Михаил Светлый

Узор судьбы

Пролог

Одна из граней сущности, что вела неисчислимое количество миров по известному только ей пути, почувствовала потенциального носителя. Да, это был он — бездушный убийца с чувственной натурой; безумный берсерк, полный трусливой осторожности; холодный бессердечный разум, фонтанирующий яркими эмоциями. Но все это было скрыто глубоко внутри. Пришло время зерну прорасти.

— Возьми его!.. — хрипло приказал мне бритоголовый крепыш, протягивая камень.

— Зачем?

Сильный удар откинул мне голову назад и чуть не опрокинул вместе со стулом.

— Рот закрой. Делай, что говорят.

С ненавистью взглянув на своего мучителя, я сплюнул на пол кровавый сгусток, а с ним — еще один выбитый зуб и взял камень из его протянутой руки. Через пару секунд на поверхности начал проступать ярко светящийся синим замысловатый узор.

— Отлично, отлично… — довольно заметил хорошо одетый мужчина восточного вида, все время «беседы» стоявший позади, отдавая приказы двум громилам-подручным. — Этого — в расход, а камень давай сюда, — скомандовал он.

Стоящий за моей спиной амбал тут же схватил меня за руки почти у самых плеч, прижимая к спинке стула и не давая пошевелиться, а мордоворот, что был спереди, резким движением отклонил мне голову назад и полоснул ножом по шее.

Я дернулся, пытаясь высвободиться, но, как и в прошлый раз, и во все предыдущие, это не удалось — хватка держащего меня здоровяка была железной. «Глупая смерть, — подумал я, наблюдая, как толчками выплескивающаяся из горла кровь заливает все вокруг. — Как бы я хотел вернуться в прошлое и все исправить! Я не хочу умирать!» Сердце колотилось все сильнее, пытаясь возместить силой своих сокращений потерю крови, а у меня в голове билось: «Не хочу умирать! Как бы я хотел все исправить!» Кажется, залитый кровью камень в руке начал ярко сиять, а может, это был последний выверт моего умирающего разума. Слышимый самым краем сознания медленно-тягучий голос кричал кому-то, что надо вырвать камень у меня из руки, но под стук гулко колотящегося сердца я уже начал проваливаться в серое забытье, погружаясь в него все глубже. Странные тени, возникающие там, куда был направлен мой тускнеющий взгляд, устремлялись в мою сторону и проносились сквозь меня, что-то едва слышно нашептывая при этом. Или это я летел сквозь них все быстрее и быстрее? Постепенно тени становились все гуще, пока наконец я не оказался среди них в абсолютном ничто, не чувствуя ничего, не имея ни мыслей, ни желаний.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 1

Прищурившись, понял, что это моя комната, освещенная встающим солнцем. Меня спасли? Рука устремилась к горлу, где мгновение назад зияла широкая рана. Никакой раны, и даже шрама нет. Как я здесь очутился?

— Есть кто?.. — окликнул неизвестно кого.

Тишина. Я приподнялся. Странно — на столе стояла раскрытая сумка, полная вещей, точно так же, как это было с месяц назад, когда я только что вернулся с курорта. А рядом с ней лежал и тот злополучный камень, из-за которого я влип в эти неприятности.

Оставив выяснение этих странностей на потом, решил поискать того, кто доставил меня сюда. Поднявшись, отметил, что не было никакой слабости, будто я никогда и не был ранен. Еще один необычный факт. Прямо босиком прошлепал в зал, а оттуда и во вторую комнату — пусто. Перешел на кухню — она так же была пуста. В квартире не было никого, кроме меня. Входная дверь закрыта на засов, что можно сделать только изнутри. Мой таинственный спаситель спустился из окна, предварительно задвинув засов? Все окна и балкон тоже закрыты. Да что здесь происходит?

Посмотрел на себя в зеркале — никаких следов на горле. Может, это был всего лишь невероятно реалистичный кошмар? Но сумка с вещами, стоящая на моем столе, — откуда она там взялась? Вернулся в свою комнату. Да, действительно: сумка полна вещей, что я брал с собой в отпуск, из которого вернулся чуть более месяца назад. Убедившись в этом, обратил внимание на камень. Он опять имел тот вид, в каком и был привезен из этого отпуска, — исчезло заказанное мною в ювелирной мастерской обрамление, превращающее невзрачный гладкий камушек серого цвета, размером и формой напоминающий перепелиное яйцо, в кулон. Тогда я решил, что с оправой будет смотреться лучше, ведь по сути только одно отличало его от простого камня — взяв его в руку и немного подождав, можно было увидеть появление светящегося загадочного узора, будто проступающего изнутри. Барахольщик, который пытался всучить его мне за тысячу баксов, утверждал, что он найден в древней гробнице и способен исполнять любое желание; ну а я считал, что где-то внутри спрятаны миниатюрный элемент питания со светодиодом и простенькая схема с сенсором, реагирующим на тепло руки. Впоследствии мне так и не удалось разглядеть никаких признаков этого, но в процессе торгов сумел сбить цену до полусотни баксов, аргументируя это тем, что китайский ширпотреб не стоит и десятки. Многовато отдал, конечно, но очень уж понравилась мне вещица, а дешевле уступать ее продавец не хотел ни в какую…

Впрочем, я отвлекся на воспоминания. Куда делась оправа? Взяв в руки камень, подождал появления узора. Батарейка, что ли, садится? Вместо ровного свечения появившийся на поверхности камня узор пульсировал. Да и сам узор, как мне кажется, немного изменился. Я всмотрелся, и чем дольше глядел, тем более странным казалось мне его мерцание — что-то чудилось в нем знакомое, какая-то мысль при виде его вертелась в голове, не давая себя ухватить. Через несколько секунд я наконец понял — узор пульсировал точно в такт моему сердцу; вот что не давало мне покоя. Еще одна странность, которых и так уже было многовато. Так что же со мной случилось? Если эпизод с ранением мне не привиделся, то куда делись шрамы? Если все это был сон, то кто вернул все вещи в то состояние, как было еще в конце июля? Кстати, какое сегодня число? Вчера было 13 августа, пятница. Как название ужастика, «Пятница, 13-е», поэтому хорошо запомнилось. Взяв телефон, нажал кнопку, активируя экран, и обалдело уставился на дату: 5 июля. А может, год… Нет, год тот же самый. Да что за ерунда?.. Перевели часы на телефоне? Я включил комп и, дождавшись загрузки, еще раз увидел эту же дату, а затем подключился к интернету. Сервер точного времени подтверждал — сегодня было 5 июля — день, когда я впервые проснулся дома после возвращения из отпуска в Египте. Или это все какой-то заговор с целью меня разыграть (ха-ха, мы весело над вами подшутили, перерезав горло!), или я схожу с ума — ведь не могут быть фантазии настолько реальными. Я прекрасно помнил многое из того, что случилось позже этого дня. Кстати, если поднапрячься, то можно вспомнить и новости, которые я сегодня читал, — все же они были первыми за долгое время и более-менее отложились в памяти. С десяток минут я напрягал память, вспоминая все, относящееся к этому дню, и записывал на листке тетради для заметок, всегда лежащей на моем столе. Наконец после последней пары минут бесплодных усилий понял, что больше ничего вспомнить не удастся. Пришло время проверить список. Перейдя на новостной сайт, принялся просматривать его содержимое. Минуту спустя мог сказать только одно — мои воспоминания абсолютно точно не были фантазиями. Все, что было записано на тетрадном листке, было и на сайте. Я не мог это придумать с такой точностью, а значит, мое будущее все-таки уже было в прошлом. Но как такое возможно? Поневоле вспомнился коверкающий слова голос продавца необычного камня: «Исполнять любой желание — так был написан в древний могила!» А я ведь, когда умирал, передернулся от этого воспоминания, мечтал только об одном — вернуться в прошлое и все исправить. Неужели дело действительно в этом камне? Я еще раз внимательно его осмотрел, как делал это уже не раз до этого, но так ничего нового и не обнаружил — гладкая серая матовая поверхность, и никаких признаков того, что где-то есть какие-то ходы для света, идущего изнутри. Поднял его со стола и, дождавшись появления узора, приложил свободную руку к груди — узор пульсировал синхронно с ударами сердца. Я быстро присел с десяток раз — сердцебиение ускорилось, так же как и увеличилась скорость мерцания узора. Следующее наблюдение было довольно необычным — положив камень на стол, я мог еще несколько секунд видеть его угасающую пульсацию, но даже в эти секунды она оставалась синхронной с моим сердцебиением, что бы я ни делал. Будто между нами все время оставалась какая-то невидимая связь.

Что ж, остается только остановиться на предположении, что этот камень и впрямь выполнил мое желание, а после этого стал со мной связан неведомым образом. Да и у меня появилось какое-то новое, необычное чувство — расставаться с камнем не хотелось ни на секунду. Одевшись, положил его в карман — надо будет опять заказать для него оправу, как я уже делал в своем прошлом будущем. А пока следовало подумать о будущем настоящем. И я вспомнил детали прошлой будущей жизни, приведшие меня к смерти. Причиной всему был именно этот камень, хотя, когда ко мне на улице подошли два здоровяка, я об этом еще не догадывался.

Довольно грубо и резко один из них предложил проехаться с ними на машине и «чуток побазарить». Когда я отказался, получил удар под дых, а затем и в челюсть. Место было почти безлюдным — старый заброшенный парк с полуосыпавшимися развалинами какой-то кирпичной беседки в центре и несколькими пережившими немало вандалов скамейками. Парк был не так уж далеко от дома, поэтому я любил иногда после работы посидеть там на свежем воздухе, размышляя о всяком разном.

Встретившиеся по дороге мамаша с ребенком и довольно пожилой дедок, отвернувшись, поспешили уйти куда-то в сторону, поэтому здоровяки спокойно смогли дотащить меня до машины, припаркованной у входа в парк. Один сел за руль, а второй, достав нож и приставив его к моему боку, приказал не рыпаться. Этим самым ножом он потом… Опять это жуткое воспоминание.

Отвезли меня на другой конец города, к одному из коттеджей в частном секторе. Все так же полуволоком, изредка придавая мне ускорение пинками, переместили из машины в подвал, а затем пришел тот самый восточного вида мужчина, начавший задавать вопросы о камне, который к тому времени был снят с моей шеи. Первое время я пытался хорохориться, грозя полицией и статьей о похищении, но после нескольких выбитых зубов и, кажется, сломанных ребер рассказал своим похитителям все, что только знал. Тем более ничего особого-то я и не мог им поведать — ни место, где нашли камень, ни имя человека, продавшего его мне. Только город, где это случилось. Но, кажется, это вполне удовлетворило их главаря, ну а дальше — приказ от меня избавиться. Это все, что я знал. Да, и еще — дату своего похищения.

На основании этих данных мне следовало позаботиться о своей безопасности. В полицию идти бесполезно — это факт, они скорее упекут меня в психушку после такого-то рассказа. Нанять охрану — но откуда взять денег? Практически все имеющиеся накопления я потратил на не такой уж дорогой десятидневный тур в Египет. Значит, надо как-то выкручиваться самому. Интересно, откуда похитители узнали о камне? Наверняка от кого-то из моих знакомых — после возвращения я не раз хвастался своим необычным приобретением, демонстрируя всем желающим диковинный эффект появляющихся узоров. Значит, теперь никому его не показывать. Или, может, это был ювелир, которому я заказал оправу? Все, к нему тоже не иду — лучше сошью или куплю небольшой мешочек на веревке, который заодно и скроет камень от чужих глаз. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы избежать проблем. Но все же на всякий случай надо будет купить себе газовый баллончик, а 13 августа, в день нападения, да и позже, ходить только по людным местам. Вот, кажется, и все, что я мог сделать для своей безопасности в будущем.

И я, все еще не до конца веря в происшедшее, отправился на прогулку по городу — на работу мне только через неделю, так что свободного времени хоть отбавляй. Продающиеся в киосках газеты еще раз убедили меня в том, что все произошедшее со мной — реальность. Канава, которую на днях выкопали вечно что-то ковыряющие рабочие, бесследно исчезла, а на ее месте зеленела летняя травка.

Побродив по городу, наткнулся в одном месте на пришедшийся кстати бархатный мешочек, в который и заключил камень, повесив его на шею. Сходил, не откладывая, и в охотничий магазин, где купил себе баллончик со слезоточивым газом — буду теперь постоянно носить с собой на всякий случай. Ближе к обеду вернулся домой и, перекусив, сел за стол и принялся размышлять. Что я помню из «будущего», что может мне пригодиться? Проблемы на работе — так они всегда возникают, тут ничего не поделаешь. А, вот, кстати: не встречаться с Леной, она тогда меня жестоко продинамила. Познакомились, посидели в кафе, она сама же позвала меня в тот вечер в ночной клуб, а после того как я оплатил ее вход и она напилась заказанного мною шампанского под заказанные мною же фрукты, сказала, что желает мне хорошо провести время и с кем-нибудь познакомиться, а сама упорхнула, присоединившись к другой компании. А вот с Аней, наоборот, можно встретиться и пораньше, очень уж удачным вышло наше знакомство… я улыбнулся, вспомнив некоторые приятные моменты, что нас с ней ждут впереди.

Что еще? Я терзал память, пытаясь выудить из нее что-то полезное. Новости, политика, экономика, чемпионат мира по футболу… Вот оно! Когда финал? Меньше чем через неделю. Я не был особым фанатом футбола, но вот итог финальной встречи запомнил хорошо, ведь эта информация несколько дней была буквально повсюду. А вот на этом наверняка можно сделать неплохую прибыль. Войдя в инет, я после небольшого поиска нашел филиалы двух букмекерских контор, расположенных в нашем городе. Записав адреса, прервал свое ничегонеделанье и, одевшись, отправился за информацией.

Условия в двух конторах были примерно одинаковы — коэффициент на победу команды 2,0 в одной конторе и 2,03 в другой; максимальные суммы, которые я мог поставить, — 100 тысяч и 140 тысяч рублей. Еще можно сделать ставку с коэффициентом 7,5 на точный счет, но такая ставка ограничена меньшей суммой — 6 тысяч и 7 тысяч соответственно. Впрочем, я мог попросить поставить за меня двух моих друзей, да и некоторых хорошо знакомых приятелей можно об этом попросить, так что максимальный размер можно было пока не особо принимать во внимание, но теперь остро стоял вопрос — где взять деньги на ставки?

Первым делом я отправился к банкомату и проверил остаток денег на карте — чуть менее 25 тысяч. Что ж, на ставки на точный счет этого хватит — и я снял 13 тысяч и отправился в первую контору, благо обе они располагались совсем рядом друг с другом и недалеко от банкомата.

Придя в контору и уже достав деньги, я остановился в сомнениях: как-то слишком быстро решился на эту авантюру. А вдруг я ошибаюсь и ничего этого не будет? «Ага, — с ироничной ухмылкой тут же ответил я сам себе, — а все новости я придумал, и они лишь по случайности совпали с теми, которые я прочитал позже. Так что либо я все же умер, нахожусь на том свете и все вокруг меня — не реальность, а лишь осколки моих воспоминаний, и тогда плевать на несуществующие деньги, либо это все правда и встреча команд окончится именно с тем счетом, который я помню. Ведь вряд ли от моих действий в новом настоящем могло возникнуть что-то подобное «эффекту бабочки», способное повлиять на исход матча. А значит, прочь все сомнения! И я, подойдя к окошку, поставил 6 тысяч на точный счет. А через десяток минут поставил и дополнительные 7 тысяч в другой конторе. Итак, сейчас у меня 13 тысяч с коэффициентом 7,5, а значит, через недельку, надеюсь, верну свои деньги и стану богаче на почти 85 тысяч! Может, не так уж и много, но для меня это где-то три-четыре мои месячные зарплаты.

И раз уж я решил действовать, надо подумать, где еще взять деньги. Конечно же первым делом пришла мысль о кредите в банке. Тем более банк, на карточку которого перечислялась моя зарплата, уже не раз присылал мне СМС: «Вам одобрен кредит…» Сколько там было? Кажется, что-то около 250 тысяч. Так что, надеюсь, проблем с этим не возникнет. И, окрыленный надеждой, я отправился в банк.

Как оказалось, все не так просто — сначала с меня потребовали справку о зарплате. На мои аргументы: «…ведь зарплату перечисляют на карточку вашего банка, кредит уже одобрен», — ответ был один: «Правила…» До окончания рабочего дня банка оставалось совсем немного, поэтому мне пришлось поторопиться.

— Завтра справку отдадим на подпись, послезавтра можете получить, — сказали мне в бухгалтерии моего предприятия.

— А быстрее — никак? Я могу и сам ее отнести в другой кабинет прямо сейчас.

— Правила!

Ну ладно, до финальной игры оставалась еще почти неделя, успею.

Через пару дней, придя со справкой в банк, я был огорошен заявлением, что мне необходимы два поручителя.

— Но как же?.. — и я повторил свои прежние аргументы.

— Правила! — последовал неизменный ответ.

Срочно позвонив друзьям, объяснил им ситуацию. Про то, что хочу потратить все деньги на ставки в букмекерской конторе, пока рассказывать не стал, отделавшись коротким «надо». К счастью, как я и ожидал, они не стали отказываться и пришли со мной в банк, где их, в свою очередь, послали за теми же справками. Время уже поджимало, но за два дня до нужного срока все бумаги наконец были готовы.

— Когда ждать деньги? — на всякий случай поинтересовался я. — Если они придут только через несколько дней, то никакого смысла в этом кредите уже не будет, и он мне не нужен, — пояснил я свой интерес.

— Срок — от нескольких часов, — уверила меня сотрудница, с которой я все это время общался.

Подписав все бумаги, мы с друзьями отправились в расположенное неподалеку кафе: отметить завершение всей этой волокиты, да и просто пообщаться.

— И все же: зачем тебе этот кредит? — поинтересовался Максим.

— Скоро узнаете, — заговорщицки подмигнув, ответил я. — Не хочу портить сюрприз. Но если все выйдет как задумано, обещаю устроить шикарный банкет по этому поводу.

— Если бы не знал тебя — подумал бы, что ты ввязываешься в какую-то сомнительную авантюру. Или все же поддался на уговоры какого-нибудь разводилы?

— Нет-нет — никаких комментариев, — проявил я стойкость. — Скоро все узнаете.

На следующий день с самого утра через компьютер проверил счет — денег все еще не было. Через час их тоже не было, как и через два. Наконец я решил позвонить в банк и узнать, почему нет денег.

На этот раз сотрудница банка, уверявшая меня вчера, что деньги придут всего через несколько часов, говорила со мной с явной неохотой, отделываясь общими фразами.

— Но я ведь говорил, что мне этот кредит нужен только к определенному сроку, и вы обещали, что он будет! — попытался я напомнить ей наш последний разговор.

— Ждите, с вашим кредитом работают.

— Но когда он будет? Если через два дня, так он мне будет уже не нужен!

— Послушайте, молодой человек, полу́чите вы свой кредит. Ждите, он в работе.

Ситуация сложилась неприятная — завтра последний день приема ставок, а денег так и нет. Немного поразмыслив, я решил подстраховаться на случай, если деньги так и не придут. Позвонил друзьям, приглашая их вечером где-нибудь посидеть. «Есть разговор», — коротко озвучил я повестку встречи.

Была суббота, у друзей выходной, так что никаких проблем мое предложение не создало.

— Мне только надо в одну контору сегодня заскочить, — сказал Константин, — но до вечера должен успеть и дела доделать, и в порядок себя привести.

— Что за срочные дела? — поинтересовался я.

— Да ерунда — во вторник электросчетчик дома сломался, вот и бегаю теперь, чтобы другой поставили.

— Как ты его спалить-то умудрился?

— Не поверишь: сам сломался, — хохотнул мой друг, — просто взял и перестал работать ни с того ни с сего.

В общем, мы с друзьями договорились пойти в один бар; там хоть можно было поговорить, в отличие от клубов с их грохочущей музыкой.

Встретившись, вместе зашли в заведение, и после заказа я решил немного раскрыть карты:

— В общем, кредит я брал с целью потратить его на ставки в букмекерской конторе.

— Обалдел? — коротко поинтересовался Максим. — Так и знал: какое-то разводилово, уж очень вид у тебя был загадочный.

— Никакого разводилова, просто поверьте — я знаю, что говорю.

— Давай-ка поподробнее, — рассудительно сказал Константин, — что за информация, откуда и с чего ты вдруг вообще решил влезть в это дело, да еще рискуя такой большой суммой?

— Откуда — сказать не могу, но уверяю — я не сошел с ума и в добром, как говорится, здравии хочу поставить эту сумму на финал чемпионата мира. Но вот только возникла проблема с кредитом и, боюсь, могу не успеть получить деньги, так что нужна ваша помощь. Хотя я в любом случае собирался к вам обратиться, так как вам нужно будет сделать ставку от своего имени — за себя я уже сделал. Но только я собирался попросить вас сделать это на мои деньги, а теперь прошу на ваши. Займете? В любом случае, получив кредит, я эти деньги вам верну, так что они мне нужны всего-то на денек-другой, пока там в банке наконец-то все сделают. Или предлагаю такой вариант — вы рискуете своими деньгами: в случае проигрыша — это ваш проигрыш, а вот прибыль делим пополам. Я бы мог, конечно, обойтись и без своей половины, но думаю, это будет не совсем справедливо по отношению ко мне и вы на такое не пойдете, — в завершение улыбнулся я друзьям.

— Слушай… дело, конечно, твое, но лучше бы тебе в это не лезть, — сказал Максим.

— Но все же, откуда у тебя такая уверенность? — в свою очередь поинтересовался Константин.

— Не могу сказать: уж извини, но это может быть для меня опасно. Ну и еще есть причина.

О том, что эта причина может попросту показаться ему бредом сумасшедшего, я решил тактично умолчать.

— Когда это ты начал лезть в такие интриги? Никогда за тобой такого не замечал. Тайны, опасности…

— Ну вот… как-то так, — расплывчато ответил я. — Так что, я могу на вас рассчитывать?

И мы, сидя за столом, продолжили наш совет. Я подробнее рассказал про коэффициенты и максимумы в букмекерских конторах, из-за которых и требовалась их помощь со ставками. В итоге, после размышлений и обсуждений, Константин все же решил рискнуть, поставив свои деньги. Максим же и без всяких рассуждений с самого начала был против этой затеи.

— Впрочем, дело твое, — подытожил он.

К сожалению, мои друзья, как и я, были совсем не богаты, поэтому, как выяснилось в итоге, я мог располагать только суммой в 60 тысяч, да еще 13 тысяч своих поставит Константин на высокий коэффициент. Счет итоговой встречи я не стал от них скрывать, но вот очень попросил их никому не говорить о нашем разговоре и об этих ставках — кто его знает, вдруг объявятся бандиты из прошлого будущего?.. Как все это может быть связано — я не представлял, но решил подстраховаться.

— Что ж, выпьем за успех! — предложил я, поднимая бокал. — Веселье только начинается.

А ведь в прошлый раз такого не было, и эти выходные я провел… Я задумался. А ведь точно, я как раз встречался с Леной и примерно в это время направлялся с ней в клуб. Уж всяко нынешний сегодняшний вечер будет лучше прошлого сегодняшнего.

Я был прав — мы отлично провели время. По странной иронии судьбы, чуть позже в этот бар заглянула Аня, хорошо знакомая мне по моему исчезнувшему прошлому. Как позже она призналась, заглянула лишь на минутку, надеясь застать тут кого-нибудь из друзей, и уже собиралась уходить, не увидя знакомых лиц, в «Комету» — еще одно развлекательное заведение, когда появился я.

— Привет, Аня! Ты даже красивее, чем я тебя помню.

— Выходит, плохая у тебя память, — улыбнулась она. — Кстати, не напомнишь, откуда мы знакомы?

— Да так, видел тебя на одной вечеринке. Не присоединишься к нам? Обещаю напоить тебя шампанским и танцевать с тобой до упаду.

Я помнил, что она как-то упоминала, что любит сначала шампанское, потом танцы, а потом… по обстоятельствам. В общем, ситуация для меня была отличной, так как в прежний раз обстоятельства сложились весьма неплохо.

— Ты хоть бы представился, кавалер.

— О, извини; Виталий.

— Что ж, веди меня, Виталий: я согласна на танцы и шампанское. Умеешь ты убеждать девушку.

«Вот и еще один факт, подтверждающий, что я не сумасшедший, — подумалось мне. — Или же что сумасшедший настолько, что совершенно не могу отличить реальность от какого-то вымысла, — немного подправил себя через секунду. — Поживем — увидим».

Что ж, могу сказать одно — этот вечер явно вышел лучше прежнего. Мы быстро нашли общий язык с Аней, а Максим с Костей пригласили к нам пару симпатичных девушек из-за соседнего столика. В конце вечера Максим обменялся со своей телефонами, а вот Костю его новая знакомая отшила, чем он, впрочем, не особо-то огорчился, так как время мы провели весело. Ну а о том, что произошло той ночью между мной и Аней, я из скромности рассказывать не буду.

А на следующий день я поздним утром встретился с друзьями, и мы отправились в конторы делать ставки. 13 тысяч своих поставил Константин на высокий коэффициент, еще 13 тысяч моих, взятых у него же взаймы денег поставил Максим, продолжающий неодобрительно относиться к нашей затее, и остаток в 47 тысяч я поставил на коэффициент 2,03, после чего мы отправились по домам.

И все же я продолжал надеяться, что банк перечислит мне деньги. Утром их не было. Когда мы вернулись из контор, их не было. Как и через час, и через два. Звонок в банк остался без ответа — было воскресенье, и выдававшая мне кредит сотрудница не работала. «…!» — злобно подумал я про нее и, найдя телефон горячей линии, позвонил по нему, намереваясь высказать раздражение, накопившееся на такого безответственного работника.

Поднявший трубку мужчина быстро разобрался в моей ситуации и, попросив мои данные и что-то там проверив, ошарашил меня известием:

«Никаких проблем, кредит одобрен, так что деньги я уже отправил».

— Спасибо, — поблагодарил я его, удивленный столь скорым решением вопроса. — Я смогу их прямо сейчас снять в банкомате?

«Секундочку… Да, сможете».

— Отлично!

Еще раз его поблагодарив и завершив разговор, я проверил счет — он пополнился на 245 тысяч. А теперь — бежать! Надо успеть поставить полученные деньги. Я ведь уже завтра удвою эту сумму, тут же погашу кредит и останусь почти с четвертью миллиона прибыли! Кому как, а для меня это очень неплохие деньги. Позвонив Константину, я на всякий случай позвал его с собой — пусть и от себя сделает ставку, потом сел в маршрутку и по дороге к банкомату и букмекерским конторам предавался фантазиям, как я буду тратить эти деньги. Когда мои фантазии превысили уже несколько миллионов, я наконец прибыл на место. К счастью, банкомат был полон купюр, так что в два захода я снял всю сумму и отправился к первой конторе.

Позволил себе грязно выругаться — в воскресенье контора была уже закрыта.

Как они могли, в такой день? Сегодня финал чемпионата мира по футболу, а они… эх! И я чуть ли не бегом устремился к другой конторе.

Увы, она тоже была уже закрыта.

Дождавшись Константина, приехавшего всего через несколько минут, я поделился с ним печальной новостью.

— Ничего, зато если ты ошибся, то скоро будешь еще и рад такому повороту, — попытался он меня приободрить.

«Вряд ли итог чемпионата мира мог измениться оттого, что я вчера вместо похода в клуб с Леной оказался в баре с Аней», — подумал я, не став делиться этой мыслью с другом. Он явно ее не поймет.

Немного посидев и пообщавшись, мы разошлись по домам. Не знаю, как мои друзья, но я этим вечером, дождавшись трансляции матча, уселся ее смотреть, хотя и не был особым фанатом футбола: все же червячок сомнения продолжал меня грызть. Но через пару часов еще раз убедился — все реально, итоговый счет был именно таким, каким я его и запомнил с прошлого раза. И со счастливой улыбкой отправился спать, еще не подозревая, какая неприятность меня завтра ожидает.

На следующий день, проснувшись в прекрасном настроении и весело насвистывая, я приготовил завтрак, а затем позвонил друзьям.

— Ну ты вообще молодец! — заявил Константин. — Я ведь вчера до последнего думал, что ничего не выйдет, ведь уже в дополнительное время забили! Я, наверное, сегодня даже вечера ждать не буду, в обед сгоняю за выигрышем. Ух, отметим! Увидимся после работы.

— Повезло тебе, — более сдержанно отреагировал Максим, — поздравляю. Но все же лучше в такие дела не лезть — раз на раз не приходится. Давай я сегодня после работы заскочу в букмекерские конторы, заберу выигрыш, ну а потом встретимся где-нибудь.

— Тогда до вечера, — согласился я с предложенным вариантом, ну а сам, не в силах больше откладывать радостный момент, отправился за выигрышем.

По дороге я примерно прикинул, сколько я получу денег: 85 тысяч со своей ставки с высоким коэффициентом, еще 85 тысяч — со ставки Максима, половину от ставки Кости — еще 42 тысячи 500 рублей и плюс 47 тысяч со ставки на победу команды. Итого выходит почти 260 тысяч — да я за год столько не получаю! Выйдя из маршрутки, чуть ли не бегом рванул к ближайшей конторе и с широкой радостной улыбкой подошел к окошку кассира.

— Как это «проиграл»? — ошарашенно спросил я несколькими секундами позже, не веря в происходящее.

— Все ставки — на основное время, основное время закончилось ничьей, а гол был забит в дополнительное время — вот правила, ознакомьтесь.

Потерянный, я вышел из конторы. Как же так! Кто же знал, что недостаточно просто знать итоговый счет игры — надо еще учитывать и время, когда был забит гол?.. Почитав правила, я убедился — все верно: итогом считался результат основного времени, а это была ничья, и все мои ставки проиграли.

На всякий случай заглянул во вторую контору, но и здесь правила были те же. А значит, как это ни горько, теперь надо считать не сколько я выиграл, а сколько проиграл. Но прежде мне придется расстроить друзей. Особенно неудобно было перед Костей, который доверился мне и поставил в конторах свои деньги, а теперь из-за меня потерял больше половины своей месячной зарплаты.

— Как это «проиграл»? — недоуменно повторил он мой недавний вопрос.

Пришлось все объяснить и извиниться, что так его подвел.

— Да брось, я сам принял решение, — успокоил он меня. — К тому же вспомни мои вчерашние слова — могло быть и хуже, поставь ты все деньги, которые получил в кредит.

Да уж, все было настолько плохо, что приходилось радоваться только тому, что я потерял меньше, чем мог.

Максим только хмыкнул, узнав новость. Не став говорить: «А я ведь предупреждал», он тем не менее высказал примерно то же самое другими словами:

— Зато это будет полезным уроком. Считай это платой за обучение. В общем, не расстраивайся, все образуется; и давай все же встретимся сегодня и поговорим. Думаю, тебе надо прежде всего кредит погасить, чтоб проценты не капали, а потом уже по возможности вернешь наши деньги. Вечером обсудим, договорились?

В итоге после всей этой истории я остался должен друзьям 60 тысяч, и в банке на мне висел остаток кредита примерно в 20 тысяч. И впереди меня ждал почти год жизни на половину зарплаты. Жаль, что так вышло, знать бы заранее… Хм, в этом случае лучше сказать: «…не знать бы заранее».

Ну а затем кончился отпуск, и меня затянули рабочие будни. Месяц прошел как обычно — что-то было знакомо еще с прошлого раза, что-то случалось новое или то, что я просто-напросто не запомнил. Моя жизнь протекала вполне обычно, пока не наступила пятница, 13-е.

Я считал, что прошлое вряд ли повторится, ведь в этот раз я абсолютно никому не рассказывал о камне. Тем не менее в этот день после работы я не стал заворачивать в парк, а по оживленной улице направился прямиком в сторону дома. Уже подходя, свернул во двор соседнего дома и по хорошо знакомой тропинке направился к подъезду.

— Эй, братиш, притормози, — послышалось сзади.

Я обернулся и, холодея от ужаса, узнал в приближающихся фигурах моих прошлых мучителей. Но как? Откуда они взялись? Как меня нашли?

— Чего надо?! — крикнул я в ответ, не сбавляя шага.

— Слышь, браток, подожди, мы спросить кой-че хотим.

— Некогда мне. — И я немного ускорил шаг.

— Да стой, тебе говорят! — выкрикнув это, бритоголовый рванул ко мне.

«Ну уж нет, — подумал я, — помню, чем закончилась наша встреча!» — и помчался к уже совсем близкому подъезду. Подбежав ко входу, выхватил из кармана и приложил таблетку ключа к замку и, услышав писк, рванул дверь на себя. Но немного не успел — сзади меня схватили за шиворот и дернули, не давая попасть внутрь.

— Отвалите, уроды! — со всей мочи заорал я, надеясь, что громкий крик спугнет бандюганов, заставив их удалиться.

— Да ты не кипешуй, — заявил крепко держащий меня за шкирку бритоголовый, — мы пару вопросов зададим, да и пойдешь себе домой.

— А ну отпусти! — продолжал надрываться я, не обращая никакого внимания на его слова.

Выхватив из кармана баллончик, направил его прямо в лицо совершенно не ожидавшего этого бандита и выпустил струю жгучего газа.

— …! — заорал теперь уже он. — Ну, тварь, тебе конец!

Я даже не увидел, откуда в его руке появился нож, успев заметить только краткий блеск, а затем почувствовал в груди резкую боль. Опустив глаза, увидел рукоять ножа. Лезвие полностью было во мне и, кажется, пробило сердце. Во всяком случае, жар, с ужасной силой прожигающий меня изнутри, сильнее всего был именно там и пульсировал болью вместе с каждым ударом агонизирующего сердца. А следом — страшный удар в лицо. Отлетев, я ударился затылком о косяк, ослабевшие ноги подогнулись, и я завалился вниз, на бетонную площадку у входной двери. Сознание куда-то уплывало, и я слышал бубнеж стоящих надо мной преступников будто сквозь вату в ушах.

— Вован, ты охренел? Хозяин сказал — живьем привезти клиента.

— Да похрен. Привезем ему цацку — и все будет тип-топ. Где она у него?

— Вот.

Один из стоящих надо мной протянул руку, указывая пальцем прямо на грудь, где в мешочке скрывался камень. Второй нагнулся, грубо перевернул меня на спину и зашарил по груди. Задел торчащую рукоять ножа, и жар внутри меня сменился вспыхнувшей молнией боли. Я заорал, но наружу вырвался лишь глухой стон.

«Нет! Не хочу. Если ты, камень, и правда чудесный, то помоги, — взмолился я про себя, — хочу вернуться и все исправить!» Мир вокруг начал покрываться черными кляксами, которые, становясь все больше, закрывали окружающий мир, сливаясь между собой. И наконец, когда уже ничего не было видно, черный поток хлынул на меня со всех сторон, увлекая за собой в невидимую бездну и удушая. Я пытался закричать, но чувствовал лишь, как в раскрывшийся в крике рот хлынул поток черноты, заполняя меня изнутри. Все исчезло, я стал лишь куском тьмы в потоке мрака.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 2

Прищурившись, огляделся: я был в своей комнате, утреннее солнце сияло за окном, а на столе стояла сумка, с которой я уже давным-давно, или если смотреть из сегодня, то только вчера вернулся из отпуска.

Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь после недавней смерти. Или это была не смерть? Кажется, в этот раз я сумел уйти во тьму раньше, чем умер. Или все же умер? Может, опять попробовать вернуться? На секунды назад, просто ради эксперимента. Меня передернуло от недавних воспоминаний — нет уж, добровольно отправляться в этот поток густого мрака не стану. К тому же кто знает, как работает этот камень: вдруг у него ограниченное количество зарядов или еще что; разумнее будет приберечь его чудесное свойство на крайний случай. Который, кстати, вполне может наступить. Черт! Как же в этот раз меня нашли эти уроды? Тот, второй, который покрупнее, явно видел мой камень, хотя и скрытый в мешочке под одеждой, — указывал прямо на него, когда Вован спросил о нем. Может, он вовсю светится в каком-то неведомом мне диапазоне? Ведь то, что происходило, далеко выходило за рамки общеизвестных явлений. И именно по этому неведомому свечению меня легко вычисляют.

Может, мне просто спрятать камень? Где-нибудь в безлюдном месте или, может, в банковской ячейке — даже лучше, пусть попробуют туда добраться. Но лишь при мысли о том, что с камнем придется расстаться, возникло чувство глубокого неприятия такого варианта. Оно было настолько сильным, что явно выделялось из моих обычных ощущений. Я еще несколько раз нарисовал в своем воображении картины того, как разными способами избавляюсь от камня, и каждый раз ощущал одно и то же — твердую уверенность, что этого делать нельзя. Явно это чувство было как-то связано с камнем, его воздействием на меня. Что ж, буду считать, что этому есть причина — в конце концов, если бы не камень, я был бы уже мертв. Дважды. Хотя, с другой стороны, именно он и втравил меня в эту историю. «Но все же доверюсь этому новому чувству», — решил я. А значит, избавляться от камня не следует. Да и кто знает, сможет ли защитить его от похищения даже банковская ячейка. Ведь если сам камень обладал такими чудесными свойствами, то и те, кто его искал, могли обладать неизвестно какими свойствами. А без камня я умру уже окончательно, если меня не оставят в покое.

Следовало придумать какой-то другой вариант. Например, я могу уехать из города. День, когда меня нашли, я знаю — пятница, 13-е. Может, просто заранее покинуть город и меня не смогут обнаружить? Ведь скорее всего искали не конкретно меня — я ни разу не слышал от своих похитителей упоминания моего имени или еще каких-то слов обо мне. Искали именно камень. Если они приедут в город, не найдут здесь никакого «чудесного свечения», то, возможно, я смогу от них избавиться? Что ж, попытаюсь. Что мне еще остается делать?

К тому же, надеюсь, уж в этот-то раз я смогу добыть себе финансы для поездки в другое место, учтя свою прежнюю ошибку. А значит — решено! Достаю денег и на пару недель сматываюсь подальше отсюда. Не спеша позавтракав, обдумал дальнейший план действий на сегодня. Первая задача — взять кредит. Интересно, мне нужны будут поручители, звонить ли друзьям? Или это совершенно лишнее? Судя по «эффективности» работы служащей банка, к которой мне приходилось… или теперь уже придется обращаться, доверять ей нельзя ни в чем. Впрочем, зачем гадать-то? Лучше позвоню я уже «знакомому» сотруднику на горячую линию. Не откладывая, нашел на сайте банка нужный номер и набрал его.

— Ваша работница требует с меня справку о заработке и наличие двух поручителей, хотя кредит уже одобрен. Они действительно нужны? — задал я вопрос после короткой предварительной беседы.

«Секундочку… Нет, с вашей стороны необходимо только заявление в банк, и деньги будут зачислены на вашу зарплатную карточку».

Еще после нескольких уточняющих фраз я поблагодарил своего собеседника и, попрощавшись, завершил разговор. Оказывается, все намного проще, чем в прошлый раз. «Впрочем, — подумалось мне, — почему бы не получить и еще один кредит, уже в другом банке?» Уж в этот-то раз я был твердо уверен в успехе, так что не испытывал совершенно никаких колебаний. Позвонив друзьям, попросил их быть моими поручителями в получении кредита. Встретимся после работы — все объясню подробнее, договорился я с ними, а после согласия с их стороны дал им задание сегодня же заняться справками о доходах, которые наверняка с них потребуют. Да и мне следовало позаботиться об этой справке, так что придется заглянуть на работу. Но сначала — заявление в банк.

В банке после моих объяснений заявление приняли, после чего я сбегал на работу и заказал там справку. Теперь предстояло решить, в какой банк отправиться. Впрочем, не все ли равно? И я отправился в ближайший. Здесь меня встретили намного приветливее, чем в «моем» банке. Объяснив суть проблемы, я выяснил, что двух поручителей будет вполне достаточно. Все, что требовалось, — справки о доходах и еще кое-какие документы. Особо я подчеркнул, что кредит мне нужен срочно, до конца этой недели, и мне обещали все сделать, если предоставлю все необходимое не позднее трех дней. Максимальная сумма, на которую мне одобрили кредит, — 300 тысяч. Да плюс еще почти 250 тысяч из другого банка — неплохая выйдет общая сумма. Попрощавшись и обещав вскоре вернуться, покинул здание банка.

До вечера, когда мы встретимся с друзьями, оставалась еще почти половина дня. Сходить, что ли, сделать ставки на имеющиеся деньги? Да нет, успеется — поставлю сразу все, как только получу деньги. А свои деньги можно потратить и на себя, уже особо и не экономя, ведь скоро мой счет значительно пополнится.

Поэтому на обед я отправился в неплохое заведение, которое до этого посещал довольно редко — для меня там было дороговато. Хотя готовили отлично, этого не отнять.

Попивая бокал вина после сытного обеда, задумался — чем бы заняться? Вот, кстати — надо будет опять купить приглянувшийся мне мешочек для камня, что сейчас лежал в кармане. Или сходить заказать оправу? Ведь, как выяснилось, ювелир был совершенно не причастен к появлению бандитов. Нет, пожалуй, обойдусь мешочком — все же лучше лишний раз камень не светить, мало ли. Так что — за ним; и, допив вино, я в приподнятом настроении отправился в магазин.

После покупки остаток времени до вечера провел, бесцельно и никуда не спеша гуляя по городу — все же жизнь после смерти была особенно приятна. Или, может, это мне нашептывало вино, выпитое за обедом? В любом случае время пролетело довольно быстро, и не успел я оглянуться, как пришло время отправляться на условленную встречу. Как раз и аппетит нагулял к шашлычку, что мы собирались заказать.

Придя на место, еще некоторое время дожидался друзей, а затем мы заказали шашлык, взяли холодного пива и начали разговор.

— Ну, рассказывай, зачем тебе понадобился кредит? — поинтересовался Макс.

— Хочу на все деньги сделать ставки в букмекерской конторе, — правдиво ответил я, решив на этот раз ничего не скрывать от друзей.

— Обалдел? С чего вдруг? — неподдельно изумились оба.

— Дело в том, что я уже жил этот месяц.

Я ведь говорил — на этот раз я решил ничего не скрывать. Совершенно ничего!

Последовало долгое молчание.

— Ты как вообще, в порядке? — осведомился Максим. — Может, упал недавно? Или солнечный удар в Египте получил? Как, кстати, поездка? Ты так и не рассказывал. Все хорошо помнишь?

— Да-да, друзья, — я вас понимаю, сам бы такому не поверил. Поэтому давайте так решим — я, конечно, ценю вашу заботу, но уверяю вас — я в полном здравии и, сами понимаете, за себя решать буду сам. Даже если ошибусь с этими ставками, вы ничем не рискуете: в конце концов, у меня есть квартира, и долги раздам. Но решать, как распоряжаться своим, буду сам, вопрос только в том, поможете вы мне или нет.

— Виталь, ты ведь знаешь, мы всегда тебе поможем, — ответил Константин. — Вот и в этот раз мы хотим тебе помочь. Ты вспомни, откуда у тебя эта идея появилась, что ты уже раньше проживал… про сколько ты там говорил?

— У тебя, кстати, завтра электросчетчик сломается, — ответил я, — так что можешь уже сегодня зайти новый купить, как раз по пути.

— Да ну… с чего бы ему ломаться?

— Как ты мне уже говорил в ближайшую субботу — он сам сломался.

— Так, может, до завтра и подождем? И ты не будешь торопиться с кредитом и этими ставками…

— Да конечно, какие проблемы-то! Вы, главное, до завтра справки приготовьте, а уж послезавтра мы с вами сгоняем в банк за кредитом. Если, конечно, счетчик все же сломается. Идет?

— Вот это правильно! — поддержал такое решение Максим. — И это… давай вот еще что: если не пойдем за кредитом, ты сходишь в больничку. Томографию надо будет обязательно сделать. Ты точно нигде не ударялся? Или, может, еще что было?

— Можешь даже голову мне осмотреть, — покладисто согласился я. — Сам понимаю, как трудно поверить в такое. Ну а дальнейший разговор отложим до завтра, идет?

Нимало не стесняясь, Максим внимательно осмотрел мою голову, но, даже не найдя ничего подозрительного, нисколько не успокоился:

— Может, у меня сегодня переночуешь? Мало ли…

— Ну нет, это уже слишком. Давай лучше ты у меня спросишь, сколько я вижу пальцев, и на этом успокоимся. Сами же знаете — наивернейший вариант. Сто раз в фильмах показывали.

— И сколько у меня пальцев? — спросил Максим, махая рукой перед своим лицом.

— Ну ты вообще! — покачал я головой. — Три пальца ты мне показываешь. Доволен?

— Ладно. Давайте и правда подождем до завтра.

Какое-то время еще сохранялось некоторое напряжение, но после шашлыков и пары пива все вернулось в норму. Может, отсюда и пошло выражение «устаканилось»?

На следующий день, часа в три дня, мне позвонил Константин:

«Откуда ты знал?!»

Пару мгновений я пытался сообразить, о чем это он, а затем все понял.

— А ты откуда узнал? Домой, что ли, с работы сбежал?

«Нет, мне мать звонила, только что случайно заметила, что диск электросчетчика не крутится».

— Не знал таких подробностей; слышал только, что сломался.

«Где слышал?»

— Да ты сам и сказал. Слушай, давай после работы там же встретимся, где вчера. И Максу тоже звякни, хорошо?

«Идет».

— Рассказывай! — потребовали друзья, как только мы оказались за столиком вчерашнего заведения.

Я вкратце рассказал свою историю, умолчав только о конкретной дате, когда на меня нападали бандиты, — а то с друзей станется лезть меня защищать… Вот только у них чудесных камней при себе нет, да и вряд ли они способны чем-то мне помочь в столкновении с этими безжалостными головорезами.

— Бред какой-то, — выразил свое мнение Максим.

— Ну а откуда тогда он про счетчик мог знать? — возразил Константин.

— А может, подшутить решил, а? Признайся, — обратился ко мне Максим.

— Да не, не может быть, — отмел эту версию Костя, — я уже думал. Мать спросил, она весь день дома была, никуда сегодня не выходила. Никак он не мог такого сделать.

— Ну, мог ночью, например, что-нибудь подкрутить, пока вы спали.

— А камень у тебя с собой?

— Да. Вот, смотрите. — Я достал камень и положил его на ладонь. Через несколько секунд на нем появился узор и мягко запульсировал в такт биению моего сердца.

— Можно? — протянул руку Максим.

— Да, смотри, конечно.

Стоило ему взять камень в руки, как пульсация начала постепенно ослабевать и через некоторое время совершенно исчезла, а узор засветился ровным синим светом, как это было с ним и прежде. Да и сам узор плавно, почти незаметно глазу перетек в другой. «Наверное, тоже стал таким, как и раньше», — предположил я.

— А мне дай глянуть, — протянул руку Константин.

В его руках камень остался прежним, нисколько не изменив ни узор, ни силу свечения. Но стоило мне вновь заполучить его обратно, как он опять изменился.

Внимательно рассмотрев его со всех сторон и так и не найдя каких-либо технических элементов, друзья констатировали:

— Необычно.

— Значит, все же мне верите? И договор соблюдать будете?

— Ну, раз договорились, то конечно. Но ты точно уверен?

— Ладно, расслабьтесь, — широко ухмыльнулся я, — будет вам еще доказательство… — И, выдержав паузу в пару секунд, закончил: — Когда я ставки выиграю. Так вы со мной?

— Ну а куда деваться. Если ты и сошел с ума, то это очень странный случай. В крайнем случае, если останешься без квартиры, можешь у кого-нибудь из нас пожить, пока жилье не снимешь, — все же не поверил мне до конца Максим.

— Вот и договорились! Вы справки приготовили?

У обоих все было готово.

— Можете завтра на часик с работы отпроситься? Сходим днем в банк, отнесем документы.

— Без проблем.

— А если все же это все правда, то что ты собираешься делать с теми бандитами?

— Рвану куда-нибудь подальше на пару-тройку недель. Вот как появятся деньги, так и определюсь. Слышал, на Канарах неплохо. Или на Гавайях. И от этих уродов скроюсь, и время проведу неплохо.

На следующий день мы, как и договаривались, сходили в банк и предоставили все нужные документы. В течение пары дней мне обещали перевести деньги на счет. Жаль только, что интернет-клиента у этого банка не было, придется самому его навещать. Можно было получить карточку и смотреть через нее, но я решил, что ради одного случая не стоит слишком уж озабочиваться.

Распрощавшись с друзьями, которые заспешили назад на работу, я вернулся домой — у меня еще продолжался отпуск. На всякий случай проверив счет «моего» банка, честно говоря, с небольшим удивлением обнаружил, что сумма кредита уже на счете. Поэтому, не успев даже толком расположиться на стуле у компа, опять поднялся и отправился в букмекерские конторы — раз уж деньги пришли, то сразу их и поставлю, нечего тянуть.

Сняв на всякий случай все деньги со счета, пришел в первую контору. В тот раз я смотрел, как позже выяснилось, совсем не те коэффициенты, поэтому сейчас придется считать по-другому. «Итак, что мы имеем?..» — задумался я, проглядывая коэффициенты. Ого, мне повезло! На ничью коэффициент был даже повыше, чем на победу — аж 3,3, да и на точный счет тоже теперь был немного больше — 8,0. Поставив 100 тысяч на ничью и 6 тысяч на точный счет, я перешел в другую контору, поставив 140 тысяч и 7 тысяч соответственно. Буду надеяться, что всех оставшихся денег хватит до понедельника. Да конечно хватит! К тому же скоро, как я надеюсь, поступит еще одна сумма, от второго кредита. Хотя ее я намеревался полностью пустить на ставки. Ничего, на жизнь у меня еще есть почти двадцать тысяч рублей, оставшихся после отпуска. Хотя… пожалуй, и их потрачу на ставки — оставлю себе только мелочь на ближайшие пару дней.

Уже в пятницу я получил сумму второго кредита — 300 тысяч. Друзья сегодня работали, поэтому оформление ставок отложили на субботу. А уж в выходной мы вместе с ними пошли в конторы, и я через них поставил 32 тысячи с коэффициентом 8,0 и остаток кредита вместе с моими деньгами — всего 280 тысяч на коэффициент 3,3.

— Может, вечером в бар? — предложил я. — Отметим это дело. Прошлый раз в этот же день мы ходили в один бар, нам там всем понравилось. Повторим? Вернее, я один повторю, — поправился я.

— Ты про какой бар?

Я объяснил, про какое именно заведение говорю, и друзья со мной согласились, так что вечером мы опять встретились и сели за тот же столик, что и в прошлый раз. Сделали заказ и пока просто сидели, негромко беседуя, — время громкой музыки и разговоров наступит чуть позже. Я, к сожалению, не запомнил, во сколько в прошлый раз сюда заскочила Аня, поэтому довольно часто поглядывал по сторонам, не желая ее упускать — все же с ней было довольно весело.

— Куда это ты смотришь постоянно?

— Да Аня скоро должна подойти, боюсь упустить.

— Что за Аня? Новая какая-то подруга?

— Ну как бы нет, мы вообще с ней еще не знакомы. Вот сегодня только познакомимся. Она сюда ненадолго заскочит, друзей будет искать, не хотелось бы ее упустить. А то потом она собирается кометой умчаться в «Комету», — скаламбурил я.

— Блин, ну ты серьезно про это все? Офигеть просто от твоих воспоминаний будущего!

— Серьезней некуда. Кстати, видите вон тех девушек по соседству?

— Да, симпатичные.

— Та, что слева, Оксана; это ты, Максим, с ней в прошлый раз познакомился. При расставании обменялись номерами, так что особо много не жди. А справа Юля: тебе, Костя, лучше к ней не соваться — она тебя под вечер отшила. Хотя здесь мы с ними тогда повеселились неплохо, решайте сами. Или можете с кем-то еще познакомиться, я в будущем, когда мы сегодня опять будем здесь, полный расклад вам предоставлю, — подмигнул я им с ухмылкой. — Кстати, а вон и Аня.

Я на всякий случай отметил для себя время (вдруг пригодится в следующий раз), поднялся и, подойдя к ней, повторил начало нашего прежнего диалога:

— Привет, Аня! Ты даже красивее, чем я тебя помню.

— Выходит, плохая у тебя память, — улыбнулась она, — не напомнишь, откуда мы знакомы?

— Да так, видел тебя на одной вечеринке. Не присоединишься к нам? Обещаю напоить тебя шампанским и танцевать с тобой до упаду.

Она только открыла рот для ответа, как я ее опередил:

— Виталя. А теперь позволь кавалеру проводить тебя к нашему столику.

Забавно было смотреть на ее хлопающие ресницами недоуменные глаза.

— Нет-нет, мысли я не читаю — только учусь, — подшутил я.

— Как это ты? — наконец собравшись, выпалила она через пару секунд.

— Ты веришь во что-то необычное — такое, что еще неподвластно нашим знаниям, но находится среди нас? — загадочным голосом вопросил я.

— Ну да, наверное… — не совсем уверенно ответила девушка.

— И в бабаек тоже веришь? — уже обычным голосом спросил я и, не выдержав, усмехнулся.

— Дурак, — шутливо огрызнулась она. — Ладно, веди уже, кавалер.

И мы направились к нашему столику.

— Знакомьтесь, это Аня, — представил я ее. — А это Максим и Константин.

И мы уже все вместе продолжили вечер. Через пару часов, когда все были навеселе, мои друзья тоже познакомились с девушками, и на этот раз выбрали совершенно других. То ли последовали моему совету, то ли еще по какой причине.

— А ты, Ань, и правда веселая, как нам Виталя и рассказывал… — обронил изрядно захмелевший Костя еще через пару часов.

— Когда это он успел вам обо мне рассказать?

— Да вот когда мы тут сидели и он тебя ждал.

— Ждал? Я вообще-то сюда и не собиралась.

Игнорируя мои предупреждающие взгляды, Костя пьяно продолжил:

— А… ну да, точно, ты же кометой в «Комету» отсюда собиралась, он говорил. Но успел он тебя перехватить. Еще сказал, что вы познакомитесь. И вот — познакомились. Круто, да?

— Откуда ты все знаешь? — требовательно обратилась она ко мне. — И с именем, и с «кавалером»… теперь еще это.

Что бы такого соврать? Вот надо же было влезть Косте! Совсем не умеет пить.

— Ну-у… понимаешь, — начал осторожно, — я могу иногда случайно будущее видеть, — выдал первую пришедшую в голову идею.

— И что же ты сейчас видишь?

— Могу рассказать, какие на тебе трусики… — прошептал ей на ушко. — Странно, к чему бы такое видение?

— Ну попробуй, расскажи, — согласилась она.

Мне не составило особого труда вспомнить нужные детали, ведь… В общем, я блестяще справился со своим «предсказанием».

— Обалдеть! И правда все знаешь. А как это у тебя получается?

— Чем больше меня кто-то волнует, тем больше видений, — поспешил я закрепить успех. — Вот сегодня все только про тебя и вижу.

Раскрасневшаяся Аня смотрела на меня сияющими от восторга глазами.

— Давай немного выпьем за нашу счастливую случайную встречу, — предложил я тост, который она с удовольствием поддержала.

В общем, мне удалось выправить ситуацию и даже получить некоторый бонус — этой ночью я был кое-чем приятно удивлен, и она мне понравилась намного больше нашей прежней «сегодняшней» ночи, хотя я и не думал, что такое возможно.

А Максим с Костей и обеими новыми подругами вчера отправились гулять дальше. Потом спрошу, чем все закончилось, чтобы при случае им рассказать. Хотя мне вот интересно — будет ли этот случай? Если я смогу избежать встречи с громилами, не исчезнут ли чудесные свойства камня? Все же если он и правда исполняет желания, то я желал одного — исправить ситуацию. И если мне это удастся, то и желание, выходит, исполнилось. Или все же дело в другом? Где, интересно, мне найти инструкцию к этому чуду?

И кстати: если я все же вдруг опять вернусь в прошлое, то стоит подыскать еще какой-нибудь вариант заработка, ведь наверняка есть и более выгодные способы, чем ставки. Лотереи, к примеру, или еще что-то. Проводив домой накормленную завтраком и напоенную кофе Аню, я этим и занялся — поиском в интернете новых источников дохода, случись мне опять проснуться утром 5 июля.

Сначала прошелся по лотереям. «5 из 36» — я посмотрел недавний архив, как раз 5-го числа был самый большой за последние дни призовой фонд — 831 тысяча рублей. А ведь совсем неплохо! Да и сама лотерея стоит сущие копейки. Возьму этот вариант на заметку. Дальше «6 из 45», и вот тут я был поражен — буквально вчера какой-то счастливчик выиграл 19 с лишним миллионов рублей. Это даже больше, чем я мог представить. Поделив с ним победу, можно заполучить чуть ли не десяток миллионов. А вот если бы кто-то — допустим, я — смог бы угадать все цифры чуть ранее — 7-го числа, то выигрыш этого «кого-то» составил бы почти 16,5 миллиона рублей — чуть более полумиллиона долларов, которые не пришлось бы ни с кем делить. Определенно это именно то, что я искал. А всего-то надо крепко-накрепко запомнить 6 цифр — 03, 23, 25, 26, 29 и 33. Проще простого. Тут же на всякий случай зазубрив цифры, я дал себе зарок каждый день обновлять их в памяти, пока они накрепко не засядут там.

Похоже, намеченной цели я достиг — отыскал возможный способ своего будущего финансирования. Мелькнуло даже искушение немедленно попробовать воспользоваться своим камнем и вернуться в понедельник, чтобы выиграть эти миллионы. Но я опять подавил в себе этот порыв — и так после сегодняшней игры смогу весьма неплохо заработать, а попусту использовать свойство камня, не зная, к чему это приведет, было неосмотрительно. Остаток дня я провел бездельничая, как это и положено в отпуске, а вечером, не став второй раз смотреть игру, завалился спать.

Проснувшись, не спеша позавтракал и уже хорошо знакомым путем отправился к конторам за выигрышем. В первой забрал 380 тысяч, а во второй — 520 тысяч. Итого — 900 тысяч! Уже забрав деньги во второй конторе, я обеспокоился возможным ограблением. Черт! Надо было бы идти за такой кучей налички с друзьями или хотя бы посещать по одной конторе, а не сразу две. Но в этот раз моя паранойя сработала вхолостую — без всяких проблем я добрался сначала до банка, где брал 300 тысяч, и тут же погасил кредит с успевшими уже набежать процентами. В общем, вышло 310 тысяч. Придя с остатком денег в свой зарплатный банк, я и здесь полностью погасил кредит, а остаток наличности положил на счет. 337 640 тысяч 98 рублей — вот такая неплохая сумма теперь была на моем счете. И это ведь выигрыш только с моих ставок, а добавив сюда и суммы со ставок друзей… Кстати, надо бы им позвонить, договориться о том, чтобы вместе сходить за выигрышем. И я набрал номер Максима.

«Ты как, — скорбным голосом произнес он вместо приветствия, — держишься? Не переживай, придумаем что-нибудь. В первую очередь квартирой надо заняться — чем быстрее продадим, тем меньше процентов накапает у тебя по кредитам. Первое время у нас поживешь, потом с ипотекой что-нибудь придумаем. Или, может, на комнатку в общаге хватит, на первое время сойдет. Ты, главное, не раскисай: жизнь, она такая — всякое случается…»

— Какие кредиты? — не сообразил я. — Я их погасил уже, полдня бегал…

И тут до меня дошло. Вот же я баран! Друзья ведь думали, что ставка проиграла, а я даже и не позвонил им, все только о деньгах думал. А они ведь наверняка все это время переживали за меня, накручивали себя…

— Черт!.. Ты извини меня, Максим, не догадался я тебе сразу позвонить. В общем, так — мы выиграли!

«Как это «выиграли»?»

Я объяснил правила про основное время игры, рассказал о том, что все кредиты уже погашены, а остаток выигрыша лежит на моем счете. Затем мы договорились сходить за остатками денег сегодня же сразу после работы — до закрытия контор успеваем.

«Как это «выиграли»?» — услышал я через минуту от Константина.

Повторив объяснения и опять договорившись о встрече вечером после работы и совместном походе в конторы, я завершил разговор.

Встретившись, как и договаривались, мы, весело обсуждая случившийся казус (ведь друзья полдня полагали, что я в раздрае после огромного проигрыша), подошли к первой конторе — здесь были только ставки на точный счет, так как поставить на ничью денег уже не хватало. Но даже после этого, взяв выигрыш с 12 тысяч на коэффициент 8,0, получили на руки 92 тысячи, что было совсем неплохо. А основная сумма ждала нас в соседней конторе, куда мы и направились. Но, как выяснилось чуть позже, впереди нас ждала небольшая проблемка — денег в конторе попросту не оставалось. Так что друзьям удалось получить только лишь те же самые ставки на счет, что еще прибавило нам 112 тысяч, за остальным же почти миллионом (контора оставалась должна 924 тысячи) нам следовало подойти через два дня, когда завезут наличность.

— Повезло вам, ребята, — сказала симпатичная девушка в окошке кассы, — давно уже такого выигрыша не было.

— Так, может, сходите с нами куда-нибудь, вместе отметим такое событие? — тут же воспользовался моментом Константин.

— Спасибо за предложение, но, боюсь, муж не отпустит, — улыбнулась она, — да и работать надо. Так что лучше вы к нам заходите, всегда будем рады.

— Жаль, — немного огорчился Костя. Но лишь немного: все же радостное возбуждение от свалившихся огромных для нас денег было сильнее.

— Ничего, найдем с кем отметить, — утешил я его. — Кстати, а как у вас вчера все прошло?

— Отлично! — ухмыльнулся Максим, тогда как Костя немного погрустнел. — Девчонки были просто огонь! Только ты это… когда в следующий раз нам про нас будешь рассказывать, предупреди, чтоб Костя пил поменьше. А то ведь он вырубился там, так что пришлось мне одному отдуваться. Но для того и нужны друзья, чтоб всегда выручать! Верно, дружище? — И он осклабился, глядя на Костю.

— Ничего… — пробурчал тот, — посмотрим еще, кто над кем последним издеваться будет.

— Да, и это… ты нас предупреди, чтоб мы после бара сразу в сауну ехали, а не шатались по всем заведениям. А то сами мы что-то сразу и не сообразили, — выдал мне ценное указание Максим.

— Сделаю, — легко согласился я.

Хотя кто его знает: возможно, больше никакого возврата в прошлое и не случится — часть выигранных денег я намеревался потратить на покупку путевки куда-нибудь подальше, где меня уже никто не найдет.

С работы мне пришлось уволиться, так как положенный отпуск я уже использовал, а «за свой счет» мне отказались предоставить категорически. Две недели отработки я честно провел на рабочем месте, вводя в курс дела сотрудника, взятого мне на замену. Но еще раньше наведался в туристическую фирму, намереваясь заказать себе тур на Гавайи — они ассоциировались у меня с красивыми мулатками и цветочными бусами на шее, отличное место для отдыха. Но тут меня ждало разочарование — для поездки туда необходима американская виза, получить которую я уже не успевал. После этого просмотрел список направлений, куда можно отправиться без визы. Некоторое время решал, Мальдивы или Таиланд, выбрав в конце концов Мальдивы — больше из-за красивого названия. Заказал путевку с 10 августа, продолжительностью целый месяц — надеюсь, этого времени хватит для того, чтобы залетные (как я для себя решил) молодчики оставили наш город.

Получение оставшихся денег прошло без проблем. Забрав все, отнесли в банк, где я положил их себе на счет. Но перед этим почти насильно вручил по сотне тысяч Косте и Максиму.

— Вы брали на себя риск, поручаясь за меня в банке, хоть даже и не были полностью уверены в моей вменяемости. Так что считайте, это была инвестиция в рискованное вложение, с которой вы теперь получаете прибыль.

После всего этого в итоге на счете было свыше миллиона рублей. Так что мне теперь можно года четыре не работать при том же уровне жизни, что и сейчас. Надеюсь, в этот раз все пройдет, как я задумал, и у меня впереди будут эти четыре года. Хотя, честно говоря, знай я точно, как работает мой чудесный камень, не отказался бы некоторое время пожить в создаваемой им временной петле — ведь это открывало огромное количество возможностей! Я мог тратить время на что угодно — выучить языки, нанимая лучших репетиторов, и без всяких сожалений тратить деньги и время. Научиться играть на пианино. Или на гитаре. Серфингом заняться. Стать мастером боевых единоборств. Скульптором или художником… или тут без таланта — никуда? Впрочем, у меня была бы вечность на то, чтобы это выяснить. Но! Было это самое «но»: я не знал, как работает мой камень. А если у меня оставалась всего одна попытка? Или пусть даже с десяток. И тогда получится, что я бездарно потрачу эту чудесную возможность спасти свою жизнь на обучение какому-нибудь фигурному катанию. Нет уж, в первую очередь необходимо остаться в живых, а уж тогда я и сам как-нибудь выучу то, что мне будет надо.

Наконец незаметно подошло время отправляться на курорт.

— Отличная у тебя жизнь — сплошной отдых, — по-доброму позавидовали мне друзья при расставании. — Не успел с одного курорта вернуться, так уже на следующий отправляешься.

— Ну вообще-то для меня уже не один месяц прошел с тех пор, — ответил я, — так что можно себе позволить. Тем более после того, как меня столько раз убивали. Тихий отдых на пляже с белоснежным песочком у лазурного моря — самое то для восстановления душевного равновесия.

— Не трави душу, — скривился Максим, — мне завтра над отчетом до полуночи сидеть, а ты здесь со своим песочком…

— Ладно, не буду вас сейчас мучить. Помучаю, как вернусь, своими рассказами.

И, пожав им на прощанье руку, отправился в аэропорт.

Мальдивы встретили меня облачным, но красивым небом и жарким ветерком, наполненным запахом моря и ароматами буйной тропической зелени. Здание отеля было расположено на довольно небольшом острове, который при желании можно было весь обойти и за день. Основное время все отдыхающие проводили на прекрасном пляже у моря, хотя кто-то предпочитал и бассейн отеля. Из развлечений мне больше всего понравился дайвинг — подводный мир восхищал своей красотой и разнообразием.

Пятницу, 13-е встретил с некоторой опаской, но ничего необычного не случилось и я наконец смог пережить этот день. Еще пару дней после этого ходил, постоянно озираясь, но все оставалось спокойным, вот тогда-то я и начал нырять, загорать на пляже и предаваться всем прочим прелестям отдыха на курорте.

Проснувшись в очередной прекрасный солнечный день, позавтракал в отеле и, прихватив полотенце, отправился на пляж. Немного поплавав, взял в небольшом баре, расположенном тут же, бокал прохладного коктейля, поставил его на столик рядом с шезлонгом, а сам, откинувшись в тень от зонта, углубился в чтение электронной книги, которую прихватил с собой как раз на такой случай.

— Здорово, землячок, — неожиданно услышал сзади хриплый знакомый голос.

Холодея от ужаса, оторвался от книги и, подняв голову, встретился взглядом со счастливо скалящимся, глядя на меня, бритоголовым Вованом. А рядом с ним стоял и его напарник, неизвестный мне по имени верзила.

«Вернуться, вернуться назад!» — изо всех мысленных сил обратился я к своему камню. Небо потемнело, всего за несколько секунд его закрыли антрацитово-черные плотные тучи, которые начали ронять капли тьмы. Мир вокруг замедлялся. Все еще весело скалящийся Вован что-то мне говорил, но слова его растягивались, и скоро лишь сплошной, не меняющий тональности гул заполонил все вокруг, а капли тьмы превратились в толстые струи, изливающиеся на землю, покрывая ее черным беспросветным слоем мрака, поднимающимся все выше. Все окружающие краски исчезали, превращаясь в размытые серые тени, а скоро пропали и они, и я остался один на один с почти накрывшей меня волной черноты. Попытался пошевелиться, но не смог, скованный мраком, а вместо крика из горла вырвался лишь не слышный в нарастающем гуле шепот. А потом всего захлестнуло с головой что-то густое и холодное, растворяя меня в себе, пока я не превратился в безмолвную тень, сгинувшую в общей мгле.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 3

Прищурившись, так и остался лежать, не вставая с кровати и приходя в себя после произошедшего. Черт! Запаниковал зря, надо было все же остаться и попытаться хоть что-нибудь выяснить. Впрочем, посмотрел бы я на того, кто не запаниковал бы при виде уже не раз убившего его человека, приближающегося вновь. Но все же кое-что мне выяснить удалось — вернуться я действительно мог не только после смерти, но и по желанию. Хоть один приятный момент. Относительно приятный — все же то, что со мной произошло, больше было похоже на ту же смерть гаммой ощущений от ужаса происходящего. А вот то, что ошибался в своих рассуждениях, — это плохо. Это очень плохо! Как они меня нашли? Ищут они конкретно меня или все же камень? Хотя какая разница — все равно я решил ни при каких обстоятельствах с ним не расставаться. Или, может, они все же просто как-то сумели меня отыскать? Пытали друзей, продавщицу туров или, может, нашли меня по каким-то следам, оставленным на пограничных пунктах? Это была весьма шаткая гипотеза; скорее, они меня находили, используя неведомые мне методы, работающие подобно этому камню.

И теперь передо мной стоял извечный вопрос — что делать? Сколько дней прошло после 13-го, когда они меня нашли? Честно говоря, почти потерял счет времени, но прошло, наверное, дней десять. Так что теоретически убежать от них можно, если постоянно переезжать, не задерживаясь нигде больше чем на неделю. Да только это бесперспективно. Разве это жизнь? Вечный беглец, все время скачущий с места на место и нигде толком не живущий. Нет уж, это не для меня. А значит, остается только один выход — бороться. Аксиома «лучшая защита — это нападение» давно уже известна. Убить мерзавцев, которые уже не раз убивали меня, — да никаких сомнений, терзаний или угрызений совести, в этом я был уверен. Оставалось сделать это так, чтобы после их смерти я мог жить спокойно, не проведя остаток дней на лесоповале Колымы за «жестокое убийство беззащитных людей». Нужен был план.

Так… ну, с посланными за мной боевиками все просто — заманить их 13-го числа в укромное место и уничтожить: как их самих, так и все следы преступления. На взгляд других — конечно, преступление, хотя по сути это наказание.

Ножом и тем более кулаками вряд ли с ними справлюсь. Хотя регулярно посещал спортзал, все же от природы не особо одарен, да и фанатом качалки не стал — занимался больше для хорошей спортивной фигуры. Тем не менее достаточно хорошо развит физически — «сотку», к примеру, жал без проблем. Но, как уже показала практика, для реальных боев этого маловато — те верзилы справлялись со мной без особых усилий. На их стороне, конечно, были не ожидаемые мною напор и наглость, но даже когда я пытался вырваться из их лап в подвале, это не удалось — они явно были сильнее, да и намного массивнее меня. Значит, необходимо оружие посерьезнее. Надо будет попозже озадачиться вопросом приобретения охотничьего ружья.

Оставался главарь. Жаль, но я не запомнил, куда меня отвезли еще в самый первый раз. Похоже, придется еще раз туда прокатиться в компании братков. Зубы, потерянные от встречи с ними, будет, конечно, жаль, но ничего — вернусь в прошлое и буду как новенький. Придется потерпеть. А уж потом выясню, что за место, и с учетом этого составлю план действий по убийству главаря. Он сам не оставил мне выбора.

Так что, составив наметки плана будущего «преступления-наказания», я наконец поднялся и, позавтракав, углубился в интернет в поисках информации об оружии. Через некоторое время я с сожалением выяснил, что легальных путей для приобретения огнестрельного оружия не остается — слишком долгое время занимало получение охотничьего ружья, а у меня был только месяц. Не успевал даже с травматом. Но это не заставило меня отказаться от плана — не получается легально, так приобрету нелегально. Испробую разные варианты, глядишь, что и получится. Все равно этот цикл планировался разведочным, так что хуже не будет, ведь в конце его мне все равно придется добровольно отправиться в самое логово врагов, навстречу смерти или возврату в прошлое. Надеюсь, камень меня не подведет и перенесет — оставалось только верить в это, ведь без него мне конец в любом случае.

Так… ну сначала, как обычно, финансовый вопрос. Если я задумал приобрести оружие, то деньги мне понадобятся. Может, просто взять кредит и не заниматься ставками? Все равно отдавать банку ничего не придется. Хотя нет, лишние деньги не помешают. Но вот друзей привлекать в этот раз не буду — возьму кредит «своего» банка, поставлю его, получу… Сколько там выходит? Я быстренько прикинул — чуть больше 900 тысяч. Этого мне на месяц вполне хватит, кредит-то ведь не отдавать, и все эти деньги будут использованы на собственные нужды. И надо бы идею с лотереей проверить: куплю сегодня билетики, поставлю 3, 4, 5 и 6 выигрышных номеров. Нужные числа я прекрасно помнил. Джекпот мне в этот раз уже не получить — не успею, да и ни к чему, но вот суммы поменьше тоже могут пригодиться. Да и саму идею надо будет обкатать на деле — мало ли.

Одевшись и сунув в карман камень, отправился по уже привычным делам. Банк, бархатный мешочек, затем еще купил четыре лотерейных билета и отметил нужные номера, после чего вернулся домой и полез в интернет. Предстояло выяснить, что такое даркнет — «темная паутина». До этого я о ней только слышал: мол, там можно купить что угодно; теперь же, в поисках оружия, надо выяснить все точно. Попозже попытаюсь выйти и на местных барыг, ну а пока поищу там. К моему удивлению, найти искомое оказалось намного проще, чем я себе представлял, — уже вечером я знал пару мест, где можно было заказать оружие. Там были, правда, свои сложности — перевод реальных денег в анонимные платежные системы и система шифрования для общения, но все было преодолимо. По времени вроде тоже успевал, если заняться заказами сразу же после выигрыша; так что надо попробовать.

Вечером встретился с друзьями, ведь после курорта я их еще не видел. Для них я вернулся с египетского курорта, но на самом деле сейчас прибыл с Мальдив. Не перепутать бы воспоминания при рассказе об отдыхе…

— Никто не знает, как выйти на продавцов оружия? — задал я им вопрос после того, как мы уже поговорили на тему отдыха и обсудили все последние новости.

— А зачем тебе?

— Да так… времена неспокойные — пригодится.

— Да не стоит оно того. Мало ли… найдут его у тебя дома — и все: поедешь далеко и надолго.

— Да не буду я его дома хранить. Куплю и прикопаю где-нибудь в лесочке на случай зомби-апокалипсиса, — пошутил я. — Так у вас есть знакомые?

— Ну я могу поспрашивать, — ответил Константин, — есть у меня хороший знакомый, который, по слухам, общается с темными личностями, могу у него узнать. Но никаких гарантий, так что лучше все же не стоит. Такие люди могут ведь и сами тебя прикопать.

— Это за двадцать — тридцать тысяч-то? — усомнился я. Примерные цены на оружие уже выяснил из инета.

— Ну, если и не прикопать, то кидануть могут запросто.

— Да ладно, не проблема — не получится так не получится.

— С каких это пор месячная зарплата для тебя не проблема?

— Наследство получаю: умер богатый прадедушка в Америке, никого у бедолаги кроме меня не осталось, — съерничал в ответ. — В общем, ты, Костя, обязательно узнай у него, договорись о встрече, если что. И желательно как можно быстрее.

— Ну хорошо… попробую, — протянул он с сомнением.

— Ты давай не долго пробуй, мне срочно надо.

— Да что случилось-то?

— Так, ничего. Просто зазудело, сил нет терпеть, так что я с тебя не слезу, пока ты все не разузнаешь.

— Ну хорошо-хорошо, — согласился он, — завтра же с ним поговорю.

Упс, я вспомнил о том, что деньги будут только в понедельник.

— Нет, завтра не надо. А вот в следующий понедельник займись обязательно, у меня деньжата как раз появятся.

— Откуда? Отпускные получил ведь, даже и потратил.

— Вот как появятся — так и расскажу; все равно не поверите.

— Это про богатого прадедушку?

— В общем, в понедельник вернемся к этой теме, будет вам сюрприз.

И мы сменили тему разговора.

В среду, после розыгрыша лотереи, я (какая неожиданность!) выиграл джекпот. Ну и заодно все прочие ставки. 3 номера принесли всего сотню рублей, 4 — уже примерно тысячу, 5 — почти 100 тысяч, ну и джекпот из 6 номеров был 16 миллионов. Когда я пришел в офис лотереи с билетами на 3, 4, 5 и 6 номеров, все были просто в шоке. Не от выигрыша максимального приза, этим их не удивишь, а от такой невозможной комбинации выигрышей. Ну да и плевать — все равно эта реальность скоро исчезнет. А вот интересно: это и вправду все исчезает или же продолжается, а я — лишь копия меня, возникшая в параллельной вселенной? Впрочем, размышлять о таких вещах толку не было: фактов — ноль, и все выводы с равной вероятностью могли быть как полной чушью, так и настоящей истиной.

Выигрыш пополнил мой счет на сотню тысяч, которые можно было получить здесь, а вот за джекпотом требовалось ехать в Москву в течение полугода. Так что пусть он достанется той копии меня, которая останется в этой вселенной. Хотя нет — той копии перережут горло в подвале, уж это я знал точно. Так что лучше буду считать, что никаких копий нет — есть только я и вселенная, по времени которой я перемещаюсь.

Попросить друзей поставить эту сотню тысяч? Решил — хватит и того, что вскоре появится. А я лучше займусь пока покупками в даркнете. В течение этих дней я сумел разобраться во всех тонкостях, которые требовалось знать нелегальному покупателю, установил нужные программы и зарегистрировался где надо, успев даже договориться о сделке с двумя продавцами. Так что теперь мне оставалось только перевести деньги на нужные счета. Проценты за конвертацию денег были бешеные, плюс доплата гаранту сделки, но меня это сейчас мало волновало — миллиона на месяц хватит с избытком. Так что совершил все платежи, и оставалось только ждать доставки курьером. Как раз потратил почти всю выигранную сотню тысяч, заказав в двух разных местах пистолеты ТТ и патроны к ним.

Затем нашел в городе стрелковый тир, где оплатил курс подготовки и десяток практических занятий по стрельбе. Думаю, тир теперь надо будет посещать регулярно — подготовка не помешает.

Больше ничего особого до понедельника не произошло. В эту субботу я не позвал друзей никуда, и они сами не звонили, так что, как выяснилось, организатором нашей субботней посиделки был только я один. Хотя верно — еще тогда, в реальной жизни (или как это назвать?), я ведь в эту субботу встречался с динамщицей… имя уже стало исчезать из памяти. Лена, кажется.

Ну а утром в понедельник я пошел за выигрышем в букмекерские конторы. На этот раз все деньги за один раз получить не удалось — видимо, в прошлом цикле мой выигрыш был оплачен из той суммы, что поставили мои друзья. Так что я пока получил 400 с лишним тысяч, а еще примерно столько же должны были отдать через пару дней, как подвезут наличность. На месяц мне этого хватит, даже еще и останется. Жалко будет оставлять здесь миллион, но куда было его потратить? Уйти в жесткий загул? Не особо прельщает. Смотаться на недельку на моря? Так ведь только что оттуда. Впрочем, можно было бы сгонять туда в этот раз с друзьями, но ведь дела, дела… надо выяснить, как все пройдет с получением оружия. Впрочем, возникла идея: мне давно нравилась одна девушка, работающая у нас, но вот все не решался к ней подкатить, оставаясь лишь знакомым, да и то больше по работе. Честно сказать, была она слишком хороша для меня. Не в плане внешности — тут-то я и сам был неплох. Природа наградила меня довольно симпатичным лицом, а регулярные посещения спортзала — отличной фигурой; знакомые девушки не раз говорили мне, что чем-то я похож на Ван Дамма во времена его молодости, разве что в нем была какая-то брутальность, а во мне сразу было видно «интеллигентика». Но вот круг общения у нас с этой девушкой, Викторией, разнился — у нее в приятелях были сплошь гламурные красотки и прочая «золотая молодежь» на дорогих тачках, и я со своей скромной зарплатой туда никак не вписывался. Она и сама, как я понял, работала для галочки — зачем-то ее в нашу контору впихнул богатый папа. Уму-разуму, может, хотел научить? К тому же одеваться она умела не в пример мне. Джинсы да футболка — вся моя одежда на все случаи жизни, при взгляде же на нее у меня просто дух захватывало: она и сама была чудо как хороша, а в своих разнообразных нарядах — просто глаз не оторвать!

Но теперь деньги есть, терять мне нечего — в любом случае эта реальность вскоре исчезнет, так что почему бы не попытать удачу? Приняв такое решение, я отправился на работу.

— Привет, Виталь, а ты чего здесь? — удивилась она, когда я зашел к ней в кабинет. — Я думала, ты в отпуске.

— Увольняться пришел.

— Что, нашел что-то получше?

— Да нет, деньги в лотерею выиграл, так что теперь работать мне не надо, буду до старости на своей яхте по миру путешествовать.

— Повезло тебе. Меня позовешь покататься? — в шутку спросила она.

— Обязательно! Я в общем-то потому и зашел…

— Неужели яхта уже ждет нас у входа?

Вот язва!

— Нет, яхту для прогулок мы с тобой потом подберем, под цвет твоих глаз. Или сумочки. В общем, как пожелаешь. А вот вечерком сегодня не хочешь сходить в «Клондайк»? Отметим мою удачу.

«Клондайк» был самым престижным и дорогим заведением нашего города, в шутку его называли просто Клондайком для владельцев. Вечер в нем наверняка обойдется мне как минимум в месячную зарплату, а то и больше — ведь пыль в глаза там была весьма дорогая.

— Ты серьезно?

— Конечно. Я угощаю. Такую редкую удачу обязательно надо отметить с такой редкой по красоте девушкой.

— Ты правда что-то выиграл? Или придумал мне красивую историю? Так смотри, она тебе может дорого обойтись.

— Ради тебя я готов на любые траты! В пределах шестнадцати миллионов.

— Почему именно шестнадцать?

— Пока так, а как выиграю больше — будет больше.

— Шутишь?

— Так мы договорились?

— Я не против, давай сходим. Но учти — если все придумал, потом пару месяцев будешь заделывать дыру в своем бюджете, это тебе такое наказание за обман. Раз речь идет о миллионах, я скромничать не собираюсь.

— Два месяца каторжной работы за один чудесный вечер с тобой — да это просто удивительно мало. Жаль, раньше этого не знал, давно бы пригласил. Но ты не переживай, я тебя не обманываю, так что повеселимся по полной. За тобой во сколько заехать?

Договорившись, я, довольный собой, вышел из кабинета. Зайти, что ли, правда написать заявление на увольнение? Да ну его, все равно отрабатывать не буду — толку-то работать, если все это исчезнет? Так что пусть увольняют за прогулы, если успеют. «Но вообще-то начальника надо предупредить, неплохой он все же дядька», — подумалось вдруг. И ведь понимаю, что смысла в этом никакого — все это просто-напросто исчезнет, но вот совесть никак меня понять не может. Так что с тяжелым вздохом направился к своему руководителю.

Ему рассказал ту же историю про выигрыш и заявил, что работать не собираюсь ни дня — и без меня прекрасно справятся, никаких особых сложностей у моего преемника возникнуть не должно. Из-за того, что я знал — скоро конец этому миру (или мне, если камень не сработает), какая-то легкость охватила меня, и было плевать на то, что неосмотрительно треплю всем о выигрыше, плевать на увольнение «по статье», плевать на что угодно — все вокруг было лишь краткой иллюзией, готовой в любой момент прерваться по одному только моему желанию, сменившись на другую, такую же зыбкую, зависящую лишь от меня. Удивительное ощущение — целая вселенная могла исчезнуть, если я этого пожелаю, или пойти туда, куда ее поведу, лишь бы мне хватило на это возможностей.

Но нет — оказывается, не на все мне было плевать, как я понял, вспомнив о друзьях. Неудобно получится, если они узнают о моем выигрыше от кого-то. Так что позвонил им и позвал вечером, сразу же после работы, встретиться — у меня был свободный часик до назначенного времени свидания.

— Ну что, друзья, поздравьте меня, я теперь миллионер, — начал я наш разговор.

После короткого объяснения они долго не могли поверить в случившееся, попеременно вертя билет в руках. Но в конце концов, убедившись, что это не шутка, вывалили на меня целую гору поздравлений и пожелали сегодня же закатить праздник по этому поводу.

— Нет, сегодня не могу — у меня свидание с Викой.

— Это с той, на которую ты все облизывался, с работы?

— Ну да, — усмехнулся я, — теперь я тоже могу себе купить «бэху» и золотой унитаз, так что прям как все они буду. Сегодня, кстати, в «Клондайк» собираемся. Извините, что вас не зову, но сами понимаете…

— Конечно, понимаем! — закивал Максим с серьезным видом. — Мечтаешь, что кое-чего обломится и ночь будет бессонной. Как не понять-то!

— А вы не завидуйте, я вам тоже подарю по «Ладе-Калине» — глядишь, и на вас кто западет.

Так, подтрунивая друг над другом, мы посидели еще немного и разошлись по домам. Вернувшись, помылся, побрился, надел самые лучшие джинсы с футболкой и отправился за Викой.

Приехав в «Клондайк», где нас любезно проводили за понравившийся нам столик, я заказал себе все простое и понятное, а вот Вика разошлась, тыкая в меню и произнося какие-то совершенно неизвестные мне слова. На мой удивленный взгляд сказала:

— А ты как думал? Я тебя предупреждала — два месяца теперь будешь вкалывать как миленький.

— Да нет, я не против, просто я слов-то таких никогда не слышал. Кстати, вино какое мне порекомендуешь?

— Вот это бери, очень даже неплохое, и как раз подойдет к твоему набору блюд, — и ткнула в строчку меню, напротив которой стояла сумма в сотню тысяч.

Я подозрительно на нее посмотрел — это она и правда мне рекомендует или на слабо берет? Ее лицо оставалось невозмутимым.

— Хорошо, и это вино принесите, — сказал я официанту.

— Минуточку, — остановила его Вика, — можно мы кое-что обсудим?

Тот согласно кивнул и отошел в сторонку, ожидая окончания нашего разговора.

— Слушай, — сказала мне Вика, — ты, может, и выиграл в лотерею, хотя я до сих пор тебе не верю, но выигрыш ты получишь еще не скоро, а платить придется сейчас. И если денег у тебя не окажется, то мы попадем в очень неловкое положение. Так что прекрати, пока не поздно.

— Серьезно: не переживай, деньги есть, — успокоил я ее.

— Ты уверен?

— Поверь мне, это вино для меня не так уж дорого. Так ты действительно его рекомендуешь или просто решила посмотреть, как я даю задний ход?

— Отвечу тебе честно… — Она сделала паузу. — Вино неплохое, но явно дороговато.

Вот же!.. Так и не ответила на вопрос по сути.

— Ладно, беру, уговорила.

И я махнул рукой, подзывая официанта.

Вино и правда было неплохим, его богатый букет смог ощутить даже я, совсем не гурман. Но вот платить за это такие деньги! Хотя теперь я понимал богатых — почему бы не потратиться на что-то хоть немного лучшее, если денег настолько много, что их просто некуда девать, как мне сейчас, например.

— Ну, рассказывай — откуда у тебя такие деньги, — требовательно заявила Вика.

— Ты не поверишь!

— А ты попробуй.

— Выиграл.

— Нет, ну я серьезно.

— Вот честно, прямо тебе в глаза, говорю — полоса неимоверного везения.

И, не вдаваясь особо в подробности, рассказал ей о своих выигрышах: сначала о 100 тысячах в лотерею (плюс к джекпоту в 16 миллионов), а потом о почти миллионе на спортивных ставках.

— Ну да, понятно… — как-то немного рассеянно ответила она, выслушав мой рассказ.

Выглядела она какой-то обеспокоенной, время от времени нервно покусывая нижнюю губу. Выглядело, конечно, очаровательно, но вот такое ее настроение мне совершенно не нравилось. Кажется, я догадывался, в чем причина — она мне просто не поверила и сейчас терзалась нарисованной в своем воображении картиной того, как нас с позором… А что, интересно, с позором делают в таких случаях? Полиция? Наручники, решетка — наверное, так.

Взмахом руки я подозвал наблюдающего за нами официанта:

— Карточки принимаете?

— Обязательно. У нас мобильные терминалы, не извольте беспокоиться. Хотите расплатиться?

— Да, но мы пока не уходим. Если что, закажем что-нибудь еще попозже.

— Как пожелаете. Один момент, сейчас будет счет.

— Впишите туда десять процентов чаевых.

— Благодарю. — И он как-то умудрился с огромным достоинством легко мне поклониться.

Через несколько минут я расплатился, что, естественно, прошло без всяких заминок — все же на банковском счете находился почти миллион. И я сразу заметил, как расслабилась Вика. Глаза ее заблестели, беспокойное выражение сменилось легкой улыбкой, и она вся как-то ожила, заискрившись красотой и радостью. Просто чудо как хороша!

Сидевшие неподалеку от нас двое молодых мужчин с нагловатыми высокомерными физиономиями явно тоже заметили красоту девушки и теперь частенько кидали в нашу сторону какие-то липкие взгляды. А точнее, в сторону Вики. Да и пусть; не стал обращать на них внимания. Как оказалось чуть позже, зря.

Мы продолжили общение: Вика задавала разные каверзные вопросы, надеясь поймать на противоречиях, а я изгалялся вовсю, смешав все свои истории из разных циклов — тут был и Египет, и Мальдивы, дайвинг, выигрыши… Она притворно закатывала глаза и ахала, а я рассказывал ей о погонях за акулами. В общем, каждый из нас развлекался как мог.

Заскрипел отодвигаемый стул, и рядом со мной плюхнулся один из тех неприятных мужчин.

— Не против, если я с твоей лялей немного пообщаюсь? — И, не дожидаясь ответа, обратился к Вике: — Привет, красавица.

— До свидания.

— О как, шустрая ты, сразу на свидание зовешь. Мне такие нравятся. Не против к нам присоединиться?

— Валил бы ты отсюда, — обратился я к нему.

— Закройся, — бросил он в мою сторону, не отрывая взгляда от рассерженной Вики.

Подошел охранник.

— Какие-то проблемы?

— Он нам мешает, — тут же заявила Вика.

— Не могли бы вы… — начал охранник.

— Не мог. Постой минутку в сторонке.

— И все же… — не отступил охранник.

— Иди полицию пока вызови. Хотя нет, вон полицейский сидит, за тем столиком. Прогуляйся пока к нему, а он как придет, сразу меня арестует, — гоготнул мужик с наглым видом.

Впрочем, его приятель уже сам направлялся к нам.

— О, точно он, ты был прав, — заявил он, глядя на меня. — Все приметы совпадают. — И добавил, обращаясь ко мне: — Полиция, майор Круценко.

Махнув перед моим лицом корочками, он заявил:

— Ваши приметы совпадают с приметами разыскиваемого преступника, предъявите документы.

Наверное, сыграло свою роль то, что совсем недавно я чувствовал себя чуть ли не властелином вселенной; или ощущение того, что все вокруг лишь ненастоящие декорации, сделанные в виде настоящего мира; а может, выпитое вино; а то и все вместе.

— Прихвати этого гондона и вали отсюда, — ответил я.

— А ну, что ты сказал?

— Свалили отсюда оба! Теперь услышал?

— А ну — встать!

Он, шагнув ко мне, схватил за плечо. Я встал и без раздумий с разворота заехал ему куда-то в лицо. Не дрался с самого детства, так что умения в этом у меня не было совершенно. Ожидал, что он, как в кино, сейчас красиво отлетит далеко назад, разнесет стол и будет потом еще долго приходить в себя, но он лишь немного отшатнулся назад, покраснел от злобы и, что-то прошипев, заехал мне в ответ. Умения у него явно было побольше. Удар в челюсть заставил меня отступить на пару шагов, в голове зашумело, едва сумел удержать равновесие. Тут же ко мне подскочил второй и со всей дури пинком заехал в живот. Я скрючился от боли, пытаясь глотнуть хоть немного воздуха, но организм как заклинило. Затем был удар в голову, я отлетел, рухнул на чей-то стол, зазвенела разбитая посуда, кто-то завизжал, а на меня посыпались удары, которые, впрочем, почти не ощущал, лишь изредка конвульсивно вздрагивая всем телом и все еще силясь вдохнуть воздух. Сознание куда-то уплывало, будто со всех сторон окутываемое огромным ватным одеялом, причем горячим и пульсирующим.

Откуда-то издалека глухо донеслось:

— Хорош, Серег, ты его кончишь сейчас…

Но я совсем не понимал смысл слов, превратившись в какое-то пытающееся вздохнуть существо, живущее лишь одними рефлексами. Вокруг слышались голоса, затем меня, кажется, куда-то волокли, было что-то еще, происходящее рядом, но более-менее связно это осознавать я начал лишь через некоторое время, точно сказать не могу. Наконец, придя в себя, попытался открыть глаза, но один совершенно не открывался, а второй позволил мне взглянуть на окружающее лишь через узкую щелочку.

Рядом со мной сидела Вика и, кажется, обтирала меня чем-то влажным.

— Ну ты и храбрец! — заявила она, увидев, что смотрю на нее. — Но дурак дураком и драться ни капельки не умеешь.

— Ничего, научусь еще… — попытался сказать, но вышло как-то непонятно.

— Похоже, у тебя не все зубы на месте, — подсказала Вика, — я на полу видела парочку; может, и еще где-то лежат.

Я попытался ощупать рот языком, но все во рту было сплошной раной, так что ощущалось плохо. Но, кажется, и правда не все зубы на месте.

— Ничего, ты не переживай, — продолжила Вика, — в Израиле за день можно хоть все поменять, у нас многие так и делают. Лучше прежнего будет.

Я опять попытался сказать, что все нормально, но так и не смог добиться от себя внятной речи.

— Да ладно, лежи уже, потом все расскажешь, как в себя придешь. Тут с тобой эти козлы хотят поговорить.

Она отошла, а вскоре ко мне подошел майор.

— В общем, так: у нас к тебе претензий нет, но за весь бардак ты заведению оплатишь все до копейки. И не вздумай рыпаться — иначе претензии у нас к тебе появятся; все усек?

Не дожидаясь ответа, он ушел. Вскоре приехала «скорая», и меня отвезли в больницу. Но перед отъездом ко мне подошел охранник и сказал:

— Хозяин согласился, что вам платить ни за что не надо, так что не беспокойтесь на этот счет. И извините за такую ситуацию. И еще, от меня лично совет, — сменил он тон, — не связывайся ты с ними, дороже выйдет. К тому же, как ни крути, драку затеял ты, так что могут по полной тебя раскрутить; легко отделался.

Благодарно ему кивнув, я вместе с сопровождающей меня Викой отправился в больницу. Кое-как мычанием пытался ей сказать, что сам справлюсь, пусть едет домой, но она отказалась.

— Ты не переживай, я в таких историях уже не раз бывала, так что привычная. Присмотрю за тобой немного.

Не ожидал, честно говоря; я-то считал ее хрупкой воздушной девушкой, словно из сказки, а разбитые морды никак не вяжутся со сказками. Если только со страшными.

В больнице, полностью меня обследовав, констатировали сотрясение средней тяжести, несколько трещин в челюсти и ребрах, ну и многочисленные ушибы. Но ничего особо опасного не было, так что под строгое указание соблюдения постельного режима я был вскоре отправлен домой. Немного меня обустроив и заказав такси, ушла и Вика, обещав как-нибудь заскочить проведать. Да уж, конец романтического свидания был явно испорчен.

Все последующие дни я послушно валялся в кровати, поначалу питаясь полужидкими пюрешками, но постепенно переходя на более-менее нормальную еду. Часто навещали друзья, пару раз заходила и Вика, но дальше короткого разговора и пожеланий выздоравливать дело не заходило. Впрочем, рожа у меня была сейчас именно что «рожа», а вовсе не лицо, так что с этим все понятно.

За это время мне пришли две посылки, благо ходить никуда необходимости не было — курьеры доставляли все прямо до квартиры. Получив мою роспись на квитанции, они уходили, оставляя мне присланные через их службу коробки. Странно, но там действительно было реальное оружие. Я ожидал каких-то немалых трудностей с этим вопросом, но все оказалось проще, чем я думал. Один пистолет был какой-то весь раздолбанный и, видимо, покрытый когда-то пятнами ржавчины, тщательно отскобленными, но с новым стволом. А второй так и вообще в отличном состоянии. Тринадцатого числа, днем, я даже съездил в глухомань и отстрелял их, проверяя качество — все было в рабочем состоянии. Мелькнула мысль прихватить с собой на встречу пистолеты, спрятав их под одеждой, и попытаться уже сегодня избавиться от всей банды, но тут же ее отбросил — слишком рискованно. Ведь если я с грохотом выстрелов избавлюсь от угрозы, а камень вдруг прекратит работать, то окажусь в доме, полном трупов, с пистолетами в руках — просто мечта для тех, кто будет расследовать убийства. Так что, бросив оружие прямо там, вернулся домой и принялся ждать вечера — вскоре у меня намечалась встреча. К концу рабочего дня вышел и направился в парк, где присел на скамейку, ожидая появления злодеев, которые приведут меня к своему логову.

— Здоров, братиш, — услышал я знакомый голос.

— Привет, дружище, — улыбнулся я. Улыбку немного портила щель от выбитого зуба, но, думаю, им и такая сгодится.

— Слышь, корешок, нам бы перетереть с тобой надо, пару вопросов уяснить. Давай-ка проедем с нами, тут недалеко, а там побазарим.

— Да не вопрос, — легко согласился я.

И мы почти дружной компанией отправились к машине, стоящей у входа в парк. По дороге я внимательно запоминал маршрут и, когда мы подъехали, уже выяснил все, что хотел, можно было и возвращаться к началу нового цикла. Но почему бы не попробовать хоть что-нибудь узнать? Если что, ускользнуть всегда успею. И вместе со своими новыми «друзьями» спустился в подвал, где нас уже ждал их предводитель.

В этот раз избиения не было и допрос проходил в более мягкой форме. Хотя это был именно допрос, а не разговор — все мои попытки самому выяснить хоть что-то попросту игнорировались. Ну а сам я ничего не скрывал, выложив все о камне, его продавце, месте и времени, честно и открыто отвечая на все вопросы.

— Покажи нам этот камень, — попросил, скорее, даже приказал главарь.

Достав камень из мешочка на груди, я положил его на ладонь и показал всем. Через секунду, когда пульсирующее сияние стало уже заметным, хозяин отморозков вдруг переменился в лице и с ужасом в голосе заорал:

— Хватайте его, кретины!

А сам ринулся к саквояжу, стоящему чуть в стороне.

«Вернуться!» — тут же мысленно скомандовал я камню, крепко сжимая его в ладони.

Тени по углам комнаты сгустились и, раскидывая щупальца по стенам, начали охватывать помещение. Свет постепенно стал меркнуть, а ринувшиеся ко мне бандиты двигались все медленнее, будто пойманные в янтаре мухи застывая в окутавшем нас мраке. Тяжелая черная капля упала на меня с потолка, затем еще одна, а потом и целый водопад обрушился на мое неподвижное тело. Бурлящий внизу сплошной ковер тьмы подбирался ко мне все ближе и наконец захлестнул с головой, а затем потащил куда-то, отщипывая в пути от меня по кусочку, пока не осталась лишь одна бестелесная душа, влившаяся в поток таких же теней и поглощенная им, растворив в себе и мое померкшее сознание.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 4

Прикрыв глаза, обдумал только что случившееся. То, что главарь так себя повел, можно было объяснить только одним — по пульсации свечения он понял, что камень исполнил мое желание. Но вот чего он так испугался? Может, у камня есть какие-то неизвестные мне возможности?

На всякий случай, принимая во внимание чудесное свойство камня, я перепробовал, взывая к нему, творить всякие чудеса — мысленно пытался запустить огненный шар, молнию, левитировать, телепортироваться, поджечь что-нибудь пирокинезом и вообще все, до чего только мог додуматься, включая джедайские штучки. Пробовал даже оживить дохлую муху, сделав первый шажок на пути к тому, чтобы стать могучим некромантом. Но все было тщетно — никакие мысленные потуги ни к чему не привели. Значит, либо что-то не так делаю, либо причина — в другом. Что еще может быть?

Может, он просто знал лишь то, что камень придает какую-то особую способность, как это произошло со мной, вот ее и боялся? Это у меня она не смертельно опасна, а вот кто-то мог получить нечто более яркое. Как в прямом, кстати, так и в переносном смысле. Хотя насчет «неопасности» своей способности — это я зря, ведь именно благодаря ей в этом цикле всю шайку ждет смерть.

Еще одним выводом из увиденного было то, что в саквояже главаря имелось что-то, что могло, по его мнению, меня остановить. А значит, это тоже надо иметь в виду и не давать ему завладеть этим «чем-то». Ведь в любом случае он знал про все эти дела побольше меня, поскольку я не знал вовсе ничего. И это было еще одним вопросом, заставившим меня подумать — как бы сделать так, чтобы он поделился этой информацией? Думаю, в этот раз при встрече я сумею его уговорить; были у меня кое-какие кровожадные фантазии насчет его персоны.

Место, куда меня отвезли, я прекрасно запомнил, в доме никого, кроме нас, я не видел, так что, думаю, после тщательного планирования ничто мне не помешает наконец поставить точку в этом затянувшемся противостоянии. Сначала разговор с виновником, как я полагал, всех моих бед, а затем и окончательная точка, поставленная пулей в голове. И все.

А значит, придется опять озаботиться вопросом денег на мою будущую безбедную жизнь — у меня была уверенность, что после исполнения желания чудесное свойство камня исчезнет и я уже никогда не смогу вернуться в прошлое. Надо опять подключать к делу друзей, иначе впоследствии буду кусать себе локти из-за упущенной возможности.

Поэтому первую половину дня я провел в обычных хлопотах: кредит в «своем» банке, звонок друзьям с просьбой о поручительстве и покупка лотерейных билетов. На этот раз я взял только два, в одном заполнил пять, а в другом шесть верных номеров — все сразу будет слишком уж подозрительно, да и лишняя тысяча особой роли не играет. Сотня тысяч из комбинации в пять номеров мне тоже понадобится на ставки — постараюсь выжать все до копейки из этой ситуации. Да, это было меркантильно, но лишать себя будущих возможностей из-за непонятного чистоплюйства я не собирался. Да и кто меня осудит? Ведь знал обо всем только я. Друзьям в этот раз ничего не стал рассказывать, отделавшись лишь обещанием объяснить все немного позже. Ну а когда придет время делать ставки, у меня будет аргумент в виде выигрышного лотерейного билета на 16 миллионов, так что особо отговаривать меня от «потери денег» они не станут.

Позаботившись об этой стороне своего будущего, после обеда приступил к следующей части — оружию. Установил все необходимое программное обеспечение и зарегистрировался везде где необходимо, после чего связался с тем продавцом, что прислал мне пистолет поновее, — меня интересовало, можно ли приобрести у него и глушитель. Оказалось, можно, что было хорошей новостью. Прикинув сроки доставки, я решил сделать заказ уже после выигрыша ставок — опять же ради того, чтобы сэкономить, а затем и приумножить почти полсотни тысяч, которые я отдал бы за оружие и все прочее, купи его раньше. В этот раз не время шиковать.

Пока закончил все дела, уже успел наступить вечер, поэтому я завалился спать.

Потом было взятие кредитов, получение выигрышей с лотереи, ставки, получение выигрыша оттуда, погашение кредитов, заказ оружия… Надеюсь, в этот раз будет не как всегда и суета не окажется вновь бесполезной, а мои полученные после всех мытарств миллион семьсот тысяч, которые я смог выжать в результате своих манипуляций, останутся со мной до спокойной обеспеченной старости. Плюс оставалась припрятанная лотерейная карточка на 16 миллионов, о которой не знал никто, кроме моих друзей.

В общем, только во вторник, тоже, кстати, 13-го, смог перейти к последней части своего плана — подготовке к убийству. Как ни странно, но никаких моральных терзаний насчет этого совершенно не испытывал. В общем-то я и прежде всегда старался полагаться больше на разум, а не эмоции, вот и сейчас разум мне подсказывал, что эти люди вполне заслуженно получат то, к чему они шли. Хотели смертей — так они будут! И это будет полностью их вина, а не моя. Так что я лучше сосредоточусь на тщательном планировании, а не философствованиях.

Первым делом подобрал подходящее местечко для встречи с двумя отморозками — на окраине города, за заброшенными бетонными гаражами. Среди покинутых руин лишь тоскливо завывал ветер, а для людей здесь давно уже не оставалось совершенно ничего интересного. Ну и очень кстати оказалась какая-то непонятного назначения короткая канава с бруствером земли рядом с ней — не придется самому копать могилу для трупов. В укрытое от случайных взглядов (мало ли) место я положил лопату — сначала по-быстрому слегка прикопаю трупы, а затем сразу поеду к главарю, чтоб он не успел ничего заподозрить. А уж потом вернусь и накидаю земли до самого верха канавы, скрывая все следы.

После этого отправился к дому главаря. Запоздало подумал, что именно этим и надо было заняться в первую очередь: ведь все остальное уже знакомо, только здесь меня ждет неизвестность, и если сейчас случится какая-то осечка, то всю возню придется вновь повторять в новом цикле. «Что сделано, то сделано. Но излишняя паранойя не помешает», — убеждал сам себя, натягивая бейсболку с большим, прикрывающим лицо козырьком и надевая темные солнцезащитные очки. Но, пройдя в таком виде мимо интересующего меня дома, притворяясь случайным прохожим, обнаружил, что волновался зря — похоже, в доме давно никого не было. Дорожка из плиток, по которой меня в прошлый раз вели в дом бандиты, была совершенно заросшей — видимо, они уже потом ее освободили от растительности. Соседние дома тоже выглядели безлюдными — во всяком случае, я не видел ни одного человека на этом участке пути. Пройдя немного вперед, только за несколько домов от меня заметил копошащегося на своем придомовом участке пожилого мужчину, но не стал к нему приближаться, а, развернувшись, отправился обратно.

Перемахнув через забор, осмотрел дом — все двери закрыты, окна плотно занавешены, никаких признаков жизни. «Похоже, преступники прибыли откуда-то из другого места и просто заняли этот пустующий дом», — решил я для себя. Делать мне здесь больше было нечего, выяснил все что хотел, а именно, что никто из людей не помешает мне разобраться с заказчиком моего убийства в прошлых циклах.

Теперь оставался только месяц ожидания, и все будет кончено.

С работы я все же уволился, хотя в этот раз и с отработкой положенных двух недель. Все время регулярно посещал стрелковый тир, совершенствуя владение оружием. Подумывал записаться на какие-нибудь курсы единоборств, так как моя последняя драка показала, что я в этом полный ноль, но потом решил, что для предстоящего дела все эти рукомашества не нужны, да и не успею за месяц хоть чему-то научиться. А потом как-нибудь обойдусь, как обходился и все прежние годы — не особо любил мордобитие.

Честно говоря, жаль было расставаться с такой чудесной возможностью, но кто знает, вдруг она останется? Доживу до средних лет, а потом опять назад в молодость, и так бесконечно. Еще хорошо бы возвращаться не в один и тот же день, а на выбранный период назад. И без этих ужасов с поглощением тьмой. Эх, мечты, мечты… Как же жаль, что к камешку не прилагается инструкция! Надеюсь, в этот раз не главарь, а я буду задавать вопросы в том подвале; может, что-нибудь и удастся выяснить.

Наконец вот она — пятница, 13-е. Немного мандражируя, я все же собрался и минут за пятнадцать до времени встречи занял нужное место, укрывшись за невысокой полуразрушенной стеной. Вскоре послышался звук подъезжающей машины, хлопки дверей, шаги и, наконец, совсем рядом знакомые голоса.

— Ну че, где он там? — Это был хрипловатый голос Вована.

— Близко уже совсем, где-то вон за той стеной.

— Какого хрена он там забыл?

— Вот и спросишь, как встретимся.

Я вышел из-за стены:

— А я вас жду. Вован, дружище, ты что так долго?

На узком покатом лбу Вована появились кожаные складки, когда он попытался осмыслить происходящее, да и его подельник тоже выглядел весьма озадаченно. Чего я и добивался.

Протянув вперед спрятанную до этого времени за спиной руку с пистолетом, я пару раз выстрелил в середину груди Вована, а затем, быстро переведя ствол на так и оставшегося для меня незнакомцем здоровяка, еще два раза нажал на спусковой крючок. Тела мешками попадали наземь. Приблизившись на пару метров, на всякий случай прострелил этим уродам головы и, отложив пистолет в сторону, как мог быстрее стал за ноги стаскивать тела в канаву. Со здоровяком пришлось попотеть, но я справился. Наскоро присыпав их землей так, чтобы нигде ничего не было видно, постарался замести следы крови, оставшиеся на месте казни. Странно: не раз слышал, что после убийства человека в голову лезут всякие высокодуховные мысли, но меня сейчас заботило лишь то, успею ли добраться до главаря, прежде чем он что-то заподозрит.

Наконец, убедившись, что на земле в глаза ничего не бросается, я вставил в пистолет новый магазин и направился к автомобилю. Хорошо что ключ зажигания так и остался в замке — обыскать покойников я не удосужился. Заняв место водителя, завел машину и, развернувшись, поехал к дому, где находилась моя главная цель.

Как я знал, главарь встречал нас внизу, в подвале, поэтому я, подъехав к дому, нисколько не скрываясь, прошел по расчищенной дорожке во двор, а затем тихо спустился в подвал. На последних метрах приготовил пистолет к бою, поэтому, когда увидел типа восточной наружности, услышавшего мои шаги и уже начавшего оборачиваться ко мне, сразу выстрелил ему в ногу. Взвизгнув, он повалился на пол — уроки в тире не прошли даром. Приподнявшись с пола, опираясь на одну руку, вторую он протянул в мою сторону, и с нее что-то метнулось ко мне. На одних инстинктах я успел отклониться, и мимо меня с гудением пролетел синий светящийся шарик. Врезавшись в стену, он взорвался, опалив все вокруг волной жара, но я уже бежал на врага, намереваясь хорошенько приложить его по голове, прежде чем он успеет опять в меня выстрелить.

«Не успеваю!..» — понял я, когда его рука оказалась вновь направлена на меня. Но «выстрела» взрывчатым шариком не последовало. Подбежав, я саданул главаря коленом в голову и, видимо, попал очень удачно — он обмяк, опорная рука подогнулась, и он опять свалился на пол. В руке, из которой он в меня выстрелил, у него ничего не было, лишь перстень. Что-то все это очень уж похоже на магию, которую часто описывают в книгах, — перстни, светящиеся взрывающиеся шары и прочие чудеса. Да и мой камень тоже имел явно далекие от представлений современной науки свойства. Похоже, это и впрямь тот самый случай. Вот сейчас и выясним наверняка.

На всякий случай стянув с пальца перстень, я положил его себе в карман, а затем обыскал бессознательное тело. Но больше на нем ничего не обнаружилось. Пока обыскивал, главарь уже начал приходить в себя.

— Презренный раб, — злобно прошипел он, глядя на меня, — ты пожалеешь, что поднял руку на владыку.

В ответ я без всяких сомнений выстрелил в колено его прежде целой ноги, он вскрикнул и, с огромной злобой уставившись на меня, произнес:

— Скоро я вернусь, и ты еще познаешь мой гнев, раб!

А затем обмяк и неподвижно застыл на полу.

Как так? Я приложил два пальца к его шее, нащупывая пульс, но пульса не было — человек мертв. Вот и поговорили… Но, несмотря на труп у моих ног, меня очень сильно смущали его слова насчет возвращения — слишком много чудес я уже видел, чтобы списывать со счетов подобное заявление. Я сам яркий тому пример — уже умирал, но все еще жив. Чтобы удостовериться окончательно, достал камень из мешочка, и через пару секунд, лежа на моей ладони, он в такт моему сердцу запульсировал синим узором, проступившим на его поверхности. Это означало только одно — ничего еще не было кончено.

Наверное, мне надо было сожалеть о том, что угроза моей гибели так и не исчезла, или, может, обеспокоиться явно не пустыми обещаниями мести ускользнувшего главаря бандитов, но у меня почему-то лишь появилась радостная улыбка на лице — чудеса продолжаются.

Следовало подумать и о своих дальнейших шагах, но это позже, а сейчас надо осмотреть дом, прихватив все, что может оказаться полезным — теперь важна любая крупица информации. В подвале, кроме уже обысканного трупа, саквояжа и стула, на котором я впервые умер, ничего не было. Прихватив саквояж, поднялся в дом. Дверь взломана. Внутри от бандитов остались лишь тарелка с окурками и кучка мусора, говорившие только о том, что пробыли они здесь недолго. Ничего ценного; надеюсь, хоть саквояж будет мне чем-нибудь полезен. Да и просто интересно порыться в вещах какого-то мага, как я теперь предполагал.

Покинув дом, опять сел в автомобиль и поехал к могиле его прежних владельцев. Прибыв на место, заглушил двигатель и понял, что мне необходимо выполнить одну не очень-то приятную работу — обыскать трупы. Ведь и у них при себе могло быть что-то полезное. Грустно вздохнув, спустился в канаву и начал нащупывать под насыпанной мною недавно землей ноги первого покойника. С трудом, ворочая труп с бока на бок, все же удалось выдернуть его на поверхность, после чего приступил к обыску. Какие-то ключи — на всякий случай прихватил их с собой, сигареты, зажигалка — в сторону, кошелек — его тоже с собой, а вот и нож, которым мне перерезали горло, — прихвачу как сувенир, вряд ли еще у кого-то такое может быть. Все, больше ничего не было. Со вторым трупом пришлось провозиться намного дольше, но в конце концов я справился, из полезного добыв только кошелек.

Забросив все собранное в салон автомобиля, к саквояжу, стал закапывать могилу. Управившись, постарался все сделать как можно более незаметным, где-то присыпав мусором, где-то накидав сухой травы, набранной рядом, а когда наконец закончил и с этим, размял уставшие мышцы и вернулся к автомобилю — разбирать, что же мне досталось. Но перед этим, заведя мотор, я по проселочной дороге, идущей по окраине города, подальше отъехал от могилы — незачем привлекать внимание к этому месту.

Остановившись, обратил внимание на имущество бандитов. Ключи Вована мне ни о чем не говорили, так же ничем особым, кроме своей истории, не выделялся и его нож. Бумажник набит крупными купюрами — богато живут преступники. Забрав все деньги — не пропадать же добру, я ничего там больше не нашел. Кошелек его приятеля тоже, кроме денег, ничего мне не принес — ни единого клочка информации. Выходит, зря возился с этими трупами, жаль. Но все же проверить стоило. Оставался только саквояж загадочного «владыки», как он себя называл. Интересно, где он набрался таких словечек — «владыка», «презренный раб»? Может, сейчас и выясню.

Открыв саквояж, начал по одной доставать из него все вещи. Сверху лежал большой, из золотистого металла, короб, на крышке которого рельефно выделялся какой-то логотип, обрамленный узором. Открыв, обнаружил внутри его кучу разных склянок необычной прямоугольной формы явно фабричного производства. На каждой из них — этикетка, вернее, что-то похожее на этикетку; не приклеенная к стеклу бумага, а словно само стекло с одной стороны приобретало новые свойства, теряя прозрачность и обретая цвет, но на ощупь оставаясь таким же. Интересно, где такое делают? Ничего похожего я припомнить не смог. Язык, на котором были выполнены надписи, тоже поставил меня в тупик — какие-то завитушки, похожие на иероглифы, но это явно буквы, так как они часто повторялись в текстах.

Крышки всех склянок различались по цвету, а так как в коробе они стояли по порядку, каждая в своей выстланной мягкой бархатной тканью ячейке, то именно крышки и были видны. Всего полсотни склянок — пять рядов по десятку. Верхний ряд имел крышки синего цвета разной интенсивности. Затем ряд красных и ряд зеленых. На двух нижних рядах — разные цвета, от светлых слева до темных справа: белый, желтый, оранжевый и прочие — в середине и абсолютно черный — в конце в предпоследнем ряду и что-то подобное, но с другими цветами — в последнем. Этикетки каждой из склянок в своем оформлении по цвету совпадали к крышкой, как и цвет содержащейся в них жидкости. Сбоку располагался десяток чего-то наподобие шприцев разного размера, каждый в своем гнезде. Вынув, осмотрел один из них: прозрачный и кончается таким же прозрачным хоботком, которым можно набирать зелья; наверху — пружинящая кнопка, двигающая поршень в цилиндре со штрихами-делениями снаружи. В общем, что-то такое, что позволяло отмерять зелья, какой-то дозатор, как я понял. Достав красную бутылочку, попробовал ее открыть. Крышка откручивалась вполне обычным образом. Жидкость имела приятный аромат, но пробовать ее на вкус я все же не рискнул. Закрыв склянку и вернув ее на место, отложил короб в сторону.

Следующим осмотрел тоже короб, но уже из серебристого металла и с другим логотипом, наполненный аккуратно стоящими в своих рядах пластинами размером примерно с ладонь, сделанными из незнакомого мне материала, похожего на керамику. Каждая тоже имела свой цвет, непонятные надписи и рисунки. Всего пластин насчитал десять.

Затем достал металлическую коробочку, полную стеклянных призм с основанием в виде квадрата со стороной примерно сантиметр и около десяти высотой. Всего в коробке сотня таких призм, и почти все — насыщенного темно-синего цвета. Только в левой верхней ячейке стояла совершенно прозрачная стеклянная призма, а справа от нее — полупрозрачная, светло-голубого цвета. Каждая в своем мягком гнезде.

В самом низу саквояжа лежал богато украшенный деревянный пенал. И если все предметы до этого напоминали пусть и непонятного назначения, но вполне современные эксклюзивные вещи, то пенал выполнен под старину, боковины украшает вычурная резьба, дополненная на крышке прекрасным сверкающим узором, выложенным из каких-то искрящихся камешков. Открыв пенал, обнаружил внутри свечу, лежащую в удобном бархатном ложе, сделанном под ее размер. Синяя цилиндрическая поверхность тоже покрыта красивыми узорами, но все же на вид это вполне обычная свеча, ни разу еще не зажигавшаяся. Непонятно, для чего она была нужна, но, судя по всему, не для того, чтобы освещать вечерами темную комнату — уж очень богатым выглядело ее вместилище — последний предмет, нашедшийся в саквояже.

Что ж, пришло время подумать о сложившейся ситуации с учетом всего, что удалось за сегодня узнать. И я удобно откинулся на сиденье, погрузившись в размышления.

Первое, что пришло в голову, — это понимание того, что все совсем не так, как я раньше полагал. Ведь раньше я думал, что за моей редкой диковинкой охотится какой-нибудь обычный хмырь с парочкой головорезов, но теперь стоило признать, что существует огромный пласт неведомой мне, но явно очень необычной информации. Все говорило об этом — смерть главаря, который обещал вернуться, его странная речь о «владыке» и «рабах», не виданные никогда ранее вещи с надписями на совершенно неизвестном мне языке. А ведь, похоже, существовал целый неведомый мне мир, где все это было обыденностью: все эти непонятные вещи явно не кустарные самоделки.

С самого начала я думал, что мне достаточно лишь избежать нежелательной встречи, а затем все образуется и я вернусь к своей обычной жизни. Затем думал, что достаточно будет убить бандитов, каким-то непонятным образом везде и всюду находящих меня, и опять же все образуется. Но теперь стало ясно — это были не просто обычные бандиты, а что-то большее. Я, конечно, не про Вована с его приятелем, а про их главаря. Просто убить его не получится, а значит, хочу я того или нет, но мне необходимо выяснить все про тот неведомый мне мир, из которого он явился, будь это тайный орден, какая-то загадочная культура, скрытая в складках пространства, внеземная цивилизация или даже параллельная вселенная — сейчас я мог допустить что угодно. И только лишь после того, как я все узнаю про это, — смогу отыскать способ избавиться от грозящей мне опасности. И думаю, на это может потребоваться не всего лишь несколько попыток, а намного больше — противник мне попался непростой и явно не страдающий человеколюбием, убить для него, что муху прихлопнуть. Наверное, теперь мне все же стоит больше доверять своему камню, ведь если он способен исполнить желание, то всего несколько зарядов для выполнения этого желания явно будет недостаточно.

Теперь о том, что делать дальше: не конкретно сейчас, а вообще. От главаря, как выяснилось, информацию я получить не могу, так что в следующий раз стоит расспросить его громил, перед тем как их убивать. Также мне, думаю, все же придется освоить всякое казавшееся мне раньше ненужным рукомашество — в будущем это может весьма пригодиться. Ну и про стрелковый тир не стоит забывать. И главная на сегодня цель — выяснить, откуда вообще взялась у нас в городе эта троица. Для начала, думаю, надо в следующем цикле проследить за домом, а там уже будет видно. Но это потом.

А вот что делать сейчас? Отправиться назад, в прошлое, и начинать выяснять, откуда появилась троица? Или все же дождаться дальнейших шагов главного злодея? Наверное, полезнее все же второе — вернуться я всегда успею. И что-то мне подсказывало, что наш восточный гость постарается об этом позаботиться, отправив меня на перерождение, — уж очень недоволен он был ходом нашей последней встречи. Так что план таков — живу дальше, готовлюсь к будущей встрече, а там как получится.

Машину оставлю прямо здесь. И хотя меня теперь не особо волновали всякие проблемы с полицией — мне теперь здесь не жить, и пойди все не так — я всегда смогу вернуться в прошлое, но свои отпечатки все же сотру, не буду торопиться с возвратом.

Саквояж с собой взять или оставить? Пожалуй, возьму, можно будет склянки на кошках попробовать. А то и на людях, если мне опять попадутся злодеи. Или даже на себе, когда решу вернуться в прошлое. Да и с остальными штучками можно будет попытаться разобраться.

Забросив в саквояж все выложенные из него короба и взятый в качестве сувенира нож, я вышел из машины, протер найденной тряпкой все места, которых я мог касаться, включая оставляемые здесь ключи и бумажники, и отправился вперед по едва заметной среди травы колее старой дороги. А когда отошел немного подальше — свернул в сторону города и, дойдя до ближайшей остановки, поехал домой.

Интересно, сколько мне осталось жить в этот раз? Наверняка в следующий раз за мной опять будут посланы мордовороты. Изучать какое-нибудь кун-фу? Вряд ли за оставшееся время сумею хоть чего-то достичь, но все же заняться стоит — не в этом цикле, так в следующем я сумею накостылять мордоворотам, постояв за себя. Но и сейчас просто так сдаваться не собираюсь, постараюсь протянуть в этом цикле как можно дольше. У меня ведь накопилась куча ненужных теперь денег, так что стоит потратиться на защиту себя любимого. Обыскав интернет в поисках подходящего мне варианта, выбрал одну из нескольких контор и, созвонившись, договорился о встрече на завтра.

После этого начал искать информацию по боевым единоборствам. Но ничего путного так и не выяснил — все нахваливали свое. Для себя все же решил, что всякие экзотические виды с красивыми маханиями ногами не для меня. В основном потому, что тут требуется хорошая растяжка, которой у меня не было. Долгими тренировками конечно же все можно исправить, но вот начинать все заново в начале каждого цикла — это не вариант. Так что требуется то, что останется в сознании, нарабатывающее технику и реакцию. Лучшими вариантами показались бокс и самбо. Бокс — тут все понятно, один удар — минус один противник, но вот если противник подберется слишком близко, то мне придется плохо. В случае с самбо проще — там этому и учат. Но вот с эффективными ударами в голову, в момент выводящими противника из строя, у него хуже.

Попробовать сначала одно, а в следующий раз — другое и потом уже сравнить? Или, может, заняться сразу и тем и другим? Боюсь, силенок не хватит. Хотя силенки ведь можно и поднабрать — есть куча разных препаратов, как я слышал, вредных для здоровья, но полезных для силы и выносливости. Проблема здоровья меня сейчас как-то не слишком волнует — жить мне осталось и без того недолго, а вот ускорить процесс обучения мастерству это могло неплохо. «Так и сделаю», — решил я. Так что надо будет еще и с фармакологией разобраться, но это уже завтра — пока искал всю нужную информацию, наступила ночь. Пора спать, а то мне с утра еще на встречу в охранную контору.

Наутро съездил на встречу и, не став мелочиться, заказал с завтрашнего дня машину и двух телохранителей на круглые сутки. Надеюсь, сегодняшний день я как-нибудь смогу прожить и без них. Это обошлось не так уж и дорого — меньше полумиллиона в месяц. Даже имеющихся денег хватит на три месяца, а к тому времени к моим деньгам добавится и выигрыш с лотереи. Пожалуй, попрошу Константина, пусть он за ним съездит — Максим-то вряд ли согласится, ему работа не позволит. А вот Константин уже не раз нам говорил, что хочет уволиться, но все никак не мог раскачаться. Вот я его и подтолкну. Предложу ему работу по обналичке выигрышного билета с хорошей оплатой; думаю, он согласится. А нет — надавлю на дружеский долг, и никуда он не денется.

Остаток сегодняшнего дня я хотел потратить на то, чтобы ознакомиться с информацией по медицинским препаратам, повышающим работоспособность организма, да полазить по местным форумам — узнать, какие из тренеров бокса и самбо лучшие в нашем городе; но по дороге в контору мне в голову пришла одна идейка — почему бы не заняться испытаниями неизвестных зелий, доставшихся мне в наследство от предположительно мага? Можно же ведь накупить для этой цели крыс. Про свои ощущения они мне не расскажут, но даже только то, сдохнут они или останутся живы, могло помочь на первом этапе, а потом можно будет и на себе испытать.

Увлекшись этой мыслью, я тут же поехал в зоомагазин. Как выяснилось, там продавались специальные крысы на убой — они шли на корм змеям. Замороженные тушки меня не интересовали, а вот живые — то что надо. Сколько взять? Я начал вспоминать склянки. Первый ряд, второй и третий были одноцветными: скорее всего, это что-то одно. Если книжки по магии не врут, это должны быть жизнь, мана и что-то еще. Может, та самая выносливость, что мне нужна? Испытаю. Затем было еще двадцать ячеек с флаконами разного цвета. В итоге мне нужно как минимум 23 подопытных; пока столько и взял. Уже когда заказывал для них клетку — не нести же в руках, моя паранойка шепнула прямо в ухо, что среди склянок такого мерзкого типа наверняка должно быть что-то вроде медленно действующего яда, а значит, для чистоты эксперимента надо взять пару десятков клеток и, напоив крысу зельем, еще долго за ней наблюдать. А значит, нужен еще и корм. Корм для крыс, предназначенных для корма, — забавно. Купи я все это сейчас, до дома мне самому не добраться, поэтому я поинтересовался доставкой. К счастью, у магазина такое предусматривалось, так что, оплатив все заказанное, я налегке отправился домой, а в течение дня ко мне, как обещали, приедет мой заказ.

Вернувшись, полез искать в инете что-нибудь полезное, связанное со спортивной медициной. Это был просто огромный ворох информации и куча препаратов, но почти везде упоминалось что-то вроде того, что «спору нет, анаболики эффективнее, но подумайте о своем здоровье». А значит — анаболики, сделал я для себя вывод; мне о здоровье думать не надо. Найти продавцов этого вредного для здоровья товара было куда проще, чем торговцев оружием, поэтому уже через час я в трех разных местах, для подстраховки, заказал себе с десяток разных препаратов — перепробую все и посмотрю на результат.

Как раз когда я закончил с этим и принялся за обед, подъехал мой заказ из зоомагазина. Пришлось ненадолго отвлечься, но, забрав все привезенное и расписавшись, я поспешил вернуться к столу, запихивая в себя остаток обеда, — не терпелось приступить к испытаниям.

В магазине уже расселили всех крыс по клеткам, так что теперь мне оставалось только обозначить, какой цвет зелья какой клетке соответствует. Сначала думал налепить на них этикетки с написанным цветом, а потом сообразил — ведь можно просто поставить флакон рядом с клеткой, и все. Так и сделаю.

Жил я один в трехкомнатной квартире, так что места у меня было достаточно, поэтому я, не особо заботясь, просто расставил клетки вдоль стены и, мысленно предвкушающе потерев руки, достал из саквояжа короб с зельями и надел резиновые перчатки — мало ли какая гадость попадется мне в руки.

Первой была синяя колба. Предположив, что наиболее насыщенный цвет соответствует наиболее сильному зелью, с него и решил начать. Достал кормушку, насыпал туда немного корма, немного полил зельем, перемешал и поставил обратно. Судя по всему, крыс давно не кормили, так как первая, лишь пару раз принюхавшись, с жадностью набросилась на еду, смолотив все за минуту. Ничего не произошло. Немного за ней понаблюдав, я не заметил ничего особенного в ее поведении и, поставив рядом с клеткой синий флакон, перешел к следующей.

Красный цвет себя ничем не проявил, как и зеленый.

После белого крыска начала как-то странно себя вести, попискивая на месте, а не шебуршить, как все прочие, по клетке, но что это значило, я сказать не мог. Оранжевый был, видимо, каким-то энерджайзером, так как после него крыса стала безостановочно носиться по клетке. Надолго, интересно, хватит этого эффекта? И что с ней будет после этого? Вот и погляжу. Оставив ее нарезать круги, перешел к следующей. Потом несколько цветов ничем особым себя не проявили, пока не дошел до серого. После него крыса застыла как вкопанная и совершенно ни на что не реагировала. Но на вид и на ощупь оставалась жива. Если я ее поставил — она так и стояла. Если положил — лежала. Если поднял ей лапку — так и стояла с поднятой лапкой. Уложив бедолагу приходить в себя, пошел дальше. Черный цвет вырубил крысу моментально — стоило ей только сунуться к кормушке и прикоснуться к корму, как тут же упала замертво. «Пожалуй, с этим надо быть поаккуратнее», — решил я и, тщательно протерев тряпкой закрытый флакон, выбросил его в мусор. Туда же отправилась и дохлая крыса — после завершения опытов надо будет от всего этого избавиться.

Следующий ряд зелий не оказал на крыс никакого заметного воздействия, кроме последнего флакона. От него крыса тоже сдохла моментально.

В поведении еще некоторых тоже, как мне казалось, были какие-то странности, но точно я сказать не мог, слишком уж невыраженными они были. В отличие от все еще носящейся по кругу одной и неподвижно лежащей в том положении, как я ее положил, другой — по этим сразу было видно: что-то с ними не так.

Еще раз на всякий случай протерев все флаконы, каждый — отдельной тряпочкой, отправил все это в мусор, туда же ушли и резиновые перчатки. После этого сходил выбросить в бак мусор и вернулся домой. Энерджайзер все еще действовал — крыса носилась безостановочно.

Остаток дня просидел, подбирая себе будущих тренеров. С боксом все было понятно — все местные спортсмены, разбирающиеся в теме, единодушно указывали на одного и того же человека. Была только одна проблема — обучал он только перспективных спортсменов, так что человеку со стороны попасть к нему в ученики было невозможно. Но я попробую. А если нет, тогда уже буду думать дальше.

С самбо ситуация не столь однозначная — во-первых, сразу о нескольких тренерах отзывались положительно, что было совсем неплохо, а еще упоминался какой-то мастер, который преподавал боевое самбо лишь сотрудникам силовых структур. Будто бы он просто лучший из лучших, и все бы обучались только у него, но вот только его ученики якобы становились настолько опасны, что все обучение засекретили, попасть к нему можно было лишь избранным, и никто ничего толком не знал. Скорее всего, конечно, байка, но проверить не мешало бы. Ну а пока пора спать — опять остаток дня пролетел незаметно.

Утром меня разбудил звонок в дверь. Отправившись к ней, заметил так и продолжавшую носиться по клетке крысу. Она что, вообще не спала? Похоже, что так. А еще в комнате стояла вонь и в нескольких клетках лежали мертвые крысы. Что ж так воняет? Я даже сморщился. За одну ночь ничего прогнить не успело бы.

Разбудили меня мои охранники. Впустил их и, познакомившись, предложил располагаться пока на кухне — в комнате надо было убраться. И, позевывая, отправился наводить порядок и разбираться, что там случилось. Вонь шла от клетки с темно-бирюзовым флаконом, где лежал прогнивший обезображенный труп крысы. Обе клетки по сторонам тоже содержали в себе трупы, в стоящих через одну крысы были еще живы, но явно находились на издыхании, да и те, что рядом с ними, выглядели бледновато — в переносном конечно же смысле слова.

Черт, похоже, это было что-то заразное, как бы и самому не отравиться; как-то об этом не подумал. Задержав дыхание, побросал в пластиковый мешок клетку с трупом и еще три по обе стороны от нее и тщательно его завязал, а потом открыл балкон — проветрить комнату. Похоже, эксперимент с некоторыми флаконами придется повторить. А вот с темно-бирюзовым теперь все было ясно — мало того что отрава, так еще и заразная.

В следующий пакет отправились четыре клетки, где лежали обычные на вид трупы. Как я заметил, со всеми этими клетками рядом стояли флаконы темного оттенка — похоже, именно он указывал на то, что во флаконе содержится что-то ядовитое.

Затем еще немного времени заняли всякие утренние дела, потом вынес мусор, к баку с которым меня сопроводил охранник, что смотрелось забавно, а уже после этого, позавтракав, собрался, и мы поехали к тому самому тренеру по боксу, которого все рекомендовали.

Зайдя в спортивный зал, спросил у первого попавшегося парня:

— А кто Евгений Владимирович?

Тот кивнул мне в сторону могучего на вид мужчины, стоявшего у канатов. Подойдя к нему, поздоровался и сразу перешел к делу:

— Хотел бы у вас заниматься.

— Раньше у кого занимался?

— Вообще-то я новичок, вот решил…

— Не интересно.

— Готов заплатить за то, что буду вас отвлекать. Сто тысяч в месяц — нормально?

Он с интересом посмотрел на меня, а затем на охранника, стоящего позади меня (второй остался в машине):

— Что, напугал кто-то, и ты решил за месяц стать крутым боксером?

— Типа того, — не стал отрицать я, — вот только месяцем, думаю, не обойдется.

— Двести.

— Идет, — легко согласился я.

Денег было совершенно не жалко — все равно пропадут. А вот умения уже навсегда останутся со мной.

— Тогда так — начинаем с понедельника, пока походишь три раза в неделю — понедельник, среда, пятница, ну а там поглядим. Днем тебя устроит?

— Да, свободен в любое время.

— Тогда в понедельник с деньгами приходи в три часа. Посмотрим, что ты умеешь.

— Договорились.

И я, попрощавшись, направился к выходу — с этим вопрос решен.

Следующим был тренер самбо. Здесь получилось даже проще — он не отказывался от тренировок подобных мне новичков, поэтому без проблем записался на его занятия — тоже три раза в неделю, но теперь я выбрал вторник, четверг, субботу.

Немного подумав, все же решил попробовать узнать насчет того таинственного тренера боевого самбо, про которого ходили байки. Рассудив, что и здесь мне могут помочь деньги, заглянул к первому же найденному по объявлениям частному детективу — надеюсь, он сможет отыскать более полную информацию об этом тренере.

Встретившись с ним, объяснил суть проблемы.

— Я, конечно, попытаюсь, — сказал он, — но сами понимаете, если дело связано с чем-то секретным, то могут возникнуть сложности… — Он ненадолго задумался. — Есть еще один вариант, но решайте сами, подойдет ли он вам.

— Что за вариант?

— Есть у меня выход на человека, который может дать точную информацию, но вот только слишком дорого он берет.

— Сколько?

— Если вы в принципе готовы рискнуть, я могу с ним связаться, но потребуется время. К тому же ответ может быть и отрицательным, учтите это.

— Главное — результат, так что связывайтесь со своим знакомым и звоните, как что-то выяснится.

На том и договорились.

На сегодня с делами, пожалуй, все. Хотя надо бы еще кое с кем встретиться — пришло время расшевелить Константина, сподвигнув его на увольнение и отправив в Москву за деньгами. Сегодня воскресенье, он должен быть свободен, так что позову его на дружественно-деловую встречу. И набрал номер друга.

Как довольно часто бывало, встретились мы с ним в летнем заведении, где готовили самые вкусные, на наш взгляд, шашлыки в городе. Поздоровавшись, он с удивлением посмотрел на моего охранника:

— А охрана-то тебе зачем? — и уже тише добавил: — Из-за билета беспокоишься?

— Паранойка разыгралась, — ответил я, — почему бы ее не успокоить, раз деньги позволяют?

— И сколько, интересно, платишь?

Я назвал сумму.

Он с ошалевшим выражением уставился на меня:

— Ты совсем больной?

— Ну да, я ведь тебе так сразу и сказал — паранойя у меня, — подколол его.

— А что так дорого-то?

— Там еще один, в машине, поэтому такая сумма, — объяснил ему, кивая на черный джип охранного агентства.

— Шикарно ты живешь, — заметил он, — уже и на джипе разъезжаешь. Вот только объясни мне — зачем тебе это?

— Поверь мне, есть причина, — серьезно ответил я, глядя ему в глаза. — И я тебя как раз в связи с этим и позвал, помощь твоя нужна.

— Рассказывай, — коротко отозвался он, показывая, что готов меня выслушать.

Нас прервала официантка, подошедшая взять заказ. Я попросил себе только шашлык и салат с минералкой, а Костя, как мы обычно делали, к шашлыку взял пива. Как только девушка отошла, я рассказал о своей проблеме:

— Как ты уже знаешь, денег мне на охрану надо немало. Поэтому у меня к тебе просьба — получи за меня в Москве выигрыш, сам я никак не могу уехать из города. Я тебя и как друг прошу, ну и еще официально тебе работу предлагаю. Хорошо оплачиваемую, между прочим, хоть и без соцпакета, — подшутил я. — А то ведь ты без меня так и будешь еще десяток лет собираться уволиться. А тут тебе шанс — и отпуск себе устроишь летом, и столицу повидаешь, да еще и хорошую работу потом время будет подобрать. Так как, ты согласен?

— Не пойму я — сам-то ты почему не можешь уехать из города?

— Та же самая причина, по которой мне нужна охрана.

— И что же это за причина?

— Давай так — как ты приедешь, я тебе обещаю все рассказать, договорились?

Он немного подумал.

— Ты это затеял не для того, чтоб я с работы уволился?

— Ну, и для этого тоже, — не стал возражать другу, — вижу ведь, что тебе там не нравится. Но все же это не главное. Просто без тебя мне никак — сам посуди, кому еще могу доверить такое дело?

— Ладно-ладно, — согласился он, — хватит мне на совесть давить. Вот только объясни мне — с чего ты вдруг загадочным таким стал? И деньги эти вдруг с неба просто посыпались. Не из-за этого проблемы?

— Скорее, это деньги из-за проблем, — немножко приоткрыл я завесу тайны. — Но давай продолжим это разговор после того, как ты приедешь? И Максима позовем, чтоб два раза все не рассказывать.

— Ну хорошо, — кивнул он, — но потом от разговора тебе не уйти.

— Согласен.

Подошла девушка с нашим заказом.

— А ты чего себе пива не взял? — поинтересовался Костя.

— Тренировка завтра.

— Это ты перед новенькой покрасоваться хочешь? — Он имел в виду тренажерный зал, куда мы вместе ходили по вечерам.

«Кстати, а новенькая девушка там и правда неплоха», — промелькнула мысль и уплыла куда-то в глубины сознания.

— Да не, я днем завтра на бокс иду. Решил вот немного подучиться.

— Дай догадаюсь — опять из-за твоей проблемы?

— В точку! — подтвердил догадку друга.

— А куда ходить будешь?

Озвучил название спортивного зала.

— Это, случайно, не к Евгению Владимировичу?

— К нему самому, — согласно кивнул в ответ.

— А я слышал — он не берет кого попало, — удивленно заметил Константин.

— Это я-то «кто попало»? — притворно возмутился на такое, но тут же объяснил: — Деньги помогли.

— А, ну тогда понятно; ему вечно на всякий спортинвентарь финансы требуются.

— А ты-то откуда знаешь?

— Да сосед мой к нему ходит, вот он и рассказывал.

— А, ну да, — вспомнил я этого соседа, — Дима, кажется? Резкий такой парень.

— Это да, Димыч такой, но ему можно — он у самого Евгения Владимировича занимается, — ухмыльнулся Костя. — У нас вся алкашня из-за него строго график соблюдает: вечером — никакого шума.

— Может, ко мне с ним вечерком зайдешь? — в шутку предложил я. — А то достал уже сосед со своей сломанной сигнализацией на машине. Уже сколько раз среди ночи будила.

— Не переживай, скоро Евгений Владимирович научит тебя с соседями разговаривать, — тоже подшутил друг.

И мы, как обычно, продолжили треп ни о чем, наслаждаясь вкуснейшим шашлыком, свежим воздухом с легким запахом дымка и лучами летнего солнца. Необычным был только сидящий с минералкой за соседним столиком крепкий парень, цепким взглядом обшаривающий все вокруг.

В понедельник, как мы и договаривались, я приехал на свою первую тренировку и отдал наставнику деньги. Тот довольно кивнул каким-то своим мыслям и взялся за меня. Я отжимался, прыгал, бил по груше, уклонялся от тычков…

— Ну что тебе сказать, — начал Евгений Владимирович, — физически ты почти дотягиваешь до нижней планки, но вот по всему остальному — просто печально смотреть. У меня еще никого хуже не было. Чтоб хоть что-то толковое из тебя сделать, здесь не месяцы, здесь годы нужны, да и то результат будет не выше среднего. Так что решай сам, стоит ли тебе этим заниматься.

— Надо, — твердо ответил ему.

— Ну смотри потом не обижайся, жалеть я тебя не собираюсь.

А затем начались изнурительные тренировки, после которых чувствовал себя совершенно измученным.

— Ну что ж, — сказал наконец тренер, когда я был на последнем пределе, — немного размялись, пора приступать и к тренировкам.

Я обреченно застонал.

И все же выдержал. Дыша как загнанная лошадь, весь в поту и с конвульсивно подрагивающими мышцами, бессильно повалился на маты после завершения упражнений. Оказалось, это еще не все.

— Отдохни десять минут, а потом — последнее упражнение, — сообщил тренер и отошел к другому ученику.

Я прикрыл глаза и провалился в счастливое забытье. Но уже через миг меня трясли за плечо.

— Пошли, — коротко скомандовал тренер и повел к рингу.

Там уже стоял какой-то парень в боксерских перчатках.

Тренер жестко мне заявил:

— Твоя задача — дать ему в морду. Не справишься — больше не приходи, деньги остаются у меня. Пошел.

— А перчатки?.. — растерянно спросил я.

— Вот как научишься ими пользоваться, так сразу и дадим. Давай не тяни.

Ну что ж, так даже проще. Поднялся на ринг. Прикрывшись руками, медленно начал приближаться к парню. Тот спокойно поджидал в центре, расслабленно опустив руки вдоль тела. Подобравшись достаточно близко, я резко рванул вперед и выбросил руку со сжатым кулаком вперед, целя ему в лицо. Но неожиданно тот отпрянул в сторону и в свою очередь нанес удар.

Ощущение — будто с разбега налетел на наковальню. Все вокруг завертелось, потолок почему-то оказался полом; лежу на полу — и никакого рева, что слышал мгновение назад, вовсе нет. «Что ж, бывало и хуже… — подумал я, пытаясь встать. — А может, и нет…» — подумал после того, как, не сумев справиться с этой задачей, вновь оказался на полу. Хотя нет, после драки в ресторане я не мог подняться на ноги гораздо дольше.

Пару раз глубоко вздохнул и немного подождал, приходя в себя, а затем медленно начал подниматься. В этот раз получилось. Опять подняв руки на уровень груди, приблизился к противнику и, сделав левой рукой ложный замах в лицо, со всей силы врезал правой ему в живот, надеясь, что это заставит его согнуться от боли, подставляя мне лицо для удара. Но он остался неподвижен, а когда я, еще даже не осознав этого и продолжая задуманную комбинацию, отводил правую руку назад, готовясь к новому удару, ко мне молнией метнулся его кулак в перчатке. В голове взорвался фейерверк, и лишь через пару секунд пришло осознание того, что, шатаясь как пьяный, пытаюсь сохранить равновесие, отступая назад.

Потом была еще одна попытка и еще… Но юркий парень так и оставался недостижим, раз за разом нанося мне стремительные и легкие на вид, но тяжелой кувалдой выбивающие из меня сознание удары. С каждым из них я все меньше понимал, где я и что делаю, — передо мной маячило лишь лицо, до которого надо было добраться кулаком во что бы то ни стало.

Наконец после очередного удара настал миг, когда я уже не мог сам стоять на ногах. Цепляясь за канаты, сумел себя поднять, но пол подо мной ходил ходуном, будто палуба в шторм, и приходилось крепко держаться, чтобы не упасть. Но все равно продолжал высматривать противника, желая только одного — добраться до него и изо всех сил врезать по этому ненавистному неуловимому лицу, даже уже не понимая, зачем это надо.

«Вот он», — заметил я раздваивающуюся фигуру. Собирая все силы, я пристально вглядывался вперед, а затем, подгадав момент, когда меня качнуло в нужную сторону, изо всех сил оттолкнулся ногами, прыгая на противника в попытке подмять его под себя. Но ноги меня подвели, и стоило отпустить канаты, как я грохнулся наземь. Ворочаясь, заметил спасительную опору и, кое-как добравшись, вновь вцепился в канаты, поднимая себя. Тяжело на них облокотившись, огляделся в поисках врага, но заметил лишь спину уходящего парня.

— Эй, а ну стой!

Но он не обратил на меня никакого внимания. Я перевел взгляд на тренера. Посмотрев на меня тяжелым взглядом, он произнес:

— Все, иди. Деньги остаются у меня.

— Да плевать мне на деньги! — взорвался в ответ. — Я его достану!

— Все, я сказал! — повысил он голос. — Тренировка окончена. — И, немного помолчав, добавил: — Жду тебя в среду, в три часа.

Меня шатало, пришлось пошире расставить ноги и крепко вцепиться в канаты, чтобы не упасть; лицо распухало и пульсировало болью, но я улыбался: справился!

Бессильно опустившись на пол, еще с минуту посидел неподвижно, немного приходя в себя, а затем, все еще пошатываясь, начал спускаться с ринга. Подошел охранник и стал придерживать меня под плечо, помогая сохранять равновесие.

— Молодец, уважаю, — одобрительно заметил он, чуть сжав руку.

Я еще раньше, когда они начали называть меня на «вы» и Виталием Владимировичем, попросил обращаться ко мне на «ты» и по имени. Пока еще для меня так было проще.

Доведя меня до выхода, охранник поднес к губам скрытый в рукаве микрофон:

— Коль, там все чисто?

Выслушав ответ, он, все так же меня придерживая, помог выйти из зала и дойти до машины.

— Что там у вас случилось? — спросил Николай, когда мы оказались в салоне.

— Проверку на характер проходил, — отозвался Семен, мой недавний помощник.

Кинув на меня взгляд в зеркале заднего обзора, второй охранник одобрительно кивнул:

— Молодец, поздравляю. По тебе видно, что прошел. Куда сейчас, домой?

Я согласно кивнул — в таком состоянии только дома отлеживаться, приходя в себя.

Приехав, Семен проводил меня до квартиры, но теперь я уже шел сам, хотя в голове пока немного шумело, а мир вокруг меня иногда подрагивал. Охранник осмотрел комнату, а затем оставил меня одного, уйдя на кухню, и я без сил повалился на кровать. И как мне завтра идти на самбо? Да я теперь и в среду на бокс не знаю, смогу ли пойти.

И тут, вспомнив все так же продолжавшую метаться по клетке крысу, мимо которой мы только что прошли, решил попробовать эликсиры. Жить буду — проверено на крысах. Общий принцип ясен — темные смертельны, а все светлые и три верхних ряда безопасны. Во всяком случае, в течение суток — точно; но не думаю, что это «набор отравителя», скорее какой-то общий комплект на все случаи жизни — доказательством была уже сутки носящаяся без перерыва крыса. Да и та, которая замирала, пришла в себя и осталась жива-здорова.

Как там в играх по магии: красная — жизнь, а синяя — мана? Вот и попробую. И потянулся за стоящим рядом саквояжем. «Надо бы, кстати, с собой его носить, — пришла мысль, — не хочу, чтобы, вернувшись, бывший владелец упер свое имущество у меня из квартиры в мое отсутствие».

Вряд ли подобные вещи валяются на дороге, особенно та, неизвестно для чего предназначенная свеча. Наверняка попробует вернуть. Что ж, пусть попробует, но только через мой труп, ну а уж после этого все начнется заново. Может, это шепчет паранойя, но хуже не будет, так что прислушаюсь.

Но это потом, а пока попробую испытать на себе действие зелий. Надеюсь, красная и правда — жизнь. Достал тот самый флакон, который уже испытал на крысе, и, открыв его, сделал маленький глоток. Прислушался к ощущениям. Долгие секунды ничего не происходило, но затем внутри, в желудке, будто возник муравейник, беспрерывно исторгающий из себя тысячи мелких муравьев, тут же стремящихся разбежаться по всему телу. Особенно много их устремилось к лицу, и теперь они бегали под кожей, топчась по ней миллионами ножек. Множество их забрались в рот, будто щетками проходясь по зубам изнутри и снаружи. Еще целая гроздь повисла на правом предплечье, беспрерывно бегая там с места на место, куда-то что-то с собой таская.

Подняв руку, я взглянул на зудящее от их возни место — шрам, оставшийся еще с самого детства, когда я неудачно упал с дерева, исчезал прямо на глазах. Длинная неровная уродливая полоса, уже долгие годы украшавшая предплечье, стремительно сужалась, а затем в самых узких местах начала исчезать без следа, оставляя от шрама лишь бледные островки, которые тоже истаивали подобно кускам масла на раскаленной сковороде. Еще секунда — и кожа стала совершенно чистой, а орды «муравьев» успокоились и затихли.

Постепенно зудение во всем теле исчезало, и вскоре почувствовал себя полностью здоровым — лицо не болело, в ушах не шумело, не подташнивало. Чувствовал себя так хорошо, как никогда в жизни. Нигде не болело, не чесалось, не зудело — во мне осталась лишь здоровая усталость после тяжелой тренировки. Ошеломленный случившимся, подошел к зеркалу и посмотрел на себя. Лицо совершенно цело, будто и не молотили по нему совсем недавно. Зубы стали почти совершенно белыми, а кое-где начинавшие появляться черные пятнышки кариеса исчезли без следа. Полюбовавшись на результат, решил продолжить эксперимент.

Зеленая или синяя? А что тут думать-то, разницы нет, кину монетку. Выпала зеленая. Что это, интересно? Может, теперь получится какое-то колдунство? Вот только как его делать, интересно, — магических академий я не заканчивал. Для начала попробую надеть перстень того мага. В том, что это магия, я после действия зелья уже не сомневался. И пусть даже это окажутся высокие технологии инопланетян, упакованные в такие странные формы, — для меня это все равно магия.

Надев перстень, открыл зеленый флакон и сделал маленький глоток. На этот раз в желудок будто провалилась тяжелая капля раскаленной ртути. Но не обжигающая, а лишь, подобно ласковому солнцу, согревающая всего целиком. Теплые лучики от раскаленного комочка расходились по всему телу, наполняя энергией каждую клетку организма. Как только все они были согреты теплым комочком внутри меня, он постепенно стал остывать, пропадая где-то внутри меня. Я почувствовал, что вновь полон сил и энергии, будто и не было изматывающей тренировки — готов был повторить ее хоть сейчас и, уверен, был бы способен сделать даже больше, чем ранее.

Потянулся, резко выдохнул и размял мышцы, которые просто требовали нагрузок, гудя от переполнявших их сил. Похоже, это была та самая выносливость, про которую я как-то уже вспоминал. Вот и ответ, как мне восполнять силы и успевать заниматься у двух тренеров; после маленького глоточка был способен не то что восстановиться к завтрашнему дню, а просто жаждал заняться чем-то прямо сейчас.

Значит, синяя — это мана. Наверное. Сделал глоток.

И почувствовал себя как человек, уже целый месяц остававшийся голодным и вдруг получивший огромную порцию самой восхитительной, самой любимой своей пищи. Я даже не представлял, насколько «голоден» был я все это время внутри, так как даже не ведал чувства «сытости», чувства заполненности той пустоты, что оставалась внутри меня всю жизнь. Но теперь приятная истома охватила меня, я почувствовал довольство и радость и понял, что это именно то, чего мне не хватало, но о чем я не догадывался. Меня будто наполняла вся энергия окружающего мира, собранная только во мне, в плотном комочке, что находился где-то в животе. Но я чувствовал, что всегда могу выпустить эту энергию обратно, более того — она сама постепенно истекала из меня в мир.

В течение нескольких секунд насладившись этим чувством, вернулся к своим мыслям. Наверное, это действительно и есть та самая мана. «Что бы попробовать колдануть?» — подумал я, задумчиво глядя в окно. И тут увидел стоящую внизу машину соседа, которая уже не раз будила меня своей сломанной сигнализацией. Вот на ней и потренируюсь. Может, хоть сейчас, когда полон маны, что-то получится? Честно говоря, и сам в это не верил — слишком уж было бы легко, но надо же с чего-то начинать в своих экспериментах. Учить меня никто не собирается.

Протянул в направлении машины руку и, злорадно улыбнувшись, представил фаербол, срывающийся с руки, врезающийся в машину и разносящий ее в клочья, а затем выплеснул энергию мира, хранящуюся во мне.

Мгновенно возникший в воздухе шар огня, промчавшись через окно и оставив в нем оплавленную дыру, врезался в автомобиль, а затем, влетев внутрь его, взорвался. Будто огромный подземный великан пнул снизу машину, и она подлетела на десяток метров, разваливаясь на части. Во все стороны разлетелись обломки. Вырванная с мясом дверца с силой врезалась в фонарь на столбе и, погнув трубу, на которой он крепился, так и осталась висеть наверху. Со всех сторон слышался звон стекла, осыпающегося из разбитых окон. Оплавленные и покореженные обломки автомобиля, кувыркаясь, с грохотом рухнули на землю и замерли, чадя черным дымом пожарища. Последним упало колесо и, несколько раз подпрыгнув, покатилось по дороге.

Сработала сигнализация всех машин, создавая какофонию тревожных звуков, послышались женские визги. А я, разинув рот, смотрел на бедлам, случившийся от моего обреченного на неудачу эксперимента.

В комнату ворвался охранник.

— Ты в поряд… — начал он быстро, но, заметив мое лицо, закончил как-то уже неуверенно: —…Ке?.. Что это с тобой?

— Что со мной?.. — немного заторможенно спросил и я, все еще приходя в себя от такого поворота событий.

— Ты пять минут назад как китайский хомяк был — распухшая морда и глаза как щелочки, а теперь будто новенький.

— А, это ерунда, — отмахнулся я, — на мне все быстро заживает.

Он неверяще уставился на меня и хотел что-то добавить, но потом (видимо, вспомнив, что его дело — охранять, а не доказывать мне, что так не бывает) что-то буркнул себе под нос и отвел глаза. Заметив в окне дыру, поинтересовался:

— Не ранен? Ничем не задело?

— Нет, все нормально, — ответил я уже живее, приходя в себя.

Семен, кивнув и бросив еще один озадаченный взгляд, отправился на кухню. Надо будет завтра кресло заказать для охранника, поставлю в зале. Да и что-нибудь еще организовать, потом их поспрашиваю. А сейчас мне не терпелось продолжить эксперименты.

Всю ману, бурлившую во мне еще недавно, я выпустил в одном этом заклинании, результаты которого были столь впечатляющи, и теперь внутри меня опять была привычная пустота. Через проплавленную в окне дыру хорошо слышал окружающий шум — разговоры, крики, ругань, чей-то плач… Но исправить уже ничего не мог, да и особо переживать об этом не стал — в следующем цикле все будет как новенькое. Лучше займусь проверкой своих способностей. Правильнее, конечно, заняться этим не дома, а где-нибудь подальше отсюда, но мне не терпелось начать — просто теперь попробую быть очень аккуратным.

Поэтому следующим решил испытать флакон маны с самой низкой концентрацией (если верно понял, что насыщенность цвета определяет силу зелья). Сделав глоток, вновь почувствовал чувство «сытости», но теперь оно было слабеньким, будто после легкого «перекуса». Тем не менее ощущал в себе ту самую энергию, которую в любой момент могу выпустить из себя. Интересно, я — маг огня, раз смог выпустить фаербол? Попробую что-нибудь зажечь. Быстро сбегал за тарелкой, поставил ее на стол, смял листок бумаги и положил его туда. А затем, направив на него руку и представив, что он загорается, плеснул энергию, постаравшись выпустить не все, а только малую часть. Бумажный комок, будто пропитанный бензином, ярко вспыхнул, а уже через долю секунды пламя угасло, оставив после себя лишь облачко оседающего на стол пепла. «Можно было использовать даже меньше энергии», — понял я. Ее во мне сейчас оставалось где-то треть от той, что была секунду назад, судя по возникшему внутри легкому чувству «голода».

Теперь надо выяснить — дело было в перстне мага или только в моем желании? Снял перстень, скомкал очередной лист бумаги и повторил эксперимент. Ничего не изменилось — листок все так же послушно вспыхнул, превращаясь в пепел.

Значит, дело все же не в перстне, а в моем желании и той энергии, которой я его наполняю. Может, и не обязательно желание ограничено только огнем? Вспомнив джедайские штучки, я направил руку на тарелку и сосредоточился на том, чтобы приподнять ее в воздух, а затем выплеснул остаток энергии, направляя через руку. Будто притянутая мощным магнитом, тарелка резко взлетела и ударила в потолок, со звоном рассыпавшись на крошево осколков.

— У тебя все там нормально? — послышался голос Семена.

— Да. Тарелку тут уронил.

Похоже, не так уж все просто с управлением этой силой… Сделал еще один глоток из бутылочки и продолжил эксперименты, пытаясь все же поднять и удержать в воздухе предмет, которым теперь стал такой же комок бумаги.

Через три-четыре глотка наконец худо-бедно удалось понять, как сделать так, чтобы мана не выплескивалась одной порцией, а медленно из меня сочилась, поддерживая предмет висящим в воздухе. Это требовало от меня огромной концентрации, да и получалось откровенно плохо — комок бумаги несколько секунд бешено скакал, совершая кульбиты в воздухе, а потом все же падал на пол, когда я терял концентрацию. Тем не менее принцип понял, а остальное уже дело практики. С сомнением покосился на опустевший наполовину флакончик с зельем — боюсь, надолго этого не хватит. А ведь надо попробовать и всякие другие варианты, попытавшись выяснить, на что способна магия.

Полностью опустошив три самых светлых флакона, понял, что магия способна на все что угодно. Это была скорее та самая джедайская сила, чем классические заклинания. Главным было правильно оформить свое желание и влить достаточно силы — и тогда могло получиться все что угодно. Я даже оживил, вернее — поднял из мертвых ту самую муху, которую когда-то уже безрезультатно пытался поднять. На этот раз у меня все получилось, и внутри стеклянной банки ползала зомби-муха — посмотрю, на сколько ее хватит.

Разобравшись с основами магии, решил еще раз осмотреть короба, доставшиеся от мага. В первую очередь достал тот, в котором содержались синие призмы. Из-за их цвета и того, что одна из них будто была пуста, став прозрачной, а другая — лишь голубовата, я подозревал, что это какие-то аналоги зелий маны.

Достав темно-синюю стеклянную призму, задумался о том, как достать оттуда содержащуюся в ней ману. Для начала просто сжал ее в кулаке и, закрыв глаза, представил, что забираю оттуда ману, перетягивая ее в себя. Кажется, что-то получилось, но по сравнению с зельями это было будто как съесть всего несколько крошек. Открыл глаза и посмотрел на призму — она оставалась прежнего темно-синего цвета. Похоже, что-то делаю не так. Но перепробовав все, что только пришло в голову, так и не нашел способа лучше. Да и вообще никакого не нашел, кроме того, самого первого — сидеть, закрыв глаза, и по крошкам вытягивать ману, постоянно на этом концентрируясь. Просидев с полчаса, получил энергии всего лишь как с пары-тройки глотков самого слабого зелья, но зато призма почти не изменила цвет — ее должно было хватить намного дольше, чем зелий. Для тренировки пока подойдет, а дальше, может, и догадаюсь, как эффективнее вытягивать ману. Муха, кстати, к этому времени опять стала неподвижным трупиком — то ли ее надо заряжать, то ли побольше энергии вкладывать в желание. Если решу стать некромантом, тогда и буду разбираться с этим вопросом.

Напоследок, раз уже начал по новой разбираться с вещами мага, решил внимательнее осмотреть загадочные пластины. Достав серебристый короб, открыл крышку и начал доставать их по одной. Надписи мне совершенно ни о чем не говорили, а вот по рисункам можно было попытаться хоть что-то понять. На одном красовался красочный фаербол, стремительно куда-то летящий, разбрызгивая по сторонам искры и оставляя за собой в воздухе след сизого дыма. Рисунок был очень живой и красивый и не оставлял сомнений, с чем связана эта пластина. Но вот все остальное вызывало вопросы. Внутри пластины содержалось заклинание? Или оно помогало его создавать? Или усиливало? Если содержало, то сколько зарядов? А если… В общем, куча вопросов роилась в голове, но, учитывая мой совсем недавний опыт с таким заклинанием, экспериментировать совсем не хотелось. Именно здесь и сейчас не хотелось, а вот позже надо обязательно найти место, где можно без помех поэкспериментировать.

Я стал перебирать другие пластины, надеясь среди них найти еще что-то столь же понятное, но не такое опасное. Молния отпадала, так же как и кольцо шипов. Стремительно несущаяся куда-то стальная спица могла и подойти, но оставлять в окнах или даже стенах дыры не хотелось. А вот купол, защищающий находящегося внутри его человека, мог сойти для эксперимента. Отложил пока пластину в сторону.

Некоторая часть рисунков так и осталась непонятной: например, изображение трех человек, один из которых стоял в центре, положа руки на плечи других, стоящих по обе стороны от него. Или какая-то планета, наполовину скрытая под шестиугольными сотами. Или та же планета, изображенная на переднем плане, а за ней виднелись еще три, уже какие-то другие планеты.

В конце концов, лучшим для того, чтобы поэкспериментировать здесь и сейчас — очень уж не терпелось, — я признал пластину, на которой какой-то огромный монстр, разинувший клыкастую пасть, замер, оледеневший, перед стоящим напротив человеком. Кстати, я обратил внимание, что все люди на рисунках совсем не выглядели типами восточной наружности, как мой преследователь. Вполне европейского вида, с властными надменными лицами и одетые в общем-то немного странноватую (но не сказать, чтобы очень) одежду. Вот один из таких людей, казалось, мельком и со скукой, заморозил монстра вдвое выше его ростом у самых своих ног. Ну а я попробую заморозить воду.

Принес с кухни бокал, который там же наполнил водой, и поставил его на стол. Что теперь? Откуда эта пластина стреляет? А то как бы себе чего не отморозить. Ну да ладно, попробую рискнуть, в худшем случае в следующем цикле буду знать, как не надо делать. Еще раз внимательно рассмотрел пластину. Рисунок, непонятные надписи и логотип на обратной стороне, повторяющий тот, что был на крышке металлического короба. Больше никаких знаков или стрелочек вроде «Колдовать туда» не было.

На всякий случай отойдя подальше от стола, сжал пластину в руке и мысленно ей скомандовал, сосредоточившись на стакане: «Заморозить». Но нет: бокал продолжал стоять полный воды, а не льда. Бессистемно перепробовав еще несколько вариантов, понял, что либо не знаю какого-нибудь ключа активации, либо в пластине нет зарядов, либо что-то еще. Может, попробовать зарядить? Энергию, что была во мне, направил в пластину, после чего попробовал опять с ее помощью заморозить воду в бокале, но так ничего и не добился. Промучившись еще с полчаса, наконец решил на сегодня прекратить эти издевательства над собой, так как устал от бесполезных попыток. Попробую в следующий раз, может, мне в голову к тому времени придет какая-нибудь мысль, что еще можно сделать.

Остаток дня посвятил совершенствованию умения вытягивать ману из призмы, но так особо ничего и не добился — мана вытягивалась по каплям. Ее я тут же тратил на то, чтобы научиться контролю энергии, поднимая в воздух и пытаясь удержать в нем комок бумаги. Как я убедился, особой разницы для тренировки концентрации не было — легкий ли это комок бумаги или тяжелая гантель, с которой я тоже попробовал провернуть этот трюк. Только вот с гантелей мана кончалась гораздо быстрее, да и падала она на пол слишком громко. А падения случались довольно часто — умение управлять силой было на нуле.

На следующий день, прежде чем ехать на тренировку самбо, я поспрашивал охрану, которая сегодня с утра уже состояла из новой пары, и заказал им в магазине кресло, столик и кое-какие мелочи — поставлю все это в зале, который располагался между коридором и моей комнатой, вот там и будет их место дежурства, а то сидят сейчас на кухне, где совсем неудобно, да и мало ли — злоумышленник мог прокрасться ко мне незаметно, быстро проскочив коридор, ведущий на кухню. И то, что входная дверь была закрыта на засов изнутри, меня не успокаивало — чудеса бывают разные, уж я-то знаю. Одно из таких чудес уже вторые сутки беспрерывно носилось в клетке — крыса так до сих пор и не успокоилась.

Сегодняшняя тренировка прошла без особых издевательств, в отличие от вчерашней. Нет, выложился-то я по полной, но вот выколачивать из меня дух никто не стал, и никакой проверки характера здесь не проводили. Ну и хорошо. После тренировки, сделав маленький глоточек самого разбавленного зелья выносливости и полностью восстановив силы, я задумался, куда отправиться дальше. Хотелось бы вновь попытаться разобраться с пластинами, а для этого нужно какое-нибудь уединенное место — это раз, и такое, чтоб охрана могла наблюдать за окрестностями, но не за мной — это два. Не хотелось лишний раз светить свои умения, вызывая лишние вопросы. В принципе ничем страшным это не грозило, но все эти «как?» и «почему?» не нужны.

Поразмышляв, вспомнил идеально подходящее для этого место — заброшенный карьер, в котором добывали то ли глину, то ли что-то содержащееся в этой глине. А потом забросили, оставив все как есть. На дне котлована, кстати, было очень интересное озеро с едва прозрачной насыщенно-зеленой водой. Видимо, какие-то соли. А судя по тому, что озеро необитаемо, соли вовсе не те, что очень полезны для организма. Но мне там не купаться, так что не страшно.

Если оставить охрану в машине метров за тридцать от котлована, охранники будут отлично видеть окрестности, и ко мне никто не сможет подобраться незаметно, но вместе с тем я сам буду скрыт от чужих глаз в глубине котлована. Место безлюдное — далеко за городом и немного в стороне от дороги.

Так и сделал. Только сначала заскочил в магазин и купил две рации — одну возьму себе, вторая останется в машине: случись что — меня по ней предупредят о чьем-то приближении. Охрана не знала расположение котлована, поэтому мне пришлось показывать дорогу, но доехали без проблем. Все осмотрев, сказал им:

— Вы здесь пока посидите, смотрите вокруг. Если кто появится — дайте знать по рации. Сами к котловану не подходите, даже если вдруг что-то необычное увидите или услышите. Все ясно?

Они согласно кивнули, и я вышел из машины, прихватив с собой саквояж.

Спустившись на дно котлована, остановился у зеленого озерца, выбирая между способами пополнения маны — либо быстро, но транжиря зелья, либо медленно, через более экономные призмы. А потом махнул рукой — оставлю на крайний случай парочку самых насыщенных зелий маны, а остальное пущу на эксперименты; мне сейчас, главное, побыстрее разобраться и хоть немного чему-то научиться, а экономить, используя призмы, буду потом. Да и может так сложиться, что я и до завтра не доживу, и получится, что зелья просто пропадут зря, затерявшись где-то в одном из циклов моих возрождений.

В этот раз решил употреблять зелья не на глазок, а отмеряя их теми дозаторами, что находились в коробке вместе с флаконами. Достал один, среднего размера, запомнил обозначение риски посередине и, зажав в ладони цилиндрик устройства, нажал на расположенную вверху кнопку, двигая поршень вниз. Как только он дошел до намеченной риски, опустил кончик дозатора во флакон и отпустил кнопку, набирая внутрь прозрачного цилиндра точно отмеренный объем жидкости. Получилось где-то на небольшой глоточек. Самое то для пробы. «Жаль, не догадался заранее прихватить стакан», — подумал я, запрокидывая голову и нажатием на кнопку поршня впрыскивая в рот дозу зелья.

Почувствовав знакомое приятное ощущение «сытости», я, перебрав пластины, остановился на фаерболе — если вчера все так удачно получилось, то, может, и сегодня повезет? Так что, вытащив пластину из хранилища, приступил к экспериментам.

Где-то через полчаса, когда махнул рукой на фаербол, у меня наконец-то получилось. Махнул в буквальном смысле этого слова — зажав в руке пластину и представляя, что из нее вырывается огненный шар, одновременно вплескивая в пластину энергию. От руки отделился мяч огня и с потрескиванием, оставляя за собой легкий дымный шлейф, устремился к стене карьера, врезался в нее и взорвался.

Громыхнуло знатно. Поднялось облако пыльной взвеси, и от места взрыва во все стороны разлетелись куски твердой сухой глины. Что-то с огромной силой врезалось мне в бок и, крутанув силой удара, швырнуло на землю. Едва не теряя сознание от боли, опустил глаза и увидел справа в груди кровавое месиво из кусочков глины, обрывков футболки, лоскутов кожи и кровоточащего мяса, а в глубине виднелись белые кромки сломанных ребер. Попытка вдохнуть пронзила все тело болью, огромным раскаленным шурупом ввинчивающейся в мозг. От удушья в глазах замелькали серые мушки и сознание меркло.

Рация что-то хрипела, но мне было не до этого — преодолевая ужасные вспышки боли, которые молнией пронзали тело при каждой попытке шевельнуться, я потянулся к саквояжу, завалил его на бок и, не заботясь о прочем, выхватил из вывалившейся кучи короб с зельями. Откинул крышку, схватил первую попавшуюся красную бутылочку, вывернул пробку и успел сделать глоток жидкости, прежде чем отключился.

— Серега, звони в «скорую», я гляну, что с ним, — привел меня в чувство голос.

Открыв глаза, понял, что на этот раз все обошлось — самочувствие просто замечательное. Приподнявшись, увидел бегом спускающегося ко мне охранника.

— Никаких «скорых»! — скомандовал я, поднимаясь с земли. — И я ведь сказал вам — сидеть в машине.

Охранник остановился и с недоумением уставился на меня.

— Я здесь сценку тренирую для кино, — ляпнул наспех. — Так что сидите в машине и ждите меня.

— Но мы по рации пытались… вот и подумали… — начал он, все еще не отойдя от суматохи.

— Рацию использовать, только если кто-то будет приближаться; теперь-то все понятно?

— Да, — четко ответил пришедший в себя охранник, — извините, что так вышло. — И он, развернувшись, стал подниматься по склону карьера.

«Фуф, — выдохнул я, — а ведь по самому краю прошелся!.. Но кто ж знал, что такая маленькая доза сработает настолько мощно. По силе этот взрыв, наверное, был как тот, мой самый первый. Но вот зелья для него потребовалось намного меньше».

Похоже, теперь я понял, для чего нужны пластины — они помогали экономить ману, создавая нужные заклинания. Жаль только, что за это знание пришлось заплатить целой бутылочкой неплохого зелья жизни — я с огорчением посмотрел на пустой флакон, так и оставшийся у меня в руке. Когда упал в отключке, успев сделать лишь один глоток, остальное совершенно бесполезно пролилось на землю. А ведь это был третий по силе флакон, так что потеря довольно значительна. Но ничего, главное, жив остался, да и опыт неплохой приобрел. Теперь-то я уж знаю, куда идти в моих дальнейших экспериментах с пластинами. Пожалуй, к ним и вернусь.

Сняв порванную на боку и пропитанную кровью футболку, осмотрел тело — от раны не осталось и следа. Отбросив испорченную деталь гардероба в сторону и сложив разбросанные коробки в саквояж, продолжил самообучение магии. Сначала, взяв дозатор поменьше, впрыснул в себя где-то десятую часть от прежнего и повторил тот же порядок действий. Небольшой, где-то со сливу, шарик, возникнув в воздухе, повторил путь своего старшего собрата и врезался в стену, поднимая клуб пыли и брызжущим фонтаном расшвыривая вокруг куски глины. Значит, все делаю правильно и первая удачная попытка была неслучайна.

Впрыснув в себя еще одну дозу, теперь попытался проконтролировать объем выпускаемой за раз энергии, не вышвыривая ее всю в один момент, а выдавая определенными порциями. Получалось плохо — то неловко вбухивал почти все, что у меня оставалось, то направлял такой мизер, что фаербол был похож на огонек окурка, оставляя после себя лишь пшик и пятнышко сажи. Вот и еще одно направление, в котором необходимо упражняться.

Затем попытался обойтись без размахивания рукой — наверняка это было лишним. Так и оказалось; после ряда попыток я все же сумел выяснить главный, как мне кажется, принцип действия пластин — надо было одновременно влить в пластину энергию, сосредоточиваясь на этом, и в тот же момент образно представить, что требуется сделать. Тогда все работало. Но только не в моем случае. Пытаясь влить в пластину энергию, настолько этим увлекался, что фаербол летел совсем не туда, куда требовалось. Если вообще появлялся. А сосредоточиваясь на фаерболе — забывал про пластину. В общем, с маханиями пока получалось лучше всего. Но это не мой вариант, так что и здесь надо тренироваться.

Также выяснил, что пластина обязательно должна касаться тела — не обязательно руки, а вообще любого места, правда, при этом концентрироваться на вливании энергии было еще сложнее.

Испытал заморозку. По желанию можно было как создать в толще воды кусок льда, так и заморозить только поверхностный слой, сделав для себя ледяной мост. При этом площадь поверхности и толщина льда зависели как от образа в голове, так и от количества энергии. Один раз, опять по ошибке вбухав всю энергию в заморозку, сконцентрировавшись при этом всего на одной капле, заморозил ее, похоже, на сотню градусов, так как даже после прекращения действия заклинания от ледяной точки еще долго расходились разрастающиеся на глазах узоры льда.

Провозившись до вечера, полностью потратил два флакона с самыми слабыми зельями маны, но зато успел испробовать все самые понятные пластины. Фаербол, ставший мне наиболее привычным. Кольцо шипов, после которого от меня с визгом разлетались стальные иглы, скорее даже гвозди. Может, и не стальные, но по тем дыркам в глиняных стенах карьера, что они оставляли после себя, было похоже на это. Количество игл тоже регулировалось образом заклинания в голове, что мне пока плохо удавалось, поэтому каждый раз результаты были разные — то с резким визгом уносящиеся несколько игл, глубоко уходящие в стены, то тысячи шипов, которые, едва от меня отлетев, уже пропадали прямо в воздухе после потери ими энергии.

Стальной болт — выпускал, по названию понятно, остро заточенный болт в цель. Его размер создавался образом, а скорость зависела от влитой в пластину энергии.

Молния была вообще замечательной штукой, и с ней я оторвался, почувствовав себя настоящим Палпатином из «Звездных войн». Пускал искрящие ломаные разряды по сторонам до тех пор, пока по ошибке, слишком сосредоточившись на вливании энергии в пластину, не упустил концентрацию на образе, из-за чего всадил часть заряда себе в ногу, второй раз за сегодня едва не отдав концы. Хорошо хоть основной разряд ушел в сторону, и меня задело самым краем. Но все равно хорошенько тряхануло, подняв все волосы дыбом.

Глотнув после встряски немного зелья жизни, поправил прическу и решил наконец испытать защиту, которая была представлена пластиной с мужиком под куполом. Как оказалось, формой этой мог быть вовсе и не купол — форма и размер задавались образом, а энергия уходила на прочность защиты. Задавать можно было также любое положение щита в пространстве, поэтому, подвесив почти невидимый щит перед камнем, попробовал его на прочность. Как оказалось, защита была эффективнее нападения — когда создал пластину прозрачной брони, мне потребовался десяток болтов, прежде чем смог ее разрушить и пронзить болтом камень за ней насквозь. Хотя будь пластина побольше размером, наверняка и разрушить ее получилось бы скорее. Хорошо хоть дозу маны для этого эксперимента я выбрал минимальную, иначе потратил бы слишком уж много зелья.

Испытал пластину с изображенными на ней клубами тумана, но так и не понял точного значения рисунка. Туман создавался, но что я использовал пластину, что не использовал — разницы не было. Наверное, все же заклинание не для тумана, а для чего-то еще.

Остальные пластины пока не стал пробовать, так как картинки на них были еще менее понятны. Пока мне для тренировок хватит и этого.

Со всеми этими экспериментами совсем забыл про время и очнулся, когда на землю уже опустились сумерки. Стал собирать вещи, но вдруг захотелось испытать дальность полета магического шара огня. И еще было интересно, упадет ли он на землю под действием силы тяжести.

Открыл новый флакончик зелья маны, сделал хороший глоток и, махнув рукой, отправил огромный ревущий шар пламени в сторону низко висящей над горизонтом луны. С гулом и потрескиванием, оставляя после себя видимый в сумерках короткий шлейф тлеющих искр, фаербол умчался к луне, становясь все меньше. Но искорка пламени видна была еще долго, пока наконец не затерялась среди огоньков все ярче разгорающихся на небе звезд.

Похоже, гравитация никак не действовала на шар, и он так и будет мчаться прямо вперед, пока не иссякнет энергия. Или пока он не врежется в луну. Хотя нет — она ведь к тому времени сместится далеко в сторону. Или тут самонаведение? Мне предстояло узнать еще очень многое.

Но это все потом, а сейчас, прихватив с собой саквояж, в который забросил и рацию, пошел к пологому склону карьера и через минуту уже усаживался в машину. Охранники покосились на мой голый торс, но ничего не сказали, лишь спросили, куда ехать. Дав команду отправляться домой, откинулся на сиденье, между делом думая о том, как организовать свой будущий график. Пожалуй, с утра буду заниматься дома, вытягивая ману из призм и тренируясь в концентрации на потоке выпускаемой маны — в этом мне поможет левитация предметов. Днем — занятия единоборствами, затем я, наверное, могу сразу же сходить заняться своими привычными тяжестями в спортзале, ведь зелье выносливости полностью снимет усталость, а зелье жизни избавит от травм. Затем возвращаюсь сюда — меня будут ждать тренировки с пластинами заклинаний и умением выпускать нужные объемы маны. Чувствую, что все это в дальнейшем может пригодиться и у меня еще будут магические сражения. А так как учителя нет, то все самому. А уж практика у меня будет, не сомневаюсь. Интересно, когда я опять столкнусь с магом, через сколько времени он вернется?

Семен встретил возвращающегося с дежурства Серегу:

— Ну и как тебе наш новый клиент?

— Даже не знаю, что и сказать. Так-то вроде нормальный парень, без заскоков, но вот только не понять ничего, слишком странный он.

— Тоже заметил? А что странное видел?

— Да там все странное. Денег он нам платит немало, а живет в какой-то халупе. Комната вся клетками с крысами заставлена. Опыты, что ли, он на них ставит? Одна так точно у него ненормальная — целый день как угорелая носилась, без продыху, ну не может просто такого быть!

— Что, до сих пор носится? А я ведь тоже заметил — она и вчера такая же была.

— Так это еще не все. Мы к карьеру какому-то приехали, и наказал он нам сидеть в машине и не высовываться, по сторонам только поглядывать. Ну нам-то что, мы сидим с Антохой, смотрим. И вдруг бах, рвануло так, что монка отдыхает. Мы его по рации давай звать — не откликается, бежим к нему — он мертвый лежит, весь в кровище. Антоха мне говорит — «скорую» вызывай, а сам к нему. И тут вдруг этот покойник поднимается и говорит — все нормально, кино он тут тренирует. Да какое кино? Какие тренировки? Валяться мертвым в кровище — никаких тренировок не надо! А взрыв откуда? Ну ладно, мы вернулись, так там эта свистопляска весь день — то взрывы, то свист, будто пули вокруг летают, а под конец так вообще фейерверк — оттуда незнамо чем как шарахнет, шар какой-то огненный, и прям до самого горизонта так и летел, пока уже и не видно стало. В общем, что-то тут нечисто.

— А я тебе говорю — он эту машину взорвал!

— Какую машину? — поинтересовался Сергей.

— А, так ты еще не в курсе, какой там кипеш был? У подъезда нашего клиента машину кто-то взорвал. Да так знатно, что просто клочья полетели! А я ведь там прям сидел, рядом совсем. Винт какой-то от нее до сих пор в двери торчит — чуть ли не насквозь ее пробил. Ты б видел, как она взлетела! А окон сколько повышибало! Все гремит, звенит, бабы визжат… Мы уж грешным делом подумали, что это к нашему клиенту гости. Ан нет — это он сам машину взорвал! — упрямо заявил Семен.

— Да с чего ты так решил?

— Так я ведь к нему сразу после взрыва побежал — думал, мало ли что… а он стоит и смотрит на машину эту через дыру в окне. И видно ведь, что не влетело что-то, не разбило — края ровные, оплавленные будто. И, главное-то, совсем он не был испуганным. Удивлялся будто, типа как это так получилось. Точно — это он, я сразу так и подумал!

— Ну да?! И чем же он ее так?

— Ну, непонятности всякие… И морду его вспомнить, как он сразу вылечил все! Магия какая-то.

— Тьфу ты, — сплюнул Сергей, — книжки свои меньше читай — и не будет тебе твоя магия-шмагия везде мерещиться.

— Ну… магия не магия, — рассудительно заметил Семен, — но непростой он парень. Явно всякие непонятки вокруг него творятся, так что надо в оба глядеть.

Утром крыса все еще носилась по клетке.

А у меня была уже новая, незнакомая мне пара охранников.

Поздоровавшись с ними, я позавтракал и приступил к тренировкам в своей комнате. Случайно заметив, что когда я «голоден», точнее — совершенно магически пуст, у меня получается лучше вытягивать ману из призм, чем когда «сыт», я уже сознательно вызывал это чувство сосущей пустоты внутри, которое затягивало в себя все крохи маны. Не само чувство — оно приходило лишь с «голодом», а мысленный образ этого чувства, те ощущения, взятые из памяти, что оно вызывало. Тоже приходилось постоянно концентрироваться, зато процесс пошел немножко быстрее. Набрав маны, я устраивал себе отдых, пялясь на комок бумаги, висящий в воздухе. Пялиться получалось недолго: всего несколько секунд шатания — и он падал на пол. Но, как мне казалось, по сравнению со вчерашним днем было немного лучше.

Иногда, чтобы разнообразить скучные тренировки, я пробовал и магический болт, делая его размером с иголку и вливая в заклинание минимум силы. Снося, как в тире, все расставленные на столе коробочки, я старался выпускать заклинание как можно чаще, доводя его до автоматизма. Кстати, пластину я решил не держать в руках, а прикрепить к нижней части предплечья. Ведь случись что, мне могут понадобиться обе руки. Поэтому лучше держать пластину в том месте, где она мне не помешает, а я буду сразу привыкать пускать энергию именно туда. Так и прошла половина дня, и наступило время ехать на занятия боксом.

Евгений Владимирович, подозрительно меня оглядев, поинтересовался:

— Брат-близнец, что ли?

Всем моим заверениям, что я это я и у меня есть чудодейственный бальзам, изготовленный по старинному семейному рецепту, он не поверил.

— Ладно, тренируйся, но потом мы тебе подправим чуток лицо, чтоб как у брата стало.

— Ну ладно, — уныло согласился я, махнув рукой на попытки доказать свою идентичность.

Видимо, сегодня мне опять не миновать избиений.

И после тяжелейшей тренировки, дав мне лишь с десяток минут на отдых, он выполнил свое обещание, поставив меня в спарринг с одним из своих более опытных учеников. С чувством выполненного долга оглядев мое распухшее после боя лицо, он довольно ухмыльнулся и сказал:

— Ну вот, теперь все нормально, как и должно быть — один в один как твой брат-близнец. Не знаю, кто из вас придет, но жду в пятницу, в три.

Попрощавшись с недоверчивым тренером, я шел к машине и думал, как бы мне исцелиться, чтобы лишний раз не вызывать подозрение. Если я приму зелье прямо в машине, это однозначно вызовет нездоровую реакцию. Или опять рассказать очередную сказку? В принципе плевать, что подумают: все равно в новом цикле никто ничего не будет знать, но вот если поймут, что дело в зельях, то… Моя паранойя тут же нашептала мне сотни вариантов. Я согласился с ней — доберусь до дома и выпью зелье в тиши и одиночестве.

Когда мы приехали, я, войдя в комнату, вышел через пять минут полностью здоровый и полный сил.

— Давайте в спортзал, — заявил удивленным охранникам.

Те, так и продолжая коситься на меня, тем не менее вопросов не по делу не задавали — только о том, куда именно ехать. После моего объяснения отвезли в мой спортзал, где еще с часок позанимался. Затем, приняв душ, заехал перекусить в «Клондайк» — мне понравилось, как там кормят, — а после этого опять поехал в карьер на тренировки по боевой магии.

Утром крыса все еще носилась по клетке.

А у меня опять была новая пара охранников.

Позавтракав, отвез Константина в аэропорт — согласившись на мое предложение, он медлить не стал и уволился на следующий же день, легко договорившись обойтись без положенной двухнедельной отработки. Еще пара дней на сборы, и вот сегодня он уже улетал в Москву. Проводив друга и шутливо наказав ему, чтобы не вздумал сбегать с деньгами на Канары, вернулся к своему распорядку — тренировки дома, самбо, спортзал, карьер.

На следующее утро крыса была мертва. Причем, судя по ее виду, умерла от старости. Хотя могу и ошибаться, так как не специалист в этом вопросе. В любом случае она мертва, так что, как выяснилось, опасность в себе таили не только флаконы темных оттенков. Хотя другие крысы были пока живы и здоровы. Кроме тех, естественно, которые издохли несколько дней назад. Так что надо быть аккуратным.

После привычных уже утренних занятий, пообедав и еще немного позанимавшись, отправился на тренировку по боксу, куда меня отвезли уже знакомые мне Семен и Николай. Когда я приехал, Евгений Владимирович, подойдя, взял меня за подбородок и, повертев мою голову в разные стороны, внимательно все рассмотрел.

— Вас что, трое?

— Да нет, я же говорю — старинный рецепт.

— Ладно, проверим, — коротко ответил он, и после тренировки меня опять хорошо отлупцевали.

Заехав домой, исцелился и набрался сил, потом опять был спортзал, и, когда уже собирался в карьер, зазвонил телефон — курьер доставил посылку. Договорился встретиться с ним прямо сейчас — мне как раз по пути, и вскоре, расписавшись, получил пакет. Открыв, нашел внутри набор разных анаболиков, про которые уже и забыть успел. В принципе они мне уже были не нужны, так как зелья прекрасно справлялись с восстановлением организма, но раз уже оплачено, то почему бы и не попробовать; ведь, во-первых, здоровье мне теперь беречь ни к чему, а во-вторых, всегда могу его и подправить, если что; красных зелий еще оставалось немало. Поэтому, начав с рекомендованной минимальной дозы, проглотил одну таблетку.

Вечером, когда вернулся из карьера и уже собирался спать, в дверь постучали. Кроме Семена, там никого не могло быть, а возможный убийца стучаться бы не стал.

— Входи, Семен, — пригласил я.

Он вошел и как-то замялся.

— Что хотел-то? — поторопил я его.

— Ну… вы вот с лицом, потом машина эта… — как-то нескладно начал он, почему-то вновь называя меня на «вы», — да еще и в карьере вот… я подсмотрел… Вы маг? — наконец решился спросить.

— Нет, я только учусь, — ответил как есть.

— Правда? — удивился Семен, явно сбитый с толку моим нежеланием отпираться.

— Ну ты и сам наверняка в карьере видел.

— А можно и мне тоже? Ну, научиться? — смущенно спросил он.

А ведь интересно, сможет ли он тоже колдовать или нет? Нужны какие-то особые способности или для магии достаточно иметь только запас маны? Как-то я об этом не задумывался. Но почему бы и не попробовать, раз есть доброволец? Крысы остались живы, я тоже, так что вряд ли ему грозит какая-то опасность. Вот только зелья все же светить не буду.

— Не знаю, — честно ответил я, — но мы можем сейчас попробовать узнать. Согласен? — спросил я.

Тот согласно кивнул:

— И что мне делать?

— Пошли, — скомандовал я.

На кухне сказал ему:

— Так, ты сиди здесь и жди, а я сейчас все подготовлю и вернусь.

Прихватив с собой бокал, вернулся в комнату и налил в него маны средней насыщенности на один хороший глоток — этого должно хватить наверняка. Вернувшись, подал ему бокал:

— Пей.

Семен, принюхавшись, залпом опрокинул в себя зелье.

— Чувствуешь? — через несколько секунд поинтересовался я.

— Что?

— Чувство, будто у тебя появилось то, чего никогда не было, но должно было быть, — туманно описал я собственные недавние ощущения.

Он прислушался к себе:

— Нет… ничего такого.

— Вообще ничего необычного? Может, что-то другое?

Он опять замер на несколько секунд.

— Нет, вообще ничего.

— Ну а попробуй ложку вот поднять в воздух, — и положил в центр кухонного стола легкую алюминиевую чайную ложку.

— Как поднять?

— Ну, сконцентрируйся на ней, представь, что она взлетает, вообрази это все и мысленно как бы выплесни из себя… — Черт, он же не чувствует ничего внутри себя. — В общем, попробуй разные варианты.

Несколько минут мы с ним пытались пусть не поднять, но хотя бы на миллиметр сдвинуть эту ложку, но все попытки были тщетны и она продолжала неподвижно лежать на столе.

— Похоже, Семен, не стать тебе магом, — огорчил его.

Тот грустно сник, а через несколько секунд произнес просительным голосом:

— А вы покажите что-нибудь, а?

Похоже, в нем жила тяга к волшебству и чудесам, прямо как у маленького ребенка. «Ну а почему бы и нет, — решил я, — порадую человека».

— Сейчас покажу, жди; и заодно еще кое-что испытаем.

Прихватив с собой чистый бокал, вернулся в комнату, глотнул немного маны, а в бокал налил совсем чуть-чуть зелья жизни — мне было интересно, подействует ли оно на обычного человека. А то ведь, как выяснилось, у меня все совсем не так. Хотя позже надо будет и с Максимом проверить действие маны, а то, может, это только Семен к ней невосприимчив.

Вернувшись на кухню, сказал ожидающему чудес охраннику:

— Порежь себе палец, только немного совсем.

Тот без раздумий чиркнул ножом по пальцу, и из небольшого пореза тут же засочилась кровь.

— Пей.

Он, опять принюхавшись, залпом выпил предложенное зелье и, не прошло и секунды, радостно сказал:

— А теперь — чувствую!

— Ты на рану смотри, — обратил его внимание.

Она прямо на глазах начала исчезать.

— Ух ты! — восторженно сказал он, широко открытыми глазами глядя на творившееся с ним волшебство.

Как только рана полностью исчезла, он, продолжая прислушиваться к чему-то происходившему в себе, спросил:

— А в боку почему чешется?

— Может, шрам был?

— Ну да, от аппендицита остался.

— Давай посмотрим, что с ним.

Он задрал рубашку и посмотрел на шрам:

— Смотрите, он меньше стал!

Не стал напоминать ему, что не знал прежний размер его шрама, поэтому не мог оценить изменений, а просто вместе с ним наблюдал, как рубец постепенно исчезает, будто растворяясь в чистой здоровой коже. Но постепенно этот процесс становился все медленнее, пока наконец не заглох окончательно, оставив после себя лишь небольшую отметину на коже в виде тонкой, едва различимой черточки.

— А еще покажете что-нибудь? — обратился он ко мне, когда стало ясно, что все окончательно прекратилось.

Мне пришла в голову одна идея.

— Ну, смотри.

Взял в руку стальную столовую ложку и, представив, что она сгибается, плеснул в образ немного маны и стал поддерживать ее ровный поток. Совсем как в «Матрице» не получилось, так как ложка стала сгибаться неровными рывками, но результат был тот же — ложка изогнулась, на мгновение блеснув отражением лампы, затем совершила оборот и вернулась к прежнему состоянию, хотя и осталась кривоватой. Тут же вспомнив, какой она была, и представив этот образ, вбухал в него весь остаток маны, и ложка в руке резко дернулась, вернувшись в исходное состояние. Я протянул ее Семену, с открытым ртом наблюдающему все это время за моими манипуляциями. Тот, взяв ее в руки, недоверчиво повертел, попробовал согнуть и, с восторгом посмотрев на меня, спросил:

— А как это вы сделали?..

— Магия, — ответил, разводя руками. — И ты вот что, Семен: не рассказывай никому обо всем этом, договорились?

Тот закивал, соглашаясь:

— Да-да, как вы могли подумать… я ведь понимаю, не маленький.

Ну, в общем-то меня и не особо это волновало — все равно надо возвращаться в прошлое и по горячим следам начинать искать то место, откуда прибыл маг, но все же хотелось протянуть в этом цикле так долго, как только можно, ведь каждый день тренировок мог помочь в будущем. Ну и еще было интересно, когда появится маг со своей страшной местью, чтобы в следующем цикле уже точно знать этот срок. Так что хотя и не особо боялся каких-то осложнений, но и специально их искать не собирался.

— Ну ладно, — сказал я Семену, — пора мне уже спать, так что увидимся в твою следующую смену. До встречи.

— До свидания, Виталий Владимирович.

Ну вот, опять он вернулся к выканью. Махнув на это рукой, я отправился в кровать.

На следующий день, в субботу, были тренировки магии утром, потом самбо, спортзал и карьер. В воскресенье — магия, спортзал и карьер. В понедельник — магия, бокс…

Когда я в понедельник появился в зале с совершенно здоровой физиономией, Евгений Владимирович, поздоровавшись, сказал:

— Пойдем, надо поговорить.

А затем отвел меня в небольшую каморку, где едва помещались стол и несколько стульев.

— Присаживайся, — пригласил меня тренер. — А теперь рассказывай, — потребовал он.

— Так я ведь сразу и говорил — чудодейственное снадобье.

— И что, прямо вот так, в один день, оно все лечит?

— Как видите.

— Значит, так, принесешь его с собой в следующий раз, посмотрим, — и начал подниматься из-за стола.

Я остался сидеть на месте.

— Есть проблема, — сообщил ему.

— Какая? — недовольно спросил он, вновь усаживаясь на место.

— Не хочу я его приносить.

Он немного помолчал.

— А заниматься ты хочешь?

— Мы договорились, — напомнил ему наш уговор.

— Тут ты прав, — вынужденно согласился тренер, откидываясь на спинку стула. — Чего ты хочешь?

Сначала хотел сказать, что мне в общем-то ничего больше и не надо, но терять хорошее расположение тренера, отказывая ему, не хотелось. Я в общем-то и заявил о проблеме лишь потому, что мне не понравился его приказной тон, но вот если он пытается договориться, то почему бы и нет…

— Давайте так — я приношу вам это снадобье, и мы на месяц о нем забываем. Никаких «мало», «очень надо», «как сделать» или еще чего-то подобного. Просто забудем. А вы взамен весь этот месяц тренируете меня ежедневно. Идет?

— Ежедневно, говоришь? Да я в общем-то не против, вот только ты пойми — тебе ведь только хуже от этого будет: уж поверь, я знаю, что говорю. Не будет толку. Ты думаешь, если чаще ходить, то и суперменом быстрее станешь? Перетренированность ты заработаешь, а не суперменство.

— Ну, если не получится, так я сам и виноват буду.

— Да ну тебя, — махнул он рукой, — делай как знаешь. Но потом не жалуйся.

— Договорились, — согласился я.

На следующую тренировку привез собственноручно изготовленное «чудодейственное снадобье» — купил в магазине самую красивую бутылку какого-то ликера и, отвинтив крышку, добавил туда около миллилитра зелья жизни из средней, пятой колбочки. Сделав себе маленький порез, проверил действие «снадобья», глотнув из бутылки. Порез зазудел и начал медленно зарастать, покрываясь здоровой кожей, пока совсем не исчез. Наверное, можно было даже и еще послабее сделать, но пусть так остается. Вручая бутылку тренеру, дал краткую инструкцию:

— Принимать внутрь, пока не заживет.

А на следующий день вволю забавлялся, видя, как раздосадованный тренер безжалостно гоняет своих подопечных, бросая на меня хмурые взгляды, — было видно, какого труда ему стоило сдерживать свое обещание месяц не спрашивать о снадобье.

Всю оставшуюся неделю я занимался в бешеном ритме. Бокс каждый день, тренажерный зал каждый день, самбо через день и ежедневные занятия магией. В четверг, правда, в карьер съездить не удалось — с обеда зарядил бешеный ливень, сменившийся моросящим дождем, поэтому тренировку с магией пришлось проводить дома, исключив из нее боевые заклинания.

Но уже на следующий день жаркое летнее солнце быстро высушило все лужи, и после бокса, заехав поесть в «Клондайк» уже второй раз за сегодня, я направился к карьеру. Еще начиная спускаться, заметил необычную картину — кусочек необычайно яркой и свежей зелени, одиноким пятном выделяющийся на бесплодной глинистой поверхности дна карьера. Заинтересованный, подошел поближе рассмотреть, что там такое. Оказалось, на том месте, где я в прошлый раз пролил эликсир жизни, теперь находилось пятно, густо покрытое зеленью. В центре его рвался вверх ствол какого-то деревца, всего лишь за один день выросшего мне почти по пояс. Подивившись такому необычному свойству зелья, принялся за тренировку.

В конце недели я прибавил почти десяток килограмм — организм, подстегиваемый ежедневными изнурительными тренировками и приемом анаболиков, наращивал массу бешеными темпами. За это, правда, пришлось заплатить свою цену — я постоянно чувствовал голод, и плотно обедать приходилось через каждые пару-тройку часов.

Причем нарастающая масса приходилась только на крепкие тренированные мышцы — жир бесследно сжигался нагрузками в спортзале. Я и раньше выглядел неплохо, теперь же с каждым днем плечи становились чуть шире, а чтобы увидеть кубики на прессе, уже не приходилось изо всех сил напрягать мышцы живота.

Но главное — крепчая внешне, я становился и сильнее. Если раньше мог пожать «сотку», максимум — 110 килограмм, то на последней тренировке сумел осилить уже 150, чем и сам был немало удивлен — ведь и мечтать не мог о столь быстром улучшении результата.

Воодушевленный такими «чудесами фармакологии», опять залез в интернет в поисках чего-нибудь «химического», что могло стать полезным для меня — выжимать из ситуации следовало все до последнего. Досадуя, что упустил это раньше, обнаружил еще один класс препаратов, которые могли для меня стать, наверное, даже полезнее анаболиков — ноотропы. Они помогали развивать именно те компоненты сущности, что, в отличие от мышц, останутся и после смерти, перейдя со мной в следующий цикл — рефлексы, реакция, память… К тому же и приобрести их намного проще. Заодно возьму себе и наборы аминокислот — они тоже, если верить написанному, помогали как физическому, так и интеллектуальному развитию. Проще всего приобрести их в магазине спортивного питания, так что прихвачу там и набор всяких протеинов, которые тоже помогали в развитии тела.

Но это все завтра, а сегодня, в воскресенье, решил устроить себе выходной — все же беспрерывные занятия утомили: не физически, а душевно. Поэтому, проведя в праздности первую половину дня и часть второй — ну не считать же трудом просмотр фильма и между делом вытягивание маны из призмы, — я отправился в летнее заведение на встречу с Максимом и вкусными шашлыками. Посидим с ним, расслабимся. Ну а вечером, кто знает — либо останемся тут, на вечернюю программу с танцами, либо отправимся куда-то еще.

Костя на днях звонил и сказал, что билет отдал на проверку, и если все будет хорошо, то вернется уже через пару недель.

Еще я проверил, как на Максима действует мана. К сожалению, он так же, как и Семен, совершенно ничего не почувствовал, сделав глоток. Я даже не пожалел ради этого дать ему мензурку с самой концентрированной эссенцией. Жаль, похоже, не быть ему магом. Сходив к машине, я вернул флакончик с зельем в саквояж и возвратился за столик.

Не спеша наслаждаясь вкусом отлично приготовленного шашлыка и запивая его прохладным пенистым пивом, разговаривал с Максимом, когда услышал какой-то шум, доносящийся с другого конца заведения.

Оглянувшись, обомлел — оттуда ко мне со злобным видом приближался тот самый, совсем недавно мною убитый, маг — живой и здоровый. И к тому же очень решительно настроенный. Чем-то недовольного крепкого мужика, вставшего на его пути, просто смело, отшвырнув на десяток метров в сторону, где тот безжизненно затих. Наши с магом взгляды столкнулись, и по лютой злобе, бушующей в его глазах, я понял, что мирной встречи не будет.

— Задержи его! — крикнул я охраннику, указав на неотвратимо приближающуюся фигуру.

А затем скомандовал Максиму:

— Бежим!

И со всех ног рванул к джипу, надеясь добраться до склянок с маной и хотя бы попытаться сразиться с магом. Но добежать не успел — что-то ударило в ногу, ее пронзила страшная боль, и я с разбега неловко упал, впечатавшись лицом в асфальт, хотя и выставил в защите руку. Сзади послышались звуки выстрелов, затем удар, еще один. Второй охранник выскочил из джипа и рванул ко мне.

— Саквояж! Возьми саквояж! — крикнул я ему, но он, не обращая внимания на это, мчался ко мне, одновременно куда-то стреляя. Раздался резкий свист — и голова охранника взорвалась кровавыми ошметками. Тело, пролетев по инерции пару метров, повалилось на землю, орошая ее кровью, бьющей из шеи.

Я оглянулся. По-прежнему неторопливо, но неотвратимо приближался ко мне маг. Он нисколько не пострадал от столкновения. Перешагнув через труп моего друга, который, видимо, попытался его задержать, вместо того чтобы бежать со мной, этот злобный ублюдок, не ускоряя хода, двигался ко мне. Мельком кинув взгляд на ногу, которая ниже колена превратилась в кровавые лохмотья, я, стиснув от боли зубы, пополз, будто дикий зверь с перебитой лапой, к автомобилю.

Мимо пронесся шар огня и врезался в джип. Раздался взрыв — и машина, будто получив щелбан великана, подскочила и кубарем покатилась от меня, вся объятая пламенем.

Все, в этой битве у меня больше не было шансов. Вернуться? Или потянуть до последнего? Я выбрал второе и, полулежа на асфальте, стал ждать приближения врага, надеясь узнать от него хоть что-нибудь, что могло потом пригодиться.

— Сын шакала! — выкрикнул он, приблизившись и всадив в уцелевшую ногу заряд стальных игл, превращая ее в бесполезный кровоточащий обрубок. Я чуть не взвыл от боли, и мысль остаться уже не казалась такой умной. — Где мои вещи, презренный? — требовательно спросил он.

— Там где-то догорают, — едва сдерживая стон, но стараясь выглядеть спокойным, ответил я, кивнув на автомобиль.

Казалось, его лицо сейчас лопнет из-за прилившей в приступе ярости крови.

— Да ты знаешь, раб, сколько стоит…

Дальнейшее я не мог слышать, так как меня выгнуло дугой от пронзившей насквозь боли. Я заорал, уже почти ничего не соображая.

«Вернуться!»

Мир замер. В нем остались только я и мой крик. Затем где-то рядом раздался такой же. А затем еще и еще. И скоро целый хор воплей, от которых звенела голова, заполнил пространство. Боль стала понемногу уходить, темной туманной струйкой вырываясь из меня вместе с криком, который все длился и длился, а я уже не мог его остановить, замерев в неподвижности. Лишь краем глаза видел, что вокруг поднимаются такие же, как у меня, серые полупрозрачные струи, которые наверху сливаются в темное облако. С каждой секундой оно становилось все темнее и гуще. И наконец, когда последняя струйка влилась в абсолютно черную висящую надо мной тучу, она обрела материальность и тяжеленной глыбой обрушилась на меня, отправляя в небытие.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 5

— …! — выругался я в адрес напавшего на меня мага, причинившего такую боль.

Итак, я оказался прав — его обещание мне отомстить не осталось пустой угрозой. И ему потребовалось менее двух недель, чтобы вернуться оттуда, где он чудесным образом смог возродиться. Интересно, где находится это место? Вот в этот раз и попытаюсь выяснить. А для этого надо все обдумать и составить примерный план действий на этот цикл.

Во-первых, выяснилось, что от охраны нет почти никакой пользы. Я не видел, попадали ли охранники в мага, но, судя по количеству выстрелов, будь они даже абсолютно косорукими, хоть раз да попали бы. Но я не заметил следов попадания, когда он ко мне приблизился. А значит, противник защищен чем-то, что либо отклоняет пули, либо, скорее всего, просто защищает от них, вроде той невидимой брони из пластин заклинаний. Тут явно требовалось оружие посерьезнее пистолетов. И у меня оно было, а вернее, будет — магические заклинания. Хотя, может быть, магия в этом случае окажется малоэффективна, и все же потребуется что-то вроде мин, но оставлю этот вариант на следующий цикл, если в этом не удастся задавить гада с помощью магии. Благо дату и даже примерное время предстоящей схватки я теперь знал, чтобы организовать ему теплую встречу.

Во-вторых, самое главное, мне следовало выяснить, откуда прибывает ко мне маг. А уже найдя его логово, смогу понять, как он возрождается, каждый раз возвращаясь за мной. Первым делом для этого конечно же надо будет потолковать с его головорезами, раз сам маг не желал со мной говорить, умирая при попытке на него надавить. Поэтому теперь надо будет заманить громил туда, где я смогу их разговорить. А значит, место должно быть безлюдное и, очень желательно, звукоизолированное — подозреваю, что бандиты сразу не расколются и мне придется изрядно постараться их разговорить, а это будет шумно. Впрочем, у меня есть еще целый месяц на то, чтобы организовать место нашего разговора.

Теперь насчет денег — мне потребуются двести тысяч для того, чтобы договориться с тренером по боксу. Затем, грубо, полсотни тысяч на пистолет и все с ним связанное — глушитель, патроны, магазины. Ну и немного на жизнь. Охрану я теперь брать не буду, так что особой нужды в деньгах нет — обойдусь своими силами, взяв кредит в банке и получив на ставках свои полмиллиона чистой прибыли.

Хотя деньги могут еще понадобиться за информацию о таинственном учителе самбо; в тот раз я так и не дождался звонка, но в этот — обращусь к детективу намного раньше, так что, скорее всего, успею получить информацию. Но, пожалуй, сначала узнаю, чем это закончится, и в худшем случае, позабочусь о достаточном количестве денег в следующий раз. Ну а насчет лотереи… я задумался. Если мне удастся в этот раз совладать с магом, то в дальнейшем деньги могут и пригодиться. Так что на всякий случай все же возьму.

Покончив наконец с размышлениями, поднялся с кровати и, миновав стол с лежащими на нем камнем и сумкой с отпускными вещами, отправился приводить себя в порядок. Позавтракав, оделся, сунул камень в карман и отправился в банк, по дороге привычно купив мешочек для артефакта.

Первую неделю нового цикла посвятил безделью. В принципе можно было пока начать ходить на занятия самбо, но я решил сделать себе маленький отпуск. Вот получу в понедельник свои деньги, тогда и приступлю к делам, а пока просто отдохну.

В субботу я позвал друзей в уже хорошо известный мне бар, и мы неплохо провели время. Я, помня, во сколько пришла в предыдущий раз Аня, вовремя успел к ней подойти, а друзьям посоветовал познакомиться с теми девушками, о которых так довольно отзывался Максим. Ну и Константина предупредил о коварстве чрезмерно употребляемого спиртного. Так что вечер, а потом и ночь нам всем «повезло» приятно провести.

Но как только я получил свои деньги со ставок, отдых закончился. Всего у меня на счету образовалось около 650 тысяч, 50 из которых я сразу потратил на заказ оружия. Еще 200 отдал тренеру после разговора, похожего на предыдущий. Оставалось 400, которых мне должно было с избытком хватить на остаток жизни в этом цикле.

В этот раз после первой тренировки по боксу, когда прошел знакомую уже мне проверку характера, приходил в себя почти две недели. И хотя накупил себе и анаболиков, и ноотропов, и протеинов с аминокислотами, зелий это заменить не могло. Так что тренировки себе пока ограничивал, стараясь не форсировать развитие, так как знал, что это может быть чревато перетренированностью.

Во время моего второго занятия боксом, когда я с только начинающим заживать лицом выполнял упражнение, в зал зашел какой-то весьма шумный тип. Со всеми поздоровавшись, он заметил меня и мои неловкие удары по груше.

— А это что за тюлень у тебя? — спросил он Евгения Владимировича, нимало не смущаясь тем, что я его слышу.

Тот пытался его урезонить, но все было бесполезно — он лишь продолжал распаляться, комментируя мое неумение.

— Эй, тюлень, — крикнул он мне, — ты бы лучше мячик на нос учился ловить! В цирке от тебя будет больше толку, чем здесь.

Мне это уже надоело.

— Спорим, я тебя уже через месяц уделаю? — обратился к нему.

Тот расхохотался:

— Тебе и жизни не хватит, малыш!

— Ставлю триста тысяч, идет?

— Ты это всерьез? — неверяще переспросил он меня.

— Завтра привезу деньги Евгению Владимировичу. Если ты в деле — подвози ему свои, а через месяц встречаемся на ринге.

Тот расхохотался.

— Похоже, и мозги у него, как у тюленя, — обратился он к стоящему рядом тренеру. — Смотри, малыш, если завтра деньги не привезешь, то тебе конец! Потому что это уже мои деньги!

— Остынь, — обратился к нему тренер, — иди пока посиди, а я с ним потолкую.

— Да чего толковать, все слышали его слова!

— Иди посиди, я сказал, — твердо повторил Евгений Владимирович.

— Увидимся, тюлень, — напоследок оскалился он с ухмылкой и угрожающим тоном добавил: — Или на ринге, или еще как.

— Ты хоть знаешь, кто это такой? — подойдя, негромко обратился ко мне тренер.

— Первый раз вижу, — честно ответил я.

— Так какого… ты тогда лезешь?

— Да ладно, Евгений Владимирович, ерунда. В крайнем случае проиграю, подумаешь…

— В крайнем случае тебя хоронить будут. А если повезет — только инвалидом останешься, — раздраженно повысил он голос, — ты этого хочешь?

А затем, немного помолчав, продолжил:

— Давай я с ним поговорю, постараюсь все это отменить, но вот только зря ты про деньги ему сказал, теперь он с тебя живого не слезет.

— Да нет, все нормально — я с ним встречусь.

Он еще некоторое время пытался мне объяснить, насколько я дурак и что совсем не понимаю, куда лезу, но я оставался непреклонен, и в конце концов он махнул на меня рукой:

— Если уж ты сам не хочешь себе нормальной жизни, то я тебя не заставлю.

— Так вы согласны поучаствовать судьей в нашем споре — не против, если мы деньги вам отдадим, ну и встретимся на ринге в вашем зале? — поинтересовался я у насупившегося тренера.

— Ну если тебе ни денег, ни здоровья не жалко, то согласен, — все еще раздраженно ответил он.

— Ну тогда и другу своему передайте, пожалуйста, — пусть сдает деньги, а через месяц встречаемся.

Неодобрительно на меня глянув в последний раз, тренер отошел, а я продолжил упражнение. Надо было усиленно заниматься, ведь через месяц меня ждет встреча с мастером. Хотя, честно говоря, надеялся-то не на свое возросшее к тому времени умение, а на зелья маны, что вскоре принесет мне маг. Надеюсь, что-нибудь придумаю. Поэтому на следующий день с легким сердцем отвез Евгению Владимировичу триста тысяч, надеясь после будущего боя кроме морального удовлетворения получить еще и материальное.

На этой же неделе сходил к детективу, и у нас повторился прежний разговор насчет получения информации о таинственном мастере единоборств. Наказав ему звонить мне, как только что-нибудь появится, я его покинул.

В воскресенье, свой свободный от тренировок день, я, взяв частника, объездил всю округу в поисках подходящего места, где я смогу потолковать с бандитами. Но так ничего и не нашел. Поэтому решил проблему проще — купил маленький металлический гараж для мотоцикла, шириной чуть более двух метров, нанял работников, которые обклеили его толстыми плитами пенопласта изнутри и снаружи, а также приварили внутри скобы, к которым я намеревался пристегивать бандитов уже купленными наручниками. После чего отвез этот гараж за город в укромное место, не очень далеко от проселочной дороги, но укрытое от него стеной деревьев. Думал, что водитель грузовика с манипулятором будет удивлен подобным выбором места для гаража, но ему, похоже, было абсолютно наплевать, что меня вполне устраивало.

Незаметно пролетело три недели без каких-то особых событий, и уже близилась пятница, 13-е, когда меня неожиданно пригласил в свою каморку Евгений Владимирович. Сначала я думал, что у нас будет разговор, как-то связанный с предстоящим поединком, но речь пошла совсем о другом — оказывается, он по резкому росту моих результатов сумел сделать вывод, что я употребляю стероиды.

— Ты пойми, — втолковывал он мне, — выиграть поединок они тебе не помогут, а вот здоровье загубишь.

Я постарался уверить его, что все под контролем, но в итоге каждый остался при своем мнении — он считал, что я лишь делаю себе хуже, а я — что лучше. И правда, хотя в прошлый раз всего лишь за неделю с зельями я смог добиться немного больше, но и эти три недели на одной только всяческой химии тоже принесли свой результат — покрепчал внешне, возросли сила и скорость, а еще заметил, что немного изменился и характер — я стал более решительным и уверенным. Тем не менее, хотя тренер и не одобрял моего решения, он не стал ничего предпринимать, предоставив мне выбор на мое усмотрение.

А на следующий день позвонил детектив. Когда мы встретились, он заявил, что его информатор готов назвать имя нужного мне человека. И просил за это всего лишь 200 тысяч, на что я легко согласился. Вот только денег у меня пока не было — они сейчас хранились у Евгения Владимировича, ожидая предстоящего боя. И поэтому мне просто обязательно нужно будет его выиграть — теперь это не только удовольствие, но и необходимость. Обещав вернуться с деньгами дней через пять, я покинул детектива. Мне пора было готовиться к встрече с отморозками.

И вот наконец наступила пятница, 13-е. Я был готов. Сидя у открытых дверей гаража, читал книжку, ожидая прибытия бандитов. Вот послышался шум мотора, затем хлопки дверей и сдавленные матюги, когда бандиты стали пробираться ко мне напрямую, через заросли лесополосы, отделяющей гараж от дороги.

— Здоров, братиш, — обратился ко мне Вован, когда они с верзилой подошли поближе, отряхиваясь от прицепившихся к ним мелких веток. — Ну ты и заныкался! До тебя и не доберешься.

— Ничего, Вован, ты же смог!

— Э-э… я не понял… — наморщил он лоб, но я уже поднялся и, поочередно направляя на них скрытый до этого пистолет, быстро сделал четыре выстрела подряд им в ноги. Стрелковая подготовка не подвела, и ни одна пуля не прошла мимо. Оба преступника с криками и матом повалились на землю.

— Заползайте в гараж, — приказал я им. А когда они выполнили приказ, кинул каждому по паре загодя припасенных медицинских жгутов: — Ходули себе перетяните, чтоб кровь остановить. Вы бандюки бывалые, справитесь. А я ненадолго отлучусь, по делам.

На меня вновь посыпались угрозы и оскорбления, но некогда было их слушать — следовало торопиться к магу, пока он не успел ничего заподозрить. Закрыв дверь на засовы, перезарядил пистолет, заменив полупустой магазин на новый, и, повторяя путь отморозков, пробрался через лесополосу, выходя к автомобилю…

Встреча с магом прошла без происшествий — я спустился в подвал и, не став рисковать, без лишних разговоров прострелил ему голову. А то ведь он мог ненароком и убить меня своей шаровой молнией. Заодно надо будет и с перстнем разобраться — если в прошлый раз маг активировал заклинание именно с его помощью, то и для меня это совсем не будет лишним. Так что, стащив перстень с пальца покойника, закинул его в саквояж и поспешил обратно к моим незадачливым убийцам.

Вернувшись к гаражу и открыв дверь, обнаружил, что бандиты уже успели не только качественно наложить себе жгуты, но и отковырять пенопластовые плиты, налепленные на нее, — наверное, пытались как-то выбраться. Ну ничего — для звукоизоляции хватит и тех, что снаружи. Да и место здесь безлюдное, так что, надеюсь, нас никто не побеспокоит. После этого, пригрозив пистолетом, убедил их приковать самих себя наручниками к скобам на полу. Сначала верзила приковал у дальней стены гаража Вована так, что тот лежал на спине, а его руки удерживались по сторонам наручниками. Затем верзила приковал одну руку, а довершил начатое уже я, защелкнув наручники на другой руке.

Набрав в пипетку пару кубиков самого слабого зелья жизни, впрыснул его в рот одного, а затем повторил эту процедуру и с другим бандитом. Через минуту на месте ранений у них остались лишь едва заметные шрамы.

— Ну что, поговорим? — поинтересовался я.

— Слышь, отморозок, ты че творишь-то? Какого хрена ты вообще шмалять начал?

— Да так, дошли до меня слухи, что вас один неприятный тип за мной послал, вот и хочу с вами насчет этого поговорить.

— Да никто нас не посылал!

— Случайно, значит, здесь оказались?

— Да просто нам сказали, гаражик тут интересный нарисовался, вот и решили глянуть, разузнать, че почем, пообщаться с хозяином.

«Вот же чешет — и не подкопаться!» — с некоторым изумлением подумал я.

— Хорош гнать-то, — попытался воззвать к их разуму. — Все равно же ведь все узнаю, но перед этим вам будет больно. Так что давайте рассказывайте — и уйдете живые и даже, заметьте, здоровые.

Но бандиты продолжали упорствовать, отрицая наличие злых намерений в отношении меня и по-прежнему утверждая, что здесь они исключительно по своей воле.

Что ж, этот вариант я тоже предусмотрел. Неприятно, но делать надо. И, закрыв двери гаража, включил мощный фонарь, осветивший все внутри не хуже дневного света. Затем воткнул в уши наушники плеера, выкрутил его на максимальную громкость и, врубив «Rammstein», взял в руки молоток.

Минут десять-пятнадцать в моих ушах гремела музыка, заглушаемая иногда особенно пронзительными криками, красная кровь, разлетаясь от взмахов молотка, пятнала белоснежные пенопластовые стены гаража, кое-где оставляя на них багровые потеки, а фонарь бросал на дальнюю стену мою изломанную уродливую тень, которая раз за разом поднимала и опускала, казалось, огромный молот.

Немного подождав, я впрыснул бандитам еще по тройке кубиков зелья, а после того, как оно закончило свое действие, снял с головы ставшие липкими от крови наушники.

— Поговорим?

Но бандиты, хотя и одуревшие от ужаса, продолжали стоять на своем. Странно. И я опять на полную врубил «Rammstein».

После третьего раза понял, что тут что-то не так — ну не могли обычные бандиты быть такими фанатично преданными слугами.

— Да пойми ты, сдох уже ваш хозяин! — проорал я в лицо трясущемуся мелкой дрожью Вовану.

— Хозяин жив, я чувствую…

— Что? — спросил я, но он опять замолчал, дрожа и с ужасом в глазах смотря на меня.

Я понял — это опять магия. Только она могла сделать этих отморозков настолько стойкими, защищающими своего господина до последнего. А обмолвка Вована лишь подтвердила мою догадку. Не знаю: если бы я провозился тут неделю или месяц, раз за разом дробя им все кости, а затем зельем жизни возвращая им здоровье лишь для того, чтобы продолжить мучения, — может, и смог бы чего-то добиться, но делать этого не хотелось. Признавая необходимость пыток в этом случае, никакого удовольствия я не получал. Сначала поищу другие пути.

Приняв это решение, произвел последние два выстрела, обрывая жизни убийц, и, освободив тела от наручников, по одному подтащил их к выходу, чавкая подошвами в крови, залившей весь пол. Затем подогнал заранее приготовленную тачку и отвез тела к могиле, вырытой среди густых кустов.

Сняв всю окровавленную одежду, закинул ее в гараж, туда же отправились и плеер, и тачка. Затем залил бензином все внутри его, бросив канистру там же. Умылся водой из запасенных бутылей, побросал и их в гараж, оделся и пошел закапывать могилу.

Разровняв землю, попытался как можно тщательнее все замаскировать, укрыв все следы собранными вокруг опавшими листьями, подсвечивая себе в наступившей темноте ярким лучом фонаря, а после этого вернулся к гаражу. Бросив спичку в ручеек бензина, что струился из него, отправился к машине, оставляя за собой яростно ревущее багровое пламя, рождающее густые черные клубы дыма, тут же пропадающие вверху во мраке ночи.

Сделав большой крюк, приблизился к городу далеко в стороне от той дороги, что вела к бушующему сейчас где-то пламени, остановившись, немного не доезжая до самой окраины. Протерев какой-то тряпкой все, чего я мог касаться, направился к городу, предварительно запомнив номера машины — именно с этого и решил начать дальнейшие поиски. Попробую обратиться к уже знакомому мне детективу со связями среди полиции: возможно, он поможет мне отыскать владельца автомобиля, что даст ниточку, ведущую к логову мага.

Вот и еще один весомый довод в пользу того, что выиграть бой, который должен состояться уже в понедельник, мне просто необходимо. И кстати, к этому времени уже больше знал о противнике — как оказалось, шумный и наглый здоровяк — мастер спорта по боксу, а помимо этого — еще и известнейший в прошлом криминальный авторитет, ставший сейчас вполне легальным бизнесменом. Так что завтра мне предстояло хорошенько подготовиться к будущей схватке, до нее оставалось всего два дня.

И вот наступил первый день тренировки. Как я надеялся, мана должна помочь в предстоящей схватке — использую ее незадолго до боя. Как уже выяснил, мана, поступившая в организм, долго там не задерживалась, активно стремясь вернуться в окружающий мир. И чтобы даже не задержать, а лишь замедлить ее убывание, необходимы усилия по концентрации на этой задаче. Это тоже было частью моих тренировок, но пока успехи весьма скромные, так что придется употребить зелье перед самым боем. А вот поможет оно или нет — сейчас выясню.

Впрыснув в себя дозу самого слабого зелья маны, представил, чего хочу, — стать быстрее. И что весь мир вокруг замирает — колыхавшаяся под легким ветерком из открытого окна занавеска почти застывает в воздухе, ставшем плотным, словно вода, все звуки уходят далеко вниз по октавам, превращаясь в басы, а секундная стрелка часов, резко прыгавшая по делениям, теперь еле ползет. Ярко все это вообразив, подбросил в воздух карандаш и плеснул в образ маны.

Мир замер. Карандаш, глянцево блестя от пробивающегося в окно луча солнца, неподвижно застыл в воздухе. Секундная стрелка так и замерла между делениями, а звуки исчезли все до единого. Мертвая и неподвижная тишина продолжалась долю секунды, а потом все вдруг резко вернулось — карандаш со стуком упал на пол, часы затикали, отмеряя секунды, а колыхающаяся занавеска все так же бросала смутные тени на стену комнаты.

Маны не осталось совершенно. Многовато я вбросил, да еще и за один раз. Придется вспомнить свои упражнения по поддержанию в воздухе левитирующего предмета и стараться подавать ману в образ постепенно, силой потока удерживая одинаковую скорость замедления мира вокруг меня. Ну, или моего ускорения по отношению к миру — тут уж как посмотреть.

Почти весь день, прервавшись только, чтобы сходить на занятия самбо да на быстрые перекусы, тренировался в освоении ускорения. Выходило плохо. Мир то замирал почти неподвижно, то, резко ускорившись, начинал двигаться почти с обычной скоростью, а бывало, я вообще терял концентрацию, и заклинание переставало действовать, вышвыривая меня из ускорения.

Вечером озадачился еще одной проблемой — ведь помимо того, чтобы мир вокруг меня замедлялся, мне и самому надо уметь двигаться в нем быстрее. А то ведь сейчас я, хотя все вокруг себя замечал, был подобен мухе в киселе — мышцы просто не могли успеть за ускоренной реакцией. А мне ведь в предстоящем поединке потребуется не только замечать удары, но и успевать от них уклоняться. Да и самому ударить так, чтобы поставить в поединке окончательную точку, для чего тоже нужна была скорость выше обычной. Как это сделать, мне и предстояло выяснить.

Остаток этого дня и весь следующий я провел, пытаясь подобрать наилучший вариант, который позволил бы победить. Хорошо хоть у меня были зелья жизни — уже три раза умудрился сломать руку, колотя по груше, недавно приобретенной и повешенной в свободной комнате. И это с бинтами на запястьях… А вывихов было и не счесть сколько.

Так, в тренировках, и подошло время отправляться в зал, где меня ждала встреча с мастером спорта по боксу. И хотя у меня был свой туз в рукаве (в виде маны), свои шансы оценивал весьма невысоко; где-то один из десяти — все же умело пользоваться новыми навыками так и не успел научиться. Но попробовать должен.

— Здорово, тюлень, — с ходу поприветствовал меня наглый здоровяк. — Ладно, так уж и быть, я не буду тебя сегодня бить, если извинишься. Ну и деньги я, конечно, забираю.

«Интересно, за что я должен извиниться?..» Впрочем, не об этом сейчас надо думать.

— Деньги мне и самому пригодятся. Ты свои привез? А то мне как раз сегодня пара сотен тысяч была бы кстати.

— Ну видишь, я ему предлагал, — обратился он к Евгению Владимировичу, стоявшему рядом, а затем опять повернулся ко мне: — Давай не будем тянуть, мне уже через десять минут ехать надо, так что шустриком метнись в раздевалку. И я жду тебя на ринге. — И он, развернувшись, направился к канатам.

— Деньги он привез? — спросил я тренера, кивая в спину здоровяка.

— Привез, привез, только тебе-то что? Ты о другом думай — как себя уберечь.

— Постараюсь, — кивнул в ответ и пошел в раздевалку.

Народу в зале было больше обычного — все пришли посмотреть, как разделают строптивого новичка. По обрывкам услышанных разговоров понял, что основные споры — о том, сколько секунд я сумею продержаться на ногах.

Переодевшись, осушил специально прихваченный с собой пузырек, куда отлил глоток второго по концентрации зелья маны. Сам саквояж с флаконами и всем прочим я теперь безбоязненно оставлял дома, убедившись в прошлом цикле, что никаких расхитителей собственности в моей квартире не появится — маг предпочитал действовать более прямолинейно.

Полностью заряженный маной почти самой высокой концентрации, я вышел из раздевалки и направился к рингу, где меня уже поджидал со снисходительной ухмылкой на лице мой противник. Здороваться и расходиться по углам, как это принято на соревнованиях, мы не стали, но вот гонг присутствовал. И когда мы кивками подтвердили свою готовность к поединку, он прозвучал.

Решив не затягивать поединка, я неспешно направился прямиком к противнику, подгадывая момент, когда активировать ускорение. Непрерывно вертя в голове образ, как мир вокруг меня замедляется, чуть не упустил нужный момент. Пора! И пустил поток маны в образ.

И тут же чуть не выпал из режима ускорения — кулак соперника, затянутый в перчатку, висел почти у самого лица, с каждым мгновением уменьшая и без того небольшое расстояние. Преодолевая сопротивление вязкого, как патока, воздуха, я отклонил голову, пропуская кулак в миллиметре от себя, всеми силами стараясь при этом удержать концентрацию на потоке маны. Один раз чуть не сорвалось, замедление ослабло, из-за чего мне по уху шаркнула быстро проносящаяся перчатка. Но я сумел вернуть нужную скорость потока маны, и мир вновь послушно замедлился.

Теперь настала моя очередь бить. Продолжая удерживать концентрацию на ускорении, я, заметив небольшую брешь в обороне соперника, направил удар точно в цель — прямо в его подбородок. Кулак уже преодолел половину расстояния, когда я почувствовал, что теряю концентрацию. Так и не освоенное мною полностью умение грозило вот-вот вырваться из-под контроля. Уже в самое последнее мгновение, возвращаясь к обычной скорости, я второпях успел создать в голове не совсем четкий мысленный образ того, как кулак достигает цели, врезается в подбородок противника и тот отлетает. А затем я одним махом вбухал весь остаток маны в этот образ, в то же мгновение вываливаясь из ускорения.

Раздался резкий хлопок, будто кто-то со всего маху ударил мебельной выбивалкой по кожаному дивану. Руку пронзило резкой болью — похоже, я опять себе что-то сломал, — а мой противник, высоко подброшенный в воздух то ли силой моего удара, то ли силой магии, перелетел через канаты, затем через ошалело проводившего его взглядом, задирая голову, Евгения Владимировича и, пролетев еще с пару метров, наконец с грохотом повалился на пол, сбив при падении небольшую стойку со штангой. Со звоном посыпались блины с накренившегося грифа, а затем все затихло. Десятки пар округленных глаз в почти полной тишине смотрели только на меня, и несколько секунд в зале был слышен лишь глухой гул катящегося по полу блина, что свалился перед тем с грифа. Наконец и он, с характерным убыстряющимся перестуком покружившись напоследок, упал плашмя, а затем зал взорвался.

Кто-то кинулся к моему упавшему противнику, кто-то начал бурно обсуждать происшедшее, кто-то кинулся ко мне с поздравлениями и вопросами… Ну а я, баюкая наверняка сломанную руку, мечтал лишь о том, чтобы добраться до раздевалки, где у меня на этот случай был припасен пузырек с зельем жизни.

Спустя некоторое время, раздвигая всех в стороны, ко мне подошел тренер и хотел что-то сказать, но, заметив мое состояние, поинтересовался:

— Повредил что-то? — а когда я согласно кивнул, продолжил: — Давай гляну.

— Да нет, все нормально, мне бы в раздевалку, посидеть спокойно.

Согласно кивнув, он разогнал учеников, увлеченно обсуждающих между собой происшествие, и повел меня к раздевалке.

— А с этим-то что? — вспомнил я о противнике.

— «Скорую» вызвали, пока вроде жив. Но знатно ты его уделал, сам не видел бы — не поверил. Как это тебе удалось?

— Так вы же и научили! — перевел я стрелки.

Задумчиво на меня посмотрев, он сказал:

— Ну мы еще попозже поговорим. Пойду пока Сеней займусь. — А затем, обращаясь к остальным, прикрикнул: — А вы не лезьте к человеку, пусть посидит. Я скоро подойду.

Войдя в раздевалку, я достал из сумки пузырек и махом опрокинул в себя содержимое — боль в руке была просто невыносима. Но всего через несколько секунд я был снова здоров. Не знаю, что именно повредил, но бинт, размотанный с запястья, был весь в крови. Хорошо хоть догадался прихватить с собой зелье жизни: правда, немного с другой целью — на случай проигрыша, но вот и при выигрыше пригодилось.

Уложив все в сумку, задумался — переодеваться или нет? Тренировка-то сегодня будет? Решив узнать об этом у наставника, вышел из раздевалки. Он находился у лежащего без сознания моего недавнего противника.

— Мне домой идти? — спросил я его. — Или сегодня еще будет тренировка?

— Да куда тебе еще тренироваться-то? — ворчливо отозвался он. — Как рука?

— В порядке.

— Сейчас доктор приедет, покажи, пусть посмотрит.

Несмотря на мои увещевания в том, что я здоров, он заставил меня дождаться «скорой» и лишь после того, как я был осмотрен, отпустил домой, вручив перед этим деньги, что лежали в небольшом металлическом ящике у него в каморке.

Пользуясь тем, что день у меня вышел свободным от тренировки по боксу, я зашел сначала в банк, оставив там 300 тысяч, а с остатком тоже в 300 тысяч направился к частному детективу. Вручил ему деньги и дал инструкции:

— Здесь двести тысяч вашему информатору и сто тысяч вам, за будущую работу. Как узнаете имя человека — соберите о нем как можно больше информации.

Затем, вспомнив, что могу и не дождаться результатов, уточнил:

— Но сначала предоставьте мне всю первоначальную информацию, что получите. А уж потом попытайтесь найти выходы на того человека. Договорились?

Он уже был осведомлен, какова цель моих поисков, поэтому лишь согласно кивнул в ответ:

— Сделаю.

— И еще просьба, — добавил я, — раз у вас есть нужные связи, не могли бы вы узнать, кто владелец этого автомобиля — имя, адрес? — и протянул ему листок с номером автомобиля бандитов.

— Думаю, получится, — согласился он. — Как будут результаты, тут же позвоню.

На этом мы и распрощались.

Ну что ж, а мне тогда тоже стоило заняться делами — сначала в тренажерный зал, а потом на тренировку по магии. И пора мне, пожалуй, обзавестись автомобилем — во-первых, намного удобнее, как я уже мог убедиться по прошлому циклу, разъезжая с охраной, а во-вторых, до карьера, где я проводил тренировки по боевой магии, на своих двоих добираться слишком уж долго. Или, может, освоить левитацию? Буду гонять, подобно Гарри Поттеру, на метле. Но нет, до таких высот мне еще расти и расти. Так что арендую на месяц авто с водителем, ну а дальше… Вряд ли я доживу до этого «дальше».

Следующие дни были заполнены тренировками. Получив в свои руки эликсиры, я резко взвинтил темп тренировок. После одного из разговоров с тренером, где тот вновь попытался выведать, как мне удалось совершить невозможное, уговорил его на еще одну попытку того, что считалось невозможным, — ежедневные занятия. С трудом, но мне удалось с ним договориться, хоть он пока и продолжал относиться к этому со скепсисом, что меня устраивало. Хуже будет потом — когда он поймет, что его скепсис был не оправдан.

А еще арендовал авто с флегматичным водителем, который без проблем, лишь бы платили, отнесся к мои странностям — поездкам в карьер и всему тому, что там творилось. До появления мага оставалось меньше двух недель, так что мне надо до автоматизма отработать два заклинания, которые я выбрал для встречи с ним, — стальной болт и огненный шар.

Первый я прикрепил к левой руке, на внутренней стороне предплечья, а второй — на правой. И теперь раз за разом пускал в многострадальную стену карьера то болт, то шар, тренируясь делать это абсолютно машинально.

Через три дня, в четверг, позвонил частный детектив и сказал, что у него есть для меня кое-какие сведения. Подъехав, я получил тоненькую папку, внутри которой был один лист с краткой информацией и несколько фотографий, на которых был запечатлен пожилой, лет шестидесяти на вид, мужчина, сохранивший крепкое спортивное телосложение. Фото были сделаны где-то на улице.

— Провели пока лишь краткую разведку, собрав минимум информации, — пояснил мне детектив.

А я вчитался в данные нужного мне потенциального тренера, запоминая их — фамилия, имя, отчество и его адрес. В принципе это было все что нужно — вряд ли в этом цикле успею добиться чего-то еще. Но все же попросил собрать как можно больше информации об этом человеке, после чего покинул детективное агентство.

А через три дня он сам меня нашел.

Было воскресенье, последнее перед неделей, на которой мне предстоит встреча с кровожадным магом. Проведя время до обеда и немного после него в тренировках на концентрацию, остаток дня общался с друзьями. Особо погулять у меня не было возможности, поэтому предложил им все тот же вариант — летнее кафе с вкусными шашлыками, где я последний раз умер. И Максим, кстати, тоже, хотя помнил теперь об этом только я.

В этот раз Константин был с нами — я не стал пока обременять его своей просьбой о поездке в Москву, так как еще не был уверен в исходе своего противостояния магу. Поэтому мы втроем досидели до самого вечера, наслаждаясь летом, пивом, шашлыками и общением друг с другом.

Друзья и сейчас были там, оставшись на местную вечернюю дискотеку, а я ушел пораньше — у меня завтра были тяжелые тренировки, и следовало хорошенько выспаться. Зайдя в квартиру, увидел, что на кухне горит свет. Удивившись, потянулся к выключателю — и тут увидел, что за столом на кухне сидит тот самый человек, чьи фото я совсем недавно видел.

— Так это ты меня искал? — спросил он, даже не поздоровавшись.

— Верно, — не стал отрицать я, — хотел к вам в ученики попроситься.

— Откуда обо мне узнал?

— Так интернет же… — пожал я плечами. — Ну а потом детективное агентство. Вы, наверное, и сами о нем знаете, раз сейчас здесь.

— Ладно, — сказал он после недолгого молчания. — Обо мне забудь; если еще раз увижу, тобой займутся уже другие люди, и так легко ты не отделаешься.

И он поднялся, показывая, что разговор окончен.

— Секундочку, — остановил я его. — Вы позволите, я кое-что вам покажу?

— Что еще?

Я торопливо направился в комнату, где в ящике стола лежал выигрышный лотерейный билет. Попробую решить вопрос деньгами. Понятно, что я рисковал, решив показать ему билет, но если он меня ограбит или даже убьет — в следующий раз буду знать, что это за человек. К тому же если ограбит — невелика потеря, вряд ли в этом цикле выигрыш мне пригодится.

Достав листок, я обернулся к стоящему за спиной человеку.

— Вот, — сказал, протягивая ему, — это выигрышный билет на шестнадцать миллионов рублей. Сколько вы хотите получить, обучая меня всего лишь один месяц?

Взяв в руки билет, он некоторое время вертел его в руках, задумчиво разглядывая.

— Значит, говоришь, шестнадцать миллионов?

— Шестнадцать, — подтвердил я, — с мелочью, тысяч на двести с небольшим.

Он все так же стоял, замерев и разглядывая билет. Наконец, оторвав от него взгляд, он разжал пальцы, отчего лист бумаги скользнул на пол, и каким-то странным голосом сказал:

— Ты даже не представляешь, парень, как ты сейчас рискуешь. — А затем резким и твердым голосом заявил: — Еще раз увижу — и тебя уже ничто не спасет. Прощай.

И, резко развернувшись, скрылся за дверью.

Да уж, разговор явно не удался. Как же подобрать ключик к этому человеку, если даже 16 миллионов не смогли его убедить? И какая-то странная реакция у него была, намеки еще эти непонятные… Надо будет завтра съездить к детективу, узнать, что он успел нарыть. Хотя я подозревал, что он не успел уйти далеко и вряд ли теперь будет продолжать заниматься делом — приходивший ко мне мужчина явно умел быть убедительным.

Назавтра, после тренировок, я заехал к детективу. Как я и подозревал, он с печальным и виноватым видом сообщил мне, что расследование продолжать не может.

— Что, вас он тоже сумел убедить? — поинтересовался я.

— Кто?..

— Так вы почему расследование-то прекращаете? — в свою очередь удивился я.

— Так ФСБ же вмешалась. Хорошо хоть у меня связи кое-какие есть, да и знакомства еще остались, все малым обошлось. А могло быть и хуже.

— Ясно… — задумчиво сказал я, а затем продолжил: — Как вы, не пострадали от этого? Если что, могу компенсировать.

Он немного замялся, но все же сообщил:

— Пришлось заплатить кое-кому, так что…

— Сколько?

— Ну, пятьдесят тысяч — тому, потом по мелочи еще… но это все, конечно, неофициально.

— Ясно. Завезу вам сегодня еще сто: нормально?

— Да, вполне, — с облегчением выдохнул он.

Денег у меня еще оставалось с избытком, все равно они пропадут, так что почему бы и не компенсировать человеку потери? К тому же плодами его труда я теперь буду пользоваться еще очень долго, в каждом следующем цикле, так что оплатить проделанную в полном объеме работу мне казалось справедливым.

— Да, и вот еще, — он протянул мне листок, — информация по владельцу машины, о котором вы просили узнать. Наверное, вас заинтересует, что совсем недавно, тринадцатого числа, она была угнана, но нашлась уже четырнадцатого, сразу после приема заявления об угоне.

Черт! Похоже, тупик — я-то думал, что по машине можно будет выйти на бандитов и в следующем цикле проследить за ними, застав их встречу с магом, ну а уже оттуда продолжать распутывать этот клубок, выясняя, откуда взялся маг. Ладно, потом еще об этом подумаю.

— А прежде чем вас остановили, удалось что-нибудь выяснить о том человеке? — спросил я, имея в виду потенциального тренера.

— Вы ведь просили узнать, как с ним можно договориться? Так вот — у него есть внучка, в которой он души не чает. Но она больна. Рак. Если у вас есть деньги… большие деньги, то можете попытаться с ним договориться. Девочку это не спасет — слишком далеко зашла болезнь, но все же на какое-то время продлит ей жизнь. Больше я вам ничего не могу предложить.

Я поблагодарил его, после чего мы распрощались.

Так вот, значит, в чем было дело, когда он говорил мне о том, что я сильно рискую. Теперь я понял, что в тот момент он взвешивал на своих внутренних весах дополнительные дни жизни своей внучки и некие его принципы. Он ведь мог убить меня, заметя все следы и незримой тенью растворясь в ночи. Или даже не убивать — просто забрать билет и уйти, но что-то внутри его не позволило ему сделать даже это, и теперь я знал — этому человеку можно безоговорочно доверять, мой риск стоил этого знания.

И еще понял, как могу найти себе отличного тренера.

Заехав домой, немного потренировался с магией, решив не ездить сегодня в карьер, а когда солнце стало клониться к закату, отправился по выученному адресу, прихватив с собой все необходимое.

Свернув с оживленных центральных улиц, мы некоторое время ехали вглубь частного сектора. Удивительно живописное место: странно, что я раньше не подозревал о его существовании. Небольшие участки перед красивыми домами были усажены цветами и прочими растениями и оформлены радующими глаз, с любовью созданными украшениями, из которых запомнились увитая виноградом беседка, удивительная тропинка желтого песка, обрамленная тщательно подобранными камнями, и сад с несколькими террасами.

Проехав пару кварталов, машина остановились возле нужного дома. Нажав кнопку звонка у калитки, ждал некоторое время, а затем она открылась, и я встретился взглядом с приходившим ко мне недавно человеком.

— Я тебя предупреждал, — совершенно спокойно сказал он. Глаза его были пусты и безжизненны.

Как бы меня не убили раньше времени…

— Вот, он ваш, — протянул ему билет, — взамен прошу меня выслушать — у меня есть то, что вам нужно.

Протянув руку, он взял билет и, мельком на него взглянув, сказал:

— А я ведь проверил твои слова — билет и впрямь выигрышный. Не жалко расставаться с такими деньгами?

— Думаю, вы мне его вернете после того, что я вам расскажу.

Он с сомнением хмыкнул, но тем не менее посторонился:

— Проходи.

Не став приглашать в дом, провел меня дальше, в маленький садик за ним. Указал рукой на скамейку под раскидистыми кронами, а сам расположился напротив на толстом деревянном чурбаке, который, видимо, часто использовался в качестве стула.

— Я тебя слушаю, — сказал он, когда мы оба устроились.

— У вас есть что-нибудь острое? — поинтересовался я.

— Подойдет? — спросил он, протягивая мне нож.

Я и не заметил, откуда тот взялся у него в руке. Вроде только что не было…

Тем не менее, поблагодарив, взял нож и, воткнув его в свое предплечье где-то на сантиметр, сделал короткий разрез. Я боялся, что будет больнее, но лезвие ножа оказалось бритвенно-острым, и плоть будто сама собой уступила стали. Из раны обильно потекла кровь, но я, не обращая на это внимания, достал приготовленную бутылочку, зубами вытащил из нее пробку и сделал глоток зелья жизни.

В месте раны привычно зазудело, под кожей засуетились тысячи маленьких мурашей, занимаясь там своими целительными делами, а рана начала прямо на глазах смыкать края, уменьшаясь в размерах. Вот от разреза осталась только лишь маленькая ранка, затем крохотный рубчик, а вскоре бесследно исчез и он. И лишь подтек запекшейся крови на руке напоминал о том, что совсем недавно тут была рана.

— Вот о чем я хотел поговорить, — сообщил, когда все закончилось, хозяину дома, с бесстрастным лицом наблюдавшему за этим.

— Интересный фокус, — сказал он. — И ты так можешь все себе вылечить?

Согласно кивнул в ответ, собираясь уточнить, что не только себе, но и хоть кому… но не успел. Резкое, едва уловимое движение человека напротив — и я почувствовал укол в правое бедро, а затем в нем потеплело. Тепло усиливалось, грозя перерасти в обжигающий жар. Опустив глаза, увидел темную, почти черную кровь, что густой струйкой непрерывно текла из раны.

— У тебя десять минут, затем ты потеряешь сознание от кровопотери, а чуть позже и умрешь, — все так же спокойно проинформировал меня столь невежливый собеседник, без всякой причины ткнувший меня ножом.

— Ясно… — тяжело вздохнул я и сделал еще один глоток из бутылочки.

Через пару минут, когда место моей зажившей раны было внимательно осмотрено хозяином дома, он в своей обычной манере коротко сказал:

— А вот теперь я готов тебя внимательно выслушать. Пойдем, чаем напою.

И в его глазах я впервые за сегодня уловил тень эмоций — это была надежда.

Когда мы зашли в дом, из его глубины к нам вышла маленькая девочка:

— Деда, кто там?

Наверняка это и есть его внучка — худая, осунувшаяся, голова обмотана косынкой, под глазами — темные круги, но вот сами глаза ее по-детски лучились любопытством.

— Ты иди поиграй пока, внучка, а нам тут с дядей поговорить надо, — сказал он ей, нежно погладив по голове.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась она со мной.

Улыбнувшись в ответ, тоже с ней поздоровался, после чего был сопровожден ее дедом на кухню, где он, усадив меня за стол, стал суетиться с посудой, что-то отмеряя, насыпая, заваривая… Наконец поставил передо мной чашку на блюдечке и, взяв себе такую же, уселся напротив. Я втянул аромат, струящийся из чашки, — это явно был не только чай, а может, и вовсе не чай. Пахло луговыми травами, летом и солнцем.

Сделав маленький глоточек горячего напитка, я прищурился от удовольствия — вкус был под стать аромату. Сразу вспомнилось мое босоногое детство, когда мы с пацанами чуть свет убегали на речку и возвращались только к вечеру, весь день питаясь только тем, что успевали прихватить с утра дома, а еще рыбой и раками, выловленными в речке, да огурцами, помидорами и яблоками, что мы умудрялись стащить из садов-огородов, расположенных вдоль берега…

— Так, значит, хочешь у меня учиться? — вернул меня в реальность голос хозяина дома.

— Так и есть, Николай Петрович, — назвал я его по имени-отчеству, что были указаны в данных, предоставленных мне детективом.

Тот поморщился:

— Раз уж будешь моим учеником, то ни к чему тебе все эти «Николаи Петровичи», или что еще они там понапридумывали. Называй меня Сан Саныч.

— Это как в кино? — вспомнил я старый фильм.

— А я уж думал, и не знает его никто из вас, молодых. А меня давно еще так прозвали, вот и прицепилось с тех пор. — А затем перешел к делу: — И что, поможет это твое лекарство моей Настене?

— Попробовать надо, — ответил я, — но, судя по всему, должно помочь.

— Попробуем, попробуем, — согласился он. — Вот прямо сейчас и попробуем. Дай-ка мне его.

Я протянул ему бутылочку, в которой оставалось еще больше половины красноватой жидкости, — изначально я влил в нее примерно треть средней силы флакончика.

Сан Саныч, как он просил себя называть, сделал себе, как и я совсем недавно, разрез на предплечье, а затем глотнул из пузырька, с интересом наблюдая, как рана быстро затягивается. Но постепенно процесс замедлялся, пока совершенно не прекратился. К этому времени рана хотя и перестала кровоточить, но до конца так и не зажила, лишь покрылась коркой засохшей крови.

— Видно, немало у вас ран, раз одной дозы не хватило, — предположил я.

— Смотри ты, и впрямь все лечит, — удивился он, задрав рубашку и что-то разглядывая на своем теле.

— Глотните еще, — предложил ему, — пусть долечит.

— С этим успеется, пойдем-ка лучше я тебя с внучкой своей поближе познакомлю. Тебя как звать-то, молодой человек?

— Виталий, — представился я.

— Держи свое лекарство, и пойдем, Виталий, посмотрим, что там моя непоседа делает.

Его непоседа спокойно сидела за столом и рисовала.

— Смотри, деда, какой у меня дом получился! — встретила она нас, показывая свой рисунок.

На нем был изображен цветущий луг, заросший сплошным ковром цветов, чьи крупные раскрывшиеся бутоны тянулись к ярко-синему небу с сияющим на нем солнцем. А посередине этого луга стоял маленький домик из бревен. Рядом с ним росла раскидистая яблоня, ее ветви были усыпаны крупными красными яблоками. А с одной из ветвей, самой большой, свисали качели, на которых с радостными счастливыми лицами сидела пара молодых людей.

— Вот это папа, а это мама, а скоро и я буду с ними, правда, деда?

— А ну прекрати это, — строго сказал он ей, — наслушалась что ни попадя. Кто тебе глупости такие наговорил? Ты лучше познакомься: вот дядя Виталя, сейчас он тебя немножечко полечит.

— Опять будут всякие лекарства? — поморщилась девочка.

— Они вкусные, — успокоил я ее. — Вот сама попробуй, — и протянул ей бутылочку.

Ребенок недоверчиво сделал маленький глоток.

— Ух ты, правда вкусно. Можно еще?

— Конечно, тебе надо все это выпить.

Девочка осушила бутылочку и замерла.

— Ой, щекочется…

— Сейчас пройдет, и будешь совсем здоровая, — пообещал я ей.

Лицо девочки изменилось. Щеки стали румяными, губы заалели, под глазами исчезли темные круги, ну а глаза все так же по-детски ярко сияли.

Через несколько секунд она весело засмеялась:

— Ух ты, у меня болеть все перестало! Деда, а деда, а тот пирог еще остался? Я есть хочу.

— Конечно, внучка, — засуетился дед, — сейчас я тебе принесу. — И он куда-то быстро ушел, смахнув на ходу, как мне показалось, выступившие у него слезы.

А уже со среды я начал посещать занятия Сан Саныча. Они проходили на территории военного аэродрома близ города. Никакие «секретные приемчики» он мне не показывал — занятия начались с общей физической подготовки, растяжки и выматывающих кроссов, которые я честно завершал только своими силами, без мухлежа с зельем выносливости. Меня это совершенно не устраивало, ведь все бесследно пропадет к началу следующего цикла. А мне нужно что-то такое, что перенесется со мной, — знания и умения единоборств. Но новый тренер был непреклонен, ни в какую не соглашаясь учить меня, пока не выполню хотя бы минимальный установленный им самим норматив; и я, надрывая мышцы и связки, потребляя бешеные дозы химии, запивая все это неменьшим количеством зелий, впрягся в работу, обещая ему, что уже через две недели выполню его норматив («долбаный» — добавил про себя), чему он явно не поверил, лишь согласно кивнул головой на мое предложение перейти к настоящим тренировкам, как только я это сделаю. Надеюсь, смогу дожить до результата — в воскресенье меня ждала встреча с магом, и неизвестно, кто из нас выживет после нее.

И вот в таком сумасшедшем ритме прошли оставшиеся до моего первого магического поединка дни. В воскресенье, после обеда, попросил водителя отвезти меня к тому месту, неподалеку от которого находились остатки сгоревшего гаража, и отправил его домой. А сам сел на землю, наслаждаясь, возможно, последними минутами этой жизни и поджидая своего врага.

Где-то через час вдалеке появился он, летящий ко мне без всякой видимой опоры с огромной скоростью, взвивая за собой клубы пыли. Заметив меня, замедлил движение, а затем и вовсе остановился и, мягко опустившись на землю, сделал ко мне первый обычный шаг.

— Сын шакала! — злобно выкрикнул он, когда между нами оставалось всего несколько метров.

И одновременно с этим отправил мне в ногу заряд стальных игл.

На его лице отобразилось изумление, когда иглы его заклинания, наткнувшись на невидимую преграду, бессильно истаяли в воздухе. А я на то и рассчитывал — обнаружив как-то, что по своему желанию могу делать совершенно невидимый барьер любой формы и размера, перед встречей создал такой, высотой мне по пояс, вбухав в него всю ману, что получил, полностью осушив третий по концентрации флакон. А как только увидел приближающегося мага, то выпил и номер два, а поэтому сейчас просто бурлил от энергии, переполнявшей меня.

Стальной болт с левой руки — и с неменьшим удивлением на лице маг уставился на маленький стальной ломик, что с искрами и радужными всполохами от удара пробил его защиту на груди и насквозь прошел тело, уткнувшись в ставший бесполезным слой защиты на спине. Шар огня с правой — и басовито гудящий шар пламени, разбрызгивая по сторонам огненные капли, метнулся к магу. Раздался взрыв, меня что-то хлестко ударило и тут же отшвырнуло назад взрывной волной.

Вскочив, огляделся — мага не было. Вернее, он был разбросан вокруг маленькими кровавыми кусочками, один из которых ударил и меня. Брезгливо стряхнув с себя кусок кровавой плоти, вытер рукавом липкую кровь с лица и печально вздохнул — видимо, придется мне собирать все эти куски по округе и закапывать разом. Или, может, не стоит? Все равно этот неугомонный ненавистник шакалов опять примчится через пару недель, и уж тогда мне точно конец, как я предполагаю, так что вряд ли доживу до проблем с полицией. Все же сейчас мне помогло не мастерство, а лишь неожиданность.

На всякий случай оглядевшись вокруг, никого не увидел и решил сократить похороны негодяя — соберу самые крупные куски и припрячу их где-нибудь в кустах, сойдет и так. Так и сделал. Побродив по округе, нашел совсем рядом с центром взрыва голову с обрубком шеи, без глаз и почему-то без уха, немного дальше — фрагмент грудной клетки с обожженными ребрами, торчащим оттуда позвоночником и длинной змеей кишок, нашел ногу, другую, затем руку. Другую руку, как ни искал, нигде не обнаружил. Опасаясь быть кем-то замеченным, плюнул на дальнейшие поиски, сволок все найденные куски тела в глубину самых густых кустов и, не возвращаясь к колее от колес, по бездорожью направился к реке — необходимо было сполоснуться, а воду я с собой не прихватил. Кроме пропавшей руки, не смог найти и никаких новых зелий или заклинаний — то ли в этот раз маг был без них, то ли все пропало при взрыве.

Дойдя до реки, вымылся сам, сполоснул как мог от кровавых брызг одежду и, развесив ее на кустах сушиться под лучами горячего солнца, разлегся на травке, прикидывая дальнейшие планы.

Если в следующий раз маг будет добираться до меня с такой же скоростью, то меня впереди ожидает еще пара с небольшим недель жизни, что радует. А потом, скорее всего, — смерть, что огорчает. Нет, флакончики с зельями я теперь всегда буду держать при себе, но вот меня одолевают большие сомнения, что смогу противостоять магу тогда, когда он будет готов к бою. Впрочем, мы еще поглядим.

Но это потом.

А что касается «сейчас» — надо попытаться выяснить, откуда он прибыл. Если он всю дорогу летел, как тогда, когда приближался ко мне, то наверняка его кто-нибудь да заметил — глядишь, это и выведет меня к его логову. И откуда же он взялся? Раньше, во всяком случае, я никогда не слышал, чтобы кто-то летал или пускал огненные шары. Может, и правда есть какие-нибудь «люди в черном», что заметают все следы своей волшебной ручкой со вспышкой? После всех свалившихся на меня чудес — не удивился бы уже ничему.

И кстати, как-то я упустил из виду то, что можно будет покопаться в интернете, поискать упоминания о всяких «чудесах». Глядишь, среди вороха всяких небылиц и найдется что-нибудь полезное, ведь теперь я знал хоть немного о том, что мне надо искать. Может быть, даже найдутся и какие-то тренировочные методики.

И перстень, который у меня так и лежал где-то без дела, надо будет отнести к ювелиру, вдруг тот сможет что-нибудь рассказать о нем.

Что касается дальнейших планов — я теперь уже начал задумываться: а зачем я с таким маниакальным упорством занимаюсь боксом и самбо? Зачем искал тренера, преодолевая кучу препятствий? И зачем я качаюсь, если результат этого пропадет? Да, собственный вид мне сейчас нравился — широкие плечи, рельефные выпуклые мышцы, красиво играющие при каждом движении, но вот толку-то от этого? Все равно никуда не хожу, и красоваться голым торсом не перед кем, разве только на тренировках на меня уважительно глядят парни и восхищенно — девушки. А больше нигде и не бываю. И после смерти все это бесследно исчезнет.

Первое время я начал этим так упорно заниматься только из-за того, что меня очень здорово тряхнули мои первые смерти, когда совершенно ничего не смог противопоставить громилам. Но теперь-то понятно: вся сила — в магии. Так надо ли мне продолжать занятия в спортзале? И понял — надо. Не будь этих тренировок — так и продолжал бы бегать от бандитов. Не обрел бы силу и решительность. Силу не только тела, но и духа. Не зря ведь Сан Саныч постоянно твердит, мол, главное, что я должен понять, — важна не только крепость тела, но и твердость духа, стойкость, упорство в стремлении к цели. И он помогал мне двигаться в нужном направлении. Так что буду продолжать заниматься. И пусть даже тело, которое я разовью упорными тренировками, останется здесь, но вот мой характер, который будет развиваться тоже, останется со мной навсегда!

Но это дело будущего, а сейчас мне надо поторопиться к уже знакомому детективу — пусть организует работу по поиску свидетелей, которые видели мага. Надеюсь, он сумеет таких отыскать. И я, облачившись в еще толком не просохшую одежду, заторопился в город.

Еще подходя к окраине, позвонил своему водителю и договорился с ним о встрече неподалеку отсюда. Дождавшись его, сначала попросил отвезти меня домой, где переоделся, а затем мы поехали в детективное агентство.

— Здравствуйте, — вежливо поприветствовал его хозяина, — я опять к вам по делу, но теперь уже по другому.

Поздоровавшись в ответ, он предложил мне сесть и приготовился слушать.

— Мне опять надо найти человека, — обратился к нему.

— Надеюсь, в этот раз там не будет ничего такого… — И он неопределенно покрутил в воздухе рукой.

— Будет, — не стал я его обнадеживать. — На этот раз мне надо найти человека, который умеет летать. Вы только примите это всерьез.

— Минутку, минутку… — отозвался он и начал производить какие-то манипуляции со своим компьютером.

— Этого? — наконец спросил он, поворачивая в мою сторону монитор.

На экране проигрывалась любительская видеосъемка, где я увидел ныне покойного, или же опять где-то ожившего, мага, с надменной физиономией летящего куда-то. Наверное, на встречу со мной.

— Точно, это он, — подтвердил я. — Откуда это у вас?

— Из новостей. Весь город бурлит, его видело немало людей. Кое-кто даже с ним столкнулся: смотрите, что из этого вышло.

И он, еще немного повозившись с компьютером, показал мне другое видео, на этот раз снятое издалека. Все тот же маг летел по улице, а впереди него, прямо на его пути, стоял какой-то мужчина. Увидев летящего на него мага, он замер на месте, с удивлением наблюдая за приближающейся фигурой. Маг, даже не сделав попытки обогнуть стоящего человека, небрежно махнул рукой, и того просто снесло таранным ударом далеко в сторону. Дернувшаяся следом за ним камера показала только неподвижно лежащее тело. Знакомая манера.

— Так как, вы мне поможете? — поинтересовался я.

— Не хотелось бы оказаться на месте того человека, — кивнул он на экран, где застыл кадр с неподвижным телом.

— Не окажетесь, — успокоил я его. — Я немного не так выразился — мне надо найти не его самого, а место, откуда он пришел. Наверняка найдутся люди, которые могут в этом помочь. Но я сам как-то не обучен заниматься подобными поисками, а вот вы, полагаю, справитесь, — и вопросительно на него посмотрел.

— Я вас прекрасно понял. Сейчас же займемся. Вы ведь не против, если я привлеку к этому еще кое-каких людей?

— Наоборот, полностью вас в этом поддерживаю. Сколько вам потребуется на расходы?

Сговорившись на круглой сумме в 50 тысяч в качестве аванса, с учетом того, что он наймет себе помощников и немедленно займется поисками, я с некоторым облегчением в душе отправился домой — надеюсь, получив результаты расследования, стану хоть немного ближе к разгадке.

Пожалуй, зря я сегодня возился с кусками тел мага — после такого громкого появления наверняка его начнут искать и рано или поздно выйдут на место нашего короткого магического боя. Надеюсь, я там не особо наследил и полиция не заявится ко мне раньше мага… А вдруг я все же убил его окончательно и все завершилось?.. Немного даже испуганный такой мыслью, достал камень и дождался появления узора — нет, все нормально: камень по-прежнему пульсировал синим узором в такт биению моего сердца.

Мысль о приходе полиции навела меня на другие размышления — что делать в этом случае? Просто вернуться при этом к началу нового цикла было бы, как мне кажется, наихудшим вариантом. Убивать всех, кто мне мешает, как в случае с бандитами и магом? Даже еще хуже — это ничуть не решило бы проблему, а лишь усугубило ее. Да и не лежала у меня душа к убийствам направо и налево, хотя все это и останется без последствий, ведь результаты всех моих действий бесследно пропадут к началу каждого нового цикла, оставаясь только в моих воспоминаниях. Скрываться? В принципе неплохой вариант; во всяком случае, я смогу дождаться следующего появления мага, выяснив хотя бы время, которое на этот раз понадобится ему для возвращения.

Или можно будет просто сдаться, наверняка после этого проведя оставшиеся дни за решеткой. Без всяких тренировок, как физических, так и магических, ведь саквояж прихватить с собой я вряд ли смогу. И если от физических мне придется отказаться в любом случае, то вот от магических — не хотелось бы.

Или не придется отказываться? А что, если попытаться вживить в себя призму? Обколоться обезболивающим, сделать где-нибудь разрез, поместить туда призму — может, стоит попробовать? Тогда у меня всегда будет доступ к мане, да и тренировка по ее вытягиванию станет постоянной, что является плюсом в любом случае — хоть с гипотетическим арестом, хоть без него. Если что пойдет не так, всегда поможет зелье жизни, да и магия может подсобить.

Кстати, магия… А может, и не придется ничего резать? Зачем, если у меня есть магия? Ведь можно с ее помощью вживить в меня призму. Или, может быть, даже и призма не нужна? Мне ведь необходима лишь мана, содержащаяся в ней. Может быть, я все до этого делал совершенно неправильно, вытягивая ману по крохам, и нужно лишь небольшое магическое усилие, а не долгое сидение в трансе? Загоревшись новой идеей, я взял одну из призм, глотнул из бутылочки синего зелья и, закрыв глаза, ярко представил, как мана, содержащаяся в призме, перетекает в меня, и напитал этот образ бурлящей во мне после употребленного зелья энергией.

И тут же почувствовал, как что-то, содержащееся в призме, выскользнуло из нее и угнездилось во мне. Это была та же энергия, мана, что готова была наполнить меня, но сейчас она была будто спрятана за какой-то стеной, и, чтобы ее вытянуть, напитав себя маной, приходилось прилагать усилия. Открыв глаза, я взглянул на призму: она стала совершенно прозрачной, все ее содержимое теперь оказалось во мне. Будто небольшой шарик, полный энергии, поселился где-то внутри меня, постоянно сочась каплями испускаемой им маны. Стоило мне сосредоточиться, как эти капли превращались в небольшой ручеек, что наполнял меня энергией. Наверное, именно так и должно это работать.

Проведя эксперимент, убедился, что теперь скорость вытягивания маны возросла в несколько раз. К тому же этот сгусток, полный энергии, теперь был всегда со мной. Имелся и небольшой минус — энергия из него теперь истекала постоянно, из-за чего хранилище маны грозило опустеть намного быстрее, чем раньше, когда она содержалась в призме. Но, учитывая, что у меня есть почти сотня таких призм, думаю, мне вполне этого хватит.

Испытав свои новые возможности, решил с этого дня постоянно держать в себе подобное хранилище маны. Попозже надо будет засечь, на какое примерно время хватит одной призмы. Хотя почему только одной — ведь можно так же поступить и с другой. И я приступил к новому эксперименту.

Поглощение второй призмы прошло так же, без всяких сложностей. Но вот преимущества от этого были минимальные — у меня лишь немного возросла скорость заполнения маной за счет того, что теперь сразу два хранилища постоянно сочились ею внутри меня. Если же мне требовалось сознательно вытягивать из хранилищ энергию, то приходилось сосредоточиваться только на одном из них, из-за чего особого преимущества в скорости не получалось.

Со следующего дня прогресс в тренировках стал еще более заметен — по-видимому, постоянно заполняющая меня мана отвечала даже на мои бессознательные желания, помогая достичь моих целей. Ничем иным объяснить то, что всего через несколько дней я уже мог, например, спокойно сесть на шпагат, было невозможно.

Верный своему слову Сан Саныч помимо физической подготовки стал обучать меня и основам боевого искусства. Хотя перед этим у нас состоялся разговор, во время которого он попытался как можно больше узнать о всех странностях, связанных со мной. Рассудив, что особо мне скрывать от него нечего, ведь он уже показал себя человеком высоких моральных принципов, рассказал ему все, и это пошло только на пользу нам обоим. Я получил свои тренировки, а он — идеальный объект для своих экспериментов.

Чего только он не придумывал, выясняя мои пределы, после того как разобрался с действием зелья жизни… То, что я мог покалечиться, его теперь не волновало. Поэтому я и бегал часами с тяжелым мешком на плечах, регулярно снимая усталость с помощью придуманного мною заклинания. И поднимал тяжести, бросая всю ману в созданный мною образ наливающихся силой мышц. И участвовал с ним в спаррингах, пытаясь повторить свой прежний успешный опыт с ускорением на ринге, соблюдая, правда, некоторую осторожность. Но то ли в тот раз мне просто повезло, то ли мастер действовал с оглядкой, зная о моем умении, но одержать столь же убедительную победу, но уже над ним, мне не удавалось — скорее наоборот, это я оставался едва жив после подобных встреч. Но кое-кто, как я понял, про эту мою победу не забыл…

В тот вечер я, как обычно, возвращался с карьера после своих магических тренировок. Подвезя меня к дому, водитель пожелал спокойной ночи и уехал, а я направился к подъезду, у которого маячили три фигуры. Поравнявшись с ними, я услышал:

— Здоров, чемпион. Тебе от Сени привет.

В мою сторону полетел кулак. Отклонившись от удара, мгновенно отскочил. «Надо же было провести прием, идеальная просто была позиция!» — сообразил я секундой позже. Но времени думать не было — без всякой задержки нападающий шагнул ко мне и нанес еще один удар, а я все еще не мог включиться в режим боя, как-то слишком неожиданно все произошло. Повинуясь больше инстинктам, чем осознанным решениям, мысленно скомандовал: «Замри!» приближающемуся противнику, сопроводив посыл выплеском теперь постоянно находившейся во мне энергии. Он тут же застыл на месте неподвижной скульптурой, а я наконец получил секундную передышку.

— Серый, ты че тормозишь? — раздался голос одного из его приятелей, который, не дожидаясь ответа, ринулся на меня.

Но я уже был готов, успев сделать глоток из зелья маны и пополняя свой запас энергии. Отвлекшись на мгновение, кинул команду замереть своему третьему противнику. А с этим торопыгой, что рвется ко мне, постараюсь разделаться сам. Все же теория на занятиях — это хорошо, но практика никогда не будет лишней, так что я решил использовать подвернувшуюся возможность.

Даже я со своим минимумом знаний понял, что драться он не умеет. Широкий замах дал мне время на оценку ситуации, поэтому его удар не стал для меня сюрпризом. Шагнув к нему, поставил блок, а затем с силой впечатал свое колено ему в живот. Издав невнятный всхлип, он чуть согнулся, хватаясь руками за живот и уже не обращая на меня внимания. Чем я и воспользовался, постаравшись нанести идеальный удар в челюсть. Наверное, все же тренированности не хватает, так как удар его не вырубил, а лишь заставил отшатнуться и, как по нему было заметно, потерять ориентацию. Но второй удар завершил бой, и его тело кулем повалилось на землю.

«Что-то слишком быстро…» — решил я и заставил отмереть своего первого противника с мыслью попрактиковаться еще немного.

— Че за хрень? Ты че со мной сделал…. гребаный? — воскликнул он, едва придя в себя.

Тем не менее эта загадка не заставила его задуматься или остановиться, и он накинулся на меня. Отклонившись от первого удара, я попытался повторить свой прошлый прием, но что-то пошло не так — едва шагнув к противнику, получил от него болезненный тычок в бок. Разорвав дистанцию, приготовился к его следующей атаке, которая не заставила себя ждать — мне в голову вновь летел кулак. «Похоже, я уже вполне автоматически врубил ускорение», — мельком подумал, шагнув вперед и в сторону, а затем, левой рукой отведя его удар, развернулся всем корпусом и, использовав это движение для усиления своей атаки, врезал локтем правой в голову хулигана.

Видимо, ускорение придало дополнительную силу моему удару, а может, мне просто удался этот прием, но враг отлетел в сторону и повалился на землю. Тем не менее спокойно лежать он не остался и уже вновь вставал с земли, хотя и слегка неуверенно. Но от всей души нанесенный пинок в челюсть не дал ему завершить начатое, опять отшвырнув обмякшее тело в сторону, после чего оно наконец неподвижно замерло на земле.

Оставался третий противник, так и простоявший истуканом немного в стороне от схватки. Интересно, он вообще без сознания или просто пошевелиться не может? Я ведь даже толком и не сформировал в голове образ того, что мне надо, был только лишь посыл: «Замри!»

Приблизившись к нему, понял, что все это время он находился в сознании — бешено вращающиеся и часто моргающие глаза говорили о том, что он всеми силами пытается что-то сделать — то ли сказать, то ли сдвинуться с места. Решив, что на сегодня боевой практики хватит, да и передать кое-что надо через него, я не стал пока приводить в порядок последнего нападавшего, а представил, что земля… точнее — асфальт под его ногами превращается в болотную жижу, засасывающую в свою глубину, и влил немного маны в образ, а затем стал его подпитывать тонкой струйкой выпускаемой энергии. Человек передо мной начал медленно погружаться в землю. Казалось, его глаза сейчас вылезут из орбит — так сильно он их таращил на меня при этом. Как только он погрузился в землю чуть глубже колен, я прекратил подпитку образа… но он все продолжал опускаться. Упс, похоже, я и правда превратил асфальт в болото, хотя по виду он нисколько и не изменился.

Так что теперь я, наоборот, представил, что это обычный асфальт, и кинул в этот образ остатки маны — надеюсь, этого хватит. Действительно, погружение человека вглубь остановилось. К тому времени он уже почти по пояс ушел в землю.

Присев, я потыкал асфальт — вроде все стало как обычно. Посмотрев в полные ужаса глаза бандита, с расстановкой произнес:

— Слушай внимательно… — Убедившись, что его взгляд прикован ко мне, продолжил: — Еще раз придете — я вас тут по макушку закопаю. И Сене своему то же самое передайте, больше предупреждать я его не буду.

Встав на ноги, обогнул торчащую из земли «поясную фигуру» (как силуэт на мишени в тире) и подошел к двери подъезда. Пожалуй, надо расколдовать этого «паралитика», а то кто его знает — вдруг он таким и останется навсегда без моей освобождающей команды. Набирать ману из хранилища — слишком долго, поэтому пришлось сделать еще один маленький глоточек из пузырька, расходуя запас зелья. Едва я успел скомандовать: «Отомри!» — как отмеревший издал пронзительный вопль ужаса.

— Да заткнись ты! — несколько грубо прикрикнул я на него, после чего он послушно замолчал. Открыв дверь, я поднялся в квартиру и после всех обычных вечерних процедур завалился спать.

А утром меня разбудил грохот отбойного молотка. Выглянув из окна, заметил у подъезда сборище зевак вокруг рабочих в оранжевых жилетах, что выковыривали из асфальта пострадавшего хулигана. Судя по тому, что в дверь ко мне никто не стучался, он пока не спешил давать показания против меня с обвинениями в колдунстве. Надеюсь, все так и останется.

Мои ожидания оправдались — меня так никто и не побеспокоил, жизнь шла своим чередом, где одни тренировки сменялись другими. И если в спортзале и на ринге они проходили нормально, то вот каждая тренировка самбо оборачивалась сложнейшим испытанием. Сначала Сан Саныч, уверившийся в действенности зелья, самолично и ежедневно, в конце каждого занятия, проводил со мной спарринги, после которых я весь покрывался синяками. И хотя после приема зелья они почти моментально исчезали, сам процесс их получения был весьма болезненным. К тому же, поддавшись на уговоры тренера, я разрешил ему включить в группу «посвященных» еще пять человек. Всей истории обо мне они не знали, но вот с действием зелья были ознакомлены.

После этого мое избиение стало даже еще более интенсивным. Но зато это быстро приучило меня всегда использовать ускорение. Во время боя не удавалось сконцентрироваться на вытягивании маны из хранилища, поэтому приходилось довольствоваться лишь теми крохами, что «сочились» из него, так что поначалу результат был почти незаметен. Но со временем мне стало казаться, что с тем же самым количеством маны стал добиваться лучших результатов. Может быть, я стал более умелым, а может, все же сказывалось возросшее мастерство владения ускорением; для более точного ответа надо подождать. В любом случае я теперь даже стал иногда выигрывать схватки с другими учениками, хотя пока это и происходило весьма редко.

Незаметно пролетели те шестнадцать дней, что в прошлый раз отделяли смерть мага от его последующего появления, и я теперь постоянно был настороже, готовый в любую секунду прикрыться щитом, использовав собранную внутри меня из хранилища ману, а затем сделать глоток синего зелья. Но все оставалось спокойным — маг не появлялся.

Опросив всех свидетелей, детектив смог выяснить полный путь мага от того места, где он был впервые замечен, до того, где покинул город. Отметив на карте точками места, где он проходил, я провел по ним прямую, которая неведомо откуда вела прямо к тому месту, где случилась наша с ним схватка. Похоже, он пришел откуда-то из-за пределов города, пролетел по самой его окраине, расшвыривая всех вставших на его пути, а затем, уже опять за городом, встретил меня.

Прямая, которая могла указать место его появления, вела в никуда — никаких поселений, зданий или чего-то подобного в том направлении не было. Тем не менее я прошелся по реальному маршруту, обозначенному этой линией на карте, внимательно все вокруг оглядывая, но так и не смог обнаружить ничего примечательного. Но все же что-то тут должно быть, ведь не случайно район, где маг показался на этот раз в городе, был недалеко от того дома, в котором я его убил при нашей предпоследней встрече. Пожалуй, в следующем цикле надо будет здесь подежурить 12-го и 13-го числа: может, что-нибудь и угляжу, ну а пока мне оставалось только ждать развития событий.

Поиски в интернете информации по всяким «чудесам» ничего толкового не принесли. Были всякие «рассказы очевидцев», начиная от встреч с монстрами и волшебниками до похищений инопланетянами. Были теории заговоров, рассказывающие о находящихся среди нас таинственных колдунах и тайных орденах, были еще всякие неправдоподобные россказни, но ничего похожего на свою ситуацию я так и не нашел. Даже пузырьки с зельями жизни и маны встречались только в компьютерных играх, в реальности пока еще никто не успел воплотить такие фантазии.

Поход к ювелиру с перстнем мага тоже ничего не прояснил, наоборот — это он у меня пытался выведать, откуда появился перстень с редким синим бриллиантом. В общем, мои расследования зашли в тупик. Похоже, поторопился, сжигая тела бандитов, заявившихся ко мне по наущению мага. Надо было оставить их, пусть наши правоохранительные органы попытались бы выполнить работу по установлению их личности, ну а там и я, надеюсь, смог бы получить эти результаты через знакомых детектива.

Кстати, мне пришло в голову, что было бы неплохо узнать о судьбе трупа мага, что я оставил в заброшенном доме. Ведь я с чего-то полагал, что маг возрождается где-то в своем логове, а уже потом возвращается ко мне со своей местью. Но вот в этот раз его нет довольно долго: может быть, из-за того, что я разнес его тело на куски? Возможно, он здесь же и возрождается? Может, мне всего лишь надо сжечь его труп, развеяв прах по ветру?

К тому же вдруг выяснилась и личность покойного? А я здесь безуспешно стараюсь его вычислить… Поручив детективу узнать про это (если труп нашли) и выплатив ему аванс, остался почти без денег. Зелья жизни тоже были на исходе, как и зелья маны, да и выносливости осталось уже меньше половины. Хорошо хоть с маной меня пока выручали синие призмы — одной из них мне хватало примерно на пару дней. Или на день, если использовать на полную. А за деньгами, похоже, опять придется мне просить съездить Константина — свой лотерейный билет после излечения внучки Сан Саныча я получил назад, как и предполагал.

А на следующий день произошла беда. Когда я после обеда приехал на тренировку по самбо, меня встретил хмурый Сан Саныч. Я сразу понял: что-то у него случилось; так и есть — у его Насти опять обнаружился рак. Пока еще на начальной стадии, но тем не менее выяснилось, что болезнь не ушла, а лишь на время отступила. Особенно переживал наставник, что мы так бездумно расходовали на тренировках зелья жизни, которые только и могли возвращать его внучку к нормальной жизни. Хоть и не навсегда, как теперь стало понятно.

Чтобы успокоить тренера, я, оставив себе на крайний случай лишь пару глотков самого концентрированного зелья жизни, все остальное отдал ему на хранение, заверив, что они останутся у него до тех пор, пока я не смогу все же окончательно излечить его внучку. И насчет этого у меня уже имелись соображения. Во-первых, я мог для излечения применить магию, но это пока отложил на потом. Все же кто его знает, как оно выйдет — маг я еще недостаточно опытный, напортачу еще… А если вдруг с Настей что-то случится? Так что этот вариант подождет.

Основная надежда у меня была на другое — если есть зелье жизни, вылечивающее все травмы, зелье болезни, вызывающее заразное заболевание, то наверняка должно быть и зелье излечения, которое может исцелять абсолютно все заболевания. Возможно. Вот это и попытаюсь выяснить, а значит, мой путь опять лежит в зоомагазин за крысами для опытов.

В этот день тренировка явно не удалась бы, поэтому, не откладывая дело на потом, тут же по телефону вызвал назад своего только что отъехавшего водителя и отправился с ним за покупками. На этот раз я купил четырнадцать крыс плюс столько же клеток и запас корма. Приехав домой, расставил клетки вдоль стены свободной спальни и скормил всем крысам порцию темно-зеленого зелья, вызывающего болезнь, а затем несколько часов просидел за тренировкой по концентрации и управлению энергией.

Под вечер у всех крыс появились явные признаки заболевания — они уже не шуршали по клеткам, принюхиваясь ко всему вокруг, а неподвижно лежали, тяжело и часто дыша. Принимать еду с зельями сами они тоже уже не хотели, так что мне пришлось каждой из них впрыскивать зелье вручную, используя шприц, что нашел у себя в аптечке. Влив все предназначенные для экспериментов зелья в пасти животных, оставил их в покое и отправился спать, открыв окно — все еще помнил, какая вонь в комнате была в прошлый раз…

Наутро вонь была не меньше прежнего, не помогло и открытое окно. А из всех крыс выжила только одна — та, которой я влил ярко-зеленое зелье. Что ж, надеюсь, это оно — искомое зелье излечения болезней, а не просто какое-то противоядие от темно-зеленого зелья, вызывающего болезнь. Проверить можно только практикой. Где бы мне найти больных животных? В какой-нибудь ветеринарной клинике? Возможно, вот только кто мне даст ставить там свои эксперименты?

Решив, что если зелье окажется безвредным, то можно будет попробовать дать его и внучке тренера, и там уже выяснится, сможет ли оно победить болезнь, сделал хороший глоток из ярко-зеленого флакона. Проверю его безопасность сначала на себе.

Следующие несколько дней занимался всем, кроме самбо — Сан Саныч так и не возобновил тренировки после печального известия. Пожалуй, пришла пора попробовать вылечить его внучку, дав ей новое зелье. Отправился к нему и все выложил о своих опытах, предложив новый вариант лечения.

— Решать вам, — закончил свой рассказ, — но я уже пятый день как выпил это зелье и все еще жив-здоров, да и крыса в прошлый раз после него жила как ни в чем не бывало. Так что попробовать стоит. Но если хотите, можем и подождать — в любом случае зелья жизни вашей внучке еще надолго хватит.

Немного подумав, он наконец заключил:

— Давай-ка сделаем так: если считаешь, что это зелье лечит от всех болезней, — я найду тебе кандидатов на лечение, уж об этом не беспокойся. После этого решим, что делать дальше. Ну а в понедельник жду тебя на тренировку.

На том и распрощались.

В понедельник ставшего уже обычным избиения меня в конце тренировки не случилось — спасибо тому, что не было зелий жизни. Так что вместо спарринга Сан Саныч начал обучать меня своему второму увлечению — ножевому бою.

Я еще при нашей второй встрече, когда он ткнул меня ножом в бедро, заметил, как ловко он это сделал. И, как оказалось, не случайно — помимо навыков борьбы без оружия наставник специализировался и на ножевом бою. Вспомнив свою первую смерть, когда Вован перерезал мне горло, я решил, что и это умение не будет для меня лишним — в следующий раз отберу у бандита его ножик и затолкаю тот ему в… Вот Сан Саныч и научит, как и куда следует заталкивать нож. Так что с энтузиазмом принялся обучаться новой науке.

На следующий день тренер сообщил, что кандидаты на излечение уже им найдены, осталось лишь снабдить его зельем — в этот раз я решил никуда не соваться, полностью доверив весь процесс наблюдений за результатами Сан Санычу. Так что отлил ему часть ярко-зеленого зелья, после чего мы приступили к обычным тренировкам, а после них перешли к обучению бою на ножах.

Я как раз старался запомнить все, что мне сейчас рассказывал Сан Саныч о различных хватах ножа, демонстрируя их на практике и объясняя все плюсы и минусы, когда мою ногу пронзила резкая и совершенно неожиданная боль. Непроизвольно и немножко нецензурно вскрикнув, я опустил взгляд и заметил торчащую из ноги рукоять кинжала. «Какого…?» — только и успел подумать, прежде чем тело онемело, и я безвольной куклой повалился на пол под удивленным взглядом наставника.

В воздухе рядом со мной вдруг появилась тонкая радужная пленка, будто обволакивающая кого-то, невидимого за ее переливами. Но постепенно пленка стала прозрачной, и я увидел столь знакомое и такое ненавистное лицо мага.

— Жалкий недоучка!.. — злобно и вместе с тем радостно процедил он, обращаясь ко мне. — Думаешь, ты и правда способен победить владыку? Да ты даже не можешь видеть узоры магии! Где мои вещи, презренный червь?

Саквояж мага находился совсем недалеко отсюда, в раздевалке.

— У меня дома, — ответил я, немного слукавив.

Что-то дзинькнуло, и после короткой вспышки искр к ногам мага упал нож, только что бессильно пытавшийся пробить его защиту. Резко повернув голову, он с ненавистью уставился на Сан Саныча и тут же пустил в него рой игл. Каким-то чудом сумев предугадать атаку, старый мастер за мгновение до этого метнулся в сторону, и иглы с дробным стуком вонзились в стену за ним, истаивая в воздухе, оставив после себя только круглые дыры.

— Сан Саныч, бесполезно! Против него тебе не выстоять! — крикнул я.

— Раб, поднявший руку на владыку, умрет, — надменно заявил маг, картинно направляя руку — наверняка с какой-то пакостью — в мастера.

Грохнул выстрел, и от головы мага разлетелся сноп искр, а по окутывающей его пленке, вновь ставшей видимой, от места попадания пули побежали волны радужных разводов. Затем бабахнул еще один выстрел и еще…

Пышущий злобой маг швырнул в стрелка, которого я не мог видеть, шар огня. Басовито прогудев в воздухе, он с грохотом взорвался, разметав вокруг себя визжащие осколки. Но выстрелы не смолкали, и каждую секунду на пленке, что защищала мага, появлялись все новые отметины попаданий. Развернувшись в сторону атакующих, маг, нимало не заботясь о защите, направился в их сторону, щедро расшвыривая по сторонам снопы стальных игл и огненные шары. Раздавался грохот выстрелов, бабахали взрывы, визжали разлетающиеся осколки и иглы. Занялось пламя, и помещение начал окутывать дым. Послышалась автоматная очередь. А автомат-то откуда? Хотя мы ведь в воинской части… Впрочем, думать надо было не об этом, а о том, как освободиться.

Двигать я мог только глазами и губами, все остальное тело совершенно не ощущалось. Нарисовав в голове образ того, что оцепенение с меня спадает, я влил в него всю доступную мне ману. На мгновение смог ощутить свое тело, но затем от места, где из ноги торчал нож, разрослись нити ледяных узоров, и я вновь потерял способность что-либо чувствовать.

Что там маг говорил про магические узоры? Может, это выручит? Рывком потянув из хранилища внутри ману, пару секунд собирал ее в себе, а затем всю пустил в одно лишь страстное желание — увидеть магию… Мир вокруг будто посерел, и я наконец смог увидеть узоры магии. Вернее, не мир посерел, это яркими красками, затмевающими все остальное, в нем заиграли нити магии. Кинжал, воткнутый в ногу, весь светился от переплетающихся в нем узоров разных цветов, часть из которых глубоко прорастала в меня, а еще от него отходила яркая тонкая синяя нить, тянущаяся куда-то за пределы моего зрения. Набрав еще немного маны, вновь попытался освободиться. Меня на мгновение окутал кокон из переплетенных между собой нитей, но тут же распался после того, как по синей нити, идущей к ножу, пробежала направленная в него искра, и от него расползлись узоры, развеивающие мою магию. Похоже на какую-то подпитку от мага. Попробую ее порвать… И я вновь замер, вытягивая ману из хранилища.

— Держись, сейчас я тебя отсюда вытащу! — послышался рядом голос Сан Саныча, вернувшегося за мной. Он же должен помнить из моего рассказа, что от мага мне не скрыться… Я скосил глаза на бутылочку с зельем маны, что перед тренировкой положил на скамью у стены, и всем свои видом постарался показать ему, насколько это важно.

— Зелье! Дайте мне зелье.

После чего вновь замер. Но Сан Саныч уже успел сообразить, в чем дело, и, кинувшись к пузырьку, быстро его открыл, а затем, придерживая мою голову, влил в меня глоток синего зелья. Энергия напитала тело, и я всю ее вложил лишь в одно желание — порвать нить, связывающую кинжал в моей ноге с магом. Нить оборвалась, но в ту же секунду по ножу вновь пробежала искра, и оборванный конец нити, ведомый ярким огоньком на конце, снова прилип к рукояти. Похоже, таким способом мне не освободиться.

— Еще зелья! — коротко скомандовал я и получил новую порцию.

К этому времени бой уже закончился, грохот выстрелов и взрывов затих, и через треск разгорающегося где-то пламени были слышны лишь мерные приближающиеся шаги. Это не мог быть никто, кроме мага. Что же делать?

Заметив нож, что откуда-то появился в руке Сан Саныча, я представил, как он пробивает защиту мага, и, удерживая образ, напитал его силой и направил на оружие. На лезвии почти мгновенно разросся сложный узор из переплетенных нитей и замер, полностью покрыв собой клинок. А я снова был энергетически пуст.

— Давайте мне все остальное зелье!.. — обратился к продолжающему удерживать мою голову наставнику.

А когда он влил в меня остатки зелья, продолжил:

— Надеюсь, теперь ваш нож сумеет пробить защиту этого ублюдка. И положите мою голову так, чтобы я мог его видеть.

Он мягко опустил мою голову на пол, поворачивая ее в сторону приближающегося мага, и теперь я мог видеть, как его фигура неторопливо, шаг за шагом, все четче проявляется в пелене окутавшего здание дыма. И заметил, что его полностью прикрывают извивающиеся узоры магии, некоторые из отростков тянулись нитями куда-то вдаль. А в животе сияет небольшой комочек яркого синего света, вокруг которого вьется хоровод из нескольких сверкающих переливами ажурных плетений.

— Все твои друзья мертвы, — довольно усмехнулся маг, — но не надейся, что и ты отделаешься так легко. Ты умрешь только тогда…

Стремительная, смазанная от скорости полоса мелькнула в воздухе, и со снопом искр в его груди выросло «украшение» — нож Сан Саныча смог пробить защиту мага и по самую рукоять погрузился в его тело: туда, где билось его источающее злобу сердце.

И в то же мгновение я отправил в него огненный шар, в который вложил все свои силы.

Но прямо перед этим одно из плетений, что кружило вокруг его сияющего центра, взорвалось нитями магии, что разрослись вокруг злодея. Шар огня, уткнувшись в них, разлетелся на мелкие комки пламени, которые, влетев в защиту мага, угасающими струйками стекли на землю. Узор, окутавший мага, пропал, и я увидел, что нож, вонзившийся в его грудь, выскочил оттуда, будто выдернутый невидимой рукой, и с унылым звоном упал на пол.

— Мелкие никчемные твари!.. — прорычал маг и в ту же секунду метнул в нас с Сан Санычем огромный ком яростного пламени.

Приближающийся и растущий с каждым мгновением огненный шар вскоре заполнил собой весь мир: полыхнула яркая беззвучная вспышка — и я оказался в темноте, которая тут же начала душить меня клубами тяжелого черного мрака. Моя сущность стала распадаться на мелкие кусочки, истаивающие в окружающей меня туманной тьме. Я будто стал кусочком сахара, исчезающим в кружке горячего, плотного, окружающего меня со всех сторон черного чая. И скоро, погружаясь в тихое забвение, я полностью слился с этим мраком, теряя себя. Мир исчез.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 6

Прищурив глаза от яркого света, огляделся. Это моя комната в тот день, когда я проснулся после отпуска. Давненько здесь не был. Сколько уже прошло? Минуту назад было 28 сентября, а значит, прошло больше двух с половиной месяцев от сегодня, 5 июля.

Как же прикончить этого гада?! Нет, понятно, что надо найти его логово, иначе все это бесполезно и он опять вернется. Но ведь последний раз его не взял даже нож в сердце! Надо все же попытаться в этот раз его сжечь. Или лучше оставить труп для опознания — глядишь, что и выяснится? Я ведь так и не успел ничего узнать о его трупе через детектива. Главное — найти место, где он возрождается, так что лучше, наверное, не сжигать, это еще успеется, а пока узнать о нем побольше.

И опять придется с Сан Санычем договариваться, перетерпев его дурную привычку втыкать ножик в ногу собеседнику. Надо было какой-нибудь случай из жизни у него выведать, о котором только он знает. Пусть хоть это поможет при знакомстве. В этот раз надо будет его поспрашивать.

Хорошо хоть за кредитом теперь не придется бежать — я все же нашел время в своем прошлом будущем и запомнил результаты нескольких самых значимых спортивных событий (кроме итога чемпионата мира) за несколько дней, начиная с сегодняшнего. Кто-то, похоже, скоро будет удивлен моими ежедневными выигрышами. Ну да и ладно: главное, чтобы платили. А значит, пора мне вставать и приниматься за дело. Может, в казино еще заглянуть? Как оказалось, деньги очень быстро кончаются. А ведь возвращения Кости, которого я опять упросил съездить за своим выигрышем, я и в этот раз не дождался…

После завтрака направился к букмекерам, по пути заскочив в магазин за мешочком для своего камня. Полностью опустошив в банкомате свой счет, я тут же поставил почти все деньги на знакомые мне результаты с хорошими коэффициентами. Завтра зайду за выигрышем, а сегодня… даже и не знаю чем заняться. Как-то в последнее время привык постоянно быть загруженным тренировками и теперь просто маялся от безделья. В тренировочный зал, что ли, сходить? Пожалуй, так и сделаю, все равно ведь больше ничем полезным заняться не могу. Нет ни маны для магических тренировок, ни денег для тренера по боксу, ни чудес для Сан Саныча. Остается старая добрая обычная тренировка со штангой. Уж больно непривычно бездельничать.

Придя в зал, стал вспоминать, какой рабочий вес в жиме у меня был раньше. Сотня, кажется, с небольшим. А ведь только вчера я мог жать почти уже двести! Анаболики и зелья — это просто волшебная комбинация. Причем волшебная в буквальном смысле. Жаль, что все это бесследно исчезло.

Размявшись с небольшим весом, навешал на гриф блины, доведя вес штанги до сотни. Пошло неожиданно легко. Странно. Повесил 110 килограмм — тоже не предел, 120 — с трудом, но чувствовал, что запас еще остается. Попросив подстраховать меня одного из занимающихся, я продолжил. 130 — почти на пределе, но пожал. И только лишь 140 мне уже не дались. Я ведь точно помню, что такие веса раньше я жать не мог! А это означало только одно — с окончанием моей прошлой жизни пропали не все изменения, а только их часть. Да это ведь такие перспективы… У меня просто захватило дух. Ведь если так и дальше пойдет, скоро и Терминатор, и Халк, и все прочие супергерои будут по сравнению со мной жалкими слабаками. Жизней так через тысячу.

Попытался притормозить свое разыгравшееся воображение: не может такого быть. Это ведь… ну просто не может такого быть! Или все-таки может?

Сняв майку, вгляделся в свое отражение в зеркале, которые повсюду висели в зале. Кажется, и внешне изменился, хотя и немного: я имею в виду — с предыдущего 5 июля. Или меня подводит память? В любом случае теперь уж точно не буду бросать занятия.

— Ты что-то слишком резко поздоровел. На анаболики, небось, подсел? — беззлобно подколол меня в этот момент проходивший мимо знакомый, с которым мы иногда занимались в одно время.

— Пока нет, но уже скоро, — честно ответил я.

А вес? Сколько я весил раньше? Точно не вспомнил, поэтому, взвесившись, просто затвердил в памяти цифры — в следующий раз проверю, будут ли изменения.

После не особо напряженной тренировки — ведь ни зелий, ни даже анаболиков у меня пока не было — отправился домой, размышляя, чем еще можно заняться для своего развития в ближайший месяц, до получения зелий. Например, я давно уже хотел выучить английский, но все как-то не находил на это времени. Вернее, просто не было достаточно сильного желания. А ведь теперь этот месяц повторится еще не раз, так что глупо не провести его с пользой для себя. Поэтому завтра, как только получу свой первый выигрыш, запишусь на курсы по скайпу. Ну и конечно же сразу закуплю всю возможную химию, от анаболиков до ноотропов с аминокислотами.

На следующий день, после выигрыша превратив свои двадцать с небольшим тысяч в сто, бо́льшую часть я опять поставил на следующую игру, а немного забрал на текущие расходы и закупил все намеченное, в том числе оплатил и ежедневные курсы английского по скайпу.

В среду я купил лотерейный билет и, отметив нужные номера, ближе к вечеру отправился «знакомиться» с Сан Санычем, адрес которого был мне теперь известен.

— Здравствуйте, Николай Петрович, — вежливо поздоровался я с открывшим мне дверь тренером. — Я хотел бы помочь вам решить вашу проблему; вот, держите, — и протянул ему билет.

— О какой проблеме вы говорите, молодой человек? — спросил он, не обращая внимания на листок.

— Деньги, — коротко пояснил я, — здесь деньги на лечение вашей внучки. Шестнадцать миллионов рублей.

Наконец обратив внимание на билет, он взял его в руки и вгляделся:

— И что это?

— Выигрышная лотерея. Сумма выигрыша — шестнадцать миллионов, тираж будет совсем скоро, уже сегодня вечером, сами сможете убедиться.

— Значит, говорите, тираж еще только будет, но билет уже выигрышный? — как-то излишне подозрительно спросил он.

— Вот как раз об этом я и хотел бы завтра с вами поговорить, — попытался все объяснить, пока ему не взбрело что-нибудь в голову. — Давайте так — вы пока не торопитесь с выводами, а дождитесь розыгрыша, убедитесь сами. А завтра вечером я приду и все вам объясню. До свидания.

И поспешил удалиться, не желая подвергаться немедленному допросу.

На следующий день я был приглашен на знакомую садовую скамейку под кронами деревьев, где и выложил Сан Санычу всю свою историю. Тыкать меня ножиком в этот раз он, к счастью, не стал, ведь пока я был без зелий. Но это же и помешало ему поверить в мою историю.

— Значит, говоришь, будут у тебя волшебные зелья, что вылечат мою внучку?

— Верно, — кивнул я.

— И ты уже прожил все эти дни, что еще не наступили?

Я опять кивнул.

— И мы с тобой встречались, и я даже тебя уже тренировал, а теперь ты опять хочешь у меня тренироваться?

— Надеюсь на это.

— Истории бредовее я еще не слышал.

— Понимаю, это необычно. Но вы ведь сами видели тираж лотереи. Я ведь никак не мог это подделать.

— Всякое бывает… — туманно высказался он в ответ.

— Ну хорошо, а что вы скажете, если завтра футбольный матч «Сибирь» — «Динамо» закончится со счетом два — два?

— Я вот что тебе скажу — приходи со своими волшебными зельями, тогда и поглядим.

И никакие мои увещевания так ничего и не изменили — никаких тренировок под его руководством в ближайший месяц не будет. Тем не менее некоторый контакт был все же налажен, и мне теперь оставалось лишь дождаться прибытия мага со своим саквояжем.

К моим ежедневным визитам в букмекерской конторе относились со все бо́льшим изумлением, но пока никаких сложностей это не вызывало. За исключением того, что всю наличку из контор я успел выгрести еще до финала чемпионата мира. Но ничего, как раз к этому событию завезут еще.

В конце недели пошел к тренеру по боксу, рассчитывая уже в понедельник начать тренировки. После знакомого разговора он согласился меня взять, и уже с понедельника я приступил к тренировкам.

Как всегда перед этим, он прогнал меня по своим тестам, но вот вердикт его в этот раз был немного другим:

— Ну что тебе сказать… — резюмировал Евгений Владимирович, — физически ты в общем-то дотягиваешь до нижней планки, а вот по всему остальному — немного хуже. Сделать из тебя середнячка вполне возможно, но тут все от тебя самого зависит, нужны упорные занятия.

— С этим никаких проблем, — согласился с ним.

Обычная «проверка характера» вышла на этот раз не такой уж страшной — все же кое-какие навыки я успел приобрести, так что сейчас не был просто мальчиком для битья. И пусть до победы в состоявшемся поединке было еще далеко, но сохранить себя в относительной целости и сохранности я все же смог.

Через пару занятий, когда бил по груше, отрабатывая удар, в зал зашел знакомый мне по прошлой жизни Сеня. «Ну вот, опять сейчас начнется…» — подумал я и с удвоенной яростью стал молотить по бедному снаряду. Но, к моему удивлению, никаких разговоров о тюленях не случилось.

— А это что за салабон у тебя там прыгает? — вот и все, что я расслышал сказанного обо мне.

То ли я как-то изменил течение событий, начав в этот раз тренировки чуть раньше, то ли удар у меня стал лучше получаться, а может, и взыгравшая во мне злость придала мне вид уже «салабона», а не «тюленя», но на этот раз поединка с Сеней не будет, как понимаю.

Несмотря на регулярные занятия боксом, посещения тренажерного зала и ежедневное обучение английскому, по сравнению с бешеным ритмом тренировок с помощью зелий сейчас я почти отдыхал. В выходные теперь регулярно встречался с друзьями, зная, что скоро такой возможности уже не будет. Опять попробовал сблизиться с Викой, поначалу, как и в прошлом, пригласив ее в «Клондайк», правда, уже в другой день. Но кроме редких, скорее дружеских встреч это ни к чему не привело. В общем, можно сказать, что я продлил свой отпуск до прибытия мага.

И это же время в том числе использовал для подготовки к такому событию. Навестив хорошо зарекомендовавшего себя в прошлом (или в будущем?) частного детектива, выдал ему щедрый аванс, поручив нанять как можно больше помощников для необходимого наблюдения.

К сожалению, таланта к рисованию у меня не было, поэтому пришлось ограничиться фотороботом, на котором постарался как можно ближе к истинному облику отобразить мага. Но все же больше надеялся не на эту картинку, а на характерную деталь — саквояж. Похожие на него изображения нашлись в интернете, а немного правки в графическом редакторе позволило в точности воссоздать его изображение, хранившееся в моей памяти. Наблюдателям было поручено выяснить, откуда взялся человек с фоторобота, имеющий при себе этот саквояж.

И уже с 9 августа (я решил начать наблюдение даже несколько раньше, чем требовалось) двое наблюдателей постоянно дежурили в аэропорту, двое — на железнодорожном вокзале, один наблюдал за домом, где я впервые погиб, а еще четверых я на значительном удалении друг от друга расставил вдоль той самой линии, что обозначала маршрут, по которому, предположительно, в наш город прибыл маг в день своей последней кончины.

Круглосуточное посменное наблюдение обошлось в изрядную сумму, но сейчас это волновало меня в последнюю очередь — мало того что досуха выжал обе букмекерские конторы, так еще и приготовил для них несколько неприятных сюрпризов на будущее, если мне вдруг понадобятся деньги: не так уж сложно, как оказалось, запомнить десяток результатов самых значимых спортивных состязаний. Плюс в этот раз я вознамерился все же получить свой никак не дающийся в руки выигрыш в лотерее. Сан Саныч, хоть и не доверяя обещанным чудесам до конца, все же обещал пока билет не использовать. Но это все меня не особо заботило. Главное, к приезду «гостей» все было готово.

Попросил детектива, если что, сразу же ставить меня в известность. Но понедельник, девятое, прошел спокойно. Как и все последующие дни до пятницы, 13-го. А вот в этот день около десяти утра раздался звонок — это был детектив с сообщением, что наблюдатели засекли нужного мне человека. Несколько дней назад сыщик весьма скептически отнесся к моему пожеланию расставить наблюдателей буквально в поле и теперь был несколько удивлен тем, что именно там заметили троицу, подходящую под описание. Вот только выяснить, откуда они там взялись, пока не удалось — наблюдатель лишь сообщил, что заметил нужных людей, подробности будут позже.

Через час в офисе детектива я встретился с ним и тем самым наблюдателем. Но, к сожалению, он не мог добавить чего-то существенного к тому, что уже было известно. Откуда среди степи появилась троица, объяснить не мог. Сказал лишь, что, очередной раз оглядывая окрестности, вдруг заметил их, шагающих в сторону города, окраина которого начиналась примерно в десятке километров от этого места. Сразу после этого он и позвонил детективу, отвечавшему за координацию, и тот выслал за ним машину. Вместе с приехавшим водителем наблюдатель обследовал окрестности места, в котором впервые были замечены объекты, но они не обнаружили совершенно ничего, проливающего свет на загадку появления людей в этом месте.

Я мог предположить, как такое стало возможным: опять магия. Или все же можно найти объяснения без каких-то чудес? Похоже, в этом цикле мне большего выяснить не удастся. Тем не менее я взял координаты места, где был первый раз замечен маг со своими прихлебателями, — позже обследую там все сам.

Еще примерно через час мне стало известно, что троица вломилась в тот дом, за которым я ранее поручил следить; распорядился снять наблюдение, ведь дальнейшие действия преступников для меня не были секретом — скоро они украдут автомобиль, а ближе к вечеру заявятся на нем ко мне.

Теперь предстояло решить, что делать дальше. Можно опять убить бандитов и избавиться от их тел. Плюсом этого варианта было то, что дальше все продолжалось бы по хорошо знакомому распорядку: я получал зелья и возможность почти полуторамесячной магической тренировки. Но был и минус — я больше не узнавал ничего нового; во всяком случае — до следующего появления мага через две недели.

Был вариант через связи детектива направить полицию во взломанный преступниками дом, и тогда у меня появлялась возможность узнать, что о них выяснится. Но в этом случае маг, скорее всего, использует зелья и все пойдет по совершенно новому, неизвестно к чему ведущему сценарию.

Так что я решил остановиться на среднем варианте — как обычно, убиваю тройку злодеев, а затем оставляю тела полиции: может быть, они смогут что-то для меня прояснить. Скорее всего, в этот раз из-за слишком большого количества вовлеченных в наблюдение за преступниками людей я могу тоже попасть в неприятности, но к тому времени у меня уже опять будет магия — как-нибудь выкручусь. В худшем случае вернусь к первому дню. А значит, сегодня вечером меня ждала встреча с моими убийцами, которые на этот раз будут жертвами.

Когда до встречи с ними оставалось менее часа, я направился к развалинам гаражей, где уже как-то раз их убивал, и, придя на место, занял знакомое место за полуразрушенным остовом стены. Вскоре вдали послышались звук подъезжающей машины, хлопки дверей, хрусткие шаги в дебрях лесополосы и, наконец, совсем рядом, знакомые голоса.

— Ну че, где он там? — хрипловатый голос Вована.

— Близко уже совсем, где-то вон за той стеной.

— Какого хрена он там забыл?

— Вас жду, — удовлетворил я любопытство громилы, выходя из-за стены и выпуская в них весь магазин пистолета.

Постаравшись не запачкаться, волоком, по одному, подтащил тела к машине и, попыхтев, сумел затолкать их на заднее сиденье автомобиля. Сев за руль, перезарядил пистолет, заменив магазин на новый, передернул затвор и, положив оружие на соседнее сиденье, направился на встречу с магом.

Встреча прошла вполне обыденно — спустившись по ступеням, я всадил пулю в голову начавшего оборачиваться в мою сторону мага, стащил с его пальца перстень, переложил в пакет все содержимое саквояжа и покинул подвал. Выйдя из двери и поглубже натянув бейсболку, пешком направился к ближайшей оживленной улице, предварительно распахнув задние двери автомобиля, чтобы тела внутри его стали заметны первому же прохожему. От пистолета избавился, отойдя подальше: разобрал его и разбросал детали по дороге.

Уже на следующий день посетил Сан Саныча, и опять обошлось без членовредительства — подготовленный моим прежним рассказом мастер в этот раз поверил в действенность зелья жизни несколько легче. И уже с понедельника должны были вновь начаться мои ежедневные тренировки. Покидая его, я оставил немного ярко-зеленого зелья — пусть доведет до конца свои не завершенные в прошлом цикле опыты по проверке способности этой субстанции излечивать болезни.

А сегодня, в воскресенье, у меня был последний день отдыха, который решил провести с друзьями. Ну а вечер планировал продолжить с Аней, с которой опять познакомился в этом цикле.

Я уже завтракал, когда раздался звонок в дверь. Уже по пути к ней я вдруг вспомнил — уже давным-давно не слышал звука дверного звонка. С тех пор как приехал из отпуска, обычно ко мне никто не приходил. Что-то пошло не так…

— Кто там? — поинтересовался я из-за закрытой двери.

— Откройте, полиция.

Похоже, в этот раз меня все же сумели как-то вычислить. Впрочем, что-то подобное я и предполагал.

— Секундочку, — откликнулся я.

Метнувшись в комнату, достал сразу пяток призм и после небольшой концентрации над каждой из них смог перенести в себя их хранилища маны. В дверь уже начали громко колотить, когда я, закончив приготовления, пошел открывать.

Сначала, размышляя о том, что делать в подобной ситуации, я планировал лишь избавиться от внимания полиции. Например, способом, каким это провернул с дроидами в «Звездных войнах» Оби-Ван, кажется: «Это не тот человек, которого вы ищете». Но потом все же решил, случись такое, некоторое время поучаствовать в процессе — надеюсь, так мне будет проще выяснить интересующую меня информацию о личностях покойных. Так что шел сдаваться. Жаль, похоже, сегодняшний вечер будет не столь интересным, каким он обещал быть. Хотя, может быть, меня никто и не собирается арестовывать. И я открыл дверь.

— Вы задержаны на основании… — Значит, все же собираются.

Затем был обыск в квартире, после которого меня отвезли в отдел. Там был личный обыск, у меня взяли отпечатки пальцев, сфотографировали, зачем-то постригли ногти, и наконец спустя несколько часов я оказался на пороге камеры изолятора временного содержания.

С ремнем от моих джинсов я расстался без сожаления — брюки на мне нормально держались и без него, ремень выполнял скорее декоративную функцию, а вот для того, чтобы не лишиться шнурка, на котором висел мешочек с моим камнем, да и самого камня, мне пришлось немного постараться. Вспомнил, как перед моей последней смертью ко мне совершенно невидимым смог вплотную подобраться маг, и решил провернуть такой же трюк с камнем. Представив, что ни камня, ни мешочка, ни шнурка — ничего этого нет и на моей шее абсолютно ничего не висит, я влил в эту картину максимум маны, стремясь наверняка закрепить этот образ.

Стоило мне закончить заклинание, как мешочек с камнем исчез с шеи, и я улыбнулся, довольный очередным успехом в покорении магии. А затем попытался нащупать невидимый мешочек. Его не было! В панике начал обхлопывать шею, грудь, но ничего не находил — камень пропал.

В тот момент я был близок к тому, чтобы, расшвыривая всех подряд, ринуться неизвестно куда на поиски пропажи, но, подавив в себе этот порыв, решил прежде подумать о том, что делать дальше. Но сначала — что я вообще сделал? И попытался во всех подробностях вспомнить, чего я хотел. Чтобы камень исчез, чтобы его будто и не было на моей шее — вот что я хотел. Так, может быть, достаточно просто желания, чтобы он появился? И не надо никуда бежать?

Хорошо, что время у меня тогда было — я сидел, пристегнутый наручниками, среди занимающихся своими делами полицейских. Собрав ману, постарался вернуть себе мешочек с камнем, и, к моему огромному облегчению, все получилось — он вновь оказался висящим на шее.

Успокоившись, опять заставил его исчезнуть — шея вновь оказалась пуста, и даже на ощупь я ничего на ней не находил.

Интересно, а «видение магии» что-нибудь покажет? И я сосредоточился на том, чтобы увидеть магию, напитав свое желание маной. В ту же секунду мир вокруг меня посерел, а на мне засияли яркие узоры магии. Мешочек с камнем был здесь — теперь я его прекрасно видел, но он был весь окутан разноцветными нитями магии с преобладающим голубым цветом. Подняв руку, я коснулся его — да, он здесь, теперь я мог и видеть, и ощущать «пропажу». Но когда я, держа мешочек в руке, отменил магическое зрение, рука тут же опустела, и я свободно сжал кисть в кулак — в ладони ничего не было. Даже не представляю, как это возможно. Но я это делал!

Еще с помощью «видения магии» я разглядел в себе пять синих хранилищ маны, что постоянно исторгали из себя туман, создающий вокруг них все более прозрачный на удалении ореол. А затем меня отвлекли, и только сейчас я, надеюсь, буду вновь предоставлен самому себе. Дверь передо мной распахнулась, и меня ввели в камеру.

Это была небольшая комнатка, по обе стороны от двери стояли две двухъярусные койки. Обе нижние сейчас были заняты — на одной сидели рядом молодой парень примерно моего возраста и мужчина средних лет, а напротив них — какой-то угрюмый бугай, весь разукрашенный наколками.

— Здоров, новенький, — поприветствовал меня молодой. — Есть огонек?

Я отрицательно мотнул головой.

— Витек, — обратился он к сотруднику полиции, что привел меня, — ну дай прикурить, уши уже пухнут!

— Ничего, зато здоровее будешь, — ухмыльнулся тот в ответ и захлопнул за мной дверь.

— Вот скотина, — разочарованно произнес парень, — у самого зажигалка в кармане лежит, а он жлобится.

А почему бы и не помочь человеку? Энергия пяти хранилищ сочилась из меня, постепенно уходя в мир. Держать ее в себе, отвлекаясь на что-то еще, я пока так и не научился. Несколько замедлить ее потерю можно было, лишь полностью сконцентрировавшись на этой задаче.

— Дай сигаретку, — обратился я к парню.

— Тебе зачем? Огня все равно нет.

— Хочу фокус один попробовать.

— Ну бери, фокусник. — И он протянул мне сигарету.

Сначала я хотел зажечь маленький огонек прямо на пальце, эффектно прикурив от него, но сразу же отказался от этой идеи — не с моим уровнем владения магией. Скорее таким образом я или палец себе сожгу дотла, или в лучшем случае брови. Так что, просто представив, что кончик сигареты тлеет багровым горячим огоньком, я аккуратно выпустил в созданный образ тоненькую струйку энергии и затянулся.

В общем-то я не курил, но иногда, совсем редко, баловался, по большей части после изрядной доли спиртного. Поэтому струйка дыма, попавшая в меня после затяжки, не вызвала никакого отторжения. Не вдыхая, я выпустил его наружу и протянул зажженную сигарету парню.

— Держи.

— Да ты в натуре фокусник, — удивленно сказал он и, схватив сигаретку, жадно затянулся, после чего, с видимым наслаждением выпустив струйку дыма, немного подвинулся. — Присаживайся, — пригласил он меня на освободившееся место. — А ты как ее запалил? Че, облажались красноперые со шмоном?

— Ты когда наблатыкаться успел, фраерок? — раздался насмешливо-презрительный голос сидящего напротив разрисованного здоровяка, когда я садился на предложенное место.

Парень тут же поскучнел и замолчал, продолжая курить.

— Ну-ка, малой, подпали и мою, — и протянул мне сигарету.

Я вытянул руку, ожидая, что здоровяк привстанет и подаст мне ее, но он, видимо, думал, что это я за ней потянусь. Так мы и сидели пару секунд.

— Тебе задницу лень от шконки оторвать? — наконец зло спросил он.

«Пожалуй, этот невоспитанный человек идеально подойдет на роль подопытного в моих новых экспериментах с магией», — решил я.

— Поднимись сам, — приказал я, одновременно пытаясь мысленным внушением заставить его это сделать, подкрепляя желание тоненькой струйкой маны.

— Ты не борзей, пацан! — с угрозой в голосе ответил он.

Что-то я делаю не так. А если опять через воображаемый образ? Я представил, как он приподнимается и протягивает мне сигарету, а затем, не произнося ни слова, запитал мысленную картину маной.

Он приподнялся и подал мне в руку сигарету, а когда после этого уселся обратно на койку, лицо у него стало невероятно удивленным.

— Э, ты че, гипнотизер, че ль? — обеспокоенно и снова зло поинтересовался он.

— Типа того, — ответил, прикуривая его сигарету, после чего протянул ее обратно, не вставая.

На этот раз он сам, поднявшись, забрал ее у меня, после чего глубоко затянулся и, выпуская дым, вперил в меня жесткий взгляд.

— Еще раз такую хрень сделаешь, я тебе в натуре башку проломлю. Догоняешь?

Не отвечая, за пару секунд я попытался собрать в себе как можно больше разливающейся из хранилищ маны, одновременно и удерживая ее в себе, и вытягивая с одного из хранилищ, а затем скомандовал: «Замри!» — как обычно, образно представив эту картину и наполняя ее всей имеющейся у меня маной.

Благодаря тому что сейчас во мне было целых пять хранилищ маны, проблем с ней не было. Вот только даже в лучшем случае, если я не буду вытягивать из них энергию, максимум, на что их хватит — где-то трое суток, а потом они попросту растворятся, потеряв весь запас своей магической энергии, но об этом пока задумываться еще рано.

Бандит — я почему-то был уверен, что он именно таковым и является, — неподвижно замер с дымящейся сигаретой, зажатой в пальцах. И лишь его злобный взгляд, не сулящий мне ничего хорошего, показывал, что он не так спокоен внутри, как внешне. Надо над этим поработать. И я задумался.

Оставить его в таком виде — конечно, не вариант, но ведь стоит мне только снять с него паралич, как наверняка тут же на меня кинется. Погрузить его ноги в пол, чтоб не смог сдвинуться с места? Можно, но как бы не переполошил всех своими криками после этого. Хотя можно сделать его и немым. Наверное, смогу. Но нет, как-то не нравится мне такая картина — злобный немой бандит, прикованный к месту напротив меня. К тому же рано или поздно все равно придется его выпустить. Нет, это не годится.

Может, попытаться сделать его слабаком? Тогда уж точно не сможет мне ничего сделать, ведь даже доковылять до меня станет проблемой. Но вот если доковыляет, особенно ночью, когда я сплю, то ведь сумеет неожиданно быстро для меня завершить этот цикл. Тоже не годится.

Попробовать сделать его другом? А вот это неплохая идея. Надо попробовать. Вот только как же создать в голове образ лучшего друга? Принялся перебирать различные варианты. А бандит все это время сидел напротив, вперившись в меня взглядом, полным ненависти, но сохраняя немую неподвижность каменной статуи. И лишь сигарета в его пальцах потихоньку тлела, пуская к потолку ровную струйку сизого дыма.

Наконец у меня, кажется, что-то получилось. Собрав ману, я нарисовал образ человека, который всегда рад меня видеть, готов помочь в любой ситуации, поддержит при любом развитии событий, доверяет каждому моему слову и никогда не предаст. А затем совместил этот образ, вливая в него всю доступную ману, с сидящим напротив бандитом.

По его глазам сразу же стало видно — что-то изменилось. Из взгляда ушли злоба и ненависть, и осталось лишь терпеливое ожидание человека, который твердо уверен, что уже совсем скоро случившаяся с ним мелкая неприятность безвозвратно исчезнет. «Отомри», — мысленно скомандовал я.

— Ну ты в натуре, братуха, даешь! — радостно заулыбался мне громила, вновь затягиваясь сигаретой. — Как у тебя это выходит, а? Я и не слышал про такое! Хлоп — и я даже грабкой шевельнуть не могу. Я аж сначала на измену подсел, в натуре тебе говорю.

После такой радости с его стороны мне даже как-то неловко стало проводить над ним дальнейшие эксперименты. Но надо, иначе может случиться так, что, когда мне понадобится что-то в дальнейшем, я даже не буду представлять, как это сделать. Так что — поехали…

И следующие пару часов громила то вдруг начинал декламировать стихи, то не мог найти сигареты, которые лежали на самом виду, то забывал происшедшее всего несколько секунд назад, то безостановочно отжимался или до крови расцарапывал себе руку, когда я решил выяснить, смогу ли излечить его царапину. Залечить ее, кстати, получилось. Правда, после этого на коже остались следы, которые пришлось убирать вторым заходом. Да и маны потрачено было изрядно.

— Слышь, а что это с ним — гипноз, да?.. — почему-то шепотом обратился ко мне паренек еще в начале этой серии опытов.

— Угу, — сбившись с мысли, буркнул я и вернулся к обдумыванию.

— А ты со всеми так можешь? Он вообще прям что хочешь сделает?

Я опять потерял концентрацию. Похоже, этот говорливый парень не успокоится. Ну вроде все нормально происходит с этим внушением, так что…

— Подожди пару секунд, не отвлекай, — обратился я к нему.

Набрал маны, а затем вместе с созданной в голове картиной направил ее на паренька. «Все нормально, ничего необычного, происходящее скучно и неинтересно» — вот что я вложил в новый образ. Похоже, сработало, так как он так и продолжал молчать, хотя пара секунд давно миновала. На всякий случай применив тот же прием ко второму сокамернику, который хоть и не лез с разговорами, но с интересом следил за происходящим, я вернулся к здоровяку.

На ужин нас отвели в столовую, расположенную неподалеку, сковав при этом попарно наручниками. Леха — так звали громилу — всю дорогу был весел и разговорчив, встретив наконец-то лучшего друга. Надо будет вечером обновить это заклинание дружбы, а то если он вдруг ночью придет в себя, то, боюсь, я могу и не дожить до утра. Хотя, может, оно и вовсе теперь не пропадет? Лучше проверю это в другой раз. И кстати, надо будет обязательно испробовать этот трюк с бандитами, которых науськивает на меня маг, жаль, я раньше до этого не додумался. Да и на самом маге тоже можно будет испытать этот прием, ведь если он окажется беззащитен перед таким заклинанием, то тогда я смогу все разом у него выяснить. Хотя с ним — что-то мне подсказывало — так просто все не получится.

После ужина, когда нас всех опять вернули в камеру, я приступил к занятиям по управлению потоком энергии, подняв в воздух сигарету и стараясь как можно дольше ее там удержать. Выходило уже намного лучше, чем в самом начале. Я начал ощущать поток энергии внутри себя и уже мог его регулировать. Хотя пока еще далеко не идеально, из-за чего сигарета регулярно то падала на пол, то начинала прыгать в воздухе, а иногда и вовсе отлетала куда-то в сторону. Кроме с энтузиазмом относящегося к моим тренировкам Лехи, двое других сокамерников вели себя молчаливо, не обращая никакого внимания на творимые мною чудеса. Только парень изредка обращался ко мне с просьбой прикурить сигаретку, теперь уже не удивляясь никаким «фокусам».

До самого позднего вечера больше ничего особенного не произошло. Обновив на всякий случай заклинание дружбы на своем новообретенном «верном товарище», я улегся спать. А утром был разбужен командой: «На выход!»

Немного поплутав по коридорам, конвойный завел меня в какой-то небольшой кабинет. Стол, на нем куча бумаг, лампа, полная окурков пепельница и человек, делающий вид, что он настолько занят, строча что-то на очередном листке бумаги, что даже не замечает моего присутствия. Ну что ж — как раз и не будет отвлекать меня от наполнения маной. И я погрузился в состояние концентрации, вбирая в себя энергию из хранилища и одновременно всеми силами пытаясь ее в себе удержать. Как только набралось, на мой взгляд, достаточно, я использовал уже отработанный мною ранее образ друга, напитав его энергией.

— Извини, Виталь, что я тут ждать тебя заставляю, — тут же, подняв голову от листка, обратился ко мне мой новый «преданный друг». — Сам понимаешь — машинально использую такие вот психологические штучки для моего контингента, просто сразу и не сообразил, что это ты. Рассказывай, как ты во все это вляпался?

— Во что именно? — осторожно поинтересовался я.

— Да брось, твой детектив сразу к нам прискакал, как только мы тела нашли. Еще утром он по твоему указанию следил за этой троицей, а вечером мы находим их трупы. Прицепом к этому делу он идти не хочет, вот сразу и примчался к нам с докладом. Лучше скажи мне — ты как-то замешан в этом? Если нет, то объясни, зачем следил, что про них знаешь, а дальше мы уж и сами разберемся. А если завязан как-то, то тогда мне тоже надо знать что да как, а там придумаем что-нибудь. Это дело ведь я веду, так что ты не переживай особо, разрулим как надо.

— Да я в общем-то просто узнать хотел, что это за люди. А вам удалось что-нибудь выяснить?

— Одного только опознать удалось, по пальчикам — Юдин Владимир, аж из самого Томска его к нам занесло непонятно каким ветром. А тебе-то что до них? С чего вдруг заинтересовался?

— Саквояж у одного из них был интересный, вот я и хотел насчет него поговорить.

— Что, коллекционер, что ль? Так этот саквояж у нас в вещдоках лежит: если что, можем попозже «изъять улику», — подмигнув, весело предложил он. — А откуда у тебя вообще информация по ним? Может, тот, кто тебя навел на них, сам их и шлепнул? Может, просто подставить тебя решили?

— Давай я сам с этим разберусь, а потом уже тебе расскажу, хорошо?

Он замялся:

— Ну ты пойми: мне же знать надо. Меня трясут, требуют. Да и тебе лучше будет, а то ведь сейчас, кроме тебя, у нас вообще никакой зацепки нет. А так мы на них выйдем и уже раскрутим по полной, сядут как миленькие.

— Нет, мне самому надо разобраться. А потом я тебе обязательно все расскажу. Ты мне лучше дай всю информацию, что тебе удалось узнать об этом Юдине.

— Да держи, не жалко. — И он протянул мне одну из папок.

Фамилия, имя, отчество, дата рождения, адрес прописки — я постарался запомнить все необходимое.

— Спасибо, дружище, — поблагодарил я человека, чьего имени так и не узнал. — А теперь мне по делам надо бежать. Ты меня проводишь? Или как мне выйти?

— Провожу, конечно, а то без меня-то тебя там долго еще мурыжить будут. Сейчас, бумаги только кое-какие оформлю. — Он опять принялся что-то строчить. — Вот, подпиши здесь и здесь, — протянул он мне два листка.

Я подписал, после чего поднялся со стула.

— Ну пойдем, сиделец, выпустим тебя на волю. — И он опять заржал.

«Пожалуй, сегодня я не только на тренировку успею, но даже и на урок английского не опоздаю», — подумал я вскоре, выходя из отделения.

— Тебя подбросить? — осведомился проводивший меня до самых дверей «друг». — Я быстро сейчас патрульную машину вызову, довезут до самого дома.

— Да нет, спасибо, — отказался я от его любезного предложения. — Сам как-нибудь доберусь.

— Ну тогда пока, счастливо. Дай мне знать, как что-нибудь выяснишь.

И протянул руку, прощаясь.

— Пока, — ответил, пожав ее, и пошел к остановке.

Дома оказался перед самым началом урока по скайпу и даже успел по-быстрому перекусить. После целого часа всех этих премудростей, что я пытался уложить в голове, наконец-то закончив урок, задумался — а почему бы и здесь не применить магию? Чем тратить неизвестно сколько времени, обучаясь английскому, может быть, проще будет разочек колдануть? Пожалуй, так и сделаю.

Для верности решил в этот раз не ограничиваться маной, что соберу в себе из хранилищ: сделаю дополнительно к этому еще и пару глотков синего зелья. Все же собирался замахнуться на довольно серьезную задачу — за один раз изучить едва знакомый мне иностранный язык.

Сначала сформулировал в голове образ того, чего хочу добиться, — идеального владения английским языком. Запас слов, знание всех правил, оборотов речи, поговорок, идеальное произношение — в итоге я хотел владеть языком так, будто знаком с ним с самого раннего детства. С легкостью читать на нем, понимать речь, говорить. Постарался учесть и вообразить это все.

Несколько раз сформировав в себе этот образ, приступил к набору маны. Сначала около получаса сидел в трансе, сосредоточившись только на том, чтобы как можно больше маны вытягивать из хранилища и как можно меньше терять ее, стремясь удержать в себе растворяющуюся в окружающем мире энергию.

Затем, поняв, что больше мне уже не набрать, я глотнул раз, а затем и еще один из флакона со средней концентрацией зелья. Ощущение «сытости» во мне говорило, что я сейчас подобен человеку после хорошего обеда — пару кусочков десерта затолкнуть еще можно, но и без них чувство голода вернется еще не скоро. А затем, сформировав образ того, что хочу получить, разом выплеснул всю эту энергию, напитав ею воображаемое желание.

В голове раздался шепоток. Он что-то пытался мне объяснить, но я никак не мог понять, что именно, и замер, старясь уловить смысл послания. Но его перебил другой шепот, раздающийся одновременно с ним, что несколько сбивало с толку. Тщательно прислушиваясь сразу к обоим, в попытке их разделить я упустил момент, когда к ним присоединился и кто-то третий, а затем еще один и еще. А вскоре шепот раздавался со всех сторон. Разные голоса, разные слова, разные интонации… Общим было только одно — громкость этого хора голосов все нарастала и нарастала.

Вскоре я почувствовал, будто чья-то мысль легонько скребется по поверхности моего сознания, пытаясь проникнуть в глубь моего разума, что-то туда нашептывая. Но более громкий шепот с другой стороны оказался и более настойчив, доказывая что-то свое. И оба их заглушил уже не шепот, а голос, вбивающий в меня слова, от которых уже начинала гудеть голова.

А еще через несколько секунд целое сборище голосов, орущих изо всех сил, принялось долбить мой сминаемый их напором разум, что-то доказывая, утверждая, спрашивая, требуя. Каждый из них все сильнее и сильнее ввинчивался в мой разум, а через мгновение, будто из прорванной плотины, внутрь меня хлынула многоголосица орущих свое спорщиков, и голос каждого из них раскаленной спицей пронзал мне мозг, причиняя боль. Голова, казалось, вот-вот лопнет от переполнявших ее криков, когда пронзительная боль разрываемого на части сознания обжигающей молнией заискрилась в ней. Кажется, я закричал, но мой голос утонул в потоке тех воплей, что звучали в голове. А затем я исчез, сметенный этим вихрем…

Меня привел в сознание настойчивый звонок в дверь. Где я? Что случилось? Открыл глаза. Я был в своей комнате, но почему-то лежал на полу. Попытавшись пошевельнуться, не смог сдержать стона, сорвавшегося с губ. Голова просто раскалывалась от боли.

Что-то было не так с моим сознанием, а все мысли путались. Попытался поднять голову с пола, но мне пришлось ее отдирать — волосы прилипли к полу, все покрытые засохшей кровью. Я ранен? Надо выпить красное зелье. Встать не решился, меня шатало, поэтому на четвереньках подполз к сумке с флаконами и достал нужный. Сделав пару глотков, бессильно откинулся на пол, стараясь не обращать внимания на непрекращающиеся звонки.

На этот раз все мелкие муравьи, выполняющие свою работу по починке организма, собрались в моей голове, став целым живым комом, щекочущим изнутри череп. Боль наконец-то ушла, я смог мыслить более связно, все вспомнил и осознал.

Теперь я понимал значение каждого из множества слов на английском, которые, путая меня, настойчиво лезли в голову несколькими минутами ранее. Так что, получается, я все же выучил английский? А почему вся голова в крови? В ушах ощущались настоящие пробки, сквозь которые я тем не менее продолжал слышать непрекращающиеся звонки. Да кто же там такой настырный?

На всякий случай прихватив с собой флакон с маной, подошел к двери. Пока шел, обратил внимание, что уже начало темнеть. Я целый день, что ли, провалялся?

— Кто там?

— Это я… Виталь, открывай!.. — раздался пьяный и незнакомый мне голос.

— Кто «я»?

— Ну я это, Серега… открывай.

Какой еще Серега? Что-то я не помню. Может, это из полиции, их уловка какая-то? Они сумели понять, что со мной не все так просто? Посмотрим. И я, глотнув зелья, открыл дверь.

За ней стоял еле держащийся на ногах человек, которого я теперь узнал — это был мой «друг» из отделения полиции. Следователь, что вел мое дело. В руке у него была полупустая бутылка спиртного.

— Что это с тобой? — Даже в таком состоянии он сумел удивиться, в каком я виде. Но, не дожидаясь ответа, продолжил: — А со мной что — ты знаешь? Мы же ведь с тобой… — И он, сжав кулак, потряс им перед собой. — С самого детства. Мы ведь всегда вот так вот! А я не помню. Вообще ничего не помню, ты можешь это понять?

Кажется, да — я начал понимать.

Оттеснив меня в сторону, он вошел в квартиру и, не разуваясь, зашагал в мою комнату.

— Неси стаканы.

И что мне делать? Да гори оно все огнем — пойду за стаканами. И направился на кухню.

Прихватив рюмки, стаканы, колбасу с хлебом и сок, потащил все это в комнату. Сергей — теперь я знал его имя, уже с осоловевшим видом, накренившись, сидел за столом, дожидаясь меня.

— Наливай! — скомандовал он, со стуком ставя на стол бутылку.

И после первой рюмки бессвязно начал мне рассказывать, как он вдруг понял, что с ним что-то не так, и он забыл все годы нашей дружбы с самого детства.

— Я ведь чуть с ума не сошел, представляешь! А может, и сошел. Я ведь всем говорю, что нет, не он это, мы же ведь с тобой… С детства прям! Ты же ведь лучший мой друг, брат даже. А моя, дура, все твердит, что знать тебя не знает. А она тебя всегда не любила: вот только как увидела — так и невзлюбила, я ведь помню. Когда это было? Когда, скажи мне? Я ведь не помню, вообще ничего не помню. А свою я послал, на маму пусть орет, та у нее такая же стерва… Наливай! — И, выпив, продолжил: — Вчера, как ты ушел, так ко мне сразу полезли. Ты ж ведь…

— Подожди, как это «вчера»? — прервал я его.

— Ну, вчера, когда я выпустил тебя, — отмахнулся он, продолжая свой невнятный рассказ. — Так они сразу полезли. Почему да зачем… А я им так и сказал — не мог такое мой друг, уж я-то знаю! А сегодня, уже к вечеру, уходить собрался, и вдруг бац! — вообще ничего не помню, представляешь? До дома еле добрался, ну и понеслось… Вот с тех пор и колдырю. Наливай!

Бутылка опустела. Пробурчав что-то вроде: «Я здесь пока, братан, я недолго», — Сергей завалился на мою кровать и тут же вырубился. А я, допив свою, сначала сходил умылся — похоже, в прошлом я просто истекал кровью, что лилась у меня из ушей, глаз и рта, но сейчас это были уже или бурые засохшие хлопья, или густые свернувшиеся комки, — а после того как привел себя в порядок, задумался. Похоже, не все так легко с магией и одного лишь желания не всегда бывает достаточно.

С тех пор как я отрубился после своей попытки изучения английского, прошло уже около полутора суток, в чем убедился, взглянув на календарь. То есть все это время валялся на полу, не приходя в сознание. И ладно если бы умер — перерождение, и все, а если бы от этих своих экспериментов сошел с ума? Переродился бы сумасшедшим? Так и бегал бы по улицам, всем улыбаясь и каждый раз погибая от рук мага? Или все быстро бы закончилось, когда он без труда сумел бы завладеть камнем? Нет уж, с опытами над разумом надо завязывать.

Да и с остальным надо бы поаккуратнее, а то вдруг умудрюсь отрастить себе хвост или рога и буду потом таким чертиком перерождаться каждый раз. Надо быть осторожнее. А еще хорошо бы найти учителя. Ведь наверняка, выяснив, откуда приходит маг, можно будет узнать о нем побольше. Впрочем, этим я и занимаюсь.

А что там с английским? Найдя какой-то текст, понял, что все же не стал идеальным знатоком языка — о смысле кое-каких слов скорее лишь догадывался, тем не менее весь текст в общем был мне понятен. Нашел какой-то канал с видеоновостями и, немного послушав, пришел к такому же выводу — пусть не идеально, но в общем-то все понимал. А ведь неплохо — всего за один-то день! Вот только если бы не эта ужасная боль да опасность сойти с ума… А может, если не так много маны вкладывать, то… Но нет — никаких экспериментов! На себе, во всяком случае. А вот если найти какого-нибудь злодея, которого не жалко, то можно и попробовать. Очень уж заманчивые перспективы у магического обучения.

Кстати, а со злодеями мне может и мой новый «друг» помочь — наверняка через него можно найти их, все-таки он следователь. И что мне с ним-то делать? Если оставить все как есть, то, боюсь, он или быстро в себя придет, и тогда мне останется лишь бегать от полиции, или же он действительно сойдет с ума. Как-то не предполагал я, что мое внушение может так обернуться. Пожалуй, рискну — продержу его под воздействием заклинания дружбы, ну а вместе с тем постараюсь и правда этому соответствовать. «Хотя бы с «дурой» его познакомлюсь — пусть и правда меня ненавидит», — с усмешкой подумал я. Надеюсь, на моей подпитке следователь сумеет нормально, не сходя с ума, жить до конца цикла. Ну а в следующий раз я уже буду знать, что лучше не лезть туда, куда не следует, вмешиваясь в тонкую материю сознания, своего или чужого. И я, зачерпнув маны с одного из внутренних хранилищ, накинул на спящего человека заклинание дружбы.

Утром, проснувшись на диване в зале, я налил в стакан сок, добавил туда немного зелья жизни и пошел будить Сергея.

— Башка трещит, кто бы знал… — были чуть ли не первые его слова, произнесенные страдальческим голосом.

— Выпей, полегчает, — пообещал я ему, протягивая стакан.

Без вопросов его осушив, он несколько секунд прислушивался к себе, а затем с некоторым изумлением подтвердил:

— И правда как рукой все сняло. Надо будет у тебя рецептик взять. А времени сколько уже? — Услышав ответ, заторопился: — Меня ж там хватились уже давно! И чего я вообще вчера забухал-то? Какая-то дурь в голову вдруг стукнула. Опять к тебе на рогах пришел на свою жаловаться? Да и хрен с ней. Ну ладно, мне бежать надо, ты не пропадай, звони.

— Хорошо, номер только оставь, а то я стер случайно.

Сергей оставил мне свой номер и чуть ли не бегом умчался на работу. Кажется, теперь с ним все было в порядке. Вечером позвоню на всякий случай. К тому же заклинание надо обновить, да и быть в курсе расследования не помешает. А сейчас мне надо бы связаться с Сан Санычем, да и Евгению Владимировичу тоже надо объяснить свою неявку на тренировки.

И в этот же день я наконец-то вернулся в свой давно ожидаемый ежедневный тренировочный режим с применением зелий.

Через несколько дней Сан Саныч сказал мне, что зелье, данное мной, действительно помогло вылечить болезни у всех, на ком он его испробовал, поэтому мы дали его и Насте, и теперь оставалось лишь регулярно следить за результатами анализов и ее состоянием; если все будет оставаться в норме, значит, зелье ей помогло.

Периодически я встречался со следователем Сергеем, и хотя настоящим другом он мне не стал (не тот характер), но поддерживать знакомство это не мешало. Я обновлял ему заклинание и был в курсе, как идет расследование. Оно не шло никак. Но я по-прежнему оставался вне подозрений.

А сегодня после обеда меня ждала вторая в этом цикле встреча с магом.

Рассудив, что он появится там же, где и был замечен наблюдателями, я заранее направился к этому месту и начал наблюдение. Но так и не понял, где и когда появился маг, заметив его лишь когда он уже направлялся ко мне, и нас разделяло около сотни метров.

Едва приблизившись, он тут же начал на меня орать, чуть ли не брызгая слюной от переполнявшей его ярости:

— Да ты хоть знаешь, жалкий червяк, сколько стоит каждая ловушка? Клянусь истоком, я заставлю тебя по году умолять о смерти за каждую из них!

А где же «сын шакала»? Кажется, что-то пошло не так. Видимо, сейчас он говорил о хранилищах маны, пять из которых я на всякий случай опять загрузил в себя перед встречей с ним. Тем временем маг злобно продолжал:

— Откуда ты знаешь, где мой узел? Кто тебе помогает?

А это он о чем?..

Тонко взвизгнуло — и мое правое плечо взорвалось брызгами крови и острой неожиданной болью.

— Ты что, думал, я настолько туп, что не замечу барьера? — злорадно расхохотался маг, кажется, заметив мое удивление — он же ведь все время по ногам норовил стрелять, и перед ними я, как и в прошлый раз, поставил невидимый щит.

Что-то точно пошло не так!

Но эти мысли лишь мимолетно пролетели в голове, а я уже запускал в противника изученную связку — стальной болт и огненный шар. Но правая рука меня подвела из-за поврежденного плеча — при попытке ею шевельнуть меня вновь пронзила острая боль. Попытался обойтись без взмаха, сформировав образ атакующего заклинания, одновременно пуская ману в пластину, усиливающую заклинание, но лишь бездарно растерял больше половины своей маны — заклинание сорвалось.

Но левая рука меня не подвела, и уже в следующее мгновение, после взмаха, в противника метнулся огненный шарик. Раздался взрыв, вспыхнула переливами радуги защита мага, тут же лопнувшая, а самого его, переворачивая, отшвырнуло назад. Упав, враг завозился на земле, пытаясь подняться. Еще хотя бы один выстрел! Но я был совершенно пуст — вся мана ушла на шар огня.

Ждать, пока мана наберется из хранилищ, было некогда, поэтому я левой рукой потянулся к кармашку, где были флакончики с маной, и, выхватив один, зубами выдернул пробку, а затем, запрокинув голову, вылил его в себя, чувствуя, как приятное чувство «сытости» наполняет меня.

А вот теперь повоюем. И я опустил голову, выискивая цель. Уже пришедший в себя маг сидел на земле, опираясь на руки и с ненавистью смотря на меня. Я начал формировать образ еще одного огненного шара, когда вдруг шею пронзила резкая боль, а голова сама по себе начала запрокидываться назад, одновременно почему-то поднимаясь куда-то вверх, а я ничего не мог поделать — тело меня совершенно не слушалось. Мир с каждым мгновением становился все более тусклым, серым и медленным.

Неспешно, будто в толще воды, голова моя все дальше запрокидывалась назад, пока я наконец мог видеть перед собой только небо с застывшими на нем свинцовыми угрюмыми тучами, сквозь которые пробивался тусклый серый свет неяркого солнца.

Движение все замедлялось и замедлялось, но тем не менее не прекращалось. И скоро, оставив хмурое небо, мой взгляд устремился мне за спину, на темнеющую, будто неожиданно наступили сумерки, степь. Все виделось перевернутым, и теперь ковер степной травы стал небом, а небо — землей внизу. Но движение все не прекращалось.

Еще немного — и уже почти в полной темноте я увидел перед собой неподвижно стоящее тело, из обрубка шеи которого вверх медленно-медленно вздымалась струя почти черной в наступающем мраке крови. Передо мной стояло мое обезглавленное тело, и я понял это перед тем, как мир окончательно погас, а меня засосало во тьму.

Я будто мчался в стремительном потоке маслянисто-густого мрака, кислотой разъедающего мою сущность. Роняя по пути крошки воспоминаний, моя суть все быстрее и быстрее мчалась куда-то в струе подхватившей ее тьмы, пока наконец, оставив от меня лишь серую тень, ее не вплело в плотный ком таких же теней, среди которых я бесследно растворился, теряя себя. Вселенная, всколыхнувшись напоследок серой мглой, окончательно исчезла, и меня не стало вместе с ней.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 7

Прищурившись, я резко поднялся и сел на кровати, ощупывая шею — голова была на месте. «Вот же…!» — мысленно выругался в адрес мага. Мне ведь всего секунды не хватило! А теперь придется все заново начинать. Но ведь столько всего хотел сделать!.. А лотерея — я когда-нибудь вообще получу этот выигрыш? Черт, и у Сан Саныча ничего не узнал личного, опять придется месяц ждать зелий. И следователя не порасспрашивал насчет злодеев, которых можно было бы пустить на эксперименты, — все на потом откладывал. И вот это «потом» как обернулось.

Ладно, чего уж теперь сожалеть… И побрел на кухню ставить чайник.

Потом был магазин, где я купил мешочек для камня, букмекерские конторы, опять они, покупка лотерейных билетов, посещение Сан Саныча, опять букмекеры, знакомый бар, знакомство с Аней, финал чемпионата мира по футболу, опять букмекеры… В общем, завертелась обычная карусель. При первом посещении тренажерного зала я взвесился, но особой разницы с прежним весом (в соответствующее время) не было. Впрочем, это ни о чем не говорило — слишком мало мне удалось провести интенсивных тренировок в предыдущем цикле, так что даже не успел достичь своего прежнего максимума спортивной формы.

В понедельник, вместо того чтобы идти на свою «первую» тренировку по боксу, я пошел в кассы покупать себе билет в Томск — путь мой лежал туда, к Юдину Владимиру. Попробую выяснить там что-нибудь насчет его знакомства с магом.

Взял билет на ближайший самолет — хотя прямых авиарейсов туда не было, но даже с пересадкой в Москве выходило быстрее, чем на поезде. Так что уже с утра на следующий день вылетел. Затем был шумный, забитый людскими потоками аэропорт Москвы, ожидание и, наконец, рейс в Томск.

Вещей у меня с собой почти не было, поэтому дожидаться получения багажа не пришлось, и я довольно быстро покинул здание аэропорта, площадь перед почти полностью стеклянной стеной которого была забита такси. Усевшись в одно из них, попросил отвезти меня к гостинице получше.

Заселившись в номер, не стал долго там рассиживаться, а почти сразу направился по адресу, что запомнил из папки, показанной мне следователем. Посмотрим, узнает ли меня Вован. Шучу, конечно же не узнает.

Для того, чтобы при встрече удостовериться, что это действительно он, я придумал нехитрый план — запаковал какой-то простенький одеколон, создав этим видимость посылки, а сам решил прикинуться курьером.

После звонка дверь открыла пожилая женщина.

— Мне Юдина Владимира, — обратился к ней.

— А ты кто такой? — с подозрением спросила она меня.

— Курьер, ему посылка, — и для убедительности показал ей пакет, на котором выведены адрес, фамилия, имя.

— Так его уже и нет здесь давно.

— А когда будет?

— А бог его знает. Три года уже как уехал на заработки, так и ни слуху ни духу от него.

Такого я не ожидал.

— А куда уехал?

— Да кто ж его знает. В Москву, а может, на север куда. Его сам черт не разберет.

— Ясно, спасибо, — и, попрощавшись с женщиной, отправился обратно в гостиницу.

Похоже, моя поездка была совершенно бесполезной.

Или, может быть, здесь нанять какого-нибудь детектива, пусть попробует выяснить, куда тот делся? Если даже не в этом цикле, так в следующем подобная информация могла пригодиться.

Тут же, открыв в смартфоне поисковик, нашел список детективных агентств и, не утруждая себя выбором, позвонил по первому же номеру. Поинтересовавшись, оказывают ли они услугу по поиску людей, и получив утвердительный ответ, тут же договорился о встрече и уже через полчаса входил в нужный мне офис — небольшую комнатку в каком-то неприметном здании чуть в стороне от главных улиц.

Там я встретился с мужчиной лет сорока и, коротко обрисовав суть проблемы, получил заверение, что он немедленно займется делом, попытавшись выяснить все о судьбе интересующего меня человека. Сообщив, что меня в городе не будет, и поручив звонить мне сразу, как что-то обнаружится, оставил ему небольшой аванс, и на этом мы распрощались.

Затем — касса, где я купил билет обратно, ночевка в гостинице, а уже вечером следующего дня вновь оказался дома и размышлял о том, что делать с магом в этот раз.

Во-первых, надо все же окончательно выяснить, откуда он берется в чистом поле. Я уже почти не сомневался, что тут замешана магия, но надо убедиться в этом наверняка.

Во-вторых, мне следует опять поручить выяснять это другим — показываться самому там не стоит. Последний раз именно это, как мне кажется, и изменило все течение будущего. Или то, что я использовал хранилища маны? Но нет — вряд ли. Ведь чтобы их увидеть, нужно подключить магическое зрение, которое у мага, когда я его разнес на куски при самой первой нашей второй встрече, было отключено — иначе он заметил бы барьер. То есть ту невидимую броню, которой я защитил себе в тот раз ноги от его пучка игл.

А значит, это зрение он включил потому, что увидел меня на месте своего появления, — это подтверждали и его вопросы о каком-то «узле», и подозрения в том, что у меня есть помощник. Так что в этот раз я опять отправлю следить за ним помощников детектива. Тем более место примерно знаю — никуда он не денется. А чтобы уж точно не упустить его появление, поставлю туда пару человек и дам им видеокамеры — пусть постоянно снимают, что происходит, со всех сторон. А как только заметят негодяев — уезжают с места наблюдения, не вступая с ними в контакт. Надеюсь, это позволит сохранить неизменным дальнейшее течение событий.

Так, что дальше? Конечно же избавление от преступников. Тут можно было бы накрыть всю компанию разом, хотя бы дождавшись их у дома или неожиданно заявившись к ним в гости, но опять же — это могло насторожить мага и привести к тому, что будущее изменится. А мне не хотелось бы опять лишаться самого продуктивного для тренировок времени, которое наступало после его второй смерти. К тому же мне хотелось попробовать стать «лучшим другом» для громил, выяснив у них все, что они могут мне рассказать интересного. Так что поступлю, как в тот раз, когда пытался выбить из них информацию. Но в этот раз буду действовать не молотком, а магией.

Заодно надо будет попробовать сжечь мага — оставлять тело на опознание теперь уже не надо, так что сожгу дом вместе с ним — все равно в следующем цикле он будет как новенький. Оберегу себя от ареста, а заодно и выясню, задержится ли маг со своим появлением после такого избавления от его тела.

И еще — надо будет перед появлением мага с бандитами в доме поставить скрытые камеры: вдруг, пока они там находятся, в разговорах между собой упомянут что-то для меня полезное.

Кажется, ничего не упустил. И отправился спать — завтра предстояло идти записываться на тренировки по боксу. Самбо я пока решил отложить — займусь им через месяц, с Сан Санычем, а пока ограничусь боксом и тренажерным залом, ну и про улучшение навыков английского не стоит забывать.

Следующий месяц прошел без особых событий. Я улучшал владение английским, ежедневно общаясь на нем по скайпу с учителем, ходил на бокс, посещал тренажерный зал. Хотя и употреблял сейчас анаболики, постепенно наращивая дозу, но даже с их помощью до интенсивности занятий под воздействием зелий было далеко. Тем не менее прогресс, причем довольно быстрый, наблюдался.

Наконец наступила пятница, тринадцатое. Проинструктированные мною наблюдатели отправились на свои места снимать совершенно пустую степь вдали от любых населенных пунктов — и хотя это задание наверняка вызвало у них недоумение, но работа есть работа, так что проблем не возникло. Ну а я отправился в известный дом расставлять скрытые камеры всего лишь с палец величиной, так что особого труда сделать их незаметными не составляло. Две поставил в доме, а одну в подвале.

Не успел вернуться домой, как раздался телефонный звонок от детектива.

— Не могли бы вы зайти ко мне в офис? — поинтересовался он, ничего больше не объясняя.

Прикинув по времени, что маг сейчас уже на пути к дому, я решил, что это как-то связано с ним, хотя раньше детектив просто меня информировал, и все. Тем не менее согласился и вскоре вошел в его кабинет. С ним был один из помощников, его напарник в сегодняшних наблюдениях.

— Что-то обнаружили? — поинтересовался я.

В ответ он повернул ко мне монитор.

— Смотрите, — и запустил видео.

Степь. Яркое солнечное утро, на небе видны несколько облачков, а небольшие порывы ветра изредка пускают беспокойные волны по зелени степной травы. Вдруг на краю экрана возникло серое туманное пятно. Камера повернулась, захватывая его в кадр и фокусируясь на этом явлении.

Казалось, будто в метре над землей повисла невидимая дымовая шашка, исторгающая из себя густые клубы серого дыма, который вел себя крайне необычно — вместо того чтобы разлетаться под порывами ветерка, он формировал на земле почти идеальную полусферу. Прошла всего пара секунд, и вот уже на земле возник серый туманный купол, сразу же начинающий светлеть, пропадая в воздухе.

В его глубине стало видно какое-то движение, появились расплывчатые фигуры, и спустя секунду из исчезающего туманного облака вышла знакомая мне троица — маг и двое его помощников. Видимо, заметив наблюдателя, Вован указал в его сторону, и маг, что-то скомандовав, целеустремленно зашагал с ними навстречу снимающему. Запись прервалась.

— Как вы и просили, — произнес детектив, — заметив появление людей, мы сразу же свернули наблюдение и, сев в автомобиль, поехали в офис. Но объясните нам, что там произошло? Откуда появились эти люди?

— Фокус с приятелями готовим, — выдал я первое, что пришло в голову.

— Они что, все это время скрывались где-то под землей? А мы вам зачем понадобились?

— Так, — сказал я, — давайте без вопросов. Мы ведь с вами договорились на работу, которую вы сделали хорошо, а зачем и почему — это уже моя забота, согласны?

Тот, чуть помедлив, кивнул головой и добавил:

— Не смог удержаться, уж очень необычно все это выглядело.

Забрав видеозапись, я отправился домой. Что это было? Меня мучил тот же вопрос, что и детектива. Вот только в то, что это был фокус, я, в отличие от него, поверить не мог. Определенно какая-то магия. Телепортация? Попозже с помощью видео попытаюсь найти точное место возникновения этой туманной полусферы и рассмотреть там все магическим зрением — вдруг оно сможет что-нибудь прояснить. Ну а мне сейчас предстоит ожидание — все к вечерней встрече с бандитами и магом было готово, оставалось лишь дождаться нужного времени.

На этот раз я опять повторил свой прошлый трюк с покупкой небольшого гаража, который тоже отвез недалеко за город. Только сейчас обклеивать его пенопластом не стал. И вот теперь сидел возле него, дожидаясь гостей.

Наконец послышался шум мотора, затем хлопки дверей и сдавленные матюги, когда бандиты стали пробираться ко мне напрямую, через заросли лесополосы, отделяющей гараж от дороги.

— Здоров, братиш, — обратился ко мне Вован, когда они с верзилой подошли поближе, отряхиваясь от прицепившихся к ним мелких веток. — Ну ты и заныкался! До тебя и не доберешься.

Я встал и направил на них пистолет.

— Заходите, — пригласил их, указывая на двери гаража.

— Э, ты че, братан, очумел?

— Хочешь на одной ноге туда прыгать? — И я направил ствол пистолета на ногу Вована.

— Слышь, давай поговорим. Ты че творишь-то?

В прошлый раз договориться получилось быстрее, насколько я помнил. Поэтому я сделал два выстрела, и оба бандита повалились на землю, зажимая раны на ногах.

— Давайте пошевеливайтесь, пока я вам еще что-нибудь не прострелил. Быстрее, быстрее, — поторапливал их, когда они, изрыгая угрозы, перемежаемые призывами к разговорам, забирались в гараж. Бросил им пару медицинских жгутов: пригодились-таки.

Заставив их пристегнуться наручниками, запер дверь на засовы, продрался через кусты к угнанной машине и поехал за зельями. Ну и мага, конечно, надо будет убить.

Подъехав к нужному дому, остановил машину у ворот и по расчищенной тропинке прошел во двор и начал спускаться в подвал. Внизу, повернув направо, собирался войти в дверной проем, как вдруг уткнулся взглядом в стоящего напротив мага, с некоторым изумлением смотрящего на меня. Впрочем, он довольно шустро сообразил, что все пошло не по запланированному им сценарию, и, вскинув руку с перстнем, метнул в меня потрескивающий искрами синий шарик.

Я почти успел отклониться, но все же он влетел в правую руку. Меня резко тряхнуло, все мышцы моментально напряглись от пронзившего их разряда, а в следующее мгновение громыхнуло, и меня в правый бок будто лягнула лошадь, подшвыривая в воздух. Пролетев пару метров, с силой врезался в стену, голова со стуком о нее ударилась, и я повалился на пол. Дыхание перехватило, в голове шумело, а правое предплечье превратилось во что-то кроваво-бесформенное.

Когда я начал немного приходить в себя после шока, маг уже рылся в своем саквояже. Я попытался пошевелить правой рукой, направив в него пистолет, но она меня не слушалась и лишь подергивалась в ответ на мои усилия, рождая вспышки боли, поэтому я потянулся за оружием, которое все еще сжимала моя отказавшая кисть, левой рукой. Одновременно маг начал вытягивать из саквояжа короб с зельями. Я схватил пистолет, пытаясь вытащить его из пальцев онемевшей руки, маг откинул крышку короба. Наконец я сумел вырвать оружие из своих бесчувственных пальцев, а маг выхватил флакон с синим зельем. Он уже собирался его открывать, когда начали раздаваться негромкие, ослабленные глушителем хлопки выстрелов. Судорожно вздрагивая после каждого, маг отступил на пару шагов назад. Звякнул о пол выпавший флакон, после чего ноги мага подкосились и безжизненное тело рухнуло на пол.

Выронив пистолет, я, придерживаясь за стену, сумел подняться на ноги и, пошатываясь, побрел к саквояжу. В правом боку что-то булькало и сипело, а каждый вздох отдавался резкой болью. Рука висела безжизненной плетью, в голове шумело, я будто находился в океане посреди набирающего силу шторма, где каждая новая волна была сильнее предыдущей, грозя захлестнуть меня и утащить за собою в бездну. Удерживая уплывающее сознание, подошел с коробу с зельями и упал на колени рядом с ним. Несколько секунд пытался вспомнить что-то важное, но наступающая со всех сторон темнота полностью меня окутала, и я повалился на пол.

Резкая боль в правой руке, на которую я упал, привела меня в чувство. Прямо передо глазами стоял короб с зельями. Красное зелье! Я наконец вспомнил, что мне надо, и, не сумев сдержать стон от боли при каждом движении, потянулся к саквояжу. Уронив его на бок, уцепился за нужную мне красную склянку и подтащил ее к себе. Теперь ее надо как-то открыть. Боясь опять потеряться в наступающем мраке, сжал флакон зубами, а рукой начал отвинчивать крышку. Наконец она отскочила, а зелье с бульканьем полилось на бетонный пол, опустошая флакон. Подставив ладонь, сложенную в горстку, я успел поймать в нее немного утекающего зелья и, выронив из разжавшихся зубов на пол пустую посуду, сумел сделать глоток спасительной жидкости, после чего обессиленно повалился на живот.

Муравьи, расползающиеся от, казалось, шевелящегося в животе комка, бросились чинить мое тело, боль начала уходить, а в голове стало проясняться. Когда вся щекотка угасла, я еще немного полежал без движения, приходя в себя, а затем попытался приподняться. Правую сторону прострелило болью — наверное, все же для полного излечения зелья оказалось маловато. Поэтому, стараясь действовать только левой рукой, помог себе сесть и достал еще один флакон. Глотнув, дождался завершения его действия и пошевелил правой рукой — теперь все было в норме.

Итак, подведу итоги: из-за того, что я слишком уж расслабился, — едва не отправился на преждевременное перерождение, получил богатый набор болезненных впечатлений и к тому же лишился целого флакона с зельем жизни. К счастью, одного из слабых. Вывод — как всегда, нужно думать и быть более рассудительным. А то привык, что маг в первый раз легко умирает, вот и поплатился за то, что не был достаточно осторожен. А ведь можно было сообразить, что в этот раз все может пойти немного не так из-за того, что в самом начале в течение событий вмешались мои наблюдатели. Или, может, я просто вошел сюда в неудачный момент?

Немного себя поругав, призывая к благоразумию в дальнейшем, я приступил к выполнению задуманного плана — сначала, положив зелья в саквояж, вынес его наружу, предварительно сунув в один из карманов флакон с маной. Затем вернулся вниз и, ухватив тело мага за ноги, волоком потащил его наверх, в дом. Забрав камеры видеонаблюдения и облив тело и все вокруг бензином, канистру которого я для этого приготовил еще несколькими днями ранее, вышел из дома, струйкой из канистры оставляя за собой мокрую дорожку.

Чиркнув спичкой, бросил ее в бензиновый след и, прихватив саквояж, вышел за ворота. Когда отъехал уже за несколько кварталов, сзади в небо начали подниматься клубы сизого дыма. Ну а я направлялся к бандитам, что ждали меня, запертые в металлическом гараже. Примерно через полчаса я уже открывал его двери.

— Слышь, ты че беспредел творишь? — щурясь от солнца, осветившего внутренности гаража, встретил меня вопросом Вован.

Не отвечая, я глотнул из флакона немного маны, сформировал в голове нужный образ «лучшего друга» и, запитав его минимальным количеством энергии, набросил его на бандита. Мне кажется или в его взгляде ничего не изменилось?

— Зачем ты здесь? — обратился я к нему с вопросом.

— Да просто хотели узнать, что за гаражик тут стоит, а ты сразу накинулся. Че за дела вообще?

Понятно… Я опять сформировал образ, но на это раз напитал его бо́льшим количеством энергии. Когда заклинание сработало, Вован издал стон и схватился за голову свободной от наручников рукой.

— …! Че у меня с башкой?

— Зачем ты здесь? — повторил я вопрос.

— Да говорю ж тебе — случайно мы здесь! — огрызнулся он. — Слышь, мне, походу, доктора надо, что-то с башкой у меня не то.

Действительно, вид у него был бледноватый, а из носа начала капать кровь. Похоже, мое заклинание встретило магическое противодействие, что и привело к отсутствию нужного результата и таким последствиям. Наверняка это маг постарался, поставив какой-то барьер. Интересно, увижу я его в магическом зрении? И я, потратив немного энергии, переключился на него.

Тут же стали заметны яркие нити заклинания, сплетающиеся в узоры, пронизывающие головы обоих громил. В основном преобладали нити серо-стального цвета, но встречались и багряные, и толстые синие, и еще вплетения различных цветов. Попробую для начала от них избавиться.

И я, представив, что все нити заклинаний бесследно исчезают, влил в созданную в голове картину весь остаток своей маны.

Вован глухо замычал, резко задергался, его голова с громким стуком несколько раз ударилась о металлическую стену гаража, а затем он свалился с ног и застыл нелепой фигуркой, повиснув на руке, прикованной наручниками к стене.

— Э, ты че? — подал голос верзила. — Ты че с ним сделал?

Узоры в голове Вована исчезли, как я и хотел, но вот только… Подошел к нему и положил пальцы на шею. Пульса не было. Может, еще не поздно попытаться его спасти? Я, глотнув из флакона, попытался создать заклинание оживления: он жив, с ним все в порядке, сердце ровно бьется, никаких проблем со здоровьем, жизни ничто не угрожает. И, напитав заклинание маной, направил его в безжизненное тело.

Ничего не изменилось — оно все так же безвольно висело на руке. Неужели магия оказалась бессильна? Я опять попытался нащупать пульс. И мне это удалось! Сердце сильно и ровно билось, разгоняя кровь по ожившему организму.

— Эй, очнись, — похлопал я его по щекам.

Никакой реакции.

— Хорош спать, открой глаза.

Глаза открылись. Но это не был какой-то осмысленный взгляд — пустые неживые глаза, как у куклы, пялились куда-то прямо перед собой. Я провел рукой перед его глазами — никакой реакции, взгляд все так же оставался пустым, совершенно не реагируя на движения.

— Вставай. Ты меня слышишь?

Тело поднялось на ноги и встало, по-прежнему сохраняя жуткое безмолвие.

— Как тебя зовут?

Абсолютно никакой реакции.

Еще немного с ним повозившись, я понял — это была лишь почти пустая оболочка, оставшаяся от человека, способная выполнять только простейшие приказы. Наверное, что-то типа зомби, только живого. Безмолвного и не стремящегося сожрать мозг жертвы. Но все равно — выглядело слегка пугающе.

Это подтверждал и вид верзилы, чьего имени я так до сих пор и не выяснил, несмотря на наши частые с ним встречи. Он весь как-то сжался, стараясь стать как можно незаметнее, что с его габаритами было весьма сложно, и с ужасом наблюдал за моими манипуляциями. Похоже, пришла пора продолжить свои эксперименты с ним — разум Вована, в отличие от тела, явно так и не пришел в порядок. И я устремил задумчивый взгляд на верзилу.

— Э, хорош, — попытался он закрыться от меня рукой, видимо угадав мои мысли.

— Зачем ты здесь?

— Это Вован все! Это он меня сюда притащил! Я вообще ничего не знаю. Слышь, отпусти меня, а? Я никому ничего не расскажу, клянусь, ни слова не скажу.

В общем-то ничего другого я и не ожидал. Но вот как мне пробить барьер, установленный на его мозгах магом? А может, достаточно будет одной грубой силы? Надо будет только в заклинание «лучшего друга» добавить условие, что после воздействия он остается жив-здоров и в твердой памяти, и влить побольше маны. Так и сделаю.

Отпив хороший глоток из флакона, я уставился на верзилу, формируя в голове нужное мне заклинание. Тот, видимо поняв, что его ожидает, судорожно затрепыхался в удерживающих его наручниках.

— Не надо! Я правду тебе говорю — я ничего не знаю. Ну отпусти меня, а? У меня мать дома одна, она ведь пропадет без меня. Ну будь человеком!

Я прервал формирование заклинания.

— Мать, говоришь?

— Да-да, — энергично закивал он, с надеждой глядя на меня. — Она у меня совсем одна, никто, кроме меня, о ней не заботится.

— А где живет?

— В Воронеже.

— А точнее? И звать ее как?

Он назвал адрес и имя, а я удовлетворенно усмехнулся — похоже, мне как-то удалось обойти блок мага. Или, может, это не столь значимая информация на его взгляд. В общем, не будь у меня способности возврата в прошлое, вряд ли этот адрес был бы мне полезен. А так — очень даже может быть.

— А тебя самого как зовут? — попытался я опять выяснить хоть что-то о нападавшем, но тот упрямо сжал губы — ничего о себе и своей роли в нападении на меня он говорить не желал. Или не мог, находясь под воздействием мага.

— Ну как хочешь. Надеюсь, мы с тобой все же подружимся. — И я, опять сосредоточившись на нужном образе, влил в него всю распирающую меня энергию, направляя на верзилу несколько модифицированное заклинание дружбы.

В ту же секунду он застыл неподвижной фигурой, будто сработал стоп-кадр в фильме его жизни.

— Эй, ты в порядке? — окликнул я его.

Но ответа не дождался.

В магическом зрении были видны какие-то обрывки нитей, оставшихся в его голове, но сейчас это был просто бесформенный клубок, а не завораживающие своей красотой яркие узоры.

На все мои слова, приказы, действия он абсолютно не реагировал, так и застыв на месте соляным столбом. Похоже, у меня тут появился еще один зомби, даже более бесполезный, чем первый.

Провозившись еще с четверть часа, я перепробовал все, что только мог, — убрал остатки магических нитей, попытался заклинанием заставить его говорить, пожелал вернуть его разум — все впустую: он так и оставался совершенно недвижим и безразличен ко всему вокруг. Похоже, больше мне ничего не узнать. Однако наша сегодняшняя встреча оказалась хоть немного, но полезной. А теперь пришло время завершить начатое.

Оставлять эти бездушные куклы в живых смысла не было, поэтому я намеревался убить их, вернее — умертвить эти тела, а затем избавиться от улик. Расстегнув наручники у обоих, я скомандовал Вовану:

— Возьми его на руки, — указывая на верзилу.

Хотя и с заметным трудом, но тот сумел выполнить задачу.

— Иди прямо.

Тот послушно зашагал. Выйдя из гаража, он прошел пару десятков метров, вломился в кусты, сумел преодолеть еще пару метров и, споткнувшись, повалился на землю, да так и остался на ней лежать, даже не делая попыток подняться.

Два глухих хлопка, красные брызги на опавшей листве возле голов обоих — и теперь они стали уже окончательно мертвы, не только душевно, но и физически. Убрав пистолет, я глотнул зелья маны и представил, как расступающаяся земля поглощает лежащие на ней тела, после чего запитал образ энергией.

Земля подо мной мелко задрожала, раздался какой-то низкий протяжный звук, подобный бессильному стону, широкая трещина разорвала землю и извивающейся змеей побежала в обе стороны. Тела провалились в эту щель. Все замерло. Не рискнув подходить к краю образовавшейся ямы, я потратил еще немного маны и вернул все к былому виду — с шорохом осыпающейся земли края стихийной могилы сошлись, и теперь только пятна крови на опавшей листве напоминали о недавно лежащих тут телах. Разворошив листву, я окончательно скрыл всякие следы случившегося и направился к машине, которую, как всегда, оставлю где-нибудь у окраины города.

Вернувшись домой, просмотрел записи на скрытых камерах, но, кроме одного момента, ничего нового они не дали — обычный пустой треп между Вованом и верзилой да редкие короткие приказы мага. Заинтересовал же меня момент колдовства мага, если я правильно понял его действия. Сначала он взял в руки уже знакомую мне призму с маной и, присев, некоторое время оставался неподвижным. Затем подозвал к себе верзилу и, положив руку ему на голову, на пару секунд прикрыл глаза, видимо формируя заклинание.

— Чувствуешь? — спросил он после этого верзилу.

— Да, хозяин, — кивнул тот.

— Идите и принесите зерно. И приведите его владельца. Жду вас внизу.

Наверное, зерном он называл мой камень. Подтвердив, что все поняли, бандиты ушли, ну а что случилось дальше, мне и так было уже известно.

На следующий день я сначала посетил знакомого мне детектива и огорошил новостью о том, что ему предстоит командировка в Воронеж. Я успел убедиться в его добросовестности, так что пусть лучше поработает он, чем какой-то неизвестный местный детектив, которого еще предстояло бы найти. В прошлый раз, например, когда я пытался отыскать следы Вована, местный детектив из Томска так и не смог мне ничем помочь.

Посулив детективу и его помощнику неплохую оплату и вручив ему адрес и имя предполагаемой матери верзилы, дал задание убедиться в достоверности сведений — есть ли такой адрес, проживает ли там женщина с таким именем, есть ли у нее сын. И если есть — мне необходимо получить его фото. А дальше будет видно.

Ближе к вечеру съездил с зельями к Сан Санычу, и после демонстрации эффекта мы подлечили его Настю. Сначала вернули силы зельем жизни, а потом окончательно, как я предполагал, излечили ее зельем избавления от болезней. Надеюсь, в этот раз я смогу прожить достаточно долго, чтобы убедиться в его эффективности.

А с понедельника опять вернулся к ежедневному графику высокоинтенсивных тренировок.

— Сколько ты, говоришь, у меня занимался? — поинтересовался Сан Саныч после того, как показал ему, чему уже успел научиться.

— Месяца полтора приблизительно.

— А до этого вообще не занимался?

— Так и есть. Разве что на бокс немного успел перед этим походить.

— Либо у тебя талант, которого я еще ни у кого не видел, либо тут замешаны твои чудеса, — задумчиво произнес он. — Вот это мы и постараемся выяснить.

Вот почему-то чувствую, что в процессе выяснения окажусь пострадавшим!

Впрочем, сам ведь этого хотел — получить тренера и умения в единоборствах, лучшие из всех возможных. Так что придется смириться.

Следующую неделю в основном занимался общим развитием, стараясь опять достигнуть необходимого минимума, которого требовал от меня тренер. В этот раз дело шло несколько быстрее, чем в прошлый, и я быстро возвращался к своим прежним, лучшим показателям. Попутно Сан Саныч в беседах выяснял все возможности, что я в себе обнаружил. Мы также попробовали на нем зелье маны, но, как и все остальные до этого, он не почувствовал совершенно ничего необычного после употребления.

Особо заинтересовала наставника моя способность к ускорению, а также рассказ о том, как зачарованный нож сумел пробить защиту мага, — после этого в программу тренировок добавились упражнения по метанию ножей, да и в общей программе занятий они теперь стали появляться все чаще.

В среду позвонил детектив — он выяснил, что по названному мной адресу действительно проживает женщина с указанным именем и у нее есть сын — Устинов Вячеслав, чье фото мне выслано по электронной почте. Впрочем, он его уже узнал — это был один из «фокусников», что появились из странного тумана. Придя домой, я зашел в почту и щелкнул по значку прикрепленного фото, после чего оно развернулось во весь экран. На меня смотрело знакомое угрюмое лицо верзилы, чьего имени я до недавних пор не знал.

— Ну привет, Слава, — поздоровался я с пока еще (до начала следующего цикла) покойником.

Перезвонив детективу, поставил перед ним задачу выяснить как можно больше об этом Вячеславе. Где живет, когда и с кем его видели в последние дни, нет ли среди его знакомых человека восточного вида с приметным саквояжем, которого детектив тоже видел во время «фокуса». И если да, то сосредоточить все силы на выяснении его личности.

— Все выясним, — заверил меня детектив. — Если они вернутся домой, установить за ними слежку?

— Не вернутся, — заверил я его, — есть у меня такое предчувствие. Просто постарайтесь выяснить все, о чем я сказал.

На том и распрощались.

Последнюю неделю перед второй встречей с магом я, кроме обычных тренировок, посвятил созданию новой защиты. Магический щит, который я ставил с помощью пластины, или «барьер», как назвал его маг, был кое в чем хорош — не пропускал урон и показывал высокую эффективность, но обладал и существенными недостатками — во-первых, был статичен и существовал только в том месте, где создан, а во-вторых, защищал не только меня от заклинаний противника, но и противника — от моих: барьер не пропускал заклинания ни в одну, ни в другую сторону. Мне больше понравилась пленка, невидимой защитой окутывающая мага при всех наших встречах, кроме первой. Она и защищала его, и двигалась вместе с ним, и позволяла ему творить заклинания. Вот такую защиту я и пытался воссоздать с помощью своих мысленных усилий. И мне это удалось.

Правда, эффективность подобной защитной пленки была раз в десять меньше, чем у щита, но зато с нею можно было как двигаться, так и колдовать. Я даже, рискнув здоровьем, сумел выяснить некоторые ее свойства, сначала тыкая в нее ножом, а затем и стреляя себе в защищенную руку. Чем меньше вкладывать энергии в создание защиты, тем меньшее время она держалась и слабее защищала. При ее ослаблении обволакивающие меня видимые в магическом зрении узоры, в основном коричневого и голубого цвета, становились все более тонкими и блеклыми, а затем окончательно исчезали. Но пока защита держалась, пистолетная пуля пробить ее не могла, не говоря уже о ноже. Не зачарованном, правда.

А сегодня, если все пойдет как обычно, меня ожидает вторая в этом цикле встреча с магом. С утра я позвонил детективу и узнал все, что он уже успел выяснить. Это на тот случай, если мне опять придется умереть. Он сообщил мне две, вернее — даже три главные новости. Первая — адрес местожительства Вячеслава, который я постарался на всякий случай запомнить. Он жил в том же Воронеже, недалеко от своей матери. Вторая новость — удалось немного выяснить о восточном человеке с саквояжем, недавно замеченном вместе с Вячеславом, и даже удалось узнать его адрес, опять в Воронеже. А это еще более приближало меня к разгадке тайны появления мага. Ну и третья, вполне ожидаемая новость — третий из «фокусников», Вован, тоже жил в Воронеже и был хорошим приятелем Вячеслава. Впрочем, теперь эта информация уже не столь важна.

Зная точку появления мага, я выбрал место для нашей встречи в стороне от города таким образом, чтобы на своем пути ему не пришлось оказаться на улицах, так что в этот раз никаких сенсаций, думаю, не будет, и никто, кроме меня, не увидит летающего человека. Заранее придя на нужное место, я принялся ждать. И вот, «точно по расписанию», вдалеке появилась стремительно летящая в мою сторону человеческая фигурка. Заметив меня, он замедлил движение, а затем и вовсе остановился и, мягко опустившись на землю, сделал ко мне первый шаг. Надеюсь, хотя бы сегодня все пойдет по хорошо знакомому мне сценарию.

Включив магическое зрение, разглядывал приближающегося врага. Все его тело окутывал плотный кокон медленно шевелящихся магических узоров. В животе сияло яркое синее пламя средоточия маны, вокруг которого плавали несколько ажурных, сверкающих переливами сложных объемных плетений.

— Сын… — начал маг, но как только он открыл рот, я скользнул в ускорение — мне хотелось рассмотреть, что будет происходить дальше.

Контролировать ускорение, особенно когда я был полон маны, получалось плохо — направляемый на поддержание заклинания поток будто обладал большим напором, ежесекундно стремясь вырваться из-под моего управления. Приходилось почти полностью сосредоточиваться на этой задаче, из-за чего рассмотреть происходящее с магом удавалось лишь урывками.

Но все же я успел заметить, как одно из плетений стало ярче, а в следующее мгновение от него, как мне показалось, отделилась его копия и понеслась ко мне. Я попытался поставить щит прямо на ее пути, но, едва отвлекшись от поддержания ускорения, тут же вывалился из него. И в то же мгновение почувствовал резкую боль, пронзившую ногу.

Но отвлекаться на нее было некогда — удивление, написанное на лице мага, вот-вот должно было превратиться в обычные ярость и ненависть. Сначала я, как и в прошлый раз, послал в его грудь стальной болт, пробивший заискрившую и ставшую видимой в обычном зрении от цветных разводов защиту. Магические узоры, облегающие мага, разом потускнели, а он сам с изумлением уставился на торчащий из него болт.

Затем, помня, что шар огня способен раскидать тело мага по всей округе кровавыми кусками, я не стал вызывать это заклинание, а вновь послал в мага стальной заряд, на этот раз в голову. Последний раз вспыхнув, магические узоры защиты окончательно погасли, а снаряд, насквозь пробив череп противника, унесся куда-то вдаль. Тело мага безжизненным кулем повалилось на пыльную дорогу.

Я опустил глаза, осматривая себя. Оказалось, что моя новая защита не смогла полностью остановить пучок стальных игл, что отправил в мою сторону противник, она лишь задержала их основную часть. После этого я остался совсем без защиты, ее узоры бесследно истаяли. А в ноге появилось несколько болезненных глубоких ран, из которых сейчас тонкими струйками бежала кровь.

Достав флакон с красным зельем, я сделал небольшой глоток, после которого раны быстро пропали, оставляя после себя напоминание лишь в виде изорванной окровавленной штанины. Попробовать исправить дело магией?

Но это позже — сейчас мое внимание больше привлекало мертвое тело мага. Внутри его я все еще видел средоточие маны, хотя и довольно быстро тускнеющее, а также несколько узоров рядом с ним.

Подойдя к лежащему телу, присел на корточки и с интересом стал осматривать магические плетения из разноцветных нитей, свивающихся в замысловатые ажурные узоры. Попробовал мысленным усилием, напитав его маной, переместить одну из них, и мне это легко удалось. Может, попробовать забрать их себе? Подумал и решил этого не делать — все равно я не знал, для чего они нужны, а вот нарваться с ними на какую-нибудь неприятность можно легко, а мне еще хотелось пожить в этом цикле. Да и кто его знает, сколько еще у меня осталось этих попыток — лучше излишне не рисковать.

Пока я все рассматривал, сияние центра маны мертвого тела почти угасло, после чего начали блекнуть и остальные плетения в маге. Все, кроме одного. Оно продолжало все так же ярко светиться и к тому же сочилось синим туманом маны, как и мои хранилища, которые я на всякий случай перед этой битвой не стал в себя загружать, обойдясь только зельями, — перестраховался на тот случай, если маг все же умеет их как-то чуять, и это именно они насторожили его в прошлый раз.

Раньше я его не видел, так как оно находилось прямо в магическом центре и скрывалось сиянием магического ядра. Может, это и правда еще какой-то аналог хранилища? В любом случае мана, изливающаяся из него, лишней не будет — все же рискну и попробую поместить в себя этот узор. Я отпил еще совсем немного синего зелья и, нарисовав в голове образ того, как это сочащееся магическим туманом плетение оказывается во мне и начинает наполнять меня маной, запитал созданное заклинание.

Ажурное плетение, повинуясь моему желанию, плавно, будто оно находилось в толще воды, скользнуло ко мне, проникло внутрь и заняло место где-то в центре живота. А я почувствовал себя так, будто вышел на свежий цветущий летний луг прямо из душной маленькой комнатки, полной спертого воздуха.

Когда раньше я помещал в себя хранилища, позволяющие получать ману, одна из них сочилась тонкой струйкой, а для того, чтобы получить что-то большее, необходимо было прилагать усилия. Когда я выпивал зелья маны, то сразу получал огромную дозу желаемого, и затем оставалось лишь изо всех сил стараться не растерять бурлящую во мне энергию. Теперь же я понял, что свободно могу получать энергию, как только этого захочу, практически без всяких усилий с моей стороны, и это было совершенно новое, приятное ощущение.

И никаких неприятных последствий. Может, все же попытаться использовать и остальные узоры? Один из них наверняка отвечает за кастование пучка игл, ведь не просто же так он стал ярче в момент активации заклинания. Но пока я размышлял, сияние магии в мертвом теле окончательно угасло, после чего уже едва видимые плетения рассыпались на нити, бесследно растворяющиеся в пространстве. Что ж, попробую в следующий раз. К тому же теперь я знал, на что надо обратить внимание, — постараюсь запомнить, какой именно узор отвечает за иглы. И продолжу эксперименты уже с ним.

Но это все потом. А сейчас у меня впереди был месяц тренировок, к которым мне просто не терпелось приступить. Думаю, на моем месте любой чувствовал бы себя так же, ведь не зря многие целыми днями просиживают за компьютерными играми, прокачивая своего персонажа. Я сейчас чувствовал себя именно таким персонажем — благодаря зельям и химии мое развитие не растягивалось на месяцы и годы, как это обычно бывает, а происходило прямо на глазах. Я с каждым днем становился все сильнее, ловчее и умелее. И пусть бо́льшая часть всего этого пропадет к следующему циклу, но ведь кое-что и останется. А приобретенные знания и умения вообще навсегда уже будут моими. Так что пора хорошенько прокачать своего персонажа!

На всякий случай обыскав тело мага, я ничего не обнаружил, поэтому не медля, с помощью новообретенного источника маны погрузил мертвое тело под землю, сначала сделав ее жидкой, а затем, когда труп полностью в нее погрузился, вернув ей обычные свойства. После этого затер несколько кровавых пятен в пыли, и теперь о недавней схватке ничто не напоминало.

Затем, потратив еще немного маны, мысленным усилием вернул свои джинсы к нормальному виду. Дыры, выпуская по краям сцепляющиеся между собой нити, заросли прямо на глазах, а пятна крови осыпались невесомой пылью, тут же унесенной легким порывом ветерка. Пока во мне есть источник маны, надо им пользоваться, иначе источаемая им энергия пропадет впустую. Интересно, на сколько времени хватит этого нового для меня запаса маны?

Хватило на четыре дня интенсивного использования. И эти дни были проведены с пользой. На тренировках под руководством Сан Саныча я, с полного его одобрения, теперь постоянно пользовался ускорением, и контролировать его у меня получалось все лучше и лучше. Вот только колдовать в таком состоянии было невозможно, ведь для создания образа заклинания необходимо было сосредоточиться на нем, после чего неизбежно терялась концентрация на ускорении.

Но вот для схваток подобное состояние подходило идеально. На руках у меня были перчатки, на ногах футы, противники были в защитной экипировке и выходили против меня по двое-трое, но, несмотря на это, с помощью ускорения я побеждал почти в каждом бою, расшвыривая соперников по сторонам легкими для меня тычками и уклоняясь от их атак иногда лишь на необходимые миллиметры, не больше.

После каждой схватки мы восстанавливали силы, а затем Сан Саныч проводил ее анализ, указывая каждому на его ошибки. Иногда я действовал настолько быстро, что даже он не успевал улавливать мои движения, но по их последствиям воссоздавал картину боя. И если я в чем-то ошибался, мы несколько раз повторяли правильную последовательность действий, закрепляя ее в памяти. То же самое касалось и других участников нашей специальной тренировки, которых, кроме меня, было пятеро. Затем — новая быстрая схватка и очередной анализ.

С боксом было несколько хуже — на тренировках по нему я не рисковал слишком уж явно применять ускорение. Ко мне и без этого возникали вопросы в связи с моим невероятно быстрым прогрессом и просто невозможной для нормального человека интенсивностью тренировок. Но пока от них удавалось отделываться, перенося объяснения на потом и стараясь не показывать тренеру максимума своих возможностей.

Незаметно пролетел месяц, и сегодня меня ожидала очередная встреча с магом. Я был к ней готов, хотя даже не знал, что делать в случае, если сумею победить — зелий для дальнейшего продолжения таких интенсивных тренировок почти не оставалось. Были еще синие призмы, их должно хватить на некоторое время, но смогу ли я с помощью одной только маны, своими заклинаниями лечить повреждения и снимать усталость? Получится ли мне заменить зелья колдовством? Не принесет ли это больше вреда, чем пользы? Увлеченный тренировками, я так и не озаботился найти подопытных для своих экспериментов, проясняющих эти вопросы. Если сегодня останусь жив, придется этим заняться. Хотя даже если и умру, надо будет про это не забыть.

Местом встречи я выбрал ту же самую опушку небольшой рощи, где в последний раз похоронил мага. Наверняка он что-то заподозрит, второй раз подряд найдя меня в этом месте, но он и без того в этот раз хорошо подготовлен, так что хуже, думаю, не будет.

Днем, примерно за час до того, как в прошлый раз на меня напал скрывающийся в невидимости маг, я был на месте и, задействовав магическое зрение, поглядывал по сторонам, ожидая прибытия нападающего, и, чтобы не терять время зря, одновременно тренировался в контроле, удерживая в воздухе подобранный здесь же камешек.

Приближающегося мага я заметил еще издалека — его выдавали яркие узоры магии, которые делали его невидимым в обычном зрении. Полагая, что я его не вижу, он неспешно, так, чтобы его не выдавал потревоженный движением воздух, летел невысоко над землей в мою сторону. Я по-прежнему делал вид, что полностью увлечен тренировкой. Но когда до него оставалось всего несколько метров, я, уже не скрываясь, повернулся к нему лицом и, подмигнув, отправил в его сторону стальной болт, а следом за ним и огненный шар.

В магическом зрении было видно, как одно из плетений, что кружили вокруг сияющего центра, взорвалось нитями магии, которые мгновенно разрослись вокруг мага. Стальной болт, наткнувшись на них, рассыпался искрами металлической пыли, разлетевшейся от места попадания исчезающим в воздухе туманным облачком. Шар огня, налетев на нити, распался на мелкие комки пламени, и они, уткнувшись в защиту мага, угасающими струйками стекли на землю.

Коротко сверкнув переливами цветов, окутывающая мага невидимость спала.

— Думаешь, такой недоучка, как ты, способен мне навредить, даже имея эссенцию хаоса? — надменно поинтересовался проявившийся маг.

— Забыл, кто тебе голову продырявил? — с улыбкой поинтересовался я. — А как у тебя, кстати, получается оставаться живым и здоровым после такого?

— Да ты… — Казалось, налившееся от злобы кровью лицо мага вот-вот лопнет.

Скользнув в ускорение, я наблюдал, как один из узоров в его теле начинает наливаться светом, но затем сияние угасло и раздался растянутый низкий звук — так в ускорении воспринималась речь. Я вернулся к нормальной скорости, перестав подпитывать заклинание энергией.

— …за все ответишь! Но если очень постараешься, отвечая на мои вопросы, то смерть твоя будет быстрой.

Взвизгнули иглы, и нога взорвалась болью. Да что ж такое! Постоянно одно и то же. Даже защита не смогла меня полностью уберечь. Рано я вышел из ускорения, надеясь узнать хоть что-то полезное.

Стиснув зубы, я постарался отодвинуть боль подальше и, выхватив заранее зачарованный нож, метнул его во врага. Но когда я в этот момент по привычке оперся на раненую ногу, вспышка боли сбила мою концентрацию, из-за чего нож влетел в мага плашмя. Брызнули искры, защита пошла разводами, но, коротко звякнув, нож бессильно упал на землю. Пока удивленный маг пытался сообразить, что произошло, я выхватил второй приготовленный нож. «Боли нет!» — мысленнно сказал себе. Магия, что напитывала меня из нескольких поглощенных перед боем хранилищ, послушно отозвалась на мое желание, и боль действительно исчезла. Второй нож, сверкнув в полете, вонзился в шею мага, пробивая защиту. Тот захрипел и потянулся к нему руками, но магия его опередила — сверкнул один из узоров, и нож, будто выдернутый невидимой рукой, вылетел из раны и упал на землю.

Да сколько же их тебе надо! Я потянулся за следующим. Надеюсь, четырех заранее приготовленных метательных ножей мне хватит. Выхватив еще один, отправил его в полет. Но маг меня опередил — от него в мою сторону устремилась видимая только в магическом зрении сеть, сплетенная из голубых нитей. Нож, не долетев до противника, отскочил назад, как только наткнулся на нее. А в следующий момент она домчалась и до меня. Ощущение, будто меня со всего маху ударили огромной подушкой, отшвыривая назад.

Подкинутый в воздух мягким, но сильным ударом, я пролетел несколько метров, вращаясь в полете, а затем рухнул на землю и покатился по ней, отбивая бока о твердую поверхность утрамбованной дорожной колеи и оставляя за собой шлейф пыли. Наверное, еще действовало мое внушение самому себе, так как сильной боли я не почувствовал. А может быть, ее приглушал адреналин, что заставлял сейчас бешено колотиться сердце.

Как только немного пришел в себя после падения, осознал, что лежу на спине, раскинув руки. С усилием приподняв голову, заметил неспешно направляющегося ко мне мага. Используя ману, что сочилась из хранилищ, я сформировал заклинание ускорения, и мир вокруг немного замедлился. Преодолевая инерцию будто налившегося ртутью тела, дотянулся рукой до кармана, где у меня был флакон с синим зельем. К счастью, он не разбился при падении. Все так же находясь в ускорении (что сейчас было поддерживать проще, так как я просто-напросто направлял на него всю энергию, что получал от хранилищ), отвинтил крышку и уже подносил флакон к губам, когда от еще одного засиявшего в маге узора отделилось яркое полотно, сотканное из нитей бордового цвета. Укрывшая меня ажурная сеть выпустила нити, проникшие вглубь тела, а те расцвели на концах паутинками тонких извивающихся волосков. А в следующее мгновение жуткое жжение во всем теле заставило меня судорожно дернуться, роняя флакон, я потерялся в океане боли и заорал, не в силах думать ни о чем, кроме бегства от выжигающей меня изнутри магии: «Вернуться!»

Боль стала постепенно угасать, как и громкость моего крика, который будто звучал где-то в стороне, все дальше и дальше от меня. Мир тускнел. Все краски будто бледнели, покрываясь серым налетом безразличного ко всему времени. Я взмыл высоко в небо, которое становилось все темнее и темнее, но, несмотря на это, никаких звезд на нем не зажглось — впереди меня ждал только угольно-черный провал бездонной глотки, в которую меня неумолимо затягивало. Ужасаясь быть ею проглоченным, попытался замедлить движение, но все было тщетно — я погрузился во мрак, скользя во тьме и постепенно сам становясь бесплотной тенью, одной из многих, что кружили вокруг. Мысли, память, эмоции — все это оставалось позади меня, лишая меня самого себя. И вскоре я полностью исчез, без следа растворившись во мраке, а вместе со мною перестала существовать и вселенная. Тьма и пустота поглотили все.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 8

Прикрыв глаза, я привычно выругался в адрес злобного мага и полежал еще пару секунд, приходя в себя. Казалось, в глубине тела все еще пробегают жгучие искорки боли от последнего вражеского заклинания.

Ну ничего, в этот раз я подобрался еще немного ближе к логову мага. Детектив, что смог выяснить адрес его места проживания в Воронеже, наведался туда и кое-что узнал — маг появился там 10 июля. На основании чего он смог вселиться в пустующий коттедж, предназначенный для сдачи в аренду, владелец которого так и не смог дать внятного ответа, постоянно сбиваясь. Сначала он говорил, что маг был знакомым его непонятно какого друга. Затем, запутавшись в воспоминаниях, сказал, что тот заплатил. Но когда, сколько и каким образом — ничего вспомнить не мог. Определенно тут опять замешана магия. После своей гибели маг там больше не появлялся, так что это явно было лишь его очередное временное жилище.

Ну а мне в этот раз предстояло выяснить, откуда он там взялся и как с ним связаны местные громилы. Так что я поднялся с кровати, и меня захватила обычная суета начала цикла. Но было и кое-что новое: во-первых, при посещении спортзала выяснилось, что каким-то образом я в сравнении с прошлым разом прибавил около двух килограмм, так что теперь можно точно сказать, что помимо знаний и навыков в прошлое переносится и часть физических изменений. Гибкость, например, тоже стала несколько лучше, как я заметил: определенно под влиянием прошлых циклов.

Еще я опять попытался пойти обучаться к Сан Санычу раньше, чем достану зелья. Для этого я все же в прошлый раз выпытал у него несколько фактов, известных только ему одному. Но, как он и предупреждал, результата это не принесло: «Фокусы у тебя интересные, но поговорим, когда принесешь свое чудодейственное зелье», — таков вкратце был его ответ и на данный ему заранее выигрышный лотерейный билет, и на знание некоторых других событий из будущего, и на известные только ему одному факты из его прошлой жизни. Так что тут ничего не изменилось — надо ждать зелья.

Через день после возвращения в прошлое, получив свой второй выигрыш, я тут же направился к детективу, опять с ним «познакомился» и, хорошо ему заплатив, без труда добился согласия отправиться в командировку вместе с нанятыми его помощниками. Перед ним были поставлены две задачи — найти по указанному адресу Вячеслава и установить за ним слежку, а также выяснить, откуда в коттедж, адрес которого я тоже ему дал, 10 июля заявится человек восточной наружности с приметным саквояжем.

До самой субботы — дня, когда в прошлом цикле появился маг, ежедневные отчеты не несли в себе ничего необычного. Вячеслав, за которым велась слежка, вел ничем не примечательный образ жизни, работая охранником в каком-то местном увеселительном заведении. Никаких чудес с ним не происходило, никто из его знакомых не был хоть сколько-нибудь странным, и никакого человека с приметным саквояжем рядом с ним не появлялось.

А в субботу произошло то, чего я и ожидал все это время. Как позже мне рассказал детектив, в этот день Вячеслав с Вованом, прихватив с собой подруг, отправились на базу отдыха за городом. Сняв себе домик, они вынесли из машины и закинули в него кое-какие вещи, а затем, немного отъехав, расположились на берегу небольшой речки, после чего начали проводить время вполне обычно для такой ситуации — шашлыки, алкоголь, женские радостные визги и мужской гогот. Все это веселье продолжалось до 16:38, когда к компании присоединился еще один участник. Маг.

Впрочем, в этот раз никаких видимых чудес он не демонстрировал. Молча выйдя из небольшой рощи чуть дальше по течению реки, подошел к веселящимся людям, не реагируя на их вопросы. Было похоже, что никому из присутствующих он не был знаком. А затем они все почему-то вдруг перестали интересоваться происходящим, сели в машину и уехали, оставляя за собой дымящийся мангал с жарящимися на нем шашлыками. Как позже выяснилось, прямиком оттуда они направились к уже известному коттеджу, где и обосновались после короткого разговора с владельцем.

Похоже, Вован со своим товарищем и их подругами стали случайными жертвами магического заклинания, что-то типа моего «лучшего друга». Учитывая, что маг опять взялся будто из ниоткуда, меня посетило нехорошее предчувствие, что он возник там вновь благодаря магии. Если так, то его след опять оборвется. Впрочем, прежде чем унывать, надо все же выяснить точно, откуда он пришел на тот пляж. Но это уже в следующий раз, в этом цикле вряд ли я что-то смогу выяснить. Или, может, пустить собаку по следу? Осененный новой идей, я позвонил детективу и попросил его немедленно этим заняться.

— Хорошо, — согласился он, — попытаюсь выяснить, где тут можно достать собаку, а затем попробую раздобыть что-нибудь из вещей этого типа. Думаю, его приятели не откажутся мне в этом помочь за небольшое вознаграждение.

А я вот думал совершенно иначе — если они под влиянием заклинания, то никакое вознаграждение тут не поможет. Что и высказал:

— Нет, к его приятелям не обращайтесь. Попробуйте обойтись без вещей. В общем, найдите собаку и поговорите с ее хозяином: возможно ли это.

Как позже мне сообщил детектив — действительно удалось обойтись и без вещей. Погода стояла ясная, никаких дождей, а место, выбранное для отдыха компанией, было безлюдным, так что собака сумела взять след.

— Вот только есть одна странность, — услышал я в конце отчета детектива, — след внезапно обрывается на полянке, и откуда там взялся наш объект — понять невозможно. Рядом ни дорог, ни жилья, никаких следов людей. Будто он там из воздуха появился.

— Ясно, — отозвался я. — Спасибо. Можете прекращать наблюдение. Завтра я вылетаю к вам, дождитесь, покажете мне все на месте. А помощников можете отправлять домой, больше ничего от них не потребуется.

— Понял, — коротко отозвался он, — жду вашего прибытия.

И мы попрощались.

Для чего я собирался в Воронеж? Возникло у меня подозрение, что не все так просто с этой поляной, на которой обрывался след мага. Подозреваю, что он, как и в окрестностях нашего города, появился на ней волшебным образом. Но вот выяснить это точно я мог только одним способом — запомнить это место сейчас, а в следующем цикле, приготовившись заранее, увидеть все либо собственными глазами, либо опять расставив по округе видеокамеры. Что будет, если я окажусь прав, и как в таком случае искать более ранние следы мага — пока не представлял, но об этом подумаю позже: ведь вполне возможно, что ошибаюсь.

Ну и второй целью моего путешествия, помимо знакомства с местом загадочного исчезновения следов мага, было его убийство. Да, я решил не ждать, пока он заявится ко мне, а нанести превентивный удар. С одной стороны, это, конечно, нарушит весь ход дальнейшей истории, и я постоянно буду подвергаться опасности неожиданного нападения. Вот только какая разница — ожидаемо оно или нет, если мне еще ни разу не удалось остаться живым. Так что хуже не будет. А вот из плюсов — я опять обрету магическую силу, забрав у мага его саквояж. И на этот раз он ко мне попадет намного раньше обычного, так что будет больше времени на тренировки — как магические, так и обычные.

А раз завтра я улетаю и вернусь сюда уже с саквояжем (либо буду убит магом и вовсе не вернусь, но об этом думать не хотелось), то почему бы не отдать старый должок? Я про приятелей, что как-то избили меня в «Клондайке». Да, вот такой я злопамятный. И хотя эти их версии ни сном ни духом про свои бывшие-будущие прегрешения не ведают, я еще помню, сколько зубов они мне выбили… Кстати, а сколько? Оказывается, вру: уже не помню. Но не важно — выбитые зубы, сколько бы их ни было, требовали отмщения. Только надо поторопиться, ведь сегодня именно тот день, когда это все и случилось. Так что одеваться, собираться и в который уже раз ехать на свою работу — приглашать Викторию на наше первое свидание.

Через часок я уже заходил к ней в кабинет.

— Привет, Виталь, а ты чего здесь? — привычно удивилась она. — Я думала, ты в отпуске.

— Приятно знать, что ты обо мне думаешь, — подмигнул я ей. — Я, собственно, потому к тебе и зашел.

— Ой, не льсти себе, — отозвалась она. — Так что же тебе спокойно не отдыхается, зачем здесь?

— Я вот что подумал, — ответил ей, — отдыхать — это хорошо, но одному скучновато. Не хочешь составить мне сегодня компанию? У меня немного деньжат появилось. — И, рисуясь, достал из кармана пачку пятисоток, легонько постукивая ею по столу, продолжил: — Сходим вечером в «Клондайк», не против?

— О, да ты настоящий богач, — наигранно изумилась Вика. — Весь год копил? Или два?

Как была язвой, так и осталась.

— Тебе невероятную правду или правдивую ложь? — поинтересовался я.

— Конечно, правду, мог бы и не спрашивать.

— Хорошо, — покладисто согласился я. — Я путешествую во времени и благодаря этому знаю все события, что произойдут в будущем. Воспользовавшись этими знаниями, я выиграл эти деньги у букмекеров, так что копить не пришлось.

— Ого, вот это забористую правду ты придумал!.. — уже непритворно изумилась Виктория. — А вот скажи мне, знаток будущего: если я соглашусь, то мне понравится сегодняшний вечер?

— Начало свидания в будущем было очень даже неплохим.

— И что потом?

— А потом два грубияна нам помешали. Но не волнуйся — в этот раз я с ними быстренько разделаюсь, и мы вместе выясним, что нас ждет дальше.

— Да ты прямо настоящий мачо, к тому же с богатой фантазией! — негромко засмеялась девушка. — Наверное, придется мне согласиться. Ты точно уверен, что справишься с хулиганами и защитишь хрупкую девушку? — картинно похлопала она ресницами.

— Я же спортсмен, ты знаешь; что мне какие-то хулиганы, — выпятил я грудь.

— Ого, а ты и правда поздоровел. Признавайся, стероиды начал употреблять?

— Не признаюсь, — ушел я от ответа. — Ну так что, я вечерком за тобой заезжаю?

— Ну хорошо, уговорил, — согласилась она. — Но если хулиганов не будет — ты лжец и мошенник, и между нами все кончено. И вот теперь попробуй выкрутиться! — все же не удержалась она поддеть меня напоследок.

— Все будет в лучшем виде, — улыбнулся я, — и хулиганы, и спасение красавицы. До вечера.

Попрощавшись, зашел к своему начальнику и сказал, что увольняюсь. Вот понимаю, что смысла нет, все это скоро исчезнет без следа, а все равно раз за разом сообщаю ему о своем увольнении. Наверное, я это больше для себя делаю, чем для него: не сделай я так — и меня начнет грызть совесть. А оно мне надо?

Выйдя на улицу, подумал о том, чтобы пройтись по магазинам. Может, даже купить костюм, которого у меня сроду не было. Все же сегодня первое свидание с красивой девушкой. Для нее первое. Но, поразмыслив, отказался от этой идеи — мне привычнее всегдашние джинсы да футболка. А вот их можно и сходить купить новые — эти пусть и немного, но уже были мне маловаты из-за того, что с каждым разом я возвращаюсь в прошлое все более поздоровевшим. Эдак вскоре мне после очередного возвращения и одеть нечего будет.

Остаток дня потратил на магазины, а затем просто прогуливался, наслаждаясь ясным солнечным днем теплого лета. Вечером, приведя себя в порядок, заехал за Викой, и мы отправились в «Клондайк».

В этот раз она выбрала тот же столик, что и в прошлый раз, что в общем-то было и неудивительно — пока все шло почти в точности по прошлому сценарию. Кстати, парочка, что напала на меня, была уже здесь. Это в прошлый раз я не обратил на них никакого внимания, а вот сейчас отметил этот факт. При виде нас они проводили нагловатыми заинтересованными взглядами мою спутницу, удостоив и меня беглым пренебрежительным взглядом.

Не став на них отвлекаться, я все внимание уделил девушке. Как обычно, она поназаказывала себе кучу каких-то редких блюд. Я даже искренне у нее поинтересовался — они ей действительно нравятся или она их берет только для того, чтобы проверить, насколько далеко я могу зайти в своих тратах ради нее.

— Ничего ты не понимаешь, — ответила она.

Это точно! И после ее ответа понятнее ну нисколько не стало.

Вино я сам себе выбрал. Именно то, что она мне порекомендовала в прошлый раз, ценой в сотню с чем-то тысяч.

— Оно тебе действительно нравится или пытаешься поразить девушку? — вернула она мне мой несколько перефразированный вопрос.

— Да нет, просто я не особо разбираюсь в винах. А если бы попросил тебя мне что-нибудь подобрать, то ты именно его и порекомендовала бы. Ведь так?

— Вино в общем-то неплохое, но явно переоцененное. Думаю, я выбрала бы что-нибудь более подходящее, — не согласилась она.

— Да хорош заливать! Ты не забывай — я ведь лучше тебя знаю, что бы ты выбрала. Путешествия во времени, помнишь?

— Кстати, насчет твоих пророчеств, — напомнила она, — когда будут обещанные хулиганы?

— Не переживай, появятся точно по графику.

— Значит, даже график составил? На нас нападут, когда ты меня будешь провожать домой, да? Ты хорошо подготовил своих приятелей, драка будет как настоящая? А то учти, я ведь могу и не впечатлиться.

Видимо, она была твердо уверена, что я собрался организовать целое постановочное шоу по спасению ее от хулиганов. Хм, ну в общем-то это было почти правдой. Единственное, хулиганы были полицейскими, во всяком случае, один из них, и мое участие в «подготовке к шоу» сводилось к минимуму — всего лишь прийти в нужное место в нужное время.

— Уж я постараюсь тебя впечатлить, — искренне уверил ее. — Но забудем пока о драках, расскажи мне лучше… — И мы продолжили наше общение. Девушка была чудо как хороша, и рядом с ней я совершенно потерял счет времени.

Заскрипел отодвигаемый стул, и рядом со мной плюхнулся один из парочки. А я уже почти и забыл про них…

— Не против, если я с твоей лялей немного пообщаюсь? — И, не дожидаясь ответа, обратился к Вике: — Привет, красавица.

— До свидания.

— О как, шустрая ты, сразу на свидание зовешь. Мне такие нравятся. Не против к нам присоединиться?

— А твоя лялька не будет возражать? — поинтересовался я, влезая в беседу. — Или кто там из вас, голубков, кому лялька? — И, заметив, что его приятель как раз в этот момент начал подниматься из-за их столика, я бросил: — Смотри, а твоя, похоже, заревновала. Сейчас скандал закатит. Валил бы к своей подружке, да побыстрее.

Забыв о моей подруге, незваный гость повернулся ко мне:

— А ты борзый пацан. Но ничего, сейчас взрослые дяди научат тебя вежливости.

Подошел охранник:

— Какие-то проблемы?

— Пока еще нет, — уверил я его и продолжил, обращаясь к своему собеседнику: — А если ты сейчас извинишься и вернешься со своим приятелем на место, то у вас и дальше не будет никаких проблем. Все ясно?

— Да ты, я смотрю, совсем не врубаешься, на кого полез!.. — злобно ухмыльнулся он и, повернувшись к подходящему приятелю, заявил: — Это точно он, забирай.

— Полиция, майор Круценко, — представился тот, придавая этому фарсу видимость законности, и махнул перед моим лицом корочками. — Ваши приметы совпадают с приметами разыскиваемого преступника, предъявите документы.

Я радостно улыбнулся, предвкушая близкую месть, и весело сказал грубияну, явившемуся за наш столик:

— И не жалуйся, что я тебя не предупреждал!

После чего, не вставая со стула, резко распрямил левую руку, нанося по его лицу хлесткий удар. И хотя в прошлый раз я бил его из более удобного положения, однако сегодня эффект вышел намного более зрелищным. Мой противник даже не успел ничего понять, когда его вместе со стулом отшвырнуло назад. Стул кувырнулся и отлетел куда-то в сторону, с легким скрежетом скользя по полу, а любитель «лялек» с глухим стуком ударился головой о соседний, пустующий, но тем не менее полный столовых приборов стол, отчего оттуда со звоном посыпались ложки с ножами и вилками, а вслед за ними и пара тарелочек, разлетевшихся на осколки при падении на пол. Противник же упал рядом со столом и попытался подняться, уцепившись за скатерть.

Его приятель, замешкавшись лишь на секунду, уже ринулся на меня, но я к этому времени уже стоял и был готов к нападению. Привычно замедлив мир вокруг себя, мягко заблокировал его удар, отводя его в сторону, а ладонь другой руки с силой впечатал плашмя в его солнечное сплетение. Под ускорением сила и скорость такого удара просто неимоверны, в чем я уже много раз убеждался на тренировках. Вот и в этот раз жертву моего нападения скрючило почти пополам, и он медленно взмыл в воздух, отправляясь в полет.

Тут меня вышибло из ускорения, и, вернувшись к нормальному восприятию, я мог наблюдать, как тело, отлетающее от моей замершей после удара руки, не касаясь пола, пронеслось метра три, а потом встретило на пути колонну, врезавшись в закрепленное на ней зеркало. Раздался хрусткий удар, и под звон осыпающихся сверкающих осколков мой противник безжизненной тушей свалился на пол, усеянный битым стеклом.

И только тут до меня дошло, что в поединке я чисто автоматически вошел в привычный режим ускорения. Но… как это возможно? У меня ведь нет маны, как же мне это удалось? Может, я просто не заметил, что со мной каким-то образом перенеслось немного маны еще с прошлой жизни? Но ведь она бы давно рассеялась, ведь…

Только моим ошеломлением от случившегося можно объяснить тот факт, что я выпал из боя и в самый неподходящий для этого момент погрузился в размышления. Второй из приятелей — тот, что подсел за наш столик, уже успел подняться с пола, при этом почти сдернув со стола рядом с собой скатерть, вызвав еще один «водопад» столовых приборов. Его удар я заметил лишь в последний момент, и поэтому мое тело действовало лишь на затверженных рефлексах, без участия разума. Шагнуть «вперед — в сторону», отвести удар, крутнуться вокруг себя и с разворота впечатать локоть в висок противника. И лишь в последнее мгновение я успел вмешаться в автоматизм действий, и мой локоть врезался не в висок, а в челюсть противника, не убивая его, а всего лишь калеча — перелом челюсти и выбитые зубы гарантированы.

На долю секунды его тело замерло, все так же стоя на ногах, а затем, будто из него разом выдернули все кости, нелепо и неестественно выворачивая конечности, грузно осело на пол, заваливаясь на бок. Голова с глухим стуком встретила камень пола и расплескала на нем ручейки крови, лившейся изо рта с неестественно вывернутой челюстью. Последним замер один из выбитых зубов, с дробным цокотом о каменный пол отлетевший немного в сторону от неподвижного тела после его падения.

— Пожалуй, нам пора, — обратился я к спутнице, раскалывая негромким голосом воцарившуюся оглушительную тишину.

— Охренеть! — услышал я вырвавшийся из нее возглас, полный удивления.

Ого! Не ожидал услышать такое от приличной девушки.

Достав несколько пачек наличности, что специально взял с собой, выложил их на стол — этого с лихвой должно хватить и на оплату нашего счета, и на покрытие убытков заведения.

— Пойдем, — опять обратился я к девушке, — а то, боюсь, если мы останемся, приятели этих хулиганов могут испортить нам чудесный вечер.

— Чудесный — это точно… — согласилась она с немного ошарашенным видом, тем не менее беря меня за руку, которую я галантно подал даме.

Мы собрались было на выход, когда нам молча преградил путь охранник.

— Да брось, — обратился я к нему, — ты ведь видел, что они сами напрашивались. Лучше «скорую» вызови, вон тому она точно понадобится. — Я кивнул на скользящего руками по полу, размазывая на ней кровь, пытающегося подняться типа, что недавно нагло вклинился в наш с Викой разговор. Ему явно понадобится стоматолог. После того как он залечит себе сломанную челюсть. Посмотрев на него и его приятеля, который заворочался среди осколков разбитого зеркала, убеждаясь, что мои противники по крайней мере живы, и дождавшись кивка от подошедшего официанта, быстро оценившего сумму наличности на столе, охранник так же молча отступил в сторону.

По дороге на выход я вновь задумался — как так вышло, что я смог вызвать состояние ускорения? А если сейчас?.. Попробовал, но тщетно — течение времени нисколько не замедлилось. А может, мне показалось? Да нет, я точно помню, насколько медленно двигался мой противник и как легко мне удалось отвести его руку, которой он неудачно пытался меня атаковать. Да и то, с какой силой его отшвырнуло от меня, подтверждало, что мой ответный удар был нанесен определенно под ускорением. Но как? Каким образом у меня это получилось?..

— …сейчас? — донесся до меня голос спутницы.

— Что? — переспросил я. — Извини, задумался.

— Я спрашиваю — куда мы теперь? Что там говорит твое пророчество?

— Не знаю. Я ведь говорил — настолько далеко пока дело не заходило.

— Может, кино?

— Кино? — недоуменно переспросил я. — Так кинотеатры уже закрыты, поздно ведь.

— А у тебя дома неужели нет интересных фильмов?

«Что, серьезно?» — подумал я, сообразив, к чему она ведет. Цветы, конфеты, прогулки — все это не возымело никакого действия, а стоило мне лишь на ее глазах набить морды этим типам…

— Конечно, есть! — ответил я. — Едем…

Надо ли говорить, что ни одного фильма за эту ночь мы так и не посмотрели?

Только когда за окном уже заалела заря, мы, обессиленные, повалились на свежие простыни — старые были насквозь пропитаны нашим потом. Вика, лежа на боку, смотрела на меня, подперев голову ладонью. Очертив пальцами рельефную мускулатуру моей груди, она произнесла:

— А ты совсем не такой, как я думала.

Я, честно говоря, то же самое думал о ней.

— Все мы, бывает, ошибаемся в своих оценках, — отозвался я.

— А эти твои пророчества — неужели правда? Раньше я думала, что ты просто треплешься, в лучшем случае — подговоришь своих приятелей, и они устроят фальшивое нападение, но то, что я видела в ресторане, — это совсем не фальшивка. Вот только как ты мог заранее знать, что эти двое до нас докопаются?

— Это не совсем пророчества, просто я уже жил в этом времени. Проживаю какой-то период, а затем возвращаюсь в прошлое и проживаю его опять.

Что-то скрывать я не стал, ведь какая мне разница, узнает она эти факты или нет — все равно все это скоро исчезнет только для того, чтобы начаться заново.

— Это как в том фильме… ну что-то там про сурка?

— Точно, только у меня не один день, а побольше.

— Сколько?

— Пока не умру.

— И сколько же жизней ты уже прожил? И сколько тебе тогда лет на самом деле? Сто? Тысяча? Ты, наверное, будешь самым старым из всех парней, что у меня были.

— Вряд ли — долго я никогда не живу, так что состариться не успеваю.

— Интересная история, — задумчиво произнесла Вика, — вечно молодой и опасный. Прямо подругой Бонда себя чувствую. — И, немного промолчав, продолжила: — Хорошо, ты не будешь самым старым. Но вот звания лучшего фантазера ты точно заслуживаешь! — И девушка рассмеялась. — Ты что, думал, я и правда на это куплюсь? Ну скажи, как ты все это подстроил? Наверное, просто совпало, верно?

— Как скажешь, — покладисто согласился я.

— Шутки шутками, но проблем у тебя теперь немало. Тебя небось уже вовсю искать начали. Все же избить майора полиции, когда он тебя задерживает, — это серьезно. Что думаешь делать дальше?

А почему бы и не рассказать, раз уж начал?

— Хочешь услышать продолжение моей фантастической истории? — на всякий случай поинтересовался я.

— Почему бы и нет? Рассказывай.

— Так вот… ты спрашиваешь, что дальше, — а дальше я полечу в другой город, убью мага, стану магом сам, потом тот маг чудесным образом окажется живым и вернется убить меня. Ну а там — или он меня убьет, или, если повезет, я его. Но он всегда возвращается и я всегда умираю. Так что проблемы с полицией меня волнуют в последнюю очередь. Такая вот история, — завершил я свой короткий рассказ.

— Значит, ты сегодня улетаешь? — уловила главную для нее мысль девушка.

— Да, через пару часиков уже пора будет выезжать.

— Значит, два часа у нас еще есть. — И она опять потянулась ко мне. — Обещай, что, когда станешь магом, вернешься и покажешь мне свои фокусы… — жарко прошептала она мне в ухо и, целуя, стала опускаться все ниже и ниже.

В этот миг я готов был обещать что угодно.

Во время полета мне удалось немного вздремнуть, поэтому в Воронеж прибыл слегка отдохнувшим и полностью готовым к выполнению своего плана. У аэропорта меня встретил детектив на арендованном авто, и первым делом мы поехали к месту жительства мага. Остановившись чуть в стороне от небольшого коттеджного поселка, он указал мне на один из домов.

— Он в том коттедже. Во всяком случае, был там все время, что мы за ним следили.

Я осмотрелся, прикидывая возможность скрытного проникновения на территорию.

— Собака там есть?

— Нет, хозяева ведь постоянно меняются, коттедж сдается в аренду. С соседними домами та же история, так что если и есть собаки, так это у тех, кто снимает жилье. За все время видел тут только несколько мелких домашних собачонок.

Что ж, это намного упрощало задачу.

Потом я попросил отвезти меня на полянку, где обрывался найденный собакой след мага. Поездка не заняла много времени, и вскоре мы, миновав какую-то базу отдыха, углубились по проселочной дороге в гущу дикого лесного массива. Я старательно запоминал дорогу — хотя место и было отмечено на карте, но в следующий раз проще будет повторить уже знакомый путь. Остановились мы на берегу маленькой речки, у небольшого песчаного пляжа.

— Дальше только пешком, — пояснил детектив, — но тут совсем недалеко идти.

Закрыв автомобиль, оставленный под деревьями, мы отправились вверх по течению реки. Места были совершенно нехоженые, поэтому нам приходилось то пробираться через кусты, то обходить низинки, заполненные оставшейся после разлива водой и образовавшие небольшие, полностью заросшие ряской болотца. Детектив, видимо, еще помнил дорогу, поэтому иногда в густой траве показывалась протоптанная им чуть ранее тропа. А может, это были и не его следы — я, честно говоря, не интересовался, лишь следуя за своим проводником, ориентировавшимся по джипиэс-навигатору; когда соберусь посетить нужное место самостоятельно, обязательно надо прихватить такой, иначе точно не найду.

Наконец путешествие закончилось на небольшой полянке среди густого подлеска, тянущегося к солнцу в стремлении вырваться из тени старших собратьев. Ничего примечательного здесь не было — вокруг возвышались взрослые деревья и мелкая молодь, а сама полянка заросла высокой густой травой. По пути сюда встречались десятки, а то и сотни похожих мест. Тем не менее именно это мне надо было накрепко отложить в своей памяти, как и необходимые для его нахождения координаты: ведь, возможно, благодаря ему в следующем цикле смогу еще немного приблизиться к решению загадки появления таинственного мага. Поэтому проторчал на поляне довольно долго, запоминая все особенности, какие только мог отметить. И лишь когда точно уверился, что смогу точно опознать это место, мы отправились в обратный путь. Детектива ждала дорога домой, а меня — подготовка к убийству мага.

Впрочем, ничего особого я предпринимать не стал — всего лишь заскочил в магазин, где купил пару ножей, да снял номер в гостинице неподалеку от этого коттеджного поселка, после чего хорошенько выспался, набираясь сил. Вечер и половину ночи провел в безделье, уткнувшись в телевизор и изредка тыкая в кнопку переключения каналов. Лучше бы книжку с собой прихватил, все поинтереснее провел бы время. Жаль вот только, что для меня теперь было проблемой найти что-то новое из книг, ведь каждый раз после моего возрождения все возвращалось к тому же, что и раньше, — раз за разом одно и то же, ничего нового.

Поздно ночью, миновав сонного дежурного, я вышел из дверей гостиницы и, повернув направо, не спеша пошел в нужном направлении. До цели моей вылазки было не так уж далеко, так что пройдусь ножками. Тем более погода располагала — теплая летняя ночь, мягкий свет звездного неба, узкий серп луны и свежий чистый воздух, лишенный дневной примеси выхлопных газов.

Примерно через час был на месте — нужный мне дом окружен оградой: невысокие, около полутора метров, кирпичные столбы с фигурной железной решеткой между ними. В общем, ничего сложного — преодолеть такую проще простого. Мешало только одно — за оградой, у входа в коттедж, маячила чья-то фигура. Это явно был один из околдованной магом парочки, охраняющий его сон. Который из них — не разглядеть в полумраке, но, судя по массивной фигуре, это Вячеслав. Хотя не важно, более насущный вопрос — как мне незаметно попасть в дом?

Понаблюдав некоторое время за дежурящим человеком, я убедился, что он остается на месте, лишь иногда совершая короткие прогулки вдоль фасада. После этого я решил попробовать обойти коттедж и проверить окна первого этажа на его задней стороне — вдруг повезет и я смогу через одно из них пробраться внутрь.

Избегая внимания часового, по проулкам обошел нужное и соседние здания и вышел к нему с другой стороны. Легко перемахнув ограду и стараясь поменьше шуршать в окруживших меня кустах, что разрослись на заднем дворике, двинулся к стене дома с тремя узкими окнами на первом этаже и двумя пошире — на втором. До окон второго мне не дотянуться, а вот те, что на первом, надо проверить: все же лето — может быть, повезет, и какое-то будет открыто.

Одно из них действительно оказалось открытым, вот только везением это назвать было сложно — пластиковая рама откинута таким образом, что осталась только узкая щель наверху. В общем, пробраться внутрь незамеченным тут было невозможно. Два других окна и вовсе закрыты. Так что все же придется проникнуть в здание через главный вход, сумев каким-то образом без шума миновать охранника. Сейчас мне бы пригодился пистолет с глушителем, ну или хотя бы метательные ножи, хотя вот насчет них я не был уверен, что справлюсь. Но в любом случае чего нет, того нет, придется обходиться только лишь своими навыками рукопашного боя да двумя кухонными ножами.

Подойдя к углу, осторожно выглянул из-за него — никого. Впрочем, вполне ожидаемо — за все время наблюдения охранник сюда ни разу не совался. Завернув за угол, я вдоль стены здания, на всякий случай пригибаясь, когда проходил мимо окон, медленно двинулся к следующему углу, напряженно вглядываясь в полумрак впереди и готовый в любую секунду прижаться к стене, укрываясь от чужого взгляда.

Это меня и подвело — настолько засмотрелся вперед, что перестал уделять достаточное внимание тому, куда ставлю ноги. И при очередном осторожном шаге подо мной с громким хрустом, оглушительно прозвучавшим в ночной тишине, переломилась сухая ветка. Я замер, лихорадочно размышляя о том, что делать, когда меня обнаружат. Нападать? А толку-то? Завяжется драка, шум которой перебудит всех в доме, в том числе и мага. Вряд ли я тогда смогу с ним справиться, лишь только насторожу или даже, в худшем случае, буду им убит. Лучше убегу — глядишь, спишут все на мелкого воришку и успокоятся, а я попробую повторить вылазку в следующий раз.

Но прошла одна минута, затем еще одна, а было по-прежнему тихо — никто не спешил выскакивать из-за угла с криком: «Стоять, я тебя вижу!» Похоже, повезло. Постояв еще немного и не уловив ни единого подозрительного звука, я продолжил медленный и осторожный путь вдоль дома. Вот и конец стены. Прижавшись к ней, я как можно незаметнее выглянул из-за угла, собираясь выяснить, где сейчас охранник. И я это выяснил! Он в этот момент, действуя так же тихо, как раз собирался выглянуть со своей стороны. Видимо, все же его насторожил произведенный мною шум. Вот только ему-то зачем было скрытничать?

Все эти мысли молнией промелькнули в голове, когда мы, чуть ли не столкнувшись лбами на этом злополучном углу, на мгновение замерли, глядя друг на друга. Если бы Вячеслав — а это был он, как я и предполагал, — поднял сейчас шум, все было бы кончено. Но вместо этого он, ни произнеся ни слова, быстро шагнул ко мне, отводя руку для сокрушительного удара. Однако мой резкий прямой удар правой в голову оказался быстрее — с глухим стуком кулак врезался в подбородок противника, и тот, пару раз пьяно пошатнувшись, беззвучно повалился на землю.

Присев возле неподвижного тела, я осмотрелся вокруг — все было спокойно. Мне повезло, что он не стал поднимать тревогу, а решил сам выяснить причину услышанного шума. Теперь мне предстояло решить, что делать дальше. Пара секунд размышлений — и я, достав нож, вонзил его под подбородок здоровяка в смертельном ударе. Попридержав трепыхнувшееся в конвульсиях тело, достал нож из раны и вытер окровавленное лезвие об одежду покойного, после чего вновь спрятал оружие в карман.

Убивать его мне приходилось уже не раз, причем и более жестоким образом, так что никаких душевных терзаний не испытывал. Да и что мне было делать? Оставь я его здесь, он мог бы очнуться в любую секунду и все мне испортить. К тому же все эти смерти я уже стал воспринимать без каких-либо потрясений — так или иначе, все вокруг меня временно, вскоре исчезнет и переродится вместе со мной, ведь выжить в этом цикле мне не светило, так как я пока не смог отыскать логово мага, тем самым обезопасив себя от его нападений в будущем.

Перешагнул мертвое тело и направился ко входу в дом. Дверь была не заперта, и я наконец смог оказаться внутри временного жилища мага. Войдя, мне пришлось разуться, так как моя обувь издавала пусть и не громкий, но все же шум при ходьбе. А вот идти босиком, точнее говоря — в одних носках, удавалось почти беззвучно.

Обыскав первый этаж, убедился, что он пуст, и по небольшой деревянной лестнице поднялся на второй. Осмотрел одну комнату — судя по всему, гостиная. Большой диван, большой телевизор, большое окно — да тут любят все большое… Ну а для меня большим разочарованием стало то, что она пуста. Еще одна комната — наверное, мини-спортзал: беговая дорожка, универсальный тренажер, набор гантелей. Конечно же в этот час тут никого не было.

А вот в следующей комнате мне повезло — едва приоткрыв дверь, услышал шумное сопение спящего человека. Бесшумно приблизившись, опознал в спящем своего старого знакомого — Вована. Сегодня ему проснуться уже не суждено — на всякий случай зажав ему рот ладонью, с силой вонзил лезвие ножа ему в глаз по самую рукоять. Придержав коленом судорожно дергающееся подо мной тело, дождался, когда жизнь окончательно покинет его, после чего, прижав голову покойного левой рукой к подушке, правой вытащил из его глазницы крепко засевшее там лезвие ножа. Вытерев его, не стал в этот раз убирать оружие в карман, а, наоборот, крепко сжал пальцами рукоять и двинулся дальше.

Следующая комната оказалась заперта. Маг именно там — больше негде, остальные комнаты я уже осмотрел. Преграждавшая мне путь дверь хотя и была хлипкой, но все же ворваться в комнату без шума не получится. Ну что ж — отступать уже поздно, и я, приготовив оружие, с силой врезал ногой в дверь рядом с замком, отчего та резко распахнулась, брызнув щепой из треснувшего косяка, и с грохотом врезалась в стену, будя всех, кто находился внутри комнаты.

Влетев внутрь, я устремился к огромной кровати, на которой лежали три тела — два женских, что было вполне ясно, так как одежды на них не было, а в середине между ними — маг, к которому я и рванул. Но тот почти мгновенно пришел в себя и не стал меня дожидаться. Перемахнув через женщину на дальней от меня стороне кровати, он упал на пол и скрылся из виду.

Устремившись за ним, я чуть не напоролся на ногти его подруг, рванувших на защиту своего господина. Хотя в комнате было довольно темно, это не мешало оценить идеальную фигуру нападавшей. Неужели это и есть бывшая подруга одного из моих давних «приятелей», ставших подручными мага? Больше похожа на модель. Или маг уже успел над ней поработать?

Проносившиеся в голове мысли, невольно возникающие при виде набросившихся на меня нагих красавиц, не помешали мне, уклонившись от нацеленных в глаза ногтей, ударом кулака в солнечное сплетение вывести из строя одну из них, заставив ее скрючиться на полу в попытках ухватить хотя бы глоток воздуха. Ну а что — я за феминизм и полное равноправие мужчин и женщин. Ну, почти: все же мужчин я убивал, а этих — хлестким ударом я отправил вторую набросившуюся на меня валькирию куда-то в дальний угол, — этих я только ненадолго выводил из строя.

Забежав за кровать, я увидел мага, который успел добраться до своего саквояжа и уже схватил флакон с зельем. Метнув в него зажатый в руке нож, ринулся вслед за ним. К сожалению, метать ножи, как Сан Саныч, я так и не научился, да и легкий кухонный нож не был для этого предназначен, поэтому, вместо того чтобы пронзить сердце злодея, он неглубоко воткнулся в грудь мага, видимо, упершись в ребро. Тем не менее этого хватило, чтобы мой враг, вскрикнув, выронил флакон.

До него оставалась всего пара метров, когда он, блеснув на миг синим отражением луны в камне своего перстня, направил на меня палец с надетым на него магическим оружием, в чьем действии я так и не разобрался, но вот с результатом уже встречался. Глухо хлопнуло, и в меня устремился сотканный из неярких синих нитей плотный клубок молний. В то же мгновение мир замедлился и я, преодолевая сопротивление ставшего вязким воздуха, уклонился в сторону, пропуская мимо себя испускающий искры снаряд. И сразу после этого вернулось нормальное течение времени.

Пролетев оставшееся до мага расстояние, я врезался в него всем телом, прижимая его к полу. Схватив за руку, безжалостно вывернул палец с перстнем, ломая его и сдергивая опасное украшение. Маг подо мной заверещал от боли и забился, пытаясь вырваться. Но всего через секунду, злобно проорав: «Ты еще пожалеешь, раб!» — обмяк, похоже, он был мертв. Хотя в этом я почти не сомневался, тем не менее прижал пальцы к его шее: пульса не было. Жаль, ведь я бы не отказался с ним поболтать. И что он все время так быстро уходит? Всего-то пальчик сломан, а сколько крика…

Завозившееся в углу тело приходящей в себя защитницы мага напомнило мне о том, что пора бы и честь знать… в общем, сматываться побыстрее. Схватив саквояж, я бросил внутрь его быстрый взгляд — все магические штучки были на месте. Может, усыпить красавиц магией? Впрочем, зачем тратить ману — они и без этого нескоро в себя придут, все же бил я неслабо. Сунув в карман флакон с маной, что выпал из рук мага, закрыл саквояж и вышел с ним из комнаты, оставляя за собой один труп и два обнаженных полубессознательных тела.

Выйдя из дома, перемахнул ограду и, выйдя на основную улицу, зашагал по направлению к гостинице. Примерно через полчаса сзади послышался приближающийся шум одного из редких в эти часы автомобилей. Осветив меня фарами, машина замедлила ход и, почти поравнявшись, коротко рявкнула сиреной и засверкала проблесковыми маячками. Полиция. Что ж, вовремя — я уж думал, так и придется добираться до гостиницы своим ходом. Глотнув из флакончика, остановился. Двери открылись, и из машины выбрались двое. Приблизившись ко мне, один из них представился:

— Сержант Кузнецов…

Привычным уже усилием я направил бурлящую во мне ману в мысленный образ заклинания дружбы, отправляя его в полицейского.

— Привет, не узнал, что ли?

— А, это ты, — расслабленно отозвался сержант. — Ты чего здесь ночью шатаешься? Повезло тебе, что это я на тебя наткнулся, я не еще кто-нибудь — у нас план «Сирена», загремел бы к нам до завтра как минимум.

— Да ты что! — сделал я изумленное лицо. — И правда повезло. Раз такое дело, не подбросишь меня до нужного места?

— Тебе далеко? А то сам понимаешь — работа…

— Да нет, рядом совсем. — Я назвал гостиницу.

— Конечно, — тут же согласился мой новый «приятель», — садись, мы как раз в ту сторону направлялись.

Дорога до гостиницы заняла считаные минуты, в течение которых сержант лишь разок формально поинтересовался у меня: «Как жизнь?» — а все остальное время матерился на неизвестного убийцу, вырвавшего его из удобного кресла в дежурке на пустынные ночные улицы. Когда мы добрались до места и автомобиль остановился у гостиницы, сержант вышел из машины вместе со мной:

— Я зайду поспрашиваю у дежурного: может, что видел.

«Забудь все и уезжай», — мысленно скомандовал я ему, напитав приказ маной, после чего повторил эту операцию с его молчаливым напарником. И едва успел захлопнуть за собой дверцу авто, как колеса крутанулись и машина, набирая ход, умчалась куда-то прочь. Войдя в гостиницу, я на остатках маны «убедил» дежурного, что он «ничего не видел», поднялся в номер и закрыл за собой дверь — программа по убийству мага и добыче маны была выполнена.

Авиарейс до дома отправлялся только после обеда, так что, проспав остаток ночи, опять несколько часов проторчал в номере гостиницы. На этот раз, кроме телевизора, у меня нашлось и дело поважнее — занимался тренировкой контроля магии, стараясь то неподвижно удерживать в воздухе предметы, то плавно их перемещать. После пары неудач в самом начале припомнил нужные навыки, и дело пошло на лад — во всяком случае, теперь я почти никогда не терял концентрацию настолько, чтобы уронить предмет. А ведь раньше это случалось почти постоянно.

За пару часов до отправления рейса покинул номер и поехал в аэропорт. Путь домой прошел вполне обыденно, разве что разок пришлось применить внушение для того, чтобы беспрепятственно пронести с собой на борт пузырьки с зельями. Оказавшись у себя в городе, вышел из здания аэропорта и, поймав такси, назвал свой адрес. Подъехав, расплатился с водителем и покинул салон, на всякий случай приготовив зелье маны — дома меня вполне могли уже поджидать неприятности в лице обиженного в ресторане пару дней назад майора полиции.

Но все было спокойно — ни возле дома, ни у квартиры никого не встретил. Так что, плотно пообедав, а заодно и позавтракав, чего не успел раньше, вновь начал тренировать контроль, подвесив в воздухе первое, что попалось мне на глаза. На этот раз жертвой экспериментов стали наушники. Забавно было видеть, как они без всякой опоры то висят в воздухе, то двигаются, куда я им укажу, — по комнате будто ходил человек-невидимка в моих наушниках. Мне кажется, благодаря этой веселой картине в воображении даже результат упражнений немного улучшился.

Заодно и размышлял о своих дальнейших планах — сначала надо решить вопрос с тренировками по самбо, навестив Сан Саныча, а затем я хотел проверить одну идею, что давно зрела в голове: если я смог выучить, пусть и не в совершенстве, английский, то это значило, что я могу узнать вообще все что угодно. Например — понять неизвестный текст на вещах мага. Необходимо только придумать, как это сделать безопасно для себя. А значит, нужны «добровольцы», которых будет не жалко в случае неудачи. Преступники какие-нибудь, кто точно виноват, но еще остается на свободе. Вот только где мне таких отыскать? Может, чиновников навестить? Или коррупция — это все же не повод для моих жестоких над ними Мои размышления прервали громкие удары — кто-то, не жалея сил, заколотил в дверь:

— Откройте, полиция!

А это кстати, ведь кто лучше их знает всех бандитов в городе?

Судя по настойчивому грохоту, визит полиции был явно не дружеским, так что я решил подготовиться. Глотнув маны, вдобавок вытянул из пары стеклянных призм содержащиеся в них плотные сгустки, испускающие дымку маны, и разместил их внутри своего тела. Флакон сунул в карман и тут же сколдовал на него невидимость, что уже как-то делал со своим мешочком с камнем внутри. Его так же скрыл магией. Закрыв футляр со стеклянными призмами, положил его обратно в саквояж, который задвинул в угол и на всякий случай тоже скрыл от любопытных взглядов магической невидимостью. Кажется, готов. И пошел открывать дверь.

— Вы задержаны на основании… — Надо же, второй раз уже арестовывают, так и привыкнуть можно.

Я, не сопротивляясь, дал защелкнуть браслеты наручников на своих заведенных за спину руках и под конвоем двух придерживающих меня сотрудников был препровожден в стоящий у подъезда автозак. В прошлый раз, помнится, все было немного проще — в участок меня отвезли на обычной машине.

По приезде меня все так же под конвоем провели в кабинет, где отобрали личные вещи, оставив только одежду да скрытые магией флакон с зельем и мешочек с камнем, а затем вместо уже немного знакомых по прошлому процедур — допроса, фотографирования и снятия отпечатков пальцев меня, все еще закованного в наручники, повели сразу в казематы. Ну то есть отвели в место, явно предназначенное для содержания заключенных, судя по зарешеченным воротам, что мы миновали по пути. Заведя в небольшую камеру, размером с мою комнату, меня усадили на стул, что был единственным украшением этого помещения. «Зловещенько как-то, — подумалось мне, — прямо как в фильмах, перед тем как пытки начинаются».

— Чего ждем? — поинтересовался я у застывших по бокам конвоиров.

Гоготнув, один из них ответил:

— Мы тебе здесь сюрприз приготовили, скоро увидишь, — и вновь довольно ухмыльнулся.

Ждать и правда пришлось недолго. Вдали скрипнула открывающаяся дверь, затем лязгнул засов, послышались приближающиеся шаги, и в камеру ввалились еще три человека. Первым, с торжествующим выражением на лице, неторопливо шел тот самый майор полиции, с которым у нас произошла стычка в ресторане. Неторопливо он шел по причине того, что это ему явно удавалось с трудом. Перебинтованная грудь, согнутая рука в гипсе, полоса бинтов на голове — мумия просто. Неудивительно, что при ходьбе он изредка невольно морщился, выдавая, что движения вызывали у него вспышки боли. Тем не менее лицо его выражало огромное воодушевление и искреннюю радость от встречи со мной. Будто старого друга увидел.

— Ну что, гаденыш, — обратился он ко мне, — добегался?

Я бегал? А, это он, наверное, о том, что я покинул ресторан.

— Это ты про ресторан? — на всякий случай уточнил я. — Сам должен понимать — не до вас было, у нас с моей лялькой, — выделил я это слово, — поинтересней планы были. Как там, кстати, твоя подружка? Вставную челюсть ей уже купили?

— Давай, — кивнул он одному из стоящих рядом со мной, — подучи его немного манерам.

Тот тут же коротко размахнулся и со всего маха саданул мне в челюсть. Звук удара, короткий хруст…

— Мля!.. — заорал он, сгибаясь и баюкая поврежденную руку. Его можно понять — с размаху врезать кулаком в бетонную стену… никому не пожелаешь. А моя защита, что я предварительно накинул на себя, была именно такой — непрошибаема, как бетонная стена.

В тот же миг я напитал маной образ заклинания и накинул его на стоящего рядом с майором его приятеля. На этот раз это был не «друг» — нет, сейчас этого явно будет маловато. Силой своего воображения я создал образ человека, полностью мне подчиненного, всецело мне преданного и готового без сомнений выполнить любой мой приказ — образ идеального раба. Вот это созданное силой мысли заклинание рабства я и направил на коллегу майора.

— Давай, — скомандовал я, — подучи его немного манерам.

Согласно кивнув, тот без раздумий повернулся к своему недавнему приятелю и без всякой жалости нанес ему сильный удар по лицу. Вскрикнув, тот отшатнулся и, оступившись, повалился на пол, прикрываясь рукой от шагнувшего в его сторону коллеги.

— Ты сдурел?! Какого хре…

Пинок в живот прервал его речь на полуслове, выдавив лишь короткий всхлип из легких.

На ринувшихся оттаскивать от избиваемого полицейских я тоже, одно за другим, накинул заклинание рабства, и они, послушные моей воле, мирно встали возле стены, в то время как их коллега с размеренностью метронома пинал извивающееся на полу телу майора, безуспешно пытающегося прикрыться уцелевшей рукой от наносимых ударов.

— Хватит, — скомандовал я.

С совершенно бесстрастным лицом мой подчиненный прекратил избиение и отступил в сторону от стонущего на полу коллеги. Пару минут мы все вместе молча наблюдали за тем, как жертва избиения приходила в себя, хрипло дыша и постанывая. Наконец он завозился, пытаясь встать.

— Поднимите его, — скомандовал я ближайшей к нему парочке, и те, подхватив его за руки с обеих сторон, резко вздернули вверх, где он повис, бессильно уронив голову и капая кровью, сочащейся из ран на разбитом лице.

Как я ранее заметил — у всех, кроме майора, имелось оружие: пистолеты, если точнее. Я еще подумал, что как-то это странно — идти избивать человека с оружием. А вдруг избиваемый выхватит пистолет и, полный ярости, перестреляет всех? Или оружие не заряжено? А может, они надеялись на наручники? Вот сейчас и выясню.

— Твой пистолет заряжен? — поинтересовался я у одного из свободных полицейских.

Тот утвердительно кивнул. Вот, значит, как. Совсем они тут ничего не боятся.

— Приставь его к башке этого урода, — продолжил я раздавать приказы. — Как только дам команду — вышиби ему мозги. Все ясно?

— Понял, — с готовностью отозвался тот: достав пистолет, щелкнул предохранителем и лязгнул затвором, подготавливая оружие к выстрелу, после чего приставил ствол к голове своего недавнего приятеля, держа палец на спусковом крючке и ожидая моей команды.

— Подними ему голову, — сказал я одному из полицейских, придерживающих майора на весу, — мне надо с ним поговорить.

Тот довольно бесцеремонно схватил его за волосы и резко вздернул голову, открывая мне его окровавленное лицо. Один глаз почти полностью заплыл, осталась только узкая щелочка, а второй, полный боли и непонимания, с ужасом смотрел на меня, изредка косясь на приставленный к голове пистолет.

— Намек понятен? — поинтересовался я у него.

Тот с недоумением вытаращил на меня свой здоровый глаз.

— Еще раз побеспокоишь меня — умрешь, — пояснил я. — Все понял?

Тот согласно закивал, подтверждая свое понимание ситуации.

— Все понял, ясно, — довольно четко, несмотря на разбитые губы, сказал он.

Для пущего эффекта минутку подождав, в зловещей тишине уставившись на майора, мелко дрожащего то ли от страха, то ли от избытка адреналина, я скомандовал:

— Ладно, отпустите его.

Те с готовностью выполнили приказ и резко отпустили майора, отчего он, пошатнувшись, отступил назад и оперся о стену камеры.

— У всех пистолеты заряжены? — поинтересовался я.

— Да… Заряжен… Да… — вразнобой донеслось до меня.

— Приготовьте оружие к бою и вставьте стволы себе в рот, — дал я новую команду, которую мои новые преданные слуги тут же с готовностью выполнили.

— Как только скажу «три», — продолжил я, — убейте себя.

— Раз… — Четверо полицейских без малейшего сомнения на лицах ожидали моей команды, неподвижно стоя на месте и засунув стволы своих пистолетов себе в рот.

— Два… — Пальцы слегка напряглись на спусковых крючках, готовые на них нажать, а стоящий у стены майор неверящим и слегка безумным взглядом смотрел на эту картину, переводя взгляд с одного лица на другое.

Подождав еще немного, я скомандовал…

— Отставить, опустите оружие.

Без малейших признаков удивления все меня послушались и, выполнив мою команду, замерли в ожидании дальнейших приказов.

— Запомните этот момент, если вдруг решите что-нибудь затеять насчет меня, — произнес я, — ведь в следующий раз я могу и не остановиться, а сказать «три».

Всю эту сценку с имитацией массового самоубийства я затеял с единственной целью — по результатам воздействия заклинания дружбы уже знал, что без поддержки эффект моего внушения со временем пропадет. И пусть сейчас эти преступники в погонах готовы были выполнить любые мои приказы, но вот позже, когда действие моего заклятия ослабнет, им в голову могли прийти всякие недобрые мысли по поводу меня. Кстати, насчет преступников…

— Кто тут лучше всех знает всех бандитов города? — обратился я к своей преданной четверке.

Они дружно повернули голову в сторону майора и почти слитно сказали: «Он». Пожалуй, пора мне обзавестись еще одним почитателем — и я выпустил немного маны, направляя заклинание рабства на моего недоброжелателя. Сегодня я, экономя, напитывал свои образы совсем малым количеством маны, но, думаю, как минимум до завтра эффекта должно хватить.

Следующие часа два-три я провел в камере вместе с моим новым слугой, дожидаясь, когда остальные мои преданные слуги соберут всю доступную информацию по преступникам — клички, имена, адреса, кто в чем подозревается… В общем, все, что поможет мне найти злодеев-подопытных для моих экспериментов. Под руководством майора дело двигалось быстро, и папка с нужной мне информацией становилась все толще.

Сам майор, кстати, тоже вполне достоин был стать одной из моих жертв, что я выяснил после короткого с ним разговора. И пусть он еще никого не убил, но вот избиения людей, которых он должен был, наоборот, защищать по роду своей деятельности, не были для него чем-то исключительным. Так что если не найду убийц — пущу на опыты его.

Закончив свои дела, взял папку с собранными материалами и позволил коллегам майора отвести себя на выход — сам он был в таком виде, что его появление наверняка вызвало бы немало вопросов, лучше пусть это случится без меня. Уже перед уходом я приказал ему уничтожить все, что только есть на меня в полиции, ну и конечно же больше меня не преследовать. Надеюсь, я достаточно его запугал, чтобы, после того как воздействие заклинания прекратится, он не стал вновь меня доставать. Но, в крайнем случае источники маны из стеклянных призм будут во мне еще пару-тройку дней, так что я смогу справиться с любой проблемой.

Покинув негостеприимное заведение, я дошел до ближайшей остановки, сел в такси и направился домой — прежде чем приступить к выполнению дальнейших планов, не помешало бы перекусить, а то покормить меня не удосужились. Нет, пожелай я того, и мои заколдованные слуги доставили бы мне лучшие блюда в городе, но становиться халифом на час в таком месте у меня не было никакого желания, да и ману без толку тратить не хотелось.

— Черт! — выругался я, зайдя домой, — в квартире царил полный бардак.

Когда меня увезли, тут, видимо, провели обыск, причем больше нацеленный на разгром всего чего только можно, чем на поиски чего-то криминального. Повсюду валялись вещи из распахнутых шкафов, подушка была безжалостно распорота, рассыпав по комнате белые комки наполнителя, на полу кухни виднелись горки высыпанных круп и муки… В общем, полный бардак. Хорошо хоть пельмени в морозилке остались нетронутыми, их я и решил себе приготовить.

Пока они варились, нашел в интернете объявление клининговой компании и заказал генеральную уборку. Я еще не успел пообедать, как в дверь позвонили сотрудницы компании. Не став им мешать, прихватил с собой папку и вышел. Саквояж я так и оставил в углу под прикрытием магии. Не знаю, как это возможно, но он не только становился невидимым, а просто-напросто исчезал из реальности. Так что уборке не помешает.

Выйдя на улицу, сначала думал посидеть возле подъезда, ознакомиться с данными, но потом вдруг решил — чего скучать-то, посижу лучше в шашлы́чке тут неподалеку. Я, правда, только что поел, но организм у меня растущий, так что лишняя порция не помешает. Конкретно эта шашлычная мне, правда, не нравилась из-за слишком уж специфического контингента — многовато там «лиц кавказской национальности» постоянно тусило, но это по вечерам, а сейчас она должна быть пустой. А раз так — посижу там. Заодно и пивка выпью, расслаблюсь. Надо пользоваться моментом, а то ведь дальше начнутся интенсивные тренировки, и будет уже не до отдыха.

Прогулявшись по улице, я минут за десять добрался до заведения. Как я и предполагал, в середине дня там действительно пусто и можно присаживаться хоть куда. Я выбрал себе место возле маленького подобия фонтанчика, сооруженного у края огороженного дворика шашлычки, — негромкое журчание воды, легкая прохлада, изредка приносимая порывами ветерка, плюс тень от раскидистого дерева, растущего сразу за оградой. Отличное местечко для отдыха.

Заказав себе порцию шашлыка и прихватив бутылочку холодного пива с легкой закуской, я сел за стол и, раскрыв папку, стал более подробно знакомиться с содержимым. Из всех данных самыми интересными были пометки ручкой на полях: не подтвержденные ничем сведения, а лишь догадки и слухи. Чего тут только не было — убийства, изнасилования, избиения… а иногда и все сразу, причем одновременно. Неожиданно я наткнулся на знакомое лицо — тот самый тип, бывший мастер спорта по боксу, что как-то называл меня тюленем и с которым у нас после этого случился поединок на ринге. Так-так, что тут про него?..

— Иэй, иди туда сьядь, — отвлек меня от дела голос с характерным акцентом.

Я поднял голову, только в этот момент обратив внимание на прибывшую в шашлычку компанию. Тот из них, что так бесцеремонно оторвал меня от увлекательного чтива, уже отвернулся и громко кричал подавальщицам приказным тоном:

— Сьюда все неси!

Четверо его густо волосатых приятелей звероватого вида, нисколько не обращая на меня внимания, уже занимали места за моим столиком, переговариваясь между собой на незнакомом мне гортанном языке. В этот момент развернувшийся кавказец — что было ясно по его акценту — увидел меня.

— Идьи туда вон сьядь, — грубо приказал он мне, махнув рукой куда-то в сторону. — Давай-давай, быстро.

— А ну срыгнул на хрен отсюда! — возмущенно ответил я на подобное бескультурное обращение.

Гомон его приятелей смолк.

— Чиво? — изумился он.

— Иди туда вон сядь, — ответил я, указав на столик подальше, — твоя моя понимай? А вы какого хрена за столик лезете? — обратился я к остальным, не дожидаясь ответа. — Занято тут, так что валите отсюда. Давай-давай, быстро.

Компания вдруг весело расхохоталась, и все они начали весело переговариваться между собой о чем-то мне непонятном на незнакомом языке. Через несколько секунд раздались ободряющие, судя по интонациям, выкрики, и один из них поднялся со стула и шагнул ко мне, хватая меня за шкирку. Вернее, пытаясь ухватить. Я, даже не вставая со стула, уже вполне сознательно на этот раз ускорился и, когда рука нападавшего на меня хулигана уже готова была меня схватить, резко двинул его в грудь, ударив ладонью, чтобы ненароком не зашибить насмерть.

Его будто смело. Секунду назад он неторопливо тянулся ко мне, миг — и вот он уже отлетает от меня, словно сзади его дернули за веревочку. Повалившись на пол, он пропахал пыльную борозду в устилавшем пол щебне, перекувырнулся через бок и с шумом врезался в столик неподалеку, со скрежетом отбросив в сторону и сам столик, и пару стульев, которые зацепил.

Все его приятели в то же мгновение вскочили и с криками ярости набросились на меня. Можно было применить магию и сделать их либо друзьями, либо слугами, да или просто заставить замереть, но почему бы не попрактиковаться? И пусть это будет немного нечестно — все же я был в ускорении, но они первые начали. Такое вот нехитрое оправдание моим становившимся все более кровожадными желаниям.

Поднявшись со стула, я шагнул в сторону и встретил первого атакующего резкой контратакой — он еще только замахивался, а я уже коротким тычком в челюсть заставил его замереть в ошеломлении. Отведя руку второго, слегка отпихнул его в сторону, немного ускоряя и подправляя линию его движения так, чтобы он влетел прямо в стоящий стул. На ходу врезавшись в него, он споткнулся и вместе с ним полетел на землю. Но я в это время уже подныривал под руку третьего нападающего. На ходу с силой двинув его локтем в печень, заставляя согнуться от боли, я шагнул вперед и снизу вверх нанес мощный апперкот последнему из нападавших, от которого он отлетел назад, врезаясь в пытающегося встать самого первого противника и вновь сбивая его на землю.

Я вышел из ускорения. На ногах, кроме меня, остались только двое — один неуверенно пошатывался, приходя в себя после моего тычка в челюсть, второй, согнувшись, постанывал от боли в печени. Эти явно уже вне игры. Кроме них выбыл и тот, которому я нанес удар последним, — он неуверенно шарил руками вокруг себя, видимо пытаясь найти землю, которую не шатает.

Так что осталось только двое — один передо мной уже встал на ноги, отшвырнув в сторонку мешающий ему стул, второй — сзади, который тоже успел разобраться со своим проблемным стулом, вдруг врезавшим ему по ногам и повалившим на землю. Ну, двое — это вообще легко. Я остался на месте, ожидая нападения, но они что-то медлили.

— Давай-давай, быстрей, — поторопил я того, что передо мной, — мне уже шашлык сейчас принесут, некогда тут с вами развлекаться.

Но тот вдруг спасовал и, подняв ладони в примирительном жесте, попытался замять конфликт:

— Слушай, друг, мы перепутали немного. Мы пересядем, да?

Ну, если они не хотят продолжить «веселье», то почему бы и нет — не гоняться же за ними, если они вдруг вздумают разбегаться.

— Ага, пересаживайтесь, — поддержал я его неожиданно мудрое решение и, развернувшись, направился к своему месту.

По счастливой случайности, кроме моего стула ничто не пострадало — папка, закуска и даже пиво остались на месте. Подняв повалившийся набок стул, я поставил его на прежнее место и вернулся к чтению, не обращая особого внимания на опять что-то загомонивших по-своему недавних соперников. Оставшиеся целыми повели к дальнему столику своих пострадавших приятелей, поддерживая на ходу и отряхивая того, что изрядно повалялся на щебенке, когда не мог после моего удара встать на ноги.

Через минуту подавальщица, искоса бросая на меня заинтересованно-восхищенные взгляды, принесла мне заказанный шашлык, а к нему немного зелени и хлеба. Пиво к этому времени почти закончилось, так что я попросил ее принести еще бутылочку и приступил к еде. И хотя совсем недавно уже хорошо поел, но на вкусный шашлык налетел с удовольствием. К тому же только что потратил немного калорий — надо восполнять.

Умяв половину порции, уже неспешно стал смаковать оставшееся, строя дальнейшие планы. Для экспериментов, думаю, мне вполне подойдет мой знакомый Сеня — судя по всему, тот еще душегуб, что, правда, официально было не доказано. Но ничего: накину на него слабенькое заклинание рабства — он мне мигом всю правду выложит. Если и впрямь окажется невиновен, в чем я очень сильно сомневался, — заставлю все забыть и оставлю его в покое. Ну а если и впрямь злодей — то на опыты. А заодно и информацией о своих собратьях по бандитскому ремеслу поделится — судя по данным из папки, в криминальной среде он обладал немалым авторитетом, а значит, и рассказать может много чего интересного…

Неожиданно я отвлекся от размышлений, заметив занимательную картину — в мою сторону, в сопровождении парочки напавших на меня чуть ранее кавказцев, направлялись двое полицейских. Не, ну вы серьезно?.. Сколько можно? Ведь только час назад вырвался из мрачных застенков!

Я потянулся к мане, что сочилась из сгустков, находившихся внутри меня. Черт! — совсем забыл о необходимости постоянного контроля над тем, чтобы собирать и удерживать в себе запасы дефицитной маны. К счастью, наработанные в прошлом навыки сработали автоматически, пусть и не так эффективно, как под действием осознанных усилий, поэтому в резерве был вполне достаточный запас для заклинаний дружбы.

Создав в голове нужный образ — старый добрый друг, готовый всегда поддержать, — я напитал его маной и направил на старшего, судя по всему, в этой паре полицейского.

— Здорово, — подойдя поближе, с широкой улыбкой поприветствовал меня тот, протягивая мне руку.

Поздоровавшись с обеими стражами порядка, один из которых был явно обрадован встречей со старым другом, я полюбовался на насупленные лица кавказцев.

— Так это ты тут беспорядки учиняешь? — с усмешкой спросил старший.

— Это ты про то, как я в одиночку и без малейшего повода накинулся на мирно беседующих пятерых гостей нашего города? — поддержал я его иронический настрой.

— Вот именно про это нам и сообщили. Имран, — обратился он к одному из сопровождавших, — ты получше ничего не мог придумать?

— Э, у него нож был, мы все видели. Резать нас хотел.

Полицейский вопросительно посмотрел на меня. В ответ я недоуменно развел руками, всем своим видом показывая, что это лишь грязные инсинуации в мой адрес.

— Может, отвезете их в участок, пусть посидят, вспомнят все хорошенько? — предложил я.

— Да тут такое дело… — замялся полицейский и, прервавшись, повернулся к кавказцам: — Все, идите, мы тут сами разберемся.

— Э, ты тут… — негодующе начал было один из них, но второй что-то прикрикнул на него на своем наречии, после чего тот замолчал и, метнув в меня злой взгляд, вслед за своим товарищем удалился к остальной компании.

— Так что тут у вас случилось? — спросил блюститель порядка после того, как они ушли.

Я вкратце рассказал свою версию, где я стал безвинной жертвой нападения хулиганов. Хотя в общем-то так оно и было. А что в итоге по полной огребли хулиганы, а не жертва их нападения, так это лишь потому, что жертва оказалась слишком зубастой.

— Понятно… — протянул полицейский. — Ну и что думаешь делать дальше?

— Да ничего, — пожал я плечами. — Поем да пойду по своим делам.

— Ну вот и правильно, — поддержал он меня. — А я пойду объясню им пока, что тут можно, а что нельзя. А то привыкли… В общем, тебя они больше не побеспокоят, — уверил он меня и, пожелав приятного аппетита, попрощался, напоследок дружески хлопнув меня по плечу, после чего отошел со своим напарником к компании моих недавних противников. Спустя несколько минут дискуссии с ними он еще раз махнул мне рукой и вышел за ворота небольшого дворика этого заведения.

Больше ничего за время, что я там сидел, не произошло. Допив вторую бутылочку пива и доев шашлык, я, прихватив с собой папку, пошел домой. Судя по тому, что мне еще не позвонили, уборка пока не окончена, но я и не собирался задерживаться в квартире — оставлю папку и поеду навещу своего старого, знакомого еще по прошлым циклам, приятеля. Скорее всего, он сейчас на работе — вот туда и отправлюсь, адрес конторы имеется.

Заскочив на секунду домой, я разинул рот от удивления — хотя уборка действительно еще не была закончена, но и таким чистым, как сейчас, я свое жилье никогда не видел. Даже линолеум, казалось, блестел, отражая квадраты оконного света — воском они его, что ли, натерли? Вот что значит быть холостяком — несмотря на мои уборки, настоящей чистоты здесь сроду не было. В следующих циклах, пожалуй, надо будет с самого начала заказывать услуги этой компании, чтобы жить в сияющей чистотой квартире.

Оставив на столе папку, запомнив перед этим нужную мне информацию, я спустился во двор и пошел к остановке — возьму такси, что постоянно поджидали клиентов на небольшом пятачке возле нее, да поеду по делам. Надо будет постараться успеть до вечера найти себе хотя бы одного подопытного и провести несколько экспериментов. А завтра с утра — к тренерам, хватит уже бездельничать.

По дороге я вдруг спохватился, что опять забыл про контроль над маной, и она, испускаемая сгустками в моем теле, сейчас легким туманом, невидимым обычным зрением, рассеивалась вокруг меня, бесполезно исчезая в окружающем пространстве. Отойдя чуть в сторону и встав в тени деревьев, я на несколько минут, прикрыв глаза, погрузился в мир своих внутренних ощущений, включив магическое зрение. Синяя пелена маны, сочащаяся из хранилищ, легкими дымными струйками вырывалась из меня и, с каждым сантиметром становясь все более прозрачной, постепенно исчезала. «Мое!» — дал я себе установку и постарался вспомнить те ощущения, что помогали удерживать в себе ману. Довольно быстро нужный навык вспомнился, и я, стараясь краем сознания непрерывно удерживать это состояние, открыл глаза и сначала аккуратно, будто стараясь не расплескать наполненный до самых краев стакан, а потом все более уверенно продолжил свой путь. Теперь надо стараться постоянно удерживать это состояние, понемногу увеличивая подобными тренировками величину своего магического резерва.

Дойдя до остановки, я, как и думал, нашел там стоящее в ожидании такси и, сев на переднее сиденье, назвал рабочий адрес криминального авторитета, маскирующегося под законопослушного бизнесмена. Четверть часа — и я на месте. Небольшой ликеро-водочный завод находился в старой части нашего города, окруженный невысокими частными домами; некоторые из них наверняка еще помнили события столетней давности, когда все отнимали и делили. Наверное, и этот заводик не раз переходил из рук в руки, в конце концов оказавшись принадлежащим выходцу из бандитской среды. Впрочем, с его историей я совершенно не был знаком, так что, возможно, это лишь мои предположения. Сейчас меня волновал другой вопрос — как мне найти моего «бизнесмена».

Путь на территорию заводика лежал через небольшую проходную, войдя в которую, я увидел внутри лишь одного скучающего охранника. Заклинание рабства, наполненное минимальным количеством маны, на ближайшие час-два, по моим прикидкам, превратило его в человека, без раздумий исполняющего все мои приказы.

— Где Сеня сейчас, знаешь? — поинтересовался я у него.

— Это Семенов который? — уточнил он.

Арсений Семенов — именно так звали моего старого знакомого Сеню.

— Да, где он?

— Так у себя, наверное, сидит; как с утра пришел, так и не выходил.

— Веди, — коротко скомандовал я.

Не задавая вопросов, охранник без колебаний покинул свой пост и повел меня вглубь территории. Она была небольшой, а здание, предназначенное для инженерных работников, находилось и вовсе рядом, так что всего через несколько десятков метров мы вошли в двери старого двухэтажного кирпичного дома. Миновали несколько дверей, поднялись на второй этаж и зашли в один из кабинетов.

— У себя? — поинтересовался мой проводник у шикарной молодой секретарши.

— Да, но… — Я накинул и на нее заклинание, и она прервалась на полуслове, ожидая указаний своего нового хозяина.

И тут, неожиданно для меня самого, мои мысли ускакали куда-то в сторону. Шикарная, обворожительная секретарша с густой копной шелковистых волос, мягкими волнистыми прядями ниспадающих на ее плечи, сидела передо мной, готовая выполнить любое, абсолютно любое мое пожелание. Верхние пуговички блузки расстегнуты, открывая вид на притягательные, белоснежные полушария больших грудей, что угадывались ниже под легким летним нарядом. Взгляд красивых глаз с длинными пушистыми ресницами умолял только об одном: «Прикажи, и я повинуюсь!»

«Не-не, — одернул я себя, скидывая наваждение, — не хватало еще самому злодеем стать… Никаких даже чтоб фантазий на эту тему!» Невольно сглотнув, я поспешил отвернуться от соблазнительной фигуры и приказал охраннику:

— Возвращайся на место.

В тот же миг он, ни слова не говоря, развернулся и зашагал обратно.

— Никого не пускать, — скомандовал я секретарше и, открыв дверь в кабинет, шагнул внутрь.

Просторный кабинет, освещенный солнечными лучами, льющимися из широких окон справа, обставлен небогато. Основная деталь интерьера — огромный Т-образный стол у дальней стены, рядом с которым стояли несколько офисных кресел. Во главе стола сидел Сеня и, судя по звукам, доносящимся из встроенных в монитор колонок, гонял на своем компьютере какой-то шутер: выстрелы, рев, мычание… У него там резня на ферме или зомби-апокалипсис?

Он оторвал взгляд от экрана компьютера и с удивлением уставился на меня. Впрочем, как только он попал под воздействие моего заклинания, удивление сменилось безразличием и бесконечно-терпеливым ожиданием моего приказа.

— Ты когда-нибудь убивал? — задал я вопрос, переходя сразу к делу.

Всего пару десятков минут мне понадобилось для того, чтобы понять — это мой клиент. Мне он без утайки рассказал о всех своих злодеяниях. Тут были и грабежи, и похищения, и убийства, не говоря уже об избиениях. Самая поганая история, рассказанная им, о том, как он, еще на заре своей преступной карьеры, с тремя своими приятелями в пьяном кураже прямо на улице схватили какую-то понравившуюся им девушку, чье имя он даже и не узнал, и, после нескольких часов жестоких издевательств, убили просто потому, что она им наскучила. «Эта четверка и будет моими первыми испытуемыми», — сразу решил я.

Выяснив, что все его приятели из этой истории пока еще живы-здоровы, я прикинул план — сегодня вечером к Сан Санычу, лечу его внучку, а значит, возможно, уже завтра в обед тренировка самбо. Завтра же с утра надо будет к Евгению Владимировичу наведаться, записавшись на тренировки по боксу, а вот вечер свободен. Значит, вечером — магические эксперименты.

— Кто еще с тобой живет? — на всякий случай поинтересовался у бандита, хотя эта информация и была среди тех данных, что я получил у полиции.

— Жена и дочь, — отрапортовал он.

— Завтра можешь их куда-нибудь отправить на ночь?

— Да.

— А собрать своих друзей у себя? Тех, с которыми вы ту девушку похитили.

— Да.

Все коротко и по существу, и никаких вопросов.

— Завтра в шесть собери всех своих приятелей у себя дома, жену и дочь перед этим отправь куда-нибудь и жди меня, — дал я команду.

— Понял.

На всякий случай я еще укрепил заклинание рабства, влив в него всю ману, что успел собрать к этому времени, — до завтра должно хватить, после чего покинул кабинет.

Выйдя, еще раз полюбовался на замершую в ожидании моих приказов секретаршу — темная сторона силы манила к себе соблазнами. Но я не поддался и вышел в коридор, даже не оглянувшись напоследок. Охранник на выходе все еще оставался моим преданным рабом, так что территорию завода я покинул без всяких вопросов.

Вечером, взяв с собой бутыли с зельями исцеления и лечения от болезней, я посетил Сан Саныча и исцелил его веселую и неунывающую, несмотря на смертельное заболевание, внучку. Ее радостная улыбка, осветившая порозовевшее и налившееся жизненной силой лицо, и лучики надежды, засиявшие во взгляде, подняли мне настроение, и я дал себе слово, что если… вернее — когда я смогу прервать непрекращающийся цикл моих убийств, то обязательно позабочусь, чтобы девочка осталась жива, и даже если мне уже не нужны будут тренировки, все равно ее исцелю.

экспериментов?..

Но пока тренировки были необходимы — хотя я и достиг заметного прогресса, в чем уже не раз имел возможность убедиться на практике, но до совершенства было далеко. Конечно, с ускорением я легко справился бы с любым противником, но вот без своих магических сил еще был недостаточно хорош. Кстати, было бы очень интересно понять, как я мог вызвать ускорение без маны, причем это случилось уже дважды. Но сейчас, пока во мне находились сгустки маны, этого не выяснить, а вот попозже надо будет прояснить этот вопрос.

На следующее утро, проснувшись в сияющей чистотой квартире, я позавтракал и поехал в спортзал — записываться на тренировки по боксу к Евгению Владимировичу. Попробую в этот раз поразить его не деньгами, а своим мастерством. Мне самому было интересно — смогу ли я одолеть его планку отбора в ученики?

Зайдя в спортзал, сразу увидел тренера, который в этот момент что-то объяснял ученику. Дождавшись, пока он освободится, я подошел и поздоровался, после чего перешел к делу:

— Хотел бы у вас тренироваться.

— Раньше у кого занимался?

Как-то я не подумал над этим. Не говорить же ему, что именно он и был моим тренером, только вот в прошлой жизни. Может, поступить проще — внушить магией, что меня надо тренировать, да и все? Но нет — попробую старую добрую наглую ложь.

— Учил меня один боксер — говорил, что у меня хорошо получается, могу и мастером стать, — немного подольстил я себе.

— Славик, — подозвал он одного из своих подопечных, — подойди-ка сюда.

Когда Славик, которого я в общем-то неплохо знал по прошлой жизни, подошел, он дал ему задание:

— Давай на ринг и проверь его, — кивнул он на меня, — а я посмотрю. Готов? — это он уже мне.

В общем-то да — хоть я и не захватил тренировочную одежду, но провести легкий разминочный бой можно и так.

— Готов, — подтвердил ему.

Перебравшись через канаты, мы встали в противоположных углах ринга.

— Начали, — скомандовал тренер.

Славик, как я хорошо знал, не был для меня серьезным противником, даже не используй я свои особые таланты. Он был тут одним из новичков и пока не успел достичь высокого уровня мастерства, так что я вступил в бой без всяких опасений. Хотя ведь совсем недавно, в самый первый раз, когда я тут появился, он влегкую разделал меня под орех.

Как только мы сблизились, Славик нанес первый удар. Я легко отклонился. Второй тоже прошел мимо, как и третий, — пока еще я продолжал лишь уклоняться. Увлекшись, он стал слишком неосторожен, за что и поплатился — поднырнув под очередной удар, я нанес ему снизу удачный апперкот, так как он был совершенно открыт, забыв о защите. Нанеси я ему удар в полную силу — и бой был бы уже закончен нокаутом. Но сейчас я только наметил удар.

Тем не менее даже такая плюха остудила его пыл, заставив уйти в оборону. Теперь уже я начал прощупывать его защиту, уклоняясь от редких нападений. Подловив его на одной из таких атак, пропустил мимо себя его руку, позволив его перчатке промчаться буквально впритирку к моему уху, и мгновенно контратаковал, нанеся хук правой, целя в брешь его защиты. Этот удар тоже был нанесен вполсилы и тем не менее чуть не сбил его с ног, заставив отшатнуться в сторону.

— Достаточно, — раздалась команда тренера, — Славик, спускайся. Сергей — на ринг.

А вот это было уже серьезно. Сергей — один из лучших в этом зале, так что противостоять ему будет непросто. Но с другой стороны — это значит, что мои навыки достойно оценены, что, надеюсь, откроет мне доступ к тренировкам. Но все же лучше и сейчас не оплошать.

— Начали, — вновь скомандовал тренер.

Осторожно приблизившись, я тут же вынужден был отшатнуться, уклоняясь от удара, но следом летел еще один, который я смог заметить лишь благодаря ускорению. Отпрыгнув в сторону, я нанес прямой правой, который встретился с перчаткой противника. Ничья.

Затем, после нескольких секунд обманных замахов, я заметил небольшую ошибку — Сергей отвел руку слишком вниз, что открывало путь моей атаке в голову, чем я мгновенно и воспользовался, нанеся удар. К сожалению, все свои возможности ускорения я не мог показать, поэтому он успел закрыться, и я зацепил его только вскользь.

Воспользовавшись моим неудобным положением, он мгновенно контратаковал, целя мне в ничем не защищенное правое подреберье. Удар в печень — это серьезно, я совсем недавно видел результат такого в своей удачной атаке. Пришлось резко разрывать дистанцию, одновременно скручивая корпус, чтобы защитить уязвимое место. Благодаря своей скорости мне удалось это сделать, и я отделался лишь скользящим ударом по себе.

Так мы и провели следующие несколько минут — атакуя, уклоняясь, контратакуя и тут же отскакивая. Пока бой шел на равных, но лишь благодаря моей чудесной реакции, причем «чудесной» буквально — я постоянно задействовал ускорение для того, чтобы успеть замечать атаки соперника и бреши в его защите. А вот с ударами и другими движениями приходилось сдерживаться, иначе я сразу бы себя выдал. Конечно, поединок я бы выиграл, но мои необычные сверхчеловеческие способности были бы замечены, чего я хотел избежать.

— Достаточно, — наконец раздалась долгожданная команда.

— Ну что тебе сказать, — начал Евгений Владимирович, когда я, тяжело дыша после поединка, дожидался его вердикта, — обучили тебя неплохо, хотя видно, что до ума дело не довели — слишком много у тебя огрехов в технике и держался ты лишь за счет хорошей ловкости и отличной реакции. Но база неплохая. Тебя можно и сейчас уже смело на городские соревнования выпускать, а чуть поднатаскать — так вовсе неплохие перспективы откроются. Так что со следующей недели можешь ходить на занятия, я тобой займусь.

Что ж, отлично: чего я хотел — того достиг. И к тому же сэкономил деньги, хотя в общем-то этот вопрос меня волновал меньше всего. А насчет ежедневных занятий договорюсь чуть позже — не сразу же шокировать своего тренера…

Затем пообедал и пару часов посвятил тренировкам магии — прежде всего контроль, что проще всего было делать понравившимся мне способом, изображая «невидимку». Сначала это были просто наушники, как и в прошлый раз, а затем я заставил двигаться в воздухе футболку, что было намного сложнее, так как приходилось не только удерживать ткань в воздухе, но и придавать ей заданную форму. Пока получалось плохо, и мой «невидимка» на вид обладал совершенно нечеловеческим телом, то бугрясь там, где не надо, то, наоборот, будто лишаясь здорового куска плоти под футболкой, но главное — тренироваться, и со временем все получится. Раньше у меня и с наушниками ничего бы не вышло.

Потом была первая тренировка у Сан Саныча, а после нее настало время посещения Сени — там меня ждут испытуемые, а уж программу экспериментов для них я составлю.

Опять взяв такси, я назвал адрес Арсения Семенова, который жил в небольшом коттедже, стоящем отдельно, и это неплохо: случись что, особого внимания это не привлечет. Доехав, расплатился с таксистом и, мельком подумав о том, что неплохо бы вновь обзавестись постоянным водителем со своим авто, подошел к калитке. Она была открыта — видимо, Сеня меня ждал и не стал ее запирать. По выложенной плиткой тропинке мимо цветочных кустов дошел до дверей дома — они тоже были приветливо распахнуты.

Переступил порог — внутри меня никто не встречал, но куда идти — было понятно: впереди виднелась еще одна приветливо открытая дверь. Миновав следующую комнату, я наконец нашел людей.

У дальней стены, привязанный к стулу, сидел избитый Сеня, а рядом, направив ствол пистолета прямо мне в живот, стоял невысокий толстячок, жестким волчьим взглядом впившийся в меня. Зашевелившись при моем появлении, от стены отлипли несколько здоровенных мордоворотов, с недобрыми ухмылками окинувших меня презрительными взглядами. Сзади раздался шорох, и, обернувшись, я заметил, как следом за мной в комнату входят еще несколько человек, перекрывая путь к отходу.

— Простите, хозяин… — прошептал Сеня, тут же зашедшийся кровавым кашлем.

— Ты кто такой, педрила? — ласково поинтересовался стоящий напротив меня толстячок и, немного сместив ствол, выстрелил мне в ногу.

— Мля!.. — невольно вырвалось у меня, когда почувствовал сначала удар в бедро, а следом за ним, моментально, ногу будто насквозь пронзил раскаленный докрасна шампур.

В тот же момент попытался сформировать заклинание рабства, но тяжелый удар в голову, прилетевший сбоку, швырнул меня на пол, а град последовавших за этим пинков ногами никак не давал сосредоточиться, и мне, свернувшись в клубок, оставалось только закрываться от жестких беспорядочных ударов.

— Хорош!.. — сквозь клубящийся в голове туман донеслось откуда-то сверху.

Меня перевернули на живот и завернули руки за спину, после чего почувствовал холодное прикосновение металла, и с характерным трескучим звуком на них защелкнулись наручники. А через секунду продетая через оковы веревка вздернула меня вверх, выворачивая руки в суставах, и я повис в воздухе, слегка покачиваясь и медленно крутясь. Чья-то рука, грубо схватившая меня за волосы, остановила вращение и подняла мою голову, направив взгляд на лицо толстячка напротив.

— Готов поговорить? — скучающе поинтересовался он, брезгливо на меня глядя.

Я улыбнулся разбитыми в кровь губами. Зря они дали мне время на то, чтобы прийти в себя.

— Вы все даже не представляете, на что я готов! — сказал я, и в ту же секунду напитанный маной образ вырвался из меня, заколдовывая мелкого, но злобного предводителя бандитов. И сразу после этого вся его жизнь была посвящена только одному — выполнить мой приказ: «Защити меня, убей всех!»

Вскинув пистолет, он направил его в голову своего ближайшего подельника. Бах! Грохот пистолетного выстрела в замкнутом пространстве ударил по ушам. Из простреленной головы бандита брызнула струя кровавого месива, орошая собой всех, кто стоял за уже покойником. Мгновенно переместив прицел, коротышка вновь нажал на спуск. Бах! Голова второго преступника дернулась, забрызгивая всех кровью. Бах! Третье тело начало валиться на пол.

— Босс! Бо…

Бах! — Крик прервался на полуслове.

Раздался топот ног, и трое оставшихся кинулись к двери, отталкивая друг друга. Бах! Голова одного взорвалась. Бах! Бах! Второй упал на пол, зажимая рану в груди, а третий, вскрикнув, вырвался из окровавленной комнаты, тяжело припадая на простреленную в бедре ногу.

Бах! — На ходу выстрелил толстячок в голову своего раненого подельника, что почти ползком стремился вырваться из этого ада. Тот расслабленно замер, уткнувшись лицом в пол, по которому бежали ручейки крови.

С бесстрастным лицом миновав его, коротышка вышел за дверь. Бах!

— Нет, нет! Пожа…

Бах! — Крик прервался.

Раздались приближающиеся шаги, и секунду спустя в комнату зашел толстячок. Лицо его не выражало никаких чувств, а глаза были безжизненны.

— Освободи меня, — скомандовал ему.

Он направился ко мне, шлепая по лужам крови, но неожиданно прошел мимо — к Сене, который, постанывая и обессиленно свесив голову на грудь, по-прежнему сидел у дальней стены, привязанный к стулу.

Бах! — Его простреленная голова дернулась, стул накренился и, на секунду замерев в шатком равновесии, повалился на пол. Мертвое тело Сени глухо стукнуло при падении, после чего наступила тишина. Коротышка, опустив руку с дымящимся пистолетом, неподвижно замер на месте, стоя спиной ко мне.

Что за… тут только что произошла? Слегка покачиваясь, я висел на веревке, выворачивающей мне руки, и с опаской смотрел на неподвижно замершую фигуру. Это ж маньяк натуральный — Сеню-то он зачем прикончил? И почему не слушается моих приказов? И тут я вспомнил команду, что вложил в его голову перед тем, как все это произошло: «Защити меня, убей всех!» Точно! Ведь о том, чтобы меня слушаться, как и о том, что убивать только врагов, там ничего не было. Выходит, он все правильно сделал. Вот только даже поняв, в чем дело, я почему-то совсем не хотел, чтобы он развернулся, вперившись в меня своим мертвым взглядом. Как вспомню, аж мурашки по коже — зомбак натуральный! Только с пистолетом.

Но освобождаться было надо, так что все же придется добиться его содействия, да и узнать, что случилось и почему Сеня попал в такой переплет, тоже не помешало бы, а свидетель у меня остался лишь один. Вот только надо сначала себя обезопасить, накопив маны и на всякий случай набросив защиту. Да и подлечиться не помешает.

К сожалению, флакона с зельем жизни у меня с собой не было, поэтому, чтобы не истечь кровью из простреленной ноги, пришлось рискнуть и применить магию. Полноценно лечить себя не решился — мало ли что там напортачу, а вот кровь остановить удалось, заодно и обезболив рану. После этого, повисев еще несколько минут, полностью сконцентрировавшись на поглощении и удержании маны, сочившейся из меня, я набросил на себя заклинание защиты и опять сосредоточился на собирании маны. Весьма полезная и эффективная тренировка, а особенно стимулировала мои усилия виднеющаяся неподалеку в мрачной, залитой кровью комнате спина неподвижно замершего человека с пистолетом в руке.

Наконец, накопив столько маны, сколько мог удержать, я рискнул и применил заклинание рабства, вложив все, что сумел набрать, в созданный воображением нужный образ, после чего направил его на неподвижную фигуру. Человек не шевельнулся.

— Брось пистолет, — скомандовал я.

Рука разжалась, и из нее выпало оружие, глухо стукнув о деревянный пол.

— Освободи меня.

Как-то неестественно прямо повернувшись, человек механически зашагал в мою сторону. Подойдя, схватил меня за одежду и дернул, отчего мои вывернутые руки чуть не вырвало из суставов. Вскрикнув, я скомандовал ему отойти. В довольно грубой матерной форме — но тут меня можно понять. Тем не менее он сообразил, что от него требуется, и, отступив на шаг, опять замер в неподвижности. Определенно с башкой у него случилась какая-то беда, к гадалке не ходи.

Следующие несколько минут, отдавая этому полузомби простейшие команды, мне удалось освободиться от вздернувшей меня в воздух веревки. Ключи от наручников были у одного из мертвых громил, но мой помощник без малейшей брезгливости обыскал его насквозь пропитанную кровью одежду и, найдя что нужно, освободил мне руки.

«Он хоть говорить еще может?» — задался я вопросом, задумавшись, как мне из него вытрясти информацию о том, что случилось ранее и как Сеня оказался в веревках. Как выяснилось, говорить он мог, вот только в этом… существе не осталось ни грамма инициативы, да и с сообразительностью были большие проблемы, так что добывать информацию пришлось буквально по крупицам, но все же понять, что произошло, мне удалось.

Сеня позвонил этому коротышке — одному из тех, кого он должен был привести на встречу, — и позвал его к себе. Но тот не мог — у него были какие-то свои дела в этот день. Тогда Сеня заявился к нему домой и стал настойчиво его зазывать, твердя, что это просто необходимо. А когда толстячок вновь отказался, он набросился на него и пытался увлечь с собой силой, твердя, что какому-то «хозяину» необходимо его увидеть. После этого Сеня и оказался в путах. Короткая с ним «беседа» не привела ни к чему, что хоть немного прояснило бы ситуацию, — он лишь продолжал твердить, что ему обязательно надо быть дома к шести, приведя с собой и коротышку, а там их ждет встреча с загадочным «хозяином». Вот толстячок и решил съездить самолично посмотреть, кто так настойчиво добивается встречи с ним.

В общем, картина была ясна. К тому же я понял еще кое что — мое заклинание рабства не только заставляло людей на какое-то время мне подчиняться, но основательно взбалтывало им мозги, понуждая творить странные вещи. А ведь я с легкостью раскидывался таким направо и налево… Эх, что ж теперь будет с той секретаршей? Почему-то именно про нее я вспомнил в первую очередь. Надеюсь, малые дозы подобного внушения безвредны. Не помешали бы эксперименты, чтобы узнать об этом точнее. Черт! А я ведь лишился половины испытуемых — Сеня мертв, а коротышка растерял все мозги.

Пока всего лишь фигурально выражаясь, но скоро будет и буквально — мне пора уходить, а оставлять этого безумца живым резона нет. Наскоро состряпав план, призванный скрыть мое участие в этой заварушке, разулся, так как моя обувь вся была в залившей пол крови, и приказал «слуге» на руках вынести меня из комнаты. Там, хоть и с некоторой опаской, я все же отправил его назад, за его же пистолетом, а когда он с вернулся с оружием, скомандовал:

— Убей себя.

Ни капли сомнений, ни секунды колебаний — он уткнул себе ствол в висок и нажал на спуск. Глухо бабахнул выстрел, стену украсила картина абстракциониста из живописно разбросанных по «полотну» буро-сиренево-красных пятен, а мертвое тело кулем повалилось на пол, продолжая крепко сжимать в руке орудие «самоубийства». Ну а я, все так же без обуви, в одних носках, покинул дом, не оставив в нем — надеюсь — своих следов.

Следующая пара недель показала, что мне удалось замести следы, так как никто по мою душу не заявился. Да и вообще время текло довольно спокойно — я ежедневно посещал тренировки (в этот раз уговорить обоих тренеров на ежедневный график удалось проще), дома занимался совершенствованием магических умений — как контроля над выпускаемым потоком, так и работы с резервом. Во мне теперь постоянно был сгусток, источающий из себя ману. Я рассудил, что все равно вряд ли проживу достаточно долго для того, чтобы мне когда-нибудь в будущем понадобился запас призм, так что тратил их не жалея, каждые два-три дня вырывая очередной сгусток из призмы и помещая его внутри себя.

Это привело к тому, что я постепенно все значительнее увеличивал свой магический резерв за счет того, что испускаемая сгустками мана мною удерживалась внутри и концентрировалась в моем «магическом ядре», как я его называл. Объем удерживаемой им маны становился все больше. Пусть ненамного, но все же прогресс был постоянный. Итогом этого стало также, что магия теперь была всегда со мной. На тренировках мое тело постоянно ею подпитывалось, показывая чудеса силы, выносливости и скорости реакции. В обычной жизни я тоже все чаще ее для себя применял: открыть дверь, когда заняты руки — магия, самому себя подстраховать в упражнении с тяжелой штангой — магия, и даже побыстрее вскипятить воду для пельменей — тоже магия.

Еще и успел провести несколько экспериментов, уже самостоятельно отыскав для этого подопытных. У одного из них весьма кстати оказался просторный подвал в стоящем особняком доме, и там я соорудил свою темницу для злодеев, если требовались долгие испытания. Например, узнать долговременность заклинания рабства. Пока я еще над ним работал, но кое-что уже удалось выяснить — если воздействие было минимальным, то никаких заметных последствий оно не несло. Человек полностью приходил в себя, и, кроме вызывающих недоумение воспоминаний, ничего не оставалось. А вот во время действия самого́ заклинания странности в поведении становились заметны, и чем сильнее воздействие, тем более явно они выражены. Человек становился буквально моим наипреданнейшим фанатом и легко мог убить любого, кто лишь посмел усомниться в моем праве отдавать приказы.

С этим надо было что-то делать, и я раз за разом немного его модифицировал, все более усложняя тот мысленный образ, что создавал в качестве основы заклинания. Большое число новых условий требовало для его применения и все больших мысленных усилий, но также давало лучший результат, чем просто «шибануть по мозгам» одним лишь желанием — такое вообще основательно перетряхивало мозг, надолго, если не навсегда, меняя человека. В общем, поле для экспериментов было огромным и непаханым, лишь бы имелись подопытные в нужном количестве.

Но с ними пока тоже проблем не было — злодеев в городе хватало, и за пару недель я использовал всего лишь нескольких из них, если, конечно, не считать того самого первого раза, когда пришлось устроить кровавую бойню руками коротышки. Дело, кстати, приобрело довольно широкую огласку, и пока все складывалось в мою пользу — по официальной версии, всех перестрелял свихнувшийся толстячок, сразу после этого убивший и себя: то ли не выдержав мук совести, то ли окончательно слетев с катушек.

Еще не мешало бы заняться боевой магией, но пока на это совершенно не оставалось времени, однако в ближайшем времени я все же собирался озаботиться наймом водителя с автомобилем, на котором буду ездить для тренировок в хорошо зарекомендовавший себя карьер.

Времени, кстати, не хватало не только по причине моих тренировок, но и из-за Вики — как-то незаметно мы стали все чаще встречаться. Не любовь, нет — но вот что-то такое между нами было. Хотя с ней понятно — она оказалась вовсе не той девочкой-припевочкой, какой я ее себе представлял, а совсем наоборот. Ее привлекали насилие, жестокость, мордобития, брутальность… В общем, все в таком духе. После того как я на ее глазах жестко измолотил в ресторане решивших к ней пристать молодчиков, да еще и остался после этого безнаказанным — ее интерес к моей персоне резко возрос. В принципе это стало понятно сразу же после той ночи, что последовала за посещением ресторана. А когда, вернувшись, я продемонстрировал ей несколько магических фокусов, так она и вовсе загорелась ко мне нешуточным интересом. Ну а с моей стороны… Она была красивой девушкой — очаровательное лицо, идеальная фигура, хороший, даже отличный вкус в одежде, так что быть с ней рядом льстило, чего уж скрывать, моему самолюбию. Да и в постели она была чудо как хороша. В общем, со мной тоже все ясно. Так мы и сблизились.

После того как она узнала, что я регулярно занимаюсь тренировками боевых искусств, все норовила затащить меня на ринг боев без правил — оказывается, у нас было и такое, о чем я до встречи с ней и не догадывался. Обещала, что с ее связями я легко попаду в число участников, а с моими способностями — наверняка стану победителем. Сначала у меня мелькнула мысль поучаствовать, в качестве практических занятий, но потом понял — мне это ничего не даст, слишком легко. Для тренировок мне нужны были уже сразу несколько человек, и регулярные бои с учениками Сан Саныча были намного полезнее в этом отношении. Так что выходить на ринг я отказался, но вот сходить с ней посмотреть на эти бои она меня все же уговорила.

Начинались они в семь вечера. Так и не обзаведясь до сих пор своим водителем, я заехал за ней на такси, и мы вместе подкатили к зданию бывшего кинотеатра. Кажется, сейчас там находился какой-то ночной клуб, но я не уверен, так как это другой конец города и местные заведения мне не особо знакомы. Улица рядом со зданием забита дорогими авто. Впрочем, неудивительно — как я уже знал, один только вход стоил полторы тысячи на человека. Долларов, естественно. Тот, кто может себе позволить отвалить такие деньги лишь за то, чтобы вечером поглазеть на драки, явно не стеснен в средствах. Раньше я бы ни за что не мог себе такое позволить, но сейчас сумма за два наших билета не стала чем-то значительным — уж чего-чего, а денег у меня благодаря моему знанию будущего было даже с избытком.

Внутри заведения все было примерно таким, как я и ожидал, — бесплатная выпивка, снующие в толпе помощники букмекеров, готовые в любой момент принять ставку, и жаждущая кровавых развлечений разгоряченная публика, с азартом встречающая новых бойцов и шумно комментирующая ход поединков. Сам ринг представлял собой всего лишь огороженную канатами площадку в центре.

Уровень участников, на мой уже несколько искушенный взгляд, был довольно высок — не с каждым из них я бы смог справиться без использования своих магических способностей. Тем не менее ничего особо нового я тут не видел, да и бессмысленный мордобой меня, честно говоря, не очень привлекал. Так что стоял рядом со своей подругой и потихоньку попивал какой-то коктейль, спокойно наблюдая за происходящим. Кстати, благодаря зельям алкоголь я мог употреблять смело: всего глоточек из красного флакона — и я вновь полон жизни. Но напиваться не собирался, просто надо было себя чем-то занять, пока моя возбужденная подруга хлопала в ладоши и радостно визжала после каждого удара на ринге.

Скучающе оглядывая всех вокруг, я вдруг наткнулся на пристальный и, как мне показалось, ненавидящий взгляд какого-то парня. Странно — вроде я с ним не знаком… Сначала решил, что показалось, но нет — раз за разом натыкался на его злобный взгляд, направленный именно на меня, в этом я не мог ошибиться. Но подходить к нему с вопросом: «Чего это ты на меня так недобро смотришь?» — желания у меня не было, так что просто игнорировал его внимание и продолжал смотреть бои, потягивая напиток.

Наконец развлекательная программа этого вечера была окончена, и все начали расходиться. Мы с Викой за стойкой бара дождались звонка, что подъехало вызванное такси, и тоже покинули заведение. Галантно открыв дверь перед дамой, я обошел машину и, сев рядом с ней, назвал свой адрес — за то, что мне пришлось сегодня вытерпеть, определенно полагалась награда, и я был намерен ее получить. Впрочем, Вика совсем не возражала, а скорее даже наоборот — драки ее только завели, так что ночью нас ждут те еще «бои». И без всяких правил!..

Неожиданно в мои фантазии ворвался визг тормозов, и машина резко встала, отчего я чуть не слетел со своего места, приложившись о спинку переднего сиденья. Дорогу нашему такси перегородил большой черный джип. Секунду спустя сзади, почти упершись в багажник, подкатил еще один, отрезая путь назад. Первая мысль была о том, что меня все же каким-то образом сумели вычислить и отыскать из-за той бойни, что я устроил у Сени. Но секунду спустя, не заметив налетающих со всех сторон спецназовцев, я начал в этом сомневаться. Дверь стоящего впереди джипа открылась, и оттуда выбрался парень. Именно его я видел на боях пялящимся на меня. Да кто это такой?

— Придурок… — рассерженно прошипела Вика и, распахнув дверь, вышла на дорогу. — Я же тебе сказала, — обратилась она к парню, — ты мне надоел, хватит за мной таскаться.

О, так тут, похоже, намечается небольшая мелодрама… Хоть я и не большой их любитель, да и попкорна у меня нет, но, чувствую, зрителем побыть придется.

— А я и не к тебе, — ответил парень, — а вон за тем уродом, — небрежным кивком указывая на меня.

Упс! Похоже, я тут не только зритель.

Пришлось тоже выйти из машины.

— Ну, чего тебе? — недовольно спросил я этого любителя больших джипов.

— Я слышал, ты неплохо дерешься, — с насторожившей меня насмешкой заявил он. — Как насчет того, чтобы устроить поединок? Здесь и сейчас.

Я смерил его взглядом — как-то не похож он на великого бойца. В чем подвох? У паренька припрятан пистолетик?

— Да легко! — тем не менее согласился я, для подстраховки накидывая на себя защиту и вложив в нее всю свою ману, что только у меня была.

— Отлично! — обрадовался паренек. — А вот и твои соперники.

Двери джипов открылись, и из них вылезли… Вот это ни хрена себе! Да где же он таких кабанов нашел? Двое сзади и один спереди — на меня вразвалку шагали три здоровенных бугая. Черт! А я всю ману потратил на защиту, оставаясь без привычного ускорения. У меня был, конечно, флакончик с маной, но… я ведь хотел практики с несколькими противниками — вот и будет мне практика. К тому же все честно — я без ускорения. Почти честно, скажем так — все же на мне была защита, способная остановить и пулю, не то что удары. Но вот если такой здоровяк хорошенько меня приложит, то можно запросто покалечиться, ударившись о стену (а перед этим пролетев метров так несколько…) — от этого моя защита не спасет. В общем — все честно. Вика пыталась что-то сказать, но я ее остановил и, не давая противникам захватить инициативу, рванул к тому, что шел впереди.

Он встретил меня прямым ударом, который я привычно заблокировал, немного отклонившись, и тут же контратаковал, хорошенько влепив ему по корпусу. Он, даже не поморщившись от моего удара, со всего маху заехал мне в грудь. Сработала защита, пустив легкие многоцветные разводы от места удара, а здоровяк вскрикнул, повредив кулак при встрече с моей жесткой непробиваемой защитой. И хотя во мне не было ничего повреждено, но сила удара отшвырнула меня назад, под ноги набегающим противникам.

Приложившись спиной об асфальт, я только собирался вскочить, как в голову врезался тяжелый ботинок. Опять полыхнула защита, на мгновение затуманивая обзор, а меня крутануло на месте. Нападавший взвыл, наклоняясь к поврежденной ноге, — ведь он только что будто кирпич пнул, и это дало мне время повернуться на бок и, приподнявшись на локте, встретить последнего нападавшего резким ударом в его самую дорогую и уязвимую часть тела — да-да, именно по всему этому.

Раскрыв рот в беззвучном крике и выпучив глаза, тот согнулся, прижав руки к больному месту, а я вскочил на ноги и, не жалея бедолагу, заехал ему локтем в склоненную голову, швыряя на асфальт. Ближайший противник, постаравшись забыть о боли в ушибленной об меня ноге, встал в стойку, готовясь встретить меня ударом, но я налетел на него со стороны больной ноги, отчего его удар, которым он хотел меня смести, вышел неловким, я легко отклонился и, оказавшись вплотную к нему, как отбойными молотками, застучал по корпусу обоими кулаками. Этого он не выдержал и сжался, пытаясь меня оттолкнуть и открывая свою голову. Резкий удар! Еще один! И он, пару раз изобразив телом извивающуюся гусеницу, без чувств свалился на асфальт.

Остался только один, с поврежденной рукой. Уже без всякой опаски я напролом пошел на него — если он ударит меня еще раз здоровой рукой, то потом с безруким будет справиться проще простого. Но он, видимо, понял, чего я хочу, поэтому, пару раз изобразив удары, подпустил меня вплотную и, неожиданно схватив за одежду, с силой швырнул меня в автомобиль. «Вот про это я и говорил…» — уже в полете подумал я, а в следующее мгновение врезался головой в боковое стекло джипа. Пленка моей защиты заиграла цветами, когда я издал резкий стук своей самой умной частью тела, влетевшей в стекло; она мячиком отскочила от преграды, и вслед за этим в голове на секунду помутилось. Не успел я прийти в себя, как меня подхватили огромные ручищи и, подняв, со всего маху обрушили обратно на асфальт. В голове опять все перемешалось.

Но я заметил перед собой ногу и успел рукой, одетой в стальную броню защиты, хорошенько заехать в голень противника. Он вскрикнул и на секунду замешкался, дав мне время откатиться в сторону и вскочить. Уже намного осторожнее я вновь стал к нему приближаться, и теперь, как только он пытался уцепить меня за одежду, я своими жесткими кулаками молотил по его рукам. Пара удачных ударов — и он уже ничего не смог сделать, когда я приблизился к нему и влепил хороший хук, поставивший точку в этом поединке. Массивное тело повалилось на асфальт, и я шагнул к оставшемуся в одиночестве парнишке, так мечтавшему о поединке. Мечты сбываются!

Тот смело встретил меня ударом кулака в лицо, но я, даже не попытавшись отклониться, приблизился вплотную. Вскрикнув от боли в руке, разбитой о мою покрытую защитой кожу, он успел только недоуменно на меня уставиться, когда я, схватив его за шкирку, резко дернул, разворачивая вокруг себя и со всего маху хорошенько прикладывая лицом о боковое стекло джипа, куда совсем недавно почти точно так же влетел я; отплатил ему его же монетой, можно сказать. Только вот моей защиты у этого любителя прятаться за чужими спинами не было, так что удар расквасил лицо напавшего на меня урода и оставил кровавый отпечаток на стекле.

Тело в моих руках обмякло — видимо, парень потерял сознание. Все так же держа его за шкирку, я полуволоком оттащил бесчувственное тело к обочине и небрежно бросил на узкий газон с чахлой травкой, отделяющий дорогу от бетонной ограды вдоль нее. Все — с агрессорами покончено, можно продолжать путь, вот только перегородивший дорогу джип надо бы убрать.

Достав пузырек с маной, я сделал небольшой глоток. Что там в «Звездных войнах» говорил Йода, когда вытаскивал истребитель Скайуокера из болота: «Размер не имеет значения»? Хотя нет, было что-то другое: «Не пытайся делать — делай!» Что ж, не буду пытаться, а сделаю. Я напряг воображение, представляя, как огромная черная машина легко взмывает в воздух. Автомобиль пошатнулся, дрогнул, немного приподнялся и тут же вновь осел, покачнувшись на рессорах. Я увеличил поток маны и вытянул левую руку вперед, помогая своему воображению поднять автомобиль в воздух. Раздался металлический скрип, и сначала медленно, а затем все быстрее джип начал подниматься в воздух.

Я поднимал руку, пропуская через созданный мысленный образ равномерный поток бурлящей во мне маны, и вместе с рукой поднимался и джип. Когда он оказался на высоте в пару метров, я резко дернул кистью в сторону, разом выпуская весь остаток маны. Автомобиль будто смело возникшее из ниоткуда торнадо, подхватывая его и с огромной скоростью швыряя в бетонный забор, тянущийся несколькими метрами правее.

Проломив ограду, джип с грохотом и скрежетом сминаемого металла наполовину влетел в проделанную брешь и, на секунду замерев, повалился куда-то внутрь, породив еще один всплеск лязгающего шума и оставив после себя неровную дыру в бетонной плите, из которой торчали лишь задние колеса.

Обернувшись, я увидел большие круглые глаза Вики. Да ладно, чего она удивляется-то? Я ведь ей рассказывал свою историю и уже показывал фокусы. Там, правда, не автомобили летали, а мелочь всякая, но принцип-то тот же…

— Едем, — приглашающе махнул ей рукой и пошел к нашему такси.

Она тут же пришла в себя и открыла дверь со своей стороны, одновременно со мной забираясь в салон. Внутри меня встретили тоже большие и круглые глаза водителя такси. Ну ладно, его-то понять можно.

— «Ночной дозор» смотрел? «Выйти из тени!» — и все такое… Вот мы и выходим, — подмигнул я ему. — Поехали.

Этой ночью я полностью вымотался — горячая подруга не давала ни минуты отдыха, набрасываясь снова и снова. Без зелий я бы точно не выдюжил. То ли ее впечатлили мои чудеса, то ли, что более вероятно, все эти мордобития — барышня была просто повернута на них, — но она не могла угомониться до самого утра. Но все когда-нибудь кончается, вот и мы наконец успокоились и теперь обессиленно лежали на кровати.

— А ты не боишься? — спросила меня Вика, рисуя ноготком воображаемые узоры на моей груди.

— Чего? — не понял я.

— Ну… всего этого, — неопределенно выразилась она. — Ты знаешь, кто папа у Игорька?

— Это тот, кто на меня сегодня напал, да? — полуутвердительно спросил я.

Она согласно кивнула.

— Не знаю, но в любом случае — плевать, — искренне ответил я.

— Ну а насчет твоих чудес? Ведь если узнают, то что с тобой будет? А ты сегодня… вернее, уже вчера, — усмехнулась она, — такой концерт устроил, что трудно не заметить.

— Плевать, — все так же расслабленно лежа на спине и бездумно пялясь в потолок, повторил я.

— Тебе плевать на то, что будет с тобой дальше? — с недоверием спросила она.

— Дальше? — горько усмехнулся я. — Я знаю, что со мной будет дальше. Через две недели я сдохну, и все это начнется заново — вот что со мной будет.

Именно столько, по моим примерным подсчетам, основанным на прошлом опыте, осталось до повторного визита мага. И в этот раз у меня не будет преимущества в виде знания будущего, так что наверняка я буду убит после его неожиданного нападения.

— Значит, все же это правда, насчет твоих… как это назвать — перерождений? И постоянных убийств.

Похоже, несмотря на все продемонстрированные мною чудеса, она так до конца и не поверила в мою историю.

— Ага, — коротко ответил я.

— А почему ты тогда к властям не обратишься? Они наверняка за такие-то знания и твои способности согласятся тебя защитить.

— Согласятся защитить? — чуть не рассмеялся я. — Да даже я, едва-едва что-то узнавший, все эти власти влегкую раскатаю. А тот гад, что за мной охотится, наверняка намного побольше моего знает и умеет.

— Прям влегкую? — с недоверчивой усмешкой спросила Вика.

Я на секунду задумался. Прихожу в воинскую часть: легкое внушение одному, второму, третьему — и вот я уже отдаю приказы командующему. А ведь можно и дальше пойти, еще выше. Элемент неожиданности, плюс наверняка можно разработать заклинание дружбы или даже рабства, действующее по площадям; хотя что тут придумывать, надо всего лишь захватить центры трансляции передач для зомбоящиков — и вот я уже обожаемый всеми диктатор страны, тем более что большинству нашего народа такое будет только в кайф. Не все, конечно, сложится так просто, но пока есть мана — проблем не будет. А уж справиться с какой-то местечковой властью… да раз плюнуть. И я уверенно подтвердил:

— Легче некуда.

— Думаешь, там такие дураки сидят? Отправят за тобой снайпера — и никакие твои чудеса не помогут.

С этим можно поспорить — как я уже убеждался, пуля защиту магов не берет, так что была бы защита… Но спорить было неохота.

— Да и плевать, — опять повторил я. — Снайпер, это «бам!» — и я снова жив. А вот с магом… — я вспомнил свое последнее возвращение к началу цикла после сводящей с ума боли, — с ним смерть намного болезненнее.

— А чего же ты тогда лезешь к нему? Ты ведь говорил, что и сам можешь возвращаться, на твое это перерождение. Возвращался бы пораньше — и проблем не знал.

— Ну как бы тебе объяснить?.. Вот, допустим, как живет корова? Захотела еды — получила, воду — пожалуйста, заболела — вылечат… черт, да за ней даже дерьмо убирают — просто рай! Вот только до поры до времени, а потом — на скотобойню. Вот и со мной так же: если буду возвращаться, у меня будет все — деньги, много красивых женщин… — я ухмыльнулся, получив кулачком в ребра, — власть, известность… да все, чего только захочу. Но вот сколько все это будет длиться, решать буду не я, и в один совсем не прекрасный момент, боюсь, просто не смогу вернуться назад, в прошлое; и тут все — я труп. Так что нет, не хочу быть бычком на заклание — лучше я найду логово этого ублюдка и выжгу там все дотла, чтобы он больше не возвращался. А не смогу найти — буду убивать его раз за разом, когда он будет приходить за мной, пока он не поймет, что соваться ко мне — это смерть.

Раньше я был добрее, а тут меня прямо охватила злоба, вызывающая желание искромсать на мелкие куски охотящегося за мной мага, при этом глядя ему в глаза и слушая его вопли. Жаль, что это невозможно — стоит его только ранить, как он тут же «умирает», возрождаясь где-то в другом месте. Найти бы где.

Видимо, уловив мое настроение, Вика прекратила расспросы и положила голову мне на плечо, крепко обняв. И всего через несколько минут, похоже, заснула. А я задумался о том, как бы мне постараться избежать смерти. Знать бы вот заранее, когда случится нападение… но в этот раз я сам перекроил историю. Зато получил ману почти сразу после возрождения, не пришлось целый месяц ждать прибытия мага в город, так что об этом я не жалел.

А если попробовать как в прошлый раз? Ведь тогда я увидел мага благодаря включенному магическому зрению, почему бы не повторить этот трюк? Правда, придется ежесекундно поддерживать концентрацию и постоянно смотреть на немного изменившийся мир с потускневшими красками, но зато смогу издалека заметить яркие узоры магии, предупреждающие о приближении врага.

Сконцентрировался на своем желании увидеть магию и привычным усилием наполнил мысленное желание тоненькой струйкой маны. Мир потускнел, и только близ моего солнечного сплетения виднелся небольшой ярко-синий шар, образованный моим магическим ядром, сейчас почти полностью заполненным маной и совмещенным с ним дымящимся сгустком, вырванным из стеклянной призмы.

Эх, столько маны пропадает!.. Надо подумать — на что бы ее направить? Может, на постоянное усиление тела? Или разума: глядишь, тогда и придумаю, как избавиться от мага. Но все идеи — только после экспериментов над подопытными. Случайно переродиться в какого-нибудь мутанта мне вовсе не улыбалось. Да и поддерживать концентрацию, постоянно разделяя ману сразу на несколько желаемых образов, не получится. Если только потренироваться… Вот этим и займусь — с этого дня, кроме постоянного впитывания и удержания маны магическим ядром, буду одновременно поддерживать и магическое зрение… И в этот момент я заметил, что туман маны вокруг меня стал несколько гуще. Черт! Стоило мне только сосредоточиться на магическом зрении, как контроль над удержанием маны ослаб и она меня покидала. Ну а кто говорил, что будет просто? Придется постараться.

Следующие пару недель я совершенствовался в поддержании двух пассивных умений, но пока выходило не очень — стоило только сконцентрироваться на одном, как второе или пропадало, или, как минимум, сильно ослабевало. Но, как и обычно, тренировки помогали, и пусть и небольшими шажочками, но процесс двигался вперед.

Последствий моей стычки с чьим-то там сынком Игорьком почти никаких и не было: разок только меня пытались под дулом пистолета, да еще и при поддержке нескольких амбалов, усадить в машину, опять же черный джип, и куда-то увезти, но я, применив простейший вариант заклинания рабства, отправил всех нападавших назад с наказом переломать нанимателю ноги и предупреждением больше ко мне не соваться; с тех пор вестей от него не было. То ли угомонился, в чем я сомневался, то ли готовил какую-то пакость.

Еще я лишился нескольких подопытных в попытках вдолбить в их головы знание английского языка. Самым первым вариантом я, сформировав нужный мысленный образ — как можно более глубокое знание английского, — хорошенько напитал его маной и направил на одного из злодеев; тот взвыл и схватился за голову, после чего замертво свалился на пол, а изо рта, носа, глаз и ушей у него потекли струйки крови со сгустками нервной плоти, будто его мозг внутри черепушки хорошенько взбили миксером. Не получилось.

Если же я напитывал образ малым количеством маны — результата не было вообще. При этом в магическом зрении я видел, как формирующийся во мне узор заклинания даже не раскрывался полностью, а тускнел и распадался истаивающими туманными хлопьями еще в процессе формирования. Но вот если закреплять не знание всего языка, а выбрать только несколько слов — результат был отличным, они накрепко отпечатывались в памяти. Позже я додумался не выбирать слова вручную, а выбрать, например, одну страничку словаря и перенести ее в память реципиента, и этот метод работал прекрасно. До тех пор, пока очередной подопытный после загрузки слишком большого количества страниц не превратился в пускающий слюни овощ, ни на что не реагирующий. Пришлось от него избавиться.

Вот и еще новая черта, откуда-то появившаяся во мне, помимо яростной злобы к врагам — я совершенно не испытывал жалости к людям, которые, на мой взгляд, были ее недостойны. Если человек — убийца, ни капли не раскаивающийся в содеянном, с ним я становился таким же — убью и забуду, никаких сожалений. Раньше такого во мне не было. Или, может, просто я этого не замечал, живя совершенно другой жизнью?

Несмотря на некоторые подвижки с чудесами всех этих берущихся будто из ниоткуда знаний, текст на вещах мага так и оставался загадкой, как бы я над ним ни бился. Я пытался заставить подопытного понять перевод и всего текста, и только части, и всего одного слова, вливал в свои мысленные образы и крохи маны, и ее огромные дозы — все было бесполезно, загадочные символы так и не поддавались расшифровке.

Еще я наконец начал посещать карьер для тренировок боевой магии, обзаведясь водителем с авто. Денег, кстати, у меня теперь было просто до неприличия много, ведь помимо тех, что я «заработал» своими силами в начале цикла, у многих захватываемых мною злодеев имелись свои тайники, полные денег, драгоценностей, оружия. Драгоценности и оружие мне были не нужны, ну а деньги я первое время брал, хотя позже и их тоже стал оставлять — мне они были без надобности, а перечислять их, к примеру, в какие-то благотворительные фонды я не видел смысла, ведь совсем скоро этот вариант реальности исчезнет, оставшись только тенью в моих воспоминаниях.

Впрочем, немного оружия все же взял — хотел использовать его для убийства мага. Да, обычные пули защиту мага не пробивают, но если наложить на них заклинание, пробивающее щит, как я это когда-то проделал с ножом, — это стало бы неплохим козырем. Вот только ничего из этой затеи не вышло — стоило мне наложить на пулю заклинание, то есть нужный мысленный образ, напитанный маной, как патрон становился совершенно нестабильным. Он мог взорваться тут же, сразу после наложения заклинания, мог сделать это позже, и даже хуже — мог взорваться вместе с другими патронами, находящимися рядом. В общем, пока совместить магию и огнестрел не удавалось.

Того, что на меня могут пасть какие-то подозрения в связи с похищениями людей и у меня возникнут проблемы, я в общем-то не опасался, но тем не менее внимание к себе решил лишний раз не привлекать, поэтому система была такой — знакомый очередного кандидата, уже обработанный мной, приглашал того на встречу, куда являлся и я. Легкий вариант заклинания рабства и короткий опрос на тему: «Сколько у вас на совести смертных грехов?» — после которого я принимал решение о дальнейшей судьбе кандидата. Если недостаточно виновен — приказ все забыть, в противном же случае заклинание усиливалось, а после этого преступник сам являлся ко мне, заметая за собой все следы, для чего тоже была наработана кое-какая схема.

Так и пролетало время — тренировки, исследования, опять тренировки и немного отдыха, в основном с моей новой подругой, которую нисколько не заботил философский вопрос, останется ли она жить дальше после моей смерти или просто исчезнет вместе со всем этим миром.

По прошествии двух недель я стал постоянно поглядывать по сторонам, не выходя из режима магического зрения и каждую минуту ожидая нападения, но все было на удивление спокойно. Ни полиции, ни бандитов, ни мага — я будто вновь стал обычным человеком, которого никто не мечтал прикончить, покалечить или посадить. Странно это — и я еще более нервно зыркал по сторонам, ожидая подвоха.

И когда еще через полторы недели увидел на улице впереди себя окутанную яркими магическими узорами фигуру мага, летевшего в мою сторону, расшвыривая не успевших убраться с его пути прохожих, даже испытал какое-то облегчение — надоело все время жить в напряжении. И кстати, я мог и не стараться так с этим магическим зрением — летящего в мою сторону мага мог бы легко заметить издалека и без этого.

Достав флакон маны, сделал глоток и всю тут же заполнившую меня энергию пустил в защиту. Еще глоток — и я накладываю заклинания пробития щита на свои ножи, а затем вливаю в себя все зелье без остатка. Энергия наполнила меня до краев, а плотные потоки маны, вырывающиеся изнутри, несмотря на все попытки ее удержать, чуть ли не разрывали меня на физическом плане. Клокоча бурлящей в себе магией, я ждал приближения мага. Сейчас один из нас умрет.

Маг с надменным лицом плыл в мою сторону, не отрывая от меня взгляда, полного злобы и ненависти. Какая-то девушка, только что вывернувшая передо мной из-за угла, увидела эту картину и, после секундного замешательства радостно вскликнув, направила камеру своего телефона на летящего в ее сторону человека. Но радость ее была недолгой — своим зрением, подкрепленным ускорившимся восприятием, я увидел, как из тела мага вырвался узор и, долетев до нее, зафонтанировал ворохом тонких нитей магии, каждая из которых, уткнувшись в тело, исчезала, но перед этим основательно толкала мешавшую расти дальше преграду. В обычном же зрении можно было заметить, как стоявшую недалеко от траектории движения мага девушку будто бы ударило огромной невидимой ладонью, отчего она стрелой взмыла в воздух и после короткого вскрика впечаталась в стену ближайшего здания, с противным чавкающим звуком распластавшись на ней. На бетонной поверхности осталось красное пятно, обрамленное расходящимися лучами кровавых брызг, а сплющенное тело пустым мешком свалилось на землю.

Совершенно не обративший на это внимание маг, подплыв еще ближе, плавно опустился на землю и заговорил. Я уменьшил скорость восприятия.

— Если ты скажешь, кто тебе помогает, ты умрешь быстро, даю тебе только один шанс. Иначе ты познаешь гнев владыки. Говори! — толкнул он речевку в своей обычной нагло-презрительной манере.

Вряд ли я смогу узнать от него что-то новое, но попытаться стоит. А может, попробовать развести злодея?

— Я не знаю, как его зовут, только в лицо видел. Но он твой приятель, так что, может, мы…

— Открой мне свой разум!

Не-не, это мне не по душе, хоть я и не знаю точно, что это и для чего.

— А может…

— Познай гнев владыки, раб!

Ну вот, опять его понесло… Я сразу же направил поток маны на поддержку ускорения, готовясь к бою. Хотя потоком это назвать сложно — скорее уж ручеек, пока на большее меня не хватало. Тем не менее мир вокруг меня замедлился, и последние слова мага доносились до меня басовитым гудением — ждать окончания его речи я не стал, и без того можно догадаться, о чем она.

Создаю стальной болт, арбалетной стрелой устремившийся в лоб высокомерному ублюдку, а сразу же вслед за ним запускаю пышущий жаром огненный шар, ярким мячиком метнувшийся в корпус. Из узора в теле мага вырвались нити магии, плотным коконом окутавшие его. Стальной болт, коснувшись нитей, рассыпался в пыль еще на подлете, а огненный шар разлетелся угасающими в полете брызгами пламени. Все как в прошлый раз.

А как тебе это? И я один за другим метнул в мага четыре ножа, напитанных магией. Первый, беспрепятственно миновав нити антимагической защиты, влетел в магический щит врага и, породив веером разлетевшиеся искры и хороводы радужных разводов, преодолел преграду, глубоко вонзившись в тело урода. Выражение изумления и боли, проявившееся на его лице, меня изрядно порадовало. Но почти сразу же активировался еще один узор мага, и засевшее в нем мое оружие выдернуло из раны, отшвыривая в сторону. Второй нож, едва пробив защиту, успел неглубоко приникнуть в плоть, как его тоже отшвырнуло, и два следующих.

Пышущий злобой маг, кровоточащий одной глубокой раной и тремя мелкими порезами, метнул в меня заклинание, яркой магической сетью разворачивающееся в воздухе. Я выставил на его пути небольшой щит магии, в который оно врезалось, захлестывая края. Гулко бабахнуло — и от места столкновения заклинаний разошлась ударная волна и разлетелась куча мусора и пыли. Меня мягко толкнуло в грудь, заставив отступить на пару шагов назад.

И в то же мгновение я увидел устремившийся в мою сторону стальной болт, грозивший насквозь пробить меня, несмотря на защиту, — с таким я уже сталкивался. Увернуться было невозможно — слишком стремительно он приближался. А что, если… Я создал мысленный образ нитей, подобных тем, что окутывали врага, защищая его от магии, и напитал образ маной, мгновенно создавая перед собой защитную сетку. Коснувшийся ее болт тут же начал распадаться на мелкие искорки магии, быстро растворяющиеся в окружающем пространстве.

Раздосадованный маг вновь попытался накинуть на меня сеть воздушного тарана, с действием которого я был знаком еще с прошлого боя, но я вновь поставил на его пути щит, при столкновении с которым он развеялся, породив грохот и ударную волну, разметавшую дорожную пыль. Но одной обороной битву не выиграть.

Сосредоточившись на автомобиле, стоявшем на другой стороне улицы, я влил всю без остатка ману в мысленный образ. Помогая себе левой рукой, сосредоточился на желаемом и выпустил из себя созданное заклинание, резко при этом махнув рукой, будто помогая ею двигать многотонную железную махину. Вслед за моим движением автомобиль, будто притянутый мощнейшим магнитом, сорвался с места и со страшным грохотом и скрежетом, кувыркаясь и разбрасывая искры от трения, за секунду преодолел расстояние до мага, мгновенно сметая его с места и врезаясь вместе ним в стену дома.

Грохнуло, в стене образовался зазмеившийся трещинами пролом, во все стороны брызнули осколки стекол и куски металла, а смятый автомобиль, по счастливой случайности оказавшийся в правильном положении — колесами вниз, — отлепившись от стены, громыхнул подвеской, приземляясь на все четыре колеса, и остался на месте, постепенно замирая и прекращая раскачиваться. Вот так-то, ублюдок!

Бам! — и будто от могучего пинка машина высоко подлетела в воздух, показывая выбирающегося из пролома потрепанного, но живого мага, от которого ко мне в ту же секунду устремился рой стальных штырей. Черт! Маны почти не было. Вытягивая из заранее поглощенных мною пяти сгустков все что только можно, я создал перед собой противомагическую сеть. Врезавшиеся в нее снаряды рассыпались туманом искрящейся пыли от соприкосновения с преградой. Но сеть оказалась недостаточно надежной, и с десяток болтов врезались в меня. Защита на мгновение вспыхнула искрами и радужными пятнами, удерживая часть снарядов, но тут же развеялась, не выдержав нагрузки, и несколько стальных штырей пронзили мое тело. Силой удара меня отшвырнуло назад, и я, раскинув руки, плашмя приложился об асфальт, отбив спину и ударившись головой, отчего сознание на мгновение померкло.

Очнувшись, заметил вылетающую из серебрящегося искрами тумана, возникшего между мною и магом, сеть магических нитей зловещего бордового цвета, готовую вот-вот укутать меня. Именно она заставила меня в прошлый раз орать от боли. Глядя на подлетающие нити, я с горечью осознал, что и этот бой я проиграл. «Вернуться!»

Искорки магического тумана начали тускнеть, а весь мир стал постепенно погружаться во мрак, и только приближающееся заклинание разгоралось все ярче. Нити бордового цвета постепенно стали оплетаться черными, а на их концах вырастали хищные пасти, тянущиеся ко мне. Они отрывались от основного узора и развеивались черным туманом, но на их месте вырастали все новые и новые клыкастые пасти. Не в силах пошевелиться, я с ужасом наблюдал за медленным приближением магического узора, в котором становилось все больше черноты, усеянной шипами клыков. Мир все тускнел, и узор чернел вместе с ним, и вскоре я остался в полной темноте, не видя ничего и только лишь ощущая, как настигшая меня тьма вгрызается в меня миллионами зубов, пожирая ими мою сущность и не оставляя от меня ничего в этом мире. С каждым укусом, вырывающим из меня память, мысли и желания, моя душа становилась все меньше и меньше, пока я, моя сущность полностью не исчезли, не оставляя за собой ничего, лишь пустоту. Меня не стало.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 9

«Да что за ерунда с этими посмертными глюками?!» — подумал я, прикрывая глаза и поеживаясь от воспоминаний о том, как миллионы мелких невидимых пастей выжирали меня изнутри. Ну да ладно — главное, все сработало и я опять жив. Вот только как мне достать ублюдка? Даже попав под удар многотонной машины и пробив собой бетонную стену, он умудрился остаться живым и здоровым. Похоже, физическим воздействием его не пронять — поможет только магия. Но и магия рассыпается, столкнувшись с нитями его защиты.

Пока его смог ранить только нож с наложенным заклинанием, да и то лишь один, самый первый раз. А если вонзить в него сразу с десяток лезвий? Наверняка ему это не понравится! Ножи, конечно, тут не подойдут — я ведь не смогу кинуть их одновременно, хотя и волшебник, но вот… Стоп, а почему не смогу? Мне ведь не обязательно кидать их руками — для этого у меня есть магия. Если я смог швырнуть автомобиль, то уж кучку ножей, а лучше даже — пучок зачарованных стальных арматурин я легко отправлю в полет. А ведь это идея! Загоревшись этой мыслью, вскочил с кровати, готовый прямо сейчас вступить в схватку со злодеем, но… злодея надо дождаться. Черт!

На это раз я не стал заморачиваться с букмекерами — много денег я потом легко наберу в тайниках бандитов. Купил только два лотерейных билета — один, с выигрышем в сотню тысяч, уйдет на мелкие расходы ближайших дней, а со вторым, в полмиллиона долларов, которые я так ни разу еще и не получил, пойду к Сан Санычу. Может, зелья будет и достаточно для того, чтобы договориться с ним об обучении, но тут уже проверенный вариант, так что ничего менять не буду — черкануть шесть крестиков мне совсем не сложно.

В этом цикле я решил встретить мага там, куда проследил его в прошлый раз, — на поляне в окрестностях Воронежа. Если он и впрямь появился там магическим способом, как я и подозревал, то как искать его дальше, даже не представляю. Но рано отчаиваться — сначала надо увидеть все своими глазами. Может, он на парашюте туда спустился? Да, знаю, слишком это неправдоподобно, но сначала — факты, а уже потом, на их основании, следует планировать свои дальнейшие действия. Значит — в Воронеж. Ну и раз буду его встречать, то совсем неплохо было бы там же, на месте встречи, его и прикончить — что тянуть-то? Тем более я теперь знаю, где запросто можно разжиться оружием, не надо даже по даркнету шариться.

Так что утром 9-го числа я, прихватив с собой спортивную сумку и вооружившись найденной где-то среди своего хлама заточкой с рукоятью из черной изоленты, сел в маршрутку и поехал на окраину города. Выйдя на последней остановке, направился к ничем не примечательному дому. Именно в нем жил один из бандитов, известных мне по прошлой жизни, и у него в тайнике, устроенном в подполе, хранилось оружие. Именно этого плохиша я выбрал по причине того, что он жил один, и заполучить желаемое можно было без проблем.

Подойдя к воротам, снял с плеча пустую сумку, поставил ее в стороне и взял в руку заточку, после чего позвонил в дверь. Самого звука звонка я не слышал, но разразившаяся лаем в глубине двора псина дала понять, что кнопка тут не для красоты. Через минуту дверь открылась — за ней стоял нужный мне человек. Что ж, одним испытуемым у меня в этот раз будет меньше. Войдя в ускорение, я шагнул к бандиту и коротким тычком вогнал заточку ему в висок по самую рукоять. Задергавшееся в конвульсиях тело повалилось на землю, а я, подняв сумку, шагнул во двор, закрывая за собой дверь.

Кстати, то, что я каким-то образом могу войти в ускорение без маны, оказалось правдой. Я убедился в этом еще с самого первого дня нынешнего цикла. Вот только без маны ускорения хватало в лучшем случае всего на секунду с небольшим, да и использовать его удавалось всего пару раз в день. Можно было и чаще, но тогда срок действия этой необычной способности еще более сокращался. Как это стало возможным — совершенно непонятно. Ни огненных шаров, ни телекинеза, ни даже магического зрения — ничего из этого мне не удавалось, а вот ускорение — пожалуйста, пусть и в таком, весьма урезанном виде.

Пройдя мимо продолжающего подергиваться тела, я подошел к валяющемуся на земле деревянному брусу и, подняв его, с размаха выбил стекло ближайшего окна. Возле входной двери в дом стояла конура, поэтому через дверь зайти не получится. Ну или придется убить собаку, которая, хрипя от злобы и роняя из пасти клочья пены, металась сейчас на цепи, заходясь лаем. Собачку было жалко.

Дотянувшись через выбитое окно до запора, я повернул ручку и распахнул раму — порезаться о торчащие из нее острые осколки не хотелось. После этого залезть в окно стало делом одной минуты. Внутри, откинув дверь в подпол, я заглянул в темноту под ногами. И где здесь свет включается? Так и не найдя выключателя, пошел на кухню, где мне повезло найти зажигалку. Освещая себе путь маленьким трепещущим язычком огня, спустился по лестнице вниз и отодвинул в сторону тяжелый ящик с песком, в котором хранилась морковь. Под ящиком и был тайник, присыпанный землей: завернутый в рулон ткани пластиковый мешок, внутри которого — автомат, винтовка, два пистолета, граната и патроны. Зачем все это бандиту, я не спрашивал, а вот про сам тайник узнал как раз на подобный этому случай.

Прихватив мешок с собой, поднялся наверх, к свету, и отбросил наконец в сторону раскалившуюся дешевую зажигалку. Распотрошив сверток, достал пистолеты и все патроны к ним вместе с парой запасных магазинов. Все это я положил в свою сумку и так же через окно покинул дом. Об оставленных повсюду в доме и на орудии убийства моих отпечатках не беспокоился — данных обо мне в полиции не было, так что выйти на след они не помогут. К тому же скоро я стану магом, и тем более поводов для беспокойства не будет. Открыв калитку, вышел за забор из профлиста, прикрыл за собой дверь и отправился на остановку, оставляя позади лай собаки и мертвое тело.

На самолет меня с оружием не пустили бы, прятать его в багаже, рискуя быть разоблаченным, я не хотел, так что в этот раз пришлось искать иной способ добраться до нужного города. На автовокзале, переговорив с несколькими таксистами, я нашел того, кто за неплохую оплату согласился отвезти меня туда, а потом и обратно. Не так быстро и удобно, как на самолете, зато никакой волокиты и досмотров.

И вот утром десятого я оказался в нужном месте — водитель довез меня до небольшого песчаного пляжа, куда чуть позже должны были подъехать на отдых Вован с Вячеславом и их подругами. Прихватив с собой сумку с оружием и небольшим запасом еды на сегодня, я покинул салон и отправил машину к базе отдыха — пройдусь до нее пешочком, после того как убью мага. Оставлять водителя здесь я не стал, а то мало ли что там по пьяни взбредет в голову компании, что вот-вот должна здесь появиться. В общем, перестраховался: все же те, кто приедет сюда на отдых, — люди не сказать чтобы большой культуры.

Ориентируясь на показания специально для этого случая приобретенного джипиэс-навигатора, куда вбил нужные координаты, углубился в дикие заросли вдоль русла речушки и понемногу стал приближаться к нужной точке. Немного поплутав, обходя болотистые низинки, вскоре был на месте. Осмотревшись, убедился — это именно оно, все тщательно вбитые в голову приметы совпадали. Дерево с искривленной верхушкой, поваленный ствол, покрытый мхом, проплешина с муравейником и небольшая, заросшая травой полянка, в центре которой и пропадали следы мага в моем прошлом цикле.

Судя по времени, когда он пришел на пляж, тут должен быть часа в четыре — еще куча времени до его предположительного появления, но на всякий случай стоит иногда посматривать по сторонам. Я сел на землю, привалился спиной к дереву и, откинув голову, уткнулся взглядом в небо, полное пушистых облаков самых причудливых форм, неторопливо плывущих куда-то вдаль. Зелень листвы, колышемой легкими порывами теплого летнего ветерка, воздух, наполненный ароматами леса, щебет птах, шелест травы… Сколько я уже не отдыхал? Все время куда-то тороплюсь, строю планы, занимаюсь делами, а даже случись отдых, и тот — поскорее куда-то успеть, не пропустив «самое интересное». А чтобы вот так, сидеть в теньке и бездельничать — такого я даже и не упомню. Хотя в моей жизни, или, скорее, жизнях, сейчас столько всего и время настолько насыщено событиями, что месяцы растягиваются в годы: неудивительно, если я что-то уже и не упомню.

Так я и сидел в теньке, наслаждаясь отдыхом, но все же не забывая посматривать по сторонам и держать пистолеты наготове. И наконец после нескольких часов ожидания случилось то, что я в общем-то и предвидел — прямо в центре поляны появился маг. В этот раз не было клубящегося тумана, медленно заполняющего полусферу, как это происходило тогда, когда маг со своими слугами перемещался к моему городу. Все произошло намного быстрее — в воздухе с легким хлопком вспух туманный шар, почти мгновенно рассеявшийся без следа. А там, где секунду назад никого не было, стоял маг. Всего лишь в нескольких метрах от меня. Тут же вскочив с земли, я вскинул пистолеты и, направив оба ствола ему в голову, нажал на спусковые крючки. Добро пожаловать!

Трескучий грохот обоих выстрелов слился в один громкий звук. Бах! Я не промахнулся, и пули попали туда, куда и задумывалось, — прямо в голову этого урода. Но наткнулись на защиту. Тонкая, как у мыльного пузыря, пленка, окутывающая мага, на мгновение стала видимой в местах попаданий, и пули, не причинив ему никакого вреда, то ли упали на землю, то ли срикошетили куда-то в сторону — этого я не видел, раз за разом нажимая на спуск. Бах! Бах! Бах! Бах!.. Град пуль обрушился на врага, но единственное, что они смогли сделать, так это лишь породить легкие радужные разводы, расходящиеся по защитной пелене от мест попаданий.

Как всегда, с презрительным выражением на лице, дополненным сейчас легким недоумением, маг взглянул в мою сторону и небрежным движением ладони отправил в меня светящийся желто-красный шарик огня.

«Твою ж…» — только и успел подумать я, когда боевое заклинание, за долю секунды преодолев разделявшее нас с магом расстояние, врезалось в меня и расплескалось жидким пламенем, выжигающим все, чего касалось. На короткий миг я почувствовал себя так, будто упал в жерло вулкана, до краев заполненного бурлящей раскаленной лавой, и волна жуткой обжигающей боли захлестнула меня с головой, но тут же схлынула, сменяясь безразличием вновь готового меня поглотить мрака.

«Ну, началось… — с неудовольствием, что на этот раз заменило обычный ужас встречи с тьмой, подумал я. — Давай уже — пожирай, растворяй, рви на кусочки, да закончим с этим». И она ответила, наждаком пройдясь по моим чувствам, желаниям, воспоминаниям. Лишая меня всего этого, она уничтожала меня. Но и рождала что-то новое, бывшее не мной, но чем-то близким. Я растворялся во мраке, но и мрак растворялся во мне. «Я и был той тьмой, что растворяла меня!..» — внезапно понял я перед тем, как искра моего сознания окончательно затухла в клубах наступающего со всех сторон мрака. Это была последняя мысль. Моя? Или тьмы? Ведь меня не стало, я исчез.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, и в них хлынул поток света.

Глава 10

«Вот это меня колбасило!» — выметая из головы остатки посмертных видений, подумал я. Впрочем, это совсем небольшая плата за такую чудесную способность — возрождаться после смерти. А в этот раз смерть наступила совсем уж быстро, неудачно как-то получилось. Самый короткий мой цикл. Но кто же знал, что маг будет защищен? Что ж, теперь буду помнить — сразу после перемещения порталом (или что это было) на мага не нападать.

Еще одним крайне неприятным следствием последнего цикла стало то, что теперь я знал — маг и правда появлялся на той поляне из ниоткуда. И как теперь искать его логово, я не имел ни малейшего представления. Поэтому пока мне оставалось только одно — убивать, убивать и убивать эту мразь. Всякий раз, как только он ко мне сунется, его должно ожидать только одно — смерть. Раз за разом — одна лишь смерть. Надеюсь, это отобьет у него желание охотиться на меня. И как убить его в этот раз, догадка у меня уже была, жаль вот только, что в последний раз я даже близко не успел подобраться к осуществлению цели.

В этот раз решил повторить свой позапрошлый цикл, слетав в Воронеж и напав на мага ночью, уже после того, как он обоснуется в коттедже. Правда, в этот раз перед полетом я не стал приглашать Вику в ресторан, не знаю даже почему. Может, боялся пусть и не влюбиться, но слишком привязаться? Или просто захотелось прожить месяц спокойно, без полиции, ее бывших дружков с папами и всего такого прочего? Заниматься психоанализом, ковыряясь в своей голове, желания не было — не захотел, и все. Так что, прихватив с собой лишь бумажник, утром 11-го числа я налегке вылетел в Воронеж.

Операция по устранению мага в этот раз прошла даже удачнее, чем в прошлый, — я не стал красться во мраке ночи, выискивая открытые окна, а просто-напросто, дождавшись, пока все заснут, открыто направился к дежурящему у дверей здоровяку, а когда он попытался меня остановить, быстренько его прикончил, вогнав под ускорением нож в глазницу. Внутри дома убил сначала спящего Вована, а вслед за ним и мага, перед этим выбив дверь в его спальню. Вернее, тот умер сам. Как обычно, погрозил мне всеми карами, обозвав меня рабом, но тут же слился, стоило мне лишь легонечко на него надавить. Но ничего — скоро встретимся.

Следующий месяц я посвятил как обычным, так и магическим тренировкам. Ну и, конечно, не обошлось без жестоких экспериментов над злодеями. Мне, кажется, удалось выяснить, почему магия не способствовала расшифровке текста на вещах мага. Понять это помог простенький опыт — один из испытуемых загадывал число и записывал его на листочке, который прятал в конверт. Второй, когда я накладывал на него нужное заклинание, то есть мой напитанный маной мысленный образ, содержащий простой посыл: «Ты знаешь число, записанное на листочке в конверте», — легко справлялся с заданием и действительно узнавал, что там за цифра. Но если первый человек, который загадывал цифру, был к этому моменту мертв — мое заклинание не работало!

То есть пока есть человек, знавший ответ, — все срабатывало, его знания можно получить при помощи магии, а нет такого человека — нет и ответа. Выходит, разгадка того, почему не поддается расшифровке текст, проста — нет человека, который может понять, что там написано. А из этого следовал весьма неприятный вывод. Сами посудите — есть текст, но нет ни единого человека в мире, способного его прочесть. Где же тогда все эти люди? Гадать можно сколько угодно — другие планеты, пространственные карманы, параллельные вселенные, временны́е сдвиги… Ясно только одно — отыскать логово мага будет не только непросто, а скорее — невозможно.

Была и приятная новость — мне все же удалось сделать так, чтобы мои закононепослушные испытуемые добились прогресса в изучении иностранного языка. В процессе испытаний парочке из них я спалил мозги, но эта маленькая неприятность нисколько не помешала нашей дружной команде, накрепко спаянной узами магии, двигаться вперед.

Суть моей сработавшей задумки была проста — не впихивать знания в голову, а сделать так, чтобы они сами могли впихиваться туда поскорее. То есть я накладывал на человека заклинание, призванное улучшать его навыки обучения языку, и это сработало — знания усваивались эффективнее в несколько раз. И пусть за один день все еще нельзя было выучить английский до уровня advanced, то есть уверенного владения языком, но вот дайте пару-тройку месяцев — и это вполне возможно.

Существовала, правда, и куча недостатков у этого метода — прежде всего, большой расход маны, к тому же необходимость как минимум ежедневного обновления заклинания, да и к каждому обучаемому нужен был индивидуальный подход… Но все это мелочи — главное, я теперь знал, что результата добиться вполне реально. При желании смогу выучиться чему угодно! Конечно, надо провести еще кучу уточняющих экспериментов, но принцип достижения успеха уже ясен. Теперь надо опробовать этот же метод для улучшения физических показателей — если получится, это будет намного круче всяких стероидов.

В своих магических тренировках, в их боевой части, я теперь сосредоточился на телекинезе, именно на него возлагал большие надежды в предстоящей стычке с магом. Понаделав кучу заостренных стальных штырей, метал их в цель всякими способами, какими только возможно. Как оказалось, сразу двумя штырями я управлять не мог. Сконцентрировавшись на одном, тут же терял контроль над другим. Но это только в том случае, если я их двигал по-разному: например, один — вверх, а другой — вбок. Если же движение было одинаковым — то и управление становилось легким.

Это все равно как одновременно указательными пальцами обеих рук нарисовать в воздухе круг — легче легкого. Опять же одновременно нарисовать ими квадрат — запросто. А вот нарисовать одним пальцем круг, а вторым квадрат — уже не удается. Возможно, потренировавшись, это можно изменить, но пока мне хватит и того, что есть, — цель у меня будет одна. И послать в нее убийственных «подарочков» я смогу хоть сотню одновременно, в чем и убедился на тренировках.

Кстати, обнаружилась любопытная деталь — создаваемый мною магический щит не могли прошибить стальные болты, зачарованные на пробитие защиты мага. То есть если я зачаровывал болт на пробитие своего щита — он его пробивал, а если на пробитие защиты мага — то уже нет. Выходит, у нас получается какая-то разная защита, хотя по своим свойствам одинаковая.

Наконец настал «день икс» — дата нападения мага. В этот цикл я опять немного изменил прошлое, отправившись первый раз убивать мага на пару дней раньше, чем в позапрошлый цикл, но все же предположил, что срок между днем смерти мага и тем днем, когда он заявится мстить, будет в обоих случаях одинаков, и не ошибся — он заявился точно в срок, на два дня раньше, чем в позапрошлый цикл.

Я ждал его за городом: ведь если все пройдет как надо и мне удастся победить, то мне еще тут жить, потому и не хотелось привлекать лишнее внимание к своей персоне, устраивая магический поединок в центре города.

Была мысль прихватить с собой одного из злодеев, над которыми я проводил эксперименты, и попробовать при появлении мага заставить того прочитать незнакомый текст на магических штучках, но так как я все же не был уверен в точной дате и на всякий случай торчал здесь уже пятый день, решил отложить это на следующий раз.

В общем, сейчас я в полном одиночестве сидел посреди степи на принесенном с собой походном складном стуле и, чтобы не терять время зря, тренировался в контроле, удерживая в воздухе мелкие камешки. Вдали показалась приближающаяся фигура — именно в той стороне, где находилось место появления мага. «Узел», как он как-то его назвал. Посмотрев в бинокль, я убедился — это был он. И даже не скрывается в невидимости, совсем страх потерял. Опять зря я все последние дни поддерживал магическое зрение. Хотя почему зря — тренировки никогда не бывают лишними.

Я специально выбрал такую позицию — подальше от места его появления, чтобы у меня было время подготовиться. Глотнув из флакона, стал накладывать заклинания пробития щита на сложенные передо мной острые стальные штыри. Один, второй, третий… В общем, я создал полтора десятка зачарованных снарядов, под завязку напитанных магией. Надеюсь, этого хватит.

Очередной глоток из флакона — и накинул на себя защиту: на случай, если маг с ходу кинется в бой. Хотя обычно он предпочитает сказать перед этим какую-нибудь гадость. Еще глоток — все, готов к бою.

Как раз вовремя — подлетевший маг мягко опустился на землю и, оставаясь на месте, начал:

— Если ты скажешь, кто тебе помогает…

Ничего нового. А значит… Заклинание стального болта отправляется в мага, следом еще одно и еще… Вырвавшиеся из узора в теле мага защитные нити встречали мои заклинания на подлете, рассыпая их в искрящуюся пыль, быстро таявшую в воздухе. Но тех мгновений, на которые она окутала мага, закрывая его обзор, было достаточно — под прикрытием завесы в его сторону метнулись стальные штыри, направленные моим жгучим желанием хорошенько нашпиговать своего врага острыми снарядами.

Защита мага, коротко, но ярко полыхнув всеми оттенками радуги, исчезла, и все стальные штыри вонзились в его тело. Часть из них, пробив плоть насквозь, унеслись дальше, роняя на ходу кровь, прихваченную из ран, другие же так и остались торчать в теле, вонзившись в остановившие их стремительный полет кости. Весь утыканный штырями, похожий на подушечку для иголок, маг что-то пробулькал кровью в горле и упал, повиснув на уткнувшихся в землю стальных прутьях.

Подойдя, на всякий случай обыскал тело, но ничего интересного не обнаружилось. Разве только пока еще яркие узоры магии в уже мертвом теле. Но что-то с ними делать я так и не рискнул. Хватит мне на сегодня и того, что я смог победить готового к схватке боевого мага. Ведь это первый раз, когда у него была и физическая, и магическая защита, но я все же смог победить. Пусть и смухлевав, воспользовавшись своими знаниями из прошлых жизней. Тем не менее это была победа!

Подумав, прятать ли тело, решил так и оставить его здесь. Ману я уже всю израсходовал, а тратить зелье не хотелось — мне оно еще пригодится, когда вернется маг. А без магии избавиться от тела сложно — не копать же своими руками могилу… Так что пусть лежит. Ну а мне пора возвращаться в город, и впереди опять ждала неизвестность.

Следующий месяц тоже прошел на удивление тихо и спокойно, как-то даже непривычно. Количество экспериментов пришлось уменьшить, так как зелий маны оставалось все меньше, а сгустки из призм давали ее слишком мало. Так что сейчас у меня остались всего двое испытуемых — один учил английский, а второй усиленно качался — на нем я начал эксперимент по магическому усилению. Результаты были обнадеживающие — один подопечный уголовник уже вполне уверенно читал учебные тексты средней сложности, а качок уже в полтора раза увеличил силовые результаты, нарастив заметные мышцы, играющие под синей от татуировок кожей. И пока оба они оставались в порядке — никаких рогов, хвостов или красочных глюков сломанного мозга. В общем, похоже, подобными «улучшалками», которые сами по себе не изменяют организм, а лишь помогают изменениям, пользоваться можно. Если мои подопытные не мутируют до конца цикла, то, пожалуй, рискну попробовать этот метод на себе.

Пока же я занимался по старинке, продолжая чередовать бокс, самбо и качалку. С боксом, похоже, пришла пора завязывать — все, что было можно, я от тренера уже получил, дальше можно развиваться самостоятельно. Ну а самбо пока оставалось полезным — помимо продолжающегося обучения ножевому бою для меня весьма эффективными были регулярные жесткие спарринги с несколькими партнерами. Тут, правда, тоже скоро придется что-то менять — зелья жизни, помогающие мне и моим партнерам по тренировкам восстанавливаться после травм, тоже заканчивались. Легкие травмы и ушибы я мог излечить и своей магией, опыт показал, что в этом нет ничего опасного, но вот для более серьезных ранений нужно зелье, что тоже подтвердил опыт — один из моих «смертников» как-то загнулся прямо во время магического лечения.

Качалка, подкрепленная зельями и фармакологией, тоже принесла свои плоды — моя масса превысила сотню кэгэ, а жал я вес в два раза больше своего. Остальные показатели тоже были на высоте. В общем, звание мастера спорта при желании я получил бы легко. Все знакомые при виде меня прямо обалдевали, замечая такие явные изменения во внешнем виде. Ну сейчас-то ладно, прошло уже два месяца с начала усиленных тренировок, столь заметно сказавшихся на мне. Но вот если часть изменений будет постоянно переноситься в прошлое, то через какое-то время я изрядно всех шокирую после очередного своего возрождения. Для остальных-то пройдет всего день. В их глазах вчера я был пусть и спортивным, но в общем-то обычным парнем, а сегодня вдруг — здоровенный амбал. Забавно получится.

Но меня это не смущало, уж это точно не самая большая из моих проблем, так что сейчас я как раз направлялся на вечернюю тренировку в спортзал. Водителя беспокоить не стал — тут идти-то всего минут десять, дойду ножками. По дороге боролся с искушением наложить на себя «улучшалку» — уж очень впечатляющим был прогресс у моего подопытного качка. Но нет, подожду — вдруг он еще мутирует в какого-нибудь орка… Орком становиться не хотелось, так что я ненадолго успокаивался, но затем искушение шептало мне, что прошло уже много времени и ничего страшного не случилось, а ведь это поможет развиваться намного быстрее… А вот этого хотелось, и я начинал прикидывать варианты — может, наложить «улучшалку» хотя бы на время? Прямо на чуть-чуть, только попробовать… И все повторялось по новой.

Мою увлекательную дискуссию с самим собой прервал вид троицы, что я увидел перед собой, вывернув из-за угла. Перегородив асфальтовую дорожку, они расслабленно стояли и смотрели прямо на меня, замершего на месте при виде незнакомцев. Все бы ничего, но вот их наряд… Один облачен в какую-то броню, покрытую крупными чешуйками. Куртка с длинными рукавами, закрывающими даже кисти рук, подобно перчаткам с обрезанными пальцами. Короткие шипы на костяшках этих своеобразных перчаток, вырастающих из длинных рукавов, явно намекали, что лицом к такому кулаку лучше не прикладываться. Штаны, также без всяких разрывов переходящие во что-то типа мокасин, только окантованных полосами металла. На голове шлем, вырастающий из куртки и закрывающий не только голову, но и лицо, оставляя только прорези для глаз и рта (последнее выполнено в виде какого-то демонического оскала).

Второй был в кольчуге. Кольчужная накидка, кольчужные штаны, кольчужная сеть бармицы, ниспадающей с металлического шлема и, подобно маскарадной маске, прикрывающей верхнюю часть лица. Только предплечья и голени были упрятаны в гладкие стальные доспехи, да все суставы были прикрыты такими же. На ногах — стальные ботинки. Может, неудобно, зато весьма весомый аргумент в драке, я так думаю.

Ну и третий — здоровенный полуголый амбал, одетый только в кожаную то ли юбку, то ли широкие труселя. Ну и еще кулаки с предплечьями у него были увиты кожаными полосами, обшитыми бронзовыми бляхами, да на голенях такая же сбруя, соединенная с сандалиями похожего фасона.

Это толкинисты, играющие в ролевые игры? Или же очередные приятели мага, которые хотят вовлечь меня в собственную жесткую ролевку, где мне уготована роль одного из тех типов, которых обычно изображают с ярко-красным шариком на ремешке во рту? Пить мне зелье маны или нет? Пока я думал, здоровяк-варвар рявкнул остальным что-то на незнакомом мне языке и не спеша зашагал в мою сторону. Похоже, все же приятели мага. Но на магов не похожи. Может, еще какая-то третья сторона? Хотя откуда бы? Первый раз их вижу.

Впрочем, заклинания пока не свистели в воздухе, так что зелье я все же решил приберечь до встречи с магией, ведь обычной-то дракой меня не удивишь. А судя по всему, приближающийся здоровяк был настроен именно на нее. «Что ж, кажется, сейчас кто-то сильно удивится», — ухмыльнулся я и перешел в ускорение, пустив на поддержание заклинания тоненькую нить маны, что сочилась из поглощенного сгустка внутри меня.

Обычной для наших культурных традиций просьбы «дай закурить», перед тем как дать в морду, не последовало, и приблизившийся здоровяк сразу приступил к делу, влепив мне прямой в челюсть. Поставив блок под не такой уж быстрый для моего восприятия удар, я, продолжая поворачивать корпус, контратаковал, нацелив ответный удар в подбородок слишком самоуверенного громилы. Внезапно, когда я уже ожидал жесткого столкновения руки нападавшего с моим предплечьем, она вдруг стала полупрозрачной и, призраком проскочив преградившую ей путь мою выставленную руку, сразу же вернула материальность, продолжив стремительный полет к моей челюсти. Я всего-то успел удивленно скосить на это глаза и лишь немного отшатнуться, когда резкий удар сбил меня с концентрации, и я выпал из ускорения.

Мощный тычок, едва не сломавший мне шею, швырнул меня в сторону. Не в силах ничего сообразить из-за шума в голове, я отлетел и, раскинув руки, плашмя упал спиной на грязный асфальт дорожки, еще разок хорошенько приложившись головой. Крепко зажмурившись, постарался прийти в себя и перевернулся на бок, пытаясь подняться. Мощный пинок в живот прервал мою попытку, заставив скрючиться от боли. А на вид-то его сандалии помягче…

Что-то неразборчиво даже для самого себя простонав, я попытался прикрыться рукой от пинка в голову, но помогло это слабо — врезавшаяся нога даже через руку неслабо меня приложила, еще более затуманив сознание. Следующие показавшиеся мне невыносимо долгими минуты не отличались разнообразием — на меня сыпался град ударов, в основном ногами по голове, это было мало того что болезненно, так еще и не позволяло мне прийти в себя, постоянно туманя сознание.

Удар за ударом превращали мое лицо в отбивную, а мои трепыхания становились все более слабыми и неуверенными. Я так и не смог подняться на ноги и под конец, свернувшись в клубок, лишь старался прикрыть голову, надеясь на мгновение передышки, что позволит мне сконцентрироваться на магии и, может быть, что-то изменить. Но такого шанса мне не дали: еще один глухой удар, ощущаемый будто сквозь плотно забивший мою голову поролон, — и я провалился в беспамятство.

Очнулся от тряски. Громила, легко подняв меня в воздух одной левой рукой, теперь потряхивал меня, придерживая за шкирку, и лопотал что-то веселое и торжественное, судя по интонации, своим почему-то недовольно кривившим губы приятелям. Сожалеют, что моя мобилка достанется не им, а победителю? Плевать, не о том сейчас надо думать. Сосредоточившись, я создал в мыслях хорошо знакомый образ замершего мира и вбухал в него всю ману, что только у меня была. Все вокруг застыло. Голос амбала-гопника, держащего меня за шкирку, превратился в низкое гудение, а резкая тряска сменилась медленными плавными покачиваниями. Напрягая все силы, я двинул правую руку назад, нацеливая свой локоть в кадык держащего меня громилы. Расстояние было небольшим, поэтому я успел даже увидеть, как мой локоть достиг цели и, набрав за счет моего ускорения немалый импульс, начинает вминать плоть громилы внутрь, калеча горло.

Мана кончилась, и я резко выпал из ускорения. Удар — и разжавший пальцы здоровяк, выпучив глаза, валится назад, хватаясь за поврежденное горло и разевая рот в попытках глотнуть воздуха. Я, едва удержавшись на ногах, выхватил флакон маны и сделал глоток, тут же пуская энергию забурлившей во мне магии в ускорение, после чего, наблюдая за медленным приближением сорвавшихся в мою сторону приятелей здоровяка, достал зелье жизни и хлебнул уже его, заставляя табуны мурашей внутри меня кинуться залечивать все раны.

Ускорение было слишком сильным — я пускал в него всю ману, что только мог вытянуть из себя. «Пропускной канал» маны был довольно широк, поэтому она стремительно уходила. Такое быстрое ускорение было лишним — я даже не успевал двигаться в заданном темпе, так что снизил скорость, но все равно успел до приближения противников накинуть на себя защиту и вновь пополнить резерв. Надеюсь, успею расправиться с оставшейся парочкой, пока зелье не кончится.

Рванув в сторону, уходя с линии атаки с ходу налетевшего на меня шустрика в чешуйчатой броне, я нанес ему удар в голову, надеясь хоть ненадолго его ошеломить. Но когда мой кулак почти достал его, он мгновенно стал полупрозрачным, и я пронзил только воздух. Пользуясь своей неуязвимостью, призрачный воин шагнул в сторону и, мгновенно материализовавшись, влепил в меня свой усиленный металлическими шипами кулак. Пленка защиты обрела видимость, задерживая удар, а я тут же контратаковал его локтем левой, на что он не успел среагировать и получил удар в грудь, немного оттолкнувший его назад, но не нанесший никакого видимого вреда.

Краем глаза отслеживая кольчужника, я успел уловить начало его атаки и пригнулся, пропуская над собой его руку и тут же врезав кулаком по его ноге сзади колена, где не было стальной пластины защиты, а лишь кольчужная сетка. Нога нападающего подломилась, и он присел, заваливаясь при этом на бок, чем я тут же воспользовался, влепив ему классный апперкот снизу.

Но в тот же миг он потерял плотность, обратившись в призрак, и моя рука, не встречая сопротивления, взлетела вверх. А его вполне материальный приятель в это время опять постарался пробить мою защиту ударом кулака.

«А как тебе такое?» — подумал я, швыряя во вплотную подошедшего ко мне противника огненный шар. Не помогло — фигура потеряла плотность, и мое заклинание унеслось прочь, со взрывом врезавшись в дом на пути. «А так?» — еще попробовал я, обрушивая на обоих врагов шквал молний. Мигнув всей фигурой, они обратились призраками и отскочили в стороны, после чего вновь обрели материальность на безопасном расстоянии.

Вдруг мощный удар обрушился на меня сзади. Защита ослабила его, сохранив мне жизнь, но от сильного тычка меня швырнуло вперед, и я, слетев с дорожки, устремился в заросли по ее обочинам. Опять ускорив восприятие, успел оценить, что меня ждало впереди, и выкинул левую руку в сторону, хватаясь за ствол молодого дерева, чтобы, крутанувшись вокруг него, оказаться лицом к противникам. А в это время моя правая рука нырнула за флаконом, и я сделал из него еще один глоток, пополняя запасы стремительно убывающей маны.

Развернувшись, оказался лицом к лицу со всей троицей. Оказывается, здоровяк каким-то образом сумел прийти в себя, и именно он нанес удар, отправивший меня в полет. И вновь вся троица была передо мной, а я летел прямо на них.

Выхватив ножи, что с недавнего времени постоянно носил с собой, я обеими руками нанес удары в стороны, целя в здоровяка и кольчужника. Не знаю как насчет кольчуги, но уж ранить бездоспешного амбала я бы смог. Но их фигуры опять стали призрачными, и я пронесся мимо них, не нанеся никакого вреда, а вот по мне вдогонку кто-то успел приложиться, судя по цветным всполохам защиты.

Я развернулся и резко затормозил, скользнув по щебню, которым были засыпаны ямки в старой асфальтовой дорожке. Подняв легкое облачко пыли, замер, упираясь в землю широко расставленными ногами и выставив перед собой ножи. Что-то надо делать — я уже потратил половину зелья, а эти негодяи даже не запыхались.

А может, так? Я создал образ заклинания рабства и, наполнив маной, метнул в здоровяка — было бы здорово, если бы он отметелил своих товарищей. Но нет — его фигура мигнула, и мой узор унесся куда-то прочь. Надо что-то делать!

Медленно пятясь назад от приближающихся врагов, я создал еще один мысленный образ — острого лезвия, способного пронзить что угодно. Не пожалев маны, запитал созданное заклинание и внедрил его в нож, что держал в правой руке, после чего опять ускорился и метнул его в чешуйчатого. Стремительная стальная молния за доли секунды преодолела расстояние до него, но… короткое мерцание — и она летит дальше, сквозь полупрозрачную призрачную фигуру.

За это время я успел достать флакон и влить в себя еще зелья, после чего вновь бросился на врагов. Но перед этим, максимально ускорившись, потянулся к своему ножу, улетевшему далеко вперед, и, используя телекинез, развернул его в воздухе и отправил назад. Мана стремительно убывала, но я добился, чего хотел. Моя атака отвлекла внимание троицы, поэтому никто из них не заметил, как вернувшийся нож вонзился в череп амбала, пробивая его почти насквозь. «Вряд ли после этого ты сумеешь поправиться!» — злорадно подумал я, вновь отступая — надо было срочно пополнить иссякший запас маны.

Но приятели здоровяка, видимо сильно огорченные его смертью, не давали мне ни мгновения передышки, обрушивая на мою полыхающую красками защиту град ударов. Пару раз использовав жрущее ману усиленное ускорение, я так и не смог нанести им вреда — они призраками избегали моих атак, материализуясь в самые неподходящие моменты. В один из таких моментов чешуйчатый выбил из моих рук пузырек с маной, лишая меня шанса на победу.

Все, что у меня оставалось, я пустил на телекинез, надеясь повторить фокус с убийством исподтишка, но без максимального ускорения мой прием не прошел незамеченным, и больше я не смог никому нанести никакого вреда. Без магии и без ускорения я стал мальчиком для битья со стремительно исчезающей защитой. И даже не успел заметить удара, который меня вырубил…

В себя я пришел от болезненного удара по ребрам. Открыв глаза, увидел над собой маску чешуйчатого, который, заметив, что я очнулся, повернул голову и сказал что-то в сторону на непонятном мне языке. Попытавшись шевельнуться, я скривился от боли — похоже, мне изрядно досталось после того, как спа́ла защита. И не только по голове: болело все тело. А еще я обнаружил — что-то мешает мне двигаться. Повернувшись, понял, что имено — мои руки были привязаны к вбитым в землю кольям. И ноги тоже, в чем я убедился пару секунд спустя, приподняв голову и оглядев себя и окружающее.

От движений в затылке застучали мелкие молоточки, но я, игнорируя боль, попытался понять, где нахожусь. Похоже, где-то в степи за городом. Во всяком случае, вокруг, насколько я мог разглядеть из своего положения лежа, не было ни единого признака жилья — только степь, невысокая трава да холмы вдалеке. Сам я был распластан на спине, а руки и ноги надежно привязаны к крепко вбитым в землю кольям, в чем я убедился, немного подергавшись, скорее для порядка — ведь попробовать-то надо.

В десятке метров от меня прямо на земле, напротив разведенного зачем-то костра, сидел кольчужник, от которого в мою сторону шел маг с моим, кстати, саквояжем в руках. Ну, пусть и не совсем моим, но все равно — спер его из квартиры, гаденыш. Тела здоровяка нигде не было видно. То ли уже похоронили, не озаботившись пригласить меня на церемонию, то ли оставили лежать, где упал, а может, даже и отправили в волшебную больницу, где способны воскрешать из мертвых — я бы и этому не удивился.

Подошедший маг, не обращая на меня внимания, достал из саквояжа пенал, извлек из него свечу и, тщательно расчистив небольшой пятачок земли рядом со мной, положил в его центр пенал, а убедившись, что он установлен надежно, поставил свечу прямо в центр узора на крышке. После чего скомандовал что-то чешуйчатому. Тот схватил мою голову и крепко прижал ее к земле, не давая шевельнуться. Шишка на затылке неудачно прижалась к небольшому камешку, и в нее будто вонзилась раскаленная спица, от которой пульсирующие волны боли расходились по всему телу. Но мой дискомфорт мало кого волновал. Хотя… Я удивился, но чешуйчатый, все так же держа мою голову одной рукой, второй хотел заставить меня разжать челюсти только для того, чтобы маг сумел впрыснуть мне в рот немного красного зелья, что только что набрал в дозирующий шприц. Принудительное лечение? Странно, но я не против. Так что с готовностью открыл рот, позволяя исцеляющему зелью проникнуть внутрь. В местах ранений все привычно зачесалось, и боль схлынула. Прямо отблагодарил бы всех присутствующих, если бы не подозревал, что они замышляют что-то гадкое. Ну никак не похожи они на филантропов!

Как только с моим лечением было закончено, чешуйчатый меня отпустил, а маг негромко сказал что-то кольчужному. Тот, немного поковырявшись в костре, достал из него небольшую тлеющую щепку и принес ему. Маг поднес багровый огонек к свече.

— Ребят, у вас что, спичек нет? — попытался я завязать разговор. — Так если что, я мигом сгоняю.

Свеча вспыхнула. Странное синее пламя, будто это была газовая горелка, поднялось на несколько сантиметров, но тут же опало, сворачиваясь в маленький, тусклый, едва различимый огонек, нисколько не трепещущий от порывов слабого ветерка, колышущего траву вокруг нас. Я почувствовал что-то странное. Будто из меня что-то вырвали, хотя никакой боли и не ощутил. Через пару секунд сообразил, что это было, — я лишился магии. Сгусток, источающий ману, все это время оставался во мне, и я, пусть и неосознанно, все это время тянул в себя рассеивающуюся ману, пополняя свой резерв в стремлении утолить сосущий «голод». Сейчас же я был полностью пуст, как тогда, когда у меня не было ни зелий, ни призм. Я вновь стал обычным человеком.

— Когда ты убил меня первый раз, — неожиданно для меня заговорил маг, — я подумал, что тебе помог кто-то из моих врагов. Поэтому я подготовился и пришел узнать имя того шакала, что тебя предупредил. Но ты сам, без помощи всех этих ишаков, смог со мной справиться и опять меня убил. И тогда я понял — тебе помогает зерно. Ведь так?

И он, склонившись надо мной, схватил ворот футболки и резко развел руки в стороны, разрывая мою одежду и открывая вид на мешочек, в котором я носил свой необычный камень. Открыв хранилище, он перевернул его над моим телом, уронив камешек мне на грудь. На нем начали проступать узоры, мягко пульсирующие в такт биению моего сердца.

— Значит, я прав, — увидев мерцание узора, почему-то недовольно сказал маг. — Презренный раб! — вдруг сорвавшись, бешено заорал он и врезал мне по лицу. — Ты даже не понимаешь, что ты получил!

— Точно! — подтвердил я, проводя языком по лопнувшей губе. — Может, расскажешь?

Надо было пользоваться разговорчивостью мага, а то до этого все наше общение сводилось только к оскорблениям и угрозам с его стороны.

— Зачем знания мертвецу? — недобро ухмыльнулся злодей.

— О, так ты меня убьешь? — проявил я догадливость. — Как насчет последнего желания? Расскажи мне, что особенного в этом камне? Почему «зерно»?

Но маг уже отвернулся и — «гыр-гыр-гыр» — сказал что-то вернувшемуся к костру кольчужному. Тот, поворошив угли, достал из них раскаленный железный прут и направился с ним в нашу сторону. Ой, недоброе они затевают, чует мое сердце!

— Подожди, — попытался воззвать я к магу, — скажи хоть, кто ты такой и откуда здесь взялся…

— Знаешь, что тебе сейчас надо сделать? — спросил меня маг, приняв из рук воина прут с раскаленным концом и медленно приближая к моему телу пышущую жаром железяку.

— Что? — косясь на нее, тянул я до последнего с возвращением, надеясь узнать хотя бы еще одну крупицу информации.

— Откажись от зерна. И как только оно перестанет мерцать — я подарю тебе смерть, — заявил маг и тыкнул в меня железякой.

«Вернуться!» — крикнул я про себя, не желая знать, чем все это закончится.

Синее пламя свечи взвилось вверх на десяток сантиметров, а моя плоть зашипела, когда в нее погрузился раскаленный добела прут.

Я заорал от боли. Че за хрень? «Вернуться!» Свеча опять полыхнула синим огоньком. «Вернуться!» — уже отчаянно взмолился я, ощущая мерзкий запах дыма, вырывающегося из-под палящей меня железки. Но все было тщетно — мои попытки вернуться к началу нового цикла заканчивались неудачей, рождая лишь вспышки синего пламени свечи.

Маг отвел от моей обугленной раны железку, выдирая прилипшие к ней кусочки поджаренного мяса. Еще одна вспышка боли сменилась мучительной пульсацией, расходящейся от ожога. То, что я недавно полагал болью в затылке, было лишь легкой щекоткой по сравнению с этим.

Мерзко улыбнувшись, маг сказал:

— Свеча порядка не дает использовать магию, так что зерно тебе не поможет. Ты ведь к нему сейчас обращался?

«Вернуться!» — опять попробовал я.

Пламя свечи взвилось, но тут же опало, заблокировав мою попытку. Ублюдок рядом со мной расхохотался, а потом, приблизив свое лицо к моему, злобно прошипел:

— Сейчас ты познаешь мой гнев, раб! Откажись от зерна, и тогда, если ты будешь меня умолять, я подарю тебе смерть.

А вот это был полный звиздец!..

О том, что случилось потом, говорить неохота. Я орал, матерился, ревел, пуская слезы и сопли, дергался в путах, безуспешно пытаясь уклониться от раскаленных железок, и безостановочно продолжал взывать к своей способности: «Вернуться!», «Вернуться!»…

Случись подобное со мной раньше, я бы уже давно сдался, послушавшись мага, то нашептывающего мне сладкие посулы, то злобно на меня орущего и погружающего в мою истерзанную плоть очередную железку. Но сейчас я был уже не тот, что когда-то. Меня закалили силовые тренировки, когда через боль в уставших и отказывающих повиноваться мышцах я делал еще один, самый важный подход. Меня закалили удары, которыми осыпал меня противник в спарринге на тренировках по боксу, когда мне надо было продержаться еще немного, устоять на ногах и не сдаться. Меня закалили приемы борьбы, ломающие кости и выворачивающие суставы, что часто случались на тренировках по самбо. Боль уже не была для меня чем-то непривычным. Боль теперь говорила со мной, она учила меня, став постоянным помощником в моих тренировках. А сейчас боль принимала у меня экзамен, решая, жить мне или умереть. И я выбрал жизнь!

«Вернуться!» — только на этом сосредоточил я все свои силы. «Вернуться!» — и мое желание стало побеждать. Пламя свечи вспыхивало все чаще, а его язык взметался все выше. «Вернуться!» — и вот синий огонь уже не стихает, плавя свечу. «Вернуться!» — и полуметровый столб синего пламени ревет, на глазах сжигая свечу.

— Куда ты уставился? — в отчаянии взвыл так и не сломивший меня маг, проследив за моим взглядом на этот факел. — Сдохни, шакал! — И он вонзил раскаленный багровый прут прямо мне в глаз.

Голова взорвалась болью, и меня поглотило ревущее пламя, сжигающее мою плоть без остатка. Тела не стало, но моя душа все еще металась в огне, окружившем ее со всех сторон. Огонь полыхал везде, даже во мне. Но он уже не обжигал, он лишь рождал ярость. Жгучую ярость, готовую подобно пожару накинуться на все, до чего дотянутся языки пламени. Мой бешеный гнев раздувал пламя этой ярости, сжигая мою суть, но даря единение с багровым пламенем ада, воцарившегося вокруг. Вся вселенная стала одним сгустком огня, выжигая абсолютно все, и саму себя тоже. Мир исчез в огне, и я исчез вместе с ним.

А в следующее мгновение я распахнул глаза, в которые хлынул поток света.

Глава 11

Вскочив, я замер на месте, сжимая кулаки. Меня душила бушевавшая во мне ярость. Убить! Я прикончу этого ублюдка! Кровавая пелена затмила все кругом, грудь часто вздымалась, и я рычал от злобы, не зная, на кого обрушить свою ярость. Не выдержав, взвыл бешеным зверем и со всей силы саданул кулаком в стену. Уничтожить! Раздался грохот — и мой кулак, проломив бетонную стену, разметал по сторонам ее серые осколки.

Ярость схлынула, и я с удивлением уставился на дыру в бетоне. Затем перевел взгляд на свой все еще крепко сжатый и почему-то совершенно целый кулак. Ни царапины! Но как? Дыра, которую я пробил в соседнюю комнату, подтверждала, что я только что совершил невозможное. Нет, будь у меня мана, я бы, наверное, смог провернуть подобный фокус, но ведь сейчас…

Раздался звонок в дверь, отвлекающий меня от размышлений. Кто там еще? На шум, что ли, пришли? Пошли они все… не до них. Может, мне…

В дверь замолотили. Во мне вновь вскипела ярость. Какого…! Я направился к двери, с каждым шагом все более сатанея. Грохот не прекращался, и кровавая пелена вновь накрыла меня с головой, превращая в бешеного зверя. Убью! Я распахнул дверь и яростно оскалил зубы, что-то рыча.

Взвизгнув, соседка метнулась назад и, чуть не сбив другого соседа напротив, оттолкнула его и заскочила в свою квартиру, захлопнув за собой дверь. Это немного привело меня в чувство, и я остановился.

— Мы просто… шум… — неуверенно произнес сосед дрожащим голосом и, выставив перед собой руки, начал отступать назад, пятясь к своей двери. А затем, не выдержав, развернулся и заскочил в квартиру, с грохотом резко закрывая за собой железную дверь и пару раз щелкнув замком.

Я попытался успокоиться. Это что такое было? Не знал, что настолько страшен в гневе — от меня разбегаются с визгом… Закрыв дверь, вернулся к пролому в стене, прикрыв глаза, успокоился и только после этого вернулся к размышлениям. Объяснение всему этому могло быть только одно — магия. В этот раз я умудрился немного захватить ее с собой с прошлого цикла? Хотя нет, там как раз я был совершенно пуст — проклятая свеча высасывала все без остатка. Что же тогда? А если… Я попробовал активировать магическое зрение, и неожиданно у меня получилось — краски мира потускнели. Ярким пятном выделялось только одно — маленький багровый шар в моем сердце, подобно крошечному солнцу выбрасывающий в стороны пламенные протуберанцы, постепенно развеивающиеся в воздухе. Это что-то новое.

Сел на кровать и, опустив голову и уставившись себе в грудь, попытался понять, что же это такое и что мне с этим делать. Как выяснилось — ничего особо необычного. Для меня, разумеется. Багровый шарик, поселившийся в моем сердце, был в общем-то подобен тем сгусткам, что я вытягивал из призм. Он так же порождал ману, рассеивая ее вокруг своими протуберанцами, и эту ману я мог уловить, пополняя свой резерв. Не знаю, насколько по времени хватит этого источника маны, но по силе он был примерно равен тому, что я получал из призм. Мало, но все же намного лучше, чем ничего. Небольшая награда за мучения. При воспоминании о происшедшем меня вновь начала охватывать ярость, призывая рвать, крушить и убивать.

Багровый шарик вспух и начал клокотать, выплескивая из себя кроваво-красные туманные струйки, стремительно заполнявшие мой резерв. Удивление сменило собой гнев, и бушующий во мне мячик начал успокаиваться вместе со мной, постепенно уменьшаясь в размерах и переставая бурлить, расплескивая ману.

Вскочив, я вновь подумал о маге, и меня наполнила злоба, заставляя трепетать сердце от ярости, а вместе с ним и шар маны внутри него. Наполнив резерв источаемой им энергией, я пустил поток искрящихся молний в стул, раскаляя его металлическую ножку. Да я ж натуральный ситх!

Черт! А я-то всегда думал, что стану джедаем, когда вырасту.

Впрочем, все это не важно — конструированием светового меча и выбором его цвета займусь как-нибудь потом, а сейчас, как обычно, надо думать, что делать с магом в новом цикле. В груди опять начала разгораться ярость, как только я о нем вспомнил. Придется мне теперь тренироваться, чтобы и себя контролировать — не хотелось бы убить кого ненароком. И я подавил злобу, сосредоточившись только на логике и стараясь держать чувства в узде.

Маг, конечно, тот еще ублюдок, но вот при нашей последней встрече он сам же дал мне подсказку, как с ним справиться. Ведь какая у меня самая главная задача? Найти логово мага, то место, где он возрождается. А это было невозможно из-за его необычных способностей — то появляться неизвестно откуда, то уходить неизвестно куда. Но вот «свеча порядка», как он ее назвал, — если она и впрямь блокирует все магические способности, то и его способность «уходить», то есть умирать в самый неподходящий момент, тоже перестанет работать. А значит, его ожидает долгий, очень долгий, полный боли и крови разговор со мной. И я, уже не сдерживая клокочущий гнев, оскалился в широкой злобной ухмылке. Надо будет как-нибудь еще и в зловещем смехе потренироваться.

Теперь предстояло решить, где состоится наш разговор. Хотелось бы побыстрее, у меня прямо руки чесались в предвкушении беседы. Встретить его при появлении из портала у Воронежа? Допустим даже — у меня к тому времени еще сохранится мой необычный источник маны, но что мне это даст? Завяжется бой, и в лучшем случае я просто убью мага — ведь он не станет дожидаться, когда я, отобрав у него саквояж, достану свечу и запалю ее. Значит, встреча у портала отменяется.

А вот навестить его в коттедже — неплохая идея, как мне кажется. Пока он спит, можно зажечь свечу, ну а дальше все будет просто. Главное — суметь незаметно пробраться в комнату и успеть все сделать до того, как он проснется и сбежит. Может, поработать над заклинанием, глушащим шум? Или лучше попробовать обеспечить магу крепкий сон? Хотя зачем выбирать — надо использовать и то и другое. И я, забыв про остальное, кинул все свои силы на достижение поставленных целей.

Как долго еще во мне будет этот источник маны, питаемый яростью, я не знал, поэтому надо было использовать его по полной, пока он имелся. Сохранится ли он до момента встречи с магом? Неизвестно. Поэтому первым делом я решил с его помощью добыть что-то, что поможет погрузить мага в глубокий сон. Наверняка ведь такие вещи в простых магазинах не продаются, и мне понадобится чудо, чтобы достать нужное. Чудо имелось, угнездившееся в моем сердце и выпускающее протуберанцы багрового тумана маны. Осталось понять, что мне надо добыть с его помощью.

Поиски в интернете информации о наркозе в медицине, что показалось мне наиболее подходящей к случаю темой, обогатили меня знаниями как знакомых, так и впервые услышанных названий — эфир, хлороформ, закись азота, ксенон, фторотан, кетамин… Что-то требовало для своего применения особых условий, что-то — инъекций, знакомые мне по названию эфир и хлороформ были жидкостями, а вот закись азота — это мне понравилось. Газ, что поставлялся в баллонах. Направить поток выходящего из баллона газа в комнату со спящим магом, немного подождать — и брать его тепленьким.

Наверняка в больницах есть нужные мне баллоны. Я чуть было сразу же не выскочил на улицу, но заурчавший желудок намекнул, что одной лишь магией сыт не будешь. Хотя кто его знает, ведь я пока такое и не пробовал. Но все эксперименты — потом, сейчас же — по-быстрому позавтракать и бегом в больницу.

После завтрака, сунув свой необычный камешек — «зерно», как называл его маг, — в карман, я выскочил на улицу и направился к остановке. Как-то не особо задавался раньше вопросом, где тут ближайшая больница, но зато знал, где их сразу две, совсем рядом одна с другой. В какой-нибудь да отыщется то, что мне надо.

Дорога не заняла много времени, и вскоре я уже подходил к дверям одного из медицинских учреждений. Где они тут хранят «веселящий газ»? Наверняка главный должен знать, вот его и порасспрашиваю. Открыв дверь, вошел в здание. Длинный, какой-то совершенно пустой коридор — плитки светлого оттенка на полу, почти такого же цвета однотонные стены с редкими маленькими окошками и белый потолок с люминесцентными лампами, освещавшими все это мертвенно-бледным светом. По мне, так мрачновато — мрак светлых оттенков, если так можно сказать.

Справа была короткая стойка тоже белого цвета, закрытая стеклом. А за ним сидели три барышни в белых халатах и о чем-то оживленно беседовали.

— Кхе-кхе, — сделал я вид, что у меня вдруг запершило в горле, привлекая внимание.

Короткий взгляд в мою сторону показал, что я замечен и что всем на это плевать — они все так же говорили о своем, о женском.

— Кто у вас тут главный в больнице? — бросил я вопрос куда-то между собеседницами.

— А вам зачем? — с недовольным видом оторвалась от разговора одна из них, совсем еще молоденькая.

Подавляя разгорающуюся ярость, я собрал всю ману и накинул на девушку простенькое заклинание рабства — иначе, если наш диалог продолжится в подобном ключе, я за себя не ручаюсь, опыта-то по обузданию гнева пока совсем нет.

— Кто главный? — повторил я вопрос уже гораздо более внимательной слушательнице.

— Ольга Валерьевна, — с готовностью ответила та.

— Где она?

— В отпуске.

«Твою ж!..»

— А за нее кто?

— Геннадий Михайлович.

— Где он?

— Не знаю.

Ну как так? Что-то я делаю неправильно.

— Вас как зовут? — поинтересовался у своей свежеиспеченной фанатки.

— Люба, — ответила она и почему-то радостно, скорее даже счастливо, заулыбалась. Что у нее там за фантазии в голове сейчас бродят, интересно?

— Люба, можно с вами поговорить? — поинтересовался я и уточнил: — По личному вопросу, с глазу на глаз.

Чтобы заколдовать всех троих, мне придется либо еще проторчать тут некоторое время, либо прийти в ярость, увеличив выплески маны, но это чревато. Так что попробую поговорить со своей «служанкой» без лишних ушей.

Люба без всяких разговоров встала и, открыв дверь, вышла из застекленной комнатушки. Ее более старшая коллега недовольно поджала губы, но промолчала. А вторая молодая состроила мне глазки, видимо решив, что я тут по амурным делам.

Отойдя с Любой чуть в сторону, не оставляя и шанса чуткому слуху ее коллег, я поинтересовался, знает ли она, где в больнице хранятся средства для наркоза.

— Наверное, в спецпомещении, — предположила она.

— Веди, — обрадовался я.

Всего-то несколько минут здесь, а устал от всей этой бюрократии.

Люба тут же повернулась и зашагала по коридору вглубь больницы, а я устремился за ней. Немного поплутав, она остановилась и указала на нужную дверь:

— Вот.

Впрочем, я и сам уже догадался — массивная стальная дверь с металлической ручкой и крохотным отверстием для ключа. Закрыто конечно же. И никакого звоночка рядом с дверью я не видел.

— И как туда попасть? — на всякий случай поинтересовался я у своей проводницы.

Она пожала плечами:

— Кажется, утром сюда приходят и вечером. И кому-то звонят, я слышала, если срочно надо. Но я точно не знаю, недавно тут работаю.

Меня всегда бесили больницы. Вот прямо как сейчас. И едва почувствовав намек на мое желание все здесь разнести, шарик пламенной ярости во мне тут же отозвался, даря мне энергию и подталкивая окунуться в пучину боевого безумия.

Но нет, надо успокоиться. Ни к чему хорошему это не приведет. Будь у меня флаконы с зельями, можно было бы пойти и легким путем, но вот с моим хиленьким источником маны, который к тому же раскочегаривался от бешенства, добром это не кончится, чует мое сердце.

В общем, я сумел обуздать ярость, бонусом получив от ее вспышки дополнительную порцию маны, и опять ринулся в водоворот местной бюрократии, пытаясь заменить недостаток маны упорством. В итоге после долгой беготни и кучи маны, полученной во время приступов злобы, я все же узнал, что хотел. Но, выиграв отдельную битву с бюрократией, я проиграл войну в целом — как оказалось, никакой закиси азота в спецпомещении не было, для наркоза имелось только несколько инъекционных препаратов, что мне конечно же совершенно не подходило.

А может, попробовать наколдовать? Вернувшись ни с чем домой, я от отчаяния попробовал и этот вариант. Налил в прозрачную пластиковую «полторашку», что у меня завалялась, воды, а затем попытался создать заклинание синтеза нужной мне закиси азота. Для начала попробовал мысленным усилием создать пузырек газа в толще воды — если бы это получилось, легко смог бы его заметить. Но нет — несмотря на мои старания, вода вовсе не забурлила вырывающимся из нее газом. Немного разозлившись, я увеличил поток маны и приложил больше усилий, но в итоге, так и не получив газ, в порыве бессмысленной ярости чуть не раскромсал ни в чем не повинную бутыль. А в воде не появилось ни единого пузырька.

Может, попробовать совместить магию с технологией? Я уже заметил, что чем «чудесатее» требуются чудеса, тем больше на это уходит маны. А превращение воды в закись азота или его появление из ниоткуда — это явно чудо не из простых: возможно, поэтому у меня ничего и не вышло. Что там надо для получения закиси азота в обычной химии? Как оказалось — самая обычная аммиачная селитра. Удобрение, что продается, наверное, в каждом профильном магазине. Так что надо взять селитры и провести мое первое «алхимическое преобразование»; глядишь, тут мне и улыбнется удача. Но сначала — пообедать.

После еды я помчался в ближайший магазин, в котором продавали удобрения, — спасибо интернету, где можно найти просто массу информации, в том числе и о нужных магазинах. И уже через полчасика соорудил техномагическую конструкцию — насыпал в пластиковую бутыль селитру и закрыл крышкой, из которой выходила трубка. Как оказалось, магия помогает не только пуляться огненными шарами и молниями, но и вполне может заменить собою дрель, суперклей и даже скотч. Так что небольшое мысленное усилие, немного маны — и вот в крышке появляется отверстие. Затем еще одно заклинание — и вставленная в отверстие трубка накрепко сплавляется с крышкой. Вот и все, к «алхимии» все готово.

Вставив выходящую из бутыли трубку в банку с водой, чтобы увидеть, пойдет ли из нее газ, я припомнил химическую реакцию — разложение селитры с получением воды и закиси азота и, вспомнив все, что только почерпнул из книг по химии, начал создавать нужный мысленный образ. Надеюсь, сработает. Сначала — селитра NH_4NO_3, состоящая из двух атомов азота, возле одного из которых находятся четыре атома водорода, а возле второго — три атома кислорода. Затем то, что должно получиться, — закись азота N_2О (два атома азота, а рядом за ними — кислород) и всем известная вода H_2O, где к атому кислорода связями с углом чуть больше ста градусов присоединены два атома водорода. Итак: селитра рождает оксид азота и воду. Как можно более точно представив этот образ, я напитал его маной и направил в белые гранулы, насыпанные в бутыль.

Вода, в которую я опустил трубку из бутылки, заклокотала — напор вырывающегося из нее газа просто выплескивал воду из банки, настолько он был силен. А я ведь пустил самую малость маны. Получилось!

Еще немного усилив поток маны, я услышал свистящее шипение вырывающегося газа, а трубка вылетела из банки, заметавшись по столу подобно садовому шлангу, вырванному из рук напором воды. Занимательная картина. Глупо хихикнув, я уставился на мотающуюся трубку, завороженно наблюдая за ее движениями. Туда-сюда, туда-сюда, она будто танцевала и приглашала меня потанцевать вместе с ней. На душе стало легко и весело. Я волшебник, настоящий алхимик, творящий чудеса! Хотелось петь и веселиться, разделяя свою радость со всем миром. Залившись радостным смехом, я понял — крышу мне сорвало конкретно!

Все еще с широкой улыбкой на лице, выскочил в другую комнату и, распахнув дверь, вышел на балкон. Немного отдышавшись, пришел в себя и наконец перестал смеяться без причины. Ну что ж, одно можно утверждать с уверенностью — у меня получилось сделать то, что я задумал. Причем маны на это потребовалось удивительно мало. Правда вот с техникой безопасности как-то у меня совсем плохо, ну да ладно, поздно уже сокрушаться. Учту на будущее.

Теперь осталось узнать, как мне правильно применить полученную закись азота — и я опять полез в интернет. Как оказалось, не все так просто с этим газом. Недостаточно было просто пустить его в комнату, чтобы все в ней уснули. Во-первых, подавать его надо с кислородом, иначе — гипоксия и смерть пациента. Возиться еще и с кислородом не хотелось. Буду надеяться, что в моем случае зелье жизни поможет реанимировать умирающего бессознательного мага, случись такая необходимость; главное — мне вовремя к нему успеть. Во-вторых, для полноценного наркоза газ необходимо сочетать с другими препаратами, усиливающими эффект его воздействия. И тут у меня все надежды были только на то, что маг спит, а его сон и послужит тем самым дополнительным компонентом — газ просто заставит его спать крепче.

В общем, многое строилось в расчете на «авось», но ничего более простого и действенного не придумал: я все же не специалист в этой сфере. Поискал информацию по газу, которым как-то вырубили террористов при захвате заложников, но там мало того что было много жертв от этого воздействия, так и активные вещества непонятно было где достать. Так что попробую обойтись тем, что имеется. Ну а не получится в этот раз — я знаю, где встречать мага, когда он опять ко мне заявится.

Следующие несколько дней я провел, изучая свой новоприобретенный источник маны. За все это время он так никуда и не исчез и нисколько не изменился. Хорошо, если так будет и дальше — уж очень я привык к магии, а с ним она всегда была внутри меня, пусть и в малых количествах. К тому же можно и увеличить выработку маны, достаточно лишь хорошенько разозлиться. Надо только потренировать контроль над собой в этом состоянии — в ходе экспериментов я уже лишился «разобранного на дрова» письменного стола, выбитой двери и покореженной батареи отопления. Это не вспоминая про дыру в стене и кучу побитой посуды и прочей мелочи. Одно хорошо — соседи с жалобами на шум больше не приходили.

Удалось также разработать заклинание шумоподавления. Хотя в общем-то никаких моих заслуг в этом не было — как обычно, помогла сила воображения. Итоговым результатом стал узор, который формировался после того, как я напитывал созданный в голове мысленный образ ручейком маны. Пока висевший в воздухе узор, видимый только в магическом зрении, не рассеивался, он гасил все звуки рядом с собой. Радиус действия и сила поглощаемого шума задавались мною при формировании заклинания, и от этого же зависело время его действия, так же как и от количества влитой маны.

И вот ожидание закончилось, и одиннадцатого утренним рейсом я вылетел в Воронеж. Купил молоток, ножи, селитру, сделал простенький генератор газа, насыпав селитру в бутыль с трубкой. В общем, все было готово еще к обеду, и остаток дня и половину ночи я слонялся из угла в угол гостиничного номера, не зная, чем себя занять, и нервничая перед предстоящей вылазкой. Все же на этот раз был шанс не просто убить мага, а выяснить у него наконец всю правду — кто он такой, зачем охотится за мной, стремясь завладеть камнем, что это за камень, откуда приходит маг, как возрождается… Вопросов было много. Заставив себя выждать больше половины ночи, я все же дожил до нужного часа, не лопнув от нетерпения. Пора!

Небольшая пробежка по тихим темным улицам — и я на месте. Легко перемахнув забор, прислонил к кирпичному столбу пакет, внутри которого лежал мой газогенератор, и, не скрываясь, пошел к охраняющему вход в коттедж здоровяку, нащупывая рукоять ножа в кармане. Тот, как и в прошлый раз, не стал поднимать тревогу, а затопал мне навстречу.

— Ты че здесь забыл? — с угрозой в голосе спросил он, когда мы сблизились.

Не отвечая, я шагнул еще ближе, начиная выхватывать нож, и вошел в привычное состояние ускорения, пустив на его поддержку тоненький, постоянно контролируемый мною ручеек маны. Мир замедлился. Здоровяк замер, медленно-медленно занося руку, готовясь нанести свой сокрушительный удар в то место, где меня уже не было — преодолевая сопротивление загустевшего воздуха, я приблизился к врагу вплотную и коротким тычком вонзил нож ему в глаз, целя прямо в зрачок.

Лезвие достигло цели и начало погружаться в стекловидное тело, которое при таком ускорении вовсе не казалось пустяковой преградой, и мне приходилось нажимать на свое оружие, проталкивая его вглубь. Резерв маны еще оставался, поэтому я, поддавшись внезапной мысли, пустил почти весь ее запас на созданное тут же заклинание остроты. Как только сформированный силой моего воображения узор впитался в нож, сопротивление ему исчезло, и лезвие, будто продолжая двигаться в воздухе, а не в человеческой плоти, устремилось вперед.

Выпустив оружие, я шагнул в сторону и вышел из ускорения, пропуская сбоку от себя валящееся на землю тело уже мертвого человека, из глазницы которого виднелся самый кончик рукояти простого кухонного ножа, а с противоположной стороны из черепа торчало пробившее его насквозь окровавленное жало лезвия. Хорошо хоть у меня был еще один нож — этот без магии достать проблематично.

Прихватив с собой генератор газа, я зашел в дом. Вован умер во сне, в счастливом неведении, после чего уже никто и ничто не могло помешать мне приступить к выполнению плана. Подходя к двери, за которой спал маг, почувствовал, что мое сердце невольно стало наполняться яростью, омывающей тело потоками маны. Пришлось даже остановиться и, стиснув кулаки и прикрыв глаза, отстраниться от переполнявшего меня гнева, толкающего лишь к одному — крушить и убивать.

Повесив в воздухе слабый узор поглощения шума, я просунул под дверь шланг и запустил свой генератор на полную, направив на творимую «алхимию» почти всю ману, что генерировал мой гнев. Если бы я не держал крепко шланг, он бы метался сейчас подобно хлысту, настолько сильным был напор газа. Заклинание подавления шума глушило свист вырывающейся будто из сопла струи, и стояла абсолютная тишина. Спустя минуту я остановил генератор газа и, с трудом подавляя плещущуюся во мне ярость, замер на несколько секунд, собирая в себе клубившуюся вокруг меня багровым туманом ману, а затем разом выпуская ее, создавая мощную «глушилку».

Удар телом в дверь — и она распахивается, резко откидываясь в сторону и ударяясь о стену. Летят щепки, вырванные из косяка, и сыплются на пол, выворачивается из гнезда замок двери. И все это происходит в полной тишине. Вот только маг не спал — сидя на кровати, он держал в руке полную маны призму и встречал меня с широкой счастливой улыбкой на лице.

Вскинув руку, он метнул в меня искрящийся шарик шаровой молнии из своего перстня, но я уже успел уйти в ускорение и отклонился в сторону. Вся моя мана ушла на последнее заклятие тишины, поэтому пришлось использовать только собственные силы, но этого хватило — я пропустил убойное заклинание мимо себя, проскользнув буквально в сантиметре от него, и кинулся к магу, но в эту секунду он выпустил в меня еще один, только что сформированный, узор. Энергии на ускорение уже не было, но магическое зрение еще оставалось со мной, поэтому я мог лишь бессильно наблюдать, как он летит мне прямо в грудь. Мгновение — и он врезается в меня.

Наверное, на наших с магом лицах было одинаковое выражение недоумения, когда это не привело ни к какому результату. Впрочем, это продолжалось недолго — мой рывок закончился, и удар в челюсть ублюдка откинул его голову назад, а тело повалилось с кровати на пол. И почему я раньше не подумал о таком «наркозе»?

Подскочив к саквояжу, я первым делом выхватил из него коробку с зельями и пополнил ману, тут же успокоив с ее помощью не успевших даже встать с кровати и накинуться на меня «подружек» мага — настолько скоротечной была наша с ним схватка. Обезопасившись с этой стороны, открыл пенал, достал из его бархатного ложа свечу и воткнул ее в центр узора на крышке, как это делал маг. После чего зажег спичку и поднес к фитилю. Надеюсь, для розжига не обязательно нужна щепка из костра, времени на костер не было — маг мог очнуться в любую секунду.

Я успел заметить своим магическим зрением, как разрушается узор заклинания тишины, рассыпаясь призрачными искрящимися клочками, стремительно, будто пылесосом, втягиваемыми огоньком разгоревшейся свечи. Увидел, как окутывающий меня багровый туман собирается в тонкие струйки, устремляющиеся туда же. А затем я перестал видеть магию, и синее пламя свечи после короткой вспышки превратилось в маленький неподвижный огонек на ее вершине. А вот теперь пришло время серьезного разговора. Не зря я купил сегодня молоток!..

Думаю, о том, что произошло дальше, не стоит рассказывать подробно. Полные муки вопли, доносящиеся через кляп, покрытое крупными каплями пота бледное лицо с расширенными, заполненными ужасом и безысходностью глазами, раздробленные в кровавую кашу суставы, забрызгавшие весь пол вокруг кровью, — примерно так это все и было.

В начале экзекуции очнулись погруженные мною с помощью магии в глубокий сон «подруги» мага и, несмотря на то, что никакая магия их уже не могла ни к чему принуждать, попытались на меня накинуться, так что пришлось их надежно связать и отнести в соседнюю комнату. Когда я вернулся после этого, направившись к магу с целью продолжить «прелюдию» к беседе, по его мычанию, мотающейся голове и бешено вращающимся глазам было видно — он уже готов к разговору. Но, помня о его чрезмерном высокомерии и презрительном ко мне отношении, я все же решил еще немного простимулировать будущего собеседника, не боясь запачкаться кровью.

Наконец, решив, что он созрел для беседы, я отложил в сторону липкий от крови молоток.

— Я спрашиваю — ты отвечаешь. Ясно? Кивни, если готов к разговору.

Мычание, лупанье глазками, верчение башкой — но никаких кивков. Я вновь взял в руки молоток, на что маг замотал башкой так, что она, кажется, готова была оторваться. По виду — так он просто жаждет разговора. А что ж тогда упрямится?

— Еще раз спрашиваю — готов отвечать на вопросы?

Он замычал что-то типа: «Готов абсолютно на все», — судя по интонации, и я решил поверить негодяю, освободив его от кляпа.

— Откуда ты? — был мой первый вопрос.

— Тыр-пыр, тыр-тыр, мыр-фыр, — был его невразумительный ответ.

«Он что, без магии меня не понимает?.. — забрезжило во мне смутное подозрение. — А вот это уже проблема! Но нет, ведь когда он меня допрашивал, магии тоже не было, и тем не менее он прекрасно говорил по-русски. Прикидывается, подлец!»

И я вновь, заткнув его кляпом, заработал молотком. Но либо скулящий маг был неимоверно стоек духом и без сомнения заслуживал звания «Актер века», либо он и правда меня не понимал, и я все более склонялся ко второму варианту. А когда, сорвав с него кляп и опять не добившись внятной речи, я грозно нахмурился, а он, повалившись на пол, начал со звонким чмоканьем целовать мои ботинки, я убедился окончательно — придется искать какой-то иной способ коммуникации.

Взглянув на свечу, я понял, что пара-тройка часов как минимум впереди еще есть — небольшой ровный огонек, в отличие от высокого пламени в прошлый раз, плавил свечу намного медленнее. Для начала решил опросить «подружек» мага. Но, не знаю как, заклятие на них продолжало действовать, внушая преданность своему господину, так что на мои вопросы они не отвечали. Ну а принуждать я их не стал и пытаться — бесполезно, уже знаю.

Пока накрепко связанный — чтобы не сделал что-нибудь со свечой — маг дожидался меня в своей спальне, я обшарил коттедж и нашел ручку с бумагой — ничего лучше для того, чтобы попытаться нам с ним друг друга понять, я не придумал. Вернувшись, освободил его от кляпа и связал так, чтобы он мог рисовать, но не мог ничего поделать с не так уж далеко стоявшей от нас свечой. Радиус ее действия я не знал, так что не рискнул отдаляться.

Решать проблемы понимания я начал с самого простого — тыкнув себя в грудь пальцем, назвался:

— Виталий.

Затем указал на него и вопросительно посмотрел в глаза.

— Рахим… бла-бла-бла, — ответил он, ненадолго отвлекшись от стонов боли.

«Бла-бла-бла», судя по его вновь проявившейся спеси, было «победитель драконов», «правитель империй» или что-то подобное.

— Будешь Рахим, — решил я.

Тот даже недовольно скривился, но стоило мне лишь покоситься на молоток, как он тут же расцвел угодливой улыбкой, что-то залепетал и послушно закивал:

— Рахим, Рахим…

Ну вот — понемногу мы начинаем понимать друг друга.

Ну а затем я начал выяснять главный вопрос — откуда же он все-таки заявился? Жаль, немного поторопился и поплющил ему часть пальцев, из-за чего рисовать было ему несколько неудобно, но кто же знал, что мы тут художеством займемся? Я даже решил не пожалеть немного зелья жизни для него, но, что-то там забормотав и закивав в сторону свечи, он дал мне понять, что пока она горит — излечение невозможно. А тушить ее, понятно, я не собирался.

Потом я рисовал Солнечную систему, планеты, орбиты, себя на шарике Земли… в общем, где мы есть сейчас — мне удалось ему втолковать, а вот откуда он сам… Его рисунок был похож на бусы. Наш шарик, над которым располагался еще один, а за ним еще. Потом шарик сбоку, опять вверх, вбок, вниз, вбок и опять высоко вверх. Всего семнадцать шариков, в последний из которых он и ткнул, нарисовав для убедительности на нем свою уродливую фигурку. В общем, карта, как к нему попасть, у меня была. Вот только что все это значило — ни хрена не понятно!

Наверное, с полчаса я пытался это выяснить, временами хватаясь за молоток, стимулируя творческие способности собеседника. Понемногу картина стала проясняться. Похоже, параллельные миры — это реальность. И с каждого из «шариков» на рисунке, что символизировали планеты, можно было попасть на один из трех соседних. Либо «вверх» — туда, где было много маны, судя по тому, что пытался мне втолковать маг, тыкая на шарик вверху и на флакон с синим зельем. Либо «вниз» — туда, где маны не было. Или же «вбок», или «вперед» — примерно похожий мир. А сама вселенная, вернее ее часть, нарисованная магом, была подобна целой грозди бус, где бусины были мирами, нити которых были связаны друг с другом. Очень-очень много бусин. Или просто маг тянул время, вырисовывая все эти кружочки.

На вопрос, как именно попасть в соседние миры, маг, поняв меня, закивал на свой саквояж. Достав по его подсказкам пластины с заклинаниями, я начал указывать на каждую из них по очереди, пока он не указал мне на нужную. На пластине была изображена планета, за которой виднелись еще три. Левая — это «вниз» на его рисунках. Та, что в центре, — «вбок», ну и правая — «вверх». Похоже, с этим тоже все немного прояснилось. Как пользоваться этими штуками, я немного представлял — сила воображения и совмещенная с этим подпитка маной через пластину. Или, может, есть способ лучше? Черт, как же все-таки неудобно пытать иностранцев — никакого взаимопонимания!

Но кое-что все же удалось выяснить. Правильно ли я все понял или нет — покажет практика, а пока я старался выведать у мага все что только мог. После пластин заклинаний мы перешли к зельям, и он пантомимой пытался объяснить действие каждого из них, а я записывал свои догадки — позже тоже надо будет проверить. Затем коснулись вопроса, как ему удается возрождаться. Если я верно понял — на его родине был артефакт или еще что-то подобное, в общем — возрождался он именно там, у себя на родине. Если не врет.

Вспомнил я о его подлой натуре, когда он прямо во время нашего разговора вдруг злобно проорал что-то оскорбительно-угрожающее, а затем плюнул мне в лицо. И умер. Я взглянул на свечу — все верно, она догорела до конца.

«Я еще припомню это гаду!» — вытирая плевок, мстительно подумал я. Но это потом. А вот что делать сейчас? Как обычно, дожидаться мага — не вариант, поговорить с ним больше не получится, свеча уже использована. Вернуться прямо сейчас в прошлое? Можно будет сначала убить мага без разговоров, а потом, спустя месяц с лишним, подловить его на месте «телепортации» к моему городу и опять побеседовать, задействовав свечу. К этому времени он, похоже, уже успевает выучить русский. Во всяком случае, я не ощущал никакой магии, когда мы болтали с ним при прошлых встречах. Можно поступить и так, но вот бесполезно тратить еще одну «жизнь» не хотелось.

Оставался еще один вариант, который манил меня больше всего, — отправиться навестить мага, ведь карта маршрута к его логову у меня была. Если только он не соврал. Но попробовать-то можно… Что мне надо прихватить с собой? Да в общем-то ничего — главное, саквояж мага с зельями не забыть. Оружие взять? Помня, как взрывались патроны после воздействия на них магией, решил — лучше не рисковать. Может, еды хотя бы захватить? Да ладно, неужели там не найду? Если окажусь среди людей — они поделятся, ведь чем не поделишься с лучшим другом? А стать «лучшим другом» — проще простого. А окажусь в дикой природе — так подстрелю себе заклинанием кролика какого-нибудь. Да и вообще — гляну одним глазком и, если что, сразу назад. Интересно же!

Глотнув зелья маны, я взял в левую руку собранный саквояж, а в правой зажал пластину с заклинанием межпланетного портала и сосредоточился на образе: попасть в другой мир. Тот, что был справа на пластине магии. Тот, где была мана. Соединив все это в одном желании, я сплел нужный образ и захлестнул его потоком бушевавшей во мне после зелья маны.

Вокруг меня, закрывая обзор как в обычном, так и в магическом зрении, заклубились клочья возникающего из ниоткуда тумана, все более плотно окутывающего меня. На долю секунды он стал настолько густым, что все окружающее потонуло в абсолютном непроглядном мраке, но в то же мгновение завеса стала бледнеть, пока, довольно быстро, не исчезла без следа.

Вместо стен комнаты вокруг меня был лес, а я стоял на обочине пыльной грунтовой дороги, которая скрывалась из виду за поворотом где-то в полусотне метров от меня. Неужели и впрямь другой мир? Сомневаться вроде как оснований не было, но… как-то непривычно. Да и по сторонам возвышались обычные на вид деревья. Синее небо, пушистые облака, вполне обычное солнце — совсем не похоже на другой мир.

Из-за поворота показался рыцарь. Ух ты! Похоже, и впрямь другой мир. За красивым рыцарем в сияющих доспехах и с нарядным флажком на вознесенном копье показался десяток сопровождающих его воинов, что были в доспехах попроще. Но все равно круто!

Остановившись, кучка местных вояк уставилась в мою сторону. А затем, проорав что-то воинственное, рыцарь вдруг опустил копье и, направив его точно на меня, помчался вперед, понукая лошадь и все более ускоряясь. А вслед за ним сорвалась и остальная орава.

«Ну что за вселенная такая!» — с досадой подумал я, наблюдая за накатывающей на меня с грохотом стальной лавиной. Кругом одна гопота!

И глотнул синего зелья.

Content

Михаил Светлый
Узор судьбы

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11