Распопов Дмитрий Викторович

Возрождение (СИ)

РАСПОПОВ

Дмитрий Викторович.

ТЕНЬ ИМПЕРАТОРА

Книга вторая.

ВОЗРОЖДЕНИЕ

© Распопов Д.В., 2017.

© «СамИздат», 2017.

® Все права защищены.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Пролог.

Пять лет скитаний. Пять долгих лет поисков привели меня сюда, в долину Эйвора. Если вначале своего пути я старался как можно дальше отдалиться от империи, в которой меня знала каждая собака, то последние два года я провёл более осмысленно. Останавливаясь в придорожных тавернах и крупных городах, я искал себе новое место для жизни. Меня совершенно не привлекал путь кочевника и скитальца, пропылённая одежда и скрип пыли на зубах доводил меня до колик. Прошедшие годы не делали тело Анри моложе, так что я уменьшил свои амбиции и насобирал достаточно информации, чтобы принять решение поселиться именно здесь.

Я посмотрел с пригорка на дорогу, по которой медленно и неспешно катили крестьянские повозки, везя в столицу провиант. Город стоял в прекрасном месте: долина, окружающая его со всех сторон давала выход к морю, запах, который я чувствовал даже отсюда. Солёный ветер, который мне редко доводилось осязать, трепал волосы и заставлял ноздри раздуваться шире. Прекрасный запах, который исчезнет стоит только подойти ближе к пристани. Вонючий запах рыбы, гнили и немытых тел — вот что встретит тебя в доках, но мне было всё равно. Я выбрал королевство Эйвора по трём причинам: во-первых, оно находилось в состоянии длительного конфликта со своим морским соседом, который господствовал на море, сильно осложняя торговлю местным купцам, во-вторых, оно было достаточно богатым и большим по размеру, чтобы я мог в нём развернуться, ну и последнее, король получил власть престолонаследием, а не захватил трон силой, как раз то, что мне было нужно.

Я поднял руку, чтобы проверить, не потерялись ли мои силы в этом солёном воздухе. Вокруг меня стало холодеть, а на руке стал формироваться ледяной меч, который обхватывая руку, но не замораживая её, удлинялся все больше, достигнув длины более метра.

— Скажем спасибо тебе Анри, в последний раз, — я остановил ток магии и меч сам собой упал на землю, став таять на тёплом солнце. Изморозь с кожаной одежды стала также пропадать, оставляя после себя только капельки воды.

Магия, которую он мне подарил напоследок, оказалась своенравной и трудной в освоении, не знаю, как он вообще добился этого, но пока возможность управлять водой, а точнее её замороженным состоянием, так как просто вода слабо реагировала на мои потуги с её трансформацией, приносила только головную боль на ежедневных тренировках. Полученный подарок оказался с «сюрпризом» и требовалась вся моя воля и умение, чтобы ею овладеть. Хорошо хоть иллюзии никуда не делись и можно было при разбойных нападениях не полагаться не нестабильную стихию, а приканчивать их проверенными методами.

Я посмотрел на то место, куда упал меч, только влажная земля напоминала сейчас о том, что он действительно был там недавно.

— Ну что же, привет тебе, мой новый дом, — я потянул за уздечку лошадь, которая смиренно ждала меня сзади и направился вниз по склону.

До города было несколько часов езды, но я не хотел больше торопиться, столько лет поисков и расспросов заслуживали, чтобы я насладился каждым моментом своего здесь появления. Я хотел запомнить всё: и предместья города, находившиеся за внешним поясом высоких стен, и хорошую дорогу, которая лучше всего говорила о положении дел в королевстве, и немногочисленных дворян, которые экипажами проезжали мимо, заканчивая всё тем же морем, которое с каждым пройденным километром становилось всё ближе и шире на горизонте.

Глава 1.

Новый дом

Миновав общую очередь, которую образовали крестьяне, я спокойно подошёл к калитке, куда направлялись более обеспеченные люди, не желая стоять среди плебеев.

— Милорд?, — стражник внимательно оглядел меня, пропылённого дорогой, а также мою нагруженную коняшку, которая с унылым и безразличным видом плелась у меня на поводе, — долгий путь?

Я встретился с ним взглядом и с радостью не увидел узнавания, новое место начинало мне нравиться прямо с городских ворот.

— Да, уважаемый, — смиренно пожал я плечами, — невероятно долгий. Сколько стоит проход?

— Видимо вы и правда издалека, если не знаете, — удивился он, — пять серебра за вас и лошадь.

Я достал из кошелька десять серебряных монет и протянул ему.

— Не подскажешь, где можно остановиться на первое время, служивый?, — поинтересовался я, давая понять, что сдачи не требуется.

Он тут же убрал «лишнее» себе кошелёк и улыбнувшись, показал себе за спину.

— Если не стеснены в средствах, то лучше «Лагуны» вам не найти, милорд. Любой подскажет вам туда дорогу.

— Благодарю, — безразлично бросил я, показывая, что разговор закончен и направился в город.

Калитку передо мной раскрыли двое, видимо мой щедрый дар так на них повлиял, что я без проблем прошёл между створок и попал на дорогу, полную нищих и простого люда.

— Ваша милость, подайте сироте, — ко мне подскочил мальчишка лет десяти и протягивая руку, быстрым и цепким взглядом осмотрел меня и моё снаряжение.

Я молча, и видя, что за этой сценой наблюдают и остальные попрошайки, которые только раздумывали подойти к незнакомцу или нет, повернулся к нему и делая вид, что достаю монету, но обманным движением вырубил его. Тело упало на землю. Не став проверять, что с ним, я спокойно и неторопливо последовал по дороге дальше, оставляя за спиной безмолвное изумление. Дорога стала ветвиться и вскоре пропали низкие, одноэтажные халупы и стали попадаться более пристойные дома для жизни. Местные жители также были одеты лучше, что несомненно радовало меня, нищий квартал рядом с главными воротами — не лучшая достопримечательность для тех, кто впервые прибыл в город.

Остановив пару прохожих, я уточнил дорогу до указанного стражником постоялого двора. Какого же было моё удивление, когда вместо привычных мне двухэтажных покосившихся домов, выдаваемых их хозяевами за лучшие постоялые дворы королевства, передо мной предстала сначала высокая каменная ограда, проехав вдоль которой я нашёл наконец ворота, охраняемые двумя вполне воинственного вида стражами.

Едва я приблизился, как на меня устремились внимательные взгляды, словно ощупывая на предмет моей состоятельности.

— Постоялый двор «Лагуна»?, — на всякий случай уточнил я.

— Гостиница милорд, — с достоинством поправил меня один из них и добавил, — лучшая в королевстве.

— Отлично, значит она меня устроит, — даже видя только верхние этажи зданий, находящихся за стеной, я проникся основательностью подхода хозяина, а также тому, что кто попало не попадёт сюда просто так.

Как минимум нужно проехать мимо охраны, конечно если будет желание, можно и через стену перелезть, но кто знает, что ждёт незадачливого воришку за ней? Капкан? Челюсти боевых псов?

Один из охранников протянул руку.

— Вход — один серебряный, милорд.

— За что?, — удивился я, впервые встречал такой странный постоялый двор, где брали плату за вход.

— Считается, что тому, кто не может заплатить, нечего тут делать, — очень корректно ответил молчавший до этого второй стражник, аккуратно подбирая слова, — приказ хозяйки, милорд.

— Хозяйки?, — я протянул монету, которую они сразу убрали в кошель и стали открывать ворота.

— Если решите у нас остановиться сэр, вы с ней познакомитесь, она лично принимает всех гостей.

Заинтересованный ещё более, я зашёл внутрь и зашагал по ровной каменной дороге, вдоль которой были посажены цветы и разбиты обширные клумбы. Территория гостиницы была огромной, это я оценил, как по трём большим зданиям, которые уходили ввысь на целых пять этажей по центру всего этого комплекса, так и обширному парку, в котором можно было видеть довольно много дворян, которые кто парочками, кто группами, разговаривали между собой или просто гуляли.

На меня пару раз покосились, но тут же отворачивались, бегло осмотрев мой добротный, но крайне пропылённый костюм, а также замученную лошадь.

Пройдя мимо огромных фонтанов, собравших вокруг себя стайку более молодых отпрысков аристократии, которые дурачились и брызгали в друг друга водой, я по дороге дошел до первого здания. В дверях стояли два швейцара, которые едва увидев меня, тут же бросились помогать. Один перехватил повод лошади, второй снял перемётные суммы. Лошадь сразу увели куда-то вглубь территории гостиницы, второй же спеша и расшаркиваясь, повёл меня внутрь.

Едва я переступил порог заведения, как сразу почувствовал всю местную роскошь и довольство. Не смотря на день, были зажжены ароматические свечи, которые заливали светом и без того светлое помещение холла высотой не меньше двух этажей. Солнечный свет и свет свечей играл и переливался на множестве стеклянных поверхностях, которые начиная от огромной люстры и заканчивая небольшими стеклянными вставками в стенах, отражались от них и создавали везде радужные переливы.

Пока я спокойно осматривался по сторонам, в глубине появилась женская фигура и направилась ко мне. Швейцар положил мои суммы на пол и отступил назад, но оставаясь тем не менее в зоне видимости, чтобы видимо сразу броситься помогать гостю.

Подошедшая женщина была младше меня лет на десять, но не смотря на возраст, была привлекательна и мила. Замысловатая высокая причёска русых волос оттеняла её карие глаза, а чуть подведённые губы и лёгкие румяна на щеках лишь добавляли её виду определённого кокетства.

— Милорд?, — женщина сделала книксен и вопросительно на меня посмотрела.

— Мне нужны покои на неделю, а также перечень услуг, которые вы предоставляете.

Женщина внимательно меня осмотрела.

— Мы в состоянии обеспечить своим гостям максимум удобств, что конкретно вас интересует, милорд?

— Для начала мне нужен ювелир, который оценит мой камень, ну а потом по списку: портные, сапожники, которые обеспечивают двор Его величества, чтобы я мог достойно выглядеть.

— Это легко осуществить, тем более, что ювелир есть у нас собственный, — с лёгкой улыбкой заметила женщина.

— Отлично, тогда я бы хотел занять покои и позовите своего ремесленника.

— Какую по размеру комнату вы бы хотели занять, милорд?, — осторожно поинтересовалась она, — у нас есть покои под разный достаток.

— Миледи, я ясно выразился, что хотел бы занять покои на этаже, чтобы меня никто не беспокоил, это значит — всё комнаты, — я спокойно посмотрел на неё, — это осуществимо? Или мне обратиться в другое место?

Женщина проглотила ком в горле.

— Да милорд, как пожелаете. Вы можете подождать в моём кабинете, пока слуги подготовят для вас все покои? Заодно, чтобы не терять время, устроим консультацию с ювелиром.

— «Молодец, завуалированно проверяет мою платежеспособность, — она произвела на меня впечатление. Наверняка у ней нет целого свободного этажа, так что прежде чем начать переводы других гостей на другие этажи, нужно убедиться, что стоящий перед тобой в состоянии оплатить заявленные удобства».

— Хорошо.

Женщина, имени которой я не знал, да оно мне было и не интересно, бросила всего лишь один взгляд на слугу, чтобы он поднял с пола мои сумки и заторопился вперед нас. Мы же, неторопливо пошли за ним. Хозяйка гостиницы шла рядом и внимательно наблюдала как за моим поведением, так и впечатлением, которое оказывала на меня окружающая роскошь.

— «Знала бы она, к какой роскоши я привык, — хмыкнул я про себя».

— Милорд, позвольте узнать ваше имя?, — не выдержала она, когда мы поднимались по лестнице, и я не сделал ни единого жеста, чтобы помочь ей с подъёмом в её широком платье с пышными юбками, — я вижу, что вы издалека, но никак не могу понять по вашему выговору, откуда вы.

— Граф Анри де Берзе, — я слегка кивнул головой, — издалека, очень издалека миледи.

— Леди Женни Шарко, — она представилась сама, без моей просьбы.

— У вас довольно мило, — я обвёл рукой окружающее пространство, — чувствуется рука настоящей хозяйки.

— Благодарю вас, милорд, — он улыбнулась одним уголком рта, — вот мы и пришли.

Огромные, резные двери кабинета были открыты, показывая за собой не менее большие окна от пола до потолка, которые делали кабинет очень светлым и по домашнему уютным. Чему в значительной степени помогали различные безделушки и вазы с цветами, которые были расставлены в нём по разным углам.

— Присаживайтесь, милорд, — хозяйка предложила мне кресло, — закуски, выпивка?

— Если только цветочный чай.

Она осталась бесстрастной, но бровь слегка дрогнула. Заказываемый мной чай был в империи-то доступен не всякому, так как собирался в единственном месте островного королевства, о существовании которого знали лишь купцы, да собственно и сами любители этого чая, поскольку эти маленькие душистые цветки добывались в небольших количествах и стоили безумно дорого. Я специально заказал его, так как хотел проверить, насколько же они готовы ублажать странного незнакомца с завышенными требованиями, да и вообще известно ли о таком сорте здесь.

Она молча подняла с подставки на столе золотой колокольчик и позвонила в него. Едва слышимый звон призвал тем не менее двух служанок, которые выслушав пожелание госпожи, с поклоном ретировались.

— Я извиняюсь, что вам приходится ждать милорд, но мы не каждый день предоставляем гостям весь этаж, последний случай был год назад, когда принц решил отметить у нас своё шестнадцатилетние, — отметила она, присаживаясь в большое кожаное кресло напротив меня.

Стол из красного дерева разделил нас.

— Если мне понравиться у вас, возможно я остановлюсь на большее время, — я пожал плечами.

Раздался стук в дверь и на разрешение хозяйки в кабинет вошел старик, шаркая ногами.

— Мистер Волес, наш ювелир, — представила его хозяйка.

Я не повёл и бровью, не хватало ещё мне на всяких безродных холопов реагировать. Опустив руку во внутренний карман, который был так хитро сделан на уровне живота, что посторонним казалось, что у меня лишь избыток веса на этом месте, а не потайной карман с драгоценностями. Уходя из империи, я выгреб всё самое ценное, накопленное годами, рассчитывая обменять драгоценные камни на звонкое золото в новом месте.

— Во сколько оцените его, — я обратился к хозяйке и положил на стол голубой бриллиант размером с гусиное яйцо.

Впервые за время знакомства лицо хозяйки исказилось, едва солнечные лучи коснулись камня, и он засверкал, переливаясь всеми цветами радуги. Казалось, что кто-то взял, отломил кусочек радуги и положил его на стол.

Старик-ювелир лишился дара речи, он мялся перед столом и не мог заставить себя дотронуться до камня, я же наслаждался произведённым эффектом. Представляю, что было бы с ними, если бы я достал из потайного кармана все камни разом.

— Госпожа, я не могу, это не в моих силах, — наконец жалобно проблеял он, и склонился в поклоне, так и не дотронувшись до камня.

— Хорошо, свободен, — она дождалась, когда он выйдет и затем перевела взгляд на меня.

— Граф де Берзе, сегодня похоже у меня день извинений. Прошу простить меня за эту сцену, мы найдём вам более опытного ювелира, пока что вы можете устроиться в своих покоях, без промедления.

Я поднялся с кресла и забрав переливающийся камень, спрятал его — в ярко освещённой комнате от этого простого действия, словно стало темнее. Женщина проводила взглядом сокровище и заторопилась показывать мне дорогу, словно забыв обо всех своих делах.

Мы поднялись на последний этаж, и она лично, не глядя на склонённых многочисленных слуг и служанок провела меня по всем покоям.

— Ваше сиятельство, — она закончила экскурсию по моему этажу и обратилась ко мне с вопросом, — вы довольны осмотром?

— Возможно, — я неопределённо пожал плечами.

— Когда как будете готовы пойти в бани милорд, позовите слуг, — она кивнула на красные шнурки, которые были во множестве развешаны везде по комнатам, — если понадобится моя помощь, сообщите пожалуйста сразу, я с радостью постараюсь решить любую вашу проблему.

— Да, хорошо, — я привычным жестом двумя пальцами отмахнулся от неё.

Весь оставшийся день и вечер был посвящён только собственному телу. Год от года руки и ноги теряли свою силу, явно намекая мне поторопиться с устройством нового дома. Так что засыпал я, окружённый двумя горячими молодыми телами служанок, которые сначала раздели меня, затем задули свечи и раздевшись, скользнули мне в кровать.

* * *

— Ваше сиятельство, разрешите вас потревожить?, — лёгкий завтрак и прекрасное настроение не могло ничто перебить, даже появление хозяйки гостиницы в сопровождении весьма упитанного и вальяжного господина.

— Миледи, — я жестом разрешил им войти и присоединиться ко мне.

— Я нашла ювелира, милорд. Он готов посмотреть камень, — она легко мне улыбнулась.

— Вот только предупреждаю, если вы зря меня потревожили, — напыщенный холуй открыл рот.

Тело моё было конечно не таким быстрым, как прежде, но иллюзии, которых я мог материализовать, одним быстрым движением скинули его на пол и упёрли лицом в пол.

— Тебя, червь, давно не учили манерам?, — спокойно поинтересовался я, не тронувшись с места, — могу провести несколько бесплатных уроков.

Хозяйка беззвучно открывала и закрывала рот, силясь что-то сказать. Впрочем, толстяк тоже хотел просветить нас о чём-то, но, к сожалению, иллюзии с силой приложили его о пол, что-то хрустнуло и на ковёр потекла кровь. Так что толстяк начал верещать и совсем забыл про меня.

— Ваше сиятельство — это королевский ювелир, — жалобно пролепетала хозяйка, — лучший, кого я нашла.

— Миледи, ищите следующий раз того, кто обладает должными манерами, я не намерен терпеть подобное, — я вернулся к прерванному завтраку, пока она занималась ювелиром вместе со слугами.

Он несколько раз порывался уйти, но каждый раз она его останавливала и что-то яростно шептала на ухо.

Кровь остановили и весьма помятый господин, яростно на меня зыркая, просто молча взял камень, который я положил на блюдечко, где совсем недавно лежали две свежие и дурманящее пахнущие булочки.

Ювелир сначала его просто рассматривал, потом достал какое-то стеклянное приспособление и стал разглядывать камень тщательнее. С каждой минутой его лицо всё более и более вытягивалось.

— Мистер Уорен?, — хозяйка гостиницы не выдержала и отвлекла его от камня.

Тот сглотнул слюну и дрожащими руками вернул камень на место.

— Откуда он у вас, милорд?, — его лицо покрылось бисеринками пота, — он совершенен! За всю свою жизнь я не видел таких огромных и одновременно совершенных камней! Он бесценен!

— Мне нужен на него покупатель, — я оторвался от тонкостенной чашки с цветочным чаем и повернулся к нему, — вы готовы его купить?

— Боюсь, ваша милость, что у всей нашей гильдии не хватит денег, чтобы его приобрести, — он снова судорожно сглотнул и быстро зачастил, — но такая ценность наверняка заинтересует того, кто богаче нас. Если вы подождёте, я готов поговорить с управляющим нашего любимого короля, чтобы двор выкупил у вас эту ценность.

— Мистер Уорен, вы можете назвать примерную стоимость камня?, — волнение хозяйки можно было понять, я жил второй день в покоях гостиницы, ел, пил, сношал её служанок, не заплатив при этом ни медяка.

Тут выясняется, что деньги вроде как у меня есть, но столько дать мне их никто не может.

— Не знаю, мисс Шарко, трудно оценить камень, аналогов которого никогда не видел, но на первый взгляд пять или семь миллионов золотых.

— «Я за него в своё время ничего не заплатил, — для меня тоже приятной новостью оказалось его цена, я ведь видел местные золотые монеты и они были не легковесны, — глава одного Рода откупился им от меня. Хорошо, что я не стал тогда принципиальничать».

— Сколько?, — глаза хозяйки расширились и она с ужасом посмотрела на камень.

— Может быть, даже десять, — быстро поправился ювелир, бросив на меня взгляд, — я не могу один его оценить, но точно не меньше пяти.

— Хорошо, поговорите с королём, я подожду, — закончил я разговор и отвернулся от них.

* * *

— Нам всего лишь нужно убить его и забрать камень себе, — жарко шептала женщина, когда член мужчины заполнял её естество, — ювелиру я скажу, что жилец покинул нас и передумал продавать камень. Ты ведь сделаешь это ради нас?

— Я это сделаю в первую очередь для себя, — мужчина сделал несколько быстрых движений тазом и прижавшись к бёдрам женщины, стал извергаться в неё.

Едва он услышал сумму, как тут же секс стал мало его занимать.

— Джек, ты всегда такая сволочь, — хозяйка гостиницы деловито поднялась со стола и опустила юбки.

Гигиена потом, сначала о деле.

— Женни, меня волнует его магия, ты говоришь две его копии появились из неоткуда и были материальны, если смогли уложить торгаша?, — мужчина тоже поправил чуть спущенные штаны и сел на кресло.

— Тебе не стоит за неё беспокоиться, пару капель бесторника в чай, и три услужливые служанки оставят его в полном беспамятстве. Только нужно избавиться от тела, мне не нужны слухи, а то прошлый раз вы сработали очень грязно.

Мужчина поморщился.

— Глава гильдии наказал их, можешь не волноваться на этот счёт, тем более компенсацию тебе выплатили, чем ты недовольна?

Женщина заискивающе наклонилась и поцеловала подставленные губы.

— Любимый, ты ведь понимаешь, если аристократам откроется, что я помогаю гильдии убийц, гостинице конец. К нам больше никто не приедет.

— Мы понимаем это лучше всех, — мужчина по хозяйски погладил ещё крепкие ягодицы своей возлюбленной, — не волнуйся на этот счёт, в этот раз накладок не будет. Обещаю тебе, я лично займусь этим делом.

— Дорогой, — хозяйка от радости опустилась на колени мужчине и стала ёрзать попой, вызывая его повторное желание, — о большем я не прошу.

* * *

Когда я уже начал разочаровываться в том, что все мои усилия по привлечению к своей персоне внимания со стороны криминального мира столицы пойдут прахом, мой перстень вечером показал, что принесённый мне чай не безопасен. Этому я обрадовался, как ребёнок, которому всучили конфету. Под слишком внимательными взглядами служанок я сделал вид, что выпил пару глотков и вскоре меня разморило. Поартачившись для вида, я выбрал трёх из них, с кем ещё не переспал и дал увести себя в спальню.

Два часа пришлось изображать из себя спящего, прежде чем они поверили мне и тихонько встав, покинули покои. Теперь мне следовало одеться и ждать настоящих гостей, ведь я давно не молод, чтобы начинать покорять королевство собственными силами, да и незачем мне это было, если были люди, которые знали этот город лучше чем я, к тому же могли проворачивать некоторые дела, не привлекая к себе внимания.

Почему я был так уверен в том, что мной заинтересуются? Всё просто, слишком большой куш я предъявил, чтобы не заинтересовать криминал, так что когда некоторые служанки стали слишком уж меня опекать, такое сразу бросилось в глаза. По сломанным меткам в сумках я быстро установил, что и самовыписанные мной дворянские грамоты были прочитаны, и драгоценности из тех, что я не носил постоянно с собой, также были найдены и тщательно осмотрены. А уж по тому, с какой сноровкой и быстротой всё было сделано, я догадался, что они проворачивают это не впервой.

Так что вместо первоначального плана найти ночью пару громил и разговорить их, поспрашивав дорогу к гильдии, я наслаждался отдыхом и прекрасным чаем, в то время, как другие сами делали за меня работу, даже не подозревая об этом.

— «В какое же чудесное место я попал!, — похвалил я себя за выбор гостиницы, — а ведь были сомнения, что придётся выходить по ночам из этого прекрасного места и долго искать воров и убийц».

Шорох у одной из дверей отвлёк меня от мыслей и заставил приготовиться. Поскольку я не знал числа нападавших, решил подстраховаться и действовать всеми доступными мне средствами, хотя конечно магию льда, я старался никогда не афишировать, ведь обычно материализуемых иллюзий было вполне достаточно для простых дел. Да и вообще светить лишний раз магический дар не стоило, сильных магов было не много, так что заинтересуй простой путник один из Ковенов, меня могли бы надолго в них задержать — это в мои планы ну никак не входило. В своё время я изничтожил парочку таких в империи, которые перешли мне дорогу, но без поддержки за спиной государства, я бы не рискнул сейчас с ними связываться повторно.

Я затаился за портьерой, когда сразу две фигуры кинулись к кровати и сделали взмахи, пронзив ни в чём не повинное свёрнутое одеяло.

Сила привычно потекла ко мне по единому желанию и фигуры людей стал окутывать лёд. В комнате стало резко холодеть и только спустя несколько секунд они поняли, что во-первых их обманули и в кровати никого нет, ну и во-вторых, что они не могут пошевелиться, да даже рот открыть не могут!

Я снова замер, как и два ледяных столба с дико вращающимися глазами. Я всего лишь заключил их в лёд, хотя конечно в отличии от меня, такая процедура не пойдёт на пользу их организму, но меня это мало волновало. Прошло с десяток минут прежде чем у двери снова послышался шорох и раздался тихий шёпот.

— Грыма, Длин, что вы там копаетесь?

Не дождавшись ответа, одна небольшого роста тёмная фигура вышла из гостиной и уставилась на две фигуры у кровати.

— Вы тут, что вы застыли? Дело сделали? Камень нашли? Босс там рвёт и мечет уже, — спокойным голосом сказал он, делая пару шагов по направлению к кровати.

В том, что с его приятелями происходит что-то странное он осознал только тогда, когда сам за секунду превратился в такую же статую. Я вышел из своего убежища и улыбнувшись бандитам, поднёс его довольно увесистую фигуру к кровати, чтобы они смотрелись более органичной композицией.

Нервы у их босса сдали быстрее, так как через пару минут без звука в комнату шагнула ещё одна фигура, которой я не дал и шанса. Этот крепкий и даже можно сказать красивый мужчина был тяжелее своего собрата, но и он вскоре присоединился к хороводу у кровати.

Я же подождав ещё, убедился, что это все ночные гости и закрыв все двери на ключ, переоделся в ночнушку и зашаркал из своих покоев. Я был уверен, что знаю, кто навёл на меня, но требовались доказательства, которые вскоре представились, когда на всём этаже я не встретил ни единого слуги, зато когда я, специально сонно щурясь, наткнулся при спуске на четвёртый этаж с одетой хозяйкой гостиницы, которая при виде меня закрыла ладошкой рот, чтобы не закричать, то сердце в груди радостно ёкнуло.

— «Это не ночь, а просто праздник какой-то! Я-то опять рассчитывал на одинокую служанку или особо жадного слугу, который повяз на криминале, но чтобы в этом участвовала сама хозяйка?! Такой подарок нельзя упускать из рук».

— Миледи!, — я деланно обрадовался, когда её увидел, — что за бардак у вас? Не могу дозвониться ни до одного слуги! Куда они все запропастились?!

Она не смогла сразу ответить, ведь она была уверена, что я лежу бездыханным трупом у себя на кровати, и подельники без неё делят сокровища. Были бы это простые безделушки, она бы наверняка сама и не появилась здесь, но на кону было слишком многое и человеческая жадность пересилила голос рассудка. Впрочем я прекрасно знал человеческие слабости и играл на них, словно на хорошо настроенном инструменте.

— Ваше сиятельство, — женщина быстро пришла в себя, решив, что я не столкнулся с убийцами, следовательно они ждут меня в покоях и нужно было отвести меня туда, пока я не поднял шум, — давайте пройдём к вам, завтра я накажу всех нерадивых слуг, а сейчас раз так случилось, я сама выполню любую вашу просьбу.

— Любую?, — мои глаза сально блеснули и глаз окинул неплохую фигурку.

Она конечно же всё заметила и обрадовалась, что так легче будет сбить мою подозрительность, а также снять вопросы, что она делает тут одна в столь поздний час.

— Милорд, я со дня вашего приезда, только и думаю о вас, — она внезапно прижалась ко мне всем телом и я ощутил, как быстрые пальцы пробегают по моему члену, забираясь через низ сорочки.

Я сделал вид, что набросился на неё и стал жарко целовать, потом потащив за собой в покои, к двери, единственную которую оставил открытой. Женщина старалась со всех сил, чтобы показать, как она возбуждена и хочет меня.

Жаль эта игра быстро закончилась, как только мы вошли ко мне и я заметив по её ищущему взгляду, что она вскоре заметил своих неподвижных подельников, одним усилием воли превратил её в очередную ледяную статую.

Теперь торопиться было совершенно некуда и незачем, поскольку у меня была впереди вся ночь, так как наверняка слугам был дан приказ ни при каких обстоятельствах на этаже не появляться. Так что я спокойно зажёг в комнате свечи и когда стало светло, завесил ковром дверной проём. Вчера слуги долго удивлялись, когда я заставил мою спальню завесить коврами в несколько слоёв, стащив их со всех комнат по соседству. Объяснять никому и ничего не нужно было, просто гость пожелал и они выполняли мой странный каприз.

Когда последняя стена оказалась завешена ковром, чтобы не пропускать звуки наружу, я снял с себя сорочку и оставшись голым, принёс статую хозяйки к остальным.

Пора было начинать второй акт моей постановки, собственно ради чего я всё так тщательно приготовил. Тем более, что они видели и слышали меня, но говорить не могли, лишь бессвязные звуки доносились оттуда, где лёд прикрыл им рот.

— Господа и дамы, — я развернул всех своих действующих актёров лицом к себе и решил начать с коротышки, уж очень мне не нравился его вид, хотелось сразу прикончить такого мерзкого человечишку.

— Вы наверно думаете, что же происходит, почему в столь поздний час мы все здесь с вами собрались, да ещё и таким узким кругом?, — я разморозил ему рот, и дал оплеуху, когда он попытался меня укусить.

— Всё просто, мне нужно узнать у вас всё о гильдиях вашего города и я спрашиваю вовсе не о ювелирах или ткачах. Почему я так уверен, что вы одни из них, отвечу, что судя по вашей одежде и методам, вы ко мне не чай пришли пить.

— Да тебя в пыль сотрут, когда наши узнают! Да я лично тебя выебу так, что стонать как последняя шлюха будешь!, — коротышка не унимался, так что я порадовался правильности своего первого выбора.

— Спасибо, что посоветовал, — я ласково ему улыбнулся и очень скоро его глаза полезли из орбит, когда увеличивающаяся сзади сосулька стала рвать его одежу и проникать в зад, — люблю общаться с профессионалами.

Тональность его криков вскоре сменилась, поскольку кроме этого я перешёл к его рукам и ногам. Лёд прекрасный материал для работы с людьми, ведь они состоят в основном из воды, это я вывел опытным путём, тренируя свои новообретённые навыки на тех «счастливчиках» который за пять лет пути пытались меня ограбить или убить. Лишний раз посветить золотым там, кошельком тут и вот уже кандидатов на опыты у тебя полно, успевай только избавляться от остатков тел после того, что я с ними делал.

— Да, я напоминаю, я прекращу это, как только начнёшь мне рассказывать всё, что тебе известно, — через десяток минут вспомнил я, когда ледяной панцирь стал подкрашиваться изнутри красным.

Он либо переоценил свои силы, либо оказался слабым, но ответа я не дождался, поскольку его сердце остановилось.

Я поднялся с кресла, на котором удобно устроился и подошёл к своей композиции за следующей статуей. Выбрав одного из тех двоих, кто первые напали на меня, я подтащил его к телу товарища и едва вернувшись в кресло и освободил ему рот, как из него полился непрерывный поток информации.

— Хороший мальчик, — я довольно улыбнулся, когда он закончил и слегка проморозил его позвоночник, — ты точно всё мне рассказал?

Он заорал так, что остальные оставшиеся участники стали снова бешено вращать глазами. Особенно мне понравились взгляды мужчины и женщины, которыми они постоянно обменивались, я сразу догадался какие узы их связывают, а также почему и как тут всё организовано в общих деталях. Она наводила убийц на через чур богатеньких аристократов, он убирал их, деля потом награбленное с трупов. Такой любовный подряд меня умилил. Как же хорошо, что они решили заняться мной! Я столько времени сэкономил на поисках! Одного того, что рассказывал длинный, хватало на дальнейшие поиски гильдии. К сожалению оказалось, что крупных гильдий убийц и грабителей в городе три, а воровских так и целый десяток, так что мне придётся заняться потом и остальными, если я хочу осуществить все свои планы, но это меня не останавливало –лиха беда начало!

Когда он, простимулированный мной, ещё несколько раз обновлял информацию, которую сначала не хотел разглашать, я заморозил ему рот и оттащил чуть дальше. Настала очередь бандита, который также не стал долго кочевряжиться и стал выкладывать всё что знал, часто повторяясь.

Его я попытал чисто символически, правда и от этого он успел обгадиться. Заморозив его рот, я оттащил и его, положил рядом с приятелем, обратившись к оставшимся стоять любовникам.

— А теперь внимательно смотрите, что бывает, когда мне переходят дорогу, — я ласково им улыбнулся и судя по тому с каким ужасом на меня посмотрел главный бандит, а женщина лишилась чувств, закатив глаза, я произвёл на них должное впечатление.

Приведя её в чувство, я вернулся к лежащим на полу. Мне они были больше не интересны, так что они испытали на себе всю полноту моего таланта. Через два часа, то что от них осталось, было мной устало отброшено в сторону. Я вытер лоб, не смотря на постоянную работу со льдом, а потому холод в помещении был дичайший, мне было жарко. Магия сосала из меня силы, а их нужно было оставить ещё на парочку людей.

Когда я потащил без сознательную статую женщины ближе к креслу, глаза мужчины стали кружиться ещё интенсивнее и даже сквозь заморозку было видно, что он хочет мне что-то сказать.

— Мда?, — я одним движением руки разморозил ему рот и заинтересованно на него посмотрел.

— Что вы хотите?, — быстро спросил он, — я готов на всё, что угодно, если оставите мне жизнь, милорд.

— Милорд — это правильно!, — я восхитился его находчивостью, — а ты не так глуп, как я подумал вначале. Ещё мне больше нравится, что беспокоишься за себя, а не за свою любовницу.

Он попытался ответить, что она не его любовница, но подмороженная жидкость позвоночника явно подсказала ему вернуться к правильному диалогу.

— Я хотел сказать милорд, что я сплю с ней только по приказу главаря, она самый ценный наш актив.

— Чем это вы интересно смогли её подцепить? Такая приличная с виду леди, гостинца с кучей аристократов?!

— Стой не говори! Дай я догадаюсь, — я ему улыбнулся и погрозил пальцем, — наняла вас, чтобы убить мужа и завладеть бизнесом? Вы всё сделали и стали её шантажировать этим?

По его расширившимся глазам я понял, что угодил в точку.

— Первое время. Потом глава приказал соблазнить её, поскольку добровольная помощь всегда лучше кнута.

— Мне нравится ваш глава!, — я восхитился уму пока ещё не известного мне человека, — обязательно ближе с ним познакомлюсь!

По тому как я это сказал, его глаза вздрогнули и он быстро повторил.

— Милорд я готов на всё, только прикажите!

— Хорошо, я тебя разморожу, и ты принесёшь мне письменные принадлежности, хочу, чтобы написали небольшую доверенность на моё имя, — я ему улыбнулся, и посмотрев в глаза добавил, — думаю завтра утром вся столица с огорчением узнает, что бандиты напали на беззащитную хозяйку и изнасиловав её, захотели убить. К счастью рядом проходил весьма достойный гость и своей магией разорвал их на кусочки, но вот к сожалению помочь бедной женщине он не мог, рука злодея успела нанести последний удар, так что желая, чтобы дело всей её жизни не пропало, она переписала всё своё состояние на этого достойного человека и дворянина.

Его и так белое от холода лицо, стало ещё белее, но он стоически дождался, когда я полностью его разморожу и засобирался за тем, что я сказал.

— Да если тебя вдруг посетит мысль сбежать, — я словно вспомнив, хлопнул себя по лбу, — у тебя в теле есть маленькая льдинка. Ну это так, просто, чтобы у тебя не было соблазнов.

Он быстро закивав, бросился в коридор. Я же занялся приведением в чувство хозяйки, похоже мои пытки слишком сильно на неё повлияли, поскольку часть русых волос на её голове стали белыми и я было начал беспокоиться, что мой план по передаче чужой собственности потерпит крах, но нет, она вскоре задышала и пришла в себя. Правда увидев моё лицо, она закричала, стараясь отпихнуться от меня руками ногами, так что пришлось её снова слегка приморозить.

Мой посыльный вернулся быстро, безвольная женщина быстро подписала всё, что ей протягивали, так что когда все бумаги и даже копии были готовы, я приказал своему подручному.

— Ну всё, давай.

Он недоуменно посмотрел на меня, потом на хозяйку.

— Что милорд?

— Я тебе напомню, бедная женщина была зверски изнасилована и убита!

Его взгляд забегал от меня к ней, но решение принял он правильное. Не смотря на её крики и мольбы, он всё выполнил в лучшем виде.

— «К чему всем заниматься самому, когда есть рядом люди!, — очередной раз порадовался я, — всегда говорил, кадры решают всё».

— Ну пожалуй нам пора расставаться, — я сидел на кресле и показывал ему что, куда и как положить, уронить или разбить. Для прибывшей стражи нужно будет создать красивую картину произошедшего, к тому же я собирался скрыть все следы ледовой магии, её я точно не собирался светить всем подряд, буду настаивать, что со всем справился иллюзиями.

— Милорд, какие будут указания?, — он внимательно посмотрел на меня, понимая, что когда всё закончил, становится для меня опасным свидетелем. Он не понимал, что у меня далеко идущие планы, чтобы ограничиваться просто гостиницей.

Я встал с кресла и достал из своей сумки кошелёк с золотом, кинув его ему.

— Скажешь главе, что вас предали и хозяйка захотела присвоить всё себе, наняв другую гильдию и столкнув вас с ними. Так что тебе пришлось быстро уйти, потеряв остальных. Думаешь достаточное будет оправдание?

— Не очень милорд, — не смотря на страх, который он испытывала, врать мне он не решился, — меня накажут.

— Этого бы мне не хотелось, ты попал в мои планы, — я потер подбородок и решившись, достал один из своих меньших камней, протянул его ему.

— «Всё равно он вернётся ко мне обратно, рано или поздно».

Он осторожно взял камень и поклонился.

— Спасибо милорд, за это мне простят всё.

— Появишься здесь, через три дня, — я отмахнулся от него, показывая, что он мне больше не нужен.

— Слушаюсь милорд, — он решил уйти, пока я не передумал, бегом ретировавшись за дверь.

Когда свидетелей не осталось, я смог отпустить натянутую на себя маску и снова стать самим собой: убрать с лица идиотскую улыбку маньяка, перестать корчиться и вести себя как идиот. Всё что было сделано, меня никоем образом не трогало и не волновало, но для посторонних пришлось играть роль безжалостного убийцы, чтобы страх парализовал всех и надолго моё лицо врезалось в память. Я был уверен, что выживший бандит либо сбежит вообще из города, либо что было более вероятно, опасаясь за свою жизнь, вернётся в условленный срок. Моя магия пугала его не меньше, чем я сам, так что можно было рассчитывать, что он сдержит данное обещание.

* * *

Утро выдалось по настоящему тяжёлым. Мало того, что с самого утра набежали слуги, шокированные увиденным наверху, так ещё пришлось мне их пинать и посылать за городской стражей, поскольку я собирался максимально воспользоваться ситуацией и не только легализоваться официально в королевстве, но и получить подданство. Теперь я имел тут законное дело, которое правда ещё стоило защитить, так как надеяться на то, что у милой хозяйки не осталось родственников, которые не предъявят своих прав на лакомый кусочек было слишком самонадеянно, даже не смотря на завещание.

Когда вопли, слёзы и рыдания вокруг вконец мне осточертели, наконец появились сначала с десяток хмурых стражников, которые пинками выгнали всех кроме меня из покоев, и никого не впуская, стали ждать. Привычные и не к такому, они старались не смотреть на большую часть ошмёток, которые остались от людей, лишь изредка кидая на меня любопытные взгляды.

Пришлось ждать два часа, прежде чем появился человек, по поведению и повадкам которого я сразу определил его принадлежность к определённой профессии.

— Милорд, — он едва кивнул мне, словно просто отдавая дань вежливости перед неизвестным аристократом. Ведь я не был подданным королевства, за мной не стояло никаких сил, так что он прекрасно осознавая моё и своё положение, с удовольствием мне это и продемонстрировал своим поведением и тоном заданного разговора.

Он сразу вцепился в меня, как единственного свидетеля и не смотря на все мои ссылки на то, что я хотел бы отдохнуть, так как просидел тут почти полдня, вытряс из меня всё до «мельчайших» деталей. При этом старательно записывая и часто повторяя вопросы, если бы не был тем, кем я являлся, то его допрос наверняка бы вытянул из простого человека много большее, чем я ему поведал. А так я лишь в глубоко в душе уважительно хмыкнул, отдавая дань его профессионализму, но кроме заранее заготовленной версии с прикрашенными деталями, он ничего от меня по настоящему толкового не услышал.

— Милорд, ваши планы? Вы ведь, как я понял, не собирались задерживаться у нас надолго?, — наконец он отложил свои записи и прогуливаясь по комнате стал всюду заглядывать и всё ощупывать.

— Теперь-то куда я пойду?, — я театрально вздохнул, — бедная Женни умерла у меня на руках с вытянутым обещанием, не дать пропасть делу всей её жизни. Она ещё что-то успела сказать о родственниках, но я не расслышал, у ней была агония.

— Родственники у ней действительно есть, — он бросил на меня быстрый взгляд, когда подошёл к кровати и наклонившись близко к полу, потёр пальцами пять подсохших пятен на ковре, что успели образоваться от тающего льда, пока я бродил по лестнице в поиске наводчика ограбления.

— «Я думал их не заметят, да и ладно, всё равно слишком уж неявные следы остались от воды, — решил я, не обращать на это внимание».

Записав свою находку, он продолжил.

— Так что решение мисс Шарко передать гостиницу вам выглядит крайне неожиданным и шокирующим, — он снова бросил быстрый взгляд на спокойного меня. Я ответил ему тем же, он не смог выдержать взгляд и отвернулся, продолжив исследования.

— Хотя конечно, для суда завещание подписанное собственноручно, будет иметь весомый аргумент.

— Судя по вашему тону, но не основной?

Он удивлённо на меня посмотрел, словно я прочитал его мысли.

— Да милорд, вы правы, но не будет являться единственным для принятия решения. Вот если бы вы были подданным короны, тогда безусловно, дело решилось бы за пять минут в вашу пользу.

— Спасибо господин…

— Не за что, — вывернулся он, чтобы не представляться, — так что последуйте моему совету милорд, если действительно захотите остаться в нашем королевстве.

— Удивительно то, что вы мне вообще помогаете, — я был в полном недоумении, в начале допроса неприкрытая агрессия, а сейчас прямо друг и товарищ.

— Скажем так, из всех знакомых мне родственников мисс Шарко, кто может претендовать на гостиничный комплекс, вы хоть им и не являетесь, но гораздо мне симпатичнее.

— Даже так?, — я сделал удивлённое лицо, — криминал? Плебеи?

Он внимательно посмотрел на меня.

— А вы умнее чем кажитесь граф, — внезапно он сделал мне комплимент, — и вы снова правы, те кто точно будут претендовать на наследство, не очень порядочный слой нашего спокойного в общем-то общества.

— Спасибо господин следователь, я учту ваши слова, — я слегка наклонил голову. Не грех уважать человека, хорошо выполняющего свою работу, даже информацией со мной поделился, чтобы предупредить о возможных проблемах.

— Тогда милорд не смею вас больше задерживать, — он поклонился и забрав стражу, которая маялась дурью всё это время, тоскливо посматривая в окна и мечтая убраться отсюда подальше.

Почти подойдя к двери, он развернулся и осторожно спросил.

— Милорд и если я уже начал давать вам добрые советы, то позвольте ещё один. Зарегистрируйтесь пожалуйста в нашем Ковене магов, они крайне не любят, когда в королевстве появляется маг ваших способностей, это конечно не обязательно, но лучше сделать.

— Спасибо, я подумаю над вашим предложением господин следователь, — этот человек нравился мне всё больше, нужно будет пристроить его кандидатуру в моих дальнейших планах, негоже разбрасываться хорошими кадрами.

Едва они ушли, я тут же позвонил к колокольчик. Ожидаемо, никто не явился на мой зов, поскольку о смене моего статуса пока знал только следователь. Пришлось приложить несколько усилий и пинками загнать на этаж слуг, заставив сначала убрать их человеческие останки, которые нужно было по местным законам хранить у себя в течении трёх дней и если их никто не затребует, затем самостоятельно похоронить на городском кладбище.

Мои затрещены, потрясание завещанием и кулаками, а также немного наглядных уроков о неравенстве сословий, быстро привели слуг в нужное настроение. Не имея даже малейшего представления о текущих делах гостиницы, я как белка метался по этажам, собирая информацию о постояльцах, количестве слуг, предполагаемых затратах и прочем. К вечеру, когда я уставший и обессиленный упал в бывшем кабинете хозяйки, оставшейся толике сил хватило только на то, чтобы обшарить кабинет сверху до низу и найти нужные мне бухгалтерские книги. Когда я залез в них, чтобы сверить полученные от слуг данные с учётом, что вела сама мисс Шарко, то не заметил, как усталость срубила меня.

Утро для меня наступило, когда я отклеился щекой от листа бумаги и слепо щурясь на бьющий мне прямо в глаза свет из окна, вспомнил вчерашний суматошный день.

— «Мне нужен помощник и быстро, — была первая же мысль».

Где набирать себе помощника, как не среди тех, кто каждый день находится в среде себе подобных и единственный благодарный взгляд хозяйки или лишняя полученная монета, способна настроить всех остальных против себя.

— Слушайте меня, жалкие отребья, — когда все слуги, не задействованные на обслуживание постояльцев собрались в холле, я похаживая мимо рядов мужчин и женщин, выбирал себе нужного человека, — ещё вчера я вам объяснил, что у гостиницы сменился хозяин, но до вашего скудного ума это пожалуй не дошло, так что когда я проснулся — ни одна, даже самая мелкая тварь из вас, не удосужилась принести мне завтрак.

Ответом мне было молчание, и судя по виду им было пофигу и на моё пробуждение и то, что я остался голоден.

— Но с другой стороны, я понимаю ваш шок от потери мисс Шарко, которая была так добра с нами и на первый раз прощу вас, — я все ещё не мог вычленить из ряда одинаковых для меня человеческих лиц того, кто бы своим внешним видом понравился мне с первого взгляда, так что приходилось тянуть время и вглядываться, вглядываться в лица.

Внезапно я остановился у крайнего ряда и заметил, что за спинами трёх слуг мельтешила одна низенькая фигура, которую старательно от меня прятали. Приказав слугам раздвинуться, я встретился с испуганным, но умным взглядом горбуна. Который был так сильно искривлён своим уродством, что один его вид вызывал омерзение. Скошенное и непропорциональное лицо с сальными висящими волосами, большой горб, которые делал его ещё ниже и уродливее, а также непропорционально длинные руки с широкими ладонями, которые казались доставали ему до колен. В общем урод — уродом.

Но меня заинтересовал его взгляд, да — испуганный, да — непонимающий, но в глубине всего этого я заметил проблески ума и воли.

— Как тебя зовут?

— Кассий, хозяин, — он на миг остолбенел, когда я к нему обратился, но смог быстро собраться и ответить, что опять же было ему в плюс.

— Твоя работа?

— Истопник хозяин, — в этот раз вообще без малейшей задержки.

— Скажи мне Кассий, хочешь ли ты получать больше денег и трахать тех служанок, которые сейчас на тебя смотрят с омерзением?

Взгляд горбуна, а также всех вокруг округлился, он даже стал задыхаться.

Словно прозрев, он огляделся вокруг. Я прекрасно представлял себе, как он тут жил и что ему приходилось терпеть каждый день, так что если он не сломался и остался, он мне подходил на первое время, чтобы помочь контролировать хотя бы слуг, ведь прежняя хозяйка принципиально не держала управляющего, стянув все рычаги власти только в свои руки. Вот теперь я и пожинал плоды её решения, когда никто толком ничего не знал о творившихся в гостинице делах, поскольку каждый отвечал только за свой маленький кусочек обязанностей.

— Конечно господин, — его голос стал слегка спёртым.

— Когда у вас выдача заработка?

— В конце каждой пятницы господин.

— Тогда огласи всем, что те кто остаётся и будет верен мне, так же как предыдущей хозяйке, в пятницу получат жалование увеличенное на одну серебряную монету. Потом зайди ко мне в кабинет, у меня будет к тебе поручение.

— Слушаюсь хозяин, — ещё до конца не осознавая свой статус, он зашаркал к центру холла и заикаясь, коверкая мои слова, объявил новый приказ.

Человеческое стадо тут же зашелестело, так что пришлось на него прикрикнуть и недовольно покачать головой моему новому управляющему. Тот сразу подобрался и более уверенным тоном приказал всем разойтись по местам и донести всё услышанное до тех, кто сейчас занимался гостями.

Когда спустя час он появился у меня в кабинете, передо мной предстал словно другой человек. Его горб как будто даже слегка расправился, а лицо стало чуть менее уродливым, да и сам он стал намного увереннее.

— Господин, можно?

— Да, заходи, — я кивнул ему на стул, со своими кадрами я всегда был спокойнее и чуть добрее, чем с остальной серой массой.

Я для начала снял с пояса запасённый кошелёк и передал его горбуну, тот непонимающе взял его и получив от меня подтверждающий кивок, развязал и ошеломлённо уставился на горсть золотых монет. Наверняка он впервые в жизни такое видел.

— Мне сегодня нужно знать, куда и где подать заявку на получение подданства. Кого можно подмазать, чтобы всё это сделалось быстро, — я конечно же осознавал, что и кому поручаю, но как ещё мне было проверять возможности людей, как не ставить для них трудновыполнимых задач?

— Да господин, — он кивнул, не задав вопросов, — что-то ещё?

— Купи себе новую хорошую одежду и сапоги, а также палку покрепче, для спин нерадивых слуг, — после моих слов его глаза загорелись огнём мести, — ну и не забывай, если тебе первое время будут сопротивляться, а ты захочешь кого-то наказать или взять понравившуюся служаночку — смело говори мне. У тебя есть ровно месяц, чтобы оправдать мои ожидания. Ты ведь понимаешь, что вся моя благосклонность даётся тебе в кредит и если ты где-то ошибёшься…

— Хозяин, — он тихим, но твёрдым голосом ответил мне, падая на оба колена, — моя жизнь принадлежит вам, если вы прикажите, я убью себя. Впервые с момента моего рождения, кто-то увидел во мне человека.

Я улыбнулся про себя, именно этот крепкий и несгибаемый стержень внутри уродливого горбуна я и рассмотрел тогда, когда первый раз встретился с его глазами. Приятно, когда ты оказываешься прав.

— «Не будем торопиться, — остановил я свои мысли, — пока он ничего не сделал и является таким же отбросом, как и остальные. Пусть принесёт пользу для начала».

— Чем быстрее добудешь для меня информацию, тем лучше, средства у тебя есть. Свободен.

Он молча бросился за дверь, а мне настало время закончить с проверкой бухгалтерии и самому направиться в центр города в поиске нужных мне канцелярий. Горбун, может справиться, а может и нет, мне же нужно было срочно легализоваться, чтобы обезопасить свои новые владения от возможных притязаний со стороны родственников усопшей. Я не думал даже, что мой путь по обустройству на новом месте так сильно облегчится, но стоило только поставить на человеческую жадность, показав камень огромной стоимости, как всё свершилось само по себе. Я прекрасно осознавал, какие возможности открывала мне гостиница с моими планами и возможностями, следовало теперь не упустить это всё из рук.

Я садился в поданную карету, которая была у хозяйки для выезда, как к гостинице подъехала другая и из неё показался знакомый мне господин с перебинтованным лицом. Увидев меня, он быстро засеменил по дорожке, словно шар покатился.

— Ваше сиятельство, — залебезил он, — вы найдёте для меня время?

— «И куда вчерашняя спесь делась?».

— Да конечно, только быстрее, — я сделал нетерпеливый жест.

— Можно поинтересоваться, куда вы направляетесь? Если в центр города, вы можете воспользоваться моей каретой, в ней можем и обсудить наши дела.

Идея выглядела более чем отличной, так что отпустив своего кучера, я пересел в другой экипаж. Ювелир устроился напротив меня и продолжал льстиво улыбаться.

— Управляющий его величества едва услышал, что есть продавец, который готов продать бриллиант такой величины, просто впился в меня, словно вошь, чтобы продажа произошла как можно скорее. Я ведь говорил, что у нас в королевстве никто не видел камней такой величины и чистоты, мне даже сначала не поверили, как в прочем и я сам, при первой нашей встрече.

Он заискивающе улыбнулся.

— Если продадите камень и выхлопочите мне подданство, в накладе не будете, — я перевел его лесть и подкаты в деловое русло, — сколько вы с него попытались стрясти с учётом своего посредничества?

— Ваша светлость, — он деланно оскорбился, но я заметил, как забегали его глаза.

— Сколько?!, — угрожающе спросил я, придвинувшись к нему ближе.

— Одиннадцать миллионов, — тут же испугался он, видимо вспомнив про вчерашнее, а ведь он сам пригласил меня в тесную карету, где если я захочу его убить, никого не будет, чтобы меня остановить, так что он правильно посчитал свою жизнь дороже денег.

— Десять мои, всё что остальное сможешь с него стрясти твоё, — от моего предложения у него глаза на лоб поехали, — смело торгуйся от моего имени, но учти, камень нужно продать, поскольку мне нужны деньги, так что не перестарайся. Ты это усёк?

Он тут же понятливо закивал головой. Слева и справа от него появились мои копии и тяжело на него взглянув, пропали. Он сглотнул и вытер платком внезапно появившийся на лбу пот.

— Выплата будет разовая и всей суммой целиком, — я вёл себя так, словно только что ничего не произошло, — также обязательное условие подданство и определённая лояльность к честному человеку. Возможно, ты ещё не слышал новости, но сегодня ночью на хозяйку было совершено нападение и бандиты зверски убили её. Я успел прикончить их на месте, так что умирающая мисс Шарко оставила на меня гостиницу.

Вот тут ювелира окончательно проняло, в отличии от следователя, он не поверил ни единому моему слову и вспотел так, что пот градом покатился по его лысине.

— Какая трагедия, — прошептал он, а я просто физически ощутил, как от него запахло страхом.

— «Ещё обгадиться ему тут не хватало, — поморщился я».

— Мистер Уорен, — чтобы снизить накал страстей, я обратился к нему по имени, — я сложный и не простой человек, как вы смогли убедиться в этом сами, но я могу вас заверить в одном — те люди, с кем я веду дела, могут не опасаться за свою жизнь и жизнь своих близких. А с вами у меня сейчас намечается отличная сделка и возможно долгосрочное сотрудничество, я понятно объясняю свою позицию?

— Более чем ваше сиятельство, — после моих слов он словно выдохнул и стал меньше, но в тоже время было видно, что самую малость он расслабился. Даже позволил себе сменить положение тела, хотя раньше сидел полностью неподвижным, как статуя.

— Мне есть смысл ехать в город и заниматься делами по получению подданства? Или можно такой пустяк поручить моему деловому партнёру, который лучше знает местные реалии, чем простой путешественник издалека?

— Ваше сиятельство, какой разговор!, — он так обрадовался, что стал предлагать мне вернуться на его карете назад, как только мы подъедем к ближайшему трактиру или постоялому двору, где он сможет нанять себе повозку. Как я мог отказать его страстному напору? Пришлось поблагодарить и воспользоваться его предложением.

* * *

— Хозяин, вы свободны?, — за суетой и выпроваживанием старых постояльцев, которые услышав о страшном убийстве, решили выселиться, я не заметил, как наступил вечер. Я сильно не переживал об их отъезде, всё равно у меня были другие планы, так что я как старым, так и новым говорил, что после случившегося мы закрываемся на ремонт, как только нас покинет последний постоялец.

— Заходи.

Горбун, приодетый и сверкающий как новенький золотой, с поклоном преподнёс мне кипу бумаг. Один беглый взгляд на которые, заставил меня хмыкнуть. Он успел не только переодеться, но и выполнить мои задания, передо мной лежали написанные корявым подчерком инструкции, как подать заявку на подданство. Неплохой результат для истопника, кем он был ещё утром.

— Я доволен Кассий, — я отложил бумаги на стол, надеясь, что они мне не понадобятся, поскольку я заключил сегодня более выгодную сделку, — теперь задание на завтра. Мне нужны утром полные списки работников с их жалованием, в расходных бумагах прошлой хозяйки по этому поводу творится полнейший хаос.

— Слушаюсь хозяин, будет сделано, — склонился он в низком поклоне.

— Да кстати, поскольку я сейчас не знаю о их текущем жаловании, можешь начать обход с самой красивой служанки, — сделал я более чем прозрачный намёк, как он может сегодня воспользоваться своим новым положением, — потом сделать надбавку будет сложнее.

— У меня и в мыслях такого не было господин!, — совершенно искренне возмутился он.

— Считай это моим приказом Кассий, моя позиция, награждать тех, кто мне верно служит и наказывать остальных.

Он сразу подобрался и его взгляд словно затуманился, похоже его выбор был слишком обширен.

— Слушаюсь хозяин.

— Тогда с утра жду список, а также полный отчёт по текущим делам гостиницы, — добил я его, — если посчитаешь нужным, можешь взять себе двух помощников, желательно крепких и выносливых, а также чтобы их боялись остальные слуги. Плату их также озвучишь такую, какую посчитаешь приемлемым. Твоё новое жалование мы обговорим завтра вечером, после твоего отчёта.

— Да хозяин, будет сделано, — он очень низко наклонился, но я видел, каким торжеством сверкнули его глаза.

— «Надеюсь его месть не помешает делу, а то придётся найти замену быстрее, — подумал я, — хотя карлик пока подаёт надежды».

Глава 2.

Верноподданный Его величества Эйвора IV

Как получить подданство без задержек и бюрократической волокиты? Всё просто — уступите распорядителю двора часть выручки за камень и упавшая в его карман наличность быстро устранит все ваши проблемы. От этой сделки все были в восторге, ювелир получил гигантский процент, распорядитель камень для короля и прибавку себе в виде полугодового жалования, я же всего лишь расписался в заранее заготовленных бумагах, которые давали мне теперь защиту короны, а также облагали годовым налогом с учётом официальной выручки от гостиницы. Чиновники не стали много мудрить, а просто взяли доход мисс Шарко за прошлый год и добавили к нему процент на вырост, вот и вся бюрократия, когда все подмазаны. Передо мной правда стала гигантская проблема, где я буду хранить такую кучу денег, которая займёт целый подвал, а также как же я буду всё это перевозить к себе, когда со мной расплатятся. Озвученную мной проблему решил тот же управитель, с радостью выдав мне подписанные королём бумаги королевского займа. Их было сто штук, каждая на выдачу с казны на сто тысяч золотых по предъявлению. Он был таким радостным, передавая мне не наличные, а бумаги, что я решил, как можно быстрее заняться ремонтом гостиницы, а также организацией погреба под казну, так и охраной всего этого.

Бумаги — бумагами, но если король не захочет отдавать весь долг, оттягивая выплаты — кто я, чтобы ему что-то сделать. Так что обналичив две из них, я нанял экипаж и тяжело груженный ящиками, под охраной городской стражи, вернулся в гостиницу.

* * *

— Кассий, всё в мой кабинет, — я был доволен, что к моему прибытию подготовились. Слуги встречали карету на заднем дворе гостиницы, на лицах, особенно девушек сквозило печалью. Весёлые посидели и постоянные набеги на кухню прекратились, так что временная эйфория, связанная с увеличением жалования быстро у них закончилась. Горбун, над которым измывались все кому не лень, стал наводить порядок железной рукой, причём действительно подобрал себе двух дюжих помощников, которые сопровождали его теперь при обходе владений. Конечно ему я не собирался доверять управление гостиницей, для этого нужен был более опытный человек, но на переходный период он мне подходил лучше всех.

— «Нужно поискать себе управляющего, — сделал я себе заметку, — я не хочу влезать в ремонт с головой, если для этого можно подобрать достойного человека».

— Хозяин вас ждут посетители, — ошарашил меня горбун, пока я присматривал, как разгружали сундуки с золотом и перетаскивали в мой кабинет.

— Чего сразу не сказал?, — с неудовольствием спросил я.

— Простите хозяин, они прибыли прямо перед вами, я их устроил в холе.

— Хорошо, что не в кабинете, — не стал я винить его дальше, если бы он их усадил в кабинет, куда я заносил сундуки, это стало бы проблемой, а так ладно уж.

— Хорошо, веди, — я запер ставни на окнах изнутри и запер дверь, что конечно было не сильно надёжно, но на краткое время хватит и этого. Вопрос охраны и того человека, который поможет мне потратить деньги на мои цели, обрисовался всё яснее с каждым поворотом ключа в замочной скважине.

Выйдя из кабинета, я по знакомому маршруту добрался в холл и посмотрел на ожидающих меня лиц.

— «Ого, — я был удивлён, когда среди двух явного вида купцов, увидел красивую женщину».

— Добрый день господа, чем обязан?, — я подошел и не посчитал нужным представиться.

— Вы граф де Берзе?, — высокий и худой, словно жердь, мужчина не носил на поясе шпаги, а небольшой кинжал слабо показывал его мужественность.

— К вашим услугам.

— Мы хотели бы обсудить вопрос захвата вами нашей собственности, — резко начал он тоном, за который в империи ему подрезали бы язык. В этом королевстве явно была проблема с субординацией, в который раз я видел, как к дворянам обращаются как равным, разного рода выскочки из торгашей.

— Можем обсудить это на дуэльной площадке, например, — в отличии от местных, я не собирался терпеть к себе такого отношения, — если не смените тон.

— Господа, ваше сиятельство, — женщина одним взмахом руки захлопнула открывшийся рот худого и мило мне улыбнулась, подойдя ближе. Тонкий запах благовоний проник мне в нос, она явно была не из их сословия. Прилично одета, властность в движениях, я видел разницу.

— Давайте не будем доходить до крайностей, — она взяла разговор в свои руки, — мы ведь можем спокойно это обсудить? И не обязательно здесь?

Она выжидательно посмотрела на меня. Я сделал вид, что не понимаю её, она же прекрасно поняла моё молчание, поскольку бросила на меня недовольный взгляд зелёных глаз и отодвинулась, явно демонстрируя недовольство мной.

— «Ах, эти старые добрые женские манипуляции, — я прямо с ностальгией вспомнил подобное поведение придворных дам, которые пытались добиться моего расположения подобными методами, — но милочка ты просчиталась, если бы на моём месте был дибил Анри, то может у тебя что-то и получилось. Он был ещё тем соплежуем».

Я не сдвинулся с места и не стал извиняться, в конце концов они пришли ко мне решать свои проблемы, а не я. Женщина видя отсутствие малейшей реакции, на её мелкие манипуляции, закусила уголок губ, но быстро взяла себя в руки.

— Ваше сиятельство, мы хотели бы заявить права на бизнес нашей дорогой усопшей мисс Шарко, она приходилась нам с господином Рогордом родственницей, а господину Дергону она осталась должна по закладной.

— Могу я её увидеть?, — я тут же заинтересовался новой проблемой, такое было вполне возможно, что хозяйка брала взаймы, не от хорошей же жизни она стала грабить и убивать своих постояльцев, видимо со смертью своего мужа, который и создал это место, дела у ней пошли не так хорошо, как она хотела.

Молчавший человек, достал из своей сумки документ и протянул его мне. Я кинул быстрый взгляд на него, он спокойно встретил. Я пробежался взглядом по закладной и убедился в том, что всё сделано даже более чем достоверно. Два свидетеля, подпись хозяйки и видимо его подпись, всё заверено королевским нотариусом. К тому же сумма была очень приличной — десять тысяч золотых. Если с такой пойдут в суд, мне ничего не светит, ведь я принял на себя дела усопшей и, следовательно, её долги.

— Господин Дергон, если вы дождётесь окончания нашего разговора, я расплачусь с вами по этой закладной.

Он удивлённо на меня посмотрел, но лишь кивнул, что согласен.

— «Крайне немногословный человек».

— Что касается вас, — я обратился к оставшимся двум людям, — нам говорить не о чём. Дело отошло ко мне по завещанию, можете обратиться в суд.

Худой от моего заявления пошёл пятнами, его желваки заиграли на лице, но когда я поправил шпагу на богу, он сразу перестал бросать на меня гневные взгляды.

— «В этом королевстве точно нужно навести порядок, — убедился я по его поведению».

— Где и когда?, — неожиданно выпалил он, введя меня в недоумение, я-то думал он не из смелых.

— Когда угодно, хоть сейчас, — я пожал плечами.

— Тогда я пришлю к вам своих секундантов, — он развернулся и вышел.

— Ваше сиятельство, — женщина посмотрела на меня с осуждением, — мы ведь хотели решить дело миром.

— Миледи, между нами никаких дел нет, — отрезал я, обращаясь к ожидавшему меня молчуну, — господин Дергон, прошу в мой кабинет.

Мой дерзкий ответ заставил её покраснеть и возмущённо на меня посмотреть. Я же не обращая больше на неё внимание, жестом руки, пригласил следовать за мной единственного настоящего кредитора.

Видели бы вы его глаза, когда в кабинете я усадил его в кресло и позвав слуг, предложил ему лёгкий ужин и вино, пока я буду отсчитывать ему долг. Он растерялся и сказал, что не был готов ехать назад с такой суммой, я же заверил его что он может взять мой экипаж и нужное количество слуг, чтобы чувствовать себя спокойно на обратном пути, просто мне бы хотелось закончить это дело раз и навсегда, так как планировал заняться гостиницей более плотно, не тратя время на разбирательства.

— Граф, с вами приятно иметь дело, — были единственные его слова, когда он нагруженный золотом отправился к себе в город, я же спрятал закладную с его подписью «Погашено», себе в стол. Если где-то всплывёт её дубликат, будет легко доказать, что я полностью его выплатил.

— «Завтра посвящу день поиску охраны и управляющего», — решил я, укладываясь спать. Пару служанок, которые попытались проникнуть мне в кровать, я выгнал из комнаты, не до них мне сейчас было, нужно было обдумать и записать в свою записную книгу ближайшие планы.

* * *

— Добрый день лейтенант, — я поздоровался с одним из главных офицеров столицы, аудиенция к которому мне обошлась в тысячу золотых, дорого тут брали служивые.

— Граф, — он сидел за столом своего кабинета и не сделал даже попытки поднять голову. Я сразу же понял, что разговаривать с ним о моем деле полностью бесполезно, но поскольку деньги были уплачены, решил выяснить хоть что-то полезное.

— Хотел спросить у вас, у кого лучшее хозяйство в столице?, — я остался на пороге, не садясь на стул, возле его обширного стола.

Он убрал бумаги из своих рук и удивлённо на меня посмотрел.

— Почему вы спрашиваете это у меня?

— Просто подумал, может вы знаете?, — я пожал плечами. Просить охрану у человека, который берёт взятки и сидит перед аристократом с такой миной и осознанием собственной значимости, было верхом глупости. Тут я конечно ошибся со своим выбором, но не попробовать я не мог.

Он внимательно на меня посмотрел.

— Вы лишь за этим ко мне пришли?

— Да и просто познакомиться, я недавно в городе.

— Вы не простой человек граф, да? Недавно у нас, а уже столько активности.

— Пожалуй мне пора господин лейтенант, — я развернулся чтобы уйти, — всего хорошего.

— Виконт Сершго, — неожиданно произнёс он, — поместье не самое большое, в отличии от других наших светил, но управляется оно на мой взгляд отлично. Я был у него не раз в гостях и всегда оставался доволен приёмом.

— Спасибо, — я повернулся и кивком головы поблагодарил его, тысяча золотых была потрачена не зря. Теперь нужно было самому взглянуть и на само поместье, и на её управляющего.

* * *

Желание обладать этим человеком возникло у меня ещё при подъезде к поместью. Ухоженная дорога и деревья сразу бросились мне в глаза, как и то с какой любовью и заботой было сделано всё вокруг. Сразу было видно, что человек старается на совесть и вот тут у меня могли возникнуть определённые проблемы.

Чем больше я осматривался кругом, прежде чем о моём неожиданном визите доложили хозяевам, тем больше понимал, что дело будет сложнее, чем я думал сначала. Похоже человека, который так любил это поместье, деньгами было не купить. Такое бывало в моей жизни и такие люди конечно нравились мне своими принципами, но как же сложно было с ними работать из-за этого. Вариант прийти, предложить много больше — сейчас явно был бы ошибочным, мне нужно было придумать что-то иное.

— Ваше сиятельство?, — слуги проводили меня к молоденькой девушке, которая изумлённо на меня смотрела. Ещё бы, незнакомец явился в их дом без приглашения — это было верхом неприличия. Я бы сам себя стал бы порицать, если бы не мои гигантские проблемы с отсутствием грамотного персонала, из-за этого пришлось на многие вещи смотреть проще, в том числе и на приличия.

— Брата нет дома, — договорила она.

— Прошу простить меня баронесса Оливия, — я снял шляпу и сделал глубокий поклон, — но я прибыл не совсем к нему, а к вам.

— Ко мне?, — она зарделась и широко раскрыла глаза, когда я достал из внутреннего кармана мешочек и протянул ей алмаз.

— Да, хотел засвидетельствовать вам своё почтение и выразить намерения ухаживать за вами. Этот камень подходит вам, как никакой другой. Такой же чистый и прекрасный.

— «Подарок так себе для девушки, лучше бы он был конечно оправлен, но приходиться придумывать на ходу, — импровизировал я».

Девушка, как в прочем и служанки за её спиной, превратились в соляные столбы. Ну, а что мне было ещё делать? Прибыть в чужой дом и потребовать, чтобы мне предоставили управляющего, которого я переманю? Меня выпнули бы из поместья не посмотрев ни на какие титулы.

— Но.. как..я..вы.., — она была так ошарашена, что взяла в руки камень и переводила свой взгляд то на меня, то на него.

— Я понимаю, что всё это неожиданно, так что дам вам время подумать, — я наклонился и поцеловал пальчики на её руке. Ошарашенная девушка даже не пошевелилась, так что я быстро ретировался, пока она не пришла в себя. Первый натиск был сделан успешно, следующий раз меня здесь примут более по-домашнему, ну и вернувшийся брат наверняка расскажет о камне больше, а главное его цене.

Возвращаясь домой я останавливался в разных постоялых дворах и гостиницах, спрашивая о толковых управляющих, мне советовали разных людей, но когда я ехал к их месту работы, то оказывался не впечатлён результатами их деятельности. Точнее я был бы впечатлён, если бы до этого не видел работу другого человека. Потратив таким образом весь день, я убедился, что нужно действовать по первому варианту — мне был нужен управляющий семьи Сершго.

По прибытию домой я застал там двух господ, которые представились секундантами тощего родственника покойной хозяйки, и мы быстро обсудили предстоящую дуэль. Местное королевство обрадовало меня информацией, что любой человек мог выставить вместо себя замену, которая будет его представлять. Вот тут-то я и понял, каким образом купцы стали вровень с дворянами. При вызовах на дуэли, они выставляли вместо себе бретёров! Этот класс мерзких человечков, убивающих за деньги, оказался здесь весьма развитой профессией. Так что мне рассказали с кем я буду сражаться, и между делом спросили, не хочу ли я отменить дуэль, урегулировав дело миром. Конечно же они были посланы и поединок должен был состояться завтра на рассвете, неподалёку отсюда в лесу.

— «Это также надо взять себе на заметку, — я сделал в свою чёрную книжку новую запись, — постараться устранить причину дерзкого поведения местных торгашей».

Конечно, я прекрасно всё помнил и без записей, но проклятая привычка, сознательно вырабатываемая мной годами, давала о себе знать, так что всё время ощущая нехватку чего-то, пришлось плюнуть на конспирацию и купить себе сплетённые листы с черной кожаной обложкой.

По уходу весьма удивлённых господ, которые поразились моей настойчивости устроить дуэль, я занялся делами гостиницы. Кассий, который достаточно всех запугал и изнасиловал, мало занимался делами, так что пришлось вызвать его к себе и напомнить, для чего именно я его взял, а также слегка проколов его шпагой, пообещал поставить в виде декорации в холе, чтобы его могли пинать все, кому не лень, если он наконец не займётся выполнением моих распоряжений, а не собственными удовольствиями. Похоже его проняло.

Утро выдалось прохладным, так что я решил быстро завершить дело, не занимаясь поддавками. Приехав на место, я увидел, что меня ждут там всем прежним составом: тощий, его секунданты, имена которых я даже не старался запомнить и он — тот, кто должен был меня убить. Молодой, в самом рассвете сил, невысокий, худощавый, но наверняка очень жилистый и гибкий, он стоял стороне от всех, дожидаясь, когда его позовут.

— «Ирония жизни, — хмыкнул я, видя, как с ним старательно не общаются, — ты подставляешь за кого-то свою шкуру, а на тебя при этом смотрят, как на дерьмо».

— Граф, — ко мне подошли два секунданта, — вы по-прежнему настаиваете на дуэли?

— Да, приступим, утром прохладно, а в моём возрасте нужно тепло для суставов.

Они удивлённо на меня посмотрели и позвали бретёра. Он снял с себя плащ, оставшись в одном камзоле и отбросив оружейный пояс, вооружился шпагой и дагой.

— Вы уверены граф, что мне можно пользоваться всем арсеналом, я неплохо обращаюсь двумя руками, — он подошёл ближе и обратился ко мне.

— Совестливый убийца?, — удивился я, — впервые вижу.

Он никак не отреагировал на мои слова, но по дрогнувшей щеке я понял, что мои слова его достали.

— Кстати, хотел спросить пока вы живы, как можно найти ваших собратьев по ремеслу? Хочу нанять одного-двух.

Молодой человек удивлённо посмотрел на меня и оглянулся на нанимателей. Я видел, что он был обеспокоен моим спокойствием и хладнокровием. Его видимо наняли, чтобы просто быстро и без свидетелей приколоть пожилого человека, а тут оказалось не всё так просто.

— Обратитесь в трактир «Дикий лебедь», — он спокойно ответил, кивая в сторону торговцев, сам тем не менее, собираясь и готовясь к бою, — уверен, вам помогут подобрать нужного человека.

— К бою, — с этими словами я поднял шпагу и сделал шаг к нему. Он легко отбил её и наверно сильно удивился, когда сзади его проткнули сразу три клинка. Он удивлённо посмотрел на меня, но больше ничего сделать не успел, рухнув на землю.

— Дуэль окончена, — прокомментировал я его мгновенную смерть и отменил свои копии, которые мигнув в воздухе, сразу пропали.

Под молчание и ошарашенные взгляды я погрузился в свою повозку и укутавшись в тёплый плащ, приказал уезжать отсюда.

— «Пожалуй по приезду, стоит взять себе в постель парочку служанок по моложе, хоть так согреюсь».

* * *

Вечером я отправился в поместье виконта Сершго, но перед этим нужно было посетить одно место. Для этого я взял карету и переоделся в ней в неброскую одежду простого дворянина, чтобы потом спокойно от неё можно было избавиться.

Когда мы прибыли и до нужного мне трактира было рукой подать, я приказал Кассию подождать меня здесь, сам же направился в увеселительное заведение. Я долго думал, как же мне дать понять бретёрам, что в городе появилась новая сила с которой необходимо считаться. Ничего путного я так и не придумал, всё сводилось к тому, что нужна была демонстрация этой силы.

Трактир светился издалека, из-за всех окон горел свет, показывая его популярность, также не было заметно вокруг пьяных и просто подозрительных лиц ошивающихся рядом. Ещё удивило отсутствие вышибал у входа, что в прочем объяснялось просто, если действительно контингент тут был именно тем, каким я про него думал.

Набросив на голову капюшон плаща, я закутался в него целиком, чтобы не видно было ни моего лица, ни фигуры. Дверь трактира противно скрипнула, и я вошел внутрь.

Подозрительно было просто оставаться на пороге, но мне нужно было удостовериться, что я попал в нужное место, так как устраивать резню среди простых граждан, было бы не лучшей затеей. В том, что тут не было случайных людей лучше всего говорило то, что я не увидел пьяных компаний. Никто не горланил, не привлекал к себе внимания. За несколькими столами сидели небольшие группы людей и о чём-то тихо разговаривали, редко поднося ко рту кружки.

— «Похоже бретёр меня не надул, впервые вижу трактир, где вечером не пьянствуют и не дерутся, — решил я, что проведённой проверки было достаточно».

Вокруг меня резко похолодало и в сидящих людей, мгновенно разгоняясь, полетели ледяные копья. Те, кто сидел ко мне спиной оказались пронзённые ими сразу, а вот остальные, увидевшие атаку, скатились на пол, быстро и слаженно при этом стали переворачивать столы, защищаясь от меня.

Похоже часть то ли заказчиков, то ли случайных людей тут всё же присутствовала, так как не все действовали умело, они и умерли в первые же моменты боя, когда я стал формировать ледяные копья и направлять их во всех, кого вижу. Крики раненных, проклятья в мой адрес и даже жиденькие попытки контрактовать, в том числе и магией, быстро захлебнулись под моим натиском. Разогнанные ледяные копья в щепу разносили столы, добираясь до людей и не давая им подобраться ко мне. Всех тех, кто пытался улизнуть на кухню, я убивал первыми.

Через десять минут настала тишина, когда я добил всех раненных и осмотрелся кругом. За стойкой раздался шум падающего прибора, я развернулся туда и подошел ближе, на меня затравленно посмотрел сидевший в луже собственных экскрементов толстый мужик и весь дрожал, держа в руках тарелку, которая видимо его и выдала.

— «Убить или предупредить?, — в голове возникла только одна мысль, — отсутствие свидетелей может привести не всегда к нужному для меня результату».

— Граф де Берзе — не прикосновенен, — я произнес слегка изменённым голосом, когда поднял его за подбородок ледяным мечом. Толстяк затрясся сильнее и пустил ещё одну лужу под себя.

— Ясно?

Он затрясся, но не в силах сказать ни слова, лишь обречённо затряс головой, при этом слёзы побежали по его толстым щекам.

Я убрал меч и направился к выходу, следовало незаметно добраться до кареты и переодевшись там в праздничную одежду, избавиться от этой. Именно поэтому я взял только горбуна, чтобы мало кто знал о моих «других» делах вне гостинцы.

Пока мы ехали в нужное мне поместье, где я собирался продолжить ухаживание за вполне миленькой дворяночкой, пытаясь при этом познакомиться с управляющим, я вспомнил, что убийца через положенный срок у меня в доме так и не появился. Похоже не всё шло по моему плану, так что нужно будет воспользоваться полученной от них информацией и наведаться в парочку мест.

* * *

— Ваше сиятельство, — растерянный молодой виконт, который был лишь на год старше своей сестры, встречал меня в гостиной, — простите, я попросил Оливию выйти позже, хотел поговорить с вами, как мужчина с мужчиной.

— Да слушаю, — я не наглел и вёл себя пристойно, если сесть хозяин не пригласил, значит останусь стоять, — ещё раз прошу простить меня за такие вторжения, но возраст и желание иметь детей, затмили мой разум, поэтому едва я увидел Оливию, как в сердце вспыхнули давно забытые чувства молодости.

— Понимаю вас, я сам молод, — он был по-прежнему растерян, поскольку трудно было ему собраться и говорить о таких вещах с человеком, которым был и старшего его по возрасту и по положению, — но я забочусь о счастье своей сестры, со смертью родителей я единственный, кто у ней остался, так что как бы пафосно это не прозвучало, хочу, чтобы она вышла замуж, только за любимого человека. Если у вас были надежды на моё содействие в этом вопросе, то сильно сожалею.

— Я понимаю вас виконт, но попытаюсь сам вспомнить свои молодые годы, — я улыбнулся ему, подмигивая, — всё что я прошу — это вашего разрешения посещать ваш дом.

— Да, конечно, если Оливия вас принимает, я никогда не буду против, — он горячо закивал головой.

— «Может быть прикончить их обоих и просто забрать себе управляющего?, — театр всегда меня утомлял, когда приходилось натягивать на себя разные маски и вести себя в соответствии с ожиданиями присутствующих, — хотя нет, ещё слишком мало информации, но как вариант, тоже мне подходит».

— А вот и хозяйка, — я широко улыбнулся и щелкнув пальцами дождался, когда Кассий принесет мне большой букет цветов. Взяв его, я быстро зашагал к пускающейся девушке, и сначала помог ей сойти с последних ступенек, лишь потом преподнес цветы.

— Ой, а что это на лепестках?, — она попыталась понюхать и заметила сверкающие капельки камней на лепестках.

— Бриллианты Оливия, — как можно более небрежно заметил я, с удовольствием видя, как расширяются её глаза, как судорожно она пытается понять сколько же стоит этот небольшой букет цветов, если на каждом лепестке находилось по небольшому, но драгоценному камню, — всего лишь камни, которые и рядом не стоят с вашей красотой.

Девушка покраснела и посмотрела на брата, прося помощи. Тот конечно же подошел к нам и взял из её рук букет.

— Если вы не возражаете ваше сиятельство, я поставлю его у Оливии в комнате, вы пока можете поговорить.

— Благодарю вас, — я кивком поблагодарил его за заботу.

Девушка под моим взглядом то краснела, то бледнела, судорожно сминая накрахмаленные рукава платья.

— Оливия, может быть вы покажите мне свой дом, в котором выросли, расскажите больше о себе?, — предложил я, видя, что девушка в конец смущена моим напором и вниманием.

Она тут же с радостью согласилась, видя для себя выход из смущающей её ситуации. Не думаю, что её когда-то домогались подобным способом.

— Джек!, — позвала громко она и я наконец увидел того, за кем охотился, но так ни разу не видел. По её зову в гостиную зашел скромно одетый молодой человек, лет двадцати, при одном взгляде на которого, я стиснул зубы. Проблемы только накапливались — по его быстрому, но очень обеспокоенному взгляду я понял, что он влюблён в неё! На себе же я ощутил взгляд полный ненависти — это было и понятно, его любовь оказалась под угрозой, а виноват был в этом всём я.

— Наш управляющий, — для меня пояснила она.

— «Хм, а ведь это для меня не так уж и плохо!, — в голову пришла отличная мысль и я быстро перестроил свои планы».

— Оливия, может я начну с обзора сада с вашим управляющим? А позже с тобой осмотрим дом? Вечерами холодно, так что я боюсь простудить тебя этой прогулкой.

Девушка удивлённо на меня посмотрела, ведь секунду назад я жаждал чтобы она показала мне дом. Но не успела она открыть рот, как вмешался молодой человек.

— Госпожа, господин граф прав, на улице вечером прохладно, так что вытаскивать вас туда было бы ошибкой.

Она удивлённо посмотрела и на него, неожиданно сдалась, пожав плечами на странные и нелогичные поступки мужчин.

— Хорошо, я тогда подожду вас здесь и переговорю с братом.

Едва мы вышли из дома и прошли в сад, как я повернулся к сопровождающему, который кидал на меня неприязненные взгляды и думал, что я этого не вижу.

— Стой и молчи!

Он ошарашенно посмотрел на меня и открыл рот, пришлось достать кинжал и приставить его к горлу.

— Просто молчи и слушай, решение скажешь потом.

Он не смог даже кивнуть, поскольку остриё давило ему на кожу.

— Ты влюблён с детства в свою хозяйку и поскольку вы вместе росли, допускаю, что прежние хозяева в это не вмешивались, надеешься, что всё образуется само собой, когда Оливия выйдет замуж за дворянина. Но я сразу говорю тебе, что как бы не был лоялен её брат к тебе и её капризам, он никогда не отдаст свою сестру за простолюдина.

По его взгляду я понял, что попал во все свои предположения сразу одним точным ударом. Его взгляд потух и держать кинжал стало не нужно, поэтому я убрал его в ножны.

— Похоже ты прекрасно это осознаёшь, но продолжаешь жить в мечтах, или думаешь, что если окружишь её хорошей обстановкой и вниманием, она станет относиться к тебе лучше?

Он промолчал, раздавленный моими словами. Пора было наносить второй удар.

— Я предлагаю тебе договор. Ты работаешь на меня пять лет, по окончанию срока я покупаю тебе дворянство и кроме заработанного на этой должности, получишь от меня миллион золотых для ухаживаний за своей возлюбленной. С таким состоянием, в дворянском титуле, у тебя шансов будет гораздо больше добиться расположения как её, так и её брата, согласись?

Меня всегда раздражали влюблённые идиоты, вспомнить хотя бы соседа по телу, но как же хорошо, что они есть в этом мире. Едва услышав о предложении, он выпучил глаза и стал заикаться от волнения.

— Вы..пра-а-авда готовы э-тт-то сделать для меня?

— Я делаю это для себя!, — охладил я его пыл, — мне нужен управляющий, а твоя работа меня вполне устраивает. Так что последний раз предлагаю контракт, оформленный через королевского нотариуса — я делаю тебя дворянином и плачу миллион спустя пять лет твоей работы на меня. Решайся!!

— Но Оливия, что я скажу ей?! Ведь мне придётся уйти от них.

— Ты конечно можешь остаться, и наблюдать дальше как я завалю её драгоценными подарками и добьюсь расположения, оставив тебя не у дел, либо пока у меня не лопнуло терпение, примешь предложение и станешь наконец мужчиной!

— Но. Она. Я, — по его лицу было видно, как он отчаянно думает, что делать. Желание сердца не покидать любимую боролось в нём с голосом разума, который трезво заявлял, что такого предложения он не получит больше никогда в жизни, нужно соглашаться и быстро, ведь если не граф, то любой другой дворянин может начать ухаживать за красивой, молодой девушкой.

— Я согласен с одним условием, — наконец его взгляд стал осмысленным и требовательным, — дворянство я хочу сразу! За пять лет многое может произойти, а Оливия хоть не частый гость при дворе, но поклонники у ней имеются. Я не могу ждать так долго. Вы действительно можете это устроить?

— Разумный выбор, — удивлённо согласился я с ним, — хорошо, я согласен. Завтра утром, жду тебя у себя.

— Завтра?, — он был ошеломлён.

— А когда ты думал? Через год? Или ты одновременно хочешь и стать дворянином и жить прислугой в этом доме? Тебя никто не поймёт.

Он тут же закивал, признавая мою правоту.

— Служить у меня управляющем в дворянском титуле тоже так себе вариант для твоей репутации, именно поэтому я и оттягивал его получении на пять лет, — добавил я, — но это твой выбор, решать тебе. Главное же для меня, качество твоей работы.

— Завтра утром я буду у вас, куда мне приехать?, — его лицо выражало решимость, что меня порадовало. Всё же от влюблённых идиотов, польза есть, как ни крути.

— Гостиница «Лагуна», уверен не заблудишься.

— Да милорд, хорошо. Мне нужно все обговорить с хозяином. Только прошу вас, расстаньтесь с Оливией сегодня и не приезжайте больше в этот дом. Вы жестокий и бессердечный человек, я боюсь за любимую.

Я удивлённо посмотрел на него, давно же мне в лицо никто не произносил таких слов. Остриё кинжала оказалось у него под горлом, и я тихо ему сказал.

— Вот и никогда не забывай об этом. Джек.

Он судорожно сглотнул, чтобы не порезаться и выдохнул, только когда я развернулся и пошёл в дом.

Девушка с братом ждали меня в гостиной, тихо о чём-то переговариваясь.

— Оливия, я решил, вы должны стать моей женой, — возглас за спиной был прекрасным дополнением к онемению и шоку, который испытали хозяева от моих слов.

— Ваше сиятельство, вы очень торопитесь, моя сестра не готова к таким быстрым решениям, — наконец виконт пришёл в себя первым, — так что не обижайтесь, но нет. Сегодня мы не дадим вам ответ.

— Хорошо, тогда прощайте, — я сделал вид, что зол, но когда повернулся спиной к ним, то подмигнул ошалевшему парню. Он непонимающе проводил меня до порога.

— Джек, не испытывай моё терпение, — тихо сказал я, когда он помогал мне забраться в повозку, — завтра в девять или сделки не будет.

Он промолчал, но поймав его взгляд, я торжествующе улыбнулся про себя — он принял решение!

— Кассий!, — вернувшись домой, я вместо заслуженного отдыха занялся делами, хотя стареющее тело категорически не соглашалось с этим. Хорошо, что прощальный подарок Анри в виде бушующей во мне магии, подпитывал тело, не давая упасть без сил после такого бурного дня, который всего лишь двадцать лет назад был бы для меня необременительной прогулкой.

— Да хозяин!, — горбун, появился сразу.

— Завтра введёшь в курс дела нового управляющего, — огорошил я его с порога и по потухнувшим глазам, понял, как тот расстроен. Хорошо, что у меня на него были другие планы, ведь он не был виноват в том, что не мог управлять делами, не было должного образования и опыта, а на одном желании далеко не уедешь. Вот с чем он хорошо справлялся, так это с поручениями, так что нужно было и дальше развивать этот его талант.

— Слушаюсь!

— Кассий, поскольку ты стал свободен, у меня для тебя появилась новая работа, — остановил я его жестом, когда он попросил удалиться, — что если ты не будешь замкнут только в этом месте, а начнёшь свободно передвигаться по городу по моим делам? Как тебе место моего личного и доверенного слуги?

Горбун, не веря в своё счастье, с надеждой посмотрел на меня.

— Местные служаночки конечно хороши, но мир велик, ты так не думаешь? А на господина в хорошей одежде, да при средствах, не будут смотреть сверху вниз?

— Хозяин!, — он бросился на колени и обнял мою ногу. — Милорд!

От избытка чувств, он даже расплакался.

— «Потерять всё и тут же вернуть с троицей, как мало нужно для счастья простых людей».

— Кассий, — я не стал злиться и выпинывать его, в конце концов я видел, что его чувства были настоящими, — всё, что я прошу у тебя — это верности, больше мне ничего не нужно.

— Милорд, я весь ваш!, — он вытер слёзы и поднялся на ноги, его некрасивое и перекошенное лицо, было сейчас взволнованно, но очень решительно, самое то, для моих целей. Мне нужен был человек, который будет решать дела, знать о моей причастности к которым не должен был никто. Горбун для этой роли подходил пока идеально.

— Отлично, тогда завтра введёшь нового человека в курс дел, не скрывая ничего и займемся с тобой настоящими проектами.

— Да милорд! Вам принести что-нибудь?! Вы не ели весь вечер.

Живот напомнил мне о правдивости его слов.

— Да прикажи об ужине. Думаю, местные овечки обрадуются, что следующий пастух будет добрее.

Горбун низко поклонился, но горделивая улыбка на его лице, сказала мне о многом.

* * *

— Так Джек, вот деньги, — я открыл перед ошарашенным парнем два сундука, полных золотыми монетами, — а вот тебе мои планы.

Я протянул ему бумаги.

— Я подробно расписал, что хочу и что нужно будет сделать. Гостиница пуста, так что начинай работу, привлекай кого сочтёшь нужным, мне главное качество и скорость.

— Но ваше сиятельство, — он даже отступил перед таким богатством, — как я буду отчитываться перед вами за траты? Это ведь большое состояние!!

— Джек!, — я с укоризной на него посмотрел, — я прямо сейчас еду в город, чтобы договариваться о покупке тебе дворянства, и надеюсь уже скоро мы заключим с тобой договор, в котором закрепим все наши условия сделки. Понимаешь? Я сейчас начинаю выполнять наше соглашение, так что какая отчётность? Какие проверки? Ты о чём вообще? На кону стоит твоё счастье и Оливии, ты готов ради этого украсть пару сотен золотых?

— Конечно нет!, — искренне возмутился он.

— Тогда от тебя я жду только ответы и запросы. Делай всё, как считаешь нужным, только чтобы выполнить мои требования, если не хватит этих денег, я добуду ещё, тебе понятно?

— Да милорд, — он еще пока не понимал, как ко мне обращаться, постоянно перескакивая то с одного, то с другого.

— Тогда за работу!

Он судорожно кивнув, выбежал за дверь, а его место занял горбун, который утром с тяжким сердцем для себя убедился, что его заменили на действительно стоящего человека. Я видел, каким грустным он становился, после профессиональных вопросов настоящего управляющего о поставщиках, бухгалтерских книгах и прочем.

— Кассий, нам нужно в город, необходимо посетить пару мест, — не обязательно это было говорить слуге, что я собираюсь делать, но чувство причастности к тайнам, тоже было великим стимулом для людей — это я точно знал из прошлого.

Поскольку я не знал, к кому обратиться за весьма щекотливым делом, то направился к старому знакомому. Это только на словах ничего не понимающему влюблённому я мог заявить, что легко куплю дворянство, на самом деле к этому всегда относились весьма строго и провернуть такое точно будет непросто.

На моё счастье ювелир был у себя в магазине. Увидев меня он расцвёл, словно к нему приехала любимая мама, так что бросился сам встречать и раскланиваться. Его расположение простиралось настолько, что он быстро разобрался с покупателем, дав ему большую скидку на осматриваемое кольцо и закрыв дверь на засов, повернулся ко мне.

Я молча положил на столик камень примерной стоимостью в полмиллиона.

Он суетливо огляделся и взял его в руки, отнеся к устройству за витриной.

— Этот я могу выкупить сам, ваше сиятельство, — облегчённо вздохнул он, — где вы их только берёте? Это ведь такая редкость!

— Я его не продать хочу, — я улыбнулся ему, — хочу, чтобы вы оказали мне несколько услуг. Камень — плата за них.

— Ваше сиятельство!!!, — ювелир был ошарашен, — ничего не стоит таких денег!

— Ну одну из таких вы уже можете мне оказать, — я не стал с ним спорить, поскольку он не понимал, что принимая от меня этот камень, он как бы становиться моим вечным должником, ведь цена за него может быть никогда не выплачена его мелкими услугами.

Он превратился во очень внимательную статую.

— Я человек новый в вашем городе, так что не знаю к кому обратиться, кроме вас. Мне нужно дворянство для одного пылкого и достойного молодого человека, который родился без него.

Он осторожно поинтересовался.

— Мы говорим о бастарде?

Я отрицательно покачал головой, он тут же нахмурился.

— В его крови, есть хоть капля благородства?

— Боюсь, что нет, — я не стал лукавить, ведь парень по праву должен стать дворянином, я не нарушаю данных мной слов.

— М-м-м, ваше сиятельство, — ювелир с трудом смог отодвинуть от себя камень, — боюсь это невозможно, не знаю как у вас в королевстве, а у нас очень строгий учёт благородных семей. Боюсь это мне не по силам.

— Мистер Уорен, не разочаровывайте меня, — я удивился, как быстро он сдался, — не обязательно говорить это, как о покупке титула, ведь наверняка есть бедный род, который нуждается в средствах, он может усыновить, как я говорил весьма достойного молодого человека, вся вина которого только в том, что родился бедняком.

На его лицо наползли тучи, а лежащий перед глазами камень, притягивал взор.

— Ваш какой в этом выигрыш милорд?, — он посмотрел на меня, — это будет стоить очень много, вы ведь сами это прекрасно понимаете.

— Уверен, не дороже этого камня, — я пожал плечами, — или ваше королевство настолько богатое, что полмиллиона здесь не деньги?

— На эти деньги милорд у нас можно купить поместье и землю не меньше иного баронства и жить всю жизнь припеваючи, — горько сказал он, — но, вы не станете дворянином при этом.

— Хорошо, не буду вас убеждать, займусь этим сам, — я с показным вздохом взял со стола камень и покатав его в руке, потянулся к внутреннему карману.

— Я попробуй ваше сиятельство!, — тяжело дыша, внезапно произнёс ювелир, сильно потея при этом и протягивая руку ко мне. Я с удовольствием вложил в неё камень.

— Если для этого будет нужно, чтобы кто-то умер, можете сказать об этом мне, — я улыбнулся ему, а ювелир побледнел, — у меня есть знакомые, не гнушающиеся ничем.

— Милорд, — он сглотнул, — постараюсь обойтись без крайних средств.

— Просто знайте мистер Уорен, что я приехал в город не один, — ювелиру стало не по себе от моего заявления. Он лишь закивал головой, не смея поднять на меня взгляд.

Попрощавшись с ним, я вышел на улицу, где меня ждала карета.

— Кассий, карету оставь в ближайшем постоялом дворе, нам найди что-то попроще, мы едем в трущобы, — я снова переоделся, едва вышел от ювелира и попал в карету.

— Да милорд, — он взял у меня деньги и повёл наш экипаж ниже по улице.

* * *

— «Милое место, — я вспомнил дорого обставленный кабинет лейтенанта городской стражи и его чванливый вид, — две попытки ограбления и это мы отъехали от центральных улиц всего на два квартала! Лучше бы на это обратил своё внимание».

Нет, конечно и у меня в империи была преступность, искоренить её никогда не стояло моей целью, да это в принципе невозможно, всегда будут те, кто не хочет праведно трудиться, предпочитая тяжёлой работе быстрые деньги, но хотя бы такого бесчинства в столице точно не было. Преступники знали, что им сойдет с рук, а за что ищейки из канцелярии перевернут верх дном весь город — убийство аристократа на улицах столицы, было одним из подобных запретов.

— Эй ты, стоять!, — голос раздался сбоку, но тут же захлебнулся кровью, когда в него и его товарищей ударил лёд. Я лишь зябко поёжился.

— «Ну что стоило Анри помочь мне с этой магией, когда я был моложе?, — холод растекался по всему телу, чем больше я колдовал».

Видимо нужные уроки были извлечены и больше попыток остановить нас не было, так что я спокойно доехал до места, о котором мне говорили убийцы и оставив дрожащего Кассия ждать снаружи, вошёл в трактир. Грязный, вонючий — зато точно с простыми гражданами, если конечно можно было назвать собравшийся здесь сброд, приличными гражданами общества.

— Мне нужен Орсей или Джек, — спокойно сказал я в пустоту.

— Вали отсюда, пока цел, — верзила, стоявший рядом с дверью, положил мне на плечо руку и сразу же заверещал, когда она превратилась в лёд. Ударивший в горло ледяной меч заставил его завалиться набок, хрипя и заливая при этом кровью пол.

— Мне повторить?

В таверне настала угрюмая тишина, в руках сидящих стало появляться колющее и режущее оружие.

— Спокойно!, — раздавшийся уверенный голос, заставил всех обернуться, — уважаемые гости, продолжайтесь развлекаться. Вас же я прошу пройти за мной.

Судя по тому, что все как один вернулись к своим занятиям, человек обладал властью, так что я последовал за ним, нисколько не беспокоясь за себя. Панцирь изо льда, покрывавший всё тело, был делом весьма неприятным, поскольку после него я сутки не мог согреться, но очень нужным в таких ситуациях, когда нужно было беспокоиться за сохранность своей жизни.

Он повёл меня через коридор, мимо здоровяка, охранявшего проход в подвал ниже, в отдельную комнату, где сидели четыре человека. Они ужинали, пили и тихо разговаривали.

— Орсей, у нас гость, — лаконично представил меня провожатый и сел рядом с мужчинами, мне никто присесть не предложил.

— Мне не нравиться, когда прячут лицо, — тот, к кому он обратился, нагло указал в меня ножом, — сбрось капюшон.

Не дождавшись приглашения присоединиться к ним, я упал в свободное кресло и подтянул к себе тарелку с мясом. Стараясь, чтобы капюшон скрывал моё лицо, я взял мясо рукой и стал жадно есть.

Щёлкнувшая тетива сзади меня и тупая боль в спине наглядно мне показали, что расслабляться тут явно не стоило. Появившийся человек оказался для меня неожиданностью, хотя я за годы работы, давно выработал в себе чувство опасности, когда кто-то смотрит на меня с дурными намерениями. Не поворачиваясь, я выпустил с десяток ледяных копий и смачный звук вхождения их в мясо подтвердил, что я попал. Быстрый взгляд назад, и я увидел, что у двери корчиться человек с арбалетом в руках.

— Жаль, что наши переговоры зашли в тупик, — я встал с места и вытерев жирные руки о ткань обивки, одним движением прикончил все присутствующих. Выросшие из пола сталактиты изо льда, пронзили насквозь всех мужчин за столом. Покачав головой, я собрался уходить.

— Может быть вы их продолжите со мной?, — я резко обернулся, готовый атаковать, но увидел безоружного мужчину, с поднятыми руками. Обычный, не выразительный, каких было полно в оставленном кабаке.

— Ты кто?

— Орсей, — он опустил руки, видя, что я усаживаюсь обратно в кресло, подошел и сел туда, где не было забрызгано кровью, а таких мест было крайне мало в воцарившемся хаосе комнаты.

Я задумался, с чего бы мне лучше начать, но первым начал говорить он.

— Что вы хотите?

— Хочу найти достаточно амбициозного, но честного человека, чтобы помочь ему стать главой всех гильдий в этом городе, — честно ответил я.

Он удивлённо на меня посмотрел.

— Самые странные слова, что я слышал в своей жизни. Джек рассказывал, что вы крайне необычны милорд и советовал с вами не связываться.

— А где он сам?, — полюбопытствовал я.

— Он был слишком впечатлён вами, так что сбежал из города, — он пожал плечами.

— То есть камень он вам не передавал?, — уточнил я.

— Камень?, — его глаза сузились.

— Да, я решил в качестве нашего первого шага к сотрудничеству, предложить вам дар в виде вот такого рубина.

Я показал пальцами его размер и тяжело вздохнул.

— Видимо я был недостаточно хорош, если он решил сбежать с ним от нас обоих.

Орсей нахмурился, и постучал пальцами по столу.

— Зачем вам это?, — спросил он, — я не говорю вам о невозможность такого, потому что ваша магия убедительна, а после случившегося в «Диком лебеде» даже наверно слишком убедительна для меня. Если я обращусь за помощью в Ковен магов, то ничего кроме проблем на свою задницу не найду, а в вашем предложении есть интересное зерно.

— Не ожидал, что вообще найду понимание, — удивился я, думая, что придётся пройти по горе трупов с выносом желающих усидеть на этой должности, но ни от кого не зависеть, — не думаешь, что если легко пришло, легко и уйдет?

Орсей протянул мне руку.

— Даю своё слово, что всеми силами буду помогать вам взять город в одни руки.

Я пожал её и хмыкнул.

— Но ни слова, что будет дальше, да?

— Сначала нужно это осилить, — уклончиво ответил он.

— Я всё же удивлён, такому быстрому согласию, — я поднялся с кресла, — думал, будет более долгий путь.

Глава гильдии поднялся и прямо посмотрел на меня.

— Подумайте над тем милорд, что возможно не вы один хотите этого.

— «Ого!, — он меня приятно удивил таким заявлением».

— Тогда больше просто так мы не встречаемся, связь будем держать через моего слугу, вы его видели на входе.

— Какие наши дальнейшие планы?, — поинтересовался он, ведь кроме соглашения, конкретики в разговоре не было.

— Увидишь, причём скоро, — я тоже не собирался открывать все свои планы, — как только настанет нужное время.

Он набычился, но я проигнорировал его, повернувшись и пойдя на выход, затылком при этом чувствуя острый и враждебный буравящий взгляд.

— «Понятны причины его согласия, — я спокойно вышел из таверны и забрался в повозку, кивая горбуну трогаться, — он хочет того же, что и я — подмять под себя город, и если для этой цели нужно объединиться с врагом, то нет ничего проще. Главное когда достижение цели будет близко, не поворачиваться к нему спиной».

* * *

Человек, по воле судьбы с таким же именем, как и сбежавший убийца, поджидал меня в кабинете и представил результат своей сегодняшней работы, а успел он многое. Для начала составил план реконструкции бизнеса, убрав не доходные дополнительные услуги клиентам, которые тратили денег больше, чем зарабатывали. Также он пересмотрел поставщиков продуктов, ткани и прочих, которых оказалось слишком много, сведя все к пяти, самым проверенным, ну и добавил конечно своих, видимо с кем привык иметь дело по прошлому месту службы. Мне было без разницы кто это будет, главное, чтобы все было свежее и не сильно дорогое — гостиница должна давать прибыль! Не смотря на то, что денег у меня было очень много и она будет лишь прикрытием для моих дел, я не привык, чтобы что-то не работало как нужно.

— Джек, я доволен, — я отложил его записи и посмотрел на молодого парня, который сидел напротив, — с дворянством возникли определённые сложности, но я решу этот вопрос, так что посмотри наш договор, я тоже кое-что сделал, пока был в городе.

Я достал из чехла бумаги, заверенные нотариусом королевской канцелярии, всё что теперь требовалось, подписать их с обеих сторон и отдать копию договора обратно им на хранение. Моя подпись там уже стояла.

Парень жадно схватился за документы и стал читать, причём прочитав один раз, он перечитал снова и снова, затем положил бумаги на стол и попросив разрешения у меня, взял перо и подписал все три документа, вернув мне их обратно.

— Один экземпляр твой, — я вернул ему одну из бумаг, — вторую можешь сам отнести в королевскую канцелярию, если хочешь удостовериться в том, что наша сделка будет подтверждена короной.

Он поколебался, но всё же не взял второй экземпляр.

— Вам незачем обманывать меня милорд, — глухо произнёс он, — тем более если я не получу через месяц дворянство, сделка всё равно потеряет силу, а если получу, то дальше вам нет смысла меня обманывать. Я узнавал у друзей после нашего разговора с вами, про получение дворянства, все как один утверждали, что это невозможно.

— Почему же ты поверил мне?

— Вам трудно не верить милорд, вы добиваетесь поставленных перед собой целей, и пусть я не одобряю ваших методов, как с Оливией, но сейчас я готов смирить свою совесть, ведь речь идёт о моей судьбе и счастье.

— «Как всегда, — я едва сдержался, чтобы не рассмеяться, — все самые принципиальные люди, с которыми я сталкивался, практически всегда могли закрыть глаза на несправедливость, если дело касалось их шкуры».

— Хорошо, тогда на сегодня всё, — я откинулся на кресле, — пусть мне принесут ужин.

— Да милорд, — он с поклоном вышел за дверь, не прошло и минуты, как служанки заносили мне еду на серебряных блюдах о существовании которых, я даже не подозревал. Проверив всё перстнем, я стал пробовать ото всего понемногу.

— «Он и повара сменил что ли?, — качество еды было на порядок выше того, что я обычно ел. Конечно я не скажу, что было плохо, но когда привыкаешь к тому, что личный повар, который знает все твои пристрастия и вкусы, готовит для тебя, то последующие пять лет странствий и перекусы в придорожных тавернах, сильно снижают требовательность к еде. Снова попробовать что-то близко похожее из прошлого — это всегда вызывает ностальгию.

Глава 3.

На страже закона

— Милорд?, — в этот раз лейтенант, увидев меня на пороге, отложил свои дела и даже поднялся с кресла.

— Добрый день господин офицер, — я снял шляпу и поприветствовал его.

— Вы удивили меня — это правда, что я слышал?, — он предложил мне сесть.

— «Что это с ним? Такие перемены, — я был удивлён».

— Смотря что вы слышали.

— Что вы отбились от убийц и теперь владеете «Лагуной»?

— Да всё верно, — подтвердил я.

— Также до меня дошли слухи, что семья Сершго ищет себе нового управляющего, что в свете того, что я вам сказал на прошлой неделе, выглядит довольно подозрительно, вы не находите?

— Он работает на меня, — нет смысла скрывать очевидное, любой кто приедет в гостиницу, сразу увидит деятельного молодого человека, который занят ремонтом, подгоняя каменщиков и плотников.

Лейтенант остро на меня посмотрел, но не стал это комментировать.

— Что привело вас на этот раз ко мне, ваше сиятельство?

— Я вчера узнал, что у вас вакантно место сержанта стражи южного квартала.

— Да, есть такое, — он недоумённо посмотрел на меня.

— Хочу занять его, — так наверно его никто и никогда не ошарашивал ранее, — денег за должность не возьму, пусть остаются в казне. Готов работать бесплатно, пока мой квартал не станет тихим и спокойным.

— Эм-м-м, — он не мог подобрать слов, — ваше сиятельство, вы дворянин, а это простолюдинская должность — это ведь затронет вашу честь. Что скажет свет?! Вас отвергнет общество!

— Вы меня не так поняли, — я легко взмахнул рукой, — конечно, физически на этом месте буду находиться не я, а другой человек, которого я выберу, но фактически я буду всем управлять.

— И кто же он?, — он всё ещё был удивлён.

— Вот за этим я как раз к вам и пришёл, — я ему улыбнулся, — саму должность в принципе мне уже пообещал капитан, но он попросил поставить вас в известность.

У офицера перекосилось лицо, его скулы напряглись.

— Ну а что вы хотели господин Ларогос, — я удивился его реакции, — вы берёте тысячу золотых за аудиенцию без очереди, ваш капитан три — так что я просто подстраховался перед разговором с вами.

— Если все решено, какого демона вы ко мне пришли?!, — он явно был раздражён упоминанием того, что над ним есть начальство, а также суммой взятки.

— Господин лейтенант, я пришёл не враждовать, — я поднял руки в жесте мира, — просто хотел познакомиться с вашим начальством, ну и нужно же было что-то попросить за три тысячи, так что такой пустяк как должность сержанта не самого спокойного квартала, был тут же удовлетворен.

— И?, — он немного успокоился, но всё ещё посматривал на меня враждебно.

— Собственного говоря, я хотел у вас снова спросить совета, — я обезоруживающе ему улыбнулся, — есть у вас на примете действующий или отставной сержант, который не берёт мзду, честный до зубного скрежета и постоянно конфликтует с начальством?

Офицер наверно устал удивляться за сегодняшний разговор, так что лишь спросил, полностью успокаиваясь.

— Собираетесь поставить его на это место? Зачем вам это?

— Я ведь уже сказал, хочу навести в своём квартале порядок, что тут такого?

— Такие люди всегда есть, но если думаете, что они будут относиться к вам по другому, только потому что вы их поставите на это место, вы глубоко заблуждаетесь милорд.

— Это и отлично!, — восхитился я, — мне нужен неглупый, честный служака, который наведёт порядок.

— Он один не справится, но думаю вы это тоже предусмотрели?

— Конечно, я наберу ему стражу сам, если мне не подойдут те, кто служит сейчас, — спокойно ответил я, — и оплачу им сам.

— Я не очень понимаю, зачем вам это, может быть и правда хотите помочь городу, но в вашей просьбе, кроме того, что она очень странная, нет ничего плохого для города, так что я тоже не против. Сержант Гори Эртон — восточные ворота, сейчас он по моему на гауптвахте.

— О?, — искренне восхитился я.

— Прищемил хвост сыну одного из влиятельных дворян, который сбил лошадью на воротах несколько человек, так что он не только удовлетворяет вашим требованиям, но если вы решите, что он вам подходит, то ещё и спасёте его от суда. Что лично мне, также будет приятно, что хороший человек не пострадает от усердного несения службы.

— Куда идти?, — тут же обрадовался я.

— Обратитесь к моему секретарю, думаю эта братия лучше знает к кому обратиться за такими вопросами.

— Господин Ларогос, — я поднялся и протянул ему руку, — скажу откровенно, если при нашей первой встрече я был настроен к вам негативно, то сегодня моё мнение кардинально поменялось, так что приглашаю вас посетить мою гостинцу, когда будет закончен ремонт и я открою двери для устроенного бала.

— С чего это такие перемены?, — он улыбнулся одним уголком губ, показывая, что ему в принципе безразлично моё к нему отношение, но тёплые слова он оценил.

— Забота о своих людях — главный показатель порядочности человека, — я не стал продолжать дальше свою фразу, и откланялся, оставив его в кабинете, с задумчивым выражением на лице.

* * *

Старательно пытаясь не дышать, я зашёл в маленькую вонючую камеру, где на подстилке вонючей соломы, лежал человек.

— Сержант Гори Эртон?

— Кто спрашивает?, — ответил мне грубый и сиплый голос, а тело на полу даже не пошевелилось.

Иллюзии появились сразу и пять острых игл шпаг укололи его в спину и пятую точку. С матами и руганью тело взмыло вверх, а я оказался напротив огромного двухметрового громилы, с такой шириной груди, на которой наверно мог спокойно улечься песчаный лев. Синяк на пол лица, лишь добавлял вопросов к его весьма впечатляющей внешности — кто и как смог его ему поставить?

— Что-то мне подсказывает, что об дворян ты уже обжёгся, поэтому может не стоит повторять свои ошибки дважды?, — пять клинков упёрлись ему в шею и грудь, так что он сделал шаг назад, не разжимая при этом кулаков.

— Что вам нужно господин?, — он отошел в угол и повернувшись спиной, взялся руками за решетку на окне. Тусклый солнечный свет, едва пробивался оттуда.

— Я слышал сегодня будет суд, на котором тебя сначала высекут, потом отрубят руку и лишат занимаемой должности, за то, что оскорбил и ударил дворянина.

— Пришли поглумиться над этим?

— Милорд, — иллюзии появились и надавили ему клинками на спину, прокалывая её, но мужчина даже не шевельнулся.

— Пришли поглумиться, милорд?, — тем не менее глухо произнёс он, поворачиваясь ко мне.

Видимо воспитать его не будет таким уж безнадёжным делом, как я думал вначале. Понятное дело, что осознавая в какую задницу он попал и что ему грозит, он махнул рукой на свою судьбу, так что даже дерзит незнакомому дворянину, но ведь я прибыл просто на него посмотреть и оценить, подходит ли он мне. Тупой служака мне был не нужен, пока же его поведение мне нравилось.

— Пришёл предложить работу твоей мечты, — просто ответил я, — становишься сержантом южного округа, оклад двадцать золотых в неделю, подчиняешься только мне.

Он удивлённо на меня посмотрел.

— Это такая шутка милорд? Не очень подходящее время для них.

— Если сержант ты думаешь, что у меня больше нет дел, как проводить своё время в грязной и вонючей тюряге, то ты глубоко заблуждаешься на этот счёт.

— Но суд, наказание?, — как-то растерянно произнёс он, всё ещё не веря моим словам.

— Если говоришь да, то прямо сейчас мы выходим отсюда, я даю тебе аванс, чтобы ты привёл себя в порядок и завтра заступаешь на новое место. Согласен?

— Да, конечно, кто откажется от такого.

Увидев мой взгляд, он тут же поправился.

— Прошу меня простить, милорд.

— Приучайся, — я повернулся и стукнул в дверь, чтобы стражники нам открыли, — для твоего же здоровья это будет полезно.

— Моя спина и жопа, уже вас хорошо запомнили милорд, — не смог сдержаться он от шпильки, но я был в хорошем настроении от того, что нашел нужного человека, так что лишь кинул на него взгляд, под которым эта громадина стушевалась.

Он всё ещё не верил, что его беспрепятственно выпустят из тюрьмы, так что оглядывался по сторонам, пока мы шли через двор, полный охраны, но к нам никто не подходил и вообще старательно делали вид, что нас не замечают.

— Можно вопрос милорд?

— Разрешаю.

— Как вы смогли? Ведь мне сказали дело передали королевскому судье.

— Ну всё просто, сегодня сержант Гори Эртон будет убит при попытке побега, когда его повезут в суд. Его тело и лицо будут сильно изувечены, так что дело закроют.

От удивления он остановился, так что пришлось повернуться к нему.

— Но как? Моя жена, родственники?!

— Об этом ты сам позаботишься сегодня, — я пожал плечами, — или думаешь на свете мало Гори Эртонов?

— А кто этот бедолага, который умрет за меня?, — глухо спросил он.

— Какой-то преступник, — я пожал плечами, — избавь меня от этого, мне нужен ты, а не он.

— Как-то это неправильно, — сказал он в спину, но тем не менее пошёл за мной.

Когда мы сели в карету, я старательно делал вид, что не замечаю исходящей от него вони немытого тела и одежды.

— Завтра с утра будешь у гостиницы «Лагуна», вместе отправимся на твоё новое место службы и надеюсь не нужно тебе напоминать, что я освободил тебя заплатив пять тысяч золотом, не для того чтобы ты не выполнял то, что я говорю.

— Пять тысяч!, — ахнул он, но тут же собрался, — простите милорд, но мою душу вы этим не купили, могу хоть сейчас вернуться обратно, но я не буду выполнять грязные поручения.

— За этим я тебя и взял, — я порадовался, что обратился за советом к лейтенанту, — ты не поверишь, но будешь делать работу, так как считаешь нужным, за небольшим исключением, на кое-что тебе всё же придётся закрывать глаза.

— Что же это?, — он ещё не знал, но я сегодня предварительно посетил его жену и ребёнка и предложил им переехать поближе к будущему месту службы их отца, дав авансом в честь будущего оклада сотню золотых. Так что он сильно удивится, когда прибудет домой. Каким бы он не был суровым стражем, но я-то знал, куда лучше надавить в таких случаях. Анри тоже «плыл», когда виделся с семьёй, а находясь в его сознании я подмечал, каким же лёгким будет давление на людей, у которых есть семья и близкие.

— Узнаешь в своё время, — я тяжело на него посмотрел, — Гори, даю тебе совет на будущее, не разочаруй меня. Ты не простой стражник на воротах, ты сержант. Я узнавал, что на своё прошлое место ты попал не благодаря связям или золоту, а честной службой, так что взвешивай отныне дважды, а лучше трижды свои решения, последствия которых могут повлиять не только на тебя.

— Я понял милорд.

— Здесь ты выходишь, — мы доехали до дома, где он жил с семьёй и он кинул на меня взгляд, на который я спокойно ответил. Он понял, на что я намекнул своей последней фразой.

— Во сколько мне быть у вас милорд?

— В восемь утра.

— Слушаюсь.

— «Надеюсь он не станет слишком раздражающим, — я проводил взглядом его широченную спину, а под его весом карета едва не подпрыгнула, когда он покинул её».

* * *

— Господин граф, что это значит?!, — едва я вылез из кареты, как передо мной оказался возмущённый молодой человек, за спиной которого маячил мой управляющий, умоляюще сложивший руки.

— Чего вам виконт?, — недовольно спросил я, после посещения тюрьмы, мне срочно нужно было принять ванну и переодеться.

— Вы такой мерзкий человечишка, что из-за того что вас отвергли, увели у нас управляющего?

Мой взгляд посуровел, слова прозвучали.

— Где и когда виконт?

— Что?, — не понял он моих слов.

— Где и когда вы будете готовы ответить за свои слова?

— Вы! Сначала ответьте мне!, — вспылил он.

— Я вам ничего не должен, молодой человек, — я мягко улыбнулся, видя его взъерошенный и взбешённый вид.

— «Я такого не планировал, но без его отсутствия, рука Оливии быстрее достанется Джеку, нужно поторопиться с его дворянством».

— Вы..я.. — он наверно ещё не понимал, что натворил, но кидаться на меня сейчас, при свидетелях, когда вызов прозвучал, было верхом неблагоразумия.

— Жду ваших секундантов, виконт.

— Завтра утром!, — с вызовом бросил он, — мне они не нужны!

— К сожалению у меня на утро назначены дела, так что предлагаю обед, — я пожал плечами, обычно посредники нужны, чтобы во-первых люди сгоряча не наговорили друг другу лишнего и во-вторых, чтобы смогли увести тело после дуэли, или оказать помощь раненному. Хотя если он такой самоуверенный — это его право.

— Хорошо, тогда здесь же в парке!, — он получил от меня кивок и повернувшись, зашагал к своей повозке. Ко мне тут же подбежал обеспокоенный Джек.

— Ваша светлость, он вызвал вас?

— Да, Джек, завтра после обеда здесь же в парке. Он отказался от секундантов, так что вызови пожалуйста на это время завтра гробовщика с повозкой.

Управляющий побледнел.

— Милорд, прошу вас, я знаю вы маг, не убивайте его! Роберт хороший человек и не может умереть в таком молодом возрасте!

— Джек, — я посмотрел на него, — ты должен учиться различать, какие слова можно не заметить от другого дворянина, какие нельзя. Ты ведь скоро им станешь и поверь мне, желающих убить тебя будет предостаточно. В обществе не любят выскочек, а ты если добьёшься руки прекрасной Оливии, то недоброжелателей, которые захотят сделать её вдовой обязательно найдётся. А с вашими правила в королевстве, на дуэль с тобой не обязательно придёт сам вызывающий. Готов сейчас встретиться с бретёром?

После моих слов, он стушевался, но настроен был решительно.

— Ваша светлость, я готов отказаться от контракта, работать на вас пять лет бесплатно! Но пожалуйста, не убивайте его! Я молю вас!

— «Вот же бестолочь!!!, — раздражение охватило меня».

Если ему сейчас отказать, на ближайшие пять лет я получу не управляющего, а марионетку, только выполняющую приказы.

— Джек, — я внимательно посмотрел на парня, который был готов работать бесплатно, лишь бы его прошлый хозяин не пострадал, он чувствовал свою вину за это, — контракт останется в силе, но я обещаю тебе, что целенаправленно постараюсь его не убивать. Доволен?

— Милорд!!, — он упал на колено и схватился за мою руку, — это всё, что я прошу!

— Пока же устрой мне баню и обед, — я отмахнулся от его искренних чувств, жаль конечно, но убить виконта было бы гораздо полезнее для моих дальнейших планов.

— Слушаюсь милорд!, — с той скоростью, с которой он бросился выполнять приказ, я задумчиво посмотрел в след.

— «А может и не стоит его убивать, время покажет».

* * *

Выстроившиеся на маленьком плацу стражники были похожи на кого угодно, кроме как на слуг закона. Нечищеные доспехи, ржавое оружие и бессмысленные взгляды не опохмелившихся людей, лучше всего передавали атмосферу, которую мы застали утром, появившись на посте стражи. Маленькое здание казарм, плаца и совсем крошечное здание допросной всего с двумя камерами, заставило меня задуматься, так что пока сержант приступал к своим обязанностям, сбивая с ног особо дерзких и нахальных, при этом развешивая тумаки направо и налево, я обозревал свои новые владения.

— «Не развернуться тут, похоже придётся вложиться, — решил я, подмечая всё вокруг».

— Милорд, — ко мне подошёл злой сержант со сбитыми кулаками, — мне можно набрать новую команду? Эти пьянчуги никуда не годятся.

— Дай им время привыкнуть, если не последуют за тобой, примешь решение, — я поманил его за собой.

Когда мы отошли, чтобы нас не слышали, я достал тяжёлый кошелёк с деньгами и протянул его ему.

— Здесь тысяча золотых, — сержант был ошеломлён, — закупишь бумагу, принадлежности и все по мелочи. Вечером к тебе приедет мой управляющий, подумай с ним, как можно тут всё снести и отстроить заново в большем формате. Какие казармы и временную тюрьму ты бы хотел, кабинет себе отдельный не забудь, заодно обсудишь с ним закупку новой формы, оружия и доспехов для стражи.

— Но милорд — это ведь всё предоставляет казна города, какой смысл тратить такие большие деньги на это самому?

— Вооружи своих людей тем, чем посчитаешь нужным, — я отмахнулся от возражений, — создай им условия и потом уже будешь выбирать кого оставить, а кого прогнать взашей.

— Но мы тогда не сможем выполнять работу в ближайшее время, милорд.

— Эти пивные брюхи что ли работали? Не смеши меня, — я презрительно хмыкнул, — делай первоочередные задачи, как будешь готов, приходи. Только прошу не затягивай, у меня на тебя куча планов.

— Милорд, — он подбирал слова, так как помнил, чем обычно заканчивалось моё недовольство, — можно узнать, что мне нужно будет делать?

— Свою работу Гори, — я показал на тюрьму, — как я тебе и обещал, можешь ловить и допрашивать любого, кроме аристократов конечно, не забудь, чего тебе стоило последнее приключение.

— Я благодарен вам милорд, — он внезапно стал хмурым, — я не смогу вам пока отдать переданный аванс Эмме, но расплачусь в ближайшее время.

— Кстати о деньгах, — я почесал подбородок. — Людям своим будешь платить содержание сам. Кроме городских выплат, будет премия в зависимости от того, как они работали, так что составь и веди отдельную книгу для этого. Про долг забудь, мне от тебя нужна только работа, если не справишься, тогда и поговорим о моих тратах на тебя и потерянное время.

— Я не всемогущ милорд, не могу пообещать невозможного.

— Этого мне и не нужно, всё что от тебя требуется — ловить преступников. С этим ты справишься?

— Да милорд.

— Отлично, тогда оставляю тебя, а ты подумай, как и что тут нужно перестроить.

Оставив новоиспечённого и крайне озадаченного сержанта, я направился к карете, где до невозможности гордый Кассий восседал на козлах.

— К ювелиру, — прежде чем сесть в карету, приказал я.

* * *

— Мистер Уорен?, — зазвучавший колокольчик двери и улыбающийся до ушей ювелир, который как и прошлый раз, поспешил закрыть лавку при моём прибытии, — вы не даёте о себе знать, это меня весьма расстраивает, знаете ли.

Улыбка на лице ювелира чуть погасла, он достал платок и вытер им внезапно вспотевшее лицо.

— Ваше сиятельство, я только вчера нашел то, что вы просили, так что сегодня собирался навестить вас, просто вы меня опередили.

— Да? Хотелось бы услышать подробности, да побыстрее, у меня через три часа дуэль, как понимаете, опаздывать нельзя.

— Конечно, дело чести, — тут же засуетился он, — в общем я нашел подходящий вам дворянский род, который готов принять в себя вашего человека, но есть проблема, они пока не являются наследниками.

— Уже интереснее, — поторопил его я, — продолжайте.

— В общем брат и сестра наследники рода Уэлколков, но вот настоящий его глава будет крайне против такого их решения.

— Это не проблема, но став приемниками, они не передумают?, — и добавил, — сколько они запросили?

— Полмиллиона, милорд. Не думаю, что они передумают, Род остро нуждаются в деньгах, можно сказать они скоро начнут нищенствовать.

— Хорошо, можете сообщить им, что сделке быть, только не забудьте им намекнуть, что обманывать меня не стоит. Ведь род Уэлколков может пресечься и целиком.

— Ваша светлость, я им сделал пару откровенных намёков, что за такие деньги, пойдут на многое.

— Хорошо, я вами доволен Уорен, — я встал с кресла, — не буду больше отнимать ваше время. Жду от вас бумаги.

— А когда глава их Рода скоропостижно скончается?, — ювелир опасался говорить прямо о таких вещах, ведь всё же мы об убийстве дворянина говорили. За такое и под суд можно было попасть.

— Не переживайте, у пожилых людей слабое здоровье, — я отправился к двери, мне и правда нужно было спешить.

* * *

На моё удивление, когда я подъехал в условленное место, меня там ждал не один виконт. На дороге, которая примыкала к условленной поляне, стояло целых три экипажа. В двух из них я увидел незнакомых мне людей, а вот третий меня заинтересовал, поскольку окна в карете были зашторены.

— «Невеста или сестра?, — попробовал я угадать, осматривая экипаж, — ставлю на сестру — сто золотых!».

Словно меня кто-то услышал и когда я проезжал рядом с ней, шторка на мгновение шевельнулась, тут же вернувшись обратно, но я успел заметил бледное лицо Оливии.

— «Где мой выигрыш?!, — с удовлетворением подумал я, о своей правильной догадке, составленной лишь по внешнему состоянию экипажа. Как и их дом, он был старым, но очень ухоженным».

— У нас зрители?, — я разделся и взял шпагу в руки.

Молодой человек был размят и полон сил, судя по его спокойному и уверенному виду.

— Мои знакомые, не смог их удержать, — смутился он.

— Хорошо, тогда начнём, — я не стал вступать в долгие прелюдии, и с первым выпадом за его спиной появилась копия, которая проткнула ему ногу.

Вскрикнув от боли, он с недоумением посмотрел на узкий клинок, который тут же исчез, словно и не существовал, но вот кровь, тут же намочившая ему штанину была настоящей.

— Вы жулик!, — вскричал он.

— Виконт, не отягощайте собственную судьбу, — я нахмурился, вспомнив о своём обещании управляющему, — если бы вы вызвали как и положено секундантов, то конечно бы узнали о том, что я маг. Вы ведь как вызванная сторона могли поставить условия нашей дуэли, если вы не сделали этого сами, то это ваша вина, так что поосторожнее со своими словами. Убивали за меньшее.

Тут мне в голову пришла хорошая мысль, так что я решил не заканчивать поединок следующим выпадом, а прекратив вызывать иллюзии, стал драться с ним всерьёз. Надо отметить, что фехтовальщиком он оказался отменным, хорошая школа и поставленный удар. К тому же молодое и гибкое тело было не меньшим преимуществом, чем моя магия, что конечно же его не смущало. Драться с пожилым человеком было можно, а вот использование магии он считал бесчестным, странная иногда бывает логика у людей.

Сделав обманное движение, я применил грязный трюк, носком сапога кинув ему землю в глаза. Секунда отвлечения, но его правая рука падает вдоль тела, а шпага глухо ударяется о землю.

— Может пока не поздно, принесёте мне извинения и закончим?, — громко спросил я, так как заметил недалеко от нас в тени дерева фигуру управляющего, который также пришёл посмотреть.

— Никогда!, — он подхватил левой рукой с земли оружие и попытался напасть на меня. Я же всё время оглядываясь на карету, к которой повернулся специально так, чтобы его сестра видела весь поединок, вызвал иллюзию и пронзил ему вторую ногу.

Ругаясь последними словами, он упал на землю и в изнеможении от потери крови, всё ещё пытался меня достать. Я поднял шпагу и приставил её к его груди.

— Хватит, пожалуйста! Умоляю вас граф, — дверь кареты открылась и оттуда захлёбываясь слезами, выбежала девушка.

Я краем глаза отметил, как судорожно схватился за дерево Джек, увидев возлюбленную.

— «Хоть этот план удался, — с удовлетворением подметил я».

Девушка подбежала ближе и умоляюще протянула ко мне руки.

-Я согласна на всё граф, только пощадите моего брата!

— Оливия прекрати!, — он зарычал и попытался насадиться собой на острие моей шпаги, пришлось её убрать, — он мерзкий и недостойный человек, я убедился в этом ещё раз сегодня.

— Граф прошу вас, — девушка подняла на меня красные, заплаканные глаза.

Я убрал шпагу и достав из кармана сюртука платок, подошёл ближе и протянул его ей, прошептав на ухо.

— Жду вас сегодня, здесь же, в десять вечера.

Девушка от удивления разжала руки и платок упал на землю, пришлось его поднять и протянуть его ей вновь. Она покраснела от шеи и щёк, до мочек ушей.

Я сделал вид, что поправляю шпагу. Она тут же испуганно приняла у меня платок и сильно сжала пальцами руку, подтверждая встречу. Я улыбнулся и направился к своей карете, из соседних экипажей тут же высыпали зеваки и пошли к виконту.

— «Ни у кого не хватило ума привести с собой доктора, — восхитился я их глупостью».

К счастью один умный всё же нашёлся и им оказался мой управляющий, который стремглав бросился к новому экипажу, который приехал на место дуэли и открывая дверцу, заторопил человека, который по саквояжу и внешнему виду, явно был не гробовщиком. Похоже Джек действительно поверил в мои силы, если заранее подстраховался.

Надо отметить, что Оливия, которая увидела молодого человека, сначала смутилась, но когда он горячо стал говорить, попеременно показывая рукой то на ожидавшего приглашения доктора, то на её брата, она тут же согласилась на его помощь, отодвинув все разборки на потом.

Вечером я встретился в девушкой, которая прибыла на чьём-то чужом экипаже и подсев к ней, сначала немного помучил молчанием. Она же сидела не зная куда себя девать, то порывалась придвинуться ко мне, то девичья стыдливость заставляла сильнее укутываться в плащ. Получив удовольствие от её внутренних метаний, я просто стал рассказывать о нашем договоре с Джеком, а также том, что тот безумно её любит, и готов на всё, чтобы быть с ней рядом всю жизнь. Ради этого и того, чтобы стать дворянином он и подписал со мной контракт на пять лет, уйдя из их дома. Так что причина дуэли, а также поведение её брата были отвратительными и если бы не её вмешательство я бы не стал поступаться со своей честью и получил бы полное удовлетворение убив его.

Под конец рассказа зарёванная дурочка доверчиво ко мне прижималась, моля о прощении. Я нагоняя больше слащавости и пафоса, говорил, что она может обратить своё внимание на Джека, когда он станет дворянином, к тому же, она теперь знает, что брату не стоит верить беззаветно и преданно, если он не научился до сих пор разбираться в людях. Тиская мою руку, она горячо благодарила меня и даже попросила стать покровителем их с Джеком союза, так как призналась, что только его положение не даёт ей выразить свои чувства, а если он станет дворянином, то на пути их любви не будет больше преград, даже брат не сможет им помешать.

От её ерунды и горячего влюблённого бреда у меня начала болеть голова, но приходилось выступать в роли снисходительного отца и утирая её слёзы, наставлять и подсказывать, как лучше сейчас поступить. Когда с Джеком будет всё оформлено официально, она может начать принимать его ухаживания, но до той поры, им лучше не видеться и девушка с этим согласилась.

Когда заверения в искренней верности и дружбе наконец закончились, я смог покинуть карету и вернуться к себе, чтобы спокойно лечь спать. К сожалению сделать этого не удалось, меня перехватил ещё один влюблённый идиот, и так умоляюще на меня смотрел, что пришлось начинать поэму с самого начала, так как я отлично понимал, что поймал их сейчас обоих на такой крючок, с которого они уже больше не слезут. Она — убеждённая в том, что я спас её брата и не воспользовался её беззащитностью, действую в лучших побуждениях для их с Джеком союза, и он — который узнав, что я встречался с Оливией и всё ей рассказал, был сначала в ужасе, но едва услышал, что она тоже тайно в него влюблена, потерял всякий рассудок, пытаясь выжать с меня дословно, что и как она про это сказала.

Избавиться от него оказалось сложнее, чем от неё, так что пришлось когда он мне окончательно надоел, дать под зад и напомнить, кто собственно тут хозяин, вот только этот придурок ничего не заметил, «улетев» к себе думать и мечтать. Я нисколько не переживал о помощи этим двоим, ведь самое главное для меня было достигнуто: в семье Сершго теперь будут посеяны зёрна сомнения, ну и управляющий стал мне предан беззаветно — всё это явно стоило потерянных мной четырёх часов.

Глава 4.

Вхождение в общество

Я осматривал своё новое воинство и теперь оно мне определённо нравилось. Сержант постарался и за месяц набрал новых и заставил трудиться старых, из тех кто остался, так что новенький большой плац сверкал чистотой, не смотря на то, что пыль и грязь со строящихся рядом новых казарм и тюрьмы, летала сюда постоянно. Разбитые прямо на плацу временные шатры, также сияли чистотой. Пристально осмотрев подтянутых стражников, в новенькой броне и с оружием, я спросил у довольного сержанта.

— Гори, нам нужно ещё как минимум сто человек, наберёшь?

— Но милорд, казна выделяет только на пятьдесят.

Я посмотрел на него и он тут же осёкся.

— Конечно милорд.

— Деньги получишь у Джека, он же будет проверять твою бухгалтерию, а пока расскажи мне, как идут дела?

— Можете мне не верить милорд, но я впервые счастлив, — он покосился на меня, — чтобы я мог ловить кого хотел без оглядки, такого ещё ни у меня, ни у моих товарищей не было. К тому же ваши присланные информаторы слили нам столько информации о гильдиях и совершённых ими преступлениях, что мы ещё год тут будем с ней разбираться. Как раз хотел спросить вашего совета, что делать с воришками, которые нам попадаются? Их слишком много и разбираться с каждым будет слишком долго, когда у нас есть информация о настоящих преступниках.

— Сейчас покажу, приведите мне того, кто попался вам несколько раз, — попросил я его и кивнул ближайшему стражнику, подойти ко мне.

— А ты принеси мне деревянную киянку строителей, — он бросился выполнять, оставив остальной строй, слышавший наш разговор, в недоумении.

Когда сержант появился с щуплым парнем, который на его фоне казался лилипутом, но тем не менее это не мешало ему вырываться, пинаясь и царапаясь при этом.

— Положи его правую руку на стену, и держи его, — приказал я. Стражники выполнили мой приказ, уже догадываясь что произойдёт, когда я взял протянутую мне увесистую деревянную киянку.

— Если поймаете вора второй раз, то сделаете это с его правой рукой, — с этими словами я размахнулся и несколько раз с силой ударил по руке на стене. Раздался хруст и брызнула кровь.

— Третий раз, — я приказал положить его левую руку на стену и проделал с ней тоже самое. Юнец, упал за землю и с воем катался по ней, зажимая раздробленные кисти.

— Так что Гори, добавь к вооружению своих воинов ещё и киянки, — я протянул обагрённый кровью и остатками кожи инструмент сержанту, — пусть будет не по уставу, но необязательно носить их на виду.

Он тяжело смотрел на меня, но ничего не сказал, остальные же стражи были тише воды, старательно не встречаясь со мной взглядами.

— Это всё милорд?

Я поманил его за собой и отвёл подальше от остальных.

— Посмотри на этот рисунок, — я показал картинку с поднятым вверх сжатым кулаком, — если увидишь такую на запястье пойманных, ведите себя с ними вежливо. Никаких киянок, никаких сильных избиений, если конечно они вам сами не дадут повода, тут уж спуска никому не давайте, не забывай, что ты городская стража и тебя должны уважать и бояться.

— Хорошо милорд, — он принял от меня рисунок, — а если это будут убийцы?

— Тогда мы совместно с тобой решим, насколько его преступление тяжело, это понятно Гори?, — я понимал куда он клонит. После более тесного знакомства со мной и моими методами, он стал все более молчалив и редко пререкался, как это было в начале. Он конечно же понимал, что вбухивая огромные суммы денег в обустройство стражи, делаю я это не ради добрых душевных порывов, а ради своих тайных целей, но пока что я не переступал черты, после пересечения которой он бы послал меня и ушёл в отставку. Всей картины происходящего и моих планов на него и стражу, он конечно же не знал и я надеялся, что и не узнает.

* * *

— Босс, люди боятся ходить на дело в южный квартал, — стоявший перед ним татуированный по самые глаза бывший пират, суетливо сжимал в руках шляпу, — там вообще последнее время творятся страшные дела, стража обезумила. Воришек больше не хватают и не волокут в тюрьму, а строительными киянками разбивают руки. Кого поймали на воровстве уже с разбитой рукой, без всяких разбирательств разбивают другую. Смертность от голода у воров началась такая, что все бежать оттуда начали, лишь бы подальше от этих ненормальных.

Орсей помял в руках бумажку с короткой записью, сделанной явно не рукой грамотного человека, которую ему доставил горбун сегодня утром. Сначала он не понимал о чём она, но вот позвав одного из своих лейтенантов и выслушав его сбивчивый рассказ, сообщение обретало для него смысл. Если вначале он ломал голову над тем, как же новоиспечённый союзник поможет ему стать преступной главой города, то последние новости проливали на это свет.

«Тем людям кому доверяешь, сделай татуировку на запястье правой руки, в виде этого знака. Тату делай точное, до последнего штриха».

— Они ещё что-то спрашивают? Или смотрят?, — уточнил он у Боцмана.

— Да, говорят смотрят на запястье правой руки сначала, — тот снова стушевался, — словно ищут что-то.

— Хорошо, свободен. Позови мне Щуплого.

Когда молодой, но подающий надежды воришка, переодевавшийся в женские платья и заманивая этим доверчивых мужчин в ловушку, пришёл, он первым делом показал ему знак и приказал выбить ему себе такой же на руке, потом пойти в южный квартал и перед патрулём стражи сделать что-то противозаконное, но не слишком отягощающее. На недоумённый взгляд парня, хотевшего понять причины такого странного распоряжения, он лишь приказал действовать быстрее.

Ответ на мучавший его вопрос пришёл утром следующего дня. Щуплый с подбитым глазом, но невероятно удивлённый, вернулся и рассказал, что стражники, которые без особых разборок до него покалечили другого вора, едва увидев его тату на руке сличили её с бумажкой, которая была у старшего патруля и просто дали в морду и пинка под зад, отпустив его.

Поощрив воришку и послав его отдыхать, главарь банды задумался.

— «Кто он демон меня забери?! Откуда взялся на наши головы?», — он никогда не сталкивался с такими действиями стражи, а также тому как эффективно она начала работать за такой короткий срок, ведь южный всегда славился мздоимством и наплевательским отношением своим обязанностей. Он не сомневался, что никто другой, кроме его странного нового знакомого, не мог провернуть такого, подобных методов тут не знали. Представив, что если бы этого аристократа поставили во главе всей городской стражи, Орсей помимо воли вздрогнул, он не сомневался, что за год город превратился бы в подобие дамского пансиона с такими-то методами.

— «Нужно всем верным поставить тату и выпустить приказ, за ложную татуировку убивать на месте. В том, что именно из-за спасительного знака от преступников отстаёт стража, вскоре узнают многие, главное было опередить отчаянных людей от поспешного шага в виде набития тату. Если будут знать, что за это мы караем смертью, желающих получить халяву явно уменьшится, а после нескольких показательных смертей, так и вообще поймут, что с этим никто не собирается шутить».

С этими мыслями Орсей, покачивая головой оттого, как всё завертелось в городе с прибытием всего лишь одного человека, пошёл к своим лейтенантам, нужно было довести до сведения им новую информацию.

* * *

— Джек!, — позвал я своего всклокоченного и нервного управляющего, который за этот месяц хорошо, если нормально выспался несколько ночей. Приготовления к открытию гостиницы, после ремонта, шли полным ходом, его я решил сделать с максимально возможной помпой и размахом, потратив огромные деньги на подготовку праздника. Так же ещё очень много времени и сил ушло на рассылку приглашений в самые именитые семейства королевства, с одновременным подкупом управляющего королевским двором, чтобы тот рассказал принцу, о затевающемся мероприятии. Намекнув при этом, что хозяин гостиницы ждёт его, чтобы преподнести известный тому подарок. Юнец оказался страстным коллекционером необычных видов оружия, и давно хотел приобрести себе в одной из торговых гильдиях абордажную саблю адмирала Горта, которая стоила бешенных денег и король отказался её приобретать, так что всего лишь намёка на это хватило, чтобы он тут же дал своё согласие прибыть на вечер, тем более, что с этим местом у него были связанны только приятные воспоминания после празднования дня рождения два года назад.

В прочем, когда это согласие было наконец получено, оно ничего не решало — во всех разосланных за две недели до вечера приглашениях, уже было написано, что ожидается прибытие королевских особ. Я специально не стал уточнять, кто это будет, так что поймать на лжи меня никто теперь не смог бы — если появится только принц, он ведь королевских кровей? Конечно. Если бы не этот небольшой мухлёж в приглашениях, я был уверен меня посетило бы мало аристократов, ведь кто пойдёт в малознакомое место, по приглашению незнакомца? Я бы лично не пошёл, а так одного слуха, что возможно будет король, или принц — было достаточно, что на мои письма стали откликаться дворяне, заверяя в ответных посланиях, о своём прибытии на мероприятие.

— Да милорд, — запыхавшийся управляющий ворвался в кабинет, его голос я слышал в коридоре, поэтому и позвал так, без вызова слуг.

— Держи, — я поднял со стола бумаги и протянул их ему, — внимательно прочитай, получилось сделать только так.

Он сначала недоумённо на меня посмотрел, но затем увидев кучу сургучных печатей и завитков, жадно схватился за свиток.

— Но мне нужно будет отказаться от своего имени!, — возмутился он, когда закончил, — я не могу так сделать, что скажут мои родители?!

— Я уверен, как только ты им об этом скажешь, они тут же посоветуют схватиться за такой шанс обоими руками и ногами, — спокойно ответил я, — ты возьмёшь имя древнего дворянского рода, так как никто не примет в общество Джека Оливера, сына простого управляющего, но аристократы вполне могут смириться с ещё одним, пусть это и выяснится только сейчас, незаконно рожденным отпрыском знатного когда-то рода Уэлколков.

Молодой человек смущённо посмотрел на меня, продолжая сомневаться и теребить в руках документ, который стоил мне приличное состояние. В королевстве действительно с этим оказалось всё строго, так что нужно было довольствоваться тем, что получилось.

— Если подпишешь сегодня, на балу даже сможешь станцевать с Оливией, — как между прочим заметил я, — она может позволить неизвестному аристократу попросить у неё танец, без осуждения в глаза общества.

— Правда?, — его глаза «зажглись» огоньками надежды.

— Не вижу ни одной причины, почему бы этому не произойти.

Молодой человек больше не раздумывал, он взял придвинутые принадлежности и поставил свою подпись под документами.

— Завтра отвезу их в канцелярию, а также в твою новую семью, они кстати совсем не против познакомиться с тобой, — заметил я.

— Это возможно?, — удивился он, — мне казалось они будут меня ненавидеть.

— Джек, — я понялся с кресла и взял у него свиток, — за тебя поручился я, так что если ты не начнёшь позорить их Род, претензий к тебе не будет.

Молодой человек внезапно заволновался.

— Милорд, но я ведь не знаю, что нужно делать настоящему аристократу. Как вести себя, что говорить и когда. Я погиб!

— Джек, возьми для начала себя в руки, — этот разговор стал меня утомлять, — ну и если ты в таких хороших отношениях с братом Оливии, обратись к нему за помощью.

— Милорд, благодарю вас!, — увидев «свет» в окне, он обрадовался.

— «Но лично я думаю, что он узнав о твоём новом статусе, не пустит тебя больше за порог. Он ведь знает, что ты никакой не бастард дворянского рода, так как знал твоих родителей лично. Он догадается, что это я купил статус для тебя и перестанет с тобой разговаривать».

Понятное дело, что свои мысли я не стал оглашать вслух, тем более, что мне было выгодно рассорить всех их между собой — семена недоверия к брату, были посеяны мной в молодую девушку ещё раньше.

— В любом случае, об этом рано думать, — я вернулся на место, — сейчас главное провести безупречный бал. Это ведь не только твоё, но и моё представление в обществе, так что всё должно быть на высшем уровне.

— Я нанял шесть помощников себе милорд, и все трудимся в поте лица, просто то, что вы запланировали, требует слишком много времени, а мы пытаемся организовать в столь сжатые сроки.

— Джек, если бы всё было просто, зачем мне нужно было нанимать тебя?, — задал я простой вопрос.

— Безусловно милорд, — он улыбнулся, но лицо сразу приняло озабоченный вид, — можно мне вернуться к работе? Вспомнил, что нужно проконтролировать кондитеров.

— Конечно, — я отпустил его взмахом двух пальцев.

Мне тоже нужно было поработать, так как не давали покоя донесения от моих стражников. Бегство воров и преступников из моего квартала было конечно хорошим делом для его жителей, но никак не соответствовало всем моим целям. Также Гори предупреждал, что они не калечат детей и тех на улицах квартала появилось столько, что с этим нужно было что-то делать. Взрослая преступность стала заменяться на детскую.

— «Придётся опять раскошеливаться и обратиться к Орсею за помощью, — я не слишком хотел заниматься этим, но сержант никогда не акцентировал моё внимание на пустяшных вопросах, если он говорит о том, что это станет проблемой в ближайшем будущем, стоит об этом начинать думать сейчас».

— «Построить приют, как в Империи или пойти по более лёгкому пути?, — я задумчиво поднял перо со стола и почесал оперением нос, — первый проверенный, но затратный, второй простой, но я теряю тогда их поддержку в будущем».

Вопрос был непростым. Если я построю приют, где буду предоставлять беспризорникам еду и кров, взамен требуя от них приносить мне добычу, я конечно же воспитаю себе собственную армию преступников, ведь пройдёт всего пять-семь лет и подростки быстро превратятся в молодых парней и девушек, которые продолжат свою преступную деятельность в более серьёзных делах. Стоит вот только вкладываться в это или лучше перепоручить заботу о них преступникам, просто предоставив им жильё? От ответа на этот вопрос зависело много, во мне боролось желание сделать всё правильно, чтобы получить выгоду в дальнейшей перспективе и собственной ленью, которая хотела получать всё только сейчас и быстро.

В конце концов лень и не желание влезать в долгосрочные смутные проекты победили во мне, и я решил пойти по второму варианту, выкупить в самом худшем районе большую территорию и переселить туда беспризорников, заставив Орсея позаботиться о том, чтобы они оттуда не сбегали, да и вообще их судьбой в целом, оплачивая постой за каждого воспитанника из своего кармана. Понятное дело он будет недоволен, так что придётся объяснить ему, что они его будущее, так как будут пополнять ряды по мере взросления, и он не будет испытывать проблем с поиском новых членов.

— «Чтобы городской магистрат не стал возникать, нужно будет оформить всё официально и покупку земли, и моё шефство над приютом и трудоустройство людей Орсея. Неужели не найдётся у него тех, кто отошел от дел, но готов помочь обществу своим опытом и честным трудом? Наверняка такие остались, им и поручим заботу о детях».

* * *

Орсей честно не понимал, зачем ему нужен этот детский дом, да ещё и проходящий официально по всем бумагам, как «Благотворительный приют графа де Берзе». Когда он услышал предложение аристократа, то сразу ответил категоричное «нет», что конечно же ничуть не смутило этого человека, он просто дал ему в руки листок бумаги со своими выводами и предложил подумать. Прочитав, что там было написано, он против своей воли почти проникся этой идеей и дело было даже не в том, что после объединения всех гильдий в городе ему будет принадлежать всё, и будет кому поручить заняться этим явно непрофильным делом. Дело было в том, что не в силах принять решение в одиночку, он пошёл в ворам, которые его приютили в своё время, воспитали и сделали тем, кем он является. Старые и дряхлые учителя, теперь были благовоспитанными жителями столицы, доживающими свой век, но и они единогласно заявили, что граф прав и польза, которую принесёт это дело в будущем перекрывает все его сиюминутные желания. Они едва услышав об оплате должностей воспитателей приюта, согласились сами поступить на них, если граф будет согласен!! Бесплатный кров, кормёжка и оплата, что ещё нужно старикам для спокойной жизни?!

Не получив подтверждения своим сомнениям от них, он решился поделиться ими со своими доверенными лейтенантами, но и тут мнения разделились пополам, те что постарше однозначно были за приют, где бы они могли воспитывать и отправлять на дело молодежь, все же те кто был моложе, как и он, не хотели с связываться с детским домом. Получалось так, что более старые люди, как и сам граф, видели в этом проекте то, что не мог разглядеть он, как не пытался. Да, описанные графом плюсы на листке однозначно были бы ему полезными, но появятся они не сразу, а только спустя несколько лет, за это время многое могло поменяться и именно поэтому связываться с этим категорически не хотелось.

Когда его решение после долгих дней раздумий стало клониться к тому, чтобы отказать дворянину, от того пришло письмо, где он заявлял, что принимает предложение воров и с радостью предоставит им вакантные места в приюте.

Взбешённый Орсей бросился выяснять, кто посмел от его имени согласиться и назначить встречу графу, но едва увидел, кто пришёл к аристократу, руки его опустились. Против ТАКИХ людей можно было выступить только потеряв свой авторитет, никто из воровской братии не понял бы его, если бы он выступил против этих уважаемых людей. Так что ему пришлось смириться и скрепя зубы слушать, как граф быстро решает дела со стариками, а он оставался при этом разговоре всего лишь сторонним зрителем.

* * *

— Ваше высочество, — фрейлина склонилась перед принцессой.

— Жани, почему ты мне не рассказала о такой новости?

— Какой ваше высочество?, — удивилась её подруга.

— В южном квартале какой-то аристократ открывает приют для детей, а ты ведь знаешь, сколько раз я просила у батюшки дозволения сделать это самой.

— Я не знала об этом, — баронесса Жани де Вильтор, удивилась, откуда о таком стало известно принцессе, которая слыла затворницей. Одна из красивейших девушек королевства, в свои пятнадцать, она не слишком любила свет, общаясь только с узким кругом друзей. В отличии от своих сверстниц, которые только и мечтали показаться на любом торжественном вечере в новом наряде, Ники вела тихую и спокойную жизнь. Любимица отца, она всегда радовала его вышивкой и хорошим отношением к учёбе, все учителя как один хвалили её за усидчивость и желание познавать новое, в отличии от её брата, который учился только тому, что считал нужным: фехтование, верховая езда и танцы, остальное его интересовало мало.

— Мне рассказала одна из служанок, — Ники кротко улыбнулась, — её сестра ходила туда узнавать на счёт мест, но оказалось персонал набран полностью.

— Я поспрашиваю у знакомых ваше высочество, что ещё вы хотите о нём знать?

— Всё!, — глаза Ники вспыхнули, как жаль, что у ней не было собственных средств, чтобы заниматься тем, чем она хотела! Вот и теперь, дело о котором она мечтала столько лет, сделал другой человек.

— Я бы хотела сама там побывать, ты ведь знаешь, как я хочу помогать детям.

— Вы хотите поехать? Вы ведь не любите выезды, — удивилась фрейлина, редко когда увидишь принцессу настолько увлечённой. Видимо это передалось от матери, которая также очень много помогала бедным и детям, но после её смерти, продолжить дело было не кому, так что всё со временем вернулось на круги своя. Ники пошла в неё, со своим отношением в окружающему миру и стремлением помогать всем вокруг.

— Узнай, когда открытие, а я попрошу папу отпустить меня, — принцесса редко, когда просила о чём-то и ещё реже куда-то выезжала, но сейчас был тот случай, когда она не могла устоять, ведь то, о чём она так долго мечтала — осуществилось — бездомные дети получат пищу и кров над головой!

Жани покачала головой, не веря собственным ушам, чтобы принцесса сама куда-то собралась выехать, такого ещё никогда не было.

Король видимо был также ошеломлён такой просьбой, поэтому согласился, едва она его попросила. После смерти жены, всем напоминавшая её дочь была отрадой сердцу и успокоением остатков дней. Красивая, добрая, нежная — как жаль, что она совсем не думала о своём дальнейшем будущем, предпочитая заниматься учёбой и благотворительностью. Он и в общем-то был не против выделить денег на довольно дорогостоящий проект, но останавливало его главное — причина, по которой умерла мать Ники, которая сама посещала приюты для больных, там же заразилась и позже умерла от лихорадки. С тех пор король каждый раз вспоминая похороны, всегда уходил от прямого ответа на просьбы дочери.

Сейчас же устоять просто не хватило духу, кто-то из аристократов решил открыть приют для детей и дочь была настроена слишком серьёзно, в голубых глазах блистала решимость, которую редко когда увидишь от всегда послушного ребёнка. Так что пришлось дать разрешение и побеспокоиться об охране.

* * *

С неба накрапывал редкий летний дождик, а я со скучающим лицом стоял у дверей приюта. Толь, один из старейших воров города, которого я сделал его директором получал распоряжения об отчётности в магистрат города от чиновника. Открытие приюта прошло просто и буднично, всё было готово заранее, так что когда Гори притащил из тюрьмы пятерых подростков, которые озлобленно огрызались на него и передал их Толю и ещё двум воспитателем, чиновник из магистрата города подписал документы, удостоверяющие наличие у нас воспитанников, а также передал страже распоряжение передавать всех остальных пойманных бездомных в нашем квартале от десяти лет и старше именно в этот приют.

Больше никого не было, ну если не считать любопытных соседей, которым не посчастливилось приютить возле себя притон будущих бандитов. Мимо ворот проходили одни и те же лица, старательно делая вид, что просто прогуливаются, но они всё время пытались заглянуть внутрь, что конечно же им не удавалось из-за высокого забора и ворот.

— Гвардия! Гвардия!, — кто-то ахнул за моей спиной и когда я удивлённо повернулся, то действительно увидел мчащихся по дороге гвардейцев, причём судя по направлению, ехали они именно к нам.

— «Кого это ещё к нам принесло? И главное зачем?, — недовольно поморщился я, собираясь переговорить с Толем и вернуться в гостиницу. Вечером был бал, так что открытие приюта в этот же день, стало досадным недоразумением».

Гвардейцы и правда прибыли к нам, поскольку четвёрка всадников подлетела к самым воротам и с гнедого жеребца легко слетел на землю офицер, судя по золотому канту на эфесе его шпаги.

— Граф де Берзе?, — поинтересовался он, вычленив взглядом из присутствующих единственного человека, подходящего по поведению и одежде на аристократа.

— С кем имею честь?

— Виконт Норти Шарль, к вашим услугам, — представился он по чести.

— Чем могу вам помочь виконт?, — спросил я, когда мы взаимовежливо раскланялись, — точнее, что вас в привело в это богами забытое место, да ещё и так далеко от дворца?

— Вы открылись?

— Да, бумаги подписаны, первые подопечные получены, так что я собирался уезжать. Сегодня у меня вечером мероприятие намечается, вашей фамилии я не помню в разосланных приглашениях, но приглашаю лично, почту за честь видеть офицера гвардии у себя.

— О вашем бале целую неделю судачат во дворце, — он улыбнулся и понизил голос, — спасибо за приглашение, но я и так у вас буду, по долгу службы.

— Принц!, — действительно, что-то я сразу не подумал.

— Собственного говоря и сейчас я на службе, принцесса выразила желание посмотреть открытие приюта.

— Её высочество?, — моему удивлению не было предела, о таком я даже не задумывался, — что такого в моём приюте, что могло заинтересовать в нём члена королевской семьи?

Офицер приблизился ко мне и шёпотом сказал.

— Покойная королева уделяла много времени благотворительности, Ники хочет быть похожа на неё. Так что всего одна просьба и вот уже нас послали сюда осмотреться, перед её прибытием. А вот собственно говоря и она сама.

Он повернулся к солдатам, которые пока мы разговаривали, осмотрели приют и пошарившись по саду, вернулись к воротам.

— Дег, едь навстречу, — приказал он, и повернулся ко мне, — рад был знакомству граф, надеюсь увидимся ещё не раз, а сейчас простите, служба.

— Да конечно, — я кивнул и повернулся к ошарашенным ворам, которые тоже увидели карету и отряд гвардейцев, которые её охраняли.

— Толь, опустите рукава рубах и помалкиваете, — я подошёл к ним, и приказал спрятать татуировки, которые густо покрывали конечности многих из них.

— Принцесса?, — он быстро сделал требуемое и тихо меня спросил, — она здесь зачем милорд?

— Офицер сказал, она любит благотворительность, так что никому не болтать лишнего!

— Конечно милорд.

— Граф де Берзе, — офицер вернулся в сопровождении ещё двух, которые поглядывали по сторонам, идя рядом с красивой молодой девушкой, — Её королевское высочество принцесса Николин Эйвор.

— Ваше высочество, — возраст позволял мне не опускаться на колено, так что хоть какие-то плюсы от стареющего тела.

— Зовите меня пожалуйста Ники, граф, — она засмущалась, обращаясь ко мне, — друзья зовут меня так.

— Спасибо Ваше высочество, но не могу причислить себя к таковым.

У виконта Норти задёргался глаз от моего ответа, девушка же смутилась в конец, замолчав, пришлось взять разговор в свои руки.

— Показать вам приют ваше высочество?

— Да-да, если вам не трудно граф, — она тут же схватилась за протянутую соломинку.

Я кивнул Толю, и тот бросился открывать ворота, а затем идти впереди нас, отпирая и показывая помещения. Часть гвардейцев последовала с нами, часть осталась охранять снаружи. Когда мы входили внутрь, я краем глаза видел, как стремительно наполнялась улица зеваками, едва народ узнал, что в их далеко не самый благополучный квартал, приехала сама принцесса. Похоже опять что-то пошло не по плану, я не планировал привлекать к этому приюту слишком много внимания.

Принцесса внимательно слушала меня и комментарии директора приюта, когда мы показывали где будут спать дети, каким трудом заниматься, а также что есть.

— А какие траты вы планируете в месяц на приют?, — на экскурсии девушку словно подменили, из тихой и застенчивой, она в миг превратилась в хозяйственную женщину, живо интересуясь мельчайшими подробностями нашей организации.

Чтобы не обижать её, пришлось рассказывать.

— Пока детей мало, десять золотых на ребёнка в месяц, но если их будет больше, на каждого можно будет выделять меньшую сумму, поскольку нужно будет готовить на сразу большее количество детей. Воспитатели же за каждого сданного на их попечение дополнительного ребёнка, будут получать премию, чтобы для них была мотивация, искать и приводить сюда больше детей. Больше воспитанников, больше их оклад.

— Как мудро!, — она восхищённо на меня посмотрела. Струны моей чёрствой души внезапно «задел» этот взмах ресниц и блестящий взгляд голубых глаз. Так что пришлось напомнить себе про истинные причины моего нахождения здесь и промолчать.

— Я вам так благодарна граф!, — я помог сесть девушке в карету, — вы единственный, кто вообще задумался о том, что дети будущее нашего королевства! Я столько раз хотела организовать такой приют, но никто меня не поддерживал надолго, поэтому я действительно счастлива познакомиться с вами и надеюсь вы не бросите такое благородное дело на полпути, как остальные!

— Это мой долг ваше высочество, заботиться о подданных нашего короля, — я чуть склонил голову.

— Могу я хоть чем-то отблагодарить вас за потраченное на меня время?, — неожиданно задала она вопрос, когда карета готова была тронуться.

Я хотел откреститься, но вспомнил о некоторых сплетнях по поводу неё и мысль лучше, пришла мне в голову.

— Да ваше высочество, я организую бал-маскарад сегодня, в честь открытия моей гостиницы, ваш брат обещал быть, и если бы вы тоже пришли, я был бы вам благодарен.

— Я буду!, — она твёрдо на меня посмотрела, — обещаю! Мне так многое надо у вас спросить!

— Буду счастлив вашему прибытию, — я и правда был доволен. Как мне рассказывали, получить принца на вечер уже было неплохим достижением, но он часто посещал вечера и балы аристократов, а вот принцесса так редко это делала, что уровень организации вечера, как и его торжественность, возрастал при такой посетительнице в разы.

Когда я простился кивком с офицерами гвардии, которые отправились вслед карете, то пару минут даже задумчиво размышлял, прикидывая варианты дальнейшего развитий событий. Даже огромная толпа, которая скопилась перед приютом, не могла помешать мне радостно потереть руки, совершенно неожиданная поддержка со стороны одного из членов королевской семьи, вносила в мои планы некоторые корректировки.

— «Что ж пора и мне отбывать, Джек там наверняка с ума сходит, — я повернулся к директору, чтобы отдать последние распоряжения».

— Толь, надеюсь Орсей узнав о сегодняшнем, решит сменить гнев на милость.

— Милорд, — старик легко улыбнулся и отмахнулся, — я помню время, когда стегал его розгой по пятой точке, так что знаю его как облупленного. Пройдёт месяц-другой, и он сам захочет помочь.

— Займи детей!, — время шуток кончилось, — хочу, чтобы каждый из них, кто будет не согласен с правилами, выметался вон. Дармоеды мне тут не нужны, каждый должен приносить пользу! Если не воровством, то сбором информации или работой в саду! Толь, я не шучу!

— Милорд, — старик также стал серьёзен, и спокойно посмотрел на меня тем взглядом человека, который прожил свою жизнь и ему теперь терять нечего, — мы с вами, в отличии от молодёжи, прекрасно понимаем ценность того, что вы делаете. Я знаю, что вы необычный человек, но я вас не боюсь, как в прочем и никого другого, я своё отжил, умереть мне не страшно. Но я дал вам слово, так что дело своё буду делать на совесть, когда ещё представиться такой шанс?

— «Жалеет видимо, что нет семьи и детей, — подумал я, — хочет хотя бы так внести смысл в свою жизнь. Что же, мне это только на пользу».

— Насколько ты посвящён в наши планы с Орсеем?, — поинтересовался я у него.

— Один человек не всегда хорошо, но когда это необычный человек, интересно будет на это посмотреть, милорд, — очень осторожно ответил он, показывая, что знает о наших планах захвата города. Орсей не стал бы кому попало доверять такую информацию, в этом я был уверен.

— Тогда поищи людей с похожими взглядами, боюсь одним приютом дело не ограничится.

У него широко раскрылись глаза, когда он сопоставил имеющуюся информацию с моими словами.

— Слушаюсь милорд.

— Кассий!, — горбун тут же подогнал карету и дорогу до гостиницы я обдумывал, как и чем лучше зацепить принцессу, воспользовавшись её страстью помогать людям.

— «Похоже придётся ввязаться в совместный благотворительный проект, — поморщился я, так как осознал, что кроме этого других вариантов теснее сблизиться с ней нет». Одно то, как сильно изменилось поведение девушки, когда она расспрашивала нас о приюте, ясно говорило, что больше всего ей нравится, и чем она готова заниматься, отдавая себя без остатка.

За собственными мыслями я не заметил, как мы добрались до дома. Нанятые дополнительные слуги стояли кучками и слушали распоряжения — вечером, когда станет темнеть их поставят с факелами вдоль всей дороги до гостиницы, и они будут живыми статуями стоять весь вечер от прибытия гостей, до их отъезда.

Прежние ворота были снесены, вместо них построена гигантская арка с кованными вратами, которая также планировалась освещаться факелами. Я ехал к основному зданию и довольно смотрел по сторонам, гостиница напоминала собой растревоженный муравейник, куча народа озабоченно что-то таскала, прибивала или доделывала. Со стороны могло показаться, что твориться хаос, но я-то знал, что всё это подчинено моим требованиям, подкреплённым стараниями управляющего. В один момент поняв, что одному ему не справиться, он привёл каких-то своих знакомых, между которыми разделил обязанности и теперь занимался только общей координацией и приёмкой работ, хотя конечно общая ответственность за организацию вечера, осталась целиком на нём.

Не смотря на творящуюся суету про меня не забыли, едва карета остановилась, как два лакея открыли дверцу, спустили лесенку и помогли мне сойти на землю.

— Милорд, можно у вас поинтересоваться?, — взъерошенный управляющий подошёл ближе.

— Да Джек?, — я был в благодушном настроении, так что почему бы и нет.

— Как приют? Всё хорошо?

— Да, просто отлично, представь себе, принцесса прибыла, чтобы его осмотреть! Вот уж не думал, что её такое заинтересует.

— Правда?, — он засиял, ведь тоже приложил руку к его открытию, — она осталась довольна милорд?

— Более чем Джек, обещала прибыть сегодня к нам.

— Как?!, — ахнул он, — принцесса? Она ведь обычно не посещает балы!

— Так что только короля не будет хватать, — пошутил я, — подумай, как её развлечь, я понимаю, что это незапланированно, но такой шанс нельзя было упускать.

— Несомненно ваше сиятельство, — он тут же стал извиняться и заторопился, вдохновлённый новыми сведениями.

Я посмотрел ему в след, когда он стал окриками собирать вокруг себя помощников, а всё что оставалось делать мне, сесть в кабинете и попивая цветочный чай, наслаждаться жизнью.

— «Не капли не жалею о потраченных на него силах, — я сделал глоток ароматного и тонизирующего чая, который сразу прояснил голову, — иначе всё пришлось бы делать самому».

Время пролетело быстро, особенно когда всё, что тебе нужно сделать — это выбрать костюм. Я долго ломал голову, что одеть, поскольку одежды у меня появилось очень много, под разную погоду, настроение и сезон. Так что пришлось поломать голову и дополнительно заказать костюм, которым я хотел спровоцировать всеобщее обсуждение своей персоны. Понятное дело, как хозяин вчера я и так буду одной из частых тем разговоров и пересудов, но дополнительный ажиотаж мне не помешает, поэтому я заказал портному свой собственный мундир для официальных приёмов, который был у меня, как у главы Тайной канцелярии. Был конечно маленький шанс, что из присутствующих кто-то был в моей империи, но я не сильно верил в это, за пять лет странствий я ушёл так далеко от родных земель, что я пересёк море и кучу королевств, которые слыхом не слыхивали о существовании Империи, объединяющей в себе множество королевств. К тому же, кто поверит в то, что владелец обычной гостиницы, пусть и аристократ, является «тем самым»? А вот пощекотать себе нервы, одевшись в такой знакомый мне костюм, взять чёрный блокнот в руки….сердце сжалось от воспоминаний.

— «Как интересно дела у Диметра, Жюли?», — в голове всплыли несвойственные мне мысли о прошлом, которое я старательно пытался забыть, трезво решив, что прошлая жизнь должна остаться позади. Ещё столько дел мне нужно сделать, чтобы подняться на вершину славы, так что мысли о прошлом только будут тянуть меня ко дну.

— «К демону их и всё что было!, — зло отмахнулся я от нахлынувших воспоминаний, — только вперёд и только в будущее!».

Злясь на себя, за допущенную слабость, я не стал звать слуг и переодевшись в костюм, пошёл в холл, чтобы взглянуть на последние приготовления. Поскольку такой масштабный бал, я устраивал впервые, то решил быть внимательным хозяином, так как от того, как он пройдёт будет зависеть примет ли меня общество или я останусь изгоем. Не то, чтобы мне было не всё равно на счёт общего мнения, но для дальнейших планов, интеграция в светское общество местной аристократии была необходима, так что пришлось соответствовать.

— Милорд, я так волнуюсь!, — ко мне подошёл Джек, тоже в новеньком костюме какого-то местного старинного героя. Было явно видно, что он его стесняется, а также того, что он впервые на подобном мероприятии в качестве гостя. Я приказал ему по приезду гостей больше не заниматься делами, кроме экстренных, так как сегодня он тоже должен быть безупречен. А поскольку с этим у него было пока всё плохо, то я сказал ему просто ходить хвостом за мной, улыбаться и помалкивать.

— Главное не нарвись на дуэль, — съязвил я, — а то все мои усилия и траты псу под хвост.

— Попрошу сегодня бывшего хозяина дать мне пару советов, — заметил он, — с каждым днём я всё больше понимаю, с какой ответственностью я столкнулся, став дворянином. Простым человеком быть проще милорд.

— Зато потанцуешь со своей возлюбленной.

Он смутился, промямлив.

— Я взял пару уроков, но из-за суеты не смог уделить этому должного внимания милорд, наверно в следующий раз.

Я пожал плечами.

— Похоже первый гость, — он вскинулся, дёрнувшись бежать, но тут же вспомнил, что он теперь со мной и смущенно на меня посмотрев, остался стоять чуть позади.

— Вот увидишь Джек, пройдет год и меня также будут встречать, стоя у порога домов, — я прищурился, силясь разглядеть герб на подъезжающей карете.

Управляющий, сначала промолчал, но потом тихо сказал.

— Я ничуть этому не удивлюсь милорд.

— Барон Геро, — наконец я разглядел ворона на треугольном щите, не даром же я столько времени провёл за изучением местной геральдики.

Швейцары, одетые в белоснежные одежды, помогли выбраться пожилой чете, которая прибыла первой и когда они подошли ближе, я склонил голову.

— Барон, баронесса, для меня честь приветствовать вас первыми на моём скромном ужине.

Низенькая, толстоватая женщина жеманно захихикала, прикрывшись веером, а вот барон лишь усмехнулся и ответил.

— Судя по тому, как нас встречали, я подумал, что сегодня королём стал я.

— Вечер ещё не начался господин барон, — я слегка улыбнулся, дав понять, что принимаю его комплимент, — вы пройдёте внутрь, или подышите воздухом? Везде есть столы с самыми разнообразными угощениями, так что смело интересуйтесь у слуг деликатесами. Уверен, что некоторые из них вы попробуете сегодня впервые.

— Даже так?, — удивился барон, посматривая в сторону длинных верениц столов, стоящих возле фонтанов и других украшенных цветами мест парка.

Пока мы разговаривали, показалась вереница карет, так что пришлось извиниться перед гостями и поручить Джеку сначала проводить их к столам, а потом вернуться обратно ко мне.

Быть первым всегда не приветствовалось в обществе, якобы этим ты показываешь свою поспешность в действиях, но зато едва первые гости прибыли, как тут же кареты стали появляться одна за другой, словно только этого и ждали, стоя неподалёку. Перед глазами стали мелькать множество лиц, с которыми я всегда заговаривал первый, приветствовал, обменивался краткими фразами и передавал в руки Джека, который провожал их к остальным. Большая часть аристократии решила остаться на свежем воздухе, пока не стало слишком прохладно и уже начала вкушать различные напитки, по большей части алкогольные. Я постарался от души, заставив столы не столько едой, хотя и её было достаточно, чтобы накормить не меньше половины города, но с выпивкой. Постаравшись особо упирать больше на разнообразие, чтобы гостям хотелось попробовать всё.

Когда за чередой гостей перед моими глазами оказалось семейство Сершго, я даже растерялся, так как не ожидал, что после случившегося, прибудет и виконт. Но видимо он волновался за сестру, так как преодолел себя и приехал вместе с ней. Пришлось нам обоим натянуть холодные улыбки на лица и поприветствовать друг друга, не давая поводов к пересудам. Девушка, увидев Джека позади меня, к тому же в новой одежде дорогого покроя, едва не лишилась дара речи. Пришлось вмешаться.

— Позвольте представить вам шевалье Джека Уэлколка, хотя думаю этот достойный молодой человек вам уже известен.

Виконт услышав титул, опешил и новым взглядом посмотрел на управляющего, который после моих слов стал красным, словно варёный рак.

— Но как, демон задери?!, — не смог сдержаться виконт, — как такое возможно?

— Мама Джека была не совсем честна с его отцом, — я загадочно подмигнул обоим, — так что Род узнав о небольших прегрешениях одного из своих членов, решил приютить своего незаконного отпрыска.

— Это невозможно, Люси была порядочной женщиной, — он покачал головой, подозрительно посматривая на меня.

— Виконт, — мой голос стал холоден, такое нужно было пресекать на корню, жизнь Джека сильно усложнится, если поползут слухи о том, что он незаконно получил титул, мне это было совсем не нужно, — вы сомневаетесь в признании родства одним из старейших родов королевства?

— Нет, — поспешно ответил он, понимая, что подобными словами нельзя разбрасываться без доказательств, — просто высказал удивление.

— Тогда прошу вас веселиться и развлекаться, — я поклонился ему чуть ниже, чем следовало, но он хотя бы перестал коситься в сторону полностью деморализованного Джека, который даже на Оливию перестал смотреть и готов был провалиться под землю.

Когда девушка, бросив на него последний взгляд, зашагала к остальным гостям под руку с братом, я повернулся к молодому парню.

— Джек, учись себя вести, — процедил я сквозь зубы, — я тебе не добрый дядюшка, который защищает тебя от сложностей жизни. Мне проще будет найти себе нового управляющего.

— Простите милорд, — его голос звучал искренне, — я понимаю, бал не оправдание, поэтому обещаю, что займусь обучением.

Я промолчал, злость на него определённая была, он конечно отлично справлялся со своей работой, и я не жалел о его найме, но вечно его скулёж проходить у меня не будет.

Поток карет вскоре стал иссякать, и я стал всё тревожнее всматриваться в сторону ворот, народу приехало много, но главных действующих лиц всё ещё не было, я ждал принца и принцессу.

Первыми под арку ворвались конечно же конные гвардейцы, которые рассредоточиваясь, образовали живой коридор между мной и воротами. Мелькнуло знакомое лицо и с высокого жеребца спрыгнул виконт Норти, в сверкающем парадном мундире.

Улыбнувшись мне, он подошёл ближе и мы поприветствовали друг друга.

— Рад вас видеть виконт, — проговорил я, когда церемонии были окончены, — вы как вестник прибытия королевских особ чрезвычайно подходите для этой роли: высокий, статный, красивый — наверняка любимец женщин.

Он громко рассмеялся, услышав комплимент.

— Ой граф, прекратите, вам совершенно не идёт лесть.

Я удивился.

— Почему же виконт?

Он продолжая смеяться, и вроде бы в шутку, заметил.

— Я легко могу вас представить себе, королём или командующим большим войском, но никак не придворным льстецом.

— С чего такие выводы, дорогой виконт?, — я был искренне удивлён его словами. Подобных поводов я никогда не подавал.

Он покрутил рукой в воздухе.

— Не знаю граф, но вы очень похожи на моего отца повадками и манерой речи.

— Простите за мою слабость знания местной истории, — извинился я, — но я не читал ещё о знаменитых полководцах или королях из вашего Рода.

— Я узаконенный бастард, — просто сказал он, как само собой разумеющееся, — герцог Шалю, решил дать мне имя оного из своих вассалов.

Эту фамилию я слышал, местный владетельный лорд, с огромным влиянием на короля. Кто-то даже говорил, что его взрослый сын с интересом поглядывает на принцессу, и король вроде не запрещает его ухаживания.

— Ещё раз прошу простить меня виконт, я здесь новенький.

— Эта сплетня давно поросла мхом, — он отмахнулся, — все кто хотел, давно в курсе, так что я не против, если вы узнаете об этом от меня.

— О, простите граф, основной отряд, — увидев новых всадников, он извинился, снова взлетев на подведённого солдатами коня.

— «Как-то слишком много охраны, — подумалось мне, — здесь и так много охраны некоторых дворян, но количество гвардейцев и правда слишком велико, видимо двойной выезд королевских детей виной этому».

Вслед за гвардией появился целый кортеж из десяти карет, причём судя по гербам и вензелям, ко мне явились те, кто не ответил на приглашение, промолчав и не прислав подтверждения. Это было похоже вовсе не на приезд принца и принцессы.

— «Неужели?, — сердце радостно забилось от предвкушения удачи».

Когда подъехала большая карета, сплошь украшенная позолотой и резными деревянными фигурами, из неё сначала показался тучный человек, которого можно было и не знать лично, но его профиль был на всех монетах королевства.

— Ваше величество, какая честь, — я преклонил колено ради такого случая, но не удостоился и мимолётного кивка. Он повернулся к карете и подал руку девушке, которая по возрасту была равна принцессе, вслед за ней показалась и Ники.

— Граф, — наконец он обратил внимания на меня, — не знаю, чем вы соблазнили мою дочь, раз затворница сама решила выехать из дворца, но раз вся семья поехала в одно место, я тоже решил заглянуть к вам.

— Сир, не смел и мечтать, — оставаясь коленопреклонённым, я успокаивал себя тем, что всё это временно.

— Пойдёмте, покажите мне вашу гостиницу, я впервые посещаю подобные места.

— Конечно Ваше величество, — я быстро поднялся и кивнув на остальных дворян из кортежа бледному Джеку, который поднялся с колен след за мной, повёл короля в окружении свиты в холл.

* * *

Я то думал, что возможно зря сделал такой огромный запас еды и выпивки, стремясь поразить всех размахом, как в прочем то, что нанял всех музыкантов, которые были в городе, чтобы они играли на вечере в разных уголках сада, создавая нужную атмосферу, но как оказалось, прибытие короля в корне поменяла ситуацию. Вечер перестал быть просто моим балом, а стал королевским. Это значило, что все как один дворяне, пытались хоть на минуту, но попасть в его поле зрения. Свита, следующая за ним, выросла до таких размеров, что где бы она не появлялась, со столов тут же сметалась еда и бутылки с вином. Слуги сразу бросались в дом, чтобы восполнить пустые прорехи на столах, и так повторялось множество раз, поскольку Его величество со своей молоденькой фавориткой посетили даже один из самых дорогих моих номеров, чтобы оценить качество комнат. Я удостоился похвалы от него, что обставлена она была на уровне дворца.

Наконец он закончил обход и предался развлечениям, которые я припас. Король не танцевал, но вот полуобнажённые молоденькие танцовщицы, что танцевали в холе гостиницы на специальных пьедесталах его очень впечатлили, пожалуй даже сильнее, чем всё остальное. Я видел, как его глаза сально заблестели, когда их молодые, гибкие тела, обмазанные маслом, блестели в свете свечей, да так, что даже фаворитка забеспокоилась, хотя выглядела на вид, как глупенькая дурочка.

— Граф, — я решил, что в этот раз поклона будет достаточно для него, когда он поманил меня в себе пальцем.

— Ваше величество?, — я подошёл ближе.

— Хотел спросить, а что могут ещё, вон те две танцовщицы?, — он показал пальцем на двух близняшек, которые танцевали, при этом трясь друг о друга телами.

— Вы можете сами посмотреть сир, в том номере, где вы были недавно. Они станцуют только для вас, — с намёком предложил я.

Его глаза умаслились, взгляд стал затуманенным.

— Вы весьма нам поможете граф.

Кивком подозвав управляющего, я раздал распоряжения и через десять минут сначала король под охраной десятка гвардейцев удалился в комнаты, а потом тихо исчезли с пьедестала и танцовщицы. Исчезновение короля немного раскрепостило людей, и вино полилось в кубки чаще, аристократы разбились снова на группы, которые видимо составляли устойчивые образования, для вражды с другими, так что я мог оценить кто и с кем не хочет общаться.

— Граф, — ко мне подошёл виконт Норти, — принц хочет с вами познакомиться.

— Я не видел его высочество, он прибыл позже?

— Да, вместе с остальной гвардией.

— Дайте мне несколько минут виконт, я отправлю за подарком.

— Конечно ваше сиятельство.

Когда замотанный в ткань клинок принесли, я отправился с гвардейцем к одной из групп, где стояла одна лишь молодёжь. Принца я узнал сразу, слишком они с отцом были похожи, только в отличии от располневшего короля, этот явно следил за собой, хотя даже если бы он был не так статен и красив, всё равно количество смотревших на него с обожанием девиц вряд ли бы уменьшилось.

— Ваше высочество, граф де Берзе, — представил меня ему виконт.

— Граф, — он повернулся ко мне, отвлекаясь от смеющихся парней и щебечущих девушек.

— Ваше высочество, я недавно узнал, что вы хотели видеть в своей коллекции один клинок, так что набрался смелости, чтобы преподнести его вам в подарок, — с этими словами, я протянул ему продолговатый свёрток.

Принц судорожно принял его из моих рук и тут же размотал ткань, представив всем с виду ничем не примечательную широкую и короткую абордажную саблю, с потёртым эфесом. Он тут же со взглядом знатока нашёл клеймо и глаза его вспыхнули.

— Она! Господа, позвольте представить вам саблю адмирала Горта.

Девушкам, да и многим парням это мало что сказало, но у части рты пооткрывались, так что видимо не один он был ценителем редкостей.

— Но она же стоит целое состояние, — вырвалось у одного из них, — я умолял отца купить её, но он отказал, сказал, что цена завышена!

— Что такое деньги, если оружие нашло достойного хранителя и почитателя, — спокойно ответил я, хотя действительно сабля самого знаменитого пирата, за которым гонялись десять лет и наконец-то поймали, четвертовав его на глазах у жителей столицы, явно не стоила заплаченных за неё денег.

— Граф, благодарю вас, — принц наклонил голову, и тут же отвернулся к остальным парням, показывая оружие. Ко мне он тут же потерял интерес.

Я постоял ещё несколько секунд, но поняв, что больше молодёжи не интересен, так что оставалось только развернуться, чтобы уйти, под сочувственным взглядом гвардейца.

— Граф!, — звонкий голос остановил меня, и я повернулся, увидев принцессу, которая стояла в окружении своего круга общения, отдельного от брата, но заметив меня, она тут же бросила их.

— Ваше высочество, — я принял руку и поцеловал её, — рад вас видеть.

— Мы можем поговорить?, — они с мольбой посмотрела на меня, — мне так хочется поговорить с вами!

— Что может быть интересного в разговоре со стариком, Ваше высочество?, — я увидел, как на меня направилось не менее десятка ревнивых взглядов из её круга молодых людей.

— Граф, ну прекратите, — он обиженно на меня посмотрела, — у них на уме только лошади, оружие и развлечения. Никто из них не понимает меня и мои желания!

— Тогда давайте отойдём чуть в сторону, чтобы нас не все слышали, — я предложил ей руку и мы пошли к одному из столов.

— Как вы до этого додумались?, — она смущённо спросила меня, кивнув и покраснев при этом на танцовщицу, мимо которой мы прошли, — все парни без ума от этой затеи, даже хотят и у себя в следующий раз сделать также, но вот многие из старшего поколения вас осуждают за такой откровенный разврат.

— Главное ведь говорят, — я пожал плечами и отщипнул пару виноградин, есть совершенно не хотелось.

— Граф, я хотела спросить вашего совета, — девушка снова покраснела, и застеснялась.

— Ваше высочество, будьте со мной откровенны, я давно не в том возрасте, чтобы смущать вас.

— Мне служанки, работающие во дворце часто рассказывают, как живёт простой люд и у меня сердце обливается кровью, когда узнаю, сколько из них умирает от голода.

— Вы общаетесь с простолюдинами?, — удивился я, — а как же ваши фрейлины? Они ведь должны за вами прислуживать.

— От них кроме сплетен, кто с кем встречается и обсуждения нарядов, никакого толку!, — она в досаде закусила губу, — а же хочу знать, как живёт наш народ.

— Ваше высочество, простите за откровенность, но откуда такое стремление всем помогать?, — решил спросить я, — большинству из нашего сословия нет дела до жизни простолюдин.

Она застеснялась и замолчала, но внезапно слова словно прорвали плотину её долго молчания и на меня потоком полился горячий бред наивной дурочки, которая решила, как и мама, спаси этот мир. Видимо её образ был для неё слишком силён и она всем стремилась быть похожа на неё. Та же причёска, похожие манеры, да ещё и это упорное желание сделать всех счастливыми.

— «Наивная идиотка, — не смотря на очевидную глупость её слов, приходилось слушать и даже поддакивать в нужных местах, ссориться в принцессой мне совершенно было не нужно, ведь в отличии от своего неблагодарного братца, который меня отшил, едва получив требуемое, она могла стать моим ключом похода во дворец».

— Теперь вы знаете всё, — она смутилась, когда замолчала и умоляюще посмотрела на меня, ожидая реакции на услышанное.

— Как вы смотрите на организацию совместного проекта?, — вместо ответа, предложил я, — я выделяю деньги, а вы организовываете место, где голодные могли бы получить миску каши или похлёбки хотя бы раз в день?

Глаза у девушки расширились и она вцепилась в мою руку.

— Правда? Так можно?

— Если ваш отец не будет против конечно, — попытался охладить я её пыл, — ведь вам нужно будет выбрать место, найти того, кто будет готовить, тех кто будет поставлять продукты и прочее. Конечно этим всем могу и я заняться, но как я понял с ваших слов, вам необходимо личное участие?

— Да! Конечно! Мама всё делала сама!

— Ну тогда поговорите завтра с королём, если он будет не против, мы с вами сделаем это.

— Граф! Хоть вы и говорите, что не являетесь моим другом, но можно я буду вашим?!, — девушка видимо не осознавала, что держась за меня руками, она подвергала меня опасности, так как за нашим разговором, а особенно за её реакцией на мои слова, наблюдали молодые люди, которые порывались к нам подойти, но их останавливало только то, что я никак не реагировал на её порывы.

— Ваше высочество, я простой дворянин, к тому же чужак, — я чуть склонил голову, — если вы считаете, что мы можем быть друзьями, то конечно, называйте меня просто Анри.

— О, благодарю вас!, — он с силой стиснула мои ладони, и внезапно осознав, что сделала, отпрянула, тут же смутившись.

— Простите граф, — она старалась не встречаться со мной взглядом.

— Ники, мы ведь договорились на Анри, — мягко пожурил я её.

Девушка тут же «вспыхнула» и улыбнулась.

— Да, конечно, спасибо Анри за вашу поддержку.

— Ники мне если честно, странно слышать такое, неужели никто ранее не занимался благотворительностью?, — спросил я, предложив ей бокал вина. Девушка отказалась.

— Были конечно, но чаще всего это были молодые люди, которые пытались произвести на меня впечатление, — она чуть покраснела, — и надолго их запала не хватало. Родители прекращали выделять деньги и приюты закрывались, выбрасывая всех на улицу. Детских же приютов не было ни одного, сколько я помню себя.

— Почему же вы решили, что мой просуществует дольше?, — удивился я, — может я узнал о вашей страсти и тоже решил произвести на вас впечатление?

От моих слов девушка испугалась и посмотрела на меня, но увидев мою скользнувшую по губам улыбку, тут же расслабилась и облегчённо взяла меня за руку.

— Анри пожалуйста, не шутите с такими вещами, я впервые за несколько лет счастлива, что в городе появился человек, который сам решил помогать людям, не лишайте меня этих надежд.

— Хорошо Ники, — я осторожно вытянул свою руку из её маленькой, узенькой ладошки, так как количество «бойцовых петухов» которые стали злобно на меня при этом посматривать, увеличилось в раза три, одни даже увидев подобное безобразие, не удержались и направились к нам.

— Простите ваше высочество, но мне нужно уделить внимание и другим гостям, — громко сказал я, чтобы об это услышали подошедшие парни, с «пылающими» взорами.

— Да Анри, простите меня, что задержала вас, — девушка с сожалением отпускала меня, я видел, что она хочет поделиться и другими своими мыслями, которые раньше видимо никому не доверяла.

Подошедшие отпрыски аристократов стали пытаться вызнать у неё, что связывает принцессу со мной, девушка тут же прямолинейно заявила, что я в отличии от некоторых, по своей воле помогаю людям. Слушать прочий бред мне было не интересно, поэтому я решил урегулировать ещё одно дело, которое без меня никак не шло на лад, судя по судорожными метаниям двух влюблённых голубков, которые никак не могли встретиться. Мне конечно было глубоко плевать на их чувства и мольбы, но Джек показал себя отличным работником, если бы не он, пришлось бы всё делать самому, что конечно же заставляло меня немного помогать ему, чтобы он ещё больше чувствовал себя мне обязанным. Так что и в этот раз, пришлось ускорять события.

— Баронесса Оливия, — я подошёл к молодым людям и раскланялся. Виконт гневно стал раздувать ноздри, а вот девушка тут же схватилась за возможность со мной поговорить.

— Граф, с вами можно потанцевать?, — быстро обратилась она ко мне, не смотря на недовольство брата, — я видела, что вы не танцуете, но для меня сделаете исключение?

— Как можно вам отказать?!, — я пожал плечами и под гневным взором виконта, взял её руку и повел в центр зала, где несколько пар танцевали замысловатые па. Холл после ремонта стал ещё более большим, чем был, подавляя посетителей своей величиной и ещё большей роскошью. Во время разговоров с другими дворянами меня несколько раз спрашивали, зачем в гостинице подобная роскошь дворца, я всем отвечал одинаково, что хочу, чтобы в моём доме не стыдно было принимать и короля, а то, что Его величество лично решил посетить гостиницу, только подтверждает правоту моих слов.

— Простите Оливия, я не знаю местных танцев, так что позвольте вести вас в том, что знаю я, — предложил я девушке, положив руку ей на спину.

— Да конечно!, — обрадовалась она, — хочу, чтобы мне все завидовали!

— Джек не подходил?, — когда мы сделали несколько пробных движений, и я убедился, что девушка прекрасно подхватывает ритм, то стал двигаться более свободно.

— Пытался, но брат всё время ему грубит и он растерянный от его такого поведения, уходит, — девушка сразу расстроилась.

Держа в руках молодое, пахнущее чистотой тело с едва уловимым запахом благовоний, я невольно возбудился, а её расслабленность и податливость, начали настраивать мои мысли на неверный лад, так что пришлось вернуться к первоначальному плану.

Вычленив взглядом управляющего, который словно побитая собака подпирал спиной одну из колон, я в танце приблизился к нему.

— Шевалье, мой возраст не позволяет закончить танец с девушкой, может быть вы замените старика?, — спросил я, остановившись возле него.

Молодые люди переглянулись, а затем с благодарностью оба посмотрели на меня.

— Шевалье?!, — эти глупцы меня начинали бесить своими взглядами.

— Ой, простоте милорд, — тут же спохватился он, уловив моё недовольстве, — если баронесса не против?

— Она не против, — девушка показала характер и приняла его руку.

— «Пора проведать, как дела у нашего королька, что-то его долго нет, — посмотрев, как пара присоединилась к остальным танцующим дворянам, я решил заняться другими делами».

Пройдя на два этажа выше, я кивком головы поприветствовал гвардейцев, которые охраняли коридор и подошёл к двери, рядом с которой сидели два офицера, один из которых был моим знакомым.

— Виконт? Не нужно ли что Его величеству?, — поинтересовался я.

— Судя по звукам нет, его всё устраивает, — ухмыльнулся он.

— Думаю доблестным гвардейцам тоже не помешает немного скрасить досуг, — я чуть кивнул, — вина?

Они переглянулись.

— Думаю Его величество будет ещё какое-то время занят, так что мы не откажемся от вашего гостеприимства граф, — решил виконт.

— Хорошо, если я буду нужен, дайте знать слугам, — я повернулся чтобы пойти обратно и поманив жестом одного из помощников Джека, которые уже с ног валились, пытаясь поспеть везде и отдал ему распоряжение доставить всей охране коридора, лёгкие закуски и выпивку.

Вернувшись в зал, я тут же заметил, как вокруг места, где я оставил влюблённую парочку кучкуется слишком много народа, а возгласы, которые оттуда долетают, далеко от дружелюбных.

— «Этого ещё не хватало!».

Я быстрым шагом прошёл к месту ссоры, чтобы застать вызов.

— Джек!, — я одним движением руки остановил взбешённого молодого парня, который хотел идти тут же драться в парк и обратился к виконту.

— Я его секундант, поэтому завтра прибуду к вам и мы обсудим условия.

— Да он трус, а вы его покрываете! Если не хотите выяснить его родословную прямо сейчас!, — выпивка явно не пошла ему на пользу, так как с помутневшим взглядом, он был явно невменяемым. Объясняться с таким было сейчас просто бесполезно.

— Виконт, это мой вечер и мой бал, так что если вы решили его испортить и продолжаете настаиваете, я сам готов драться с вами прямо сейчас, а если вы выживите при этом, то завтра обсудим дуэль с моим помощником.

Каким бы он пьяным не был, но инстинкт самосохранения у него был, так что он бросил фразу, что ждёт меня завтра к обеду, для обсуждения условий и отошёл от стола. Дворяне, разочарованные тем, что сейчас дуэли не будет, стали расходиться по своим кучкам.

Одна Оливия, бледная как полотно, не знала куда ей бросаться, либо за братом, либо к возлюбленному. Я жестом показал ей идти за виконтом, пока он ещё чего не наговорил.

— Я тебе приказал, не подходить к нему!

— Милорд, он подошёл во время танца и дёрнул меня от неё, — молодой человек виновато опустил голову, — вы сами говорили, что как дворянин я не должен спускать подобного никому.

— Тогда ладно, но думай, что завтра оденешь, так как скорее всего мне нужно будет искать себе нового управляющего, он позабавиться и убьёт тебя.

— Милорд!, — он сначала возмутился, но тут же вспомнил недавнюю нашу дуэль, свидетелем которой был и поняв свой нулевой уровень владения шпагой.

— Займись гостями, и делай вид, что ничего не произошло, — приказал я, — вечер должен закончиться также эффектно, как и начался.

— Да милорд, — парню было тяжело, но он постарался собраться.

Я же отошёл в дверям, откуда был выход из кухни для слуг.

— Кассий!

— Да милорд!, — тут же показался мой горбун.

— Передай записку Орсею, немедленно!

Он тут же бросился выполнять задание. Посмотрев на суету ремонта и приготовлений к вечеру, Кассий давно оценил от чего я его избавил, так что мои редкие похвалы его работы, делали его ещё быстрее и преданнее. Он как собака смотрел на меня с обожанием, а недавно открывшиеся перед ним двери лучшего борделя столицы, не без моей помощи конечно, заставили его едва не молиться на меня.

Наконец вечер подошёл к концу, появившийся король едва бросил мне слова благодарности и сразу же отбыл, не забыв свою фаворитку, которая простояла весь вечер в группе молодых людей общества принца. Вместе с ним отбыла и его свита, а следом за ними стали прощаться и уезжать все остальные. Спустя два часа, когда утренние лучи окрасили небосвод, я наконец был свободен и смог пойти в свой кабинет, чтобы спокойно сесть в кресло и за бокалом лёгкого вина, подвести итоги вечера.

В принципе свои целей я им достиг, так как в общество меня приняли, со мной разговаривали, интересовались моими планами, приглашали посетить их дома, так что с этой стороны всё вроде было хорошо. Также некоторые интересовались ценами проживания, поскольку во время различных празднований, к ним приезжали гости. Размещать их у себя не всегда нравилось хозяевам, если это были не близкие родственники, так что их интерес к мой гостинице был и это не могло не радовать.

Постоянный контингент из купцов, послов других стан и просто приезжих дворян с провинции — это конечно хорошо, но новые гости, которые могли рассказать о «Лагуне» у себя в захолустье, было самое то, что мне сейчас было нужно. Тем более, помня, как я сюда попал сам, я подмаслил всю стражу у четырёх ворот города и их начальство, так что всем дворянам и купцам с большими караванами, они рекомендовали только мою гостиницу.

Минусом вечера был конечно неприятный инцидент с виконтом Сершго, но об этом я уже позаботился, я не намерен был допустить этой дуэли, больше похожей на убийство. Закончив с бутылочкой, я позвал слуг и они проводили меня в покои, которые после ремонта достойны были даже короля и спокойно заснул.

* * *

Разбудили меня крики и шум за дверью, а также громкий шёпот, всё это не прекращалось, так что сон полностью выветрился у меня из головы и я открыл глаза. Пару лучей солнца пробивались через плотно запахнутые шторы, но по их яркости было понятно, что перевалило давно за полдень. Шум за дверью не прекращался, я приподнялся и дёрнул бархатный шнурок.

В дверь тут же влетел сначала Джек, и за ним две служанки. Молодой человек выглядел растерянно и взволнованно, его взлохмаченная шевелюра и рассеянный взгляд лучше всего сказали мне, что план удался, осталось выяснить подробности.

— Джек, что такого случилось, что ты меня разбудил?

— Милорд, — он упал перед кроватью на колени, словно забыв о том, что он теперь ровня мне и с мольбой протянул руки, — я растерян, разгневан и опустошён. Прибежал слуга с дома Оливии, сказал, что ночью, когда хозяева возвращались от нас, недалеко от их дома на них напали бандиты и хозяина убили, а баронессу ограбили и избили.

— Какая трагедия!, — всплеснул я руками, — что же ты сразу меня не разбудил! Поехали к ним, как хозяин вечера я не могу оставить такое без детального разбирательства!

— Я ездил туда, чтобы узнать, что с ней, милорд. В доме полно стражи и дознавателей, так что меня не пустили даже на порог, — он снова умоляюще на меня посмотрел, — милорд, мне нужно знать, что с ней, как она. У меня сердце разрывается от горя! Бедный виконт!

— Это несомненно трагедия, — я встал с кровати и позволил служанкам заняться собой, — судьба милой девушки мне конечно же не безразлична, так что я приведу себя в порядок, позавтракаю и мы поедим к ней.

— Думаете вас пустят туда, милорд?!, — с надеждой спросил он.

— Джек, ты начинаешь меня раздражать, распорядись пока о завтраке и карете, если нечем заняться, не ехать же мне туда в одной сорочке.

Молодой человек покраснел, но извиняться не стал, поднявшись на ноги, он заторопился на выход.

К двум служанкам добавились ещё и мне пришлось задержаться чуть дольше, так как воспоминания о вчерашнем вечере, а также молодом теле, которое я держал в своих руках, пришлось куда-то выплеснуть, причём в прямом смысле этого слова. В прочем ни одна из служанок, которым было разрешено ко мне прикасаться, ни о чём другом и не мечтали, все те, кто мог меня ублажить, в конце недели получали прибавку у своему жалованию, так что за эти четыре места, в обслуживании моего тела шла нешуточная борьба между ними, которую я искусственно создал, просто ради удовольствия. Интересно было смотреть, на что они были готовы, ради лишней серебряной монеты.

Карета была конечно же готова, так что сев напротив взволнованного и терзающего себя молодого человека, я спокойно приказал трогать.

— Милорд, а как же наша дуэль? Что делать с нею?, — внезапно спросил он, после долгого молчания.

— Ну по правилам, ты выиграл её из-за неявки противника, — заметил я, — смерть в данном случае не будет являться оправданием для дворянина.

— Бедная Оливия, — он опустил лицо на руки.

— «Надеюсь Орсей выполнил всё, как я хотел, — подумал я поглядывая в окно, — мне порядком надоела эта семейка, так что нужно ускорять события».

Когда прибыли мы, никого у поместья больше не было, лишь испуганные слуги, вооружённые сельхоз инвентарём делали грозный вид, что защищают свой дом. Меня сразу же впустили, оказывается Оливия запретила пускать всех, кроме меня. Так что я с Джеком беспрепятственно прошёл внутрь и поднялся в комнату девушки. Бледный слуга открыл нам дверь и я увидел сначала заплаканное лицо девушки, лежавшей в кровати, только потом заметил синяк на левой скуле.

— Оливия!, — я метнул грозный взгляд на Джека, который было рванулся к девушке и он остановленный им, стушевался, оставшись у двери. Я же прошёл внутрь и присел на кровать. Девушка отворачивалась от меня, стесняясь показать лицо, так что пришлось взять её руку в свою и твёрдо сказать.

— Оливия!

Она нехотя повернулась и я разглядел удар, нанесён он был очень грамотно, не сильно, но чтобы оставить нужный след.

— Ты рассмотрела этих ублюдков?, — спросил я, — хочу лично этим заняться.

— Нет милорд, — он вздрогнула плечами и всхлипнула, — всё произошло так быстро, и они были в таких повязках на лицах, что последнее, что я помню, как меня ударили и потащили из кареты.

— Они надругались над тобой?, — решил уточнить я, — прости что спрашиваю, но это важно.

Вместо ответа она разрыдалась и снова отвернулась от меня, упав на кровать.

— «Отлично, пора выводить на сцену главного героя».

— Оливия, — я не стал ждать когда она успокоиться, мне нужно было ошарашить её, — ты доверяешь мне? Сейчас мне очень важно это знать, ты стала мне не безразлична и знаешь это с первого дня, как я пришёл в ваш дом.

Девушка рыдая, лишь закивала головой.

— Знаю, сейчас я поступлю не совсем по правилам, но это лучше решить сейчас, когда никто не знает о всех подробностях произошедшего, ты ведь об этом никому не рассказала?

Девушка отрицательно помотала головой.

— Отлично. Тогда баронесса Оливия Сершго готовы ли выйти за шевалье Джека Уэлколка?

Двойной вскрик был мне ответом. Подкосившийся у двери молодой человек и девушка, изумлённо посмотрела сначала на меня красными, заплаканными глазами, потом на молодого человека, но слёзы снова брызнули из её глаз и она уткнулась в подушку.

— Я опорочена! Никто не возьмёт меня теперь в жёны!, — сквозь всхлипы раздались её слова.

Поманив рукой Джека к себе, я снял с пальца свой перстень и отдал его ему, показав, что делать.

— Оливия, я люблю тебя и прошу тебя от всего сердца. Стань моей женой здесь и сейчас, а наш покровитель будет тому свидетелем.

Девушка чуть повернула голову и увидела его рядом с собой, протягивающего на колене перстень. Она всхлипнула, но протянула руку и взяла его в руки.

— Размер не твой, но ведь ты сама говорила, что любишь Джека, так что у вас ещё будет время на нормальное кольцо, — заметил я её колебания.

— Милорд, дело не в кольце, — она сжала его в руке, как будто боялась, что я его отберу назад.

— Конечно, свадьба будет не сразу, сначала будет траур по твоему брату, но спустя месяц, вы поженитесь и никто не сможет сказать, что ты опорочена или запятнана. Решайся Оливия!

Девушка не веря своему счастью посмотрела на меня, потом на Джека и быстро заговорила.

— Да! Да! Конечно, я согласна!

— Тогда ты не будешь против, если все хлопоты я возьму на себя?, — спросил я её, когда молодые люди стали обниматься, — и также я хочу, чтобы ты переехала ко мне, так я хотя бы буду уверен, что ты под надёжной защитой.

— Милорд!, — она бросилась ко мне и обняла, — я буду вечно вам благодарна за всё, что вы для нас делаете!

Рядом с ней на колено опустился молодой человек, показывая свою солидарность со словами, теперь уже своей невесты.

— «Какие же они оба наивные идиоты, — я покачал головой, вспомнив одного такого, с которым жил десятки лет, — ничего не меняется в этом мире».

Я вместе с молодым человеком, которого с трудом оторвал от девушки, вышел за дверь.

— Пока я оставлю вас, и пришлю стражу, чтобы они её охраняли, пока она переезжает к нам. Джек займись поиском управляющего, чтобы дом не захирел, а также всей подготовкой к похоронам, деньги ты знаешь где лежат.

— Да милорд, — снова этот щенячий взгляд, который меня бесил.

— Не вздумай к ней прикасаться!, — я наклонился и грозно ему прошептал, — окружи её заботой и любовью, чтобы она забыла о произошедшем, но дальше поцелуев до свадьбы не доходи. Иначе она будет представлять тебя на месте насильника — это понятно?!

Он испуганно, быстро закивал головой.

Я пригрозил ему кулаком.

— Лучше тебе меня послушать.

Он снова закивал, да так, что я побоялся, что его голова может оторваться с шеи.

Покинув дом, я отправился к Гори, договориться об охране испуганной девушки, которая находилась в шоке от случившегося, так что замужество и переезд прекрасно в вписывались в отвлечение её от пережитого. Я надеялся мысли в её голове окончательно перепутаются от осознания смерти брата, надругательством над её телом, предстоящей свадьбой и жизнью в незнакомом месте. Кроме этой мелочи, мне же нужно было поговорить с сержантом об ещё одном деле, которое предложил мне капитан городской стражи, когда мы встретились с ним вчера на балу. Очень заманчивое предложение, которое я пообещал рассмотреть и дать ответ как можно быстрее, но для окончательного решения мне нужен был совет местного служителя порядка, отслужившего в системе правопорядка не один год.

При подъезде к территории, где обитала моя стража южного квартала, я заметил, как разительно всё тут поменялось с последнего раза. На улицах стала заметно меньше всяческих бродяг и попрошаек, а вот жителей наоборот добавилось. Причём я видел, как они относятся к патрулю стражи, который в это же время шёл по улице, многие с ними здоровались, стража приветствовала их в ответ. Такого тут точно не было до моего появления, так что это, а также спад преступности явно были заслугой железной воли сержанта.

Перед воротами поста, несли службу два стражника, которые увидев мою карету, тут же стали открывать их, а я с гордостью прочитал огромную вывеску, которую сделали по моей просьбе плотники — «Мы на страже» и ниже меньшими буквами «Меценат граф де Берзе». Многие бы посчитали бы излишним упоминание обо мне, но я никому не давал забыть, кто здесь всё устроил, так что вывеска, так и мой портрет, висящий в кабинете сержанта, яснее ясного говорили, кто заказывает здесь музыку.

На широком плацу разбившись на пары, стражники отрабатывали бой на коротких мечах, их основном оружии, а судя по тому, что большинство из них были молоды, моё поручение о привлечении большего количества людей, сверх обозначенного лимитом города, также выполнялось.

Карета не успела подъехать к основному зданию, как рядом показался сержант, который сам открыл мне дверцу.

— Сержант, — я чуть склонил голову и принял его руку помощи.

— Милорд, рад вас видеть.

Я удивлённо на него посмотрел, вовремя нашей последней встречи он был недоволен моим решением о разграничении воров и грабителей на привилегированных и нет. Это явно было видно и по его взгляду, и по упрямо сжатым губам, поэтому его спокойный тон и приветствие сейчас были мне интересны.

Я промолчал и продолжил разговор, только попав в его кабинет, причем не стал занимать его место, а уселся на место посетителя, как бы подчёркивая своё к нему расположение. Мне предстояло с ним ещё много работать, так что выпячивать то, кто из нас хозяин я всегда успею, сейчас же я подыграл на его чувстве достоинства. По тому как он ошарашенно на меня посмотрел, не решаясь сеть на своё место при мне, я понял, что маленькую победу, ещё даже не начав разговор, я одержал.

— Как идут дела?, — нейтрально поинтересовался я, прежде чем перейти к основному делу, из-за которого прибыл сюда.

— Боюсь сглазить милорд, но отлично, — он всё ещё неуютно чувствовал себя, видя меня на месте посетителя, — даже удивительно, как такое возможно. Я впервые за много лет не чувствую над своей головой карающую дубинку.

— Я ведь обещал тебе, — я пожал плечами, — у меня свои планы, и ты просто помогаешь мне их реализовать.

— А какие они, если мне позволено знать, милорд?, — осторожно поинтересовался он.

— Да можешь, хочу сделать наш город чище и безопаснее, — я натянул на себя фальшивую улыбку, чтобы соответствовать моменту, — должен же я что-то привнести в общество того места, в котором живу.

Он нахмурился.

— Как этому поможет то, что часть преступников избегает наказания милорд?

Я покачал головой, опять он за старое.

— Гори, преступность неистребима, просто прими это как факт, так что если ты не понимаешь всей широты моих планов — это не значит, что я что-то делаю неверно. Согласись, что про приют ты тоже не верил? Но он работает!

Он смутился.

— Да, вы правы милорд, я не верил, что из этой затеи выйдет что-то путное, ведь в своё время я сам жил в одном из таких, пока его не закрыли. Не знаю почему, но в вашем сносно кормят и нормально обращаются с детьми, просто небо и земля, как я вспоминаю своё детство.

— В общем, я не за этим приехал, чтобы возвращаться к старым вопросам, — я сменил тон, показывая, что время либеральности прошло и моему терпению его дерзкого поведения тоже бывает предел. Он сразу чувствовал такие моменты и стал просто слушать.

— У тебя есть заместитель? На которого можно целиком положиться и который сможет продолжить то, что мы начали, но пока без твоего присмотра?

— Вы хотите меня заменить?, — удивился он, — милорд, я ведь справляюсь!

— Гори, — жёстко отрезал я, — не беги вперёд лошади.

Он заткнулся.

— Капитан городской стражи предложил мне порт, чтобы я навёл там порядок. Слишком там много стало грязи последнее время, нападают даже на аристократов, не говоря про ограбления торговцев и складов.

Он широко открыл глаза, после моих слов.

— Поэтому я и приехал спросить тебя, сможешь ли ты возглавить местных стражей, со всеми теми правилами, что мы установили тут у себя в квартале?

Он задумался и почесал затылок своей широкой ручищей, и только потом посторожено сказал.

— Мне как обычно можно говорить правду милорд? Или вы уже приняли решение?

— Сержант, ты начинаешь меня утомлять, — недовольно заметил я, — нет, я конечно же принял решение и проделал весь этот путь, только чтобы лично поставить тебя в известность.

Он тут же смутился.

— Простите милорд, всё никак не могу привыкнуть, что с вами можно не скрывать свои мысли.

— Гори, я конечно же понимаю во многих аспектах работы стражи, как организации, так и её обеспечения, но совершенно не представляю местных реалий, так что зачем я буду что-то придумывать, когда можно просто спросить об этом такого специалиста как ты?

— Простите милорд, — он даже поднялся с кресла и низко поклонился.

— К делу Гори, к делу, у меня не так много времени!

— Это будет очень сложно милорд, — честно заявил он, — я не говорю невозможно, поскольку имею дело с вами, а тут как я уже понял простые правила не всегда работают, так как в случаях с остальными, но очень сложно. Порт слишком лакомый кусочек, чтобы преступники просто так его отдали кому бы то ни было. Хоть своим же собратьям, хоть стражам.

— Что нужно, чтобы мы навели порядок в порту?

— Ну самое главное, если бы главенствующая там банда Спрута оказалась бы обезглавлена и разобщена, — с улыбкой заметил он, — ну и чтобы владельцы таверн стали бы нам помогать. Но милорд ни первое, ни второе практически не осуществимо. Спрут держит порт в страхе вот уже десять лет, никому не удавалось подвинуть его с этого трона, а уж чтобы владельцы таверн стали стучать на своих посетителей, от которых зависит их жизнь сейчас, в такое тоже трудно себе представить.

Я задумался.

— «Не так уж неосуществимо, как кажется на первый взгляд. Владельцы будут стучать тому, кто представляет собой власть в порту, а с бандой можно разобраться разными способами».

— То есть если устранить Спрута, наша деятельность там сильно облегчится?

— Да милорд, значительно. Я первое время смогу вычистить местный гадюшник, в который превратилась там стража, но людей потом всё равно лучше будет набирать из местных, а если нас не будут бояться — вы сами прекрасно знаете, что будет.

— Хорошо, подбирай тогда пока людей, с которыми сможешь там наводить порядок, — я поднялся с кресла, — а я подумаю, над озвученными тобой проблемами.

Он удивлённо на меня посмотрел, но промолчал, встав и проводив меня до кареты.

— Гори, я дам тебе знать, когда приступить к обязанностям, пока же готов больше людей, они нам понадобятся.

— Слушаюсь милорд, — он слегка поклонился.

Карета тронулась, как вспомнив, я стукнул по потолку, останавливая её и приоткрыв дверь, подзывая сержанта.

— Да, чуть не забыл, вышли с десяток стражников к поместью рода Сершго, баронесса переезжает, и ей не помешала бы охрана.

— Я слышал, что случилось милорд, — он посуровел, — жаль не на нашей территории, я бы разобрался с теми, кто это сделал.

— Доставишь до «Лагуны» и проследишь, чтобы вошла в свои покои.

— Конечно, милорд.

В гостинице меня ждал сюрприз — повестка в суд, которую принёс пристав, но из-за моего отсутствия оставил её одному из помощников Джека. Я с удивлением посмотрел на официальное письмо, а особенно меня заинтересовала тема разбирательства. Родственники покойной не успокоились и решились пойти через судебную тяжбу, чтобы отсудить хоть что-то.

— «Ты посмотри какие неугомонные, — удивился я, ранее считав, что показательное убийство бретёра ясно дало им понять, что со мной не стоит связываться. — Похоже теперь придётся заняться ими в плотную».

— Кассий!

Когда горбун появился, я внимательно его осмотрел, последнее время он с ног сбился, бегая по моим поручениям и одновременно выполняя роль курьера.

— «Пора его наверно разгрузить, — подумал я».

— Да милорд.

— Есть у тебя кто-то на примете, кто бы мог помогать тебе? Я понимаю, что из-за твоей внешности завести друзей всегда сложно, но вдруг нашлась добрая душа?

— Есть одна девушка милорд, — он сделал паузу.

— «Он что смутился?».

— И?

— Но она и правда только мой друг, я всегда боялся даже намекать на мои чувства, ведь тогда бы я потерял единственного друга, кого не пугала моя внешность.

— Где она работает?

— Прачкой у одного из дворян, милорд. Правда мы с ней не виделись уже несколько месяцев, вы ведь знаете, я живу сейчас в гостинице.

— Поговори с ней, готова ли она сменить род деятельности, — заметил я, — будет получать больше, работать меньше, только выполнение твоих поручений, сбор слухов и сплетен у других девушек-служанок. То, что может узнать девушка, редко когда узнают мужчины.

— Я поговорю с ней, милорд.

— Отлично, тогда узнай пока сам всё об вот этих семействах, — я протянул ему письмо, — если необходимо, то попроси Орсея, но я бы хотел, чтобы ты попробовал сделать это сам.

— Слушаюсь милорд, — он морща лоб, стал читать письмо.

— И Кассий, удели больше времени своему обучению, а не кувырканием в постели, — я нахмурился, — последний раз говорю тебе об этом. Ты должен читать, считать и писать бегло.

— Простите меня милорд, — он склонился очень низко, — я исправлю это.

Я жестом отправил его прочь. Следовало подумать, как разобраться с портом, если начинать долгие и неспешные приготовления, можно упустить время, а я должен был дать ответ капитану уже завтра утром.

— «Похоже придётся действовать напролом», — я поморщился от недовольства принятым решением, силовые акции мне всегда казались лишь бессилием людей, которые не могут решить дело другими путями, теперь же оказалось, что я сам шёл по их стопам и происходило это только потому, что ощущалась страшная нехватка кадров и времени. Я настолько привык, что всегда есть исполнители под каждую из задач, то оглядываясь сейчас по сторонам, видел рядом с собой всего трёх человек, которые были хоть в чём-то компетентны, так что всё, что они не могли делать, приходилось осуществлять самому.

Написав записку, я вызвал Кассия и попросил доставить её Орсею, заодно раз уж он выбирается в город, встретиться с той девушкой-другом, то не будем откладывать это дело в долгий ящик.

* * *

Карета остановилась в условленном месте и слегка качнулась, когда мужчина легко открыл дверь и забрался внутрь.

— Добрый вечер, милорд.

— Выполнил, что я просил?, — вместо приветствия спросил я главаря банды.

— Да, только не очень понимаю, что нам там делать? Это территория Спрута и он выставит в трое больше людей, милорд.

— Постараюсь слегка уравновесить силы, — я ему улыбнулся, чуть приподняв капюшон плаща, на что он слегка побледнел.

— Зачем вам это нужно милорд?, — поинтересовался он, — мы ведь планировали оставить порт напоследок, когда разберёмся с более лёгкими бандами.

— Капитан городской стражи, сам предложил мне его, так что я решил, что грех будет отказываться от такого предложения.

— Вы согласились возглавить стражу в порту?, — бандит был очень удивлён.

— Ещё нет, а вот завтра соглашусь, когда узнаю, что в порту бесчинствуют банды.

— Тогда я не очень понимаю, что мои ребята будут делать? Мы не можем позволить себе эту войну, — я его понимал, он беспокоился о себе и только набирающей силе банде, поскольку если его людей увидят в прямом противостоянии Спруту, это будет открытие войны с одной из могущественных банд города.

— Всё, что мне нужно, так это знать где обитают основные её члены, её главари и немного поддержки от твоих людей. Лучше конечно знать где будет Спрут, но как я понял, он слишком осторожен, и никого к себе не подпускает из посторонних.

— Всё верно милорд, — Орсей кивнул головой, — мало кому довелось вообще его видеть.

— Тогда пройдёмся по костяку, — я пожал плечами, — ты останешься со мной, чтобы показывать куда идти, остальные пусть занимаются грабежами, поджогами и насилием. Хочу, чтобы на месте порта, остались одни головёшки.

— Милорд?!, — вскрикнул он, — но погибнет ведь куча народу! Моряки, торговцы, да простые люди в конце концов!

Я удивлённо на него посмотрел.

— Странно, что именно ты решил читать мне морали.

— Я не спорю, мои руки по локоть в крови, — не смутился он, — я убивал и невиновных людей, но такая массовая резня привлечёт слишком много внимания милорд!

— Мне это и нужно, — спокойно ответил я, — чтобы никто кроме меня не согласился после произошедшего, возглавить там стражу, да и про остальные кварталы города будет легче потом договариваться.

Он покачал головой, не соглашаясь с моим мнением.

— Я не должен говорить этого, но иногда мне страшно рядом с вами находиться милорд, хотя в своей жизни я давно перестал кого-либо и что-либо бояться, но вот рядом с вами мне всегда неуютно.

При его словах карета остановилась, а по шуму, который раздавался снаружи я понял, что мы прибыли куда нужно. В отличии от города, в порту жизнь кипела круглые сутки. Торг, драки, прибытие судов и пьяные дебоши — были тут в любое время, так что и сейчас на улице была слышна разборка подвыпивших матросов.

— Надеюсь Орсей ты вспомнишь свои слова, когда однажды решишь пойти против меня, — я завернулся в тёплый плащ, и стал выбираться из кареты. Я специально, не смотря на жару, оделся тепло, предстояло много колдовать, а вызов льда из воздуха всегда сопровождался дикими перепадами температур, тут же я собирался использовать сразу морскую воду, которая была под рукой, так что затрачиваемых для этого сил нужно будет с одной стороны меньше, но с другой масштабы её трансформации будут такими, что лучше было заранее к этому подготовиться.

Бандит ничего не ответил, лишь натянул на голову капюшон, который составлял целое от его костюма и встал рядом со мной.

— Как твои узнают, что пора начинать?, — спросил я.

— Они узнают, — лаконично сказал он, показывая взглядом на факелы, которые освещали улицу перед таверной.

— Хорошо, тогда держись всё время за моей спиной, чтобы я тебя не задел, — я собрался и зашагал вперёд, к пьяной драке, что развернулось перед нужной мне таверной.

Взмах руки и вылетевшие из земли гигантские сосульки пронзили всех до единого её участников, насаживая их словно на колья. Вопли и боевые крики сразу же заменились на стоны и вопли раненных. Продолжая идти, я напрягся и из моря рядом с пристанью, стали появляться гигантские сосульки: сначала десятки, потом сотни, потом тысячи. Я второй раз применял такую массовую магию, так тогда, когда впервые находясь рядом с рекой, захотел посмотреть пределы своих способностей и построил ледяной мост, чтобы спокойно по нему перебраться через реку. Даже потом, смотря на это огромное сооружение, я не чувствовал значительной усталости, как это обычно бывало, когда я массово вызывал иллюзии. Со льдом почему-то получалось работать без таких сверх усилий. Я был уверен, что всё это — наследство Анри, проклятый соплежуй словно в насмешку надо мной и моей магией иллюзий, которую я в основном и создал, смог придумать и воплотить в теле свою магию, работать с которой мне было много легче.

За спиной раздался сдавленный крик, который издал бандит, увидев, что происходит с морем, а я направил весь этой рой льда сначала вверх, а потом на берег, под своим весом и моей волей, я разогнал их до максимально возможной скорости и отпустил контроль. Сосредотачиваясь тут же на другом участке моря и создавая там подобный же частокол ледяных копий, направленных сверху на берег, а также на стоявшие у причалов корабли. Так раз за разом, когда часть кораблей от полученных пробоин стали погружаться в воду пирсов, а первые дома у береговой лини были сметены и разрушены, я продолжал по указке Орсея забрасывать всё льдом. Обезумевшие люди стали выбегать из домой, таверн и пытались выбраться из творившегося безумия, как внезапно вокруг появилось множество людей, которые бегали и с криками поджигали дома, таверны, склады, в основном те, что стояли дальше от моря и которые не пострадали от моей магии. Главное было мной начато и применённая магия, разваливавшая деревянные строения, словно их строили из печенья, убивала людей сотнями, чем вызвала массовую панику.

Мы же с Орсеем стали перемещаться туда, где вспыхивали драки, которые с моим появлением моментально заканчивались, особенно я старался там, где давали отпор его людям. Они таскали с подвезённых подвод факелы и разбрасывали их кругом, поджигая всё, что могло гореть.

Когда я заметил, что на улицах стала вспыхивать резня и грабежи, вылезшими отовсюду бандитами, которые присоединились к «веселью», я приказал сворачиваться, вскоре тут будет стража или гвардия, а возможно и маги, так что нас тут не должно быть к этому моменту. Общая вакханалия была положена и все грабили всех, таща отовсюду бесхозное добро.

— Оставшиеся факелы побросайте на виду, — приказал я, когда рядом с нами возникли чумазые и остро пахнущие дымом люди Орсея, — грузитесь на повозки, мы уходим.

Они посмотрели на главаря, не спеша выполнять мой приказ, он лишь кивнул головой, его подтверждая.

— Но мы ничего не получили, — обиженно заметил один из них, — можно остаться пограбить? Веселье только началось!

— Горд, если хотите, оставайтесь, — безразлично пожал плечами Орсей, — все кто нарушит мой приказ, сами будут потом отвечать за последствия. Так что воля ваша.

Услышав в его словах только то, что хотели услышать, часть бандитов обрадовалась и кинулась от нас прочь, но большая часть осталась, не желая покидать главаря.

— Всё рассредоточиваемся и уходим, — жёстко приказал он оставшимся.

Когда все разошлись, он посмотрел на меня.

— Думаю, тебя я подвезу, — решил я, направляясь в сторону кареты. Мне следовало переодеться, так как любой кто остановит карету, первым делом обратит внимание на запах, который будет от нас исходить.

Заставив его переодеться в своё запасное бельё, я переоделся сам и как два дворянина, мы неспешно поехали прочь. Проехали всего квартал, как наткнулись на оцепление стражи, которая остановила нас и не пропускала дальше. Я выглянул из кареты и удивлённо присвистнул, куда не посмотри было полно стражи и гвардии, которые словно кольцом сжимали кварталы порта, было очевидно, что ещё полчаса или час, и вырваться оттуда было бы очень непросто.

Подошедший вскоре офицер заглянул к нам в карету, поводил носом, доказывая правдивость того, что я принял правильное решение переодеться обоим, затем узнал кто мы, задал пару вопросов и получив ответы, которые ему не сильно понравились, поскольку я красочно стал описывать, что мы едва вырвались из ада, который творился в порту, разрешил нам проехать дальше.

— Надеюсь всё это было не зря, милорд, — с этими словами Орсей покинул карету, по его недовольному виду было понятно, что он не одобрял произошедшего.

* * *

К капитану я не смог попасть ни утром следующего дня, ни день спустя. Что-то пошло не совсем по плану и дувший ветер с моря в ту ночь так раздул пожар, что кроме кораблей, причалов, складов и домов, выгорело ещё и два соседних с портом района. Количество жертв исчислялось тысячами, поскольку была ночь и не многие проснулись, когда загорелись и их дома.

Так что капитан, как впрочем и согнанная со всего города стража, наводила там порядок. Требовалось не только остановить волну поджогов, которые продолжились там и без нас, когда отбросы общества поняли, что это отличное средство, чтобы безнаказанно грабить и мародёрствовать, но и начать наводить там порядок. Массовое бегство из пострадавших кварталов простых жителей только подстегнуло бандитов, так что страже пришлось нелегко. Сначала у них и вовсе это не получалось, поскольку на «сладкое» стянулись банды со всего города, но едва в столицу ввели регулярные войска, как всё закончилось в один момент. На что стража особо не церемонилась с пойманными грабителями, которые пытались дать ей отпор, то регулярные войска вообще вырезали всё, что оказывало им хоть малейшее сопротивление, сминая и растаптывая всех на своём пути. Так что всего за два дня в городе был наведён порядок, и заодно был введён временный комендантский час, запрещающий простым людям без разрешения находиться на улицах после заката. Дворян данный запрет конечно не коснулся, но особо никто старался и не ездить без особых причин в эти кварталы, вполне было можно нарваться либо на особо бдительных военных, либо на грабителей, пытавшихся на последок урвать кусок пирога. Поскольку во всех кварталах города, поселились беженцы, то и в них вспыхнула волна грабежей и насилия, правда кроме моего.

Неожиданно это происшествие сослужило мне службу в весьма неожиданном месте, суды были настолько завалены работой, что едва мы показались в нём с родственниками покойной хозяйки, как судья не особо вчитываясь в суть объявленных мне претензий, едва узнал, что гостиница мне перешла по наследству, о чём свидетельствуют бумаги и подпись усопшей, а также являюсь подданным короны, как тут же закрыл дело, списав оплату судебных издержек на проигравшую сторону. Ему явно было не до нас, так как в суды толпами волокли тех преступников, которых не убили на месте, и смертные приговоры лились широкой рекой, особо никто не заморачивался из них при этом строгостью решений, поскольку взбешённый такой катастрофой король, приказал всё расследовать досконально и найти виновных. Что все и делали, стараясь перещеголять друг друга, не сколько в расследовании, сколько в наказании.

Моя стража показала себя с лучшей стороны, так как на территории нашего квартала, не произошло ровным счётом ничего. Пара мародёров, которые попытались разжиться у нас, покачивалась на виселицах, а усиленные патрули, которые ввел Гори, и залегшие на дно бандиты Орсея, привели к тому, что к нам со всего города стали стекаться беженцы, прознавшие про единственный сейчас спокойный уголок. Масса людей резко заполонила собой все свободные места, так что цены моментально подскочили ввысь. Мне пришлось вмешаться, и вскоре к гостинице потянулись крестьянские подводы с ближайших окрестностей, у которых я оптом стал закупать продукты и по старым ценам реализовывал их для населения, для этого пришлось перед воротами гостиницы быстро соорудить магазин, очередь к которому тянулась на километр, но он работал круглосуточно и без задержек, так что очень быстро торговцы стали снижать цены, поскольку люди готовы были пройти чуть дальше и подождать чуть больше, но зато купить основные продукты по справедливой цене.

На фоне всего этого, как-то незаметно прошла свадьба Оливии и Джека, на ней присутствовал только я и знакомая девушки, которая вызвалась стать вторым свидетелем, так что скромно и без лишней помпы, священник записал в книгу свершившийся брак, а молодожёны расписались в ней вслед за ним и обменявшись кольцами, поцеловались.

Баронесса, а точнее сейчас после смерти брата, виконтесса, немного отошла от произошедшего лично с ней, благодаря заботе возлюбленного, к тому же случившаяся массовая гибель людей сильно повлияла на неё и она своё горе отставила на второе место, решив помочь простым людям, оставшимся без крова над головой. Она сама упросила меня заняться магазином и пропадала в нём с ночи до утра. Речи о том, чтобы молодожёны съехали из гостиницы теперь даже не стояло, поскольку Джек работал на меня, а она не хотела надолго покидать магазин, очереди к которому всё равно были, пусть и не такие большие, как в первые дни когда я его открыл.

Так что вот так неожиданно, всё случившееся оказалось мне на руку, даже то, чего я не планировал. К тому же принесло мне немало прибыли, ведь кроме продажи продуктов, количество постояльцев в гостинице самого спокойного квартала резко увеличилось, даже некоторые боязливые аристократы покидали свои дома, оставив их под небольшой охраной и селились у меня, пережидая творившийся в городе хаос.

Когда же мне ещё и принесли письмо от принцессы, полное мольбы и заверений в дружбе, с желанием как можно быстрее встретиться, я сразу понял, что она, как и Оливия, тоже хочет помочь обездоленным, так что у меня даже возникло непреодолимое желание спалить ещё пару кварталов, если это вызывает столько одновременно положительных новостей для меня.

Глава 5.

Принцесса и новые хлопоты

Имея записку принцессы, в качестве пропуска, я быстро попал сначала во внутренний периметр дворца, показав её гвардии на въезде, а когда меня пропустили внутрь, достаточно было показать её первому попавшемуся слуге, как тот попросил меня подождать, сам же быстрым шагом зашагал куда-то прочь.

Настало время оглядеться по сторонам, чтобы подметить, что дела в королевстве идут не так уж и хорошо, как мне казалось на первый взгляд, так как кое-где позолота с деревянной мебели стала слазить, а некоторые стены не мешало бы и обновить. Внешне всё было конечно роскошно и великолепно, но стоило подойди к любому предмету ближе, как становилось ясно, что это только внешний лоск, наводимый слугами, всё что было сложнее просто протирки и помывки, было не первой свежести и бросалось в глаза опытного человека.

— «Вот и причина, почему папуля не помогает любимой дочке, думаю один приют Его величество точно бы потянул, но нет же лучше конечно купить камень, который пустит пыль в глаза послам, купцам и аристократам».

Ещё бросалось в глаза, что слоняющиеся без дела по дворцу не многочисленные дворяне были мало мне знакомы. Некоторых из них я видел в свите короля, но вот большую часть я не знал, так что на меня украдкой оглядывались, шепчась и интересуясь, что за незнакомец ожидает рядом с покоями принцессы.

— Ваше сиятельство, — ко мне подошёл чопорный слуга, в светло-зелёном костюме и стилизованным изображением чайки на плече.

— ?, — недоуменно посмотрел на него я.

— У Её высочества сейчас урок правописания, она не может вас принять, — он едва склонил голову, так что мне захотелось проткнуть его за подобную дерзость.

— А она хоть знает о моём прибытии?, — иронично поинтересовался я.

Он не успел ответить, как к нам подошли два человека, покрой одежды которых был мне не знаком. Я краем глаза отметил, что не видел никого в королевстве, кто бы так одевался. Никаких бриджей и высоких гольф, только свободные длиннополые, даже не костюмы, а туники.

— Граф де Берзе?, — один из них, примерно моего возраста, и такого же телосложения, вежливо мне поклонился. Оставив разборки с наглым слугой, которого я запомнил на будущее, я повернулся к ним.

— Да, с кем имею честь говорить?

— Граф нас Арт, виконт Ша, — представился он сам и представил своего спутника.

Я вежливо раскланялся.

— Если вы не возражаете граф, пока Её высочество занято, уделить внимание нам. Мы и так собирались посетить вас в ближайшее время, но уж раз так совпало, почему бы не воспользоваться случаем. Вы не находите?

Я не видел причин отказывать, так что кинув уничижительный взгляд на слугу, я пошёл за ними. Очевидно хорошо ориентируясь во дворце, они вывели меня в парк, и подвели к одной из беседок, чтобы мы с комфортом в ней расположились.

— Господин граф, до нас дошли слухи о том, что вы являетесь магом, — начал более старший по возрасту и положению, — а поскольку в королевстве именно мы стараемся вести учёт людей со способностями, то хотели предложить к нам присоединиться.

— Вы из Ковена магов! Вот почему на вас такая странная одежда!, — догадался я.

— Да граф, мы всегда хотим подчеркнуть, даже внешне, что мирская жизнь нас мало интересует, а больше всего манят тайны мироздания, — раздался чуть хрипловатый голос второго собеседника.

— Каким образом я тогда вам могу помочь?, — удивился я, — я наоборот стремлюсь к мирскому и духовная стезя меня мало интересует.

— Насколько мы поняли, ваша специализация иллюзии?, — поинтересовался он, — можете нам продемонстрировать? Не обижайтесь, но мы просто хотим хотя бы примерно оценить ваш уровень владения магией.

Я пожал плечами и рядом с нами оказалось четыре пожимающие плечами копии. Маги внимательно их осмотрели и даже недоуменно потрогали.

— Материальное воплощение!, — воскликнул старший и них, едва его рука упёрлась в плечо моей копии, и добавил, — это несколько неожиданно.

— Где вы обучались этому граф?, — поинтересовался виконт, — довольно редкий вид магии, и ранее считавшийся не очень полезным. Вы нашли ему довольно своеобразное применение.

— То тут, то там господа, одного конкретного учителя у меня не было, — прямо не соврав ни одним словом, ушёл я от ответа, — только я всё равно не очень понимаю, как могу вам помочь.

— Вы наверняка слышали о произошедшем в порту?, — поинтересовался первый из магов.

— Да, краем уха, — осторожно согласился я, — но без подробностей.

— Посвящу вас глубже, — заметил он, — некоторые свидетели, из тех что выжил, утверждают, что поджогам и беспорядкам предшествовала магия, которая и послужила инициацией устроенного позже беспорядка.

— Странно, как магия могла повлиять на поджоги и мародёрство, — «удивился» я.

Маг слегка смутился.

— Нам это тоже не совсем ясно, но мы разбираемся совместно с королевскими дознавателями, уверен, что найдём всех виновных.

Видя мой молчаливый вопрос, он поспешил продолжить.

— Нам всегда интересны люди с нестандартной магией, а уж иллюзионистов у нас не было как лет двадцать.

— Но я владею лишь узким аспектом этого направления, которая нужна мне в более прикладном варианте, — заметил я, — не уверен, что чем-то могу вам помочь.

— Граф, не отказывайтесь так сразу, — в разговор снова вступил старший собеседник, — у нас есть накопленные знания по вашему направлению, когда вас допустят к библиотеке, сможете многое из неё почерпнуть.

Вот тут разговор меня заинтересовал, если есть книги по магии, которых во век не сыскать нигде, нужно было их в любом случае посмотреть.

— Это уже интересно, — заколебался я, что конечно же было ими замечено, — что от меня требуется в случае согласия?

— Оплата членского взноса, — старший быстро заговорил, — предоставление сведений о своей магии и её особенностях, ну и привлечение в качестве эксперта, если понадобиться ваше мнение по вашей специализации.

— Каков размер взноса?, — никто меня не заставит рассказать больше того, что я захочу, так что последние пункты меня мало волновали.

Маги переглянулись и старший осторожно сказал.

— Обычный взнос на год — десять тысяч золотых.

— Неплохо!, — удивился я приличной сумме, — и за это я получу только доступ к библиотеке?

— Не совсем, — уклончиво ответил граф, — как член Ковена магов вы получите значительные привилегии в части налогов, сдаваемых в казну, также судебное преследование по вам должно будет проводиться только в присутствии одного из наших членов, ну конечно вы получите доступ в библиотеку, когда мы убедимся в вашей лояльности. Вы ведь понимаете, что хранящиеся там знания, могут быть очень опасными в том числе и для самого мага.

— Меня в данном случае могут заинтересовать только новые знания, — недовольно подметил я и спросил, — а есть у вас возможность перескочить время недоверия к новичку, за больший размер взноса? Я думаю, приличная сумма денег является отличным гарантом того, что кандидат будет очень острожен в том, что изучает.

Маги переглянулись, лёгкая алчность блеснула в их глазах.

— Ну теоретически, если два и более мага поручатся за принимаемого в члены Ковена, то время для его проверки будет минимальным.

— «То есть надо заплатить не членский взнос, а непосредственно этим магам, — хмыкнул я про себя».

— Если эти два мага найдутся, — спокойно заметил я, внимательно на них посмотрев, — то они могут рассчитывать на мою благодарность, в разумных пределах конечно. У меня ещё нет твёрдой убеждённости, что мне это так уж и необходимо.

Они тут же заторопились с ответом.

— Хоть вы и недавно в городе, но ваше имя на слуху граф, абы к кому Его величество в дом не ездит, так что мы готовы за вас поручиться.

— За скромное вознаграждение в размере?, — продолжил я.

Они снова переглянулись, и молодой осторожно сказал, боясь продешевить.

— Думаю двойной размер взноса удовлетворит все стороны.

— «Ничего не меняется в мире, — философски подметил я про себя, — маги везде одинаковы. Какие тайны мироздания, какое изучение новых техник, всё, как и у простых людей — получше поесть, помягче поспать, да по моложе поиметь, вот все их потребности».

— Господа, мы договорились, — я чуть склонился, чтобы они не увидели мою улыбку, — можете прислать ко мне в гостиницу посланника от вас, за требуемой суммой.

— Думаю, если это приглашение, мы сами с удовольствием вас посетим, многие кто побывал у вас, как один говорят о вашем гостеприимстве.

— Тогда господа, в любое время, — я улыбнулся им, понимая, что доверять такие суммы денег, лучше всего только самому себе.

— С вами приятно иметь дело граф, — поклонился мне молодой. Старший же маг подметил.

— Заодно хотели бы выслушать ваше мнение о произошедшем в порту, нам не помешал бы свежий взгляд со стороны.

— Конечно господа, — мы довольные разговором и друг другом раскланялись. Маги направились по своим делам, я же отправился сначала за ними во дворец, потом там поймал слугу и приказал отвести меня к покоям принцессы, надеясь, что её занятия окончились и она сможет меня принять. Маги-магами, но я не затем приехал сюда.

Оказалось, что меня разыскивали, и тот вальяжный слуга, что нагло отшил меня, едва снова увидел, радостно зашагал навстречу и едва не расшаркиваясь, повёл к двери. Распахнув её передо мной, он объявил.

— Граф де Берзе, по личному делу.

Услышав, кто вошёл, сидящая в глубине комнаты, в окружении фрейлин девушка, быстро поднялась и поспешила встретить меня лично. Увидев её широкую улыбку, пришлось улыбаться в ответ.

— Граф, простите, что заставила вас ждать, — неожиданно начала она, — отец всегда строг по отношению моих занятий, так что, если бы была возможность принять вас раньше, поверьте, я бы это сделала с радостью.

— Пустое Ваше высочество, мне в радость увидеть вас вновь — я чуть склонил голову, краем взгляда заметив, с каким интересом за нами наблюдают её фрейлины, две из которых были весьма недурственны. Даже с такого расстояния я отметил их красивые лица и открытые красивые плечи.

— Пройдёмте на диван, — она показала на предмет мебели, который стоял недалеко от её столика и других девушек.

— О чём вы хотели со мной поговорить Ваше высочество?, — устроившись удобнее, я стал сравнивать красоту девушек, которые сидели близко ко мне, отмечая при этом, что принцесса им не сильно уступает. Она и две её подруги, особенно сильно выделялись своей красотой среди остальных, хотя конечно молодость и свежесть давали всем присутствующем здесь девушкам несомненное преимущество.

— Ники!, — укоризненно заметила она, — мы ведь одни.

— Хорошо Ники, так о чём?

— Какое ужасное несчастье случилось в доках, — она не стала долго ходить вокруг да около, — столько людей погибло и ещё больше осталось без крыши над головой!

— Да, это правда, в моём квартале больше всего беженцев, — согласился я, — так что я сам подумывал, что же с ними делать, пока они не озлобились и не пошли на путь преступлений.

— Полностью с вами согласна Анри!, — глаза её расширились, словно я опять угадал её мысли, — я думала об этом ночи на пролёт и хотела посоветоваться с вами, прежде чем пойти к отцу.

— Да я слушаю.

— Ведь корона ответственная за своих жителей, почему бы нам не отстроить заново жильё для бедняг, ведь страдают не только взрослые, но старики и дети!

— Вы вряд ли найдёте понимание у отца, — сразу ответил я, понимая, что на подобные траты не пойдёт никто. — Два квартала — это около пяти тысяч домов, и если каждый каменный дом обойдётся хотя бы по минимуму в пятьсот золотых, то два с половиной миллиона слишком крупная сумма, чтобы её вывалить за раз, да ещё и безвозвратно на простых жителей.

— Но Анри!, — девушка снова взяла мою руку в свою, вызвав прилив крови ко всем частям тела, — как можно думать о деньгах! Если столько людей страдает?!

Я положил вторую руку на её ладонь, ощущая какая нежная и бархатистая у неё кожа.

— Ники, мы живём в жестоком мире, где каждый заботиться только о себе. Вы конечно можете попробовать обратиться к отцу, но я уже сказал, не думаю, что из этого что-то получиться.

— Может мы поможете мне? Найдёте нужные слова?!, — девушка с мольбой на меня посмотрела.

— Как это будет выглядеть Ники?, — удивился я, — вот так просто войдём вместе в покои короля и станем предлагать проект? Вы его дочь, вам всё простится, я же чужак по сути.

— И вы боитесь!, — она сразу же вырвала руки, и покраснев отвернулась, — почему все мужчины такие трусы?!

Я же, пожав плечами, встал с дивана, поняв, что аудиенция закончилась. Ссориться с королём из-за прихотей девчонки мне сейчас было не с руки, я вообще с ней общался только для того, чтобы быть ближе к нему, но точно не для того, чтобы его раздражать при этом.

Пройти мне не дали и десяти шагов, мою руку схватили и с силой, которую вряд ли я мог подозревать в этом хрупком теле, утащили в личные покои принцессы. Едва она закрыла за нами дверь, а я попытался осмотреться, как сзади обхватив талию, руки девушки сомкнулись у меня на животе. Не успел я удивиться и повернуться, как спина стала намокать, а стоящее позади тело стало сотрясаться в рыданиях.

— «Неожиданно, — я был очень сильно удивлён, похоже её сумасбродные идеи были ей и правду дороги, что она цеплялась за меня, как за последнюю надежду».

— «Она сейчас так беззащитна, — мысли в голове под влиянием новых факторов, закрутились и стали выстраиваться в стройную картину нового плана, который в принципе мог сработать».

— Ники, если ты перестанешь рыдать и успокоишься, то можем попробовать предложить твоему отцу другой план, и если ты будешь его поддерживать всеми силами, то может быть он его и заинтересует.

Кольцо захвата тут же разжалось, а в глаза мне посмотрели требовательным взглядом, который не портили даже стоявшие там слёзы.

— Что за план?!, — требовательно спросила она.

— Я могу проспонсировать строительство домов, а жители возьмут их в аренду, и пока живут в них, будут платить аренду, пока всё не выплатят. Тогда дом станет целиком их.

Я специально не стал упоминать при принцессе, что выплата пяти ста золотых для средней городской семьи была попросту невозможна и по факту они окажутся постоянными съёмщиками жилья у меня. Весь расчёт был на то, что принцесса, король, да и вообще большинство дворян не считают сумму в пятьсот золотых такой уж большой, так что меряя весь мир по себе, ещё и удивляться будут, зачем мне подобная благотворительность, ведь на строительство трачу я деньги сейчас, а получу их возврат явно даже не в ближайшем будущем.

— О!, — ожидаемо воскликнула она, — а вы не можете просто им их подарить? Если у вас есть такие деньги граф?!

— «Да, всё бросил и отдал кровные, — мелкая соплячка, которая привыкла жить в роскоши и не понимала цену деньгам, начала мне надоедать, — легко разбрасывать налево и на право миллионы, если не заработал в жизни ни единого золотого».

— Это единственный вариант принцесса, который я вижу, без ущерба для себя и также прямая возможность нам помочь людям.

— Тогда к отцу! Пойдёмте!, — она выпрямилась и схватила меня за руку. Пришлось снова охладить её пыл.

— Ники! С этим предложением ты пойдёшь к отцу одна, если он услышит его от меня, подумает, что я хочу заручиться его расположением или хочу на нём нажиться, а это ведь не так. Так что наберись сил и покажи всё своё красноречие!

Девушка удивлённо на меня посмотрела и закусив губу стала сосредоточенно думать.

— Спасибо Анри!, — наконец она приняла решение, поскольку на лице появилось выражение крайней решительности, — сделаю, как вы предложили!

С этими словами она поднялась на цыпочки и поцеловала меня в щёку, затем испугавшись того, что натворила, покраснела и повернувшись, быстро выбежала за дверь покоев. Я удивлённый ещё больше, вышел за ней в общую гостиную и демонстративно пожав для всех присутствующих плечами, как бы говоря, что не ответственен за случившееся, вызвав тем самым их смешки, тоже вышел из комнаты.

Если принцесса и правда продавит этот проект, моё положение в городе ещё больше упрочнится, а сама идея, которая только что пришла мне в голову по поводу наёмного жилья, была по себе новаторской и необычной, хотя если смотреть на это не сиюминутными расходами, а в разрезе десятилетия — подобная деятельность могла приносить неплохой доход.

— «Осталось найти капитана, решить вопрос с портом, — я стал искать взглядом слуг, — и можно считать, что день полностью удался. Как принцесса в меня вцепилась, не позволив уйти?!». Эти мысли приятно грели мне душу.

К сожалению, найти барона я не смог, потом время ушло на такие же бесплодные поиски лейтенанта, так что всё что осталось — это поужинать и поздно вечером, с плохим настроением, поехать домой.

Сначала я не понял, что случилось, когда раздался голос Кассия и вслед за этим тупой звук падения, следом заржали лошади и карета помчалась с такой скоростью, что я побоялся даже открыть дверь, чтобы не разбиться. Видимо на это и был расчёт, поскольку карета не останавливаясь мчалась и мчалась по улицам. Всё что мне оставалось, облачить своё тело в ледяную броню и приготовиться к драке, никаких сомнений в том, что меня похитили у меня не оставалось, только странно, что никто внутрь кареты не запрыгнул, словно чего-то опасаясь.

— «Знают, что я маг!, — догадался я, — значит, не случайное нападение. Наверно не буду убивать напавших сразу, стоит узнать о их планах».

С этими мыслями я расслабился и прислонился к стенке кареты, слегка уменьшив слои ледяной брони, которая делала меня менее подвижным. Я сбился со счёта, сколько мы проехали, но судя по тому, что за окном перестал мелькать свет, мы либо выехали из города, либо заехали в те кварталы, в которых ночью никто не подсвечивает себе путь.

Когда лошади стали замедлять свой бег, я обрадовался и попытался выглянуть из кареты, приоткрыв дверь, мелькнувший короткий меч едва не срубил мне голову, так что я быстро нырнул обратно. С другой стороны меня также поджидал вооружённый всадник и единственное, что я успел заметить, что мы действительно выехали из города. Хоть и было темно, но местность вокруг, была мне не знакома.

Карета остановилась и когда двери с обоих сторон открылись, я сначала увидел направленные на меня наконечники копий и рогатин, а лишь потом показалось бородатое лицо и грубый голос произнёс.

— На выход и не дёргайся!

Укрепив броню, которую не было видно под одеждой, я осторожно выбрался из кареты. Внутрь сразу бросились два человека, распотрошив её и с радостными криками вытащили из неё сундучок с золотом, который я возил с собой для мелких нужд.

— Гнилой, Жаг, поставили его на землю!, — повелительный женский голос раздался слева от кареты и оттуда же ярко осветилась факелами группа людей, которая шла к нам из-за деревьев.

— Но Спрут!, — один из них недоумённо посмотрел на женщину, которая подбоченясь, словно красуясь, встала передо мной.

В неровном свете факелов было видно, что ей на вид лет как и мне, лицо когда то было симпатичным, вот только уродливый шрам через всю щёку и искривлённый нос явно портил картину.

— Мне повторить?

С ворчанием бандиты закрыли сундучок и отошли от него, сердито косясь на своего главаря. После того, как я услышал это имя, мне страшно захотелось самому с ней поговорить. В голове роились вопросы.

— «Как? Каким образом она узнала, что это я причастен к нападению на порт? Ведь даже бандиты Орсея не видели меня и не знали, что за маг был с ними в эту ночь. Главарь банды всегда заверял меня, что моё имя и внешность известна только Джеку, который давно покинул город и ему, кто точно не заинтересован об этом никому распространяться».

Так что мне было очень сильно интересно, как же она на меня вышла и менее интересно, что неуловимый всеми главарь портовой банды — оказался женщиной.

— Я знаю, ты маг, но только попробуй дёрнуться, мои лучники и копейщики проткнут тебя быстрее, чем ты сможешь кого-то из нас убить!, — повелительным тоном начала она, сразу же настраивая меня на то, чтобы после того, как узнаю все меня интересующее, убить их всех. Такого неуважительного отношения к себе я никому не позволял.

— Странно, что за твоё похищение никто не хотел браться, — продолжила она, осматривая меня внимательно, — дворянчики заломили такую сумму, что я с радостью ухватилась за такую возможность, тем более это оказалось так просто.

— Плохо пошли дела? Проблемы с портом?, — иронично спросил я.

Это простая фраза взбесила её и подлетев ко мне, она замахнулась и ударила по лицу. Пришлось подставить щёку и вскрикнув от боли, упасть на землю. Ударила она действительно хорошо и от души, но если бы я не убрал вовремя броню, руки она возможно бы лишилась. Я решил посмотреть, чем закончиться этот разговор, а то, что меня до сих пор не убили, говорило о том, что им от меня что-то нужно. Вот что, занимало меня всё больше, так что пощёчина была мелочью.

— Спрут, мы ведь договаривались, — раздался голос из темноты и на ярко освещённую площадку вышли ещё две фигуры закутанные в плащи, — как подпишет бумаги, он весь твой.

— Я помню это, но уж больно дерзкий у вас граф, — женщина усмехнулась и отошла от меня.

Голос, который я едва расслышал был мне смутно знаком, но из-за капюшона он звучал так глухо, что я никак не мог разобрать кто это, хотя явно я его знал.

Оба капюшона откинулись и перед моими глазами оказались два знакомца — всё те же брат и сестра покойной хозяйки гостиницы!!

У меня едва челюсть от удивления не упала на землю, я тут на придумывал себе всякого, собрался раскрывать заговор в банде Орсея против меня, а всё оказалось нехилым таким совпадением! Неуёмные родственники, о которых меня кстати предупреждал следователь, не ограничились походом в суд, а наняли одну из городских банд, а поскольку все остальные вняли предупреждениям о моей неприкасаемости, взялись за дело те, кому больше нечего было терять. Теперь стали понятны и слова про подписание и про то, что за эту работу другие не брались. Спруту уж точно терять было нечего, так как потеряв порт и своё влияние, она видимо перебралась в предместья и бралась за любую работу, чтобы снова нарастить силы.

— «Больше нечего тут узнавать, всё понятно», — с этими мыслями я поднял себе лёд на голову и лицо, оставив уязвимыми только глаза и крутанув вокруг себя снежную вьюгу, скрылся из видимости.

Раздались крики, а о мою спину и бок даже ударилась парочка стрел, которые лучники всё же успели по мне выпустить, но усиливающаяся вокруг меня метель, которая увеличивая скорость и плотность снега в своём водовороте, стала сметать со своего пути стоявших рядом бандитов.

Раздавшиеся крики ужаса стали мне сигналом, так как мгновением воли прекратив буран, я сразу же, как только снег упал на землю, а ветер перестал неистово завывать вокруг, тут же заморозил всех, кто попал в поле моего зрения.

Оставив ледяные фигуры на потом, я стал гоняться за теми, кто пытался убежать, запрыгнув на повозки, прибывшие вслед за каретой. Не успевая к одной из них, пришлось убить лошадь, а затем когда повозка сделала кульбит через мгновенно павшее животное, подойти и прикончить визжавших людишек.

Я не могу сказать, что прикончил всех, так как одного лучника точно не нашёл, как впрочем и недосчитался тех всадников, которые охраняли меня при похищении. К сожалению ночь была плохим помощником в поиске людей, так что пришлось довольствоваться тем, кого я нашёл и вернуться к освещённой площадке.

Встретившись взглядом со Спрутом, я по её безумным глазам понял, что она только сейчас поняла, кого похитила. Наверняка она лучше королевских дознавателей была в курсе, с чего начался разгром её банды.

— «Хм, — я задумался глядя на неё, — если прикончить её просто так, умрёт ведь как мученик, оставшаяся банда попытается или мстить, или будет восхищаться ею. Мне это не очень нужно, так что придётся повозиться».

Обычно насилие мне претило, но когда для достижения своих целей к нему нужно было прибегать, я всегда действовал без долгих колебаний, так произошло и в случае с Оливией. Проще было устранить брата и замкнуть её на себе, чем разгребать дуэль Джека и последующие проблемы с этой семейкой из-за того, чем эта дуэль закончилась бы.

Вернувшись назад, я подогнал повозку и положив тяжеленую бабищу на неё, стал подтапливать лёд, и потом снова его замораживать, так чтобы её ноги стали широко разведены в стороны, но зафиксированы в определённо положении и заодно, чтобы показалась заросшая волосами промежность.

Затем я подошёл к первому из копейщиков и попросив всеобщего внимания, стал наращивать лёд внутри его тела. Когда из человека, окружённого ледяным панцирем он превратился в цельную ледяную статую, я ударом копья разбил её на крупные куски. Они упали на землю и было видно часть его внутреннего строения, хотя всё было и заморожено при этом.

Закончив показательное представление, я подошёл в следующему бандиту и растопив ему рот, спросил.

— Я наглядно показал свои возможности? Есть желание поспорить?

Тот выпучив от страха глаза, едва мог что-то внятное ответить.

— Хорошо, примем это за согласие, — решил я и продолжил, — сейчас я освобожу тебя, а ты подойдёшь вон к той приветливо раздвинувшей ноги женщине и выполнишь свой мужской долг.

Он ещё больше испугался и когда я отогрел ему ноги, на штанах спереди показалось мокрое пятно.

— Давай, вперед!, — ледяной меч, появившийся в моей руке уколол ему в ягодицу. Он стараясь не смотреть на бешенный взгляд главаря, спустил штаны и стал мять член в руках, который никак у него не хотел вставать.

— Даю тебе десять секунд, — спокойно начал я отчёт.

Бандит заскулил и быстро помяв свой отросток в руке, стал запихивать его в полу вставшем состоянии в лоно своей атаманши. Очень скоро он запыхтел и со стоном от неё отвалился. Заморозив его, я стал по одному размораживать остальных и приказал им продолжить его дело, только использовать все доступные у неё отверстия.

Очень скоро бешенный взгляд Спрута потух и женщина просто покорно отдавалась насильникам, которые сменялись и сменялись, переходя на третий или пятый круг. Когда их силы пошли на убыль, я одним движением убил всех, оставив в живых только её.

Данный спектакль мне был нужен для тех, кто смог сбежать от меня и сейчас рассматривал творившееся на полянке издалека. Я чувствовал на себе внимание, но мог лишь приблизительно указать направление, одному нечего было и пытаться гоняться за ними по ночному лесу, так что нужно было запугать их, а также оставив в живых главаря, дать понять, что будет с теми, кто поднимет на меня руку, одновременно с этим не давая превратить её в святую мученицу. Я был уверен, что она захочет мне отомстить, но какое уважение будет к ней в остатках банды, если дойдёт слух, что с ней сотворили её же соратники?

Я было собрался собираться обратно, как вспомнил о ещё двух действующих персонажах, которые стояли по середине полянки, с безумными взглядами. Когда я улыбнулся и пошёл в ним, женщина закатила глаза и похоже лишилась чувств. Я же постояв несколько секунд, замешкался.

— «Нужны ли они мне или стали опасными свидетелями?, — немного пораздумав, я всё же решил, что слова бандитов, даже если и всплывут на суде о моей магии, будут не столь существенны, как слова двух уважаемых торговцев. Они могут быть для меня опасны, и даже их состояние, если решить переписать его на себя, не будет достаточной для этого компенсацией».

Повернувшись к карете, я заморозил им сердца, их тела сразу опали, оказавшись среди тел других бандитов. Мне же оставалось только вернуть внутрь кареты свой сундучок с золотом и забравшись на высокие козлы, направить лошадей прочь из этого места.

— «Какой странный поворот судьбы, — я неспешно правил лошадьми, которые едва передвигали ноги, и раздумывал о случившимся, — кто бы мог подумать, что я встречусь с главарём разрушенной мной шайки по воле двух родственников женщины, с которой и начался мой подъём в столице. Жизнь действительно иногда преподносит такие чудеса, которым магия может только позавидовать».

* * *

— Милорд! Казните меня! Я недостоин больше служить вам!, — искренние рыдания горбуна, у которого была разбита голова и выглядел он ничуть не лучше тех бандитов, которых я оставил мёртвыми на поляне, но те мне менее, он был жив и смог приползти к Гори и поднять стражу на ноги. Правда толку от этого было никакого, так как отвечая только за южный квартал, всё что они могли — это поспрашивать в округе о моей карете и ничего не отыскав, усилить патрули. Мы выехали через северные ворота, так что и не удивительно, что они не отыскали ни малейших следов моей пропажи. Правда Гори оказался молодцом и к гостинце выслал дополнительный патруль, который и встретил меня, когда я позёвывая, и поводя уставшим от долго сиденья телом, подъезжал к своему дому.

Дальше я конечно ехал в карете, с удовольствием вытянувшись на сиденье, так что едва открылась двери и слуги захотели внести меня на руках внутрь, чтобы оказать помощь, в ноги мне кинулся зарёванный горбун, который совсем не щадя себя, бился головой о плитку дороги. Конечно он не был виноват в случившимся, бандиты многое знали обо мне, так что хорошо подготовились к похищению, так что вина горбуна была в этом происшествии минимальной. Но я хотел, чтобы он сам пришёл к мысли, что моя жизнь теперь стала для него гораздо важнее собственной, так что дав время ему побиться головой о плиты, я спокойно приказал слугам.

— Кассия отвести в свою комнату, связать и вызвать лекаря. Из комнаты не выпускать, пока не поправится.

Дюжие слуги бросились к горбуну и быстро его скрутив, стали оттаскивать к дому, он же сопротивлялся и пытался вырваться. С ним было сейчас бесполезно разговаривать и убеждать, так что пусть отдохнет привязанный к кровати недельку, глядишь и облагоразумится.

По лицам слуг было видно, как они удивлены моим спокойным видом и лишь слегка мятой одеждой, и контрастом этому были загнанные и едва живые лошади, а также грязная карета. Конечно же никто не посмел задавать вопросы, так что я отдался в руки служанок и ещё долго наслаждался, когда меня тёрли, скребли и отмывали. Затем закутали в огромные полотенца и отвели завтракать, хотя по времени было время обеда, но быстро проглотив всё, я забрался в свою кровать и почти сразу же забылся сном.

* * *

Проснулся я в прекрасном настроении, а произошедшее ночью показалось мне лишь сном, так что я встал, оделся и отодвинув шторы посмотрел во двор. Слуги зажигали факела, так что получалось, я проспал весь день, впрочем и не удивительно, после того какой путь я проделал назад, едва найдя обратную дорогу. Бандиты завезли меня в откровенную глухомань и только изрядно поплутав, я выехал на дорогу, а дальше мне помогли крестьяне, которые за пару монет серебра вывели меня на королевскую дорогу, ведущую к столице.

Позвонив в колокольчик, я дождался когда войдут две служанки и поручив им принести мне ужин, достал бутылочку вина из личных запасов.

— Милорд! Как вы?!, — в комнату, словно свежий ветер, ворвалась Оливия, а следом за ней вошёл обеспокоенный муж. Причём по глазам обоих было видно, что они сильно встревожены.

— Мы были на прогулке в городе, когда узнали о нападении, так что сразу вернулись домой, но вы уже спали, так что мы не решились прервать ваш сон!, — девушка доверчиво ко мне прижалась, осматривая кругом, словно пытаясь найти во мне пару лишних отверстий, а Джек ничуть не ревнуя, стоял рядом.

— Так успокойтесь, пока я вас не выгнал, — эта суета меня докучала, все эти эмоции возможно и были бы приятны кому-то, только не мне. Забота двух молодых людей меня не трогала совершенно, ничем они мне помочь не могли, так что были потому бесполезны. Лучше бы вернулись к своим делам, я слышал слуги шептались, что судя по стонам раздающимся из их комнаты, сейчас молодая семья активно делала себе ребёнка.

— Но милорд!, — жалобно произнесла девушка, пытаясь меня обнять. Пришлось нахмурить брови и слегка уколоть её появившейся иллюзией со шпагой.

— Говорил я тебе, милорд не любит такое, — спокойно укорил жену Джек, обняв её, когда возмущённая девушка отпрыгнула от меня, нырнув под защиту мужа.

— Я всё равно однажды его поцелую!, — храбро ответила она, из-под его руки, стараясь при этом не смотреть на мою иллюзию, — граф делает столько хорошего нам и людям, а сам так одинок! Женить бы его тоже!

— Джек!, — моего взгляда стало достаточно, чтобы он заторопился и увёл от греха подальше, слишком уж верившую в мою добрую душу девушку.

Похоже сегодня был вечер посещений, так как вскоре заявился сержант, который тоже был обеспокоен моим исчезновением, так что заверение о том, что всё хорошо, его не сильно успокоило. Он предложил дать мне в постоянное сопровождение стражников, на что получил категоричный отказ. Я заявил, что мне нечего бояться и продолжу ездить так и как хочу. Недовольный Гори ретировался, а я наконец смог поужинать и лечь отдыхать, восстанавливая потраченные силы.

* * *

Не успел я проснуться, как служанка принесла поднос, на котором лежало три письма, одно из которых было с королевским вензелем. Оставив его на последок, я вскрыл остальные: в первом капитан городской стражи приглашал меня зайти к нему в гости, а второе было уведомлением, что сегодня после обеда меня посетят маги. Задумчиво почесав пером нос, я открыл письмо от принцессы, она снова приглашала меня во дворец, для встречи и судя по куче радостных возгласов, а также явно хорошему настроению, которое было у неё в момент его написания, я уже догадался о чём пойдёт речь — видимо король согласился на моё предложение, осталось выяснить на каких условиях.

День нужно было распланировать, но если я хотел попасть к капитану, то не успею после обеда встретиться с магами. С другой стороны можно было после встречи с ними поехать во дворец и сначала посетить главу стражи, потом заглянуть к принцессе. Остановившись на этом варианте, я позвонил в колокольчик и вызвав слуг, принялся за утренний моцион.

* * *

Пересев из кареты магов в собственную, я довольно потёр руки и приказал Кассию ехать во дворец.

— «Встреча прошла даже лучше, чем я планировал, — я прокручивал в голове недавний разговор, — через пару месяцев меня официально примут в Ковен магов сразу на правах полного члена, с минимальным испытательным сроком, так что обещанный доступ к библиотеке мне обеспечен, надеюсь маги сдержат своё слово, во избежание дальнейших проблем. Как показала практика, зря большая часть города была здесь деревянной».

Мы хорошо провели с ними время, а поездка и разговоры на отвлечённые темы про дворян, навели меня на некоторые идеи, которые можно было начать воплощать в жизнь уже сейчас.

Громкие возгласы снаружи отвлекли меня, я отодвинул шторку и посмотрел, что происходит наружи. Прямо напротив входа в сыскную канцелярию на знакомой мне повозке, укутанные в ткань, лежали два тела. Возница, по виду простой крестьянин, ругался о чём-то с солдатами, которые не пропускали его дальше. Шум привлёк не только моё внимание, поскольку из здания показался человек, который одним движением руки заставил всех замолчать и подойдя к повозке заглянул под ткань. Затем стал спрашивать крестьянина и затем повелительно приказал солдатам его арестовать, а трупы убрать в ледник. Возмущённого человека, который доставил мёртвых дворян в канцелярию, видимо рассчитывая на вознаграждение, тут же увели внутрь, выписав ему удар по почкам, чтобы не сопротивлялся.

— «Странно, я думал те бандиты, что сбежали от меня, догадаются закопать своих подельников и аристократов заодно, чтобы спрятать следы, — недоумённо подумал я, конечно же опознав повозку торгашей, которых недавно умертвил на поляне, — слишком хорошо о них подумал получается».

— Барон Гесси на месте?, — поинтересовался я у охраны, когда моя карета подъехала к соседнему входу здания.

— Да милорд, — вежливо ответил офицер, посматривая на мой герб на дверце кареты, — если вы граф де Берзе, то даже ждёт вас.

— Отлично, спасибо офицер, — обрадовался я, поскольку не нужно было тратить время на обычное ожидание. В приёмной главы городской стражи всегда толпилось много народа.

Чиновник, которому в этот раз я даже не платил, был столь любезен, что даже провёл меня на этаж и отдал в руки секретаря, который тут же заглянув в кабинет начальника, сообщил ему о моём прибытии. Очень быстро предыдущего посетителя выставили за дверь и не смотря на недоумённые перегляды ожидающих его аудиенции, в том числе и дворян, меня сразу провели в кабинет.

— Граф!, — капитан так обрадовался моему появлению, что у меня закрались смутные подозрения в искренности этих чувств. Я почувствовал в воздухе запах подставы.

— Барон, — я слегка наклонил голову в приветствии.

— Я знаю, вы меня разыскивали, но не мог встретиться, думаю вы знаете причину и простите меня, — извинился он.

— Конечно, пустое капитан, — я уселся на предложенное кресло, — весь город скорбит о погибших, так что вам не за что извиняться.

— Хорошо, что вы это понимаете в отличии от остальных, — он льстиво улыбнулся, а я ещё раз утвердился в мысли, что назревает подстава. Обычно заносчивый, сегодня он был даже через чур любезен.

— Тогда может расскажите мне, как идут успехи в расследовании?

Его лицо слегка перекосило от моих слов, словно я наступил ему на любимую мозоль.

— Ничего стоящего упоминания граф, — тем не менее осторожно ответил он, — зачинщики пойманы, многие повешены. Сейчас старательно ищем оставшихся, кто по глупости не сбежал из города.

— Хорошо, что закон восторжествовал, — я понял, что в отличии от магов не услышу от него ничего существенного, — тогда может вернёмся к нашему разговору ранее? На счёт того, чтобы я возглавил портовую стражу? Думаю сейчас хорошее время для проверки моих способностей.

— Кстати об этом, — он снова натянул на себя улыбку, — я обсудил ваше предложение со своими друзьями из дворца и они весьма хорошо отозвались как о вас, так и о вашем предложении. Ваше поведение на фоне всеобщей паники, а также то, как быстро вы смогли навести порядок в своём квартале были впечатляющими. Основная масса пострадавших от пожара, как мне докладывали, осела именно у вас и вы также обеспечили им достойный приём в отличии от других кварталов столицы.

— Это верно, — согласился я, всё ещё не понимая, к чему приведут эти дифирамбы в мою честь с его стороны, — пришлось усилить патрули и позаботиться о подвозе питания, чтобы не начались голодные бунты.

— Мне это рассказывали, — он собрался, — поэтому у нас к вам немного другое предложение граф, король остался очень недоволен работой некоторых постов стражи, так что нам не помешала бы свежая кровь, тем более вы отлично справляетесь с меньшим объемом работы.

— Вы предлагаете мне… — я стал догадываться, что мне сейчас предложат «руку и сердце этого города».

— Да, взять под свой контроль северный, восточный, западные посты стражи, как и портовый пост, а мы готовы помочь вам всем, чем угодно.

— Вы хотите сосредоточиться сейчас только на центральной части, где живут аристократы?, — поинтересовался я, — неужели и туда докатились бунты?

По его вновь изменившемуся лицу я понял, что его капитально прижали и винят в случившимся, похоже кресло под нашим «дорогим» капитаном сильно пошатнулось и ему в вину ставят всё случившееся. То-то он сейчас пытается подставить под удар другую жопу. Ведь если я сейчас займусь всем этим и не справлюсь, он с чистой душой скажет всем, что мой успех в южном квартале был случайным и с более масштабной задачей не по силам справиться простому человеку, а лично он, не спит и не ест, чтобы обеспечить порядок в городе в отличии от остальных.

Конечно определённая логика в его мыслях была, как и понятое желание разделить ответственность ещё с кем-то. Он ведь не знал, кто стоял за случившимся в порту и переживает, как бы такое не повторилось вновь. Не успев разгрестись с одной проблемой, его бы точно не простили за следующую ошибку.

— Заманчивое предложение, — я сделал вид, что колеблюсь, чтобы набить себе цену. Он тут же клюнул.

— Граф, мы готовы предоставить вам полный контроль за средствами, которые магистрат выделяет на содержание стражи этих кварталов, я знаю, что вы много тратите из своих денег, так что имея учётные книги, сможете поймать за руку нечистых канцелярских крыс, которые разворовывают деньги, идущие на содержание стражи.

— Вы так спокойно об этом говорите?, — удивился я, — если знаете, что воруют, почему не схватите?

— Это нужно ещё доказать граф, — он пожал плечами, — одного знания недостаточно, чтобы наказать кого-то или поймать за руку, шельмы слишком осторожны и бдительны.

— Если мне будут доступны все бухгалтерские книги и средства с бюджета напрямую будут поступать сначала мне, чтобы я распределял их по постам стражи, тогда я пожалуй согласен, — по его радостной улыбке я увидел, что он решил — подстава удалась. Ну или он так думал, не осознавая до конца, ЧТО и КОМУ вручает в руки.

— Конечно граф, я ведь варюсь в этом котле уже долгие пять лет, так что представляю насколько это важно, знать сколько тебе выделяют и сколько ты можешь потратить на каждого стража, чтобы они хорошо выполняли свою работу.

— Отлично, рад, что мы пришли к соглашению, — я поднялся со стула, — у меня сейчас встреча с Её высочеством, успеете подготовить все нужные бумаги до вечера господин барон?

— С принцессой?, — удивился он, — а можно полюбопытствовать? Её высочество не очень любит посетителей и это общеизвестно.

— Вам конечно поведаю, — я улыбнулся ему, «показывая» оказываемое доверие, — у нас появился совместный проект и она пообещала представить его королю, так что сейчас я узнаю, каких успехов она в этом достигла.

Капитан удивлённо посмотрел на меня, но уточнять не стал, и так его первый вопрос был на гране допустимых приличий.

— Граф я постараюсь всё подготовить, я так понял вы загляните ко мне ещё раз сегодня?

— Да, сразу же после встречи с Её высочеством.

— Тогда я свами не прощаюсь, — он склонил голову в почтительном жесте, я ответил тем же, прежде чем вышел из кабинета.

— «Наивный дурашка, — пока я переезжал из комплекса административных зданий к собственно жилым флигелям дворца, я про себя радовался успеху, — с такими возможностями мой план ещё сильнее ускорится. Если ты думаешь, что этим подставил меня, ты плохо представляешь себе на что способен бывший канцлер и глава тайной канцелярии Империи».

Единственной проблемой в новом деле было то, что мне опять требовались люди, только в этот раз чиновники из канцелярии. Кто как не один из них знал все способы украсть из казны, оставшись при этом не пойманным? Мне нужен был один из таких, чтобы занялся бухгалтерией и поиском расхитителей, чтобы я смог меньше уделять этому внимание. С мыслями о том, как же найти такого человека я и вошёл в покои принцессы, в этот раз препон мне никто не чинил, а слуги лишь заботливо открыли дверь, представив меня присутствующим внутри комнаты.

Знакомые симпатичные мордашки и новые действующие лица в виде молодых людей.

— Граф!, — принцесса едва услышав моё имя, бросила подруг, друзей и пошла мне на встречу. Я опять краем глаза заметил, как перекосились лица многих из них при этом.

— Добрый день Ники, — я поцеловал протянутую руку, что вызвало у неё лёгкий румянец на щеках, — приехал, как только смог, последнее время слишком много дел.

— Мне рассказали, что вы спасли людей от голода!, — её глаза сияли, — торговцы повысили цены на продукты, а вы открыли своей магазин и продавали всё по старым ценам и даже ниже!

— Не мог же я смотреть, как люди голодают, — я спокойно пожал плечами, что вызвало у неё ещё больший восторг, а вот со стороны её компании наоборот уныние. Двое молодых людей не выдержали и подошли ближе к нам, чтобы поучаствовать в разговоре.

— Вы так богаты граф?, — не скрывая язвительности в голосе спросил один и них, даже не представившись, что было вдвойне неприлично, поскольку я был старше него раза в три.

— А вы так плохо воспитаны молодой человек?, — я повернулся к нему, — кто ваши родители? Я пожалуй нанесу им визит.

Он тут же смутился и отступил, принцесса же раздосадованная вмешательством в наш разговор, схватила меня за руку и опять повела в свои личные покои, шикнув на тех, кто попытался пойти следом.

— Даёте своим поведением место для сплетен, — прокомментировал я, когда мы остались в её комнате одни, — молодой леди не принято в своих покоях принимать мужчину, да ещё если это входит у неё в привычку.

Она тут же покраснела и пока я осматривался, поскольку прошлый раз толком ничего не увидел, искала подходящие слова для ответа.

— «А у ней было довольно мило по меркам местной аристократии, ничего сверх роскошного и дорогого, но всё обставлено со вкусом и даже любовью, не удивлюсь, если она занималась тут всем сама, создавая себе уголок, где можно прятаться от всех невзгод, — подметил я».

Она увидела мой оценивающей взгляд и смутилась ещё больше, пришлось перехватывать инициативу.

— Что сказал отец? По поводу нашего проекта?

Она тут же спохватилась.

— Сначала он долго отказывался, не доверяя вам и таком необычному проекту, говоря, что люди сами решат, что и как им лучше строить, но я была очень настойчива и он согласился, но с одним условием.

— ?

— Отец настоял, чтобы за нашим проектом наблюдал его доверенное лицо — граф Негл. Он доверяет ему как себе, поэтому если он скажет, что у нас что-то идёт не так, отец всё прекратит.

Девушка умоляюще на меня посмотрела, она ведь не знала, что с точки зрения законности, наше предприятие было чистым, но вот то что будет с ним в дальнейшем, мало кого могло заинтересовать сейчас, проект был именно долгосрочным и давал максимальную прибыль именно в разрезе пяти-десяти лет. Да и кто может сейчас подумать о том, что с неплательщиками я буду разбираться не лично, а посылая громил Орсея выбивать долги?

— Я согласен.

Радостный возглас и снова моя рука попала в капкан маленьких, но очень настойчивых ладошек.

— «Она вообще не осознаёт, что подобное поведение может возбудить мужчину?, — я едва не покачал головой, — странный пробел в образовании, при жизни-то во дворце».

— Анри, а что я буду делать?!, — она сжала мою руку и вопросительно посмотрела на меня.

— Думаю самую важную роль, — я задумался, в чём реально она может принести максимальную пользу, — тебе нужно будет встретиться с людьми и объяснить им суть проекта. Чтобы они поверили в него и не препятствовали стройке. Выбор строителей и проектировщика будет за мной, с тобой согласуем фасады и внутреннее убранство домов. Согласна?

— Конечно!!, — девушка была счастлива, это было видно по её мечтательному выражению, впервые в жизни она делала то, о чём столько лет мечтала.

— Тогда я пойду, нужно будет это всё устроить, — я поднялся с кресла и аккуратно вытащил руку из её захвата, от постоянных прикосновений принцессы у меня в штанах ощутимо встал член и с этим нужно было что-то делать. Её же руки, постоянно тискающие мои, ничуть не помогали мне успокоиться.

— Граф! Спасибо!, — словно подслушав мои мысли, девушка бросилась ко мне и тесно прижалась, обнимая меня. Конечно же сразу низом живота она наткнулась на бугор в штанах. Она сначала непонимающе посмотрела вниз, а потом залилась краской и тут же отступила.

Я же, как ни в чём не бывало, простился и неспешно зашагал к выходу, стараясь успокоить своё естество, что в прочем легко получилось, всё же возраст был не двадцать лет, когда об одной мысли о женщине, член мог стоять часами.

За дверью ожидаемо обнаружились фрейлины и парни, которые было видно, что подслушивали разговор, а сейчас спешно отступили и делали вид, что разговаривают. Так что я лишь кивком простился со всеми и поспешил к капитану за бумагами. За сегодняшний день мне выпало слишком много, чтобы я мог это переварить в одиночку, так что пожалуй нужно будет привлечение дополнительных сил.

* * *

Карета мягко качнулась. После последнего приключения пришлось заменить её на более лучшую, как впрочем и лошадей, которых пришлось отдать на мясо — одни расходы от той ночи. Хотя бы виновники были наказаны и это меня успокаивало.

— Милорд?, — Орсей устроился напротив, выжидающе посмотрев на меня.

В целях конспирации я редко когда просил очных с ним встреч, а помня, как закончилась последняя, он наверняка представлял себе, что мы едим на очередную бойню.

— Я мало знаю город, поэтому мне нужен твой совет.

— Мой? Вам?, — он так удивился, что едва не ударился головой о заднюю стенку кареты.

— Что в этом удивительного? Ты лучше ориентируешься в местных условиях. Если бы тебе нужен был совет по дворянам, ты бы у кого спросил? У меня или своих лейтенантов?

— У вас конечно милорд.

— В общем мне нужны строители и те, кто будет присматривать за стройкой, чтобы ничего не украли и не растащили, — перешёл я к сути, — работа официальная, оплата стабильная, проект курируется самим королём.

Бандит посмотрел на меня со странном выражением лица и осторожно спросил.

— А что строить нужно и в каких количествах?

— Будем отстраивать порт и те кварталы, что пострадали при пожаре.

Его глаза расширились.

— Как такое возможно милорд?

— Пусть это останется моей маленькой тайной Орсей. Так есть люди на примете или нет? Честный заработок, уважение и почёт — не каждый день тебе такое предлагают.

— На счёт строителей не знаю, но могу поспрашивать, а охрану я обеспечу, можете не волноваться. Кстати, почему вы стражу не хотите привлечь, милорд? Ведь это их прямая обязанность!

— Боюсь страже будет чем заняться, причём очень скоро, — я криво усмехнулся, только представив себе лицо Гори, когда я расскажу ему, что его ждёт.

— Расскажите милорд?, — лицо Орсея выражало муки страдания, так что пришлось удовлетворить его любопытство.

— Грамотен?, — поинтересовался я, доставая бумаги из саквояжа.

— Читаю и пишу бегло, пришлось научиться.

Я протянул ему бумаги и он не шевеля губами и морща лоб, как это обычно делают малограмотные люди, довольно быстро прочитал документы и протянул их мне назад.

— Уверены, что потяните милорд такой объем работы? По мне так вас пытаются подставить, чтобы вы собрали все шишки за стражников, особенно после недавно случившегося. Они ведь будущие и прошлые проблемы могут на вас скинуть.

— Вот вы говорили, что у частного лица в квартале порядок, но посмотрите, что произошло, когда он взялся за объём, который тащим мы, — явно кого-то передразнивая продекламировал он.

Я удивлённо на него посмотрел, наши выводы по этому предложению были одинаковыми, но кто я, а кто простой бандит? И такие одинаковые выводы.

— Неожиданно отличная аналитика Орсей, — я покачал головой, — не хочешь возглавить один из постов?

Он недоверчиво посмотрел на меня, затем засмеялся, видя, что я не шучу.

— Нет милорд, увольте. О таком даже смешно подумать, чтобы я, да в стражи. Меня собаки на улицах засмеют.

Я пожал плечами, нет — так нет.

— Хорошо, тогда жду от тебя письмо по охране, каменщиков найду сам. Что на счёт порта? Проблемы есть с захватом территории?

— Странно, что вы спросили об этом именно сейчас милорд, — он на меня покосился, — всего лишь пару дней назад было отчаянное сопротивление остатков банды Спрута, но вот уже как два дня никого не видно и не слышно — заходи и бери что хочешь. Не вы приложили случайно к этому руку?

— Скажем так, меня вынудили с ней познакомиться, — я смотрел в окно, — и наше знакомство не прошло для неё незамеченным.

— Её?, — воскликнул он, затем тут же понял скрытый смысл в моём предложении, — вы оставили её в живых милорд?! Зачем?!

— Так было нужно, — отрезал я, не собираясь углубляться в суть недавнего происшествия, — тем более, я не думаю, что она теперь будет проблемой для наших планов, если только для меня лично. Хотя и в этом сильно сомневаюсь.

Бандит изумлённо на меня посмотрел, не понимая смысла моих слов.

— Мы закончили, — я постучал по потолку кареты, чтобы горбун остановился.

— Прислать сообщение милорд, когда закончим захват порта?, — он привстал, чтобы выйти.

— Нет нужды, стража первой займётся этим районом.

Главарь бандитов кивнул мне и ретировался.

* * *

Проснувшись утром, я едва успел поесть и принять у себя брадобрея, как нужно было ехать. Я вчера передал записку сержанту, чтобы утром никуда не уходил, поскольку мне нужно было с ним поговорить, так что привыкнув все дела решать сразу, не откладывая их, я поехал с «радостными» новостями в знакомый мне пост.

— Слава графу де Берзе! Ура!!, — внезапно мои мысли прервали крики с улицы.

Я удивлённо отодвинул шторку и увидел, что на оживлённой улице полной людей, Кассий был вынужден двигаться медленно и кто-то узнал мою карету. Она была хоть и новой, но герб свой я нарисовал сразу же.

— Славных дней ваше сиятельство! Пусть Боги будет к вам милостивы!

Заметив моё лицо, крики стали набирать силу, карету тут же стала окружать большая толпа народу. Я сначала не понимал, что происходит, но вскоре пришло осознание того, что народ просто радуется тому, что узнал меня и оценил всё, что я для них делаю. После моей славы в империи, я давно такого не слышал по отношению к собственной персоне.

— «Неожиданно, — кольнула меня мысль».

— Ура графу!! Слава её милости!!

Карета остановилась, я слегка раздосадованный, открыл дверцу и вышел наружу, чем вызвал ликование народа, который стал кричать и подбрасывать в воздух головные уборы. Здравниц стало ещё больше.

Я понял, что от меня ждут речь, поскольку ликование не прекращалось, даже задние ряды стали напирать на передние. Если ничего не предпринять, меня тут и раздавят от радости, так что пришлось лезть на козлы кареты, чтобы меня стало видно всем.

— Благодарю жителей квартала за тёплую встречу, — я поднял руку и тут же настала тишина, — право мне неловко за такие громкие слова, но всё равно очень приятно, что мою заботу ценят и понимают. Надеюсь мои начинания и дальше будут приносить пользу кварталу и городу. А сейчас господа прошу пропустить меня, у меня дело, не терпящее отлагательств. Благодарю за внимание.

Народ внимательно выслушал и пока я забирался в карету, при этом проклиная всех, за то, что вообще туда пришлось лезть, кричал мне здравницу. Правда едва карета тронулась, её тут же беспрепятственно пропустили.

Я не стал задёргивать шторки в окне и изредка махал, когда мне улыбались или махали руками симпатичные девушки. Натянутая улыбка как нельзя лучше подходила к этому случаю. Хорошо, что по мере продвижения к посту стражи количество людей уменьшалось и вскоре на мою карету лишь просто оглядывались.

— Гори, что это за представление было в квартале?, — я вылез из кареты и предъявил претензии сержанту, который явно не был к этому никак причастен.

— Что случилось ваше сиятельство?, — на его лице трудно было прочитать эмоции, но он явно был в «теме».

— Не прикидывайся, я вижу тебя, — я добавил «металла» в голосе, — с каких пор простой люд стал в гербах разбираться, им явно подсказали.

— Точно не я милорд, а если кто и сделал это, не мне его судить, — он явно знал больше, чем говорил, но мне было некогда с ним разбираться, было дело серьёзнее.

— «Герб уберу с кареты, что за передвижения такие, что о каждом твоём шаге знают все вокруг, — решил я, переходя к сути приезда».

— Читай, — я протянул ему бумаги.

Сержант осторожно, словно змею, взял их из моих рук и едва начал читать, как тут же поднял на меня удивлённый взгляд.

— Дальше читай!, — приказал я.

По мере прочтения всего документа его лицо менялось, от удивлённого к возмущённому, а документы мне он вернул задумчивый.

— Вы конечно же согласились милорд, — утверждающим тоном сказал он, — не зря же вы заставляли меня готовить столько новых людей.

— Да, так что пошли к тебе, нам нужно многое обсудить, а тебе ещё и записать, чтобы не забыл, — я кивнул головой в сторону основного здания казарм.

— Можно сказать честно ваше сиятельство?, — он сначала молчал, идя за мной, потом поравнялся и с решительным видом спросил.

— Нет, — отрезал я, — если только ты хочешь сказать мне того, чего я не знаю.

Сержант пару раз открывал рот, пытаясь озвучить свои мысли, но тут же его закрывал, потом и вовсе махнул рукой и отстал, пока мы шли в кабинет.

Весь день я провёл у него, обговаривая и записывая ключевые моменты нового начинания. Список проблем был огромным, так как нужно было принимать не только посты и их имущество, но и канцелярию, поскольку теперь деньги с казны будут отдаваться мне каждый месяц на содержание их всех, а тут уже возникли вопросы посерьёзнее простого жалования и закупки обмундирования. Нужно было решать проблемы обеспечения питания, постоя для тех, кто жил в казармах и прочие проблемы, которых сейчас я не касался. Впрочем, Гори тоже мало тут в чём мог помочь, только обрисовал проблемы, которые решает каждый день из-за тотального воровства на всех уровнях. Только из-за того, что пост находится под моим покровительством и денег на него я выделяю из своего кармана, удавалось содержать и кормить стражу значительно лучше, чем их собратьев в других кварталов. В общем по итогу я разделил все записанные проблемы на несколько столбцов, распределив их между Гори и собой, а те из них, в которых не понимал ни я, ни он — отнёс в третью колонку, на которую нужно было найти человека. Сегодня было уже поздно куда-то ехать, кроме как домой, так что завтрашний день обещал мне быть также насыщенным, как и сегодня.

— «Главное не забыть сказать Кассию, чтобы закрасил герб на дверцах кареты».

* * *

Утренние побудки мне категорически не нравились, поскольку хотелось полежать в постели, никуда не вставая и не несясь сломя голову, но отчётливо понимая, что если я сбавлю темпы своего вмешательства в жизнь города, то меня просто перемелет и выплюнет на обочину неспешная и устоявшаяся годами местная жизнь. Если я хочу изменить ход событий в свою пользу нужно каждодневно, а ещё лучше ежечасно тянуть одеяло по миллиметру на себя. Получив поддержку у самого себя, я преодолел лень и усталость, которые накапливались во мне с каждым ждём всё больше и заставил себя встать и позвать слуг — сегодня нужно было обязательно найти человека, который бы взял на себя бухгалтерию, связанную со стражей, иначе это станет камнем преткновения в моих планах. Перед тем как лечь спать вчера, я долго думал, где мне найти такого профессионала, и только перед тем как заснуть очень хорошая идея посетила меня, и я хотел проверить, насколько действительно она хорошая, а для этого придётся снова поехать в тюрьму, только в этот раз центральную, где содержатся преступники, по статьям, подлежащим подсудности только королевскому суду.

* * *

— Ваше сиятельство прошу за мной, — подобострастный стражник кланялся и открывал своей толстой задницей двери передо мной. При нашем появлении караулы в коридорах прекращали играть в кости и делали вид, что честно и доблестно несут службу.

Прежде чем попасть в этот вонючий и тёмный мир, я посетил знакомых клерков и судью, с которыми договаривался прошлый раз об освобождении Гори, и быстро решил нужный мне вопрос. Судья, получив деньги, быстро подписал нужные документы, и мы довольные друг другом расстались. Клерки, которые свели меня с ним, тоже получили свою мзду, так что все остались довольны сделкой, а меня как постоянного клиента пригласили приходить чаще, поскольку они с радостью готовы работать с таким порядочным и главное щедрым человеком, который ратует за судьбу города. При этом мы прекрасно друг друга понимали, что всем глубоко плевать на его судьбу, главное, чтобы в твоём кармане всегда звенело золото, но кто же будет говорить о таком открыто? Всегда важно прикрывать плохие поступки громкими словами и пафосом, тогда они уже не кажутся чем-то плохим и неподобающим, и собственная совесть сразу же успокаивается. Так что даже со всеми нужными бумагами, я всё равно сразу вручил мешочек с золотыми начальнику тюрьмы, и по десять серебряных охранникам, которые меня повели в нужные камеры. Поэтому-то меня так облизывали и старались — не за мои красивые глаза, а за металл в своём кошельке, который приятно звякал при каждом шаге.

— Нужные вам люди в разных камерах ваша сиятельство, зря вы пошли сами, — стелился он передо мной, — мы бы быстро их привели и вам не нужно было пачкать сапоги.

— Ничего страшного любезный, — улыбнулся я, — хочу посмотреть условия в которых они содержаться.

— Конечно милорд, — он подхалимски захихикал.

Наконец мы дошли до первой нужной камеры и он приказал охранникам открыть её. Когда её отперли в нос просто ударили отвратительные миазмы, которые могли исходить только от кучи немытых людских тел, спрессованных в одном помещении так, что только часть могла сидеть, все остальные просто стояли. Вперёд зашла охрана, я же сначала не хотел переступать порог зассаной и засранной камеры, но пересилил себя, моё лицо они должны были запомнить, а особенно те, кого я отсюда вытащу.

— Раздвинулись твари, — грозный оклик стражника и удары дубинкой заставили скученных людей разойтись, и я увидел, причину такой давки у самой двери. В глубине камеры было просторно и там находилось только девять человек. Которые спокойно сидели на соломенных матрасах, правда не все. Два из них держали тощего, дрыгающегося в цепких руках человека, а третий снимал с него штаны.

— Жан!, — окрик стражника не заставил бандита даже пошевелиться. Он вяло махнул рукой, чтобы ему не мешали.

Причина такого спокойного поведения была понятна, видимо эта стая держала в страхе всю камеру, а охранники были подмазаны, поскольку не обращали на творившиеся тут безобразия никакого внимания.

На шагнувшие сразу за его спиной иллюзии не успел никто отреагировать, как они словно бабочку накололи бандита на три шпаги. В камере сразу же настала гробовая тишина. Я убрал иллюзии и тело просто упало на пол, а вытекающая из ран кровь стала расплываться под телом большим неаккуратным пятном.

— Стоун Гарфильд, — спокойно произнёс я, — кто из здешнего отребья, Стоун Гарфильд.

Бандиты отпустили человека и тот, захлёбываясь в слезах бросился ко мне, обняв мои ноги, стал рыдать. Пинок стражника отбросил его от меня, я посмотрел на него с благодарностью за этот поступок, он с улыбкой склонил голову.

— Заберите его, — я качнул стражам головой в сторону человека, которые рыдая, пытался подползти ко мне снова, — идём дальше.

Старший смены приказал своим коллегам выволочь его из камеры, я же, бросив последний взгляд на человеческое стадо, вышел вслед за ними. Мне нужно было найти ещё двух чиновников, которые сидели тут по статьям за казнокрадство.

В остальных камерах условия были не лучше, там хоть и не было такой скученности, как в первой, где бандиты захватили всё пространство, но условия полнейшего наплевательства к человеческой жизни были везде одинаковые. Второго чиновника мы едва привели в чувство, поскольку он был зверски избит, последний же стоял в какой-то дикой позе у стены, а остальные развлекались, кидая в него говном.

— Чего это с ними всеми? Или не любят здесь таких?, — спросил я у начальника смены.

— С новичками обычно всегда так, — он пожал плечами, — пока не наиграются, не оставят их в покое, к тому же по такой статье к нам лучше не попадать. Преступники ценят только силу и агрессивность, всё остальное для них пустой звук.

Мы молча пошли на верх, только однажды он полюбопытствовал.

— Ваша сиятельство, может вам ещё кто нужен? У нас тут целый зоопарк, можно выбрать кого хотите.

— И что прям можно вот так прийти и выбрать?, — удивился я, — без судьи и канцелярии?

Он сначала смутился, но быстро взял себя в руки.

— Сколько милорд вы заплатили канцелярским крысам?

— Всё обошлось в тысячу золотых, — мне стало интересно, что мне предложат, а он явно предлагал сделку.

— Вот твари!, — он ахнул, едва не присев и с жаром обратился ко мне.

— Милорд приезжайте сразу к нам в следующий раз! Сто золотых за человека и мы вам оформим кого хотите!

— Очень выгодное предложение, — я был удивлён расценками, не то что мне было жалко денег, но если следующий раз мне кто-то понадобиться, проще и дешевле конечно приехать сразу на место — во всём виновато моё незнание местных реалий.

— Уважаемый, — я достал из кошелька десять монет и протянул их стражнику, тот удивлённо на меня посмотрел.

— Вы дали мне информацию, а она тоже стоит денег, к тому же люди мне действительно будут нужны, так что обязательно приеду за ними, сразу к вам.

Вы бы видели его лицо, когда он моментально спрятал деньги и едва ли не засветился изнутри от распирающей его гордости — ещё бы, дворянин похвалил его работу, да ещё и такими умными словами. Тут и взятка-то не взятка, а честная сделка!

Предусмотрительно подготовленная телега, куда было не жалко погрузить вонючий сброд и пару моих стражников, чтобы преступники не разбежались, ждали нас снаружи. Хотя их побег был явно сомнительным, они хоть и трусили, от неизвестности их ожидавшей от меня, но одно то, что их вывели, пусть и на время из камеры, уже являлось для них гигантским стимулом никуда не отходить от повозки, особенно старался тот, кого видимо неоднократно насиловали. Он вообще сел в телегу и схватившись обоими руками за борт, не отрывался от него всю оставшуюся дорогу.

Привезли их на пост стражи нашего квартала и для начала просто обливали водой из колодца, чтобы хоть как-то смыть вонь. Затем заставили раздеться и выдали по куску мыла, чтобы они отмыли остатки. Выдали им также простую холщовую одежду и повели в столовую, где накормили и напоили. Когда их наконец привели ко мне, в их глазах светилось не то что надежда, они были готовы умереть, но только бы остаться здесь.

— Я знаю, что на своих местах вы заворовались так, что даже начальство, ворующие в ещё больших масштабах не могло это больше терпеть и именно поэтому вы оказались в тюрьме. Мне из вас трёх нужен всего один человек, так что у меня предложение — я даю вам две недели сытой, спокойной жизни и бухгалтерские книги, а по истечению этого времени, тот из вас, кто вскроет больше всего махинаций и растрат, останется работать на меня. Оставшиеся двое вернуться в тюрьму. Моё предложение вам понятно?

— Да милорд!, — видимо стража научила их, как правильно ко мне обращаться и вести себя, так что даже сильно избитый, не смотря на кровоподтёки по всему телу, старался стоять ровно и не шататься.

— Чтобы это было более соревновательно, вы отправитесь на разные посты стражи, — продолжил я, — встретимся через две недели. Со всеми вопросами обращайтесь к сержанту, он выделит людей, которые за вами присмотрят на время вашей работы. Если вам будут чинить препятствия, говорите ему имя человека, мы с ним разберёмся. Можете идти.

Всего несколько слов, а державшиеся вместе до моих слов люди, тут же отодвинулись друг от друга, словно невидимая стена отгородила их.

— Гори, выдели стражников для их сопровождения, но больше конечно для охраны. Сержанты постов конечно будут сопротивляться любым проверкам, но если ты не сможешь с ними совладать, скажи мне, проще будет показательно выкинуть на улицу парочку, чем терпеть их спесь. Это понятно?

— Да милорд. Можно задать вопрос?

— Хочешь спросить почему именно они?

Он качнул головой.

— Видел их после разговора? Готовы друг другу глотки перегрызть причём просто так за еду и крышу над головой и подальше от тюрьмы.

— Но они казнокрады и пойманные казнокрады!

— Я тюрьме было много чинуш, но я выбрал именно этих, почитал дела на них и знаешь причину почему начальство на них озлобилось? Всё просто, никто не знал сколько и в каких объёмах эти трое воруют.

Сержант приоткрыл рот, заставив меня усмехнуться. Он помолчал, потом смущённо сказал.

— Простите милорд, всё никак не привыкну к тому, что с вами можно просто разговаривать, без спеси и контроля своих слов.

Я от его слов расхохотался, вызвав его ещё большее недоумение.

— Гори, — отсмеявшись, я встал и похлопал по его огромному плечу, — поверь мне на слово, как только я возьму этот город под контроль, ты увидишь во мне всё это в полной мере и даже больше!

Он поражённо на меня посмотрел.

— Город?, — осторожно произнёс он, — а как же король?

— Не переживай, никакой измены тут нет, король будет как править, так и править, я не покушаюсь на его место.

«Ну пусть так думают все остальные, — хмыкнул про себя я».

— Но что будет, если я начну контролировать всю городскую стражу?

Он задумчиво почесал в затылке, не найдя слов.

— Сказал это тебе, поскольку ты и так видишь, что происходит и куда мы идёт, но болтать про это совсем не нужно. Смекаешь?

— Да милорд, конечно.

— Так что теперь, когда ты знаешь это, собирай всех своих знакомых, кому можешь доверять. Когда эти канцелярские крысы закончат работу, нам понадобятся все. Вычистим все посты от гнили.

Сержант косо на меня посмотрел.

— Что такое?

— Никогда не думал, что мои мечты о честной и неподкупной страже в этом городе, когда-либо осуществятся милорд.

— Ну на счёт неподкупной ты наверняка перегнул, берут и будут брать, но с нами во главе будут это делать не каждый раз и с опаской, а большего нам и не надо.

По его набыченному лицу я понял, что он будет стремиться к идеалу, который существует у него в голове, но мне было всё равно, меня устраивал и такой порядок, который существовал сейчас. Тем более, что через две недели я узнаю, кто ворует на постах и жизнь стражи станет ещё лучше, когда до них станет доходить большая часть денег на содержание, а не их остатки.

— Милорд, вам записка, — один из стражников подошёл и протянул мне огрызок обёрточной бумаги, — мелкий пацан принёс и убежал.

«Затейный переулок. Мастер Тарак» — вот всё, что было в неё написано, если не считать знака сжатого кулака, вместо подписи.

— «Похоже Орсей решил мою проблему поиска каменщиков, — я довольно улыбнулся, уж точно бы главу громил охраны, он не стал бы называть в письме «мастер»».

— Где это?, — я показал адрес Гори.

— Дам провожатого вам милорд, далековато от нас, северный квартал.

— «Странно, по мне самому даже интересно, кого мне может посоветовать главарь банды бандитов и убийц».

— Тогда всё как договорились, — я засунул записку в карман, — будут проблемы с нашими «крысками», пиши мне.

— Слушаюсь милорд, — сержант слегка склонил голову и повернувшись, позвал одного из молодых стражей, что тренировался на плацу.

— Шон, на козлы к горбуну, проводишь милорда.

— Да, сержант!, — громко крикнул парень и рванул к карете, одним движением оказавшись рядом с Кассием.

Я с улыбкой посмотрел на сержанта, тот сделал каменное лицо, но выглядел при этом страшно довольным. Молодое поколение стражи подрастало именно таким, каким он сам воспитывал их, по своему образу и подобию.

— «Пока всё идёт по плану, — думал я, покачиваясь в карете на плохой дороге, — осталось встретиться с этими каменщиками и определить подойдут они мне или нет. Потом дело за малым, нужно будет найти архитектора и совместно с принцессой решить, как и что будем строить. Интересно как там у неё идут дела? Обещала ведь написать, когда будет встречаться с людьми».

При мыслях о молодой девушке, а особенно как закончилась последняя наша встречу, кровь прилила к определённым частям моего тела, мне действительно были приятные её прикосновения и объятья.

— «Так стоп, о чём это я вообще, — осадил я сам себя, — стать любовником принцессы, чтобы все тыкали в меня пальцем и говорили консорт? Нет уж, такая участь мне не подходит. Да и рисковать всем, в том числе и вниманием короля только ради того, чтобы потыкать членом в молодую и упругую плоть? Это точно не ко мне».

Выбрав в мыслях линию поведения с принцессой, я подумал о том, что неплохо было бы завести постоянную молоденькую любовницу, будет с кем скидывать напряжение, да и опасности подхватить дурную болезнь будет значительно меньше, чем я сейчас развлекался со служанками.

— «Или не время ещё?, — первоначальная привлекательная мысль при дальнейшем рассмотрении не казалась мне такой уж хорошей, женщина, какая бы она не была, всегда заставляет тратить на себя время, которого мне для собственных дел-то сейчас не хватало».

С такими сомнениями в душе я и вышел из кареты, когда она замерла, а горбун открыл мне дверцу.

То, что передо мной мастерская каменщиков становилось понятно сразу по шуму, который раздавался из-за сплошной деревянной ограды. Тот стук металла о камень, который ни с чем нельзя перепутать.

— Оставайтесь тут, — приказал я Кассию и стражнику, который собрался уйти, поскольку выполнил свою миссию по доставке меня в нужное место. Остановленный моими словами, он вернулся на своё место.

Не успел я подойти к воротам, как они открылись и на встречу мне вышел мужчина старше меня, полностью седой и с разбитыми трясущимися руками, но вот взгляд его был прямым и внимательным.

— Добрый день господин, я мастер Тарак — хозяин мастерской, чем могу вам помочь?

— Ваше сиятельство, мастер.

Он глубоко поклонился и повторил тоже самое, только с моим титулом.

— Нужны каменщики и много.

— Ваше сиятельство хочет построить замок?, — обрадовался он, ведь замки — это всегда много работы и как следствие постоянный заработок на многие годы.

— Лучше мастер, у меня королевский контракт на отстройку сгоревших кварталов.

Глаза у мужчины загорелись, но тут же он осторожно спросил.

— Обычно на большие работы для короны объявляют конкурс, и все цеха участвуют, предлагая лучшую цену. Моя же работа не дешева, ваше сиятельство.

— Скажем так, вас мне рекомендовали.

Его глаза расширились, и он огорчённо покачал головой, когда я показал ему записку.

— Я что-то должен знать? Орсей знаком вам лично?, — заинтересовался я.

— Простите ваше сиятельство, но вы связались с плохим человеком, — ответил он, спокойно на меня посмотрев, — не знаю, кем он вам представился, но это бандит и убийца. Жаль я раньше в нём не разглядел этого.

После его слов моё любопытство разгорелось всё сильнее, то Орсей при вопросе о знакомых каменщиках сначала мялся, потом сказал, что не знает, теперь это. Тут явно крылась какая-то история, и я должен её узнать.

— Вы тоже с ним знакомы?

Мастер опустил плечи.

— Моя дочь замужем за ним, ваше сиятельство.

— «Ого!, — вот это были новости».

— Вы не знали, чем он занимается, судя по всему?

— Да господин, до свадьбы он казался мне порядочным человеком, иначе никогда бы не дал своё согласие.

— «Теперь мне интересно будет при следующем разговоре с Орсеем поинтересоваться, чего ради он вообще порекомендовал мне человека, с которым в явных неладах, ведь он ещё и охранять их будет при строительстве». То, что я его найму, я решил сразу же, как только он сказал, что считает Орсея бандитом и плохим человеком. С тем выражением, с которым он это говорил было видно, что он не лукавит и говорит открыто, мне такие люди всегда нравились.

— Если заинтересовало моё предложение, приезжайте завтра к гостинице «Лагуна».

— Хорошо ваше сиятельство, — он низко поклонился.

— «Тогда нужно будет найти архитектора и завтра встретиться с ним и каменщиками, — я довольный тем, как всё сложилось сегодня, сел в карету».

* * *

— Милорд, вас ожидают, — Джек появился словно приведение и поприветствовав меня, снова куда-то умчался, весь в мыле и запыхавшийся. Он вчера пытался мне вечером рассказать о том, что кто-то из купцов решил устроить у нас свой праздник, но я не вдавался в детали, пусть он всем сам занимается — это точно не мой уровень.

— Милорд, вас ждёт молодой человек, — Оливия показалась из-за другого поворота, и тоже запыхавшаяся. Она попыталась проскользнуть мимо меня, но была поймана.

— Чего ждёт и почему не в холле?, — я нахмурился.

Девушка смутилась и ответила.

— Лучше вам самому с ним поговорить, я обещала.

Покачав головой, я отпустил её и она тут же заторопилась в ту же сторону, куда умчался муж. Девушке кстати так понравилось помогать ему во всём, что я часто видел её за делами, которые не свойственны многим дворянкам, но поскольку для меня всё что они делали приносило только прибыль, то я даже не собирался становиться на пути того, что она делает. Вообще странно конечно, что оба запустили кого-то без присмотра в мой кабинет, после случившегося с Оливией, оба крайне недоверчиво относились к незнакомым людям.

— С возвращением милорд, ужин?, — служанки, караулившие меня возле кабинета, присели в низком поклоне. Джек хорошо их выдрессировал.

— Сначала разберусь с посетителем, — проворчал я, недовольный, что не умывшись и не приняв ванну, придётся сейчас тратить время на неизвестного.

— Добрый день, с кем имею честь?, — с этими словами я зашёл в кабинет и едва не был сбит подпрыгнувшим молодым человеком лет шестнадцати, который сидел на стуле возле двери.

Он засуетился, пытаясь одновременно поднять выпавший из рук рулон бумаги, поздороваться и извиниться. Настроение упало ещё ниже, хотя его лицо я определённого где-то видел. Порывшись в памяти, я вспомнил, где — в комнате принцессы, где он с другими товарищами участвовал в посиделках с фрейлинами.

— Молодой человек, замрите!, — устав от его мельтешения, я сам поднял рулон, передал его ему и только потом прошёл на своё место.

— Простите ваше сиятельство, — он вконец смутился и замер неподвижной статуей у двери.

— Я передумал, не хочу знать вашего имени, просто выкладывайте зачем пришли, — махнул я рукой, — и быстрее, пока моё терпение не лопнуло.

Он опять засуетился, бросился к стулу, опять уронил бумаги — я застонал, похоже вечер был безнадёжно испорчен. Вот только когда он положил один лист на стол, а сам стал собирать остальное, я прекратил взывать к небесам и подтянул бумагу ближе к себе. На листе схематически, но очень точно и красивыми рядами располагались двухэтажные каменные дома, даже контуры местности была наброшены углём, да так, что у меня не осталось сомнений, что лежит передо мной!! Пока я искал себе архитектора, он ждал меня в моём кабинете!

— «Что это?! Чудеса или провидение?!».

Забрав у суетливого малого остальные бумаги, я сам разложил их на столе и стал рассматривать. Определённо все они были выполнены очень талантливо и даже можно сказать с любовью. Потратить столько времени на то, чтобы вырисовать задние фоны, мог только очень увлечённый своим делом человек.

— Лиза, готовьте баню и ужин, молодой человек остаётся у нас на ночь, — я позвонил в колокольчик и распорядился появившейся служанке. Та тут же исчезла, бросившись выполнять приказ.

Он открывал и закрывал рот, силясь сказать что-то на такую мою наглость, я ведь даже не спросил его мнения.

— Пошли, — я встал из-за стола, — пока ты придешь в себя и расскажешь мне, как и почему решил ко мне прийти, пройдёт еще неделя, а мне после долгого дня хочется отдохнуть и расслабиться.

Он тяжело вздохнул и бросив взгляд на разложенные на столе бумаги, поплёлся следом.

— За них не волнуйся, — бросил я через плечо, — то что тебя каким-то чудом пропустили ко мне, не значит, что в этот кабинет попадают все, кому ни попадя и чем ты интересно разжалобил Оливию? Явно дело её рук.

Я повернул голову к нему, и увидел, как он покраснел. В моей голове сразу все шестерёнки стали на место, срастив последовательность: принцесса-его присутствие в её комнате-влюблённых идиотов-Оливию-Джека.

— «Ещё один, — простонал я про себя».

— Ты влюблён в Ники, поэтому, когда она после моего ухода рассказала вам о проекте, то решил произвести на девушку впечатление и поэтому обратился ко мне, чтобы быть ближе к ней?, — выдал я результат работы своего поистине гениального ума.

Его глаза расширились, он залился краской, словно девушка и едва слышно ответил.

— Да.

— Но нужно отдать должное, рисуешь ты хорошо, думаю настало время познакомиться. Моё имя ты уже знаешь.

— Маркиз Шалю, Валентайн Шалю, — сбиваясь ответил он.

— Шалю?!, — я удивился, — сколько вас в семье?

— Я пятый, — он снова покраснел.

— Тогда понятно, что ты делал в комнате принцессы, брат привёл? Наследный герцог Шалю?

Снова тихое — «Да».

Мы пришли в купальню, где горячий пар поднимался от воды, и стал раздеваться, приказав это сделать и ему.

— Я конечно твой выбор одобряю, — я со стоном наслаждения лёг в широкую купель, — но с таким поведением, ты девушку не завоюешь.

Он смущаясь разделся и прикрывая промежность, юркнул в купальню. Видели бы вы его глаза, когда появились четыре служанки и раздевшись, зашли в воду, чтобы нас помыть. Он едва не закричал, когда одна из них к нему прикоснулась, и я взмахом руки приказал ей отойти от маркиза. Если он такой же влюблённый идиот как был в своё время Анри, а по его поведению все знакомые мне признаки были на лицо, то мечтал он сейчас только об одних прикосновениях, отвергая все остальные.

— Где научился так хорошо рисовать?, — поинтересовался я у него, пока меня в четыре руки натирали и мыли.

Он же стараясь не смотреть в сторону обнажённых девушек наконец освоился и стал хотя бы внятно отвечать.

— Я пятый сын в семье, наследников много, так что своим образованием я занимался сам, родители не особо в него вникали, так что я сам приглашал тех учителей, чьи предметы я хотел знать.

— Весьма похвально, — удивился я, — всё остальное тоже на уровне?

— Фехтование и выездка у меня не очень, — смутился он.

— Ну этим есть кому заниматься и без тебя, — отмахнулся я, вызвав волну в купальне, — я тебя потому и оставил, завтра с утра у меня будут каменщики, хотел обсудить с ними проект. Так что твой приход просто сродни маленькому чуду.

— Но принцесса, как она на это посмотрит? Согласиться ли?

Его конечно же интересовало только одно.

— Валентайн, в этом проекте главное слово за тем, кто платит деньги!, — отрезал я, — а принцесса нужна будет нам, чтобы уговорить людей подписать арендные закладные. Так что если завтра Джек и каменщики подтвердят твою квалификацию, то будешь работать со мной, хочет этого принцесса или нет.

— Но… — он замялся, явно не очень довольный тем, что может пойти против её воли.

— Хорошо, если тебя это так беспокоит, после встречи поедим во дворец, и уговорим!, — тяжело вздохнул я, понимая, что могу из-за такой глупости, как мнение принцессы лишиться перспективного архитектора, — согласен?

— Да, конечно!, — тут же воспрял он духом.

— Тогда ужинать и спать, завтра у нас полный день забот, — сказал я и едва не прикусил себе язык. Вот уже который день я говорю эту фразу и всё сбывается, беготни и забот только добавляется всё больше и больше.

— Да, и если всё получиться, жить лучше тебе у меня, — в голову мне пришла ещё одна хорошая идея, мне нравился этот молодой человек, который был вылитый ранний Анри по характеру и поведению. Если я возьму его под своё крыло и направлю его воспитание в нужную сторону… от удовольствия у меня зачесались руки.

— Зачем?, — он осторожно вылез из воды и стал облачаться в чистое бельё Джека, которое ему принесли служанки.

— Надоело мне ездить всё время во дворец, почему бы Её высочеству не ездить к нам иногда?, — сделал я очень прозрачный намёк, от которого он снова смутился.

— Но она же принцесса, — с придыханием сказал он, словно говорил о чём-то неземном и божественном. Я был уверен, что в его голове всё именно так и было.

— Ты согласен? Родители не будут против?

— Они обычно не спрашивают меня куда я направляюсь, тем более чаще всего я просто сопровождаю брата, вытаскивая его из разных неприятностей.

— Всё, тогда завтра для тебя решающий день, будешь ли ты рядом с принцессой или нет!, — рубанул я рукой воздух.

Он не обращая внимания на еду, которую поставили перед нами, после моих слов ушёл в мечтания. Вспоминая мысли Анри, я мог дословно сказать, что он там себе напридумал, но я сдержался, парень был неплохим, а от умного помощника откажется разве только дурак.

* * *

— Ваше высочество, — в её комнате опять было много народу, и ведь не скажешь, что она ведёт жизнь затворницы, как не приедешь, молодёжь всегда присутствует у неё в покоях.

— Анри!, — девушка поднялась с места, и быстро зашагала ко мне, протянув руку.

— Пойдём к вам?, — поинтересовался я, она кивнула, чем снова вызвала у присутствующих злость и ревность к моей персоне. Мы направились в её личные покои, а мой «хвост» поплёлся следом, изображая из себя призрака, незримого и бесплотного.

Открыв дверь, она впустила меня и недоуменно посмотрев на плетущегося следом молодого человека, довольно резко сказала.

— Маркиз, а куда вы собрались?

Не дав ему ответить, так как парень был на грани обморока от её гневной отповеди, я втолкнул его в комнату и закрыл за нами дверь.

— Он со мной Ники.

Девушка удивлённо на меня посмотрела, я же не обращая на неё внимание, сдвинул стол на середину комнаты и скинул с него всё лишнее на пол. Хозяйка лишь беспомощно смотрела за творимым непотребством в её комнате. Я же был слишком в хорошем настроении, чтобы менять своё поведение. Утром Джек, а особенно каменщики были в восторге от чёткости и проработанности проекта, особенно радовало то, что все дома были построены по единообразному проекту и усилий по возведению всех их нужно было не много, так как в дело вступало просто количество привлекаемых рабочих на проект.

Так что каменщики были наняты, Валентайн оставлен, а я довольный собой и впервые окружающим меня миром, тут же приказал заложить карету, чтобы отправиться во дворец. Нужно было дать пряник моему новоиспечённому помощнику, чтобы он не захотел от меня уходить, ну а то, что в виде его выступала принцесса, меня это совсем не смущало.

— Смотри, какая красота!, — я заложил углы рисунков тяжёлыми предметами, и девушка склонилась над ними. Парень же продолжил изображать призрака, лишь изредка кидая томные взгляды на девушку, которая в упор его не замечала. Как же мне всё это было знакомо! Прямо до зубовного скрежета!

— Прекрасно! Восхитительно!, — принцесса не осталась равнодушна и захлопала в ладоши, — вы прекрасно рисуете граф!

— Я такого же мнения об рисунках, но это не моё творение, а Валентайна, — я кивнул головой в сторону парня, — так что он тоже в деле, собственно поэтому я его и позвал — он наш архитектор! Сегодня мы встречались с каменщиками, и я нанял их, так что дело осталось за малым — вы убедили людей подписать договора аренды?

Девушка покраснела, и стала похожа по цветовой гамме на моего нового помощника, замершего возле двери.

— Нет, — тихо прошептала она.

— Ваше высочество, — мой голос похолодел, — я нашел охрану, каменщиков, архитектора, даю деньги в конце концов, а всё что вам осталось — это просто уговорить людей! Как такое возможно?!

— Меня не отпускали из дворца!, — она в отчаянье заломила руки. Я видел, как она хотела схватиться за меня, но присутствие постороннего явно её останавливало.

— Граф Негл не заинтересован в этом проекте, а мы прежде чем начать, должны получить сначала от него одобрение!, — огорошила она меня, я не помнил таких договорённостей ранее.

— Эм-м-м, когда это ввели такие правила?

На девушку было больно смотреть, а молодой человек видя её состояние, едва ли не умолял меня взглядом, не причинять ей боль.

— В общем Ваше высочество я возьму и это в свои руки, — я недовольно на неё посмотрел, — я думал вы хотите помогать людям, а всё что я вижу, это просто разговоры.

Девушка опустила голову и всхлипнула. Возлюбленный не выдержал и бросился к ней, видимо успокаивать, но нарвался только на разгневанный взор девушки, когда к ней прикоснулся.

— Маркиз! Что вы себе позволяете?!

Побитой собачонкой он поплёлся обратно. У меня от чувства дежа-вю едва не свело челюсть при виде этой сцены.

— И ваше высочество, маркиз наш архитектор, — я не из-за защиты этого идиота вмешался, просто из давно забытых чувств, которые испытывал в прошлом, когда смотрел на такое же, только изнутри общего тела, — так что если хотите продолжать участие в проекте, для которого пока ничего не сделали, будьте добры уважать его!

Девушка разозлилась и гневно на меня посмотрела, как я смею так с ней разговаривать! Я спокойно ответил на её взгляд, твёрдо решив, что если она сейчас скажет хоть слово, то просто развернусь и уйду, плюнув на все приготовления, а каменщиков я найду как занять, чтобы не нарушать данное им слово. Принцесса поняла это по моему виду, так что опустила взгляд в пол и стала мять кружевные манжеты.

— Рад что мы разобрались со всем, — я потёр ладони, — тогда Ники я займусь графом, а ты пожалуйста встрется хотя бы раз с людьми. Обещаешь?

— Да Анри! Конечно! Обещаю!, — поняв по моему тону, что прощение получено, да еще и Ники её снова назвал, она не сдержалась и кинулась обниматься, правда спохватившись, что на нас смотрят, просто схватила мою руку и затрясла её.

Тоскливый взгляд из угла комнаты едва не испортил мне всё настроение, которое было таким хорошим с утра.

— Обними Валентайна Ники, считаю, что архитектор тоже достоин похвалы. Свою работу он тоже сделал на отлично.

Она недоумённо на меня посмотрела, но не стала спорить, а подошла к парню, который наверно перестал дышать в этот момент и легонько обняла его за плечи.

— Благодарю вас маркиз за старание.

— «Пряник вручён, думаю пора откланяться».

— Тогда до встречи Ники, — я помахал рукой, она счастливо заулыбалась в ответ, — завтра мы заедем в это же время?

— Да, конечно!

— Надо тебе провести работу с отцом, — напоследок сказал я, — тебе нужно будет приезжать на стройку, чтобы люди видели тебя там, так что проводи беседы, что тебе нужно отлучаться из дворца.

— Хорошо Анри, я попробую!

Мы вышли из комнаты, и зашагали вниз к выходу. Я косился на парня, который явно был сейчас не здесь.

— Валентайн!

Ноль реакции.

— Валентайн!, — удар по плечу вывел его из равновесия, и он едва не покатился по полу.

— Ой, простите граф, — он недоумённо на меня посмотрел, словно не понимая, как я покусился на святое и вырвал его из мыслей о принцессе, — вы что-то сказали?

— Я говорю, что хватит витать в облаках и займись делом, если хочешь, чтобы принцесса начала тебя замечать!

— Но что я могу?

— Договорись с родителями о переезде ко мне, привези одежду и всё необходимое для жизни. Пока проект не закончится, будешь жить рядом, сам видишь, какая у меня жизнь, весь день в разъездах и бегать искать ещё и тебя при этом, совершенно нет ни желания, ни времени.

— Хорошо граф, — он склонил голову, — тогда я не поеду сейчас с вами?

— Верно, найти себе экипаж и вечером жду тебя у себя, — парню давно пора начинать взрослеть. Сейчас хотя бы из-за большого и вкусного пряника в виде принцессы.

Проводив его щуплую фигуру взглядом, я от досады плюнул на пол. Кто бы мог подумать, что я буду скучать по Анри? Но нет же, помогаю этому болвану, так напоминающему мне его.

— Ладно, мне же, пора навестить графа, — решил я не откладывать встречу и пошёл интересоваться у дворян и слуг, не было ли его сегодня во дворце, а если был, то где его можно найти. Ведь если он доверенное лицо короля, то должен быть где-то здесь, неподалёку от его тучной тушки, что в прочем и оказалось верным. Король полдничал, а тот ему прислуживал. В покоях короля было вообще мало народу, так что мне явно не светило туда попасть. Пришлось ждать, поскольку смысла без его ответа ездить туда-сюда точно не было, если принцесса сказала, что без его слова ничего не начнётся. То же мне молодец, сказала об этом тогда, когда я обо всём со всеми договорился.

Дверь открылась и из покоев вышли дворяне, я хищным зверем прыгнул к ним, даже заставив схватиться за эфесы шпаг, так что пришлось извиняться и спрашивать, когда освободится граф Негл.

— Ваше сиятельство, граф выйдет с минуту на минуту, Его величество хочет отдохнуть.

— Благодарю вас господа, — я поклонился по местной моде низко и быстро, — ещё раз простите, тут очень скользкие полы.

Они кивнули мне, принимая извинения и пошли по своим делам. Я же остался ждать. Они оказались правы, не прошло и пяти минут как дверь снова открылась и из покоев вышла новая партия, которая также подверглась быстрому допросу, и даже успела показать мне в щель не закрывшейся до конца двери, на высокого осанистого молодого человека, который что-то делал возле кровати в глубине комнаты. Теперь я хотя бы знал, как граф выглядит и не нужно было приставать к другим людям, которые группами стали покидать покои короля. В конце концов он вышел последним, плотно затворив за собой дверь и отдав приказ гвардейцам никого не пускать внутрь, словно имел право это делать. Хотя судя по потому, что они его выполнили, став плотнее в двери, такое право он и правда имел.

— Ваше сиятельство, — я подошёл ближе, и самым вежливым образом обратился к нему. С меня не убудет, а он польстит своему себялюбию, — можно вас на пару слов?

Молодой человек остановился, высокомерно окинул меня взглядом, да так, что у меня по спине пробежали мурашки негодования. Он процедил сквозь зубы.

— Мы знакомы?

— Почти, — ошарашил его я, — я граф де Берзе и мы с Её высочеством хотим реализовать проект по строительству домов в сгоревших кварталах, как я знаю с её слов, Его величество попросил вас присмотреть за его реализацией.

Он отрешённо на меня посмотрел, словно силясь о таком вспомнить, затем отмахнулся.

— Не помню такого, вам лучше спросить у короля.

— Ваше сиятельство, — я перекрыл ему дорогу, — принцесса не может врать, если она сказала, что её отец так повелел, значит так оно и есть, или вы подвергаете сомнению её слова?

Такого он явно не мог сделать, поскольку к нашему разговору стали прислушиваться посторонние. Он зло посмотрел на меня и ответил.

— Да, что-то такое действительно припоминаю, но вы приносите проект, чертежи, мне нужно все посмотреть и подумать. Я ведь не знаю, во что вы хотите ввязать принцессу? Может это авантюра какая?

— Ваше сиятельство, я вкладываю в это деньги и принцесса ничего, кроме времени не потеряет при любом раскладе, — он был конечно полностью прав в том, что требовал проект и чертежи, я сам бы так сделал. Но демон его забери, не говорить же ему, что малолетняя дурочка сначала наобещала мне одно, а когда пришла очередь это делать и я обо всём договорился, сообщила мне важную новость, без которой проект вообще не состоится.

— Граф, я всё сказал, чем раньше принесёте проект, тем раньше я его посмотрю, — отрезал он, надвигаясь на меня. Ссориться с ним сейчас было равносильно самоубийству и прямой немилости короля, так что пришлось отодвинуться и дать дорогу. Свысока посмотрев на меня, он двинулся дальше.

— «Как же всё это не вовремя, — ругнулся я и решил ехать домой. Чертежи у меня есть, а сметы и прочих расчётов не было, нужно было всё это сделать и лучше всего до завтра, иначе время будет упущено».

Вернувшись домой, я был в такой ярости, что заставил всем заниматься Валентайна, который попытался вставить слово о том, что Ники не виновата и возможно её саму дезинформировали. Я в такое не поверил и сказал, что если он такой умный и решил её защищать, то пусть сам садиться и делает проект — завтра утром он мне будет нужен! С этими словами я повернулся и ушёл к себе, я знал своё состояние и лучше всего мне за работу было сейчас не садиться.

Самое странно было в том, что утром когда я проснулся, принял утренние процедуры и позавтракал, в кабинет вошёл взлохмаченный маркиз с красными глазами и положил на стол весьма пухлый документ. Я потянулся за ним и стал листать, удивление накатывало на меня тем сильнее, чем дальше я его читал — он реально сделал всё! Все расчёты и затраты, а также время нужное на постройку и даже арендную плату, которую нужно будет брать с жителей, чтобы проект окупился!!! И всё это он сделал всего лишь за одну ночь!!

Я поднял на него взгляд.

— Вот этот лист перепиши, увеличив цену аренды в пять раз, в остальном хорошо.

— Но граф, это слишком много! Простые люди не потянут такую цену!

— Молодой человек, давайте вы спонсируете этот проект, вложив три миллиона золотых из своего кармана, а потом в течении десяти лет будете возвращать их у жителей обратно. Я с радостью отдам вам такую честь, опять же перед принцессой блеснёте!

Его глаза потухли.

— Вы зря издеваетесь надо мной граф, вы же знаете, что у меня нет таких доходов.

— Тогда не умничайте, а делайте что вам сказали!, — отрезал я, — я рассчитываю на пять лет, так что либо так, либо у неплательщиков пойдут проценты с этой суммы!

Он не став спорить, сел и переписал страницу, изменив в ней только расчёты и конечную сумму.

— Ты тогда ложись спать — заслужил, — я стал собирать чертежи и его труд в саквояж, чтобы лично отвести это всё графу, — а я во дворец.

— Вы будете встречаться с Её высочеством?, — он встряхнулся, словно собака вылезшая из воды при одном упоминании о ней. Усталость и сон были тут же забыты.

— Собирайся, — махнул я рукой, спорить с идиотами всегда бесполезно, а с влюблёнными идиотами просто безнадёжно.

* * *

Я всегда очень выдержанный человек, но и меня можно достать, а граф Негл не смотря на молодость, делал это с большим изяществом. Вот уже две недели всё замерло и никуда не двигалось, поскольку он всё ещё якобы рассматривал проект и ответа ждать не приходилось. Ни помогало ничего, не мои встречи, которых он старательно избегал, ни мольбы и слёзы принцессы. Он просто тянул время, а каменщики и Орсей начали задавать вопросы, пришлось даже заплатить задаток за ещё не выполненную работу, но больше всего меня бесил тот факт, что ничего нельзя было сделать. Ни вызвать его на дуэль, так как я выставил бы себя полным кретином, ведь он не отказывал мне, а выдуманные причины будут всем понятны и мало того, что проект точно похоронят, так ещё и я прославлюсь смутьяном. Из всех нас троих счастливым был только маркиз, поскольку встречи с принцессой стали регулярными, а она смирилась с его постоянным присутствием и даже заговаривала с ним, спрашивая про технические вопросы строительства. В эти моменты я отворачивался, поскольку меня едва не тошнило от вида его лица и того выражения, с которым он на неё в эти моменты смотрел.

Когда же мне принесли послание от сержанта, что наши «крыски», так мы между собой называли троих казнокрадов, которые старательно раскапывали петли воровства и круговой поруки на постах, готовы предоставить мне отчёт, я вообще оставил их двоих и под предлогом встречи с графом быстро ушёл. Маркиз не видел то, что видел я. С ним она общалась только потому, что робела передо мной и опосредованно вовлекая меня в разговор через него, могла таким образом со мной разговаривать на любые темы. Он же как слепой щенок, думал, что она интересуется его жизнью и я даже с каким-то удовольствием представлял себе, какое же его разочарование ждёт, когда девушка подрастёт и познает радости плотской любви. Он точно не станет её первым, тут я готов был поставить на кон хоть половину своего состояния, скорее уж его брат или другой соперник, первыми протопчут там тропу. Самые активные во всём, они явно перепортили не одну фрейлину принцессы, судя по редким «якобы» понятным только им словечкам и фразам с тайным смыслом в разговорах. Кого они хотели этим запутать? Себя? Ну уж точно не бывшего Главу тайной канцелярии, поскольку являясь единственным стариком в их обществе, по большей части просто молчал вовремя их пустой болтовни и распутывал по этим случайным обрывкам фраз, кто с кем и сколько раз. Занимательное препровождение времени, пока принцесса училась или упрашивала отца помочь нам с проектом. Что интересно, моё присутствие, из-за того что я не вмешивался в их разговоры, вскоре престало их тяготить и они стали чуть откровеннее, что позволило мне обогатиться информацией, а также очень важными сведениями, для последующего шантажа.

Вот и сейчас спускаясь к поданной карете, я обдумывал, как же мне заполучить письмо от красавицы баронессы Ганой к наследному герцогу Шалю, он несколько раз ронял упоминание о нём, заставляя девушку краснеть, так что у меня прямо чесались руки заполучить его себе. Тем более, что он явно лишил её девственности и письмо было с этим как-то связано, что ещё более подогревало мой интерес.

— «Нужно будет напроситься на экскурсию по дому маркиза, заодно и присмотреть места, где его брат мог бы хранить такое письмо, не будет же он его с собой носить».

Развлекая так себя, я прям до дрожи в суставах захотел окунуться в дворцовую жизнь, полную скандалов и интриг. Распутывать все эти хитросплетения, намекать о своей информированности — эх, я едва этим не соблазнился.

— «Рано Анри, рано, — едва я успокоил себя, когда соблазн был так близок к своей победе, — ты при дворе пока что никто и звать тебя никак, так что никто всерьёз тебя воспринимать не будет, нужно закончить все свои проекты, и только тогда можно бывать чаще при дворе. Сейчас тебя в гости-то редко приглашают и чаще те, кто живёт с тобой в одном квартале, остальные же после памятного бала вообще забыли о твоём существовании».

Время в дороге, когда занят собственными мыслями, а не просто смотришь в окно, идёт быстрее, так что я даже вздрогнул, когда дверь кареты открылась и оказалось, что я прибыл на место.

Вид мрачной и серой тюрьмы, рядом с которой остановилась моя карета, одним своим видом физически давил на людей. Так что когда я оглядевшись вокруг, чтобы посмотреть много ли кругом наблюдателей, убедился, что праздно шатающихся рядом с таким заведением крайне мало, то подошёл к другой стоящей карете, которую охраняло с десяток стражей.

Кивнув Гори, я показал взглядом на дверь. Внутри кареты находились три наших «крыски» которые упирались, кричали, но не хотели выходить наружу. Пришлось применить силу, и вот они трое трясущихся от одного вида здания за моей спиной, едва не повисли на руках стражей.

Я уже видел отчёты, а также показал их Джеку, чтобы поинтересоваться и его мнением о их работе, так что решение мной было вынесено, но чтобы они запомнили этот день надолго, я и решил провести выездное «заседание».

— Получил ваши отчёты и пришла пора выбрать из вас более достойного, — спокойно произнёс я, прохаживаясь между ними, посматривая при этом то на них, то на тюрьму. Один попытался открыть рот, но тычок дубинкой заставил его скорчиться и заткнуться. Два других благоразумно промолчали.

— Я оставляю вас троих, — сказал я, когда накал эмоций от них стал зашкаливать, — предлагаю вам тридцать золотых в неделю и ещё десять золотых за каждого вора и казнокрада, что вы поймаете на своей работе. Проверять вас будет мой доверенный человек, так что вы конечно можете попытаться меня обмануть и даже это может у вас удастся какое-то время, но я не просто так решил вам показать вон то здание за нами. Я обещаю вам, что если хоть раз поймаю вас на воровстве у меня, я лично найду вам такую камеру, где вашу задницу будут раздирать так часто, что вы сдохните там раньше, чем судья вынесет вам приговор.

Я посмотрел на троих чиновников, которые были готовы боготворить меня и целовать ботинки, но я прекрасно знал, что пройдёт год-два, полученные впечатления в тюрьме начнут сглаживаться, и они подумают, чтобы нагреть на мне руки, но это будут уже дела других дней, до которых нужно было ещё дожить.

— Согласны?

— Милорд, я буду вашим преданным слугой! Милорд я умру, но не подведу вас!, — и это были самые спокойные их выкрики, после моего вопроса.

— Отлично, тогда у вас четыре дня отдыха и поступаете в распоряжение сержанта, — снова огорошил я их, — он распределит вас по постам и вы сможете работать перемещаясь между ними, чтобы не замыливался глаз. Постоянное место вам сержант устроит рядом с собой. Вопросы?

Вопросов не было, так что когда крики и возгласы за моё здравие были остановлены хмурыми стражами, которые стали заталкивать их обратно в карету, я повернулся к Гори.

— У тебя всё готово?

— Да милорд, есть замена сержантам постов и их заместителям, также составлены списки тех, кого первым же делом выпнем из своих рядов, — тут же отрапортовал он, — с особенной радостью я сделаю это на восточном посте, лично поеду туда.

— Месть дело приятное, но помни о деле, — предостерёг его я, — завтра я прикажу каменщикам начинать стройку, поэтому чем быстрее ты наведёшь в кварталах порядок, тем лучше.

— Вам разрешили!!, — ахнул он в восторге.

— Нет, — я махнул рукой в досаде, — но выбора всё равно нет, я свои слова не нарушаю, даже если на пути встанет король.

Он покосился на меня, но спросил совершенно другое.

— Я слышал, что в порту появилась другая банда, милорд.

Я равнодушно пожал плечами.

— Пока я не дам тебе прямой команды, действуй, как мы начинали в своём квартале и даже жёстче. Время, когда нужно будет делить бандитов на хороших и плохих ещё не пришло.

— Слушаюсь милорд.

— Гори подними себе оклад что ли, — я кивнул на его заношенные сапоги, — ты теперь не просто сержант одного из постов, ты моё доверенное лицо в пяти кварталах города! Так что негоже тебе выглядеть как потрёпанной собаке!

Он смутился и тоже посмотрел на себя.

— Но как я могу? Сам себе?

— Обратись к Джеку, скажешь сколько тебе нужно, чтобы содержать семью и оставлять на себя и свои желания, и утвердите, — просто ответил я, — думаю даже позже похлопочу для тебя должность шерифа.

Его глаза расширились.

— Спасибо милорд, вы слишком добры ко мне.

— Сержант, я даю тебе только то, что ты заслужил, — мой голос обрёл ледяные оттенки, — как только я буду тобой недоволен, ты сразу это почувствуешь на своей шкуре.

По его выражению лица я понял, что он сразу же поверил моим словам.

— Тогда занимайся делами, если что, я завтра и все последующие дни буду на стройке, пока там дела не пойдут на лад, — я повернулся к нему спиной и едва слышно прошептал, — но чувствую я, случиться это, ой как не скоро.

Глава 6.

Новые кварталы

Я всегда знал, что деньги могут многое, а большие деньги творят настоящие чудеса. Ещё неделю назад на обломках сгоревших домов лазили вороны и мародёры, но когда там появились словно из неоткуда деловитые крепыши, одним своим видом отпугивая любителей лёгкой наживы, всё изменилось. Даже строители вначале были напуганы, когда стали заходить в кварталы и столкнулись с недружелюбного вида бандитами, которые наводили там порядок, гоняя шушеру. Несколько дней каменщикам потребовалось осознать, что странные бандиты не только не нападали на них, но ещё и защищали стройку от других воров и грабителей! Конечно же обилие людей, а также материалов, которые можно украсть, особенно ночью, тут же привлекли к себе внимание криминала, но мой расчёт был точен, то что не могла делать стража, с отличием делали люди той же профессии. Банда Орсея едва ли не оцеплением взяла всё под свой контроль и трупы с колотыми ранами или раздробленными головами стали всё чаще находить в соседних кварталах от этого места. Такие методы воздействия даже не на сильно умных людей произвели впечатление, так что мастер Тарак, который сначала пытался высказать мне неудовольствие присутствием на стройке преступников, смирился и старался больше не обращать на татуированных людей внимание.

К тому же ему было чем загрузить свой ум и без проблем с бандитами, я приказал ускорить сроки строительства, пока о начале не узнал граф Негл или король, так что ему пришлось привлекать своих знакомых и знакомых знакомых, чтобы уложиться в новые сроки, которые я ему поставил. Количество строителей и доставщиков камня с каждым днём увеличивалось, ведь платил я более чем щедро, так что даже с соседних деревень и городов стали приходить люди и спрашивать о работе. Те кто имел транспорт тут же нанимались и отправлялись возить камни с карьера неподалёку от города, каменщиков тут же разбирали артели, даже тех, кто просто пришёл в поисках работы, забирали чернорабочими — на стройке всегда есть что таскать, пилить или месить.

Я заставлял строителей работать днём и ночью, в несколько смен, всё только ради того, чтобы нас не успели остановить. Прекрасно понимая местный уклад жизни, я знал, что пока слухи дойдут до приближённых графа, пока они передадут их ему, пока он донесёт их до короля пройдет время, его то и нужно было мне использовать, чтобы успеть построить столько, сколько успеем. Ведь земля принадлежала королю, и по сути моё строительство было без его разрешения, то есть незаконным. Вот только присутствующая постоянно на стройке принцесса и гвардия короля придавали всему нужный статус, так что ни у одного человека, который посещал её не возникало и мысли, что тут твориться что-то неправильное — на это и был мой расчёт. Принцесса, которая после моих обидных слов, старалась как могла: встречаясь с людьми, а также подбадривая строителей на стройке, сама того не подозревая была ширмой для моей подпольной деятельности.

Чем больше времени проходило, что нам никто не мешал, тем отчётливее я понимал, что гроза над моей головой разразиться очень скоро, а начавшие приезжать на стройку мелкие чиновники из префектуры города, сначала открывали рот, а потом хватались за голову, видя, что дома в сгоревших кварталах и порту растут как грибы после дождя. Я видел, как они уезжали, а через два-три дня приезжало их начальство, заставая уже готовые дома и закипавшее строительство в другом месте — мирный и неспешный город, просто не успевал за теми темпом, который я задал. Гигантские средства, которые я вбухивал в этот проект действительно вторили чудеса.

— Эй громила, иди сюда, — я отвлёкся от размышления и позвал стоявшего неподалёку гиганта, с большими серьгами в обоих ушах и повязкой на голове. Бандит затушевался, но видя, что я прямо тыкаю в него пальцем, подошёл, сняв с головы шляпу.

— Валентайн!, — рявкнул я архитектору, которые достал меня своими бестолковыми метаниями и попытками донести свои мысли до муравейника, в который превратилась стройка.

Задёрганный и взлохмаченный парень подошёл ко мне, он сорвал голос, так что его сейчас мало кто мог услышать.

— Говоришь вот ему на ухо, что нужно, — приказал я и обернулся к громиле.

— А ты дери горло, но донеси нужную информацию. Всё понятно?

— Да милорд. Да граф, — слитный ответ меня порадовал, а когда я отошёл от них и буквально через минуту спустя услышал за спиной громогласный голос, то улыбнулся — чтобы без меня тут делали.

— Эй выкидыш каракатицы, якорь тебе в жопу, ты как блок кладёшь! Мне подняться к тебе и подравнять кривые грабли?!

К хлипкой ограде, лишь обозначающей территорию, за которую посторонним лучше не заходить, подъехала знакомая карета.

— Граф!, — принцесса пребывала в прекрасном настроении, обалдевая, как и все вокруг от темпов стройки. Каждое её прибытие с подружками чаще всего сопровождалось охами и ахами, там, где в прошлый их приезд торчали только фундаменты, сейчас стояли красивые двухэтажные дома.

— Ваше высочество, — я наклонил голову, кругом было куча народу, так что нужно было вести себя максимально корректно по отношению к особе королевских кровей.

— Я вчера рассказала брату, какое чудо вы сотворили, даже он заинтересовался и обещал приехать, — счастливо заявила она, смотря на меня сияющими глазами.

Я поморщился.

— Я же просил вас, привлекать к этому меньше внимания. Мои предчувствия говорят, что скоро грянет гром.

Она тут же расстроилась и виновато на меня посмотрела.

— Граф не обращает на меня никакого внимания, так что бесполезно о чём-то его просить. Простите, я так и не смогли с ним поговорить, он всё время рядом с отцом, а вы сами говорили, не заговаривать о проекте, когда он может услышать.

— Всё верно, — я кивнул головой, и тихо, чтобы слышала только она спросил, — почему ваш отец так ему благоволит? Что такого в нём?

Девушка смутилась, но также тихо ответила.

— У него очень молодая жена, отец любит таких.

Мои брови взметнулись вверх.

— Насколько молодая?

Она покраснела и едва слышно ответила.

— Очень.

— «Вот он шанс!!!, — обрадовался я, одновременно досадуя на себя, что не поинтересовался об этом именно у принцессы, считая, что она не может знать причин. Другие дворяне, сколько бы я не спрашивал, ничего мне не говорили об этом, лишь загадочно улыбаясь — для них я пока всё ещё оставался чужаком».

Переведя разговор на тему строительства, я стал показывать ей и подошедшим ближе фрейлинам то, что мы успели построить за те дни, пока их не было. Девушки не заходили дальше застеленных деревянных тропинок, чтобы не испачкать свои длинные подолы шикарных платьев. Но мне их прибытие всегда было на пользу, поскольку энтузиазм мужчин, при виде молодых красоток, которых они так близко в жизни никогда раньше не видели, увеличивался в десятки раз. Все тут же старались показать себя с лучшей стороны, даже громилы Орсея прекращали кучковаться в стороне и подходили ближе, снимая рубахи и щеголяя крепкими торсами на тёплом солнце.

Сопроводив принцессу и её свиту обратно к каретам, я не успел отдохнуть, как примчался принц, вместе со своей свитой. На стройку они заходить не стали, просто посмотрели на то, сколько людей работает и как быстро всё делается, да и убрался восвояси. Ощущения грозы стали ещё сильнее, так что я не став тянуть никаких животных за хвост, передал записку Орсею — такое я мог сделать только с ним, никому другому такое деликатное дело я не мог доверить. Если бы у меня было время, я бы конечно просто отдал приказ и всё, но в данном случае, нужно было спешить, пока не ударила молния, слишком много людей становилось в курсе происходящего, так что не сегодня завтра, узнает и король.

* * *

— Добрый вечер милорд, — карета качнулась и внутрь юркнула знакомая фигура.

Я приветственно кивнул головой.

— Не похоже на вас, — он говорил тихо, — можно узнать, откуда такая срочность, милорд?

— Если не сделаем, многое станет под ударом, — я, закутанный в обычный свой плащ, с надетым на голову капюшоном, был задумчив. Решение проблемы, после многочисленных раздумий нашлось, но оно не сильно мне нравилось. Из-за проклятой спешки приходилось делать то, чего я всегда не любил — принимать поспешные решения.

— «Вот что мне стоило сразу не бегать по дворцу, ища знакомые лица и задавая наводящие вопросы о графе пытаясь вытащить из них нужную мне информацию, а просто спросить принцессу? Я не мог и подумать, что это юное создание, которое при пошлых шутках своих друзей краснела от ушей до шеи, могла знать такие аспекты жизни, как увлечение королём маленькими девочками. Нет, все мои наблюдения за ней говорили о том, что она не могла быть в курсе такого осознанно. Похоже случайно услышала от кого-то. В любом случае, спросить-то я мог, но решил, что я самый умный и просчитал принцессу, которая не могла знать таких подробностей и ошибся».

Дом графа не светился ни единым огнём, его большой особняк находился недалеко от дворца, поэтому не составило труда его отыскать, как в прочем и проникнуть туда. Собак в нём не было, а слуг было всего семь человек, так что проникнув внутрь с помощью вора, который забрался в дом заранее и впустил нас в людскую, где спали слуги. Орсей прикончил их всех, перерезав во сне горло, чтобы они не могли поднять тревогу. Во всех его неспешных, но экономных, а главное эффективных действиях сквозил не дюжий опыт в этом деле.

Тремя неслышными тенями мы прошли по особняку, убив ещё троих, кто спал рядом с комнатой хозяйки дома.

— Шон, можешь быть свободен, — Орсей шёпотом отпустил вора, который сопровождал нас по дому, — дальше мы сами.

Тот беспрекословно подчинился, сразу же метнувшись по комнатам, прихватывая золотые и серебряные вещи в зоне своей видимости.

Войдя в комнату, мы посмотрели на тёмный балдахин кровати.

— Действуй!, — приказал я, кивнув ему на кровать. Он покосился на меня, но вытащив нож, который сегодня хлебнул не мало крови и едва слышно сделал пару шагов, приблизившись вплотную и отогнув ткань, которая закрывала обзор.

— Ну же!, — громким шёпотом прошипел я, когда он замешкался и стоял неподвижным столбом.

Неожиданно для меня, он вернулся и не смотря мне в глаза, сказал.

— Я не могу, милорд — это через чур для меня.

Моему удивлению не было предела.

— «Он что с ума сошёл со своими принципами?!, — возмутился я».

— Кто здесь? Ната?, — детский испуганный голос раздался с кровати.

— Ната?! Мне страшно!

В полной тишине дома, зазвенел колокольчик, ругнувшись, я бросился к кровати и перехватив маленькую руку, вырвал из неё предмет. Маленькое личико, смотрело на меня испуганными глазами и она открыла рот, чтобы закричать. Подушка быстро прекратила это безобразие, а подержав у её лица достаточно времени, дождался, когда тело обмякнет, но не умрёт.

В комнате зажглась свеча и тускло осветила кровать, я присмотрелся лучше к той, кого обездвижил, но пока не убил и нахмурился — стала понятна причина, по которой убийца, который несколько минут назад спокойно прирезал с десяток взрослых людей, отказался выполнять мой приказ. Лежащему на кровати маленькому телу было от силы лет семь.

Я тяжело посмотрел на Орсея, он в колеблющемся свете свечи не смог выдержать моего взгляда и отвернулся, оставив принимать решение мне. Тут я пожалел, что взял его с собой, а не пошёл на дело один, ведь хоть я и навел бы больше шума, но зато не пришлось бы сейчас принимать непростых решений.

То, что ради своих целей я мог убить ребёнка не подлежало сомнениям, слишком много стояло на карте, чтобы я мог колебаться, но это если бы я был один. С человеком, от лояльности которого многое зависело в осуществлении моих планов в будущем, и который не смог совершить это убийство, я не мог просто подойти и перерезать ей горло, имитируя бандитское нападение.

— Одень её и уходим, — я понимал, что пожалею о принятом решении, но выбора не оставалось. Быстрый анализ моих действий и последующих, пусть и не сразу наступивших последствий, поскольку в наших отношениях с Орсеем после этого явно проляжет трещина, привели меня к худшему варианту.

Он удивлённо на меня посмотрел.

— Есть ещё идеи?, — зло посмотрел я на него, — её нужно устранить. Если не можешь убить, заберём на то время, пока она станет не интересна или ей не найдут замену.

— Где мы её держать будем милорд?, — по его взгляду, а главное тону я понял, что он хоть и не сильно рад с ней возиться, но это было значительно лучше, если бы я её сейчас прирезал. Ведь по его поведению ранее было видно, что он ждал от меня именно этих действий.

— Где ты её держать будешь Орсей!, — отрезал я, — теперь эта девочка на твоей совести, и ты понимаешь почему. Не строй из себя невинность.

— Если честно милорд, я не рассчитывал, что вы оставите её в живых, — неожиданно признался он, — я теперь слишком хорошо представляю, кем вы являетесь.

— Интересные откровения Орсей, — развеселился я, хотя обстановка этого совершенно не предполагала, — и кем же?

— Точно не знаю милорд, — его лицо оставалось совершенно серьёзным, — но мне совершенно отчётливо жаль этот город и королевство, им очень не повезло, что вы у нас появились.

— Странно, что тебе жаль их, а не, например, вот эту маленькую девочку, которую король насилует изо-дня в день, — я кивнул ему на кровать.

Его лицо окаменело.

— Собирай её и уходим, — я не хотел больше здесь задерживаться, — поместишь её туда, где никто не сможет найти. Лицо запрети показывать, также нужно ограничить круг людей, которые могут о ней донести. Ясно?!

— Как думаете милорд, сколько нужно будет продержать её взаперти?, — он бережно стал одевать девочку, и я заметил определённые навыки в этом.

— «У него есть ребёнок!, — его поведение становилось всё более понятным».

— Не знаю Орсей, если бы не ты, я бы решил вопрос раз и на всегда.

— Я слишком хорошо это осознаю милорд и благодарен вам.

— Да и неси её пока вниз, а я пока заберу драгоценные вещи, оставшиеся после твоего вора, нужно чтобы никто не сомневался в том, что дом ограбили.

— Слушаюсь милорд, — с тюком на спине он заторопился вниз, видимо опасаясь, что я передумаю и оставлю в доме еще один взрослый труп рядом с детским.

Собрав драгоценности из шкатулки и всё, что показалось мне ценным, я стал подходить со свечой к тканям и дожидался, когда веселые огоньки побегут по ним.

— «Наверно лучше пусть её считают сгоревшей в огне, после ограбления, чем пропавшей, — решил я, хотя изначально не собирался ничего поджигать, чтобы оставить явный след бандитского налёта, — тогда пыл короля остынет быстрее и граф лишится покровительства, отдавая свою маленькую жену на растерзание толстому борову».

Приканчивать самого графа, как я уже говорил, было полностью лишено смысла, так как его любая смерть не дала бы мне ничего и даже навредила бы. Все прекрасно знали, что у нас неприязнь, так что, как и в случае дуэли, его даже случайная гибель сейчас, когда он находился в зените популярности у короля, сразу бы бросила на меня тень, а так, потеряв рычаг влияния, он быстро лишиться его поддержки и когда о нём забудут, я смогу сполна насладиться своей местью. Я ведь не забыл ни единого слова и взгляда, ни единой интонации, с которыми он говорил со мной. Пока я не думал, какую же судьбу для него выбрать, но это будет что-то экстравагантное, в этом я не сомневался.

Оставив за собой тихий дом, из некоторых окон которого шёл дым, я сел в карету и постучал по крыше, чтобы горбун правил в сторону убежища Орсея. Молчаливый карлик, который стал постоянным и бессменным слугой хозяина, пугал всех в доме и прекрасно это осознавая, он сполна наслаждался этим. Я молчу про то, что его жалование было в разы выше всех остальных, и позволить он теперь мог себе многое. Даже его девушка-друг, которая согласилась помогать ему, уйдя из прачек, и та стала обращать на него больше внимания, когда он купил дом и нанял себе слугу — ведь теперь он мог себе это позволить!

— Орсей, надеюсь ты понимаешь теперь её важность, а также то, что жизнь девочки будет зависеть о того, найдут ли её или нет, — мы молчали всю дорогу, и только когда карета остановилась, я сказал вслед выходящему на улицу бандиту.

— Да милорд, — он склонил голову, — не волнуйтесь, о ней никто не узнает.

Я кивнул, и когда он закинул шевелящийся свёрток на плечо, приказал Кассию возвращаться домой — дело было сделано, пусть и не так, как планировалось изначально.

* * *

Все последующие дни я ждал шторма, который должен был разразиться над моей головой, но обо мне все забыли. Двор, а точнее король бурно отреагировал на новости о случившемся пожаре, а также смерти всех в доме графа. Дознаватели установили, что трупы, найденные на пожарище были убиты, а не сгорели, поскольку пристройка слуг мало пострадала от пожара. Наученные недавним горьким опытом местные жители подняли тревогу и сами бросили все силы на тушение пожара соседского дома, не дожидаясь, когда ветер перекинет его на их дома. Так что единственное, что всех вводило в недоумение — это пропажа трупа хозяйки поместья. Выдвигались различные версии, но как я слышал, всё чаще стали говорить, что бедняжка просто сгорела дотла, так как второй этаж при пожаре пострадал больше всего.

Поскольку случившееся было в центральном районе, попало больше всего капитану городской стражи, недовольный король выкинул его с должности, назначив на это место своего человека — виконта Герга — с которым я не был знаком. Я было подумал, что меня ждут неприятности, поскольку все договорённости на счёт занятия мной постов стражи были с его предшественником, но получив у него аудиенцию, я облегчённо вздохнул. Упитанный весельчак — жаждал только одного — чтобы его не трогали, и позволяли вести тот образ жизни, к которому он привык, а это конечно же была далеко не работа в душном и пыльном кабинете. Так что едва услышав, что я хочу продолжить заниматься стражей, чтобы наводить порядок в городе, он тут же расписался в бумагах своего предшественника, подтверждая данные мне полномочия, намекнув при этом, что если я справлюсь, то он подумает и о центральном районе, в котором проживали только дворяне. Ключевым моментом в нашей встрече стало то, что когда я достал перстень с огромным опалом и подарил его ему, в честь укрепления наших новых отношений, виконт окончательно растаял. Расчувствовавшись, он попросил приезжать чаще, если мне что-то понадобится. Я конечно же понял этот намёк, что при каждой подобной просьбе, её нужно будет подкреплять соответствующим даром, так что заверив его что «сразу же и непременно», мы довольные друг другом, расстались. Заехал я и к лейтенанту, чтобы узнать новости, но он был слишком хмур и неразговорчив, чтобы вытянуть у него что-то касающееся пожара в доме графа Негла, так что пришлось покинуть его и обратиться к уже знакомым секретарям, которые за десять золотых охотно поделились со мной новостями, что и над лейтенантом сгустились тучи. Король рвал и метал, так что доставалось всем, кто хоть как-то мог повлиять на предотвращение этого преступления, только заступничество нового капитана, который свалил на своего заместителя всю работу, помогло ему, но ничуть не добавило в его жизнь довольства и счастья. По словам клерка, новый капитан принимал исключительно дворян, а всю остальную очередь перенаправил сюда, так что мне очень повезло, что меня пропустили без очереди, так как ставки на то, чтобы попасть к нему на приём выросли в два раза.

Обрадованный свершившимися изменениями, я отправился к принцессе, чтобы она узнала, что творится с графом Неглом, ведь ради этого всё затевалось. Конечно она не должна была знать причину этих изменений, так что я хотел просто в разговорах с её приближёнными, позадавать пару наводящих вопросов.

Оказалось, что этого делать было совершенно не обязательно. Подходя к покоям принцессы, я услышал, как разговаривавшие двое дворян перемывали косточки моему недругу. Один из них ехидно заметил, что без своей жены его популярность резко пошла на убыль и якобы вчера утром король не его первого позвал к себе на утренние процедуры.

Подкравшись к говорящим, но так чтобы за колонной меня не было видно, я прислонившись к ней спиной, стал слушать дальше.

— Так это правда, что и герцог Дарел включился в гонку за руку, а точнее постель короля?, — невидимый мне собеседник говорил тихо, но в его интонациях сквозил сарказм.

— Да, привёз свою дочку из поместья и теперь при любом удобном случае показывает её королю.

— Ну она не такая молодая конечно, как прежняя фаворитка, но определённые заинтересованные взгляды Его величество кидал на неё, я видел сам.

— Если учесть ещё жён небезызвестных нам барона и маркиза, — тут была в их разговоре пауза, когда мимо них стали ходить другие дворяне, и они перешли на шёпот, я старательно прислушивался, но понимал лишь обрывки фраз из которых становилось понятно, что за влияние на короля при дворе началась нешуточная борьба. У кого были малолетние жёны или дочери, активно пытались их продвигать и показывать на балах и просто прогулках короля, стараясь его заинтересовать. Граф же Негл, пока не был отодвинут в сторону, но с каждым днём терял былое влияние, дворяне несколько раз это подчеркнули с ехидством, что графом он скоро останется номинальным, поскольку и титул и большая часть из принадлежащих ему сейчас владений, были подарены королём, так что если Его величество присмотрит себе новую девушку, в королевстве станет на ещё одного нищего графа больше. Я так понял по их «сочащимся ядом» комментариям, что и графом он стал год назад и только благодаря своей жене, удачно подсунутой под короля, а так он был раньше обычным бароном, просто однажды удачно съездившим на бал и чью жену, к которой до совершеннолетия по идее никто не должен был прикасаться, присмотрел себе король.

Дворяне перешли на другие сплетни, так что я быстро ретировался, пока меня не обнаружили, всё что касалось нужных мне новостей, я узнал. Можно было в принципе уезжать, но с другой стороны почему бы и не зайти к принцессе, которая всё чаще намекала мне, приезжать к ней без моего постоянного сопровождающего. Он и сегодня хотел со мной поехать, едва узнав, что я еду во дворец, но дела на стройке помешали этому, так что мы разъехались на одном из перекрёстков улиц, я поехал в центральную часть, а он в порт. Два квартала быстро выросли и осталось только чистовая отделка, так что теперь всё время было уделено порту. Имея карт-бланш, хоть и номинальный пока, я оттеснил всех купцов и торгашей в сторону, которые повалили ко мне толпами, лишь узнав, что я не буду разрешать никому строить склады у пристаней, а сам построю каменные, и буду сдавать их в аренду всем желающим. Количество возмущённых людей тут же перевалило планку моего терпения, так что головорезам Орсея был дан прямой приказ гнать все бригады, кроме наших, которые пытались отстроить в порту хоть что-то.

Я был уверен, что жалобами на меня и моё самоуправство была завалена не одна канцелярия, но в паре случаев, я подмазал кого нужно, а в остальных всем было на это наплевать — у графа де Берзе есть бумаги, на разрешение строительства? Вы их не видели, но принцесса ведь постоянный гость на стройке? Ну так идите к ней или королю, который позволяет эту стройку. Вы где-нибудь видели раньше, чтобы королевская кровь лично участвовала в запрещённом строительстве? Нет? Ну так сначала найдите доказательства, что граф что-то нарушает, а потом приходите к нам.

Чаще всего именно с такими словами в канцеляриях посылали всех недовольных и зная это, я всячески выпячивал присутствие принцессы в моём проекте, по делу и без дела зовя её к себе и показывая, что и как мы строим. Эта наивная дурочка, думая, что я вовлекаю её в стройку, поскольку даже назвал один из строящихся каменных причалов её именем, не вникала в остальные подробности масштабного проекта. Если кто и подозревал к чему всё идёт, так это купцы, ну и собственно Валентайн, который курировал абсолютно всё и был в курсе всех нюансов. Если с купцами всё было просто и я уже упоминал, что они не могли никуда пробиться со своими жалобами, с молодым парнем я вообще ничего не предпринимал, мозги его напрочь отключались, когда он видел ЕЁ. Частых визитов принцессы было более чем достаточно, чтобы он убрав из головы все подозрения и просто истекал слюнями в моменты её появления, тащась за ней как собачонка. Нужно отдать должно Ники, она увидела в нём талант, так что всё чаще с ним разговаривала и обсуждала интересующие её вещи, но он не понимая того, что её интересует не он сам, а его творение, думал похоже, что близок к заветной цели — покорить её сердце. Я в такие моменты старательно не влезал в их разговоры, либо уходя в сторону, якобы по делам, либо просто поддакивал, говоря, что архитектурный гений маркиза мне ранее никогда не встречался, поднимая таким образом его лояльность ко мне до невиданных высот. Если бы не это, то у далеко неглупого молодого человека наверняка были бы вопросы к тому, что я тут устроил самозахват стратегически важного объекта для города. А так, когда принцесса уезжала, он клялся мне потом в вечной дружбе и умолял когда закончиться стройка, придумать что-то ещё совместное с принцессой. Как куратор всего он лучше всех понимал, что заданный мной темп позволит закончить всё буквально еще через месяц-другой. Каменные дома, по однотипному проекту, теперь возводились словно из песка на берегу моря, с такой скоростью они вырастали на пустом месте. На самом деле всё было просто — строители набили руку и довели все процессы практически до абсолюта. Количество людей на стройке стало более или менее постоянным, все знали, что делать и каждый выполнял свою функцию, как часть большого и сложного организма. Так что его беспокойство было мне вполне понятно — не будет стройки и он снова станет лишь бледной тенью старшего брата.

— Ваше высочество, — я склонился по всем правилам, зайдя внутрь. Десяток обернувшихся голов, из которых только парочка рада была меня видеть.

— Граф!, — Ники быстро встала и попросив подождать друзей, по привычке потащила меня к себе в личные покои, хотя тем для общения тет-а-тет пока и не было, всё можно было обсудить и в общей комнате, не привлекая к нашему уединению пристального внимания. Я знал, что по этому поводу особо не судачат, так как рядом находилось много людей, к тому же я был слишком стар для того, чтобы конкурировать с молодыми жеребцами, так что особых сплетен по этому поводу я не слышал, так пересуды, что я слишком сильно стал влиять на принцессу, которая из затворницы превратилась в любимицу простых людей — часто появлялась на улицах, была добра и милостива со всеми, а особенно с пострадавшими от пожара.

— Ники, — я слегка пожурил её, когда она едва ли не силой втащила меня к себе, — принцессе не пристало так много внимания уделять мужчине.

Тут мне пришлось заткнуться, так как мои губы оказались заняты, тесно прижавшимися губами девушки. Она обернулась и поднявшись на носочки, попыталась меня поцеловать. Конечно поцелуй был очень неумелым, она просто прижалась губами к моим губам, но она сама это сделала!

Я не ответил на её поцелуй и она отодвинулась от меня с обиженным выражением.

— Ники, что это сейчас было?

— Поцелуй!, — она сощурила глаза и враждебно на меня посмотрела, — могли хотя бы сделать вид, что вам понравилось.

— Ники, ты молодая, привлекательная девушка и например Валентайн за подобное отдал бы руку, но я старый человек и осознаю, что у всего есть последствия.

— Я не хочу о нём говорить!, — огрызнулась она, — я хочу о нас говорить!

— Ники, никаких нас нет!, — отрезал я, но понимая, что возможно сейчас не лучшее время для споров и поэтому попытался смягчить свои слова, — точно не когда за дверью сидит десяток твоих друзей, а их уши наверняка приложены сейчас к двери.

Она испуганно зажала рот, с её лица пропала злость и она подойдя ко мне, взяла мою ладонь в свои руки.

— Анри, ну пожалуйста, ты первый человек, с которым мне хочется постоянно быть рядом. Слушать тебя, смеяться над твоими шутками, грустить вместе с тобой.

— «Когда это я шутил?, — удивился я».

— Я и так не должна тебе этого всего говорить, все учителя как один постоянно вбивают мне в голову, что я должна ждать и никогда не проявлять эмоций, а особенно по отношению к мужчинам. Они говорят, что все хотят от меня только одного и получив доступ к моему телу, тут же примутся влиять на отца. Но я же вижу, что ты не такой! Ты единственный, кто от меня ничего не хочет! Каждый раз ты приходишь только по нашему проекту и никогда не просишь ничего для себя лично, ни у меня, ни чтобы я попросила отца.

— У меня всё есть Ники, — я сделал голос мягче, сейчас точно не время было ссор, тогда, когда от поддержки принцессы так много зависело. Пожалуй можно было дать её малюсенькую надежду, — ты мне нравишься, то как ты относишься к людям, как чутка к их проблемам и заботам.

Щёки девушки вспыхнули румянцем и она прижалась ко мне, не отодвигаясь даже тогда, когда почувствовала уплотнение у меня в штанах. Вместо этого она жадно посмотрела на меня снизу вверх и чуть приоткрыла рот. Пришлось чуть наклонить голову и мягко её поцеловать в тёплые и податливые губы.

— Анри, — жарко прошептала она, теснее прижимаясь ко мне.

— Ники, — я отстранился, — тут ну совершенно не место, если кто-то войдёт, твоей репутации конец.

Она разочарованно посмотрела на дверь, но тем не менее отошла дальше, закусив губу и сев на кровать.

— Ну почему всё так сложно Анри?!, — она жалостливо на меня посмотрела, — почему я просто не могу быть счастливой?

— Ты принцесса, поэтому это твоя обязанность, — я пожал плечами, — выйти за того человека, которого даст тебе отец и жить с ним, поскольку достаток страны важнее, чем личное счастье.

— Мне все об этом говорят!, — она зло ударила кулаком по кровати, — отец намекал и не однократно, что возможен союз между нами и Дорном.

— Даже так?, — это новость была новой для меня.

— «Король хочет отдать свою дочь за соседа, который терроризирует ему торговлю, чтобы примириться с ним, не плохой шаг, — оценил я, — вот только ход этот не сильного короля».

— Да, мне показывали портрет принца, но Анри, он ещё слишком молод!

— Так вы уже помолвлены?

— Ещё нет, через полгода мой день рождения и они приедут на него. Отец говорит, чтобы я готовилась, поскольку он хочет сделать королю Дорна предложение.

— «Хм, — я задумался, — это вообще не вписывалось в мои планы, так что нужно будет уделить этому событию пристальное внимание».

Она встала с кровати, чтобы подойти ко мне, но тут дверь открылась и вошедший мажордом провозгласил.

— Граф де Берзе, вас требует к себе Его величество.

— «А вот и гром, — с досадой подумал я».

— Да, конечно, — я повернулся к Ники, глазами показывая, чтобы она шла за мной.

Девушка понятливо кивнула и пошла за нами. За ней потянулась и остальная свита.

— Граф де Берзе, сир, — мажордом откланялся и отошёл в сторону, замерев у двери. Я же кланяясь и кланяясь, подошёл к столу, где король обедал.

— Граф, — он пощёлкал пальцами в воздухе, чтобы стоявший рядом дворянин налил ему ещё вина, — я слышал вы нарушили моё распоряжение.

— Какое Ваше величество?!, — притворно ахнул я, — кто посмел такое предположить? Я целиком и полностью ваш верный и преданный слуга.

Он недовольно посмотрел на меня, но тут дверь отворилась и в комнату вошла принцесса.

— Ники?, — он удивился, — я не посылал за тобой.

— Мне нельзя пообедать с тобой?, — вот что нельзя было у женщин отнять, так это наивность и простодушие, за которые им многое прощалось. Так и в этот раз, не найдя слов, чтобы выпроводить её, не обидев при этом, король показал ей присаживаться за стол, но меня так и оставил стоять. Дворяне, которые окружали его позади, так же смотрели за нашим разговором, лишь некоторые из них помогали накладывать ему еду в блюдо или подливали вино, как я заметил, их было всего трое, кому дозволялось это делать.

— Да, граф Негл доложил мне, что не согласовав с ним, вы начали стройку и даже говорят что-то успели построить.

— Ваше величество!, — я приложил руки к груди, — Её высочество не даст мне соврать, мы предоставили графу всё требуемое и даже больше, полный доступ ко всем документам и отчётностям. И как я понял, он остался всем доволен и намекнул, что проект ему угоден.

— Намекнул?, — король внимательно на меня посмотрел.

— Да, — не моргнув глазом соврал я, — мы с принцессой именно так и подумали.

Я посмотрел на Ники, прося поддержки, что девушка конечно же и сделала, тут же заверив короля, что всё было в точности так, как я сказал.

— Да? По его словам всё было не так, — засомневался король, но не мог же он сказать, что я и его дочь, оба нагло врём, глядя ему в глаза, — к сожалению граф отбыл по моему поручению и вернётся только через пару дней, тогда и поинтересуемся у него, что же конкретно он вам сказал.

— Конечно Ваше величество!, — жарко ответил я, — нисколько не сомневаюсь, что его сиятельство подтвердит наши с принцессой слова.

— Хорошо, я вызову вас, когда вы мне понадобитесь, — он помахал пальцами, показывая, что я свободен. Я же кланяясь, отступил задом к двери и выйдя из покоев, едва не выдохнул.

— «Срочно узнать, куда отправился граф!, — мысли заметались у меня в голове, — если он не в столице, нужно срочно его перехватить!».

Занятый этими мыслями, я пошёл вниз, нужно было быстро организовать поиск и узнать, куда же он отправился. Для этого мне нужен был Кассий и его подружка, которые смогут узнать у слуг и конюхов больше, чем я, бегая и расспрашивая по дворцу дворян, привлекая к себе внимание. К тому же нужно было придумать, что делать с чувствами принцессы — это может стать настоящей проблемой, если я пущу всё на самотёк — малолетняя дурочка похоже и правду в меня влюбилась.

Уже через два часа я знал куда и зачем отправился граф, оказалось, что он по старой привычке высказал недовольство присутствием на утреннем моционе короля, пышущей молодостью и задором дочери герцога Дарела, за что тут же был отправлен королём с депешей в загородный дворец, чтобы его подготовили к приезду. Причём он не только должен был передать письмо управляющему, с чем справился бы и обычный гонец, но и принять участие в приготовлениях и только после этого, вернуться обратно. Радости ему это поручение не принесло, ведь король явно удалял его от себя, чтобы он не мешался под ногами, но не выполнить прямой приказ не мог.

Мне же можно было сильно не торопиться, в запасе была пара дней до его возвращения, но я решил не упускать отличный шанс, так что утром я пересел с кареты на лошадь и отправился по дороге в загородное поместье короля. Во-первых, дело было слишком деликатным, чтобы перепоручать его кому-то другому, ну и во-вторых, моя месть была слишком близка к своему воплощению, чтобы делить её ещё с кем-то. Причём мне доставляло удовольствие не сам факт её будущего свершения, а то, что ещё одна раздражающая фигура уйдет с моей дороги, так что я собирался хорошо изучить местность и подкараулить его вечером на обратном пути, когда бдительность снижается, а желание попасть домой становится тем больше, чем ближе к нему ты оказываешься.

* * *

Не смотря на длительную подготовку и приготовления, всадники появились на дороге очень быстро, и я едва успел занять выгодную позицию, как они поравнялись со мной. По богатой одежде я сразу приметил нужно мне человека. Сосредоточившись, я вырастил из земли ледяные копья, направленные в сторону трёх всадников, лошади которых на полном скаку напоролись на них и с громким ржанием боли сломав лёд, упали на землю, хрипя и пуская кровавую пену, суча при этом ногами. Всадники же улетели вперёд, да с такой силой, что два бездвижных тела лежали на земле, а третье зависло в воздухе, вращаясь в снежном буране, который подхватил его, едва лошадь ударилась о ледяное копьё, да так и удерживал его в себе, пока я осматривал его попутчиков, оказавшимися вооружёнными слугами. Один был мёртв, а второй хрипел, силясь встать на колено. Быстро добив его, а также прекратив мучения животных, я унял буран и тело графа стукнулось о землю, вызвав у него болезненный вскрик. Пока он не пришёл в себя, я легким ударом эфесом шпаги оглушил его и крепко связав, отправил отлеживаться в лес. Самому же предстояло немного почистить место убийства, чтобы меньше нашли на нём следов. Испачкавшись в крови и пыли, я используя свою лошадь, за полчаса оттащил все тела за обочину и заморозив их до максимума, затем разбил получившиеся статуи на мелкие части. Со скелетами было сложнее возиться, но мне особо трудиться и не стоило — местная дичь растащит получившиеся куски сразу, как только до них доберутся, а мне нужно было заняться графом, пока не сильно стемнело.

— Кто вы? Что вам нужно?, — поливание водой из фляги привело его в чувство, заодно и вернуло ему прежнюю уверенность в себе.

— Подпишите эти бумаги, и свободны, — я был в своей привычной широкополой одежде и плаще, чтобы меня не узнавали по фигуре, но голос конечно было не скрыть, так что пленник сначала силился увидеть под надвинутым капюшоном моё лицо, но едва я сказал слова, как он на минуту нахмурился и узнавание осенило его лицо.

— Я знал, что вы проходимец граф де Берзе!, — он радостно закричал, пытаясь пошевелиться, но связанный по рукам и ногам, едва не завалился на бок, дерево, к которому он был прислонён спиной, не дало ему этого.

Улыбнувшись, я откинул капюшон и протянув руку для видимости эффекта, слегка заморозил ему спинную жидкость. Угрозы тут же сменились на вопли боли, и он всё-таки упал на землю.

— Граф вы ведь понимаете, что я проделал такой большой путь не для того, чтобы выслушивать ваши угрозы, — я подошёл и вернул ему устойчивое положение, — поэтому просто подпишите и вы свободны.

Ума у него может и не было, но чувство самосохранения работало на отлично.

— Поклянитесь словом дворянина, что отпустите меня!

— Клянусь своей дворянской честью, что отпущу вас и не буду чинить дальнейших препятствий, — легко я дал обещание.

— Развяжите мне руки, — он пошевелился, показывая взглядом на связанные за спиной руки.

Я подошёл и вытащив шпагу, аккуратно разрезал верёвку, стараясь не порезать ему кожу. Он оценил жест и дождавшись, когда я принесу письменные принадлежности, поставил свою визу на проекте, а также на рисунках Валентайна, что не возражает против экспериментального решения графа де Берзе, построить дома в кредит для граждан столицы, лишившихся крова из-за пожара.

— Всё!, — он посмотрел на меня исподлобья, и тут же отвернулся, когда я заметил выражение любой злобы в его взгляде, я не сомневался, что стоило ему только попасть во дворец, как все его росписи станут не более, чем рисунками чернил на бумаге, но я и не собирался давать ему такую возможность. Посмотрев, что всё в порядке, я разрезал ему верёвку на ногах и отдал шпагу, он застёгивая поясной ремень, всё ещё поглядывал на меня, с вопросительным выражением, словно не веря в то, что я его просто отпущу.

— Я верен своему слову, вы свободны граф, — я пожал плечами и отвернулся, надеясь, что он нападёт на меня со спины.

Судя по шороху листьев, он если что и планировал, то передумал, увидев мою магию, так что шорох прекратился и затем удаляющиеся шаги в сторону дороги, доказали его сообразительность.

Когда я собрался и вывел свою лошадь, его тело лежало на дороге, маленький кристалл льда, попавший в сердце прервал его жизнь и я нисколько не переживал о данном слове. Понятие чести я мог применять только к достойным людям, а граф им точно не был. Подложить ребёнка под короля, только чтобы стать фаворитом — не лучшая его рекомендация в этой жизни.

Забрав кошелёк и драгоценности с тела, я сняв с него одежду и сапоги, стал переодеваться в одежду мертвеца, хоть она и была мне слегка велика, после этого осталось спрятать труп, да так, чтобы его не нашли. Если пропажу слуг ещё можно будет как списать на случай, то его тело не должны были обнаружить и мне пришлось постараться, чтобы его закопать.

Дальше я планировал под видом графа, в его одежде, плаще и седлом с вензелями въехать в город, устроив на воротах скандал, чтобы стража меня обязательно запомнила, а потом сесть в ожидающую меня карету и переодеться, избавившись от одежды. Графа должны были видеть въехавшим в город, но пропавшим без вести после этого. Такую сложную комбинацию пришлось осуществить только с одной целью — я ещё сам не знал, буду или нет показывать эти бумаги королю, склоняясь к тому, чтобы показывать их только заинтересованным чиновникам, чтобы видели, что я выполнил его волю. Правда, если Его величество пожелает, то конечно, показать придётся и вот тут я собирался рассказать, что подписал документ, встретившись с графом после его приезда в город, это подтвердят и стражники на воротах, и все будут искать его в городе, но никак не на дороге.

Кассий ждал меня в условленном месте, так что не составило труда слезть с лошади и исчезнуть в карете. Карлик должен был избавиться от седла, пока я переодеваюсь, так что время для отдыха у меня было. К тому же заботливый слуга оставил мне две корзинки, в одной из которых лежала лёгкая закуска в виде сыра, вяленного мяса и овощей, а в другой две бутылки вина. Причём я его об этом не просил, он сам догадался и сделал, что конечно только добавило ему моего расположения.

Избавиться от вещей я решил сам, не доверяя никому, ведь их наличие будет слишком сильной уликой против выстроенной мной линии повествования, так что я планировал избавиться от них, выкинув с камнем в море, как раз нужно было проверить, как идут дела на пристани.

Глава 7.

Дела налаживаются

— Высочайшим повелением, графу де Берзе присваивается титул почётного гражданина города Эйвора, за неоценимый вклад в развитие и процветание нашей любимой столицы. Да здравствует король!! Да здравствует граф!!, — герольд зычным голосом прокричал указ, а я стоя на помосте, ласково всем вокруг улыбался, и пытался успокоить беснующуюся толпу.

Насколько я был популярен у себя в квартале, ни шло ни в какое сравнение с тем, когда мы с принцессой после окончания строительства, стали принимать погорельцев и подписывать договора аренды жилья. Многие из них сетовали, что ежемесячная цена съёма высока, но едва они увидели дома, как тут же всяческие разговоры прекращались — люди просто замерев, несколько минут стояли неподвижно, не веря, что подобная красота достанется им в личное пользование, пусть и на момент съема, но ведь договора предусматривали досрочный выкуп, что только добавляло привлекательности новому жилью. Нет, я не могу сказать, что все жители решили вернуться на прежние места, были и такие которые отказались возвращаться, мотивируя свои отказы тем, что слишком дорого будет жить в новом жилье, но вот для меня в их отказе не было вообще никаких напрягов, стройные ряды каменных домов и широких каменных же мостовых привлекали к себе взоры зажиточных людей из соседних кварталов, теснящихся кто в чём, так что когда к нам стали приходить с просьбами поселиться в тех домах, которые пустовали, я сразу же дал разрешение и вскоре в кварталах не осталось ни одного свободного дома! На жителей новых каменных домов посматривали с легкой завистью, ведь у них кроме рынка появился свой небольшой пост стражи, который усиливал северный.

То с каким усердием стража в новеньких доспехах и сверкающим оружием стала наводить везде порядок, встретило ожесточённое сопротивление банд города. На отряды стражи пытались нападать, пытались усложнить им жизнь, делая массовые налёты на горожан. Стража на это ответила тотальным террором — любой кто попадался им на преступлении, без суда, сразу подвергался наказанию. Руки и головы преступников разбивались налево и направо, а новый символ стражи — деревянная киянка — вскоре появился как элемент декора на одеждах тех стражников, которые входили в посты с надписью на входе «Мы на страже». Никто не понимал откуда они узнают о тайных местах залегания местных преступников или делают засады именно в тех местах, куда только собирались делать налёты преступники. Бандитам казалось, что стража предугадывает их ходы, что конечно же заставило многих выдвинуться из своих насиженных мест в другие кварталы, сталкиваясь и там с патрулями со знакомой до боли эмблемой на одеждах.

Город захлестнула волна насилия, но насилия закона, когда никто из преступников не мог почувствовать себя в безопасности. Самое странное было в том, что и среди лейтенантов преступного мира, которые сами давно не ходили на грабежи и убийства, также произошла большая смертность — их находили заколотыми в собственных домах или логовах, о существовании которых мало кто знал, уж точно стража не могла ни от кого узнать подобного. Всё это только подливало масла в огонь и часть банд переместилось в единственный квартал, где на плащах стражи не было символов инструмента строителей. Вот там преступность возросла в разы, отрываясь на простых гражданах и даже дворянах, и мстя за обиды, нанесённые им в родных местах, жестокость преступлений в этих местах стала обыденным делом. Иногда труповозки по утрам были битком полны, ведь кроме того, что гибли простые горожане, так ещё такая скученность банд в одном из не самых больших районов, привела к тому, что начались переделы сфер влияния, а также контроль территорий. Бандитов было много — места мало, так что кто-то неизбежно умирал, освобождая место более сильному.

Стража только в одном вела себя странно — ловя некоторых бандитов на улицах, она осматривала их запястья, сличая рисунок на руке со своим на бумаге, и если татуировка хотя бы парой линий не совпадала, пойманного бандита сильно избив и порезав запястье крестом, отпускали. Вот только редко кто видел потом людей с исполосованным запястьем — все они таинственным образом исчезали, в отличии от тех, кто стал носить специальные рубахи с укороченными рукавами, гордо демонстрируя окружающим символ новой банды — которая набирала всё большую популярность и силу, но главаря которой и офицеров мало кто знал. Главный их плюс был не только в том, что этих преступников обычно за мелкие преступления стража просто дав пинка, отпускала, но и в том, что всем пришлым к ним, предоставлялось жильё и еда, правда которые нужно было отрабатывать, но никакая другая банда таких условий не предлагала, так что желающих вступить в неё было сотни. Брали не всех, отсеивая остальных молча, не объясняя причин, что только добавляло «Кулакам» таинственного налёта и романтики.

— Ваше сиятельство, — стоявшая рядом со мной принцесса счастливо улыбалась и замахала всем вокруг, толпа тут же взревела, выкрикивая её имя, вслед за моим, — спасибо вам за это! Сегодня я впервые с тех пор, как умерла мама, чувствую себя по настоящему счастливой!

Я чуть нахмурился, но быстро вернул улыбку на лицо и махая приветственно собравшейся толпе, тихо ответил, чтобы меня не слышали окружающие нас дворяне и чиновники. Все собрались на формальное открытие жилых кварталов и порта, всё давно функционировало, но магистрат города решил устроить общенародный праздник на день, совпавший с днём основания города. Пришлось мне раскошелиться и выставить длинные столы с простой едой и самым дешёвым вином, чтобы любой пришедший мог примкнуть к празднованию. Понятное дело, что там, где халявная еда и выпивка, всегда будет куча народу, пришло столько, что даже гвардейцам пришлось потесниться, чтобы позволить людям выразить свою благодарность мне и принцессе.

Выступающие чиновники во всю старались примкнуть к нашей славе, но по большей части это было бесполезно, тут присутствовали, как строители, которые прекрасно знали, кто является здесь хозяином, так и бандиты Орсея, которые вместе со стражей, которая старательно делала вид, что не замечает крепышей с короткими рукавами рубах, обеспечивали порядок на данном мероприятии. За всё конечно же приходилось платить, хорошо ещё что хоть стража работала за жалование, пусть и с моими доплатами. Вообще мои «крыски» хорошо поработали, получая вознаграждение за каждого разоблачённого казнокрада. С каждым месяцем качество еды на столах стражи улучшалось, а мясо можно было увидеть не только в чашках сержантов. Оказалось, что если большая часть довольствия всё же доходит по назначению, жизнь у стражников магическим образом преображалась. В рядах моей стражи сразу стало престижно служить, и количество желающих получить такую престижную работу просто зашкаливало. Гори ввёл специальные вступительные экзамены, для соискателей, чтобы они показывали своё умение в кулачном или окружном бое, и только по результатам их проводились новые наборы.

— Ваше высочество, вашей заслуги в этом не меньше, слышите, как выкрикивают ваше имя?, — специально громко сказал я, чтобы стоявшие дворяне из её свиты ещё больше завидовали.

Принцесса конечно была на пике популярности, её постоянные приезды на стройку, а потом и подписание первых договоров с жителями, она делала своей рукой, так что она прямым образом ассоциировалась у народа с новыми красивыми кварталами, вызывая ревность у окружающих её молодых людей.

— Друзья, спасибо что пришли на наш общий праздник!, — я поднял руку и как по жесту могущественного мага, на площади настала гробовая тишина, — я благодарю в первую очередь нашу принцессу, за подаренный нам праздник, если бы не она, этого проекта вообще бы не было, а также хочу поблагодарить магистрат и его главу за прекрасно организованный праздник. Слава Эйвору!! Слава королю!!!

Площадь снова забилась в эмоциях, так что пришлось ещё несколько минут покричать про короля и про то, как много все поработали. Когда людей удалось немного успокоить и отвлечь на еду, я напомнил всем, что в остальных частях города все не так безоблачно и ещё есть кварталы, где ступать страшно, так что надеюсь, что жители соберут собрание и обратятся к магистрату с просьбой, разрешить построить у них такие же прекрасные дома, как и в наших новых, отстроенных после пожара кварталах.

При моих словах, которые я тщательно готовил, но никому не говорил о них ранее, чиновники из магистрата побледнели, а потом позеленели, когда народ подхватил мои слова и начал скандировать о том, что они тоже хотели бы себе такие дома. Они кричали так (зря я что ли доставил на праздник несколько очень горластых людей и даже бардов), которые тут задавали тон этим выкрикам, а простые граждане на пике того, что столы ломились от халявной еды и вина, готовы были пойти за мной хоть на край света и поэтому легко подхватывали любые озвученные призывы. Чиновникам ничего не оставалось делать, как пообещать подать прошение королю, о рассмотрении перестройки города, или хотя бы беднейших кварталов, которые могли сгореть в любой момент.

Народные гуляния продолжились, но мне на них нечего было уже делать, нужные мысли в головы горожан и магистрата я занёс, так что осталось сослаться на срочные дела и попытаться скрыться.

— Анри!, — рука перехватила меня на спуске с платформы и я встретился взглядом с сияющим от счастья лицом принцессы, — куда же ты?

— Прости Ники, к сожалению у меня дела в порту, купцы попросили с ними встретиться и обсудить ставки налогов на использование моей инфраструктуры.

— Как много непонятных слов!, — восхитилась девушка и подошла ко мне ближе, за нами тут же стали наблюдать множество глаз.

— Веселись, ты всё это заслужила, — я улыбнулся ей, представляя, что доложат королю, который не пожелал приехать, отдав всю славу дочери. Он наверняка считал, что будет не много народу, ведь если бы он узнал истинные масштабы затеваемого гуляния, бросил бы всё и приехал сюда — какой государь не любит, чтобы его имя скандировала толпа? Я таких точно не знаю. Возможно его дезинформировали придворные, возможно магистрат, который не знал о дополнительных столах с едой и напитками, которые я организовал и распространил слухи об этом сразу в народ, но факт оставался фактом, король не приехал — так что вся слава досталась мне и принцессе. Обратной стороной такой популярности было конечно то, что количество завистников у меня во дворце редко прибавиться и хотя, вроде бы я никак не влияю на короля, да что там, даже не приближен и допущен к его телу, но тем не менее, стоит моей праздничной карете с гербами показаться на людях в кварталах города, всегда находился тот, кто узнавал её и стал поприветствовать, собирая небольшие толпы людей, которые тоже радовались, увидев меня. Все до одного в кварталах знали, кому обязаны такой стражей, которая словно гигантской метлой очищала город от преступности. Я не скромничал и практически везде висели напоминания моего имени и герба, так что и не удивительно, что мою карету узнавали и приветствовали всюду, кроме центрального квартала. Лейтенант и новоиспечённый капитан с завидным упорством не сдавали свой последний бастион, понимая, что если отдадут мне всю стражу в городе, хоть и при своём номинальном руководстве, я тогда начну без оглядки на них, наводить свои порядки везде. К тому же кому они станут нужны, а также кому будут нести взятки, если я всё подомну под себя? Уж точно не им и это они тоже прекрасно понимали.

Моя стража работала так эффективно, что я слышал даже от сторонних лиц, что виконт Герг, осознав наконец, что подставить меня гигантским объёмом работы и потом обвинить в росте преступности не удалось, всеми правдами и неправдами сейчас пытался доказать королю, что у меня всё получилось случайно и если всё вернуть как было, то он сам прекрасно справиться с этим простым делом и без меня.

А вот тут уже вступал в дело момент, который я не учитывал в своих раскладах, кроме тех, кому я своими действиями наступал на больные мозоли, в столице было множество дворян имевших недвижимость не только в центральном квартале, но и небольшие поместья в других частях города, так вот как раз они все, как один рассказывали, что их кварталы стало не узнать, с улиц исчезли многие попрошайки, а новая стража отлично несёт службу, да так, что при их появлении ворьё разбегается кто куда. Так что вот так неожиданно, я получил поддержку оттуда, откуда не ожидал. Ведь я собирался в случае, если он передумает и снова отнимет у меня контроль за стражей, которая сейчас по численности превосходила тот состав, который оплачивал магистрат города в пятьдесят раз, просто убрать с улиц эти патрули, уведя их в отпуска на половинном жаловании. Такое сокращение неизбежно сказалось бы на качестве и эффективности противодействия преступности, но до этого дело не дошло, трезвые умы, которые заботясь о своём имуществе объяснили всё королю, на примерах показав, что граф может себе позволить тратить свои деньги как ему заблагорассудится, а если при этом выходит несомненная польза городу, то это только на пользу Его величеству, ведь по качеству жизни в столице, купцы и другие государства оценивают и всё королевство в целом. Против этого аргумента у капитана стражи не нашлось аргументов, к тому же ему было высказана претензия, что если он за три месяца, оставшиеся до празднования дня рождения принцессы, и как следствии этого приезда кучи гостей, не наведёт порядок в центральном квартале, откуда сотнями идут жалобы на творившиеся там бесчинства преступников, то его передадут графу де Берзе, как и вообще целиком управление городской стражей, если уж ему так нравится ей заниматься, почему бы это и не узаконить. Бледный виконт выполз тогда от короля в крайне плохом настроении, так что мне рассказывали, что я теперь стал его злейшим врагом.

Конечно же желающих посетить мою гостиницу возросло, но не так чтобы сильно, не говоря уже про то, что приглашений на ужин или бал по-прежнему было крайне мало, в основном от тех дворян, чьи дома находились в кварталах, которые охраняла моя стража. Так что в общем и целом, оба мои проекта по строительству новых кварталов и наведению порядка среди стражи, принесли мне заслуженную популярность в основном у простых людей, я ведь изначально делал основную ставку на именно эту популярность у жителей столицы, а не дворян, так что пожал то, что посеял. Мою карету простые жители столицы готовы были носить на руках, пока не спала эйфория от нововведений и безопасных улиц, но я нисколько не сомневался, что такого понятия, как «человеческая благодарность» не существует, очень скоро все те, кто меня прославляет, буду кричать и требовать ещё и ещё благ — так уж устроены люди.

Именно для этого я сделал следующий шаг, чтобы меня начали уважать и бояться дворяне, и для этого мне требовались деньги, которых с каждым днём у меня становилось всё больше, и я мог рассчитывать не только на старые накопления в виде драгоценных камней и чеков, выданным мне королём. В основном новый источник финансирования был связан с портом и торговлей, поскольку отдавая свои склады под временное хранение товара, а также обеспечивая его охрану, я не стеснялся и брал с купцов хорошие деньги за свои услуги, тем более что других альтернатив у них просто не было — либо я, либо ищи себе другой рынок сбыта.

Так что при наличии денег, я начал реализовывать следующий этап своей жизни в столице — подкуп и запугивание слуг, всех главных Родов королевства, а также дворцовой прислуги — я хотел знать всё, даже если король случайно пукнет во сне, то сколько раз и в какое время это произошло. Мне для планирования своих дальнейших действий катастрофически не хватало информации о дворянах, их тайн, интриг, так что нужно было создавать собственную сеть информаторов, чтобы средства давления на некоторые Роды у меня появились. Ведь случайно оброненный факт, о котором никто не должен был знать, может прикончить любого аристократа побыстрее шпаги и кинжала — эти методы я прекрасно развил и отточил на прошлом месте службы, так что и тут собирался пойти этим же путём. Сейчас же при отсутствии нужной информации, я тыкаться везде словно слепой котёнок, пытаясь по крохам собрать нужные мне сведения, а вот если создать сеть, которая сама будет приносить мне всё: начиная от новостей и сплетен, заканчивая выкрадыванием писем и подкладыванием яда в тарелку — тогда я могу контролировать жизнь многих людей!

Правда, как и всегда, для нового направления деятельности мне снова нужен был профессионал, который бы с моими средствами взял под контроль такое сложное и крайне деликатное дело, тут нужно было обладать определёнными навыками, которые не получишь просто так, а поскольку я знал только одного такого, с кем познакомился тогда в гостинице, после смерти мадам Шалю, то решил начать с его кандидатуры, пока Кассий и его спутница, налаживают круг общения среди других слуг. Им нужно было сначала выяснить кто и где работает, составить списки и потом уже по ним совместно с бандитами Орсея, проводить работу по вербовке. Самому этим заниматься не хотелось, ведь время не бесконечно, поэтому я начал расспросы о сыщиках нынешних или ушедших на пенсию, выбирая себе кандидатуру. Брать на себя весь воз забот я не собирался, поскольку просто бы порвался на части, пытаясь охватить столько разнообразных сфер деятельности самостоятельно, сейчас же я просто контролировал нужных людей, задавая общий курс, который был нужен мне и эта ситуация меня полностью устраивала. Главное в работе любого человека, облечённого властью и ответственностью — правильный подбор кадров, которые на тебя работают, и поэтому я старался подбирать себе лучших. Начиная от Джека, который вывел гостиницу не только на окупаемость, обрезав все ненужные расходы, но и она начала давать пусть и небольшую пока прибыль, а с учетом того, что я становился очень популярен в городе, количество постояльцев должно было в скором времени только увеличиваться.

Затем был сержант Гори, который тянул на себе все основные вопросы с организацией службы стражи, и «крыски» которые органично влились в замкнутый коллектив, отчитываясь по итогам только сержанту и мне, ну и конечно нельзя забывать о Оливии, хотя я и не целенаправленно занимался ей, но девушка не ограничилась только магазином рядом с гостиницей, который мы не стали закрывать после того, как ситуация с продуктами нормализовалась. Деятельная девушка вместо того, чтобы заниматься балами, сплетнями и приятным времяпрепровождением, занялась поиском людей для организации ещё двух магазинов, даже не привлекая меня, у неё хватало своих денег, чтобы всё делать самой, конечно я не мешал этому, поскольку все были заняты делом и меня это устраивало. Ну и конечно же стоит упомянуть Орсея, который с каждым месяцем всё больше утверждался в мысли, что наша общая цель становиться всё ближе и ближе, уже сейчас он полностью контролировал южный, восточный и портовый районы, подбираясь и вытесняя с помощью стражи остальные банды других районов, стремясь установить там свою гегемонию.

Его несомненным плюсом было то, что хоть он и был убийцей, но многие принципиальные моменты в его поведении, приводили в недоумение даже меня. Последним был момент, когда после смерти графа, его малолетняя жена стала нам больше не нужна и я приказал ему её отпустить. Родственники позаботились бы о малышке, которая осталась к тому же весьма состоятельной дворянкой с титулом. Какого же было моё удивление, когда он смущаясь и стараясь не смотреть мне в глаза сказал, что девочка наотрез отказалась возвращаться в свой дом, даже не смотря на то, что мужа теперь не было. Она панически боялась короля, а так как её приняли в его семье, заботясь словно о собственном ребёнке — привело её в восторг и поэтому, когда встал вопрос о возвращении, она, наплевав на титулы и богатства — наотрез отказалась. Сказала, чтобы будет жить в его семье поскольку тут полностью счастлива, её любили, о ней заботились и самое странное, что он позволил ей остаться, ради этого даже став спорить со мной!!

Я не принял этого решения, так как считал, что дворянке не место среди простолюдинов, но вопрос не стоил разрыва отношений с Орсеем, который еще не выполнил до конца отведённую ему роль, так что я смирился с его просьбой, но предупредил его, что в случае проблем он первый пострадает. Он принял и это, вводя меня в полнейшее недоумение таким глупым поступком, и зачем ему понадобилось устраивать жизнь чужого ребёнка, который имел к тому же титул и деньги? Этого я не понимал.

Если уж я начал говорить о людях, которые на меня или со мной работавших, то стоит упомянуть и маркиза Шалю, который после окончания проекта даже не подумал съезжать из гостиницы. Я часто стал бывать во дворце, и он каждый раз следовал за мной, в надежде встретиться с принцессой. Он как слепой не видел, что Ники смотрит только на меня и даже моё холодное поведение с ней, когда на нас было устремлены десятки взглядов, не мешало ей с каждым днём всё более показывать своё расположение к старому графу. Когда я отказывался приезжать — она обижалась и приезжала сама, заставляя паниковать не только прислугу в гостинице, но также постояльцев, которые при виде королевской кареты и гвардейцев не знали куда деваться, то ли идти приветствовать принцессу, то ли запереться у себя в номере.

Валентайн видел только то, что хотел видеть и я этому не препятствовал, так как принцесса, видя моё к нему расположение, так же старалась обращать на него больше внимания, что заводило ситуацию в ещё больший тупик. Он думал, что она им интересуется, всё больше надоедая мне, чтобы мы чаще были во дворце, я же, видя её влюблённость ко мне отправлял его одного, а когда он пару раз так съездил, но её подружки и друзья, в отсутствии моего прикрытия, тут же выставляли на смех его манеру поведения, речи и крайнюю стеснительность, причём принцесса в такие моменты старательно не замечала этих шуток, хотя, когда мы оба присутствовали у неё в покоях, она всегда его защищала. Все кругом давно поняли, кто настоящий покровитель маркиза, так что при мне вся молодежь вела себя прилично, не желая вызвать моё или её недовольство. К тому же о моих дуэлях не знал только глухой в столице, так что стоило мне отлучиться, как он тут же получал сполна.

Так что обычно Валентайн после таких одиночных вылазок к принцессе возвращался злой, красный и молчаливый, на следующий день с новой силой набрасываясь на меня, с требованиями ехать, но уже вдвоём. У меня пару раз возникало желание спустить его с небес на землю, но мне нужен был архитектор, ведь магистрат города стали осаждать многие жители с вопросами возможности постройки таких же домов, в их кварталах, а с учётом того, что активную пропаганду вели специально купленные люди, в тавернах и рынках специально поднимая на обсуждение эту тему, то было очевидно, что новой стройке быть. Маркиз же кроме своей слепой любви к принцессе в остальном был более чем компетентен в роли архитектора, так что мне приходилось терпеть его влюблённый бред, когда он делился со мной мыслями о совместном будущем и поощрять его общение с Ники. Пока у меня в руках был этот поводок, он был привязан ко мне, крепче пеньковых корабельных канатов.

С Ники же у меня самого, всё было очень сложно, я придерживался принятой с ней линии поведения, не отталкивая, но и не приближая её к себе, что выводило девушку из равновесия. Она явно хотела большего, но случая поговорить как-то не представлялось, то её друзья, то Валентайн постоянно были рядом, меня-то это конечно устраивало, но вот вид девушки, становившейся с каждой неделей всё решительнее, меня немного смущал, она явно что-то задумала и это что-то было точно связано со мной. Ведь день её рождения и связанная с этим помолвка с принцем другого королевства, стремительно приближались.

Как в прочем и столица начала готовиться к скорому торжеству, все мои склады в порту были забиты под заявку и пришлось брать в аренду у короны землю, чтобы строить новые, дабы обеспечить всё возрастающие потребности торговцев. С новыми каменными причалами, охраняемыми складами и стражей, которая распугивала одним своим видом мелкую портовую шваль, грузооборот возрос в три раза. Купцы всё чаще стали останавливаться именно у нас, используя город в качестве основного пункта транзита для пополнения припасами и водой, что конечно же тут же сказалось на моём благосостоянии — деньги потекли рекой. Моего подвала, выкопанного под гостиницей для этих целей в скором времени, станет не хватать, а поскольку деньги хранить будет негде, нужно было срочно решать, куда их вложить, чтобы они не лежали мёртвым грузом.

Глава 8.

Торжества

— Ваше Величество, — я склонился в поклоне.

Король ужинал в обычном своём окружении, так что только моё присутствие выбивалось из каждодневного хода событий.

— Граф, — он неожиданно жестом показал мне присаживаться, я повиновался.

— Я слышал Ники загорелась новой идеей, — начал пространно он, отрывая от курицы заднюю лапу и с жадностью в неё вгрызаясь, сок потёк по его бороде.

— Да Ваше величество, она обращалась ко мне с просьбой увеличить количество приютов, я обещал подумать, — осторожно ответил я.

— Купцы жалуются, что на портовые склады пускаешь не всех, — он говорил всё это, не глядя на меня, продолжая есть.

— Если сир вы прикажите пускать контрабанду, то я конечно же распоряжусь это делать, — я опустил голову, — все подобные мои отказы в письменном виде, заверены портовой стражей и морской канцелярией.

— Капитан жалуется, говорит, что стража во всех кварталах подчинена ему номинально и не выполняет его приказы.

— Городская стража получает из бюджета города десять тысяч золотых в месяц, я добавляю ещё двадцать и живу в своем доме спокойно, зная, что есть люди, которые меня защитят.

— Говоришь нужно увеличить расходы на стражу? Магистрат говорит, что достаточно и этих денег.

— Сир, если такие уважаемые люди говорят, что достаточно, тогда на что жалуется капитан?

Король остро на меня посмотрел.

— Магистрат тоже тобой не доволен, говорят после отстройки новых кварталов их осаждают горожане с требованиями сделать такие же и в других местах.

— Я-то как с этим связан сир?, — «искренне» удивился я, — желание людей жить лучше, всегда было и есть, если у них достаточно денег, чтобы им построили новое жильё, нужно только радоваться, в королевстве под вашей сенью живётся хорошо и вольготно, трудно осуждать за это людей.

Мой комплимент явно пришёлся ему по душе, так как он отпил из кубка вино и заинтересованно на меня посмотрел.

— Мне не нравиться граф, что вы слишком уж суете свой нос во всё подряд, доносами на вас сыскная канцелярия просто завалена. Судя по докладу его начальника, вы только что младенцами на ужин не закусываете.

Я насторожился.

— «К чему он ведёт этот разговор?».

— Ваше величество, я живу в вашем городе всего полгода, но за это время вложил в его развитие и благоустройство почти десять миллионов золотых, если назовёте мне ещё человека, который сделал подобное, я прекращу свою деятельность и удалюсь в загородное поместье.

При озвученной сумме, лица многих дворян удивлённо вытянулись, не все владели подобными богатствами, а если и владели, то заключись они не в золотых кругляшах, а просто в землях и поместьях.

— Только это и спасает вас граф, — король пошевелил пальцами-сардельками и перед ним расчистили стол, подвинув блюда с фруктами, — это и то, что Ники прожужжала мне уши о том, какой вы благородный, справедливый и честный.

На эти слова точно лучшее было промолчать, что я и сделал. Король помолчал, поедая виноград и неожиданно протянул мне гроздь, пришлось отщипнуть от неё пару ягод и съесть, прохладный сладкий сок смочил мне подсохшее горло.

— Через месяц к нам приедет множество гостей, я хочу, чтобы ты навёл порядок в центральном квартале, сколько тебе нужно для этого времени?

— Две недели будет достаточно Ваше величество, — не моргнув глазом ответил я, предложение короля не было неожиданным. Чем больше территории подминала под себя банда Орсея, тем более ожесточённым было сопротивление бандитов, не желающих сдавать свои позиции. Так что не удивительно, что жалобы на последний квартал, в который мы специально не совались, только росли. Драки за его обладание между бандами, которые там обитали, были ещё кровавее, чем с нами, все дрались со всеми за обладание сладкого пирога. Мы же были готовы в любом момент начать экспансию, стражи и Орсей ждали только моей отмашки и вот она свершилась, да ещё и по приказу самого короля.

— Две недели?, — король удивлённо на меня посмотрел, — мне называют самые оптимистичные сроки в три месяца.

Я пожал плечами, показывая этим, что своё слово я сказал.

— Хорошо, указ возьмёшь в канцелярии, — он хмуро на меня посмотрел, — теперь ты капитан городской стражи, и будешь лично отвечать за всё, что случится в городе. Почувствуешь на своей шкуре все прелести этой должности.

— «Охренеть! Вот это поворот, — я был ошеломлён его приказом».

— Слушаюсь Ваше величество, — я склонил голову.

— Ники моя любимица, — неожиданно переключился он, — не могу остановить её, вся в мать пошла.

— Хорошо Ваше величество, — по его паузе я понял, что влезать в проект с приютами всё же придётся. Я не очень хотел это делать, всё же лично мне он ничего кроме убытков не приносил, всё это играло на руку только бандитам, поскольку они получали в свои ряды морально и физически подготовленное поколение, лично я с этих приютов не получал никакого удовлетворения или пользы.

— Появляйтесь чаще граф у меня, — король встал из-за стола, показывая, что разговор закончен, я поднялся за ним и низко поклонился, — тем более, теперь вы отчитываетесь передо мной о своей работе.

— Слушаюсь Ваше величество.

Один из секретарей короля, провёл меня канцелярию и не смотря на позднее время, выдал указ о назначении меня капитаном городской стражи. Документ был подписан королём заранее и имел все необходимые печати.

— Поздравляю ваше сиятельство.

— Да, благодарю, — я принял документ и простившись с ним, направился к принцессе, нужно было сказать о решении, которое я принял по негласному распоряжению короля.

Не смотря на позднее время, принцесса меня приняла, едва я заикнулся гвардейцам охраняющих её покои об этом. К тому же в комнатах никого не было, так что я заволновался, когда она выгнала всех слуг, затем воровато оглянулась на дверь и с решительным видом потащила меня в свою комнату.

— Анри! Наконец-то мы одни!, — она, подперев дверь стулом, бросилась ко мне.

Жадные губы нашли мои и пришлось отвечать ей, не смотря на желание смотаться отсюда быстрее.

— Ники! Успокойся, — я чувствовал всем телом, как тесно она ко мне прижалась.

Грудь чувствовала упругие мячики с её стороны тела, а о низ живота активно тёрлись и прижимались.

— Я не могу больше так!, — она теснее прижалась ко мне, — не могу!

— Ники, ты принцесса, — я пытался успокоить её, хотя девушка дрожала, — через месяц ты будешь помолвлена.

— Я никого не хочу, кроме тебя Анри! Пожалуйста!, — вырвалось у неё признание.

— Лучше послушай, что я тебе расскажу, — я попытался перевести тему на другое, — твой отец принимал сегодня меня у себя и разрешил постройку приютов. Так что завтра начнём планировать их постройку. Ты рада?

Девушка расширила глаза и стала целовать меня, с силой всем телом вжимаясь в меня.

— Спасибо! Спасибо!

— Собственно это я и зашел сказать, — я вяло отвечал на поцелуи, но член предательски дрогнул и встал, теперь к нему еще больше начали прижиматься, вызывая у меня двойственные чувства. С одной стороны, девушка сама просилась быть оттраханной, но с другой я лучше всех понимал, во что это потом выльется и ярость короля была в этом самой меньшей проблемой. В том, что рано или поздно эта связь станет достоянием гласности можно было не сомневаться — количество «доброжелателей» во дворце и городе у меня стремительно увеличивалось, а уж в том, чтобы нашлись те, кто захочет похоронить меня, рассказав королю о том, что я опорочил его дочь, я ни капли не сомневался.

Девушка отодвинулась от меня и затем стала едва ли не сдирать с себя платье, стараясь разоблачиться как можно быстрее. Трещала ткань, отлетали какие-то крючки и вот передо мной оказалась юная девушка в нижней сорочке и красная как рак, старательно отводя от меня взгляд, и то поднимала руки, то опуская, чтобы прикрыть просвечивающуюся через тонкую ткань грудь.

Не видя моей реакции, она вздрогнула и затем с той же решительностью, сняла с себя и эту ткань, оставшись полностью обнажена.

— Анри!, — требовательно сказала она, при этом не смотря мне в глаза, — я хочу, чтобы ты со мной что-нибудь сделал!

— Что?, — я понял, что то, чего я так боялся, произошло и теперь я просто так из этой ситуации не выйду.

— Хоть что-то, но что бы ты унял жар во всём теле и томление внутри живота, я больше так не могу!, — она опустила лицо и всхлипнула.

Проклиная себя за поспешно принятое решение навестить её так поздно, я подошёл и обнял её. Девушка, всхлипывая и рыдая стала быстро тараторить, проглатывая со слезами часть слов.

— Ты думаешь я развратная..но нет, я никогда и ни с кем, но ты наверняка по моему поведению подумал, а я нет, ничего у меня ни с кем ещё не было.

Я гладил её по голове и думал, как выйти из такой щекотливой ситуации, не повредив нашим отношениям. Пришедшее решение мне не очень понравилось, но я решил обойтись полумерой, в конце концов лишать её девственности было при этом не обязательно. Подняв на руки хрупкое тело, доверчиво прижавшееся ко мне, я положил её на кровать. Девушка закрыла глаза и вытянулась как струна, боясь пошевелиться. Я начал ласки с её шеи и груди, одними губами касаясь кожи. Она покрылась мурашками, и приоткрыв рот, издала чуть слышный стон. Моего опыта для неё одной было более чем достаточно, так что когда я оторвался от её лона, она вся покрасневшая, вздрагивающая и взлохмаченная, в изнеможении раскинулась на кровати. Я поцеловал её губы, но принцесса была слишком уставшая и ушедшая в только что испытанные переживания, так что я просто лежал рядом и гладил её по бархатной коже, стараясь не касаться каменным членом до девушки, всему есть предел.

— Анри, — голубые глаза открылись и на меня лукаво взглянули, — я видела, что мужчина с женщиной не так занимаются любовью.

— Это тоже любовь, только без последствий, — хмыкнул я, и нахмурился, — мы слишком много времени остаёмся вдвоём, мне пора уходить.

Она нахмурилась, но после полученного удовольствия, видимо тоже начала смыслить здраво.

— Я не хочу тебя отпускать!

— Ты лучше меня знаешь, что мы не можем оставаться вдвоём сколько пожелаем. Давай, я помогу тебе одеться и мне правда пора, пока к нам не заглянул кто-нибудь.

Девушка тяжело вздохнула, но вслед за мной спустилась с кровати, причём под моим внимательным взглядом густо покраснела и быстро оделась в нижнюю рубашку. Я осмотрел платье, которое можно было одеть, но вот вопросы у слуг или фрейлин однозначно возникнут о его состоянии, так что предупредив Ники, о необходимости придумать внятное этому объяснение, я помог её одеться и она проводила меня из своих покоев в общую комнату. Я наклонился и быстро поцеловал её на прощанье, девушка тут же прижалась ко мне, пришлось применить чуть силы, чтобы разъединить объятья.

— Ну а теперь, давай, круши комнату, кидай в меня вещи и громко кричи, как я тебе надоел и что не держу обещаний, — буднично сказал я, — и неделю нам лучше не видеться, нужно чтобы все подумали, что мы поссорились.

Она открыла рот, но мы действительно пробыли в её комнате дольше обычного, тем более без слуг и сопровождения, вопросов будет хоть отбавляй.

— Всё, не приходи ко мне больше!, — с визгом в меня полетела ваза, и я едва успел увернуться, как она с грохотом влетела в стену.

— Обманщик! Лгун! Не хочу тебя больше видеть!, — принцесса с лёгкостью вошла в роль и в меня полетело всё, до чего она дотягивалась.

Краем глаза я видел, как дверь слегка приотворилась, но метко пущенная туда чашка быстро устранила любопытствующих. Под крики Ники, я ещё раз осмотрел себя, что моя одежда нормальная и никаких следов от произошедшего не осталось, подмигнув принцессе, быстро выскользнул за дверь. Притворно тяжело о неё опёрся, когда с другой стороны в неё резалось что-то тяжёлое и со звоном разбилось. На меня тут же устремились любопытные взгляды как гвардейцев так и слуг, которые стояли тут же у стены. Я сделал отрешённое выражение лица и покосившись на гвардейцев, которые с трудом сдерживали улыбки, с тяжёлым вздохом пожал плечами и со словами:

— Женщины.

Пошёл прочь, не сомневаясь, что уже завтра все узнают о нашей размолвке. Всю дорогу, пока я ехал домой, я вспоминал юное тело, которое своим запахом едва не свело меня с ума, а желание обладать ею, я заглушал только неимоверной силой воли.

— «Всё, завожу любовницу да помоложе, сил больше нет такое терпеть!, — давно напрашивающееся решение пришло почти сразу, ведь меня никто не удовлетворил в её покоях».

Приехав домой я застал в своём кабинете маркиза, который сидел и смотрел на бутылку вина, у меня тут же созрел план, едва я его увидел.

— Что за вид Валентайн?

— А, это вы милорд, — он повернулся на звук моего голоса, — Ники не хочет меня видеть, я не хочу жить дальше.

— Если пообещаешь выполнить для меня небольшую просьбу, я за секунду развеселю тебя.

Он тут же «загорелся».

— Граф! Ну же! Вы виделись с Ники?! Она что-то сказала?!

— Сначала обещание!

— Если в рамках приличия, то всё что угодно!

— Хорошо, я решил согласиться на предложение принцессы и мы будем строить ещё три приюта.

Юноша сначала подскочил, потом сел, потом едва не бросился ко мне обниматься, только моё выражение на лице не дало ему это сделать.

— Милорд! Вы же были против?! Я столько раз вас упрашивал!!, — он в возбуждении, умоляюще на меня посмотрел, — почему вы передумали?!

— Не мог больше видеть твою постную рожу, — я уселся за свой стол и с наслаждением вытянул ноги, — Ники я сообщил, она тоже довольная, так что как только от тебя будут готовы чертежи и предложения, сразу поедем к ней.

— Я, завтра же!!!, — он едва не подпрыгнул на месте, чтобы тут же мчаться рисовать.

— Валентайн, моя просьба, — с укором напомнил я ему. Он тут же вернулся и сел на кресло, выжидающе на меня посмотрев.

— Очень щекотливое дело, мой юный друг, поэтому если я тебе о нём расскажу, обещай молчать!, — загадочным тоном сказал я, делая паузу после каждого слова.

— Граф, вы ведь знаете, я не болтун, — обиделся он.

— Понимаешь, дело не одного меня касается. Сегодня, когда я был у принцессы, то застал в слезах баронессу Ганой. Она долго не хотела рассказывать мне причину своих слёз, но я смог убедить её, что в силах помочь такой молодой и красивой девушке.

Маркиз при упоминании имени девушки покраснел и опустил глаза.

— О?! Да ты что-то знаешь?!, — я тут же по его виду догадался, что он в курсе ситуации с девушкой, мне нужны были подробности, а то я толком не знал, о чём врать дальше.

— Случайно увидел, я не подглядывал специально! Клянусь!, — он словно защитился от меня ладонями.

— Рассказывай, хочу услышать твою версию!

Он стал кочевряжиться, что о таком не принято говорить, на что я сказал, что совращать незамужних девушек тоже не принято, так что он сдался под моим напором и рассказал, что баронесса была раньше частым гостем в их поместье и однажды он стал свидетелем причин её появления у них. Проходя мимо одной из беседок в саду он застал картину, когда лежавшую грудью на столике баронессу с задранным на голове платьем, сношал сзади его брат. Он тогда сразу же убежал оттуда, надеясь, что его не увидели.

— Ну так вот, теперь твой брат шантажирует её письмами, которые она ему написала, и это едва ли не подводит девушку тому, чтобы наложить на себя руки.

Маркиз открыл рот, видимо, чтобы защитить брата, но немного подумав, помолчал и ответил другое.

— Я знаю место, где он в детстве хранил свои секреты, уверен, что они там! Заберу их и отдам баронессе, чтобы брат не имел над ней власти!!!

— «Эй, стой, не гони лошадей, — едва не вскрикнул я, от его поспешности».

— Валентайн, ты не забыл пары вещей?, — я криво усмехнулся, не выдавая своё истинное состояние, — она не знает, что ты видел их вместе и также я обещал, что о её тайне не узнает ни одна живая душа, как ты себе представляешь, что вручишь ей письма? Получится, что я пустослов?

— Ой, простите граф, — он сконфузился, — я не подумал об этом, тогда вы отдадите эти письма бедняжке? Можете даже не говорить о моём участии.

— Валентайн!, — я встал с кресла и подойдя, обнял его. Юноша смутился.

— Ты вырастишь прекрасным человеком, я горжусь, что знаком с тобой! Конечно же я расскажу, после того конечно же, как письма будут уничтожены, что ты помог, думаю прекрасная Молли не забудет упомянуть тебя в разговорах с принцессой.

Тут он раскраснелся и поплыл.

— «Боги, как легко манипулировать этими влюблёнными идиотами, — настроение стремительно пошло на убыль, прекрасно задуманная комбинация перестала такой казаться, это было словно у нищего монетку отнять».

— Всё иди мой дорогой подопечный, — я отстранился и сделал вид, что вытираю слезу, — сильно не торопись, я принцессе не обещал быстрых результатов.

— Я постараюсь милорд!, — его энтузиазм снова закипел и он чуть поклонившись, простился со мной, побежав в свои покои.

Я же вернувшись в кресло, покачал головой.

— «Как-то, ну очень всё просто оказалось, может я теряю хватку?».

* * *

Молли была в ужасе. Вот уже неделю она и остальные фрейлины, находили во дворце записки, в которых было по две-три строчки. Перечитывая их с подружками, которые хихикали и смущаясь недоумевали, кто это решил их так смущать, поскольку в этих сточках явно сквозили подробные намёки на секс. Вскоре они подключили в игру пару своих кавалеров и те весело шутя и перечитывая найденные другие записки, пытались составить письмо, частью которого они явно являлись. С каждым днём количество строчек всё увеличивалось, а Молли не находила себе место, она сразу узнала своё письмо к Артуру, которое написала в порыве страсти и теперь горько жалела об этом. Молодой человек при каждом удобном случае смущал её, цитируя оттуда фразы, но дальше весёлых шуток до этого момента дело не доходило, тут же он явно перешёл все границы и очень скоро в строчках дойдёт и до имён, а это будет полное и беспросветное унижение, от которого она никогда не оправится. Причём все попытки разговорить Артура и заставить его прекратить это безобразие, не увенчались успехом, он нагло врал, что этого письма давно не видел, и когда последний раз доставал его из тайника, оно было на месте.

— «Но никто другой не видел и не мог его прочитать! Так что наверняка Артур решил её унизить и растоптать!».

Он явно мстил за то, что она предпочла ему более молодого человека, поскольку старший сын герцога изменял ей направо и налево. Такого она не могла стерпеть и демонстративно стала крутить любовь с Жаком, милым парнишкой, сыном виконта де Эрбле.

Молли из-за приближающейся катастрофы, которая покроет позором её саму и родителей, три дня не выходила из дома, не отвечая на письма знакомых и просто ждала. Ждала того ужаса, который на неё упадёт, когда друзья по оставленным словам, соберут письмо целиком.

— Граф де Берзе, — слуга вошёл в комнату и назвал знакомое имя, девушка вспомнила противного старикашку, который очень часто посещал принцессу. Он не был ей особо приятен, к тому же как мужчина не интересовал совершенно.

— «Чего ему надо?, — удивилась она, — я не помню, чтобы мы были дружны».

Подумав, что особо ничего не потеряет, она сказала слуге позвать в дом гостя.

Появившийся граф был хоть и староват, но одевался конечно всегда по высшей моде, тут она не могла ничего сказать. Что его костюм, расшитый серебряными нитями, что его бриджи с вкраплениями драгоценных камней, всё выдавало в нём весьма состоятельного человека.

— «Хотя и не удивительно, Ники рассказывала, сколько денег он тратит на одну благотворительность, — вспомнила она рассказы подруги, — так что денег у него действительно куры не клюют».

— Баронесса, позвольте выразить вам своё почтение, — мужчина посмотрел на неё холодным взглядом, от которого мурашки враз пробежали у неё по спине.

— Добрый день граф, — едва она смогла ответить, поскольку от его не мигающего и внимательного взгляда, становилось страшно даже в собственном доме, полным слуг.

— Думаю нам удобнее будет поговорить в ваших покоях, — заявил он и Молли хотела ему нагрубить, как в его руках появилось куча записок, она сразу узнала эту бумагу и подчерк.

Она опустив голову, тут же покорно пошла наверх, отправив слуг прочь.

Едва они оказались в комнате, он молча достал опять кучу записок и положил их на полку камина.

— Что ты готова отдать милая Молли, чтобы получить обратно своё письмо?

Девушка вздрогнула и широко раскрыла глаза.

— «Так вот кто подкладывал эти записки!! Граф!! Не Артур!! Ему каким-то образом стало известно о письме и он решил воспользоваться им!! Негодяй!! Бесчестный негодяй!!!».

Вслух она конечно этого не сказала, стоявший перед ней человек, мало того, что пугал её, но ещё и обладание им её письма, делало его властным над ней и её судьбой.

— Всё!, — она подняла на него взгляд.

— Всё?, — переспросил он, оглядывая её. Как хорошо она знала этот мужской взгляд!!

— Да граф, если вы такой человек, что готовы воспользоваться беззащитностью девушки, то да, на всё!, — помимо воли вырвалось у неё, когда она попыталась надавить на его чувство достоинства.

— Молли, хотите стать моим другом?, — внезапно спросил он, — я ведь многое могу сделать для вас.

Он достал из кармана продолговатый пенал и раскрыл его, девушка едва не ахнула от богатства, которое в нём лежало. Прекрасное золотое колье, с огромными рубинами стоило огромное состояние, она никогда не могла себе такого позволить, не смотря на их достаток.

Она боялась пошевелиться, когда он подошёл ближе и достав колье, стал сзади и медленно её касаясь, стал его надевать. Ей были противные его прикосновения, она ненавидела себя за то, что позволяет ему делать это, не поставив на место, но проклятое письмо и отражение в зеркале, когда камни ярко сверкнули, заставили её замереть.

— Молли?, — он снова встал перед ней, — я не собираюсь вас заставлять или применять насилие, просто подумайте, что я могу сделать с вами и вашей жизнью или же наоборот, что будет, если мы станем добрыми друзьями.

— Это!, — он показал на отражение колье в зеркале, — лишь начало нашей дружбы.

— Что вы хотите граф, — сухими губами прошептала она, не в силах отвести взгляда от колье, оно словно назло стало сверкать в лучах солнца.

— Просто вашей дружбы, — он достал из кармана знакомый ей до боли в сердце конверт и положил рядом с пеналом, — так что если вы решили, что выбрать, можете сами подумать, в чём выразится ваша благодарность.

Девушка сглотнула ком в горле, посмотрев на колье, затем на письмо, вспомнила тот ужас, который испытывала всё это время, а также то, что граф мог просто довести опубликование этих своих записок до конца. Она вздрогнула.

— Молли, решайтесь, я не очень терпеливый человек, — голос графа стал холоден и при взгляде на него у девушки замерло сердце. Перед ней стоял не человек — монстр в его обличии, который был готов стереть с лица земли любого, кто станет против его воли и желаний. С трудом сдерживая слёзы, она подошла ближе и опустилась перед ним на колени.

Он продолжал стоять и девушка решилась. Потянув за его бриджи, она стащила их до колен, потом протянула руки к его начавшему набирать силу естеству и аккуратно взяла его в руки.

— Открой рот!, — жестко приказал он, она тут же повиновалась, воля её окончательно была сломлена и она хотела, чтобы всё быстрее закончилось. Взяв вялый член в рот, она стала посасывать его губами и ласкать языком. Мужчина не шелохнулся, лишь продолжал отдавать команды.

Его семя она проглотила целиком, он специально придержал её голову, чтобы не пролилось ни капли, а когда он отстранился и требовательно показал на свои бриджи, она безропотно их ему одела.

— Умница, девочка, — он подошёл и поднял её голову за подбородок, он не смогла выдержать этот жестокий, беспощадный взгляд и попыталась отвернуться, он не позволил.

— Письмо своё сожги, — он внезапно отстранился от неё и заговорил спокойно, когда она открыла глаза, перед ней снова стоял тот простачок-старикашка, которого она привыкла видеть рядом с принцессой, ни капли от того монстра, который испугал её едва не до обморока совсем недавно, — про колье скажешь, что Жак наконец понял, что ты ему дорога и стал дарить тебе серьёзные подарки, на людях можешь даже с ним любезничать.

— Это понятно?!, — требовательно спросил он, когда она не ответила. Девушка быстро кивнула.

— Что тебе запрещено делать — это раздвигать ноги и давать кому-либо кроме меня или мужа, если такой у тебя появится. Молли я очень серьёзно отношусь к обещаниям, поэтому спрошу, ты обещаешь любить только меня? Наша дружба будет долгой?

Девушка вздрогнула.

— Да граф, я даю слово, — сил у неё совершенно не осталось, чтобы ему противостоять.

— Называй меня милорд!, — его стон стал угрожающим и девушка быстро подчинилась.

— Обещаю милорд!

— Отлично, тогда я прощаюсь, а ты подумай, какой правильный выбор, ты сейчас сделала.

Едва за страшным гостем закрылась дверь, Молли бросилась к двери и закрыла её на задвижку, боясь, что он вернётся. Она с трясущимися от страха ногами и гулко бьющимся сердцем простояла наверно полчаса, прежде чем отойти от двери, которую так старательно подпирала. Взгляд остановился на конверте, бросившись к нему, она раскрыла и прочитала собственное письмо, которое привело её к такому падению. Слезы брызнули из её глаз и она осела на пол. Груди коснулся холод. Она опустила глаза и проклятые камни снова ослепили её. Держа конверт в руке, она поднялась и вытерев слёзы, ещё раз посмотрела на себя в зеркале.

— «Герда от зависти удавится, едва его увидев, — пришла первая мысль, когда она среди пелены от слёз, наконец смогла себя хорошенько рассмотреть».

Подарок графа был действительно очень дорогим, уж она отлично понимала стоимость таких камней, как впрочем и все из её окружения.

— «Нет о чём я думаю! Он унизил меня!», — возмутилась она своим мыслям, и её едва не стошнило, когда она вспомнила, как неприятны были ей его жадные прикосновения, когда он по хозяйски потрогал её груди и низ живота. Проклиная его, она сначала сожгла письмо, а затем решила выкинуть ожерелье, чтобы следующий раз отказать ему и послать подальше. Она сняла ожерелье, долго стояла перед камином, но рука так и не поднялась бросить его в огонь следом за письмом. Она решила сделать это утром, поэтому бросила драгоценность рядом с кроватью.

С этими мыслями она легла на кровать, твёрдо решив рассказать всем, а особенно принцессе, какое же ничтожество, этот граф, которого она с таким теплом принимала у себя.

* * *

— Баронесса, прекрасное колье, — раздавшийся голос позади неё, заставил подкоситься коленки и она едва не упала в обморок. Подруги весь вечер хвалили подарок молодого виконта, а она просто купалась в лучах славы. Ни следующим утром, ни днём рука так и не поднялась выкинуть такой дорогостоящий подарок.

— Ну же Молли, граф ждёт, — засмеялась принцесса, шутливо толкнув её в локоть. Девушка обернулась и встретилась взглядом с человеком, которого она теперь боялась больше всех на свете. Это она поняла сразу и бесповоротно.

— Наша баронесса сегодня особенно рассеяна граф, но вы должны её простить, за ней начали серьёзно ухаживать, смотрите какой подарок подарил ей, её молодой человек.

Граф словно первые увидел колье, и заинтересованно на него посмотрел.

— Да Ваше высочество, соглашусь с вами, судя по размеру камней никак не меньше двухсот тысяч.

Все кругом ахнули, они и так знали, его примерную стоимость, но когда вслух прозвучала цифра целиком, было чему удивиться.

Молли сама раскрыла рот, их загородное поместье стоило столько же, причём со всеми постройками и живностью. Это она хорошо знала, так как отец при ней считал, сколько приданого он может за неё отдать, в случае женитьбы.

— Вы разбираетесь в камнях?, — удивлённо спросила Герда, подходя ближе к графу, который против обычного, был сегодня словоохотлив.

— Да, коллекционирую их знаете по немного, — засмеялся он, — один такой бриллиант даже продал отцу Ники.

— Так этот голубой бриллиант, под которого решили сделать новую корону ваш?!, — ахнули все вокруг. Упорные слухи, что король заказал себе новую корону якобы под недавно приобретённый камень огромного размера, активно муссировались при дворе, но подробностей не знал никто.

— Мой, да, — скромно ответил он, и к нему тут же устремились все незамужние девушки. Молли почувствовала укол в районе сердца.

— «Слова Ники о том, что он богат не преувеличены, — в голове крутнулась мысль, а при виде девушек, которые теперь жались к старику, над которым раньше посмеивались, не понимая, что в нём находит их подруга, сердце её вздрогнуло вторично, особенно в понимании, что не все здесь присутствующие устоят, если он решит за ними приударить. Если не они сами, так их родители точно не устоят. Да что там, если он придёт к её отцу с подобным предложением, то вне зависимости от её желаний, быстро отдадут ему в жёны».

Весь вечер возле него крутились девицы и как граф не пытался снова занять свой дальний диванчик, с которого обычно просто слушал о чём говорит молодежь, у него это не получалось. После упоминания о его коллекции камней все захотели на неё посмотреть и не отстали от него, пока он посмеиваясь, не пообещал устроить показ. Только тогда ему оставили его место и вернулись к обсуждению новостей.

Молли едва дождалась, когда вечер закончиться и бросилась к карете. Слуга услужливо открыл дверь и опустил ступеньки, она юркнула в спасительную темноту. Рот ей прикрыла широкая ладонь и не успев закричать, она оказалась прислонённой к крепкому мужскому телу, запах которого был ей знаком.

— Можешь не кричать Молли — это я, твой друг, — слишком знакомый голос заставил её вздрогнуть, — ты плохо себя сегодня вела и будешь наказана.

— Да милорд, — против воли выдохнула она, чувствуя, как её опускают на пол кареты, — начни с сапогов и если я увижу, что ты достойна, снова попробуешь на вкус мой член.

После сегодняшнего вечера, а особенно его взглядов, которые он на неё украдкой бросал, девушка больше не думала ни о чём, просто хотелось опуститься на колени и делать всё, что он приказывает, все силы и злость, которые она испытывала против него вчера вечером, испарились легкой дымкой вместе с её волей сопротивляться.

Когда она полностью удовлетворила нового хозяина телом и душой, то даже заслужила подарок, огромное кольцо, которое он надел ей на палец. Девушка ошеломлённо на него посмотрела — оно было парой под её колье, такой же прекрасный и большой камень, пусть и в полумраке кареты его было слабо видно, но проезжая мимо факелов, которыми освещалась улица, она видела, что кольцо просто копия колье.

— Милорд, — она опустилась на пол и обняла его за ноги, — я не достойна.

— Мы ведь друзья с тобой? Правда?, — ласково спросил он и её сердце дрогнуло.

— Да да, конечно милорд!

Он погладил её по щеке и постучал по потолку кареты, она тут же остановилась и он словно ни в чём не бывало, выскользнул из неё, лишь на прощанье слегка погладив её по щеке.

Только приехав домой, девушка поняла, что без того, чтобы он подкупил её слуг, он не мог проникнуть и спокойно уйти из кареты! Она старательно ловила взгляды слуг, которые её сопровождали, но те старательно делали вид, что ничего необычного в дороге не произошло. На неё никто не смотрел ни с осуждением, ни с весельем, все сосредоточенно делали свою работу, лишь один раз она поймала быстрый взгляд кучера, направленный на неё, и он врезался ей в память навсегда — это был взгляд запуганного до смерти человека.

* * *

Вскочившие клерки на ноги, едва я вошел в кабинет и почтительные поклоны — всё как я люблю. Вот только побывав здесь раньше, я прекрасно понимал, что это просто лизоблюдство, сменюсь я, они также будут вести себя со следующим капитаном и это нормально — такова была жизнь бумажного чинуши.

— Добрый день лейтенант, — такой знакомый мне кабинет, и такие разные сейчас и тогда роли. Увидев меня, он тут же встал со своего места.

— Доброе утро ваше сиятельство, — его лицо мало что выражало, но я представлял себе, о чём он думал.

Я прошёл и сел на стул посетителя, ему показал на его место.

— Кто бы мог подумать да?, — пространно обратился я в воздух.

— Я после нашей второй встречи подумывал о таком, но гнал мысли прочь, — он пожал плечами, — но сбылось.

— Лейтенант Ларогос, занимает должность пять лет, за это время сменилось три капитана, не считая меня, — стал я перечислять то, что разузнал о нём, подготовившись к нашей встрече, — участник военной компании, гроза пиратов.

Он удивлённо посмотрел на меня, когда я продолжил перечислять даты, заслуги и фамилии.

— Ну и у меня возник всего один резонный вопрос господин лейтенант, как человек с таким прошлым, ставшим на этот весьма высокий пост своими заслугами и умением, стал взяточником и казнокрадом?

Он вскинулся на месте, но я достал документы, которые нарыли мои «крыски» и которые я не пускал в дело именно потому, что у меня были планы на лейтенанта, и вот они пригодились сейчас. Он едва бросил взгляд на цифры и места, как плечи его опустились — спорить было не о чём.

— Я всё ещё не услышал вашего ответа лейтенант, — мой голос обрёл металл, — что пошло не так? В какой момент?

— В момент, когда все вокруг тебя крадут и не стесняются этого, а ты живёшь в бедности, в эти мгновения о многом начинаешь думать не так как прежде, граф, — зло ответил он, — не все рождены богатыми и знатными.

— Лейтенант, не нужно оправдывать продажу своей совести тем, что все вокруг такие, — я задумчиво покрутил головой, еще не приняв решения, с одной стороны он мне нравился, было в нём что-то такое, что всегда нравилось в людях. Какое-то внутренне чувство уверенности в себе и собственные силы, не зря же он стал тем, кем стал, без всякой помощи сверху от покровителей. Даже сейчас полностью признавая свою вину, он спокойно смотрел на меня и ждал. Он даже лучше меня, понимал, что я колеблюсь в принятии решения.

— Хорошо, я дам вам второй шанс лейтенант, — искать людей стало в последнее время значительной проблемой, словно все те, что были сейчас у меня, исчерпали лимит совести этого города, всё что попадалось мне теперь, были откровенным мусором.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Если говорите, что нормально работать вам мешала бедность, сколько вам нужно в неделю, чтобы удовлетворять все свои запросы?

Он сразу без колебаний выдал цифру.

— Тысяча золотых, — было видно, что он давно рассчитывал и прикидывал, так как слишком уж быстро назвал точную сумму.

— Они у вас будут, — я кивнул головой, не обращая внимание на его ошарашенный взгляд, — к жалованию, что вы получаете от города, буду добавлять из своих средств. Хочу посмотреть, правда ли именно это стало вашим оправданием.

— Но ваше сиятельство, — он обескураженно развёл руками, — всеми делами на постах обычно занимаются сержанты, моя должность только для разборов проблем и жалоб. Как вы хотите, чтобы я влиял на тех, кто мне не подчиняется на прямую?

— Ещё одна отговорка?, — я прищурил глаза.

— Нет!, — он подскочил на месте, — простите ваше сиятельство, старые привычки.

— Отлично, не заставляйте меня в вас разочаровываться лейтенант, тем более, вы как никто должны знать, что все посты с недавних пор подчиняются мне и только мне, причём не только номинально.

— Я знаю это ваше…

— Милорд, — поправил я его, — привыкайте, как все мои остальные слуги и друзья. Кем из этих двух категорий станете вы, будет зависеть только от вас лейтенант.

— Милорд, я сделаю всё о себя зависящее, чтобы поправить ваше мнение о себе. Даже я сам, хочу поправить его для самого себя.

— Эта мотивация мне больше нравится, — я согласно кивнул, — тем более, дела в постах по большей части в надёжных руках, а также их бухгалтерия. Со всеми вопросами сначала обращайтесь к сержанту Гори, он введёт вас в курс дела.

— Да милорд.

— И не кривите лицо лейтенант, сержант в отличии от вас, не прогнулся под обстоятельствами, я вытащил его из практически из петли и не мгновения не пожелал об принятом решении. Я буду интересоваться, как вы сработались прежде всего у него, поэтому сначала осмотритесь, что можно поправить, что улучшить, с горяча в реку не кидайтесь. Сейчас худо-бедно, но выстроенная мной система работает.

— Я знаю милорд, — он кивнул, — не совсем согласен с некоторыми её моментами, но она действительно работает.

— «Как быстро меняются люди, когда им даёшь свободу, — поразился я, — пять минут назад готов был паковать вещи, а тут гляди, расправил крылья».

— Да и главное, если на вас будут давить, куда вы первым делом пойдёте?, — поинтересовался я.

— Только к вам милорд.

Я поднялся с кресла, он встал следом.

— Я редко кому даю второй шанс лейтенант, — я тяжело посмотрел на него, — вам просто повезло.

— Благодарю вас милорд, — он низко склонился.

Бросив на него последний взгляд, я вышел из кабинета, мне предстояла следующая встреча, от которой я был не в восторге. Из-за новой должности на меня свалились обязанности при дворе и пока у меня не было внятного заместителя, поручить их было не кому, так что пришлось идти на встречу с управляющим, с которым я вот уже пару дней, как обсуждал порядок охраны улиц и организацию патрулей, всё, чтобы встретить и достойно охранять прибытие делегации соседнего государства.

Да, время стремительно бежало и день рождения принцессы также неумолимо приближался, а вместе с ним и её помолвка, о которой говорили теперь все, кому не лень. Король открыто объявил о том, что готов отдать дочь за сына короля Дорна.

Наша встреча, как и прошлые, затянулась допоздна, расставшись опять недовольные друг другом, я зашагал вниз. Управляющий хотел всё обставлять пышно и красиво, я же настаивал на том, что, если человек ничего не понимает в охране, нечего туда ему и лезть. Я заявил, что пока король будет ехать от пристани до дворца, он будет находится под моей охраной, поэтому никаких украшений у стражи, только боевое оружие и доспехи. Вот во дворце он что угодно может делать, мне будет на это плевать, поскольку защита будет на гвардии, ну или конечно он волен пойти к королю и потребовать себе другого капитана.

Тут он конечно быстро сдулся, он прекрасно знал, что из этой затеи ничего не выйдет, так что посылами и угрозами заставил меня пойти на некоторые уступки, пришлось согласиться на них, скрипя зубами.

— Граф!, — на меня едва не накинулась одна из служанок, когда я было уже спустился на второй этаж. Я удивлённо на неё посмотрел, она быстро подошла и протянула записку, так чтобы никто не видел, хотя и так во дворце в это время было крайне мало людей.

Бросил быстрый взгляд на подчерк, я кивнул ей. Девушка заторопилась и повела меня куда-то вглубь, но удаляясь от покоев принцессы. Затылок мне обожгло чувство опасности, я быстро заковал тело в ледяную броню, оставив открытой только голову и надеясь, что в ней не будут целить сначала. Раскрывать свою ледяную магию я по пустякам не собирался.

— Здесь ваше сиятельство, принцесса сейчас подойдёт, — служанка попыталась уйти, но я поймал ей и припёр к стене, закрыв рот, а когда она попыталась вырваться, я приставил к её горлу кинжал.

— Граф!, — голос принцессы раздался рядом, я с удивлением обернулся и увидел закутанную в плащ девушку, это и правда была она.

— «Надо же, а всё выглядело слишком уж подозрительно, — я опустил с себя ледяную броню и убрал кинжал».

Служанка испуганно на меня посмотрела и вырвавшись, побежала прочь.

— Что за странные ночные встречи Ники?, — я не успел произнести эти слова, как мои губы оказались заняты. Девушка, вжимаясь всем телом, целовала меня, закрыв глаза и отдавшись на волю чувств.

— Пошли, здесь есть комната, — она потянула меня в бок галереи, мы и правда попали в комнату, где горели свечи, но окон в ней не было, так что свет этот никуда далее не уходил. Она заперла за собой дверь и счастливо захихикав, бросилась на меня, мы повалились на кровать.

— Как-то ты не слишком похожа на ту скромную девушку, с которой я знаком, — проворчал я, когда она нацеловавшись, легла рядом и положила голову мне на колени.

— Ты зануда, старый зануда, — она показала мне язык, — не волнуйся, никто не узнает, Шали преданна только мне и никому не расскажет об этой встрече.

— Мне бы твою уверенность, глупая, — я покачал головой.

— Расскажи мне о себе!, — внезапно попросила она, — я вообще совсем ничего о тебе не знаю! Откуда ты, чем занимался, почему приехал в наше королевство?

— «Хм!, — я задумался».

Подумав, я стал рассказывать тщательно выверенную версию произошедших событий, представив себя аристократом в изгнании, которого прогнали за то, что отказался предоставить свою жену королю. Мой рассказ живописался подробностями, которые я как придумывал, так и брал из жизни, но в целом всё выглядело словно баллада трубадура — гордый и непокорённый рыцарь был изгнан из дома злым королём, а его жена была убита.

Талант рассказчика дал о себе знать, так что под конец повести, мой камзол на груди был мокр, поскольку доверчивая дурочка ревела в три ручья.

— Анри, я тебя люблю!, — она подняла на меня заплаканные глаза и огорошила меня признанием, — я тебя люблю и не могу больше без тебя! Давай уедем туда, где будем только мы вдвоём?

— «Похоже переборщил с историей, — поморщился я».

— Ники — это невозможно, я не люблю тебя, — ответил я, — к тому же, принцессы не сбегают из дома, такое возможно только в сказках.

— Гад! Какой же ты гад!, — она разозлилась и перекатилась на другую половину кровати, её плечи снова вздрогнули.

Я посидел на кровати, а затем тихо поднялся, пытаясь уйти, пока она была занята своими переживаниями.

— Стоять!, — грозная фурия тут же поднялась во весь рост и показала на меня рукой, — стоять, а то я закричу!

Представив, что тогда произойдёт, я вернулся назад, встретившись с её взглядом.

— Никуда я тебя не отпущу! Ты теперь мой!, — дерзко заявила пигалица, которую я мог стереть с лица земли одним усилием воли, — Анри, я не шучу!

— Интересно на это посмотреть, — хмыкнул я и едва успел уклониться, когда на меня бросилось тело, промазало и ударилось об угол кровати. Боевой настрой сразу спал, и она захныкала.

Я против своей воли сел рядом и стал её успокаивать, ну не мог же я уйти после таких прозвучавших признаний!

— Я не хочу уезжать, я хочу остаться с тобой!, — наконец рыдания стихли, и она снова свернулась клубочком в кольце моих рук, — Анри, ну пожалуйста.

— Это не в моих силах Ники, и ты прекрасно об этом знаешь, рискнуть всем, только чтобы удовлетворить чувства твоей первой любви? Пф, ещё чего!

— Скотина, какая же ты скотина Анри, — в этот раз почти беззлобно сказала она, — все вокруг ловят мой благосклонный взгляд, дерутся на дуэлях, а ты воротишь от всего нос, я даже разделась перед тобой впервые в жизни, а ты и то не смог довести дело до конца!

— Думаю, ты просто выбрала себе не того мужчину, — мягко сказал я, — может стоит подумать? Доведём наш проект до конца, я не привык бросать начатое на пол дороги, потом разойдёмся каждый своим путём? Скоро помолвка, да и к тому же, тебя никто не увезёт отсюда раньше, чем принцу стукнет тринадцать. Я узнавал об этом, так что у тебя будет впереди ещё целых два года свободной и полной радости жизни.

— Ты так хочешь?, — она серьёзно посмотрела на меня, — несмотря на то, что я открыла свои чувства и готова стать твоей? Просто встанешь и уйдешь?

Я пожал плечами и спокойно на неё посмотрел, в моём взгляде она увидела всё.

— Уходи, иди прочь!, — в голосе прорезались нотки, которые я слышал от короля, — не хочу больше вас видеть и слышать граф де Берзе!

— Бросаешь приюты?, — я встал и удивлённо переспросил её, — сможешь с этим спокойно спать?

— Сделаем, как вы сказали, — она жёстко на меня посмотрела, — доведём проект до конца и разойдёмся, всё, вы свободны граф. Надеюсь вам хватит ума, никому не рассказывать об этой встрече, а то в моём круге друзей в этом есть сомнения.

— Назовёте пару фамилий Ваше высочество?

— Вон!, — крик был очень даже слышный, так что не искушая больше судьбу, я быстро отпер дверь и вышел наружу. Спёртый воздух комнаты словно душил меня, поэтому оказавшись на улице, я вздохнул ночной воздух, словно сделал глоток молодого вина.

Червячок сомнения в правильности поступка проснулся глубоко в душе, но тут же был подавлен волей, я знал, что этот день наступит, так что потеря её поддержки именно сейчас не должна была сказаться на мне так сильно, как если бы это произошло раньше.

* * *

— Ваше высочество, — спокойный взгляд и предложение руки были отвергнуты. Принцесса с гордой осанкой и взяв руку внезапно осчастливленного герцога Шалю, поднялась на платформу. Закрутившие колесо привода каменщики, подняли платформу с ними на вверх.

Сегодня мы закладывали последний третий этаж высокого дома, который позже станет приютом для самых маленьких, я согласился на него, хотя пользы не видел вообще никакой. Ладно ещё те приюты, в которые мы брали от десяти лет и старше, там был толк в том, что их готовили к вступлению в банду, но малыши, эти куски бесполезной плоти? Зачем нужно было делать такой огромный приют только для них?

* * *

— Граф, у вас разлад с Её высочеством?, — осторожно поинтересовался Валентайн, который неделю, после нашей ссоры с принцессой, ездил один на стройки, чем был бесконечно счастлив. Мне же просто надоело её показное заигрывание с герцогом, который не на секунду теперь не отходил от неё, так что я решил всё переложить на маркиза, в конце концов я обещал только всё построить и организовать, но не обещал присутствовать при этом лично.

— С чего ты это решил?, — «удивился» я, отрываясь от бумаг.

— Вы перестали ездить во дворец, только по вызову короля, а на стройки посылаете меня, решать все вопросы.

— Ты не рад этому что ли?, — я внимательно на него посмотрел, так что он покраснел и отвёл взгляд, — сам же говорил, что принцесса стала к тебе необыкновенно мила. Едва не летаешь, словно птица.

Он хихикнул, но тут же сделал строгое лицо.

— Вы шутите милорд, но я же вижу, что вы перестали разговаривать друг с другом, да и девочки из её окружения спрашивают об этом. Раньше о вас постоянно говорили, а сейчас даже ваше имя в разговорах с Ники табу.

— Валентайн, не забивай себе голову разной чепухой, — я вернулся к документам, — ты же знаешь, я слишком стар для этих молоденьких девочек и их капризов. Устраивай лучше свою личную жизнь, раз принцесса к тебе благоволит.

— Не могу, брат у неё на первом месте!, — неожиданно пожаловался он, — они теперь постоянно вместе. Даже вечером он остаётся у неё, уходя последним! Отец так обрадовался, что даже стал выделять ему больше денег на подарки.

— Ого!, — мой нос уловил запах возможного скандала, — и это в преддверии её помолвки?!

— Многие говорят, что эта помолвка — словно плевок аристократам в душу, нельзя родниться с тем, кто тебя грабит!, — с жаром сказал он. Я и сам слышал эти настроения, поэтому-то так серьёзно отнёсся к охране гостей из другого королевства, чтобы не было прецедентов хотя бы там, где за гостей несу ответственность я.

— Твой брат решил породниться с королём? Что интересно, об этом думает принц и Его величество?

— Принцу нет до нас дела, — маркиз пожал плечами, — у него другая компания, мы в неё не входим, а король ждёт гостей и занят только этим.

— «Даже если не претендовать на корону сейчас, то ребёнок королевской крови слишком лакомая добыча для Рода, — мысленно согласился я с собственными мыслями, и поступками старого герцога, — тут никаких денег будет не жалко».

— Ладно, занимайся приютами, и не отступайся от принцессы, — напутствовал я его, возвращаясь к работе, — ты поднаторел в управлении людьми, так что уверен, тебя ждёт блистательное будущее, отец просто не понимает, какой в тебе скрыт потенциал.

— Правда?, — юноше было мало нужно, чтобы почувствовать себя счастливым, — вы правда так думаете граф?

— Валентайн, если бы это было не так, стал бы я с тобой возиться и звать в собственный дом?, — вопросом на вопрос, ответил я, — так что давай работать, скоро стемнеет.

— Да милорд, — он вернулся за свои чертежи. Не знаю почему, но мне нравилось сидеть вот так с ним и работать, когда можно было задать увлечённому юноше вопрос, ответ на который он говорил без особых раздумий, руководствуясь только собственной памятью и ощущениями, а поскольку он родился и вырос здесь, по большей части его впечатления были верными и совпадали с основными настроениями молодёжи королевства, к тому же всегда полезно получить из другого источника подтверждение собственным догадкам.

Он вернулся к работе, а я лишь делал вид, что смотрю на документы. Слова маркиза о предстоящей помолвке, упали на давно удобренную почту, я с каждым днём приближения празднований всё чётче осознавал, что мир на море мне был не нужен. Мои дальнейшие планы предусматривали раздувание этого конфликта, поскольку, закончив со стражей и жителями, большинство из которых, рано или поздно станут жить в домах, построенных мной, я планировал идти дальше и завоёвывать репутацию в той среде, на которую опирается любой король — армию и флот. Локальный конфликт на море подходил для этого лучше всего, так что мне давно стало ясно — нужно сорвать эту помолвку любыми средствами, только я слабо себе представлял, как это можно было сделать, чтобы не засветиться при этом самому.

Теперь же, используя стремления старого герцога и его сына, завалить принцессу в кровать, чтобы получить ребёнка королевской крови, пусть даже и путём прямого противостояния с желаниями короля, а также сопутствующий всему этому гнев принцессы, направленный против меня, с убеждённостью показать и доказать, насколько она любима и популярная у других мужчин, можно было разыграть очень неплохую комбинацию.

В голове всё чётче стали выстраиваться мысли, а руки привычно зачесались — план полностью созрел!

* * *

— Надеюсь у вас всё готово граф, — король восседал на миниатюрном троне, который поставили на помосте, рядом с причалом. Я не понимал, зачем нужно было настолько прогибаться под другого короля, но он видимо слишком уж хотел помириться, так что даже сам решил встречать своего собрата. Своим заявлением, что самолично прибудет в порт, как впрочем и вся его свита, он доставил мне дополнительной головной боли, поскольку пришлось перепланировать охрану и даже обратиться за помощью к Орсею, который вывел предварительно своих людей на улицы и дал всем понять, что на время прибытия и отбытия короля, наличие криминальных элементов в толпе, крайне нежелательно.

— Да Ваше величество, — я находился рядом с ним, по его прямому приказу, мне крайне не хотелось выпячиваться среди всей этой толпы лизоблюдов, но против прямого приказа не попрёшь, поэтому вот уже час стоял рядом с его троном и рассказывал, как я усилил патрули и как планирую сопровождать их кортеж.

— Мы довольны вами граф, — король протянул мне руку, которую я низко нагнувшись, поцеловал, — хоть вы и постоянно нарушаете моё распоряжение быть чаще во дворце. Мне не безразлично, что происходит в моём городе, а вы последнее время единственный, кто проводит на его улицах больше всего времени и в курсе происходящего.

Я честно говоря не очень пока знал, что происходит в свите короля, поскольку у меня не было доступа к этой информации, но в отсутствии графа Негла у него до сих пор не было явного фаворита. За это вакантное место по-прежнему шла ожесточённая драчка, без видимого фаворита. Король видимо пытался и меня втравить в это дело, поскольку по тем взглядам, которые бросала остальная свита на меня, стоя на два шага дальше от его трона, чем я, было понятно, что стоит мне один раз оступиться, как вся это свора набросится и растерзает меня на кусочки. Видимо Его величество специально «махал» мной перед ними, словно перед быками красной тряпкой, чтобы подогреть их желание стать первыми. Мне же такое, в свете того, что я делал и с кем вёл дела, усиленное внимание было явно ненужно, но попробуйте сказать о таком королю!

— Ники, почему ты не ласкова с графом?, — король явно развлекался, стравливая меня не только со своими придворными, но и с принцессой, которая демонстративно стояла под руку с герцогом, воркуя с ним о чём-то своём. Она так старалась, что для меня это выглядело слишком фальшиво, но пусть резвиться, пока есть время.

— Нет, ты ошибаешься отец, — она отошла от своих друзей и протянула мне руку, я наклонился и едва дотронулся губами до холодных пальцев.

— Видишь, между нами всё хорошо, просто граф не в том возрасте, чтобы заинтересовать меня более, чем нашим совместным проектом, за который я безусловно ему очень благодарна. Я столько мечтала о таком, и вот наконец всё сбылось. Благодарю вас ещё раз граф де Берзе, вы всегда желанный гость у меня.

— Готов служить вам, Ваше высочество, — склонил я голову, видя, как король заинтересованно посмотрел на дочь, которая вроде и похвалила меня, но сказав положенные слова, тут же вернулась едва ли не в объятья герцога.

— Не кажется вам граф, что они слишком уж стали близки с сыном Шалю?, — внезапно поинтересовался он у меня, наблюдая за идиллией справа от себя, — может стоит прекратить это?

— «У меня-то почему ты это спрашиваешь?, — удивился я, — не помню, чтобы моё мнение вообще когда-то тебя интересовало».

— Ваше величество, я слишком незначительная фигура, чтобы давать вам советы, думаю есть более опытные люди в вашей свите, чтобы ответить на этот вопрос, — постарался вывернуться я, но король нахмурился и жёстко сказал.

— Граф, я сам решу у кого и что мне спрашивать — король я! Отвечайте!

— В свете помолвки, их слишком близкое сближение чревато ненужными слухами, если бы Ники была моей дочерью, я бы запретил им видеться, — быстро и честно ответил я, хотя это и вредило моим планам, но король слишком уж явно высказывал недовольство этой парочкой, так что говорить что-то идущее в разрез его мыслям, было чревато уже для меня.

Король довольно на меня посмотреть и погрозил пальцем.

— То-то же!

Мы парились на солнце вот уже час, пока корабли соседнего королевства, причаливали один за другим к пристани. Король Дорна словно хотел показать силу и мощь своего флота, так что вот уже пятый корабль с его гербами причаливал, выпускал из своих трюмов солдат и дворян, а самого короля всё не было. Не смотря на свой благодушный настрой вначале — это начало подбешивать и нашего короля, поскольку он видел, что это было сделано специально, чтобы заставить его ждать.

Вот наконец я заметил, как причалил один из последних кораблей, с ещё более богатой отделкой и расшитыми парусами, чем предыдущие и всё солдаты, а также придворные которые высадились ранее, тут же выстроились рядами встречать своего короля, потеснив нашу гвардию и придворных. Выглядело это крайне некрасиво и опускало достоинство встречающих, я быстро глянул вокруг, оказалось не у одного меня возникли такие мысли, даже король скрипнул зубами, но остался неподвижно сидеть на троне.

По сходням спустился высокий и статный мужчина на голове которого сияла золотая корона, почти сразу же следом за ним вышел мальчик в шляпе, на которой была золотая пряжка в виде пяти золотых зубчиков. Король Дорна поприветствовал своих дворян и тут Эйвор поднялся с трона и стал спускаться к нему, они пошли на встречу друг другу.

— Брат.

— Брат.

Краткие объятья и они внимательно осмотрели друг друга.

— Надеюсь путешествие не было для тебя слишком утомительно брат?

— Я привык к морским просторам, так что полон сил и готов к бою, — засмеялся его оппонент.

— У нас я уверен, ты найдёшь только отдых, — Эйвор дежурно улыбнулся.

Они перекинулись ещё парочкой ничего не значащих фраз, потом подозвали свою свиту и представили ключевых фигур своего двора, дворяне раскланялись друг с другом. Наконец состоялась главная встреча, ради которой всё и затевалось.

— Николин, моя дочь, — король с гордостью переставил красавицу, на которой тут же скрестились сотни взглядов, посмотреть было на что, одевшая по погоде красивое голубое платье с укрывшей её плечи такого же цвета накидкой, и осыпанная драгоценностями, принцесса была во всём своём великолепии молодости, красоты и величия. Я видел, как король Дорна с удовольствием на неё посмотрел, и кивнув своим мыслям, вывел своего сына, который едва не открыл рот, увидев Ники.

— Роберт, познакомься со своей будущей женой, — он жестом показал ему приблизиться к девушке.

— Добрый день сударыня, — парень наклонился и поцеловал протянутые пальцы, девушка сделала книксен.

— Добрый день Роберт, надеюсь вам у нас понравится, — она мило улыбалась, хотя я-то отлично знал её настрой по отношению к принцу и этой помолвке.

— Вот и отлично, — Эйвор заулыбался и сказав, что молодые могут поехать вместе, пошёл с Дорном к соседней отрытой карете.

Всё движение по улицам было запланировано заранее, как и люди, которые высыпали на улицы, чтобы посмотреть на редкое зрелище сразу двух королей. Длинный кортеж тронулся, когда все заняли положенные по рангу места в каретах и повозках, причём я заметил с какой злостью герцог смотрел на принца соседнего королевства, который поедал глазами нашу красавицу и не выпускал её руку из своих ладошек.

— «Эгей, да малыш влюбился с первого взгляда?, — я заинтересованно посмотрел на его такой знакомый взгляд, который приходилось наблюдать каждый раз, когда Валентайн находился радом с принцессой, — отлично! Тем сильнее будет удар!».

Я не входил в кортеж, поскольку руководил охраной, мои стражи стояли на всём протяжении его движения, так что я не сразу обратил внимание, когда мне стали показывать на открытую карету, где король с неудовольствием смотрел в мою сторону.

— «Что опять?! Похоже мне сегодня не дадут заниматься делом, — подумал я».

— Ваше величество?!, — я подъехал и демонстративно игнорируя второго короля, смотрел только на Эйвора.

— Мой брат заметил, что порт в отличном состоянии, как склады и дома, которые его окружают, — король показал на меня и обратился к Дорну, — наш капитан стражи, по совместительству человек, который всё и устроил, после случившегося у нас недавно пожара, в котором погибли сотни невинных душ.

Дорн цепким взглядом посмотрел на меня, но я равнодушно бросил на него взгляд, смотря только на Эйвора, оба это прекрасно поняли, у моего короля даже румянец на щёках появился.

— К сожалению, он слишком скромный и на все мои просьбы, быть чаще при дворе, постоянно меня игнорирует, — он шутливо погрозил мне пальцем.

— Ваше величество, вы прекрасно знаете, что я стараюсь оправдать ваше доверие, так что одна организация стражи, отнимает у меня много времени, но если вы приказываете, я готов быть рядом с вами когда пожелаете.

— Нет-нет, занимайся своим делом, — он отмахнулся от меня, показывая, что я могу быть свободен.

Спину мне обожгли злобные взгляды с других карет, я прекрасно их понимал, король ни с того ни с сего решил приблизить к себе чужака, отодвигая всех тех, кто преданно служил ему годами. Вернувшись на своё место, я с гордостью посматривал на стражу, которая в новой броне, оружием и выправкой смотрелась со стороны ничуть не хуже гвардии. Особенно показательным было то, что гвардия была одета празднично: цветастые плащи и сбруя на лошадях, а также парадное вооружение, что слишком ярко контрастировало со стоявшими на всём пути стражниками, которые были в своих обычных, пусть и новеньких доспехах и оружии.

Едва весь кортеж скрылся внутри дворца, как я свободно выдохнул и отыскав взглядом лейтенанта, который словно тень следовал всюду за мной, дал знак подъехать ближе.

— Отлично, я доволен! Можешь всех распускать, объяви всем, что завтра моя милость выдаст всем стражам премию, за отличную выправку!

— Благодарю милорд, все старались, — ему была приятна моя похвала, так что он быстро отъехал и принялся раздавать приказы сержантам, улицы очень быстро очистились от стражи, хотя вот народ, который закидывал кортеж цветами и приветственными криками, ещё очень долго не расходился, делясь другом с другом впечатлениями.

* * *

— Ты что в печали, мой юный друг?, — я зашёл в кабинет и плюхнулся на кресло, подбежавшие служанки стали снимать с меня сапоги и переобувать в домашнюю обувь.

— Брат, а теперь и этот, — Валентайн сидел с кружкой вина в руке и пил, я давно не видел его в таком состоянии. Последние дни я был занят подготовкой своего плана, так что лишь издали приглядывал за пирами и охотами, которые король устраивал для делегации соседнего королевства. Обо мне слава богам все забыли, так что я мог целиком посвятить себя своему грандиозному детищу. Который потребовал много усилий, начиная от поиска человека, который отлично подделывал подчерк, затем алхимика, который разбирался в наркотиках, и заканчивая встречами с магами, допустившими меня наконец в свою библиотеку. Меня интересовал всего один раздел и найденные книги по магии иллюзий, заполнили всё то время, которое было у меня свободно. Мне нужно было потренировать одну особенность моего направления, без которой план мог быть не совсем идеальным.

— Да, я слышал юный принц упоён нашей принцессой, хвостиком ходит за ней.

— Брат бесится и угрожает при всех, надавать ему подзатыльников, — хмыкнул парень, — но конечно это пустые угрозы. Кто поднимет руку на наследного принца?

— А сама принцесса?, — я показал на второй стакан и он налил мне в него вина.

— Ники счастлива, насколько я вижу, — он пьяно хихикнул, — так что милорд ей точно сейчас не до меня. Она большую часть времени проводит с братом и принцем, так что у ней всегда есть тот, кто готов исполнять любые её прихоти.

— Насколько принц увлечён?, — я стал допытываться, — мне самому стало интересно, а я, ты же знаешь, последнее время не бываю во дворце.

— Думаю вы граф, как обычно, лучше всех разбираетесь, когда стоит показываться великим мира сего на глаза, а когда нет, — он печально вздохнул и поднял стакан, я поднял свой и мы чокнулись.

— Комплименты? Мне? Что-то новое, — улыбнулся я, — ты пьян Валентайн!

— Ой, милорд, мне всё равно, — он налил мне ещё, — Ники потеряна для меня, помолвка состоится через три дня, поэтому я вот думаю, напиться и забыть про неё хотя бы на день.

— А брат твой, кстати, не оставил попыток? При принце также ведёт себя вызывающе?

— Да, они с принцем, хоть тот и совсем юн, едва ли не друг друга отталкивают, только чтобы быть рядом с ней. В принце видимо проснулось мужское начало, так что он остро реагирует, если к принцессе прикасается кто-то другой.

— «Отлично!, — я был доволен, мой план мог осуществиться и без всех этих признаков петушиных боёв, но с ними он приобретал любимую мной завершённость и остроту, словно вишенка на большом торте».

* * *

Наследный герцог Шалю недоумённо посмотрел на слугу, который вручив ему письмо, тут же исчез в проходе. Нет, конечно ему часто передавали поклонницы письма, но не так же, на виду у всех.

— Артур! Что за письмо? Ещё одна жаждущая твоего внимания?

Похоже он накаркал, друзья тут же увидели голубой конверт.

— Ого, дорогая бумага! От кого оно? Покажи Артур!?, — они начали веселиться, — покажи нам, кто следующая хочет лишиться с тобой девственности?

— Пошляки, — Артур беззлобно улыбнулся, пряча письмо, — ничего такого, просто встреча, обычная встреча.

— Не забудь рассказать нам потом, — они подшучивая над ним и его отношениями, пошли в зал, где вино лилось рекой. Удачная охота и два довольных короля — чем не отличный повод для всех выпить?

Дождавшись, когда рядом никого не будет, он достал письмо и опознав вензель, поднёс его к носу, пахло благовониями принцессы. Его сердце забилось чаще, девушка очень редко ему писала, чаще прося прибыть к ней, чтобы он сопровождал её на выезды, когда ей не хотелось брать с собой много охраны. Его конечно раздражали её закидоны с этими приютами и графом, на которого она посматривала иногда с непонятным ему взглядом, но тот всегда был спокоен, холоден, но очень вежлив. Артур никогда не мог заподозрить его в том, что тот претендует на принцессу, скорее казалось, что он всячески её игнорирует, встречаясь только тогда, когда это было действительно необходимо. Последнее время так и вообще присылая вместо себя его же брата, этого хлюпка, который кроме как смотреть телячьим взглядом на принцессу мало на что был способен.

Едва он кинул взгляд на первые строчки, как сначала не поверил своим глазам.

«Артур, мне надоело скрывать свои чувства, приходи сегодня в десять в нижнюю галерею правого флигеля, моя служанка тебя проводит».

Сердце бешено застучало в груди, а он не веря своему счастью, ещё раз осмотрел конверт, считая его возможно чьей-то шуткой, но нет: вензель от перстня на сургуче её, подчерк и запах тоже Ники!

— «Наконец-то! Она станет моей!, — гордость за себя, а также осознание не бессмысленности предпринимаемых действий по завоеванию сердца принцессы, захватили его целиком и он пробежался по последним строчкам её письма».

«Хочу, чтобы нас не опознали, поэтому переоденься пожалуйста в ту одежду, которая там будет, я тоже буду в другой одежде. Прошу тебя сделать это, я не хочу кинуть тень на свою честь!».

Подписи не было, но она и не была нужна! Это была победа! Настроение стремительно поднялось и герцог зашагал к себе, нужно было привести себя в порядок, чтобы предстать перед принцессой во всём своём великолепии! Ещё целый день он будет видеть её сегодня и зная, что она вечером целиком достанется ему, он готов был теперь терпеть и наглые ужимки сопляка, что возомнил себя мужчиной и даже соплежуйство брата, которого Ники почему-то стала звать в их компанию чаще, чем раньше.

Его правда смущала вся эта возня с переодеванием, но если принцесса так хочет, то пусть, всё равно он снимет одежду с себя и неё в конце концов!

* * *

Настроение у Ники было отвратительным, неделя выдалась отвратительной, сначала Шали упала с лестницы, причём по свидетельствам очевидцев просто споткнулась на ровном месте и теперь с повреждённой ногой лежала у себя в комнате. Ники настояла, чтобы лекари осмотрели её и сделали всё необходимое. Затем принц, которой набрался храбрости и при каждом удобном случае пытался её поцеловать, назло Артуру и остальным её друзьям. Её конечно забавляло это противостояние взрослого мужчины, и маленького мальчика, но мысли об Анри всё время всплывали в её душе, как же ей хотелось, чтобы на месте одного из них был он! Чтобы он боролся за её руку и внимание! Чтобы он ловил каждый брошенный ею благосклонный взгляд и с гордостью потом посматривал на соседей, но нет же. С той памятной ночи, когда она хотела стать в его объятьях женщиной, а он её оттолкнул и не принял её чувств и желаний, они редко виделись. Точнее и встречами-то, эти краткие мгновения нельзя была назвать, граф задавал вопросы только касающиеся приютов, никогда не переспрашивал, не обращал внимание на её спутников — в эти моменты девушке хотелось подойти и ударить его, так её бесило его холодность и бездушие. Рыдая по ночам, она никак не могла понять, что она в нём нашла. Старый, без эмоциональный, холодный человек — что было в нём такое, что заставляло её сердце замирать каждый раз, когда она его видела?! Правда стоило ей сравнить его со своими друзьями, не по внешности и по поведению, а по отношению к людям, как всё вставало на свои места. Граф как никто другой разделал её взгляды, и его бескорыстная помощь людям, из-за которой они познакомились и собственного говоря именно поэтому она в него и влюбилась, ведь впервые в жизни, после смерти мамы, встретила человека, который разделял одинаковые с ней взгляды на мир.

Ники прижала ладони к «горевшим» румянцем щекам, едва вспомнив, чем они занимались тогда, когда она впервые разделась перед ним, отчаявшись привлечь его внимание хоть чем-то ещё. Похоже только это его и могло привлечь к ней, так что девушка захотела повторить, чтобы навсегда привязать его к себе, пусть для этого и придётся лишиться девственности. В конце концов практически все её подруги давно с ней распрощались, она же хранила её непонятно кому и для чего, наверно воспитание, данное мамой, а также то, что она никогда не встречала людей, настолько близких к ней по духу, и не позволяло ей раздвинуть ноги перед просто красивым лицом знакомого мужчины.

Девушка подняла голову и заметила конверт, лежавший на столике у кровати.

— «Странно, не помню, чтобы кто-то его оставлял здесь, — она удивилась, но протянула руку, взяла его и раскрыла».

«Каждый день вспоминаю ту галерею и вечер, что оттолкнул тебя и не могу забыть своего поступка. Я был не прав и хочу, чтобы ты меня простила. Приходи туда же сегодня в половину одиннадцатого. Буду тебя ждать».

Девушка ахнула и быстро ещё раз пробежалась глазами по тексту, она видела конечно подчерк графа и этот был на него не сильно похож, но текст! Кто ещё кроме него мог о таком знать?!! Никто!

— «Возможно он специально не захотел писать своим, — девушка в волнении положила письмо под матрас, чтобы его никто не увидел, — но это точно он!».

Сердце забилось в волнении и она покраснела. Сегодня! Это точно случится сегодня!

В горле у ней пересохло, так что она взяла стакан с водой, стоявший рядом с полным графином, тут же на столике и отпила из него.

— «Странно, но вода горчит?, — удивилась она и вылив воду, налила из графина ещё».

Вся вода была чуть с горчинкой, поэтому девушка недоумевая вылила графин в ночной горшок, и позвала слуг, чтобы принесли другую воду.

Весь день до вечера она была весела, что конечно же заметили все вокруг, пытаясь вызнать причину её хорошего настроения, девушка молчала и улыбаясь. Правда настрой немного портили взгляды, которые бросал на неё сегодня Артур, он едва ли не раздевал её взглядом!! Он конечно и раньше был не слишком церемонный в этом отношении, но сегодня его наглость была подавляющей, она даже высказала ему за такое дерзкое поведение. Он подмигнул ей, но всё же извинился. Не понимая причину его такого развязного поведения, она вскоре перестала обращать на это внимание, бросая взгляд на часы, время ползло медленно, но она всё больше ощущала, чем темнее становилось на улице, тем более разгорался огонь внизу живота, а сознание всё более затуманивалось по непонятной ей причине.

Когда все разошлись и она удалилась к себе в покои, то девушка недоумевала, что с ней происходит? Голова словно налилась тяжестью, а всё кругом было как в тумане. Неужели она отравилась едой или напитками? Надеясь, что ко времени встречи это всё пройдёт, она легла на кровать, чтобы вздремнуть.

— Ваше высочество!, — тихо шептал кто-то и она нехотя раскрыла глаза, в голове ощутимо шумело, а лицо говорившего расплывалось перед ней.

— А?! Кто здесь?!, — испугалась она.

— Ваше высочество, меня послал граф, нам нужно идти, время!, — слуга, который почтительно к ней обращался, но лицо которого она смутно различала, протянул её стакан с водой.

— Вам не хорошо Ваше высочество?

Девушка взяла стакан и отпила из него, снова ощутив тот же горький привкус, что и в той воде, которую пила днём.

— Фу! Гадость!, — она откинула стакан и тот проливая воду, покатился по ковру.

— Нам нужно идти!, — она поднялась с кровати и закуталась в поданный широкий плащ, который пах телом Анри.

Сомнений не оставалось, как и то, что она не могла не пойти!! Едва переставляя ноги из-за кружившейся головы, она пошла за слугой, который почтительно отрывал перед ней двери.

На место они пришли не скоро, так как иногда ей нужна была помощь, в преодолении ступенек из-за слабости, слуга тут же помогал ей, а она делала вид, что не замечает, что он дотрагивается при этом до особы королевской крови.

Знакомая галерея, она с дрожащими коленями и руками открыла дверь! Сидевший внутри на кровати мужчина в такой знакомой ей одежде поднялся.

— Ники!

— Анри!, — прошептала она от радости и бросилась к нему, оказавшись в крепких мужских объятьях. Правда чуть крепче, чем обычно, да и рост вроде бы у Анри был чуть меньше, но голова, затуманенная неизвестно чем, плохо соображала. Одно она понимала, лицо которое смотрела на неё с такой любовью, хоть и было чуть расплывшимся, но явно его. К тому же тот странный запах, который всегда исходил от его одежды, словно воздух после сильного снегопада, и который всегда сводил её с ума, когда он был рядом, был тоже его.

— Хочу быть твоей!

Едва она эта сказала, как сильные руки стали снимать с неё платье и она почувствовала, как запылало её тело, отдаваясь страсти целиком, когда шершавые ладони стали прикасаться к нежной коже.

— Ники!, — голос, прошептавший её имя, был чуть грубее, чем у графа, но девушка уже целиком отдалась чувствам.

* * *

Роберт удивлённо обернулся, когда сзади послышался шум и две фигуры его телохранителей опали на пол, загремев железом. Он не успел испугаться, как появилась фигура, закутанная в плащ и поманила его рукой за собой.

Он хотел закричать и убежать, так как появившийся незнакомец, к тому же посреди ночи, явно не сулил ничего хорошего наследнику престола, ведь если он смог обездвижить его телохранителей, в умении которых принц никогда не сомневался, то с мальчиком, вооружённым даже не шпагой, а красивой зубочисткой, незнакомец справился бы ещё быстрее.

Фигура неподвижно замерла, не делая и попыток напасть, лишь нетерпеливо поманила его ещё раз рукой, оставаясь на месте и не двигаясь.

— «Если бы он хотел напасть, давно бы это сделал!, — принц хоть и был юн, но прекрасно понимал такие вещи, — похоже он хочет мне что-то показать!».

Его охватило любопытство и он сделал шаг вперёд, на встречу незнакомцу, фигура кивнула головой и оглядываясь на него, повела его куда-то вниз и вправо.

Уже через пять минут, принц спокойно шел, видя, что ему не хотят ничего плохого, наоборот в нужным местах предупредительно показывают жестами, что будет лестница или крутой подъём. Однозначно этот человек не хотел причинить ему вред, так что Роберт ускорил шаг, старясь поспеть за фигурой.

Они прошли в какую-то галерею, слева от которой виднелось ночное небо и остановились у двери. Фигура что-то стала делать и вскоре дверь чуть приоткрылась. Посмотрев внутрь, она махнула ему рукой, чтобы он посмотрел также туда.

Принц подошёл ближе и заметив краем глаза, как фигура посторонилась, давая ему обзор, прислонился глазами к щели. Кровь прилила ему к глазам и ушам, а кулаки сжались с такой силой, что кровь выступила из ранок, сделанных ногтями. Внутри, на широкой кровати, обнажённая фигура его вечного соперника трахала девушку, которая лежала на спине и вскрикивала, когда мужчина был особенно напорист. Именно услышав первый из них, Роберт едва не сошёл с ума, он знал этот голос!!! Каждый день, каждый час готов был его слушать, до этого момента!! Проклятая шлюха крутила им как хотела, заигрывала и хотела стать женой, при этом ночами отдаваясь другому!!!

— А-а-а!!!, — заорал он, выхватывая свою короткую шпагу и бросаясь внутрь. Он ничего не соображал, ярость полностью захватило его сознание, чтобы думать ещё о чём-то другом.

Стоявшая у двери фигура, закутанная в широкий плащ, убедившись, что принц успел сделать укол в спину мужчину, а тот закричав от боли, повернулся и оплеухой сначала отбросил его в угол, а затем вскочив с кровати, набросился на него с кулаками. Она кивнула своим мыслям и растворилась в дворцовой тишине.

Глава 9.

Смерти. Много смертей.

Я проснулся полностью выспавшийся, события последних дней, когда нужно было сделать слишком многое и большую часть самому, слишком вымотали меня, чтобы сегодня вставать рано. Как настоящий мастер кукловод, я сделал всё, от себя зависящее: расставил нужные фигуры в нужном месте и времени, подготовил их и всё, что оставалось теперь делать, наблюдать за спектаклем. Когда уже все не могут сойти с подготовленной для них сцены и действуют только по тому сценарию, который подготовил ты.

Служанки одели меня, затем повели в купальню, так что вскоре полностью довольный и счастливый, я сидел и завтракал, когда мне в кабинет влетел ошарашенный Валентайн и стал орать бессвязный бред. Всё, что было понятно по его обрывкам фраз — это «принцесса опорочена» и «война». Меня же интересовали подробности.

— Валентайн, я конечно понимаю, ты взвинчен, но из твоей речи я не могу понять ничего. Ты можешь сесть и спокойно мне всё объяснить? Не забывай, я только что проснулся.

Юноша ещё с несколько минут метался по кабинету, выкрикивал угрозы, и только мой спокойный вид и невозмутимое поедание завтрака, отрезвили его. Он в ярости сначал отбросил стул в сторону, затем поднял его и только после этого сел.

— Успокоился?

— Граф, я не могу, просто не могу! Чтобы мой брат оказался такой мерзостью! Такой подлой и двуличной тварью, я просто не могу в это поверить! Такого просто не может быть!! Он не святой, я признаю, но на такое он точно не мог пойти!!

— Валентайн?!, — я заломил бровь.

— Ах, да, вы же ничего не знаете, — он несколько раз ударил себя кулаком по колену, — в общем принц ночью застал, как Артур «спит» с принцессой, набросился на них и был сильно избит. На шум сбежалась охрана, растащила их, увидев обнажённую принцессу и после этого во дворце разгорелась даже не буря, а ураган. Король Дорна объявил войну нашему королевству и тут же отбыл домой. Его величество разъярился так, что брату сегодня в полдень отрубят голову, а моего отца и всех нас, сошлют в ссылку.

— А принцесса?, — поинтересовался я, откусывая булочку со сливовой начинкой.

— Король запер её в своих покоях и всем запрещено к ней входить. Даже слугам!!, — молодой человек покачал головой.

— А ты что думаешь?, — поинтересовался я у него, поскольку он был близок к моим планам, как никто другой. Он знал когда я отъезжаю и когда приезжаю, а также мог легко вывести в случае многих вопросов следствия на Кассия, который часто запирался со мной в кабинете и в эти моменты я никого не принимал у себя, что конечно же было для него непривычно и он мог также этим поделиться с кем-нибудь ещё.

— Если честно граф, как на духу, — он посмотрел на меня и я кивнул ему поощрительно.

— Не верю я всему этому, — решительно сказал он, рубанув рукой по столу.

— Ники к вам в своё время относилась лучше, чем к брату, и даже её заигрывания с ним в последние недели не казались мне лично чем-то серьёзным. Брат да, в принципе мог с ней переспать, но принцесса я не думаю, что согласилась бы на его кандидатуру, — он отрицательно покачал головой, — сколько я её знаю, нет, не могла.

— Тем более мне покоя не даёт одежда, которую нашли в той комнате, — он сбился, покраснел, но закончил, — в которой всё случилось.

— А что с ней не так?, — «удивился» я.

— Брат никогда бы не одел такую! Это не в его натуре! Я осмотрел сегодня в доме весь его гардероб, нет ни одной подобной вещи такого покроя!!!

— Ты один так думаешь? Говорил про это ещё кому-то?, — я прищурился, от его ответа зависела его жизнь.

— Пока я один, но милорд поверьте, я сегодня же поеду по друзьям и расскажу обо всех своих подозрениях!!, — юноша вскочил и снова в возбуждении заходил по кабинету, объясняя мне то, что я и так прекрасно знал. Принцесса в здравом рассудке никогда бы не стала спать с герцогом, да и некоторые шероховатости в исполнении плана всё же были, как ни крути. Реальность всегда вносит в наши, даже сверх идеальные планы, свои коррективы.

— «Мой бедный наивный чудак, — я с жалостью посмотрел на парня, которого придётся убить, как бы мне этого не хотелось, — ты так мало жил и так много страдал. Пусть смерть успокоит твой мечущийся рассудок и пламенную душу, я буду с теплотой вспоминать о тебе».

— Я на твой стороне Валентайн, — я промокнул губы салфеткой и встал из-за стола, — моё имя что-то да значит, так что поехали, я проведу тебя во дворец и мы попытаемся обелить имя принцессы!

— Правда! Граф, но у вас будут неприятности, нам дали три дня, на то чтобы покинуть столицу!

— Поехали мой юный друг, честь девушки дороже какого-то там беспокойства.

Он горячо благодарил меня, хватал за руки и мы отправились в путь, так что я даже с небольшим сожалением остановил его сердце и с грустью закрыл удивлённые, совсем недавно пылающие жизнью глаза.

Чтобы избавиться от трупа, пришлось сменить карету, отправив Кассия сделать всё так, чтобы казалось, что молодой человек не выдержав позора, сбросился в море. Карлику я доверял, так как только вчера, он на моих глазах зарезал алхимика, у которого он покупал нужное мне зелье, а следом за этим и того вора, который подделал записку, написанную «якобы» принцессой. Он мог проболтаться конечно, что выполнил такой странный заказ, но в отсутствии его самого, никто не станет слушать бред, если такой и всплывёт откуда-то из подворотни.

Мне ещё нужно было устранить парочку слуг, которые хоть и действовали не зная о последствиях своих поступков, но они знали Кассия и его подружку в лицо, так что их требовалось устранить как можно быстрее, пока они не стали трепать об недавних странных поручениях, следствию. Конечно маловероятно, что они сами об этом заговорят, смекнув, что их за подобное могут потащить на дыбу, но вот если сыщики доберутся до них, молчать они точно не станут, в этом я не сомневался.

Собственно говоря за этим я и поехал во дворец, чтобы во всеобщей неразберихе и суматохе убрать лишних свидетелей.

Вот правда едва я сошёл с лесенки кареты, как в меня едва ли не клещами впился гвардеец.

— Граф де Берзе?!, — быстро спросил он и получив утвердительный ответ, едва ли не силой потащил меня наверх. На мой недоумённый вопрос, он ответил всего одним словом.

— Король!

Странно, но меня повели не в его опочивальню или Большой зал, а куда-то влево, там, где я лишь пару раз бывал, исследуя дворец, когда готовился к вчерашней ночи. Передав меня знакомому офицеру, который стоял перед запертыми дверьми, он удалился.

— Хотел бы я сказать, что день добрый граф, но увы, — виконт покачал головой, — какое несчастье, бедная принцесса, какой позор.

— Да наслышан мой друг, — я сделал скорбный вид, — а за чем за мной послали?

— Не знаю граф, короля давно никто не видел в такой ярости, думаю вы мне быстрей расскажите о причине вызова к нему, — он грустно улыбнулся и открыл передо мной дверь.

Внутри комнаты было пусто, я увидел, что дверь балкона открыта и уже там стоит много народу. Я пошёл туда и на шум от моих шагов, несколько из придворных оглянулись, но тут же отвели взгляды, смотря вниз. Я подошёл к краю балкона и увидел площадь, где стоял эшафот с палачом и к нему два гвардейца вели герцога, из одежды на котором были только нижние подштанники.

На небольшой площади больше никого не было, только молчаливые гвардейцы, палач и сам обвиняемый.

— Признаёшь ли ты свою вину?, — услышал я грозный голос короля, — ты, который опорочил особу королевской крови и вверг страну в пучину войны?!

Я посмотрев вправо и увидел его, наклонившегося над перилами и кричащего стоявшему снизу наследному герцогу, который похоже никогда теперь им не станет.

Обвиняемый посмотрел на короля, затем плюнул в палача и громко рассмеялся.

— Я трахнул её и это было незабываемо! Хоть эта сучка и спутала меня с кем-то, но её первым был точно я!! Маленькая шлюшка запомнит это на всю свою оставшуюся жизнь!!

— Что ты несёшь!!, — взъярился король и я видел, как его лицо побелело. Он махнул платком палачу.

К герцогу тут же подошли гвардейцы и схватив его за руки, нагнули к плахе, всего один взмах и отрубленная голова покатилась по каменной площади, пачкая всё вокруг кровью.

— Разрубить на куски и бросить их в лесу! Пусть его сожрут звери!, — голос короля пугал даже меня.

Тут он обернулся, чтобы уйти с балкона и заметил меня.

— Граф! Ко мне!

Сказанное таким тоном не нужно было обсуждать, я быстро подошёл и встал на колено, король был не в том настроении сейчас, чтобы ему дерзить.

— Все вон отсюда!

Недоумевающие придворные, сначала не пошевелились, но второй окрик короля заставил их мухой вылететь с балкона.

— Вон я сказал или все последуете за ним!, — он показал толстым пальцем вниз.

Когда мы остались одни, Эйвор устало опустился на кресло, и смотрел, как тело казнённого рубят на куски и грузят в повозку.

— Я приказал провести расследование, — от тыкнул пальцем в сторону эшафота, — опоил мою девочку, зазвал к себе под каким-то предлогом извинений и изнасиловал.

— Простите Ваше величество, — я оставался в такой же позе, — это ужасно! Он же дворянин, как он мог так поступить?!

— Мои сыщики ищут всех причастных к этому, — он не оборачиваясь на меня, продолжал говорить, — так что пока кроме вас, меня и их, об этом никому не известно.

— Ваше величество, нужно об этом сразу всем объявить!! Ники сейчас под таким страшным ударом!! Нужно обелить её имя!! Бедная девочка!!

Король бросил на меня острый взгляд, я принял его, показывая, что не сомневаюсь в своих словах.

— Да, конечно, как только будут найдены все причастные к этому, — он кивнул своим мыслям, — вам я рассказал всё потому, что вы единственный, кому она доверяла. Столько лестных слов, как о вас, я не слышал ни о ком ранее.

— Ваше величество, последнее время принцесса не сильно жаловала моё общество.

— Да, зато жаловала насильника и проходимца, который чтобы потешить свой член, унизил нас!!! Всё королевство!!

Я молчал.

— В общем, передайте пока свои обязанности капитана стражи, кому посчитаете нужным, граф, — он тяжело вздохнул, — я видел, что вы не только выполнили своё обещание по наведению порядка, но и стража под вашим руководством стала походить на ту, какой бы я сам хотел её видеть, а не тот сброд пьяниц с отдышкой, который я видел каждый раз, когда выезжал в город.

— Приказывайте Ваше величество!, — я недоумевал, что ему могло от меня понадобиться.

— С сегодняшнего дня и до моего особого распоряжения, вы будете при Ники, — он посмотрел на меня, — вам одному я могу сейчас её доверить, как бы это ни странно звучало. Вам! Чужаку!! Кто не родился и вырос в королевстве, я могу доверить самое ценное что есть у меня сейчас, после сына!!

Он покачал головой, словно сам удивляясь своему решению.

— Я запретил походить к ней всем, думаю вы справитесь с ролью наседки граф? Не хочу, чтобы пока не закончено расследование, по дворцу стали расползаться слухи о том, что сейчас делает Ники, в том числе и от прислуги. Или видите в этом урон своей чести? Граф?

— Ваше величество, честь принцессы дороже меня и моей жизни!!

— Хороший ответ, — он облокотился на кресло, — если что-то будет нужно, сразу ко мне! Это приказ!

— Слушаюсь Ваше величество!!

— Приступайте, охрана у её покоев в курсе ваших полномочий.

— Слушаюсь!

Поднявшись с колена и ещё раз низко поклонившись, я не понимая, что сейчас произошло, пошёл мимо угрюмых придворных, которые не слышали наш разговор, но сам факт того, что король явно мне что-то приказал и я согласился, был понятен без слов. Сам же я был поражён его назначением и выбором, почему именно я? Ответа на этот вопрос у меня не было.

Я с недавних пор отлично изучил дворец, во всех его хитросплетениях и переходах, так что кратчайшим путём дошёл до покоев принцессы, мне было интересно, как она перенесла такой позор. То, что я своих целей достиг, да ещё и сверх того, разразилась война между двумя королевствами — это было понятно, но вот что сейчас думает принцесса, после того, как её мечта осуществилась и она лишилась девственности, пусть и не совсем с тем, с кем она хотела. Мне было просто интересно.

Десять!!! Целых десять гвардейцев на входе в её покои стояли стеной, хотя никого рядом и не было, чтобы претендовать на посещение, было такое чувство, что принцессу все бросили и покинули, обычно тут было значительно многолюднее, чем сейчас.

Я молча подошёл и строй дрогнул, один из них тяжело посмотрел на меня и открыл дверь. Я зашёл внутрь, удивившись тишине. Обычно в это время тут стоял привычный уху галдёж не менее десятка молодых голосов, так что такая обстановка была мне непривычной.

Не найдя принцессу, я отправился в её комнату, но едва открыв дверь и увидев, что там происходит, я силой мысли вызвал иллюзии, которые появившись рядом с кроватью, одним движением перерубили жгут простыни, на котором начало дёргаться тело, и тут же опустили его на кровать.

— «Смерть принцессы в мои планы ну никак не входила!! Тем более после оказанного доверия короля, — я испугался за своё назначение».

Схватив графин воды, я бросился к кровати и стал приводить девушку в чувство, очень надеясь, что не опоздал и непоправимого не случилось. Это бы жестко ударило по моим дальнейшим планам.

Я обеспокоенно смотрел на начавшие розоветь щёки и прощупывающуюся теперь более ощутимо чем ранее, нить жизни у неё на горле.

Девушка открыла глаза и увидела меня.

— Анри?!

— Ты что дура удумала?! Совсем из ума выжила?!, — я набросился на неё, поскольку опоздай я всего на миг и пришлось бы многое начинать заново. Столько бездарно ухлопанного времени и денег!!

— Анри!! Анри!!, — она извернулась и бросилась мне на грудь, — я думала это был ты!! Прости меня!! Прошу, я сделаю что хочешь, но прости!!! Анри!!!

Она словно обезумев, целовала меня и несла бессвязные слова, пытаясь извиниться за то, в чём думала, она была виновата. Я открыл рот, чтобы усовестить её, как она может о чём-то просить, если спала с другим, как в глубине души словно раздался треск.

Не понимая, я прислушался к своим ощущениям и треск повторился, словно лёд разбивали несколькими молотами одновременно.

— Анри!! Прошу, ну скажи хоть слово!!!, — девушка отвлекая меня от себя, едва не вдавливала меня в спинку кровати весом своего тела.

* * *

Треск повторился и стал слышен всё больше и больше, а мою душу словно изнутри стали разрывать невидимые цепи. Боль, ужасающая боль ударила мне в грудь, и я не мог ни пошевелиться, ни вздрогнуть. Давно забытое чувство паники, когда ты не можешь управлять собственным телом, о котором я стал забывать с момента покидания меня светлой половинки, нахлынуло на меня вновь.

— «Анри!!! Ты обещал!!!, — мысленно заорал я, понимая, на что это похоже, — я выполнил все пункты нашего договора и даже более, а ты обещал!!!».

— «Я тут не причём мой тёмный брат, — время замерло и рядом со мной появилась такая знакомая фигура, которая мягко улыбалась, — я честно выполняю наш договор, вот только ты сам меня позвал сюда, я просто ответил на твой зов».

— «Я?! Что за чушь ты несёшь?!, — возмутился я, — я никого не звал!!».

— «Да?!, — удивился он, — а как же твои вопросы ко мне?? А как же ночные метания, о том, как бы я поступил, если бы был с тобой? Сомнения и вопросы о девушке, которая открыла тебе свою душу и выплёскивает на тебя свои чувства? Этого не было?».

— «Было, но это же не серьёзно!, — возмутился я, — подумаешь одна дурочка трахнулась с другим самцом, что тут такого? Зато война!! Она упрочит моё здесь положение!!».

— «Мой брат, я чту уговор, — он склонил голову, — если ты скажешь, я уйду».

Я открыл рот, чтобы сказать ему, чтобы он проваливал, но взгляд остановился на девушке, которая сейчас, вовремя нашего разговора вне времени и пространства, просила у меня прощенья. Почему-то вспомнилось и её восторженные возгласы, когда она увидела приют, и время когда мы были вместе, а она всей душой и телом отдавала себя делу, на которое всем, кроме неё, было глубоко наплевать. Вспомнил я признание мне, и её слова к герцогу Шалю, когда думала, что сейчас находится со мной и заколебался.

— «Брат решай, — он был удивлён, тем, что я медлю, ведь я всегда был категоричен в таких вопросах».

— «У тебя пять минут, — я был поражён, тому, что я сам говорю эти слова!!! Я!!! Анри де Берзе!! Сам, по своей воле!!!».

Он был ошарашен не меньше моего, так что пришлось на него прикрикнуть.

— «Время идёт!!! Только не наговори ерунды!!».

* * *

— Ники, ты ни в чём не виновата, — услышала девушка мягкий голос, когда казалось, её мир рассыпался на мелкие осколки.

— Анри, прости!! Прости!!, — она думала, что сейчас от его ответа зависело всё в её жизни.

— Ники, я говорил с твоим отцом, герцог опоил тебя и изнасиловал. Ты ни в чём не виновата, — мягкий голос, с теми интонациями, что мурашки побежали по её телу, а главное слова — его слова, мягкой патокой влились в её истерзанную душу.

— Правда?! Это правда?!, — она хваталась за них, как за последнюю спасительную соломинку.

— Да, это чистая правда. Я присутствовал на его казни и твой отец поручил мне за тобой присматривать.

— Ты согласился? Ты простишь меня?!, — она впервые за время разговора смогла посмотреть ему прямо в глаза и вздрогнула. Вместо обычного бесстрастного и холодного взгляда, на неё сейчас смотрел человек, который волнуется за неё и переживает! Она видела, как он взволнован и хочет её успокоить. Осознание того, что непоправимого она могла недавно с собой совершить, накатило на неё словно гигантская морская волна. Девушка закричала и забилась в истерике.

* * *

Я смотрел словно со стороны, на то, как мой слюнтяй успокаивает девушку и похоже у него это получилось, а когда они стали целоваться, до боли кусая друг другу губы, я даже немного позавидовал, что не я ощущаю эти чувства сейчас.

Думать о том, зачем и почему я принял такое тупое решение, чтобы дать ему на время своё тело, совершенно не хотелось. Я не узнавал себя, зачем? Зачем я его оставил и позволил её успокаивать? Ну ничего такого не случилось, я снял её с петли и дальше не позволил бы ничего делать с собой, пока нахожусь рядом.

Когда они нацеловавшись и наговорив друг друга обычного в таких случаях бреда, бесившего меня, то легли вместе, крепко обнявшись. Я решил дать о себе знать.

— «Км-км!».

Он без слов, тут же отдал мне тело.

— «Мне уйти брат?!, — светлая половинка выглядела ну через чур уж довольной, хотелось послать его так далеко, чтобы он никогда оттуда не вылез».

Против своей воли, из меня вырвались совершенно другие слова.

— «Нет, будь неподалёку, теперь ты будешь страдать, как я в своё время, когда ты лишал меня тела!! Надеюсь познаешь все муки, которые я с тобой тогда испытывал!!».

— «Знаешь, похоже сегодня я снова обрёл веру в людей, — он загадочно улыбнулся, взбесив меня ещё сильнее этими словами».

— «Проваливай давай, нужен будешь, позову, — грубо ответил я, не признаваясь в собственном бессилия разрешить ситуацию, которую он смог пусть не за пять, но за десять минут точно повернуть в лучшую для нас обоих сторону».

Принцесса больше не плакала, счастливо прижималась к моему телу и судя по тому, что стала меньше вздрагивать, похоже уснула, впервые за эту ночь и день.

Я встал с кровати, укрыл её одеялом и пошёл к двери, нужно было подчистить хвосты, пока сыщики не доберутся до тех слуг, что помогали Кассию с записками и водой. Главную улику, письмо от «якобы» принцессы я лично забрал у давно подкупленного слуги Рода Шалю. Ныне покойный сын герцога положил его в тоже самое место, где ранее лежало письмо моей нынешней любовницы. Правда сейчас там вместо письма, лежал просто похожий конверт с ничего не значащей бумажкой, но герцог даже не смотрел внутрь, считая, что всё лежит на своих местах. Так что мне не составило труда сначала уничтожить письмо, а затем приказать Орсею позже наведаться туда для подчистки моих следов, хотя конечно слуга и не видел моего лица, но я не привык оставлять хоть кого-то, участвующего в таком стратегически важном плане в живых. К тому же, после слов бедняжки Валентайна, нужно было ещё добавить в гардероб герцога пару костюмов моего покроя, чтобы ни у кого не возникло тех же вопросов, за которые бедняга поплатился жизнью.

Слуг же во дворце нужно было просто убить, а поскольку я не собирался оставлять ни единого намёка на то, что они были к чему-то причастны, поэтому вместе с ними, скорее всего умрут ещё и несколько невиновных, просто оказавшихся на свою беду рядом людей.

* * *

— Анри!, — испуганный голос девушки раздался из спальни.

— Анри!!, — закричала она сильнее, в голосе слышалась паника.

Я встал с дивана, поскольку не спать же мне в её комнате, вдруг король зайдет.

— Здесь я, не кричи так Ники.

Я не успел войти, как на мене повисло тело девушки, она стала обнимать меня.

— Это был не сон?! Ты простил меня?!, — она едва не тряслась от испуга, что услышит другое.

— «Как же меня это бесит!!!!, — едва не застонал я от злости и раздражения, — Анри!! Иди сюда!!!».

— Ники, дорогая.

Мягкий и обволакивающий голос, в который была явно была вплетена капелька магии. Я только сейчас заметил эти её колебания.

— «Этот ублюдок мухлюет!!!, — возмутился я, поняв, как он смог за такой короткий срок успокоить девушку, бывшую на грани смерти».

— Любимый мой, — она счастливо засмеялась и потянув его за руку, затащила в кровать.

— Давай полежим? Просто хочу, чтобы ты прижался ко мне и был рядом!!

— «А если войдёт кто?, — возмутился я, но телом к сожалению управлял сейчас не я».

Он же безропотно лёг с ней и они обнялись.

— Ты голодна?, — снова я почувствовал магию.

— «Что он там делал внутри души, опять что-то придумал новое?, — недоумевал я, ведь такой способности ранее не было ни у одного из нас».

— Ой, ты прав, но давай позже, хочу просто быть вместе с тобой.

— Ники ты ведь понимаешь, — осторожно начал он, — что тебе нельзя будет так со мной говорить, когда рядом будут посторонние?

— Любимый, сейчас есть только ты и я, не лишай меня этого, — голос девушки стал слишком серьёзен.

— Прости, конечно.

Поговорив о её детстве и узнав много новое из жизни принцессы, он уступил место обратно мне.

— Ники, тебе нужно поесть!, — я отодвинулся о девушки, — к тому же, пока идёт расследование тебе не стоит высказывать так сильно свои чувства, это навредит тебе!!!

— Ты меня защитишь?, — она доверчиво на меня посмотрела, выглядывая из-под одеяла.

— Я не от всего могу защитить!, — отрезал я, — точно не от твоего отца!!

Она согласно кивнула и отвернулась, я же направился к двери, чтобы распорядиться об ужине.

— Как она граф?, — гвардеец тихо спросил меня, едва я закончил со слугами и повернулся к двери, — это конечно секрет, но весь дворец знает, что герцог изнасиловал девочку, опоив её. Мы все волнуемся.

— Уже лучше сержант, — я похлопал его по плечу, — много лучше, чем вчера.

— «Уважаю короля, пустить слух, который вроде бы является секретом — лучшее сейчас решение. О принцессе начали беспокоиться и вскоре приёмная будет снова полна людей, ведь одно дело если она сама легла под мужчину, отдавая отчёт в своих действиях и последствиях, а совершенно другое, если была изнасилована. Печать опороченной с неё это конечно не снимет, так как в курсе случившегося было слишком много народу, но вот сочувствие к себе она явно вызовет».

* * *

— Граф, — король подошёл ко мне и показал жестом, что поклона хватит.

— Ваше величество, — я склонился, но краем глаза присматривал за кружащейся в танце принцессе. Прошёл месяц с последних событий, а это соплежуй, мой светлый брат, так вскружил голову бедной девочке, которая и до этого-то была мной сильно увлечена, что она только смотрела в рот и соглашалась со всем, что он скажет. Я был против того, чтобы она стала выходить в свет и вела себя как ни в чём не бывало, я боялся потери над ней контроля, поскольку её снова будет окружать множество людей, но он настоял и признавая его заслуги в этом деле, мне пришлось согласиться. Тем более, хоть я и не хотел признаваться в этом даже самому себе, но у меня снова появился собеседник, с которым можно было обсуждать любые темы, не боясь ничего, к тому же тело было полностью моё и я не боялся, что он захватит его без спроса, как прежде. В этом вопросе он был очень осторожен и предупредителен, по нескольку раз спрашивая разрешения занять его, когда нужно было поговорить с Ники.

— Похоже всё, что вы делаете, вы делаете отлично, — он посмотрел куда я смотрю и тоже повернулся в сторону смеющейся девушки, которая издали помахала нам обоим рукой.

Он тут же ответил ей жестом и снова посмотрел на меня.

— Не думал, что от вашего предложения будет польза, прошло слишком мало времени с той ночи, но вы в который раз оказались правы граф.

— «Да не я это, а проклятый Анри, — меня также как и его душило непонимание происходящего, а также как он вообще смог её уговорить не только начать вести обычную жизнь, поскольку сама девушка намеривалась вначале вести затворнический образ жизни, общаясь только с отцом и мной, но ещё и уговорить чаще выходить в свет».

Конечно же все давно знали, кто был виноват в случившимся, и хотя у следствия были некоторые пробелы в причинах и следствиях произошедшего, к сожалению все, кого можно было заподозрить, были мертвы и концы сгинули вводу. Герцог был признан единственным виновным в случившимся, его род лишили дворянства и предали их имена забвению, навсегда вычеркнув из книги дворянских родов королевства.

— Я сам дорожу Ники, — я впервые в разговоре с ним, специально назвал её по имени, — девушка много страдала, так что ваш приказ Ваше величество лишь укрепил мою веру в это.

— Тогда граф, вот мой вам приказ, — он сказал громко, чтобы слышали все, — граф де Берзе отныне вы признанный опекун Её высочества, только вы определяете теперь круг её приближённых и знакомств, если у вас возникнут сомнения в порядочности некоторых молодых людей, то сразу уведомите меня об этом.

— Слушаюсь Ваше величество!

К нам подбежала довольная и раскрасневшаяся девушка и схватила отца за руку.

— Папа, опять заговор? Надеюсь не против меня?

Он мягко ей улыбнулся.

— Граф отныне твой опекун, надеюсь ты будешь его слушать, а не как твой брат, постоянно убегать от герцога Гела.

Девушка нарушая все правила приличия, поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку, король оторопел.

— Жаль, что его не было со мной раньше, — тихо сказала она и едва не бегом убежала от нас.

— Граф, вы понимаете, что отвечаете только головой?, — Эйвор тяжело посмотрел на меня, проводив взглядом такую непохожую на обычную себя дочь, — у вас теперь не права на ошибку.

— Я прожил долгую жизнь Ваше величество, — я пожал плечами, — но Ники никому не дам в обиду.

Король кивнул и отошел от меня. Вокруг меня тут же стали собираться определённые аристократы, чьих детей я видел в друзьях принцессы. Меня стали уверять, что их отпрыски воспитаны как нужно и никогда не при каких обстоятельствах не кинут даже тень на своё имя или имя принцессы. Как никто, они понимали, какое влияние я сейчас получил. Принцесса, как прочем и принц — это будущее королевства и тот, кто сейчас имеет на них влияние, может неплохо подняться тогда, когда корона поменяет своего владельца.

Первый вечер выхода её в свет, после долго затворничества, закончился ещё и для меня необычно, поскольку Ники после того, как всё закончилось, утащила меня ночью в кровать и не смотря на все мои возражения: разделась сама, затем раздела меня, зажгла кучу свечей, чтобы видеть меня и моё тело и занялась со мной любовью. Именно любовью, поскольку отдавалась она мне вся без остатка и я мог делать с ней всё, что угодно, девушка всё принимала и стонала от удовольствия и неги.

Эпилог.

— Орсей, мы встретились с тобой только потому, что ты пообещал нам проход в обход портовой стражи, но слушать бред двух сухопутных крыс, мы не подписывались, — пиратский капитан, стукнул кружкой о стол.

Я протянул руку вперёд, он и его офицеры стали медленно покрываться коркой льда, начиная от ног, а потом выше и выше. Они попытались схватиться за эфесы своих коротких, широких сабель, но было поздно, тела больше их не слушались.

— Шторм, — бандит, сидящий рядом со мной в портовой таверне, где кроме нас с ним и пятерых пиратов, больше никого не было, говорил за нас двоих, — мой друг очень нетерпелив и его легко вывести из себя. Поэтому будь пожалуйста вежлив и следи за словами, мы можем договориться и с другими капитанами.

Пират в огромной шляпе, украшенной золотыми заколками и подвязанной под неё косынкой дико вращал глазами, но более ничего сделать не мог, лёд дошёл до горла.

— Милорд, — Орсей жестом показал освободить его, чтобы тот мог говорить.

— Я вас!!!, — едва он смог говорить, на нас высыпался град угроз и проклятий. Больше я терпеть его не мог, так что вылетевшие снизу сосульки, проткнули его и насадили на себя, подняв к потолку, кристально чистый лёд окрасился красным, а он булькая кровью, дёрнулся пару раз и обмяк.

— Джентльмены, с вами можно договориться, или мы расходимся?, — Орсей спокойно обратился к офицерам, которые от такой показательной расправы над капитаном, который был до недавнего времени грозой всех местных купцов, слегка побледнели.

— Орсей, попроси своего хозяина освободить нас, мы можем поговорить и без угроз, — молчавший до этого первый помощник, выразительно посмотрел на меня.

— Он не мой хозяин, — бандит покосился на меня, я кивнул, подтверждая отношения, которые между нами установились с недавних пор, — мы компаньоны, просто милорд, можно сказать старший компаньон вот и всё.

Не дожидаясь ответа от пиратов, я освободил их. Показательная смерть и висящее рядом тело, заставили их быть благоразумными, так что хвататься за оружие никто не стал, а разговор повёл в основном первый помощник, который похоже захотел стать новым капитаном.

— Орсей, не пойми нас не правильно, но мы деловые люди. Мы пусть не так эмоционально, как наш бывший капитан, но тоже не понимаем, какой нам смысл нападать на военные суда Дорна? Они хорошо вооружены, да и денег с них мы получим мало, лучше щипать купцов как их, так и наших — безопасно и намного прибыльнее.

Бандит покосился на меня, я понял, что настала моя очередь, поскольку пошёл деловой разговор.

— Я предлагаю вам поступить на службу к моему господину, — мой голос из-под капюшона звучал глухо и едва слышно, так что пиратам пришлось приблизиться, чтобы расслышать, — за каждый выход в море, вне зависимости от результата, те, кто поступит к нему на службу, будут получать фиксированную сумму, как впрочем и экипаж.

Они переглянулись.

— Это как милорд?, — осторожно спросил пират, который сидел напротив меня.

— Возьмём среднюю ставку от ваших трофеев и грабежей за несколько выходов, закрепим в договоре и после каждого выхода, даже если мы никого не встретим в пути, по прибытию получите всё сполна.

Они удивлённо приглянулись, помощник капитана осторожно спросил.

— А вам с этого какой прок милорд? Простите что спрашиваю, но мы рискуем своими шкурами, так что хотелось бы знать за что конкретно.

— Мы договариваемся не только с вами, — решил я немного раскрыть карты, — капитаны Роджер, Глорг, так же рассматривают моё предложение. Они правда были более благоразумными и не хватались за оружие, просто попросили дать им время подумать.

Пираты ещё раз переглянулись, все озвученные имена были в верхнем списке удачливых капитанов с большими командами и кораблями.

— Так что, мы планируем оформить вас официально, как флот королевства и начать противостоять Дорну в начавшейся войне, — добил я их окончательно.

— Но милорд! Дорн очень опасный противник, у королевства могучий флот и точно не трём кораблям, пусть и таким хорошим как мы, противостоять ему.

— А если я скажу, что мой господин заручится поддержкой короля и выторгует для вас помилование?, — задал я главный вопрос в разговоре, — если он договорится, что за успехи на море, вы станете порядочными гражданами без преследования закона?

Пираты едва не открыли рта, от такого заявления. Один из них осторожно поинтересовался.

— Не спорю милорд, предложение очень заманчивое, но всё же, как мы сможем противостоять военным кораблям? Класть команду на абордаже, мне совершенно не хочется.

— С вами буду я, — коротко сказал я, — первое время точно, пока наши выходы не будут приносить пользу королевству. Как вы знаете, флота у короля как такого нет, и мой господин предложит ему альтернативу, как можно в короткие сроки, этот флот заиметь.

— Что вы конкретно хотите сделать милорд?!, — пираты придвинулись ещё ближе, также заговорив шёпотом.

— Каждому пиратскому капитану, если он захочет получить помилование, будет выдаваться патент, о том, что он состоит на службе у короля, с этим патентом любой капитан может грабить все вражеские суда, которые ему попадутся в море и по прибытию в порт, сдавать свою добычу официально с отчислением тридцати процентов короне, за сбыт награбленного и ваш официальный статус. Никакой больше контрабанды или нелегальных сделок, те кто захочет, чтобы их уважали, могут действовать официально и состоя на службе королевства. Так же мой господин готов рассматривать ссуды особо удачливым капитанам, для подготовке судов к морю.

Пираты удивлённо переглядывались между собой, предложение было очень необычным, такого за всю свою жизнь они никогда и ни от кого не слышали.

— У меня два вопроса милорд, если это возможно конечно, — осторожно поинтересовался первый помощник, — можем ли мы грабить купцов Эйвора и кто именно, ваш господин.

— Купцов королевства грабить нельзя!!, — сразу отрезал я, — если будут вскрываться такие факты, патент будет отобран и такой капитан будет сразу объявлен вне закона, с назначением награды за свою голову, и уж поверьте мне, господину хватит денег, чтобы дать такую сумму, чтобы команда сама продала его властям.

— Что касается вашего второго вопроса, если вы согласитесь, я назову вам имя, оно довольно известно и скрывать его не будет особого смысла.

Пираты отодвинулись от стола и стали совещаться, без шума и ругани, видимо все были удивлены таким странным, но заманчивым предложением.

— Милорд, большинство из нас согласны, — они вернулись за стол, — ваше предложение очень заманчиво. Как нам не нравятся морские просторы и шум волн, хочется погреть свои кости на земле, когда за тобой не гонится с десяток стражи. А она последнее время стала уж очень активна, благодаря проклятому графу де Берзе!!!

Мы с Орсеем переглянулись и рассмеялись, пираты недоумённо на нас посмотрели.

— Ваш будущий работодатель и есть мой господин — граф де Берзе!, — добил я их.

Пираты были ошарашены.

— Орсей — это правда?, — они не могли поверить моим словам, обратившись к бандиту.

— Ты тоже, что ли работаешь на графа? Но он ведь является капитаном городской стражи!! Все честные воры дрожат при упоминании его имени!! С тех пор, как он стал капитаном, в городе невозможно стало работать!! Да, даже у нас возникло много проблем с продажей товара на берег с тех пор, как его стража стала контролировать порт!!

Орсей вместо слов, поднял рукав и показал татуировку у себя на предплечье, в виде сжатого кулака. Она доконала их окончательно.

— Главарь «Кулака», который подчинил себе весь город — ТЫ?!!

Орсей легко улыбнулся и скромно кивнул.

Помощник капитана, имени которого я пока даже не знал, встал и протянул руку сначала мне, потом ему.

— Джентльмены, где нужно расписаться?

сентябрь 2017 г.

Конец второй книги.

Content

Распопов Дмитрий Викторович Возрождение (СИ)

РАСПОПОВ Дмитрий Викторович. ТЕНЬ ИМПЕРАТОРА Книга вторая. ВОЗРОЖДЕНИЕ

Пролог.

Глава 1. Новый дом

Глава 2. Верноподданный Его величества Эйвора IV

Глава 3. На страже закона

Глава 4. Вхождение в общество

Глава 5. Принцесса и новые хлопоты

Глава 6. Новые кварталы

Глава 7. Дела налаживаются

Глава 8. Торжества

Глава 9. Смерти. Много смертей.

Эпилог.