обувь, и какие-то ящики. В углу стоял вполне обычный комод, и именно к нему подлетел Сола, когтями цепляя одну из створок. Гарри едва сдержал удивленный возглас — внутри все немаленькое пространство занимали баночки, склянки и бутылки с разными таблетками и зельями.

Покопавшись на полке, Гарри нашел универсальное обезболивающее зелье и закрыл дверку.

— Я бы тебя угостил, но у меня с собой ничего нет. Но в следующий раз я обязательно принесу тебе что-нибудь, — улыбнулся Гарри сидящему на комоде и наблюдавшему за ним Соле.

Он открутил крышечку и сделал большой глоток, скривившись от противно-кислого привкуса.

— Может, и в ванную меня проводишь? — спросил он.

Сола согласно ухнул, и Гарри даже показалось, что тот кивнул, и сорвался с места в противоположном направлении. Гарри помнил, что душа в этом доме нет, но вот ванная с пушистой пеной была бы весьма кстати.

В бассейн пришлось спускаться по довольно крутой лестнице, но Сола не подвел, прилетев прямиком к той самой комнате, в которой Гарри уже мылся. Поблагодарив сову, он с наслаждением нырнул в теплую воду и поплыл к противоположному берегу, где была чудо-площадка со всеми необходимыми чарами. Волосы, уже успевшие слегка отрасти с прошлого раза, снова сбрили под ноль, а вот кожу, умасленную вчера больше необходимого, кремом смазывать не стали. В спальню Гарри аппарировал изрядно посвежевшим, хотя всё еще слегка сонным. Но главное — без тупой ноющей боли в висках.

Гарри обошел кровать и умостился рядом со Скорпиусом на пушистом ковре, нырнув к нему под одеяло. Лежать оказалось гораздо мягче, чем можно было предположить — скорее всего, магия дома снова позаботилась о своем хозяине. Единственное, чего не хватало — это второй подушки, и Гарри призвал ее, взбил чарами и сунул к себе под голову.

Внезапно Гарри почувствовал, как магия вокруг заискрила, и кровать исчезла, превратившись всего лишь в огромную дыру в полу. Гарри окинул взглядом пустое место и нахмурился — определенно идея с бассейном не казалась столь безопасной, что бы Малфой там ни говорил. Но в этот момент произошло то, что заставило разгладиться глубокую складку на переносице — видимо, даже во сне почувствовав его присутствие, Скорпиус подкатился к нему под бок и перекинул через него ногу, укладывая голову на грудь.

Гарри провел рукой по мягким светлым волосам — осторожно и легко — словно это могло разбудить Скорпиуса. До работы оставалось немного — около часа — но никто их не четвертует, если они слегка задержатся. Провалявшись вот так в обнимку еще некоторое время, Гарри вылез из-под Скорпиуса и приподнялся на локте, призвав пустой стакан. Дело оставалось за «малым» — наполнить его при помощи Агуаменти и вылить на Малфоя.

— Блядь, — процедил Гарри, с неохотой готовясь осуществить эти действия.

Но тут раздалось уже знакомое уханье.

Преисполненный важности — видимо, это был единственный законный способ попасть в хозяйскую спальню — в комнату влетел Сола с бутылкой воды в лапах. Зависнув над спящим хозяином, он ловко выдернул клювом пробку и вылил воду Скорпиусу на лоб.

— Да, уже встаю… — привычно отозвался Скорпиус и потер глаза.

— Доброе утро, — мурлыкнул Гарри, откладывая так и не пригодившийся стакан. — Сола взял на себя всю мою работу, — улыбнулся он и погладил Скорпиуса по руке.

— Что ж, могу только порадоваться, что он не поступил как ты вчера, — хмыкнул Скорпиус. — Признаюсь честно, меня бы это напугало.

— Ну уж нет, — с улыбкой заявил Гарри. — Это исключительно моя прерогатива, — и повел рукой по груди, спускаясь вниз по животу. — Завтракаем и в Аврорат, — выдохнул он, но вопреки словам подмял Скорпиуса под себя, поцеловав его медленно и лениво.

Но долго целоваться им не дали, не говоря уже о чем-то большем — в кармане аккуратно повешенной в шкаф мантии зазвонил телефон.

— Музыка! — изумился Скорпиус, не сразу поняв, откуда звук. — Как такое возможно?..

Он поспешно встал, достал телефон и, прежде чем ответить, рассмотрел его со всех сторон.

— Агент Маккой? — просил, наконец, ткнув в экран. — Да, я понял. Спасибо. Будем у вас за десять минут… Вот как? Хорошо. За час. И я мог бы повести машину. Умею, как ни странно, — он улыбнулся. — Хорошо, до встречи. И вам, — он убрал трубку от уха, внимательно посмотрел на экран и пояснил: — Агент Маккой организовал нам встречу с ведущими разработчиками компании «Робот-технолоджи». Учитывая, что это американская компания, это, видимо, было не так легко.

— Прекрасно, — оживился Гарри, мысленно отдав должное проделанной работе Ивара. Без сомнений, предстоящая встреча пойдет на пользу их расследованию и, возможно, даст основания строить адекватные разумные гипотезы. — А куда ты собрался вести машину? — спросил он, прокручивая в голове услышанный разговор.

— Из здания NCA в здание «Робот-технолоджи», — пояснил Скорпиус. — Агент Маккой не может задать координаты аппарации, придется добираться маггловским способом. Он обещал, что даст мне повести, — он улыбнулся совершенно по-детски счастливой улыбкой.

Гарри закатил глаза и беззлобно фыркнул:

— В субботу точно идем в салон. А то тебя машиной, как ребенка леденцом, приманить можно, — улыбнулся он и поднялся на ноги. — Начинай собираться. Буду ждать тебя в гостиной.

— Вряд ли у агента Маккоя джип, — покачал головой Скорпиус. — Так что приманить меня у него не получится.

— Нормально… — нарочито непринужденно протянул Гарри. — А вот если был бы, то и получилось бы? Ты это хочешь сказать, аврор Малфой? — усмехнулся он, подходя к шкафу. Хотя смешного было мало. Ревновать Скорпиуса к магглу — а Гарри прекрасно помнил его специфичное к ним отношение — было глупо и никак не целесообразно. И Гарри это понимал, но вот внезапно всколыхнувшаяся ревность слабее не становилась.

— Конечно, — пожал плечами Скорпиус. — Ведь тогда мы сможем высадить его где-нибудь и по-быстренькому снова трахнуться на разложенном сидении.

Видимо, эта мысль и некоторые вполне определенные воспоминания пришлись ему по душе, потому расслабленный до этого член дернулся и начал медленно вставать.

Наверное, Гарри никогда не сможет остаться равнодушным от такого зрелища!

— Ты меня провоцируешь, — проговорил он, ощутив зарождающийся в паху жар. — А это чревато тем, что ты останешься без завтрака, — гулко сглотнул и, через силу отводя глаза, полез в шкаф за мантией.

— Не останусь, — уверенно возразил Скорпиус. — Ты не настолько жесток. И потом, я могу поесть так быстро, что ты даже кофе не успеешь допить.

Он говорил, но уверенно встающий член не давал забыть о том, что в этом уникальном мозгу могли одновременно роиться тысячи картинок. И Гарри прекрасно знал, что именно Скорпиус сейчас вспоминал.

— Да причем тут моя жестокость? — Гарри вынул нужную вешалку. — Время… — и вынужден был замолчать на полуслове, натолкнувшись на поплывший взгляд Скорпиуса. — До вечера никак не дотерпишь, искуситель? — выдохнул он и, отругав самого же себя за слабость, накрыл ладонью дрогнувший член.

— Вполне дотерплю, — шепотом ответил Скорпиус, закрывая глаза. — Если ты не будешь меня трогать…

Гарри хмыкнул и убрал руку, отступив на шаг. Но тольоко затем, чтобы отбросить вешалку с мантией подальше и ринуться назад к Скорпиусу, впечатывая его спиной в шкаф.

— Сумасшествие какое-то, — хрипло произнес Гарри и накрыл полураскрытые губы жадным сминающим поцелуем. — Скажи… как ты хочешь? — выдохнул он, балансируя на грани, чтобы рывком не развернуть Скорпиуса лицом к стене, раздвинуть упругие ягодицы и ворваться в ставшее до невыносимости желанным тело.

— Быстро, — без колебаний ответил Скорпиус. — И глубоко… — он в свою очередь обхватил пальцами член Гарри. — И больше в задницу, чем в рот, но и в рот тоже хорошо.

Он попытался было потеснить Гарри к давно вернувшейся на место кровати, но тот ему не позволил, толкнув обратно к шкафу.

Гарри отвел его руку в сторону и, мазнув торопливым и оттого неуклюжим поцелуем по расслабленным губам, резко, как и хотел, развернул Скорпиуса к себе спиной. Быстро сплюнул на пальцы, скользнул по нежным складочкам ануса и, протолкнув в горячую тесноту сразу два, развел их в стороны.

— Расставь ноги пошире, — рвано прошептал он и вынул пальцы. Затем снова смочил их слюной и размазал ее по собственному налившемуся кровью члену.

Скорпиус безропотно подчинился, расставил ноги широко и прогнулся в пояснице, руками упершись в дверцу шкафа. Гарри погладил его по спине, положил ладони на поджарые ягодицы. Наспех насладившись ощущением упругой задницы в руках, он раздвинул их, приставил к дрогнувшему входу влажную головку и коротко толкнулся вперед, с тихим рыком преодолевая тугую тесноту.

Понятное дело, Скорпиуса он растянул недостаточно, поэтому сейчас вталкивался в него коротко, одновременно притягивая его за бедра и рывками насаживая на себя.

Как ни странно, Скорпиус ни звуком, ни жестом не показывал, что ему больно — будто прислушивался к себе. Однако мышцы внутри него расслабляться не спешили, и Гарри заставил себя остановиться.

— Все нормально? — напряженно просил он. — Тебе больно?

— Это очень необычные ощущения, — задумчиво отозвался Скорпиус. — Интересные. Я такого еще не испытывал.

Решив, что для экспериментов он найдет более подходящее время, Гарри скользнул рукой к его поджавшимся яйцам и невесомо провел кончиками пальцев по бархатистой коже. Скорее щекоча, нежели поглаживая, он приласкал нежную плоть, а затем обхватил запульсировавший член и мощно двинул ладонью по стволу.

Скорпиус что-то промычал, мелко содрогнулся и невольно расслабил напряженные мышцы. Гарри хватило этой секунды с лихвой — стиснув зубы, он протолкнулся в Скорпиуса сразу на всю длину, звучно шлепнувшись яйцами о его задницу.

Дальше все было так, как просил Скорпиус — глубоко, на полную длину члена, и очень быстро. После вчерашнего ленивого и размеренного секса этот, быстрый и спонтанный, казался еще ярче. Кончая, Скорпиус оставил длинную белую струю на стенке шкафа, а Гарри закапал ковер, вытолкнув членом большую часть спермы наружу и только затем прекратив двигаться.

Развернувшись, Скорпиус с чувством его поцеловал и заявил:

— Вот такой утренний секс мне нравится гораздо больше, чем когда я и оргазма-то толком не чувствую!

Гарри улыбнулся, обдал обоих очищающими чарами и, наконец, принялся одеваться.

— Двадцать восемь минут, — объявил он, застегивая торопливо застегивая пуговицы. — Ты в ванную идешь?

— Я себя не чувствую человеком, если не поплаваю с утра, — осторожно признался Скорпиус, и Гарри запоздало сообразил, что раз уж весь дом Малфоя был построен с учетом культа воды, то ему следовало бы об этом догадаться, прежде чем тащить Скорпиуса к себе домой, где даже воздух был сухой до безобразия.

— Давай бегом, — кивнул он и, решив, что для встречи больше подойдет маггловская одежда, трансфигурировал мантию в строгий костюм наподобие того, что носил агент Маккой.

Позавтракали и собрались они действительно быстро. До назначенного Иваром времени осталось несколько минут. Уже покидая кухню, Гарри взял Скорпиуса за руку и медленно его поцеловал.

— Только не третируй магглов, — безо всякой строгости в голосе проговорил он.

— Слова лишнего не скажу, — пообещал Скорпиус.

Ивар ждал их у входа в здание NCA и не выглядел удивленным, когда авроры просто вынырнули из-за угла. Видимо, об аппарации он знал.

— Доброе утро! — поприветствовал он их с улыбкой. — Надеюсь, я не разбудил вас, мистер Малфой?

— Разбудить меня музыкой физически невозможно, — заверил его Скорпиус. — И кстати, мне надо настроить чары еще и на звонок телефона… — добавил задумчиво.

— Доброе утро, — сдержанно поздоровался Гарри. — Большое спасибо за вашу оперативность, — поблагодарил он Ивара. — И это уже не от лица Аврората, а лично от меня. Понимаю, сколько времени мы отнимаем у вас.

— Не стоит переживать, мистер Поттер. Я всего лишь выполняю свою работу, — предельно вежливым тоном ответил Маккой и снова перевел взгляд на Скорпиуса. — Кажется, вы хотели сесть за руль? — улыбнулся он, протягивая Малфою ключи.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил Скорпиус, но глаза его выдали, и улыбка Ивара стала шире. — Только скажите мне, пожалуйста, адрес.

— Хайдон-стрит, 14. Но я, признаться, сам не знаю, где это, — Ивар достал из кармана сложенную карту. — Надо посмотреть…

— Не нужно, — покачал головой Скорпиус. — Карту этого города я уже видел. Дорога займет тридцать девять минут семнадцать секунд.

— Скорпиус, ты не сможешь вести машину так же, как в прошлый раз, — негромко сказал ему Гарри. — В городе действует ограничение скорости, плюс есть еще пешеходы, светофоры и прочие неприятности. И, конечно, пробки.

Ивар прислушивался к их разговору и огромным интересом и, одновременно, недоумением.

— Ограничение скорости? — разочарованно протянул Скорпиус и полез в карман за «АйДжампом». Потратив на обучение правилам дорожного движения пару секунд, он раздраженно передернул плечами. — Предлагаю аппарировать, — сказал напряженно. — Или наложить на машину чары, что предпочтительнее.

— Простите, но боюсь к привычному для вас способу перемещения я не готов, — осторожно произнес Маккой. — Предлагаю все же воспользоваться машиной. А о каких чарах вы говорите? — с интересом протянул он.

— Невидимости, отвода глаз, антимаггловские — любые на выбор, — пояснил Скорпиус. — Сэр? — обратился он к Гарри уже непривычно официально. — Вы разрешите?

Поразмыслив несколько секунд, Гарри кивнул, тщательно взвесив все за и против — действительно стоять на бесконечных светофорах или того хуже — в многочасовой пробке никак не улыбалось.

— Только будь предельно внимателен и не спровоцируй аварию, — кивнул Гарри. — Чары выбирай сам, какие больше нравятся, — добавил он. — Мистер Маккой, не будем больше терять времени.

— Аварию, сэр? — переспросил Скорпиус и чуть заметно усмехнулся. — Это не про меня.

И уверенно пошел к одной из припаркованных неподалеку машин.

— У вас в Аврорате все такие? — спросил Ивар негромко. — Или вы вообще все такие?

— Через одного, — буркнул Гарри, снова заприметив интерес в глазах Маккоя. И как он успел заметить, все более возрастающий интерес. — Если доведется, сможете лично убедиться, — добавил с улыбкой и шагнул вслед за Скорпиусом.

Маккой, разумеется, услышал насмешку в его голосе и нахмурился, однако быстро отошел, увидев, что Скорпиус не ошибся с машиной и уже успел сесть за руль.

— Пристегнитесь, пожалуйста, — попросил Скорпиус, доставая палочку. — И вы, мистер Поттер, тоже. Некоторые повороты будут довольно резкими.

Ивар послушно перекинул через себя ремень безопасности, не сводя завороженного взгляда с нашептывающего заклинания Скорпиуса. Проследив, как надо пристегиваться, Гарри повторил действия Маккоя и расслабленно откинулся на спинку сидения, с интересом поглядывая на Малфоя в зеркало заднего вида.

Тем временем Скорпиус, покончив с чарами, завел машину, незаметно для Ивара огладил руль и медленно вдавил педаль газа, постепенно набирая скорость.

К счастью, Гарри примерно представлял, что стоит ожидать от Скорпиуса, дорвавшегося до полюбившейся игрушки, но вот для несчастного Ивара феноменальные способности Малфоя к вождению машины оказались сюрпризом.

— О Боже! — выдохнул Маккой, когда Скорпиус набрал невероятную для города скорость. Он вцепился в сидение, стиснул зубы и сумел слегка расслабиться только после первого десятка машин, которые Скорпиус обогнал с ювелирной точностью. — Как вам это удается? Это магия, да?.. — выдохнул он с благоговением.

— Скорее, особенность организма, — хмыкнул Скорпиус и достал «АйДжамп» одной рукой. Ивар с ужасом за ним наблюдал, но не посмел делать замечания. — Не волнуйтесь, я параллельно ещё пятьдесят книг мог бы читать, если б рук хватило, — с легкой улыбкой успокоил его Скорпиус, явно восприняв просьбу Гарри не пугать магглов чересчур буквально.

— Вам бы на «Формулу-1», — выдохнул Ивар и, решив, что, должно быть, отвлекает Скорпиуса, повернулся к Гарри. — Сколько лет мистер Малфой за рулем?

— Менее года, — уклончиво ответил Гарри, решив не говорить правду и не вселять в сердце Маккоя лишний страх за свою жизнь.

— Потрясающие навыки, — с явным уважением протянул Ивар. — Подумайте об автоспорте, — снова обратился к Скорпиусу. — Серьезно. Вы могли бы прославиться на весь мир, — улыбнулся он. — Во всяком случае, на наш мир уж точно, — тут же поправился он.

— Если бы он хотел славы, то точно не стал бы размениваться на такие мелочи, — не удержался Гарри от комментария и пояснил явно непонимающему суть происходящего Маккою: — Он заменил бы всё ваше NCA. Один.

— Вполне возможно, — сдержанно ответил Ивар, явно вспомнив, с какой скоростью Скорпиус мог поглощать тонны информации. — Правда, спортсменов все же любят больше, — чуть подумав, заключил он и снова широко улыбнулся.

— Не уверен, что я хочу, чтобы меня все любили, — вмешался Скорпиус. — Это должно утомлять. Если будет любить один — этого вполне достаточно.

Услышав эти слова, Гарри чуть заметно улыбнулся и отвернулся в окно, стараясь не выдать обрушившихся на него эмоций. Конечно, любой мог принять произнесенное Скорпиусом всего лишь за выражение жизненной позиции. Любой, но только не Гарри, успевший хорошенько его изучить.

«Наверное, именно это называют страстью. А мысль двадцать три начиналась на слово „Или“», — тут же вспомнились недавно сказанные Малфоем слова. И если в тот вечер Гарри могли посетить кое-какие сомнения в их достоверности — то сейчас все они стремительно стирались и исчезали.

За последние дни это было уже второе признание — скрытое, потаенное и, наверное, от этого еще более волнующее.

— О, стремление к моногамии… редкое явление для наших дней, — вновь раздался голос Маккоя. — И если мистер Поттер сказал правду, и в вашем Аврорате такие, как вы, встречаются через одного, то у вас там настоящий заповедник, — усмехнулся он.

— Мистер Поттер так сказал? — Скорпиус удивленно глянул на Гарри в зеркало. — Что ж, если сказал, значит, так оно и есть.

— А вы, мистер Маккой? — быстро спросил Гарри. — Как вы относитесь к моногамии? Вы женаты?

— К моногамии я отношусь крайне неоднозначно, мистер Поттер, а вот с женитьбой… — Ивар слегка замялся, а потом с улыбкой пожал плечами. — Не сложилось. А что насчет вас? Мне почему-то кажется, что у вас большая семья.

— Вы ошиблись, мистер Маккой, — Гарри вернул вежливую улыбку. — Списки завидных холостяков магической Британии я пополнил еще четырнадцать лет назад.

Если вообще не возглавил этот рейтинг, мысленно закончил он и посмотрел на сосредоточенного на дороге Скорпиуса.

Вот взять бы этому Ивару и голову сейчас свернуть за его длинный и глупый язык! Кто знает, что по его милости теперь творится в малфоевской голове!

Впрочем, в неведении он оставался недолго. Ивар, разумеется, не обошел вопросом и Скорпиуса.

— Мистер Малфой, а у вас, я вижу, нет кольца, — проницательно заметил Ивар.

— И не будет, — спокойно ответил Скорпиус и резко крутанул руль, четко входя в крутой поворот. — Я гомосексуалист.

Такого откровения Маккой явно не ожидал — он поперхнулся, закашлялся и виновато улыбнулся, пытаясь переждать спазмы в горле.

— Простите, — продолжил Ивар. — Мне стоило догадаться, когда вы сказали про одного.

Гарри взглянул в зеркало и мысленно выматерился, проклиная и поездку эту, и Маккоя вместе с ней. Вот ведь чертов хитрец — не надо быть легилиментом, чтобы ощутить исходящий от него интерес к Малфою. Всеми правдами и неправдами решил ведь разузнать, открыта ли ему дорога.

— И это не просто были слова, мистер Маккой. Насколько я знаю, Скорпиус состоит в отношениях. Достаточно серьезных и длительных, — вмешался Гарри, даже не заметив, что назвал Малфоя по имени, нарушая показную субординацию.

Скорпиус глянул на него в зеркало и улыбнулся краешком губ.

— Еще раз простите, — если Ивар и был разочарован, виду он не подал. — Думаю, это не моё дело.

И все же взгляд, который он бросил на Скорпиуса, Гарри не понравился. К счастью, скоро стало не до выяснений личных предпочтений: Скорпиус ни с того ни с сего резко дал по тормозам.

— Прошу меня простить, — сказал он сдавленно. — Я на минуту.

Он быстро вышел из машины, оставив Гарри и Ивара озадаченно переглядываться.

— Он тяжело переживает свою ориентацию? — спросил Маккой озабоченно. — Я надавил на больное?

А Гарри и сам хотел бы знать, что происходит. Он и так еле удержался от того, чтобы не ринуться следом за Малфоем с выяснениями, что случилось… Да и объяснить не мешало, отчего Маккой «пересказал» его слова, что такие, как Скорпиус встречаются через одного.

— Прежде не замечал, — растерянно проговорил он и выглянул в окно, ища глазами Скорпиуса.

Тем временем Скорпиус миновал придорожные кусты и, не задумываясь, перешагнул через живую изгородь забора.

— Там, кажется, какая-то птица, — наконец разглядел объект малфоевского интереса Ивар. — Ворона, кажется, или голубь… Хотя нет. Слишком крупная.

— Сова, — безошибочно опознал Гарри и едва не рассмеялся. Ну это надо же! Даже среди маггловского Лондона Скорпиус умудрился найти сову.

Вернулся Скорпиус быстро — птица легко дала себя поймать и даже, казалось, сама пошла к Малфою.

— Мистер Поттер, вы не возражаете? — спросил Скорпиус, открыв заднюю дверь. — Или посадить в багажник? У нее что-то с крылом.

— Какой еще багажник? Живо давай мне ее на руки, — отозвался Гарри. — Бедняга, — с сожалением произнес он, посадив сову к себе на колени.

И хотя попавшую в передрягу птицу очень было жаль, и Гарри искренне сочувствовал ей, он ощутил, будто с души спал камень. Как хорошо, что причиной сдавленного малфоевского голоса на этот раз был не он. И все же, объясниться со Скорпиусом все же стоило.

Но это уже дома и на кровати, рассудил Гарри, припоминая самые действенные способы демонстрации Малфою отношения к нему.

— У нее письмо на лапе, — сказал Скорпиус, дергая машину с места. — И довольно потрепанное. Наверное, уже долго ищет адресата. Когда доедем я аппарирую её домой. Мои её накормят.

— Ваши родители? — уточнил Ивар с интересом.

— Мои совы, — поправил Скорпиус, и у Маккоя от удивления вытянулось лицо.

— Вы разводите сов? — чуть придя в себя, спросил он. — Не думал, что их легко приручить. Как любопытно… — словно рассуждая вслух, произнес он. — Мистер Малфой, — чуть погодя, обратился он. — Могу я взглянуть на ваших птиц? Признаться, живьем я их никогда не видел. Только на картинках.

От такого откровенного подката Гарри стиснул зубы столь сильно, что заходили желваки. К счастью, никто — ни Ивар, ни Скорпиус — этого не увидел. Поэтому, быстро взяв себя в руки, Гарри проговорил как можно спокойнее:

— Для этого вам придется аппарировать. Не самое приятное ощущения для новичка, — сообщил он. — А эта чем вам не объект для наблюдений? — он кивнул на сидевшую на коленях сову. — Прекрасный экземпляр. Уставшая, правда, но тем лучше для вас — меньше вероятности, что прокусит клювом палец.

— Признаюсь, мне интересны не только совы, — простодушно улыбнулся Ивар. — Но и ваша загадочная «аппарация» и магический город. Вы сейчас фактически у меня в гостях, и я боюсь, что мне может не представиться возможности напроситься с ответным визитом.

— Я живу не в городе, мистер Маккой, — разочаровал его Скорпиус. — Но если вам интересно, вы, конечно, можете посмотреть на сов и мой дом. Магии там достаточно много, чтобы понять разницу между нашими мирами. При условии, что мистер Поттер не будет возражать.

«Интересны ему не только совы. Да уж конечно — подобраться к Скорпиусу куда интереснее», — возмутился про себя Гарри, тщательно следя за лицом, чтобы ничем не выдать свои эмоции, и опустил глаза на сову, не давая пока никакого ответа.

Ведь вполне могло так случиться, что не почувствовав встречного восторга, Ивар постесняется напрашиваться в гости к Малфою во второй раз.

Могло, конечно. Но не случилось.

— Совсем не обязательно принимать меня в рабочее время, — быстро сориентировался тот. — Предполагаю, насколько вы заняты. Поэтому можно распланировать какой-нибудь вечер. Мистер Поттер ведь не будет против моего визита в свободное от работы время?

— Будет. И в утреннее, и в дневное, и в вечернее, — вырвалось у Гарри прежде, чем он успел подумать о возможных последствиях столь резкого отказа. — Пока у меня на руках не будет соответствующего министерского разрешения на пересечение вами границы. Простите, — смягчив голос, добавил он. — Но принимать подобное решение в одиночку не в моей компетенции.

Скорпиус бросил на него быстрый и красноречивый взгляд — потому что такое разрешение было как раз в компетенции Главного аврора, более того, только в его, и больше ничьей.

— Простите, мистер Маккой, — дежурно извинился он и остановил машину. — Мы приехали. До встречи пятнадцать минут сорок секунд, и я хотел бы потратить половину данного времени на сову. Прошу меня извинить.

Он забрал у Гарри нахохленную птицу и аппарировал прямо из машины.

— Мистер Поттер, а вы ведь росли среди нас, да? В этом мире, — спросил вдруг Ивар. — Нам предоставили краткие сведения о вас и мистере Малфое, равно как и о магическом мире вообще. И кстати, разрешение о пересечении границ у меня есть, но, я так понимаю, это не важно, — он проницательно на него посмотрел. — Такой ценный сотрудник, как мистер Малфой, не должен растрачивать свое время впустую.

А вот новость о разрешении пересечении границы была полной неожиданностью. Хотя, конечно, стоило предположить, что за очередное сотрудничество магглы захотят воспользоваться возможностью сунуть свои любопытные носы в магическую часть Лондона.

— Да вы правы, детство я провел здесь, — выдохнул Гарри, имея в виду мир магглов. — Ну а коль вам выдали соответствующую бумагу, не вижу причин отказывать вам в гостевом визите, — стараясь не заскрежетать зубами, выдавил он. — Конечно, вам понадобится сопровождение, и мы с мистером Малфоем с удовольствием побудем ваши гидами, — закончил Гарри, надеясь, что сарказм в его голосе звучит не слишком явно.

Ивар едва заметно прищурился, но улыбнулся вполне искренне.

— Это было бы прекрасно.

Скорпиус вернулся быстро, появившись не за рулем, а на заднем сиденье рядом с Гарри.

— Сола считает, что дело скверно, — сказал он ему. — Наверное, придется показать сову ветеринару. Сэр, вы отпустите меня после встречи на пару часов? Я могу отработать эти часы на следующей неделе.

Гарри смерил его, должно быть, очень странным взглядом — смесью крайнего удивления и настороженности. Зачем Скорпиус спрашивает, отпустит ли его Гарри, это понятно. Но зачем он говорит про какую-то там отработку, оставалось неясным. Намеренно демонстрирует перед Иваром субординацию «начальник-подчиненный»?

— Конечно, — так и не найдя ответа на свой вопрос, кивнул он. — А насчет прогулянных часов, поговорим позже, — тихо добавил и обратился к Ивару. — Простите, мистер Маккой, но экскурсию придется отложить. Мистер Малфой сегодня будет занят совой.

— Ничего, я всё понимаю, — отмахнулся Ивар. — Бедное животное, — сказал с сочувствием. — Надеюсь, мистер Сола ошибся, что вполне вероятно, если он не специалист по совам.

— Думаю, вполне себе специалист, — усмехнулся Скорпиус. — Сола — это бородатая неясыть. Сова.

Недоумение в глазах Ивара можно было сфотографировать на пленку, но Скорпиус не придал ему значения и не стал больше ничего пояснять. Он вышел из машины и одернул непривычный маггловский пиджак.

— У нас семь минут, — сказал громко.

Гарри торопливо вышел из машины, надеясь опередить Ивара и успеть перекинуться со Скорпиусом парой слов — но, увы, тщетно. Маккой не то, что был настолько же проворен — он еще успел и опередить Гарри, становясь рядом со Скорпиусом на долю секунды раньше.

— Я думаю, мы можем зайти внутрь и подождать в холле, — предложил Ивар и, дождавшись, пока Скорпиус сделает первый шаг, зашагал рядом с ним.

И тут же невольно убежал вперед, потому что Скорпиус замер среди лестницы, задрав голову и с интересом разглядывая полностью стеклянный небоскреб.

— Так много людей, — сказал он поравнявшемуся с ним Гарри. — Если допустить, что на каждом этаже находится… А впрочем не важно, — он улыбнулся, оборвав сам себя до того как начать озвучивать цифры. — Просто очень много. Вряд ли я смог бы жить и работать в таком месте.

— Думаю, дело привычки, — отозвался Гарри. — Что за цирк с отработкой? — тихо спросил он, сдерживая себя, чтоб не схватить Скорпиуса за локоть, развернуть к себе и не заглянуть ему в глаза. — Ты же прекрасно знаешь, что я и так бы разрешил отнести сову к доктору.

— Я надеялся на это, — осторожно сказал Скорпиус и развернулся к нему сам. — Прости, — он обезоруживающе улыбнулся. — Я пока не очень хорошо понимаю, как нужно вести себя, учитывая, что ты одновременно мой любовник и начальник.

— Придется научиться, — улыбнулся в ответ Гарри, вмиг теряя все свое раздражение, и незаметно коснулся его ладони. — Пошли, не то ученые нас не дождутся, — выдохнул он и, сжав напоследок его руку, шагнул за остановившимся у входа в здание Иваром.

— Если вас интересует наша архитектура, то я мог бы показать вам кое-какие здания последних лет, — предложил Ивар, когда они пересекали огромный холл. — Они высокотехнологичны. Вряд ли вы видели что-то подобное.

— Мне несколько неуютно в вашем городе, — признался Скорпиус к удивлению обоих. — Умом я понимаю, что всё вокруг прекрасно держится и без магии, и даже специально прочел в Интернете несколько статей о том, как всё устроено, но сердце протестует, — он смущенно улыбнулся. — Мистер Поттер меня поймет. Мне даже у него дома некомфортно.

— И это при том, что у меня совсем не небоскреб, — поспешно кивнул Гарри, столкнувшись взглядом с окончательно растерявшимся Маккоем.

— Представляю, как у вас, должно быть много работы, раз вы вынуждены брать часть ее на дом, — покачал головой Ивар и подошел к лифту. — Нам нужен самый верхний этаж. Предлагаю воспользоваться лифтом. Вам знакомо, что это такое? — обратился он к Скорпиусу.

— Да, в нашем министерстве есть лифт, — в очередной раз удивил его Скорпиус. — Правда, не уверен, что он похож на ваш. А вообще-то это даже забавно, — он улыбнулся Ивару. — Похоже на какую-то игру — найди три миллиарда сто тысяч двести сорок одно отличие. По крайней мере, я пока что насчитал именно столько.

— Теперь вы можете понять мое любопытство и желание посмотреть на ваш город, — переваривая озвученные Скорпиусом цифры, произнес Ивар. — А потом с удовольствием послушаю ваш список отличий и поделюсь своим, — улыбнулся он и нажал кнопку лифта.

— Про три миллиарда — это не шутка, — предупредил его Гарри, вновь подмечая чересчур заинтересованный взгляд Маккоя.

— Прекрасно, — улыбнулся Ивар. — Насколько я понимаю, наше сотрудничество несет долгосрочный характер. Думаю, нам с мистером Малфоем времени должно хватить.

Ответить Гарри не успел — в этот момент двери лифта раздвинулись, и все трое вошли в пустую кабину.

— Он едет только вверх? — оглядываясь, поинтересовался Скорпиус.

— И вниз, — чуть растерянно уточнил Ивар. — А есть еще какие-то варианты?

Гарри и Скорпиус переглянулись и понимающе друг другу улыбнулись.

— Мистер Маккой, а каково ваше мнение, тот объект, что совершил нападение, это маггловская разработка? — переменил тему Скорпиус.

— Маггловская? — недоуменно переспросил Ивар. — Ах да, — улыбнулся он, — никак не могу привыкнуть, как вы нас называете, — и тут же посерьезнев, добавил: — Мы сами задаем себе этот вопрос. Но… если вы хотите знать мое личное мнение, то нет. Потому как то, что мы видели — феноменально и не попадает ни под какие рамки. Раньше такое можно было только на экране кинотеатра увидеть. А как насчет вас… вы все еще уверены, что это была провокация с нашей, маггловской, стороны? — выделив последние слова, с улыбкой спросил Маккой. Однако в глазах его на сей раз словно застыл лед.

— Мне сложно судить, — покачал головой Скорпиус. — Я слишком мало о вас знаю. Но если бы я захотел куда-то прорваться, я бы сделал это совсем иначе, особенно, учитывая, что магглы и маги внешне неразличимы.

Ивар моргнул, и лед в глазах сменился на понимание.

— Я знаю, что вы взломали секретные архивы американских спецслужб, — сказал он тихо. — Там есть упоминание о чем-то подобном?

— Нет, но кое-какие выводы мы с мистером Поттером сделали.

— Скорпиус… простите, я могу вас так называть? Мы и сами заинтересованы в скорейшем раскрытии этого дела. Фигурально выражаясь, сегодня эта штуковина стремилась прорваться к вам. Но поймите, она не могла взяться из ниоткуда. А значит, некоторое время назад она вторглась на нашу территорию. А ведь мы ни сном, ни духом… — выдохнул Ивар. — Да, и вы можете называть меня по имени.

— Не уверен, что это было бы удобно…. — попытался было увильнуть Скорпиус, но Ивар отмахнулся.

— Разумеется, удобно. Тем более, должности у нас почти одинаковые.

Тут лифт наконец приехал, и у дверей их уже встречали.

— Мистер Маккой? — вежливо улыбнулась миловидная секретарша. — Прошу вас и ваших спутников следовать за мной.

* * *

— Итак, если данные разведки не подтвердят наличие таких технологий у других стран, можно с вероятностью на восемьдесят четыре процента исключить маггловское происхождение объекта, — сказал Скорпиус задумчиво. В «Робот-техноложди» пришли в восторг от показанной записи и клятвенно заверили их, что это исключительно хорошие видеоспецэффекты. Разумеется, просвещать техников о том, что запись подлинная, никто не стал.

«И снова тупик», — разочарованно подумал Гарри. Признаться, он было понадеялся, что встреча с разработчиками хоть частично прольет свет на их расследование. Теперь же Скорпиус окончательно углубится в свою теорию внеземного вмешательства.

И контраргументов ведь нет, за исключением одного лишь здравого смысла. Да, Гарри готов был с упорством барана стоять на своем, откидывая эти сумасшедшие гипотезы, и — что плохо — не выдвигая своих, потому все его существо решительно вопило против бредовых идей инопланетного вторжения.

— Скорпиус, а каковы ваши предположения? — голос Маккоя вывел из раздумий. — Вы упоминали о том, что уже пришли к некоторым выводам.

— Если вы не возражаете, я поделюсь соображениями за обедом, — Скорпиус виновато глянул на Гарри, и тот вспомнил, что утром на завтрак у них было чертовски мало времени. — Но только при условии, что вы не будете шокированы увиденным, Ивар, — добавил он со смешком.

— И чем вы меня собираетесь шокировать? Спортивным питанием? — улыбнулся Ивар, взглянув на Скорпиуса как-то особенно оценивающе.

— Ну да, спортивным, — хмыкнул Гарри, в деталях вообразив предстоящую сцену и шокированного Маккоя.

— Здесь неподалеку есть очень приличный ресторан. И кухня там на любой вкус, — произнес Ивар, только сейчас отлипнув взглядом от Малфоя.

— Не думаю, что это хорошая идея, — покачал головой Скорпиус. — Вы так стремились увидеть часть нашего мира, что я был бы очень невежлив, не пригласи я вас к себе домой. Тем более, что несчастные официанты не заслужили такой страшной участи как кормить меня обедом.

— Боюсь, сегодня не получится, — покачал головой Ивар. — К сожалению, необходимые мистеру Поттеру бумаги у меня в кабинете, — и снова посмотрел на Скорпиуса долгим взглядом, явно проклиная себя, что не прихватил нужные документы.

— Придется поверить вам на слово, — чуть помолчав, произнес Гарри. — К тому же обед дома займет гораздо меньше времени, нежели поход в ресторан, — продолжил он. Видеть Ивара Маккоя в малфоевском доме не хотелось, но сейчас стоило побеспокоиться прежде всего о Скорпиусе. Еще неизвестно — как долго будут готовить повара в ресторане. А коли уж Малфой заикнулся об обеде — значит, действительно голоден. — Судя по всему ожидание заказа и вам по душе не придется. Раз смотрите на моего помощника такими голодными глазами, — не смог удержаться Гарри.

Он тут же пожалел о своих словах, но реакция обоих мужчин позабавила — сначала они совершенно одинаково уставились на него круглыми от шока глазами, а потом Ивар стиснул зубы и зло прищурился, борясь с заливающей лицо краской, а Скорпиус нервно сглотнул.

— Я нигде не встречал упоминания, что среди магглов распространен каннибализм, — сказал он напряженно. — Или мне следовало смотреть на том сайте, на который я поклялся больше никогда не заходить? — он вопросительно выгнул бровь и едва заметно скривился от отвращения.

— Если мистер Маккой родом не из внутренней Африки или какой-нибудь там новой Гвинеи, уверен, бояться его не стоит, — широко улыбнулся Гарри. — А сайт тот вообще ни при чем, — с уверенностью сообщил он.

Еще не хватало, чтобы Малфой весь обед косился на бедолагу — тот вон и так себя не в своей тарелке после чувствует.

— Тогда прошу прощения, — Скорпиус виновато посмотрел на Маккоя. — Пожалуй, вы должны знать, что я так же плохо разбираюсь в человеческих отношениях, как и в вашем мире. Поэтому могу вести себя неадекватно.

— Вот как? — к раздражению Гарри, Ивар посмотрел на него с нескрываемой теплотой. — Как печально. Вы, наверное, учились в закрытой школе?

— Что-то вроде того, — кивнул Скорпиус и протянул ему ключи от машины. — Думаю, они мне больше не понадобятся. Сейчас лучше аппарировать.

— Хорошо, — согласился Маккой. — Вернусь за ней позже.

Они покинули здание «Робот-технолоджи» и вышли в относительно безлюдный переулок. Дождавшись, пока пара прохожих скроется за углом, Гарри одновременно протянул руки и Скопиусу, и Ивару.

— Мистер Маккой, аппарация с непривычки покажется вам весьма неприятной. Главное, не бойтесь, ничего смертельного в ней нет, — произнес Гарри доверительным тоном.

— Я готов, — с вызовом бросил Ивар, видимо, все еще злясь на Гарри за «голодные глаза».

Дождавшись, пока в его ладони лягут две мужские руки, он аппарировал, утягивая всех в вихревую воронку.

В столовой, к счастью, не оказалось ни одной совы — почему-то Гарри не хотелось, чтобы птицы приветствовали Маккоя так же, как их со Скорпиусом. Это сильно отдавало ревностью, тем более, что он уже успел привязаться к совам и к этому дому.

Если Маккой и удивился тому, что увидел, то это было не слишком заметно. Он с любопытством осмотрелся и, тронув пальцем табурет, заметил:

— Потрясающие фотообои. Хорошо бы у нас научились делать их с такой же восхитительной достоверностью. Ну и, конечно, у нас изображение пока не двигается. Должен заметить, у вас прекрасный вкус, — сказал он Скорпиусу. — Вы любите путешествовать?

— С некоторых пор да, — Скорпиус глянул на Гарри красноречивый взгляд. — Но с убранством комнаты это не связано.

— Да? И с чем связано? — скорее на автомате спросил Ивар, засмотревшись на одно из движущихся изображений.

— Предполагаю, что со мной, — отчетливо проговорил Гарри и подошел к Скорпиусу вплотную.

— Да, у нас с мистером Поттером выдалась интересная командировка, — безо всякого смущения подтвердил Скорпиус, явно не поняв скрытого подтекста, и активировал связь с рестораном. — Добрый день, Сиена. У меня гости, поэтому будь добра, обед для меня и двоих моих гостей.

— Какую кухню предпочитаете сегодня, мистер Малфой? — лучезарно улыбнулась ему девушка с экрана.

— Удивите меня, — вернул улыбку Скорпиус и отключился.

— Они готовят специально для вас? — с восхищением протянул Ивар и тут же прищурился, оценивая расстояние между Гарри и Скорпиусом. А точнее практически его отсутствие. — А где ваши совы, Скорпиус? Вы мне покажете их? — спохватившись, что будто повисшая пауза затянулась по его вине, торопливо выпалил он.

— Пока еду готовят, пойдем посмотрим на твою новую подопечную? — предложил Гарри, машинально погладив Скорпиуса по руке. — Заодно покажешь мистеру Маккою остальных.

Скорпиус нахмурился и вдруг громко свистнул.

— Не уверен, можно ли его тревожить, — туманно пояснил он. Но всё сразу стало понятно, когда в столовую влетели Сола и Йока. — Ну как дела? — спросил у них Скорпиус.

Ивар наблюдал за всем этим с изумлением, и Гарри, признаться, от него не отставал. Что могли ответить совы?.. Они же не попугаи и даже не вороны.

Как оказалось — многое. Сола задорно ухнул и захлопал крыльями, а потом описал в воздухе какую-то фигуру, затем ещё одну и еще. Потом к нему присоединилась Йока, и они исполнили целый танец.

— Отлично, — удовлетворенно кивнул Скорпиус. — Тогда мы сейчас поедим, и я свожу его к доктору Шу. И кто-нибудь, попытайтесь найти адресата, кому он нес письмо. Только без фанатизма.

Совы дружно ухнули и вылетели из кухни, на прощанье задев крыльями его макушку.

— Они сказали, что он оправился и поел, — пересказал Скорпиус послание для Гарри и Ивара. — И крыло уже почти не болит. Симптом не очень хороший, но это лучше, чем если бы он мучился.

Гарри кивнул и приготовился идти в совятник, но вынужден был остановиться, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. Судя по всему, показывать Ивару остальных Скорпиус не собирался. Неужели видеть его совятник мог только узкий круг людей, в который Гарри волей судьбы как раз и попал?

Мысль так и успела оформиться в голове, как на обеденном столе внезапно появились тарелки, приборы, а секундой позже — сервированные блюда. На сей раз Рейчел решила удивить Скорпиуса рецептами немецкой кухни. Не прошло и полминуты, как стол ломился от многообразия отварных овощей, больших мясных рулетов и маленьких жареных колбасок, какой-то запеченной рыбы под несколькими видами соусов. Довершали картину тарелки с квашеной капустой и огромной миской картофельного салата.

— Господи, зачем же так много всего? — ошарашенно спросил Ивар, оглядывая представшее перед зрелище.

— Не волнуйтесь, вам не обязательно есть всё, что лежит на столе, — сказал ему Скорпиус точно такую же фразу, какую когда-то говорил Гарри. — Но рекомендую набрать сразу полную тарелку — сегодня мне было, чем занять мозг, и теперь я голоден. Мистер Поттер, вы не объясните Ивару, в чем дело? Не хотелось бы говорить с набитым ртом.

И снова «мистер Поттер»! И это тогда, когда мистер Поттер разве что прямым текстом не сказал Ивару, что он и Скорпиус любовники!

Бросив на Малфоя долгий и внимательный взгляд, который тот словно и не замечал, Гарри молча уселся за стол и положил в тарелку несколько мясных колбасок и картофельного салата.

— Мистер Маккой, не удивляйтесь тому, что сейчас увидите. У мистера Малфоя просто зверский аппетит, — он покрутил в руках вилку, взвешивая стоит ли продолжать и высказать так и свербящую на языке фразу. — И Скорпиус, я уже за весь день наслушался всех этих «мистеров». Довольно. Мы же дома, в конце концов, — закончил он и принялся за еду.

— Прости, — Скорпиус улыбнулся, быстро наполняя тарелку. — Я был намерен исполнить роль до конца, хотя и знаю, что тебя это бесит.

Ивар, до этого переводивший взгляд с одного на другого, уткнулся в тарелку.

— Из вас вышел бы прекрасный актер, Скорпиус, — сказал он ровно. — Я ни на секунду не заподозрил.

— Это потому что мы мало общались, — Скорпиус передал ему блюдо с капустой. — Уверен, в какой-то момент я выдал бы нас с Гарри с головой.

«Вот интересно, когда бы настал этот момент», — все еще с легким раздражением подумал Гарри. Маккой был прав — из Скорпиуса бы вышел превосходный актер, если даже он, Гарри, начал порядком выходить из себя из-за его показного безразличия. Вот взять бы его, перегнуть через стол и оттрахать как следует, чтоб стонал и извивался, забыв о своей маске и демонстративном хладнокровии.

— Даже не надейся на легкое прощение, — улыбнулся Гарри, придавая голосу шутливый тон. И сконцентрировавшись, пустил собственную магию потоком вокруг Скорпиуса и направил ее в малфоевский пах, мягко обволакивая вздрогнувший от неожиданного и доселе неизвестного прикосновения член.

К сожалению, вздрогнул не только член — сам Скорпиус шарахнулся в сторону, опрокинув на пол бокал с соком. Он обжег Гарри взглядом, откашлялся и пододвинулся обратно к столу.

— Прошу прощения, — выдавил он. — Гарри, если цель наказания — смутить меня, то поверь, она достигнута.

— Не обращайте внимание, Ивар, — усмехнулся Гарри. — У него от переедания координация нарушается, — он широко улыбнулся растерявшемуся Маккою, напрочь проигнорировав малфоевские слова про наказание. — Кстати, ты собирался донести до нашего коллеги свои гипотезы касательно нападения, — перевел взгляд на Скорпиуса, значительно ослабив магический поток, но так и не убрав его.

Пожалуй, смущать Малфоя было довольно интересно. Не говоря уже о том, что ужасно волнующе.

Скулы Скорпиуса порозовели, но больше он не дергался.

— У меня есть основания полагать, что объект может быть внеземного происхождения, — сказал спокойно. — И чем дальше — тем правдоподобнее кажется мне эта гипотеза, хотя Гарри со мной не согласен. Но у нас вообще очень разные взгляды на многие вещи, — он пристально посмотрел на Гарри и начал быстро есть.

Решив оставить Скорпиуса в покое — не дай Мерлин поперхнется еще — Гарри заставил себя не думать о том, что непременно вернется к подобной ласке. Самым неожиданным было, что он чувствовал на себе все то, что чувствовал Малфой. Не так ярко, должно быть, но достаточно ощутимо, чтобы собственный член напрягся и уперся в ширинку.

Гарри ласково провел магией по щеке Скорпиуса — мол, отстал, не злись — и повернулся к Маккою:

— Скажите, Ивар, — обратился деловито. — Насколько серьезно можно относиться к подобным взглядам?

— Признаюсь, вы меня слегка ошарашили, — протянул Маккой, силясь не пялиться на Скорпиуса, сметающего еду с космической скоростью. — Нет, не вашим аппетитом, — он вымученно улыбнулся. — А этой невероятной гипотезой. До сих пор я не думал об этом в таком ракурсе. До того, как меня посвятили в тайну вашего существования, я вообще не слишком верил в мистику, а теперь даже и не знаю… Простите… — он растерянно посмотрел на Гарри, когда Скорпиус почти покончил колбасками. — А ваш помощник точно человек?..

— Говорит, что да. А там не знаю, опытам его не подвергал. Поверил на слово, — улыбнулся Гарри, вытащил из кармана пузырек с таблетками, достал одну и отправил ее в рот. — Хорошо, предположим следующее. Мы исключаем маггловскую версию. И инопланетную, — продолжил он, силясь не вставить слово «естественно». — Тогда что остается? Магическую рассматривать просто не имеет смысла.

— А у вас не бывает чего-то вроде изгнанников или отверженных? — осторожно поинтересовался Ивар.

— Разумеется, нет! — фыркнул Гарри. — Мы кто по-вашему? Секта?

— Простите, — искренне извинился Маккой. — Но тогда версия с НЛО имеет право на существование хотя бы до того момента как не найдется чего-нибудь получше.

— Если нелюди имеют право голоса, то я соглашусь с Иваром, — вставил Скорпиус.

Гарри перевел взгляд на одного, потом на другого и тихо фыркнул:

— Вы гоните, — выдохнул он. — Скорпиус ты меня прости, пожалуйста, но проще поверить в сто пятое возрождение Волдеморта, чем в эту хрень. Ивар, а NCA официально открыло дело по этому происшествию? Или управление игнорирует этот факт, оставляя его нам?

— Конечно, открыло, — ответил за Ивара Скорпиус. — И я таких дел в архивах насмотрелся. Гриф «сверхсекретно», обстоятельства дела и пометка «Заморожено».

— Тогда проинформируйте нас, пожалуйста, если откроются новые обстоятельства или полиция найдет что-нибудь интересное, — попросил Гарри и потянулся за яблочным соком. — И еще вот что… Насколько я понимаю, полиция находится в вашем подчинении, так? Нам понадобятся сводки об исчезновении людей за последние два года. Причем конкретно данные по тем, кто исчез и нашелся с полной или частичной потерей памяти.

— Это несложно будет устроить, — кивнул Ивар, с интересом следя, как Скорпиус достает из пузырька таблетку и кидает в рот. — Могу я поинтересоваться, зачем вам эта информация?

Скорпиус посмотрел на Гарри, дождался кивка и рассказал ему о том, с чего все началось.

— Теперь вы понимаете, почему я заговорил об инопланетной версии?

— Понимать-то я понимаю, — протянул Ивар. — Но… черт, одна версия другой краше. Сумасшедший дом, — заключил он и отложил приборы в стороны. — Скорпиус, спасибо, обед был невероятен.

— Спасибо не мне, а моим связям, — вежливо ответил Скорпиус. — Но я задолжал вам объяснение, — он хмыкнул и быстро объяснил про особенности своего организма. — Именно поэтому я так много ем. С магией это никак не связано — если только таблетками с зельем, которое позволяет мне всё это усваивать.

Ивар слушал его с раскрытым ртом, то и дело поглядывая на Гарри.

— Подумать только, и это все из-за вашей повышенной мыслительной активности, — вслух произнес очевидное. — Вы настоящий феномен. Впрочем, вы и без меня это знаете, — спохватился он.

Скорпиус ничего не ответил — лишь кривовато усмехнулся.

— Что ж, думаю, мне пора, — Ивар оглядел пустые тарелки с таким видом, будто не верил собственным глазам. — Мистер Поттер, как я могу передать вам бумаги?

— Я могу аппарировать вас в NCA и забрать бумаги, — предложил Скорпиус. — Всё равно я сейчас должен буду заняться совой.

— О, это было бы крайне удобно, — сказал Ивар.

— Тогда так и сделайте, — кивнул Гарри. — Я буду ждать тебя в Аврорате, — и поднялся из-за стола. — Если меня не будет в кабинете, значит я у министра. Зайди тогда к нам.

— Но я предлагаю заняться сначала совой. Бумаги никуда не денутся, а чем быстрее птице окажут помощь, тем легче пройдет ее лечение, — проговорил Маккой и встал из-за стола следом.

— Вы хотите пойти со мной? — догадался Скорпиус. — Что ж, нет причин возражать, если вам не надо вернуться на службу.

— Сегодня нет срочных дел, — уверил его Ивар. — И мне очень интересно побольше узнать о вашем мире, раз уж выдался случай.

Скорпиус кивнул и обернулся к Гарри.

— До встречи, — сказал он.

— До встречи, — отозвался Гарри. — До свидания, мистер Маккой, — попрощался он и, коротко взглянув на них обоих, шагнул в аппарационную воронку.

А в следующий миг, оказавшись в собственном кабинете, он уже готов был вернуться обратно и посетить хоть всех ветеринаров — и магических, и маггловских — лишь бы только не оставлять Скорпиуса наедине с Маккоем. Да, теперь Ивар был в курсе, что Малфой не свободен. Но разве это что-то меняло? От Гарри не могла укрыться одна очень существенная деталь — чем ближе Маккой узнавал Скорпиуса, тем ярче становился блеск в его глазах.

От обратной аппарации останавливало одно — Малфой не его игрушка и волен сам решать, с кем и куда идти. Кроме того, он не ребенок, чтоб ходить за ним нянькой. И уж тем более свободный человек, и устраивать за ним слежку у Гарри никакого права не было.

Выругавшись на чем свет стоит, Гарри уселся за стол, тщетно пытаясь составить отчет по сегодняшнему визиту к техникам. И уже через два часа, так не написав ни абзаца, он был готов настучать себе по голове за свою гипертрофированную правильность — надо было идти с ними. Скорпиусу-то он доверял, но вот что касалось Ивара — тут уже закрадывались сомнения.

Глава 7

— Не нужно быть магом, чтобы понять, что мистеру Поттеру это не нравится, — виновато улыбнулся Ивар. — Но я его не виню. Будь я на его месте, я бы повесил на вас сигнализацию.

— Как на автомобиле? — уточнил Скорпиус. — Боюсь, я всё-таки человек, и некуда будет воткнуть штекер.

— Могу я задать вам личный вопрос? Конечно, вы вправе на него не отвечать, — произнес Ивар, глянув на него испытующе. — Как давно вы состоите с ним в отношениях? Вы весьма отважны. Я бы никогда не решился устроиться на работу к любовнику.

— Признаться, и меня это совмещение немного пугает, — помедлив, ответил Скорпиус. — Но вы неправильно все поняли. Мы довольно давно уже работаем вместе, и в Аврорат, как вы, наверное, понимаете, я попал вовсе не за белозубую улыбку. Что касается вашего личного вопроса — сто сорок семь часов, плюс-минус полчаса.

— То есть меньше недели? — удивленно воскликнул Ивар. — Ой, простите мне мои эмоции. Признаться, я подумал, все гораздо серьезнее. То есть я имел в виду гораздо дольше, — поспешно поправился он.

Скорпиус прищурился и жестом пригласил его следовать за ним.

— Надеюсь, я не обижу вас, если скажу, что никогда не думал, что буду принимать гостя-маггла, — сказал он, видимо посчитав предыдущую тему исчерпанной.

— Ничуть, — улыбнулся Ивар, шагнув за Скорпиусом. — Если бы мне кто-нибудь еще месяц назад сказал, что я буду перемещаться по пространству с колоссальной скоростью, держась за руку с волшебником, я бы воздержался от дальнейшего общения с этим человеком, настоятельно порекомендовав ему обратиться к психиатру. Так что всякое в жизни бывает, — закончил философски.

Скорпиус хмыкнул и остановился, позволяя разглядеть вид в гостиной и лестницу.

— Не думайте, что все волшебники живут так, как я, — заметил он негромко, когда лицо Ивара стало совсем уж вытянутым. — У Гарри, к примеру, обычный дом, а у моих родителей — большое поместье. В нашем мире много магглорожденных, поэтому различий не так много, как должно было бы быть.

— Да сам факт, — хмыкнул Маккой. — Вы волшебник, а я нет. И тут неважно, живете ли вы в палаццо или сарае, тут дело в другом. Хотя я думаю, вы прекрасно меня понимаете. Я читал копию вашего личного дела. Насколько я понял, ваша семья старательно избегает вступать в связь с немагами, — протянул Ивар, явно припоминая приложенные характеристики. — А почему? Если вы сами говорите, что различий не так и много.

— Связи связям рознь, — Скорпиус начал подниматься по лестнице. — Наверное, это действительно не имеет большого значения для рода, если речь идет, к примеру, о нас с вами. Но если бы вы были девушкой, а я решил на вас жениться — вот тут действительно были бы огромные проблемы. Впрочем, моя семья осудит меня и за связь с магом, если этим магом будет не девушка из одобренного списка претендентов, — он распахнул дверь совятни. — Прошу.

— Насколько я помню из личного дела, родители мистера Поттера как раз являли собой пример смешанного брака. Вы только не злитесь, но я правда не понимаю. Отчего отец мистера Поттера смог жениться на девушке из нашего мира, а вы не смогли бы? — не унимался Ивар.

— Потому что я чистокровный маг, — Скорпиус резко остановился и развернулся к нему. — Потому что во мне течет древняя кровь многих поколений чистокровных магов. Я скорее оставлю род вовсе без потомков, чем оскорблю его примесью разбавленной крови и слабой магии.

— А я считаю, — Ивар невольно отступил на шаг, — что прежде всего вы человек, имеющий право на личное счастье. Впрочем, не мне об этом говорить, — однако закончил мысль с гордо поднятой головой, несмотря на то, что только что ему очень тонко намекнули об истинном отношении к таким, как он. — Мне кажется, у вас и правда с мистером Поттером очень много расхождений во взглядах.

— Да, — Скорпиус кивнул и посмотрел на него чуть виновато. — И он очень просил вас сегодня не пугать, а я, видимо, это ненароком сделал. Простите. Я не имею ничего против вас лично и уже во многом изменил свои представления о вашей расе, но неспособность колдовать меня пугает, если уж совсем откровенно.

— Если уж быть честным до конца, то нас как раз и пугает эта ваша способность, — агент Маккой сопроводил свои слова улыбкой, но равнодушной и какой-то отстраненной. — Даже не столько ее наличие, как наше неумение воспроизвести ее научным путем. Кстати в управлении очень многие отказались с вами работать. Точнее не конкретно лично с вами, а вообще. Это чтобы у вас не сложилось ложной иллюзии, что магглы, — он прервался, будто посмаковав непривычное слово, — вам в рот заглядывают. К вашему присутствию многие относятся враждебно. И заметьте, это не мы к вам за помощью обратились, а вы пришли. Не обижайтесь, прошу вас. Вы умный человек и должны различать желание сказать правду от желания нанести оскорбление.

— К сожалению, я умен не настолько, как всем хотелось бы, — протянул Скорпиус. — Но за правду благодарен. Вот только истинный повод нашего обращения, как мне кажется, сильно искажен в глазах как вашего начальства, так и моего, — он понизил голос и внимательно посмотрел на Ивара. — Как вы считаете, что может случиться, если Аврорат обвинит ваш мир в нападении? Самый худший вариант.

— Это то, что вы пытались сделать в кабинете мистера Роу? — усмехнулся Ивар. — Ну а если, мистер Малфой, вы хотите услышать серьезный ответ, то вы должны быть готовы к тому, что спать спокойно вы не сможете. Особенно сильная бессонница начнется тогда, когда вы ощутите, насколько шаток мир между нашими расами, как вы выражаетесь. Вы сильнее нас, но нас больше, да и оружие наше не самый плохой способ защиты. Как и нападения. Все будет зависеть от того, чьи палочка или спущенный курок окажется быстрее, — напряженно выдохнул он.

— Вижу, вы наконец поняли то, о чем я пытался сказать мистеру Роу, мистеру Поттеру и вам, — серьёзно посмотрел на него Скорпиус. — Я не собирался угрожать. Я просто вижу варианты развития событий, и этот мне решительно не нравится. Наш мир уже пережил войну, отголоски которой слышны до сих пор, и я совершенно не хочу стать свидетелем еще одной. Мне жаль, что я не смог выразиться понятнее вчера.

— Теперь, кажется, понял… — задумчиво протянул Ивар. — А по поводу вчерашнего не переживай, все нормально, — улыбнулся он, не заметив, как перешел на ты. — Никто никого не убил, никто ни на кого не напал. Хотя, наверное, влетело тебе… — он осекся, а затем поспешно добавил: — То есть, вам. Извините, порой я не замечаю, что нарушаю этику общения.

— Ничего, — Скорпиус задумчиво покачал головой. — Может быть, так будет даже удобнее. Только не при мистере Поттере, — он усмехнулся. — И я рад, что мы поняли друг друга.

— Я тоже этому рад, — кивнул Ивар. — Думаю, раз мы так удачно выяснили некоторые моменты, пора отправиться к врачу. Иначе мистер Поттер тебя в розыск объявит. Межрасовый.

— О, ты плохо знаешь мистера Поттера, — улыбнулся Скорпиус весело. — Он лично разнесет оба Лондона в щепки, чтобы заглянуть под каждую из них.

Он пошел к сидящей на ветках сове.

— Да уж куда мне, — с еле уловимой грустью хмыкнул Ивар.

Скорпиус снял с ветки сову и любовно прижал к себе.

— Я готов к перемещению, — сообщил Ивар уже ровным голосом и протянул Скорпиусу руку.

— Это всего лишь аппарация, не бал, — усмехнулся Скорпиус и сжал его ладонь — только не ту, что Ивар протянул как для рукопожатия, а ту, что расслабленно касалась бедра. — Расслабься, — шепнул насмешливо.

— Ага, меня сейчас скрутит в узел, потом потурзучит по пространству, а затем я снова развяжусь. Ты прав — сплошной релакс, — усмехнулся Ивар, но все же послушался и закрыл глаза.

* * *

Скорпиус по обыкновению появился минута в минуту в назначенный срок. Гарри сильно сомневался, что неведомый доктор Шу был столь же пунктуален, а, значит, Малфой намеренно оттянул своё возвращение.

— Мистер Поттер, — кивнул он ему и улыбнулся. — Рад сообщить, что с совой все будет в порядке.

— Я рад, — коротко бросил Гарри. — Ивар передал бумаги? — он смерил Скорпиуса тяжелым взглядом и продолжил: — И разве ты кого-нибудь видишь в кабинете, кроме нас двоих?

Скорпиус вытащил свернутые в привычный для него свиток бумаги, подошел к Гарри и, прежде чем отдать, ответил:

— Даже у стен есть уши. Если мы не хотим пересудов, лучше потерпеть. И потом, — он выразительно посмотрел на Гарри. — Если я привыкну, то когда-нибудь могу забыться.

— В моем кабинете стены глухи и немы, — процедил Гарри. — И если кое-кто очень боится пересудов, то остановиться никогда не поздно. А если кое-кто переживает за меня, то не стоит, — припечатал он. — О чем вы говорили с Маккоем помимо сов? — резко меняя тему, спросил Гарри.

— О разнице между нашими расами, — Скорпиус положил бумаги на стол и отошел. — После визита к врачу я аппарировал его в NCA и вернулся домой, чтобы пообщаться с Уччи. Так зовут сову, — он помолчал немного, а потом добавил тихо: — Я вижу, что ты зол, и не могу понять, почему. И боюсь, что вынужден разозлить еще больше. Я не имею права стать объектом пересудов такого рода. Я не хочу останавливаться, но буду вынужден, если ты хочешь обнародовать наши отношения.

Тишина в кабинете стала почти осязаемой.

— Вот как… — наконец, выдавил Гарри. — Я понял тебя, — выдохнул он. — А теперь иди в свой кабинет. Рабочий день оканчивается ровно в шесть. Сегодня задержек не предвидится. Во всяком случае, в твоем присутствии необходимости нет. Я останусь для итоговой сверки отчетов. Аппарируй домой и занимайся своими делами. На работе я буду допоздна, поэтому меня не жди, — закончил он.

Все это было сказано настолько спокойно, будто речь шла об ингредиентах к зелью, а не об их отношениях. О том, чтобы обнародовать их связь, он и не думал даже. Но услышать от Малфоя категорическое «нет» было очень неожиданно. Неожиданно отрезвляюще. А еще он не думал, что у него язык не повернется сказать все Скорпиусу прямым текстом. Но насколько Гарри помнил, намеки тот понимал лучше всего.

Скорпиус бросил на него всего один взгляд, но этого взгляда хватило, чтобы, несмотря на злость и обиду, у Гарри защемило сердце. Он уже развернулся было к двери в свой кабинет, но потом остановился.

— Моя мать очень больна, — сказал глухо. — Она посадила здоровье, растя меня, и только пару лет как пребывает в относительно стабильном состоянии. Скандал убьет её. Это не пустые слова, однажды у нее уже был сердечный приступ. Она единственный человек в моей семье, которого я действительно люблю.

Осознав услышанное, Гарри замер. Всего в нескольких предложениях таились трагедия женщины, что изо дня в день находила в себе силы растить сверхнеобычного ребенка, и страх за нее уже выросшего взрослого сына, который пытался оградить мать от новых переживаний даже ценой собственных чувств. А он, Гарри, ничего лучше не придумал, как полоснуть по живому.

— Я… я не знал, — глухо выдавил он. — Прости.

— Это ты меня прости, — Скорпиус резко развернулся. — Как всегда я сначала говорю что-то, а потом объясняю. Надо наконец-то научиться делать наоборот, и, возможно, я сумею перестать обижать людей, — голос у него дрогнул, но он всё-таки сдавленно добавил: — Хотя бы тех, кто мне особенно дорог.

Гарри кивнул и перевел взгляд на принесенные Скорпиусом сводки, почувствовав себя самым настоящим придурком. И что еще хуже, очень жестоким придурком.

— Сегодня мне действительно нужно остаться, — сглотнув вставший в горле ком, произнес он. — Пока тебя ждал, ничего не успел сделать. Все из рук валилось.

— Нужно было вернуться сразу после визита к доктору Шу, — вздохнул Скорпиус. — Извини, я не подумал. Ты так переживал из-за Уччи?

— Угу… из-за Уччи… из-за кого же еще, — улыбнулся Гарри, решив не посвящать Скорпиуса в свои собственнические мысли. Пожалуй, на сегодня им выяснений достаточно.

Скорпиус улыбнулся, но потом посерьезнел и сказал уже официальным тоном:

— Я могу помочь вам, сэр. Если позволите. Я мог прочесть всё и указать на все несоответствия, а вы уже выберете, какие из них стоят вашего внимания.

— Позволяю, — ответил Гарри, указав взглядом на лежащую справа кипу отчетов. Затем посмотрел на Скорпиуса и покачал головой: — Мерлин, какой же ты еще глупый…

— Возможно, сэр, с моей помощью у вас будет время вечером, чтобы научить меня уму-разуму, — заметил Скорпиус, пододвигая стул.

Гарри усмехнулся и подвинул стопку ближе.

Конечно, с малфоевской помощью управились они в десятки раз быстрее, нежели Гарри делал бы это в одиночку. И даже успели за полчаса до окончания рабочего дня.

— Кажется, все, — выдохнул Гарри и потянулся в кресле, разминая затекшую спину.

— Если бы у нас были компьютеры, было бы намного проще, — заметил Скорпиус. — Не пришлось бы, например, теперь все переписывать.

— Наверное, ты прав, — согласился Гарри. — Правда будет довольно сложно приучить наших к маггловским технологиям. Для большинства все же останутся привычнее прыткопишущие перья.

— Не обязательно вводить их повсеместно, достаточно только в вашем кабинете. Ну или в моем, — Скорпиус поднялся и аккуратно сложил бумаги взмахом палочки. — Сэр, а вы не хотите прогуляться? — спросил неожиданно. — Я вдруг подумал, что посмотреть на новейшие маггловские здания, как предложил Ивар, и правда могло быть интересно и полезно. Может быть, я сумею проследить связь между технологиями.

— Я не против, — кивнул Гарри, — давай прогуляемся. Тем более, что нам только и остается, что бродить по маггловским городам, — он провел пальцами по щеке Скорпиуса, подцепил его за подбородок и потянул на себя.

Скорпиус бросил быстрый взгляд на дверь, но всё же коснулся губами его губ, а потом взял за руку, аппарировал в подворотню возле «Робот-технолоджи» и там, уже не оглядываясь, поцеловал по-настоящему.

Гарри ответил на поцелуй, правда совсем не с тем порывом, с каким он делал это обычно. Да, он все понимал — Малфой всегда будет прятать их отношения, и они оба так и будут скрываться от всех, словно преступники, потому что по-другому нельзя. Скорпиус боится за свою мать, и ему, Гарри, остается только смириться, что поцелуи в дневное время будут доставаться ему украдкой.

А еще оставалось запастись безграничным терпением — раз у Скорпиуса началась мания преследования, быстро это не пройдет. Если вообще пройдет.

Разорвав поцелуй, Гарри отстранился и высвободил руку.

— Ну что, начинаем осмотр? — с напускным весельем протянул он и отвернулся. Настроение было на нуле.

Отвечать Малфой не спешил. Вместо этого он обошел его со спины и обнял, прижимаясь грудью.

— Я тебя все время расстраиваю, — прошептал на ухо. — Хотя очень хотел бы только радовать.

— Не думай, что я этого не понимаю, — ответил Гарри. — Но ты только больше ничего не говори. Не хочу обсуждать. Во всяком случае, не сегодня точно, — накрыл его руки своими, рассеянно прошелся пальцами по мягкой коже и шагнул вперед, освобождаясь из этих спонтанных объятий.

Скорпиус, наверное, впервые все понял правильно и не стал реагировать слишком бурно. Он вытащил «АйДжамп», нашел информацию по интересующим их зданиям и сразу же аппарировал к первому. Экскурсия оказалась довольно занимательной, и настроение у Гарри постепенно выправилось.

Фантазии современным магглам было не занимать, а технологические возможности позволяли воплощать в реальность самые смелые идеи.

Скорпиус подходил к осмотру по-своему: один беглый взгляд на здание и несколько долгих минут совещания с планшетом. Иногда он делился с Гарри какими-то наблюдениями, но к расследуемому делу те не относились.

Их странная прогулка, состоящая больше из аппараций и топтания на месте, закончилась, когда стало темнеть.

— Кажется, это ресторан быстрого питания, — сказал Скорпиус, указывая на эмблему МакДоналдса. — Зайдем? Это может быть интересно, и в Интернете говорят, что пища очень калорийная.

— Давай, — охотно согласился Гарри. — Еще считается, что она вредная. Заодно и проверим, — улыбнулся он и буквально сам потащил Скорпиуса ко входу.

Они вошли внутрь, однако далеко вглубь продвинуться так и не смогли. Хоть за широким прилавком работали все кассы, и молодые продавцы, одетые в яркую форму не ленились и прытко сновали туда и сюда, принимая заказы, очередь была весьма впечатляющей. Да и сам зал был битком набит посетителями.

— Предлагаю взять еду с собой, — произнес Гарри, увидев мужчину, направляющегося к выходу с фирменным пакетом внушительного размера. — А пока выбирай, что ты хочешь. Посмотри, там наверху написано, что у них есть.

— А может… — Скорпиус огляделся и неуверенно предложил: — Может, поедим здесь? Как, — он понизил голос, — магглы? А выбирать мы будем потом. Сначала закажем все, что есть.

— Тогда карауль столики. Как заметишь свободный, беги к нему и не оставляй ни на минуту, — дал наставления Гарри. — А я постою в очереди. Значит, брать все, что есть? — уточнил он.

— В двойном экземпляре, — уточнил Скорпиус и решительно двинулся к единственному свободному столу.

Как это обычно бывало при посещении подобных мест с Малфоем, продавщица была слегка шокирована. Она поискала глазами толпу, способную съесть столько гамбургеров и прочего за раз, и переспросила:

— Вам всего по два?..

— Абсолютно верно, — кивнул Гарри. — Мы очень голодны, — доверительным тоном сообщил он, не уточняя, сколько людей входит в это таинственное «мы».

Наверное, магглы в довольно быстро образовавшейся за спиной очереди не раз успели мысленно проклясть его, прежде чем девушка огласила общую стоимость заказа. Расплатившись, он отнес к их столику первый поднос, а затем вернулся за вторым и третьим.

— Налетай, — Гарри уселся напротив Скорпиуса и потянулся за бургером с говяжьей котлетой и сыром внутри.

Скорпиус съел все. Что-то с большим удовольствием, что-то с меньшим, а кое-что даже предлагал попробовать быстро наевшемуся Гарри.

— Сейчас выскажу не самую умную мысль, но эта еда отражает все маггловское, — сказал он, когда остался только один из многочисленных коктейлей. — По всем законам кулинарии и здравого смысла — это же ужас, что такое! Но ведь в итоге-то вкусно, — он хмыкнул. — И Ивар показался мне приятным человеком.

Похоже, что Малфой просто был сегодня в ударе. Это ж надо за один только день вымотать Гарри столько нервов — и продолжать делать это сейчас. Ивар, видите ли, приятным ему показался!.. Так еще бы — вон тот как из кожи вон лез, чтобы обратить на себя внимание Скорпиуса.

— Первый раз слышу, чтобы магглов сравнивали с их едой, — хмыкнул Гарри, стараясь ни чем не выдать медленно подступающую ревность. — И что ж так резко изменило твое мнение? Об Иваре?

— Оно не менялось, — покачал головой Скорпиус. — Скорее, сложилось. Я не великий психолог, но мне кажется, он хороший человек. То есть, я не хочу сказать, что считаю всех магглов априори плохими, — спохватился он. — Просто не ожидал, что буду общаться с кем-то из них так близко.

— Не плохими, нет, просто второсортными, так? — спросил Гарри.

Как ни странно, то, что Скорпиус охарактеризовал их общение с Маккоем как близкое, Гарри ничуть не покоробило. Явно не имея в детстве друзей, Малфой теперь любое общение, выходящее за рамки дежурных «Здравствуйте, как поживаете» считает таковым. Правда, сам факт упоминания Ивара — здесь и сейчас — приводил Гарри в иррациональное раздражение.

— Другими, — твердо поправил Скорпиус. — Мы ведь не вино, чтобы говорить о сортах, — он улыбнулся. — Хотя, если бы ты был вином, то только шипровым, с можжевеловой ягодой.

— Это самая оригинальная моя характеристика, — протянул Гарри. — Ты даже переплюнул маггловские гороскопы, — сообщил он и улыбнулся.

С каким вином он ассоциировался у Скорпиуса, Гарри и понятия не имел — не настолько он был гурманом. И уже хотел было уже спросить, что Малфой имел в виду, но следующая мысль окончательно сбила его с толку.

— Кстати, — спохватился он, — откуда ты знаешь, какое вино? Ты ведь ни разу не употреблял алкоголь.

— Я его не пил, но пробовал на вкус, — Скорпиус макнул палец в коктейль и облизал, демонстрируя, что имеет в виду. — И мне очень нравится запах.

— И какое оно… шипровое вино? — протянул Гарри, невольно задержав взгляд на малфоевских губах.

— Терпкое. Сладкое. Чуть-чуть горькое. Ни на что не похожее, — перечислил Скорпиус глухо. — Очень редкое. И вызывает привыкание — один раз попробуешь, другого не захочется.

— Может, не хочется, потому что ничего другого и пробовать не доводилось? — осторожно спросил Гарри.

Малфоевские слова прозвучали почти признанием, но меньше всего Гарри хотелось, чтобы Скорпиус занимался подменой понятий. Не все ли дело в элементарной новизне отношений? И будет гораздо лучше для них обоих, если каждый будет смотреть на реальность трезво и без самообмана.

— Разумеется, пробовал, — с некоторым недоумением посмотрел на него Скорпиус. — Вина, ликера и даже виски. Мне было интересно.

Гарри едва сдержал желание закатить глаза и удрученно покачать головой. Кажется, он зря придумал себе что-то чересчур сложное, в то время как Скорпиус говорил только о вине.

— Что дальше по плану? — спросил Гарри, взглянув на пустые подносы. — Еще пройдемся или… — запнулся он на полуслове, затрудняясь подобрать нужный вариант. По домам или домой? Вроде на сегодняшний вечер точных договоренностей не было… или совместные ночевки — это уже само собой разумеющееся?

— Я бы хотел посмотреть, как там Уччи, — с уже привычными виноватыми нотками ответил Скорпиус. — А потом я весь в твоем распоряжении, если твои нервы не нуждаются в отдыхе от моей персоны.

— Мои нервы нуждаются в отдыхе с твоей персоной, — сообщил Гарри. — Мы можем остаться и у тебя. Смотри сам, как тебе лучше. Ох, чую Сола скоро ревновать начнет, — добавил с улыбкой и встал из-за стола.

— Ты ему нравишься, — улыбнулся Скорпиус. Он залпом допил коктейль и проглотил сразу четыре таблетки. — Только давай заглянем еще на место появления объекта. Может быть, я что-нибудь замечу.

Гарри кивнул, затем последовал примеру Скорпиуса, ограничившись, правда, одной таблеткой, и они направились к выходу.

— Аппарируем или пешком? — уже на улице спросил Гарри, не имея ни малейшего представления, куда собрался Скорпиус.

— Я хотел бы сохранить силы на что-нибудь поинтереснее… — Скорпиус многозначительно на него посмотрел и взял за руку.

Гарри усмехнулся и сильнее сжал его руку, задавая направление аппарации. Еще миг — и они вышли из тени безлюдного переулка. За сутки здесь ничего не изменилось. Разве что появились ограждения — но настолько символичные, что любой желающий вполне мог пролезть под них и поглазеть на зияющую в асфальте дыру.

— Ну что, истина где-то рядом? — хмыкнул Гарри, почувствовав себя агентом по паранормальным явлениям из одного маггловского сериала. Затем навел на обоих чары для отвода глаз и перелез через невысокую ограду.

Разумеется, они ничего не нашли. Ни следов, ни тем более частичек объекта. Тщательно осмотрев края неглубокой воронки из осыпавшейся земли, Скорпиус задумчиво потер подбородок.

— Объект не мог взяться ниоткуда и исчезнуть в никуда. Магглы строят что-нибудь под землей? Там могут быть, к примеру, секретные лаборатории или жилые помещения?

— Строят, — кивнул Гарри. — Метро, например. Транспортные пути такие — как рельсы для поезда, только под землей, — пояснил он. — Еще строят шахты, бомбоубежища… Наверное, и секретные лаборатории могут быть.

— Метро? — переспросил Скорпиус и привычно полез за «АйДжампом». — Могу поспорить, кем бы ни был наш объект, но передвигается он именно по туннелям метро, — сказал уверенно через несколько секунд. — Ближайший находится всего в девятьсот семидесяти двух метрах отсюда. Нам необходимо его осмотреть, но для этого, наверное, придется обратиться к Ивару.

— Зависит от того, что мы хотим. Если нужен конкретный туннель — то лучше отправиться туда после закрытия, когда там не будет магглов. И в этом случае разумнее обратиться к Ивару, — рассудил Гарри. — Но в любом случае, раньше завтрашней ночи сделать это не получится. Если же тебя интересует сам принцип работы подземки, — продолжил он, — то можно сделать это и с утра. Сейчас мы просто не успеем. Насколько я помню, метро работает до полуночи.

— Меня интересует конкретный туннель, и будет очень неплохо, если в это время там не будет поездов, — Скорпиус коротко усмехнулся и вытащил телефон.

Разговор с агентом Маккоем был недолгим, но Гарри показалось, что тот был излишне рад звонку.

— Встретимся с Иваром завтра в полночь. Он достанет разрешение, — резюмировал Скорпиус, с интересом разглядывая «АйДжамп». Гарри невольно тоже глянул на экран, и заметил, что тот едва заметно рябит. А в следующую секунду телефон громко пискнул, оповещая об смс.

Скорпиус удивленно вздернул бровь и ткнул пальцем в надпись «прочесть».

«Забыл сказать: надеюсь, с твоим найденышем все в порядке», — высветилось на экране. — «Спокойной ночи!»

— Как занятно… — протянул Скорпиус. — Надо тебе купить такой же.

— Будем другу смс из кабинета в кабинет слать? — вопросительно протянул Гарри. — А спокойной ночи я могу тебе и лично пожелать, — недовольно буркнул он, тем самым полностью выдав себя, что беспардонно прочитал адресованное Скорпиусу сообщение. Хотя стоп! Ничего не беспардонно — телефон они ведь получили для служебных целей. Только кто ж знал, что высветившийся на его экране текст уж очень будет попахивать личным…

— Почему нет? — улыбнулся Скорпиус, не поняв подтекста. — Сидя за своим столом я не могу сказать тебе кое-какие вещи, но зато могу написать. И вряд ли кто-то сможет обвинить меня в неподобающей фамильярности, потому что смс адресовано не начальнику, а любовнику.

— Мда, скоро ты и шагу не ступишь без очередной маггловской игрушки, — покачал головой Гарри и улыбнулся. — Так еще совсем освоишься и решишь сбежать к магглам.

Скорпиус посмотрел на него скептически.

— Вряд ли такое возможно, — ответил чуть натянуто и быстро, будто делал это далеко не в первый раз, набрал ответное смс: — «И я надеюсь. Всего хорошего».

— Завтра можешь уйти с работы раньше, — сделав вид, что текст ответного сообщения его вовсе не интересует, сообщил Гарри. — Насколько я помню, вечером ты должен был встретиться с матерью. Будет некрасиво, если ты заглянешь к ней всего на часок. Наверняка она соскучилась.

— Спасибо, — Скорпиус широко улыбнулся. — Она будет рада, — он убрал мобильник в карман и двинулся к ограждению. — Я расскажу ей о тебе, — добавил так, будто речь шла о погоде.

От такого заявления Гарри ненароком чуть не споткнулся, а потом так и замер перед самым ограждением.

— А зачем? — оторопело спросил он. — Что именно ты решил рассказать? — не дав Скорпиусу возможности ответить, продолжил он. — Ты же собирался молчать. Вот и молчи.

Черт, неужели своей недавней реакцией он спровоцировал Скорпиуса и тот решил в угоду ему раскрыться перед матерью, не дожидаясь возможного скандала? Нет, этого Гарри допустить не мог. Если у Астории действительно слабое сердце, то волновать ее просто недопустимо. Ведь для бедной женщины будет настоящим шоком услышать нечто вроде: «Мама, ты же помнишь мистера Поттера? Так вот… теперь он для меня не просто начальник».

— Не волнуйся, я не собираюсь называть имен и вообще конкретизировать, — успокоил его Скорпиус. — Но она будет счастлива услышать, что кто-то не считает меня порождением Морганы.

Он взял Гарри за руку и аппарировал в спальню.

— Так на что ты хотел приберечь силы? — шепнул Гарри ему на ухо, шагнув ближе. — Или мне надо ждать ответ в виде смс? — мурлыкнул он, прихватывая зубами нежную мочку.

Хотя на самом деле быть нежным совсем не хотелось — Малфой так знатно потрепал ему сегодня нервы, что он всерьез опасался уже не за сердце Астории, которое Скорпиус, как выяснилось, собирался-таки сберечь, а за собственное.

— На любую нашу прихоть, — шепнул в ответ Скорпиус, обнимая его. — А завтра я принесу тебе шипрового вина.

Гарри улыбнулся и прошелся пальцами по его спине.

— Значит, ты меня решил напоить… — шутливо протянул он. — Не боишься? Вдруг я буянить начну?

— Вряд ли это будет страшнее, чем вчерашняя выволочка, — Скорпиус улыбнулся и махнул палочкой, призывая из шкафа стопку одежды. — Вот, — он протянул её Гарри. — Я подумал, что тебе нужно что-то домашнее и заказал вчера. В магазине удивились и спросили, не желаю ли я всегда получать одежду нового размера — видимо решили, что я располнел, — он хмыкнул.

— Это мне? — растерянно переспросил Гарри. — Спасибо, — широко улыбнулся он и принялся рассматривать верхние в стопке домашние штаны.

Со времени детства мало что изменилось — Гарри обожал получать подарки. Но, как и в детстве, получал он их по-прежнему редко. Да и то, в основном от министерства и разных благодарных за освобождение и спасение от Волдеморта организаций. Пожалуй, сейчас он держал в руках первый личный презент за последние годы.

— Надеюсь, я тебя не смутил, — говоря, Скорпиус смутился сам. — Мне просто хочется, чтобы тебе было удобно.

— Ну что ты, нет, конечно, — решительно помотал головой Гарри. — Мне очень приятно, — искренне сказал он и выудил подходящую по цвету к штанам футболку.

Скорпиус посмотрел на него, на вещи, а потом решительно забрал одежду, кинул её на кровать и порывисто обнял Гарри, целуя.

Гарри ответил на поцелуй жадно, голодно, но инициативу перенимать не спешил, полностью отдаваясь во власть малфоевского напора.

— Может, ты сначала сходишь к Уччи? — рвано выдохнул он чуть позже. Мерлин, зачем ему шипровое вино, если от одной близости Скорпиуса голову кружит сильнее, чем от самого крепкого алкоголя.

— Если бы нужна была моя помощь, Сола уже известил бы меня, — шепотом ответил Скорпиус, пользуясь паузой, чтобы расстегнуть на нем трансфигурированную в пальто мантию.

— Да, Сола поразительно умен, — произнес Гарри, позволяя себя раздевать. — И, как я успел заметить, у вас отменное взаимопонимание. В чем секрет?

— В моей памяти, конечно, — Скорпиус улыбнулся и занялся рубашкой. — Он всего лишь чертит в полете буквы, но вряд ли обычный человек сможет прочитать послание.

— Они все так делают? — удивленно спросил Гарри. — Или это результат специальной дрессировки?

— Нет, никакой дрессировки, — решительно открестился Скорпиус и стянул с него штаны. — Они прекрасно понимают речь, так почему бы им не выучить буквы? Вот только пишут они слова так же, как и слышат, и это дополнительная сложность. Не для меня, конечно, но для тех, кто хотел бы пойти по моему пути.

— По принципу транскрипции? — уточнил Гарри. — Заморочек много, согласен. Но и не из разряда невозможного, — предположил он. — Ты смог бы научить меня? Если я это освою, то можно организовать специальный отдел в Аврорате. Это же просто неисчерпаемые возможности, — сбито выдохнул он, когда Скорпиус случайно коснулся рукой его стремительно твердеющего члена.

— Я могу попробовать, но вряд ли это возможно, — Скорпиус увидел его реакцию и погладил член уже намеренно, а потом и вовсе встал на колени. — Совам сложно выделывать коленца на медленной скорости, а быстрые движения человеку сложно заметить и интерпретировать правильно. Только мы, инопланетяне на это способны, — он поцеловал его в живот.

— Попробовать все же стоит, — сообщил Гарри и, стиснув зубы, глухо простонал. Волна предвкушения прошила весь позвоночник и снова осела в паху, побуждая член крупно дернуться и сильнее натянуть тонкую ткань трусов.

— Хорошо, — покладисто согласился Скорпиус. Он накрыл ладонями его колени и медленно повел вверх. — Скажи, почему мне так нравится эта поза? — прошептал, глядя на него снизу вверх.

— Если бы ты знал, как ты в ней смотришься, она понравилась бы тебе еще больше, — хрипло произнес Гарри.

Продолжая удерживать взгляд Скорпиуса, он положил руку на его голову и по-собственнически запустил пальцы в мягкие волосы, размеренно поглаживая затылок. Сейчас в этом жесте не было ни намека на нежность — лишь слепое желание показать покорно стоящему на коленях Скорпиусу всю свою власть и контроль. И желание это было настолько же острым, насколько совершенно иррациональным. Возможно, оно зародилось из-за того, что в последнее время он, Гарри, очень часто и много вынужден был уступать, что в принципе не слишком-то и свойственно его натуре. Возможно из-за нервного перенапряжения последних дней — что ни говори, но мотал нервы Малфой ему знатно — но в любом случае, заниматься сейчас самоанализом особой тяги не было.

В этот раз, как и в прошлый, и как, видимо, будет всякий раз, когда Скорпиусу вздумается делать ему минет, все было очень быстро. И жестко, за что уже через несколько секунд после оргазма Гарри слегка раскаивался. Но Скорпиус выглядел довольным. Он с улыбкой поцеловал его вспотевший живот под пупком и продолжил целовать, медленно вставая, пока не добрался до шеи, где задержался, а потом и до губ, которыми завладел и вовсе надолго. Это было не слишком похоже на его обычное поведение, но только радовало. Малфой менялся, отчасти в угоду Гарри, а отчасти осознавая свои собственные желания и потребности, и это было здорово.

А еще было здорово ощущать в руке твердый малфоевский член, горячо запульсировавший в ладони от нехитрого прикосновения. Честно говоря, после оглушительного оргазма дарить ответные ласки особо не было сил. Но эта эгоистичная лень длилась ровно до того момента, пока Скорпиус не застонал прямо в его рот, а затем отстраняясь и прижимаясь одновременно всем телом, не вцепился в его плечи и не толкнулся ему в руку, закусив губу.

Спина ныла после целого дня работы и вечернего шатания по маггловскому Лондону, и от идеи тоже опуститься на колени Гарри отказался. Вместо этого он увлек Скорпиуса к кровати, но остановил, когда тот собрался было на неё залезть.

— Иди сюда, — он сел на край и привлек его к себе, кладя руки на бедра.

— Гарри, не надо, — поняв, что он задумал, Скорпиус резко сел на корточки, заглядывая в глаза. — Я хочу, чтобы ты… — он запнулся, прежде чем произнести то, что намеревался. — Хочу, чтобы ты меня трахнул. Чуть позже. Если ты, конечно, не устал. Потому что если устал, то тогда лучше рукой. Потому что мне хочется чувствовать тебя всем телом, а не только им, — он кивнул на свой стоящий член.

Гарри посмотрел на Скорпиуса внимательно и долго, затем улыбнулся и выдохнул:

— Еще немного, и у меня начнется комплекс неполноценности. Сначала ты возражаешь, чтобы я тебя так будил, а сейчас и вовсе отказываешься от минета, — усмехнулся он и снова заглянул Скорпиусу в глаза.

Как жаль, что Гарри не умел читать мысли! Он бы многое сейчас отдал за возможность узнать, что Малфой думает на самом деле. Если Скорпиус действительно хочет, чтобы Гарри его трахнул — это ладно, но если тот все еще убежден, что ему неприятно или затруднительно ласкать его, тут Гарри мог спорить до второго пришествия Мерлина и намерен отстаивать свои позиции.

— Неужто я настолько плох? — насмешливо протянул он, жадно впитывая любую реакцию Скорпиуса.

— Мерлин, нет! — испугался Скорпиус, отшатнувшись. Он помотал головой, а потом вдруг бросился вперед, опрокидывая Гарри на кровать. — Позволь, я объясню, — жарко прошептал в губы, перекатываясь на бок. Гарри он увлек за собой и буквально заставил крепко себя обнять. — Обычный человек не может испытывать множество чувств одновременно, — прошептал хрипло, прижимаясь как можно плотнее. — Нога не может болеть в двух местах, более сильное ощущение всегда перебьет более слабое. Но только не у меня. Я чувствую все, каждое прикосновение, каждое ощущение. Боль, удовольствие, жар от душных простыней и холод в замерзших пальцах. И я хочу чувствовать как можно больше, понимаешь? — он потерся об него истекающим смазкой членом, озабоченно вглядываясь в глаза.

— Думаю, что да, — хрипло прошептал Гарри в ответ, затем скользнул рукой по его спине, спустившись к ягодицам, и прижал его бедра крепче, усиливая контакт. Скорпиус крупно вздрогнул, судорожно выдохнул и инстинктивно толкнулся вперед пахом вперед.

И тут Гарри поймал себя на мысли, что от усталости не осталось и следа. Он поцеловал Скорпиуса в шею — как раз в то место, где учащенно забилась жилка, и мягко толкнул его в плечо, укладывая на спиной на простыни.

— Значит, будем усиливать твои тактильные ощущения, — выдохнул он и перекатился сверху, подминая под себя податливое и такое жаркое тело.

В груди как будто что-то растаяло. До этого отказы воспринимались как некая блажь, причем весьма обидная, и только теперь Гарри действительно понял, что именно двигало Скорпиусом. И это было… трогательно.

— Если бы ты почаще объяснял мне свои поступки так же понятно, мы избежали бы многих проблем, — прошептал он, целуя Скорпиуса в шею, которую тот с готовностью подставил.

— Я буду! — пообещал Скорпиус, изо всех сил обнимая его. — И должен тебе сказать, что боль я тоже не воспринимаю как обычный человек, поэтому давай уже, пожалуйста… — и широко раздвинул ноги.

Гарри даже и не удивился, что несмотря на столь короткий перерыв собственный член уже был в полной готовности. А разве могло быть иначе, когда Скорпиус едва ли не с ума сходил от близости, передавая и ему, Гарри, свое зашкаливающее желание? Задержавшись на скользкой от проступившей испарины шее и покрыв невесомыми поцелуями горячую кожу, Гарри улегся поудобнее и приставил ко входу распираемый возбуждением член. Чуть помедлил — несмотря на то, что Скорпиус хотел его немедленно, Гарри очень боялся причинить ему боль.

Но, отбросив сомнения, все же толкнулся в расслабленный анус — коротко и осторожно. Не почувствовав сопротивления, он двинулся дальше, и уже пришлось сдерживать себя, чтобы не ворваться в жаркую тесноту одним мощным толчком. Где-то на краю сознания сообразив, что не воспользовался смазкой и даже не смочил свой член слюной, Гарри с удивлением понял, что на сей раз в этом не было необходимости — собственной смазки вполне хватало, чтобы избежать болезненных ощущений.

А еще он решил непременно узнать у Скорпиуса, как же тот чувствует боль. Но это позже, рассудил он и, усилив нажим, протиснулся в пульсирующую задницу до упора.

Скорпиус выгнулся, вжимаясь в него всем телом, и застонал.

— Я чувствую тебя каждым нервом, — прошептал сбивчатым жарким шепотом в ухо. — Твой член и всего тебя.

Гарри зажмурился и ответил мощным толчком и голодным поцелуем. Ответ Скорпиуса явно устроил.

* * *

Много позже, разгоряченные и мокрые, они лежали на постели, не в силах расцепиться, и лениво целовались.

— Я хочу, чтобы ты знал, — сказал Скорпиус распухшими губами, неохотно отстранившись. — Если бы не мать, я никогда не стал бы ничего скрывать. Я очень горжусь тем, что работаю и встречаюсь с тобой.

— Что ж… придется прятаться от всех. И Обливиэйтами особенно зорких награждать, — чуть помолчав, ответил Гарри. — И я рад, что в первый день не вышвырнул тебя вон, — улыбнулся он, в очередной раз вспомнив, как состоялось их знакомство. — А то, что мы встречаемся… в общем, теперь, когда я узнал тебя, могу сказать одно — без тебя мне будет очень паршиво.

Определенно, эта неприятная дневная ссора оказалась в какой-то мере полезной. Хотя бы тем, что наконец-то развязала Малфою язык.

Второй раз за вечер у Гарри стало горячо в груди, а на сердце — легко. «Горжусь» — надо же… И ведь не было никаких сомнений, что Скорпиус имеет в виду вовсе не его героическое прошлое или высокий пост. А даже если и имеет, но вовсе не в том смысле, как все остальные.

— Конечно, будет, — тем временем лукаво улыбнулся Скорпиус. — Тебе ведь придется снова самому читать отчеты.

* * *

Гарри закрыл очередную вкладку, оторвался от монитора и потянулся в кресле, устало потерев глаза. После работы он аппарировал домой и скорее от скуки и от нечего делать уткнулся в компьютер в поисках информации о современных буровых установках. И спустя пару часов почувствовал себя настоящим экспертом. Мерлин, какие только машины не были придуманы магглами! На любой вкус и кошелек!

Но, увы, несмотря на все многообразие подобной техники, ничего похожего на то, какой след оставил появившийся у барьера объект, он не увидел. Не было даже элементарного сходства, за которое можно было бы ухватиться. Оставалось ждать полуночи — может, экскурсия в метрополитен даст хоть какие результаты.

Настенные часы показывали только половину девятого, а чем себя занять до встречи с Маккоем, Гарри не знал. Поразительно — вместе со Скорпиусом они всего ничего, а он уже не знает, куда себя деть без него. И сейчас было как-то грустно и по-глупому одиноко.

Разозлившись на себя — ну словно неразумное дитя, оставленное без внимания — Гарри встал из-за стола и направился на кухню. Соорудив себе три бутерброда, он уселся за стол и понял: есть в одиночестве стало теперь невыносимо тоскливо.

Стук в окно неожиданностью не стал — ему до сих пор слали уйму писем. Когда-то они раздражали, потом он привык, а с некоторых пор они его даже забавляли, привнося хоть какой-то элемент неожиданности и иллюзию того, что он до сих пор кому-то нужен не только в качестве Главы Аврората. Потянувшись за палочкой, Гарри кинул короткий взгляд в окно и тут же вскочил на ноги.

— Сола! — выдохнул он, собственноручно распахнув окно.

Сола приветственно ухнул и, залетев в дом, сразу же направился к столу. В когтях у него была небольшая коробочка, которую он торжественно опустил ровно на середину столешницы. Только после этого, оттолкнувшись от стола мощными лапами, он снова взмыл в воздух, чтобы мягко опуститься Гарри на плечо.

— Я обещал тебе гостинец, помню, — хохотнул Гарри. Черт возьми, до чего он был рад видеть его! — Значит Скорпиус уже дома? Передавай ему привет, — в шутку бросил Гарри, повернув к Соле голову. Затем подошел к шкафу, достал коробку с галетами и, разломив печенье напополам, протянул его сове. — Надеюсь, твой хозяин меня не отругает за то, что я тебя кормлю маггловской выпечкой, — с улыбкой выдохнул он.

Сола что-то ухнул в ответ — чего Гарри, естественно, разобрать не мог — и аккуратно взял клювом угощение. Сейчас, кормя малфоевскую сову, Гарри понял, что ему гораздо интереснее находиться в доме Скорпиуса, нежели в своем собственном. Там, во всяком случае, скучать не приходилось, ведь всегда есть, чем заняться — и поплавать, и позволить себя потискать морским звездам, и попробовать выучить совиный язык.

Поспешно отогнав такие мысли — ведь прожил же он все эти годы без малфоевского чудо-дома — Гарри подошел к столу и аккуратно открыл коробочку.

Если честно, он ожидал разного — забытые носки, оторвавшаяся от мантии пуговица, сотовый телефон или любой другой гаджет, оригинально упакованная записка и даже пресловутые голубые трусы, — но внутри отказался… кусок торта. Идеально ровный кусочек заманчиво белел сдобным бисквитом, завлекал кокетливо выглядывающим между слоев кремом и ослеплял глянцевой белизной безукоризненно гладкого верхнего слоя. Сглотнув слюну, Гарри перевел взгляд на крышку коробки и обнаружил там короткую записку:

«Это тебе от мамы».

Конечно, отчасти, это было враньем — навряд ли Астория передавала гостинцы лично ему — но все равно было невероятно приятно.

— Скажи Скорпиусу от меня огромное спасибо, — завороженно глядя на торт, произнес Гарри. — И передай, что я скучаю по нему, — улыбнулся он.

Сола ласково потеребил клювом его волосы и, негромко ухнув, сорвался с плеча. Гарри закрыл за ним окно, уселся на стул и, вооружившись десертной ложкой, притянул к себе коробку.

Как и ожидалось, торт был такой же прекрасный на вкус, как и на вид.

Когда примерно через полчаса снова раздался стук, Гарри почему-то сразу подумал, что это Сола. И не ошибся. На этот раз у птицы в лапе была записка.

«Где и во сколько встретимся вечером? Мне аппарировать к тебе? Или ты ко мне? Если последнее, то приходи в любое время, я давно настроил на тебя чары. Буду ждать.»

Гарри призвал перо и приписал внизу ответ:

«К тебе. Буду через двадцать минут».

Затем вручил Соле в протянутую лапку записку, виновато улыбнувшись:

— Прости, мы тебя совсем загоняли, — и погладил его по голове и спинке. — Ну, давай, лети. Скоро я к вам приду.

Сола ухнул в ответ одобрительно и, взмыв под потолок, устремился в окно.

Сборы много времени не заняли. Переодевшись в маггловские джинсы с футболкой, Гарри прихватил на всякий случай мантию и аппарировал в заветный дом.

— Ты дома? — спросил он, уже стоя посреди гостиной. В предвкушении встречи сердце забилось радостнее.

Хоть это и было безумно глупо.

— Конечно, — Скорпиус выглянул с верхнего этажа и быстро сбежал по лестнице с совятами в руках. Вслед за ним с чердака вылетела разом целая стая сов. — Держи, — он сунул одного птенца Гарри, и присмотревшись, тот узнал Хлойю. Йока недовольно щелкнула клювом, но Сола примиряюще погладил её крылом. — Смотри, уже взрослые перышки показались!

— Я же говорил, она вырастет настоящей красавицей, — выдохнул Гарри, мысленно поразившись, как же быстро растут птенцы. — Еще раз спасибо за невероятно вкусный торт, — он поднял глаза на Скорпиуса и улыбнулся. — Как мама?

— Она была очень рада новостям, — вернул улыбку Скорпиус. — Велела не делать глупостей и баловать тебя.

— Чем ты сразу и занялся, — выдохнул Гарри. — А могу я задать личный вопрос? — чуть замявшись, спросил он. — Я пойму, если ты не захочешь на него отвечать. Что ты конкретно рассказал?

Вопрос был действительно личным, и совать свой нос в общения Скорпиуса с матерью было некрасиво, но… уж очень любопытно.

— Что больше не один, — просто ответил Скорпиус. — И что весьма счастлив, хотя это противоречит всем существующим правилам, а отец и дед меня проклянут, если узнают. По-моему, она решила, что я встретил девушку-магглу.

Гарри посмотрел на него и покачал головой. Скорпиус был сейчас так доволен, что у Гарри просто язык не повернулся высказать мысли вслух — вселять надежду Асторию было неправильно. Ведь если она с радостью приняла весть о вымышленной пассии — явно подумав о девушке, пусть даже и маггле — то наверняка и не предполагает, что сын состоит в отношениях с мужчиной. Очень нехорошо было обнадеживать ее. Тем сильнее и болезненнее будут разочарование и удар, если, не дай Мерлин, правда всплывет наружу.

— Постепенно я расскажу ей правду, но не сразу, — пообещал Скорпиус тихо, поглаживая с интересом осматривающегося Вейна. — Она поймет.

— Расскажешь, когда посчитаешь нужным, — кивнул Гарри, проводя пальцами по мягким перышкам Хлои.

— К сожалению, я не смог избежать встречи с отцом, — Скорпиус жестом пригласил Гарри к едва заметное двери в невидимой стене, и они вышли к озеру. — Он, кажется, был удивлен, что у меня все в порядке.

Гарри закатил глаза — надо же, удивлен он был. Лучше бы порадовался за сына, а не демонстрировал изумление, причем наверняка ведь в свойственной себе манере.

— Не понимаю, отчего у тебя должно быть что-то не в порядке? — неприязненно фыркнул Гарри, представив милейшую беседу родственников.

Скорпиус искоса глянул на него.

— Правда не понимаешь? — переспросил вкрадчиво.

Гарри решительно мотнул головой и хотел ответить, но осекся. Вообще-то он понимал. И даже слишком хорошо. Вряд ли жизнь Малфоя до их встречи можно было назвать счастливой или хотя бы нормальной, впрочем, на нормальную она не тянула и сейчас.

— Все равно мне никогда не принять мысль, что на тебе поставили крест! — возмутился Гарри. — Ты не дефективный, не сквиб, не носитель смертельно опасного вируса, не псих, наконец! Дураки они, в общем, — чуть остыв, выдохнул Гарри. — Ты уж прости меня за откровенность, — и приобнял свободной рукой Скорпиуса за плечи.

— Ты немного неправильно все понимаешь, — Скорпиус посадил Вайна себе на плечо и повел Гарри вдоль озера. — Отец гордится мной. Моей внешностью, должностью, способностями. Но все, кроме мамы, прекрасно понимают, что на самом деле я генетический мутант, не способный на нормальную жизнь из-за своей природы. И, конечно, никто не передаст мне титул и не признает наследниками моих детей, если такие будут.

— Это ты сам окрестил себя генетическим мутантом? Хорошо, хоть не уродом, — протянул Гарри, постепенно выходя из себя. Он бы этих Малфоев по одному передушил! Всех, кроме Астории, разумеется. Боже, в мире столько горя — а они нос воротят от своего наследника, который просто не такой, как все! — Главное, что ты способен на полноценную жизнь — даже более насыщенную, чем все мы вместе взятые, — продолжил он. — Да, типичной ее не сочтешь, но и ущербной не назвать.

А насчет титула — так Гарри был даже на руку, что Скорпиус избавлен от родовых обязательств. Впрочем, с учетом его особенностей и, как оказалось, личных предпочтений, так было намного спокойнее и самому Скорпиусу. Но это ему, Гарри, со стороны рассуждать легко. А Скорпиусу, знающему главный критерий своей родовой непригодности, наверное, не так просто дается эта мысль. Если не смирился, конечно… что еще хуже.

— Погоди… — замешкался Гарри. — А кому же еще, как не тебе? Ты единственный наследник. Или Драко планирует завести еще одного ребенка? — пораженно проговорил он.

— Уже, — пожал плечами Скорпиус, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся. — Моему дяде Монтикору уже десять лет, и осенью он поедет в Хогвартс. Право наследования было передано ему через полгода после рождения.

— Дяде? — Гарри ошарашенно хлопнул глазами. — Так это Люциус решил обзавестись еще одним наследником? Не Драко? — и хмыкнул, отойдя от удивления.

Несложно представить, каким ударом стало для Драко рождение брата. Хорошо, еще не вымещал на Скорпиусе злость за упущенный титул, свалив всю вину на него. А хотя чего валить-то? Вон, Скорпиус и без лишних обвинений чувствует себя корнем зла.

— Послушай, — начал Гарри. — Ты не виноват в том, что у твоего деда искаженные и извращенные понятия о том, кто должен продолжать его род. И его остается только пожалеть, раз события давних лет так и не научили его ценить близких.

О том, что на Люциусе хотелось испробовать как минимум два непростительных — и Империус в список желаний не входил — Гарри благоразумно умолчал.

— Они ничуть не извращенные, — покачал головой Скорпиус. — Они абсолютно правильны. Выбраковка негодного племматериала. Пожалуйста, не относись к этому с таким чувством. Это нормальный процесс. Ни я, ни отец не держим на деда никакого зла. Он поступил так, как должен был.

— А ты… ты бы так поступил? — спросил Гарри, скрипнув зубами, и выжидательно посмотрел на Скорпиуса.

Скорпиус надолго задумался.

— Я не был в такой ситуации, но если бы мне пришлось выбраковать одну из моих сов или совят, я бы никогда не смог этого сделать, — наконец произнес он. — Я бы выхаживал его до последнего. И уж конечно, я не смог бы поступить так со своим ребенком.

Ух, у Гарри словно гора с плеч свалилась! Потому что ответь Скорпиус иначе, Гарри не был уверен, что смог бы примириться с такими жизненными ориентирами, когда детей воспринимают как племматериал. Потому что если так относятся к собственному ребенку, какого уж тогда ждать отношения к посторонним!

— Ты даже не представляешь, как я рад такому твоему ответу, — с облегчением выдохнул Гарри. — Может, конечно, ты и бракованный, — улыбнулся он, — но это тот редкий случай, когда брак определенно идет на пользу. Может, среди вас, Малфоев, наконец, нормальные люди появятся.

— Каламбур, — усмехнулся Скорпиус. Он подвел Гарри к скрытой камнями и травой лавочке у самой воды и сел, сажая Вайна на колени. — Дед говорит, что моя настоящая фамилия Гринграсс, хоть и воспитан я как Малфой. Что из-за моих особенностей, генов и «мягкотелости» матери воспитание не легло как должно.

— На месте твоего деда я молчал бы о воспитании, — проговорил Гарри, усаживаясь рядом. — Если он считает, что всю свою жизнь только и делал, что прославлял ваш род, он очень заблуждается. И если бы не поступок Нарциссы, он бы до сих пор расхлебывал последствия своих заблуждений, — процедил Гарри, припоминая, как сразу после победы давал на суде показания в пользу Малфоев. — Так что не ему мнить себя образцово-показательным лордом.

— Я всегда думал точно так же, — улыбнулся Скорпиус. — И даже имел неосторожность высказать ему это вслух. Мне тогда было восемь лет, и кто-то по неосторожности не запер библиотеку. Я провел в ней благословенные сто сорок две минуты. Когда же дед меня нашел и принялся отчитывать, я сказал, что в процентном соотношении тяжесть моей вины перед родом по сравнению с его пренебрежительно мала, и что впредь попрошу не затрагивать вопросы вины, так как не уверен в его компетентности.

Гарри, замолчал, переваривая услышанное, а потом рассмеялся.

— Какой же ты молодец! Ты правда так все и сказал? — произнес он, переведя дыхание. — Представляю его лицо, — Гарри хохотнул и вдруг резко посерьезнел: — Надеюсь, твоя дерзость не обернулась для тебя Круциатусом? Или чем-то наподобие?

— Если бы каждая моя дерзость оборачивалась Круциатусом, я уже имел бы стойкий иммунитет к нему, — хмыкнул Скорпиус. — Но нет, представь себе, не обернулась. Напоминаю, мне было уже восемь, и родители имели семь лет подготовительного периода. К сожалению, я понял, что говорить нужно только когда тебя спрашивают, лишь на третьем курсе Хогвартса, успев настроить против себя всю школу, а действительно научился этому только к старшим классам, и во многом помогло то, что к тому времени со мной просто отказывались разговаривать.

— А как у тебя складывались отношения с учителями? Расскажи, мне было бы интересно послушать про твою учебу, — сказал Гарри, напрочь уходя от темы сомнительных семейных ценностей, а затем выпустил Хлою из рук, усаживая себе на колени.

— Вряд ли им нравился ученик, который знал их предмет лучше них самих, — Скорпиус подсадил Вайна к сестре, и его место тут же заняли ластящаяся Йока и еще одна сова, имя которой Гарри не помнил. — С третьего курса я был избавлен от посещения теоретических дисциплин, посещая только практические, что, сам понимаешь, не добавляло мне популярности у учеников, а учителя… Сейчас я понимаю, что они чувствовали себя примерно так же, как и мои родители — вынуждены были следить за каждым словом и действием, ведь если остальные ученики не замечали ошибок, неточностей и оговорок, я мог перечислить их все, представив как аргументы в споре, опровергнуть любое их мнение, если имел на руках противоречащие факты, и более того — регулярно все это делал, искренне считая, что ученики должны получать верную информацию. В общем, меня ненавидели, — подытожил он со смешком. — И я их не виню.

— Тебя послушай, так ты само понимание, — выдохнул Гарри. То, что Скорпиус оказался не злопамятным, шло ему только в плюс. Но вот бесконечное «я знаю, что во всем виноват один лишь я», начинало злить. В конце концов, если Малфой не оправдал чьих-то надежд, так это не его проблема. Хотя о чем говорить, если даже профессора Хогвартса — и те вели себя недопустимо, в открытую демонстрируя неспособность работать с выдающимися учениками. — И в итоге ты поступаешь в Академию, — продолжил он, не позволив нарастающей злости завладеть им. — Там ведь все по-другому было?

— Да, — коротко кивнул Скорпиус. — Там я был один. В том смысле, что меня не заставляли контактировать с другими учениками, а задачей учителей было не столько научить меня чему-то, а скорее выяснить, на что я способен. Ну и занять меня чем-нибудь, что тоже было очень неплохо. И, как ни странно, именно там я все-таки сумел попытаться наладить кое-какие личные связи, потерпев, правда, полный крах, но все-таки это был волнующий опыт.

— А сколько у тебя было таких личных связей? — спросил Гарри. — Не сочти за допрос, мне правда интересно. И как состоялась твоя помолвка, тоже интересно. Ты сам себе невесту выбрал или родители подыскали выгодную партию?

— Родители, конечно, — Скорпиус хмыкнул, будто сам он никогда такого не сделал бы. — Отвыкли от меня за время учебы в Хогвартсе, заметили изменения в лучшую сторону, и решили попытать счастья. Что затея была провальная, стало ясно на первом же свидании, а итог ты уже знаешь. Что же касается остальных, то их было четверо. В первую очередь, конечно, Наставник Йозеф. Именно он объяснил мне, что я делаю не так в общении с людьми, и почти весь первый год обучения был посвящен социальной адаптации, чтобы я мог потом нормально работать в коллективе. Наставник Йозеф также познакомил меня с Веддерами — Алисией и Карлом. Это были брат с сестрой с похожими на мои талантами к вычислению, но их память касалась только цифр. Сначала мы общались все вместе, и мне даже показалось, что мы подружились с Карлом, но потом Алисия начала со мной заигрывать, и Карла это почему-то взбесило. Алисия же за исключением любви к цифрам, была обычной девушкой, и ее очень быстро стало не устраивать, что я лишь соглашаюсь с ее инициативой, но никогда не проявляю ее сам. А я не был заинтересован в отношениях, более того, надеялся, что если они прекратятся, то мы помиримся с Карлом. Но в итоге Алисия устроила мне скандал, а Карл попытался побить за то, что я так ужасно обращаюсь с его сестрой. У него это не получилось, но урок я получил, и когда ко мне стала проявлять интерес еще одна девушка, Марго, я сразу сказал ей, что от меня не стоит ничего ждать. Тогда она сказала, что ждет лишь одного — чтобы я ее трахнул. В первый раз мне это предложение показалось относительно заманчивым, а потом просто не хотелось обижать ее отказом, раз уж я могу доставить ей удовольствие. Тем более, механический оргазм тоже никто не отменял. Вот только я уже говорил, я чувствую слишком много всего разом, и если в мозг вливается от двухсот до полумиллиона ощущений, а приятных из них только десять-двенадцать процентов, то удовольствия такие контакты не доставляют.

— Да-а уж, — только и смог проговорить Гарри. — Многое теперь для меня стало понятнее, — улыбнулся он. — Спасибо, что рассказал, — искренне поблагодарил он. И хотя он до сих пор вытягивал из Скорпиуса буквально по слову, прогресс был очевиден. Малфой начал с ним разговаривать, и ради этого Гарри готов был запастись тоннами терпения. — Знаешь, я еще раз повторю… я очень рад, что ты поступил в аврорскую академию. Я рад твоему распределению. И рад, черт возьми, что в то утро я увидел на тебе эти пресловутые ярко-голубые трусы.

Скорпиус негромко рассмеялся и легонько толкнул его плечом.

— Трусы, а! — фыркнул он. — Никогда бы не подумал, что мою судьбу решит любовь к яркому белью.

— Нет, трусы, конечно, сыграли свою роль, — покачал головой Гарри, — но твою судьбу, пожалуй, решила совместная конная прогулка. Ты кстати помнишь, как от меня потом весь вечер шарахался? — рассмеялся он.

— Помню ли я? — с усмешкой переспросил Скорпиус. — Ты еще спроси, встанет ли завтра солнце! Кстати если ты когда-нибудь проснешься на рассвете, обязательно разбуди меня. Тут очень красиво в это время.

— Ну да, конечно, помнишь, — протянул Гарри. — Как же ты меня бесил тогда своим упрямством! — выдохнул он. — На балконе ему вздумалось ночевать! Странно еще, что ты ванную не трансфигурировал в кровать, — хмыкнул он и, помолчав, добавил: — Непременно разбужу.

Скорпиус улыбнулся и потянулся к нему, подвигаясь ближе и прислоняясь плечом.

— А как насчет тебя? — спросил он неуверенно, вглядываясь в озеро. — Расскажешь? О жене и том невоспитанном мужчине? И вообще о той жизни, о которой не пишут в досье?

— О том, чем не пишут в досье, можно запросто прочитать в «Пророке», — хмыкнул Гарри. — О жене, в общем, и рассказывать-то нечего. Обыкновенный неудачный брак. Встречались, поженились, развелись. Точнее, в нашем случае супруг выкупил свободу. Но, как известно, все имеет свою цену, — произнес он, тщательно стараясь скрыть в голосе грусть. — В тот день, когда я получил развод, я потерял самого близкого друга. Ее брата, — тут же пояснил он. — Мы очень близко дружили, с самого первого дня в Хогвартсе. А почему разошлись с Джин? Вероятно, былые чувства угасли. Знаешь, до недавнего времени я вообще думал, что когда-то любил ее. Теперь склонен расценивать это как сильное увлечение, — сообщил он, вглядываясь в водную гладь. — А невоспитанный мужчина — в смысле Патрик? — Гарри повернулся к Скорпиусу и рассмеялся.

— Да, и не думай, что я забыл его имя, — поморщился Скорпиус. Он помялся, а потом вдруг напряженно попросил: — Я очень прошу никогда мне не говорить, если ты решишь его… Навестить. И кого-нибудь другого тоже. Я сторонник моногамии, но не буду требовать от тебя того же. Просто не нужно меня посвящать.

— Эмм, хорошо, как скажешь. Посвящать не буду, — охотно согласился Гарри. — Захочу потрахаться на стороне — просто скажу тебе, что устал или болит голова. Так, надеюсь, устраивает? — спросил он и взглянул на Скорпиуса внимательно, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не расплыться в улыбке.

Нет, Скорпиуса определенно надолго не хватало адекватно реагировать на его слова. Видимо, все — лимит здравого смысла исчерпан, и теперь настал черед откровенной чуши.

Скорпиус хмуро глянул на него и быстро отвернулся.

— Лучше, если ты вообще ничего не будешь говорить, — ответил он убитым голосом.

Решив, что еще чуть-чуть и шутка явно затянется, Гарри коснулся рукой его плеча и скользнул по шее к затылку, мягко погладив Скорпиуса по волосам.

— Ох, как хорошо, что ты избавил меня от вранья. Хотя если честно, я ничего и не собирался тебе говорить, — вкрадчиво произнес он. — И сейчас объясню, почему. Все очень просто — никого не хочу, кроме тебя. Ни видеть, ни слышать, а уж тем более ни с кем другим трахаться.

Скорпиус развернулся к нему и долго вглядывался в глаза, будто ища подтверждение услышанному.

— Я бы хотел, чтобы ты думал так всегда, — в конце концов выдохнул он и, не обращая внимания на недовольно ухнувшую Йоку, потянулся к его губам.

* * *

— Мистер Маккой, добрый вечер. Еще раз спасибо, что согласились помочь нам, — произнес Гарри, аппарировав вместе со Скорпиусом прямо ко входу в NCA.

— Не стоит. Пустяки, — отмахнулся Ивар, растянув губы в широкой улыбке. — Тем более, есть официальный повод прогуляться по ночному городу. А с моим графиком это редкое удовольствие, — сообщил он и устремил взгляд на Скорпиуса: — Как поживает ваш филин?

— Со всеми перезнакомился и теперь отдыхает, — улыбнулся Скорпиус. — Только он не мой, у него есть владелец. Я отправил к нему Игги, но лететь довольно далеко.

— Рад, что с ним все хорошо, — кивнул Ивар. — Разрешение у меня на руках, — он продемонстрировал сложенный вдвое лист бумаги. — Как будем добираться? На машине или вашим способом?

— Если вы уже привыкли к аппарации, то нет смысла терять время, — произнес Гарри, протягивая ему руку.

Однако хвататься за руку Ивар не спешил.

— Отсюда недалеко. С той скоростью, которую предпочитает мистер Малфой, это займет не больше четырех минут. Дороги сейчас совершенно пустые, объезжать ничего не придется, — кинув короткий взгляд на Скорпиуса, сообщил он, ожидая ответа.

— Для этого предложения есть только одно определение — искушение, — протянул Скорпиус, находя глазами машину. — И, боюсь, я не могу противиться.

Он, как привороженный, пошел к машине и ласково погладил капот, здороваясь.

— Останови меня завтра, если я захочу купить все машины в салоне, — повернулся он к Гарри с улыбкой. — Только джип. Ну и может быть что-то спортивное. А еще мне понравились кабриолеты. И хорошо бы найти машину такого же голубого цвета как сам-знаешь-что.

— Ты, оказывается, еще и в машинах ненасытен. И то, и то, и это ему подавай, — не без удивления проговорил Гарри. — Но хорошо, после третьей я тебя остановлю, — пообещал он и улыбнулся, решив, что когда они найдут ярко-голубую машину, он сам подарит ее Скорпиусу.

— Машины стоят недешево, — счел нужным предупредить Ивар, пристально наблюдая за Малфоем. — Я, конечно, не знаю, какие у вас зарплаты, но хорошая спортивная машина — это весьма дорогая игрушка.

— А кстати, сколько я получаю? — внезапно ошарашил всех вопросом Скорпиус и с любопытством посмотрел на Гарри. — Меня не интересовал этот вопрос, и договор о приеме на работу я подписал не глядя.

— Я откуда знаю? Сходи в счетный отдел и спроси, — протянул Гарри. — Заодно и мою выписку возьмешь, — хмыкнул, подумав, что и сам недалеко ушел от Малфоя. Уж за последние полгода он точно не интересовался перечислениями на свой счет в Гринготтсе.

— Вы издеваетесь? — Ивар осуждающе покачал головой. — Или вам с вашей магией деньги не нужны?

Он кинул Скорпиусу ключи и пошел к машине.

— Разумеется, нужны, — отозвался тот, плавно вставляя ключ в замок. — Но так уж вышло, что мы оба состоятельны даже по меркам нашего мира. В вашем же, я думаю, мы неприлично богаты.

— Так и есть, — подтвердил Гарри. — Но как выяснилось, в Аврорате я теперь не единственный, кто работает за идею. Исключительное право на эксклюзивность безнадежно утеряно, — он улыбнулся, встретившись взглядом со Скорпиусом в зеркале заднего вида.

— Вы сейчас нарочно разжигаете во мне низменные чувства? — с сарказмом протянул Ивар. — Я, конечно, не бедствую, но кредит за квартиру до сих пор не выплатил.

— Кредит? — с интересом переспросил Скорпиус. — Вы имеете в виду какие-то денежные отношения?

— Да, и это весьма долговременные отношения, — ухмыльнулся Ивар. — Попробую вам объяснить. Допустим, человеку нужны деньги, но на банковском счету должной суммы нет. А некоторые банки готовы одолжить человеку эту сумму. Конечно, не безвозмездно. Плата взимается в виде процентов, — сказал он. — Надеюсь, я объяснил более или менее доступно.

— Если вам нужны деньги, я готов одолжить их вам безо всяких процентов в любом количестве, — предложил Скорпиус так, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

— Спасибо, — ошарашенно выдавил Ивар. — Но боюсь, я не могу воспользоваться вашим предложением. Хотя оно весьма и весьма заманчиво. Но все равно спасибо, — несколько смущенно добавил он.

— Не вижу причин для отказа, — искоса глянул на него Скорпиус и вытащил АйДжамп. — Средняя стоимость жилья в маггл-Лондоне сопоставима с ежемесячными счетами из ресторана, с которым у меня договор, — известил он будничным тоном, сверившись со сводками. — Это точно не те суммы, за которые стоит беспокоиться.

— Вы, наверное, не совсем понимаете, — тихо проговорил Ивар. — Я бы с большой благодарностью принял ваше… предложение, если бы знал, что смогу расплатиться с вами, допустим, через полгода. Но увы, — выдохнул он. — Я могу сделать это лишь через полтора-два года, не раньше.

— Это вы, кажется, не понимаете, — Скорпиус остановил машину перед входом в метро и развернулся к Ивару. — Не хочу кичиться деньгами, ради которых мне никогда не приходилось работать, но они у меня есть, и в количестве, достаточном, чтобы не заметить подобную сумму вовсе.

— Я буду очень вам благодарен, — только и смог выдавить Ивар. — Но вы должны быть уверены, что я отдам все до последнего пенни.

Озвученное Скорпиусом предложение — который, судя по тону беседы, мог вполне перерасти в безвозмездный подарок — удивило не только Ивара. Признаться, Гарри не ожидал, что Малфой вызовется помочь. Не то, чтобы Скорпиус был бессердечным и жадным, но, видимо, их совместный поход к ветеринару не прошел бесследно, и Ивар каким-то образом смог расположить его к себе, раз тот готов теперь одолжить денег совершенно постороннему человеку.

— В таком случае разговор исчерпан, — Скорпиус украдкой погладил руль и с сожалением вытащил ключ из замка зажигания. — Хорошо, что я сплю под зельем, иначе мне грозила бы бессонница с мыслями о машинах, — усмехнулся он.

— Чувствую, в салон мы помчимся едва ли не с рассветом, — снисходительно хмыкнул Гарри. — Мистер Маккой, — обратился он к Ивару. — Сколько у нас есть времени?

— Через полчаса метро закроют для посетителей, и можно будет пройти по путям, — Ивар глянул на красивые наручные часы, и от Гарри не укрылся заинтересованный взгляд Скорпиуса. — Поезда снова начнут ходить в пять утра.

— Прекрасно, — отозвался Гарри. — Надеюсь, осмотр нам что-то даст. Скажите, а мы можем каким-то образом узнать, было ли разрушение туннеля на каком-нибудь из участков. Может дыра в стене… или в потолке. Наверняка ведь среди работников есть те, кто следит за порядком на участках между станциями и фиксирует подобные случаи.

— Мы не получали никаких сообщений, — покачал головой Ивар.

— И я даже знаю, почему, — задумчиво протянул Скорпиус, уставившийся в свой АйДжамп. — На форуме неких диггеров говорится о том, что тут соседствуют станции старого и нового метро. Старое заброшено, не обслуживается и не снабжено камерами. Думаю, нам нужно именно туда.

— Значит, начнем как раз оттуда, — кивнул Гарри. — Я думаю, можно уже спускаться, — сообщил он, стараясь в последний момент придать голосу больше вопросительных интонаций, нежели привычно-командных. Все-таки Ивар находился не в его подчинении.

— Лично мне очень интересно посмотреть на это ваше метро, — заявил Скорпиус и первым пошел ко входу.

Не смотря на поздний час на станции было не так уж мало людей, и на странную троицу молодых, представительных и очень сосредоточенных мужчин посматривали с интересом.

— Потрясающе! — протянул Скорпиус с искренним восторгом, проводив взглядом поезд. — Мы можем на нем проехать? Это было бы очень интересно и полезно, как мне кажется.

— Да, магглы весьма изобретательны, — с усмешкой протянул Гарри. — Как видишь, они не уступают нам во многих аспектах. А в некоторых — переплюнули даже, — и кивнул головой на малфоевский АйДжамп. — Думаю, на небольшую поездку времени должно хватить, — улыбнулся Гарри. — Вы не возражаете? — спросил он Маккоя.

Нет, нужно будет непременно выкроить день и устроить Скорпиусу настоящую прогулку по маггловскому Лондону — и с метро, и с парками, и со всякими разными достопримечательностями. А может, и с походом в кино.

Видимо, Ивару пришла в голову та же мысль.

— Я готов выступить в роли экскурсовода и штатного волшебника, — сказал он, тепло глядя на Скорпиуса. — Пусть даже это довольно самонадеянно с моей стороны.

— Не хочу отнимать у вас время, — покачал головой Скорпиус. — И, заодно, испытывать ваше терпение.

— Не беспокойтесь, мне будет приятно оказаться вам полезным, — улыбнулся он. — И не только в плане расследования. Считайте это небольшой благодарностью за ваше предложение, — вскинув руки, протараторил Ивар, когда Скорпиус собирался что-то возразить. — И поверьте, терпения мне не занимать, — кивнул он.

— О, вы его явно недооцениваете, — шутливо протянул Гарри. — Порой мистеру Малфою равных нет не только в его памяти, но и в способности не замечать, очевидного, к примеру. Так что на вашем месте, я бы трижды подумал. Вы еще пригодитесь вашей организации с целыми нервами, — добавил с улыбкой, снова заметив чрезмерно заинтересованный взгляд Маккоя в сторону Скорпиуса.

Ивар посмотрел на него чуть внимательнее, чем следовало, и быстро отвел глаза. Похоже, он понимал намеки правильно. В отличие от Скорпиуса.

— Думаю, если я буду преимущественно молчать, беды не случится, — сказал он к радости Маккоя. — А посмотреть, на что ещё способны магглы, мне с каждым часом всё интереснее. Кстати, мы с мистером Поттером немного прогулялись и даже зашли в «МакДонАльдс», — он сделал ударение на последнем слоге на французский манер. — И у меня осталось ощущение, что я не всё распробовал.

— Как вы интересно произнесли это название, — улыбнулся Ивар. — Я не сильный поклонник такой еды, но в виде исключения составлю вам компанию. Мистер Поттер, а вы куда бы хотели попасть? Может, у вас будут особые пожелания к маршруту?

— На необитаемый остров, — буркнул Гарри, искоса взглянув на Скорпиуса. — Во всех остальных случаях маршрут значения не имеет.

— Тебе не обязательно идти с нами, — от чистого сердца подлил масла в огонь Скорпиус. — Ты ведь всё это уже видел.

— Отчего же, — к неожиданности Гарри возразил Ивар, внимательно на него посмотрев. — Думаю, у нас найдется что-нибудь, способное поразить и мистера Поттера тоже.

Ответить замешкавшийся от удивления Гарри не успел — подошел поезд, и Скорпиус, предварительно с интересом оглядев двери, шагнул в вагон.

— Им управляет человек, — сказал, воодушевленно сверкнув глазами. — Что нужно сделать, чтобы сесть за руль?

Гарри и Ивар переглянулись и понимающе друг другу хмыкнули.

— Главное не проговориться однажды про самолеты, — шепнул Ивар, когда поезд тронулся.

— Вы уже это сделали, — отозвался Гарри насмешливо. — Он умеет читать по губам.

Ивар вскинул брови и глянул на повернувшегося к окну Скорпиуса с уважением.

— Я понимаю, что у меня нет почти никаких шансов, — сказал он, пользуясь тем, что Малфой их не видит. — Но даже в этом случае буду играть честно. Не нужно так осязаемо меня ненавидеть.

— Не понимаю, о чем вы, — процедил Гарри, хотя на деле он прекрасно осознавал, что Ивар имел в виду. — Я о том, что ненависти у меня к вам нет, — чуть помолчав, добавил он. — Равно как и права на игру. Тем более, что Скорпиус не ставка, чтобы быть на кону.

— Не ставка, — покачал головой Ивар. — Скорее, приз…

Он кивнул Гарри и решительно шагнул к Скорпиусу, быстро зашептав что-то ему на ухо. Судя по тому, как вспыхнули у Малфоя глаза, речь шла о чем-то, что могло двигаться под управлением человека.

«Приз, значит… Ну что ж, посмотрим, как ты его завоевывать будешь», — подумал Гарри, с раздражением, но в то же время с интересом наблюдая за происходящим.

Нет, паниковать он не собирался. Никаким конкурентом Маккой для него не был. Не то, чтобы Гарри был убежден, что для Скорпиуса весь белый свет сошелся клином только на нем одном, но он каждую ночь видел в малфоевских глазах то, что не видел прежде ни в чьих других. А Гарри по себе знал, какая это редкость. А еще Ивар понятия не имел о настоящем Скорпиусе. И не об аппетитной представшей перед ним картинке уверенного в себе мужчины, а о его ранимости, не говоря уже о ворохе заморочек и комплексов. Нет, ни о чем таком не знал ни Ивар, ни кто иной. А он, Гарри, знал. И мало того, что знал, так еще и считался с всеми этими особенностями и принимал Скорпиуса таким, какой он есть. Во всяком случае, очень старался. А хватит ли Маккою терпения, житейского опыта и элементарных знаний о привычных для Малфоя вещах, чтобы удержать его при себе, Гарри сильно сомневался.

И дело не в том, что к Малфою он испытывал то, что никогда до этого ни к кому не чувствовал. Он был не из тех, кому страсть или чувства посильнее могли застлать глаза — несмотря на вспыхнувшие эмоции он был в состоянии трезво оценить все то, что между ними происходит. Как и нелепые попытки Маккоя затеять эту пустую для него самого игру.

И всё равно когда Скорпиус обернулся, неосознанно ища его взглядом, хотя при этом внимательно слушал Ивара, на душе потеплело. Разумных доводов его ревнующему сердцу оказалось недостаточно, но этот взгляд из желания убедиться, что он, Гарри, никуда не делся, оказался чудодейственной таблеткой, вмиг вылечившей недуг.

Поезд начал сбавлять ход, и Скорпиус, вежливо улыбнувшись Ивару, снова прилип взглядом к окну. Гарри мысленно хмыкнул, отчаянно понадеявшись, что в кабину машиниста он всё же проситься не будет.

— Ты еще хочешь прокатиться? — тихо спросил Гарри, подходя к Скорпиусу. — Или выходим и ищем заброшенные станции?

— Я хочу, но, пожалуй, не сейчас, — отозвался Скорпиус. — Крайне медитативное занятие — вид из окна потрясающий!

«Да уж медитативное, дальше некуда», — мысленно выдохнул Гарри и мельком взглянул на Ивара.

— Мистер Маккой, как нам найти станции? — поинтересовался он, когда они вышли из вагона. — Боюсь, с аппарацией мы можем ошибиться, даже если подробно изучим схему метрополитена.

— Нам нужно вернуться обратно на ту станцию, куда мы вошли, — Ивар кивнул на пути напротив. — После закрытия нас будет ждать работник метрополитена. Думаю, он покажет путь.

— Я не нашел в Интернете ничего о том, как попасть туда из метро, но есть координаты канализационных коллекторных колодцев, ведущих в тонелли, — Скорпиус подошел к самому краю платформы и вгляделся в тоннель. — Но я думаю, отсюда будет и проще, и интереснее. И пусть мой мозг загружен всего на полтора процента, это всё равно интересно, — он улыбнулся. — Не думал, что так может быть.

— Интереснее будет, но вот проще — уж точно нет. Наверняка работники знают специальные ходы, — произнес Гарри. — Или тебе приключений для полного счастья не хватает? — улыбнулся он Скорпиусу.

— Вот в данную конкретную минуту мне всего хватает, — заверил его Скорпиус. — А вчера даже и с избытком было — думал, мозг вскипит, поперхнувшись эмоциями. Но до эры голубых трусов было вообще-то довольно уныло, — он виновато улыбнулся. — Хотя смотря с чем сравнивать — в Аврорате просто чертовски интересно по сравнению со всей моей предыдущей жизнью.

Да уж, вот тут Скорпиус был несказанно прав — вчера действительно можно было захлебнуться в эмоциях. И даже утонуть. Да и вообще рядом с Малфоем Гарри мог ощутить почти что весь спектр чувств за какие-то полчаса. И как показал опыт, не только радужных. «И куда только Ивар решил сунуться?» — снова усмехнулся он про себя.

— Значит, вводим персональное летоисчисление, — хмыкнул Гарри. — Так что, едем обратно? Полностью полагаюсь на вас, Ивар, — продолжил он, взглянув на с любопытством слушающего их Маккоя.

— У нас, магглов, есть такой негласный закон — всё, что упомянуто вслух в присутствии третьих лиц, считается общедоступной информацией, — протянул Ивар, переводя взгляд с одного на другого. — И поэтому я просто требую посвятить меня в тайну голубых трусов. Это какая-то поговорка? Или скорее то, о чем я подумал в первую очередь? — он буквально впился взглядом в Скорпиуса, но такта ему хватило, чтобы не опустить взгляд ниже лица.

— Можете считать это символом сближения, — буркнул Гарри, поразившись метаморфозе, что происходила с Иваром. Маккой смелел на глазах. Интересно, а Скорпиус его тоже окрестит «невоспитанным мужчиной»? Или подобные определения ложатся исключительно на тех, кто имеет виды на него, Гарри?

Скорпиус прищурился, глядя на смутившегося Ивара, и виновато опустил голову.

— Извините, я забылся, — сказал он быстро. — Усилия мистера Поттера отучить меня думать при нем о работе вне стен Аврората, похоже, всё же дали свои плоды. Впредь этого не повторится.

«Блядь, ну нет, только не по новой», — мысленно взмолился Гарри, посмотрев на притихшего Скорпиуса. Вот только же Малфой начал вести себя нормально, забыв о роли вышколенного щенка — и тут на тебе… Да он бы этому Маккою голову открутил! Угораздило ведь того заострить внимание на этих самых трусах!

Или может, дело вовсе не в Иваре, а в нем самом… Неужели это он, Гарри, и является причиной вечной готовности Скорпиуса за все извиняться. Смутная догадка прошлась холодом по позвоночнику и осела тяжелым камнем в желудке. Не может же он рождать в Малфое бесконечный комплекс вины? Или все-таки может?

— И мистер Поттер надеется, что усилия его не пропадут даром, — выдавил он.

— Давайте вы будете вести себя так, как если бы поехали сюда без меня, — помолчав, предложил Ивар. Надо отдать ему должное, малым он был сообразительным, потому что, похоже, вполне разобрался в некоторых их сложностях даже за столь короткий срок. — Думаю, так всем будет проще. В конце концов, меня трудно назвать официальным представителем неволшебного человечества, а лондонская подземка — точно не зал для официального приема.

— Предложение идеально, — кивнул Скорпиус и тут же поморщился. — Кстати насчет приема, я убедил мать, что совершенно не нужен на нем завтра, — он довольно улыбнулся. — Так что мы можем уехать куда-нибудь на джипе, — он посмотрел на Гари так, что сразу вспомнились разложенные сидения и банка смазки в бумажном пакете.

— Прекрасное предложение, — выдохнул Гарри и шагнул к Скорпиус вплотную. Чуть приобнял его, и отбросив сомнения, увлек его в быстрый поцелуй. — Я очень рад, что тебе не придется туда тащиться, — шепнул на ухо. — А еще по пути можем и сникерсов накупить, — улыбнулся он и чуть отстранился.

Конечно, заниматься столь откровенной демонстрацией чувств в присутствии Ивара было несколько неправильно, но Гарри было абсолютно на это плевать. Ничего, он готов прослыть человеком невоспитанным, наглым и лишенным понятий о приличиях, лишь бы только Скорпиус снова не запер себя в никому не нужные рамки.

Судя по всему, прослыть кем-то из этого списка он все-таки рисковал, потому что смутился Скорпиус жутко — порозовел, напрягся и, искоса глянув на Ивара, поспешно отвернулся. Но тем не менее ответил совершенно спокойно и даже весело:

— Лучше купим курицу… штук пять.

Вспомнив об украденной ими курице — да, та толстушка была неподражаема — Гарри улыбнулся, кивнул и, легко коснувшись губами малфоевской щеки, повернулся к Маккою.

— Надеюсь, мы вас не смутили. Обратно на станцию? — спросил он Ивара.

— Меня — нет, — коротко ответил Ивар, глянув на него задумчиво и чуть укоризненно. Тут Гарри запоздало понял, что своей небольшой демонстрацией дал Маккою понять, что всё же видит в нем соперника. Это было совсем некстати, и он хотел было отодвинуться, когда Скорпиус вдруг несмело взял его за руку. Простой незаметный жест, явно не на показ, заставил Ивара помрачнеть и отвернуться.

Гарри легонько сжал пальцы и погладил большим по мягкой коже.

— Пойдем, — тихо шепнул он и двинулся к противоположным путям.

Поезд подошел быстро, и все трое вошли в вагон. Как и в прошлую поездку, Скорпиус сразу же ринулся к окну. Но на этот раз все были на своих местах — Гарри стоял рядом с ним.

— Там столько проводов, — наклонившись к нему, сказал Скорпиус. — И уходящих в сторону тоннелей. И каких-то труб, дверей и ещё чего-то совершенно мне непонятного.

— Тут и для меня понятного мало, — покачал головой Гарри. — Думаю, работник, который поведет нас, с радостью даст пояснения. Правда, боюсь, некоторые вопросы так и останутся без ответа, — хмыкнул он. — Ты же наверняка за две поездки заметил больше деталей, чем большинство сотрудников за все годы работы.

— Не волнуйся, я не буду задавать вопросов, — заверил его Скорпиус. — Мы сейчас будем упорно притворяться магглами, а для этого мне лучше молчать.

Поезд Малфой покидал с видимым сожалением. Он коснулся рукой вагона, медленно выходя из дверей, и явно пообещал себе обязательно сюда вернуться.

— Какая у нас легенда? — спросил он Ивара, когда поезд исчез в тоннеле.

— То разрешение, что у меня на руках, избавляет нас от необходимости что-то придумывать, — покачал головой Ивар и слегка улыбнулся. — Очень сомневаюсь, что кто-нибудь из сотрудников потребует от нас отчет, для чего мы здесь. В то время, как каждый из нас вправе задать любые интересующие его вопросы, — и в упор посмотрел на Скорпиуса, явно услышав их с Гарри разговор.

— Ивар, вы плохо меня знаете, — усмехнулся Скорпиус, озвучивая то, что не стал говорить Маккою Гарри. — И просто не представляете, сколько проблем может доставить мой язык.

— Если с первой частью не согласиться невозможно, то со второй я бы поспорил, — сообщил Ивар. — Один из таких случаев, насколько вы помните, мне довелось наблюдать воочию. Правда, как мы с вами обсудили позже, дело было больше в недопонимании.

Гарри внимательно посмотрел на Ивара, затем перевел взгляд на Скорпиуса, но промолчал, решив, что непременно расспросит его, что имел в виду Маккой, но когда они останутся наедине.

Случай представился почти сразу же. До закрытия метро оставалось ещё четверть часа, и Скорпиус воспользовался этим временем, чтобы пройтись по станции с обожаемым АйДжампом. Какая информация ему понадобилась на этот раз Гарри спрашивать не стал, равно как и ходить вместе с ним, чтобы не выглядеть подозрительной что-то вынюхивающей парочкой, а то и троицей, если бы Ивар стал ходить с ними.

Вскоре Скорпиус сам подошел к нему, Ивар же на удивление остался стоять поодаль и, сверившись с наручными часами, принялся оглядываться по сторонам.

— Вы обсуждали то, что произошло в кабинете начальника NCA? — спокойно спросил Гарри, воспользовавшись минуткой, пока к ним не вышли работники метрополитена.

— Да, и пришли в итоге к взаимопониманию, — Скорпиус искоса глянул на Ивара и негромко добавил: — Он умный человек и умеет думать в отрыве от эмоций. Хорошая основа для сотрудничества.

— С какой-то стороны, я рад, что твое отношение к магглам меняется, — начал Гарри и замолчал на полуслове.

И как ему дальше продолжить? Сказать, что не нравится, что это происходит исключительно благодаря Ивару Маккою? Глупо и неразумно. Не обосновать не получится, а высказать свою точку зрения, отчего вдруг агент NCA проявляет такое понимание и демонстрирует угодливость — так навряд ли Скорпиус поймет и поверит, раз сам не замечает в свою сторону заинтересованных взглядов Ивара. К тому же, ведь и правда, не замечает. Тогда в чем проблема? В том, что Гарри переживает, что в один прекрасный момент Скорпиус откроет глаза? Ну даже если и так, то, что дальше? Это совершенно не означает, что у них закрутится роман. А оскорблять Малфоя нелепыми подозрениями Гарри не хотел.

— Действительно рад, — закончил он, заметив приближающихся к ним Ивара и служащего метрополитена.

— Добрый вечер, господа, — служащий оказался немолодым мужчиной, явно видавшим деньки получше. Выглядел он устало и слегка сердито. — Мне приказано вас сегодня сопровождать. Надеюсь, это не на всю ночь? Мне ещё обход делать!

— Надеюсь, что мы управимся быстро, — ответил Гарри. — Нас интересуют старые заброшенные станции. И конкретно те, которые не оснащены камерами слежения.

— Потерялся кто-то, что ли? — нахмурился старик. — Так у нас такое бывает частенько. Вы бы собаку тогда взяли, а то переходов много, заблудиться — раз плюнуть.

— Покажите нам, пожалуйста, вход, и больше ничего не нужно, — попросил Скорпиус, тщательно подбирая слова.

— Да как же! — фыркнул старик, смерив его взглядом. — Сгинете ещё, кто отвечать будет?

— Вы можете показать нам вход и начать свой осмотр. А потом вернетесь за нами, — предложил Гарри. — Уверен, к тому времени мы найдем, что нам нужно, а вы спокойно сдадите смену и будете знать, что мы никуда не делись. Обещаем далеко не заходить, — кивнул он в подтверждение своим словам.

— Ну если так… — служитель оценивающе посмотрел на него, потом на Ивара и, видимо решил, что двое взрослых мужчин доверие всё же внушают. Скорпиуса он явно видел исключительно как несмышленого паренька, поэтому в расчет не брал. — Ладно, идемте.

Они дошли до самого края платформы, где обнаружилось, что в туннель ведет узенькая дорожка, через несколько метров заканчивающаяся лесенкой. Скорпиус первым сбежал вниз, с интересом осматриваясь, и старик недовольно спросил:

— Стажер, что ли? Экий ретивый.

— Стажер, — с готовностью кивнул Гарри, не желая разводить дискуссий. — Молодость, — хмыкнул со снисхождением, взглянув на нахмурившего старика.

Ивар нахмурился, явно несогласный с такой политикой, но промолчал.

— А здесь водятся животные? — спросил вдруг Скорпиус. — Крысы, к примеру?

— Ну вот! — всплеснул руками смотритель. — Ещё один! Да! — гневно выкрикнул он. — Крысы, монстры, динозавры! Гигантские червы и прочие мутанты! И парочка пришельцев у меня прикормленная от галактической полиции прячется!

У Скорпиуса было такое лицо, что Гарри едва не рассмеялся — остановило только понимание, что ситуацию нужно срочно спасать. Но, к счастью, Малфой обошелся и без его помощи.

— Сарказм тут не уместен, — отрезал он металлическим голосом. — Извольте ответить на вопрос.

Старик смерил Скорпиуса нечитаемым, явно недоброжелательным взглядом, но, видимо, решив, что лучше не связываться, хоть даже и со стажером, нехотя ответил:

— Санитарная обработка путей и туннелей проводится регулярно и четко по графику. Эти помещения обрабатываются согласно утвержденному расписанию дважды в год. Если вдруг и забрел какой мышонок — то скорее по ошибке и из коллектора. Специально зоопарки мы здесь не разводим, — буркнул он напоследок.

— Вы сказали «еще один», — дождавшись, пока смотритель замолчит, вмешался Гарри. — Кто еще интересовался этими станциями?

— Да каждый школьник про этих крыс проклятых спрашивает! — раздраженно рыкнул старик. — Да и кто постарше, но умом не блещет. И фильмы эти американские проклятые то и дело масло в огонь подливают. Помешанные все стали на том, что всё от них правительство скрывает, видишь ли! Пришельцев, экстрасенсов, альтернативный разум… Идиоты, право слово!

Он снова зыркнул на Малфоя, и тот ответил ему откровенно неприязненным взглядом. Такой взгляд Гарри видел впервые, и ему он не понравился.

— Если бы в подобных вопросах не было необходимости, вам бы их не задавали. Уверяем вас, — холодно протянул Гарри. — Мистер Малфой, — нарочито выделив обращение, обратился он к Скорпиусу. Он не желал называть его по имени в присутствии смотрителя, да и подчеркнуть перед нагловатым стариком отведенные всем роли лишним не было — судя по всему, в неуважительном тоне этого маггла виноват он был сам, когда сказал про Скорпиуса «стажер». — У вас будут еще какие-нибудь вопросы к смотрителю? Если да, то не сомневайтесь, он будет отвечать на любые и ровно столько времени, сколько будет нужно. Если угодно, вплоть до рассвета.

— Было ли обнаружено за последнее время что-то необычное? Повышение уровня радиации, отклонения в работе приборов, внезапные перебои электричества, инородные шумы, появление насекомых? — перечислил Скорпиус требовательным тоном. — Что-то, что показалось странным вам или другим сотрудникам?

— Да вроде не было ничего такого, — задумчиво протянул старик, поостыв. — Тучи насекомых по станциям не летали. Приборы работают исправно, а если нет — так это у машинистов спросите. Они знаете ли, перед нами не особо-то отчитываются. Перебои в электричестве вещь не редкая, а вот радиацию не измеряли давно, да… Но все согласно инструкциям и предписаниям, — тут же выпалил он. — Единственное, что однажды ночью — не этой, нет, может с неделю назад, — прикинул он, — точно сказать не могу, я в больнице был… так вот… некоторые наши дежурные говорят, что ощущали толчки, даже скорее вибрацию.

— Ивар, нужно будет узнать точное время этих толчков и все показания свидетелей, — Скорпиус посмотрел на Маккоя вопросительно. — Сможешь или мне сделать это самому?

— Нет, лучше я, — поспешно сказал Ивар. — Я сделаю отчет и позвоню, когда он будет готов.

— Что вы еще хотите услышать? — процедил старик. — Или я могу, наконец, заняться своими непосредственными обязанностями?

— Вы сказали, что в тоннелях часто теряются люди, — напомнил Скорпиус. — Это действительно так или было сказано для красного словца?

— Не часто, но бывает, — уклончиво ответил смотритель. — Вот, бывают, останутся сорванцы какие после закрытия и сразу сюда, будто медом им здесь намазано. В прошлом году двоих так и не нашли. Друзья их выбрались, а двоих потеряли. И полиция приходила, и ничего — как сквозь землю провалились. С тех пор о них ни слуху, ни духу, — протянул он и развел руками. — Если вы ради них пришли, так и знайте, дохлый номер!

Он остановился у неприметной черной двери прямо в стене тоннеля. Её пересекали провода, под которыми пришлось пролезать, когда смотритель отпер дверь.

— Старая часть прямо в конце этого коридора, тоннель-отводку, который соединял старую и новую части, давно заложили, — пояснил старик. — Тут не заблудитесь, но в старой части будьте осторожнее. Номер телефона мой запишите и свои оставьте на всякий случай.

Ивар достал свой телефон и записал номер смотрителя, скинув вызов.

— Моего будет достаточно, — сообщил он. — Блуждать по этим катакомбам порознь вроде не собираемся.

— Хотелось бы мне знать, что вы вообще собираетесь там делать, — пробурчал старик и, невразумительно попрощавшись, пошел обратно на станцию.

— Заниматься всякими извращениями на троих в экзотической обстановке, — язвительно прошептал Ивар. — Что же ещё? — и подмигнул хмыкнувшему Скорпиусу. — Ладно, не будем терять времени. Коллег с острым дефицитом приключений прошу пройти вперед.

Малфой тут же исчез за дверью, и Маккой поспешил за ним.

Недобро усмехнувшись — Маккой прямо ни на шаг не отстает — Гарри последовал за ними.

По всей видимости, Малфою приключений действительно не хватало, потому что первый поворот он стремительно преодолел, не дожидаясь ни его, ни Ивара. Маккой шел чуть впереди, с любопытством озираясь по сторонам довольно узкого коридора.

Миновав, наконец, этот проход, Гарри очутился в слабо освещенном зале среди серых громоздких колонн, удерживающих тяжелый каменный свод. Скорпиус был около одной такой и с интересом рассматривал что-то вместе с предсказуемо стоящим рядом Иваром.

— За вами не угнаться, — усмехнулся Гарри и двинулся к ним.

— Если я кое-что скажу, ты обещаешь не смеяться? — спросил Скорпиус, разворачиваясь к нему. — Теперь я хочу аппарировать куда-нибудь в горы, где есть пещеры. И почему я всегда довольствовался лишь картинками?..

— Обещаю, — сообщил Гарри, но сдержать улыбку не смог. Не оттого, что было смешно, а от того, что Скорпиус открыто выражал свои желания и не стеснялся этого. — В горы, так в горы, — проговорил он, совершенно непроизвольно положив руку на его плечо. — Что ты здесь увидел, что сразу подумал о пещерах?

— О, это понял даже я, хотя до этого мы говорили о кирпичах, — немного растерянно протянул Ивар. Видимо, он совершенно забыл, что Скорпиус может думать о многих вещах одновременно, если вообще об этом знал. — Колонны напоминают сталагмиты, да и вообще все это и есть пещеры, только рукотворные.

— В точку, — кивнул Скорпиус и чуть развернулся, чтобы Гарри было удобнее его обнимать.

Гарри инстинктивно прижал его к себе, насколько позволяла позиция, и удержался, чтобы не съязвить Ивару ответ, что крайне рад его догадливости. Но вовремя прикусил язык, потому как что бы тот ни делал, какие бы попытки не принимал расположить Скорпиуса к себе еще больше — Скорпиус по-прежнему льнул к Гарри, и ни к кому другому. А попусту накалять обстановку смыла не было, с Маккоем им еще работать, причем, как говорила интуиция, далеко не последнюю неделю.

— Даже если тебя посетит идея отправиться вместе в пустыню, возражать я не буду, — тихо шепнул Гарри и чуть отстранился. — Думаю, стоит на время оторваться от рукотворных сталагмитов и поискать возможные следы, — проговорил уже вслух.

— Уже, — Скорпиус глянул на него с оттенком негодования — как будто он мог забыть о деле! — Вон там на полу, видите? Везде вокруг на стенах и полу большой слой пыли, но только не там. Будто Эванеско использовали.

— Или пылесос, — задумчиво заметил Ивар, рассматривая пол. — Правда, я не знаю, что такое это ваше Эванеско.

— Пы-ле-сос… — по слогам повторил Скорпиус. — А пылесдув бывает? — спросил быстро. — Потому что пыль, скорее всего, именно сдули. Будто что-то тут летало и махало крыльями.

— Или лопастями пропеллера… — Ивар обошел ближайшую к чистому месту колонну и задрал голову. — Вот там! — крикнул громко, и эхо его голоса заметалось по тоннелям. — Там дыра в потолке!

Гарри ринулся вслед за Маккоем и глянул вверх. На потолке зияла огромным темным пятном дыра, идентичная размеру той, что красовалась на границе барьера.

— Твою мать, — выругался Гарри сквозь зубы и перевел взгляд на чистое место на полу. — Как они ничего не слышали? Им тут над головой целую скважину пробурили, а они ощутили всего лишь легкую вибрацию!

Смотрители, которым довелось дежурить в ту ночь, явно преуменьшили в отчетах то, что происходило на самом деле. Да наверняка они теперь из-за страха и носы боятся сюда сунуть!

— Ивар, прошу вас, не затягивайте с показаниями сотрудников. Наверняка нам с некоторыми придется еще и лично побеседовать, — проговорил Гарри, отыскивая глазами следы дальнейшего перемещения до сих пор не опознанного никем объекта.

— Я сейчас, — вдруг сказал подошедший к ним Скорпиус и исчез с громким хлопком.

Ивар растерянно хлопнул глазами и протянул:

— Он всегда так непредсказуем?

— По большей части — да, — выдохнул Гарри. — И я очень ценю в нем это качество… впрочем, как и все остальные, — и чуть улыбнулся. — Ивар, я прекрасно понимаю вас, равно как и то, по каким критериям вы обратили на него внимание. Но поверьте, настоящего Скорпиуса вы не знаете, — вмиг посерьезнев, проговорил он.

— Поясните, что вы имеете в виду, или это следует понимать, что «не знаете, и хорошо»? — усмехнулся Ивар, глядя на него с любопытством.

— Понимайте, как хотите, — протянул Гарри, холодно прищурившись. — Но было бы чудесно, если бы вы еще понимали и отдавали себе отчет в своих действиях. Вы намерены вклиниться в чужие отношения и занять то место, которое вам не принадлежит. Мой вам совет — не тратьте время в пустую, — припечатал он. — Эта вершина вам не по силам.

— Всё было бы прекрасно, будь это действительно отношения, — Ивар тоже прищурился и скрестил руки на груди. — Однако «сто сорок семь часов, плюс-минус полчаса» отношениями не являются при всём желании. Впрочем, я уже сказал, я не настолько глуп, чтобы действительно чего-то там намереваться — если только подружиться. Но отказывать себе в маленьких удовольствиях слегка смутить мистера Малфоя, я не буду. Тем более, это так легко сделать… — он улыбнулся, явно что-то вспоминая.

От подобной наглости глаза Гарри сами собой распахнулись, и он еле сдержал себя, чтобы не впечатать Ивара в ближайшую колонну, но довольно быстро взял себя в руки. Наверное, после малфоевских выходок у него укрепился иммунитет к таким делам.

— И исключительно дружбы ради вы так точно запомнили количество часов, — усмехнулся он. — Вот только не цитируйте Скорпиуса в выгодном для вас контексте. Хотите упорствовать, что ж… на здоровье. Запретить вам я не могу. А уж ограждать от возможных последствий тем более не собираюсь.

Если Ивар и хотел что-то ещё сказать, возможности у него не оказалось — Скорпиус возник точно в том же месте, где стоял до этого, но теперь у него на плечах колыхался живой ковер из перьев, глаз и клювов.

— Только прошу, осторожнее, — закончил он явно начатую ещё дома речь, и совы не сговариваясь взмыли вверх. — Люмос Максима! — Скорпиус вскинул палочку, и в дыру в потолке хлынул свет, освещая птицам путь.

— Ничего себе… — пораженно присвистнул Ивар. — Вы… вы можете делать свет?

— Угу, и воду в вино превращаем, — усмехнулся Гарри, но на этот раз беззлобно. — Это простейшие заклинания, — пояснил он. — Их знает каждый школьник.

— Вот сейчас они вернутся, и я вам что-нибудь наколдую, — пообещал Скорпиус. — Мне всегда хорошо удавался снег.

— О, боже, еще и снег! — выдохнул Ивар. — Скажите сразу, что вы делать не можете? Ну что б я впредь не удивлялся, — улыбнулся он.

— Оживлять мертвых, — буркнул Гарри, отворачиваясь.

Скорпиус озабоченно на него глянул, а улыбка Ивара приутихла.

— Мы можем наколдовать воду, но не можем наколдовать еду, — серьёзно сказал Скорпиус. — Можем залечить царапину и срастить кости, но не заменим остановившееся сердце. Мы можем многое, но мы не всемогущи.

— Я понял, — отозвался Ивар. — Простите меня, если затронул болезненную тему. Всему виной мое невежество.

— Все в порядке, — тут же отмахнулся Гарри, желая поскорее закрыть эту тему. — Скорпиус, как вернутся совы, непременно покажи нам свой снег, — он выдавил улыбку. — Мне тоже интересно посмотреть.

Словно услышав его, из дыры на потолке бесшумно выпорхнул Сола, а потом и все остальные. Они закружились под потолком, и Скорпиус разочарованно покачал головой.

— Ход длинный и извилистый, но ведет в тупик, — пояснил он. — Пролетите по всем коридорам, — сказал он птицам. — Ищите что-то, что не будет частью пола или стен.

Совы тут же разлетелись в разные стороны, а Скорпиус махнул палочкой, прошептав заклинание.

— Ух ты! — выдохнул Ивар, когда вокруг них с Гарри закружилась небольшая метель. — Как в мультфильме!

— Что такое мультфильм? — тут же спросил Скорпиус.

— Движущиеся нарисованные картинки, — попытался объяснить Гарри, рассматривая упавшие на руку снежинки. Интересно, а они у Скорпиуса все разными выходят? Эти вроде друг на друга похожи не были, до тех пор, пока не растаяли и не превратились в неотличимые капли воды. — Я тебе непременно покажу парочку мультфильмов, — пообещал он и улыбнулся. — У тебя красивые снежинки получаются.

— У меня есть идея получше, — тут же сориентировался Ивар. — Давайте лучше сходим в кино.

— На последний ряд? — пронзил его тяжелым взглядом Гарри.

— Вовсе не обязательно, — сделал вид, что не заметил подтекста Ивар. Он нагнулся, набрал в руки снега и, прицелившись, запустил снежком в Скорпиума, задумичво разглядывающего колонну. От неожиданности тот подпрыгнул и, резко развернувшись, наставил на Ивара палочку.

— Сдаюсь, — хмыкнул Ивар и широко улыбнулся, вскинув руки в примирительном жесте.

Скорпиус вернул улыбку и выпустил из палочки снежный вихрь, мгновенно высеребривший Маккою волосы. А потом подумал и метнул заклинание и в Гарри — на этот раз воздух был горячим. Он забрался прямо в брюки, прокатился по коже и осел теплом в паху.

— Это тебе за вчерашний ужин, — ухмыльнулся Скорпиус.

Глотнув ртом воздух, Гарри почувствовал, как член в трусах дернулся коротким толчком. Но было ли это результатом магии, или же так на него подействовал вид самоуверенно ухмыляющегося Скорпиуса, Гарри определить не мог.

Он перевел дыхание и закрыл глаза, прислушиваясь и концентрируясь на собственных ощущениях. Почувствовав, как под кожей, помимо легкого возбуждения, заплескалась магия, Гарри выпустил ее и направил на Скорпиуса, распределяя на несколько потоков. Удивленный вздох Маккоя заставил улыбнуться и открыть глаза.

— Вот и все, — протянул Гарри, доставая палочку. — Наш агрессор повержен, — хмыкнул он и прошептал Экспеллиармус. Палочка Скорпиуса ударилась о каменный пол, и Гарри, наконец, посмотрел на него.

Скорпиус стоял у колонны, с заведенными наверх руками, тщательно связанными в запястьях невидимыми магическими нитями. А еще несколько таких «лент» перехватывали его под ребрами, крепко прижимая спиной к серому камню.

Под пораженным взглядом Ивара Гарри шагнул к тщетно пытающемуся выбраться Малфою.

— Блядь, я и не думал, что ты так соблазнительно будешь смотреться, — выдохнул на самое ухо, подходя вплотную. — Если бы не Маккой, я бы не стал себе отказывать в правах победителя, — и загородив Скорпиуса собой, мягко огладил сквозь одежду его дрогнувший от прикосновения член.

— Гарри, не надо! — умоляюще прошептал Скорпиус, выбрав чертовски неправильные для этого момента слова — у Гарри даже в ушах зашумело от того, как возбуждающе это прозвучало. — Он ведь встанет! И я никак не смогу этого скрыть.

Тихо выругавшись сквозь зубы и мысленно отправив Маккоя ко всем чертям, Гарри судорожно сглотнул и, мазнув взглядом по лицу Скорпиуса, неспешно убрал руку с его члена, а вместе с тем и свою магию.

— Ты сам виноват, — прошептал он. — Ты порождаешь во мне низменные порывы, — он улыбнулся, отступая на шаг.

Скорпиус бросил на Ивара короткий взгляд и вдруг порывисто шагнул к Гарри, быстро целуя его в губы.

— Впервые мне совсем не хочется извиниться, — шепнул он и улыбнулся. — Пойдем, а то Ивар решит, что маги не знают ничего о приличиях.

С этим Гарри готов был поспорить, потому что, обернувшись, он встретил взгляд, в котором приличий не было ни на йоту. Ивару явно понравилось увиденное, и, судя по тому, как Скорпиус нахмурился, он наконец заметил неладное.

Вероятно, заметив, что Скорпиус изменился в лице, Ивар поспешно отвернулся, старательно вглядываясь в стены, пол и потолок. В общем, сейчас Маккой просто не знал, куда себя деть.

— Это была магия уже посерьезнее, — сообщил Гарри. — Как видите, мистер Маккой, можно обойтись и без палочки, — он наклонился, подобрал с пола малфоевскую палочку и вручил ее Скорпиусу. — Кстати, тебя слишком легко обезоружить. Я не почувствовал никакого сопротивления, — произнес он тихо и покачал головой.

— Позволь тебе напомнить, что я книжный червь, — поморщился Скорпиус. — Драться меня не учили — ни у кого не было желания случайно настучать по голове национальному достоянию.

— Зря не учили, — выдохнул Гарри. — Будем восполнять пробелы твоего образования, — совершенно серьезно сообщил он. — Ты должен уметь себя защитить. Тем более теперь, когда занимаешь такую должность. Мало ли что…

— У меня очень суровый и опытный начальник, — таким же серьёзным тоном отозвался Скорпиус. — Уверен, он сумеет меня защитить, — при этих словах Ивар посмотрел на Гарри с некоторой опаской. — А если серьёзно, то я просто не могу тебе сопротивляться, — пожал плечами Скорпиус. — Точнее, даже не подумал об этом. Если бы палочку попытался отнять кто-то другой, так просто у него бы это не вышло.

— Я очень надеюсь на это, — ответил Гарри. — То, что начальник суровый — это верно, — хмыкнул он. — Но вдруг и его когда придется защитить? — Если тебя это успокоит, я читал теорию дуэлей, массовых боев и рукопашной схватки, — Скорпиус подставил руку вернувшей сове и погладил её по голове.

Если проводить аналогии с приобретенными навыками вождения, то, по идее, Скорпиус, перечитав книги по боевой магии, постоять за себя все-таки мог. Но теория теорией, Гарри хотел теперь увидеть малфоевские знания на практике. Пообещав себе, что как-нибудь непременно затащит его на полигон, Гарри решил к обсуждению больше не возвращаться и тему временно закрыть.

— Какие новости? Остальные где? — спросил он, кивнув на сову, и погладил ее по спинке. — Надо же… Как о настоящем отряде спрашиваю.

— Про остальных она не знает, но на отведенном ей участке ничего необычного обнаружено не было, — по-служебному четко отрапортовал Скорпиус.

— Так они у вас что-то наподобие супер-собак? — подал наконец голос Ивар. — Служебных.

— Нет, — Скорпиус внимательно проследил за полетом ещё одной совы. — И там чисто.

— Ждем остальных и если ничего, то домой, — проговорил Гарри. — Совы — это, можно сказать, инновационное решение, которое еще не получило широкого признания за неимением специалистов должного уровня, — вместо Скорпиуса ответил он Ивару. — Пока что это эксклюзивный метод Малфоя, — улыбнулся он.

— Мне нужно будет аппарировать сов до того, как вернется смотритель, если мы не хотим подчищать ему память, — сказал Скорпиус, и лицо Ивара вытянулось.

— Подчищать память? — переспросил он напряженно. — Как в «Людях в черном», что ли?

— Не совсем, но принцип схож, — отозвался Гарри. — Не теряй времени, — обратился уже к Скорпиусу. — Не думаю, что смотритель вернется раньше того, как мы ему позвоним, но я безумно хочу домой.

Скорпиус кивнул, подставил руку еще двум совам и тихо поинтересовался:

— К тебе или ко мне?

— Если перенастроишь чары кровати, то к тебе. Хочу завтра поваляться, — сообщил Гарри.

— А я — понырять, — Скорпиус даже зажмурился от предвкушения. — После вчерашнего взрыва нервы надо лечить. Ивар, — повернулся он к Маккою, — зайдете на поздний чай? Мне нужно некоторое время, чтобы достать деньги, но немного.

— Я знаю еще парочку способов, — мурлыкнул Гарри. — Действуют безотказно, — и, внезапно вспомнив, каким соблазнительным был у колонны Скорпиус, посмотрел на него откровенно голодным взглядом.

— Мне бы не хотелось отнимать у вас с мистером Поттером личное время, — ответил Ивар, внимательно вглядываясь в лица обоих. — Но если я действительно не помешаю, то отказываться не буду. Тогда бы я рассчитался с банком прямо завтра.

— У мистера Поттера меня в любом случае отнимет ужин, — усмехнулся Скорпиус, не глядя, правда, на Ивара — все его внимание было сосредоточено на взгляде Гарри. — Потому что я снова хочу есть.

Тут над головой раздалось уханье, и одна из сов замельтешила под потолком.

— Она нашла открытый люк, — Скорпиус разом подобрался и быстро пошел вслед за совой.

Идти пришлось не мало, перебираясь из коридора в коридор. Порадовавшись, что Скорпиус догадался использовать сов, и им не пришлось плутать здесь самим, Гарри слегка удивился, когда увидел люк в полу, а не в потолке.

— Ушла в канализацию, — с досадой протянул Ивар, заглядывая в темноту коллекторного колодца. — Теперь концов не сыщешь.

— Значит необходимо изучить схему канализационных коллекторов, — задумчиво протянул Гарри. — Ивар, вы сможете достать такую, на которой будут отображены не только новые участки, но и заброшенные старые? Так мы хотя бы сможет предположить, как мог двигаться объект. Вариантов будет с десяток, но это лучше, чем ничего. Возможно, какие-то из них отпадут сами собой. В порядке исключения и вероятности.

— Да, смогу, — подумав, кивнул Ивар. — Точнее, вряд ли принесу именно бумажную карту, но смоделировать 3D чертеж в одном из наших отделов смогут. Ну и анализ вариантов тогда уже за Скорпиусом.

— Разумеется, — чуть рассеянно отозвался тот, уже успев уткнуться в АйДжамп. — Но самый вероятный вариант я скажу вам уже сейчас. Объекту нужно было выбраться в море. В городе делать ему, очевидно, нечего, раз он ушел в канализацию, а не наверх, и никак себя больше не проявил.

— Спасибо, Ивар, будем ждать, — коротко кивнул Гарри и повернулся к Скорпиусу. — Это ж сколько он должен был пройти километров и остаться при этом незамеченным? — пораженно произнес он. — Тогда будем думать, в какую сторону он направился… Чертовщина какая-то.

— Ему совсем не нужно идти, — сказал Ивар задумчиво. — Достаточно добраться до реки. А дальше всё очень просто. Наш серебристый друг, видимо, тоже любит понырять.

— Верно, — согласился Гарри и замолчал, перебирая в голове еще возможные варианты передвижения объекта. Однако затею эту бросил быстро — строить дальнейшие гипотезы, не имея на руках ни чертежа, ни показаний свидетелей, смысла никакого не было. — Возвращаемся на станцию, — скомандовал он. — Ивар, можете позвонить смотрителю и сказать, что мы почти закончили.

Скорпиус сунул два пальца в рот и оглушительно свистнул.

— Ой, простите, — извинился он, когда Ивар и Гарри резко развернулись к нему с одинаково удивленными лицами. — Вряд ли совы найдут что-то ещё.

Птицы возвращались бесшумно одна за другой, и вскоре Скорпиус смог их аппарировать.

— Сеть не ловит, — сказал Ивар, когда Малфой исчез. — Вы помните, куда идти?

— Лучше подождем Скорпиуса здесь. Кто-кто — а он уж точно запомнил, как быстро отсюда выйти, — рассудил Гарри и облокотился спиной о сырую стену. Дорогу он помнил, но не настолько четко, чтобы не заплутать.

Скорпиус вернулся, но поступил проще — взял Гарри и Ивара за руки и аппарировал обратно в туннель с колоннами.

— Нам обязательно ждать смотрителя? — спросил он. — Мы можем позвонить ему и сказать, что выбрались через какой-нибудь люк.

— Или ушли в канализацию, — хмыкнул Ивар. Он снова набрал номер, и на этот раз сумел дозвониться. Врал он вдохновенно и даже смог описать, в какой люк они все-таки вылезли, и старик, кажется, ему поверил. — Ну всё, можно перемещаться, — улыбнулся он и протянул Скорпиусу руку, которую тот сжал, не задумываясь.

А в следующий миг они очутились в гостиной малфоевского дома. Да, к этому дому Гарри определенно успел привязаться, потому что приходя сюда снова и снова, он уже не чувствовал себя в гостях. Наоборот, жилище Скорпиуса наполняло сердце радостью и ощущением домашнего уюта.

Гарри улыбнулся и сильнее сжал руку Скорпиуса, прежде чем ее отпустить и шагнуть в сторону. Дом домом, но все дело было, конечно, в его хозяине.

Наверное, Ивар испытывал что-то похожее. Он повернулся к таинственно блестящему под луной озеру, над которым затеяли веселую игру совы, и бросил на Скорпиуса такой взгляд, который Гарри предпочел бы не видеть.

— Если хотите, поесть можем здесь, — предложил Скорпиус, явно заметив его интерес, но неправильно его истолковав.

— На ваше усмотрение, я гость непривередливый, — улыбнулся Ивар.

— Давай здесь, — кивнул Гарри, про себя подметив, насколько сильно менялся Маккой в присутствии Скорпиуса. Никакой наглости, никаких насмешек, никакой бравады. И какую бы Ивар не вешал ему лапшу на уши о стремлении к дружбе, никакой дружбой здесь и не пахло. Маккой увлекся Скорпиусом всерьез. И, скорее всего, надолго.

Скорпиус кивнул и вытащил палочку.

Некоторое время у него ушло на переоборудование гостиной в столовую, и ещё немного — на заказ ужина. На этот раз он ограничился закусками, десертами и всего одним серьёзным блюдом — печеной уткой с яблоками.

— А на завтрак я попросил сделать блинчики всяких разных мастей, — сказал он Гарри. — Шефу Корбину очень хорошо они удаются. Особенно с паштетами и фруктами.

— Отлично, — с улыбкой ответил Гарри, уже предвкушая идеальное утро. — Так куда завтра? В пещеры или на джипе?

— Джип! — тут же выдохнул Скорпиус. — Двадцать три с половиной процента моего мозга только о нем и думает, а это чертовски много. Чувствую себя ребенком. Я даже готов отказаться от воскресной рыбалки и уехать куда-нибудь на два дня, как в Америке. И еды с собой не брать, — он тепло улыбнулся Гарри.

— А разве вам можно так долго не есть? — вклинился в разговор Ивар. — Мне показалось, что это жизненно необходимо.

— Так я ел, — Скорпиус хмыкнул и призвал кошелек из мантии. Места в нем хватало только для одной пачки денег, поэтому рассказывая Маккою урезанную версию путешествия по Алабаме, Скорпиус выкладывал на стол пачку за пачкой.

И когда он положил на стол последнюю, Ивар смотрел на Скорпиуса во все глаза.

— Чудеса, — только и смог выдавить он. — Впрочем, чему я удивляюсь, — хмыкнул он. — После снега можно быть уже ко всему готовым.

— Давай на два дня, я очень даже за, — сказал Гарри, дождавшись, пока Маккой замолчит.

— Отлично! — просиял Скорпиус. Он взял две салфетки, трансфигурировал их в изящный кейс и, отлевитировав в него деньги, передал Ивару. — Здесь ровно пять миллионов фунтов стерлингов. Этого хватит?

— Хватит, — с уверенностью отозвался Ивар. — Завтра в банке пересчитают сумму кредита с учетом досрочного погашения, и думаю, что я вам даже верну лишнее. И еще… — замялся он, но все же продолжил. — Давайте заключим договор, по которому я обязуюсь ежемесячно выплачивать вам определенную сумму. Я помню, вы сказали, что эти деньги для вас несущественны, но так я буду чувствовать себя комфортнее.

— А что мешает вам делать это без договора? — удивился Скорпиус. — И потом, дружеская помощь тем и хороша, что не вешает ярмо на шею, так что слушать ничего не хочу, — он взмахнул палочкой, разрезая на куски появившуюся на столе утку. — Одно из моих любимых блюд, — тут же сменил он тему, протягивая Гарри и Ивару по тарелке. — Очень вкусно без всяких гарниров.

Ивар внимательно выслушал его и больше не спорил.

— Спасибо, — поблагодарил он, принимая из рук Скорпиуса тарелку. — Пахнет вкусно, — и улыбнулся. — Вам, наверное, самому повезло с друзьями, раз вы знаете, какой должна быть настоящая дружба.

Услышав это, Гарри замер, мельком посмотрел на Скорпиуса, а затем перевел взгляд на Маккоя. Нет, если рассуждать об Иваре объективно и без личных претензий, то парнем он был неплохим. Но вот его длиннющий язык явно всю картину портил. Не дай Мерлин Скорпиус сейчас взгрустнет, подумал Гарри и обеспокоенно взглянул на Малфоя.

— Мне невероятно повезло с библиотекой, — фыркнул Скорпиус, ничуть не расстроившись. — И с тем, что моя мать очень любила романы о любви и дружбе. Я не слишком умело применяю знания о человеческих отношениях на практике, потому что они очень разнородные, но вот в отношении дружбы инструкции весьма четкие. В данном случае я просто не вижу даже других вариантов, как можно поступить.

Гарри облегченно выдохнул, отправляя в рот кусок мягчайшей утки. Все-таки какие бы негативные эмоции он не испытывал по отношению к Ивару, тот влиял на Скорпиуса очень благотворно, и общение с Маккоем, бесспорно, придавало ему уверенности в себе.

А еще Гарри очень захотелось узнать, какая у Скорпиуса самая любимая книга. Черт, и почему он раньше этого не сделал? Не спрашивать же теперь, в присутствии Ивара! А то Маккой мигом намотает себе на ус в довесок к ста сорока семи часам еще и отсутствие должной глубины их отношений.

И ожидаемо этот вопрос задал Ивар:

— А кто ваш любимый автор? — спросил он и с нескрываемым интересом посмотрел на Скорпиуса.

— Лорд Элиот фон де Бар-рдо, — без запинки отозвался Скорпиус. — И него прекрасные математически выверенные рифмы и полновесные многовариантные сюжеты. Жаль только, что читать его обычные люди не могут. Отец, дед, бабушка и даже мать грозились меня проклясть, если я не прекращу цитировать его поэмы.

— Этот автор мне никогда не попадался, — покачал головой Ивар, явно сожалея, что не в силах поддержать беседу. Но огорчался, видимо, недолго, потому что тут же нашелся и продолжил: — Обещайте зачитать хотя бы парочку из них. Мне было бы весьма любопытно послушать.

— Вы не могли слышать о нем, точно также как я не мог читать книги, которые читали вы, — заметил Скорпиус. — Что же касается поэм, то я зарекся читать их вслух после того как получил книжкой по голове от собственной девушки. Но если вам действительно так интересно, я могу принести вам книгу. Обещайте только, что не сожжете ее.

— Обещаю, — кивнул Ивар. — Уверен, нам будет, что обсудить.

«Неугомонный Маккой» — пожалуй, именно так Гарри его окрестит. И хотя сам он видит Ивара насквозь со всеми его порой нелепыми подкатами, по отношению к Малфою он выбрал весьма и весьма правильную тактику. Интересно, а какую бы стратегию Маккой разработал в адрес него, Гарри, если бы ему вздумалось закрутить именно с ним? Вопрос к самому себе, естественно, был гипотетическим, но любопытство разыгралось не на шутку. Смерив Ивара внимательным взглядом, Гарри принялся перебирать в уме наиболее вероятные варианты.

— Ни за что не сжигайте книгу, — протянул он, так ничего и не придумав. — Очень хотелось бы принять участие в намечающемся литературном вечере. Так что становлюсь за поэмами в очередь, — нарочито весело добавил он и поймал себя на мысли, что ему и впрямь было бы интересно ознакомиться с тем, что так сильно полюбилось Скорпиусу.

— О нет! — неожиданно запротестовал Скорпиус. — Тебе не дам. Не хочу рисковать, вдруг ты тоже усомнишься в моем психическом здоровье. По-моему, я и так даю тебе для этого достаточно поводов, обойдемся и без «мозговыносящих», как сказал отец, стихов.

— Тем более, — возразил Гарри. — Одним поводом больше, другим меньше, мне уже без разницы, — улыбнулся он. — Я тебя любым… воспринимаю, — на миг замявшись, выдавил он.

И тут Гарри понял, что на языке крутилось совсем другое слово. Гораздо более сильное. Но произнести его сейчас, а тем более в присутствии Ивара, он просто не смог.

— На самом деле, с каждым словом ты интригуешь нас все больше, — сказал Ивар, переходя на неофициальное обращение, пользуясь однажды данным разрешением. — На месте мистера Поттера я бы спать не смог от любопытства.

— Серьезно? — удивленно посмотрел на него Скорпиус. — Право слово, смешной повод. Что ж, если ты очень хочешь, я тебе их почитаю, — неохотно предложил он Гарри. — Самые любимые строки. Только это примерно так же интересно, как слушать полное значение числа «пи».

— Почитаешь, — покивал Гарри. — Я абсолютно серьезно. Не пойму, с чего ты взял, что все так ужасно, — удивленно протянул он. — К твоему сведению, у меня с твоим отцом всегда было разное видение одних и тех же вещей. Откуда ты знаешь, может, я буду от стихов в диком восторге? — фыркнул он.

— Интуиция, — скептически хмыкнул Скорпиус.

— Что ж, я так понимаю, вам уже не терпится устроить романтический вечер со стихами под луной, — улыбнулся Ивар и поднялся. — И так как на выходные у вас планы, я жду, что вы сами назначите дату нашей обзорной экскурсии, если, конечно, не передумаете.

— Я очень хочу посмотреть, что еще есть в вашем мире, — простодушно улыбнулся ему Скорпиус.

— И еще мы очень будем ждать показания свидетелей и ваш 3D чертеж, — сообщил Гарри, поднимаясь из-за стола. — С понедельника мы будем доступны. Как только что-то будет готово, сразу звоните, — вежливо улыбнулся он. — Большое спасибо, что сегодня смогли уделить нам время.

От него не укрылось, как Ивар сжал кулаки, глядя на улыбающегося Скорпиуса сверху вниз, и, надо сказать, он его прекрасно понимал. Малфоя отчаянно хотелось коснуться, погладить по щеке, провести пальцами по губам, сунуть их в рот. А еще — растрепать золотистые, искрящиеся в свете ламп волосы, вздернуть вверх за плечи, целуя, или наоборот толкнуть вниз, ставя на колени. Впервые он даже слегка посочувствовал Ивару, потому что тот не мог осуществить даже самое невинное из этих желаний, в то время как сам Гарри мог все и даже больше.

— Не за что благодарить, это наша работа, — отозвался Ивар, справившись с чувствами. Во многом ему помогло, что как всегда ничего не заметивший Скорпиус улучил минуту, чтобы съесть еще пару пирожных. — А чтобы увидеть чертеж вам придется прийти ко мне в кабинет.

— Я аппарирую к вам, когда чертеж будет готов, — пообещал Скорпиус. — Все равно в итоге именно мне с ним работать.

— Договорились, — кивнул Ивар. — Вернете меня в город? Боюсь, самому мне не справиться, — и попытался выдавить улыбку. Свою роль играл он отменно, но вот взгляд выдавал его с потрохами. Острое, словно болезненное нежелание уходить и оставлять Скорпиуса с ним, Гарри, становилось почти осязаемым.

— Конечно, — с готовностью кивнул Скорпиус и встал, протягивая ему руку. Наверное, Ивар мысленно заскрипел зубами, но лицо его не выдало, а улыбка получилась почти не вымученной.

— Всего хорошего, мистер Поттер, — сказал, крепко сжимая малфоевскую ладонь.

— Хороших вам выходных, — выдал Гарри дежурную фразу и лишь потом — когда Скорпиус утянул Маккоя в аппарационную воронку — понял, что прозвучала она едва ли не издевательством.

Решив прилечь — от долгого хождения по туннелям окончательно разнылась спина — Гарри направился в спальню, переоделся в свою домашнюю одежду и плюхнулся на кровать, с удовольствием вытягиваясь на покрывале. И поймал себя на мысли, что внимательно вслушивается в каждый шорох в ожидании звучного хлопка.

Глава 8

— Еще раз спасибо тебе, — проговорил Ивар, очутившись у входа в здание NCA. — Я… я правда не знаю, как благодарить, — и сильнее сжал пальцы на ладони Скорпиуса. — И не говори, что это пустяки.

— Я очень рад, что от моего богатства есть теперь реальная польза, — улыбнулся Скорпиус. — Скажи мне свой адрес, — попросил он. — А так же этаж и номер квартиры.

Назвав полный адрес, Ивар и моргнуть не успел, как оказался в собственной гостиной.

— Ну вот и та самая квартира, — чуть смущенно выдохнул он, наконец, выпуская руку Скорпиуса из своей.

Скорпиус с любопытством огляделся.

— Почти как у Гарри дома, — протянул он. — На сорок один и шестьдесят две сотых процента. Это я сейчас не беру в расчет личные детали.

— Ты удивительный, — Ивар тепло улыбнулся и похлопал его по плечу. — Никогда не встречал таких… — произнес на выдохе и заглянул в глаза. — В общем, завидую я твоему Поттеру.

Скорпиус фыркнул и поморщился.

— Ему скорее посочувствовать надо, — улыбнулся виновато. — Я его скоро до сердечного приступа доведу, похоже.

— Спорим, я куда более стойкий? — подмигнул ему Ивар, но глаза его не смеялись.

Смерив его проницательным и слегка удивленным взглядом, Скорпиус нахмурился.

— Я правильно тебя понял? — переспросил он нечитаемым голосом.

— Наверняка… — помедлив с ответом, произнес Ивар. — Ладно, не бери в голову, — выдавил он, внимательно посмотрев на Скорпиуса.

— Я не знаю наверняка, но что-то мне подсказывает, что мистер Поттер очень ревнив, — сказал Скорпиус, выдерживая этот взгляд. — Думаю, будет лучше ему о нашем разговоре не знать.

— От меня он ничего не узнает, не беспокойся, — очень спокойно ответил Ивар. — Правда… думаю, он все же догадывается, что рано или поздно этот разговор должен был состояться.

— Вот как… — Скорпиус задумчиво потер подбородок. — Ивар, мне лестен твой интерес и импонирует честность, — сказал после недолгого молчания. — Но я физически не могу ответить тебе взаимностью. Не нужно относить ко мне как к человеку, считай, что я другой вид, — он невесело улыбнулся. — И такие, как я, любят совсем иначе. Мистер Поттер — это мой личный сбой в программе, и, говоря о недолгом сроке наших отношений, я имел в виду только ту их часть, которую действительно можно назвать отношениями. Для меня же все это длиться такое долгое количество секунд, что я не знаю названия этой цифре. Я допускаю, что со временем отношение мистера Поттера ко мне может измениться, и что все закончится не самым лучшим образом, но ты должен понимать: второго такого сбоя не будет.

— Я понимаю, что мы с тобой из разных миров. Не думай, что на мне розовые очки. И я также понимаю, что у меня практически нет никаких шансов, — сдавленно проговорил Ивар, по-прежнему глядя на Скорпиуса в упор. — Но знаешь… пока я говорю это слово — «практически» — я разрешаю себе надеяться. И никто мне не запретит этого делать. А насчет второго сбоя, думаю, только время покажет, — он покачал головой и мягко улыбнулся. — А еще я надеюсь, что после этого разговора ты не начнешь от меня шарахаться.

— Не начну, если ты не станешь меня смущать при Гарри, — пообещал Скорпиус с улыбкой. — Мое к тебе отношение не изменилось.

— Клятвенно обещаю не компрометировать тебя, — просиял Ивар. — Все, давай иди. А то заждались тебя уже, — нарочито сердито буркнул он, бросив взгляд на настенные часы. — Раздраконили меня своими выходками в метро, а теперь стоишь тут весь такой рядом, только руку протяни, — усмехнулся он.

Скорпиус прищурился и пожал плечами.

— Я не виноват. Но не исключаю, что Гарри сделал это нарочно, раз по твоим словам он все уже знает. Что вполне закономерно, к слову, он ведь куда проницательнее меня. Спокойной ночи, Ивар, — он кивнул ему уже без улыбки. — Подумай над тем, что я сказал.

— Я уже успел обо всем подумать, — произнес Ивар. — Спокойной ночи, Скорпиус. Как будет готов чертеж, я позвоню.

— Тогда до встречи, — сказал Скорпиус и аппарировал.

* * *

— Что тебя задержало? — спросил Гарри, едва Скорпиус появился перед ним. — Или вы до NCA через Африку добирались? — он приподнялся на локте, внимательно всматриваясь в его лицо.

— Мы немного поболтали, — безмятежно улыбнулся Скорпиус. — У вас похожие квартиры, но твоя мне нравится больше. Наверное, потому что она твоя, — он стянул с себя куртку и джинсы и с размаху запрыгнул на свободное место рядом с Гарри.

— И о чем вы болтали? — уже смягчаясь, произнес Гарри. Долго злиться на Скорпиуса не получалось. Да и зачем, когда он лежит здесь, рядом — улыбающийся, желанный и такой близкий.

— О квартире и болтали, — Скорпиус удобно устроился на подушках и взмахнул палочкой. Стены вокруг исчезли, и они оказались на висящей прямо в воздухе кровати перед залитым лунным светом озером. — Если можно назвать болтовней ту кучу цифр, что я на него вывалил. Но он сам спросил меня о различиях, а я слишком поздно понял, что достаточно было пары простых ответов, — он улыбнулся и с сомнением посмотрел на Гарри. — Ты точно хочешь слушать стихи?

— Конечно, — улыбнулся Гарри. — Вон и антураж подходящий. Я весь во внимании, — сообщил он, поудобнее устраиваясь на подушках.

— Очень надеюсь, что ты меня после этого не бросишь, — вздохнул Скорпиус и вдохновенно начал:

«Преамболую многозначной не нагнету я скуку дум,

Ответственности длань в свою ладонь взымая,

Во чрево внутрь посредь себя ее я принимая,

Возрадуюсь начать, избегнув нагнести словесный шум.

Но себе сам я воспрещу прием столь возжеланный,

Хоть боговозлюблен он для благостных ушей,

Провозглашен наинаслажденной долей,

Наипрославленнейший до страшенных дней…»

Первые строки Гарри слушал очень внимательно, пытаясь вникнуть в суть их содержания. Потом заставил себя затаить дыхание, чтобы не рассмеяться. Мерлин, как такое вообще можно писать! Это самая высокопарная и заковыристая муть, которую ему только доводилось слышать!

Когда началось второе четверостишие, смеяться уже расхотелось. Гарри искоса глянул на Скорпиуса, всерьез задумавшись — может, тот над ним попросту пошутил и ждет какой-то реакции? Но вскоре, на какой-то там «доле» Гарри понял, что никакая это не шутка, и решив, что о вкусах не спорят, принялся за более интересное занятие — разглядывание Скорпиуса. Однако Малфой был прав — стихи имели какой-то особый ритм и безжалостно въедались в мозг, странным образом блокируя все позитивные настрои. Рассудив, что бороться с эти смысла нет, Гарри закрыл глаза. После «страшенных дней» больше он не слышал ничего.

* * *

Проснулся он с первыми лучами солнца. Что неудивительно, потому что вокруг кровати до сих пор не было ни одной стены. Сонно потерев глаза, Гарри огляделся и замер от восхищения. Скорпиус был прав — рассветы действительно были здесь невероятно красивы.

Быстро вспомнив, что Малфой как-то просил разбудить его на заре, Гарри призвал палочку и прошептал Агуаменти, направляя струю воду Скорпиусу в лицо.

— Быстрее просыпайся, — прошептал он на самое ухо, когда Скорпиус что пробурчал и улыбнулся.

— Мммм! — недовольно отозвался Скорпиус и по-детски потер глаза. — О! — выдал, приоткрыв один глаз и беспорядочно моргая. Потом поспешно помотал головой и сел на кровати. — Круто! — выдохнул и вдруг аппарировал. Гарри не успел даже понять толком, что произошло, когда Скорпиус вернулся и сунул ему в руки плед и полотенце. — Пойдем со мной! — позвал, загадочно блеснув еще сонными глазами.

— Нет, — выдохнул Гарри и, притянув к себе растерявшегося Скорпиуса, медленно поцеловал его. — Такой сонный… — он улыбнулся, ласково провел рукой по его щеке, разглаживая небольшую вмятинку от подушки, и отстранился. — А вот теперь идем.

Скорпиус широко улыбнулся и схватил его за руку, тут же аппарируя.

Очутились они в каком-то совершенно сказочном месте — изумрудная поляна посреди малахитовых елей перед огненным от лучей восходящего солнца озером.

— Здесь сразу глубоко, можно нырять с разбега! — почти скороговоркой выпалил Скорпиус и, коротко разбежавшись, рыбкой прыгнул в озеро.

Гарри чуть растерянно моргнул — уж очень было непривычно видеть такой энтузиазм от обычно робеющего под его взглядом Скорпиуса. Но стоило признать, что такая манера поведения Малфою очень шла. И Гарри даже позволил себе понадеяться, что, быть может, Скорпиус вскоре проявить такую инициативу не только в предложении поплавать. А то в постели Малфой до сих пор продолжал проявлять нерешительность, словно каждый раз боялся что-то сделать не так.

Присев на корточки, Гарри попробовал рукой воду и, завернувшись в плед, устроился на траве. Казалось, он еще чувствовал кожей тепло одеяла, и лезть в холодную воду совсем не хотелось.

Чего явно нельзя было сказать о Малфое. Примерно через полчаса Гарри окончательно решил, что больше не будет испытывать угрызений совести относительно побудок водой — холодную ли, горячую, Скорпиус, похоже, любил воду не меньше тюленя или дельфина. Выбрался он на берег лишь, когда солнце окончательно взошло, и сконфуженно улыбнулся.

— Прости, — сказал, садясь рядом с Гарри на корточки. — Зря я вытащил тебя из постели. Надо было тебе вернуться и спать дальше.

— Да уж конечно, — фыркнул Гарри. — Скажи еще поспать часок-другой и лишить себя и без того редкой возможности любоваться рассветом, да еще и на берегу озера. Нет уж, — покачал он головой и потянулся к Скорпиусу, касаясь пальцами мокрой кожи. — Иди ко мне, холодный весь, — улыбнулся он, распахивая плед.

Прежде чем повиноваться Скорпиус внимательно на него посмотрел особенно лучистым сегодня взглядом и развернулся спиной, садясь между раздвинутых ног. Гарри обнял его, закутывая в плед, и вздрогнул от прикосновения к ледяной коже.

— Я и не знал, насколько это приятно, когда на берегу тебя ждут, — сказал Скорпиус очень тихо.

Гарри улыбнулся, легонько поцеловал Скорпиуса в висок, и прижал к себе покрепче, поморщившись от упавших с мокрых волос холодных капель. И мысленно воздал благодарность Мерлину за то, что Малфой появился в его жизни. И не просто появился, а прочно вошел в нее — так неожиданно, и оттого еще более волнующе. И сейчас, оглядевшись вокруг, обнимая Скорпиуса, пусть мокрого, холодного и любящего невероятно жуткие стихи, Гарри поймал себя на мысли, что всю жизнь он будто пролежал в летаргическом сне, и только лишь недавно очнулся.

— Спасибо тебе, — прошептал он и устроил подбородок на малфоевском плече.

— За что? Ты ведь даже не окунулся… — прошептал в ответ Скорпиус.

Странно, но он, кажется, совсем не мерз — не прятал под плед ноги, не дрожал и не пытался обнять себя руками.

— За то, что ты у меня есть, — выдохнул Гарри. — Надеюсь, со стороны это звучит не так помпезно, как вчерашняя лирика, — следом хмыкнул он.

Скорпиус тихо рассмеялся и тряхнул головой, обдавая плед, траву и Гарри искрящимися на солнце брызгами.

— Если я в следующий раз скажу, что тебе что-то не понравится, верь мне, — сказал он весело. — Столько людей не могут ошибаться!

— Еще как могут, — возразил Гарри. — И один из таких примеров сидит сейчас рядом со мной.

Развернувшись в его руках, Скорпиус пылко и жадно его поцеловал.

— Ты так быстро уснул вчера, что я заметил уже слишком поздно. Я мог бы сделать куда более приятные вещи перед сном… — прошептал ему в губы.

— У тебя есть прекрасная возможность реабилитироваться, — хрипло проговорил Гарри. — И на твоем месте я бы ее ни за что не упустил, — улыбнулся он и потянулся к припухшим губам.

— А ты обещаешь, что после этого уснешь? — хмыкнул Скорпиус, разворачиваясь к нему всем телом и вытягивая ноги по бокам. Он обнял Гарри за шею и с удовольствием поцеловал.

— Если это непременное условие, то я могу притвориться, — усмехнулся он и ответил на поцелуй, придвигаясь к Скорпиусу плотнее.

— Притворись, — согласно кивнул Скорпиус, медленно опуская руки вниз, на задницу, прижимаясь к Гарри всем телом и вдавливая в живот начавший вставать член, обтянутый мокрой тканью. — А я буду как вчера смотреть на тебя несколько сотен долгих секунд и гладить, едва касаясь, пока не захочется большего.

— Мне… уже… хочется большего, — рвано прошептал Гарри, опустился на локти, а потом и вовсе лег на спину, предоставляя Скорпиусу полную свободу действий. — Очень, — прохрипел он, когда собственный член дернулся, натянув тонкую ткань пижамных штанов.

Скорпиус гулко сглотнул и провел ладонями по его груди и животу.

— Расцениваю это как приглашение, — сообщил он хрипло, осторожно ложась сверху. — Но еще не поздно объяснить мне, как сильно я ошибаюсь.

— Ты ошибаешься в одном — считая, что тебе оно до сих пор нужно, — Гарри огладил рукой его крепкую спину, спустился ниже, сминая пальцами ягодицу и шире развел ноги, судорожно выдохнув от предвкушения.

— Нужно, — уверенно кивнул Скорпиус. — Еще как нужно… — он поднапрягся, вслух прошептал заклинание, избавляясь от трусов, и со стоном сжал оба их члена в ладони. — Знаешь, как здорово, что я помещаюсь в тебе весь? — прошептал он горячо. — До этого не помещался, приходилось все время рассчитывать каждое движение.

— Я знаю, как здорово чувствовать тебя всего, — хрипло отозвался Гарри, несдержанно толкнувшись в обхватившую их члены ладонь. — И я хочу знать это чаще, — простонал он, когда Скорпиус сильнее сжал пальцы и двинул рукой по пульсирующим стволам.

— Тогда нам нужно делать это чаще! — жарко выдохнул Скорпиус. Он призвал смазку, но отложил ее на траву. Потом спустился ниже и взял член Гарри в рот.

— Ты что творишь? — простонал Гарри, хватая его за волосы. — Где мой обещанный член до самых гланд?

— Я немного, — пообещал Скорпиус, неохотно отрываясь от своего занятия. — Просто очень хочется…

Он снова насадился ртом на член и быстро отвинтил крышку баночки со смазкой. Пальцы, коснувшиеся ануса и беспрепятственно скользнувшие внутрь, обожгли холодом.

Гарри закусил губу, но это ему не помогло — он протяжно застонал, почти всхлипнул, когда Скорпиус безошибочно надавил внутри на нужную точку, и еще шире развел ноги, одновременно сжимая пульсирующую задницу вокруг малфоевских пальцев. И потерялся в ощущениях, не зная, чего ему в этот момент хотелось больше — толкнуться членом в жаркий рот и проехаться головкой по влажным стенкам горла или все же поглубже насадиться на ласкающие пальцы.

Скорпиус решил за него: он вобрал член в рот так глубоко, что ткнулся носом в пах, и одновременно протиснул в Гарри еще один палец.

— Давай… трахай уже скорее, — выдохнул Гарри, захлебываясь возбуждением.

Он боялся, что Скорпиус не послушается, заставит кончить прямо так, даже не почувствовав члена, но, видимо, тому и самому хотелось не меньше Гарри — с хриплым стоном он оторвался от своего занятия, подтянулся вверх и одним плавным толчком вогнал в Гарри член сразу до половины. Гарри громко выматерился и схватился за его плечи, чувствуя, как собственный член сокращается в предоргазменной истоме.

— Ты же специалист по расчетам, — прохрипел он, — вот и рассчитай, как тебе кончить за два толчка, которые нужны мне.

Скорпиус прикрыл глаза, прислоняясь лбом к его лбу, выдохнул:

— Мне нужно пять… — и с силой двинул бедрами.

— Сильнее… — процедил Гарри, до боли стиснув зубы, чтобы хоть как-то отвлечься от приливающего оргазма. Кончить хотелось одновременно, и Гарри двинулся навстречу, с силой сжав пальцы на малфоевских плечах. Долго просить не пришлось — твердый член вошел в него во второй раз, и Гарри понял, что, как бы он ни старался оттянуть неизбежное, пяти толчков ему точно не выдержать. Но на четыре, возможно, самообладания хватит.

Не хватило.

Громко зарычав, он залил спермой живот, когда невероятно твердый и чертовски длинный член только двинулся наружу для нового толчка, и кончал просто бесконечно долго — даже когда тот снова толкнулся внутрь. Скорпиус же в своих расчетах не ошибся. Сделав три медленных глубоких толчка и выдоив Гарри до капли, он дважды очень резко двинул бедрами, вырывая два громких вскрика, и с тихим стоном излился глубоко внутри.

Гарри промычал что-то невразумительное ослабил хватку и потянул Скорпиуса на себя, рвано втягивая носом запах разгоряченной кожи и мелко подрагивая в посторгазменной судороге.

— Делай так почаще, — выдохнул он, наслаждаясь тяжестью обмякшего на нем Скорпиуса.

— Хорошо, — после некоторого колебания согласился Скорпиус. — Буду рад, если в следующий раз нас хватит на немного дольше, — он улыбнулся. — Хотя бы на семь толчков.

— Про себя я вообще молчу, — усмехнулся Гарри. — Будто с ума схожу, когда ты внутри. Все исчезает — самоконтроль, выдержка… Лишь одно сплошное желание чувствовать глубже твой член, да пошире развести ноги, чтобы впустить тебя всего.

Скорпиус шумно выдохнул ему в ухо и инстинктивно толкнулся в него в него пока ещё не опавшим членом.

— Не нужно говорить мне такие вещи, — прошептал он хрипло. — От этого мой уникальный мозг стремительно деградирует и способен только на то, чтобы повторять твои слова раз за разом.

Гарри глотнул ртом воздух, скользнул ладонью малфоевской по спине и повел рукой по упругой заднице, усиливая и без того тесный контакт и не позволяя Скорпиусу отстраниться ни на дюйм.

— Еще немного, и я потребую продолжения, — выдохнул хрипло, заглядывая в глаза.

Вместо ответа Скорпиус его поцеловал.

Это было невероятно, но всё вышло как-то само собой. Член Скорпиуса был таким большим, что даже в мягком состоянии не спешил покидать гостеприимное тело. Они целовались и целовались, пока Гарри не почувствовал, что член внутри него снова твердеет, и тогда Скорпиус начал потихоньку двигаться. Чувствительная после недавнего оргазма простата отзывалась короткими вспышками удовольствия, и было очень трудно не стонать от них.

Гарри закусил губу и вцепился в Скорпиуса, прижимаясь к нему теснее. Он понимал, что наверняка мешает ему двигаться, но к желанию чувствовать в себе этот замечательный и такой длинный член добавилось еще одно. Гарри хотел ощущать все: жар, идущий от Скорпиуса, сбитое дыхание на своей влажной от пота коже, чувствовать ребрами его вздымающуюся грудь и впитывать в себя каждый его вздох.

— Только не спеши… дай насладиться тобой… — прошептал Гарри и жадно поцеловал его.

Но Скорпиус, возможно — и даже почти наверняка — чувствовавший то же самое, и не думал спешить. Его полностью окрепший член медленно скользил одновременно и глубоко внутри, задевая какие-то неведомые точки, от которых в животе становилось горячо-горячо, а возбуждение растекалось по позвоночнику, и у самого входа, распирая мышцы и ни на секунду не оставляя в покое простату.

Наверняка женщина просто не могла принять в отведенное природой место весь этот восхитительный член, и сейчас Скорпиус наслаждался не только ощущениями, но и возможностью не думать о каждом своем движении, положиться на инстинкты и сосредоточиться на своих чувствах. Это был самый чувственный секс, который Гарри только мог представить, и длился он бесконечно долго.

Но, как известно, рано или поздно всему свойственно заканчиваться. В какой-то момент Гарри почувствовал, как в паху стало нестерпимо горячо, и возбуждение, что размеренно перекатывалось по позвоночнику, вдруг устремилось вниз, стремительно концентрируясь где-то за яйцами.

— Кончай! — прохрипел он, задыхаясь в охватившем его жаре.

— Да, сэр! — выдохнул Скорпиус явно на автомате и прибавил темп. Теперь его член одновременно дарил наслаждение, гораздо более сильное, чем в первый раз, и мучил, потому что желанный оргазм только дразнил и никак не желал даваться в руки. Гарри стонал, задыхаясь и мысленно умоляя кого-то неведомого сжалиться над ним, бесстыдно вскидывал бедра, стараясь насадиться на член как можно резче и глубже, практически кусал губы Скорпиуса, вместо того, чтобы целовать. А потом это всё-таки произошло. Короткая судорога пробежала по мышцым, позволив лишь тоненько вздохнуть, от второй судороги Гарри выгнулся, запрокинув голову, а третья, казалось, вовсе перемолола все кости, выдернула позвоночник и растопила плоть.

Беззвучно вскрикнув и инстинктивно подаваясь на встречу в последний раз, Гарри закрыл глаза, распластался на скомканном пледе и задохнулся в ощущениях, почувствовав, как задницу опалила горячая мощная струя.

Вновь обретя способность дышать и связно мыслить, он обнял одной рукой Скорпиуса и лениво погладил его по влажной спине. Малфой лежал на нем, все еще не вынув член и придавливая Гарри к земле собственным весом.

— Еще никогда… — прошептал Гарри, облизнув пересохшие губы. — Никогда не чувствовал так остро и так полно… — улыбнулся он, с наслаждением вдыхая терпковатый запах горячей кожи.

Прежде чем ответить, Скорпиус долго молчал.

— Для меня это больше, чем чувства, — наконец сказал он. — Я не знаю, как объяснить, но всё, на что только способен мой мозг, замкнуто сейчас на тебе.

А объяснений и не требовалось. Даже эти слова были лишними — то, каким взглядом Скорпиус смотрел на него, было красноречивее любых из них.

— Если наши туристические планы в силе, и мы не хотим вот так в обнимку проваляться весь день на этом берегу, предлагаю позавтракать и начать собираться, — чуть помолчав, произнес Гарри.

— Я думаю, мы еще найдем себе полянку, и, возможно, не одну, — улыбнулся Скорпиус, неохотно отстраняясь.

Выскользнув, его член принес немало ощущений, которые Гарри совсем не хотелось бы испытать еще раз, и он поморщился. Но такова была плата за потрясающий секс. Ощущение потери от пустоты внутри оказались неприятны до тошноты.

Пока Скорпиус дозаказывал завтрак, Гарри искупался в душевой бассейна и в который раз подивился умной площадке для ухода за телом — на этот раз она не только убрала ненужные волосы с тела, умаслила кожу кремами и сделала прическу, но даже нанесла какой-то прохладный гель на воспаленный анус.

Он завернулся в халат и отправился на кухню. Стол был уже накрыт, и на нем, как Скорпиус и обещал, красовались тарелки с разными видами ароматных блинчиков, нарезанные овощи, а также несколько мясных блюд.

— Перед автосалоном аппарируем ко мне. Хочу сменить одежду и взять с собой пару вещей, — сообщил Гарри, усаживаясь за стол. — Ты кстати уже выбрал салон? — спросил он, наполняя чашку крепким чаем.

— Нет, — мотнул головой Скорпиус. — Мне всё равно. Гарри, послушай, — он задумчиво посмотрел на него, — опыт с Иваром меня кое-чему вчера научил. Если машина стоит дорого, вряд ли я смогу расплатиться за нее, вытаскивая из кошелька пачки денег. Тогда что? Взять с собой заранее чемоданчик?

— Наверное, лучше воспользоваться моей банковской картой, — предложил Гарри. — У меня есть счет и в маггловском банке, — пояснил он.

— Хорошо, тогда в понедельник я свяжусь с гоблинами, и тебе вернут нужную сумму, — кивнул Скорпиус и подтолкнул к нему тарелку с заботливо собранным ассорти из всей присутствующей на столе еды.

— Договорились, — ответил Гарри, принимая тарелку. — Кстати если найдем ярко-голубую спортивную машину, это будет мой тебе подарок, — улыбнулся он.

Скорпиус рассмеялся и махнул в воздухе вилкой, так как рот его ещё был занят. Но жест был явно одобряющий, что не могло не радовать — Гарри боялся, что Малфой начнет возражать.

— Куда мы поедем после салона? — спросил Гарри, попробовав первый блинчик. — Ты так аппетитно ешь. Очень заразительно, — улыбнулся он, глядя на Скорпиуса.

— С утра я голодный монстр, как впрочем, и в обед, — прожевав, быстро сказал Скорпиус. — Так что поедем мы точно куда-нибудь, где есть дичь или рыба — к реке, в горы и леса. Я же обещал тебе полянку, — он обещающе улыбнулся и накинулся на очередной блинчик.

— Я помню, — сглотнув, кивнул Гарри, воскрешая в памяти картины сегодняшнего утра. — А по пути я тебе отсосу, — хрипло проговорил он. — Хоть ты и не очень любишь минет, навряд ли я смогу устоять. Ты невероятно сексуален за рулем, — сообщил он и сделал большой глоток чая.

Зря он надеялся, что Скорпиус уже привык к подобным разговорам — хотя, может быть, и привык, потому что закашлялся только после того как проглотил блинчик.

— Ладно, — выдохнул он. — Только давай это будет сюрприз. В смысле, я вряд ли смогу вести машину, если мы будем об этом говорить.

— Нет, говорить мы об этом точно не будем, — хмыкнул Гарри, расправляясь со следующим блинчиком. — Но вот трогать я тебя буду, наверное, всю дорогу.

Щеки Скорпиуса запылали, но он мужественно кивнул, будто говоря: «Потерплю, раз ты хочешь». Настроение, и без того хорошее, стало еще лучше. Уже немного разбираясь в малфоевских чувствах, он вдруг понял, что смущается Скорпиус вовсе не от того, что речь идет о сексе. По крайней мере, когда об этом заговорил Ивар, тот только хмыкнул. Но стоило о сексе заговорить Гарри… Наверное, за пару секунд он представлял себе бесчисленное множество вариантов, кроющихся за словом «минет», и успевал распалиться и даже остыть, прежде чем ответить.

Но об одном варианте Скорпиус точно не мог предположить.

— А может, минет я начну делать прямо тогда, когда ты будешь вести машину, — медленно произнес Гарри, продолжая наблюдать за его реакцией.

На этот раз Скорпиус не поперхнулся и не закашлялся, но посмотрел на Гарри таким взглядом, будто сомневался в собственном рассудке.

— Знаешь, я никогда не помню своих снов, — сказал он невпопад. — Последнее время мне иногда кажется, что я сплю и вижу сон. Поэтому да, делай. Если это сон, то с нами ничего не случится, а я если я разобью машину, и мы умрем, то лично я умру счастливым.

— Как мало человеку, оказывается, нужно для счастья, — рассмеялся Гарри, расправляясь с последним блинчиком. — А еще говорят, что у Малфоев завышенные требования к жизни, — хмыкнул он.

Скорпиус посмотрел на него как-то странно и пожал плечами.

— Встречаться с тобой — роскошь, о которой невозможно даже мечтать, — сказал он так, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

— Глупости какие, — фыркнул Гарри, однако улыбку сдержать не смог. Что ни говори, но услышать это было приятно. Даже не так. Услышать это было приятно именно от Скорпиуса. — Ну скажи, какая еще роскошь? Тоже выдумал, — протянул он.

— Может быть, и выдумал, — неожиданно легко согласился Скорпиус, пряча глаза. — Но ты просто не чувствуешь того, что чувствую я. И хорошо, наверное, — он чуть натянуто улыбнулся.

— Что ты имеешь в виду? — настороженно спросил Гарри, среагировав на эту натянутую улыбку. — Разве ты знаешь, что и как я чувствую?

Скорпиус прищурился и отложил вилку. Медленно встал, обошел стол и сел на стул рядом с Гарри, разворачивая его к себе за плечи.

— А ты понимаешь? — спросил вкрадчиво, придвигаясь вплотную. — Можешь представить себе, как я живу? Для тебя секунда — это одно моргание ресниц, для меня — маленькая жизнь. Я чувствую себя иногда таким старым и усталым, будто я старше этой планеты. Те девушки, про которых я тебе рассказывал. Я успел влюбиться в них, прожить с ними жизнь и потерять интерес раньше, чем у нас случился второй секс. Когда я говорю с человеком, когда смотрю на него, я знаю заранее, что он может сказать, сделать, подумать. Он лишь озвучивает выбранный вариант. Иногда — не спорю, — люди меня удивляют, иногда — раздражают или веселят тем, что на самом деле не сделали, но могли бы. Ты же… Ты меня восхищаешь. Любым возможным вариантом.

Гарри слушал его очень внимательно, изо всех сил следя теперь за собственной реакцией. Ни его лицо, ни глаза ни коим образом не должны были отразить ни одной эмоции, что бились в нем от малфоевских слов. А эмоций этих было более, чем предостаточно — начиная от сочувствия и заканчивая желанием попросить Скорпиуса замолчать. Потому что к собственному раздражению и стыду, Гарри понял, что Малфой пугает его. Нет, не в привычном смысле этого слова — он пугал его как всякое неизвестное, что невозможно понять и никогда не получится постичь.

— Ну хоть примерное представление теперь у меня есть, — сдержав себя, чтоб не поежиться, произнес Гарри. — И знаешь, у меня будет к тебе одна просьба, — выдохнул он и замолчал, подбирая слова. — В тот момент, когда ты почувствуешь, что твое отношение начинает меняться, скажи об этом сразу. Я понимаю, что я и моргнуть не успею, как интерес твой полностью пропадет, но так я хотя бы буду знать, что это уже произошло, — закончил он.

— У меня было на это достаточно много времени, тебе не кажется? — Скорпиус, похоже, почувствовал его эмоции и отодвинулся. — Наверное, не стоило все это озвучивать. Извини. Самая большая моя проблема — выбрать нужный вариант действия в конкретной ситуации.

— Так, стоп! — отрезал Гарри, почувствовав, что разговор уходит не в то русло. — Во-первых, стоило. И тебе не за что извиняться. Во-вторых, я очень хочу, чтобы ты был искренен со мной, а не занимался бесконечной подборкой вариантов ответов и действий. Нужных… надо же… — повторил он. — Скорпиус, а нужных для кого? Для тебя или меня? — он прищурился и внимательно посмотрел на него.

— Я не знаю, Гарри, — просто ответил Скорпиус. — Большую часть времени я пытаюсь быть как все, большинство нормальных реакций я давно выучил, но когда речь заходит о незнакомых мне вещах, я теряюсь. Я не могу просчитать результат своих действий, поэтому не могу понять, как следует поступить, чтобы придти к желаемому результату. Вот сейчас я хотел объяснить тебе, что чувствую иначе, чем ты, но, похоже, только оттолкнул, — он невесело усмехнулся. — И так во всем. Что же качается искренности — я сомневаюсь, что ко мне вообще применимо это понятие. Но обычно я выбираю самый желательный для меня вариант и самый созвучный с тем, что я чувствую на уровне эмоций.

— Нет, — покачал головой Гарри. — Не оттолкнул. Даже не думай так, — и в подтверждение своих слов он накрыл руку Скорпиуса своей. — Просто ты говоришь такие вещи, которые первоначально вгоняют меня в ступор, — признался он. — И это не означает, что ты поступаешь неправильно. И если я решил — а я решил — связать с тобой… в общем, построить отношения, то я должен научиться понимать тебя. Это важно. И без твоей помощи мне здесь никак не обойтись, — с улыбкой добавил он.

— Они всех вгоняют в ступор, — как-то потерянно улыбнулся Скорпиус. — Но я понимаю, что настоящие отношения на лжи не выстроишь, поэтому и рассказываю тебе то, что не говорил никому и никогда. Думаю, это действительно можно назвать искренностью. И знаешь еще, что? — он снова придвинулся ближе и, наклонившись, прошептал Гарри на ухо: — В моей голове есть уголок, где мы все время трахаемся. В самых разных позах.

— Да? — удивленно выдохнул Гарри. — И что я там делаю последние пять секунд? — мурлыкнул он, почувствовав, как от щекочущих малфоевских интонаций его начинает вести.

— Ну, если озвучивать самый привлекательный вариант, то трахаешь меня в машине, — в тон ему протянул Скорпиус и уточнил: — В моей машине.

— Знаешь, какую картину я хочу в своей голове? — прошептал Гарри. — Как ты садишься сверху… на мой член… в своей машине, — произнес он и, стиснув зубы, судорожно выдохнул, представив до мельчайших деталей то, что сейчас сказал.

— Как жаль, что я не могу тебе это показать… — Скорпиус положил руки ему на бедра и прикрыл глаза. — То, что я сейчас вижу. Но я совсем не уверен, что среди этих картинок есть правильный вариант, ведь твой член исправно выключает мои мозги.

Гарри хмыкнул и провел пальцами по расслабленным губам Скорпиуса.

— Достаточно того, что все это ты покажешь мне вживую, — прошептал он и легонько поцеловал его в уголок губ.

— И теперь мне очень хочется осуществить задуманное пока в пробном варианте без машины, — задумчиво протянул Скорпиус, буквально пожирая его глазами. — Но три оргазма все же лучше разнести во времени, особенно учитывая, что два уже были.

— Это ты сейчас сказал, что хочешь меня, но как бы потом? — со смешком уточнил Гарри. — Если да, то не смотри на меня так… — выдохнул он. — Иначе третий твой оргазм будет не за горами.

— Муки выбора, какой же вариант лучше, — усмехнулся Скорпиус и решительно встал. — И волевым решением разума побеждает логика — после третьего оргазма прямо сейчас нам уже никуда не захочется ехать, — он улыбнулся и хлопнул по столу, заставляя посуду исчезнуть. — У меня, кстати, возникла идея, — добавил он осторожно. — А не взять ли нам с собой кого-нибудь из сов? Например, Солу. Ему будет интересно.

Если честно, ехать куда-то не особо хотелось и после второго оргазма. Но, вспомнив, как горели глаза Скорпиуса, когда тот говорил о предстоящем путешествии, Гарри ни за что бы не решился заикнуться о своей лени. Решили — значит решили.

— Если хочешь, бери, — кивнул он. — Почему нет?

Представив себе полный багажник сов, он усмехнулся и добавил:

— Хоть всех.

— Нет, Хлойя и Вайн слишком малы для путешествия, и часть сов останется с ними, а вот кто — пусть сами решают! — Скорпиус сверкнул улыбкой и поспешил аппарировать — не иначе как на чердак. Так оно и оказалось, потому что в спальне Малфоя не обнаружилось. Натянув домашние штаны, купленные для него Скорпиусом, Гарри задумался. С одной стороны, жить его сюда никто не приглашал, а с другой мотаться домой за одеждой уже становилось глупо и неудобно. Может быть, имело смысл вдобавок к домашней одежде оставить тут джинсы и пару футболок?

Идея показалась весьма удачной. Надо же… он и подумать прежде не мог, что в своем возрасте будет рассуждать о том, чтобы оставить у кого-то свои личные вещи.

Скорпиус появился на пороге, лучисто улыбаясь, и прерывая ход его мыслей.

— Ну что, они решили, кто остается дома? — спросил Гарри, влезая в футболку.

— Нет, я сказал, что у них на это есть час и еще примерно столько же, чтобы найти нас в маггловском Лондоне, — Скорпиус вытащил из шкафа единственные джинсы и посмотрел на них с сомнением. — Ивар одевается по-другому, — сказал уныло. — Я точно не могу купить себе такой же черный комплект? С длинным галстуком?

— Да кто ж тебе запрещает? — хмыкнул Гарри. — Покупай, что хочешь. Только, думаю, в поездке в деловом костюме тебе будет все же неудобно. Или ты хочешь произвести неизгладимое впечатление на продавцов, явившись в дорогущем костюме? — улыбнулся он, правда вышло чуть натянуто.

То, что Скорпиус, вспомнил Ивара, Гарри совсем не радовало. Конечно, это было естественно — кроме него в жизни Малфоя других магглов не было. Но все это не так раздражало, если бы интерес Маккоя к Скорпиусу был исключительно профессиональным, ну или дружеским на крайний случай.

— Что-то мне подсказывает, что впечатление я произведу в любом случае. Неизгладимое, — хмыкнул Скорпиус. Он оделся, собрал небольшую сумку с одеждой и подошел к Гарри. — Мне тебя здесь подождать? — спросил нерешительно.

— Да, — кивнул Гарри. — Я мигом. Только переоденусь и заодно захвачу с собой кое-что из одежды, чтобы постоянно домой не мотаться, — сообщил Гарри и, быстро поцеловав Скорпиуса в губы, аппарировал в свою квартиру.

Сборы много времени не заняли. Гарри торопливо влез в джинсы, натянул футболку и обулся в мягкие мокасины. Затем критически осмотрел вешалки, наспех побросал в сумку еще одни джинсы, несколько футболок и толстовку на случай ночной прохлады, чтобы в следующий миг снова оказаться в малфоевской спальне.

— Я готов, — сообщил он ожидающему его Скорпиусу и вытащил из сумки толстовку. — Положишь к себе?

Скорпиус кивнул, но прежде чем положить вещь в сумку, внимательно её рассмотрел, потрогал и даже понюхал.

— Хочу такую! — сказал решительно.

— Ты неисправим, — рассмеялся Гарри, — как ребенок! Все новое, что ни попадет в поле твоего зрения, обязательно должно попасть тебе в руки! А потом ты непременно начинаешь хотеть такое же и себе!

— И вовсе не всё, — насупился Скорпиус. — Она мягкая и удобная. И пахнет тобой… Новая, конечно, последнего козыря будет лишена, но всё равно останется теплой и удобной.

— Не хмурься, — ласково произнес Гарри и провел кончиком пальца по его переносице, мягко разглаживая морщинку. — Я не хотел тебя обидеть. Наоборот, мне очень нравится то, с какой непосредственностью ты высказываешь свои желания, — улыбнулся он.

— Тогда пойдем уже, пока я ещё чего-нибудь не высказал! — фыркнул Скорпиус и взял его за руку.

Видимо, в его голове уже давно прочно поселилась полная карта маггловского Лондона, потому что аппарировал он аккурат на крышу какого-то высокого дома.

— Я надеюсь, отсюда можно увидеть какую-нибудь неприметную улочку, — сказал он Гарри и бесстрашно шагнул к самому краю.

Едва удержавшись, чтобы не оттащить его подальше, Гарри опасливо глянул вниз, но рассмотреть толком ничего не успел — Скорпиус снова стремительно аппарировал. Вынырнув из потока, Гарри вдруг подумал, что все люди, наверное, кажутся Малфою неповоротливыми черепахами.

А еще он подумал, что благо хоть Скорпиусу не приходят идеи какой-нибудь экстремальной аппарации, например, прямо в прыжке с крыши того же многоэтажного дома. А так как эта мысль вполне могла прийтись Скорпиусу по вкусу — пусть даже и в виде эксперимента — Гарри решил придержать ее при себе.

— По-моему ты меня заразил своей эйфорией, — хмыкнул Гарри. — Наверное, мне просто не терпится уже посмотреть на тебя за рулем.

Скорпиус ослепительно улыбнулся.

— Если хочешь, ты можешь меня подождать в кафе, пока я покупаю одежду, — предложил он. — Если тебе, конечно, не нужно ничего купить и себе тоже.

— Нет, — покачал головой Гарри. — Не хочу я ждать тебя ни в каком кафе! Так обычно отсылают своих жен, когда хотят любовнице подарок выбрать, — хмыкнул Гарри и осекся, резко помрачнев. А вдруг он сейчас не так далек от истины? Может, Скорпиус и впрямь решил что-то прикупить и для Ивара — и чтобы не вызывать лишних вопросов либо не тем размером одежды, либо вещью, купленной в двойном экземпляре, сообразил таким образом отправить его, Гарри, подальше?

Скорпиус растерянно хлопнул глазами, а потом решительно мотнул головой.

— Тебе совершенно не идет белое платье, — выдал он, поморщившись. — Все триста двадцать шесть фасонов, что я имел несчастье видеть в свадебном каталоге Гортензии.

Укоризненно посмотрев на него — опять Малфой все понял дословно — Гарри подхватил его под локоть и произнес:

— Пошли уже в магазин. Может, и я что присмотрю, — добавил он.

От сердца отлегло. Почему-то представить себе Малфоя, думающего одновременно об Иваре и нем, Гарри, в подвенечном платье, было затруднительно, хотя, конечно же, Скорпиус мог и не такое. Укорив себя за дурацкую, ничем не оправданную паранойю, Гарри бодро поднялся по ступенькам магазина и только тогда наконец заметил, куда они идут.

— А ничего подешевле ты найти не мог? — усмехнулся он. — Я, конечно, понимаю, что у нас обоих денег куры не клюют, но зачем их пускать совсем уж на ветер?

— Об этом магазине хорошие отзывы, — пожал плечами Малфой. — И цены вполне нормальные для хорошей одежды.

Они зашли в стеклянные двери и оказались в небольшом, ярко-освещенном зале с кожаными пуфиками посередине и двумя диванчиками по углам. И едва они успели сделать несколько шагов, навстречу к ним вышла девушка с ярко напомаженными губами и приветливо улыбнулась.

— Добрый день, чем я могу вам помочь? — вежливо поинтересовалась она, окинув любопытным взглядом новых посетителей. Скорее всего, постоянных клиентов продавцы знали в лицо — судя по представленным маркам одежды, а соответственно и ценовой политике магазина, таких наверняка было немного.

— Я хочу купить у вас комплект одежды, который носят с галстуком, — огорошил ее Скорпиус. Со своим идеально правильным произношением, но совершенно идиотским набором слов он производил странное впечатление.

— Ему нужен деловой костюм, — пришел на помощь продавщице Гарри. — Что-то строгое, но современное, подчеркивающее фигуру. И не обращайте внимания, молодой человек слегка подзабыл родной язык, живя… — тут он слегка замялся, придумывая, куда можно сослать Малфоя, чтобы тот заранее получил индульгенцию всем своим выходкам. Тут на ум пришла шапка-ушанка и синие растянутые на коленях треники, и с языка самом собой сорвалось: — В России. В самой глуши. С медведями! — добавил проникновенно, и продавщица испуганно хлопнула глазами.

— Как же вам, наверное, приятно вернуться домой, — тепло улыбнулась она Скорпиусу, оценивающе пробежавшись взглядом по его фигуре и лицу.

— Не-ве-ро-я-тно! — с чувством отчеканил Скорпиус, бросив на Гарри убийственный взгляд. — Не слушайте отца, он всегда так неудачно шутит, — и елейно улыбнулся сначала продавщице, а потом скрипнувшему зубами Гарри.

— Что ж, давайте я покажу подходящие для вас модели, — предложила она. — Пойдемте, — она улыбнулась, увлекая Скорпиуса в глубь зала. — Вы можете присесть на диванчик, — обернулась к последовавшему за ними Гарри. — Может, чай или кофе?

— Нет, спасибо, — покачал головой Гарри. — Возможно, я тоже что-нибудь присмотрю.

— Хорошо, конечно, — улыбнулась девушка. — Я сейчас позову консультанта, — сообщила она и принялась искать глазами по залу вторую продавщицу.

— Спасибо, не стоит, — отказался Гарри, затем подошел к девушке поближе и проговорил тихо, чтобы Скорпиус его не услышал. Однако голову не отвернул, и был готов биться об заклад, что тот прочитает все по губам. — Лучше направьте двойные силы на сыночка. Одной вам не выстоять, он из вас всю душу вынет. И не обращайте внимания на возможные абсурдные вопросы. Главное, кивайте, улыбайтесь и соглашайтесь. Он у меня немного нервный после длительной командировки. Социальная адаптация, сами понимаете… — проникновенно закончил Гарри. — Если что, я рядом.

Скорпиус демонстративно закатил глаза и громко поинтересовался, указывая пальцем на один из костюмов:

— А если его случайно порвет мой ручной медведь, вы примете его обратно?

— Мы сделаем все возможное, чтобы удовлетворить вашу просьбу, — явно внемля «отцовскому» совету, ответила девушка и широко улыбнулась, стараясь казаться как можно более искренней.

Вторая продавщица, наверняка посчитавшая, что никто, кроме напарницы, ее не видит, легонько постучала пальцем по виску и со скепсисом посмотрела Скорпиусу в спину. Но, почувствовав взгляд Гарри, мигом сменила выражение лица и нацепила дежурную маску вселенской радости.

Одежду Скорпиус выбрал на удивление быстро, примерив лишь один, первый попавшийся костюм. Оценив, как он на нем сидит, Малфой принялся указывать на стоящие в разных углах зала манекены и едва не вызвал инфаркт у продавщиц, отказавшись примерять выбранное.

— Но сэр! — возразила первая продавщица. — Вы не можете знать, подойдет ли вам эта одежда, не примерив!

Гарри хмыкнул — Скорпиус, разумеется, знал. Но ему пришлось подчиниться правилам, чтобы не вызвать подозрений, и, сметя все дорогие костюмы в охапку, он решительно направился к примерочным.

— Думаю, вы можете нас ждать уже на кассе, — Гарри подошел к застывшим у примерочных продавщицам. — Видите, парень самостоятельный, няньки ему не нужны, — улыбнулся он. — Если что, мы вас позовем, — сообщил он и, дождавшись, пока девушки вернутся в зал, нырнул к Скорпиусу в кабинку.

Малфой ожидаемо стоял в своей одежде, подпирая стенку просторной кабинки, и видимо пережидая время для примерки, которое могло бы понадобиться обычному человеку, а охапка костюмов так и валялась на низкой скамеечке нетронутым ворохом.

— Примерь парочку, — выдохнул Гарри. — Хочу посмотреть на тебя в них.

— Хорошо, но стой, где стоишь, — предупредил Скорпиус. — Тут камеры, а ты по легенде мой папочка. И что, собственно, такого неадекватного было в моих словах, что ты меня к медведям отправил?

— Хорошо, стою там, где стою, — покладисто согласился Гарри и облокотился спиной о стенку, скрестив руки на груди. — «Я хочу купить у вас комплект одежды, который носят с галстуком», — он насмешливо процитировал Скорпиуса. — Ты правда считаешь, что это звучит как естественная разговорная речь?

— Я — да, но ты со мной, видимо, не согласен, — хмыкнул Скорпиус и стянул с себя джинсы. Трусы на этот раз на нем оказались… Гарри едва не зажмурился, не веря своим глазам, но это было правдой. Трусы на Скорпиусе были ярко-розовые.

— Розовые? — удивленно протянул он. — А я еще себя остановил — думал подарить тебе такие, но потом решил, что явный перебор. Погоди, — ошарашенно моргнул он. — Ты же при мне переодевался. Тогда, в спальне. Я не помню точно, какого цвета были на тебе трусы, но уж точно не такого, — растерянно закончил он.

— Надеюсь, камера не пишет звук… — Скорпиус озабоченно глянул под потолок и поспешил натянуть брюки, а Гарри изумленно распахнул глаза: прежде чем скрыться под черной тканью, трусы отчетливо посерели. — В общем, они меняют цвет. В зависимости от настроения.

— Это оно у тебя сейчас испортилось? — спросил Гарри, внимательно наблюдая за Скорпиусом. Точнее, за его обтянутым брюками задом. — Если тебе это поднимет настроение, то скажу, что эти штаны тебе очень идут. Это определенно твоя модель.

Скорпиус улыбнулся ему и стянул майку.

— Я еще в прошлый раз понял, что меня нервируют камеры, а сейчас она меня и вовсе раздражает, — пояснил он. Быстро справившись с пуговицами, он заправил рубашку в брюки и надел пиджак. — Ну как? — Поинтересовался, разглядывая себя в зеркале. — Закончим на этом? Я ведь точно знаю, что все эти костюмы сядут хорошо.

— Ты выглядишь невероятно, — восторженно выдохнул Гарри. — Просто посмотри на себя, — прошептал он и шагнул ближе. — Я бы попросил тебя еще примерить парочку, но ты начнешь психовать, — и потянулся рукой к воротнику, как будто собирался смахнуть несуществующие пылинки. Он скользнул голодным взглядом по малфоевской шее, как раз там, где заканчивалась рубашка, затем поднял глаза на напряженно сжатые губы и следом заглянул прямо в глаза. — К черту камеру, — хрипло выдохнул он. — Прости, — прошептал рвано, извиняясь на несдержанность, и накрыл его губы своими, мягко подталкивая Скорпиуса к одной из стен.

Камера явно нервировала Скорпиуса, и телом он был напряжен, но губы отвечали охотно и даже жадно. Было что-то очень непристойное в том, чтобы целоваться, воровато прислушиваясь к шагам за плотной шторой в кабинке очень дорогого магазина в центре Лондона. Да еще под прицелом немигающего глазка камеры. И было совсем неудивительно, что очень скоро голову повело от этого антуража, причем у обоих — поднявшийся член Скорпиуса вызывающе натянул мягкую ткань брюк.

— И какого цвета сейчас твои трусы? — хрипло поинтересовался Гарри, кладя руку Малфою между ног.

— Понятия не имею, — выдохнул Скорпиус. — Того, что творишь ты, никто еще со мной не делал.

— Не усну от любопытства, если не узнаю, — мурлыкнул Гарри и, не давая времени Скорпиусу даже возразить, споро справился с пуговицей и молнией и, дернув брюки вниз, позволил им скользнуть вниз к щиколоткам. — Оранжевые, — восхищенно выдохнул он, взглянув на обтягивающие возбужденный член трусы. — Интересно, тебе хватит простых касаний или мне придется встать на колени и заглотить его? — вкрадчиво спросил Гарри, поглаживая дрогнувший и обдающий сквозь ткань жаром член и одновременно закрывая собой Скорпиуса от камеры.

Но ничего такого он сделать не смог. За шторой кабинки раздался торопливый стук каблуков, и напряженный женский голос сухо известил:

— Джентельмены, кабинки предназначены только для переодевания. Но поблизости есть хороший отель.

— Мне даже жаль, что на этот отель у нас совсем не времени, — выдохнул Гарри и неохотно отстранился. — Пошли на кассу, — хмыкнул он. — И только не красней. В маггловских примерочных такое происходит сплошь и рядом.

Внять призыву Скорпиус не смог — когда он вышел из кабинки, щеки у него алели двумя маками.

— Надеюсь, вы понимаете, что на самом деле мы не родственники? — спросил он не знающую, куда деть глаза продавщицу — видимо, конкретно в этом магазине ничего такого сплошь и рядом не происходило.

— Сразу было видно, что вы как минимум приемный, — выдавила она из себя улыбку.

А Гарри наблюдал за ними откровенно забавляясь. Смятение Скорпиуса росло с каждой секундой и вот-вот грозило стать осязаемым. Похоже, те же самые эмоции испытывала и девушка. И вообще, создавалось впечатление, будто оба решили посоревноваться друг с другом, кто сильнее засмущается и гуще покраснеет.

— Ну что, подкидыш мой, идем? — улыбнулся он, когда Скорпиус расплатился за покупку, и продавщица, очень стараясь сохранить бесстрастное выражение лица и не опускать глаза, протянула ему пакеты.

— Идем, мой ручной медведь, — сумел все-таки улыбнуться Скорпиус. — Я не знаю, как насчет меня, но вот ты точно неисправим, — сказал он Гарри на улице. — По-моему, тебе нравится, когда на нас сморят, — он подозрительно прищурился.

— Точно! Смотри, как много людей вокруг, — с наигранным восторгом выдохнул он, глядя на приближающуюся к ним группу туристов. — Открою тайну, — заговорщически прошептал он, — внимание со стороны иностранцев заводит меня вдвойне. Так что беги… а то я на пределе, могу и нагнуть у первого же фонарного столба.

К счастью, совсем уж непробиваемым Скорпиус не был и юмор все-таки понимал. Поэтому он скрестил руки на груди, заминая лацканы нового пиджака, и скептически приподнял бровь.

— Что такое «фонарный столб»? — осведомился он светским тоном.

— Я так понимаю, вопрос означает, что бежать ты не намерен? — хитро прищурился Гарри.

— Нет, — прищурился Скорпиус в ответ. — Даже если это грозит мне смертью в огне стыда.

— Вот он, настоящий пример самопожертвования, — хмыкнул Гарри. И хотя малфоевская смерть в ближайшие планы не вписывалась, но удержаться от очередного поцелуя Гарри не мог. Он широко улыбнулся, рванул Скорпиуса на себя и поцеловал жадно, не обращая внимания на проходящую мимо толпу.

На этот раз случилось чудо — Малфой не одеревенел. То ли заранее успел смириться с неизбежным, то ли рассудил, что толпа совершенно незнакомых смешных людей никогда его больше не увидит. Кстати иностранцы повели себя достойно — сделали вид, что ничего не видят и быстренько прошмыгнули мимо.

— Пойдем, пока у меня снова не встал, — довольно быстро отстранился от Гарри Скорпиус. — Я начинаю думать, что машину надо покупать с темными стеклами.

— Пойдем, — кивнул Гарри, нехотя ослабевая хватку. — А ты еще рассматривал вариант со светлыми? — хмыкнул он. — По-моему, я ясно дал понять, что имею виды на твою машину. Точнее, на тебя в ней, — выдохнул с улыбкой.

— Мне нравился обзор в том джипе, — улыбнулся Скорпиус. — Но теперь понял, что ошибался. Пойдем скорее, мне не терпится! — в порыве чувств он даже схватил его за руку, чего никогда не делал в общественных местах раньше. Да и вообще не делал, только если для того, чтобы аппарировать. Сейчас же они шли по Лондону, и Скорпиус тянул его вперед, крепко сжимая ладонь. Казалось, не будь вокруг людей, он побежал бы на какой-то сверхчеловеческой скорости, перепрыгивая машины.

Казалось, нетерпение Скорпиуса можно было потрогать на ощупь. И отчего-то Гарри хотелось верить, что причина подобной эйфории крылась не только в предстоящей покупке машины. Он чувствовал, что Скорпиусу по-настоящему хорошо рядом с ним. Если, конечно, столь примитивным словом можно описать все то, что творилось в малфоевском супермозгу.

— Скажи, о чем ты думаешь? Вот прямо сейчас, в эту самую бесконечно долгую для тебя секунду? — спросил Гарри, переводя дыхание.

— Что нам идти еще тысячу шестьсот двадцать три метра! — выдохнул Скорпиус. — И что двигатель у машины не должен быть объемом меньше двух с половиной литров. И что механическая коробка передач предпочтительнее, но если вариантов не будет, то возьму и автомат. Что трусы сейчас наверное полыхают красным — тебе бы понравилось. Что вечером надо будет попробовать убить оленя. Что АйДжамп может не ловить сеть в лесу. Что Сола может поймать нам зайца. Что надо, наверное, заехать в магазин и купить овощей. Что, возможно, это лучше сделать на рынке или в деревне. Что я хочу сникерс. Что у тебя горячая рука. Что мне нравится держать тебя за руку. Что погода обещает быть благоприятной. Что температура воздуха двадцать пять градусов, и вряд ли опустится ниже чем на три градуса. Что Вайну и Хлойе нужно расширить дупло. Что Ивар может провозиться с чертежами, а их бы здорово получить уже в понедельник. Что наша инопланетная букашка может быть не одна. Что я очень хочу, чтобы ты меня трахнул… — тут он перевел дух и продолжил, завернув за угол: — Что надо познакомить вас с мамой. Что отец будет, наверное, удивлен переменами в моем характере. Что в подарок на день Рождения наставнику Йозефу можно купить что-нибудь маггловское. Что на мой собственный день Рождения я тебя непременно приглашу, хоть отец и дед будут в бешенстве. Что до этого надо поговорить с матерью и рассказать ей все. Что было бы здорово вечером где-нибудь искупаться. Что будет классно просто ехать, куда глаза глядят. Что я хочу за руль. Что я хочу, чтобы ты чаще улыбался. Что Йока очень расстроится, оставшись дома… Пожалуй, на ту секунду это было все, не считая множества цифр, которые я озвучивать не буду, — Скорпиус улыбнулся.

— Наверное, мне стоило сформулировать иначе, — протянул Гарри, переваривая услышанное. Признаться, ему было интересно услышать ответ, но он думал, что тот прозвучит несколько в другом ключе. Он постоянно упускал из виду, что Скорпиус четко разделял такие понятия, как мысли, ощущения и чувства. А Гарри интересовало именно последнее. — Ты сможешь ответить мне на следующий вопрос, но без анализа и раздумий, а только то, что первое придет в голову?

Скорпиус надолго задумался — надолго для него, — и потом осторожно ответил:

— Я постараюсь.

— Тебе придется постараться ответить быстро и одним словом, — уточнил Гарри и, замедлив шаг, взглянул на Скорпиуса. — Что ты чувствовал в тот момент?

Скорпиус остановился и сглотнул.

— Любовь, — сказал он медленно и будто бы с трудом. — Счастье. Энтузиазм. Прости, — он покаянно опустил голову. — Одним никак не получалось.

— Ты сейчас извинился за то, что сделал меня еще счастливее. И ты даже не представляешь, насколько, — Гарри подцепил его за подбородок, вынуждая Скорпиуса поднять глаза. Затем посмотрел на него долго и внимательно, медленно погладил по щеке и прошептал одними губами короткое: — Люблю тебя.

Глаза Скорпиуса широко распахнулись, и в них завертелась буря. Гарри не знал, сколько жизней Малфой прожил, вглядываясь ему в глаза, но секунды все текли и текли, а Скорпиус все не шевелился.

— Я не знаю, — наконец жалобно выдохнул он. — Я не знаю, какой вариант реакции выбрать! То, что мне сделать действительно хочется, делать категорически нельзя, а остальное — это просто никуда не годится…

— И не нужно выбирать… — покачал головой Гарри. — Искренность невозможно выбрать, — выдохнул он. — Твое отношение я и так знаю — за тебя говорят твои глаза, а лишняя фальшь мне не нужна, — и развернулся, чтобы сделать шаг.

Но Скорпиус не пустил, удержав за так и не выпущенную из пальцев ладонь.

— Да как же ты не поймешь, что с фальшью это не имеет ничего общего? — с тоской спросил он. — Ну или фальшь тогда любой поступок, потому что я вынужден выбрать одно, а сделать хочу много. И как насчет сдержанности? Рамок приличий? Физических возможностей, в конце концов! Ты говоришь «делай первое, что приходит в голову». Первые сто двадцать шесть вариантов, которые пришли в голову одновременно? По очереди или группами одновременного исполнения? — он горько усмехнулся и покачал головой. — Ты просишь невозможного.

— Я ничего не просил и не бросал на тебя томные взгляды в ожидании ответной реакции, — мотнул головой Гарри. — Нет, мне не нужны сто двадцать шесть вариантов. А нужен лишь тот, что окажется сильнее остальных. Хочешь, назови его «самым предпочтительным», если тебе так удобнее. Я же назову его «единственно возможным». А если все твои варианты равнозначны, значит, это не более чем логический расчет. А к чувствам расчет не применим! — с пылом закончил он.

Скорпиус закрыл глаза и, коротко выдохнув, медленно выпустил его руку.

— Я понял, — сказал он бесцветным голосом, как говорил, казалось, целую вечность назад, пряча за этим коротким ответом невозможность объясниться. — Я не буду больше говорить про варианты. Пойдем?

— Пойдем, — буркнул Гарри и бросил взгляд на потухшего Скорпиуса. Охеренно объяснились в любви — лучше не придумаешь!

Да и о какой любви может идти речь, если он, Гарри, по-прежнему слышит только себя? Вначале он просит быть откровенным, а когда получает эту самую откровенность, воротит нос, мол, такие ответы, видите ли, его не устраивают! Каких усилий стоило убедить Малфоя начать разговаривать! А сейчас из-за его, Гарри, несдержанности, он снова замкнется в себе.

— Черт, — выдохнул Гарри, резко останавливаясь и разворачивая за локоть Скорпиуса к себе. — Ну вот зачем тебе все это надо? — с надрывом в голосе спросил он. — Ты видишь, я очень стараюсь воспринимать тебя таким, какой ты есть, но у меня не всегда получается. И не потому, что не хочу, а потому что к своим годам так ума и не нажил, — почти с отчаянием проговорил он. — Ты понимаешь, что я еще не раз сделаю тебе больно? Неосознанно, конечно, но это не снимает с меня ответственности за собственную глупость. Сейчас я напоминаю себе пьяницу, который сначала издевается над близкими, потом вымаливает прощение, а потом снова принимается за свое — выдохнул он. — И я даже не хочу унижать тебя своими извинениями сейчас.

— Всё в порядке, — Скорпиус внимательно на него посмотрел и даже слегка улыбнулся. — Тебе не за что передо мной извиняться. Мне просто очень жаль, что я не могу дать тебе желаемое. По крайней мере, не всегда. От твоих слов я испытал такую кучу эмоций, что мозг заклинило. Я не знал, плакать мне, смеяться, плясать или пытаться взлететь. И ещё тридцать четыре таких же противоречивых желаний. Если бы эмоция была одна или какая-то была главнее, выбора бы не стояло. А так… Помнишь, я говорил тебе про боль? С ней тоже самое. Я не могу среагировать на боль — я могу только выбрать желаемую реакцию. Если эмоция одна, реакция выбирается «автоматически», но я могу это контролировать. Если же много, я «зависаю», пока не выберу… Черт! — вдруг выпалил он и отвернулся, сжав кулаки. — Чем больше я об этом всем говорю — тем больше мне кажется, что лучше б молчал, — проговорил на одном дыхании. — Гарри, я понимаю, каким ты хочешь меня видеть. Но ты также просишь честности и объяснений, а одно другому противоречит.

Гарри тоже сжал кулаки, на чем свет коря себя за свой язык, глупость и эгоистичное желание подстроить всех под себя. Вот он опять обидел Скорпиуса, причем совсем незаслуженно. Ведь сам же просил быть Малфоя искренним с ним. И самому же ума не хватило различить эту самую искренность, понять, что именно хотел сказать Скорпиус со всей честностью и открытостью. Идиот, одним словом.

— Когда-нибудь ты устанешь от этого, пошлешь меня и будешь абсолютно прав, — выдохнул Гарри. — Я не хотел тебя обидеть, правда, — прошептал он и осторожно взял Скорпиуса за руку.

— Я понимаю, — Скорпиус крепко сжал его пальцы. — И нисколько не обижен. Ты только все-таки реши, чего ты хочешь больше — иллюзию того, что рядом с тобой нормальный человек или честности. И то, и другое мне одинаково сложно, — он улыбнулся, — поэтому выбирай, что тебе больше нравится.

— Не хочу я никакую иллюзию, — ответил Гарри. — Хочу знать настоящего тебя. Но больше всего я хочу, чтобы тебе было со мной хорошо. И боюсь, что я совсем с этим не справляюсь, — скептически продолжил он. — И не говори, что это не так. Я и сам все вижу.

— Мне никогда не было лучше, — просто ответил Скорпиус. — Самые сильные эмоции за всю мою математическую жизнь даришь мне ты.

Гарри чуть улыбнулся и мягко притянул Скорпиуса на себя, легонько касаясь виска губами.

— Пойдем, наконец, посмотрим машины, — выдохнул он и медленно отстранился. Затем мельком взглянул на Скорпиуса и шагнул вперед, стараясь избавиться от тяжелого осадка от состоявшегося разговора. Да, сейчас они вроде как пришли к некому соглашению, но вот надолго ли — это был тот еще вопрос.

Скорпиус посмотрел на него долгим взглядом и вдруг порывисто обнял, прижимаясь всем телом.

— Я почти ничего не знаю о любви, — прошептал он куда-то ему в шею. — Но считаю, что то, что я к тебе испытываю, можно назвать именно так.

Гарри прижал его к себе сильнее и медленно, словно познавая заново, поцеловал.

— Я тоже не прямо уж эксперт… но думаю, что не ошибся с определениями, сказав тебе о том, что чувствую, — выдохнул он прямо в губы и улыбнулся. — Люблю, — шепнул он. — Тебя.

Не известно, из скольких предпочтительных вариантов выбирал Скорпиус, но на этот раз он откликнулся моментально — стиснул Гарри изо всех сил и пылко поцеловал.

— Молодые люди, прекратите, пожалуйста! — раздался через пару минут холодный голос, и, резко обернувшись, Гарри увидел мрачного полицейского.

— Извините, сэр, — опередил его Скорпиус с ответом и потянул Гарри прочь к вожделенному автосалону.

— Чувствую себя застуканным после отбоя школьником, — прыснул от смеха Гарри, подстроившись под быстрые малфоевские шаги. — Давно забытое ощущение!

Скорпиус улыбнулся и покачал головой.

— Со мной такого не бывало. Что касалось дисциплины, я всегда был очень послушным мальчиком.

Нет, точно, ничем не лучше подростка, способном думать лишь об одном… Послушный мальчик, — повторил про себя Гарри и перевел дыхание, отмахиваясь от всплывающих в голове картинок, никак и ничем не связанных с правилами дисциплины в Хогвартсе.

— Мерлин, я самый настоящий извращенец — выдохнул он. — И в этом виноват ты, Скорпиус Малфой, — добавил с улыбкой.

Скорпиус непонимающе вздернул бровь, но потом, явно с некоторым усилием всё же соотнес сказанное с собственной фразой.

— Если ты хочешь, чтобы я слушался в постели, ты можешь просто попросить, — сказал он, понизив голос. — Не обязательно меня для этого связывать, — добавил, наверняка припомнив эпизод в метро. — И к тому же, разве я выказывал неповиновение?

Гарри посмотрел на него должно быть очень странным взглядом, потому что эмоции, что завладели им были очень противоречивы — от желания рассмеяться до зародившегося подозрения, что Скорпиусом движет в постели желание прежде всего угодить ему. И последняя мысль, судя по всему, была недалека от истины. Гарри не мог вспомнить, когда бы Скорпиус задал тон их сексу. Но решив не выяснять это прямо сейчас — иначе так они точно до машины и не дойдут — Гарри снова повернулся к нему:

— Ты просто не понимаешь, — улыбнулся он. — В связывании тоже есть свой смак. Это не совсем то, что можно назвать добровольным подчинением, хоть все и происходит добровольно и по обоюдному согласию. Ну или почти, — хмыкнул он, вспомнив тот самый случай в метро. — Ладно, не бери в голову, — выдохнул он, чувствуя, что все его дальнейшие объяснения лишь запутают Скорпиуса окончательно.

Но, к его удивлению, Скорпиус прищурился, переваривая информацию, и медленно кивнул.

— Кажется, понимаю… — протянул он. — Я испытал довольно интересные эмоции, когда ты меня связал, особенно, если учесть, что это произошло на глазах у посторонних. Можно попробовать повторить всё в более приватной обстановке… — добавил многозначительно и продолжил, будто размышляя вслух: — Наверное, было бы интересно сделать тебе минет, если бы ты был связан. С одной стороны встать на колени — это знак подчинения, но с другой — подчинен получаешься больше ты. Интересная логическая загадка. Я даже не могу определить цифровое значение, кто больше подчинен в этом случае, — он улыбнулся и ускорил шаг, увидев наконец большое стеклянное здание с блестящими новенькими машинами внутри.

— Вот и узнаешь на практике… свои числовые соотношения, — гулко сглотнув, выдавил Гарри. Наверное, машины — это последнее, о чем он сейчас был в состоянии думать, но так же ускорил шаг к заветным дверям, в глубине души радуясь, что хоть что-то сможет отвлечь от обрушившихся на него фантазий.

Чего стоило одно только воспоминание о Скорпиусе на коленях, делающего ему минет! И наверное, он, Гарри очень поспешил с выводами, что Малфой никогда не проявлял инициативу. Тогда инициатива исходила именно от него — да такая, что аж до дрожи в ногах!

— Добрый день! — встретил их улыбкой менеджер. Он оценивающе скользнул взглядом по Скорпиусу, выглядевшим в своем новом дорогом костюме не иначе как сыном миллиардера, и по Гарри. Своих мыслей относительно его простых джинсов и футболки он никак не выдал, но Гарри достаточно хорошо представлял, что можно было подумать. — Вас интересует что-то конкретное?

— Меня интересует полноприводный внедорожник с механической коробкой передач, тонированными стеклами и возможностью полностью откидывать передние сидения, — перечислил Скорпиус основные пункты и тут же вылил на менеджера тонну желаемых технических характеристик, в которых Гарри почти ничего не понял.

— Вы очень хорошо разбираетесь в машинах, — с восхищением проговорил парень. — Редко встретишь человека, который настолько точно знает свои желания. Пойдемте, я покажу вам возможные варианты. Конечно, всем тем, что вы перечислили, одну машину оснастить невозможно, — выдохнул он, — но более или менее похожее в наличии есть, — сообщил он и шагнул в сторону стоящих в ряд блестящих автомобилей. — Пожалуйста, в следующий зал, — с улыбкой проговорил он, когда они миновали последнюю представленную машину.

— Эта! — сказал Скорпиус, едва войдя, и быстро пошел в самый конец большого зала. Лишь когда он остановился у какого-то джипа, Гарри, присмотревшись, понял, что тот очень похож на своего американского собрата.

— Но сэр, — чуть растерялся менеджер, — он не соответствует большинству заданных характеристик, кроме, разве что…

— Сидения откидываются? — перебил Скорпиус.

— Да, — совсем уж растерялся менеджер.

— Значит, я беру, — Скорпиус решительно распахнул дверцу и заглянул в салон.

— Может, все же обратите внимание и на другие модели? Там тоже можно откинуть сидения, — настойчиво проговорил парень.

— Я понимаю, что пытаться переубедить тебя глупо, и прежде, чем сделать выбор, у тебя было достаточно времени, чтобы взвесить все за и против. Но может, ты и правда посмотришь и другие? Ничего не понравится — возьмешь эту, — вмешался в разговор Гарри. — Не покупай сувенир на память, возьми то, что ты действительно хочешь.

— Гарри, я редко чего-то хочу, ты же знаешь, — улыбнулся ему Скорпиус. — И сейчас я хочу эту. Я даже не надеялся, что найду точную копию того джипа. Только царапины надо кое-где нанести и тонировку всё же сделать для нашего удобства.

Менеджер посмотрел на него слегка испуганно, будто царапины Скорпиус собрался наносить прямо сейчас, и поспешил сказать:

— Вообще-то, модель неплохая. Не такая мощная, как вы описывали, но надежная. И кузов очень прочен, хотя и утяжелен из-за этого.

— Это не проблема, — отмахнулся Скорпиус, а Гарри мысленно хмыкнул. Можно было не сомневаться, что на свою машину Малфой наложит целый комплекс разных чар, в том числе, облегчающих вес.

— Ну что ж, если вас не пугает несколько меньший объем двигателя и коробка-автомат, то это удачный выбор, — заключил менеджер. — И всё-таки, просто интереса ради, может быть, посмотрите что-нибудь ещё?

— Интереса ради посмотрю, — согласился Скорпиус, неохотно отрываясь от машины, которую уже явно считал своей.

Они прошлись вдоль всего ряда, Скорпиус то и дело задавал разные вопросы, разглядывая представленные модели, но особенного интереса ни к какой другой машине так и не высказал.

— Скажите, пожалуйста, — обратился Гарри к менеджеру. — У вас представлены спорткары? Определенных требований у меня нет. Кроме одного, — поспешил уточнить он. — Машина должна быть лазурно-голубого цвета.

Только вышколенность и опыт не позволили менеджеру вытаращить на него глаза.

— Есть только синяя, — сказал он, выдавив улыбку. — Желаете посмотреть? А также несколько отличных седанов похожего цвета.

— Нет, — покачал головой Гарри. — Это основополагающее требование. Без компромиссов и отклонений, — улыбнулся он и незаметно взял Скорпиуса за руку. — Я обязательно найду для тебя такую, — шепнул на самое ухо.

— Буду рад, — улыбнулся Скорпиус, но вдруг насторожился, глянув в огромное окно. — Там Сола, — сказал он, кивнув Гарри на соседнюю крышу. — Он нас нашел.

— Да он уже нас, наверное, заждался, — хмыкнул Гарри, найдя глазами сову. — Давай поторопимся, пока остальные не слетелись и не навели шумиху, — шепнул он, доставая из кармана кошелек.

Поняв, что расплачиваться за машину собирается Гарри, менеджер все же не сумел скрыть удивления.

— Хотите оплатить только вступительный взнос или плюс некоторую часть стоимости? — поинтересовался он любезно, жестом указав следовать за ним.

— Всю стоимость, — Гарри качнул головой. — Сразу, — уточнил, протягивая менеджеру банковскую карту. — И если можно, поскорее, пожалуйста. Мы очень спешим, — сообщил он, с беспокойством вглядываясь в окно.

Но оказалось, волновался он напрасно: совы не стали атаковать окно, равно как и кружить перед нем ухающей стаей. Просто в какой-то момент Сола исчез с крыши, и через несколько секунд откуда-то сверху свесилось сразу семь любопытных ушастых голов. Никто из персонала их, конечно, не заметил, но Скорпиус широко улыбнулся, украдкой показав питомцам большой палец.

Тем временем банковский платеж уже прошел, и менеджер протянул Гарри чек с просьбой поставить на документах подпись.

— Вас интересует страховка? — запоздало спохватился он, принимая подписанные бумаги.

Гарри перевел взгляд на Скорпиуса и вопросительно посмотрел на него.

— Нет, — решительно мотнул головой Скорпиус и требовательно протянул руку.

Менеджер поспешно вложил в нее документы и сделал знак одной из кассирш достать из специального ящичка ключи.

— Понадобится некоторое время, чтобы вывести машину из салона, — сказал он извиняющимся тоном. — Возможно, вам лучше придти завтра.

— Я сам выведу, — мотнул головой Скорпиус. — Дайте ключи.

— Извините, сэр, это не представляется возможным, — покачал головой менеджер.

— Если я задену хоть одну машину, я её куплю, — сказал Скорпиус с нажимом. — Каждую. Но я не задену. Дайте ключи и отойдите.

— Прошу прощения, но я не имею права заключать такие сделки, — решительно отказался менеджер. — Для того, чтобы вывести машину из выставочного комплекса, нужные специальные навыки!

— Вы же сами сказали, что я разбираюсь в машинах, — прищурился Скорпиус. — Поверьте, вы даже сами не знаете, насколько правы.

— Давайте сделаем проще, — вмешался Гарри. — Заморозьте на моей карте стоимость ближайших к нашей машин и дайте молодому человеку ключи, — предложил он менеджеру. — Если он заденет какую-то из них, мы её купим.

Менеджер обменялся с не менее удивленной кассиршей понимающими взглядами, мол, богачи уже совсем с жиру побесились, и недоверчиво посмотрел на Скорпиуса.

— Лично я на вашем месте был бы более расторопным, — продолжил Гарри. — Не заставляйте его ждать, иначе, боюсь, придется делать возврат средств. К тому же, если он все же зацепит какую-то из машин, это ваш шанс заработать больше с процента продаж. Так что думайте быстрее, — предупреждающе протянул он.

Видимо, последний довод был решающим. И несмотря на существующие правила, парень протянул Скорпиусу ключи, наверняка молясь всем святым, чтобы на пороге не появился никто из руководства.

Гарри ни сколько не сомневался, что с задачей Скорпиус справится, но никак не рассчитывал на то, что разозленный недоверием Скорпиус устроит целое показательное шоу. Менеджер едва не схватился за сердце, когда двигатель машины взревел, но не удержался и всплеснул руками, когда Скорпиус лихо вырулил в узкий коридорчик и пронесся через зал с огромной скоростью.

— Он же не знает, куда ехать… — промямлил он ошарашенно, когда джип исчез.

— Вы его недооцениваете, — протянул Гарри, хотя он и сам толком не знал, куда поедет Скорпиус. Но в одном он был уверен: Малфой знал, что делает. — Не переживайте, ваш салон останется в целости и сохранности, — заверил Гарри и едва не рассмеялся, когда увидел нескрываемое отчаяние в глазах менеджера.

Они с менеджером вышли на улицу, причем Гарри именно вышел, а менеджер выбежал пулей, и обнаружили там аккуратно припаркованный возле самого входа джип и прислоняющегося к нему улыбающегося Скорпиуса.

— Пожалуй, я передумал насчет царапин, — объявил он. — Без них мне нравится больше.

Еще раз взглянув на менеджера, Гарри рассмеялся. Да, похоже, эта покупка навсегда запомнится не только Скорпиусу.

— Раз мы обошлись без погромов, ваших инфарктов и моего банкротства, принесите мою карту, пожалуйста, — попросил Гарри, переведя дыхание, и шагнул вперед. — Показушник, — улыбнулся он, подойдя к Скорпиусу вплотную.

— Ну должны же у меня быть какие-то преимущества перед простыми смертными, раз уж приходится так мучится, — фыркнул Скорпиус.

— Несомненно, — кивнул Гарри. — Залезай в машину, будем по пути облегчать твои мучения, — мурлыкнул он. — Мысль о минете за рулем совсем не потеряла свою актуальность, — сообщил он и, заметив приближающегося к ним менеджера, отстранился и шагнул ему навстречу, чтобы забрать карту и побыстрее уже начать их с Малфоем путешествие.

— Вот, пожалуйста, ваша карта, — менеджер протянул Гарри кредитку и чуть помялся, странно глядя на Скорпиуса. — Извините, а можно вопрос? Мы можем использовать запись с камер видеонаблюдения для рекламы нашего салона? Разумеется, без вашего лица.

— Да хоть с лицом используйте, — благодушно разрешил Скорпиус. — Меня все равно никто не знает.

— Вы, наверное, каскадер? — предположил менеджер воодушевленно.

— Наверное, — хмыкнул Скорпиус и сел за руль, давая понять, что разговор закончен.

— Да-а, каскадер, на рекламе они сэкономили здорово, — протянул Гарри, усаживаясь в машину. — А тебе и правда равных не было бы в маггловкой киноиндустрии, — заметил он. — А толпам твоих фанатов любой бы актер позавидовал, — произнес он и притянул Скорпиуса к себе, жадно целуя. — И я был бы самым настырным из них, — он скользнул рукой по крепкому бедру. — Вообще прохода бы не давал.

— Я не знаю, что такое кино, но актер, как ты, по-моему, знаешь, из меня никудышный, так что толкаться локтями тебе не пришлось бы, — улыбнулся Скорпиус и счастливо сверкнул глазами. — Ну ты только посмотри! Он совсем как тот, в Америке!

— Ага, только без царапин и можно сказать девственник, — хмыкнул Гарри, растворяясь в счастливом блеске обычно очень серьезных глаз. Скорпиус весь светился, даже не так — он сам будто излучал радость. — Подумать только, — с усмешкой протянул Гарри. — Для полного счастья нам оказывается не хватало внедорожника.

— Именно, что нам, — посерьезнев, заметил Скорпиус. — Без тебя и воспоминаний о том, что было в этой машине, я бы ни за что не радовался так сильно.

Он повернул ключ зажиганий и тронул машину с места, но проехал совсем немного — лишь до ближайшего тихого двора. Там он вышел из машины, махнул палочкой, накладывая какие-то чары, и открыл багажник. И тут же машина стала наполняться пикирующими с неба совами.

— Я надеюсь, тебя не задели мои слова? — обеспокоенно поинтересовался Гарри, когда Скорпиус вернулся в машину. А еще он очень надеялся, что скачок малфоевского настроения был только плодом его воображения. — И ты уверен, что нашим попутчикам не тесно? — спросил он, услышав громкое ухание из багажника.

— Им очень интересно, — Скорпиус с грохотом захлопнул багажник. — Если захотят, я их выпущу, — добавил, садясь за руль, и развернулся к Гарри. — Твои слова никак не могли меня задеть, потому что это правда, — он широко улыбнулся. — Я даже в детстве так книге не радовался.

— Ну что, тогда по традиции за «сникерсом» и в путь? — вернул улыбку Гарри, облегченно выдохнув.

— И за овощами! — воодушевленно добавил Скорпиус, и рванул машину с места.

Совы дружно ухнули в багажнике, а Гарри подумал, что это все, наверное, чертовски странно — вот так ни с того ни с сего купить машину и отправиться не пойми куда с полным багажником птиц. Но посмел бы кто ему такое сказать! Самое странное, но самое лучшее приключением в его жизни!

Глава 9

Из города они выехали, когда не было еще и полудня. Часть сов переместилось в салон на зачарованное от царапин заднее сиденье, а Сола и вовсе разместился на приборной панели огромной плюшевой игрушкой.

Гарри сидел и неотрывно наблюдал сосредоточенным на дороге Скорпиусом, лишь изредка отвлекаясь на сов.

— Обожаю блондинов в строгих костюмах… а если они еще и за рулем крутой тачки — так вообще голову сносит, — наконец выдохнул он, с трудом сдерживая себя, чтобы не начать лапать Скорпиуса прямо сейчас.

Скорпиус негромко рассмеялся и лукаво протянул:

— Так-так, продолжайте! Чего мы еще не знали о Главном авроре?

— Эксклюзивное откровение Главы Аврората, только в субботнем эфире, — хмыкнул Гарри. — Что ж, раз аудитория собралась, то продолжаем, — улыбнулся он. — Мало кто знает, как я хочу секса на столе в своем кабинете… и чтобы этот самый блондин из меня всю душу вытрахал, — он втянул носом воздух и добавил шепотом: — А еще Главный аврор достаточно терпелив и очень надеется, что рано или поздно так и случится. Но это уже совсем закрытая информация.

Скорпиус вцепился в руль так, что костяшки побелели.

— Ты ведь это не всерьез?.. — переспросил он срывающимся шепотом. — Ты правда хочешь чтобы я сделал это? Не… — он сдавленно кашлянул. — Не наоборот, если уж допустить, что кабинет и правда может стать местом действия.

— Хочу, — хрипло отозвался Гарри. — Очень хочу. И очень жду, что ты тоже захочешь… и так сильно, что даже и не задумаешься ни о каком якобы нужном тебе разрешении.

— Я хочу тебя всегда, — признался Скорпиус. — Странно, что ты в этом сомневаешься. И про разрешения я уже понял. Но кабинет… — он удрученно покачал головой. — Это нужно набраться смелости.

— А мне — терпения, — улыбнулся Гарри. — Но ради такого можно и подождать, — сообщил он, решив лишний раз на Скорпиуса не давить. — Раз с Главным аврором все понятно, самое время перейти к его помощнику, у которого наверняка тоже есть, что скрывать, — продолжил он, уводя разговор в сторону. — Хочу услышать твою самую смелую фантазию.

— Ты издеваешься! — простонал Скорпиус, прибавляя газу, и ожесточенно потер нос. — Ну хорошо! — выдохнул спустя пару секунд. — Хочу тебя в душевой спортзала. Той, где я тебя первый раз увидел. И чтобы ты сначала просто мылся, а потом увидел меня и поманил рукой. На этом первоначальный вариант фантазии и по совместительству ее обязательная часть кончается и дальше уже варианты разные, но предпочтительный — как ты любишь, — это все-таки просто секс. Наверное, упершись руками в стену.

— Похоже на альтернативную версию событий — вместо «голубых трусов», — заключил Гарри. — Что ж… — хмыкнул он. — Теперь я буду задерживаться в душевой немного подольше… и буду каждый раз ждать тебя, в деталях прорисовывая, что случится после того, как ты упрешься руками в стену, — и с шумом втянул носом воздух. — Тогда в спальне, у шкафа, ты был нереально крут, — вспомнил он. — Самое соблазнительное, что мне только доводилось видеть.

Скорпиус искоса на него глянул и резко крутанул руль, объезжая выбежавшего на дорогу ежа.

— Если ты не прекратишь говорить об этом, нам придется сделать вынужденную остановку и выгнать из машины сов.

При этом вся пернатая стая возмущенно заухала.

— О, какой серьезный ультиматум, — протянул Гарри, не обратив ни малейшего внимания на недовольное птичье уханье. — И что же ты сделаешь? Трахать тебя я пока не собираюсь — на твой член у меня немного иные планы. А на другие варианты надо ведь смелости набраться, так? — улыбнулся он.

Скорпиус широко улыбнулся и кивнул.

— Раскусил, — хмыкнул он. — А запас уже растрачен утренними упражнениями.

— Прекрасно, — с напускным облегчением произнес Гарри. — Продолжаем разговор… обожаю лишний часок потрепаться, — с усмешкой протянул он, однако вынужден был признать, что этот разговор ему и впрямь приходится по душе. Дразнить Скорпиуса оказалось весьма забавно и очень увлекательно. — Знаешь, о чем я подумал, когда ты сказал, что свяжешь меня и отсосешь? Я хочу большего. Хочу, чтобы следом ты ткнул меня лицом в подушку. Или перегнул через… да хотя бы подоконник, — выдохнул он. — И веревки не снимал…

Сола развернулся к нему, возмущенно тараща круглые глаза, и больно ущипнул за руку.

— Эй, а ну прекрати! — прикрикнул на него Скорпиус. — Или ты думаешь, что если ты будешь щипаться, я вас не высажу?

Сола пристыженно опустил голову и демонстративно отошел от Гарри подальше.

— Не завидуй, — хмыкнул Гарри и потер покрасневшую кожу. — Вернешься к Йоке, тоже наворкуетесь всласть, — произнес он и отвернулся в окно. — Скорпиус, а что для тебя самое важное в отношениях? — помолчав, спросил он, всматриваясь в загородный пейзаж.

— Ты так спрашиваешь, будто они у меня были, — усмехнулся Скорпиус. — Но если исходить из нашей ситуации, то, наверное, взаимопонимание. Мне очень хочется понимать тебя лучше, — вздохнул он.

— Тогда почему ты не спросишь меня о том же? — проговорил Гарри. — Тебе будет сложно разобраться со мной без наводящих вопросов.

— Потому что ты иногда говоришь одно, делаешь другое, а думаешь третье, — фыркнул Скорпиус. — И я путаюсь еще больше.

— Например? — оторопело спросил Гарри. Очень обескураживало не то, что именно сказал Скорпиус, а то — с каким спокойствием он это сделал. — Погоди, даже если и так… Неужели это происходит так часто, что ты начал воспринимать это как норму вещей?

— Нет, на работе ты обычно вполне последователен, — успокоил его Скорпиус. — Но в обычной жизни очень эмоционален, а потому непредсказуем.

— Наверное, это меня и спасло в юности, — выдохнул Гарри. — Историю ты знаешь, пояснять, думаю, смысла нет. Но я очень постараюсь стать для тебя более понятным, — помолчав некоторое время, произнес он и машинально потянулся погладить Солу. — Кусаться хоть не будешь? — спросил он, касаясь пальцами мягких перьев.

Сола прикрыл глаза и переступил с лапы на лапу.

— Не надо, — сказал Скорпиус. — Не старайся. Ты мне нравишься таким, какой есть. К тому же, я уже привык, — он улыбнулся.

— О, ты просто не знаешь, о чем говоришь, — усмехнулся Гарри. — Не думай, что со мной так легко. Моя бывшая жена только и твердила, что я самый настоящий псих. Это потом, уже с возрастом я более или менее научился себя контролировать.

— Я почти не сомневаюсь, что так оно и было, — многозначительно протянул Скорпиус. — Но уж поверь, меня это не только не пугает, даже и восхищает в какой-то мере. Как нечто мне недоступное.

— Ты первый, кого это восхищает, — сообщил Гарри. — Обычно такая «недоступность» только отталкивала. И тот невоспитанный мужчина, — он улыбнулся, вспомнив, как Скорпиус окрестил Патрика, — не был исключением.

Скорпиус метнул в него выразительный и откровенно ревнивый взгляд и сказал неожиданно резко:

— Хочешь искренности? Изволь. Мне он не нравится. Мне не нравится, что ты с ним спишь. Мне вообще все это не нравится!

— Все это — это что-то конкретное? — подавив улыбку, поинтересовался Гарри. — И я с ним не сплю. Уже. И тебе, как никому другому известна причина. Самая лучшая причина, которая могла только произойти. Тебе совершенно не к чему ревновать. Патрик никогда не занимал в моей жизни ту часть, которую занимаешь ты. И никогда не займет. Но пойми, до голубых трусов в моей жизни имели место и встречи, и поцелуи, и секс. И глупо делать вид, что ничего этого не было, — произнес он на одном дыхании. — Но никогда не было такого, что происходит сейчас.

— Уж это точно! — хмыкнул Скорпиус и кивнул на облепивших окна сов. — Такого никогда не было.

— Я надеюсь, это означает, что мы не будем больше возвращаться к теме Патрика в моей жизни? — протянул Гарри, посмотрев на Скорпиуса внимательно. — Я же тебе не устраиваю сцены ревности к нашему общему знакомому.

— К какому именно из наших общих знакомых? — с недоумением уточнил Скорпиус. — И нет, мы не будем больше возвращаться к Патрику, если он не вернется сам. Хотя это будет затруднительно, — он безмятежно улыбнулся. — Мои совы его сову не пустят.

Дружно уханье подтвердило, что наказ понят.

— Вот я даже не знаю, радоваться мне сейчас или хвататься за голову, что ты ничего вокруг не замечаешь, — покачал головой Гарри. — Неужто и впрямь не понял, о ком я? — спросил он и выжидающе посмотрел на Скорпиуса. — А насчет перехвата чужих сов, я совсем не против. Хотя по-хорошему, по шее бы тебе дать за такое самоуправство, — хмыкнул он.

Скорпиус прищурился и на секунду глянул на него в упор.

— У тебя дома моих сов нет, — заметил он тихо. — А к Ивару ревновать так же бессмысленно, как, к примеру, к слону или дельфину. Мы разных видов.

— Значит, все-таки понял, о ком и чем я говорю, — отозвался Гарри. — А то, что Ивар маггл, прости, но для меня не довод. Как я успел заметить, твое отношение к магглам все же отличается от принятого в твоей семье. Оно гораздо более лояльное, а значит, не исключено и то, что ваше с Иваром общение вполне может перерасти в нечто большее. Теоретически это возможно. А что касается сов — так правильно, зачем тебе селить кого-то из них ко мне, если я постоянно провожу время в твоем доме? — протянул он, не разрывая зрительный контакт.

— Я бы очень хотел, чтобы это было чем-то большем, чем «проводишь время», — сказал Скорпиус так же спокойно, как говорил все шокирующие вещи. — И ты меня неправильно понял. Я не имел в виду, что Ивар маггл. Я имел в виду, что я инопланетянин.

Гарри посмотрел внимательно, перевел дыхание и заговорил напрямик:

— Давай по пунктам. Либо ты сейчас просто прицепился к словам про «провожу время»… либо… черт, я даже не знаю, что творится в твоей голове, и что ты имел в виду. Но в любом случае, я хочу услышать это. Вторым пунктом будет промывка мозгов про твою «инопланетность». Но это обождет — начинаем с первого. Объяснись, пожалуйста.

Скорпиус прищурился и медленно покачал головой.

— Давай я отвечу на этот вопрос, когда для тебя пройдет столько же времени, как для меня за эти две недели. Ну или хотя бы половина… Треть.

Гарри уже хотел рявкнуть, мол, что еще за ребусы такие, но так и замер, пораженный догадкой. Малфой говорил так, будто намеревался сделать ему, Гарри, предложение руки и сердца. Естественно, фигурально выражаясь — Гарри готов был руку дать на отсечение, что Малфой имел ввиду идею съехаться под одной крышей.

— Ты всерьез? — Гарри широко распахнул глаза. — Неужели… — невпопад продолжил он. — И давно ты это надумал? Впрочем, нет, не отвечай. Ответ я и так знаю — несколько долгих жизней назад. Так? — спросил он и замолчал на полуслове. — Скажи, ты правда этого хочешь?

Прежде чем ответить, Скорпиус усмехнулся, и вышло у него это как-то обреченно.

— Нет, — сказал он, ввергнув Гарри в очередной шок. — Я хочу Нерушимый обет. Но так как это невозможно, то хотя бы свадьбу. Но так как и это невозможно, то хотя бы то, о чем ты подумал, чем бы оно ни было.

— Вот о Нерушимом обете я точно не подумал, — пораженно проговорил Гарри. — Скорпиус Малфой, твоя фантазия поистине безгранична, — выдохнул он. — Моя так далеко не зашла, — он снова посмотрел на Скорпиуса в упор, окончательно удостоверяясь в правильности того, что собирался ответить. — Но тебе придется потесниться в шкафу, у меня немало вещей, — помолчав, закончил он и улыбнулся.

— Так и я не маггл, — заметил Скорпиус и тут же поспешно поднял ладони, держа руль только большими пальцами. — При всем моем крепчающем уважении к данной расе!

— Да, второй пункт про инопланетность как-то совсем померк на фоне первого, — протянул Гарри. — Ну да и дракклы с ним. Вот все-таки умеете, вы, Малфои выволочки избежать, — хмыкнул он. — Когда пространство перенастраивать начнешь?

— Как только ты решишь, что пора, — быстро ответил Скорпиус, явно не считая слова Гарри ответом.

— Хорошо, — кивнул Гарри. — В смысле, я бы сказал, что хоть прямо сейчас, но, боюсь, что наживу себе не одного врага, если ты повернешь обратно, — он кивнул в сторону внимательно слушающих их сов и улыбнулся, подумав, как непредсказуемо порой складывается жизнь. И, пожалуй, в этом и есть ее прелесть.

На этот раз уханье с заднего сидения было одобрительным. Некоторое время они ехали в довольном молчании, а потом Скорпиус вдруг сказал:

— Гарри, мне нужен твой совет. Как рассказать матери? Чтобы это не было как обычно с порога в лоб.

— Ты же понимаешь, что эта новость станет для нее в любом случае неожиданностью, — произнес Гарри, всматриваясь в дорогу. — Может, стоит ее для начала пригласить домой. Как будто на совместный ужин. Пусть хотя бы увидит, что мы общаемся не только в Аврорате.

— Хорошая идея, при условии, что ты станешь держать себя в руках, — хмыкнул Скорпиус. — И смиришься с тем, что я буду называть тебя мистером Поттером дома.

— Ты меня совсем за идиота держишь? — хмыкнул Гарри. — Может, я, конечно, рядом с тобой и становлюсь не в меру озабоченным подростком, но устраивать при твоей маме эротическое шоу точно не намерен, — фыркнул он.

— Я держу тебя совсем не за идиота, — покачал головой Скорпиус. — Но предлагаю для начала сходить в ресторан. Увидев тебя у меня дома, она наверняка сразу обо всем догадается.

— Давай в ресторан, — согласился Гарри. — Так даже лучше будет. Какие она любит, такой и выберем. Я и сам с удовольствием познакомлюсь с миссис Малфой поближе. Уверен, если, как говорит твой дед, ты пошел в нее, вечер будет для меня приятным.

— Прекрасно, завтра вечером Сола отнесет ей письмо, — просиял Скорпиус. — А если она сама обо всем догадается, будет даже лучше.

Сола довольно взмахнул крыльями, показывая, что готов лететь хоть сейчас.

— Представляю, как она рада будет, — усмехнулся Гарри скептически. — Не забывай, что она надеется увидеть рядом с тобой девушку. Пусть даже и магглу, но явно не начальника, годяшегося тебе в отцы. Вообще представляю, как все это со стороны выглядит — престарелого национального героя потянуло на молоденьких мальчиков.

— Мать поймет правильно, — с необоснованной на взгляд Гарри уверенностью ответил Скорпиус. — А остальным все равно не объяснишь. Но я не хочу, чтобы ты так говорил и думал, — добавил почти с яростью. — Если кого и потянуло, так в первую очередь меня!

— Не кипятись, — мягко проговорил Гарри. — Мы оба знаем, что потянуло обоих. И хотя вся вина лежит на мне — не спорь только, я как старший и по возрасту и по званию, не должен был переступать черту, — продолжил он тоном, не терпящим возражений, — я ни о чем не жалею и грызть себя не собираюсь. И поступил бы точно так же. Даже если можно было бы отмотать время назад, — безапелляционно закончил он.

Напрягшийся было Скорпиус расслабился и улыбнулся.

— Тогда не будем больше об этом говорить, — предложил он. — Лучше скажи мне, ты не хочешь научиться водить?

— Не знаю, зачем мне это нужно, но хочу, — улыбнулся Гарри. — Но, при условии, что ты будешь моим личным инструктором, — поспешно добавил он.

— Только я! — решительно кивнул Скорпиус и дал по тормозам. — Давай, — он развернулся к нему всем телом, опираясь локтем на руль и сверкая улыбкой. — Садись. Это коробка автомат, даже учиться не надо.

— А давай, — кивнул Гарри, поддаваясь какой-то совершенно необъяснимой эйфории. — Будем надеяться, что твою новую игрушку я не сломаю, — выдохнул он, поменявшись со Скорпиусом местами. — Командуй.

— Левую ногу в сторону, нажимаешь правой ногой одну из педалей, — начал было Скорпиус, но был вынужден прерваться — совы заволновались, захлопали крыльями. Пришлось выпустить их из машины. — Так вот, справа газ, слева тормоз. Жать мягко и крепко держать руль — вот и все, — он ободряюще улыбнулся и кивнул на дорогу. — Вперед! Если что, я подстрахую, — он достал палочку.

— Видимо, совы не зря заволновались, — усмехнулся Гарри, мысленно повторив все то, что сказал ему Скорпиус.

И видимо, повторив неправильно. Гарри толком и не понял, что произошло, как машина взвизгнула и стремительно рванула с места, несясь по шоссе с колоссально высокой скоростью.

— Черт, Малфой, как мне остановиться? — воскликнул он, стараясь не поддаваться панике. В конце концов, не страшнее ведь полетов на метле. — Только так, чтобы нас не расплющило об лобовое, — процедил он, инстинктивно вцепившись в руль и продолжая вжимать педаль до упора.

— Гарри, расслабься, — совершенно спокойно сказал Скорпиус, кладя руку на руль и помогая ему рулить. — Ты сейчас вогнал член без подготовки и с размаха. А ты попробуй нежнее и с прелюдией.

— Ну и сравнения у тебя, — напряженно отозвался Гарри, пристально глядя вперед.

Но, похоже, Скорпиус подобрал все же нужные слова, потому как очень скоро Гарри почувствовал себя гораздо увереннее и плавно сбросил скорость, всего лишь пару раз дернув машину.

— Видимо, дело привычки, — проговорил он, начав экспериментировать со скоростью. И хотя Гарри уже позволил себе откинуться на спинку сидения, не цепляясь судорожно за руль, до расслабленности и вальяжности, с которыми Малфой вел машину, было еще весьма далеко.

— У тебя отлично получается, — похвалил Скорпиус. — Сейчас я уберу руку, — предупредил он и аккуратно отпустил руль. — Ну вот, — улыбнулся, когда Гарри, вильнув, выровнял машину. — Здорово ведь, правда?

— На любителя, — честно признался Гарри. — Возможно, через некоторое время я даже войду во вкус. Привыкнуть надо, — сообщил он, поймав себя на мысли, что процесс начинает приносить ему удовольствие. — Скорпиус, а тебе на метле разрешали летать? — спросил он, вспомнив тот факт, что в детстве Малфоя к лошадям не подпускали. Неужто Драко запрещал сыну и летать?

— Думаю, вопрос излишний, — фыркнул Скорпиус. — Разумеется, нет.

— Просто захотелось лишний раз убедиться в дурости твоих родственников. С твоей способностью рассчитывать траекторию и концентрацией внимания вообще не вижу проблем с полетами. Ладно, лошадь… существо живое, мало ли что в голову взбредет. Но метлы! — удивленно воскликнул он и замолчал. — А попробовать хочешь? — протянул он и улыбнулся.

— Им, наверное, никогда не приходило в голову, что я на это способен, — пожал плечами Скорпиус. — Да и я сам об этом не задумывался. Но я всегда очень хотел научиться, — он мечтательно улыбнулся и посмотрел на Гарри с мальчишеским восторгом. — У тебя есть метла?

— У меня все больше складывается впечатление, что им вообще в голову не приходило, с кем они имеют дело. Что они знают о тебе, кроме имени и возраста? — возмутился Гарри. — Ладно, черт с ними, — выдохнул он, заставив себя успокоиться. — Летать я с детства любил, поэтому да, метла есть, — улыбнулся он, возвращаясь к разговору. — И тебе выберем.

— Я ведь объяснял тебе — общаться со мной было сложно, — спокойно пояснил Скорпиус. — А сложностей никто не любит. Только мама могла выдержать меня больше отцовского рекорда — одиннадцати с половиной минут.

— Меня очень пугает то спокойствие, с которым ты говоришь обо всем этом. Я не призываю тебя начать истерить, нет. Но я надеюсь, что это не кокон, в котором ты решил спрятать свои настоящие чувства, — внимательно посмотрев на Скорпиуса, сказал Гарри и тут же поспешно перевел взгляд на дорогу.

— Нет, — покачал головой Скорпиус. Он нажал на кнопку управления окнами и, опустив стекла задних дверей, впустил обратно сов. — Я прекрасно их понимаю и не виню. Хотя, конечно, понять я сумел только повзрослев.

— О том, что ты их понимаешь, я уже слышал, — цокнул языком Гарри, прокручивая в голове весь диалог. — Одиннадцать с половиной минут… охуеть, — припечатал он, набирая скорость. — Всем заслугам заслуга. Слушай, давай-ка, наверное, ты садись за руль, — сказал Гарри, плавно притормозив. — А то как речь заходит о твоей родне, я нервничать начинаю.

Скорпиус послушно вышел из машины, но вместо того чтобы пересесть, прислонился задницей к двери.

— Я не хочу, чтобы ты из-за меня нервничал, — сказал он, когда Гарри обошел джип и встал перед ним. — Все хорошо, правда. Особенно сейчас… — Он наклонил голову на бок и кинул на него многозначительный взгляд.

— Я нервничаю не из-за тебя, — покачал головой Гарри, окинув Скорпиуса долгим и откровенно раздевающим взглядом. — А за тебя я переживаю, — проговорил хрипловатым голосом. — Черт, — хмыкнул он, — я не могу говорить о серьезных вещах, когда ты смотришь вот так…

— Это как же? — провокационно протянул Скорпиус и скрестил руки на груди.

— Так, что все остальное сразу становится неважным, — затаив дыхание, ответил Гарри. — Ты самый настоящий провокатор, — выдохнул хрипло, с трудом удерживая себя от соблазна коснуться Скорпиуса прямо сейчас. Затеянную Малфоем игру хотелось растянуть как можно дольше, словно лакомство, смакуя каждый миг.

— Стараюсь, — и не подумал отрицать очевидное Скорпиус. Он протянул руку, сунул палец за ремень джинсов Гарри и привлек его к себе. — Я чувствую себя так, будто наконец-то стал взрослым, — прошептал, заглядывая в глаза. — Потому что мне совсем не хочется больше спрашивать разрешения, — и поцеловал уверенно, без колебаний и промедлений.

— И на что тебя толкнет твоя взрослость? — мурлыкнул Гарри, задыхаясь в ощущениях и шалея от такого непохожего на себя Скорпиуса.

— На много таких вещей, для которых мы уехали пока что недостаточно далеко от города, — вздохнул Скорпиус и с сожалением отстранился, когда послышался шум приближающегося автомобиля. — Но я запомню это ощущение, — пообещал он.

Гарри улыбнулся и провел пальцами по его щеке.

— Значит, садись за руль скорее, — ответил он, неохотно делая шаг назад. — И да, ловлю тебя на слове. Эх, видел бы ты себя со стороны… — мечтательно произнес, садясь в машину. — Но ты мне нравишься любым, — сообщил напоследок.

— Мне не обязательно себя видеть, чтобы знать, как я выгляжу, — напомнил Скорпиус, садясь за руль и тут же вжимая в пол педаль газа. — Раньше, правда, мне как-то не приходилось пользоваться этим знанием. И Гарри… — тут он почему-то смутился. — Когда ты говоришь все эти внезапные приятные вещи, почему ты это делаешь? Чтобы сделать комплимент, донести информацию или заставить покраснеть? Я теряюсь в такие моменты и не понимаю, должен ли поступать так же? Или все же ограничится моментами, когда это уместно?

— Не думаю, что твоих знаний здесь хватает, — хмыкнул Гарри, переварив услышанное. — Я ведь вижу тебя другими глазами, совсем не так, как ты себя можешь оценить. И я говорю тебе все это, потому что в такие моменты не могу и не хочу молчать. И как это ты не знаешь, что делать? — выдохнул он, стараясь сохранить серьезный тон. — Конечно, мигом зачитывать ответные хвалебные оды. И непременно в стихах. Уверен, парочка в запасе у тебя найдется. По — моему, вполне подходящий жест доброй воли. Как считаешь?

Тут Скорпиус запрокинул голову и звонко рассмеялся.

— О да, твою любовь к стихам я уже познал и оценил, — сказал с широкой улыбкой. — Так что когда захочу нейтрализовать тебя на всю ночь — так и поступлю. Тем более, что был очень мил, посапывая в мою подушку, мне даже зелье пить не хотелось… Кстати, о подушках и прочем. У тебя есть какие-то предпочтения, особенные привычки? Вроде обязательной трубки в любимом кресле перед окном с видом на город? И сколько комнат мне достроить и каких? Спальни, кабинета и ванной будет достаточно?

— Только никому не говори, какой я милый во сне, — прыснул Гарри. Да, давно он не слышал таких слов в свой адрес. Милый — ну надо же! Подумать только! — Раньше была одна привычка, — продолжил он, — засиживаться допоздна на работе и ночевать прям там. Но без аналога кабинетного дивана, уверяю тебя, я смогу обойтись. Спальню, говоришь? А мы собираемся ночевать, как супруги в лучших аристократических традициях — каждый в своей комнате?

— Нет, но если я опять сделаю что-то инопланетное, мне бы очень хотелось, чтобы ты просто хлопнул дверью и лег спать в соседней комнате, а не аппарировал в свою квартиру, — медленно, будто взвешивая каждое слово, признался Скорпиус. — Ну и если у тебя будет настроение просто уединиться на полностью своей территории. По крайней мере, в мэноре мне была жизненно необходима своя спальня, чтобы сбежать в собственный мир не только мысленно, но и физически.

— Я не для того меняю дом, чтобы по каждому инопланетному поводу сбегать, — покачал головой Гарри. — Но если тебе так будет спокойнее, то строй. Будет, куда меня выгнать, когда тебе самому понадобится уединение, — улыбнулся он.

Сола, умудрившийся незаметно пристроиться у него на подголовнике, для чего ему пришлось согнуться в три погибели, возмущенно ухнул.

— Кажется, он имеет в виду, что у меня есть места для уединения, — хмыкнул Скорпиус. — Одно из них, правда, придется делить аж с двенадцатью совами.

Сола ухнул еще раз и гордо отвернулся.

Осторожно погладив его по перьям, Гарри промолчал. Желание Скорпиуса «подстелить соломки» на будущее в их непростых отношениях было приятным проявлением заботы, и спугнуть тепло, поселившееся в животе, препарированием вопроса не хотелось. Вместо этого, Гарри отвернулся к окну, пряча улыбку, и стал думать о том счастливом дне, когда Скорпиус решит, что три никогда неиспользуемые комнаты в его доме лишние.

Через пару часов они оказались в какой-то глуши. Тормоза для Малфоя не существовало, как и для полицейских — несущегося на предельной скорости автомобиля, заботливо укрытого коконом из чар, в том числе, и амортизирующих, позволяющих не особенно задумываться о состоянии дороги.

— Впереди какой-то национальный парк, — сказал Скорпиус, сбавляя скорость. — Это то, что нам надо?

— Если мы не собираемся съесть все обитающие там популяции, думаю, вполне сгодится, — отозвался Гарри. — Наведем чары, нас никто и заметит.

Дорогу сразу после съезда преграждал внушительный шлагбаум, и чтобы проникнуть на территорию незамеченными, пришлось потрудиться. Но в конце концов Гарри и Скорпиусу удалось совместными усилиями навести отвлекающий взгляд купол, поднять тяжеленный магнитный шлагбаум и олевитировать машину на нужную им дорогу.

Совы не пожелали оставаться в машине, когда вокруг оказался лес, и разлетелись кто куда.

— Ну вот мы и одни в лесу… — протянул Скорпиус, когда они сели на свои места.

— Неужто это намек, что мы теперь достаточно далеко от города? — произнес Гарри и с выжидающим интересом взглянул на него.

Кажется, у Скорпиус на глазах появлялась привычка дразнить его.

— Если ты думаешь, что мне хочется меньше, ты ошибаешься, — фыркнул Малфой, трогая с места машину — на этот раз плавно, так как дорога была извилистой и узкой. — Я просто не хочу быть застуканным каким-нибудь магглом в самый неподходящий момент.

— И что ты предлагаешь? — с улыбкой протянул Гарри, скользнув рукой по бедру Скорпиуса. — Мне очень любопытно послушать.

— Найти по возможности самый укромный уголок и предаться наконец всему тому, что твориться в моей голове! — Скорпиус прибавил-таки скорости, и на поворотах их стало ощутимо мотать. — Ну или хотя бы части. А если тебе хочется конкретики, то, увы, разочарую безыскусностью. Мне хочется, чтобы ты меня трахнул. Как можно скорее. Просто, без затей и можно даже без сопутствующих мероприятий.

— Без мероприятий? Это прижать к первой попавшейся сосне и прям сразу с размаху? — насмешливо произнес Гарри. — Я правильно понял?

— Вовсе не обязательно именно к сосне, — педантично уточнил Скорпиус без тени улыбки.

— Раз необязательно, останавливай машину, — рвано выдохнул Гарри, скользнув по Скорпиусу откровенно голодным взглядом. То, что происходило с ним, было сродни самому настоящему сумасшествию. Дело было не в том, что ему не хватало секса — за последние две недели он, наверное, перевыполнил свой годовой план — ему постоянно было мало Скорпиуса. И чем больше он получал желаемое, тем больше ему хотелось еще.

Скорпиус ответил ему таким же голодным взглядом и затормозил так резко, что Гарри стукнулся животом о приборную панель. Когда же он выровнялся и обернулся, оказалось, что Малфой уже успел снять пиджак.

— Давай на заднее сиденье? — хрипло предложил он. — Или тебе непременно нужна сосна?

— К черту сосну, — рвано выдохнул Гарри и потянул ручку двери, выходя из машины. А в следующий миг он уже сидел на заднем сиденье, стягивая с себя футболку и пытаясь вылезти из джинсов.

Помог ему Скорпиус — ухватил за штанины у самых щиколоток и сдернул с него джинсы.

— Двигайся! — выдохнул он, протискиваясь на просторное, но все же недостаточно широкое для двух взрослых мужчин сидение. Отчаянно толкаясь, он избавился от брюк и рубашки, по каким-то одному ему ведомым причинам не воспользовавшись магией, и ухватил Гарри поперек груди, затаскивая на себя.

Гораздо более удобным было бы усадить Скорпиуса верхом, насадив на уже возбужденный и дрогнувший в предвкушении член. Но Скорпиусу нужно было другое, и Гарри буквально кожей чувствовал его желание отдаться. Впрочем, Гарри и сам был не прочь подобного развития событий и наплевать на некоторые неудобства и тесноту. Поспешно избавившись от трусов, Гарри улегся сверху и, смочив слюной пальцы, протиснул руку между их телами, мягко проведя кончиками пальцев по нежным складочкам.

— Расслабься, — жарко шепнул он Скорпиусу в шею и протиснул пальцы внутрь него.

— Нет! Ну нет же… — простонал Скорпиус и оттолкнул его руку. — Я же просил… — он дернул Гарри на себя, поймал горячей ладонью его член и сунул в себя насухую. Вздрогнул всем телом, зажмурился и медленно потянул Гарри за бедра, заставляя миллиметр за миллиметром протискиваться внутрь.

Не сдержавшись, Гарри процедил ругательства сквозь зубы и, втянув носом прохладный воздух, с нажимом подал бедра вперед, преодолевая тугое сопротивление. Горячая теснота обхватывала член так плотно, что перед глазами заплясали черные точки, а отсутствие смазки усилило ощущения в разы.

Наконец, войдя в Скорпиуса до упора, Гарри мазнул по его губам нетерпеливым поцелуем и принялся двигаться коротко, словно примеряясь и в то же время давая Скорпиусу привыкнуть. А затем, вырвав из его груди тихий стон — а может, это был его собственный — Гарри двинулся мощно, с оттяжкой, вколачивая Скорпиуса в кожаное сиденье.

На этот раз Скорпиус стонал так, как ни разу до этого — громко, в голос, будто бы не в силах сдержать эмоции. Гарри не знал, чего в этих эмоциях больше — боли или наслаждения, но буквально чувствовал, что остановиться, чтобы это выяснить, Скорпиус ему не позволит.

Весь день сдерживаемые и ничуть не угасшие от утренней разминки желания наконец получили свободу, и теперь во весь опор мчали обоих к логичной для быстрого торопливого секса развязке, вот только оргазм не был ни смазанным, ни скупым. Напротив, щедро подпитываемое ерзающим, стонущим и до боли вжимающим в кожу пальцы Скорпиусом возбуждение нарастало лавиной и в конце концов обрушилось со всей сокрушительной мощью.

Приходил в себя Гарри долго, с каждой секундой все отчетливее понимая, что не знает, кончил ли Скорпиус. Мысль, что тот мог и не кончить, приводила в ужас, но сил проверить долго не находилось. Наконец Гарри все-таки заставил себя поерзать из стороны в сторону, и с облегчением выдохнул — живот скользил на чем-то влажном, а зажатый под ним огромный член был уже почти мягким.

— Кажется, теперь я понимаю, что ты имеешь в виду, говоря об отключке мозга, — проговорил Гарри, осторожно вынимая обмякший член и поцеловав Скорпиуса во влажный от пота висок. — Только скажи мне, что стонал ты не от боли, — произнес виновато и нахмурился.

— И от нее тоже, — счастливо выдохнул Скорпиус. — Только не волнуйся, пожалуйста, для меня чем больше ощущений — тем лучше. И помнишь, я говорил, что чувствую боль иначе? Так вот, я могу получать и удовольствие от нее.

— Помню, — выдохнул Гарри. — Надеюсь, мы не дойдем до того, что ты попросишь выпороть тебя? — улыбнулся он, неохотно отстраняясь.

— Зачем? — не понял его Скорпиус. — Ты думаешь, я когда-нибудь напортачу до такой степени?..

— Нет-нет, забудь, — искренне рассмеялся Гарри. — Ну… или хотя бы не вспоминай, — хмыкнул он, сообразив, кого только что попросил забыть его слова.

Скорпиус прищурился и фыркнул.

— Я понял. Это что-то с сайта с «золотым дождем». Не волнуйся, вряд ли у меня когда-нибудь возникнут подобные желания. Боль в чистом виде все равно мне неприятна, даже если отключить почти все болевые рецепторы и разложить оставшиеся на подробный спектр.

— Ага, из той оперы, — хмыкнул Гарри, вспомнив, как Скорпиус впервые отреагировал на тот сайт. Поцеловав Скорпиуса — на этот раз мягко и немного лениво — Гарри обдал их обоих очищающими чарами, окончательно отстранился и сел на сиденье, собираясь с силами начать одеваться.

— А тебе это нравится? — с интересом посмотрел на него Скорпиус и тоже сел. — Ты так много об этом знаешь.

— Да я жить без этого не могу, — как можно серьезнее ответил Гарри. — Ты связался со стареющим извращенцем, — зловеще протянул он.

Скорпиус усмехнулся и пожал плечами.

— Что ж, значит буду учиться, — с напускной серьезностью ответил он.

— Что, и не страшно совсем? Вдруг я в душе самый настоящий монстр? — в тон ответил ему Гарри, натянув трусы и кое-как влезая в джинсы.

— Мне все равно, — спокойно сказал Скорпиус, не спеша одеваться. — Я буду получать удовольствие хотя бы даже только от того, что хорошо тебе. Но, я думаю, в конце концов, я найду приятное и в других вещах. Кроме, разве что, «золотого дождя», — он поморщился.

— Не беспокойся, — ответил Гарри. — До этой гадости точно дело не дойдет.

Затем он повернулся к Скорпиусу и улыбнулся — Малфой был готов пойти на то, что было вопреки его природе, и все ради него, Гарри. И сказано это было таким тоном, будто было нечто самим собой разумеющимся. Хотя наверняка для Скорпиуса так оно и было. Гарри не мог понять принцип малфоевских чувств — Скорпиус то и дело говорил, что он устроен иначе — но то, что все это было глубоко, Гарри не на секунду не сомневался. И наверняка все сильнее и серьезнее, нежели он может себе представить. Этот факт радовал ровно на столько, на сколько и пугал. Если не все обычные люди — а как Скорпиус любит говорить «нормальные» — зачастую в силах перенести разлуку или потерю любимого человека, то как отреагирует Малфой — если с ним, Гарри, не дай Мерлин, что случится — оставалось загадкой. Но явно ничем хорошим для него это не кончится.

— Ты не должен быть так зациклен на мне, — покачал головой Гарри, нахмурившись.

— Конечно, нет, — все так же спокойно кивнул Скорпиус. — Но это то, что я не в силах изменить.

Гарри еще некоторое время смотрел на Скорпиуса — очень серьезно и внимательно — а потом проговорил, неотрывно глядя ему в глаза:

— Пообещай мне одну вещь. Если когда-то по какой-то причине, говорю сразу — совершенно не зависящей от меня — меня не будет рядом с тобой, ты будешь продолжать жить. Не опустишь руки, ни сникнешь, а пойдешь дальше.

Скорпиус молчал непривычно долго, а потом сделал и вовсе нечто такое, чего на памяти Гарри еще не случалось — порывисто подался вперед и обнял за шею, утыкаясь лбом в его лоб.

— Я буду жить, — прошептал горячо. — Это все, что я могу обещать. Но как бы то ни было, у меня останутся воспоминания. Наверное, я смогу существовать, проживая в памяти раз за разом одну и ту же счастливую жизнь.

От его слов веяло чем-то очень страшным и по-настоящему безнадежным. Вспомнив, как Скорпиус не сразу смог отличить его настоящего от собственного воспоминания или фантазии после их первой ссоры, он вдруг понял, что нарисованное сейчас будущее вполне реально. Раз за разом, приходя домой, Скорпиус будет «ставить» нужное воспоминание как пластинку — есть тот же обед, шутить те же самые шутки. И почти полностью верить в то, что все это на самом деле, ведь воспоминания его гениальной памяти реалистичны и точны до самых малейших деталей.

Наверное, Гарри следовало бы начать убеждать Скорпиуса в его неправоте, говорить, что так нельзя, что даже за самой темной полосой непременно последует свет… но Гарри не мог. Слишком это все звучало неубедительно, слишком не равновесно по сравнению с тем, что происходило в малфоевском мозгу.

— Не смей так даже думать, — только и смог выдавить Гарри, обретая с этого момента неимоверный груз ответственности за то, что затеял эти отношения.

И тогда Скорпиус это сказал.

— Я люблю тебя.

Прозвучало совсем просто и очень тихо, но так решительно, будто от этих слов зависело что-то очень важное. Будто после них уже не оставалось права на сомнения и колебания.

Гарри не ответил ничего — да оно и не требовалось. Разве кто-то из них нуждался в ответном и безликом: «И я тебя тоже»? Вместо этого Гарри прижал Скорпиуса к себе крепко-крепко и тихо проговорил:

— Прости… я расстроил тебя.

— Не страшно, — Скорпиус покачал головой, стискивая его в ответ. — Это всего лишь воображение. Множество придуманных реальностей с тобой и без тебя. А в настоящем грустить не о чем. Если только о пустом желудке, — добавил он чуть виновато. — Прости, но мне нужна подзаправка.

— На кого на сей раз охотиться будем? — спросил Гарри, отвлекаясь от нелегкого разговора. — Или по старинке? Акцио, самая вкусная дичь в заповеднике?

— Нет уж, давай хотя бы попытаемся кого-нибудь добыть собственноручно! — У Скорпиуса загорелись глаза от предвкушения. — А уж кого именно — не так важно. Кого найдем!

Некоторое время им пришлось потратить на теоретическую подготовку. Точнее, готовился только Скорпиус с лихорадочной скоростью стуча пальцами по экрану АйДжампа, а Гарри в это время любовался деревьями. Собственно, процесс охоты от этого действия не отличался — Скорпиус внимательно вглядывался в землю, явно что-то на ней замечая, а Гарри по-прежнему любовался деревьями. Вскоре это со всех сторон прекрасное занятие ему наскучило, и как раз в этот момент Скорпиус вдруг спросил:

— Олень или кабан? Если я все правильно рассчитал, то мы можем добыть или того, или другого в ближайший час.

— Оленя жалко, — отозвался Гарри, припомнив, как Скорпиус хладнокровно разделался с тушкой курицы. — Давай кабана.

К тому, что последует дальше, он оказался совсем не готов.

Разумеется, Скорпиус безошибочно выследил небольшое кабанье семейство и быстро сумел подобраться к ним близко. Но вместо того, чтобы пульнуть в большого грозного самца заклинанием, он вдруг трансфигурировал большую ветку в тяжелый нож и, шепнув:

— Пожелай удачи, — бросился на зверя.

А Гарри так и замер, во все глаза уставившись на рванувшего к зверям Скорпиуса. А затем инстинкты взяли свое, Гарри молниеносно выхватил из кармана палочку и направил ее на кабана, готовясь в любой момент предупредить его смертоносную атаку. И мысленно пообещал отвесить Малфою подзатыльник — тоже, дитя джунглей выискался, охотник хренов!

Но подстраховывать Малфоя не пришлось — тот рассчитал каждое движение. Гарри не успел и глазом моргнуть, как кабан захрипел и начал заваливаться на бок, прямо на спокойного, как у себя в кабинете, Скорпиуса. Тот выпрямился, выдернул нож из конвульсивно дергающейся туши, и хладнокровно шагнул в сторону. Кабаниха с кабанятами с визгом рванули в лес.

— Идиот, — буркнул себе под нос Гарри. И хотя Скорпиус хорошенько заставил его понервничать, и неимоверно хотелось выполнить данное себе обещание, малфоевскими ловкостью и точностью нельзя было не восхититься.

Спрятав палочку обратно в карман, Гарри подошел к Скорпиусу и окинул лежащую на земле тушу любопытным взглядом.

— Только не говори, что ты это все съешь, — сказал он, прикидывая в уме вес кабана.

— По крайней мере, я попробую, — Скорпиус любовно похлопал кабана по круглому заду. — Надо только перенести его в более уютное место.

— Трофей как потащим? Как и добывали — собственноручно? — с усмешкой спросил Гарри. — Или все-таки вспомним, что мы волшебники?

— Для полного погружения давай, берись за ноги, — пошутил Скорпиус и достал палочку. Вдвоем они быстро избавили тушу от ненужной крови и отлевитировали ее в машину. — Судя по карте, тут есть несколько озёр, — сказал Скорпиус, садясь за руль. — Попробуем доехать до одного из них?

— А что ты спрашиваешь? — протянул Гарри. — Ты же обещал мне такую же полянку, как ту, с которой меня сдернул с утра. Так что дерзай, — закончил с широкой улыбкой.

Доехать получилось только до третьего по счету озера, до более дальних дороги для машины уже не было. Полянку они нашли, правда, совсем не такую, как у малфоевского озера. Там не было травы, и росли высокие сосны с массивными выступающими из земли корнями, а берег был обрывистым и гладким. Немаленький джип просто потерялся среди высоченных стволов, а разведенный Скорпиусом костер можно было заметить только с озера.

— Не совсем то, что ожидалось, но тоже красиво, — одобрил Скорпиус, устраивая импровизированную печь из трансфигурированных кирпичей — он собирался запечь в ней заднюю часть кабаньей туши. — Я такого еще не видел.

— Главное, что сосен хватает, — хмыкнул Гарри, оглядываясь вокруг. — А если серьезно, то здесь очень красиво. А скоро еще и вкусно будет, — заключил он и подошел к Скорпиусу. — Тебе помочь? А то ты у меня и за водителя, и охотника, и повара сегодня, — улыбнулся он, погладив Скорпиуса по затылку. — И все во внеурочное время. Что ни говори, а помощник у меня всем на зависть.

— Пожалуй, я могу доверить тебе салат, — с наигранной неуверенностью протянул Скорпиус и рассмеялся. — Давай салат, а потом будем мясо прямо на огне жарить. Мой мозг уже требует еды немедленно.

Гарри кивнул и, достав из машины пакет с овощами, нарезал их при помощи Секо, сбрасывая ровные дольки в трасфигурированную миску. А попутно он разглядывал Скорпиуса, подмечая явные изменения в его поведении. Малфой потихоньку менялся, и то, в какую сторону это происходило, Гарри приходилось по душе. Скорпиус действительно начинал вести себя так, будто повзрослел — и это касалось не только секса. Видимо, в какой-то момент, Гарри перестал быть для него идолом для поклонения, обретя, наконец, черты живого человека из плоти и крови. И день за днем Скорпиус приобретал уверенность в себе. А может, и не только в себе, скорее всего, еще и в нем, Гарри — а точнее в их отношениях.

— Готово, — сообщил Гарри, отправив последний кусочек огурца себе в рот. — Ты кстати вилки не брал?

— Я подумал о них, но решил, что интереснее будет трансфигурировать их или даже просто есть руками, — Скорпиус закончил с печкой и занялся кабаньей тушей. — Почему-то мне теперь хочется чего-то, максимального далекого от привычного образа жизни. Надеюсь, тебя это не слишком тяготит? — он виновато улыбнулся, тут же заставив Гарри подумать, что если Малфой и изменился, то пока все же не настолько, насколько хотелось бы.

— Тяготит. Еще как, — с улыбкой заявил Гарри. — Но математически верный поцелуй на ночь сотрет это ощущение напрочь, — и, выудив из миски помидор, поднес дольку к губам Скорпиуса.

Скорпиус несколько секунд таращился на него, но потом все же аккуратно взял помидор губами и с удовольствием съел.

— Я понял правильно, это была шутка? — уточнил чуть напряженно.

Гарри мысленно закатил глаза. Ну слава Мерлину, в этот раз хоть спросил…

— Да, можешь начинать смеяться, — улыбнулся он и протянул Скорпиусу кусочек огурца.

В мгновение ока Скорпиус съел и его, а потом, будто не выдержав, схватил один и целых помидоров и проглотив, почти не жуя, в три укуса.

— Прости, — пробормотал смущенно. — Давай жарить мясо. — Он нанизал уже подготовленные куски кабанятины на заостренные палочки и протянул пару Гарри. — До двенадцати лет даже мать не могла есть со мной за одним столом. То, как я обращался с едой, ввергало родителей в ужас.

— Бедные, — не удержавшись от сарказма, протянул Гарри. — С какими им только трудностями не приходилось сталкиваться! Уму непостижимо, и как им только удалось справиться! — проговорил он и нахмурился. Скорпиус ведь не для этого ему о своем детстве рассказывает, чтобы он вот так фыркал и умничал, тем более, что сам Малфой на своих родителей зла не держит. — Прости, — виновато выдавил он.

Скорпиус покачал головой.

— Иногда я думаю так же, — отозвался он задумчиво. — И тогда я делаю так… — сорвав с ветки кусок сырого мяса, который только успел поднести к огню, он сунул его в рот и проглотил не жуя. Криво усмехнулся, не глядя на Гарри, и потянулся за еще одним куском. — Знаешь, а я ведь не понимаю, зачем я все это тебе говорю. Мне почему-то очень важно, чтобы ты знал обо мне правду, хотя она в большинстве своем отвратительна, — он нанизал мясо на прутик и поспешно сунул его в огонь.

Глаза Гарри непроизвольно распахнулись, но, быстро взяв себя в руки, он придал своему лицу как можно более беспечное выражение и внимательно взглянув на Скорпиуса, кивнул на нанизанное сырое мясо.

— Вкусно? — спросил он, и в следующую секунду стянул с прутика небольшой кусок и отправил в рот. — Конечно, не карпаччо, но пойдет, — констатировал Гарри, прожевав мясо. — С этим разобрались. Ничего сверхъестественного и инопланетного. Чем еще ты меня еще хочешь ввергнуть в ужас? — спросил он, не отводя от Скорпиуса глаз.

Неожиданно Скорпиус рассмеялся и ткнул его кулаком в плечо.

— Мерлин, и правда жутко! — заявил он. — Не делай так больше. И я не буду.

Он пододвинулся ближе и прижался к нему плечом, будто две странных выходки еще больше сблизили двух странных, так не похожих друг на друга людей.

— Делай, если хочется. Мне все совершенно все равно. И если бы мне понравился вкус, поверь, меня меньше всего волновало бы то, как это смотрится со стороны, — выдохнул Гарри. — Так… что у нас там дальше по списку? Лично я жду жутких историй, — недолго помолчав, продолжил он. — Все по правилам. Лес, костер, страшилки, — улыбнулся Гарри.

— Страшилки?.. — с искренним недоумением переспросил Скорпиус. — Но почему страшилки? Я бы уверен, что план — это лес, костер и секс…

— А еще я себя считаю ненасытным, — хмыкнул Гарри. — Какой же костер без страшилки? — спросил он, возвращая разговор в прежнее русло. — Это что-то типа обряда у магглов, точнее традиции. Спроси при случае у Маккоя, думаю, он сможет объяснить.

— Спрошу, — кивнул Скорпиус. — И кстати о Маккое. Если ты не хочешь, чтобы я пользовался его предложением познакомиться с маггловским миром поближе, то я пойму и не стану этого делать. Тебе же он не слишком нравится.

— Мне не нравится его стремление подкатить к тебе, — фыркнул Гарри. — Но послушай… Я не твой надсмотрщик, не хочу и не собираюсь им становиться. Я думаю, тебе будет интересно с ним прогуляться, — скупо улыбнулся он. — Но если… — он замолчал, подбирая слова. — Так вот… если на тебя вдруг найдет умопомрачение, и ты за моей спиной… я просто не смогу принять это.

— За твоей спиной что? — фыркнул Скорпиус. — Трахнусь с ним? Ты можешь себе это представить?

— Нет, — покачал головой Гарри. — К счастью, пока нет. Не обижайся на мои слова, но жизнь есть жизнь, и случиться может всякое.

— Я не буду говорить, что совершенно не вижу ситуаций с таким исходом, — осторожно сказал Скорпиус, — но ни одна из них не предполагает твоего физического присутствия на этой планете.

Как бы странно не звучали эти слова, Гарри знал, что Скорпиус говорит их с самой настоящей искренностью. И как обычно, произнесены они как само собой разумеющееся. Гарри поймал себя на мысли, что его попытки вписать Скорпиуса в привычные рамки жизни — едва ли не самая большая глупость, которую он когда-либо делал. Своим неординарным, а порой и пугающим мышлением Малфой открывал для него новые, прежде неизвестные горизонты человеческих отношений.

— Я знаю, что ты совсем не такой, как все, — тихо проговорил Гарри. — Но порой у меня будто память отшибает, и я начинаю равнять нас с тобой со всеми.

— Ничего, мне не трудно напомнить, — улыбнулся ему Скорпиус, но улыбка была недолгой — мясо аппетитно зашкворчало, отвлекая все внимание на себя. День уже близился к вечеру, и немудрено было, что Малфой проголодался, но только сейчас Гарри по-настоящему задумался о том, какого это — быть настолько зависимым от еды, лекарств и чар. Что будет, если Скорпиус не поест вовремя, не выпьет чудо-таблетку или уснет где-то, где некому будет вылить на него стакан воды?..

И сейчас слова Скорпиуса о том, что все это ему необходимо жизненно, обретали совершенно новый и ужасающий смысл. Говорить на эту тему не хотелось, но и беспокойные мысли никак не хотели покидать его голову. Вроде пора было и заканчивать с упадническими настроениями на сегодня — уже обсудили и малфоевскую жизнь без него, Гарри, и последствия в случае их разлуки — но и не спросить Гарри не мог:

— Сколько ты можешь без еды? Меня интересует предел. И без воды?

— Я не проверял, но по моим расчетам, сутки без еды я не протяну, — Скорпиус незаметно расправился со всеми готовыми кусками кабанятины и теперь жарил новые. — Мозг начнет очень быстро умирать без топлива. А вот без воды — как все люди, дня три.

Услышав неутешительное — впрочем, ничего другого Гарри услышать и не ожидал — он, снял один из готовых кусков со своего прутика и протянул его Скорпиусу.

— Ешь. Я не так сильно голоден, подожду следующую порцию, — произнес он тоном, не терпящим возражений.

— Гарри, я не собираюсь умирать прямо сейчас, — улыбнулся Скорпиус, но мясо взял. — Зато когда мы в Америке не поужинали, утром у меня даже цветопередача начала нарушаться. Благо, ночью я все же спал, и мозг не работал.

— И я узнаю об этом только сейчас? — ошарашенно выдохнул Гарри. — Больше. Никогда. Так. Не делай, — припечатал он. — Впрочем, теперь у тебя так и не получится. Даже при всем желании, — категорично заявил он. — Держи, — он протянул ему прутик с оставшимися кусочками мяса.

— Ну тогда я не мог сказать тебе: «Сэр, мне нужно пожрать», — усмехнулся Скорпиус. Отказываться он не стал, и это уже значило довольно много. — Я намеревался сбежать по-тихому ночью, но ты затащил меня в постель, и, сам понимаешь, сопротивляться у меня не было никаких сил.

— Очень глупый и неоправданный риск, — заметил Гарри и незаметно покосился на готовящееся мясо. Мерлин, да разве можно еще думать о чем-то кроме еды, когда от голода желудок сводит? Нет, ну конечно, можно — о гражданском долге, чести, взаимопомощи, но вот о плотских утехах — явно подумается в последнюю очередь. — Неужели ты еще тогда хотел настолько, что даже не пикнул, лишь бы остаться в той постели? — спросил он. — Или… ты просто не посмел мне отказать? — последнее предположение заставило нахмуриться.

— Вполне оправданный риск, — возразил Скорпиус. — Если бы я не остался, неизвестно ещё, предложил бы ты снова, а вот поесть я точно мог утром.

— Если бы не услышал никаких объяснений, не предложил бы ни в коем случаем, — подтвердил Гарри. — Потому что подумал бы, что ты не хочешь. Или скорее, еще не готов.

— Вот видишь! — Скорпиус отсалютовал ему очередной порцией жареного мяса. — Я был готов терпеть, пока не свалюсь в обморок. Кстати, на всякий случай: в этой ситуации нужно как можно скорее сунуть мне в рот что-то сладкое или влить в рот любую насыщенную сахаром, жиром или белком жидкость.

— Я понял, — кивнул Гарри и потянулся прутику, что был к нему ближе всех. — Впредь буду для тебя в кармане пару кусочков сахара носить, — улыбнулся он. — Очень вкусно, — похвалил Гарри, сняв первый кусок и жадно вцепившись в него зубами.

Мясо было необычным и очень насыщенным по вкусу, хотя и слегка жестковатым. Но, к счастью, до старости, когда с таким уже не справиться, было ещё далеко.

Скорпиус жарил и жарил порцию за порцией, даже когда Гарри наелся до отвала. С легкой оторопью Гарри смотрел как исчезает половина кабаньей туши и гадал, осилит ли Малфой ещё и то, что томилось в печи, или всё же оставит на утро.

— А как ты питался в детстве? — с любопытством поинтересовался Гарри. — Наверняка больше нормы для стандартного ребенка, — предположил он. — Мне просто интересно, когда твои родители поняли, что ты особенный?

— Я думаю, поняли почти сразу. И из-за еды, и из-за других особенностей. Я ведь не плакал никогда, — Скорпиус улыбнулся чуть грустно. — Представь себе ребенка, который никогда не плачет. Довольно странное явление.

— Да уж, — задумчиво согласился Гарри. — Погоди! — и в удивлении распахнул глаза. — А какое твое самое первое воспоминание? Неужто ты помнишь, как появился на свет?

— Бери выше, — хмыкнул Скорпиус и наконец не стал насаживать на обгоревший прутик еще один кусок, а просто отложил его в сторону. — Я помню себя ещё с утробы.

— Ты хоть осознаешь, насколько ценны твои воспоминания? — продолжил Гарри после недолгой заминки. В конце концов, не каждый день такое откровение услышишь… — Ты ведь знаешь то, о чем остальные люди могут только догадываться! — выпалил на одном дыхании, раскладывая по полочкам услышанное. — Если ты когда-нибудь решишься поделиться своим опытом, это будет новое слово в медицине! Ты смог бы помочь огромному количеству людей — и тем, которые живут сейчас, и тем, что будут жить в будущем! И мне тоже было бы интересно послушать, — добавил он.

Скорпиус помолчал, взвешивая его слова.

— Что ж, думаю, тогда мне стоит поговорить с врачами в Мунго. А ты можешь при этом присутствовать, — предложил он.

— Обязательно стоит! — выдохнул Гарри, искренне радуясь, что Скорпиус не отмел эту идею. — И да, я очень хочу послушать.

— Только вот боюсь, они захотят услышать от меня про эмоциональную зависимость от матери, про чувства и все такое, — вздохнул Скорпиус. — И что я им скажу? Да, любил, на четырнадцать с половиной процентов?

— Всего-то? — искренне удивился Гарри. — Вот видишь, а общепринятое мнение ведь совсем иное. Хотя проценты можешь не называть, — согласился он. — Просто скажешь, насколько это сильнее, слабее или равнозначно по сравнению с тем, что ты чувствуешь сейчас. Слушай, — улыбнулся он. — А в каком процентном соотношении состою для тебя я? — протянул он с неподдельным интересом.

Скорпиус переменился в лице и отвернулся.

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос? — спросил напряженно. — Уверен, когда речь шла о страшилках, ты имел в виду другое.

— Прекрати немедленно, — почти рявкнул Гарри. — Можно, не отвечай. И разрешения не спрашивай, если не хочешь что-то делать. Только не надумывай себе ничего и не закрывайся от меня.

Действительно, с вопросом он сглупил. Сколько раз Малфой говорил ему о том, что Гарри в состоянии «отключить» его мозг? Не это ли показатель того, как зашкаливают чувства — а особенно для такого человека, как Скорпиус? А его слова про то, что в случае чего он будет жить только своими воспоминаниями о них?

— К тому же… чем ты меня решил напугать? Тем, что должно меня радовать? — осторожно спросил он, пододвигаясь к Скорпиусу. — По-твоему, я должен испугаться того, как мне невероятно повезло с тобой? Что я, наконец, вытащил свой счастливый билет?

Скорпиус улыбнулся — на этот раз открыто, — но тему развивать не стал.

— Хорошо, если так, — сказал он и кивнул на озеро. — Пойдешь со мной плавать?

— Пойдем, — охотно согласился Гарри. — Раз я пропустил утренний заплыв, от вечернего отказываться уже опасно, — и похлопал себя по набитому животу. — А то оплыву жиром, и все, у счастливого билета истечет срок действия, — хмыкнул он, поднимаясь на ноги.

Скорпиус окинул его оценивающим взглядом, и Гарри не на секунду не усомнился, что сейчас тот представил все возможные конфигурации его тела от истощения до ожирения плюс влияние возраста, питания и вредных привычек.

— Не представляю, что должно произойти, чтобы ты запустил себя до действительно неприятных вариантов, — сказал он со смешком. — Но даже если это случится, я всё равно буду помнить и видеть тебя таким, как сейчас.

— Бывает, женщины тоже годами делят постель с одним мужчиной, каждый раз представляя на его месте прежнего его или вообще другого человека. Так что не будем доводить до такого абсурда, — усмехнулся Гарри. — Пока не поздно, будем с калориями бороться, — и решительно стянул футболку через голову.

И хотя Гарри попытался отшутиться, услышать завуалированное «я буду рядом несмотря ни на что», было не просто приятно. Это было ценно.

Поначалу вода показалась Гарри обжигающе холодной, но очень скоро он к ней почти привык. Холодной она оставалась все равно, но это теперь было даже приятно — мышцы мгновенно разогрелись, кровь быстро побежала по жилам, а настроение взметнулось вверх. Сколько времени он уже не устраивал себе таких вот выходных? На природе, да ещё и в действительно желанной компании.

А может, все дело было и исключительно в самой компании. Гарри очень нравилось, но он даже и не сомневался, что день, проведенный на берегу озера у малфоевского дома, был бы ничем не хуже — разве, что не такой насыщенный на новые впечатления. И если он сам уже и не гнался за этими новыми впечатлениями — то Скорпиусу с его любознательностью и жаждой познаний они были необходимы.

— Что у нас следующее по плану? Вылазка в горы и пещеры? — спросил Гарри, подплыв к Малфою достаточно близко, чтобы не кричать. Хотя Гарри прекрасно помнил, что следующим мероприятием в ближайшем будущем будет аттракцион под названием «знакомство с родней», эту тему он намеренно решил не поднимать.

— Да, это было бы здорово! — воодушевленно откликнулся Скорпиус. — Я сейчас нырну на пять минут, не теряй меня, — предупредил он. — Хочу познакомиться с местной фауной.

— Я еще поплаваю немного и буду ждать тебя на берегу, — кивнул Гарри и лег на спину, наблюдая за темнеющим в сумерках небом. Однако лежать вот так оказалось довольно холодно, в воде такой температуры все же требовалось двигаться, и Гарри, сделав еще пару кругов, поплыл к берегу. Поднявшийся ветерок приятных ощущений не добавлял, но Гарри было откровенно все равно. Выбравшись из воды и осушив себя заклятиями, а потом и щедро обдав себя согревающими чарами, он оделся и трансфигурировав первую попавшуюся ветку в подобие подстилки, вытянулся на ней и счастливо улыбнулся.

Скорпиуса не было долго — намного дольше, чем пять минут, и Гарри был этому рад. Это значило, что тот наконец понял, что иногда надо просто делать то, что хочется, без оглядки на него. Только когда окончательно стемнело, мокрый и довольный Скорпиус вышел на берег с каким-то предметом в руках.

— Смотри, — он продемонстрировал находку. — Этот нож складывается пополам.

— Здорово, — улыбнулся Гарри. — Почистишь чарами, будет как новенький. А если утяжелишь его, так можно и на любого кабана идти, — хмыкнул он.

Скорпиус улыбнулся и опустился рядом на траву. Кожа его была холодной, как лед, и Гарри в который раз удивился, как Малфой не мерз. Но только теперь он догадался, что скорее всего он просто мог «отключить» чувство холода или заставить тело его не замечать. Получалось, что любое чувство для Скорпиуса не более чем звоночек, и он сам выбирал, прислушиваться к нему или нет. И только странная страсть к нему, Гарри, отключению, видимо, не подлежала.

Наверное, это то, о чем так и не сказал Скорпиус, испугавшись проговорить вслух процент своей любви. Наверное, это то, что должно было Гарри напугать или хотя бы заставить снова задуматься над правильностью происходящего. Но Гарри устал думать — вместо этого он потянул Скорпиуса на себя, укладывая его головой себе на живот, провел рукой по мокрым волосам и встретился с ним взглядом.

— Очень хочется сказать тебе что-то неожиданно приятное, — улыбнулся Гарри, вспомнив малфоевские формулировки, — но мысли так путаются, что я не могу отделить даже одну от другой.

Скорпиус улыбнулся и поцеловал его в пупок холодными губами.

— Тогда попробую я, — заявил он. — Наблюдение номер пятьсот три тысячи триста двадцать шесть: с тобой очень здорово целоваться. На двадцать шесть процентов дело в губах, потому что они достаточно упругие, но не слишком, и одновременно мягкие, но тоже не слишком. На сорок семь процентов дело в технике. И двадцать три процента дело в том, что у меня от счастья мозг переклинивает.

Гарри ощутимо дернулся — черт его знает как, но Малфой всегда безошибочно находил его самые чувствительные точки — и хрипло прошептал, удивившись тому, как быстро отказал ему голос:

— Будешь продолжать в том же духе, начнешь озвучивать наблюдение под другим порядковым номером: почему со мной здорово заниматься сексом, — улыбнулся он. — Так, а на что приходятся оставшиеся четыре процента? — кашлянув, спросил он, возвращаясь к наблюдению пятьсот три тысячи какому-то.

— На запах и вкус, — чуть смущаясь ответил Скорпиус. — Они мало что решают, но мне нравятся.

— Это последствия двадцати трех процентов, — выдохнул Гарри и огладил его все еще холодную щеку. — На мой взгляд, самых важных из всей пропорции.

Скорпиус потерся о его руку и снова поцеловал в живот, но ничего больше сделать не успел — над головой раздалось довольное уханье, и прямо рядом с Гарри на траву шлепнулось что-то пернатое. Испугавшись, что с одной из сов что-то случилось, Гарри резко сел и тут же удивленно вскинул брови: на траве лежала вовсе не сова.

— Утка, — тут же определил Скорпиус и задрал голову. — Спасибо, Урса! — сказал он черной, как смоль, сове, примостившейся на сосновой ветке. — Сама-то ела?

Сова согласно мигнула огромными для относительно небольшого тела глазами и довольно прищурилась, когда Скорпиус тут же занялся добычей, избавив её от перьев и внутренностей.

— Я люблю уток, — сказал он Гарри.

— Ну так… кто ж не любит утку, — усмехнулся Гарри. — Как по мне, так это самое вкусное из того, что летает. Жаль, яблок нет, — вздохнул он. — Совсем вкусно было бы, — и сглотнул слюну, представив сочную, ароматную запеченную птицу.

Скорпиус прищурился и вдруг исчез, оставив Гарри удивленно хлопать глазами. Вернулся он очень быстро, держа в руках шесть красивых краснобоких яблок.

— В мэноре большие сады, — пояснил он в ответ на удивленный взгляд. — Уж с чем-чем, а с яблоками никаких проблем. Но я не знаю рецепта.

— Да элементарный, — сообщил Гарри. — Нужно засунуть эти яблоки внутрь утки, а потом зашить ее. И все — можно запекать, — он поднял с земли веточку и трансфигурировал ее в иголку. — Думаю, для этого подойдут те же чары, которыми ты готовил сома, — пояснил он и превратил несколько травинок в длинную нить, продевая ее в ушко иголки.

Вдвоем они быстро справились с фаршированием толстенькой тушки и, натерев её солью, наложили нужные чары. Прошло совсем немного времени, и утка зарумянилась, источая прекрасный аромат.

— Лучший в мире десерт, — улыбнулся Скорпиус, снимая с неё чары. Взмахом палочки он разделил её напополам и слегка остудил. — Налетай, — предложил с энтузиазмом.

Утка получилась действительно превосходной — нежное мясо просто таяло во рту — и несмотря на то, что при жизни она была довольно упитанной, чары сделали свое дело, вытопив из тушки лишний жир.

— Вселенское счастье, — констатировал Гарри, покончив с уткой и откидываясь довольно на траву.

— Да-а… — выдохнул Скорпиус, валясь рядом.

Сейчас лениво было не только заниматься сексом, но и думать о нем, и оба просто наслаждались красотой ночного леса, его запахами, звуками и обществом друг друга. К сожалению, продлилось это недолго. Громкий телефонный звонок испугал бесшумно собравшихся на деревьях сов и заставил Гарри вздрогнуть.

— Это может быть только Ивар, — напряженно сказал Скорпиус, вскакивая на ноги. — И вряд ли бы он стал звонить по пустякам.

Малфой был прав — навряд ли Маккой решился позвонить Скорпиусу просто так, зная про их совместный уикэнд — слишком глупо и нелогично лишний раз навлекать на себя раздражение. И совсем не в стиле Ивара, действующего по-кошачьи аккуратно.

И раз он, Гарри, до сих пор не получил Патронуса от Кайла или Кингсли, значит, что-то произошло с их, маггловской, стороны.

Гарри перекатился на бок и внимательно посмотрел на разговаривающего по телефону Скорпиуса. Сам разговор он слышать не мог — тот стоял слишком далеко от него, да и сгустившаяся темнота не позволяла разглядеть выражение его лица, но напряженно-прямая спина Скорпиуса говорила сама за себя.

— В море затонула подводная лодка, — отрапортовал Скорпиус, едва подойдя. — Предполагаемая причина — нападение неопознанного объекта. Нам нужно в офис NCA, срочно. Нам покажут видео с радаров и дадут прослушать записи черного ящика.

— Значит, собираемся, — бросил Гарри, вскакивая на ноги. — Проверь состояние чар на машине, вернемся за ней после.

Они очень быстро оделись, наложили чары на еду и машину, а совам Скорпиус предоставил свободу решать — вернуться ли домой или остаться тут и ждать их возвращения, видимо, надеясь, что им удастся вернуться ночью или хотя бы утром.

Аппарировали они сразу в кабинет Ивара и изрядно его напугали.

— Ох, вашу ж мать! — потрясенно выдохнул он, шарахнувшись к стене и схватившись за спрятанный за полой пиджака пистолет. Скорпиус с огромным интересом прикипел взглядом к оружию и даже чуть наклонился, чтобы рассмотреть его поближе.

— Что это? — спросил он быстро и для наглядности показал на кобуру пальцем.

— Это? — удивленно переспросил Ивар. — Боевой пистолет. Огнестрельное оружие, — пояснил он.

— В умелых руках может использоваться как Первое непростительное. Если выстрелить в голову или сердце, — с жутким спокойствием произнес Гарри. — Правда, можно и как Империо применить. Магглы обычно становятся весьма послушными под дулом такой штуковины.

Скорпиус отшатнулся и поспешно отвел глаза.

— Пожалуй, об этом я знать не хочу, — сказал он твердо.

— Пожалуй, тебе знать об этом все же следует, — коротко бросил Гарри, решив непременно познакомить Скорпиуса с маггловским оружием.

Конечно, в какой-то мере реакция Малфоя его порадовала — в Скорпиусе напрочь отсутствовала жажда крови — но все же знать, как обращаться с пистолетом, он должен, чтобы в случае чего представлять, с чем имеет дело и как можно себя защитить.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее, что случилось с подлодкой. Как и когда произошло нападение, — обратился он к Ивару. — И у меня будет к вам одна просьба. Вы могли бы научить Скорпиуса правильно держать в руках пистолет? Думаю, с меткостью проблем у него не будет. Конечно, это после того, как мы закончим с записями с радаров, — поспешно добавил он.

— С радостью, — Ивар улыбнулся, пристально глянув на Скорпиуса, но всего на мгновение. В следующую секунду он весь подобрался и начал быстро излагать: — Материалы попали к нам с задержкой в сутки, до этого военные пытались выяснить, что произошло, сами. Материалы я вам предоставлю немедленно, — он кивнул на рабочий стол с большим прозрачным, как малфоевский АйДжамп монитором, — но если хотите знать мое мнение, подлодку потопило наше насекомое, только ума не приложу, как.

— Давайте посмотрим материалы, — сказал Скорпиус, не задавая лишних вопросов.

Они просмотрели видео — и аудио — материалы, показания радаров и даже запись с эхолота, но единственный относительно полезным моментом оказался кусок записи из «черного ящика».

«— Смотри, Джон, там что-то блестит.

— Да нет, тебя глючит, Эрол.

— Да нет же, посмотри внимательно. Вон там, в глубине.

— Ну да, есть что-то. Косяк сельди, наверное.

— Такой маленький? И блестит, будто что-то металлическое.

— Да не может там быть ничего. Просто рыбы.

— Да нет же, Джон, говорю тебе. Давай подойдем поближе.

— Нас за это по головке не погладят, но давай, раз уж тебе так хочется. Хотя… Может ты и прав. Смотри, на радаре какая-то точка. Но металл так не отображается.

— И всё же это что-то металлическое. И довольно большое. Наведи-ка прожектор… Черт, что это за херня?!

— Она уходит! Эрол, давай за штурвал! Догоним эту тварь.

— Черт, это какой-то гигантский водяной таракан… Наведи на неё пушку, ребятам из научного это понравится!

— Твою мать, она слишком шустрая! На, получи, тварь!

— Ого, смотри, мы, похоже загнали её в угол. Смотри, как щелкает своими клешнями… Ну и что ты нам сделаешь, а, сучка? Останови мотор, Джон, сейчас я её подстрелю… Вот блядь, она исчезла! Где она, ты её видишь?

— Эрол, кажется, у нас пробоина. Твою мать, Эрол, она вскрыла нам обшивку!

— Что за бред? Не гони пургу, Джон, этого не может быть.

— Протечка в третьем секторе! И в четвертом! Нас сейчас затопит!

— Какого сраного хуя тут происходит?!

— Эрол, стекло!

— Нет!!! Твою ма-а…»

На этом запись обрывалась.

— У меня сложилось такое же впечатление, Ивар, — задумчиво произнес Гарри. — Получается, наше насекомое не намеревалось проявлять агрессию, если бы не напористость подводников, — чуть помолчав, озвучил вслух свои мысли. — Значит, в нападении на магглов оно не заинтересовано никак. Но что бы это ни было, оно очень боится себя раскрыть, — выдохнул он. — В данном случае человеческие жертвы похожи на вынужденную крайность, они были не намеренны. Чего не скажешь о попытке взлома барьера. Это все еще раз подтверждает, что нашему нечто нужна была именно магическая часть Лондона. И никакая эта не случайность, и уж тем более не совпадение. Какие меры собираются предпринять военные?

— Они прочесывают акваторию в радиусе сотни миль и занимаются подъемом субмарины, — Ивар вывел на экран карту территории. — К сожалению, там довольно большая глубина, и это займет время. Как только у нас будут на руках результаты экспертизы, отчего затонула подлодка, я вам сообщу. Вы вообще-то извините, что я вас сейчас дернул, — он смущенно провел рукой по волосам. — Наверное, можно было подождать до утра или даже до понедельника.

— Глупости, — решительно сказал Скорпиус. — На какой глубине субмарина? Мне нужно на неё посмотреть.

— Около полутора тысяч метров, — ответил Ивар. — Вся доступная техника уже задействована, поэтому погрузиться мы не сможем. Все же придется подождать.

— Даже не думай, — отрезал Гарри, серьезно взглянув на Скорпиуса. — Никаких ныряний. Я категорически запрещаю. Считай это приказом.

— Я уже делал такое, — Скорпиус выдержал взгляд, наверное, впервые на его памяти. — И даже глубже. Есть специальные чары, и ты прекрасно знаешь, что я действительно хорошо ныряю. Мы будем знать «результаты экспертизы» уже через полчаса, причем я увижу первоначальную картину, до того как всё покорежат техникой.

— Скорпиус, там очень холодная вода. Тебе понадобится специальное обмундирование. А давление? Что за глупости, черт возьми, ты несешь? — не выдержал Маккой, не сумев скрыть свое беспокойство.

— Погоди, Ивар, — прервал его Гарри, не заметив, как перешел на «ты». — Это совсем не аргументы для него. Ты не понимаешь, что это может плохо закончиться? — взглянув в упор на Скорпиуса, продолжил он. — Дело не в глубине, а про чары я побольше тебя знаю. Ты собираешься сунуться в возможное логово неизвестного нам объекта. Одни вон уже погнались за «тараканом». И результат? А ведь субмарины не из фольги сделаны. Или ты думаешь, что сможешь вот так запросто уплыть от него?

— Там вагон всякой техники, которая разогнала всё живое на сотню миль вокруг — раз, я буду под чарами невидимости — два, и я аппарирую как только замечу что-то странное — три, — спокойно перечислил Скорпиус. — Вероятность, что со мной что-то случится не превышает вероятности, что у меня внезапно остановится сердце, а я не сумею его запустить раньше, чем начнется кислородное голодание мозга. Это ничтожный процент.

— Ивар, та техника на глубине оснащена термографическими камерами? Или чем-то наподобие? Они смогут засечь невидимого, как бы визуально прозрачного человека? — поинтересовался Гарри.

— Не смогут, я навешу чары полной изоляции, — вместо Маккоя сказал Скорпиус, — он отошел к столу и начал быстро раздеваться. — У меня уйдёт на все меньше времени, чем мы потратили на этот разговор, — он аккуратно сложил костюм на столе и встал перед Гарри навытяжку. — Сэр, вы даете разрешение? — спросил официальным тоном. — Поверь, я знаю, что делаю, — добавил тихо, значительно смягчив интонацию.

Гарри очень хотелось рявкнуть, мол, никакого разрешения не жди — все-таки затея не была столь безопасной, в каком свете ее видел сам Скорпиус. Но черт побери — где-то на уровне интуиции он чувствовал одну нехорошую вещь: если он запретит Скорпиусу сделать так, как тот хочет, это может убить в нем инициативу ох как надолго. И не только в рабочем плане. А Малфой ведь только-только начал крылья расплавлять…

— Ладно, разрешаю, — выдавил Гарри. — Только будь аккуратен, — почти прошептал он. — Я очень прошу тебя.

— Буду! — Скорпиус тряхнул волосами, энергично кивая, а смотрящий на него во все глаза Ивар вдруг сдавленно охнул, потому что сдержанно-синие до этого трусы на Малфое радостно полыхнули красным. Скорпиус бросил на него чуть виноватый взгляд, который совсем не понравился Гарри, и быстро подошел к компьютеру. — Координаты очень точные, рельеф дна тоже. Я аппарирую сразу на глубину в тысячу метров, опущусь к субмарине и сразу же аппарирую обратно. Меня не будет максимум три минуты, — он достал палочку и начал методично накладывать на себя заклинания.

— Удачи, — произнес Гарри, внимательно наблюдая за колдующим Скорпиусом.

Естественно, внимательно за Малфоем наблюдал не один он. Перехватив взгляд Маккоя, Гарри, конечно, сдержался и, кажется, ему даже удалось не нахмуриться, но и радости откровенное вожделение в глазах Ивара не прибавляло.

— Раз проще удавиться, чем переубедить тебя, правда, Скорпиус, будь аккуратен, — выдохнул Маккой и тепло ему улыбнулся.

— Спасибо, — кивнул Скорпиус обоим. — В спальне в шкафу на моей половине четвертый шкафчик снизу, — сказал он, пристально посмотрев на Гарри. — Шкатулка с головой дракона. Чтобы открыть, нужно вдавить верхние клыки в череп. Перстень с зеленым камнем — фамильный портключ. Перенесет тебя ко мне, где бы я ни был. Это чтобы тебе было спокойнее, — он сдержанно улыбнулся и добавил уже серьезно: — Ну и если я не вернусь через три с половиной минуты.

Гарри сдержанно кивнул, борясь с желанием отозвать свое разрешение назад.

«Поверь, я знаю, что делаю».

Обнадеживающие слова раздались эхом в ушах, и в ту секунду, когда Скорпиус исчез в аппарационной воронке, Гарри взмолился, чтобы его вера не оказалась ошибкой. Мельком взглянув на настенные часы и бросив Маккою: «Я сейчас вернусь», — Гарри аппарировал прямиком в спальню Скорпиуса, мысленно отсчитывая минуту по секундам.

Шкатулка нашлась быстро и, как и говорил Скорпиус, открылась легко, стоило только надавить дракону на клыки. Быстро оглядев украшение, Гарри зажал его в кулаке и вернулся в кабинет Маккоя. И снова взглянул на циферблат — он не ошибся: прошло только сорок пять секунд — но Гарри казалось, что уже миновала целая вечность.

— Не могу поверить, что ты согласился, — вдруг сказал Ивар. — Я всё понимаю, колдовство ваше и всё такое. Но черт побери, даже я волнуюсь так, что сейчас поседею.

Гарри бросил на него мрачный взгляд и снова перевел его на часы. Еще двадцать секунд.

— Если ты наивно полагаешь, что у меня был выбор, это лишний раз подтверждает то, что Скорпиуса ты не знаешь, — бросил он, не гладя на Маккоя, и решив не акцентировать внимания на обращении на «ты». В конце концов, он первый перешел границу, да и вообще — не до этого сейчас.

— Я знаю, что он сделает всё, что ты скажешь, — вздохнул Ивар. — Он на тебя как на Бога смотрит… — помолчал, а потом дружелюбно поинтересовался: — Покажешь кольцо? Трогать не буду, обещаю.

— Вот именно поэтому я и не зарубил его решение на корню. Не думай, что понимаешь то, что происходит между нами. И не думай, что я плавлюсь в удовольствии от разведенного идолопоклонства, — Гарри поколебался, но кольцо на раскрытой ладони протянул. — Можешь посмотреть, только не три его, — предупредил он. — Если, конечно, не хочешь захлебнуться… на какой там глубине? — закончил безо всякой враждебности в голосе.

Ивар пристально посмотрел на него и медленно покачал головой.

— Если Скорпиус когда-нибудь предложит его мне — тогда и потрогаю, — сказало он и опустил глаза на перстень. — Что же касается ваших отношений — ты зря думаешь, что я такой идиот. Конечно, я не могу знать всего, но кое-что вижу. Например, то, что тебе довольно трудно приходится, — заметил прозорливо.

— Я думаю, ты не сильно обидишься, если мы не станем развивать дальше эту тему? — бросил Гарри, вцепившись взглядом в бегущую по циферблату секундную стрелку. — Кстати, он очень ждет твоего приглашения погулять по маггловскому Лондону.

— Да, — просто согласился Ивар, ничем не выдав радости. — Я знаю.

Гарри мысленно скрипнул зубами — всё же Маккой не так прост, как ему казалось. Но размышлять долго об этом не вышло — раздался хлопок, и посреди кабинета появился Скорпиус в обтягивающих, как вторая кожа, ставших почти прозрачными трусах. Глубочайшее облегчение не помешало Гарри заметить, как вытянулось лицо Ивара, когда тот разглядел, какой огромный член прятался под предательской тканью.

— Обшивку разрезали чем-то раскаленным, — сказал Скорпиус так спокойно, будто аппарировал в сады мэнора, а не на морское дно. — Чем-то, что оставило оплавленные края. Вырезали по куску обшивки в каждом отсеке и кусок стекла главного иллюминатора. Я с такими технологиями незнаком, поэтому мне нужен Интернет.

— Я не знаю, о чем ты точно говоришь, но скорее всего — это лазер, — перестав, наконец, пялиться на Скорпиуса, проговорил Ивар.

Спрятав в карман малфоевское кольцо, Гарри подошел к нему и, обдав Скорпиуса согревающими чарами, протянул ему одежду.

— Скорее всего, Ивар прав, — кивнул Гарри. — Посмотри, что тебе нужно в сети, и пойдем учить тебя стрелять, — улыбнулся он.

Прежде чем заняться компьютером, Малфой быстро оделся. Гарри не скрываясь наблюдал за ним, пытаясь убедить себя, что волноваться и переживать действительно не следовало. Вот только сердце до сих пор испуганно-радостно стучало в груди, никак не желая успокаиваться.

— Сходство лишь отдаленное, — вынес вердикт Скорпиус через десять минут работы. — Я допускаю, что это была именно эта технология, но во много раз более совершенная. Ивар, попробуйте выяснить у военных и ученных, существует ли лазер с вот такими характеристиками, — он написал на листке бумаги несколько цифр и непонятных обозначений. — Только такая или более мощная машина могла нанести те повреждения, что остались на подлодке.

Ивар взял листок бумаги и пробежался глазами по написанным цифрам.

— Конечно, я непременно уточню, — сосредоточенно кивнул он, положил записку в ящик стола и посмотрел на Скорпиуса, лучисто улыбнувшись: — Ну как, готов? Смотри, мы можем отправиться в наш учебный пункт или куда-нибудь за город. Если второе — тут уже на твое усмотрение, куда именно.

— За город однозначно, — без колебаний сказал Скорпиус. — Могу поспорить, никто из сов не улетел, и там мой кабан.

— Кабан? — недоуменно переспросил Маккой. — Вы охотились на кабанов?

— Скорпиус охотился, — кивнул Гарри, — причем не применив ни одного заклятия. Я же пожинал плоды чужого труда, — хмыкнул он и подошел к Скорпиусу вплотную. — Я только и делаю, что сегодня беспокоюсь за тебя, — сказал совсем тихо, так, чтобы услышал его только он. — То с твоей охотой, то с погружениями на морское дно.

— Прости, — Скорпиус улыбнулся совсем не так потеряно, как обычно, и провел ладонью по его руке от локтя до плеча. — Но ты зря волновался. Со мной просто не могло ничего случиться. Ничтожная вероятность.

Гарри ответил легкой улыбкой и спорить не стал. В том, что Скорпиус не будет рисковать жизнью почем зря, он был уверен. Малфой ведь вполне мог вычислить степень риска и его процентную пропорцию по отношению к конечному результату. Но Гарри, в жизни которого случайности не раз становились решающим фактором последующих событий, по праву имел свои взгляды на теорию закономерностей.

Маккой тем временем надел пиджак, вынул из ящика какой-то пакет и сунул его в карман, прихватив пистолет.

— Патронов вроде должно хватить, — сообщил он и с готовностью протянул Скорпиусу руку для аппарации.

— Патронов? — переспросил Скорпиус, сжимая его ладонь. — Это то, чем стреляют? Мне хватит одного.

Он обнял Гарри за талию и аппарировал их к джипу. Тут же радостное уханье и закружившийся вокруг карнавал разноцветных перьев дал понять, что совы действительно и не подумали улетать.

Скорпиус достал из машины АйДжамп, быстро и чуть ревниво захлопнув дверцу, когда Ивар с любопытством заглянул внутрь. Он пробежался пальцами по экрану, поморщился и протянул руку за пистолетом.

— Это не доставит мне никакого удовольствия, — сказал холодно. — Но раз вы оба настаиваете… И кого вы хотите, чтобы я убил?

— Прости? — недоуменно выдохнул Ивар. — Никого убивать не надо… — растерянно проговорил он.

— Думаю, в твоих навыках начинающего киллера можно на сегодня ограничиться. Дай Мерлин, этого кабана осилить, — усмехнулся Гарри, облокотившись о машину и с интересом наблюдая за реакцией Маккоя на исходящее от Скорпиуса непонимание. Да-а, со стороны довольно забавно смотрится, когда, конечно, сам не являешься участником подобного диалога. — Скорпиус, конкретно я хочу, чтобы ты на практике понял принцип действия этого вида оружия. Конкретно Ивар хочет наглядно продемонстрировать тебе этот самый принцип. На этом все — палить ни по кому не надо, — разъяснил он, скрывая улыбку.

Скорпиус глянул на него с сомнением и зачем-то позвал:

— Сола, Игги и Локи! — с деревьев с готовностью слетели названные совы и уселись ему на плечи. Скорпиус подошел к багажнику, достал оттуда футболку, что-то прошептал, и совы сорвались с места. Они разодрали футболку на лоскуты и по широкой дуге полетели над озером.

Четким движением Скорпиус передернул затвор, вынес пистолет вперед на вытянутой руке и без какой-либо заминки сделал три быстрых выстрела. Совы вернулись и бросили Гарри на голову три простреленных ровно по середине тряпки.

— Я могу закрыть глаза, — сообщил Скорпиус будничным тоном. — Попаду с вероятностью восемьдесят семь процентов. И с такой же вероятностью уклонюсь от выпущенной в меня пули. Ну или закрою тебя, — он пристально посмотрел на Гарри.

Гарри встретил его взгляд и внутренне похолодел: в глазах Малфоя не было никакой бравады, ни застывшей решимости — лишь только леденящая уверенность в правильности своего выбора. Скорпиус, не задумываясь, готов был пожертвовать ради него собственной жизнью. Вот только в спасении такой ценой Гарри ни секунды не нуждался. И такую жертву Гарри не только не собирался принимать, но и сам готов был отдать свою жизнь за Скорпиуса — без раздумий и промедлений.

— Запрещаю, — одними губами произнес Гарри. — Раз и навсегда. И обсуждению это не подлежит, — произнес уже вслух. — Не хватало мне еще оплакивать тебя, — с нажимом произнес он, позабыв на миг о присутствии рядом Маккоя.

Скорпиус некоторое время на него смотрел, а потом впервые за всё время их знакомства покачал головой и твердо сказал:

— Нет, Гарри. Это то, чего ты не можешь мне запретить, а даже если попытаешься, ничто во мне не послушается твоего запрета. Просто постарайся не попадать под пули, — он усмехнулся и небрежным щелчком поставил пистолет на предохранитель, прежде чем протянуть Ивару.

— Я-то постараюсь, — отозвался Гарри, — но к разговору мы еще вернемся, — сообщил он, посмотрев на Скорпиуса в упор.

Это было впервые на его памяти, когда Малфой возразил столь категорично и безапелляционно. И Мерлин, лучше бы он так сделал по любому другому вопросу — но только не по тому, что касался его здоровья и жизни. Уж если что втемяшилось в его супермозг — а сейчас именно так и произошло — переубедить Скорпиуса будет настолько сложно, что попытку можно сразу считать провальной. Но вот пусть уйдет Ивар, и он очень попытается донести, все, что думает и чувствует по этому поводу.

— Что-то жарко тут у вас, — протянул Ивар и сделал вид, что вытирает пот со лба. — Того и гляди вспыхнет наш мистер Поттер от праведного гнева. Не надо, злись лучше на меня, — он улыбнулся Гарри и сказал, переводя взгляд на Скорпиуса: — Аппарируешь меня домой? — Скорпиус кивнул, бросил быстрый взгляд на Гарри и подхватил Маккоя под руку. — Ну ты просто Джеймс Бонд, я тебе скажу, — сказал Ивар, когда они появились в его квартире. — Ничего сексуальнее в жизни не видел, даже учитывая то стрип-шоу, что ты устроил у меня в кабинете. Огромное тебе спасибо, кстати, за бессонные ночи, — он криво усмехнулся. — Это было жестоко.

— Если тебя утешит, я подумал об этом, — хмыкнул Скорпиус. — Но решил, что аппарировать туда-сюда, чтобы раздеться и одеться, — глупо.

— Знаешь, глупо тебя сейчас вот так отпускать, — вздохнул Ивар. — Но в последнее время я становлюсь просто образцово-показательным глупцом, — невесело усмехнулся он и отвернулся. — И вот тебе первое доказательство. Не ссорься с ним сегодня. Я не знаю, как обычно складывается ваше общение, но сейчас он прав.

— Будь моя воля, я никогда бы с ним не ссорился, — ответил Скорпиус, не спеша аппарировать прочь. — Но у меня не получается. И даже не потому, что я считаю, что вы оба неправы сейчас, — он улыбнулся. — А потому что я всё сделал для того, чтобы он понял, почему он неправ, а он все равно не понимает.

— И не поймет. Потому что беспокоится о тебе гораздо больше, чем о себе. И прежде всего понять это должен ты, — отрезал Ивар. — Если хочешь поговорить — не стой, присядь на диван. И знаешь, — продолжил он, — в этой ситуации неправым я его не считаю. Я вообще не понимаю, как он смог отпустить тебя к подлодке. Я бы не пустил, — покачал он головой.

— Вы все боитесь того, чего не можете, — сказал вдруг Скорпиус довольно резко. — И того, чего не понимаете. Гарри тоже боится, но он пытается понять. Я не идиот и не самоубийца. И я тоже способен боятся. Но разница между нами в том, что я точно знаю, что, как и насколько я могу. Я искренне надеюсь, что Гарри отпустил меня сегодня именно потому, что начал это осознавать. Что же касается той злополучной пули, вы можете говорить и думать что хотите. Если она полетит в Гарри, я просто буду на её пути.

— Да, боимся, — в тон ему ответил Ивар. — И ты, — он ткнул пальцем грудь Скорпиуса, — должен понимать это как никто другой. Ты тоже за него боишься. Иначе даже не говорил бы вслух, что готов подставиться вместо него под пулю. Молча подставился бы и все, с концами. Так нет же — ты начинаешь на него давить, мол, будь аккуратней, иначе будет сам знаешь, что… Хотя он, как и ты, знает, что, как и когда ему делать, — припечатал Ивар. — Черт, зачем же я только позволил вам обоим увидеть этот чертов пистолет… — выдохнул Ивар, запустив руку в волосы. — Вы и так, как два барана, лишнего дюйма друг другу не уступите. А тут еще и я со своим пистолетом масла в огонь подбавил, — фыркнул он, скривившись.

Скорпиус поменялся в лице и даже слегка отшатнулся.

— Нет! — выдохнул он, глядя на Ивара едва ли не с ужасом. — Я не давлю! Я просто… — он замолчал, видимо, анализируя ситуацию, и неохотно выдавил: — Ты прав. Это можно расценить именно так. И у меня так всегда, — удрученно покачал головой. — Я говорю, говорю и говорю без остановки всякий бред, и делаю тоже бред, и думаю. А потом заставляю его расхлебывать. А пистолет тут совершенно не причем, — он вымученно улыбнулся Ивару.

— Успокойся и прекращай самоедство, — с нажимом произнес Ивар и тут же рассмеялся. — Господи, но вот что я сейчас делаю? Сам же дурак, толкаю тебя к нему. Благородный какой нашелся, аж от самого себя противно, — с грустью ухмыльнулся он. — Так, все, забудь, что я тебе наговорил, — резко изменив тон, отчеканил Ивар. — Поттер твой — маразматик и самодур, и бежать к нему сейчас совершенно не нужно. Он же тебя ни разу не ждет. Так что посиди еще часок-другой, располагайся, поболтаем, — Ивар ухмыльнулся.

Скорпиус покачал головой и тоже рассмеялся.

— Спасибо, — сказал искренне. — До встречи, — и протянул руку для рукопожатия, но Ивар вместо этого ухватил его за ладонь и притянул к себе, крепко обнимая.

— Маленькая награда за то, что я сегодня вынес, — прошептал он, с силой хлопнув Скорпиуса по спине, и разжал руки. — Спокойной ночи, — добавил сухо и даже слегка чопорно, но не выдержал тона и широко улыбнулся.

— Надеюсь, тебе всё же удастся сегодня поспать, — вернул улыбку Скорпиус и аппарировал.

— Какие у нас планы? — сухо поинтересовался Гарри, когда Скорпиус вышел из витиеватой воронки.

Черт возьми, за то время, пока Малфой провожал Ивара, Гарри уже успел прокрутить в голове десятки вариантов разговора, и каждый их них неизменно заканчивался ссорой. Но промолчать — вот так просто, сделав вид, что тема закрыта — Гарри не мог.

— Ты хоть понимаешь, что своими словами будто режешь меня без ножа? — спросил он спокойно, хотя эмоции буквально разрывали его изнутри.

— Теперь да, — кивнул Скорпиус. Он пересек разделяющее их расстояние и крепко обнял Гарри, и присел кладя голову ему на грудь. — Прости.

— Я должен сказать «спасибо» Ивару? — тихо спросил Гарри, сильнее прижимая Скорпиуса к себе.

Хотелось сказать очень многое, но слова будто так и застревали в горле.

— Я не знаю, как дать тебе понять, насколько ты мне дорог. Слова мои ты все равно не воспринимаешь, упрямо твердишь свое, не слышишь никаких доводов… — выдохнул Гарри. — Ладно, чем займемся? — спросил он, меняя тему.

— Этим, — Скорпиус выпрямился и впился поцелуем в его губы. — И этим… — выдохнул жарко, запуская руки ему под футболку. — И больше никогда не станем говорить о том, что почти не имеет шансов случиться.

Гарри хмыкнул — Малфой выбрал самый безотказный способ прийти к согласию — и откинул голову назад, подставляя шею под жаркие губы.

— Ты специально? — прошептал хрипло. — Знаешь ведь, как меня ведет от такого тебя… Черт… — он затаил дыхание, пережидая волну прошившего позвоночник возбуждения.

— Нет, не знаю… — Скорпиус крепко обнял его, прижимаясь всем телом и вминая пальцы в кожу. — Покажи мне…

Гарри втянул носом вмиг ставший раскаленным воздух и скользнул рукой по малфоевской спине, уверенно поведя вниз, и огладил упругие ягодицы.

— Даже не знаю, чего я хочу больше… — выдохнул в самые губы. — Принять тебя внутрь… — он притянул Скорпиуса за бедра, плавно потеревшись напряженным членом об его пах, — … или же трахнуть самому, — и коротко толкнулся бедрами вперед, продолжая вминать пальцы в поджарые ягодицы.

— Сосна за твоей спиной как бы намекает, что твои раздумья неэффективны, — Скорпиус стянул с плеч пиджак и тут же стащил с Гарри футболку. — Хотя если ты пообещаешь использовать сосну по назначению завтра, то это меняет дело, — он расстегнул на нем джинсы и потянул их вниз.

— Сосна… завтра… — рвано выдохнул Гарри, инстинктивно обернувшись на дерево. Затем рванул Скорпиуса на себя, потеревшись голой кожей о мешающую рубашку и впился в его губы поцелуем, попутно справляясь с мелкими пуговицами.

Скорпиус помог ему, безжалостно бросил рубашку на землю и принялся за брюки.

— Сосна сегодня! — заявил решительно, оставшись обнаженным, и оттеснил Гарри от ствола. Он оперся на него руками, расставил ноги и наклонил голову, пряча порозовевшие скулы.

— Как прикажете, — усмехнулся Гарри, с нажимом проведя по малфоевской спине. — Будут еще какие-нибудь конкретные пожелания? — выдохнул он, коснувшись пальцами ягодиц. Затем скользнул по ложбинке и спустился вниз, мягко, но настойчиво перекатывая в ладони поджавшиеся яйца.

Признаться, он бы сам очень удивился, решись Скорпиус на активные действия прямо сейчас. Видимо, еще не пришло то время, когда Малфой без оглядки сбросит с себя надуманные им же самим ограничения. А может, сейчас он просто хотел принадлежать ему, Гарри, потому что слишком уж стеснительным Скорпиуса в эту минуту было не назвать.

На этот раз не было сумасшедшей спешки и погони за новыми ощущениями тоже. Тела уже успели получить и то, и другое, и теперь просто наслаждались друг другом. Гарри размеренно двигался, целуя спину, шею и алеющие уши Скорпиуса, гладил его бедра, живот, грудь и, конечно, твердый член, прижимающийся к животу. Скорпиус отзывался на ласки хриплым дыханием, тихими стонами и мощно толкался навстречу.

И даже несмотря на неспешность, разрядка подступала гораздо стремительнее, чем того хотелось бы Гарри — и тут всему виной были сдавленные стоны Скорпиуса, разгоняющие по жилам кровь в разы быстрее. Да и то, как он судорожно сжимал тугие мышцы, плотно обхватывая ими член, тоже сыграло не последнюю роль.

Почувствовав, как наслаждение скручивается внизу живота тугим жарким узлом, он перехватил Скорпиуса поперек груди, а другой свободной принялся двигать по его скользкому члену в такт своим толчкам, едва ли не заклиная себя не кончать раньше времени.

Наверное, Малфой все же умел договариваться со своим организмом, потому что не прошло и полминуты, как член в руке дрогнул, начал судорожно сокращаться, выстреливая спермой на землю, а сам Скорпиус задрожал, сжимаясь изнутри и снаружи.

И этого оказалось достаточно, чтобы отпустить себя, входя в Скорпиуса последний раз с громким рыком, и, зажмурившись, раствориться в мощной волне удовольствия. А затем прижаться к нему, поцеловать в затылок, и аккуратно отстраниться, медленно выходя.

— Что-то мое обещание — насчет сосны завтра — не сильно-то дело поменяло, — улыбнулся Гарри, разворачивая и прижимая его к себе.

— Прости, — предсказуемо выдохнул Скорпиус, крепко его обнимая. — Тебе больше нравится быть снизу?

Задай этот вопрос кто-то другой, Гарри тотчас бы ответил категоричное «нет». Однако именно в отношении Скорпиуса он не был столь непреклонен в своем мнении. Наверное, он и сам не знал, как нравится ему больше — быть сверху или снизу — со Скорпиусом нравилось заниматься сексом по-всякому.

— Я не знаю, — честно признался он, покачав головой. Ну вот опять Малфой просит прощения не пойми за что. — Скорее, нет… не знаю… — еще раз повторил он, затрудняясь с точным ответом. — Просто, наверное, я очень жду, когда же ты, наконец, начнешь пользоваться своим исключительным правом — не дожидаясь разрешения и намеков.

— В следующий раз, когда мне захочется быть сверху, я сделаю это не спрашивая разрешения, — пообещал Скорпиус. — Я постараюсь его вообще больше не спрашивать.

Он сказал это так решительно, что у Гарри зародились нехорошие подозрения в том, что совет Ивара вовсе не относился к разряду «Не нужно жертвовать собой, потому что…».

Но развивать он эту тему не стал. И хотя было очень интересно, о чем же шел разговор с Иваром, Гарри здраво рассудил, что на допросы Скорпиуса, пожалуй, не имеет никакого права. Тем более, когда это сводится всего лишь к элементарному желанию удовлетворить свое любопытство.

Вместо этого он запустил руку Скорпиусу в волосы и притянул к себе, увлекая в ленивый, но не менее волнующий поцелуй.

— На какой день назначим встречу с Асторией? — уже отстранившись, спросил Гарри.

— Пятница? — Скорпиус вопросительно на него посмотрел. — Обычно я встречаюсь с ней по пятницам. Но если хочешь, можем и раньше. Хоть завтра. Тем более, что с нашими инопланетными друзьями сложно быть уверенным в завтрашнем дне.

— Мне все равно. Но думаю, логичнее будет не затягивать со встречей. Потому что неизвестно, что на неделе будет, — рассудил Гарри. — Не нравится мне все это… — чуть помолчав, произнес он. — Я сейчас про насекомое, метро и подлодку.

— Ничего страшного, если это просто насекомое, — Скорпиус пожал плечами. — Гораздо хуже, если это всё же биоробот. Но я пока не могу уверенно рассчитать вероятности и того, и другого.

— Ты ничего похожего в воспоминаниях Фарпола не видел? — спросил Гарри. — Может, хоть что-то отдаленно напоминающее?

— К сожалению, нет, я бы сказал, — покачал головой Скорпиус. — Разве что кое-где металл блестел похоже, но он на то и металл.

— Черт… нам позарез нужны воспоминания того пациента, которого так трепетно охранял от нас главный колдомедик, — задумчиво протянул Гарри и призвал разбросанную по земле одежду. — Моя власть на Мунго не шибко-то распространяется. По тем вопросам, что касаются здоровья подозреваемых, на руководство я надавить не могу. А этот человек к тому же просто потерпевший. И Кингсли привлекать как-то не хочется… но, видимо, все же придется, — заключил он, влезая в джинсы.

— К сожалению, я не уверен, что копание в памяти ему действительно не повредит, — вздохнул Скорпиус. — Иначе бы предложил сделать всё тайком.

Он быстро оделся и оглянулся в поисках того, что можно было бы трансфигурировать в кровать и одеяла.

— Да я понимаю… — кивнул Гарри. — Сам об этом думал… Но боюсь, что вмешательство все же необходимо, — сообщил он и с сомнением взглянул на Малфоя, все еще взвешивая, оправдан ли риск. Наверное, это было чудовищно жестоко, но сам пациент волновал Гарри меньше всего — сейчас он беспокоился о Скорпиусе. Ведь случись что не так — Малфой же наверняка себя поедом сожрет, что навредил человеку.

— Настолько необходимо, чтобы оставить его инвалидом? — Скорпиус посмотрел на Гарри в упор. — Но прямой угрозы пока нет.

— Нет, — покачал головой Гарри, выдержав его взгляд. — Пока нет… но если в этом настанет необходимость, да Скорпиус, я приму такое решение. И тебе придется это сделать. Безо всякого зазрения и угрызений совести, — с металлом в голосе закончил он и отвернулся, отчаянно ненавидя себя за свои же слова.

Так и есть, в случае неудачи Малфой не сможет остаться равнодушным, и более того — воспоминания о своем поступке он будет хранить в памяти до конца жизни, не имея даже шанса что-то забыть.

— Я сделаю это, если будет действительно нужно, — тихо сказал Скорпиус. — Не волнуйся. Но давай не будем говорить об этом и расстраиваться раньше времени. Есть около восемнадцати процентов вероятности, что наша неведомая зверушка исчезнет так же внезапно, как и появилась, что, согласись, немало.

Гарри повернулся к нему и заглянул прямо в глаза.

— Да… конечно… — проговорил он. — Ты прав, — и мягко улыбнулся, стараясь всеми силами не выдать своего истинного настроения. Нет, Скорпиуса огорчать раньше времени он больше не станет, но, увы, когда-то настанет этот момент, потому что в счастливые восемнадцать процентов Гарри ничуточки не верил.

Предоставив Гарри трансфигурировать им постель, Скорпиус занялся письмом матери.

— Я прямо написал ей, что буду завтра вечером ужинать с тобой, и что было бы здорово, если бы она к нам присоединилась, — Скорпиус свернул трансфигурированный пергамент и покачал головой. — Она всё поймет раньше, чем дочитает письмо, — вздохнул он.

Гарри обеспокоенно взглянул на него и снова занялся превращением горстки сухих листьев в матрас.

— Если ты передумал и считаешь нужным повременить либо с моим переездом, либо с разговором с Асторией, так и сделаем, — проговорил он, полностью сосредоточившись на прямоугольной форме их импровизированной постели. Хотя где-то глубоко внутри кошки-то заскребли острыми коготками — сам он ведь уже настроился на то, что с завтрашнего дня его одинокая жизнь потечет в другом русле.

— Нет, — Скорпиус поспешно вручил пергамент подлетевшему Соле. — Просто, если честно, я немного боюсь, — признался он. — Есть некоторые вероятные реакции, которых я бы предпочел избежать. Но даже если сбудется самая худшая из них, своего решения я не изменю. И письмо — лучший вариант дать ей возможность подумать и всё взвесить. Сердечного приступа можно не опасаться.

Гарри как раз закончил с матрасом, когда Скорпиус договорил, и принялся за одеяло.

— Я понимаю твой страх, — тихо сказал Гарри. — И понимаю, что это слабое утешение, но все же… Даже если твоя мать отреагирует не так, как ты надеешься — все со временем устаканится. Ты, главное, пойми, что она любит тебя и, в любом случае, желает только добра. Другое дело, что наши отношения могут не вписаться в ее представления о благе для тебя, но чтобы она ни сказала — это будет только из лучших побуждений, — сказал он, пощупав матрас на упругость и, оставшись довольным результатом, похлопал рукой по нему, приглашая Скорпиуса лечь. — Прорвемся, — улыбнулся он. — Тебе кстати подушку сделать?

— Да, желательно, — кивнул Скорпиус. — Мне без разницы, как спать, но без подушки шея на утро затечет. Кстати утром можешь отлевитировать меня прямо в озеро, — улыбнулся он, накрывая Гарри одеялом.

— Хорошо, — кивнул Гарри и подложил ему под голову мягкую подушку. Затем увеличил ее вдвое и улегся рядом, проверив все необходимые чары.

Согревающие чары работали безотказно, да и одеяло получилось на удивление теплым, поэтому Гарри тотчас избавился от одежды при помощи магии, с наслаждением вытягиваясь на удобном матрасе.

— Расскажи, как там на морском дне? — попросил он, придвигаясь к Скорпиусу вплотную. — И когда ты еще погружался на такую глубину?

— Там очень темно и пустынно, — Скорпиус обнял его поперек груди и прижался щекой к плечу. — И холодно. Сквозь чары даже зябко. Но завораживающе красиво. И время течет как будто иначе. Секунды вроде те же, а чувствуешь их по-другому. Когда я стал совершеннолетним, у меня появилась возможность уезжать на выходные из Академии, и чаще всего я аппарировал куда-нибудь к воде, к морю. Тогда мне казалось, что чем глубже я погружусь — тем лучше. И только недавно, обзаведясь своим домом, я наконец понял, что над головой может быть и всего десять сантиметров, а ощущения и чувства будут те же.

— Ивар был просто в ужасе, когда я отпустил тебя, — выдохнул Гарри. — И я тоже. Но осознание пришло через несколько секунд, как ты аппарировал туда. А потом настало ожидание… Это были ну очень долгие минуты, — проговорил он и инстинктивно прижал к себе Скорпиуса покрепче.

— Вы просто там не были, — Скорпиус погладил его по груди. — Это совсем не страшно. Не страшнее, чем опускаться на дно моего бассейна. И чары у меня надежные.

— Наверняка дело в этом, — согласился Гарри, пряча улыбку. Конечно, то, что было для Скорпиуса обычным, для него, а в особенности для таких, как Ивар, оставалось едва ли не запредельным. — Мы всегда беспокоимся за тех, кто нам дорог. И хотим, чтобы они всегда были рядом с нами и никоим образом не подвергали себя риску, даже минимальному. Правда, со временем забота может плавно перерасти в тюремную решетку, поэтому приходится себя сдерживать, чтобы не дойти до фанатизма.

— У тебя такое было? — спросил Скорпиус быстро. — Твой брак… Ты поэтому развелся? Он стал для тебя тюрьмой?

Гарри молча кивнул, перелистывая в памяти дела минувших дней.

— Как ты понимаешь, свое кресло я занял далеко не сразу, — начал он после недолгого молчания. — И чтобы сесть в него — хотя, впрочем, самоцелью это никогда и не было — пришлось пройти немалый путь. И состоящий далеко не из канцелярской работы. Уходя в рейд, я отправлялся каждый раз туда с тяжелой душой, потому что знал, как переживала и волновалась Джинни. И с каждым таким разом ее беспокойство становилось все сильнее, пока переросло в бездумные истерики, — он замолчал и поморщился, припоминая их сцены выяснений отношений. — А однажды присланный ею Патронус прямо во время облавы едва не стоил мне жизни. Спасибо врачам в Мунго. Однако и этот урок не был усвоен… впрочем, не был он усвоен двоими. Джинни не остановилась. И как-то в один день, установив за мной следящие чары, она аппарировала ко мне прямиком на линию огня, — Гарри сглотнул и перевел дыхание. — Тогда погиб один из авроров, загородив ее собой от режущего заклятия.

— И тогда же погиб ваш брак, — задумчиво протянул Скорпиус. — Она любила тебя так сильно, или это просто стало её работой, беспокоиться за тебя? — спросил он вдруг. — Я не так хорошо разбираюсь в человеческих отношениях, но всё же заметил, что с реальными чувствами подобные истерики и эскапады зачастую не связаны. Это больше похоже на игру на сцене.

— Я не знаю, — протянул Гарри, с любопытством посмотрев на Скорпиуса. — Естественно, какие-то чувства у нее были. Может, это и была любовь, просто в таком ужасающем и гипертрофированном виде. Любовь ведь у всех разная — своя, особенная. Кто-то любит сильнее, кто-то слабее, кто-то спокойнее, а кто-то по сценарию мыльных опер. Бывает, что любят за что-то, какую-то определенную в человеке особенность, а, как оказалось, бывает, что любят и абсолютно. И я считаю себя невероятным везунчиком, что познаю, каково это, быть любимым настолько, — улыбнулся он.

Щека Скорпиуса нагрелась — явно от прихлынувшей к ней крови, — но слова Гарри тот никак не прокомментировал.

— Знаешь, когда всё это начиналось, — сказал он вместо этого, — я готов был смириться с тем, что для тебя это либо одноразовый секс, либо удобные необременительные отношения: помощник, от которого помимо отчетов можно получить ещё и удовольствие. Я заранее представлял себе, что буду делать, когда ты будешь с кем-то другим, и считал, что смогу с этим справиться. Но ты поверил в меня, поверил мне, и сейчас, в этом формате отношений, с теми привилегиями, что ты мне дал, я уже не смирюсь… — он поднял голову и вгляделся сквозь темноту в лицо Гарри. — Конечно, я умнее Джинервы Уизли, но, боюсь, от моей ревности этот факт тебя не избавит.

— Да-а? — протянул Гарри, удивленно вскинув брови. Подобных признаний от Скорпиуса он еще не слышал, как и открытых заявлений прав на него. Нужды в этом не было никакой — помимо Малфоя Гарри ни с кем себя рядом-то и не видел — но тем не менее услышать такое было приятно. — И к кому же ты меня вознамерился ревновать? Неужто к Кайлу? Вроде помимо вас, приближенных ко мне людей больше и нет, — улыбнулся он и замолчал, вспомнив о Невилле.

За все эти годы Невилл, пожалуй, остался единственным верным ему товарищем, несмотря на то, что по причине обоюдной занятости виделись они довольно редко. Но ведь Скорпиус же в состоянии разглядеть настоящую крепкую дружбу без всяких подтекстов? Он же не станет изводить себя понапрасну?

— Хотя знаешь… есть еще один человек, который мне очень дорог уже очень много лет. Естественно, сугубо платонически, — тут же поспешил пояснить Гарри. — Я его считаю единственным своим настоящим другом. Вас надо обязательно познакомить — уверен, он понравится тебе. С Невиллом всегда есть, о чем поговорить — ходячая энциклопедия просто, — хмыкнул он, припоминая педантичность, а порой и откровенное занудство друга в вопросах науки и всяких разных естествоиспытаний.

— Ты говоришь о Невилле Логботтоме? — ошарашил его Скорпиус. — Ты получал от него пару писем в этом году. Я буду рад с ним познакомиться, — сказал он серьезно. — Я читал его книги, и мне он кажется интересным человеком. Вот только как он относится к моей семье? Я знаю, что случилось с его родителями, но ничего не знаю о нем самом. Он не имеет предубеждений?

— Да, о нем, — ответил Гарри. — Вам, действительно будет интересно пообщаться друг с другом. И как бы мне потом тебя ревновать не пришлось, — усмехнулся он. — Настоящего Невилла мало кто знает, хотя он и не ведет затворнический образ жизни. Если, конечно, не считать того, что он полностью погряз в своих книжках. А насчет предубеждений… — вздохнул Гарри. — Могу сказать одно: он гораздо лояльнее меня… Кроме того, главное критерием оценки тебя для Невилла будет степень моей счастливости.

— Ну тогда он точно выгонит меня взашей под угрозой отрезать что-нибудь, — вздохнул Скорпиус. — Ведь я только и умею, что трепать тебе нервы.

— Я уговорю его дать тебе шанс, — рассмеялся Гарри, растрепав светлые волосы. — На крайний случай спишем твои выходки на фамильную принадлежность. Поверь, это весомый аргумент, — улыбнулся он.

Скорпиус не рассмеялся, но поцеловал его в плечо и тихонько призвал фиал со своим зельем.

— Так не хочется его пить, — посетовал, отвинчивая крышку. — Но ты же не позволишь всю ночь на тебя пялиться…

— А почему я должен запрещать тебе это делать? — с удивлением протянул Гарри. — Если так хочется, пялься, пожалуйста. Вот только было бы на что, — хмыкнул он. — Велика невидаль — спящий я, — улыбнулся он.

Скорпиус выразительно на него глянул, но промолчал — лишь опрокинул в себя пузырек.

— А утром я доем кабана… — протянул он, удобно устраиваясь на подушке.

Гарри хмыкнул, но комментировать малфоевские гастрономические планы не стал — он приподнялся на локте и внимательно посмотрел на засыпающего Скорпиуса.

— Спокойной ночи, — прошептал он и невесомо погладил его по голове, слегка касаясь пальцами мягких волос.

Затем откинулся на подушку и уставился на звездное небо, невольно проваливаясь в мысли о завтрашнем предстоящем знакомстве с Асторией. Очень не хотелось, чтобы из-за открывшегося факта их отношений, у Скорпиуса произошла размолвка с матерью. Ведь она одна из немногих на этой планете, кого Скорпиус действительно любит всем сердцем.

Перекатившись набок, Гарри вновь взглянул на сладко сопящего Малфоя, улыбнулся и закрыл глаза, стараясь ни о чем не думать и, наконец, заснуть.

Глава 10

Проснулся он от неприятного ощущения — что-то кололо его в бок. Недовольно поморщившись, он попытался вытряхнуть из постели неизвестно как попавшие туда посторонние предметы, но наткнулся рукой на какой-то странный пушистый мяч. Повернуть голову ему не дали ещё два мяча, а при попытке стряхнуть их с подушки, «мячи» возмущенно ухнули хором, и один из них встряхнулся, заполняя нос и рот мягкими перьями. Как выяснилось, когда Гарри удалось отплеваться от перьев и сесть, совы то ли в поисках тепла, то ли из желания быть поближе к людям, а может и просто от страха, оккупировали все свободные места на кровати, и спали с ними как какие-нибудь кошки. В бок же Гарри колол коготь Солы, причем сам Сола безмятежно спал, не обращая внимания на человека, и прислонившись к его бедру всем телом.

— Весь в хозяина, — буркнул спросонья Гарри, но перевернулся на бок осторожно, стараясь не потревожить никого из пернатых. Он теснее прижался к Скорпиусу, силясь снова уснуть, и закрыл глаза. Однако растревоженный сон никак не хотел возвращаться, и Гарри открыл глаза — толку-то лежать с закрытыми — и сердито глянул на даже не думавших улетать птиц. — Никакой совести, — уже скорее снисходительно выдохнул он.

Кто-то из птиц примиряюще ухнул, и его ног ласково коснулось чье-то крыло.

Подняв голову, Гарри увидел небольшую сову, имени которой не помнил. Она весело подмигнула ему одним глазом, и Гарри не сдержал улыбки. Из домашних животных у него за всю жизнь была только Хедвиг, но та никогда не вела себя так, как малфоевские совы, и, стоило признать, что-то в таком пробуждении всё-таки было. Хотя, может быть, он просто не умел найти с совой общий язык?

От полусонного состояния предсказуемо не осталось и следа. Гарри не знал, который час — возможно, Скорпиусу можно было дать поспать еще — но одному лежать посреди леса было как-то скучно. И даже не так скучно, как Гарри понял, что попросту соскучился именно по Малфою. Абсурд, конечно, если учесть, что спали они в одной кровати, но ничего поделать он с собой не мог.

Скользнув взглядом по безмятежному малфоевскому лицу, Гарри аккуратно выбрался из постели и огляделся вокруг. Что там Скорпиус говорил — макнуть его в озеро? Натянув на себя трусы и футболку, Гарри достал из-под подушки волшебную палочку и заклинанием облегчив малфоевский вес, поднял укутанного в одеяло Скорпиуса в воздух под удивленным взглядом уставившихся на него сов.

— Ну вы же не собираетесь оставлять нас наедине — приходится сбегать, — усмехнулся он и направился к берегу, аккуратно левитируя спящего Малфоя.

До кромки воды он не дошел, а уложил Скорпиуса на мягкую траву, расстелив на ней одеяло. Обдав его согревающими чарами, Гарри улегся рядом, проведя рукой по накачанному животу, обогнул пупок, спустился ниже… и так и замер, не коснувшись пока еще расслабленного малфоевского члена. Левитировать Скорпиуса в озеро как-то не поднималась рука — все-таки ему явно еще нужно время, чтобы привыкнуть к подобному. Лезть вместе со Скорпиусом за компанию — подавно не улыбалось. Поэтому дилемма была недолгой — придвинувшись к нему, Гарри скользнул вниз и чуть ощутимо прошелся языком по вздрогнувшему от ласки члену.

… и остановился, неохотно отстраняясь.

Черт знает что такое, но сейчас он понимал, что поступает совсем неправильно по отношению к Скорпиусу. И какими здравыми не казались собственные идеи, все же чужие желания стоит научиться уважать — даже если они кажутся несколько несуразными.

Перекатившись на спину, Гарри судорожно выдохнул, инстинктивно коснулся своего твердеющего члена, и поднялся на ноги, не обращая внимания ни на зародившееся возбуждение, ни на близость столь желанного тела. Сначала малфоевский подъем.

Левитируя Скорпиуса в озеро — достаточно глубоко, чтобы не удариться дно, но все же чтобы можно было достать до него ногами, — Гарри убеждал себя, что делает все правильно, мысленно вспоминая слова Скорпиуса о том, что тот хочет чувствовать каждое прикосновение. Прежде чем отменить заклинание, он крепко зажмурился, не желая видеть, как Малфой будет беспомощно барахтаться в холодной воде спросонья, но когда за громким всплеском последовала тишина, испуганно распахнул глаза.

Скорпиус исчез. На несколько жутких секунд сердце в груди заледенело, но потом поверхность озера взорвалась салютом сверкающих на солнце брызг, и на поверхность вынырнул абсолютно счастливый Малфой.

— Круто! — завопил он на весь лес. — Давай ко мне!

И в этот миг Гарри напрочь забыл о своем нежелании плескаться в озере — наверняка холодном — да еще и с утра пораньше. Скорпиус выглядел таким радостным и восторженным, что его эйфория передавалась на расстоянии.

Скинув на ходу футболку, Гарри разогнался и буквально вбежал в озеро до той глубины, где, наконец, можно было оттолкнуться ногами от песчаного дня и поплыть, рассекая сверкающую в лучах солнца водную гладь. Фыркнув от попавшей в нос воды, Гарри подплыл к Скорпиусу и накрыл его губы торопливым поцелуем.

— С добрым утром, — улыбнулся он, еще раз мазнув мокрыми губами по губам Скорпиуса.

В ту секунду, когда Скорпиус жадно ответил на поцелуй, подпрыгивая в воде и обхватывая его руками и ногами, Гарри дал себе зарок никогда больше не сомневаться и не колебаться перед утренней побудкой. Кажется, Скорпиус до умопомрачения любил воду, и не стоило лишать его одного из немногих, пусть и крайне экзотичных, удовольствий в жизни.

И судя даже по немногочисленным и коротким рассказам, плавание и ныряние были для Скорпиуса до недавнего времени единственной отдушиной, а глубина — тем единственным местом, где он мог отдохнуть от суетливого и чрезмерно информативно нагруженного мира. Иначе говоря, ныряя под воду, Малфой попросту сбегал ото всех и вся. В чем достаточно преуспел — раз чувствует себя сейчас рыбкой в воде.

— Ты нырять будешь? — спросил Гарри, огибая лежащего на воде Скорпиуса. — Лично я наплавался и хочу на берег.

— Я с тобой, — с готовностью отозвался Скорпиус и первым вышел на берег. А потом, к полной неожиданности Гарри, повалил того на одеяло аккуратной подсечкой, распугав уже успевших проснуться сов. — Я знаю, ты хотел разбудить меня иначе, — прошептал, наваливаясь сверху. — Спасибо, что не стал… — поблагодарил пылко и стал целовать, не давая ответить, как безумный.

Они целовались бесконечно долго — а может, это Гарри просто потерял счет времени, теряясь в ощущениях от такого напора и умелого языка во рту.

Наконец, Скорпиус отлепился от его губ, судорожно глотнув воздух ртом, и Гарри воспользовался моментом.

— Откуда знаешь? — хитро сощурился он. — Значит, врешь, что ничего не чувствуешь? — улыбнулся и проложил припухшими губами дорожку на малфоевской шее, сцеловывая попутно попадающиеся на пути капли воды.

— У нас обоих стояло, — хмыкнул Скорпиус, осторожно отводя в сторону его колено. — А учитывая, столько мы вчера трахались, утренним стояком это быть никак не могло. Значит, ты что-то делал… — он устроился между его ног и мягко толкнулся бедрами, все-таки спрашивая разрешения и предлагая отказаться, пусть даже и безмолвно.

Гарри улыбнулся — смысла оспаривать очевидное не было — и тихо простонал, когда Скорпиус слегка толкнулся вперед. И поймал себя на мысли, как сильно хочет, чтобы тот повторил незамысловатое движение, имитируя предстоящее и разжигая тем самым возбуждение не хуже изысканной ласки.

— Сделай так еще… — прошептал Гарри и обхватил Скорпиуса согнутыми в коленях ногами, закусывая губу.

Скорпиус послушно вжался в него бёдрами, жадно поцеловал и стал гладить плечи, грудь, живот и ноги. По своему обыкновению, он безошибочно находил самые чувствительные места, и Гарри то и дело вздрагивал. Скоро член уже распирало от прилившей крови, и очень хотелось, чтобы целомудренные тисканья уже перешли в более взрослую фазу, но Скорпиус всё медлил. Не желая его подгонять — уж очень хотелось, чтобы Малфой сделал всё сам, без подсказок и просьб, — Гарри жмурился и мысленно готовился кончить, едва только Скорпиус коснется его задницы. Собственно, почти так и вышло. Когда Скорпиус наконец с тихим стоном отстранился и призвал смазку, Гарри негромко выматерился и широко развел ноги, сжимая руки в кулаки.

Огромный член входил медленно, и Гарри едва не взвыл в голос от долгожданных ощущений. Внутри всё судорожно сжалось, готовясь выплеснуться чересчур быстрым оргазмом, и Скорпиус, видимо, догадавшись о его состоянии, вдруг сделал мощный толчок, резко входя до конца.

Гарри выгнуло — все внутри скрутилось тугим жгутом — и, вцепившись в малфоевские плечи, он крепко зажмурился и беззвучно закричал, подаваясь навстречу и усиливая контакт. Впрочем в этом не было необходимости — удивительный член распирал изнутри настолько правильно, именно так, как нужно, надавливая разом на все чувствительные точки, что вмиг вознес Гарри на пик удовольствия.

По-прежнему зажмурившись — ощущения обострились настолько, что Гарри казалось, открой он глаза, сразу ослепнет от нахлынувшего света — скользнул рукой по литому плечу и притянул Малфоя за шею, впиваясь в мягкие губы жадным поцелуем.

Последнее, что Гарри отчетливо помнил — живот опалило горячей струей, на долгое мгновение мир погрузился во тьму, будто и не существовал вовсе, а затем вспыхнул пестрыми точками, выворачивая наизнанку душу.

Когда он начал приходить в себя, Скорпиус уже не двигался, тяжело дыша. Его член ощущался по-прежнему твердым, и Гарри не мог с уверенностью сказать, кончил ли Малфой — если и да, то произошло это слишком глубоко, чтобы что-нибудь почувствовать. Оставалось спросить прямо, и Гарри уже открыл был для этого рот, но тут Скорпиус с умиротворенным вздохом аккуратно отстранился и скатился с него на кровать. Выражение лица у него при этом было такое, что ответ на вопрос стал очевиден.

— Что будем делать? — спросил Гарри, довольно потянувшись. — Если ты не намерен валяться здесь до самого вечера, может, поедем дальше? Вдруг нам что интересное по пути попадется, — проговорил он, вспомнив о желании Скорпиуса увидеть пещеры.

Гарри не знал, есть ли они поблизости, но попытаться все же стоило. В любом случае, даже если пещеры и не найдутся, путешествие пойдет Скорпиусу на пользу. Так — отвлекаясь на дорогу и впитывая новые впечатления — он хотя бы сможет не зациклиться на мыслях о предстоящем ужине с матерью.

Или это было нужно прежде всего ему самому?.. Хоть он и был взрослым состоявшимся человеком, и даже Героем, он все равно чувствовал себя неуютно перед этой встречей, совсем не уверенный, что придется по душе свой новообретенной «теще».

— Сначала завтрак! — весело заявил Скорппиус. — Я могу аппарировать в город за хлебом и чем-нибудь более привычным на завтрак для тебя, хочешь?

— Пожалуй, что хочу, — улыбнулся Гарри, представив свежеиспеченную булку хлеба. — И чтобы он еще теплый был, — попросил он и едва не подавился слюной в предвкушении. — И если мы съели все овощи, то купи еще и их. С мясом то, что надо будет.

Хорошо бы, конечно, еще и чем-нибудь сладким закусить — может круассаном, может, шоколадом — но наглеть Гарри уже не стал. Скажи он все это Скорпиусу, тот же не угомонится, пока не выполнит все пункты из списка. К тому же, как-то не хотелось отпускать Малфоя надолго.

— Я скоро! — Скорпиус улыбнулся, поцеловал его и скатился с кровати. Он быстро оделся, достал палочку и, сверкнув улыбкой на прощание, аппарировал.

Последовав примеру Скорпиуса, Гарри призвал одежду, влез в футболку и джинсы и снова улегся на одеяло. Перекатившись на живот и подложив руки под подбородок, от нечего делать он принялся рассматривать растущие небольшими кустиками травинки.

Он терпеть не мог ожидание, но, сейчас, ненадолго остаться в одиночестве было весьма полезно. Это было поразительно, что за такое короткое время его жизнь так кардинально изменила свое направление. Возможно, они со Скорпиусом форсировали события, стремясь жить под одной крышей — еще совсем недавно Скорпиус говорил он том, что вынужден будет разорвать отношения, если Гарри захочет обнародовать их связь. И тут на тебе — переезд…

Любой другой человек наверняка посчитал бы такие скачки чем-то ненормальным. Более того — и сам бы Гарри признал бы это таковым с любым другим человеком. Но только не с Малфоем, потому что по-другому у них не получалось. И по-другому, признаться, он уже и не представлял.

Вернулся Скорпиус с большими пакетами, из которых торчали пара багетов, пучки зелени и большая розовая палка маршмеллоу.

— Я купил мои любимые булочки с корицей, но не был уверен, как ты относишься к корице, — сообщил он. — Как, впрочем, и к изюму, крему, сыру, джему, ванили и шоколаду. Поэтому я купил их все, — он достал из одного пакета пакет поменьше и осторожно бросил его Гарри на колени. — А еще я подумал, что мы можем развести костер и сварить кофе. Я, правда, никогда его не варил сам, но рецепт уже прочел. И кофе купил!

— Ты просто прочитал мои мысли, — улыбнулся Гарри. — Очень хотелось чего-нибудь сладкого, но я уже не стал говорить, чтоб не гонять тебя лишний раз, — и с любопытством залез в пакет, балдея от неповторимого аромата сдобы. — Я все люблю, — довольно сообщил он. — Не забывай, сколько лет я сидел на диете. Мне все это теперь едва ли не нектаром амброзии кажется.

— Тогда это тоже все тебе! — радостно заявил Скорпиус и плюхнул рядом с ним весь пакет. — А у меня кабан!

Он достал из кармана найденный в озере нож, почистил его заклинаниями и занялся тушей. Разделывать мясо и класть его на тарелки он не стал, а просто вооружился багетом и стал отрезать куски, сразу отправляя их в рот.

— Ты, конечно, ешь очень заразительно, но до твоих аппетитов мне все равно далеко, — с улыбкой произнес Гарри, пододвигая на середину пакет с выпечкой. — Присоединяйся, одному мне столько теста не осилить, — сообщил он и с наслаждением надкусил булочку с корицей.

— Там не только тесто, — покачал головой Скорпиус. — Там еще масло, джемы, блинчики, колбасы и сыры. А в другом пакете — овощи и фрукты.

— В общем, не хватит кабана — лезь в пакеты, — кивнул Гарри, принимаясь за вторую булочку уже с джемом. — И спасибо за завтрак, — спохватился он, вовремя вспомнив, что так и не поблагодарил Скорпиуса за заботу.

— Не за что, — Скорпиус тепло ему улыбнулся. — Я первый раз покупал что-то не по каталогу, да ещё и не для себя, это было очень приятно прежде всего тем, что мне есть, для кого покупать булочки на завтрак.

И снова Скорпиус озвучивал такие вещи, осознание которых пришло к нему, как считал Гарри, ох как рано для его возраста. Видимо, не зря Малфой говорил, что порой чувствует себя едва ли не старше этой планеты. Мышление, да и все его поведение в корне отличалось от образа мыслей его сверстников. Да что там сверстников — стремлением к заботе, пусть и не всегда успешным, Малфой мог дать фору многим людям и постарше. И пресловутые сверхспособности были здесь ни при чем — наверняка Скорпиус, претерпев неудачу за неудачей в построении отношений, уже поставил на своей личной жизни крест, заранее смирившись пройти жизненный путь одиночкой. И сейчас, обретя отношения, он выкладывался по полной, проецируя все свое стремление о ком-то заботиться и желание любить — до недавнего времени скрытое и подсознательное — на него, Гарри.

— Не говори так, — улыбнулся Гарри. — А то я обнаглею, привыкну и буду так тебя каждое утро за булочками гонять.

Скорпиус хмыкнул и обличающе ткнул в него пальцем.

— С этого момента ты обречён! — заявил он. — Булочки будут преследовать тебя всю оставшуюся жизнь. Даже если ты решишь, что мне в ней больше нет места.

— Договорились! — рассмеялся Гарри, а затем успокоившись, произнес тихо, но отчетливо: — Я понимаю, что твои последние слова — про твое место в моей жизни — это часть шутки, но даже в шуточном контексте они мне неприятны. Прости, я мог бы и не занудствовать, но мне, правда, не нравится, когда ты так говоришь.

— Я не шучу, — спокойно и очень серьёзно сказал Скорпиус. — С этого момента я каждый день буду покупать тебе булочки. Не обещаю, правда, что именно с утра, но буду. Что же касается всего остального — извини, больше не стану. Мне тоже совсем не хочется думать о таких вероятностях.

— А худеть потом вместе со мной за компанию будешь? — улыбнулся Гарри. — Я же порой не знаю меры. А так вообще ежедневный соблазн намечается.

— Те таблетки, что дал тебе колдомедик, не дадут тебе потолстеть, — заверил его Скорпиус. — Так что ешь смело.

Он достал свой пузырек и выпил несколько таблеток, а потом снова принялся за кабана. Гарри же неспешно поглощал нежнейшую сдобу и представлял себе, как изо дня в день Скорпиус каждое утро аппарирует в одну и ту же кондитерскую, где, конечно, его очень скоро уже будут знать, и забирает оставленный специально для него пакет с булочками. Летят годы, меняется мир вокруг, кондитерские, и, возможно, люди, а пакет с булочками неизменно появляется на столе. И даже если они разойдутся каждый своей дорогой по неизвестно какой из миллиона возможных причин, верный своему обещанию Малфой будет долгие годы напоминать о себе утренней совой и вкусно пахнущими булочками.

— Давай ты пока ешь, я кофе сварю, — предложил Гарри, почувствовав сытость. — Если ни чем себя не займу, разлягусь на этом самом одеяле и никуда не двинусь аж до вечера. А у нас с тобой еще пещеры по плану, — утвердительно протянул он и потянулся за пакетом с кофе. — Или хотя бы костер разведу, — сообщил он, вспомнив, что Скорпиус сам хотел попробовать приготовить этот напиток.

— Свари кофе, пожалуйста, — попросил Скорпиус чуть смущенно. — Это будет здорово.

Гарри кивнул и чуть было не хлопнул себя ладонью по лбу. Почему он вечно думает только о себе? Наверняка Скорпиусу тоже будет очень приятно, если он, Гарри сделает что-то для него. Хотя бы даже просто сварит кофе.

Всё получилось быстро и вкусно. Скорпиус просиял, когда Гарри подал ему чашку, и отвлекся от еды, чтобы не торопясь её выпить, смакуя каждый глоток. Это было так мило, что Гарри загляделся на него, забыв о собственной чашке, а когда вспомнил, кофе уже остыл и пришлось подогревать его заклинаниями.

Мясо Скорпиус съел всё. Гарри решительно отказывался понимать, как в нем поместилось пол кабаньей туши, даже не смотря на чудо таблетки, но факт оставался фактом — Скорпиус съел всё и даже пару булочек в придачу. Видимо, таблетки заставляли желудок переваривать пищу в таком быстром темпе, что новая порция поступала в желудок уже когда тот оказывался пуст. Весь же процесс пищеварения, который у нормальных людей занимал около двух суток, у Скорпиуса заканчивался, похоже, как раз к обеду.

Покончив с завтраком, Гарри убрал заклинаниями следы их пикника и трансфигурировал обратно в листья их импровизированную постель. Как и следовало ожидать, все, что принес Скорпиус, Гарри съесть не смог — и упаковав оставшуюся еду по пакетам, вместе они направились к машине.

— Как проедем шлагбаум, я бы хотел повести машину, — проговорил Гарри, укладывая продукты в багажник. — Теперь я тебя понимаю — на это реально можно подсесть, — улыбнулся он и, бросив недолгий взгляд на их недавнюю полянку, занял место рядом с водительским, мысленно прощаясь с этим прекрасным лесом. Было даже как-то печально уезжать, но впереди их ждали новые открытия, новые приключения и бесчисленное количество совместных завтраков. И пусть без кабанов, зато с принесенными Скорпиусом ароматными и еще сохранившими жар противня булочками.

* * *

Пещеры они не нашли. Весь день прошел в неторопливой поездке по крайне живописным местам с частыми остановками в наиболее приглянувшихся точках и большим обедом в маленьком сельском пабе. За это время Гарри окончательно освоился за рулем и перестал нервничать перед предстоящим ужином. Он решил, что как будет — так будет. Одобрение Астории заслужить, конечно, хотелось, но и без него в их жизни ничего особенно не изменится. И всё же когда пришло время оставить машину и аппарировать домой, он снова вспомнил все свои опасения.

— Я так понимаю, у нас в запасе еще сорок минут, — сказал Гарри, сверившись с Темпусом. — Мы в каком ресторане ужинаем? — спросил он, заглушив мотор. — В смысле в каком виде там уместнее появиться? — и улыбнулся. Правда, получилось как-то натянуто и даже немного нервно. — Черт возьми… — облокотившись о руль, многозначительно выдохнул он, но мысль так и не продолжил, не желая лишний раз нервировать Скорпиуса.

— Лучше всего было бы надеть мантию, — осторожно сказал Скорпиус. — Ну или форму, хотя это будет немного странно, ты ведь не при исполнении. Но точно не нужно надевать джинсы.

— Значит, мантию, — кивнул Гарри. — Мне нужно к себе домой на двадцать минут. У тебя встретимся? — спросил он и запнулся. — То есть… я хотел сказать «у нас». Или если хочешь, можем вместе ко мне аппарировать. Правда, нам придется стоять под одним душем, потому что помыться порознь мы уже никак не успеем.

— Да, надо будет поскорее решить этот вопрос… — протянул Скорпиус. — Я буду ждать тебя дома, — добавил он, накладывая на машину охранные чары. — А вечером я займусь переоборудованием.

«Если тебе будет вечером до этого», — подумал Гарри, но вслух произнес: «До скорого», — и аппарировал в свою квартиру.

Сборы заняли точно двадцать минут. Застегнув верхнюю пуговицу на тугом воротничке, Гарри критически оглядел себя в зеркале. Это была его любимая мантия для выходных целей. В меру строгая, скроенная по слову последней моды, она удивительным образом подчеркивала разом все достоинства его фигуры. Похоже, сегодня в его сторону будет брошен не один заинтересованный женский взгляд — но один из них наверняка станет самым укоризненным на его памяти.

Решив не терять времени на пустые домыслы — вдруг он все же понапрасну драматизирует — Гарри шагнул в витиеватую воронку, перемещаясь сразу в малфоевскую спальню.

Скорпиус был уже одет и, кажется, занимался тем, что расширял шкаф. Он обернулся на звук аппарации и на секунду застыл с палочкой в руках.

— Удачный выбор, — прокомментировал он с едва заметной хрипотцой. — Я раньше её не видел.

— Это просто я еще всерьез не занимался соблазнением тебя, — хмыкнул Гарри и подошел к Скорпиусу вплотную, целуя в висок. — Идем?

— А теперь займешься? — Скорпиус обнял его за талию и уточнил: — Соблазнением?.. Я могу даже изобразить легкую неприступность.

— Теперь я этим буду заниматься ежедневно. И очень хотел бы начать прямо сейчас, — выдохнул Гарри на самое ухо и прикусил мягкую мочку, невольно толкнувшись бедрами Скорпиусу в пах. — Но боюсь, заставлять Асторию ждать — не самая лучшая идея, — шепнул он, однако не отстранился, а прижал Малфоя ближе — наверняка заминая складками его идеально выглаженную мантию.

Скорпиус впал в некоторый ступор, похоже, не зная, какая реакция больше подходит для «легкой неприступности», а потом мотнул головой, будто прощаясь с этой идиотской мыслью и жадно поцеловал Гарри.

— А вот теперь идем, — прошептал он пару минут спустя, неохотно отстраняясь. — Мужчинам полагается приходить первыми.

Он аппарировал их в ресторан, и идя вслед за метродотелем к уединенному столику, Гарри почувствовал, как Скорпиус незаметно наложил на его одежду какие-то чары. Украдкой глянув на себя, он с удовольствием отметил, что все складки разгладились, и теперь его мантия выглядела еще шикарнее.

— Хорошее место, — отметил Гарри, бросив взгляд по сторонам. Заведение было в меру шикарным, в меру уютным, в меру освещенным. Описывая его, Гарри бы выбрал одно слово: выдержанное. — Какое здесь твое любимое блюдо? — улыбнулся он, борясь с внезапно зародившимся желанием коснуться Скорпиуса прямо сейчас.

— Любимое блюдо — это роскошь для такого, как я, — покачал головой Скорпиус. — Но есть несколько вещей, которые я заказываю всегда. Это стейк с картофелем в сливках, лазанья с цветной капустой и синим сыром, цыпленок в винном соусе и утка на соли. Пожалуй, можно сказать, что последнее — и правда самое любимое, — он улыбнулся. — Но утки тут очень большие. Обычно их приносят порционно, но я всегда прошу целую.

— Хорошо, что порционно не предлагают кабана. Ты бы стал звездой этого заведения, — хмыкнул Гарри, вспомнив вчерашний малфоевский ужин и сегодняшний завтрак. — Кстати, если сегодня дойдем до утки, я стащу у тебя ножку.

— Договорились, — Скорпиус кивнул и тут же встал. — А вот и мама, — протянул чуть напряженно, и Гарри поспешил тоже подняться.

Гарри хотел сказать что-то ободряющее вроде «все будет хорошо», но многообещающие слова так и не сорвались с языка — Скорпиуса очень хотелось поддержать, но не обнадеживать попусту — а через несколько секунд такая возможность была упущена окончательно. Астория Малфой подошла к столику и приветливо поздоровалась с ними — однако натянутость в ее голосе от Гарри не ускользнула.

— Здравствуй, мама, — улыбнулся Скорпиус. — Ты рано сегодня. Обычно ты приходишь с опозданием на девять минут.

— Сегодня мне не терпелось, — Астория не вернула улыбку, но посмотрела на сына с теплотой. А вот когда она перевела взгляд на Гарри, там был только холод. — Добрый вечер, мистер Поттер. Если честно, я удивлена вашим присутствием.

— Добрый вечер, миссис Малфой, — кивнул Гарри, выдержав долгий пронизывающий взгляд. — Теперь пришла моя очередь удивляться, — сдержанно улыбнулся он. — Я был полностью уверен, что ваш сын поставил вас в известность о формате ужина. Надеюсь, мое присутствие ничуть не расстроит ваши планы пообщаться с ним, — закончил он, глядя Астории прямо в глаза.

Конечно, Скорпиус сообщил ей о встрече доходчиво и подробно — в этом даже сомневаться не приходилось. И понятное дело, говоря о его, Гарри, присутствии, Астория вовсе не имела в виду конкретно сегодняшний вечер.

Скорпиус нахмурился, явно озадаченный.

— Я рад, что вы знакомы, — сказал он наконец. — Что вы будете пить? Мама? — он перевел взгляд на Гарри, собираясь спросить и его, но замолк, похоже, не зная, как обратиться. — Гарри?.. — выдавил в итоге с сомнением.

Услышав, как Скорпиус назвал Гарри по имени, Астория замерла, неестественно выпрямила спину — правда куда еще больше — и вновь посмотрела на Гарри. Холодно и колко.

— Сынок, покажи мне человека в нашей стране, который бы не знал твоего начальника, — наконец, выдавила она. — Пожалуй кофе.

— Я буду чай, — сообщил Гарри. — Черный. Обычный, — он перевел взгляд на Скорпиуса и, желая поддержать его, чуть заметно кивнул и легко улыбнулся.

В полном молчании они дождались официанта, сделали заказ, а потом Астория решительно отложила меню.

— Не будем делать вид, что мы пришли сюда есть, — сказала она твердо. — По крайней мере, мы с вами, мистер Поттер. Скорпиус, я прошу тебя объяснить, что это все значит. Если именно то, как это выглядит, то это странно даже для тебя.

— Я знаю, — спокойно ответил Скорпиус. — Но на самом деле ученые считают, что гомосексуализм — это вариант нормы.

— Норма — это встречаться с девушкой, жениться и завести детей! — категорично отрезала Астория и посмотрела на него с беспокойством. — Дорогой, что с тобой случилось? Ты же говорил, что тебе нравилась та девочка в Академии… На тринадцать процентов, кажется.

— На тринадцать с половиной, — уточнил Скорпиус.

— Вот! — Астория посмотрела на Гарри и сухо сказала ему: — Если вы знаете моего сына, то понимаете, что это высокий процент!

— Вполне понимаю, — отозвался Гарри. — И я знаю вашего сына настолько хорошо, что понимаю и другое — тринадцать с половиной процентов — это не его предел.

— Допустим… — Астория посмотрела на него с некоторым интересом. — И вы хотите сказать, что действительно разобрались во всех этих цифрах?

— Нет, не во всех, — покачал головой Гарри. — Только в тех, что каким-то необъяснимым — для вас, да и для меня — образом устремились к абсолютной отметке, — и с теплотой посмотрел на Скорпиуса, задержав на нем взгляд гораздо дольше, чем того требовали правила приличия.

Астория скептически приподняла бровь, но Скорпиус подтвердил слова Гарри медленным кивком, и она спасовала.

— Я каждый раз думала, что теперь-то уж точно поняла тебя, — сказала она Скорпиусу с горечью. — Но сегодня лишний раз убедилась, что была чересчур самонадеянна.

— Ты злишься? — спросил Скорпиус тихо. — Тебе неприятно, что я такой?

— Очень давно, когда ты был еще ребенком, мы договорились с тобой говорить друг другу правду… — вздохнула она, глядя на Скорпиуса в упор. — И как во многих случаях, я не знаю, что тебе ответить. Я не знаю даже, как мне реагировать, — воскликнула она, выдав свое волнение. — Я не могу вот так сразу принять твой странный выбор, — продолжила гораздо тише. — Просто скажи мне… как так вышло? — она полностью развернулась к Скорпиусу, не обращая внимания на Гарри.

— Это единственный в мире вопрос, на который я не только не знаю ответа, но и никогда не смогу его найти, — вздохнул Скорпиус. — Но я думаю, что у нормальных людей это называется «влюбиться без памяти». Думаю, с некоторыми поправками это можно отнести и ко мне.

— Я тебя, кажется, уже просила не говорить такое, — выдохнула Астория, машинально потерев виски. — Ну а вы? — она подняла глаза на Гарри. — Вас никогда не смущало то, что он вам в сыновья годится? Неужели нельзя было направить свое либидо на кого-нибудь под стать себе? — с горечью протянула она, видимо, осознавая масштаб всей по ее мнению катастрофы.

— Я не хочу и не могу отталкивать его, — помолчав некоторое время, отрезал Гарри, так и не ответив ни на один вопрос. — Неужели вы считаете, что он заслуживает этого? Впрочем, даже если вы так и считаете, это ничего не изменит. Простите меня за такую категоричность, но вы имеете право знать — наши отношения не просто блажь. Ни для вашего сына, ни тем более — для меня.

— К тому же, инициатором отношений был я, — сказал Скорпиус, опередив желающую что-то сказать Асторию. — Пусть и косвенно.

— Ты?.. — растерянно переспросила Астория, и в этой её растерянности ясно читался вопрос: «Разве такое возможно?»

— Да, мама, я, — Скорпиус чуть смущенно улыбнулся. — Я фактически соблазнил мистера Поттера, хоть и случайно. Но если бы знал, как это делается, — сделал бы намеренно.

Видимо, этот день Астория Малфой запомнит надолго — потому именно сегодня ее единственный и такой необычный сын открылся с тех сторон, о которых она никогда и не подозревала.

— Хорошо… — сглотнув, сдавленно проговорила она. — Не могу сказать, что я тебя понимаю… Потому что, Скорпиус, подобные отношения были всегда за гранью моего восприятия. Неужели тебе мало девушек? Даже с твоим положением без права наследования титула очень многие захотели бы связать с тобой жизнь, — волнуясь, она говорила очень быстро, почти скороговоркой. — Ты же всегда все делал, руководствуясь разумом и логикой, а тут… — продолжила она и, встретившись со Скорпиусом взглядом, замолчала на полуслове. — Почему мы не могли поговорить наедине и гораздо раньше? Почему ты скрывал от меня все это время? Зачем ты мне дал повод надеяться на то, что у тебя будет все хорошо?.. — прошептала она и заморгала, силясь удержать подступившие слезы.

Гарри слушал её с ужасом, с каждым словом все больше понимая: это встреча была грандиозной ошибкой. Скорпиус очень сильно переоценил свою мать, а последствия этих злых необдуманных слов придется разгребать ему. Хотя, возможно, так наоборот лучше. Ведь скажи это всё Астория Скорпиусу наедине и гораздо раньше, тот никогда бы больше даже не посмотрел в сторону Главного аврора.

Скорпиус долго молчал, уткнувшись взглядом в чашку. Слезы, потекшие-таки по щекам Астории, успели высохнуть, когда он все-таки сказал:

— Для тебя важнее надеяться или знать, что у меня все хорошо?

Астория распахнула глаза, глотнула ртом воздух, явно намереваясь и тут же передумав что-то сказать, и взяв, наконец, себя в руки, проговорила дрожащим голосом:

— Мне очень жаль, что в твоих необыкновенных мозгах вообще смог зародиться такой вопрос… Я не знаю, где я ошиблась и что умудрилась тебе недодать… Видит, Мерлин, все эти годы я жила только тем, чтобы ты был счастлив… — она достала из сумочки платок и промокнула новые скатившиеся по щекам слезы.

— Но счастье должно быть только таким, каким видишь его ты? — Скорпиус поднял голову и посмотрел прямо ей в глаза.

— Таким, чтобы мое сердце было за тебя спокойно, — выдержав его взгляд, ответила она. — Ты никогда меня не поймешь, пока у тебя не появятся собственные дети. Хотя зачем теперь об этом говорить… — она быстро посмотрела на Гарри и снова повернулась к сыну. — Итак… итог встречи… если ты хотел меня поставить в известность, то цель будем считать достигнутой.

Скорпиус резко сжал челюсти.

— Мама, не надо, — попросил он глухо. — Я больше не робот. Никаких больше итогов и целей, процентов и критериев вероятности. И вместо выбора «как надо поступить» я теперь могу выбирать из «как я хочу». И сейчас я очень хочу, чтобы ты поняла, как мне всё это важно и поговорила наконец с Гарри хотя бы о погоде.

Астория нервно хмыкнула и замолчала, но до следующих причитаний и театральной вымученности — как боялся Гарри — дело не дошло. Вместо этого она повернула к нему голову и произнесла уставшим голосом:

— Я не знаю, сколько длятся ваши встречи, — начала она, явно избегая слово «отношения», — но в одном вопросе вы преуспели гораздо лучше меня. Наконец, он начал чувствовать себя человеком, а не механической куклой. Хоть вам это удалось…

— Еще не удалось, — покачал головой Гарри. — Вот когда мы перестанем слышать от него про пресловутую «нормальность», тогда миссия и будет выполнена, — чуть улыбнулся он.

— Не перестанем, — убежденно сказала Астория и покачала головой. — Точнее, он может перестать об этом говорить, но не перестанет думать. Но знаете… — она окинула Гарри оценивающим взглядом. — Хотя бы я теперь не одна, кто считает, что он не прав.

— Миссис Малфой, я примерно представляю, как все это выглядит в ваших глазах, — после некоторого молчания, сказал Гарри. — Но на самом деле, все иначе. И хотя я не обязан вам говорить, думаю, вы все же должны это услышать. То, что произошло между мной и вашим сыном, случается раз в жизни. Во всяком случае, в моей. И отказываться от этого в угоду вам и всему обществу я не намерен. До тех пор, пока Скорпиус счастлив со мной, я буду рядом. И этому ничто не в силах помешать. Если вы когда-то переживали любовь — в том ее безумном проявлении, когда без дорогого вам человека и вздохнуть-то полной грудью не получается — вы поймете, — закончил он и перевел взгляд на Скорпиуса, потому что это признание в принципе прозвучало для него.

Тот смотрел не мигая широко распахнутыми глазами, а взгляд почти пугал — в нем ежесекундно менялись эмоции, смешиваясь в такой коктейль, что разобрать что-то было совершенно невозможно. Почти целую долгую минуту они просто смотрели друг на друга, а потом Скорпиус протянул руку и изо всех сил сжал ладонь Гарри.

Внимательно наблюдавшая за ними Астория вздохнула, взяла меню и, положив его перед собой, безукоризненно вежливо осведомилась:

— Утром была прекрасная погода, не правда ли?

* * *

— Звонил Ивар, у него уже есть отчеты, — Скорпиус снял с головы монитор и потянулся, разминая уставшие за день сидения в кабинете мышцы. — Зовет посмотреть на них и немного прогуляться по маггловскому Лондону в информативных целях. Что скажешь? Не думаю, что в отчетах будет что-то новое, но посмотреть всё же стоит.

— Давай посмотрим, — ответил Гарри. — В информативных… надо же… Ну, пойдите прогуляйтесь, — хмыкнул он, откинувшись на спинку кресла. — Потом поделишься информацией.

Как Гарри и говорил прежде, против совместных прогулок Скорпиуса и Маккоя он ничего не имел. В любом случае, общение с кем-то другим Скорпиусу пойдет на пользу. Да и развеяться в конце рабочего дня ему тоже не помешает.

— Ты не пойдешь с нами? — спросил Скорпиус, выжидательно на него посмотрев.

— Не вижу смысла, если честно, — выдохнул Гарри. — Ивар будет весь вечер на меня коситься, и прогулка превратится из познавательной в мучительно-демонстративную. К тому же, я тебе даю прекрасный шанс немного отдохнуть от меня, — улыбнулся он.

— Не получится, — Скорпиус улыбнулся. — Ты всегда вот здесь, — он постучал себя по виску. — Послушай, если ты будешь сидеть в одиночестве и мучиться от ревности, то я лучше никуда не пойду.

— Ну что за глупости еще! — фыркнул Гарри. — Небось не изведусь. Ты же сам говорил, что ревновать не к чему. Или что-то изменилось? — с нарочитой подозрительностью протянул он и с прищуром посмотрел на Скорпиуса.

И хотя готовность Скорпиуса отказаться от прогулки с Иваром должна была прежде всего порадовать, все же было немного обидно. Неужели Малфой до сих пор не верит ему, что так сильно боится оступиться, всякий раз перестраховываясь и подкладывая себе под ноги соломку?

— Изменилось то, что я теперь знаю, что ты ревнуешь, — улыбнулся Скорпиус. — И не хочу лишний раз трепать тебе нервы. Но раз ты говоришь, что все в порядке, то я пойду. Я предупредил ресторан, что теперь заказы будут поступать от нас обоих, так что тебе не нужно меня ждать, чтобы поесть. Если мне не покажут ничего увлекательнее машин, я вернусь быстро.

— За меня не беспокойся, с голоду уж точно не умру. Хотя знаешь, мне как-то не хватает на нашей кухне плиты. Порою мне нравилось готовить самому, — вернул улыбку Гарри. — Да… и гуляй столько, сколько захочешь.

Скорпиус посмотрел на него слегка недоверчиво — видимо, успел уже выучить непростой характер главного аврора, — и твердо сказал, прежде чем аппарировать:

— Буду не позже восьми.

Гарри хмыкнул — сказал же ведь: гуляй сколько хочешь — но на часы все же взглянул. На всю прогулку Скорпиус отвел себе чуть больше двух часов. Просмотр документов Гарри даже в расчет не брал — Малфой справится с этим за считанные секунды.

На самом-то деле, было очень даже хорошо, что Скорпиус не стремился от него сбежать, но Гарри чувствовал, что ради их отношений и в угоду лично ему тот готов отказаться от личного пространства. Их как показывал его не самый богатый, но все же значительный опыт — ничем хорошим такие добровольные жертвы в итоге не заканчиваются.

Привычно окинув взглядом кабинет, Гарри встал из-за стола и аппарировал в свой новый дом. Со Скорпиусом он непременно еще поговорит на тему и свободы в выборе друзей, и свободы перемещения.

* * *

На этот раз Ивар от звука аппарации не шарахнулся, но вздрогнул.

— Привет, — улыбнулся он и выразительно огляделся. — Не верю своим глазам, тебя отпустили одного в мои сети?

— Практически подтолкнули даже, — хмыкнул Скорпиус. — Думаю, Гарри хочет, чтобы я общался не только с ним, а так как выбора особого нет, он решил потерпеть тебя.

— Забавно, — весело протянул Ивар. — Наверное, я в последнее время просто не в лучшей форме, раз во мне даже конкурента не видят, — хохотнул он. — Хотя это к лучшему. Значит, я умело усыпил бдительность противника, — он ослепительно улыбнулся. — Ладно, не воспринимай мои слова всерьез.

— Не буду, — серьезно пообещал Скорпиус и кивнул на покоящиеся на столе папки. — Есть что-то интересное?

— Тебе лучше посмотреть самому, — Ивар подал ему одну из папок. — Их выводы совсем не похожи на твои.

Скорпиус удивленно вскинул бровь и молниеносно пролистал скрепленные железными дугами страницы.

— Они ошибаются! — сказал твердо. — Это что, ученые?.. — добавил слегка презрительно. — Не удивляюсь тогда, что у нас столько несостыковок в учебниках по истории, а новых заклинаний кроме меня, похоже, никто не придумывает.

— Представь себе, — отозвался Ивар. — Разве ты не знаешь, что людям свойственно переписывать свою историю? Общеизвестный факт… И вполне возможно, такая тенденция характерна не только для нашего мира, — протянул он и замолчал. — А разве у вас мало заклинаний? — удивился он. — Есть необходимость в новых?

— Не скажу, что острая, но есть, — Скорпиус вернул ему папку. — Передай им, что все написанное — детский лепет!

— Не думаю, что это возможно. Тогда они потребуют доказательной базы — и мне придется показать им тебя, — покачал головой Ивар. — А потом они тебя выкрадут с целью изучения и экспериментов, — добавил он. — И сейчас это не шутка.

— Ты правда думаешь, что меня можно выкрасть? — изумился Скорпиус. — Я не уверен, что это смогут сделать другие маги, если только не оглушат из-за угла Ступефаем, но магглы… Ну допустим, они меня тоже чем-то оглушат или усыпят и даже свяжут для надежности. Но что они будут делать, когда я очнусь и смогу аппарировать?

— Очень много вариантов… — сдавленно проговорил Ивар, отводя глаза в сторону. — Тебя могут накачать препаратами — ты и языком не пошевелишь. А потом применят гипноз — ты толком и понять не сможешь, где находишься, — вздохнул он и закрыл лицо руками. — Черт возьми… до сих пор не могу забыть то, что увидел в метро… тебя у той чертовой колонны, — он улыбнулся слегка виновато. — А тут ты еще со своим «свяжут для надежности»… Нет, — словно очнувшись от морока, качнул головой, — в таких условиях работать точно нельзя!

Скорпиус с интересом на него посмотрел и вдруг хмыкнул.

— Вы с Гарри очень похожи, — сказал неожиданно. — Всё время думаете о сексе. Я, правда, тоже, но как бы среди прочего. А вы думаете только о нем.

— Правда? — с усмешкой протянул Ивар. — В таком случае я снова ошибся — флиртовать стоило именно с ним… — задумчиво проговорил он. — Так… чтоб в следующий раз взял мистера Поттера с собой, — улыбнулся и весело взглянул на Скорпиуса.

Тот нахмурился.

— Я понимаю, что это шутка, — сказал довольно холодно, — но она несколько неуместна. По-крайней мере, мне не слишком смешно.

— Прости, — ответил Ивар. — Совсем не хотел тебя нервировать. И чтобы ты не волновался, что в каждой шутке есть доля шутки, скажу сразу: никто на твоего Поттера посягать не будет. Не хмурься, — мягко добавил он.

— Видишь ли, я не настолько уверен в себе, что решительно отмести все те варианты, когда Гарри бросает меня в поисках кого-то более понятного, веселого и думающего только о сексе или хотя бы просто о чем-нибудь одном, — чуть смущенно пояснил Скорпиус. — Это, пожалуй, самый большой мой страх.

— Послушай… если бы ему нужен был кто-то более понятный, он бы и искал себе кого-то более понятного. Поттер не похож на человека, который польстится исключительно на смазливую мордашку. Нет, конечно, повестись на внешность может каждый, но, скорее всего, ваш второй секс был бы уже прощальным. А значит, то, что его в тебе привлекает — это сам ты, — с уверенностью произнес Ивар. — И вообще, это Поттер бояться должен, что ты его бросишь, а не наоборот.

— Забавно, что ты так думаешь, — улыбнулся Скорпиус. — Но вернемся к нашим делам. Это всё, что смогли выжать из себя ваши эксперты? — он кивнул на папку. — Или есть ещё что-нибудь?

— Нет, увы, это все, — сообщил Ивар и присев на край стола, посмотрел на Скорпиуса долго и внимательно: — И ничего забавного, — заключил он и отвел взгляд в сторону. — Значит так! Твоему вниманию предлагаются следующие экскурсионные маршруты: исторически-достопримечательные, парково-пешеходные или увеселительно-развлекательные. Правда, для последнего лучше выбираться чуть позже — в пабах и клубах еще делать нечего.

— Я обещал вернуться к восьми, — покачал головой Скорпиус. — А алкоголь пить мне нельзя. Или под «увеселительно-развлекательные» имелось в виду что-то другое? Вот что, давай ты просто покажешь мне всё самое интересное с твоей точки зрения, ммм? Неважно, что — станция метро это, здание, парк или даже просто любимая скамейка. Я хочу увидеть ваш мир твоими глазами.

— Тогда пабы в принципе исключаются, — решил Ивар. — Под «увеселительно-развлекательным» имелся в виду еще и ночной клуб, но он тоже отметается — в восемь часов ни один еще не работает, — пояснил он. — Значит, раз у нас в запасе только два часа, остается прогулка по набережной с посещением тихой кофейни во французском стиле с невероятно вкусными булочками с корицей.

— Ивар… — Скорпиус покачал головой и взял его за руку. — А умею аппарировать, — напомнил, заглядывая в глаза. — Представь то место, где мы можем сейчас очутиться и расслабься. Я попробую проникнуть в твою голову и посмотреть на картинку, а потом аппарирую.

— Погоди секунду, кабинет закрыть надо, — ответил Ивар и отстранился, осторожно вынув руку из ладони Скорпиуса. Заперев дверь, он щелкнул выключателем и подошел к Скорпиусу, легонько ухватив его пальцами за кисть, невольно задержав дыхание. — Значит, расслабиться и представить место, где мы сейчас можем очутиться… — повторил он и вздрогнул, когда Скорпиус крепче сжал его ладонь.

Наверное, глухо произнесенные слова прозвучали для самого Ивара настолько двояко, что вопреки попыткам сосредоточить свои мысли на ведущей к реке пустынной аллее, первое, что он увидел — это был Скорпиус — нависающий над ним и совершенно обнаженный. Наклоняющийся к нему, жадно целующий и входящий в него короткими уверенными толчками…

То ли от близости Скорпиуса — его запаха и исходящего тепла — то ли сжимающей руки ощущения стали почти реальными, и, не сдержавшись, Ивар пошатнулся, тихо простонал и, испуганно взглянув во внимательные глаза, прошептал торопливо:

— Прости… это случайно вышло…

Скорпиус покачал головой и провел по стремительно розовеющему лицу рукой.

— Почему, когда речь заходит о сексе, все так хотят, чтобы я их трахнул? — спросил он страдальчески. — И если с женщинами это хотя бы отчасти понятно, то вы с Гарри меня удивляете. Ведь есть столько вариантов!

Ивар широко распахнул глаза и, кашлянув, растерянно спросил:

— А что тебя не устраивает в подобном положении вещей? И мне неясно, почему ты говоришь об этом так, словно обязан проходить какую-то повинность…

— До недавнего времени это и было повинностью, — вздохнул Скорпиус. — Трудно трахать кого-то, когда совсем не хочешь это делать.

— Да уж, не поспоришь, — усмехнулся Ивар, но затем продолжил вполне серьезно: — Вот только ты не совсем на тот вопрос ответил. Конечно, ты можешь и не отвечать вовсе, это твое право, но коль наш разговор повернул в такое русло… Мне показалось, или ты считаешь для себя трахнуть мужчину чем-то… как бы правильно подобрать слово… чем-то не совсем правильным? Но при этом вполне одобряешь свою позицию снизу? Так что ли?

— Нет, — Скорпиус хмыкнул и отпустил его руку — ведь аппарировать они пока, похоже, не собирались, так и стояли лицом к лицу в темноте. — Я сомневаюсь, что если мне когда-нибудь вдруг захочется трахнуться с другим мужчиной, кроме Гарри, я захочу сделать это снизу. Но давай уточним, мы говорим о сексе вообще или о сексе с ним, потому что это два совершенно разных понятия для меня.

Несмотря на то, что фраза кому-то могла показаться абсурдной, Ивар явно понял то, что хотел сказать Скорпиус.

— Я не любитель залезать конкретно в чью-то постель, — чуть смущенно проговорил он. — Но, наверное, сделаю исключение, — с улыбкой сообщил он, правильно рассудив, что Скорпиусу нужен этот разговор. — Рассказывай, что там у вас. Точнее, судя по всему — у тебя.

— Есть такой врач, колдопсихолог, — сообщил Скорпиус со вздохом. — Мне кажется, он должен быть похож на тебя сейчас. Поэтому скажу как врачу: у меня всё очень сложно. А Гарри со мной — ещё сложней. Но вот в подробности я вдаваться не хочу, ведь это касается в первую очередь его. О себе бы рассказал, а так… — он покачал головой. — Скажу только, что да, я действительно считаю правильным распределение ролей, когда я снизу. Независимо от своих желаний.

— И, похоже, независимо и от его желаний, — поделился выводом Ивар. — Ты действительно считаешь это правильным? — спросил он. — Давай попробуем абстрагироваться от личностей и поговорим как-будто обобщенно? Не замыкайся, думаю, я не ошибаюсь, что тебе хотелось бы поговорить на эту тему.

— Вот как раз от личности абстрагироваться никак не получится, — фыркнул Скорпиус. — От личности всё и идет. Я не знаю, каким ты его видишь, но для меня Гарри Поттер всегда был символом. В нашем мире он Герой, Икона и Власть. Я с детства знал, что буду работать под его началом и всегда робел перед этим знанием, — Скорпиус помолчал немного и добавил слегка удивленно: — Знаешь, теперь я думаю, что сексуальное желание — это лишь закономерное следствие всего того, что я к нему испытывал. И испытываю сейчас, хотя теперь я вижу в нем больше человека, чем Икону.

Все-таки как вовремя Ивар выключил свет! Потому что справиться с собственным лицом у него не получилось бы даже под страхом смертной казни.

— Боже… Я видел, что ты воспринимаешь его будто идола, но Скорпиус… — запнулся он, боясь перегнуть палку. — Каким я его вижу, сейчас не так важно. Не забывай, у меня к нему несколько предвзятое отношение. Но сейчас я испытал к твоему Поттеру нечто похожее на сочувствие. Насколько я успел заметить, он совершенно не кичится своим супергеройским статусом, а это значит, то, что слепое идолопоклонство ему не нужно. И я прав… он видит в тебе тот же огромный потенциал, что вижу и я. Потому, наверное, набравшись терпения, закрывает на многое глаза — полагаясь на время и, конечно, на тебя самого. Но на твоем бы месте, — продолжил Ивар, тяжело вздохнув, — я бы приложил массу усилий, чтобы снять Поттера с пьедестала как символ и поставить его рядом с собой как любимого человека.

— Я стараюсь, — Скорпиус опустил голову, как делал это всегда, когда чувствовал вину. — И у меня уже даже немножко получается. Но, боюсь, он даже не предполагает, какая между нами пропасть у меня в голове.

— Я не могу утверждать, но все-таки мне кажется, что ты ошибаешься, — возразил Ивар. — Во всяком случае, он должен догадываться. А может, он специально гонит от себя такие мысли и намеренно делает вид, что ничего не понимает. И не потому что жалеет или не хочет давить на тебя. Потому боится услышать то, что услышал я. И это, правда, Скорпиус, страшно… Получается, ты испытываешь чувства не к нему, а к проекции в своей голове — удачно и органично наслоив ее на живого Поттера. Давай сыграем в игру, — предложил Ивар. — Я буду задавать вопросы, а ты должен на них дать точный ответ. Проговаривать ответ вслух необязательно.

— Почему мне кажется, что эта игра мне не понравится, даже учитывая, что я ни с кем никогда не играл?.. — пробормотал Скорпиус и, ища опору, присел на маккоевский стол. — Давай, — решился он. — Я буду отвечать вслух, но только не требуй от меня говорить «первое, что придет в голову».

— Первое, что придет в голову? — удивленно переспросил Ивар. — Нет, тут совсем другой принцип. Итак, раз ты готов, начинаем. Речь пойдет о твоем начальнике. Не любовнике, а именно начальнике. Ты говорил, что он считается в вашем мире героем. Назови мне его самый значимый подвиг.

— Закончил Вторую магическую войну, предотвратив грядущее истребление магглов как вида, — быстро ответил Скорпиус и с некоторой насмешкой посмотрел на вытянувшееся лицо Ивара.

Приведя свои мысли в порядок, Ивар продолжил, но уже с гораздо меньшей уверенностью в эффективности своей затеи:

— Ладно, пусть так. Да-а, что ни говори, Поттер — герой, — согласился он. — Но у каждого героя должны быть ошибки, за которые он себя корит. Об этом нигде не прочитаешь. Знаешь ли ты, что гложет его?

Скорпиус прищурился и вместо ответа спросил:

— У магглов были войны? Уверен, что да. Думаю, самое главное, что может гложить на войне — это смерть. Я знаю, в жизни Гарри их было не мало. Но знаю также, что ни в одной из них он не виноват. И только благодаря ему их не стало в сотни, в тысячи раз больше, — Скорпиус помолчал, давая Ивару время переварить услышанное, а потом тихо закончил: — В семнадцать лет он пожертвовал собой, чтобы спасти всех вас и половину наших. Он остался жив лишь благодаря случайности.

Чуть поразмыслив над услышанным, Ивар хотел было что-то сострить, мол, он теперь и сам начнет проповедовать культ личности Поттера, но вовремя прикусил себе язык. В конце концов, не для этого Скорпиус перед ним распинается.

— Ты говоришь очень правильные речи. Но это звучало так, словно ты готовишь текст для предвыборной кампании. Патетично и обезличено совсем. Но тем не менее ты говорил так вдохновенно, что даже я готов был встать и зааплодировать, — ответил Ивар. — А теперь вопрос о Гарри-любовнике… Ты знаешь, о чем он мечтает?

На этот раз Скорпиус ответил не так быстро.

— Я думаю, о том же, о чем и все люди, даже я, — ответил наконец. — Быть счастливым. Любимым.

— Да уж ясное дело, что не несчастным и ненавидимым всеми, — хмыкнул Ивар. — Но снова слишком размыто. А все потому, что ты всего лишь предполагаешь… В то время, как должен знать наверняка, — продолжил он. — Почему ты не спросил его? Неужели тебя это никогда не интересовало?

— Ивар, ты, похоже, так ничего про меня и не понял, — Скорпиус посмотрел прямо на него, и в тусклом свете, пробивающимся сквозь зашторенные окна, его глаза тускло блеснули. — Я много раз говорил, что не нужно относиться ко мне как к нормальному человеку, и это вовсе не присказка. Я понятия не имею, как ведут себя обычные люди, что спрашивают, а что нет, как поступают в тех или иных ситуациях и чего хотят. Я, как правило, не знаю даже, чего хочу я сам.

— Не надоело прятаться за ширмой? — протянул Ивар, сильно прищурившись и пытаясь разглядеть в полутьме малфоевское лицо. — Ты ведь знал, чего хочешь, когда изучал его биографию! И наверняка в личное дело влез… Изучал ведь? Конечно! — воскликнул Ивар. — Как можно обойти стороной информацию о кумире, да еще и такую достоверную! — он замолчал, а затем снова продолжил: — Согласись, как криво получается. Ты готов отдать за него жизнь, но ничего — простого, человеческого — о нем знаешь. Я уверен, ты даже не знаешь его любимую позу в сексе. А если он вдруг тебе и рассказал о своих желаниях, ты, должно быть, отмахнулся, мол, это не для меня, я не готов. Я не такой, как все! Нет, Скорпиус, все проще, — он покачал головой, — просто его желания не вписались в нарисованную в твоем воображении картину, которую ты так любовно лелеешь.

Ещё на середине пылкой речи Скорпиус опустил голову и весь сгорбился, но Ивар так разошелся, что заметил это только договорив. Некоторое время он смотрел на белеющую в темноте макушку, а потом с ужасом заметил, что у Малфоя затряслись плечи.

Скорпиус резко встал, подошел к окну, отдергивая штору, и встал почти вплотную к стеклу, то ли пряча лицо, то ли не желая больше смотреть на Ивара.

— Он знает, что я сделаю всё, что он скажет, — прошептал он сдавленно. — И поэтому не говорит. Он просит другого. Но я действительно… — тут его голос задрожал, и Скорпиус умолк, обхватив себя за плечи.

— Ох, блядь, — процедил сквозь зубы Ивар и, подскочив со стола, ринулся к окну. — Скорпиус, эй, ну ты чего! — воскликнул он.

Скорпиус никак не отреагировал, и Ивар, отбросив все сомнения, подошел ближе и, мягко обнял его за дрожащие плечи.

— Прости меня, — тихо попросил он. — Я идиот. Я даже пойму, если ты сейчас развернешься и врежешь не как следует. Я это заслужил. Тоже эксперт нашелся, — с горечью хмыкнул он. — Тише… тише, — успокаивающе прошептал он и робко погладил Скорпиуса по плечу.

— Я не отмахиваюсь от его желаний, — едва слышно сказал Скорпиус, перестав вздрагивать. — Я просто не могу выполнить самые главные из них. Физически не могу, понимаешь? Не не знаю, как, не притворяюсь и не не хочу. Я просто не могу! — его голос набрал силу и зазвенел от отчаяния.

— Не понимаю, честно. Очень хотел бы, но не могу, — покачал головой Ивар. — Черт… успокойся только, пожалуйста. Зачем я только завел этот разговор! — вздохнул он и прижал Скорпиуса сильнее. — Со временем все у тебя получится. Перерастешь немного комплекс обожателя, и все станет как надо. Даже не сомневайся.

И тут Скорпиус рассмеялся — немного истерично и очень тихо.

— Ты никак не можешь этого понять, да? — спросил он, развернувшись в Ивару. — А Гарри, между прочим, смог. Я не человек, Ивар. Я робот. Машина, понимаешь? Пусть и биологическая. Я не думаю и не чувствую, а анализирую информацию и выбираю наиболее правильное решение. Так понятнее?

— А истерить сейчас — это выбранное правильное решение? — улыбнулся Ивар. — Хреновую в тебя тогда программу заложили, терминатор.

Скорпиус фыркнул.

— Глупый маггл, — протянул беззлобно и совершенно не обидно.

Ивар рассмеялся и отпустил, наконец, его плечи.

— Чай будешь? — спросил он, все еще улыбаясь. — Или все-таки махнем в кофейню? Правда, прогулка откладывается до лучших времен, — сообщил Ивар, взглянув на часы.

— Ну уж нет! — Скорпиус поймал его за руку и дернул на себя так, чтобы заглянуть в глаза, но не рассчитал, что Ивар совсем не станет сопротивляться, и поэтому окажется совсем близко. — Давай, подумай наконец о чем-нибудь приличном, — попросил серьёзно, вглядываясь ему в глаза.

Ивар невольно закрыл глаза и затаил дыхание — давно желанная близость оказалась настолько дурманящей, что так и толкала его, с трудом сопротивляющегося собственным порывам, положить свободную руку Скорпиусу на талию и прижать его к себе крепко-крепко… От последнего и вполне возможно непоправимого шага отделяло лишь слабое понимание, что все происходящее не реальнее миража. Самообман… Иллюзия.

Однако тело среагировало иначе. До объятий дело так и не дошло — зато в следующий миг Ивар уже с отчаянием целовал эти самые желанные губы.

Скорпиус не ответил. Совсем. Но и не оттолкнул. Он просто стоял и позволял себя целовать, но Ивару казалось, будто вот-вот, еще немножко, и его губы дрогнут, приоткроются, пуская внутрь, пусть даже едва заметно — он всё равно почувствует, поймет, поверит…

Понадобилось не так уж много времени, чтобы понять — его надежды были всё так же призрачны, как и раньше, а не оттолкнули его только из вежливости. Губы Скорпиуса распухли, стали горячими и скользкими, но так и остались безучастными. Чувствуя, что еще немного, и накатившее разочарование перерастет в унижение, он поспешно отстранился.

И тут же отвернулся.

— Только ничего не говори… Просить тебя забыть бесполезно, поэтому просто никогда не упоминай в разговорах то, что сейчас было, — глухо выдавил Ивар. — Я прошу прощения за свою несдержанность. Это больше не повторится. А сейчас иди домой, пожалуйста.

Он был готов услышать уже почти привычный хлопок за спиной, но вместо этого услышал абсолютно спокойное:

— Я не сержусь. И сбегать не собираюсь, особенно в таком зацелованном виде, — Скорпиус хмыкнул так, будто действительно ничего не случилось. — Лучше давай всё-таки погуляем, я всё же хочу получить хотя бы капельку новой информации, помимо химического состава твоей слюны.

Он говорил спокойно и доброжелательно, и пошутил в конце так естественно, что горький комок в горле слегка подтаял.

— Хорошо, — найдя в себе силы обернуться, произнес Ивар. — Может, проедем на машине? Или рискнем и предпримем третью попытку аппарировать? — и улыбнулся вымученно.

— Нет, на машине я по вашему городу больше не ездок, — покачал головой Скорпиус и внимательно на него посмотрел. — Если хочешь, я уйду, — сказал уже серьёзно. — Но я действительно, как ни странно, тебя сейчас понимаю и нисколечки не осуждаю. Даже чувствую себя слегка виноватым.

Ивар резко развернулся к нему всем телом и, будто не поверив услышанному, уставился на Скорпиуса сначала полным удивления, а затем значительно посветлевшим взглядом.

— И правильно делаешь, — продолжил уже в привычно веселой манере. — Нечего было передо мной в красных трусах щеголять. Что думал, не аукнется тебе тот стриптиз? — усмехнулся он и протянул Скорпиусу руку. — Попробую не затащить нас мысленно в постель, — с улыбкой пообещал он и посмотрел на него в упор.

— Да уж постарайся, сделай милость! — фыркнул Скорпиус и вытащил палочку. — Легилименс!

* * *

Скорпиус вернулся точно вовремя. До кофейни они с Иваром так и не дошли, зато нагулялись у воды вдоволь. Аппарировав заметно повеселевшего и расслабившегося Ивара домой, Скорпиус торопливо с ним попрощался и переместился на собственную кухню, ожидая найти Гарри именно там и присоединиться к ужину.

Ужин стоял на столе — явно нетронутый и рассчитанный на них двоих, но Гарри не было и в помине. Поднявшись в спальню — гостиная тоже оказалась пуста — Скорпиус замер на пороге и тихонько вошел в комнату — устав после работы или же просто скучая в ожидании его возвращения, Гарри уснул и теперь сладко сопел, положив голову на одну подушку и обнимая двумя руками другую.

На принятие решения потребовалось меньше секунды, и в десятки раз больше — чтобы достать палочку. Легкое снотворное заклинание заставило Поттера расслабиться еще больше и задышать глубоко и ровно. Неслышно подойдя к кровати, Скорпиус аккуратно перевернул его на спину, коснулся губами губ и снова взмахнул палочкой, освобождая от одежды. Помедлив всего мгновение, он провел рукой по расслабленному животу и обхватил ладонью пока что мягкий член. Погладил его, помял в руке и решительно залез на кровать с ногами прямо в одежде.

А в следующее мгновение член уже толчками вставал у него во рту.

* * *

Сначала сон был беспокойным. Мучимый тщательно гасимой ревностью, голодом и внезапно разыгравшейся головной болью, Гарри задремал, погрузившись в пучину неясных сновидений. Там он то ли искал Скорпиуса, то ли спасал, то ли просто гнался за ним по пустыням и вымершим городам, заселенным теперь металлическими насекомыми. Он успел устать от этой выматывающей гонки, когда внезапно все изменилось. Скорпиус, такой несягаемый до этого, оказался вдруг совсем рядом, но… не один. Он смеялся, обнимая голого по пояс Ивара за талию и вызывающе смотрел на Гарри. Сжав кулаки, Гарри двинулся к нему, но тут Скорпиус сам оттолкнул Маккоя и, протянув руку, бесстыдно погладил Гарри по ширинке. Гарри рванул его на себя, грубо целуя, облапил ягодицы и бросил победный взгляд на Ивара, но того рядом уже не оказалось. Они со Скорпиусом были одни, и жадная ласковая рука уже пробралась к нему в брюки, лаская как-то особенно приятно. Гарри простонал и откинул голову, доверяясь это восхитительно-умелой руке, которая вдруг почему-то стала влажной и горячей, и от того ещё более прекрасной.

Сейчас Скорпиус был другим — совсем не таким, как обычно. И это возбуждало — да уж греха таить! — заводило на полную катушку. Такого Скорпиуса — дерзкого и настойчивого — хотелось подмять под себя, покорить, обуздать… но Гарри не мог. Какие-то невидимые силки стягивали его, не давая возможности пошевелиться, а сознание и вовсе плыло под натиском столь непривычного напора. Коротко рыкнув, Гарри закинул голову назад, отдаваясь во власть вышибающих из реальности ощущений и скрипнув зубами от сладкого бессилия, сдался во власть до небывалой прежде остроты умелых ласк.

В какой-то момент неправильный, нереальный Скорпиус исчез, но осталось ощущение — знакомое, острое, чересчур настоящее даже для самого реалистичного сна. С трудом разлепив спекшиеся губы, Гарри хрипло застонал, чувствуя, как внутри все сжимается в ожидании подкатывающей волны оргазма, и с трудом распахнул свинцовые веки.

Скорпиус смотрел на него во все глаза, но ни на секунды не прекращал ритмично и как всегда технически совершенно сосать член. Его язык, губы и глотка слаженно работали, задевая каждый мало-мальски чувствительный нерв, и уже через мгновение Гарри был вынужден отвести взгляд и запрокинуть голову, вытягиваясь на подушках с громким стоном, кончая глубоко Скорпиусу в рот.

Переведя дыхание и инстинктивно толкнувшись напоследок в жаркий — и да! — самый прекрасный на свете рот, Гарри закрыл глаза и улыбнулся:

— Одно из двух… либо я впал в кому — и это мои глюки… либо ты только что как раз и вытащил меня из нее… что это было?.. — спросил он, вспоминая пережитые ощущения. А вспомнить действительно было что — еще никогда Гарри не просыпался, будучи на пороге оргазма. И это было настолько необычно, где-то на грани сна и реальности, что Гарри даже затруднялся словами выразить то, что Скорпиус заставил его прочувствовать. В мозгу билось одно слово — остро…

… и мало — будто основную часть удовольствия он безвозвратно упустил.

— Это была месть, — Скорпиус хищно прищурился и вытер губы тыльной стороной ладони. — И попытка понять, почему это так нравится тебе.

— Ну и как… удалось? — хмыкнул Гарри и разлепил все еще тяжелые после сна веки.

— Последнее — однозначно, — кивнул Скорпиус и, дотянувшись до палочки, снял с него чары. — А про первое ты мне скажи, — он улыбнулся, ложась рядом. — Тебе что-то снилось, как мне показалось? Если да, то это уже провал. Мне сны не снятся — мозг просто выключается на время сна и включается во время оргазма.

— Ох, — простонал Гарри, припоминая свои грезы. — Тебе, наверное, лучше не знать… Черт, вот ведь никогда же не страдал вуайеризмом, — со смешком выдохнул он. — Но одно скажу — там ты был совсем другой.

— Вуайеризм? — переспросил Скорпиус. — Там был кто-то ещё? — он подозрительно прищурился. — Патрик?

— Не скажу, — с улыбкой протянул Гарри, искренне забавляясь малфоевским предположением. Хотя стоит отдать должное — вполне логичным. — Ты такой забавный, когда ревнуешь, — сообщил он, затем приподнялся на локте и, хитро взглянув на Скорпиуса, притянул его за руку, намереваясь поцеловать.

Скорпиус позволил себя поцеловать и потерся пахом о простыню, но выглядел он при этом насупленным.

— Что он делал? — спросил он резко. — Просто смотрел? Или что-то ещё? Откуда он вообще там взялся?

— Сказал же, что не скажу, — выдохнул Гарри на самое ухо, затем прикусил мягкую мочку и, пройдясь языком по чувствительным точкам, уложил Скорпиуса на спину. Глядя ему прямо в глаза, Гарри положил ладонь на пульсирующий под ширинкой брюк член, с благоговением огладив его сквозь слой одежды. Нет, похоже, ни к этому замечательному члену, ни к его хозяину он никогда не останется равнодушным! — У тебя снова эта морщинка… на переносице, — вновь улыбнулся Гарри и, справившись с пуговицей, потянул за язычок молнии. — Она всегда появляется, когда ты дуешься, — сказал он и, лихо стянув со Скорпиуса брюки вместе с трусами, улегся рядом и, продолжая любоваться представшим зрелищем, снял пальцами с блестящей головки новую каплю смазки.

— Шестьдесят восемь процентов за то, что ты тоже дулся бы на моём месте и тридцать один — что злился бы! — парировал Скорпиус. — Ты скучаешь по нему? — спросил напряженно.

— Нет, — прошептал Гарри и наклонился к его животу, очертив языком по контуру пупок. — И вспоминаю я о нем только тогда, когда ты сам заводишь разговор, — признался он, решив не действовать Скорпиусу на нервы. — Никакого невоспитанного Патрика в моих снах до сегодняшнего дня не было. Да и вряд ли появится, — он подул на влажную от слюны кожу, прошелся губами по появившимся мурашкам и одновременно двинул рукой по горячему и такому твердому члену, разрываясь между желанием взять его в рот или усесться на Скорпиуса сверху и направить его в себя.

— Тогда кто?.. — сдавленным шепотом спросил Скорпиус. — Пожалуйста, скажи! — взмолился он. — У меня есть несколько предположений, но самый возможный вариант: Ивар. Ты ревновал меня? — наконец догадался он. — И поэтому тебе приснился Ивар?

— Что еще за паника такая? — удивленно протянул Гарри и заглянул Скорпиусу в глаза. — Ну приснился и черт с ним… мало ли кто приснится может, — выдохнул он и все еще съедаемый противоречиями, переместился ниже. Не теряя больше ни секунды на разговоры, с нажимом облизал влажную головку, почувствовал на языке терпкий вкус новой капли смазки и насадился ртом настолько, насколько мог. Несколько раз двинул головой, обильно увлажнив малфоевский член слюной, и отстранился…

И все-таки — почувствовать его внутри.

Определившись, наконец, в своих желаниях, Гарри перехватил дрогнувший и, казалось, еще сильнее набухший кровью член у основания и одним движением оказался над Скорпиусом, оседлав его бедра. Сплюнув на пальцы и поспешно смазав слюной свой вход, чуть приподнялся на коленях и, приставив к анусу скользкую головку, начал плавно опускаться, одной рукой помогая направлять в себя длиннющий член, а другой — сжимая свой собственный.

Кажется, Скорпиус забыл о своих терзаниях в ту же секунду — взгляд его мгновенно расфокусировался, а изо рта вырвалось многозначительное:

— О-о-о!

Видимо, к такому повороту он был совсем не готов, но Гарри сейчас это волновало мало. Уверенный, что Малфой найдет, чем занять свой гениальный мозг и беспомощно защарившие по простыне руки, он начал плавно двигаться, стараясь разместить его член в себе. В этой позе член казался ещё больше и давил на пока ещё не разогревшуюся простату со всей силой. Сейчас это было даже слегка неприятно, но Гарри знал, что минута-другая, и лучше этого не будет уже ничего на свете. Так и случилось — стоило его члену окрепнуть снова, как внутри сразу стало свободно, расслабленно, и ничего уже не стоило расслабить колени и опуститься на член Скорпиуса до конца.

И, снова разрываясь между двумя желаниями, — вознести хвалебную оду создателю и одновременно выругаться сквозь сжатые зубы — Гарри процедил нечто невразумительное и, запрокинув голову назад, начал двигаться сразу мелко и часто, вцепившись пальцами Скорпиусу в бедро. Выпустив из ладони свой уже влажный и скользкий член и концентрируясь на члене Скорпиуса внутри себя — разбрасываться столь чудесными ощущениями, отвлекаясь на дрочку, было сродни преступлению — Гарри то и дело сжимал задницу, в разы усиливая давление на всевозможные центры удовольствия — вырывая обоюдные вздохи и заставляя Скорпиуса выгибаться на простыне дугой, а себя беспомощно поджимать пальцы на ногах.

Некоторое время он наслаждался ощущениями, почти не обращая внимания на то, что Скорпиус пытается ему помогать, вскидывая бедра, и совсем не ожидал резкого рывка за шею. Скорпиус притянул его к себе, перекатился сверху, вжимая в простыни, и подмял под себя. Глаза у него при этом были совершенно безумные, и Гарри мог дать руку на отсечение, что на этот раз никакого расчета не было и в помине, равно как и терзаний о том, что можно, а чего нельзя. Сейчас Скорпиус по-животному хотел трахаться и инстинктивно последовал своему желанию, ожесточенно вбивая Гарри в матрац.

С таким остервенением еще никто никогда Гарри не трахал. Скорпиус имел его просто, по-первобытному, позволяя древнейшим инстинктам, словно демонам, взять над собой верх. А тело Гарри, зеркально повинуясь тем же законам, отзывалось на каждый толчок желанием принять еще глубже и взять еще больше…

Теперь уже Гарри беспомощно шарил по простыне руками, хаотично из стороны в сторону мотал головой и хватал ртом воздух. Беззвучно стонал, замирал, притягивал к себе согнутые в коленях ноги, разводя их шире и раскрываясь для Скорпиуса еще сильнее. И, чтобы не кричать в голос, задерживал дыхание, не замечая, как порой до крови закусывает губу.

Когда Скорпиус зарычал, дыханье перехватило. Никогда ещё Гарри не слышал такого по-настоящему животного звука, идущего из такой глубины, о существовании которой не подозревал, наверное, и сам Малфой. Сексуально, дико, страшно, голодно. Всё его существо ответило на этот призыв, но вместо рыка из горла вырвался короткий крик, а из члена — сперма. Не понимая, что делает, слепо подчиняясь непонятным инстинктам, Гарри обхватил Скорпиуса за шею и впился зубами ему в плечо. Скорпиус взревел, схватил рукой за горло, отрывая от себя, впился в губы поцелуем, таким же злым, как ответный укус, и мощно кончил глубоко внутри, так что от сокращений пронизывающего Гарри члена внутри всё трепыхалось.

Гарри лежал, распластанный на простынях, впечатанный в матрас малфоевским весом, когда в глазах начало мало-мальски проясняться. Скорпиус лежал на нем, вдавливая рвано вздымающуюся грудную клетку в его ребра и подстроив его дыхание под свой ритм.

Похоже, что Гарри приходил в себя довольно долго, потому что член — хоть и находящийся все еще внутри него — уже успел обмякнуть и больше не давил на чувствительные и временами все еще пульсирующие стенки. Даже зная, что еще поплатится букетом не самый приятных ощущений, Гарри и не заикнулся о том, чтобы Скорпиус вышел из него — наоборот, он прижал его к себе крепче, чтоб у того просто не было такой возможности. Ощущать на себе Скорпиуса хотелось до щемящего чувства где-то глубоко внутри, и отказывать себе Гарри не собирался.

— Я не сделал тебе больно? — натужным шепотом поинтересовался Скорпиус заранее виновато. — Я не знаю, что на меня нашло…

— О, ты вернулся, — пошутил Гарри и изловчившись, поцеловал легонько Скорпиуса в укушенное плечо. — Почаще бы на тебя так находило… — шепнул в ответ уже на полном серьезе и погладил его по влажной спине, убирая ладонью не скатившиеся капельки пота.

Скорпиус улыбнулся и больше не задавал вопросов, и почему-то Гарри казалось, что на этот раз он действительно понял всё правильно.

Глава 11

Скорпиус лежал на диване и общался одновременно с «АйДжампом» и телефоном, когда последний зазвонил. Поспешно отведя трубку в сторону от зарябившего экрана, Скорпиус бросил удивленный взгляд на Гарри и нажал кнопку «ответить».

Ивар не звонил уже больше недели, и звонок в пятницу вечером не предвещал ничего хорошего.

В гостиной было очень тихо, а Гарри сидел так близко, что спешно выкрикнутые в динамик слова услышал прекрасно:

— Ко мне в кабинет! Быстро! Аппарируйте!

— Собирайся, — бросил Гарри и, призвав из спальни одежду, молниеносно влез в маггловские брюки и натянул свитер. В том, что случилось нечто серьезное, сомнений не возникало — за все время их совместной работы такую панику в голосе всегда выдержанного Маккоя Гарри слышал впервые.

Скорпиус был готов уже тогда, когда Гарри только обувался. Покончив со сборами, они молча взялись за руки и аппарировали в знакомый кабинет.

— Что произошло? — спросил Гарри, столкнувшись с тревожным взглядом Ивара.

Тот не ответил — только кивнул на окно.

Ринувшись за среагировавшим первым Скорпиусом к стеклу, Гарри нечаянно сорвал штору, но слова извинения застряли в горле. Далеко внизу творилось нечто, что до этого Гарри видел только в маггловских фантастических фильмах: ровно по середине опустевшей улицы ползла широкая уродливая трещина. Медленно и словно нехотя она подползала к углу высотки напротив офиса NCA. Затаив дыхание, Гарри следил, как она доползла до своей цели, аккуратно клюнула зеркальную витрину магазина на первом этаже и легко, почти небрежно, отсекла от дома приличный ломоть под радостный салют лопнувшего стекла.

— Да что за… — Гарри так и споткнулся на полуслове, не закончив фразу. От поразившей догадки сперло дыхание, а сердце забилось быстрее раза в три. — Ивар… Скажи, что вы получали предупреждения от сейсмологов, — проговорил он, цепляясь за последнюю ниточку надежды. — Просто скажи, что вы хотите остановить это магией, — закончил он и умолк, без лишних слов понимая, что эту просьбу Маккой выполнить, увы, не сможет. — Ты видишь, куда она пошла? — спросил он замершего и во все глаза глядящего за окно Скорпиуса.

— Важнее, откуда, — поправил Скорпиус и схватил его за руку. — Ивар, быстро! — он протянул ладонь Маккою и аппарировал, едва тот сжал его пальцы.

На этот раз они очутились на крыше, причем Скорпиус, похоже, ошибся с расчетами — они вынырнули в воздухе в полуметре от пола. Больно ударившись пятками, Гарри стиснул зубы и подошел к краю крыши. Отсюда было прекрасно видно всю улицу и множество других, украшенных такими же трещинами. Они сходились где-то возле реки, вспарывая асфальт глубокими безобразными ранами, но гораздо хуже было другое.

— Там ещё одна, — указал Скорпиус на район возле одного из мостов. — И вон там. И дальше, похоже, тоже.

— Господи, что это? — произнес Ивар и голос его дрогнул. — Будто норы какие-то… — растерянно добавил он.

— Я аппарирую туда. Посмотрю на эту хрень вблизи, — сосредоточенно вглядываясь вдаль, сообщил Гарри. — Скорпиус, найди Кайла. Пусть объявит боевую готовность. Только панику не посейте. Справитесь? — спросил он и с беспокойством, но в то же время смешанным с нескрываемой теплотой посмотрел на Малфоя.

— Постараемся, — кивнул Скорпиус. — Ивар, ты с Гарри?

— На данный момент да, — Ивар подхватил Гарри под руку, разумно расценив, что в родном мире он сейчас нужнее.

— Жди меня в Аврорате, — бросил Гарри и, дождавшись ответного кивка, шагнул в аппарационную воронку, утягивая Ивара за собой.

Как Гарри и думал, вокруг разлома, вблизи которого они очутились было самое настоящее столпотворение, так что в суматохе никому и дела не было до двух мужчин, выросших буквально из-под земли. Зеваки с любопытством разглядывали зияющую в асфальте трещину — гораздо большего диаметра, нежели Гарри предполагал — а те, кто был не таким безрассудным и смелым, торопливо покидали это место, опасливо озираясь по сторонам.

— Давай поглядим, что там, — сказал Гарри и, выпустив руку Ивара, зашагал вперед, сливаясь с толпой.

Он не успел подобраться к разлому достаточно близко, и это его спасло. Земля вдруг задрожала, будто глубоко под землей запустили какой-то гигантский механизм, и края трещин начали осыпаться, утаскивая в себя наиболее бесстрашных зевак. Гарри потерял равновесие, когда асфальт под ним «поплыл» в сторону разлома, но упасть ему не дали — Ивар, стоявший на относительно прочном участке, подхватил его под локоть.

— Есть такой фантастический рассказ, — сказал он, спешно отступая вместе с Гарри в сторону от трещин. — Там все начинается примерно так же. А потом случается полный пиздец. Очень мне не хочется, чтобы сейчас сценарий развивался так же.

— Отойдем, — отрывисто сказал Гарри, когда раздался первый крик — скорее всего женский — и какой-то мужчина, ринувшись прочь от смертоносной трещины, больно ударил его по плечу. — Сейчас начнется паника, — прошипел он сквозь зубы и потянул Ивара на себя, торопливо уводя его на противоположную сторону тротуара.

Все произошло молниеносно — непонятная подземная дрожь усилилась, и многие из людей не удержались на ногах, попадав на асфальт и неуклюже расползаясь кто куда. Кому-то повезло меньше — кто-то скатился в разлом за первыми жертвами, по кому-то — лежащему уже без сознания и лицом вниз — протопталась не одна пара ног.

Остаться в стороне было бы в стократ разумнее, но о каком расчете могла идти речь, когда на его глазах топчут человека?! Оставив Ивара в подобии какой-то ниши, Гарри рванул на дорогу, расталкивая бездумно мечущихся вокруг него людей и, дойдя до непришедшего в себя бедняги, опустился рядом с ним и, осторожно перевернув того на спину, прощупал пульс. Жив! Это ведь главное — ушибы и раны-то заживут! Закинув несопротивляющуюся руку через плечо, поднялся на ноги и, перехватив мужчину под ребрами, направился к Ивару, пробираясь сквозь толпу и силясь не оглохнуть от поднявшегося всеобщего вопля.

Но то, что происходило здесь, рядом, оказалось для Гарри не самым страшным. В какой-то момент крики стихли, и в на миг установившейся тишине он отчетливо услышал другие — отдаленные, отчаянные, полные ужаса. Очевидно, за несколько кварталов от их разлома происходило нечто похожее, если не что-то похлеще.

А затем все утонуло в ужасающем грохоте и оглушающем визге тех, кто не успел убежать и укрыться.

Ивар встретил его на полпути, подставил плечи мужчине под другую руку и покосился на Гарри.

— Думаю, самое время валить из этого дурдома, — сказал громко.

Гарри был с ним согласен и потянулся было за палочкой, когда это произошло. Столп ярко-синего света с белыми и желтыми вспышками ударил в небо прямо из-под земли в разломе, долетел до облепивших небо туч и исчез в них, словно бы передав облакам свои цвет и мощь. Где-то неподалеку мелькнули еще несколько вспышек, и небо забурлило. Синие, тяжелые тучи тяжело заворочались, заклубились и заискрылись редкими молниями. А потом в одночасье хлынул дождь.

— Что это за хрень?! — заорал Ивар, когда пролились первые капли иссиня-черного цвета. — Что они сделали?! Скорее в укрытие, это может быть опасно!

Гарри кивнул, схватил его за руку и попытался аппарировать, но ничего не вышло.

Процедив ругательство — еще не хватало ему магических сбоев — он повторил попытку, в точности визуализируя рабочий кабинет Маккоя и концентрируясь на ощущениях.

Хватило секунды, чтобы понять — бесполезно. Магия билась внутри, под кожей, но словно стесненная оковами, не могла прорваться наружу. Поспешно достав палочку, скорее в подтверждение леденящей кровь догадки — Гарри прошептал Люмос и совершенно безумными глазами уставился на оставшийся темным кончик.

— А вот этот пиздец твоему Уэллсу и в помине не снился… — проговорил он и оглядев палочку все еще не верящим взглядом, поспешно спрятал ее за пояс.

— О, ты даже читал… — криво усмехнулся Ивар и осторожно сгрузил раненного мужчину на крыльце какого-то магазина. — Ну вот что, идем со мной. Если это из-за дождя, то, может быть, тебе надо просто помыться. Отсюда до моего дома… — он прикинул в уме и уверенно сказал: — минут пятнадцать, если почти бегом.

Вполне возможно, что Маккой был прав — во всяком случае, в это очень хотелось верить. И если в его словах был смысл, то чутье Гарри подсказывало, что эту чернильную дрянь стоит с себя смыть как можно скорее. Однако существовало еще одно дело — не менее важное и не терпящее никаких, пусть даже длительностью в несколько минут отлагательств.

— Мы не можем бросить его здесь, — отрезал Гарри, кивнув на раненного мужчину. — Его нужно транспортировать в больницу. Расскажи мне, как добраться до ближайшего центра медицинской помощи, а потом я найду твой дом, — сообщил он, поднимая со ступенек не приходящего в себя человека.

— Не дури, — Ивар нахмурился. — Одного я тебя не оставлю. А его… — он вздохнул и наклонился к раненому. — Возьмем с собой. Вот только что-то мне подсказывает, что в госпитале будет совсем не до него. Лучше давай вымоем тебя, оденем в плащ и аппарируешь за ним?

— Нет, мы возьмем его с собой сразу, — со всей категоричностью возразил Гарри. — У него может и не быть в запасе времени ждать, пока я вымоюсь и переоденусь, а потом только вернусь за ним, — проговорил он и перехватил обмякшего в его руках мужчину поперек талии. — Если ты прав и все это из-за дождя, в больницу можно не ехать — я и сам смогу подлатать его, — сообщил он.

— Что ж, тем лучше… — Ивар обнял мужчину с другой стороны, и их с Гарри руки теперь лежали одна на другой. — Помчали.

Идти было тяжело. Дождь заливал глаза черной пеленой, красил все вокруг в темное и делал неразличимыми дорогу под ногами вместе с крошевом асфальта, кусками стекла и обломками зданий. Пару раз больно стукнувшись о что-то маленькое, но чертовски твердое, Гарри выматерился и как никогда раньше пожалел, что не может применить магию хотя бы чтобы зачаровать мягкие ботинки.

— Далеко еще? — отрывисто спросил он у Ивара, перехватывая не приходящего в сознание мужчину поудобнее.

— Таким темпом — далеко, — пропыхтел Ивар. — Почему ты не спас кого-нибудь помельче? — пошутил он мрачно.

Гарри усмехнулся и мельком взглянул на Ивара — очередной встретивший ногу острый камень заставил тут же опустить голову и внимательно смотреть уже на дорогу. Пожалуй, в другой ситуации, он даже по достоинству оценил бы шутку — сейчас же по достоинству он мог оценить стремление Маккоя помочь, а не смотать удочки и свалить, прикрываясь какими-нибудь уставными обязанностями. Ивар шел рядом, рука об руку, не возмущаясь и не дожидаясь, пока о помощи его попросят. А по личному опыту Гарри знал — подобные качества в людях на вес золота.

— Я до сих пор не поблагодарил тебя, — сплюнув катящиеся по губам дождевые капли, начал Гарри. — Там… у трещины… В общем, спасибо.

— Пустое, — покачал головой Ивар. Он улыбнулся было, но тут же фыркнул от попавших в рот черных струй. — Можно подумать, я бы стоял и смотрел, как ты падаешь.

Гарри коротко кивнул, и некоторое время они продолжали путь молча.

— Я понимаю, почему он ценит дружбу с тобой, — сказал Гарри внезапно. Уточнять, кого он имел в виду, явно смысла не было. — Кстати, именно ты сформировал его отношение к магглам. До тебя оно было весьма предвзятым.

Зачем он сейчас заговорил с Маккоем, да еще и на тему Скорпиуса, Гарри не знал. Наверное, уж очень тоскливо было пробираться сквозь чернильный занавес в полном молчании.

— Видишь, какой я полезный, — криво усмехнулся Ивар. — Но не преувеличивай. До дружбы нам ещё как до Китая тем же темпом, как мы сейчас ползем. Что же до предвзятости… — он вздохнул, вспоминая явно не самый приятный момент жизни. — Он мне довольно четко дал понять, как относится к таким, как я. Но это было в самом начале, возможно, теперь всё действительно несколько иначе. Кстати, может, ты мне кое-что пояснишь? — он глянул на Гарри, безуспешно пытаясь стереть свободной рукой черную воду с лица. — Почему он говорил что-то про лордов и положение? У него есть какой-то титул? Это что-то магическое или просто звание?

— Два в одном… — фыркнул Гарри и поспешно вытер губы рукавом, чтобы вода не попала в рот. — Наверное, сам бы он тебе лучше объяснил. Я, конечно, не настолько далек от всей этой дурости, но тоже не совсем уж в теме. Скажем так… Скорпиус родился в семье, принадлежащей к очень древнему роду. Говорить об их благосостоянии, пожалуй, не стоит — ты и так кое-какое представление имеешь. Но есть одна вещь, которую Малфои ценят больше денег и социального статуса. Это чистота крови. То есть они вступают в брак исключительно с магами, в чьих жилах нет и капли маггловской крови. В этой семье сложилось крайне негативное отношение к смешанным связям, магглов они и за людей-то не считают. Скорпиус не такой, как они, — переведя дыхание, продолжил он. — А насчет титула… вообще, Ивар, там все сложно. Я не имею права тебе все рассказывать. Спроси лучше у него самого. Возможно, когда-нибудь он с тобой и поделится.

— Я понял, — протянул Ивар с горечью. — То есть, даже не инвалиды, а просто лысые обезьянки…

— Был у нас такой персонаж один, — хмыкнул Гарри, — который считал, что магглы как вид вообще не имеют права на жизнь. Очень, кстати, многие разделяли подобные взгляды. И семья Скорпиуса в том числе. Но я повторюсь, — он промокнул глаза рукавом. — Скорпиус совсем другой.

Очень было интересно узнать, по какому поводу у Маккоя взялась такая горечь в интонациях, но он же явно не признается, что там наговорил ему Скорпиус.

— Это из-за него была война? — неожиданно прозорливо спросил Ивар. — Скорпиус рассказал мне вчера, что ты воевал совсем молодым и спас нас всех — магглов — от истребления.

— Из-за него, — нахмурившись, отрезал Гарри, но сочтя свой тон незаслуженно резким, тихо проговорил: — Извини, но я не слишком-то люблю об этом вспоминать. Да и сил уже никаких нет — вся моя жизнь базируется исключительно на этом событии. Победитель же как-никак! — усмехнулся он, но вышло как-то тоскливо.

— Так уж и вся, — фыркнул Ивар. — Я вот понятия не имел ни о чем до вчерашнего дня, но всё же пришел к выводу, что ты неплохой мужик. И это не смотря на то, что мне иногда убить тебя хочется, — он хмыкнул.

Гарри бросил на него удивленный взгляд и поспешно отвернулся, опасаясь споткнуться об очередной обломок асфальта.

— Конечно не имел, — с нарочитой напыщенной отозвался он. — Ты же маггл — что с тебя взять-то. К тому же неблагодарный, — протянул с уже с улыбкой. — Я вас всех спасать взялся, а он меня убить хочет.

— А вот когда ты так говоришь, желание становится просто нестерпимым, — рассмеялся Ивар и ткнул его пальцем в бок, благо рука его как раз удобно лежала на поттеровской талии. — Тут налево. — Некоторое время они шли молча, а потом Маккой встряхнул раненого, перехватывая его поудобнее, и напряженно поинтересовался: — Есть идеи, что за чертовщина происходит? По-моему, нападают именно на вас, раз магию блокируют.

— Вот и посмотрим через пару часов, как на тебе весь этот водопад отразится, — ответил Гарри. — Вдруг оба облезем и превратимся в лысых обезьянок, — хмыкнул он. — Но скорее всего, ты прав, — закончил уже серьезно.

— Ну, если вдруг эта штука надолго, то ты тоже станешь магглом, и наши шансы сравняются, — весело заявил Ивар. — Хотя нет, неудачная шутка, — вздохнул он. — Прямо сейчас я очень хочу, чтобы ты побыл моим личным Санта-Клаусом и унес нас отсюда к Скорпиусу. Ну или хотя бы туда, где тепло и сухо.

— Да ты прям почти по адресу — даже олень для антуража имеется, — усмехнулся Гарри и протянул совсем беззлобно. — А ты, я вижу, все никак не угомонишься. Шансы у него уравняются, погляди-ка… — фыркнул он, повторив слова Ивара. — Наивный маггл!

— И горжусь этим! — наверное, если бы не дождь, Ивар по-детски показал бы ему язык. — Может, меня и к работе с вами допустили только потому что я до сих пор верю в чудеса? А без меня, мистер начальник, вам бы туго пришлось в расследовании, уж поверь.

— Охотно верю, — согласился Гарри. — Вообще ты молодец, — кивнул он, перехватывая поудобнее их общую ношу. — Еще б не лез, куда и к кому не просят, так цены бы вообще не было, — добавил он, уже откровенно сдерживая улыбку.

— Нет в мире совершенства, — просипел Ивар, останавливаясь. — Подожди минуту, куртку сниму. Тяжелая стала как камень. Мой дом в конце вон той улицы, — он кивнул на ближайший поворот. — Скорпиусу, кстати, у меня нравится, — поддел он Гарри.

— Конечно, нравится, — кивнул Гарри. — Ведь твоя квартира ему так сильно напоминает мою, — притворно вздохнул он и с интересом глянул на Ивара, поймав себя на мысли, что уже ждет, как тот начнет парировать.

— Он вообще считает, что мы похожи, — Ивар стянул куртку, бросил ее на землю и скорчил рожицу. — Но я забавней! — заявил серьезно и снова подхватил мужчину.

— Ну вот и хорошо, что ему есть с кого повеселиться, — ответил Гарри, в который раз убеждаясь, что Маккою палец в рот класть весьма опасно. Откусит ведь всю руку с легкостью и даже почти с изяществом.

А еще было интересно, в чем же именно они с Иваром так похожи в глазах Скорпиуса. Гарри сам сильного сходства не видел, но что могли узреть не упускающие ни одной детали малфоевские глаза — вот это очень хороший вопрос.

— Прекрасно, я так ему и скажу, когда в следующий раз предложу поразвлечься, — хмыкнул Ивар и остановился перед подъездом с довольно крутой лестницей. — Черт, а вот этого я как-то не учел, — выругался он. — Вот что, мистер бугай, давайте-ка взвалим его тебе на спину, а я буду двери открывать.

— Приберег бы ты свои предложения для кого-нибудь другого. А то так и комплекс неполноценности развиться может, когда тебя раз за разом-то отшивают, — сочувственно покачал головой Гарри и, придерживая пострадавшего за руку, не без труда взвалил его себе на спину. — Иди открывай, — скомандовал он и шагнул на первую ступеньку.

Нельзя сказать, что подъем по лестнице станет уж прям совсем незабываемым из разряда «на всю жизнь впечатлений хватит», но помнить его Гарри все же будет ни один месяц. Мерлин, подумать только — насколько же они, волшебники, зависимы от магии. Да без нее они и шага ступить не в силах, чтоб не покалечиться! Несмотря на отличную физическую форму и совсем не щуплое телосложение, подъем дался ему ох как нелегко. Это только в маггловских фильмах про супергероев эти самые супергерои таскают на себе едва ли груженые камнями вагоны и даже бровью не ведут при этом. На деле же повисший на плечах мужчина постоянно оттягивал весом назад, а ноги — те вообще разъезжались на скользких от воды ступеньках.

Ивар моментом не проникся и распахнул дверь с шутовским поклоном, правда, после этого он тут же подхватил раненого за ноги и помог его нести, но было поздно — Гарри уже захотелось его прибить. Впрочем, он об этом тут же забыл, когда выяснилось, что у них есть проблемы поважнее.

— Лифт не работает, — замогильным голосом оповестил Ивар, потерзав кнопку вызова. — Похоже, эти уроды повредили провода. Электричества нет. Я живу на седьмом этаже, и ты можешь злиться сколько угодно, но наверх мы его не потащим.

На этот раз Гарри не спорил — неизвестно, сколько времени займет этот подъем, да и выдохнутся они оба вконец.

— Оставим здесь, — Гарри оттащил мужчину в угол и аккуратно уложил его на пол. — Вроде уже не затопчут… И идем скорее мыться, — переведя сбившееся дыхание, он рванул по лестнице вверх.

К чести Ивара, тот догнал его без труда. Быстро достав ключи, он распахнул дверь и с порога ринулся в ванную.

— Раздевайся… — крикнул было оттуда, но потом выругался и чем-то загрохотал. — Воды нет! — рявкнул свирепо. — Да твою ж мать! Всё предусмотрели!

Уже успев стянуть с себя свитер, Гарри, отшвырнул его куда-то в угол и помчался на кухню. Квартира Ивара действительно планировкой напоминала его собственную, поэтому сориентироваться в ней труда не составило.

— Вот же блядь! — выругался он. — У тебя даже в чайнике воды нет! — и со злостью — правда, скорее на собственное бессилие — с грохотом вернул чайник на плиту.

— Так некогда мне дома чаи распивать, — огрызнулся Ивар, доставая из шкафа сухую куртку. — Сиди тут, я в магазин сбегаю, куплю пару баллонов.

— Пошли вместе, — возразил Гарри, посмотрев на лицо Ивара в черно-фиолетовых разводах. — Тебе тоже смыть с себя эту дрянь не помешает. Не дай Мерлин и правда токсичной окажется, — сказал он и решительно натянул на себя липнущий к коже свитер.

— Ты бы переоделся, — Ивар покопался в шкафу и протянул ему стопку сухой одежды. — Не дай Бог застудишь себе что-нибудь, Скорпиус нас обоих потом убьет.

— Спасибо, — Гарри поблагодарил его со всей искренностью и улыбнулся.

Влезать в мокрую грязную одежду было отвратительно неприятно, и когда в руках Гарри оказалась стопка сухой и чистой, он едва не мурлыкнул в предвкушении сменить одну на другую. А потому даже и не подумал над тем, чтобы уйти в ванную или хотя бы отвернуться. Торопливо избавившись от брюк и свитера, он на секунду замешкался, а потом едва ли не сорвал с себя промокшие насквозь трусы. Ивар дал ему мягкий спортивный костюм из плотного трикотажа, поэтому дискомфорта от отсутствия белья Гарри испытать вроде не должен был.

— Сколько тебе лет? — вдруг спросил Ивар, и обернувшись, Гарри обнаружил, что тот с интересом его разглядывал. — Я думал, ты какими-то магическими штучками внешний вид поддерживаешь, но сейчас магии нет, а тебе по-прежнему много не дашь.

— Летом сорок один будет, — усмехнулся Гарри. — Магглы нередко ошибаются с моим возрастом. Я готов, — сообщил он и надел ботинки, поморщившись от неприятного ощущения мокрой обуви.

Ивар присвистнул и беззастенчиво потыкал его в грудную мышцу.

— Однако хорошо сохранился, — протянул с нескрываемой завистью — Но пошли уже. Сделаем тебя еще более совершенным и крутым мне на зависть.

Гарри только и оставалось, что хмыкнуть и последовать за Иваром. Надо признать, что в Маккое все же было что-то такое, что помогало ему расположить к себе людей. А его честности, граничащей с непосредственностью, стоило отдать должное — редкие качества характера в современном мире. Наверное, не закрутись у Гарри со Скорпиусом, вполне возможно, что он обратил бы внимание на Ивара.

Но сейчас было явно не лучший момент для пустых домыслов. Спустившись на первый этаж, Гарии бросил взгляд в сторону лежащего в углу раненого. Тот явно не пришел в себя, и тяжело дышал.

— Надо торопиться, — бросил Гарри. — Боюсь, у него мало времени.

— Магазин за углом, — Ивар небрежным жестом, в котором с трудом, но всё же угадывалась забота, накинул ему на голову капюшон. — Давай, покажи на что способны твои мышцы. Побежали!

И он стартанул с места, как заправский спортсмен. Слегка удивленный, Гарри поспешил его нагнать и впервые за это время обратил внимание на то, что под мокрой одеждой всегда затянутого в костюм Маккоя пряталось, похоже, хорошо тренированное тело.

Магазин оказался совсем небольшим, и, конечно, закрытым. Почему они решили, что в разгар настоящего апокалипсиса на фоне инопланетного вторжения им удастся запросто сбегать в магазин за водичкой? Идиотская идея.

— Отойди-ка, — решительно сказал Ивар, оценив проблему и, поднатужившись, поднял с земли урну. — С полицией, если вдруг что, я потом разберусь.

А следом раздался оглушительный звон бьющегося стекла. Завизжала сигнализация, но им двоим не было до нее никакого дела. Забравшись через витрину в магазин, они добежали до нужного отдела и, похватав по два баллона, ринулись обратно.

Они успели уже добраться до подъезда, но так и не услышали приближающихся полицейских машин.

— Как только все закончится, жди судебный иск от хозяина магазина, — запыхавшись, проговорил Гарии, преодолевая ступеньку за ступенькой. — Там камеры висят, а тебя наверняка все продавцы знают.

— Но они не знают, где я работаю, причем далеко не курьером, — отмахнулся Ивар. Он в свою очередь дышал почти спокойно. — Итак, стриптиз на бис, — объявил он, впуская Гарри в квартиру. — Только по ускоренной программе, у меня денег мало, — хмыкнул, стягивая насквозь мокрые штаны.

— Считай, что стриптиз — благотворительная часть программы «Гарри Поттер против марсиан», — заключил со смешком Гарри и быстро стянул с себя мокрый и перепачканный черными разводами костюм. — Кто первый? — спросил он и подхватил один из баллонов.

— Глупый вопрос, — криво усмехнулся Ивар. — Ты маг, герой, и тебя любит Скорпиус. Выбор очевиден, и он не в мою пользу, — он сделал приглашающий жест в сторону ванной и ухватил сразу три баллона.

— Ты мне компанию решил составить? — с иронией протянул Гарри, указав на баллоны, и вошел в ванную, растерянно оглядевшись. — А куда воду налить-то можно? Таз есть? Ну или хотя бы большая кастрюля какая… Черт, только не говори, что ты меня сам поливать будешь, — произнес он и усмехнулся, прокрутив в голове всю их ситуацию.

— Самая большая посуда в моем доме — это чайник, который тебе так не понравился, — просветил его Ивар. — Я дома почти не ем или ем еду на заказ. Кстати, как-то я раньше не подумал, надо будет рассказать Скорпиусу, насколько похожий образ жизни мы с ним ведем. Ну а пока залезай уже в ванную, не теряй времени. Считай, что условия полевые, как в армии, — он свинтил крышки у всех трёх баллонов и посмотрел на Гарри скептически. — Хотя, в армии ты, конечно, не служил.

— Ну да, куда уж мне. Мы же авроры только палочками да членами трясти горазды, так? — насмешливо фыркнул Гарри. — А Скорпиусу заодно расскажи, что ты меня так и норовил потрогать, а потом еще и спинку вызвался потереть, — хмыкнул, залезая в ванну. — И про авроратскую школу поделись мыслями. Может, рассмешишь его, и он тебя все-таки пощадит и не заавадит.

— Ну заодно тогда уж расскажу, что ты нисколечко не был против и с готовностью разделся передо мной дважды, — Ивар не дал ему ответить, вылив на голову сразу половину баллона. От холодной воды сперло дыхание, и Гарри с шумом выдохнул. — Посмотрим, на кого он обратит свой гнев первым.

— Ну-ну… — усмехнулся Гарри. — Я тебе говорил, что твоя наивность просто безгранична? — нарочито задумчиво, будто вспоминая их недавнюю беседу, протянул он.

За что и получил очередную порцию холодной воды на голову.

— Ты всё еще веришь в мою наивность? — ответил Ивар вопросом на вопрос, участливо похлопав Гарри по спине, когда тот закашлялся, поперхнувшись водой и воздухом.

— Я охотно верю, что ты меня решил утопить, — просипел он, сумев, наконец, вдохнуть полной грудью. — Учти, даже с учетом того, что я без магии — шансов у тебя ноль. Меня не так-то легко убить, — предупредил он и убрал со лба мокрые пряди.

Тут Ивар перестал улыбаться.

— Ты дурак? — спросил он серьёзно и сунул последний баллон ему в руки. — Всё, сверху чистый. Дальше мойся сам.

Он демонстративно снял с сушилки одно из полотенец, бросил его на бачок унитаза и вышел из ванной.

Гарри проводил его непонимающим взглядом — что распсиховался-то? — и продолжил купание, выплескивая воду совсем понемногу и скорее растирая по коже разводы, нежели смывая их.

Он уже почти стер себя отвратительно въедливую грязь, и в баллоне оставалось совсем немного воды — как раз на то, чтобы ополоснуться в последний раз, когда скользкий пластик выскочил из рук, и такая ценная вода безвозвратно утекла в слив.

— Твою мать!.. — процедил Гарри и замер. Именно в этот момент на него обрушилось осознание всего того, что произошло. Блядь, да они же без магии никуда — вон даже вымыться нормально не получается. Так ладно еще он сам — до одиннадцати он и знать не знал, что волшебник — обходился же как-то! А вот что станет с такими, как Скорпиус, которые без волшебства буквально дышать не смогут? С теми, кто не мыслит ни одного своего действия, не используя свой врожденный магический потенциал? Что станет с самим Скорпиусом, когда колдомедики не смогут приготовить жизненно необходимое ему зелье?! — Ивар… — окликнул глухо. — Можно я возьму немного воды из твоего баллона? Я свой уронил… — закончил совсем тихо, но отчего-то с уверенностью, что Маккой его все же услышал.

Разумеется, так и было. Ивар зашел в ванную и без слов щедро окатил его водой, смывая остатки «дождя».

— Ну как? — спросил он напряженно. — Ты снова Санта Клаус? Если да, то взмахни уже скорее своей волшебной палочкой и согрей меня. И воду тоже, если можешь.

Гарри вылез из ванны и, наскоро обтеревшись, замотал полотенце вокруг бедер.

— Не знаю, — покачал головой. — Сейчас проверим, — сообщил он и, обойдя Ивара, ринулся в комнату в своим вещам. Осторожно, стараясь не касаться мокрой одежды, выудил палочку и прошептал первое пришедшее в голову заклятие.

Ничего. Он прошептал снова. А затем еще и еще… и наконец сдался, беспомощно опустив руку.

— Нет, — все еще сжимая пальцами палочку, сообщил он, вернувшись в ванную. — Ничего не вышло. Не знаю, почему… Я ее чувствую… внутри себя, но ничего не получается, — обреченно выдохнул он. — Залезай в ванну. Надо вымыть теперь тебя.

Ивар не стал спорить. Помрачнев, он поставил голову под струю, но тут же резко вздернул её, не промыв до конца волосы.

— Её намочило! — выпалил он. — Твою палочку! Вот и нет в ней тоже магии. А без неё ты колдовать не умеешь?

Гарри посмотрел на него очень внимательно и так и не ответив, произнес одними губами Аппарейт.

… и оказался в гостиной Ивара. И через миг вернулся аккурат на то место, с которого аппарировал.

— Ты был все-таки прав! — все еще не до конца веря тому, что произошло, воскликнул Гарри и снова взял в руки баллон. — Воду закипятить не могу, но тебя думаю, отогрею, — сообщил с улыбкой и плеснул воду Ивару на голову.

— Я всегда прав! — пробулькал тот, наставительно вздернув вверх указательный палец.

Не сдержав улыбки, Гарри вылил на него всю воду из початого баллона и наклонился за следующим. Голова его при этом замерла как раз на уровне маккоевского паха, и удержаться от короткого оценивающего взгляда было решительно невозможно. Посмотреть, в принципе, было на что, но после огромного члена Скорпиуса что-то категории даже «значительно больше среднего», как у самого Гарри, не впечатляло.

— Ну что ж, кажется, я цел и невредим, — подытожил Ивар после мытья, не заметив его изысканий. — Значит, тебя, сахарный ты наш, нельзя мочить. И палочки ваши тоже. И вообще всё, что под заклинаниями… — тут он спал с лица. — А как же дом Скорпиуса?.. — спросил потеряно. — Там же сплошная магия…

— Ивар, это не самое страшное, поверь… — вздохнул Гарри, вспомнив свои, к счастью, пустые страхи касательно колдомедицины и зависящего от нее здоровья Скорпиуса. — А вылазки во внешний мир лягут на твои плечи, — сказал на полном серьезе. — Если ты, конечно, останешься с нами… — тут же добавил, отводя в сторону взгляд. Очень не хотелось, чтобы Ивар заметил в них надежду. Пусть сам решает, как ему дальше быть — упрашивать, а уж тем более давить на него Гарри не хотел.

И тут Ивар его стукнул. Несильно — аккуратно так ткнул костяшками в лоб мокрой рукой. Вышло довольно выразительно.

— Думай, что говоришь! — фыркнул он и насмешливо посмотрел в глаза рассерженно вскинувшему голову Гарри. — Куда же вы без меня? Оба причем.

Гарри сдержанно кивнул и, открутил крышку на новом баллоне.

— Дальше сам или помочь? — спросил он. — Учти, закон подлости работает безотказно. Напоследок она разливается, — и улыбнулся.

— Лей уже, — решительно мотнул головой Ивар и повернулся к нему спиной.

После того как Маккой вытерся, Гарри наложил на него слабенькие беспалочковые Согревающие, и они оба оделись в сухое и чистое.

— Господи, как хорошо! — выдохнул Ивар, на секунду зажмуриваясь. — Ненавижу холод! Но не будем терять времени… — он нырнул в шкаф и долго в нем копался, пока не выудил на свет яркий синий сверток. — Вот, — протянул его Гарри. — Плащ тебе на всякий случай. Жаль, у меня всего один. Ты сможешь аппарировать прямо к Скорпиусу? — тщательно скрываемое волнение пробилось в голос, и стало понятно, что собранность и деловитость прячут внутри немало чувств, и в первую очередь — беспокойство за неизвестно что делающего сейчас Малфоя.

— А могу аппарировать в Аврорат. Будем надеяться, что он ждет меня там, — выдавил Гарри, разворачивая сверток. — Черт, и зачем мы тебя только мыли? — спросил он, критически оценивая размеры дождевика. — Все равно ведь промокнешь. Если только…

Гарри поспешно накинул на себя плащ и приглашающе распахнул полы.

— Подойди и обними меня, — сказал он и фыркнул с того, как это прозвучало. — Если прижмешься посильнее, есть шанс поместиться вдвоем.

— А мы что, можем намокнуть во время аппарации? — удивился Ивар, неуверенно подходя ближе.

— Понятия не имею, — честно признался Гарри. — Но на всякий случай лучше подстраховаться.

— Признайся, ты просто хотел со мной пообниматься, — хмыкнул Ивар и решительно шагнул к нему, обнимая за талию и сцепляя руки в замок на пояснице.

— Похоже, мой хитрый умысел раскрыт, — хмыкнул Гарри и обнял в свою очередь Ивара, соединив полы широкого плаща за его спиной. — Обойдемся без поцелуев? — усмехнулся он и, естественно, не дожидаясь ответа, утянул их обоих в аппарационную воронку.

* * *

Сначала Гарри аппарировал в подъезд. Раненого пришлось завернуть в заранее прихваченную с собой простыню и для надежности прикрыть тут же намокшую ткань полотенцем. Снова прижав к себе Ивара, Гарри ужасно порадовался, когда в его кабинете в Аврорате никого не оказалось. Поспешно сняв плащ, Гарри тщательно его сложил, убрал в карман и помог Ивару устроить раненого на диване.

— Кажется, все внешние заклинания спали, — озабоченно протянул он, мельком глянув в окно — за ним был абсолютно типичный Лондонский пейзаж вместо наколдованной на изнанке защитной сферы пасторали. — Будем надеяться, что внутренних это не коснулось, иначе нас тут всех схлопнет или уже схлопнуло при нарушении чар Изменения пространства.

— Всё у вас не как у людей, — скорее озабоченно, чем весело протянул Ивар. — Где может быть Скорпиус?

— Понятия не имею.

Кабинет Кайла тоже оказался пуст, как и весь этаж в целом. Чувствуя, как сердце медленно сжимается от подкатывающего липкого страха, Гарри не стал тратить времени на проверку всех этажей, а аппарировал с Иваром прямо в холл, резонно рассудив, что встретит там кого-нибудь. Как выяснилось, это было мудрое решение, потому что в холле оказались все.

Разномастной, но вполне аккуратной толпой там выстроились авроры в алых формах, невыразимцы в серых и — к огромному удивлению Гарри — министерские работники в строгих черных и лиловых мантиях. Перед всем этим строем стояли Скорпиус и очень бледный Кайл. Последний молчал, а вот Скорпиус… Прислушившись, Гарри с некоторой оторопью понял, что Малфой раздает приказы.

— Группы Каппа и Омикрон будут контролировать периметр, — говорил он. — Ваша задача — замечать всё необычное и тут же активировать сигнальный маячок видеозначка. Я обращу внимание на ваш сигнал и, при необходимости, выдам дальнейшие инструкции. Ваши позиции будут следующими… — он быстро перечислил имена авроров с указанием, где каждому встать, и те, дружно выкрикнув: «Есть, сэр!» опрометью бросились на свои места после короткого «Выполнять».

Так же четко и быстро Скорпиус раздал задания всем присутствующим, включая министерских, и никто почему-то и не подумал возразить. Впрочем, не пришло это в голову и самому Гарри, так как по коротким и очень дельным инструкциям, было совершенно понятно, что Скорпиус владеет ситуацией и представляет, что делать дальше, гораздо лучше него самого.

Зал опустел за считанные минуты, и Гарри слышал, как Кайл что-то одобрительно говорит Скорпиусу.

— Пойдем, — шепнул он Ивару, и они вышли из-за камина, за которым практически прятались всё это время.

Скорпиус увидел их сразу, и реакция, как всегда, оказалась супер-неожиданной: он наставил на них палочку.

— Скорпиус, это же мы… — растерянно протянул Ивар, но в них уже летело заклинание.

Маккой дернулся было, да и Гарри метнулся в сторону, но было поздно — их уже окутал разноцветный кокон диагностических чар.

— Целы, — резюмировал Малфой с непонятной интонацией. Проигнорировав бросившегося к начальнику Кайла, он быстрыми шагами пересек холл, схватил Гарри и Ивара за руки и немедленно аппарировал в кабинет. Там он судорожно обнял Гарри, до боли сжимая ребра, и чуть погодя освободил одну руку, чтобы притянуть к себе и Ивара. — Вы просто не представляете, какую чертову кучу вариантов вашей смерти я успел представить… — прошептал глухо.

— Все хорошо… — прошептал Гарри, погладив его по спине. — Если не выходить на улицу, — добавил коротко и отстранился, высвобождаясь из объятий. — Ты колдовать можешь? Моя палочка не работает, я ничего не могу сделать, — сбивчиво проговорил он и указал на мужчину на диване. — И расскажи, что здесь происходило.

— Колдовать могут все, кому хватило ума не соваться под дождь. Министерство мы эвакуировали каминами — там все рушится, слишком много чар. На данный момент никаких нападений пока не совершалось, но нам жизненно необходима помощь магглов, — тут Скорпиус наконец отлепился от Гарри и посмотрел на Ивара. — Нам нужна информация от вашего руководства, ваша техника и одежда.

— Ты забыл про мотоцикл и очки, — усмехнулся Ивар. — И челюсть вперед выстави. — Скорпиус посмотрел на него непонимающе, но Маккой только покачал головой. — Давай, аппарируй нас обратно в мой кабинет. Меня уже обыскались поди.

— Сначала он… — Скорпиус направи на раненого маггла палочку и буквально скороговоркой проговорил заклинания от лечащих до снотворных. — Все, теперь будет спать, пока не разбужу. И я должен сказать кое-что Кайлу… — Скорпиус подошел к своему столу, взял свой информационный экран и аппарировал, надевая его на голову. Вернулся он так же стремительно, как и исчез. — Все, теперь, если что-нибудь случится, я буду об этом знать, — сказал уверенно, глядя на Гарри и Ивара сквозь заслон из множества цветных картинок на экране.

— Кайл в себе? — с тревогой поинтересовался Гарри — вот только паники ему не хватало. И хотя сейчас все сохраняли видимое спокойствие, Гарри по опыту знал, что всеобщая паника может вспыхнуть в долю секунды. И кто будет успокаиваться всех — Кайл в полуобморочном состоянии? С одной стороны, он как Глава Аврората обязан был находиться здесь, плечом к плечу со своими подчиненными. Ну а с другой… Справится ли с магглами Скорпиус, добившись своего и не обострив ситуацию?

Решение было принято молниеносно — в конце концов, от Скорпиуса он тут же узнает, если ситуация в Аврорате изменится — и Гарри протянул ему руку, одновременно схватив Ивара за кисть.

В отличие от Аврората, здание NCA вне пределов маккоевского кабинета было похоже на растревоженный улей.

— Какого черта тебя носило?! — рявкнул на Ивара начальник всех «пчел» Джордж Роу, но, увидев Гарри и Скорпиуса, тему развивать он не стал. — Есть какая-нибудь информация с вашей стороны? — спросил он деловито.

— Дождь блокирует магию и разрушает любые чары, — четко ответил Скорпиус. — Пока что это вся информация, которой мы владеем относительно вторжения. Наблюдение за внешней средой возможно только из помещений, видимость не превышает семи процентов.

— Вторжение? — переспросил Роу. — Вы так считаете? Пока что не могу с вами согласиться — пострадавших, кроме тех, кто свалился в разломы по собственной дурости, нет, сообщений о какой-либо активности — тоже.

— Они ждут, — уверенно сказал Скорпиус, и от его тона всем стало не по себе. — Пока дождь разрушит все, что может разрушить, и как можно больше магов лишаться магии. У нас ведь нет немагических средств связи, передвижения и даже — защиты от дождя. Они могу совсем ничего не делать, только поддерживать дождь, и скоро можно будет брать нас тепленькими в лишенных магии гнездах.

— И, конечно, вы теперь хотите все это получить — и телефоны, и машины, и спецодежду, да еще и в считанные секунды, — хмыкнул Роу, и по его лицу никак невозможно было определить его истинное отношение к происходящему. — Хотя на вашем месте я бы просил о срочной эвакуации.

— Мистер Роу, чтобы начать эвакуацию, людей нужно для начала о ней предупредить, — перебил его Гарри раздраженно, но, взяв себя в руки, продолжил гораздо спокойнее. — Какая информация есть с вашей стороны?

— Кроме того, что дождь идет над всей Британией — почти никакой, — покачал головой Роу. — Разломов же пока насчитали сорок семь, и далеко не только в Лондоне. Карта на экране, — он кивнул головой на монитор, и Скорпиус сразу же обошел стол, беспардонно в него заглядывая. Роу посмотрел на него все тем же непонятным взглядом и певел взгляд на Гарри. — Мистер Поттер, — сказал он, добавив голосу весомости. — Мы окажем вам помощь. Всю, которую понадобится. И надеюсь, что когда все закончится, вы окажете нам ответную любезность. До сих пор нам нечего было предложить вашему сообществу в обмен на небольшую помощь, но теперь, мне кажется, время заключить пару сделок.

— Ваши условия? — Гарри задал вопрос с таким холодом, что можно было лишь удивиться, как от его тона не замерзли все лужи на улице, и Лондон не превратился в один огромный ледовый каток.

Признаться, нечто подобное он ожидал. И самое отвратительное, что магглы теперь совьют из них веревки — дадут крупицу, а взамен потребуют такую… любезность, которая наверняка станет для магического мира многолетней кабалой.

— Только не тяните, говорите уже, как есть. Что вы от нас ждете? — процедил он, буквально испепеляя Джорджа Роу взглядом.

— Сотрудничества, — Роу выдержал его взгляд. — Взаимовыручки. Не волнуйтесь, я не собираюсь заставлять вас подписывать контракт на рабских условиях, но надеюсь на вашу честность, мистер Поттер. Ну и на некий магический обряд, который не позволит вам забыть о своем обещании. У вас же наверняка имеется такой?

Скорпиус прищурился и вдруг полным прекрасно сыгранного сожаления голосом сказал:

— Боюсь, мистер Поттер, у нас нет выбора.

Разбираться, что задумал Скорпиус времени не было. Равно как и выбора — нужно было либо соглашаться, и принять унизительные ультимативные условия руководства NCA, либо попросту наблюдать скорейшее крушение — если даже не уничтожение — их собственного мира.

— Хорошо, я заключу с вами магический контракт, — отрезал Гарри, — а вы немедленно дадите все необходимые распоряжения. Мистер Малфой проведет обряд.

Не заметить, что произнесенные Скорпиусом слова были совершенно не заклинанием для скрепления Нерушимого обета, было невозможно, но только не магглам. Ивар взирал едва ли не с ужасом на потянувшиеся из палочки светящиеся оковы, всем своим видом показывая, что они совершают огромную ошибку, а Роу был, казалось, полностью удовлетворен.

— Я рад, мистер Поттер, что мы поняли друг друга, — скупо улыбнулся он. — Утром вы получите все необходимое. Будем надеяться, что мистер Малфой прав, и до утра они ничего не предпримут, потому что сделать что-либо раньше я вряд ли смогу.

— Хорошо, — снова согласился Гарри. — А до утра с нами пробудет мистер Маккой… надеюсь, его присутствие на нашей территории не позволит и вам забыть о данном вами слове, — процедил Гарри. — Утром мы вернемся за всем необходимым. А затем к вам вернется он, — сообщил Гарри, кивнув головой на Ивара, и с удовлетворением отметил, как с лица Роу сползла эта раздражающая улыбка.

Конечно, Ивара в заложники брать никто не собирается — Скорпиус его тут же аппарирует домой, но сбить с Роу самодовольную ухмылку — пусть даже и ненадолго — было чертовски приятно. Кроме того, Ивару, пожалуй, можно было объяснить, что никакого страшного договора с Мефистофелем ни он, ни Скорпиус не заключил.

Ивар растерянно моргнул, но, быстро смекнув, в чем дело, честно постарался изобразить испуг. А взгляд, который он кинул на Роу, когда Скорпиус цепко схватил его за руку, и вовсе был гениальным — словно у жертвенного барашка, что впрочем не вязалось с тем, с какой готовностью он шагнул к Малфою ближе. Впрочем, в этот момент удачно зазвонил телефон, и Роу ничего не заметил.

Аппарировали они в кабинет, сразу стало ясно, что за время их отсутсвия что-то изменилось.

— Это что за морозилка у вас такая? — Ивар поежился, с изумлением глядя на вырвавшийся изо рта пар.

— Это я не стал озвучивать, но дождь просочился через кое-какие щели и нарушил внутренние чары, — пояснил Скорпиус. — Невыразимцы выровняли ситуацию, но все крайне нестабильно. В здании запрещено пользоваться магией, пока не устранят протечки и не восстановят заклинания. Ситуация под контролем, вмешательства не требует — сделать мы с вами все равно ничего не сможем.

— Скорпиус, аппарируй Ивара к нему домой, нечего ему здесь мерзнуть. Ну или туда, куда он скажет — а то у него из-за всей этой херни сейчас тоже не апартаменты повышенной комфортности, — вздохнул Гарри, припоминая их водные процедуры. — А я аппарирую к себе за теплыми вещами для нас с тобой и вернусь. Кстати, можешь не беспокоиться, — обратился уже к Ивару. — Конечно, стыдно признавать, но, похоже, твой начальник зря понадеялся на нашу честность…

— Это была обманка, — признался Скорпиус. — Специально для магглов. Больше семиста лет ей уже.

— Ну вы еще в угол встаньте, — фыркнул Ивар. — Тоже мне преступление. Я бы этому жирному козлу еще и по морде врезал на вашем месте, давно уже руки чешутся. И кстати никуда я не пойду, — он решительно сложил руки на груди. — Вдруг у вас тут вечеринка начнется, кто в магазин за пивом побежит?

— А ты все никак не теряешь надежду попасть в полицию? — усмехнулся Гарри, вспомнив в том, как Ивар лихо расправился с витриной магазина у своего дома. — Не дури, отправляйся туда, где тепло. Замерзнешь ведь здесь, а я чарами согреть не смогу, прости.

— Лучше замерзнуть, чем не спать всю ночь, не зная, что тут с вами происходит, — пожал плечами Ивар. — Вот только за курткой зимней меня все-таки закиньте.

— Мерлин! Ты упрям просто до невозможности! Боюсь, что если тебя аппарировать силой, ты все равно дорогу обратно по запаху найдешь. Ладно, давай руку, — улыбнулся Гарри.

— Запаху чего? — с интересом переспросил Скорпиус, глядя на них с подозрением. — Вы двое странно дружелюбны сегодня.

— Станешь тут дружелюбным, когда тебя из центра тусовки выкинуть хотят, — хмыкнул Ивар и незаметно подмигнул Гарри, протягивая ему руку.

— Даже не думайте, — Скорпиус поспешно взял Гарри за другую руку и для надежности переплел с ним пальцы. — Я второй раз этого не переживу.

— Паникер, — с улыбкой вздохнул Гарри, уже оказавшись в гостиной Ивара. — Можешь и одеяло прихватить, — крикнул вслед Маккою, когда тот исчез в соседней комнате.

И оказавшись со Скорпиусом наедине — вопреки собственному снисходительному тону — порывисто обнял его, прижимая к себе.

— Тогда куртку брать не буду! — крикнул Ивар в ответ. — И вам придется пустить меня к себе.

Скорпиус хмыкнул и крепко обнял Гарри в ответ.

— Вы, кажется, нашли общий язык? — спросил он осторожно, глядя на Гарри таким лучистым взглядом, что не поцеловать его было решительно невозможно.

— Нет, ты только погляди на этого наглого маггла! — нарочито громко протянул Гарри, по-прежнему прижимая Скорпиуса к тебе. — Он уже все продумал и решил нам обломить междусобойчик.

— А вы как думали? — Ивар появился на пороге с большим пушистым одеялом в обнимку. — Сплавить меня и самозабвенно терять бдительность на рабочем столе?

При словах про стол Скорпиус порозовел.

— Так вот, что на самом деле тебе спать не даст, — протянул он, включаяясь в игру.

— И все-таки, Ивар, зависть — это плохо… — нарочито удрученно вздохнул Гарри и, взглянув на Ивара, беззлобно усмехнулся: — Ты бы еще подушки прихватил, — с одеялом в обнимку выглядел тот весьма забавно, но в то же время как-то по-домашнему уютно.

— У меня не десять рук, так что подушки за вами, — невозмутимо кивнул Ивар на дверь спальни. — И у меня вопрос века: у вас в Аврорате есть чего-нибудь пожрать?

— Еще пока да, — озабоченно отозвался Скорпиус. — Но, боюсь, это ненадолго.

— И что, снова Ивар спешит на помощь? — ухмыльнулся Маккой, вручая ему одеяло. — Ваше счастье, что я не умею готовить! — сказал, исчезая на кухне. — Поэтому у меня есть… Печеньки! — он весело помахал большой пачкой из-за угла. — Скорпиус, бросай Поттера и переходи на мою сторону!

— Черт! — Скорпиус скорчил стадальческую рожицу. — Гарри, ты слышал? У него есть печеньки!

— Я и говорю — продумал все до мелочей, — констатировал Гарри. — Но не учел одного: у меня ведь тоже найдется пара упаковок. И хлебцы в закромах лежат, — сообщил с улыбкой Скорпиусу и обернулся к Ивару. — Так что, Маккой, как ни старайся, а козырей на руках у тебя нету, — с деланным сочувствием покачал головой Гарри.

— Да что ты?.. — Ивар вышел с кухни с еще тремя разномастными пачками. — А мне вот почему-то кажется, что целых два… — и он выразительно глянул на поттеровские брюки.

— Скорпиус, не слушай его! Этот человек намерен меня оклеветать и исказить факты в собственных корыстных интересах, — рассмеялся Гарри. — Я тебе потом сам все подробно расскажу, — заверил он и перевел взгляд на Маккоя: — А колбасы у тебя случайно не найдется?

— А голые факты послушать можно? — напряженно поинтересовался Скорпиус, переводя взгляд с одного на другого. — Вы странно себя ведете.

— Да мы просто шутим, — обезоруживающе улыбнулся Ивар. — Совместые водные и не очень процедуры сближают.

— Что ж… — Скорпиус улыбнулся и поправил сползсшее одеяло. — Тогда я присоединяюсь к вопросу о колбасе.

— Кто бы сомневался! — закатил глаза Ивар и пихнул Гарри печенье. — Сейчас.

Колбаса у него нашлась, причем сразу двух видов, и даже кусок слегка заветренного сыра.

— Целый пир! — заявил он и бесцеремонно подхватил нагруженных припасами авроров под руки. — Что ж, несите меня, селезни!

— Нет бы еду в пакет сложить… Так нет же, всех нагрузил — одному печенье всучил, на другого — вообще одеяло повесил… А подушки как — в зубы взять? — спросил Гарри и скинув с себя руку Ивара, деловито зашагал на кухню и через несколько секунд появился с пустым пакетом.

Покидав запасы провианта в пакет и вручив его Маккою, Гарри взял обоих за руки и аппарировал в свою квартиру, сразу направившись в спальню.

— Скорпиус! — крикнул он. — Ну чего ты стоишь? Давай сюда быстрее! Выбери себе что-нибудь потеплее. И кормильцу нашему тоже. Он, конечно, надеется, что наша теплая компания его согреет, но на его месте я бы все же сделал ставку на свитер.

Скорпиус бросил оценивающий взгляд на Ивара и заметил:

— Кормильцу скорее подошли бы мои вещи, но раз уж не на подиум, то сойдет и это, — он вытащил из шкафа старую толстовку, которую Гарри носил еще в школе. Сейчас она была ему безнадежно мала, но на стройного Ивара должна была налезть без проблем. Он подал Маккою одежду и сам натянул выуженный Гарри свитер.

Прежде чем аппарировать, Гарри набрал воды в две большие вазы для цветов и рассовал по карманам пакетики с чаем.

— Не знаю, правда, как мы будем ее кипятить, но, может, получится беспалочковой, — протянул он и наконец аппарировал в Аврорат.

Раненного маггла на диване уже не было — Скорпиус пояснил, что передал его на попечение авроратских медиков, — так что на ужин все трое с комфортом расположились на диване.

— Скорпиус, с тобой все в порядке? — поинтересовался Ивар, заметив, что Малфой неотрывно смотрит в окно, без аппетита хрустя одним печеньем за другим.

— Со мной — да, — отозвался Скорпиус тихо. — Но я никак не могу понять, случится ли что-нибудь с полумагическим существом, если оно попадет под этот дождь. Оно станет обычным? Или погибнет? И если первое, то что будет потом, когда ее помоешь?

— Ты говоришь сейчас о своих совах? — прозорливо догадался Ивар. — Уверен, с ними все прекрасно, — заверил он мягко.

— Это он по аналогии со мной вывод сделал, — пояснил Гарри. — Я вот тоже после дождя превратился из полумагического человека в обычного. Потом искупался и как видишь, вполне себе нормальный и функционирующий. Не раскисай, — чуть улыбнулся он и погладил Скорпиуса по плечу, заглядывая в глаза. — Ешь мое печенье, у меня что-то аппетита совсем нет, — сказал Гарри и протянул ему свою пачку, очень надеясь, что в животе у него не забурчит от голода.

— Съешь хотя бы немного, — Скорпиус сложил его руки лодочкой и хотел было отсыпать ему печенья, но Ивар его остановил.

— Не надо, я с ним поделюсь, — он весело помахал своей самой маленькой пачкой. — Ты давай ешь все, что есть, и спать ложись, а завтра я тебе ящик тушенки раздобуду.

— Звучит вкусно, — улыбнулся ему Скорпиус и достал сначала свои таблетки, а потом зелье. — Ты же меня разбудишь, если что-то случится? — спросил он у Гарри. — И предупредить всех надо, что все донесения ночью только лично… — он сжал значок на своей форме и, сделав короткое объявление, выключил экран монитора. — Будете делать чай, не забудьте оставить стакан, чтобы меня разбудить.

— А ты… чай разве не будешь? — спросил Гарри, раскладывая диван. — Не волнуйся, без тебя никуда не уйду. Обещаю, — мягко сказал он и, достав из шкафа простыню — да-а, давно, он не ночевал в кабинете — расстелил ее на диване. Взять из дома подушки он так и забыл, а поэтому одна единственная — что лежала на верхней полке его шкафа — достанется именно Скорпиусу. — Держи и ложись, — он бросил на диван подушку, а следом — одеяло.

— Я долго без еды и в сильном напряжении, — пояснил Скорпиус виновато. — Пока не прибудет тушенка, мне и правда лучше спать. Но если что-нибудь случиться — непременно разбуди!

— Так, а ну ложись! — Ивар подтолкнул его к кровати. — Быстро! Давай, баю-бай, глазки закрывай… — он повалил рассмеявшегося Скорпиуса на кровать и с головой накрыл его одеялом. А потом незаметно для Скорпиуса — но не для Гарри — с нежностью провел пальцами по высовывающимся из-под одеяла волосам. — Спокойной ночи, — шепнул едва слышно.

Скорпиус ответил что-то непонятное и задышал ровно и глубоко. Усталость и пережитое напряжение сделали свое дело, явно ускорив действие зелья.

Гарри внимательно посмотрел на Ивара, но комментировать увиденное никак не стал. Ну а что здесь скажешь? Не трогай — мое? Так Маккой это и так знает. А вообще жалко его даже немного, неплохой ведь парень, просто выбрал себе не тот объект вожделения…

— Ну а ты хоть чай будешь? — спросил Гарри, достал из ящика стола чашку и наполнил ее водой из взятой из дома вазы. — Надеюсь, что этот объем нагреть уж получится.

— Буду, — кивнул Ивар и неохотно отошел от кровати. Растянув рукава и пряча в них пальцы, он сел на подоконник и обхватил себя за плечи, взглядываясь в черноту за окном. — Эти таблетки и другое лекарство… — сказал хрипло уже без следа напускной безмятежности. — Он без них умрет?

— Другое лекарство помогает ему уснуть и не дожидаться, пока его мозг сам отключится — внезапно и совершенно в любом месте, — ответил Гарри, концентрируясь на направляемых на чашку потоков магии. — Да, Ивар… — немного помолчав, выдавил он и внезапно выругался сквозь зубы. Стоило только подумать о том, что Скорпиус может умереть, собственная магия скакнула, всколыхнулась и, вмиг вскипятив в чашке воду, еще и расплескала ее по столу.

Заново ее наполнив водой, Гарри закрыл глаза и прислушался к ощущениям. Через несколько секунд от чашки исходил пар, и Гарри бросил в нее пакетик.

— Держи, — чуть подождав, пока чай заварится, протянул чашку Маккою.

Ивар кивнул в благодарность и взял чашку завернутыми в рукава ладонями.

— Как их делают? — спросил он неожиданно спокойно. — Куча травок и немного магии? Тогда я сам, черт побери, буду собирать их! — последняя фраза прозвучала уже запальчиво, и Ивар поспешно отвернулся к окну. — А ты будешь готовить, — закончил тихо.

— С утра я наведаюсь к его врачу и заберу у него все припасы, — Гарри тяжело вздохнул и посмотрел в окно. Даже темное стекло смогло отразить боль и отчаяние в обычно таких веселых глазах Ивара. — А потом да, буду готовить их сам, — заявил Гарри, стараясь говорить тихо и размеренно — так, чтобы голос не задрожал.

В молчании они выпили чай, а потом Ивар подтянул на подоконник ноги и попросил:

— Дай мне свою куртку. Вам под одеялом тепло будет, а я хоть ноги накрою.

Гарри поспешно стянул куртку и сам накрыл ею колени Маккоя.

— Может, все-таки домой? — спросил он, подходя к кровати. — Можешь ко мне, если хочешь, там есть вода.

— Не хочу, — покачал головой Ивар. — Я никуда от него не уйду. Да и ты после сегодняшнего уже как бы не чужой, — он хмыкнул и обернулся на Гарри через плечо.

Гарри кивнул, направился к дивану и, сделав несколько шагов, замер, резко обернувшись к Ивару.

— Залезай под одеяло. Втроем теплее, — предложил он. — Он спит очень крепко и все равно не почувствует твоего присутствия. Впрочем, как и моего. Так что перемещайся быстрее — подоконник не самое удачное место для ночлега.

Некоторое время Ивар переваривал эту мысль.

— Ты издеваешься? — наконец выдал он. — Хочешь, чтобы я умер от спермоизлияния в мозг? Подожди, не отвечай! — он вскинул руку, останавливая собравшегося ответить Гарри. — Мне все равно, чего ты хочешь, я, черт возьми, согласен!

Он решительно спрыгнул с подоконника и направился к кровати.

— Хороший мальчик, — прокомментировал его действия Гарри. — Вот так бы сразу, а то решил мне еще тут пререкаться, — фыркнул он и юркнул под одеяло, наслаждаясь теплом и возможностью, наконец, прилечь.

Катастрофически не хватало подушки, но даже ради нее Гарри бы сейчас ни за что не поднялся в этого дивана. Ноющая спина постепенно расслаблялась, и от этого благостного ощущения на глазах едва ли не проступали слезы, а из груди не вырывался облегченный стон.

Поняв, что лечь рядом со Скорпиусом не получится, Ивар погрустнел, но на кровать все-таки залез, прижимаясь к Гарри боком.

— Спокойной ночи, — сказал он глухо.

— Спокойной ночи, — отозвался Гарри, перекатился набок, поворачиваясь лицом к Скорпиусу, и закрыл глаза.

А через некоторое время понял, что именно его напрягает. Скорпиус лежал сейчас по отношению к нему с непривычной стороны — засыпали они всегда по-другому, наоборот. Перевернуться труда не составляло — места было предостаточно, чтобы не потревожить наверняка уснувшего Маккоя. Единственное, что смущало — это перспектива спать почти что лицом к лицу с Иваром — хотя, впрочем, какая разница!

Гарри перевернулся на другой другой бок и с упоением закрыл глаза, погружаясь в полудрему.

Должно быть, задремал он быстро, раз ему приснилось, что он лежит и обнимает Скорпиуса. Осознание произошедшего пришло быстро — когда под своей рукой он почувствовал движение. Малфой спал гораздо спокойнее, и чаще всего на его прикосновения просто не реагировал. Гарри распахнул глаза и отдернул руку с такой скоростью, будто случайно обнял он не Ивара, а мантикору.

А пару долгих мгновений спустя Ивар нащупал его ладонь и молча вернул ее обратно.

* * *

Поудобнее устроив голову за неимением подушки на малфоевском плече, Гарри сладко выдохнул и уткнулся носом в его шею. Он еще не открыл глаза, но чувствовал себя вполне отдохнувшим — пусть даже несмотря на то, что легли они довольно поздно. По-собственнически обнял Скорпиуса, перекинул через него ногу, легонько толкнулся в него пахом и поелозил по бедру напряженным членом. Выбираться из-под одеяла никак не хотелось, и Гарри решил поваляться еще, по привычке скользнув рукой к малфоевскому паху и сжав сквозь одежду его твердый и мгновенно откликнувшийся толчком член.

Непривычно низкий — совсем чужой стон — заставил распахнуть глаза и обомлеть. Потому что первое, что он увидел, был заспанный, но уставившийся на него во все глаза Маккой.

— А Скорпиус ведь говорил, что ты маньяк… — хрипло протянул Ивар, не двигаясь с места. — Он обычно с этой стороны спит, да?

— Обычно да, — проговорил Гарри и, опомнившись, отдернул руку от пульсирующего под ладонью маккоевского члена. — Черт, прости, — выдохнул он и перекатился на спину, с упорством рассматривая потолок. — Ну вот, теперь у тебя появился и третий козырь, — хмыкнул он, решив перевести ситуацию в шутку. В конце концов, они все взрослые люди и в лишних пояснениях не нуждаются.

Он не виноват, что перепутал во сне, кого позажимать! В общем, пока его никто и не винил — очаг ревности все еще спал беспробудным сном, а потому, к счастью, разыгравшуюся сцену видеть не мог. Но самое странное — Гарри чувства вины и не испытывал вовсе. Да, ему было неловко, да, он немного злился на себя за свою нерасторопность — но все эти эмоции с лихвой перекрывались чем-то необъяснимым — какой-то необыкновенной, причудливой смесью из легкого смятения и непроходящего, волнующего ощущения пульсирующего члена в ладони.

Ивар тоже, кажется, не смущался. Приподнявшись на локте, он стал беззастенчиво разглядывать спящего Скорпиуса, иногда скользя взглядом и по Гарри тоже.

— Я чувствую себя мухой, вязнущей в сиропе, — признался он через пару минут такого времяпрепровождения. За окном было по-прежнему темно, но скорее всего от льющегося дождя и черных туч, а раз их так и не побеспокоили, то новостей никаких ещё не было, и можно было позволить себе немного слабости. — Я понимаю, что мне не место тут, и что увязать глубже — только делать себе больно, но черт побери, это утро — самое счастливое за последние несколько лет, и самое ужасное одновременно, — он покачал головой и протянул руку, заправляя Скорпиусу за ухо одну из разметавшихся по подушке и щекам прядей.

Гарри посмотрел на Ивара немного сочувственно и перевел взгляд на Скорпиуса. Да, Маккою и впрямь не позавидуешь — оказаться в одной постели с человеком, которого ему никогда не суждено заполучить, который всегда будет держать на расстоянии и в состоянии предложить лишь редкие приятельские встречи, да и те в лучшем случае, действительно, сродни жестокой пытке.

— Ты можешь, да и наверное, должен уйти, — спустя некоторое время проговорил Гарри и снова взглянул на Ивара. — Но я тебя гнать не буду. До тех пор, конечно, пока ты благоразумен, — добавил он и мысленно усмехнулся.

Подумать только, кто бы ему, Гарри, еще вчера сказал, что он позволит Маккою пялиться на спящего Скорпиуса? Кто бы мог подумать, что Гарри за какие сутки так кардинально изменит свое отношение к Ивару! Да судя по всему, изменения эти происходили не в одностороннем порядке — очевидно, что и у самого Ивара переменилось отношение к нему.

— Может лучше бы и прогнал… — отозвался Ивар с тоской в голосе.

Он бесцеремонно поднял руку Гарри и лег, используя его плечо как подушку. На попытку приласкаться это совершенно не походило, и Гарри усмехнулся.

— Наглый маггл! — заявил он с притворным возмущением.

— Молчи уже, а то на дождь выставлю, — вяло огрызнулся Ивар. — И говори тише, разбудишь же… — он с теплотой посмотрел на Скорпиуса и больше не отводил взгляд.

— Я был бы рад, если бы он смог проснуться от громкого разговора, — задумчиво протянул Гарри. — Он спит под очень сильными зельями. Только определенное физическое воздействие может его разбудить. Помнишь он попросил оставить ему наутро стакан воды? — спросил он, встретившись с удивленным взглядом Маккоя. — Когда придет время его разбудить, нужно будет вылить его ему на голову. Только тогда он проснется.

— Что?! — от изумления Ивар перевернулся на живот и приподнялся, опираясь Гарри на грудь локтями. — Что за бред?! Я не дам лить на него воду! Тем более, тут как в Антарктиде!

— Да что ты… — насмешливо протянул Гарри. — И что ты предлагаешь, раз такой умный? — спросил он, вглядываясь в Ивару в глаза. — Думаешь, вариант ударить его током или придушить будет лучше? — повторил он когда-то сказанные ему Скорпиусм слова.

— Охренел?! — Ивар в ужасе распахнул глаза. — Скажи, что ты шутишь… — попросил жалобно. — Неужели нет другого, нормального, способа?..

— Нормального нет, — покачал головой Гарри. — Есть один специфичный… — замялся он, взвешивая, стоит ли Ивару рассказывать про самый приятный способ разбудить Малфоя, и решившись, все же продолжил: — Но сам Скорпиус не любит, когда я так делаю. В общем, от оргазма он тоже проснется, — выдохнул он, с любопытством взглянув на Ивара.

Ивар сложил губы буквой «О», дернул бровями и со стоном рухнул лицом в матрац.

— Ладно, — пробурчал он. — Я за дверью подожду. А яйца — зачем мне яйца? Пусть лопнут уже наконец и перестанут меня мучить.

— Ну уж нет, — со всей категоричностью заявил Гарри. — Еще мне помимо всей творящей вокруг херни не хватает насупленного Скорпиуса! — фыркнул он. — К тому же, он сам попросил разбудить его водой, — закончил Гарри, всем своим видом показывая, что тема закрыта и обсуждению не подлежит. — Кстати кто-то обещал раздобыть ящик тушенки, — напомнил он. — Может, пока займемся этим вопросом?

— Займусь, если ты аппарируешь меня домой, — вздохнул Ивар. — Я же тут беспомощный, как… — тут он фыркнул и недовольно закончил: — Маггл!

Гарри рассмеялся и, мужественно собрав волю в кулак, вылез из-под одеяла.

— Тогда не будем терять времени, — сказал он, вставая с дивана. — Ему действительно поскорее поесть надо.

Прежде чем уйти, Ивар заботливо подоткнул Скорпиусу одеяло, отчего Гарри почувствовал укол совести и чуть ревниво отметил, что любовник из Ивара вышел бы, наверное, куда более ласковый, чем он сам. Не в плане секса — хотя и в нем, возможно тоже, — но в плане отношений.

Тушенка обнаружилась в том же самом магазине на углу. Она и ещё куча всякой снеди, которой они с Маккоем набили большие спортивные сумки, продававшиеся в бакалее. Маггловские власти эвакуировали район, поэтому ни людей, ни полиции они так и не встретили, вернувшись в рекордно короткие сроки.

С болью на лице Ивар наблюдал, как Гарри выливает на Малфоя воду, и изумленно заморгал, когда тот блаженно улыбнулся под струёй воды.

— Доброе утро, — Скорпиус вытер лицо ладонью и сел на кровати. — Новости? — он пытливо всмотрелся в лицо Гарри.

— Пока никаких, — ответил Гарри, с трудом удержавшись, чтобы не сгрести Скорпиуса в охапку и не поцеловать его. — Ивар для тебя раздобыл тушенку, — улыбнулся он, затем снял кончиками пальцев несколько капелек с его щеки и все-таки обнял его, крепко прижав к себе. — Я соскучился, — прошептал на самое ухо так тихо, чтобы услышал его только Скорпиус.

В ответ Скорпиус стиснул его со всей силы и быстро поцеловал.

— Я больше, — шепнул в ответ. — Вас не было вчера целую вечность. Это был худший мой кошмар. Я собирался расставить людей и идти вас искать.

— Прости, я меньше всего хотел тебя волновать, — покачал головой Гарри. — Я сам не ожидал, что буду отсутствовать так долго. Кстати, если бы не Ивар, вообще неизвестно, как бы все закончилось, — он мягко поцеловал Скорпиуса в висок, втянув носом запах его волос.

— Зато всем известно, чем закончились бы сейчас ваши обнимашки, если бы не Ивар, — насмешливо протянул Маккой за их спинами. — И я даже, возможно, прогулялся бы по вашему Аврорату минут этак двадцать, если бы не одно «но»: Скорпиусу надо поесть.

— Полностью согласен, — с уверенностью произнес Гарри и решительно отстранился от Скорпиуса. Однако оторвать от него взгляд было выше его сил — заспанный, толком не проснувшийся и такой родной — его хотелось обнимать и трогать, чувствовать под пальцами тепло его кожи и ощущать своей его горячее дыхание. И если бы на месте Ивара был кто-то иной, то Гарри непременно воспользовался бы его добровольным согласием погулять по Аврорату. Но выставлять за дверь Маккоя казалось сейчас совсем уж неправильным.

Прежде чем встать, Скорпиус посмотрел в окно и, скользнув взглядом по постели, задумчиво сказал:

— Вы нормально тут уместились? Надо было меня подвинуть.

— Вполне, — отозвался Гарри, решив не вдаваться в подробности пробуждения. — Ивар, останься с ним до моего прихода, — попросил он, поднимаясь с дивана, и снова обратился к Скорпиусу. — Я найду Кайла, затем аппарирую в NCA, и сразу же вернусь. А ты пока позавтракай.

— Как ты понял, что мы спали все вместе? — спросил Ивар, когда Поттер аппарировал. — Мы собирались держать это от тебя в секрете.

— Диван промят в трех местах, — указал Скорпиус на очевидное только для него обстоятельство.

— Ты не сердишься? — Ивар начал споро распаковывать сумки.

Скорпиус схватил булочку, расправился с ней в два укуса и только потом ответил:

— Нет, нисколько. Я бы тоже не оставил тебя мерзнуть.

Ивар улыбнулся и хитро прищурился:

— Еще скажи, что сам бы и согрел, — хмыкнул он. — Кстати, возьми мою куртку — твоя одежда промокла, — предложил он Скорпиусу, указав взглядом на его мокрый ворот.

— На самом деле мне не холодно, — покачал головой Скорпиус. — Я люблю холод и холодную воду.

Он взял со стола банку тушенки, повертел в руках и вопросительно глянул на Ивара.

— Как это открыть?

— Хмм… для этого нужна открывашка специальная, — сообщил Ивар. — Какой-то я непозволительно рассеянный с вами стал. Еще парочка таких совместных ночевок — так мозги вообще в желе превратятся. А открывашка у меня дома есть. Аппарировать нас сможешь?

— Конечно, — Скорпиус подошел к нему, взял за руку и аппарировал. — Расскажешь мне, что произошло у вас с Гарри, что вы вдруг стали такими друзьями? — поинтересовался, пока Ивар искал открывалку.

Первой мыслью Ивара было пошутить, что совместное купание сближает, но он вовремя отказался от идеи, вспомнив, как Скорпиус реагирует на шутки касательно Поттера.

— Да ничего особенного, — размыто ответил он. — Просто людям свойственно сплачиваться перед лицом общей беды.

Скорпиус внимательно на него посмотрел и резко дернул за руку на себя, когда Ивар выудил-таки из шкафчика консервный нож.

— И каким образом вы сплачивались? — спросил он, прежде чем нырнуть в аппарационную воронку.

Впрочем, в голосе его не было ревности, а порывистость действий объяснялась весьма просто: едва появившись в кабинете, Скорпиус кинулся к столу и вонзил в консервную банку отобранный у Ивара нож. Ел он жадно и очень быстро, и, возможно, это зрелище могло показаться отталкивающим, но только не Ивару.

— Пришлось тащиться под этим чертовым дождем полквартала с полутрупом на плечах, — решил-таки ответить он правду. — А потом грабить магазин, чтобы помыться, и лить друг на друга воду. Разумеется, молча мы это делать не могли и, истратив с десяток пучков шпилек, остались в итоге довольны друг другом.

— Жаль, что меня с вами не было, — с искренней завистью протянул Скорпиус, вскрывая ещё одну банку — уже третью. — Целое приключение.

— Хорошо, что тебя с нами не было, — поправил Ивар. — Просто отлично. За тебя я бы испереживался под дождем и истек бы кровью из носа под душем.

Скорпиус улыбнулся и передал ему очередную открытую банку.

— Вкусно, кстати, — сказал он. — Только мало, — он с тоской глянул на ровный рядок баночек в пачке.

— Ну так ешь все, — ответил Ивар. — Для кого я старался? А я на работе поем — все равно туда надо вернуться. Уверен, для сотрудника, взятого в заложники злыми волшебниками, у руководства найдутся три корочки хлеба, — хмыкнул он и с грустью посмотрел на Скорпиуса. — Пообещай мне, что зря рисковать не станешь, — выдавил он спустя некоторое время.

— Смотря что считать риском, — отозвался Скорпиус, после десятой банки начиная есть немного медленней. — Если как с нырянием, то там серьёзного риска не было. И я не уверен, что тебе не придется тут задержаться, — добавил он, протягивая Ивару булочку с какой-то начинкой. — Так что всё-таки поешь, пожалуйста.

Порывшись в пакете, он нашел там ещё несколько булочек и отложил их в сторону для Гарри.

Ивар охотно принял булочку и с удовольствием надкусил ее, наслаждаясь начиной из ванильного крема.

— Будь моя воля, я бы сдался вам в добровольные заложники, пока вся эта херня не закончится, — сообщил он, быстро прожевав откушенный кусок. — Даже несмотря на то, что питание у нас преотвратное, — улыбнулся он, жадно расправившись с булочкой.

— Знаешь, мне было бы спокойнее, если бы ты и правда остался тут, — ответил Скорпиус несколько напряженно. — Мне достаточно того, что я понятия не имею, что случилось с моими родителями, и ничего не могу сделать, пока ваше начальство не соизволит обеспечить нас защитой.

— А почему ты не аппарируешь к ним? Я понимаю, что у вас там все на чарах держится, но, может, стены их жилища все же уцелели, им удалось как-то укрыться от дождя? — с надеждой в голосе спросил Ивар. — Слушай… а чего мы сидим? — спохватился он. — Насколько я знаю, Роу не отменял резолюцию на мое сотрудничество с вами. Моего приказа будет достаточно, чтобы выдать вам спецодежду и средства передвижения. Не в том объеме, конечно, какой нужен вам, но экипировать тебя и Гарри я вполне в силах!

Скорпиус цепко на него посмотрел и резко отставил банку с тушенкой.

— Ещё только семь утра, думаю, вряд ли Роу успел распорядиться насчет тебя, учитывая, что ты как бы «в плену», — сказал он быстро. — Сможешь быстро организовать что-нибудь до того как он появится на рабочем месте?

— Ну а что нам мешает попробовать? — спросил Ивар, хитро прищурившись. — Аппарируем в мой кабинет, ну а дальше я сыграю в большого босса, — хмыкнул он и протянул Скорпиусу руку.

— Семь секунд, — Скорпиус рывком поднялся на ноги и призвал мантию. Достав из её кармана мобильный телефон и, заодно, АйДжамп, он положил телефон на видное место на диване и взял со стола свой экран. — Когда Гарри вернется, я ему позвоню, — пояснил он. — Дай мне, пожалуйста, твой мобильник.

Сделав контрольный прозвон, он убедился, что связь вполне стабильная, и с некоторым удивлением провел пальцем по снова зарябившему экрану АйДжампа.

— Это нормально, — сказал ему Ивар. — Что-то там с радиосигналом связано, они же оба его принимают. Но давай не будем терять времени, — он сжал пальцы Скорпиуса, и тот послушно аппарировал.

Похоже, Роу не слишком торопился выполнять свои обещания — в NCA было довольно тихо. Набрав несколько номеров, Ивар переговорил с дежурными пары отделов, и выяснил, что основное распоряжение на эту ночь было: «Наблюдать и не вмешиваться. Контроль ситуации — дело военных».

— То есть, ситуация под контролем людей, которые знать о нас ничего не знают? — уточнил Скорпиус, нехорошо прищурившись.

— Которые в случае чего и не допустят, чтобы о вас узнали, — мрачно проговорил Ивар и взглянул на часы. — Сказали, что одежду принесут через пять-десять минут, — сообщил он и подошел к окну. — Вот же все-таки сучий закон подлости… Только же вчера машину помыл, — наигранно возмутился, критически посмотрев на свой припаркованный под окном автомобиль. — Кстати она полностью в вашем распоряжении.

— Тогда давай загрузим её вещами и перегоним к Аврорату, — решил Скорпиус. — И едой тоже. У вас тут есть еда?

— Есть столовая и, возможно, где-то запас сухих пайков, — подумав, отозвался Ивар. — Сейчас попробую всё организовать, — и он снова взялся за телефон.

На этот раз переговоры заняли больше времени, но Маккой своего добился — скоро ему в кабинет принесли несколько запакованных в гибкий пластик новеньких костюмов химзащиты, добрый десяток коробок с сухим пайком и по паре коробок с консервированным бобами, горошком, кукурузой, помидорами и всё той же тушенкой.

— На первое время хватит, — удовлетворенно кивнул Ивар. — Но ещё скатаемся пару раз в магазин. Поехали? — озабоченно посмотрел он на Скорпиуса. — Не хочу, чтобы про мой саботаж узнали, пока я ещё тут.

Скорпиус кивнул, взмахнул палочкой, уменьшая приобретения, и аппарировал прямо в машину.

— Ух ты, здорово! — восхитился Ивар. — Так ты, получается, целый магазин себе в карман засунуть можешь? Удобно. Так давай не будем терять времени и ограбим пару супермаркетов!

— Не выйдет, — покачал головой Скорпиус. — В Аврорате ни в коем случае нельзя пользоваться такими чарами сейчас, так что из машины коробки придется таскать самим.

Ивар улыбнулся — порой Скорпиус воспринимал юмор совсем дословно, а затем замер, пораженный собственной мыслью. Глупая шутка об ограблении магазинов не была такой уж и бестолковой — едой им действительно не мешало бы запастись, а при помощи такого уменьшающего волшебства сделать это будет гораздо легче и быстрее.

— Зато в моей квартире можно, — отозвался Ивар. — И я абсолютно серьезно. Предлагаю устроить там временный продовольственный склад.

— А если твой дом разрушат? — резонно возразил Скорпиус. — Скорее тогда уж надо делать склад в том месте, которое разрушат в последнюю…

— Метро! — перебил мгновенно сообразивший Ивар. — Там ведь кое-где настоящие бомбоубежища! И никакой дождь не попадет, и пешком дойти, если что, сумеем.

— Прекрасно! — одобрил Скорпиус и рванул машину с места.

На этот раз ехать со Скорпиусом за рулем было совсем не страшно. Может, в свете последних событий, уже было и не до боязни скорости — а тем более на пустынных улицах — а, может, Ивар всецело доверился Скорпиусу, невзирая даже на позволяющий мало что разглядеть чернильный дождь и ненадуманную опасность врезаться во встречную машину или фонарный столб.

Но, к счастью ни того, ни другого не случилось. Наверное, они были единственными сумасшедшими, кто рискнул сесть за руль во время подобной природной аномалии. А расположение столбов, возможно, Скорпиус знал наизусть.

— Ох, чувствую, предстоит мне с хозяином не самый легкий разговор, — усмехнулся Ивар, и весело помахал рукой в глазок камеры, висящей над входом уже дважды ограбленного им магазина.

— Надеюсь на это, — отозвался Скорпиус очередной вгоняющей в ступор фразой. — В том смысле, что мне очень хотелось, чтобы дело не зашло так далеко, что твои преступления просто никто не заметит на фоне всего остального.

Он начал уменьшать коробки с долго хранящимися товарами и складывать их в одну большую пустую коробку из-под кетупа.

— Я бы очень хотел сказать тебе, что все будет хорошо… — вздохнул Ивар и осекся. — Черт, думай, кому вы могли в последнее время насолить! — воскликнул он, теряя разом всю свою выдержку. — Почему именно вы? Не мы? Не племя какое африканское — а вы?

— Мне не хочется тебя расстраивать, но на твои вопросы есть один очевидный ответ, — серьёзно посмотрел на него Скорпиус. — Но мне очень хочется верить, что я ошибаюсь, и это действительно инопланетная операция по захвату Земли, а с нас начать решили как с самой значительной угрозы.

— Ты правда считаешь, что вы столь опасны? — спросил Ивар без тени улыбки. — Я тоже так поначалу думал. Но то, что я вижу сейчас… Сейчас вы не опаснее трехлетних детей. И это, — он кивнул на разбитую витрину, — только одна из ситуаций, которая обнажила вашу беспомощность. Но даже, предположим, ты прав… Почему тогда не напасть на всех и сразу? Или считаешь, что у этих марсиан недостаточно ресурсов, и они решили расправиться с нами в порядке очередности?

— Они решили нас уравнять, — Скорпиус взмахом палочки поднял в воздух коробку, вместившую без малого полмагазина и демонстративно поболтал ею в воздухе. — Ты прав, отними у нас магию, и мы никто, — сказал задумчиво. — Но пока маг может колдовать, он один может победить армию.

— Точно. Если не подстрелят. И кстати из того оружия, о существовании которого вы и не знаете, — произнес он, вспомнив интерес Скорпиуса к его пистолету. — Ты даже сейчас отказываешься понимать, как безнадежно вы отстали от нас за последнее столетие.

Скорпиус прищурился, опустил коробку и взмахнул палочкой, окружая себя едва заметным прозрачным щитом.

— Стреляй, — сказал спокойно. — В грудь, ногу, голову — без разницы.

— Затаившийся снайпер не станет предупреждать, прежде чем спустить курок, — со всей серьезностью сказал Ивар и покачал головой. — Вас губит святая, незыблемая вера в свою исключительность.

— До сих пор нас ничто не губило, — заметил Скорпиус, снимая щит. — До сих пор мы жили спокойно со своей верой, никому её не навязывая. Однако очевидно, что кто-то ещё поверил в нашу исключительность и теперь отчаянно желает избавить нас от неё.

— Ты сейчас цепляешься за слова, отказываясь прислушаться к здравому смыслу, — укоризненно протянул Ивар. — Вас всегда губила ваша неосторожность и зазнайство. И, к слову, не только вас. Из-за вас — просто из-за того, что вы существуете — в свое время погибли тысячи людей. Простых, обычных, не имеющих к вашей магии никакого отношения. Даже в вашей истории должно быть сказано о средневековье, — пояснил он, что имел в виду.

— Люди погибли из-за маггловской зависти, — резко ответил Скорпиус. — Было зазнайство или нет, но именно мы в итоге сбежали от вас. От вас мы прячемся. И, вполне возможно, именно твои сородичи собираются лишить нас магии сейчас и хорошо, если не убить.

— Самое мерзкое, что это действительно может оказаться правдой, — помолчав, выдохнул Ивар. — Хоть убей, но не верю я ни в каких инопланетян! — воскликнул он. — И знал бы ты, как мне тошно обо всем этом говорить… Но в одном я уверен — власти Британии здесь ни при чем. Я бы что-то слышал, даже если операция сверхзасекречена. И мы бы не разрушали свои же города.

— Я в этом уверен, — тон Скорпиуса чуть потеплел. — Хотя твой начальник тоже весьма ушлый тип.

Он взял коробку и подставил Ивару локоть, чтобы тот за него взялся, но когда они очутились в машине, коробки у него в руках не оказалось — та сразу отправилась на заднее сидение.

— Знаешь, я всегда понимал, что этот человек — самое настоящее дерьмо… Но даже при всем моем знании меня покоробило, когда он выдвинул те требования, — протянул Ивар, скривившись. — И кстати, я вовсе не уверен, что свои обязательства он выполнит в нужные вам сроки. Так что ты молодец, что догадался обвести его вокруг пальца.

— Я… — начал было Скорпиус, но вдруг замолчал, напряженно вглядываясь в черное, как ночью, небо. — Ты видишь это? — спросил долгих пару секунд спустя.

Ивар честно вгляделся в тучи, но ничего не увидел.

— Что там? — спросил озабоченно.

— Не знаю, — Скорпиус рвану машину с места и помчался по улице, практически не глядя на дорогу. — Но мне кажется, в облаках что-то движется.

Не обращая внимания на скорость, Ивар еще раз всмотрелся в стекло и обомлел. Скорпиус был прав — помимо туч в небе нависало еще что-то. Рассмотреть это нечто было крайне сложно, а находясь в мчащейся на предельной скорости машине — вообще невозможно. Но одно обстоятельство не вызывало сомнений — чем бы то ни был этот объект, он уверенно двигался в сторону магической части Лондона.

— Черт… — выдохнул Ивар. — Лишь бы оно летело не к вашему Аврорату.

Предчувствие нехорошо засосало под ложечкой — любой человек, мало-мальски соображающий в тактике ведения боя, направил бы сокрушительные силы в самое стратегически ценное место для врага. А для магического Лондона таким местом был Аврорат. — Жми сильнее! — Ивар хотел закричать, но липкий страх сковал льдом легкие. — Там же ваши и понятия не имеют, что происходит!

Но вместо того, чтобы вдавить педаль газа, Скорпиус нажал на тормоз так резко, что Ивар больно ударился грудью о переборку. Машина ещё толком не остановилась, когда Малфой дернул Ивара за руку, утаскивая в аппарационный поток.

* * *

— Всем сохранять боевую готовность, — отчеканил Гарри. — Никому не покидать посты наблюдения. Смена караула через каждые три часа. Мне не нужны сонные тетери, — и отдав последние перед аппарацией к NCA распоряжения Кайлу, поспешил в кабинет, решив все же прихватить Ивара с собой. В конце концов, кто, кроме него, мог лучше разбираться в маггловском снаряжении и технике?

Однако перешагнув заветный порог, был немало удивлен. Кабинет был пуст, и заместо Ивара и Скорпиуса на диване лежали оставленные явно для него булочки.

К счастью, помимо булочек после недолгих поисков обнаружился ещё и телефон, но воспользоваться им Гарри не успел — раздался хлопок, пропажа нашлась сама собой. Правда, радость от встречи была недолгой — хватило одного взгляда, чтобы понять, что оба очень сильно чем-то озабочены. Не сговариваясь, оба ринулись к окну, по пути ухватив Гарри под руки.

— Сейчас что-то будет, — выдохнул Ивар. — Вон эта штука, Скорп! Черт, как же быстро…

— Гарри, если будет взрыв, аппарирую я! — предупредил Скорпиус категорично.

— Да погоди ты аппарировать, — резко бросил Гарри. — Когда заметили? — спросил он, глядя на приближающуюся в тучах тень. — Сколько у нас времени до того, как эта херня до нас долетит?

— Три, две, одна… — Скорпиус задрал голову, когда неведомая штуковина пролетела над ними, будто мог видеть через крышу, а потом аппарировал без предупреждения к окну в кабинете на другом конце здания. — Пусто, — прокомментировал сухо. — Она над нами.

И тут раздался грохот. Сначала Гарри подумал, что что-то упало на крышу, но звук всё не кончался и не кончался.

— Оно рушит здание! — почти выкрикнул Скорпиус и снова аппарировал — на этот раз в самую глубокую часть архивов. — Всё заливает дождем, — выдохнул он. — Пространственные чары лопаются, верхний этаж разрушен полностью за четыре секунды, потери двадцать семь авроров, следующий этаж — будет разрушен за шесть, пять, четыре, три…

— Да что там за тварь?! — перебил Ивар.

В ответ Скорпиус коснулся экрана перед лицом, увеличивая одну из сотен картинок, и сдернул устройство с головы.

— О, Боги…

— Уходи отсюда! — взревел Гарри и схватил Скорпиуса за локоть, резко разворачивая к себе. — Позже я аппарирую к вам. Уходи… — процедил он, вглядываясь ему в глаза.

На долгие объяснения времени не было, и он только мог надеяться, что Скорпиус не станет пререкаться и послушает его. Он уже хотел прокричать, что это приказ, как взгляд снова упал на экран. Сказать, что Гарри не видел ничего подобного прежде, он не мог. То, что в эту самую минуту атаковало здание Аврората было точной копией того самого насекомого, что пыталось проникнуть за магический барьер. Только на этот раз оно было в разы больше. И похоже, что ловчее и гораздо стремительнее.

— Да чего же ты ждешь? — закричал он, с силой тряхнув Скорпиуса за руку.

— Гарри, не дури! — вмешался Ивар. — Уходим вместе! Скорпиус, сколько времени до разрушения всего здания?

— Минута тридцать пять секунд… — быстро отозвался Скорпиус, но потом помотал головой и приблизил изображение на экране. — Меньше, — выдохнул. — Теперь намного меньше. Смотрите!

Насекомое, до этого методично пробивавшее дыры в полу и потолке так, что хватало всего одной попавшей в них капли дождя, чтобы разрушить целое крыло, добралось до шахты заколдованного лифта. Раздался взрыв, и здание пошатнулось — сложнейшие чары лифта не просто развеялись, а запустили цепную реакцию по всему Аврорату и связанному с ним зданию министерства. Но этого насекомому показалось мало. Раскрыв огромную безобразную пасть из трёх то ли щупалец, то ли жвал, оно начало наполнять шахту странной серебристой пылью. И только когда Скорпиус увеличил картинку до предела, стало ясно, что это никакая не пыль, а такие же насекомые. С молниеносной скоростью они стали рассредотачиваться по зданию, заканчивая начатое в тех местах, куда не смог проникнуть дождь.

Не в силах оторваться от изображения, Гарри видел, как уцелевшие авроры на одном из этажей попытались защититься магией, но насекомые этого будто не заметили. В одну секунду они окутали авроров серебристым облаком и понеслись дальше, оставив людей махать бесполезными палочками ровно до той секунды, пока не обрушился потолок.

— Расчетное время полного разрушения здания — двадцать секунд, — сказал Скорпиус дрогнувшим голосом. — Прости, Гарри… — добавил он зачем-то и аппарировал всех троих.

Гарри не успел еще осмыслить все, что произошло, как он уже сидел на заднем сиденье вовсю несущейся машины. Только что на его глазах произошло то, что было в его представлении прежде невозможным — за несколько минут от самого защищенного места в магической Британии остались одни руины. Только что вся магическая Британия осталась без защиты своих авроров — бери хоть голыми руками. Наверное, осознавать это было страшно, но сейчас Гарри не чувствовал ничего.

— Ты экран успел взять с собой? — спросил глухо. — Может, кто-то выжил!

— В общей сложности из здания успело аппарировать тридцать семь человек, — отозвался Скорпиус, закладывая такой крутой вираж, что Ивар едва не упал ему на колени. — Из них двадцать два человека — министерские. Настоящее их местоположение неизвестно, — он перечислил имена выживших, до белых костяшек сжимая руль. — Кайл погиб, — добавил настолько сухо, что стало ясно — даже его сейчас переполняют тщательно сдерживаемые эмоции. — Но есть один момент, который я не знаю, как расценивать. Ни один человек не был убит намеренно. Все погибшие погибли в результате разрушения здания.

— Только не говори, что это типа случайность, и они не хотели! — рявкнул Ивар. — Черта с два!

— Они могли не знать, — подтвердил Скорпиус. — Если бы целью было убийство, они бы просто взорвали здание.

— Нужно тщательно посмотреть записи, — проговорил Гарри, стараясь не думать сейчас ни о погибшем Кайле, ни об раздавленных камнями аврорах. Он обязательно подумает о них, он сам почтит память каждого, но только не сейчас. Нельзя, нельзя позволить дать себе слабину! — Куда ты нас везешь? — сухо поинтересовался он, отвернувшись в окно.

— К той станции метро, где есть выход в заброшенные ветки, — Скорпиус снова резко дернул машину в сторону. — Там будет относительно безопасно и одновременно можно передвигаться по городу, не опасаясь дождя.

— Надеюсь, хоть министр успел аппарировать, — коротко кивнув, произнес Гарри. — Ивар, ты как, с нами остаешься? — обратился к уже к Маккою, силясь за сухостью тона скрыть надежду. Помощь Ивара могла понадобиться в любую минуту.

— Я тебе сейчас врежу, — мрачно пообещал Ивар. — Не хочу больше слышать столь идиотских вопросов!

— Сейчас ты мне точно захочешь врезать, — со всей серьезностью произнес Гарри, — но промолчать я не могу. Спасибо тебе.

— Иди в жопу, — буркнул Ивар насупленно и, помолчав, вцепился в волосы. — Эта сука Роу должен был ещё вчера выдать вам защиту! Какого черта он тянул, у нас же всего навалом! И почему эти гребаные военные не сбили эту хрень еще на подлете?!

— Не было угрозы мирному населению, — холодно ответил Скорпиус и уточнил: — Маггловскому населению. Военные всю ночь занимались тем, что оцепляли магическую часть Лондона и пытались выяснить, что это вообще всё значит.

— Сейчас не то время, чтобы выяснять, кто прав, а кто нет, — отрезал Гарри. — Но к твоему Роу у меня точно будет пара вопросов, — процедил он, холодно пришурившись. — Но нам надо думать, что дальше делать. Значит так… обслелуем метро и запасемся провиантом. Потом аппарируем ко мне домой, забираем портключи, и ты, Скорпиус, отвезешь их в мэнор. Вместе выберите направление, и ты активируешь портключ, — закончил он и отвернулся, чтобы не столкнуться в зеркале взглядом со Скорпиусом. Потому что стоит ему увидеть в его глазах боль и обиду, как собственная воля даст трещину. Единственное, что помогло Гарри сказать все это — лишь только уверенность в своей правоте. Скорпиуса нужно отправить подальше от этого ада. И если Гарри придется, он напичкает его снотворными, применит силу, да слелает, что угодно, но не позволит себе рисковать его жизнью.

— Нет, — просто и весьма спокойно сказал Скорпиус. Некоторое время Гарри ждал, что он добавит что-то ещё, но, видимо, Малфой счел ответ исчерпывающим.

— Бегство не выход, — неохотно поддержал его Ивар. — Нет никакой гарантии, что все это происходит только у нас. И втроем у нас больше шансов выжить, помогая друг другу. Тем более, что Скорпиус ничерта не смыслит в маггловском мире, а ты, Гарри, без него все равно тут ничего не сделаешь.

— Что значит «нет»? — переспросил Гарри, хотя другого ответа он, признаться, и не ожидал. — Посмотришь по Интернету, идет ли дождь в Мексике или Австралии. Ты все равно покинешь Британию — хочешь ты этого или нет, — помолчав некоторое время, закончил он. — И я не буду это обсуждать. И с тобой, Ивар, тоже.

«Даже если ты миллион раз прав», — мысленно добавил он. Да, что касалось его, Гарри, Маккой говорил по существу. Но даже это ничего не меняло.

— Максимально доступное мне расстояние для аппарации — сто шестьдесят пять километров. Максимальная частота аппараций в час — двадцать пять. Длина экватора сорок тысяч семьдесят пять километров шестьсот девяносто шесть метров, — невозмутимо перечислил Скорпиус и подытожил: — Таким образом я вернусь обратно меньше чем за десять часов, при условии, что ты отправишь меня в самую удаленную от себя точку.

Гарри внимательно его выслушал и, скрипнув от злости и бессилия зубами, тихо прорычал:

— Ты еще не забыл, мать твою, что я твой начальник? Ты давал присягу — если сказано выполнять, значит, нужно выполнять! Или ты считаешь, что я в игры с тобой играю?

— Прекрасно, значит, после войны отправишь меня в Азкабан, — с непоколебимым спокойствием кивнул Скорпиус и затормозил у с виду нетронутой станции метро. — Машину оставим здесь, на случай, если понадобится.

Гарри внимательно посмотрел на Скорпиуса и понял, что эту битву он проиграл. Скорпиус от своего не отступится, что бы там Гарри не говорил и как бы его не запугивал. Даже если бы он сказал, что между ними все будет кончено, Малфоя это не остановило бы. И это очень плохо, потому что даже при условии их взаимодействия втроем, у одного тела не может быть две головы.

Скорпиус аппарировал их в заброшенную часть, не забыв прихватить коробку с припасами, и первым делом цепко огляделся.

— Новых следов тварей я не вижу, — поделился он своими наблюдениями. — Но для базы лучше выбрать место в стороне… — тут он осекся и присмотрелся к чему-то внимательнее. — Сола?.. — прошептал вмиг охрипшим голосом.

Из дыры, когда-то оставленной насекомым, послышалось приветственное уханье, и к людям выпорхнула пестрая стая.

— Утер, Майна, Локи, Итон, Игги, Кудо, Урса, Брэд, — называл птиц Скорпиус дрожащим голосом, — Йока, Сола и… — он резко обернулся, услышав в углу писк, и резко выдохнул, увидев на полу корзинку с совятами. — Все, слава Мерлину!

Даже Гарри несмотря на мрачное настроение не смог сдержать улыбки. Встреча с малфоевскими совами в этом тусклом туннеле — когда снаружи льет беспрерывный убивающий магию дождь, после крушения Аврората и гибели стольких людей — стала настоящей радостью. От испытанных эмоций, казалось, и в груди потеплело, и подавшись порыву, Гарри подбежал к корзинке с птенцами.

— Хлоя, красавица моя, — прошептал он и аккуратно огладил по голове радостно пискнувшую птицу.

— Наверное, дождь намочил только перья, — сказал Ивар, с безграничной теплотой глядя на Скорпиуса. — Не попал на кожу. А они догадались, где от него прятаться.

— Мы же говорили, что с ними будет все хорошо, — улыбнулся Гарри, почувствовав, как у самого отлегло от сердца. Затем подошел к коробке и, ознакомившись с ее содержимым, удовлетворенно кивнул — на первое время еды должно было хватить с лихвой. — Я в Мунго, — сообщил он, надевая припрятанный в кармане дождевик. — Ждите меня здесь, я туда и обратно, — проговорил как можно непринужденнее, однако внутри все заклокотало от волнения, стоило только подумать о малфоевских лекарствах.

Оставалось надеяться, что такое же насекомое не атаковало и не разрушило сегодня и больницу, и он сможет добраться до врачебного склада, даже если в самом здании никого не будет из персонала.

— Один? — с волнением посмотрел на него Ивар. — Возьми хотя бы меня с собой. И еще у нас есть хорошая защита, — он вытащил из коробки упаковку с комбинезоном химзащиты.

— Хорошо, давай вместе, — согласился Гарри, взял у Ивара защитный комбинезон и торопливо надел его. — Ну вот, теперь совсем красота — никакой дождь не страшен. А ты сидишь здесь и ждешь нашего возвращения, — сказал Скорпиусу и посмотрел на него со всей строгостью, мол, чтоб без сюрпризов.

— Да, сэр, — отозвался Скорпиус серьезно. — Игги, ты с ними, — добавил, глянув на одну из сов.

Сова понимающе ухнула и, описав над ними круг, уселась Гарри на плечо.

— Без надзирателей и шага не ступишь, — усмехнулся Гарри и взял сову на руки, подставляя Ивару локоть. — Хватайся.

— Подожди, — Ивар достал из упаковки проигнорированную Гарри защитную маску. — Надень сначала, а то мало ли что.

Гарри вручил Ивару сову и надел маску, решив, что подстраховаться действительно лишним не будет.

— Теперь аппарируем? — спросил он и взяв Ивара за руки — так, чтобы Игги оказался между ними, утянул всех троих в аппарационный поток.

Подстраховались они не зря. Аппарировав сразу в холл больницы, Гарри с трудом узнал это место. То, что осталось от Мунго и зданием-то назвать уже не приходилось. Вместо потолка верхнего этажа над ними нависало низкое усеянное тучами небо, по одной из стен шла трещина шириной, наверное, с приличное окно — и вообще было неясно, каким чудом она не рухнула, не потянув цепной реакцией остальные несущие стены.

По всей вероятности, они сейчас стояли на обломках верхних этажей, что пластами попадали вниз, похоронив под собой не одну жизнь. Не к месту вспомнилась приветливая и краснеющая Амели — совсем еще юная, чтобы окончить свои дни так скоро. Оставалось только надеяться, что каким-то образом ей все же удалось вовремя покинуть рушащееся здание.

— Какой нам нужен был этаж? — поинтересовался Ивар, все еще прижимая к себе сову и оглядывая все вокруг распахнувшимися в ужасе глазами. — Я к тому, что если верхний, то есть еще вероятность отыскать нужный нам шкаф.

— Скорее всего, подвал, — отозвался Гарри, осторожно шагнув по сколотым кускам бетона.

— Это будет весьма опасно, — вздохнул Ивар и посмотрел на насупленного Игги. — Ты можешь провести нас? — спросил неожиданно. — Ты ведь умный и умеешь находить путь.

Игги удивленно моргнул и захлопал крыльями, с трудом поднимаясь в воздух под тяжелыми каплями дождя. Вряд ли Скорпиус отправлял с ними сову именно для этих целей, но как бы то ни было, Игги справился прекрасно — провел их вниз кратчайшим путем. Вышло довольно быстро, потому что закутанный в химзащиту Гарри по-прежнему мог аппарировать, что и делал при любой возможности.

Подвал, как ни странно, уцелел почти полностью, и большинство шкафов с ингредиентами и готовыми зельями стояли нетронутыми. Вот только было их так много, что Ивар присвистнул.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но у Скорпиуса ведь какие-то редкие лекарства? — протянул он. — И как мы будем их тут искать?

— Редкие, — согласился Гарри, тщетно пытаясь вспомнить, хотя бы как выглядят малфоевские флаконы. — Значит, уносим все, что есть — лишними все равно не будут, а Скорпиус сам разберется, — констатировал он, покрутив в руках стандартное обезболивающее зелье. — К тому, же здесь они все равно уже никому не нужны, — мрачно закончил он и осмотрелся по сторонам.

Им повезло: в углу стояли большие коробки с бинтами. Вытряхнув их из одной такой, Гарри вернулся к шкафу и принялся ставить в аккуратные ряды разномастные флаконы.

Ивар тоже не стоял в стороне. Последовав примеру Гарри, он освободил вторую коробку и принялся сгружать в нее содержимое из соседнего шкафа.

Работа была монотонной и чертовски долгой, так как воспользоваться магией под проливным дождем Гарри не мог.

— Послушай, — сказал Ивар, когда они наполнили четыре ящика, но не освободили и пары шкафов. — Здесь вроде бы не опасно… Давай позовем Скорпиуса? Он хотя бы покажет пальцем, что брать, а что попустить. Иначе мы тут три дня провозимся. А ведь тут, наверное, может и вовсе не быть нужного, значит, надо брать то, из чего эти лекарства можно сделать.

— Хорошо, сейчас аппарируем за ним, — согласился Гарри. Загруженных в коробки лекарств им должно хватить как минимум на несколько месяцев на случаи непредвиденных болезней или ранений. — Ивар, возьми сову, а я захвачу зелья, — произнес он и поднял с пола увесистую коробку.

Игги обеспокоенно ухнул и сел Гарри на плечо, явно намереваясь аппарировать в его руках.

— Нет, дружок, у меня не восемь рук, — выдохнул Гарри. — Поэтому иди к дяде Ивару, — и, дождавшись, пока Маккой возьмет сову, перенес их всех на станцию метро.

Сразу стало понятно, что времени Скорпиус зря не терял. Вместо заброшенной полупещеры Гарри и Ивар оказались во вполне уютной спальне с этническими мотивами в декоре. Стол и стулья были в привычной Малфою манере без ножек, но на этот раз не деревянными, а каменными, чтобы гармонировать со стенами, а кровать на каменном же ложе поражала размерами и выглядела вполне уютно… Вот только была всего одна.

— Если на нас нападут, мы должны иметь возможность сразу же аппарировать, ну или хотя бы тихо разбудить друг друга, — пояснил Скорпиус, когда Гарри и Ивар не сговариваясь уставились на кровать. — Поэтому будем спать вместе.

— Разумно, — кивнул Гарри и, поставив коробку на пол, бросил быстрый взгляд на Ивара, припоминая их сегодняшнее пробуждение. Скорее всего Ивар думал о том же, стремительно заливаясь краской. А может, и не о том же… Может, мысленно он уже трахал Скорпиуса под разными углами на этой самой кровати. Укол ревности снова заставил Гарри нахмуриться, но мысли свои по этому поводу он естественно не высказал. — Мунго разрушено, — сообщил он Скорпиусу, довольно быстро переключившись на рабочий лад. — Нужно туда вернутся — выберешь, какие зелья тебе могут понадобиться. Только с расчетом на много месяцев.

— Я предполагал такой вариант, — вздохнул Скорпиус, быстро натягивая заранее подготовленный комбинезон. — Там тоже льет дождь?

— Как из ведра, — подтвердил Ивар.

— Но шкафы целы? — уточнил Скорпиус. Ивар кивнул. — Что ж, тогда мне нужен зонтик, — сделал неожиданный вывод Скорпиус.

Никто не стал уточнять, что он задумал, понимая, что проще увидеть, чем тратить время на вопросы. Пока Скорпиус одевался, Гарри аппарировал Ивара к нему домой, и они взяли оттуда все зонтики, что нашли — на всякий случай.

Малфоевский план оказался прост до безобразия. Гарри раскрыл зонт прямо над шкафом, и Скорпиус сгрузил все содержимое в ящик за пару взмахов палочки.

Быстро покончив с расфасовкой зелий, Ивар рассмеялся, мол, как ему этот способ самому в голову не пришел, и подхватив один из коробков, приготовился к аппарации.

Возвращаться пришлось еще два раза — слишком много лекарств нужно было транспортировать. Но никто не жаловался — потому что на самом деле уцелевшие при крушении склянки можно было считать настоящим чудом.

Гарри сгрузил в дальний угол их нового жилища последний коробок и перевел дыхание, снимая маску.

— Бункер готов. Еда есть, лечиться есть чем, спать тоже есть где, — выдохнул Гарри, переводя дыхание. — Можно и третью мировую пережить, — с грустью улыбнулся он. — А сейчас аппарируем в твой мэнор, — обратился к Скорпиусу. — Посмотрим, что там происходит.

— Мне снова подождать здесь? — спросил Скорпиус напряженно.

— Да, сначала мы посмотрим, что там, — ответил Ивар вместо Гарри.

— Ладно… — Скорпиус прислонился к стене, где стоял, чтобы не капать на пол попавшим на комбинизон дождем. — Игги…

Тот весело ухнул и покрепче вцепился когтями в плечо Гарри.

Надо признать, присутствие Игги очень помогло им в Мунго. Поэтому, Гарри был совсем не против взять сову с собой и на этот раз — вдруг опять придется пробираться через обломки стен и этажей. Правда, Гарри очень надеялся, что Малфой-мэнор все же уцелел, и аппарируют они с Иваром не на руины, а к нетронутым воротам. Но нужно было быть готовым ко всему и не исключать даже самые плачевные варианты.

— Не волнуйся, — тихо произнес Гарри, с беспокойством взглянув на Скорпиуса и даже не в силах предположить сколько десятков, а может, и сотен трагичных, непоправимых картин ежесекундно прокручиваются в малфовской голове. — Все будет хорошо, — он постарался обнадеживающе улыбнуться и протянул Ивару руку.

И, как ни странно, он оказался прав. Чар вокруг мэнора, разумеется, не было, но сам замок стоял как ни в чем не бывало, лишь кое-где оплыв обрувшимися от старости и не подкрепленными чарами балконами.

— Это дом Скорпиуса?.. — благоговейно протянул Ивар. — Ничего себе… Теперь понятно, почему он такой сноб.

— Я посмотрю, что ты скажешь после общения с его родственниками, — усмехнулся Гарри. — Скорпиус покажется тебе самим очарованием, — заключил он и направился к витиеватым воротам.

Ворота, раньше распахивающиеся по желаю хозяев сами собой, теперь пришлось открывать силой, с огромным трудом проворачивая в одночасье заржавевшие петли. И все же полностью магического в поместье Малфоев было не так много, как думал Гарри. Сады по-прежнему цвели под чернильным дождем, дорожки оставались ухоженными, и лишь кое-где виднелись проплешины — там, где, возможно, росли диковенные магические цветы или были разбиты магические фонтаны, светильники и всё в таком духе.

Пройдя сквозь сад, Гарри понял, что их заметили. На защищенном от дождя крыльце появился Драко, сжимающий в руках какой-то длинный предмет. Подойдя ближе, Гарри понял, что это шпага.

— Спокойно, Малфой! — крикнул он. — Свои!

Драко дернулся, услышав свою фамилию, и опустил поднятое было оружие.

— Вы кто? — спросил он напряженно, отчаянно вглядываясь в поттеровскую маску.

— Опусти шпагу! Это я, Поттер, — сообщил Гарри и шагнул вперед.

Но то ли Малфой не верил в появление Главы Аврората в своем мэноре, то ли, впав в ступор, напрочь утратил способность связно мыслить, но слушать Гарри он не стал.

— Ни шагу больше! — крикнул Драко, намереваясь сделать выпад.

— Ну хватит уже! — рыкнул Гарри, выбив из его рук шпагу магическим потоком. Под проливным дождем чары его были не так сильны, но их все же хватило, чтобы справиться с задачей. — Вот… Так-то лучше… — значительно смягчив тон, шагнул к онемевшему Драко.

— Поттер? — переспросил Драко внезапно севшим голосом. — Мерлин, это правда ты?

— Правда он, — хмыкнул Ивар, взбегая по ступеням под защиту крыльца. — Узнать, конечно, сложновато, но можете не сомневаться.

Гарри поднялся вслед за ним, тщательно отряхнулся и с облегчением снял маску.

— Самому не верится, но я чертовски рад тебя видеть… — протянул Драко, глядя на него со странной смесью недоверия и надежды.

— Я тоже рад, что мне не пришлось искать всех вас под обломками стен, — с некоторым облегчением сказал Гарри. — Твой сын очень беспокоится за вас.

Драко коротко кивнул — совсем равнодушно — будто заранее исключал возможность, что Скорпиус может попасть в беду, мол, и волноваться-то ему смысла особо не было. Никаких вопросов — ни как у него дела, ни как себя чувствует, ни все ли в порядке — словно его сын и впрямь в огне не горел и в воде не тонул.

— Можешь ему передать, что у него появился шанс, — сухо бросил он. — Он поймет, о чем речь. Ему весьма повезло.

Может, конечно, Скорпиус и поймет, но понять хотел и сам Гарри. И вообще не такую реакцию он ожидал увидеть!

— Какой шанс, Малфой? — раздраженно спросил он. — И почему, дракклы тебя раздери, ты даже не спросишь, как он? — со злостью выпалил он, разом припоминая все рассказы Скорпиуса об отношении к нему в семье.

— Раз с тобой всё нормально, то с ним и подавно, — пожал плечами Драко. — Не удивлюсь, если он построил подземный бункер задолго до того как всё это случилось, но даже не подумал предупредить семью. Ну или подумал, но решил этого не делать.

Гарри открыл было рот, чтобы ответить так резко, как только мог, но его опередил Ивар.

— Пошли, Гарри, нам здесь делать нечего, — сказал он решительно, беря Гарри под руку. — Скажем Скорпиусу, что отца его мы не нашли, а нашли только какого-то ублюдка, странно на него похожего.

— Погоди, — выдохнул Гарри, удержав намеревающегося уйти Ивара. — Это нормально. Просто этот человек вбил в себе голову очередную херню и в который раз убежден в собственной правоте. А переубеждать бесполезно, — сообщил он и снова обратился к Драко. — Рассказывай, что случилось. О каком шансе для Скорпиуса ты говорил?

— Теперь он — единственный наследник, — пояснил Драко, скипнув зубами. — И, видимо, единственный из Малфоев, сохранивший магию, — добавил с такой горечью, что не смотря ни на что Гарри стало его чуть-чуть жаль.

— Мыться не пробовали? — неприязненно буркнул Ивар.

— Я не могу наколдовать воды, — едва ли не прорычал Драко. — Неужели не понятно? А эльфы исчезли вместе с магией поместья. И, мистер как-вас-там, скажу вам по секрету, меня меньше всего волнует, как я сейчас выгляжу!

— А уж меня и подавно! — отбрил Ивар. — Вы, мистер-как-вас-там, сумеете колдовать, если помоетесь, а уж как вы возьмете воду — это уже не наше дело. Ты узнал, что хотел? — толкнул он Гарри локтем. — Если да, то пойдем уже, бесит меня этот тип!

— Кто погиб и как? — спросил Гарри отрывисто, проигнорировав его. — Твой брат, как я понимаю? А кто ещё?

— Брат, отец и мать, — перечислил Драко деревянным голосом. — Они были в теплицах, там сложные пространственные чары, да и климатических было полно. Их просто сплющило внутри в кашу вместе с растениями. Мы с Асторией были в саду, так что нам повезло, — он горько усмехнулся. — Мы просто стали сквибами. Но вы говорите, что это из-за дождя… — он перевел взгляд с Гарри на Ивара и нахмурился. — Тогда как вы разгуливаете под ним без такой же одежды?

— Так всё просто, — Ивар ослепительно улыбнулся с наслаждением отчеканил: — Я маггл.

— Надо было нам тоже маггловскую прислугу завести, — протянул Драко, бросив на Ивара словно оценивающий товар на аукционе взгляд. — С домовиками оно удобнее, но, как оказалось, не столь надежно. Было бы кому воду принести.

— Это не мой помощник, — ответил Гарри. — Наверняка ты имел в виду именно это слово, когда говорил о прислуге, — хмыкнул он, мельком взглянув на Ивара. — Он, можно сказать… друг, — сказал он, даже не удивившись, как легко ему было назвать Ивара другом.

— Хмм… маггл? Даже от тебя не ожидал… — пораженно выдохнул Драко, удивленно уставившись на них обоих. — Впрочем, это совсем не мое дело, с кем ты спишь, — тут же отмахнулся он и замолчал, словно обдумывал, стоит ли говорить дальше. — Поттер, — продолжил он он. — Наколдуй нам воду. Пожалуйста, — попросил, невероятным усилием воли выдавливая из себя каждое слово.

— А он не может, — ледяным голосом оповестил его Ивар, прекрасно понимавший, что говоря про прислугу, Малфой имел в виду именно прислугу. — У него палочка под дождь попала. Колдовать по-настоящему из нас троих может только Скорпиус, и я очень надеюсь, что одного «пожалуйста» ему будет мало.

— Тогда попроси его к нам аппарировать, — глухо проговорил Драко, напрочь проигнорировав выпад Ивара. — Астория ведь тоже не может колдовать, — добавил тихо. — Пусть хотя бы к ней придет.

— Он и намеревался, — ответил Гарри. — Я его не пустил. Мало ли, что у вас здесь могло твориться, — честно пояснил он.

— В общем-то, тоже правильно, — кивнул Драко к его удивлению. — Но сейчас…

— Сейчас позову, — кивнул Гарри и взял Ивара за руку.

Едва они аппарировали, Маккой выдернул ладонь из его пальцев и сложился пополам, упираясь руками в колени.

— Меня сейчас стошнит, — выдавил он. — Этот человек отвратителен — вот можешь мне врезать, Скорпиус, но это так, черт возьми!

— Отец или дед? — совершенно спокойно уточнил Скорпиус. — Если первое, то не делай поспешных выводов. Подожди, пока узнаешь обоих.

— Нас встретил Драко, — вместо Ивара ответил Гарри. — Он вместе с Асторией попал под дождь, поэтому им нужна твоя помощь. Как я понял, вода в мэнор доставлялась исключительно магией… Но есть еще одно, что ты должен знать… — напряженно продолжил он, вглядываясь Скорпиусу в глаза. — Когда чары в замке пали, твой дед, Нарцисса и дядя находились в теплицах… — глухо закончил он.

Наверное, эту нелегкую миссию стоило возложить на плечи Драко, но Гарри совсем не хотел, чтобы Скорпиус узнал о смерти родных в излюбленной манере отца с брошенными в свой адрес нелепыми, но слишком болезненными обвинениями.

Скорпиус помолчал, ненадолго опустив веки.

— Я понял, — сказал он скупо. — Отец сказал что-нибудь ещё?

— Много всего такого, за что я удовольствием дал бы ему в челюсть, — Ивар выпрямился и яростно сверкнул глазами.

— Мне жаль, — вздохнул Скорпиус. — Тебе не обязательно с ним общаться. Оставайся здесь.

— И не подумаю, — решительно мотнул головой Ивар. — Ты думаешь, я из-за себя переживаю, что ли?

— Даже так… — Скорпиус поморщился. — Ну это ожидаемо. Тогда пойдем. Есть там места, где нет дождя?

— Крыльцо, — сказал Гарри. — И в доме почти наверняка, но внутрь мы не заходили.

Скорпиус кивнул, взяв их обоих за руки, аппарировал точно под козырек.

— Здравствуй, папа, — поздоровался он бесцветным тоном. — Прими мои соболезнования.

Драко коротко кивнул, но так с места и не сдвинулся. В общем, это тоже было ожидаемо. Во всяком случае, для Гарри. Хотя похоже, что и для Ивара это сюрпризом не стало.

— Мать у себя, — сдержанно заговорил Драко. — И мои поздравления, господин будущий Лорд.

Скорпиус ответил таким же кивком. Оспаривать титул он не стал, да и, казалось, в принципе не знал, как говорить с отцом.

— Тебя аппаририровать? — спросил только, но руки не протянул, по-прежнему сжимая пальцы Гарри и Ивара.

— Да, — выдавил Драко, стрельнув взглядом в Ивара. — Думаю, ваш знакомый может подождать здесь.

Скорпиус нехорошо прищурился и стиснул руку Ивара крепче.

— Думаю, у тебя на коже всё еще следы дождя, — сказал он холодно. — Возьми за руку Гарри, он в перчатках.

— Тебе доставляет удовольствие перечить мне просто из принципа? — процедил Драко, но понимая, что выхода, кроме как согласиться, у него все равно нет, спорить с сыном не стал. И подошел к Гарри, молча взяв его за руку.

Увидев Скорпиуса, Астория поднялась ему навстречу и всхлипнула.

— Слава Мерлину… — прошептала она, немного неуверенно подходя ближе. — С тобой всё в порядке? Твоя магия…

— Моя магия со мной, — заверил её Скорпиус. — И вашу сейчас вернём. Мне жаль, что ты волновалась, я пришел так быстро, как только смог. Я тоже волновался, и, как выяснилось не зря. Мне жаль.

— Вы знаете, кто это сделал? — Астория сжала пальцы в кулаки и перевела взгляд на Гарри. — Это магглы, да?

— Не исключено, — ответил ей Ивар. — Но к официальным британским властям это не имеет никакого отношения.

— Ты верь ему, дорогая, — вдруг желчно сказал Драко. — Он знает, о чем говорит. Он ведь и сам маггл!

— Что? Нет!.. — Астория в ужасе отшатнулась. — Скорпиус, как ты мог? — произнесла дрожащим голосом, рассматривая Ивара как опасное животное. — Зачем ты привел его в наш дом?..

Повисла неловкая пауза, которую нарушил Ивар — он жалобно ойкнул, когда Скорпиус что было сил сжал его пальцы. Поспешно разжав руку, Скорпиус повернулся к нему и к полной неожиданности всех присутствующих проникновено сказал:

— Прости меня, пожалуйста, за все то, что я тебе когда-то наговорил. И за то, что услышал сейчас — прости.

Ивар удивленно хлопнул глазами, растерянно улыбнулся, наклонился к Скорпиусу и ответил так тихо, чтобы никто иной его не услышал.

— На тебя я давно не в обиде, — прошептал он. — А на них мне вообще плевать, — сообщил он и легонько сжал его руку. — Но знаешь… я очень рад тому, что свое мнение ты все-таки поменял, — и разжав пальцы, шагнул назад, так и не отводя от Скорпиуса глаз.

Скорпиус вернул ему улыбку и, холодно посмотрев на мать, достал палочку.

В скороговоркой произносимых заклинаниях Гарри узнал некоторые бытовые чары, но большинство были различными восстанавливющими и омолаживающими — для довольно скверно выглядевшей старинной мебели и стен. Закончив, Скорпиус ни слова не говоря родителям аппарировал куда-то, а вернувшись, равнодушно сообщил:

— Все ванные в доме полны горячей воды под Стазисом, бассейн внизу — холодной. Я пришлю к вам одну из моих сов для связи, если нужно будет что-то еще, и немного еды.

— А ты?.. — натянуто спросила Астория. — Где будешь ты?

Если Скорпиус что и намеревался ответить, Драко сделать ему это не дал, опередив весьма едко:

— Дорогая, мне кажется, ты спрашиваешь зря. Разве нашего сына когда интересовали такие мелочи, как твое спокойствие? Не говоря уже об интересах семьи?

— Помолчи, Драко! — неожиданно для всех пресекла его Астория. — Скорпиус? — вопросительно протянула она и выжидающе взглянула на сына, давая понять, что всё же ждет ответа.

— На данный момент наша база в маггловском Лондоне, — просто и без вызова ответил Скорпиус, но Драко все равно вскинулся так, будто он признался в том, что самолично устроил этот дождь. — Там мы даже без магии не окажемся изолированы. Если хотите, мы можем забрать вас с собой.

Дослушав сына, Астория вопросительно посмотрела на скривившегося Драко и отвела глаза в сторону — одного мгновения оказалось вполне достаточно, чтобы понять, ее муж ни за что не променяет стены родного мэнора на маггловское пристанище.

— Пожалуй, нет, — сдержанно проговорила она. — Мы с твоим отцом останемся там, где должны быть.

Были ли ее слова невысказанным вслух укором Скорпиусу, либо же обычным стремлением поддержать мужа, Гарри так не понял. Да и влезать в эти дебри желания не было.

— Если ты закончил, аппарируем назад, — сказал он Скорпиусу, не собираясь ни минуты дольше нужного задерживаться в этом искренне неприятном ему обществе.

— Мама, тебе что-нибудь еще понадобится? — спросил Скорпиус.

— Нет, дорогой, — грустно улыбнувшись, покачал головой Астория. — Только пообещай мне, что будешь осторожен.

— Не волнуйся, рисковать понапрасну мне никто не даст, — хмыкнул Скорпиус, беря Гарри и Ивара за руки. — Я очень рад, что с тобой все в порядке, — добавил он и, холодно кивнув отцу, аппарировал.

— Ты сможешь связаться с нашими — узнать, кто жив-здоров, и, когда я скажу, сообщить им координаты для аппарации? — Гарри обратился к Скорпиусу, едва они очутились в своем убежище. — И какие есть поблизости заброшенные станции? Так чтоб и не близко отсюда, но и не далеко.

Надо было как можно быстрее собрать уцелевших авроров, но сначала стоило выбрать место сбора. Приводить всех сюда — затея не из лучших и могла обернуться лишними и никому не нужными проблемами — не дай Мерлин, информация об их местонахождении просочится, что очень нежелательно и весьма опасно. На данный момент об этом месте знают только они трое — и так будет и впредь, рассудил Гарри.

— Есть одна, — кивнул Скорпиус. — Вполне подходящая, как мне кажется, но аппарировать туда я не рискну. Давай я отправлю сообщение аврорам, чтобы ждали дальнейших указаний, а мы с Иваром разведаем место? Тебе же, как мне кажется, стоит встретиться с Роу.

— Мне тоже так кажется, — недобро прищурился Гарри и проверив, застегнут ли как следует комбинезон, надел защитную маску. — Не теряй времени. Наладь связь с аврорами и на разведку. К вечеру все они должны быть в сборе.

— Гарри, подожди! — остановил его Скорпиус и поспешно призвал свою мантию. Он отстегнул от нее значок, зачарованный на связь с его экранным артефактом, и расстегнул на нем комбинезон, цепляя значок ему на футболку. — Это чтобы я мог связаться с тобой. И пожалуйста постарайся найти нам мобильные телефоны.

— Я очень постараюсь не задушить голыми руками Джорджа Роу. И если мне это удастся, считай, что телефоны уже у нас, — в шутку ответил Гарри. Только вот интонации, с которыми он скорее процедил, нежели произнес слова, совсем не были шутливыми. Потому что если бы не их острая необходимость в этом человеке, Гарри вовсе не был уверен, что не поддался бы соблазну действительно сомкнуть пальцы на его шее. — Смотри не упусти нашего заложника, — гораздо веселее хмыкнул он, взглянув на Ивара. — Он нам еще пригодится.

— Закую в цепи, — серьёзно кивнул Скорпиус.

— О Боже, да! — мечтательно простонал Ивар и широко улыбнулся.

— Удачная мысль! — с чувством выдохнул Гарри и едва ли не рассмеялся. Реакция Ивара — столь непосредственная и вместе с тем так невероятно искренне им преподнесенная — не могла не заставить как минимум улыбнуться в ответ. Но вызывала ли она одну лишь улыбку?

Невольно представив Маккоя связанным, покорным — и о, Мерлин! — абсолютно голым, Гарри буквально замер, прислушиваясь к новым, зародившимся вопреки здравому смыслу желаниям. Но может, всему виной лишь его разыгравшееся воображение и вынужденное воздержание? Может, все это химера и просто показалось? По всей логике, ответ мог быть только одним.

Однако, бросив напоследок на Ивара изучающий взгляд, Гарри понял окончательно — нет, не показалось.

Глава 12

Прежде чем приступить к изучению метро, Скорпиус обвел взглядом птиц и осторожно поинтересовался:

— Кто-нибудь хочет пожить в мэноре добровольно?

Совы испуганно промолчали.

— Увы, вариантов нет, кому-то придется туда отправиться.

Одна из сов обреченно ухнула, и Скорпиус благодарно ей улыбнулся.

— Спасибо, Итон, — искренне поблагодарил он. — Захвати вон ту коробку и лети поскорее. А нам, наверное, придется сначала заглянуть к тебе, — сказал, повернувшись к Ивару. — В метро могут быть магглы, а у меня нет никакой одежды, кроме этого комбинезона и мантии.

— Знаешь, я их прекрасно понимаю… — с улыбкой заключил Ивар, махнув головой в сторону сов и с легким сочувствием взглянув конкретно на Итона. — Ладно, давай руку, мне уже не терпится снова увидеть твой коронный номер с раздеванием, — усмехнулся он, отвлекаясь от птиц, и протянул Скорпиусу ладонь.

Скорпиус усмехнулся и сжал его пальцы.

— Почему мне кажется, что Гарри уже не захотелось бы тебя стукнуть за эти слова?.. — протянул он прозорливо.

Ивар широко распахнул глаза. Скорпиус, конечно, частенько ввергал его в шок, но сейчас он переплюнул сам себя. Неужто и он заметил что-то? То, что Ивар в последнее время имел возможность наблюдать, но всячески не хотел признавать? Неужели и Скорпиус заметил гораздо более долгие и как-то по-особенному внимательные поттеровские взгляды в его сторону?

— Что ты имеешь в виду? — как можно беззаботнее спросил Ивар.

— Что не только я переменил свое мнение насчет тебя за последние дни, — ответил Скорпиус спокойно и аппарировал. — У тебя есть лишние джинсы? Размер не важен, я подгоню.

— А… да… конечно… — отозвался Ивар, сам не зная, на какой из вопросов отвечает. — Весь мой шкаф в твоем распоряжении, — поспешно добавил он и потянул Скорпиуса за собой в спальню. — Бери, что хочешь.

— Я хочу свою мантию, — вздохнул Скорпиус. — Поэтому дай мне что-нибудь, что не жалко, и пойдем. И кстати, чтобы не быть обвиненным в жестокости: на этот раз ты волен выйти, если хочешь, пока я буду переодеваться.

Решив не повторять собственные слова про «бери, что хочешь — мне ничего не жалко», Ивар подошел к шкафу, выудил свои лучшие джинсы, футболку и легкую куртку и вручил их Скорпиусу.

— Не хочу, — резко мотнул головой Ивар. — Хочу смотреть на тебя. Уж это я точно волен делать, — проговорил глухо и жадно взглянул на Скорпиуса, впрочем довольно быстро опустив глаза и шагнув от него в сторону.

Скорпиус скользнул по нему взглядом — слишком быстрым, чтобы понять его выражение, — и взмахнул палочкой, подгоняя на себя одежду. Ивар был самую капельку ниже его, но зато шире в плечах, хотя в целом фигуры у них были похожи. Переоделся он тоже парой взмахов палочки к вящему неудовольствию Маккоя.

— Ты вредный, — заявил он, когда Скорпиус протянул ему руку. — Что тебе стоило растянуть удовольствие?

— Мысль о том, что нам ещё неизвестно сколько времени спать в одной кровати, — серьёзно посмотрел на него Скорпиус и, устав ждать, поймал за руку. — Не хочу, чтобы у тебя начало что-то болеть.

— Начало? — хмыкнул Ивар и с интересом взглянул на Скорпиуса. — Уже давно, как начало. Но можешь считать меня мазохистом, — с улыбкой произнес он, но глаза его остались серьезными, — такую боль я готов терпеть. И когда все закончится, вспоминать я о ней буду как о самом остром наслаждении, которое мне повезло пережить. Так что не переживай, — деланно беспечно закончил он и сжал пальцами малфоевскую ладонь.

— Я могу стереть… — помолчав, предложил Скорпиус, не спеша аппарировать. — Воспоминания, — уточнил он, видя испуг в глазах Ивара, но не понимая его причины. — Это не больно и не страшно.

— Не смей… нет… — Ивар прошептал глухо, но явно с готовностью кричать во все горло, если понадобится. — Прошу тебя… — закончил он совсем тихо и помотал головой.

— Я только предложил, — быстро сказал Скорпиус, обескураженный такой реакцией. — Не волнуйся! Только если попросишь сам. Просто знай, что такое возможно.

— Ух, слава Богу, а то я уже думал опрометью бежать от тебя, — с облегчением улыбнулся Ивар, но тут же посерьезнел: — Больше никогда даже не заговаривай со мной на эту тему. Но если вдруг ты решишь так со мной поступить — я прекрасно понимаю, что шансов выстоять против этого заклятия у меня нет — сделай это так, чтобы я даже не подозревал, что ты задумал.

— Ты мне не веришь? — Скорпиус посмотрел ему прямо в глаза. — Почему?

— Я верю, — уверенно произнес Ивар. — Здесь и сейчас я тебе верю. Но ты правильно сказал, — протянул он, глядя Скорпиусу в глаза, — еще неизвестно, сколько нам спать в одной постели. Я просто очень сильно опасаюсь, чтобы за это время ты не изменил своего мнения.

— Ивар, я тебе обещаю, я не стану чистить тебе память без твоей просьбы, что бы ни думал, хорошо? — твердо сказал Скорпиус. — Не надо меня бояться.

Ивар еще раз посмотрел на Скорпиуса — но на этот раз тени недоверия в его взгляде не было — и коротко кивнул, чуть улыбнувшись.

— Давай займемся, наконец, поисками, — предложил он. — А то твой Поттер вернется, а мы только гардероб обновить успели.

— Ничего, он поймет, — хмыкнул Скорпиус. — Я ведь Малфой… — но вопреки собственным словам всё же аппарировал.

* * *

Не было ничего проще, чем аппарировать в кабинет Роу и убить его голыми руками. Если в присутствии Скорпиуса и Ивара, Гарри еще хоть как-то сдерживался, то сейчас ярость в его душе вздымалась тяжелыми волнами. Если бы этот подонок Роу предоставил им чертову маггловскую технику и защитную одежду — подумать только — сколько человеческих жизней могли бы быть спасены! Жизней его авроров, верных и преданных бойцов, за каждого из которых Гарри нес ответственность перед своей совестью!

Гарри аппарировал аккурат к столу Джорджа Роу, а точнее — прямиком за его спину. Почувствовав под ногами твердый пол, он резко рванул кресло и развернул ошарашенного начальника NCA к себе лицом:

— У тебя совсем немного времени, чтобы переубедить меня не авадить тебя к чертовой матери, сучий ты ублюдок, — процедил Гарри, схватив побледневшего Роу за горло и со всей силы вжимая его в кресло. — Вижу, к встрече ты подготовился, — прошипел он, зацепившись взглядом за оставленный на столе пистолет.

Да, решение аппарировать со спины было как нельзя более правильным.

— Мистер Поттер, всё не так, как вы думаете! — прохрипел Роу, хватая его за руки. — Машины не доехали совсем немного, но мы все равно ничего не сумели бы сделать… Военные обстреляли эти штуки из всех видов оружия, но они просто распадаются на штуки поменьше, а потом собираются обратно! И мы так и не поняли, что уничтожило ваши здания. Вас не обстреливали, не взрывали… Да отпустите вы меня!

— А вы и не поймете, — перевел дыхание Гарри и проговорил спокойнее, однако руки от его горла не убрал, лишь немного ослабив захват. Совсем чуть-чуть — чтобы у Роу просто появилась возможность не задохнуться. — И конечно же, вы тотчас повернули обратно, не шибко-то пытаясь к нам доехать! Отчего ж? — процедил Гарри. — Ты сам сказал, что ни стрельбы, ни взрывов не было. Чего ж ты испугался? Решил, что риск не оправдан, мол, и сами выкарабкаются? — спросил он, угрожающе нависая над ним. — Мы-то выкарабкались, но за каждого человека — что мог быть спасен, но погиб из-за твоей корысти и малодушия — я спрошу с тебя втройне. В этом ты не сомневайся, Джордж Роу! — припечатал Гарри и, наконец, убрал с покрасневшей шее руки. Затем взял со стола пистолет и спрятал его подальше, сунув в карман. — Итак, что ты мне можешь предложить по существу? — спросил Гарри, выдержав паузу и дав Роу время на осмысление, что шутки и игры окончены.

— Мне жаль, но наше правительство приняло решение временно занять политику нейтралитета, — выдавил Роу, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимо, но тут же вскинул руки, когда Гарри поменялся в лице. — Послушайте сначала! — выпалил испуганно. — Они бояться, что официальная помощь может привести к нежелательным последствиям, но это не значит, что мы отказываемся вам помочь. Мы дадим вам адреса нескольких больших складов, там вы сможете найти все необходимое. Единственное условие — сделайте так, чтобы всем было ясно, что вы отобрали всё силой. Это большее, что мы можем для вас сделать.

— А обещания-то какими масштабными были, — не удержавшись, съязвил Гарри. — Каково тебе потом будет требовать исполнения обязательств с нашей стороны? А, Роу? — недобро прищурился он и, так и не дождавшись ответа — впрочем, не сильно-то он его и ждал — продолжил: — Давай адреса. И если есть запись с приборов военной техники, то предоставь и ее. И еще вопрос — Ивар Маккой знает о существовании этих складов?

— Не должен, но может, — уклончиво ответил Роу и сделал круглые глаза. — Вы хотите пытать его для натуральности? Право слово, мистер Поттер, может, поищете другие пути? На войне как на войне, конечно, но он все же мой человек…

— Странно слышать от тебя призывы к совести, — выдохнул Гарри и покачал головой. — Но не переживай, пока что с твоим сотрудником все хорошо. И так и будет, пока ты не выкинешь какую-нибудь хрень, — предупредил Гарри. — Дай мне точные координаты складов или человека, не раз там побывавшего. И смотри… если там вдруг будет засада, Маккоя ты получишь обратно по частям, — сообщил он со всей суровостью.

— Вот, — Роу пошуршал бумагами на столе и протянул ему запечатанный конверт. — Точные координаты, мы подготовились. Засады с нашей стороны не будет, но что выкинут эти твари — тут я ручаться не могу. Послушайте, мистер Поттер, — он вздохнул и устало потер лоб, — не надо думать, что нам всё безразлично то, что происходит. Маги вы или нет, но мы все в первую очередь люди. И хотя я очень не уверен, что костюмы химзащиты и БТРы сильно вам помогли бы этим утром, я всё же чувствую некую ответственность за произошедшее. Должен сказать, что за ночь мы собрали на складах образцы всего, что могло бы вам пригодится, и довольно значительный запас продовольствия. Кроме того, у вас есть ваше юное дарование, думаю, ему не составит труда снова взломать наши сети, тем более, что пароли по какой-то нелепой случайности поставили почему-то те же, что и были, — он усмехнулся. — Думаю, он же сможет придумать какой-то новый неотслеживаемый способ связи. Ну а пока, если вы не хотите навлечь гнев этих тварей ещё и на нас, уходите, пожалуйста.

Гарри принял конверт и согласно кивнул — страх Роу он понять вполне мог. Скорее всего, именно страх за собственную шкуру и толкнул магглов им на помощь. В конце концов, шансы у волшебников разбить врага действительно могут быть. И если им удастся отразить опасность, то возможно, до магглов война и не до дойдет, погаснув на первом же препятствии. Другое дело, что если бы эти существа хотели напасть на магглов, то наверняка уже напали бы. Но уверять в этом Роу никто не собирался.

А может его, и правда, совесть замучила. Но какими бы то ни были мотивы, интуитивно Гарри чувствовал, что предательства со стороны NCA можно не опасаться. Сухо попрощавшись и не желая терять больше времени, он аппарировал обратно.

* * *

На нужную станцию метро они аппарировали, а вот вход в заброшенную часть пришлось поискать. Внутри всё оказалось весьма похоже на их собственную станцию, и, Скорпиус недолго думая созвал авроров.

— Малфой! Слава Мерлину! — послышалось со всех сторон — о способностях Скорпиуса успели узнать даже те, кто никогда с ним не общался, и теперь люди, похоже, возлагали на него надежды, которые он пока не мог оправдать.

Коротко объяснив всем текущую ситуацию, Скорпиус поинтересовался у Ивара, знает ли тот какой-нибудь большой магазин в эвакуированной зоне. Вместе они аппарировали сразу внутрь и потом вернулись за несколькими аврорами. Чистить полки и обустраиваться на новом месте Скорпиус предоставил им самостоятельно.

— Ивар, а чему учат в школах маггловских детей? — задумчиво спросил он, вернувшись на базу. — Все то, что в вашем мире заменяет магию.

— Все то, что может заменить магию… — задумавшись, повторил Ивар. — Детям преподают физику, химию, биологию — да, пожалуй, все естественные науки способны дать знания, эквивалентные магическим. Но боюсь, что школьного курса будет недостаточно — слишком он уж поверхностный. Чтобы понимать природу вещей, нужны более углубленные знания. А что ты задумал? Ты мне скажи точно, может, я тебе хоть с разделом помогу, — улыбнулся он и опустился на край их огромной кровати.

— Биология — это про животных, да? — Скорпиус достал АйДжамп, скинул куртку и залез на свое место на кровати. — Смотри сюда, из этих разделов что про насекомых? — позвал пару секунд спустя.

И Ивар без долгих колебаний лег с ним рядом.

* * *

Гарри уже выходил из апарационной воронки, как до него донесся обрывок столь необычного разговора, будто он аппарировал не на базу, а на симпозиум зоологов-любителей.

— … нужно с общей энтомологии. Откуда ты знаешь, где искать? — разорялся Ивар. — В двукрылых, прямокрылых или жесткокрылых? Погляди, сколько их тут видов!

— Не видов, а отрядов, — педантично уточнил Скорпиус.

Представшее зрелище не уступало в интересе услышанному. Скорпиус полусидел-полулежал, подоткнув себе под голову подушку. Маккой вытянулся рядом, опираясь на локоть и едва ли не нависая над Скорпиусом. И оба завороженно таращились в малфоевский АйДжамп. Услышав характерный звук аппарации, оба вскинули головы, синхронно подняли глаза и растерянно уставились на Гарри, видимо все еще размышляя о каких-то-там-крылых.

— У вас такой вид, будто вы порно смотрели, — хмыкнул Гарри, окинув долгим взглядом обоих. Черт возьми, а ведь удалось же Маккою притереться к ним — незаметно так, осторожно… Хотя не удивляло даже то, что негативных эмоций Гарри по этому поводу теперь не испытывал — по всей видимости, в какой-то из моментов Ивар перешел для него в разряд своих.

— Что такое «порно»? — как всегда вычленил главное и не упустил случая вогнать в тупик Скорпиус.

— Найди в поисковике, — хмыкнул Гарри, взглянув на пораженного вопросом Ивара. — Не удивляйся ничему. Мальчика воспитывали на луне, — широко улыбнулся он Маккою и шагнул к кровати, усаживаясь рядом.

— Зато он знает, что такое, что такое… ор-топ-теро-логия…. Фу, зараза, и не выговоришь даже, — фыркнул Ивар, взглянув в экран и прочитав заковыристое название по слогам. — Тоже, знаешь ли, не просто так тебе сведения, — философски заключил он и, не выдержав, рассмеялся.

Причем вместе с Гарри — искренне, весело и почти до слез. То ли сказалось нервное напряжение последних суток, то ли вид непонимающего причины веселья Скорпиуса еще больше подначивал, но успокоились они не сразу.

Между тем Малфой действительно вбил в поисковик неизвестное ему слово, и отсмеявшись, Гарри и Ивар обнаружили, что тот очень внимательно смотрит сразу несколько роликов. На одном какая-то девушка самозабвенно насаживалась на длинный толстый член симпатичного мулата, в другом довольно миловидный блондин делал кому-то минет, на третьем все были в коже и расхаживали вокруг прикованного к столу мальчика, размахивая плетками, но самым ярким и притягивающим взгляд был четвертый ролик. Там вдохновенно и с удовольствием занимались сексом сразу трое мужчин.

— Меня удивляет твоя осведомленность в таких вопросах, — сказал Скорпиус, поняв, что всё внимание приковано к нему и его АйДжампу. — Вас обоих.

— Это ты нас только что пристыдить решил? — с улыбкой поинтересовался Гарри, незаметно подмигнув Ивару.

Похоже, Маккою было не менее интересно услышать, что же ответит Скорпиус — он с любопытством смотрел на него и усиленно сдерживал расползающуюся улыбку, наверняка боясь Скорпиуса обидеть.

Скорпиус оторвался от экрана и посмотрел на Гарри таким долгим глубоким взглядом, что тот в итоге гулко сглотнул.

— Я думаю, что знаю теперь, почему у вас двоих дома компьютеры, которые не нужно держать руками, — сказал он медленно и перевел взгляд на Ивара.

— Ох, кто-то сейчас договорится, — протянул Гарри с показной сердитостью. Во всяком случае, так было, как говорится, по задумке. На деле же не было никакой сердитости, а до показушности и вовсе не дошло.

Лишь дрогнувший голос, да хриплые, рваные интонации — то, что он проговорил, и как он проговорил, прозвучало настолько развратно, что на миг перехватило дыхание, в паху запульсировало тепло и тут же разлилось по всему телу медленной, накатывающей волной. В общем, не в самих словах была суть — а в картинках, что так стремительно всплывали в сознании.

Нет, Скорпиус точно прав. Он самый настоящий маньяк. Стоило только зацепиться взглядом за сценку последнего ролика, как в голове начала выстраиваться собственная визуализация. Отмахнувшись от странных, но очень волнующих ощущений, Гарри перевел взгляд на Скорпиуса и Ивара и замер, шокированный своими внезапными, совершенно сумасшедшими мыслями. Наверное, ему стоило задуматься в собственной вменяемости, но именно сейчас он представил этих двоих целующимися. Смутно, неопределенно, но достаточно образно для того, что стиснуть зубы и судорожно выдохнуть от — с ума сойти, но да! — острого, ослепляющего желания.

Ивар внимательно на него посмотрел, беззастенчиво остановил взгляд на ширинке, а затем глянул на Скорпиуса и громко и при этом чувственно застонал, правда, весьма жалобно.

— Не-ет! — протянул он умоляюще. — Только не заставляйте меня пойти погулять по станции!

Скорпиус посмотрел на него, потом на Гарри, потом в АйДжамп и с какой-то пугающей решимостью сказал:

— Не заставим. Только не сейчас.

У Гарри резко пересохло во рту. На несколько коротких мгновение он решил, что Скорпиус имеет в виду… Ох, Мерлин. Со свистом втянув воздух, он уже вполне отчетливо представил, что именно может произойти на этой кровати, если не прогонять Ивара, когда Скорпиус закрыл все порно-ролики на АйДжампе и сосредоточенно продолжил:

— Сейчас есть более важные дела. Гарри, авроров я всех собрал, и, наверное, они уже устроились. Они очень ждут тебя, настроения потому что самые упаднические.

На Гарри словно ушат холодной воды вылили. Неужели он и вправду подумал только что…

— Уже? — немного удивленно переспросил он, оборвав собственные мысли. Неужели, он так долго общался с Роу, чтобы Скорпиусу хватило времени обследовать метро, да еще и собрать всех уцелевших. — Конечно, — кивнул он, мгновенно, хоть и не без некоторого сожаления, переключаясь на рабочий лад, и поднялся с кровати. — Аппарируй меня.

— Я с вами, — сообщил Ивар и последовал его примеру.

«Конечно, с нами», — подумал Гарри, пристально на него посмотрев. Почему-то мысль о том, чтобы оставить Маккоя здесь казалась какой-то неправильной, хотя объективно на встрече с аврорами он был не нужен. Он ждал, что возразит Скорпиус, но тот тоже промолчал — лишь поднялся, оправил одежду и взял из обоих за руки.

Чувствуя себя немного неуютно из-за всего произошедшего — точнее, из-за собственных шокирующих мыслей, Гарри искоса посмотрел на Ивара и хотел было отвернуться, но тот поймал его взгляд и вдруг медленно чуть виновато улыбнулся, будто прекрасно знал о его терзаниях и просил за них прощения. А потом под пристальным взглядом Скорпиуса он протянул ему свободную руку, и Гарри, помедлив, сжал и его ладонь.

* * *

— Все-таки магия — это сила, — заключил Ивар, скинув ботинки и вытягиваясь на кровати. — Не представляю, сколько бы времени все заняло, если бы все происходило по-нашему, по-маггловски.

Да уж, день выдался насыщенным. Неторопливо стянув куртку, Гарри бросил ее в угол и завалился на кровать, с блаженством вытягивая ноги. Сначала он выступил перед аврорами с проникновенной речью, поднимая их боевой дух, а затем наравне со всеми аппарировал на склады, перетягивая на базу все то, что могло им понадобиться. Никто не остался в стороне. Даже Ивар вносил посильную лепту, перетаскивая коробки с продовольствием на нужные места.

— Обдай меня очищающими, — полежав некоторое время, попросил Гарри Скорпиуса и, с наслаждением потянувшись, неохотно поднялся с кровати. — И давай займемся ужином, — сказал он, поморщившись от боли в спине. День, проведенный полностью на ногах, естественно, пройти бесследно не мог.

Тем более, что крупногабаритную технику тоже пришлось аппарировать, что сожрало немереное количество сил, хотя и делали это сразу двенадцать авроров.

— И я тоже хочу душ, — добавил Ивар, но с места не сдвинулся, лишь раскинул руки звездочкой.

Скорпиус днем уже был вынужден опустошить один из ящиков с припасами со склада, но сами Ивар и Гарри съели только по паре небольших питательных батончиков.

— Лежи, — предложил Гарри Скорпиус. — Ужин у нас нехитрый, так что я сам управлюсь с приготовлениями.

— Ладно, — быстро согласился Гарри и вернулся на кровать, распластавшись рядом с Иваром. — Но завтра ужин на мне, — пообещал он и с блаженством закрыл глаза. — Полцарства отдал бы за массаж, — мечтательно протянул он, подоткнув под голову подушку.

— А я, между прочим, почти два года жил в Таиланде и учился в школе массажа… — сказал вдруг Ивар. Он повернул голову к Гарри и хитро прищурился. — Я сделаю тебе массаж при условии, что ты разрешишь сделать его потом Скорпиусу.

— Разрешу, — хмыкнул Гарри, приподняв голову и с интересом осмотрев Ивара. — Но при одном условии. Если мне самому понравится.

Мерлин! Что же он делал?.. Он же в открытую флиртовал с Иваром на глазах Скорпиуса! И самое главное, не испытывал при этом никаких угрызений совести — лишь только желание новых ощущений и всепоглощающее любопытство, чем все закончится. Понасмотрелся роликов, блядь… Ну и ладно, — рассудил он, удивляясь и себе, и собственному настроению.

— Только, думаю, все же стоит спросить Скорпиуса, захочет ли он, — сказал Гарри, сам не понимая, говорит ли он о массаже или о том, что еще днем успел нафантазировать.

Малфой кинул на него насмешливый и какой-то странно понимающий взгляд и невозмутимо сказал, не прекращая махать палочкой:

— Скорпиус уже всё захотел, едва только услышал. А Таиланд — это где?

— Раньше он Сиам назывался, — подсказал Ивар и с трудом сел. — Ну давай, раздевайся, — сказал, повернувшись к Гарри. — До трусов.

Гарри бросил еще один — последний — перед тем, как раздеться, взгляд на Скорпиуса и решительно стянул с себя одежду. В конце концов, речь идет о простом массаже. А то, что он напридумывал себе — так еще не поздно остановиться и отправить все свои сумасшедшие идеи куда-нибудь подальше на задворки сознания. И никогда, никогда больше к ним не возвращаться!

Оставшись в одних трусах, он перевернулся на живот, неимоверно злясь на себя — за то, что все это затеял, за то, наконец, что в его голове вообще могли зародиться подобные фантазии. Но черт побери, какими же соблазнительными были эти картинки! Сжав зубы от бессилия, да и от собственной глупости, Гарри затаил дыхание и закрыл глаза, строго настрого пообещав себе вопреки желаниям тела рассуждать головой.

К счастью, во время массажа ему удалось немного отвлечься. Ивар не шутил и не обманывал — в его руках оказались сила и умения настощего профессионала, и ничего особенно сексуального в его действиях не было. Гарри кое-что слышал о тайском массаже и был готов, что тот окажется не таким, как привычный европейский, но всё же не ожидал, что его начнут ломать и гнуть во все стороны. Получалось это у Маккоя прекрасно, мышцы радостно пели то напрягаясь, то расслабляясь, и вскоре Гарри с удовольствием кряхтел, сосредоточившись на приятных, но совсем не компрометирующих ощущениях… ровно до тех пор, пока Ивар не выдохнул:

— Жарко!

И не стянул через голову рубашку.

Да, раздвоение личности — страшная вещь, с горечью подумал Гарри, уткнувшись носом в простыни. Теперь — вместо целостной личности — он будто чувствовал в себе двух абсолютно разных людей. Одна его половина требовала поблагодарить за доставленное удовольствие и малодушно сбежать на другой край кровати. Другая же отчаянно хотела не только продлить это самое удовольствие, но и сделать его изощреннее, искушая Гарри перевернуться на спину и позволить себе разглядеть Ивара во всех деталях.

Сам же Гарри, несмотря на душевные метания, продолжал бездействовать, лежа на животе и ожидая новых прикосновений умелых рук. Одновременно желая выйти за пределы и остаться в рамках. Второе, было, пожалуй, разумнее и правильнее, но вот жар и запах разгоряченной обнаженной кожи Ивара, совсем не способствовали благочестивым пуританским мыслям.

Равно как и сама пикантность ситуации. Наверняка Скорпиус наблюдал за происходящим — и тут вообще неясно, что могло твориться в его сверхнеобычной голове. Анализировать Гарри ни за что бы не взялся. Да и куда уж копаться в чужих мозгах, когда и в своих разобраться толком не получается. Одно осознание того, что Скорпиус рядом, и смущало, и придавало одновременно неведомую ранее остроту ощущениям.

И замерев в предвкушении Гарри ждал, когда же теплая ладонь коснется его спины, ласково, но в то же время настойчиво пройдется по коже и ляжет на поясницу. А когда желание его исполнилось, ничего не оставалось, кроме как крупно вздрогнуть и с силой закусить губу, чтобы не застонать в голос.

Он был так сосредоточен на ощущениях, что едва не подпрыгнул, когда вдруг тишину нарушил спокойный голос Скорпиуса.

— Можно я тоже попробую? — на спину легла ещё одна горячая ладонь.

— Конечно, — с готовностью откликнулся Ивар. — Смотри, он уже поплыл весь. Эй, Гарри, ты там ещё не спишь? — он шутливо ущипнул его за бок. — Если да, то не отвечай, я и так знаю, что тебе понравилось.

— Не сплю, — отозвался Гарри, нехотя открывая глаза. «Да уж, уснешь тут, как же!» — про себя фыркнул он, а вслух продолжил: — Знаешь что, Скорпиус, — проговорил он лениво, — мы все-таки правильно сделали, что взяли его в плен. Ивар у нас не только полезен в быту, но и на удивление отменным массажистом оказался. Так что считаем, что дегустация Маккоя прошла успешно. Ложись, тебе понравится, — сообщил он, поблагодарив высшие силы, что сам не разлегся посреди кровати, и Скорпиусу вполне хватит места.

Сам же Гарри вставать не спешил — во всяком случае до тех пор, пока не уляжется Скорпиус. Наверное, это было глупо и даже как-то трусливо — ну не мог он сейчас предстать перед ним с хорошим таким стояком и влажными от смазки трусами.

— Может, вы сначала поедите? — неуверенно спросил Скорпиус, но тут же охнул и упал на кровать — не иначе как невидимый сейчас Ивар хорошенько его толкнул, чтобы тут же пнуть Гарри коленкой в бок, поспешно седлая малфоевскую задницу.

— Ты поел — и ладно! — выдохнул Ивар решительно. — А маггл устал, магглу нужно отдохнуть… И припасть к прекрасному! — он провел кончиками пальцев по скульптурной спине Скорпиуса.

— Не хлебом единым… да, Ивар? — протянул Гарри, перевернувшись на бок, с интересом наблюдая за происходящим и силясь разобраться в себе. Достаточно было одного взгляда, чтобы Маккоя, так по-свойски оседлавшего Скорпиуса, захотелось немедленно спихнуть и тут же доказать ему, да, наверное, и себе, свое личное, неотъемлемое и непоколебимое право на Малфоя.

Что-то было в этом неправильное и правильное одновременно — Скорпиус, покорившийся Ивару и безропотно позволяющий себя ласкать чужим рукам, и Ивар, сдерживающийся из последних сил, чтобы не позволить себе зайти дальше отведенного ему рубежа.

И если за сегодняшний день Гарри даже успел почувствовать к Ивару простую человеческую жалость, то сейчас его эгоистичное «я» ликовало. Подогреваемое собственническими инстинктами, оно подняло голову и вовсю взревело — жадно, по-звериному и гортанно-глубоко: «Мое! Мое! И ничье больше!»

Но в тот же момент, словно удостоверившись, что опасности нет, прежние инстинкты уступили место совсем иным, гораздо более сильным, непознанным и несокрушимым. Это был тот тонкий момент, когда чувство ревности сменилось затмевающей разум и такой сладкой жаждой удовольствия.

Представив, как Скорпиус беззвучно открывает рот, привычно складывая губы в немой букве «о», Гарри понял, что сейчас для него нет ничего важнее, чем увидеть это. Даже если он будет просто зрителем. Хотя, в стороне Гарри оставаться уж точно не собирался. Придвинувшись к Скорпиусу, он провел рукой по горячей коже, подул на нее и коснулся губами его плеча, прокладывая дорожку по лопатке к чувствительной шее.

Ивар замер, и у Гарри жарко заалела щека под его взглядом, но остановиться, даже понимая, что сам толкает всех к непоправимому, он уже не мог.

Добравшись до шеи, он поцеловал кожу, прикусил мышцу и, не сдержавшись, утробно заурчал, когда Скорпиус дернулся и резко повернул к нему голову. Голову повело, а неожиданно ясный взгляд нисколько не отрезвил — если только самую чуточку, и то только до тех пор, пока Скорпиус сам не потянулся за поцелуем.

Теперь всё поменялось. Гарри снова был в своей тарелке — с жадно целующимся и с каждой секундой все более распаляющимся Скорпиусом, а присутствие Ивара лишь добавляло ситуации пикантности. А может, и не только её… Гарри слышал, как в какой-то момент Ивар стал хрипло дышать через рот, чувствовал, как он вздрагивает иногда всем телом, и помнил его тяжелый голодный взгляд, однажды слышанный гортанный стон и твердость случайно попавшего в руку члена.

Он придвинулся ближе, желая прижаться к Скорпиусу бедром, но вместо этого уперся в маккоевское колено, и рука сама собой скользнула на непредвиденное препятствие. Прошлась по бедру, скользнула по пояснице, обернулась вокруг талии, и только погладив теплую кожу большим пальцем, Гарри понял, что целуется со Скорпиусом, но обнимает при этом Ивара.

— Если вы собираетесь меня прогнать, то самое время, — сдавленно прошептал Ивар, когда понял, что Гарри свой поступок осознал и убирать руку не собирается. — Иначе потом вам придется меня чем-то стукнуть — сам я точно не уйду.

И хотя участь Ивара решать было не только ему, сама мысль о том, чтобы сказать Маккою выйти погулять и оставить их со Скорпиусом наедине, показалась в эту секунду Гарри самой насильственной, кощунственной и извращенной, какую можно было только вообразить. Перехватив Ивара за запястье, чтоб тот и не вздумал никуда деться по собственной инициативе, Гарри судорожно выдохнул, затем наклонился к Скорпиусу — к самому его уху — и прихватил мочку, стиснув в этот раз зубы сильнее обычного.

— Просто скажи: «да», — удерживая таким странным образом одновременно обоих, рвано прошептал он Скорпиусу в пылающее ухо, затем приласкал языком словно огненную кожу, легонько подул и снова впился в распухшие губы жадным, доходящим до голодного исступления поцелуем.

На краю сознания билась беспокойная мысль, что, возможно, он давит сейчас на Скорпиуса как никогда прежде, но руку Ивара он так и не отпустил, лишь сильнее сцепив пальцы и наверняка оставляя синяки на его запястье своим стальным захватом. Могло показаться, будто Гарри принуждает Скорпиуса принять уже его готовое решение, фактически не оставляя ему выбора, но на самом же деле, это была отчаянная просьба. Да, она очень напоминала приказ, но от этого не переставала быть именно просьбой. Оставалось надеяться, что Скорпиус понимал, что окончательное решение Гарри оставил все-таки за ним.

На лице Скорпиуса почти не отразилось эмоций, но молчал он настолько долго, что Ивар не выдержал.

— Не надо, — выдохнул, с трудом, но всё же высвобождая руку. — Не заставляй. Скорпиус, не говори ничего, я и так всё понимаю. Я пойду… — тут он осекся, потому что Скорпиус наконец пошевелился — осторожно повернулся на спину, демонстрируя высовывающийся из трусов полностью стоящий член, скользнул взглядом по лежащей на талии Ивара поттеровской руке и сел, оказываясь с Иваром лицом к лицу.

— Я не уверен в результате, но раз никто не против попробовать… — сказал он странную фразу, смысл которой не очень дошел до притупленного возбуждения разума Гарри. А в следующую секунду он о ней и вовсе забыл, потому что Скорпиус медленно наклонился и осторожно, немного скованно поцеловал Ивара.

Ивар простонал так громко и протяжно, что, казалось, этот стон исходил из самых глубин его души. А затем его сотрясло — крупно, мощно — что он вынужден был отстраниться, пережидая неконтролируемую дрожь. Скользнув по Скорпиусу поплывшим взглядом, он повернул голову к Гарри и, прошептав беззвучное: «Спасибо», — накрыл столь давно желанные губы своими. Робко, аккуратно и словно все еще боясь спугнуть.

Наверное, что-то окончательно изменилось в мозгах, потому что на этот раз Гарри ревности не почувствовал совсем, даже понимая, что не имеет уже никакого морального права останавливать им же запущенный процесс. С непонятной жадностью он следил, как Скорпиус всё более охотно отвечает на поцелуй, а Ивар делает тот всё более глубоким. И даже когда Маккой с новым стоном потерся бедрами о стоящий член Скорпиуса, дернулось вовсе не в душе, а в оттопыренных трусах.

То ли почувствовав его состояние, то ли желая проверить, как он относится к увиденному, Скорпиус скользнул ладонью ему по бедру и оттянул резинку трусов, запуская руку внутрь. Удержать стон, когда вокруг ноющей плоти сомкнулись горячие пальцы, не было никакой возможности, да Гарри и не старался. Услышав его Ивар оторвался от покрасневших малфоевских губ, опустил глаза на пах Гарри и умоляюще посмотрел сначала на Скорпиуса, а потом на Гарри.

Накрыв руку Скорпиуса своей и задав нужный — пока еще медленный — темп, Гарри ухватил Ивара за подбородок, мазнул взглядом по вспухшим от поцелуев губам и осторожно коснулся их своими. Сначала это было просто прикосновение, без единого намека на более серьезную ласку, но в конце концов Гарри не выдержал. С недолгими размышлениями — нужно ли ему это — было быстро покончено и, поддавшись любопытству и желанию прочувствовать все то, что только что на себе познал Скорпиус, вторгся в жаркий рот с низким утробным стоном.

И сейчас, встречаясь языком с языком Ивара, Гарри ощущал себя не только первооткрывателем, но и приобщенным к некой тайне жрецом — секрету, что смогли постичь только двое — он и Скорпиус. Однако для лирических отступлений стоило подобрать другое время, но точно не тогда, когда Скорпиус конвульсивно сжал ладонь на его члене и заскользил по нему в разы быстрее, приближая Гарри к порогу удовольствия катастрофически быстро.

— Погоди, — прошептал он, отстранившись от Ивара. Призвав малфоевскую волшебную палочку — с простыми чарами она вполне могла Гарри помочь — он освободил Ивара от остатков одежды, а затем, зазглянув Скорпиусу в глаза, мягко снял его руку со своего члена и переместил ее на другой, требующий не меньшего внимания. Ивар тихонько проскулил и отрывисто толкнулся в нагретую членом Гарри малфоевскую ладонь. От одних этих мыслей и зрелища у Гарри повело голову, и он, ощутив себя вдрызг пьяным, потянулся к губам Скорпиуса, отчаянно ища точку опоры.

И вскрикнул, когда Скорпиус снова сжал его член свободной рукой.

К вызывающе торчащему из-под трусов длинному члену с уже наметившейся багровой полоской от резинки они с Иваром потянулись одновременно. Столкнулись пальцами на полпути, сцепились в замок в странной грубой ласке, а потом сжали удобно разместившийся в обеих немаленьких мужских ладонях ствол. Скорпиус тихо застонал Гарри в рот, и рука Ивара дернулась.

— Боже мой… — простонал он и тут же отрывисто чертыхнулся, и теперь дрогнули уже малфоевские пальцы.

Оторвавшись от Гарри, Скорпиус заметался взглядом между тремя зажатыми в тиски пальцев членами, а потом со стоном откинулся на кровать, крепко зажмуриваясь.

Прикипев взглядом к лицу Скорпиуса и жадно ловя каждое в нем изменение, Гарри двинул рукой по напрягшемуся до предела малфоевскому члену и усилил нажим ладони на скользкий ствол, побуждая Ивара сделать то же самое. Ивар охотно послушался, и в следующий миг, их две сплетенные руки задвигались будто одна целая.

Правда длилось это недолго. Скорпиус, продолжая жмуриться, вдруг вытянул губы трубочкой, судорожно шмыгнул носом и застыл в немом крике, широко распахнув глаза и уставившись на Гарри со странной смесью восторга и испуга. А затем конвульсивно сжал пальцами оба члена и двинул по ним одновременно, мощно и с оттяжкой.

Последнее, что услышал Гарри, перед тем как провалиться в жаркий туман, кажется, был сдавленный крик Ивара. А последнее, что он чувствовал, была горячая и вязкая сперма Скорпиуса, окропившая его руку.

Первым в себя пришел Скорпиус, что, впрочем, было вполне предсказуемо. Шепотом призвав палочку, он очистил всех заклинаниями и умиротворенно вздохнул, подтаскивая к себе подушку.

— Вы не поверите, но я хочу спать… — пробормотал сонно, обнимая её. — По-моему мой мозг требует перезагрузки.

— Значит, ложись спать, — улыбнулся Гарри и мягко поцеловал его в висок. — Люблю тебя, — шепнул он и, подоткнув под Скорпиуса одеяло, принялся одеваться.

И только покончив с брюками и мельком взглянув на засыпающего Скорпиуса, Гарри понял, чего именно не хватало в привычной мозаике. Это была крошечная, но крайне важная деталь — зелье для сна, без которого, на его памяти, не начиналась ни одна ночь. Но похоже, что сегодня, эта деталь им была не нужна.

— Тшшш, смотри не разбуди, — прошептал Гарри одевающемуся Ивару. — Он без зелья заснул, — сообщил он с улыбкой и двинулся тихой поступью к столу.

— Ну просто очуметь, как быстро ты это сообразил, — негромко фыркнул Ивар. — Ты всегда такой смекалистый после секса?

Он налил в кружки воды из большой канистры, подал их Гарри и, когда тот вскипятил воду, кинул в каждую кружку по пакетику чая.

— Что-то ты не по делу расхрабрился, — хмыкнул Гарри, окинув Ивара насмешливым взглядом. — Или ты всегда такой после секса? — протянул он, продублировав заданный ему же вопрос.

Ивар улыбнулся и сунул ему пачку печенья в шоколаде.

— Я всегда такой, — пожал он плечами. — Хотя, признаться, совсем недавно храбрости во мне не было ни на грош, — добавил чуть смущенно. — Но я, видимо, чертовски везучий.

— Видимо, да, — согласился Гарри. — Твою везучесть может оспорить лишь слабоумный. Ты ведь теперь у нас первый маггл, оказавшийся на малфоевских простынях за всю историю их рода. Тебя можно смело в хроники вносить, — улыбнулся он, сдерживая себя, чтоб не рассмеяться.

Подумать только, мир и вправду сошел с ума. Да и сам Гарри не отставал от него ни на шаг. И самое верное тому доказательство — это сегодняшний вечер.

Ивар усмехнулся, но почему-то грустно, сел на краешек кровати со своей чашкой, проигнорировав стол, и, немного подумав, Гарри пристроился рядом с ним. Было отчего-то очень уютно молча пить чай, сталкиваясь локтями, таскать друг у друга печенья из совершенно одинаковых пачек, и по очереди оглядываться на удивительно активного сегодня во сне Скорпиуса.

— Давай спать? — спросил Ивар, когда чай был допит, а голод худо-бедно удовлетворен. — Чертовски насыщенный день вышел.

Он встал, стряхивая крошки, прополоскал зубы чистой водой и быстро разделся.

— Скорпиус пообещал мне сегодня кое-что, — сказал напряженно. — И я бы очень хотел, чтобы пообещал и ты. Не стирайте мне память, — он посмотрел на Гарри едва ли не с отчаянием. — Чем бы всё ни кончилось. Прошу.

Гарри посмотрел на него долго и удивленно и лишь пожал плечами.

— И в мыслях не было. Подумай сам, зачем мне стирать тебе память? — с усмешкой поинтересовался он. — Твои воспоминания жить никому не мешают. А с чего вдруг пошли такие разговоры?

— Давай я расскажу тебе завтра? — успокоенный Ивар расслабленно зевнул и забрался на кровать, с тоской глянув на спящего Скорпиуса. Наверное, если бы тот был под зельями, Маккой сгреб бы его в охапку, но сейчас он лег поодаль, чтобы не разбудить.

Гарри тоже не стал прикасаться к Скорпиусу, но после такого насыщенного на эмоции дня и — главное — вечера, до колотья в пальцах хотелось кого-нибудь обнять, стиснуть и уложить под бок. К счастью, помимо сладко сопящего Скорпиуса имелся ещё один вариант, поэтому невесомо поцеловав Малфоя в висок, Гарри сунул уже закрывшему глаза Ивару руку под голову, обхватил ладонью за шею и привлек к себе, укладывая щекой на грудь.

Нежности в этом жесте было мало, как и какого-то романтического подтекста, но когда Ивар с удовольствием обнял его поперек груди и закинул ногу на бедро, Гарри почувствовал странное удовлетворение. Пожалуй, это совсем не плохо — иметь рядом одновременно и человека, которого по-настоящему любишь, и того, с кем говоришь на одном языке.

* * *

Все еще лежа на животе и устроив руку на чьей-то груди совсем по-свойски, Гарри не успел открыть глаза, как осознание вчерашнего накатило на него по полной программе. И признаться, Гарри и сам не знал, чему бы он радовался больше — воплотись его внезапные фантазии в жизнь — впрочем, как оно и произошло — или останься они всего лишь ярким сновидением. Но раз гипотетически рассуждать уже было поздно, стоило принять случившееся, как данность.

Мерлин, что же он все-таки натворил? Как мальчишка поддался сиюминутным желаниям… А как же его чувства к Скорпиусу? А как же чувства Скорпиуса к нему?

«И, наверное, очень даже хорошо, что до полноценного секса вчера так и не дошло», — постарался убедить себя Гарри сквозь укол неизвестно откуда взявшегося и совершенно неуместного сожаления.

Одуреть! Он еще не знает, как поведет себя Скорпиус, и что ему предстоит сделать, чтобы не потерять, убедить, что любит он только его, а все случившееся — так, помутнение рассудка — как уже начал мысленно выкраивать продолжение. И черт побери, такое желанное в своей порочности, что от одних только мыслей начало сводить зубы. И самое страшное, что в целом, если уж совсем по-честному, Гарри только что понял, что не чувствует себя таким уж виноватым. А идея с продолжением… даже жаль, что она так и останется надуманной.

Или?..

Почувствовать ласковые прикосновения к собственной заднице Гарри оказался не готов. Резко дернувшись и вскинув голову, он обнаружил, что совершенно проснувшийся Ивар с интересом рассматривает его неприкрытое одеялом тело. Подняв на него глаза, Ивар улыбнулся и снова ласково провел ладонью по его ягодице.

— Судя по твоему лицу, ты решил меня убить, — сказал он хрипловато. — Поэтому я наслаждаюсь предсмертными мгновениями и видами доступных мне красот.

Гарри хмыкнул и улыбнулся в ответ — в конце концов уж кто-то, а Ивар-то ни в чем виноват. Даже уйти пытался в самый ответственный момент. И ведь ушел бы, если бы его не остановил Скорпиус. А задумываться, какими мотивами руководствовался Малфой, было как-то страшновато. Нет, не в ревности дело, как раз наоборот. Гарри был бы безумно рад узнать, что поступок Скорпиуса продиктован собственным желанием, а не единственным стремлением угодить ему, Гарри.

— Если кого и нужно убивать, так это меня, — прошептал он, разлепив сухие сна губы и зажмурившись от ласковых, скользящих касаний горячей ладони.

— Ну даже не знаю, что тебе сказать… — протянул Ивар, нажимая пальцем на ямочку на пояснице. — Мне-то жаловаться не на что, и даже наоборот… Но что-то мне подсказывает, что и Скорпиус вряд ли станет сердиться сегодня, раз уж не рассердился вчера. Он не такой.

— Надеюсь, — отозвался Гарри, решив, что оглашать вслух собственные переживания все же не стоит.

Во-первых, не факт, что Ивар поймет, да и портить ему настроение совсем не хотелось. В общем, как и продолжать это делать себе — тоже. Неужели он не придет со Скорпиусом к общему согласию? Бред — конечно, придет! Разве он не сможет подобрать нужные слова и набраться терпения, чтобы выслушать даже незаслуженные обвинения или выдержать гнетущее молчание? Конечно, сможет, уж в чем в чем, но в этом сомневаться не приходилось.

Решив не расписывать все в мрачных красках — вполне возможно, что Ивар окажется прав — Гарри успокоил себя довольно быстро. А потому ничего больше ему не мешало инстинктивно вскинуть бедра, усиливая контакт с маккоевской ладонью, и наслаждаться неторопливой утренней лаской.

Ивар негромко рассмеялся — видимо уж очень красноречиво получилось — и сжал пальцы на его заднице. А потом придвинулся ближе и прошептал на ухо:

— А я ведь нужен тебе, а, Гарри? Не Скорпиусу, нет. Тебе.

— Какого ответа ты сейчас ждешь? — хрипло выдохнул Гарри и низко застонал, ощутив крепкие сминающие пальцы на ягодицах.

Нельзя было сказать, что Маккой ошибался. Будучи весьма умным и прозорливым человеком, он сделал те выводы, на которые Гарри не мог решиться, не в силах пока что признаться даже самому себе. Нет, потребность в Иваре не была жизненно важной, но все же, наверное, она имела место, раз имело место случившееся вчера.

Но Гарри понимал и другое: одно дело заниматься обоюдными ласками с Маккоем на глазах у Скорпиуса, и совсем другое — делать это практически за его спиной.

— Не нужно мне твоих ответов, — фыркнул Ивар ему в ухо и вдруг чувствительно ущипнул за обласканную ягодицу. — Просто подумай об этом, если тебе всё-таки придет в голову мысль меня послать. А придти она может очень скоро… — протянул лукаво и споро перелез через Гарри и Скорпиуса, обнимая последнего со спины. — Всё, я готов… — простонал, с наслаждением зарываясь лицом в его волосы. — Можешь убивать…

Гарри только закатил глаза и улыбнулся. С интересом наблюдая за льнущим к спящему Скорпиусу Иваром, Гарри к собственному удивлению и в который раз вынужден был признать, что не испытает ни капли ревности, даже если будет ее усиленно в себе нагнетать. И что поражало — это будучи жутким собственником от природы. Наверное, стоило задуматься — не начинают ли их отношения с Малфоем попросту себя изживать — и пока не поздно забить в тревожные колокольчики, но взвесив все, Гарри пришел к выводу, что беспокоиться не о чем. Во всяком случае пока. К Скорпиусу он не охладел, и отдавать его Ивару совсем не собирался. И даже если впоследствии ему придется за Скорпиуса бороться — что ж… винить он будет только себя — но он не отступит до последнего.

Разложив все по полочкам, Гарри внимательно посмотрел на Ивара. Был один вопрос, который не давал ему покоя. И предназначался он именно Ивару.

— Ты понимаешь, что он никогда не станет воспринимать тебя так, как ты его? — Гарри спросил тихо и очень спокойно.

Вопрос был крайне жестоким и, возможно, резал по живому, но отчего-то Гарри нужно было убедиться, что Ивар знает, что делает.

— Он и тебя не воспринимает так, как ты его, — прищурившись, не менее жестко ответил Ивар. — И я не собираюсь чересчур загоняться по этому поводу, — он поднял голову, необычно серьёзно заглядывая в глаза. — То, чего не даст мне он, я возьму у тебя, — сказал странным вкрадчивым голосом. — И советую тебе поступать так же. Скорпиус — потрясающий, уникальный, но вместе с тем и очень сложный в общении человек, а уж в отношениях — тем более. Но именно поэтому мы оба здесь, и именно поэтому ты подсознательно ищешь недостающих тебе эмоций.

Наверное, стоило бы на Ивара разозлиться — уж слишком много он решил на себя брать, копаясь в их со Скорпиусом отношениях. Но, пожалуй, осознание того, что Маккой действительно прав, остановило Гарри от резких слов.

— Все-то ты распланировал… — вместо этого насмешливо произнес он. — А вот сейчас разбудим его, и как пошлет он нас подальше — обоих. Так будут нам — и недостающие эмоции и правильное восприятие друг друга.

Ивар усмехнулся, и в его глазах запрыгали озорные огоньки.

— Как будить будем?.. — спросил он, понизив голос.

Гарри столкнулся с ним взглядом — о чем думал Ивар, понять было несложно — но отрицательно покачал головой.

— Не думаю, что он будет в восторге, если проснется с членом во рту. Он не любит ничего пропускать, а под зельями во сне он ничего не чувствует, — пояснил Гарри и задумчиво оглядел сладко посапывающего Скорпиуса. — Но ведь сейчас он и не под зельями… — заговорщически прошептал он и выжидающе посмотрел на Ивара. — А давай попробуем… — решился, наконец, поддаваясь щекочущему нервы соблазну. — Готов даже взять на себя всю вину, — улыбнулся он и погладил и не подозревающего о предстоящем Скорпиуса по волосам.

— О Боже, ты святой человек! — с чувством выдохнул Ивар. Он сдернул со Скорпиуса одеяло, отбросил его в сторону и завороженно уставился на открывшуюся ему картину. Трогать, правда, он при этом Малфоя пока не решался, и Гарри это вполне устраивало. Конечно, так будет скорее всего не всегда, но сейчас Ивар не пытался оспаривать его лидерство и давал понять, что готов играть по правилам, и именно поэтому его не хотелось выгнать взашей. — Но если ему это не нравится, то, может быть, быстренько разбудим водой, а уже потом… — Ивар не договорил и гулко сглотнул.

Поймав поплывший взгляд Ивара, Гарри торопливо кивнул. Пожалуй, разбудить Скорпиуса водой было все лучше — так у него будет хотя бы шанс остановить их, если вчерашнее, за ночь уложившись в голове, начало претить и стало неприемлемым.

Гарри поднялся с кровати и, наполнив стакан водой, быстро вернулся к Скорпиусу под бок. Он наклонился, мазнул губами по малфоевским и, отстранившись, резко вылил воду Скорпиусу на лицо. Перед тем, как проснуться окончательно, тот привычно улыбнулся.

Гарри опередил его — когда Скорпиус распахнул глаза, он уже вовсю целовал его теплые, суховатые от сна губы. Настойчиво, глубоко и жадно — заставляя Скорпиуса тихо простонать, а его потрясающе длинный член подняться короткими рваными толчками.

А потом выяснилось, что Малфой ничего не забыл и забывать не собирался — потянувшись обнять, он обнял обоих сразу.

— Я боялся, что вы меня не разбудите, — прошептал, на секунду отстраняясь. — Мне даже кошмар приснился. Впервые в жизни.

— И что там было? — спросил Ивар. — Мы куда-то ушли или… — он не договорил, уткнувшись губами Скорпиусу в плечо. Что он имел в виду было понятно без слов.

— Вы меня не разбудили и пошли спасать мир, — Скорпиус чуть наклонил голову, прислоняясь к нему виском. — А я чувствовал, что с вами что-то случилось, а проснуться не мог.

Услышав это Ивар облегченно выдохнул и улыбнулся, да и у Гарри отлегло от сердца. Больше всего он боялся, что Скорпиус почувствовал себя во сне брошенным. Подумал, что Гарри и Ивар могут обойтись без него и трахались, пока он спал.

Еще раз поцеловав Скорпиуса — вдумчиво и основательно, заверяя таким способом, что это был всего лишь кошмар, а в реальности он всегда будет рядом — Гарри неторопливо переместился к шее, а затем проложил влажную дорожку до его груди, поочередно лаская губами и покусывая твердеющие под языком соски.

Краем глаза он заметил, как Ивар огладил Скорпиуса по дрогнувшему животу и сжал пальцы вокруг его прижавшегося к животу члена, мягко и в то же самое время уверенно двинув рукой по скользкому стволу. Покрасневшая головка выглянула из его кулака, и Гарри не удержался — положив ладонь на руку Ивара, он снял языком новую тягучую каплю смазки и вобрал гладкую, манящую головку плотным кольцом губ.

Скорпиус тихо застонал, выгнулся, но потом стон оборвался, сменившись невнятным мычанием. Подняв глаза, Гарри увидел, что Ивар закрыл ему рот поцелуем. Наверное это было здорово — чувствовать на члене губы и при этом целоваться, решил Гарри и принялся за дело с удвоенным рвением.

Удивительно, но обычно довольно спокойный во время минета Скорпиус сейчас словно с цепи сорвался — ерзал, вскидывал бедра, пытался извернуться как-то по-особенному. Не сразу до Гарри дошло, что все дело было в том, что на этот раз тактильных и прочих ощущений, которых так жаждал Малфой, хватало с лихвой. Ивар гладил его, целовал и даже, кажется, легонько щипал, тоже прекрасно понимая, что нужно Скорпиусу.

И справедливо рассудив, что для Скорпиуса это совсем не предел, не отрываясь от своего занятия, Гарри с нажимом провел рукой по его бедру, мягко отводя его в сторону.

Он прервался всего на миг — лишь для того, чтобы смочить пальцы слюной и скользнуть к вспотевшей ложбинке меж малфоевских ягодиц. И покружив у совсем расслабленного входа — будто Скорпиус только и ждал этого прикосновения — просунул в него сразу два пальца, настойчиво преодолевая тугую тесноту.

Реакция оказалась странной: Ивар вскрикнул, а Скорпиус жалобно простонал:

— Прости-и…

Судя по тому, что Маккой со страдальческой миной закусил губу, Гарри сделал вывод, что Скорпиус его укусил. От этой мысли внутри все радостно сжалось — настолько Малфой голову еще ни разу не терял. Встретившись взглядом с Иваром, Гарри медленно выпустил член изо рта и согнул пальцы, надавливая на простату.

Скорпиус застонал, складывая губы буквой «о», а Ивар стиснул зубы.

— Разрешишь? — хрипло спросил он, завороженно глядя на блестящий от слюны и смазки член Скорпиуса. — Черт побери, да я кончу, едва возьму его в рот…

Решив окончательно убедиться, что в малфоевских глазах он не увидит застывший протест, Гарри внимательно посмотрел на Скорпиуса и лишь затем кивнул Ивару. Никакого протеста во взгляде Малфоя не было — и если тот и замер, то только лишь в предвкушении того, о чем просил Маккой.

И это случилось. Крепко зажмурившись и мотнув головой из стороны в сторону — наверняка желая удостовериться, что все происходящее ему не примерещилось — Ивар с шумом втянул носом воздух и наклонился к малфоевскому паху. Благоговейно осмотрев подрагивающий член, он снова обхватил рукой ствол, пробежав пальцами по взбухшим венкам, и коснулся скользкой головки губами, медленно насаживаясь ртом на член.

То ли Гарри снова надавил на ту самую волшебную точку, что Скорпиус, вскинув бедра, выгнулся на лопатках дугой, то ли сам Скорпиус окончательно потерял самоконтроль, что размашисто толкнулся Ивару в горло, но в следующую секунду Маккой едва ли не упирался носом в его пах. Но как оказалось, ни длина этого великолепного члена, ни такое развитие событий Ивара ничуть не смутили. Рвано выдохнув, он двинул головой назад, практически выпуская член изо рта, и плотнее обхватив губами скользкий ствол, ринулся обратно, сразу задавая совсем не ленивый темп.

Не лукавя и не кривя душой Гарри мог сказать, что это было самое потрясающее, что он видел в жизни. Почти машинально он трахал Скорпиуса пальцами, но всего мысли и внимание было сконцентрированно на то появляющемся то исчезающем во рту Ивара члене.

Скорпиус задыхался, крутился на простынях, и Гарри, вспомнив, как тот любил контакт кожа к коже, поднялся повыше, подсовывя свободную руку ему под плечи. Скорпиус благодарно всхлипнул, ткнулся губами в шею и зажмурился, впитывая ощущения. Пальцам внутри него стало совсем свободно — тело просило большего, и член Гарри откликнулся на этот призыв судорожным спазмом и нитью смазки до самой простыни.

Подумав о том, как было прекрасно приподнять сейчас Скорпиуса, насадить на член и посмотреть на лицо Ивара, когда тот это увидит, Гарри вогнал в Скорпиуса третий палец и вынужден был прижать забившегося в судорога Малфоя к кровати. Ивар сдавленно замычал, продолжая ритмично насаживаться на член губами, и его рука метнулась к паху. Гарри не видел его член, но зато увидел брызнувшую на простынь и Скорпиусу на бедро белую струйку.

Замерев на миг, но так и не выпуская малфоевский член изо рта, будто желая впитать все ощущения до конца, Ивар глухо сглотнул, отчего Скорпиуса снова выгнуло — но на этот раз в последней судороге. Решив больше не мучить ни Скорпиуса, ни ставший его особо чувствительным после оргазма член, Ивар аккуратно отстранился и, коснувшись губами блестящей от слюны головки, устроил голову на малфоевских бедрах. Даже не думая никуда перемещаться, он сыто улыбнулся, поднял глаза на Гарри и ласково погладил Скорпиуса по ноге.

Гарри пропустил момент, когда собственные яйца поджались, а член выстрелил мощной струей в сухую ладонь. Впервые в жизни он чуть не кончил, совершенно не касаясь себя — от одного только зрелища, звуков сбитого дыхания и сдавленных стонов — а инстинктивно накрывшая головку рука лишь ускорила неизбежное на несколько долей секунд.

Придя в себя и аккуратно вынув из Скорпиуса пальцы, Гарри обессиленно откинулся на простынь, устраиваясь рядом, и мягко коснулся губами его взмокшего от пота виска.

— Раньше я думал, что я один неправильный на этой планете, — сказал Скорпиус не меньше чем четверть часа спустя. — Но теперь вижу, что нас как минимум трое. Или это происки инопланетян?

— О да, они напали на Землю только чтобы свести нас троих в одной постели, — хмыкнул Ивар. Он наконец отлип от Малфоя и забрался выше, обнимая его обеими руками. — Впрочем, если даже это и так, я им почти благодарен… Гарри, придинься ближе, я до тебя не дотягиваюсь.

— Ненасытный маггл, тебе уже и Скорпиуса мало, — усмехнулся Гарри, однако просьбу Ивара выполнил, вжавшись в разгоряченное тело и с наслаждением вдыхая мускусный, терпковатый запах.

Устроив голову на малфоевской груди, он с блаженством закрыл глаза, вслушиваясь в теперь уже спокойное биение сердца и размеренное дыхание. Если бы он только мог залезть Скорпиусу в мозги и узнать, что же в них сейчас творится! Судя по всему, Скорпиус недоволен и обижен на него не был, и Гарри очень надеялся, что он просто не делал вид, что все в порядке, удачно подобрав подходящие реакции.

Проще всего, конечно, это было выяснить у самого Скорпиуса, но спрашивать при Иваре не хотелось. Хотя если честно, Гарри не очень верилось, что Скорпиус смог бы притвориться столь искусно, да еще во время секса. Да и целовался он с Иваром весьма вдохновенно. Скорее уж можно было подумать, что это некий эксперимент с его стороны, но даже в этом Гарри был не уверен.

Наверное, Ивар все же почувствовал, что Гарри хочет поговорить со Скорпиусом — полежав с ними еще пару минут, он сладко потянулся и неохотно отодвинулся, намереваясь встать с кровати.

— Если организуете мне купание, завтраком так уж и быть займусь я, — весело сообщил он и вытянул в стороны руки.

Гарри потянулся за малфоевской палочкой и, встретившись с понимающим взглядом Ивара, обдал его очищающими. Нет, возможность ненадолго остаться наедине со Скорпиусом счастливой случайностью явно не была, и Гарри упускать ее не собирался. Дождавшись, пока Ивар оденется и уйдет в гастрономический отсек их базы, Гарри заглянул Скорпиусу в глаза и спросил серьезно:

— Как ты?..

— Удивительно, но хорошо, — Скорпиус улыбнулся. — Я понимаю, что это неправильно, что противоречит всем законам природы и логики… — он помолчал, подбирая слова. — Но знаешь, даже та небольшая часть эмоций, которую я не могу назвать положительными, не являются при этом отрицательными. Только пойми меня правильно, — он посерьезнел. — Это не значит, что мне так же понравилось бы заниматься любовью только с Иваром или с кем-то еще. Но когда есть ты, и при этом есть еще и он, это получается более полно. Мне нравится заниматься сексом с тобой, и автоматически нравится все, что вы со мной делаете. У меня не получается в этот момент разделить, что вот это делаешь ты, и мне это нравится, а вот это он, и поэтому не нравится. И к тому же… — тут его взгляд стал виноватым, и Гарри не сомневался, что если бы Скорпиус сидел или стоял, то непременно опустил бы голову. — Не обижайся только пожалуйста, но, наверное, я должен признаться, что с некоторых пор Ивар мне нравится. По крайней мере, у меня не вызывает отторжения его присутствие, его голос, запах, вид и вкус. Мне не хочется отшатнуться, закрыться или спрятаться. Надеюсь, ты понимаешь, что это совсем не то, что я испытываю к тебе, — поспешно добавил он, — но это лучшее, что я когда-либо испытывал к другому человеку помимо тебя.

Гарри выслушал Скорпиуса внимательно, не перебивая. И лишь когда повисла долгая пауза, и он понял, что Малфой сказал все, что хотел, Гарри тихо произнес:

— Значит, я все-таки не зря с самого начала не исключал подобной вероятности. Я знал, что рано или поздно твое отношение, а затем и восприятие Ивара изменятся.

— Ты с самого начала не исключал возможности, что Ивар будет заниматься с нами сексом? — переспросил Скорпиус напряженно.

— Не совсем точная формулировка, — ответил Гарри спокойно. — Скорее, я не исключал возможности, что Ивар приложит все силы и включит все свое обаяние, чтобы очаровать тебя. Но, видимо, он перестарался, — заключил Гарри с улыбкой, — раз его флюиды коснулись не только тебя.

— Ну вот в том, что он способен в определенных обстоятельствах обольстить тебя, я всегда знал, — расслабившись, Скорпиус тоже улыбнулся, но улыбка эта быстро погасла. — Ты не злишься? — спросил он робко. — Ты ждал другого?

— А на тебя-то мне за что злиться? — ответил Гарри встречным вопросом. — Если я на кого и должен, так только на себя. Но, наверное, моя совесть, залегла в спячку, — хмыкнул он. — Потому что ничего постыдного в случившемся я не вижу. И я рад, что не видишь и ты, — сообщил Гарри и спустя несколько секунд задумчиво добавил. — Хотя я совсем не уверен, что готов был бы на такие же вещи, если бы на месте Ивара оказался кто другой.

— Это кто же там на мое место метит? — Ивар появился из-за колонны, неся перед собой самодельный поднос из стенки большой коробки. — Я вам покажу «кого-нибудь» другого! — пригрозил он притворно обиженно.

— У тебя еще и уши, как локаторы, — покачал головой Гарри, скрывая улыбку. — Скорпиус, а не пересмотреть ли нам свою категоричность? — поинтересовался он нарочито серьезным голосом. — Думаю, среди магглов все же можно найти особь гораздо более воспитанную и демократично настроенную.

— Нет, больше никаких магглов рядом с моим членом, — покачал головой Скорпиус. — Но можешь поискать среди магов.

— Знаете что? — Ивар поставил поднос на кровать и скрестил руки на груди. — Я сейчас крайне раним и чувствителен, так что заткнитесь оба, сделайте милость, а то тут даже туалета нет, чтобы вдоволь поплакать от несправедливых обид.

На сей раз Гарри улыбку не сдержал и похлопал рукой по покрывалу, приглашая Ивара занять место рядом с собой.

— Кексы? И сухое молоко даже? — удивился он. — С ума сойти! А баночку кофе вы случайно не прихватили? — протянул с надеждой. — Ну или хотя бы пакетик какой…

— Я почему-то не сомневался, что ты спросишь, — хмыкнул Ивар. — Настолько не сомневался, что насыпал тебе именно кофе, — он кивнул на одну из небольших пластиковых чашек. — Просто добавь воды, как говорится.

— Спасибо, — немного растерянно и одновременно с благодарностью протянул Гарри. Честно говоря, он не ожидал, что Ивар отнесется к нему с такой внимательностью и… заботой. Отчего-то он был уверен, что в центре угла все равно будет стоять Скорпиус — однако Гарри ошибся. Конечно, главным звеном в цепи для Ивара как раз и оставался именно Скорпиус — это было заметно невооруженным взглядом — но он старательно стремился не проводить между ним и Гарри черты, целенаправленно разделять или выводить в фавориты. Во всяком случае, в тех аспектах, что не касались постели.

Тем временем Скорпиус разбавил сухие напитки водой, подогрел их и выдал каждому по дымящейся чашке. Признаться, это было потрясающе — выпить чего-нибудь горячего с утра и еще в достаточно прохладном и несмотря на чары сыроватом месте.

— Пока вы, мои дорогие любовники, сладко дрыхли, я успел почитать новости, — сказал Ивар, когда чашки опустели. — Острова эвакуируют полностью куда-то в Америку, Европу тоже всю трясет, равно как и европейскую часть России, Тибет и Китай.

— Не удивлен, — кивнул Скорпиус. — В этих станах самые развитые магические общины. Ты случайно не выяснил, где было совершено первое нападение? Или везде одновременно?

— Случайно выяснил, — кивнул Ивар. — Если верить сводкам, Британия была первой. И думается мне, не спроста именно в наших водах затонула подлодка.

— Ты считаешь, что главная база врага расположена прямо у нас под боком? — спросил Гарри, возвращая чашку на импровизированный поднос. — Я тоже не исключаю такой возможности. Тогда напрашивается ряд вопросов: как так получилось, что современная передовая техника не засекла никаких сигналов? Это не камень в ваш огород. Это попытка разобраться, какими средствами мы можем добраться до них. И второе… нам нужно попытаться предугадать их следующие шаги. И если получится, все же проследить схему и путь вылазок этих тварей.

— Уверен, большинство камер наблюдения в городе ещё работают. Скорпиус может попытаться к ним подключится. Но с планшета это не сделаешь, тем более, что он разрядился, — Ивар сосредоточенно потер подбородок. — В принципе, у меня дома довольно мощный компьютер.

— Помимо камер мы можем расставить авроров в стратегически важных местах, — добавил Скорпиус. — С наблюдением за морем и городом. Я напишу координаты нужных точек.

— Расставить можем, — согласился Гарри. — Ивар, только тебе придется провести ликбез. Наглядно объяснишь аврорам, как пользоваться костюмами химзащиты, противогазами и кислородными масками.

— Без проблем, — кивнул Ивар и бросил задумчивый взгляд на малфоевский планшет. — Хорошо бы найти линии аварийных электроподстанций. Все-таки нам нужна связь с внешним миром. Да и мобильники подзаряжать придется.

— Значит, первым делом расставляем авроров. Затем аппарируем к Ивару. Смотрим камеры, находим линии электричества, — рассудил Гарри. — Кстати, Роу сказал, что пароли базы NCA остались прежними, — сообщил он. — Так что имейте в виду.

— Прекрасно! — оживился Скорпиус. — Тогда сейчас я… — он замолчал на полуслове, прислушиваясь, и резко развернулся к проходу. — Итон! — опознал появившуюся из-за поворота сову. — Что случилось?

Итон ухнул и начал выделывать под потолком коленца. Уже через пару секунд этого танца Скорпиус побледнел.

— К отцу и матери не вернулась магия, — сказал он мертвенным голосом.

— Как? — потрясенно выдохнул Ивар. — Но почему? Ты же им наколдовал достаточно воды?

— Боюсь, мы пришли слишком поздно, — придя в себя от потрясения, глухо произнес Гарри. — Черт!.. — выругался он, в ярости сжав кулаки и даже не пытаясь заглушить в себе чувство вины. Он должен был догадаться, что не так все просто — вымылся и все, ты снова полноценный маг! Видимо, ему невероятно повезло, что в нужный момент Ивар оказался под боком, предложив помощь, и он успел смыть с себя эту падающую с неба дрянь, пока не произошло всасывание в кровь. Если бы он только аппарировал в мэнор раньше!..

— Главное, что живы, — решительно произнес Ивар, накрыв ладонь Скорпиуса своей. — А там глядишь, и восстановится со временем. Мало ли, мы ведь точно не знаем, ни чем вас поливают, ни принципа действия этого дерьма.

— Нужно расставить авроров, — глухо сказал Скорпиус. — Гарри, я напишу тебе координаты. Но мне нужно поговорить с родителями.

— Можно мне с тобой? — тут же отреагировал Ивар. — Помозолю глаза твоему отцу.

— Хорошо, пиши, — кивнул Гарри и, бросив долгий взгляд на Ивара, продолжил: — Как пользоваться комбинезонами и масками, я покажу сам. Вы вдвоем — в мэнор. Через два часа встречаемся на базе.

Конечно, ему бы сейчас пригодилась помощь Ивара, но не беда — справится сам, пусть даже и потратит вдвое больше времени. Отпускать Скорпиуса одного к родителям Гарри не хотел ни под каким соусом — еще неизвестно, как те себя поведут. Спокойно ли воспримут свою участь или начнут бросаться обвинениями в адрес сына, Гарри не знал. Но в одном он был уверен точно — так же, как и он сам, Маккой ни за что Скорпиуса в обиду не даст и в случае чего поддержит нужным словом. А может, и вообще утащит его прочь, если ситуация примет ну совсем неадекватный характер.

— В комбинезонах ничего сложного нет, — сказал Ивар Гарри, когда они уже оделись, и Скорпиус начал писать координаты, подложив под лист бумаги АйДжамп. — Пусть только следят, чтобы нигде не осталось зазоров, там специальные напуски для этого предусмотрены. Ну и карманов много потайных, тоже удобно. Смотри… — Он взял малфоевский комбинезон и быстро показал разбросанные повсюду карманы, которые Гарри самостоятельно никогда бы не нашел. — А вот тут, — он вытащил из одного кармана небольшую коробочку. — Аптечка и набор первой необходимости. Инструкция прилагается, надеюсь, разберешься. Хотя… — он все же перечислил все лекарства, объяснил, зачем они нужны и на всякий случай перечислил остальные предметы в наборе. — И Гарри. Парням нужны мобильные телефоны, — он отобрал у Скорпиуса ручку и написал в конце листка адресс. — Там большой магазин техники. Ограбьте и его, что ли.

В принципе, в том, что рассказал Ивар, ничего сложного и сверхестественного не было. Еще раз прокрутив в голове основные моменты, Гарри уточнил у Скорпиуса координаты магазина и, коротко попрощавшись, аппарировал к аврорам.

— Кажется, я морально вполне готов, — как обычно, с улыбкой сообщил Ивар и протянул Скорпиусу руку.

— Спасибо, — Скорпиус улыбнулся ему чуть смущенно. — Это будет не самый легкий разговор.

Он взял Ивара за руку и слегка опешил, когда тот рывком притянул его к себе, быстро целуя.

— Ну а что? — хмыкнул Ивар, широко улыбаясь. — Теперь-то можно!

Скорпиус усмехнулся и покачал головой.

— Наглый маггл, — протянул весело и аппарировал.

— Абсолютно верно, — даже не думая спорить, согласился Ивар. — А со вчерашнего вечера я особенно ценю в себе это качество, — довольно сообщил он, едва они ощутили под ногами твердый пол. — Знаешь ли, помогло очень…

От того, чтобы снова приятнуть Скорпиуса к себе, его остановило одно — появление в зале его отца.

— Не ожидали тебя так скоро, — сдержанно проговорил тот, предсказуемо проигнорировав сам факт присутствия Ивара.

— Не удивительно, — сдержано ответил Скорпиус. — Твои ожидания в отношении меня ошибочны в девяносто семи и трёх десятых процентах случаев.

— Ну тогда и на сей раз глупо делать ставку на три процента, — произнес он, холодно пришурившись. — Буду признателен, если ты избавишь меня от заведомо ошибочных гипотез и объяснишь, зачем ты здесь.

И судя по взгляду, которым он одарил Ивара, у него так и вертелось на языке: «Да еще и с такой компанией», — однако вслух он все же свою неприязнь не высказал.

— Неудивительно, что процент угадываемых ответов в этой викторине столь низок, — съязвил Ивар. — Логический путь решения задачек тут явно не в чести. Если бы у меня появились проблемы, и был сын, который из-за них забеспокоился бы, самая очевидная причина его появления в родительском доме была бы «пришел помочь». По крайней мере, именно так я подумал бы в первую очередь. У вас же, похоже, даже мысли такой не возникло.

— Не думаю, что вам стоит вмешиваться в разговор, который вас не касается. И уж тем более нравоучения свои приберегите для тех, кто вам ровня, — отрезал Малфой старший, подчеркнув всем своим видом, что сама необходимость заговорить с магглом нанесла страшное оскорбление его светлости.

— И правда, что это я, — «спохватился» Ивар. — Прошу простить, мой уровень допуска и положение позволяет разговаривать исключительно с лицами, приближенными к министру. Вы таковым не являетесь, иначе бы нас уже познакомили на секретном съезде дружеского сотрудничества миров, а значит, разговаривать со мной вам не положено.

Глядя на то, как вытянулось лицо Драко, Скорпиус сначала сдержанно хихикнул, а потом и вовсе рассмеялся.

— Пойдем найдем маму, — сказал он Ивару. — С отцом разговаривать бесполезно.

— Похоже, я только что безвозвратно упустил свой шанс наладить общение с твоей семьей, — Ивар внимательно посмотрел на Скорпиуса, когда они аппарировали ко входу уже знакомой комнаты. — Ты же на меня не злишься? — спросил он и улыбнулся чуть виновато.

— Поверь, промолчал бы ты, отношения окончательно испортил бы я, — заверил его Скорпиус. — Он не имеет никакого права разговаривать так с тобой, да и со мной, в принципе, тоже. Мы оба этого не заслужили.

— Значит, я правильно не испытываю угрызений совести, — рассудил Ивар, улыбнувшись на сей раз широко и открыто.

Асторию они нашли в гостиной на первом этаже. Она стояла у огромного окна и смотрела на заливаемый дождем сад.

— Ещё пару дней, и погибнут последние розы, — сказала она полным горечи голосом, увидев сына. — Даже маггловские сорта — слишком много воды, они уже тонут. Раньше погода регулировалась магией, и почва совсем не приспособлена для таких потопов.

— Когда всё закончится, ты разобьешь новый сад, — пообещал Скорпиус тихо. — На сто семьдесят процентов лучше прежнего.

— А почему не на двести? — слабо улыбнулась Астория и повернулась к нему. — И ты ведь мне поможешь? — спросила дрогнувшим голосом. — Теперь, когда нет ни эльфов, ни магии, мне это будет сложно.

Вместо ответа Скорпиус взял её за руку и сосредоточился. Воздух вокруг них сгустился, ощутимо запахло озоном, а потом воздух заискрился.

— Есть магия, — выдохнул Скорпиус. — Слабая, мало, но есть. Должна восстановиться со временем!

— Получается, если провести под дождем достаточно долго или просто не смыть его, то маги становятся магглами?.. — протянул Ивар задумчиво.

— Сквибами, — поправил Скорпиус задумчиво. — Возможно ты прав. Тогда становится понятно, почему они разрушили систему водоснабжения в городе и стали ломать крыши.

— Главное, что этот дождь для вас не смертоносен, — мрачно произнес Ивар. — А что до остальных последствий…

Закончить мысль ему не дала вскинувшаяся миссис Малфой.

— Скорпиус, — напряженно произнесла она. — Я понимаю, что твой новый знакомый ничего не смыслит в нашей жизни и склонен по незнанию делать самые разные выводы… Но ты-то должен понимать, что мне совсем не хочется слушать нелепые маггловские утешения!

Наверное, в любой другой ситуации более, чем прозрачный намек этой женщины о нежелательности его присутствия мог показаться оскорбительным, но то ли на фоне ее мужа, то ли от усталого и такого несчастного вида ее самой, Ивар ничуть не разозлился.

— Зря вы так ко мне относитесь, — к неожиданности Скорпиуса произнес он. — Хоть, по-вашему, я и совсем бесполезный вид, но тоже могу пригодиться, — слегка улыбнулся он. — Я вам достану такие сорта роз, о которых любой волшебник Британии может только мечтать. И будет ваш новый сад всем соседям на зависть.

Астория посмотрела на него как на заговорившую обезьяну, но потом перевела взгляд на напрягшегося и явно собирающегося вступиться за Ивара Скорпиуса, и, сделав над собой усилие, кивнула.

— Вон те красные у ваших селекционеров очень хорошо удались, — сказала она через силу. — Может, есть какие-то новые сорта.

— Конечно, есть, — убежденно кивнул Ивар. — Хоть я и отличу одну розу от другой исключительно по принципу «Вон та желтая, а вторая — другая», но уверен, что и там дело идет с той же скоростью, что и у производителей телефонов.

Астория посмотрела на него как-то странно, но улыбнулась краешком губ. Кажется, отменное чувство юмора Маккоя пробило ещё одну брешь.

— Если всё пойдет нормально, то магия восстановится к концу недели, — сказал Скорпиус матери. — Если за это время что-то понадобится, обязательно пиши мне, хорошо?

— Обязательно, сынок, спасибо, — Астория потянулась, чтобы его обнять. — Будь осторожен.

Скорпиус пообещал, что будет, попрощался за них с Иваром и аппарировал обратно на базу.

— Если мне не изменяет память, у тебя дома нет электричества, — сказал он. — Надо проверить, есть ли оно у Гарри.

— Не буду утверждать, но вполне возможно, что включились аварийные подстанции. Навряд ли они работают круглосуточно, но нам может повезти, — ответил Ивар. — Проверим? — он шагнул к Скорпиусу вплотную и довольно зажмурился, втянув носом запах его кожи.

Скорпиус усмехнулся и, поколебавшись, положил руки ему на бедра.

— Видишь, как все повернулось, — сказал с непонятной интонацией.

— Вижу, — с энтузиазмом кивнул Ивар. — И сколько бы это не длилось, в старости я буду вспоминать эти дни как одни из лучших в своей жизни, — неожиданно серьезно сказал он и опустил глаза. — Ты же не жалеешь? — после нескольких секунд молчания спросил он и с надеждой посмотрел на Скорпиуса.

Скорпиус помолчал, раздумывая над ответом.

— Нет, но не исключаю возможности, что могу пожалеть, — в конце концов сказал он честно и аппарировал их в квартиру Ивара. Вот только аппарировав, руки убрать он не спешил.

— Ну что ж… спасибо хоть за честность, — хмыкнул Ивар. — А вообще не только за нее, — выдохнул он и невольно толкнулся бедрами в малфоевский пах. — Позволишь?… Поцеловать тебя? Сейчас? — спросил он, задержав дыхание.

Скорпиус хмыкнул и посмотрел на него залучившимся взглядом.

— А давай, — согласился он. — Заменим воспоминания на положительные. Но Ивар… — начал было он, но был остановлен вскинутой рукой.

— Не продолжай, — поморщился Ивар. — Без Гарри ни-ни и всё в таком духе, угадал?

Скорпиус виновато кивнул и, не мешкая больше, притянул его к себе.

Ивар тоже больше не мешкал. Глубоко вдохнув — будто готовился к долгому прыжку под воду — он накрыл уже целованные, но по-прежнему желанные губы своими. И, почувствовав чужой язык на своем, сдавленно простонал, крупно содрогнувшись всем телом. Скорпиус отвечал ему — да, еще немного сдержано и словно анализируя каждое свое действие — но важно было то, что в отличие от прошлого раза он отвечал.

Ивар помнил об установленных рамках и понимал, что рискует снова быть поставленным на место, но все равно он крепко обнял Скорпиуса одной рукой, а свободную ладонь положил ему на шею, поглаживая пальцами теплую кожу. От поцелуя, от осознания того, что он все-таки его получил, закружилась голова, и тут же захотелось большего. Ивар негромко застонал и накинулся на губы Скорпиуса с таким пылом, что стало даже немного больно. Чуть сжал пальцы на горле, толкнулся пахом, чувствуя, как крепнет в брюках член, и вдруг замер, пораженный. Потому что твердело вовсе не у него одного.

Желание протиснуть ладонь и снова ощутить — пусть даже и через одежду — твердый, зажатый между их телами малфоевский член, стало нестерпимым до дрожи, но страх потерять то, что он обрел исключительно по счастливому везению, заставило Ивара оставить руки на своих местах. Если бы Скорпиус только разрешил ему большее!.. Но даже заговорить об этом Ивар сейчас бы не посмел.

— Наверное мне пора угомониться, — хрипло сообщил он и напоследок прижавшись к Малфою, заставил себя отстраниться.

Скорпиус посмотрел на него помутневшим взглядом и медленно кивнул. Ивар еще раз напоследок коснулся губами его губ, жадно вглядываясь в глаза. Все-таки как бы там ни было, а физиологические реакции у Малфоя были самые обычные, человеческие. И очень не хотелось думать о том, что сверхмозг Скорпиуса мог просто заменить образ Ивара на образ Гарри в его уникальной голове.

Но как бы ни хотел Ивар избавиться от этой внезапно посетившей его мысли, она не давала ему покоя еще долгих несколько часов. Они со Скорпиусом успели найти аварийный генератор, включить его, наладить доступ в Интернет и даже взломать базы данных почти всех европейских спецслужб — хотя в последнем случае роль Ивара ограничилась лишь в перечислении названий этих самых спецслужб, — а проклятая мысль никак не хотела уходить, порождая ворох сомнений.

Наконец он не выдержал.

— Целуясь со мной, ты думаешь о нем, да? — спросил, когда они со Скорпиусом пили чай. Поттер все еще не вернулся, но отзвонился, что вышел на связь с министром Магии и теперь зависнет на срочном совещании на неопределенный срок. В любую минуту туда же могли дернуть и Скорпиуса, поэтому было решено прервать хакерскую атаку и пообедать.

— Да, — спокойно ответил Скорпиус. — В том числе. Но если твой вопрос подразумевал, думаю ли я только о нем, то нет.

— Мой вопрос подразумевал… — начал Ивар, но продолжать не стал. Вот как объяснить, что он имел в виду, когда он и сам толком не в силах сформулировать мысль? Сказать, что он не хочет, чтобы Скорпиус представлял на его месте Поттера? Сказать-то можно… только мало того, что прозвучит это глупо и наивно, Ивар искренне боялся, что Малфой воспримет его слова как претезию, на которую он не имеет ни малейшего права. И о нем можно будет смело забыть. — Ладно… пусть так… — выдохнул Ивар. — Может, когда-нибудь ты сможешь меня дифференцировать.

— Так вот она, оборотная сторона отношений с двумя мужчинами — двойное непонимание, — вздохнул Скорпиус. — Ивар, ты должен знать и понимать обо несколько важных вещей, и она из них — самая важная — что я никогда не думаю о чем-то одном. В моей голове такая же каша, как и там, — он кивнул на монитор, где было открыто сразу тридцать окон с сайтами. — Только хуже в две-три тысячи раз. Гарри, кстати, очень обижался на меня, что я не могу выдать ему спонтанную реакцию, не понимая, что спонтанных реакций у меня как минимум пять десятков за раз. Одновременно, понимаешь? — он отчаянно посмотрел на Ивара, надеясь, что тот поймет его лучше. — Поэтому да, я думаю о Гарри, целуясь с тобой, и думаю о тебе, целуясь с Гарри. И еще очень много всего думаю о вас обоих с некоторых пор, — добавил чуть лукаво.

— Смотри, Гарри только не скажи, что целуясь с ним, ты еще успеваешь думать обо мне. Боюсь, это он точно по-своему трактует, — сказал Ивар, улыбнувшись. — Пойми… для простых среднестатистических мозгов подобное признание означает следующее: «Да, любовь моя, я с тобой. Но это мне не мешает мечтать трахнуть другого человека», — картинно скривился Ивар. — Ну или не трахнуть… — продолжил уже менее увереннее. И правда, с чего он решил, что Скорпиус все же рассматривает между ними тремя возможность полноценного секса, а не просто думает о не то чтобы невинных, но все же просто ласках. Но тогда с чего вдруг этот лукавый взгляд, которого Ивар за Малфоем никогда прежде и не замечал? — И что же ты думаешь? — тщательно взвесив, стоит ли начинать этот разговор, спросил он. В конце концов, каким бы странным и противоречивым для Ивара не оказался его ответ, к логике Скорпиуса пора была начать учиться привыкать.

— О нет, — поспешно помотал головой Скорпиус. — Вот произносить все это вслух ты меня точно не заставишь! Достаточно того, что я об этом думаю, — он покраснел и опустил глаза, становясь самим собой. — Но вообще-то можешь и сам догадаться, — добавил смущенно. — Ничего сверхъестественного я не придумывал.

Как и следовало ожидать, реакция Скорпиуса вызвала сиюминутное удивление. Обычно решительно настроенный и так категорично заявляющий о многих вещах, сейчас он смущался и краснел, уходя от ответа. И это было… это было волнующе, черт побери. Потому что прежде он видел таким Скорпиуса только в присутствии Поттера. Возможно, как раз дело и было в том, что мысли Малфоя крутились как раз именно вокруг Гарри, а потому в его мозгах сработал тумблер, переключая его на привычную модель поведения, но Ивару хотелось верить, что сейчас он ошибается. Точнее, Ивар это чувствовал.

— Если это то, о чем думаю и я, то я смело могу считать, что сорвал джек-пот, — весело заявил он и улыбнулся, отставляя чашку.

Скорпиус покосился на него, покрутил в руках свою чашку и вдруг спросил:

— Тебе нравится Гарри?

Вопрос прозвучал громом среди ясного неба. Это что, Скорпиус теперь думает, что все произошло из-за его симпатий к Гарри?

Выдержав испытующий взгляд, Ивар сглотнул, поднялся со стула и в два шага преодолел разделяющее их расстояние. Оказавшись вплотную к Скорпиусу, он мягко потянул его за плечо, разворачивая к себе лицом, и опустился на корточки, устраиваясь между его ног — так, чтобы их глаза были на одном уровне.

— Я бы с удовольствием делал вот так… один на один, — он скользнул рукой по малфоевскому бедру, уверенно поднимаясь к паху. — А потом бы я делал так… — его пальцы пробежались по ширинке брюк, ухватив язычок молнии. — И тоже, знаешь ли, один на один. И так, — он уверенно потянул змейку вниз, но остановился на полпути, решительно убирая руку прочь от соблазна. — Но раз так я смогу сделать исключительно в присутствии Поттера, значит, да — он должен мне нравиться, — очень серьезно заявил Ивар, возвращаясь на свое место. — Во всяком, так бы я рассуждал, если бы с самого начала строил коварные планы залезть к вам в постель, — продолжил он, глядя на Скорпиуса в упор. — Но за последние дни кое-что изменилось. Скорпиус, я не хочу и не собираюсь тебе лгать… — выдохнул он. — Что-то в Гарри есть такое, что не может оставить равнодушным, стоит к нему присмотреться поближе. В общем, да… — закончил он. — Нравится.

Скорпиус кивнул и залпом допил свой чай.

— В кои-то веки я не ошибся в своих предположениях о человеческих чувствах, — заявил он довольно. — Еще немного, и в собственных научусь разбираться. Но сейчас, правда, важнее разобраться, какой код использует Германия…

Он снова сел за компьютер, а Ивар взял зарядившийся АйДжамп и начал мониторить новости.

Негромкий звонок телефона раздался, когда за окном стало совсем темно.

— Вы где? — устало спросила трубка поттеровским голосом.

Скорпиус продиктовал координаты, и через секунду перед ними стоял жутко замученный и явно злой Гарри.

— Так, ни слова! — решительно сказал Ивар. — Сначала пожрать. По глазам вижу — покормить тебя никто не догадался.

Гарри хотел было по инерции рявкнуть, что нечего с ним носиться, и что он сам в состоянии о себе позаботиться — не ребенок небось — но замолчал, так и не проронив ни слова. Нечего спускать пары на людей, которые совсем не виноваты в том, что нервы за день ему изрядно помотали.

— Да какой там покормить! — протянул он. — За последние часы мы только и делали, что мотались по всей Британии, — сообщил он и устало облокотился о стол. — А что пожрать-то есть?

— Прекрасные спагетти с тушенкой и кетчупом, — проговорил Ивар таким тоном, будто и правда ничего вкуснее в жизни не ел. — Пальчики оближешь! — он пошел на кухню и уже оттуда крикнул: — Тебе много или очень много?

— Как себе! — крикнул в ответ Гарри. — Будет мало — попрошу добавки!

Заняв освободившийся стул, Гарри лег с локтями на локоть и поднял голову только тогда, когда перед ним появилась тарелка. То ли с голодухи, то ли тушенка действительно была вкусной, но Гарри накинулся на еду, грозясь составить Скорпиусу неслабую конкуренцию по скорости поглощения пищи.

— Как день прошел? Как родители? — спросил он Скорпиуса, собрав вилкой остатки спагетти и уже гораздо медленнее отправляя их в рот. — Спасибо, Ивар, — с улыбкой обернулся к Маккою. — Теперь себя хоть человеком чувствую.

— Это не я, это мой инстинкт самосохранения, — хмыкнул Ивар и поставил перед ним чашку чая.

Гарри улыбнулся, а Скорпиус отлип от компа и сел к ним за стол.

— Кстати, готовил Ивар, — заметил он. — И ты бы видел тот огромный чан, в котором он это все варил! Я почувствовал себя бегемотом, когда его увидел.

— Но что характерно, почти все съел! — довольно улыбнулся Ивар.

— Я и все бы съел, но тогда Гарри не досталось бы, — Скорпиус быстро рассказал о визите в мэнор, а потом склонил голову и тепло посмотрел на Гарри. — Смысл спрашивать, как прошло совещание есть?

— Никакого, — покачал головой Гарри. — Из пустого в порожнее перливали, только видимость одна. А ты что-нибудь узнал?

— Принципиально нового — ничего, но на тварей наших налюбовался вдосталь. И есть у меня одна идея… — Скорпиус помолчал, будто заранее зная, что эта его идея одобрена не будет. — Я хочу посмотреть на одну из этих нор. Спуститься внутрь.

— Ты с ума сошел! — вклинился в разговор Ивар. — Эта тварь землю крошит и асфальт кромсает! А ты решил за нею вдогонку? Да она ж тебя перекусит и глазом не моргнет! — продолжил он. — Гарри! Гарри, не разрешай ему! — воскликнул он и умоляюще взглянул на него.

— Как ты себе это представляешь? — спросил Гарри, не сводя глаз со Скорпиуса. — Как ты будешь перемещаться? Короткими аппарациями? А вдруг ходы внутри тоже оборудованы распылителями — и хрен ты выберешься обратно.

— Ну вот и я о том же! — снова вмешался Ивар.

— Хорошо, — спокойно кивнул Скорпиус. — У вас есть идея лучше?

Тут Гарри с Иваром переглянулись. Идей, если честно, не было вообще. Не смотря на целый день работы, наблюдений и обсуждений, что делать дальше, оба не представляли.

— Спрашиваю еще раз: как ты себе это представляешь? — устало повторил Гарри. — Я не отметаю идею напрочь. Я хочу услышать твой алгоритм. Соваться в логово к врагу без четкого продуманного плана — не самая лучшая затея, а на одно только везение полагаться я бы не стал.

— Давайте запустим туда телеуправляемых роботов, — предложил Ивар. — Потом посмотрим записи с камер и будем хотя бы иметь представление, что там творится под землей.

— Я хотел предложить сов, но роботы даже лучше, — кивнул Скорпиус. — Тогда можно будет аппарировать сразу в нужное нам место. Прежде всего меня интересует, как эти штуки попали под землю.

— Два варианта, — задумчиво произнес Гарри. — Либо они давно уже под землей — существовали в виде личинок. Либо же через моря и озера. Скользнуть в воду гораздо проще и незаметнее, чем буравить один за другим пласты земли. Да и добраться до нужных берегов легче и быстрее.

— Согласен с тобой, — кивнул Скорпиус. — Но хотелось бы знать точно. А потом нам, видимо, придется нырять.

— Когда запустим роботов? — поинтересовался Ивар. — Было бы разумнее сделать это ночью. Если все согласны, то предлагаю переместиться на аврорскую базу и найти среди завалов парочку пригодных для работы в шахтах.

— Хорошо, — кивнул Скорпиус, вставая. — Тогда пойдем. Думаю, вдвоем мы прекрасно справимся, — добавил он осторожно, глядя на Гарри. — Ты ведь устал. Не волнуйся, мы никуда не полезем без тебя.

— Я очень на это надеюсь, — протянул Гарри, внимательно посмотрев на Скорпиуса. — Ивар, если что держи его за руки, за ноги… Да в общем за что угодно держи, только никуда от себя не отпускай, — с улыбкой распорядился он. — Я буду ждать вас на нашей базе. Если усну — обязательно разбудите.

— Почему «если»? — притворно нахмурился Ивар. — Ты как раз иди и ложись. Мы все разведаем, а завтра уже на свежие мозги обдумаем.

— Разбудить обязательно, — категорично заявил Гарри, сдерживая зевок. Изрядно вымотанные за день нервы, усталость и сытный горячий ужин сделали свое дело, необратимо погружая Гарри в полудрему. — Во-первых, я хочу знать, что вы оба вернулись, и с вами все в порядке. Во-вторых, я все же хочу знать, удалась ли задумка.

— Хорошо, мы разбудим, — пообещал Скорпиус и, обойдя стол, обнял его со спины. — Спокойной ночи.

Гарри довольно зажмурился и накрыл его ладони своими. Как сильно он, оказывается, соскучился за целый день по Скорпиусу — по его запаху, по его близости, просто по его присутствию рядом. Расставаться снова — пусть даже и на несколько часов — вовсе не хотелось, но иного выхода не было. Даст Мерлин, впереди у них будет много дней, проведенных вместе, бок о бок.

— Все, идите, — сказал Гарри, вставая из-за стола. — Быстрее начнете, быстрее вернетесь.

Ивар кивнул ему на прощанье.

— Отдыхай, аврор, а маггл пошел работать, — хмыкнул он.

Гарри и Скорпиус рассмеялись, и на базу авроров Скорпиус и Ивар аппарировали с широкими улыбками. К счастью, большинство авроров уже спали, и заметил их появление только молодой еще совсем парнишка, засидевшийся с книгой.

— Мистер Малфой! — сдавленно пискнул он.

Скорпиус прижал палец к губам, давая знак не шуметь.

— Что-то случилось, сэр? — прошептал тогда парнишка со страхом.

— Пока ничего нового, — покачал головой Скорпиус. — Нам просто кое-что нужно.

Стараясь не шуметь, они прошли в коридор, на пару сотен метров заваленный вещами, которые они забрали со склада. К облегчению Ивара, искать там ничего не пришлось — Скорпиус прекрасно знал, что где находится, хотя и не всегда понимал назначение некоторых предметов.

— Откуда будем запускать? — спросил Ивар, стоя у нужных ящиков. — Проще всего было бы прямо отсюда, но, боюсь, если мы имеем дело с технологиями, велика вероятность, что вражеские датчики могут засечь, откуда пошло движение техники. И все — конец секретной базе.

— Запустим с обломков Аврората, — решил Скорпиус. — Пусть думают, что хотят. У нас всего четыре робота, так что запустим двоих. Но сначала мне надо понять, как ими управляют. Ты можешь объяснить или надо искать инструкцию?

— Навряд ли инструкцию ты к ним в ящике найдешь, — покачал головой Ивар. — Не утюг же все-таки… Я знаю только в первых чертах. Но есть один человек, который смог бы тебе рассказать досконально. Помнишь самого старшего специалиста на той встрече, которую я организовал вам в Робот-технолоджи?

— Я-то, разумеется, помню, но разве его не эвакуировали вместе со всеми?

— Я предполагаю, где он может быть, — сообщил Ивар. — Не забывай, что у меня есть доступ к такого рода информации. Единственное, что мне нужно выйти в базу данных NCA — там указаны точные координаты объектов.

— Это не проблема, — нахмурился Скорпиус, — но не расценят ли твои начальники это как нападение?

— Не расценят, если не узнают, — подмигнул ему Ивар. — Мы ведь не будем ничего взламывать, мы просто аппарируем ко мне в кабинет.

Скорпиус понимающе улыбнулся и тут же аппарировал в запертый темный кабинет.

На то, чтобы запустить рабочий компьютер и подключиться к базе, Ивару понадобилось не более пяти минут — тем более, что закрепленные за ним пароли действительно остались прежними.

— Готово, — радостно сообщил Ивар и потянул Скорпиуса за рукав. — Взгляни. Он может быть вот здесь, — он показал на одну из строк на мониторе, — или вот здесь. По остальным адресам находятся лаборатории менее важного значения.

— Далековато… — Скорпиус положил руки на клавиатуру, заключая Ивара в невольные объятия, и вывел на экран карту. — Ладно, допустим, мы аппарируем сначала сюда, а потом уже на место, но куда именно аппарировать там? Под землю? Я не смогу гарантировать, что не вмурую нас в стену. Может быть, попробовать сначала с ним связаться?

— Исключено, — покачал головой Ивар. — Мобильники там не ловят, да и кто б разрешил им там ими пользоваться. А через внутреннюю связь незаметным сделать это не удастся. Если даже вдруг верхушка NCA и закроет глаза, притворившись, будто ничего не заметили, то с той базы непосредственно доложат правительству о незапланированной попытке связаться. И полетят тогда головы… Нет, я не хочу так подставлять наших, — заявил он. — Роу-то ничего не будет — с него что… как с гуся вода — но вот другие пострадают сильно. Давай тогда пробовать самим разобраться.

Скорпиус кивнул и застучал по клавишам.

— Если я правильно понял, сигнал должен идти через спутник, — сказал он довольно много времени спустя. — Но я никак не могу понять, помещают ли этому тучи. Видимо, придется проверить на практике. И управлять им, видимо, получится только отсюда — я не могу скачать нужную программу, ее нет в свободном доступе.

— Тучи — да, сигнал искажать будут. Но вот в какой степени, узнаем только в процессе, — ответил Ивар. — Что получится только отсюда — это плохо. Но раз альтернатив нет, будет соблюдать осторожность и довольствоваться хотя бы этим.

К сожалению, много времени на исследования не потребовалось — роботы просто не слышали сигнал и потому не пожелали оторваться от земли.

— Ладно… — вздохнул Скорпиус. — Тогда пойдем другим путем, — и вбил в строку поиска «Спуск с горы».

— О нет! — простонал Ивар, когда на экране появились многочисленные названия сайтов магазинов альпинистского снаряжения.

— О да! — поправил его Скорпиус. Глаза у него при этом загорелись.

— Ну и на какой магазин на сей раз набег делаем? — хмуро поинтересовался Ивар.

Все-таки как же он надеялся на этих чертовых роботов! С самого начала он не был в восторге от идеи Скорпиуса спускаться под землю, а сейчас происходящее вообще нравилось ему все меньше и меньше.

— Я надеюсь, ты помнишь о данном тобой Гарри слове? — осторожно спросил он, в глубине души надеясь все же убедить Поттера отговорить Скорпиуса от этой безумной затеи.

— Конечно, — кивнул Скорпиус. — Тем более, я придумал кое-что еще, — он пробежался пальцами по клавиатуре, делая еще один запрос.

— Вот это мне уже больше нравится, — одобрил Ивар, прочитав «микрокамера». — Дадим в клюв паре сов, а в лапы — по фонарику.

Скорпиус вопросительно на него посмотрел и полез выяснять, что значит очередное незнакомое ему слово.

Все получилось как по маслу. Разобраться, как работают камеры, было для Скорпиуса парой пустяков, да и для сов задача не показалась сложной. Вот только ничего из их затеи не вышло — ходы во всех «норах» которые они проверили, были безнадежно засыпаны.

— Возращаемся? — понуро спросил Ивар и посмотрел на светлеющее сквозь тучи небо. — Обалдеть, уже почти рассвет… — проговорил удивленно и взглянул на Скорпиуса. Точнее — на его силуэт в защитном костюме. — Не расстраивайся, мы что-нибудь обязательно придумаем.

— Что-нибудь — непременно, — сдержанно кивнул Скорпиус. Он протянул ему руку и рывком аппарировал сначала в дальний конец их коридора, где тщательно смыл с себя и Ивара остатки дождя, а потом — в дальний угол импровизированной спальни, где быстро стянул с себя костюм. — По-моему, будить Гарри бесполезно, — сказал вполголоса. — У нас все равно ничего нет.

— Он просил разбудить его в любом случае, — напомнил Ивар. — Может, ему сейчас снится такой же кошмар, как и тебе тогда, — предположил он. — Хотя не похоже, дышит вроде спокойно. В общем, смотри сам.

Скорпиус посмотрел на спящего Гарри и осторожно сел рядом с ним на кровать.

— Гарри, — позвал он, легонько сжимая выглядывающее из-под одеяла плечо. — Мы вернулись.

Гарри поморщил нос и медленно открыл глаза.

— Хорошо. Молодец, что разбудил, — сказал он севшим спросонья голосом и снова закрыл глаза. — Ну как, все получилось? — спросил он и накрыл прохладную руку Скорпиуса нагретой под одеялом ладонью.

— Нет, ничего не получилось. Норы засыпаны, — ответил Скорпиус.

— Ну и черт с ними, — выдохнул Гарри, приподнимая край одеяла. — Залезай, утром поговорим.

Скорпиус коротко глянул на Ивара, и Гарри, хмыкнув, повернулся на спину, поднимая одеяло и с другой стороны тоже.

— А тебе, маггл, отдельное приглашение нужно? — проворчал он шутливо.

— Представь себе, — фыркнул Ивар. — Потому что кто тебя знает, вдруг спросонья придушить меня захочешь за посягательства на священную обитель?

Гарри картинно закатил глаза и, дождавшись, пока Ивар ляжет под бок, довольно улыбнулся.

— Нет, душить тебя уж точно планов нет, — хмыкнул он. — Ни спросонья, ни в любом другом состоянии.

«А особенно в таком», — подумал он, незаметно скользнув к собственному дрогнувшему под одеялом члену. Близость Скорпиуса вкупе с близостью Ивара сделали свое дело в считанные секунды, но проявлять сейчас инициативу Гарри не собирался. Он-то выспался, но эти двое явно были не в самой лучшей форме, проведя на ногах добрые полночи.

Скорпиус уже призвал свое зелье, но пить его не торопился, как, впрочем, и ложиться. Вместо этого он с загадочным выражением лица стал рассматривать лежащих перед ним Гарри и Ивара.

— Очень интересные у меня сейчас эмоции, — поделился он наблюдениями. — Никогда раньше такого не испытывал.

— Даже не рискну предположить, что у него в голове, — лукаво прищурился Ивар.

— И правильно, — согласился Гарри. — Все равно не угадаем. Хотя пара предположений у меня все же есть, — заявил он и скользнул пальцами к малфоевскому запястью, мягко притягивая Скорпиуса к себе. — Но было бы прекрасно, если бы он все же поделился своими мыслями вслух. Уверен, мы услышим что-то увлекательное, — шепнул он, увлекая Малфоя в неторопливый поцелуй.

— Я бы предпочел увидеть что-нибудь увлекательное… — прошептал Ивар, завороженно глядя на них. — А лучше поучаствовать в чем-нибудь увлекательном.

Гарри почувствовал, как он погладил его по бедру под одеялом, и вздрогнул. Почему-то он не ожидал, что Ивару захочется ласкать его, ведь до сих пор все его внимание всегда было обращено на Скорпиуса.

И в этот момент стало очень интересно, как далеко сможет зайти в прелюдии Ивар. И кто из них, в конце концов, решится взяться за распределение между ними ролей. Видимо, последняя мысль невольно вогнала в ступор, раз его замешательство не осталось не замеченным. Торопливо отстранившись, Скорпиус вопросительно заглянул ему прямо в глаза, а рука Ивара так и застыла на бедре.

— Не останавливайся, — помотал головой Гарри, вновь целуя распухшие податливые губы. — Оба…

Видимо, Скорпиус все понял, потому что теперь его рука поползла по бедру, куда уверенней подбираясь к члену. И в тот момент, когда теплые пальцы легли на ствол, Ивар тоже решился — рывком протянул руку и тут же отдернул, наткнувшись на малфоевскую ладонь.

Скорпиус оторвался от Гарри, посмотрел на Ивара мутным взглядом и потянулся к нему, сжимая в кулаке пульсирующий член. Ивар смотрел на него как завороженный до тех самых пор, пока Скорпиус не коснулся губами его губ, а потом промычал что-то восторженное, подался вперед и обхватил все-таки член Гарри поверх малфоевских пальцев.

Ощущения были сокрушительными — видимо еще и от того, насколько волнующим выглядело представшее перед ним зрелище. И, конечно, от пальцев Скорпиуса, сомкнувшихся на его члене, и осознания, что темп этой ласкающей руке задает другой человек.

Но какими бы сильными ни были эмоции — Гарри понял, сейчас ему катастрофически не хватает еще кое-чего… чувства заполненности внутри. И губ. Ему не хватало горячих губ. Пусть не на члене, пусть просто на шее, на собственных губах, на щеках… — совсем не важно где. Просто, пожалуй, впервые Гарри познал — что значит побывать в шкуре Скорпиуса, когда тактильных ощущений не хватает до зубовного скрежета.

Но, в отличие от Скорпиуса, не сразу понявшего природу своего удовольствия, довольствоваться малым Гарри не собирался. Не задумываясь, как будет выглядеть со стороны его немая просьба, он согнул ноги в коленях и широко расставил их, инстинктивно подавая бедра наверх.

И, конечно, первым его понял куда более опытный и чуткий Ивар. От Скорпиуса он, правда, не оторвался — видимо, это было выше его сил, но зато отпустил член, погладил по бедру и вдруг мягко на него надавил, предлагая повернуться на бок. Поняв, к чему он клонит, Гарри на секунду перестал дышать. От его решения сейчас зависело не только то, чем кончится вечер — или, точнее, уже утро, — но и то, какими станут их отношения.

Пока он раздумывал, Скорпиус разорвал поцелуй и уставился на Гарри совсем пьяным затуманенным взглядом. Его распухшие губы, казалось, умоляли о том, чтобы их не прекращали целовать, а высунувшаяся из-под одеяла задница вызывающе белела, намекая, что совсем не обязательно довольствоваться руками. И когда Ивар, устав ждать, потянулся рукой между его расставленных ног, Гарри сделал свой выбор.

Развернувшись к Ивару спиной, он стиснул Скорпиуса обеими руками, смял поцелуем губы и глухо застонал, когда его самого заключили в крепкие, совсем не робкие объятия.

Когда Ивар вжался пахом в его задницу — Гарри затаил дыхание, а когда твердый член устроился между его ягодицами, вызывая тягучее томление за яйцами, Гарри низко простонал Скорпиусу в рот, отчего тот и сам вздрогнул.

Как и следовало ожидать, Ивар совсем не торопился, а лишь дразняще толкался бедрами и сам постанывал в такт собственным движениям. Одной рукой он обхватил Гарри поперек груди, а другую просунул ему между ног, плавно перекатывая в ладони его яйца и легонько поглаживая бархатистую кожу.

— Я буду гладить тебя до тех пор, пока ты сам не раскроешься для меня, — сообщил Ивар и прикусил мочку его уха, одновременно пройдясь языком по коже. — И пока ты сам не насадишься на мой член, — прошептал он, опаляя жарким дыханием ухо.

Дослушав про свои ближайшие перспективы, Гарри изогнулся в его руках — но отнюдь не от протеста, а как раз наоборот — пошлости, так легко слетевшие с языка Ивара, заставляли кровь бурлить, а член в ладони Скорпиуса напрячься еще сильнее. Самого же Скорпиуса Гарри стиснул так, что оставалось только удивляться, как у того не хрустнули ребра.

— Кажется, я наконец понял, чего ты от меня так долго добивался, — чуть задушенно прошептал Скорпиус и тут же всхлипнул, когда Ивар обхватил ладонью и его член.

И тут Гарри поймал себя на мысли — как должно быть, он бесстыдно себя ведет, готовый отдаться Ивару на глазах у любимого человека. Да еще и ожидая, истекая смазкой, когда же тот трахнет его, как следует.

Но то ли Ивар не хотел спешить, перекладывая — пусть и пассивную — но все же инициативу целиком и полностью на Гарри, то ли почувствовал на интуитивном уровне, чего именно тот хотел в эти минуты. Не зря же не так давно Ивар высказался, что нужен по большей части ему, Гарри, а вовсе не Скорпиусу. И получается, что сказал он это не просто так, попав пальцем небо, а вполне обоснованно.

И, вновь почувствовав укол вины перед Скорпиусом, Гарри поймал его поплывший взгляд, как бы заново спрашивая его согласие на происходящее. И ойкнул, когда ощутил внутри себя проворные пальцы Ивара, впрочем покинувшие его задницу так же быстро и неожиданно.

— Такой расслабленный… такой готовый… — произнес Ивар хрипло, судорожно простонав. — Господи… аж голову ведет. Будто первый в жизни секс.

Скорпиус поднял голову и посмотрел на него через поверх плеча Гарри таким взглядом, будто собрался немедленно проверить первые два утверждения, но потом шумно выдохнул через рот, лег обратно и поднял ногу, закидывая ее Гарри на бедро.

В глазах потемнело, а из горла вырвался полустон-полурык. На голых инстинктах Гарри смял пальцами мускулистые ягодицы, толкнулся членом в нежную кожу и застонал в голос. Скорпиус сам направил в себя его член, а потом обнял за шею обеими руками, выгибаясь. Гарри дернул его на себя, впиваясь губами в шею, а членом — в плоть. В этот момент ему хотелось закричать от распирающих его эмоций и ощущений, но уже через мгновение стало понятно: кричать было еще рано.

А вот когда внутрь беспрепятственно скользнул чужой, пока еще совсем незнакомый член, — вот тогда стало ясно: пора.

И, громко вскрикнув, Гарри замер, заметавшись между желаниями толкнуться в Скорпиуса поглубже или же наоборот — посильнее насадиться на распирающий изнутри член. Решив, что сейчас ему следует подумать о Скорпиусе, он крепче стиснув пальцами его ягодицы и, чуть подавшись назад, — тем самым усилив давление члена Ивара на нужные точки — вошел в Скорпиуса мощно и с оттяжкой, сжимая зубы и не сдерживая ни дрожи в ногах, ни нового хриплого крика.

Если так и будет продолжаться, и острота ощущений не притупится — наверняка он сорвет связки. Потому что хоть сдерживайся, хоть нет — низкие крики сами собой вырывались из груди, уже начиная царапать нежные стенки горла. Но стоит ли вообще заострять внимание на такой мелочи, когда вокруг собственного члена тугие мышцы сжимаются пульсирующим кольцом, а чужой член в заднице, натягивая тонкую кожу входа, ударяет головкой прямо в простату, сменяя легкую боль от вторжения совершенно невероятным, плавящим мозги наслаждением?

Гарри казалось, что эмоции разорвут его на части, а сердце — не выдержав не испытанных прежде ощущений — просто не справится и лопнет. Или он попросту сойдет с ума, не выдержав шквала обрушившихся ощущений и чувств. И хотя Гарри с годами научился сдерживать свои внезапные чувства во время секса и не выкрикивать слов в любви в разгаре самого процесса, сейчас он сам себя не узнавал, готового признаться в любви ко всему миру. Не говоря уже о Скорпиусе и Маккое.

Сосредоточив мысли на том, чтобы не выкрикнуть чего лишнего, Гарри и не заметил, как полностью расслабился, отдавшись набравшему силу напору Ивара и содрогаясь толчками внутри зажмурившегося и скользкого от пота Скорпиуса.

Удовольствие было настолько полным, всеобъемлющим, что он замер, прислушиваясь к каждому его отголоску. Скорпиус продолжал двигаться, насаживаясь на его член, а Ивар продолжал таранить его сзади, но сам он не в силах был пошевелиться. И вскоре пришла расплата.

Скорпиус жалобно хныкнул, потянулся рукой к его начавшему опадать члену, распахнул полные отчаяния глаза. Ивар, увидев это, остановился.

— Черт… — выдохнул он, уткнувшись влажным лбом Гарри между лопаток, и зачем-то добавил: — Прости.

Впрочем, почему он так сказал, Гарри понял очень скоро: резко выйдя из него, Ивар рывком сдернул Скорпиуса с его члена и перекатился, наваливаясь на Малфоя сверху.

— Можно? — почти проскулил он, инстинктивно толкаясь бедрами, но разгоряченный покрасневший член скользил пока только по простыне.

Скорпиус зажмурился, сжал кулаки, стиснул зубы. Его огромный член пульсировал, то и дело дергаясь и ударяя по животу.

— Просто скажи «да»… — прошептал он на грани слышимости, возвращая Гарри когда-то сказанные слова.

Как оказалось, эти слова было проще произнести, чем с ними согласиться. Даже несмотря на то, что уже было между ними тремя, Гарри подсознательно считал право на Скорпиуса его исключительным. А тут… а тут Скорпиус просит разрешения для Ивара трахнуть его. Но разве мог сейчас Гарри лишить Скорпиуса заслуженного удовольствия? Тем более в их случае, когда он сам все это затеял. Конечно, нет…

Но как бы Гарри ни хотел, простое слово «да» будто застревало в горле, натыкаясь на всевозможные препятствия и не имея возможности прозвучать не то что в полную силу, а хотя бы как-то. Понимая, что затягивать паузу слишком жестоко, он молча, без всяких слов кивнул Скорпиусу и накрыл его губы своими.

Едва их языки сплелись, Скорпиус выгнулся дугой и мощно содрогнулся от первого толчка. Судорожно скомкав простынь, он зажмурился, а его щеки начала заливать краска, и у Гарри сложилось нехорошее ощущение, что Малфой начал зажиматься. Поспешно переведя взгляд на его набухший, прижавшийся к мокрому от пота и смазки животу член, Гарри сделал здравый вывод, что проблема совсем не в том, так или не так что-то делал Ивар — дело было именно в нем самом, Гарри, а точнее его почти безучастном присутствии.

Ну уж нет! Если все это и происходит, то каждый должен получить то, в чем нуждается, а стыдиться — стыдиться раньше надо было. Перехватив запястья Скорпиуса, Гарри завел их наверх, лишая того возможности отвлекаться на комкание простыней, и поцеловал особенно рьяно, прошептав хрипло:

— Посмотри на нас…

И, едва Скорпиус распахнул глаза, вырвавшись из омута собственных мыслей, Гарри понял, что и в нем самом что-то внутренне изменилось. От недавней вспышки ревности не осталось и отголоска.

Смотреть, как Скорпиус кончает, насаженный на чужой член, видеть, как беззвучно ловит ртом воздух Ивар, задыхаясь в острой судороге наслаждения, оказалось удовольствием ничуть не меньшим, чем сам процесс. Поймав губами последний малфоевский стон, Гарри безо всяких колебаний поцеловал и устало дышащего Ивара. Тот благодарно обнял его за плечи одной рукой, а другую подсунул Скорпиусу под спину, прижимая его к себе.

— Я схожу с ума от вас, ребята, — хрипло прошептал он заплетающимся языком.

Похоже, что с ума начал сходить не только Ивар. За то время, пока Скорпиус и Ивар пытались отдышаться, а их грудные клетки вздымались в унисон, Гарри не раз ловил себя на мысли, что все происходящее между ними тремя ему действительно нравится. Не в качестве эксперимента или желания добавить в их со Скорпиусом отношения перчинки, и даже не в качестве сиюминутной слабости — хотя именно с нее все и началось. Нет, у Гарри стремительно формировалось мнение, что подобного рода отношения не только имеют право на жизнь, но могут существовать полноценно, многогранно и вполне гармонично. Видимо, в какой-то момент в его мозгу окончательно рухнула преграда, отделяющая то, что считается нормальным, от ненормального. А может, ее вообще никогда не было.

— На твоем месте я бы сегодняшнее утро в красный день календаря занес, — хмыкнул Гарри совершенно беззлобно. — Да и на своем бы тоже… — тут же добавил он, втягивая носом воздух и пытаясь различить в смешавшихся запахах такой знакомый запах Скорпиуса и пока еще новый — Ивара.

Ивар хмыкнул и, поморщившись, скатился со Скорпиуса, вынимая из него член.

— Я хочу в душ и спать одновременно, — простонал он, вытягиваясь на простыне рядом с Малфоем.

— А я очень хочу в свой бассейн, — подал голос Скорпиус с настоящей тоской в голосе. Впрочем, это было совсем неудивительно — его уютный, необычный и полностью магический дом действительно было очень жаль.

— Когда все закончится, мы обязательно восстановим твой дом, — пообещал Гарри, изо всех сил стараясь верить собственному голосу. — И Ивару все комнаты покажем. И массаж со звездами организуем, — и поцеловал легонько Скорпиуса в плечо, поражаясь, как давно же все это было — и знакомство с малфоевским домом, и ныряние на дно зачарованного вулканического озера, и массаж уже упомянутыми самыми звездами. Будто в прошлой жизни — такой близкой и далекой одновременно. — Очищающие чары? — спросил он, загоняя глубоко внутрь и ностальгию, и совершенно неуместную сейчас грусть. Потом он обязательно погрустит, позволяя тоске взять свое, но не сейчас, когда раскисать нельзя ни в коем случае.

Скорпиус кивнул, призвал палочку, тщательно, до скрипящей кожи, очистил всех троих заклинаниями, и вдруг зевнул.

— О, кажется, кто-то устал, — умилился Ивар, обнимая Скорпиуса за плечи. — Может быть, у тебя получится уснуть без химии?

— Я попробую, — пробормотал Скорпиус, двигаясь ближе к Гарри и вынуждая Ивара подвинуться вместе с ним. Он прислонился щекой к плечу Гарри и закрыл глаза.

А через некоторое время Гарри поймал себя на том, что, мягко поглаживая Скорпиуса по плечу, сам дышит через раз, боясь спугнуть его гораздо более чуткий без зелий сон. Но, впрочем, переживал он зря — устроив голову на его груди, Скорпиус посапывал мирно и размеренно.

— Кажется, уснул, — прошептал Гарри. — Можно шевелиться, уже не разбудим, — проговорил с улыбкой, взглянув на Ивара, также не менявшего своего положения с того момента, как Скорпиус закрыл глаза.

— И как же ты собрался шевелиться? — немного сонно, но все равно весело поинтересовался Ивар.

— Да уж как-нибудь. Не знаю, конечно, как ты, но лично я не могу часами спать в одной и той же позе, — сообщил Гарри, но с места так и не сдвинулся. — А вообще я, может, о тебе беспокоился. Чтоб у тебя не затекло ничего.

— О, ну тогда ладно, — Ивар демонстративно поднял руку. — Вот, шевелюсь… — он опустил руку поперек малфоевской груди и достал пальцами аккурат до груди Гарри, беспардонно его лапая. — Ты же не злишься? — спросил, явно не имея в виду эти манипуляции.

— Я сильно похож на разъяренного Отелло? — вопросительно протянул Гарри, мягко перехватывая исследующие его грудь пальцы. — Осторожнее, — прошептал он, улыбаясь. — Иначе я подумаю, что не одному мне не хочется спать.

— Мне хочется спать, — вздохнул Ивар. — Но вы меня так раззадорили за последний месяц, что я сейчас как свечка — только чиркни зажигалкой.

— Да неужели, — хмыкнул Гарри, припоминая разом все свои выходки по соблазнению Скорпиуса на глазах у Маккоя. — Ай да мы!.. И почему я не испытываю никаких угрызений совести? — и взглянул на Ивара, хитро прищурившись.

— Потому что ни стыда у тебя, ни совести! — фыркнул Ивар и легонько ущипнул его за сосок. — Впрочем, у меня, наверное, тоже… — добавил задумчиво. — А я ведь искренне считал себя хорошим мальчиком. Даже в церковь ходил.

— Еще скажи, в церковном хоре в детстве пел, — насмешливо отозвался Гарри.

Ивар хмыкнул и вдруг вывел негромко несколько очень чистых нот, правда, чего-то совсем нерелигиозного.

— Так что, если очень понадобится, буду петь вам серенады под окнами, когда это все закончится, — сказал он вроде бы весело, но с затаенной грустью.

— Зачем нам под окнами? — недоуменно спросил Гарри, старательно изобразив, что не заметил ни в маккоевском голосе, ни во взгляде проскользнувшей печали. — Когда закончится вся эта хрень, будешь нам музыкальные вечера устраивать. И я бьюсь об заклад, что Скорпиус с тебя живого не слезет, пока ты не обучишь его всему своему репертуару, — заключил он со всей уверенностью.

Сонная ленность тут же слетела с Маккоя, и тот широко улыбнулся.

— Оценил, какое я полезное приобретение? — протянул он, мазнув пальцем по поттеровским губам. — Не то, чтобы я играл нечестно, но о некоторых ваших недопониманиях Скорпиус мне рассказывал.

— Скажем так, заметил, — хмыкнул Гарри, прикусив мягкую подушечку его пальца. — И мне интересно знать, о каких это еще недопониманиях? — протянул он с напускным удивлением.

Ивар фыркнул.

— Хочешь, чтобы я озвучил? Пожалуйста. Ты ждешь от него инициативы и эмоций, а у него крайне туго и с тем, и с другим. Особенно с последним… — Ивар с нежностью посмотрел на Скорпиуса и поцеловал его в висок. — Знаешь, я думаю, именно эмоции, их переизбыток, заставляют мозг требовать сна. До этого он, видимо, работал как машина, почти не уставая.

— Наверное, ты прав, — согласился Гарри. — Видимо, его мозгу эмоции действительно нужны в двойном количестве. Будешь помогать, раз в одиночку я не справляюсь, — кивнул с улыбкой и внимательно посмотрел на Ивара. — И часто у вас такие разговоры случались? Ответь только, как есть. Не преуменьшай.

— Я не он, — с улыбкой покачал головой Ивар. — До сотых не сосчитаю. Но несколько раз ему очень нужен был совет, и, заметь, я всегда действовал в твою пользу.

— Этим ты мне, Ивар, и нравишься, — со всей серьезностью сообщил Гарри. — Ты совсем не подлец. И не сволочь… Хотя порой редкостный нахал. Но, наверное, и эта черта мне в тебе нравится… — задумчиво протянул он. — Особенно с тех пор, как ты прекратил практиковать свое нахальство на мне.

— Да ну брось! — рассмеялся Ивар. — Когда это я перестал? Или хочешь сказать, сегодня я был недостаточно нахальным?.. — он лукаво сверкнул в полумраке глазами.

— С таким нахальством я мириться готов, — с усмешкой заявил Гарри. — И как видишь, вполне согласен выступать в роли практического пособия.

Ивар посмотрел на него долгим взглядом и задумчиво произнес:

— Я где-то читал об этом. Сильным людям иногда нужно, чтобы их просто хорошенько трахнули, да, Гарри? Без вопросов и оговорок. Именно это ты подсознательно ждал от Скорпиуса? Чтобы он забыл о твоей должности, регалиях, наградах и что там у тебя ещё есть…

— Ты будешь удивлен, но до Скорпиуса я особо не тащился от позиции снизу, — сказал Гарри. — А как с ним все началось, то, черт возьми, да, захотелось, чтобы хорошенько трахнули, — протянул он и закрыл лицо руками. — Мерлин! Никогда не думал, что буду это обсуждать… Но знаешь, я люблю отдавать ему инициативу. Тогда он становится совсем другим. Сложно остаться равнодушным, когда он полностью теряет над собой контроль, — почти мечтательно произнес он, вспомнив их со Скорпиусом последний секс наедине.

Ивар прищурился и потеснее прижался к Скорпиусу.

— Ты позволишь мне? — спросил хрипло. — Контроль он, конечно, теряет только с тобой, но даже без этого я просто не берусь представить себе ощущения, когда он внутри.

— Если я позволил тебе его трахнуть, то почему я должен запрещать ему сделать то же самое с тобой? — спросил Гарри.

— А я не знаю, — Ивар серьёзно на него посмотрел. — Из нас двоих именно ты крутой волшебник, который может превратить меня в лягушонка, если не буду слушаться. И хотя мы уже успели неплохо познакомиться ниже пояса, что творится в твоей голове я пока не знаю. Скорпиус — и то понятнее. А ты… — он помолчал. — Я тебя почти боюсь. Потому что ты позвал меня сюда, и ты же прогонишь.

Гарри выслушал его внимательно, не перебивая, удивляясь и одновременно отдавая должное способности человека на такую откровенность. И хотя, как правильно Ивар сказал, они неплохо познакомились ниже пояса, подобное признание в собственных сомнениях было гораздо интимнее и сокровеннее любого секса.

— Эх, все-таки надо было делать карьеру на политическом поприще, — выдохнул Гарри. — Все бы меня боялись… и даже тогда, когда я не давал бы для этого никакого повода. Определенно, во мне погиб образцовый тиран, — хмыкнул он и, ухватив за запястье, потянул неожидавшего подобного Ивара на себя, облегчая его вес магическим потоком. — По-моему, разговаривать так в разы удобнее, — заявил он и подвинулся в сторону, освобождая для Ивара место.

— У тебя ещё есть все шансы, — улыбнулся Ивар, устраиваясь поудобнее. Он оперся сложенными руками Гарри на грудь, а пахом прижался к бедру. — Сейчас вот станешь дважды спасителем, так на тебя молиться будут и ваши, и наши. И будем мы со Скорпиусом первыми адептами новой религии. Тогда никому не придет в голову спрашивать, почему же мы всегда появляемся вместе и чем занимаемся по ночам. И уж конечно никто не озаботиться вопросом, кто кого трахает, — он понизил голос, чувственно улыбнулся, и Гарри впервые понял, что Маккой на самом деле не просто симпатичен, а весьма красив.

— Да уж, прогоню пришельцев и начну повсеместно утверждать культ себя, — хмыкнул Гарри. — В итоге, оба мира падут к нашим ногам, а мы будем править и трахаться. А что?… Так и скоротаем дни до старости. Вполне достойная перспектива, — улыбнулся он и мазнул взглядом, а затем и пальцем по расслабленным губам Ивара.

Ивар рассмеялся, а потом подтянулся выше и мягко поцеловал Гарри в губы.

— Я буду тогда единственным человеком, который будет с тобой наглым, — прошептал он, опаляя кожу дыханием.

— А мне твоя смиренно склоненная голова и не нужна, — отозвался Гарри. — Разве что… — протянул он и замер, смакуя очередные вырисовывающиеся в воображении картины. — Черт, нет… мировое господство, видимо, отменяется, — с наигранной грустью выдохнул он. — Потому что, похоже, все мои мысли крутятся исключительно вокруг второй части плана.

— Боже, да с твоими аппетитами только двое и справятся, — закатил глаза Ивар. Он сунул руку под одеяло, накрыл ладонью дернувшийся член и поинтересовался горячим шепотом: — Как думаешь, сколько процентов Скорпиус отвел на то, что мы в конце-концов трахнемся, пока он спит?

— А сколько ты дашь нам процентов, что мы подберем нужные слова, объясняя наш внезапный трах? — поинтересовался в ответ Гарри.

Он и сам не ожидал, что вопрос Ивара так быстро отрезвит его разум. И уж точно не ожидал, как желания тела тут же вернут свои по случайности утерянные позиции.

— Бля-я, — простонал Гарри. — Так нельзя… наверное… — выдохнул он и вопреки так и не произнесенным вслух доводам, толкнулся бедрами вверх, усиливая контакт члена с ласкающей ладонью.

— Подрочим, лежа рядышком? — ехидно протянул Ивар.

— А то… Причем каждый сам себе, — усмехнулся Гарри, представив подобный исход. — Ну так что? Кто возьмет на себя роль активного соблазнителя? — прошептал он, огладив ладонью Ивара по бедру и уверенно перемещааясь к его члену.

Ивар шумно выдохнул, закрыл глаза и горячо прошептал:

— Ну раз спрашиваешь, то я!

Он навалился сверху, рывком раздвинул ноги, устраиваясь между ними, жадно поцеловал в губы, и Гарри с восторгом и одновременно некоторым сожалением подумал, что от Скорпиуса он такой реакции так и не дождался, хотя очень и очень бы хотел.

Гарри ответил жадно и пылко — словно от этого поцелуя зависела его жизнь. Ну жизнь — не жизнь, но пока он чувствовал на своих губах настойчивые губы Ивара, он не думал о том, насколько правильно поступает. Ну или почти не думал…

— А он?… — вдруг спросил Гарри, разорвав поцелуй. — Ты ведь наверняка предлагал ему…

— Секс? — выдохнул Ивар, с неохотой отстраняясь. — Нет, моя гордость мне была ещё немного дорога в то время. Но я его поцеловал, — признался чуть погодя.

— А он?.. — повторил Гарри.

— А он, разумеется, не ответил. В первый раз, — Ивар поморщился от не самых приятных воспоминаний. — Зато ответил сегодня днем, и один черт знает, каких усилий мне стоило сдержаться и не попытаться сделать что-нибудь ещё. Но Гарри… — он посмотрел на спящего Скорпиуса. — Это было до того как я трахнул сначала тебя, а потом его. И я не верю, что продолжение этого секса станет для него сюрпризом. Глупо думать, что мы всегда будем трахаться только втроем. Будут моменты, когда вам захочется сбежать от меня, ночи, как эти, когда Скорпиус пресытится, а нам с тобой окажется мало, ну и, конечно, — и ты тоже должен это понимать, — когда я снова поцелую Скорпиуса, и на этот раз он мне ответит. Со всеми вытекающими, — он внимательно взгляделся Гарри в глаза, желая уловить реакцию на свои слова.

— Не смотри на меня так, — фыркнул Гарри. — Не собираюсь я бунтовать. Лучше начни уже трахать, — выдохнул он, готовый снова принять в себя горячий пульсирующий член. И развел ноги так широко, как только мог, расслабляя одновременно и тугие мышцы внутри. — Ну же… — он невольно вскинул бедра в нетерпении и одновременном разочаровании, не ощутив даже коснувшуюся входа твердую и одновременно мягкую головку маккоевского члена.

— У меня во рту пересохло, — пояснил Ивар причину задержки. — Смазать нечем.

Гарри выругался вполголоса. Наколдовать смазку без палочки он не мог, но зато сумел призвать брикет сливочного масла из-под колпака охлаждающих чар. Ивар довольно кивнул, быстро развернул пачку и откусил приличный кусок. Тщательно намазав член, он не долго думая, сунул оставшийся кусочек Гарри в задницу, отчего тот сдавленно охнул — масло было холодным, и ощущения вышли крайне необычные. И возбуждающие.

Больше Маккоя понукать не пришлось — отбросив брикет в сторону, он плавно скользнул в уже растянутую первым сексом задницу и мощно толкнулся, вгоняя стремительно тающий кусочек масла глубоко внутрь.

Из груди Гарри вырывался длинный протяжный стон. Наверное, со стороны могло сложиться впечатление, будто Гарри выгнуло дугой от боли — так сильно он стиснул зубы и сжал пальцы на плечах Ивара. Но, слава Мерлину, Ивар все понял правильно — размашисто толкнувшись, он без лишних промедлений повторил свой маневр, заглядывая Гарри в глаза.

Гарри смотрел на него голодно, жадно. Здраво рассудив, что Ивар решил вытрахать из него душу и не успокоится, пока не осуществит задуманное — впрочем, Гарри был и вовсе не против — он притянул его за плечи, поймал своими губами его губы и мощно подался вперед навстречу его члену.

Это был совсем другой секс. Сравнивать его с тем, что было у них со Скорпиусом просто не получалось, и, на самом деле, это было прекрасно — новые ощущения, новые эмоции. Задыхаясь, метаясь на простынях, цепляясь руками за плечи Ивара, насаживаясь на его член, Гарри по-прежнему любил Скорпиуса, хотел его, думал о нем. Но впервые он оказался на его месте, потому что мысли в голове раздваивались, а загнанно колотящееся сердце теперь вмещало сразу два чувства. Потому что в эту минуту, в это мрачное утро черной неизвестности Гарри любил ещё и Ивара.

Глава 13

Первый мелодичный перелив раздался тогда, когда Гарри разучивал какую-то песню вместе с Иваром и Скорпиусом в их магическом доме. Решив, что это звонят в дверь доставщики пиццы, Гарри направился к двери и дернул ручку на себя. А в следующий миг он уже плыл в быстром течении горной реки, рискуя в любую минуту напороться на острые углы камней.

Со вторым звонком Гарри проснулся. Нет, ну вот на кой черт Ивару понадобилось заводить будильник?

— Когда ты успел будильник поставить? — сонно проговорил Ивар, продублировав его мысль, и уткнулся лицом в подушку.

— Я не ставил, — растерянно ответил Гарри. А в следующую секунду он ринулся к своему телефону. Сейчас ему звонить могли только авроры. И настойчивый звонок мог означать одно — произошло что-то важное. И как Гарри догадывался, навряд ли ему хотят сообщить, что тучи рассеялись и угрозы больше нет.

— Сэр, я вижу объект! — раздалось в трубке раньше, чем он успел сказать «Да». — Он рыщет по городу в секторе Б-5. Передаю координаты аппарации…

— Понял тебя, — отрывисто бросил Гарри.

Чтобы лучше запомнить, он повторил координаты про себя и сразу же вслух — разбуженному мгновенно сообразившим, в дело, Иваром Скорпиусу.

— Компьютер, — сказал тот единственное слово и тут же аппарировал, не одеваясь.

— Думаю, он имеет в виду систему наблюдения, что мы вчера установили, — пояснил Ивар, спешно натягивая брюки. — Пусть все настроит, а мы пока соберемся.

Гарри кивнул и принялся торопливо одеваться, на ходу продумывая возможные варианты действий. То, что объект вновь появился, дает им шанс ухватиться хоть за что-то. Но вот какую беду на сей раз он с собой несет, Гарри не знал. Как впрочем, не знал и никто другой. Пусть даже они смогут за ним наблюдать — но что они смогут сделать, чтобы отразить атаку, если даже передовая маггловская техника оказалась бессильна? Хотя с другой стороны, у авроров есть то, чего нет даже у самого совершенного оборудования — магической силы. Неизвестной, неизученной и той, которую так сильно боятся те, кто пришел к ним с войной. И у авроров есть средства защиты, чтобы сберечь ее. А это значит, что у них все же есть шанс справиться с неприятелем.

— Он сейчас у тебя дома? — спросил Гарри, уже стоя в полной готовности и со свертком малфоевской одежды в руках.

— Да, — кивнул Ивар, спешно складывая в пакет банки с тушонкой и пачки печенья. — Все, вроде… — он с трудом поднял пакет и подошел к Гарри, беря его под руку. — Аппарируй.

Скорпиус, конечно, заметил их появление, но никак не отреагировал — он стучал по клавиатуре со скоростью пулеметной очереди. Ивар с Гарри переглянулись и не стали ничего спрашивать — когда Скорпиусу будет, что сказать, он скажет.

Ивар снял с дивана плед и накрыл голые малфоевские плечи.

— Я сделаю кофе, — сказал негромко, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Мне, пожалуйста, побольше сахара, — попросил Скорпиус, не отвлекаясь ни на мгновение. — Ложек семь.

Гарри сложил одежду Скорпиуса на диван и последовал за Иваром на кухню. Правда, разговор не задался — Гарри уставился в окно, мрачно глядя на вот уже который день висящие над городом тучи.

— Ивар… — тихо обратился он, когда чайник уже успел закипеть, а чашки были наполнены кипятком. — Если вдруг начнется нечто непредвиденное, ты должен сделать что угодно, но только не позволить Скорпиусу заслонить меня. Сделай, что в твоих силах. Пожалуйста, — закончил глухо, по-прежнему всматриваясь в серую даль.

— Не думай об этом, — Ивар покачал головой и, отвлекшись на секунду от чашек, потрепал его по плечу. — Все будет хорошо. Сейчас Скорпиус выследит этого таракана, и мы со всем покончим.

Гарри кивнул и накрыл руку Ивара своей ладонью. Говорить что-то еще смысла не было, он и так знал, что Ивар выполнит его просьбу.

И вообще, все, что случилось с ними тремя за последние дни, произошло в самое нужное время. Во всяком случае, за Скорпиуса — с его зародившимся увлечением Иваром — Гарри был теперь более или менее спокоен. Уж Ивар ему точно не даст стать затворником и коротать свои дни, раз за разом проживая давно пережитые минуты.

— Да я тогда напьюсь, — хмыкнул Гарри. — В дрова, — с уверенностью сообщил он и, спохватившись, добавил: — Кстати, мне сахара не надо. Или ты уже положил его всем?

— Я помню, что ты пьёшь без сахара, — чуть обиженно глянул на него Ивар. — Вчера-то не положил, если ты не заметил. У меня вообще начинает закрадываться подозрение, что далеко не только Скорпиус жил всё это время без любви и ласки.

— Прости, — выдохнул Гарри. — Насчет вчера, если честно, не помню. Только без обид. В голове столько мыслей крутится… — он попытался объяснить свою невнимательность, напрочь проигнорировав домыслы Ивара. — А про сахар я всем напоминаю. Уже просто в привычку вошло. То есть, не всем, конечно… только тем, кто обо мне решит позаботиться, — поправился он и чуть улыбнулся.

Ивар хотел было что-то сказать, но тут их позвал Скорпиус.

— Идите сюда, быстро! — крикнул он. — Эта тварь охотится на авроров!

Гарри ринулся к Скорпиусу, прикипая взглядом к экрану.

— Ты можешь вывести план города? — спросил он. — Попробуем заманить ее в ловушку. Нужен подходящий объект. Там, где мы сможем ее окружить, — пояснил сбивчиво, уверенный, что Скорпиус поймет его без лишних вопросов.

— Есть ипподром, пара стадионов и ледовый дворец, — быстро перечислил Скорпиус. — Последний и ближе, и удобнее. Посмотрим, как эта тварь держится на льду.

— Только наши ботинки зачаруй сразу, — Гарри внимательно проследил по карте путь до дворца. — Почему ты решил, что она именно охотится?

— Долго объяснять, — мотнул головой Скорпиус. — Но выглядит это так, будто она идет по следу. Магическому — в этом я уверен. Но авроров у нас немало, и поэтому она все время сбивается.

— Если ты прав, заманить ее будет проще, чем я думал, — рассудил Гарри. — Значит так… свяжись с ребятами. Пусть поплутают по округе и направляются в этот ледовый дворец. Сообщи им координаты и чтобы радиус перемещений сильно большим не делали. А мы пока подготовимся к приходу такого гостя, — недобро усмехнулся он, оторвавшись, наконец, от экрана.

Скорпиус кивнул и поспешно встал — прежде чем выходить на связь следовало все же одеться.

— Поесть успеешь? — озабоченно спросил Ивар.

— Сначала дам задание, потом будет минут двадцать, — отозвался Скорпиус и аппарировал на базу за своим артефактом.

— Я пойду с вами, — со всей категоричностью заявил Ивар. — Даже не смотря на то, что толку от меня там не будет. Но я вас одних не отпущу. А если не возьмете, приеду на машине.

— Я вот даже и не сомневался, что услышу такую отповедь, — усмехнулся Гарри. — Ну раз ты нам выбора не оставляешь, придется тебя взять, — с улыбкой произнес он и следом посерьезнел: — Главное, под ногами не крутись. И на линию огня не суйся. Не хочу собирать тебя по кускам.

— Мне нужно на ваш склад, — проигнорировав его отповедь, заявил Ивар. — Там была пара неплохих гранатометов.

— Скорпиус вернется, аппарируете за всем, что нужно. Я в это время осмотрю объект, — ответил Гарри. — Только обязательно накорми его.

Ивар нахмурился, но кивнул.

— Будь осторожнее, — сказал он, и было совершенно понятно, что это не пустые слова.

— Не волнуйся, — ответил Гарри, похлопав Ивара по плечу. — Ты же сам говорил, что все будет хорошо.

Когда Скорпиус вернулся, Гарри уже не было.

Метнув взгляд на компьютер, Скорпиус не стал спрашивать, куда он подевался, а просто напряженно натянул на голову принесенный артефакт. Его голос, раздававший аврорам команды, звучал спокойно и уверенно, но вот взгляд, которым он следил за перемещениями Гарри на экране, был крайне обеспокоенным.

— Зачем он туда полез? — спросил Скорпиус, когда с поручениями было покончено.

— Сказал, что нужно осмотреть объект, — ответил Ивар тихо. — Решил не терять время. А, может, в одиночку ему легче выработать стратегию.

Скорпиус поджал губы и схватился было за защитный костюм, но Ивар его остановил.

— Поешь сначала! — он кивнул на пакет.

Скорпиус с сомнением покосился на экран.

— Я не знаю, что будет, если эта тварь его учует, — сказал напряженно, быстро натягивая комбинезон. — Лучше я оденусь и буду есть одетым.

— Хорошо, ешь одетым, — Ивар решил не спорить и, пока Скорпиус одевался, сам достал из пакета еду. — И потом… я уверен, Гарри знает, что делает. Хотя я очень понимаю твое беспокойство, — выложив будущий завтрак на стол, закончил он.

О том, что он сам себя уговаривал не паниковать, невольно рисуя в голове самые ужасающие картины, Ивар решил умолчать.

— Вы были вместе утром, — сказал Скорпиус неожиданно, никак эмоционально не оттеняя высказанный факт и не отрывая взгляд от экрана. Но зато следующий вопрос прозвучал легким любопытством: — Кто был сверху?

— Откуда ты знаешь? — вырвалось у Ивара прежде, чем он сообразил, что его вопрос прозвучал так, будто они с Гарри собирались этот факт утаивать. — То есть… никто и не собирался от тебя это скрывать… — поспешно проговорил Ивар и осекся, так и не закончив мысль.

Ну еще лучше! Словно «да кто ты такой, чтобы мы от тебя еще и шифровались»… Черт… Вот почему-то он совсем не предусмотрел, что Скорпиус мало того, что знает, да еще и спросит так, словно обухом по голове. И хотя Малфой казался внешне спокойным, бог его знает, что творится у него на душе.

— Но не потому, что нам плевать на твои чувства… — продолжил Ивар. — Фух, я не знаю, как сказать. В общем, мы бы тебе обязательно рассказали, просто… просто этот неугомонный таракан нарушил все планы, — несмело улыбнулся он и, помолчав, добавил: — Я… сверху был я.

— Я так и думал, — кивнул Скорпиус. — Хотя предполагал также, что Гарри захочет отыграться и трахнуть тебя в ответ. Узнал просто, — он на пару секунд замолчал, чтобы проглотить пару ложек тушёнки. — Когда я чистил простыни, на них не осталось ни единого следа. А Гарри был немного… невнимательным.

Ивар кивнул и потянулся за печеньем, хотя кусок в горло не лез. Просто так было проще сохранять на лице спокойствие, усиленно делая вид, что занят поеданием печенья. Неужели на этом и закончится разговор? Без претензий, всякого рода уточнений и объяснений, наконец.

В сердце Ивара затеплилась надежда, что Скорпиус отнесся к случившемуся с полным пониманием. И не просто пониманием — ну, мол, что поделать, с кем не бывает… и да, я вас прощаю, — а с пониманием в самом прямом смысле этого слова. Однако делать ставку на такой исход было весьма и весьма рискованно. Ведь, кроме собственных предположений, у Ивара не было никаких оснований делать такие смелые выводы, а Скорпиус своего мнения так и не сказал. Ну не спрашивать же его, право слово… А может, стоить и спросить.

— Я понимаю, вопрос идиотский… — начал Ивар, не выдержав и отложив в сторону печенье, казавшееся сейчас ужасно сухим. — Но я не могу не спросить… Все нормально?

— Пока да, — отозвался Скорпиус, очередной раз вгоняя в ступор ответом. — Пока что она его не почуяла, и, кажется, он что-то задумал.

Ивар нервно усмехнулся. Да, с пониманием друг друга у них по-прежнему были большие проблемы.

— Я в Гарри и не сомневался, — сказал он с вымученной улыбкой и подошел к Скорпиусу. — Я про утро, — уточнил, кладя руку ему на плечо. — Ты не сердишься?

Скорпиус поднял на него глаза, на секунду отвлекаясь от наблюдения и завтрака.

— Шанс, что этого не случится, был равен нулю, — усмехнулся он. — Поэтому нет, я не сержусь. Я знал, на что соглашаюсь. Надеюсь, ты сможешь дать Гарри то, чего он так хочет. И, может быть, научишь меня. Если отбросить в сторону морально-этическую составляющую, основанную на общественных нормах, наш союз, на мой взгляд, более успешен, чем пары в любых комбинациях. Хотя, — тут он погрустнел, — как ни прискорбно, комбинацию «ты и Гарри» он опережает совсем ненамного.

— Вот вроде умный мальчик, а порой несет такую чушь, — переварив услышанное, протянул Ивар. Благо, печенье он отложил, иначе уж точно бы поперхнулся. — Нет, ну скажи, ты что, правда, считаешь, что мы могли бы быть с Гарри вместе? Без тебя? Абсурд какой, — фыркнул он. — Знаешь, мне плевать на всякие там общественные нормы и суждения. Потому что наш союз делает меня счастливым. В любых комбинациях. Но Скорпиус… — растерянно проговорил он. — Очевидно же, что связующим звеном являешься именно ты! Все у нас крутится именно вокруг тебя. А то, что я могу дать Гарри, поверь, одного этого недостаточно для полноценных отношений.

— Я мог бы с тобой поспорить, но для этого нужна такая роскошь, как время, — Скорпиус снова отвернулся к монитору, и было совершенно ясно, что он нисколько не убежден.

— Не о чем спорить, — Ивар решительно развернул его к себе и поцеловал. — Просто помни — мы оба любим именно тебя, — прошептал он в губы.

Скорпиус растерянно мигнул, а потом улыбнулся.

— Спасибо… — прошептал в ответ.

Ивар закатил глаза.

— «Спасибо!», — передразнил он. — Нашел, что сказать! — он фыркнул и с сожалением отстранился. — Всё, больше не отвлекаю.

— У нас ещё десять минут, — сказал Скорпиус необычным для него теплым тоном и накинулся на еду.

* * *

— Гарри, всё готово, — Скорпиус аппарировал их с Иваром прямо Поттеру за спину. — Авроры на месте. Я дал им приказ замаскироваться внутри помещения.

— Прекрасно, — отозвался Гарри. — Осталось набраться терпения и подождать прихода этой твари, — выдохнул он и внимательно посмотрел Скорпиусу в глаза. — Ивар, у прохода есть удобная ниша. Ты можешь засесть там, — сообщил он в надежде, что намек оставить их наедине прямо сейчас Маккой поймет.

Намек-то Ивар понял, но понимание свое использовал ну совсем иначе, нежели Гарри себе представлял.

— Если ты решил меня спровадить, чтобы рассказать ему о том, что между нами произошло — то он уже все знает. И нет, это не я ему сказал, — Ивар вскинул руки в примирительном жесте. — Просто я решил избавить тебя от неловкого момента, который сам недавно пережил.

— По-моему, вы оба меня недооцениваете, — покачал головой Скорпиус. — Но прежде чем мы продолжим разговор, напоминаю: в помещении двенадцать авроров.

— Но мы обязательно к этому вернемся, — пообещал Гарри скорее сам себе, нехотя откладывая разговор, но сочтя доводы Скорпиуса разумными.

Аппарировав из маккоевской квартиры и, оставшись один на один с собственными мыслями и совестью, Гарри все раскладывал в уме, как бы ему начать этот разговор, какие аргументы привести, если таковые понадобятся, как объяснить Скорпиусу, что между ними ничего не изменилось, и он по-прежнему любит его. И чем скорее они поговорили бы, тем было бы правильнее и лучше, потому что каждая минута их с Иваром молчания только усугубляла ситуацию. А тем более, Скорпиус и сам каким-то неведомым ему образом все узнал.

— Вернетесь, — снова заговорил Ивар. — Но чтобы ты себя за это время не сгрыз, могу успокоить. Он не злится, не сердится и даже не огорчен. А от его первого и единственного вопроса я, признаться, чуть в осадок не выпал, — улыбнулся Ивар, давая понять, что все действительно хорошо.

Гарри кивнул, с благодарностью посмотрел на Ивара и перевел взгляд на Скорпиуса. Лишь присутствие двенадцати замаскированных авроров сдержали его от того, чтобы шагнуть к Скорпиусу вплотную и, не говоря ни слова, просто заключить его в объятия.

Скорпиус ответил ему долгим взглядом, а потом вдруг улыбнулся — светло, лучисто, так, что не оставалось никаких сомнений — он действительно не сердился. От этой улыбки внутри что-то лопнуло, пролилось, растеклось по телу, даря невероятное облегчение. Между ними все по-прежнему, без недомолвок и затаенных обид.

— Ивар, ты правда, займи нишу, — произнес Гарри, отрывая взгляд от Скорпиуса. — И ты тоже, — добавил он, кивнув Малфою.

— Да, сэр, — сказал Скорпиус официально, как если бы они были в Аврорате. — До расчетного появления объекта восемь с половиной минут. Могу я узнать, где в это время планируете быть вы? — он озабоченно вгляделся ему в глаза.

— Там, где всё у меня будет, как на ладони, — ответил Гарри, указав на скрытые от взглядов ниши наверху. — Буду координировать всех оттуда, раз толку от меня на линии огня все равно нет.

— Если нам блокируют магию, я не смогу быстро до тебя добраться, — сказал Скорпиус, сжимая кулаки. — Пусть Ивар с этой штукой, — он кивнул на гранатомет, — идет с тобой.

— Вот именно по этой причине Ивар с этой штукой и будет находиться возле тебя, — возразил Гарри. — Даже не думай спорить, — сказал еле слышно, чтобы не привлечь излишнее внимание затаившихся авроров.

— А моё мнение не учитывается? — Ивар недовольно глянул на обоих. — Разумеется, я пойду со Скорпиусом, тут даже обсуждать нечего. Ты прости, Гарри, я тебя, конечно, тоже люблю, но… — он хмыкнул, разведя руками и поудобнее перехватил лямку чехла гранатомета. — Всё, по местам, — скомандовал, потянув Скорпиуса за локоть. — Я хочу ещё пару приятных сюрпризов устроить.

Скорпиус помог ему обойти уже расставленные по полю аврорские ловушки и установить маггловские. Он только-только успел предупредить о них авроров, когда кто-то сорвал снаружи чары слежения. Это могло означать только одно — тварь успешно пришла по следу.

А Гарри уже занял свою позицию, напряженно всматриваясь вниз на ледовую арену. Его сердце сейчас билось так часто и так громко, что казалось, будто каждый из авроров мог слышать его стук, отражающийся от холодных стен гулким эхом. Но, конечно, Гарри это всего лишь казалось. Потому что единственное, что в следующий миг разорвало звенящую тишину, — был режущий металлический скрежет.

Медленно и словно к чему-то принюхиваясь тварь медленно вошла в помещение и остановилась у бортика. Ее жирное паучье-жучиное тело подрагивало в предвкушении, и Гарри вдруг подумал, что никакой это не робот. Слишком уж хищной она выглядела, слишком одушевленной.

Оглядевшись, тварь перегнулась через бортик и неуверенно тронула лед лапой, издавая все тот же скрипящий звук.

— Ага, не нравится… — едва слышно прошептал Ивар.

— Альфа, покажись ей, — шепотом скомандовал Скорпиус.

Сноп желтых искр озарил помещение, и тут же померк. Однако этого хватило, чтобы жук сначала замер, а потом, забыв о всякой осторожности, перелез через бортик, неуклюже, но тем не менее настойчиво ступая по гладкому льду.

— Как дойдет до середины, выпустить заклятия с других сторон. С интервалом в одну-две секунды. Ее нужно дезориентировать, — прошептал Гарри в активированный значок связи со Скорпиусом.

— Есть, — отозвался Скорпиус и быстро раздал аврорам задания.

Но хотя инструкции были исполнены в точности, результат оказался неожиданным — вспышки тварь просто проигнорировала, упорно идя к ближайшему к ней аврору самым коротким путем. Сработали ловушки, но магия, вместнувшись где-то огнем, а где-то взрывом, не причинила ни малейшего вреда тускло блестящей шкуре. К счастью, у них было в запасе кое-что еще. Всего одна лапа вскользь задела единственную в этом секторе мину, да и взрыв был совсем крохотный, зато эффект произвел фурор. Тварь подпрыгнула, завертелась на льду, оглушительно визжа, замахала в воздухе лапами и уродливым мокрым обрубком, заливая лед зеленой слизью.

— Так ее! — выдохнул Ивар. — Все-таки достали!

— Авроры на позицию! — мгновенноо соориентировался Скорпиус. — Задача — отсечь лапы твари любыми физическими предметами. Смотрите на меня!

Он высунулся из укрытия и взмахнул палочкой. Прямо посреди катка рядом с замолчавшей тварью выросла стена льда и обрушила сверху огромные ледяные лезвия. Тварь успела вынести из-под обстрела свое жирное тело, но одно из лезвий все же отсекло еще одну из несущих лап.

Не удержав равновесия, тварь снова упала на лед и завопила еще сильнее. Кто-то из авроров последовал примеру Скорпиуса, выращивая ледяные глыбы, кто-то трансфигурировал попавшиеся под руку предметы в подобие огромных лезвий и запускал их в корчащуюся в собственной слизи тварь.

С задачей авроры справились быстро — не прошло и минуты, как жук со свистом рассекал вокруг себя воздух единственной уцелевшей лапой. Окончательная победа была в двух шагах, как вдруг произошло непредвиденное. Тварь внезапно затихла, замерла, а из сочащихся слизью обрубков начали прорастать новые лапы — длинные, тонкие, пока еще не окрепшие и лишенные металлической брони.

— Что за… Осторожно! Она регенерирует! — закричал Гарри и аппарировал рядом со Скорпиусом, рывком оттаскивая его в сторону.

Пользуясь заминкой, тварь издала истошный вопль и прямо на пузе поскользила к выходу, сначала отталкиваясь единственной здоровой ногой, а потом и семеня новыми.

— Авроры, на посты! — рявкнул Скорпиус. — Я должен видеть, куда она собралась!

Отрапортовав короткое: «Есть!» — авроры незамедлительно аппарировали по разным направлениям, оставив Гарри, Скорпиуса и Ивара в одиночестве и полной тишине. Израненной твари и след простыл. Проломив уцелевшей металлической ногой бортик, она выскользнула к выходу, молниеносно — так же, как и появилась — пропав из виду.

— Аппарируем в мой кабинет, — торопливо предложил Ивар. — Проследим ее путь по камерам.

— Я пока все вижу, — покачал головой Скорпиус. Он всматривался в экран артефакта и одновременно внимательно осматривал покрытый зеленой слизью лед. — Это похоже на органику, — поделился он своими наблюдениями. — Надо взять образцы и скорее валить отсюда — маггловские машины направляются сюда. Военные.

— Погоди, — жестом остановил его Ивар. — Я сам возьму. Вдруг эта хрень радиоактивная какая, — и достав из одного из карманов на малфоевском комбинезоне маленький сверток с какими-то причиндалами, взял со льда зеленый соскоб, помещая взятую слизь в герметичный пакет. — А вот теперь валим, — сообщил он и протянул Скорпиусу руку.

Аппарировали они снова к Ивару домой, и Скорпиус тут же бросился к компьютеру.

— Она собирается спуститься в канализацию! — выдохнул он буквально пару секунд спустя. — Быстро, надо идти за ней!

— Не вздумай! — поспешно прикрыкнул на него Ивар. — Вдруг их там таких много?!

— Просто проследить, — Скорпиус посмотрел на Гарри. — Нам надо знать, куда она поползет зализывать раны!

— Согласен, — ответил Гарри к полной неожиданности Ивара. — Второй такой возможности может и не быть. Наводи отводящие чары и за ней!

Скорпиус послушался раньше, чем он договорил. Тварь как раз запихивала свое жирное тело в канализационный люк, когда они появились в укромном тупике на соседней улице.

— Надо дать ей немного уйти вперед, — Скорпиус вжал в стену неосторожно высунувшегося Ивара. — И… Нет, только не это!

Из-за поворота показался бронерованный военный автомобиль.

— О черт! — Ивар поспешно выхватил из кармана мобильник и молниеносно набрал номер. — Центр, говорит майор Маккой, — отрывисто бросил он в трубку. — Личный код два ноля-восемь-девятнадцать. Немедленно отзовите машины из сектора Р-18! Повторяю, немедленно отзовите машины! Передайте Роу, код приказа А1, сопровождающий — М8! Повторяю, А1-М8!

Гарри взглянул на Ивара с неподдельным интересом и мысленно прицокнул языком. Надо же… а Ивар снова открылся для него с еще одной, неизвестной стороны. Нет, он, конечно, предполагал, что просто так, за красивые глаза, такую должность в такой организации, как NCA, явно не дают. Но одно дело было предполагать, и совсем другое — увидеть Маккоя в действии. И признаться честно, увиденное впечатлило. А еще Гарри сейчас даже не сомневался в том, что военные маггловские машины действительно будут отозваны. И мысленно еще раз констатировав факт, что Ивар и впрямь крут, Гарри обратился к Скорпиусу:

— Так что ты хотел сказать? До появления… подмоги, — фыркнул он.

Ивар уже закончил разговор и внимательно посмотрел на Скорпиуса, готовый выслушать его идею. И явно готовящийся отговаривать от любой затеи, которую мог посчитать необоснованно рискованной.

— Надо дать ей немного уйти вперед, — повторил Скорпиус. — И затем спуститься следом. Нам нужно найти хотя бы место, откуда они выходят в канализацию и метро, и тогда можно будет попытаться что-нибудь придумать с разведкой.

— Значит, ждем, — согласился Гарри. — Наложи на нас отводящие чары, — проговорил он, внимательно прислушиваясь к затихшей маггловской технике. — Похоже, они ждут новых распоряжений, — предположил он.

Его просьбу Скорпиус выполнил быстро, и Гарри с облегчением оторвался от стены, озираясь по сторонам.

— Уезжают, — оповестил он спустя некоторое время. — Теперь можно спускаться.

— Если мы будем спускаться по лестнице, то я буду первым, — сказал Ивар таким тоном, что спорить с ним не хотелось. — Гарри следующий, Скорпиус последний. А вообще-то мы могли бы и вдвоем с Гарри…

— Исключено, — покачал головой Скорпиус. — Я должен видеть, куда она ползет и как.

— Ну тогда пошли, — вздохнул Ивар, но Малфой его остановил, придержав за рукав.

— Выключи телефон, — попросил он. — Тебе могут позвонить, и это спугнет её.

Ивар сделал то, что он попросил, и решительно двинулся к люку.

— Темно, как у негра в заднице, — сказал негромко, нащупывая ногой железную скобу, заменяющую ступеньку.

Гарри достал из внутреннего кармана небольшой фонарик и осветил им коллектор, когда ощутил твердость камня под ногами.

— Ты видишь ее следы? — спросил он Скорпиуса, с сомнением глядя на виднеющуюся впереди развилку. — Если нет, возвращаемся и формируем разведгруппы, но разделяться сейчас не будем.

Вместо ответа Скорпиус сделал ему знак молчать и приставил руку к уху, призывая прислушаться. Где-то в темноте стучали железные когти, с шуршанием волочилось по камню брюхо и недовольно щелкали огромные челюсти. Откуда исходит звук понять было совершенно невозможно, но, видимо, только Гарри и Ивару. Скорпиус же пошел вперед так уверенно, будто держал тварь за поводок.

А Гарри с Иваром ничего не оставалось, как последовать за ним. Говорить Скорпиусу, чтобы он сильно не разгонялся и соблюдал необходимую дистанцию, нужды не было. В том, что Малфой так и делает, Гарри был уверен на сто процентов.

Следующие минуты все трое шли молча — отвлекать Скорпиуса посторонними разговорами не стоило, потому что его ошибка в расчетах могла дорого им обойтись.

— Она не прибавляет скорость, — сказал Скорпиус шепотом несколько минут спустя. — Не понимаю, почему. Если новые лапы выросли так быстро, то по моим подсчетам, они уже должны были стать полноценными конечностями.

— Чего ты хочешь от неизвестной науке твари? — пожал плечами Ивар. — Мало ли, как у нее эти ноги отрастают. Может, по частям.

— Или она специально идет медленно, зная, что мы идем за ней, — с чуть пугающим спокойствием возразил Скорпиус. — Притворяется раненой, как птица, уводящая преследователей от… — тут он запнулся и остановился. Гарри с беспокойством мазнул лучом фонарика ему по лицу и с ужасом заметил, что Малфой мертвенно побледнел. — Посвети мне на ноги, — попросил Скорпиус безжизненным голосом.

Сделав, как просили, Гарри с бьющимся сердцем осветил фонариком сначала ботинки, а потом штанины комбинезона и, к своему облегчению, ничего не увидел. Но Малфой почему-то побледнел ещё больше.

— Да что случилось? — не выдержав, рявкнул Гарри почти в голос.

Вместо ответа Скорпиус нагнулся и натянул штанины. Ивару и Гарри пришлось сесть на корточки, чтобы рассмотреть то, что так напугало его — маленькие, всего в пару миллиметров диаметром дырочки.

— Странно… — протянул Ивар. — Что это? Похоже, будто сигаретой прожгли.

— Нет, Ивар, это не сигареты, — отозвался Скорпиус безжизненным голосом и убрал в карман палочку. — Я должен был это предусмотреть… Уходим, быстро! — добавил резко. — Бегом! — и неожиданно рванул с места.

Ивар и Гарри не успели понять, что происходит, когда Малфой остановился так же резко, как и побежал.

— Да объясни наконец, что случилось! — Гарри подскочил к нему и дернул за рукав, разворачивая к себе.

Скорпиус опустил голову, не глядя на него, и это Гарри очень не понравилось.

— Все просто, — сказал он глухо. — Нас заманили в ловушку, а я понял это слишком поздно, — при этих словах его экран вдруг моргнул и погас, а Скорпиус протянул руку и схватил на нем что-то пальцами. — Вот, — он протянул руку Гарри. — Я должен был догадаться, что такое может произойти. С чувством легкой паники Гарри увидел, что он крепко держит поперек брюшка небольшого, но крайне активного жучка. Тот сучил лапками, извивался и брызгал из огромных жвал во все стороны подозрительно знакомой черной жидкостью.

— Гарри, смотри, — окликнул его Ивар и, забрав из рук фонарик, осветил коридор. Тут же стало понятно, почему Малфой остановился. Путь им преграждала толстая стальная паутина.

К ней не стоило даже и подходить ближе — с их расстояния было прекрасно видно, что без магии с этим препятствием им не справиться.

— Ивар, звони своим, говори, что срочно нужна подмога. Скорпиус, назови координаты входа в люк, — отрывисто произнес он, доставая свой телефон. — Нужно сообщить аврорам, где мы и пусть они пока… — продолжил он и резко замолчал. — Ивар?.. — вопросительно протянул он и поднял глаза, встречаясь с тревожным взглядом Маккоя.

— И у меня… — отозвался Ивар, догадавшись, что с телефоном Гарри произошло то же самое. — Сигнала нет.

Скорпиус забрал у Гарри фонарик и осветил коридор, уходящий глубже в канализацию. Разумеется, паутина висела и там. Они оказались заперты в абсолютно голой сырой клетушке, без магии и средств связи.

Скорпиус вернул фонарик и опустился на корточки, сжимая виски.

— Не понимаю, как я мог не понять этого сразу, — прошептал он с отчаянием. — Это же так очевидно!

Гарри тоже не понимал. Как он, опытный аврор, позволил себя так легко заманить в мышеловку? Наверное, чересчур привык доверять безошибочным малфоевским расчетам, забыв одну простую истину: людям — пусть даже и самым гениальным — свойственно ошибаться.

— Успокойся, — произнес он, погладив Скорпиуса по голове.

Нет, на Малфоя он не злился. Но вот за собственную глупость самому стукнуться головой о стену хотелось неимоверно. И он непременно так и сделал бы, если бы это хоть чем-то им помогло.

— Так, вы, оба! — сказал Ивар мягко, но довольно настойчиво. — Кончайте заниматься самоедством. Мы сделали то, что казалось правильным и необходимым. Никто из нас не мог знать, насколько разумны и изобретательны окажутся эти твари. Это не простая ловушка! Она была сделана именно так, чтобы её невозможно было просчитать заранее. Мы не знали об этих чертовых жуках, не представляли, что эта тварь окажется столь умна и понятия не имели о том, что они могут делать такое, — он кивнул на паутину. — Как вы могли предугадать то, чего не знали?

Гарри молча посмотрел на Ивара и отвел взгляд в сторону, так и не сказав ни слова. А что тут скажешь? По-своему Ивар прав, но это никак не умаляет масштаба его, Гарри, ошибки.

У паутине Гарри все же подошел. Но это было сделано скорее из любопытства, потому как надежду справиться с преградой он оставил еще в тот момент, как только увидел ее. Проведя осмотр и предсказуемо не найдя ни одного изъяна, что мог помочь им выбраться, Гарри вернулся к Ивару и все еще сидящему на корточках Скорпиусу и, сняв с себя защитный костюм, отбросил его в сторону бесформенной кучей — толку он него все равно уже не было.

— Они не собираются нас убивать, — сказал Скорпиус относительно спокойно, но Гарри прекрасно представлял, что спокойствие это — лишь иллюзия. — Они собираются сделать нас сквибами. Насколько я понимаю для этого нужно чуть больше суток. Максимум — двое. Затем они придут и заберут вас или, возможно, отпустят.

— А почему?.. — начал было Ивар, но замолчал на полуслове, в ужасе распахнув глаза. — Нет! — почти выкрикнул он. — Чертовы твари, немедленно выпустите нас! — заорал, подскочив к решетке. — Вы, чертовы моралисты, вы же убьете его!

Прошло не меньше пяти минут, а Ивар все еще кричал в темноту уходящего вдаль тоннеля, отчаянно стараясь растрясти решетку.

— Перестань, — глухо произнес Гарри, осторожно отводя его руки от металлических прутьев. — Они не откроют, — сообщил он и отвернулся, не желая встречаться глазами ни с Иваром, ни тем более со Скорпиусом.

Наверное, до него еще просто не полностью дошло, что завтра в это же время все в его жизни будет по-другому. И неважно, сколько и как она продлится — долгими годами, или же несколькими часами в какой-нибудь экспериментальной камере. Наверное, он еще просто не понял, не поверил, не почувствовал… Иначе как бы он мог вот так спокойно стоять, а не срывать горло, перекрикивая Ивара?..

«Они не откроют», — эхом прозвучали собственные слова, и в этот момент в нем что-то надломилось. В глазах защипало, в горле засаднило — и изо всех сил сдержав собственный крик отчаяния, Гарри с остервенением начал трясти и бить ботинками по железным прутьям.

— Ты должен уснуть, — сказал вдруг Ивар сиплым голосом. — Ты же тратишь намного меньше энергии, когда спишь? Если ты проспишь это время, ты ведь…

— Скорее всего, я выживу, — согласился Скорпиус. — Проблема вся в том, что я не усну без зелья сейчас. Вы можете попробовать «отключить» меня ударом по голове, но вероятность того, что вы не рассчитаете силу и повредите что-то в мозгу превышает двадцать два процента. Но можем попробовать.

Гарри перевел дыхание и посмотрев на Скорпиуса совершенно больными глазами, решительно направился к нему, рывком понимая его на ноги. Опасность того, что удар может Скорпиусу серьезно навредить, был велик, но сейчас был тот момент, когда из двух зол нужно выбрать меньшее. Стараясь не думать о том, что собирается сделать, намеренно причинив Скорпиусу боль и подвергая его риску, Гарри сжал кулак и замахнулся.

— Не смотри на меня… — рыкнул он, встретившись со Скорпиусом взглядом. Тот глядел на него прямо, в упор, даже не задумываясь о том, чтобы отвернуться или зажмуриться.

— Гарри, подожди! — Ивар подбежал к нему и с неожиданной силой повис на руке, отводя её в сторону. — Пусть хотя бы скажет, как бить, куда, с какой силой! И чем!

— Черт… — выругался он, но решив, что Ивар говорит по делу, разжал кулак и опустил руку, правда, совсем не уверенный, что снова сможет хладнокровно все это повторить. — Говори, — сказал Скорпиусу совсем тихо, одновременно желая поскорее с этим покончить и вовсе не начинать.

— Прежде всего, тебе нужно успокоиться, — Скорпиус взял его за руку и легонько погладил пальцем по ладони. — Я пока не умираю, и буду совершенно функционален ещё около пяти часов. За это время ничего не произойдет ни с моим телом, ни с нашей магией, поэтому сейчас нужно успокоиться и абстрагироваться от эмоций. Шанс, что в итоге мы все останемся живы и сохраним магию, есть, и не такой маленький, как может показаться.

— Сколько времени ты сможешь провести в отключке без ущерба для здоровья? — спросил Ивар по-деловому сухо.

— К сожалению, я не знаю, — виновато покачал головой Скорпиус. — Я никогда не засыпал больше, чем на трое суток. И не уверен, что обморок от удара и сон от зелья аналогичны по действию. По голове меня еще тоже ни разу не били.

— То есть, совсем не факт, что мы не сделаем только хуже, ударив тебя? — уточнил Ивар. — Ты точно так же, как и все люди, можешь очнуться через полчаса, но уже с травмой, и тебя придется бить ещё раз?

— Вполне возможно, — кивнул Скорпиус.

— Значит, у нас есть около пяти часов, чтобы решить, стоит ли тебя калечить. И кто это будет делать, а кто пообещает не мешать… — глухо продолжил Гарри, мельком взглянув на Ивара. — А ты приляг пока. И постарайся как можно меньше шевелиться, — следом сказал он Скорпиусу. — Можно расстелить защитные костюмы. Все равно проку от них нет, а так хоть мягче лежать будет.

Сначала они так и поступили. Расстелили комбинезоны, уложили на них Скорпиуса. Но два часа спустя Ивар, устав бесплодно метаться по их темнице, со вздохом опустился импровизированное ложе, укладывая Скорпиуса головой себе на колени.

— Сколько тебе нужно съедать в час, чтобы поддерживать жизнеспособность? — спросил он глухо.

— Не меньше шестисот калорий, — ответил Скорпиус тихо.

— А сколько калорий содержится, допустим, в нежирной свинине? — поинтересовался Ивар подозрительно беспечно.

— Около трехсот калорий в ста граммах.

— То есть, тебе нужно примерно двести грамм мяса в час? — подытожил Ивар, и Гарри похолодел, поняв, к чему он клонит.

— Ивар, да что ты такое говоришь! — окликнул его Гарри, опережая Скорпиуса с ответом. — Ты думаешь, он согласится? Или ты думаешь, я позволю тебе искромсать себя на куски?

«Мы найдем другой выход», — хотел было сказать Гарри, но слова так и застряли в горле. Потому что в голове забилась отвратительная мысль, что другого выхода не будет…

— Не ты, — смиряясь с неизбежным, проговорил Гарри. — Это буду я.

— Нет, — просто сказал Скорпиус, не открывая глаз и очень спокойно. — Если вы только попробуете сделать что-то подобное, кормить вам будет некого в ту же секунду.

Другого исхода Гарри и не предполагал. Крепко зажмурившись и сглотнув мешающий дышать в горле ком, Гарри еще раз обошел их клетку, и ринулся к Скорпиусу, опускаясь рядом с ним на пол.

— Ты совсем ничего не понимаешь, да? — отрывисто спросил он. — Да если понадобится, я, не задумываясь, применю к тебе силу, — сообщил он, сжав пальцы на вороте его мантии. — И не смей ставить ультиматумы! Ни мне, ни Ивару! — процедил он, стараясь не сорваться от собственного бессилия на крик.

Ивар положил ему руку на плечо и легонько сжал. Покачал головой, когда Гарри вскинул на него взгляд.

— Успокойся, — сказал тихо. — Не будем тратить силы на бесполезные споры.

В его глазах застыла мрачная решимость, и это было страшно.

Медленно ему кивнув, Гарри прислонился спиной к холодной стене, укладывая Скорпиуса ногами себе на колени.

Обычно ожидание выматывало, и хотелось поторопить время, заставить его бежать быстрее, но только не сейчас. Гарри то начинал считать минуты, но бросал это, понимая, с какой ужасающей быстротой они ускользают. Много раз то он, то Ивар вставали, начинали снова и снова метаться по клетке, забирались на паутину, пытали телефоны, надеясь, что хоть в каком-то из уголков поймается сигнал. Они даже пытались долбить стену. Заканчивалось же это каждый раз одинаково — обессиленные, они возвращались к Скорпиусу.

— Гарри, потрогай, — испуганно сказал Ивар на исходе четвертого часа. Устраиваясь поудобнее, он сжал в ладонях руку Скорпиуса, и теперь испуганно её ощупывал. Гарри поспешно сжал тонкие пальцы и ужаснулся — они были ледяные.

— Значит, пора… — сказал Гарри и осторожно, чтобы не потревожить раньше времени Скорпиуса, поднялся на ноги. — Ивар, я понимаю, ты уже все решил, но… Но все-таки это должен быть я. Я очень прошу тебя не спорить со мной.

— Даже если вы меня свяжете, у меня останется как минимум два способа сделать ваши старания абсолютно бесполезными, — сказал Скорпиус тихо. — И помешать вы мне никак не сможете. Поэтому лучше поищите что-нибудь достаточно большое и твердое. Можно попробовать вытащить кирпич из стены. Удар должен приходиться по теменной доле самой плоской стороной найденного предмета. Если ничего не найдете — бейте локтем, коленом или пяткой.

Уточнять какие именно способы имел в виду Скорпиус, Гарри не стал. В том, что Малфой знает, о чем говорит, сомнений не возникало.

Мрачно переглянувшись с Иваром, он принялся искать выпадающий из кладки кирпич, на чем свет кляня упрямство Малфоя, его уникальнейшую способность противостоять его решениям и свое бессилие.

— Бить будешь ты, — сообщил он Ивару, оказавшись с ним рядом. — Я могу не рассчитать удар.

Ивар кивнул, оглянулся на Скорпиуса и вдруг взял Гарри за руку. Пальцы у него ощутимо тряслись.

— У меня есть нож, — прошептал он ему на ухо. — А в наборе первой необходимости есть иголка с ниткой. Если сделать что-то вроде зонда, то можно будет накормить его, пока он будет в отключке.

Гарри кивнул и, прошептав быстро:

— Так и сделаем, — продолжил поиски. — У меня ничего… строили на совесть, — сказал он спустя некоторое время. — Ну что, с ударом справишься?

Если бы среди них был кто-то еще — кто не питал бы к Скорпиусу никаких чувств — Гарри без сомнений возложил бы эту миссию на него. Оба они — что он, что Ивар — конечно, знали, как, куда, и с какой силой нужно ударить человека, чтобы лишить его сознания или оставить калекой навсегда. И не раз применяли свои знания на практике, четко определяя необходимую силу удара. Но как усложняется задача, когда свои навыки нужно направить на любимого человека — даже при всем понимании, что причиненный вред пойдет во благо!

— Скорпиус, тебе нужно будет встать на колени, — сказал Ивар глухо. — Так будет легче всего ударить правильно. — А ты Гарри, будешь держать его за плечи и не дашь упасть. Я ударю локтем сверху.

— Хорошо, — сказал Скорпиус и медленно сел. — Если всё получится… — он помолчал, похоже, пережидая приступ головокружения. — Если все получится, и я усну, то перед тем как разбудите меня, приготовьте большое ведро воды с сахаром или медом. Пропорция один к одному. И зелья. И кстати… — он посмотрел сначала на Ивара, а потом на Гарри. — Если хотите кормить меня насильно чем бы то ни было — забудьте. Без зелий это всё равно бесполезно. И я не уверен, знаешь ли ты об этом, Гарри, — он посмотрел ему в глаза, — но на магглов и сквибов зелья не действуют. После того как магия исчезнет, ни кости, ни плоть восстановить будет уже невозможно. Если вы сделаете то, что задумали, вы не спасете меня и останетесь калеками.

— Я понял, — ответил ему Гарри. И хотя Скорпиуса стоило как-то приободрить, Гарри даже не старался выдавить из себя улыбку, понимая, что получится лишь кривая гримаса. — Готов? — мягко спросил он, сжимая его плечи.

Скорпиус кивнул и невольно затаил дыхание, не отрывая от Гарри глаз. Гарри тоже не отрывал от него взгляд — потому и пропустил момент, когда Ивар размахнулся, четко нанося удар — и понял, что произошло, когда глаза Скорпиуса закатились, и тот обмяк в его руках.

Ивар резко выдохнул и почти упал на колени, обхватывая Скорпиуса трясущимися руками.

— Боже мой, прости… — простонал он, прижимаясь щекой к его макушке, и посмотрел на Гарри больными покрасневшими глазами.

— Возьми себя в руки, — как можно мягче сказал Гарри, похлопав Ивара по плечу и позволив ему аккуратно уложить Скорпиуса на спину. — Тебе предстоит еще одно дело, — глухо произнес он. — В аптечке первой помощи найдется пара жгутов? — спросил он, принявшись деловито обыскивать карманы расстеленных комбинезонов.

Ивар кивнул и на секунду зажмурился, как от боли.

— Давай немного подождем, — сказал он глухо. — Я, правда, не знаю, чего именно, но всё же… Может, нас начнут искать? Хотя бы ваши авроры.

— Не стоит затягивать, — покачал головой Гарри, медленно покрываясь испариной. — А то дождемся, когда он проснется, и тогда уже точно накормить его не удастся. А бить во второй раз его я не хочу. Еще неизвестно, как его мозг отреагирует на этот удар, — выдохнул он и выудил из потайного кармана пакет со средствами оказания первой помощи. — Чудесно, — тихо проговорил он, извлекая из него длинный жгут. — Даже бинты есть.

Он поднялся на ноги и, не говоря больше ни слова, дернул за подол своей мантии, отрывая от нее приличный кусок. Уселся на пол и, разорвав алую ткань на узкие лоскуты, положил их к себе на колени. Затем затянул жгут на руке, помогая себе зубами, и закатил рукав повыше.

— Ивар, иди сюда, — позвал он Маккоя и свернув пару лоскутов в рулон, положил его в рот, крепко сжимая зубами.

— Не здесь, — сглотнув, покачал головой Маккой. — Рука, нога — это всё гарантированно тебя покалечит. Проще всего заживает задница, бедро и бок. Вот только кровь остановить там будет в разы сложнее.

— Режь там, где считаешь нужным, — выплюнув самодельный кляп, проговорил Гарри и нервно сдернул с себя жгут. — За меня не беспокойся. У тебя есть кое-кто и поважнее, о ком нужно думать и заботиться, — он качнул головой в сторону лежащего без сознания Скорпиуса и постарался улыбнуться.

Затем снял ботинки, брюки, подобрал подол мантии и перевернулся на бок, снова закусывая ткань и сжимая кулаки.

— Не говори так, — Ивар встал перед ним на колени. Он заломил дрожащие пальцы и посмотрел на Гарри едва ли не со слезами на глазах. — Вы дороги мне оба.

— Отставить сантименты, майор Маккой, — произнес Гарри, заглядывая Ивару в глаза. — Давай начнем скорее. Нервы не железные.

О том, что с недавнего времени Ивар тоже стал ему дорог, Гарри решил промолчать. Он обязательно об этом ему скажет, но только не сейчас, когда тот и так сдерживает себя из последних сил, чтобы не сорваться.

— Прости, что втянули тебя в это… — добавил Гарри перед тем, как зажмуриться и снова впиться зубами в намокшую ткань.

— О, заткнись ради Мерлина, которого вы так часто поминаете, — сказал ему Ивар и достал из аптечки шприц. — Я, к сожалению, не медик, — добавил глухо. — И куда колоть обезболивающее не знаю. Но попробую сделать несколько уколов, может, попаду куда надо. И антибиотик, наверное, надо сразу…

От уколов Гарри слегка поморщился — приятного в давно забытой процедуре было по-прежнему мало. Но какая же это была ерунда по сравнению с тем, что предстояло дальше.

Ивар пощупал его бедро и нервно усмехнулся.

— Черт, одни мышцы. Как непредусмотрительно с твоей стороны. Жир и питательнее, и бесполезнее. Учти на будущее! — Он очертил пальцем участок на коже, примериваясь и достал нож. — Господи, я не смогу! — простонал отчаянно.

Гарри не ответил ничего — лишь уткнулся лицом в согнутые в локтях руки и стараясь унять начавшуюся дрожь. Он очень хотел прокричать Ивару, чтобы тот, мать его, перестал, наконец, телиться и занялся уже делом, но поймал себя на опасной мысли, что если двинется с места и снова вынет кляп изо рта, то уже не сможет заставить себя лечь обратно.

А Ивар как на зло все медлил. А может, медлил вовсе и не Ивар, а всему виной было время, изменившее свой ход и рождающее в Гарри малодушное желание отползти в сторону и остановить предстоящую пытку. Но ничто не может длиться вечно, даже самое долгое ожидание.

«Мерлин, помоги», — про себя взмолился Гарри, почувствовав колючее прикосновение холодной стали.

Видимо, Ивар решился и сумел взять себя в руки — нож он держал уверенно. Жестко зафиксировав бедро Гарри коленом, он до боли сжал пальцами ягодицу, и Гарри зажмурился, стараясь думать только о Скорпиусе.

— Господи Иесусе, помоги… — прошептал Ивар и вдавил лезвие в кожу…

Чтобы тут же вздрогнуть от оглушительного уханья.

Не веря собственным ушам, Гарри дрожащей рукой дотянулся до засунутого в отверстие в стене фонарика и осветил им паутину. Вцепившись когтями в толстую «нить», на ней сидел мокрый растрепанный Сола, испуганно глядя на них. Он зажмурился от яркого света и беспокойно ухнул снова, пытаясь пролезть в слишком узкое для него отверстие.

— Сола! — прошептал Гарри севшим голосом. — Сола… родной… — не веря себе, повторил он.

Он медленно поднялся на ноги и, не обращая внимания на бегущую по ноге горячую алую змейку, ринулся к паутине.

— Не рвись сюда! Тебе не пролезть, — быстро произнес он. — Со Скорпиусом все в порядке. Пока еще… но ему надо поесть. Позови наших авроров, покажи им вход в люк, — попросил он. — Скорпиусу может стать хуже. Поторопись! — выпалил он и вцепился пальцами в холодные прутья, пережидая волну слабости и дрожь в ногах.

Сола обеспокоенно взглянул на лежащего неподалеку хозяина, затем понимающе ухнул и полетел прочь в темноту. Проводив сову полным надежды взглядом, Гарри дернулся от неожиданности, когда рука Ивара мягко легла на его талию, а горячее дыхание опалило затылок.

— Не волнуйся, со мной все в порядке, — он повернулся к Ивару лицом, спеша заверить его, что явно замеченная им слабость скоро пройдет.

Первую секунду Ивар стоял неподвижно, с жадностью, словно стараясь запомнить каждую черточку, вглядываясь в его лицо, а затем впился в его губы — рвано, жадно и оттого слегка неуклюже, шумно дыша и сжимая Гарри уже обеими руками.

Они исступленно целовались, обнимая друг друга все крепче — до привкуса крови и неумелого стука зубов. Страсти в этом поцелуи не было, как и нежности, но он в них и не нуждался, наполненный совсем другими чувствами.

Наконец Ивар отстранился.

— Надень штаны, — с трудом прошептал он распухшими и, кажется, кое-где потрескавшимися губами. — А то авроры что-нибудь не то подумают.

Гарри ухмыльнулся, торопливо оделся, а затем подошел к Скорпиусу, опускаясь рядом с ним на пол и легонько огладив его по спине.

— Потерпи чуть-чуть, — прошептал он, невесомо касаясь губами его виска. — Сола приведет подмогу.

А следующие минуты ожидания показались для Гарри самыми долгими жизни. Он жадно прислушивался к каждому шороху, писку и треску, все еще боясь поверить, что у них — всех троих — появился шанс.

— Знаешь, сейчас я, пожалуй, тебе очень благодарен, что ты так долго примеривался, — хмыкнул он, взглянув на Ивара.

— Знаешь… — Ивар посмотрел на него долгим взглядом и отвел глаза. — Давай ты сейчас замолчишь, и мы сделаем вид, будто всего этого никогда не было.

— Как скажешь, — согласился Гарри, решив не бередить слишком живые и болезненные воспоминания, и похлопал ладонью рядом с собой. — Садись, не трать силы попусту. Еще выбираться отсюда.

Ивар кивнул и подошел к ним, опустился рядом и первым делом прощупал пульс на малфоевской руке.

— Ровный, — сообщил он и чуть заметно улыбнулся, погладив Скорпиуса по ноге и посмотрев на него с заботой и затаенным одиночеством — таким сдерживаемым и явно насильно притупляемым — что у Гарри защемило в груди.

Недолго думая, он обнял Ивара за плечи и мягко потянул на себя, ласково проведя рукой по его волосам.

— Спасибо тебе, — прошептал он, легонько целуя его в висок и сильнее прижимая к себе.

Ивар придвинулся к нему, сверкнул улыбкой и обнял за талию.

— А ещё я вас обоих буду мыть, — сказал он, подтягивая Скорпиуса ближе. Они с Гарри уложили его себе на колени и стали вместе гладить и трепать белокурые волосы, то и дела путаясь пальцами. — Я хорошо ударил, — прошептал Ивар чуть погодя. — Должно быть без последствий. Мне кажется, он спит.

— Скоро узнаем, — шепнул Гарри в ответ, и почти тут же в коридоре раздались голоса.

Ведомые Солой, авроры бегом подбежали к паутине и разрушили её несколькими мощными Бомбардо.

— Мистер Поттер, с вами всё в порядке? — спросил один из авроров, неузнаваемый под маской.

— Да, но надо срочно уходить отсюда, — Гарри поднял Скорпиуса на руки. — Аппарируйте нас поскорее, только не в штаб. В любую часть города.

Побоявшись, что жуки, лишившие их магии, могут быть ещё где-то в одежде, Гарри не собирался подвергать опасности остальных.

Двое авроров подошли к ним и взяв Гарри и Ивара за руки, аппарировали в заброшенный и опустошенный ими ранее продуктовый магазин.

— Мистер Поттер, подождите минуту. Я доставлю для вас и мистера Малфоя комбинезоны, — сказал он, бросив быстрый взгляд на Скорпиуса.

— Нет необходимости делать это сейчас, — отказался Гарри, пресекая взглядом все дальнейшие «почему». — Возвращайтесь в штаб по одному. И штаб не покидать до дальнейших распоряжений.

Дождавшись ответного: «Есть, сэр!» и аппарационных хлопков авроров, Гарри плавно опустил Скорпиуса на пол.

— Надо бы как-то добраться до твоего дома, — сказал он Ивару. — А я опять смутно представляю, как далеко надо идти.

Ивар высунулся в окно огляделся и вздохнул.

— Предлагаю угнать машину, — сказал он. — Ну или взломать ближайшую квартиру, хотя, не факт, что там есть вода. И вообще, ты чего их отослал? Пусть бы водой тебя окатили.

— Не поверишь — не подумал, — буркнул Гарри, злясь на собственную несообразительность. — Давай так, я сейчас дойду до ближайшего магазина, вымоюсь там быстро и аппарирую обратно. А ты пока присмотришь за Скорпиусом.

— Хорошо, — помедлив, кивнул Ивар. — Телефон только не забудь.

Гарри проверил карманы и торопливо вышел из магазина под ливень. Но после всего пережитого за сегодняшний бесконечно долгий день, Гарри уже и не обращал внимания ни на затекающие в рот и глаза черные струи, ни на глубокие лужи, ни на несущиеся потоки под ногами. Потому что уже очень давно он не ощущал себя настолько живым. А если бы дождь стал еще и прозрачным — Гарри почувствовал бы себя самым счастливым человеком в мире.

Ему повезло, очередной заброшенный магазин оказался почти что сразу за углом. И хотя он был уже наполовину разворован, как ни странно, фляги с водой стояли не тронутыми. Отойдя подальше от стеклянной витрины, Гарри поспешно разделся и щедро обдал себя водой. И не медля больше ни секунды, не тратя времени на поиск прилавков с одеждой, аппарировал обратно к Ивару.

— В себя не приходил? — сразу же спросил Гарри, выйдя из аппарационной воронки.

— Нет, и слава Богу, — Ивар хмыкнул, оглядев его с головы до ног. — Боюсь, при виде тебя, разгуливающего по городу в чем мать родила, он повторно грохнулся бы в обморок, — тут он посерьёзнел и бережно поднял Скорпиуса на руки. — Давай скорее его разбудим, у меня от беспокойства уже глаз дергается.

Гарри улыбнулся и, приобняв Ивара за плечи, перенес их всех в маккоевскую квартиру. Уложив в четыре руки Скорпиуса на диван, Гарри достал из его кармана волшебную палочку и, направив ее Скорпиусу в лицо, прошептал Энервейт, тщательно контролируя силу магического потока.

Малфоевская палочка практически не сопротивлялась — уж не начала ли она каким-то необъяснимым образом привыкать к нему? — и Скорпиус распахнул глаза, удивленно озираясь по сторонам.

Впрочем, озирался он очень недолго, почти сразу же сев и прикипев взглядом сначала к Гарри, а потом к Ивару.

— Целы, — констатировал он с нескрываемым облегчением и сполз обратно в лежачее положение.

Ивар охнул и помчался на кухню.

— Мы идиоты! — констатировал оттуда, спешно мешая воду с сахаром. — Сейчас!

Он притащил Скорпиусу кувшин, и тот залпом его выпил, а потом ещё пару минут хрустел нерастворившимися крупинками. За это время Ивар и Гарри успели принести все съедобное, что было в доме. Получилась приличная куча еды, но на то, чтобы уничтожить её, Скорпиусу понадобилась пара минут. Гарри аппарировал на их базу за таблетками и захватил с собой ещё немного еды — Скорпиус съел и её, после чего наконец улыбнулся.

— Даже если вы скажете мне сейчас, что я остался сквибом, я все равно счастлив, — заявил он. — Ивар, отличный удар, у меня всё в порядке!

И тут Ивар не сдержался — подался вперед, сгреб его в охапку, комкая пальцами футболку.

Он попытался спрятать лицо, но Гарри все равно видел, как по его щекам побежали предательские слезы. Скорпиус крепко обнял его в ответ, и было очень заметно, что это совсем не из вежливости.

— Я наполню ванну водой, — сообщил Гарри, но перед тем, как оставить Скорпиуса и Ивара наедине, виновато взглянул на Ивара: — Я знаю, что скоро окончательно разорю твой гардероб. Но можно я еще раз залезу к тебе в шкаф? — спросил он, поежившись от прохлады.

Ивар закатил глаза и снова уткнулся лицом Скорпиусу в грудь.

— Не знаю, что там с гардеробом, но то, что ты скоро своими вопросами доконаешь меня — это факт, — буркнул он, с шумом втягивая носом воздух.

Больше вопросов Гарри не задавал. Он направился к Ивару в спальню и, выудив из шкафа домашние штаны и футболку, проследовал в ванную. Наполнив ванну водой при помощи Агуаменти, подогрел ее чарами и, проверив рукой температуру, крикнул в комнату:

— Ивар, веди его сюда.

Впрочем, помогать Скорпиусу не пришлось — он буквально ворвался в ванную и просиял, увидев воду.

Ванны ему было катастрофически мало и, едва окунувшись, высунув из наружу коленки, он выдернул пробку, терпеливо дождался, пока Гарри обольет его с ног до головы и отобрал у него палочку.

— Я потом верну, как было, — пообещал Ивару, и вдохновенно принялся менять пространство. Ему понадобилось не меньше пары минут непрерывного чтения заклинаний, но в конце концов маленькая типовая ванная превратилась в почти точную копию бассейна в доме Скорпиуса — самой простой его части.

С видом полнейшего блаженства, Скорпиус с разбега прыгнул в воду и сразу же ушел на глубину, сворачиваясь калачиком у самого дна.

— Я ему точно ничего не повредил? — с легкой оторопью поинтересовался Ивар.

— Возьми и спроси у него сам, — рассмеялся Гарри и, скинув с себя одежду, прыгнул в бассейн вслед за Скорпиусом. Правда, под водой он задерживаться не стал, а быстро вынырнул на ее поверхность и помахал Ивару рукой. — Ну чего ты там стоишь? Давай к нам? — улыбнулся он и подплыв ближе к краю, ударил по воде ладонью, окатив Ивара брызгами. — Видишь, она совсем не холодная!

— Ладно, — кивнул Ивар. — Но, если честно, я не слишком хорошо плаваю, — он чуть смущенно улыбнулся и, раздевшись, осторожно залез в воду. В этот момент Скорпиус вынырнул, подплыл к ним в два широких гребка и уставился на Гарри с крайне странным выражением лица.

— Что это? — спросил он, с точностью проводя под водой пальцем по следу от ножа на ягодице.

— Порезался, — прошипел Гарри, поморщившись от, мягко говоря, не самого приятного прикосновения. — Неудачно напоролся на витрину, когда аппарировал в магазин, — продолжил совершенно спокойно, будто так и было на самом деле, и очень надеясь, что с дальнейшими расспросами Скорпиус приставать не станет. Затем обернулся к Ивару, показывая взглядом — мол, молчи даже под страхом расстрела — и проплыв вокруг них двоих пару кругов, спросил у Ивара нарочито беззаботно:

— До противоположного края доплыть сможешь?

— Могу, но не хочу, — покачал головой Ивар, пристраиваясь к Скорпиусу сзади и обнимая его за плечи. — Я свой спасательный круг уже нашел. Лучше к нам плыви, — он улыбнулся и положил подбородок Малфою на плечо.

Скорпиус сцепил его руки у себя на шее и сам поплыл к Гарри, обхватывая его за талию и прижимая к себе.

— Лжец! — выдохнул он, прежде чем поцеловать.

Гарри комментировать услышанное не стал — он лишь сильнее прижался к Скорпиусу, отвечая на поцелуй и попутно скользя ладонями по спине Ивара. И, конечно, не удержался от того, чтобы не мазнуть ладонью по пока еще мягкому члену, спускаясь ниже — к промежности.

— Чувствую, такими темпами наш заплыв закончится очень быстро, — хмыкнул Гарри, разрывая поцелуй, однако отстраняться не спешил. Вместо этого он снова обхватил малфоевский член — на этот раз дрогнувший в сжавшей его ладони — и принялся лениво скользить рукой по стволу, то и дело отвлекаясь на поцелуй и сбиваясь с ритма.

— Я чуть с ума не сошел, пока ты спал, — прошептал Ивар Скорпиусу на самое ухо, нежно прихватывая зубами мочку. — А когда появился твой Сола, тогда точно думал — чокнусь — но уже от радости.

— Своим спасением мы все обязаны ему, — пояснил Гарри, не отрываясь от своего занятия. — Он первый нас нашел.

— И судя по всему, очень вовремя, — проницательно заметил Скорпиус, расслабляясь в руках Ивара. Он лег на воду и обхватил Гарри ногами за талию. Головка стремительно твердеющего члена показалась из воды, и Ивар гулко сглотнул, завороженно на неё глядя.

Гарри перехватил его взгляд, хищно прищурился и подхватил Скорпиуса под задницу, поднимая его бедра к самой поверхности. Вода в этой части бассейна доходила ему до груди, и поймать губами кончик члена было совсем не сложно.

Скорпиус рвано выдохнул и повернул голову к Ивару, подставляя губы.

На этот раз всё было так естественно и правильно, будто по-другому и быть не могло. Неторопливо лаская языком вставший член, Гарри с искренним удовольствием наблюдал за их поцелуем, таким же неспешным и чувственным. Он не знал, что именно изменило Скорпиуса — разразившаяся внезапная война или их не менее внезапные отношения на троих, но больше не было болезненной неестественной страсти, как не было и безэмоционального робота. Сейчас, в объятиях двух мужчин, Скорпиус наконец-то выглядел живым и довольным жизнью. Он целовался с искренним наслаждением, равномерно вскидывал бедра в поисках удовольствия и иногда гортанно постанывал, будто мурлыкал. Впервые за всё время он не пытался кому-то угодить, не просчитывал ситуацию и даже, кажется, ни о чем не думал.

И ради этого Гарри готов был терпеть рядом с ними кого угодно, а не то, что искренне наслаждаться их обществом Ивара, ставшего за последнее время очень близким ему человеком. А после сегодняшнего — так едва ли не родным.

Окончательно окрепший член под языком дернулся, а сам Скорпиус попытался выгнуться, схватившись рукой за шею Ивара и углубляя поцелуй, делая его уверенней и гораздо напористее.

— По-моему, пора в спальню, — покружив кончиком языка вокруг головки, Гарри, скользнув рукой по гладким ягодицам, прошёлся пальцем вокруг расслабленного, и почти не требующего подготовки входа. — И кстати… кое-кто очень хочет попробовать твой член внутри себя, — мурлыкнул он, содрогнувшись всем телом от представшей его воображению картине. — А кое-кто другой, насмотревшись на вас, непременно захочет тебя трахнуть, — добавил Гарри совсем хрипло.

Скорпиус неохотно отлепился от Ивара и посмотрел на Гарри уже подернутыми поволокой глазами.

— Звучит чертовски заманчиво, — сказал он севшим голосом, расцепляя ноги.

Скользнув в воду, он притянул Гарри и Ивара к себе и поцеловал сначала одного, а потом другого.

— Я не верю, что вы действительно собирались это сделать, — сказал вдруг. — Я бы сошел с ума, очнувшись. Я и сейчас схожу с ума, только думая об этом.

— А ты не думай, — улыбнулся Ивар, обнимая одной рукой его, а другой — Гарри. — Лучше думай о том, что мы тебя очень любим.

Ласковые слова давались ему легко, не давили значимостью, но при этом Гарри чувствовал, что за ними нет ни грана фальши или легкомысленности. Всем сердцем, всей душой Ивар принадлежал сейчас им двоим.

Скорпиусу же, как и самому Гарри, слова подобрать было намного сложнее, поэтому он не стал даже пытаться, отвечая поцелуем и рывком аппарации.

— Господи, даже не верится… Наконец-то! — прошептал Ивар, и зажмурился, уверенно поглаживая рукой не вмещающийся и наполовину в ладони член.

— Поцелуй его, — прошептал Гарри Скорпиусу на ухо и уселся на кровать, жадно наблюдая за ними и не обращая внимания на свой окрепший в предвкушении член.

Лукаво посмотрев на Гарри, Скорпиус потянулся к Ивару, однако тот отстранился, чтобы тут же опуститься перед ним на колени и со стоном накрыть губами покрасневшую головку. От неожиданности Скорпиус глотнул ртом воздух и, поддавшись инстинктам, судорожно толкнулся бедрами вперед. И крупно вздрогнул, когда его член наполовину исчез в маккоевском горле.

Но как и в прошлый раз Ивар не отстранился, а только впился пальцами Скорпиусу в бедра и сам толкнул его на себя, рефлекторно сглотнув и сорвав с губ Скорпиуса длинный протяжный стон, отозвавшийся не менее долгим эхом удовольствия в паху Гарри.

— Ивар… — позвал Скорпиус срывающимся шепотом. — Прекрати, пожалуйста…

Он охнул и отстранился, преодалевая сопротивление не желающих отпускать его рук.

— Долгая история, — вздохнул Гарри в ответ на вопросительный взгляд Ивара. — Но если коротко — ему от одного минета ощущений мало.

— Мало, значит… — Ивар хищно прищурился, встал в друг мягко толкнул Скорпиуса ему на колени. — А если так?.. — он опустился на пол между малфоевских ног.

— Тогда уж вот так… — хмыкнул Гарри и, приподняв Скорпиуса, осторожно насадил его на свой член, который Ивар любезно придержал, направляя.

Скорпиус всхлипнул, откидываясь Гарри на грудь, и тот обнял его, зарываясь пальцами в волосы Ивару, снова склонившемуся над малфоевским членом.

А в следующую секунду Скорпиуса тряхнуло так, что уже Гарри не сумел сдержать стон, когда тугие мышцы резко сжались вокруг его члена.

— Ну вот… другое дело, — выдохнул Ивар, придерживая Скорпиуса за бедра и лишая его возможности не то, что привстать, а даже поелозить задницей из стороны в сторону.

Да и сам Гарри не спешил набирать темп, наслаждаясь обездвиженностью сидящего на его члене Скорпиуса и всячески пытающегося усилить контакт, сжимая вокруг него, словно тисками, горячие стенки ануса.

Он обхватил Скорпиуса поперек груди, прикусил ему мочку уха, с восторгом ощущая, как его начинает колотить крупной дрожью, и осторожно толкнулся бедрами, заставляя всхлипнуть. А потом с шумом втянул воздух, потом что Ивар взял в ладонь его яйца и стал мягко перекатывать их в руке. Застонав Малфою в ухо, Гарри был немало раздосадован, когда Скорпиус подскочил, сжавшись внутри так сильно, что члену стало почти больно, и вырвался из его рук, вставая.

— Ну хватит! — выдохнул он, рывком поднял Ивара с колен и подтолкнул к кровати. — Я иначе кончу, — пояснил чуть виновато. — И вряд ли всех этим обрадую.

— Ну и кончил бы… — пробурчал Ивар скорее для проформы. Он встал коленями на кровать и обернулся. — На спину или…

— Или! — перебил Гарри, жадно его разглядывая.

Ивар хмыкнул и опустился локтями на матрац.

От представшего зрелища Гарри повело, да и Скорпиус равнодушным не остался. Приставив головку к инстинктивно сократившемуся колечку мышц, он пару раз толкнулся вперед — совсем легонько и даже не пытаясь протиснуться внутрь — но затем, со свистом втянув воздух, глухо задал вопрос, состоявший из одного слова:

— Можно?..

Ивар кивнул и, спрятав в согнутных локтях голову, закусил губу и затаил дыхание, готовясь к поникновению. И хотя Ивар старался выглядеть расслабленным, от Гарри не ускользнуло невесть откуда взявшееся напряжение в его позе.

В голове зародилась догадка, но Гарри ее поспешно отбросил. Ведь не может же быть так, что в принимающей позиции Ивар находился впервые? Или может?

Скорпиус подался было бедрами вперед, но почти сразу остановился, нахмурившись. Оглянулся на Гарри, явно ища поддержки.

Гарри тоже залез на кровать, сплюнул на пальцы и осторожно дотронулся до инстинктивно сжавшегося ануса.

— Ну, и? — спросил у слегка смутившегося Ивара. — А сказать?

— Да ладно, что такого-то… — преувеличенно беспечно пожал тот плечами. — У всех бывает первый раз.

— Смазка-то у тебя хоть есть? — спросил Гарри, продолжая ласкать стремительно краснеющего Ивара.

— Была. В ванной комнате. На полке, — с нервным смешком сообщил Маккой. — Где она сейчас — не знаю. Может, вмурована в бортик бассейна. Да и вообще какая разница? — воскликнул он и раздраженно обернулся на Гарри и Скорпиуса. — Давайте уже переходить от слов к делу.

— Ивар, Ивар… — улыбнулся Гарри. — В чем разница, сегодня тебе лучше не знать. Ладно… к делу так к делу, — выдохнул он и, присев на корточки, дотронулся кончиком языка до сжатого колечка мышц.

Если ощущение и было знакомо Маккою, отреагировал он все равно весьма красочно — дернулся всем телом, охнул, выругался и изо всех сил стиснул кулаки.

Скорпиус улыбнулся и положил голову ему на крестец во все глаза наблюдая за Гарри.

— Когда он сделал так со мной, я его лягнул, — поделился он с Иваром воспоминаниями и ласково погладил его оставленный без внимания член.

Ивар ответил нечленораздельным мычанием, а его член — длинной каплей смазки. Скорпиус размазал её пальцем, а потом отлип щекой от горячей кожи и нырнул головой вниз. Не отрываясь от своего занятия, Гарри с интересом наблюдал, как весь напрягся и затаил дыхание Ивар, когда Скорпиус с удобством устроился под ним, и заранее ухватил его за бедра, жестко фиксируя. Его предусмотрительность была как раз вовремя — Скорпиус высунул язык, облизал головку, и Ивара подбросило на постели.

— Боже, да! — выдохнул он жалобно.

Наверное, Скорпиус снова вспомнил о своей способности находить самые чувствительные точки и теперь старательно применял ее на Иваре, потому что Ивар то и дело вздрагивал, замирал, напрягая разом все мышцы, а затем, пряча лицо в локтях, протяжно всхлипывал, то езрая коленями на простынях, силясь уклониться от удовольствия, то снова бесстыдно подставляясь под ласкающий язык.

А Гарри не щадил его и не жалел — не обращая внимания ни на стоны Ивара, ни на его всхлипы, он с упорством и упоением разминал нежные складочки, с каждой секундой проскальзывая внутрь все свободнее.

И очень скоро Гарри заменил язык на палец. Поглощенный ощущениями, Ивар и не понял поначалу, что произошло — а когда сообразил, Гарри уже успел протиснуть в него палец полностью, мягко поглаживая его изнутри.

— Еще немного, и я с ума сойду, — всхлипнул Ивар, когда Скорпиус снова выписал языком какой-то узор на его члене, чтобы следом вобрать его в себя до упора и сглотнуть, перехватив помутневший взгляд Ивара.

— Нет… рано еще, — хмыкнул Гарри и согнул палец, надавливая аккурат на простату. — А вот теперь можешь начинать.

Скорпиус оставил член в покое, заинтересованно следя за манипуляциями Гарри, а потом протянул руку и осторожно коснулся его руки. Ивар задушенно всхлипнул, почувствовав еще одно проникновение, и с его члена упала капля смазки — прямо Скорпиусу на щеку.

— Если мы продолжим, он кончит ориентировочно через сорок пять секунд, — сказал Скорпиус, протиснув палец до костяшек.

— Ну и пусть кончает… — протянул Гарри, сдерживая улыбку и практически повторяя Ивару его же собственные слова.

Ивар сначала замер, затем дернулся словно от удара и с возмущением взглянул на Гарри через плечо, замотав головой.

— Ну уж нет, — прошипел он, сам снимаясь с пальцев и переводя дыхание. — Да трахните меня уже… кто-нибудь… черт вас возьми, — рвано выдохнул он и шире расставил колени, позволяя себе прогнуться в пояснице еще призывнее.

Скорпиус посмотрел на Гарри, но тот покачал головой.

— Думаю, он заслужил тебя, — сказал с усмешкой. — Только попробуй все-таки призвать смазку.

Скорпиус кивнул, дотянулся до палочки и уже через секунду сжимал в руке пузырек точь в точь похожий на тот, что купил когда-то в магазине вместе с упаковкой «Сникерсов».

— Смотри, — продемонстрировал он смазку Гарри, прежде чем обильно смазать член.

— Символично, — улыбнулся тот и тоже подставил ладонь.

На этот раз головка проскользнула сквозь расслабленные мышцы безо всякого труда. Ивар замер, прислушиваясь к ощущениям, но очень скоро задрожал.

— О, Боже… — простонал он, когда Скорпиус не вошел ещё и до середины. — О, Господи…

Да-а, задумки у Гарри были грандиозные — сполна вкушать эстетическое удовольствие лежа на кровати и наблюдать за ними двумя со стороны, пока член не встанет колом, а яйца не заноют от тянущей боли. Но с его стороны, было довольно глупо делать ставку на выдержку, не зная в красках, с чем будешь иметь дело. Потому что с первой же секунды оставаться в стороне было физически невозможно. Да и как можно устоять, когда Ивар, захлебываясь в ощущениях, теряет разум, а Скорпиус сдерживая себя, закусывает нижнюю губу и мотает голой, словно отмахиваясь от морока.

Было достаточно одного взгляда на Ивара и его почти прижатый к животу член, чтобы понять — долго Ивар не продержится. Впрочем, не устоял и Гарри. Шумно втянув носом воздух, он обошел Скорпиуса со спины и, размазав ладонью смазку по горячему члену, приставил головку к неуспевшему закрыться входу, мягко продавливая бедра вперед.

Скорпиус застонал, и Гарри, обхватив его за плечи, вошел мощно и сильно, проталкивая тем самым малфоевский член в маккоевскую задницу одним толчком и до упора.

Как было и с Гарри, Ивар начал кончать едва только Скорпиус пошел на второй заход, но теперь это уже не имело значения. Скорпиус схватил его за бедра, насаживая на себя, в то время как Гарри размашисто трахал его самого. Видимо, на этот раз ощущений Малфою хватало сполна, потому что движения у него были рваные, неуклюжие, из горла вырывались отрывистые хрипы, больше напоминающие рычание, а первый спазм прокотился по внутренностям уже после десятка размашистых толчков.

Гарри толкнулся в последний раз резко и до упора, наконец, отпуская себя. Он так и кончил, прижавшись грудью к малфоевской спине и изливаясь в него до последней капли, воздав Мерлину молитву, чтобы это мгновение длилось бесконечно.

Но ничего вечного не бывает, и за изрядно вымотавшим его наслаждением последовала нега — вязкая, сладкая, почти экстаз. Гарри очень хотел приласкать Скорпиуса, пусть даже и мимолетно поцеловав его в шею, но даже на такую простую ласку не осталось сил. Он аккуратно вышел из Скорпиуса и сразу же рухнул на постель, вытягиваясь на простынях, восстанавливая дыхание и просто молча, безо всяких слов, улыбаясь, довольно уставился в потолок.

— Не выходи пока, — взмолился Ивар глухо, чтобы повернуть голову и говорить не в подушку у него тоже не было сил. — Подожди, пока он уменьшится. Я чувствую себя бабочкой в коллекции.

Скорпиус негромко рассмеялся и осторожно лег на него сверху.

— Я не сделал больно? — спросил озабоченно.

— Не знаю… еще не понял, — хмыкнул Ивар. — Я вообще с трудом понимаю, что это сейчас было… Черт, да ты не слушай меня. У меня шок, и я несу всякую околесицу. Все было так, как никогда прежде, — сбивчиво произнес он и улыбнулся, оторвав голову от подушки. — Кажется, я начинаю тебя понимать, — протянул лениво, обращаясь к Гарри. — И очень похоже, что я сам подсяду на такой секс, — сообщил уже двоим, мигом рассеивая беспокойство Скорпиуса.

— Я не смогу разорваться, — улыбнулся Скорпиус. — Придется составлять график.

— Хорошо, — с улыбкой согласился Ивар. — Мы с Гарри поделимся на четные и нечетные числа. Как тебе такой вариант?

— Все-таки, Скорпиус, это у тебя карма такая, раз все, даже новички требуют от тебя секс, — усмехнулся Гарри.

— Ничего я не требую, — вмиг посерьезнел Ивар, вспомнив их со Скорпиусом давний разговор. — Просто ты действительно такой… — на сей раз красноречие Маккоя подвело, и он на миг замолчал, силясь побыстрее подобрать нужные слова. — В общем, наверное, Гарри прав. Все дело в карме. И ничего мы не маньяки, которые только и думают о том, как бы ты нас трахнул, — снова улыбнулся он.

— Еще какие маньяки, — покачал головой Скорпиус. — Но я уже привык, — он улыбнулся Гарри и чуть неловко чмокнул Ивара в висок, отчего тот довольно крякнул. — Ну, ты готов? Я выхожу.

Ивар стиснул зубы, но все равно мучительно застонал, когда Скорпиус медленно вытащил из него член.

— Боже, какой кошмар! — пожаловался он, раскидываясь звездочкой на спине. — Мне говорили, что это неприятно, но я никогда не думал, что настолько!

— Все? График можно не составлять? — картинно приободрился Гарри. — Поверь, к этому привыкнуть совсем не получится, — хитро прищурившись, сообщил он.

— Вот только не нужно меня дезинформировать в корыстных целях, — фыркнул Ивар. — У меня опыт в таких делах и так небогатый, а тут ты еще страх напускаешь.

— Ты привык быть сверху? — уточнил очевидное Скорпиус. — Или как я, с женщин переключился?

— Да как тебе сказать… — Ивар все-так подвинулся, давая ему лечь. — Я и девушек люблю, и парней — лишь бы человек был хороший. А вот с этим как-то не складывалось у меня. Сплошь какие-то двуличные мрази попадались.

— Зато есть и положительная сторона. Иначе этого всего просто не случилось бы. Если бы у тебя кто-то был… — заключил Гарри и ласково погладил Ивара по бедру.

— Так не могло никого быть, — хмыкнул Ивар. — Я вас ждал.

— И долго ждал? — поинтересовался Скорпиус, положив голову ему на плечо. — Сколько тебе лет?

— Тридцать семь, — Ивар крепко его обнял и в свою очередь положил голову на грудь Гарри. — А тебе? Про старичка Героя я все знаю, а тебе сколько? Лет двадцать семь?

Скорпиус и Гарри переглянулись и синхронно улыбнулись.

— Только не удивляйся слишком сильно, — предупредил Скорпиус. — Двадцать недавно исполнилось.

— О, Боже!.. — потрясенно выдохнул Ивар. — Я столько времени домогался несовершеннолетнего! Я извращенец… — вымученно произнес он и закрыл глаза рукой.

Скорпиус нахмурился.

— Ты о чем? — спросил он удивленно. — Я уже три года как совершеннолетний.

— Он о том, что не знает даже основ магического права, — усмехнулся Гарри. — Маггл, что взять… — снисходительно протянул он и улыбнулся. — Ладно, Ивар, избавлю тебя от страданий. В волшебном мире совершеннолетие наступает в день семнадцатилетия.

— Меня как-то не очень это успокаивает, — фыркнул Ивар. — Но с другой стороны, — добавил он, подумав, и прижал Скорпиуса к себе теснее, — в данном случае это еще вопрос, кто из нас взрослее.

Скорпиус улыбнулся, бросил на него признательный взгляд и вдруг зевнул — в первый раз на памяти Гарри.

— Я думаю, сегодня мне лучше выпить зелье, — сказал он неуверенно. — После удара мозгу, наверное, лучше отдохнуть привычным способом. Но спать нам лучше на базе.

— Так пока что никто и не спит… — Ивар обнял его покрепче и поцеловал в висок, щеку, а, когда Скорпиус поднял голову, в губы.

— Тебе мало? — поразился Гарри. — Ненасытный маггл!

Но, вопреки насмешливым словам, он и сам чувствовал, что слишком быстрый, хотя и весьма эмоциональный секс не дал ему всей полноты ощущений. Хотелось неторопливо и вдумчиво заниматься любовью, лениво целуясь и неспешо толкась членом внутрь… И тут он застопорился, не совсем понимая, кого же именно хочет сейчас, распаленного впервые узнанными ощущениями Ивара, по-прежнему голодно терзающего распухшие губы Скорпиуса, или самого Скорпиуса, размореннего ласками, теплого и сыто целующегося, трогательно зажмурив глаза.

Словно услышав его мысли, Ивар неохотно отлепился от Скорпиуса и посмотрель на Гарри из-под опущенных ресниц. В следующую секунду они уже целовались, потому что для Гарри не было ничего естественнее, чем наклонить голову и впиться в подставленные губы. Ивар целовался так жарко, так исступленно, что Гарри слегка увлекся и не заметил, как Скорпиус осторожно выскользнул из маккоевских объятий, и потому ласковое прикосновение к спине оказалось неожиданным. Не веря сосбвенным ощущениям, Гарри с замиранием сердца почувствовал, как он прижался к нему грудью, вжался пахом в задницу и скользнул сразу двумя ладонями по животу. Это был первый раз, когда Малфой действовал так уверенно и по собственной инициативе, и, кажется, за это стоило сказать спасибо Ивару. Впрочем, идея, как выразить свою благодарность без всяких слов, у Гарри имелась.

Притянув Ивара ближе, он сунул язык ему в рот так глубоко, что Ивар глухо застонал и обнял его за шею.

— Не-а, не так, — покачал головой Гарри, отстраняясь. — Повернись, — и развернул Ивара к себе спиной.

Скорпиус хмыкнул и прижался губами к его плечу.

— Мы смотримся намного лучше, чем те мужчины в порно, — заявил он убежденно.

— Конечно, лучше! — выдохнул Ивар и тут же громко всхлипнул, потому что Гарри беспардонно сунул палец в его все еще хорошо растянутый анус. — Вы ведь у меня такие… — нашел он в себе силы кое-как закончить мысль.

— Какие? — уточнил Гарри чуть насмешливо, осторожно трогая наверняка чувствительную после недавнего оргазма простату.

И тут же был наказан за эту насмешливость точно таким же проникновением явно наблюдавшего за ним Скорпиуса. Его анус, правда, растянут не был, но зато Скорпиус успел найти смазку и смазать пальцы, отчего те были слегка прохладными. По позвоночнику пробежала дрожь, внутри что-то сладко сжалось, и член мгновенно уперся в крепкую маккоевскую ягодицу.

— Такие, что ни одна порнозвезда ни с одинм из вас не сравнится, — выдал Ивар едва ли не скороговоркой после некоторой подготовки. — И можно я все-таки повернусь? — добавил жалобно, оглядываясь через плечо. — Я хочу на вас смотреть!

— Так удобнее, поверь, — улыбнулся ему Скорпиус. — Гарри знает, что делает.

— Хорошо, поверю на слово, — вздохнул Ивар и охнул, когда Гарри сунул в него второй палец и начал с силой разминать простату.

Разумеется, Скорпиус повторил и это действие, отчего Гарри охнул тоже.

— Ты решил соблазнить меня моими же методами? — поинтересовался он с улыбкой, повернув к нему голову. — Мудрое решение.

— Я многое понял, — ответил Скорпиус чуть не впопад, довольно улыбаясь. — И думаю, что понял правильно, — он потянулся его поцеловать.

— Наверняка правильно, если намерен продолжать, — выдохнул Гарри ему в губы.

— Я намерен тебя трахнуть, — ответил Скорпиус, заглядывая ему в глаза. — Так, как ты этого хотел.

Гарри пришлось на секунду прикрыть глаза, чтобы переждать волну дрожи от обрушившихся на него эмоций.

— Я люблю тебя, ты знаешь? — спросил просто, не заботясь о том, услышит ли Ивар.

В ответ Скорпиус его поцеловал и приставил головку члена к анусу.

— Знаю, — прошептал ему в ухо. — И я тебя люблю. Еще больше, — он начал неторопливо входить, отчего Гарри стиснул зубы, чтобы не застонать и не прослушать. — И я теперь понимаю, как эту любовь показать, — он перекинул руку Гарри через бедро и обхватил его член, направляя его в Ивара. — Это было лучшее, что я испытывал в жизни, — добавил сдавленно, потянув замершего Ивара за бедра, насаживая его на поттеровский член. — Когда ты был во мне, а я был в нем, — пояснил, мягким толчком входя до конца, и перевел дыхание.

— Мне хочется думать, что тогда ты хоть немножечко любил и меня, — простонал Ивар, и наслаждение в его голосе было изрядно разбавлено тоской.

Скорпиус скользнул ладонями ему по спине, сжал плечи и положил подбородок Гарри на плечо.

— Да, — выдохнул он, делая первый медленный толчок. — Думаю, совокуплность тех эмоций, что я испытывал, можно обобщенно назвать любовью.

— Не слушай его, — Гарри обнял Ивара попрек груди и крепко зажмурился, прислушиваясь к самым потрясающим ощущениям в своей жизни. — Он просто не знает, что такое любовь, вот и не уверен. И никто не знает, — он рвано выдохнул, потому что после пары пробных толчков Скорпиус начал двигаться размеренно и мощно.

— Я знаю, — тихо сказал Ивар, отчаянно кусая губы, но больше ничего не добавил.

Гарри сжал его крепче и расслабился, позволяя Скорпиусу двигаться за них за всех. Его амплитуды и напора вполне хватало, чтобы вбиваться одновременно и в Гарри, и в Ивара, помогая себе мощными рывками за маккоевские плечи.

Впервые за все это время Скорпиус был хозяином положения, впервые действовал без оглядки на Гарри и впервые позволил себе командовать. Если бы Гарри мог думать о чем-то другом, кроме слепящего обжигающего удовольствия, он бы, наверное, готов был петь от радости. Но сейчас его хватало лишь на то, чтобы стискивать стонущего Ивара в чересчур крепких объятиях, терзать мочку его уха зубами и вздрагивать при каждом длинном толчке.

— Гарри… — выдохнул Ивар в какой-то момент, и его опалило жаром от звука своего имени, как если бы его произнес Скорпиус.

Поцеловав Ивара в щеку, Гарри прижался виском к его виску и скользнул рукой вниз, к паху, крепко обхватывая каменный член.

— Ты был прав, — выдохнул в горячее сейчас ухо. — Ты мне нужен…

Ивар благодарно застонал, и Гарри отчего-то точно знал, что благодарят его вовсе не за прикосновения. Просто Ивару очень нужно было услышать эти слова.

— Нам обоим, — выдохнул Скорпиус у него за спиной, наваливаясь на него грудью и обнимая Ивара через Гарри.

Ивар не ответил, но почему-то спрятал лицо в сгибе локтя, ненадолго перестав стонать. Бесцеремонно подцепив его пальцами за подбородок, Гарри заставил его повернуться и впился поцелуем в распухшие губы.

Глава 14

Гарри проснулся первым. Во всяком случае так ему казалось, пока он не столкнулся взглядом — и к слову, далеко не заспанным — Ивара.

— Доброе утро, — разлепив спросонья губы, проговорил Гарри. — И давно ты за мной следишь? — спросил он, чуть улыбнувшись.

А затем, не дожидаясь ответа, привстал на локоть и потянулся к его губам, наслаждаясь неторопливым утренним поцелуем.

— Вот так бы каждый день начинался… — выдохнул Гарри и откинулся на подушку, продолжая смотреть Ивару в глаза.

— А что мешает? — улыбнулся ему Ивар и тут же нахмурился: — Или это намек, чтобы не надеялся?

— Обычно на подобные вещи я намекаю несколько иначе, — проговорил Гарри и нахмурился. — Не могу понять… Почему все постоянно ищут в моих словах подвох? То Скорпиус, теперь ты, — вздохнул он. — Наверное, отношения — это все же не моя стезя, — чуть помолчав, рассудил Гарри. — И это тоже никакой не намек, — добавил торопливо. — Просто мысли вслух.

— Потому что мы оба боимся, что надоедим тебе, и ты от нас избавишься, — пояснил Ивар, ложась щекой на подушку. — А у меня, к тому же, для страха имеются все основания, — усмехнулся он. — Но раз это был не намек, то у меня еще есть шанс заставить тебя забыть о подобных глупостях, — он улыбнулся и погладил Гарри по щеке.

Гарри довольно зажмурился.

— Ну так и чего бояться. Останетесь вдвоем, — хмыкнул он. — В общем, ты к этому и стремился изначально. И уж исходя из твоей логики, бояться стоит, видимо, мне. Вдруг это я вам надоем… — вздохнул он и потерся щекой о теплую ладонь.

— Вот только Скорпиусу это не ляпни, — Ивар осуждающе на него посмотрел. — И к тому же… — он чуть-чуть помолчал, а потом пожал плечами. — Мало ли, к чему я стремился. Сейчас все по-другому.

— Да? И что же изменилось, Ивар? — протянул Гарри и внимательно посмотрел на него. — Помимо того, что мы узнали на практике, что такое секс втроем?

И только проговорив последнее слово, Гарри понял, отчего в его словах что Скорпиус, что Ивар постоянно ишут скрытый смысл. Потому что, видимо, все его слова именно так и звучат, будто он на что-то намекает, не решаясь произнести приговор прямым текстом.

— В смысле мне действительно хотелось бы узнать, что для тебя изменилось, — закончил он и попытался улыбнуться.

— Знаешь, я точно знаю, что не изменилось никак, — фыркнул Ивар. — Мне по-прежнему иногда хочется тебя стукнуть посильнее. Или даже огреть лопатой. А изменилось то, что теперь, в перерывах между этими двумя желаниями, мне иногда хочется тебя поцеловать, — он обезоруживающе улыбнулся.

— За что лопатой-то? — возмутился Гарри, возвращая Ивару улыбку. — Может, я просто захотел подстраховаться и обнадежить себя тем, что Скорпиуса ты у меня уводить не собираешься.

— Не собираюсь, — подтвердил Ивар, пододвигаясь ближе. — Теперь вы нужны мне оба, — признался он, обнимая Гарри за талию и заглядывая ему через плечо — туда, где спал, закопавшись в одеяло, Скорпиус.

— Все-таки ты чертовски везучий человек, — с улыбкой выдохнул Гарри, рассеянно поглаживая Ивара по спине. — Подумать только… Скорпиус подпустил тебя к себе, я не пришиб за все это время, — он покачал головой, мысленно поражаясь маккоевской везучести. Ну и тому, как причудливо и неожиданно перетасовались обстоятельства. — Будешь нашим личным талисманом удачи, — помолчав некоторое время, заключил он и мазнул губами по щеке Ивара.

Ивар усмехнулся и подставил губы.

— Не знаю, как насчет везения, но я самый счастливый человек — это точно, — прошептал он, когда они устали целоваться. — Давай разбудим Скорпиуса? Я по нему уже соскучился.

— И еще один плюс нашего союза, — хмыкнул Гарри, переведя взгляд со Скорпиуса на Ивара. — Теперь не мне одному придется лить на него воду. Так что сегодня твоя очередь.

— Я почти отрезал тебе ползадницы! — фыркнув, напомнил Ивар. — Уж с этим-то точно справлюсь! — он помолчал, а потом тихо и очень серьезно добавил: — Мне всю ночь снилось, что вы сидите в клетке, а я режу себя на куски и кормлю вас через прутья. Три раза просыпался.

— Ивар, ну мы же не будем сходить теперь с ума? — спросил Гарри, заглядывая Маккою в глаза. — Я очень не хотел бы, чтобы тебя преследовали кошмары, — сказал задумчиво. — Послушай… только не психуй. Может, все же убрать воспоминания о тех часах?

— Иди в жопу! — яростно глянул на него Ивар. — Не думай даже! А с ума я не сойду, не волнуйся. Я же все таки никому ничего не отрезал, — он усмехнулся и отдуши полапал Гарри за задницу. — А кошмары… Это ты у нас две войны прошел, а я обычный человек. Даже дрался всего пару раз в армии.

— Ну смотри сам, мое дело предложить, — покачал головой Гарри. — И нечего ругаться. Я не мог не спросить. Вон ты как реагируешь. Хотя заметь, кошмары должны по идее сниться именно мне. Про злобного Ивара с ножом, — усмехнулся он и прогнулся в пояснице, усиливая контакт с горячей ладонью.

Ивар передернул плечами и поморщился.

— Все, я пошел будить Скорпиуса, — заявил он, распахнул одеяло и тут же запахнул его обратно. — Или не пошел… — протянул, забко кутаясь. — А давай ты наколдуешь мне стакан воды, а я, так и быть, разбужу Скорпиуса не вставая с кровати?

— Хмм, а что мне за это будет? — поинтересовался Гарри, с усмешкой глядя на Ивара. — На бескорыстность и не надейся.

— Дай-ка подумать… — Ивар деланно задучиво потер подбородок. — Я тебя трахал? Трахал. Ты меня трахал? Трахал. Остается минет, — он вопросительно посмотрел на Гарри, весело улыбаясь. — Подойдет?

— Подойдет, — рассмеялся Гарри, однако за малфоевской палочкой тянуться не торопился, выжидающе глядя на Ивара. — Ладно, понял, на аванс рассчитывать не стоит, — заключил он так и не шелохнувшемуся Маккою и запустил руку Скорпиусу под подушку в надежде, что палочку тот оставил именно там, а не под кроватью, и на холод из-под нагретого их телами одеяла вылезать не придется.

Ивар тепло улыбнулся и, потянувшись к нему, сначала быстро поцеловал в уголок губ, а потом отобрал палочку.

— Вот же фаллический символ… — протянул, с интересом её разглядывая. — А почему не жезл, к примеру, или не посох? А впрочем, неважно, — он улыбнулся и аккуратно отложил палочку. — Что бы ты не сказал, я все равно буду думать, что это потому держать в руке округлый продолговатый предмет — естестественно и приятно, — он запустил руку под одеяло и погладил расллабленный поттеровский член.

— Ивар, ты меня порой просто поражаешь… — выдохнул Гарри, зажмурившись от удовольствия. Ласковая маккоевская ладонь отдавала тепло, посылая по всему телу волны приятной истомы и вынуждая член дернуться и подняться плавным толчком. — Но одному округлому продолговатому предмету твои теории определенно пришлись по душе, — заключил он, взглянув на наблюдающего за ним Ивара.

Ивар усмехнулся и подвинулся ближе, прижимаясь к его бедру своим.

— Тебе не кажется, что это нечестно по отношению к Скорпиусу? — спросил он, неторопливо лаская член пальцами. — Может быть, он хотел бы посмотреть, как я тебе отсасываю.

— Согласен, нечестно, — кивнул Гарри. — Но если ты снова решил поиграть в порно-звезду, то к совести моей взывать не стоит. Лучше верни палочку, — хмыкнул он и крупно вздрогнул, когда пальцы Ивара прошлись по высунувшейся навстречу его руке головке.

— С другой стороны, — Ивар сжал пальцы чуть сильнее. — Вряд ли Скорпиус обрадуется, если мы его разбудим и сразу же предложим посмотреть занимательный спектакль с рейтингом восемнадцать плюс. А потерпеть у кое-кого явно не получится, — он прокрутил член в руке, приласкав головку ладонью.

— Получится, — простонал Гарри. — Но мои мучения будут на твой совести, — предупредил он с наигранной серьезностью и снова вздрогнул, когда пальцы Ивара снова описали замысловатую траекторию, надавливая кончиками на чувствительные точки. — Блядь… ты что, у Скорпиуса научился? — с чувством выдохнул он и сжал собственные пальцы на маккоевском бедре.

— Нет, просто опыт, помноженный на талант, — Ивар фыркнул и откинул одеяло. — Со Скорпиусом я, конечно, никогда не сравнюсь, но кое-что тоже умею, — протянул, съезжая вниз и договаривая, практически касаясь губами члена. А договорив, высунул язык и облизал головку, как леденец.

Когда Ивар откинул одеяло, Гарри невольно поежился от покрывшего его кожу холодом воздуха. Но о холоде он думал совсем недолго — ровно до того момента, как Ивар приласкал его член языком.

— Начало уже интригует, — заключил Гарри, втянул носом воздух и запрокинул голову, превкушая не менее увлекательное продолжение.

У Ивара действительно оказался талант. Он ласкал член непринужденно, с удовольствием и очень правильно. У него не было никакой математической точности, как и особенной выверенности движений — он просто наслаждался тем, что делал, чутко прислушивался к реакции и имел в арсенале множество интересных приемов, дарящих удивительные в своем разнообразии ощущения.

— Еще немного, и я задам классический вопрос ревнивца, — оповестил его Гарри в перерывах между короткими стонами. — Но черт возьми… кто же тебя научил так сосать? — с неприкрытым восторгом прошептал он, поначалу и не заметив, как начал медленно проталкиваться головкой в узкое горло и вынуждая тем самым Ивара вобрать его член еще глубже. — Остановишь, когда станет невмоготу, — выдохнул судорожно и, придерживая ладонью маккоевский затылок, принялся двигаться короткими и частыми толчками.

Ивар и не думал его останавливать. Наоборот, даже в таком подчиненном положении он умудрялся прибавить что-то свое к ощущениям Гарри, используя то губы, то язык, то совершенно, похоже, нечувствительное к трению горло.

И результат не заставил себя долго ждать. Скрутившись тугим узлом, удовольствие запульсировало в паху, отчаянно стремясь выйти из-под контроля и вырваться наружу. И хотя Гарри надеялся свое наслаждение растянуть, против языка и губ Ивара на своем члене сейчас он оказался бессилен. А вслед за этим пониманием нахлынул и оргазм — быстрый, стремительный, но не менее мощный чем те, которые дарил ему Скорпиус.

Ивар мучил его до последнего, выдоив до капли и не позволив пропустить ни одной судороги, отпустив его член только тогда, когда тот уже начал опадать.

— Ты жмуришься, как сытый кот, — сказал ему Ивар, наконец отпуская член. Он тут же закутался в одеяло и юркнул между Гарри и Скорпиусом.

— Еще немного и мурлыкать начну, — усмехнулся Гарри и придвинулся к Ивару поближе. Затем скользнул рукой по его дрогнувшему животу, задержался на выспупающей бедренной косточке, чтобы в следующую секунду обвить ладонью горячий твердый член. — Тебе говорили, что ты невероятно сексуально стонешь? — прошептал Гарри в покрасневшее ухо, одновременно прихватив губами мочку и двинув рукой по стволу.

— Мне много чего говорили, — отозвался Ивар, обнимая его. — Это к вечному вопросу ревнивца, — он улыбнулся и закрыл глаза, вздрагивая. — Но мне очень нравится слышать это от тебя.

— А ты… ты многим так отвечал? — спросил Гарри с деланным спокойствием, однако в душе его всколыхнулась самая настоящая волна какой-то странной и иррациональной ревности. По идее, стоило сейчас извиниться за бестактность или хотя бы занять свой рот гораздо более полезным делом, нежели задавание идиотских вопросов, но только вот молчание Ивара определило иной исход беседы. — Ивар, — тихо прошептал Гарри, продолжая поглаживать бархатистую головку. — Я не позволю тебе трахаться с кем-то еще. До тех пор, пока ты с нами.

Ивар вскинул голову и посмотрел на него затуманенным взглядом.

— То ли плакать, то ли смеяться… — вздохнул он. — Хорошо, Отелло! — фыркнул он, начиная толкаться в ласкающую ладонь. — Не позволяй. А я буду плакать, стенать и жаловаться Скорпиусу на твой деспотизм, если тебе так интереснее…

— Очень зря ты решил искать в Скорпиусе союзника, — улыбнулся Гарри. — О моем деспотизме ему известно как никому другому. Так что сочувствие ты вряд ли найдешь, — сообщил он и сжал пальцами толкнувшийся в ладонь член. Юркнул к Ивару под одеяло, подул на влажную головку, медленно провел по ней кончиком языка, подцепив скользкую каплю смазки.

Сдавленный стон Ивара донесся до ушей сквозь одеяло, а сам Ивар вздрогнул всем телом и толкнулся членом в губы Гарри. И больше тот не медлил, позволив члену Ивара скользнуть в свое горло. Сразу и до упора.

Принимал Ивар так же вдохновенно, как и отдавал — не скупился на стоны, бормотал что-то одобрительное и постоянно гладил Гарри по волосам, щекам, ушам, шее, плечам. Это было слегка непривычно, ведь он не просто не пытался прятать эмоции, он, наоборот, всеми доступными способами показывал, как ему хорошо.

В конце концов Гарри здорово распалился. Ивар все не кончал, хотя его член тек смазкой на язык, тело била некотролируемая дрожь, а стоны стали больше похожи на крики. Собственный член Гарри уже снова терся о простыню, губы и язык устали, и жмурящегося от удовольствия, широко раскинувшего ноги Ивара здорово хотелось трахнуть.

О чем Гарри и решил не умалчивать.

Оторвавшись от скользкого от слюны и смазки члена, он поднялся на руках и, оглядев Ивара неприкрыто жадно, хрипло выдохнул ему в губы:

— Позволишь?.. — и, не дав Ивару времени опомниться, ласково погладил его сжавшийся от прикосновения анус.

— Он еще спрашивает! — закатил Ивар глаза и дернул Гарри на себя. Его задница, правда, бравады не оценила, и пришлось растягивать мышцы подрагивающими от предвкушения пальцами.

Едва Гарри вошел, Ивар крепко обнял его за шею, укладывая на себя, и попытался поцеловать, но неудачно — первый же толчок разорвал поцелуй для громкого короткого стона.

Больше целоваться никто из них не пытался, тем более, что эмоций и ощущений хватало с избытком и без поцелуев. Пару раз у Гарри мелькнула мысль, что Скорпиуса надо было все же разбудить, и тогда можно было бы еще и насаживаться на его потрясающий длинный член, но Гарри буквально на уровне ощущений чувствовал, что проснувшемуся Скорпиусу почти наверняка не захочется заниматься сексом, учитывая, как много его было за последние дни.

А дальше связно думать оказалось просто невозможно.

Ивар застонал особенно громко, выгнулся на лопатках, прижимаясь к Гарри еще крепче и, вцепившись в его плечи, на миг замер. А затем широко распахнул глаза, торопливо впиваясь в его губы. Тугие жаркие мышцы тисками сомкнулись вокруг члена Гарри, многократно усиливая ощущения, он коротко рыкнул Ивару в губы и двинулся последний раз, начав кончать еще на полпути.

— Наверное, в прошлой жизни ты был гейшей, — чуть погодя, выдохнул Гарри. — У тебя и правда талант, — улыбнулся он, вспомнив, с какой легкостью Ивар заводил его на всю катушку.

Ивар широко улыбнулся своей невероятной улыбкой и негромко рассмеялся.

— Нет, гейши — актрисы, — покачал он головой. — А я простофиля, — признался весело. — Все чувства напоказ, душа наизнанку. На работе еще как-то умудряюсь собраться, а вот в личной жизни ничего скрыть не могу. Еще везет, что некоторые люди благословенно слепы. Как ты, например.

— Видимо, еще и тупы, — в тон отозвался Гарри, быстро прокрутив в голове маккоевские слова, но так и не поняв, что тот имеет в виду. — И чего же я не заметил? То, что ты к Скорпиусу с самого начала яйца подкатывал? Заметил. В самый первый день еще… когда ты ему мобильник всучил.

— Ну видимо, что-то не заметил, раз решил, что я могу с кем-то там втихомолку трахнуться, — пожал плечами Ивар, и глаза его больше не смеялись.

— Черт… — с сожалением вздохнул Гарри и осторожно вынул из Ивара обмякший член. — Только давай без обид. Я же не зря говорил, что отношения — это не моя стихия. Я предупреждал, — повторил он и перекатился на бок, укладываясь рядом. — Во-первых, у меня не всегда получается обличить мысли в правильные слова. А во-вторых, тут еще и мое чувство собственничества вдобавок ко всему… Но знаешь… это чувство никогда бы не пробудилось в отношении тебя, если бы до этого не зародились иные.

— Знаю, — Ивар довольно кивнул и звонко чмокнул его в губы. — Поэтому это больше приятно, чем обидно, и еще смешно чуть-чуть, — он снова улыбнулся. — Что же касается моего прошлого, то оно обыло бурным, но никчемным. Я же любопытный. На месте не сидел, путешествовал, экспериментировал. И научился, к слову, далеко не только сексу. Нахватался всякого разного, начиная от того, какой травой индейцы травят рыбу, чтобы ее потом можно было съесть, заканчивая сборкой ручной гранаты из подручных материалов. Именно поэтому после армии меня взяли в NCA — я не предоставил им ни одного стандартного ответа на вступительных тестах.

— Ну то, что ты ценное приобретение — это я уже и так понял, — улыбнулся Гарри. — А вообще, зараза ты, Ивар. Я тут почти что в признаниях в личных симпатиях распинаюсь, а ты мне про индейцев, — рассмеялся он. — Не знал бы тебя так близко, точно обиделся.

— Мой дорогой Гарри, — Ивар приподнялся на локте, — мне кажется, что в чувствах я разбираюсь куда лучше вас обоих вместе взятых. И если логику Скорпиуса вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет постичь, тебя-то я в состоянии понять и без слов, — он придвинулся ближе, складывая руки у него на груди. — Что же касается меня, тот тут совсем все просто, — еще одна сверкающая улыбка и серьезный взгляд ей вопреки. — Я влюблен по уши в вас обоих.

— А можно нескромный вопрос? — поинтересовался Гарри, вернув улыбку. — Ты же не сразу вот так взял, и влюбился. Ты же с трудом выносил одно только мое присутствие. Когда полюса поменялись?

— Это ты сейчас не про меня говоришь, а про себя, — усмехнулся Ивар. — Это ты меня с трудом выносил и ревновал Скорпиуса как безумный. А когда поменялись… — он пожал плечами. — Это же не в одночасье произошло. Или тебе нужна точная дата? — он нащупал под одеялом его руку и сжал. — Думаю, нет. Важно то, что вот сейчас происходит, а не что там когда поменялось.

— Да какие тут уж даты, — хмыкнул Гарри и сжал его руку в ответ. — Давай что ли Скорпиуса будить, раз оба мы натрахались, — предложил он после некоторого молчания и, высвободив ладонь, потянулся за отложенной в сторону палочкой. — Агуаменти, — прошептал он, направив ее Скорпиусу в лицо.

На этот раз Скорпиус не улыбнулся. Он жалобно замычал и спрятал лицо под одеяло.

— Встаю… — протянул он. — Сейчас…

— Пусть спит, — Ивар поспешно отвел руку Гарри в сторону.

Виновато взглянув на Скорпиуса, Гарри прошептал:

— Прости, — и невесомо погладил его сквозь одеяло.

Однако сам залеживаться дольше не собирался. Мужественно затаив дыхание, он рывком вынырнул из-под одеяла и принялся одевать, то и дело ёжась от зябкого воздуха.

— Завтрак, и на базу, — проговорил он и, покончив с многочисленными пуговицами на мантии, направился к съестным припасам. — Какие пожелания на завтрак? — спросил он Ивара, осматривая коробки с продуктами.

— А давай блинчики испечем? — с энтузиазмом предложил Ивар. — Там для них всё есть, только надо будет камень какой нагреть вместо сковородки. Сможешь?

— Смогу, — кивнул Гарри, решив, что Скорпиус блинчикам на завтрак будет рад. Да и не только Скорпиус. Он и сам не прочь поесть по-человечески. Не говоря уже об Иваре, который и в походных условиях толком не был. — Ищи подходящий камень.

Ивар кивнул и, встав с кровати, начал поспешно одеваться.

— В Германии пекут чудесные тонкие блинчики на пиве, — протянул мечтательно. — У нас, кстати, оно есть. Но готовить я совершенно не умею. Хотя это, наверное, не сложно…

— Если знаешь рецепт, давай попробуем сделать на пиве, — отозвался Гарри. — Я готовить-то умею, но без всяких там изысков, — сообщил он, выудив сухую заготовку для блинов.

— Знаю, но без вот этой ерунды, — Ивар поморщился, глядя на полуфабрикат. — Тем более, все продукты у нас есть.

Он перечислил стандартный набор для блинов, но молоко там напополам мешалось с пивом.

— Насколько я понимаю, пиво надо брать темное, — добавил с сомнением.

— Ивар, ты неподражаем, — рассмеялся Гарри. — Готовить не умею, но знаю, как и что делается. Да еще и полуфабрикаты ему не подходят, — улыбнулся он, но сухую смесь вернул на место. — Ты камень-то нашел?

— Нет, — вздохнул Ивар. — То есть да, но жарить на нем не получится. Но ты ведь, кажется, умеешь менять предметы… ой, — вместо камня у него в руках вдруг оказалась сковородка, и он её едва не выронил от неожиданности.

— Такая подойдет? — хрипло спросил Скорпиус, опуская палочку, и, не дожидаясь ответа, улегся обратно на подушки.

— Я думал, тебя придется будить заново, — сказал Гарри, внимательно посмотрев на Скорпиуса. — Ты сейчас сам проснулся? Или просто упорно делал вид, что спишь?

Что-то в привычном поведении Скорпиуса менялось, и Гарри надеялся, что эти перемены не просто плод его воображения и не результат случайного стечения обстоятельств. Ведь как много он бы отдал за то, чтобы Малфой ну хоть на немножечко перестал быть настолько зависим от своих зелий!

— Я, кажется, дремал, — отозвался Скорпиус и зевнул. — То есть, я вас слышал и не спал, но мозг в полную силу не работал. Кажется, это называется именно этим словом.

— Кажется? — переспросил Ивар чуть растерянно. — С тобой такого раньше не случалось?

— Нет, — покачал головой Скорпиус. Он потер глаза, а потом снова их закрыл. — И я всё еще хочу спать. Это ненормально.

— Тогда спи дальше. Если ты понадобишься, Ивар тебя разбудит, — протянул Гарри, с сомнением посмотрев на Скорпиуса. — А чувствуешь ты себя как? Не тошнит, не штормит? — он подошел к Скорпиусу и потрогал его лоб. — Жара вроде нет, — сообщил уже Ивару, встретившись с его тревожным взглядом.

— Я здоров, — успокоил его Скорпиус и потерся щекой о его руку. — Просто… — недоговорив, он снова зевнул и придвинулся к Гарри поближе.

— Просто что? — спросил Гарри, мягко проведя по его волосам, а потом и вовсе притянул к себе и заключил в объятия. И сейчас в его жесте не было ни страсти, ни вожделения, только одно нескончаемое желание позаботиться о Скорпиусе, просто посидеть, мирно убаюкивая его и шепча на ухо всякие ласковые глупости.

И как все-таки хорошо, что они с Иваром не стали его будить для их утреннего секса. Скорпиус, конечно, навряд ли отказался бы к ним присоединиться, но в этот раз он сделал бы это исключительно из стремления угодить ему, Гарри, а не по собственному желанию. Да и вообще, наверное, пришло время потихоньку отдавать в этом вопросе инициативу Скорпиусу. Не потому, что Гарри стал меньше хотеть его, а для того, чтобы вместе с Иваром они его, грубо говоря, до потери пульса не затрахали.

Ивар посмотрел на них с теплотой и сам взялся за миски.

— Я не гарантирую, что у меня получатся именно блинчики, — предупредил он весело. — Но я попробую. Только сковородку мне всё-таки разогрейте, пожалуйста.

Скорпиус взмахнул палочкой, выполняя просьбу, и прижался к Гарри, устраивая голову у него на груди.

— Я после завтрака аппарирую на базу, а затем к министру, — тихо произнес Гарри, прижимая Скорпиуса к себе. — Надо разработать, в конце концов, стратегию. Мне вся эта херня уже порядком надоела, — вздохнул он. — А вы с Иваром останьтесь здесь. Может, тебе еще удастся вздремнуть, а то вид у тебя и правда заспанный, — улыбнулся он, заглянув Скорпиусу в лицо.

— Стратегию? Без меня? — Скорпиус вздохнул и покачал головой. — Я пойду с тобой.

— Да ладно тебе, — Ивар поморщился и выбросил в корзину первый скомканный непропекшийся блин. — Он полдня будет объяснять всем то, что мы уже знаем и спорить о всякой ерунде с чинушами. Так всегда бывает. А вот когда начнется настоящее обсуждение, тогда и подключишься.

— Вот-вот, — кивнул Гарри, широко улыбнувшись. — Послушай умного маггла. Кулинар он, конечно, так себе, — протянул он, проводив взглядом испорченную лепешку, — но вот толковые советы порой дать может.

— Хорошо, — поколебавшись, согласился Скорпиус. — Но обязательно позови меня, когда я стану нужен.

— Когда станешь нужен, обязательно позову, — повторил за ним Гарри и, чмокнув Скорпиуса в висок, поднял глаза на воюющего со сковородой Маккоя. — Может, тебе все-таки помочь? А то чую мы мало того, что без завтрака останемся, так еще и пожарные на запах горелого подтянутся. Подумают, что в метро очаг опасного возгорания.

— Не надо! — выдохнул Ивар и кое-как перевалил блин на тарелку. — Кажется, ничего… — протянул, критически его рассматривая. — Толстый, правда. — Дуя на пальцы, он оторвал от блина кусочек и кинул в рот. — О, а вкусно! — констатировал удивленно. — С джемом или арахисовым маслом вообще прекрасно будет!

— Я вычитал в Интернете интересное китайское выражение, обозначающее умиление, — «мимими», — сказал Скорпиус с улыбкой. — Так вот, это оно и есть. Мимими.

— Везет тебе, Ивар, — рассмеялся Гарри. — Вот я у него никогда не вызывал «мимими». Ой, а если вспомнить, что поначалу было… — фыркнул он. — Мне едва ли не силу применять пришлось, чтобы он меня по имени начал звать. Слово «Гарри» из него клещами не вытянуть было. Все «мистер Поттер», да «есть, сэр». На каком-то этапе, я уже всерьез бояться начал, что он так ко мне всегда обращаться будет. Было такое, аврор Малфой? — спросил он, погладив Скорпиуса по плечу.

— Да, сэр! — тут же отчеканил Скорпиус и рассмеялся.

— А ты наверное никогда раньше не жарил Скорпиусу блинчики, — заявил в свою очередь Ивар. — Да и сейчас не жаришь!

— Блинчики не жарил, — согласился Гарри. — Зато кормил диетическим овощным рагу. А это, между прочим, для Скорпиуса настоящий деликатес, — сообщил он с удивлением посмотревшему на них Ивару. — И не смотри так, я сам тогда обалдел.

— Ммм, рагу-у… — мечтательно протянул Скорпиус. — Кстати, Ивар, а скажи, пожалуйста, ты планируешь накормить меня блинчиками? — поинтересовался он осторожно.

— А ты не хочешь? — спросил Ивар быстро, но потом вспомнил, с кем и о чем говорит, и поспешно поправился: — То есть, нет, конечно. Это так, для баловства. Тебе у нас есть печенье, консервированные фрукты, тушенка, галеты, рыбные консервы и пироги длительного хранения.

— Отлично! — одобрил Скорпиус. — А мистера Поттера обязательно накорми, — он лукаво посмотрел на Гарри и хмыкнул.

— Прекрати меня так называть, — нарочито серьезно произнес Гарри. — Иначе ты рискуешь разбудить во мне забытые рефлексы — прижать к стене и нагло запустить руку тебе в штаны. И не убирать ее до тех пор, пока ты снова не произнесешь мое имя. По слогам.

Скорпиус прищурился было, но потом покачал головой и отвел взгляд.

— Прости, но сейчас я не в состоянии поддержать игру, — извинился он искренне. — Но, учитывая, что ты утром уже кончил, это, наверное, не страшно? — спросил, заглядывая в глаза.

— Конечно, не страшно! — ответил за Гарри Ивар. — Тем более, что он кончил дважды.

— Тем лучше, — улыбнулся Скорпиус, возвращая голову на пригретое местечко. — Теперь мне не так страшно не поспеть за вашими аппетитами.

— У меня что, на лбу написано, что я кончил? — Гарри поинтересовался со всей искренностью. — А с тобой, Ивар, так вообще никакой конфиденциальности, — с деланной досадой фыркнул он. — Ты еще фотоотчет предоставь.

— На лбу нет, на простынях — да, — указал на очевидное Ивар. — И я не понял, какая конфиденциальность? От кого?

— Не понял, так молчи, — сказал Гарри. — Не знаю как тебе, но мне бы очень не хотелось, чтобы в этой голове, — он указал взглядом Скорпиусу на макушку, — зародились мысли о том, как за нами поспевать. И не на уровне полушутки, как это прозвучало сейчас, а на полном серьезе.

— То, что у нас разные темпераменты, я давно понял, — сказал Скорпиус, обнимая его. — И теперь это совсем не проблема, как доказывает сегодняшнее утро. А вот раньше я, признаться, немного волновался, — добавил осторожно.

— Почему молчал? — сухо спросил Гарри. — Решил довести себя до состояния «уже невмоготу»? Скорпиус, мы же с самого начала договорились с тобой проговаривать вслух то, что нам не нравится. Или что нас волнует.

— Мне все нравилось, — поспешно возразил Скорпиус. — И нравится! И никакого «невмоготу»! Но это могло создать некоторые проблемы в будущем… — он смущенно опустил глаза. — Стало бы с вероятностью шестьдесят три процента, но степень влияния на наши отношения не превышала бы сорока двух.

— Слишком высокий процент, чтобы вот так просто замалчивать проблему, — выдохнул Гарри и разомкнул объятия, медленно поднимаясь с кровати.

Он подошел к Ивару и стащил первый приготовленный блинчик. Черт возьми, когда же до Скорпиуса, наконец, дойдет, что он, Гарри, в его голову влезть не может. И мысли читать не умеет. И более того, даже не собирается, если бы и мог.

— И ты, как примерная женушка, позволил мне развлекаться на стороне, чтобы я в какой-то момент не свалил в поисках новых регулярных ощущений? — спросил Гарри, не сдержавшись.

Скорпиус сел на кровати, расправил краешек одеяла, опустив голову, и тихо ответил:

— Нет. И я не знаю, что ещё нужно сказать, чтобы тебя переубедить.

— Гарри, ну что ты в самом деле, — Ивар провел рукой по поттеровской спине. — Ты же прекрасно знаешь, что Скорпиус у нас все просчитывает, почему этот вопрос должен был стать исключением? И потом, ты так говоришь… «Развлекаться на стороне»! — он поморщился и посмотрел с обидой. — Я надеялся, что я всё-таки не «сторона», а участник отношений с некоторых пор. Но ты, похоже, так не считаешь и стыдишься своего ко мне отношения.

— Ну хоть ты из нас троих глупости не говори, — поймав взгляд Ивара, проговорил Гарри. — Конечно, ты участник. Иначе сегодня утром не было бы того разговора. И пожалуйста, не думай, что я стыжусь тебя или того, что происходит между нами троими. И между нами двоими. Это не так, — он покачал головой и проговорил скороговоркой, обернувшись к Скорпиусу. — Черт побери, я люблю тебя и не хочу, чтобы что-то тебе не давало покоя или приносило дискомфорт. А с тобой… — он снова обратился к Ивару. — С тобой мне очень хорошо. И ты мне действительно нужен. Вот… я даже это не во время секса говорю, не под влиянием гормонов, а вполне осознанно. Это чтоб у тебя впредь сомнений не возникало в моей искренности.

— Тогда объясни, пожалуйста, о чем этот разговор, — попросил Скорпиус жалобно. — Я совершенно не понимаю, что опять сделал не так.

— Всё так, — Ивар поставил сковородку, подошел к кровати и сел, обнимая Скорпиуса за плечи. — Просто у нашего Гарри такое либидо, что ему мало трахать нас с тобой в предназначенные для этого места, ему ещё нужно периодически трахать наши и свои мозги. Причем свои даже сильнее, — он хмыкнул и поцеловал Скорпиуса в шею. — А ещё он очень боится, что ты на самом деле жутко ревнуешь, но не показываешь вида.

— К тебе? — уточнил Скорпиус.

— Ко мне, — усмехнулся Ивар.

— А я должен? — Скорпиус вздохнул совсем уже с несчастным видом. — Если должен, то мне жаль, потому что я совсем не ревную. Я же могу любить всех моих сов, так почему Гарри не может любить нас обоих? И если я поглажу одну сову, другие ведь не станут обижаться и плакать. Аналогия плоская, простите, но я не знаю, как сказать понятнее, — он удрученно покачал головой. — Я тоже считаю, что если у нас получился треугольник, то он должен стремиться стать равносторонним.

И в этот момент, внимательно дослушав Скорпиуса, Гарри понял, что в чем-то Ивар был, пожалуй, и прав. Нет, Ивара он не стыдился… но и не воспринимал его как равную сторону их треугольника. Даже несмотря на то, что его отношение к Маккою изменилось в корне, он по-прежнему воспринимал Ивара своего рода инородным элементом. Хотя и весьма желанным.

Все равно во главе угла он по-прежнему ставил Скорпиуса. А Ивар… а что Ивар — их затянувшееся развлечение. Хотя сам же Гарри и чувствовал, что это давно уже не так. И возможно, да, он до сих пор ощущал некоторую долю вины, что сам разрушил их с Малфоем моногамию. Даже несмотря на то, что самому Скорпиусу это пришлось по душе.

— Я на базу, — прожевав в раздумьях еще один блинчик, в который раз за сегодняшнее утро сообщил Гарри. — Если понадобишься, я позвоню, — сказал он Скорпиусу. — Ивар, еще раз извини за «на стороне».

Бросив долгий взгляд на Скорпиуса и заботливо обнявшего его Маккоя, Гарри аппарировал с единственным желанием — как можно быстрее разобраться в своих противоречивых мыслях и ощущениях.

— По-моему, он запутался, — вздохнул Ивар. — Мне жаль.

— Это не в первый раз, — грустно ответил Скорпиус. — Я не могу понять, как мне поступать в таких случаях — говорить правду, как он просит, или говорить то, что он хотел бы услышать. Первое ты видел, чем оборачивается, а со вторым может выйти еще хуже, потому что я понятия не имею, чего он действительно хочет.

— Он хочет чувствовать, что не совершает ошибки. Хочет быть уверенным, что поступает правильно, и то, что он делает сейчас, не приведет к дальнейшему разрыву между вами, а теперь и между всеми нами, — вздохнул Ивар. — И знаешь, здесь ведь не только дело в нем самом, но и в нас тоже. Значит, мы оба что-то делаем не так, раз пошатнули его уверенность в правильности происходящего. И я тебе сейчас кое-что скажу, только ты не дуйся на меня, — чуть помолчав, продолжил он. — Ты ведь ведешь себя с ним очень отстраненно, если не сказать, холодно. Я понимаю, это для тебя нормально, — торопливо добавил он, пресекая попытки Скорпиуса возразить. — Но как ты правильно заметил, темпераменты-то у вас разные. Ему не хватает чувств. И получая их от меня, он винит себя за то, что позволяет брать это не у тебя.

— Я холоден? — переспросил Скорпиус, опуская голову. — Наверное… В мыслях я постянно к нему прикасаюсь, готов повиснуть, обвив руками и ногами, но понимаю, что делать этого нельзя. А что можно? Обнять, наверное, но всегда ли? А если он сердится? Или занят? Или не хочет? Если это объятие не к месту или не ко времени? А поцелуй? Все поцелуи до сих пор заканчивались сексом, но иногда ведь хочется и просто поцеловать, а секса не хочется. По крайней мере, мне. Мне хочется думать, что даже если у него нет желания целоваться, обниматься или еще чего, он, по крайней мере, не будет испытывать отвращение, но слишком хорошо знаю, что это такое, целоваться, когда тебе противно, — сказал он грустно и тут же вскинул голову: — Я сейчас не о тебе и не о том случае, — выпалил быстро. — Мне не было противно!

— Ох, Господи! Как же ты много думаешь! — покачал головой Ивар. — И кстати в том числе и о том, о чем вообще забыть пора, — улыбнулся он. — Я о том случае. Ну вот скажи, с чего ты решил, что я сейчас восприму твои слова про отвращение на свой счет? У меня и мыслей подобных не было… Вывод? Меньше думай за окружающих. Я понимаю, что ты гений логических цепочек и все такое в этом роде… Но Скорпиус… угомонись, — проговорил Ивар уже серьезным тоном. — Не думай о том, что Гарри неприятны твои касания. Не решай за него, что и как он должен чувствовать. Оставь это право ему. А если ему и впрямь что-то не понравится, уверен, он в силах адекватно и спокойно сказать об этом. И черт… — фыркнул он. — Неужели ты правда считаешь, что ему хочется с тобой целоваться только во время секса? Или для секса? — воскликнул Ивар. — Может, целовался бы ты с ним почаще, и поцелуи почаще заканчивались бы поцелуями. И кто-то потом не волновался бы, что за кем-то не поспеет.

— Я понял, — безжизненным голосом сказал Скорпиус. — Я постараюсь. Ведь я… — он вдруг резко замолчал и посмотрел на Ивара. Подвинулся ближе, обнял за талию и неожиданно решительно поцеловал.

Ивар довольно промычал и притянул Скорпиуса к себе поближе, углубляя поцелуй, но давая при этом понять, что настаивать на продолжении не собирается.

— Вот видишь… никто тебя в койку и не тянет, — хмыкнул он, отстранившись только тогда, когда уже распухли губы и начала кружиться голова. — И просто целоваться с тобой невероятно приятно! И знаешь что… Гарри сейчас бы обзавидовался, — улыбнулся он и весело подмигнул, поднимаясь с кровати.

— Ничего, он свое еще получит, — пообещал Скорпиус и призвал свою одежду.

Блинчики дожаривал уже Скорпиус, ловко переворачивая их взмахами палочки и на пару мгновений раскаляя сковороду почти до красна, чтобы в считанные секунды положить на тарелку готовый блин.

— Все-таки магия — это круто! — констатировал Ивар, старательно смазывая блинчики маслом. — Хоть ты этим, конечно, не наешься, но мы можем оставить немного на ужин.

— Давай, — кивнул Скорпиус. — Сделай тогда еще теста.

Не отрываясь от готовки, он методично уничтожал какие-то не слишком аппетитные на вид кексы, и к тому времени как башня из блинов возвысилась почти на полметра над тарелкой, съел их все.

— Ну вот, — констатировал, охлаждая сковородку. — Думаю, Гарри оценит.

— Да такое зрелище никого не оставит равнодушным, — рассмеялся Ивар, оглядев внушительную стопку. — А такое уж тем более… — прошептал он и, подойдя к Скорпиусу со спины, обвил его рукой поперек груди, а другой — погладил по бедру. — Что б ты знал, я очень люблю обниматься… — сообщил он и прижался теснее.

Скорпиус улыбнулся, накрыл его руку своей и взмахнул палочкой, накрывая блины Стазисом.

— Знаешь, если бы не ты, мы поссорились бы с Гарри сегодня, — сказал уверенно. — И вряд ли трахнулись, а ему ведь хотелось. И блины не пожарили бы. И он ушел бы, а я остался копаться в себе, выискивая очередную ошибку в поведении.

— Но к счастью, у нас есть я — начинающий семейный психолог, — весело сказал Ивар. — Буду направлять нас всех на путь истинный. Вскипяти воду, чаю хочется, — попросил он и разомкнул объятия.

— Ивар… — Скорпиус удержал его за руку и развернулся. — Ты только не подумай, что я хорошо к тебе отношусь только потому что ты помогаешь нам. Мне сложно описать, что я к тебе испытываю, но благодарность — это далеко не превалирующая эмоция.

— Да уж… — выдохнул Ивар и широко улыбнулся. — Много слышал признаний, но такого ни разу! За тобой записывать надо, — усмехнулся он. — Это ж надо… превалирующая эмоция!.. Я тебя обожаю, — заключил Ивар с улыбкой.

Скорпиус улыбнулся и слегка неуверенно его обнял, притягивая к себе.

— Мне хочется тебя обнимать и вообще трогать, — сказал тихо. — Никого, кроме Гарри, раньше не хотелось.

— Ну так в чем проблема? Трогай. Я весь твой, — сказал Ивар и задержал дыхание, чтобы не закричать в голос от радости. Наверное, его с какой-то стороны должно было задеть, что отношение к нему Скорпиус постоянно сравнивает с отношением к Гарри. Но Ивара, напротив, такое сравнение лишь порадовало. Если не сказать осчастливило. Потому что и не сравнение это вообще, а очередной малфревский способ выразить эмоции. — Ты меня сегодня решил побаловать признаниями? — протянул он и заглянул Скорпиусу в глаза.

— Я просто не хочу, чтобы вы оба думали, что я холоден, — вздохнул Скорпиус. — Я весь киплю на самом деле. А ещё… — он виновато улыбнулся и покосился на стол. — А ещё я очень хочу блинчик, — признался шепотом. — Хотя уже сыт. Они вышли замечательно.

— Тогда и я ухвачу один за компанию, — Ивар потянулся к неостывающей стопке блинов и снял два верхних, протянув один Скорпиусу. — Кстати, я и не думаю, что ты холоден. Когда ты был ко мне холоден, я это прекрасно запомнил. Такое не спутаешь ни с чем, — поежился он, припоминая их первый несостоявшийся поцелуй.

Скорпиус виновато улыбнулся и быстро расправился с блинчиком.

— А ведь я и правда не слишком хорошо себя чувствую, — сказал он после этого задумчиво. — Может быть, это последствия удара по голове?

— Я тебя очень прошу не пугать меня, — Ивар посмотрел на него с тревогой. — Скажи, что именно не так.

— Спать хочется, — сказал Скорпиус так, будто признавался в страшном преступлении. — Раньше я никогда не хотел спать до того как выпью зелье.

— Пойдем ляжем. Все равно у нас с тобой типа выходной, — предложил Ивар и, не дожидаясь ответа, увлек Скорпиуса на кровать.

Там Скорпиус свернулся калачиком, подтянув к груди длинные ноги и обняв подушку. Голову он, поколебавшись, пристроил сначала у Ивара на груди, но потом сполз ниже, прилипая щекой к животу.

— У меня как будто кишки бунтуют, — пожаловался тихо. — Неприятное такое ощущение, будто кто-то за них тянет.

— Тебя когда-нибудь тошнило? — с подозрением спросил Ивар.

— Тошнило? — переспросил Скорпиус. — Нет, я думаю.

— Значит, скорее всего, тошнит сейчас, — Ивар вздохнул и стал гладить его по волосам, как кота. — Такое часто бывает после ударов головой. Скорее всего, у тебя легкое сотрясение мозга.

— Потом почитаю в Интернете, что это значит, — протянул Скорпиус и закрыл глаза, подставляясь под его руки.

— Обычно прописывают постельный режим, — отозвался Ивар, продолжая гладить его по голове. — По-хорошему, надо бы тебе сделать томографию. Но где сейчас найти специалиста… Слушай, а в тех склянках, что мы из больницы вашей приволокли, есть какие-нибудь лекарства от последствий удара или сильного падения? Общего действия на организм?

— Я не медик, — вздохнул Скорпиус. — А в Интернете про зелья не прочтешь. Есть общеукрепляющее, это точно, — он достал палочку и призвал нужную склянку даже не поднимая головы. Но вот чтобы выпить её пришлось всё же сесть. — Ты сказал, что тебе делали много признаний, — сказал, ложась обратно. — То есть, у тебя уже были отношения? С одним человеком или у магглов такие, как у нас, треугольники не редкость?

— Были, — кивнул Ивар, поглаживая Скорпиуса по спине. — В моей жизни было много всего. И отношения, и разовые встречи и просто целовательные свиданки. Но в треугольнике, как у нас, — хмыкнул он, — я впервые. И надеюсь, что другие отношения мне не предстоит строить. Там, конечно, жизнь покажет, но вдруг на сей раз мне действительно повезет.

Скорпиус негромко рассмеялся, щекоча кожу дыханием.

— Целовательные свиданки, — повторил он. — Звучит забавно. У тебя, правда, почти всё звучит забавно, даже серьёзные вещи. Это, наверное, талант. Ты не напрягаешь, с тобой не страшно ошибиться. Ты об этом думал, когда звал меня гулять? О целовательных свиданках? — он поднял голову и с улыбкой посмотрел на Ивара.

— Конечно, думал. Кто б не думал, глядя на тебя, — ответил Ивар, возвращая улыбку. — Ты ж на себя только посмотри. Я вообще удивлен, как так вышло, что у тебя нет своего фан-клуба. В нашем мире ты б не знал, куда деться от ходящих по пятам поклонников.

— В моем мире аппарируют, — хмыкнул Скорпиус. — А ещё в моем мире есть всякие зелья для коррекции физических недостатков. И всякие стимуляторы роста и развития… — он рассказал Ивару, как на самом деле обзавелся такой фигурой. — Гарри, правда, говорит, что это неважно, но, возможно, это неважно только для него, — закончил чуть напряженно. — Думаю, тебе тоже нужно это знать.

— По правде говоря, мне ни холодно, ни жарко от этой информации, — проговорил Ивар, искренне удивившись появившейся напряженности в голосе Скорпиуса. — Какая разница, каким образом ты стал таким? Главное, ты такой, какой есть, — заключил он и продолжил, улыбаясь. — И даже если ты вдруг станешь сгорбленным уродцем, я все равно буду тебя любить.

Скорпиус посмотрел на него долгим внимательным взглядом и серьезно ответил:

— Когда-нибудь непременно стану. Лет через двести. И очень надеюсь, что обещание ты сдержишь.

— Если ты серьезно, то боюсь, что должен тебя огорчить. Магглы столько не живут, — покачал головой Ивар. — Так что придется поверить мне на слово, — с некоторой грустью добавил он. — Хотя если бы у меня была возможность, я бы непременно доказал тебе, что так оно и было бы, — произнес он и замолчал, осознавая полный смысл того, о чем сказал Скорпиус, да и что сам ответил. — И в сгорбленного уродца я превращусь намного раньше. А значит, что намного раньше и… — он запнулся, не решаясь проговорить вслух свои перспективы. — Ну что ж… — взяв себя в руки, продолжил он. — Это даже к лучшему. Мне не придется оплакивать вас.

Скорпиус посмотрел на него долгим и весьма выразительным взглядом.

— Сколько? — отрывисто спросил он. — Сколько вы живете?

— Лет девяносто, не больше, — пожал плечами Ивар и слабо улыбнулся. — Всё же у Поттера без магии не обошлось, я же говорил. Так выглядеть в его годы невозможно.

Скорпиус помолчал, а потом потянулся вверх, обнимая его.

— Для меня ты всегда будешь таким как сейчас, — пообещал он. — Мой мозг вполне на это способен.

— Значит, в моем распоряжении есть целых пятьдесят три года, чтобы оторваться по полной, — ответил Ивар. — Хороший стимул для долголетия. Так что выздоравливай побыстрее, — улыбнулся он, укладывая голову Скорпиуса себе на грудь.

Скорпиус улыбнулся и потерся о него щекой.

— Что мне сказать Гарри, когда он вернется? — спросил он, касаясь губами кожи. — Или ничего не говорить? Мне кажется, он чувствует себя виноватым.

— Я тоже так думаю, — кивнул Ивар. — Главное, не усугубить его чувство вины. А то опять пострадают наши мозги, — хмыкнул он. — Просто скажи, как сильно любишь его. Кстати, может, вам стоит побыть наедине? Наколдуй здесь сад, к примеру, и прогуляйтесь. Просто поговорите.

— Сад — это довольно сложно, — хмыкнул Скорпиус. — Но зато очень в твоем стиле. Думаю, если бы ты влюбился в девушку, она была бы самой счастливой женщиной на земле.

— Сложно? Я думал, что по сравнению с бассейном, в который ты превратил мою ванную, это сущие пустяки, — удивился Ивар. — Ну пусть тогда будет не сад, а шатер. Хотя стоп… какой колдовать! Тебе, наверное, не стоит перегружать себя. Давай я просто попрошу Гарри аппарировать меня к себе, а потом, когда соскучитесь — заберете меня обратно, — предложил он. — А насчет самой счастливой женщины ты мне явно льстишь. Вот влюбился я в двух мужчин, а они все равно порою весьма несчастны. Так что не такой уж я и всемогущий.

— Нет, Ивар, — решительно отказался Скорпиус. — Никуда выселять мы тебя не будем. Если нам с Гарри захочется поговорить, мы куда-нибудь аппарируем, не волнуйся. А несчастны мы порой вовсе не из-за тебя.

— Это хорошо, конечно, но дела не меняет, — Ивар вздохнул и начал гладить его по спине, аккуратно надавливая на чувствительные точки на пояснице и между лопатками. — Я хочу, чтобы ты был счастлив всегда. Ну и Гарри тоже, конечно, но он иногда делает себя несчастным сам, — он фыркнул.

— Почему же сам… — Скорпиус повернулся так, чтобы ему было удобнее. — Это всегда из-за меня.

— Кончай глупости нести, — снова фыркнул Ивар. — Если говорю сам, значит, сам. Мне-то со стороны виднее. Поверь, даже если рядом был бы кто-то другой, Гарри нашел бы, над чем заморачиваться. Ну такой он человек, ничего не поделаешь, — заключил он, скользнув пальцами выше к затылку. — Так хорошо или сильнее? — спросил он, начав мягко разминать Скорпиусу шею.

— Мм-м, сильнее, — попросил Скорпиус чуть смущенно. — Ох, теперь я понимаю, почему Гарри так понравился твой массаж…

— Да уж, что ни говори, а я молодец, — усмехнулся Ивар, припоминая, каким образом тот массаж закончился. — Я тогда постарался на славу. И были старания мои вознаграждены, — патетично закончил он, усиливая нажим на нужные точки. — А давай ты ляжешь на живот, и я тебя как следует потискаю?

— И как следует постараешься? — улыбнулся Скорпиус. Он с готовностью устроился на кровати лицом вниз. — Кстати хотел спросить, что значит слово «майор»? Это как аврор? Но я думал аналог — это агент…

— Воинское звание. Первое среди старших офицеров, — не задумываясь, ответил Ивар и оседлал малфоевские бедра. — Разве у вас все авроры равны? Ведь явно же кто-то подчиняется кому-то старшему по званию.

— Нас не так много, — Скорпиус поерзал под ним, устраиваясь, и замер, расслабляясь. — Рядовые авроры распределены по отделам, которыми командуют Старшие авроры. Старшими же аврорами командует Главный аврор — это наш Гарри. Он также отдает приказы Главному невыразимцу, это глава особого Отдела, который занимается магическими артефактами, аномалиями и вообще всем, что связано с магией. Ну и ещё в Аврорате есть я, Алан, несколько секретарей и канцелярия. У вас же намного больше народу, как я понял, и служб тоже очень много, — тут он прервался, когда Ивар нащупал особенно скованную мышцу, и застонал, когда тот её промял.

— Да, у нас гораздо сложнее всё устроено, — согласился Ивар и замер на миг, когда стон Скорпиуса прокатился по позвоночнику, отдавая в паху теплой волной. Но отмахнувшись от собственных ощущений и сконцентрировавшись только на малфоевских, продолжил массаж с невозмутимостью настоящего профессионала. — У нас очень много служб с очень четким разграничением функционала и обязанностей по уставу. Уверен, что мне стоит озвучит всю структуру NCA и подведомственных подразделений?

— Это было бы интересно, — согласился Скорпиус, — но скорее всего только для меня. Поэтому с удовольствием послушаю более занимательную для нас обоих информацию. Например, про твои отношения. Мне показалось, что ты избегаешь этой темы. Могу я узнать, почему?

— Тебе показалось, — поспешно ответил Ивар и принялся за массаж с удвоенным усердием.

И пожалуй, с ответом, поспешил он сильно — Скорпиус на миг напрягся и замер, но потом все же расслабился в под его руками.

— Просто рассказывать толком не о чем, — нехотя продолжил он. — Плакаться в жилетку не хочу, ну а было бы иначе — сам понимаешь, я бы сейчас не сидел вот так верхом на твоей заднице.

Скорпиус помолчал, а потом осторожно сказал:

— Гарри был женат. Недолго, правда. Сразу после войны. А у меня была невеста, которая расторгла помолвку за несколько дней до свадьбы, не взирая на огромный штраф и лютый родительский гнев.

— А у меня была девушка, которая избавилась от нашего ребенка несмотря на все мои мольбы не делать этого. От рядового служащего, пусть даже и перспективного, она рожать не собиралась. А мой партнер однажды заявился к нам домой в обнимку с каким-то молокососом. Я собрал свои вещи в тот же вечер, — скупо проговорил Ивар и добавил совсем тихо: — Я же говорил, ничего интересного.

— Мне интересно, — так же тихо ответил Скорпиус. — Ты хочешь детей?

— Если честно, то да. Очень, — с улыбкой ответил Ивар. — Возможно, когда-нибудь я и обзаведусь карапузом. Правда, придется няньку искать, что смогла бы смотреть за ним, если понадобится, сутками. На работе порой приходится безвылазно прозябать. А ты? Хотел бы ребенка? Хотя тебе, конечно, думать об этом рановато еще.

— Я хотел бы ребенка, при условии, что он был бы нормальным человеком, — быстро сказал Скорпиус. — Не готов обречь своего сына или дочь на то, что пришлось пережить мне.

— Это ты просто пока не хочешь, — рассудил Ивар. — А как захочешь — вот прям сильно-сильно — тогда поймешь, что вместе вы все преодолеете. И не спорь со мной сейчас, лет через десять поговорим. Уверен, ты изменишь свое отношение к отцовству.

— Даже если изменю, это не важно, — заметил Скорпиус и охнул, когда Ивар прошелся по позвоночнику ладонями, что-то с хрустом вставляя на место. — Если кто-то из нас троих и заведет детей, то это будете ты или Гарри. И мне этого будет вполне достаточно.

— Зря ты на себе крест ставишь, — вздохнул Ивар. — Если хочешь знать мое мнение, то ты просто обязан дать миру продолжение себя. Но решать, естественно, только тебе. Не больно? — спросил он, повторив ладонями маневр.

— Если таких, как я станет много, мир необратимо изменится, и я понятия не имею, в какую сторону, — заметил Скорпиус, выгибаясь под его руками. — Мне не больно, — добавил мягко. — Мне хорошо. Можно даже пожестче, если ты еще не устал.

— Не устал, — отозвался Ивар. — Если таких, как ты станет много, этот мир станет гораздо лучше, — выдохнул он и, не удержавшись, легонько поцеловал Скорпиуса в затылок. Впрочем, к своему основному занятию он тут же вернулся.

Скорпиус позволил ему закончить с поясницей, а потом осторожно повернулся на спину и взял его за руки, переплетая пальцы.

— Ты правда так думаешь? — спросил, заглядывая в глаза. — Что раса счетных машинок — это то, что нужно?

— Я правда так думаю, — кивнул Ивар. — Правда, я вижу ситуацию несколько иначе. Прежде всего я вижу в тебе человека, способного протянуть руку помощи, не дожидаясь, когда тебя об этом попросят. Я вижу человека, способного неординарно мыслить. Человека, способного самозабвенно любить и ничего не требовать взамен. И наконец, я вижу мальчишку, который в свои двадцать до сих пор считает себя ненормальным. И только потому, что рядом с ним не было таких же, как он.

Скорпиус не ответил, надолго зависнув, но, видимо, так и не сумев выбрать правильный вариант. Или всё-таки сумев… Потому что отмерев, он потянул Ивара на себя и пылко поцеловал.

Пожалуй, Ивар начал понимать, почему все поцелуи с Гарри у Скорпиуса заканчивались сексом — целовал Скорпиус так, что и у лежащего в коме встал бы. А уж у Ивара, сидящего на нем верхом, от накатившего возбуждения уже дрожали ноги и кружилась голова.

И хотя малфоевские поцелуи в новинку для Ивара не были, так близко, так интимно, они целовались впервые. И Ивар ни за какие радости жизни не решился бы разрушить этот момент, если бы не болезненно упершийся головкой прямо в ширинку член.

— Не знаю, как тебе, но мне перерыв жизненно необходим, — оторвавшись от распухших губ, хрипло проговорил Ивар, изо всех сил игнорируя собственное возбуждение. Потому что еще недавно, видя Скорпиуса не в самом лучшем состоянии, он и помыслить не мог даже заикнуться о сексе.

— Ты ведь совсем недавно занимался сексом, — Скорпиус усмехнулся и провел рукой по его паху. — Все-таки вы с Гарри меня поражаете.

— И кто на нас так влияет? — выдохнул Ивар. — По-моему вывод просто сам собой напрашивается, — проговорил хрипло и замер, борясь с нарастающим желанием вжаться в Скорпиуса посильнее.

— Я спал, — справедливо возразил Скорпиус. — И повлиять на вас никак не мог.

— Совершенно верно, — не растерялся Ивар. — То было утро, сам понимаешь. Зато сейчас феномен утренней эрекции совсем не причем, — рассудил он и все-таки толкнулся бедрами в малфоевский пах, то ли простонав, то ли промычав нечто невразумительное.

— То есть, это феномен утренней эрекции заставил Гарри кончить два раза? — насмешливо уточнил Скорпиус. Он положил руки Ивару на бедра и приподнял свои, потираясь о его пах твердеющим членом.

— На то он и феномен, — кивнул Ивар, плавно двинув бедрами вперед. — Сам понимаешь, вещь необъяснимая, — он перевел дыхание и пылко поцеловал Скорпиуса в губы.

Скорпиус ответил ему почти так же, без скованности и заминок. Ивар все пытался уловить признаки того, что ему плохо или что-то не нравится, но Скорпиус был расслаблен, отзывчив и уже весьма возбужден. И было совсем не похоже, что ему приходится себя перебарывать. И все же Ивар едва не подпрыгнул от удивления, почувствовав, что длинные ловкие пальцы аккуратно расстегивают на нем брюки.

Тихо простонав от предвкушения, Ивар зажмурился, отдавая инициативу в руки Скорпиусу. Впрочем, в следующую секунду в его руках оказалась не только инициатива, но и нетерпеливо запульсировавший маккоевский член.

— Если в наших планах нет пункта «кончить за две фрикции», руку лучше убрать, — прошептал Ивар в распухшие губы и крупно вздрогнул всем телом.

Скорпиус тут же послушался и потянулся за палочкой. Оказавшись без одежды, Ивар в который раз порадовался, что его партнеры обладают таким чудесным умением, и с восторгом потерся о дрогнувший малфоевский член.

— А смазать можешь? — попросил он, высоко привставая — чтобы сесть на огромный член сверху, просто приподняться на коленях было мало.

Ивар подсознательно ждал снова какого-то сверхпроявления волшебства, поэтому слегка удивился, когда Скорпиус просто призвал баночку со смазкой. Быстро открутив крышку, Скорпиус зачерпнул пальцами так много смазки, что она потекла по ладони, затем по руке и крупной каплей упала ему на живот.

Наверное, Скорпиус все же говорил правду, что весь пылает несмотря на внешнее спокойствие. Потому что даже сейчас на практически бесстрастном лице не было никакого вихря эмоций, но зато тот факт, что Малфой математически не рассчитал необходимое количество геля, а набрал его вот так, не задумываясь, говорил о многом — Скорпиус горел от нетерпения.

Горел и Ивар. Не дожидаясь, пока Скорпиус закончит смазывать свой член, влез рукой в баночку, а затем провел пальцами меж своих ягодиц. А в следующий миг, накрыв руку на члене Скорпиуса своей, направил смазанный член к своему анусу, легко и плавно принимая его в себя.

— Вот для этого и нужны генеральные репетиции, — с довольной улыбкой прошептал Ивар и уселся на Скорпиуса полностью.

Скорпиус закусил губу и сжал пальцами его ягодицы. Прошептал что-то, и Ивар почувствовал себя практически невесомым.

— Не говори так, — выдохнул он, приподнимая его вверх и плавно опуская обратно. — Будто у вас с Гарри все понарошку. Только потому, что я сплю.

— А давай позанудствуем чуточку позже, ладно? — выдохнул Ивар и протяжно простонал, когда длинный член проехался по простате. Причем происходило это бесконечно долго, тянуще и мучительно сладко.

— Ладно, — отрывисто согласился Скорпиус и стал ритмично поднимать и опускать его, пока не задрожали руки. Тогда Ивар отцепил его пальцы от своей задницы, перепелел их со своими и стал насаживаться на член сам, используя руки Скорпиуса как опору. Получалось это у него очень ладно, и скоро Скорпиус негромко застонал, поддавая вверх бедрами. Мощный толчок сбил Ивара с ритма, а второй такой же вырвал длинный стон, но потом, когда толчки стали ритмичными, он к ним приспособился.

— Боже, да! — простонал он, когда его стало кидать то в жар, то в холод в зависимости от движения члена внутри.

Поспешно освободив одну руку, он стиснул пальцами собственный член у основания, как можно дольше оттягивая стремительную развязку.

Но, похоже, спохватился он слишком поздно — в паху стало нестерпимо горячо и тяжело, и даже зажатый в плотном кольце пальцев член болезненно запульсировал и стал тверже. А затем белая струя спермы помимо воли брызнула Скорпиусу на живот, принося наслаждение и легкость, а следом укол разочарования.

— Ну вот… столько раз мечтал так сделать, а самого и на десять минут не хватило, — проговорил Ивар и, переведя дыхание, снова начал двигаться, решив во что бы то ни стало дать Скорпиусу заслуженное удовольствие.

Как ни странно, его усилия увенчались успехом почти сразу — Скорпиус будто только этого и ждал, чтобы сбиться с ритма, а потом и вовсе замереть, выгнувшись под Иваром и мелко дрожа. Кончая, он протяжно застонал, до боли стиснул руки Ивара и наконец судорожно втянул воздух в опустевшие легкие, расслабляясь.

Ивар знал, что где-то глубоко внутри малфоевский член излился спермой и слегка сожалел, что не почувствовал — так далеко от входа уже не было нервных окончаний, способных уловить жар ударившей в стенки струи.

Решив дождаться, пока член внутри уменьшится в размерах, Ивар просидел неподвижно несколько долгих секунд, а потом лег грудью на грудь Скорпиуса, умиротворенно вслушиваясь в колотящееся сердце.

Наверное, они пролежали так не одну минуту, потому что сперма между их животами начала подсыхать, стягивая кожу, а член Скорпиуса больше не давил на чувствительные стенки.

Набрав в легкие воздух, Ивар приподнялся и на счет раз-два-три слез с обмякшего члена.

— Вот теперь можно и позанудствовать, — улыбнулся он, укладываясь на простынях под боком у Скорпиуса.

Прежде чем что-то сказать, Скорпиус тщательно их почистил.

— Не хочу, — шепнул он, кладя голову Ивару на плечо. — Я и так знаю, что на самом деле вы друг друга любите.

— О, у нас налицо одна из аксиом хорошего оргазма. Позитивное и правильное мышление, — фыркнул он и поцеловал Скорпиуса в висок. Затем провел пальцем по его сухим губам, коснулся щеки и прижался к Скорпиусу теснее. — До сих не верится, что все происходит на самом деле, — тихо прошептал он, глядя куда вдаль. — Больше всего на свете я теперь боюсь проснуться и осознать, что это всего лишь сон.

— Я бы был не прочь проснуться и осознать, что вся эта катавасия с насекомыми — сон, а ты — нет, — отозвался Скорпиус. — Но так не может быть, ведь именно из-за них мы познакомились.

— Из-за этих чертовых насекомых мы с Гарри едва не потеряли тебя, — проговорил Ивар глухо. — Как ты себя кстати чувствуешь? — спохватился он, заглянув Скорпиусу в глаза.

— Лучше, но не больше, чем на двенадцать процентов, — Скорпиус потерся об него носом и придвинулся ближе, обнимая поперек груди. — А спать хочется так, что я, наверное, все-таки усну сейчас, — добавил, закрыв глаза.

— Спи, — выдохнул Ивар, запустив пальцы Скорпиусу в волосы и мягко поглаживая его по голове. — Если вдруг Гарри даст о себе знать, я разбужу, не волнуйся, — пообещал он, очень надеясь, что малфоевская сонливость вызвана сейчас хотя бы отчасти недавним оргазмом, а не только последствиями удара в голову.

Но когда Гарри вернулся через несколько часов, Ивар приложил палец к губам и тихонечко спросил, крепче обнимая спящего Скорпиуса:

— Он сильно нужен?

— Он вообще там не нужен, — фыркнул Гарри, раздраженно расстегивая на мантии мелкие пуговицы. — Во всяком случае, пока у некоторых из Визенгамота мозги на место не встанут, — добавил со злостью, однако оглядев Ивара и свернувшегося рядом с ним калачиком Скорпиуса, мягко улыбнулся. Но ненадолго — теплота в глазах сменилась тревогой. — Он пил зелья или сам отрубился?

— Сам. Я, правда, слегка помог одним чудодейственным оргазмом… — Ивар внимательно посмотрел на Гарри, явно опасаясь, как тот воспримет новость.

— Да уж догадался, — ровно произнес он, красноречиво посмотрев на выглядывающий из-под одеяла голый торс Скорпиуса. — Ну и чего ты притих? Думаешь, убивать начну? — усмехнулся он.

— Ну мало ли, — Ивар пожал плечами и откинул одеяло. — Пойдешь к нам? Я так понимаю, новостей нет?

— Вразумительных — нет, — ответил Гарри и, стянув мантию, лег рядом с Иваром, с блаженством вытягиваясь на кровати. — А тебе давно пора понять, что ты занял прочное место в моей жизни, и жизни нашего спящего сурка. А своих мы не трогаем, — улыбнулся он и посмотрел Ивару в глаза. — Хотя вынужден признать, что мои утренние высказывания уверенности в этом тебе не прибавили.

— За сурка сейчас в глаз получишь, — мрачно пообещал Ивар. — И за утреннее тоже, чтобы два раза не вставать. Я Скорпиуса три часа потом успокаивал.

— И чем тебе так сурок не нравится? Вполне милый зверь, — улыбнулся Гарри. — Пушистый. А насчет утра… — продолжил уже серьезно. — Да, был неправ. Стоило извиниться убедительнее. Перед вами обоими. Но в свое оправдание могу сказать одно. Я знал, что Скорпиуса оставляю в надежных руках. Не было бы рядом тебя, хрен бы я отправился на совещание, так и не загладив перед ним свою вину.

— Не надо извиняться, — вздохнул Ивар. — Просто перестань подозревать Скорпиуса невесть в чем. Он хоть и особенный, но просто человек. Уверен, ревновал бы он тебя точно так же как все люди, и это было бы заметно.

— Поверь, однажды это было очень заметно. Он моего бывшего любовника чуть обратно в камин не запихнул, — хмыкнул Гарри, вспомнив Патрика. — Да так отбрил, что тот даже и не появлялся больше, — добавил он и замолчал, задумавшись над тем, жив ли Патрик и все ли с ним в порядке. И хотя особых чувств Гарри к этому человеку не питал, но в душе он надеялся, что с непутевым парнем ничего дурного не случилось. — А с тобой все иначе. Либо он тщательно скрывает свою ревность, либо же действительно не ревнует. Что было бы к лучшему… Понимаешь, Ивар, ведь это именно я спровоцировал нашу с тобой связь. Я ничуть не жалею, но очень боюсь, чтобы это не причиняло боль ему, — он кивнул на Скорпиуса и притих, уставившись в потолок.

— У нас был секс сегодня, — ответил Ивар, казалось бы невпопад. — Хороший чувственный секс. И он сам первым снял с меня штаны. Почему-то я уверен, что этого не было бы, если бы ему было больно. И еще я уверен, что при всех его способностях так играть довольного жизнью человека все это время просто невозможно.

— Значит, я могу только радоваться, что на сей раз оказался неправ, — заключил Гарри. — И я очень рад твоему присутствию. Но твое появление усложнило и без того сложное. Ты просто не представляешь, сколько разных заморочек жило в голове у Скорпиуса. И тут раз — и будто по щелчку он начинает относиться к жизни просто. Причем настолько, что это едва ли не легкомысленностью отдает. И хотя этим переменам я тоже рад, они меня все же удивляют. Я никак не могу к ним привыкнуть.

— Ну что я могу сказать… Наш мальчик растет, — Ивар улыбнулся и продолжил уже серьёзно: — Ты не забывай, это нам чтобы переосмыслить что-то могут понадобиться годы. Ему же достаточно пары минут. И к тому же мне кажется, что большинство его заморочек было связано в первую очередь с тобой. Разделив ответственность за твое счастье со мной, он расслабился.

— Угу, со мной… — буркнул Гарри, продолжая заниматься изучением потолка и приходя к выводу, что Ивар с его каким-то особенно тонким чутьем человеческих душ в который раз оказался прав. — Порою мне кажется, что у тебя вот-вот и крылья вырастут, — чуть погодя, улыбнулся Гарри. — Признавайся, тебя за какую провинность откомандировали к нам, на землю грешную?

Ивар рассмеялся и потерся о его плечо щекой.

— Так потому что грешен, потому и сослали, — фыркнул он. — Сказали, что им в Рае такого счастья не надо, пусть лучше я пользу принесу со своей любвеобильностью.

— Вот и хорошо, что им не нужно, — рассмеялся Гарри в ответ. — Зато нужно нам. Причем очень, — добавил он и без плавного перехода продолжил: — Мерлин, как же я за сегодня устал. Уже сил никаких нет, — пожаловался он. — Ивар, вот скажи… может, я что не понимаю. Но сколько можно занимать выжидательную позицию и надеяться, что проблема сама собой рассосется? Я про вторжение, — пояснил он.

— А что мы можем сделать? — Ивар враз посерьезнел. — У нас есть ты, Скорпиус и целый оружейный склад, но пока что это ничерта нам не дало. Мы не можем рисковать понапрасну.

— Рисковать не стоит. Но и прятаться вечно нельзя. В конечном счете нас найдут и перебьют, как котят, — покачал головой Гарри и вопреки тону беседы улыбнулся маккоевским «мы» и «у нас». Видимо, случись что неприятное между магглами и волшебным миром, перед Иваром уже не будет стоять проблема, чью же выбрать сторону. И подобное Гарри было не просто приятно — он был этому рад.

— Вечно — нет, — согласился Ивар. — Но следующую вылазку мы продумаем уже со всей тщательностью и непременным анализом от Скорпиуса. Вот только… — он прижал к себе Малфоя покрепче и понизил голос. — Он ведь не просто так уснул. По-моему, у него сотрясение. Его тошнило, болела голова и очень хотелось спать.

— Черт, — выругался Гарри. — Так я и думал… ну не мог тот удар пройти без последствий, — озабоченно проговорил он. — Я этих насекомых, да и тех, кто за ними стоит голыми руками растерзаю, если с ним что случится, — сообщил он сквозь стиснутые зубы. — А он пусть спит, пока сам не проснется. Будем диагностическими чарами его состояние отслеживать.

— Тогда наколдуй чары эти, — попросил Ивар. — Уж больно я переживаю. Хотя бил аккуратно и правильно.

Гарри кивнул и молча поднялся с кровати, стараясь ничем не выдать волнения, пока искал палочку Скорпиуса. К счастью, нашлась она быстро, и Гарри, снова вернувшись к мирно лежащему Скорпиусу, направил на него заклинание.

— Вроде ничего страшного, — прошептал он. — Дыхание, давление, сердце в норме. Опухолей, гематом нет. Правда, мне было бы легче все же работать со своей палочкой.

— Жаль, что с ней так случилось, — вздохнул Ивар. — Но тут уже ничего не поделаешь. Замени меня, — он осторожно вытащил из-под Скорпиуса руку. — Я поесть приготовлю. Скорпиус теперь, наверное, только утром проснется?

— Скорпиус может и через несколько дней проснуться, — ответил Гарри, занимая место Ивара. — Он как-то рассказывал, что проспал несколько суток подряд. А что ты готовить будешь? — хмыкнул он. — Без помощи-то магии?

— Мое коронное блюдо! — Ивар приосанился и с чувством продекламировал: — Только сегодня и только у нас блюдо от знаменитого шеф-повара Ивара Маккоя… Там-та-да-дам! — он постучал ладонями по столу. — Замечательные, непревзойденные, шикарные «бутерброды с колбасой»!

Гарри рассмеялся от души и, переведя дыхание, спросил:

— Не будет ли так любезен господин повар подать свое блюдо прямо гурману в постель? Гурман обещает очистить все от хлебных крошек.

— Конечно-конечно, любой каприз за ваши деньги, — усмехнулся Ивар. — Тебе сколько? А хотя не важно. Я порежу, а там сколько съедим.

Конечно, он не только порезал хлеб и колбасу — к ним добавились еще и сыр, огурцы, какой-то соус и даже слегка подвядший, но вполне съедобный салат. Получились настоящие и вполне аппетитные сэндвичи, которые прекрасно пошли с апельсиновым соком вместо чая.

И хотя Гарри вполне наелся, взгляд оторвать от довольно высокой стопки укутанных заклинанием блинчиков он не мог.

— Ивар, а если я попрошу тебя еще кое о чем, тебя это сильно напряжет? — стараясь улыбнуться как можно обворожительнее, спросил Гарри.

— Опять минет? — притворно ужаснулся Ивар. — Ну ты ненасытен, однако! А если ты про блинчики, то забудь, их будем есть, когда Скорпиус проснется… Ну или завтра в любом случае.

— Во-первых, кто бы говорил о ненасытности, — искренне возмутился Гарри, переведя взгляд на голого Скорпиуса. — А во-вторых, будешь сам ему объяснять, почему то, что он готовил осталось нетронутым. А я с удовольствием посмотрю на этот спектакль, — хмыкнул он и добавил. — Страсть как люблю триллеры.

Ивар поморщился, а потом и вовсе показал ему язык.

— Эгоист! — припечатал, преувеличенно тяжело поднимаясь с кровати, подкрепляя свои «страдания» тяжким оханьем. Однако возвращаясь с тарелкой, полной блинов, он не забыл и поднос с вареньем, арахисовым маслом и сгущенкой. — Держи и только попробуй мне еще сказать, что я какая-то там сторона, — заявил он, опуская поднос Поттеру на колени. — Сгущенку буду лить сразу на голову.

— Ну всё… Одно неосторожно брошенное слово, и именно его будут припоминать в день по сто раз до самой гробовой доски, — фыркнул Гарри, обмакнув блинчик в сгущенку и тут же отправив его в рот. И быстро прожевав, посмотрел на Ивара долго и внимательно, а затем притянул его к себе, поцеловав в висок. — Еще раз прости, — прошептал он и обнял Ивара крепче.

Ивар серьезно на него посмотрел и так же серьезно кивнул, а потом лучезарно улыбнулся — так, как мог улыбаться только он, — и тоже потянулся за блинчиком.

Глава 15

— Мало что понимаю… — озадаченно проговорил Гарри, проведя над Скорпиусом палочкой в третий раз. — Изменений в худшую сторону нет. Вообще никаких изменений нет. Но почему он все еще спит?

— Спроси что-нибудь полегче, — процедил Ивар, стараясь не сбить дыхание. Он так нервничал последние тридцать часов, что уже четвертый раз устраивал полноценную тренировку, сейчас как раз был очередной сет отжиманий. Гарри присоединялся к нему дважды, но потом решил, что силы ему еще понадобятся, когда Скорпиус проснется. — Ты уверен, что его не нужно разбудить? — спросил в тысячный, не меньше, раз.

— Черт… я не знаю. Следуя логике и медицинским назначениям, пациента в случае сотрясения лучше не будить. Но применимо ли это к Скорпиусу также, как к обычному человеку? — спросил Гарри скорее сам себя, нежели Ивара. — Признаться, я сам начинаю переживать, как этот затяжной сон не дай Мерлин чем посерьезней не обернулся, — он покачал головой, даже боясь вслух произнести слово, что могло стать страшным приговором.

Решив не волновать Ивара, Гарри ни разу не заикнулся о том, что на самом деле творилось у него на душе. Но вот только с каждой минутой в голове все отчетливее пульсировало одно слово — кома.

— Давай спросим у его матери? — предложил Ивар. — Может быть, она что-то подобное делала?

— Да… — кивнул Гарри. — Пожалуй неплохая идея… Вот только она непременно захочет увидеть его, а аппарировать с ним я бы не рисковал. Но и ее приводить сюда нельзя. Разве что под честное слово не появляться здесь самостоятельно и с Обливиэйтом напоследок для гарантии.

— А просто запретить нельзя? — с сомнением посмотрел на него Ивар. Он завел левую руку за спину и теперь отчаянно пыхтел, отжимаясь на одной правой. К его чести, получалось это у него вполне непринужденно, и даже беспокойство за Скорпиуса не помешало Гарри следить за ним с огромным интересом.

— Можно, конечно, — хмыкнул Гарри. — Вот только сильно сомневаюсь, что для беспокоящейся о сыне матери простой запрет действительно станет преградой. Какое бы мнение у тебя не сложилось об Астории, но своего сына она действительно любит. И очень крепкой любовью.

— Поверю на слово, — фыркнул Ивар и сел прямо на пол, сложив ноги по-турецки. — Я сейчас с ума сойду! — признался, запуская пальцы в волосы. — Если к вечеру не проснется — точно разбудим! — заявил безапелляционно. — А пока давай еды приготовим, что ли? И дело будет, и Скорпиуса потом все равно кормить.

Он с тоской посмотрел на кровать и вдруг весь подался вперед.

— Гарри, — позвал почему-то шепотом. — Это ты ему руку на грудь положил?

— Нет, — ответил Гарри и, посмотрев на Скорпиуса, выдохнул с облегчением. — Давай готовить. Думаю, скоро он откроет глаза, — и улыбнулся, искренне надеясь, что его опасения так и останутся плодом его воображения.

— Я уже три дня твержу себе эти слова, а он все не открывает и не открывает, — вздохнул Ивар. Он поднялся и пересел на кровать. — Ну просыпайся же, — попросил жалобно, беря Скорпиуса за руку и прижимая ей тыльной стороной ладони к губам.

И вздрогнул, когда Скорпиус вдруг застонал.

— Еще немножко, — промычал он. — Сейчас встаю…

Гарри подошел к кровати и присел на корточки, прошептав Скорпиусу на ухо:

— Просыпайся, — он погладил его по волосам и очертил пальцем сухие губы. — Мы очень соскучились по тебе.

— Сейча-а-ас… — протянул Скорпиус и, отчаянно моргая, посмотрел на него. Потом протер глаза и с удивлением провел ладонью по щеке. — Сколько я проспал? — спросил быстро.

— Чуть больше трех дней, — ответил Ивар с широченной улыбкой. Он залез на кровать с ногами и порывисто обнял Скорпиуса.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Гарри, не сдерживая счастливой и в то же время усталой улыбки. А затем взял его руку и прижал теплую ладонь к своим губам. — Есть хочешь?

— Да, немного, — Скорпиус с удивлением прислушался к себе. — Действительно немного, — повторил с изумлением. — Совсем не так, как обычно!

— Раз немного, то как насчет моего фирменного рагу? — спросил Гарри и улыбнулся, зная, что от этого блюда Скорпиус ни за что не откажется.

— Погоди с рагу, — вмешался Ивар. — То есть, ты хочешь сказать, что не готов съесть слона? — спросил настороженно.

— Чаю бы… — растерянно сказал Скорпиус. — И тарелочку рагу.

— Сейчас приготовлю, — пообещал Гарри и перед тем, как подняться на ноги, поцеловал Скорпиуса медленно, почти лениво и нежно.

Затем перевел взгляд на обеспокоенного Ивара и чуть улыбнулся.

— Все будет хорошо, — прошептал ему Гарри. — Не волнуйся. Сам посмотри, выглядит он хорошо и совсем не болезненно.

— Я чувствую себя отдохнувшим и полным сил, — поделился ощущениями Скорпиус. — Как будто накопил наконец какой-то ресурс энергии, который питает мозг. Но, боюсь, это ненадолго… Есть какие-нибудь новости? — резко сменил он тон. — Три дня — это слишком! Нужно было разбудить меня намного раньше!

— Нужно, — согласился Гарри и тут же добавил: — Если бы в этом был хоть какой-нибудь смысл. Министр медлит с решениями. То ли малодушно идя на поводу у членов Визенгамота, то ли попросту желая переложить ответственность на их плечи, — поделился он и направил палочку Скорпиуса на их импровизированную сковородку, разогревая ее. — В министерских запасах даже не нашлось для меня запасной палочки. И вразумительных объяснений этому не нашлось. А по сему следует, что министр медлит намеренно.

— Мне нужно с ними поговорить, — Скорпиус отбросил одеяло и резко встал. — Но сначала подберем тебе палочку. Нужно было сделать это раньше, но я надеялся, что министр сумеет решить этот вопрос. Отец, правда, взбесится, но можно ему не говорить.

— Что ты задумал? — спросил Гарри. — Где ты решил найти мне палочку и причем здесь Драко? Думаешь, палочки Люциуса и Нарциссы уцелели?

— Даже если уцелели, тебе они вряд ли подойдут, — покачал головой Скорпиус, одеваясь. — Но вот одна из двухсот тридцати одной палочки Хранилища тебе должна подойти. Там хранятся палочки всех членов моей семьи со времен Основателя.

— В мэноре хранятся двести с лишним палочек, а в Аврорате и понятия об этом не имеют, — выдохнул Гарри, глубоко пораженный этим фактом. — Вы же при желании целое подразделение вооружить можете. Погоди, — продолжил он. — Тогда почему твоя семья не воспользовалась ни одной, когда твои дед и отец остались без палочек? Во время войны? — пояснил он и посмотрел на Скорпиуса, ожидая ответ.

— Чтобы об этом запасе узнал Волдеморт? — скептически посмотрел на него Скорпиус. — Вопреки тому, что написано в учебниках, мой дед был не настолько ему предан.

— Может, расскажете подробнее про эту вашу войну? — поинтересовался Ивар, внимательно прислушиваясь. — Потому что у меня сейчас создалось впечатление, что твоя семья, Скорпиус, играла вовсе не за хороших.

— Пусть Скорпиус расскажет, — сказал Гарри, не став комментировать слова Скорпиуса о более чем лояльном отношении его деда к Волдеморту и его идеям. — Я, признаться, не особенно люблю вспоминать то время, — выдохнул он и принялся очищать заклинаниями овощи для рагу. — В этой войне я потерял многих, кто был мне очень дорог, — объяснил он свое нежелание развивать эту тему. Да и говорить Ивару, мол, о да, ты попал как раз в точку, едва ли было красиво по отношению к Скорпиусу.

Пока он готовил рагу, Скорпиус быстро, но довольно подробно и, конечно, весьма занудно рассказал Ивару историю, известную любому магу. Не смотря на занудство, Ивар слушал с жадностью и иногда поглядывал на Гарри со странной смесью восхищения и жалости.

— Кажется, я теперь многое понял… — протянул он, когда Скорпиус закончил. — То есть, той, Бузинной палочкой мог пользоваться любой? А с другими что? Нужно делать на заказ?

— Не совсем, — улыбнулся Гарри. — Мастера обычно изготавливают палочки и складируют их в своих лавках. А потом приходит волшебник и начинает перебирать одну за другой, пока какая-нибудь палочка сама не выберет его. Сегодня посмотришь, как это происходит. Тебе будет интересно, — он обернулся к Ивару и улыбнулся, вспомнив себя одиннадцатилетнего в лавке Оливандера. — Во всяком случае, я очень надеюсь на то, что какая-нибудь из двухсот все же заискрит в моих руках.

— Статистически это более чем вероятно, — обнадежил его Скорпиус. — Но я не понимаю, почему медлит министр. Твари появлялись?

— Нет, притаились и ни слуху от ни духу, — покачал головой Ивар. — Я следил за монитором, просматривал записи и шерстил Интернет. Ничего.

— У меня есть пара идей, — загадочно сказал Скорпиус, но не стал расшифровывать. — И я кажется начинаю хотеть есть… — добавил виновато.

— Десять минут, и рагу будет готово. Могу быстро нарезать бутерброды, — произнес Гарри, торопливо высыпав уже порезанные овощи на сковороду. — И, может, все-таки поделишься соображениями? — спросил он, помешивая будущий малфоевский завтрак.

— Прежде всего нужно показать маггловским специалистам ту штуку, что я достал из одной из жертв, — Скорпиус вскипятил воду в нескольких кружках и бросил в них пакетики с чаем. — А потом отослать на экспертизу кусок паутины. Мы сможем это устроить? — он вопросительно посмотрел на Ивара.

— Думаю, да, — отозвался тот, слегка нахмурившись. — А что за штука?

— Ох, прости, — Скорпиус смутился, — надо было тебе давно рассказать.

Он объяснил про то, как начиналось их расследование и взмахнул палочкой, призывая из кармана мантии «артефакт», но вместо того, чтобы показать его Ивару, напрягся и метнулся к лежащему на тумбочке у кровати АйДжампу.

— Рябь, — сказал он так, будто это объясняло его странное поведение, и включил АйДжамп. — Смотрите! — вскрикнул возбужденно, поднося запечатанный пакетик.

Действительно, на несвойственное экрану мельтешение не обратил бы внимания, пожалуй, только слепой. Но что это могло означать, и к чему вел Скорпиус, Гарри понять пока что не мог.

— Ну и что дальше? — поспешно спросил он, прерывая затянувшееся молчание. — Или… неужели обе эти технологии родственны? — закончил, не веря собственной внезапной догадке. — Но как?..

— А очень просто, — Ивар внимательно осмотрел и АйДжамп, и вытащенный у «похищенного» шарик. — Не знаю как насчет технологий, правда, но сигнал из этого жучка идет вполне себе наш, земной. А это значит, его вполне можно перехватить и расшифровать.

— Значит, нужно немедленно этим заняться! — Скорпиус возбужденно вскочил на ноги. — В каком магазине можно найти аппаратуру?

— В магазине не найдешь, — покачал головой Ивар, сдерживая улыбку. — Но если связаться с Роу, то вполне возможно, что нужная нам техника к вечеру окажется у меня в кабинете.

— Рагу готово, — оповестил Гарри, выкладывая блюдо на тарелку. — Уверен, что больше ничего не хочешь? — Скорпиуса он спросил скорее машинально, потому что все его внимание сейчас было нацелено на неожиданную зацепку. — Значит, свяжись с ним, — он повернулся к Ивару и продолжил: — Прямо сейчас. Проси, умоляй, скажи, что мы угрожаем тебе пытками — делай, что хочешь, но выжми из него нужную технику. И специалиста, способного декодировать сигнал.

— Уверен, лучший специалист, которого можно представить, у нас есть, — улыбнулся Ивар, тепло глянув на Скорпиуса. — Там же фактически те же цифры. — Что касается аппаратуры, то может быть и не придется привлекать Роу… — он достал мобильник и надолго засел за переговоры.

Скорпиус и Гарри успели позавтракать, выпить чай и заварить еще по кружке, а Ивар все говорил и говорил по телефону, то и дело набирая все новые номера.

— Через час будет техника, — заявил он наконец. — Только мне нужно за ней съездить. Сможете аппарировать меня в машину?

Гарри кивнул и довольно улыбнулся. Что ни говори, а Ивар просто молодец. То, с какой цепкостью и деловой хваткой он мог решать поставленные задачи, заслуживало самых громких оваций.

— Мы можем и поехать с тобой, если хочешь, — ответил Гарри. — Только поешь сначала. Голодные обмороки нам ни к чему.

— Прости, но лучше будет, если я поеду один, — покачал головой Ивар. — Аппаратуру мне подгонят не самые честные люди, их наверняка насторожат двое качков в сопровождении.

— Мы накинем чары, — сказал Скорпиус твердо. — И поедем с тобой. Мало ли что! Но сначала палочка и завтрак, — с этими словами он накинулся на еду.

— Тем более стоит ехать вместе, раз к тому же и контингент такой неблагонадежный, — согласился со Скорпиусом Гарри. — Но… ты считаешь, что за час я успею опробовать триста палочек? — скептически протянул он.

— Двести тридцать одну, — педантично уточнил Скорпиус. — Вряд ли успеешь, конечно, но мы попробуем, — он расправился со второй тарелкой рагу и с тоской заглянул в кастрюльку, где сталось совсем немного. — Очень вкусно, — сказал искренне. — Спасибо!

— Вот уж никогда бы не подумал, — протянул Ивар и, поковыряв с своей тарелке вилкой, подвинул ее Скорпиусу. — Держи. Верю, что вкусно, но я лучше пару бутербродов сжую.

— Я говорил! — воскликнул Гарри и улыбнулся. — Как я был удивлен, когда он также мою кастрюлю опустошил! Сам не понимаю, что он в этом нашел. Доедай все, — сказал он уже Скорпиусу. — Если хочешь, я вечером еще такого деликатеса наготовлю.

— Это вряд ли, — Ивар выразительно глянул на ящики с припасами. — Овощей-то мы совсем мало взяли. Они же портятся.

— Ничего, переживу, — быстро сказал Скорпиус.

— Послушай, у меня тут одна мысль родилась, — задумчиво начал Гарри, очищая заклинанием посуду, когда с завтраком было покончено, — как твоего отца от сердечного приступа уберечь. Может, нам и ваше хранилище разорять не придется. Эх, не хотел так делать, но, видимо, это единственный разумный выход. И без всяких теорий вероятности, а наверняка, — произнес он и сделал паузу, в последний раз взвешивая все за и против. — Мы сейчас отправимся за еще одной моей палочкой, — сообщил он, начав искать глазами защитный костюм.

Скорпиус выразительно на него посмотрел и, понизив голос, уточнил:

— За Бузинной? Разве она не уничтожена?

— Нет, — покачал головой Гарри. — Она в надежном месте. И мало, кто знает, где она. Хотя это место практически на виду у всех. Ну, кто когда-то учился или хотя бы посещал окрестности Хогвартса, — пояснил Гарри. — Не догадался еще, где она? — спросил он Скорпиуса и выжидающе посмотрел на него.

Гарри было на самом деле интересно, сообразит ли Малфой, где искать Бузинную палочку. Вроде все просто, как дважды два. Но не зря же говорят — хочешь что-то спрятать, положи на самое видное место.

— У меня двадцать три версии, — тут же отозвался Скорпиус. — Самые логичные на мой взгляд — вмурована в фундамент Хогвартса, спрятана в одной из ненаходимых комнат, в кабинете Директора или в могиле Дамблдора. Судя по твоей реакции — последнее, — добавил тут же без колебаний.

— Совершенно верно, — улыбнулся Гарри. — Думаю, пришло время воспользоваться палочкой снова, — и, наконец, обнаружив защитные костюмы, начал одеваться. — Ивар, ты с нами? — поинтересовался он у Маккоя. — Зрелище предстоит не из самых приятных, но с другой стороны, не каждый день Хогвартс увидишь. Это наша со Скорпиусом школа. Ну и не только наша, — добавил он. — Добрая половина Британских магов отдает своих детей учиться туда.

— Семьдесят четыре процента, — уточнил Скорпиус.

— Можно подумать, я не видел эксгумации, — фыркнул Ивар, вооружившись зонтиком. — После всех моих приключений с финальным итогом в виде вас и магического апокалипсиса, мне уже вообще ничего не страшно.

— Да уж, — полушутя согласился Гарри. — С твоим опытом можно будет книги писать. Напишешь про нас, потом назовешь героев вымышленными, жанр сказкой и станешь самым читаемым маггловским писателем. А мы тебе будем сюжеты для эпопеи подкидывать, — улыбнулся он, покончив с экипировкой. — Скорпиус, ты ж, наверное, не знаешь, но твой отец был некоторое время хозяином Бузинной палочки.

— Что?! — казалось, это известие Скорпиуса потрясло. Он развернулся к Гарри всем телом и изумленно на него уставился. — Но как?!

— Ну вот и я тебя хоть чем-то смог удивить, — хмыкнул Гарри. — А произошло это совершенно случайно. Твой отец и сам об этом не догадывался. Так получилось, что в ночь гибели Дамблдора он обезоружил его, но так и не понял, хозяина какой палочки он как бы победил, — ответил Гарри. — Впрочем, никто тогда не обратил внимания на их номинальное сражение. Но это и спасло жизнь твоему отцу. Узнай Волдеморт, из-за кого вожделенная палочка не слушалась его, не сносить тогда Драко головы.

— Так вот за что отец не может тебя простить… — протянул Скорпиус и пояснил: — Он всегда грезил этой палочкой и ещё мантией-невидимкой. Уверяет, что она у тебя была, та самая, из сказки.

— А воскрешающим камнем он еще не грезил? — протянул в ответ Гарри. — Да уж… у отца твоего губа не дура, — усмехнулся он. — Только я в толк никак не возьму, за что меня прощать-то? Мантия мне от моего отца перешла, а палочка… ну так кто ж ему виноват, что он свою так некрепко в руках держал?

— Может, всё же навестим твоего папашу? — поинтересовался Ивар. — Скажем, что мне магические способности дождем передались, и мне теперь тоже волшебная палочка нужна…

Скорпиус рассмеялся и тепло на него глянул.

— Тогда его точно удар хватит, — заметил весело.

— На то и расчет, — пожал плечами Ивар.

— Не выйдет. Преступления против магического мира мы совершать не будем, — хмыкнул Гарри. — Думается мне, что из-за этого дождя чистокровные маги, кто каким-то чудесным образом сумел сохранить магию, теперь на вес золота будут. С вас теперь пылинки начнут сдувать, — кивнул он Скорпиусу. — Вам же заново волшебную расу воспроизводить придется.

— Да, хороши вы будете, — хмыкнул Ивар. — На вас вся надежда, а вы оппачки — геи!

— Ну если прям совсем на нас наседать начнут, уйдем к жить к магглам. Тем более, что полезными связями мы уже обросли. Да, Скорпиус? — улыбнулся Гарри, с теплотой глядя на обоих.

Однако теперь ему было над чем задуматься. Ведь и правда, за шуткой Ивара скрывались очень серьезные вещи. Как теперь в свете последних событий их магическое общество — и так не то чтобы приветствующее однополые связи — начнет относиться к таким, как он? Как к моральным преступникам, столь неблагодарно расходующим генетический материал?

Ему-то, Гарри, как обычно, общественное мнение было до одного места. Оставалось надеяться, что и Скорпиус найдет в себе силы ежедневно противостоять общественному натиску.

— А я был бы рад, если бы у тебя был ребеночек, — сказал вдруг Скорпиус к неожиданности обоих. — В свете последних событий для этого ведь не обязательно жениться будет…

— Для этого не обязательно жениться в любом свете, — справившись с удивлением, ответил Гарри. — Но ты, вижу, по-прежнему стоишь на своем, — чуть помолчав, продолжил он. — Я о твоём желании завести своих, собственных детей. Точнее о нежелании…

— Так, стоп! — вмешался Ивар. — Это мы уже обсуждали, и пока что явно никуда не продвинулись, так что разговор пойдет по кругу. А у нас между тем всего час, чтобы забрать палочку и добраться на машине на другой край города.

— Палочка — это недолго, — пообещал Скорпиус. Он быстро облачился в защитный костюм и тоже взял зонтик. — Всё, пошли.

Гарри перевел взгляд на Ивара и мысленно усмехнулся — похоже, тот прочно вжился в роль их личного семейного психолога. Но как бы то ни было, сейчас Ивар прекрасно справился со своим амплуа, предотвратив очередное выяснение, кто кого не понимает и не слышит, между ним и Скорпиусом.

* * *

— Ну вот и все, — произнес Гарри, вновь сжимая в руке вожделенную для многих волшебников палочку и тщательно уберегая ее от падающих капель. Он отошел от могилы и, бросив долгий взгляд на надгробные камни, протянул свободную руку Скорпиусу. — У нас в запасе есть минут пятнадцать. Как раз хватит, чтобы привести себя в надлежащий вид. И в путь.

— В смысле, надеть кожаные куртки и взломать магазин с солнечными очками? — хмыкнул Ивар. — Вот мои криминальные друзья удивятся, еще чего доброго сманят вас в свои банды.

— А мы в машине посидим, чтоб их не искушать, — произнес Гарри, давая понять, что оба они — и он сам, и Скорпиус — очень решительно настроены ехать вместе с ним. — Кроме того, мы еще наведем на себя магглоотводящие чары. Так что твои… знакомые до конца встречи будут уверены, что к ним ты приехал в гордом одиночестве.

— А откуда у тебя вообще криминальные друзья? — поинтересовался Скорпиус, решительно направляясь к полю для квиддича, вынуждая Ивара и Гарри последовать за ним. — Ты производишь впечатление хорошего мальчика.

— Умелая маскировка, — широко улыбнулся Ивар и удивленно вздернул брови, увидев стадион. — Что это?

— Это самое лучшее место в Хогвартсе. Здесь каждый год проходили игры по одной очень увлекательной командной игре, — с улыбкой произнес Гарри и перевел на Скорпиуса взгляд, полный сожаления. — Жаль, что тебе не довелось познать это… Но черт возьми, квиддич — это круто, — после некоторой паузы, выдохнул он.

— Жаль, что ты не можешь ему показать, — улыбнулся Скорпиус. — Я представляю его лицо, когда ты сел бы на метлу.

— На что сел?! — тут же переспросил Ивар, округлив глаза.

— Ты не ослышался, — рассмеялся Гарри. — На нее самую. У нас же все как в детских страшилках, — проговорил он весело. — И зелья в котлах варим, и на метлах летаем. А иногда и на живых драконах, — закончил он, с улыбкой глядя на вытянувшееся лицо Ивара.

Ивар открыл было рот, чтобы выпалить что-то восторженное, но потом осекся и нахмурился.

— А драконы… Они же магические? Они же, наверное, могут умереть… — растерянно протянул он. — А я так хотел бы на них посмотреть!

— Думаю, у них все должно быть по аналогии с нами, — сказал Скорпиус напряженно. — Сразу не умрут, и, будем надеяться, догадаются помыться. Они всё-таки разумные.

— Думаю, посмотришь, — кивнул Гарри, соглашаясь со Скорпиусом. — Да и драконологи должны были постараться как-нибудь их защитить их. Для этих людей драконы в питомниках превыше собственных интересов. А может, на них, как на сов дождь не подействовал. Их магия гораздо древнее и как бы так сказать… обстоятельнее что ли, — предположил он.

Они немного помолчали, глядя на совершенно разрушенный от смертоносного для магии дождя стадион, а потом Скорпиус тихо сказал:

— А я ведь все-таки летал здесь однажды ночью. Невзирая на запрет отца и школьные правила. Я очень хотел полетать хотя бы раз в жизни.

— Тогда ты понимаешь, что я думаю, глядя теперь на это, — спокойно проговорил Гарри, тщательно скрывая в голосе горечь.

Мерлин, подумать только! Он видел крушение Аврората, развалины Мунго — и ничего. А вид порушенного квиддичного поля породил в груди такую тоску, что хоть волком вой. Но вместе с тем и зажег всепоглощающее желание наказать тех, кто за эти несколько дней причинил их магическому миру столько бед.

— Когда все закончится, возьмем Ивара полетать на метлах, — сказал Гарри гораздо бодрее.

— …как лягушку-путешественницу, — уныло закончил за него Ивар.

Скорпиус рассмеялся и обнял его за плечи.

— Не расстраивайся, есть метлы, способные поднять двоих, — сказал он ему и протянул Гарри руку. — Я аппарирую всех в машину.

Сделал он это как всегда ювелирно и впервые оказался на сидении рядом с Гарри.

— Непривычно видеть тебя на этом сидении, — улыбнулся Гарри и при помощи магии избавил их обоих от защитных костюмов. А затем и щедро обдал себя со Скорпиусом целым набором маскирующих заклятий. — Всё, нас не то, что магглы не заметят, нас и наш волшебный министр бы не увидел, — сообщил он, даже не стараясь скрыть в интонациях сарказма по отношению к упомянутому Кингсли. Потому что стоило Гарри только подумать о нем, как его накрывала волна раздражения, вызванная медлительностью министра и всех ему приближенных персон. — Ивар, ехать долго? — поинтересовался он с тем, чтобы узнать, когда чары следует обновить.

— К назначенному сроку должен успеть, — отозвался Ивар, дергая машину с места почти так же резко, как обычно Скорпиус. — Если вы только не станете отвлекать меня всякими непотребствами в зеркале заднего вида.

— Ну нет, судьбой всего волшебного мира мы рисковать не можем, — протянул Гарри, но вопреки сказанным словам, провел рукой Скорпиусу по бедру, заговорщически прищурившись и внимательно следя в зеркале за реакцией Ивара.

— Гарри! — нахмурился тот. — Я тебя прошу!

Скорпиус взял Гарри за руку и переплел его пальцы со своими.

— Я его держу, — он продемонстрировал Ивару из плотно сцепленные руки. — Не вырвется!

— Скажу банальную глупость, но из такого плена даже бежать не хочется, — выдохнул Гарри и улыбнулся, тепло взглянув на Скорпиуса, а затем на их переплетенные пальцы.

И куда только делся тот робкий, не понимающий, как нужно себя вести по отношению к нему и вечно боящийся сделать что-нибудь не то мальчишка?

— Признавайся, куда ты дел того Скорпиуса, который однажды от смущения чуть из седла не выпрыгнул? — тихо спросил Гарри, заглядывая Скорпиусу в глаза и сжимая его руку крепче.

— Похоронил в глубинах подсознания, — Скорпиус улыбнулся ему и поднеся к губам их переплетенные пальцы, поцеловал костяшки его пальцев. — Теперь, когда у нас есть человек, способный вовремя дать мне по голове, когда я начинаю творить глупости, я чувствую себя намного увереннее.

— Надо было нам этого человека завести себе гораздо раньше… — хмыкнул Гарри. — Ивар, только не цепляйся Мерлина ради к словам, — спохватился он. — Мы оба тебя очень любим и не принимаем ни за третью сторону, ни за диковинного питомца, ни за кого-то еще, чей статус мог бы быть обидным для тебя. Честное аврорское слово!

— Нет, это конечно очень хорошо, что ты это сказал, — расплылся в улыбке Ивар, — но в данном случае я все и так понял правильно. В отличие от вас обоих, я умею читать между строк.

— И я тебе искренне завидую, — честно признался Скорпиус. — И не только этому, но еще и тому, что ты ведешь машину. Сейчас, кстати лучше свернуть направо. Через сто, девяносто, восемьдесят, семьдесят…

— Я понял! — перебил Ивар, рассмеявшись.

— Да, за рулем ты всегда был неотразим. Начиная с самого первого дня, — сказал Гарри, поддаваясь нахлынувшим воспоминаниям о той самой их командировке в штаты. — А если ты сейчас переймешь способность Ивара читать между строк, то догадаешься, о чем я…

— Да тут и догадываться не о чем — кто-то не сдержался и трахнул кого-то на заднем сидении, — фыркнул Иввар. — Причем, кто кого — это даже к гадалке ходить не надо.

— Не совсем, — протянул Гарри. — Кто-то не сдержался, и захотел трахаться на заднем сидении, всячески нарываясь на это демонстрацией одного приобретения в маггловском супермаркете. А кое-кто другой, решил, что это не самое лучшее место для первого раза и посадил кого-то себе на грудь и, вдохновленный порывами юности, отсосал так, будто в последний раз в жизни.

— Так, что у кое-кого отшибло все его гениальные мозги, — добавил Скорпиус, глянув на Гарри так, что тот не сомневался — Малфой прокрутил в памяти каждую секунду, каждое ощущение того минета.

— Заткнитесь! — простонал Ивар, судорожно сглотнув. — Я не могу приехать на встречу со стояком!

Гарри улыбнулся, но просьбу Ивара выполнил — уж слишком жестоко и дальше продолжать мучить его.

— Нет, этого допускать нельзя ни в коем случае, — хмыкнул он. — Не то твои друзья решат, что техника была лишь срочным предлогом. Боюсь, тогда мы тебя без магии и не отобьем, — произнес он, вспомнив, как соблазнителен бывает разгоряченный и возбужденный Ивар.

Не выпуская руку Скорпиуса из своей, Гарри откинулся на мягкую спинку и закрыл глаза, раскручивая в голове забившуюся мысль: если их догадка верна, эта непонятная односторонняя война очень скоро закончится. Во всяком случае, перехват сигнала поможет изменить ход всего вторжения.

От этих мыслей сердце билось радостно, но ликовать раньше времени было глупо. Слишком жестоким и болезненным станет разочарование, если и эта попытка не даст результатов. Однако не надеяться Гарри не мог.

Наверное, он потерял счет времени, потому что открыл глаза и прервал ход рассуждений тогда, когда их автомобиль плавно затормозил.

— Я вас только очень прошу не вмешиваться, — серьёзно сказал Ивар, не поворачивая головы. — Хотя бы до тех пор пока вдруг не покажутся пистолеты, — добавил весело и подмигнул им в зеркало заднего вида.

Наверное, только Ивар мог реагировать на серьезные вещи подобным образом — с вечной улыбкой и будто забавляясь и потешаясь над ситуацией — будь то встреча с бандитами или конец света.

— Как скажешь, — Гарри пожал плечами, словно и не собирался вмешиваться в принципе и, ответив Ивару улыбкой, проводил его долгим взглядом. — Да уж… никогда не подумал бы, что этих троих что-то может связывать, — произнес он серьезно, когда к Маккою приблизились двое подозрительно озирающихся по сторонам качков.

— Он удивительный человек, — отозвался Скорпиус. — Ты не обидишься, если я скажу, что ни с кем не чувствовал себя так легко и комфортно? — он виновато глянул на Гарри.

— Серьезно? — наигранно удивившись, протянул Гарри. — А я все это время думал, что легко и непринужденно ты себя чувствуешь рядом со мной. Представляешь, с самого первого дня я был в этом просто уверен, — усмехнулся он и тепло посмотрел Скорпиусу в глаза.

Скорпиус улыбнулся и крепко сжал его руку.

— Смотри, — кивнул он в окно. — Он с ними обнимается. Уже пора выходить?

Гарри рассмеялся и продолжил наблюдать за Иваром.

— Теперь понятно, отчего он боялся на встречу приехать со стояком, — улыбнулся он. — Еще бы… приветствия-то какие жаркие.

Скорпиус хмыкнул, но потом посерьезнел.

— Ты думал о будущем? — спросил он. — Когда всё это кончится. Мы будем жить все вместе?

— Думал, конечно, — кивнул Гарри и внимательно посмотрел на Скорпиуса. — Мне кажется, что стоит попробовать, — начал он, пытаясь уловить реакцию Скорпиуса. — Однако ни я, ни даже мы вдвоем не можем решать за Ивара. Но и, конечно, ты сам должен решить, хочешь ты этого или нет. Хотя, я уверен, что ты давно уже определился. Я прав?

— Ты же знаешь меня, — улыбнулся Скорпиус мягко. — Я не могу относиться к поставленным задачам несерьёзно. Поэтому да, определился. Я очень тебя люблю, ты знаешь, — он посмотрел ему в глаза долгим проникновенным взглядом, а потом закончил тихо: — Но и Ивара, наверное, тоже. Совсем иначе, абсолютно непохоже, но, мне кажется, это тоже любовь.

— Тогда осталось спросить Ивара, — произнес Гарри, — хотя и он, как мне кажется, давно все для себя решил, — улыбнулся он и, чуть погодя, добавил: — И я тебя тоже люблю. Никогда не сомневайся в этом. И я надеюсь, что ты понимаешь, что Ивар рядом с нами совсем не из-за того, что мне одного тебя оказалось мало. Впрочем, об этом мы уже говорили. Точнее, пытались, — уточнил он, вспомнив, как сам заводил беседы не в то русло.

— Ивар рядом, потому что это Ивар, — хмыкнул Скорпиус. — Я просто не представляю на его месте никого другого, даже при всех своих способностях.

— И не пытайся представлять, — ответил Гарри. — На его месте просто никого другого и не могло быть. Потому что только Ивар мог так органично вписаться в нашу с тобой тесную компанию, — улыбнулся он. — Черт возьми, — будто невпопад продолжил он и рассмеялся. — Прости, но я только что подумал о том, в каком счастливом неведении живет твой отец. Его точно удар хватит, когда он разберется, что к чему.

— Я боюсь обидеть Ивара, как когда-то обидел тебя, но наши отношения придется держать в тайне, — вздохнул Скорпиус. — Из-за матери. Хотя она скорее всего догадается о чем-то, когда выяснит, что наш новый дом будет на маггловской территории.

— Он не обидится, — заверил Гарри. — Конечно, если ты сразу объяснишь ему, что к чему. И даже не переживай по этому поводу. Это же Ивар… — всеобъемлюще пояснил он, справедливо рассудив, что этим и так все сказано. — К тому же, уверен, что ему вообще все равно, в курсе ли будут твои родители или нет.

— Ты прав, — согласился Скорпиус. — Думаю, что да… — он осекся и подался вперед. — Куда они пошли? — спросил озабоченно, наблюдая, как Ивар, оглянувшись на машину, исчез в каком-то подвале вслед за бугаями. — За аппаратурой?

— А я откуда знаю… — озадаченно произнес Гарри. — Но скорее всего, да. Во всяком случае, враждебно настроенными те двое не казались. Но если через полчаса не выйдут, предпримем вылазку, — сообщил он и наколдовал Темпус, засекая время.

— Полчаса?! — ужаснулся Скорпиус, а потом насмешливо глянул на висящие в воздухе часы. — Зачем они? У тебя есть я.

— Полчаса, — утвердительно проговорил Гарри. — Он же не в «Макдоналдс» за картошкой фри пошел! Быстро такие дела не решаются. К тому же, Ивар по-человечески попросил не вмешиваться, — напомнил Гарри. — Мы не можем сорвать эту сделку. Поэтому да, полчаса, — повторил он и погасил светящиеся цифры. — Будешь говорить о каждых пяти пройденных минутах.

Но даже о первых пяти минутах Скорпиус сказать не успел: Ивар с тяжелой коробкой в руках не без труда взбежал по лестнице. Он сунул ношу к ним на заднее сиденье, тщательно отряхнул ботинки и брюки от дождя и сел за руль.

— Ну как? — спросил, широко улыбаясь. — Соскучились?

— О, с момента нашей разлуки прошла целая вечность, — высокопарно произнес Гарри и широко улыбнулся в ответ. — Все получилось? — с радостью в голосе спросил он, хотя по довольному лицу Ивара и так можно было сделать правильный вывод. — Поехали уже, — нетерпеливо проговорил он и взглянул на Маккоя, ожидая, что тот начнет рассказ, как все прошло.

— Меня очень настойчиво приглашали остаться в тесной компании, — весело поведал Ивар. — Соблазняли и заманивали всем чем только можно. Но я остался непреклонен и сбежал, прихватив ценное имущество.

Он отъехал за угол, остановил машину в небольшом тоннельчике между домами и вопросительно посмотрел на Скорпиуса.

— Да! — выдохнул тот раньше, чем Ивар успел задать вопрос.

Ивар усмехнулся и вышел из машины, но сел не как обычно на соседнее со Скорпиусом сидение, а, стянув с себя плащ, плюхнулся рядом с Гарри. Скорпиус же не стал заморачиваться, а просто аппарировал за руль.

— О да-а… — протянул, ласково погладив ручку переключателя передач.

Гарри тепло посмотрел на Скорпиуса и усмехнулся — похоже, его любовь к машинам — это навсегда.

— А мы кстати из-за ваших обнимашек чуть не извелись, — повернувшись к Ивару, сообщил Гарри с улыбкой и незаметно качнул головой в сторону Скорпиуса, показывая тем самым, что слово «мы» было выбрано совсем не для прикрас.

— Да разве ж это обнимашки? — фыркнул Ивар, просияв. — Так, ерунда. Мы с этими парнями в армии служили, — наконец раскрыл он тайну своего знакомства с бандитами. — И хоть оказались в итоге по разные стороны закона, связь не потеряли.

— И как всегда, наш Ивар полон тайн и сюрпризов, — произнес Гарри, продолжая улыбаться. — А вообще мог бы и сразу сказать, что все у тебя схвачено. Мы, между прочим, готовы были штурмом брать тот подвал, не появись ты ближайшие десять минут, — сказал он и, встретившись с удивленным малфоевским взглядом в зеркале заднего вида, продолжил, уже обращаясь к Скорпиусу. — Полчаса — это я для тебя сказал, чтобы хоть ты не нервничал. Думаешь, я правда бы позволил ему находиться без нашего присмотра так долго?

Ивар довольно улыбнулся, как сытый кот, и зажмурился.

— Неужели и я дожил до того момента, когда обо мне волнуются? — промурлыкал он.

— Хорош утрировать, — хмыкнул Гарри. — Так говоришь, будто мы к тебе никакого участия и раньше не проявляли. Мол, живи, как знаешь и делай, что хочешь. Ну а выживешь, значит, повезло. Хм… хорошего, однако, ты о нас мнения, — протянул Гарри и похлопал Ивара ладонью по бедру.

— Так я и не о вас, — серьёзно посмотрел на него Ивар. — Как раз наоборот, о том, что только вы обо и мне и волнуетесь. Последние пару недель.

Гарри выдержал его взгляд молча, и если честно, то он просто не знал, что ответить на такую неприкрытую и столь остро полоснувшую по нервам откровенность.

— Тогда советую начать готовиться к тому, что это продлится еще очень долго, — наконец, выдавил он и легонько сжал пальцы на литом бедре.

— Ловлю на слове, — отозвался Ивар и, накрыв его руку ладонью, крепко сжал пальцы.

— Я могу задать вопрос? — подал голос Скорпиус. — А что с твоими родителями? Они живы?

— Нет, — вздохнул Ивар. — И я даже совсем их не помню. Я сирота. Рос в приемной семье с двенадцатью приемными братьями. Это было довольно весело, — он улыбнулся так, будто просто не мог долго не улыбаться, даже говоря о серьезных вещах. — Но все же не настолько, чтобы мне хотелось об этом вспоминать.

— Понимаю, — кивнул Гарри. — Я тоже рос без родителей. Меня растили дядя и тетя. Магглы и самые настоящие магофобы. И я до сих пор убежден, что лучше бы меня отдали в приют, — решил он, хотя тема беседы, как и для Ивара, в число приятных не входила.

— Очень неуверен, — покачал головой Ивар, глядя на него с сочувствием. — Приют — та еще клоака. Я знаю, я был и там, и там.

— Иногда и с родными родителями не так уж и здорово, — подал голос Скорпиус.

— Я понимаю, Скорпиус, о чем ты говоришь, — начал Гарри. — Но ты хотя бы жил в родных стенах. У тебя была своя комната, свои книги. Домовики готовили для тебя вкусную еду. У Ивара не было ни того, ни другого. А я из родных стен, — на этом слове он горько усмехнулся, — готов был бежать при первой возможности и без оглядки.

— Звучит ужасно, — помолчав, признался Скорпиус. — Особенно про книги.

Ивар негромко рассмеялся и обнял Гарри за плечи.

— Он нас не поймет, — сказал убежденно. — И слава Богу.

— Согласен. Но впервые его непонимание меня радует, — с улыбкой признался Гарри. — Черт возьми, Ивар, чем больше я о тебе узнаю, тем больше ты меня восхищаешь. И все чаще я прихожу к мысли, что у нас со Скорпиусом просто не было шансов не влюбиться в тебя.

— Ещё немного, и тебе удастся то, что не удавалась ещё никому — смутить меня, — улыбнулся Ивар, и вид у него при этом и правда был смущенный. — Тем более, если мы спросим Скорпиуса, то наверняка окажется, что шанс был и немаленький.

— Примерно семьдесят два процента, — подтвердил Скорпиус. — И ещё шестнадцать, что мы стали бы друзьями, плюс десять, что в итоге недопоняли бы друг друга.

— Ну вот, как я и сказал, наша судьба была предопределена, — произнес Гарри, продолжая улыбаться. — Осталось только разобраться со всем этим дерьмом и будем жить вместе, долго и счастливо. Если, конечно, майор Маккой, у вас не появятся иные планы на добрую часть своей жизни.

— Боюсь, ты не так понял, — покачал головой Ивар. — Это тебе назвали шансы не влюбиться в меня. Что, правда, не отменяет того, что ты сейчас крепко попал со своим необдуманным предложением, — он обхватил его ещё и свободной рукой, крепко прижимая к себе.

— Да все я правильно понял, — возразил Гарри, довольно зажмурившись. — А предложение не только обдуманное, но уже и согласованное. Если не сказать больше — оно единогласно утвержденное.

— У меня уже даже есть несколько мест на примете, откуда тебе будет удобно добираться на работу, — сказал Скорпиус, резко выкручивая руль, чтобы объехать чей-то брошенный автомобиль. — И рядом с лесом, чтобы было где летать совам.

— Да я с вами хоть в Антарктиде жить согласен. Уволился бы из NCA и стал бы полярником, — беззаботно отозвался Ивар и снова улыбнулся. Правда, Гарри был совсем не уверен, что тот просто шутит. — Ну а если серьезно, то я полностью доверяю твоему выбору. Вашему выбору, — добавил он и прижался к Гарри крепче.

— Но, разумеется, когда будет возможность, мы будем тебя аппарировать, — добавил Скорпиус, останавливая машину. Не тратя времени зря, он привстал, перегнулся через сидение и сразу аппарировал, положив руки Гарри на колено и на стоящий у Ивара в ногах трофейный прибор. — Ну и как он работает?

— Нужен компьютер и источник питания, — ответил Ивар. — Подключим приемник к монитору, начнем радиомониторинг сигналов нужной нам частоты, немного времени — и координаты источников у нас. Дома у меня есть диск с программой, аналоговой той, что мы используем в офисе.

— Тогда ты подключай аппаратуру, а я быстро поем, — решил Скорпиус. — А то потом неизвестно, как будут развиваться события.

Ивар кивнул и тут же направился к компьютеру. Пока он с ним возился, Скорпиус успел аппарировать на базу, съесть несколько банок тушенки с хлебом, пару пирогов и пять больших пряников. Всего четверть часа спустя он вернулся в комнату, поставил перед Иваром и Гарри по чашке чая и придвинул себе стул.

— Итак? — спросил коротко.

— Достань ту бусину, — не отрывая взгляд от монитора, сказал Ивар. — Которая фонила рядом с твоим планшетом. Мне нужна частота. Слишком много разных волн. Похоже, что не нам одним пришла в голову мысль отслеживать возможные сигналы. И если мы не хотим, чтобы заодно вычислили и нас, я уменьшу наш сигнал и увеличу диапазон поиска. Это займет чуть больше времени, но зато избавит от гостей в лице федералов.

— Звучит так, будто ты на другом языке заговорил, хотя о примерном смысле слов я все же догадываюсь путем сложных логических умозаключений, — пожаловался Скорпиус, выполняя просьбу. — Мне срочно нужен Интернет! — он отдал артефакт Ивару и ринулся к АйДжампу. — Я понял, — сообщил минутой позже и почти одновременно с ним Ивар ликующе выкрикнул:

— Есть сигнал!

— Не упусти, — выдохнул Гарри и прикипел взглядом к монитору. — Сколько нужно времени, чтобы отследить источник?

— Надеюсь, пары минут хватит, — отозвался Ивар и быстро застучал пальцами по клавиатуре, набирая какие-то комбинации символов. — Доверьтесь мне.

В общем-то, ничего другого им не оставалось, но Гарри последовал совету с легкой душой — Ивару с некоторых пор он доверял безоговорочно.

— И снова под землей… — пробормотал Ивар чуть погодя. — Ну просто землеройки какие-то! Не здесь… И не здесь… Правее… да, оно! — он вывел на экран карту и указал на красный маячок на ней. — Здесь!

— Ч-черт, — выругался Гарри и замолчал, обдумывая варианты их дальнейших действий. — Мы можем каким-то образом взять данные со спутникового наблюдения? — спросил он Ивара, внимательно вглядываясь в карту. — Если там бункер какой или строение есть, уходящее под землю, будем считать, что нам повезло. Если же нет, то аппарировать слишком рискованно. Велика вероятность, что мы просто-напросто вмуруем себя в землю.

— Я знаю, куда можно аппарировать, — вмешался Скорпиус. — Но вопрос, действительно ли нам туда? Посмотрите, сигнал движется.

— Ивар, а программа может записать траекторию его передвижения? — спросил Гарри.

— Уже пишет, — ответил Маккой и откинулся на спинку стула, внимательно наблюдая за движением красного маячка.

— Тогда ждем, пока он остановится и нанесем позже на карту весь маршрут, — кивнул Гарри. — И что-то мне слабо верится, что главный источник сигнала портативный. Ты уверен, что аппаратура словила нужную частоту?

— Без сомнений, — отозвался Ивар. — Эта техника не ошибается. Поверь, я знаю, о чем говорю.

— Я расшифровал сигнал, — сказал вдруг Скорпиус. — Это отчет. Координаты и слово «пусто». Эта тварь что-то ищет. Думаю, это очередной жук. Нужно отследить, куда сигнал приходит, а не кто его издает.

— Это возможно? — спросил Гарри у Ивара.

— А хрен его знает, — хмыкнул Ивар. — По идее, должен появиться еще один маячок. Или даже не один… Попробую увеличить диапазон поиска. Вроде должно сработать, — произнес он и снова нажал какие-то клавиши. — Ждем три минуты, если ничего не изменится, будет увеличивать мощность. Рискованно, но что поделать, раз очень надо, — он посмотрел на Гарри и широко улыбнулся.

— Как тебе удалось декодировать сигнал? — кивнув Ивару, Гарри обратился к Скорпиусу.

— Как любой другой шифр, — пожал плечами Скорпиус. — Но важнее не то, что я смог его декодировать, а то, что это оказалось совсем просто. Кто бы это ни был, а говорит он по-английски.

— Ну так международный язык, как никак, — усмехнулся Ивар, не отрываясь от монитора.

— И судя по всему — межгалактический, — поддержал его Гарри. — Ну и что ты теперь скажешь про инопланетный разум? — протянул он и выжидающе посмотрел на Скорпиуса. — Признай, ты ведь до конца не отметал эту теорию.

— Я не уверен, правомерно ли отметать её и сейчас, — с сомнением отозвался Скорпиус. — Это может быть маскировка или нежелание давать вражеским объектам ключ к своим собственным сигналам.

— А смысл? В чем смысл маскировать несчитываемый код? — возразил Гарри. — Впрочем, время покажет. — Ну что там у нас? — спросил он Ивара, бросив взгляд на монитор. — Покажи еще раз карту.

— Ничего, — напряженно покачал головой Ивар. — Сигнал куда-то приходит, разумеется, но вот куда — понятия не имею, ответа пока не последовало. Будем ждать, когда на зов кто-нибудь отзовется.

— Хмм, ну что ж… подождем, — протянул Гарри. — Тем более спешить нам некуда, — рассудил он и придвинул стоящий неподалеку стул. — Кстати, Скорпиус, наверное в мэнор все же придется наведаться. Хорошо бы узнать, как там обстоят дела с магией у твоих родителей.

— Ну, если Ивар не хочет составить нам компанию, то можно сделать это прямо сейчас, — неуверенно предложил Скорпиус. — При условии, что там ловит мобильник.

— Ивар-то хочет, — выдохнул Маккой, — но кто-то ведь должен остаться отслеживать сигнал. И логичнее, если это буду все же я. Так что идите, а если что изменится — я позвоню, — заверил он. — Только не разводите там долгих чаепитий. А то я уже соскучился, — улыбнулся он и снова уставился в экран.

Скорпиус кивнул, чуть помедлил и, подойдя к нему, ласково провел рукой по спине.

— Мы скоро, — пообещал чуть смущенный собственной скупой демонстрацией чувств.

Ивар оторвался от монитора, тепло, хотя и немного удивленно, посмотрел на Скорпиуса и улыбнулся.

Признаться, увиденное удивило и Гарри. И это было приятное удивление. Не каждый день увидишь, как Скорпиус показывает свои чувства вне постели. Определенно, их связь с Иваром шла на пользу.

И, кстати говоря, если Гарри раньше думал, что только Скорпиусу, теперь же он с уверенностью мог сказать, что не только ему, а всем троим. Благодаря Ивару Малфой наконец-то начал давать волю и выход эмоциям, Гарри — получать ответное тепло, а Ивар просто чувствовал себя нужным и, как Гарри надеялся, любимым.

— Готов? — спросил он и протянул Скорпиусу руку для аппарации.

— На семьдесят восемь процентов, — улыбнулся Скорпиус и крепко сжал его пальцы.

Они аппарировали в какую-то незнакомую Гарри комнату, но уже через пару мгновений, присмотревшись, он вдруг понял, где оказался. Аскетичная и не слишком просторная комната была набита книгами до такой степени, что от двери до кровати и стола оставались лишь узенькие коридорчики. Было ощущение, что они оказались в настоящей книжной пещере, и она была по-странному уютной. И, конечно, такая комната могла принадлежать только одному человеку.

— Это твоя детская? — спросил Гарри с улыбкой. Навряд ли все прочитанные Скорпиусом книги уместились бы в этой комнате, пусть даже и так густо заставленной. — Или просто самое любимое собрание изданий? — добавил он, переведя взгляд на высоченные стопки.

— Это то, что я перетаскал из библиотеки долгими зимними вечерами в четыре года, — хмыкнул Скорпиус. — Родители пришли в ужас, когда это увидели, а мне понравилось. Так и оставил. Мне казалось, что это похоже на замок.

— Скорее на лабиринт… Так… «Происхождение семьи, магической собственности и государства», — Гарри зачитал вслух название первого попавшегося на глаза корешка. — Забавно, — хмыкнул он. — Но я уже совсем не удивлен, — он улыбнулся и притянул Скорпиуса поближе, мягко прижимая его к себе.

Скорпиус подался к нему с неожиданной готовностью и почти сразу обнял за шею.

— Мне почему-то очень хотелось тебя сюда привести, — сказал он. — Тут прошло мое детство и, признаться, по этой комнате я иногда скучаю. У меня даже была мысль воссоздать ее, когда я строил свой дом, но потом я решил, что это не по-взрослому.

— Воссоздашь, когда будем строить новый дом. Какая разница — по-детски это выглядит со стороны или по-взрослому, если тебе так хочется? — спросил Гарри и погладил Скорпиуса по спине, скользнув ниже к пояснице. Рука сама легла на ягодицу, и убирать ее Гарри не спешил, наслаждаясь близостью и исходящим от Скорпиуса теплом.

— Нет, в нашем новом доме для нее точно не будет места, — покачал головой Скорпиус, прижимаясь теснее. — Мы еще обсудим проект, но мне кажется, он должен быть просторным, воздушным и очень светлым. После того случая в канализации меня тяготит замкнутое пространство.

— Как скажешь, — произнес Гарри. — Я вообще что в лесу, что в метро могу жить. Так что считай, что мне все равно, — сообщил он и легонько коснулся губами чувствительного местечка у Скорпиуса за ухом, одновременно сжав сильнее пальцы на его ягодице.

Скорпиус крепко его обнял, прижался щекой к щеке, и вдруг шепотом спросил:

— Вы ведь собирались сделать это? Накормить меня? Мне теперь постоянно видятся кошмары, что я просыпаюсь, а ты без ноги или руки.

Как бы ни хотел Гарри обойти эту тему стороной и больше никогда к ней не возвращаться, по всей видимости сделать так не удастся. Потому как если его память и могла со временем избавить его от того страха за Скорпиуса и ожидания неминуемой боли от ножа в руке Ивара, то память Скорпиуса такой подарок преподнести своему хозяину не могла, те события Малфой будет помнить всю свою жизнь.

Гарри даже готов был бы обездвижить его и почистить воспоминания, если бы не опасения за здоровье Скорпиуса после Обливиэйта — ведь совсем неизвестно, как малфоевский мозг среагирует на внезапное белое пятно в череде непрерывных воспоминаний.

— Собирались, — наконец, выдохнул Гарри, решив не отрицать очевидное. Он прижал Скорпиуса к себе настолько крепко, насколько мог, и прошептал на самое ухо: — Если понадобится, я отдам за тебя… или для тебя не только руку или ногу. Я отдам себя без остатка. Но Скорпиус… перестань прокручивать в голове кошмары. Прошу тебя. Ведь все обошлось, — улыбнулся он, запоздало осознав, что Скорпиус его улыбки все равно не видит.

Скорпиус помолчал, а потом поднял голову и внимательно вгляделся ему в глаза.

— До знакомства с тобой в моей жизни не было смысла, — сказал серьезно и очень тихо. — Я чувствовал себя бесполезным механизмом, который создали ради развлечения. Поэтому не будет тебя — не будет и меня.

— Я бы очень не хотел, чтобы ты так рассуждал, — покачал головой Гарри, вглядываясь Скорпиусу в глаза. — Но, боюсь, что ни я, ни кто-либо иной мире повлиять на это не сможет, — чуть помолчав, с грустью выдохнул он и скользнул пальцами по щеке Скорпиуса. — Но я тебя очень прошу не говорить такие вещи при Иваре. Если бы он сейчас слышал тебя, уверен, это был бы последний день, когда мы видели бы его рядом.

— Я просто хочу, чтобы ты это знал, — Скорпиус прижал его ладонь к своей щеке, накрыв ее рукой. — Ивар стал мне дорог как человек, но это совсем другое. К нему у меня вполне рациональные, понятные чувства. К тебе же — по-прежнему хаос. Скажем так, — он помолчал, задумавшись, — его я люблю с широко открытыми глазами, а тебя — слепо и безумно.

— Знаешь, в такие моменты… вот как сейчас… я понимаю, что несмотря ни на что, я самый счастливый человек на земле, — тихо ответил Гарри. — Хотя очень сомневаюсь, что заслуживаю, чтобы меня так любили, — выдохнул он и, прижавшись губами к накрывшей его руку ладони, произнес то, что никогда и никому не говорил прежде: — С каждым днем я люблю тебя все сильнее и сильнее. И всякий раз я думаю, что это все — предел, и что сильнее — уже невозможно… Но всякий раз ошибаюсь.

В глазах Скорпиуса вспыхнули золотистые искорки, и он улыбнулся.

— А я по-прежнему не знаю, что на это сказать, — прошептал, потянувшись к губам Гарри, и закрыл глаза, целуя.

* * *

— Чувствую, увидев нас, они сейчас просто в обморок от радости упадут… — хмыкнул Гарри Скорпиусу на ухо, стоя вместе с ним в дверях гостиной и наблюдая за целующимися Асторией и Драко.

Скорпиус же смотрел на отца с матерью совершенно круглыми глазами.

— Я никогда не думал, что они любят друг друга, — признался он, отойдя от шока. — И ни разу не видел, чтобы они целовались. Отец был вежлив с матерью, но и только.

— Может, тогда не стоит их и беспокоить, раз уж тут вторым медовым месяцем попахивает? — растерянно спросил Гарри, переведя взгляд на Скорпиуса.

Честно говоря, увиденное его тоже удивило. Нет, конечно, теоретически он представлял, что интимные отношения у супружеской четы с рождением сына не закончились, но когда он их видел в прошлый раз, никакой страсти в глазах супругов не наблюдалось — одна лишь вежливая отстраненность.

— Давай не будем, — согласился Скорпиус, поспешно отходя от двери. — Тем более, Ивар уже заждался, наверное, учитывая, что мы задержались в комнате более чем на двадцать четыре минуты.

Гарри хмыкнул в ответ на очередную демонстрацию малфоевской педантичности, правда совсем не уверенный, что Ивар действительно не смотрел все это время на часы через каждые пять минут.

— Да уж наверное, — выдохнул Гарри и утянул Скорпиуса в аппарационную воронку. — Не пугайся, это мы, — сообщил он, оказавшись аккурат у Ивара за спиной.

— Ох, привет! — Ивар с трудом оторвался от монитора, слабо улыбнулся и тут же снова прикипел взглядом к экрану. — Вы быстро…

Скорпиус удивленно на него посмотрел.

— Тридцать восемь минут сорок три секунды, — сказал он.

— Правда? — в свою очередь удивился Ивар. — Я с этими жуками про часы забыл. Но пока глухо. Ни кому они отчитываются, ни что ищут, так и не смог понять. Может быть, у тебя получится лучше? — он улыбнулся Скорпиусу и подвинулся, чтобы дать ему возможность тоже сесть за монитор. Скорпиус тут же защелкал мышкой, пролистывая графики и страницы со максимальной для компьютера скоростью, и очень скоро покачал головой.

— Сигнал расходится по кругу, и ловить его могут где угодно. Пока им не ответят, мы ничего не узнаем, а что-то мне подсказывает, что ответ вряд ли будет. Скорее уж маленькое насекомое, которое прилетит и нашепчет на ушко большому, что делать дальше. Хотя… — он задумчиво нахмурился. — Если они найдут то, что ищут…

— Предлагаешь заманить их в ловушку? — спросил Гарри, внимательно посмотрев на Скорпиуса. — Они явно ищут источники будущего сопротивления. Но сколько понадобится времени, чтобы создать для них приманку? Да и как привести их в нужное нам место? Хотя… а что если… — он на секунду замолчал, продумывая возможные варианты, и продолжил: — А почему бы нам самим не придумать для них ответ. Код сигнала у нас есть. Ты сможешь создать сигнал, идентичный их сигналам?

— Разумеется, — кивнул Скорпиус, но, в отличие от просиявшего Ивара, нахмурился. — Гарри, больше никакой ловли на живца. Мы все знаем, чем это кончилось в прошлый раз.

— Думаю, не нужно столь категорично, — осторожно сказал Ивар. — Нужно просто хорошенько подготовиться. Понять, что мы хотим сделать и как.

Они оба посмотрели на Гарри.

— Никакой ловли на живца? А как ты себе представляешь иную приманку? — протянул Гарри, посмотрев на Скорпиуса в упор. — Если мы будем постоянно оглядываться на наши страхи, то мы можем просто оставаться здесь, а весь магический мир — начать селиться под землей и желательно копать тоннели вручную и без магии. Ивар прав, — кивнул он. — Стоит все тщательно продумать. Мы должны заманить жуков в ловушку и нанести врагу максимальный урон. А если нам повезет, — скупо улыбнулся он, — то взять одного из них в плен. Мне, к примеру, очень интересно, как создавали этих тварей. Ивар, — он перевел взгляд на Маккоя. — Я помню, что специалисты из «Робот-Технолоджи» вне досягаемости для нас, но, может, у тебя есть кто-то еще, кто дружит с генетикой?

— Насчет генетики не обещаю, но у меня есть кое-что получше, — загадочно улыбнулся Ивар. — Примерно дюжина отличных парней, которые помогут поймать нам эту тварь. А пока мы будем охотиться, Скорпиус проштудирует пару сотен нужных учебников.

— Твои связи не перестают радовать, — улыбнулся Гарри. — Так мы снизим риски наших потерь. Во всяком случае, если эта тварь начнет плеваться, на твоих парнях это никак не скажется. Но где мы найдем для Скорпиуса нужную литературу? Не думаю, что серьезные книги по генной инженерии висят в Интернете.

— В открытом доступе — нет, но в электронных библиотеках крупных Университетов по всему миру — наверняка, — хмыкнул Ивар. — Найдешь? — вопросительно посмотрел на Скорпиуса.

— Теперь — да, — кивнул тот. — Но сначала нужно проработать детали. Что за люди и что вы будете делать?

— Парни из моего взвода, все проверенные жизнью, боями и бытом, — Ивар достал телефон. — Сейчас у всех достаточно высокие должности, чтобы ещё и раздобыть всё, что может потребоваться. А нам, в первую очередь, как я понимаю, нужна хорошая клетка этак примерно как для молодого Кинг-Конга?

— Большой обезьяны, — хмыкнул Гарри, перехватив непонимающий взгляд Скорпиуса и пообещав себе, как-нибудь обязательно познакомить Малфоя с маггловской кинокультурой. — Мне порой кажется, что ты втихаря готовился к захвату мира, — улыбнулся он уже Ивару. — Скажи, пожалуйста, в какой сфере у тебя нет друзей?

— Мммм… — Ивар улыбнулся было, но потом серьёзно задумался. — Пожалуй, в аграрном секторе, — выдал наконец. — Вот хоть убей, не могу вспомнить ни одного ботаника.

— Что ж… надумаем сеять кукурузу — придется обходиться своими силами, — усмехнулся Гарри. — Кстати, а где мы назначим твоим парням встречу? Конечно было бы идеально превратить твою квартиру во временный штаб.

— Значит, превратим, — кивнул Ивар. — Но есть одно «но»… Мы им расскажем суть вопроса? О том, кто вы такие и что здесь происходит?

Скорпиус и Гарри переглянулись.

— И Обет не возьмешь… — прокомментировал Скорпиус с неопределенной интонацией.

— Это ты нам скажи, нужно ли их будет потом обливэйтить? — спросил Гарри. — Какова между вами степень доверия? Умолчать ведь не получится. Это же не рядовые солдаты, до сведения которых доносят исключительно два слова: «в бой», — не объясняя толком, что происходит.

— Давайте я их соберу, объясню задачу, а там уже и решите сами, — предложил Ивар. — Но я бы лично своей шкурой за каждого рискнул, да и рисковал, собственно, не раз.

— Значит, думаю, проблем с ними не будет. Если им доверяешь ты, значит, и нам сомневаться не стоит, — кивнул Гарри. — Начинай всех обзванивать. Хорошо бы собраться сегодня.

— Для начала давайте решим, что мы собираемся делать, — вмешался Скорпиус. — Отделить одного жука и заманить его в клетку? Связать и перевезти? Попытаться оглушить или усыпить, предполагая, что это живое существо? Попытаться обесточить, предполагая, что это робот? А если ему на помощь приду его собратья?

— Логичнее об этом говорить, когда мы узнаем арсенал всех имеющихся средств для захвата, — ответил Гарри. — И сделать мы это сможем, объяснив всю ситуацию сослуживцам Ивара и выслушав их варианты. Операцией будут заниматься они, а значит, мы можем лишь только выбирать из тех вариантов, что в силах осуществить магглы. И не будем забегать далеко вперед, — он нахмурился. — Нам еще предстоит выслушать, что эти люди захотят взамен. И будем надеяться, что их аппетиты окажутся нам по силам.

Ивар глянул на него и насупился.

— Ты правда думаешь, что я стал бы ручаться за таких людей? — спросил он, сложив руки на груди. — Скорпиус, я пошел звонить, а ты объясни ему научно-популярно, что он не прав, а я обиделся.

Он демонстративно поднес телефон к уху и ушел на кухню, а Скорпиус растерянно посмотрел на Гарри.

— Молчи, — Гарри заранее пресек любые малфоевские попытки вразумить его. — Ничто не дается просто так. Помощь помощи рознь, сам понимаешь. Мы втягиваем совершенно незнакомых нам людей в ту еще переделку. И они захотят узнать, ради чего они подставляют свои задницы.

Скорпиус пожал плечами и просто ответил:

— Ради Ивара.

Гарри хмыкнул, но промолчал, решив не переливать из пустого в порожнее. В конечном счете, он ведь тоже мог ошибаться.

— Ну и как мне теперь загладить перед ним свою вину? — улыбнулся он вместо этого. — Объясни мне научно-популярно.

— Нашли оба, к кому обратиться! — фыркнул Скорпиус. — Самому бы знать. Единственное известное мне универсальное средство сейчас неприменимо. Если только вечером…

— Не уверен, что вечером мы сможем что-то применить, — покачал головой Гарри. — Не забывай, что магглы аппарировать не могут, а значит, им нужно будет время, чтобы собраться и доехать сюда. И думаю, что наше собрание закончится уже за полночь. Но уверен, пара часов у нас все-таки будет, как только наш обиженный завершит свои переговоры.

— Предлагаешь потренироваться в захвате заложника? — лукаво улыбнулся Скорпиус. — Тогда нам нужен план. Предлагаю обездвижить, переместить на более подходящую для экспериментов площадку и без письменно заверенного прощения не отпускать.

— Ох, чувствую, мы много чего о себе выслушаем… Но план мне определенно нравится, — вернул улыбку Гарри и вслушался в доносящийся с кухни голос Ивара. — Говорит, что осталось обзвонить двоих… Джона и еще кого-то, — тихо сообщил он Скорпиусу. — Кто обездвиживать будет?

— Давай я, у тебя прегрешений и так хватает, — Скорпиус достал палочку и направил её на дверь. — Вот только ты уверен, что сейчас подходящее время? — поинтересовался неуверенно.

— Нет, конечно, — заговорщически улыбнулся Гарри, отводя руку Скорпиуса в сторону. — Сначала стоит поинтересоваться, удачно ли прошли переговоры.

Скорпиус улыбнулся и спрятал руку за спину. Тут с кухни раздалось громкое радостно-восторженное:

— Да твою ж мать, ты охренел совсем! — и он удивленно вскинул брови.

— Не совсем так я представлял себе переговоры…

— Да уж… — кивнул Гарри, с каждой секундой все отчетливее понимая, насколько он был не прав. — Видимо, вымаливать прощение придется основательно, — хмыкнул он.

— Мне кажется, да, — согласился Скорпиус. — Потому что друзья Ивара должны быть под стать самому Ивару. Мне даже интересно с ними познакомиться.

— Мерлин, да Ивар просто волшебник! Скоро ты у меня станешь закоренелым магглолюбцем, — улыбнулся Гарри. — Нонсенс, которому я рад, — чуть помолчав, сказал он и, взяв Скорпиуса за руку, притянул к себе, мягко проведя по его спине ладонью.

— Мир меняется, и я вместе с ним, — Скорпиус обнял его за талию. — Правда, я не уверен, что перемены к лучшему в том, что не касается Ивара, — добавил уже куда менее радостно. — Тем более, что с некоторых пор шанс, что нас истребляют его сородичи, вырос до слишком большого значения.

— Ты, конечно, прав, — тихо произнес Гарри. — Но прошу тебя, остановись. Если ты дашь волю подобным мыслям, со временем они завладеют тобой полностью. Пойми… какая-нибудь женщина в соседнем доме, быть может, не знает, чем накормить своего ребенка. Потому что из-за кого-то ни нам, ни ей неизвестного, в магазины больше не привозят продукты. Она и знать не знает о нас, она не понимает причины, почему элементарно не может купить хлеб и за что страдает ее семья. Если то, что сейчас происходит, дело рук, как ты выразился сородичей Ивара, но ты должен понимать, что в семье не без урода. Не все магглы одинаковы, — он перевел дыхание и продолжил: — Возможно, я защищаю их, потому что во мне наполовину течет маггловская кровь. Ты далек от них, но ты должен научиться мыслить свободно, объективно и без искусно привитого снобизма. Иначе тебе придется ненавидеть половину меня.

— Я никого не ненавижу, — покачал головой Скорпиус. — Кроме моего дома, мне нечем было по-настоящему дорожить. И потом, Волдеморт ведь был ничем не лучше. Обещаю, я не стану хуже относиться к магглам, если выяснился, что это действительно они. Но пока я не даю стопроцентный шанс, что это так. Думаю, нам нужно попытаться обследовать ещё и небо.

И хотя Гарри уже знал Скорпиуса так близко, как никто другой, он до сих пор не мог понять, как можно обещать чувствовать или наоборот — не чувствовать — какую-то эмоцию. Однако настрой Малфоя пришелся ему по душе. Оставалось надеяться, что своего мнения Скорпиус действительно со временем не изменит.

— Нам нужно попытаться обследовать все — землю, воздух, воду. Горы, пустыни, леса, поля, реки. Если понадобится, я прочешу каждый метр каждого материка, но я найду и этот центр управления, и тех, кто за ними стоит, — произнес Гарри и обернулся на звук приближающихся шагов. — Был не прав, — сообщил он появившемуся из кухни Ивару. — Все понял и осознал. Признаться честно, я планировал извиняться несколько иначе, но потом решил, что лучше начать все же словами.

— Через полчаса подъедет Поль, он, оказывается, в NCA зависает уже два дня к ряду, так что ты всё равно не успел бы, — ухмыльнулся Ивар. — Потому что извинений я требую долгих и обстоятельных. Ну в самом деле, — он глянул обиженно. — Неужели я бы подставил ваши шеи?

— Ты — нет. Но ты не можешь залезть в голову к другим людям, — упрямо продолжил Гарри. — И вообще хватит цепляться к каждому моему слову и переворачивать все по-своему. То один так делал, теперь и второй моду перенял. Я всего лишь озвучил одну из десятков возможностей.

Ивар посмотрел на Скорпиуса, хитро прищурился и сказал что-то одними губами. Почти в ту же секунду Гарри оказался связан по рукам и ногам и полетел на кровать.

— Вот так! — Ивар навис над ним, довольно улыбаясь. — Будем прививать хорошие манеры.

И оседлал его бедра.

Мозг опалила единственная мысль — инстинктивная и неосознанная — разорвать путы и тут же откинуть Ивара в сторону, но, встретившись с его веселыми глазами, Гарри повременил со своим решением и выжидательно посмотрел на него.

— Ты не забыл, что через полчаса приедет Поль? — поинтересовался Гарри с усмешкой. — Даже при всей вашей тяге к экспериментам, майор Маккой, я не поверю, что вы решили собрать зрителей.

— Нет, конечно, нет, — фыркнул Ивар. — Думаю, нам вдвоем со Скорпиусом вполне хватит половины отведенного времени, чтобы ты покаялся от души.

— У меня, кстати, тоже счеты, — Скорпиус возник у него над головой уже без рубашки. — Ты зовешь его по званию! — он обличительно ткнул Гарри в грудь пальцем. — Майор Маккой! А себя мистером Поттером звать запрещал!

— Я как-то упустил, что тебе, аврор Малфой, это кажется сексуальным, — произнес Гарри глухо и перевел дыхание, прислушиваясь к ощущениям. Нельзя сказать, что эта ситуация его возбуждала, но то, что происходящее, будто перышком по коже, щекотало нервы, отрицать не приходилось. — Ну что, мстители, когда каяться начинать? — спросил он, пытаясь угадать, что же именно эти двое задумали.

— Упустил он, — передразнил Скорпиус. — А я тебе об этом говорил! Он ведь меня силком заставлял, — пожаловался Ивару, расстегивая брюки. — А теперь сам…

— Не волнуйся, мы ему сейчас отомстим, — пообещал Ивар, хищно прищурившись, и потянулся ему помочь. — За все разом прощения попросит.

Вдвоем они стащили со Скорпиуса брюки, и его полунапряженный член оказался прямо у Гарри перед лицом.

— Спелись, — констатировал Гарри, с удивлением наблюдая за обоими. Если от Ивара и можно было ожидать подобного поведения, то Скорпиуса таким Гарри видел впервые.

Такой Скорпиус вызывал совсем неоднозначные чувства. Сейчас не было никакого мальчишки — перед Гарри стоял взрослый и абсолютно равный ему партнер. Конечно, достаточно было рявкнуть, ослабить малфоевские чары, как все тут же стало бы на свои места, но Гарри делать этого не хотел. Наблюдать за Скорпиусом, готовым вот-вот выйти из психологического подчинения, было настолько волнующе, что собственный член уже уперся головкой в ширинку, многозначительно натягивая и увлажняя текущей смазкой ткань брюк.

— Ну и чего же ты ждешь? — хрипло прошептал Гарри и подул на высунувшуюся набухшую головку, наблюдая за блеснувшей на ней первой скользкой каплей.

— Знаешь, как родители наказывают плохих мальчиков, если те их обижают? — весело спросил Ивар у Скорпиуса, и тот с готовностью помотал головой, вместо того чтобы выдать нагора сотню вариантов ответов. — Они их игнорируют. Предлагаю поступить так же… — он понизил голос и потянулся к Скорпиусу.

Когда их губы встретились, Гарри едва слышно выругался. Ивара он в который раз недооценил.

— А я, между прочим, сжалился над тобой сегодня утром в машине, — с шумом втянув носом воздух, проговорил Гарри. — Скорпиус, забудь все то, что я говорил о магглах. Они злопамятные и хитрые, — усмехнувшись, продолжил он, начав сбрасывать удерживающие чары.

Точнее, начав пытаться, потому что при всем его желании выходило из ряда вон плохо. Да что там плохо, ни один магический узел не поддавался его усилиям, оставаясь нетронутым. От Гарри требовалось всего лишь одно — хорошенько сосредоточиться. Однако сосредоточиться он мог исключительно на хрипло постанывающем Иваре, да на с упоением целующем его Скорпиусе.

А в следующую секунду капля малфоевской смазки медленно скатилась с покрасневшей головки, уступая место новой, и тягуче повиснув на кончике члена, упала Гарри на щеку. Рвано выдохнув и не в силах оставаться безучастным и дальше, Гарри приподнял голову, намереваясь погладить языком скользкую головку, как вдруг Ивар — явно наблюдавший за ним все это время — остановил его, прижав рукой плечо и не давая возможности пошевелиться.

Скорпиус разорвал поцелуй и внимательно посмотрел на Гарри сверху вниз.

— Кажется, я понял, о чем ты, — прошептал, облизывая распухшие губы, и потянулся рукой к члену. Но Ивар остановил и его.

— Я сам! — сказал, убирая его руку, и наклонился, обхватывая натянувшую кожу головку губами.

Гарри зажмурился и мысленно застонал, когда Ивар застонал от удовольствия в голос. Решив, что что бы он ни говорил, какие бы доводы ни приводил, судьбу свою не изменит, Гарри продолжал неподвижно лежать, истекая смазкой и крепко сжимая зубы, чтобы не простонать. Но как бы он не пытался себя контролировать, тело реагировало по-своему, независимо от его намерений и желаний — крупными толчками члена в ширинку и раскаленной тяжестью в яйцах.

Даже не видя, как длинный ровный член ритмично исчезает в рту Ивара, Гарри не мог не представлять это действо, сопровождаемое уже обоюдными стонами, в ярких подробностях. В какой-то миг Скорпиус гулко сглотнул и задышал часто-часто, и выдержка Гарри сломалась, отозвавшись долгой судорожной дрожью в всем теле.

Распахнув глаза и помотав головой из стороны в сторону, Гарри закусил губу и поджал от бессилия пальцы на ногах, вознося Мерлину молитвы не лишать его остатков разума и гордости. Ивар не ошибался — Гарри готов был заскулить, чтобы на него обратили, наконец, внимание. Дотронулись, погладили, хотя бы посмотрели, но ни того, ни другого никто делать не спешил.

Оказалось, что Скорпиус уже держал Ивара за плечи и сам вбивался в его рот длинными размашистыми движениями. Не таранил жестко, а скорее ласково, плавно скользил, наслаждаясь каждым движением. Голову он при этом запрокинул, а его ягодицы, на которые у Гарри открывался роскошный вид, сжимались при каждом толчке до ямочек под поясницей. Ещё одно открытие ждало Гарри, когда тот опустил глаза вниз — Ивар расстегнул брюки и теперь сжимал собственный член, пачкая смазкой одежду Гарри. Зачарованно глядя, как его большой палец скользит по скользкой блестящей головке, Гарри не выдержал.

Он громко, протяжно простонал — почти взвыл — затем крупно дернулся всем телом, слегка подкинув расслабившегося и совсем не ожидавшего подобного Ивара вверх, и, изловчившись, перевернулся на живот, позволив себе толкнуться набухшим членом в матрас. И хотя матрас был мягким, ощущение было не из самых приятных — ставшая сверхчувствительной головка болезненно среагировала на давление молнии брюк. А в следующий миг ощущения усилились — Ивар оседлал его ноги и вдавливал своим весом в кровать.

Втянув воздух сквозь зубы и прошипев какое-то ругательство, Гарри уткнулся лбом в покрывало и попытался приподнять бедра, отчаянно желая, чтобы кто-нибудь стащил с него одежду и вошел одним длинным толчком — сразу и мощно.

— Не трахните, заведу третьего любовника, — пригрозил Гарри, комкая в бессилии пальцами покрывало.

— И это вместо извинений?! — возмутился Ивар и оттянул его по заднице ладонью.

— Нехорошо, мистер Поттер, — поддержал его Скорпиус, садясь перед ним на колени, широко разводя ноги. Его член снова оказался у Гарри перед глазами, но теперь он уже мог поднять голову, что немедленно и сделал, не тратя времени на ответ. Когда горячий пульсирующий член лег ему на язык, они со Скорпиусом застонали в унисон, а Ивар поспешно зашуршал одеждой.

— Ты можешь снять с него брюки, но оставить веревки? — спросил у Скорпиуса срывающимся шепотом.

— Попробую… — выдохнул тот и, с трудом сосредоточившись, призвал палочку. К досаде Гарри, у него действительно получилось, но просить Малфоя всё же развязать его, он не стал.

Тем более, отрываться от своего занятия Гарри был не намерен. Двигать головой было неудобно и замерев, он расслабил горло, позволяя Скорпиусу самому скользнуть членом настолько глубоко, насколько ему хотелось. И если на первых толчках Скорпиус осторожничал, то совсем скоро инстинкты взяли свое — его бедра задвигались часто и размашисто.

Гарри настолько увлекся ощущениями от минета, что не обратил внимания, когда Ивар приподнял его бедра и, сплюнув на пальцы, провел кончиками по и без того влажной от пота ложбинке межу ягодиц, покружив у входа и мягко надавливая на тугое колечко. И хотя дать себя растянуть совсем не мешало, тело ныло в ожидании чувства заполненности, а мозг плавился от желания получить долгожданные ощущения.

Он хотел было сказать Ивару, чтобы начинал прямо так — сразу — но Скорпиус толкнулся особенно глубоко, позволяя лишь промычать и втянуть носом воздух. Однако намекнуть Ивару не медлить Гарри мог и другим способом. Стоило скользкому пальцу снова аккуратно коснуться его ануса, как Гарри сжался, не желая впускать его внутрь, в то же время призывно вскидывая бедра вверх, давая понять, чего ждет на самом деле.

Но вместо того, чтобы послушаться, Ивар несильно шлепнул его по заднице и, наклонившись, прихватил зубами за поясницу.

— Лежи! — приказал хрипло и протиснул-таки палец сквозь сжатые мышцы.

Гарри охнул от обжигающего проникновения, а мышцы тут же расслабились против воли, не желая препятствовать долгожданным ощущениям.

— Вот не знаю, что делать дальше — трахать тебя или любоваться вами, — хрипло прошептал Ивар, лаская его изнутри. — Просто разрываюсь на части.

Понимая, что ничто не заставит Ивара сойти с намеченного пути — наверняка он-то вопреки словам уже все для себя решил — Гарри отдался во власть ощущений, всякий раз вздрагивая и глухо постанывая, когда ласкающий палец безошибочно находил внутри него самое чувствительное местечко.

Но в какой-то момент случилось ожидаемое — ощущений стало катастрофически мало. Вжавшись бедрами в покрывало, Гарри до дрожи стиснул ягодицы и сжался изнутри, пытаясь обхватить маккоевский палец тугими мышцами и поймать ускользающее удовольствие. Получалось плохо — тело само расслаблялось, млея от дразнящей ласки.

Изнывая от желания кончить, Гарри переключил свое внимание на малфоевский член. Плотнее обхватив губами горячую кожу, он прижал скользящий по языку член к небу и поднял на Скорпиуса глаза, жадно ловя эмоции на раскрасневшемся лице.

— Ивар, давай, — простонал Скорпиус, вглядываясь Гарри в глаза мутным взглядом. — Я думаю, это сейчас было извинение.

— Так и быть, — выдохнул Ивар, наваливаясь на Гарри. — Прощаем!

Его член вошел почти отвесно, протаранив простату с такой силой, что Гарри взвыл и едва не стиснул зубы. Только боязнь причинить Скорпиусу боль удержала его от этого.

А дальше Ивар двигался размашисто, абсолютно точно угадав, что Гарри нужно было именно так — жестко, дико, почти по-животному. Только вот ласкать при этом Скорпиуса становилось все труднее. Сумев отодвинуться и выпустить его идеальный член изо рта, Гарри глядя Скорпиусу в глаза, прошептал, срываясь между каждым словом в протяжные стоны:

— Черт возьми… убери веревки…

Даже несмотря на свое действительно сумасшедшее удовольствие, оставлять Скорпиуса без внимания Гарри не хотел, но и продолжать минет было уже за гранью возможного.

— Не убирай! — рыкнул Ивар. Он оперся одной рукой на матрац, а другой осторожно, но властно потянул за волосы, заставляя Гарри запрокинуть голову. — Давай! — приказал Скорпиусу, и тот понял его без дополнительных разъяснений.

Гарри ничего не оставалось, как покорно открыть рот и глухо застонать, когда Скорпиус мощным толчком вогнал в него член.

Наверняка в любой другой бы ситуации, точнее с любыми другими людьми, подобный секс просто не мог бы состояться. И сейчас, то, что происходило, было для Гарри настолько же остро, насколько ново — еще никогда его не трахали так — не спрашивая о его желаниях, но в то же время считаясь с ними. Еще никогда Гарри не чувствовал себя так беспомощно, но одновременно — в самом центре удовольствия.

Не имея возможности направлять, контролировать весь процесс, ему лишь оставалось принимать наслаждение, одновременно и отдавая его. И к собственному удивлению, вынужденная обездвиженность ничуть не смущала, не оскорбляла и не тревожила — как раз наоборот — налившийся кровью и спермой член твердостью упирался в живот, и тек смазкой так, что Гарри кожей чувствовал под собой мокрое пятно.

Наверное, Ивар подал Скорпиусу еще какой-то знак, а может, что и сказал — за собственными глухими стонами и шумом в ушах Гарри не услышал бы и пушечный выстрел — но вдруг оба они начали двигаться в одном ритме, навстречу друг другу, и заставляя Гарри рефлекторно сжимать одновременно и задницу, и горло.

Кажется, они даже кончили одновременно внутри него, но за это Гарри поручиться не мог — собственный оргазм на несколько долгих мгновений выбил из него способность думать, видеть, слышать и чувствовать что-то, кроме невероятного, никогда еще не испытанного удовольствия. Когда он пришел в себя, то был уже свободен от пут и от члена во рту, а Скорпиус, тяжело дыша, лежал рядом.

— Гарри, с тобой все хорошо? — спросил он заботливо и чуть хрипло.

— Неужто совесть мучить начала? — протянул он и поморщился от саднящего чувства в горле. — Со мной все лучше некуда, — тут же заверил он, встретившись взглядом с внимательными глазами Скорпиуса. — Правда на каком-то этапе я всерьез подумал, что вы меня так в стороне и оставите, — хмыкнул он, вспоминая свои ощущения во время самого необычного секса в своей жизни.

— Не волнуйся, это физически невозможно, — выдохнул в ухо лежащий на нем Ивар. — Я, кстати, чур второй на очереди к веревкам!

Скорпиус рассмеялся и покачал головой.

— На меня не смотрите. Я и без веревок весь ваш.

— Напрасно отказываешься. Такой секс равнодушным тебя точно не оставит, — выдохнул Гарри и улыбнулся. — Ивар, а тебе уготован другой сюрприз. Нечто похожее, но прямо совсем магическое, — сообщил он и снова обратился к Скорпиусу. — Слушай, а под Петрификусом эрекция возможна?

— Если наложить его, когда член уже стоит, а мышцы расслаблены, может выйти очень даже неплохо, — подумав, решил Скорпиус. — Пожалуй, это будет поинтереснее веревок.

— О чем вы? — воодушевленно потребовал ответа Ивар.

— Пожалуй, да, — согласился Гарри. — А это мы о том, как я перед тобой извиняться хотел, — ответил Гарри. — Но теперь придется подождать до вечера. Будем считать авансом за следующие случайно брошенные мной и раздутые тобой обидные слова.

— Упрямец, — фыркнул Ивар почти нежно.

— Осталось десять минут, — с сожалением сказал Скорпиус. — Вообще, конечно, мы три озабоченных идиота, которые трахаются вместо того чтобы скорбеть и пытаться спасти мир.

— Сколько бы ты не трахался, скорбь этим никак не вытеснишь, — протянул Гарри таким тоном, что сразу становилось ясно — спорить с ним сейчас — занятие бесполезное, да и вообще проигрышное. — А мир мы только и делаем, что хотя бы пытаемся спасать, в то время, как правительства обеих сторон заседают в уютных и безопасных кабинетах, — произнес он еще категоричнее.

— А вот на этот раз он прав! — заявил Ивар и скатился с Гарри на постель. — Я в ванну, кто со мной?

— Я! — тут же вскочил на ноги Скорпиус.

— И я сейчас… — Гарри с трудом перевернулся на спину. — Идите, я приду.

Скорпиус тут же исчез в переоборудованной под бассейн ванной, а Ивар задержался, чтобы улыбнуться и подмигнуть.

— Можешь оставаться так, — предложил он. — Моим парням скажем, что у тебя специфическое магическое ранение, несовместимое с одеждой.

Если бы у Гарри были силы дотянуться до подушки, он бы непременно так и сделал — но сейчас было лень даже пальцем пошевелить.

— Посмотрим, как тебе будет до душа после секса под нашим загадочным Петрификусом, — злорадно усмехнулся Гарри и снова растянулся на покрывале, уговаривая себя собрать волю и силы в кулак и все-таки донести свое до безобразия расслабившееся тело до ванной. — Жаль, укрепляющего зелья рядом нет, — выдохнул он с сожалением, перевернулся на бок, а затем поднялся на ноги.

— Впервые вижу тебя так хорошо оттраханным, — хмыкнул Ивар. — Правда, приходится признать, что характер у тебя от этого лучше не становится.

— Да все с моим характером нормально, — бросил Гарри. — Что ты заладил с самого утра — то характер ему не тот, то говорю не так. Может, еще и смотрю неправильно? — хмыкнул он и посмотрел на Ивара нарочно сурово. Правда удержать такой взгляд долго не получилось — стоило взглянуть на Ивара, как губы сами собой растянулись в улыбке.

— Конечно, неправильно! — хмыкнул Ивар. — Смотреть надо с любовью и благодарностью. Хотя бы даже за потрясающий секс.

Гарри подошел к нему и опустил руки Ивару на бедра, мягко поглаживая по все еще разгоряченной коже. — Я люблю тебя, — прошептал он, заглядывая ему в глаза. — И очень благодарен. И не только за потрясающий секс, — он улыбнулся и накрыл губы Ивара легким, полным любви и не выраженной словами нежности поцелуем.

Ивар подался навстречу, возвращая такой же нежный деликатный поцелуй, сказавший гораздо больше, чем все слова до этого. Только сейчас, с огромным опозданием, Гарри наконец понял, что все это ерничание и подколы были просто попыткой достучаться до него, добиться проявления чувств.

— Прости меня, — чуть погодя выдохнул Гарри. — За мою черствость. И за твердолобость тоже, — он скользнул ладонями выше, ласково провел Ивару по спине и с сожалением выпустил его из объятий, отступая на шаг. — Мерлин, и что только твой Поль забыл в NCA? — протянул он и шагнул в ванную.

Наверное, это так потрясающий секс подействовал на него, потому что Гарри много еще чего хотел бы сказать Ивару, а не только короткое «Прости». Но, увы, время не терпит, а им всем троим еще нужно привести себя в порядок. Но он обязательно скажет все то, что Ивар должен услышать. И пусть этот разговор состоится не сегодня и, быть может, не завтра и даже не послезавтра, он все равно произойдет.

Потому что в самом главном Гарри был уверен — как бы он ни был груб и резок, Ивар не развернется, не хлопнет дверью и не уйдет. Ивар будет рядом. И не ценить это может только самый настоящий идиот.

Глава 16

Скорпиус застыл в восхищении, и Гарри смотрел больше на него, чем на спускающийся на улицу самолет. Небольшой истребитель гнал ветер и дождь прямо им в лица, поэтому зонтики были бесполезны и пришлось надеть маски. Но даже сквозь полупрозрачный пластик было видно, какое одухотворенное у Малфоя лицо.

— Сам расхлебывать будешь! — крикнул Гарри Ивару, стараясь перекричать шум турбин.

— Думаю, Криг даст ему полетать, — отозвался Ивар, глядя на самолет почти таким же влюбленным взглядом.

— Чую, ты еще попросишься посидеть рядом с пилотом, — с улыбкой произнес Гарри, когда самолет приземлился, и шум турбин смолк. — Тебя определенно нужно прокатить на метле, раз у тебя такая тяга к полетам. Потом расскажешь, что круче.

— Непременно! — пообещал Ивар и буквально бросился к выпрыгнувшему из самолета высокому мужчине в военной форме.

С некоторой ревностью Гарри наблюдал, как мужчина улыбается при виде Ивара и сметает его в объятия. Некоторое время оба упоенно дубасили друг друга по спинам, а потом Ивар отстранился и потянул своего знакомого к Гарри и Скорпиусу.

— Знакомьтесь, парни, это Криг! — объявил так радостно, будто речь шла о крупном выигрыше.

— Привет! — поздоровался Криг слегка растерянно. — А у вас тут что, химическая атака?

— Почти, — кивнул Ивар. — Объясню позже, когда все соберутся. Пойдем в дом, там они снимут маски, и вы сможете нормально познакомиться.

Маски они сняли гораздо раньше — когда добрались до лестничных пролетов.

— Меня зовут Гарри. Это Скорпиус, — представил их Гарри и протянул Кригу руку. — Простите, что в перчатке, — извинился он, — но попавшая на вашу руку вода представляет угрозу моему здоровью и здоровью моего помощника, — он кивнул на Скорпиуса и продолжил: — Крайне рад знакомству.

Криг посмотрел на него, как обычно смотрят на человека с причудами, но руку протянул и ответил улыбкой.

— Когда остальные подтянутся? — спросил Криг Ивара, преодолевая ступеньки и не обращая больше внимания ни на Гарри, ни на внимательно наблюдавшего за ним Малфоя.

— Поль должен был прийти первым, но кто же знал, что ты решишь выпендриться и прилететь на сверхзвуковом самолете, — хмыкнул Ивар. — А потом…

— В каком смысле «сверхзвуковой»? — перебил Скорпиус.

Криг нахмурился и посмотрел на него как на умалишенного.

— Обычный истребитель, — пожал он плечами, явно не зная, что еще ответить.

— Он летит со скоростью выше скорости звука, — пояснил Ивар. — Современные модели — так значительно быстрее.

— И какая максимальная скорость? — Скорпиус буквально впился в Крига взглядом.

— Около пятисот метров в секунду, — отозвался тот, явно ничего не понимая, но Скорпиус продолжал смотреть все так же пытливо, и ему пришлось уточнить: — Пятьсот тридцать два. Ивар, кто они? — спросил без всякого перехода, резко развернувшись к Маккою.

— Я сейчас все расскажу, только ты не торопись меня сразу в психушку везти, ладно? — со всей серьезностью начал Ивар, но затем расплылся в широкой улыбке, явно предвкушая свой предстоящий рассказ. — Тебе как донести информацию? Сжато и лаконично или с самого начала и в деталях?

— Желательно узнать саму суть, — отозвался Криг, недоверчиво оглядев всех троих.

— Хорошо, — кивнул Ивар. — Только я позволю себе небольшую прелюдию, чтобы ты был точно уверен в моей вменяемости. Меня ничем не опоили, не отравили и даже не загипнотизировали. Я не принимаю наркотики и у меня нет алкогольной зависимости. Надо мной не проводились никакие эксперименты и психотропные вещества тоже не испытывали. Любое мое слово может быть наглядно подтверждено. Да… и в секту я ни в какую не попал, — уточнил он на всякий случай.

— Да не томи уже, — нетерпеливо перебил его Криг. — Не сдам я тебя в комнату с мягкими стенами, не волнуйся. Если что, сам буду в чувства приводить.

— Не надо меня ни во что приводить, — отмахнулся Ивар со свойственным ему весельем. — Итак, суть… — выдохнул он, вдруг посерьезнев, и внимательно посмотрел на Крига. — Это волшебники. Они умеют колдовать и летать на метлах. Они ведут достаточно закрытый образ жизни, поэтому о них мы знаем только как о героях детских сказок. Впрочем о нас они знают только то, что мы живем рядом с ними. Но как мы живем, они не знают, да и была б их воля, знать не хотели бы. Ну вот, и вся суть, — закончил он и все-таки рассмеялся, прокрутив в голове только что произнесенные им слова. — Криг, я не псих! И я не прикалываюсь над тобой!

— Волшебники, значит… — повторил Криг с непонятной интонацией и обвел Гарри и Скорпиуса цепким взглядом. — Звучит, конечно, бредово, если бы не этот маскарад. Я сейчас попробую что-нибудь понять, а ты меня поправь: этот дождь опасен для них? — Ивар кивнул. — Именно потому что они не такие, как мы? — Ивар снова кивнул. — И вся эта хуйня, что нам трет командование — деза? На самом деле напали на них?

— Ну вот! — Ивар торжествующе посмотрел на Гарри. — Я же говорил, что с моими парнями сваришь любую кашу!

— Я так и знал, что дело нечисто, — поморщился Криг. — Но чтобы до такой степени… Но волшебники — это ты все же загнул. Мутанты, небось, какие-то, а, мужики? — он посмотрел на Гарри и Скорпиуса уже с искренним интересом. — И какие у вас способности?

Раньше, чем Ивар и Гарри сумели среагировать, Скорпиус достал палочку и наставил ее на Крига.

— Силенцио! — сказал он холодно. — Сам ты мутант!

Сначала Ивар и Гарри оторопело в унисон моргнули, переглянулись, затем Ивар прыснул от тщательно сдерживаемого смешка, а Гарри достал палочку и сбросил заклинание обычным Фините.

— Похоже, прививать хорошие манеры не одному мне надо, — спокойно выдохнул он, ничуть на Скорпиуса не злясь. — Мы не мутанты, — заверил он обалдевшего Крига. — Мы иная ветвь эволюции, которая в ваших учебниках никак не обозначается. Думаю, такая формулировка вам будет более близка и понятна.

— Ага… — выдохнул он оторопело, не глядя на Гарри, но во все глаза таращась на Малфоя, и вдруг попросил: — Сделай так еще раз!

— Легко! — Скорпиус снова вскинул палочку. — Силенцио! Петрификус Тоталис! Винраргиум Левиоса! — он дал застывшему Кригу немного попарить под потолком и осторожно опустил его, отменив заклинания. — Еще? — поинтересовался хищно.

— Пока хватит… — выдохнул Криг и, помотав головой, чуть пошатываясь пошел вперед.

Дойдя до квартиры Ивара он безошибочно отправился на кухню и, точно зная, где искать, достал из шкафчика бутылку виски.

— Остальным тоже оставь, — хмыкнул Ивар, наблюдая, как он делает большой глоток.

— Да я чуть-чуть, — Криг отставил бутылку и опустился на стул. — Мозги промыть. Это покруче, чем Люди-Икс, скажу я вам, — он посмотрел на Скорпиуса с искренним уважением.

— Если ты снова про мутантов, то у меня есть заклинания и потяжелее, — предупредил Скорпиус мрачно.

— Заканчивай с ребячеством, — прошептал Гарри, воспользовавшись моментом и перехватив малфоевский взгляд. Причем сделал он это совсем беззувчно — одними губами — не желая, чтобы Криг подумал, что он отчитывает своего непутевого помощника. — Разуй глаза! Он все понял и совсем не хочет оскорбить ни кого из присутствующих.

— А тебя-то как занесло к ним? — нарушив молчание, хмыкнул Криг, обращаясь к Ивару. — Тебя, Маккой, вечно тянуло на какую-нибудь экзотику, но здесь ты сам себя переплюнул, — заключил он и добродушно рассмеялся. — Охренеть вообще!

— Ты бы, Криг, попридержал язык, — серьезно сказал ему Ивар. — Скорпиус у нас совсем с другой планеты и юмор наш понимает с трудом, так что давай без потенциальных оскорблений.

— Ок! — Криг тут же поднял руки. — Без обид? — спросил он Скорпиуса и протянул ему ладонь. — Джейсон Криг, старший сержант ВВС, командую небольшим звеном истребителей.

— Скорпиус Гиперион Малфой, — Скорпиус аккуратно пожал ему руку, — личный помощник Главы Аврората, наследный лорд Малфой.

— Лорд? — удивленно протянул Криг. — Надо же… Круто. Слышишь, Ивар, — он перевел веселый взгляд на Маккоя, — то-то наш Поль обрадуется. Наконец-то он найдет себе собеседника своей масти. Помнишь, он всегда говорил, что нам плебеям их сиятельство не понять, — хохотнул он, явно не держа ни капли зла на этого самого Поля.

Ивар хмыкнул и широко улыбнулся.

— Не уверен, что они найдут общий язык именно в этом смысле, — покачал он головой. — Но Полю будет приятно, наверняка. Кстати, чтоб ты знал, их Аврорат — это примерно как в Америке Пентагон. А вот это, — он кивнул на Гарри, — его Глава, Гарри Поттер.

— Гарри Джеймс Поттер, — педантично уточнил Скорпиус.

— Эм… — Криг чуть растерянно посмотрел на них и встал, отдавая честь. — Приятно познакомиться, сэр, — выдал он после некоторого раздумья, явно не зная, как обратиться к человеку столь выше его чином.

Гарри посмотрел на него с уважением и, рассудив, что излишние церемонии им ни к чему, просто улыбнулся и похлопал Джейсона по плечу:

— Обойдемся без устава. Ко мне можете обращаться по имени.

Тут раздался звонок в дверь и Ивар пошел открывать.

— Ну и кто такие, эти ваши Люди-Икс? — поинтересовался Скорпиус, выбрав, как всегда, самый неуместный вопрос из всех возможных.

— Боюсь, что если я снова произнесу это слово, угожу под обещанное заклятие потяжелее, — улыбнулся Криг и покачал головой, мол, мне еще дороги мои тело и разум.

— Это из комиксов, — ответил за него Гарри. — Команда супергероев.

— И не только из комиксов. Фильмы о них еще были, — уточнил Джейсон. — Но… простите, а вы откуда знаете?

— Я много чего знаю вашего. Меня воспитывали обычные люди, — скупо ответил Гарри. — А для тебя у меня уже обширная познавательная программа намечена, — улыбнулся он Скорпиусу. — Не знаю, что там из маггловского тебе показывал Ивар, но лучше бы он тебя в кино сводил.

— Еще свожу! — пообещал вернувшийся сияющий Ивар и посторонился, пропуская в комнату еще двоих мужчин — очень высокого, выше Крига, светловолосового верзилу и худого серьезного юношу в очках.

— Поль! Рой! — радостно выдохнул Криг и поспешно вскочил. Верзилу он обнял так же тепло, как и Ивара, а юноше церемонно подал руку, весело усмехнувшись. — Ваше высочество!

— Ну здравствуй-здравствуй, перелетная пташка, — искривил губы в чуть надменной, но все же радостной улыбке юноша, по всей видимости, Поль. — Это из-за тебя мне пришлось бросить работу и мчаться сюда, сломя голову?

— Нет, Поль, на этот раз из-за меня, — улыбнулся Ивар. — В переделки попадать горазд не только наш Джейсон, — сказал Ивар. — Теперь моя очередь.

— Удивительно, — хмыкнул Рой. — Ты ж у нас пай-мальчик. Все сомнительные истории мимо тебя проходили.

— Просто пай-мальчики не размениваются по мелочам, — как всегда весело отозвался Ивар. — Но если мы и влипаем, то уж сразу в дерьмо всемирного масштаба.

— Просто нашему Ивару надоели дожди, — усмехнулся Криг. — Наверное, он соскучился по солнцу и решил во что бы то ни стало разогнать на небе тучки. Хотя признаться, я и сам бы не прочь в скором времени позагорать.

— Ничего-то вы не понимаете, — вздохнул Поль. — Белая кожа — признак аристократизма! — тут он зацепился взглядом за Скорпиуса и удовлетворенно кивнул. — А нет, все-таки не все тут рабы солярия.

— Ничего не имею против загара, — покачал головой Скорпиус. — Просто у меня кожа совсем не темнеет.

— А еще он лорд, — сдал его с потрохами Криг. — Самый настоящий.

— Вот как? — Поль весь преобразился, как почуявшая след гончая. — И как же ваша фамилия, позвольте поинтересоваться?

— Его фамилия тебе ничего скажет, — улыбнулся Ивар. — И второй раз я на эту удочку не куплюсь. Вам обоим придется подождать остальных, а личность моих дорогих гостей пока останется тайной.

— И это мудрое решение, — кивнул Криг. — А то виски у тебя как всегда преступно мало.

— Так его всегда пил только ты, — фыркнул Ивар.

— Так еще и будет повод напиться? — заинтересованно спросил Рой. — Или ты, Ивар, что-то такое надумал, с чем без пол-литра не разберешься?

— В точку! — снова подал голос Криг и придвинул бутылку к себе поближе. — Так что, Рой, садись рядом, пока места свободны! — он постучал рукой по соседней табуретке и многозначительно покосился на виски.

— А как ты будешь управлять самолетом, если выпьешь? — спросил Скорпиус с искренним интересом. — Разве координация не нарушается?

— А что, у вас виски не делают? — ляпнул Криг, но поймав на себе удивленные взгляды Поля и Роя, поспешил заткнуться. — В общем, нормально буду управлять. Я же не напиваюсь, что бы там некоторые не говорили, — он покосился на Ивара.

— Да, а от штрафбата я тебя сколько раз отмазывал? — вздернул тот бровь.

— Так то ж сколько лет назад было? Ты бы еще припомнил время, когда мы все в туалет сами не ходили, — фыркнул он. — То молодость была. Да и вообще, насколько мне помнится, наказывают вовсе не за то, что ты нарушил правила…

— А за то, что попался, — закончил за него Ивар. — Ну хоть этот урок ты усвоил, — улыбнулся он, вспомнив, как несколько лет назад после очередного нагоняя давал Кригу нужные наставления.

— Вот тебе и пай-мальчик, — присвистнул Рой. — А мне он такого не говорил. Тебе говорил, Поль?

— Нет, — отозвался Поль. — Просто наш Ивар активно применял системный подход к межличностному восприятию и пониманию. Это эффективно и не так сложно, если в процессе коммуникации учитывать тот факт, что каждый член общества специфичен и подсознательно требует для себя особого…

Закончить фразу он не успел — Джейсон мученически взвыл и уронил голову на локти:

— О, Боже! Нет! Еще одно слово про подсознательные требования членов — и встречу с вами я вынужден буду продолжить в интерактивном режиме с борта своего самолета.

— Иммигрируем вместе! — поддержал его подсевший рядом Рой. — Бутылку только не забудь.

— Но если количество человек в подчинении стремится к цифре, значительно превышающей лимит физически возможного потенциала подобных межличностых отношений, то система дает сбой в восьмидесяти четырех процентах случаев, — сказал Скорпиус Полю.

— Боже, не-ет! — простонал Рой. — Еще один!

— Нет-нет, не волнуйтесь, он может разговаривать и нормально, — поспешил успокоить их Ивар.

— Могу, — подтвердил Скорпиус. — Только пить не буду, мне нельзя.

— А мы и не предлагаем, самим мало, — усмехнулся Криг.

— Да ну не гони, — покачал головой Рой. — Вполне достаточно, — он оценивающе посмотрел на бутылку и кивнул, подтверждая свои слова.

— Ну-ну, — скептически протянул Криг. — Интересно, что ты скажешь, когда узнаешь… так сказать… суть всего дела, — хмыкнул он и заговорщически посмотрел на Ивара. — Нет, не могу это держать в себе. Эта тайна сильнее меня. Она рвет мой разум на части, — выдержав паузу, картинно простонал он и повернулся к Рою. — Наклонись! Кое-что по секрету скажу. Только тшшш — никому ни слова, — прошептал он и потянул Роя за плечо, наклоняясь к самому его уху.

Пока Джейсон нашептывал ему что-то на ухо, Рой замер, затем широко распахнул глаза, оглядел Скорпиуса и Гарри с ног до головы, а потом… громко рассмеялся.

— Черт тебя задери, Криг, еще немного — и я бы поверил! — хохотнул он и легонько ударил его кулаком в плечо.

— Не верит, — с наигранным сожалением вздохнул Джейсон и пожал плечами.

— Убедим, — серьезно сказал Скорпиус, но потом не выдержал и улыбнулся. — Ивар, когда приедут остальные? Не хочется каждый раз представление устраивать.

— Не могу сказать, — вздохнул Ивар. — Им добираться дольше. Так что, наверное, придется несколько раз повторить.

— Да о чем речь? — не выдержал Поль. — Вы так себя ведете, что я уже чего угодно жду. Вплоть до того, что вы работаете на инопланетян или сами… Того, — он с опаской посмотрел на Гарри и отодвинулся подальше на всякий случай.

Подавив в себе желание для антуража топнуть на Поля ногой — а еще он Скорпиуса в ребячестве обвинял — Гарри обратился к Ивару:

— Ну что, конферансье, наш выход объявишь? — хмыкнул он и потянулся в карман, доставая палочку.

— Да погоди, тут целую лекцию вначале надо, — улыбнулся Ивар и вкратце рассказал Рою и Полю то, что в общих чертах уже знал Криг. Вышло у него несколько подробнее и серьезнее, поэтому в конце все трое смотрели на него без улыбок.

— Нет, я понимаю, что с таким не шутят, но все равно не верю, — сказал в конце концов Рой. — Не ну это бред же… — он посмотрел на палочку в руках Гарри и жалобно вздохнул. — Только не говорите мне, что вы правда можете превратить Поля в жабу. Этого не может быть.

— Могу, — со всей серьезностью ответил Гарри. — Только боюсь, Полю это не понравится. Это не самая приятная процедура. Однако если вам нужны доказательства, я охотно их продемонстрирую.

— Нет уж, я настаиваю, даже буквально требую, чтобы меня превратили! — заявил Поль, глядя на него с еще большим подозрением. — Пока не почувствую на своей шкуре, буду считать, что вы просто заморочили бедному Ивару голову.

— Ему, пожалуй, заморочишь, — сказал Скорпиус и легким взмахом палочки трансфигурировал стол, за которым сидели Криг и Рой в симпатичного слоненка. Тот недоуменно заозирался и истошно затрубил в хобот, увидев толпу незнакомых людей.

— Слушай, предупреждать же надо, — выдохнул Криг и, как показалось Гарри, с явным облегчением. Впрочем Гарри не ошибся. — Уф, еле успел, — сообщил тот, поглаживая не успевшую долететь до пола бутылку.

Видимо, после испытанных на себе заклятиях, слон на него произвел не такое впечатление, как на остальных. Точнее, только на Роя — Поль же оставался непреклонным:

— Это иллюзия, — покачал головой он. — Ивар, наверняка эти двое — умелые гипнотизеры, и никакого слона и в помине нет. Это ведь абсурд.

— Да? А если бы бутылка разбилась?! — возмутился Криг. — Вот иллюзия так иллюзия была бы!

— Охренеть… — протянул Рой. Он осторожно потрогал слоненка за ухо и поспешно отдернул руку, когда тот испуганно отшатнулся. — А ну хватит мучать животное! — прикрикнул вдруг на Скорпиуса, и тот быстро отменил заклинание.

— Какие еще нужны доказательства, что Ивара мы не одурманили? — протянул Гарри, осмотрев присутствующих гостей по очереди, задержав особенно долгий взгляд на Поле.

— Не знаю, — признался тот. — Но я буду за вами следить!

— А со мной он знаете, что сделал? — Криг с восторгом поделился собственными ощущениями от заклинаний Скорпиуса, периодически так на него поглядывая, что Скорпиус смутился и ушел в глубь кухни. Вытащив из-под раковины последний ящик тушенки, он начал ее методично уничтожать.

Некоторое время парни бурно обсуждали все произошедшее, а потом стали по одному затихать. Первым уставился на гору пустых банок Криг. Потом неладное заметил Поль, и последним — Рой. Скорпиус смутился еще больше, отвернулся от них, но есть не перестал.

— Кажется, нужно рассказать еще кое-что, — вздохнул Ивар и вопросительно посмотрел на Гарри.

Гарри пожал плечами и качнул головой в сторону Скорпиуса, мол, у него и спрашивай. И закончив с переглядыванием с Иваром, подошел к Скорпиусу, положил ему руку на плечо, слегка погладив и совершенно не задумываясь, как этот жест расценят маккоевские друзья.

— Кажется, Ивар хочет рассказать им еще кое-что, касаемо лично тебя, — он проговорил так тихо, чтобы услышать его мог только Скорпиус. — И он ждет твоего согласия. Или запрета.

— Да считай, я уже рассказал, — вздохнул Скорпиус, открывая очередную банку. — Но я просто не мог терпеть, столько информации, — он виновато пожал плечами. — Расскажи им, — сказал он громко, оглянувшись на Ивара. — А то я еще поперхнусь.

Ивар кивнул и помолчал, подбирая слова.

— Дело все в том, что Скорпиус у нас гений, — сказал он, и Скорпиус закашлялся. Гарри постучал его по спине, пряча улыбку, а Ивар продолжил: — У него абсолютная память, куча всяких потрясающих способностей и талантов и вообще он очень-очень крут, вы в этом еще убедитесь, поэтому расписывать все подробно пока не буду, чтобы не портить впечатление. Но чтобы весь его биологический компьютер работал, ему нужно много топлива, которое он получает из еды с помощью специальных магических таблеток. Поэтому он очень много и часто ест, а вы сейчас наконец отвернетесь и сделаете вид, что все поняли и так и надо, всем ясно? — добавил он мягко, но все как по команде отвернулись от Малфоя.

— Ивар, а что собственно говоря требуется от нас? Не кормить же его с ложечки? С этим он и сам отлично справляется, — хмыкнул Рой. — Давай колись уже, зачем позвал.

— Вот чем ты меня слушал? — спросил Криг. — Займемся улучшением климата, — хмыкнул он. — А попутно, сдается мне, еще и не с одним десятком задач справимся. И вообще, много ты, Рой, вопросов задаешь. Дождемся всех опазданцев, и все узнается. На вот… — он протянул ему бутылку, — лучше приобщись.

— Да погоди ты, — решительно отказался Рой. — Я понял, что расе вполне себе настоящих волшебников, про которых никто и слыхом не слыхивал, кто-то объявил глобальный бойкот и призвал на их головы межгалатический Ку-клус-клан. Понял, что Ивар каким-то образом помог уцелеть начальнику их госбесопасноти и его супер-потрясающе-гениальному помощнику. Понял, что он собирается помогать им и дальше, желательно до полного хеппи-энда. Я не понял только одного, — он вопросительно посмотрел на Ивара. — Что ты хочешь, чтобы мы сделали, шеф? У тебя ведь есть конкретный план?

— План есть. Точнее, цель, — с непривычной серьезностью ответил Ивар. — Но вся инициатива на наш страх и риск. Под мою, конечно, ответственность, но от трибунала вас это вряд ли спасет, если что.

— Да это и так понятно было с самого начала, — отмахнулся Криг. — Можно и не заявлять так торжественно. Иначе ты бы не звонил всем нам по одному, а либо вызвал приказом, либо взял собственных людей. Но я даже не спрашиваю, зачем это все тебе лично — я вижу, что тут ситуация патовая, если мы им не поможем, никто ведь не поможет? — спросил он полуутвердительно. — Судя по тому, какие нам отдают приказы.

— Ты правильно все понял, Криг, — кивнул Ивар. — А если бы вы были с самого начала в теме и видели то, что видел и слышал я, вы бы так охренели, что сложили бы с себя все полномочия, решив, что с этой планеты пора дезертировать, предварительно растеряв веру в людей. Вы даже представить себе не можете, как себя вело руководство NCA — передушил бы голыми руками, — выдохнул он. — Впрочем, не об этом сейчас.

— Так какие вам отдают приказы? — спросил Гарри, дождавшись, пока Ивар закончит тираду. Возможно спросить об этом следовало позже — хотя бы тогда, когда Скорпиуса рядом не будет — но сдержаться Гарри не смог. Уж очень было интересно, как магглы быстро сориентировались и решили избавиться от них, не рискуя жизнями и не марая руки.

— Наблюдать! — с отвращением выплюнул Криг. — Шпионить, докладывать обо всех перемещениях всего на свете — людей, птиц, жуков. И ничего не предпринимать, ничему не удивляться и держать рот на замке.

— Вот же суки… — выдохнул Гарри, получив подтверждение собственным догадкам. — Наблюдать, значит, — повторил он, чувствуя, как все внутри закипает от ярости. — А потом и добить нас — слабых и разрозненных — если даже вдруг случится чудо, и мы выкарабкаемся из этого дерьма.

— Не исключено, — холодно произнес Рой. — Ты человек наш, поэтому понимаешь, что приказы командования не обсуждаются и под сомнение не ставятся. Никто бы из военных и пикнуть не посмел что-то против.

— Ну прям, — хмыкнул Криг. — Так уж и никто. Скажешь тоже.

— Не забывай, что мы в численном проигрыше, — заговорил Поль. — Перевес мнений и сил совсем не в нашу пользу.

— А ты не забывай, что историю творят отдельные личности, — в противовес ему протянул Криг. — Иначе для чего вообще жить, если ты не в силах ни на что повлиять?

— Для переворота нужна мощь и хорошо оснащенная техническая и интеллектуальная база, — упрямо продолжил Поль.

— Ну вот с чем-чем, а с техникой у нас проблем точно нет, — заключил Рой. — И с интеллектуальной базой вроде как подружимся, — хмыкнул он и по-доброму посмотрел на Скорпиуса.

— Так, захватчики, об этом мы подумаем позже, — улыбнулся Ивар. — Пока что у нас другие задачи.

Тут снова раздался звонок в дверь и тут же — топот в коридоре.

— Шеф, уходим, быстро! — рявкнул кто-то, забегая в комнату. — Твой телефон на прослушке, и был отдан приказ немедленно тебя арестовать!

Ивар растерянно моргнул.

— Стив? — спросил он удивленно. — Но…

— Никаких «но»! — отрезал тот, кого назвали Стивом, и Гарри наконец смог его рассмотреть — совсем молодой парень, стриженный под ноль в форме NCA. — Тех людей, которым ты звонил, перехватили на подходе к дому, периметр оцепили. Я вызвался в разведку, чтобы тебя предупредить.

— Вот же бляди! — выругался Ивар. Его глаза полыхнули гневом, и он сжал кулаки.

— К самолету, быстро, — сориентировался Криг. — Кому-то, правда, придется лететь снаружи, но это не смертельно.

— Не нужно, — покачал головой Скорпиус, возвращаясь к компании. — Я смогу аппарировать троих — Ивара, Поля и Крига. Гарри, ты возьмешь Роя и Стива.

— Пойдешь в заложники? — Гарри спросил замешкавшегося Стива и ухватил его за руку, рывком притягивая к себе. — Рой, руку, — скомандовал он и протянул ему ладонь.

На то, чтобы решить, куда всех аппарировать, понадобилась доля секунды. На свою базу было слишком рискованно, к аврорам — вообще не вариант. Оставалось только одно хорошо знакомое ему и Скорпиусу место — уж там точно маггловская разведка искать новоявленных военных преступников не станет.

— В мэнор! — крикнул Гарри держащему за руки троих Скорпиусу и получил ответный кивок.

— Парни, оставляем телефоны здесь, — послышался голос Крига, потом звук ударившихся о кафель мобильников, хлопок малфоевской аппарации, приближающийся топот тяжелых ботинок — и мир закрутился вихревой воронкой.

Несколько секунд все, кроме Гарри, Скорпиуса и Ивара приходили в себя. Первым, что неудивительно, поднял голову привычный к перегрузкам Криг.

— Ох нихрена себе… — выдавил он. — Вот это я понимаю, волшебство! Куда там нашим истребителям…

— А истребитель все же жаль, что бросили, — выдавил следом Рой. — Пригодился бы.

— Ну да. Телефоны побросали, а самолет с собой прихватили. Действительно, кто ж его заметит. Подумаешь, мелочь какая, — хмыкнул Криг, озираясь по сторонам. — Мы в музее? — спросил он Скорпиуса, осмотревшись за несколько секунд.

— В парадном зале фамильного замка, если я не ошибаюсь, — тяжело дыша, вступил в разговор белый как полотно Поль.

— Нет, — покачал головой Скорпиус. — Парадный зал гораздо больше. Это просто гостиная.

Он помог Гарри скорректировать направление во время аппарации и вынес их всех в помещение, почти свободное от мебели — с единственным диваном перед огромным окном.

— А самолет очень жаль, — добавил с искренней горечью. — Я так хотел на нем полетать.

— О, ты только погляди, Криг, еще один без ума от твоей летающей жестянки, — рассмеялся Рой. — А хоть раз летал?

— Он летал, — улыбнулся Ивар. — Но если я тебе скажу на чем, твой мир рухнет.

— Полетаешь, — вдруг пообещал Криг. — Если нас всех к стене не поставят, обязательно возьму тебя в полет. Будешь рядом сидеть — облаками любоваться.

— Боюсь, что облаками любоваться будешь ты, — Ивар явно веселился от души. — Три секунды в воздухе — и ты увидишь лучшего на своем веку пилота, — сообщил он и, увидев нескрываемый скепсис на лице Джейсона, протянул ему руку и хитро прищурился: — Спорим на бутыль вискаря?

— Зачем тебе виски, ты же не пьешь? — фыркнул Криг, но руку пожал.

— А к стенке вас не приставят, — твердо пообещал Скорпиус. — Что бы это ни значило. Хоть Гарри и Ивар со мной не слишком согласны, а маги все-таки сильнее, когда могут колдовать. Мы сможем вас защитить, даже если нас останется только двое.

— Разбей, защитник, — улыбнулся Криг и указал взглядом на их с Иваром сцепленные руки. Уточнять, что это такое — оказаться приставленным к стене, он не стал.

— Просто надави так, словно хочешь нас разлепить, — пояснил Ивар. — Как зачем виски? Тебя поить — это раз. И может, я когда на радостях сам решу напиться — это два.

— Мне кажется, сейчас самое время сообщить твоим родителям, что их дом временно превратится в общежитие, — произнес Гарри, вторгаясь житейскими проблемами во всеобщее веселье.

Однако необходимости в этом уже не было.

— Что здесь происходит, Скорпиус? — внезапно раздавшийся за их спинами голос мог принадлежать только одному человеку — Драко Малфою.

— Вот и прекрасно, — хмыкнул Гарри, прокомментировав появление совсем не радушно настроенного хозяина, и подошел к Ивару. — Хотя бы бегать за ним по всем комнатам не нужно.

— Здравствуй, отец, — Скорпиус выступил вперед. — Извини, что без предупреждения, но так сложились обстоятельства. Этим людям нужно надежное укрытие, и у нас не было другого выбора. Временно они поживут тут.

Он говорил твердо и уверенно, не спрашивая разрешения, а просто ставя перед фактом, чем, разумеется, взбесил Драко до крайности.

— Ты соображаешь, о чем говоришь?! — рявкнул он, сжимая кулаки. — Это же магглы! Даже чарами сканировать не нужно — по ним сразу видно!

— А ты не смотри, — холодно посоветовал Скорпиус. — Это мое крыло, и они будут жить здесь.

— Мерлин и Моргана! Кто все эти люди и что они делают в нашем доме? — в гостиную вошла Астория и остановилась рядом с мужем, недоуменно разглядывая всех по очереди.

— А это, дорогая, новые постояльцы, — протянул Драко, продолжая рассматривать новоприбывших. — Ты разве не знала, что наш мэнор так и просился превратить его в гостиницу? Я тоже не знал. Но нашего сына всегда отличало нетривиальное мышление. И этот вопрос не стал исключением.

— Блядь, Малфой, да ты можешь уже заткнуться, наконец? — не выдержал Гарри. — Ты добиваешься официального предписания со стороны властей? Так считай, что оно у тебя уже есть, — процедил он. — На правах Главы Аврората я имею право разместить своих людей в любом жилом и нежилом доме согласно законам военного времени. И если вы живете в относительном затишье — то только, считай, по блату. Связи у вас хорошие, даже в Аврорате есть, — закончил он и перевел дыхание, продолжив тихо и спокойно: — Скорпиус, размещай их. Тридцать минут на то, чтобы обустроиться и встречаемся здесь.

— Так точно, сэр! — отчеканил Скорпиус и, потеряв к отцу всякий интерес, кивнул Астории. — Пойдемте со мной, — сказал парням. — Я покажу комнаты, а вы выберете, какие больше понравятся.

Определились все очень быстро — комнаты успели обновить, возможно, этим занимались Астория и Драко лично, — и они были одна краше другой.

— А где твоя комната? — спросил Криг, обследовав отведенную ему спальню. — И Ивара?

— В целях безопасности мы сейчас ночуем на временной базе, — пояснил Ивар. — Для Гарри и Скорпиуса это безопаснее всего.

Криг на миг нахмурился, словно сопоставляя какие-то важные для себя сведения, а потом вдруг широко улыбнулся:

— Тогда милости просим в гости в любое время, — сказал он Ивару с напускной радостью и хитро прищурился. — Если, конечно, не опасно оставлять Гарри и Скорпиуса без присмотра.

К счастью, из гостиной донеслись возбужденные голоса, и Скорпиус, не обратив внимания на странное поведение Крига, поспешил выйти за дверь и проверить, все ли в порядке.

— Догадался? — выждав пару секунд и убедившись, что Малфой в ближайшее время не вернется, произнес Ивар.

— Обижаешь, — покачал головой Криг и улыбнулся. — Не первый год ведь знакомы. Да еще так знакомы, что прямо порой ух… ностальгия по старым добрым временам накатывает.

Ивар тепло ему улыбнулся и хотел было что-то сказать, но Криг его опередил.

— Я только не совсем понял, с кем из них, — сказал он задумчиво. — Парень, конечно, чертовски хорош, хоть и странный немного, но Гарри этот тоже весьма и весьма.

— Сложный вопрос, — усмехнулся Ивар и расплылся в широченной улыбке. — Можно я не буду на него отвечать?

Криг посмотрел на него с недоверием — мол, что еще за тайны от старого друга — но уже в следующую секунду его глаза сами собой распахнулись.

— Да ну на фиг… — оторопело выдохнул он. — Неужели ты?.. — он поначалу так и не закончил свой вопрос, словно боялся попасть впросак со своей внезапной догадкой, но потом все же решился: — С обоими? — и не услышав никаких обвинений в сумасшествии и чрезмерном буйстве фантазии, заключил невпопад: — Ну ты совсем охренел!

— Наверное, — пожал плечами Ивар. — Но ты давай полегче. Тут, как ни странно, все очень серьезно. И как бы я тебя не любил, а шутки в эту сторону не потерплю, — он посмотрел на Крига внимательно и даже жестко.

— Ну если так оно и есть… — протянул Криг и замолчал на полуслове, встретив взгляд Ивара не менее серьезно. — Тогда я могу, наконец, за тебя порадоваться, — сообщил он и после лукаво прищурился. — Блядь, прости, но удержаться не могу. Я тебе всегда говорил, что ты найдешь себе пару только на Марсе. Как в воду глядел!

Ивар расхохотался, запрокинув голову, и от души шлепнул Крига по спине.

— Вот тут даже спорить не буду! — сверкнул он своей потрясающей улыбкой. — Ты просто не представляешь себе, насколько прав! Но пойду пригляжу за моим марсианином, — он озабоченно оглянулся. — Скорпиус — человек невероятный и потрясающий, но совершенно непредсказуемый.

— Да уж успел прочувствовать, — усмехнулся Криг. — Ну давай, иди, — он хлопнул Ивара по плечу и улыбнулся. — Я выйду через пару минут.

Ивар ответил ему легким кивком и вышел из комнаты. Говорить Кригу о том, чтобы не трепал языком, не было никакой необходимости. Впрочем, как и любому из тех, кто волею судьбы обустраивался сейчас в родовом малфоевском замке.

Скорпиус обнаружился в коридоре. С каменным лицом он наблюдал, как Астория раскладывает подушки на кровати в облюбованной Роем комнате. Драко стоял поодаль, стиснув зубы так, что проступили желваки.

— Хватит! — прошипел он в какой-то момент, не выдержав.

— Тут должно быть двенадцать подушек, и их будет ровно двенадцать! — упрямо ответила Астория. — А уж молодые люди сами решат, сколько им нужно.

— Мадам… — немного сконфуженно начал Рой, явно чувствуя себя не в своей тарелке и даже толком не зная, как следует обращаться к хозяйке. — Правда, не стоит… Запросы у нас у всех нехитрые, а подушки вполне хватит и одной. Меньше всего нам хотелось бы вас обременять. И так, как снег на голову свалились, — он улыбнулся и развел руками, мол, сами не знали, что все обернется именно так.

Драко фыркнул, отвернулся к окну, демонстративно сложив руки на груди, однако ничего не сказал, видимо, приберегая весь свой яд для сына и на потом — без присутствия так коробящих его людей.

— Какими бы ни были причины, которые привели вас в наш дом, свой долг гостеприимства я выполню, — ответила Астория твердо. — Тем более, что мой сын не привел бы вас просто так.

— Ну конечно! — буркнул Драко.

— Ты в этом сомневаешься? — оторвавшись от своего занятия, Астория подняла голову на мужа и посмотрела на него с таким холодом, что всем присутствующим в комнате, кто не носил фамилию Малфой, стало слегка не по себе.

— Надеюсь, взглядом они не умеют убивать? — прошептал на ухо Ивару появившийся за спиной Криг.

— Боже, какая женщина! — тихо выдохнул Рой, присоединившись к ним.

— Даже не думай, — хмыкнул Ивар. — Тут совсем без вариантов.

— Думаешь, я слепой? Посмотри на меня, а потом на нее, — шепотом отозвался Рой. — Разве у нас двоих может быть что-то общее? Нет, конечно. Это я так… платонически восхищаюсь.

— Если ты не забыла, наш сын имеет нездоровую склонность увлекаться разными совершенно непонятными вещами, — напомнил Драко, нисколько не пытаясь приглушить голос. — Уверен, это сборище магглов в нашем доме — что-то вроде очередной коллекции. И если с муравьями, книгами, камнями и даже бассейнами я когда-то смирился, это, — он ткнул пальцем в Роя, — я здесь видеть не желаю! Это пока ещё и мой дом тоже.

— Вот именно, — сказал Скорпиус холодно, но совершенно спокойно. — Пока ещё. Но если эти люди нам не помогут, это «пока» будет длится весьма недолго. И вместо того, чтобы зубоскалить и злиться, лучше бы тебе сделать всё, чтобы им захотелось нам помочь.

— Мдаа… — с чувством выдохнул Криг, но продолжил гораздо тише. — А характер-то у папаши премерзкий… Фу, не могу… Когда вижу таких, начинаю нервничать, — хмыкнул он. — Пойдемте, найдем Гарри и Поля. Наверняка нас уже заждались.

— Идите, — бросил Рой. — Я пока останусь. Не хочу ее сейчас оставлять наедине с этим, — он посмотрел на Драко тяжело и сердито, но тут же перевел взгляд на Асторию — и глаза его потеплели.

— «Этот» — ее муж, — прошептал Ивар. — С которым они прожили как минимум двадцать два года. Не глупи. Без тебя разберутся.

Драко скрипнул зубами, бросил на Скорпиуса испепеляющий взгляд и упрямо вздернул подбородок.

— Мне что, в ногах у них валяться? — процедил сквозь зубы.

— Для начала достаточно просто помолчать! — отрезал Скорпиус.

Драко вспыхнул, сжал кулаки ещё крепче и открыл было рот, но тут Астория крепко уцепила его под локоть и подтолкнула к выходу.

— Пойдем, дорогой, нам ещё нужно распорядиться насчет обеда! — сказала она нетерпящим возражений тоном. — И ты обещал помочь мне с серебром. Это тем более важно, раз у нас гости.

— Гости! — скривился Драко, неохотно подчиняясь. — Да как у тебя только язык поворачивается…

— И у тебя повернется! — рассерженно пообещала Астория и буквально вытолкала его в коридор.

— Ну вот и разобрались, — хмыкнул Криг. — А ты, старина, переживал. Такая сама кого угодно напополам перекусит, сожрет и не подавится даже.

— Ничего вы не понимаете в женском очаровании, — фыркнул Рой. — Эх, а глазищи-то какие! — протянул он, все еще уставившись в пустой дверной проем.

— Ну все… — усмехнулся Криг. — Наш Дон Кихот нашел себе очередную Дульсинею Тобосскую. Тушите свет, разговоры перед сном теперь только о ней и будут.

— Да я вообще могу ни с кем из вас не разговаривать, — обиженно произнес Рой и насупился.

— Я только прошу помнить, что это всё-таки моя мать, — сказал Скорпиус довольно резко. — А мой отец, каким бы он ни был, человек старинного и знатного рода.

— Успокойся, — тихо отозвался Рой. — Я ничем не скомпрометирую твою мать и не позволю себе хоть чем-то оскорбить ее. Но восхищаться ею на расстоянии мне никто не запретит.

Скорпиус передернул плечами в неопределенном жесте, и Ивар, вздохнув, погладил его по спине.

— Подожди немного, — попросил он. — Сейчас все взвинчены, но скоро все утрясется. Обидеть твою семью никто не хотел.

Рой и Криг удивленно переглянулись, когда Малфой мгновенно расслабился от его прикосновения и слов и посмотрел на Ивара с благодарностью.

— С вероятностью девяносто один процент, рано или поздно это случится, — вздохнул он. — Но более шестидесяти процентов от этого числа — вероятность, что я сам кое-кого обижу. И очень крепко.

— Предлагаю переместиться в гостиную, — сказал Ивар и кивнул Рою и Кригу. — Идите, мы вас догоним.

— Пошли, Рой, плутать по лабиринту, — выдохнул Криг и усмехнулся. — А у тебя случайно цветных камушков нет? А то кидали бы их по пути, того гляди и дорогу обратно бы нашли быстро.

— Как раз в кармане завалялись. Вместе с компасом и GPS-навигатором, — весело отозвался он и шагнул к двери вслед за Кригом. — Так что не дрейфь, не заблудимся.

— Как ты? — Ивар развернул Скорпиуса к себе и заботливо заглянул в глаза, когда те двое исчезли из поля зрения. — Я понимаю, что поведение отца тебе очень неприятно. Но поверь, моим парням все его выпады до одного места.

— Надеюсь, что так, — довольно уныло протянул Скорпиус. — Мне стыдно за него. И я совсем не хочу его оправдывать и заступаться, но с другой стороны — он же мой отец…

— Семью не выбирают, — пожал плечами Ивар. — Я могу поговорить с парнями и попросить, чтобы они держали язык за зубами, а могу не говорить, и тогда они сами поставят твоего отца на место. Но если ты считаешь, что это только ваше личное дело…

— Нет, — быстро ответил Скорпиус. — Думаю, что нет. Наверное, я опять слишком много думаю, о том, что должен делать. В конце концов, любимым сыном я не был, так почему я должен быть любящим?

— Если хочешь знать мое мнение, — осторожно начал Ивар, — твой отец не заслуживает такого сына, как ты. Но как к нему относиться, решать только тебе. В любом случае, твой выбор — это и наш с Гарри выбор.

— Ну уж нет, — Скорпиус слабо улыбнулся. — Мой выбор — это только мой. Вы можете относиться к нему как захотите, да и твои друзья тоже. Мне кстати они очень импонируют, — признался он. — Особенно Криг. И его самолет.

— Опять ты ничего не понял, — добродушно улыбнулся Ивар и покачал головой. — Мы в любом случае будем считаться с твоим выбором. И не потому что должны, а потому что так хотим. А парни, да, у меня крутые. Хоть с самолетом, хоть без него.

— Мне только очень жаль, что из-за нас они так многим рискуют, — тихо сказал Скорпиус. — Но я понимаю, что тут приходится выбирать — либо их карьера, либо весь наш мир.

— Как ты уже понял, все они прекрасно отдают себе отчет в том, что делают, — ответил Ивар. — Знаешь, когда-то мне удалось привить им одну мысль, что в жизни есть вещи гораздо важнее и ценнее материального достатка, успешной карьеры и престижного социального статуса. Это способность поступать по совести. К счастью, они усвоили мои уроки.

Скорпиус поднял на него глаза и некоторое время молчал.

— Я не знаю, как правильно выразить свою мысль, — осторожно начал он, — но не уверен, что справился бы со всем этим без тебя. С некоторых пор, прежде чем что-то сказать или сделать, я все время думаю: а как бы посоветовал поступить Ивар? Как только ты исчезаешь, у меня как будто почву из-под ног выбивают, так я теряюсь.

— В таком случае мне ничего иного не остается, как быть с тобой рядом всегда, — шутливо ответил Ивар, но глаза его оставались серьезными. — Пока сам не прогонишь.

Скорпиус покачал головой и улыбнулся.

— Вероятность данного события стремится к абсолютному нулю, — заверил он и потянулся, чтобы чуть неловко его обнять.

Ивар обнял его в ответ и заботливо погладил по спине. Должно быть, он так увлекся собственным желанием приласкать Скорпиуса, что торопливые шаги услышал только на пороге комнате. Поспешно выпустив Малфоя из объятий, он шагнул от него на приличный шаг и… встретился глазами с застывшем Роем.

— Так там это… — нескладно начал Рой, но с мыслями собрался быстро. — Твой шеф, — кивнул он Скорпиусу, растерянно переводя взгляд на Ивара, — всех уже собрал. Остались только вы двое. Может, сказать, что я вас не нашел? — чуть помолчав, предложил он.

— В таком случае он помчится искать нас сам, — хмыкнул Скорпиус. Вопреки ожиданиям Ивара, он совсем не смутился.

— Ну тогда лучше, конечно, пойти сейчас, — поспешно кивнул Рой.

Ивар усмехнулся и потянул Скорпиус за локоть.

— Пойдем, — сказал он. — А то Гарри решит, что что-то случилось, и не успокоится, пока не вытрясет из нас душу.

— А разве что-то случилось? — на пороге возник Поттер собственной персоной.

— Очередной сеанс психотерапии, — беззаботно отозвался Скорпиус. — Экспресс.

— И как обычно, безотлагательный, — озвучил очевидное Гарри. — Если вы закончили, может все-таки изволите к нам присоединиться? — шутливо продолжил он, но поймав взгляд Ивара, вопросительно на него посмотрел, желая узнать, не случилось ли чего серьезного.

Ивар снисходительно улыбнулся — мол, ничего серьезного, все в порядке, но сам ведь знаешь, бывает — и взял Скорпиуса под локоть, выводя его из комнаты.

Рой как-то странно глянул на Гарри и поспешил тоже уйти.

— Итак, все устроились? — спросил Гарри, вернувшись в гостиную.

— Так точно! — ответил за всех Криг. — Лучше и не пожелаешь!

— Ну и прекрасно, — улыбнулся Ивар. — Парни, познакомьтесь с ещё одним членом команды, — он кивнул на стоящего в сторонке Стива. — В NCA он недавно, но уже успел себя зарекомендовать как наш человек.

— Привет, — кивнул всем Стив и представился, назвав свое полное имя и звание.

— Да можно и без таких официальностей, раз уж наш, — добродушно произнес Рой.

— Правильно, подрастающее поколение тоже надо вербовать, — хохотнул Криг и, представившись, протянул Стиву руку для крепкого рукопожатия.

— Наш юмор несколько специфичен, но ты быстро освоишься, — заверил Стива Поль и тоже протянул ему руку.

— Позволь выразить благодарность… — начал было Скорпиус, но осекся и поправился: — То есть, спасибо тебе большое, что предупредил нас об облаве. И извини, что пришлось тебя украсть и втянуть в неприятности.

— Нормально, — мотнул головой Стив. — Но очень хотелось бы понять, что это за неприятности. И самое главное — как, черт возьми, мы сюда попали?!

— А это, мальчик, волшебство, — протянул Криг. — Вжик — и ты в другом месте. Типа как в книжках телепорт, только своими руками, — хмыкнул он.

— Самое странное, Стив, что этот человек говорить абсолютно серьезно, — произнес Ивар. — Итак, ты готов уверовать с сказку?

— Да я уже готов поверить в Санта Клауса и в то, что Чип и Дейл действительно существуют, и все вместе они спешат к нам на помощь, — растерянно ответил Стив, и выжидающе посмотрел на Ивара, готовясь выслушать нечто интересное.

Историю, которую Ивару пришлось повторять в третий раз, Гарри не слушал. Он разглядывал собравшихся в гостиной и чувствовал себя немного не в своей тарелке. Ему приходилось работать с очень разными людьми, и далеко не сразу он дорос до того поста, когда мог сам формировать себе команду, но даже тогда не смог собрать вокруг себя действительно приятных и преданных людей. Ивар же был моложе, куда менее влиятелен и известен, но рядом с ним сидели люди, которых Гарри не задумываясь позвал бы к себе в Аврорат на самые ключевые должности. Конечно, он ещё никого толком не знал, но почему-то было стойкое ощущение, что любому из них, даже совсем ещё зеленому Стивену, можно спокойно доверить прикрывать спину.

— Так, ну раз с ознакомительной частью покончено, интересно все же узнать, что конкретно требуется от нас? — спросил Криг, когда рассказ Ивара подошел к концу.

— Несколько часов назад план был, — начал Гарри. — Но что делать без аппаратуры, я не знаю. Глупо надеяться, что ваши штурмовики не заметили приемник, — он обратился к Ивару и нахмурился.

— Если вы про те радиосигналы, что пеленговал ваш компьютер, то это ерунда, — отмахнулся Поль. — Вы хотели их использовать? Чтобы устроить этим тварям ловушку?

— Отличная мысль, кстати, — кивнул Криг. — Всех разом в одно место, и — бамс! — бомбочку.

— Лучше языка взять, — возразил Рой. — Выведать, где там их гнездо и вот тогда — бамс! — бомбочку.

— Нет, сначала туда надо наведаться, вырубить их поливалку, унести ценную технику, попытаться достать противоядие, украсть секретные документы с планами, и вот тогда — этот ваш бамс, — внес свои коррективы Поль.

— Приблизительно так и было задумано. Но как мы их теперь заманим без необходимой техники? Запасной у нас нет, — предупредил Гарри, чтобы парни не строили напрасных иллюзий и понимали, что до стадии «бамс-бомбочка» очень даже далеко.

— У тебя ведь что-то есть? — хитро прищурившись, Ивар взглянул на Поля.

— Неконструктивный вопрос, — фыркнул тот. — Важнее другое — как добраться до моей норы. Где мы вообще находимся?

— Неконструктивный вопрос, — вернул Скорпиус ему его же слова. — Где находится твоя нора? Лучше координаты, но можешь и на карте показать. Я аппарирую нас в самую ближайшую безопасную точку.

— Так арсенал есть. Ресурсы не в избытке, но захватить пару-тройку тварей — хватит, — резюмировал Рой. — Когда начинаем зачистку? Только ради Бога — не задавайте вопрос, чем воевать будем. Есть чем, — сообщил он и вытянул ноги, развалившись в кресле.

— Да никто и не сомневался в твоей запасливости, — хмыкнул Ивар.

— Аппарируем сейчас к Полю. Следом туда, куда покажет Рой, — рассудил Гарри. — Думаю, операцию лучше проводить при как можно лучшей для нас видимости. Значит, утром или днем. Уверен, в отличие от нас жуки прекрасно видят в темноте.

— Вы как хотите, ребята, а мне нужен самолет, — категорично сказал Криг. — Потому что никакая серьезная операция без прикрытия с воздуха неосуществима — раз, и два — как бамс-то делать будем?

— Я могу аппарировать в кабину твоего истребителя и пригнать его сюда, — вызвался Скорпиус.

— Истребителя там уже нет, — покачал головой Рой.

— А даже если бы и был, тебя выследят на раз, — внес свою лепту Стив.

— И то верно, — согласился Криг. — Можно было бы, правда, провести в слепой зоне над землей, но только не в городе.

— Почему? — пристально посмотрел на него Скорпиус.

— Так здания же, — чуть снисходительно хмыкнул Криг.

— И что? — и не подумал отвести взгляд Малфой.

— Давай ты сам хорошо подумаешь, а я сделаю вид, что ничего не слышал? — улыбнулся Криг, решив не разъяснять элементарное.

— Зря ты так, — покачал головой Ивар. — Перед тобой сейчас самый лучший пилот за всю историю полетов. В зачаточном виде, конечно, — хмыкнул он, — но расскажи ему принцип — и можно считать, что самолет перед замком.

— Послушай, Ивар, — продолжил Криг. — Ты хоть понимаешь, что одно неловкое движение и большой бамс будет уже с нами в главных ролях?

— Исключено, — упрямо продолжил Маккой. — Считай это неподдающимся обычному пониманию законом природы, но Скорпиус не знает, что такое погрешность. А если и знает — то только теоретически.

— Ивар, я всё понимаю, волшебство — это, конечно, круто, но не настолько, чтобы посадить ни разу не видевшего самолет человека за руль и поверить, что он сможет провести его через лабиринт зданий на сверхзвуковой скорости! — отрезал Криг.

— Я смогу, — просто сказал Скорпиус. — И магия тут не причем. При условии, что скорость реакции самолета будет отставать от скорости моих движений не более, чем на три десятых процента, я смогу управлять им на скорости до двух тысяч метров в секунду.

— Кто-нибудь, кроме Поля, понял, что он сказал? — протянул Рой, с интересом взглянув на Скорпиуса.

— Не могу сказать, что врубился полностью, — улыбнулся Стив, — но одно я понимаю точно — другого варианта у нас нет. Поэтому либо мы, скрестив пальцы, с замиранием сердца ждем приземление истребителя, либо бамс мы сможем сделать, только нацепив на себя пояса смертников.

— Ни один человек не сможет вести машину на такой скорости, — сказал Криг не слишком убежденно и посмотрел на Скорпиуса едва ли не с опаской.

— И чем ты слушал, когда я объяснял, какие уникальные у этого парня мозги? — поинтересовался Ивар с ухмылкой. — Он — достояние человечества, между прочим, но это не важно. Важно, что у нас будет самолет.

— Это всё прекрасно, конечно, но я хотел бы знать, будет ли у нас конкретный план, — чуть меланхолично протянул Поль. — То, что сейчас прозвучало, больше похоже на обсуждение детского утренника.

— Конкретный план таков, — начал Гарри, сдерживая улыбку. Уж очень удачным было сравнение, что выдал Поль. — Скорпиус уже смог декодировать сигнал противника. Мы кодируем на их частоты наш сигнал, выбираем подходящее место для ловушки и направляем этих тварей в нужном нам направлении. Стараемся хотя бы одного взять в плен. Если мы поймем, как они были созданы, возможно, это даст нам новые подсказки, чтобы отыскать центр управления ими. Да и вообще, нам не мешало бы выяснить, из какого теста они сделаны.

— Кстати, жуки англоговорящими оказались. Прикинь? — сообщил Ивар Джейсону.

— Не удивлюсь, если еще и с ирландским акцентом, — хмыкнул он в ответ. — Но меня смущает вот что… Почему наше командование не перехватило сигнал? Хотя бы из интереса? — он пожал плечами и задумчиво потер подбородок. — Скажи, сколько дней у тебя ушло, чтобы раскодировать волну? — спросил он Скорпиуса.

— Около пятнадцати минут, — ответил за Малфоя Ивар, с наслаждением оглядев вытянувшиеся в удивлении лица окружающих.

— На самом деле семь минут тридцать четыре секунды, — уточнил Скорпиус. — Но это потому что я изначально предполагал, что используется чуждый человеку язык. Если бы я сразу прогнал его по языкам планеты, результат был бы в течение двух минут.

Некоторое время все молчали, а потом Криг поднял руки.

— Ладно, — сказал он. — Прекрасно. Пусть угоняет самолет. Но на вашем месте я бы его спрятал где-нибудь в укромном месте до самого конца боевых действий.

— Вот даже не буду делать вид, что не завидую, — Поль посмотрел на Скорпиуса с нескрываемым уважением. — Пусть даже это и сопряженная с множеством трудностей аномалия.

Ивар посмотрел на Поля взглядом — знал бы ты, о чем говоришь, не настолько был бы завистлив — но вслух ничего не сказал. Да и откуда Поль мог знать о всех тех сомнениях, ранимости и зачастую неуверенности в себе, что жили в малфоевской душе и были оборотной стороной медали его гениальности? Об этом знали лишь трое — сам Скорпиус и два человека, которым он полностью смог доверить себя. Для остальных же он был молодым, красивым и феноменальным — чем не повод для, как минимум, восхищенных взглядов?

— Самолет угоняем, когда стемнеет? — спросил Гарри Крига.

— Если мы хотим забрать именно мой самолет, то лучше это сделать пока его ещё не перегнали в другое место, — отозвался тот. — Да и для радаров совершенно без разницы, темно или светло.

— Мне будет проще аппарировать сразу в кабину, потому что я знаю координаты, — сказал Скорпиус. — С самолетом на какой-нибудь базе придется сложнее.

— А главное, у меня есть ключи, — добавил Криг, выразительно погладив убегающую под футболку цепочку.

— Тогда не будем медлить, — сказал Гарри, искренне надеясь, что Криг сможет доверить и свой самолет, и свою жизнь человеку, которого он видит впервые.

Ивар, похоже, думал о том же.

— Не сомневайся в нем ни секунды, — доверительно сказал он Кригу. — Положись на него так же, как мог бы положиться на меня.

— При всей моей любви и уважении к тебе, свою птичку я бы тебе не доверил! — фыркнул Криг. — Но сейчас у меня нет выбора. Так, я надеюсь, с физикой у тебя порядок? — полутвердительно спросил он у Скорпиуса и нахмурился, встретив непонимающий взгляд. — Ну ты же гений, значит, и в физике шаришь?

— Шарил бы, — осторожно согласился Скорпиус. — Если бы в наших школах ее преподавали. Я думаю, начать надо не с самолета, а с компьютера. Мне нужен доступ к учебникам и пособиям.

— Значит, с самолетом пока что пролетаем, — с сожалением вздохнул Криг. — Не думаю, что пташка нас дождется.

— Послушай, у тебя должны быть копии файлов тестовых программ обучения? — спросил Ивар.

— Они есть. Ну и что с того? Времени у нас нет, — покачал головой Криг и тихо выругался.

— Мне кажется, Скорпиусу хватит и получаса, чтобы со всем разобраться, — утвердительно произнес Ивар. — Так что мчите за твоим компом. Только осторожно — вас могут уже ждать.

— Где ждать? Дома, что ли? — усмехнулся Криг. — Не-е, — довольно протянул он. — О моем логове не знает никто.

— Будет проще, если я или Гарри посмотрим то место, где находится твое логово, — предложил Скорпиус. — Тогда мы сможем аппарировать прямо туда.

— В смысле, посмотреть? — переспросил Поль заинтересованно.

Тратить время на объяснения Скорпиус не стал, а просто направил на него палочку.

— Подумай о своей базе, — приказал строго и, выждав секунду, четко произнес: — Легилиментс! — мгновение, и палочка уже смотрела на Крига. — Теперь ты.

Прошло несколько секунд, прежде чем Скорпиус опустил палочку, уже имея полное представление о секретном месте Крига.

— К аппарации готов? — спросил он Крига и протянул ему руку.

— Черт возьми, — выдохнул Ивар, подходя к ним ближе. — Я не прощу себе, если не увижу твою нору. Всегда знал, что ты что-то мутишь. Так что я с вами, — улыбнулся он и, даже не поинтересовавшись, не имеет ли Криг ничего против, схватил Скорпиуса за локоть.

— Тогда встретимся у Поля? — Скорпиус вопросительно посмотрел на Гарри и аппарировал, едва тот кивнул.

«Нора» Поля оказалась не просто норой, а настоящим бункером.

— Офигеть! — присвистнул Стив, оглядываясь. — Никогда не видел столько старья!

И правда, все стены, пол и даже потолок были завалены старыми, очень старыми и совсем древними компьютерами.

— Ничего ты не понимаешь! — обиженно буркнул Поль, ведя и сквозь завалы. — Чтобы создавать что-то, надо понимать принцип и знать историю!

— Вот кстати верно, — высокому и грузному Рою приходилось проявлять чудеса эквилибристики, чтобы ничего не уронить. — История — она полезная штука. Вот только это все равно хлам.

— Ладно, это — может быть, — скрипнув зубами согласился Поль, — но вот про мое детище у вас язык не повернется такое сказать… — он с гордость продемонстрировал огромный экран на всю стену и заставленный самыми разными клавиатурами стол.

— Вау! — насмешливо выдохнул Рой. — И правда, класс! А что это?

— Узнай о нем наше любимейшее командование, этот агрегат у меня оторвали бы вместе с руками, — с уверенностью сказал Поль. — Эта штука мощнее и интеллектуально на порядок выше всех существующих аналогов. В общем, если коротко — этот процессор можно назвать разумным.

— Так… запоминаем исторический момент, — улыбнулся Рой. — Ведь перед нами сам прародитель терминаторов, — с торжественным пафосом произнес он и рассмеялся. — Разумный, скажешь тоже…

— Я готов поспорить, что его мозг гораздо совершеннее твоего, — обиженно протянул Поль. — Если устроить ряд соответствующих тестов…

— А я возьму группу поддержки, — перебил его улыбающийся Рой. — В лице Скорпиуса. Да твоя штуковина просто вскипит от натуги перебороть его.

— Причем тут Скорпиус? — Поль бросил на него уничижающий взгляд и включил свой агрегат. — Он же человек. А я говорю о машинах. И потом… — он покосился на Гарри, но всё же продолжил: — Ты же пока не видел его в деле. Откуда такая уверенность?

— Интуиция, — хмыкнул Рой. — А ты знаешь, Поль, она не раз наши задницы спасала.

— Тоже мне, интуит, — Поль вздохнул так, будто разговор уже успел утомить его, и застучал по клавиатуре, с ошеломительной скоростью набирая замысловатую и довольно длинную комбинацию пароля.

— Сам-то забыть не боишься? — насмешливо поинтересовался Рой после пяти секунд непрерывного клацания.

— Нет, — улыбнулся Поль. — Эту комбинацию я с детства придумывал.

— А-а, ну это все объясняет. До заката хоть войдем в систему? — спросил Рой, сдерживая себя, чтоб не рассмеяться.

Поль проигнорировал очередную подколку и довольно произнес, откинувшись, наконец, на спинку стула:

— Зато никто никогда не сможет его воспроизвести, — с гордостью сказал он, наблюдая за запуском системы.

О том, что Гарри на месте Поля не был бы столь уверен, он благоразумно умолчал, решив не давать новый повод для бессмысленных споров.

Компьютер ровно загудел и на удивление быстро загрузился.

— Итак, нам нужен сигнал… — Поль щелкнул пальцами, разминая их как пианист перед игрой и забарабанил по трем клавиатурам одновременно. Но не успел он войти в раж и запустить хоть одну программу, как раздался хлопок аппарации.

— Это черте-что! — возмутился Криг, явно привыкнув к такому виду перемещения. — Он пролистал пару книг и говорит, что этого достаточно!

— Посмотрим, что ты скажешь, когда поймешь, что это он еще перестраховался. Уверен, на самом деле, ему хватило и одной, — рассмеялся Ивар, тепло взглянув на Скорпиуса.

— А сколько человек помещается в кабине пилота? — спросил Гарри, честно говоря, не желая пропускать этот полет. В отличие от Крига, он-то в Скорпиусе не сомневался.

— Двое стандартно и трое с натяжкой, — ответил за Крига Скорпиус и с интересом на него посмотрел. — Ты хочешь со мной? Боюсь, ты вряд ли сможешь насладиться видом за окошком.

— Хочу, — кивнул Гарри. — Если я не буду тебе мешать.

— Ой, да я с радостью уступлю свое место, — нарочито беззаботно воскликнул Криг. — Мне мой хребет еще дорог, так что я уж лучше останусь в зрительном зале.

— Кстати, мы действительно можем посмотреть весь полет, — Поль кивнул на экран. — Если кто-нибудь из вас прицепит это к себе, — он подошел к небольшому шкафчику и, порывшись в одном из ящиков, достал что-то маленькое, блеснувшее в его руке. — Небольшая пишущая камера. Дайте мне пару минут, и прямой эфир нам обеспечен. Но Криг… — продолжил он, взглянув на товарища в упор. — Может, ты все-таки займешь место рядом с пилотом? Вдруг что пойдет не так…

— Конечно, сяду рядом, — фыркнул он. — Ты что, всерьез подумал, что я позволю взлететь моей птичке без меня? Правда, толку от моего присутствия будет мало. Мы и глазом не успеем моргнуть, если что случится… — нахмурился он, все еще слабо веря в удачный исход затеи.

— Ничего не случится, — твердо сказал Скорпиус. — Вероятность не превышает вероятности внезапного падения метеорита прямо на нашу крышу. Не будем терять время. Ключи, — он протянул руку Кригу.

— Мне одновременно нравится и не нравится его уверенность, — вздохнул тот, потянув за цепочку на шее. — А точнее, она меня бесит!

— Если хотите знать мое мнение, вам лучше остаться здесь, — сказал Скорпиус, забирая ключи. — Я поведу на максимальной скорости. Для тебя, Гарри, это и вовсе может быть опасно, ты никогда не сталкивался с перегрузками.

— А ты сталкивался? — подозрительно прищурился Криг.

— И даже специально тренировался, — спокойно ответил Скорпиус. — Правда, не в воздухе, а в воде.

— Хорошо, — кивнул Гарри, соглашаясь. Действительно, уж лучше он останется, чем Скорпиус то и дело будет отвлекаться на него, боясь за его самочувствие. — Приколи только это, — улыбнулся он, протянув переданную Полем камеру.

Криг посмотрел на Скорпиуса долго и внимательно, решившись, наконец, довериться сказал:

— Ну давай, парень. Легкого взлета и мягкой посадки, — он похлопал Малфоя по плечу.

— Спасибо, — кивнул ему Скорпиус. Сам он оставался совершенно спокойным. — Расчетное время прилета — семьдесят две секунды, — и он исчез с негромким хлопком.

Несколько секунд все молчали, явно ошарашенные такой скоростью развития событий.

— Крутой чувак, — резюмировал Стив. — Вы камеру-то запустите…

Поль, скинув легкое оцепенение, вернулся за свой стол и застучал по одной из клавиатур.

— Кстати, забыл сказать, — с хитрой улыбкой произнес он. — Съемка панорамная. Изображение будет выглядеть так, словно мы на месте событий. Мы будем видеть и Скорпиуса, и то, что он видит сам.

— 3D очков не хватает, — хмыкнул Рой. — И ведерка попкорна.

Внезапно и в тоже время ожидаемо звездная галактика, что мерцала яркими и тусклыми точками на огромном мониторе, сменилась изображением кабины пилота.

Сначала было ощущение, что Скорпиус просто сидит перед мерцающим экраном неработающего игрового автомата и пытается его оживить, дергая штурвал. И только парой мгновений позже Гарри осознал, что мерцание — это вовсе не помехи, а проносящиеся мимо здания и деревья.

— Во дает! — первым выдохнул Рой. — Это же невозможно!

— Как раз это — его стихия, — уверенно заявил Ивар. — Гарри, ты только посмотри на него!

От непрошибаемого спокойствия Скорпиуса не осталось и следа — сейчас его глаза горели, на губах плясала неконтролируемая улыбка, и было совершенно очевидно, что он наслаждается каждой секундой своего безумного полета.

— Господи, у него же высоты совсем нет, — благоговейно прошептал Криг. — Не больше трех метров. Как, черт побери?..

— А так, что с кого-то бутыль вискаря, — рассмеялся Ивар. — Боже, Джейсон, никогда не видел тебя таким… одухотворенным.

— Да иди ты, — беззлобно фыркнул Криг. — Ты не хуже меня понимаешь, что это практически невозможно. И не надо делать такое лицо, мол, я ж говорил, что так все и будет.

— Людям верить на слово надо. Хотя бы иногда, — хмыкнул Ивар. — И да, я знал, что так и будет, — торжествующе закончил он и широко улыбнулся.

— Мой компьютер тоже так может, — сказал Поль с некоторой ревностью. — Если создать хорошую программу для автопилота…

— То все равно ничего не получится из-за помех, — закончил за него Криг. — Не даром же он за зданиями прячется.

— По-моему, он уже вылетел из города, — вмешался Рой. — Там теперь зелененьким мелькает.

— Бери выше, — хмыкнул Стивен. — По-моему, он уже приземляется, — кивнул на застывшую картинку в иллюминаторе самолета.

Несмотря на то, что Гарри ни секунды не сомневался в том, что Скорпиус справится с задачей на ура, сердце все же замерло, а затем радостно подпрыгнуло, едва картинка на мониторе сменилась спокойным, не мельтешащим пейзажем садов Малфой-мэнора.

— Ну вот, теперь есть, чем бамс делать, — радостно оповестил Ивар. — Поль, давай теперь выслеживай мишени.

— Сейчас… — Поль с готовностью застучал по клавишам, не обратив внимания на аппарировавшего к ним Скорпиуса. Тот посмотрел на его огромный компьютер и аппарировал снова, чтобы через секунду вернуться с верным АйДжампом.

— Я тут подумал, — сказал он, ни словом не обмолвившись про самолет, — ведь программы для этих компьютеров пишут люди?

— Конечно, люди, — кивнул Поль, не отвлекаясь от экрана.

Понять, к чему на сей раз клонит Скорпиус, Гарри не мог, а потому внимательно посмотрел на него, ожидая, куда дальше выведет малфоевская логика.

Ивар сообразил быстрее.

— Слушай, ну точно же! — он хлопнул себя по лбу. — Нужно было сообразить раньше! Зачем нам гоняться за программами, когда достаточно научить тебя их писать. — Поль, — позвал он. — Ты можешь сориентировать Скорпиуса, что ему почитать по этой теме?

— «Программирование для чайников»? — фыркнул Поль и не глядя махнул рукой. — Ну-ка, поди сюда. Учебники — херня, смотри лучше вживую, как это работает….

— Ну всё, мы их потеряли, — вздохнул Ивар примерно через полчаса. — Может, нам пока чаю попить?

— Да-да, идите. Первая дверь справа, — коротко бросил Поль и снова принялся что-то втолковывать Скорпиусу, не переставая стучать по клавишам.

— На вас чай делать? — спросил Рой уже на пути по заданному направлению.

Поль только махнул рукой, мол, хотите чай — идите и пейте, а нас отвлекать нечего. Скорпиус не отреагировал вообще, явно не желая упустить ни одной детали в своем ускоренном курсе юного программиста.

Гарри хмыкнул и направился вслед на Роем. Эти двое все-таки нашли друг друга.

— Я не совсем понял, а чем же Скорпиус занимается у вас в этом… как его… Аврорате? — спросил Криг, тщательно размешивая чай в большой чашке со всего одной ложкой сахара. — Если у вас нет компьютеров, самолетов и всего такого? С его способностями он мог бы заменить целый компьютерный отдел на какой-нибудь суперсекретной президентской базе.

— Сразу после окончания академии Скорпиус вступил в должность моего первого помощника. Со временем он начал координировать работу всех авроров, успешно внедрив уникальную систему управления и получения данных, — ответил Гарри. — С его способностями он может заменить и не один отдел.

— Слышал о недавнем взломе баз ФБР и NASA? — усмехнулся Ивар. — Угадай, чьих рук дело?

— О… — Стив явно впечатлился. — А он за это не огребет?

— Я правильно понимаю, теперь он — и есть ходячие базы ФБР и NASA? — уточнил Рой. — Удобно устроились, — он хмыкнул. — А вообще, если честно, жаль парнишку. Это же сколько мусора в голове таскать!

— Огребет, конечно, — посерьезнел Ивар, но тут же улыбнулся. — Только для этого его нужно поймать. А это, сам понимаешь, не так-то легко сделать. Хотя попытки были. Даже вознаграждение за его голову объявили.

— Да уж… Не зря говорят, что за все платить надо, — задумчиво ответил Стив и замолчал. Вроде тема разговора была исчерпана, как вдруг он нахмурился и тихо спросил: — Я заранее прошу прощения за свою бестактный вопрос, но… какова вероятность у такого типа людей в итоге не сойти с ума? — и почему-то взглянул на Ивара, ожидая ответа.

— Ты правда думаешь, что такая статистика велась? — улыбнулся по своему обыкновению тот, но все же остался серьезным. — Ты так говоришь, будто эта вероятность почти стопроцентная, — поморщился, чуть погодя.

— Да нет, — стушевался Стив. — Если так, наверное, уже сошел бы. А он вроде нормальный…

— Нормальный, не беспокойся, — насмешливо фыркнул Гарри. — Нашу магическую медкомиссию прошел, отклонений не обнаружено.

Признаться честно, за все время, проведенное со Скорпусом, он уже отвык от того, как незнакомые люди на него реагируют. И в отличие от Ивара, слова Стива не задели и не покоробили — ведь и сам он когда-то задавал себе подобные вопросы.

— Я вообще не понимаю, с чего вдруг ты об этом заговорил, — поморщился Ивар. — Люди логики с ума не сходят, это удел людей впечатлительных и эмоционально нестабильных, — он встал, давая понять, что разговор окончен, и поманил Гарри в сторону. — Можно тебя на минутку?

Гарри коротко кивнул и подошел к Ивару.

— Слушаю тебя, — проговорил он, с интересом посмотрев на Маккоя. — Что-то срочное?… или личное?

— Ни то, ни другое, — покачал головой Ивар и улыбнулся. — Хотя, конечно, мысль потискать тебя в уголке, пока есть свободная минутка, заманчива. Но вообще-то я хотел спросить про другое. Как тебе кажется, нам не надо чем-нибудь покормить сов? Я хотел спросить у Скорпиуса, но сейчас ему явно не до этого.

Гарри озадаченно хмыкнул и пожал плечами.

— Честно говоря, я об этом не думал, — произнес он. — Но навряд ли мы сделаем птицам хуже, если угостим их галетами. Вроде в наших запасах пару коробок я видел. А на мышей они и сами поохотиться могут, — улыбнулся он.

— В метро? — с сомнением посмотрел на него Ивар. — Сомневаюсь. И еще более сомневаюсь, что им стоит делать это в городе или в лесу. Может быть, они станут есть размороженный фарш?

— Думаю, что не откажутся, — согласился Гарри. — Только откуда у нас фарш? — поинтересовался он. — Только не говори, что овощей вы не набрали, потому что они быстро портятся, а мясом запаслись.

— Мы — нет, а вот у Поля наверняка есть мясо, — Ивар многозначительно кивнул на два огромных двухкамерных холодильника, занимающих полкухни. — Не удивлюсь, если у него там даже замороженные мыши найдутся, уж не спрашивай для каких целей.

— Значит, пора провести ревизию, — заключил Гарри. — Но, наверное, стоит все же спросить разрешения. Правда, не уверен, что сейчас оба они оценят такую дань приличиям, — он кивнул головой в сторону комнаты, где Скорпиус постигал азы программирования, и с сомнением посмотрел на Ивара.

— Давай попробуем найти мясо, — Ивар не теряя времени подошел к холодильнику, не без труда распахивая дверцу. — Уверен, Поль возражать не будет.

Он оказался прав — холодильник был доверху забит всевозможными продуктами, включая разные виды мяса и птицы. Они достали всего по чуть-чуть, сложили на тарелку, и Гарри хотел было разморозить все заклинанием, когда в кухню заглянул Рой.

— А чего это вы делаете? — с удивлением поинтересовался он.

— Если мы скажем правду, ты ведь уже не удивишься? — улыбнулся Ивар. — Это будущий мясной пир для сов. У Скорпиуса их целый питомник.

— В смысле он их разводит, чтобы есть? — ошарашенно выдохнул Рой.

— В смысле он их разводит, чтобы они просто были, — весело ответил Гарри. — Мы не едим сов, — он покачал головой и улыбнулся, заранее предвкушая реакцию и без того озадаченного Роя. — Они у нас вместо почтальонов — письма и посылки разносят.

— Ну еще и жизни иногда спасают… — безмятежно добавил Ивар, многозначительно глянув на Гарри.

— Да, — кивнул Гарри. — И порой даже ценой своей жизни, — добавил тихо, вспомнив о Хедвиг.

О Хедвиг Ивар не знал и поэтому нахмурился, а вот Рой был впечатлен.

— Круто! — восхитился он. — Как летающая овчарка! Я тоже хочу сову!

— Поговори потом на эту тему со Скорпиусом, — улыбнулся Гарри. — Обещать не могу, но вполне возможно, что он решит подарить тебе совенка. Если, конечно, будет уверен, что птица попадет в хорошие руки.

— Еще как поговорю, — важно кивнул Рой. — Я всегда хотел собаку, да не положено, а вот насчет совы в уставе ничего не сказано! Она же не какая-нибудь рогатая? — спросил с опаской. — Ну или розовая? В смысле, не сильно отличается от обычных птиц?

— Самая обычная, — заверил его Ивар и тут же удивленно вскинул брови. — Примерно вот такая, — хмыкнул он, указав на что-то за его спиной.

Гарри поднял голову и обнаружил бесшумно влетевшую в комнату Йоку. Она покружила под потолком, мягко опустилась на плечо Гарри и с интересом заглянула в тарелку.

— Угу? — ухнула вопросительно.

— Нет, ты только погляди! Они нас выследили — усмехнулся Гарри. — Ну, и как вы поняли, что намечается мясной пир? — спросил он сову и машинально потянулся рукой погладить ее. Но вовремя вспомнив о мокрых от дождя перьях, руку опустил и улыбнулся виновато, извиняясь за то, что сейчас приласкать он ее не может.

Йока хитро посмотрела на него и загадочно ухнула, мол, дружба дружбой, но секрет не выдам.

— Ладно, держи свою тайну при себе, — улыбнулся Гарри. — Ну и где остальная банда?

Сова посмотрела на него укоризненно, как бы говоря, что она бы и объяснила, да только ты ничего не поймешь, и снова взлетела, мощно оттолкнувшись.

— Круто! — восхищенно повторил Рой, проследив за ней взглядом, а буквально через несколько секунд на кухню ворвался Скорпиус.

— Вайну плохо, — выпалил он. — Мне нужно срочно на базу.

— Аппарируй, — быстро отозвался Гарри. — Мы пока постараемся отследить сигнал. Вернешься тогда, когда посчитаешь нужным, — сказал он и, приблизившись к Скорпиусу, незаметно погладил его по плечу. — Все будет хорошо, — прошептал он. — Удачи!

Скорпиус кивнул, выхватил у него из рук поднос с так и не размороженным мясом и аппарировал.

— Наверное, съел мокрую мышь, — вздохнул Ивар. — Поздно я об этом подумал. Но может там ничего особо страшного? Йока не выглядела напуганной.

— Кто-нибудь может мне что-нибудь объяснить? — на кухню заглянул крайне растерянный Поль. — К нам ворвалась сумасшедшая сова, а Скорпиус испугался и убежал.

— Сова вполне вменяемая, — возразил Ивар. — И испугался Скорпиус не ее, а как раз за нее.

— За ее птенца, — уточнил Гарри. — Он заболел. Долго объяснять, как мы узнали, — хмыкнул он.

— Это сова Скорпиуса, — внес свою лепту Рой, решив взять на себя часть объяснительной миссии. — И видимо, они как-то могут с ним переговариваться.

— Он объелся! — объявил сам Скорпиус, появляясь на кухне с совенком в руках. — Нашел пачку чипсов с запахом бекона и решил, что они вполне подходящая замена мышам.

— Ну прямо как такса моей матушки! — умилился Рой и протянул к несчастно повесившему крылышки Вайну руки. — Пойдешь ко мне на ручки? — спросил ласково. — Я тебе животик поглажу. А то твоему хозяину работать надо, чтобы на нас не валилось все то, что выйдет в конце концов из-под твоего хвостика.

— Можешь дать ему воды, если захочет, — Скорпиус без раздумий вручил ему Вайна и помчался обратно к компьютеру. — Мне нужно еще двадцать минут, — добавил на ходу и исчез в коридоре.

Гарри удивленно вскинул брови — уж слишком не вязался образ большого и сильного Роя и все эти уменьшительно-ласкательные сюсюкания, с которыми он заговорил с совенком, однако взял себя в руки и проговорил с улыбкой:

— Хороший признак, — кивнул он, глядя на совенка в руках Роя. — Я о том, что Вайна Скорпиус тебе сразу доверил.

— Так я же хороший, — хмыкнул Рой, осторожно поглаживая пузико пока еще недоверчиво глядящего на него совенка. — Сов не ем, детей тоже.

— Просто замечательный, — фыркнул Ивар. — Ну вот что, у нас есть двадцать минут. Думаю, мы можем использовать их, чтобы прикинуть наш арсенал. Что у тебя есть? Перечислить сможешь или лучше посмотреть?

— Ивар, вот не зря же говорят, что лучше один раз увидеть, — ответил Рой. — Если я начну перечислять, нам не то, что двадцати минут не хватит, мы так за беседой и рассвет встретим, — хмыкнул он. — Только вот что… — он слегка замялся, неуверенно посмотрел на совенка, а потом решительно выдохнул: — Вместе с ним я перемещаться не буду. Мало ли, может, ему вредна эта ваша аппарация или как ее там… Но и не оставлю его одного без присмотра, — упрямо заявил он.

— Аппарация совершенно безобидна для всех, и птицы — не исключение, — произнес Гарри и вопросительно посмотрел на Ивара, мол, можешь — убеждай своего друга сам.

— Это же магические птицы, — просто сказал тот. — Тем более, Скорпиус же сюда с ним именно что аппарировал.

Рой нахмурился, но опровергнуть данные заявления не смог.

— Ну ладно… — скрипнув зубами согласился он и зачем-то прикрыл совенку глаза своей огромной ладонью. Тот недовольно ухнул, пихнул его руку только-только начинающими оперяться крылышками и возмущенно застрекотал.

— Похоже, аппарировать ему как раз-таки очень нравится, — хмыкнул Гарри. — Ничего ты не понимаешь в настоящем совином развлечении, — заключил он и продолжил, заглядывая Рою в глаза: — Представь то место, куда мы должны переместиться.

Рой задумчиво посмотрел на него, явно пытаясь мысленно в деталях воспроизвести, как до этого самого склада добираться, но Гарри тут же остановил его, опуская палочку и отменяя Легилименс:

— Не дорогу, — он покачал головой. — Как добраться, я сам решу. Мне нужен конечный пункт назначения.

— Ага… — Рой кивнул и сосредоточился.

Снова вскинув палочку, Гарри с легкой оторопью обнаружил, что он тщательно выстраивает в памяти интерьер большого подземного бункера, считая шагами метры от стены до стены и детально вспоминая расположение всяческой разнообразной техники.

Аппарировать на место не составило никакого труда при столь тщательной подготовке, и Рой, довольно улыбнувшись, показал Гарри большой палец.

— Смотри, малец, чего тебе папка покажет! — сказал он совенку и посадил его на гусеницу бронетранспортера.

Вайн удивленно заозирался, переступил лапками по холодному металлу и вопросительно пискнул.

— Ну пока ты развлекаешься, мы уж осмотрим твои владения, — улыбнулся Ивар и потащил Гарри вглубь уходящего в длину ангара.

Впрочем, в том, что касалось маггловской боевой техники, от Гарри толку было маловато. Но, то ли Ивару было скучно совершать обход самому, то ли…

— Ты все-таки вернулся к мысли потискать меня в уголке? — насмешливо протянул Гарри, но вопреки тону посмотрел на Ивара с теплой улыбкой.

Ни о чем таком Ивар явно не помышлял — он сбился с шага и глянул удивленно, — но улыбку вернул.

— Тебе этого явно хочется, — хмыкнул он и приобнял Гарри за талию, по-хозяйски сунув руку в задний карман джинс.

— Во всяком случае, в этом от меня гораздо больший прок, чем в разглядывании тех устройств, в которых я ни черта не смыслю, — выдохнул Гарри ему на ухо, в свою очередь скользнув ладонью по его заднице.

— Ну и что вы тут без меня поймете? — голос Роя раздался совсем близко и тут же внезапно стих.

Поспешно убрав друг от друга руки, Гарри и Ивар шагнули в разные стороны и одновременно повернули голову к растерянно глядящему на них Рою.

— Но… — начал было тот, но замолчал, во все глаза глядя на Ивара. — В общем, тут машины, — сказал ровно, быстро взяв себя в руки. — А в соседнем помещении оружие. У меня неплохая коллекция БТР-ов, пара вертушек, мотоциклы и даже мини-танк. Что же касается оружия — тут ты меня знаешь, что ни назови — у меня есть. Люблю, знаешь ли, коллекции. Ну да тебе это знакомо, — он хмыкнул и стрельнул в Поттера глазами.

Гарри непонимающе посмотрел на обоих, но ничего не сказал — наверняка у Ивара и каждого из его друзей есть свои шутки, понятные только им.

— Хорошая коллекция, — ответил Гарри, говоря, естественно, об оружии, что Рой так грамотно собрал под крышей этой самой настоящей технической базы. — Впечатляет, — со всей искренностью проговорил он.

Хлопок аппарации раздался неожиданно и точно в том месте, где появились они — у с интересом изучающего бронетранспортер Вайна. Птенец разразился восторженным клекотом, и спрашивать, кто именно аппарировал в ангар, не было никакой нужды.

— Я составил программу, которая поможет нам все просчитать, — объявил Скорпиус, выныривая из-за БТР-а. — Полю она, кажется, понравилась.

— И наверняка вы ее уже запустили, — полуутвердительно произнес Ивар. — Лично мне не терпится посмотреть ее в действии.

— А я не хочу ничего смотреть, ты мне просто скажи прогнозы, — попросил Гарри, пристально взглянув на Скорпиуса.

— Прогнозы будут, когда будет план действий, — покачал головой Скорпиус. — Мы сможем рассчитать самый удачный вариант. Машина сделает это лучше, чем я, потому что она будет выбирать самый вероятный вариант. И не думать о том, что будет, если кого-то из вас убьют.

Похоже, недавняя западня, в которую они так неосмотрительно попали, наложила на Скорпиуса гораздо больший отпечаток, нежели они с Иваром могли предположить. Не зная, как толком реагировать на то, что Скорпиус снова заговорил о вероятной смерти кого-нибудь из них, Гарри подошел к нему и, не задумываясь о том, что Рой может запросто догадаться об их отношениях, проговорил, глядя прямо в глаза:

— Если тебе нужно поговорить, давай сделаем это прямо сейчас, — тихо сказал он. — Я ведь чувствую, что тебя что-то гложет.

— Гложет, — вынужден был признаться Скорпиус. — Но разговоры вряд ли смогут мне помочь. Гораздо больше мне помогло бы, если бы вы с Иваром клятвенно пообещали сидеть на базе и ни во что не вмешиваться, но вероятность этого едва ли превышает пару сотых процента.

— Мы бы пообещали, — кивнул Гарри. — Но как ты это себе представляешь — ни во что не вмешиваться?

— Мы клятвенно обещаем, что будем предельно осторожны, — мягко проговорил Ивар и взял Скорпиуса за руку. — Послушай… Мы ведь из такой передряги выбрались явно не для того, чтобы вот так просто проколоться на обычном захвате противника.

— Даже если отбросить философские моменты, — продолжил Гарри, — просто ответь: почему кто-то из нас непременно должен погибнуть? Как ты правильно заметил, программа найдет оптимальный вариант. Правда, я гораздо больше доверяю тебе, нежели машинному механизму. И даже после того, как мы попались в ловушку. Пойми, ошибаются все. А еще пойми, что за одного битого двух небитых дают. И знаешь почему? — спросил он с легкой улыбкой.

— Опыт, — Ивар ответил за Скорпиуса и накрыл его руку второй свободной ладонью. — Опыт, который у тебя уже есть.

Вместо ответа Скорпиус подался вперед и порывисто обнял обоих. Гарри не удержался и бросил быстрый взгляд на открывшего рот Роя.

— Я думаю, на основе моего опыта, что помочь нам может прочный металлический костюм в дополнение к химзащите, — сказал тем временем Скорпиус. Он в свою очередь на замешательства Роя никакого внимания не обратил.

— Если ты так считаешь, то хорошо, мы наденем такой костюм, — пообещал Гарри, хотя сам он необходимости в этом не видел. Но чтобы Скорпиус перестал изводить себя, он готов был нацепить на себя хоть рыцарские латы.

— Скажи, пожалуйста, — спросил Ивар. — А почему именно металлический?

— Потому что его жуки не прогрызут, — пояснил Скорпиус. — Что-то гибкое, очень прочное и желательно по всему телу, — обрисовал он задачу и повернулся к Рою, вопросительно на него посмотрев.

— Есть пара водолазных костюмов для работы в условиях повышенного давления, там кевларовая нить в основе, — подумав, отозвался тот, глядя на них с непониманием.

— Прекрасно! — обрадовался Скорпиус. — Это для нас с Гарри. — А для Ивара и всех остальных? Что носят маггловские военные, когда нужно защититься, к примеру, от пуль?

— Ох, ну этого добра у Роя на целую роту хватит, — улыбнулся Ивар. — Я прав? — спросил он Роя, совершенно уверенный в том, что не ошибается. Затем он выжидающе посмотрел на молча кивнувшего ему Роя и, не выдержав повисшей тишины, продолжил: — Да господи-же-боже-мой! Рой, ну хватит на нас так смотреть. На все, о чем ты думаешь, я могу ответить «да, тебе не показалось»!

— Прямо совсем на все?.. — с несчастным видом уточнил Рой. Ивар в ответ лишь лучезарно улыбнулся. — А я что — я ничего, — вздохнул он тогда. — От тебя, шеф, чего угодно можно ждать, а про общество копперфильдов вообще ничего неизвестно. Может, у них так принято…

— Нет, Рой, — покачал головой Ивар, сохраняя во взгляде веселость. — Ни у кого так не принято. Ни у нас, ни у них. А для них — это так вообще уникальный и почти что вопиющий случай, — чуть подумав, добавил он.

— Ой, ну и ладно! — отмахнулся уже вполне освоившийся с новостью Рой. — Ты сам вопиющий случай, а Скорпиус — втройне. Видимо, Гарри еще просто не раскрыл весь свой потенциал. Я просто подумал сначала, что вы втихую друг от друга всякое мутите, вот и удивился — не похоже на тебя, шеф.

— Гарри свой потенциал так порой раскрывает, что вопиющий случай заключается в том, как эти двое от него еще не сбежали, — хмыкнул Гарри и кивнул в сторону Ивара и Скорпиуса.

— Так, ну если с каминг-аутами и приступами самобичевания покончено, то давайте найдем в этом бункере нужную нам одежду, — предложил Ивар. — Если честно, мне не терпится посмотреть на твою программу, — улыбнулся он Скорпиусу.

— В графическом симуляторе ваши с Гарри лица у меня вышли особенно удачно, — довольно улыбнулся Скорпиус.

Нужное обмундирование нашлось быстро, в ангаре у Роя порядок был идеальный.

— Ну пошли теперь смотреть твою компьютерную игру, — улыбнулся Гарри, когда со сборами было покончено. — С нами в главных ролях.

— Погодите, — спохватился Рой. — Птенец! — воскликнул он и ринулся за притихшим Вайном. — Вот теперь все, — радостно выдохнул он с совенком на руках.

Скорпиус посмотрел на него явно оценивающе и, шагнув ближе, погладил совенка по пушистому лбу.

— Его зовут Вайн, — сказал таким тоном, будто открывал страшную тайну. — Он любит куриный фарш и маленьких креветок.

— То, что он Вайн, это я уже понял, — улыбнулся Рой. — Там как раз у Поля конфисковали какой-то фарш. Как отойдет от обжорства, обязательно угостим, — сообщил он и прижал совенка к себе.

— То, что угостите, это, конечно, хорошо, — весело проговорил Ивар, — но мне отчего-то кажется, что тебе не просто так раскрыли такую секретную информацию.

Рой сначала посмотрел на Ивара, а затем перевел взгляд на Скорпиуса — долгий и вопросительный.

— Неужели ты мне правда его отдашь? — чуть замешкавшись, произнес он, наконец.

— Я рассматриваю такой вариант, но пока окончательно не решил, — ответил Скорпиус осторожно. — Не обижайся, пожалуйста, но ты же маггл…

Тут Вайн громко пискнул, грозно щелкнул клювом и, цепляясь одновременно лапками, крыльями и клювом, полез Рою на плечо.

— Мне кажется, это означало «ну и что»? — хмыкнул Рой, осторожно придерживая совенка.

— Вероятно, — кивнул Скорпиус и протянул ему руку. — Но об этом позже. Сейчас нужно работать.

— Аппарируй Роя, а я возьму Ивара, — сказал Гарри и подхватил Маккоя под локоть.

А в следующую секунду две аппарационные воронки возникли за спиной у по-прежнему сидящего за монитором Поля, и все четверо шагнули на твердый пол.

— Наконец-то, — выдохнул Поль, не оборачиваясь. — Идите сюда скорее! Глаз не оторвать — красотища какая! Ивар, ты действительно, как живой!

— Да уж, — согласился подошедший к ним Криг. — Даже не по себе как-то, — хмыкнул он. — Хотя… Прямо хоть резервную копию делай, да включай, когда ностальгия по шефу начнется.

Скорпиус бросил на него короткий взгляд, и Гарри мог поклясться, что в нем явственно читалась ревность.

— Сделаю, если правда хочешь, — сказал он спокойно. — Тем более, что шефа вашего мы забираем.

— Да, теперь меня буду звать Алиса, — рассмеялся Ивар. — Из страны Чудес.

Криг посмотрел на Скорпиуса, затем на Гарри и понимающе хмыкнул:

— Сделай, — кивнул он и широко улыбнулся. — В разлуке хоть не так тяжко будет.

— Хватит выпендриваться, — подал голос Поль. — Хоть Скорпиусу лапшу на уши не вешай! Все знают, что стоит им созвониться, и эти двое потеряны для общества как минимум на сутки, — пояснил он Скорпиусу. — Джейсон у шефа всегда в любимчиках был. Правда, Рой?

— В общем-то, конечно, правда, — выдохнул Рой. — Но ведь шеф просто не знал, как сильно мы его все это время ревновали, — рассмеялся он.

— Так, разговорчики! — притворно сурово нахмурился Ивар и озабоченно посмотрел на Скорпиуса. Тот явно напрягся, но больше никак обсуждение не прокомментировал, склонившись над компьютером.

Криг перехватил маккоевский взгляд и вопросительно вздернул бровь, на что Ивар красноречиво провел пальцем по горлу. Поль же, разглядывая всю это пантомиму, лишь выразительно покрутил пальцем у виска.

— Итак, это Лондон, — сказал Скорпиус по-рабочему сухо, выводя на экране невероятно детализированное изображение. — Положение жуков на нем синхронизируется с показаниями камер слежения. Это мы, — вверху экрана возникли фигурки, один в один похожие на собравшихся перед компьютером людей. — Наши действия я буду задавать программе в режиме он-лайн. Допустим, мы хотим поймать вот этого жука… — он сместил карту и показал крупным планом медленно бредущее по улице насекомое. — Тогда Гарри с Иваром аппарируют вот сюда, я с Кригом и Роем — сюда… — он начал расставлять фигуры и задавать им определенный набор команд, а потом, когда все было готово, запустил симулятор. — Ну вот как-то так… — завершил уныло, когда на месте жука осталась огромная дымящаяся воронка, а компьютерный Ивар растерянно улыбнулся.

— Ну и чего так не жизнерадостно? — спросил Рой и по-свойски хлопнул Скорпиуса по плечу.

— А оттого, что пока что мы увидели только простейшую теорию. Твоя программа может дать варианты, если, допустим, к жуку придут его друзья? Те, которых не видят камеры? Из-под земли, — серьезно спросил Скорпиуса Криг, вглядываясь в экран.

— Да, но мне нужно некоторое время, чтобы прописать все возможные варианты реакций, — кивнул Скорпиус. — Примерно четыре часа.

— Ну и отлично! — заявил Криг. — Ты пиши, а мы подумаем над планом.

Скорпиус отрывисто кивнул и посмотрел на Гарри.

Гарри коротко ему кивнул и улыбнулся.

— Пиши, — произнес он. — Лучше тебе выслушать уже готовый вариант и после внести коррективы, нежели засорять голову проходными идеями.

— Хорошо, — Скорпиус сел за компьютер и щелкнул пальцами, прежде чем начать печатать.

— Ну а я, пожалуй, пойду с вами, — хмыкнул Поль, освобождая ему место. — Меня с треском сбросили с пъедестала. А кто это у тебя? — он с интересом посмотрел на Вайна. — Похоже на двуногого котенка.

— Это сова! — с гордостью сказал Рой. — Филин, не иначе!

— Да я понял, что сова, — вздохнул Поль, закатив глаза. — И ни капельки не филин.

— Филин! — надулся Рой.

— Сплюшка — максимум, — отрезал Поль.

— Сам ты сплюшка! — обиделся Рой и, погладив нахохлившегося Вайна, зашептал ему что-то успокаивающее.

— Это неясыть, — на секунду оторвался от своей программы Скорпиус. — Бородатая.

— Если все натуралисты дебаты закончили, давайте все-таки оставим Скорпиуса и птицу в покое и приступим к более важным обсуждениям, — произнес Ивар и шагнул в сторону кухни.

— Пойдем, малыш, с нами, — прошептал Рой. — Твой хозяин занят. Будешь с нами стратегии выстраивать.

— Черте что, — усмехнулся Поль. — Вечно ты какую-нибудь живность за собой таскаешь.

На это Рой обижаться не стал — просто отвесил Полю подзатыльник и вышел из комнаты с гордо поднятой головой.

Глава 17

На составление плана ушло почти пять часов, а на его корректировку с помощью программы Скорпиуса — еще три.

— Вот примерно так, — сказал Скорпиус, когда наконец очередная симуляция выдала им вполне удовлетворительный результат по почти всем возможным вероятностям. — Если только они не начнут плеваться кислотой и палить Круциатусами, все должно получиться.

— Ага, — кивнул Поль и широко зевнул.

— Супер, — вяло поддержал его Рой, силясь держать глаза открытыми.

— А? Что? — сонно заморгал Криг, бесцеремонно спихнутый Иваром с его же плеча, где сладко посапывал уже примерно полчаса.

— По-моему, нам всем не мешает отдохнуть, — сказал Гарри, разминая затекшую шею. — Встречаемся утром и на свежую голову еще раз все обговариваем.

— Прекрасная идея, — произнес Стив и сладко потянулся. — Но в смысле — встречаемся? Разве вы не с нами? — спросил он, глядя на Гарри и Скорпиуса.

— Нет, — покачал головой Гарри. — Мы переночуем в другом месте. А вас доставим в дом Скорпиуса. Да, и насчет того, что вашего шефа мы забираем, никто не шутил, — улыбнулся он.

— В смысле, в заложники? — округлил глаза Стив.

— В смысле домой, — поправил Скорпиус абсолютно невозмутимо и протянул руку Полю. — Кстати, Гарри, надо нам о порт-ключе для Ивара подумать.

— Вы снимаете дом? — поинтересовался Стив.

— Нет, Стив, — покачал головой Ивар и улыбнулся. — Пока еще нет.

— Простите, что вмешиваюсь, — заговорил Поль. — Но что такое портключ?

— Вот оно надо тебе? — протянул Криг. — Нет, ну в каждой бочке затычка.

— Пока еще?… — переспросил Стив, переварив услышанное. — Но Ивар, погоди… у тебя же есть своя квартира, зачем тебе еще и дом снимать?

— Порт-ключ — это ключ-портал в определенное место, — пояснил Скорпиус, начав с главного на его взгляд. — У Ивара есть квартира в маггловском мире, но живет-то он теперь в нашем. Дом никто не собирается ни снимать, ни покупать. Когда мы наконец решим проблему с этим проклятым дождем, мы построим новый дом взамен моего разрушенного. А теперь, если я ответил на все вопросы, мы можем аппарировать?

— По-моему, ты их больше создал, — хмыкнул Ивар. Он подошел к Скорпиусу и, не скрываясь, обнял за талию. — Парни, ну в самом деле, какая разница-то? Что-то вас раньше не интересовало, где я и с кем.

— Ни-ка-кой, — отчеканил Криг, вмешиваясь в разговор. — Парням нет никакой разницы, — протянул он и обвел каждого из них долгим взглядом. — Даже если они снова мало что поняли, никаких вопросов они, как очень тактичные и очень воспитанные люди, задавать не станут. Правда ведь? — спросил он всех, но выразительно посмотрел почему-то именно на Роя.

— Ну и чего ты на меня так смотришь? — совершенно спокойно отозвался Рой, поглаживая задремавшего у него на руках Вайна.

Криг чуть прищурился, затем посмотрел на него с подозрением, которое, впрочем, быстро сменилось явным пониманием столь нетипичного поведения друга.

— Он в курсе, так? — спросил он Ивара.

— Причем в полном объеме, — кивнул тот и улыбнулся.

— То-то я и смотрю, что ноль эмоций, — хмыкнул Криг. — Никаких тебе восклицаний, никаких междометий… Я уж было забеспокоился, может, ты, дружище, приболел? — улыбнулся он и в шутку стукнул Роя в плечо.

— Слушайте, это все, конечно, очень интересно, но, может, все-таки спать? — взмолился Поль. — Ну или я откопаю диванчик. Где-то тут должен быть… — он с сомнением посмотрел на кучу компьютерных деталей.

— Не надо откапывать, идем! — Скорпиус притиснул к себе Ивара, дотянулся до Поля и жестом поманил к себе Стива. Едва тот подошел, они сразу аппарировали.

— Шустрый парнишка, — одобрительно кивнул Криг, подходя к Гарри. — Меня, если можно, сразу в кровать, — хмыкнул он. — И нет, это сейчас не грязное предложение.

— Могу только в кровать к Рою, — устало сообщил Гарри. — В твоей комнате не был, а влезать в чужое сознание, прости, уже сил нет.

— Тогда давай уж в коридор, — усмехнулся Криг. — Не будем компрометировать еще больше мою и без того временами скандальную персону. А Рой вон пусть со своей совой спит.

— Во-первых, птица не моя. А во-вторых, — хмыкнул он, — уверен, с Вайном спать все поприятнее. Хотя бы от его храпа не оглохнешь.

Криг попытался возмутиться на тему, что он вообще не храпит, когда Гарри увлек их в вихревую воронку, появившись через долю секунды в коридоре Малфой-мэнора.

— Та дверь, что справа — твоя, — кивнул он Рою. — Совенка лично Скорпиусу передай. Может, тебе и правда удастся убедить его отдать Вайна в хоть и маггловские, но заботливые руки.

— Не сегодня, — Скорпиус вышел из двери в дальнем конце коридора и направился к ним. — Сегодня он болеет, и я хочу быть рядом. — Он подставил руку, и Вайн с готовностью перебрался на неё с плеча Роя. — Вот, — Скорпиус протянул Кригу листочек бумаги. — Мой сотовый. А если будет совсем беда, то воспользуйтесь этим, — он передал ему массивное тяжелое кольцо со змеей. — Надень на палец прямо сейчас, а когда нужно будет, собери всех и сверни ей голову. Вы должны при этом держаться друг за друга, как при аппарации.

— Жалко… — протянул Криг, завороженно рассматривая кольцо. — Красивое…

— Вас я буду жалеть сильнее, если в вами что-нибудь случится, — резонно заметил Скорпиус.

— Да ничего с ними не случится, — Ивар бесшумно подкрался сзади и обнял Скорпиуса со спины. — Разве что твой отец достанет до печенок своим занудством.

— О да, это он может, — скривился Скорпиус.

— Я только одного не понимаю… — протянул Рой и зевнул. — Как тебе удается выглядеть таким бодреньким?

— Долгая история, — хмыкнул Ивар. — Но сейчас мы с Гарри быстренько его усыпим.

Рой громко фыркнул и бухнул свою большую руку Кригу на плечи.

— Ну пошли, что ли? — поинтересовался устало, но вместе с тем весело. — Так и быть, потерплю твои трели.

— Не понял… — Криг удивленно вздернул бровь. — Это ты так ко мне яйца подкатываешь?

— Ничего я не подкатываю! — возмутился Рой. — Я прямо говорю, — добавил, осклабившись. — Так идем? А то сову у меня отобрали, подраться не дали, работы лишили. Надо стресс снимать.

— Ну вот, а ты переживал, что твою маму из семьи уведут, — хмыкнул Криг, обращаясь к Скорпиусу. — Какой там! Тут на мне стрессы решили снимать.

— Ну тогда не станем вам мешать, — рассмеялся Ивар и протянул руку Гарри, готовясь к совместной аппарации.

— Смотри-ка, Джейсон, как ему не терпится от нас сбежать, — весело подметил Рой.

— Ну, его в общем-то можно понять, — хмыкнул Криг, оценивающе скользнув взглядом сначала по Скорпиусу, а потом по Гарри. — Не то что моя незавидная доля, — он громко рассмеялся, когда Рой обиженно фыркнул. — Ладно, уломал, черт белобрысый. Пошли обновим двенадцать прекрасных подушек.

Все трое улыбнулись — уж до того было забавным в этот момент лицо Роя — и коротко попрощавшись, аппарировали на базу.

— Что-то я не совсем понял, — усмехнулся Гарри, неторопливо направляясь к кровати. — Те двое вместе? А я весь день думал, что Криг все еще к тебе неравнодушен. И не спрашивай, как я догадался, — хмыкнул он. — То, что вас связывало нечто большее, чем дружба, не заметил бы только слепой.

— Нет, они совершенно точно не виделись несколько лет, — покачал головой Ивар. — И нас не связывало ничего, кроме крепкой дружбы и редкого дружеского секса, уж даже и не знаю, почему. Криг отличный парень, лучший из моих друзей, но искр между нами никогда не было.

— Все логично, — кивнул Гарри. — Просто ты ждал нас, — заявил он с улыбкой и приобнял подошедшего к нему Ивара. — Но кое-кто тебя сегодня все же приревновал, — добавил тихо и обернулся на Скорпиуса.

— Да ну брось, — так же тихо ответил Ивар. — Не тешь меня надеждами.

— Ты серьезно? — удивленно протянул Гарри. — Правда не заметил? Тогда стоит поверить мне на слово.

— Просто сам я не вижу ни единого повода для ревности, — пожал Ивар плечами. — У нас все было практически один в один, как сейчас у Крига с Роем. А кое-кого ревнивого хочется обнимать, — он навалился на Скорпиуса со спины, крепко обнимая, — целовать… — чмокнул в ухо. — А если бы я не хотел так сильно спать, то еще и трахнуть очень хотелось бы. Хотя… — он потерся о Скорпиуса всем телом, как большой кот, и вздохнул. — И сейчас тоже хочется, но все же меньше, чем спать.

Скорпиус негромко рассмеялся и завел руки за спину, пытаясь обнять его в ответ.

— Утром трахнешь, — пообещал он. — Все равно операцию решено проводить в сумерках.

— Тогда предлагаю ложиться, — произнес Гарри и принялся стягивать с себя одежду.

— По принципу — чем раньше ляжем, тем раньше встанем? — улыбнулся Ивар и прижался к Скорпиусу теснее.

— Именно, — кивнул Гарри. — Не то глядя на вас — даже таких сонных — у меня кое-то встанет. И один я эту проблему решать откажусь, — усмехнулся он и лег на кровать, оставшись в одних трусах и продолжая наблюдать за обнявшимися Иваром и Скорпиусом.

— А ведь это и правда угроза, — притворно вздохнул Ивар. — Если у него встанет, то это надолго.

— Не скажи, — покачал головой Скорпиус. — По моим расчетам, я могу заставить его кончить за тридцать семь секунд.

— Офигеть! — искренне восхитился Ивар. — А меня?

— Двадцать девять, — уверенно отозвался Скорпиус.

— Это если я себя сдерживать не стану, — с уверенностью произнес Гарри. — А то ж ведь могу — силой воли.

— Вашу мать, — выругался Ивар, правда совершенно беззлобно. — Своими разговорчиками вы и из летаргического сна любого вытянете!

— Хмм, и что же победит — усталость или любопытство? — поинтересовался Гарри и посмотрел на обоих с хитрым прищуром.

— И так как мы все знаем ответ, не будем затягивать, — Скорпиус осторожно разжал руки Ивара, развернулся к нему лицом и быстро опустился на колени. Ивар сдавленно охнул, неверяще на него уставившись, и закусил губу, в мгновение ока оставшись без штанов.

— Считай! — приказал Скорпиус и вобрал стремительно твердеющий член в рот.

В первые три секунды Ивар лишь пораженно смотрел, как собственный член появляется и снова исчезает у Скорпиуса во рту, четвертую секунду он посчитал дважды, а с шестой или седьмой — напрочь забыл о цифрах. Скорпиус выпустил изо рта его член, но, видимо, лишь затем, чтобы легонько зажать зубами потемневшую головку и пройтись по оказавшей во рту плоти кончиком языка. То поглаживая, то надавливая на какие-то явно уже изученные им точки, он обхватил нежную кожу губами и буквально всосал в себя дернувшийся член, нарочито медленно принимая его в свое горло.

— Четырнадцать секунд, — выдохнул Гарри, справедливо рассудив, что Ивару сейчас явно не до счета. — Пятнадцать, — произнес он глухо, сглотнув от представшего вида. Сцепив пальцы за спиной в замок — наверняка, чтобы не вцепиться Скорпиусу в волосы — Ивар конвульсивно вздрогнул, сильнее сжал пальцы и начал сдавленно постанывать, поджимая ягодицы в такт особенно громким вздохам.

В собственном члене пульсировала кровь, и было трудно не сбиться и не начать отсчитывать секунды по ударам сердца.

— Двадцать, — выдохнул Гарри, зажимая член в кулак. — Двадцать один…

Ивар громко застонал и запустил-таки пальцы в светлые волосы.

— Боже, да! — выдохнул он.

— Двадцать семь, — объявил Гарри, гулко сглотнув.

— Похоже, на личный рекорд, — выдохнул Ивар две секунды спустя и плюхнулся на кровать, потому стоять на ногах дальше он, похоже, не мог. — Нет, Гарри, — улыбнулся он, довольно зажмурившись. — Шансов у тебя точно нет. Тут никакая сила воли не поможет.

— Ну что ж, придется постараться, — хмыкнул Гарри и, дотянувшись до макушки Ивара, запустил руку в его волосы.

Тот издал похожий на мурлыканье звук, а Скорпиус, сыто облизнувшись, взмахнул палочкой, избавляя Гарри от последней одежды. Он встал на колени на пол перед кроватью, подхватил Гарри под колени и дернул на себя, закидывая его ноги себе на плечи.

— Можешь начинать считать, — сказал он Ивару и насадился ртом на член Гарри.

Наверняка Ивару считать было уже лень, и он бы с большим удовольствием свернулся калачиком под одеялом, но пропустить обоюдные старания — Гарри сдерживаться, а Скорпиуса — доказать, что все направленные против него усилия напрасны — он просто не мог.

— Черт возьми, — простонал Гарри, когда Скорпиус, заглотив полностью его член, поднял глаза, подернутые поволокой не меньшего желания. — Ну разве кто устоит, когда он так смотрит? — рвано выдохнул и закинул голову назад, разрывая зрительный контакт.

Вот только все надежды облегчить таким образом свою участь рухнули за раз, когда Скорпиус, и не думая выпускать изо рта его член ни на дюйм, принялся методично сокращать вокруг него горячие стенки. Ощущения обострились в разы — в десятки раз — и наверное, гораздо легче было бы сдерживаться, все-таки наблюдая за Малфоем. Но такую возможность Гарри безвозвратно упустил, когда Ивар ухватил его пальцами за подбородок, мягко удерживая и не позволяя опустить голову.

— Так нечестно, — хрипло выдохнул Гарри, чувствуя, как спина помимо воли выгибается дугой — Скорпиус продолжал творить с его членом нечто невероятное.

— Очень даже честно, — хмыкнул Ивар. — Ты же не захотел на него смотреть. Считай, что от одного соблазна я тебя уже избавил.

А тем временем Скорпиус пустил в ход руки, собрав в ладонь яйца и мягко надавив на чувствительную точку за ними.

Гарри подбросило на кровати, а Ивар улыбнулся, проводя пальцем по его губам.

— Тридцать три, — сообщил он елейным голосом. — Перехожу на обратный отсчет.

Скорпиус хмыкнул, ещё раз сжав его член глубоко в горле и начал быстро двигать головой вверх-вниз, зажав член в мягких тисках. Его слюна потекла по яйцам, щекоча их, и Гарри понял, что битву он проиграл.

Ослепительно яркий оргазм был, скорее, похож на падение с высоты — остро, стремительно и совершенно опустошающе. Гарри даже не было нужды толкнуться Скорпиусу в рот — тот и так высосал его до последней капли и отпустил лишь тогда, когда член начал медленно опадать, теряя твердость и ощущение сомкнувшейся вокруг него влажной тесноты.

— Только не говори, что ты предупреждал, — сыто улыбнулся Гарри Ивару, вновь обретя способность вздохнуть медленно и глубоко.

— Имею полное право сказать, — вернул улыбку Ивар и, дотянувшись до Скорпиуса, затащил того на кровать, укладывая между ними и жадно целуя. — Ты же не думаешь, что отстрелялся? — прошептал ему в губы. — Посмотрим, за сколько секунд кончишь ты, если мы оба найдем правильное применение своим рукам.

— Быстро, — выдохнул Скорпиус, выгибаясь, чтобы потереться членом о бедро Ивара.

— Ну и не только рукам, — прошептал Гарри, в свою очередь тоже потеревшись бедрами о Скорпиуса. И хотя Гарри прекрасно знал, как Малфой любил ощущение кожи к коже, он мягко потянул Скорпиуса за плечо, снова укладывая на спину. Очертил пальцами его грудь, скользнул вниз, ложась на живот и устраиваясь между пока еще расслабленных ног.

— Ты ответственный за член, — сказал он Ивару и, подхватив Скорпиуса под задницу, приподнял его бедра и без долгих раздумий скользнул языком меж его ягодиц, надавив кончиком на сжавшийся анус. — Только не лягайся, — улыбнулся он и скользнул языком по нежной коже.

Длинный протяжный стон, который издал Скорпиус, заставил сердце биться быстрее.

Ивар подкатился ближе, прижался к Скорпиусу и накрыл его член сразу обеими руками, сжимая ствол и лаская головку.

— От тебя свихнуться можно, — прошептал он ему на ухо. — И сгореть тоже, потому что уж от тебя-то искрит как от лесного пожара. Я бы всю жизнь провел с тобой в постели…

Скорпиус посмотрел на него мутным взглядом и неудобно вывернулся, обнимая за шею.

С этим утверждением Гарри был согласен безоговорочно, еще будучи в Америке начав ловить себя на схожих мыслях. Тем временем Ивар наклонился к Скорпиусу и поцеловал приоткрытые губы, продолжая держаться за его член и поглаживать пальцем набухшую головку.

Скорпиус начал подрагивать, но до оргазма было еще явно далеко — наверняка его сверхумный мозг жаждал куда более сильных эмоций. И наверняка новых картинок, что смогли бы навсегда остаться в памяти.

И пожалуй, у Гарри было представление, как это устроить. Скользнув напоследок в расслабившийся анус так глубоко, насколько это было возможно, он оторвался от своего занятия и приподнялся выше — к самому члену Скорпиуса, зажатого в маккоевских руках. Он подул на выглянувшую из ладони головку, отчего член Скорпиуса дернулся, и пальцы Ивара сжались сильнее вокруг ствола. Осторожно прихватив зубами кончик пальца Ивара, Гарри аккуратно потянул за него, заставляя того разомкнуть прочные тиски.

— Придвинься ближе, — глухо произнес Гарри и, дождавшись, пока Ивар отстранится от малфоевских губ и выполнит просьбу, притянул его за голову, жадно целуя.

Несмотря на недавние оргазмы, целовались они долго и голодно, а на время оставленный без внимания член Скорпиуса истекал смазкой, изредка касаясь их щек.

— Давай вдвоем, — выдохнул Гарри и, вернувшись к малфоевскому члену, ухватил рукой ствол, медленно пройдясь языком по взбухшей венке.

Широко улыбнувшись и кивнув в знак одобрения, Ивар повторил его манипуляции, но со своей стороны.

— Одновременно, — произнес Гарри и, глядя Ивару в глаза, снова скользнул по твердому стволу — снизу в верх — уже в конце пути столкнувшись с Иваром языками.

Подняв голову, Гарри встретил жадный пристальный взгляд затуманенных скорее страстью, чем удовольствием глаз.

— Если кто и будет гореть, то это я, — прошептал Скорпиус, не отпуская его взгляд. Он вздрогнул, когда Ивар оторвался от его члена и провел языком по губам Гарри. — Или лежать в Мунго, — закончил он свою мысль.

Уже не сговариваясь, Гарри и Ивар одновременно вернулись к головке, только что вытолкнувшей новую каплю смазки и подцепили ее языками, разделив напополам. А затем, так и не отрываясь от напряженного члена, потянулись губами друг к другу. Конечно, ласкали они больше Скорпиуса, нежели друг друга, лишь изредка сталкиваясь языками.

А член, так гармонично разделивший их поцелуй, стал еще тверже и горячее. Решив усилить Скорпиусу подступающий оргазм, Гарри схватил ладонь Ивара и быстро облизав свой и его пальцы, потянул его руку к расслабленному недавней лаской анусу. Чей именно палец покружил у расслабленного входа, никто из них не знал, но в следующую секунду, в Скорпиуса вторглись одновременно два, натягивая нежную кожу и даря так сильно недостающее давление внутри.

— Боже! — выдохнул Скорпиус явно подслушанное восклицание и упал головой на матрац, уже не в силах за ними наблюдать.

— У меня сейчас сердце лопнет от того, как я его люблю, — шепнул Ивар Гарри.

Гарри в ответ лишь улыбнулся — все равно никакие слова из существующих языков не смогли бы передать то, что он чувствовал, лаская вместе с Иваром такого открытого и такого родного человека. Его Скорпиуса. Их с Иваром Скорпиуса.

И сейчас, глядя на рвано дышащего Малфоя, он будто ощущал все то, что в эти секунды тот переживал — во всяком случае никогда прежде чужое удовольствие не приносило ему наслаждения такой силы.

Но вскоре нужные слова все же нашлись — сами собой — стоило лишь посмотреть на внезапно замершего Скорпиуса.

— Ты самое лучшее, что только могло с нами произойти, — прошептал Гарри и, огладив Скорпиуса внутри, мягко надавил на простату, как раз в тут секунду, когда Скорпиус заглянул ему в глаза.

— Я… — выдохнул Скорпиус и тут же захлебнулся воздухом. — Я… — повторил почти бездумно, выгибаясь на кровати и царапая ногтями простыню. — Я вас люблю! — наконец сумел сказать он, прежде чем мышцы свело первой оргазменной судорогой, а член выплеснул белесую струю Гарри на щеку. Вторая же попала на Ивара, и тот счастливо улыбнулся, стирая её с губ.

Они с Гарри дождались, когда Скорпиус затихнет, раскинувшись на простынях, и только тогда убрали руки. Ивар заботливо вытер с подбородка Гарри незамеченную им каплю и с чувством поцеловал.

— Это была отличная идея, — сказал он.

— Точно, — довольно выдохнул Гарри и с наслаждением растянулся на простынях, устраиваясь рядом со Скорпиусом.

Сладко потянувшись, Ивар последовал его примеру, обнимая Скорпиуса поперек груди.

— Как, должно быть, все странно сложилось бы, откажись я тогда от твоего массажа, — Гарри обратился к Ивару, выглянув из-за малфоевского плеча. — Даже сами мысли об этом кажутся теперь неправильными.

— Не массажем так ещё чем-нибудь, а тебя бы я в постель заманил, — улыбнулся Ивар. — А следом за тобой и Скорпиуса.

— Ох ты! — улыбнулся Гарри. — Расчетливый маггл все распланировал, а мы так легко попались в его силки… Это была отличная идея! — он повторил недавно сказанные Иваром слова и вернул голову Скорпиусу на плечо.

* * *

Открыл глаза он уже когда Ивара в постели не было. Весело насвистывая, тот колдовал над сэндвичами, и, увидев, что Гарри проснулся, лучезарно ему улыбнулся.

— Доброе утро! Разогрей, пожалуйста, сковородочку, — он указал на трансфигурированную Скорпиусом посуду, на которой покоился кусок масла и восемь уже разбитых яиц.

Осторожно выскользнув из-под руки сопящего Скорпиуса, Гарри потянулся к палочке и направил ее на сковороду.

— Отойди чуть в сторону, — попросил он осипшим ото сна голосом. — Чтобы я тебя спросонья случайно не разогрел, — зевнул он и прошептал заклинание, снова откидываясь на подушку. — Вот же лень вставать, — протянул он и перекатился на бок, украдкой наблюдая за колдующим над едой Иваром.

— Да лежи, — отмахнулся Ивар. — Это я для Скорпиуса, — он с гордостью продемонстрировал большую коробку, полную разнообразных сэндвичей. — Он же голодный проснется. Ну и нам с тобой по парочке, конечно, — он водрузил на поднос пару тарелок, чашку и водрузил это все Гарри на колени. — Вуаля! Завтрак в постель!

— Спасибо, — искренне поблагодарил его Гарри. — Бери свою чашку и давай залезай обратно, — он постучал рукой по одеялу, приглашая Ивара присоединиться.

— Ты только воду нам вскипяти, — попросил Ивар, с готовностью возвращаясь в кровать. — А как ты думаешь, Скорпиус позволит провести в дом электричество? А то я, мягко говоря, как без рук.

— Заставим в ультимативной форме, — хмыкнул Гарри. — Мне самому, между прочим, компьютер и Интернет нужны, — сообщил он, удивляясь, как он об этом раньше не задумался, когда с готовностью собирался переехать жить малфоевский чудо-дом. — Только не говори, что заставлять никого не будем, — улыбнулся он.

— Я думаю, найдется метод убеждения, — хмыкнул Ивар. Он помолчал, задумчиво размешивая сахар в чашке, а потом снова спросил, понизив голос: — Он ведь это вчера на эмоциях сказал, да? Что любит…

— Ну не знаю, как там насчет тебя, — протянул Гарри, — но на свой счет я практически уверен, — закончил он и улыбнулся помимо воли, испортив поначалу искусно разыгранную серьезность. — Ивар, ну что ты в самом деле? Конечно, он сказал именно то, что думает. И никакие эмоции не толкнут его на необдуманные слова. Как будто ты его первый день знаешь, — фыркнул Гарри, не понимая, над чем Ивар ломает себе голову.

Ивар рассеянно улыбнулся и покачал головой.

— Ладно, неважно, — он поставил чашку со слишком горячим кофе на пол и залез под одеяло, обнимая Скорпиуса со спины. — Главное, ты мне это все-таки сказал, — прошептал ему в макушку.

— Помнишь, я тебе говорил одну вещь… Ты еще тогда отмахнулся, мол, тебе все равно, — начал Гарри. — Когда-то я тебе сказал, что он никогда не будет испытывать к тебе таких чувств, что ты испытываешь к нему. И спросил, готов ли ты к этому… Ты отчетливо дал понять, что да, — продолжил Гарри, заглядывая Ивару в глаза. — В тот день ты еще и мне сказал, что и меня самого Скорпиус никогда не будет воспринимать так, как я его. Спорить с тобой я не стал, тем более, ты был прав. И знаешь, — чуть помолчав, произнес он, — лично я до сих пор сомневаюсь в том, что он вообще способен любить. Не нас конкретно, а вообще — в глобальном смысле. Что он просто искусственно не взрастил в своем мозгу схожие с нашими эмоции и сам себя не убедил в их правдивости.

Ивар нахмурился, а потом сел и взял Гарри за руку.

— Ты же помнишь вчера его глаза, — сказал вкрадчиво, положив его ладонь себе на грудь. — Помнишь, как пульсировало все вокруг наших пальцев, когда его сердце колотилось как сумасшедшее. Обычное сердце. Человеческое. Он любит тебя. Действительно любит, пусть и с кучей вариантов в ответ на любой вопрос, но суть все равно одна — его сердце частит при взгляде на тебя, и львиная доля его мыслей тоже о тебе. И нет, я действительно не претендую на такое же отношение, мне достаточно того, что я имею. Вот только вчера он меня немного выбил из колеи своими словами. Я раз за разом прокручиваю их в голове и не могу понять, что же именно за ними кроется.

— Так почему бы тебе не спросить его об этом? Напрямик. Не мучая себя возможными доводами и нелепыми гипотезами, — спросил Гарри, никак не откомментировав мнение Ивара по поводу чувств Скорпиуса к нему. Никто и никогда не поймет его собственные сомнения, потому что никто не видел, с чего и как именно у них со Скорпиусом все начиналось. Точнее, никто не видел самого Скорпиуса, когда у них все только начиналось. — Я серьезно, — продолжил Гарри, силясь выкинуть из головы не самые приятные мысли, — поговори с ним. И еще… о том, что я тебе сейчас наговорил — про любит-не любит, ему знать незачем.

— Нет, — Ивар улыбнулся чуть грустно. — Даже не подумаю. Ни говорить, ни спрашивать. Извини, что загрузил с утра пораньше своими сомнениями, — он отпустил его руку и отодвинулся на самый край. — Пойду еще пару яичниц поджарю. А то он все ерунду какую-то ест.

— А ну-ка стой, — требовательно произнес Гарри и ухватил Ивара за руку, чудом не перевернув поднос. — Какие еще «извини»? И не придумывай повод, чтобы снова сбежать к плите и дальше втихомолку мучиться. Мы оба знаем, что сам он ближайший час не проснется. Вон, посмотри, даже не ворочается. Так что подождет яичница, — заключил Гарри и потянул Ивара на себя. — И не отпущу, даже не надейся, — хмыкнул он, сильнее сжав ладонь Ивара в своей.

Ивар хмыкнул и прислонился к нему плечом.

— Я начинаю понимать тебя, — сказал, стащив с тарелки Гарри сэндвич. — Даже сейчас, когда Скорпиус ведет себя вполне по-человечески, это очень сложно, а как было раньше, я и представить не берусь.

— И не надо тебе представлять, — протянул Гарри, качая головой. — Потому что у вас со Скорпиусом совсем другая история. Не примеривай то, что происходило между нами, на то, что происходит между вами. Я тебе уже не раз говорил, но повторю еще. Он очень привязан к тебе. И сам факт того, что он подпустил тебя к себе настолько близко, уже говорит о многом. Ведь он не очень охотно сходится с людьми. А с учетом того, что ты мало того, что не чистокровный волшебник, так и вообще не волшебник, — хмыкнул Гарри, — так это верный показатель, что он тебя очень сильно ценит. Ты видел его отца. Скорпиус рос в той среде, где такие так ты, такие, как моя мать, не представляют большей ценности, чем пыль под их аристократическими ногами. А теперь представь, что должно было произойти, чтобы Скорпиус позволил тебе до себя дотронуться. Позволил себе заняться с тобой сексом. И более того, получать от этого удовольствие. А такая роскошь, скажу по секрету, даже его бывшей невесте была не по карману, — сказал он и взял с тарелки аппетитно пахнущий сэндвич.

— Я это все понимаю, — вздохнул Ивар. — И весьма горжусь. Но мне кажется, если бы я знал его, как ты, то понимал бы намного лучше.

— Забавно, — бесцветно усмехнулся Гарри. — А мне кажется, что как раз ты и понимаешь его лучше, — произнес он и, поколебавшись, добавил: — А он тебя.

— Может быть, — не стал спорить Ивар. — Но нет предела совершенству. Я знаю, что мог бы лучше. Глядишь и не ломал бы голову над парой сказанных в запале слов. Он же их даже выговорил не с первого раза, так что мало ли, что он хотел сказать, прежде чем заменил все более коротким обобщенным вариантом.

— А сам ты очень связно можешь говорить, когда тебе на простату давят? — поинтересовался Гарри. — Лично у меня плохо получается.

Ивар рассмеялся, ткнувшись носом ему в шею.

— Да ну тебя, — протянул он. — Ты же понимаешь, что я хочу сказать.

— Что именно ты хочешь сказать, понимаю, — кивнул Гарри. — Но не совсем понимаю тебя. Хочешь знать мое мнение — он тебя любит. По-своему, конечно, но любит.

— Наверное, ты прав, — улыбнулся Ивар. — Что-то я расклеился… Конечно, прав! — добавил уже гораздо веселее. — Это у меня временное помутнение на фоне недосыпа и переизбытка эмоций, не обращай внимания, — он обнял Гарри за талию и поцеловал в щеку. — Я чуть не умер вчера, когда Скорпиус передо мной на колени встал.

Гарри снисходительно улыбнулся, но затем покачал головой.

— Как странно, — задумчиво произнес он. — Скорпиус ко мне относится как к какому-то идолу на пьедестале, а ты к нему — и того круче — как к божеству. Признавайся, это произошло с первого взгляда?

— Почему к божеству-то? — удивился Ивар. — Я просто невоздержан на эмоции, — хмыкнул он. — И потом, я же счастливчик. Мне есть, кого любить пылко и несдержанно, и есть, кого вдумчиво и рационально, — он серьёзно посмотрел на Гарри и ласково погладил его по спине.

— Значит, с первого, — сделал вывод Гарри. — Я к тому, что твои чувства объяснимы. Природу же его чувств я понять не могу. Слишком уж рационально Скорпиус подошел к своей страсти, — хмыкнул он и, наконец, обратил внимание на теплую ладонь Ивара на своей спине и его серьезный взгляд. — Прости, — искренне извинился он за свое невнимание и погладил Ивара по ноге.

— Да ничего, я привык, — хмыкнул Ивар. — А ты ещё удивляешься, почему Скорпиус боится лишний раз к тебе обратиться. Иногда ты производишь впечатление совершенно равнодушного человека.

— Нет-нет… Это не так. Совсем не так, — проговорил Гарри и притянул Ивара за руку, крепче прижимая к себе. — Черт… а может, и так, — замерев на несколько секунд, он аккуратно отстранился и закрыл лицо ладонями, шумно вздохнув и закинув голову назад. — Даже сейчас, вместо того, чтобы объясниться словами, я едва не начал лапать тебя, — сокрушенно произнес он. — Видимо, это я так решил показать свое неравнодушие к тому, что творится у тебя в душе, — невесело хмыкнул он, убрав руки от лица, и спустил ноги на пол, намереваясь встать. — Чай еще будешь?

Ивар рассмеялся и схватил его за плечи, опрокидывая на кровать.

— Вы оба со словами не дружите, — заявил он весело, наваливаясь на Гарри сверху. — С этим я уже смирился. Поэтому давай, проявляй неравнодушие, как умеешь, а я буду переводить. Вот это, например, — он поцеловал Гарри в губы, — означает «Ивар, прости, я дурак, но я тебя люблю».

— Как раз именно это я и хотел сказать, — кивнул Гарри. — Из тебя получается прекрасный переводчик, — улыбнулся он и пылко ответил на новый поцелуй. — Но по опыту знаю — если хочешь, чтобы человек тебя понял, говорить с ним нужно на том языке, на котором он говорит сам, — произнес Гарри, и следующие слова он уже выдохнул Ивару в самые губы: — Я тебя люблю.

— И я тебя люблю, — Ивар отстранился, чтобы заглянуть в глаза, а потом взял за руку и положил ладонь себе на грудь. — Чувствуешь, как стучит?

— Чувствую, — только и смог прошептать Гарри сквозь шум в ушах от биения собственного сердца. Каким-то совершенно волшебным образом с недавнего времени Ивару удавалось затронуть в нем какие-то струны, от прикосновения к которым все внутри сжималось в тугую спираль, а сердце пускалось в галоп, грозясь не выдержать перегрузки.

С нажимом проведя ладонями Ивару по спине, Гарри остановился на ягодицах и вжав бедра Ивара в свой пах, помедлил с несколько секунд, а потом рывком перевернулся вместе и ним, подминая его под себя.

— Если ты не против, то сегодня я хочу тебя трахнуть, — шумно выдохнул он и сжал зубы, замерев в ожидании согласия.

— Ты просто не представляешь, насколько я «за»… — Ивар стиснул его руками, а потом и ногами тоже. — Тем более, что вчерашний день оказался испытанием для моих нервов — столько времени рядом, а ни до тебя, ни до Скорпиуса даже дотронуться толком нельзя было. Ты сделал из меня такого же сексуального маньяка, как ты сам!

— Да что ты, — хмыкнул Гарри, и протиснув руку между их телами, легонько сжал член Ивара сквозь пижамные штаны. — Вот прямо совсем-совсем маньяка? — поинтересовался он, проведя пальцем по ткани там, где угадывалась головка. — Вполне возможно, что я эгоист, но лично меня это только радует.

— То, что ты эгоист — общепризнанный факт, — хмыкнул Ивар. — Отрубился вчера за доли секунды, мы со Скорпиусом даже «спокойной ночи» тебе сказать не успели.

— О, не стоит переживать, — нарочито снисходительно протянул Гарри. — Я ничуть не обиделся на вас за вашу медлительность. Тем более, что пожелание «доброго утра» с лихвой компенсируют вчерашнее упущение, — улыбнулся он и, стянув с Ивара штаны, снова улегся на него, соприкасаясь с ним членами — твердыми, горячими и отдающими отчетливой пульсацией в пах и друг в друга.

Ивар поёрзал, стараясь усилить контакт, и с готовностью раздвинул ноги.

— Кстати возвращаясь к разговору о Криге и всех остальных… — он сунул руку между их животами и сжал оба члена, неспешно лаская. — Если помнишь, задница моя ни с одним членом знакома не была.

— Подходящее ты время выбрал для разговоров, — фыркнул Гарри и рвано втянул носом воздух, когда Ивар задел пальцами какую-то особую точку за уздечкой. — Ну как угодно, давай поговорим, — продолжил он и провел рукой по маккоевскому бедру, подбираясь к ягодицам. — И что же тебя заставило передумать и дальше беречь свою задницу от членов? — он заглянул Ивару в глаза и, скользнув в жаркую ложбинку, мягко надавил несколько раз подряд на его вход, имитируя предстоящее.

— Ну это я к вопросу о серьёзности отношений прошлых и нынешних, — Ивар поморщился и жалобно попросил: — Смазку-то возьми…

— Тогда ты вернулся к разговору без надобности, — хрипло произнес Гарри. — И уж точно, не того ты человека на сей раз выбрал. Ревновал тебя вчера вовсе не я, — Гарри призвал баночку со смазкой и, торопливо открыв ее, макнул пальцы в скользкую прохладу. — Это кстати возвращаясь к разговору его любви и твоей паранойе, — выдохнул он и протиснул сразу два пальца в узкий анус, запасаясь терпением.

Как сильно сейчас хотелось прекратить медлить и, навалившись на Ивара всем весом, войти в него сразу и во всю длину, начав вбивать в матрас. Но увы, пока что сделать так, не причинив Ивару боль, было невозможно. Поэтому, стиснув зубу и пытаясь не думать о своем возбуждении, Гарри принялся аккуратно, но настойчиво разминать до умопомрачения тугие мышцы.

— Вот бы ты так мой член сжимал, когда я внутри, — прошептал Гарри, шалея от обхватившей пальцы тесноты.

— Ну, если ты будешь двигаться очень медленно и осторожно, то давай попробуем, — отозвался Ивар хрипло. Он завладел баночкой со смазкой, заставил Гарри приподняться и густо намазал его член. — Аккуратненько… — приказал, направляя член в себя.

Гарри стиснул зубы и мысленно помолился, чтобы выдержки хватило — бедра инстинктивно заходили ходуном, желая сделать мощный глубокий удар, вгоняя член внутрь напряженного тела. Ивар закусил губу и честно старался расслабиться, но мышцы против его воли никак не желали расступиться, сжимая головку тугим кольцом.

А еще, наверное, Ивар и не осознавал, что отчаянно жмурился и, набрав в легкие воздух, перестал дышать, до боли вцепившись рукой в запястье Гарри.

— У меня уже онемел член, — сообщил Гарри, мягко улыбаясь. — Еще чуть-чуть и отнимется рука. Но даже несмотря на такие неудобства, я не двинусь в тебя ни на дюйм, пока ты мне не позволишь. Не буду скрывать, еще немного, и я свихнусь от возбуждения, но дрожать ты будешь подо мной, когда будешь кончать, а не от напряжения и боли, — хрипло продолжил Гарри, стараясь отвести взгляд от натянувшегося маккоевского ануса и собственной головки, так и не поместившейся полностью в узком кольце.

— Да, черт побери, ещё немного, и буду, — согласился Ивар, вымученно улыбнувшись. — Я хочу так, что наверное, промочил бы матрац насквозь, будь я женщиной, но расслабиться почему-то не могу.

Он взялся за член, действительно истекающий смазкой, и скользнул по нему ладонью несколько раз. Выдохнул, закрыл глаза, приподнял бедра, и — о чудо! — Гарри смог немного продвинуться вперед.

— Я все время вспоминаю, как это было, — прошептал Ивар, продолжая ласкать себя. — Как будто пылающим джедайским мечом пронзили. Думал, сгорю.

Он расслабился ещё немного, и мышцы неохотно пропустили наконец головку.

Пожалуй, на этот раз с расчетами Гарри ошибся — первым дрожать начал он. Но не от удовольствия и не от боли, а от скопившегося напряжения и вынужденного бездействия. От того, чтобы резко не закинуть ноги Ивара себе на плечи и не войти в него до упора, шлепнувшись яйцами о влажные ягодицы, удерживала только совесть.

— Мы можем поменяться местами, — облизнув пересохшие губы, сказал Гарри, наблюдая как блестящая капля пота с его виска упала на выглянувшую из кулака Ивара потемневшую головку, плавно скатившись к его пальцам и смешавшись со смазкой. — Не уверен, что смогу сдерживаться и дальше.

— Ещё немного… — выдохнул Ивар, кладя свободную руку ему на задницу. — Совсем чуть-чуть… — он выгнулся, быстрее задвигал рукой на своем члене и потянул Гарри на себя, заставляя лечь сверху и мягко войти на всю длину, не обращая внимания на снова сжавшиеся мышцы. — Вот так… — шепнул сдавленно, зажмуриваясь. — А теперь подожди.

Гарри честно ждал, вслушиваясь в буханье крови у себя в висках, пока Ивар не заерзал под ним, и не начал осторожно вскидывать бедра, явно желая продолжения.

— Ох, блядь… да-а! — выдохнул Гарри и, вдавив Ивара собственным весом в матрас, ухватил его за запястья, ловко заведя их высоко ему за голову. Перехватив их одной рукой, свободной Гарри огладил его бок, спустился к бедру и удерживая Ивара, отвел свои бедра назад, чтобы начать медленно двигаться, буквально втискиваясь членом в узкий проход. — Бо-о-же! — хрипло воскликнул он, когда Ивар крупно вздрогнул, наконец, расслабляясь, а сорвавшийся с полураскрытых губ стон мало чем походил на страдальческий.

— Да-а, — согласился Ивар из последних сил, — именно это слово…

Он вырвал руки из захвата, обхватил Гарри за плечи и высоко поднял ноги, разводя их в стороны. Приглашение было таки красноречивым, что Гарри зарычал, вынужденный зажмуриться и переждать очередную волну возбуждения, боясь кончить после очередного толчка.

Когда он снова начал двигаться, Ивар уже не зажимался. Он по-прежнему был очень узким и отзывчивым, но причинить боль Гарри больше не боялся.

Двигался ли Гарри мощно и размашисто, вколачиваясь в Ивара, или же менял темп на короткие и быстрые толчки, оргазм неминуемо подступал, с каждой секундой все жарче пульсируя в мозгу и члене. И неудивительно — Ивар отдавался так чувственно, что от одних только его хриплых стонов вело голову, а член наливался кровью еще сильнее.

Гарри резко остановился, понимая, что еще пара толчков — и сдерживаться он уже точно не сможет, взял Ивара за зажатый между их животами член и отрывисто двинул по мокрому от смазки стволу. Как оказалось, этот маневр был не столь удачным — Ивар беззвучно открыл рот, выгнулся на лопатках, сжимаясь изнутри, и обхватив Гарри ногами, буквально вдавил его в себя, подмахнув бедрами в ответ.

— Я так кончу, — предупредил Гарри, активнее заработав рукой на потрясающе горячем члене.

— Ну так и давай, — хрипло воскликнул Ивар. — Не один ты такой!

— Ну тогда держись… — рыкнул Гарри и мощно двинул бедрами, вбиваясь в снова сопротивляющееся тело.

Ивар громко вскрикнул, до боли стиснул его плечи и выгнулся, вжимаясь грудью в грудь.

— Тво-ою же ма-а-ть… — громко простонал он и запрокинул голову. Мышцы на шее судорожно вздулись, а рот открылся в немом крике. На долю секунды Гарри залюбовался этой картинкой, а потом пальцы обожгло, а мозг отключился, оглушенный обрушившимся оргазмом.

В себя Гарри пришел гораздо быстрее Ивара — тот по-прежнему неподвижно лежал, обмякнув на простынях, тяжело дышал, и неотрывно смотрел в потолок. И если бы не легкая, еле заметная улыбка на его губах, Гарри наверняка решил бы, что что-то не так. Однако судя по всему, все было именно так и даже слишком.

— Ивар, прием… — улыбнулся Гарри и приподнявшись на локтях взглянул на только сейчас обратившего на него внимание Маккоя.

— Я… — Начал было Ивар, но тут раздался оглушительный хлопок, и на мирно спящего Скорпиуса свалились здорово перепуганные и совершенно голые Криг и Рой, сплетенные так, что было абсолютно понятно, чем они занимались, когда сработал подаренный Малфоем портключ.

— Ебать! — выдохнул Криг, уставившись на почему-то совсем не удивившегося Ивара. — Рой, дубовая твоя башка, ты этой чертовой змее башку открутил!

— А нечего было меня царапать, — обиженно насупился Рой. — Как баба, честное слово!

Быстро взглянув на Скорпиуса — очевидно тот уснул, выпив свое зелье, раз двое свалившихся на него мужиков не стали поводом проснуться — Гарри осторожно вышел из Ивара и накрыл их обоих простыней.

— Оригинально день начался, — заметил он и оглядел так и не расцепившихся Роя и Крига намеренно долгим взглядом. — Он ведь под зельем? — уточнил Гарри у Ивара, указав жестом на Скорпиуса. И дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — А вам двоим домой пора — рано еще по гостям ходить. Хозяева еще спать изволят, — хмыкнул он и перекатился через Ивара. — Давайте я вас обратно аппарирую. А то, боюсь, Скорпиус не готов проснуться в одной постели уже с четырьмя голыми мужиками.

— И меня с ними, — вздохнул Ивар. — Отберу кольцо и буду аки пастырь среди овец. А точнее, баранов! — он отвесил Рою подзатыльник.

— В спальне с нами будешь? — ехидно уточнил Криг. — Смотри, накладка, конечно, офигенная вышла, но мы еще не кончили и собираемся взять свое. Правда же? — он пихнул Роя лбом в плечо.

— Угу, — кивнул тот и выразительно двинул бедрами.

От язвительных комментариев Гарри удержал только затраханный вид Ивара, ну и видимо, собственный — идентичный. Он поднялся с постели, поспешно натянул пижамные штаны и бросил Ивару его одежду.

— Я не понял, а ты зачем там понадобился? — поинтересовался он, влезая в футболку и резко замолчал, осознав, как это только что прозвучало. Естественно, Ивара он сейчас и не думал ревновать, а уж тем более в чем-то подозревать. Ему на самом деле было любопытно, зачем тому нужно к друзьям, да еще и так срочно. — Все в порядке? — спросил Гарри гораздо мягче, стараясь не обращать внимания на присутствие посторонних. И хотя их незваные гости могли невесть что подумать, учитывая недвусмысленность ситуации, в который они застали его и Ивара, Гарри было решительно все равно. Гораздо важнее было узнать, не захотел ли Ивар сейчас попросту сбежать и дальше съедать себя какими-нибудь нелепыми сомнениями, но уже в одиночестве.

— У меня — да, — заверил его Ивар. — А вот насчет парней я не уверен. Не за этих двоих, конечно, — он фыркнул и кивнул на кое-как сползших наконец со Скорпиуса Роя и Крига. — Мало ли что Скорпиусов папаша за ночь успел напридумывать. Как его зовут, кстати?

— Да ну, не говори глупостей, — протянул Гарри. — Он прекрасно представляет, что не сносить ему головы в случае чего, — заверил он Ивара. — Он меня всю свою сознательную жизнь знает, так что за это вообще не переживай. Ничего серьезного не удумает. Да, зовут это выжившее чудо магического мира Драко Малфоем.

— А ничего так имечко, — заметил Рой и неохотно слез с Крига, прикрываясь утащенной простыней. — Зачетное. Но давайте уже аппарируем, а? — он скользнул по Джейсону голодным взглядом.

Ивар хохотнул и посмотрел на Гарри.

— Я все же пойду в замок, — решил он. — Узнаю насчет еды, душа и прочего. Если что — позвоню, хорошо?

— Ладно, иди на разведку, если тебе так спокойнее, — согласился Гарри. — Но Скорпиуса я пока будить не буду, пусть отоспится. Неизвестно, как еще вечер сложится, — сказал он и протянул успевшему одеться Ивару руку.

Руку Ивар решительно отверг ее и крепко обнял его за талию.

— Я хотел сказать, что это было даже круче, чем в первый раз, — шепнул он ему на ухо. — А Скорпиуса ты все-таки разбуди, — добавил громче. — Зря я, что ли, сэндвичи полутра лепил?

— Так а что с ними будет под Стазисом? — спросил Гарри и, прижав Ивара крепче, аппарировал в уже знакомый коридор Малфой-мэнора. — Не хотел тебя целовать при них, — сообщил он, встретившись с вопросительным взглядом Ивара. И не дав ему времени даже понять смысл слов, жадно накрыл его губы своими. — А вот теперь можно и тех двоих доставить, — довольно заключил Гарри и выпустил Ивара из объятий.

— Ты думаешь, их это шокировало бы? — усмехнулся Ивар. — Или смутило? И нет, еще нельзя! — и снова подался к нему, целуя не менее жадно.

— Нет, не думаю, — покачал головой Гарри, когда Ивар, насытившись, отстранился. — Но скажи, пожалуйста, на кой черт мне тут зрители, когда этот момент я хочу пережить с тобой наедине? — улыбнулся он и спросил: — Теперь можно?

— Можно, — решил Ивар. — А то они там со Скорпиусом…

Но когда они вернулись, выяснилось, что за Скорпиуса волноваться не нужно было. Криг и Рой чинно сидели рядышком на кровати, сложив руки на коленях, а вокруг них, как часовые, расположились порядком разозленные совы.

— А я что? Я ничего! — пристыженно заявил Криг, едва Гарри и Ивар появились в комнате. — Я просто офигел и хотел рассмотреть поближе!

— Офигел — не то слово, — поддержал его Рой. — Мы просто в шоке были!

Гарри нахмурился, посмотрел на Скорпиуса и обнаружил, что одеяло с него неведомым образом сползло, оголяя живот и высовывающуюся из-под пижамных штанов головку его длиннющего члена.

— А ну-ка марш с кровати, — процедил Гарри, хищно прищурившись. — И живо подошли сюда, оба! Если я когда-нибудь услышу хоть намек на то, что вы видели, сотру память к чертовой матери, — пообещал он подошедшим Кригу и Рою и ухватил их за руки. — Ивар, держись за меня, — обернулся он к Маккою и, почувствовав, как сильные руки снова оплели его талию, аппарировал всех в спальню Роя. — Все, умники, завидовать здесь будете.

Видимо, посчитав, что спорить с ним опасно для жизни, Криг и Рой синхронно кивнули, стоя перед Гарри хоть и в чем мать родила, но по стойке смирно.

— Пойдем, — осмотрев их требовательным взглядом, Гарри увел Ивара в коридор и, мгновенно теряя боевой запал, прижал его к себе. — Если что — сразу звони.

— Вот яйца этим молодчикам оторву, и сразу позвоню отчитаться, — мрачно пообещал Ивар. Он похлопал его по спине и отстранился. — Черт, а я ведь никогда не был ревнивцем, — протянул задумчиво.

— Это дополнение к вопросу о серьезности отношений прошлых и нынешних? — улыбнулся Гарри.

— Наверное… — Ивар тряхнул головой и широко улыбнулся, снова став самим собой. — А все-таки классные у нас совы, пусть я даже и не знаю еще всех по имени.

— У нас с тобой впереди масса времени выучить каждого, — вернул улыбку Гарри и, кивнув Ивару на прощание, вернулся на базу.

Скорпиус все так же мирно спал, даже не подозревая о том, что этим утром количество голых мужчин в их постели превысило положенное, и что он невольно примерил на себя роль музейного экспоната. И правда, спасибо совам, что следили за соблюдением главного музейного правила — руками не трогать.

Вскипятив воду, Гарри наполнил чаем две чашки и отправил их на поднос рядом с тарелкой с сэндвичами. Затем наполнил пустой стакан при помощи Агуаменти и подошел к Скорпиусу.

— Твою мать, — выругался он, усмехнувшись собственному замешательству. — Нет, к этому привыкнуть невозможно, — выдохнул Гарри и буквально заставил себя выплеснуть воду Скорпиусу на лицо.

Тот привычно встретил воду улыбкой и почти сразу открыл глаза.

— Доброе утро, — сказал чуть хрипло и огляделся. — Что-то случилось? — спросил, нахмурившись.

— Да общем-то ничего, — ответил Гарри. — Просто друзья Ивара оказались столь любезны, что решили нам всем пожелать доброго утра, воспользовавшись порт-ключом, пришлось депортировать их обратно. А Ивар решил за ними всеми присмотреть, — улыбнулся он. — На самом деле, конечно, все было несколько иначе, но в таком ключе, кажется, подают информацию обзора светских событий?

Скорпиусу понадобились доли секунды, чтобы все понять и рассмеяться.

— Надо было не кольцо им дать, а нож или трость, — хмыкнул он и тут же охнул, схватившись за ребра. — Кажется, это был чей-то локоть, — вздохнул, разглядывая наливающийся синевой синяк.

— Кажется, — нахмурился Гарри и, направив на Скорпиуса палочку, залечил ушиб старым проверенным аврорским заклинанием. — Не болит? — спросил он и мягко надавил на стремительно светлеющий синяк. — Через полчаса от него и следа не останется, — сообщил он и внимательно осмотрел Скорпиуса на предмет иных увечий.

Конечно, Гарри отчасти понимал парней — даже сейчас, проведя со Скорпиусом уже столько времени вместе, Гарри то и дело цеплялся взглядом за его удивительный член. И признаться, эта деталь в совершенном малфоевском теле нравилась ему безмерно. Так чего уж ждать от тех, ко увидел это чудо впервые?

Конечно, Скорпиус его взгляды заметил и, откинув одеяло, почему-то чуть смущенно предложил:

— Иди сюда?

Гарри улыбнулся и без раздумий влез к Скорпиусу под одеяло. Он лег на бок и подперев голову рукой, продолжил разглядывать его — ближе и в деталях.

— Прямо как раньше, да? — произнес он и очертил пальцем аккуратный сосок.

— Ну я мог бы перечислить примерно полтысячи отличий, но вообще-то да, почти как раньше, — улыбнулся Скорпиус и подвинулся к нему ближе, ложась на спину и прижимаясь боком. — Немного похоже на ту ночь в отеле. Вот только эмоции у меня совсем другие.

— С той ночи ты очень изменился, — задумчиво произнес Гарри и, взглянув Скорпиусу в глаза, тепло улыбнулся. — Будто два разных человека.

— Не знаю, как ты, а я этому очень рад, — серьезно ответил Скорпиус. — Тогда в отеле я был настолько в себе неуверен, что готов был на край света сбежать. А сейчас я уже почти совсем не думаю о том, что могу разочаровать тебя.

— И я рад. Почти совсем… — повторил Гарри его слова. — Знаешь, почему почти? — протянул он и вопросительно посмотрел на Скорпиуса.

Скорпиус хмыкнул, кивнул и вместо ответа приподнялся на локте, целуя его.

— Кто был сверху? — спросил безо всякого перехода.

— Смотря кого ты имеешь в виду, — усмехнулся Гарри, вернувшись к поцелую.

— Вас с Иваром, — уточнил Скорпиус. — С остальными и так понятно — Рой, конечно.

— Если нас с Иваром, то я, — ответил Гарри. — А теперь честность на честность. Этот вопрос звучит уже не в первый раз. Для тебя имеет какое-то особое значение, кто сверху?

— Значения как такового нет, — с улыбкой покачал головой Скорпиус. — На самом деле, мне просто любопытно. И кроме того, это та вещь, о которой я не могу догадаться. К сожалению, ваша сперма совершенно одинакова на вид и запах в той мере, в которой его различает мой нос.

— Тогда понятно, — вернул улыбку Гарри. — Но ты так и не ответил на мой вопрос, — напомнил он. — Или ты тут тоже не можешь догадаться, какой вариант из тысячи подойдет лучше всего?

— Почти рад, потому что я почти уверен, — не колеблясь ответил Скорпиус. — У меня даже других вариантов нет.

— Только ты почти уверен вовсе не в себе, — покачал головой Гарри. — Ты почти уверен во мне.

Тут улыбка Скорпиуса поблекла. Он немного помолчал, а потом и вовсе перестал улыбаться.

— Кажется, мне нужен Ивар, — вздохнул он. — Только он сможет доходчиво объяснить, почему ты неправ.

— В Малфой-мэноре, — сухо ответил Гарри и закрыл глаза, пытаясь разобраться, что не так: то ли это он все сам портит, то ли Скорпиус по-прежнему не научился с ним разговаривать.

Аппарировать Скорпиус, впрочем, не спешил. Он некоторое время лежал молча, а потом сказал несчастным тоном:

— Я почти уверен, что солнце не погаснет. И в том, что Земля не остановится. Я не уверен в солнце и Земле? Да, наверное. Но это нисколько не отражается ни на моих чувствах к ним, ни на восходах, закатах и смене времен года. Я почти уверен, что мы будем вместе долгие годы, и это почти уже не отдает ни страхом, ни сомнениями, ни попытками все время контролировать слова и действия. Я действительно спокоен теперь, пусть даже и знаю, какой на самом деле процент вероятности, что мы расстанемся. Но зато я знаю теперь и то, что наличие этих самых процентов — на самом деле сущая ерунда, и все зависит от нас самих.

Гарри с замиранием сердца дослушал Скорпиуса до конца, не веря собственным ушам. И когда прозвучало последнее слово, Гарри приподнялся на локте, нависая над Скорпиусом и посмотрел ему прямо в глаза.

— Ты действительно так считаешь? — спросил он, расплываясь в улыбке. — Нет, погоди, не отвечай. Я и сам знаю, что это так, — прошептал он и несколько долгих секунд рассматривал лицо Скорпиуса. — Знаешь… — посерьезнев, продолжил он. — Я могу на тебя злиться, могу не понимать тебя, могу хотеть задать тебе трепку… Но я не могу в тебе разочароваться. Запомни это и никогда, слышишь, никогда не сомневайся в этом!

— Хорошо, — прошептал Скорпиус, обнимая его и притягивая к себе. — Не буду. И знаешь… — его глаза лукаво блеснули. — Мне кажется, я достаточно изменился чтобы сделать сейчас вот так… — он с силой толкнул Гарри в грудь, укладывая на лопатки, и перекатился сверху, вклиниваясь коленом между ног. — А еще я почти уверен, что не смотря на утренний секс, от продолжения сейчас ты не откажешься, — добавил все же с вопросительной нотой в голосе.

Гарри удивленно моргнул, а затем его сердце сделало кульбит. И даже член — несмотря на совсем недавний секс — не остался к такому напору равнодушным, начав крепнуть редкими, но вполне ощутимым толчками.

— Смелее, аврор Малфой, — прошептал Гарри, чувствуя как его подводит голос. — С таким началом у тебя все равно уже нет отходных путей, — улыбнулся он и толкнулся бедрами вверх, вжимаясь в Скорпиуса почти окрепшим членом.

Скорпиус довольно улыбнулся и со вкусом его поцеловал.

— Вот такая ловушка мне по душе, — сказал, на секунду отстранившись, и запустил руку ему под футболку. — Кстати, знаешь, по чему я скучаю? По твоей форме. Я, конечно, могу представить ее на тебе вплоть до тактильных ощущений, но это другое.

— А мне безнадежно не хватает моего стола. И голого тебя на нем, — Гарри схватил ртом воздух, когда Скорпиус задел ногтем его сосок, и прогнулся всем телом, усиливая прикосновение к коже жарких ладоней. — Хотя не-ет, не голого… — продолжил он, глухо сглотнув. — Пусть на тебе сначала будут ярко-голубые трусы. Уверен, я даже не смог бы их нормально снять. Просто приспустил бы… — хрипло выдохнул Гарри. — И мне ничто не помешало бы тебя трахнуть. Даже твоя несговорчивость заняться сексом с Главой Аврората в его кабинете.

— Я уже согласен! — выдохнул Скорпиус, подминая его под себя и разводя коленом ноги. — Мы с Иваром трахнем тебя вдвоем сразу после утреннего совещания!

— Трахнете непременно, — кивнул Гарри, рывком подаваясь бедрами к малфоевскому паху. — Но только после того, как я нагну тебя у этого самого стола перед началом планерки. А потом посажу на совещании прямо перед собой и все полтора часа буду любоваться на твой растраханный и крайне нерабочий вид.

— Тогда перед тем как ты меня нагнешь, я сделаю тебе минет. Чтобы ты только и видел, что мои красные распухшие губы, — вдохновенно развил мысль Скорпиус, призвав смазку. Он щедро зачерпнул смазки и сунул сразу два пальца в мгновенно расслабившийся анус.

— На твоем месте я не слишком бы увлекался пальцами, — произнес Гарри глухо, пережидая прошившую задницу жаркую волну и новый толчок в члене. — Если ты, конечно, намерен меня все-таки трахнуть.

— Пальцы — не увлечение, а необходимость, — терпеливо пояснил Скорпиус. — Я тебя смазываю. Потому что смазки должно хватить на весь мой член. — И он приставил головку к судорожно сократившемуся колечку мышц.

Очень скоро Гарри понял, насколько он был прав — сухой бархатистый член утянул с собой на глубину всю влагу, и Скорпиусу пришлось дважды выходить из него и добавлять смазки. Но зато когда наконец он вошел до упора, от удовольствия перед глазами расплывались красные круги.

— Знаешь, а я скучал, — улыбнулся Гарри и шумно выдохнул, о чем тут же пожалел — снова набрать в легкие воздух оказалось не так-то легко.

Казалось, первый длинный толчок выбил из Гарри не только глухой хрип, но и отключил способность организма видеть, слышать и осязать — во всяком случае все то, что не имело отношения к Скорпиусу и его невероятному члену.

Только недавний оргазм позволил ему продержаться относительно долго и даже дать Скорпиусу возможность нарастить темп. Но стоило ему чуть приподняться, меняя угол так, что член грозил буквально продырявить Гарри насквозь, выдержке пришел конец. Выгнувшись, Гарри захрипел, а внутренности скрутило, так зажимая внутри малфоевский член, что стало даже больно. Скорпиус вскрикнул, дернулся и стал двигаться рвано и бездумно.

Отчаянно цепляясь за остатки разума, Гарри во все глаза смотрел на Скорпиуса, не желая упустить в пелене собственного оргазма ни одной секунды их близости. Уж слишком давно они не принадлежали только друг другу, чтобы позволить себе зажмуриться.

Впрочем, долго это не длилось. Очень скоро Скорпиус толкнулся сильнее, замер и, двинув бедрами в последний раз, протяжно простонал и обмяк, навалившись на Гарри сверху, не торопясь выходить.

— В общем, большое Ивару человеческое спасибо, — чуть отдышавшись, проговорил Гарри и погладил Скорпиуса по спине, прижимая его к себе еще крепче.

Скорпиус улыбнулся, но никак не прокомментировал это заявление.

— Угадай, чего я сейчас очень сильно хочу? — предложил он вместо этого.

— Первое, что мне пришло в голову — чтобы я трахнул тебя. Но, пожалуй, это слишком самонадеянно с моей стороны, — усмехнулся Гарри. — Вторым вариантом было поплавать, но вряд ли бы ты об этом стал говорить. Еда — тоже не то, слишком уж буднично. Так что сдаюсь, — сообщил он и посмотрел на Скорпиуса с любопытством.

— А вот и не угадал, — понуро покачал головой Скорпиус. — Как раз об этом я и говорю. Мне уже по-настоящему плохо без воды. Я еще ни разу с самого детства не оказывался без воды дольше двадцати четырех часов.

— Наложи на нас чары и давай аппарируем в какой-нибудь океан, — чуть подумав, предложил Гарри. — На глубину. Туда, где дождь смешивается с водой в безопасной для нас концентрации.

— Дело в том, что я не знаю, какая концентрация для нас безопасна, — Скорпиус вздохнул. — И вообще не уверен, что смогу когда-либо еще поплавать в озере или море.

— Когда-нибудь сможешь, — ответил Гарри. — Вряд ли эта черная дрянь сильнее радиации. Уж если земля и вода от нее очищаются, то, думаю, последствия от этого дождя должны быть гораздо менее длительны.

— Наверное, ты прав, — согласился Скорпиус, приподнимаясь на локтях. — Но экспериментами и исследовательской работой мы займемся после того как устраним причину экологической катастрофы. А сейчас… — он умолк и нежно, сыто его поцеловал.

Глава 18

— Ну, давай рассказывай!

Рой и Криг подсели на диван к мирно пьющему кофе Ивару, буквально зажимая его в тиски.

— Что вы от меня хотите, чудовища? — непонимающе посмотрел тот.

— Кто на самом деле этот парень, и как ты умудрился с ними замутить? — требовательно посмотрел на него Криг.

— Видать, Рой потрудился над тобой на славу, раз у тебя всю память отшибло, — Ивар постарался нахмуриться, однако улыбку не сдержал. — Ладно, так и быть, скажу вам. Все равно с живого не слезете, пока все не выведаете. Информация по первому вопросу со вчерашнего дня не изменилась. Простите, если разочаровал, но ни о какой внеземной расе длинночленов мне рассказывать не придется. Как я понимаю, именно эта часть тела и посеяла в вас двоих сомнения? — хмыкнул он и продолжил: — А насчет второго, так это нужно сказать спасибо моему тайскому знакомому, что научил меня делать чудо-массаж.

— Ну да, конечно, сделал массаж и — опа! — оба влюбились в тебя без памяти, — скептически хмыкнул Криг. — Даже если это был самый расчудесный массаж простаты с гарантированными тремя оргазмами за пять секунд — все равно не поверю.

— А я понял насчет пацана, — сказал вдруг Рой. — Он магически модифицирован. Наверняка, и второй такой же, просто шифруется.

— Не-а, ни разу не угадал, — рассмеялся Ивар. — Вполне себе нормальным путем рожденные. А Гарри так вообще наполовину такой же, как мы.

— Не уходи от главной темы, шеф, — усмехнулся Криг. — Все равно не отстанем.

— Ну вот скажи, Джейсон, разве кто может устоять перед моим врожденным обаянием? — рассмеялся Ивар. — Правда, я конечно, не сказал бы, что прям без памяти, — он покачал головой и улыбнулся как-то грустно, не так как обычно. — Но и так тоже очень хорошо, — чуть погодя, весело закончил он.

— Та-а-к, поня-я-тно, — протянул Криг, взглянув на него внимательно. — Без памяти — это ты у нас.

— Причем в мелкого, — прозорливо уточнил Рой. — Вы оба вокруг него вьетесь. А друг с другом тогда что? За компанию?

— Да ладно, какая компания-то? Видал, как они утром вдохновенно трахались? — фыркнул Криг и чуть ревниво добавил: — А главное, кто сверху был.

— Ну да… — пожал плечами Ивар и смущенно улыбнулся. — Как-то так…

— Слушай, а он и правда весь такой влюбленный, — потрясенно выдохнул Рой. — Тогда поздравляю, шеф!

— До тебя только сейчас дошло? — спросил Криг. — Мне хватило и пятнадцати минут! Думаешь, чего я к бутылке потянулся? С горя! — усмехнулся он, но глаза его остались серьезными.

— Ладно тебе, — Рой сочувственно похлопал его по плечу. — Понимаю, чужое счастье тебе всегда трудно давалось, но держи себя в руках!

Криг фыркнул и ткнул его кулаком под ребра.

— Слушай, а вы друг дружку не ревнуете? — спросил он с искренним любопытством. — Они же сейчас там без тебя тоже, поди, трахаются.

— А тебя ничего не смутило, когда мы нагрянули в их гнездышко? — хохотнул Рой.

— Да тогда я вообще охренел, если честно, — признался Криг. — До сих пор не понимаю, как малой мог спать и не проснуться, когда вы… прямо перед ним…

— Вот что значит здоровый детский сон, — рассмеялся Рой.

— Точно, — улыбнулся Ивар. — И нарушить его может старый добрый трах. Ну или стакан воды.

— И это всегда так? — удивился Рой и, дождавшись кивка, произнес совсем растерянно: — Да уж… весело у вас. А он поди и не знает, чем вы занимаетесь. Или знает?..

— Всякий раз догадывается, — ответил Ивар. — Да мы и не шифруемся как-то, — он пожал плечами и, оценив, стоит и дальше шокировать и так порядком удивленных друзей, все-таки решился продолжить: — Более того, ему всегда интересно, кто был сверху.

— Все никак у людей, — добродушно фыркнул Криг и широко улыбнулся. — А некоторые еще и нас извращенцами считают, — хохотнул он.

— Поль никак не примет мысль, что для секса все сгодятся — лишь бы люди хорошие были? — рассмеялся Ивар.

— Нет… ну вслух он, конечно, не рискует высказаться, — рассмеялся Рой, — но взгляды… взгляды-то какие!

— Да Поль вообще, по-моему, считает секс бесполезной тратой времени, которое можно было бы провести за компьютером, — хмыкнул Криг. — Или ваш Скорпиус такой же? Все они, гении, наверное, одинаковые.

— Да нет, мне так не показалось, — возразил Рой. — На Гарри своего он смотрит весьма выразительно, да и на Ивара нашего поглядывает. Вы же не одновременно встречаться начали? — снова проявил он чудеса проницательности. — Они, наверное, и до всей этой кутерьмы антимагической вполне счастливы были?

— Спорю на бутылку, что ты белобрысого отбить пытался, — поддержал Криг. — Парень объективно хорош даже без багажа в виде счетной машинки в голове. Да даже совсем без мозгов, — он рассмеялся.

— Идиот, — беззлобно протянул Ивар. — Но да, обязательно бы пытался, если бы в этом был хоть какой-то смысл, — ответил он. — Рой прав, вместе они решили быть до всей этой кутерьмы. И я не стремился разбить их, потому что понимал — первая такая попытка и Скорпиус закрылся бы от меня навсегда. Сами видите, какими глазами он смотрит на Гарри. А вообще, — довольно выдохнул он, — все это очень сложно объяснить. Просто в какой-то момент мне повезло, и мы очутились в одной постели.

— Какими глазами — видим, — кивнул Криг. — Такими же, как ты на него. Итак, что у нас получается… Малой без ума от своего руководства, ты без ума от малого. А Гарри? Что насчет него?

— А его разрывает на части, — подвел итог своих наблюдений Рой. — Потому что компьютер полноценно любить невозможно, зато вполне возможно нашего обаяшку-шефа, но от чувства вины не спрятаться не скрыться. Я прав? — он внимательно посмотрел на Ивара.

— Прав, — кивнул Ивар. — Но Скорпиус не компьютер, — тут же возразил он. — Просто он настолько особенный, что окружающие зачастую не могут воспринять его таким, какой он есть. И Гарри не исключение. А на самом деле он невероятный просто, — заключил Ивар и мечтательно улыбнулся.

— Ну вот… а ты говоришь, что компьютер любить полноценно не возможно, — покачал головой Криг. — Погляди, возможно — и еще как!

— С каких пор слепое обожание стало у нас любовью? — осторожно возразил Рой. — Хотя я тут не специалист, — тут же пошел на попятную, стоило Ивару нахмуриться.

— Да не было и не будет никогда у Ивара слепого обожания, — решительно мотнул головой Криг. — Значит, что-то действительно особенное в этом парне, что вокруг него два таких мужика вьются. Что-то помимо кудряшек и члена с бейсбольную биту.

— Не буду говорить такую глупость, что внешность — это последнее, что меня в нем привлекло, — ответил Ивар, — но да, прежде всего мне дорог в нем человек. То, что внутри. И для Гарри тоже, — безапелляционно заявил он.

— Знаешь, шеф, любой другой ответ нас бы сильно удивил, — улыбнулся Криг.

— Да и вообще, с пришельцем все понятно, — хмыкнул Рой. — А начальник? С ним у тебя что?

— А с ним — добротный секс и почти полное взаимопонимание, — без раздумий ответил Ивар. — Хотя так было не с самого начала.

— Дай угадаю, — усмехнулся Криг. — Он тебя наверняка прихлопнуть мечтал, когда ты вокруг его Скорпиуса крутился.

— Верно, — улыбнулся Ивар. — Но несмотря на это, он отпускал Скорпиуса на прогулки со мной.

— Это он так их пару разбить не хотел, — хохотнул Рой. — На прогулки приглашал, наверняка ведь даже с зажимашками, — начал перечислять он и заговорщически подмигнул.

— И да, и нет, — ответил Ивар. — Никаких зажимашек не было. Скорпиус никогда не изменил бы Гарри. Даже простым поцелуем.

— Ага-а-а, — понимающе протянул Рой. — Во-о-от, попытки, значит, были.

— Были, — пожал плечами Ивар, мол, кто бы смог удержаться.

— А Гарри, значит, преспокойненько отпускал его к тебе, ни о чем не подозревая, — хмыкнул Рой. — И в итоге наш хитрый шеф ухитрился еще больше и своего все-таки добился.

— Не уверен, что Гарри ни о чем не догадывался, — возразил Криг. — Скорее всего, он об этом даже и не думал. А если и думал, то в любой момент готов был затянуть поводок, как только его что-то бы не устроило. И ты до сих пор зависишь именно от него, — внимательно посмотрев на Ивара, продолжил он. — И не ты один, малой тоже. Я прав? — спросил он, похоже, ничуть не сомневаясь в правильности своих выводов.

Ивар перестал улыбаться.

— Прав намного больше, чем мне хотелось бы, — вздохнул он, помолчав. — Боюсь, Скорпиус даже не станет возражать, если однажды Гарри решит, что третий — лишний.

— Да не ссы! — решительно отмахнулся Рой. — Он, может, и любит своего неземного мальчика, но к тебе испытывает вполне здоровые земные чувства. Он-то обычный мужик, с бубном плясать не нанимался. Это как с виски — если пить хочешь, не напьешься же, разбавлять надо.

— Сейчас я тебе такие карты в руки дам… — задумчиво произнес Криг. — Если бы Гарри не хотел твоего присутствия, ты бы там не присутствовал. И Скорпиус преспокойно сидел бы у его ноги и даже не рыпался. Так что ты бы хорошенько подумал над тем, почему он, грубо говоря, разрешил тебе к ним присоединиться. И перестал бы париться. Потому что лично я уверен, у него на то есть свои причины. И они гораздо большее, чем праздное любопытство или жажда новых ощущений с новой задницей.

— Да я, в общем-то, давно с этими картами, — улыбнулся Ивар. — Это я сейчас вам пересказываю свой нелегкий роман по вашей же просьбе, а что откуда берется и так понимаю. И даже знаю, зачем это нужно Гарри, Скорпиусу и мне самому. Хотя от некоторых сомнений это меня все же не спасает.

— Так ты поделись, — посоветовал Рой. — Мы, может, и совет какой дадим, и понаблюдаем, если надо, а то и к стенке прижмем кого.

— Нет, парни, — покачал головой Ивар. — Это только мое. Да и хороший шеф я буду, если буду ходить и ныть, как барышня из бульварного романа: «Ах, он меня не любит!»

— Любит! — хором фыркнули Рой и Криг.

— Причем оба, — добавил Рой.

— И вообще, я не понимаю, чего ты сюда поперся, если тебя явно отпускать не хотели, — заметил Криг.

— Вообще-то убедиться, что с вами здесь все в порядке, — отозвался Ивар.

— Спасибо, шеф, — с готовностью ответил Рой. — Все хорошо. Происшествий и форс-мажоров не зафиксировано. Правда, было бы немного лучше, если бы еще и яйца не звенели, — как бы невзначай заметил он и вдумчиво посмотрел куда-то вверх.

— Отставить жаловаться! Вас никто на завтрак не приглашал — сами виноваты, приперлись, да еще и подняли всех на ноги. И вообще, — хмыкнул Ивар, — в следующий раз дотрахаетесь. Думаю, надоесть друг другу успеете. Времени еще навалом будет.

— Ну, конечно, — с деланным пониманием протянул Криг. — Сытый голодному не товарищ.

— А собственно, время еще раннее, Поль и Стив дрыхнут без задних ног… — протянул Рой многозначительно.

— Ой-ой-ой, как вдруг спать захотелось! — тут же потянулся Криг и неубедительно зевнул.

— И не говори, прямо глаза закрываются, — хмыкнул Рой, поднимаясь с дивана. — Ты уж не серчай шеф, но мы пошли в спальню.

— Ой, да валите уже, — фыркнул Ивар, покрутив в руке давно пустую чашку.

Проводив взглядом друзей — уж слишком резво помчавшихся к спальням, чтобы их останавливать — Ивар откинулся на спинку дивана, решив дождаться, когда Стив и Поль проснутся. На самом деле, можно было вернуться сюда и позже, но наверняка Скорпиус и Гарри решили воспользоваться выпавшим часом уединения, а значит, им двоим было сейчас не до него. И мешать Ивар был не намерен, даже несмотря на то, что уже успел соскучиться.

Раздавшийся за спиной хлопок аппарации заставил обернуться, а сердце — едва не выпрыгнуть из груди от радости.

— Конечно, наверное, стоило аппарировать сразу в спальню к Рою — долг-то платежом красен — но мы решили все-таки соблюсти приличия, — произнес Гарри, прижимая Скорпиуса к себе. — Признавайся, скучал?

— Неа, — совершенно неискренне помотал головой Ивар, сияя до неприличия радостной улыбкой. — Нис-ко-леч-ки! — протянул весело, поднимаясь с дивана и порывисто обнимая обоих.

— Спасибо за сэндвичи, — сказал ему Скорпиус. — Это было очень приятно и очень вкусно.

— Он смел их в мгновение ока, — подтвердил Гарри.

— Я рад! — улыбаться шире было уже невозможно, но Ивар все-таки попробовал.

— Ну как, все живы-здоровы? — спросил Гарри у Ивара. — Правда, судя по всему, проснуться успели только наши… ценители прекрасного, — хмыкнул он, вспоминая выражения лиц Крига и Роя.

— Поль и Стив пока спят, я не стал их будить. А Криг и Рой сейчас натрахаются и тоже, наверное, отрубятся, — Ивар разгладил футболку у Гарри на груди и задержал на ней ладонь. — Есть идеи, как с пользой провести утро?

— У меня есть! — сказал Скорпиус воодушевленно. — Бассейн в южном крыле был не поврежден!

— Нет, ну просто грех отказываться, когда рядом есть два таких спасательных круга, — протянул Ивар с улыбкой.

— Впрочем, если вам не хочется, я могу поплавать и один, — тут же сказал Скорпиус и вопросительно посмотрел на Гарри.

Но ответить тот не успел. Ивар стоял спиной к двери, и поэтому не сразу понял, почему Скорпиус вдруг окаменел и перестал улыбаться, а Гарри напрягся, сжав руку у него на бедре. Впрочем, догадаться было не сложно.

— Там твой отец, да? — спросил он у Скорпиуса почти весело. — Ну просто как в плохом кино… — вздохнул, когда тот кивнул.

Медленно расцепив руки, он хотел было отстраниться, но Скорпиус неожиданно крепко прижал его к себе.

— Купаться, — сказал он металлическим голосом. — Мы идем купаться! — и аппарировал раньше, чем кто-либо успел сказать хоть слово.

Они очутились у бортика бассейна — почти у самого края, и если бы Гарри не удержал Ивара за локоть, тот наверняка бы плюхнулся в воду прямо в одежде, потеряв равновесие.

А в следующую секунду — не говоря ни слова — Скорпиус избавился заклинанием от одежды, прыгнул в воду и звездочкой лег на дно, не спеша подниматься.

— И что теперь? — растерянно спросил Ивар.

— А теперь будет скандал в благородном семействе, — мрачно усмехнулся Гарри, заранее представив, что им предстоит выслушать от Драко по окончании купания. — Но все равно — топиться это никакой не повод, — добавил бодрее и, стянув с себя одежду, прыгнул вслед за Скорпиусом, стремительно уходя на глубину.

Бассейн оказался гораздо больше и глубже, нежели выглядел со стороны. И к тому моменту, как Гарри коснулся руками гладкого кафельного дна, он почувствовал, как отчаянно захотелось сделать глубокий вдох. Переборов инстинктивное желание вынырнуть — не для того он преодолел это расстояние, чтобы вот так вернуться обратно — он подплыл к Скорпиусу, коснулся его руки, заставив посмотреть на себя, и качнул головой наверх, призывая его подняться на поверхность.

Скорпиус послушался, хотя и не слишком охотно.

— Ивар, вода теплая, — сказал он, вынырнув. — Хотя я, конечно, не настаиваю.

— Да, я иду, — Ивар начал раздеваться, как никогда радуясь, что может спрятать свое смятение за необходимостью медленно расстегивать одежду. — Ну, может, он не понял ничего? Не в постели же он нас застал.

— Не припомню, чтобы до Драко не доходили очевидные вещи, — сделав глубокий вдох, произнес Гарри. — Я буду рядом. Даже если он начнет наставить на разговоре наедине. Нечего тебе очередной бред слушать, — фыркнул он, обращаясь уже к Скорпиусу.

— Мне всё равно, что он скажет, — пожал плечами Скорпиус и убрал ладонью с лица мокрые волосы. — Я знаю наперед почти любой возможный вариант, и мне впервые совершенно неважно, какой он выберет. Я даже слушать не стану.

— Ну и правильно, если знаешь, что ничего путного он не скажет, — подал голос Ивар и, присев на бортик, опустил ноги в воду. — Действительно теплая, — с удивлением выдохнул он и тут же скользнул в воду.

— А вот с матерью поговорить все же стоит, — осторожно продолжил Гарри. — Во всяком случае, она заслуживает того, чтобы выслушать нормальную версию, а не психические возгласы.

— А вот тут мне бы очень хотелось, чтобы ты и правда был рядом, — вздохнул Скорпиус. — А говорил бы Ивар, — добавил, криво улыбнувшись.

— Не проблема. Ивар может хоть с Лох-несским чудовищем договориться, — с готовностью заявил тот.

Подавив улыбку — даже самую трагичную ситуацию Ивар мог с легкостью превратить едва ли не в комедию — Гарри подплыл к Скорпиусу и произнес ласково:

— А я, конечно же, буду рядом.

— Ну вот, наполовину дело слажено, — хмыкнул Ивар, не рискуя отлепиться от бортика. — Но не лучше ли нам поговорить с ней прямо сейчас?

— Да, конечно… — поспешно кивнул Скорпиус. — Вот только… — он с тоской провел рукой по воде и жалобно попросил: — Я на минуточку!

— Не устаю поражаться, — улыбнулся Ивар, глядя, как он стремительно погружается на дно. — Может быть, он и правда генномодифицированный? С геном морского котика!

На вопрос Гарри не ответил, а подплыл к Ивару и протянул ему руку:

— Цепляйся, — улыбнулся он. — Минуточкой дело явно не обойдется. Будем учить тебя плавать.

— Пусть я не умею плавать, но зато виртуозно тону, — пошутил Ивар, хватаясь за его руку. — Вообще-то плавать я все-таки умею. Просто воды побаиваюсь. Некомфортно мне, когда не на что опереться.

— Тогда хватайся за шею и ложись грудью мне на спину, — предложил Гарри. — Опора не то, чтобы удобная, зато надежная, — улыбнулся он и потянул Ивара на себя.

Ивар сделал так, как он сказал, и весело воскликнул:

— Ну что, Карлсон, полетели?

— Нет, пока еще не Карлсон, — усмехнулся Гарри. — Вот когда я тебя посажу на метлу, тогда, малыш, мы с тобой и полетаем, — сообщил он и взмахнул руками, рассекая толщу воды.

Ивар крепче уцепился за скользкие плечи и вдруг подумал, что все, о чем они говорили утром с Кригом и Роем, на деле не более, чем треп. Как бы это ни выглядело со стороны, и каким бы самоедством не занимался он сам, реальность все равно совсем не такая мрачная.

* * *

Разговор с Асторией не получился. Едва заметив Ивара, она поджала губы и указала ему на дверь.

— Выйдите! — приказала, не дожидаясь, пока кто-то из них троих заговорит. — Я буду говорить с сыном, но вас здесь видеть не желаю. Обоих! — он бросила испепеляющий взгляд и на Гарри тоже.

— Мама, не надо, — мягко, но решительно попросил Скорпиус.

— При всем уважении, миссис Малфой, я выйду тогда, когда этого пожелает Скорпиус. И когда он мне скажет это сделать или укажет пальцем на дверь, — заговорил Гарри спокойно, однако тон его не предполагал каких-либо возражений. — По одной простой причине — я бы очень не хотел видеть его после вашего с ним разговора в растрепанных чувствах. Простите мою прямолинейность, но вы ему сейчас с три короба всякого разного наговорите, а мне и мистеру Маккою его потом в норму приводить. Так что заранее прошу прощения, если мы все покинем вас, когда разговор зайдет в никому ненужное русло.

— Это очень похвально, что вы так рьяно пытаетесь заботиться о моем сыне, мистер Поттер, — практически прошипела Астория, — но я не верю ни единому вашему слову! Потому что если бы вы действительно о нем заботились, вы не допустили бы этого! — она совершенно неуважительно ткнула пальцем в Ивара.

— Я, конечно, все понимаю, — медленно сказал тот безо всякой улыбки, — но это уже слегка переходит границы не только вежливости, но и здравого смысла. Я, по-вашему, кто, обезьяна? Йетти? Питекантроп? Почему вы позволяете себе называть меня «это»?

Астория моргнула, явно не ожидав такой отповеди, и скрестила руки на груди.

— Вы — маггл, — сказала она с крайней степенью презрения в голосе.

— И что? — очень спокойно спросил Ивар, отзеркаливая ее жест. — Детей нам со Скорпиусом не рожать, а моя кошмарная и ужасная маггловская кровь через сперму не передается. Я не заражу его своей кошмарной болезнью, не передам испорченные природой гены и не отниму его магию согласно какому-то жутко корыстному плану. Зато я буду любить его, как не сумел еще полюбить ни один из ваших сородичей, понимать, как не сможет понять человек, не знакомый ни с компьютерами, ни с научной фантастикой, ни просто с обычной математикой, и оберегать ото всех, включая вас и вашего мужа. Не так плохо, а? — он улыбнулся.

— Мой муж — его отец, а я его мать, — процедила Астория. — Неужели вы считаете, что его нужно беречь от нас? Неужели вы действительно убеждены, что если мы не пляшем под его дудку, то не можем желать ему добра?

— Если честно, я тоже так считаю, — ответил за Ивара Гарри. — Давайте уж начистоту. Разве вы знаете, что делает вашего сына счастливым? А несчастным? Чего он боится больше всего? Знаете? Можете не отвечать, потому что и так понятно, что ответ отрицательным будет.

— Я… — начала было Астория, но Скорпиус ее перебил.

— Ты ничего не имела против того, чтобы я оставался на каникулах в Хогвартсе, — сказал он. — Из Академии вы меня даже и не ждали. А покупку дома, чтобы не возвращаться в мэнор совсем, восприняли с радостью. Ты пыталась быть мне матерью одиннадцать лет, я помню это и ценю, но следующий десять лет ты носила это звание лишь формально. Так что для меня благо? Говори, я с интересом тебя выслушаю. Но решать, что будет лучше для меня, я научился еще одиннадцать лет назад, когда вопреки всем уговорам и мольбам, вы отдали-таки меня в этот проклятый Хогвартс!

— А куда, позволь спросить, тебя надо было отдать? — холодно поинтересовался вошедший в комнату Драко. — Ты говори, а мы с интересом тебя послушаем, — он вернул Скорпиусу его же слова и продолжил тем же тоном: — В Дурмштранг? А, может, в Шармбатон? Ты хоть знаешь, как мать места себе не находила, отправляя тебя в школу? И это при том, что ты был близко, в этой стране, и наши связи помогли бы нам решить в случае чего любую возникшую проблему. Знаешь, как переживала, что ты не хочешь возвращаться домой? Не знаешь. Потому что с одиннадцати лет ты носишь свою фамилию лишь формально. И своим поступком ты только лишний раз доказал это. Но кто мы такие, — усмехнулся он, — чтобы указывать наследному Лорду, как себя вести?

Драко Малфой не кричал и не ругался, но прозвучавшее в его голосе разочарование было хуже самого грязного оскорбления.

— И я попросил бы тебя впредь больше не разговаривать в подобном тоне с матерью. Хочешь спустить собак — я в твоем распоряжении, но она подобного точно не заслуживает, — закончил мысль Драко и подошел к Астории, незаметно взяв ее за руку.

Из Скорпиуса будто разом выпустили воздух. Ивар заметил это и нахмурился, а когда Скорпиус тихо сказал:

— Извини, мама, — и повернулся, чтобы уйти, то и вовсе взбесился.

— Ты! — рявкнул он, разворачиваясь к Драко. — Ты сделал его таким! Из-за тебя он себя и человеком-то не считает! Из-за тебя почти не умел ни любить, ни смеяться! Из-за тебя боится лишний раз даже слово сказать любимым и любящим людям! Завистливый ублюдок, вот ты кто! — он сжал кулаки и начал наступать на Драко. — Потому что только этим я могу объяснить такую ненависть к собственному ребенку! Гениальному ребенку, который в сто, в тысячу, в миллион раз умнее тебя самого!

— А у меня есть другой вариант, — тихо, но все же снова уверено сказал Скорпиус. — Ты не можешь мне простить того, что сделал дед. Ты ошибаешься, Ивар, — он криво усмехнулся. — В их глазах я вовсе не гений. Я выродок, которого вышвырнули из рода, чтобы не позориться, и только внезапная смерть одновременно и Главы Рода, и его Действующего Наследника, передала мне титул. Но мне он не нужен… — глаза Астории в ужасе расширились, когда он достал палочку. — Я передам тебе титул, — он посмотрел на отца холодным пристальным взглядом, — при условии что ты раз и навсегда оставишь в покое меня и мою семью.

— Драко, не смей… — прошептала Астория и схватила мужа на руку, словно это могло каким-то остановить их сына исполнить принятое решение. — Не смей, слышишь!.. Давай не допустим новой ошибки, прошу тебя, — взмолилась она. — Не за нами — за ним будущее нашей семьи, даже если он уже не считает её своей.

— Успокойся, Асти, — устало вздохнул Драко. — Мы оба с тобой знаем, что принятие мною титула уже ничего не изменит. А так у семьи есть хотя бы небольшая надежда.

— Ты бы хорошо подумал, Малфой, — протянул Гарри. — В следующий раз я сам не позволю, чтобы он вот так титулами раскидывался.

— Да уж постарайся, — неожиданно для всех произнес Драко.

— Мы… то есть я больше не смогу иметь детей, — пояснила Астория, заметно погрустнев. — Поэтому передача титула моему мужу ничем никому не поможет.

— Ты правда считаешь меня своей семьей? — внезапно спросил Ивар, заставив и Гарри, и Скорпиуса посмотреть на него.

Причем вид у последнего был довольно растерянный.

— Я опять сделал что-то не так? — ответил он вопросом на вопрос. — И не говори, что нет, потому что иначе бы ты не сомневался.

— Все ты так сделал, — отрезал Гарри и, на миг задумавшись, продолжил: — Ох, прости меня, Ивар. Надеюсь, убивать меня ты не захочешь. В общем так, — Гарри снова повернулся к Скорпиусу и посмотрел на него в упор: — Нормальные люди, конечно, так, как я, не делают, но если промолчать, дальше только непонятнее будет. Он сомневается сейчас, потому что начал сомневаться еще вчера. Твои вчерашние слова, сказанные в запале — надеюсь ты понимаешь, о чем я — Ивар считает, что правдой быть не могут. Всего лишь полуправдой, к которой он никакого отношения не имеет, — выдал Гарри на одном дыхании. — Прости. Ивар, можешь больше мне никогда не доверять. Имеешь полное право.

Но Ивар никак не отреагировал на его монолог, затаив дыхание и глядя на Скорпиуса.

— Я сказал это, потому что так чувствовал, — произнёс Скорпиус, тщательно подбирая слова. — Я не знаю другого определения той совокупности чувств и эмоций, которые испытывал, и эта совокупность была совершенно неделима даже пополам. Вчера я любил вас обоих вместе, как одно целое.

— А сегодня? — севшим голосом спросил Ивар.

— А сегодня я вас просто люблю, — не колеблясь и уже не медля, твердо ответил Скорпиус. — Двоих самых близких мне на свете людей.

Гарри улыбнулся и одобрительно кивнул ему, не обращая внимания на пораженно глядящих на них троих Асторию и Драко.

— Титулом не смей больше никогда бросаться, — Драко снова нарушил повисшую тишину. — Это, глупый мальчишка, великая честь — носить его. Каковым бы ни было твое собственное мнение по этому вопросу, — устало выдохнул он и посмотрел на Скорпиуса совсем уж холодно. — И еще… с этого момента будем считать, что ни ты, ни твоя новая семья меня более не интересуют.

Скорпиус сдержанно кивнул ему и отвернулся.

— А ты, мама? — спросил он довольно спокойно, но все же с затаенной горечью. — Тебя я тоже не интересую больше?

Астория помолчала, а потом ее губы задрожали.

— Ты сделал уже так много всего абсолютно мне непонятного, что сейчас — это просто капля в море, — сказала она, стараясь говорить ровно. — Но любовь — эта та эмоция, которую я понять вполне могу, пусть даже ее объекты вгоняют меня в ступор.

Медленно, очень медленно губы Скорпиуса растянулись в улыбке, и он быстро пересек комнату, чтобы заключить мать в объятия.

— Тебя я тоже люблю, мама, — шепнул ей на ухо. — Прости меня за все.

— И я люблю тебя, сынок, — мягко произнесла Астория, но в уголках ее глаз блеснули слезы. — И буду любить всегда. Несмотря ни на что, — сказала она и, отстранившись, слегка улыбнулась. — Даже если со временем выяснится, что остальные твои гости тоже входят в семью.

— Ты издеваешься?! — ужаснулся Драко.

Скорпиус же только рассмеялся и покачал головой.

— Треугольник — совершенная в своем равновесии фигура, — сказал он. — Если ты не возражаешь, мы пойдем готовить завтрак. Что-то мне подсказывает, что как минимум двое из наших гостей будут очень голодными примерно через час.

— Идите, — кивнула Астория. — Как закончите, дайте знать. Хоть кухня у нас не самая маленькая, но, боюсь, всем нам разом все же будет тесновато, — проговорила она так, что Гарри действительно не понял, хочет ли она оградить сына от встреч с отцом, или же это было продолжение демонстрации личной неприязни к нему и Ивару.

— Я снова готов взяться за блинчики, — весело проговорил Ивар. — Если они тебе еще не надоели, — улыбнулся он Скорпиусу, чудом удержавшись от того, чтобы по привычке не положить ему руку на талию.

— Я боюсь, что ты замучаешься печь блинчики и на меня, и на всю ораву, — улыбнулся ему Скорпиус. — А учитывая, что вечером нам могут понадобиться все силы для операции, лучше обойдемся чем-нибудь попроще. Спагетти, например, или пироги.

— Ну до пирогов я ещё не дорос как кулинар, так что спагетти, — решил Ивар. — Придется снова разорить холодильник Поля.

— В погребах полно еды, — неприязненно буркнул Драко. — Если эта ваша операция поможет прекратить этот треклятый дождь, то можете ни в чем себе не отказывать.

— Тогда не будем терять время, — кивнул Гарри, мечтая как можно скорее уйти из-под взглядов супружеской четы. Говорить о том, что их новая команда сделает все возможное, смысла Гарри не видел — даже такой человек, как Драко, должен понимать, что все они волею судьбы сели в одну лодку. И чем скорее начать грести в одном направлении, тем больше вероятности на успех. — Веди в погреб, — сказал он Скорпиусу и вышел в коридор.

— Идти далеко, — улыбнулся Скорпиус и, взяв их с Иваром за руки, аппарировал. — Тут даже чары не тронуты, — констатировал он раньше, чем Гарри и Ивар сумели хотя бы осмотреться. — И еды хватит примерно на сто восемьдесят дней.

— Ну уж нет, — весело заявил Ивар. — Так долго даже я твоего отца не выдержу. Поэтому поставим планку управиться недели за три. Ну, максимум — за четыре, — протянул он, напоровшись на скептический взгляд Гарри. — А что? — спросил он. — Кто-то тут Карлсоном обещал побыть, вот мне и не терпится, — улыбнулся он.

— Не обращай внимания, — хмыкнул Гарри, взглянув на не понимающего о чем речь Скорпиуса. — Просто я в Иваре породил еще одну эротическую фантазию.

— Вот только не опошляй, — вскинул руку в защитном жесте Ивар. — Карлсон — это святое!

— Кто такой Карлсон? — нахмурился Скорпиус. — Один из твоих бывших любовников?

— Не опошляй святое, — со всей серьезностью ответил ему Гарри. — Это же сам Карлсон! — протянул он и насмешливо посмотрел на Ивара.

Скорпиус нахмурился еще больше и внезапно аппарировал.

— Куда это… — начал было Ивар, но умолк, потому что Скорпиус тут же вернулся с АйДжампом в руках.

— Пропеллер?.. — протянул он недоуменно. — Это как у вертолета?

— Как у вентилятора, — поправил его Ивар. — Да не бери ты в голову, — улыбнулся он. — А ты тоже хорош, — произнес он и укоризненно посмотрел на Гарри. — Теперь он будет думать, что у меня стоит на маленького пузатого мужчину.

— С пропеллером, — уточнил Гарри, сдерживая смех.

— Я только понять не могу, как работает пропеллер… — задумчиво протянул Скорпиус, лихорадочно листая виртуальные страницы. — Или он носит с собой аккумулятор? Но тогда подъемная сила пропеллера должна как минимум в два раза больше, а значит, площадь лопастей…

— Все-е-е! — простонал Ивар, отбирая у него АйДжамп. — Перестань! — практически прорыдал он сквозь смех. — Это просто сказка! Смешная и трогательная!

— Ну еще как посмотреть, — покачал головой Гарри. — Вот скажи, что могло понадобиться взрослому безработному, да и фактически бездомному мужику от маленького невинного мальчика? Налицо похищение ребенка и дурное на него влияние. И это если не брать в расчет, что этот сомнительный Карлсон еще и постоянно трогает малыша и сажает к себе на спину в поисках тактильных ощущений. Как тебе такая версия? — спросил он и усмехнулся, когда Ивар многозначительно покрутил пальцем у виска. — Вот и я охренел, когда такую чушь вычитал.

— Отдай пожалуйста, — Скорпиус потянул АйДжамп назад. — Пока вы рассуждаете о непонятных мне материях, я лучше посмотрю рецепты чего-нибудь съедобного. Вот только я не понимаю, если тут осталась магия, то почему нет эльфов?

— Кого нет? — округлил глаза Ивар. — У вас еще и Леголасы встречаются?

— Может, они воспользовались случаем и сбежали? — хмыкнул Гарри. — Не первый случай будет, кстати. Попробуй призвать их — ты ж теперь полноправный хозяин мэнора.

— То есть сейчас сюда придет толпа сексапильных блондинов? — снова спросил Ивар, так и не получив ответ на первый вопрос.

— Тебе одного мало? — насмешливо поинтересовался Гарри и невольно скользнул взглядом по увлеченно читающему Скорпиусу.

— Занятно, — резюмировал Скорпиус через десяток секунд. — Гарри, ты похож на Арагорна. Ладно, попробуем, — он поднял руку и трижды громко щелкнул пальцами.

Раздавшиеся хлопки аппарации были редкими, всего пять или шесть, но они были, и Скорпиус довольно улыбнулся.

— Кто это? — потрясенно спросил Ивар, рассматривая понурых и очень плохо выглядевших домовиков. — Гоблины?

— Ивар, ну какие же это гоблины? — рассмеялся Гарри. — Это те самые эльфы, которых ты так ждал, — хмыкнул он. — Правда, выглядят они уж совсем не очень… Где вы были? — спросил он, обращаясь к домовикам.

— В оранжереях, мистер Гарри Поттер, — ответил самый старый из них. — В тех, где не было пространственных чар. Дом можно будет починить потом, а растения едва не погибли. Очень много сил ушло, очень много магии. Ужасный дождь почти все разрушил, но мы сделали крышу. Обычную крышу, чтобы не текло. Почти все спасли. Хозяйка была бы довольна, — тут он всхлипнул, и стало ясно, что речь вовсе не об Астории. — Только главная Оранжерея погибла вместе с хозяином, хозяйкой и молодым хозяином, — тут кто-то эльфов зарыдал, и остальные подхватили.

— Отставить нытье, — рявкнул Гарри, перекрикивая набирающий силу плач, и дождавшись, пока стихнет последний всхлип, спросил: — То, что вы помогли растениям — очень хорошо. Но вы не думали помочь прежде всего своим хозяевам? Тем, которые живы?

И хотя его это совсем не касалось — почему домовики бросили Драко и Асторию на произвол судьбы — Гарри все же не удержался от вопроса.

— Так, стоп, — он остановил принявшихся лепетать наперебой эльфов. — Во-первых, отвечаем по одному. А во-вторых, у меня к вам еще вопрос. Вы сказали, что сделали новую крышу. То есть вы длительное время работали под дождем, — полуутвердительно спросил он и продолжил под коллективное «угу» и киванием головами. — И ваша магия ни коим образом не пострадала?

— Нет, мистер Гарри Поттер, — ответил все тот же домовик. — Мы сделали себе укрытия из выдолбленных древесных стволов. Все, кто попал под дождь, погибли. Мы думали, что бывший хозяин и бывшая хозяйка тоже погибли, мы не чувствовали их магию, а когда она вернулась, коллективно было принято решение сначала закончить спасательные работы. Жизни бывшего хозяина и бывшей хозяйки ничего не угрожало. Прежний молодой хозяин сердится? — домовик испуганно посмотрел на Скорпиуса. — Мы бы пришли к бывшему хозяину, если бы он позвал, но он не звал.

— Успокойтесь, никто не сердится, — ответил за Скорпиуса Гарри. — И мы с вашим хозяином будем весьма признательны, если вы поможете нам с завтраком.

— Никто из нас не посмеет отказать ни вам, мистер Гарри Поттер, ни нынешнему хозяину, — с готовностью ответил домовик чуть помоложе.

— Офигеть, — потрясенно выдохнул Ивар и посмотрел на Скорпиуса как-то затравленно. — Что-то мне с каждой секундой все больше кажется, что я спятил. И даже вы с Гарри — плод моего больного воображения, — закончил он почти шепотом. — Может, ущипнете для верности?

Скорпиус посмотрел на него чуть удивленно, но просьбу выполнил — молниеносно и весьма чувствительно ущипнул за руку так, что Ивар вскрикнул от боли и неожиданности.

— А зачем нужно было щипать? — поинтересовался запоздало.

— Чтобы я удостоверился, что все это не мой глюк, — произнес Ивар, поглаживая ущипленное место.

— Ну и как? Удостоверился? — хмыкнул Гарри.

— Нет, — решительно мотнул головой Ивар. — Только щипаться больше не надо! — воскликнул он, быстро взглянув на Скорпиуса.

— Хозяин, простите, но этот молодой человек попал под дождь? — спросил вдруг домовик. — Ему можно помочь вернуть магию?

— Нет, он маггл, — просто ответил Скорпиус. — Приготовьте обед для моих отца и матери, — продолжил он безо всякого перехода, не обращая внимания, что все домовики уставились на Ивара как на мантикору, — для меня и еще на шестерых взрослых мужчин. Количество порций подсчитайте точно, не более двух видов супа, горячего и три — десерта.

— Боже, — усмехнулся Ивар, подойдя ближе к Гарри. — Они меня не покусают? Погляди, как вылупились.

— Будет исполнено, хозяин, — ответил эльф, почтительно кланяясь. — А пленного маггла тоже надо накормить? — спросил он, покосившись на Ивара.

— Что? Кто?! — возмутился Ивар, а Скорпиус с Гарри переглянулись и в голос расхохотались, причем Скорпиус смеялся даже громче.

— Слышал, Ивар? — сказал он, улыбаясь во весь рот. — Ты мой пленник. Сейчас прикажу нести кандалы и приковать к постели.

— Подземелья в левом крыле затопило, хозяин, — тут же предостерег домовик. — Советую воспользоваться Южным. Проверить камеру пыток?

Тут Скорпиус враз посерьезнел и посмотрел на домовика так, что тот пискнул и упал на колени.

— Эти магглы мои личные гости и друзья, — сказал он звенящим голосом. — Я требую почета и уважения к ним. Это понятно?

— А сейчас начнется шоу, — шепнул Гарри Ивару на ухо. И в прогнозах своих он не ошибся.

По-прежнему стоя на коленях, домовик принялся колошматиться головой о каменный пол, буквально осыпая самого себя ругательствами и проклятиями.

— Удобно, — хмыкнул Ивар. — Сам нашкодил, сам себя мордой в лужу ткнул. Может, мы заведем одного такого? Будет, над кем поржать скучными вечерами.

— Это ты с ним решай, — ответил Гарри, указав взглядом на Скорпиуса.

— Гарри… — чуть помолчав, под не стихающий плач домовика, вдруг спросил Ивар. — А тут правда настоящая камера пыток есть?

— Только не говори, что прешься еще и по этому, — фыркнул Гарри.

— Может, и прусь — не знаю, не пробовал. Да и вообще это мое личное дело, по чему переться, а по чему нет. Ясно? — нарочито сердито выдохнул Ивар, но продолжил мысль в свойственной себе манере — с улыбкой и разгоревшимся любопытством в глазах. — Не знаю, как кому, но лично мне посмотреть интересно. Я историю люблю, а здесь наверняка еще реквизиты со средневековья сохранились.

— Мистер Малфой, — воскликнул Гарри с широкой улыбкой. — Вы только что лишили своего пленника величайшего удовольствия, отменив его познавательную экскурсию.

Как и следовало ожидать, Скорпиус посмотрел непонимающе. Он жестом отправил домовиков выполнять поручение и с недоумением посмотрел на Ивара.

— Ты хочешь посмотреть подземелья?

— Мммм… — Ивар заговорчески посмотрел на Гарри и вкрадчиво спросил: — Скажи, Скорпиус, а тебе известно, что значит понятие «Ролевые игры»?

Скорпиус удивленно вскинул бровь и полез в АйДжамп.

— Ты хочешь поиграть во «Властелина колец»? — спросил он озадаченно. — Или переодеться горничной?

— Ему неизвестно, — сделал вывод Гарри, расплываясь в улыбке.

— Колоссальное упущение, — выдохнул Ивар. — И чему вас, волшебников, только учат?

— Не спорю, пробелы в знаниях те еще, — ответил Гарри и кивнул в знак согласия.

— Готов взять нелегкую миссию на себя — помочь восполнить их любыми доступными мне способами, — сообщил Ивар и умоляюще посмотрел на Гарри, мол, давай убеждать вместе.

— Смотри, Скорпиус, нашему пленнику есть что сказать, — вкрадчиво проговорил Гарри. — Ты кстати знаком с техникой допроса «хороший аврор — плохой аврор»? Не уверен, что в академии вам это преподавали.

Доходило до Скорпиуса при все его супераналитическом мышлении довольно долго — секунд пять, не меньше.

— Послушайте, — сказал он наконец, — я понял, к чему вы клоните. Но мне кажется, сейчас соврем не время лишать полной боеспособности всех троих, потому что вы помните, что с нами обычно бывает после особенно удачного секса?

— В этих стенах он становится невероятно занудным, заметил? — протянул Ивар.

— Заметил, — кивнул Гарри. — Ну что поделаешь… Тут он в образе — наследный лорд все-таки, — улыбнулся он. — Хотя объективно Скорпиус прав, лучше это мероприятие перенести на более подходящее время.

— Ладно, — вздохнул Ивар. — Ну а просто поцеловать господина наследного лорда простому магглу разрешается? Или это будет неслыханное святотатство?

— Не будет, что бы ни значило это слово, — улыбнулся Скорпиус и сам притянул его к себе, целуя. Ради интереса Гарри глянул на домовиков, и убедился, что те таращатся на Малфоя во все глаза.

Шокировать домовиков дальше Гарри не стал, и от идеи накрыть порозовевшие от поцелуя с Иваром губы Скорпиуса своими он решил отказаться.

— Минус поцелуй в пользу спокойствия персонала? — будто прочитав его мысли, насмешливо поинтересовался Ивар.

И хотя большего эльфы не увидели, от услышанного они впали еще в больший ступор и выходить из него не спешили, продолжая пораженно таращиться уже на всех троих.

— Твоих парней напоминают, — усмехнулся Гарри. — Одинаковая, блядь, реакция.

Скорпиус смерил домовиков взглядом истинного лорда, и те немедленно занялись своими делами, попутно дергая себя за уши, ударяясь об углы и причитая.

— Пойдемте отсюда, — Скорпиус взял Гарри и Ивара за руки и аппарировал в спальню. — Я уверен, что у всех людей будет такая реакция, а то и похуже. Но, правда, когда все закончится, будет не так уж много мест, где нас смогут увидеть вместе. А те, кто придет к нам домой, будут уже в курсе.

— Это твоя спальня? — спустя некоторое время спросил Ивар, оглядев наполовину пустую — и чего уж таить — безликую комнату. — Если честно, я думал увидеть горы книг, газет и непонятных всяких всячин.

— Покажи ему свой лабиринт, — улыбнулся Гарри. — Не то еще чуть-чуть, и он тебя начнет уличать в праздном безделье.

Скорпиус улыбнулся и снова аппарировал.

— Вот. Моя детская, — он любовно погладил корешки книг из ближайшей стопки.

— Очень хочется грязно выругаться, но в храме знаний как-то неприлично… — протянул Ивар. — Это же просто охренеть, как их много!

— Все-таки в наш дом перетащить их надо, — рассудил Гарри, наблюдая уже во второй раз, как меняется выражение лица Скорпиуса в этой комнате. — Ты любишь каждую из них, — огласил он вслух свои наблюдения.

— Правильно, — согласился Ивар. — И нам с Гарри будет ближайшие лет десять что почитать.

— Можно подумать, у вас будет время на чтение, — улыбнулся Скорпиус. — У Гарри обычно лишней минутки даже на кофе не бывает. И вряд ли что-то изменится. Да и ты, как мне кажется, не слишком свободный человек. Боюсь, у нас и на секс-то времени с трудом будет хватать.

Дослушав Скорпиуса, Гарри удивленно вскинул брови и с улыбкой протянул:

— Что-то я не припомню, — начал он, — чтобы до всего этого магического коллапса…

— Пиздеца, — перебил его Ивар. — Давай уже все называть своими именами.

— Ладно, — кивнул Гарри. — Так вот… что-то я не припомню, чтобы нам с тобой времени на секс не хватало. К тому же, кто из нас тут самый лучший координатор работы магических ведомств? Вот и будешь координировать нас, чтобы все успевали.

— Знаете, ребята, вот что я вам скажу… Натрахаться нам надо впрок, — предложил Ивар. — А вы все на потом откладываете, — хмыкнул он и обнял Скорпиуса со спины.

Однако в этом жесте не было и намека на секс — всего лишь стремление ощутить рядом того, кто не только стал, но и считал себя частью его жизни.

— Два маньяка на мою голову, — усмехнулся Скорпиус. — Кстати вот, — он дотянулся до какой-то книги и сунул ее Ивару. — Ты, помниться, все рвался почитать мои любимые стихи. Только спроси сначала у Гарри, настолько они ему понравились.

— Ну-ка…

Ивар взял книгу, огляделся, а потом сел прямо на пол, прислоняясь спиной к книжной стенке. Он раскрыл книгу, пробежал глазами пару строчек и прокашлялся.

— Варкалось. Хливкие шорьки пырялись по наве, и хрюкотали зелюки, как мюмзики в мове, — «прочитал» с выражением.

— Что?! — изумился Скорпиус и резко присел на корточки рядом с ним, заглядывая в книгу.

Но заглянуть в явно незнакомые строчки Ивар ему не дал, резко — едва не перед носом — захлопнув книгу.

— Что, не помнишь такого? — улыбнулся он своей обворожительной улыбкой и незаметно подмигнул готовому в любую секунду рассмеяться Гарри.

— Ах ты! — возмутился Скорпиус. Он толкнул Ивара в плечо, валя на пол, и навалился сверху. — Я ведь почти поверил! — он яростно сверкнул глазами, нависая над ним.

— Надо было подаваться в актеры, — довольно хмыкнул Ивар, совершенно не страшась яростного взгляда.

— Во-от, а кто-то спорил со мной еще насчет гейш, — припомнил Гарри, с улыбкой наблюдая за всей этой возней.

— Не знаю, кто такие гейши, но по-моему, он помесь вейлы с леприконом! — выдохнул Скорпиус. — Кого хочешь в чем хочешь убедит и в постель затащит. Уверен, ты бы и мантикору на минет уговорил!

— Понятия не имею, кто оно такое в вашем мире, но надо бы — уговорил! Если вон даже Гарри оказался бессилен против моей силы убеждения, то что мне какая-то там неведомая мантикора? — рассмеялся Ивар.

— Забавно, так меня еще никто не сравнивал. Глава Аврората vs мантикора… — рассмеялся Гарри.

— Тебе нужно быть политиком, — убежденно сказал Скорпиус, освобождая Ивара и садясь ровно. — Министром по связям с общественностью или иностранных дел.

— Да ладно тебе… Скажешь тоже — политиком, — покачал головой Ивар. — Не хочу я в этот серпентарий!

— А отчего настрой-то такой мрачный? — осторожно спросил Гарри, прикидывая в уме, насколько Скорпиус был прав.

— Хмм, ну а вот ты чего, коль такой весь радужный, не рвешься на ту арену? — со всей серьезностью протянул Ивар. — Неужто замараться не хочется? — поинтересовался он, и Гарри едва ли не впервые услышал не привычное веселье в его голосе, а вполне четкий сарказм.

— Нет, — очень спокойно ответил он. — Просто боюсь нахуй убить там кого-нибудь. Дипломатия — не мой конек. А у тебя бы получилось, Скорпиус прав.

— Вы оба просто не знаете, о чем говорите, — покачал головой Ивар. — По крайней мере, о нашей, маггловской политике. Но допускаю, что у вас все чище и прозрачнее. Хотя бы потому что вас меньше, и у вас все есть.

— Многие вещи нельзя наколдовать, — заметил Скорпиус и подвинулся, давая возможность Гарри тоже сесть в тесном коридорчике. — Например, еду.

— Так никто тебя и не толкает в маггловскую политику, — сказал Гарри и посмотрел на Ивара очень внимательно. — Я говорил о нашей.

— Ты издеваешься! — фыркнул Ивар, а потом посмотрел на него серьезнее и повторил уже вопросительно: — Ты издеваешься?

— Нет, — просто ответил Гарри, словно речь шла о погоде. — Я совершенно серьезно. И очень хотел бы, чтобы ты над этим подумал.

— Гарри, я могу хоть всю голову сломать, но никто из ваших вышестоящих этого не допустит, — покачал головой Ивар.

— Гарри и есть «вышестоящий», — сказал ему Скорпиус. — Он и министр, а министр — умный человек, прекрасно поймет, почему нам нужен компетентный человек из маггловского мира. Особенно сейчас, после всей этой истории. Чтобы больше не было: «Мы вам поможем, а что нам за это будет?»

— А остальные? — сокрушенно спросил Ивар. — Что вы будете делать с остальными? С теми, кто смотрит на меня как на недосущество? Одно дело, держать оборону здесь, с твоими родителями, и совсем другое, когда таких будут десятки, а то и сотни. Гарри, это я бы тебе посоветовал хорошенько подумать, прежде чем вносить такие изменения в систему управления.

— А это уже не твоя головная боль, — заявил Гарри. — И уверен, моего влияния все же хватит урезонить кучку тех, кто ничего не видит дальше своего носа. Совсем другое дело, если ты этого сам не хочешь, — чуть помолчав, закончил он и посмотрел на Ивара в упор. — В любом случае, у тебя еще есть некоторое время все обдумать.

— Совершенно необязательно говорить всем, что ты маггл, — заметил Скорпиус. — Я же не говорю о том, что робот, — он улыбнулся и обнял Ивара за плечи.

— Да? Ну и как вы себе это представляете? — протянул Ивар. — Неужели вы думаете, что стоит выдать мне муляж ваших палочек и натянуть на меня алую мантию, так всё — никто не догадается?

— Ну во-первых, алую мантию тебе никто не даст, — хмыкнул Гарри. — Но министерская, уверен, тебе будет к лицу, — улыбнулся он, красноречиво оглядев Ивара с головы до ног. — Ну а к тому же, скажем, что ты попал под дождь, а помыться не сообразил. Вот и колдовать разучился. Знаешь, сколько таких, как ты теперь будет!

— Даже говорить не придется, — уверенно заявил Скорпиус. — Все именно так и будут думать.

— Единственное, что я вижу в описываемой ситуации хорошего — это то, что вы в таком случае будете где-то рядом весь рабочий день, — хмыкнул Ивар. — Но на самом деле это совершеннейшая авантюра. Я же совершенно ничего не знаю про ваш мир. Ни законов, ни традиций, ни даже границ.

— Так тебе и не надо, — серьёзно посмотрел на него Скорпиус. — Как раз наоборот — тебе надо знать маггловские законы, уметь найти к ним подход. А это ты уже и знаешь, и умеешь.

— Совершенно верно, — согласился Гарри. — А с познаниями нашего мира, думаю, проблем не должно быть. Ничего сверхъестественного. Ну а если с чем-то действительно сложным столкнешься, мы-то тебе на что? Всегда рядом будем.

Ивар благодарно улыбнулся и вздохнул.

— Я подумаю, — пообещал он осторожно. — Давайте поговорим об этом когда закончится вся эта история.

Они помолчали, думая каждый о своем, а потом Скорпиус вдруг спросил:

— Что делал тот жук в воде? Когда потопил подлодку.

— Вероятно плыл на поверхность, — пожал плечами Ивар.

— Или наоборот на глубину, — произнес Гарри. — Прости, но точнее ответить не получится. Насколько ты помнишь, в нашем распоряжении была только бортовая запись. И все случилось слишком внезапно, чтобы команда смогла понять, кого они тронули и чем оно занималось.

— Когда поймаем жука, нужно будет спросить у него, — сказал Скорпиус так безмятежно, будто разговаривать с жуками было так же естественно, как с коллегами по работе.

— Думаю, вначале ты от него услышишь только одну сплошную брань, — улыбнулся Ивар, а потом и вовсе рассмеялся. — Бо-оже, что я говорю! Охренеть, кто из магглов услышал бы — тотчас врачей в белых халатах позвал!

— Магглов? — переспросил Гарри и улыбнулся. — Раньше ты бы сказал «кто из наших»…

— Ну нет, какой я теперь маггл? — хмыкнул Ивар. — Я теперь причастный! Посвященный, можно сказать. Вот только… — он серьезно посмотрел сначала на Гарри, потом на Скорпиуса. — К жуку я вас не пущу. Пусть он меня хоть искупает в этой своей отраве, но вы будете в этот момент где-нибудь в самом безопасном месте.

— Ты уже прямо как Скорпиус — туда не пущу, сюда не ходите, — улыбнулся Гарри. — И сдается мне, и с тобой спорить — себе дороже.

— В данном случае он прав, — немедленно подтвердил его слова Скорпиус. — Мы ничего не знаем о том, что будет, если концентрированная жидкость попадет в кровь.

— Сдается мне, что ничего хорошего, — мрачно возвестил Ивар.

— Уверен, что защитные костюмы выдержат, — ответил Гарри, — но если вы уже оба настаиваете… В общем, будь по-вашему.

Уточнять, что в случае чего Скорпиус все равно сделает по-своему, он не стал. По опыту, это был очевидный факт. Тем более, имея поддержку в лице Ивара, Скорпиус будет непреклонен.

С другой стороны в данном случае это была несомненная забота, и Гарри улыбнулся. Он обнял Скорпиуса и Ивара за плечи, прижал к себе и откинул голову на книжки. Вечер обещал быть совершенно непредсказуемым, да и что греха таить — весьма интересным, но сейчас на душе было удивительно спокойно.

Глава 19

— Все готовы? — спросил Гарри, оглядев парней, и, встретив решительность в их глазах, кивнул: — Тогда аппарируем. Скорпиус, возьми Ивара и Стива. Рой, Криг — вы со мной. Поль — на связи, — бросил он сидящему у монитора Полю.

— Все наушники проверили? — деловито поинтересовался Поль.

— Все, — отозвался Рой. — И будем признательны, если ты вырубишь, наконец, эту монотонное бренчание.

— Лунная соната — шедевр на века. И если кто не понимает, — выдохнул Поль и многозначительно посмотрел на фыркнувшего Крига, мол, чего ждать от мужланов, однако музыку все-таки приглушил. — Удачи, парни, — улыбнулся он и снова уставился в экран.

— Мне, кстати, нравится, — сказал ему Скорпиус и прижал к себе Ивара, протянув Стиву руку.

Тот ухватился за нее с некоторой опаской.

— Врубай сигнал, — скомандовал Ивар, и Скорпиус аппарировал.

— Вижу одного, — сказал Скорпиус раньше, чем Ивар и Стив сумели проморгаться после перемещения. — Есть реакция на сигнал.

— Спокойно, парни, — прозвучал в наушниках голос Поля. — Птичка одна и летит прямо к вам.

— По местам, — тихо проговорил Гарри и, ухватив Скорпиуса за руку, потянул на себя. — Давай только без самодеятельности. Если что не по плану — активируйте портключи и уходите, — сказал он и внимательно посмотрел на Скорпиуса. — Что бы ни случилось. В том числе и со мной.

— Гарри! — Ивар взял его за руку и покачал головой. — Не начинай снова.

Ответить Гарри помешало стремительно приближающееся лязгание и нечто похожее на шипение.

Мысленно попросив у Мерлина удачи, Гарри занял позицию и затаил дыхание, сжимая в руке волшебную палочку. Все были на своих местах, готовые в любой момент кинуться в атаку.

— Ни пуха ни пера, — проговорил Поль, и в наушниках теперь раздавался лишь приглушенный стук по клавиатуре.

— Ох ты ж блядь, — ошарашенно прошептал Криг, когда в полумраке тоннеля показалась невиданная тварь. Ведь одно дело было видеть ее в виде компьютерного монстра, и совсем другое — в живую.

— Прикольная зверушка, — хмыкнул не растерявший чувства юмора Рой. — Хорошо, хоть от стаи оторвалась.

На Гарри жук не произвел никакого впечатления — по сравнению с той тварью, что заманила их в ловушку, он был мелковат. С другой стороны, для их целей это было даже лучше.

— Мотоциклы пошли, — скомандовал он, когда тварь приблизилась.

Взревели моторы какой-то невиданной им техники, обнаружившейся у Роя в бункере, которую для простоты окрестили «мотоциклами». Кивнув друг другу, Рой и Криг рванули на них вперед.

Увидев машины, тварь остановилась, грозно закричала, выпуская в мотоциклы струю черной жидкости, но те только прибавили газу.

— Давай, Рой, — сказал Криг совершенно спокойным голосом, и из мотоциклов вылетели мощные крюки с тянущимся за ними стальными тросами.

Ловко поднырнув между лапами твари, Криг и Рой направили мотоциклы по кругу, навстречу друг другу, быстро и надежно связывая длинные лапы в тугой пучок.

Тварь яростно взревела, выпуская из приоткрывшихся щитков новые щупальца, и принялась разрывать троссы. К счастью, получалось у нее плохо, и с каждым новым кругом, проделанным мотоциклами, путы все крепче сковывали ее движения.

— Агуаменти, — выкрикнул Гарри, направляя палочку в пол — прямо жуку под лапы. А со следующим заклинанием вода на полу замерзла, превращаясь в толстую корку льда. — Давай! — заорал он Кригу и Рою, и те без промедления направили свои мотоциклы в одном направлении.

Троссы натянулись, и в следующий миг тварь покачнулась, теряя равновесие, а затем упала на бок.

— Есть! — раздался радостный возглас Поля в ушах.

— Теперь наша очередь, — Ивар завел легкий бронированный вездеход, на заднем сидении которого сидели Скорпиус и Гарри.

На максимальной скорости он ловко подрулил к поверженной твари, объехал её сзади и открыл дверцы.

— Активируйте портключи, как только мы аппарируем, — сказал Скорпиус и первым выпрыгнул из машины.

Гарри последовал за ним, и они одновременно положили руки на жесткие металлические щитки.

— На счет три, — сказал Гарри. — Раз, два, три!

Аппарировать огромного, отчаянно сопротивляющегося жука было сложно, но оба были достаточно сильны, чтобы справиться.

— Точно по графику! — улыбнулся им Стив, когда они появились в специально расчищенном зале бункера. — Уходите теперь, — и закрыл за ними тяжелую бронированную дверь. — Птичка в клетке! — объявил торжественно.

— Когда переговоры начнешь, — произнес Гарри, устало облокачиваясь спиной на дверь, — заодно спросишь, чем ее кормить. Будет обидно, если она сдохнет у нас от недоедания, прежде чем начнет говорить.

Тварь посмотрела на него сквозь пуленепробиваемое стекло дверного окошечка совсем осмысленным взглядом и жалобно заскулила, суча по полу связанными ногами.

Скорпиус внимательно на нее посмотрел и вдруг громко свистнул. Тварь резко замолчала, и если бы у ней были уши, то сейчас они наверняка встали бы торчком. Скорпиус тем временем сложил губы трубочкой и выдал длинную прерывистую трель.

— Тот же код, — пояснил он удивленным Стиву и Гарри. — Диапазон другой, но шифр тот же.

— И что ты ей сказал? — поинтересовался Стив.

— Что развяжу, если она будет вести себя спокойно.

Некоторое время тварь молчала, а потом раздвинула пасть и что-то быстро застрекотала.

— Хочу жить. Буду слушать. Буду служить, — перевел Скорпиус.

— Ты же это… несерьезно? — осторожно поинтересовался Стив. — Не будь наивным, оно ведь запросто может обмануть тебя.

— Считаешь нужным — развязываем, — произнес Гарри к полной неожиданности Стива.

— Вы с ума сошли… оба, — пораженно прошептал Стив, глядя на них неверящими глазами. — Ивар, ты слышишь, что они задумали? — воскликнул он, и Гарри услышал в его голосе панические ноты.

— Отставить панику, — довольно резко сказал ему Скорпиус. — Я же не выпускать его собрался. Но мучить животное тоже не нужно.

Он приоткрыл окно на двери и просунул в него палочку. Белая вспышка, — и вот уже жук, пошатываясь, становится на лапы.

— Отойди оттуда… — прошептал Стив, с ужасом глядя, как насекомое медленно подходит к самой двери и смотрит на Скорпиуса сквозь стекло бездушными фарсетчатыми глазами, а потом чуть не подпрыгнул, когда жук снова застрекотал.

— Он спрашивает, чего мы хотим, — пояснил Скорпиус, убирая палочку.

— Долгой и конструктивной беседы, — сказал Гарри. — Для начала, откуда пришли и кто послал.

Скорпиус перевел вопрос, но в ответ жук только засучил лапками. Трель, выданная в ответ, была очень короткой.

— На шее боль. Там же приказ. Надо выполнять приказ. Надо служить, — означала она.

— Спроси у него, ему сейчас больно? — проговорил Гарри, силясь сквозь стекло разглядеть, что могло быть причиной боли, о которой пытается сказать жук.

— Сейчас нет, — доложил Скорпиус после очередного разговора. — Я хочу его осмотреть. Но сначала надо аппарировать за остальными.

— Да уж, аппарируйте за нами, сделайте милость, — раздался в наушниках ехидный голос Ивара. — Чтобы я мог лично открутить уши обоим, что не сделали этого раньше.

— Надо всё-таки организовать ему именной портключ на нас обоих, — виновато сказал Скорпиус. — В мэноре должен быть похожий.

— Осмотрим вместе, — сказал Гарри. — Скорее всего, в него вживили какой-то маячок. Ну или еще проще — нацелили ошейник, — предположил он. — А еще надо будет… — начал было он, но тут же замолчал. — Все, Ивар, мы уже идем, — сообщил он с улыбкой, когда в ушах раздался едва ли не обреченный вздох.

Портключи у Скорпиуса нашлись в нужном количестве, но исключительно до мэнора, поэтому за парнями пришлось аппарировать. Ивар демонстративно отвернулся, от предложенной руки, но Гарри не долго думая сгреб его в охапку, уверенный, что с Роем и Кригом Скорпиус справится. Перенеся их в бункер, Скорпиус аппарировал ещё раз — за Полем, и тот сразу же поспешил к двери, полюбоваться на жука в живую.

Скорпиус тоже подошел и опять что-то засвистел.

— Покажи, где больно, — повторил он для всех, а жук покрутил головой, потоптался на месте, а потом развернулся к окну боком и нагнул голову.

— Ого, — сказал Рой. — Бедная зверушка.

Прямо в щитке была вырезана квадратная дырка, в которую была вставлена покрашенная серебристой краской коробка передатчика. Сделано все это было довольно неаккуратно, рана не зажила, по краям сочилась зеленоватая слизь, а сама коробка была перекошена и явно уходила в тело намного больше, чем было нужно.

Жук обернулся на людей и жалобно застрекотал.

— Они говорить — я делать. Если я не делать, они делать больно.

— Скажи ему, что я выну из него эту штуковину, — немного подумав, произнес Гарри. — Но сначала он должен ответить на мои вопросы. Итак, кто такие «они»? И как ты попал в этот город?

— Гарри, — снова взялся за свое Стив. — Даже не думайте со Скорпиусом заходить к нему. Он вас специально в ловушку манит.

— Если с нами что случится, вы его убьете, — спокойно ответил Гарри и посмотрел в упор на жука. — А так как зверушка большая, прихлопнуть тапком не получится. А значит, смерть будет долгой и болезненной, — сообщил он и повернулся к Скорпиусу. — Переведи. Слово в слово.

— А вдруг он марсианский камикадзе! — воскликнул Стив. — Так ему ж только за честь — умереть во имя такого благого дела!

— Он говорит, что он не умеет убивать, — сообщил Скорпиус, пообщавшись с жуком, в то время как последний продемонстрировал совершенно мягкие щупальца и лишенные каких-либо шипов ноги. — Только защищаться от магических существ.

— Хорошо, — ответил Гарри. — Теперь переведи ему мои вопросы. И скажи, чем быстрее я получу нужную информацию, тем скорее его шея начнет заживать.

И хотя сигнал во вживленный в жука датчик сейчас не доходил и боли не причинял, его явный страх, что эта штуковина снова заработает, был Гарри очень даже на руку.

— Лететь по небу в железный ящик, — сразу же начал переводить Скорпиус, едва жук затрещал. — Люди, как вы, делать больно, дать приказ найти людей, в которых магия. Дать сигнал. Больше ничего. Что дальше — не знать, зачем — не знать, кто люди, которые делать больно — не знать. Они сказать — потом отпускать.

— Ясно, — кивнул Гарри. — Тогда спроси у него, сколько световых дней назад его посадили в ящик. И откуда его забрали. Пусть опишет, где жил до этого.

На этот раз Скорпиус общался с жуком довольно долго, а потом не стал ничего переводить, а уверенно выдал:

— Он из Южной Америки. Дельта реки Амазонки. Оттуда же и привезли. Он с людьми практически не общается, в основном со своими собратьями, с кем-то, кто побольше и поразумнее. Моё мнение — он безопасен. Просто зверушка, которая очень хочет домой.

— Узнай, опасна ли для нас та жидкость, что течет из раны? — произнес Гарри, мысленно прикидывая, что извлечь ужасный датчик в перчатках будет довольно проблематично. — И скажи ему, чтобы даже не вздумал плеваться на меня, — хмыкнул он, искренне надеясь, что о своей доверчивости он на сей раз не пожалеет.

— Это я тебе сейчас скажу, — мрачно посмотрел на него Ивар. — Чтобы даже не думал приближаться к этой зверюге.

— И правда, мы что, без рук, что ли? — хмыкнул Рой. — Ну-ка, посторонитесь! — и он решительно приоткрыл дверь, протиснувшись внутрь. — Давай, жучок, иди к папочке… — протянул он ласково. — Давай-ка уберем эту гадость.

Жук чуть испуганно заверещал, но Рой поднял руку, демонстрируя чистоту своих намерений, и почему-то это подействовало. Нервно дергая щупальцами, жук позволил ему приблизиться и, вздрагивая всем телом, подставил шею.

— Потерпи, — тихо сказал ему Рой. — Сейчас будет немножко больно. Но это последний раз, обещаю. Нет, ну какие изверги! — он осторожно покачал передатчик в ране, покрутил его, а потом ухватился двумя руками и резко дернул. — Ну всё-всё, — довольно похлопал завизжавшего жука по голове и продемонстрировал ему коробку. — Больше никто тебя не будет мучить. Ты ведь хороший? А? Такой хороший мальчик! — и он потрепал замершего жука по голове под изумленные взгляды всех, кто наблюдал за ним из-за двери.

— Надо было тебе в ветеринары податься. Или даже в «Гринпис», — констатировал Криг. — Ну и долго ты еще там будешь торчать? — спросил он и не думающего выходить Рою.

— Да погляди только! — восторженно отозвался тот. — Мировой ведь пацан! — и потрепал жука за одну из щупалец.

— Ты его еще к себе забери, — фыркнул Криг. — Пиздец какой-то — ни одну животину мимо себя не пропустит.

— Да я бы, может, и забрал, — со всей серьезностью заявил Рой. — Но он же к своим мамочке и папочке явно захочет.

— Умоляю, — мученически прошептал Криг Скорпиусу. — Даже если жук сирота, прошу, не говори об этом нашему юннату.

— Не буду, — таким же шепотом пообещал Скорпиус. — А кто такие юннаты?

— Не важно, — хмыкнул Криг. Он сложил руки рупором и крикнул: — Рой, иди сюда! Моя задница еще желает видеть тебя живым и невредимым!

— Ну так пусть тогда начинает готовиться! — крикнул в ответ Рой и, погладив жука по лапе в последний раз, наконец, вышел наружу. — Нет, ну и что ты так смотришь? — усмехнулся он, встретившись с укоризненным взглядом Поля.

— Просто далеко не всем интересны ваши игрища, — фыркнул тот, но настоящего недовольства в его голосе не было.

— Слушай, слушай! — усмехнулся Криг. — Тебе-то все равно рассказать нечего, хоть нас послушаешь.

— Да вас и так все утро было слышно, — ехидно протянул Поль. — Только я не понял, на хрена вы потом габариты какого-то порноактера так бурно обсуждали?

— Порноактера? — удивленно протянул Рой и непонимающе посмотрел на Крига. — Ах да… порноактера… точно, — тут же догадавшись, о ком они утром могли говорить, закивал и украдкой посмотрел на Скорпиуса.

Тот нахмурился и предсказуемо смутился.

— Что будем делать дальше? — спросил он сухо. — Очевидно, что наш пленник мало полезен.

Тут жук шарахнулся к стенке и в ужасе завизжал.

— Чего это он? — удивился Стив.

— Решил, что мы его теперь убьем, — вздохнул Скорпиус и засвистел.

Жук почти сразу успокоился, а Рой сжал кулаки.

— Нужно отправить его домой! — сказал решительно.

— Не раньше, чем он нам поможет, — покачал головой Ивар. — Ведь поможет же? — он пристально посмотрел на жука, и тот совсем по-человечески кивнул.

— А пока его не мешало бы накормить, — заметил Гарри. — Передай ему, что некоторое время он пробудет здесь. И мы все гарантируем его безопасность, если он ни на кого не решит напасть или сбежать.

— Сбежать? — протянул Криг. — Ну во-первых, отсюда он точно никуда не денется. А во-вторых, уверен, он сейчас пожрет и завалится дрыхнуть.

— Думаю, что мы все очень скоро последуем его примеру, — улыбнулся Стив. — Тот еще денек выпал!

— Да я даже разогреться толком не успел! — фыркнул Рой. — Мы его и двух минут не ловили!

— Сто четыре секунды, — подтвердил Скорпиус.

— Вот! — Рой наставительно вздернул палец вверх. — Так что чур я за провиантом для зверушки!

— Кто бы сомневался! — закатил глаза Криг.

— Он ест рыбу, — после короткого пересвистывания с жуком сообщил Скорпиус. — Что, собственно, и объясняет, что делала та особь в океане.

— Ну что ж, тогда на рыбалку! — возвестил Рой. — И чур без магии! У меня уже тыщу лет пара прекрасных спиннингов простаивает. Кто со мной?

— Я! — едва ли не выкрикнул Скорпиус.

— Кто бы сомневался, — Гарри повторил слова Крига с улыбкой.

— И что, это все? — удивленно протянул Ивар. — Парни, да вы чего?.. Когда еще выпадет случай!

— Ты не сильно удивишься, что желающих стоять с удочкой под проливным дождем не сильно-то прибавится? — усмехнулся Криг.

— Эх, стареешь ты, Джейсон, стареешь, — озвучил свой вывод Рой. — Когда погода стала так важна? Помнится раньше, и морозы тебя не страшили.

— Помнится, я однажды чуть яйца не отморозил, поддавшись на очередную твою авантюру заночевать в лесу, когда снега по колено, — отозвался Криг и чуть заметно поежился.

— Зато какая охота была! — мечтательно выдохнул Рой, предаваясь воспоминанию. — А за твои яйца я нес личную ответственность. Так что поводов волноваться не было.

— Даже когда мы поняли, что потеряли спички, чтобы развести костер? — насмешливо поинтересовался Криг.

— Что-то ты не сильно жаловался, довольно посапывая в палатке в мое ухо, — совершенно не искренне возмутился Рой, и по его довольному лицу и еле заметной улыбке было понятно, что в общем-то не жаловались они оба.

— Так вы тут нас всех дружно за нос водите… — протянул Ивар, с интересом на них глядя.

— И не думали даже, — насмешливо фыркнул Криг. — Пару раз не считается.

— Пару-тройку, — поправил Рой. — Десятков.

— И все равно не считается, — решительно мотнул головой Криг.

— Так мы идем на рыбалку? — нетерпеливо осведомился Скорпиус, которому было совершенно очевидно все равно, сколько раз успели переспать эти двое.

— Вот это наш человек! — хохотнул Рой. — Пошли, малой, найдем тебе спиниг под стать… Эээ… Достоинству.

Ивар выразительно посмотрел на него, но, видимо, решил промолчать, чтобы не смутить явно понявшего что к чему Скорпиуса еще больше. Вместо этого он обернулся к Гарри:

— Ты или я? Кто идет с ним? — проговорил он и обеспокоенно посмотрел на Скорпиуса.

— Думаешь, Скорпиус сам с удочкой не справится? — улыбнулся Гарри.

— Я серьезно, — продолжил Ивар. — Вдруг что не дай бог случится, а никого из нас рядом нет.

— Не входи в роль няньки, — покачал головой Гарри. — У тебя все равно не получится привязать его к ноге и дать команду «рядом». Тем более, Скорпиус не слишком-то настаивает на нашем присутствии, — хмыкнул он и тепло взглянул на Малфоя. — Я думаю, нам обоим понятно, что это значит — даже ему от нас нужен отдых.

— Не говори глупости! — неожиданно сердито отрезал Скорпиус. — Разумеется, вы можете и должны пойти с нами, если этого хотите. Но я уверен на девяносто четыре процента, что вам это не слишком интересно.

— Вот тут ты прав, — вынужден был признать Ивар. — Никогда не интересовался рыбалкой и всегда не любил дождь.

— Тогда мы будем ждать вас в мэноре, — сообщил Гарри. — Я сам всех аппарирую. Так что идите — не теряйте зря время.

Он посмотрел на Ивара и не сдержался, подошёл ближе и проговорил ему в самое ухо:

— Странно, что ты напоследок ему еще не сказал «Надень шапку — не то простудишься», — улыбнулся Гарри. — Не волнуйся, он вполне может сам за себя постоять. И за Роя тоже.

— А мне с вами можно? — неожиданно спросил Стив, не дав Ивару ответить. — Я в детстве с отцом каждые выходные рыбачил.

— Нет, нельзя, а то с вами двумя меня как есть примут за педофила, — очень серьезно ответил Рой, но сразу же громко рассмеялся. — Пошли, конечно, чего спрашиваешь! Только удочки найду…

— Акцио, удочки и спинниги, и все что еще нужно для рыбалки из этого бункера! — опередил его Скорпиус, взмахнув палочкой, и Поль едва успел уклониться с траектории полета большого футляра для рыболовных снастей.

— Ух ты… класс! — искренне восхитился Рой и по-дружески хлопнул Скорпиуса по плечу.

— Да, если что-то потерялось, можешь смело обращаться, — улыбнулся Ивар.

— Что-то мне подсказывает, что это мы их потеряли, — произнес Гарри, наблюдая за увлеченно изучающими содержание футляра Роем, Скорпиусом и Стивом.

— Вот эта удочка хорошая, — со знанием похвалил Стив.

— А я и забыл уже, что она у меня есть. Как же давно я этим всем не занимался! — с восторгом выдохнул Рой, подтверждая мысль Гарри.

— Сейчас — еще нет. А вот когда распогодится — тут, ога, пропадут на неделю. А то и на две, — с уверенностью заявил Криг.

— Нет, на две мы Скорпиуса не отпустим, — покачал головой Ивар. — Иначе после встречи он уснет на трое суток, не меньше!

— Либо же тебе придется всерьез заинтересоваться рыбалкой, — хмыкнул Гарри. — Правда, уверен, в таком случае Скорпиус сможет добраться до удочек только тогда, когда мы будем спать.

— Не смотри так, — сказал Скорпиус Рою, с интересом рассматривая удочки. — Они маньяки, конечно, но три дня я буду спать исключительно из-за особенностей организма.

— И правда, не смотри, — улыбнулся Ивар. — С ним любой маньяком станет, — доверительно сообщил он, кивнув на Скорпиуса.

— Даже не вздумай проверять, — проговорил Криг, перехватив любопытный взгляд Роя, и подозрительно прищурился.

— Поверь, мне одного тебя хватает, — хохотнул Рой. — Боливар не выдержит двоих.

— Знаю, я тебя, Боливар, — фыркнул Криг. — Смотри, я предупредил.

— Бо-оже, как же мне это знакомо, — улыбнувшись, выдохнул Ивар.

— Когда это я тебе говорил подобное? — удивленно протянул Рой и вопросительно взглянул на Ивара.

— А кто тебе сказал, что я о тебе говорю? — хмыкнул Ивар, мельком посмотрев на Гарри.

— А можно мы уже пойдем? — попросил Скорпиус нетерпеливо. — Как всем этим пользоваться вы мне расскажете на берегу. Мы будем ловить в море, озере или реке?

— А ты спроси у нашего пленника, — предложил Рой. — Какую он рыбу предпочитает? Хотя, если он с Амазонки, то, наверное, речную.

Скорпиус кивнул и схватился за АйДжамп.

— На форуме рыболовов предлагают несколько неплохих мест, — сказал он почти сразу, и Ивар закатил глаза.

— Всё, это конец, — вздохнул он. — Раз уж он до форумов добрался…

— Пока еще нет, — покачал головой Гарри. — Но как в анонимные чаты влезет — всё, тогда уж точно — пиши пропало.

— Хммм, интересно, а в его игрушке предусмотрена функция «родительский контроль»? — произнес Ивар и задумчиво потер подбородок.

— Не-е, это не наши методы, — возразил Гарри. — Мы же маньяки, а значит, и средства воздействия должны быть соответствующие.

— Слежка, прослушка и видеонаблюдение? — деловито уточнил Ивар.

— Раз плюнуть, — лениво поддержал их игру Поль. — Только скажите — всё организуем.

— Все, идите, уже, — произнес Гарри. — Я понимаю, что место нашей запланированной экскурсии эффектнее всего будет смотреться ночью, но такими темпами вашей рыбалки мы там запросто встретим рассвет.

— Какая еще экскурсия? — поинтересовался Криг. — Надеюсь, вы ничего втихаря от нас не замыслили? А то плюнет на вас какой-нибудь гость с Амозонии, а нам доставай вас потом из какой-нибудь задницы.

— Замыслили, — широко улыбнулся Ивар. — И именно втихаря от вас.

— Чего пристал? — подал голос Рой. — У людей приватная вечеринка намечается, а ты как всегда суешь свой нос.

— В общем, я решил, — не обращая внимания на их шутливую перепалку, оповестил всех Скорпиус. Не дав ни опомниться, ни, тем более, возразить, он натянул на голову маску, подхватил Стива и Роя под руки, наступил ногой на футляр с удочками и аппарировал.

— По-моему, ваш сынок вырос, — усмехнулся Поль. — Зря вы над ним так трясетесь.

— Да кто трясется-то? — протянул Ивар. — Вон, на рыбалку отпустили, — рассмеялся он. — И заметь, даже не сказали отзвониться через час.

— Да мы так сразу все и подумали, — хмыкнул Криг. — Ни разу не пасете его. Вот прямо вообще никакого контроля.

— Да кто бы еще про контроль говорил! — хохотнул Ивар. — «Даже не вздумай… Я тебя предупредил…» — передразнил он Крига и широко улыбнулся.

— Предлагаю переместиться в мэнор и продолжить дискуссии там, — произнес Гарри, почувствовав, как сильно проголодался. — Не знаю, как вы, а я бы чего-нибудь съел.

— И вот снова я скажу, как заботливый папаша, но Скорпиус ведь тоже не ел давно… — протянул Ивар, когда они оказались в столовой мэнора.

— Ты просто не знаешь, как виртуозно он умеет добывать себе пищу в дикой природе, — улыбнулся Гарри, вспоминая их вынужденный и вполне запланированный походы.

— Что-то ты, шеф, стареешь, похоже, — заметил Поль подозрительно. — Детишек тебе надо, а не по экскурсиям шляться.

— Поль всегда был в курсе, что для меня лучше, — беззлобно усмехнулся Ивар. — Вот, Гарри, пройдет немного времени, он и для тебя выберет самые оптимальные варианты.

— Да мне не привыкать. В юности все только и делали, что планировали мою жизнь по своему вкусу, — хмыкнул Гарри. — Так что у меня иммунитет.

— Совершенно напрасный скепсис, ничего я советовать не стану, — пожал плечами Поль. — Потому что ты сам выбрал для себя самый удобный вариант. И хоть знаю я тебя недолго, уже вижу, что ты одиночка. Несмотря на то, что совсем не против выстроить отношения. Но сфера эта для тебя новая, а значит, тебе гораздо удобнее возводить новый фундамент с чьей-то помощью. Что ты и делаешь, — закончил он и внимательно посмотрел на Гарри, явно пытаясь понять, не вызвал ли он своим анализом в нем раздражение.

— Ты ему еще по руке погадай, что его ждет, — фыркнул Ивар, которому, в отличие от так и оставшемуся равнодушным Гарри, слова Поля не понравились. По сему выходило, что Гарри всего лишь сбросил часть ответственности со своих плеч и участливо переложил на него. Такой грамотный прагматичный расчет, пусть даже и подсознательный.

— Все правильно, — ответил Гарри, взглянув на нахмурившегося Ивара. — Помощь мне явно нужна, — улыбнулся он. — Как порой и хорошие пинки. Но все эти потребности отходят на второй план, когда на смену осознания того, что человек нужен, приходит чувство гораздо сильнее.

— Ну пока что я видел у вас обоих только чувства к моему коллеге, — пожал плечами Поль. — Хотя тут я допускаю, что я что-то пропустил, потому что делать мне больше нечего, как за вами наблюдать. И кстати, Гарри, не сделаете ли мне одолжение? Пока я вам не нужен, я хотел бы побыть наедине с моей малышкой. С широкоформатным монитором, — уточнил он, когда стало ясно, что Гарри его не понял.

— Аппарируй его в логово, — пояснил Ивар. — Только пару бутербродов выдай.

— Может, нормально поешь? — спросил Гарри. — У тебя будет достаточно времени, чтобы уединиться, — заверил он.

— Может, даже и вся ночь, — страстно прошептал Криг. — Только представь — ты, твоя малышка — и больше никого…

— Признаюсь, это было бы идеально, — ответил Поль, не обратив внимания на насмешку.

— Идеально было бы, если бы малфоевские домовики сейчас послушались меня, — Гарри щелкнул пальцами и многозначительно спросил в никуда: — Кто-нибудь меня слышит?

— Слышу, Поттер, слышу, — раздалось со стороны двери, и обернувшись, Гарри увидел недовольного Драко. — Хотя вполне бы без этого обошелся. Чего ты хочешь?

— Ну у него прямо талант появляться неожиданно, — хмыкнул Ивар, сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

— Вообще-то я звал кого-то из домовиков, но раз уж ты тут, распорядись насчет ужина, — произнес Гарри и добавил: — Пожалуйста. Или скажи, как зовут домовиков. Может быть, они хотя бы на имя отзовутся.

— Слишком много чести этим паршивцам! — зло фыркнул Драко. Он щелкнул пальцами и приказал появившимся домовикам: — Еды, быстро! На всех.

— Да, бывший хозяин, — чинно кивнул самый старший эльф, и от Гарри не укрылось, как покоробило Драко это обращение.

— Это, — ткнул он пальцем в Гарри, — жених вашего нынешнего хозяина, — сказал он домовикам с нескрываемой издевкой. — Советую его слушаться.

— Мы никогда не стали бы перечить мистеру Гарри Поттеру, — отозвался тот же домовик, и все остальные синхронно кивнули. — Просто мы не слышим его зова. Простите нас, — эльф поднял глаза на Гарри и с сожалением развел руками в стороны.

— Тогда будем надеяться, что в остальное время Скорпиус будет рядом, — спокойно ответил Гарри. — Приготовьте нам одну порцию отдельно, чтобы один из гостей мог взять еду с собой.

Эльф почтительно кивнул и, позвав остальных, стремительно аппарировал выполнять поручение.

— А самого его где дракклы носят? — протянул Драко. — Я так понимаю, он вообще не в мэноре?

— Насколько я помню, тебя больше не интересует ни сын, ни все, что с ним связано, — отозвался Гарри. — Так что будь добр, придерживайся выбранной линии. Или ты вдруг неожиданно вспомнил, что ты все-таки его отец?

— Да просто сообразил, что от Скорпиуса зависит теперь его собственная жизнь и целостность шкуры, — Ивар проговорил довольно тихо, но все присутствующие отчётливо услышали его слова.

Драко посмотрел на него таким взглядом, что в пору было почувствовать себя букашкой под занесенным сапогом, но Ивар в ответ лишь безмятежно и лучезарно улыбнулся, чем сбил с толку не только Малфоя, но и всех присутствующих.

— Кстати, я хотел спросить, — протянул он елейным голосом, — раз уж вы все знаете, может, мне пора называть вас папой?

Терпеливо дождавшись, пока стихнут еле сдерживаемые смешки Гарри и Крига, Драко неприятно прищурился, а затем улыбнулся, хотя сейчас его улыбка больше походила на оскал:

— Я тоже кое-что хотел спросить, — начал он, и по его тону сразу было понятно, что ничего приятного он не скажет: — Каково вам знать, что с вами поддерживают позорную связь только из желания перечить всем и вся — семье, традициям, нормам приличия, наконец? Или у вас такое сильное головокружение от успеха, что вы поверили, будто мой сын вас действительно любит?

— Он вообще из какого леса? — сделал круглые глаза Криг. — Он своего сына вообще видел?

— В колыбели и издалека, — хмыкнул Ивар, кажется, абсолютно не обидевшись. — Мне жаль вас разочаровывать, мистер бывший лорд, но он о вас даже не вспоминает. Так что не тешьте себя иллюзиями, что что-то делается вам наперекор.

— Я бы и вам посоветовал не тешить себя иллюзиями, но, вижу, это бесполезно. Что ж… радуйтесь, пока не разобрались что к чему, — невесело усмехнулся Драко. — Поттер, как найдешь для меня время, дай знать, — неожиданно для всех обратился он к Гарри. — Только я хотел бы поговорить наедине. Вероятно, на правах хозяина я имею право не некоторые ответы.

— Если это насчет твоего сына… — начал Гарри, но Драко нетерпеливо вскинул руку, останавливая его.

— Нет, у меня желания говорить о твоем любовнике, — отрезал он сухо. — Разговор пойдет исключительно о моей шкуре, — он криво усмехнулся, повторив слова Ивара.

— Что и требовалось доказать, — выдохнул Ивар и, закатив глаза, отвернулся к Кригу.

— Ну раз не о моем любовнике, — произнес Гарри, выделяя последние слова, — то пойдем поговорим, — согласился он, решив не откладывать эту беседу в долгий ящик.

Драко резко развернулся и пошел прочь, а Гарри чуть задержался, чтобы переглянуться с обеспокоенным Иваром. На самом деле ему очень не хотелось оставлять сейчас Маккоя одного, после всего того, что наговорил Драко, но Гарри понадеялся, что Криг не даст Ивару впасть в хандру.

Драко свернул с ближайший коридор и распахнул одну из одинаковых дверей.

— Присаживайся, — не слишком любезно сказал он, взглядом указав на диван.

— Небольшая прелюдия, — ответил Гарри, перед тем как сесть. — Прежде чем ты начнешь говорить, я сам кое-что хочу тебе сказать. То, что произошло сейчас — произошло в первый и последний раз, — припечатал он, посмотрев на Драко в упор. — Больше ты никогда не позволишь себе оскорбить или нести всякий бред Ивару Маккою. Мало того, что мы обязаны ему надеждой на спасение нашего мира, так еще этот человек мне очень дорог. А я никогда не позволю топтать то, что мне дорого. Ты понял? — протянул он, не отводя от Малфоя тяжелого взгляда.

Драко посмотрел на него долгим взглядом и вдруг очень спокойно спросил:

— Как тебя-то угораздило? Скорпиус всегда был ненормальным, от него хоть ожидать можно было, но ты?.. Ладно, тебя с магглом могу себе представить, и со Скорпиусом с трудом, но могу, а вот как ты все это допустил — это я понять решительно не в состоянии.

— Знаешь, Малфой, если бы ты был моим другом, то я наверняка бы тебе ответил, что я и сам от себя такого не ожидал, — выдохнул Гарри. — Но так как дружеских чувств между нами не было, нет, да и не будет, то отвечу я иначе. Я допустил это, потому что посчитал нужным, — проговорил он, впрочем, не веря ни единому своему слову. — Послушай, — махнув рукой на выбранный тон беседы, продолжил он, — тебе правда хочется узнать? Я не горю желанием откровенничать с тобой, но с учетом того, что ты все-таки его отец, думаю, ты заслуживаешь знать правду. Хотя бы частично.

— Да, Поттер, — вздохнул Драко. — Я правда хочу знать, что вы оба нашли в этом маггле. И это сейчас не оскорбление, это констатация факта. Он — маггл и никогда не сможет стать кем-то другим. Я допускаю, что он умный и весьма скорый на язык. Допускаю, что хорош собой. Возможно, прекрасный друг. Вот только… — он замолчал и покачал головой. — Ладно, можешь не отвечать. Ты же гриффиндорец. Вам таких вещей вполне достаточно.

— Вот только что? — переспросил Гарри. — Позорим весь магический мир? Ладно, предположим, что так. Только вот рухнул наш мир вовсе не из-за нашей противоестественной связи. А нашли мы в этом маггле прекрасного человека, всегда готового протянуть руку помощи, — сказал он, наблюдая за реакцией Драко. — Бескорыстно любящего человека. И это не патетика. Он за твоего сына умереть готов, если от его выбора будет зависеть жизнь Скорпиуса. И он в любой момент готов исчезнуть с горизонта, если от этого будет зависеть личное счастье Скорпиуса. Только вот без него твой сын счастлив не будет. Потому что Ивар дает ему то, что не в силах дать я.

— Мерлин мой, ну что?! — не выдержав, повысил голос Драко. — Что такого он может дать?! Это сейчас вы заняты спасением мира и друг другом. Сейчас все разговоры о жертвах и готовности их принести так ценятся. Сейчас так нужна поддержка хоть кого-нибудь. А потом? Что будет потом, Поттер? Когда его помощь станет не нужна, а улыбка приестся? Это сейчас ты радостно аппарируешь всю кучу, куда они пожелают. Но он же ни шагу ступить без вас не сможет! А быт? А работа? Будете оставлять его дома с блюдечком молока или срываться из Аврората, когда позовут? Я не хочу, чтобы мой сын, какой бы он ни был, становился рабом маггловских прихотей и нужд!

— Правильно, что не хочешь, — ответил Гарри. — Было бы гораздо лучше, если бы он был рабом прихотей и желаний твоего отца? Прямо как ты всю свою жизнь. Конечно, это лучше, — на сей раз повысил голос Гарри. — Пусть Люциус и был той еще сукой, но зато чистокровной. И аппарировать мог, куда пожелает. Это ж какое преимущество перед всеми. Хотя нет, не то слово. Превосходство! — выпалил он на одном дыхании. — Но тут вот какое дело… Скорпиус ведь всю жизнь ненормальный. И ему ваши нормы — не нормы вовсе, а вынужденные, довлеющие правила. Он знает, что должен делать и что не должен, даже не задумываясь о том, как он хотел бы поступить на самом деле. И тут произошла катастрофа — на его пути попадается Ивар Маккой. Который любит его таким, какой он есть. Принимает его таким, какой он есть. Который считается с его желаниями, прихотями и — да, черт побери — заскоками. Который, блядь, пылинки с него готов сдувать, а не смотреть с равнодушием и даже не скрываемым разочарованием!

Драко покраснел, потом побледнел, стиснул зубы и пару раз глубоко вдохнул.

— Прекрасно, — процедил он. — Тогда на кой черт ему ты?

— Ты не хочешь подумать над тем, что недополучив любовь в детстве, он ищет ее сейчас в двойном экземпляре? — процедил в ответ Гарри. — И, опережая твой следующий выпад — да, так же, как и я. И как Ивар тоже.

— Предлагаешь мне вас пожалеть? — Драко холодно прищурился. — Кого именно, моего сына, чистокровного волшебника с выдающими способностями, вступившим в силу наследием и титулом, или тебя, Героя, большого начальника и со всех сторон состоявшегося в итоге человека? Нет, Поттер, при таком раскладе мне, как не смешно, будет жаль вашего чересчур жизнерадостного маггла. Потому что ни полноценной любви, которую он так ищет, ни семьи в полном смысле этого слова, ни даже нормальной, комфортной, понятной ему жизни он в итоге не получит. Он всегда будет лишним.

— Нет, Малфой, тебя определенно нужно в комплекте с кувалдой выдавать, — покачал головой Гарри. — Наверное, только так до тебя представится возможным достучаться. Что ты так привязался к этому титулу и моему геройству? Тебе что, для полного счастья титула и славы не хватало? Тогда ты, Драко, должно быть, очень счастливый человек. Вот только… по тебе этого все равно видно не было бы, будь у тебя даже сотня титулов и тысяча национальных наград, — чуть помолчав, закончил он.

Помолчав, Драко скривил губы.

— Ты будешь удивлен, но я хотел этого ребенка, — сказал он с нескрываемой горечью. — Мы с Асторией мечтали о том, как будем его нянчить, учить, играть. А вышло… — он нахмурился, вспоминая, и с трудом признался: — С ним было страшно. Как будто не ребенок вовсе, а какое-то неизвестное науке существо под личиной моего сына. Как будто настоящего сына убили, а в его тело вселилось нечто. Он почти не улыбался, не смеялся, не плакал. Не из-за меня, что бы вы не думали — сам по себе. Как ни странно, чем старше он становился — тем человечнее начинал себя вести, но в детстве я его почти боялся. Ты просто никогда не видел этот внимательный сканирующий взгляд в самую душу на кукольном пухлощеком личике.

Драко передернул плечами, а Гарри вдруг осознал, что вполне понимает его чувства. Описанное действительно звучало жутко, и он еще помнил собственные впечатления от знакомства со Скорпиусом.

Но как бы то ни было, все же это был ребенок. Пусть он не плакал и не смеялся, но очень нуждался любви. Может, он и в душу-то заглядывал, чтобы увидеть, найти ту самую любовь, которой не нашлось для него даже там.

— А как Люциус к нему относился? — спросил Гарри, глухо сглотнув. Впрочем, ответ он уже знал, но в эту секунду его хотелось услышать именно от Драко.

— Едва отец понял, что ребенок необычный, он честно попытался найти в его необычности плюсы, — Драко покачал головой и посмотрел на Гарри в упор. — Их не было, Поттер. На тот момент — совершенно. Я не знаю, каким чудом Скорпиус все-таки научился понимать разницу между той правдой, что можно озвучить, и той, о которой лучше смолчать, но до десяти лет для него не существовало ни чувства такта, ни стыда, ни личных границ. И жуткое, патологическое желание исправить все ошибки в словах других людей. При нем невозможно было говорить! — Драко криво усмехнулся. — Астория как-то сказала, что на улице чудесная погода, чем обрекла нас на двухчасовую лекцию о климате, его изменениях со времен динозавров, и теории относительности вдобавок, мол, нам хорошо солнце, а какой-нибудь флуоресцирующей болотной жабе — вечные дожди.

— Тогда ответь мне на простой вопрос, — протянул Гарри, внимательно выслушав Драко до конца. — Почему, если вы все такие были понимающие, белые и пушистые, он и бровью не повел, когда узнал о гибели твоих родителей? Почему, когда ты сегодня фактически отказался от него, он, блядь, даже не удивился? Ответь Малфой, только ответь честно.

— Я бы сказал тебе, Поттер, — горько усмехнулся Драко. — Да только ты ведь не поверишь и злобствовать начнешь.

— И все-таки, — с нажимом припечатал Гарри.

— Он не умеет любить, — Драко почти с мольбой посмотрел на него, похоже, отчаянно желая, чтобы Гарри ему поверил. — Я не знаю, каким он стал сейчас, но раньше он действительно не умел. Мы подарили ему щенка, но тот прожил недолго — случайно попал под копыта напуганного коня. Ты думаешь, Скорпиус плакал? Ни секунды.

«Я чувствую боль совсем иначе», — тут же вспомнил Гарри. — «За доли секунды я успеваю влюбиться, прожить с человеком жизнь и разочароваться».

— А что сделал ты? — спросил Гарри, безуспешно пытаясь проглотить колючий комок в горле. — Что сделал ты, когда Скорпиус узнал о смерти щенка? Когда увидел его так называемое «равнодушие»?

— А что я должен был сделать? — уничижающе глянул на него Драко. — Что сделал ты, когда он никак не отреагировал на смерть деда?

— Начнем считаться, кто что не сделал? — с напором произнес Гарри. — Ничего я не сделал! Потому что он уже не нуждался ни в каких словах утешения, — продолжил он, припомнив предшествующую тем событиям реплику Скорпиуса про отвратительность отца и деда. — А любить он умеет. Может, не так, как это бывает с обычными людьми, но умеет, — заявил Гарри, укорив себя в этот момент за свои прошлые и, к слову, совсем еще недавние сомнения.

Мерлин, каким же он сам порой бывает идиотом со своими бесконечными «мол, если бы он любил, то»…

— Прежде чем от человека что-то требовать, его нужно этому научить. И это камень не только в твой огород, Малфой, — признался Гарри. — Но разница в том, что меня не было рядом с ним, когда он только изучал этот мир. А вы были… — проговорил он с укором. — Вы же как никто другой должны были понимать его, а вместо этого год за годом взращивали в нем только комплекс неполноценности и бесконечное чувство вины. Знаешь, я хоть теперь отчасти тебя и понимаю, Драко, — помолчав некоторое время, вздохнул он, — но от этого мое желание свернуть тебе шею не уменьшается. И ты еще спрашиваешь, что ему дает Ивар? Да он, черт возьми, учит его тому, чему должны были вы — быть самым любимым!

— А ты пойди пойми его, — фыркнул Драко. — Сам-то хорошо понимаешь? Вот честно? Особенно когда он не говорит ничего о себе, только сыпет энциклопедическими знаниями?

— Ну так и кто его сделал таким замкнутым? — спросил Гарри. — Каким он еще мог стать, если сначала его боятся, потом он видит в глазах один укор, следом его отсылают из дома — да-да, именно так он все и воспринял — а потом и вовсе наследия лишают? — вкрадчиво поинтересовался он. — Сам поражаюсь, и почему он не вырос открытым и общительным мальчиком.

— Я на тебя посмотрел бы, Поттер, — с грустью сказал Драко. — Очень легко бить себя пяткой в грудь, что ты такой замечательный, а мы все плохие. Но если бы он был твоим сыном, я сильно не уверен, что ты смог бы лучше.

— Доказывать обратное я не собираюсь, — покачал головой Гарри и внимательно посмотрел на Драко, решая, стоит ли продолжать этот разговор дальше. — Он не хочет иметь своих детей, — спустя некоторое время проговорил он. — Ты знаешь об этом?

Драко вскинул глаза и резко сжал зубы.

— Ему придется! — процедил он. — Каким бы он ни был, но он последний!

Гарри смерил его долгим взглядом и холодно произнес:

— Ты даже не желаешь знать, почему он не хочет? Это не пустой каприз — он боится, что ребенок повторит его участь. Ну как, все еще считаешь себя хорошим? — невесело усмехнулся он.

— Я никем себя не считаю, — отрезал Драко. — Гордиться мне нечем ни на каком поприще, как ты знаешь, так почему родительское должно было стать исключением? — ядовито усмехнулся он. — А знаешь… — добавил, неожиданно развеселившись. — Я очень хочу, чтобы у него был ребенок. Чтобы вы оба поняли, как это было для нас. Думаю, Астория сможет на него повлиять.

— Я тоже хочу, чтобы у него был ребенок, — процедил Гарри. — Может, тогда Скорпиус, наконец, поймет, что ему просто не повезло с отцом. А вообще, дурак, ты, Малфой. Форменный и необратимый, — добавил он уже с разочарованием. — Ты прав, на родительском поприще тебе действительно нечем гордиться. У тебя замечательный сын, но к этому ты не имеешь никакого отношения, — он покачал головой и поднялся с дивана. — Если ты хотел еще что-то узнать — узнавай, но побыстрее. Потому что после разговора с тобой я даже не знаю, чего мне хочется больше — то ли отмыться, то ли хорошенько напиться.

— Не волнуйся, ты и так уже такой чистенький, что аж противно, — скривился Драко. — Но я действительно хочу кое-что знать. А точнее, всё. Может быть, ты все-таки окажешь мне такую любезность и просветишь, наконец, что происходит? — вопрос прозвучал ровно, даже слишком, и уже только по этому можно было судить, как хочет Малфой получить ответ.

— Нападение с целью уничтожения, — сухо ответил Гарри. — Кем бы ни был наш враг, продумал он все заранее и в деталях. Кто он — мы не знаем. Как бороться — пока что тоже. И я не уверен, что есть смысл куда-то бежать. Этот проклятый дождь везде, где существуют магические поселения, — сообщил он. — Но мы не стоим на месте. Во всяком случае, пока рядом есть Скорпиус и наши магглы, есть шанс с этим разобраться.

— Почему они помогают нам? — серьезно посмотрел на него Драко. — Это ведь не приказ их правительства, иначе их было бы больше… Что с остальными?

— Эти нам помогают, потому что их попросил Ивар. Потому что ни один из них не смог отказать верному товарищу и надежному другу. Но ты ведь слизеринец, для тебя этого не достаточно, — хмыкнул Гарри. — Так что даже не пытайся понять, что ими движет. А остальным отдан приказ наблюдать и ни во что не вмешиваться.

— Странно, что не поймать и добить, — съязвил Драко. Он обхватил себя руками, будто замерз, и тихо спросил: — Много наших погибло?

— Весь Аврорат. И все, кто был в Мунго. Часть министерских. Точных данных нет, — выдавил Гарри. — Одно могу сказать точно — большинство выживших навсегда останутся сквибами. И я не уверен, что магия проснется в их будущих детях. Если, конечно, дело до детей дойдет, — с горечью выдохнул он. — Так что, Малфой, мой тебе совет — цени то, что у тебя есть. Пока еще есть. И, прежде всего, своего сына. Все-таки я еще надеюсь, что ты не законченная скотина.

— Ты удивишься, Поттер, но я ценю, — почти неслышно сказал Драко и, отвернувшись, напряженно поинтересовался: — Так где он?

— С ним все хорошо. Добывает пищу для нашего пленника, — ответил Гарри, не считая нужным вдаваться в подробности. — По идее, скоро должен вернуться. Все же, Малфой, ты прав. Ты меня не перестаешь удивлять. Не начни только еще больше разочаровывать, чем ты уже успел это сделать.

— Да иди ты, Поттер… — беззлобно фыркнул Драко. — Вот сплю и вижу, как бы заслужить твое одобрение, — он встал и, слегка помедлив, достал из кармана небольшую шкатулку. — Вот… — он неохотно протянул её Поттеру. — Это наши с Асторией. Третье у Скорпиуса. Возьми себе и этому вашему приемышу передай.

Совершенно не понимая, о чем он говорит, Гарри взял шкатулку и быстро её распахнул. В не слишком ярком свете заходящего солнца тускло блеснули два красивых кольца и бросилась в глаза пустующая выемка для третьего.

Действительно, точно такое же он видел у Скорпиуса на руке — не придавая значения и считая кольцо просто украшением. Только вот в отличие от его родителей, Скорпиус, насколько Гарри помнил, ни разу кольцо не снимал. И после этого Драко еще будет утверждать, что его сын не умеет любить? Да было бы это так — наверняка бы Скорпиус не таскал на себе эту побрякушку, а закинул в ящик какого-нибудь комода.

— Хорошо, — кивнул Гарри, аккуратно закрыв шкатулку. — Только я не уверен, что Скорпиус не захочет вернуть их обратно. Но все равно, Малфой, спасибо, — выдохнул он и направился к двери, справедливо рассудив, что разговор окончен.

Он вышел в коридор и направился в столовую, надеясь, что Ивар и Криг еще там, и их не придется искать по всему крылу. Честно говоря, желание выпить хоть и уменьшилось, но не исчезло совсем. Нет, правда, Драко Малфоя — с его зашкаливающей эгоистичностью — можно спокойно воспринимать только под алкоголем или успокаивающим зельем, поэтому стаканчик-другой Огденского был бы сейчас ох как кстати.

— Ну как всё прошло? — Ивар оборвал разговор на полуслове, едва его увидев. — Надеюсь, тебя не нашпиговали ядом?

— Есть кто-нибудь из домовиков поблизости? — Гарри опустился на стул рядом с Иваром и огляделся по сторонам. — Хочу Огневиски. Вы будете? — спросил он его и Крига. — Мало чем отличается от маггловского, даже поприятнее немного.

Ивар и Криг переглянулись.

— Э, брат… — протянул Криг, подсаживаясь к нему. — Совсем всё плохо?

— Он что-то сказал насчет Скорпиуса? — напряженно спросил Ивар, садясь с другой стороны. — Что-то плохое?

— Если бы ты там был, Скорпиус бы осиротел на одного родителя, — выдохнул Гарри и поставил шкатулку на стол: — Кстати, нам с тобой по презенту.

— По пуле в сердце? — скептически хмыкнул Ивар и с удивлением вкинул брови, когда Гарри продемонстрировал им с Кригом кольца.

— У малого на руке такое же, — блеснул наблюдательностью Криг.

— И что это такое? — удивленно спросил Ивар. — Явно не просто ювелирка.

— Да уж явно, — согласился Гарри. — Но что это такое, я решил все-таки узнать уже у Скорпиуса. Иначе еще несколько минут общения с его отцом могли стать роковыми, — хмыкнул он. — Так… где все-таки домовики? Они же ужин еще не подавали? — спросил он с надеждой на скорое появление эльфов.

— Ты уверен, что для виски сейчас время? — осторожно спросил Ивар. — Нам ещё жука кормить.

— Да брось! — хмыкнул Криг. — Для виски всегда время!

— Все равно ты ни меня, ни Скорпиуса к нему не пустишь, — подметил Гарри. — Попросим Роя. У них вроде контакт наладился.

— Да мы и сами уже протрезветь успеем, пока эти рыболовы вернутся, — выдохнул Криг. — Понесла же их нелегкая…

— Да ладно тебе, — улыбнулся Ивар. — Успеешь еще намиловаться.

— Успею, конечно, — согласился Криг. — Но хотелось бы начать успевать до рассвета, — усмехнулся он и огляделся по сторонам. — Черт возьми, а часы в этом доме вообще есть?

— Темпус, — прошептал Гарри, огласив всем время. Странно, а он и не думал, что разговор с Малфоем затянулся всего лишь на час. По ощущениям выходило, что вместе они пробыли часа три — не меньше.

Тут в комнату аппарировал домовик из тех, что помоложе, и очень вежливо доложил, что в ближайшей столовой накрыт ужин.

— Хозяину Скорпиусу мы накрывать пока не стали, — сказал он. — Иначе пришлось бы сервировать в главной столовой. Но когда он вернется, ужин будет тотчас подан.

— Постой! — воскликнул Гарри. — Будь другом, принеси нам бутылку Огденского. А лучше две, чтоб в следующий раз тебя не гонять, — добавил он, мельком взглянув на Крига.

— О, это наш человек! — воскликнул Криг, от всей души хлопнув Гарри по спине.

Ивар же только вздохнул и покачал головой.

— Три бутылки, сэр? — поинтересовался у него эльф.

— Нет, я не пью, — открестился Ивар. — Мне своей дури хватает.

— Надо было его на рыбалку отправлять, раз собутыльника из него все равно не сделаешь, — хмыкнул Криг. — А то нудить скоро начнет, мол, не хватит ли вам на сегодня.

— Да не-е, не начнет, — решил за Ивара Гарри. — Он же мальчик у нас сообразительный, понимает, что мне стресс снять надо.

— А за Скорпиусом кто аппарирует, если вдруг надо будет? — вздохнул Ивар. — Хотя у тебя, наверняка заклинание найдется. — Ладно, так и быть, налейте и мне стаканчик.

— Вот, другое дело! — обрадовался Криг.

Вместе они довольно долго искали столовую, а найдя сразу ринулись к столу — есть хотелось неимоверно.

— А я начинаю понимать, почему вас захотели кокнуть, — хмыкнул Криг, разливая виски. — Из зависти!

— И чему это ты уже завидовать начал? — поинтересовался Ивар.

— Это он пока в общих чертах философствует. А как виски попробует — тут уже конкретно обзавидуется, — улыбнулся Гарри и отсалютовал Кригу наполненным стаканом.

— Хмм… — недоверчиво протянул Криг и залпом осушил стакан. — Ого! — выдохнул довольно. — Ого-го!

Ивар посмотрел на него и тоже глотнул огневиски.

— Спирт как спирт, — резюмировал, поморщившись. — А вот это, думаю, как раз и будет «Ого-го», — он подтянул к себе блюдо с какой-то большой печеной птицей.

Криг поморщился в ответ, а потом махнул на Ивара рукой.

— А вообще правильно, — усмехнулся он. — Не пей. Нам с Гарри больше достанется.

— Кстати, вторая бутылка — твоя, — сообщил Гарри. — Раз так понравилось, — улыбнулся он.

Криг радостно заулыбался и снова наполнил свой стакан.

И с едой, и с выпивкой они расправились очень быстро. Ивар так и ограничился одним стаканом, а Криг, не смотря на то, что опорожнил бутылку в одиночку, казался совершенно трезвым. Сам Гарри же наконец почувствовал, как отпускает скопившееся напряжение, растворяясь в окутавшем тело тепле, и теперь очень жалел, что не может подсесть к Ивару поближе — его почему-то очень хотелось обнять.

— Гарри, ты был прав — чертовски потрясающая вещь, — довольно протянул Криг, кивнув на опустевшие бутылки.

— Только не смотри на них так жалобно, — фыркнул Ивар. — Небось не в последний раз пьешь волшебный вискарь.

— Да ладно, — хмыкнул Криг. — Вот закончится все, а потом ищи-свищи вас. А кто еще по-твоему меня будет поить такой амброзией?

— Не волнуйся, с мобильным телефоном я не расстанусь, какие бы печеньки мне не сулили, — улыбнулся Ивар. — И на новоселье мы тебя обязательно пригласим. С самолетом.

— Фух, получилось — напросился, — насмешливо протянул Криг. — А кстати где вы жить-то собираетесь?

— У Скорпиуса есть какие-то планы, но в подробности он нас ещё не посвящал, — отозвался Ивар. — На самом деле, мне всё равно где, потому что дом самого Скорпиуса был настоящим произведением искусства и волшебства, до того как его разрушил дождь.

— Это так, — согласился Гарри. — Я сам по нему очень скучаю. Даже несмотря на то, что прожил там недолго.

— А сколько? — тут же заинтересовался Криг. — Если не секрет, конечно. Просто всё так странно у вас, что любопытство обуздать никак не получается, — он обезоруживающе улыбнулся.

— Меньше полумесяца, — сообщил Гарри и улыбнулся. — Скорпиус сказал бы, конечно, точнее.

— Так, хорошо, а с Иваром вы тогда сколько? — удивленно посмотрел на него Криг.

— Ещё меньше, — хмыкнул Ивар. — Но сам понимаешь — война и всё такое. Времени растягивать романы не было.

Криг удивленно посмотрел на Ивара, мол — «ты и вправду считаешь, что у вас все может быть серьезно?» — но промолчал, лишь пожав плечами.

— Но и этого времени хватило, чтобы понять, что к чему, — произнес Гарри и взглянул на Ивара с теплотой.

— Ты подумай об этом под другим углом, — посоветовал Ивар. — Сколько, по-твоему, времени прошло для Скорпиуса?

Криг сначала посмотрел непонимающе, но потом нахмурился, что-то подсчитал и задумчиво кивнул.

— Ну да, с такой скоростью реакции время должно идти как-то иначе, — согласился он. — Плюс проблемы с общением… Да, наверное, тут действительно или серьёзно, или никак. Вам не тяжело с ним? — спросил неосторожно, но тут же вскинул руки. — Без обид!

— Ожидаемый вопрос, — хмыкнул Гарри. — Скажу так, без Ивара мне было бы сложнее. А вот Ивару без меня — пожалуй, что и легче. Не пришлось бы периодически психотерапией заниматься, — пояснил он.

— Вот сейчас, конечно, вы меня порвете, но вам не кажется, что нельзя ставить человека на такой высокий пьедестал? — покачал головой Криг. — Каким бы крутым, красивым и классным он ни был. Не говоря уже о том, что он рано или поздно захочет вырваться из круга обожания. Вот как сегодня.

— Нет, не кажется, — отрезал Гарри, но продолжил значительно мягче. — Во-первых, пьедестал не столь высок, как может показаться со стороны. А во-вторых, он должен некоторое время простоять на этом пьедестале, чтобы сам смог осознать, какой он крутой, красивый и классный. И лично я и дальше буду придерживаться выбранной линии — как раз именно для того, чтобы эти побеги и стали чаще.

— Вот теперь я вообще ничего не понимаю, — вздохнул Криг. — Он у вас что, местный маугли?

— Наоборот, — хмыкнул Гарри. — Скорпиус привык вести отшельнический образ жизни. А с Иваром мы его, видимо, приучили жить в стае.

Криг окинул его долгим взглядом и вдруг сказал с неожиданной проницательностью:

— А по-моему, тебя самого ещё нужно учить жить в стае, даром что ты меня старше лет на десять. Я ведь прав? Насчет возраста.

— Зависит от того, сколько тебе самому, — ответил Гарри. — Но думаю, что примерно ты угадал, — кивнул он, затем внимательно посмотрел на Ивара и нахмурился.

Такая проницательность Крига — про жизнь втроем — явно ведь не обошлась без участия Маккоя. И что, позвольте узнать Ивар успел наболтать о нем своему бывшему любовнику? Неужели Маккой до сих пор сомневается в нем и его чувствах?

— А насчет стаи — может, и надо, не спорю, — проговорил Гарри. — Но я ни разу не дал повод думать, что мое обучение пройдет не иначе, как успешно.

— Да кто бы спорил, — улыбнулся Криг. — Я ж не о том. Просто вид у тебя такой, что и не подойди. Как у глыбы ледяной.

— Да, особенно, когда ты вот так хмуришь брови, — Ивар дотянулся до него и разгладил пальцем складки на лбу.

— Что-то это не сильно тебе помешало подойти, — хмыкнул Гарри. — Да еще и усесться верхом.

— Ну так это когда было! — фыркнул Ивар. — Но мне придавало сил ощущение здоровой конкуренции. Неужели твой мрачный взгляд лучше, чем моя улыбка? — он улыбнулся во все тридцать два.

— Да это я дал тебе фору, — с наигранной снисходительностью протянул Гарри. — Если бы и я так почаще делал, шансов у тебя не было бы, — заявил он и улыбнулся не менее притягательно, чем Ивар.

— Может, сразу членами начнем меряться? — фыркнул Криг. — Пока Скорпиуса нет!

— Не-е, сразу не интересно, — возразил Гарри. — Сам процесс прет — прямо как раньше, — хмыкнул он. — Мерлин, слышал бы ты наши с Иваром диалоги до того исторического массажа! Любой бы сделал ставки, что мы скорее поубиваем друг друга, нежели трахнемся.

— Вот в это охотно верю, — немедленно кивнул Криг. — И очень жалею, что не довелось послушать.

— Не волнуйтесь, Скорпиус мне тоже много интересного успел наговорить, — заверил Ивар обоих. — А еще… — он кинул на Гарри виноватый взгляд. — Один раз я не выдержал и поцеловал его. Еще до массажа. Он мне не ответил — вообще никак, не отстранился, не оттолкнул и даже не напряг губы. Просто стоял. Я думал, сквозь землю провалюсь, — даже сейчас, вспоминая, он порозовел от смущения, чего обычно за ним не водилось.

— Офигеть! — выдохнул Криг. — Это тебе-то не ответил?! Вот это сила воли!

— Да если бы, — вздохнул Ивар. — Сила воли тут была совершенно не причём. Я даже сейчас не понимаю, как он в итоге смог перенастроиться.

— Вот вообще ни разу не удивлен, что ты его попытался соблазнить, — произнес Гарри. — Но могу тебя порадовать — думаю, стоял он столбом только по тому, что у меня с ним была очень серьезная беседа на тему тебя. Я давно заподозрил неладное. А перенастроился он, боюсь, гораздо раньше нас — еще когда нам те видео показывал, помнишь?

— Нет, Гарри, я такие вещи чувствую, — покачал Ивар головой. — Он совершенно не хотел мне отвечать. Обидеть, правда, тоже не хотел, но все же. А вот про видео — возможно, оно как раз и сыграло решающую роль, — хмыкнул он. — Хвала Интернету и порноиндустрии!

— Много мы с тобой чувствуем, что Скорпиус хочет и что не хочет, — снова возразил Гарри. — Чувствует он… поглядите, — хмыкнул он и продолжил: — Чувствовал бы — не сомневался бы в кое-каких его словах.

— Это в чем ты там сомневаешься, а, шеф? — удивленно посмотрел на Ивара Криг. — В великих чувствах, что ли? Ну не ответил он тогда тебе, дурак был. Потом все понял, осознал и исправился. Ты чего вообще? — он подвинулся вместе со стулом ближе и толкнул Ивара плечом. — Что-то я никогда в тебе никаких комплексов не замечал.

— Да что ты? — с язвительными нотками фыркнул Ивар. — А кто так грамотно не далее как вчера обрисовал ситуацию как «ты любишь его, а он любит Гарри», еще ничего о нас не зная?

— А кого любит сам Гарри? А, аналитики? — прервал их Поттер.

— Обоих, — пожал плечами Криг. — И это очень заметно. Впрочем, Ивар тебя тоже любит, и это тоже заметно. А вот Скорпиус… С ним как-то не очень понятно. Но пару взглядов в твою сторону я все-таки заметил, поэтому и сделал вывод.

Гарри помолчал, переваривая услышанное — не будь он уверен в Скорпиусе, та еще подача была бы — и потом произнес тихо и спокойно:

— Он любит. И тоже обоих. Правда, это проявляется не так заметно, как скажем, у Ивара. Точнее, это вообще не заметно. Но ровно до тех пор, пока его мозг не отключится, а эмоции не возьмут над ним верх. Тогда он теряет над собой всякий контроль. Но происходит это только в самые интимные моменты. И не говори, что когда мы кончаем, то любим весь мир, — поспешил добавить Гарри. — Это не про него.

— Но Ивара-то… — начал было Криг, но тут раздался хлопок аппарации, и в комнате появился совершенно счастливый Скорпиус с огромной рыбиной в руках, которую он обнимал, как большого плюшевого мишку.

— Смотрите! — почти что крикнул он, приподняв маску. — Это я поймал! — он продемонстрировал рыбину со всех сторон и исчез так же быстро, как и появился.

— В самые интимные моменты, говоришь? — насмешливо прищурился Криг. — Ну тогда он, похоже, там обкончался.

— Думаешь, это была та самая неконтролируемая эмоция? — тем же тоном поинтересовался Гарри. — Нет, Криг. То, о чем я говорил, знаем только я и Ивар. И нам действительно посчастливилось, — улыбнулся он.

— Угу… а пьедестал-то все выше и выше становится, — как бы невзначай заметил Криг.

— Ой, да пусть думает, что хочет! — махнул рукой Ивар. — Мы-то знаем, о чем говорим, — он подмигнул Гарри. — Вот только надо было отнять у него тунца и пожарить.

— Мерлин, ты же только поел! — насмешливо воскликнул Гарри. — Не знаю, как Криг, но лично я после всех этих яств смогу думать о еде только к утру.

— Так я не о себе думаю, — неодобрительно глянул на него Ивар. — А об отряде. И еще о том, что Скорпиус наверняка не умеет правильно готовить тунца.

— Боюсь тебя, Ивар, обидеть, но за тебя уже подумали. Это забота домовиков, чем накормить отряд. А про тунца, сдается мне, вообще стоит забыть. Этот улов наверняка для зверушки, — предположил Гарри.

— Ты собираешься лишить Скорпиуса законного трофея? — выразительно посмотрел на него Ивар. — Что-то мне подсказывает, что кто-то в таком случае останется без секса.

— Я собираюсь? — удивленно переспросил Гарри. — Вот уж неправда! Мне кажется, что Скорпиус сам отдаст рыбину жуку. Наверняка тот не килькой питается. Так что мои предположения вполне логичны.

— Э, брат, ничего-то ты не понимаешь в рыбалке, — хмыкнул Криг. — Да он скорее сутки с удочкой просидит, таская по одной селедке в час, но трофейного тунца не отдаст!

— Спорить не буду, рыболов я неправильный, — покачал головой Гарри. — В рыбалке мне всегда был интересен сам процесс, а результат частенько обратно в воду отправлял.

— И часто ты рыбачил? — поинтересовался Ивар. — Мне вот почти не довелось.

— Так, ребята, — выдохнул Криг и лениво поднялся со стула. — Все это, конечно, очень интересно, но вечер воспоминаний продолжайте без меня. А если увидите моего рыбака, передайте ему, чтоб чесал в свою спальню. Нет, ну а сколько можно ждать? — возмутился он, встретив недоуменный взгляд.

— Как-то совсем непедагогично, — усмехнулся Гарри. — Беднягу даже как-то жаль…

— А Рой прямо так взял и послушался, — ехидно протянул Ивар. — Гарри, Гарри, какой же ты порой наивный… Да это он нарочно распалить его хочет!

— Так вот, — хитро улыбнулся Криг, только подтверждая слова Ивара. — Скажете, чтоб даже не думал стучаться — все равно не открою.

— Главное только не дать им заиграться до такой степени, чтобы извиняться утром перед хозяевами за выбитые двери… — весело улыбнулся Ивар.

— Нет, хозяйку Рой не разочарует, будь спокоен, — заверил Криг и, весело насвистывая, пошел блуждать по коридорам.

— Ну что? — Ивар развернулся, седлая стул. — Пойдем и мы?

— Пойдем, — ответил Гарри. — Только сначала мы поговорим, — он поставил Ивара перед фактом и внимательно посмотрел на него. — Что ты говорил Кригу о нас? О нас с тобой?

— Да в общем-то почти ничего, — пожал плечами Ивар. — Они по большей части сами обо всем догадались. Да и говорили-то мы совсем чуть-чуть.

— И о чем, позволь поинтересоваться, они догадались? — вкрадчиво спросил Гарри, не сводя с Ивара глаз. — И да, считай это допросом.

— Интересно на тебя виски действует, — улыбнулся Ивар и взял его за руку. — Гарри, ну что ты хочешь услышать? — спросил тепло. — Спроси меня, и я отвечу.

— Ладно, спрошу напрямик, — решительно произнес Гарри. — Что я конкретно делаю не так? По отношению к тебе?

Ивар закатил глаза и застонал.

— Начинается… — вздохнул жалобно. — Все так ты делаешь! — заявил решительно. — Когда допросы на пустом месте не устраиваешь. Пойдем спать? И я даже не буду спрашивать, что именно из слов Крига навело тебя на такую мысль.

Нельзя сказать, что ответ Гарри удовлетворил, но большего от Ивара добиться было явно невозможно.

— Ну а я все-таки отвечу. Точнее, задам еще один вопрос. Что подразумевал Криг, намекая, что мне самому нужно научиться уживаться с тобой и Скорпиусом? — спросил Гарри, окончательно прикипев к Ивару взглядом. — Я бы сказал, что тебе не стоит держать всё в себе — всё, что тебя гложет, мы можем спокойно обсудить, — произнес он, — но боюсь, что нарвусь не на откровенность, а на оплеуху.

Ивар с искренним удивлением поднял брови и тут же помотал головой.

— Я ничего такого не говорил, — заверил он. — Это его собственные выводы. Спроси у него при случае, а сейчас пойдем уже в постель, а? — он жалобно посмотрел на Гарри и потянул его на себя, поднимая со стула.

— Нет, не буду ничего ни у кого спрашивать, — Гарри поднялся и притянул Ивара к себе. — Плевать на их выводы. Пусть думают, что хотят, — выдохнул он и аппарировал их в спальню Скорпиуса.

— Ты видел его глаза? — спросил Ивар, утягивая Гарри на кровать. — Они просто сияли. Он этого тунца крепче, чем нас обнимал!

— Конечно, тунец ведь скользкий и вертлявый, — ответил Гарри. — А глаза… нет, на нас он смотрит все-таки жаднее.

Ивар улыбнулся, но как-то грустно.

— Знаешь, Криг ведь на психолога когда-то учился, — сказал он задумчиво. — Только бросил на последнем курсе. Так что он может видеть даже глубже, чем мы с тобой.

— По-моему, мы нехотя довели тебя до депрессии, — сделал невеселый вывод Гарри. — Ты слишком часто начал улыбаться грустной улыбкой, — заметил он и придвинулся к Ивару ближе.

— Ха! Скажешь тоже! — Ивар бесцеремонно поднял его руку, закидывая себе на спину, и устроил голову на груди. — Никакая это не депрессия. Так… Непривычные размышления. Но хватит об этом. Расскажи мне лучше что-нибудь. Как вы со Скорпиусом первый раз трахнулись? Как вообще получилось, что вы сошлись? Неужели, он сумел признаться в своих чувствах?

— Скорпиус? Признаться в чувствах? — переспросил Гарри и улыбнулся. — За него это сделал упирающийся в мою задницу член. Мы были в командировке, и нам пришлось ехать верхом на лошади, — пояснил он. — Ты даже не представляешь, тогда он предпочел бы сквозь землю провалиться. Ну а я, в свою очередь, понял, что шанс снять с него невероятные ярко-голубые трусы у меня есть. Однажды я его увидел в этих трусах, и черт возьми, они мне покоя не давали! А трахнулись мы, можно сказать, только на третий раз.

— Какой он был? — полюбопытствовал Ивар, потихоньку собирая его футболку пальцами, чтобы запустить под нее руку. — В первый раз? Застывшим, как соляной столб? Смущающимся?

— В какой именно из первых разов? Когда я ему подрочил, отсосал или когда уже трахал? — решил уточнить Гарри и втянул носом воздух, когда Ивар очертил пальцами его пупок.

— Когда трахал, — выдохнул Ивар ему в ухо и сунул руку за пояс брюк. — И когда сосал. Он был девственником?

— Гомосексуальных контактов у него не было, — ответил Гарри. — Но в ступор он не впадал. Даже сам купил банку анальной смазки. Такое впечатление, что тогда он решил использовать командировку по максимуму, — заключил он. — Ну а так… сам знаешь, каким может быть Скорпиус — умопомрачительным! Ошарашенный, немного напуганный обрушившимися эмоциями и чертовски соблазнительный. А мне хотелось его обнять, трахать и никуда не отпускать, — улыбнулся Гарри и приподнял бедра, усиливая контакт с ускользающей рукой Ивара.

— Ну, ошарашенного, я, может и видел, а вот напуганного — еще ни разу… — протянул Ивар и подергал его ремень. — На нем какая-то магия? Как расстегнуть?

— Ну и вряд ли уже увидишь. Тогда для него все было впервые, — сказал он и коснулся ремня кончиком палочки. — Продолжай, — выдохнул он, когда ремень сам расстегнулся, перестав быть преградой для умелых маккоевских пальцев. — Ширинка не зачарована.

— А зря! — тут же хмыкнул Ивар, запуская руку под резинку трусов и обхватывая пальцами член. — На неё надо замок и сигнализацию. А Скорпиусу ещё и капкан!

— И когда это в тебе проснулись такие собственнические инстинкты? — Гарри тихонько охнул, ощутив, как член в горячей ладони Ивара становится чувствительнее и одновременно тверже.

— Вчера, — со всей серьёзностью ответил Ивар. — В двадцать один ноль-ноль.

Он хмыкнул и рывком поднялся, чтобы стащить с Гарри брюки.

Гарри усмехнулся и, оставшись в одних трусах, раскинул ноги, улучшая Ивару обзор на дрогнувший под мягкой тканью член.

— Собственность готова к эксплуатации, — сообщил он и указал взглядом на свой пах. Сладко ноющий в нетерпении член уже настолько натянул трусы, что их резинка перестала прилегать к телу, дав возможность высунуться наружу покрасневшей головке.

Ивар улыбнулся, отчего в уголках его глаз собрались лучистые морщинки, и погладил член сквозь ткань.

— Если бы мы всё-таки стали меряться членами, ты бы победил, — хмыкнул он.

— Как думаешь, какой бы мне полагался приз как победителю? — прерывисто выдохнул Гарри, наслаждаясь едва ли не целомудренной лаской.

Не желая подгонять Ивара, он лишь сжал зубы и принялся наблюдать за ним из-под полуопущенных ресниц.

— Ты прав, — хрипло продолжил он. — Твоя улыбка вне конкуренции.

Ивар улыбнулся ещё лучезарнее, стянул с него трусы и быстро разделся сам.

— Готов к церемонии вручения Оскаров? — спросил весело, наваливаясь сверху. — Твой выход на красную дорожку! — он поцеловал рассмеявшегося Гарри и поёрзал, вынуждая раздвинуть ноги.

— Погоди, — прошептал Гарри. Очень хотелось, чтобы Ивар вошел в него сразу и без подготовки, но за отсутствием смазки маккоевский член все же стоило смочить слюной. — Привстань, — попросил он и, дождавшись, когда Ивар послушается, потянул его за плечи, вынуждая оседлать себя поперек груди. — Ты как-то спрашивал, как я Скорпиусу отсасывал в машине… — отрывисто прошептал он и вмял пальцы в маккоевские ягодицы, придвигая его самого еще ближе. — Примерно так… — он потянулся к влажной от смазки головке и приласкал ее языком, очертив уздечку и поднявшись к самому центру.

— Тогда понятно, почему он не устоял, — выдохнул Ивар, глядя на него во все глаза. Он погладил Гарри по волосам, запустил в них пальцы и одобрительно застонал, откинув голову.

Гарри в очередной раз подумал о разнице между ним и Скорпиусом, машинально сжимая пальцы на маккоевских ягодицах. Стонал тот так же, как и улыбался — открыто, искренне, задевая что-то глубоко в сердце.

И хотя ласка Ивару пришлась по душе, в какой-то момент мышцы на его животе напряглись, а сам он замер, явно желая большего, но позволяя Гарри вести дальше. И Гарри повел — смял пальцами его ягодицы, резко притянул Ивара за бедра — отчего тот проехался задницей по его груди и проскользнул членом в расслабленное горло, упираясь головкой во влажную стенку, а пахом — Гарри в нос.

Ивар дернулся всем телом, а потом и вовсе мелко задрожал, когда Гарри скользнул пальцем меж его ягодиц, поглаживая влажное от пота колечко ненапряженного входа. Однако в следующий момент от расслабленности Маккоя не осталось и следа — он тихо охнул и инстинктивно напряг ягодицы, зажимая палец и не давая ему протиснуться глубже.

— Так меня ненадолго хватит, — судорожно выдохнул Ивар, — а у меня еще были планы на твою задницу.

— Моя задница в твоем распоряжении. Но я могу отсосать, а потом ты меня трахнешь. Выбирай, — произнес Гарри, выпустив запульсировавший член изо рта. — Хотя нет, — тут же выдохнул он. — Я передумал — все равно отсосу. Слишком уж ты соблазнителен в этом ракурсе, — добавил с улыбкой и снова насадился ртом на маккоевский член.

— Да-авай! — с явным восторгом согласился Ивар, начиная осторожно двигать бедрами.

Если Скорпиус не любил минеты, то у Ивара мнение было явно противоположное — он с удовольствием подставлялся под ласку и реагировал на каждое движение стонами, всхлипами и чувственными вздохами. Очень скоро Гарри так распалился, что стал инстинктивно подавать бедрами вверх, трахая воздух, и громко чуть испуганно вскрикнул, когда его член опалило жаром, даря острую вспышку наслаждения.

Невидимый Скорпиус — а это мог быть только он — крепко ухватил его за бедра и медленно, часто сглатывая, насадился ртом до самого упора, заставив глухо стонать, чуть не давясь от неожиданности маккоевским членом.

Казалось, и сам Ивар настолько увлекся ощущениями, что тоже не заметил появления Скорпиуса — во всяком случае до тех пор, пока Гарри не начал под ним крупно вздрагивать и крепко жмуриться. Оглянувшись через плечо, он задержал взгляд на том, что Гарри не мог видеть, но зато мог чувствовать — скользящих по набухшему члену малфоевских губах. Протяжно простонав, Ивар сильнее сжал его волосы, набирая темп и то и дело прижимая его голову к своему паху.

Но и Гарри безучастным оставаться не хотел — сильнее надавив на маккоевский анус, он протиснул в него сразу два пальца и принялся двигать рукой, задавая насаженному на его пальцы Ивару частоту толчков в свой рот.

И тут же почувствовал, как рот Скорпиуса исчез — вместо него на член легла рука, а между ягодиц ткнулась горячая и уже скользкая головка.

Гарри выгнуло дугой, и он громко застонал, резко закинув голову и широко открыв рот. Член Ивара, столь внезапно брошенный, проехался по его щеке, оставляя на коже влажный и прохладный след от слюны. Однако уже распаленного Ивара такое положение вещей не устраивало — ухватив Гарри за подбородок, он снова направил в его рот свой член и закрыл глаза, ощутив язык на горячей плоти.

А Гарри, почувствовав всепоглощающее желание открыться еще больше, согнул ноги в коленях, широко раздвинул их и притянул к себе, давая Скорпиусу больший доступ и словно в тиски зажимая ребра Ивара.

Сосредоточившись на ощущениях и позволив Ивару свободно толкаться себе в рот, Гарри оказался не готов к ударившей в горло струе, как и к тому, что именно в этот момент Скорпиус с силой вгонит в него член, проезжаясь по простате и одним этим толчком порождая оргазм такой силы, что внутри всё скрутило. Легкие обожгло от попавшей не в то горло спермы, легкие свело спазмом, а в глазах почернело.

Из уголков глаз потекли слезы и Гарри, выпустив изо рта маккоевский член, что было сил зажмурился, сжимая ребра Ивара коленями. Только громкий стон и совсем не от удовольствия заставил его развести ноги в сторону и запоздало убрать из ануса Ивара свои пальцы, дав, наконец, тому возможность свободно слезть с него.

Однако слазить Ивар не спешил, вдавливая его своим весом в матрас и не позволяя глубоко вздохнуть. Но, быть может, именно это и спасло Гарри от приступа кашля, лишая возможности наполнить легкие воздухом.

К тому же оказалось, что Скорпиус совершенно не собирался останавливаться на одном толчке, как, впрочем, и давать ему передышку. Когда он сделал ещё один мощный толчок, две маленькие слезинки все же потекли по вискам. Вдохнуть Гарри смог только ещё через несколько толчков и тут же сдавленно, жалобно застонал.

— Ты из него сейчас душу вытрахаешь, — с улыбкой заметил успевший прийти в себя Ивар.

Скорпиус тут же замедлился и озабоченно спросил:

— Мне остановиться?

— Не-ет, — помотал головой Гарри. Лишать Скорпиуса удовольствия ему совсем не хотелось, тем более, что с каждой секундой в легких все меньше жгло, и дышать он мог уже практически свободно.

А еще потому что несмотря на недавний оргазм, Гарри почувствовал, как глубоко внутри снова пробуждается жажда наслаждения, на этот раз гораздо более сильная. Мельком взглянув на Ивара, он представил одну картинку, отчего член слегка дернулся, начав медленно крепнуть.

— Как встанет, сядь сверху, — выдохнул Гарри и ухватил Ивара за руку, мягко удерживая и не давая ему возможности отстраниться. — Я тебя достаточно растянул, больно не будет, — сказал он, хорошо помня, что пока еще не привыкшему к нижней позиции Ивару нужна основательная подготовка.

Ивар хмыкнул и вдруг быстро развернулся к нему спиной, седлая бедра и обнимая с готовностью откликнувшегося Скорпиуса. Ивар наклонил голову, и было понятно, что они целовались, но видеть этого Гарри не мог. На член легла ещё одна рука, а толчки Скорпиуса стали более мягкими — наверное, он повторял то, что делал во рту Ивара языком.

И как и в самом начале — когда Скорпиус только пришел — Гарри инстинктивно подал бедрами вверх, стараясь сильнее потереться членом о пару ласкающих его ладоней. Чьи-то пальцы — чьи именно Гарри знать не мог — огладили его высунувшуюся головку, а кто-то сдавленно простонал — совсем тихо, будто стесняясь — и наверняка это был Скорпиус, потому что Ивар непременно дал бы эмоциями волю.

— Подожди, — сказал вдруг Скорпиус, останавливаясь. Гарри расслышал слова незнакомого заклинания. Его подняло в воздух, давая возможность Скорпиусу удобством устроиться на коленях, а Ивару — без помех насадиться на член, что тот и сделал с нетерпеливостью соскучившегося по хорошему сексу человека.

От ощущения невесомости и удовольствия у Гарри закружилась голова. Скорпиус отодвинул его от себя, почти снимая с члена, а потом резко дернул, насаживая обратно. Гарри со свистом втянул воздух, едва расслышав, что Малфой снова обратился к Ивару.

— Сейчас уменьшу тебе вес, — сказал он. — Будет удобнее.

— Обожаю магию… — простонал в ответ Ивар и начал легко скользить вверх-вниз на члене, держась за плечи Скорпиуса.

Привыкнув к своему новому весу, Ивар задвигался равномерно, почти соскальзывая с члена Гарри и снова мощно насаживаясь на него. Двигался он великолепно, но Гарри счел его темп слишком медленным. Шумно выдохнув, он огладил маккоевские ягодицы и опустил руки на его бедра, резко насадив Ивара на себя. Тот протяжно застонал, мотнул головой, и Гарри увидел, как поджались его ягодицы, а следом и пальцы на ногах. Переждав вспышку жгучего удовольствия, Гарри повторил маневр, и Ивар простонал еще громче, запрокидывая голову назад.

А затем простонал и сам Гарри, причем ничуть не тише — Скорпиус, подстроившись под заданный им ритм, с силой вошел в него как раз в тот момент, когда Ивар снова коснулся яйцами его горячей кожи. Гарри рыкнул, прижал бедра Ивара к своим, сильнее сжал пальцы и снова поднял его. А Скорпиус, накрыв напряженные руки Гарри своими, задвигался четче и чаще.

Это был потрясающий секс. Чувственный и совершенно новый. А ещё очень долгий — успев кончить по разу, Гарри и Ивар теперь могли позволить себе просто наслаждаться ощущениями, а для Скорпиуса управлять своим телом, похоже, не составляло проблем. Впрочем, именно он первым начал потихоньку сбиваться с ритма, двигаясь всё резче и дыша всё отрывистее. Гарри скорее чувствовал, чем видел, как он подался вперед, и Ивар прижал его голову к своему животу.

Похоже, почувствовав, что Скорпиус кончит первым, Ивар обхватил рукой собственный член и принялся часто двигать ею по стволу. Сам он перестал двигаться, сильно сжав внутренние мышцы и просто наслаждаясь чувством заполненности. Повторив действия Ивара — а именно сжавшись изнутри что было мочи, Гарри, наконец, услышал первый настоящий стон Скорпиуса — долгий и глухой, будто болезненный.

И этот звук, вызвав свербящее напряжение в паху, поднялся сквозь позвонки и осел глубоко в груди, порождая неисполнимое сейчас желание обнять Скорпиуса. Но если Гарри не мог дотянуться до него, то за него это мог вполне сделать Ивар.

— Обними его, когда кончать начнет, — попросил Гарри и, высвободив руки из-под малфоевских ладоней, сам накрыл их, мягко перехватывая Скорпиуса за запястья.

— Я и сам сейчас… — с трудом выдохнул Ивар, запрокидывая голову.

Член внутри дернулся, и Гарри не выдержал — так захотелось увидеть Скорпиуса, обнять задрожавшего Ивара и хоть как-нибудь поучаствовать в процессе. Не думая о том, как отреагируют чары, он рывком сел, обхватывая Ивара поперек груди, приподнял его вверх, с силой насадил обратно на член, заставив вскрикнуть, и посмотрел наконец на Скорпиуса.

Распаленный, раскрасневшийся, он смотрел на них обоих снизу вверх затуманенными страстью глазами, закусив ярко-алую, будто нарочно подкрашенную губу.

На краю сознания забилась мысль, что он самый счастливый на свете человек и, стиснув Ивара, Гарри излился в него, так и не оторвав взгляда от Скорпиуса. Будто в полусне, сквозь пелену оргазма Гарри ощутил внутри себя еще пару мощных толчков, а затем он окончательно растворился в собственном удовольствии — долгом, скручивающем внутренности в узел и невероятно сильном.

Когда отголоски оргазма наконец затихли и дали возможность открыть глаза, Гарри увидел, что Скорпиус снова уткнулся лбом Ивару в живот, а сам Ивар гладит его по волосам, часто мелко дыша. Секундой позже он осознал, что причиной такого странного дыхания являются его собственные медвежьи объятия и поспешно ослабил хватку, тоже запуская руку в чуть влажные малфоевские волосы.

Собственный член давно успел опасть, однако Ивар не спешил вставать, видимо, наслаждаясь просто тактильными ощущениями — рукой Гарри, лениво поглаживающей его бедро, и дыханием Скорпиуса, холодящим разгоряченную кожу. А может, он просто боялся разрушить момент, когда Скорпиус был так близок к нему. Секс сексом, но сидеть вот так, по настоящему прильнув друг к другу, — это уже совсем другое дело.

— А где тунец? — наконец спросил Ивар тихо. — Ты съел его без нас?

— Он на кухне, — отозвался Скорпиус глухо. — Но я думал, вы поужинали… Так сказали домовики.

— Поужинали, — ответил Ивар. — И даже чуть не напились, — улыбнулся он, затем соскользнул с члена Гарри и растянулся на кровати.

— У отца прекрасная коллекция вина, — Скорпиус дотянулся до брошенной палочки и отменил чары. — Что вы попробовали?

— А мы пили виски, — ответил Ивар. — Точнее, в основном, пили Гарри и Криг.

— В основном, пил Криг, — уточнил Гарри, укладываясь рядом с Иваром.

— Хотя напиться изначально хотел ты, — заметил Ивар.

— Не напиться, я снять стресс, — возразил Гарри.

— Что-то случилось? — нахмурился Скорпиус.

— Не-ет, — тут же помотал головой Гарри. — Просто день насыщенный был.

— И ты считаешь, что поступаешь правильно? — вдруг спросил Ивар и посмотрел на него в упор, наверняка ожидая, что Гарри все-таки расскажет, как все было на самом деле. Но так и не дождавшись, внезапно продолжил сам: — Он разговаривал с твоим отцом.

— Кстати, он отдал мне вон ту шкатулку, — решив избежать расспросов, о чем шел разговор, Гарри перешел сразу к главному. — Там какие-то кольца, — сообщил он и указал взглядом на лежащий неподалеку подарок. — Сказал, что они для меня и Ивара.

Скорпиус вздернул бровь и призвал шкатулку.

— Ничего себе! — вырвалось у него, едва он приоткрыл крышку. — Они сняли семейные кольца!

— Поясни, — попросил Ивар, с интересом заглядывая в шкатулку, будто видел её содержимое в первый раз.

— Это семейные портключи, — Скорпиус любовно погладил кольца пальцем. — Их всегда только три — для матери, отца и первенца-наследника. Изготавливаются к свадьбе и те, что предназначены для родителей, служат обручальными. Портключи настроены друг на друга, и в случае необходимости всегда можно аппарировать к человеку или призвать его к себе. Это мамино, — он взял кольцо поменьше и протянул Ивару. — А это отца, — самый большой перстень он передал Гарри, но не спешил разжать пальцы, когда тот его взял. — Теперь я буду беспокоиться за вас намного меньше, — сказал, тепло глянув ему в глаза. — А ещё, если одному из нас будет грозить опасность, они нагреются.

— Очень неожиданный подарок, — выдохнул Ивар, с благоговением рассматривая кольцо.

— И очень нужный, — согласился Гарри, искренне удивляясь внезапному приступу щедрости Драко Малфоя. Хотя не такому уж и внезапному. Раз родители Скорпиуса носили эти кольца как обручальные, но решение снять их явно было не спонтанным, а взвешенным.

— Это не щедрость, — покачал головой Скорпиус. — Они просто понимают, что сейчас очень опасный период. Я бы назвал это скорее расчетом — помогая нам, они помогают себе. Отец сказал, кольца надо будет вернуть?

— Нет, — немного растерянно ответил Гарри. — Я так понял, что их не нужно возвращать.

Скорпиус изменился в лице и молча отвернулся. Почуяв неладное, Гарри хотел было спросить, что случилось, но Ивар, как всегда, оказался прозорливее.

— Они тебя любят, — сказал тепло, сжав его плечо. — Даже больше, чем ты думаешь. Они могли дать ведь только одно кольцо для Гарри.

Скорпиус резко развернулся, впиваясь в него взглядом, и медленно кивнул.

— Да, могли, — согласился осторожно. — Но…

— Никаких «но», — оборвал его Ивар решительно. — Они действительно хотят как лучше.

— Полностью согласен с Иваром, — кивнул Гарри. — Это действительно так. Даже несмотря на ваши с отцом холодные отношения, он беспокоится о тебе. Безо всякой выгоды для себя.

Скорпиус неопределенно пожал плечами, давая понять, что доказательств в пользу обратного у него намного больше, и призвал валяющуюся на полу одежду.

— Надо покормить жука, — сказал он, резко меняя тему. — Нас вообще-то ждут, — хмыкнул, натягивая брюки. — Я собирался зайти вас позвать, но прервать процесс было выше моих сил, так что готовьтесь к водопаду сарказма.

— Переживем, — отмахнулся Гарри и, взяв Скорпиуса за руку, развернул его к себе. — Послушай, я не прошу тебя расшаркиваться перед отцом в благодарственных поклонах, но хотя бы спасибо сказать ему ты должен. Я не требую, чтобы ты кидался ему на шею, но хотя бы прислушайся к нашим с Иваром словам. Да, я не спорю, Драко не самый лучший в мире человек, но он чувствует за тебя ответственность.

Скорпиус опустил голову и тихо ответил:

— Хорошо. Я поговорю с ним, если ты хочешь. Вот только если бы он хотел со мной разговаривать, он отдал бы кольца мне, а не тебе.

— Я не исключаю, что он хотел отдать кольца тебе, — произнес Гарри. — Он спрашивал, где ты… — продолжил он и осекся. Ведь, действительно, Драко никто не мешал дождаться сына. — Ты совсем не веришь в его заботу? — помолчав, спросил он и внимательно посмотрел на Скорпиуса.

Не поднимая головы, тот покачал головой.

— Он хочет вернуть прежнюю жизнь и знает, что это можешь сделать только ты с нашей помощью, — ответил он твердо. — Иначе они никогда не позволил никому даже прикоснуться к семейной реликвии — ни тебе, ни, тем более, Ивару.

— Тогда, пожалуй, я ошибся. Тебе не стоит с ним говорить, — выдохнул Гарри. — Если ты даже скроешь все эмоции, он все равно поймет, что ты ему не поверил. Только в отличие от тебя, больно ему от этого будет не одну секунду.

Скорпиус бросил на него затравленный взгляд и сбежал в туалет, оставив его слова без комментария.

— А если он прав? — серьезно посмотрел на Гарри Ивар. — Что-то я тоже не верю во внезапное бескорыстие этого человека. О сыне он, конечно, все же волнуется, но интересы свои не забывает.

— Может, и прав, — ответил Гарри. — Но мне кажется, что все-таки на этот раз — нет. К тому же, на него могла повлиять жена, — он пожал плечами и задумался. — Но черт возьми, Ивар, — продолжил он, прикипев к нему взглядом, — почему он не сказал вернуть реликвии обратно?

— Так кто знает, может, скажет еще, — пожал плечами Ивар. — И вообще, быстро же ты забыл, как собирался утопить воспоминания о разговоре с ним в бутылке виски. Или тебе это так хорошо удалось? — он улыбнулся.

— Я не забыл, — серьезно ответил Гарри. — Меня тошнит от этого человека, от его озвученных мыслей и выводов. Но ты же понимаешь, что я не о его спокойствии беспокоюсь. Мне жалко другого человека — который, как бы сильно не прятал чувства, страдает от невнимания и, как он считает, нелюбви своего отца.

— Тут, к сожалению, есть опасность сделать еще хуже, — вздохнул Ивар, тоже начиная одеваться. — Что если Скорпиус поверит сейчас нам, потянется к отцу, а тот… — он передернул плечами и энергично помотал головой. — Бр-р-р, даже думать не хочу. Давай не будем лезть. Уверен, Скорпиусу стоило не малого труда выстроить свою раковину. Быть может, будет лучше ему остаться пока в ней.

— Как видишь, он сам не очень-то спешит к Драко потянуться. И будь уверен, даже если мы с тобой в два горла будем орать, что он должен попытаться, он ни шагу не ступит навстречу, пока не решит, что ему это действительно нужно, — произнес Гарри и улыбнулся. — Или ты Скорпиуса еще не выучил?

— Да? А как насчет «Я поговорю с ним, если ты хочешь»? — осведомился Ивар насмешливо.

— Это был бы сугубо формальный разговор. Не выходя из раковины, — с уверенностью ответил Гарри.

— Который почти наверняка воздвиг бы между ними новую стену, — не менее уверенно заявил Ивар и кинул Гарри его брюки. — Хотя жук вполне мог бы и до утра подождать, — добавил чуть ворчливо.

— Вполне, — согласился Гарри. — И честно говоря, я не совсем понял, зачем было звать нас. Подумаешь, гигантский жук будет есть рыбу — эка невидаль, — улыбнулся он, влезая в брюки.

— А вот тут ты не прав, — покачал головой Ивар. — Я Скорпиуса одного к нему не отправлю! — он встал, но тут же охнул и сел обратно. — Кажется, у меня перетрах, — пожаловался жалобно, но с улыбкой.

— Вставай-вставай, — рассмеялся Гарри. — Не то дичь в голодный обморок упадет. И Скорпиус нам этого не простит.

Ивар сделал вид, что обиделся и надул губы.

— Вот подговорю Скорпиуса, и он тебя три раза подряд трахнет! — пригрозил он. — Будет тебе массаж гланд.

— А вот мне интересно, что ты будешь делать в этот момент? — полюбопытствовал Гарри. — Пока он меня трижды трахать будет?

— Ну не зна-аю… — протянул Ивар нарочито задумчиво. — Чайку попью… — он рассмеялся и подскочил к вернувшемуся Скорпиусу, крепко его обнимая. — А ну улыбнись! — приказал весело. — Отставить грустную мину! — он и сам широко улыбнулся и принялся тормошить повеселевшего Скорпиуса. — Умеешь «польку» танцевать? — спросил вдруг. — Давай-ка, иии… Там-дам-дам, там-дам-дам! — Ивар запрыгал по комнате, высоко вскидывая ноги, и утянув за собой Скорпиуса. Поначалу тот пытался найти в его скачках какую-то систему, но потом просто стал повторять за Иваром все его безумные прыжки и смеяться вместе с ним.

— Дурачьё, — вынес вердикт Гарри и сам рассмеялся, когда Ивар решил увлечь Скорпиуса в подобие поворота.

И хотя задержались они и так уже надолго, прерывать их Гарри не хотел. В конце-концов Ивару снова удалось не только заставить Скорпиуса улыбаться, а по-настоящему хохотать — искренне, открыто и очень заразительно. И это стоило и возможных мрачных взглядов, и потока недвусмысленных подколок со стороны ждущих их парней.

Когда они наконец аппарировали в столовую, где Скорпиус оставил Роя и Стива, выглядели они с Иваром изрядно запыхавшимися.

— Вот я даже говорить не буду, что я о вас думаю! — выдал насупленный Рой. — Это просто детский сад какой-то! Пройти мимо друг дружки, не потрахавшись, вы, видимо, не можете!

Ивар улыбнулся и даже не стал возражать. Вместо этого он подошел к Рою и похлопал его по плечу.

— Кстати тебе кое-что просили передать, — вкрадчиво произнес он.

— Он, что, опять дверь запер? — взревел Рой, сделав правильный вывод, о ком шла речь. — Засранец, — процедил он. — Нет, вы только поглядите! Мне от него вообще ни на шаг отходить нельзя?

— Дверь я тебе открою, — пообещал Скорпиус. — Если ты не будешь на нас обижаться. Ивар и Гарри не знали, когда мы вернемся, ну а я и правда не смог пройти мимо.

— Ладно, проехали, — махнул рукой Рой, и поспешно добавил: — Давайте уже зверя покормим — и по кроватям.

— Ну вот, самому ведь не терпится, а на нас злишься, — усмехнулся Ивар. — Где же понимание?

— И вправду, шеф, где? — снова нахмурился Рой, взглянув на Ивара. — Черт, на тебя даже злиться не получается, — спустя секунду выдохнул он и широко улыбнулся.

Накормить жука оказалось делом нехитрым. Всю пойманную рыбу Скорпиус сгрузил в большую коробку из-под какой-то техники, а Рой отнес ее в жучью «камеру».

Пленник радостно заверещал и набросился на еду, ловко захватывая скользкую рыбу щупальцами у рта.

— Он благодарен, — лаконично перевел Скорпиус.

— Надеюсь, ему не стоит напоминать, что ждем от него взаимовыгодной сделки? — тихо спросил Стив.

— Мы все на это надеемся, — ответил Гарри и обратился к Скорпиусу. — Узнай у него, как часто мне тебя на рыбалку отпускать?

— Один день ем, семь — не нужно, — ответил жук на переведенный вопрос. Он быстро расправился с рыбой и посмотрел на людей немигающими глазами. — Что вы хотеть, чтобы я делать?

— Не жук, а верблюд какой-то, — немного удивленно протянул Стив.

— Спроси его, он нам доверяет? — произнес Гарри, внимательно посмотрев на жука.

— Да какая разница? — возмутился Стив. — Главное, что мы ему не доверяем!

— Почему? — удивленно спросил Скорпиус. — Сомневаюсь, что он может и станет лгать.

Он перевел жуку вопрос, и тот ответил почти его же словами:

— Зачем вы обманывать?

— Я хочу вживить в него маячок, — продолжил Гарри. — Это подстраховка для нас. Но она не станет кабалой для него. Уговор в силе — как все закончится, мы вынем датчик и вернем домой. И успокой его — больно не будет.

Жук беспокойно потоптался на месте, но Рой успокаивающе вскинул руку.

— Ничего вживлять мы не будет! — заявил он категорично. — Посадим на суперклей и вся недолга. В самом незаметном месте.

— Что такое суперклей? — тут же заинтересовался Скорпиус.

Гарри выразительно посмотрел на Роя и тут же протянул:

— Да давай уже на пластилин прилепим, чего уж там. Нам же совсем неважно, отклеится датчик или нет.

Рой возмущенно зыркнул глазами, но спорить не решился.

— Ладно, тогда биологическую капсулу принесу, — буркнул он. — Ее нужно просто проглотить.

— Неси, — согласился Гарри, — но если он ее разгрызет, вживляем, — заявил он со всей категоричностью.

Но жук ничего не разгрыз, хотя Скорпиусу пришлось довольно долго уговаривать его проглотить капсулу. С трудом, но все же поняв, что опасности эта вещь не представляет, жук осторожно ощупал капсулу щупальцем и закинул в рот.

— Есть сигнал, — почти сразу объявил Рой, вооружившись специальным устройством слежения.

— Прекрасно, — выдохнул Гарри. — Значит, отправляем на разведку. Пусть смотрит, чем занимаются его сородичи и постарается проследить канал, по которому передаются приказы. А ровно через сутки возвращается и докладывает нам.

И опять диалог занял немало времени — Скорпиус с жуком явно понимали друг друга и о чем-то договаривались.

— Я объяснил ему, что он не должен привести хвост или вызвать подозрения, — пояснил Скорпиус. — И пообещал, что как только мы разберемся с нашими проблемами, то освободим всех его сородичей и отвезем на родину.

— Лихо ты, — присвистнул Стив. — Не слишком ли жирно?

— Вполне закономерное желание, — пожал плечами Рой.

— Я бы ему еще и детонатор дал проглотить, — покачал головой Стив. — Откуда мы знаем, может, у него инструкции с нами сотрудничать на такой случай?

— Аккуратно, Стив, еще одно слово — и в нас с тобой от этого общества защитников природы полетят камни, — хмыкнул Гарри, встретив сердитый взгляд Роя. — К тому же, Скорпиус решил, что доверять ему можно. А я доверяю Скорпиусу. Если что — так все шишки на него и полетят, — шутливо добавил он и тут же посерьезнел: — Готовимся выпускать.

— Подожди, — сказал вдруг Скорпиус и аппарировал за АйДжампом. Открыв раздел «Заметки», он молниеносно пробежался по клавишам и показал Рою написанное.

«Я хочу слышать, о чем он говорит. Можешь незаметно навесить жучок?»

«Легко», — не меняясь в лице Рой набил ответ, поставив в конце веселый смайлик.

Ивар заглянул в экран, поставил рядом такой же смайлик и следом кивнул Гарри, давая понять, что все в порядке.

— Ивар… — озадаченно позвал Скорпиус. — Что это за скобочка?

— А почему о двух точечках не спрашиваешь? — весело спросил Ивар, сразу сообразив, в чем дело. — Ну подумай, на что это похоже? — и, будто подсказывая Скорпиусу правильный ответ, лучезарно улыбнулся.

— У меня есть две тысячи триста сорок два варианта… — озадаченно протянул Скорпиус, но потом все же неуверенно предположил: — Это условное изображение улыбающегося человека? Или все-таки медузы?

— А еще говоришь, что у тебя с фантазией плохо, — рассмеялся Ивар. — Вот я бы никогда не подумал про медузу.

— А что, и правда похоже, — хохотнул Рой. — А что бы ты подумал на это? — спросил он и набрал на клавиатуре подмигивающий смайлик.

— Тюльпан, аврор, укрытый Протего, маггл со щитом, условное обозначение теоремы Фернера, зашифрованные координаты третьего спутника Юпитера — пожалуй, самые очевидные варианты, — перечислил Скорпиус, не моргнув глазом.

— Охренеть, правда? — выдал ошарашенный Рой.

— Правда, — охотно согласился Ивар. — Посмотри, что я сейчас сделаю, — он улыбнулся Скорпиусу и задорно подмигнул. — Не похоже?

Скорпиус скептически прищурился и покачал головой.

— На спутник Юпитера похоже больше. Но систему я понял. Тогда вот так… — он изобразил на планшете конструкцию из нескольких скобок, тире и двоеточей. — Вот. Кивок с саркастической ухмылкой.

Рой загоготал так, что у Гарри на секунду заложило уши, и Ивар вместе с интересом следящим за диалогом Стивом от него не отстали.

— Разведчика-то выпускаем? — хмыкнул Гарри. — Или основы стенографии еще не изучены?

Признаться, он бы и дальше с удовольствием понаблюдал за этой угадайкой, но сначала все же стоило отправить на задание их новоявленного шпиона. А вот позже, пожалуй, стоит и продолжить — логика мышления Скорпиуса удивлять не переставала, и продолжение своего рода игры должно быть, как минимум, занятным. А еще со Скорпиусом было бы интересно сыграть в маггловского «Крокодила». Вот тут уж точно скучать не придется.

Утирая выступившие от смеха слезы, Рой сделал знак Скорпиусу и Гарри посторониться и, прежде чем распахнуть дверь, вооружился тяжелом автоматом, специально для этой цели притащенным из недр бункера.

— Эх, посторонись — зашибет! — крикнул он молодецки и распахнул тяжелую дверь.

Жук подошел ко входу, потоптался на месте и что-то негромко просвистел.

— Он спрашивает, в какой стороне солнце, — перевел Скорпиус.

— Скажи, что сейчас солнца нет. Но вставать оно будет с той стороны, — Рой махнул свободной рукой в сторону востока и снова нацелился на жука.

— Неужели они только днем передвигаются? — спросил Гарри. — Но как они в этом сумраке ориентируются? Разве за этими тучами можно солнце углядеть?

— Думаю, он имел в виду «как выбраться на поверхность», — сообразил Ивар. — Покажешь ему? — спросил у Роя. — Или аппарируем его на поверхность?

— Давайте его на поверхность, — ответил Рой. — Знаем мы его передвижения. Бункер-то он не разворотит, но лоб себе расшибет. Так что определяйте место дальнейших встреч наверху.

— Я знаю место, — сказал Скорпиус и, подойдя к жуку, положил ладонь ему на хитин. Аппарировал он как всегда в мгновение ока и почти так же быстро вернулся. — Здание автосалона, — пояснил он нахмурившемуся Гарри. — Я сказал ему прийти завтра туда же.

— В следующий раз аппарируем его вместе, — строго сказал ему Гарри. — Вот что бы сейчас делал, если бы он плюнул на тебя?

— Дождался бы, когда вы активируете одно из колец, — спокойно ответил Скорпиус. — Их, кстати, нужно провернуть на пальце, полный круг. В правую сторону один из вас, в левую — я.

— Как-то ты не совсем своевременно сообщил нам об этом, — мягко проговорил Ивар, но в его голосе укор все же чувствовался.

— Кольца — это, конечно, подстраховка хорошая, — покачал головой Гарри, — но давай ты не будешь напрасно рисковать.

— По-моему, самое время сказать «да, мамочка, да, папочка, я больше так не буду!», — скривившись, посоветовал Скорпиусу Рой. — Ну в самом деле, парни, чего вы к человеку пристали? Он, по-моему, в разы лучше нас всех знает, что делает.

Гарри с Иваром синхронно повернулись к Рою, одарив не самым дружественным взглядом, мол, «и кто тебя просил влезать?». Однако если Рой и стушевался, то виду никак не подал.

— Видимо, с тобой еще дома поговорят, — хмыкнул он. — Удачи, парень!

— Не волнуйся, меня это не раздражает, — улыбнулся ему Скорпиус. — Даже приятно. Тем более, я действительно не собираюсь «понапрасну рисковать». Другое дело, что риска сейчас не было.

— А, ну тоже правильно, — хмыкнул Рой и подмигнул ему. — Все равно они за тобой не успеют.

— А Рой у нас, оказывается, тот еще… вредитель, — задумчиво протянул Гарри.

— Да уж, — согласился Ивар. — Пора к Кригу отправлять. Пусть хотя бы полезным делом займется. Аппарируешь?

Гарри кивнул, взял Ивара и Скорпиуса за руки, и увидев, как Ивар ухватил ладонь Роя, аппарировал всех аккурат к дверям спальни Крига.

— Джейсон! — Ивар забарабанил по тяжелой двери. — Джейсон! Это я! Открывай и забирай его! А то он нам тут революции готовит, — подавив смех, воскликнул он.

— Да пусть хоть чертей Люцефера свергнуть подговорит, мне насрать! — мрачно отозвался Криг сонным голосом. — Иди в жопу, слышишь? А остальным спокойной ночи!

— Щас приду! — пообещал Рой, сурово вскинув автомат. — Скорп, извинишься перед мамой…

На этот раз, когда Скорпиус аппарировал, крепко ухватив его под локоть, и вернулся через секунду, на него никто не ругался.

— Вы спать? — поинтересовался он спокойно, напрочь игнорируя громкую брань и звуки потасовки за дверью. — Потому что я сначала на кухню.

— Если хочешь, мы составим тебе компанию, — улыбнулся Ивар. — Или тащи еду прямо в спальню.

— Давайте я лучше быстренько поем и приду к вам, хорошо? — чуть смущаясь предложил Скорпиус.

Вспомнив, как он однажды рассказывал, что привык есть очень быстро и не слишком красиво, Гарри кивнул и взял Ивара за руку.

— Мы будем тебя ждать, — сказал он Скорпиусу и аппарировал.

— Я чего-то не знаю? — вопросительно посмотрел на него Ивар и нахмурился после того, как Гарри объяснил. — Хочешь сказать, в обычном для него режиме он все делает очень быстро? А для нас замедляется?

Признаться честно, такая мысль Гарри еще не приходила. Хотя была очень похожа на правду.

— Я не уверен, — начал он, — но похоже, это действительно так.

— Ч-черт, — выдохнул Ивар, и судя по его виду, новость его явно горчила. — А я ведь так хочу, чтобы хотя бы с нами он не зажимался.

— Ну попробуй объяснить ему, что любить мы его не перестанем, даже если он начнет есть с пола, — хмыкнул Гарри, однако глаза его остались серьезными.

— Да тут даже не в этом дело, — вздохнул Ивар. — А в физических возможностях. Он живет на других скоростях, а из-за нас вынужден замедляться. Не только из-за нас, конечно, но все же. Как гулять с инвалидом, — он снова вздохнул и покачал головой.

— Мне кажется, он давно привык жить на обычных человеческих скоростях, — возразил Гарри. — И не чувствует из-за этого сильного дискомфорта. А ты бы лучше думал о том, насколько ему лучше с нами, нежели без нас. Несмотря на все скорости, да и вообще все различия, — улыбнулся он.

— Мысль, достойная поцелуя! — широко улыбнулся Ивар, мгновенно повеселев. Он чмокнул Гарри в губы и увлек к большому окну, за которым почти ничего не было видно из-за чернильного дождя. — Когда хляби небесные соизволят закрыться обратно, обещаешь, что мы первым делом пойдем летать на метле? — спросил требовательно. — Я уже и так и сяк это представлял, но все равно звучит как бред.

— Обещаю, — с готовностью кивнул Гарри. — Кстати, думаю, стоит тебе сесть на метлу в первый раз, как уже во второй полеты перестанут казаться тебе сверхъестественными. Да-а, — мечтательно протянул он, — летать — это круто. Даже ностальгия накатила, — вздохнул он и прижал Ивара к себе крепче.

— У тебя, наверное, было потрясающе интересное детство… — Ивар положил голову ему на плечо, по-прежнему глядя в окно. — Нет, я помню, что тебе нелегко пришлось, но как же это потрясающе круто — учиться колдовать, играть в салочки на метле.

— Ты знаешь — да, — согласился Гарри. — Всякий раз возвращаясь в мир волшебства, я будто открывал двери в сказочную страну. А еще я до недавнего времени думал, что те — детские — годы были самыми лучшими в моей жизни, — улыбнулся он и положил свою ладонь поверх ладони Ивара.

— Теперь сказку придется строить заново, — помолчав, тихо сказал Ивар. — Если будет, кому строить… Как думаешь, много ваших спаслось?

— Не знаю, — покачал головой Гарри. Об этом рано думать, еще ничего не закончилось, чтобы делать выводы, — он замолчал, тяжело вздохнул и продолжил совсем тихо: — Даже не хочу пока тешить себя надеждами.

— Тоже правильно, — согласился Ивар и радостно улыбнулся, услышав хлопок аппарации. Однако, стоило ему обернуться к Скорпиусу, как улыбка его погасла — тот был мрачен. — Что случилось?

— Я говорил с отцом, — ответил Скорпиус спокойно, но при этом сжал кулаки. — Оказалось, врач не передавал ему рецепта моих таблеток. Я был уверен, что он сделал это.

— На сколько дней хватит запасов? — выдавил Гарри, переварив услышанное и оценив масштабы неминуемой беды. — И если мои тебе чем-нибудь помогут, возьми их.

— А ты у мамы спрашивал? Наверняка она должна знать, чем с детства тебя поила, — предположил Ивар, однако обеспокоенности в его взгляде не убавилось.

— Спрошу, но уверен на девяносто два процента, что рецепта у нее нет. — Скорпиус сунул руку в карман защитного костюма и достал ворох пузырьков. — Этого хватит на двадцать два дня. Пока что беспокоиться не о чем.

— Значит, нам надо начинать поиски уцелевших. Может, повезет, и мы найдем хотя бы одного выжившего колдомедика, — рассудил Гарри.

— Или химика с лабораторией. Тогда можно было бы разобрать лекарство на составляющие, и восстановить пропорции ингредиентов, — произнес Ивар и задумчиво посмотрел в окно, явно пролистывая в голосе список своих знакомых.

— Маггловская наука тут не поможет, — покачал головой Скорпиус.

Он подошел к шкафу, аккуратно расставил пузырьки на полупустой полке и вдруг тихо сказал с надрывом в голосе:

— Я не понимаю… Я знаю ингредиенты, знаю справочник по ним наизусть, но не понимаю, как они скомбинированы. Дозы. Пропорции. Способ обработки. Их так много! Комбинаций больше миллиона.

Разделяющие их расстояние Гарри преодолел в два шага.

— Я что-нибудь придумаю, — пообещал он и приобнял Скорпиуса за плечи. — Все будет хорошо. Только ответь мне на вопрос: сколько времени обычно уходило у врачей на приготовление таблеток?

— Не знаю, — еще больше сник Скорпиус. — Я никогда не интересовался этим вопросом. Мне… — он помолчал, а потом через силу закончил: — В детстве я ненавидел все то, что делало меня ненормальным. И никогда не интересовался ни зельями, ни лекарствами.

— Не переживай, пожалуйста, — Ивар тоже подошел к ним и обнял обоих. — И ты, Гарри, тоже. Ну даже если еда будет усваиваться не полностью, а частично. Будет просто есть что-то более высококалорийное и немного чаще. А чтобы переваривать было легче даже у нас лекарства есть.

— Ну вот, — через силу улыбнулся Гарри. — Не так все безнадежно. Я понимаю, это совсем не решение проблемы, но это даст нам отсрочку, если в двадцать два дня мы вдруг не уложимся.

И хотя он сейчас пытался поддержать Скорпиуса, Гарри сам прекрасно понимал, что им непременно нужно успеть приготовить это лекарство в отведенный срок. Не то, чтобы он не верил в маггловскую медицину, но он точно не верил, что обычные человеческие лекарства смогут помочь Скорпиусу.

— Может быть, тебе побольше спать? — предложил Ивар. — Ложись прямо сейчас. А мы с Гарри наведаемся к аврорам, наверняка они уже нашли немало выживших. Может, среди них и медики есть.

— Утром наведаемся, — ответил Гарри. — Не стоит сеять среди них панику. А то смотри, явился посреди ночи Главный и интересуется медиками. А тебе, да, силы теперь разумно тратить надо, — он повернулся к Скорпиусу и виновато покачал головой. — Прости, что заранее определяем, как тебе жить, и что делать — но мы слишком сильно любим тебя, поэтому так и переживаем, — улыбнулся он и добавил гораздо бодрее: — И спорить с нами бесполезно.

— Я уже сказал… — улыбнулся ему Скорпиус, но фразу не закончил: его прервал стук в дверь.

— Кто там? — чуть удивленно отозвался Ивар, переглянувшись с Гарри.

— Скорпиус еще не спит? — раздался раздраженный голос Драко.

— Нет, — Скорпиус махнул рукой, позволяя двери открыться. — Что-то случилось?

— Случилось, — неприязненно буркнул Драко. Он пересек комнату и сунул ему в руки пергамент и перо. — Садись и пиши! — приказал, указав на стол. — И больше не смей аппарировать, едва услышав нужную тебе информацию!

Скорпиус растерянно моргнул.

— Извини… — протянул он. — А что писать?

— Сначала состав. А потом все то, что было написано на инструкции, — продолжил Драко и отвернулся к окну, явно не желая встречаться взглядами с Гарри, и тем более с Иваром.

— Интересно, зачем ему это понадобилось? — Ивар наклонился к уху Гарри и прошептал так тихо, чтобы никто другой его услышать и не смог.

Гарри пожал плечами и обратился к Драко к полной неожиданности последнего:

— У тебя есть кто-то знакомый медик или зельевар? — с надеждой спросил он.

— Есть, — кивнул Драко, снова отворачиваясь в окно.

— Отлично! — обрадовался Гарри. — Ты сможешь нас к нему завтра отвести?

— Нет необходимости, — сухо ответил Драко, — тянуть до завтра. Он перед тобой.

Ивар не сдержал нервного смешка.

— Нас снимает скрытая камера?.. — протянул он саркастически.

— Помолчали бы вы, мистер маггл! — прошипел Драко рассерженно. — Потому что этот умник, — он кивнул на Скорпиуса, — может лелеять какие угодно обиды, но не знать, чем занимается его собственный отец вот уже десять лет — это уже как-то чересчур!

У Скорпиуса заалели уши, а перо забегало по бумаге с такой скоростью, что, казалось, вот-вот начнет дымиться.

— Я знал, — сказал он тихо. — По крайней мере о том, что ты работаешь в Мунго. Но не думал, что ты умеешь варить такие сложные зелья.

Драко посмотрел на сына нечитаемым взглядом и усмехнулся, однако ни от Гарри, ни от Ивара не смогла укрыться сквозящая в этой усмешке горечь.

— Пришлось научиться, — коротко бросил Драко и заглянул в практически исписанный пергамент.

— Вот это, — он ткнул пальцем в одно из названий. — Как применяется? Ты ведь читал справочник?

Скорпиус кивнул, и начал быстро проговаривать немаленькие абзацы текста.

— Стоп! — остановил его Драко. — Значит, с пульмиокой сочетается только в разведении… А вот это? И это? Они как?

Скорпиус быстро ответил, уже не растекаясь мыслями по древу.

— Тогда получается, ругоза и пузерчатка в пропорции один к одному со стефанандрой, — тут же сориентировался он.

— Да и всего одна капля масла пирры, — задумчиво добавил Драко.

— Пойдем! — Скорпиус решительно встал. — Не будем мешать Гарри и Ивару спать.

— Ты не мешаешь, — тут же вскинулся Ивар, явно опасаясь снова оставлять Скорпиуса наедине с отцом.

— Если дело в нас, то можете не уходить, — согласился Гарри. — Вы нам не мешаете. Говорите — мы не против.

— Зато ты мне мешаешь думать, Поттер, — отозвался Драко. — И не только ты. Но спасибо за разрешение остаться, — съерничал он. — Весьма благодарен.

— Ну хватит вам! — довольно резко сказал ему Ивар. — Мы все тут не в игрушки играем. У Скорпиуса двадцать два дня, чтобы получить новую порцию зелья. Нужно говорить, что будет в противном случае?

Драко раздраженно дернул головой, но смолчал. Он кинул на Скорпиуса короткий непонятный взгляд и недовольно прищурился, переведя взгляд на Ивара.

— Надеюсь, вы и ваши невоспитанный шумные друзья тоже будут заняты ближайшие дни чем-нибудь полезным. Потому что некоторые ингредиенты магические, и с каждой минутой шанс отыскать их где-то в укромном от этого чертового дождя месте, становится все меньше.

— Я могу помочь с поисками, — предложил Гарри. — Скажешь, как что должно выглядеть, и где примерно оно может лежать. Я так понимаю, простым Акцио здесь не обойтись? — прозорливо спросил он и бросил обеспокоенный взгляд на Скорпиуса.

— Ты, Поттер, займись тем, что умеешь, — отрезал Драко. — Спасением мира. А к зельям тебя подпускать нельзя — это еще Снейпова наука. Так что ложитесь-ка вы спать и утром вперед, на подвиги. И ты ложись, — он повернулся к Скорпиусу, и его голос едва заметно потеплел. — Все равно с наскока эту задачку не решить. Пока подумаю спокойно.

— Уверен? — с сомнением посмотрел на него Скорпиус.

Драко скривился и отмахнулся от вопроса как от назойливой мухи.

— Может, я и не мыслю со скоростью света, но и не полный идиот, — бросил холодно. — Спокойной ночи.

И он аппарировал, не дожидаясь ответа.

— Ну вот… можно надеяться, что на одну проблему скоро станет меньше, — с некоторым облегчением проговорил Ивар.

Гарри кивнул, но ничего не сказал, а только опустился на кровать и задумчиво посмотрел на Скорпиуса, анализируя развернувшуюся на его глазах сцену.

— Мне кажется, у вас еще есть шанс, — спустя некоторое время сказал он.

— Я понял, что тоже был не самым внимательным сыном, — признался Скорпиус и стал раздеваться. — Вы подождете еще пару минут? Я очень хочу в бассейн окунуться.

— Ты предлагаешь прождать тебя еще две минуты? Целых две бесконечно долгих минуты? — картинно возмутился Ивар, затем фыркнул и улыбнулся. — Вот скажи — почему ты постоянно ждешь разрешения?

— То, что он ждет разрешения — это не плохо. Плохо, что не там, где надо, — рассудил Гарри и тоже слегка улыбнулся.

— Я боюсь, что вы устали и хотите спать, — Скорпиус виновато на них глянул. — Я-то не хочу. Но если что, не ждите меня, ложитесь. Хорошо?

— Хорошо, — кивнул Гарри. — На нас не ориентируйся. Плавай, сколько хочешь.

— Вот именно, — поддержал его Ивар и мельком взглянул на Гарри.

Тот перехватил его взгляд и понимающе улыбнулся. Они оба знали, что дождутся Скорпиуса непременно. Даже если обещанные две минуты затянутся на два часа.

Скорпиус радостно улыбнулся, стянул трусы и, оставив их на стуле, аппарировал.

— Надеюсь, никому из моих ребят не придет в голову разгуливать ночью по замку в поисках бассейна, — хмыкнул Ивар и тоже начал раздеваться.

— Кригу с Роем сейчас уж точно не до бассейнов, — хмыкнул Гарри. — А Стив — тот вообще десятый сон уже видеть должен. Так что паломников не предвидится, — выдохнул он и, стянув с себя одежду, лег на кровать. На очищающие чары сил уже не было.

Ивар же присоединиться к нему не спешил. Он сел на подоконник, подтянув к груди одну ногу, обнял её и положил подбородок на колено, вглядываясь в темноту.

— Так странно, — сказал он задумчиво. — Я ведь мирный человек. Люблю людей, животных, растения. А жизнь постоянно заставляет меня воевать.

Гарри приподнялся на локте и внимательно посмотрел на Ивара, хоть как-то силясь разглядеть в темноте его лицо.

— Я не буду говорить, что так порой бывает… что жизнь нам преподносит непрошеные испытания, и самое интересное, что делает это с завидным постоянством, — начал Гарри. — Но в этот раз у тебя хотя бы был выбор — в отличие от меня.

— Да не было выбора, — даже в темноте было видно, что Ивар улыбнулся. — С того самого момента, как нас познакомили. Или ты думаешь, что я мог сказать «Э нет, парни, я что-то не хочу в это лезть, разбирайтесь сами»? Даже, если бы мы не оказались в одной постели?

— Нет. Я так не думаю, — улыбнулся в ответ Гарри. — Скорпиуса ты бы в беде никак не бросил. С того самого момента, как вас познакомили, — он практически вернул Ивару его же слова.

— Дурак ты, — фыркнул Ивар, но продолжать мысль не стал. Довольно долго они сидели в темноте, думая каждый о своем. Гарри не пытался нарушить тишину, потому что чувствовал, что все они — и Ивар, и Скорпиус, — устали. У Ивара это было более заметно, но и то, что Скорпиус стал искать привычное одиночество, тоже говорило само за себя. Он уже почти задремал, когда Ивар вдруг тихо спросил:

— Гарри, а маги слушают музыку?

— Слушают, — разлепив глаза, тихо проговорил Гарри, забавляясь и одновременно удивляясь такому простому вопросу. — Просто пока не до концертов как-то, — выдохнул он.

— А как её включить? — Ивар оживился и слез с подоконника. — Здесь, сейчас можно? Негромко?

— Ну а почему нет? — ответил Гарри. — Только сначала нужно найти проигрыватель, — сообщил он и включил заклинанием светильники. — От маггловского мало чем отличается, правда, не уверен, что такая штуковина есть в этой комнате.

— Ну если от маггловского мало чем отличается, то вон там, похоже, он, — Ивар ткнул пальцем в угол комнаты, где на большом камине стояла черная резная коробочка.

Гарри присмотрелся и кивнул.

— Похоже, он…

— Можешь поставить что-нибудь медленное? — попросил Ивар. — Как «Лунная река» из «Завтрака у Тиффани», если ты, конечно, видел этот фильм.

— Давай попробуем найти, — Гарри посмотрел на лежащую рядом стопку пластинок и принялся перебирать их по одной. — Даже не знаю, что тут может быть похоже на Манчини… Пожалуй, вот… эта подойдет… — он придирчиво посмотрел на обложку и вынул пластинку, запуская заклинанием проигрыватель. — Подойдет ведь? — улыбнулся он, когда мелодия заиграла.

— Подойдет, — улыбнулся Ивар. Он тихонько замычал, подпевая явно знакомой мелодии, и стал плавно двигаться под музыку. — Иди сюда, — позвал, протягивая Гарри руку. — Со Скорпиусом мы сегодня уже танцевали, теперь твоя очередь…

В приглушенном свете ночных ламп он выглядел по-настоящему красивым, хотя и не той яркой красотой, какой был красив Скорпиус. Подумав немножко, Гарри решил, что самое подходящее определение для него было «чертовски мил».

— Ты правда хочешь танцевать? — улыбнулся Гарри. — Нет, Ивар, ты просто не представляешь, какой из меня отвратительный танцор, — он покачал головой и замолчал в ответ на протянутую руку. — Смотри потом не жалуйся, что я оттоптал тебе ноги, — чуть погодя, проговорил он и взял Ивара за руку, подходя ближе.

— Так мы же и не вальс собираемся танцевать, — успокоил его Ивар, притягивая к себе.

И правда, танцем это было назвать сложно — они просто топтались по кругу, обнявшись. Ивар всё так же мурлыкал песенку Гарри в ухо, положив голову ему на плечо, и гладил его по спине. А сам Гарри боролся с нестерпимым желанием сжать его в объятиях так крепко, насколько хватит сил.

— Я предупреждал, — Гарри виновато улыбнулся, все-таки умудрившись наступить Ивару на ногу. — Прости, — прошептал он и прижал его к себе покрепче.

Ивар покачал головой, молчаливо заверяя, что всё нормально, и чуть отклонился назад, заглядывая ему в глаза. Наверное, он хотел что-то сказать, но передумал — потянулся вместо этого к губам, мягко целуя. Сердце сладко кольнуло от накативших чувств, и отвечая на поцелуй, Гарри вдруг отчетливо понял, что никогда бы не пережил этот момент со Скорпиусом. Нет, он не собирался сравнивать, и прекрасно понимал, что со Скорпиусом у него были и будут совсем другие моменты, ничуть не меньшие по силе эмоций, и все же…

Музыка закончилась, а они все стояли обнявшись, пока не раздался хлопок аппарации.

Счастливый и очень бодрый Скорпиус улыбнулся, увидев, чем они занимаются, и подошел ближе.

— Я прослушал запись с того момента, как мы отпустили жука — похоже, он уже добрался до своих, но выдавать нас не собирается.

— Значит, у нас есть надежда, что план не провалится, — ответил Гарри, отстраняясь и выпуская Ивара из объятий. — Он как-нибудь объяснял им свое отсутствие? Подозрений не вызвал?

— Никак не объяснял, никто не спрашивал, — Скорпиус шагнул ещё ближе, и понятливый Ивар тут же обвил рукой его талию. — Там всё гладко.

— Хорошо, — кивнул Гарри. — Значит, можно ложиться спать со спокойной душой.

Скорпиус слегка прищурился и кивнул.

— Вы не против, если я пущу сов? — спросил он чуть смущенно. — Они всей стаей ворвались в помещение бассейна и очень долго меня упрекали, что я их забыл.

— Не против, — ответил Гарри и зевнул. — Я так вымотался, что даже стая драконов мне не помешает уснуть, — устало улыбнулся он и направился к кровати.

Он краем уха слышал, как Скорпиус что-то тихо спросил у Ивара, но не обратил на это внимание… ровно до того момента, когда Ивар громко не возмутился:

— Ты с ума сошел?! Как вообще в твоей такой умной, но такой глупой голове могла зародиться такая мысль?! — Гарри обернулся и увидел, что Ивар сжимает смущенного Скорпиуса в объятиях, а глаза его полыхают обидой.

— Что случилось? — спросил он, переводя взгляд со Скорпиуса на Ивара и искренне недоумевая, что такого могло произойти за несколько его шагов. В голове пронеслись десятки версий — на что Ивар мог так бурно отреагировать, и отчего Скорпиус посмотрел на него так… непонятно. Однако каждая из догадок откровенно попахивала бредом, и, решив, что лучше уж выяснить напрямик, Гарри повторил вопрос: — Стоило мне отвернуться и сделать три шага — всего лишь три шага! — как произошла какая-то неясная мне катастрофа. В чем дело?

— И не смотри на меня так, я ему скажу! — фыркнул Ивар. — Он спросил меня, не помешал ли нам! — выдал уже не так возмущенно, но с отчетливой горечью. — Ты понимаешь?

Скорпиус бросил на Гарри испуганный взгляд и тут же опустил голову.

— А я уж было подумал, куда делся привычный Скорпиус? Который нет-нет, да выстраивает такие гипотезы, что на голову не наденешь, — бросил Гарри, чувствуя внезапное нарастающее раздражение. — Оказывается, никуда — он просто набирался сил, чтобы начать мотать нервы по новой, — он посмотрел на так и не поднявшего голову Скорпиуса и опустился на кровать, усиленно взбивая подушку.

Черт возьми — это только надо ж было додуматься до такого — не помешал ли он им с Иваром! И сейчас, как следует отмутузив подушку, Гарри решительно не понимал ни новых сомнений Скорпиуса, ни своей на них реакции. Чего он сам так распалился? Не мог просто спокойно ответить, что он никогда им помешает или отшутиться, мол, да они уже от скуки не знали, куда себя деть? А вот не мог. Простой, пусть даже и очень глупый вопрос разозлил так, что на Малфоя тут же захотелось рявкнуть и хорошенько встряхнуть.

И тут Гарри словно Ступефаем сразило от следующей мысли — не начал ли он нападать на Скорпиуса, инстинктивно выстраивая оборону? Не в нем ли самом — снова почувствовавшем укол вины за сближение с Иваром — причина?

Тут в дверь настойчиво поскреблись, но Скорпиус помедлил, никак не реагируя. А потом пересек комнату, приоткрыл дверь и тихо сказал собравшимся там совам, чтобы летели в совятню. Раздалось возмущенное уханье, но быстро стихло — птицы поняли, что момент не тот, чтобы спорить, и улетели.

— Зачем? — спросил Ивар тихо. В его голосе от возмущения не осталось и следа, и он, похоже уже даже раскаивался в своей вспышке. — Пусть бы остались.

Скорпиус не ответил, и подняв голову, Гарри увидел, что он так и стоит перед открытой дверью, понуро опустив плечи. Прошло не меньше десятка секунд, прежде чем он «отмер», закрыл дверь и повернулся.

— Я не хотел обидеть, — сказал он тихо. — Простите. Я просто подумал, что вам, может быть, хотелось дольше побыть наедине.

Гарри не сразу ответил. Он изучал Скорпиуса глазами не меньше минуты, а потом спросил, отчетливо произнося каждое слово:

— Любой другой на твоем бы месте чувствовал себя уже пупом земли. Все ведь крутится вокруг тебя… Ни меня, ни Ивара, а именно тебя! Так скажи, на кой черт тебе понадобилось примерять роль третьего лишнего?

Скорпиус молчал долго — совсем как раньше.

— Я не примерял, — наконец выдавил он и так и не смог больше ничего добавить.

— Да Господи ты Боже мой! — выдохнул Ивар и решительно двинулся к Малфою. Схватил его за руку, потянул к кровати и повалился на неё вместе со Скорпиусом, подкатываясь к Гарри. — Сейчас ведь дорычишься, что он аппарирует куда-нибудь, решив, что ты не хочешь его видеть, как услал наших несчастных сов. А ты чего? — он ласково погладил напряженного как струна Скорпиуса по груди. — А то ты не знаешь, что он всегда рычит! Особенно когда устал, обижен и чувствует себя виноватым. Хотя виноват на самом деле я… — он вздохнул. — Своим возмущенным воплем я просто хотел донести до тебя мысль, что ты сморозил глупость, а получилось как всегда…

— Далеко бы не аппарировал, — покачал головой Гарри и продолжил гораздо мягче. — Все равно бы нашли и вернули. У нас ведь теперь есть кольца — за что его отцу огромное спасибо, — он приподнялся на локте и, наконец, заглянул Скорпиусу в глаза. — Ты даже представить не можешь, как нам тебя не хватает, когда ты не рядом.

— Я представляю, — выдохнул Скорпиус и потянулся к нему, обнимая. Он спрятал голову у Гарри на груди, и вдруг стало невыносимо стыдно за свою вспыльчивость, злые слова и грозные взгляды.

— У тебя просто невероятная способность — сначала вывести человека из себя, а потом очень умело заставить его же самого почувствовать себя самым настоящим идиотом, — беззлобно усмехнулся Гарри и ласково погладил Скорпиуса по волосам.

— Почему мне кажется, что так будет всегда? — протянул Ивар, крепко обнимая Скорпиуса со спины. — Как бы ни менялся мир, и что бы с вами не происходило, мне кажется, эти ссоры будут до скончания веков. И, кстати, ты, Гарри, когда злишься, очень похож на шерифа того города, где я вырос. Очень строгий был дядька, его все боялись. Не удивительно, что Скорпиус перед тобой цепенеет.

— Что-то сам ты не сильно-то цепенел, — хмыкнул Гарри. — Видимо, у тебя просто с детства иммунитет на строгих дядек.

— Именно, — улыбнулся Ивар и поцеловал наконец-то расслабившегося Скорпиуса за ухом.

Глава 20

Наверное, если бы в садах мэнора водились петухи, Гарри непременно услышал бы их крик, потому что проснулся он задолго до рассвета. Ни сладкое сопение приютившегося под боком Скорпиуса, ни размеренное дыхание Ивара, по-свойски перекинувшего руку поперек его груди, не смогли снова навеять на него сон.

Впрочем, причина его бессонницы лежала совсем рядом. Эта причина мирно спала и улыбалась даже во сне.

Гарри уже привык, просыпаясь, первым делом искать глазами Скорпиуса. А сегодня — едва успев открыть глаза — Гарри повернулся к Ивару и невесомо провел пальцами по его щеке, отчего улыбка Ивара стала еще заметнее. И только через секунду, когда в груди потеплело, Гарри понял, что повернулся к Ивару не оттого, что тот лежал ближе или ему было просто так удобнее. Он повернулся к Ивару, потому хотел увидеть именно его.

Эта мысль только успела оформиться, как вчерашнее чувство вины нахлынуло на Гарри с новой силой. И чем старательнее он гнал это тягостное ощущение, тем больше оно усугублялось. Ведь он успел сблизиться с Иваром настолько, что теперь собственные чувства к нему вполне можно было сравнить по силе и глубине с чувствами по отношению к Скорпиусу. И не столько сравнить, сколько поставить полноценный знак равенства.

И насколько это было правильно, Гарри ответа не знал.

Хотя не об этом ли говорил сам Скорпиус?.. Гарри повернулся к Малфою, провел пальцем по нахмуренному лбу, разглаживая складочки, и попытался вспомнить, как именно он однажды выразился.

«Плох тот треугольник, который не стремится стать равносторонним»? За точность цитаты он не ручался, но геометрические термины там присутствовали, а смысл и вовсе был точно такой. И, наверное, он совсем успокоился бы, и так и этак крутя в голове фразу и представляя самые разные треугольники всевозможных форм и цветов, если бы не знал точно одну единственную вещь, сводящую на нет все его усилия: отношение самого Скорпиуса к ним обоим никогда не станет равноценным.

Да и насчет Ивара Гарри не был уверен — ведь с каждым днем связь между ними крепла и становилась только глубже. И с каждым днем этот процесс убыстрялся. Нет, пока до той любви, которую испытывает Ивар к Скорпиусу, их чувствам еще было далеко, но совсем не факт, что однажды — прогрессируя такими темпами — их взаимосвязь не станет гораздо сильнее той.

И что тогда? А тогда малфоевский вопрос: «Не помешал ли я вам?» — слышать они с Иваром будут слишком часто. А потом однажды, Скорпиус зайдет в комнату и ничего не спросит — потому что ответ ему покажется и так очевидным.

— Ч-черт… — выдохнул Гарри, не заметив, как выругался вслух.

— Что-то случилось? — вдруг спросил заворочавшийся за спиной Ивар.

— Ничего, спи, — поспешил его успокоить Гарри и, услышав, как Ивар промычал согласное «Угу», аккуратно вылез из постели.

Долго и обстоятельно моясь под душем, обнаружившемся в соседней комнате, он представлял себе разные картинки, и в каждой из них была одна деталь — наполненные болью и разочарованием глаза Скорпиуса. Вот только что делать, чтобы картинка так и осталась только в голове, он не знал. Ограничить общение с Иваром? Глупо. Пытаться контролировать чувства? Невозможно. Оставалось только постараться не допустить, чтобы Скорпиус когда-нибудь действительно почувствовал себя лишним.

Наскоро обтеревшись и обнаружив рядом с полотенцами предусмотрительно оставленные домовиками халаты, Гарри вышел из ванной и прокрался в коридор, намереваясь добраться до кухни и выпить кофе. Оставалось надеяться, что кто-нибудь из домовиков уже проснулся и вовсю хозяйничал, в противном случае чашка кофе так и останется мечтой, пока не придет время будить Скорпиуса.

Преодолев очередной поворот, Гарри ускорил шаги и улыбнулся. Ему повезло — на кухне уже горел свет. Однако очень скоро он понял — степень своего везения он явно переоценил — вместо домовиков он увидел сидящего за столом Драко, но, слава Мерлину, рядом с дымящимся кофейником.

— Доброе утро, — Гарри вошел в кухню и сел напротив Драко. Судя по виду последнего, тот либо страдал хронической бессонницей, либо вообще этой ночью спать не ложился.

Малфой кивнул ему и, заметив выразительный взгляд, молча пододвинул кофейник.

— Я смогу повторить зелье, — сказал он устало. — Не сразу и с большим трудом, но смогу.

Гарри широко распахнул глаза, и уголки его губ дрогнули в легкой улыбке.

— Я знаю, что вроде как не должен благодарить тебя, Скорпиус ведь не чужой тебе, но все равно скажу… Спасибо, — выдохнул он и наполнил чашку ароматным напитком.

— Дурак ты, Поттер, — вздохнул Драко. — Был и остаешься.

Некоторое время они молча пили кофе, а потом Драко спросил:

— Скажи мне, Поттер, только спокойно, ладно? Этот маггл единичное явление или мой сын всерьез увлекся тем миром? И за этим магглом последует другой, а потом третий и так далее?

— Единичное, — безо всяких раздумий ответил Гарри. — Да и остальных магглов он, по сути, только через призму Ивара и воспринимает. Однако он очарован техническими изобретениями. Правда, думаю, его проснувшийся интерес к автомобилям тебя волнует меньше всего.

Драко скривился, подтверждая его правоту.

— Ну что ж, если единичное… — протянул он. — А ты уже сказал ему, что станет с этой очаровательной мордашкой лет через двадцать?

— Скорпиус знает, что срок жизни магглов отличается от нашего, — ответил Гарри. — И если что его и беспокоит касательно Ивара, то только этот факт. Но никак не ранние морщины и седина, — отрезал он, интонацией давая понять, что разговор бессмыслен, но сам же и продолжил его: — Ты до сих пор ничего не понял?

— Я не знаю, что должен понять, — довольно резко ответил Драко. — Ты можешь говорить мне что угодно, но три мужика в одной постели — это ненормально! Особенно, когда один из них твой сын. Однако, — продолжил он спокойнее, — я уже давно смирился, что законы этого мира на Скорпиуса не распространяются. И если он действительно так любит этого маггла, то, боюсь, очень скоро его ждет большое разочарование.

— Не поздновато ли ты начал беспокоиться о его моральном облике? — съерничал Гарри и махнул рукой, мол, доказывать что-то бесполезно. — А насчет разочарования в Иваре — я понимаю, ты только рад будешь. Но знаешь, сейчас я разочарую тебя. Он действительно любит этого маггла. А знаешь, что это значит? Это значит, что он будет любить его любым! Хоть молодым, хоть старым! Пока не остановится его такое недолговечное сердце, — проговорил он в запале. — И знаешь, о чем беспокоюсь я? Что твой сын начнет большую часть времени жить только своими воспоминаниями. Вот это, Малфой, действительно проблема!

И хотя Гарри понимал, что Драко Малфой совсем не тот, на кого могла бы подействовать эта тирада, промолчать он не мог.

Малфой и правда остался равнодушен внешне, но, помолчав, сказал:

— Я всегда считал, что Скорпиусу в какой-то мере повезло в том, что его мозг устроен исключительно математически. Потому что если бы он был склонен фантазировать, боюсь, от безумия его уже ничто не удержало бы. Попроси при случае его что-нибудь нарисовать. Удивишься, — он невесело усмехнулся. — А может, и нет, ты же знаешь его уже поди даже лучше меня. Не уверен, кстати, что в его голове мир выглядит так, как он выглядит на самом деле, а не так, как он его себе рисует. Но твои разговоры о безумной любви и то, что я вижу в последнее время, меня удивляет, — признался он неохотно. — За всю жизнь я видел от него только одну искреннюю эмоцию — скуку. Все остальные он неумело пытался изображать.

— Тогда тебе просто повезло, — заключил Гарри. — За то короткое время, что мы с ним вместе, я уже видел в его глазах горечь, а порой и такую боль, что поражаюсь, как его сердце вообще способно выдержать такие эмоции.

— Что ж, это успех, Поттер, — криво усмехнулся Драко. — Я даже не сомневался в твоих способностях довести человека до ручки.

— Этого бы не было, если бы кое-кто годами раньше не вел себя как последний засранец. И его сын не замкнулся бы, едва вообще не потеряв навыки по-человечески реагировать на людей, — в тон ему ответил Гарри. — Так что не вали с больной головы на здоровую.

— Не начинай заново, — поморщился Драко. — Это мы уже проходили. — Он отхлебнул кофе, а потом вдруг запальчиво спросил: — Думаешь, я специально его таким сделал? Думаешь, не пытался как-то наладить отношения? Так вот, у меня для тебя сюрприз. Я пытался, Поттер, — он со стуком поставил чашку на стол. — Только хреновый из меня отец вышел. Ну да есть, в кого.

Гарри посмотрел на оставленную чашку, а затем перевёл взгляд и на самого Драко:

— Я тебе кое-что сейчас скажу, только не ерничай, — предупредил он. — Я считаю, что шанс у вас еще есть. Я говорил об этом Скорпиусу. А он сказал, что понял, что был не самым внимательным сыном. Так вот, Малфой, если ты сможешь вести себя с ним нормально, то, возможно, он потянется к тебе. И пока мы живем здесь, не теряй времени впустую, — посоветовал он и добавил, едва ли не угрожающе прошипев: — Но не дай Мерлин тебе его ранить!..

— Ты хоть думай, что и кому говоришь, — фыркнул Драко. — У нас с тобой одинаковые способности по части доведения людей. А может у меня и покруче будет. Но я, между прочим, пытаюсь. Поэтому сделай милость, разбуди его и пришли сюда. Зелье я без него буду составлять годами.

— Может, тебе лучше сначала отдохнуть? Выглядишь неважно, — честно сказал Гарри. — Еще ошибешься в рецепте…

— Если я сейчас усну, Поттер, то половину забуду, — вздохнул Драко. — Поэтому пусть придет хотя бы на час, а потом хоть сутки дрыхнет, да и я наконец доберусь до спальни.

— Хорошо, — кивнул Гарри. — Сейчас я его приведу, — он выпил кофе одним большим глотком, встал из-за стола и аппарировал в спальню, решив не тратить время на ходьбу пешком.

Скорпиус предсказуемо спал, да и Ивара хлопок аппарации ничуть не побеспокоил.

Бегло осмотревшись по сторонам — благо за окном уже светало, и предметы стало возможным различить по их очертаниям, — Гарри взял стакан, наполнил водой и, подойдя к кровати, выплеснув её Скорпиусу в лицо.

— Просыпайся, — он мягко погладил его по щеке, снимая пальцем капельки, — отец ждет тебя на кухне.

— Да, сейчас… — пробормотал Скорпиус. Не открывая глаз, он перекатился к Ивару, обнял его, попытался сунуть голову под мышку, но вместо этого резко открыл глаза. — А чего он хочет? — спросил уже осмысленно, хотя и сонно, и осторожно сел.

— Обсудить с тобой рецепт зелья, — пояснил Гарри шепотом. — Это недолго.

Осторожно выбравшись из кровати, умудрившись не разбудить Ивара, Скорпиус мгновенно оделся и посмотрел на Гарри.

— Ты со мной или ляжешь досыпать? — спросил едва слышно.

— Я давно уже проснулся и даже кофе успел выпить, — улыбнулся Гарри. — Поэтому если хочешь, давай пойдем вместе.

— Пойдем, — улыбнулся Скорпиус. — Только тебе будет смертельно скучно. — Он взял его за руку и аппарировал, но не на кухню, а почему-то в коридор. — Я хочу, чтобы ты знал, — сказал уже нормальным голосом, разворачиваясь к Гарри и заглядывая ему в глаза. — Тот вопрос, что я вчера задал — он был не из ревности или обиды. И я не чувствовал себя лишним. Просто я понимаю, что иногда бывают моменты, когда хочется побыть одному или вдвоем. Вот и спросил, не пришел ли я слишком рано, чтобы лучше ориентироваться во времени в следующий раз. Я бы поплавал подольше, но побоялся, что вы будете волноваться, — в его глазах появилось беспокойство, словно он боялся, что снова не смог донести до Гарри свою мысль.

— Запомни, пожалуйста, одну вещь, — улыбнулся Гарри. — Когда бы ты ни пришел, всегда будет вовремя, — произнес он и коснулся его губ своими. Хотя поцелуй вышел коротким, Гарри постарался вложить в него всю нежность, очень надеясь, что Скорпиус почувствует ее. — Прости нас, идиотов, что снова не поняли тебя, — и хотя сам он продолжал улыбаться, глаза его стали очень серьезными.

Скорпиус улыбнулся и покачал головой.

— Мне кажется, тот день, когда я смогу обидеться на вас, никогда не наступит, — ответил он и шагнул к нему, порывисто целуя.

— Я очень на это надеюсь, — выдохнул Гарри, когда Скорпиус уже отстранился. — Пойдем? Не то твой отец уснет прямо на столе. Он вообще сегодня не ложился. А после разбудим Ивара, — заговорщически прошептал он и шагнул вперед, нехотя выпуская руку Скорпиуса из своей.

— Не ложился? — чуть растерянно переспросил Скорпиус, направившись к виднеющемуся в конце коридора светящемуся проему. — Из-за моего зелья?

— Из-за твоего зелья, — проговорил Гарри, решив не повторять свои слова, что Драко действительно беспокоится о нем. Пока что не повторять.

Драко сидел в той же позе, что Гарри его оставил и совсем уж сонно болтал в чашке ложечкой.

— Доброе утро, — вяло поприветствовал он сына. — Кофе?

— Нет, спасибо, — покачал головой Скорпиус. — Ты хотел поговорить.

— Да… — Драко кивнул ему на стул и, едва Скорпиус сел, засыпал его ворохом вопросов. — Вот, — сказал, выговорившись. — Только Мерлин тебя упаси отвечать сейчас! Вечером, все вечером…

— Кажется, я понял, к чему ты клонишь… — с удивлением протянул Скорпиус. — Это похоже на сильно модифицированное зелье Эскера.

— Ну да, в общих чертах, — согласился Драко и потер глаза. — Ума не приложу, правда, как ты сделал этот вывод из моих вопросов, но ты прав. А теперь я, пожалуй, пойду спать, пока Астория не проснулась и не увидела вместо мужа зомби.

Вопреки опасениям Скорпиуса, Гарри вовсе не было скучно следить за его с отцом разговором. А поняв по ходу беседы, что Скорпиус не только сумел уловить саму суть обсуждаемой темы, но и сделать правильный вывод, не распыляясь на мелочи, он и вовсе почувствовал нечто среднее между радостью и… гордостью.

— Я же говорил, что ты сможешь — научишься определять основное, — дождавшись, пока Драко закончит мысль, обратился он к Скорпиусу. — Я это понял, ещё когда в командировке ты сказал мне про серебристый чабрец, — улыбнулся он, вспомнив вечер, проведённый гостиничном в номере в далекой Америке.

Скорпиус, разумеется, тут же улыбнулся, явно вытащив из памяти нужные воспоминания, а Драко хмыкнул и поднялся.

— Всё, ностальгические воспоминания — это без меня, — сказал он. — Скорпиус, вечером найди пару часов, — добавил приказным тоном и, не прощаясь аппарировал.

— Я не понимаю, как я сам не догадался, что это именно Эскер, — сокрушенно покачал головой Скорпиус. — Это ведь так очевидно…

— Верно, сейчас для тебя это очевидно, — согласился Гарри, — потому что ты уже знаешь ответ. И нечего огорчаться. Ты даже представить себе не можешь, сколько маггловских ученых тратили десятилетия, чтобы постичь совершенно очевидные вещи.

Скорпиус прищурился, внимательно на него посмотрел и вдруг попросил:

— Задай мне какой-нибудь вопрос, где нужно сделать выбор. Только достаточно сложный.

На некоторое время Гарри задумался, о чем таком достаточно сложном спросить Скорпиуса, но так и не остановился ни на каком варианте. Не загадывать же, право слово, Малфою загадку про волка, козу и капусту?

— Давай я не буду экзаменовать тебя. Не уверен, что мой сложный вопрос не покажется тебе элементарным, — нарушив, наконец, молчание, выдохнул Гарри. — Лучше я расскажу одну историю, — улыбнулся он. — Когда-то давно жил один ученый. И однажды он гулял по яблоневому саду в поместье своих родителей и вдруг увидел луну в дневном небе. И тут же на его глазах с ветки оторвалось и упало на землю яблоко. Поскольку этот ученый в это самое время уже работал над законами движения, он знал, что яблоко упало под воздействием гравитационного поля Земли. Знал он и о том, что Луна не просто висит в небе, а вращается по орбите вокруг Земли, и, следовательно, на нее воздействует какая-то сила, которая удерживает ее от того, чтобы улететь в открытый космос. И тут ему и пришло в голову, что, возможно, это одна и та же сила заставляет и яблоко падать на землю, и Луну оставаться на своем месте. А в то время бытовало мнение, что на несовершенной Земле действуют земные законы, а на совершенных небесах — небесные. Прозрение же этого человека как раз и заключалось в том, что он объединил эти два типа гравитации в своем сознании. С этого момента искусственное и ложное разделение Земли и остальной Вселенной прекратило свое существование. Согласись, вроде все очевидно и логично, но чтобы это понять, ему понадобилось не только длительное время, но, казалось бы, несущественная, но такая важная мелочь, как спелое яблоко. А ты огорчился из-за того, что сразу не понял, с каким зельем имеешь дело, — проговорил Гарри и мягко погладил его по голове.

— Я, кажется, понял… — задумчиво протянул Скорпиус, а потом вдруг изменился в лице. — У них база в море! — выдохнул ошарашенно. — Я только сейчас связал! Все, абсолютно все сигналы шли по такому радиусу, что захватывали кусок моря! Нам нужен не самолет, нам нужна подводная лодка!

Гарри пораженно посмотрел на Скорпиуса, сопоставляя все известные им факты, и медленно кивнул:

— Теперь вопрос, где нам взять подлодку… — задумчиво протянул он и сотворил Темпус. — Так… Дадим парням поспать еще часик, потом будим и расспрашиваем о возможных вариантах. Может, нам повезет и на этот раз, — улыбнулся он и взял Скорпиуса за руку. — А ты молодец.

— У меня есть вариант получше, — довольно прищурился Скорпиус. — Мы прямо сейчас пошлем на разведку нашего жука.

— А давай, — согласно протянул Гарри, — раз предавать он нас не собирается.

Они призвали защитную одежду и прямо из кухни аппарировали к Полю. Тот спал на кое-как расчищенном от хлама диванчике. Будить его не стали — Скорпиус просто сел за компьютер и через пару минут уже знал координаты.

Жук не слишком удивился их появлению и даже, кажется, обрадовался — подбежал к Скорпиусу, весело застрекотал. Скорпиус быстро объяснил ему задачу, и жук заверил его, что будет только рад поплавать.

Сообщив жуку, чтобы тот вечером явился на оговоренное место, либо же они сами в случае необходимости найдут его, Скорпиус взял Гарри за руку и аппарировал их обратно на кухню мэнора.

— Кажется, я придумал вопрос на выбор, — улыбнулся Гарри. — Что делаем? Пьем кофе и в бассейн, пока все спят? Или будим Ивара самым приятным на свете способом?

— Будим Ивара и потом все втроем в бассейн! — решил Скорпиус, и у него даже глаза загорелись от предвкушения. — Он, правда, наверняка проснется раньше, чем я.

— Когда-то ты применил ко мне какие-то сонные чары. Интересные ощущения были. Необычно — очень хочешь проснуться, но будто не можешь, — вспомнил Гарри. — Ну что, готов еще раз услышать восторженное «магия — это круто»? — улыбнулся он и, подмигнув Скорпиусу, аппарировал их в спальню.

Ивар сладко спал, обняв подушку. Скорпиус улыбнулся и взмахнул палочкой.

— От оргазма проснется, раньше — вряд ли, — сказал он Гарри и принялся быстро раздеваться. — Кто делает минет?

— Смотря, что мы хотим, — хмыкнул Гарри. — Если поскорее в бассейн — то, конечно же, ты. А если мы никуда не спешим, предлагаю Ивара вымотать, как следует, — улыбнулся он и, сбросив халат, подошел к Скорпиусу вплотную. — Но сначала это… — прошептал он Скорпиусу в самые губы, неторопливо скользнул по контуру кончиком языка, а затем вторгся в его рот, целуя уже по-настоящему.

Скорпиус отозвался не просто охотно, а с настоящим восторгом.

— Давай ты будешь выматывать Ивара, а я — тебя? — предложил шёпотом, обнимая Гарри и красноречиво опуская руки ему на задницу.

Гарри на секунду прикрыл глаза, тихо рыкнул, сжимая зубы, а член его при этом так крупно дернулся, что в явном согласии с малфоевским предложением сомневаться не приходилось.

— Тогда я непременно трахну тебя, — сообщил он хрипло. — Сглотну последнюю каплю спермы, и сразу же трахну.

— Что ж, тогда мне придется очень постараться, чтобы ты не кончил раньше времени, — выдохнул Скорпиус и потеснил его к кровати. — Потому что я очень хочу, чтобы ты меня трахнул, — он вывернулся из объятий и подошел к Гарри сзади, вжимаясь пахом в задницу. — И тебя трахнуть — тоже хочу…

— Да и мне придется постараться, чтобы Ивар все же кончил из нас самым первым, — прошептал Гарри. — Задача не из легких, особенно когда ты начнешь двигаться внутри, — он подался назад, усиливая контакт с окрепшим и очень горячим членом. — Но ничего невозможного нет, — он с шумом втянул носом воздух, опустился коленями на самый край кровати, максимально открываясь для Скорпиуса, и наклонился к Ивару, мягко переворачивая его на спину и откидывая в сторону одеяло.

Ивар негромко застонал во сне, когда его по-утреннему слегка напряженного члена коснулись горячие губы. Скорпиус же немного замешкался, колдуя над кроватью — та значительно поднялась над полом, поднимая Гарри ровно настолько, чтобы было удобно войти в него, не сгибая ноги. Зажмурившись от предвкушения, Гарри стал ритмично сосать полностью вставший член Ивара, ожидая вторжения, и был разочарован, когда Скорпиус замер всего лишь ткнувшись в него тщательно смазанной головкой.

Тело уже знало, что его ждет, и мгновенно расслабилось, настроилось на удовольствие.

«Ну чего же ты ждешь?» — мысленно торопил Гарри Скорпиуса. — «Давай же, ну давай…»

И в конце концов не выдержав, сам подался навстречу члену, насаживаясь на него, то и дело обмирая от удовольствия.

Скорпиус сзади тихо выдохнул, взял его за бедра, не позволяя делать резких движений, и наконец начал медленно входить.

Гарри успело несколько бросить в жар, затем в холод, а затем снова в жар, пока Скорпиус входил в него. Причем двигался тот настолько медленно, что Гарри всерьез подумал, что гораздо раньше просто потеряет сознание от набирающего силу неземного удовольствия, нежели Скорпиус войдет в него до упора. Впрочем, сознание он, конечно, не потерял, но от ошеломляющего давления на простату разума чуть не лишился.

Пытаясь сконцентрироваться на члене Ивара, он глухо простонал, когда Скорпиус уперся пахом в его ягодицы и замер. Замер и Гарри, мощно сглотнув, отчего член на языке мелко дрогнул, а сам Ивар смял пальцами простыни и вжался в матрас, словно уходя от ласки. Возможно, Гарри и подумал бы, что царапнул бархатистую кожу зубами или сделал что-то еще не так, если бы Ивар, влипнув лопатками в простыню не подал бедра наверх — чуть ощутимо и практически незаметно со стороны — но слишком осознанно для бессознательного состояния.

Скорпиус хмыкнул, наклонился, обнимая Гарри поперек груди, и прошептал в ухо:

— Твой минет оказался чудотворным: он проснулся. Мне обновить чары?

— Нет! — выдохнул Ивар, с трудом разлепляя глаза. — Не вздумай!

— Спи давай, — усмехнулся Гарри, отрываясь от его члена и смочив пальцы слюной. — Проснулся ты и впрямь что-то рано… Ладно бы от такого… — наскоро смочив палец слюной, он скользнул меж поджавшихся от неожиданности ягодиц и мягко надавил на анус, одновременно вбирая ртом оставленный без внимания член.

Гарри был прав — если бы Ивар секундой раньше и не открыл глаза, то наверняка сделал бы это именно сейчас. Ивар выгнулся дугой, а когда Гарри протиснул в него палец, то протяжно застонал и, отцепившись одной рукой от простыни, впился зубами в кулак.

— Ты только посмотри, как он невероятный спросонья. Чувственный такой… — Гарри обернулся к Скорпиусу, вновь отвлекаясь от минета, зато начав ласково поглаживать Ивара изнутри — мягко, без нажима, лишь легонько задевая простату и искренне наслаждаясь его тихими, но частыми стонами.

Скорпиус дотянулся до члена Ивара, ласково прошелся по нему рукой и хмыкнул Гарри в ухо, когда Ивар жалобно вскрикнул.

— Все-таки предлагаю снова его усыпить, — сказал он, поглаживая пальцем головку. — А потом разбудить. И снова усыпить. И так до самого оргазма.

Буквально на секунду Гарри задумался — все-таки Ивар был вовсе не за то, чтобы снова уснуть. Но с другой стороны, он ведь сам еще не знает, какие ощущения его ожидают, когда проснется он в тот самый момент… Быстро взвесив все «за» и «против», и заранее смирившись с возможными упреками, Гарри незаметно кивнул.

Однако незаметным кивок был только для Ивара — он крепко зажмурился и, похоже, ошеломленный неожиданно острым удовольствием, не только не видел, но и ничего не слышал вокруг себя.

Скорпиус же отреагировал мгновенно. Пара секунд, и Ивар снова обмяк на кровати, задышал глубоко и размеренно.

— Он будет ругаться, — сказал Скорпиус и несильно толкнулся бедрами, заставив Гарри стиснуть зубы. — Но я знаю минимум пять надежных способов заставить его нас простить.

— А если что, придумаем и шестой, — переждав скручивающую внутренности волну, проговорил Гарри и надавил пальцем на чувствительную стенку чуть сильнее.

Снова склонившись над блестящей от смазки головкой, Гарри прошелся языком по бархатистой коже, заодно облизнув, а затем и прикусив Скорпиуса за кончик пальца. За что и поплатился — новым толчком в задницу и следом собственным головокружением. Похоже, в намерениях Скорпиуса его вымотать никакой метафоры не было.

Но обмороки все же в планы не входили — поэтому глотнув воздух, Гарри насадился ртом на маккоевский член, мягко отодвигая руку Скорпиуса губами.

Когда он снова начал сосать, Ивара стало потряхивать во сне. На этот раз он совершенно точно спал, тихонько постанывая иногда, и почему-то это казалось Гарри еще более возбуждающим. Он даже увлекся своим занятием настолько, что на пару секунд забыл о замершем Скорпиусе, чтобы едва не взвыть, когда тот вдруг начал двигаться — но не привычно взад-вперед, толкаясь бедрами, а вбок, из стороны в сторону. Огромный член заходил внутри, затрагивая совершенно неизвестные доселе точки и даря новые, ни на что не похожие ощущения, от которых собственный член мгновенно заболел, заплакал смазкой и полностью высунулся из складок кожи.

— Если кончу, даже не вздумай выходить, — рвано произнес Гарри, уже не настолько уверенный, что сможет и дальше всячески оттягивать собственный оргазм. — Мысль трахнуть тебя крепнет с каждой секундой, — он мотнул головой, пытаясь стряхнуть защекотавшую висок каплю пота и принялся за член Ивара с удвоенным энтузиазмом.

Но Скорпиус действительно старался — едва Гарри доходил до грани оргазма, как он менял ритм, каким-то волшебным образом отсрочивая неизбежное. И хотя Гарри вовсе не жаловался, он уже ненароком подумал, один ли только Ивар находится под известными лишь Скорпиусу чарами. Он уже хотел было об этом спросить, как член Ивара во рту стал еще тверже, ласкающему маккоевский анус пальцу стало вдруг тесно, а бедра Ивара резко подскочили вверх.

Первое что увидел Гарри, сглотнув первую ударившую в горло горячую струю, — широко распахнутые глаза Ивара и его раскрытый в немом крике рот.

Внутри что-то сжалось, защемило от нахлынувших вдруг чувств, от растекающегося по телу удовольствия. А потом Скорпиус подался назад и резко вогнал в него член.

Воздух вылетел изо рта с громким звуком, и вдохнуть обратно Гарри уже не смог. Острая судорога смяла внутренности, легкие, сдавила сердце, сильно, почти до боли, но ничего более прекрасного он в жизни еще не испытывал. Протискиваясь сквозь сжавшиеся до предела мышцы, Скорпиус мощно двигался, больше ни на секунду не останавливаясь, а Гарри мог только жмуриться, роняя невольные слезы на пах Ивара, да стараться не сжать ненароком зубы на его опадающем члене.

Скорпиус остановился только когда легкие уже стали гореть, и судорожно делая долгожданный вдох, Гарри едва не подавился. С огромным трудом он кое-как распрямился, снимаясь с маккоевского члена, и мешком повалился на бок.

— Ни грамма совести. У обоих, — голос Ивара донесся будто издалека, и Гарри резко распахнул глаза. Только что пережитый невероятный оргазм был настолько сильным, что еще немного — и он бы просто отключился.

— Между прочим, ворчун, ты изрядно порушил наши планы, — разлепив спекшиеся губы, произнес Гарри. — Первое — тем, что проснулся раньше положенного. А второе — ты так кончал, что и меня накрыло.

— Предлагаешь мне извиниться за то, что я еще и заразительно кончаю? — поинтересовался Ивар довольно-таки серьезным тоном, однако в глазах его плясали смешинки.

— Письменно, — фыркнул Скорпиус, падая рядом с ним. — И в двух экземплярах.

Тут Ивар все-таки не сдержался и улыбнулся.

— А ты вообще молчи, — протянул он нелогично довольным тоном. — Сам-то нам запретил тебя так будить, а беззащитного маггла, значит, можно в чары укатать?

— Можно, — кивнул Скорпиус, сгребая его в охапку. — И нужно. И у меня еще много интересных чар в запасе.

— Это, интересно, каких же? — протянул Гарри, приподнимаясь на локте. — Не знаю, как в беззащитном маггле, но в своем начальнике любопытство ты разжег, — улыбнулся он, встретившись глазами со Скорпиусом.

«В своем начальнике…» — мысленно повторил Гарри, изрядно удивившись тому, что собственные слова показались какими-то странно не точными, оторванными от реалий — словно устаревшими.

А ведь и правда — разве подходил Скорпиус под статус подчиненного? Пожалуй, что нет. Уже нет. Ведь к подчиненным не относятся как к равноценным партнерам — и тут сейчас речь вовсе не о сексе. Что касалось их со Скорпиусом постели, Гарри сразу же определил, что границ нет и быть не может. А вот что касалось работы… Выходит, он и сам не заметил, как Скорпиус вырос настолько, что он начал считать его мнение почти равным своему.

Тут ему пришла в голову занятная мысль: а осознает ли сам Скорпиус, что давно уже думает своей головой, лишь с формальной оглядкой на начальника?

— Ну, так как данные чары с успехом применимы и на начальниках тоже, я пока придержу карты в рукаве, — заговорщически улыбнулся Скорпиус и потерся носом о маккоевскую макушку. — И кто-то обещал мне бассейн. И трахнуть.

— Не-е-ет, только не бассейн! — простонал Ивар. — Я такой теплый, мне так хорошо…

Улыбка Скорпиуса слегка померкла, и он вздохнул.

— Ладно, — уступил он. — А вечером?

— Скорпиус, — Ивар повернулся к нему и обнял за плечи, — если тебе хочется плавать, то иди и плавай. Или… — тут он запнулся и недоверчиво продолжил: — Или ты хотел непременно всем вместе?..

— Вообще-то да… — потупил взгляд Малфой. — Но если ты не хочешь…

— Уже хочу! — перебил его Ивар, сверкнув самой очаровательной из своих улыбок. — Еще как!

— А трахнуть когда, до бассейна или после? Или прямо в воде? — решил уточнить Гарри. — Только не возомни, ради Мерлина, что ты вынуждаешь одного плавать, а другого — трахать, — тут же фыркнул он и улыбнулся.

Скорпиус бросил на него быстрый взгляд, сказавший слишком много относительно того, что Гарри очень вовремя вставил свою реплику.

— Если честно, плавать я сейчас хочу намного больше, чем трахаться, — признался Скорпиус.

— Ты обратил внимание, что мы вот уже несколько дней почти не слышим про проценты? — громким шепотом поинтересовался Ивар.

— И правда, не слышим, — протянул Гарри, сильно удивившись, отчего он сам не заметил этих перемен.

Хотя, наверное, уходить в дебри в поисках ответа не стоило, тот лежал совсем на поверхности. Как бы не изъяснялся Скорпиус — будь то поток слов, больше похожих на зачитывание алгебраического уравнения, или же совершенно примитивные структуры, доступные пониманию жука — Скорпиуса он уже привык принимать таким, какой он есть, не желая его ни переделывать, ни тем более усовершенствовать.

— И кстати, про заняться сексом в воде — я вполне серьезно, — заметил Гарри и, собравшись с силами, поднялся с кровати.

— А ты делал это раньше? — скептически посмотрел на него Ивар. — Жутко неудобно. И смазку смывает сразу же.

— Похоже, кое-кто просто забыл, что магия — это все-таки круто, — усмехнулся Гарри.

— Ну да, — улыбнулся Ивар. — Забыл.

Он потянулся в объятиях Скорпиуса и неохотно откинул одеяло, намериваясь встать, но был вынужден поспешно выпрыгнуть из кровати, когда раздался телефонный звонок.

— Это Поль, — бросил он отрывисто и провел пальцем по экрану. — Алло! Да… Он один? Хорошо, сейчас будем. Он говорит, что наш жук пришел в назначенное место и, похоже, ждет встречи, — пояснил, откладывая телефон.

— Так быстро? — удивился Гарри. — Скорпиус, ты можешь сейчас прослушать запись с того момента, как мы видели его в последний раз.

— Так он же уже слушал, — растерянно отозвался Ивар. — Или… только не говори, что вы снова с ним встречались и отправились на встречу вдвоем. Даже никого не предупредив, — напряженно продолжил он и перевел взгляд на Скорпиуса.

— Нечего его буравить взглядом, — ответил Гарри. — Ответ «да» на оба вопроса.

— А что ж сейчас, ни с того ни с сего проснулся инстинкт самосохранения? — протянул Ивар, сердито глядя на них, и демонстративно сложив руки на груди.

— Слушай, — Гарри шагнул к нему ближе и обвил руки вокруг его талии. — Мы правда ничуть не рисковали. Совсем нисколечко, — заверил он и улыбнулся. — Ты же знаешь, как только дело рисковое, мы поступаем очень «по-геройски» и непременно тащим тебя с собой.

— А ты знаешь, что говоришь сейчас совсем как Скорпиус? — фыркнул Ивар. — «Нисколечко не рисковое»! Уши бы вам пообрывать обоим!

— Мы еще и с моим отцом встречались, — добавил Скорпиус. — Вот тут риск был, не спорю, но мы решили, что вдвоем как-нибудь его одолеем.

— Если первой встреча была с отцом, тогда ясно, дальше — море по колено, — рассмеялся Ивар. — Нет, ну вот что с вами, дурнями, делать? — в очередной раз спросил он, но вопреки едва ли не нравоучительным словам с теплотой посмотрел на Скорпиуса.

Гарри тоже посмотрел на Скорпиуса, но тут же отвел глаза в сторону, не желая встречаться с ним взглядом. Потому что то, что он сейчас сказал, Гарри решительно не понравилось, и это Скорпиус непременно смог бы прочитать на его лице. Возможно, сам он излишне драматизирует — кто знает, может, Скорпиус решил просто так пошутить и заставить Ивара улыбнуться.

А может, и нет. И под якобы шуткой кроется непонимание, а главное — нежелание понять отца.

— И что он хотел? — спросил Ивар, прерывая ход мыслей.

— Уточнить кое-что по рецепту. Он всю ночь глаз не сомкнул, — ответил Гарри и начал одеваться. — Ингредиенты подбирал.

Ивар недоверчиво поднял бровь и уже безо всякого ерничества спросил:

— И как? Подобрал?

— Да, — ответил Скорпиус уверенно. — В общей массе. Остались детали, но это ерунда. Даже если у зелья будет не сто процентный эффект в первое время, это совершенно не страшно. Слава Мерлину, что ингредиенты не самые редкие и дорогие. Возможно, почти все найдется в запасниках мэнора.

— Да я его тогда расцеловать буду готов, если он твои таблетки сделает, — радостно воскликнул Ивар. — И вы все время молчали? Да с этого ж начинать надо было!

— Я тебя очень прошу, не надо его целовать! — испуганно вскинулся Скорпиус.

— А вот между прочим, как бы я к нему не относился, если он сделает таблетки, я ему все прощу, — серьезно ответил Ивар.

— Давайте все же поторопимся, — предложил Гарри, уловив изрядный скепсис во взгляде Скорпиуса. — Сначала послушаем запись, потом — к жуку.

— Парней будить не будем? — спросил Ивар и сам тут же ответил на свой вопрос: — Правильно, пусть спят, понадобятся — поднимем.

Они быстро оделись и аппарировали к хмурому не выспавшемуся Полю.

— Я ускорил запись за всю ночь, — встретил он их с порога. — Я так думаю, за десять минут ты ее вполне усвоишь.

Скорпиус благодарно кивнул и не стал ему говорить, что запись он уже слышал.

— Он вообще не разговаривал, — сообщил Гарри и Ивару. — Но, несомненно, много плавал.

— Значит, остается надеяться, что иных способов передачи информации у этих особей нет, — вздохнул Гарри. — Поль, спасибо, за звонок.

Поль угрюмо посмотрел на всех троих, затем зевнул и махнул рукой, мол, пустяки — даже несмотря на то, что сам он не выспался.

Не желая терять ни минуты времени, Гарри взял Ивара и Скорпиуса за руки и сам аппарировал их в автосалон.

Жук обрадовался их появлению, как собака рада встречи с хозяином. Он подбежал к Скорпиусу и доверчиво ткнулся мордой в машинально подставленную руку.

— Я найти! — перевел Скорпиус радостное верещание. — Большой город под водой! Много людей. Они меня звать, но больно не мочь делать! Совсем нет боль!

— Что за город? — оживился Гарри. — Пусть расскажет, что видел. И опишет как можно точнее, как он туда добрался. И еще… Как близко он подошел к тем людям? — спросил он и обратился к Скорпиусу. — Его надо тщательно осмотреть. Не дай Мерлин он вызвал подозрения, и они нацепили на него следящий маячок.

— Город под водой, большой прозрачный купол, — с готовностью начал рассказывать жук. — Как добраться описать не мочь, мочь показать — вода, вода кругом. Глубоко. К людям не подплывать, видеть далеко. Хорошо видеть — много огней.

— Нужно будить парней, — быстро сказал Скорпиус уже от себя. — И выяснять насчет плавательного средства. Если его нет, то я нырну вместе с жуком.

— Ты совсем с ума сошел? — потрясенно воскликнул Ивар. — Будим парней и ищем подлодку. А про нырнуть — забудь, пожалуйста, — он покачал головой и не то вопросительно, не то с мольбой посмотрел на Скорпиуса.

— Ивар прав, — сразу же подхватил Гарри. — Никуда ты не нырнешь, — отрезал он со всей присущей ему категоричностью. — Так что выкинь из головы этот бред. А жуку скажи, чтобы ждал нас здесь. Мы возвращаемся в мэнор.

Скорпиус прищурился, глянул на одного, другого и спокойно сказал:

— Мы ведь это уже проходили. Если подлодки нет, то нужно будет нырять.

— Ты плохо слышишь? Если я сказал выкинуть эту идею из головы, значит, ты ее выкинешь, — процедил Гарри. — Нырять ты не будешь, и точка!

Возможно, он разговаривал со Скорпиусом чересчур жестко, но другого способа сбить снова проснувшееся упрямство Гарри не видел.

Скорпиус стиснул зубы, сжал кулаки и сухо ответил:

— Так точно, сэр. Есть, аппарировать в мэнор! — он подхватил их под руки, аппарировал в коридор перед комнатой Крига и тут же отстранился, отступая на два шага.

Гарри бросил на Скорпиуса короткий взгляд, но промолчал, решив, что если разговор сейчас продолжится, не избежать им уже самой настоящей ссоры, а не просто недовольства решениями друг друга.

Ивар не выдержал повисшей тишины первым. Он уже занес руку, чтобы постучать в дверь, но, словно от бессилия она повисла плетью, а сам Ивар резко развернулся к Скорпиусу.

— Ко мне ты тоже начнешь обращаться по званию? — спросил он, и голос его заметно дрогнул.

— Могу, если надо, — равнодушно пожал плечами Скорпиус.

Больше он ничего не добавил, и на Ивара не взглянул.

— Оставь его в покое, — бросил Гарри с раздражением. — На тебя эти санкции долго распространяться не будут. Плохой вовсе не ты, а я. Но пусть он лучше вообще со мной никогда не заговорит, чем я всю жизнь буду оплакивать его, — проговорил он и сам постучал в дверь.

Но Ивар всё равно не выдержал — едва Гарри отвернулся, он взял Скорпиуса за руку и развернул к себе.

— Ну перестань, пожалуйста, — попросил он умоляюще. — Ты же всё прекрасно знаешь…

— Сейчас девять часов утра, будний день, — ответил Скорпиус уже не так безразлично. — Это значит, что я на службе и должен выполнять приказы старшего по званию. Что я и делаю.

Гарри закатил глаза и снова постучал в дверь — гораздо громче и настойчивее. Отвечать на реплику Скорпиуса он не считал нужным. Если тот встал в позу, то пусть и пребывает в образе обиженного и непонятого столько, сколько ему влезет. Тем более, что сердобольная нянька у него имеется, а значит, есть, кому утешить и пожалеть.

Невесело усмехнувшись, Гарри поймал себя на мысли, что он уже, оказывается, и забыл, как Скорпиус за каких-то несколько минут может довести его до состояния трясучки. Но вот только на этот раз, Гарри был намерен продавить свою линию. В конце концов, они не в игры играют, и сейчас речь идет не о сексе в кабинете и не о публичной демонстрации их отношений. И если тогда Гарри сам позволял себе слабину, понимая, что те разногласия — совсем не повод для ссоры, то сейчас ни на какие компромиссы с малфоевской упертостью он не пойдет.

— Войдите, — наконец раздался из-за двери сонный бас Роя. — Кого нелегкая принесла?

Гарри, не церемонясь, тут же распахнул дверь, а Ивар сложил руки рупором и крикнул:

— Подъем! Боевая тревога!

— Только не говорите, что жук оказался сволочью и привел к нам своих друзей, — следом из-под одеяла раздался приглушенный голос Крига, а затем показалась и его взлохмаченная голова.

— Через пять минут все собираемся в гостиной, — отчеканил Гарри и вышел за дверь, намереваясь разбудить Стива и аппарировать за Полем.

— Так что? Неужто, жук облажался? — обеспокоенно протянул Рой.

Вопреки себе, Ивар не отшутился, и даже не улыбнулся, а только лишь покачал головой, давая понять, что с жуком все идет по плану.

— Тогда что, черт побери, происходит? — не выдержал Криг. — Вы свои лица видели? Один на взводе, другой разревется сейчас, а третий упорно изображает равнодушие!

— Всё в порядке, — спокойно сказал Скорпиус. — Мы нашли базу врага. И нам нужна техника и ваша помощь. Остальное — наши личные разборки.

— А, ну тогда это в корне меняет дело! — повеселел Рой. — Подъем, Джей, там без нас никак.

— Да я уже понял, — Криг вздохнул и, не стесняясь своей наготы, встал с кровати. — Вот только «остальное» меня беспокоит.

— Мы будем в гостиной, — бесцветно сообщил Ивар, никак не откомментировав беспокойство Крига. — Идем? — спросил он Скорпиуса и протянул ему руку, продолжая смотреть в глаза.

Скорпиус кивнул, сжал его ладонь и аппарировал, но в гостиной сразу же пошел к двери.

— Что вы хотели бы на завтрак? — спросил ровно, задержавшись в проеме.

— Вы — это кто? Или это новая форма обращения ко мне? — спросил Ивар, даже не стараясь скрыть в голосе набирающее силу отчаяние.

— Вы — это ты и Гарри, — вздохнул Скорпиус. — Что вы оба хотели бы на завтрак?

На сам вопрос Гарри не ответил, а задал свой — встречный:

— Долго этот фарс будет продолжаться? — довольно спокойным голосом поинтересовался он. — Ивар меньше всего заслуживает подобного обращения.

То, о чем эти оба могли говорить в его отсутствие, Гарри, естественно не знал, но представшая перед его глазами сцена позволяла высказать ему то, что он думает.

— Кстати, Стив уже сам проснулся. А к Полю можем аппарировать вместе. Наверняка он успел привести себя в порядок, — предложил Гарри Ивару, желая, в первую очередь, хоть как-то его отвлечь.

— Давайте проясним, — Скорпиус скрестил руки на груди и впервые в такой момент посмотрел на Гарри, не опуская голову. — Что вам не нравится? Вы сказали, я подчинился. Извините, что не стал контролировать мимику и эмоции. Я могу, разумеется, но, кажется, кто-то просил искренности?

— Проясним? — переспросил Гарри. — А давай. То, что ты мне концерты устраивал, это полбеды, — начал он и, набрав в легкие побольше воздуха, продолжил: — Но зачем ты так с Иваром? Сколько раз он тебя поддерживал? А тут раз погладил не по шерстке, то все, надо устроить демарш и перед ним. Так что ли получается? И я сейчас не к фальши тебя призываю, а к совести.

— Гарри, не надо, — тихо попросил Ивар. — Скорпиус имеет право и злиться, и обидеться. Не засовывай его, пожалуйста, обратно в раковину, да ещё прикрываясь мной. И, кстати, как ни удивительно, но он прав. Он подчинился, но не станешь же ты требовать, чтобы он ещё и делал это с радостью? — Ивар криво усмехнулся. — Я буду блинчики, — сказал он Скорпиусу. — Если можно.

— Спасибо, — на этот раз с настоящей теплотой поблагодарил его Скорпиус. — Конечно, можно. А что касается демаршей… Я уже однажды сказал тебе, — Скорпиус посмотрел на Гарри в упор, но говорил без вызова. — Если ты хочешь, я буду делать всё, как ты скажешь. Так, как тебе нравится.

— Не делай из меня, пожалуйста, самодура, который не знает, чего хочет, — отрезал Гарри. — Однажды я тебе уже дал ответ. Но когда до тебя пытаешься достучаться, ты либо сразу кидаешься в крайности, либо предлагаешь просто наслаждаться притворством. И, кажется, я начинаю понимать твоего отца, — выдохнул он и резко замолчал.

Он произнес эти слова, будучи уверенным в своей правоте, а в следующую, очень долгую секунду уже успел о них пожалеть.

Особенно после того как Скорпиус круто развернулся на каблуках и аппарировал, делая инстинктивный шаг к двери.

— Ну зачем? — Ивар посмотрел на него с настоящей тоской. — Зачем ты это сейчас сказал? Что он такого сделал, в конце концов? Посмотрел не так? Сказал не с той интонацией? Эх, Гарри, Гарри… — он удрученно покачал головой.

— Помолчи, Ивар… Пожалуйста, помолчи… — с горечью от неправильности всего произошедшего выдохнул Гарри. — И так тошно, — он опустился на диван и закрыл лицо руками, пытаясь придумать, как поступить дальше.

Вразумительных идей не было, не бежать же за Скорпиусом с извинениями! Впрочем, он и побежал бы, но тот навряд ли захочет его сейчас слушать. И кстати будет совершенно прав.

— Я за Полем, — наконец, произнес он и тут же аппарировал.

Ивар некоторое время озадаченно смотрел на то место, где только что стоял Гарри, а потом запустил руку в волосы и негромко застонал.

— Вот же… — протянул с досадой и плюхнулся на диван. Коснулся в раздумьях удивительно удобно севшего на палец малфоевского кольца, но так и не решился повернуть его ни в какую сторону.

Когда в комнату нагрянули Рой и Криг, он встретил их лишь мрачным взглядом.

— Что, пиздец? — понимающе вздохнул Криг. — Разругались в усмерть?

Ивар только молча кивнул и уставился в пол.

— Ну и кто из вас троих начал? — тихо спросил Рой.

— Ну не Ивар же, ясное дело, — фыркнул Криг и присел рядом с ним. — Не буду лезть не в свое… Ну не убивайся ты так, — слабо улыбнулся он. — Ты же у нас миротворец, всех помиришь.

— В этот раз все как-то совсем серьезно, — вздохнул Ивар. — И оба при этом хороши. Хотя кое-кто все же лучше… — он вздохнул и поднялся. — Пойду, найду Скорпиуса. Не представляю, правда, что ему сказать, но хоть рядом посижу.

— И что мистер Главный-кто-то-там ему сказал? — сочувственно поинтересовался Рой.

— Да ясно же, что ничего хорошего! — фыркнул Криг.

И снова Ивар ничего не ответил, так же молча покинув гостиную.

— Да что у них случилось-то? — растерянно выдохнул Рой, проводив Ивара взглядом. — Ведь еще вчера все хорошо было…

— Ну знаешь же, как оно бывает, — пожал плечами Криг. — Все хорошо-хорошо, а потом ба-бах — и пиздец…

Согласиться Рой не успел — рядом с ними раздался звучный хлопок, явив Гарри и вцепившегося в его руку Поля.

— Никак не могу понять принцип, — задумчиво сообщил Поль. — Ни разу не гравитационное ускорение, — рассудил он. — Хотя если предположить, что центробежное ускорение в этот момент…

— Где Ивар? — перебил его Гарри, осмотревшись по сторонам.

— Пошел «посидеть рядом», — Криг окинул его проницательным взглядом и осторожно заметил: — Лучше бы тебе извиниться, даже если считаешь, что десять раз прав.

— Тогда я прошу прощения за вынужденную задержку, — Гарри окинул взглядом всех присутствующих и тотчас устремился в коридор.

Искренне надеясь, что Скорпиус вместе с Иваром окажутся на кухне, он аппарировал в то же самое место, куда его перенес Скорпиус несколькими часами раньше. Дав себе пару секунд на размышления, как построить с Малфоем разговор, Гарри направился к открытой двери и застыл на пороге.

Ему повезло — Скорпиус действительно был на кухне. Вместе с Иваром он сидел ко входу спиной, поэтому не обратил внимания на его присутствие. А может, просто не захотел обращать…

— Ивар, оставь нас, пожалуйста, наедине, — сглотнув вставший в горле ком, проговорил Гарри.

Ивар внимательно на него посмотрел и медленно поднялся.

— Надеюсь, слова ты нашел правильные… — сказал он тихо и вышел.

Скорпиус тоже встал, скользнул по Гарри абсолютно пустым взглядом и налил кофе в две пузатые кружки. Вернулся на место, придвинул одну к себе и, покрутив в руках, сказал бесцветным тоном:

— Извини, пожалуйста. Больше никаких демаршей. Я неправильно понял ситуацию, и это больше не повторится.

— Нет-нет-нет… — прошептал Гарри, отказываясь верить в последствия того, что сам же и натворил. — Прошу тебя, не надо… не замыкайся, — он закончил почти беззвучно, потому что горло будто сдавило удушливым ошейником, а в груди стало как-то обжигающе больно. — Пожалуйста, прости меня за то, что этот день все-таки наступил… — он буквально выдавливал каждый звук, вспоминая совсем недавние слова Скорпиуса, что не наступит тот день, когда он или Ивар смогут обидеть его.

— Все хорошо, — ответил Скорпиус и улыбнулся. — Будешь блинчики?

Опешив, Гарри на секунду даже поверил, но по-прежнему пустые глаза выдали Скорпиуса с головой. Оцепенев от ужасающего чувства беспомощности, Гарри бесконечно долго пытался найти нужные слова, пока вдруг с леденящей душу ясностью не понял, что это бесполезно. Никакие заверения, убеждения и разговоры не вытравят рану, которую он нанес своей неосторожно брошенной фразой.

В груди заныло, а сердце сжалось так, словно на него плеснули чем-то раскаленным. Попытавшись глубоко вздохнуть, Гарри лишь глотнул ртом воздух, так и не сумев наполнить им легкие. Инстинктивно схватившись рукой за грудь, он едва не смахнул чашку, перевернув ее и разлив горячий кофе по столу.

— Все хорошо, сейчас пройдет… — поспешил он заверить среагировавшего на упавшую чашку Скорпиуса и глухо промычал от новой, еще более острой, вспышки боли.

Скорпиус подскочил к нему, подхватил под руки и помог сесть на стул.

— Тебе плохо? Гарри! — он сел перед ним на корточки, заглядывая в лицо, и теперь его глаза горели искренним беспокойством.

— Нормально все, — Гарри ответил сразу же, как только боль в груди начала потихоньку стихать. Правда, для этого понадобилось не меньше полминуты. — Принеси воды, — прошептал он, облизнув вмиг пересохшие губы и обмякая на стуле от накатывающих волн слабости и мерзкого ощущения ватных ног.

Скорпиус уничтожил содержимое своей чашки заклинанием, наполнил её водой от Агуаменти и вложил в руки Гарри. Чашку он при этом не отпустил и придерживал, пока тот пил.

Сердце наконец застучало ровно, и Гарри вздохнул было с облегчением… пока не опустил чашку и не увидел, какими глазами смотрит на него Скорпиус. За те несчастные пару секунд, что он пил, глаза у Малфоя покраснели, налились влагой, и выглядел он сейчас почему-то откровенно больным. А смотрел… Грудь сдавило по-новой, и Гарри поспешно грохнул кружку обратно на стол, чтобы не уронить. Потому что смотрел на него Скорпиус глазами осужденного, ждущего исполнения приговора.

— Что с тобой?.. — только и смог прошептать Гарри, зная, что просто так глаза Скорпиуса не наполнились бы слезами, но не понимая причину этих слез. — Мне уже лучше, — заверил он и осекся. — Если только дело во мне…

Еще раз заглянув Скорпиусу в глаза, он собрался с силами и спросил уже не шепотом, а отчетливо и в голос:

— Ты все для себя уже решил, так?.. — он закрыл глаза, потому что слизистую вдруг защипало. — Прости, что так сильно обидел тебя, Скорпиус.

Скорпиус отвернулся, опуская голову, и украдкой вытер глаза.

— Тебе будет лучше с ним, — сказал, не сумев скрыть дрожь в голосе. — С Иваром. Раз уж я тебя даже до сердечного приступа умудрился довести, то пытаться и дальше из себя что-то изображать не имеет никакого смысла. Я никогда не буду тем… — тут он запнулся и снова потянулся руками к глазам, — кто тебе нужен, — закончил едва слышно и резко встал, отходя к окну.

И хотя самому сейчас гораздо лучше было бы посидеть, Гарри встал, опираясь на стол, и подошел к Скорпиусу осторожными медленными шагами.

— Мне точно не будет лучше, если рядом не будет человека, которого я люблю, — с грустью выдохнул он. — Но если бы ты сказал, что это тебе будет лучше с Иваром — без меня — я бы тебя отпустил. Сразу. Знаешь почему? Потому что, глядя на то, как он оберегает тебя, я часто прихожу к аналогичному твоему выводу. Но также я понимаю, что это может произойти только тогда, когда ты меня разлюбишь. Впрочем, мне кажется, если я хорошенько постараюсь, то этот день не за горами, — невесело усмехнулся он.

Скорпиус помотал головой и зажал рот рукой. Его плечи затряслись, и Гарри что было силы сжал кулаки, совершенно не зная, что делать. Он шагнул было к Скорпиусу, но остановился, с оторопью наблюдая, как тот зачем-то стягивает с пальца кольцо. То самое кольцо. Понимание сковало холодом желудок, когда Скорпиус положил кольцо на подоконник и что-то сказал.

А в следующее мгновение Гарри остался один.

Секунда длилась и длилась, а вдохнуть всё не удавалось. И только когда уже начало темнеть в глазах, он наконец с запозданием расслышал, что сказал Малфой.

«Я скоро вернусь».

Облокотившись двумя руками о подоконник, Гарри посмотрел на оставленное на нем кольцо и с замиранием сердца прислушался к приближающимся шагам.

— Ивар, он ушел, — не оборачиваясь, бросил Гарри, уронив голову на грудь. — Я не удержал. Не смог.

— Так-так… — раздался за спиной знакомый голос. Но принадлежал он далеко не Ивару. — И позволь узнать, куда от тебя сбежал мой сын?

Гарри не успел даже повернуться, как следующий вопрос зазвучал уже голосом Ивара:

— То есть как, сбежал?..

— Он решил, что нам с тобой будет лучше вдвоем, чем вместе с ним, — сокрушенно произнес Гарри, встречаясь с Иваром глазами и напрочь игнорируя в этот момент сам факт присутствия Драко.

— Если бы это был не Скорпиус, я бы сказал, что на человека нашло прозрение, и он решил, наконец, зажить нормальной жизнью. Но, увы, это не про моего сына, — протянул Драко и следом выразительно посмотрел на руки Гарри. — Поттер, вот скажи — а кольцо ты красоты ради носить решил? Активируй его — вот и воссоединитесь.

На этот раз Гарри ничего не ответил, а только отошел в сторону, открывая взору Драко одиноко лежащее на подоконнике кольцо.

У Ивара подкосились ноги — он тяжело оперся на косяк, едва не повалившись на Драко. Некоторое время он потрясенно молчал, а потом стиснул зубы и мотнул головой.

— Вернем, — процедил упрямо. — И только попробуй еще хоть раз прогнать меня из комнаты в такой момент!

— Да уж, Поттер, — Драко подошел к окну и взял кольцо двумя пальцами. — Накосячил ты, видно, изрядно… А это что? — он смахнул пальцем одинокую капельку с подоконника и впился цепким взглядом ему в лицо. — Только не говори, что ты сумел довести его до слез.

— И правда, — Ивар сжал кулаки. — Лучше не говори.

— И дело даже не в том, что это плохо, — невозмутимо продолжил Драко. — А в том, что невозможно. За всю его жизнь я ни разу ни от кого не слышал, чтобы он плакал. Даже новорожденным молчал.

— Не смотри на меня так, — протянул Гарри, обращаясь к Ивару. — Я его не доводил. Не специально вышло…

— Что значит, специально не доводил? — растерянно спросил Ивар. — Как можно заставить человека плакать случайно?

— Поттер талантливый, он может, — хмыкнул Драко, с какой-то неуловимой нежностью растирая пальцами снятую с подоконника слезинку.

— Скорпиус не на пустом месте решил, что нам лучше разбежаться, — ответил Ивару Гарри. — Теперь он еще беспокоится за состояние моего здоровья. И, похоже, посчитал, что его отсутствие в моей жизни должно мне, видимо, пару лет прибавить.

— Ну, ему-то это отсутствие точно прибавит, — фыркнул Драко. — А вообще, Поттер, я тебе удивляюсь. Почему ты ещё здесь?

— А где он должен быть? — неприязненно спросил Ивар.

— По-моему, ни о какой любви не может идти и речи, если вы оба не знаете, где его искать, — холодно возвестил Драко. — Да будет вам известно, что мой сын обычно делает две вещи: читает и лежит на дне бассейна. Уверен, сейчас он не читает, — Драко кисло усмехнулся.

Гарри с Иваром быстро переглянулись и поняли друг друга без слов.

— Малфой, с меня магарыч, — коротко бросил Гарри и, ухватив с подоконника кольцо, шагнул к Ивару, аппарировав их обоих к бассейну.

Наверное, Драко Малфой не так уж плохо знал своего сына. Скорпиус действительно был в бассейне — на самом дне, под толщей воды, он неподвижно лежал, свернувшись калачиком.

— Оставайся здесь, а я за ним, — сказал Ивару Гарри и, заклинанием избавившись от одежды, нырнул в воду.

Добирался до дна он довольно долго — наверняка Скорпиус с последнего их совместного плавания еще больше увеличил чарами глубину — и поэтому, коснувшись пальцами гладкого кафельного дна, времени зря не терял. Ухватив Скорпиуса за руку, и сжав его кисть так сильно, чтобы тот даже при всем желании не смог вырваться, Гарри сразу же начал грести вверх.

И едва не хлебнул воды, когда в живот ударил толчок аппарации. Не тратя время на всплывание, Скорпиус аппарировал их на удобную площадку рядом с бассейном и вытер лицо рукой — против обыкновения, сейчас он рассчитал аппарацию совсем не так четко, как всегда, прихватив с собой пару литров воды.

А потом он сделал то, что надолго выбило Гарри из колеи — упал на колени и обхватил его за бедра, прижимаясь щекой к животу. По коже к паху потекли горячие капли.

Инстинктивно Гарри прижал его голову к животу, растерянно обернулся на такого же опешившего Ивара, а в следующее мгновение — он уже сидел на полу рядом со Скорпиусом, до невозможности крепко обняв его и всякий раз стискивая зубы, когда Скорпиус в его руках вздрагивал от беззвучных всхлипов.

Они просидели так бесконечно долго, пока у Гарри от неудобной позы не затекли ноги. Погладив все еще мокрую спину Скорпиуса, Гарри заглянул ему в глаза, а затем взял его руку в свою и молча, не говоря ни слова, вернул на палец кольцо. Глухо сглотнув не проходящий в горле ком, он наклонился к малфоевской ладони и прижался губами к горячей коже.

Скорпиус шмыгнул носом, вытер щеки свободной рукой и покачал головой.

— Я не могу, — прошептал он сипло. — Не могу уйти. И перестать трепать нервы — тоже не могу.

Ивар, услышав это, побледнел, и Гарри не нужно было сильно напрягаться, чтобы понять, почему — дальнейший ход мыслей Малфоя был вполне предсказуем.

— В таком случае выкинь из головы все эти глупости, — с нажимом произнес Гарри. — Не будет тебя — нас тоже не будет. И, черт возьми, да я просто не отпущу тебя никуда!

— Так и запомни, — кивнул подошедший к ним Ивар. — Даже если умолять будешь — все равно не отпустим! — заявил он и сел рядом с ними на мокрый пол, ничуть не беспокоясь о намокшей одежде.

— Не стану… — Скорпиус посмотрел на него опухшими от совершенно непривычных слез глазами и слабо улыбнулся. — Я понял, что больше не личность. Я часть целого.

Ивар вздохнул, не слишком довольный такой формулировкой, но тут же заулыбался вновь, потому что Скорпиус притянул его к себе, крепко обнимая.

— А ещё я понял, — добавил, поднимая на Гарри глаза, — что наши ссоры неизбежны. Потому что тот человек, каким я на самом деле являюсь, не во всем тебе подходит. Но ссориться лучше, чем притворяться, так что я постараюсь больше так не реагировать.

Признаться честно, Гарри и самому не слишком понравились слова Скорпиуса о том, что личностью он себя не ощущает, однако переубеждать его в обратном он сейчас не хотел. Ведь вполне вероятно, что сам Малфой заложил в них несколько иной смысл, нежели они с Иваром поняли. А недопониманий, пожалуй, на сегодня-то и хватит.

— И хотя я уже говорил, повторю еще раз. Прости меня за те слова. Я не знаю, что на меня нашло. На самом деле, я так не думаю, — произнес он и погладил Скорпиуса по волосам.

— Неважно, — выдохнул Скорпиус, ловя его руку и прижимаясь щекой к ладони, — думаешь или нет… Я не сержусь. И если б мог — забыл бы.

— Пометь как ошибочное, — посоветовал Ивар, глянув на Гарри неодобрительно. — И вообще на всякий случай заранее помечай так все, что говорит этот дуралей, когда злится.

— Но только хоть изредка помечай, что злится дуралей небезосновательно, — хмыкнул Гарри. — А то не дуралей, а все-таки самодур получается, — Гарри провел рукой по его щеке и аккуратно ухватил за подбородок.

Как же непривычно было видеть Скорпиуса с мокрыми, слипшимися ресницами и чуть припухшим от слез лицом. И не просто не привычно, а очень неправильно.

— Никогда больше не плачь из-за меня, — выдохнул Гарри, в очередной раз за это сумасшедшее утро почувствовав укол вины.

Скорпиус не ответил, видимо, понимая бесполезность такого обещания. Вместо этого он потянулся к нему и поцеловал со всей нежностью, на которую был способен. А потом повернулся к Ивару, целуя и его тоже.

— Я думаю, нам нужен отпуск, — сказал Ивар, когда Скорпиус отстранился. — У всех уже нервы сдают. Поэтому надо идти и разделаться уже наконец с этими креветками, что засели в море.

Скорпиус кивнул и поспешно встал.

— Я сейчас, — сказал он всё еще чуть дрожащим, но уже по-деловому серьёзным голосом, — только умоюсь.

— Если бы можно было убить взглядом, я был бы уже мертв, — сказал Гарри Ивару, когда Скорпиус скрылся из виду. — Не утруждайся, я и сам готов себе оплеух надавать, — вздохнул он и поднялся на ноги, направляясь к брошенной неподалеку одежде. — Не понимаю, как тебе только удается всегда быть с нами таким любящим? — он направил на Ивара палочку, высушив его одежду заклинанием, и начал одеваться.

— Ответ очень прост, — вздохнул Ивар. — Я вас люблю. И не готов загрызть Скорпиуса только потому, что он вдруг решил продемонстрировать характер. А тебя бросает из крайности в крайность: то ты обижаешься, что он не говорит тебе того, что хочет, то наоборот. Я вообще удивлен, что это произошло только сейчас. Представляешь, что копилось у него на душе, раз уж в итоге так рвануло?

— Нет… если честно, не представляю, — вздохнул Гарри. — А насчет крайностей, так это у тебя дар принимать всех такими, какие есть. А я так не могу, к сожалению. Я всегда предъявлял что к жизни, что к людям больше требований, чем, наверное, нужно. А оттого всех вокруг делал несчастными. Впрочем, мы об этом уже говорили, — слабо улыбнулся он.

— Говорили, — улыбнулся Ивар. — А что крайности… Так отчасти и за это тоже мы тебя любим, — он заключил Гарри в объятия, звонко чмокнул в щеку и улыбнулся вернувшемуся Скорпиусу. — Ну ладно, где там наша Yellow submarine?

Недолго думая, Гарри взял обоих за руку и аппарировал ко входу в гостиную.

— Уверен, мы сейчас зайдем, и они замолчат на полуслове, — хмыкнул Ивар, прислушиваясь к голосам и то и дело вычленяя из оживленного разговора такие слова, как «долго не выдержит», «ангельское терпение», «да на его месте». — Вот же сплетники, — вздохнул Ивар и шагнул в гостиную первым.

Как и следовало ожидать, разговоры тут же стихли, и все, кто сидел в гостиной, испытующе посмотрели на Ивара, а затем едва ли не с облегчением вздохнули, когда за ним следом вошли Гарри со Скорпиусом.

— Еще раз просим прощение за то, что разбудили вас так рано, и совершенно без толку, — извинился Гарри и занял место на одном из диванов, усадив Скорпиуса рядом с собой.

— Пустяки, — махнул рукой Стив и улыбнулся.

— Вот не могу согласиться… — протянул все еще сонный Криг. — Ну да ладно… рассказывайте уже, что вы там нашли.

Пока Ивар рассказывал, Гарри все никак не мог отделаться от ощущения, что в Скорпиусе все-таки что-то надломилось сегодня. Перед внутренним взором то и дело вставали его заплаканные глаза, и почему-то очень хотелось убедиться, что все это только чудится, услышать, как он снова уверенно что-то объясняет парням, спорит и доказывает свое. Вот только Скорпиус молчал. Молчал, когда говорил Ивар, молчал, когда выяснилось, что никакого подводного снаряжения, кроме легких аквалангов и гидрокостюмов, ни у кого из парней нет. И даже когда приступили к обсуждению, как и где быстро и незаметно добыть спецтехнику. Вариантов было не так много, и все они после долгого размышления отбрасывались один за другим — не зная точных координат аппарации, они слишком рисковали засветиться.

— Ивар, а в Морфлоте у тебя никого нет? — наконец уныло пошутил Криг, когда идеи кончились.

Ивар прицокнул языком и отрицательно покачал головой.

— Хреново, — вынес вердикт Рой. — Ну что… кто-нибудь увлекался дайвингом? — нервно хмыкнул он и обвел всех испытующим взглядом. — Значит, пока что без вариантов, — заключил он, когда стало ясно, что повисшую тишину уже ничей возглас не нарушит. — Цепляем к жуку камеру и отправляем плавать по окрестностям вокруг той базы.

— Он не планктон, заметят и заподозрят неладное, — возразил Криг.

— У тебя есть идеи получше? — поинтересовался Рой, и, судя по его лицу, сам он не на шутку расстроился. — Черт, ведь мы совсем близко. А сделать ничего не можем! — он сжал кулаки и с шумом втянул носом воздух.

Ивар, который давно уже насуплено молчал, кинул на Гарри выразительный взгляд и отвернулся, а Скорпиус вдруг встал.

— Пойду, распоряжусь насчет обеда, — впервые за все это время подал он голос.

— Какой, к черту, обед?! — рыкнул Криг. — И вообще, я все понимаю и уважаю твои чувства, но, может быть, ты все же выскажешься по вопросу? Не может быть, чтобы у тебя не было идей!

— Идей нет, извини, — пожал плечами Скорпиус. — У кого какие пожелания? Мясо, рыба, гарниры?

— На свое усмотрение, — ответил Ивар за впавших после слов Скорпиуса в ступор парней.

— То есть как, нет? — спросил растерянный Поль. — Может, тебе просто нужно время все хорошенько обдумать? Да быть такого не может, чтобы ты ничего не придумал!

— Мы уже обсуждали это, Поль. Идей действительно нет, — осторожно ответил Ивар, снова окинув Гарри цепким взглядом.

А самому Гарри, пожалуй, было впору начинать лупить себя по затылку. Не прогнозировал ли Скорпиус подобный исход этого консилиума? Прогнозировал, причем в точности, раз даже не сомневался — к базе можно будет подобраться только нырнув самому. И что сделал Гарри? Довел Скорпиуса, себя, да и Ивара черт знает до чего… И главное, во имя чего? Чтобы сейчас быть вынужденным принять и одобрить идею Скорпиуса?

Конечно, можно было оставить все, как есть. Рискнуть жуком, зная, что, скорее всего он обречен на провал, а потом снова быть откинутыми на несколько шагов назад в этой войне. А можно все-таки разрешить Скорпиусу воплотить свою задумку, рискнув самим Скорпиусом. Но так хотя бы у них будет шанс получить значительный перевес, а может, и совсем прекратить истребление магического мира.

Тяжело вздохнув, Гарри поднялся с дивана и отошел к окну, посмотрев сквозь черные капли на стеклах на не рассеивающиеся тучи. Решение нужно было принимать сейчас, а не водить и дальше парней за нос.

— Скорпиус, — тихо позвал он и повернулся к нему лицом, наконец, приняв решение. Озвучить основную мысль было практически невмоготу, а на Ивара он вообще боялся посмотреть. — Расскажи им. Если никто не увидит в идее изъяна, я одобрю, — выдавил Гарри и снова отвернулся к окну.

— Кажется, сейчас мы услышим тайну века, — хмыкнул Криг. — Уверен, именно из-за этой идеи, которая, несомненно, гениальна и враз закончит всю войну, они и поссорились.

— Сделай милость, заткнись, — попросил Рой. — Интересно же!

— Идеей как таковой это назвать сложно, — медленно сказал Скорпиус, буравя взглядом поттеровскую спину. — Просто я могу задерживать дыхание на пять минут и нырять на глубину сто семьдесят метров без каких-либо чар.

Первым переварил услышанное Поль — он присвистнул и выразительно закинул руки за голову.

— Ну всё, — сказал он довольно. — Дело в шляпе.

— А я не понял, ссорились-то вы тогда почему? — недоуменно спросил Криг. — Если парень — такая находка, то его на руках носить надо, а не в слезах топить. Или ты нырять не хочешь? — он с подозрением посмотрел на Скорпиуса.

— Много ты понимаешь! — фыркнул Рой. — Он-то хочет! — и выразительно кивнул на Гарри.

— Но против, кажется, не один только Гарри, — прозорливо заметил Стив и внимательно посмотрел на вновь нахмурившегося Ивара.

— Так ладно, шефа я возьму на себя, — хмыкнул Криг. — А Гарри вроде и сам сменил гнев на милость. Так что давай, малой, рассказывай теперь, как ты все это видишь. Погрузился, дальше что?

— Если использовать ваши приспособления для ныряния, то мы с жуком сможем очень тщательно осмотреть всю базу и найти способ проникнуть на неё, — объяснил Скорпиус. — Дальше совсем просто: я аппарирую за вами, наложу маскировочные чары и передам Гарри координаты. Всё, считайте мы внутри.

Криг покивал и снова обратился к Ивару:

— Ты понимаешь, что это действительно реальный шанс? Хороший шанс, Ивар, лучшего может и не быть, — подметил он и поспешил уточнить: — Тем более, Скорпиус как никто другой справится с этой задачей и быстро, и качественно.

Ивар вздохнул. Крыть ему было нечем.

— Ты ведь сможешь аппарировать с любой глубины? — тихо спросил он Скорпиуса. Тот кивнул. — И сможешь выплыть сам, если вдруг вода всё-таки попадет на кожу? — ещё один кивок. — И не задохнешься, если вдруг повредится акваланг?

— Со мной ничего не может случиться, — тихо и очень серьёзно сказал ему Скорпиус и добавил, подходя к Гарри: — У нас нет другого выбора. И я по-прежнему аврор при исполнении.

— Тогда определись со временем, когда будешь готов, — произнес Гарри, кинув через плечо беглый взгляд на Скорпиуса. — Поль, мы сможем на него нацепить жучок, чтобы если что незамедлительно получить координаты его местонахождения?

— Ну а почему нет, — пожал плечами Поль. — Есть у меня парочка приборов, которые должны выдержать глубоководное давление.

— И кольца, — добавил Скорпиус. — Не забывайте про них.

— И, если честно, это как-то непрофессионально, — заметил Поль. — Вы уж меня, конечно, извините, но если бы вы друг с другом не спали, вопроса бы не стояло. Если бы кто-то из нас умел нырять, вы отправили бы его без разговоров, разве нет?

Тут Ивар вспыхнул, да и Гарри почувствовал, как кровь приливает к щекам. Упрек был справедливым и очень болезненным.

— Верно, со стороны делать выводы легко, — ответил Гарри, разворачиваясь ко всем лицом. — Прости, Поль, но конкретно тебе будет очень сложно понять нас с Иваром. А вот Джейсон, думаю, тоже не пребывал бы в восторге, если бы нырять пришлось Рою. А если бы решение зависело именно от него, уверен, не одна дверь слетела бы с петель.

— Твоя правда, — нисколько не смутился Криг. — Особенно, если учесть, что никакими магическими штучками моё незамысловатое счастье не владеет.

— А в лоб? — мрачно глянул на него Рой. — За «незамысловатое»?

— Ну уж какое есть! — фыркнул Криг, разведя руками. — Но мне кажется, у малого со всех сторон соломка, так что я бы на его месте рискнул.

— Я рискнул бы и без соломки, — хмыкнул Рой. — Так что, когда выдвигаемся?

— Боюсь, что не сегодня, — к удивлению всех сказал Скорпиус. — Я… — он смутился и отвел взгляд. — Немного не в форме. Боюсь, мне надо поесть и поспать хотя бы двенадцать часов.

— Распорядись насчет обеда и ложись. А мы пока проверим и подготовим снаряжение, — сообщил Гарри и подошел к Скорпиусу, с беспокойством заглядывая в глаза. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Скорпиус улыбнулся было, но потом сдался и помотал головой, взявшись за виски.

— Голова болит, — пожаловался он. — Но это нормально. Внутричерепное давление повысилось, плюс стресс и недосып. Усну без зелий, как пить дать.

— Если хочешь, давай позавтракаем вместе в нашей спальне, — предложил Гарри, снова почувствовав вину за свою несдержанность. — Парней накормят домовики. А потом ляжешь спать, — чуть улыбнулся он и взял Скорпиуса за руку, не обращая внимания на остальных.

— Да идите уже! — хмыкнул Рой. — Умотали пацана своей любовью!

— И если Скорп будет до следующего утра дрыхнуть, то может и нам слегка доспать? — предложил Криг.

— Поддерживаю! — почти хором сказали Поль и Стив.

— Предлагаю собраться здесь же через четыре часа, — кивнул Гарри и, не отпуская руку Скорпиуса, направился к Ивару. — Но пока не расходитесь — сейчас отправим к вам домовиков, они приготовят завтрак, — сообщил он и, положив ладонь Ивару на плечо, перенес их в спальню.

— Господи, неужели я, наконец, доберусь до своих блинчиков? — улыбнулся Ивар, приобнимая Скорпиуса поперек груди.

— Может, тебе обезболивающего принести? — спросил Гарри, взглянув на Малфоя с беспокойством.

Тот помотал головой, отказываясь, и щелкнул пальцами, вызывая домовиков.

Ивар обнял Скорпиуса за плечи, прижимая к себе.

— Не обезболивающего ему надо, а еды и поспать. Это у него от слез. Наказание за то, что хотел нас бросить, — он улыбнулся, но глаза смотрели серьезно.

— Не бросить, — тут же возразил Скорпиус. — Просто я…

— … Слишком много думаю, — закончил за него Ивар. — И иногда — сущую ерунду!

Гарри чуть усмехнулся, полностью соглашаясь с Иваром, однако веселья в этой усмешке сейчас не было. Ведь никто иной, как он сам, и толкает Скорпиуса на обдумывание этой ерунды.

Наверное, он и дальше бы занимался самокопанием, но тут появились несколько домовиков:

— Что желает действующий господин? — спросил один из них, кланяясь.

— Действующий господин очень хочет есть, так что принесите чего-нибудь, да побыстрее, — Ивар ответил вместо Скорпиуса, заботливо прижимая его к себе. — А мне — мои блинчики. Ну и еще чего-нибудь, посытнее.

— Мне все равно. Несите то же, что и Ивару, — пожал плечами Гарри, отлично понимая, что после такого напряженного утра и кусок толком в горло не полезет. — А у остальных гостей спросите, подробно и у каждого. Они будут завтракать в столовой.

— Они так теперь всегда будут к тебе обращаться, «действующий господин»? — хмыкнул Ивар, когда домовики исчезли, торопясь выполнить приказ.

— Нет, через год перестанут, — отозвался Скорпиус. — Это дань этикету. Но раздражает, согласен. Отцу, правда, еще хуже… — тут он вздохнул. — Наверное, после еды я должен буду сначала поговорить с ним, а потом уже спать.

— Группа поддержки нужна? — спросил Ивар. — Хочешь, все втроем пойдем, а хочешь, возьмешь одного из нас.

— Не хочу грузить вас кучей зельеварческих терминов, — с улыбкой отказался Скорпиус. — А ни о чем другом я говорить не намерен.

— Как скажешь, — кивнул Гарри и прилег на кровать, с облегчением вытягивая ноги.

Наверное, ему и самому стоит немного вздремнуть перед тем, как начать готовить снаряжение. Ссора со Скорпиусом просто разом высосала все силы.

— Гарри… все нормально? — голос Ивара раздался как раз в тот момент, когда он с наслаждением прикрыл глаза.

— Вполне, — ответил Гарри. — Просто что-то я… в общем, в сон потянуло, — произнес он и подавил зевок.

Скорпиус тут же ртутью скользнул к нему под бок, обнимая и пристраивая голову на груди. Не открывая глаз, Гарри обнял его за плечи и ткнулся губами в макушку.

— Вот ведь… — вздохнул Ивар. — Вам так жить интереснее, что ли?.. Сначала изведут друг друга, а потом мирятся по полдня.

Тут на столе появилась еда, и он ухватил себе тарелку с блинчиками, забираясь с ней на облюбованный подоконник.

— Пойди позавтракай, — проговорил Гарри. — Я чуть позже присоединюсь к вам.

— Пока ты сподобишься, присоединяться уже будет не к чему, — с уверенностью заявил Ивар, уплетая блинчики за обе щеки. — Нереально вкусно. Скорпиус, возьми у домовиков рецепт. Я тоже хочу уметь так готовить.

— Твои блинчики мне тоже очень нравились, — улыбнулся ему Скорпиус и с явной неохотой встал.

Ивар просиял и набросился на еду с еще большим аппетитом. К слову, беспокоился он зря — едва Скорпиус опустошал одно блюдо, на его месте тут же появлялось новое — об аппетите хозяина домовики знали прекрасно.

Утолив первый голод, Скорпиус взял со стола кувшин с каким-то напитком, налил большую кружку и отнес ее Гарри.

— Это компот из боярышника, — сказал он. — Очень хорошо для сердца.

Гарри нехотя открыл глаза и принял чашку из рук Скорпиуса. Признаться, пить он совсем не хотел, да и в чудодейственность напитка верил мало — но компот оказался на удивление таким вкусным, что Гарри выпил все до последней капли, вернув Скорпиусу пустую чашку.

— Спасибо, — искренне поблагодарил он и потянулся.

— Ну и?.. Никто мне ничего рассказать не хочет? — вдруг спросил Ивар. — Гарри, почему ты теперь пьешь то, что хорошо для сердца?

— Не почему, — отмахнулся Гарри. — Пью просто потому, что компот вкусный, — попытался солгать он.

Но, разумеется, виноватый вид Скорпиуса все испортил.

— Та-ак… — протянул Ивар, переводя взгляд с одного на другого. — У тебя что, сердце прихватило в итоге?

Он вперил в Гарри проницательный взгляд.

— Ивар, все нормально, — выдохнул Гарри. — Не волнуйся. Жить буду. И не смотри так! — фыркнул он и улыбнулся. — Еще немного, и ты во мне дыру прожжешь.

— Да ну вас! — передернул плечами Ивар и обиженно отвернулся к окну. И тут же вздрогнул, когда к нему подошел Скорпиус, обнимая со спины.

— Не злись, — шепнул ему в ухо. — Даже я уже понял, что по-другому не будет.

— Не злюсь, — отозвался мгновенно расслабившийся Ивар и протянул ему блинчик. — Я просто переживаю за вас обоих, дураки вы мои любимые.

— Дураки, — согласился Скорпиус, в мгновение ока расправившись с блинчиком.

У окна они зависли надолго, поедая все появляющиеся на тарелке блинчики, но Гарри и не думал им мешать. В голове была пустота, окрашенная лишь отголосками недавних переживаний, и глаза закрывались сами собой.

— Похоже, укладывать вас двоих до утра надо, — через некоторое время сказал Ивар, глянув на задремавшего Гарри.

— Уже встаю, — сонно сообщил он и открыл глаза.

— Я серьезно, спи, — Ивар слез с подоконника и направился к Гарри, присаживаясь рядом на кровать. — Я и без тебя могу подготовить все для вылазки.

— Предложение очень заманчивое, — хмыкнул Гарри. — Но с моей стороны это уже совсем свинством будет. Всех на ноги поднял, а сам дрыхнуть решил.

— Ничего, парни поймут, — отмахнулся Ивар. — Да и с нашими приборами и оборудованием ты все равно не в ладах. Спи! — он расстегнул на Гарри брюки и в мгновение ока стащил их. — И ты иди сюда, — он поманил Скорпиуса. — Ничего не случится, если ты поговоришь с отцом утром.

Скорпиус кивнул, с улыбкой подошел и встал перед ним, даже не пытаясь раздеться самостоятельно. Ивар широко улыбнулся в ответ и быстро расправился и с его брюками тоже.

— Все, всем спать! — сказал он, откидывая одеяло, но взгляд его прочно прикипел к обтянутому зелёной тканью трусов малфоевскому члену.

Скорпиус, конечно, заметил, куда он смотрит, но решил не акцентировать на этом внимание. Вместо этого он стянул футболку и залез в кровать.

— Я все-таки выпью зелье, — решил он и призвал бутылочку. — А ты не хочешь поспать пару часов? — спросил у Ивара.

— Я — нет, — покачал головой Ивар, но присел на кровать рядом с ними. — У меня наоборот какое-то нервное перевозбуждение. Теперь чтоб уснуть, мне поможет только что-то из твоих любимых собраний сочинений почитать, — хмыкнул он, припомнив сборник любимых стихов Скорпиуса.

— Вот уж точно, — согласился Гарри и улыбнулся. — Адские книги.

Скорпиус фыркнул и выпил зелье.

— Ну хоть рядом полежи… — предложил он тихо, подкатываясь поближе к Гарри.

Ивар странно на него глянул и без слов поспешно залез в кровать.

— Голова еще болит? — спросил участливо. — Давай помассирую. Ложись сюда, — он похлопал себя по груди и тут же запустил пальцы в шелковистые волосы, когда Скорпиус послушался.

А Гарри смотрел на них, подложив руку под щеку и вслушиваясь в дыхание засыпающего Скорпиуса, с каждой минутой становившееся все более спокойным и размеренным.

— Я очень рад, что у него есть ты, — заговорил Гарри, дождавшись, пока Скорпиус уснет окончательно. — И я спокоен, зная, что ты всегда будешь рядом.

— Я есть у вас обоих, — улыбнулся ему Ивар. — И я тоже очень рад, что я у вас есть. Спи, — он протянул руку и погладил Гарри по щеке. — У тебя глаза все красные.

Гарри улыбнулся и сомкнул веки, наслаждаясь ласковым прикосновением. Удивительно, насколько Ивар неодинаково реагировал на него и на Скорпиуса. Потому что скажи нечто подобное Малфой, Ивар наверняка бы почувствовал неладное. А тут воспринял совсем по-другому.

Нет, он не пытался сравнить реакцию Ивара в чью-либо пользу. Просто сегодня, когда собственное сердце дало о себе знать, он действительно задумался над тем, что присутствие рядом Ивара даст Скорпиусу шанс на нормальную жизнь, если с ним самим что-то случится. Конечно, Гарри не ставил теперь на себе крест, но и исключать разные варианты не собирался.

И сейчас он был не просто рад, сейчас он был спокоен — пока Ивар рядом, Скорпиус в надежных руках. К тому же, с какого-то момента отношения между Иваром и Скорпиусом перестали быть игрой в одни ворота. Ведь Гарри не мог не заметить, как Скорпиус начал тянуться к Ивару. Не так, как к нему, совсем по-другому, но даже эти различия не давали повода усомниться, что Ивара Малфой действительно начал любить. И даже, возможно, более адекватной, открытой любовью, не боясь не угодить или лишний раз навязать свое общество.

И в том, как когда-то Гарри сказал Ивару, что Скорпиус всегда будет воспринимать его иначе, он ничуть не ошибся. Ошибся он только в одном — не боясь снова показаться ненормальным, Скорпиус начал строить отношения с Иваром так, как Гарри мог пока только мечтать. Но, может, и ему когда-нибудь удастся достучаться до Малфоя так, как получилось у Ивара. Ну а если нет… что ж, значит, все будет идти между ними своим чередом. Так, как могут понять и принять только они оба. Ну и Ивар, конечно. Тот понимает, что к чему, пожалуй, даже лучше них самих.

Глава 21

Скорпиусу удивительно шел водолазный костюм. Большинство людей выглядят смешно, затянутые в обтягивающий все места пластик, но только не он. Даже облегченный заклинаниями бронежилет, который тщательно запаяли во все тот же пластик, не портил картинку.

Ивар настоял, чтобы костюмов на Скорпиусе было для подстраховки два. Он также очень настаивал на третьей паре перчаток, но это даже Гарри показалось лишним. Зато маску и шлем они с Иваром проверяли по очереди три раза.

— Проверка, проверка! — сказал Поль в микрофон связи.

Скорпиус показал большой палец, зная, что встроенная камера передаст изображение, и сделал знак жуку. Микрофон обратной связи пришлось отключить, потому как выводное отверстие наружу показалось Рою ненадежным, и его запаяли. С жуком Скорпиус решил объясняться жестами, и некоторое время ушло на подготовку.

Жук, предвкушая скорое возвращение домой, старался, как мог, безоговорочно поверив людям. Глядя на него, Рой в который раз проклял неведомых пока агрессоров за то, что те заставили мирных и дружелюбных, в сущности, животных, убивать. Проклял он их и еще раз, когда выяснилось, что как раз убивать напрямую жуки отказались даже под пытками — их удалось только обмануть, заверив, что разрушение магических заслонов не причинит никому вреда. Мрачный, как туча, Рой заставил Скорпиуса пообещать не говорить жуку, как много людей погибло по их вине.

— Выпускаем жука, — отдал приказ Гарри, начиная операцию. По тщательно проработанному плану жук должен был своим ходом добраться до обозначенной береговой линии, а дальше вместе со Скорпиусом погрузиться на глубину. Как вариант рассматривалась возможность аппарировать жука вдвоем — но вспомнив, сколько сил забрала его доставка в бункер, было решено немного потерять во времени, зато сохранить силы.

Впрочем, потеря была невелика — двигаться жук умел очень быстро.

— Смотри, как скачет, — хмыкнул Криг, прилаживая бронежилет и одним глазом наблюдая за жуком в монитор. — Что твой кузнечик.

— Расчетное время выхода на цель — двадцать семь минут, — объявил Поль.

Скорпиус покачал головой, явно желая поправить, и даже начал снимать шлем, как вдруг посреди комнаты появился домовик.

— Бывший хозяин хочет вас видеть, — сказал он Скорпиусу. — Говорит, это очень важно.

Скорпиус стянул-таки шлем и вопросительно посмотрел на Гарри.

— Бывший хозяин выбрал самое удачное время, — с некоторым раздражением заметил Гарри, но, понимая, что наверняка у Драко действительно что-то важное — иначе бы тот явно не стал их беспокоить — взглянул на Скорпиуса и проговорил: — Ты сам знаешь, сколько у тебя есть времени на разговор с ним. Постарайся не задерживаться.

Скорпиус коротко кивнул и тут же аппарировал.

— Может быть, он уже составил рецепт… — с надеждой протянул Ивар. — Было бы хорошо.

— Скорее всего, что-то хочет уточнить, чтоб не ошибиться, — предположил Гарри. — Не волнуйся, я просто уверен, что зелье он приготовит вовремя.

— Что за зелье? — полюбопытствовал Криг. — Надеюсь, не наркота?

— Думай, что говоришь, — нахмурившись, посоветовал Ивар.

— Аналог вашим ферментам для пищеварения, но только гораздо более мощное, — ответил Гарри. — Скорпиус даже алкоголь не пьет, какая там наркота, — хмыкнул он, с улыбкой взглянув на все еще хмурого Ивара.

— Да, с этим не повезло, — вздохнул Рой и ткнул Ивара под бок. — Шеф, хорош дуться. Никто твоего обожаемого Скорпиона не обижает. Такой ты бука стал, кошмар просто!

— Да с ними станешь! — фыркнул Криг, весело глянув на Гарри. — Смотрите, испортите нам шефа — устроим вам «темную», ни на какую магию не посмотрим!

— А шефа к себе заберем… — весело добавил Рой.

— Ну уж нет, — пряча улыбку, заявил Гарри. — С этим точно не примиримся. Тогда мы будем считать этот поступок началом объявления войны.

— Вы еще Троянского коня начните строить, — покачал головой Ивар. — Чего вы из меня Елену Прекрасную делаете? Вот возьму, и вообще уйду от всех, — буркнул он и обвел всех довольно странным взглядом, словно перед ним стояли не взрослые мужики, а несмышленые дети.

— Так мы тебе и поверили! — фыркнул Криг и приобнял его за плечи. — Ну вот куда ты без нас и белобрысого своего?

Ивар хмыкнул и наконец улыбнулся.

— Поль, проверь-ка еще раз связь, — сказал тем временем Рой. — Не нравится мне мой микрофон. Трещит.

— Да все с ним нормально, — отмахнулся Поль. — Я уже двести раз проверил. Это от тебя фонит просто. Но упаси вас черт забыть поставить усилители, когда будете на базе!

— Да помним, — в свою очередь отмахнулся Рой. — Поставить усилители, проверить камеры и ставить маячки во всех стратегических местах. Хорошо бы рубку главнокомандующего всего этого беспредела найти… — протянул он мечтательно и тут же зло добавил: — И порешить их всех там одной «лимонкой».

— Да хорошо бы, конечно, — фыркнул Криг. — Но глупо надеяться, что все они — раз — и в одном месте окажутся. Именно тогда, когда мы к ним решили зайти на огонек.

— Думаешь, я не понимаю, что там одни только исполнители окажутся? Сам знаю, что за организаторами всей этой херни еще побегать предстоит, — выдохнул Рой.

— И потом, какая еще «лимонка»? — снова нахмурился Ивар. — Как минимум одного языка чтоб оставили, а то я с вас шкуру сдеру, имейте в виду!

— Так точно, шеф! — отсалютовал ему Рой. — Есть, доставить «языка». Но хоть по яйцам, по яйцам-то можно? А остальных «лимончиком»…

— Успокойся, кровожадный ты мой, — хмыкнул Криг. — А то отберу у тебя все твои лимончики да апельсинчики, будешь по-простецки, ножичком беспредел творить.

— И никакой не беспредел, — возразил Рой. — А вполне себе оправданная месть. И не сметь лишать меня орудий этой самой мести, — грозно закончил он, чем однако вызвал у Крига только усмешку.

На самом деле парни просто чесали языками, потому что еще на обсуждении плана было решено, что если уж обнаруживать свое присутствие, то масштабно, с полной зачисткой. Вот только степень вмешательства придется определять уже по ходу пьесы, хотя изначально в плане стоит разведка. А вот как обернется все на деле — это уже другой вопрос.

Скорпиус вернулся, когда до начала операции оставалось пять минут. Выглядел он при этом мрачнее тучи.

— Что случилось? — опередил Гарри с вопросом Ивар. — Что-то с зельем?!

— Если коротко, то у нас около десяти часов, чтобы остановить дождь, — ответил Скорпиус. — И вдобавок собрать все ингредиенты. Зелье варится исключительно в полнолунье, под открытым небом, освящаемое прямыми лунными лучами. Следующее полнолуние через месяц, а к тому времени мои запасы кончатся.

Гарри замер, затем выругался сквозь зубы, перевел дыхание и, взяв себя в руки, проговорил относительно спокойным голосом:

— Значит, у нас десять часов, чтобы взять в плен кого-то из этих скотов и добиться вразумительного ответа, как остановить чертов дождь.

— И остановить его, — напряженно добавил Ивар.

— А где ингредиенты собирать надо? — вмешался в разговор Криг.

Но Скорпиус только рукой махнул.

— Об этом после, — сказал он. — Сначала дождь. Потом попробуем аппарировать на континент, может быть там сохранились аптеки и больницы.

— Конечно, сохранились! — безапелляционно заявил Рой. — Не могли не сохраниться! Не забивайте себе голову. Все сделаем вовремя.

— Я тебя очень прошу не забыть про осторожность, — сказал Гарри и внимательно посмотрел на Скорпиуса. — Я понимаю, что на счету каждый час, но, пожалуйста, будь крайне внимателен.

— Жук на месте, — возвестил Поль и обернулся к Скорпиусу. — Ну, давай, парень, удачи.

Скорпиус кивнул ему и твердо пообещал:

— Я буду острожен.

А дальше Гарри едва успел заметить, как он натягивает маску и исчезает в аппарационном потоке.

— Есть контакт, — тут же возвестил Поль. — Глядите, какие шустрые — уже плывут…

В воде жук передвигался еще стремительнее, чем на суше, погружаясь все глубже.

— Двадцать метров, тридцать, сорок, пятьдесят… — отсчитывал Поль ровным голосом, но потом все же не выдержал: — Сто… Неужели, глубже полезут?..

К счастью, жук спустился еще на двадцать метров и поплыл по прямой.

Гарри прикипел взглядом к экрану и с замиранием сердца наблюдал за их дальнейшей траекторией.

— Нервничаешь? — спросил Ивар на самое ухо. — Мне вот тоже не по себе.

— Шеф, — протянул Криг, внимательно за ним наблюдая. — Успокойся. Мы его снаряжение сотню раз проверили. Самым плохим вариантом может быть, пожалуй, то, что он просто не найдет ходы на базу.

— Это и правда будет херовый вариант, — проговорил Гарри. — Если не сказать жестче.

— А что такого страшного случится, если это желудочное зелье не приготовят? — спросил Рой с легким недоумением. — Несварение желудка?

— Ну, учитывая, как много он ест, тут что-то другое… — протянул Поль, не отрываясь от экрана. — Думаю, это как с диабетом — ему нужна доза строго в определенное время. Только не инсулина, а калорий.

— Именно, — сухо кивнул Ивар.

— А без дозы? — чуть растерянно спросил Рой. — Тоже как с диабетом?..

Ивар и Гарри промолчали, потому что ответа не требовалось, а Рой и Криг переглянулись и слегка побледнели.

— То есть, у нас десять часов, чтобы все найти, иначе парню кирдык? — резюмировал Криг враз осипшим голосом.

— Не сразу, конечно, — через силу выдавил Гарри. — Но если за десять часов мы не прекратим этот чертов дождь, шансов у него уже не будет.

— Прошу тебя, замолчи, — умоляюще прошептал Ивар. — Не продолжай…

— Так, вы, оба! — рявкнул Рой. — Зарубите себе на носу — мы справимся. И хватит малого раньше времени хоронить!

— Да никто его не хоронит, — протянул Криг. — А ты, Ивар, правда, не накручивай себя лишний раз. Хорошо все будет!

— А в другом полушарии? — спросил вдруг Поль. — По сообщениям, правда, дождь идет по всему миру, но не может же быть, чтобы везде! Над океанами тоже?

— Отличная идея! — воодушевился Рой. — Оставим как запасной вариант. О, смотрите! — он ткнул пальцем в экран. — Там какие-то огни.

— Надо же… — Стив явно облегченно выдохнул. — Не обмануло насекомое.

Судя по всему, приближающийся на экране объект был не просто большим — он был гигантским. И очень и очень походил на ту самую пресловутую летающую тарелку.

— А вот и наше НЛО… Вот только как так получилось, что это построили незаметно от ваших спецслужб, — выдохнул Гарри, поражаясь масштабности сооружения. — Ивар, что-то мне кажется, что ларчик гораздо проще откроется, — нахмурился он и продолжил наблюдение.

— Надеюсь, ты не прав… — тихо сказал Ивар. — Потому что иначе…

Он не договорил, но все прекрасно знали, какое слово повисло в воздухе. Если маггловские власти действительно организовали истребление магов, то значило это только одно.

Война.

— Вот я давно говорил, что с этим правительством пора что-то делать! — воскликнул Рой.

— А давай ты не будешь торопиться с выводами? — протянул Криг. — Конечно, добрую половину наших благодетелей давно пора привлечь к суду, тут я с тобой согласен. Но не мешай все в одну кучу.

— Да как тут не мешать? — возмутился Рой, но замолчал, явно оставшись при своем мнении и не желая спорить дальше.

Тем временем жук замедлил ход и начал снова погружаться. Маневр был понятен — они со Скорпиусом собирались поднырнуть под основание подводной станции, но глядя на ее размеры, Гарри забеспокоился.

— Какая там глубина? — отрывисто спросил он Поля.

— Под двести будет, — растерянно ответил тот. — На пределе костюма.

— Сообщи ему об этом, — произнес Гарри, забеспокоившись, что Скорпиус, будучи так близко к цели, может войти в некий азарт, не желая останавливаться.

— Боюсь, что он об этом знает, — сдавленно проговорил Ивар.

— Придется или рискнуть, или возвращаться, — сделал вывод Криг. — Они бы не полезли на большую глубину, не будь в этом необходимости.

— Он не станет рисковать собой, — шепнул Ивар Гарри, но уверенности в его словах не было.

— Есть контакт! — выдохнул тут Поль. — Смотрите! — он указал на неприметную трубу, выходившую из основания станции. Явно предназначенная для сброса отходов, она находилась в удобном изолированном месте, где купол подходил вплотную к краю основания.

Сделав какой-то знак жуку, Скорпиус отцепился от него, подплыл к куполу и очень осторожно заглянул внутрь. Ему понадобилось одно мгновение, чтобы оценить обстановку, и Гарри уже сжал было кулаки, ожидая хлопка аппарации, но вместо этого Скорпиус снова подплыл к жуку.

— Что он делает?! — выдохнул Ивар, глядя, как они на всех парах удаляются от базы. — Почему не аппарирует?!

— Перепад давления, — догадался Поль. — Если он сейчас аппарирует, перепад давления убьет его. Слишком большая глубина.

Он оказался прав, отплыв подальше от всех возможных радаров, жук, повинуясь знаку Скорпиуса, начал очень медленно всплывать. Видимо, подстраховываясь, Скорпиус дождался, когда тот почти вынырнет на поверхность, и только потом аппарировал.

— Прошу прощения за задержку, — сказал он, едва сняв шлем. — Я сводил на минимум риски.

— И правильно делал, — с облегчением улыбнулся Ивар.

— Рассказывай, что ты там увидел, — выдохнул Гарри, да и сам почувствовал, как с появлением Скорпиуса дышать стало в разы легче. — Мы сможем аппарировать внутрь?

— А у вас и альтернативы толком нет, — покачал головой Поль. — Разве что только вы переноситесь сначала в воду, а потом из воды — уже в трубу. Правда есть одно «но»… Я так понимаю, что ваша аппарация — это как бы движение в пространстве со скоростью, приблизительно равной скорости света? — спросил он и посмотрел сначала на Скорпиуса, а потом на Гарри. — Триста тысяч километров в секунду, — тут же пояснил он. — Как вы справитесь с давлением воды по мере приближения к объекту? Пусть даже и с такой скоростью. Другое дело, если ваша аппарация — это своего рода искривление прямой линии пространства…

— Погоди, Поль, — не выдержал Ивар. — Мы ведь выдержим перемещение? — спросил он, с надеждой посмотрев на Скорпиуса.

— Мы не будем аппарировать в воду, — посмотрел тот на Поля как на безумного. — Мы аппарируем сразу внутрь купола. Там давление нормальное. Место я присмотрел, чары уже будут на нас. Вот только разведку придется проводить изнутри, по периметру были камеры, рыскать там на жуке я не рискнул.

— Боюсь, что на разведку времени-то у нас особо не будет, — покачал головой Ивар. — Сразу проводим зачистку.

— Шеф, ты чего это нам прописные истины объяснять надумал? — хмыкнул Рой. — И так ясно, что попытка у нас одна единственная.

— Потом демагогии разводить будете, — фыркнул Поль. — Когда выдвигаетесь?

— Предлагаю разделиться, — быстро сказал Скорпиус. — Рой, Криг, Стив и Гарри блокируют выходы и заминируют станцию, а мы с Иваром тем временем найдем штаб и возьмем «языка» как можно выше чином.

— Выходов четыре, — вдруг тихо сказал Стив. — Все двери автоматические, так что заблокировать легко — достаточно пары выстрелов в электронику. А вот за «языком» лучше поторопиться. Начальство не задерживается дольше, чем до обеда.

Когда Стив договорил, Гарри показалось, что просто кто-то нажал течение времени на паузу. А потом будто в замедленной съемке он увидел, как резко покрасневший Криг, стиснув зубы так, что проступили желваки, кинулся к Стиву, буквально сметая его в угол.

— Ах ты сукин сын!.. — выплюнул он, сжимая его за горло. — Ты все знал, гаденыш!.. И про эту чертову базу, и кто за этим всем стоит! Кто тебя подослал? И зачем? Говори же… ну… — он понизил голос и сильнее стиснул пальцы на его шее. — Убью…

— Джей, оставь его, — взревел Рой и подскочил к ним, пытаясь оттащить взбешенного Крига. — Если ты его задушишь, он нам уже ничего не расскажет!

Несколько секунд Рой еще безнадежно пытался достучаться до Крига и отцепить его от бледнеющего Стива, но потом тот резко разжал пальцы, позволяя перепуганному парню, наконец, вздохнуть. В тут же начавшемся приступе кашля Стив согнулся пополам и инстинктивно схватился за горло, то и дело хватая ртом воздух.

Прошло не меньше минуты, пока его кашель стих, и он смог выпрямиться, обведя всех присутствующих внимательным взглядом.

— Я могу помочь, — сказал он. — Без меня вам будет очень сложно добраться до центра управления.

— Как долго?.. — безо всякого выражения вдруг спросил Ивар. Вопрос его прозвучал так сухо, словно все происходящее и не волновало его совсем. Однако стоило заглянуть в его глаза, как уже у самого Гарри проснулось зверское желание свернуть предателю шею. — Что они тебе пообещали взамен?

— С самого начала. Как только вступил в твое подчинение. Меня для этого и направили к тебе, — тихо ответил Стив, но голову не опустил, продолжая смотреть на Ивара в упор.

— Я прошу разрешение на третье Непростительное, — вдруг раздался совершенно незнакомый металлический голос, и Гарри не сразу понял, что говорил Скорпиус. В его руке уже была палочка, нацеленная на Стива. — Он все расскажет, хочет того или нет, — добавил он, видимо, для Ивара.

— Я и так расскажу, — Стив побледнел, но смотрел все так же прямо. — У нас же время… — он посмотрел на Скорпиуса с искренней симпатией, не обращая внимания на палочку. — Несколько часов сэкономим. И Ивар… — он снова перевел взгляд на так и не шелохнувшегося Маккоя. — Я никому ни о чем не сообщал. И «жучки» уничтожил сразу же. Их штук семь на меня повесили.

— Я понимаю, что прибить мне его никто не даст, но Ивар… если я когда-нибудь увижу его рядом с тобой… — проговорил Криг и неприязненно посмотрел на Стива. — А по тебе театральный кружок плачет. «Жуку не доверяйте, жук вас заманит в ловушку», — нараспев протянул он, неумело копируя Стива. — Да этот тупоголовый мутант порядочнее тебя оказался!

— Рассказывай, — дождавшись, пока выговорится Криг, начал Гарри. — Насколько они подготовлены к атаке?

— Ты все еще доверяешь ему? — гневно прошипел Джейсон. — Тот, кто предал раз, не остановится и во второй.

— Если бы он хотел предать нас, к нам бы давно уже наведались гости, — покачал головой Гарри. — Тем, кто его послал, совсем ни к чему было ждать нашего появления на базе. Ну и?.. — он снова перевел взгляд на Стива и вопросительно посмотрел на него, одновременно решая, какой дать ответ Скорпиусу.

— Это была моя работа, — сказал Стив ему, но посмотрел на Крига. — Я не виноват, что мне дали такое задание. Но Ивара я не предавал! — прозвучало звонко, почти запальчиво. — А жук… Я действительно боялся, что его тоже подослали.

— Почему ты не рассказал все сразу? — Ивар посмотрел на него совершенно непроницаемым взглядом. — Почему смотрел столько времени, как мы барахтаемся вслепую?

— Я хотел, — вздохнул Стив. — Но вы и без меня все нашли. Никакой существенной информации я бы не добавил — координат я не знаю, аппарировать не умею. Но сейчас сказать было нужно, и я сказал.

— Хмм… нормально! — усмехнулся Рой. — Мы и без него все нашли! Он очень хотел сказать, но вот беда — пока решился, мы уже сами справились, — съерничал он. — Нет, я ему не доверяю, — вынес он свой вердикт и добавил: — И тебе, Ивар, не советую.

— Я вообще не понимаю, в чем суть церемоний, — фыркнул Криг, которого откровение Стива никак не проняло. — Применяйте, что у вас там есть в вашем магическом арсенале! Еще дебаты вокруг этого змееныша разводить не хватало! Только до обморока от болей и кровопотери его не доводите, — он передернул плечами, очевидно рассудив, что сейчас начнутся пытки сродни инквизиционным.

— Применяй, — проговорил Гарри. — Лично я ему верю, но подстраховаться не повредит, — бросил он и посмотрел в широко распахнувшиеся в ожидании невыносимых мучений глаза Стива. — Больно не будет, — заверил он, а в следующий миг с малфоевской палочки сорвалось заклинание.

Скорпиусу хватило пары минут, чтобы выяснить, что Стив не врал, а заодно и много чего не самого приятного — о страхе стать изгоем, о муках совести, кого же все-таки предать, Ивара или начальство, а так же о малодушном желании все-таки остаться чистеньким в глазах выбранной в итоге стороны.

— Да, страшная штука… — протянул Рой, глядя, как бездумно и бездушно отвечает Стив на все вопросы, глядя перед собой безжизненными глазами. — Как зомби.

— Все, прекрати, — попросил Ивар, кладя руку Скорпиусу на плечо. — Я все понял.

— И что ты понял? — мрачно глянул на него Криг.

— Неважно, как все началось, важнее, как кончилось, — Ивар чуть грустно улыбнулся смаргивающему оцепенение от заклятия Стиву. — В конце концов, я ведь сделал то же самое — предал свою расу ради вашей, — он подмигнул Гарри и улыбнулся уже весело. — Вот только чуть быстрее определился с приоритетами. Ладно, не будем терять времени. Рассказывай, — предложил он Стиву так же дружелюбно, как если бы не узнал о нем сегодня ничего нового.

— Вот же… Мать Тереза! — Криг сделал вид, что сплевывает на пол.

— Я могу сейчас начертить планировку, — тихо начал Стив. — Но вам все равно придется взять меня с собой.

— Сколько раз ты там был? — спросил Поль.

— Три. Меня доставляли туда с завязанными глазами. Поэтому я не мог назвать вам даже ориентировочное местоположение объекта, — ответил Стив гораздо увереннее.

— А зачем ты был там нужен? — поинтересовался Гарри.

— Для передачи сведений. Начальству лично, — незамедлительно ответил Стив, давая понять, что скрывать он ничего не собирается.

— Про меня и мой отдел? — с грустью улыбнулся Ивар, теперь понимая, отчего некоторым из его идей не давали хода таинственные «некто сверху». А он-то думал, что это руководство NCA просто связываться со скользкими нюансами не хочет.

— Не только. В основном, про Джорджа Роу. Кстати, это не он отдал приказ о твоём аресте. Он сам сейчас арестован, — сообщил Стив.

— Ничего, вот ему изолятор уж точно на пользу пойдет, — хмыкнул Ивар. — Может, тоже переоценит ценности.

— Если ты пойдешь на Базу, то только под Империо, — вмешался Скорпиус. Таким злым и отстраненным ни Гарри, ни Ивар его еще не видели. — Он может называть это как хочет, — пояснил он остальным, когда на него обернулись. — Но он — крыса! Может, он нас и не сдал, но эта выжидательная тактика не имеет ничего общего с поступком Ивара, который с самого начала выбрал сторону.

— Вот я за малого! — кивнул Рой. — Дело он говорит. Может, он и на базу-то рвется, чтобы в объятия любимому начальству упасть!

— Не говори глупости, — вздохнул Ивар. — Рвался бы, ничего бы нам не сказал. Нарисуй план, — попросил он Стива. — Поль, уступи ему компьютер.

Как ни странно, но Гарри был полностью согласен с Иваром.

— Конечно, ты прав… но под Империо он станет медлительным, — Гарри покачал головой, встретившись глазами со Скорпиусом. — Сам понимаешь, даже секунда промедления может иметь печальные последствия, — начал он, но тут же напоролся на упрямый взгляд. — Ты доверил нас жуку. Я тебе безоговорочно поверил. Прошу поверить теперь и мне.

Скорпиус кивнул и неохотно опустил палочку.

— Надеюсь, ты догадываешься, что есть еще и Второе, и Первое Непростительные, — ровно сказал он Стиву. — И что если из-за тебя кто-нибудь пострадает, с этого тонущего корабля ни одна крыса не сбежит, — он кивнул на экран, на котором застыло изображение подводной Базы.

— Я все понимаю, но, между прочим, твою шкуру спасать собираюсь, — буркнул Стив, глянув на Скорпиуса чуть обиженно.

— Надо же, какой молодец, — скривился Криг. — Показывай давай! Если правда помочь хочешь. А то пока одни только разговоры!

Стив насупился, но послушно начал выписывать курсором круги на экране.

— Санитарная зона — это действительно хорошее место для высадки, людей там почти не бывает. Но от штаба она расположена на противоположном конце. Провести я быстро не смогу, потому что пути толком не знаю, но Скорпиус должен справиться и сам — ему нужно вот сюда. Штаб находится наверху, под самым куполом. Там оборудован запасной эвакуационный выход с батискафами для быстрого бегства. Этот выход блокировать сложно, он открывается автоматически при подаче сигнала тревоги. Остальные четыре тут, тут, тут и тут, — он обозначил точки стрелками. — Я был на этих двух, и они совершенно одинаковы. Вот тут, на нижнем ярусе, у них лаборатория. Думаю, туда обязательно нужно заглянуть. Начальство, если оно есть, покидает Базу из третьего выхода и всегда до двух часов дня.

— А ты можешь связаться с ними и выяснить, есть ли оно сегодня? — спросил Ивар. — Типа есть информация?

— Нет, — покачал головой Стив. — Жучки ведь уничтожены, а телефоны мы тогда еще повыбрасывали. К тому же, с базой я связывался не напрямую. Вначале я звонил своему «куратору», а дальше он уже сообщал, когда заберет меня.

— И как давно ты последний раз ему стучал? — презрительно поинтересовался Криг.

— Около месяца назад, — Стив отвел глаза. — Тогда еще ничего не случилось, так что мне и сказать-то было особенно нечего.

— Хватит, — отрезал Гарри и посмотрел на Крига и Роя угрюмо. — Я понимаю, что за любимого шефа вы все готовы любого порвать на тряпки, но разборки будем устраивать потом. Стив, есть еще что-то, что нам следует знать?

— Нет, я бы сказал, — Стив не то с благодарностью, не то с надеждой на прощение посмотрел на Гарри и продолжил: — Я же говорил, что мало чем смогу помочь.

— Ничего, так тоже уже кое-что, — подбодрил его Ивар. — Тогда мы со Скорпиусом идем в штаб, берем оттуда, кого сможем, и взрываем эвакуационный выход одновременно со всей остальной взрывчаткой, которую закладываете вы. Стив идет с нами и показывает пальцем на самого большого босса. Или вам он нужен больше?

— Нет, рядом с вами от него будет больше толка, — ответил Гарри. — С технической стороной мы и сами разберемся, а вот на главного указать только он сможет.

Ивар кивнул и обвел уверенным взглядом всех парней:

— Ну что? Устроим этим деятелям нежданчик? — как всегда улыбнулся он, однако глаза были как никогда прежде серьезными.

— Ну не все же нам их получать, — фыркнул Криг и натянул эластичную маску-шлем. Несколько минут ушло на дообмундирование, проверку связи и вооружение, а потом Скорпиус попросил всех взяться за руки.

— Смотри у меня, салага, хоть что-нибудь с ними случится — лично свинцом нашпигую! — пригрозил Рой, чересчур крепко сжимая ладонь Стива в своей медвежьей лапе.

— Еще раз напоминаю, что сейчас мы одна команда, — напряженно произнес Гарри. — И мы должны прикрывать друг друга независимо от возникших претензий.

— Ясное дело, — отозвался Криг, хотя судя по его тону, он был полностью на стороне Роя. — Своих — пусть даже и таких — не бросаем.

— Аппарируем на счет три, — предупредил Гарри и начал отсчет.

Воздух под куполом был неестественно свежий и сухой — видимо, на систему вентиляции и очистки не поскупились. Пах он пластиком и озоном — не самое приятное сочетание, а на уши ощутимо давило.

— Все-таки напряженка тут с давлением, — сказал Криг, оглядываясь. — Но это и неплохо — взрыв будет вовнутрь.

— Ставим усилители, — решил напомнить всем Рой. — Не то с нас Поль три шкуры спустит.

— Не теряем времени, — отрывисто сказал Ивар и посмотрел на Скорпиуса: — Дорогу вычислил?

— На восемьдесят один процент, — кивнул тот и посмотрел на Гарри. — Удачи.

— И вам, — скупо улыбнулся им обоим Гарри.

— Все, идите, — фыркнул Криг. — Не то эти мерзавцы двадцать раз как смыться успеют, пока вы до них доберетесь. Думаете, они еще долго нас не засекут?

— Точно, и нам не мешайте. Вам-то в один только штаб, а нам еще по всей базе мотаться, — проворчал Рой и хлопнул Ивара по плечу, смерив напоследок выразительным взглядом Стива.

— Они нас вообще не засекут, — хищно улыбнулся Скорпиус и, кивнув Ивару, быстро пошел вперед.

Людей на базе было немного, и пробираться мимо них под звукоизоляционными чарами невидимости оказалось совсем просто. Однако вместо того, чтобы идти прямо к штабу, Скорпиус выбрал извилистый и странный путь.

— Куда мы идем? — не выдержал в конце концов Ивар. — Вон же лестница!

— Я хочу взглянуть на лабораторию, — отключив общую связь, сказал ему Скорпиус по местной. — Потом, если останется время, аппарирую сюда.

— Только постарайся побыстрее, — впервые за все время, что они были на базе, заговорил Стив. — Обидно будет, если мы упустим главную добычу.

— Мы пробудем в лаборатории ровно столько, сколько нужно, — отрезал Ивар и обратился к Скорпиусу. — Я думаю о том же, о чем и ты? Ингредиенты?

Скорпиус отрывисто кивнул и добавил:

— И люди. Началось-то все с похищений…

Он оказался прав. «Лаборатория» скорее напоминала каюту космического корабля, только все «пассажиры» были прикованы к постелям выкрашенными черной краской наручниками. На немногочисленном персонале были маски странной формы с большими эллипсовидными стеклами-очками. Заглянув в окно и оценив обстановку, Скорпиус отрывисто выдохнул:

— В штаб! Сделаем дело и вернемся сюда.

Путь до штаба занял гораздо меньше времени — Скорпиус не петлял, а шел по пустым коридорам с такой уверенностью, что, казалось, будто он был здесь множество раз.

— Нам сюда, — Стив резко остановился и показал на одну из дверей. — Меня заводили в эту дверь. Там будет длинный проход, а в конце него одна единственная дверь — нужная нам. Ивар… ты ведь веришь мне? — спросил он и посмотрел на Ивара взглядом побитой собаки.

— Верю, — просто ответил Ивар. — И даже больше. Я уверен.

— Не будем открывать двери, — сказал Скорпиус, беря их за руки. — Лучше аппарировать. И сразу же выведем из строя замок.

Так они и поступили, полностью отрезая всем находившимся здесь людям путь наружу. Так же Скорпиус обошелся и со следующей дверью, которая вела в стеклянный коридор.

— Все, за той дверью штаб, — Стив кивнул на железную створку в конце коридора. — Только я понятия не имею, есть ли там кто-нибудь.

— Значит, самое время узнать, — Ивар покрепче перехватил свой автомат и первым пошел по стеклянному переходу.

— Давай я первым зайду? — предложил Стив, догоняя его.

— Это еще зачем? — выдохнул Ивар. — Прикрывай Скорпиуса со спины.

— На случай, если кто-нибудь внутри откроет встречный огонь… — тихо пояснил Стив и замолчал.

— И думать забудь. Когда это я прятался за спинами своих подчиненных? — сердито отрезал Ивар. — И только попробуй мне начать мешаться под ногами!

— Есть, не мешаться под ногами… — Стив снова ушел назад, пропустив Скорпиуса, а сам Скорпиус подошел к Ивару вплотную.

— Стреляй сразу, как я открою дверь, — сказал он. — Лучше, если по ногам, но как получится. Я брошу заклинание, но не уверен, что оно сработает. Помнишь наручники на пленных? Наверняка в краске то же вещество, что выделяют жуки. На этих уродах могут быть подобные приспособления как защита от магии.

— Уверен, так оно и будет, — кивнул Ивар и сосредоточенно посмотрел на дверь. — Как только я войду внутрь, встань за мою спину. И не спорь, — сказал Ивар и приготовил автомат.

— Подожди, — Скорпиус взмахнул палочкой и окутал его щитом чар. — Вот теперь пошли. Только осторожнее, на этот раз дверь я взорву. На счет три.

Ивар кивнул, шагнул вперед и сам отсчитал:

— Раз, два, три!

Направление Бомбарды Скорпиус рассчитал идеально — взрыв полностью ушел внутрь комнаты, оглушив находящихся там людей. Их было всего двое, и на обоих, как и предполагал Скорпиус, висели черные «амулеты» и браслеты.

— Лицом на пол, руки за голову! — скомандовал Ивар, держа на прицеле двоих опешивших и никак не ожидавших вторжения мужчин.

— Тот, что справа! — крикнул Стив, кивнув головой в сторону одного из них. — Это он!

— А этот? — Скорпиус направил палочку на второго.

— Этого не знаю, — мотнул головой Стив.

— Что ты делаешь, ублюдок? — прорычал мужчина, на которого указал Стив. — Кому помогаешь? Этому отродью рода человеческого? — он с ненавистью посмотрел на Малфоя.

Стив перевел взгляд на Скорпиуса, гулко сглотнул, незаметно съежился, но затем выпрямил спину и посмотрел на мужчину с холодной уверенностью:

— Вы ответите за все преступления, — процедил он. — За всех тех, кто погиб по вашей вине. За тех, кому вы запудрили мозги своим бредом!

— Грязный предатель, — прошипел тот. — Думаешь, тебе это так просто с рук сойдет? Ха, не надейся! Ты, вероятно, забыл, что за каждый твой поступок отвечают прежде всего твои родные? Как же жаль, что с этого момента никто сможет гарантировать их безопасность, — он посмотрел на побледневшего Стива в упор и победоносно осклабился.

— На пол, мразь, живо! — снова рявкнул Ивар. — Или стреляю без предупреждения!

— И не надейтесь, что эти игрушки вам помогут, — Скорпиус указал палочкой на «амулет». — Убить, разрезать на куски или сжечь Драконьим пламенем я смогу, будь вы ими даже увешаны по самые уши. Инкарцеро!

Появившиеся прямо из воздуха веревки спеленали обоих по рукам и ногам. Пара веревок исчезли, натолкнувшись на «амулеты», но того, что осталось, вполне хватило, чтобы полностью обездвижить людей.

— Нелюдь! — взвизгнул второй мужчина. — Антихрист!

— Пой, птичка, пой, — хищно прищурился Ивар, передернув затвор. Он нажал на кнопку общей связи и громко сказал: — Гарри, мы их взяли. Почти целыми… — и нажал на курок.

Пуля вонзилась визжавшему в ногу в точно рассчитанном месте — далеко от всех сосудов, но именно там, где было полно нервов.

Визг превратился в низкий крик, перемешанный с проклятиями, а сам мужчина упал на пол, сгибаясь пополам. Точнее, согнуться он только пытался — обвившие веревки не позволяли ему никак извернуться.

Ивар не сразу понял, что произошло дальше. Тот, на которого указал Стив, внезапно закрыл глаза и принялся нараспев читать какую-то молитву, стараясь заглушить своим песнопением хриплые стоны второго. Он закончил так же внезапно, как и начал, а затем открыл глаза и ухмыльнулся:

— Наивные глупцы… — прошипел он и возвёл глаза к потолку.

Ответное: «Мы идем», — раздалось в тот момент, когда по периметру и центру потолка замельтешили огоньками датчики, а затем на всех них обрушился самый настоящий водопад. Бесконечный поток черной воды.

Он успел увидеть, как в черноте холодно блеснул металл и даже понять, что это значит. Два выстрела прозвучали одновременно — хотя Ивар и надеялся опередить оказавшегося слишком хорошо подготовленным противника, у него это не вышло. Перед глазами на секунду стало совсем темно, но боли Ивар не почувствовал.

«Промазал!» — мелькнула радостная мысль.

А потом на пол со стоном осел неизвестно как оказавшийся перед ним Скорпиус.

Внутри все оборвалось, и даже немой крик отчаяния застрял где-то в груди. В жизни Ивара еще ни разу не было такого, чтобы он просто не знал что делать — пытаться зажать рану, хватать Скорпиуса и выносить его на себе или кричать и звать на помощь. О том, чтобы разобраться сначала с подонками, он даже и не думал. Единственной пульсирующей в голове мыслью было не опоздать.

— Господи, нет… — прошептал он и беспомощно обхватил Скорпиуса онемевшими руками, судорожно прижимая его к себе. Он даже и внимания не обратил, что могло так жечь его руку. И только инстинктивно схватившись на ладонь — когда боль стала нестерпима, нащупал кольцо. — Потерпи немного, пожалуйста, — почти всхлипнул он и провернул кольцо, хватаясь за него как за спасительную соломинку.

— Гарри… Гарри! — что было сил закричал он, оказавшись в каком-то коридоре. — Да где же ты?

Гарри был за его спиной. Все произошло в доли секунды — сначала кольцо обожгло собственный палец, а затем уши резанул душераздирающий крик Ивара. Ивар был не один — рядом на полу лежал Скорпиус.

Как завороженный Гарри смотрел на алые струйки крови, выбивающиеся у Ивара из-под пальцев, но завораживали они его недолго. Не помня себя, он рванул вперед, падая на колени.

— Скорпиус… — выдохнул он, накрывая красные от крови руки Ивара. Многострадальное сердце зашлось в болезненной скачке, перед глазами потемнело, и Гарри зажмурился, усилием воли заставляя себя успокоиться. Нужно было не паниковать, а действовать. Помочь. Доставить врачам. Но Мунго разрушен, авроратский госпиталь тоже. Врача нет, но есть зельевар. И запас лекарств тоже есть. На первую помощь хватит, а потом можно попробовать найти маггловскую больницу…

Все это пронеслось в голове за считанные секунды, и, не теряя времени на разговоры и дальнейшие рассуждения, Гарри аппарировал в мэнор.

Точнее, попытался, потому что пространство не сдвинулось ни на сантиметр. Выругавшись, он попробовал ещё и ещё, отчаянно борясь со снова подкатывающей паникой.

— Гарри, руки! — раздалось в шлеме голосом то ли Крига, то ли Роя. — Они оба в этом говне!

Не сразу поняв, о чем речь, Гарри, тем не менее, машинально отдернул руки от раны, боясь, что делает хуже Скорпиусу, и на ладони тут же потекла какая-то жидкость.

— Это спирт, так что смой его, прежде чем прикасаться к ране, — предупредил Рой, выливая остатки из фляжки ему на руки.

Наконец сообразив, в чем дело, Гарри тщательно вымыл руки и наколдовал Агуаменти, окатив Скорпиуса и Ивара водой.

В следующую секунду они уже были в мэноре.

— Я сейчас, — отрывисто бросил он, выходя вместе с Иваром и истекающим кровью Скорпиусом из аппарационной воронки.

Через мгновение он уже был в кабинете Драко. Пусто. В столовой тоже никого не оказалось. На третьей аппарации Гарри повезло — оказавшись в спальне Астории, Гарри обнаружил там и Драко.

— Малфой! Быстрее! — поторопил он вздрогнувшего от неожиданности Драко. — Скорпиус ранен.

— Что?.. — растерянно переспросил Драко. — Как?

— Тяжело, — выдохнул Гарри. — Да быстрее ты!

Видимо, что-то в его голосе заставило Драко понять, что речь идет далеко не о царапине. Он побледнел, схватил со стула халат, спешно натягивая на плечи, и отрывисто спросил:

— Где?

Не тратя времени на объяснения, Гарри схватил его за руку и аппарировал.

Сначала Драко замер, а потом кинулся к сыну, бесцеремонно оттолкнув руки Ивара. Он побледнел еще больше, кинул быстрый, полный немого укора взгляд на Гарри и аппарировал прочь.

— Куда он его?.. — спросил Ивар дрогнувшими губами.

— Черт возьми — не знаю! — в сердцах крикнул Гарри и снова аппарировал к Астории.

— Где может быть Драко? — тут же спросил он. — Куда он забрал Скорпиуса?.

Астория побледнела еще больше и плечи ее затряслись:

— Что с моим сыном? — выдохнула она, сдерживая подступающую истерику. — Он выживет?

— Выживет, — кивнул Гарри, даже не желая думать об обратном, чтобы ненароком не накликать еще большую беду. — Куда Драко мог забрать Скорпиуса?

— В лабораторию, — всхлипнула она, а на глазах ее навернулись слезы. — Вы не найдете, — крикнула она, остановив Гарри уже на пороге спальни. — Я аппарирую.

Аппарировать вместе с Асторией Гарри не хотел. Наверняка Драко, пожалев ее, смягчит удар, солгав, что все будет нормально, и ему просто нужна тишина. А Гарри нужно было услышать, прежде всего, правду. Но выхода другого не было, и Гарри схватился за хрупкую протянутую руку.

Скорпиус лежал на большом мраморном столе, а Драко лихорадочно перебирал пузырьки в высоком шкафу.

— Рану зажми! — почти крикнул он. — Быстро! Обеими руками!

Астория и Гарри бросились выполнять приказ одновременно, но Астория на полпути замерла в ужасе, увидев рану.

— Как это случилось? — прошептала она непослушными губами. — Кто?..

— Я не знаю… меня рядом не было. Он с Иваром был в этот момент в другом отсеке, — сумбурно ответил Гарри, зажимая рану и коря себя, на чем свет, что отпустил Скорпиуса от себя. Вот знал же, чувствовал, что когда-нибудь приключится несчастье! — Драко… — продолжил он осипшим голосом. — Ты ведь сможешь? Сможешь помочь ему?

— Заткнись, Поттер, ради Мерина заткнись… — пробормотал Драко совершенно безжизненным голосом, не отрываясь от поиска.

Астория тихонько ахнула и аппарировала. Вернулась она очень скоро и не одна, а с практически невменяемым от ужаса Иваром.

— Говори! — потребовала она и всхлипнула. — Что случилось с моим сыном?!

Ивар помотал головой, слепо пошарил рукой в воздухе в поисках опоры, а потом просто сел на корточки, вцепившись руками в волосы.

— Он закрыл меня собой, — прошептал еле слышно.

Видимо, только необходимость зажимать кровоточащую рану удержали Гарри от того, чтобы самому не осесть на пол и не схватиться за голову. Затаив дыхание и зачем-то отсчитывая секунды, он с какой-то обреченностью наблюдал, как по пальцам текла кровь, прокладывая на его руках новые алые дорожки. Об Иваре он сейчас ни думать, ни даже смотреть в его сторону не хотел. Иррациональная и совершенно несправедливая злость на Маккоя бушевали в нем, разрывая сердце на части. Гарри понимал, что это было неправильно, но он также понимал, что стоит ему встретиться с ним глазами, как он непременно скажет Ивару то, о чем потом будет жалеть всю оставшуюся жизнь.

— Значит, это все из-за тебя? — прошипела Астория, вперившись в Ивара совершенно безумным взглядом. — Да я сама убью тебя, если он… если он, — она запнулась и взвыла в голос: — Ненавижу тебя!

— Вышвырни его отсюда немедленно! — рявкнул Драко, на мгновение оборачиваясь. — Чтобы ноги его в этом доме больше не было! И всех остальных его ублюдков!

— А ну-ка хватит! — не выдержал Гарри. — Эти, как ты выразился, ублюдки сейчас рискуют своими жизнями. И совсем не ради себя! — рявкнул он и перевел взгляд на Ивара. — И что бы вы там себе не надумали, Ивар бы никогда не спрятался за спиной Скорпиуса, — отрезал он. — Так что займись сейчас тем, что действительно может спасти твоего сына!

Астория заломила руки и ринулась было к Ивару с явным намерением всё-таки выдворить его хотя бы из лаборатории, но тот вдруг ожил, увернулся от нее и ринулся к столу.

— Я никуда не уйду! — рявкнул он, сжимая ладонь Скорпиуса. — Я буду с ним! — он убрал с бледного малфоевского лба мокрые волосы и свободной рукой зажал себе рот, сдерживая рыдания.

— Мы останемся оба, — Гарри смерил Асторию тяжелым взглядом. — И это не обговаривается. А ты, — на этот раз он посмотрел на Ивара, но взгляд его ничуть не потеплел, — возьми себя в руки. — Малфой, ну чего ты так возишься? — он обернулся к Драко, почувствовав, как отчаяние снова запустило свои щупальца в его душу.

— Я же просил уже заткнуться! — отчаянно огрызнулся Драко, но тут же радостно выдохнул и поспешил к столу с найденной склянкой. — Следи, чтобы не дай Мерлин не очнулся! — приказал Поттеру уже куда спокойнее. — Сейчас зарастим…

— Подожди! — Ивар схватил его за локоть, останавливая руку, уже готовую вылить содержимое склянки в рану. — Там же пуля!

Драко нахмурился, явно не слишком понимая, о чем он говорит, но на всякий случай взмахнул палочкой.

— Акцио, пуля! — тщательно выговорил он незнакомое слово и охнул, когда окровавленный кусочек металла клюнул его в ладонь.

А затем он, словно очнувшись, аккуратно вылил вязкую на вид жидкость на кровоточащую рану.

Судя по тому, как изменилось в этот момент лицо Скорпиуса, муки он испытывал адские. Тело его выгнулось дугой, и начало конвульсивно дергаться, так что Астории пришлось придержать его за ноги, в то время как Гарри держал голову.

Вымученно простонав, Ивар сжал ладонь Скорпиуса и громко охнул, когда неподвижные до этого пальцы крепко сжали его руку.

— Рефлекс? Или ему хуже? — выдохнул он, даже не пытаясь скрыть в голосе панику.

Однако никто на его вопрос не ответил — Гарри от того, что не знал, зато Драко явно от того, что даже и не думал утруждать себя ответом.

— Да скажи же ты, что, черт возьми, происходит? — воскликнул Ивар, гневно посмотрев на Драко. — Да будет вам всем известно, будь моя воля, я бы с радостью поменялся с ним местами, — голос Маккоя задрожал, а сам он затрясся будто в лихорадке.

Гарри взглянул Скорпиусу в лицо, а затем посмотрел на сжимавшие маккоевскую ладонь пальцы. Хотя видимых улучшений пока тоже не наступало, хуже Скорпиусу точно не было. Впрочем, и на бездумный рефлекс этот жест похож не был.

— Успокойся, — проговорил Гарри гораздо мягче. — Может, он сейчас чувствует твое присутствие. И пытается так инстинктивно понять, что ты в порядке.

Сейчас Гарри вовсе не стремился успокоить Ивара — в свои слова он вложил собственную надежду, что у Скорпиуса появился шанс, раз у того появились более менее разумные реакции.

— Объяснись! — потребовал вдруг Драко гораздо спокойнее, видимо, лечение все-таки шло по плану. — Я хочу знать, что произошло. В подробностях. И до того как он очнется.

От того, как он это сказал, вдруг стало легче дышать. Говорил Малфой так, будто нисколько не сомневался, что Скорпиус вот-вот придет в себя.

Видимо, Ивар это тоже почувствовал, потому что начал быстро и сухо излагать все события, начиная с того момента, как они с Гарри разделились. И всё же когда рассказ подошел к концу, голос его дрогнул.

— Я даже понять ничего не успел, — закончил он тихо. — Не видел, как он оказался передо мной — только темно вдруг стало. А он ведь говорил как-то, что быстрее пули, — усмехнулся горько. — Я тогда не поверил…

— Зато впредь верить будешь, — буркнул Драко, однако настоящей неприязни в его интонациях Гарри не заметил. Похоже, все эмоции перекрыла усталость от пережитого напряжения. — Его уже можно аппарировать в спальню, — сообщил он, внимательно осмотрев затянувшуюся рану. — И чтоб я вас двоих здесь больше не видел, — закончил он, не глядя ни на Гарри, ни на Ивара, и принялся расставлять по местам перепутавшиеся в спешке пузырьки.

— Я приду к нему через пятнадцать минут, — тоном, не терпящим возражений, заявила Астория и отвернулась, утирая хлынувшие слезы.

— Возьми меня за руку, — сказал Гарри Ивару и аппарировал, удерживая Скорпиуса за плечо.

Ивар наклонился над Скорпиусом и очень осторожно провел пальцем по новой коже на месте раны.

— Там заключенные в лаборатории, — сказал он отрешенно. — И Криг с Роем. И Стив…

— Да знаю я… Сейчас заберу всех. Ты же, наверное, с ним хочешь остаться? — выдохнул Гарри и отступил на шаг, готовясь к перемещению. — Ну что, все еще сомневаешься в его любви? — чуть помолчав, спросил он.

Ивар поднял на него глаза, полные такой тоски, что слова не понадобились.

И тут ожил забытый всеми микрофон внутренней связи.

— Не надо никого забирать, — сказал Поль громко. — Лучше наоборот пришлите кого-нибудь, чтобы эвакуировать пленников и заложников. А к зачистке территории все готово.

— Спасибо, Поль, — ответил Гарри. — Сколько человек прислать? Чтоб по двадцать раз туда-сюда не мотались?

— Десятерых с лихвой хватит. Для подстраховки, возьми пятнадцать, — раздался в микрофоне задумчивый голос.

— Понял, — отозвался Гарри и посмотрел на Ивара. — Все, не волнуйся, все живы-здоровы, — ободряюще сказал он его и аппарировал на пустую станцию метро. Туда, где спрятал своих уцелевших авроров.

Объяснять задачу аврорам долго не пришлось, основное те поняли моментально, а на месте их было, кому скорректировать. Лично Гарри посетил лишь штаб, где обнаружился бледный и решительный Стив, устроивший автомат на табуретке, чтобы не уставала рука, и всё это время держащий их пленников под прицелом. Недолго думая, Гарри оглушил обоих двумя ударами валявшегося на полу маккоевского автомата, посдирал «амулеты» и закинул в ту самую камеру, где до этого томился жук. Вернуться за Стивом и отправить его к Полю было делом пары секунд, и на этом Гарри посчитал свою миссию оконченной. Со всем остальным парни должны были разобраться сами.

Когда он вернулся, Скорпиус в себя еще не пришел. Рядом с ним, обнимая сына за плечи, сидела Астория, а Ивар сиротливо притулился на самом краешке кровати. Оба молчали, но атмосфера в спальне царила самая тягостная.

— Те двое взяты, — сообщил он Ивару, решив в присутствии Астории не уточнять, кого именно он имел в виду. — Стив молодец, не подвел, — устало улыбнулся он и обратился к Астории: — Драко не говорил, когда Скорпиус должен прийти в себя?

— Сказал, что через десять минут надо разбудить и дать ему эти зелья, — Астория указала на поднос, стоящий на тумбочке, весь заставленный стаканами и склянками. — Свежая рана, без магии — очень легко вылечить, если ничего важного не задето, — так он сказал.

Гарри хотел было заверить Асторию, что волноваться не о чем, они дадут Скорпиусу выпить все до последней капли, но вовремя осекся. Наверняка она решила сделать это лично. Вместо этого он подошел к Ивару и присел перед ним на корточки:

— Как ты? — он взял холодную ладонь Ивара в свои руки и поднес ее к губам, напрочь игнорируя тот факт, что в комнате они были не одни. Намного важнее было сейчас показать Ивару, что он на него не злится и собак спускать не намерен.

Хотя надо признать, в самом начале такое малодушное желание Гарри все-таки посетило. Действительно, стоило проветриться, чтобы осознать тот факт, что он ни в коем случае не имел права винить Ивара в случившемся.

Ивар слабо улыбнулся и изо всех сил сжал его ладонь.

— Они говорили про Христа, — сказал он, уходя от ответа на вопрос. — Мне кажется, это какая-то религиозная секта. Ну или, по крайней мере, что-то связанное с религией. У него даже голосовой код-активатор «защиты от магов» в виде молитвы был.

— Мерлин, только не говори мне, что мы нарвались на Ватикан, — вздохнул Гарри. — Потому что в таком случае добраться до их верхушки — значит, поднять весь мир на уши.

— Не знаю, насчет Ватикана, но кое на что это очень похоже, — Ивар серьёзно на него посмотрел. — Не догадываешься?

— Только костры заменили на дождь, — Гарри внимательно взглянул на Ивара и подытожил его мысль. — Ничего, пусть эта парочка немного потомится вдали от своих, и очень скоро узнаем, кто стоит за этими суками, — зловеще улыбнулся он. — И устроим охоту на самих охотников.

Ивар прищурился и очень спокойно сказал:

— Я его убью. Того, кто стрелял. Вытащу всю правду, вплоть до того, во сколько лет он перестал писаться в кровать, а потом убью.

— Убивай, — так же спокойно отозвался Гарри. — А если рука дрогнет, то, будь уверен, я довершу начатое.

— Гарри, я… — начал было Ивар, но замолчал, так и не договорив. Он просто долго, бесконечно долго смотрел Гарри в глаза, крепко, до боли сжимая пальцы на его ладони.

— Я знаю… — сказал наконец Гарри за него. — Пулю в лоб, если бы он умер, да?

— Не в лоб, — покачал Ивар головой и едва заметно улыбнулся. — В висок.

— Вот это ему и расскажешь, когда он очнется, — улыбнулся в ответ Гарри. — С удовольствием послушаю, что он думает по этому поводу.

— Ничего он не думает! — вмешалась Астория искаженным до неузнаваемости голосом. — Не обольщайтесь, он заслонил бы любого. Просто потому что мог это сделать. Или вы думаете, что мой сын позволил бы другому человеку просто взять и умереть у него на глазах? Так что дело тут вовсе не в вас. Уверена, он прекрасно без вас проживет. Более того, ему придется. Потому вы сейчас попрощаетесь с мистером Поттером и скажете мне координаты, куда вас аппарировать, — в её руке показалась палочка, которую она наставила на Ивара. — А вы, мистер Поттер, последуете за ним, если решите возражать!

Гарри сориентировался в долю секунды — дернув Ивара на себя, он резко поднялся на ноги, закрывая его от возможных заклятий и, поймав взгляд Астории, сказал твердо и решительно:

— Если вы опустите палочку сейчас, обещаю, что Скорпиус никогда и ни при каких обстоятельствах об этом не узнает. Иначе, боюсь, что уже вам впору начать прощаться с сыном. Совсем не уверен, что ему понравится эта сцена. Да, и я не собираюсь заниматься уговорами, для этого у вас есть супруг, — продолжил Гарри, заслоняя Ивара собой. — Но если вы начнете упорствовать, то я буду вынужден забрать Скорпиуса отсюда немедленно. Сейчас будний день, рабочее время, он связан со мной магическими обязательствами и находится при исполнении. Вы должны понимать, что я имею сейчас на него все права, а если учесть, что я к тому же его любовник, то уверен — эти два фактора помогут мне забрать его отсюда, даже если вы призовете на помощь всю вашу родовую магию, чтобы помешать мне.

— Да послушай же ты! — на глазах Астории блеснули слезы. — Этот человек ему не нужен! От него только проблемы, разве ты не видишь?!

— Да от них ото всех одни проблемы, — буркнул кто-то за их спиной, и Гарри не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что это Драко. И всё-таки он обернулся, чтобы убедиться, что на них не наставлена палочка ещё и со спины. — Пусть пьет зелья, уматывает куда подальше и хоть с целым стадом магглов трахается! — он бухнул на прикроватный столик стакан воды и довольно грубо ткнул в зажившую рану пальцем. — Жить будет, — констатировал почти неприязненно, — и нервы трепать — тоже.

Говорил он зло и даже агрессивно, но это была обычная злость испуганного родителя, грозившего упавшему с дерева ребенку выпороть его с особой жестокостью, если он ещё раз полезет куда-нибудь и сломает себе шею.

Не обратив никакого внимания на выслушанную тираду и не став переубеждать Асторию в ошибочности ее мнения касательно Ивара, Гарри повернулся к Драко:

— Его можно уже будить? — спросил он и шагнул ближе к изголовью. — Ты для этого здесь?

— Нет, Поттер, я пришел сюда на вас посмотреть. Так соскучился, что аж сил не было сдержаться, — проворчал Драко и, направив на Скорпиуса палочку, разбудил его струей воды.

Вопреки обыкновению, на этот раз не было ни улыбок, ни сонных стонов. Скорпиус сразу же подскочил на кровати и вперил в Ивара почти совсем ясный взгляд. Только «просканировав» его долгих пару секунд, он посмотрел на Гарри, а потом на отца с матерью.

— Слава Мерлину! — выдохнул он и упал обратно на подушки.

— Господи… — выдохнул Ивар и, хоть мягко, но довольно бесцеремонно подвинув Гарри в сторону, опустился на край кровати. — Ну зачем? — только и смог спросить он и схватил Скорпиуса за руку. — Никогда больше… слышишь, никогда!.. — Ивар не договорил, а лишь сглотнул вставший в горле ком и закрыл глаза.

— Я никогда?! — Скорпиус снова сел и оказался с Иваром нос к носу. — Это ты никогда! — он взял его за плечи и хорошенько тряхнул. — Я ведь тебя уже мертвым увидел, пока аппарировал! Успел решить, какой костюм надену на похороны! Ты! Да ты!.. Глупый маггл! — и он прижал Ивара к себе, обхватив обеими руками.

Никогда прежде Гарри не видел от Скорпиуса столько эмоций. И, похоже, что ни одного только его посетила подобная мысль. Драко с Асторией растерянно переглянулись, затем Драко криво усмехнулся и протянул жене руку:

— Милая, нам пора. Иначе еще минута этих лобзаний, и нервное расстройство нам обеспечено, — протянул он и перевел нечитаемый взгляд на сына: — Все зелья на подносе необходимо выпить. Ты потерял слишком много крови, чтобы восстановиться самостоятельно быстро.

— Да, отец, — покладисто согласился Скорпиус и, не поворачиваясь, протянул руку, с точностью выбрав из стоявших на подносе пузырьков нужный. — А успокоительное попроще, чтобы и без магии действовало, есть?

— Есть настойка на семи травах, — вздохнул Драко. — И да, она подействует на маггла. Хоть у меня и нет никакого желания переводить на него добро.

— Да не нужна мне никакая настойка! — поспешно открестился Ивар и осторожно отстранился. — Пей зелья, — он ослепительно улыбнулся, растрепав Скорпиусу волосы. — Как только выпьешь — мне сразу станет хорошо и спокойно.

Астория посмотрела на просиявшего сына, на улыбающегося ему Ивара, а затем и на Гарри, задержав на нем особенно долгий, полный непонимания взгляд.

— Черте что, — нахмурилась она и шагнула к двери. Однако как ни пыталась она скрыть разочарование и обиду в глазах, в полной мере сделать ей это не удалось. И сейчас, посмотрев на старших Малфоев, Гарри вдруг понял, как им все эти годы не хватало того, что Скорпиус дарил совершенно чужому и, по их мнению, совсем не заслуживающему этого магглу. Свою любовь.

Больше не обращая внимания ни на Драко, ни на его жену, Гарри обошел кровать и устроился с противоположной стороны, пододвигаясь к Скорпиусу.

— Не пугай нас так больше, — улыбнулся он, прекрасно понимая, что если ситуация, не дай Мерлин, повторится, Скорпиус без раздумий поступит точно так же.

— Я не успевал снять перчатку, — вздохнул Скорпиус. — И пули не видел, поэтому она прошла над бронежилетом. Иначе всё не получилось бы так глупо.

— А зачем перчатку?.. — спросил было Ивар, но тут же догадался сам: — А-а, кольцо…

— Но я всё равно стоял сзади. Если бы ты переместился ко мне на пару дюймов, толку бы не было, — Скорпиус взял с подноса ещё пару пузырьков и выпил их один за другим.

— Ну вот мне с тобой делать? — чуть помолчав, покачал головой Гарри. — Ругать тебя — бесполезно. Запрещать что-то делать — грозит истериками и инфарктами, — невесело выдохнул он. — Взять Непреложный обет, что больше ни в какую передрягу не сунешься — так ты и на это наплюешь…

То, о чем говорил Гарри, фактически не имело отношения конкретно к этому инциденту. Несмотря на то, что желание Скорпиуса защитить Ивара едва не обернулось настоящей трагедией, Гарри понимал, что и сам поступил бы точно так же. Но одно дело он, и совсем другое, когда едва не гибнет любимый человек. Сейчас Гарри больше всего волновало, не повторится ли подобная история.

— Хорошего ремня ему всыпать бы, — бросил Драко уже в дверях. — А вообще, Поттер, лично у меня больше вопросов именно к тебе: почему твои подчиненные выходят из-под твоего контроля? — закончил он и, пропустив Асторию, сам исчез в проеме.

Скорпиус ничего не сказал — лишь молча допил зелья и починил заклинаниями простреленную и разрезанную Драко одежду.

— Мне нужно обратно в штаб, — сказал он скорее просительно, чем настойчиво. — Я видел там пульт управления, скорее всего именно оттуда контролируют дождевые установки.

Гарри оценивающе посмотрел на Скорпиуса и обратился через микрофон к Полю:

— Что на базе? Рой, Криг еще на месте?

— Ну а куда они без вашей с Иваром команды денутся? — хмыкнул в ухо Поль. — Твои ребята тоже на месте. Пленных они эвакуировали, а что с заложниками делать — ждут твоей отмашки.

— Свяжись с Кригом и Роем. Скажи, что мы сейчас прибудем, — ответил Гарри. — Ивар, ты идешь с нами. Иначе тебя тут еще на Северный полюс зашлют.

— Я так и так бы пошел с вами! — фыркнул Ивар. — Рой, у тебя есть ещё помещение под камеру? Не нужно всех овец в одну овчарню.

— Есть, как не быть! — отозвался Рой. — Не уверен, правда, что все разместятся с комфортом, ну да ничего, штабелями сложим…

Заметив, что Ивар довольно улыбнулся, Скорпиус встал с кровати и посмотрел на Гарри, терпеливо ожидая аппарации.

Ждать долго не пришлось — Гарри протянул ему руку, схватил за плечо Ивара и переместил их в последний коридор, до которого он успел дойти.

— Вот теперь аппарируй в штаб, — сказал он Скорпиусу, будучи уверенным, что короткое перемещение не лишит того сил.

Аппарировав, Скорпиус первым делом глянул в окно.

— Ты сказал про лабораторию, — без вопросительной интонации кивнул он Ивару. — Гарри, спроси авроров, не было ли там ингредиентов?

Гарри достал палочку — в следующий миг серебристый олень уже прошел сквозь стеклянную перегородку, устремившись по запутанным коридорам. Прошло меньше минуты, прежде чем перед ними возник такой же эфемерный енот, сообщивший, что все, что было в лаборатории, не глядя эвакуировано на их, аврорскую, базу.

Ответ Скорпиус слышал, поэтому повторять его не было необходимости. Гарри молча подошел к светящейся огоньками горизонтальной поверхности и обернулся к Скорпиусу:

— Иди сюда. С этим разобраться в силах только ты.

Скорпиус подошел, но застыл в нерешительности.

— Это всё маггловское, — сказал он минуту спустя. — И без подписей. Я понятия не имею, что за что отвечает.

Ивар подошел к нему и тоже посмотрел на пульт.

— Вот это — явно пусковые установки каких-то ракет, — указал он рычаги с кнопками «пуск». — Эта часть похожа на стандартную панель управления подводной лодкой, — он обвел рукой ряд кнопок и рычагов. — Так что должен быть ещё климат-контроль станции и собственно управление дождем. И знаешь, что? — он хитро прищурился. — Мне кажется, проще всего будет просто выключить все то, что не является пусковыми механизмами бомб.

— Вот это! — Скорпиус указал на два больших переключателя. — Если ты прав, то за дождь вероятнее всего отвечают они.

— А собственно говоря, зачем мы решаем эту головоломку? Разве при взрыве все сигналы не отключатся? Ведь исчезнет сам источник, — спросил Гарри у Ивара.

— Нет, Гарри, — покачал головой Ивар. — Источник вовсе не тут. Скорее всего в космосе, или, возможно, где-то в горах. И, наверное, не один. Управляется он отсюда радиосигналом, и пока его не будет, всё останется как есть. Уничтожив базу, мы уничтожим, возможно, единственный пульт управления, способный отключить генераторы погоды и вообще все те машины, что создали нам этот дождливый ад.

Естественно, спорить о том, в чем не разбирался, Гарри не стал.

— Я могу доставить сюда тех, кто сидел за пультом. Под Империо они нам все и выключат, — предложил он.

— Отлично, — хищно прищурился Ивар. — Выключат, расскажут все и вместе с этой посудиной пойдут на дно.

Гарри кивнул, оставляя Скорпиуса и Ивара в штабе, а сам отправился за теми двумя прямиком в камеру. Едва он вышел из аппарационного вихря, направил палочки на сидевших на полу пленников и произнес заклинание.

И снова появился в штабе, придерживая магглов под руки.

— Вы должны отключить все сигналы управления дождем. И все то, что способно навредить магическому миру, — сказал Гарри, затрудняясь с более четкой формулировкой.

Один из магглов безропотно пошел к пульту на негнущихся ногах.

— Кто стрелял? — отрывисто спросил тем временем Гарри у Ивара.

— Второй, — мотнул головой тот. — Этот, наверное, техник. А впрочем, спроси у них сам, кто они такие!

— Назовите имена, должности и звания, — приказал Гарри и тут же добавил: — Если они, конечно, есть. Ты… первый, — неприязненно бросил он тому, который едва не убил Скорпиуса.

— Джонатан Бронер, — сообщил тот, пока первый уверенно нажимал кнопки. — Старший сержант Морфлота. В отставке.

— В отставке… — перебил его Ивар. — Что, сержант, другая служба для тебя нашлась?

— Служба в рядах вооруженных сил была только прикрытием. Когда пришло время для очищения миры от скверны, я подал рапорт, — заторможено, но все же довольно отчетливо проговорил пленник.

— Что ещё за «скверна»? — переспросил Скорпиус. — Я не знаю такого слова.

— Боюсь, ты многого не знаешь, — вздохнул Ивар. — Например, что такое Инквизиция.

— «ИНК» — это святое сообщество, призванное очистить этот мир от несовершенств, противных Богу, — заученно пробормотал «техник».

Гарри и Ивар переглянулись, и Маккой указал на гравировку на пульте управления: «INQ».

— Такая же была на внешней обшивке базы, — тут же сказал Скорпиус.

— Боюсь, Ивар, отправить их сейчас на дно — не самая лучшая идея, — покачал головой Гарри. — Они нам могут понадобиться гораздо дольше, чем их хотелось бы видеть. Уверен, он назовет нам не одно имя. И не одну структуру, что работала и продолжает работать на них. А за раз такой объем информации мы не выспросим, обязательно что-то упустим.

Ивар нахмурился, но спорить не стал, а между тем «техник» безвольно опустил руки и замер возле пульта.

— Готово! — радостно возвестил Поль в наушник. — Дождь прекратился! Я даже солнце наконец-то вижу.

— Прекрасно! — просиял Ивар. — Давай их в клетку, — он кивнул на пленников. — И взрываем тут все к чертям собачьим!

Сообщив, что сейчас вернется, Гарри аппарировал из штаба, прихватив с собой их ценных пленников. А через несколько секунд он уже снова стоял перед Иваром и Скорпиусом.

Остальных они перенесли в логово Роя, распихав их по трем камерам.

— Ну, кажется, все, — выдохнул Гарри после последней аппарации. — Все готовы к возвращению на землю? — спросил он и, скомандовав аврорам возвращаться, протянул руку Рою и Кригу.

— Тошнит уже от этого корыта, — фыркнул Рой. — И руки чешутся что-нибудь взорвать, а потом ещё и по шапкам надавать всем уродам. Ты как, парень? — он участливо посмотрел на Скорпиуса. — Папашка-то твой молодец оказался.

— Уже все хорошо, — Скорпиус тепло ему улыбнулся. — К счастью, у отца оказалась зелье от немагических ран.

Они аппарировали прямиком в мэнор, и впервые за это время настроение было у всех приподнятое. Даже не смотря на усталость.

— Отлично, парни, — снова раздался по внутренней связи голос Поля. — Бомбы сработали как надо.

— Не знаю, как кому, но мне не терпится позагорать, — хохотнул Рой и подошел к окну, довольно всматриваясь в небо. И тут же весело фыркнул: — Во слепит-то как с непривычки!

— Выйдем на улицу? — предложил Ивар и с теплотой посмотрел сначала на Скорпиуса, а потом и на Гарри.

— Пойдем, — поддержал его Гарри. — А потом аппарируем на нашу базу. Посмотрим, что авроры с собой забрали. И решим, что с освобожденными заложниками делать.

— Пойдемте в сад! — предложил Скорпиус и направился к двери.

Аппарировать он не стал — то ли потому что было много народа, то ли хотел выйти на улицу именно через дверь.

— Нас забыли! — обиженно протянул Поль, и Гарри по-быстрому аппарировал за ним и Стивом.

— Ого… — благоговейно выдохнул Рой, когда перед Скорпиусом сами собой распахнулись высоченные двери главного выхода. — Красота-то какая…

Всей кампанией они вышли в сад, довольно жмурясь от непривычно ярких лучей.

— Господи… Мы справились! Справились! — радостно воскликнул Ивар и притянул к себе Скорпиуса за талию.

Гарри стоял чуть поодаль, наблюдая за ними и до сих пор не веря, что критическая грань для всего магического мира наконец-то позади. Омрачать этот момент совсем не хотелось, но стоило поторопиться на базу, найти нужные для зелья ингредиенты. Он подошел к Скорпиусу и Ивару и уже собирался сказать им об этом, как боковым зрением заметил стоящих около парадного входа Драко и Асторию. Словно не веря, что их магии больше ничего не угрожает, они стояли в дверях, только наблюдая за всеми, но так и не решаясь выйти наружу.

— Твои родители пришли, — тихо сказал он Скорпиусу на ухо. — И, по-моему, они ждут, что ты к ним подойдешь.

Скорпиус обернулся к нему, улыбнулся, кивнув, и пошел обратно к дому, взбежав по ступенькам так быстро, что Криг удивленно моргнул.

— Мы уничтожили базу, — сказал он родителям. — А чуть позже уничтожим и сами установки. Все, кто был причастен, понесут наказание.

— Это были магглы? — спросила Астория осторожно.

— Нет, инопланетяне, — очень серьезно ответил Скорпиус и рассмеялся, когда Астория и Драко растерянно переглянулись. — Да, подтвердил он. — Но какие-то неправильные. Они поклоняются жившему в глубокой древности волшебнику по имени Иисус, но при этом ненавидят магию.

— Как раз-таки очень даже правильные, — протянул Драко, скривившись.

— Скорпиус, нет магглов правильных и неправильных. Они все одинаковые, и рано или поздно все равно проявят свою истинную натуру, — покачала головой Астория, поймав настороженный взгляд сына. — И чем раньше ты это поймешь, тем легче тебе будет смириться с неизбежным, — она замолчала, не решаясь продолжить. Но смысл ее слов и так был понятен.

— Мы все люди, — сказал Скорпиус довольно резко. — И все разные. Хорошие, плохие — все в кучу. А иногда и вовсе — и хорошие, и плохие одновременно. Например, ты, отец, — он посмотрел на Драко холодным пронизывающим взглядом. — Только я подумаю, что ты все-таки хороший, как ты сразу доказываешь обратное. И ты, мама, — он перевел взгляд на Асторию, — начинаешь брать с него пример.

Астория сначала поджала губы, явно не желая разжигать еще одну ссору, перевела внимательный взгляд на разговаривающих Гарри и Ивара, глубоко вздохнула и задала вопрос таким будничным тоном, словно ответ ее вовсе не волновал:

— Ну скажи… разве он стоил того, чтобы ты чуть не погиб из-за него?

В конце её голос все-таки дрогнул.

— Оставь его в покое. Ни ты, ни я все равно никогда не поймем его мотивов, — вздохнул Драко. — Хотя не спорю, даже такого непонятного сына хотелось бы видеть живым и знать, что подобных глупостей он впредь совершать не станет.

— Он — стоит, — твердо ответил Скорпиус, посмотрев матери в глаза, а потом уже куда мягче взглянул на Драко. — Спасибо, что вылечил меня. Вероятность повторения… — тут он осекся и просто закончил: — Это наверняка не повторится больше.

— Ты кого решил благодарить за спасение? Отца? — хмыкнул Драко с горечью. — Ты еще матери вырази признательность за то, что она волновалась за тебя.

— Поблагодарить — лучше, чем промолчать, — Скорпиус внимательно на него посмотрел и незаметно кивнул на любующихся садом парней. — Если бы не они, возможно, не все из нас снова увидели бы солнце.

Драко понимающе кивнул, признавая правоту сына. Во всяком случае, так могло показаться на первый взгляд, пока он снова не заговорил:

— Реши, каков будет размер вознаграждения для каждого. Расходы я возьму на себя.

Долгая тяжелая пауза была ему ответом. А потом Астория издала испуганный возглас, заметив, каким стал в эту секунду взгляд Скорпиуса.

— Прекрасно, — вопреки взгляду, его голос был спокоен. — Тогда жду счет за лечение.

И резко развернувшись, Скорпиус стремительно сбежал вниз по ступенькам.

— Вернись! — рявкнул вслед Драко и опустил в бессилии руки — результатов его возглас не принес.

Однако дальше произошло то, что Гарри предугадать не смог. Вопреки обыкновению, Драко не развернулся и не ушел, демонстрируя свои обиды, принципы и неизменную правоту. Процедив что-то сквозь зубы, он аппарировал, оказавшись прямо перед Скорпиусом. Затем схватил его за руку, и оба исчезли из сада с громким хлопком.

— Значит, ты хочешь узнать цену? — протянул Драко, перенеся себя и сына в свой кабинет. — Хорошо, — кивнул он и с шумом втянул воздух. — Наследник! Нам нужен наследник!

— Прекрасно! — процедил Скорпиус. — Тебе какого, очень непонятного или совсем непонятного? А может, абсолютно непонятного?!

— Перестань, — осадил его Драко. — Вполне вероятно, что твои возможности ему не перейдут. Это раз. А во-вторых, у нас, знаешь ли, выбора нет. Так что гаданием, каким он родится, заниматься бессмысленно. Он все равно должен продолжить род, — заявил Драко, пресекая взглядом любые возражения. — Каким бы ни было продолжение.

Скорпиус сложил руки на груди и хищно прищурился.

— Прекрасно, — повторил он. — «Каким бы ни было». Я запомнил.

— Прекрасно, — прищурился Драко. — Остается надеяться, что ума тебе хватит не смешать назло мне нашу кровь с маггловской.

— Не всё в этом мире делается назло тебе! — холодно ответил Скорпиус. — Я всю жизнь смотрел на тебя и деда, и никак не мог понять, как же так вышло, что ты такой эгоист?

— Я тебя попрошу обойтись без лишней патетики, — сухо ответил Драко, затем посмотрел Скорпиусу в глаза так внимательно, словно хотел заглянуть глубоко в душу, и продолжил. — Я понимаю, что был не самым лучшим отцом. Но и виноватым себя никогда не считал. Знаешь, почему? Потому что я делал все возможное, что было в моих силах, чтобы хоть как-то приблизиться к тебе. Но ты все равно держался так, будто мы абсолютно чужие тебе люди. И не тебе меня в эгоизме обвинять.

Скорпиус помолчал, а потом тихо признался:

— Я не знал, как ведут себя близкие. И был слишком маленьким, чтобы понять, что обычным человеческим чувствам и общению с людьми можно учиться по тем же книгам. Если хочешь, спроси у Гарри, какого ему было первый месяц со мной, пока он не втолковал мне, что такое чувства и как их проявлять.

— Я думал, что это ваш маггл личным примером тебя вдохновляет, — скривился Драко, однако на сей раз в его глазах не было ни отчуждения, ни злости. Правда, длилось это недолго — и буквальное в следующую секунду выражение его лица стало скептическим. — Нет, ну скажи Мерлина ради, почему из-за одной отказавшейся выйти за тебя дуры ты решил, что нужно начать спать с мужчинами?

Скорпиус удивленно приподнял бровь и хмыкнул. При этом Драко кинул на него удивленный взгляд, уж больно непривычно-человеческой была реакция.

— Смешно сказать, — весело посмотрел на него Скорпиус. — Сам долго не верил. Но я влюбился. Так же обстоятельно и въедливо, как я делаю все на свете. Так что никакие дуры тут ни при чем.

— Сразу в двух, что ли? — съерничал Драко, но тут же махнул рукой. — Ладно, не отвечай. Видимо, ты как настоящий Малфой не выбираешь, а берешь все и сразу, — усмехнулся он, но тут же посерьезнел. — Но про наследника я говорил серьезно.

Скорпиус ответил далеко не сразу, а когда заговорил, в голосе не было ни вызова, ни бравады — лишь констатация факта.

— Ты понимаешь, что ребенок будет бастардом? — спросил он. — И спать с той несчастной, что ты выберешь мне в пару, я тоже не буду. К счастью, есть маггловские методы. Я узнавал.

— Я прекрасно понимаю, что жениться ты не намерен. Хотя можно было бы заключить сугубо формальный брак сроком на несколько лет. Впрочем, сейчас не об этом. Ты уверен, что неестественный путь зачатия не навредит магии ребенка? — очень серьезно спросил Драко. — Если уверен — Мерлина ради, поступай, как знаешь.

— Я внимательно изучу этот вопрос, — кивнул Скорпиус. — Поступим так, как будет лучше для ребенка. А что касается Ивара… — он отвел глаза и продолжил тихо: — Он нужен мне, чтобы чувствовать себя человеком. И люблю я его тоже по-человечески. Совсем невъедливо и абсолютно иррационально.

— Насколько ты заметил, я ни разу не настаивал на том, чтобы ты прекратил эту связь, — заметил Драко. — Да, все это мне чуждо и непонятно и… — начал он, но оборвал мысль на полуслове. — Впрочем, ты сам для меня весь непонятный. Но… совсем не чуждый, — закончил он. — Это правда и ты должен ее знать.

Скорпиус вскинул на него глаза и улыбнулся.

— И ты никогда не был мне чужим, — сказал он искренне. — У нас просто языковой барьер, — он невесело усмехнулся. — Но теперь, когда я наконец выучил человеческий язык, можно попробовать поговорить.

— Сегодняшнее число нужно непременно запомнить. В этот день я не только чуть не потерял сына, но и, пожалуй, впервые за все время у меня появилась возможность обрести его, — Драко слегка улыбнулся, но глаза его остались серьезными. И если бы он не отвел их в сторону, Скорпиус наверняка бы заметил в них и тень сдерживаемой грусти. — Не думай, я не такой идиот, чтобы надеяться, что ты бросишься в мои объятия, и что мы сможем повернуть время вспять и начать с нуля. Но, наверное, мне этого бы хотелось.

— Я могу тебя обнять, — чуть непонимающе посмотрел на него Скорпиус. — Если ты правда хочешь…

Он шагнул ближе и чуть неуверенно развел руки, не решаясь действительно заключить отца в объятия.

— Обнимешь, когда сам захочешь, — отмахнулся Драко, почувствовав себя очень неловко. Слишком непривычен был выбранный на сей раз тон беседы.

Скорпиус кивнул и поспешно отступил назад, убирая руки.

— Прошу тебя, поговори с мамой, — попросил он, уходя от неловкости. — Ей не за что ненавидеть Ивара. Он прекрасный человек, пусть даже и не умеющий колдовать. Но есть ведь что-то, поважнее этой способности.

— Непременно, — кивнул Драко. — Все, иди к своим. А я постараюсь связаться с кем-нибудь из зельеваров. Будем надеяться, что ингредиенты до наступления темноты мне все-таки удастся найти.

— На зачистке базы мы нашли кое-что, — тут же сказал Скорпиус. — Я проверю, может быть, тоже что-то подберу. И к тому же мы освободили пленников. Возможно, кто-то из них может помочь. Я скоро! — не тратя времени на дальнейшие разговоры, он аппарировал. — Нужно проверить конфискат, — сказал, появляясь рядом с Гарри. — Чем быстрее, тем лучше.

— Значит, как прошел разговор отцом, расскажешь позже, — сказал Гарри и, не медля ни секунды, аппарировал всех троих на базу к аврорам.

Обведя взглядом помещение, Гарри едва не ужаснулся — он и не думал, что конфискованных предметов окажется столько много.

— Примени манящие чары. Иначе тут черт ногу сломит, — выдохнул он, обращаясь к Скорпиусу.

— Простите, сэр, — отрапортовал стоявший ближе всех аврор, — мы не успели привести базу в надлежащий вид.

— Не важно, еще успеете, — отмахнулся Гарри. — Как чувствуют себя освобожденные заложники?

— Все по-разному. Некоторых можно домой отпустить, но есть и те, кто даже не пришел в сознание. По-моему, сэр, они в магической коме, — тихо закончил парень.

— Никого не отпускать, пока не будет моего прямого приказа, — ответил Гарри, рассудив, что заняться поиском ингредиентов сейчас куда важнее.

— Я должен перечислить сто пятьдесят два ингредиента, — сказал Скорпиус. — Ты вполне можешь заняться пока пленниками. Акцио, луннит!

В коробках что-то зашевелилось, дзинькнуло, и в руку Скорпиусу влетел пузырек. Ивар радостно улыбнулся и поспешил открыть коробки, чтобы ничего не разбилось, пробиваясь наружу.

— Сэр, нам нужен колдомедик, — сказал один из авроров. — Сами мы вряд ли справимся.

— Колдомедика не обещаю. Но зельевар найдется, — кинул Гарри и вернулся к Скорпиусу. — Где ты в последний раз видел отца? — спросил он, дождавшись, пока очередная склянка ляжет в малфоевскую ладонь.

Получив ответ, Гарри аппарировал к Драко в кабинет, и на этот раз ему повезло больше — Малфой еще не успел никуда уйти, и по мэнору его искать не пришлось.

— Нужна твоя помощь, — сообщил он.

— Поттер, еще немного, и у тебя войдет это в привычку. Что на этот раз? — буркнул Драко, выразительно посмотрев на Гарри.

— Нам удалось освободить заложников. Очень нужен колдомедик, но сам понимаешь, найти его сейчас проблематично, — начал объяснять Гарри.

— Ох, Поттер, все у вас не слава Мерлину, — вздохнул Драко, но руку для аппарации протянул.

Но не смотря на вздохи, помощь он оказал весьма существенную — снабдил зельями всех, кто в этом нуждался, и сумел привести в чувство всех пленников, хотя и потратил на это несколько драгоценных часов.

— Двух не хватает, — сказал ему Скорпиус, когда Драко устало махнул палочкой, наколдовывая воды для последнего, самого тяжелого пациента.

— Каких? — мрачно посмотрел на него Драко. — Хотя не говори, — он вздохнул. — И так понятно.

— Самых редких? — Ивар возник как из-под земли с тремя чашками кофе в руках. Одну он дал улыбнувшемуся Скорпиусу, вторую оставил себе, а третью не глядя сунул Драко.

Тот замялся, но чашку все-таки взял, скупо поблагодарив за внимание.

— Они не просто редкие, — сообщил он сухо. — Они могут быть в арсенале только у опытного зельевара. Абы с чем эти составы не мешают, навыки обращения нужны.

— Нет-нет-нет, даже не думай раскисать, — Ивар заглянул в глаза притихшему Скорпиусу. — Мы обязательно что-нибудь придумаем. Черт возьми, да если благодаря нашим лекарствам даже диабетики не умирают, то уж ферменты для пищеварения мы точно найдем!

— «Ферменты для пищеварения»! — передразнил его Драко. — Зелий для пищеварения я тебе хоть тридцать вариаций прямо сейчас наварю! Скорпиусу не это нужно, — он поморщился. — Ему нужно, чтобы еда мгновенно превращалась в то, из чего она состоит. Не переваривалась, а распадаясь сразу же и полностью. Иначе его пищеварительный тракт не выдержит нагрузки, а мозг — не получит необходимой ему энергии.

Ивар нахмурился, помолчал, а потом спокойно поинтересовался:

— А если сразу есть то, из чего эта самая еда состоит? Аминокислоты, жирные кислоты? Ну и глюкозу внутривенно?

Драко посмотрел на него так, будто Ивар вдруг принялся махать палочкой, творя Люмусы направо и налево.

— Поясни! — потребовал он. — Что именно ты сейчас сказал?

— К примеру, аминокислоты входят в состав любого спортивного питания. Ну и еще комбикорма, но этим, пожалуй, Скорпиуса мы кормить не будем, — хмыкнул он и продолжил, пытаясь донести до Драко мысль, как говорится, на пальцах. — И вообще мне кажется, стоит обратить внимание на это питание. Есть специальные диеты, в которых точно разработана дозировка белков, углеводов, жиров и витаминов и разных микроэлементов, которые должен получить спортсмен. Эта диета дает прежде всего энергию организму, подверженному большим физическим нагрузкам. Жирные кислоты — это питательность. Ну а глюкоза…

— Так стоп! — нетерпеливо перебил его Драко. — Ты можешь нормально объяснить, что такое аминокислоты?

— Скорпиус, залезь в Интернет и дай почитать отцу, что там написано. Так будет и быстрее, и разумнее, — вмешался в разговор Гарри.

Скорпиус выполнил просьбу, но прежде чем передать АйДжамп Драко, быстро пробежал глазами текст сам.

— Что это? — Драко опасливо покосился на АйДжамп.

— Считай, что книга, — хмыкнул Ивар. — Энциклопедия.

— Мерлин мой, какая странная штукенция, — Драко осторожно взял АйДжамп и скривился. — Сразу видно, что вы вес облегчать не умеете и самопишущими перьями не пользуетесь!

— И слава Богу! — отбрил Ивар, откровенно забавляясь.

Читал Драко долго — прежде всего потому, что почти каждое слово приходилось искать в словаре. Закончив же, он вернул АйДжамп Скорпиусу и задумчиво протянул:

— Сразу видно, что вы не умеете зелья варить…

— Так, про наш примитивизм мы поговорим как-нибудь в другой раз, — хмыкнул Ивар. — Сейчас важнее другое — такое питание Скорпиусу может подойти? — тут же посерьезнел он и выжидательно посмотрел на Драко.

— Я понятия не имею, — буркнул тот. — Нужно пробовать. Выбора-то у нас всё равно нет.

Ивар кивнул, снова улыбнулся Скорпиусу и повернулся к Гарри:

— Что с освобожденными будем делать? — спросил он. — Больница же, как я понял, у вас была одна…

— Кого можно домой отравить — отправим. Остальные пусть тут побудут, — рассудил Гарри и перевел взгляд на Драко: — Мы же можем на тебя рассчитывать, если твоя помощь понадобится еще?

Драко посмотрел на него так, что было совершенно ясно, что ему очень хочется сказать какую-нибудь гадость, но вслух он только вздохнул и протянул убитым голосом:

— Можешь, Поттер, можешь. Надеюсь только, мне дадут хоть немного поработать над зельем.

— Поработаешь, — пообещал Гарри и двинулся к освобожденным волшебникам.

В принципе, он и без Драко сейчас мог разобраться, кого куда девать — домой или на трансфигурированные койки. Поэтому, Драко он с базы отпустил. Видимо, зелья из малфоевских запасов были впрямь чудотворными, потому что оставить пришлось лишь немногих. Взяв с каждого Непреложный обет, что они обязуются сотрудничать со следствием, Гарри аппарировал их по домам.

— Все, на сегодня это был последний, — сообщил он ожидавшим его Ивару и Скорпиусу. — Еще немного, и меня уже начнет мутить от этих всех аппараций, — устало пожаловался он.

— Отдохни, — предложил Скорпиус тут же. — А мы аппарируем в город и попробуем найти то, о чем говорил Ивар. Возможно, это действительно выход, хотя бы на время.

— Пожалуй, так и сделаем, — согласился Гарри и, разрешив аврорам повидать свои семьи, но затем снова вернуться на базу, перенес всех троих в спальню к Скорпиусу. — Я правильно понял, ночевать здесь будем? — уточнил он и присел на край кровати.

— Да, ведь я должен помочь отцу, — кивнул Скорпиус. — Только к совам загляну. Ложись, поспи, — он присел перед Гарри на корточки и положил руку ему на колено.

— Хорошо. В любом случае, еще одной аппарации я бы точно не осилил, — улыбнулся Гарри и, запустив пальцы Скорпиусу в волосы, ласково погладил его макушку. — Уверен, усну сразу же, как только до подушки доберусь.

Скорпиус улыбнулся ему и взмахнул палочкой, освобождая его от одежды.

— Спокойной ночи, — он потянулся к нему, целуя.

Целовал его Скорпиус совсем иначе, нежели Гарри успел привыкнуть за последнее время. Это был вдумчивый и очень рациональный — точь-в-точь как раньше — поцелуй. И в свойственной Малфою манере: с самых первых секунд он безошибочно обнаружил языком самые чувствительные точки, вынуждая Гарри задышать чаще, чтобы только не кружилась голова. Правда, помогало это мало.

— Все, идите, — выдохнул Гарри, оторвавшись от этого невероятного поцелуя. — А то уже некоторая часть меня определенно думает не о подушке, — хмыкнул он, когда его член крупно дернулся и окончательно напрягся.

Ивар хмыкнул и сунул руки в карманы.

— Сыграй ему колыбельную, — предложил он, улыбаясь. — Коротенькую такую, в семь нот.

Скорпиус хищно улыбнулся, подхватил Гарри под колени и дернул на себя, подтаскивая на самый край кровати. Гарри ещё не успел толком понять, о чем речь, а его член уже оказался у Скорпиуса во рту.

Зато он точно понял, что продержится ох как недолго. Особенно, когда Скорпиус очень быстро заскользил горячим языком по стволу, выписывая кончиком какие-то замысловатые траектории. Впрочем, результат этих ухищрений не заставил себя ждать — член сладко заныл и обильно потек смазкой прямо Скорпиусу на язык.

— Ты еще толком и петь-то не начал, а я уже кончить готов, — усмехнулся Гарри, неумолимо приближаясь к седьмой, финальной, ноте.

Скорпиус поднял на него глаза, улыбнулся, насколько мог и снова прошелся по члену языком и губами, лаская каждую клеточку, каждый нерв. Гарри понятия не имел, как у него это получалось, но от удовольствия бросило в жар, а за яйцами мгновенно скопилось напряжение. Даже не пытаясь хоть как-то сдерживаться, Гарри откинул голову, расслабился и тут же резко выдохнул — оргазм хоть и был ожидаем и близок, всё равно навалился внезапно и резко.

Скорпиус терзал его и мучил до самой последней судороги, и лишь потом отстранился, улыбаясь во весь рот.

— Вот теперь спокойной ночи, — сказал он.

— Спасибо, — Гарри улыбнулся и очертил пальцами чуть припухшие губы Скорпиуса. — А за колыбельную — отдельная благодарность, — выдохнул он и скользнул под одеяло и к заветной подушке.

То ли Скорпиус, то ли Ивар заботливо поправил на нем одеяло и невесомо погладил по волосам. Гарри сумел выдавить из себя благодарное мычание и провалился в сон.

— Это не так просто, как кажется, да? — тихо спросил Ивар, обнимая Скорпиуса за талию. — Аппарировать?

— Вообще-то, один из самых энергозатратных видов колдовства, — кивнул Скорпиус.

— Как пешком без лифта на двадцать пятый этаж небоскреба? — улыбнулся Ивар.

— Наверное, — вернул улыбку Скорпиус. — Не проверял. Но предполагаю, что не просто пешком, а бегом.

— Слушай, — вдруг оживился Ивар. — А мы сейчас далеко от Лондона?

— Сто две с половиной мили от центра города, — без запинки ответил Скорпиус и с интересом на него посмотрел. — А что?

— Тогда ничего, — покачал головой Ивар. — Думал предложить тебе до города прогуляться, — хмыкнул он. — Но если мы так и сделаем, нас Гарри с тобой в розыск объявить успеет, а мы еще и полпути не пройдем.

— Я боюсь, не время сейчас гулять, — вздохнул Скорпиус. — Вдруг это маггловское питание мне не подойдет? Кстати, сразу и проверим, я уже почти голоден. Куда аппарировать?

— Я знаю один огроменный магазин спортивного питания, — начал Ивар. — Правда, адрес, забыл, — выдохнул он задумчиво. — Но ты ведь можешь прочитать мои мысли, так? Давай я его представлю, каким помню.

Скорпиус кивнул, быстро достал палочку и направил ее на Ивара, прошептав заклинание. Однако ничего, напоминающее строение или торговый зал, Скорпиус не увидел. В голове Ивара отчаянно пульсировала иная мысль, заглушая все остальные: «Как же сильно я тебя люблю».

— Ох, прости, — спохватился Ивар, поняв, что думает сейчас совсем не о тех вещах. — У нас никогда, наверное, с первого раза эта штука не получится, — он улыбнулся чуть виновато.

Скорпиус хмыкнул, обнял его и ткнулся носом в висок.

— Много воды утекло, да? — шепнул он. — А ведь такая ничтожная вероятность была подобного исхода…

— Я даже думать не хочу о том, что могло быть все не так, — Ивар поежился и прижал Скорпиуса крепче. — Я бы чокнулся. Ей-богу! Просто однажды слетел бы с катушек и все. Либо с моста бы прыгнул, либо стал бы маньяком и попытался тебя украсть.

— Ты? С моста? — Скорпиус посмотрел на него с таким скептицизмом, что Ивар против воли усмехнулся.

— Ну, значит, второе. Без вариантов, — хмыкнул он. — Послушай… — он слегка замялся. — А эта штука… Она наоборот не работает? — он смущенно глянул на Скорпиуса.

Тот с сожалением покачал головой.

— Но я всё равно не позволил бы никому этого сделать, — сказал твердо. — Потому что совсем не уверен, что обычный мозг способен выдержать такую нагрузку. Но Ивар… — он заглянул ему в глаза. — Если ты хочешь убедиться, что твои чувства взаимны, то магия для этого не нужна. Просто посмотри сюда, — Скорпиус наклонил голову и намотал на палец тонкую прядь. На первый взгляд она ничем не отличалась от остальных, но приглядевшись, Ивар понял, что тут волосы были светлее, чем везде, и отливали не золотом, а серебром.

— Когда это она появилась? Ведь еще утром ее не было… — протянул Ивар с недоумением. Затем он внимательно посмотрел на Скорпиуса и, сложив два и два, произнес тихо: — Не надо мне больше таких доказательств.

И говорил он не только о седой пряди, что появилась из-за страха Скорпиуса за его жизнь, сейчас Ивар снова заговорил о самом поступке Скорпиуса, что последовал в долю секунды после выстрела.

Скорпиус молчал, видимо, обдумывая вариант ответа, но выбрать Ивар ему не дал — притиснул к себе, судорожно сжимая футболку на спине и прижимаясь виском к виску.

— Не надо, слышишь? Не надо… — повторил отчаянно. — Никогда боль…

Не церемонясь, Скорпиус оборвал его шепот поцелуем.

Ивар на миг обомлел, а затем вжался в Скорпиуса так, будто хотел врасти в него и никогда больше не позволять ему сделать ни одного опасного шага. А потом Ивар сдался во власть умелого языка и, резко, словно от боли, простонав, ответил на поцелуй. Его руки с жадностью прошлись по спине Скорпиуса, а потом он и вовсе не сдержался — запустив ладони под смятую футболку, с нажимом огладил голую горячую кожу, издав тихий, похожий на мурчание звук.

Впервые за всё это время он мог полностью отдаться чувствам, не терзаясь сомнениями и не уговаривая себя довольствоваться тем, что есть. Скорпиус целовал жадно, исступленно, а его член твердел с каждой секундой, и Ивар совершенно точно знал, что на этот раз ни о ком другом он не думает. Это было так головокружительно здорово, что хотелось как можно дольше растянуть этот момент, запечатлеть его в памяти, а потому о большем Ивар и не помышлял. Зато, поцелуев стало мало самому Скорпиусу — так и не разрывая поцелуя, он аппарировал, и громкое радостное уханье подсказало, куда именно.

— Как ты хочешь? — выдохнул Скорпиус, приветливо махнув совам. Он посмотрел Ивару в глаза шальным голодным взглядом и стянул футболку.

— А разве ты не помнишь, что было в моей голове? Тогда… в самый первый раз? — спросил Ивар, красноречиво опустив взгляд на выдающийся внушительным бугром малфоевский член. А затем снова поднял на Скорпиуса глаза, лукаво прищурился, и опустил на то, что привлекло его внимание секунду назад, с нажимом проведя ладонью по натянувшейся ширинке.

Наверное, в этот момент Скорпиус видел глаза влюбленного мальчишки, но Ивару было все равно. К чему притворяться если так оно, по сути, и есть на самом деле?

Скорпиус улыбнулся и взялся за ремень его брюк.

— Наверное, сейчас можно признаться, что тогда эта картинка показалась мне красивой, — сказал он, расправляясь с пряжкой нарочито медленно. — И вызвала довольно много размышлений. Ведь увидев что-то, я не могу об этом не думать. Не представлять множество вариантов развития событий.

— И подавляющее большинство из них явно было не в мою пользу, — озвучил свою мысль Ивар. Однако на сей раз грусти в его глазах совсем не было. Вся печаль осталась далеко позади, и даже отголоски ее уже не имели права возвращаться в его сердце — их неумолимо вытеснила одна деталь: тонкая, затерявшаяся серебром в золоте кудряшек, и совсем неприметная с первого взгляда. Но именно она еще долгие годы будет служить Ивару напоминанием, что он напрасно съедал себя сомнениями.

— Это неважно, — Скорпиус справился с брюками и потянул вверх футболку. — Важно, что даже в тот момент какой-то процент мыслей был все-таки окрашен положительно. — Он потеснил Ивара к кровати, кивком предложил устраиваться на ней, а сам снял брюки и призвал смазку. — Кстати, в твоей фантазии член у меня был куда меньше, — улыбнулся он.

Ивар усмехнулся. Воспользовавшись моментом, пока Скорпиус был занят тюбиком, он лихо стянул с него трусы и насадился ртом на стоящий член, принимая его в свое горло. Однако сделав несколько невероятно длинных поступательных движений, он понял, что на долгие ласки не готов. Уж очень хотелось почувствовать малфоевский член глубоко внутри, и совсем не во рту.

— Назовем это приятным открытием, — он подтянулся наверх и откинулся на подушки.

Скорпиус выдавил смазку себе на ладонь, растер её по члену, а потом плеснул ещё немного на пальцы. По бедрам Ивара побежали мурашки, когда ануса коснулись прохладные пальцы, почти беспрепятственно скользнули внутрь и повернулись, лаская стенки. Ивар тихо охнул, поерзал на кровати и сел, притягивая Скорпиуса к себе за шею. Просить не пришлось, Скорпиус сразу же опрокинул его обратно на простыни и навалился сверху, осторожно толкаясь членом внутрь.

Но сам Ивар осторожничать не хотел. Как утопающий нуждается в глотке воздуха, так и Ивар нуждался сейчас в ощущении заполненности, в том удивительном чувстве принадлежности, когда член Скорпиуса окажется глубоко внутри. Отчаянно желая слиться с ним в одно целое, он крепко обхватил Скорпиуса ногами и, стиснув зубы — видимо, по привычке или просто на случай неприятных ощущений, — буквально вдавил в себя, скрестив лодыжки за его спиной.

— Воот… так-то лучше, — прошептал дрогнувшими губами, тут же сумев расслабиться, к собственному удивлению. И громко охнул, когда Скорпиус, устраиваясь поудобнее надавил внутри будто на все чувствительные точки одновременно, меняя угол. — Сможешь меня трахнуть так, чтобы я не кончил быстро? — выдохнул Ивар и, скользнув рукой к собственному члену, пережал его пальцами у самого основания.

Скорпиус кивнул, потянувшись за отложенной было палочкой.

— Убери руку, — попросил он и наложил довольно длинное витиеватое заклятие.

— О-о! — выдохнул Ивар, когда член сдавило со всех сторон, а больше всего — у основания, почти причиняя боль. — Офигеть!

— Сниму, когда сам попросишь, — шепнул Скорпиус и мощно толкнулся бедрами.

И уже с первым глубоким толчком Ивар оценил малфоевские чары по достоинству. И даже появившаяся легкая боль в члене не могла изменить его мнения. Подобные ощущения Ивар переживал впервые: от невообразимо приятной пульсации в заднице до скручивающего, давящего напряжения в паху. И, наверное, этот контраст и лишал его сейчас рассудка, выжав воздух из легких и сотрясая тело крупной конвульсивной дрожью.

Разжав колени и выпустив Скорпиуса, Ивар уперся пятками в матрас и выгнулся навстречу новому толчку, заставив себя глубоко вздохнуть. И сделал он это очень вовремя — ощущения усилились в разы. Не сдержавшись, Ивар закричал в голос. Вскоре во рту очень некстати пересохло, и ставшая вязкой слюна уже не могла помочь утолить жажду. Но на такую мелочь Ивар и внимания не обратил — мучившая его сейчас жажда была иной.

— Моя самая сладкая в жизни боль, — рвано выдохнул он, облизнув пересохшие губы. Выступившая на виске капля пота скатилась по его щеке, а на глазах проступили невольные слезы. — Я становлюсь мазохистом — заключил он. — И, черт возьми, мне это по душе, — улыбнулся Ивар и глотнул ртом воздух.

К сожалению, его слова принесли совершенно обратный эффект — Скорпиус замер и приподнялся на руках.

— Тебе больно? — спросил он озабоченно. — Ослабить?

— Ни в коем случае! — искренне испугался Ивар. — Двигайся, пожалуйста… — попросил он жалобно. — Я хочу до самых гланд и до потери сознания!

Улыбнувшись, Скорпиус его поцеловал и начал медленно, с явным удовольствием двигаться.

— Тогда терпи, — шепнул он ему в губы. — Сейчас я буду удовлетворять самые низменные свои желания за твой счет.

— Только не останавливайся, — Ивар зажмурился, отчего из уголков его глаз потекли слезы. — Даже если буду умолять, все равно меня не слушай, — он притянул Скорпиуса к себе и жадно поцеловал в горячие губы.

Низменные порывы Скорпиуса оказались столь прекрасны, что Ивар сначала потерял счет времени, а потом и вовсе позабыл обо всем на свете, кроме распирающего его изнутри члена. Очень скоро собственный член сдавило настолько, что он онемел, теряя чувствительность и напоминая о себе лишь редкими щекочущими покалываниями. Зато чувствительность в заднице возросла в сотни раз. Никогда прежде Ивар еще не чувствовал член Скорпиуса вот так — вплоть до изгибов каждой вспухшей венки. И ощущение это хотелось только усилить.

Что Ивар и сделал — сосредоточившись на этом своем желании, он заглянул Скорпиусу в глаза и сжал внутренние мышцы, плотно обхватывая скользящий по стенкам член.

Наградой ему был длинный стон, а наказанием — резкий мощный толчок, по ощущениям, едва не разорвавший его пополам.

— Боже! — вскрикнул Ивар и был вынужден вцепиться зубами в руку, потому что одним толчком Скорпиус не ограничился. Теперь он вбивался в него хлестко, с оттяжкой, хрипло постанывая и изредка целуя Ивара то в висок, то в щеку, то в губы. Ивара же разрывало на части — от слепящего острого наслаждения, щемящей нежности, беспомощности и любви. Невольные слёзы уже ручьями катились из глаз, голос охрип, а яйца ломило, когда Скорпиус шепнул:

— Не могу больше, — и снял заклинание.

Ивар взвыл, выгнулся дугой, а затем прижал колени к себе, широко разведя ноги в стороны и открываясь для Скорпиуса максимально широко. Наслаждение, так долго копившееся за яйцами, слепящей вспышкой прошлось по телу и устремилось в освобождённый от заклинания член, отчаянно ища выход. Ивар замер, широко распахнул глаза и закинул голову назад, скривив рот в сладостных муках.

Еще секунда, и мощная струя спермы выплеснулась Скорпиусу на грудь, а несколько капель даже долетели до шеи. На мгновение мир погрузился во тьму, а когда в глазах вновь посветлело, Скорпиус уже лежал на нем, сбито дыша в ухо и мелко содрогаясь. Ладонь Ивара легла Скорпиусу на спину и успокаивающе прошлась по влажной коже вдоль позвоночника и обратно.

— Надеюсь, это было достаточно долго, — сказал Скорпиус хриплым шепотом. — Потому что я не уверен, что какой-то из тех звуков, что я слышал, был похож на просьбу прекратить.

— Прекратить? Да я бы рассудка лишился, если бы ты не остановился! — воскликнул Ивар и улыбнулся.

— Я так и подумал, — хмыкнул Скорпиус и снова его поцеловал. — Надо будет тоже как-нибудь попробовать.

— Кстати, кое-кто обещал мне показать подземелья, — как бы невзначай протянул Ивар. — Если ты не хочешь, мы не будем там трахаться, — поспешно добавил он, припомнив, что Скорпиус словно бы избегал визита в подвалы своего замка. — Но мне действительно очень интересно посмотреть, — добавил тише. — И я не убегу и не возненавижу тебя, когда увижу ваши орудия пыток. Даже учитывая то, что они в свое время предназначались для магглов.

— Если ты хочешь, мы, конечно, туда сходим, — пообещал Скорпиус. — Да и орудий пыток там никаких нет, как и железных клеток. Просто не самые приятные складские комнаты. По крайней мере, сейчас.

— Ну тогда и идти туда неинтересно, — вздохнул Ивар. — Я-то думал к истории прикоснуться.

— Почему ты думаешь, что мы пытали магглов? — спросил Скорпиус недоуменно. — Зачем? Ну, не считая, безумства Волдеморта.

— Так ваши эльфы меня ведь именно туда определить решили, — ответил Ивар. — Когда узнали, что я маггл. Вот я и сделал выводы. Скоропалительные, да? — хмыкнул он и легонько коснулся губами все еще горячей малфоевской коже.

— А «действующий хозяин» на это как бы не намекает? — хмыкнул Скорпиус.

Ивар улыбнулся и лишь прижал его к себе крепче.

— По-моему, нам пора все-таки за едой, — вздохнул он. Лежать вот так — обнявшись и все еще слившись в одно целое — было невообразимо прекрасно, но то, что Скорпиус голоден, не могло не тревожить.

— Да, пора, — вздохнул Скорпиус. Он осторожно скатился в сторону, обдал их обоих очищающими чарами и направил палочку на Ивара. — Магазин, — сказал наставительно. — Нужно думать о магазине… Думать, а не смеяться, — он опустил палочку и укоризненно покачал головой, глядя на заливающегося Ивара.

— Все-все, — сказал Ивар и сделал очень серьезное лицо на несколько секунд, а затем снова рассмеялся. — Ладно, точно все, — выдохнул он, заставляя себя успокоиться. — Магазин… я думаю о магазине…

На этот раз все получилось, очень быстро Скорпиус опустил палочку и чуть удивленно моргнул.

— Мне придется прочитать немало книг, чтобы разобраться, что мне лучше подойдет, — сказал он, слегка растерянно оглядываясь. — Знать бы еще, каких именно…

— У меня есть идея получше, — улыбнулся Ивар. — Не нужно книг, просто вернемся за Роем. Он лучше любого консультанта в этих банках разберется, — он протянул Скорпиусу руку для аппарации и хмыкнул: — Будем надеяться, что они с Джейсоном еще не начали трахаться.

Надежды не оправдались. Медвежий рык: «Ну кто там ещё, мать вашу?!» в ответ на деликатный стук был более чем выразителен, как и мощный стояк в трусах распахнувшего дверь Роя. Впрочем, услышав, в чем дело, тот перестал гневно сверкать глазами и мрачно кивнул.

— Ладно, я сейчас, — пообещал Рой и с грохотом захлопнул дверь.

— А еще на нас бочку катили, — выдохнул Ивар. — Вон самих стоит только без присмотра оставить…

Закончить фразу Ивар не успел, дверь снова распахнулась, и перед ними появился уже одетый Рой.

— Давайте только быстрее, — взмолился он, поправляя на себе неудобно севшие брюки.

Скорпиус хмыкнул, взял их с Иваром под руки и аппарировал.

— Собственно, от тебя зависит, — он кивнул на огромные длинные стеллажи. — Выбери что-нибудь наиболее питательное, пожалуйста.

Рой присвистнул и завертел головой.

— Нет, тут все для легковесов, — заявил авторитетно. — Пойдем-ка дальше. И еще в аптеку тогда неплохо бы заглянуть. Спецпитание для коматозников тоже неплохо подойдёт.

Они прошли вдоль заставленных стеллажей вглубь магазина, где Рой, резко остановившись, указал на одну из полок.

— Вот, смело можешь все грести отсюда, — сказал он и потянулся к банкам. — А потом в аптеку перенесешь нас.

— Слушай, целое состояние стоит… — протянул Ивар, разглядывая ценники.

— А то, — ухмыльнулся Рой. — Самое лучшее!

Скорпиус подошел к стеллажу, положил руку на металлическую опору и без слов аппарировал. Вернулся, он, впрочем, так же быстро и вопросительно посмотрел на Роя:

— Только это? Больше ничего не подойдет?

— Можешь еще соседний прилавок на закуску прихватить, — хохотнул Рой. — Будет тебе десертом.

Недолго думая, Скорпиус повторил маневр, через секунду появившись снова.

— Так, залезай уже в мою память и покончим с чередой ограблений, — позвал его Рой, намереваясь поскорее вернуться к оставленному Кригу.

— Только будь добр, думай, пожалуйста, об аптеке, а не о Джейсоне, — попросил Скорпиус, наставляя на него палочку.

Ивар хмыкнул, однако Рой оказался куда более покладистым, раз через пару секунд Скорпиус опустил палочку и доставил всех аккурат в центр аптечного помещения.

— Та-ак, — Рой сразу же пошел к стеклянным витринам. — Подойдет вот это, это и это. Ну и еще эту штуку возьми на всякий случай. Лишней не будет, — он показал на очередную банку и повернулся к Скорпиусу. — Этикетки запомнил? Вон там, по идее, должно быть складское помещение. Уж там этого добра наверняка навалом. Магией откроешь? — он кивнул в сторону небольшой двери и отошел в сторону, пропуская Скорпиуса вперед.

Скорпиус справился со всем меньше чем за минуту.

— Спасибо большое, — улыбнулся он Рою. — Не смею больше задерживать. Он аппарировал их, но когда Ивар огляделся посреди коридора, Роя с ними уже не было. — Я его сразу в спальню закинул, — хмыкнул Скорпиус. — И подумал, что это ему будет уже ни к чему, — он указал на кучку валяющейся рядом с ним одежды.

— Ну ты даешь, — рассмеялся Ивар. — Представляю лицо Джейсона, когда Рой предстал пред ним, в чем мать родила.

— Уверен, его лицо озарилось счастьем, — хмыкнул Скорпиус. Он снова аппарировал, на этот раз на кухню, и попросил эльфов принести самую большую кастрюлю. — Боюсь только, мне придется пить эту смесь постоянно в течение дня, — вздохнул он. — Но лучше так, чем никак…

— Ты только не переусердствуй, — покачал головой Ивар. — Это действительно очень питательные штуки. А то еще перебои со сном начнутся.

— Про «переусердствуй» — это ты мне? — уточнил Скорпиус с невеселой улыбкой и высыпал в принесенную кастрюлю сразу три банки. — Будем надеяться, хотя бы половина этих калорий усвоится…

— Скорпиус, — Ивар нахмурился. — В одной банке почти четыре тысячи калорий — как раз твоя норма.

— При условии, что они усвоятся все, — мягко уточнил Скорпиус. Он развел порошок водой в нужной пропорции, размешал смесь специальным заклинанием и призвал кружку. — Вообще-то пахнет вкусно, — сказал, зачерпывая первую порцию. — Ванилью, — и осушил кружку в два глотка.

— Ну как? — озабоченно спросил Ивар.

— На вкус хуже, чем на запах, — поделился Скорпиус. — Но ощущение, что я что-то съел, появилось.

Он зачерпнул еще кружку, и еще, и еще, пока не ополовинил кастрюлю.

— Не могу больше, — сказал жалобно. — Живот раздуло.

Ивар сочувственно улыбнулся и ласково погладил Скорпиуса чуть ниже солнечного сплетения.

— Пойдем полежим, — предложил он. — Только накрой кастрюлю теми чарами, от которых продукты у нас не портились.

Скорпиус кивнул, не глядя махнул палочкой и взял было Ивара под руку, но потом охнул, помотал головой и кивнул на дверь.

— Пешком пойдем, — сказал глухо.

Ивар мягко притянул его за руку и поцеловал в висок:

— Скоро пройдет, — улыбнулся он. — Ты просто объелся. Давай приляжем, а я тебе животик поглажу.

— Звучит как-то не очень солидно, но давай, — вымученно улыбнулся Скорпиус. — Тем более, ты хотел погулять. Можем даже через сад пройти, все равно нам в другое крыло.

— Солидно-несолидно, потом спасибо скажешь, — мягко ответил Ивар. — А пока по саду пройдем, немного утрясется. Магглам после переедания обычно плохо не дольше часа, — сообщил он и, не выпуская малфоевскую руку из своей, направился в коридор.

— Подожди, — остановил его Скорпиус. — А какие-нибудь лекарства магглы при этом пьют?

— Ферменты для ускорения пищеварения, — произнес Ивар. — Но где мы их сейчас возьмем? Аппарировать я тебе категорически не разрешу, — безапелляционно заявил он, даже не думая в этот момент, каким-таким чудесным образом он сможет Скорпиусу помешать.

— Да я и сам не буду, — поморщился Скорпиус. — Зато знаю, чем займусь, когда мы доберемся до постели, — он повел Ивара по запутанному лабиринту коридоров. — Выучусь на маггловского врача.

— Хорошая мысль, — усмехнулся Ивар. — Тогда мне можно будет больше не беспокоиться за медицинскую страховку.

— Тебе вообще больше не нужно ни о чем беспокоиться, — серьёзно посмотрел на него Скорпиус. — Это я тебе обещаю.

— Послушай, — чуть помолчав, начал Ивар. Вид у него был смущенный, и он явно не знал, как начать разговор. — В общем, ты, наверное, на меня сейчас разозлишься, но сказать я все равно должен… Даже несмотря на то, что между нами происходит, я все равно верну тебе деньги за квартиру.

Скорпиус удивленно на него посмотрел и фыркнул.

— Лучше продай её, — посоветовал он. — А деньги вложи в бизнес. Или ты думаешь сбегать от нас периодически, когда достанем? — он улыбнулся, давая понять, что это просто шутка.

— Я? Сбегать? — протянул Ивар, заметно повеселев. — Да будете выгонять — не уйду! — заявил он, и только неважное самочувствие Скорпиуса остановило, чтобы не сгрести его в охапку.

— Вот и прекрасно, — кивнул Скорпиус. — Тогда продавай.

— Мне кажется, или ты серьезно решил, что я могу уйти? — Ивар удивленно вскинул бровь. — Знаешь, в прошлом отсутствие своего дома никогда не было для меня сдерживающим фактором. Бывало, я уходил просто с тем, что было на мне надето. Но я никуда от тебя не денусь, — улыбнулся он, пропустив сквозь пальцы единственную серебристую прядь.

— Вообще-то, я просто мыслю разумно. Зачем держать квартиру, если не будешь в ней жить? — отозвался Скорпиус и бросил на Ивара странный взгляд. — Ты знаешь, это странно, но мне неприятно слышать о твоих прошлых отношениях, — сказал он чуть напряженно. — Сразу представляется… всякое. В подробностях.

Наверное, реакция Ивара показалась Скорпиусу крайне необычной — дослушав все до последнего слова, он лишь озадаченно хлопнул глазами, а затем и вовсе расплылся в своей лучезарной улыбке:

— И не надо. Не представляй, — выдохнул радостно. — Лучше думай о том, что прежде я даже и помыслить не мог, что смогу полюбить вот так… как сейчас.

— О, в этом я тебя очень хорошо понимаю! — тут Скорпиус икнул и смутился. — Ох, надеюсь, отец все-таки найдет ингредиенты. А не то катать тебя на метле завтра Гарри будет один.

— Ну уж нет! Кататься будем все вместе. Я подожду, — возразил Ивар и добавил гораздо тише: — Но я тоже очень надеюсь, что твой отец решит эту задачу поскорее. Пока ты не начнешь нормально есть, у меня сердце точно будет не на месте.

Скорпиус улыбнулся, тепло посмотрел на него и вдруг совершенно нелогично заключил:

— Думаю, нам нужно будет завести крапа. Или маггловскую собаку.

— А кто такой крап? — недоуменно спросил Ивар. — У меня даже никаких ассоциаций со словом не возникает.

— Магическая разновидность собаки, — пояснил Скорпиус. — Мне почему-то кажется, что тебе обязательно нужна собака.

— Я выгляжу таким одиноким? — искренне удивился Ивар.

— Да нет же! — фыркнул Скорпиус. — Просто она бы прыгала вокруг тебя, лизала в нос по утрам и приносила мячик. А ты бы улыбался и трепал косматую шерсть. Даже и не знаю, почему мне пришло такое в голову, но теперь я все время об этом думаю.

— Значит, непременно заведем. Не знаю, как там ваши крапы в детстве выглядят, но наши щенки очень забавные, — согласился Ивар и широко улыбнулся. — Тебе как, полегче?

— Да, процентов на десять, — Скорпиус распахнул двери на улицу и с удовольствием втянул носом вечерний воздух. — А щенки все забавные, и крапов тоже, — добавил с непонятной Ивару грустью. — У меня был когда-то щенок. Такой мохнатый, славный. Лизучий очень. Но его затоптала отцовская лошадь. Случайно, конечно… Это была единственная боль, которую я не смог разложить на составляющие.

— Как его звали? — осторожно спросил Ивар, опасаясь лишний раз ранить Скорпиуса. Но как он уже знал на личном опыте, плохие воспоминания нужно непременно заменять на хорошие. — Мы назовем нашего будущего крапа так же.

— Асмодеус, но на самом деле мне никогда не нравилось это имя, — Скорпиус посмотрел на Ивара и улыбнулся. — Поэтому лучше назовем его как-нибудь иначе. И ещё надо спросить Гарри, может быть, он не любит собак.

— Не думаю, что он будет возражать, — улыбнулся Ивар. — И раз уж у нас зашел разговор про будущий дом, ты не будешь против, чтобы в нем было проведено электричество?

— Я уже думал об этом, — кивнул Скорпиус. — Электричество будет. И компьютер!

— Я самый счастливый человек на свете, — заключил Ивар с улыбкой и притянул Скорпиуса к себе. — Остается только надеяться, что все это не сон.

Глава 22

— Гарри, Скорпиус, осторожно, тут полно этого жучиного дерьма, — раздался в шлеме обеспокоенный голос Крига. — Ни в коем случае не снимайте маски!

— Тебя понял, — коротко отозвался Гарри и ещё раз внимательно оглядел высокую монастырскую стену. Впрочем, монастырем это место называлось только для виду и в силу привычки. На деле за старинной каменной стеной пряталась суперсовершенная и сверхсекретная даже для правительства база организации со скромным названием «INQ». Где-то там, среди множества людей и разномастных гигантских насекомых уже третий день «гулял» их жук. Его задачей было снять со всех остальных жуков передатчики, бьющие их током, и убедить сородичей не вмешиваться, когда станут воевать люди. Утром от него пришел сигнал, что всё готово, и теперь дело было за малым. — Группам доложить о готовности.

— Есть, доложить о готовности, — отрапортовал в наушник поставленный за старшего аврор. — Все три группы в полной готовности и ждут приказа выдвигаться с базы. Ждем координат, сэр, — добавил он.

— Прекрасно, — отозвался Гарри и, взглянув на навигатор в руках Ивара, назвал аврорам точные координаты для перемещения. — Ждем вас.

Ждать долго не пришлось, буквально через пару секунд авроры уже стояли перед Гарри, полностью экипированные и с палочками наготове.

— План здания помните? — спросил Гарри. — Сейчас соберитесь с мыслями, чтобы внутри без заминок прошло.

— Сэр, а если мы кого-нибудь случайно… того?.. — один из авроров полоснул рукой по горлу.

Старший аврор глянул на спрашивающего неодобрительно и «перевел»:

— Сэр, что относительно превышения полномочий?

— Стараемся обойтись наименьшими потерями… — ответил Гарри и тут же добавил: — С нашей стороны. Не думаю, что своевременную реакцию на противника в такой суматохе можно будет расценить как превышение.

Конечно же, отдать прямой приказ никого не жалеть, Гарри не мог. Но и сдерживать своих разгневанных парней он не собирался. Семьи очень многих из них в прошлом пострадали от этой чертовой инквизиции. Да и сектор зачистки не имел высокой значимости. Ни в плане захвата изобретений, реликвий и оружия, ни в плане ценности присутствующих в нем людей.

Гораздо важнее для Гарри был второй этаж, но вот туда-то он отправится сам. Ну и Ивар со Скорпиусом, конечно. Вот со второго этажа все должны быть взяты в плен в целости и сохранности.

— Ладно, я всех вижу, — Скорпиус продемонстрировал аврорам большой экран компьютера, куда стекались данные со всех установленных в здании и на самих аврорах камер. — И слышу тоже, — он постучал по микрофону. — Так что всё как в старые добрые времена. Меня всем хорошо слышно?

— Так точно, сэр! — хором рявкнули авроры, а кто-то шепотом добавил:

— Давайте уже раздавим этих гнид…

— Рой, Стив, Криг, подарки доставлены? — спросил Ивар в микрофон.

— Рождество в полном разгаре, — хмыкнул Криг. — От стены ничего не останется.

Скорпиус молча указал на мигающие красными огоньками бомбы.

— Сэр, у нас всё готово, — официальным тоном сказал он Гарри.

— Тогда выступаем, — ответил тот и прикипел взглядом к монитору.

В шлемах раздалось ответное: «Есть, сэр», — затем все на миг стихло, а следом Гарри уже не мог разобрать, каким заклинаниями авроры обрушили на врага всю свою мощь.

— Троих удалось взять в плен, сэр, — услышал Гарри, когда все стихло. — Остальные убиты.

— Много, — холодно произнес он. — В живых оставить одного. Любого.

Гарри понимал, что отдает жестокий приказ, но голос его даже не дрогнул. На войне как войне. Все равно всех пленных в дальнейшем необходимо будет убить, потому что бывших врагов не бывает. Вопрос только в том, сам ли он позже вскинет палочку, или их будет судить Визенгамот. Ну а так им всем хотя бы будет меньше мороки.

Почти синхронно прозвучали две уж слишком охотные Авады, а потом Старший аврор бодро отчитался:

— Задание выполнено, сэр. Вход на второй этаж очищен и контролируется.

— Там ничего даже не заподозрили, — Скорпиус презрительно усмехнулся. — Можно брать их тепленькими.

— Поль, смени Скорпиуса, — сказал Ивар, перепроверяя свое оружие.

Поль кивнул и охотно занял место у монитора.

— Идем, — отрывисто бросил Гарри и крепче сжал палочку.

Ивар кивнул, тут же схватил его за плечо, одновременно поймав Скорпиуса за свободное запястье.

Наверное, парней из команды Ивара захват разочаровал — Гарри и Скорпиус, обмотанные плотным коконом защитных чар, просто вырубили всех мощными Ступефаями за считанные секунды. Хоть монастырь и был совсем немаленьким, заглушающие и маскировочные чары позволили сделать все быстро и незаметно.

— Этих тоже в камеру к тем двоим с подводной базы или всё же применим бывшие темницы мэнора по назначению? — поинтересовался Скорпиус, закончив складывать всех пленных в одной комнате.

— Давай в мэнор. Меньше мотаться будем, — рассудил Гарри и мрачно усмехнулся. — Думаю, нас ждет очень долгое общение с ними. А кстати, сколько у вас там темниц?

— Сто тридцать две, — чуть смущенно ответил Скорпиус. — Примерно тридцать в самом низу должны быть свободны и достаточно атмосферны.

— Хорошо, — кивнул Гарри. — Для начала распихаем всех по нижним камерам, а потом придется освободить остальные. Я хочу, чтобы они сидели поодиночке.

— Тогда усыпим их, и я дам задание эльфам, — решил Скорпиус.

Они позвали авроров, и все вместе перенесли почти пятьдесят человек правящей верхушки INQ в подземелья мэнора.

— Наконец-то магглы там, где они должны быть, — усмехнулся пришедший посмотреть на виновников магического апокалипсиса Драко.

— А ваше место вообще у котла, мистер, — фыркнул Ивар, нисколько не обидевшись. — Зря я, что ли, рискуя жизнью, крал из аптеки корень солодки?

Драко на него выразительно посмотрел, но от комментариев воздержался.

— У меня еще нет крови саламандры, — произнес он, адресуя информацию, по большей части, самому Скорпиусу.

— Так никто и не ответил? — Скорпиус прищурился, явно что-то просчитывая. — Что ж, думаю, этому мясу нужно немного промариноваться, — он кивнул на груду спящих тел в одной из камер. — А пока можно заняться поисками. Вот только что мне искать, живую саламандру или неразрушенную лавку зельевара?

— И то, и другое искать нужно, — произнёс Драко так, будто ответ казался ему очевидным. — Но ты ищешь саламандру. Лавками я сам займусь.

— Вместе пойдем, — произнес Гарри и обратился к Драко: — Вдвоем быстрее дело пойдет. Малфой, дай знать, если найдешь что-то первым.

— Хорошо, — сдержанно кивнул Драко. — Тогда вот этого с собой не берите, — он ткнул пальцем в Ивара. — У него кольцо. Хотя, конечно, если он мне его отдаст… — он хищно посмотрел на нахмурившегося Маккоя и получил в ответ выразительный жест.

— Пояснять надо или у вас такое тоже в ходу? — поинтересовался Ивар.

— Он догадался, — Гарри прыснул от сдерживаемого смеха, чем заслужил от Драко очень красноречивый взгляд. Правда, от этого стало еще смешнее. — Давай аппарируем Ивара в комнату, — предложил он Скорпиусу, справедливо рассудив, что выход из подземелий без помощи хозяев дома тот найдет не скоро. На Драко же полагаться было бы легкомысленно, тот вполне мог из вредности оставить Ивара плутать по подвалам.

Скорпиус кивнул, взял обоих за руки и аппарировал.

— А мне объясните? — попросил он чуть недоуменно, появившись в спальне, и нахмурился, когда Ивар и Гарри, не сговариваясь, согнулись пополам от смеха.

— Не вгоняй меня в краску, — искренне попросил Ивар, чуть отдышавшись. — Но… У тебя правда никаких ассоциаций не возникло? — спросил он и снова рассмеялся.

— Ммм… Я сделаю, что ты просишь, не раньше, чем в третьей реинкарнации? — неуверенно предположил Скорпиус.

Ивар с Гарри замерли, недоуменно переглянулись, явно не вникнув сразу в смысл сказанного, и оба синхронно повернулись к Скорпиусу.

— Вот прикол! — с восторгом протянул Ивар, снова расплываясь в улыбке.

— Нет, малыш, — снисходительно усмехнулся Гарри. — Тут все гораздо прозаичнее. И неприличнее. Черт возьми, — выдохнул он, улыбаясь, — даже мне уже становится стыдно объяснять.

— А придется, — хмыкнул Ивар. — Не то он еще додумается уточнить у папы.

— Ты показал, ты и объясняй, — отвертелся Гарри, сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

— Это было очень грубое предложение сделать минет, — выдохнул Ивар и всё-таки рассмеялся. — Проще говоря: «Отсоси!»

Скорпиус изумленно вздернул бровь и покачал головой.

— Никогда бы не подумал! — заявил недоуменно.

— Вот и молодец, — Гарри тоже не удержался и рассмеялся. — Все, пошли искать саламандру. Пока Ивар тебя окончательно не испортил, — хмыкнул он и, подмигнув Ивару, взял Скорпиуса за руку. — Задавай направление.

— Не скучай без нас, — Скорпиус улыбнулся Ивару и аппарировал.

Чтобы добраться до места ему пришлось аппарировать четыре раза подряд, а место, где они в итоге оказались, было уж очень странным: какое-то пересохшее болото с островками мокрого ила.

— Где мы? — поинтересовался Гарри.

— Юго-восточная часть пиренейского полуострова, — Скорпиус внимательно огляделся. — Если тут нет, переместимся дальше, на Сицилию.

Гарри оценивающе посмотрел на представший ландшафт и подошел к кромке пересохшей грязи.

— «Акцио, саламандра» нам сможет помочь? — поинтересовался он.

— Сможет, при условии, что саламандра дохлая. Что вполне вероятно… — Скорпиус выразительно поковырял носком черную грязь — явно от гадских дождей. — Вот только дохлая нам ничего не даст. Нужно попробовать найти укрытия, куда не попал дождь. Возможно, кто-нибудь уцелел.

— Посмотри, там что-то похожее на норки, — произнес Гарри, вглядываясь вдаль. — Пойдем поглядим, — предложил он, указав на небольшие горки перемешанных с грязью камней.

На норки они глядели часа два, да так ничего и не углядели.

— Попробуем Сицилию, — спокойно сказал Скорпиус. — Не получится — Грецию. А вообще не расстраивайся, шанс найти живую саламандру один к ста тысячам.

— Да я это прекрасно понимаю, — ответил Гарри. — Только, пожалуйста, не говори мне не расстраиваться.

— У меня ведь всё нормально, — Скорпиус улыбнулся и опустошил заколдованную фляжку, которую с некоторых пор всегда носил с собой. Она всегда оставалась полной, благодаря сложным чарам и домовикам, которые готовили питательную смесь в большом котле.

— И правда, чего это я так распереживался? Это же такая вкуснятина, — хмыкнул Гарри и выразительно посмотрел на фляжку. — Просто пальчики оближешь, — скривился он, вспомнив, как из интереса попробовал это пойло на вкус.

Скорпиус улыбнулся, подошел к нему и вдруг чуть неловко потерся щекой о щеку.

— И все-таки я скажу: не переживай, — шепнул он. — Неприятно, но не смертельно, а это главное.

Хотя, конечно, он сильно преуменьшал. Опытным путем они выяснили: чтобы чувствовать себя сносно, ему требовалось выпивать по фляжке каждые двадцать минут вприкуску с пищеварительными ферментами. При этом неприятные ощущения в желудке всё-таки оставались, как и чувство голода и некоторая сонливость, но всё же ни мозгу, ни телу при этом ничего не грозило.

Гарри улыбнулся, однако улыбка эта все равно отдавала легкой грустью. Что бы Скорпиус не говорил, не беспокоиться за него Гарри не мог. Но Скорпиус не видел его лица, поэтому никаких заверений, что все в порядке, дальше и не последовало.

Втянув носом воздух, Гарри мягко прижал его к себе и шепнул на ухо:

— Теперь на Сицилию?

Скорпиус кивнул и аппарировал.

Сицилия не принесла им ничего, кроме расстройства. По крайне мере, Малфою. В горах, где они искали саламандру, открывался прекрасный вид на далекое море, и Скорпиус все время посматривал на него.

— Вот найдем саламандру, и выпытаем у засранцев, как обезвредить эту дрянь, — сказал он наконец. — И тогда я наконец искупаюсь без всяких там костюмов.

— Да я и сам очень надеюсь, что море не осталось для всех нас в прошлом, — вздохнул Гарри, затем посмотрел на Скорпиуса и взял его руку в свою. — Не грусти. А то и мне грустно становится.

— Да нет, это я чуть-чуть, — поспешно успокоил его Скорпиус. — Процентов на пятнадцать. Всё же в итоге хорошо. Наверное… — тут он погрустнел и снова с тоской посмотрел на море. — Столько людей умерло. И животных. Мне не терпится услышать, что они нам ответят на вопрос «Зачем?».

— Не думай, что услышишь от них слова покаяния, — покачал головой Гарри. — И смерти эти их только порадуют. Чертовы фанатики… А самое страшное, что их даже собственная смерть страшить не будет. Они ведь считают, что предстанут перед своим богом с чистой совестью.

Скорпиус внимательно на него посмотрел и прищурился.

— А от чего совесть станет нечистой? — спросил он. — Можно как-то сделать так, чтобы им стало так же страшно, как было нам?

— Можно, — хмыкнул Гарри. — Правда, для этого нужно воскресить Волдеморта. Вот тут уж они точно покой потеряют.

Скорпиус улыбнулся и покачал головой.

— Ладно, — сказал он с немного пугающим спокойствием. — Пусть хотя бы просто умрут.

— Нет, — возразил Гарри. — Просто они не умрут. Это будет долгий и болезненный процесс, — он холодно прищурился, всматриваясь в линию горизонта. — Уверен, министра не нужно будет убеждать в необходимости проявить жесткость. Этот случай должен войти в историю. И стать примером для остальных, кто еще вздумает такое сотворить.

Скорпиус кивнул, глядя туда же, куда и он.

— А что со Статутом секретности? — спросил тихо. — Вряд ли он останется без изменений…

— Он должен остаться максимально нетронутым, — произнес Гарри. — Хоть я вырос среди магглов, я не особо верю в благостный исход интеграции обоих миров. Ты только представь, сколько зависти и злобы обрушится на волшебников только лишь за то, что магглы не могут делать то, что умеем мы. Да и в нашем мире далеко не все радостно примут подобные изменения.

— Согласен, — Скорпиус кивнул и снова достал фляжку. — Почему-то мне кажется, что Ивар и его ребята скорее одно большое исключение из общего правила.

— Очень правильно ты согласен, — кивнул в ответ Гарри. — Все дело в их самодостаточности. Если они хотят чего-то добиться, то просто берутся за дело и доводят его до конца. Совсем не как этот Роу. Вот тот готов только наживаться на чужом несчастье.

Скорпиус проглотил свое пойло и рассмеялся.

— Да уж, особенно Ивар, — протянул с нежностью. — По-моему, он способен продать золото гоблину.

— Ты явно недооцениваешь Ивара, — рассмеялся Гарри. — То, что ему удалось провернуть с нами двумя, будет покруче любой сделки с дьяволом. А ты говоришь — гоблины… — улыбнулся он и обнял Скорпиуса за талию.

Скорпиус с готовностью прислонился к нему, обнял в ответ и повернул голову, быстро целуя в губы:

— Знаешь, не удивлюсь, если он в итоге ещё и с моим отцом подружится. Спуску он ему, по крайней мере, точно не дает.

— С отцом навряд ли, а вот с мамой — вполне, — заключил Гарри. — Ему нужно совсем немного времени, чтобы очаровать ее. И знаешь, я не удивлюсь, если он уже продумал стратегию.

— Думаешь? — протянул Скорпиус с сомнением. — По-моему, он как раз всё интуитивно, на эмоциях делает. Но, так как я совсем не знаток психологии, то могу и ошибаться.

— Конечно, ты можешь не согласиться со мной, — хмыкнул Гарри, — но подбирался к тебе он уж слишком грамотно для человека, полагающегося на одни только эмоции.

— Что ты имеешь в виду? — удивленно посмотрел на него Скорпиус.

— Неужто ты забыл, как он начал тянуться к тебе с самого начала? — не менее удивленно спросил Гарри. — Сначала он дает тебе телефон. Потом пишет сообщения совершенно нерабочего характера. Потом вызывается стать твоим персональным гидом. И с каждым разом ваши встречи длятся все дольше. Тебе становится общаться с ним все интереснее, потому что незаметно он захватывает твое внимание. А параллельно пытается со мной тягаться. Осторожненько так, не в открытую, нет… но и давая понять, что каждый озвученный им намек — не просто случайно брошенные слова.

— Не думаю, что это был коварный план, — покачал головой Скорпиус. — Ему просто хотелось со мной общаться, и делал он это как умел. А умеет он прекрасно, как ты знаешь.

— Я сразу сказал, что ты со мной не согласишься. Впрочем, неважно это совсем, — улыбнулся Гарри. — Странно, но я тебя даже как-то не сильно и ревновал к нему. Было, конечно, пару раз, но это скорее для проформы, что ли…

— Потому что он тебе нравился, — хмыкнул Скорпиус. — Ну, может, не сразу осознанно, но всё же. Импонировал как человек.

— Он меня раздражал. Сразу и осознанно, — усмехнулся Гарри. — Хотя… ты тоже меня поначалу бесил.

— Ну вот о чем и речь, — негромко рассмеялся Скорпиус. — Ты сразу понял, какие мы замечательные.

— Да уж. Прямо так сразу и понял, — хмыкнул Гарри и обнял Скорпиуса покрепче. — Кстати, у меня началась ностальгия по твоим голубым трусам.

— По-моему, она у тебя и не проходила, — Скорпиус расплылся в улыбке и обнял его покрепче. — Уверен, где-то на задворках твоего разума ты только и думаешь о так поразившем тебя предмете моего гардероба.

— Ты бы тоже думал, окажись на моем месте, — с улыбкой заверил его Гарри.

— Знаешь, о чем я думаю чаще всего? — Скорпиус взял его двумя пальцами за подбородок и провел большим пальцем по губам. Гарри невольно улыбнулся, представляя варианты, а Скорпиус закатил глаза. — Да не об этом, страшный ты человек! О твоей улыбке я думаю!

— О моей улыбке? — удивленно переспросил Гарри. — По сравнению с улыбкой Ивара, моя неконкурентоспособна, — выдохнул он, мягко прихватив губами Скорпиуса за палец.

— Но мы и не на конкурсе красоты, — возразил Скорпиус. — Я люблю твою улыбку, — он попытался высвободить палец, но Гарри ему не дал. — Тем более, ты редко улыбаешься.

— По сравнению с прошлыми годами, можно сказать, я превратился в безудержного хохотуна, — хмыкнул Гарри, выпуская, наконец, малфоевский палец. — И, между прочим, здесь исключительно твоя заслуга.

— Так уж и исключительно? — хмыкнул Скорпиус. — По-моему, главный весельчак у нас как раз Ивар.

— Верно, — согласился Гарри, — но началось все именно с тебя.

— Все началось с голубых трусов, — рассмеялся Скорпиус и крепко его обнял. — А знаешь… — протянул загадочным шепотом. — Саламандры ведь ночные животные… Может, нам посидеть здесь немного, и к вечеру кто-нибудь выползет?

— Ну лично я никуда не спешу, — улыбнулся Гарри. — И ты даже не представляешь, как давно я хотел понаблюдать за безоблачным закатом, — произнес он и поцеловал Скорпиуса медленно и вдумчиво.

Поцелуй получился щемяще-нежным и почти без примеси возбуждения. В любом случае, трахаться на голых камнях Гарри не собирался.

— Скоро похолодает, — сказал Скорпиус, оторвавшись от него, чтобы в очередной раз опустошить фляжку. — Накинем чары или, может быть, разожжем костер?

— Давай костер, — решил Гарри, разомкнув объятия. Он достал палочку и призвал заклинанием хворост, начав укладывать шалашиком. — Готово, — сообщил он, когда горка веток стала достаточно внушительной. — Разжигай, — бросил он, а сам трансфигурировал ближайший куст в подобие пледа. — Садись, — он постучал рукой по одеялу, расстелив его на земле.

Скорпиус зажег костер чем-то невербальным и опустился на плед.

— Сейчас бы кабана… — протянул мечтательно, глядя на огонь. — Ну или карпа.

— Сейчас бы саламандру… — отозвался Гарри. — И тогда можно было бы и кабана, и карпа.

— Найдется рано или поздно, — беспечно пожал плечами Скорпиус. — Вероятность того, что все саламандры на земле вымерли, а аналога никакого не существует, не превышает сотой доли процента. И это я ещё округлил.

Гарри молча улыбнулся, а затем потянул Скорпиуса на себя, укладывая его головой себе на ноги. Перебирая мягкие кудряшки и любуясь на них в свете костра, Гарри глубоко вдохнул уже прохладный воздух, от удовольствия прикрывая глаза.

— Забавно, — произнес он спустя некоторое время. — Такое интересное освещение… У тебя одна прядь совсем белой кажется, — произнес он и подцепил пальцами тот самый локон. — Хмм, и похоже, это не обман зрения, — протянул он, присматриваясь повнимательнее. — Ты видел?

— И видел, — вздохнул Скорпиус. — И чувствовал. Не самое приятное ощущение.

— Когда она появилась? — спросил Гарри, так и не выпустив из пальцев седую прядь.

— Пока в Ивара летела пуля, — Скорпиус серьёзно посмотрел на Гарри. — Я ведь действительно перепугался. Так сильно, как никогда в жизни.

— Вот возьми и покажи ему это, — вздохнул Гарри, выпуская прядь. — А то это дурачье с недавних пор сомневается в том, что ты его действительно любишь.

— Но почему? — непонимающе посмотрел на него Скорпиус. — И он видел. Мне показалось, ему понравилось, — он усмехнулся.

— А ты ему часто говоришь, что любишь? — спросил в ответ Гарри. — Ивар — тот, кто очень нуждается в этом. Без ласковых слов он начинает чахнуть.

Скорпиус нахмурился.

— Возможно, ты прав… — согласился он. — Даже наверняка. Но это ведь просто слова. Им можно не поверить. Если уж он действительно сомневается… Дуралей! — фыркнул почти весело. — Да я как книззл за вами обоими готов ходить и жалобно мяукать, когда кого-то не хватает. Кстати, Гарри, — Скорпиус приподнялся на локтях, заглядывая в глаза. — Как ты смотришь на то, чтобы завести щенка?

— Ивару мало нас с тобой, и он решил завести еще и щенка? — с улыбкой протянул Гарри, решив, что идея взять собаку могла принадлежать именно Ивару. Навряд ли бы сам Скорпиус захотел завести ее после несчастного случая со своим щенком в детстве.

— Нет, это моя идея, — огорошил его Скорпиус. — Я видел таких милых желтеньких собак на рекламных щитах в маггловском городе, и в парке видел вживую. Мне кажется, Ивару очень подошла бы такая собака.

— Хочешь, заводи, — хмыкнул Гарри. — Я совсем не против. Значит, у нас будет маггловская собака? — улыбнулся он.

— С некоторых пор я уверен, что они ничуть не хуже крапов, — твердо сказал Скорпиус, а потом вдруг сел и порывисто обнял его, кладя подбородок на плечо. — А тебе я тоже редко это говорю, — шепнул он с раскаянием в голосе. — Что люблю до боли в сердце. Если бы пуля полетела в тебя, я был бы белым, как одуванчик.

— Я знаю, — кивнул Гарри, прижимая Скорпиуса крепче. — Знаю, что любишь. И даже если ты мне никогда больше не скажешь это, я все равно не усомнюсь, — он улыбнулся, а затем продолжил: — И даже если ты меня вдруг перестанешь звать по имени и начнешь снова «выкать», я не разуверюсь.

— Это ты сейчас свое тайное желание высказал? — хитро прищурился Скорпиус. — А то я несколько книг по психологии по-быстрому прочел…

— Ммм, так ты теперь специалист по части подсознания? — насмешливо поинтересовался Гарри. — И что же там написано в твоих книгах? — спросил он, погладив Скорпиуса по голове.

— Ничего такого, что я сумел бы понять, — вздохнул Скорпиус. — Точнее, теперь я ломаю голову над гораздо большим количеством вещей, чем раньше. Но относительно Ивара ты всё-таки прав. Без ласки он чахнет, а мы с тобой два не самых романтичных субъекта. Собственно, — тут он победно улыбнулся, — поэтому я и заговорил о собаке. Она скажет больше, чем мы, и куда доступнее.

— Да уж, — хмыкнул Гарри. — Мы с тобой никогда не начнем лизать Ивара в нос. В общем, я понял — собаку мы заводим, чтобы Ивар не чувствовал одиноким, — заключил он с улыбкой и легонько прошелся пальцами мягкой щеке.

Скорпиус улыбнулся, кивнул, но потом чуть-чуть погрустнел.

— И потом, — добавил он, — мы ведь так много работаем. Боюсь, видеться спящими по ночам и урывками в выходные ему будет очень мало.

— Значит, заведем традицию видеться в обеденный перерыв, — ответил Гарри. — Не сгущай краски. К тому же, у вас двоих будет возможность не раз в году смотаться на несколько дней отдохнуть. Тебя уж начальство точно отпустит, — заверил он, скользнув пальцами к подбородку и дальше вниз по шее.

— Не хочу вдвоем, — покачал головой Скорпиус. Он поймал Гарри за руку и поднес к губам, целуя в центр ладони. — Хочу всем вместе. Чтобы Ивар смеялся, ты улыбался, а собака играла с совами. И… — тут он запнулся и задумчиво продолжил: — Отец всё-таки заставил меня задуматься о ребенке. Это будет моей платой за то, что они не станут вмешиваться в наши отношения. Так что отдыхать, возможно, придется вчетвером.

— Значит, вчетвером, — кивнул Гарри. — Или же малыша можно будет на время оставить у бабушки и дедушки, — добавил он и, помолчав некоторое время, продолжил: — Значит, с зачатием ребенка ты склоняешься к маггловским технологиям, — скорее утвердительно спросил он и заглянул Скорпиусу в глаза. — Ты готов смешать кровь?

— Нет, — чересчур быстро ответил Скорпиус. — Если бы и был готов, то только с одним магглом, но он, как ты знаешь, мужского пола. Но я почитал в Интернете, там пишут, что можно взять клетки женщины и мужчины и пересадить их любой другой женщине, и она выносит ребенка. А можно сделать ещё проще… — он усмехнулся и при этом же забавно покраснел. — Кончить в баночку.

— С первым вариантом будет много сложностей. Подумай, каково будет маггле выносить в себе волшебного ребенка, — произнес Гарри. — А вот с баночкой… ты имеешь в виду возможность заморозить сперму? Так это только отсрочит проблему, но никак не решит ее.

— Нет, — фыркнул Скорпиус и покраснел ещё больше. — Кончить и вылить это всё внутрь будущей матери ребенка в тщательно рассчитанный момент, наиболее благоприятный для зачатия.

— Что-то мне кажется, что это не самая лучшая твоя мысль, — покачал головой Гарри. — Ты не думаешь, что такой подход унизит мать твоего будущего ребенка?

Скорпиус на глазах помрачнел и опустил голову.

— А что ты предлагаешь? — спросил тихо. — Спать с ней?

— Я предлагаю не устраивать трагедию космического масштаба, — произнес Гарри, ухватив Скорпиуса за подбородок и заставляя посмотреть на себя. — Займетесь сексом в точно рассчитанное время и разойдетесь навсегда. Думаешь, я или Ивар не поймем тебя? Поймем! Уверяю, никто из нас не воспримет это как предательство или измену.

Скорпиус посмотрел на него странным взглядом и пожал плечами.

— Поговорим об этом, когда придет время, — предложил он. — Лет через десять-двадцать. Раньше становиться отцом я морально не готов.

— Как скажешь, — произнес Гарри. — Никто тебя в шею не гонит. Меньше всего я хотел бы, чтобы ты заводил ребенка из-под палки. А принимая во внимание то, что ребенок может родиться таким же невероятным, как и его папа, он втройне должен быть желанным.

— «Невероятным», — мягко передразнил его Скорпиус. — Скажешь тоже…

Солнце наконец коснулось воды, и всё вокруг, включая скалы, раскрасилось золотым и малиновым. Гарри и Скорпиус молча любовались этой красотой, а потом Скорпиус тихо сказал:

— Жаль, что Ивар не видит. Ему бы понравилось.

— Если хочешь, давай за ним втихаря от твоего отца аппарируем, — предложил Гарри. — И да… невероятным, — подытожил он, возвращаясь к их последнему разговору. — Для меня ты именно такой. И ты это знаешь.

Скорпиус улыбнулся ему ничуть не менее ослепительной, чем у Ивара улыбкой, приподнялся на локте, целуя, а потом повернул кольцо на пальце. Раздался хлопок, и отчего-то грустный и немного сонный Маккой появился рядом с ними. Испуганно хлопнув ресницами, он огляделся и тут же сверкнул зубами.

— Ну наконец-то! — сказал счастливо. — Догадались!

— Если честно, я решил, что ты уже лег спать, — ответил Гарри и, дотянувшись до руки Ивара, мягко потянул его на себя. — Но кое-кто успел соскучиться так сильно, что даже не подумал об этом, — улыбнулся он и чуть подвинулся, позволяя Ивару удобно устроиться рядом с ними.

— А я и лег, — Ивар продемонстрировал своё скромное одеяние, состоящее из одних только пижамных штанов. — Но вот уснуть не смог. Ещё и папаша твой, будто нарочно, два раза приходил поинтересоваться, не вернулись ли вы, и нет ли у меня желания погостить рядом с собратьями внизу, — он рассмеялся и вдруг нелогично заявил: — А вообще прикольный он чувак. Чем-то эльфа напоминает — такой же зазнайка. Думаю, у Леголаса с Гимли поначалу такие же терки были.

— Тебе нужно быть проповедником человеколюбия, — по-доброму усмехнулся Гарри. — А за терпимость — так вообще памятник при жизни ставить.

— Пф! — сказал на это Ивар и улегся головой Скорпиусу на живот.

Скорпиус улыбнулся, потрепал его по волосам и поспешил огорошить:

— Я тебя люблю!

Ивар удивленно распахнул глаза, а затем неожиданно резко повернулся к Гарри:

— Это ты его надоумил? — спросил он строго.

— Нет, ты только посмотри на него, — фыркнул Гарри. — Он еще и недоволен. Все, обливиэйть его к чертовой бабушке. Как-нибудь в другой раз скажешь, — он посмотрел на Скорпиуса, сдерживая себя изо всех сил, чтобы не расплыться в улыбке.

Ивар отшатнулся, нахмурился и собрался было что-то сказать, но Скорпиус ему не дал, он сел и молниеносно сгреб Ивара в охапку, обхватив его вдобавок ещё и ногами.

— Глупый маггл! — выдохнул ему в ухо. — Не веришь ведь, до сих пор не веришь! Вот что с тобой сделать, скажи?

— Он не глупый маггл, — ответил за Ивара Гарри. — Он просто дикий маггл. Значит, надо приручать всякими вкусняшками, — он придвинулся к ним ближе и взял Ивара за руку. — А вообще нет, дурачок он все-таки, — заключил Гарри, посмотрев на все еще хмурое лицо Ивара.

— Давайте-давайте, издевайтесь над бедным простодушным мной, — пробурчал Ивар, расслабляясь в руках Скорпиуса. — Но вообще-то я не возражаю услышать это ещё раз, даже по твоей подсказке, — он наконец-то улыбнулся.

Скорпиус довольно хмыкнул и положил подбородок ему на плечо.

— А теперь тихо! — шепнул он. — Мы вообще-то саламандр на огонь приманиваем.

— А их никак нельзя позвать? Может, что-то вроде «цыпа-цыпа» подействует? — прошептал Ивар, продолжая улыбаться.

— Если б было можно, ее кровь не была бы таким редким ингредиентом, — почему-то серьезно объяснил Скорпиус. — Но насчет огня я пошутил. Вопреки расхожей легенде, огня этот вид саламандр совсем не выносит.

— А чем их тогда приманить можно? — спросил Ивар.

— Ничем, — пожал плечами Скорпиус. — Только уповать на удачу, что перевернешь камень и найдешь ее спящую.

— Вы только не обижайтесь, но как-то не сильно похоже, чтобы вы оба были заняты поиском этой ящерицы, — хмыкнул Ивар. — Лежа у костра…

— У нас заслуженный отдых, — сообщил Гарри, улыбаясь. — Мы два часа на карачках здесь лазили.

— А еще мы решили подождать, вдруг сама вылезет, — Скорпиус потянул Ивара вбок и улегся вместе с ним головой Гарри на колени. — Но, по-моему, не вылезет, — он вздохнул. — Так хоть на закат полюбуемся.

— Обожаю закаты. И рассветы тоже. В такие минуты как будто волшебство происходит, — улыбнулся Ивар и нашел на ощупь малфоевскую ладонь. Рука Гарри тоже не осталась без внимания. Мягко сжав обе ладони, Ивар прижал их к своей груди как-то особенно бережно.

— Тогда поставьте будильник на пять утра и посмотрите рассвет из окна нашей спальни, — посоветовал Скорпиус полушепотом. — Это очень красиво.

— Я бы посмотрел на рассвет, не уходя отсюда, — отозвался Гарри. — А там решайте сами — можем и вернуться.

— Я за, — тут же отозвался Ивар. — Только заколдуйте меня, чтобы не холодно было… И я спать, — он довольно улыбнулся и закрыл глаза.

Свободной рукой Гарри дотянулся до палочки и обдал Ивара согревающими чарами. Ивар зажмурился, издав звук, очень похожий на мурчание.

— Тебе подушку наколдовать? — спросил Гарри. — Или ты так всю ночь на мне спать собираешься?

— На тебе, — подтвердил Ивар лукаво. — И буду во сне лапать тебя за разное.

— Похоже, что спать у нас кое-кто не сильно-то настроен, — хмыкнул Гарри и мягко прихватил Ивара за сосок, очертив пальцем темный контур.

Ивар тут же перевернулся на спину, подставляясь под его руку и довольно зажмурился.

— Ну почему же, если бы ты не поддался на провокацию, я бы уснул, — протянул он. — Но ты же у нас мальчик-зажигалка…

Гарри рассмеялся и провел рукой по груди Ивара уже с нажимом — начиная от плеч и куда дотянулась рука.

— Если хочешь менее целомудренный массаж, советую придвинуться ближе, — прошептал он, нащупав чувствительную точку немного выше пупка.

— Всё менее целомудренное уже занято, — хмыкнул Скорпиус, проведя ладонью по животу Ивара и беззастенчиво сунув руку ему между ног.

Ивар тихо охнул, от предвкушения мышцы его живота на миг напряглись, чтобы снова расслабиться под рукой Гарри.

— На лицо явная конкуренция, — хмыкнул Гарри, продолжая поглаживать Ивара вокруг пупка, чередуя чувствительные прикосновения с совсем невесомыми.

— Я совсем не против побыть призом, — мурлыкнул Ивар. — Хотя это с какой стороны посмотреть. Возможно, я еще окажусь победителем!

Он погладил Скорпиуса по бедру и широко улыбнулся Гарри.

— Нет, у меня определенно на твою улыбку эрекционный рефлекс, — Гарри аккуратно сменил положение и уселся перед лежащими рядом Иваром и Скорпиусом. — Прямо глаза разбегаются, — улыбнулся он, отчего-то теряясь, кого начать ласкать первым.

— Собственно, мы уже начали, — хмыкнул Скорпиус, выразительно глянув на собственную руку, запутавшуюся в маккоевских пижамных штанах. — Но я совсем не против, если ты меня поцелуешь… — добавил он едва ли не застенчиво.

— Ну тогда иди ко мне, — прошептал Гарри, притянув Скорпиуса за свободную руку. Он заглянул ему в глаза и сам наклонился ближе, уменьшая разделяющие их расстояние. И невольно опустил веки, когда их губы соприкоснулись. На этот раз Гарри целовал вдумчиво и медленно, пытаясь уловить, какие из его манипуляций языком вызывают наибольший эффект.

Но казалось, что Скорпиус просто наслаждается поцелуем, чутко реагируя на любое движение.

— Кажется, я понял, — вторгся в его пока еще почти холодный разум голос Ивара. — Ты решил мне отомстить за тот раз.

— Вовсе нет, — хмыкнул Гарри, отрываясь от поцелуя. — Вот когда я тебя свяжу, а затем мы начнем трахаться на твоих глазах, вот тогда да-а… это я решу отомстить, — он продолжил целоваться, но и принялся одновременно трогать Ивара там, докуда не доставала малфоевская рука — мягко сминая яйца сквозь ткань пижамных штанов.

— К слову о связывании, — Скорпиус посмотрел на Ивара изрядно затуманенным взором. — Как тебе наши подземелья?

— Эмм… они большие, темные и холодные… — выдохнул он и ойкнул, когда Гарри оттянул резинку его штанов и спустил их, насколько это было возможно. Внезапно ставшая мешать ткань исчезла, открывая взору эрегированный маккоевский член, руку Скорпиуса на нем и то и дело поджимающиеся яйца.

— Я один такой извращенец, или связь между твоими словами все же есть? — Гарри посмотрел на Скорпиуса и снова перевел взгляд на плавно исчезнувшую в малфоевском кулаке головку.

— Если ты о том, предлагаю ли я взять Ивара в плен, связать, бросить в подземелье и заставить смотреть сквозь тюремную решетку, как мы трахаемся, — то нет, — выдохнул Скорпиус. — Потому что смотреть такое действие надо вблизи и не на холодном.

— Да… я извращенец, — усмехнулся Гарри. — Хотя подумал совсем не о том.

— Да-да-да! Ты именно такой и есть! — рассмеялся Ивар, явно поняв, что именно имел в виду Гарри.

— Будто такой я один, — фыркнул Гарри. — Признай, ты ведь тоже подумал о комнате для ролевых игр, — улыбнулся он и, смочив пальцы слюной, скользнул в ложбинку между маккоевских ягодиц.

— Ммм? — крайне удивленно посмотрел на него Ивар, с готовностью раздвигая ноги. — Признаться, я тоже подумал о подземельях… А зачем нам комната, если у нас будет целый дом? — он хмыкнул. — Или ты представляешь что-то совсем особенное?

— Только не «золотой дождь»! — быстро сказал Скорпиус, и Ивар в шоке уставился на него.

— Не обращай внимания, — покачал головой Гарри, улыбнувшись. — Он же у нас поначитается всякого, а потом никак забыть не может. И да, я говорил про что-то совсем особенное, — хитро прищурился он и мягко надавил на анус, проскользнув внутрь на фалангу пальца и начав дразнить Ивара легкими и очень неглубокими касаниями.

— Все, диалог продолжаешь ты! — выдохнул Ивар, обращаясь к Скорпиусу, и закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях.

— И что же такое особенное ты имел в виду? — полюбопытствовал Скорпиус, лаская пальцем потекшую смазкой головку маккоевского члена.

— Вспомни свои ощущения у колонны на заброшенной станции метро, — попросил Гарри, вводя в Ивара палец чуть глубже. — Тебе ведь тогда понравилось? Если, конечно отбросить, как ты смущался предстать перед Иваром со стояком.

— Смущался он явно больше, чем ему нравилось, — не удержался, чтобы не вставить свои пару слов Ивар.

— Даже не в стояке было дело, — покачал головой Скорпиус. — Было очень неловко делать что-то сексуальное на глазах у посторонних. Но сама идея связывания, как ты, наверное, уже понял, мне нравится. Как и поцелуи, когда на нас смотрит Ивар, — он улыбнулся и потянулся к Гарри, жадно целуя.

На поцелуй Гарри ответил так же жадно, решив, что лучше он потом покажет Скорпиусу то, что имел в виду, нежели начнет рассказывать сейчас. Он так увлекся собственными ощущениями, что и не обратил внимания, как протолкнул в Ивара палец до упора. Собственно говоря, он бы и не заметил этого еще некоторое время, если бы расслабленные мышцы в какой-то момент просто не обхватили его палец тугим жаром. А затем последовал и тихий маккоевский стон.

Бросив на Ивара короткий взгляд, Гарри по-настоящему залюбовался — раскинувшийся на пледе Ивар, насаженный на его палец и наблюдающий за ними едва ли не с большей жадностью, нежели они сами целовались, выглядел невероятно возбуждающе.

— Хочешь его трахнуть? — прошептал Гарри Скорпиусу прямо в губы.

— Хочу трахнуть тебя, когда ты будешь трахать его, — таким же шепотом отозвался Скорпиус. — Но сначала посмотреть…

Говоря, он уже почти не смущался — только уши порозовели, да покраснели от поцелуя губы. Ивар простонал что-то одобрительное, и Скорпиус потянул его к себе, предлагая повернуться на бок, спиной к Гарри. Ивар обнял его, закинул ногу ему на бедро, и с восторгом замычал, когда Скорпиус голодно накинулся на его губы.

И это был самый подходящий момент, чтобы заменить палец на член, тем более, что тот уже был напряжен почти что до боли. Удобно пристроившись бедрами к Ивару, Гарри потерся пахом о его задницу и смочил слюной расслабленный вход еще раз, хотя и собственной смазки, оставившей блестящий след на маккоевской ягодице хватило бы с лихвой.

А затем все было как обычно. Приставив скользкую головку к порозовевшему анусу, Гарри толкнулся вперед, плавно входя на всю длину. Необычной была реакция Ивара. Глотнув ртом воздух, он вцепился пальцами Скорпиусу в плечо, хрипло простонал как от боли, но тут же сам накинулся на него, целуя голодно и жадно.

Впервые на памяти Гарри Скорпиус целовался с открытыми глазами, скользя затуманенным взором по их соединенным телам и лицу Гарри. Он подхватил Ивара под колено, раскрывая его для Гарри, сунул руку вниз, сгребая яйца в пригоршню так, что Гарри чувствовал его руку при каждом толчке.

— Боже-е… — простонал Ивар, прижал Скорпиуса к себе так крепко, как только мог, и довольно вздохнул, когда Скорпиус стал инстинктивно толкаться членом в его живот.

А затем Ивар и сам протиснул между их телами руку и накрыл ладонью головку малфоевского члена, прижимая его как можно сильнее к своему животу. Впрочем, в следующую секунду стало понятно, зачем ему это понадобилось — прогнувшись в пояснице, он начал подмахивать задом навстречу толчкам.

Если Гарри и ожидал подобного, то уж точно не так быстро. Он только вошел во вкус, а Ивар своими вечными замашками гейши невообразимо ускорял его оргазм.

— Замри… — глухо произнес Гарри. — Мне пока мало. Хочу трахать тебя еще, — выдохнул он и сжал пальцы на маккоевской ягодице, не позволяя его бедрам двинуться навстречу. — Во-от та-а-ак… — протянул он и снова принялся вколачиваться в отзывчивое тело.

Скорпиус рвано выдохнул от его стона и, оторвавшись от Ивара, перегнулся через его плечо, впиваясь поцелуем в губы Гарри. Ивар со стоном забился между ними, но ни Гарри, ни Скорпиус и не подумали дать ему свободу.

— Я не буду тебя трахать! — выдохнул Скорпиус чересчур громко. — Я хочу видеть, как вы оба кончите!

— Тогда не советую отвлекаться. Приятного просмотра, — Гарри улыбнулся, резко дернул Ивара на себя, а затем и вовсе уложил его на живот, нависая сверху.

Плед, на котором они сейчас лежали, получился на удивление мягким, так что такая поза не причинила Ивару дискомфорта. Просунув руку под маккоевский живот, Гарри беспардонно захватил в кулак его скользкий, очень горячий член и начал двигать рукой в такт собственным толчкам. Ивар протяжно всхлипнул и громко задышал через нос.

Но через минуту Гарри понял, что сам же сбивает заданный рукой темп — уж слишком головокружительными были вздохи Маккоя. Оставив пульсирующий в ладони член в покое, однако, и не думая выпускать его, Гарри перехватил Ивара поперек груди и принялся двигаться коротко и часто.

— Давай же… давай… — выдохнул Гарри ему в ухо, прикусывая мочку. — Он так хочет посмотреть на тебя…

Ивар громко застонал, но, к полной неожиданности Гарри, замотал головой.

— Нет, подожди! — всхлипнул он. — Подожди… — он дождался, когда Гарри с трудом остановится, загнанно дыша, и с некоторым трудом продолжил: — Так нельзя, он же не кончит… Скорпиус, иди сюда, — Ивар похлопал по пледу перед собой. — Сядь и раздвинь ноги.

Готовность, с которой Скорпиус послушался, удивляла, но Гарри было не до анализа, его хватило только на то, чтобы дождаться, когда Ивар насадится ртом на член, и снова мощно задвигать бедрами.

А дальше Гарри вколачивался в Ивара, безотрывно наблюдая за Скорпиусом. И в тот момент, когда их взгляды встретились, он умудрился проговорить слова, адресованные одному лишь Скорпиусу — одними губами и совершенно беззвучно:

— Я бы потом сам отсосал, — сообщил он, переведя сбитое дыхание. — И трахнул бы тебя тоже, — последние слова все же вылетели из горла со звуком, и только член Скорпиуса во рту остановил Ивара от того, чтобы инстинктивно обернуться.

— Потом… — отозвался Скорпиус с трудом понятным всхлипом и резко запрокинул голову, открывая рот. Гарри опалило с ног до головы пониманием — прямо сейчас, в эту самую секунду огромный член изливается спермой где-то очень глубоко в горле дрожащего, напряженного как струна Ивара.

А затем Ивар издал какой-то неясный глухой звук, и Гарри почувствовал, как ладонь стала совсем скользкой и мокрой. Наверное, во время этого секса Гарри просто слишком много думал, раз оргазм, неотвратимо подступавший не один раз, никак не мог сейчас прийти. Но продолжать и дальше вбиваться в Ивара было бы верхом эгоизма.

Аккуратно вынув из него свой член, Гарри перекатился на спину, вдыхая по-вечернему прохладный воздух. В конце концов, и сам процесс приносил ему не меньшее удовольствие, чем факт того, кончил он или нет.

— Вот же Д’Артаньян хренов! — услышал он сквозь буханье в висках, и на него навалился пышущий жаром и жаждой справедливости Ивар. Гарри и опомниться не успел, как член снова оказался зажат в обжигающих тисках. На этот раз не сдерживаемый ни собственным возбуждением, ни их со Скорпиусом руками, Ивар показал все, на что был способен — сжимал внутренние мышцы, скользил вверх-вниз в самом правильном, самом потрясающем ритме и целовал настолько пьяняще, что устоять было невозможно. В считанные секунды неуловимый доселе оргазм тонкими иглами наслаждения впился в тело, прошил насквозь и пощекотал каждый нерв.

— Другое дело, — улыбнулся Ивар, останавливаясь, только когда сперма потекла по яйцам. — И в следующий раз не смей так делать!

— Да, и со мной тоже! — грозно добавил Скорпиус.

— Есть трахаться до последнего! — усмехнулся Гарри, пока еще тщетно силясь восстановить дыхание. — Но, между прочим, мог бы и спасибо за беспокойство сказать, — произнес он Ивару и улыбнулся.

— За что? За то, что лишил меня кайфа насладиться ощущениями в более трезвом рассудке? — хмыкнул Ивар и, еще раз поцеловав его напоследок, соскользнул с члена, вытягиваясь рядом со Скорпиусом.

— Хочу такое каждую неделю, — заявил вдруг Скорпиус. — Хочу на вас смотреть.

— Хорошо, — с улыбкой согласился Гарри. — А взамен я хочу трахать тебя на своем столе перед каждой планеркой, — напомнил об уже высказанных прежде желаниях.

Тут Скорпиус все-таки смутился и порозовел.

— А если об этом кто-нибудь узнает?.. — спросил он осторожно. — Разве у тебя… У нас не будет неприятностей?

— У нас могут быть только одни неприятности — если забудем, как смазкой пользоваться, — ответил Гарри. — У меня будет растертый член, а у тебя — саднящая задница.

— Право слово, ты вообще о чем? — фыркнул Ивар. — Если я правильно понимаю, то Гарри у нас теперь трижды Герой, разве ему скажут хоть слово поперек? Даже если всплывет факт наличия меня.

— Да, наверное, ты прав, — с некоторым сомнением согласился Скорпиус. — И я уверен, кстати, что факт этот обязательно всплывет, так что со СМИ надо будет заранее поработать.

— Да уж, такого магическая Британия еще не видывала, — рассмеялся Гарри. — Не надо ни с кем работать, надо просто издательство «Пророка» купить и деспотично довлеть на них. Или скупить их акции и богатеть на самих себе. Как вариант. А остальные просто не решатся вякнуть, — протянул он, возвращаясь к серьезному тону.

— Это если этот ваш «Пророк» вообще уцелел, — заметил Ивар.

— Уцелел, — фыркнул Скорпиус. — Независимо от степени вероятности.

— Что-нибудь придумаем, — выдохнул Гарри. — Тем более, они там и сами поймут, что будут иметь дело не только со мной, но и с Малфоями. И, честно, на их месте я бы не связывался, — заключил он и добавил с улыбкой. — Но внедриться туда все же стоит.

— Ладно, с прессой мы разберемся, — допустил Скорпиус. — А наши авроры? Мне, в общем-то, всё равно, я почти ни с кем не общаюсь, но ты…

— То, с кем я живу, никого не касается. И прятаться по темным углам я не намерен. Тем более, перед своими подчиненными. А если кому-то этот факт придется не по душе, пожалуйста, двери открыты. Пусть катятся на все четыре стороны, — равнодушно ответил Гарри. — Правда, я совсем не думаю, что кто-нибудь из них решит подать рапорт об увольнении только из-за того, что его шеф трахает своего помощника и какого-то маггла вприкуску. А сальных шуточек, сам понимаешь, я не допущу ни коим образом.

— Ну когда ты так говоришь, это действительно не звучит как-то из ряда вон, — хмыкнул Ивар. Он свернулся калачиком, прислоняясь спиной к боку Гарри, обнял Скорпиуса и выразительно зевнул. — Маггл устать, — протянул, явно кого-то копируя. — Маггл спать.

Гарри и сам перевернулся на бок, огладив Ивара по спине и оставив руку на его ягодице. Сейчас в этом жесте не было ни единого сексуального намека — просто Гарри нестерпимо захотелось Ивара облапить. По-свойски и наслаждаясь ощущением, что имеет на это полное право.

— Может быть, тебя вернуть в кровать? — предложил Скорпиус заботливо. — Или хотя бы одеяло трансфигурировать?

— В кровать я без вас не пойду! — сонно заявил Ивар. — А одеяло… Если слово «трансфигурировать» означает что-то вроде «принести», то да, было бы неплохо, — он улыбнулся.

Скорпиус не мешкая трансфигурировал одеяло из собственных брюк и накрыл им Ивара и Гарри.

— Поспите, — предложил он. — А я покараулю, — и призвал свою фляжку.

— Да я еще не засыпаю, — выдохнул Гарри и вопреки своим же словам зевнул. — Свежий воздух с непривычки так действует, — пояснил он и несколько раз моргнул, отгоняя сонливость.

— Спите, — с улыбкой повторил Скорпиус. — Я на вас полюбуюсь.

Гарри улыбнулся в ответ и прижался к Ивару теснее, обняв его поперек груди.

— Если поймаешь саламандру, разбуди, — проговорил он тихо, подавив новый зевок.

— А лучше тоже засыпай, — пробурчал Ивар. Он взял ладонь Гарри и засунул себе под щеку.

— Я попробую, — пообещал Скорпиус, и Гарри, будучи не в силах с собой бороться, закрыл глаза.

* * *

Поежившись от прохлады, Гарри нашарил рукой одеяло и натянул его на себя. И тут же услышал недовольное мычание под боком, почувствовав, как одеяло снова уползает обратно. Открыв глаза — вокруг по-прежнему было темно — он аккуратно придержал ускользающий край, не позволив Ивару снова завернуться в одеяло как в кокон.

— Не жадничай, — мягко проговорил он и, невесомо коснувшись губами маккоевского виска, снова улегся рядом, подлезая к Ивару под бок.

Скорпиус тоже спал, а это значило, что саламандру он, увы, не нашел. Черт возьми, и где же искать эту ящерицу — с вероятностью-то успеха на один к сколько-то-там-много тысячам? Конечно, можно было ежедневно прочесывать местность за местностью, но Гарри опасался, что это дохлый номер. Неужели, их никто не разводит в питомниках? Ведь выгодное же дело, стоит только набраться терпения и любви ко всему живому и необычному. Как у Невилла, к примеру. Так… стоп… Невилл — ну ведь точно! И как Гарри только не пришла эта мысль с самого начала их поисков?

В том, что с его другом все в порядке, Гарри ничуть не сомневался. С присущими ему предприимчивостью и, одновременно, осторожностью Невилл точно не мог попасть в беду, обязательно нашёл для себя выход и убежище от любого ненастья. Да что там дождь, Невилл бы и от всемирного потопа нашел способ уберечься. И каждой бы твари по паре непременно сберег.

— Ивар! — Гарри попытался растормошить сладко сопящего Маккоя. — Проснись! Проснись, говорю! — он потряс Ивара за плечо.

— Что? Ящерицу нашли? — Ивар подскочил на пледе, сонно озираясь по сторонам.

— Нет, — широко улыбнулся Гарри. — Но, кажется, я придумал, где нам ее достать.

— Это замечательно, — улыбнулся Ивар в ответ, но улыбка была хоть и искренняя, но довольно сонная. — Вот утром сразу и пойдем… Или это обязательно делать ночью? — он вздохнул, но явно собрался, если надо, немедленно бежать куда скажут.

— Нет, конечно. Прости, — искренне извинился Гарри и тут же добавил, взглянув на первые огненные всполохи на пока еще темном небе. — Сейчас рассвет начнется.

— О-о… — Ивар тут же повернул голову. — Тогда давай скорее будить Скорпиуса! Или… — он потянулся было рукой к малфоевской макушке, но замер, не дотронувшись. — Какой же он красивый… — прошептал Ивар с благоговением. — Ты только посмотри…

— Очень, — согласился Гарри. — Не понимаю, как я сразу всего этого не увидел, — выдохнул он и мягко коснулся пальцами малфоевской щеки. — Поначалу вообще не думал о нем, как о… ну ты понимаешь, как о ком. А сейчас не представляю и дня без него.

— Что, серьёзно? — с изумлением, заметном даже в сумерках, глянул на него Ивар. — Вот совсем не думал?!

— Совсем, — пожал плечами Гарри. — Не спрашивай меня сейчас, почему. Я и сам себе удивляюсь, — он улыбнулся. — И видимо, я уже стар для такой прыти, как у тебя. Ты-то сразу на него глаз положил.

— Да перестань, — отмахнулся Ивар. — Ещё лет пять-семь, и мы будем ровесниками, а ещё через десять я стану старше.

— А еще через десять у тебя появится первая седина, — мягко произнес Гарри. — И будешь ты нашим любимым старичком, — он улыбнулся и легко коснулся мягких, но спросонья суховатых губ Ивара своими.

Ивар ответил ему, но не с таким энтузиазмом, как обычно. Видимо, мысль о старике, пусть даже и любимом, его не грела. Как, впрочем, и самого Гарри. Вот только задумываться об этом сейчас он совсем не хотел и дернул Ивара к себе, сжимая в объятиях настолько крепких, чтобы лишним мыслям не осталось в них места.

— Обещай мне не думать об этом, — прошептал Гарри, поглаживая Ивара по спине. — Думай лучше о том, как много всего хорошего ждет нас троих впереди.

— Хорошо, — Ивар слабо улыбнулся. — Обещаю. Но давай уже будить Скорпиуса. Расскажешь нам, что ты придумал.

— Нет, я расскажу ему позже. Когда с одним человеком свяжусь. Так что пока пусть спит. Впрочем, и тебя будить, конечно, не стоило, — запоздало рассудил Гарри и посмотрел на Ивара виновато.

— Нет, я хочу с тобой, — тут же решительно возразил Ивар. — Правильно, Скорпиусу знать ни к чему. Мало ли, как там получится. Расскажи, — он сел и заглянул Гарри в глаза. — Что-то опасное?

— Нет, — рассмеялся Гарри. — Опасного ничего в этом человеке нет. Это мой школьный друг, мы учились на одном курсе. Просто не хочу, чтобы Скорпиус расстроился, если в его коллекции не найдется этой чертовой саламандры, — выдохнул он. — А вообще, если уж совсем по-честному, это мой единственный друг.

— Единственный? — переспросил Ивар, странно глянув на него. — Что ж… Тогда Скорпиуса надо всё-таки с ним познакомить, — решил он, никак больше не комментируя не самое веселое признание.

— Были и еще, — безрадостно хмыкнул Гарри. — Был даже лучший друг. Но после развода с его сестрой, дружбе пришел конец. Уже окончательно и бесповоротно. И подруга была. В общем-то, она и осталась, только видимся мы с ней не чаще, чем раз в пять лет. Она живет на другом континенте и вечно вся в работе, — тут же пояснил Гарри, чтобы Ивар ненароком не подумал о Гермионе ничего дурного.

— Поймала тебя на горяченьком? — весело ухмыльнулся Ивар. — Твоя жена. Застала в постели с хорошеньким мальчиком?

— Если бы… — рассмеялся Гарри. — Наверное, так и надо было сделать — меньше уговоров было бы. Нет, это я выступил инициатором развода. Просто понял, что не хочу жить так… будто по инерции.

— Ну с твоим-то темпераментом это, конечно, сродни самоубийству, — согласился Ивар. — И давно ты развелся?

— Мне было двадцать шесть, — хмыкнул Гарри. — Представляешь, латентный гей, вырвавшийся на свободу… Тогда я еще занимал пост чуть пониже, поэтому времени на разгулы хватало с лихвой.

— Да какой же ты латентный?! — рассмеялся Ивар и тут же спросил участливо: — Или ты тогда ещё не понимал? Бедняга, это тяжело в таком возрасте. Жену-то хоть любил или только пытался?

— Тогда не понимал. Однако после развода понял, и довольно быстро. Стоило раз из любопытства наведаться в один ночной клуб… — улыбнулся Гарри. — Наутро жизнь перестала быть прежней. Чему я очень рад, — выдохнул он и продолжил: — А с Джинни… не знаю даже, были ли там чувства. Все ждали этой свадьбы. Можно сказать, она состоялась в угоду магическому обществу.

— Вот почему я никогда не хотел быть известной личностью, хотя возможности были, — Ивар снова лег, повернувшись к светлеющей части неба. — Теряешь свободу. Даже если кажется, что это не так.

— И кем бы ты мог быть? — с интересом протянул Гарри.

— Музыкантом, — беспечно отозвался Ивар. — Политиком. Плейбоем. Да мало ли кем, — он сверкнул улыбкой. — Мне иногда кажется, что если бы я захотел, то всего смог добиться. Ну, или почти всего, — он вздохнул. — По крайней мере, того, что в человеческой власти.

— Плейбоем ты был бы бесподобен, — заметил Гарри. — И возможно, что встретились бы мы с тобой гораздо раньше. Правда, тогда бы я точно на Скорпиуса не взглянул, — подметил он. — Как ни парадоксально звучит в контексте нашей ситуации, но я сторонник моногамии.

— До недавних пор не мог сказать о себе того же, но после нашей встречи, убеждения я резко изменил, — Ивар нащупал в темноте руку Гарри и сжал. — А на Скорпиуса ты бы взглянул, — добавил, криво усмехнувшись. — Рано или поздно. На него ведь невозможно не взглянуть. Другой вопрос, с мог бы ты перебороть себя и остаться мне верен. Но черт побери, я даже представить себе не могу нашу с тобой жизнь без него! — он поморщился.

— Конечно бы остался! Ты только посмотри — он еще и в моей верности сомневается! — возмутился Гарри и легонько пихнул его локтем в бок. — Просто любовался бы на него. Хотя нет, мысленно я бы все же изменил. И, скорее всего, не один раз, — улыбнулся он.

— Давай смотреть правде в глаза, — хмыкнул Ивар. — В той командировке, когда у вас всё закрутилось, тебя бы и обручальное кольцо не остановило. Тебя даже присутствие самого Скорпиуса не остановило, чтобы заняться сексом со мной. В обратной ситуации было бы так же.

— Зато отсутствие остановило бы, — отрезал Гарри. — А в той командировке меня бы и его обручальное кольцо остановило. Ивар, если я люблю трахаться, это вовсе не означает, что я не могу сдерживать себя, — хмыкнул и взглянул на первые отчетливо рассекающие сумрак лучи.

— Ладно-ладно, я пас, — Ивар шутливо поднял руки вверх. — Наверное, я просто идеализирую. Потому что мне кажется, что Скорпиуса невозможно не любить. И не хотеть.

— Черт возьми, — с удивлением выдохнул Гарри, проигнорировав хвалебную оду Скорпиусу. — Ты и правда добился бы успеха и в политике. Это ж надо, так уметь извратить факты! Все с ног на голову перевернул! — фыркнул он, почувствовав легкое раздражение от слов Ивара.

Ивар развел руками, но, почувствовав изменения в его голосе, поспешил повернуться и обнять Гарри за плечи.

— Ну не злись, — попросил он, погладив Гарри по щеке. — Я же шучу. Просто мне хочется думать, что мы при любом раскладе все равно оказались бы все вместе.

— Я не злюсь, — отмахнулся Гарри тем же тоном, затем посмотрел на Ивара и молча уставился на небо. — Ну не злюсь я. Честно, — тут же выдохнул он, снова встречаясь с Иваром глазами и ловя себя на мысли, что действительно успокоился. На Ивара долго сердиться не выходило.

Вместо ответа Ивар потянулся к нему и мягко, но настойчиво поцеловал. Когда же они отлепились друг от друга, небо уже было совсем светлым.

— Буди Скорпиуса! — скомандовал Ивар и обернулся к первому солнечному лучу на горизонте.

Глава 23

— А можно еще раз, почему вы не хотите снова применить то чудесное заклинание правды? — поинтересовался Криг, недовольно глядя, как Ивар и Гарри обустраивают комнату для допросов. — Ну или как оно там называется? Второе Очень Плохое?

— Применить мы всегда успеем. Так же, как и Первое Очень Плохое, — мрачно ответил Гарри. — А вообще, считай это моим личным капризом. Уж очень хочется насладиться живым общением.

— Хоть я и не сторонник насилия, но всё же есть множество прекрасных методов убеждения. Маггловских, — хищно улыбнулся Ивар.

— Думаю, моя нынешняя подготовка по биологическим дисциплинам, позволит сделать допрос крайне эффективным и быстрым, — пугающе спокойно добавил Скорпиус.

— Не уверен, что нам нужно быстро, — отозвался Гарри. — Да, и слабонервных просим покинуть помещение, — бросил он стоящим неподалеку Полю и Рою.

— Это кого это ты назвал слабонервным? — искренне удивился Рой. Он демонстративно хрустнул костяшками пальцев и вопросительно посмотрел на Поля.

— В особо неприятные моменты я зажмурюсь, — пообещал тот.

— А вот я, пожалуй, пойду попью чайку, — поморщился Стив. — Не люблю ужастики.

— Отлично, — кивнул ему Гарри. — Попроси заодно эльфов через час подать и нам сюда чай.

— Думаешь, нам будет до чаепитий? — удивился Ивар.

— Нет, ну а почему нет? — вставил Криг. — Не сидеть же из-за этих скотов весь день ни жравши, ни пивши!

— Правильно! И перекусить пусть что-нибудь доставят, — бросил Рой, искоса взглянув на Стива. Темную парню никто не устроил, все-таки на подводной базе, держа тех двоих под прицелом, он хоть как-то смог реабилитировать себя в глазах маккоевских друзей. Но натянутость и некая холодность все же присутствовали в голосах Роя и, в особенности, Крига, когда те были вынуждены разговаривать с ним.

— У меня всё с собой, — мрачно пошутил Скорпиус, доставая фляжку. Вопрос с саламандрой был всё еще актуален, но Гарри исхитрился договориться с Солой в тайне от Скорпиуса, и послать того на поиски Невилла. Теперь нужно было набраться терпения.

— Парни, только помните — силы рассчитываем, — предупредил Ивар. — Они нам нужны живые. Все. Пока.

— Ясное дело, — понимающе протянул Рой.

— Жить будут, — добавил Криг. — Но, скорее всего, уже на пособие по инвалидности.

— Есть способ лучше, — раздался в дверях холодный голос Драко. — И ты, Поттер, его знаешь.

— Круцио, — удивительно хладнокровно произнес Скорпиус. — Я думал об этом. Но пришел в выводу, что потеря конечности, к примеру, будет более убедительна. Магглы не умеют отращивать их обратно.

— Зато Круциатус будет страшнее, — заключил Гарри. — Уверен, на обычную боль — пусть даже самую сильную — они натренированы. Так что простыми пытками их не удивить. Большинство из них, кстати, и придумали их предшественники. Для нас… — мрачно закончил он.

— И всё же я за чары правды, — заявил Криг. — А потом просто перестрелять к чертям собачьим.

— Слишком просто, — покачал головой Ивар. — За все то, что они натворили, это будет слишком легкая расплата.

— Будь моя воля, я бы их отправил на костры. Но вряд ли Визенгамот пойдет на такое решение, — произнес Драко почти что равнодушно.

— Визенгамоту не обязательно отдавать всех, — в тон ему отозвался Скорпиус. — Но решать будет, разумеется, мистер Поттер. В смысле, Глава Аврората, не смотри на меня так, — тут же поправился он.

— Разберемся, — бросил Гарри. — Уж как утилизировать этот мусор, способ найдется. А для начала нужно еще многое у них узнать.

Скорпиус кивнул и выразительно посмотрел на приготовленный в центре комнаты кованый стул с ребристой редкой решеткой вместо сидения.

— Кого вести первым?

— А есть разница? — спросил Гарри. — Веди того, кто первый под руку подвернется.

— Самого тощего, — посоветовал Рой с ухмылкой. — Чтобы по достоинству оценил все прелести нашего гостеприимства, — он любовно провел пальцем по острым ребрам сидения.

— Что-то раньше за тобой не наблюдалось такой тяги к насилию, — задумчиво протянул Криг. — Надо с тобой впредь поаккуратнее себя вести, — хмыкнул он.

— Да вот, а то закую в цепи и как снасильничаю! — осклабился Рой.

— Так эта фантазия достаточно популярна? — с интересом осведомился Скорпиус.

— У нормальных людей — нет! — отрезал Драко.

— Мерлин, какой же ты все-таки, Малфой, занудный! — выдохнул Гарри. — Еще немного, и я всерьез начну жалеть тебя.

— Прости, — тут же опустил голову Скорпиус.

— Тьфу ты… Нет, ну а ты тут причем? — протянул Гарри и вопросительно посмотрел на Скорпиуса. — Ты вроде как не единственный присутствующий здесь Малфой.

— Вот я сейчас очень вежливо спрошу, — процедил Ивар сквозь зубы, сжимая кулаки, — тебя в этой ситуации ничего не напрягает?! — он яростно взглянул на Драко. — Вот этот диалог сейчас, он, по-твоему, нормальный?!

— А что мне сделать? — тем же тоном ответил ему Драко, видимо, решив, что лучшая защита — нападение. — Кинуться к нему и яростно начать убеждать, что разговаривали вовсе не с ним? Или что извиняться было не за что? Или наорать, что Малфоям не пристало так реагировать на чьи бы то ни было слова? Ну давай, — выдохнул он, — покажи мне способ, и я охотно возьму его на вооружение.

— Хочешь способ? — хищно прищурился Ивар. — Изволь. Рой, дай мне один из твоих браслетов.

Рой вздернул брови, но перечить не стал.

— Вот, держи, — он взял со стола один из приготовленных для «допроса» предметов и передал Маккою.

— Смотри сюда, — Ивар нажал на браслете скрытую кнопку, активируя виртуальную клавиатуру. — Внимательно смотри, — нарочито медленно он ввел всего одно слово: «ненормальный», и вдруг молниеносным движением бросился к Драко, в мгновение ока защелкивая браслет на его руке. — Скажешь это слово еще хоть раз, и он взорвется, — прошипел Ивар, глядя побледневшему Малфою прямо в глаза. — Попытаешься снять — взорвется. Разбить — взорвется. Нагреть, охладить, отделить от кожи… Ну ты понял. Руку ты, может, и отрастишь обратно, но массу неприятных ощущений гарантирую.

— Ты бы ему еще язык заминировал, — хмыкнул Криг. — Для надежности.

— Да тут и так надежный стимул начать слова тщательнее выбирать, — с усмешкой отозвался Гарри и одобрительно подмигнул Ивару.

— Психи… — неверяще выдохнул Драко, опасливо смотря на руку. — Самые настоящие психи!

— Эх, надо было сразу все синонимы набить, — покачал головой Рой. — Правда, и браслет-то у нас не последний, — сообщил он, хищно улыбнувшись.

— А знаешь, отец, что твой ненормальный сын сделал бы в таком случае? — вдруг усмехнулся Скорпиус. Раньше, чем кто-либо успел его остановить, он взял со стола еще один браслет и защелкнул на собственном запястье. — Смотри внимательно, — повторил он слова Ивара и аппарировал — недалеко, буквально на пару метров.

— Но как?.. — неверяще протянул Драко, оторопело глядя на покативший по полу браслет. — Он же впивается в кожу… — и поднял глаза на Скорпиуса.

— Все просто, — насмешливо посмотрел на него Скорпиус. — Ты не можешь мысленно отделить его от себя. Я — могу. И не только его, но и, допустим, каждую каплю воды на моей коже и одежде, когда аппарирую из озера. Я ненормальный? Да. Но я могу снять браслет, а ты нет.

— А ты смотри, даже помочь не просит, — хмыкнул Рой. — Видать, гордый слишком.

— Да нее, просто понимает, что Ивар на уговоры сейчас никакие не поддастся, — тихо отозвался Криг.

— Да уж… Это ж надо было так шефа взбесить… — усмехнулся Рой.

Скорпиус посмотрел на них, а потом протянул отцу ладонь.

— Дай руку, — сказал бесцветным голосом. Драко некоторое время смотрел на него, а потом медленно, будто чего-то опасаясь, протянул руку браслетом вверх. Скорпиус поморщился, резко сжал его пальцы и аппарировал.

— Твою мать! — вырвалось у Драко, когда на том месте, где он стоял, раздался взрыв. Осколки браслета полетели во все стороны, и один из них оцарапал Полю щеку.

— И как всегда я крайний, — недовольно пробурчал тот. — Но вообще-то дайте уже этому папе Карло книжку по воспитанию детей. Желательно с картинками.

— Так, поразвлекались — и хватит, — бросил Гарри и искоса взглянул на Драко.

Жалко его совсем не было, но и спокойно наблюдать, как парни вот-вот перегнут палку, Гарри не хотел. Может, оттого, что он по себе знал, как зачастую бывает непросто заговорить со Скорпиусом на одном языке. А может, оттого, что он прекрасно помнил их с Драко разговор. Потому что, несмотря на весь свой эгоизм, Драко действительно старался выучить этот неизвестный ему язык. И то, что у него не получилось это сделать, он и сам знает.

— Приведи нам уже кого-нибудь, — попросил он Скорпиуса и кивнул на пустой стул посреди комнаты.

— Я, кстати, до последнего думал, что ты его на понт брал, — сказал Криг, когда Скорпиус исчез.

Ивар криво усмехнулся и не ответил.

— Надеюсь, у тебя больше никогда не возникнет вопросов, зачем надо было заводить «питомца», — тихо проговорил Гарри, подойдя к Драко вплотную.

— Может, и не возникнет, — холодно процедил Драко, вот только голос у него слегка дрожал от пережитого, — но мой вам совет: наденьте на него ошейник!

— Оставь его, — Ивар положил руку Гарри на плечо. — Он все понял. И Скорпиус тоже.

Гарри похлопал Ивара по плечу и отошел вместе с ним на несколько шагов от Драко:

— А это, кстати, мысль… — тихо, так чтобы не услышали другие, проговорил Гарри и посмотрел на Ивара лукаво. — Как-нибудь надеть на тебя ошейник. Мягкий, тонкий… с нашими со Скорпиусом именами на внутренней стороне. Я бы тебя держал за него и трахал… а затем бы притянул еще ближе, и трахал сильнее… А Скорпиус в этот момент был бы занят твоим членом.

Ивар посмотрел на него так выразительно, что Криг рассмеялся.

— Вот даже слышать не надо, о чем они говорят, и так все понятно! — фыркнул он.

Рой добродушно улыбнулся, а Поль лишь тяжко вздохнул:

— Очень невежливо с нашей стороны лишний раз акцентировать на этом внимание.

— Очень невежливо с их стороны демонстрировать окружающим буйство своей фантазии, — фыркнул Драко и отвел глаза в сторону, явно не желая напороться на взгляд Ивара.

— Никто не демонстрировал! — хмыкнул Ивар. — Я что уже, посмотреть не могу? Но меня волнует другое — где Скорпиус?

— Тут, — Скорпиус вошел в дверь, сопровождаемый эльфами. Они левитировали перед собой бесчувственное тело одного из пленников. — Они облили меня своей черной мерзостью. Уж и не знаю, откуда взяли. Я пошел мыться.

— Вот же скоты! — сжал кулаки Рой. — Им впору начать молиться и думать о вечном, а они еще мечтают, как бы нагадить напоследок.

— Надо обыскать каждого. Я займусь этим, — протянул Криг. — Стив, ты, кажется, хотел прогуляться? Вот как раз и поможешь мне. Идем, — он шагнул к двери, увлекая Стива за собой.

— Привязать и привести в чувство, — скомандовал Гарри, кивнув на ждущий свою первую жертву стул.

Рой тут же выполнил приказ, заковав достаточно тучного арестованного в тяжелые толстые стальные наручники так, что те сильно впивались в кожу. Пара сильных ударов по щекам привела его в чувство, но Рой добавил еще несколько. Видимо, для собственного удовольствия.

— Готово, шеф, — отрапортовал он бодро.

— Ну, здравствуйте, — невесело усмехнулся Гарри, пододвинув себе стул и усаживаясь напротив пленника. — Не знаю, как вам, а нам всем не терпелось встретиться лично. Правила простые: я получаю полный и подробный рассказ, а взамен позволяю умереть без лишних мучений.

Конечно, ожидать от новоявленного собеседника готовности говорить, было глупо. Собственно, Гарри даже не рассчитывал на это. Но предупредить его он был должен.

Мужчина уставился на него ненавидящим взглядом и гордо вздернул подбородок.

— Скажи исчадью, что я буду разговаривать только с человеком, — внезапно сказал он Рою.

— Ты разговаривать будешь с тем, с кем решу я, — спокойно сообщил ему Гарри. — Итак, начнем с самого начала. Кто такой, где, когда родился. Про маму и папу расскажи обязательно. И про братиков и сестричек не забудь, — хмыкнул он. — Мне очень интересно, откуда ты такой взялся.

Пленник презрительно усмехнулся, медленно повернул голову и посмотрел на Гарри в упор.

— Это ты мне скажи, — ядовито выплюнул он. — Где ваши папочка и мамочка? Прокляли вас, бросили! Вот только тапком прихлопнуть перед бегством забыли!

— Та-ак… понятно, — хмыкнул Рой. — По-людски договориться клиент не желает, — зловеще протянул он и многозначительно потер кулаки.

— Вы его головой не ударили случаем? — поинтересовался наблюдающий за сценой Драко. — Бред какой-то. Может, и вправду Империо было проще?

— Может, и проще, но не так занятно, — сухо ответил Гарри. — Тут вон человека явно что-то гложет. И сейчас он нам расскажет. Расскажешь ведь? — хмыкнул он и, направив на мужчину палочку, прошептал заклинание. В тот же миг пленник побледнел и принялся судорожно хватать ртом воздух. Подождав несколько секунд, Гарри опустил палочку, сбрасывая заклятие. — Я слушаю тебя…

— Ты — исчадье Ада! — убежденно выдохнул фанатик. — Ты и весь твой проклятый род! Потомки тварей, что занесли заразу в наш мир! Сучьи де… — тут он задохнулся, когда кулак Роя врезался ему в ребро, ломая кость как сахарную. — Исчадье… — попытался он вновь, но второе ребро хрустнуло уж больно сочно. — Кому ты помогаешь? — с ненавистью посмотрел пленник на Роя. — Ты хоть знаешь, кто они? Они ведь даже не люди!

— Ну и кто же? — холодно прищурился Гарри. — Кто же я по-твоему такой? — спросил он и поднял глаза на Роя: — Не убей его только раньше времени.

— Не беспокойся, шеф, — хмыкнул Рой. — Не убью. А ребра — это ерунда. Хоть все двенадцать сломаешь — ничего не будет. Можно даже не по одному разу… — он снова замахнулся, но пленник поспешил заверещать:

— Они нелюди! Адская смесь! Полукровки!

Вернувшийся Скорпиус удивленно вздернул бровь и встал рядом с Гарри.

— О ком это он? — поинтересовался негромко.

— По-моему, о вас, — отозвался Поль. — О магах. Но пока никакой конкретики.

— И с кем же мы смешали свою кровь? — поинтересовался Гарри. — Небось с дьяволом? Ну да… Ведь наши женщины веками сношались с ним на лужайках под луной. Только вот нескладно выходит. По вашим же чертовым догмам он бесплоден. Или своим семенем ему все же удалось изменить наш генный код?

Пленник скорчил презрительную гримасу и сказал, как выплюнул:

— Идиот! — за что и получил от Роя ещё один удар по уже сломанному ребру. Застонал, скукожился, а потом поднял голову и вдруг каркающе рассмеялся. — Ты не знаешь… — сквозь смех прохрипел он. — Ты, чертово отродье, не знаешь, откуда у тебя бесовская сила. Чья мерзкая кровь течет в твоих жилах…

— Так, для справки… — меланхолично перебил его Рой, с убийственной хладнокровностью ломая ещё одно ребро. — В человеческом организме около двухсот костей. Половину я могу раздробить в муку совершенно беспрепятственно.

Мужчина застонал, и впервые в его глазах появился оттенок страха.

— Богомерзские твари с гнилой старой планеты — вот, кто они, — прошипел он, с ненавистью и отвращением глядя на Гарри. — Потомки отвратительных зеленокожих тварей, разрушивших Эдем много тысячелетий назад.

— О каких таких зеленокожих тварях ты говоришь? — процедил Гарри и обернулся к Драко: — Ты можешь осмотреть его? Может, он и правда под опиумом каким?

— Да не вопрос, — хищно улыбнулся Драко и, прежде чем кто-то смог сообразить, что происходит, они вскинул палочку, произнеся одно единственное слово. — Круцио…

Невыносимый, рвущий барабанные перепонки вопль вспорол тишину подземелий. Казалось, он впитывался в стены, пол, решетки, циркулировал по холодному камню, просачивался в щели, уступая место новым. И лишь когда на смену звонкому крику пришло хрипение, Драко медленно опустил палочку, заканчивая пытку.

— Все, должен вроде «протрезветь», — преспокойно сообщил он Гарри. — Спроси еще раз про зеленокожих. Если опера продолжится, значит, дело не в опиуме.

Однако спросить ещё несколько минут ничего не получалось, пленник захлебывался в рыданиях, пуская носом пузыри.

— Однако… — озадаченно протянул Рой, с брезгливостью глядя на рыдающего мужчину. — Мощно. Но больше так пока не делай, сердце же может не выдержать, а он только-только решил исповедоваться. Ведь решил же? — он грубо толкнул ногой вздрагивающего «инквизитора».

— Х-хроники, — заикаясь, выдавил тот. — Хроники инков, тайные архивы древнего Египта, засекреченные данные международной разведки — все говорит об одном. Пришельцы были на нашей планете и оставили тошнотворное наследие: своих детей. Вас.

— Может, тогда ты еще и объяснишь, откуда берутся грязнокровки? Как же так получается, что среди вас — потомственных, с недоразвитыми способностями людей — рождаются маги? — прошипел Драко. — Не знаю, как тебя, но лично меня этот вопрос уже многие годы интересует.

— Ты же не собираешься принимать его чушь за чистую монету? — удивился подобному вопросу Рой. — Или собираешься?

— Помолчи, — отмахнулся Драко и снова обратился к пленнику. — Ты же не хочешь, чтобы я снова поднял палочку. А потом снова… и снова? — протянул он, едва ли не ласково.

— Грех и генетика, — пленник сплюнула на пол кровавую слюну. — Знакомы тебе эти слова, бес? Ваше чертово семя поразило полмира, и нам ещё долго придется вычищать вашу дурную кровь. Чужую кровь! Кровь той твари, что впервые принудила к страшному греху земную женщину.

— Даже если так, — сказал Скорпиус как-то очень спокойно. — Даже если всё так, как ты говоришь. Что в этом плохого?

Тут «инквизитор» явно потерял дар речи, уставившись на него со злым изумлением.

— Что плохого? — переспросил он неверяще. — Ты — тварь! Инопланетная мерзская ящерица, которая только маскируется под человека! Твоё колдовство — лишь иллюзия, которая по дьявольскому капризу настолько материальна, что не верить невозможно. Но на самом деле, это всё ложь! Ложь твой твари, которая прилетела сюда, чтобы управлять людьми!

— Хорошо, допустим, все так и есть, как говорят ты и ваши фанатичные проповедники, — продолжил Гарри. — Тогда ответь на вопрос. Почему мы до сих пор не управляем вами? Не станешь же ты приписывать подобную заслугу вашей чертовой организации?

— Вы слабые и жалкие, не смотря на всё своё мнимое могущество, — презрительно усмехнулся пленник. — Разрозненные, жадные. Но кто знает, когда ваша дурная кровь наконец заставит вас показать свое истинное лицо!

— Бред какой-то! — фыркнул Поль. — То есть несколько тысяч лет назад к нам прилетели зеленые ящеры с другой планеты, которые колдовством хотели поработить планету. Но почему-то не поработили и улетели обратно, заделав пару десятков детишек. От них пошла целая раса магов, которые на самом деле не маги, а искусные иллюзионисты. Так, что ли?

— Помнится, сначала ты тоже отстаивал эту теорию. Что вся наша магия лишь гипноз, — хмыкнул Гарри и снова повернулся к пленнику: — Кто вас спонсирует? Все эти разработки и технологии несут в себе колоссальные затраты. Кто у вас таким щедрым меценатом оказался?

— Вот видишь, видишь!.. — взвился пленник, вперившись взглядом в Поля. — Ты тоже это чувствуешь! Человеческую интуицию не обманешь! Ты ведь тоже понял, что все это ложь! Но они и тебя обхитрили… Не дай обмануть… искусить себя! Бодрствуй и молись!

— Тебе задали вопрос, — нахмурился Рой. — Сам расскажешь или снова треснуть тебя?

— Подождите, — вмешался Скорпиус, терзая АйДжамп. — Я хочу разобраться. Ступефай! — он направил палочку на «инквизитора», и тот обмяк на стуле. — Теоретически, он может быть прав, — заявил он тихо.

— Что ты несешь? — нахмурился Драко.

— Мозг — крайне сложная штука, вы же знаете, — Скорпиус постучал себя пальцем по голове. — Я могу воссоздать образ человека настолько точно, что не отличу его от реального. Смогу касаться, чувствовать запах. В Интернете сказано, что если гипноз достаточно глубокий, и тело поверит, что ранено, могут появиться физические следы… — он закрыл глаза и надолго сосредоточился. А потом поднял руку, и Ивар ахнул — по его пальцам заструилась кровь. — Я убедил свой мозг, что у меня в руке нож, — пояснил он, демонстрируя глубокую рану на ладони. — И если мысль может быть материальна…

— …то и магия действительно может оказаться сильнейшей иллюзией, — закончил за него Поль. — Материальной иллюзией, хоть и звучит как бред.

— Да пусть он хоть трижды прав, — выдохнул Гарри. — Лично мне все равно, произошли мы от ящеров или от кого еще. И каким словом ты магию не назови — она не перестанет быть от этого могущественной силой. Которую они боятся как огня.

— Ну, мой интерес чисто теоретический, — пожал плечами Скорпиус. — Просто это будет круто, если всё-таки окажется, что инопланетяне существуют и даже больше — что мы сами отчасти инопланетяне.

— Ну уж ты-то точно, — фыркнул Рой по-доброму. — Мы это и так знали.

Скорпиус улыбнулся, а Поль задумчиво потер подбородок.

— Мне очень интересно, почему они тогда улетели, — сказал он. — Что-то сильно не складывается во всей этой истории.

— Вот как раз и спросим нашего знатока, — произнес Гарри и, направив на мужчину палочку, отменил малфоевский Ступефай. — Вопрос ты слышал… — он подошел к пленнику, обошел его со спины и резко дернул за волосы, заставляя запрокинуть голову и смотреть прямо в глаза. — А затем вернемся к вопросам, интересующим уже меня. Я материалист, сказками меня не удивишь и с толку не собьешь.

— Убери от меня свои руки, дьявольское отродье, — прохрипел инквизитор, а затем смерил Гарри ясным, полным ненависти взглядом. — Небеса еще не раз разверзнутся. И очистят мир Господа моего. Ты можешь меня пытать, ты можешь меня убить — но это ничего не изменит. Ничего! Никому из вас не избежать кары небесной! Это только вопрос времени. И воли Господа!

— Значит, с твоим господом мы пока что идем рука об руку, — мрачно хмыкнул Гарри. — На костер ведь пойду не я.

— Твой Господь был магом, — сказал вдруг Скорпиус. — Ты сам себе противоречишь. Я не удивлюсь, если изначально твоими богами были те самые ящеры с другой планеты.

— Ты! — «Инквизитор» буквально захлебнулся воздухом. — Да как ты смеешь?! Ты, дьявольское отродье! Бесовский выродок! Искуситель, лжец, ублю…

Гарри дернул его голову так сильно, что едва не сломал позвонки. Пленник взвизгнул и в ужасе уставился на Драко, который снова направил на него палочку.

— Хочешь фокус? — ласково спросил он. — Ты, правда, его уже видел, но тебе же понравилось, правда?

— Не спеши, — остановил его Гарри. — Он не оценил всю прелесть фокуса. Он, должно быть, отвлекался на собственные крики, — хищно осклабился он и приставил палочку к его виску. — Петрификус Тоталус, — прошептал он и поднял глаза на Драко. — А вот теперь давай.

Не моргнув и глазом, Драко снова прошептал заклятие Круциатуса. На сей раз не было ни криков ни стонов — парализованный, отданный в безраздельную власть боли пленник даже не мог моргнуть, не говоря уже о том, чтобы дернуться. И только когда на белках его глаз появились разом несколько красных точек, Гарри вскинул руку.

— Хватит пока, — сказал он Драко и наклонился к инквизитору, наблюдая, как расширяются зрачки его глаз. — Глупец… — почти заботливо произнес он, снимая заклятие оцепенения. — Даже не понял, что мышеловка захлопнулась наглухо… Так почему улетели пришельцы? Что написано в ваших летописях?

— Их прогнали, — выдавил пленник едва слышно. — Долгое время не было ясно, как, и только недавно мы узнали о чудесных насекомых, способных развеять любой морок. С их помощью победили дьявола тогда, и победим и сейчас!

— Вы уже проиграли, — покачал головой Гарри. — Откуда вы узнали о жуках? Где сейчас источник информации?

Пленник насмешливо посмотрел на него, а потом и вовсе расхохотался истерично.

— Ты правда считаешь, что я выдам этот секрет? — воскликнул он. — Нас еще детьми учили принимать боль. Я могу сойти с ума, но тайну унесу с собой.

— Не унесешь, — бросил Гарри, обратив внимание на уходящие под воротник шрамы на шее. — Империо…

Через полчаса они знали всё, начиная от невыразительного и даже скучного имени «Инквизитора», заканчивая координатами всех оставшихся баз INQ на планете. Легенда, которая наконец была рассказана без излишней эмоциональности и религиозной подоплеки, звучала достаточно правдоподобно, но на самом деле лишь обросла деталями. Суть осталась та же — инопланетные захватчики прилетели на землю, поспособствовали развитию великой цивилизации, в дальнейшем названной цивилизацией инков, и убрались подальше после всеобщего восстания жрецов. На потомков захватчиков была объявлена охота, которая продолжалась до тех пор, пока маги не решили ввести Статут секретности.

Лишь только при помощи хитрости и уловок пережив веками ранее Охоту на ведьм, маги не могли впредь допустить на себя подобных гонений. Но даже несмотря на то, что маги начали скрываться, им по-прежнему угрожала серьезная опасность в лице знаменитого Святого отдела расследований еретической греховности, более известного как Святая Инквизиция. В свою очередь, и Конгрегация священной канцелярии претерпевала изменения. Внутри самой структуры все чаще случались расколы и расхождения во мнениях бывших единомышленников. Многие служители веры Господней забыли свое истинное предназначение, искусившись на радости и блага мирские. Непомерная жажда наживы разъела душу тем, кто должен был спасти мир, уведя их в сторону от истинной опасности. Не была исключением и самая верхушка — апогеем раскола стало начало двадцатого века. Те годы ознаменовались подчинением учреждения светскому законодательству. Да и само учреждение по сути упразднилось, превратившись из мощного молота кары Господней в Конгрегацию доктрины веры, имеющей право лишь заниматься внутренними делами церкви.

Однако не все служители были согласны с этими изменениями. Были и те, кто не подчинившись воле Ватиканского собора, покинули лоно Церкви, основав свою собственную общину. На свой страх и риск, название учреждения было сохранено, и лишь связи с влиятельными светскими правителями государств позволили избежать гнева папства. Шли годы, и организация стремительно обрастала связями. Не брезгуя подкупами, шантажами и убийствами, учреждение быстро разбогатело, что позволило постепенно привлекать к своей работе лучшие умы человечества в сфере биохимии и молекулярных технологий.

Воодушевившись успехами и имея уже достаточно прочные связи в самой верхушке правящей элиты, организация решила начать действовать. Дело оказалось за малым — заставить власти закрыть глаза на строительства установок и подводных баз. Большой проблемой это не стало. Те кто, вставал на их пути, очень быстро теряли свою добрую репутацию, якобы уличенные в недостойных любовных связях, а затем гибли в автокатастрофах, как будто спасаясь от папарацци, и предавались забвению. Остальным хотелось жить. А если при этом можно было и увеличить свое финансовое состояние, то делать вид, что вокруг ничего не происходит. Некоторым это удавалось особенно легко.

— И что же мы имеем в сухом остатке? — вздохнул Рой. — Эту гидру мы только раздразнили?

— Нужно уничтожить все базы, — уверенно сказал Скорпиус. — Можно даже ни с кем больше не разговаривать. Хотя архивы я бы почитал. Интересно очень, есть ли реальные доказательства существования пришельцев, или это всё их домыслы.

— Ну ты же говоришь, что Иисус правда был, — хмыкнул Поль. — Значит, не всё — домыслы.

— Боюсь, что архивы остались только в их головах, — выдохнул Гарри. — Если подобные и были, они наверняка спрятаны в Ватикане. Сами мы их там никогда не найдем, а помогать нам в этом никто не будет. Если их вообще еще не уничтожили с связи с расколом борцов за чистоту планеты.

— Возможно, стоит попытаться поискать в наших магических библиотеках, — вставил Драко. — Конечно, если что и будет похожее, то явно преподнесено в другом свете, но суть останется прежней. Надо посмотреть в нашей. Рукописи времен Мерлина у нас есть. Но насчет более древних — не уверен.

— Мы посмотрим, — решил Скорпиус. — В нашей и в других, что уцелели. А сейчас…

— А сейчас время делать большой Бум! — радостно перебил его Рой. — Чур я с Кригом в кабине его птички!

— Нужно решать, что с этими делать, — подал голос Драко и брезгливо посмотрел на все еще находящегося под заклинанием инквизитора. — Поттер, если задумаешь устроить фаер-шоу, мои сады в твоем распоряжении.

— Мне кажется, для начала стоит всех выслушать. Может, они что еще про пришельцев скажут, — произнес Поль.

— Дались вам эти пришельцы. Даже если это и так, разве что-то от этого изменится? — буркнул Драко. — На костер их или в Азкабан на поцелуй. И делу конец. Еще всякий бред слушать.

— А тебе разве не интересно? — удивленно глянул на него Скорпиус. — Кстати, теперь очень хорошо понятно, откуда пошли разговоры про чистоту крови.

— Нет, мне совсем не интересно! — отрезал Драко. — Тем более, что во всякую чушь про ящеров я не верю.

— Я, кстати, тоже, — неожиданно поддержал его Ивар и хлопнул Гарри по плечу. — Ну какие вы ящеры? И никакой гипноз, даже самый мощный, не способен снять с человека одежду за одну секунду.

— Да мне вообще-то тоже все равно, от кого мы произошли, — хмыкнул Гарри. — А насчет магии… Понимаешь, если солнце назвать даже тучей, светить оно от этого не перестанет. Поэтому, какое название не придумывай, суть магии от этого не изменится.

— Тогда оставьте мне парочку, — попросил Скорпиус. — Я с ними ещё поболтаю. И думаю, нам надо как можно скорее связаться с другими странами. Надо вычистить эту маггловскую заразу отовсюду как можно скорее. И в первую очередь в правительствах. Вот только я не очень хорошо представляю, как к этому подступиться.

— Зато я представляю, — успокоил его Ивар, нехорошо прищурившись.

— Тогда не теряйте времени, — сказал Драко решительно. — Мусор утилизировать? — он кивнул на застонавшего инквизитора.

— Скажем так… Я не замечу его пропажу, — недобро протянул Гарри, обменявшись с Драко понимающими взглядами.

* * *

— Ну и галдеж! — поморщился Драко, заходя в кухню. — И что за мерзость вы пьете? Воняет даже в коридоре.

— На, держи! — Рой сунул ему в руки бутылку пива. — И садись давай, не мельтеши там! Ивар сегодня последних уродов в Зальцбурге прижал, гидра сдохла в муках!

— О! — Драко повертел в руках бутылку и осторожно заглянул внутрь. — За такое можно и выпить. Но всё-таки не эту гадость. Кому вина?

— Пожалуй, мне, — отозвался Поль.

Однако кроме него желающих сменить напиток не нашлось. Драко кивнул, отставил свое пиво на стол и хлопнул в ладоши, вызывая домовиков. — Принеси вино. Французское. Урожая сорок пятого года прошлого века, — сказал Драко появившемуся эльфу. — Поттер, ты хорошо подумал?

— Не хочу вино, — помотал головой Гарри и отхлебнул пива из горла. — Голова болеть будет.

Драко скривился, мол, как можно было променять его вино на это пойло, но Гарри ничего не сказал.

— И два бокала подай, — вместо этого приказал он эльфу.

— И сыр! — тут же добавил Скорпиус. — Мне же можно хоть кусочек?.. — он вопросительно посмотрел на Драко и вздохнул.

Тот покачал было головой, но потом смилостивился:

— Один. Маленький.

— А кстати здорово ты тех магглов, что бунт в Шотландии подняли, успокоил, — сказал ему Криг, совершенно забыв, к какой расе принадлежит он сам.

— Будут знать, — грозно сверкнул глазами Драко.

— Только теперь ещё работы прибавится, — посетовал Ивар. — Ещё и в запугивании обвинят. Я уже и так, и так им объясняю, что к чему, а они как будто глохнут, едва я в кабинет вхожу.

— Я могу пойти с тобой в следующий раз, — с некоторой неохотой предложил Драко. — Хоть мне это и противно, но будь уверен, глухота пройдет сразу же.

— А давай, — улыбнулся Ивар своей лучистой улыбкой. — А то уже ни сил, ни терпения на них нет.

Драко поморщился, всем своим видом показывая отношение к предстоящей миссии, но согласно кивнул.

— Кого вы там третировать собрались? — усмехнулся Гарри, однако ответ ему услышать не довелось, помешал громкий хлопок посреди кухни.

— Хозяин Скорпиус! К вашему гостю гость, — сообщил появившийся эльф. — Пустить?

— Подробнее, — обернулся к нему Скорпиус. — К кому из гостей и что за гость?

— К мистеру Гарри Поттеру, — уточнил эльф. — Мистер Невилл Лонгботтом.

— Лонгботтом? — переспросил Драко с удивлением. — Что он тут забыл?

— Это ко мне! — к общей неожиданности Гарри подскочил со стула, отставив бутылку так резко, что та едва не перевернулась.

— Где он? — спросил Гарри эльфа.

— На крыльце должно быть… — ответил домовик и перевел вопросительный взгляд на своего хозяина.

Что ответил Скорпиус, Гарри не услышал. Коротко извинившись перед Иваром за то, что в спешке чуть не выбил из-под него стул, он аппарировал ко входу в дом.

— Невилл! — радостно воскликнул Гарри, очутившись на пороге.

Невилл, увлеченно рассматривающий спускающийся по стене плющ, резко обернулся и широко улыбнулся, шагнув навстречу.

— Привет, — чуть застенчиво поздоровался он. — У тебя очень умная сова. Догадалась, где меня найти.

— Это не моя, — покачал головой Гарри. — Это сова Скорпиуса. Сына Малфоя, — поспешил пояснить он и замолчал, задумавшись, когда же он скажет другу о главном. — Саламандра нужна ему, — продолжил он, решив, что расскажет о Скорпиусе и Иваре чуточку позже.

— Да, я так и подумал, — к полной его неожиданности кивнул Невилл. — Бедный мальчик, столько зелий вынужден пить. Я выращиваю кое-какие растения специально для него.

— Я и не знал… — растерялся Гарри. — Правда, наверное, он и сам не в курсе. Невилл, ну обнадежь меня, — выдохнул он. — Ты прости, что я обо всем с порога, но… Он мне очень дорог, и я места себе не найду, пока у него не будет нужного зелья.

— Не волнуйся, — Невилл покопался в старенькой наплечной сумке и достал оттуда пару пузырьков. — Вот. Даже с запасом. А что Малфои? Погибли? Бедный малыш, — он вздохнул и покачал головой. — Сколько ему лет-то?

Гарри хмыкнул и посмотрел на Невилла, расплываясь в улыбке.

— С его родителями все в порядке, — произнес он. — А малышу скоро двадцать один исполнится. Он мой помощник. И любовник… — чуть помолчав, добавил он.

По лицу Невилла можно было понять только то, что он безмерно удивился, но ничего больше.

— А я почему-то думал, что лет десять, — протянул он. — Но, возможно, я как всегда потерял счет времени. Зато теперь понятно, что ты делаешь в Малфой-мэноре. Я всё гадал, почему не нашлось другого места для новой авроратской базы.

— Я надеюсь, ты не на минутку заскочил? — задумчиво спросил Гарри, взяв у Невилла пузырьки. — Я бы еще хотел кое-что тебе рассказать. Ой, — спохватился он. — За ингредиент огромное спасибо. Я навеки твой должник.

— Да не за что, — улыбнулся Невилл. — Я рад помочь. Но мне очень интересно, что ты хочешь мне рассказать. Это о черном дожде?

— О черном дожде тоже… — кивнул Гарри. — Но если честно, совсем о другом. Даже не знаю, как бы так начать… Давай прогуляемся по саду? — предложил он, зашагав вниз по ступенькам.

— Давненько я тебя таким не видел, — поделился Невилл наблюдением, последовав за ним. — Тебя явно что-то гложет. Если не хочешь, не говори. Только не волнуйся, пожалуйста.

— Да нет, я не хочу умалчивать. Очень скоро до тебя могут дойти слухи… и это ненормально, если ты узнаешь не от меня, — сбивчиво проговорил Гарри и, набрав в легкие воздух, приготовился начать рассказ. — Ладно… в общем, так получилось, что со Скорпиусом мы живем не…

Внезапные голоса на крыльце заставили Гарри замолчать. Ему и оборачиваться не стоило, чтобы определить, кому они принадлежали.

— Посмотри на крыльцо, — тихо сказал Гарри. — Там стоит Скорпиус. Видимо, вышел посмотреть, почему я никак не приглашу тебя в дом, — хмыкнул он. — А рядом с ним — другой. Его зовут Ивар… мы живем все вместе, — очень быстро добавил Гарри, словно сомневаясь, что если не скажет это Невиллу сейчас, то еще очень нескоро решится.

Невилл бросил на него удивленный взгляд и посмотрел на крыльцо.

— Я правильно тебя понял? — уточнил он. — Ты имеешь в виду, что на самом деле любовника у тебя два? — Гарри кивнул, и Невилл продолжил мысль: — А раз я должен буду об этом узнать от кого-то там, то тайны ты из этого делать не собираешься?

Гарри молча помотал головой, наблюдая, как Ивар и Скорпиус снова скрылись в доме, и добавил:

— Даже несмотря на то, что Ивар маггл.

Невилл округлил губы буквой «О» и внимательно посмотрел на Гарри.

— Трудно придется, — сказал серьёзно.

— Они того стоят. Оба, — просто ответил Гарри.

Добавить ему было нечего, да и аргументов никаких больше не было. Впрочем, громкие слова и длинные объяснения были никому из них двоих и не нужны.

Постояв немного, Невилл переступил с ноги на ногу, а потом кивнул на парадный вход.

— Ну пойдем, что ли? — поинтересовался добродушно. — Познакомишь. Мне как, делать вид, что на самом деле я ничего не знаю?

— Нет необходимости, — улыбнулся Гарри. — Уверен, они поймут, что ты уже знаешь.

— Ладно… — кивнул Невилл и пошел в дом, с интересом оглядываясь по сторонам.

— Мистер Лонгботтом, — официально поприветствовал его Драко в холле без какого-либо оттенка в голосе. — Что привело вас в мой дом?

— Просьба Гарри, Малфой, — ответил ему Невилл чуть насмешливо. — И давай без вот этого всего. Терпеть не могу церемонии, особенно с теми, кто год за годом портил мои зелья в школе и своровал любимый фикус.

— Держи, — Гарри подошел к Драко и протянул ему два пузырька. — Вот это его и привело в твой дом.

Драко взял склянки и неверяще на них уставился. Взболтнул, поднял к свету и гулко сглотнул.

— Кровь саламандры, — опознал безошибочно. — Но как? — он посмотрел на Невилла заблестевшими глазами.

— Ну, с годами я не только растениями увлекся, — пожал тот плечами.

— Что ж, хвала Мерлину, что это произошло, — искренне сказал Драко. — А теперь прошу меня извинить, я должен закончить зелье. Мой сын не ел нормально уже три недели!

Он аппарировал так быстро, что Гарри даже не успел спросить, где сейчас Скорпиус. Приглашать Невилла на кухню, в компанию незнакомых ему людей, пожалуй, было бы как минимум неуместно, но и оставлять его здесь одного — тоже.

— Ты погостишь у нас? — спросил Гарри.

— А где ты сейчас живешь? — поинтересовался Невилл. — Хотя, это, конечно, не важно, — улыбнулся он. — Я в любом случае погощу, конечно. Мне интересно познакомиться с твоими мужчинами. Они, вероятно, исключительные личности.

— Пока что здесь. А так мы собираемся переехать в свой дом, — улыбнулся Гарри. — Кстати, я рассказывал Скорпиусу о тебе. Он с тобой очень хотел познакомиться. Правда, ещё и боялся.

— Боялся?! — изумился Невилл. — Меня?! Что же ты такого ему понарассказывал?

— Всего лишь то, что ты примешь любой мой выбор, если увидишь, что я счастлив, — улыбнулся Гарри.

— И что же в этом страшного? — ещё больше удивился Невилл.

— То, что «любой выбор» может оказаться более чем странным, — раздался голос Скорпиуса, и они с Иваром вошли в холл. — Добрый день, мистер Лонгботтом.

— Добрый, — с улыбкой кивнул ему Невилл. — Вам обоим.

— Ивар Маккой, — Ивар улыбнулся и шагнул вперед, протягивая ему руку. — Я заметил, что маги руки почти не жмут, но у нас, магглов, это очень распространенный обычай.

— Да, я читал об этом, — добродушно отозвался Невилл, пожимая Ивару руку. — Очень рад знакомству. И прошу, обращайтесь ко мне по имени. Это касается, и вас, Скорпиус, — улыбнулся он.

— У меня для тебя сюрприз, — сообщил Скорпиусу Гарри. — Только его нужно еще немного подождать.

— Голубой спортивный автомобиль? — с надеждой посмотрел на него Скорпиус.

— Нет, — улыбнулся Гарри. — Его я тебе подарю на наше новоселье. Но этот сюрприз порадует тебя не меньше.

— Тогда жду, — улыбнулся Скорпиус. — С нетерпением!

— И твое нетерпение будет вознаграждено! — торжественно объявил Драко, появляясь посреди холла. — Вот! — он потряс колбой с чем-то ядовито-зеленым. — Твоё зелье! Понятия не имею, как из него делают таблетки, но это ведь не так важно?

Скорпиус завороженно уставился на колбу, потом с трудом перевел взгляд на отца, затем на Гарри и наконец на Невилла.

— Спасибо! — выдохнул он. На то, чтобы пересечь холл своими ногами, он тратить времени не стал — просто аппарировал, выхватил колбу у Драко из рук и прижал её к груди. — Прошу меня простить… — выпалил скороговоркой. — Я на кухню! — и исчез с громким хлопком.

— Я так понимаю, вы поймали саламандру? — просиял Ивар, буквально опаляя Невилла улыбкой.

— Можно и так сказать, — улыбнулся в ответ Невилл. — Правда, это было не очень сложно… Я их развожу, — добавил он, перехватив удивленный и вместе с тем растерянный взгляд Ивара. — С моей скоростью реакции это, пожалуй, единственный способ «добыть» ее, — чуть смущенно сообщил он.

— И как до меня сразу не дошло тебе написать! — выдохнул Гарри. — До сих пор поражаюсь.

— Ну, Поттер, лучше поздно, чем никогда, — усмехнулся Драко, однако в его голосе не было ни намека на издевку.

— Я рад, что мальчику… эээ… то есть молодому человеку лучше, — заверил его Невилл.

— Как бы ни сложно мне было это признавать, но мы у тебя в долгу, — сказал ему Драко. — А потому мой долг предложить тебе чаю и ответную услугу.

— Не взрывай больше мой котел, — очень серьёзно попросил Невилл.

Первым засмеялся Ивар, хоть и был не в теме.

— Невилл, требуй большего, пока он добрый, — рассмеялся следом Гарри. — Редкий шанс…

— По логике остается вернуть фикус, — хмыкнул Драко и даже улыбнулся. — Придется подождать. Наши оранжереи разрушены. А если серьезно, проси, что хочешь, — выдохнул он, оставив весёлость. — Тем более, что высока вероятность получить от меня сову с повторной просьбой.

— Я пока приберегу эту возможность, — покачал головой Невилл. — Не так часто у меня Малфои в должниках ходят. Теплицы ваши ведь погибли? — он вздохнул, когда последовал утвердительный кивок.

— Пожалуй, что мы все тут в должниках, — сказал ему Ивар. — Так что весь маггловский ассортимент к вашим услугам. Достать я смогу всё.

— Да, этот тип удивительно пронырливый, — подтвердил Драко со смешком.

На эту реплику Ивар ничуть не обиделся, а по своему обыкновению снова сверкнул улыбкой.

— Вы верьте ему, он знает, о чем говорит, — усмехнулся Ивар, практически повторив когда-то адресованные ему слова Драко.

— Пока Скорпиус занят, проводи нас с Невиллом до комнаты, где ему было бы удобно остановиться, — обратился к Драко Гарри. — Он согласился погостить.

— Ну наконец-то! — почти искренне обрадовался Драко. — Ещё один нормальный маг в этом доме, а то тут засилье магглов. У меня уже депрессия!

— Смотрю, весело у вас тут, — хмыкнул Невилл. — По-доброму так, по-домашнему…

— Да на самом деле он меня уже любит, — доверительным и очень громким шепотом сказал ему Ивар. — Скоро папочкой звать начну…

— Вот тогда-то вы меня и похороните, — скривился Драко, но было заметно, что он просто прячет улыбку.

— Ну вот так и живем — большой дружной семьей, — хохотнул Гарри и похлопал Невилла по плечу. — Как же я рад тебя видеть! — признался он и улыбнулся.

— Тебя как, подальше от шумных спален поселить? С некоторого времени спокойствие в мэноре стало лишь воспоминанием и пока несбыточной мечтой, — произнес Драко, по-прежнему скрывая улыбку.

— Так вы тут не одни? — уточнил Невилл.

— Да, тут ещё несколько моих друзей, — пояснил Ивар. — Отличные ребята.

— И прежде чем я начну морально готовиться к очередной встрече с ними, один вопрос, — Драко внимательно посмотрел на Невилла и полуутвердительно спросил: — У тебя ведь есть уссурийский гравилат?

— Есть… — протянул Невилл и зачем-то посмотрел на Ивара. — Тебе прислать?

— Пару пучочков, — сдержано кивнул Драко. — И необязательно прямо сейчас.

— Хорошо, — кивнул Невилл и улыбнулся. — А знаешь, ты здорово изменился со школы.

— Ничего подобного! — чопорно поджал губы Драко и распахнул высокие двери гостиной.

Глава 24

— Похоже, скоро мы его совсем потеряем, — хмыкнул Гарри, указав Ивару взглядом на плавающего вместе с собакой в бассейне Скорпиуса. — Все время сплошные игры. А когда играть уже невмоготу, тут его дракклы несут в нашу постель, — фыркнул он. — Ни минуты отдыха.

— Ты предлагаешь отправить Скорпиуса спать на коврик? — поинтересовался Ивар нарочито серьезным тоном.

— Да при чем тут он? — выдохнул Гарри. — Щенка! А вообще идея — отправить сразу двоих!

— И кого ж ты тогда тискать перед сном будешь? — улыбнулся Ивар. — Ты ж теперь сам без этого не засыпаешь.

Гарри улыбнулся в ответ и сжал в руке ключи от машины. Новой. Спортивной. И, конечно же, лазурно-голубой. Нет, против щенка он ничего не имел, наоборот, они сразу же полюбились друг другу. Просто очень хотелось поскорее преподнести Скорпиусу обещанный на новоселье подарок. И мало того, что они с Иваром около получаса искали его по мэнору, так он еще и так увлекся собакой, что даже не заметил их присутствия.

А, может, и заметил…

— Вы не будете плавать? — Скорпиус вынырнул прямо перед ними и подсадил щенка, тщательно упакованного в защитные чары, на бортик. — Он уже совсем не боится! — добавил с гордостью. — Скоро к давлению приучать начну!

— Вот я и говорю, что скоро мы его только на работе будем видеть, — хмыкнул Гарри. — И перед сном, если повезет.

— Да ладно тебе бурчать, — улыбнулся Ивар. — А ты вылезай из воды! Пойдем, прогуляемся по саду.

Щенок радостно тявкнул, услышав знакомое слово, а Скорпиус зацепился за бортик, легко подтянулся и встал перед Иваром в полный рост.

— Как прошло в министерстве? — поинтересовался он, призывая одежду.

— Почти хорошо, — отозвался Ивар. — Не заметил ни одного плевка в мою сторону и только десять косых взглядов. Но я сегодня ничего не говорил и по сторонам не смотрел, — он хмыкнул.

— Уверен, они уже пронюхали, под чьей ты протекцией, — произнес Гарри. — Даже если ты на столе начнешь отбивать чечетку, никто и рта не раскроет.

— Не знаю, что там они пронюхали, но официальное выступление министра, где он вынес благодарность мне и моим парням, слышали все, — Ивар широко улыбнулся. — Это помимо всех статей, что вы одобрили, и того спецвыпуска «Придиры», что написал ваш знакомый. Так что я почти популярен!

— У магглорожденных — более чем, — согласился Скорпиус. — Правда, главным секс-символом, согласно последнему выпуску Ведьмополитена, объявили все-таки меня. Сола уже с пятнадцатью чужими совами подрался за утро.

— Соле предстоит большая работа, — констатировал Гарри. — Особенно, как появятся твои новые фотографии за рулем, — произнес он и заговорщически улыбнулся. — Да еще и за рулем твоей новой машины, — он притянул Скорпиуса за руку, пылко поцеловал, а затем вложил в его ладонь ключи. — Мой запоздалый подарок на новоселье.

Скорпиус, разумеется, все понял сразу. Сжал ключи в кулаке, сверкнул глазами и выдохнул:

— Где она?!

— У наших ворот, — ответил Гарри. — Иди посмотри на нее. Я присмотрю за собакой.

— Она великолепна, — разжигая в Скорпиусе еще больший интерес, выдохнул Ивар.

Скорпиус исчез раньше, чем он договорил, и Ивар громко рассмеялся. Щенок залаял, веселясь вместе с человеком, и побежал вокруг бассейна.

— Как думаешь, стоит рассчитывать на пару благодарных минетов? — лукаво поинтересовался Ивар.

— Угу, как только щенка к давлению приучит. Может, хоть тогда на нас время появится, — протянул Гарри. — Если честно, я уже по нему скучать начинаю, — признался он. — Я, конечно, понимаю, что времена, когда мы проводили вместе двадцать четыре часа в сутки, уже в прошлом… но, черт возьми, я, оказывается, к привык. И мне этого не хватает!

— А я говорил тебе, что ты локти кусать начнешь… Еще тогда предупреждал, когда ты решил его от себя отослать, — произнес Ивар. — Так что сам виноват.

— Ивар, ему ведь и правда уже не место в соседнем кабинете. Он давно уже перерос эту должность, — с уверенностью ответил Гарри. — Возглавив Аналитический отдел, он принесет гораздо больше пользы. Да и самому ему интереснее работать там.

— Не пойму… ты убеждаешь меня или себя? — улыбнулся Ивар.

Гарри посмотрел на него и улыбнулся в ответ:

— Обоих.

— Он убежал так быстро, что я даже не успел спросить, как у него получается? — вздохнул Ивар. — Хотя, учитывая, каким уважением он теперь пользуется у авроров…

— Нормально у него все получается, — ответил Гарри. — И признаться, даже лучше, чем я мог предположить.

Тут Скорпиус снова появился у бассейна и буквально бросился обниматься.

— Она невероятная! — выпалил он с совершенно счастливыми глазами. — Потрясающая! Охрененная!

— Я рад, что тебе нравится, — ответил Гарри. — И еще раз прости, что с таким запозданием. Я уже думал, что зааважу кого-нибудь из менеджеров, если еще раз услышу, что у них проблемы с транспортировкой.

— Да ерунда! — отмахнулся Скорпиус. — Ее стоило ждать! Перенастрою чары на час раньше, и буду ездить в Аврорат на машине!

— Не получится, — фыркнул Ивар. — Тебя совы в один прекрасный день растерзают.

— Его в любом случае поклонницы письмами закидают, — покачал головой Гарри. — Так что пусть ездит.

— А, может, мы его убедим перенастроить чары для других целей? — лукаво улыбнулся Ивар и перевел взгляд на Скорпиуса.

Удивительно, но тот понял намек — улыбнулся и приобнял Ивара за талию.

— Я тоже соскучился, — сказал он вкрадчиво. — Настолько, что предлагаю прямо сейчас испытать твой портключ в спальню.

— Лучшее предложение за последние несколько дней, — улыбнулся Ивар и достал из кармана металлический брелок.

— У меня есть предложение получше, — хмыкнул Гарри. — Только сначала надо собаку вернуть на место. Никому не расходиться, — скомандовал он и, быстро подхватив прыгающего рядом щенка на руки, исчез с громким хлопком.

— О чем это он? — озадачено спросил Ивар.

— Ну, если следовать логике и вспомнить, что домовики что-то упоминали о несанкционированном ремонте, похоже, он все-таки сделал свою вожделенную комнату для игр, — предположил Скорпиус. — И что-то мне подсказывает, что вечер предстоит занимательный.

— Более чем, — подтвердил Гарри, выйдя из аппарационной воронки. — Я на щенка наложил легкие сонные чары, поэтому три часа спокойствия у нас есть, — сообщил он и протянул Ивару и Скорпиусу руки. — Я и очень хочу это время провести с максимальной пользой.

— Минимум час из этого времени я хочу целоваться! — заявил Ивар, крепко его обнимания вместо того, чтобы сжать пальцы. — И ещё обниматься! — он притянул к ним Скорпиуса.

— Поддерживаю, — согласился тот. — И готов начать прямо сейчас, — он быстро поцеловал в губы сначала Ивара, а потом Гарри.

— Боюсь разочаровать, но на час меня, наверное, не хватит, — прошептал Гарри Скорпиусу в губы. А затем скользнул рукой вниз по его спине, остановившись на заднице. — Нет, точно не хватит, — хрипло выдохнул он, вмяв пальцы в его ягодицы.

Так и не убрав ладонь и ухватив свободной Ивара за запястье, Гарри аппарировал, нетерпеливо утягивая их в еще неопробованную ими комнату.

В комнате царил полумрак, и Ивару нужно было время, чтобы приглядеться, а вот Скорпиус таких проблем не испытывал.

— А где же кровать? — поинтересовался он, с любопытством оглядываясь. — Или мы будем играть исключительно стоя? И зачем эти цепи на потолке?

— Цепи? — переспросил Ивар с придыханием, резко задирая голову. — Ух ты!

— А цепи вместо кровати, — хмыкнул Гарри. — Для тех, кто играть стоя устанет.

— Гарри, пожалуйста, давай сделаем это! — взмолился Ивар, будучи не в силах отвести взгляд от цепей. — Я понимаю, что тут еще очень много всего интересного, но я хочу видеть Скорпиуса на этой штуке!

— Я тоже хочу, — выдохнул Гарри и перевел взгляд на Скорпиуса.

— Опробуешь? — с нетерпением спросил он, подходя ближе и огладив сквозь ткань штанов его дрогнувший член.

— Конечно, — с готовностью кивнул Скорпиус. — При условии, что вы не подвесите меня вверх ногами. Голова болеть будет.

— Нет, никаких вверх ногами, — заверил его Гарри и с жадностью поцеловал. — Разденься, пожалуйста, — попросил он. — Хочу смотреть на тебя и любоваться.

— Только не заклинанием, — тут же вставил Ивар.

Скорпиус кивнул и медленно потянул рубашку из брюк. Уже давно прошло то время, когда он стеснялся секса или откровенных разговоров, что было, конечно, целиком и полностью заслугой Ивара и, отчасти, Крига с Роем. Кроме того, Гарри подозревал, что Скорпиус основательно прошерстил Интернет на эту тему, потому что в какой-то момент стал весьма подкован и больше не задавал забавных вопросов. Впрочем, все это касалось не только секса, но и жизни вообще. Скорпиус все меньше походил на инопланетянина, оставаясь верным себе лишь в некоторых привычках, вроде плавания. Ну и конечно, он по-прежнему пил зелья.

Впрочем, рассуждать — да и вообще думать о чем-то ином, кроме великолепного тела Скорпиуса — с каждой секундой становилось все сложнее.

— Невероятный… — прошептал Гарри, когда тот почти полностью разделся, оставшись в одних трусах. Он шагнул к нему, и не в силах совладать с собственными желаниями, сдернул с него последнюю деталь одежды, освободив налившийся кровью член. Длинный, красивый, с блестящей от смазки головкой. — Я скучал… — сказал Гарри не то Скорпиусу, не то его члену и опустился вниз, скользнув губами по стволу и затем с готовностью вбирая его сразу на всю длину.

Он несколько раз двинул головой, и сорвав с приоткрытых губ первый тихий стон, отстранился и поднялся на ноги.

— Я сейчас продолжу… — прошептал он и, взяв Скорпиуса за руку, подвел к цепям. — Помоги мне, — обернулся он к Ивару, наблюдавшему за ними горящими глазами.

Ивар немедленно откликнулся. Шагнул к Скорпиусу, взял его за руку, задирая ее вверх, и застегнул на запястье удобный кожаный манжет.

— Это куда лучше столба… — сказал, зачарованно разглядывая получившуюся картинку. — Ошейника только не хватает, тебе не кажется? — он посмотрел на Гарри сияющими глазами.

— Видишь на столе шкатулку? — спросил его Гарри, снова завороженно посмотрев на Скорпиуса. — Выбери, какой понравится.

Ивар поспешно оглянулся и быстро пересек комнату.

— Неплохо… — протянул он, заглянув в нее, и вместо того, чтобы взять один ошейник, выбрал три. — Так, это Скорпиусу, — он осторожно защелкнул на Малфое застежку узкого черного ошейника. — Этот тебе, — протянул Гарри похожий, но пошире и с металлическими вставками. — А этот мне, — его шею украсил плетеный красновато-коричневый круглый ремешок.

Гарри подцепил пальцем ремешок и мягко притянул Ивара на себя:

— Вот как ты догадался, что его я покупал именно для тебя? — улыбнулся он и поцеловал Ивара, лишь легонько касаясь его губ своими. — Но в реальности, он идет тебе гораздо больше, чем в моем воображении.

Ивар улыбнулся и чувственно его поцеловал, забирая у него из рук ошейник. Не разрывая поцелуя, он застегнул его шее Гарри и только потом отстранился, чтобы насладиться результатом.

— Вот так всегда и ходите, — предложил он. — Правда, тогда у меня будет вечный стояк в вашем присутствии.

— И у меня, — согласился Скорпиус и переступил с ноги на ногу, звякнув цепями. С его члена при этом сорвалась длинная тягучая капля смазки и упала на мраморный пол.

А новая блеснувшая на головке капля заставила Гарри вспомнить о данном обещании. Снова поцеловав Ивара, он дотянулся рукой до малфоевского члена и медленно, нарочно затягивая движение, скользнул по нему рукой, одновременно углубляя поцелуй.

Однако на сей раз целовались они недолго. Жгущий ладонь член не давал думать ни о чем другом, нещадно отвлекая и сбивая остальные ощущения.

— Я отсосу ему и займусь тобой… позже, — отстранившись от Ивара, прошептал Гарри.

И опустился перед Скорпиусом на колени. Подув на мокрую головку, Гарри собрал языком не успевшую упасть каплями смазку и, зажмурившись от собственного возбуждения, насадился ртом на член, пройдясь языком по всем особо чувствительным точкам, которые он уже успел запомнить.

— Ты связал меня, чтобы мучить минетом? — выдохнул Скорпиус и жалобно застонал.

— Именно мучить, — протянул Ивар, не отрываясь глядя на малфоевский член во рту у Гарри. — Долго и обстоятельно.

— Именно так… — согласился Гарри, медленно отстраняясь и позволяя себе вдоволь налюбоваться этим прекрасным членом. — Мой вечный фетиш, — выдохнул он с восторгом, инстинктивно облизнув губы.

Положив руку Скорпиусу на бедро, он с нажимом повел ладонью вверх, мягко сгребая поджавшиеся яйца и перекатывая их в ладони. Запрокинув голову назад, Скорпиус на миг поднялся на носки, словно желая уйти от прикосновения, но жаркое дыхание на члене снова заставило его посмотреть на Гарри.

— Это твое наказание, — хмыкнул Гарри. — За то, что заставил нас так сильно скучать, — прошептал он и, обхватив губами головку, снова позволил члену скользнуть глубоко в горло.

Скорпиус схватился руками за цепи и с силой толкнулся бедрами.

— Яненарочно! — выпалил он в одно слово. — Я скучал даже больше! Ивар… — он умоляюще посмотрел на Маккоя.

— Прости, Гарри, но на такую просьбу я не могу не откликнуться, — Ивар подошел к Скорпиусу сзади и обнял его поперек груди, прижимая к себе. — Так лучше? — мурлыкнул в ухо.

— Да-а… — простонал Скорпиус, снова толкаясь Гарри в рот.

Отчего Гарри гулко сглотнул, срывая с губ Скорпиуса новый стон, а со своего члена — изрядную порцию смазки, тут же впитавшуюся в ткань. Не отрываясь от своего занятия, Гарри потянулся к ремню, расстегивая его непослушными пальцами.

— С таким тобой только силу воли тренировать, — кое-как справившись с поясом, Гарри поднялся в полный рост, поспешно избавляясь от одежды. — И да, Ивар, первым его трахаю я, — улыбнулся он и, подцепив Скорпиуса за подбородок, с пылом поцеловал, вмиг выдавая все свое нетерпение.

— Тогда иди трахай! — фыркнул Ивар, опуская руки на освободившийся член. — И уступи место другим страждущим!

Он провел ладонями по члену, заставив Скорпиуса хныкнуть Гарри в губы.

— Пусть страждущие еще немного подождут, — не отпуская малфоевский взгляд, Гарри накрыл руки Ивара своими, задавая его скользящим по члену ладоням свой собственный ритм.

От переизбытка чувств Скорпиус слегка подтянулся на цепях и шумно выдохнул, соскользнув по телу Ивара обратно на пол.

— Можно я кончу? — спросил он жалобно. — Очень хочется…

Вместо ответа Гарри лишь сильнее надавил на маккоевские ладони, чтобы член Скорпиуса оказался зажат у основания, оттягивая разрядку. Поняв, что желанию его не суждено исполниться, Скорпиус беспомощно простонал и обессиленно откинул голову Ивару на плечо. Сам же Маккой громко вздохнул, и вздох этот прозвучал как-то укоризненно.

Воспользовавшись тем, что Скорпиус запрокинул голову, максимально открыв для него шею, Гарри провел языком вдоль тонкого ошейника и, наплевав на задумку помучить Малфоя подольше, перестал удерживать руки Ивара, прикусив зубами ошейник и прихватывая чувствительную кожу.

— Вот я думаю, — прошептал тем временем Ивар, — что же лучше — долго-долго не давать тебе кончить, чтобы потом ты бессильно повис на цепях, или наоборот — трахать и трахать по очереди, не обращая внимания на оргазмы?

— Трахать и трахать по очереди, — ответил за Скорпиуса Гарри. — И раз за разом выдаивать его член до последней капли спермы, — выдохнул в шею, невесомо пройдясь губами выше. — А потом все сначала, — улыбнулся он, представив предстоящее в ярких деталях. — А потом еще… еще… и еще, — он прижался к Скорпиусу сильнее, но лишь затем, чтобы дотянуться через его плечо до маккоевских губ.

Ивар впился в него с такой жадностью, что едва не укусил, а Скорпиус шумно вздохнул, наблюдая за ними.

— Пожалуйста, — попросил он хрипло. — Начните уже. Хотя бы немножко…

И на такую просьбу даже Гарри был не в силах не откликнуться. Отстранившись от Ивара, он отступил назад, однако прогонять его со своего места не спешил.

— Подготовь его для меня, — прошептал Гарри. — А я еще пососу, — он снова опустился на колени, снимая с члена Скорпиуса руки Ивара и заменяя их своими губами и языком.

Скорпиус тихо выругался и попытался было начать толкаться навстречу, но Ивар с силой удержал его за бедра. Заставил расставить ноги, чуть наклонил вперед и сунул пальцы ему в рот. Скорпиус замычал, замотал головой, прихватив их зубами, но Ивар крепко взял его свободной рукой за подбородок, заставляя успокоиться, отнял руку и тут же скользнул смоченными в слюне пальцами между ягодиц.

— Да… — выдохнул Скорпиус, прогибаясь, насколько это было возможно в этой позе.

Ивар на секунду закрыл глаза, вслух сосчитал до пяти и только потом медленно всунул в Малфоя два пальца.

— Простату не три только, — попросил Гарри, погладив Скорпиуса по яйцам. — Пусть кончает от наших членов, — выдохнул он и снова приступил к минету. Неторопливому, распаляющему, но не позволяющему Малфою кончить раньше времени. — Ну как, еще тугой? — спросил он Ивара через несколько мучительно долгих для Скорпиуса минут.

— Расслаблен так, что мы его вдвоем трахнуть могли бы, — выдохнул Ивар и, не выдержав, схватился рукой за член. — Иди скорее, а то я за себя не ручаюсь…

— А получится? — спросил Скорпиус не узнаваемым голосом. — Вдвоем?..

Гарри поднялся с колен и обошел Скорпиуса со спины. Ноги слушались плохо, а член запульсировал с удвоенной силой, стоило лишь осмыслить услышанный вопрос.

— Ты пробовал когда-нибудь… вдвоем?.. — спросил Гарри тоже не своим голосом и, посмотрев на Ивара, скользнул пальцами между малфоевских ягодиц. Ивар был прав — более расслабленного Скорпиуса, чем сейчас, он и не помнил.

— Нет… — отозвался Ивар едва слышно. — Но технически это возможно… Только не в цепях, — он гулко сглотнул. — Если я лягу на кровать, а Скорпиус сядет на мой член, то ты можешь лечь сверху.

Гарри на секунду закрыл глаза, как и Ивар, сунув в Скорпиуса сразу два пальца.

— Хочешь?.. Попробовать так? — он наклонился к самому его уху, одновременно разводя пальцы настолько широко, насколько это могло получиться.

— Да! — выдохнул Скорпиус без малейших колебаний. — Хочу вас обоих… Снимите с меня эти штуки! — он рванул цепи с такой силой, что вокруг ощутимо заклубилась магия, готовая в скором времени прийти на помощь хозяину.

— Тише, — Ивар погладил его по бедру и потянулся к кожаной манжете. — Сейчас всё будет. Сейчас мы трахнем тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Вторую манжету расстегнул Гарри, выпуская Скорпиуса на свободу. Чем тот и не преминул воспользоваться — в следующий миг все трое очутились в знакомых стенах спальни.

— Ложись, — прошептал он Ивару, мягко толкнув его на кровать и торопливо стянув с него брюки с трусами.

Против такой спешки Ивар не имел ничего против. Как раз наоборот. Избавившись самостоятельно от рубашки, он дотянулся до малфоевской руки, мягко привлекая Скорпиуса к себе, и откинулся на матрас. И тут же выгнулся на лопатках, громко всхлипывая, почувствовав руку Гарри на своем члене.

Сомкнув пальцы вокруг дрогнувшего ствола, Гарри пару раз двинул рукой, а затем перехватил член Ивара у основания.

— Надеюсь, игру я вам не сломал, — сказал Скорпиус тихо и залез на кровать. Наклонился к торчащему вверх члену, облизал его, оставив блестящие капельки слюны, и призвал смазку. — Мне сложно даже представить, как это будет, — признался, выдавив на ладонь солидную порцию.

— Не тебе одному, — выдохнул Гарри и, подцепив пальцами смазку с его ладони, размазал ее по члену Ивара. — Если что-то не понравится, останавливай нас сразу, — он внимательно посмотрел на Скорпиуса, а затем улыбнулся и поцеловал его, отчетливо почувствовав, как член Ивара при этом дернулся в его ладони.

— Мне все понравится! — пылко заверил его Скорпиус. Он перекинул ногу через бедра Ивара, сел спиной к нему и мягко, плавно и при этом очень быстро опустился на его член. — Я так распалил себя мыслями обо всем этом, что мне уже как будто мало, — поделился он, покачиваясь из стороны в сторону.

— Перестань! — Ивар схватил его за талию, останавливая. — Иначе эксперимент придется отложить!

— Держись, Ивар — придется еще немного потерпеть, — хмыкнул Гарри и, пылко поцеловав Скорпиуса, продолжил, давая понять, что значили его слова. — Повернись к нему лицом, — попросил он Скорпиуса. — Так неудобно.

Скорпиус улыбнулся и стал медленно поворачиваться, не вставая с члена.

— Убийцы! — простонал Ивар, комкая пальцами простыню. — Ой, все, замри-замри! — он крепко зажмурился и стиснул зубы, а Скорпиус закончил маневр и только тогда замер, давая ему возможность отдышаться.

— Так сможешь? — спросил он у Гарри, наклоняясь вниз.

— Так хотя бы реально попробовать, — заключил Гарри и, подхватив ноги Ивара под коленями, чуть приподнял их и развел пошире, давая себе возможность придвинуться к Скорпиусу практически вплотную. Усевшись на пятки и продолжая удерживать Ивара за одну ногу, Гарри провел кончиком пальца по натянувшейся коже малфоевского ануса и, мягко нажав на член Ивара, осторожно вдавил палец вперед. Внутри было так жарко и тесно, что Гарри не на шутку усомнился, сможет ли в Скорпиуса вместиться еще его он. Член Ивара, будто желая подтвердить его сомнения, еще больше увеличился в размерах, палец Гарри плотнее прижался к гладкой стенке. Однако реакция Скорпиуса — тот крупно вздрогнул, глухо простонал и впился в губы Ивара отчаянным поцелуем — лучше любых слов показала: Скорпиус этого ждет.

А когда Скорпиус чуть приподнялся на члене, прогибая поясницу и давая Гарри лучший доступ, он понял, что и дальше заменять член пальцем будет едва ли не сродни преступлению. Аккуратно вынув палец из сократившейся задницы, Гарри обмакнул руку в смазке и, щедро смазав себя, приставил головку к непривычно заполненному другим членом входу.

— Боже! — сразу же совершенно по-маггловски воскликнул Скорпиус и замер в ожидании. Наверное только ценой жесточайшего самоконтроля ему удалось не напрячься, когда Гарри начал протискиваться внутрь. Или, точнее, пытаться это сделать. Хоть и расслабленные, мышцы все равно отчаянно сопротивлялись вторжению, и пришлось снова пустить в ход палец — просунуть его внутрь, оттянуть в сторону, чтобы дать возможность скользкой головке хоть на сантиметр проникнуть внутрь. Почувствовать, что сомкнувшиеся мышцы вот-вот вытолкнут его обратно, Гарри поднажал и с риском причинить настоящую боль, протиснул-таки внутрь головку целиком. Скорпиус, до этого, кажется, задержавший дыхание, довольно выдохнул, а Ивар жалобно всхлипнул.

Несмотря на то, что головка полностью скрылась из вида, входить дальше плавно никак не получалось. Стиснув зубы и задержав дыхание, Гарри начал мелко толкаться, миллиметр за миллиметром погружаясь в Скорпиуса, скользя своим членом по тому, который уже был внутри.

Напрасно Гарри понадеялся, что дальше будет легче — плотные мышцы, и так распираемые другим членом, сжимали его тугими тисками. И к моменту, когда Гарри вошел уже — а точнее, всего лишь — наполовину, с его висков сорвалась не одна капля пота. Однако вопреки опасениям, кончить, к счастью, пока не хотелось.

Чего нельзя было сказать об Иваре. По мере того, как Гарри продвигался, Ивар дышал все громче, и вздрагивал так крупно, словно по его телу пускали электроразряды. Решив, что стоит поторопиться, Гарри впился пальцами в ягодицы Скорпиуса, раздвинул их, на миг замер, завороженно впитывая в себя непривычное зрелище, и буквально вдавил себя внутрь до упора.

Скорпиус и Ивар вскрикнули в унисон, и член Гарри конвульсивно дернулся от этого звука.

— Боже-боже-боже мой… — простонал Ивар, кусая губы. Скорпиус же обернулся, бросил на Гарри невидящий, затянутый туманом всевозможных эмоций взгляд, и выдохнул:

— Давай…

Набрав в грудь побольше воздуха, Гарри схватил Скорпиуса за плечи и мелко задвигал бедрами, опасаясь выскользнуть из тугой тесноты. И чуть не закричал, когда ощутил членом встречное движение: чуть приподняв Скорпиуса за бедра, Ивар начал толкаться вверх в своем, совсем ином, темпе. Видимо, опасаясь непрошеной разрядки, он двигался гораздо медленнее, чем Гарри. Однако его ритм ничуть не сбивал и не отвлекал. Наоборот, почувствовав скольжение по своему члену, Гарри отпустил себя, а его толчки стали увереннее и мощнее.

Неизведанное ранее наслаждение затуманило разум так, что следующий низкий стон Гарри не узнал. Но все же скорее всего это был Ивар, потому что Скорпиус шумно, натужно дышал сквозь стиснутые зубы, полностью погрузившись в свои ощущения. Гарри понятия не имел, что тот сейчас испытывает: боль, удовольствие или все вместе, но был уверен, что сейчас ощущений Малфою хватает с лихвой. Потому что самому Гарри в какой-то момент их стало слишком много. Кровь запульсировала в висках, в глаза потемнело, ритм сломался из-за обессилевших коленей, но Гарри скорее умер бы, чем остановился совсем. Не отдавая себе отчет, что рычит по звериному, Гарри сгреб Скорпиуса в охапку, навалился на него, зажимая между собой и Иваром и начал двигаться в единственном слепом желании — трахнуть все, что только можно — тесную дырку, жаркие стенки, чужой член, мешающий, трущийся, потрясающий…

Нечто древнее, хищное, первобытное завладело им, вышло из-под контроля и вылилось в новый рык, когда оба члена внутри тугой задницы столкнулись друг с другом головками, словно борясь за первенство. Гарри толкнулся жестче, инстинктивно желая опередить другой член и расставляя все по своим местам. Сейчас он вел, и свое первенство отдавать никому не собирался.

Новый толчок заставил Скорпиуса вскрикнуть и конвульсивно забиться меж зажимающих его тел. Гарри судорожно выдохнул, в глазах снова потемнело, а в следующую секунду он уже сжимал зубы у Скорпиуса на загривке, усиливая захват с каждым новым его трепыханием и вколачиваясь в тугую задницу совсем безудержно.

И другой член сдался — задергался, орошая все внутри горячей жидкостью, обмяк, а Гарри все трахал и трахал его, пока острая, выкручивающая суставы судорога не свела тело, не сверкнула в мозгу ослепительной вспышкой, не вышибла из легких дух.

В себя Гарри приходил очень медленно, а придя, выяснил, что тело Скорпиуса вытолкнуло его член наружу вместе с маккоевским. Сам Скорпиус признаков жизни не подавал, как, впрочем, и Ивар, хотя судя по сдавленному сопению, тот судорожно пытался вдохнуть.

Поспешно скатившись на матрас, Гарри некоторое время молча смотрел в потолок, переосмысливая всю свою необузданность, а затем виновато прошептал Скорпиусу на ухо:

— Прости. Я потерял контроль. Совсем тормоза отказали, — и потянулся рукой к его анусу, с замиранием сердца ожидая увидеть на пальцах сукровицу или, не дай Мерлин, кровь.

— Не вздумай извиняться… — прошептал Скорпиус с явным трудом и чуть неловко повернулся, уходя от прикосновения. Нехорошее чувство, зародившееся у Гарри в этот момент, было подкреплено секундой позже, когда Скорпиус призвал Заживляющее зелье. — Не смотри так, — сказал он, откручивая крышку. — Даже если бы вы меня пополам порвали, я бы ни за что не отказался от этих ощущений!

— Не шевелись, — сказал Гарри и забрал у Скорпиуса флакон. — Давай помогу, — не дав Скорпиусу опомниться, он уложил его на простыни и, устроившись между раскинутых ног, аккуратно вылил зелье в пострадавшую ложбинку. Дожидаясь, пока зелье начнет действовать, он поглаживал его по спине, стараясь вложить в этот нехитрый жест все свои ласку и заботу. — Я сейчас помажу внутри, — тихо проговорил он и, смочив пальцы, невесомо коснулся входа, а затем мягко скользнул внутрь, очень боясь причинить Скорпиусу лишнюю боль.

Судя по тому, что Скорпиус никак не возражал, ощущения у него сейчас были все же не из приятных. Ивар рядом завозился, и, обернувшись, Гарри увидел, что он стирает с собственных бедер и яиц сперму, изрядно окрашенную красным. Край простыни, который он под это приспособил, стал неприятно бурым.

— Только не нужно таких виноватых лиц, — улыбнулся им обоим Скорпиус. — Да я теперь неделю буду без зелий засыпать, только на одних воспоминаниях. А там, глядишь, и повторим…

— Посмотрим, — буркнул Гарри, прекрасно понимая, что его «посмотрим» прозвучало как «очень сомневаюсь». — Я не хочу причинять тебе вред. Даже если через полчаса от него не останется и следа.

Однако замолчал, будучи не столь уверенным в своей правоте. Скорпиус ведь имеет право получать такой секс, какой хочет. Независимо от того, что об этом думает он или Ивар. И если уж подумать совсем здраво, то от заживляющих зелий явно меньше вреда, чем от его снотворных.

Хоть и сравнение не самое удачное, но то, что произошло сейчас, было очень похоже на утренние побудки Скорпиуса. То, что Гарри привело бы к нервному срыву — стакан воды в лицо каждое утро — у Скорпиуса вызвало улыбку и не причиняло ни малейшего дискомфорта. Вот и сейчас, то, что у Гарри вызвало шок, в Скорпиусе зародило желание повторить.

Его размышления прервал сам Скорпиус, он приподнялся и крепко его обнял.

— Это было лучшее, что происходило со мной в жизни, — сказал он достаточно громко, чтобы Ивар услышал.

— Согласен, — подал тот голос. — Но, признаться, эмоциями я слегка ошарашен. А еще у меня нос заложило, — Ивар улыбнулся и шмыгнул. — Не иначе как от переизбытка чувств.

— Да уж… в плане эмоций есть, над чем подумать, — кивнул Гарри и, бросив взгляд Скорпиусу на шею, только лишь усилием воли заставил себя не нахмуриться. Снова обмакнув пальцы в зелье, он ласково намазал им покрасневшее и слегка отдающее синевой место со следами от его зубов. — А вообще, конечно, было круто, — выдохнул он, когда малфоевская шея снова стала одного цвета. — Я еще никогда так не терял над собой контроль, — повторил недавнее признание Гарри.

Скорпиус улыбнулся и с чувством его поцеловал.

— Теряй его почаще, — попросил он и вдруг зевнул.

Гарри улыбнулся и мягко коснулся его головы, убаюкивающе поглаживая по кудряшкам.

— Ну и что скажешь, — через некоторое время спросил он Ивара, когда Скорпиус сладко засопел, окончательно уснув.

— Скажу, что мы все совсем чокнулись, — сказал Ивар, мечтательно глядя в потолок, — А еще скажу, что мне очень нравится быть сумасшедшим.

— Я не про это… — выдохнул Гарри. — Что будет, если в какой-то момент в погоне за ощущениями ему и таких, как сегодня, станет мало. Вдруг когда-то он нас попросит сделать то, что действительно причинит ему вред?

— Что например? — хмыкнул Ивар. — Выпороть? Если честно, очень сомневаюсь. Не думаю, что ему доставит удовольствие боль в чистом виде. И потом, ты действительно думаешь, что это одно и тоже? Я вот думаю, что нет. Сегодня это нравилось нам всем, и даже больше, чем просто нравилось, согласись, — он улыбнулся. — Именно этот фактор — ключ к успеху.

— Надеюсь, что и на этот раз ты окажешься прав, — протянул Гарри задумчиво. — Но на самом деле, — чуть помолчав, он посмотрел на Ивара уже совсем другим взглядом, — то, что произошло сейчас… Да у меня даже слов нет, чтобы выразить, как все это было круто! — признался он, уже улыбаясь.

— Вот видишь, — улыбнулся Ивар еще шире. — Тогда брось сомнения и иди сюда, — он похлопал по кровати рядом с собой.

Гарри хмыкнул и, недолго думая, устроился рядом с Иваром.

— Знаешь, удивляюсь, как меня самого сейчас не срубило от эмоций, — признался он, кивнув головой на Скорпиуса. — И я даже ничуть не жалею, что знакомство с комнатой завершилось, едва начавшись, — произнес он, подцепив пальцами все еще надетый на Ивара ошейник.

— Скоро срубит, — уверенно сказал Ивар, обнимая его и зарываясь носом в шею. — От тебя пахнет пергаментом и чернилами, — поделился он своими наблюдениями. — А еще усталостью. Мне казалось, самое сложное уже позади, разве нет? Столько месяцев все зачищали и восстанавливали…

— Меня всегда утомляла канцелярская работа. Но ничего, справимся, — выдохнул Гарри, с блаженством закрыв глаза. — А насчет усталости, тут ты прав… Пожалуй, нам не мешает через месяц-другой махнуть куда-нибудь на острова. Там, где мы будем пахнуть солнцем и горячим песком.

— Мы-то да, а Скорпиус будет пахнуть солью, — мечтательно протянул Ивар. — Было бы здорово, да только вряд ли я смогу, — он вздохнул. — Если я хочу, чтобы меня стали слушать в министерстве, придется вкалывать без отдыха несколько лет подряд. Но вот на выходные, наверное, можно попробовать куда-нибудь выбраться.

— Значит, будем с умом планировать выходные. А то куда же мы без тебя? — хмыкнул Гарри, погладив Ивара по спине. — Скорпиус без тебя через несколько часов волком взвоет. Да и мне будет не хватать твоей вечной улыбки.

— То есть, ты выть не будешь? — поддразнил его Ивар.

— Даже не знаю, — с наигранной легкостью протянул Гарри. — А хотя нет, не выл бы. С чего это вдруг мне скучать по человеку, который с легкостью готов променять отдых с нами на общество министерских бюрократов?

Ивар негромко рассмеялся, опалив дыханием его шею, и, приподнявшись, поцеловал в щеку.

— Ты сам отправил меня на растерзание этим самым бюрократам, — напомнил он мягко. — Меня вполне устраивал пост начальника NCA. И я до сих пор не уверен, что действительно чего-то добьюсь в итоге, — признался он неохотно. — Пока что это непробиваемая стена отчуждения, подтаявшая только в одном месте, — тут он хмыкнул. — Ни за что не угадаешь, в каком!

— Не знаю, о каком ты месте говоришь, но тебе точно симпатизирует министр. А это немаловажно, сам понимаешь, — проговорил Гарри и посмотрел на Ивара в упор. — Ты жалеешь? — спросил он прямо. — Что поддался моим уговорам?

— Честно? — Ивар ответил серьезным взглядом. — Нет! — заявил уверенно и улыбнулся так широко, как умел только он. — NCA — пройденный этап, мне очень скоро стало бы скучно. Да еще и от вас далеко. А сейчас я хоть и похож на выброшенную на берег рыбу, но все-таки я та рыба, которая когда-то отрастила ноги. И как ни странно, помогает мне отец Скорпиуса. Он, правда, ни разу не поддержал меня в открытую и, как правило, воздерживается от голосований, но я же не слепой. Ему иногда головой достаточно кивнуть, и все делают, как ему нужно.

— Драко? — удивился Гарри. — Хмм… не могу сказать, что надеялся на это. Ну вот видишь, за тебя считай целый клан. А раз так, можешь не сомневаться, у тебя все получится. В этой стране давно привыкли: если уж Малфои выходят на политическую арену, оказывая кому-то поддержку, то переходить дорогу этому человеку не стоит.

— Да не поддерживал он меня, говорю же, — покачал головой Ивар. — Скорее молчаливо одобрил кое-какие мои идеи. Но вообще-то я удивлен. Думал, он попытается сожрать меня с потрохами, и, скорее всего, удачно.

— Молчаливо… — хмыкнул Гарри. — Нет, ну а ты думаешь, он с транспарантом должен на заседания приходить? Ивар, поверь, это поддержка. А с потрохами сожрать — это вряд ли. Отношения со мной Драко бы не стал портить настолько сильно, — рассудил он. — Однако я тоже удивлен. Думал, он просто включит политику отстраненности.

— Буду думать, что мои идеи настолько хороши, что даже враждебно настроенные граждане не в силах этого отрицать, — хмыкнул Ивар. — А вообще-то я очень испугался, когда он предложил Скорпиусу остаться в Мэноре. Побоялся, что тот согласится, — признался он.

— Так он и согласился, — улыбнулся Гарри. — Как видишь, ничего страшного не вышло.

— Ну тогда Драко как-то позабыл упомянуть, что не собирается сам тут жить, — фыркнул Ивар. — Хотя мне бы очень хотелось посмотреть на его лицо, когда он увидит самолет на крыше.

— Вот поэтому он благоразумно уехал в Италию, — заключил Гарри. — Такого удовольствия он тебе доставлять явно не собирался. А вообще, мне кажется, ты как-то недопонял его, — произнес Гарри и внимательно посмотрел на Ивара. — Был бы он настолько враждебным, насколько его видишь ты, очень сомневаюсь, что он оставил бы тебе кольцо.

— Он оставил его не мне, а Скорпиусу, — поправил Ивар. — И да, он ненавидит мое происхождение. Но как человек я ему относительно симпатичен, и поэтому он готов терпеть меня ради более-менее приличных отношений с сыном. А еще потому, что Скорпиус ему что-то пообещал взамен. Что то важное, — Ивар серьезно посмотрел на Гарри и криво усмехнулся. — Так что, как видишь, я нисколько не заблуждаюсь на его счет. И даже предполагаю, какой откуп пообещал заплатить Скорпиус.

— Насколько я понимаю, ты и сам когда-то склонял Скорпиуса к тому, что ему нужно завести ребенка, — пожал плечами Гарри. — Так что в этом вопросе вы с Драко на одной волне. Да и я вместе с вами.

— Желание-то у нас может и одно, — мрачно посмотрел на него Ивар, — вот только я никогда бы не стал шантажировать сына таким образом.

— Невелика цена шантажа, не находишь? — протянул Гарри. — Мне вообще кажется, что это был единственный способ склонить его к мыслям о малыше. И заметь, Скорпиус несчастным себя не чувствует.

— Тебе нужно было стать адвокатом, — хмыкнул Ивар. — У тебя хорошо получается. Ладно, поживем — увидим, что там за ловушку приготовил нам дракон. А сейчас есть вопрос более насущный, — он приподнялся на руке и заглянул Гарри в глаза: — А именно: мы будем спать, или?..

— Я ждал этого вопроса, — выдохнул с улыбкой Гарри. — Хотя ты наверняка уже знаешь ответ.

— Конечно, знаю, — Ивар улыбнулся и перекатился на него сверху. — И ни на секунду не поверил бы, если бы ты вдруг сказал «спать»!

— Тогда зачем спрашивал? — улыбнулся Гарри в ответ и положил ладонь Ивару на ягодицу, с чувством вминая в нее пальцы. — Я тебе говорил, что у тебя классная задница? — выдохнул он, наслаждаясь ощущениями.

— Вот кстати нет, — хмыкнул Ивар, стискивая его в объятиях. — Про улыбку говорил, про минеты, про задницу ни разу.

— У тебя классная задница, — тоном знатока сообщил Гарри. — Сверху ты? — поинтересовался он, путаясь в своих желаниях. С одной стороны Ивара безумно хотелось подмять под себя, с другой — отдаться его заботливым, но от этого не менее страстным ласкам.

— Сверху я, — подтвердил Ивар немного невнятно, потому как успел завладеть соском Гарри и теперь несильно мял его зубами. — А то я только и мог, что лежать и стараться не растечься по матрацу.

— Лжец! — выдохнул Гарри и тихо всхлипнул, когда покусывания Ивара стали в разы чувствительнее. — Я прекрасно помню, как ты пытался еще и вести!..

— Ничего не знаю, ничего не помню! — открестился Ивар и сполз ниже. — Раздвинь ноги, — предложил, провокационно облизнувшись. — Будем и тебя растягивать…

— Бо-оже, — простонал Гарри в предвкушении и схватился за свой дернувшийся член.

— Не надо… — прошептал Ивар и уверенно убрал его руку. — Не прячь. Буду изредка подглядывать за тобой и твоим членом.

Гарри хмыкнул, однако Ивара послушался и заложил руки за голову, с жадностью наблюдая за ним.

— Мы готовы, — улыбнулся он. А собственный член, соглашаясь, крупно дернулся и прилип к животу.

— Ну тогда держись, — улыбнулся Ивар и широким движением лизнул дернувшийся от ожидаемого, но все равно слишком острого ощущения, анус. Гарри честно попытался расслабиться, но вышло у него это только после того как язык Ивара пару раз ввинтился в плотно сомкнутое колечко мышц, протискиваясь внутрь с немалым трудом.

— Узкий, — выдохнул Ивар, лаская языком чувствительные складки тонкой кожи. — В тебя мы со Скорпиусом не поместились бы…

— Конечно, узкий, — хмыкнул Гарри. — Ведь кое-кто в последнее время так устает, что по ночам в силах только обнимать подушку, — беззлобно поддел он Ивара и тут же поплатился за издевку. Видимо не найдя никаких аргументов, тот довольно ощутимо прихватил его за ягодицу зубами.

— Я-то хотя бы прихожу домой, чтобы обнимать подушку, в полном — заметь! — одиночестве, — фыркнул Ивар и подтянулся выше, наваливаясь на Гарри и направляя в него член. — А вас вообще дома не застать! — посетовал он, легонько надавливая головкой на расслабленные мышцы.

— Сильнее!.. — простонал Гарри, зажмурившись от долгожданного проникновения и обхватив Ивара коленями за бока. — С ума сойти!.. — выдохнул он, крепко прижав Ивара к себе за плечи и одновременно вжимаясь задницей в его пах.

Ивар согласно застонал и стал двигаться резче, жестче. Это было то, что надо. Захлебнувшись воздухом, Гарри зажмурился, впитывая каждую искорку испытываемого удовольствия, и стал двигаться ему навстречу.

Это был просто секс — самый обычный, если можно так сказать. Звезды не рухнули на землю, разум не поглотили никакие низменные инстинкты, а оргазм не вывернул не изнанку, грозя порвать все жилы. И все же это был самый лучший секс на свете, потому что оба упивались каждым мгновением, каждой жаркой волной наслаждения и больше всего — друг другом.

— Люблю тебя… — выдохнул Ивар, когда оба пытались отдышаться после оргазма.

— И я тебя… — выдохнул в ответ Гарри. Он дождался, пока Ивар выйдет из него, но отстраниться ему так и не дал, уложив его голову к себе на грудь. Некоторое время они так и пролежали, вдыхая запах друг друга и позволяя телам остыть, пока Ивар не поднял голову и не заглянул в глаза, лучисто улыбнувшись. Про себя отметив, что Ивару весьма идут даже его морщинки, Гарри мысленно усмехнулся — похоже, он любил в Иваре всё — о чем и решил не умалчивать. — И все твои морщинки. Такие симпатичные, — улыбнулся он, проведя пальцам по скуле. — Как лучики.

У Ивара заискрились глаза, но он все равно преувеличенно грустно вздохнул.

— Скоро их станет так много, что и любви на все не хватит, — пошутил он. — Придется одаривать по очереди.

— Еще как хватит!.. — заверил его Гарри. — Да и вообще, еще совсем не скоро, — прикинув возраст Ивара, фыркнул он. — Не рановато ли в старички решил податься?

Если Ивар и хотел ответить, то узнать об этом Гарри было не суждено. Неожиданный хлопок аппарации раздался аккурат рядом с ними, явив домовика — одного из тех немногих, кому было разрешено появляться в хозяйской спальне.

— Мистер Гарри Поттер, простите, сэр, — начал домовик. — Бывший хозяин ждет в гостиной.

— Передай ему, что Скорпиус уже спит, — протянул Гарри и зевнул, удивившись, что понадобилась от сына Драко Малфою в такое время.

— Он не ждет хозяина, — покачал головой эльф. — Он ждет вас. И мистера Ивара тоже.

— Меня? — в один голос спросили Гарри и Ивар и переглянулись. — Ладно, скажи, сейчас спустимся, — продолжил уже один Гарри.

— Вот… Я же говорил, что нас ждёт подвох, — хмыкнул Ивар, однако за его беззаботностью Гарри успел заметить беспокойство. — Прощай, спокойная жизнь?

— Не нагнетай, — отмахнулся Гарри и мягко подвинув Ивара, сел в кровати. — Уверен, ни каких вражеских намерений мы не увидим.

Когда они вошли в гостиную, над мрачным, как туча, Драко зловеще кружил Сола.

— Кажется, он рад вас видеть, — весело улыбнулся Ивар. — Так же, как и мы.

Драко кинул на него тяжелый взгляд и покачал головой.

— Лучше не зли меня сейчас, маггл, — сказал он холодно. — Я и так раскаиваюсь в том, что собираюсь сделать.

— Сола! — прикрикнул Гарри, когда тот пролетел над макушкой Драко так низко, что едва не взлохматил ее когтями. — Прекрати сейчас же! Успокойся!

Сола неохотно послушался, однако сделал это не сразу. Описав вокруг Драко еще пару кругов, он, наконец, сел на камин, явно не желая окончательно выпускать названого гостя из поля зрения.

— Так зачем ты хотел нас видеть? — спросил Гарри. — На ночь глядя, да еще и в столь срочном порядке?

Глубоко внутри закрались нехорошие подозрения, что Драко нарочно выбрал для визита столь поздний час, предпочитая не встречаться с сыном. Видимо, разговор предстоял не из приятных, раз он надеялся скрыть его от Скорпиуса, боясь негативной реакции и разрушить тем самым установившийся между ними и без того хрупкий контакт. Выходит, Ивар был прав — их еще ждал подвох. Но почему тогда Драко заговорил о раскаянии, Гарри понять пока еще не мог.

— Пришел сразу, как закончил, — загадочно ответил Драко и поморщился. — Чтобы к утру не передумать, — он покопался в мантии и достал на свет маленький, совсем обычный стеклянный пузырек. — Вот, — неохотно протянул пузырек Ивару. — Раз в месяц в полнолуние по три капли на язык ровно в полночь.

Ивар удивленно вскинул брови и, взяв пузырек, покрутил его в руках.

— По всей видимости, это не яд, — сказал он растеряно. — Тогда что?

— А чтобы не отвечать на этот вопрос, я принес вот это, — почти злорадно ответил Драко и жестом фокусника вытащил из-за пазухи книгу. — Настойка уссурийского гравилата. Найдешь сам. А теперь спрячьте это всё куда-нибудь, чтобы я в порыве раскаяния не нашел, и я пошел спать.

Он кивнул на прощание Поттеру и развернулся, чтобы уйти, но тут в комнату влетел незаметно ускользнувший Сола, а в дверях раздался чуть сонный, но вполне бодрый Скорпиуса:

— Здравствуй отец.

— Здравствуй, — сдержанно поприветствовал его Драко. — Тебе не было необходимости вставать — я уже ухожу, — сообщил он, но перед тем, как развернуться, посмотрел на Скорпиуса как-то особенно долго. — Доброй ночи, — кивнул он и зашагал из гостиной.

— Малфой, постой! — воскликнул Гарри, интуитивно почувствовав, что почему-то должен его остановить прямо сейчас. — Объясни, в конце концов, что в пузырьке.

— Я же сказал, — чуть раздраженно ответил Драко, но остановился. — Настойка уссурийского гравилата! Смотрите побочные эффекты и предупреждения!

Скорпиус нахмурился, внимательно оглядел и, увидев у Ивара книгу, выхватил ее и быстро пролистал.

— Ты серьезно? — спросил так тихо, будто у него пересохло в горле. — Это правда?

— Мерлин! — воскликнул Драко, теряя терпение. — Я понимаю, Поттер тупит. Это у него с детства. С маггла вообще спроса нет. Но ты?! Неужели и тебе все нужно разжевать?

Скорпиус помотал головой и каким-то странным, очень высоким голосом ответил:

— Нет.

Он посмотрел на Ивара долгим, совершенно непонятным взглядом и вдруг бросился к отпрянувшему от неожиданности Драко.

— Сейчас я действительно этого хочу! — выдохнул он и сгреб опешившего отца в объятия.

Несколько секунд Драко стоял не шевелясь, затем отмер и порывисто прижал Скорпиуса к себе.

— Наконец-то, — прошептал он тихо, будто самому себе, однако Гарри и Ивар отчетливо расслышали его слова.

— Ладно, с меня и спроса нет, мне простительно, — произнес Ивар, наблюдая за ними. — Но хоть ты понимаешь, что происходит? — спросил он Гарри.

— Не особенно, — отозвался тот, искренне желая поскорее заглянуть в принесенную Драко книгу.

— Сто двадцать девятая страница, — подсказал Скорпиус. — Третий сверху абзац.

Ивар отобрал у него книгу и быстро зашелестел страницами.

— «Настойка гравилата уссурийского», — прочитал он. — Так, состав, описание… Ага, вот Противопоказания… Нельзя применять одновременно с чарами для улучшения зрения. Применять с осторожностью при беременности. Как-то мимо, — он поднял глаза на Скорпиуса.

— Дальше, — устало посоветовал Драко.

— Предупреждения, — послушно прочел Ивар. — Ставит под угрозу Статут секретности. Не применять на магглах! Существенно увеличивает… — тут он запнулся, сглотнул и начал сначала изрядно осипшим голосом. — Существенно увеличивает срок жизни.

Дослушав Ивара, Гарри бесцеремонно вырвал книгу из рук Ивара и пробежал глазами по строчкам, не веря услышанному. Нет, это не была его слуховая галлюцинация — напечатанные буквы точь-в-точь складывались в те же слова, что только что зачитал Ивар.

— Это самое лучшее, что ты мог для нас сделать, — выдохнул Гарри, подняв на Драко глаза.

— Поттер, давай только без сантиментов, — фыркнул Драко, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Однако настоящего раздражения в его голосе не было.

— Точные цифры известны? — тихо спросил Скорпиус. — Насколько продлевается срок?

— Насчет умереть в один день не ручаюсь, но до ста пятидесяти доживет точно, — заверил его Драко.

— Ого! — Ивар с благоговением посмотрел на пузырек в своей руке. — Почти вдвое больше, чем должен.

— Поднимем архивы, — решил Гарри. — Узнаем поточнее. Возможно, описаны дозы, в которых будет максимальный эффект. Зелье ведь известное, раз о нем в книге написано…

— Да, только название прочитай, — посмотрел на него с нескрываемой насмешкой Драко и прочитал сам: — «Самые редкие в мире зелья». И вам всем крупно повезло, что у тебя в друзьях самый оголтелый в мире фанатик-цветовод.

— Невилл? — удивился Гарри, а затем кивнул. — Ну, конечно, кто же еще… И ведь не сказал мне ничего! — искренне возмутился он, впрочем, понимая, отчего Невилл решил промолчать. Наверное, сам сомневался, что великодушным Драко сможет остаться до конца и не бросит затею на полпути, передумав.

— Я при тебе спрашивал про гравилат, — фыркнул Драко. — Кто же виноват, что ты такой неуч?

— Он не неуч, — покачал головой Скорпиус. — Я тоже не знал об этой настойке.

— А ты и правда здорово изменился, — кивнул Гарри, повторив слова Невилла, но тут же повернулся к Ивару и улыбнулся: — Но пузырек ты хорошенько спрячь. На всякий случай. Боюсь, как бы мы его сейчас не сглазили.

— Очень смешно, Поттер, — Драко сморщил нос. — Пошел я, пока от смеха не помер.

— Придете с мамой на ужин? — быстро спросил Скорпиус, вгоняя Драко в очередной ступор.

— Возможно… — чуть погодя ответил Драко. — Мы непременно обсудим это с Асторией.

— Соглашайся уже, болван, — не выдержал Гарри. — Сейчас это реально твой шанс обрести наконец сына!

— Сам болван! — скорее машинально огрызнулся Драко. — Придем! — пообещал он, помедлив, и внимательно посмотрел на Скорпиуса. — Посмотрю на досуге, может, смогу усовершенствовать зелье в сторону устранения побочных эффектов. Но ничего не обещаю.

Скорпиус помолчал, наверное, с минуту, а потом беспомощно оглянулся на Гарри и Ивара.

— Я не знаю, что нужно сейчас сказать, — признался жалобно.

— Ну тогда повторяй за мной, — хмыкнул Ивар: — Спасибо большое, папочка, я тебя люблю!

Скорпиус и Драко совершенно одинаково порозовели, смутившись. Скорпиус открыл было рот, но Драко поспешно вскинул руку.

— Не надо, я понял! — выпалил он.

— Ну раз все друг друга поняли, думаю, стоит попрощаться до завтра, — произнес Гарри. — Мы будем в спальне, — сообщил он Скорпиусу, ухватив Ивара за руку и решив, что, может быть, двоим Малфоям стоит побыть наедине.

Оставшись один, Скорпиус переступил с ноги на ногу и тихо спросил:

— Думаешь, может получиться? Усовершенствовать? Я могу помочь?

— Да что ж с тобой такое?! — фыркнул Драко. — Ну стал бы я говорить, если бы не было подобной вероятности? Нет, — ответил он за сына. — А помочь можешь — не надоедать. Хотя, чувствую, зря вообще сказал, теперь вы с меня живого не слезете, — хмыкнул он и посмотрел на Скорпиуса если не с теплотой, но хотя бы без привычной отстраненности.

Скорпиус вернул взгляд, но потом опустил голову.

— Мысль о том, что он умрет так рано, терзала меня ежесекундно, — помедлив, признался он. — Я просто не могу об этом не думать. Я почти обо всем могу договориться со своим мозгом, но не об этом.

— Всё, никто рано не умрет. Все будут жить долго и счастливо, — усмехнулся Драко. — Если, конечно, не разбегутся вкусив прелести долголетия и жизни среди волшебников, — закончил он почти серьезно, и внимательно посмотрел на Скорпиуса. — Впрочем, меня это уже, к счастью, не касается.

Скорпиус переварил услышанное и спросил, как всегда, совсем не то, что можно было ожидать.

— Ему плохо? — он внимательно посмотрел на Драко. — Ты видишь его довольно часто в последнее время. Ты думаешь, он не справляется? Ему трудно?

Драко удивленно вскинул брови и покачал головой:

— Ему настолько отлично, что как бы он не подумал, что где-то ему может быть еще лучше. Точнее, с кем-то. Скажу сразу, это только мои личные… — он замялся, подбирая слова, — …опасения.

— Я не понимаю, — теперь взгляд Скорпиуса стал потерянным.

— Объясни.

— Ладно, не понимаешь — и хорошо, — вздохнул Драко. — Но магглу как-нибудь передай: если что, отравлю к чертям собачьим! — он посмотрел Скорпиусу на волосы, а затем — в глаза. — Не думай, что я не понял, после чего появилась твоя седая прядь.

Скорпиус грустно улыбнулся и провел рукой по волосам.

— Не самое приятное было ощущение, но оно того стоило, раз ты понял, что значит для меня Ивар, — сказал он чуть смущенно. — Когда… — он запнулся, то ли подбирая слова, то ли не зная, стоит ли вообще говорить, но все же продолжил: — Когда мы были с Гарри вдвоем, мне было трудно. Такое странное чувство, когда хорошо и плохо одновременно, потому что счастлив настолько, что ежеминутно боишься это счастье разрушить, и, что самое ужасное, постоянно это делаешь. А с Иваром не страшно. Даже не знаю, как объяснить… Вот если костер бы то горел до неба, то гас до угольков, а потом вдруг загорел ровным светом, и кто-то дров принес целую охапку. И знаешь точно, что тепло никуда не уйдет, не обожжет, а будет греть всю ночь.

Он говорил быстро, почти скороговоркой, и это было тем более странно, что очень отчетливо чувствовалось, что слова даются ему с трудом. Договорив же, Скорпиус замолчал и снова опустил голову, словно устыдившись своего внезапного откровения, да еще такого поэтического.

Драко молчал довольно долго, и невозможно было понять по его лицу, как на него подействовала речь сына.

— Что-то такое я подозревал, — наконец сказал он. — В конце концов, тебе всего всегда было мало — еды, книг, слов, ощущений. Совершенно логично, что и для счастья одного человека тебе оказалось недостаточно, тем более, такого солдафона как Поттер. Я так понимаю, предложение «Ну брось тогда Поттера», не рассматривается? — он чуть напряженно усмехнулся, готовый тут же пояснить нерадивому сыну, что это была шутка.

Но Скорпиус понял сам и негромко рассмеялся.

— Совершенно исключено, — заверил он с улыбкой. — Как попросить перестать дышать.

— Ну тогда я попрошу о другом, — Драко посмотрел уже цепко. — Не забывай ещё и об уговоре.

— Я помню, — за последние полгода Скорпиус научился многому, в том числе и таким же взглядам. — И предложу тебе сделку взамен. Я планировал обзавестись ребенком примерно через двадцать лет. Но если ты усовершенствуешь зелье, гарантировав Ивару средний срок жизни мага, я сделаю это в тот же год.

— Хмм, — усмехнулся Драко, взглянув на Скорпиуса с любопытством. — Оказывается, от Малфоев в тебе больше, чем я все это время наивно считал. Тогда сделаем так… Как только ты получаешь зелье, ты начинаешь искать мать для наследника. Раньше не стоит. Скорее всего, новый состав получится, увы, не с первого раза.

— Мне все равно, кто это будет, — покачал Скорпиус головой. — Выберите с мамой, кого захотите. Но, наверное, стоит сразу озвучить ей условия сделки.

— Непременно, — кивнул Драко. — Истерику от второй девицы с обманутыми ожиданиями я выслушивать не хочу.

— И это я ей ещё не сказал, что меня тошнило от её поцелуев, — хмыкнул Скорпиус. — Настолько сильно, что даже не получалось отрешиться от этих ощущений.

— И очень правильно сделал, что промолчал, — поморщился Драко, явно представив чудом несостоявшийся в больших масштабах скандал.

— Что ж, думаю, пора мне вернуться к тем людям, от поцелуев которых меня не тошнит, — улыбнулся Скорпиус. — И успокоить их, что мы с тобой не поссорились.

— Ты прав, — согласился Драко. — А мне пора откланяться, пока я не услышал, отчего тебя еще не тошнит с теми людьми, — усмехнулся он, наверняка поражаясь тем переменам, что произошли с его сыном за относительно короткий срок.

— Передавай привет маме, — тепло улыбнулся ему Скорпиус.

Драко кивнул, коротко улыбнулся в ответ и аппарировал.

* * *

— По-моему, виски мало, — мрачно сказал Ивар. Он уже некоторое время рассматривал стройные ряды бутылок, украшавшие обеденный стол в любимом Скорпиусом стиле — совершенно без ножек. — А вот пива много, я лично начну сразу с вина.

— И сразу завалишься спать? — поинтересовался Гарри, зная, как на Ивара действует алкоголь. — И вообще ты драматизируешь момент. Как будто ревнуешь…

Ивар нахмурился и бросил на него недовольный взгляд.

— А если так? — спросил он с вызовом.

— А если так, то ты просто дурак, — спокойно ответил Гарри. — Нашел, к кому.

— Дурак, — согласился Ивар и взял со стола бутылку легкого вина. Открыл её, налил вино в бокал, но пить почему-то стал из горла. — Он будет её целовать, — сказал похоронным голосом, опустошив сразу четверть. — Ласкать. Гладить изнутри и снаружи.

— А ты хочешь, чтобы он с порога загнул ее и кончил за два толчка? — спросил Гарри, мягко отбирая бутылку из его руки. — Сбавь обороты, — бросил он, отставляя бутылку на дальний край стола.

— Целовать грудь, кусать соски, — продолжил Ивар, проигнорировав его. — Может быть, даже целовать там, внизу! Ты сам, черт побери, настаивал, чтобы это был полноценный секс! — он потянулся к бутылке виски. — И не говори мне, что я тебя поддержал. У меня не было выбора!

— Может, ты все-таки прекратишь истерить? — насмешливо спросил Гарри. — Слышал бы ты себя со стороны сейчас. Ведешь себя как ревнивая самка!

Ивар рассмеялся.

— Я ревнивая самка! — выкрикнул победно, вскинув руку с бутылкой. — Ура! Да будет так! Давай выпьем за это! — он, смеясь, откупорил бутылку. — И перестань делать вид, что тебе все равно, — сделал большой глоток и передал бутылку Гарри. — Всё равно не поверю.

— Твое дело, — хмыкнул Гарри. — Но в отличие от тебя, я действительно не вижу поводов нажираться. И уж тем более психовать. И кстати, как ты помнишь, ты сам отказался от идеи присутствовать при всем этом. Думаешь, мы бы не убедили барышню? — улыбнулся он. — Да с легкостью!

— Нет уж, я и без подобных зрелищ вполне проживу, — покачал головой Ивар. — Кажется, вся моя невостребованная за годы жизни ревность сейчас проснулась и требует реванша.

— Пожалуй, ты прав — выпить надо, — вздохнул Гарри. — Иначе я тебя такого по-трезвому не воспринимаю, — он налил виски в стакан и охладил напиток заклинанием. — О, так гораздо лучше, — заключил, осушив стакан одним глотком. — А то у меня уже рука сама за палочкой тянулась навести на тебя сонные чары.

— А вдруг Скорпиус вернется и захочет нормального секса? — Ивар плеснул ему и себе ещё виски. — Одного тебя после всего пережитого ему будет мало!

— Да ты и так сейчас догонишься, — усмехнулся Гарри. — Даже магию тратить на тебя не придется — сам вырубишься.

Ивар с сомнением посмотрел на бутылку, поболтал оставшейся в ней жидкостью и посмотрел на Гарри чуть заблестевшими от уже ударившего в голову алкоголя глазами.

— Тогда иди сюда, — он поманил Гарри пальцем. — Я, к счастью, не могу думать о слишком многих вещах сразу, поэтому, если мы будем долго и упорно целоваться, о ревности своей я забуду.

— Скажи, а хороший минет сможет вообще избавить тебя от мучений? — улыбнулся Гарри и подошел к Ивару ближе, по-свойски накрыв ладонью его ширинку.

— Целиком и полностью — вряд ли, но я могу и ошибаться, — Ивар лукаво улыбнулся и расстегнул ремень брюк. На работу он всегда носил маггловские костюмы, нарочито игнорируя мантии.

— В этом я практически уверен, — мурлыкнул Гарри Ивару на ухо и скользнул вниз, опускаясь на колени. И улыбнулся — маккоевский член толчками наливался кровью и становился все больше, медленно натягивая мягкую ткань трусов. Посмотрев Ивару в глаза, Гарри потерся щекой о его уже твердый и такой горячий член, попутно вытаскивая ремень из его брюк. Быстро справившись с ним, он прижался к Ивару ближе, неожиданно завел его запястья за спину и перехватил их ремнем. — Ну что, собственник, начинаем сеанс изгнания ревности? — прошептал он и сдернул с Маккоя трусы, оставив их в районе щиколоток.

— Уверен, Скорпиус заложил немало процентов на такое развитие событий, — улыбнулся ему Ивар. Он двинул бедрами, и его член качнулся перед лицом Гарри. — Возможно, он даже представляет нас с тобой в эту минуту. Он ведь знает, как ты любишь делать минет. И как я люблю, когда ты его делаешь…

— Да я много, что люблю с тобой делать, — сглотнул Гарри и, сжав пальцы на маккоевских ягодицах, прошелся языком по его члену — от головки по стволу и обратно. Медленно, словно пробуя его на вкус, Гарри насадился ртом на его член и не сдержал стон, когда тот дернулся на языке и уперся в небо, капнув смазкой.

— Да, например, связывать, — простонал Ивар и стал сначала медленно, а потом все быстрее двигаться навстречу. Как и всегда, он был очень шумным, и Гарри это заводило до мокрых разводов на плотных брюках. Он позволил Ивару вколачиваться себе в рот, как заблагорассудится, а сам слушал его стоны, вскрики и короткие красочные восклицания, каждое из которых пускало сладкую дрожь по позвоночнику.

И в какой-то момент Гарри не выдержал, сжав рукой собственный член и зажмурившись в подступившем оргазме. Только усилием воли он не стиснул зубы на скользящем члене, когда собственная сперма выступила сквозь брюки, увлажнив ладонь.

— Нечестно… — выдохнул Ивар, каким-то чудом все увидев. — Я… Хотел… Сам! — последнее слово он выкрикнул, вгоняя член Гарри в рот так глубоко, что зубы вжались в кожу, и задрожал, кончая.

— Что хотел сам? — переждав последнюю сладкую судорогу Ивара, спросил Гарри глухо. Оставаясь на коленях, он поднял на него глаза и принялся на ощупь расстегивать ремень на его запястьях.

— Отсосать! — выдохнул Ивар, тяжело дыша. — Тебе. Вот сейчас, — он наконец справился с дыханием и улыбнулся. — Ух, как же здорово у тебя получается… — протянул мечтательно.

— Я всегда в твоем распоряжении, — улыбнулся Гарри, вставая на ноги. — Если желание еще актуально. А вообще, отсосом можно и не ограничиваться, — мечтательно произнес уже он.

Ивар рассмеялся и протянул его к себе, обнимая.

— Намек понят, — сказал, поцеловав. — Предлагаю поиграть в занимательную игру: я вколачиваю тебя в стол и сбиваю с него бутылки. Сколько останется — те мы допьем.

— Все-таки желание нажраться у тебя сегодня превалирующее, — рассмеялся Гарри и поправил стройный ряд бутылок. — Тогда я буду держаться до последней бутылки. Надо же спасать тебя от алкоголизма.

— Ну что ж… — Ивар переступил через упавшие брюки и стянул до конца одежду. — Тогда на старт, внимание, марш! — и впился в его губы требовательным поцелуем.

* * *

За окном еще не стемнело, и в бьющих в окно лучах заходящего солнца было особенно хорошо заметно, что сидящая напротив Скорпиуса женщина была очень красива. С тех пор, как Скорпиус вошел в комнату и поздоровался, прошло уже немало времени, и в конце концов все же пришлось заговорить.

— Извини, — сказал Скорпиус громко. Ничего другого он сказать этой женщине не мог — разве что спросить имя, но это было не нужно. Он и так ее узнал — Виктуар Делакур, дочь Флер Делакур и Чарли Уизли, была единственной действительно красивой женщиной, в которой текла кровь Уизли.

— За что ты просишь прощения? — спросила она, посмотрев на Скорпиуса внимательно. — Вроде ничего плохого ты еще не сделал.

— Что сказал тебе мой отец? — вопрос прозвучал слегка напряженно.

— Если кратко и по существу, то от меня требуются зачать, родить и выносить твоего наследника, — произнесла Виктуар ровно. — И что эта ночь станет не только первой, но и наверняка последней, — хмыкнула она. — Видеться с ребенком мне никто не запрещает и по времени не ограничивает. Но исключительно на вашей территории. Все условия в силе? — впервые за все время в ее взгляде Скорпиус увидел волнение.

Кивнув, он вздохнул.

— Вот за это и извини, — развел руками. — Отец сказал, что ребенок может родиться необычным?

— Вот поэтому я и не стала возражать против того, что малыш будет жить у вас, — кивнула Виктуар. — Я надеюсь, ты тоже понимаешь, что ребенка я не брошу. А пока я его буду кормить, тебе придется терпеть мое присутствие на постоянной основе.

— Прекрасно… — Скорпиус внимательно посмотрел прямо ей в глаза. — Тогда главный вопрос. Отец говорил, что помимо меня у ребенка будет еще два отца?

— Да хоть с десяток, — справившись с удивлением, пожала плечами она. — А вообще нет, не говорил. Впрочем, он упоминал, что ты состоишь в весьма необычных отношениях, — задумчиво произнесла она и внезапно рассмеялась. — Наверное, мистер Малфой так боялся, что я передумаю, что благоразумно умолчал о деталях. Бедняга! Представляю, как он переживает!

Скорпиус помолчал, переваривая такую реакцию, а потом неуверенно улыбнулся.

— Видимо, он считал, что и мне нужно молчать. Но я рад, что ты не испугалась. Наш сын будет в надежных руках.

— Все равно уже поздно идти на попятную, — улыбнулась она и посмотрела на Скорпиуса с любопытством. — А кто они? Еще двое отцов?

Скорпиус посмотрел непонимающе и осторожно ответил:

— Мои мужчины. Очень достойные люди. Любящие. Уверен, они будут куда лучшими отцами, чем я.

— Ну раз это тайна, то влезать не в свое больше не буду, — дослушав его, сказала Виктуар. — Прости за личный вопрос, но… женщины у тебя были?

— Прости, я не понял, что ты спрашивала про имена, — с некоторым облегчением покаялся Скорпиус. — Гарри Поттер и Ивар Маккой. Это нисколько не тайна, тем более, что вам предстоит немало общаться. Что же касается второго вопроса, то да, женщины у меня были. И с этим тоже связана некоторая проблема, о которой отец не знает… — теперь он взглянул виновато.

— Гарри Поттер? Серьезно? — пораженно и одновременно с благоговением прошептала она. — Ой, прости! Просто такая новость… А о мистере Маккое я не слышала, — она покачала головой и улыбнулась. — Впрочем, тем лучше. Знакомство пройдет без навязанных стереотипов. Так что за проблема? — она резко сменила тему и посмотрела на Скорпиуса в упор. — У тебя не стоит на женщин?

— Стояло, — таким же деловым тоном ответил Скорпиус. — И сейчас наверное должно. Но он слишком большой. Не уверен, что смогу кончить, все время себя контролируя, а если расслаблюсь, сделаю больно.

— Надо просто попробовать подобрать подходящую позу. Чтобы нам двоим удобно было, — произнесла Виктуар и задумалась, явно перебирая в голове возможные варианты. — Ну что… давай начинать? На романтический ужин можно не приглашать, — хмыкнула она, но в следующую секунду взгляд ее стал растерянным. — И я бы тебя поцеловала, но не знаю твои границы допустимого.

— Я… Я не знаю, — признался Скорпиус. — Я думаю, тебе нужно делать то, что хочется или кажется нужным и правильным. Если я решу, что это неприемлемо, я скажу, хорошо? Прости еще раз, — он вздохнул. — Думаю, теперь понятно, почему я никогда не женился бы?

— Не за что извиняться, — отмахнулась Виктуар. — Собственно говоря, я и не рассчитывала на фейерверки. Мы в принципе вообще можем все сделать по-быстрому и без лишних прелюдий, — она прошла мимо Скорпиуса, направилась к кровати, и принялась на ходу расстегивать пуговицы на платье.

Скорпиус проводил ее взглядом, стиснул зубы и начал раздеваться сам.

— У тебя уже были мужчины? — спросил он чуть смущенно. — Меньше всего на свете я хочу причинить тебе боль.

— Мужчины были, только до настоящего секса дела не доходило, — дрогнувший голос выдал ее волнение. — Но ты не беспокойся, все нормально будет. Перетерплю если что.

Скорпиус побледнел, сжал кулаки и медленно стянул с себя темно-зеленые трусы.

— Не уверен… — сказал он мрачно, поворачиваясь к ней лицом.

Виктуар посмотрела ему в глаза, а затем взгляд ее опустился ниже.

— Твою мать… — проговорила одними губами, напрасно понадеявшись, что Скорпиус не поймет. Она опустилась на кровать, так и не отведя глаз от его члена, и заметно сникла. — Слушай… а давай ты наложишь на меня сонные чары?

— Ты же пошутила сейчас? — с надеждой спросил Скорпиус, хмурясь. Он медленно подошел к кровати и сел на нее, облокачиваясь локтями на колени. — Я примерно, представляю, как все должно быть, — сказал решительно. — Давай попробуем?

— В смысле, примерно? Ты же сказал, что женщины у тебя были… — нахмурилась в свою очередь Виктуар. — Ладно, давай уже начинать, — решительно вздохнула она и потянулась к его губам.

Скорпиус придержал ее за плечи и сказал, чуть порозовев:

— Ты красивая. Довольно общий комплимент, знаю, но это объективно так, если исходить из общепринятых в данном веке большинством развитых народов стандартов красоты. Я думаю, наш ребенок тоже будет красивым.

Виктуар хлопнула глазами, явно пытаясь вникнуть в каждое слово и сложить все в единое целое. А потом рассмеялась, согнувшись пополам. И если первые секунды можно было подумать, что она смеется над Скорпиусом, то позже стало ясно — смех у девушки вот-вот грозил перейти в истерику.

Однако этого не случилось. Взяв себя в руки, она подняла голову и всхлипнула, удерживая новый порыв:

— Прости. Я не над тобой смеялась. И мне приятно, что ты считаешь меня красивой. Правда.

— Ну, как было написано в тех книгах, что я прочел, готовясь к этому вечеру, смех — это тоже отличная прелюдия к сексу, — уныло протянул Скорпиус. — Ивар, Ивар, как же ты мне сейчас нужен… — тоскливо добавил шепотом.

— Я тебе совсем не нравлюсь? — тихо спросила Виктуар и опустила голову — точь-в-точь, как это часто делал сам Скорпиус.

— Ох, Мерлин… — Скорпиус с отчаянием запустил руку в волосы. — Ты очень красивая, правда! — сказал с пылом. — И будь я нормальным мужчиной, я бы уже забыл обо всем на свете. Но вся проблема именно в том, что забыть я не могу, и поэтому на инстинкты полагаться не приходится, — он помолчал, а потом вдруг радостно улыбнулся. — Вот взять того же Ивара, — пояснил он, явно довольный придуманным примером. — Он с самого начала нравился мне как человек, но если бы в тот момент речь зашла о сексе, ничего не вышло бы.

— Угу… — многозначительно отозвалась Виктуар, явно мало поняв логику Скорпиуса, и изучающе посмотрела на него. — Короче, ближе к делу. Я придумала. Давай я сяду на тебя и сама буду контролировать глубину проникновения. А ты закроешь глаза и будешь представлять Ивара. Или мистера Поттера. Может, и кончишь.

— Увы, — развел руками Скорпиус. — Я думал о таком варианте. Вот только когда он встанет, сесть на него ты не сможешь.

— Черт!.. Ну давай уже хоть как-нибудь попробуем! — воскликнула Виктуар. — Минет хочешь?

— Нет! — поспешно выпалил Скорпиус и тут же в очередной раз добавил: — Прости.

Осторожно взяв ее за плечи, он наклонился и медленно ее поцеловал.

Виктуар поначалу замерла, прислушиваясь к ощущениям, а вскоре довольно умело ответила на поцелуй. Рука ее скользнула Скорпиусу на бедро, решительно поднимаясь выше. Нежные пальцы аккуратно коснулись чувствительной кожи, слегка сжали ствол и принялись мягко его поглаживать. А затем Скорпиус услышал тихий стон — и скорее всего, это был стон разочарования, потому что его член по-прежнему оставался мягким.

— Только молчи, — попросила Виктуар, разрывая поцелуй. — Еще одного «прости» я не переживу, — она убрала руку и сложила обе на коленях. — И у меня очередная идея, — спустя минуту молчания сообщила она. — Правда, не уверена, что она тебе понравится.

— Если ты про зелья, то мне очень жаль, — совсем уже потерянно пробормотал Скорпиус. — Мне их нельзя.

— Нет, я не о них, — поспешила заверить Виктуар. — Я сейчас кое-что предложу, только ты не злись, хорошо? Давай позовем сюда твоего Ивара. Или Гарри. Или обоих, — эти слова она проговорила скороговоркой, наверняка, сама боясь передумать.

На принятие решения у Скорпиуса ушло меньше секунды.

— Ты не представляешь себе, какая это отличная идея! — просиял он. — Я сейчас вернусь! — и, призвав трусы, он натянул их и поспешно аппарировал.

* * *

Гарри и Ивар яростно целовались под оглушающий звон бутылок. Стол ходил ходуном — так рьяно они терлись друг о друга, готовые вот-вот перейти к еще более опасному для бутылок этапу. Хлопка аппарации они не услышали и испуганно отпрянули друг от друга, когда их неожиданно обнял крайне довольный Скорпиус.

— Ты чего так быстро вернулся? — обеспокоенно спросил Гарри. — Поругались, что ли?

— С чего вдруг им ругаться? — улыбнулся Ивар. — Просто он очень торопился к нам. И мы по тебе очень скучали, — сообщил он и собственническим жестом прижал Скорпиуса к себе. — Очень-очень.

— Ну уж никак не больше меня, — вернул улыбку Скорпиус. — Я так скучал, что у меня ничего не получилось. Поэтому с Виктуар решили вызвать команду поддержки.

— Ты издеваешься? — жалостливо протянул Ивар, сникнув. — Мало того, что я знаю, что ты будешь трахать эту девицу, так я еще и должен на это смотреть?

— Не слушай его, — перебил Гарри. — У него внезапный приступ ревности тебя ко всему живому. Уверен, он даже ко мне тебя сейчас подсознательно ревнует, — хмыкнул он, но следующий вопрос задал совершенно серьезно: — Ты предложил ей нашу компанию? Уверен, что она действительно согласна?

— В том-то и дело! — торжествующе посмотрел на него Скорпиус. — Это она предложила! И кстати, она милая.

— Ну вот, она еще и милая! — закатил глаза Ивар. — Нет, ты слышал? — он возмущенно посмотрел на Гарри. — Милая!

— Ну раз так… — удивился Гарри. — Тогда очень некрасиво заставлять даму ждать. А ты можешь здесь остаться, — он повернулся к Ивару.

Но вопреки его ожиданиям тот решительно помотал головой.

— Ни-за-что! — отчеканил категорично. — Только ты как хочешь, а я оденусь хотя бы немного.

Он быстро натянул трусы, брюки и майку-борцовку.

Гарри довольно улыбнулся и последовал примеру Ивара, надев домашние штаны и футболку.

— Вид у нас с тобой, конечно, не комильфо, — констатировал он, критически оглядев себя и Ивара. — Будем надеяться, что она действительно милая и поймет, что к свиданию мы готовы не были.

Но как выяснилось, прихорашивались они зря. Виктуар так и осталась в одном нижнем белье на кровати. Услышав хлопок, она подняла голову и с интересом посмотрела Гарри, а потом на Ивара.

— Так я вас знаю! — обрадовалась она. — Вы тот маггл, что помог мистеру Поттеру и Скорпиусу выиграть войну! Только имя почему-то сразу не вспомнилось… Наверное, потому что я не читаю газет, хотя там очень много про вас пишут.

Ивар кисло улыбнулся ей в ответ, за что и получил от Гарри тычок локтем под ребра.

— Твоя популярность скоро перещеголяет мою, — улыбнулся Гарри и подошел к Виктуар, поцеловав ей руку. — Вы похожи на мать. И действительно очень красивы.

— Спасибо, — пролепетала Виктуар, ужасно смутившись. — Только не говорите так больше, а то я покраснею…

— Вот! — обрадовался Скорпиус. — Вот именно это я и хотел сказать, когда сказал, что ты красивая!

— Дай угадаю, — хмыкнул Ивар, враз оттаяв, — ты честно попытался начать с комплиментов, за что и был немедленно отправлен за подмогой?

Виктуар тихонько рассмеялась и широко ему улыбнулась.

— Почти, — призналась она. — Но мы также честно попытались зайти немного дальше комплиментов.

— Мы это поняли, когда Скорпиус аппарировал к нам в одних трусах, — усмехнулся Гарри. — А тебе, маггл, должно быть стыдно, — тихо произнес он. — Нашел, к кому ревновать. Такая милая девушка, а ты был готов ее сожрать.

— Вам совершенно ни к чему ко мне ревновать. Скорпиус предан вам и душой, и телом, — Виктуар снова улыбнулась Ивару. — И ему вас очень не хватало с самого начала.

— Не меня, а моих советов, — поправил Ивар. — Ведь так? — он вопросительно поднял бровь, глянув на Скорпиуса.

— Всех вас вместе, — улыбнулся тот.

Виктуар посмотрела на них, на улыбающегося Гарри и вздохнула.

— Мне очень хочется предложить вам чаю, — призналась она. — И странное дело, даже не хочется надеть халат.

— Я лично попросил бы вас не делать этого, — улыбнулся Гарри. — И если бы вы были моей женой, я бы просил вас ходить по дому голой.

— Нет, ну семейка! — деланно возмутился Ивар. — Теперь еще его ревновать!

— Аппарировать за виски? — совершенно серьёзно спросил нахмурившийся Скорпиус.

— Обойдется и без виски, — ответил за Ивара Гарри и выразительно посмотрел на него. — Захочет — пусть потом напивается, а сейчас нечего. Тем более, что как бы и повода нет.

— Имей в виду, если что, пить я буду вместе с ним, не взирая на последствия, — мрачно буркнул Скорпиус.

— Боже мой, это так мило! — с искренним восхищением сказала Виктуар. — Редко сейчас встретишь такие чувства даже в обычной паре, а тут… — она замялась, улыбаясь.

Ивар посмотрел на нее долгим взглядом и вздохнул.

— Извините меня, — повинился он и решительно пересек спальню. — Я так понимаю, всем кроме меня, ваше имя известно, — он протянул ей руку. — Но лично я жажду его узнать.

— Мари-Виктуар, — улыбнулась она и подала ему руку. — Но я предпочитаю, когда ко мне обращаются по моему второму имени.

— Мне показалось, или ты тоже вздумал к ней ревновать? — Гарри подошел к Скорпиусу вплотную, пока Ивар и Виктуар продолжали обмениваться любезностями.

— «Если бы вы были моей женой, я бы просил вас ходить по дому голой», — процитировал Скорпиус, поджав губы.

— И что? — с удивлением поинтересовался Гарри. — Разве я собираюсь из-за ее красоты на ней жениться? Нет! — покачал головой он. — И я готов засыпать ее комплиментами, лишь бы она не начала замыкаться. Думаешь, решение позвать нас далось ей легко? Не уверен. Наверняка ей было бы легче и приятнее заняться с тобой сексом наедине. Вряд ли, знаешь ли, она привыкла, чтобы в постели было три мужика, — заключил он и притянул Скорпиуса за руку. — Я бы и тебя просил ходить голым, — прошептал он ему на самое ухо. — Но боюсь, я тогда тебя до обмороков затрахаю.

Скорпиус улыбнулся и обнял его за шею.

— Как-нибудь непременно устроим беспижамную вечеринку, — пообещал он. — Но смотри, по-моему, Ивар уже очаровал мою суженную.

И в самом деле, Маккой уже сидел на кровати, что-то весело рассказывая сияющей Виктуар.

— Такими темпами скоро уже мы начнем его ревновать, — заключил Гарри, однако улыбка полностью выдала его — Гарри был доволен, что Ивар, наконец, перестал изводить себя беспричинной ревностью. — Ты спрашивал, у нее уже были мужчины? — скорее для проформы поинтересовался он.

И тем глубже был его шок, когда Скорпиус лишь покачал головой.

— Нехорошо… — протянул Гарри и изучающе посмотрел на Виктуар. — Ты ведь понимаешь, что ее первый раз должен быть незабываемым? Причем с хорошей стороны? — спросил он, переведя внимательный взгляд на Скорпиуса.

— Именно поэтому я и позвал вас, а не воспользовался предыдущей идеей, — вздохнул Скорпиус. — Накачать ее сонным зельем.

— Подойди к ней, поговори о чем-нибудь, — сказал Гарри. — А я объясню Ивару ситуацию.

Он направился к Виктуар и, перехватив взгляд Ивара, позвал его к себе.

— Ко всему прочему, она еще девственница, — тихо сообщил Гарри, когда Ивар оказался совсем близко.

Ивар не слишком удивился, но нахмурился.

— То есть, участвовать в процессе нам все же придется… — сказал он почти без вопросительной интонации.

— Придется, — согласился Гарри. — И я тебя очень прошу об этом. Без тебя процесс превратится в сущую пытку, — признался он. — С моей-то черствостью и специфичностью Скорпиуса это будет самый настоящий кошмар. Для всех.

Ивар запустил руку в голову и мученически застонал.

— Я сделаю это, — протянул с несчастным видом. — Но потом мы ее сплавим замуж, чтобы даже не пыталась глядеть в вашу сторону.

— Прекрати, — покачал головой Гарри. — С ее присутствием придется смириться. В конце концов, она будущая мать того ребенка, которого и мы с тобой будем считать своим. Признаться, уж от кого-кого, но от тебя я ожидал большего понимания.

— Меня вовсе не присутствие пугает, — покачал головой Ивар. — Или ты уже забыл, как ревновал Скорпиуса ко мне когда-то? Если она влюбится в кого-то из нас, то это будет реальная проблема. Особенно, если в тебя. Скорпиус с ума сойдет.

— Послушай, давай решать проблемы по мере их поступления? И не накалять сейчас и без того напряженную ситуацию? — предложил Гарри. — Если честно, я не думаю, что именно так все и будет. И ты сейчас попросту нагнетаешь, — вздохнул он и посмотрел на Ивара с укором. — Вот уж точно, проблемы приходят оттуда, откуда их вообще не ждешь.

— Ладно, я просто ревнивый глупец, — согласился Ивар, подумав. — Но что поделаешь, если я вас так сильно люблю? — развел он руками и улыбнулся.

— Мы тоже тебя любим. Думай об этом, когда все начнется, — улыбнулся в ответ Гарри. — Хотя я и сам с трудом представляю то, что сейчас будет, — признался он и мельком посмотрел на сидящих рядом Скорпиуса и Виктуар.

— Сейчас будет секс, — пожал плечами Ивар. — Не слишком обычный, но мы уже привыкли, — и решительно двинулся к кровати. — Итак… — он сел позади Скорпиуса и обнял того за талию, кладя ему подбородок на плечо. — На чем вы остановились до нашего прихода?

— На поцелуях, — тоскливо ответила Виктуар и опустила глаза, явно воскресив в памяти не самые лучшие воспоминания. — Нам продолжать?

— У меня есть идея получше! — Ивар сверкнул улыбкой. — Почему бы нам немного не поиграть, раз уж собралась такая теплая компания?

— Ты ведь не имеешь в виду любимую игру Гарри? — уточнил Скорпиус чуть удивленно.

Ивар фыркнул.

— Я предлагаю не гнать лошадей и слегка расслабиться, — сказал он и подпихнул Скорпиуса в бок, чтобы тот залез поглубже на кровать.

Скорпиус охотно его послушался, а его примеру последовала и Виктуар, придвинувшись к Скорпиусу ближе и позволяя Гарри усесться рядом. Кровать была большой, поэтому все четверо без проблем уместились, создав подобие круга.

— Что ты задумал? — улыбнулся Гарри и весело подмигнул Скорпиусу. — Хотя я уже заранее согласен.

— Я собираюсь впасть в детство, — хмыкнул Ивар, скрещивая ноги в позе «лотоса». — И утащить вас за собой. И начну с тебя. Правда или вызов?

— О, Мерлин! — рассмеялся Гарри. — Сто лет не играл в эту игру! Отвечаем по часовой стрелке или против?

— Против, — весело произнес Ивар. — Но предлагаю уступить очередь девушке.

— Тогда правда! — поспешила сказать Виктуар, явно не готовая к шагам посерьезнее.

— Замечательно, — удовлетворенно кивнул Ивар. — Тогда расскажите нам, дорогая, как вы представляли себе первую брачную ночь?

— Ох… — Виктуар смутилась и тут же быстро помотала головой. — Нет, лучше всё же начнет мистер Поттер!

— Еще лучше, — развеселился Ивар. — Тогда расскажи нам про свой первый раз.

— А с чего ты решил, что я не выбрал бы вызов? — хмыкнул Гарри. — Я готов к действиям!

Виктуар глянула на него с нескрываемым интересом, и Ивар, поймав этот взгляд, тут же указал на Скорпиуса.

— Поцелуй его, — приказал он Гарри. — Только с места вы оба не двигаетесь.

Было несложно догадаться, чего он добивался — потянувшись к Скорпиусу, Гарри встретил бы его губы как раз в том месте, где их поцелуй был прекрасно виден порозовевшей Виктуар.

— Иди ко мне, — улыбнулся Гарри и наклонился вперед. Как Ивар и рассчитал, их губы встретились аккурат напротив лица Виктуар. И уж коль от них ждали зрелища, Гарри готов был начать вечер так, чтобы у одной стало внизу живота влажно, а у другого тотчас затвердело в трусах. — Покажем им, как мы умеем? — прошептал он и углубил поцелуй.

Скорпиус ответил так жадно, что Виктуар тихо вздохнула. Отчетливо чувствуя её пристальный взгляд, на который, впрочем, Скорпиус не обращал ровно никакого внимания, Гарри взял его за подбородок и стал терзать губы, то и дело проводя по ним языком. Очень скоро Скорпиус «поплыл», потянулся к нему руками, но всего лишь положил ладони на плечи, помня о заданных Иваром правилах.

— Думаю, достаточно, — прервал их по-прежнему веселый голос Ивара. — Гарри, твоя очередь спрашивать. Или мисс на этот раз выберет вызов?

— Нет, пожалуй все-таки вопрос, — тихо ответила Виктуар, однако, в ее взгляде первоначальной скромности уже не было.

— Хорошо, — задумчиво протянул Гарри. — Я не буду столь жесток, чтобы повторяться, — сообщил он и хитро прищурился. — Но мой вопрос едва ли будет скромнее. Расскажите нам о своей самой откровенной эротической фантазии.

— Ох, кажется, я начинаю догадываться, какая у вас любимая игра, — покраснев, сказала Виктуар. — Она опустила глаза и набрала побольше воздуха, как перед прыжком в воду. — Мне бы хотелось узнать, каково это, когда целуют… — тут весь воздух вышел, и она запнулась, не в силах закончить фразу. — Внизу, — в конце концов заставила она себя прошептать и тут же попыталась оправдаться: — Знаю, не слишком заковыристая фантазия, но до недавнего времени мне и в голову не могло придти, что меня ждут самые нетривиальные сексуальные приключения, которые только можно придумать, — рассмеявшись, она вскинула голову и почти перестала смущаться.

— Всегда любил эту игру, — подмигнул Ивару Гарри. — Даже самые воспитанные дамы перестают скромничать. Скорпиус? Правда или вызов? — спросил он его вместо Виктуар.

— Для начала, правда, — мгновенно отозвался тот и с интересом поглядел на Виктуар.

— Почему ты отказался от минета? — выпалила она, озвучивая терзавший ее все это время вопрос.

Гарри и Ивар понимающе переглянулись, синхронно хмыкнули и повернулись к Скорпиусу, ожидая, что же тот ответит.

— Был уверен, что от него у меня точно не встанет, а сосать мягкий член — крайне сомнительное удовольствие, — предельно честно ответил Скорпиус и пояснил: — Дело в том, что я его не люблю. Когда делаю сам — нравится, а когда мне… Только если при этом меня кто-то трахает или хотя бы обнимает. Кто-то из них, разумеется, — уточнил, кивнув на Гарри с Иваром. — Только не принимай на свой счет, — добавил, запоздало спохватившись. — Я всегда от него отказываюсь, они меня обычно связывают, чтобы вдоволь помучить… — тут он замолчал, а потом протянул, ни к кому конкретно не обращаясь: — Почему-то у меня такое чувство, что надо было просто про недостаток ощущений сказать…

— Ну а если бы кто-то из них тебя трахал, ты бы разрешил поласкать тебя? — спросила Виктуар, наплевав на правила игры. — Мне кажется, делать минет довольно приятно, — сказала она и внезапно посмотрела на Ивара и Гарри. — Приятно ведь?

— Одно из моих любимых занятий, — заверил её Ивар. — А у Гарри, по-моему, так и самое любимое, — он заговорщически понизил голос. — Хочешь, мы его свяжем?

— Нет, — категорично отозвалась Виктуар. — Одно дело вы, и совсем другое — его отношение ко мне. Никаких принуждений, — справедливо рассудила она и перевела взгляд на Скорпиуса. — Так как, разрешишь? — улыбнулась она. — Я очень хочу попробовать.

— Это ночь твоих капризов, — чуть вымученно улыбнулся ей Скорпиус. — Но ты хочешь начать прямо сейчас?

— Нет. Перед этим я хочу посмотреть, как тебя целует Ивар, — ответила она.

Ивар широко улыбнулся и поманил Скорпиуса пальцем.

— А у вас, милая леди, есть время подумать, кого из нас вы хотите видеть за его спиной, когда будете наслаждаться первым в своей жизни минетом, — сказал он Виктуар и припал к губам Скорпиуса в мягком красивом поцелуе.

— Вас, Ивар! — ответила она, так и не дождавшись, пока закончится поцелуй. — А на вас, мистер Поттер, он будет смотреть, — деловито распланировала она и тут же сама рассмеялась: — Все, кажется, всем роли расписала!

Ивар оторвался от Скорпиуса и внимательно на нее посмотрел.

— Не уверен, что вы готовы к переходу от слов к практике, — вздохнул он, — но если мы потянем ещё немного, Скорпиус скажет, что ему уже не до секса и сбежит на кухню. А поэтому, Скорпиус, пожалуйста, поцелуй леди.

Скорпиус поспешно закрыл глаза и выполнил просьбу, безошибочно потянувшись к Виктуар. На этот раз поцелуй у него вышел весьма жарким. Ивар же переглянулся с Гарри и, коротко кивнув ему, осторожно пересел Скорпиусу за спину, обнимая его поперек груди.

Но вместо того, чтобы продолжить целовать Виктуар, Скорпиус благодарно простонал и прижался спиной Ивару к груди, откинув голову на его плечо.

Подавив в себе желание горько вздохнуть, Гарри придвинулся ближе к Виктуар, посмотрел на Ивара, а затем на Скорпиуса:

— Предлагаю другую игру, — произнес он. — То, что делаю я с Виктуар, делает с тобой Ивар. И наоборот. А чтобы мы не останавливались, вы двое будете выполнять наши задания.

— Я ничего не поняла, но звучит интересно, — призналась Виктуар. — Только я вас немного боюсь, — она взглянула на Гарри скорее с восхищением, чем с опаской.

— А я немного боюсь, что никогда не смогу перестать думать о сегодняшней ночи, — вздохнул Скорпиус, буквально пожирая Гарри глазами. — Но Виктуар права, звучит всё-таки интересно.

Вместо ответа Гарри коснулся затылка Виктуар, провел рукой по волосам и мягко оттянул ее голову назад, открывая себе доступ к чувствительным местечкам на шее.

— И это я тебя сейчас представляю, — беззвучно проговорил он, прекрасно зная, что Скорпиус сможет прочитать его признание по губам. И не отводя от него взгляда, провел языком по шее Виктуар, попутно прикусывая и посасывая нежную кожу. Когда он добрался до ее ключиц, девушка вздрогнула и прерывисто втянула носом воздух.

По взгляду Скорпиуса было понятно, что происходящее ему не слишком нравится, но шею Ивару он покорно подставил.

— Я не выдержу, если дело зайдет дальше поцелуев с твоей стороны, — сказал он тихо. — И рук.

На Скорпиуса достаточно было и мельком посмотреть, чтобы понять — он не выдержит, если дело зайдет дальше этой первой ласки. Не говоря уже о поцелуях.

— Не волнуйся. Не зайдет, — довольно сухо проговорил Гарри и тут же отпустил Виктуар. На языке так и вертелись слова, что именно он — Скорпиус — должен был все это делать. Сам. И не звать на помощь ни его, ни Ивара. Никто не просил любить Виктуар, но обеспечить ей комфортный первый секс, он мог бы и постараться.

Сам Гарри, конечно, понимал сейчас ревность Скорпиуса — но уж слишком она была неправильной, что ли. Во всяком случае, не в их сложившейся ситуации, в которой Скорпиус вел себя слишком эгоистично.

— Кажется, я придумал… — сказал вдруг Ивар и подмигнул поникшей Виктуар. Он вскочил на ноги, обошел кровать и зашептал Гарри что-то на ухо, прикрыв рот рукой.

— И что это изменит? — пожал плечами Гарри, но всё же потянулся за палочкой. Пара взмахов, и на глаза Скорпиусу легла плотная черная повязка.

— Нет, — сказал Скорпиус после минутной паузы. — Не нужно. Убери.

Прозвучало это так твердо, что Гарри послушался, не задавая вопросов.

— Я задам один вопрос, но нужен честный ответ, в первую очередь, Ивар, от тебя, — продолжил он очень серьёзно. — Это ведь не измена? То, чем в итоге кончится вечер? — он впечатал в Ивара ищущий ответа взгляд.

— Мне так казалось, — признался тот неохотно. — Но сейчас уже не кажется. Сейчас, когда мы все вместе, это уже снова просто секс. Одна из наших игр или один из экспериментов.

Скорпиус кивнул, чуть улыбнувшись, и перевел взгляд на Гарри.

— А для тебя? — спросил он тихо.

— Нет, — покачал головой Гарри. — Не измена. Между нами все осталось и останется по-прежнему. Просто сегодня к нам присоединилась дама, — он выжидательно посмотрел на Скорпиуса, готовясь выслушать его окончательное решение.

Скорпиус, помолчал, переваривая, а потом посмотрел на Виктуар и улыбнулся ей.

— Думаю, третья попытка должна быть удачной, — он придвинулся к ней вплотную, обнял, вжимая грудью в грудь и потянулся поцеловать Гарри через её плечо.

— Надеюсь, — шепнула Виктуар и тихо ахнула, когда Гарри вжал её в Скорпиуса сильней своим телом.

— Не волнуйтесь, милая, — успокоил её Ивар, снова садясь за малфоевской спиной. — Он всё обдумал и решил не заморачиваться. С этого мгновения камней преткновения быть не должно.

Он взял её за руку, поднёс к губам, целуя, а потом потянул вниз, к пока ещё несильно натянутым зеленым трусам.

Рука ее нерешительно замерла на полпути, и Ивар накрыл ее своей ладонью, укладывая на малфоевский член. Скорпиус замер, а потом тихо простонал Гарри в губы. Ивар и сам едва не простонал, когда член Скорпиуса дернулся в первый раз. Второй толчок был гораздо сильнее, потому что Ивар отчетливо ощутил его даже через ладонь Виктуар.

— Еще немного, и я покажу тебе, где его самые чувствительные точки на члене, если на них надавить языком, — прошептал Гарри на ухо Виктуар, на пару секунд прервав поцелуй.

— И что тогда будет? — прошептала Виктуар завороженно. — Если надавить языком?..

— Он задрожит, потом всхлипнет, — мурлыкнул Гарри на порозовевшее ухо. — Затем в нехватке ощущений он начнет елозить по члену Ивара. И если Ивар захочет поиграть, то он прижмет его к себе, лишая возможности двигаться. Тогда Скорпиус немного потерпит, но вскоре начнет просить трахнуть его. Вот тогда тормоза сорвет у нас всех троих. Он невероятно соблазнителен в такие моменты, — он мягко обнял Виктуар за талию, медленно поглаживая ее по животу, то и дело опускаясь ниже к лобку.

Каждый раз, когда его пальцы проходили мимо пупка, спускаясь ниже, Виктуар вздрагивала, но потом, похоже, на что-то отвлеклась. Гарри опустил глаза и увидел, что Ивар сжимает её пальцы на освобожденном из плена трусом члене Скорпиуса.

— Такой большой… — прошептала Виктуар и благоговением и некоторым страхом. — Неужели, вы можете принять его до конца?

— И это самое охрененное ощущение, — признался Гарри и скользнул пальцами под тонкое кружево ее трусиков. — Не волнуйся, мы с Иваром очень постараемся, чтобы этот член принес и тебе удовольствие.

— В меня он точно не поместится, — всхлипнула Виктуар, хватаясь свободной рукой за плечи Скорпиуса. — Даже в рот…

— У магглов для таких случаев есть специальный ограничитель, — сказал Ивар, с интересом следя за рукой Гарри. — Но нас много, можно будет и рукой придержать.

— Ограничитель? — хрипло переспросил Скорпиус. — У тебя он есть?

— Нет, — выдохнул Ивар. — Конечно, можно за ним аппарировать в магазин… надо было мне раньше об этом подумать.

— Рукой придержим, — рассудил Гарри. — Не волнуйся, — он снова обратился к Виктуар, — когда он будет внутри тебя, я сам буду держать его.

А затем Гарри чуть отодвинулся и, не убирая руку из ее трусиков, увлек ее за собой, позволяя лечь спиной на свою грудь.

— Расслабься, — прошептал он, почувствовав внезапное напряжение Виктуар. — Впереди только удовольствие, — он погладил пальцами нежные складочки, прижав Виктуар к себе сильнее. — Раздвинь ноги. Мне будет удобнее.

Виктуар кивнула, вытянула ноги и развела их пошире, давая ласкающей руке куда больший доступ.

— Вот умничка… — произнес Гарри и нащупал самую чувствительную точку, чередуя легкие касания и усиливая давление. Виктуар затаила дыхание, а потом громко застонала, откинувшись на Гарри.

И почти сразу ойкнула, потому что Скорпиус наконец решил тоже поучаствовать в процессе и положил ладони на её высокую грудь, надавливая большими пальцами на соски.

— Красиво, — сказал он.

— Согласен, — шепнул Ивар. Он накрыл его руку своей и сжал сосок пальцами. — В женской груди есть что-то божественное.

Скорпиус улыбнулся и, быстро глянув на Ивара через плечо, потянулся к Виктуар. Занятая своими ощущениями, та вздрогнула, когда его губы коснулись её губ, потом громко застонала и только затем ответила на поцелуй.

Скорпиус шумно выдохнул, потому что в этот момент Ивар положил ладони на его ягодицы и, протиснув руку под его задницу, провел пальцами в горячей ложбинке, касаясь и надавливая на вход. Ивар дразнил его, совсем не спеша ввести палец внутрь, а только поглаживал, кружа по расслабленному отверстию.

Совсем не сговариваясь, Гарри почти повторил его движение, переместив пальцы туда, где было уже мокро и горячо. Погладив пальцем по влажной коже, он осторожно скользнул внутрь Виктуар — совсем немного, не более чем на фалангу пальца, но и этого хватило, чтобы Виктуар выгнулась, а Скорпиус с любопытством посмотрел на руку Гарри.

Перехватив его взгляд, Гарри отодвинул свободными пальцами тонкую полоску тонкого белья.

— И это тоже красиво, — решил Скорпиус и наклонился, чтобы лизнуть напряженный сосок. Виктуар почти подпрыгнула от этого прикосновения. — Дай я кое-что проверю… — попросил тем временем Скорпиус и тоже сунул руку ей в трусики. Собрал пальцем смазку, скользнул по пальцам Гарри и погрузился в горячее лоно до самой преграды.

— Боже! — вскрикнула Виктуар, дернувшись. Гарри на секунду нахмурился, подумав, что Скорпиус причинил боль, но потом Виктуар двинула бедрами, пытаясь насадиться на его пальцы, и стало понятно, что болью там и не пахло. Продвинув руку чуть дальше, Гарри понял, что Скорпиус и не думал надавливать на тонкую преграду — он просто изучал её, осторожно обводя пальцами края. Какие ощущения при этом испытывала Виктуар, можно было только догадываться, но смазка уже потекла по ладони и закапала на простыню.

— Почему бы тебе не поцеловать девушку так, как она просила? — шепотом предложил Ивар, прижимаясь щекой к виску Скорпиуса. — И избавить её уже от этих тряпок. Мне кажется, оргазм — прекрасное начало вечера.

Скорпиус хмыкнул и тут же призвал палочку. Секунда — и без одежды остались все четверо.

Виктуар распахнула глаза и смущенно зарделась, когда ей в спину уперся возбужденный член Гарри, но промолчала, во все глаза глядя на Скорпиуса.

— Не волнуйся, — улыбнулся ей Ивар. — Скорпиус, конечно, не опытен в этом вопросе, но это будет лучшее, что ты испытаешь в жизни.

— Вот уж точно, — согласился Гарри, вспомнив, как Скорпиус всегда безошибочно находил на его члене самые нужные точки. — Погоди-ка, — выдохнул он и сел так, чтобы Виктуар удобно было лечь, положив голову на его колени. Он потянул ее за плечи и расправил ее спутавшиеся волосы.

Виктуар улыбнулась, согнула ноги в коленях и, переборов смущение, развела их так, чтобы Скорпиусу было удобно устроиться. Наблюдая во все глаза за ним, Виктуар зажмурилась в предвкушении, а потом неосознанно потерлась щекой о член, качнувшийся совсем рядом с ее лицом.

— Мягкий… — прошептала она. — И твердый одновременно. Никогда не перестану удивляться, — сказала она и подняла глаза на Гарри. — Можно? Попробовать… языком? — тихо спросила она, завороженно глядя на член.

— Это вы не у него, это вы у Скорпиуса спрашивайте, — хмыкнул Ивар. — Но, боюсь, в самое ближайшее время вам будет совершенно не до вопросов.

Он погладил успевшего улечься между стройных ног Скорпиуса по спине и дотянулся до члена Гарри, обхватывая его под головкой и наклоняя так, чтобы Виктуар могла до него дотянуться губами. Но в тот момент, когда она чуть робко поцеловала тонкую кожу, Скорпиус провел языком по набухшему и чуть высунувшемуся из складок кожи клитору.

Виктуар распахнула глаза и закусила губу, постеснявшись своего громкого вздоха.

— Не надо смущаться, — улыбнулся ей Гарри. — Хочешь стонать — стони, а захочется покричать — так мы с Иваром как никто поймем тебя.

— И о желаниях своих говорить нужно прямо, без всяких там стеснений, — вставил Ивар и улегся рядом со Скорпиусом, поглаживая Виктуар по ноге: — Ты смотришься так, — обратился он к Скорпиусу, — что хочется лечь на тебя сверху и начать тотчас трахать.

— Тогда обнимите меня кто-нибудь, — простонала Виктуар, извиваясь от накатывающих чувств.

— Ты посмотри, а они, оказывается, похожи, — хмыкнул Ивару Гарри и придавил ее рукой к своему бедру. — Обоим не хватает ощущений.

— Не знаю, как им, а мне точно не хватает! — выдохнул Ивар и уселся на Скорпиуса, удобно устроив свой член между его ягодиц. А потом он наклонился вперед, чуть двинул бедрами, проскальзывая по горячей ложбинке, положил ладони на коленки Виктуар и развел руки в сторону, делая ее максимально открытой для Скорпиуса.

Виктуар замычала и инстинктивно попыталась свести ноги, однако Ивар не дал ей этого сделать, продолжая удерживать ее так, как хотелось ему.

— Не будешь ревновать, если я ее поцелую? — спросил Гарри, обращаясь не то к Скорпиусу, не то к Ивару — а, может, и сразу к обоим.

Скорпиус промычал что-то, что Гарри расценил, как согласие, и взялся за дело так рьяно, что когда он прижался губами к губам Виктуар, та смогла лишь судорожно приоткрыть их, застонав совсем уж громко.

— Мне всегда хотелось узнать, как они всё это чувствуют, — выдохнул Ивар, разводя ноги Виктуар ещё шире. Теперь она и не думала сопротивляться, и, погладив напоследок стройные икры, Ивар отпустил её, окончательно переключаясь на Скорпиуса.

— Нет, ситуация определенно занимательная, — шепнул ему на ухо, наклонившись, чтобы поцеловать в шею. — Ты же сможешь ласкать её, если я буду тебя трахать?

— Да! — Скорпиус на секунду поднял голову, чтобы ответить, и согнул ноги, становясь на четвереньки.

— Только не кончай, — предупредил Ивар, довольно, вставая позади него на колени. — А вот к вам, дорогая, это не относится.

Виктуар согласно промычала что-то Гарри в губы, а затем притянула его за волосы, углубляя поцелуй.

Тем временем Ивар смочил слюной приоткрывшийся анус Скорпиуса и размазал ее по своей набухшей головке, пристав член ко входу. Не медля, он качнул бедрами, плавно входя в Скорпиуса до самых яиц. Он был уже внутри него, но все равно дернул Скорпиуса за бедра, насаживая его на себя и усиливая ощущения обоих. Скорпиус задрожал и довольно охнул, отвлекая внимание Гарри от распухших красных губ Виктуар.

— А вот на это стоит посмотреть, — выдохнул он, впившись взглядом в зажмурившегося Ивара, а затем — в искривленный в немом крике наслаждения рот Скорпиуса.

— Только вы держите меня, — умоляюще прошептала Виктуар и сдавила пальцами руку Гарри. — А то кажется, что меня уносит ураган.

Больше ничего она сказать не смогла, потому что Скорпиус оправился от первого сильного ощущения и снова припал губами к пульсирующим складкам кожи. Видимо, до этого он только примеривался, потому что теперь Виктуар вскрикнула, задрожала и почти сразу начала инстинктивно двигать бедрами от удовольствия.

— Сейчас кончит, — констатировал Ивар, неспешно двигаясь внутри Скорпиуса. — Хороший момент, чтобы убрать все лишние преграды.

К удивлению Гарри, Скорпиус понял его прекрасно — выпрямил два пальца, дождался, когда по красивому телу Виктуар побежит первая судорога, и резко сунул пальцы внутрь нее на всю длину. Виктуар закричала, забилась, насаженная на его руку, как бабочка, и по запястью потекла смазка, смешанная с тонкой струйкой крови. Гарри обхватил её крепче, чувствуя, как всё тело колотит мощный женский оргазм, и улыбнулся довольному Ивару.

— Милая девочка, — сказал тот одобрительно.

— Умница… — повторил Гарри и легонько поцеловал ее во влажный висок. — Приходи в себя, и начнем мучить Скорпиуса минетом, — он поднял глаза на Скорпиуса, по-прежнему стоящего на четвереньках, и аккуратно выбрался из-под Виктуар, давая ей возможность отдышаться.

Гарри сам встал на колени перед Скорпиусом, мазнул пальцами по его губам, сунул пальцы в рот — на язык и за щеку — и придвинулся так близко, что набухшая головка оказалась прямо у губ Скорпиуса. Не вынимая пальцы, он скользнул членом Скорпиусу в рот и гортанно простонал, когда тот с готовностью принялся сосать его, лаская языком и член, и пальцы.

Чересчур возбужденный всем происходящим, Скорпиус некоторое время просто сосал, не пытаясь применять каких-то чудо-техник, и Гарри порадовался было, что кончить пока не грозит, но очень быстро Малфой опомнился — провел по члену языком, сжал губы, насадился как-то по-особенному. В считанные секунды за яйцами скопилась тяжесть, позвоночник раскалился, а член напрягся, готовый брызнуть спермой.

Гарри мощно двинул бедрами, проехав членом и по малфоевскому языку, и по своим пальцам и излился в горячее горло. Переждав последний сладкий спазм, Гарри отстранился, подхватил Скорпиуса под мышки и потянул вверх, оставляя его на коленях и насаженным на член Ивара.

— Моя очередь, — хрипло выдохнул Гарри и улегся на простыни, опершись на локти. — Юная мисс не хочет присоединиться? — он обернулся на Виктуар и призывно кивнул.

— Одну минуту, — ответила та, явно пока еще не в силах пошевелиться. — Сейчас…

Гарри понимающе улыбнулся и вновь перевел взгляд на напряженный член перед своим лицом. Он прошелся языком по стволу, покружил по головке, подцепив кончиком мигом выступившую каплю смазки.

Скорпиус замер, а затем протяжно всхлипнул, когда по его члену осторожно скользнул второй язык — робко, без напора, но оттого еще более волнующе, составляя яркий контраст с лаской Гарри. Ивар перехватил его поперек груди и продолжил медленно двигаться в нем, жадно глядя, как собственный член погружается в податливую плоть.

Скорпиус честно терпел довольно долго — и неторопливые движения Ивара, и жадные ласки Гарри, и робкие исследования Виктуар. Но когда Виктуар вошла во вкус, терзая его член теперь с не меньшим пылом, Гарри распалился, начав потихоньку тереться о простыню снова твердым членом, а Ивар сменил медленные плавные толчки на судорожно-резкие.

— Хватит! — хрипло взмолился Скорпиус. — Я сейчас кончу!

И, судя по дрогнувшему и напрягшемуся члену, Скорпиус не преувеличивал.

Укладывать на простыни Виктуар, а сверху нее — Скорпиуса, времени не было. Оторвавшись от члена, Гарри рывком поднялся на колени, подхватил легкую, как пушинку, Виктуар и поставил ее на четвереньки. Перехватив член Скорпиуса где-то посередине, он направил его в лоно девушки, заботливо погладив ту свободной рукой по спине.

Виктуар вскрикнула, когда член Скорпиуса безо всякого труда проскользнул головкой между складок кожи, замерла, прислушиваясь к ощущениям. Ивар за спиной Скорпиуса тоже замер, давая ей пару секунд, а потом начал двигаться — снова плавно и мягко.

— Боже! — всхлипнула Виктуар, опуская голову на ладони. — О, Мерлин…

Гарри не знал, было ли ей больно, но надеялся, что вряд ли — уйти от проникновения Виктуар не пыталась и даже сама чуть шире раздвинула ноги. А когда она в первый раз едва заметно подалась навстречу члену, Гарри мысленно возликовал.

— Давай, девочка, кончи для нас всех, — прошептал Гарри. — Мы все очень стараемся, чтобы тебе было хорошо.

Но, к счастью, уговаривать ее долго не пришлось — вскоре Виктуар оглянулась на Скорпиуса, задрожала и, уронив голову на локти, протяжно простонала, подаваясь бедрами навстречу его члену. А затем громко вскрикнула и замерла, зажмурившись и несколько раз схватив ртом воздух.

— Замечательно! — выдохнул Ивар. Он наклонился, обхватил Скорпиуса поперек груди и шепнул ему на ухо: — Теперь наша с тобой очередь.

Виктуар тихонечко замычала, когда Ивар начал вбиваться в Скорпиуса, не сдерживаясь. Гарри, как мог, сдерживал член Скорпиуса, но получалось у него плохо. Рука на члене успела устать, когда Скорпиус и Ивар почти одновременно вскрикнули. Тогда он разжал пальцы, позволив Скорпиусу толкнуться максимально глубоко, отчего Виктуар сладко всхлипнула. Едва Ивар и Скорпиус замерли, она со стоном подалась вперед, снимаясь с члена, и вытянулась на кровати, уткнувшись лицом в белоснежную простынь.

— О-бал-деть… — промычала неразборчиво.

— Раз с задачей все справились на ура, предлагаю передохнуть, — сказал Гарри и растянулся на простынях. Он был настолько рад случившемуся, что даже не обращал внимания на свой стоящий член и гудящие яйца. Главное, что девочка обиженной не была, да и Скорпиус сумел перебороть себя.

— Гарри, дай пять, — Ивар лег рядом. — Чип и Дейл пришли на помощь вовремя, — широко улыбнулся он и, заметив стояк, положил на член руку. — Помочь?

— Переживу, — хмыкнул Гарри. — Отдыхайте.

Скорпиус, слышавший разговор, громко фыркнул и второй раз за этот вечер нагнулся к его члену, отмахнувшись от попытавшегося остановить его Гарри. Пришлось расслабиться и получить чуть более долгое, чем в первый раз, но все равно стремительное удовольствие.

— Надо было все-таки применить ко мне сонные чары, — вздохнула наблюдавшая за ними Виктуар, однако ни грусти, ни сожаления в ее глазах не было. — После того, что я увидела, мне ж теперь любой секс пресным покажется!

— Уверен, в магическом мире осталось немало молодых людей, склонных к экспериментам, — улыбнулся ей Ивар, обнимая улегшегося к ним с Гарри под бок Скорпиуса. — А если нет, добро пожаловать в маггловский.

— Ну да, — кивнула Виктуар, — наверняка так оно и есть, — она улыбнулась, а потом внезапно продолжила: — А к вам? К вам нельзя будет как-нибудь заглянуть на огонек? — она посмотрела сначала на Ивара, потом на Гарри, а потом, решившись, перевела взгляд на Скорпиуса. — Я помню, мы с тобой говорили на эту тему. Да и отец твой говорил… но, может быть…

— Чтобы подсесть на такой секс окончательно? — мягко улыбнулся ей Ивар. — Вы уверены, что действительно хотите этого?

— Вы меня уже инвертировали, так что процесс необратим, — вернула ему улыбку Виктуар. — Сейчас мои мозги похожи на желе… Если это был вежливый отказ, то лучше скажите это мне в лоб.

— Нет, отказом как таковым это не было, — покачал головой Ивар, — потому что тяжелее всего сегодня пришлось Скорпиусу. Так решать ему. Со своей же стороны скажу, что не вижу в этом дурного, при условии, что это будет нечасто. И, конечно, — тут он в упор посмотрел на Виктуар и сказал прямо: — Если вы не влюбитесь в одного из нас.

— Нет, неразделенной любовью я себя мучить точно не стану, — с уверенностью заявила Виктуар. — А у Скорпиуса будет впереди целый год подумать.

— Это при условии, что ребенка мы сегодня зачали, — сказал Скорпиус ровным голосом. — Шанс, что зелья дадут осечку, не превышает двух процентов, но он есть.

— Уверена, все получилось, — улыбнулась Виктуар и невольно коснулась своего животика, будто так она могла проверить, смогла ли забеременеть или нет. — Ну что ж… — она села в кровати. — Пожалуй, мне пора. Скорпиус, я тебе буду держать в курсе. Ивар, мистер Поттер, было очень приятно познакомиться. Хотя это и не совсем подходящая фраза для сегодняшнего вечера.

— Нам тоже было крайне приятно, — лучезарно улыбнулся ей Ивар.

Скорпиус же встал с кровати и быстро натянул брюки.

— Ты не проголодалась? — спросил он. — Может быть, поужинаешь? И давай помогу застегнуть платье.

— От ужина не откажусь. — Виктуар влезла в платье и повернулась в Скорпиусу спиной.

— Там две пуговицы наверху, — пояснила она и посмотрела на него через плечо: — А торт какой-нибудь у вас есть? Я без сладкого не могу, — в голосе явственно послышалось смущение.

— Будет все, что захочешь, — пообещал ей Скорпиус, застегивая платье. — Ивар, Гарри? — он посмотрел на них вопросительно. — Ужин? Или хотя бы чай?

— Я тоже от торта не откажусь, — ответил Ивар.

— Ну а я за компанию посижу, — Гарри неохотно поднялся с кровати и начал одеваться.

— Кстати, Рой сегодня должен был вернуться с Амазонки, — вспомнил Ивар, одеваясь. — Странно, что Вайн еще не прилетел поздороваться. Хотя с него станется задержаться у жуков и на месяц.

— Если бы к кому Вайн и прилетел, то наверняка к Джейсону, — хмыкнул Гарри. — И, думаю, обоих мы еще суток трое не увидим. И это как минимум.

— Это Рой полетит к Джейсону, — поправил Скорпиус. — А как раз Вайн полетит к Хлойе, Йоке и ко мне.

— Кстати, когда Рой появится, упаси вас бог сказать ему о том, что до сих пор находят пленных жуков, — предупредил Ивар. — А то спасательной экспедиции нам Криг не простит.

— Не волнуйся, врага в лице Джейсона мы заводить не хотим, — заверил его Гарри.

— Я скажу сейчас, конечно, жуткую глупость, но как же это все-таки здорово, быть в эпицентре событий, — сказала Виктуар мечтательно. — Всю третью войну я просидела в доме мамы во Франции, молясь, чтобы проклятущий дождь поскорее кончился. А вы… — она обвела всех троих восхищенным взглядом и чуть неловко закончила: — Вы точно не сидели. Если то, что пишут в газетах, правда, то именно вы трое выиграли войну.

— Ну, если ты так жаждешь приключений, нужно было поступать в аврорскую академию, — улыбнулся Гарри, решив не развивать тему войны. — Была бы спецагентом.

— Очаровательной шпионкой, — подключился к разговору Ивар.

— Не уверен, что название «война» в данном случае оправдано, — сказал Скорпиус задумчиво. — Скорее, Противостояние. Возможно, стоит поговорить на эту тему с журналистами. Мне вообще не нравится, под каким соусом все было подано. И еще больше не нравится, что никто и не знает — толком нас было вовсе не трое, а как минимум семеро, не считая авроров. А то лучшее, что я видел, звучало как «Гарри Поттер, Скорпиус Малфой и несколько магглов под предводительством Ивара Маккоя».

— Возможно, стоит просто забить, — махнул рукой Ивар. — Моим парням все равно, напишут о них или нет. А выйдешь на связь с журналистами, будь уверен, через пару дней мы увидим о себе очередную сплетню.

— Правда, не буди сонный улей, — согласился с Иваром Гарри. — Еще не хватало, чтобы они про Виктуар пронюхали!

— Вообще-то я с вами согласна, но если что — мне совсем не страшно, — заявила Виктуар. — Более того, я горжусь, что побывала в постели таких мужчин, — она весело улыбнулась, тряхнув длинными волосами.

— То, что ты гордишься — это, конечно, хорошо. Но пока ты даже представить не можешь, в какой ад могут превратить жизнь эти писаки, — произнес Гарри. — А я очень надеюсь, что ближайшие девять месяцев нервничать тебе будет категорически нельзя.

— Ох, поверю на слово, — Виктуар поежилась — так серьезно он это сказал.

— А вот и Вайн, — сказал вдруг Скорпиус, и в окно громко постучали. — Хорошо, что не на полчаса раньше, — заметил он, впуская уже совсем не похожего на одуванчик совенка.

* * *

— Ну что там так долго? — Ивар снова подошел к двери спальни Виктуар и прислушался. — Ничего не слышно, — раздосадовано сказал он и снова вернулся на свое место.

— Успокойся! — наверное, в сотый раз за ночь произнес Гарри. — Она не может родить за две минуты.

— Надо было везти ее в больницу, — покачал головой Ивар.

— Зачем? Диагностика отклонений не показала, — ответил Гарри. — С ней сейчас двое лучших колдомедиков.

— Средневековье какое-то, — буркнул Ивар. — Рожать в больнице надо! А вдруг что не так пойдет?

Последний вопрос Гарри оставил без ответа — потому что он уже оскомину успел себе набить, заверяя Ивара, что волноваться не о чем.

— А вдруг будет девочка? — неожиданно спросил Ивар после некоторого молчания. — Вдруг зелья осечку дали? Я совсем не готов пройти через все это еще раз.

— Через все — это через что? — протянул Гарри. — Ты опять к ней ревновать начал?

— Нет, но… — Ивар покачал головой и замолчал, обдумывая ответ, но закончить ему не дали. Дверь распахнулась, и из спальни вышли оба целителя.

— Мистер Поттер, мистер Маккой, вы можете войти, — сказал один из них. — Все разрешилось благополучно. У мистера Малфоя сын.

Ивар просиял, кинул на Гарри счастливый взгляд и первым влетел в комнату.

Первое, что увидел Гарри, был Скорпиус, с благоговением держащий на руках сына. Виктуар лежала на кровати — несомненно, уставшая, но с горящими глазами и счастливой улыбкой.

— Поздравляю, — улыбнулся Гарри, медленно подходя к ним. — Вас обоих.

Но Скорпиус был так поглощен сыном, что только отрывисто кивнул.

— Меня немного беспокоит, что он не плачет, — тихо сказала Виктуар. — Такой серьезный…

Ивар подошел к Скорпиусу и заглянул ему за плечо.

— И правда, серьезный, — подтвердил он с улыбкой. — Весь в папочку, — и поцеловал Скорпиуса в щеку.

Крошечный сверток на руках Малфоя пошевелился, но так и не издал ни звука.

Гарри обошел Скорпиуса с другой стороны и взглянул на малыша.

— Какой славный, — произнес он, пытаясь понять, на кого же ребенок похож больше — на мать или на отца. Малыш заметил присутствие еще одного человека и поднял на Гарри глаза — по-взрослому вдумчивые, изучающие и невероятно внимательные. — Он такой же… — улыбнулся Гарри. — Такой же, как ты!..

— Да… — с трудом разлепив губы, выдохнул Скорпиус. — Как я…

Он провел пальцем по розовой щечке и совсем не удивился, когда малыш протянул ручку и безошибочно схватил его за палец. Отодвинул руку от себя, внимательно посмотрел на ладонь Скорпиуса, потом на свою и оглянулся, находя взглядом Гарри и его руки. С огромным удивлением все наблюдали, как он последовательно осмотрел руки всех присутствующих и поднял свою свободную ладонь.

— Что он делает? — с недоумением поинтересовался Ивар, так и не сумев догадаться самостоятельно.

Скорпиус улыбнулся, прижал сына к груди и пояснил совершенно счастливым голосом:

— Считает!

Content

Грейс Келли, Настася
АБСОЛЮТ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24