Оксана Головина

Обещанная дочь

Часть первая. Чужая судьба

Глава 1

Варя на бегу кинула взгляд на часы, и сердце от волнения забилось чаще. Времени совсем не осталось! Она торопливо взбежала по лестнице перед центральным входом в университет и толкнула двустворчатую дверь, торопливо заходя в просторное фойе. Собираясь мчаться к нужной аудитории, она как назло глянула в зеркало на одной из колонн.

– Чёрт… – девушка тряхнула головой, пытаясь хоть как-то укрыть длинными волосами темневший под глазом синяк.

Медными прядями они скользнули по разгорячённому лицу Вари, а зелёные глаза увлажнились от волнения, когда отыскивала кратчайший путь на третий этаж. Почему тут так людно? Она принялась пробираться через толпу студентов, бурно обсуждавших всякую ерунду и предстоящие экзамены, вынуждая прерывисто вздыхать от волнения. Экзамен… у неё оставалось минут пять и это ещё при том, что кто-то из согруппников затянет ответ. Иначе она пропала!

Варя молнией поднялась на третий этаж, и её шаги гулко зазвучали в широком пустом коридоре. Дверь нужной аудитории была открыта настежь, говоря девушке о том, что сегодня удача окончательно отвернулась от неё. Она пошла медленнее, обречённо чувствуя, как противный ком уже подкатывал к горлу. Нет, реветь при всех не станет, как не станет объяснять причину опоздания мужчине, появившемуся из аудитории. Он торопливо поправил галстук и кинул прищуренный взгляд на студентку, всё же останавливаясь у дверей.

– Мало того, что явились с таким опозданием, так ещё и не удосужились подобающим образом привести себя в порядок? – профессор ткнул пальцем в сторону её джинсов, указывая на перепачканные землёй коленки, – и этот, Боже мой, этот синяк… ступайте, Стрельцова, с меня хватит этого неуважения. Не намерен даже вести данную бесполезную беседу. Таким как вы не место среди… среди тех, кто действительно заинтересован в получении достойных знаний.

Мужчина поджал тонкие губы и торопливо прошёл по коридору, оставляя девушку одну. Варя не стала окликать его или догонять – знала, что это бесполезно. Разве могла признаться ему, что выпачкала единственные имевшиеся джинсы, когда пришлось прыгать с балкона, потому что спьяну, отец сломал ключ в дверях, и нельзя было выйти из квартиры? И что проку объяснять этому человеку, откуда синяк? Не от каждого кулака можно увернуться. Только тот, кто никогда с этим кулаком не встречался, мог глядеть свысока…

– Вон, Стрельцова! – кинул ей, не оборачиваясь, мужчина, – нечего здесь маячить…

Сидя на ступеньках перед университетом, Варя отпила минералки из небольшой бутылки и приложила её боком к синяку.

– Выгнали? – её приятель, Виктор Давыдов, подсел на соседнюю ступеньку и толкнул в плечо.

– Да, – мрачно отозвалась девушка, нервно ероша свои медные волосы. Блестящими прядями они рассыпались по плечам.

– Варь, ты это, может, тёте Зине не говори? – осторожно намекнул ей Витя.

– Как я ей не скажу? – сердито отозвалась Стрельцова, – узнает, крика будет. А когда он узнает…

Варя прикинула, как успеть до прихода отца припрятать все тяжёлые вещи.

– Ну, так в следующем году попробуешь, – осторожно проговорил Витя.

– Вить, хорош об этом.

– Что делать будешь? – не унимался Давыдов.

– Мне теперь конец. На работу в кафе берут только тех, кто учится. Значит, я вылечу, – Варя закинула в урну бутылку.

Завтра нужно будет прикупить газету, хоть в курьеры наняться на первое время. Раньше она так и подрабатывала. Но потом как-то повезло, подвернулась работа в небольшой кафешке, недалеко от университета. Хозяйка вычисляла их с дотошностью отставного чекиста, чтоб все как один учились в этом самом заведении. Уж какую она выгоду со студентов имела, Варя была без понятия, но платила хозяйка исправно. Ключевое слово здесь «платила». Теперь ей туда ход заказан.

– Ну ты встряла! – потянул нудным голосом её приятель.

– Разберусь. Первый раз что ли? – Варя вставила в уши маленькие поцарапанные наушники и включила плеер, принимаясь слушать любимую музыку.

Она поднялась со ступенек и, не оглядываясь, побрела по дороге. Ладно, зачётку вернули, и «вернули» это ещё мягко сказано. Кинули, да махнули рукой, словно пыль стёрли. Варя стиснула зубы от злости. Если родился человек неудачником, то это не лечится…

Бродила она до самого вечера. Домой идти не хотелось. Да и толку? Отец снова «разукрасит». Варя уже давно тайно откладывала каждую копейку, мечтая снять хоть какую-нибудь жалкую комнатушку и сбежать из дома. Теперь снова придётся отсрочить. Хотя, можно напроситься к Витьке на дачу, перебиться несколько дней. У неё вещей – один дорожный рюкзак, всегда в углу стоит, хватай да иди. Что собственно она и делала время от времени. Подумав немного, девушка достала мобильник и набрала номер друга. Давыдов ответил сразу, и как всегда, предупреждая вопрос Варвары, заявил:

– Не, Варь, никак! Отец баню кинулся достраивать, он там всё время просиживает, пока в отпуске. Это уж как догуляет его. Недельки через две, так…

Две недели? Пфф, всё равно, что в следующей жизни. Ладно. Придумает что-нибудь ещё. Варя вернула телефон в карман джинсов, и постояла так несколько минут, размышляя. Она закусила обветренную губу, зажмурилась и тряхнула головой.

– Ладно! Просто сделай это, Стрельцова…

Девушка развернулась посреди дороги и быстрым шагом направилась к дому. Некоторое время спустя, Варя остановилась около дверей, прислушиваясь к шуму за ними. К счастью было тихо. Видимо отец остался в ночную смену. Неужели удача? Девушка открыла двери и вошла, замечая край платья тёти Зины, отцовской сестры, мелькавший на небольшой кухне. Запах еды заставил подобраться к ничего не подозревающей женщине, и обнять её за плечи.

– Ах, ты ж… – Зина выронила нож, поворачивая голову и с укором глядя на племянницу, – чего пугаешь, когда я «вооружена»?

Женщина потянула её за ухо, заставляя придвинуться, и звонко чмокнула в переносицу.

– Где так задержалась?

– Да… были дела. Тёть Зин, я к себе пойду, – Варя схватила с тарелки горячую котлету, и так, на ходу перекусывая, побрела к себе в комнату.

Чёрт, ну не могла она ей сказать. Девушка сняла куртку, кинула её на стул и со стоном упала на свою кровать. Она раскинула руки, и некоторое время изучала потрескавшуюся штукатурку на потолке.

– Завтра, – убеждала Варя сама себя, – точно, скажу ей завтра. Угу…

Она собиралась прилечь, только на минутку, но глаза отчего-то катастрофически слипались. Варя зевнула, прикрывая рот кулаком, и заложила руки за голову, устраиваясь поудобнее. В самом деле, вздремнуть что ли? Мысль прервалась, поскольку она заснула раньше, чем ответила на свой же собственный вопрос.

Зина тихонько постучала в дверь и заглянула в комнату к племяннице. Видя, как девушка спит, она улыбнулась и выключила оставленный Варей свет, затем также бесшумно прикрывая дверь обратно. Опять заснула голодной и одетой…

Варя покрутилась на постели. Сон был неспокойный, и она снова вернулась в своё любимое положение, вытягивая ноги, и закладывая руки за голову. Подушка сегодня была отвратительно неудобной.

– Наконец-то я тебя нашла малыш! И-хи-хи-х, у-ху-ху-х… – раздалось писклявое хихиканье, у самого лица.

Варвара приоткрыла один глаз, успевая заметить, как что-то блеснуло в темноте комнаты и исчезло.

– Что за ерунда? – удостоверившись, что больше её не беспокоили и, списывая всё на сон, она снова задремала.

– Малыш, малыш! И-хи-хих!..

Девушка сердито открыла глаза. Нет, если бы она была пьяна, то всё понятно, но не пила она… Варя с изумлением смотрела на маленькую фею, мелькавшую у неё перед лицом.

– А у кого это такие глазки? А у кого это такие ушки? – она стукнула сонную девушку по носу своей волшебной палочкой, обсыпая золотистыми блёстками.

– Да что за ерунда?! – Варя схватила её за крылья, села на кровати, и принялась толком рассматривать.

– А ну пусти! Пусти! – фея снова щёлкнула девушку палочкой по носу, – помнёшь, крылья помнёшь! Что ты делаешь?! Плохой малыш! Плохой!

Ростом с ладонь, она затрясла своими белоснежными хвостиками, отбиваясь от Вари руками и ногами. И почему так называла её?

– Живая… – ахнула девушка.

– Живая?! – сверкнула малышка сапфировыми глазами, – я, между прочим, личность! Нельзя меня просто так брать и хватать!

Гостья надула блестящие губы, теперь складывая руки на груди. Варя нервно усмехнулась. Нет, спит она, конечно… но такого бреда ей ещё не снилось. Ни разу в жизни. Выглядела «фея» как нормальная девушка. Симпатичная надо сказать, вполне её ровесница, только вот с мобильник размером.

– Ты кто? – спросила Стрельцова, осторожно разжимая пальцы, и отпуская невесомые прозрачные крылья.

– Плохой! Плохой! – фея ещё пару раз стукнула девушку своей сверкающей палочкой и ненадолго угомонилась.

– Кто ты? – повторила свой вопрос Варя и тряхнула головой, поднимая с волос облачко призрачной пыльцы.

– Я, – важно задрала нос мелкая, – я – Карамелла Неистовая!

Девушка скривилась, скептически оглядывая писклявую стрекозу. Неистовая? П-ф…

– Карамелька что ли? – усмехнулась Варя.

Фея фыркнула, обиженная её вопросом.

– Что тебе тут нужно? Чего явилась? – Варя вернулась головой на подушку и закрыла глаза.

Писклявый фонарик снова стукнул её, в этот раз ощутимо, и девушка изловчилась, вновь хватая негодяйку за крылья.

– Да где это видано, чтоб так неуважительно к своим нинкусс относились?! – возмутилась малышка, – некогда пустословить!

Фея деловито взмахнула палочкой, рассыпая золотые блёстки и заставляя девушку чихать снова и снова. Варя потёрла глаза, и тряхнула головой, пытаясь успокоиться.

– Ну, вот и добрались. Фух… – Карамель театральным жестом вытерла невидимый пот со лба, будто самолично тащила девушку на себе.

– Куда добрались?.. – явно ощущая порывы свежего ветра, Варя огляделась.

Она стояла посреди какого-то широкого двора. «Сон» был таким чётким, что различала всё, до мельчайших подробностей. Причём такие вещи, которые ей и видеть в своей жизни не доводилось. Девушка подняла голову, глядя с приоткрытым ртом, как прямо перед нею, в небо взмывали две башни, заканчивающиеся зубчатой «короной».

Сам внушительный замок будто затаился в лесных массивах, соседствующих с высокими горами. Его главный фасад возвышался на три этажа. Солнце играло бликами на окнах, и Варя отступила на шаг, стоило одному из них распахнуться. Из него показалась женская голова в чепце, и принялись веяться белоснежные занавески. Незнакомка ахнула, прикрыла рот ладонью и скрылась в глубине покоев.

Сбоку что-то загремело, и Варвара успела заметить другую женщину, упустившую с перепуга плетёный поднос. Бедняжка рассыпала только что вымытую посуду по мощёному камнями двору. Варя как заворожённая глядела на покачивающийся серебряный кубок, который мерно позвякивал боком о булыжник. Следом стал слышен тихий раздражавший шёпот. Девушка оглянулась, замечая, как со всех углов двора на неё принялись глазеть какие-то люди, также одетые в странную одежду. Ещё и указывая пальцем!

– Куда ты меня притащила?! – Варя нахмурилась, отступая на шаг, стоило главным дверям замка распахнуться.

Не отвечая, Карамель кинулась вперёд, навстречу нескольким воинам, которые стали около ступеней, укрывая вышедшую во двор госпожу. Видимо, женщина была хозяйкой этого дома. Или проще уж называть его замком? На вид незнакомке около сорока лет, не больше. Она неспешно поправила свою подбитую мехом накидку. Длинное тёмное платье леди было подвязано тяжёлым поясом, украшенным камнями, которые мерцали при каждом шаге.

Восторженная фея вилась вокруг группы вооружённых людей, и Варя расправила край мятой майки, ощущая себя как нельзя нелепей в окружении этих средневековых декораций. Ладно, спим дальше, чёрт с ним. Хозяйка встревоженно вздохнула, веля своим воинам расступиться. Она прошла вперёд, так величаво, что девушка на мгновение залюбовалась её грацией.

Волосы женщины были сплетены в косу, в которую вплели нить жемчуга. Убирая её за спину, незнакомка обошла Варю вокруг несколько раз. При этом она детально рассматривала гостью, и слушала писклявый шёпот Карамели, которая принялась шептать ей на ухо, прикрываясь ладонью.

– Что-то он не слишком на юношу походит, – проговорила женщина, наконец останавливаясь, и возмущённо глядя на фею.

– Велено было брать того, который с печатью! – мелкая ткнула палочкой, указывая Варе на шею.

Печатью? Девушка скептически поглядела на обеих, и стоило фее подлететь к ней, тихо проговорила:

– Какая печать, к чёрту?! Я её в том году сделала, татушку эту…

Этот круглый знак так приглянулся в салоне, что не удержалась! Попросила на свою беду, на шее сделать…

– Тс-с! – зашипела на неё Фея.

Варя опять схватила её и, тряся, сердито выкрикнула:

– Какого чёрта тут происходит?!

От её голоса снялись птицы с верхушек деревьев, а прислуга или кто они там такие, попрятались от греха подальше. Охрана взялась было за рукояти мечей, но хозяйка замка остановила их, поднимая руку.

– Я понимаю вашу растерянность. Мои чувства схожи с вашими, – женщина сощурилась, глядя недоверчиво на притихшую фею.

Карамель заставила себя нервно улыбнуться и принялась повествовать, закладывая ручонки за спину, словно старый профессор.

– Отца твоего Тибрун озёрный спас, а взамен первенца потребовал отдать. Вот он и пообещал тебя!

– Да не спасал его никто! – возмутилась Варя, – он и на озере никогда не был…

Внезапно девушка умолкла и задумалась. Если серьёзно, то ведь сосед их как-то рассказывал, что недавно чуть не утонул. Дядька местный бородатый его спас. Он всё ходил, переживал, когда Машка, жена его, забеременела. Все соседи списывали это на волнение и работу плохую. Платили через раз, мол, не потянут они, ребёнка воспитывать. Теперь, кажется, ясно стало: сына он своего боялся потерять. Ну, это если отбросить отравление котлетами тёти Зины или тем бутербродом в столовке. Второе вернее будет. Иначе Варя не могла объяснить происходящее. В любом случае, крылатая дурёха малость промахнулась.

– Ты дура, Карамель… – пробормотала Варя.

Эта стрекоза перепутала комнаты и вместо соседей к ней залетела. И теперь что? Отберут младенца? Машка, соседка, хорошая женщина была. Как такому позволить случиться? И ей теперь как быть? Хотя чего это она? Это ведь сон. Проснётся и дел-то!

– Молчи, глупая, – снова зашипела фея, – тебе-то какая разница, поганкой у канавы гнить или хозяйским дитём быть? Назад дороги нет. Сделано дело, так не будь идиоткой!

– Ты клялась мне, что родится сын… – тихо и гневно проговорила хозяйка замка и снова обошла Варвару кругом, – мало того, что это девушка, как же она так выросла?

– Дети человеческие иначе растут, и не уследишь! – засверкала фея, – смотрите, какая хорошенькая, не пожалеете! И пелёнками маяться не нужно…

Карамель потрепала девушку по щеке, а Варя смотрела на них, как на умалишённых.

– Значит, так тому и быть, – незнакомка сдавленно вздохнула, развернулась и, придерживая подол, принялась подниматься по ступеням, – следуйте за мной.

Глава 2

Тяжёлые двустворчатые двери за их спинами закрыла стража, когда леди и её гостья вошли в большой нижний зал. Высокие витражные окна освещали помещение, придавая ему ещё большего величия. Варя загляделась на мозаичный пол, на котором были выложены удивительные узоры. По такому и в ботинках идти было неловко, и она испытывала жуткое желание разуться… Садясь в высокое резное кресло, хозяйка замка заявила:

– Оставь нас, шумное создание, – она велела фее покинуть зал и теперь смотрела на девушку, стоящую перед нею.

Взгляд женщины остановился на ярком синяке, и она поджала губы. Варя немного повернулась, пытаясь хоть как-то скрыть свою «красоту». Жаль, что очки были не при ней. Пригодились бы. Паника подкрадывалась к девушке, словно хватая цепкими холодными пальцами за шею, и она глубоко вздохнула, приказывая себе успокоиться.

– Я сплю или мне можно начать паниковать? – нервно усмехаясь, поинтересовалась Варя.

Светлая бровь хозяйки замка приподнялась, и женщина так же улыбнулась краешком губ.

– Вы намерены паниковать?

– Нет, – девушка выдержала её взгляд.

– Я хочу услышать ваше имя, – требовательно продолжила хозяйка.

– Варвара, – коротко ответила то ли гостья, то ли пленница.

Да, имя ещё то. За свою короткую жизнь Стрельцова устала слышать вслед «Вар-вар-вар-варрра!» и «Дол-жо-о-ок!», но что попишешь. В честь бабушки назвали, теперь мучайся.

– Варвара… – женщина несколько раз повторила её имя, непривычно удлиняя «р», и видимо осталась довольна, – я – Делма Кайонаодх, хозяйка земель Бриартака. Почему вы здесь? Это вы, конечно, желаете знать. Тибрун, который получил клятву от спасённого им человека – я выкупила право на первенца у этого духа.

– Но зачем? – пожала плечами Варя, где-то в глубине души, будучи рада тому, что сейчас оказалась не на каком-то болоте в гостях у водяного.

– Видишь ли… – Делма поднялась, прохаживаясь по просторному залу, – так вышло, что род Кайонаодх угасает. Я последняя из ныне живущих, поэтому… мне нужен сын, наследник, о котором я надеюсь заявить до следующего собрания.

– Я как бы – девушка… – Варя взъерошила спутанные медные кудри, глядя исподлобья на хозяйку замка.

Женщина нахмурилась, вглядываясь в зелёные глаза гостьи.

– Я прекрасно это вижу, – сухо пояснила эйслин[1], – хотя ваша одежда и манеры говорят об обратном. Что ж, думаю, мы сможем уладить это недоразумение.

Хозяйка замка ещё раз обошла девушку кругом, вздыхая, покачивая головой, и бросая взгляд на темнеющий синяк под глазом.

– Полагаю, достаточно пары ножниц…

– Послушайте! – шагнула с ней Варя.

– Вы же даёте себе отчёт в том, что происходит? – остановила её Делма, – мне бы не хотелось говорить с девицей, не способной принять правду и истинную суть вещей.

Варя засунула руки в карманы джинсов, молча глядя на женщину, желавшую принять её как «сына». Об этом пока лучше не задумываться… От неё родной отец отказался, а эта дама хотела доверить ей всё? Всё это? Варя обвела взглядом громадный зал. Даже незнающий человек понимал, что леди Кай (всё имя ей и не выговорить) далеко не бедствовала.

– Я не сплю… – девушка сказала скорее сама себе, подтверждая то, чего в действительности опасалась до чёртиков.

Эйслин Кай кивнула, ожидая дальнейших действий гостьи.

– Почему вы не взяли нормального ребёнка из… ну, я не знаю, из приюта? Да вообще! – проворчала растерянно Варя.

– Придворный маг смог увидеть судьбу нашего рода. Он оборвётся на мне, – Делма поджала губы, выдавая свои чувства, – и никто из ныне живущих не взойдёт правителем Бриартака.

– И вы решили сгонять в Москву за наследником. Ну а что? Логично… – всё больше мрачнела девушка.

– Вы изволите шутить? В данной ситуации – это более чем неуместно, – Кай едва сдерживалась, чтоб не повысить голос.

– Вы ожидали, что я к вам на шею кинусь от счастья? Или буду прыгать на одной ноге? Может, я должна «ура» кричать? – возмущённо проговорила Варя, – я открываю глаза, а передо мной носится какое-то визжащее существо, которых вообще не должно быть. А потом я оказываюсь, чёрти где, и мне заявляют, что кому-то, что-то обещали! Я никому ничего не обещала.

– Именно поэтому я и желала младенца… – устало опустилась в кресло эйслин Кай, – он бы рос, и не зная этих терзаний.

Теперь хозяйка замка смотрела на гостью с такой надеждой, что Варе стало не по себе. Неужели эта женщина искренне считает, что она сможет чем-то помочь? Может, просто нужно подыграть и тогда она успокоится? Ну увидят эти люди на совете, что у тёти Делмы есть кто-то и отстанут от бедняги. И дел-то.

В конце концов, выбор у неё невелик. Даже если заставить глупую фею домой вернуть, всё что ждёт, так это побои отца, да плач тёти Зины, вынужденной из-за племянницы к ним в квартиру наведываться, в страхе, что брат спьяну её порешить надумает.

В двери меж тем постучали. Кай нахмурилась, когда они распахнулись, и широким шагом в зал вошёл высокий мужчина. Он достиг их, остановился, не доходя нескольких шагов, и поклонился своей госпоже. Затем незнакомец немедленно уставился на гостью, сканируя её с головы до ног.

– Нейл, ты вернулся на день раньше, – тон Делмы смягчился, видимо была рада пришедшему человеку.

– Верно, эйслин Делма…

Мужчина доложил, что поездка удалась, и обошлось без непредвиденных задержек. Довольная, хозяйка вернулась взглядом к Варе.

– Нейл, это Вар – тот, кого мы ждали… – на последнем слове голос госпожи дрогнул.

Девушка устало вздохнула, складывая руки на груди. С чего это леди Кай утаила от этого мужика, что она девушка? Что вообще задумала-то?! Нейл немедленно подошёл к ней, вставая рядом грозной тучей. Он с таким ошеломлением разглядывал гостью, будто увидел инопланетянина.

– Миледи, видимо произошла какая-то ошибка, – воин повернулся к Делме, – вы говорили о младенце!

– Видимо небеса решили сделать нам подарок, – твёрдо ответила Кай, пресекая всякие возражения от своего помощника.

«Подарок» не знал, что и сказать. Нейл опустил ладонь на рукоять меча, крепившегося в ножнах на поясе, и принялся нервно обходить девушку кругом. В этот раз Варя не выдержала:

– Да что я вам ёлка, чтоб хороводы вокруг меня водить?!

С рыком мужчина кинулся к ней, обнажая белоснежные клыки. Они почти соприкасались лбами, сверля друг дружку яростным взглядом. Надо признаться, от испуга Варя окаменела, но вот это, клыкастому дядьке знать вовсе не нужно… кем бы он ни был. Есть её при хозяйке не станут, а значит, пусть себе пёс рычит. Варя уняла дрожь в теле и ухмыльнулась, заставляя «оборотня» отшатнуться от неё. Он ведь оборотень? Дурдом… Нейл прокашлялся в кулак, неловко поворачиваясь к своей госпоже:

– Ну, что ты думаешь о своём господине, Нейл? – медленно проговорила Кай.

– Трясётся, но соображает. Для начала, и это сгодится, – мужчина пригладил взъерошенные волосы.

Хотя ему и было на вид лет тридцать от силы, он был полностью седым. А может это и не седина вовсе, кто его знает. Интересно, сама Кай часом хвоста или копыт не имела? Видимо мысленный вопрос слишком явно на лице гостьи отразился, поскольку хозяйка велела:

– Говорите.

– Я в этой комнате единственный человек, да? – пробормотала Варя.

Они переглянулись.

– Почему вы так решили, Вар? – это выканье девушку малость раздражало.

К тому же злил тот факт, что оборотень посмел её за парня принять. Вот наглость… У неё волосы почти до талии достают. Да и вообще, пусть и не красавица она, но достаточно мила, чтоб ни у кого сомнений на этот счёт не возникало. Да и разве все оборотни не чуют такого? Во всех пересмотренных Варей фильмах, эти существа чуяли всё, что нужно и не нужно было. У этого видать насморк случился…

– А зачем этому клыкастому, простой женщине служить? – Варя осеклась, видя, как напрягся всем телом Нейл, снова хватаясь за меч.

Чего он дёргается всё время, когда вокруг все безоружны?

– Вы считаете, что иного смысла, как служить высшей силе, у моего помощника нет? – возмутилась эйслин Кай.

– Простите, – пробормотала девушка.

– Вы правы, отчасти, я смею надеяться…

– Госпожа! – выступил вперёд Нейл, – для меня честь служить вам, и это…

– Я знаю. Тебе нет нужды оправдываться предо мной, – Делма поднялась и подошла к гостье.

– Рождённые пламенем – вот что значит имя рода Кайонаодх, – хозяйка замка встретилась с Варей взглядом и на мгновение закрыла глаза.

Когда она распахнула их, то ничего человеческого в них уже не было. Тёмные, янтарные, с вертикальным, как у кошки зрачком, тем не менее, они не были отталкивающими. Часть лица и шеи эйслин Кай на миг укрылись золотистой чешуёй, и снова вернули свою аристократическую бледность. Варя вспомнила, что должна дышать и нервно усмехнулась. Она-дракон…

– Круто! А можно полностью?.. – она прикусила губу, стоило Кай сердито поглядеть на неё.

– Ваше слово, Вар! – женщина вернулась в кресло.

Опуская руки на подлокотники, она величественно приподняла подбородок.

– Я желаю знать, готовы ли вы, человек, принять меня, Делму Кайонаодх, хозяйку Бриартака, своей матерью, и подарить надежду этой земле?

– Я не могу назвать мамой женщину, которую впервые вижу, – девушка остановила хозяйку замка, поднимая руку, – я не готова стать «надеждой», потому что и свои проблемы решить не могу. А ещё я думаю, что всё это тупой розыгрыш или дурной сон. Хотя нет, не дурной, мне понравилось. Мне правда понравилось… Я не хочу просыпаться и снова оказываться в своей комнате. Не хочу слушать, как орёт за стенкой отец и бьёт мебель. Особенно, когда он бьёт её об меня. Я не хочу, чтоб тётя Зина плакала и приходила к нам, потому что до чёртиков боюсь, что и ей достанется… и если меня там не будет…

Варя нервно усмехнулась и вздохнула:

– Если меня там не будет, то всем только легче станет. Но, если я могу помочь помогу, как умею.

Глава 3

– Щенок… – зарычал Нейл и снова двинулся на девушку, – как смеешь ты, смертный человек, отказываться признать матерью саму хозяйку Бриартака?! Как?..

– Нейл, – эйслин Делма окликнула своего сердитого помощника, – Нейл Ревард!

Мужчина замер на полпути, сжимая кулаки и сверкая своими удивительными глазами. Внезапно замечая их необыкновенный цвет. Варя даже забыла, что её едва не кинулись убивать. Они были тёмно-серыми, но, стоило воину разозлиться, как принимались сверкать серебристыми оттенками. Нейл нахмурился, продолжая сверлить взглядом новоявленного «сына» своей хозяйки. Сама же леди Кай подошла к Варе и бережно коснулась пальцами тёмного синяка.

– Мне нравится твоя искренность, Вар, – проговорила женщина, – я бы не стала верить восторженным речам. Нам многое нужно обсудить. Но сейчас, прошу, следуй за Ревардом. Нейл!

Делма обернулась к помощнику и велела подойти ближе.

– Нейл, я велела подготовить комнаты для приёма обещанного дитя, но они предназначались младенцу и не подойдут для юноши. Проводи Вара в северную башню.

– Но моя госпожа… – Ревард запнулся.

Он коротко склонил светлую голову, стоило Кай поджать губы и медленно поднять руку, останавливая его речи.

– В северную башню, Нейл. Я знаю, что это крыло замка долго пустовало. Кажется, настало время для перемен, – голос эйслин звучал тихо, глухо, почти шёпотом.

Варя разволновалась, обхватывая себя руками. Вопросов становилось всё больше. Не поторопилась ли она соглашаться на это странное, очень странное предложение?

– Может, я всё же сплю и если ущипнуть себя, то проснусь?.. – пробормотала девушка.

Проходя мимо, Ревард сощурился, протянул руку и ущипнул её за плечо.

– Эй! – Варя зло потёрла болевшее место и кинула возмущённый взгляд на воина, – что делаешь-то?!

– Хватит ныть! Ступай за мной, – хмыкнул Нейл и, поправляя потёртый ремень, широким шагом пошёл к выходу из зала.

– Вот гад… когда это я ныла… ныл… – девушка сдула блестящую прядь со лба и покосилась на Делму.

– Ты должен следить за своей речью, Вар, – негромко пояснила леди Кай. – Если за пределы замка просочатся известия о том, что наследник рода Кайонаодх – женщина, я не поручусь за твою жизнь. От того, как ты справишься, зависит, выживешь ли ты. И зависит судьба Бриартака. Если ты дал обещание, то держи своё слово.

– Я смогу помочь, если буду знать, что мне делать. Пока я мало что понимаю, и уж поверьте, чем скорее объясните всё, тем лучше. Я как-то не готовила себя к тому, что нужно парня изображать. И «Игра престолов» дальше первой серии у меня не пошла. Так что я без понятия, как тут у вас всё устроено… Но ничего такого я делать не собираюсь! И это… – не зная, куда деть руки, Варя просто вновь засунула их в карманы джинсов, – если нужно просто переодеться и смотаться с вами на этот Совет, чтоб все увидели, что у вас как бы сын есть, то не вопрос. Мне ведь только это нужно, да?

Кай деликатно поправила рукава на платье и, глядя куда-то в сторону, поспешно повелела:

– Вар, ступай за Нейлом, ты всё узнаешь в своё время. Не торопись принять всё сразу, это может оказаться слишком большим грузом для человека, в одночасье расставшегося со своим привычным миром и окружением. Ступай.

– Тогда я пойду, – растерянно проговорила Варя, отчего-то не решаясь сделать шаг к дверям, у которых, скрипя зубами, ожидал Ревард.

Делма неспешно кивнула, глядя мимо девушки на помощника:

– Я надеюсь на тебя, Нейл.

Мужчина поклонился, а стоило Варе приблизиться к нему, как подтолкнул за плечи в коридор и наконец закрыл двери, отрезая их от более-менее привычного зала. Теперь они оказались в том самом коридоре, по которому она пришла сюда с хозяйкой замка в сопровождении стражи. И ещё кое-кого…

– Мои крылья, они потеряли свой блеск, – возмущённо пропищала Карамель, поднимаясь с широкого подоконника и подлетая к ним.

Она накрутила свои белоснежные хвостики на пальцы и присела на плечо воина.

– Рада видеть, Не-ейл, – потянула стрекоза и кокетливо провела своей сверкающей палочкой по уху мужчины.

– Брысь! – прорычал Ревард и повёл плечами, намереваясь согнать мелкую надоеду.

Фея и носом не повела, игнорируя настроение объекта собственных домогательств. Только сильнее вцепилась пальцами в куртку воина и закинула ногу за ногу, стараясь поразить мужчину своими сверкающими от пыльцы коленками.

– Хватит зудеть мне на ухо, – снова потребовал Нейл и сердито пошагал по коридору, не забывая махнуть головой, тем самым веля Варе следовать за ним.

Пришлось послушаться. Девушка топала следом, особо не прислушиваясь к щебетанию глупой «Динь-Динь».

– Ты смог починить свой франгар? – не унималась Карамель, – как вы долетели?

– Долетели? – Варя удивлённо приподняла брови.

Они ещё и летают? Ревард только шумно вздохнул и снова повёл плечом, сгоняя фею. Меж тем они вышли во двор и девушка снова с восторгом огляделась. Замок находился в очень красивом и живописном месте. Варю просто поразил великолепный вид, который окружал это величественное строение со всех сторон. С верхних балконов и площадок наверняка открывался отличный пейзаж на близлежащие земли.

Нейл окликнул отставшую девушку, которая продолжала любоваться окрестностями вместо того, чтоб следовать за ним. Варя поспешила догнать своего проводника, и они вновь попали в замок, проходя по украшенной каменными и деревянными узорами нижней галерее. Девушка успела рассмотреть темневшие винтовые лестницы, потолки со сводами и удивительные колонны в одном парадном зале, в котором по счастливой случайности не были заперты двери. Сами колонны были украшены росписью.

Ревард наконец смог избавиться от беспокойной феи, которая несколько раз пообещала вернуться, как только уймёт головную боль. А всё от того, что её дорогой Нейл слишком быстро шёл, тряся её бедное тельце. Мужчина пробормотал что-то невнятное в ответ и толкнул высокую дверь одной из комнат в башне, в которую привёл Варю по настоянию хозяйки замка.

– Входи! – велел воин, и едва девушка прошла внутрь, прикрыл за ними дверь, отгораживая их от посторонних глаз.

Убранство комнаты, а точнее комнат, поскольку из неё можно было попасть ещё в два помещения размером поменьше, говорили о том, что предназначались они для мужчины, причём зародилось сомнение, что прежним хозяином был кто-то из семьи Кай. Нейл не дал Варе времени осматриваться, он шумно сдвинул некие бумаги со стола и упёрся в его деревянную поверхность кулаком. Теперь он мрачно смотрел на гостью, сверкая серебряными глазами.

– Хоть ты и признан эйслин Кайонаодх, не жди, что я буду восторженно приветствовать выбор госпожи. Точнее сказать, у неё не было выбора!

Воин хмыкнул, и вновь принялся скептически осматривать девушку.

– Можно подумать, что у меня был выбор или я от тебя в восторге! – Варя фыркнула и прошла мимо него, намереваясь осмотреться.

Далеко ей уйти не удалось. Ревард ловко схватил её за вырез футболки и притянул к себе. Какое-то время они молча играли в гляделки, пока взгляд мужчины не опустился ниже, останавливаясь на губах нового «господина». Уж больно они мягки и красивы для мальчишки! Нейл глухо выругался. Ну какой из него правитель? Не парень, а девица право слово!

– А ну пусти… – тихо потребовала Варя, пытаясь освободить одежду, и тогда взгляд мужчины опустился ещё ниже.

Воин замер, так и удерживая край майки, ошеломлённо глядя на простой хлопковый бюстгальтер и не понимая, что происходило. Девушка вспыхнула, и зло ударила его в бок кулаком, чтоб не смел глазеть, куда не положено.

– Пусти!! – ещё раз выкрикнула Варя, и в этот раз Нейл послушал её, растерянно разжимая пальцы и освобождая одежду.

– Ты… ты… – хрипло пробормотал мужчина.

Он шумно вдохнул, развернулся на месте и быстрым шагом покинул комнату. Дверь хлопнула, но не успела Варя привести одежду в порядок, как снова открылась. Ревард возвратился, не менее оглушённый и остановился за два шага от гостьи.

– Ты… – он ткнул в девушку пальцем, – ты…

Затем со всей силы зажмурился, тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, и вновь быстро покинул покои. Грохот от закрывшейся двери оглушил Варю, оставалось только ждать, что предпримет этот клыкастый пёс.

Ревард титаническими усилиями заставил себя не бежать. Он яростно зарычал на бедных горничных, по несчастливой случайности попавшихся ему на пути. Девушки попрятались за углом, всё же сгорая от любопытства. Они выглядывали в коридор, надеясь узнать, что же так разгневало любимчика госпожи. Нейл пнул носком высокого ботинка плетёную корзину, которую от испуга бросила одна из горничных. Сложенные в ней спелые фрукты рассыпались и покатились по каменному полу, замирая яркими цветными пятнами.

Мужчина не обратил на это внимания и наконец достиг покоев Делмы. Едва ему велели входить, воин переступил порог большой комнаты и воскликнул:

– У меня плохие вести, моя госпожа!

– Вижу, ты узнал о том, что Вар – девушка, – невозмутимо отозвалась хозяйка замка.

Женщина глядела в окно, не поворачиваясь к своему помощнику. Её лицо освещалось полуденным солнцем, в этот момент, делая эйслин гораздо моложе своих лет. Его госпожа могла гордиться своей красотой.

– Так вы знали! – возмутился Нейл, он подошёл ближе и остановился у соседнего окна, прислоняясь плечом к стене.

– Видимо, долгое путешествие сказалось на твоей внимательности, Нейл, – Делма наконец поглядела на помощника.

Его ошеломлённый вид заставил женщину усмехнуться. Хотя улыбка и вышла горькой.

– Нужно срочно что-то предпринять. Мы можем вернуть… – мужчина осёкся, закрывая глаза.

– Ты и правда вернул бы девочку Тибруну, Нейл? – приподняла светлую бровь Делма.

– Нет, – проворчал Ревард и зло ударил кулаком по подоконнику, – но, что вы намерены делать?

Кай прошлась по мягкому ковру, задумчиво склоняя набок голову. Золотые камни субиров в её волосах тихо мерцали, играя бликами на солнце.

– У нас выбор невелик, верно? – хозяйка коснулась ладонью гладкой поверхности круглого стола.

Он был выполнен из тёмного дерева таонга. Делма ощущала под пальцами выгравированный по краю орнамент. Работа иноземного мастера была великолепна.

– Нам не скрыть того, что она девушка, – мрачно отозвался Ревард.

Воин закусил обветренную губу, припоминая, что совсем недавно и сам заблуждался на этот счёт. Видимо, хозяйка опять без слов прочитала его:

– Пусть лескаты теряются в догадках, Нейл. Поморочим им голову, – женщина присела на край стула, расправляя подол платья.

Помощник сложил руки на груди, и его куртка привычно скрипнула потёртой кожей. Делма за годы службы верного воина привыкла к этому звуку. Он успокаивал. Что бы она делала без этого энра? Народ Нейла не отличался особой дружелюбностью. Представители его рода жили достаточно отчуждённо в виду нелюдимого и грубого нрава.

Жили совсем рядом с землями ледяных лескатов, поскольку могли чувствовать себя вполне комфортно в суровых условиях, среди гор и снега. Они были охотниками и поставляли много шкур для торговли. Сами не торговали, только брали плату у торговцев за свой товар.

Поскольку были слишком горды, чтобы выпрашивать за свою работу платы, ждали, что торговцы сами её назначат. Платили энрам щедро, ввиду того, что острый нож охотников при этом всегда был приставлен к шее несчастных, чтобы способствовать удачному исходу сделки… Леди Кай окинула помощника тёплым взглядом. Этот мужчина был слишком добр для своих собратьев, видимо поэтому и легко согласился служить ей.

– Вести о наследнике распространятся быстро, словно паутина, раскинутая полаем, – продолжила говорить хозяйка замка, – больше чем уверена, что эта новость уже просочилась за пределы замка. Ты вернулся вовремя, Нейл.

– Лёвен Мйклос едва оставил вас в покое. Хотя почти уверен, что это временное затишье, – проворчал Ревард, – когда прознает о «сыне», то будет в ярости!

– Ты прав, – Делма поднялась со стула и подошла к помощнику, – хотела бы я видеть его лицо в этот момент.

Кай рассмеялась, вовремя деликатно прикрываясь ладонью. Нейл, как и положено, проигнорировал подобную несдержанность своей госпожи, хотя в душе сам бы желал увидеть, как проклятый лорд лескатов корчится от бессилия.

– Я соглашусь с вами только наполовину, – возразил Нейл, – вы забываете наследника Миклоса.

– Ты как всегда прав, – женщина вздохнула.

Действительно, юноша был ровесником её младшего сына. В груди Делмы всё сжалось от горьких воспоминаний. Она прижала к сердцу ладонь, заставляя его перестать колотиться, отзываясь болью. Материнская скорбь всегда будет слишком велика, чтобы утихнуть. Ревард понял, что опечалило его госпожу, и прокашлялся в кулак, скрывая свои собственные чувства. Ему было искренне жаль хозяйку, но от этого разговора не уйти. Это понимали оба.

– Мйклос никогда не оставит надежды на присоединение Бриартака к своим землям. Если он узнает о том, что ваш наследник – девушка, то сделает всё, чтобы заключить брак между своим младшим сыном Троем и Варом.

– Варвара, – произнесла Делма непривычное иноземное имя.

Нейл вопросительно посмотрел на неё.

– Это имя нашей гостьи, Нейл. Варвара. Красивое, как ты считаешь?

Он только невнятно проворчал. Не время о красоте рассуждать! Да и что за имя для девушки?! На языке его народа оно созвучно с «ворварем», что означало не что иное, как «великий воин». Подумать только! И кто додумался дать такое имя женщине? Ревард фыркнул и снова сложил мощные руки на груди.

– Нам нужно потянуть время. До Совета никто не должен догадаться о нашей лжи, Нейл. Я надеюсь на твою помощь. Обучи эту девушку, как учил Девина, – при последних словах голос Делмы дрогнул.

Ей до сих пор было сложно произносить имя сына.

Глава 4

Пользуясь тем, что её ненадолго оставили одну, Варя решила оглядеться. Хоть в комнатах и был порядок, но чувствовалось, что здесь давно никто не жил. Девушка прошлась по главному помещению. В центре его стоял стол, с разложенными на нём бумагами. Это были какие-то чертежи, среди которых поблёскивали приборы, назначение которых Варя не знала. Она подняла тяжёлую штуковину, напоминавшую циркуль, но имевшую три «ноги» и этим сбивавшую её с толку. Гостья повертела прибор в руке и вернула на место.

У одной из стен был камин. Как же без камина? Большой, с широкой каменной полкой. На ней, пожалуй, и она бы спокойно уместилась. Варя подошла к нему ближе и провела ладонью по камням. Зола в камине была убрана, им тоже давно не пользовались. Вдоль стены стояли высокие узкие шкафы с открытыми полками, заполненными различными книгами. Девушка вытащила несколько из них, любуясь дивными переплётами ручной работы, но не поняла ни слова, поскольку языка, на котором эти «фолианты» были написаны, она не знала.

– Тот, кто здесь жил, явно был головастый парень, – Варя принялась исследовать покои дальше.

Она заглянула в соседнюю комнату. Ею оказалась спальня. Громадная кровать, на которой могли потеряться трое, стояла в центре, благо не было страшного паланкина, от которого, по мнению Вари, только клаустрофобию можно было заработать. В помещении было два окна, такие же высокие, как и все остальные в замке. Солнце проникало через них в комнату, деля пол на яркие квадраты, и подсвечивая зависшую в воздухе пыль. Варя чихнула, убирая руки от тяжёлых занавесок.

– Пожалуй, тут давно никто не жил…

Девушка подошла к одному из шкафов и открыла дверцы. Волшебная моль не вылетела ей навстречу, и это уже радовало. С Вари хватило и глупой Карамели. Одежда висела ровно, на одинаковых деревянных вешалках, словно ожидая своего хозяина. Любопытство одолело гостью, и она протянула руку, снимая с перекладины вещь, которая больше всего привлекла её внимание.

– Чёрт, да она просто супер! – ахнула Варя, разглядывая то, что впору было назвать курткой. Сшито «сокровище» было из добротной кожи, с высоким воротником, и ручной работы пуговицами, выполненными из какого-то серебристого металла.

– Так ты парень не только с мозгами, а ещё и хорошим вкусом. Ты мне уже нравишься, – Варя поддалась соблазну и сняла куртку с вешалки, примеряя одежду на себя.

Она оказалась тяжелее, чем девушка ожидала, но сидела отлично. Гостья убрала волосы за воротник, подняла его, одёрнула великоватые манжеты на рукавах и покрутилась перед зеркалом.

– Ну а что? – хмыкнула она, – может и сойду за парня…

Варя придала своему лицу суровости и, решая прорепетировать, пока никто не мог её увидеть, выкрикнула на всю комнату:

– Как смеешь ты врываться в хозяйские покои, несчастное создание?!

– Простите… простите господин!.. – пискнула неизвестная девушка, прикрывая лицо своим передником.

Бедняжка решила заглянуть на шум, не без причины полагая, что в этих комнатах никого не могло быть, и едва не лишилась чувств, натыкаясь на некого рыжеволосого юношу. Надо признать, был он также красив, как и страшен в своём гневе. Горничная поспешила поклониться неизвестному гостю и бросилась наутёк.

Варя виновато выглянула в коридор, к своему разочарованию утыкаясь лбом в грудь ворчливого Реварда. К её немалому удивлению, мужчина отпрянул и убрал руки за спину, кивая в сторону двери и намекая девушке на то, что пора открыть её. Варя распахнула двери шире, нехотя впуская воина.

– Проветрился? – девушка сощурилась, пытаясь заглянуть ему в лицо, но Нейл принялся изучать потолок, проходя мимо госпожи вглубь комнаты.

Стоило мужчине повернуться к гостье, как словно по некоему проклятию, взгляд вновь опустился на странное одеяние девушки, так нескромно болтавшееся на её груди! Ревард немедленно отвернулся, сложил руки на груди и стал глядеть в окно. Варя поспешила запахнуть стащенную хозяйскую куртку, обхватывая себя руками. Нашёл куда пялиться…

– Как вышло, что ты девица? – глухо спросил Нейл, сам понимая глупость своего вопроса.

– Ну, это у моих родителей спросить нужно, – огрызнулась Варя.

– Странно всё это, – потянул воин, поворачиваясь к девушке, – как Тибрун мог так ошибиться? Но эта печать!

Ревард приблизился, склоняясь к Варе и вынуждая девушку выставить руки, не позволяя ему подойти вплотную. Глаза мужчины холодно сверкнули и сузились, глядя на шею гостьи. Карамель испуганно прижалась боком к оконной раме, оставаясь снаружи и не решаясь влететь внутрь комнаты. Её прозрачные крылья нервно трепетали, выдавая эмоции феи. Ну почему он такой подозрительный?! Он всё испортит… Затаив дыхание, она продолжила подслушивать, молясь богам, что любимчик хозяйки не станет проводить своё расследование, докапываясь до правды. Иначе, ей несдобровать!

– Странно? – хмыкнула Варя и ещё сильнее запахнула куртку, – кто бы говорил!

Нейл наконец обратил внимание на её одежду и нахмурился. Она надела куртку Девина. И о чём думала госпожа? Каково ей будет увидеть наряд любимого сына на ком-то постороннем? Боги! И как прикажите отвечать за это создание? Теперь он нянька для иномирной девицы?

– Вы все такие? – Ревард покрутил пальцем перед лицом Вари.

– Какие? – насторожилась девушка.

Минуту назад этот оборотень устроил ей допрос с пристрастием, допытываясь о какой-то печати, а сейчас решил про московских девчонок расспросить?

– Решил в нашу дивную столицу на выходных смотаться? – ухмыльнулась девушка, – боюсь, успеха ты там иметь не будешь.

– Отчего же это? – глухо прорычал Нейл, глядя на нахалку с высоты своего роста, – если ваши женщины на тебя походят, то и успех ни к чему.

Варя решила, что лучше держать кулаки в карманах, уж больно сильно захотелось стукнуть хозяйского помощника. Нейл отошёл от девушки, глядя на книжные полки и сменил тему разговора.

– Совет состоится через несколько дней, – начал говорить Ревард, – ты должен… должна будешь явиться на него вместе с госпожой.

– И где он состоится, этот Совет? – поинтересовалась Варя, – и что там делать? И что потом, после него? И как?..

– Почему столько вопросов?! – возмутился Нейл и принялся листать одну из старых книг.

Пожелтевшие листки посыпались из неё, и мужчина опустился на одно колено, принимаясь бережно собирать их.

– По-твоему у меня их может быть мало? – Варя присела рядом, помогая воину, – я вообще-то должна реветь, причитать, биться головой о стену и падать в обмороки…

– Почему? – искренне удивился Ревард и даже прекратил собирать листки.

– Меня против воли переместили чёрт знает куда. Это сделало существо, которого в моём мире просто не может быть! Сейчас я собираю книжку с мужиком, который рычит и клацает клыками, а женщина, которая хочет быть моей матерью – огромная огнедышащая ящерица…

Воин пожал плечами, будто она ничего особенного и не сказала, и Варя тяжело вздохнула, вручая ему собранную часть книги.

– Тебе тяжело, – сделал вывод мужчина и поднялся во весь рост.

– А ты догадливый парень, я погляжу! – хмыкнула девушка и поднялась следом за ним, – слушай.

– Да?

Варя закусила губу и пододвинулась к нему ближе. Ревард недоверчиво отодвинулся.

– Что?! – рыкнул Нейл.

– Покажи мне.

Он удивлённо приподнял брови.

– Говори толком!

– Покажи, в кого ты превращаешься. Ну же, сделай это. Я помру от любопытства, – потянула Варя, глядя на воина большими восторженными глазами.

– Нет! – мрачно кинул ей Нейл.

– Почему нет? Чего ты боишься? Или стесняешься? – не отступала девушка.

– С чего воину испытывать подобное?! – рявкнул Ревард и от греха подальше, застегнул ворот рубахи, – я не собираюсь делать это по твоему велению.

– А разве я теперь не твоя госпожа? – Варя упёрла руки в бока и наслаждалась его растерянностью.

Нейл только зарычал в ответ.

– Из замка тебе пока запрещено выходить, – поговорил воин тоном, не терпящим возражений, – до тех самых пор, пока твой облик не будет соответствовать твоему положению.

– Что бы это значило? – проворчала Варя.

– Ты голодна? – вместо ответа поинтересовался Ревард, – скоро подадут обед. К этому времени нужно что-то сделать с твоими волосами.

– Иначе никак нельзя? – Варя инстинктивно схватилась за голову.

– Нет, – коротко ответил мужчина, затем немного смягчился, видя, что девушка расстроилась, – поверь, эта потеря поможет тебе сохранить нечто более ценное.

– Например? – отозвалась гостья.

Ревард вернул книгу на полку и постоял с минуту в задумчивости.

– Что со мной будет, если я не справлюсь? – тихо спросила девушка и подошла ближе к Нейлу, – у вас были совсем другие планы. Что теперь? Что будет? Убьют меня?

– Почему тебя должны убивать? – возмутился мужчина, кидая на подопечную серебряный взгляд, – просто есть большая разница между мужчиной и женщиной!

– Да ну-у-у?! – потянула сердито Варя.

– Мужчине объявляют войну, глупая девчонка, – сухо пояснил Ревард, – а женщин берут в жёны! Вот и вся разница между обещанным сыном и дочерью. Земли Бриартака не дают спокойно спать многим правителям. Один из них – Левен Микпос.

– И? – потребовала продолжения девушка.

– Ещё до рождения младшего сына госпожи, между родом Кайонаодх и родом Миклоса заключена договорённость. Согласно этому договору, дети должны были заключить брак и тем самым объединить земли. Но так вышло, что и леди Алиш и леди Делма – обе родили сыновей.

– Неловко-то как, – хмыкнула Варя, – и что же стало с договором? И где же сын Делмы?

Варя спросила совсем тихо, словно сжимаясь под взглядом воина. Он нахмурил брови и уже собирался ответить, когда обречённо вздохнул, замечая у окна Карамель.

– Так и будешь там маячить? – сердито спросил Ревард.

Фея поспешила к ним, оставляя за собой искрящийся хвост, словно мелкая комета.

– Принесла? – продолжил спрашивать мужчина.

– Принесла! – кокетливо отозвалась стрекоза, демонстрируя воину небольшие блестящие ножницы.

– Тогда займись девчонкой. К обеду она должна выглядеть как достойный сын своей матери!

– Как пожелает дорогой Нейл, – Карамель хихикнула, глядя ему вслед.

Ревард покинул покои, оставляя девушек наедине. Стоило дверям закрыться за его спиной, фея подлетела к Варе.

– Не вздумай проболтаться Нейлу! – пригрозила она гостье.

– Что же ты так боишься? – возмутилась Варя. Вот нахалка, ещё и угрожать ей вздумала! – чья, по-твоему, вина, что я здесь оказалась? Боишься, что Ревард тебе крылья повыдёргивает?

Карамель только фыркнула и помахала перед лицом девушки ножницами.

– Я истратила на перенос все свои силы. Думаешь, это так легко? Я не смогу вернуть тебя обратно. Так что подумай над моими словами! – фея подняла в руке тяжёлую прядь волос девушки и отрезала её.

Варя печально вздохнула, глядя, как медные кудри падали к её ногам.

– У тебя нет пути назад, человеческое дитя. Я бы на твоём месте задумалась над этим и упрочила свои позиции в этом доме.

– Ты не говорила мне, что не сможешь вернуть обратно, – мрачно отозвалась Варя.

Она переступила через обрезанные волосы, ощущая непривычную прохладу на шее, от свежего ветра, который врывался через приоткрытое окно.

– Глупая девчонка! – Карамель взмахнула своей палочкой и моментально, лежащая на полу медная роскошь заискрилась и растаяла. Словно и не было ничего.

– Это дорога в один конец.

Глава 5

Карамель оказалась не только болтливой, но и замечательной мастерицей. Не обошлось, конечно, и без противных уколов иголкой, приправленных сверкающей магией, но великоватая одежда стала впору, и гостья больше не походила на невесть кого. Варя встала перед зеркалом. В этот раз она оставалась серьёзной, продолжая размышлять над словами феи. Первая эйфория проходила, заставляя ощущать приближающуюся панику и растерянность. Права мелкая стрекоза или нет, она обязательно узнает.

Карамелла Неистовая, была последняя из тех, кому Варя стала бы безоговорочно доверять. Особенно после того, как фея по собственной глупости втянула её в эту ситуацию. Здесь у неё была еда и крыша над головой. Никто не кричал, и не кидался на неё с кулаками… пока девушка ощущала себя в большей безопасности в этом странном доме, чем находясь на одной из ночных московских улиц.

Варя окинула себя взглядом и вздохнула. Куртку у неё отобрали, назвав неподходящей для представления своим подданным. Она поскрипела зубами, но согласилась надеть вещи, выбранные Карамелью.

По случаю полагалась белоснежная куртка-камзол с воротником стойкой, который вынуждал задирать подбородок, ибо ужасно давил. Как девушке пояснили, так и требовалось, чтобы не вздумала сутулиться или выглядеть как поникший алтун. Что это значило, Варя даже не пыталась понять. Она провела пальцами по прекрасному золотому шитью, дивясь на удивительные камни, которые совсем недавно могла видеть и в причёске своей новоиспечённой матери.

Золотистые субиры добывались в горах Бриартака и высоко ценились из-за своей редкости и удивительной красоты. Это были любимые камни леди Кай, и ей, Варваре Стрельцовой, отныне Вару Кайонаодх, требовалось почитать их с таким же благоговением.

Отложные манжеты были довольно тяжелы из-за тех самых камней, как и плетёный кожаный пояс, давивший на бёдра. Штаны были выполнены из того же материала, что и камзол, и оттенялись высокими ботинками с замысловатой шнуровкой.

Тонкая рубашка, надетая под куртку, приятно холодила тело и была так тонка, что казалась невесомой. Жаль, этого нельзя было сказать об остальной одежде. Варя заметила крепления для ножен на ремне и хмыкнула. Оружие ей не доверили. Или оно и не полагалось ей сейчас? Она всегда считала, что именно с некой шпагой или мечом, выходил к своему народу молодой правитель, чтобы представиться.

– Тебя ожидают, поторопись! – пропищала Карамель.

Охая, малышка закрепила на плечах Вари две золотистые броши, удерживая ими длинную белоснежную накидку. Она тянулась за девушкой по полу, придавая некое величие её образу.

– Хорош, ничего не скажешь, – фея облетела Варю несколько раз, любуясь на свою работу.

Двери в покои открылись, и Карамель встревоженно ахнула, устремляясь в переднюю комнату. Варя мысленно пожелала себе удачи и прошла следом. Ей пришлось остановиться у широкого стола, опираясь на него рукой в перчатке. Накидка легла у её ног мягкими складками, и девушка смотрела на вошедших людей, ожидая их реакции.

Леди Кай одобрительно кивнула Карамели и подошла ближе к Варе. Она провела ладонью по коротким волосам и поправила брошь на плече девушки.

– Удивительно, не знай я тебя, то действительно приняла бы за очень милого юношу.

Варя хмыкнула. Вот тебе и комплимент. Не знала она, радоваться ему или огорчаться. Ревард молчал. Одна рука сжималась в кулак, вторая лежала на рукояти меча. Варя видела, что мужчина сдерживался, чтобы не высказаться.

– Люди ждут своего будущего правителя, Вар, – пояснила леди Делма, – сейчас тебе не о чем волноваться. Всё, что необходимо – это просто выйти на крыльцо и поприветствовать их. Простых слов будет достаточно.

– А если они всё поймут? – спросила девушка и глаза её расширились от волнения.

– Они знают, что ты иномирец. Их не удивят твои речи. Не робей, Вар. Я верю, что ты справишься. Нейл переживал, что ты голодна, поэтому закончим быстрее, чтобы я могла отблагодарить тебя за твою смелость и откормить, как следует.

Делма улыбнулась краешком губ, когда за её спиной заворчал помощник. Ревард переживал о том, что она не ела? Варя не поверила словам хозяйки замка. Неужели и правда доложил об этом Делме? Она была уверена, что воин забыл об этом ещё раньше, чем покинул эту комнату.

– Идём, Вар. Не будем зря тратить время, – Делма развернулась и пошла к выходу из комнаты.

Девушке пришлось вздохнуть и, стараясь не запутаться в длинной накидке, следовать на выход. Их небольшую группу замкнул Ревард, оставаясь позади. Варе постоянно хотелось обернуться и убедиться, что он действительно там, как будто это давало какую-то защиту. Вот и входные двери… Девушка напряглась всем телом и мысленно перекрестилась. Будь, что будет! В конце концов, это не её идея. Пусть сами разбираются, если она напортачит.

– Просто выйти и поздороваться, – тихо прошептала Варя, – просто выйти и поздороваться…

– Главное, местами не перепутай, – едва слышно проговорил Ревард, наклоняясь к её уху.

Варя не глядя, ткнула его локтем в живот и довольно ухмыльнулась, услышав, как воин сипло выругался. Будет знать, как подтрунивать над нею! Двое стражников поклонились им, и распахнули двери, позволяя свежим потокам ветра ворваться в замок и остудить присутствующих людей. Варя с удовольствием вдохнула прохладный воздух, чувствуя, что голова пошла кругом, то ли от его чистоты, то ли от волнения.

Леди Кай вышла первой. Варя последовала за хозяйкой замка и встала по правую руку от неё. Слева встал Нейл, грозно оглядывая собравшихся людей. Их было много… слишком много! Варя с ужасом окинула двор, залитый полуденным солнечным светом. Она ожидала увидеть нескольких горничных, да небольшую стражу, охранявшую здание, но тут насчитывалась не одна сотня человек. Выстроившись по обе стороны от дороги, ведущей к крыльцу, они ожидали слова своей хозяйки. Лицо Делмы озарилось фальшивой улыбкой, и она заговорила:

– Сегодня у нас радостный день. Боги благословили наш дом, и моё сердце может наполниться надеждой. Надеждой для всех нас. Судьба дала нам много испытаний, и эти стены пережили не одну потерю, – голос леди Кай дрогнул, и Варе захотелось взять женщину за руку.

Она уже протянула свою руку, но Делма, увлечённая речью, не заметила жеста девушки и, опуская руки, сцепила пальцы в замок. Зато Нейл прекрасно заметил этот порыв, и взгляд воина изменился, но Варя, к собственному сожалению не смогла понять его.

– Он пришёл из иного мира. Человек, не имеющий магии, но имеющий великую силу, способную защитить наш дом. Приветствуйте – Вар Кайонаодх – отныне ваш господин… – Делма умолкла и положила ладонь на плечо Вари.

Девушка, боясь испортить важный момент, велела себе быть храброй и выдержать испытание. Для этой женщины было крайне важным то, как всё произойдёт, и она должна выполнить данное обещание. Варя припомнила все книги, которые довелось прочитать, и даже несколько раз пересмотренного «Властелина колец»… хотя, она только и делала, что перематывала моменты с участием Арагорна. Вот и сейчас, представляя себя эдаким последним вождём следопытов и первым королём Воссоединённого Королевства, Варя вышла вперёд.

Ветер так театрально подхватил полы её накидки, придавая величия образу, она гордо подняла подбородок, намереваясь приветствовать «свой» народ. И в этот момент увидела его… Честное слово, это был некий корабль: белоснежные паруса трепетали на ветру и глаза девушки загорелись от восторга. Варя поздоровалась с подданными, люди кланялись ей, но она продолжала смотреть поверх их голов.

– Что это? – прошептала девушка и. не дожидаясь ответа, поспешила с крыльца во двор.

– Вар! – тихо ахнула леди Кай.

– Это всего лишь мой франгар… – отозвался Ревард и попытался остановить беглянку, но Варя ловко вывернулась из-под его руки и побежала вперёд к удивительному транспорту.

Люди расступались в стороны, пропуская своего нового хозяина, тихо перешёптываясь о том, что господин Вар и статен и хорош, прямо чудо, а не юноша… Ревард закатил глаза при этих речах и велел народу расходиться и возвращаться к своим делам. Вот девчонка! Куда побежала?! Что задумала?!

– Вот это да-а! – Варя подняла взгляд на франгар.

В его боку была значительная пробоина, и он обгорел, но был не менее великолепен.

– Ты же сказал, что путешествие прошло удачно! – возмутилась Делма, глядя на повреждения.

– Так и было. Это ерунда… – проворчал Нейл.

Варя прикоснулась ладонью к боку корабля, ощущая едва приметную дрожь, словно франгар был исполинским живым существом.

– Я желаю знать подробно, об этой «ерунде», – с гневом в голосе проговорила леди Кай и повернулась к девушке, – я понимаю, дитя, что всё в этом мире вызывает у тебя восторг и удивление. Нейл, несомненно, ознакомит тебя с местными достопримечательностями. Но сейчас, прошу, вернёмся в замок.

Варя послушно кивнула, подходя к Делме. Её так и подмывало взобраться на эту штуковину, но слово нужно было держать. Пришлось умерить любопытство. Но Реварду не отвертеться! Возвращаясь обратно, она заметила, как две девушки выглядывали из-за угла дома. Они прикрывали рты ладонями, хихикали и перешёптывались. Стоило Варе глянуть на них, как залились румянцем и попрятали лица, укрывая их передниками. Она подмигнула бедняжкам, и едва не рассмеялась, слыша их томные вздохи. Вот глупые…

Её настойчиво подтолкнули в спину, и тихо зарычали, так что пришлось оставить в покое горничных и спешить к входу в замок. Леди Кай поднялась по ступеням и вошла первой. Охрана держала двери раскрытыми, пока поднимались на крыльцо Варя и Нейл, и склонили головы, при приближении своего нового господина.

Нельзя сказать, что это было неприятно, скорее так непривычно, что девушка каждый раз подавляла желание кивать в ответ. Это было строго запрещено, и жёсткий воротник напоминал об этом при каждом движении её головы.

Вскоре они сидели в обеденном зале. Стол был таким длинным, что очертания леди Кай и ворчливого Реварда размывались, и таяли, словно в лондонском тумане. У Вари приняли накидку, и теперь можно было двигаться спокойно, не боясь свалиться. Нейл куда-то припрятал свой меч, видимо за столом не полагалось быть при оружии. Но даже сейчас, когда жевал кусок жёсткого мяса, он был всё так же сосредоточен, словно находился на посту.

Девушка приметила на столе, неподалёку от своей хмурой няньки, прекрасную выпечку и попыталась дотянуться до неё. Тут же к ней кинулся слуга, подставляя желанное блюдо. Варя пробормотала благодарность, и удивлённый мужчина поклонился, затем возвращаясь к своему месту у стены, за её спиной.

Было чертовски странно сидеть и жевать, пока кто-то стоял над тобой, ловя каждое твоё движение. Девушка отпила воды из высокого кубка, который едва смогла поднять. Нейл поглядел на её усилия и только качнул головой. Эти руки не способны удержать ложку. Как вложить в них оружие? Мужчина шумно вздохнул и опустошил содержимое своего кубка.

Ревард понимал то, что хозяйка таилась от своей обещанной дочери, не желая открывать ей всей правды. Понимал и то, что многое эта девочка не способна будет принять. Будь всё иначе, и тогда было бы много проще. Не заключи Вернер Кайонаодх соглашение с лескатами, и не было бы нужды в браке. О чём только думал покойный хозяин? Ушёл, и оставил жену платить свои долги!

Мужчина смотрел на подопечную, а она смотрела в окно. Солнце играло бликами на медных волосах, и было очень жаль, что больше не вились они, падая на эти хрупкие плечи. Она должна была взойти к алтарю с Троем Миклосом, как младшая из рода огненных драконов. Ревард нахмурился, подумать только, всего лишь человек, иномирец, но через каждое слово звучало это проклятое «должен».

Если бы только эйселю[2] Девину не пришло в голову отправиться в одиночку испытывать фрагнар. Если бы не указывали записи, оставленные в его дневнике на то, что путь лежал через северные горы, владения Миклоса… У леди Делмы были все основания предполагать то, что именно лорд лескатов был повинен в том, что её любимого сына больше нет на этом свете.

Сейчас лучшие воины Бриартака разыскивали доказательства вины Левена или останки погибшего юноши. Они тянули время, как могли. Ребёнок мог бы как-то решить эту проблему, но, явилась девушка. А значит, Делма должна исполнить обязательства. Как могла она отдать свои земли в руки тех, кто лишил её последней надежды, лишил её дитя? До тех пор, пока вина или невиновность лескатов не будет доказана, они должны сохранить в тайне то, что наследник Бриартака – девушка.

Глава 6

Солнце сегодня разыгралось, слепило и заставляло глаза слезиться. Сверкающие всполохи на безупречном нетронутом снегу привлекли внимание одинокого путника. Человек сдвинул с лица шерстяной платок, укрывавший его до самых глаз, и облако пара от его дыхания сорвалось с губ.

Со снегом было что-то не так. Высокие скалы прикрывали часть плато, и тут тень была глубже. Но откуда оттенки золотого, если лучи солнца не касались белоснежного покрова? Мужчина осторожно прошёл вперёд, останавливаясь посреди открытого поля. Здесь не было и единого следа, кроме тех, что оставил он. Меховая куртка согревала путника в сильный мороз, защищая от ледяного ветра, но сегодня он продрог до костей. Нужно было торопиться и добраться до пещеры, пока не стемнело…

Человек снял с головы капюшон, и ветер подхватил короткие русые волосы. Затем пришёл черед перчаток. Мужчина запихнул их за широкий ремень и поднял руки, поворачивая их ладонями к небу. Он ещё раз обвёл окрестности прозрачным взглядом и прикрыл глаза, взывая к духам ветра, которым поклонялся его род.

Снег принялся кружиться, поднимаясь с навеки промёрзшей земли. Всё сильнее и сильнее, обжигая незащищённое лицо, заставляя его исказиться от боли, словно ледяные мельчайшие осколки стеклом ранили обветренную кожу. Поднялась буря, она кружила, укрывая тёмную одинокую фигуру, пока мужчина не сжал ладони в кулаки, резко опуская руки. Чудовищной волной снег схлынул с поля, и теперь взгляду путника открылась ледяная гладь.

Осторожно ступая по льду, человек отступал и отступал, пока наконец не смог разобрать то, что заставило его применить силу на чужих землях, рискуя быть замеченным теми, кем не следовало бы. Он обтёр лицо покрасневшей от холода ладонью и что-то ошеломлённо прошептал.

Громадные золотые крылья расходились на несколько метров подо льдом, который укрывал в своём прозрачном плену тело дракона. Зрелище было настолько же великолепным, насколько и трагичным. Что завело этого зверя в ледяные земли лескатов? Это ведь не его дело? Совершенно верно… Человек отступил ещё дальше и собрался укрыть снежным покровом прозрачную могилу, но в последний момент его руки опустились, и мужчина тихо выругался.

Кажется, путешествие затягивалось. Он широким шагом прошёл по скользкому полю и встал на одно колено. Затем снял с плеча свою дорожную сумку и принялся извлекать из неё всё необходимое для разведения костра, намереваясь растопить лёд.

Нужно было торопиться. Когда солнце вздумает клониться к вершинам гор, пламя станет видимым на дальнее расстояние и тогда придётся забыть о своём убежище. Мало того, он собирался потратить на эту безумную затею всё, что припас для своего костра. Завтра придётся вновь возвращаться к скудным деревцам, которые так редки в этих краях.

Мужчина разложил небольшие костры в нескольких местах, в центре груди замёрзшего зверя и на самой широкой части крыльев. Он вновь поднял руки к небу, поднимая заклинанием языки пламени, повелевая ему поторопиться и топить ледяной покров.

Ушло несколько часов кропотливой работы. Магу приходилось отгребать пригоршнями таявший снег, ибо костры угасли, сделав своё дело, и жалкие обугленные ветки дикого арбена принялись тонуть в ледяной жиже.

Он не чувствовал пальцев рук и ног, а промокшие кожаные, подбитые мехом сапоги стали тяжёлыми, замедляя его шаги. Сам мужчина, напротив, взмок от усилий, скинул свою меховую куртку, и теперь пар поднимался от его плотной рубахи.

Мёрзлая чешуя ранила раскрасневшиеся пальцы, но человек бережно очищал тело дракона, пока оно не засияло тёмным золотом, словно дикий мёд на его родине. Тени меж тем удлинялись, снег обращался синим бархатом, укрываясь ранними сумерками Ильхада. Путник выровнялся во весь свой рост, глядя на проделанную работу. Он потянул носом воздух и нахмурился. Пахло бурей… скоро поднимется метель. И на что он собственно рассчитывал?

Тащить за собой дракона было делом немыслимым. Он и с места не сдвинет это громадное тело! Видимых ран мужчина не заметил. Гадая, что же могло стать гибелью крылатого зверя, он вновь присел рядом. Рука путника погладила дракона по длинной шее и остановилась у её основания, а затем спустилась немного ниже. Человек пригнулся, и вовсе опустил голову на грудь существа.

Он затаил дыхание, будто это могло помочь и прислушался. Сначала ему показалось, что это лишь ветер играет с ним, кидая в лицо крупные снежинки, говоря о том, что все усилия смехотворны и напрасны. Но затем он услышал это вновь. Толчок, едва приметный, практически неуловимый. Мужчина с надеждой продолжил слушать, понимая, что от проведённых действий, согретое его собственным телом, сердце дракона забилось.

Путник радостно встал во весь рост, и поторопился поднять свою куртку, намереваясь прикрыть ею грудь существа. Но магу пришлось отпрянуть, поскольку края крыльев заискрились, вздрогнули, а из пасти зверя вырвался сиплый вздох. Дракон пробуждался. Мужчина ошеломлённо наблюдал, как по золотому телу прошла дрожь и стали таять очертания огромного существа.

Он обратился, так и не приходя в себя. Руки юноши были раскинуты, как и ранее величественные крылья, словно он решил погибнуть, глядя в небо, на свою родную стихию. Но сейчас глаза его были закрыты. Одет был незнакомец только в лёгкую рубашку и штаны. Босой, и не единой вещи рядом с ним не было.

Ветер поднимался, и терять время было просто невозможно. Ему самому грозила смерть от переохлаждения, но мужчина надел свою куртку на юношу, понимая, что теперь нужно было тащить его на себе, до самого убежища.

Звон упавшего кубка так внезапно прервал тишину, что Варя дрогнула, глядя на пол. Алое вино разливало по полу, и одна из девушек поспешила навести порядок, стирая яркую лужицу. Леди Кай замерла с поднятой рукой, в которой мгновение назад держала тот самый кубок. Женщина судорожно вдохнула и прижала руку к груди.

– Вам плохо? – Варя приподнялась со своего стула, но Ревард опередил её, теперь вставая рядом с хозяйкой.

Воин опёрся ладонью о высокую спинку стула Делмы, и встревоженно поглядел на женщину.

– Вам нездоровится сегодня. Лучше всего отдохнуть. Слишком многое произошло. Прошу, послушайтесь меня, – глухо проговорил помощник.

– Сердце закололо отчего-то… – тихо прошептала леди Кай, – тревожно мне, Нейл…

– Вам точно нужно прилечь, – вмешалась Варя и подошла к женщине, – вы наверняка переволновались сегодня.

– И это говорит тот, кто покинул свой привычный мир навеки, – покачала головой Делма и тут же смолкла, видя, как опустила голову девушка.

Хозяйка замка виновато накрыла руку Вари своей ладонью и легко пожала её.

– Я благодарна за твою заботу Вар. Пожалуй, послушаю тебя, – леди тяжело поднялась, и отошла от стола, – Нейл, сопроводи молодого господина. Я надеюсь на тебя.

Делма покинула обеденный зал в сопровождении двух своих личных служанок, оставляя Варю и энра в одиночестве. Девушка сложила руки на груди, и серьёзно поглядела на свою «няньку».

– С ней всё будет хорошо? Кай болеет? – поинтересовалась она.

Нейл отрицательно покачал головой.

– Не случалось такого ранее. Несмотря на трагичные потери, сердце госпожи всегда было крепким. Видимо последние события и правда утомили её. Идём за мной! – велел Ревард, – переоденешься и…

Взгляд мужчины остановился на ярком синяке под глазом подопечной. Нейл поджал губы. Кто ударил девчонку? Кажется, он спросил вслух, поскольку малышка нахмурилась и смотрела на него как дикий зверёк.

– Да никто! – видел бы он её спину…

Не хочет говорить? Ладно, пока Ревард оставил в покое свою госпожу и кивком головы велел идти за ним. Вернувшись в отведённую ей комнату, Варя сняла неудобную одежду и, не скрывая радости, потянулась к вешалке с понравившейся курткой. Пахло от неё дымом и ещё чем-то незнакомым ей, но приятным. Варя надела привычную футболку, джинсы и накинула хозяйскую куртку. Оставшись довольной собой, она всё же скривилась, когда поглядела на своё лицо. Нужно что-то с этим делать. Жуть жуткая… Девушка поспешила к входной двери. Нейл ожидал снаружи. Он прислонился спиной к стене, а стоило хозяйке появиться, как внимательно осмотрел её наряд.

– Что на тебе надето? – тихо прорычал энр.

– Одежда! – огрызнулась Варя, – удобная и практичная.

– Немедленно переоденься, – потребовал Ревард.

– Все вещи в том шкафу слишком красивые и дорогие, чтобы я могла их надевать. К тому же они мне велики… – нахмурилась девушка, – а Карамели нигде нет. Кто мне их уменьшит, а? И вообще, я чувствую себя увереннее, пока на мне моя одежда. Она не выдаст то, что я девушка, сам посмотри. Эту майку я купила на распродаже в универмаге…

– Кто такой универ-маг? – уточнил Нейл, – разве в твоём мире есть магия?

– Эм-м… универмаг – это универсальный магазин. Место, где можно купить всё необходимое, понимаешь? Ну, бывает, что и еда, и одежда продаётся в одном здании… – начала пояснять Варя.

– Понял я! – рыкнул энр.

– Так вот, мужская она, эта майка, а джинсы мне Витька Давыдов отдал. Он с них всё равно вырос, а у отца не допросишься новых.

При последних словах воин помрачнел и, не сдерживая гнева, проговорил:

– Неприемлемо носить одежду чужого мужчины! Чему тебя мать учила?

– Не помню я, чему! Мне три было, когда она умерла! – бросила ему в ответ Варя и сердито оттолкнула руками в грудь.

Нейл перехватил беглянку раньше, чем она смогла отойти от него.

– Прости, – теперь голос его звучал совсем иначе, глухо и тихо, – если в твоём мире не кому было беспокоиться за твою честь, то сейчас…

– Прекрати, – вздохнула Варя, чувствуя на своих плечах его тяжёлые руки, – между прочим, вы сами наряжаете меня в чужие мужские вещи!

– Это одежда твоего брата, – твёрдо пояснил Ревард, но понял, что не убедил госпожу, – это совсем другое!

Коротко проворчал воин и, сдаваясь, вздохнул.

– Ладно, сегодня я разрешаю тебе остаться в этом, – он смерил девушку своим серебряным взглядом, – но завтра ты сделаешь так, как я велю!

Он смотрел на неё грозно с высоты своего немалого роста, наверняка считая, что очень крут. Варя усмехнулась и, шутя, ткнула его в бок кулаком.

– Куда мы пойдём?

– Проклятье, – зарычал Ревард, – ты точно женщина?

Видя, как мгновенно девушка обняла себя руками, отскакивая от него, он припомнил их недавнюю схватку в покоях хозяйского сына, и шумно вздыхая, провёл ладонью по лицу.

– Идём…

Глава 7

Они поднимались всё выше по винтовой каменной лестнице. Ступени были такими крутыми, что Варе немедленно захотелось схватиться за что-нибудь понадёжнее, чтобы не свалиться ненароком. Поэтому её руки ухватились за куртку впереди идущего мужчины и, несмотря на раздавшееся ворчание, девушка своей спасительной опоры не отпустила. Когда бесконечные ступеньки кончились, она налетела на спину Реварда, которому вдруг вздумалось внезапно остановиться. Мужчина глянул на неё вполоборота и серьёзно пояснил:

– Здесь бывает сильный ветер. Он обманчив, а ты… слишком субтильна! Ты всегда должна быть осторожна. Запомни это.

– Ясно, – кивнула медной головой Варя и по привычке хотела подтянуть резинку на своём хвостике, но ладони поймали пустоту.

Девушка вздохнула и пригладила взъерошенные короткие волосы.

– Вот и молодец, – Нейл проследил за её движением, покачал головой и толкнул обеими руками тяжёлые двустворчатые двери.

Они медленно поддались ему, впуская внутрь замка поток свежего воздуха. Варя прошла следом за воином, придерживаясь за шершавую каменную стену, и они оказались на открытой смотровой площадке. Голова немедленно закружилась от чистоты и силы ветра. Варя вновь схватилась за рукав энра, и они подошли к самому краю каменной ограды. Нейл опёрся на нагретые солнцем камни и обвёл взглядом округу.

– Смотри, Вар. Гляди хорошенько на свои земли. Так или иначе, ты в ответе за них и за тех, кто живёт здесь.

Варя рискнула глянуть вниз и немедленно отпрянула, задыхаясь от приступа паники.

– Высота-то, какая… – зашептала девушка и вынудила себя поднять взгляд выше, туда, где теряясь в пелене туманов, темнела полоса гор.

– Мы зовём наш мир Фатмайром, – принялся пояснять Ревард. Он сложил руки на груди, и смотрел вперёд, – Бриартак является частью королевства Роеланд.

Великолепное море или чем оно являлось, раскинулось по правую сторону, и сверкало на солнце так, что слепило. По другую сторону простирались бескрайние холмы, леса, темнели редкие постройки, а половину земель укрывал туман, такой плотный, что ничего не разобрать.

Девушка опёрлась боком на ограду. Пользуясь моментом, когда Ревард не смотрел на неё, и не хмурился, как делал весь день с момента их знакомства, Варя рассматривала его, а не окрестности.

– У побережья раскинулся Скендер, – продолжал повествовать воин.

– Понятно, – Варя сильнее запахнула куртку, вздрагивая от сильного порыва ветра. Когда Нейл не хмурился, то казался ещё моложе. Интересно, сколько ему лет?

– О чём ты думаешь, когда я говорю тебе о важных вещах? – возмутился энр, теперь поворачиваясь к своей подопечной.

Сейчас солнце придавало его взъерошенным волосам золотистый тёплый оттенок. Нормальный парень, вот бы только не рычал постоянно и не хмурил брови.

– Я думаю о том, почему ты постоянно хмуришься. А ещё глаза у тебя интересные, я таких никогда не видела, – девушка простодушно придвинулась ещё ближе, разглядывая лицо воина.

– Что за глупые речи?.. – Нейл тут же отвернулся, снова глядя на округу.

– Ты что, покраснел? – усмехнулась Варя и шутя толкнула его плечом в плечо.

Хотя, скорее чуть повыше локтя, до плеча этого великана ещё нужно было дотянуться.

– Смутился? Что, честно?

– Мужчины не краснеют от смущения! Боги!.. – возмутился Ревард, и ему снова пришлось глянуть на свою невероятную госпожу, – они краснеют только от ярости…

– Ну да, суровые такие челябинские мужики… – покачала головой Варя.

– Не отвлекайся! – энр одёрнул свою куртку и заложил руки за спину, начиная прохаживаться по площадке, – у гор расположились города Кихт и Эзгон. С Эзгоном мы ведём активную торг…

– Я ничего не запомню сейчас, – Варя склонила голову набок и посмотрела вдаль, – ни названий, ни имён, ничего…

Воин замолчал за её спиной, а когда девушка вздумала обернуться, чтобы убедиться в том, что он всё ещё здесь, то увидела, как Ревард подходил ближе. Становясь рядом, мужчина хотел положить руку Варе на плечо, но потом отчего-то передумал и просто опёрся на ограду.

– Я понимаю, что всё это лишнее, точнее не обязательно для представления тебя на Совете. Но я хочу, чтобы ты запоминала всё, что я тебе говорю, Варвара из Москвы.

Нейл неожиданно протянул руку и коснулся пальцем лба девушки.

– В твоей голове должна сложиться чёткая картина мира, в котором ты оказалась.

– Я хочу увидеть другую картину, Ревард, – пробормотала Варя и снова глянула в сторону моря, – я хочу знать, какое место я займу в этом мире. Так какое оно?

– Ты боишься. Это естественно. И задавать подобные вопросы разумно, – энр встал рядом, глядя на свою подопечную серьёзным потемневшим взглядом, – чего же ты сама больше всего страшишься, Вар?

Словно прочитав её мысли, Нейл ответил:

– Ты думаешь, что окажешься лишней здесь, в Бриартаке, во всём Роеланде. Верно?

– Да. Так и есть, – кивнула Варя, повторяя за мужчиной и складывая руки на груди.

– Ты должна понимать, что значит быть обещанной, – проговорил Ревард.

– Так объясни уже! – нетерпеливо вздохнула девушка.

– Выкупая право на первенца у Тибруна, леди Кайонаодх весьма рисковала, – принялся говорить Ревард, – принимая тебя, она подтвердила ваше родство. Ты не менее её дитя, чем Родерик, Катэль или Девин.

– Это сыновья Кай? – уточняя, спросила Варя.

– Верно… – глухо ответил воин, – они были ими. И каждый из них отдал бы жизнь за Бриартак!

Нейл вздохнул и почти обречённо посмотрел на свою госпожу.

– Потому хозяйка и ждала младенца. Его можно было воспитать в любви и преданности этой земле. Его не нужно было бы убеждать вставать на защиту Бриартака. Он стал бы ему домом. Эйслин Делма боится не меньше твоего. Она в таком же положении, и такая же заложница ситуации, как и ты, Вар. Сейчас вы двое не доверяете друг другу и это совершенно нормально. Так и должно быть. Сейчас. Но ты дочь госпожи и останешься ею навеки. Выстоим мы или Бриартак падёт, никто не усомнится в том, что ты из рода Кайонаодх. Запомни это.

Варя растерянно кивнула. Все эти «навеки» вгоняли её во всё большую тоску. То, что вначале дня казалось таким захватывающим, сейчас вызывало лишь приступ удушья, словно её заперли в коробке. Почувствовав состояние госпожи, Ревард оставил этот разговор.

– Идём со мной. Полагаю, легче понять то, что видишь своими глазами, то, к чему можно прикоснуться. Видимо, тебе так будет проще. Спустимся вниз.

Им пришлось покинуть ветряную площадку, что Варя сделала не без удовольствия, и они вновь спускались по бесконечной лестнице.

– Я могу обучить воина, – по пути продолжил важничать Ревард, – но не смогу заставить его любить свою землю. Ты должна найти для себя то, что услышит твоё сердце, Вар. Нет воина сильнее того, что защищает свой дом. Это лучший щит.

– И где ты был, когда мне к сессии готовиться нужно было?.. – вздохнула Варя, спускаясь за Нейлом во двор, – умеешь ты убеждать…

Глаза девушки опять загорелись от восторга, стоило ей посмотреть на величественный франгар. Нейл покачал светлой головой. Боги, как они похожи в этот час. И юная госпожа, и Девин. Оба с одинаковым огнём в глазах смотрели на эти пруса. Кажется, у них гораздо больше общего, чем могло показаться на первый взгляд.

– Ступай, Вар! Я разрешаю тебе подняться, – важно проговорил Нейл, и только пятки засверкали у его новой хозяйки, стоило ему договорить.

– Почему ты пользуешься мечом, когда у вас такие технологии?! – ахнула Варя, осторожно взбираясь по широкому трапу.

– Потому что меч действует даже тогда, когда магия бессильна, глупышка, – сердито пояснил воин.

– Так он летает благодаря магии? – поинтересовалась девушка.

– Каждый франгар – это сосуд для иманола. И только если дух пожелает остаться в нём, корабль взлетит. У каждого своя судьба, свой нрав, каждый иманол сам выбирает себе хозяина.

Ревард легко подтолкнул Варю в спину, заставляя подняться на палубу. Здесь не было ни одного человека, видимо команду отпустили отдохнуть после прибытия в Бриартак. Но, казалось, энра это мало волновало. Он лишь встал за старый, инкрустированный потемневшим металлом штурвал, и неизвестно каким образом корабль оторвался о земли, легко, словно невиданная птица, взмывая к небу. Варя чертыхнулась от неожиданности и схватилась за один из многочисленных канатов. Стоило ей поймать на себе скептический взгляд воина, как девушка заставила свои пальцы разжаться и сделала шаг к вредной «няньке».

– Послушай… послушай… – глаза Вари стали большими, словно блюдца.

Ревард усмехнулся и, не обращая внимания на испуганное бормотание за своей спиной, повёл свой «раненный» франгар в сторону моря.

– Он же повреждён! Ты не забыл, да? Мы не свалимся случайно? Эй! – Варя наконец преодолела расстояние между ними и схватилась обеими руками за какую-то резную перегородку.

– Я же сказал, что повреждение несерьёзное, – отозвался Нейл, – смотри, Вар. Твой первый иманол. Не упусти, возможно, он запомнит тебя.

Варя осторожно подошла к одному из бортов. Наверное, на этой земле она никогда не перестанет удивляться. Гигантское существо поравнялось с ними, мягко взмахивая крыльями. Оно напоминало девушке белоснежную птицу с огромными пушистыми перьями, походившими скорее на мех.

Варя рискнула протянуть руку и погладила крыло существа. Оно медленно повернуло голову, глядя на неё своими янтарными глазами, словно принимая ласку, а затем резко взмыло вверх, оставаясь лишь тёмным силуэтом. Солнце ослепило Варю, и она не смогла разглядеть, куда пропал прекрасный иманол.

– Он очень красивый, – пробормотала девушка, продолжая смотреть на небо.

– Совершенно согласен с тобой, – отозвался у штурвала Ревард, – смотри вниз!

Варя послушалась. Они летели над побережьем. Вдоль моря протянулись города, сверкая прозрачными куполами, выполненными из цветного стекла. Вокруг одного из самых больших зданий, пики крыш которого были украшены флагами, раскинулся сад с удивительными фиолетовыми деревьями. Мягкой волной их кроны склонялись под порывами свежего морского ветра, теряя фиолетовый дождь из листьев или цветов. С такой высоты было не разглядеть, но сладковатый аромат доносился даже сюда, заставляя голову кружиться.

– Это Скендер, – пояснил Нейл, – деревья дуньяна в этом году цветут особенно благодатно…

Ветер словно услышал слова энра, подхватил сорванные лепестки и поднял их до самого франгара. Один из них остался на щеке девушки, и она протянула руку, убирая его. На ладони он переливался оттенками сирени, источая тонкий аромат.

– Из масла цветов дуньяна парфюмеры Скендера создают свои знаменитые на весь Роеланд духи. Они так тщательно скрывают рецепт их приготовления, что не раз становились объектом покушения на собственную жизнь! – хмыкнул Ревард, явно не понимая, отчего такой ажиотаж на эти женские штучки.

– Мы можем спуститься? – поинтересовалась Варя.

– Не сегодня, – отозвался воин, – считай это небольшой экскурсией, первым впечатлением.

– А что там, за морем? – снова спросила девушка, – за ним всё ещё Роеланд?

– Нет, там простираются земли королевства Азелфлад. Прошло не так много лет с тех пор, как король Гидеон посмел объявить войну Роеланду, и проиграл её.

– А там, где горы? – Варя указала рукой на чёрную гряду, укрытую сверкающим снегом, словно кекс тёти Зины воздушным безе, – там кто?

– Лескаты… – сквозь зубы проговорил Нейл и развернул франгар, направляя его обратно к Бриартаку, – там лежит Ильхад, земля лорда Миклоса.

– Ты явно недолюбливаешь этого дядьку, – Варя подошла к Реварду, и рискнула прикоснуться к штурвалу.

– Ты не удержишь его, Вар, – Нейл посмотрел на неё серьёзным взглядом, – я не могу любить его или недолюбливать, поскольку…

– Поскольку настоящие мужики так не поступают, – передразнила свою «няньку» Варя.

– Я оцениваю степень угрозы, исходящей от этого человека. И она достаточно высока, чтобы быть проигнорированной, – кивнул Ревард.

Кажется, энр даже не понял, что над ним подтрунивали. Да и ладно, подумалось девушке. Она посмотрела на лепесток в своей руке, почему-то захотелось сохранить его. Варя аккуратно положила ароматный сувенир в нагрудный карман куртки Девина и сильнее запахнула её полы. Ветер становился всё свежее, пока они путешествовали, а солнце принялось клониться к горам. Теперь снежные вершины казались жидким золотом и были так красивы.

– Что не так с этим… как ты его назвал? – Варя повернулась к Нейлу, глядя на него снизу вверх.

– Лорд Левен Миклос, – пояснил мужчина, – этот снежный лескат уже давно строит планы по объединению земель Ильхада и Бриартака. Этот вопрос поднимался на Совете ещё при правлении лорда Вернера Кайонаодха, покойного мужа леди Дел мы.

– И что, муж Кай был против этого? – поинтересовалась девушка.

Картинка в её голове понемногу складывалась, но уж слишком много информации для одного дня. Нужно будет стащить одну из тетрадей со стола Девина и делать пометки, как на лекции по истории. Иначе в голове останется одна каша!

– Нет, – ответил Нейл, – эйсель Вернер не был против этого союза. Напротив, именно он и согласен был заключить его с родом Миклосов.

– Тогда почему Кай против? Почему ты сердит на этих ско… как ты их назвал?

– Лескаты, Вар, – поправил госпожу Ревард.

– Так почему? М-м? – не унималась девушка.

– Пока оставим тему единения, – коротко повелел воин, – мы прибыли, пора оставить франгар.

Глава 8

Пещера освещалась только всполохами небольшого горевшего костра. Мужчина сел спиной к огню, высушивая рубаху. Рядом стояли его вымокшие сапоги. Он вздрогнул от холода, понимая, что это жалкое пламя не обогреет их: его и странного юношу, который так и не приходил в себя.

Маг пожалел о том, что его руки, которым был так послушен ветер, вовсе не имели целительной силы. Он тяжело поднялся, и пододвинул небольшой настил из веток ближе к огню, намереваясь повторить свои действия. Мужчина принялся растирать босые ноги юноши, не имея возможности дать ему единственную пару обуви, которая у него имелась. Придётся использовать заготовленные шкуры, которые он намеревался так выгодно продать.

Человек задумчиво потёр небритый подбородок и посмотрел на лицо спасённого незнакомца. Он был из драконьего рода, явно принадлежавшего Бриартаку. Светлые волосы, пусть сейчас и настолько перепачканные, что утратили свой золотистый оттенок, совсем как у самой эйслин Кайонаодх. Маг видел её лишь однажды, давно, когда был проездом в Аделхейте. Сейчас он собирался посетить столицу, хоть и опасно это было во время предстоящего празднования, ввиду большого количества стражи. Вот только торговать, видимо, будет нечем.

Шкуры бесценного олеума, обитавшего только в снежных горах Ильхада, придётся изрезать, чтобы приготовить одежду и подобие сапог для этого юноши. Замёрзнуть ему насмерть маг не мог позволить. Оставалось скромно надеяться, что молодой человек по возвращению в родной дом не забудет отблагодарить за все его старания. Если же нет, то так тому и бывать… его руки всегда при нём, придумает, как прокормиться до следующего сезона.

Закончив с одной ступнёй, маг взялся за вторую ногу юноши. Ледяная, как кусок скалы вокруг них! Когда же он очнётся? У него осталось немного вчерашней похлёбки. Если разогреть на костре, то можно было бы напоить бедолагу и придать ему сил, но не заливать же варево в рот, пока он без сознания? Маг вздохнул и продолжил растирать замёрзшего товарища.

За этой работой он и сам согрелся, хотя плечи ломило от усталости. Этот паренёк вымотал его так, что глаза мужчины просто слипались. Маг устало поднялся и прошёл к тёмному углу пещеры. Он был самым сухим, то что нужно, чтобы хранить свои жалкие припасы. Скрипя зубами, мужчина поочерёдно встряхнул несколько белоснежных шкур, приглаживая искрящийся мех, и вздохнул, понимая, что придётся безжалостно уничтожить эту красоту.

– Их могла бы носить даже самая утончённая эйслин при дворе. Ты же это понимаешь, парень? – хмыкнул человек и вернулся обратно к костру.

Несколькими шкурами он укрыл юношу, а одну положил себе на вытянутые ноги, теперь умело орудуя острым ножом.

– Будешь, как девица на выданье… – тихо насвистывая, маг прогонял сон, и продолжал работать.

Грубые пальцы ловко управлялись с длинным изогнутым когтем самого олеума, который служил человеку острым шилом. Он понял, что всё же задремал, когда еле слышный шёпот заставил дрогнуть и уронить своё «рукоделие». Юноша вздрогнул всем телом, и половину его лица укрыла чешуя, затем пропадая, словно привиделось. Маг немедленно подался вперёд, подбираясь к незнакомцу на коленях, и поправил шкуру, укрывая обратно.

– Нет-нет, только не вздумай обернуться здесь… ты нас обоих погубишь, слышишь? Меня так точно… – представляя, как попытается развернуться в этой пещерке тело молодого дракона, мужчина сглотнул ком в горле.

Был ли оправдан этот риск? Губы юноши шевельнулись, и он что-то прошептал, но маг не разобрал и слова. Он наклонился к дракону ниже, пытаясь расслышать. Но говорил бедняга на незнакомом ему языке, затем веки юноши дрогнули, и он попытался приоткрыть глаза.

– Хвала Богам, ты решил задержаться на этом свете! Давай же, просыпайся, – глухо проговорил мужчина, и поправил голову дракона, устраивая его удобнее возле костра.

Когда он плавающим взглядом пытался оглядеться, у мага не сталось сомнений, кто перед ним. Глаза, словно драгоценные субиры, сияли так, что впору было гасить костёр. Этот юноша был из рода Кайонаодх. Что же он делал в этих землях, и как оказался едва ли не погибшим в снегах?

– Ты слышишь меня? – маг склонился над драконом, заглядывая ему в лицо, – слышишь?

– Не вижу… – еле слышно и сипло прошептал Девин, – слышу тебя, но не вижу… ничего не вижу…

Варя с сомнением поглядела на небольшую купальню, выполненную из какого-то дивного камня, который при соприкосновении с водой принимался мерцать, придавая всему помещению некую таинственность. Две служанки принялись посыпать воду лепестками, словно собрались купать тут новобрачных. Варя скептически окинула их взглядом, видя, как томно обе поглядывали на своего «нового господина». Она выше подтянула ворот куртки и прислонилась спиной к одной из высоких витых колонн, поддерживающих прозрачный купол.

Купальня и впрямь была чудесной, вот только не собиралась она раздеваться при посторонних! Одна девица предложила помочь ей и потянулась к куртке. Варя резво отскочила, скрещивая на груди руки. Затем она опомнилась и грозно повелела служанкам «освободить помещение».

За дверьми девушка услышала ворчание своей «няньки» и поняла, что теперь в полной безопасности. Конечно, если энр не вздумает заглянуть сюда. Но, припоминая, как воин радел за её честь, Варя и эти сомнения отбросила.

Она разделась, оставляя вещи на резной деревянной скамье, которая удобно стояла неподалёку от самой купальни. Осторожно, буквально на цыпочках, Варя спустилась по нескольким ступеням прямо в воду. Она оказалась тёплой и пахла брошенными в неё лепестками. Уже храбрее, девушка опустилась на специальный округлый выступ, который служил неким сиденьем, и расслабленно прислонилась к каменной стенке купальни. Да, уж. Это вам не крошечная ванная тёти Зины, в которой даже ей было трудно развернуться. Девушка пошевелила пальцами ног, и приподняла одну, отгоняя ею разноцветные лепестки.

– Вижу, ты прекрасно осваиваешься! Ах, как я слаба… – сверкающее создание возникло буквально в воздухе над девушкой.

Карамель уселась на ступень, которая оставалась над поверхностью воды и окунула свои мелкие ножки, кокетливо болтая ими.

– У меня разве есть выбор? – лениво проворчала Варя, прикрывая глаза и поглядывая на фею через завесу длинных ресниц.

– Вот уж верно, – хмыкнула стрекоза, – мой дорогой Нейл показывал тебе побережье?

– Верно, – девушка сложила пальцы, словно собралась дать щелбан воде и брызнула на вредную мелочь, заставляя фею шипеть и подниматься на своих блестящих крыльях над купальней.

– Уважай свою нинкусс! – запищала Карамель и принялась приводить в порядок своё платьице.

– Как вижу тебя, не могу сдержаться, – сердито проворчала Варя, – как фея может быть такой бестолковой? Из-за тебя я оказалась в такой жо…

Девушка вздохнула и опустилась в воду по самый подбородок. Карамель поджала губы и присела рядом с нею на каменный край купальни, устраиваясь у самого плеча Вари. Она поглядела на лицо девушки своими сапфировыми глазами и покачала головой. При этом длинные белоснежные хвостики затряслись, грозясь скинуть мелкую в воду.

– Разве там ты была счастлива? – спросила фея, и прикоснулась своей сверкающей палочкой к скуле девушки.

В тот же миг глаз перестал саднить, и Варя сильно зажмурилась, понимая, что больше не ощущала боли. Карамель избавила её от этого позорного синяка?

– Почему раньше не сделала это? Все смотрели на меня как…

– Я же говорила тебе, что истратила все силы. И кто меня слушал? – обиделась Карамель.

– Сильно я хотела тебя слушать, после всего! – возмутилась Варя, – послушай, когда ты восстановишь свои силы, то сможешь…

– Я не могу вернуть тебя обратно в твой мир, Варвара! – фыркнула Карамель.

Она поднялась в воздух, кружась над водой, и оставляя за собой сверкающий хвост.

– Ты красивая… – вздохнула Варя.

– Ты считаешь, что я красива? – внезапно смутилась стрекоза и даже опустилась на пол.

Пряча руки за спину, она принялась вычерчивать что-то носком своей остроносой туфельки.

– Ты в зеркало не смотришься? – удивилась девушка, – или ты, как упырь не отражаешься в нём?

– Не смей равнять меня с этой тварью! – обиделась Карамель, и Варе оставалось только гадать, что за создание звали на этой земле тем самым «упырём».

– Неужели ты пищалка в себе не уверена? – хмыкнула девушка, – вот уж не думала.

– Не твоё это дело! – огрызнулась фея.

– Моё дело – возвращение домой, – Варя сложила руки на груди и вода вокруг неё колыхнулась, играя ароматными лепестками, – отвечай, почему не можешь вернуть меня? Ведь твоя сила возвращается.

– Нинкусс могут проникнуть в ваш мир, – начала деловито пояснять Карамель и прохаживаться по самому краю купальни, – но ни один из обещанных не вернулся обратно. Невозможно это и всё тут.

– Что за нинкус? – нахмурилась Варя, подавляя желание искупать негодяйку в воде.

– Нинкусс! – поправила её фея и взмахнула своей палочкой, – так зовутся феи, что служат драконьему роду. Предки короля Идгарда веками защищали Аделийских фей, и благоволили им, взамен мы одариваем их своей красотой и благодатью…

Глаза Карамель сверкнули. Она остановилась и посмотрела на Варю, задирая подбородок.

– Вот уж благодать-то… – покачала головой девушка.

– Но если можно было в одну сторону, то и обратно должна смочь переместить. Разве нет?

– Да что тебе так неймётся, Варвара? Куда ты так стремишься вернуться? – возмутилась стрекоза.

– Домой! – выкрикнула Варя и поднялась во весь рост.

Карамель облетела её вокруг, глядя на блестевшую от воды спину. Несколько тёмных синяков ярко контрастировали со светлой кожей и фея не понимая, вздохнула:

– Нет дороги обратно. Я – Карамелла Неистовая, не верну тебя, Варвара. Смирись.

Варя стиснула зубы. Почему чем больше ей твердили, что она никогда не вернётся, тем сильнее становилось желание доказать обратное? Девушка не поверила ни единому слову феи. Нужно было дождаться, пока у негодяйки восстановятся силы и вытрясти из неё правду. Она обещала Кай помочь на Совете. Так и будет, а потом ей нужно уходить. Разве что-то могло убедить её остаться в этом мире? В нём были прекрасные вещи, но он был чужд, как странный сон. А сны заканчиваются.

Позже, когда перешла из купальни в хозяйскую спальню, Варя забралась на огромную кровать и, устраиваясь удобнее, попыталась заснуть. Конечно, сон не шёл. Она возмущённо возилась под одеялом, затем просто откинула его и снова встала. Девушка босиком прошлась по комнате и выглянула в «кабинет», как теперь решила звать то самое помещение, где хранилась куча книг и бумаг, оставленных Девином. Великоватая рубашка то и дело сползала с плеча, как бы Варя её не подтягивала. Она была такой длинной, что могла использоваться девушкой как ночнушка.

Варя потянулась за одной из книг, в самой привлекательной, по её мнению, обложке, когда в комнате неожиданно стало светлее. Девушка закатила глаза, понимая, что стрекоза явилась не давать ей покоя даже ночью.

– У тебя что, нет места, чтоб поспать? – сердито поинтересовалась Варя.

Она раскрыла книгу и перелистнула несколько страниц. Бесполезно. Как ни вглядывалась, не могла понять и единого слова.

– На русском что-нибудь в этом доме есть? – проворчала девушка.

– Это научный труд Вильбо Бар Езохеф Кэйяфа о Воанергесовых камариях. Ты действительно уверена, что держишь нужную книгу в курах, Варвара? – с сомнением хмыкнула Карамель.

– Читать о комарах я не собираюсь, – нахмурилась Варя, – хотя, наверняка весьма усыпляющее чтиво…

– У Девина много удивительных книг, – пояснила фея, принимаясь летать перед полками, – но, сомневаюсь в твоих умственных способностях. Тебе не осилить и одной.

Варя сердито сощурилась, через секунду хватая негодницу за прозрачные крылья. – Ладно-ладно! – запищала фея, – довольно! Я помогу…

– Чем ты мне поможешь, глупая карамелька? – Варя хорошенько встряхнула её и разжала пальцы, отпуская на волю.

Карамель тщательно обследовала свои крылья на предмет повреждения и возмущённо потребовала:

– Руку подними!

– Зачем это? – недоверчиво поинтересовалась Варя.

– Делай, как говорят, иначе так и останешься глупой девицей из иномирья… жалкое зрелище…

Фея скривилась, глядя на взъерошенные медные волосы девушки, и Варя немедленно пригладила их.

– Руку!

– Да вот уж… – девушка подняла ладонь, словно собиралась принести клятву.

– Палец указательный мне нужен! – повелела стрекоза.

– Ты же не собираешься его откусить? – фыркнула Варя.

Фея поджала губы и коснулась нужного пальца своей палочкой. Варя провела им по воздуху, с удивлением глядя, как за ним оставался такой же сверкающий след, что и за мелкой врединой. К её разочарованию свечение пропало.

– И что это было?

– Книгу открой!

Девушка вновь рискнула послушаться фею. Она положила книгу на стол, раскрыла её на середине и выжидающе поглядела на Карамель.

– и?

– Пальцем по строке веди! Вот глупая! – фея присела на край стола, закинула ногу за ногу и принялась поигрывать палочкой, рисуя в воздухе всякую ерунду.

Варя протянула руку к странице и осторожно провела пальцем по старинным письменам. Она была рада тому, что не моргнула в этот момент. Странные иероглифы словно преображались на строчке, к огромному удивлению девушки становясь понятными ей.

– Сможешь читать любую книгу, если только на ней нет заклинания. Тут уж я тебе не помогу.

– Воанергесовы камарии предпочитают излучать во время спаривания олууофанмилен в значительных дозах, поражая чешуйчатые усики своих идж… нет… – Варя поджала губы и захлопнула книгу, – пожалуй, моего интеллекта и правда маловато для этого.

– Полагаю, что Вильбо Бар и сам не знал, что описывал в этом труде, – вздохнула Карамель, – он закончил свои дни, разгуливая по Аделхейту, в чём мать родила, призывая народ очиститься… надо сказать, что для такого почтенного возраста, зад у Вильбо был очень даже ничего…

Варя поморщилась и зевнула.

– Попробую всё-таки заснуть… – девушка оставила беспокойную фею в кабинете, и устало поплелась обратно в спальню.

– Сладких снов, Вар, – пожелала Карамель, вылетая в открытое окно, и светлячком замерцала где-то у соседней башни.

Варя легла, подтягивая большое одеяло до подбородка. Надо отметить, что подушки у младшего сына леди, или как здесь принято было говорить «эйслин» Кай были отвратительными, словно в них набили кирпичей вместо пуха. Девушка возмущённо села на постели и принялась взбивать подушку, придавая той удобную форму.

Затем она расправила простыню, и ощутила под руками какую-то твёрдость. Варя приподняла край одного из нескольких матрасов, и с удивлением обнаружила под ним то ли книгу, то ли тетрадь в твёрдом тёмном переплёте.

Девушка быстро привела постель в порядок, и повыше устраивая подушку, забралась под одеяло. Любопытство одолело её, и Варя рискнула открыть найденную тетрадь. Красивым почерком в ней было исписано до половины листов, причём не пролинованных, но так ровно и аккуратно, что зависть взяла.

– Это писал Девин? – Варя согнула ноги в коленях и положила на них свою находку.

Она осторожно провела пальцем по строчке и снова с волнением пробежалась взглядом по странице.

– Сегодня над морем особенно ветрено. Если развернуть франгар в сторону Скендера, и немного подождать, то встречный поток принесёт целый вихрь цветов дуньяна. По вечерам на побережье песок укрывается слоем их лепестков, и кажется попросту фиолетовым. А воздух над водами Кибелла ещё долгие недели будет пахнуть, словно руки матери. Знаю, как она обожает эти соцветия, поэтому каждый раз пролетая над городом, приходится спускаться и покупать у торговцев несколько веток…

Глава 9

Уснула Варя ближе к полночи, найденный дневник спрятала под подушку и искренне надеялась, что следующий день принесёт с собой нечто, что подарит надежду. Рассвет принёс с собой Нейла. Точнее, солнце ещё только задумалось о том, чтобы подняться, а её уже разбудили, велели одеваться и потянули за собой куда-то за пределы внешней крепостной стены. Они долго поднимались в гору, через пряно пахнущий редкий лес, окружавший одну часть замка. Варя уже задыхалась, когда добрались до нужного места. Нейл только покачал белой головой, видя, как девушка упёрлась обеими ладонями в свои колени и пыталась отдышаться.

– Что с тобой делать? – вздохнул воин.

– Сейчас… фу-ух… – Варя выровнялась и постаралась бодро улыбнуться, – всё, я в норме.

– Прекрасно! – скептически посмотрел на неё мужчина, – тогда вперёд!

– Куда мы идём? Скоро канадская граница… – проворчала девушка, – я буду учиться драться мечом?

Она оживлённо глянула на спину Реварда, где на втором ремне крепилось и запасное оружие, явно припасённое для неё.

– Ты будешь учиться вытаскивать его из ножен, для начала! – важно ответил энр.

Варя только проворчала ему вслед, пытаясь догнать. Вскоре перед ними открылся впечатляющий вид. Горный широкий уступ прекрасно обдувался свежим ветром. Воин остановился и повернулся к девушке. Затем он снял ремни со спины и с сомнением протянул один из мечей своей подопечной.

Девушка с благоговение приняла оружие, стараясь не показать своего разочарования. Весил он прилично, долго таким не помашешь, особенно после часового путешествия на гору, да ещё и почти бессонной ночи. Она ощущала себя жалко, но пытаясь казаться сильнее, резко потянула за рукоять, тут же чертыхнувшись.

Нейл немедленно ощутил запах крови и шагнул к девушке. Но на мгновение притормозил, не без одобрения замечая, что она бережно вернула оружие в ножны, опустила его на землю, а уж потом принялась зажимать порезанную ладонь.

– Покажи руку! – потребовал воин, но Варя только отвернулась, поджимая губы и понимая, что испортила занятие ещё до его начала.

– Дай мне свою руку! – зарычал энр, развернул девушку к себе лицом, а затем сжал её запястье, вынуждая подчиниться и вытянуть ладонь.

Он бережно отогнул пальцы и покачал головой.

– Если бы не твоя рыжая голова, то решил бы, что передо мной Девин! Был таким же бестолковым поначалу… – Ревард вздохнул и велел девушке не опускать ладонь.

Мужчина потянулся к поясу, снял с крепления небольшую флягу и когда открыл её, то тонкой струйкой полил воду, смывая с пореза кровь. Порез был неглубоким, но девушка не сможет толком держать меч! Времени было мало, за несколько дней сделать что-либо толком было просто невозможно. Стоило бы смириться, но малышка упрямо хмурила брови, когда он обрабатывал её рану.

– Какая рука ведущая? – поинтересовался воин, и потуже завязал тонкую полоску ткани на ладони своей хозяйки.

– Левая, – ответила Варя и пошевелила пальцами перевязанной руки, – я поранила правую, так что смогу тренироваться. Давай, не трать зря время!

Она наклонилась и подняла меч.

– Ты не удержишь его, Вар, – Нейл внимательно следил за её реакцией.

При его словах плечи девушки напряглись, словно он ударил её. Она упрямо вытащила оружие их ножен и бросила их у своих ног. Почему поступала так? Почему так стремилась доказать обратное?

– Удержу! – Варя стиснула рукоять обеими руками, игнорируя боль.

– Сними куртку, – велел Ревард.

Свою он тоже снял, оставляя на одном из нагретых солнцем камней, и остался в одной рубахе. Девушка послушалась, куртка Девина была отнесена на тот же камень и она вернулась к своему учителю, снова поднимая меч.

– Держи локти согнутыми и ближе к телу, – Нейл сверкнул глазами и подошёл к хозяйке, правильно располагая её руки.

Затем постучал носком своего ботинка по её обуви.

– Ноги на ширине плеч. Никогда не приставляй их близко друг к другу.

– Ты не веришь, что я справлюсь. Да, Нейл? – спросила Варя, хмуро глядя в лицо энра.

– Ты очень упряма, – медленно ответил воин, немного отодвигаясь от неё, поскольку счёл, что их лица находились слишком близко друг от друга, – возможно, это будет хорошим…

– Я докажу тебе, что справлюсь, – Варя с вызовом подняла подбородок, желая оказаться хоть чуточку выше, что было просто невозможно.

Нейл посмотрел на девушку с высоты своего немалого роста и положил свою ладонь поверх её руки, которой она держала оружие.

– Твой настрой мне нравится. Я не сделаю из тебя воина за несколько дней, но никто не усомнится в том, что ты достойный наследник, когда явишься перед Советом.

– Тогда зачем всё это, а Нейл? – мрачно осведомилась девушка, – можно просто представить меня и всё на этом.

– Мой народ давно убедился, что Смерти всё равно, мужчина ты или женщина. Каждому должно быть, что ей ответить, Вар. Поэтому учись. На Совете никто не должен заподозрить, что твои ноги дрожат, а рука едва способна удержать рукоять даже лёгкого меча.

– И это лёгкий? – хмыкнула Варя.

– Верно, – так же хмыкнул в ответ Ревард, – с ним тренировался эйсель Девин.

– Пф-ф! – Варя, довольная собой, покрутила в руках оружие.

Ну, раз наследник, крепкий парень, мог с ним управляться, то она ещё ничего, для девушки!

– Когда ему было восемь, – добил её продолжением энр.

– Учи, давай! – потребовала расстроенная девушка.

Нейл правильно расположил её руки на рукояти меча и поправил локти.

– Держи дистанцию. Всегда. Для каждого воина она индивидуальна. Рост, длина меча, стиль боя – всё это повлияет на надлежащее расстояние.

– Поняла… – пробормотала Варя.

Ревард совершенно спокойно продолжил объяснять, и девушка заставила себя сосредоточиться.

– Важна опора и правильное размещение ног. Они являются ключевыми для баланса. Чем больше подошвы ног касаются земли, тем больше будет сила твоей атаки, Вар.

Нейл поднял свой меч и медленно произвёл атаку, веля Варе попытаться отбить удар. Она неловко взмахнула мечом, пытаясь удержать равновесие, и воин продолжил:

– Держись прямо. Грудь и туловище вперёд! – он повторил удар, а девушка повторила свою попытку.

Противный лязг металла заставил стиснуть зубы, и Варя довольно усмехнулась, хотя улыбка быстро сошла с её лица, поскольку учитель явно был разочарован.

– Ещё раз!

Нейл повторял выпад раз за разом, поправляя свою подопечную. Девушка злилась, чувствуя, что спина взмокла, а руки разнылись, но упрямо продолжала поднимать меч. Варя была зла на своего учителя, но затем смогла понять, что он едва двигал руками, боясь лишний раз задеть её. А взгляд энра то и дело останавливался на перевязанной ладони.

– Прямо, Вар! – потребовал воин, – это удержит тебя от потери равновесия. А так ты даёшь большую возможность своему противнику свалить тебя. Теперь атакуй сама. Действуй.

Ревард приготовился, не сводя с неё взгляда. Варя замахнулась, пытаясь нанести удар. Криво, но всё же удалось, и Нейл ухмыльнулся, довольно кивая своей белой головой.

– Перерыв, Вар. Отдышись, – велел мужчина.

– Ты тоже, – Варя сдула медную прядь, которая прилипла ко лбу.

Она вернула оружие в ножны и села на землю, вытягивая ноги. Ладони дрожали, и не удерживали её, поэтому девушка просто легла, раскидывая руки, словно открывая объятия небу. Воин присел на землю рядом с нею и снова снял флягу с крепления. Пока хозяйка отдыхала, он склонился над её ладонью и принялся разматывать испачканную повязку. Действовал Ревард на удивление бережно, и Варя в который раз посмотрела на его сосредоточенное лицо. Кем он был, этот мужчина? Она всё звала его оборотнем, но возможно, слишком разыгралось её воображение? Или же нет?

– Кто такие энры, Нейл? – спросила девушка, приподнимаясь на одном локте, и позволяя воину промыть порез.

Щипало жутко, к сожалению, она должна была признать, что не представляла, как продолжит тренировку.

– Охотники, – ответил Нейл.

Он наложил чистую повязку, завязал её покрепче и удобнее устроился рядом.

– Покажи мне, – попросила девушка.

– О чём ты просишь, Варвара? – глаза мужчины сверкнули.

Он сейчас забавлялся? Она сердито нахмурилась.

– Покажи мне, как ты выглядишь, когда обращаешься. В кого ты превращаешься, а?

– Нет, – коротко ответил энр.

– Это нечестно.

– Ты сама не понимаешь, о чём просишь, – шумно вдохнул Ревард.

– Ты страшный, да? – глаза Вари расширились от волнения.

Он внезапно улыбнулся и опустился на редкую траву, закладывая руки за голову. Рубашка натянулась при этих действиях на широкой груди.

– У тебя есть хвост?

– Боги, смилуйтесь надо мной… – пробормотал воин.

– Рога?

– Вар…

– Копыта? Ну? Ты ведь из вредности это делаешь, да? Знаешь, что мне интересно, вот и не хочешь?

Варя уже почти смирилась с его отказом, как Нейл тихо отозвался:

– Только если сможешь отбить удар.

– М-м? – с удивлением глянула на него девушка.

– Обращусь, если отобьёшь удар, – Ревард повернулся к госпоже, глядя на её румяное лицо.

После тренировки её щеки порозовели, и даже прилипшие от испарины волосы на лбу придавали своего очарования. Мужчина мысленно одёрнул себя, ругая за то, что позволил себе ненужные мысли и принялся глядеть на небо. Рваные белые облака носились по нему, говоря о том, что к вечеру разразится гроза.

– Тогда вперёд! – Варя резво поднялась с земли, отряхивая джинсы.

Нейл недоверчиво посмотрел на неё и велел сесть обратно.

– Учись терпению, Вар. Это не мене важно, чем умение фехтовать. Я сказал – час на отдых.

Глава 10

– Пей, – жёсткая рука надавила на его подбородок, и Девину пришлось подчиниться.

В горло полилось некое горячее варево. Он зашёлся кашлем, но похлёбка оказалась на удивление вкусной. Юноша обхватил ладонями поившую его руку, пытаясь лучше определить, кто его спаситель. Под пальцами оказалась простая рубаха, что ни о чём ему не говорило.

– Хватит меня щупать, – проворчал голос, – я тебе не портовая девица!

Проклятые глаза! Девин стиснул зубы, но ему вновь велели пить.

– Кто ты?! – зарычал дракон, – кто ты и где мы находимся?

– Сам представиться не желаешь? – поддел его маг.

– Я не помню своего имени… – юноша поджал губы, проводя золотым взглядом по пещере, и пытаясь уловить хоть малейшее пятно света.

Но перед ним была только тьма. Девин не собирался открывать неизвестному своего происхождения. Не имея понятия, где находился, с ослабленными силами и чутьём, он вынужден был молчать и лгать.

– Я благодарен тебе за спасение, – пробормотал молодой человек.

– Рад, что ты справился, – отозвался голос.

Невидимая рука набросила на него одну из шкур, пытаясь согреть.

– Я – Вираг, – представился мужчина.

– Это имя народа Келемен, – глухо проговорил Девин, – ты стихийник.

– Верно, – отозвался маг.

– Что делает маг из рода Келемен на земле лескатов?

– Столько вопросов! Ты довольно самонадеян для слепого мальчишки, – усмехнулся Вираг.

– А ты слишком заботлив для браконьера, – Девин провёл рукой по белоснежной шкуре. Этот тонкий мягкий мех он узнал бы и, не видя, – это ведь шкура олеума? Ты охотишься на земле Миклоса?

– И не дурак к тому же, – продолжил Вираг.

– Почему ты мне помогаешь? – спросил Девин.

Он вздрогнул всем телом, ощущая озноб.

– Сам не знаю, – мужчина подошёл к юноше и с усилием пододвинул настил ближе к огню, давая ему возможность больше согреться.

– Что происходит вокруг? Где мы?

– В одной из пещер на границе Жестокой гряды, – пояснил маг.

Он присел рядом с Девином и поднёс руки к костру. Он дрожал не меньше юноши и, к сожалению, мог видеть. Сейчас это не приносило радости, и Вираг в большей степени завидовал слепоте дракона. Ветки заканчивались, а вот буря за пределами пещеры – нет. Если не утихнет к утру, их шансы выжить станут жалкими. Он собирался вернуться уже через день, но сейчас все его планы летели к хаосу. Вираг обхватил себя руками, растирая собственные плечи. Девин, словно почувствовал состояние человека, сидевшего рядом, и неловко протянул руку, касаясь его.

– Ты отдал всю тёплую одежду мне? – возмутился молодой человек.

– Не льсти себе, малыш! – хрипло прокашлялся маг.

– Проклятье… – пробормотал дракон, – ты решил замёрзнуть насмерть и оставить меня здесь со своим околевшим телом?

– Неплохая идея!

– Я… хватит нести чушь! – Девин осторожно пододвинулся на настиле, освобождая немного места, – я… не смей думать, что я… короче, здесь хватит места для двоих…

Вираг сощурился и поглядел на свободный кусок настила. Мальчишка прав, хоть и раздражал. Было гораздо лучше, когда молча лежал! Стоило признать, что согревая друг друга, они могли увеличить свои шансы на выживание. Только эти мысли успокаивали мага, когда он, ворча, забрался на настил и придвинулся ближе к дракону. Девин нервно накинул на мага одну из шкур, и теперь их спины соприкасались. Вираг вздрогнул, только теперь осознавая, как сильно он замёрз. Боги, долгожданное тепло…

Делма выбрала для сегодняшнего дня тёмно-синее платье, которое ей чудесно шло. Варя с завистью любовалась игрой золотистых бликов на её локонах. Эйслин Кай была весьма красивой женщиной. Девушка сообщила новоиспечённой матери о данном факте и хозяйка замка смущённо поправила длинную перчатку в тон платью.

– Ты сегодня замечательно справлялся, Вар, – похвалила в ответ Делма.

– Не так хорошо, как следовало бы, – проворчала Варя, чувствуя, как бедное тело ломило от переутомления.

– Ты не должна истязать себя, – шёпотом добавила Кай и остановилась, серьёзно глядя на девушку, – мало сказать, как все мы благодарны за твои труды, Варвара. Нет, мало будет сказать, как я, Делма Кайонаодх, благодарна хрупкой девушке из иномирья за всё то, на что она решилась. До сих пор ты не попросила ничего взамен. И я просто теряюсь в догадках, что же творится у тебя в голове, доброе создание.

Варя закусила губу, глядя на носки своих новых ботинок. Грязную одежду у неё бесцеремонно отобрали. Ревард коротко заявил, что с целью «выстирать», но Варя подозревала, что больше никогда не увидит ни любимой футболки, ни Витькиных джинсов. Тоска охватила её, и девушка тихо вздохнула.

– Я бы хотела вернуться домой, когда всё закончится. Больше ничего не надо.

Варя пошла дальше по красивой, увитой неким плющом галерее. Она слушала, как тихо шумел дождь, а вода капала с арочных пролётов. Делма также продолжила прогулку. Она кинула золотой взгляд на профиль девушки. Совсем поникла… Вернуться в свой мир? Это было естественным желанием. На своём веку Делма лишь однажды видела подобное. Это была печальная жертва, и это была добровольная жертва. Примет ли её Варвара из иномирья? Решится ли на это нерадивая фея? Женщина сомневалась и в первом, и во втором случае.

– Тебе стоит хорошо отдохнуть, Вар, – проговорила леди Кай, – завтра предстоит трудный день. Ты устал. Ступай спать. Говорят, на дождь хорошо спится.

– Да, думаю, что так и есть, – Варя устало кивнула, пожелала Делме доброй ночи, и побрела в свои покои.

Там, в течение следующего часа она успела искупаться, погрызться с Карамелью, вытолкать вредную фею за окно, и надёжно запереть его, невзирая на писклявые проклятия.

– Какой кошмар… – простонала девушка, пытаясь забраться на высокую кровать.

Каждая клеточка тела болела и не желала двигаться. Варя удобнее устроилась на постели и привычно согнула ноги в коленях, намереваясь продолжить читать. Она сонно зевнула, и потянулась за дневником хозяйского сына, который припрятала под подушкой.

Был бы жив, то наверняка прибил за такое, подумалось девушке.

– Но тебя, к сожалению – нет. И я, со всем уважением, прочитаю его. Конечно, если там не окажется чего-нибудь неприличного, – Варя подбила подушку и раскрыла дневник, гадая, на какой же странице бросила вчера читать.

Оказалось, что не зная языка, а лишь водя пальцем по буквам, она просто не могла понять где нужный кусок.

– Хоть бы нумеровал их, что ли… – проворчала девушка и принялась читать наугад, надеясь, что не пропустила чего-нибудь важного.

Она выше подтянула ворот свободной рубашки, от усердия закусила губу и провела пальцем по одной из строчек.

– Старый Розаф доверил мне свои записи. Точнее придворный маг просто забыл их, и я воспользовался возможностью… – медная бровь Вари изогнулась от удивления, – а ты у нас оказывается «плохой» парень…

Девушка тихо усмехнулась, потёрла саднившую поясницу и продолжила чтение.

– Я читал о легендах Баэль-Маргада, о том, о чём даже спустя века не желают вспоминать. Я узнал истинное значение «фатмайра», которым крестьяне с благоговением зовут ныне сухой знойный ветер, прилетающий с мёртвых земель. Жаль, что я не сумел прочесть всё. Розаф вернулся слишком поспешно. Этот старик… – Варя снова зевнула, – что-то уж совсем скучно. Что, у тебя развлечений никаких не было? Хотя, кто из нас пишет дневник, когда счастлив?

Девушка перелистнула пару страниц и провела пальцем по первой попавшейся строке.

– Могу поклясться, что сегодня ощутил его – дыхание фатмайра. Мой франгар ощутимо встряхнуло, и это более чем невероятно. Возникновение горячего потока воздуха у основания Жестокой гряды просто невозможно. Я должен понять какова причина этого явления. Пусть Миклос ворчит и дальше, делая вид, что ничего подобного в снегах Ильхада не бывало, но я видел тревогу в его глазах. Он, как и я, подумал о том же. Неведомая магия стала причиной этой аномалии, или же сам предвестник Баэль-Маргада – жаркий фатмайр?..

Варя нахмурилась и закрыла дневник. Голова шла кругом, и она уже совсем плохо воспринимала прочтённое. Девушка спрятала тетрадь обратно под подушку и легла удобнее.

– Ты отправился в земли лескатов искать этот предвестник? – Варя натянула одеяло до самого подбородка, – во что ты ввязался, Девин?

Засыпая, она убедила саму себя, что завтра обязательно расспросит свою ворчливую «няньку» о том, что удалось узнать сегодня. Но, конечно, без особых подробностей. Отдавать своё сокровище Варвара не собиралась.

Спала она тревожно, ворочалась и видела мрачные сны. Один из них впечатлил её особенно и остался в памяти неким смутным образом, от одной мысли о котором что-то сдавливало грудь. Это была лишь улыбка. Не оскал, просто улыбка. Лицо женщины, а судя по очертанию губ, это была именно женщина, было почти полностью скрыто глубоким капюшоном. Оставался видимым только подбородок и губы.

От этой улыбки Варю кинуло в жар, и она подхватилась на постели, судорожно хватая воздух и оглядываясь по сторонам. В этот момент она пожалела, что прогнала вредную фею, поскольку оставаться одной совсем не хотелось.

Судя по тому, как бледнело небо над замком, скоро рассвет и за ней явится помощник эйслин Кай. Девушка устало потянулась, ощущая себя совсем разбитой, и её босые ноги коснулись холодного пола. Варя встала, намереваясь переодеться, в надежде, что за этим занятием отвлечётся от своих мыслей.

За время их вчерашнего отсутствия, Делма озаботилась тем, чтоб пополнить гардероб своего «сына». Вещи Девина, к горькому сожалению Вари были убраны. Хорошо, что куртку удалось спасти. Теперь ровным рядом тут красовались обновки точь-в-точь по её размеру. Девушка отобрала одну из рубашек, штаны попроще да потемнее и пару ботинок.

Одежда оказалась на удивление удобной и не стесняла движение. Оставалось поблагодарить чудесную портниху, которая изрядно потрудилась. Варя привела в порядок короткие волосы и прошла в кабинет. Хорошо, что здесь всё оставалось, как прежде. Ей искренне не хотелось бы, чтобы кто-нибудь решил убрать все эти странные записи и книги. Пусть их хозяин и покинул комнаты, но какое-то нелепое предчувствие говорило Варе о том, что все действия поспешны.

Утро выдалось хмурым, но небо было высоким и Ревард, потянув носом свежий воздух, со знанием дела завил, что дождя не будет. Как он и предполагал, тренировка сегодня выдалась отвратной. Варя несколько раз попросту роняла меч, и они неоднократно спорили, едва не кидаясь друг на друга с кулаками. Ближе к обеду Нейл сдался, понимая, что был изначально прав и щуплая девушка просто не способна за пару дней что-то изменить.

– Я смогу! – выкрикнула Варя.

– Наша цель обучить тебя, а не убить, – мрачно отозвался Ревард и вернул свой меч в ножны, – я должен признать, что в этот раз не согласен с убеждениями госпожи.

Воин поджал губы и покачал головой.

– Когда придёт время, я просто встану у тебя за спиной. Всё, что я могу предложить тебе Вар – это моё плечо и мой меч, – мужчина одёрнул перетянутую рубаху и кинул хмурый взгляд на девушку, – ты чем-то взволнована с самого утра. Словно о чём-то хочешь спросить. У тебя появились вопросы, так говори.

– Спасибо, – коротко кинула ему Варя, растроганная словами воина.

Он и правда готов был поддержать её, несмотря на наказ Делмы? Она не оправдывает надежды. Что же будет на Совете? Всё так сложно. Девушка присела на один из камней и прислонила к нему своё оружие.

– Нейл, что такое фатмайр? – спросила Варя.

Девушка смотрела, как Ревард присаживался рядом, прислоняясь спиной к тому камню, на котором она сидела.

– Откуда ты знаешь это слово? – удивлённо поинтересовался оборотень, – решила заглянуть в исследования своего брата?

– Да, – поспешно согласилась Варя, – на столе полно записей. Вот взгляд и упал на это…

Нейл шумно вдохнул воздух, явно не в настроении обсуждать данную тему, но всё же ответил:

– Раньше у людей при одном упоминании фатмайра кровь стыла в жилах… Фатмайр – предвестник. Сейчас это слово чаще используется в качестве недоброй вести или человека, который приносит дурные известия.

– А раньше? – Варя внимательно посмотрела на воина.

– Это внезапное нагревание воздуха. Жар, который обволакивает само пространство, начинает плавиться, затем выжигая тот самый воздух, опаливая лёгкие, и испепеляя всё на своём пути. Его ещё смели называть дыханием дракона. Это была сила инглеронов. Предвестник их появления. Они убивали всё, к чему прикасались, – хрипло пояснил Ревард.

– Кто эти чудовища? – Варя сама не заметила, как слезла с камня и подобралась ближе к воину.

– Почему ты решила спрашивать о них? Инглероны давно покинули этот мир.

– Ты рассказывай, не отвлекайся, – девушка зевнула и приготовилась слушать.

Если Ревард и правда может помочь, то она сумеет немного разобраться в записях Девина.

– Прошло не одно столетие с тех пор, как Баэль-Маргад пал. Там, за горами простирается их земля. Лескаты одолели инглеронов, точнее были теми, кто смог окончательно остановить войну. Они снискали себе великую славу, отголоски которой и по сей день не дают раздутому самомнению Миклоса покоя…

– Они так ужасны?

– Они повелевали огнём. Не знали ни жалости, ни сострадания. Нам рассказывали легенды о том, как была убита Великая Иша Игрэйн – королева инглеронов, – продолжил рассказывать Нейл, – говорили, что сама земля была раскалённой. Пепловые потоки, несясь с огромной скоростью, сжигали и удушали всё оставшееся живое на своём пути. Здесь погибли все: люди, животные, растения, даже немногие уцелевшие здания не устояли. Клубы дыма и гари взметались к небесам, за которыми уже не видно было солнца… Земля содрогалась, стонала, разрывалась на части, восставая, словно исполинские льдины Ильхада, только здесь не было льда – это была агония огня.

– Кто же смог одолеть королеву? – взволнованно и сонно спросила Варя.

– Говорят, что им был последний страж самой Иши, – отозвался воин, – как сейчас помню эту историю, её любил рассказывать старик Йолик, что живёт в своей ветхой хижине на побережье. «Страж бесстрастно глядел на лившиеся потоки лавы. Он уже не спешил, поскольку почувствовал, что власть этого мира иссякла, и последний бой был окончен. Видя, что та становилась вязкой, голем понял, теперь, несомненно, она застрянет в жерлах вулканов ещё до окончания извержения, тем самым прекращая его.

Подняв чёрную голову, страж проследил золотым горящим взглядом за ярким потоком, исходившим с гор, лившимся со склонов двух близнецов вулканов. Закупоренные вязкой пробкой, они уже напрягли своё ревущее тело, а затем возобновили извержение, сопровождая его сильнейшими взрывами. Баэль-Маргад пожирал сам себя…

Прекрасная молодая женщина лежала на изорванной алой накидке, да собственных волосах, бесконечными пламенно-рыжими потоками устилавшими землю под ней. Золотые доспехи от гари и повреждений утратили своё великолепие. Нагрудник Великой Иши был проломлен и почерневшие края металла безошибочно позволяли определить причину. Только удар ранцтюра, раскалённого в руках стража мог вскрыть эти доспехи, подобно хрупкой скорлупе.

Длинный двуручный узкий меч с четырёхгранным клинком предназначался для силового пробивания даже самых крепких лат, а совместно с силой, которой наделялись бессменные стражи королевы, способен был низвергнуть даже её. Ни один мускул не дрогнул на гладком чёрном лице голема, созерцавшего свою госпожу. Камень – всегда лишь камень…

Рана Игрэйн была смертельна, даже для неё, при всём её величии. Но Иша была рада ей. Она жаждала успокоения. Королева в последний раз посмотрела на стража, затем бессильно роняя голову на дымившуюся землю.

Страж высоко поднял свой меч, глядя, как отблески пламени играли на горячем металле, и со всей силы вонзил его в застывшую лаву, уже обращавшуюся в чёрную гладь. Подобное стекло получалось, лишь когда она быстро остывала, не успевая кристаллизоваться. А значит, королева утрачивала власть над стихией. Волосы Великой Иши Игрэйн вспыхнули последний раз, в то же мгновение остывая и обращаясь в чёрный камень, как и всё её тело.

Страж оставил своё оружие, теперь бесполезное, и склонил голову, прощаясь со своей королевой. Он уже почувствовал жар, наполнявший всю его сущность. Монолитный камень на его руках расходился трещинами, сверкая огнём в местах разлома, в итоге рассыпаясь на сотни чёрных дымящихся камней»…

Тепло Реварда согревало, и Варя задремала, не имея сил от усталости. Воин растерянно замолчал, глядя на её безмятежное лицо. Девушка доверчиво опустила голову на его плечо и тихо сопела. Нейл беззвучно вздохнул, вынужденный сидеть неподвижно, чтоб не разбудить госпожу.

Глава 11

– Что? Что там? – Девин натолкнулся на спину Вирага, не ожидая, что мужчина так внезапно остановится.

Молодой человек схватился за плечо своего нечаянного товарища, злясь на то, что до сих пор ничего не видел. Стоило им покинуть пещеру, а Боги видимо решили, что с них двоих хватит испытаний, как чёрная пелена перед глазами перестала быть такой густой. Он уже различал светлые пятна, но сейчас это ничем ему не помогало.

– Почему ты остановился?! – возмутился Девин.

– Красиво… – Вираг обвёл взглядом бескрайние снега, которые нетронутой сверкающей пеленой лежали перед ними.

Буря стихла ещё до того, как поднялось солнце. Мужчина скинул капюшон, вдыхая свежий воздух. Им нужно было двигаться вдоль гряды, чтобы попытаться добраться до перевала. А там и до Кибелла недалеко. Но, со слепым мальчишкой путешествие могло затянуться неизвестно насколько.

– Не находишь, что сейчас не до любования красотами? – сердито отозвался Девин.

Они прошли совсем немного, а он уже запыхался и едва переводил дыхание. Смастерённая магом одежда согревала, как и надежда на то, что всё же сможет вернуться домой. Только это заставляло слабые ноги передвигаться.

– Может ты обернёшься и отнесёшь нас к побережью? – поддразнил его Вираг.

Хоть говорил мужчина вовсе без злости, но дракон поджал губы от обиды. Он не мог обратиться: сил было слишком мало.

– Не смешно!

Девин почувствовал, хоть и не видел, что маг усмехнулся. Юноша сердито выругался, не понимая веселья своего невидимого товарища.

– Куда ты нас ведёшь? – снова спросил Девин, – какой путь выбрал?

– Вдоль Жестокой гряды есть вполне приличная дорога… ну, может, после бури не совсем приличная…

– И не совсем дорога? – поддел его Девин.

– Угу, – кивнул Вираг, – но по ней вполне возможно без приключений добраться до перевала.

– Это слишком долго, – тихо проговорил дракон.

– Что ты предлагаешь, парень? – маг дёрнул за длинную верёвку, которую одним концом закрепил на своём ремне, а вторым краем на ремне юноши.

– Нужно найти мой франгар.

– И ты молчал? – приподнял светлую бровь маг.

– Я только вспомнил о нём… – глухо пробормотал молодой человек.

Девина совсем не прельщал тот факт, что незнакомец доберётся до его корабля, когда он в таком состоянии и так зависим. Но выхода не было, стоило себе признаться, что это могли сделать и те, кто браконьерствовал на землях Ильхада, как и сам Вираг.

– И где ж нам его искать? – маг упёр руки в бока, хмуро глядя на растерянного юношу.

Его обветренные губы едва тронула улыбка. В этой белоснежной шубейке, криво скроенной им за пару часов, мальчишка выглядел как румяная девица. Вот только синяки под глазами всё портили. Вираг вздохнул. Откуда он свалился на его голову?

– Не думаю, что намного дальше от того места, где ты нашёл меня, – сухо отозвался дракон.

– С тобой сложно… – возмутился мужчина и Девин почувствовал, что он отвязывает верёвку.

– Что ты собрался делать?

– Стой здесь и не сходи с места. Мне нужно подняться выше, иначе я не смогу увидеть, – пояснил Вираг.

Маг оставил свою сумку возле ног юноши и огляделся, выбирая подходящее место. Неподалёку находился отличный выступ, и мужчина направился к нему, придерживаясь руками в потёртых перчатках. Его сапоги то и дело соскальзывали с обледенелых камней, и Вираг даже согрелся, пока смог взобраться на достаточную высоту.

– Ты ещё здесь? – крикнул ему Девин.

– Здесь, – нахмурился маг, – советую говорить тише. Я слишком далеко от тебя, на тот случай, если один из олсумов примет тебя за миловидную самку в этой шубейке, и захочет открыть брачный сезон…

Вираг ухмыльнулся, слыша, как зло зарычал дракон. Затем мужчина отбросил ненужное веселье и выровнялся во весь рост. Он потянулся к своему поясу и снял с крепления то, что незнающему человеку могло показаться простым украшением или же детской игрушкой. Это была деревянная птица. Лёгкая фигурка не была ни окрашена, ни покрыта слоем яркого лака, как любили делать торговцы в Эзгоне. Скорее походила на стащенную у мастера заготовку. Так, собственно и было на самом деле, но Вирага это мало интересовало.

Маг положил фигурку на свою ладонь и поднял её к небу. Лучи полуденного солнца коснулись потемневших от времени крыльев птицы. Мужчина мягко зашептал, и в то же мгновение, фигурка ожила, взмахнула крыльями и взметнулась ввысь.

Вираг закрыл глаза и принялся «смотреть», поддерживая свою магию подставленными солнцу открытыми ладонями, позволяя морозному ветру играть, скользя между его пальцев. Птица летела, его же взору открывалась картина, та самая, что представала перед магическим созданием.

Смотрел маг долго. Так долго, что Девин вконец потерял терпение, ожидая его возвращения. Пятна перед глазами дракона становились всё ярче, и он силился до слёз, чтоб увидеть хоть что-то. Юноша сердито потёр лицо рукавом и тяжело вздохнул. К его счастью, товарищ подал голос.

– Час пути, – объявил Вираг, спускаясь к юноше, – в нашей ситуации, такая потеря времени может дорого стоить. Но это куда лучше, чем упустить возможность использовать корабль…

Теперь их путь лежал через широкое снежное поле. Вскоре Девин взмок от усилий, скидывая капюшон с головы и глубоко вдыхая свежий воздух. Ему казалось, что они шли год, а ещё, что его невидимый проводник сам потерял след, и они просто ходили кругами.

Вираг поймал рукой возвратившуюся «птицу», которая замерла простой игрушкой в его ладони, и вернул её на крепление. Перед ними раскинулись мелкие скалы, словно хребет исполинского дракона. Рядом с ними маг и углядел то, что они так жаждали найти. Он прошёл пару шагов вперёд по свежему снегу и тихо выругался.

– Что?

– Э-м… не хочу тебя расстраивать… – замялся Вираг.

– Что? Что с ним? – нетерпеливо спросил Девин и, отодвигая товарища в сторону, сделал шаг вперёд, словно мог видеть корабль, – что с ним?

– Знаешь, я всё хотел спросить, как дракона угораздило на такую глубину в лёд попасть?

– Попал и попал… – отозвался молодой человек и пошёл вперёд, пока верёвка не натянулась между ними.

Рыхлый глубокий снег не давал толком двигаться.

– Да погоди ты! Лицо прикрой… – пробормотал маг и что-то зашептал, разводя руками.

Через миг ввысь поднялась снеговая завеса, лишая обзора и самого Вирага. Он резко поднял руки к небу, заставляя холодную пелену расступиться, укладываясь высоченными сугробами по обе стороны от людей.

– Иди теперь, – велел мужчина, – только не спеши. Старый снег не менее опасен. Одним Богам известно, что под ним.

Девин снова сделал шаг, затем ещё и ещё. Под ногами скрипел вполне твёрдый наст из подтаявшего прошлым днём снега. Молодой человек почуял свой франгар, как и связанную с ним душу иманола. Он протянул руки, касаясь обледеневшего борта.

– Вираг… – окликнул он товарища.

– Я здесь, – раздался голос мага за спиной дракона.

– Он весь…

– Полностью. До верхушек мачт. Обледенел, будто столкнулся с патрулём лескатов.

Девин только невнятно проворчал.

– Хотя нет, – Вираг подошёл к кораблю ближе.

Он стащил с руки перчатку и коснулся борта открытой ладонью. Слой льда лежал довольно странно, словно франгар натолкнулся на исполинскую волну, которой вдруг вздумалось оледенеть. Он чуял магию. Кончики пальцев покалывало, и не стоило себя убеждать, что виной всему был крепчавший мороз.

– Что с тобой произошло? Не хочешь всё же поделиться? – нахмурился Вираг.

– Не помню, – только и ответил Девин, – нужно как-то освободить корабль ото льда.

– Здесь я тебе не помощник, – кинул ему маг, – это по твоей части. Если сможешь обратиться, то растопишь своим дыханием. Если нет, то мы идём пешком.

Ноги молодого человека дрожали, как и руки. Обратиться в таком состоянии? Он едва стоял. Но и идти дальше было сущей пыткой. К тому же Девин прекрасно понимал, что этой слабостью тормозил того, кто и вовсе не обязан был тратить на него своё время.

Вираг с сомнением поглядел на юношу, который принялся отступать назад, то и дело спотыкаясь. Когда дракон решил, что отошёл достаточно, то сжал руки в кулаки и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Мужчина видел, как юношу шатало от одного дуновения ветра, и понимал, что надежды было мало. Два неудачника – они прекрасно дополняли друг друга…

Вираг снова вернулся взглядом к франгару и сверкавшему на его боку льду. Если только взять и отбросить невероятность собственного предположения, то какова вероятность того, что некая чудовищная сила в мгновение ока растопила такое количество снега? Могла ли она поднять жаркую водяную волну, которая мгновенно накрыла не ожидавший подобной атаки корабль? Вероятнее всего, что и сам дракон попал в такую же ловушку. Но кто или что сотворило подобное?

– Отойди! – потребовал Девин.

– Ты видишь, что я перед кораблём? – удивился Вираг и отступил в сторону.

– Я различаю тебя как тёмное пятно… – пробормотал молодой человек.

Он шумно вдохнул, обжигая лёгкие холодным воздухом, и снова попытался сконцентрироваться. По телу юноши прошла дрожь, и слабые мышцы сжались, взывая к его звериной сути. Маг увидел, как изменились глаза его товарища, и часть лица укрылась тёмно-золотой чешуёй. Через секунду Девин судорожно выдохнул и без сил упёрся ладонями в свои колени, чувствуя, что сейчас просто свалится.

– Давай, мальчик. Я в тебя верю.

– Не смогу… – сипло отозвался Девин, – прости, не могу. Даже стоять не в силах. Кажется, что сама земля меня к себе тянет…

– Значит, ты не будешь стоять.

Вираг снова снял свои перчатки. Но дракон, различая движение тёмной фигуры, остановил его, выставляя вперёд руку.

– Ты так истратишь всю свою силу. Или решил, что она у тебя безгранична?

– Я подниму тебя, а ты обратишься. Одна попытка. Давай, хватит ныть, словно девица, – проворчал Вираг и принялся за свою магию.

Дочитывая заклинание, мужчина поднял руки к небу, куда вместе с образовавшимся потоком воздуха и снежной завесы вознёсся и Девин. Маг попытался разглядеть происходящее, но снег хлопьями ложился на лицо и мешал обзору.

– Давай! – хрипло выкрикнул Вираг.

Мысленно он молился своим Богам, сомневаясь, что они решат помочь этому мальчишке, но всё же надеялся… Когда же громадная тень накрыла его, маг с радостным смехом просто упал навзничь в мягкий снег, расставляя руки. Зверь над ним поднял ещё большую снежную метель, и сделал небольшой круг, тяжело взмахивая золотыми крыльями.

– Не трать зря силы! – велел ему Вираг, чувствуя, что скоро превратится в сугроб.

Мужчина кое-как поднялся и принялся отряхивать одежду. Дракон тряхнул головой, сверкая своими янтарными глазами. Удерживаясь над франгаром, он принялся топить лёд своим жарким дыханием.

– Ты только гляди, не спали его ненароком… – проворчал маг и от греха подальше отодвинулся в сторону.

Слепой дракон… можно ли представить себе что-либо более опасное и неуправляемое? Такого Вираг не знал.

Глава 12

Варя открыла глаза и тут же отодвинулась в сторону. И как так вышло, что она задремала на плече Реварда?! Нейл невозмутимо поднялся на ноги и протянул руку своей госпоже, желая помочь подняться. Девушка упрямо проигнорировала предложенную ладонь, понимая, что выглядела при этом довольно глупо. Но встала сама, принимаясь отряхивать штаны.

– Всё же будет дождь, – отозвался воин, – вернёмся в замок. Я расскажу тебе о церемонии представления и Совете.

Варя посмотрела на мужчину с некоторой тревогой и недоверием. Почему? Сама не понимала, но настроение напрочь было испорчено. Может быть виной всему рассказанная страшная сказка? Или предстоящие события? Или слова воина, такие обнадёживающие, но можно ли было им верить? Готов ли Нейл Ревард защищать её, если придётся?

Кажется, мысли Вари были так очевидны, что оборотень нахмурился и опустил ладонь на рукоять своего меча. Девушка склонила голову набок, наблюдая за его действиями.

– Я сказал своё слово, – коротко пояснил Нейл.

Хотя, разве это пояснение? Скорее запутал ещё больше! Почему некоторые люди всё время говорят такими странными словами, у которых мог быть какой угодно смысл?

– Защитишь меня?

– Да, – на этот раз прямо ответил Нейл.

– Правда?

В глазах мужчины промелькнуло что-то вроде некой обиды. Из-за того, что сомневалась в его честности? Варя поджала губы и спросила дальше:

– Прямо от всех будешь защищать?

– Прямо от всех, – повторил за нею Ревард, теперь чуя, к чему вела девушка.

– А если твоя хозяйка отдаст тебе приказ? Что ты станешь делать, а Нейл? – Варя не стала слушать ответ воина, по его лицу понимая, что он должен был бы подчиниться.

Она подняла свой меч с земли и вытащила его из ножен. Пусть руки дрожали, но она сильнее стиснула рукоять. Ветер прекрасно остужал, небо хмурилось, но это куда лучше, чем жаркое солнце.

– Никогда не обещай того, чего не собираешься делать! – почти выкрикнула она, – понял?!

Варя выполнила стойку, хмуро ожидая, что её учитель продолжит тренировку.

– Я не причиню тебе вреда, – тихо отозвался Нейл и пальцами отвёл лезвие её меча от себя в сторону, – Нейл Ревард никогда не говорит того, чего не собирается делать.

Глаза мужчины сверкнули, и на мгновение Варя услышала, как дыхание воина стало хриплым, более походившим на рык зверя. Нейл отвёл взгляд в сторону, приходя в себя и не желая пугать госпожу.

– Что же ты будешь делать? – девушка сделала выпад, понимая, что он обязательно отобьёт удар, но меч сверкнул и рассёк незащищённую кожу на плече энра.

Воин так и не поднял своё оружие. Варя зло чертыхнулась и расстроенно глянула на Реварда.

– Что ты делаешь? Нужно перевязать рану!

– Показываю тебе свой выбор, Варвара, – коротко ответил мужчина, нисколько не беспокоясь об окровавленном рукаве.

– Ты… Ты! – она шумно выдохнула, не находя нужных слов, а затем подошла к нему, желая помочь с раной.

– Это не имеет значения, Вар. Я – не ты. Она заживёт быстрее, чем ты закончишь заниматься глупостями, – сердито отозвался Нейл.

– Тогда учи! – Варя снова вернулась на их истоптанную площадку.

Нейл посмотрел на её тонкий силуэт, на фоне грозовых облаков. Этой девочке легче было поверить в то, что его раны мгновенно затянутся, чем в то, что он готов был получить их ради неё. Что же происходило с нею в том странном мире, где не было ни магии, ни капли волшебства? Кто сделал её такой? Что она всё время пыталась доказать ему? Почему не верила в то, что кому-то была не безразлична её судьба? Нейл понимал, что сейчас госпожа его не послушает, а значит, лучше всего продолжить тренировку. Чтобы поддержать девушку, Ревард достал свой меч и принял стойку.

– Давно бы так! – хмыкнула Варя.

– Попробуй наконец удивить меня, – прорычал в ответ воин.

Они тренировались более двух часов, пока шумной стеной не хлынул дождь, и только тогда остановились. Точнее остановился Нейл, поскольку в очередной раз, кидая взгляд на госпожу, увидел, что её рубашка полностью вымокла и облепила тело девушки. Сама Варя этого не замечала, чувствуя некое необъяснимое воодушевление оттого, что сегодня смогла хоть чего-то добиться.

Она снова замахнулась, и ткань на рубашке сильнее натянулась на груди, едва скрывая её от взгляда Нейла. Воин только шумно вдохнул сырой воздух, от неожиданности, толком не нанося удар. Мечи с лязгом встретились, и Варя счастливо что-то выкрикнула, довольная тем, что смогла хоть как-то отразить атаку.

К ужасу Реварда она оставила свой меч у камня и принялась отжимать рубашку. Хвала Богам, хоть стала при этом к нему спиной. Нейл уже хотел было отвернуться, не смея подглядывать за госпожой, как его взгляд упал на её спину, оголившуюся от действий девушки. Забывая о манерах, мужчина глухо поинтересовался:

– Откуда эти синяки?

– От летающего стула, – хмыкнула Варя, продолжая терзать одежду.

Дождь снова пошёл, и её усилия были напрасны. Девушка тряхнула головой, стряхивая лишнюю влагу, и повернулась к своему учителю.

– В вашем мире нет магии. Как он мог летать? – спросил Ревард, тактично отводя взгляд в сторону.

– Поверь мне, есть такая магия… – тихо отозвалась Варя, – отцовская любовь, называется…

От этих слов мужчина помрачнел. Ревард вспомнил, что тогда, в замке, девушка упоминала отца. Он был так ошеломлён её появлением, что совсем забыл об этих словах. Значит, отец девушки поднимал на неё руку? Воин продолжал размышлять и хмуриться, а Варя, как ни в чём не бывало, улыбнулась и заявила, что выполнила свою часть уговора.

– Теперь ты должен обратиться и показать свой хвост…

– Варвара… – застонал Ревард.

– Держи слово, Нейл! – топнула ногой девушка, разбрызгивая воду.

Они промокли до последней нитки, но воин подчинился, ведь и в самом деле обещал. Он никогда не делал этого вне своей родной земли, ведь здесь ему не нужна была звериная суть. Там, среди снегов и гор она становилась жизненно необходимой, а сейчас Нейл просто хотел держать слово. Госпожа должна поверить ему. Пусть только сейчас, но он хотел доказать ей.

Нейл тряхнул мокрой головой, и его глаза вспыхнули под спутанными прядями волос. Через мгновение, перед Варей предстал великолепный зверь, походивший на пуму невероятных размеров. Голова была шире, а уши чёрными по самому краю, и более прижаты к ней. Спина существа находилась на уровне плеча девушки, и она нервно сглотнула подступивший к горлу ком.

Мощные серебристо-белые лапы мягко и бесшумно касались мокрой земли. Огромные клыки блеснули, когда существо оскалилось. Зверь понял, что напугал девушку и припал на передние лапы, поигрывая длинным мокрым хвостом. Варя набралась храбрости, убеждая себя, что ей не откусят голову, рискнула протянуть руку и погладила густой мех. Ревард заурчал, словно огромный домашний кот, хотя это урчание больше походило на рёв мотора.

– Значит, хвост у тебя имеется… – Варя нервно улыбнулась, – ты, оказывается, очень красивый.

Зверь смущённо опустил голову и вздрогнул всем телом, оборачиваясь. Девушка отпрянула, убирая руку от плеча мужчины, который теперь стоял перед нею. Волшебство кончилось. Варя посмотрела на разорванный рукав и пятно крови, которое пытался смыть не перестававший дождь. Как она могла ранить его? Совесть замучила девушку, и она виновато поникла.

– Я же сказал, что это ерунда, – проговорил Ревард и обтянул мокрую рубаху.

– Угу, суровые челябинские мужики… это я помню, – устало усмехнулась Варя, и подняла своё оружие, обтирая испачканные ножны.

– О мой дорогой Нейл! – запищали где-то над их головами, и возмущённая Карамель спустилась ниже, – что ты сделала с ним?!

Яркие глаза феи гневно сверкнули, когда она поглядела на девушку, Варе оставалось только вздохнуть.

– Чего явилась? – мрачно кинул ей энр, отмахиваясь, как от назойливой мухи.

– Вас ожидает госпожа, – пояснила Карамель, – как хорошо, что я вовремя нашла вас, иначе не миновать беды! Как можно продолжать тренировку в такую гадкую погоду? Да ещё и с тяжким ранением?!

– Боги… – Нейл тряхнул головой и просто пошёл вниз по дороге к замку.

По пути он потянул за рукав свою поникшую госпожу.

– Не слушай эту дурёху… – тихо проговорил Ревард и неожиданно тепло взъерошил мокрые волосы девушки.

Карамель от ревности поджала блестящие губы, замечая эту ласку, на которую к её крайнему возмущению, Варвара не обратила должного внимания. А должна быть польщённой! Её дорогой Нейл был прекрасен, мужествен и просто бесподобен! И никак не желал взглянуть на неё хоть с сотой долей того тепла, что оказывал девчонке-иномирянке! Что больше всего расстраивало Карамель, так это печальный факт, что сама же притянула в замок свою соперницу!

Эйслин Делма ожидала своего помощника в большой круглой комнате, которую использовала как свой кабинет. Она стояла у горевшего камина и смотрела на сверкающие искры, которые поднимались от поленьев. За окном громыхнуло, и хозяйка замка подняла взгляд на окно. Гроза. Дождь стекал крупными слезами по холодному стеклу, и её сердце снова сжалось. Делма вздохнула и даже вздрогнула, когда дверь открылась, и вошёл Ревард. Воин остановился, ожидая дозволения госпожи приблизиться.

Кай не повернулась к энру, лишь поманила его рукой. Нейл успел переодеться, и только влажные волосы выдавали тот факт, что он совсем недавно вымок под дождём. Мужчина убедился, что его юная госпожа в безопасности и тепле, и сразу же явился к Делме.

– Вы звали меня, – он склонил голову в почтении.

– Левен Миклос прислал свои соболезнования… – хозяйка порывисто вздохнула и подняла вторую руку, в которой всё это время держала врученное гонцом письмо.

Делма обернулась к столу и бросила на него конверт с сорванной печатью, затем снова вернулась взглядом к окну.

– Они с Троем в Эзгоне, с миссией. Затем прибудут в свою резиденцию в Аделхейте, на время празднования и созыва очередного Совета, – горько пояснила Делма, – а вестей от отосланной группы до сих пор нет.

– Мы должны быть стойкими в этот час, моя госпожа. Нельзя сдаваться, – глухо отозвался Нейл.

– На что я надеюсь, Нейл? – хозяйка повернулась к помощнику, и он увидел, как блеснули от не пролитых слёз её прекрасные глаза, – чего я жду?.. Что будет со всеми нами? Ах, кажется, я от собственного горя лишилась рассудка, когда решила, что одна маленькая девочка может разобраться с теми проблемами, которые не в состоянии устранить последняя из рода Кайонаодх!

– Надежда не должна оставлять нас, – вздохнул Ревард, – пусть Варвара слаба телом, но сильна духом. Она хороший человек. И выполнит то, что обещала.

– На Совете соберутся правители более чем двадцати земель, Нейл. В этом году они словно вороны слетятся, чуя добычу. Идгард соберёт всех в главном зале, во дворце, и пригласит Розафа, придворного мага. Он будет решать, кому править Бриартаком после меня, Нейл! – Делма сверкнула золотыми глазами, и воздух нагрелся в комнате от её горячего дыхания.

Она была в ярости и была бессильна. Воин оставался спокойным, желая собственным примером помочь хозяйке взять себя в руки.

– Вы не доверяете старику Розафу? – поинтересовался энр.

– Он увидел, что моего сына нет среди живых! – яростно кинула ему эйслин Кай, – но вот уже вторую ночь я не могу спать. Сердце моё болит от предчувствия. Неспокойно мне.

Женщина прижала ладонь к груди и глубоко вздохнула. Ревард прислонился боком к подоконнику, глядя на огонь в камине.

– Вы считаете, что кто-то мог вынудить придворного мага солгать? – теперь Нейл перевёл взгляд на хозяйку.

– Может ли случиться чудо? Мог ли Розаф и быть прав, и ошибиться одновременно? – Делма посмотрела на помощника с такой надеждой, что мужчина немедленно ощутил себя беспомощным и бесполезным.

Что могло быть более печально для матери, чем пережить собственных детей? Нейл сам знал, каково это лишиться семьи. Ему довелось испытать это ещё в малолетстве, но сейчас энр отогнал ненужные воспоминания.

– И прав, и ошибся? – Ревард задумчиво потёр небритый подбородок, – вы действительно считаете, что Девин может быть жив?

Нейл спрашивал осторожно, боясь лишний раз задеть чувства госпожи.

– Я хочу увидеться со стариком раньше, чем начнётся Совет, – заявила вместо ответа Кай.

– Вы намерены отправиться в Аделхейт заранее? Когда же? – нахмурился Ревард.

– Завтра, – отозвалась хозяйка и прошла к своему креслу, затем тяжело опускаясь в него, – предупреди Варвару, пусть будет готова с рассветом.

Нейл кивнул, но не спешил поднять голову. Он поджал губы, лихорадочно соображая. На два дня раньше… Хотя, может Варваре будет легче, если окажется в столице заранее, и сможет увидеть всё своими глазами? Ему хотелось бы в это верить. Госпожа всё больше уверялась в том, что младший сын жив. Нейл не желал поддерживать её в этих надеждах, поскольку понимал, какова будет величина разочарования, если выяснится, что Розаф всё верно предсказал.

Делма намеревалась просить придворного мага воспользоваться своим даром и прочитать будущее рода Кайонаодх. Что же, значит, с рассветом они вылетят в Аделхейт и остановятся в их доме в столице, а затем посетят и Розафа. Король Идгард не станет отказывать в этом несчастной вдове. Хотя, наверняка выпытает у своего любимца о том, что он поведал эйслин Кайонаодх. Это без сомнений.

Глава 13

Варя устроилась в кабинете за столом. Кресло хозяина, а назвать его бывшим хозяином девушке было почему-то неловко, оказалось огромным и невероятно удобным. Она скрестила ноги, положила на них дневник Девина и намерилась читать, когда в приоткрытое окно влетела мелкая фея.

Девушка быстренько спрятала своё сокровище за пазуху и сложила руки на груди, восседая в кресле, словно шейх. Варя уже приготовилась к противному писку и потоку нытья, но Карамель только уселась на край подоконника и даже не удосужилась приблизиться к ней. Это порядком удивило Варю, и она снова посмотрела на фею. Стоит заговорить с нею или лучше не трогать?

– Пожалею же, как пить дать… – девушка вздохнула, встала с кресла и увидела, как затрепетали блестящие крылья феи, стоило кожаной обивке заскрипеть.

– Эй, – Варя подошла к окну и шире распахнула его.

Карамель только отодвинулась на край, вяло болтая ногами. Бедняжка совсем поникла, и оставалось только гадать, в чём была причина.

– Обидел кто? Что с тобой? – спросила девушка и села рядом на деревянный подоконник.

– Ах, оставь меня… – шмыгнула вздёрнутым носом фея.

– Ты ведь сама пришла… прилетела в мою комнату, – хмыкнула Варя, – значит, говори, в чём дело.

Неужели так достала кого-то, что настучал волшебной палочкой по мягкому месту?

– Кстати, – Варя заметила, что палочки при стрекозе действительно не было, – палочка где? Ты потеряла её, что ли?

– Вот ещё! – возмутилась Карамель, и вдруг залилась горькими слезами.

– Эй! – Варя растерялась, не зная, что делать с крылатой негодяйкой.

Фея продолжала всхлипывать, шмыгать носом и ронять сверкающие слёзы, которые падали на пол, разбиваясь, искрясь и исчезая.

– Потеряла? – снова поинтересовалась девушка.

В её голосе не было насмешки, и Карамель рискнула утвердительно кивнуть белоснежной головой. Варя удивилась. Разве это вообще было возможно? Но, спрашивать о причинах не стала, просто соскочила с подоконника, схватила фею за крылья и понесла к входной двери.

– Куда?! Куда ты меня тащишь? Отпусти немедля! – возмутилась малышка, но была бессильна что-либо предпринять.

Интересно, подумалось Варе, это было связано с тем, что при ней не было палочки или причина была в чём-то ином? Девушка обратила внимание, что привычное свечение, исходившее от феи, было едва заметным. Да и блёсток своих Карамелла Неистовая не рассыпала щедрыми пригоршнями.

– Искать идём! – заявила Варя и осторожно разжала пальцы, отпуская фею.

К её ужасу, малышка камнем полетела вниз. Хорошо, что реакция у девушки была неплохой, и успела подставить ладони раньше, чем Карамель ударилась о каменный пол.

– Ты что такое делаешь? – Варя сердито выровнялась и посмотрела на ладони, на которых сидела несчастная фея.

– Ты правда поищешь её со мной? – голубые глаза малышки сверкнули, словно драгоценные камни.

Карамель схватилась рукой за большой палец девушки и недоверчиво посмотрела на неё. Варя покачала головой, вздохнула и словно куклу поместила фею в нагрудный карман куртки.

– Правда! Держись уже, что ли…

Девушка вышла в коридор, намереваясь покинуть замок и попасть во двор. По дороге пришлось с важным видом кивать прислуге, которая спешила открывать перед «господином» все двери. Варя надеялась поскорее выбраться на свободу. Вскоре вечерний свежий воздух окутал девушку, заставляя голову кружиться. Она огляделась во дворе, понятия не имея с чего начинать поиски.

– И где ты её могла потерять? – проворчала Варя, поглядывая на свой карман.

Карамель неплохо устроилась в нём, теперь подпирая голову рукой и обречённо глядя на двор.

– Говорить будешь или как? – Варя дёрнула фею за хвостик.

Ей наверняка показалось, но малышка и правда смутилась и покраснела. Как только девушка склонила голову, желая рассмотреть это «чудо» ближе, как негодница скрыла лицо своими блестящими волосами.

– Только не говори мне, что и правда сделала это… – вздохнула Варя.

– И не скажу! – выпятила нижнюю губу фея.

– Ты отправилась за Ревардом, когда мы вернулись с тренировки?

Девушка принялась обходить лужи и пробираться через двор к дальней части замка.

– Возможно… – потянула мелкая.

– Когда я свалилась и чуть не нырнула в лужу, он весь перепачкался, потому что вытаскивал меня.

– Угу…

– И хотел помыться, по возвращению в замок…

– Угу…

– И ты отправилась за ним!

Карамель спряталась в карман с головой.

– И ты посеяла палочку, когда подглядывала за этим мужиком…

– Вовсе нет!.. – пропищала несчастная извращенка.

– А-а-а!.. – осенило Варю, – потеряла, когда улепётывала от окна. Ведь Нейл тебя наверняка заметил!

– Ты жестока и несправедлива! – возмутилась Карамель.

Девушка остановилась под одним из окон. Достаточно высокое, чтобы забраться на него с земли, но для крылатой феи проблем не было. А вот и оно – мокрое полотенце, которым энр запустил в негодяйку, так и валялось в широкой грязной луже.

– Все улики-то на лицо! – хмыкнула Варвара и упёрла руки в бока.

– Жизнь так жестока… – шмыгнула носом фея и рискнула высунуть взъерошенную голову из кармана.

– А почему я не вижу других фей? – девушка принялась осматривать землю в поисках пропажи, – почему ты одна?

– И не нужны они вовсе, – ломким голосом заявила Карамель, так же изучая окрестности.

– Это не ответ. И куда девалось твоё волшебство? Как могла потерять то, что тебе жизненно необходимо?

– Я не обладаю сердцем магии… – еле слышно отозвалась малышка.

Не желала она делиться с иномирянкой тем, что из-за этого изъяна её и недолюбливали другие крылатые нинкусс. Её магия могла пропасть вовсе внезапно, как например, сегодня, в такой важный момент! Ах… оставалось только вздыхать и вспоминать игру мышц на мокрой загорелой спине… да и пониже… Карамель закусила губу и совсем забыла, что не одна. Варвара наверняка долго смотрела на неё и уже хмурилась.

– Что за сердце? Хотя я понимаю теперь, почему ты такая язва! Сердца у неё нет… – продолжила ворчать девушка, заглядывая под каждый куст во дворе, – а я ещё думаю, в чём дело! Так вот почему я здесь оказалась.

– Я не бессердечна! – залилась слезами Карамель, – я жалкий урод!..

Варя вздохнула, ощущая приступ вины, и рискнула погладить пальцем голову малышки.

– Не говори о себе так. Кто из нас идеальный? Это сердце, его никак нельзя в тебя впихнуть, а?

– Ты совсем глупая?! – встрепенулась фея и выбралась из кармана, расправляя крылья.

Девушка сложила пальцы, показывая, что готова отвесить негодяйке щелбан, и та притихла.

– С ним рождается каждая фея, – пояснила Карамель, – это неиссякаемый источник нашей магии. Я появилась на свет с жалким осколком… теперь мне требуется много времени, чтобы восстановить свои силы. А порой, я утрачиваю её в самый неподходящий момент…

– Так ты совсем одна? – вздохнула Варвара.

– Совсем, – сухо ответила фея.

Конечно, она самая одинокая и никчёмная нинкусс за всю историю аделийских фей!

– Ия, – отозвалась девушка и широким шагом пошла через двор обратно к луже, в которой продолжало мокнуть полотенце помощника эйслин Кай.

– И ты? – удивлённо посмотрела на девушку Карамель.

Фее удалось немного расправить крылья и тяжело взлететь, усаживаясь на её плече.

– Да. И я, – подтвердила Варвара.

– А как же та женщина, что была в твоём доме?

– Тётя Зина… – она наклонилась над мутной водой, по которой гонял рябь свежий ветер, – нельзя мне к ней. Когда вернусь, то нужно искать другое жильё. Надеюсь…

Варя прерывисто вздохнула и носком ботинка отодвинула конец полотенца немного в сторону.

– Надеюсь, что отец не решит, будто это она меня спрятала…

– Почему ты не оставляешь надежды вернуться? – вкрадчиво спросила Карамель.

– Потому! – огрызнулась девушка и наклонилась над лужей, вглядываясь в неё, но кроме своего отражения ничего не замечала, – ты должна была уронить её где-то здесь, когда смывалась от Реварда!

– Что вы двое здесь делаете? – раздался над головой Варвары знакомый голос.

Она от неожиданности решила оглянуться и потеряла равновесие. Нейл инстинктивно попытался поймать хозяйку одной рукой, не давая свалиться.

– Проклятье!.. – он ловко схватил девушку за шиворот, словно шкодливого котёнка, вытаскивая из грязи.

Карамель пищала рядом, поднимаясь из воды и отряхивая крылья. В одной руке фея сжимала свою грязную палочку, которую нащупала на дне, как и предполагала Варвара. Мелкая взмахнула ею, тут же приводя свой наряд в порядок, а стоило девушке окликнуть негодяйку, как только вспорхнула ввысь и исчезла бледным светлячком, оставляя её по уши в грязи, и злую как чёрт.

– Эх… – только теперь Варя заметила, что во время драки с Нейлом выронила драгоценный дневник, который теперь валялся в луже и был окончательно испорчен.

– Ты решила проверить глубину всех луж в Бриартаке? – проворчал энр, глядя, как девушка вытаскивает из воды какую-то тетрадь.

Хозяйка так расстроилась, что даже привычно не огрызнулась на его слова. Воин сдался и тяжело вздохнул:

– Просуши её у камина. А ещё лучше, вели своей нинкусс восстановить страницы. Если, конечно, они не были зачарованны ранее.

– Значит, есть надежда спасти тетрадь? – Варвара обернулась к Реварду, ожидая ответа.

– Надежда есть всегда, – согласно кивнул энр, и велел возвращаться в замок.

Варя зашагала рядом со своим учителем, искоса поглядывая на него.

– Ты искал меня? Что-то случилось?

– Верно… – Нейл совсем забыл о том, что хотел предупредить её, – госпожа изменила планы. Мы отправляемся в Аделхейт на рассвете.

– Так скоро?! – Варвара прижала мокрый дневник к груди, чувствуя, как окончательно вымокла одежда.

– Да. Ты должна успокоиться. Нужно видеть и хорошее в этом решении. Я покажу тебе столицу, у тебя будет больше возможностей до Совета, – энр успокаивал девушку, но чувствовал, что успокаивал и себя самого.

Он поторопил хозяйку, открывая перед нею двери и пропуская в замок. Возле отведённых для девушки покоев, Ревард добавил:

– Приведи себя в порядок, Вар. Я загляну к тебе через час.

С этими словами воин удалился, а она быстро забежала в комнату и кинулась к горевшему камину. Варя уселась перед ним и бережно развернула мокрые страницы. Она окончательно расстроилась, когда увидела, как расплывались чернильные строчки и становились нечитаемыми.

– И куда подевалась крылатая зараза?! – девушка сердито стянула через голову грязную рубашку и направилась к шкафу.

Ей нужно было поспешить. До вредной феи ещё доберётся, а вот её сердитая нянька явится точно в указанное время! Варя схватила с полки в шкафу необходимую сменную одежду и побежала к купальне. Её ещё не приготовили, и оставался лишь высокий кувшин с уже остывшей водой, которой и пришлось воспользоваться, чтобы привести себя в порядок.

– Чёртово средневековье… – проворчала Варя, мечтая о вечерней ванне и обливаясь холодной водой.

– Глупая Варвара… – пропищали рядом.

Девушка встрепенулась, замечая крылатую пропажу. Она замахнулась на фею кувшином, но так и замерла с поднятой рукой. Карамель провела пальцами по краю каменной купальни, и та снова замерцала, наполняясь. От неё поднимался пар, говоря о том, что вода была вовсе не холодной.

– Ты и правда решила, что горничные таскают воду вёдрами? – хмыкнула Карамель и села на край купальни, предлагая Варваре не стоять столбом, а лезть и греться.

– Значит, ты за водоноса? – девушка недоверчиво поглядела на приготовленную ванну.

– Камни, из которых сделана купальня – заговорённые, – деловито пояснила фея, – достаточно провести пальцами по краю, как она наполнится.

– А чтобы убрать? – сощурилась Варя.

– Провести в обратную сторону!

– А если перепутать?

– Решила поиздеваться? – сверкнула глазами Карамель, и тут же притихла, припоминая своё позорное бегство.

– Я, как бы имею право, верно? – сухо возмутилась Варвара и всё-таки забралась в воду, моментально согреваясь.

– Извини… – еле слышно пискнула стрекоза и опустила голову, пряча лицо за длинными волосами.

– Что-что? Мне сейчас показалось, что я что-то услышала, – поддразнила её Варя, продолжая оттирать усталое тело.

Время шло, пора покидать чудесное тепло.

– Извини! – в этот раз громче повторила фея.

– Оказывается, ты и такое слово знаешь? Браво! – проворчала девушка и быстренько выбралась по ступенькам из купальни.

Она схватила принесённое полотенце и принялась обтираться им.

– Я знаю, что была неблагодарной, – Карамель поднялась в воздух и сверкнула крыльями рядом с лицом Вари, – но я не смогла остаться там…

– С чего это? – девушка надела свежую рубашку, следом натянула штаны и попыталась застегнуть ремень.

– Я сбежала, потому что мой дорогой Нейл явился так неожиданно… я была смущена после всего случившегося и просто не могла смотреть ему в глаза… – пробормотала малышка и отвернулась, взволнованно махая прозрачными крыльями.

– А подглядывать она не смущалась, – проворчала Варя и провела пальцами по купальне, с удивлением наблюдая, как вода исчезала в ней, – удобно, чёрт возьми!

– Он снова придёт, я ухожу! – ахнула Карамель, хватаясь за свои румяные щёки.

Только Варя набрала воздуха, чтоб ответить, как беглянки снова след простыл. Она махнула на фею рукой и прошла обратно в спальню, печально глядя на камин. Затем подошла к нему ближе и уже с улыбкой присела у огня. Дневник был аккуратно закрыт, и под совершенно сухой новенькой обложкой, торчал длинный стебель какого-то яркого цветка, источавшего приятный аромат.

– Отблагодарила, значит…

Глава 14

Очнулся он уже в небе, точнее лёжа лицом вниз, на подозрительно знакомой постели. Девин попытался разлепить глаза и это ему с трудом удалось. Под ладонями ощущалась гладкая простыня, а накрыли его шерстяным одеялом. Все довольно противно пахнущие шкуры пропали, и одет он был лишь в одни штаны. Молодой человек приложил немало усилий и смог сесть. Перед глазами всё плавало, но он уже мог различать вещи, словно сквозь мутную воду. Из его груди вырвался сдавленный смех, когда дракон узнал собственную каюту.

– У нас получилось! – хмыкнул Девин, осторожно поднимаясь и придерживаясь руками о ближайшую деревянную перегородку, – мы смогли…

Он истратил все силы на полёт, когда обратился и топил лёд сковавший франгар. Видимо просто упал на него, и Вираг поднял корабль в небо, унося их прочь с проклятой Жестокой гряды. Усталое тело впервые за долгое время смогло толком расслабить мышцы и дать себе отдых. В такие моменты начинаешь иначе ценить тепло и уют…

Девин, продолжая держаться за стену, прошёл к выходу из каюты. Как только он открыл дверь, как в лицо ударил тёплый ветер, заставляя глубоко вдохнуть. Солнце поднималось над побережьем, жидким золотом окрашивая небо. Он не мог видеть всего великолепия любимого им рассвета, но и сейчас наслаждался тёплым сиянием.

Вираг скинул свою меховую куртку и в одной рубахе стоял у штурвала. Мужчина удерживал его обеими руками, подставляя лицо встречному ветру. Девин рискнул отпустить свою опору и выйти на палубу, желая подойти к товарищу.

– Выспался? – не оборачиваясь, поинтересовался маг.

– Выспался… – отозвался дракон и закашлялся, поскольку горло совсем пересохло.

– Вот и хорошо, – мужчина развернул франгар, направляя его к самому морю, – твои глаза, им лучше? Что ты видишь?

Теперь Вираг повернулся к своему товарищу.

– Вижу твою страшную физиономию… – проворчал дракон и приблизился, опираясь боком о мачту.

– Хм… – почесал небритый подбородок маг, – всегда считал, что довольно привлекателен! Видимо, ты ещё слеп, как рыба цюнга!

– Говорю, как есть, – поддразнил его Девин, чувствуя, что снова улыбается, как идиот.

Чувство лёгкости было поистине волшебным. Вираг рассмеялся рядом, и посмотрел на приближающуюся полосу берега.

– Мы над Скендером, – доложил маг.

– Какой сегодня день? – внезапно нахмурился юноша, – я совсем потерял счёт времени…

– Завтра в Аделхейте состоится празднование в честь дня рождения её высочества, принцессы Кассии. Ты же не мог не знать, что в этом году Идгард решил провести и Совет во время празднования? Сколько же ты пробыл во льдах Ильхада? – взволнованно поинтересовался Вираг.

Девин не ответил, шаткой походкой подошёл к борту франгара и глянул вниз. Молодой человек зажмурился со всех сил, тряхнул светлой головой и снова открыл глаза. Они даже заслезились от напряжения, отчего стали видеть ещё слабее. Кажется, нужно было взять себя в руки и успокоиться! Он не был дома с начала весны. Это означало, что отсутствовал более трёх месяцев…

– Проклятье! – зарычал дракон и его глаза вспыхнули золотом.

Мать наверняка убита горем! И Совет… Совет! Девин отпрянул от борта и повернулся к Вирагу:

– Разворачивай франгар.

– Что ты задумал? – недоверчиво поглядел на него маг.

– Мы отправляемся в Аделхейт. Я должен успеть прибыть туда до начала празднования!

– Мы так не договаривались, мальчик, – нахмурился охотник, – ты обещал мне Скендер! Я не слишком люблю нашу дорогую столицу, и уж тем более стражников несравненного короля Идрагда!

– Я отплачу тебе сполна, – горячо заверил его Девин, – я не могу опоздать!

– Я ведь пожалею, да? – скривился Вираг.

– Зато будет весело, – ухмыльнулся дракон.

– Ты хотя бы пытаешься запоминать? – поинтересовался Ревард, расталкивая своими плечами любопытную толпу.

– А как же… – рассеянно пробормотала Варя, во все глаза глядя на некое представление, организованное посреди небольшой площади, по которой её вёл энр.

Народ топтался на выложенной мелкой брусчаткой площади, время от времени выкрикивая в поддержку выступавших «артистов». Девушка и сама остановилась, любуясь на пластику танцовщицы. Её огненные одежды трепетали при каждом движении. Небритый широкоплечий мужик играл на чём-то, походившем на лютню, и подмигнул Варваре, невероятным образом замечая её среди шумной толпы.

Девушка только нервно хмыкнула в ответ, глядя, как танцовщица немыслимо изгибалась, отплясывая на самодельном деревянном помосте. Чёрные кудри подхватывал тёплый ветер, и красавица продолжала завораживать народ своим чудесным танцем. Лёгкая музыка, непривычная для слуха, лилась по площади, привлекая всё больше внимания прохожих. Варя собиралась дождаться окончания выступления, но Нейл схватил её за шиворот и потащил дальше, пробираясь на свободное место.

– Эй! – возмутилась девушка и на прощание оглянулась, желая ещё раз посмотреть на танцовщицу.

Вместо этого, взгляд Вари скользнул по толпе, отгородившей всё представление разноцветной стеной. В какой-то момент, девушка поняла, что задержала дыхание, поскольку среди зрителей мелькнула знакомая накидка. Что-то смутное, непонятное.

– Где я её видела? – пробормотала она, отходя за Нейлом всё дальше.

Варя, не моргая, глядела на то, как незнакомка в глубоком капюшоне приподнимала голову. Лица было не разобрать, только всё та же улыбка на губах. Девушка поёжилась и поспешила за воином. Просто совпадение… не больше! Идиотский сон и совпадение. Мало что ли людей в капюшонах и накидках? Улыбается, потому что понравился танец. Верно? Но чувство тревоги не дало толком расслабиться, и девушка вздохнула. Интересно, сколько сейчас было времени?

Они прибыли в Аделхейт ближе к обеду. Стоило франгару спуститься, а им сойти по трапу, как голова Вари закружилась от аромата, напоминавшего земную черёмуху. Пышные гарцины, как их обозвал Ревард, цвели неподалёку, окружая порт, и как оказалось позже, и незнакомое великолепное здание. Оно было выполнено из белого камня и, по всей видимости, являлось домом Кайонаодх в столице. Пусть строение и уступало по размерам самому замку в Бриартаке, но по красоте явно выигрывало. Строили его те, у кого точно был хороший вкус…

По крайней мере, так решила сама гостья. Ажурные переходы, лестницы, будто висевшие в воздухе. Многочисленные открытые террасы и огромные окна делали дом очень лёгким и светлым. Когда они приземлялись, Варя отлично разглядела и бесконечную полосу белоснежных песков на побережье. Вода в море переливалась оттенками синего, и ей ужасно захотелось пройтись по берегу. Аделхейт был удивительным и казался таким умиротворённым мирком. Не город, а сплошной курорт.

Нейл продолжил увлекать за собой хозяйку, то и дело, указывая рукой на очередное здание или вывеску и подробно объясняя. Поток информации не успевал обрабатываться её несчастной головой. Вот тебе и прогулка! Варя поправила ворот тонкой рубашки, на которую была надета прекрасная золотистая куртка-камзол, олицетворяющая цвета рода Кайонаодх. Надо признаться, весьма неудобная одежда и мало чем отличалась от той, которую пришлось натягивать на себя во время представления «своему народу».

Варя просунула палец за воротник и попыталась немного ослабить «удавку». Они прошли по дороге, выложенной светлым камнем, испещрённым декоративными тёмными прожилками. Гостей в столицу прибыло множество. Причём многие их них вовсе не походили на людей, и своим странным видом вынуждали Варю всё ближе жаться к своей ворчливой няньке. Чего стоил один вон тот чудик, с длинными, словно у зайца ушами, и гонором, будто у самого короля. Его покрытые серым пухом уши трепетали на ветру внушительнее полотнищ разноцветных флагов, установленных вдоль этой части дороги.

– Спокойно, Вар. Всё хорошо, – подбодрил её Нейл, положил руку Варе на плечо и дружески пожал его.

– Я хочу есть, – Варя прижала ладонь к животу, вспоминая, что последний раз ела ещё в Бриартаке.

– Почему же отказалась обедать, когда тебе предлагали? – приподнял светлую бровь энр.

– Мне не терпелось всё скорее увидеть, – пояснила девушка.

Она повертелась, разглядывая округу. Аделхейт понравился ей. Тут было красиво, но отчего-то походило на пряничный домик старой ведьмы. Только с виду вкусно и заманчиво, а на деле, всё не так радужно, как купола столицы. Ревард пообещал найти для неё что-нибудь съедобное, и они вышли к самому оживлённому району города, окунаясь в непривычный шум.

В нём смешивались сотни голосов, говоривших на неизвестных Варе языках, шум проезжающих экипажей, запряжённых поразительными существами, ненавязчивая музыка, звучавшая непонятно откуда. Казалось, что она лилась просто с неба.

Варя насчитала с десяток рас, которых ранее не встречала. Нейл бесцеремонно тыкал пальцем в каждого, благо гости столицы были увлечены праздником, и в нескольких словах знакомил её с представителями многочисленных народов Роеланда. Он приговаривал, что у неё, Варвары Кайонаодх, в прошлой жизни Стрельцовой, ещё всё впереди и ждёт невероятное будущее. Варе оставалось только молиться, чтобы оно у неё было, это будущее, и от волнения вздыхать.

Завтра состоится Совет… как ранее пояснил энр, это сборище самых влиятельных правителей всех земель Роеланда. Король Идгард собирал Совет ежегодно, и на нём решались важнейшие стратегические вопросы королевства, обсуждались достижения и итоги предыдущего года. В том числе, объявлялся следующий наследник рода, который будет представлять свои земли в грядущем году, как и в случае эйслин Кай. Поскольку Вернер Кайонаодх – покойный муж Делмы, покинул этот мир, как и трое сыновей, то вопрос был более чем актуальным. Завтра все будут пускать слюни и мечтать, что именно на него укажет его величество, и вручит символический меч, в дар, подтверждающий признание.

– Идём этим путём, – Ревард вырвал девушку своим голосом из размышлений, и повёл под странными деревьями к видневшемуся впереди мосту.

Деревья и правда были странными. Казалось, что обгорели недавно и почернели от гари. Подойдя ближе, Варя подняла голову, разглядывая тонкие ветви, опускавшиеся почти до земли. Мелкие округлые листья покрывали их полностью, и под этой печальной завесой проглядывал изящный изогнутый ствол.

– Что с ними случилось? – не выдержала девушка, обращаясь к воину.

– С кем? – удивился энр.

– С этими деревьями. Они сгорели? – Варя протянула руку и тронула пальцем одну из веток.

Мгновенно вскрикнув, девушка отскочила от дерева. Она глянула в небо и с приоткрытым ртом наблюдала, как тысячи маленьких насекомых снялись с деревьев, расправляя свои крылья, кружась, и взлетая вверх. Верхняя часть крыльев «бабочек» оказалась оранжевой и когда испуганные существа вернулись обратно на ветви, Варе показалось, что в этом небольшом саду настала осень.

– Аделхейтцы зовут их – соллик. Живут несколько часов. Тебе повезло наблюдать их, Вар, – усмехнулся воин и повёл ошеломлённую девушку дальше.

Наконец они поднялись на замечательный кованый мост, перекинутый через быструю речушку. Там внизу, в воде, мелькнуло что-то тёмное, и на мгновение над поверхностью показалась часть гладкой спины какого-то гигантского существа. Раздался всплеск, и некое подобие бескрылого дракона перелетело через мост, над их головами, забрызгивая одежду и глядя мутными глазами.

Затем чудище бултыхнулось в воду с другой стороны моста, стремительно уплывая прочь. Варя перекрестилась дрожащей рукой. Нетушки, она никогда не приблизится ни к одному водоёму в этом мире! Если у них такое водится в речках, то, что у них живёт в морях?!

Глава 15

– Господин! – выкрикнул хриплый взволнованный голос.

На широкую террасу выбежало двое мужчин, придерживая рукояти мечей, крепившихся на поясах. Один из них указал рукой в перчатке на ограждение. Только и успели заметить, как мелькнули светлые одежды, и их драгоценный хозяин спрыгнул вниз, вновь бессовестно покидая свою надоевшую охрану.

– Господин!! – один из охранников подбежал к краю и глянул вниз.

Молодой человек широко развёл руками, и сверкнул улыбкой:

– Скажешь отцу, что я вернусь к ночи!

Несчастный воин только набрал воздуха, чтобы хоть что-то ответить, но хозяин уже бежал прочь по выложенной камнем улице, исчезая за первым же поворотом.

– Что стоишь? – рявкнул лескат своему напарнику, – вперёд за ним! Эйсель Миклос голову снесёт, если вернёмся без хозяина…

Трой выбежал на просторную площадь, и обернулся на мгновение, проверяя, нет ли преследования. Молодой человек сдул со лба белоснежную прядь и снова довольно усмехнулся. Здесь звучала музыка, до головокружения пахло свежей сдобой, и он поднял голову, глядя на синее небо, и каких-то быстрых птиц, сверкавших крыльями в вышине.

– Свобода… – Трой шумно вздохнул, расстегнул ненавистный камзол, расшитый серебром и зашвырнул его на ближайшую лавку.

Оставаясь в тонкой рубашке, юноша облегчённо повёл плечами.

– Так-то лучше.

Замечая в толпе свою охрану, Миклос подмигнул несчастному мужчине, и снова побежал, теперь скрываясь в толпе. Его окликали, но молодой человек и не думал останавливаться. Такая удача и упустить её? Вот уж нет! Раз отец велел явиться во дворец – он вынужден был подчиниться. Но это будет завтра. Сегодняшний день Трой не собирался тратить на споры с родителем.

Молодой человек притормозил, любуясь на длинные ноги танцовщицы, мелькавшие при каждом её движении. Девица соблазнительно улыбнулась, выгибаясь на деревянном помосте, и тонкая яркая ткань натянулась на пышных формах. Трой скользнул прозрачным голубым взглядом по её фигуре. На мгновение он даже забыл, что намеревался скрыться, но тряхнул головой и отогнал ненужное наваждение.

– Не в этот раз… – хмыкнул юноша, – не в этот раз.

Впереди находился самый большой рынок в городе. Сюда съезжались сотни торговцев со всего Роеланда, и даже нескольких соседних королевств. Вот где можно было потеряться не то, что на день – навсегда. Трой спустился на несколько уровней вниз, по витиеватой, выложенной брусчаткой дороге. Затем пропустил лёгкий экипаж некой дамы, кокетливо уронившей к его ботинкам свой кружевной платок.

Миклос галантно поднял его, ощущая тонкий аромат духов. Замечая, что хозяйка вещицы была вполне симпатичной, он запихнул подарок в карман. Незнакомка едва махнула молодому человеку кончиками изящный пальцев, и экипаж понёс её прочь.

Трой быстрым шагом прошёл по кованому мосту разогнал половину ярких соллик, которые облепили ветви деревьев и наконец достиг нужной части бесконечного города. Здесь было шумно, ярко, беспокойно – то, что нужно. Молодой человек неспешно прошёлся между рядов рынка, разглядывая невероятное количество предлагаемого товара. Перед ним трясли превосходными отрезами ткани, пригоршнями ярких бус, кто-то предлагал предсказать судьбу, кто-то желал стащить его кошелёк, за что получил локтем в живот.

Воришка зашипел проклятия, тряся грязным пальцем, и Миклос пригрозил мальчишке кулаком, теперь глядя, как тот улепётывал, сверкая перепачканными босыми пятками. Трой расслабленно потянулся, оглядываясь и решая, куда дальше отправиться. Он не ел с утра, и теперь запах продающейся еды заставлял желудок возмущаться. Желая поскорее удалить голод, юноша поспешил пробраться к нужному торговцу.

– В этом году народа столько, что не протолкнуться… – проворчал Трой.

На свою голову он кинул взгляд на один из дальних прилавков, где предлагались прекрасные украшения из самого Брьянна. Мастера из северного города славились своим умением создавать из полудрагоценных и самых простых камней, добываемых в местных горах, настоящие произведения искусства.

Недорогие, они порой оказывались гораздо привлекательнее тех, что создавали лучшие мастера Аделхейта. Но не сами украшения привлекли внимание эйселя Миклоса. Глаза вспыхнули, стоило ему увидеть одну из покупательниц. Юноша замер, забывая напрочь и про голод, и причину своего побега.

Варя воспользовалась тем, что Нейлу пришлось отвлечься на то, чтоб раздобыть для неё немного еды. Девушка с любопытством принялась рассматривать широкие прилавки, увешанные разноцветными лоскутами ткани. Тут были и расшитые бисером, и с блестящими нитями, на некоторых был расписной рисунок. Варвара не находила ни одного одинакового. Приоткрыв рот, девушка глядела и на украшения.

– Вот диво-то… – пробормотала она, глядя на подобие кокошника в руках носатого, бородатого продавца.

Мужичок поиграл пышными бровями, сросшимися на переносице, и проговорил что-то на своём языке. Предлагал купить?

– Не-е, спасибо, не надо. Куда оно мне? – хмыкнула Варя.

Но бородатый гном, а был он Варе ниже плеча, упрямо нахваливал своё «сокровище». Варя закатила глаза и покачала головой.

– Нет, говорю!

И куда пропал Ревард? Она повертелась, пытаясь сообразить, в какую сторону отошёл её товарищ, и заметила его спину у соседнего прилавка. Облегчённо вздыхая, Варя вернулась взглядом к продавцу. В этот момент мужичок изловчился и подпрыгнул. Да так, что его внушительный живот едва по подбородку не стукнул от этих действий, и нахлобучил «кокошник» на голову Варвары.

– И что теперь? – скептически поинтересовалась девушка, – я парень, понимаешь? Не положено мне!

Её не слушали, обернули плечи куском цветастой ткани, подоткнули для пущего эффекта с одного боку, и вручили круглое зеркало с длинной ручкой.

– Ну давай, гляну я на твоё художество, – сдалась девушка.

Она поднесла зеркало к лицу и её глаз нервно дёрнулся. Кокошник переливался самоцветами. Бисерная понизь-сетка закрывала лоб почти до бровей. По бокам к убору крепилось пара брошей, и из них, укрывая румяные щёки, опускалось по несколько нитей холодных бусин, походивших на жемчуг.

– Жуть, какая… – пробормотала Варя.

Яркая сине-голубая ткань, расшитая блестящим бисером, скрывала её простой дорожный костюм, и девушка заволновалась, не желая, чтобы Нейл застукал её в этом маскараде.

– Вар-вар-вар-варррра… – вздохнула она, – нет, мужик. Не мой фасон. Мне б кепку хорошую, а то голову напекло…

Трой почувствовал, как застучало в висках. Прекрасное видение явилось ему так внезапно, что он забыл дышать. Дева в сверкающем верйне была так поразительно хороша! А эти зелёные глаза… а румянец на нежных щеках!

– Богиня… – пробормотал молодой человек.

Не сводя взгляда с незнакомки, Трой поспешил пробраться через толпу снующего народа, что удавалось с трудом. Едва он выбрался на достаточно свободное пространство, то довольно усмехнулся. Теперь их разделял всего один ряд прилавков, и цель была так близка. Девушка отчего-то хмурилась, разглядывая себя в зеркало. Видимо украшения брьянца были слишком жалкими и, конечно же, не могли подчеркнуть всей красоты незнакомки!

– Тебе к лицу королевские каламеи, такие же прекрасные, как твои глаза…

Трой легко перемахнул через прилавок, под сердитое ворчание хозяина, и в два шага оказался рядом с девушкой. Она растерянно выглянула из-за зеркала, теперь большими глазами глядя на незнакомца, опиравшегося на широкий прилавок, напротив неё. Сказать, что юноша был красив – это ничего не сказать… в своей жалкой жизни Варвара Стрельникова таких людей не встречала. Словно сошёл с обложки одного из тех журналов, что так любила Олька Щукина из их группы. Говорят, что даже спала с ними, и среди ночи, во сне поглаживала обложки под подушкой.

Белоснежные волосы, даже растрёпанные, были великолепны, и мягкими блестящими прядями прикрывали удивительные аквамариновые глаза. Незнакомец сдул мешавшие волосы со лба, и его губы тронула ослепительная улыбка.

– Да чёрт… – пробормотала Варя, вновь прячась за зеркалом.

Что ему нужно? Где Нейл?! Боже, как же нелепо она сейчас выглядела… дура дурой в этом кокошнике! Вот так невезение… стыдно-то как! Может, если не смотреть на него, то сам уйдёт? А может, этот парень вовсе не на неё пялился сейчас? А? Вдруг, позади неё был кто-то из его знакомых, а она тут возомнила себе невесть что? Варвара осторожно повернула голову, продолжая отгораживаться от незнакомца зеркалом, и поглядела на снующий народ. Никого, кто бы остановился. Никого, Варвара – прими как факт!

Хозяин прилавка меж тем что-то пробурчал и принялся трясти юношу за рукав белоснежной рубашки, а затем ухмыльнулся, указывая своими бровями в сторону Вари. Что он там говорил-то? Она ни слова не понимала. Мальчишка не проникся этими речами, и только задрал свой идеальный подбородок, высвобождая одежду:

– Хоть твой товар и хорош, но не достоин красоты несравненной эйслин, – возмутился Трой, на предложение торговца купить для девицы выбранное украшение, вместе с зеркалом, за которым та продолжала прятаться.

– Я – Трой Миклос. Идём со мной! – он протянул Варе руку, на которую она посмотрела так, словно в ней была змея.

– Чего?.. – девушка попятилась, выбирая момент, чтоб дать дёру.

Миклос?! Тот самый, о котором было столько разговоров в замке Кай?! Только её могло угораздить столкнуться с одним из лескатов в такой толпе!

– Эм… никуда я с тобой не пойду, – хмыкнула она, придавая своему голосу хоть немного твёрдости, – что такому парню как я, делать в компании… в компании леската?..

Брови Троя взлетели вверх, а глаза потемнели от смятения.

– Чего?.. – пришла его очередь растеряться.

Варя сердито стянула с головы идиотский кокошник, и водрузила его на прилавок. Затем туда же отправился и лоскут ткани, которым её обмотал гном.

– Я – Вар Кайонаодх, сын эйслин Делмы Кайонаодх!

Она постаралась задрать свой подбородок ещё выше, чем до этого симпатяжка – лескат. И теперь стояла перед ним взъерошенная, молясь о том, чтоб Ревард вспомнил о её существовании и наконец забрал отсюда. Ситуацию спасли двое мужчин, явно тоже «модели», только постарше и серьёзнее. Подбежали резво, становясь по обе стороны от «ледяного принца», а тот даже не дрогнул, хоть они его и окликали. Трой сжал руки в кулаки, глядя своим пронзительным взглядом, словно проверяя услышанное им. Не девушка? Мальчишка?! Сын хозяйки Бриартака? К хаосу Бриартак, она мальчишка?!

За её спиной низко зарычали, и Варя вздрогнула, затем немного расслабляясь, особенно когда её схватили за руку, повыше локтя, и отодвинули, укрывая за спиной. Нейл коротко поклонился сыну Миклоса и, не говоря ни слова, отступил на шаг назад, не отпуская руки девушки.

– Ещё увидимся, Вар, – тихо проговорил Трой, провожая их взглядом, пока энр увлекал Варю за собой, растворяясь в разноцветной шумной толпе.

Глава 16

– Ты про меня совсем забыл! – возмутилась девушка, едва они оказались на достаточном расстоянии от шумного рынка.

Она едва переводила дыхание, теперь упираясь ладонями в колени и исподлобья глядя на Реварда. Энр ответил хмурым взглядом, и Варя сердито хмыкнула, выравниваясь:

– Ты ведь не забыл?

– Не забыл, – отозвался мужчина.

– Специально оставил меня, чтоб посмотреть, что выйдет?

– Можно и так сказать.

– Ты гад!

– Прости.

– Я чуть всё не испортила, когда его увидела, – мрачно проговорила девушка, – это было нечестно…

– Но ты справилась, – настойчиво проговорил Ревард, и уже более примиряющим тоном добавил, – идём, я обещал накормить тебя.

– Справилась? – недоверчиво поинтересовалась Варя, – я в этом не уверена. Кажется, этот снеговик понял, что я девушка.

– Завтра Трой будет присутствовать на Совете. Он один из главных претендентов на наследование земли Бриартака. Это хорошо, что вы сегодня увиделись. Пусть и юный Миклос не спит этой ночью, всё лучше для нас.

– Я уж точно сегодня спать не буду… – проворчала Варя, и внезапно замолчала, ощущая непонятную вибрацию под ногами.

Почувствовал её и Нейл. Тень тревоги скользнула по его лицу, но растаяла, стоило земле успокоиться.

– Что это было? – поинтересовалась Варвара, но мужчина только мотнул головой, не отвечая.

Затем он указал взмахом руки на какое-то старое двухэтажное здание, с потемневшей, но добротной вывеской. Что на ней было написано, девушка понятия не имела. Но запах еды не дал раздумывать, и она покорно отправилась вслед за своим товарищем. Неизвестное заведение, по-видимому, один из местных трактиров, на первый взгляд казалось вполне приличным. Приметная остроконечная крыша с красно-рыжей черепицей, добавляла ему некое своеобразное обаяние.

Нейл не дал госпоже войти первой, сам заглядывая в небольшое помещение, и уж затем, убеждаясь, что всё «безопасно», велел ей заходить. Народа здесь было немного, человек десять. Добротная двухстворчатая дверь закрылась за их спинами, и едва посетители оказались внутри, как все взгляды, естественно устремились к ним.

Варя большими глазами смотрела на огромного детину с взъерошенной бородой и ужасным шрамом, пересекавшим переносицу и левую щёку мужчины. Нейл толкнул девушку ладонью в спину, направляя к одному из пустых деревянных столов, и она заставила себя проследовать к нему.

Сам же энр, здороваясь, кивнул трактирщику, стоявшему за стойкой. Это был коренастый мужчина, с крупными суровыми чертами лица, и пышной седой бородой, заплетённой в смешные косички. Хозяин молча кивнул в ответ, опираясь на широкую угловую стойку, занимавшую почти половину одной из стен.

– Мы можем поесть и дома… – проворчала Варя, всё ещё с опаской поглядывая на страшного посетителя.

Затем она перевела взгляд на стену за стойкой, в которую было вмуровано несколько бочек с кранами. Между ними соорудили большой надёжный стеллаж с разнообразными бутылками. Слева от стойки находилась деревянная лестница, которая вела на второй этаж. Всё остальное пространство отвели под деревянные столики, и так называемые «стоячие» места у барной стойки. Центр правой стены помещения занимал камин, который дарил тепло в холодные времена года, а порой на его открытом огне готовилась на вертеле всяческая крупная дичь…

Все ставни на широких окнах были открыты, и через них посетители может лицезреть одну из площадей Аделхейта. Вечером трактир наверняка освещался теми самыми масляными лампами, что она заметила на стенах, да медными канделябрами на три свечи на каждом столе.

Варя устроилась на скрипящем высоком стуле, и к ней немедленно поспешила молоденькая девушка в тёмном простом платье, поверх которого был повязан белоснежный передник. У «официантки», а как правильно назвать девчушку Варя понятия не имела, были чудесные каштановые кудри, подхваченные разноцветными лентами, видимо по случаю празднования. Щёки румяные, глаза блестят…

Варвара с удивлением отметила, что девушка проигнорировала других посетителей, да и сурового детину со шрамом, пытавшегося ухватить её пониже талии. Она ловко обогнула Реварда и остановилась только перед её скромной персоной. Варя нервно улыбнулась, и помощница трактирщика немедленно вернула ей ослепительную улыбку, прижимая к груди начищенный медный поднос.

– Что будете заказывать? – потянула девушка, принимаясь покачиваться с каблука на носок, и вдобавок закусила нижнюю губу.

– Что мы будем заказывать, Нейл? – Варя повернула голову к своему товарищу, устало присевшему напротив, так, чтоб отлично видеть и всё небольшое помещение, и сам вход.

– Я могу посоветовать вам пирог с печёным лькяр. В нынешнем году на него урожай, у нас самый спелый… – нараспев потянула «официантка», продолжая глазеть на Варвару.

Ревард только покачал головой, понимая, что девушка и в самом деле приняла его госпожу за юношу. Что же, отлично, хоть и хмурилась, но роль ей удавалась.

– Давайте пирог, – вздохнула Варя, откидываясь на высокую неудобную спинку, – а ещё бы картошки, да с котлетой…

– Простите, господин… – испуганно пролепетала девчушка, – в здешних местах не водятся кар… картошки… кинюлли есть, кавзарки, ксилоксок копчёный…

– Да что вы говорите… – Варя нервно перевела взгляд на свою угрюмую няньку, в поисках поддержки.

Мужчина только тихо что-то проворчал, затем велел подать их обычные обеденные блюда. Девушка немедленно крутанулась на месте и, сверкая белоснежными подъюбниками, поспешила выполнять заказ.

– Послушай, Нейл, – окликнула его девушка, – ты сказал, что Трой один из претендентов на земли Кай.

– Эта земля также и твоя, Вар. Не говори о Бриартаке, словно не причастен к нему, – твёрдо проговорил энр.

– Хватит рычать, – Варя расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, – ты лучше скажи, почему этот лескат так хочет получить замок?

Ревард глубоко вдохнул, заставляя себя медленно и шумно выдохнуть. Что сказать? Госпожа не велела сообщать подробностей своей приёмной дочери. Стоило ожидать, что всё больше и больше вопросов начинает беспокоить эту девушку. Она будет требовать ответа и объяснений. Некоторым спасением было возвращение помощницы трактирщика. Девушка ловко расставила на столе принесённые тарелки и высокую кружку с дымившимся напитком, снова томно вздохнула, игнорируя Нейла, и удалилась, чтоб принести и его заказ.

– Ешь, пока не остыло. Нам нужно возвращаться, – велел Нейл, теперь глядя, как девушка принялась с подозрением рассматривать принесённую еду.

– Это ведь съедобно, да?

Пахло хорошо, но вот выглядело так, словно намеревалось вскочить с тарелки и сбежать.

– Съедобно. Это мясо кавзарки, – отозвался мужчина, – просто нужно…

Ревард не договорил, поскольку едва уловимая дрожь в полу, и тихий звон бутылок на стеллаже за спиной трактирщика, вынудили его умолкнуть. Варя растерянно отложила ложку, следя за реакцией своего телохранителя.

– Что случилось? Здесь часто бывают землетрясения?

– Нет, – коротко ответил энр, – не бывает ничего подобного в Аделхейте.

Варя перевела взгляд на барную стойку, замечая, что мужчина за ней мрачнел и хмурился, с опаской поглядывая на бесценные бутылки. Странная дрожь так же внезапно стихла, как и появилась. Девушка наблюдала за тем, как немного расслабились плечи Нейла. Он кивнул помощнице, которая вернулась с его заказом, теперь расставляя тарелки и следом удаляясь, оставляя посетителей одних.

– Так зачем Трою Миклосу замок Кай? – вновь спросила Варя.

Ей брови удивлённо приподнялись, при виде того, как страшный мужчина, сидевший напротив, тихо зарычал, стоило помощнице трактирщика вновь выскользнуть из его ручищ. Варя уж думала рискнуть и попробовать «нечто» лежащее в её тарелке, как бородатый детина подорвался с места и с диким рёвом кинулся к их столу, явно намереваясь прикончить Реварда. Неужели они знались?

– Щенок!! – прохрипел дядька, махая волосатым кулаком, и к безмерному удивлению Вари, замахнулся на неё.

Что за дела? Девушка только собралась уклониться от удара, а Ревард схватиться за оружие, как нечто сверкнуло в воздухе, затем врезаясь в затылок бедняге. Шумный посетитель, закатив глаза, повалился на пол, поднимая облачко пыли. Варя переводила удивлённый взгляд с таявшего куска льда, лежавшего возле дядьки, на открытые двери трактира.

– А он что здесь забыл? – пробормотала она, глядя, как неспешно спускался со ступенек Трой.

Глаза молодого человека сверкали холодными льдинками, а на правой руке, которую он сжимал в кулак, угасали бледно-голубые всполохи призрачного свечения. Микпос вновь был один, видимо растерял по дороге своих «стражей», и часто дышал, словно бежал всю дорогу. Нейл резко поднялся, вставая перед госпожой, когда лескат приблизился к их столу.

– Вусала, вели уже своим псам прибрать здесь. Ноге ступить некуда… – сухо проговорил Трой, и трактирщик едва кивнул головой, делая знак своим охранникам, чтоб те оттянули лежащего бедолагу.

– Спасибо, – тихо пробормотала Варя из-за плеча Нейла, затем отошла от него и встала рядом.

Где это видано, чтоб достойный сын эйслин Кай прятался за чьей-то спиной? Верно – нигде!

– Вар Кайонаодх… – на выдохе проговорил Трой, складывая руки на груди, и сканируя девушку своим прохладным взглядом, – занимаешься тем, что похищаешь сердца местных девиц, и нарываешься на чужой кулак?

– Больно нужно! – огрызнулась Варя, видя, как молодой человек закусил губу, всё так же не сводя взгляда с её лица.

Что он там надеялся разглядеть? Какие-то доказательства того, что был прав и она самозванка? Что ему нужно?!

– Я прошу прощения, эйсель Микпос, – Нейл заставил себя говорить ровно и даже едва склонил голову в почтении, – но нам нужно идти…

Он едва не схватил по привычке девушку за рукав, но вовремя остановился. Трой напротив, возмущённо окинул взглядом стол позади них. Куда этот энр собрался? Еда стыла! А он так и не смог и куска в рот кинуть с самого утра. Едва оторвался от своей охраны. Не пропадать же обеду, и в самом деле?

– Ты тот самый Ревард, любимый питомец Делмы? – потянул Миклос, – можешь идти, у нас с Варом есть одно очень важное дело.

– Я не оставлю своего господина! – мрачно кинул Нейл.

– Ты это, за словами следи, – не хуже оборотня прорычала девушка, к удивлению обоих мужчин, каким-то невероятным образом заталкивая телохранителя себе за спину, – у тебя есть дело, так говори! А он никуда и с места не сдвинется.

– Эй! – Трой свистнул, затем рукой подзывая помощницу, – накрой этому энру за самым дальним столом. Так, чтоб я его не видел, пока буду занят. А мне принеси горячего…

Девушка поспешила выполнить повеление, пока Миклос кивнул Варе, указывая на стул:

– Садись Кайонаодх.

– К чему всё это? – она постаралась сдержать своё растущее волнение.

Нейл только молча глянул хозяйке в глаза, словно мысленно сообщая, что она по-прежнему в безопасности, хоть он и вынужден был отсесть, оставляя господ одних.

– Что тебе нужно, Миклос? – снова спросила девушка.

– Я голоден, – просто пожал плечами Трой и устало опустился на соседний стул, – сядь уже! И ешь…

Глава 17

Повторяя за каким-то самодовольным субъектом, сидящим за дальним столом, Варя сложила руки на груди, угрюмо глядя на своего соперника. Трой исподлобья наблюдал за её попытками казаться «круче», и только молча отправил в рот кусок хлеба. И что, скажите, он сейчас делал? Какой дрит понёс его в эту часть города, вслед за приёмышем драконьего рода? Мальчишка? Да как может быть мальчишкой? Эти губы… а эти глаза… разве могут они принадлежать какому-то мальчишке?!

– Кто ты такой? – возмутился Миклос, сверкая ярким взглядом.

– С какого перепугу я должн… должен отвечать на твои вопросы? – кинула ему Варя, тут же замечая, как покачал светлой головой Ревард, отпивая из высокой глиняной кружки.

И чем он недоволен? Такого уговора не было! В импровизациях она не сильна. К тому же этот взгляд отчего-то вовсе лишал её самообладания. Казалось, что молодой человек смотрел куда-то глубже, мимо её жалкой игры. И чем больше она старалась, тем сильнее росло его раздражение. Даже в воздухе похолодало, и крупные снежинки принялись опускаться на посуду между ними. Трой немного подался вперёд, опираясь ладонями на шершавую поверхность стола, словно пытаясь таким образом лучше разглядеть девушку. Как нарочно, одна из снежинок опустилась на её переносицу, и Варя машинально попыталась сдуть её, чувствуя, как слезинкой та скатилась по её лицу.

– И где, спрашивается, благодарность, после того, как спас от проклятого пьяницы?

– потянул молодой человек, и неожиданно протянул руку, пальцем стирая влажную дорожку с её лица.

Замерли оба, только глядя друг на друга большими глазами.

– Сказано же было – спасибо… – отозвалась Варя, видя, что ледяной принц находился в полном смятении.

Ответить Трой не успел, тихая внезапная дрожь вновь заставила звенеть посуду. Теперь всё нарастая, и становясь оглушающим гулом, она сотрясла здание таверны.

– Что происходит? – испуганно пробормотала девушка.

– Макои… – сухим шёпотом выдохнул Трой.

В тот же миг, как за её спиной раздался чудовищный грохот, он рывком схватил девушку, падая вместе с нею на пол и укрываясь за перевёрнутым столом. Варя слышала рык Нейла, крики посетителей, и звон бьющегося стекла. И ещё нечто, разрывающее пол и заставляющее ошмётки досок взлетать в воздух, затем градом осыпаясь на их головы. Трой всё ещё удерживал её одной рукой за талию, прижимая к себе. Варе пришлось упереться ладонями в грязный, покрытый землёй и битым стеклом пол, чтоб отстраниться от него.

– Что такое «макой»?! – она закрыла голову руками, стоило мимо пролететь очередной доске, а затем мелким камням, да чёрной влажной земле.

– Макои, – поправил её Трой.

Он немедленно сбросил девушку с себя, выставляя руку перед собой, и поднимая ледяной вихрь. Варвара как заворожённая глядела на то, как холодное свечение охватывало пальцы молодого человека и поднималось верх по руке до самого локтя. Трой вновь взмахнул ею, и нечто, вырвавшееся из чудовищного котлована, образовавшегося посреди таверны, укрылось тонкой коркой льда, обездвиженное на короткое время. Но этого оказалось достаточно, чтоб удар меча рассёк застывшее чудовище надвое, и Нейл с глухим рыком оказался рядом с ними.

– Цел? – сверкнул серебряным взглядом энр, с волнением глядя на свою госпожу, перемазанную землёй.

– А ты? – дрогнувшим голосом отозвалась девушка, неловко пытаясь подняться.

Трой быстро склонился, схватил её за ворот рубашки и рывком поднял. Руку тут же убрал, но не преминул окинуть быстрым взглядом на предмет повреждений.

– За меня не беспокойтесь, господин… – Ревард настороженно вернулся взглядом к развороченному полу.

Чёрная дыра зияла посреди уничтоженного помещения. Те, кто выжил, выбирались через разбитые окна на улицу, где с криками разбегался во все стороны испуганный народ. Варя хотела что-то спросить, но только задохнулась от вида изувеченного тела одного из мужчин. Она глядела на рваные раны, боясь даже предположить, чьими зубами или когтями они были нанесены. То, что изрубил своим мечом Ревард, едва растаяв, растеклось чёрной грязью и скрылось в темноте котлована.

– Чёрт…

Варя заставила себя судорожно вдохнуть, понимая, что ком в горле не давал этого сделать. Затем она почувствовала, как холодная ладонь коснулась её лба. Трой только хмыкнул, убирая свою руку от головы девушки, и придал своему голосу небрежности:

– Не трясись, приёмыш. И гляди лучше во двор. Давай, нечего тут…

– Простите, господин, что задержал вас здесь, – мрачно проговорил Нейл, склоняя голову перед Варей, – подобные вещи действительно неслыханная дерзость для Аделхейта!

– Давайте… давайте мы просто выйдем отсюда и я… я буду в порядке… – пробормотала девушка, теперь видя, как Трой нервно обтёр свою ладонь о штаны.

На ней Варя заметила кровь. Он был ранен? Она уже хотела было поинтересоваться этим фактом, как поняла, что теперь хмуриться стало болезненно. Девушка подняла руку и коснулась пальцами своего лба. Когда посмотрела на свою ладонь, то заметила всё ту же кровь. Видимо её задело, когда падала. Так вот что Трой делал, когда касался её? Из-за испуга и холода она не ощутила боли, а теперь голова пошла кругом. Нейл увлёк госпожу за собой, под хмурый взгляд леската, но затем остановился и повернулся к нему:

– Примите мою благодарность за спасение господина Вара. Эйслин Кайонаодх узнает о вашем благородстве… – глухо проговорил энр, и вышел вслед за девушкой через выломанные двери.

Теперь те валялись на пыльной земле, и под подошвами ботинок хрустело битое стекло, когда их небольшая группа остановилась на крыльце. Варя засунула руки в карманы штанов и растерянно огляделась. Дорога выглядела так, словно в неё попало несколько снарядов. Брусчатка разлетелась во все стороны, разбивая окна близлежащих домов. Неподалёку лежала перевёрнутая повозка, лошадь была мертва. Бедное животное убило одним из камней, благо более ни одного погибшего девушка не увидела.

– Что это было, Нейл? Что за существо на нас напало? Откуда оно? Зачем? Какого чёрта?! – последние слова Варя выкрикнула, чувствуя, что так немного полегчало.

– Люди зовут их демонами макои, – Трой прошёл между ними, остановился посреди развороченной дороги и поддел носком грязного ботинка один из камней, – эти существа веками были прислужниками ведьм, обитающих в пустоши Вахайра.

– Так и есть, – коротко кивнул Нейл, – сёстры Вахайра никогда не позволяли себе подобной наглости и, несомненно, поплатятся за подобное действо.

– Они двигались к этой части города с запада, – продолжил рассуждать Трой, – и цель их была в таверне. Ни каких идей нет, энр? Никому не задолжал?

– Мотивы этих существ мне неведомы, – мрачно отозвался Ревард, и кинул взгляд на притихшую девушку, – поторопимся же. Нам нужно вернуться, пока эти вести не достигли эйслин Делмы.

– Погоди, – притормозила его Варя.

Она прекрасно понимала, чего опасался её верный страж, но не могла так просто уйти. Каким бы ни был для других Трой Микпос, её он кинулся спасать, не задумываясь, хотя совсем не обязан делать подобное. Два раза за один день – это уже слишком. Глупо было притворяться, что не чувствовала себя обязанной этому «мистеру-декабрю». Вот – да, в её универе не так давно проходил конкурс, на самую смазливую мордашку среди парней со всех курсов. И этот лескат выиграл бы его даже с мешком на голове…

Варя подошла к Трою, стараясь держаться непринуждённо, и протянула руку. Молодой человек поглядел на неё с некоторым сомнением, но затем всё же удивил: стянул перчатку со своей правой руки и протянул её, пожимая ладонь девушки. Его пальцы всё ещё были прохладными. Варя заметила, как её ладонь едва приметно осветилась странным холодным светом, который передавался от его руки. Это было удивительно и волнующе, словно вовсе не являлось обычным рукопожатием.

Нейл беззвучно выругался, глядя исподлобья на юношу и девушку. Признание? В самом деле? Снял перчатку перед сыном предполагаемого врага? Что творилось в голове этого мальчишки? Ему всегда казалось, что младший сын Левена был подменён ещё при рождении, поскольку никак не вписывался в своё окружение, вызывая частое раздражение эйселя Миклоса. Можно представить себе ярость родителя, когда доведается о том, что произошло сегодня в таверне.

Энр поглядел на порез на лбу девушки и стиснул зубы так, что на скулах стали видны желваки. Нужно велеть мелкой нинкусс, чтоб исцелила свою хозяйку. Какое счастье, что она не пострадала серьёзно, хотя и была потрясена до глубины души увиденным. Это отвратно… Варя всё ещё смотрела на молчаливого юношу перед собой, затем не выдержала его ответного взгляда и принялась рассматривать сломанное дерево, склонившееся неподалёку.

– Ты это… не оставайся здесь один. Ладно? И спасибо ещё раз. Ты меня спас, и это было… круто…

– Круто? – скептически отозвался Трой.

Какого чёрта он не отпускал её руку? Варя чувствовала, что, несмотря на прохладное прикосновение, ей становилось жарко. Стоило попытаться высвободить свою ладонь, как её сжали сильнее, но, не причиняя боли.

– Да! – она яростно скрывала своё смущение, в душе паникуя, поскольку понимала, что игра была отвратной, – ты был крут.

– Крутым может быть склон. Как это связано с моими действиями? – нахмурил светлые брови Трой.

– Ну, это как бы… комплимент твоей… чёрт, твоей храбрости. Хватит портить момент! – проворчала Варя, – короче, все склоны пологие, а ты – крутой. Понял? Вот…

– Понял, – растерянно пробормотал юноша.

Девушка отошла от леската, и теперь поспешила к Нейлу. На ходу, она схватила хмурого товарища за рукав, и потянула за собой, лишь бы подальше от этого двора и оставшегося на нём снежного принца. Ревард позволил госпоже увести себя, и только когда они скрылись с посторонних глаз, оказываясь в тени каких-то деревьев, вынудил остановиться. Он принялся поворачивать девушку из стороны в сторону, словно куклу, рассматривая на предмет повреждений.

Не слушая её невнятного ворчания, Нейл с облегчением вздохнул, но внешне оставался по-прежнему сердитым. Варя ответила тем же, теперь вновь хватая свою мрачную няньку за рукава куртки и вынуждая поворачиваться. Стоя к девушке спиной, энр услышал, как она взволнованно ахнула, замечая на его плече небольшую рану. Всего лишь задело осколком стекла. Но поворачиваясь к госпоже, Ревард понимал, что никакие уверения в том, что не собирался истекать кровью и помирать прямо на месте, не подействуют. Поэтому просто смолчал.

– Почему ты постоянно мне врёшь? – возмутилась Варя, – думаешь, что так о тебе будут меньше волноваться? Я должна знать, что с тобой происходит! Тебе нужна помощь. Давай, скорее вернёмся!

– Этот жалкий порез заживёт раньше, чем мы дойдём до дома, Вар. Мне жаль, что тебе пришлось увидеть всё это. Этот мир полон удивительных вещей, но в нём живут и создания, подобные макои. Для иномирянки ты отлично справилась, и мне не нужно более доказательств, что справишься и завтра на Совете.

– Думаешь, что все прибывшие люди будут не такими страшными, как эти существа? – голос Вари дрогнул, – скажи, эта гадость, она прямо так под землёй передвигается, да?

Нейл скептически поглядел на то, как девушка, поджимая губы, взобралась на небольшой камень, не желая оставаться на пыльной земле.

– Сейчас ты считаешь себя в безопасности? – он указал кивком головы на жалкий кусок абенита под её ботинками.

– Ты не ответил! – проворчала она.

– Нет, не совсем. То есть, они могут перемещаться под землёй, и ты видела последствия этого. Но к нам эти твари пришли не из Вахайра. Демона призвала одна из сестёр. Призванный макои может появиться где угодно. Но для этого ведьме нужно совершить призыв.

– Для чего она вызвала это существо? Зачем? Откуда она его вызвала? Где они водятся? Что им нужно? Кто эти ведьмы? Что имел в виду Трой, когда спрашивал тебя о причине их появления?

– Откуда столько вопросов?! – возмутился энр, и просто деловито пошёл вперёд, направляясь к главной дороге, ведущей с рынка к главной площади Аделхейта.

– Эй! – Варя побежала следом, – ты не ответил!

– Я расскажу о ведьмах, но не сейчас и не здесь. Представь себе, что будет с госпожой, когда узнает, что её последняя надежда едва не пострадала!

– Кай может быть спокойна, – тихо вздохнула девушка за его спиной, – её надежда не пострадала. Задело только меня…

Она нахмурилась и обогнала Реварда, не желая, чтоб он мог видеть её лицо в этот момент. Но мужчина подтянул госпожу за ремень на штанах и, не заставляя обернуться, тихо проговорил:

– Я могу говорить нескладно, таков уж я. Но это не значит, что пытался умалить твою важность и бесценность, и как моей госпожи, и как человека, который достоин справедливого обращения, и бесспорно – уважения.

Голос энра звучал глухо, выдавая эмоции, которые он пытался сдержать. Варя только устало склонила голову, понимая, что сейчас лучше всего просто смириться и перестать воспринимать каждое услышанное слово, словно удар в спину. Лоб снова засаднило, и она прижала к ране ладонь, тыльной стороной. Сразу вспомнилось прохладное прикосновение руки Троя и даже немного полегчало.

– Давай, скорее вернёмся, Нейл. Хочу домой…

Её голос дрогнул и девушка до боли закусила губу. Она поняла, что теперь даже ощутила запах простых духов тёти Зины, который всегда окутывал её, когда женщина обнимала, при этом тепло поглаживая свою племянницу по спине. Нестерпимо захотелось забаррикадировать свою дверь, и забраться под одеяло в родной комнате. Но от своих собственных демонов, не скрыться ни за какими стенами, ни в этом мире, не в ином. Они, как и макои, проникают куда угодно, стоит глупому сознанию призвать их, непонятно зачем…

Глава 18

Делма поднималась по аморитовым ступеням Большой лестницы, ведущей на второй этаж великолепного дворца. Она из последних сил сдерживалась, чтоб не ускорить шаг, и тем самым выглядеть вовсе неподобающе своему положению. Но терпение женщины кончалось, и даже убранные по случаю дня рождения принцессы Кассии залы замка, не могли отвлечь хозяйку Бриартака от мрачных мыслей. За громадными окнами покачивали густыми ветвями гарцины, так мягко и спокойно, что оставалось только позавидовать их безмятежности.

Свою свиту Делма оставила, не желая иметь свидетелей предстоящего разговора. Она должна встретиться с придворным магом! Розаф выслушает её, и нет такой силы, что помешает этому случиться… конечно, кроме воли их повелителя. Этому эйслин Кайонаодх противостоять не могла. Сейчас она следовала по бесконечному коридору одного из четырёх зданий замкового комплекса, которые образовывали квадрат, с широким внутренним двором. В нём можно было полюбоваться на чудесные сады, но не сегодня.

Путь Делмы лежал к одной из четырёх башен дворца, там и располагались покои достопочтенного старого Розафа – придворного мага и любимца короля Идгарда. Его величество пребывал в хорошем расположении духа, и Делма надеялась застать в подобном настроении и старика. Но, как оказалось, сегодня Боги не благоволили к ней. Когда гостья вошла в знакомое круглое помещение, достаточно аскетично обставленное простой деревянной мебелью, то застала Розафа у окна. Он лишь слегка повёл рукой, и окно само распахнулось. Ветер немедленно подхватил лёгкую ткань рукавов его тёмной туники.

– Что привело ко мне сегодня хозяйку Бриартака? – придворный маг нахмурил густые седые брови и придал своему голосу загадочной глубины, желая впечатлить вошедшую женщину.

Делма не впечатлилась, лишь повела изящными плечами, и на её шее блеснули прекрасные фамильные субиры. Не сегодня, решительно не сегодня! Она не намерена играть в игры этого человека. Почему-то каждое произнесённое слово казалось ей напрочь лишённым искренности.

– Я здесь лишь за тем, чтоб молить вас вновь говорить со звёздами о моём сыне, достопочтенный Розаф, – голос Делмы дрогнул, выдавая чувства, а глаза сверкнули тёмным золотом, и моментально угасли.

– Сердце матери никогда не утратит надежды, и я не удивлён вашей просьбой, – Розаф повернулся к гостье, медленно склоняя свою седую голову.

Лёгкие солнечные блики освещали длинные серебристые волосы мага, делая его похожим на призрак.

– Вы правы. Я не намерена смиряться с этим фактом до тех самых пор… – она заставила себя глубже вздохнуть, – до тех пор, пока не увижу своими глазами, что моего сына больше нет.

– Вы рискуете разгневать Богов своим заявлением, – покачал головой Розаф, прохаживаясь вдоль высоких, уходивших под потолок стеллажей со старыми книгами и свитками, – вы получили ответ в прошлый раз.

– Я чувствую, что-то изменилось. Я чувствую это, – Делма сделала несколько шагов навстречу магу, останавливаясь и нервно сминая пальцами тяжёлую ткань платья, – возможно ли, что сердце не обманывает меня?

– Ваш сын мёртв, эйслин Кайонаодх. Какими бы жестокими не были мои слова, но это то, что сообщили мне звёзды, а я никогда не ошибаюсь. Это именно то, что я вижу. Вы должны смириться. Завтрашний день наступит, как и собрание Совета.

В голосе королевского любимца Делма отчётливо слышала нетерпеливые ноты. Наглец! Он намекал на то, что ей пора убираться?! Дыхание женщины участилось, и воздух в помещении сделался удушливо горячим.

– Бриартак не станет добычей стервятников. Никогда такому не бывать… – с её губ сорвалось облачко чёрного дыма, а голос более не походил на человеческий.

Беря себя в руки, Делма снова глубоко вздохнула и уже спокойнее продолжила:

– Завтрашний день наступит, и я верю в справедливость этого дня.

– Каждый из прибывших на Совет думает так же, эйслин Кайонаодх, – Розаф прошёлся по своим покоям, заложив руки за спину, – и у каждого своё представление о справедливости. Звёзды укажут на нового наследника, и вы примете его, как и любой в Роеланде.

– Вам не придётся просить звёзды указать на него, – Делма гордо подняла подбородок, становясь величественнее самой королевы в этот час, что признал про себя и старый маг, – я сделаю это сама, в присутствии достопочтенных гостей.

Девин остановился, не имея сил идти дальше, и упёрся ладонями в свои колени, переводя дыхание.

– Почему он должен был сломаться перед самим городом?! – прорычал дракон, но его только похлопали по спине, едва не выбивая дух.

– Я тебе говорил не спешить, – хмыкнул Вираг, бодро вышагивая кругом взмокшего юноши, – франгар хоть и добротный, но пострадал от падения. Он столько времени пролежал во льдах, что стоило ожидать подобное. Ты сам себе создал трудности.

– Это была поддержка? – сверкнул золотым взглядом Девин.

Он выровнялся, сердито сдувая со лба мокрые пряди. Очертания Аделхейта расплывались у него перед глазами, и молодой человек со всей силы зажмурился, затем яростно распахивая глаза. Хвала Богам, зрение почти вернулось к нему, но он был так слаб. Им придётся идти ещё долгое время, или напроситься за пару монет в проезжающую повозку, чтобы успеть вовремя. Солнце уже клонилось к горам, заставляя его сердце сжиматься от волнения. Сейчас Девин проклинал указ Идгарда, запрещающий двуликим пользоваться своей силой в пределах столицы. Он не мог обратиться, иначе вызвал бы гнев короля, чего сейчас желал меньше всего.

– Почему ты так торопишься? – маг поднял ворот своей куртки, прячась от проезжавших неподалёку всадников, – что такого должно произойти на праздновании, что ты готов ползти в город, теряя остатки силы и здравого смысла?

– Я подвёл свою мать, – Девин повернул голову, глядя на своего товарища, – я так подвёл её, Вираг, и должен всё исправить.

– Мать… – охотник шумно вздохнул и опустил руку на плечо юноши, – раз мать подвёл, то должен ответ держать. Тут спорить не стану. Глянь, вон там, обоз идёт из Лебронна. За небольшую плату можно договориться и подъехать.

Вираг кивнул в сторону нескольких повозок, следовавших по пыльной дороге мимо небольшой рощи, шумевшей листвой на жарком ветру. Девин немного оживился, и еле дождался, пока прибывшие в столицу торговцы поравняются с ними. Дракон намерился было говорить со старшим из них, но охотник остановил его, сам отправляясь навстречу широкоплечему дюжему мужчине в старой потрёпанной шляпе.

Маг довольно бойко принялся изъясняться на леброннском, жестикулируя и указывая в сторону высоких стен города. Торговец скептически оглядел его своим тёмным взглядом, пальцем приподнимая помятую шляпу, затем глянул на молчаливого юношу, пошатывающегося от усталости. Девин задержал дыхание, в ожидании ответа мужчины, и облегчённо выдохнул, когда тот кивнул, и хрипловатым басом велел забираться на крытую повозку.

Дракон прошёл мимо пегой лошади, добродушно ткнувшейся в его плечо мордой, видимо выпрашивая лакомство. Вслед за Вирагом он устроился среди тёмных деревянных бочонков, терпко пахнувших спелым гарником. Юноша прислонился к одному из них плечом, теперь устало глядя на сухую истоптанную лошадьми дорогу, и повозка тронулась с места.

Какая-то девчушка, из соседней повозки, выглянула из-за выгоревшего тента и принялась улыбаться ему. Но Девин был полностью поглощён собственными мыслями и слишком устал, чтобы хоть как-то реагировать на это. Вираг усмехнулся, видя, что товарищ не оценил попытку очаровательной девочки-леброннки привлечь его внимания. Всё хмурился, совсем ушёл в себя, отрешённо глядя на дорогу, а затем вовсе закрыл глаза, и видимо задремал. Ну и хорошо, отдохнуть не помешает. Слишком много пережил, заслужил.

Девин был благодарен охотнику за то, что тот понял и не тревожил сейчас. Три месяца… целых три месяца! Проклятье… за такое время могло произойти многое. Сколько слёз пролила мать, сколько бессонных ночей провела, ожидая от него вестей. Он не мог простить себе того, что покинул Бриартак так внезапно, буквально улизнув из дома в надежде проверить свои предположения и вскоре вернуться. Но всё вышло иначе.

Наверное, некое проклятие довлело над родом Кайонаодх. Сначала ушёл отец и старший брат. Оба погибли при битве за Скендер, когда на него претендовал правитель соседнего королевства Азелфлад. Катэль – средний брат, был убит Таманом Малдавом – чёрным магом, посмевшим покуситься на дочь лорда Итланда. Эйслин Итланд в ту пору была объявлена невестой брата. Теперь же законная супруга правителя Мартана. Недолго горевала. Да и какая сейчас разница? От его семьи остался только священный пепел и горечь воспоминаний. И лишь мать была тем единственным светом, который заставлял его держаться.

Завтра утром соберутся те, кто посмел претендовать на последнее, что у них осталось. Но земли отца, дом, где он родился и впервые совершил полёт – не достанутся, ни одному из объявленных Идгардом охотников.

Глава 19

Предрассветное время – самое его любимое, тихое. Было в нём что-то от непознанной магии и необъяснимо безмятежное. Трой любил его, глядя на земли Ильхада. Специально поднимался на смотровую площадку одной из башен замка и смотрел, как солнце просыпалось.

Воздух в горах ранним утром чист и прозрачен. А иногда можно увидеть лёгкий золотой туман. Как и дома, так и здесь, в Аделхейте, край неба, обращённый к востоку, начинает неспешно розоветь. На фоне светлеющего горизонта уже проступают силуэты деревьев, которые ещё недавно стояли тёмными великанами.

Вот только в заснеженных землях Ильхада они в этот час преображаются, изукрашенные серебром, и каждая ветка сверкает в лучах солнца, а каждый изгиб переливается всеми цветами радуги. Всё так невероятно красиво… Невозможно передать всего великолепия снежного утра. Нужно увидеть это своими глазами. Только тогда можно понять, как прекрасен Ильхад. А морозный воздух ни с чем не сравнить. Он так свеж и чист, как вода в роднике.

Здесь же, во власти тёплого мягкого климата Аделхейта, всё иначе. День будет жарким, и лишь сейчас утренняя прохлада стелется над землёй. В тот момент, когда горизонт розовеет, просыпаются и первые птицы.

– На кого ты похож? – голос отца прозвучал неожиданно, словно порыв ледяного ветра, но Трой лишь мрачно продолжил смотреть в окно, опираясь обеими ладонями на подоконник.

– Люди говорят, что на своего отца, – отозвался молодой человек, и всё же повернулся к Левену, теперь прислоняясь к тому же подоконнику и складывая руки на груди.

Ткань на испорченном рукаве рубашки треснула при этих действиях, и эйсель Миклос поджал тонкие губы, с раздражением глядя на своего перепачканного, взъерошенного сына.

– Ты сбежал. Покинул дом без предупреждения! Ты посмел показаться в подобном виде перед народом, и именно в такой час! – голос Левена зазвенел в нависшей тишине, – скоро рассвет. Ты знаешь, что он с собой принесёт. И при этом остаёшься таким безответственным!

Прекрасные белоснежные одежды повелителя лескатов сверкали серебром. Великолепное шитьё покрывало полы камзола, широкие манжеты и высокий воротник, не позволяли мужчине опустить свой подбородок, хотя в этом и не было особой надобности. Сколько Трой помнил отца, тот всегда был полон высокомерия. Миклос сделал несколько шагов по просторному нижнему залу и длинная накидка, мягкими складками легла у его ног.

– Ты продолжаешь делать вид, что не понимаешь всей важности нашей миссии!

– Я прекрасно понимаю твой голод до драконьих земель! – прорычал Трой, сжимая руки в кулаки.

Тёплый порыв ветра колыхнул лёгкие шторы, которые, словно крылья взметнулись за спиной юноши.

– Ты так жаждешь Бриартак, что потерял сон! Что в этих землях такого особенного? Из-за гнездовий иманолов? Шахты субиров не дают тебе покоя? Или близость к порту Скендера?

– Как ты посмел снять перчатку перед жалким приёмышем? – игнорируя вопрос сына, холодно произнёс Левен.

Голубые глаза мужчины сверкнули льдом, и он тряхнул головой, убирая за спину длинные пряди белых волос.

– Он сын эйслин Кайонаодх, – мрачно хмыкнул Трой, и на его губах заиграла презрительная усмешка, – и кажется, спутал все твои планы, отец. Жалеешь, что мальчишку не проглотил макои? Вот была бы удача, верно?

– Глупый мальчишка… – нервно выдохнул Левен, – ступай! Приведи себя в порядок!

– Я не желаю присутствовать на Совете, – кинул ему Трой, убирая руки в карманы перепачканных штанов.

Он до сих пор ощущал тепло от ладони рыжего мальчишки. К чему вообще идти во дворец, когда есть вполне законный претендент на Бриартак? Он должен смотреть в глаза эйслин, которая схоронила всю свою семью? Принимать из рук короля символичный меч, которого по закону чести и касаться не должен был! Проклятье!

– Вар Кайонаодх будет защищать свой род и право на наследование. Мне там не место… – сухо отозвался молодой человек, – ты забыл о чести, отец?

Трой не стал дожидаться ответа Левена, и прошёл мимо, направляясь к широкой лестнице за его спиной. Юноша взбежал по ступеням, затем теряясь в одном из коридоров второго этажа, оставляя лорда Миклоса наедине со своими мыслями.

– Что если я никогда не забывал о ней, сын? – Левен заложил руки за спину и неспешно вышел на открытую террасу.

Рассвет плавился над горизонтом, пробуждая Аделхейт, и добавляя позолоты волосам мужчины. Он опустил ладони на прохладный каменный бордюр и на мгновение закрыл глаза. Он ждал этого дня. Ждал и боялся. Но об этом не собирался сообщать строптивому мальчишке. Ни одной живой душе не мог признаться эйсель Миклос о том, что заставляло его сердце сжиматься в груди, а каменную ограду укрываться сверкающим слоем льда.

– Не забывай держать спину прямой! Никогда не улыбайся прислуге и не благодари её! Запомни, наконец! – возмущённо пищала Карамель, летая вокруг Вари и посыпая её бедную голову россыпью сверкающих блёсток.

– Хватит причитать, – проворчала в ответ девушка и вышла на крыльцо дома.

Отсюда хорошо была видна галерея, где она могла наблюдать Кай, разговаривающую с Ревардом. Хозяйка Бриартака явно была взволнованна, и даже несколько раз взмахивала рукой, в бессильной ярости.

– И кто её так достал?

– Это был риторический вопрос? – потянула сбоку мелкая фея и уселась на плечо Варе.

– Не помни мне накидку…

Девушка вздохнула, понимая, что говорила глупость, поскольку стрекоза и не весила ничего. Но волнение переполняло её, с каждой минутой увеличиваясь снежным комом. Они вот-вот должны были отбыть во дворец. Варя сама проснулась, едва за окнами стало светлеть, да и не спала толком, ворочаясь всю ночь.

– Это ведь как сессию сдавать… просто войду – вытяну билет, отвечу и буду свободна… – девушка закрыла глаза и глубоко вдохнула, затем медленно выдыхая.

– Помогает? – скептически пропищали на её плече.

– Нет.

– Хочешь, я пойду с тобой? – невнятно пробормотала Карамель и тут же отвернулась, стоило Варе глянуть на неё.

– Ты хочешь пойти со мной?

– Ну… не то, чтобы хочу, просто ты глупая… испортишь всё, а мне достанется! – заявила фея и закинула ногу за ногу, принимаясь размахивать свой палочкой.

– Спасибо, – Варя провела пальцем по белоснежному хвостику и снова вздохнула, – они все будут пялиться на меня.

– Верно.

– И все будут обсуждать, – добавила Варя.

– И это – факт, – кивнула фея.

– Но нам всё равно!

– Несомненно! – Карамель гордо подняла палочку вверх, и взмахнула ею, укрывая их обеих своей волшебной пылью.

– Нам пора, Вар, – раздался голос эйслин Кай, неизвестно как оказавшейся рядом.

И как упустила тот момент, что уже не одна? Варя кивнула, и на какое-то мгновение остановилась, залюбовавшись Делмой. Сегодня она была прекрасна и свежа. Никто бы не догадался, сколько ей пришлось пережить, и что творилось в сердце этой женщины. Волосы Кай уложили венком, и вплели в них чудесную золотистую ленту, усыпанную сверкающей крошкой субиров.

Юбка верхнего платья эйслин имела длинный шлейф, а тёплый медовый оттенок самого наряда чудесно шёл хозяйке Бриартака. Квадратный вырез платья, как и края длинных рукавов, были расшиты золотыми нитями. Лёгкую ткань нижнего платья подхватывал тёплый ветер и придавал образу Делмы некую мягкость.

– Вы очень красивая, – пробормотала Варя.

Не ожидая подобного заявления от своего приёмного «сына», Кай смутилась, затем лишь прерывисто вздохнула и подалась вперёд к девушке. Она запечатлела на лбу Вари короткий поцелуй, и вновь обрела свою привычную сдержанность.

– Мы должны выстоять, Вар. Я так полагаюсь на тебя… – Делма обернулась на голос Нейла, который предупредил их о том, что экипаж был подан.

– Я сделаю всё, что могу. Как и обещала вам, – кивнула Варя и пошла по выложенной светлыми камнями дороге, следом за Кай.

Карамель уже упорхнула, срываясь с плеча девушки, и помчалась донимать хмурого Реварда. Варя коснулась пальцами чеканной броши на своём плече, которая удерживала её длинную светлую накидку. И расшитый золотом белый камзол и штаны, заправленные в высокие узкие сапоги, сидели идеально. Было ли это блестящим умением портних Кай, или постаралась магия, Варя не знала. И должна была признаться себе, что в этот момент завидовала идущей впереди женщине.

Всё было решительно неправильно. Возмутительно несправедливо… Это, можно сказать, её первый «бал». А она, как самая неудачливая из всех возможных «Золушек», отправляется туда вовсе не в хрустальных туфельках.

– Да и принца не имеется… что уж тут заморачиваться? – проворчала девушка, и тут же закусила губу, стоило Делме кинуть на неё короткий взгляд.

– Что тебя волнует, Вар? Ты можешь говорить откровенно, – проговорила эйслин Кай.

Она замерла у открытой дверцы лёгкого экипажа, украшенного гербом рода Кайонаодх, на котором красовался великолепный золотой дракон.

– Я в порядке, – коротко ответила Варя, не имея никакого желания распространяться о своих чувствах и мыслях.

– Тогда поспешим. Скоро начнётся празднование. Идгард будет приветствовать свой народ, и произнесёт речь, – ответила Кай, и с помощью молчаливого слуги поднялась в экипаж.

Мужчина ловко расправил подол платья хозяйки, не позволяя дверцам придавить его, привычно поклонился, и отошёл, позволяя молодому господину сесть в экипаж.

– Дороги к дворцу будут перекрыты, и останется возможным перемещаться по городу только пешком, – пояснил Ревард, вглядываясь в лицо девушки, словно пытаясь прочитать её мысли, – пора, Вар.

– Вот и отлично. Испортим им всё веселье… то есть, – Варя нервно улыбнулась, видя непонимающее и настороженное выражение лица энра, – то есть, вернём Кай то, что её по праву.

Она откинулась на мягкую удобную спинку сиденья и закрыла глаза, собираясь с мыслями. Через мгновение Варя почувствовала, как сел рядом Нейл и от этого сделалось спокойнее на душе. Она не одна, в конце концов. Вот закончится это странное собрание, и сможет всё время посвятить тому, чтоб отыскать способ вернуться домой. Разве есть в этом мире то, ради чего она могла бы желать задержаться?

Экипаж мягко тронулся с места, и Варя прислушивалась к стуку копыт лошадей, которые несли их по улице в сторону дворца. Скоро этот звук был заглушён, стоило им въехать в центр города. Девушке пришлось открыть глаза и выглянуть в окошко. Для большего удобства, Варя отодвинула небольшие занавески, теперь спокойно разглядывая происходящее.

Казалось, музыка лилась отовсюду. На широкой улице движение было перекрыто, как и говорил Нейл. Девушка во все глаза смотрела на великолепное шествие, устроенное местными жителями. Впереди шли музыканты, разнаряженные и важные, игравшие на невероятных инструментах. Варе удалось узнать лишь подобие труб, барабанов и те, что напоминали обычные скрипки.

Здесь были и танцовщики, в ярких замысловатых одеждах. Они выделывали такие «па», что казалось, то там, то тут внезапно распускались дивные цветы, в какое-то мгновение оживавшие, и менявшие свой цвет. Были и жонглёры, ловко управлявшие магическими сферами, всадники в каких-то фантастических нарядах и масках, изображавшие, по всей видимости, важные «местные» божества.

Дети с восторженным писком носились по улице, пытаясь просочиться сквозь это шествие с одной стороны дороги на другую. Затем принялись размахивать тонкими палочками, украшенными разноцветными лентами, и задирать вверх головы, глядя на величественные франгары королевского флота.

С ясного неба на жителей города посыпался цветочных дождь, наполняя воздух едва уловимым ароматом. Белоснежные лепестки мягко кружились, подхваченные ветром. Они опускались на каменную дорогу и одежды людей, продолжающих своей праздничное шествие по главным улицам города.

Варя приоткрыла окошко и высунула руку, ловя отрытой ладонью несколько лепестков. Казалось, что землю укрывал снег. Тёплый и живой, вовсе не холодный. Отчего-то в памяти всплыл «мистер-декабрь», и Варя поспешно убрала руку, вновь садясь удобнее. Но мысли не отпускали, волновали и заставляли сердце биться чаще. Она сжала ладонь, сминая нежные лепестки, и закусила губу, веля себе успокоиться. С чего она вспомнила этого леската?

Разве он не сын их врага? Хотя, с какого это времени она стала считать врагов Бриартака своими? Нет. Увольте! Она здесь временно, и всего-то изображает того, кем не является. И никак иначе.

Глава 20

– Дальше ты пойдёшь сам, малыш, – глухо проговорил Вираг, глядя на величественные очертания столичного дома Кайонаодх.

Мужчина остановился, переводя дух, и для большей убедительности помотал головой.

– Сам, Девин. Я не переступлю порог твоего дома. Я сдержал своё слово.

– И это после всего, что было? Именно сейчас, решил заявить об этом?! – прорычал молодой человек, глядя на разноцветную россыпь искр над дворцом, возвещавшую о том, что речь короля закончена.

Ещё немного и начнётся Совет. Он почти опоздал!

– Я должен отблагодарить тебя за всё то, что ты сделал, Вираг. Не смей отступать сейчас!

– Захочешь найти меня – просто приди на торговую площадь, – отозвался маг, – ещё два дня я пробуду в Аделхейте. Раз ты притащил меня сюда, то заодно и решу свои вопросы. Будь здоров, дракон. Спеши, сейчас есть дело поважнее рассыпания комплиментов моей скромной персоне.

– Проклятье, Вираг… – Девин сверкнул золотым взглядом, – я найду тебя, даже если вздумаешь исчезнуть. Так и знай!

– Не сомневаюсь, – ухмыльнулся мужчина, и тепло похлопал запыхавшегося товарища по плечу, – ступай. Верю, что успеешь. Давай, шевели ногами!

Девин вновь побежал, не оглядываясь, хоть и желал этого, несомненно. Да простит его дорогой товарищ, но он должен был лететь к матери. Да, ещё немного, и он уже готов был нарушить указ Идгарда на запрет обращения. Вот и знакомые ворота, с этой славной щербинкой на одном из краёв чеканного родового герба. Девин помнил её, поскольку сам оставил, когда только учился контролировать свою звериную суть.

Молодой человек толкнул ворота, не дожидаясь, когда ошеломлённая охрана придёт в себя при виде их внезапно ожившего хозяина, и побежал к дому. Не останавливаясь ни на мгновение, Девин поднялся на широкое крыльцо и толкнул входные двери. Те распахнулись, впуская его в дом. Дракон быстрым шагом прошёл в просторный нижний зал, теперь оглядываясь в поисках хоть единой живой души. Почему так пусто? Куда подевалась проклятая прислуга?!

– Есть в этом доме кто живой?! – прокричал Девин, теряя терпение.

Из коридора в комнату робко заглянула одна из служанок. Но только дракон набрал воздуха, чтоб отчитать девушку, как та закатила глаза и осела на пол без чувств, при виде «мёртвого» хозяина.

– Проклятье… – пробормотал Девин и вновь вышел в коридор.

Там он схватил первого попавшегося слугу за рукав и подтянул к себе. Хвала Богам, этот оказался крепче нервами и в обморок падать не стал. Только не моргая глядел на взмокшего и взъерошенного хозяйского сына, каким-то чудом восставшего из мёртвых.

– Где хозяйка? Почему дом пуст? – прорычал Девин и хорошенько встряхнул бедолагу, – она покинула дом до начала празднования?

– Да… – промямлил мужчина, даже не пытаясь освободиться, – экипаж велено было ещё до рассвета подготовить. Спешила госпожа, очень спешила. Хотела прибыть к дворцу немного ранее, чтоб господин Вар малость оглядеться успел…

– Кто?.. – Девин вновь тряхнул мужчину, слыша, как треснула ткань на его рукавах. Он разжал ладони, отпуская слугу, и теперь вновь продолжил допрос:

– Кто такой? И почему мать желала ему экскурсии по дворцу устроить? Что происходит?!

– Прошу, господин, Волек только за садом следит… зашёл занести корзины с цветами и…

– Я не желаю слушать твои причитания… Боги… – Девин обтёр лицо рукавом, – говори, что знаешь! И следуй за мной. Нет времени!

На ходу расстёгивая рубашку, молодой человек пошёл по широкому коридору, направляясь в свои покои. Ему нужно было скинуть эти лохмотья и переодеться. Помощник садовника спешил рядом, пересказывая подслушанные у служанок сплетни, прибавляя что-то от себя, отчего вызывал всё большее негодование у молодого господина. Входя к себе, и бросая рубашку на пол, Девин оглянулся:

– Ты назвал этого мальчишку моим братом?

– Когда вас не стало… то есть, когда вы пропали без вести, полагаю, эйслин Делма была безутешна. Появился юный господин, и она смогла немного воспрянуть духом. Все мы посчитали, что надежда и немного радости вернулось в этот дом, да простит мои слова дорогой хозяин. Сегодня госпожа собирается представить господина Вара, как наследника Бриартака. От того и спешила так, велев отправляться с рассветом. Они уже во дворце, я полагаю…

В голове зашумело, а перед глазами моментально потемнело. Девин успел опереться рукой о стену, а затем и прижаться к ней лбом, закрывая глаза.

– Вам прилечь нужно… – сочувственно отозвался мужчина.

– Некогда! – пробормотал в ответ хозяин, – некогда звать слуг. Принеси мою одежду. Там, в шкафу, возьми тот, что с золотым венкелем… да поторопись!

Он велел себе дышать спокойнее, понимая, что всё обстояло куда плачевнее, чем мог себе представить. Видимо многое придётся открыть для себя, по возвращению в Бриартак. Сейчас же необходимо было опередить мать и остановить того, кто назвался его братом.

Открытая Тимиановая галерея манила своей свежестью. Кай подошла к одному из деревянных кресел, украшенных искусной резьбой, и опустила ладонь на его спинку, крытую белым мягким идмером.

– Ты должен дожидаться здесь, Вар.

Девушка сглотнула ком в горле, кидая короткий взгляд на находившихся неподалёку юношей и девушек. Они разбились по группам, и теперь поглядывали друг на друга с явной неприязнью. Видимо были отпрысками славных знатных семейств, подумалось Варе с тоскою.

– Это обязательно? – проговорила она охрипшим голосом.

– Таковы правила, – тихо и твёрдо пояснил Ревард, прекрасно понимая чувства своей подопечной, – в этих стенах тебе нечего опасаться, Вар. Как только потребуется, за тобой явятся и пригласят войти в Большой зал, где будет собран Совет.

– Совершенно верно, – кивнула Делма и коснулась ладонью щеки девушки, – все мои мысли с тобою, Вар. Доверимся же друг другу. Я оставляю тебя в надежде на добрый исход сегодняшнего решения его величества.

А уж она-то как рассчитывала, глядя вслед удаляющимся «сообщникам». Варя видела, как сжимал кулаки Нейл, явно обеспокоенный необходимостью соблюдать установленный порядок и оставлять её здесь, и была благодарна. Но где гарантия, что она не натворит дел, пока до неё дойдёт очередь? Девушка заставила себя повернуться лицом к галерее, увитой неизвестным цветущим плющом. Лучше бы она осталась тут одна…

– Началось… – одними губами пробормотала Варя, стоило одной из девиц отделиться от остальной «золотой молодёжи» и направиться в её сторону.

Бледно-голубое платье сидело на незнакомке идеально, да и сама она была как кукла, с этими ясными светлыми глазами, и золотистыми кудряшками, рассыпавшимися по открытым плечам. Но лишней скромностью не обладала, поскольку принялась прохаживаться вокруг Вари, разглядывая её с нескрываемым интересом.

– Ты сын эйслин Делмы! – заявила девица с таким видом, словно открыла новый континент.

Помня все наказы Кай, своей хмурой няньки и даже вредной стрекозы, Варя придала своему виду внушительности. Она задрала подбородок, натёртый жёстким воротником, и кинула на девушку холодный взгляд. К её огромному сожалению, эффект был совершенно противоположный. Глаза незнакомки заблестели восторгом, и она томно вздохнула, хлопая длинными ресницами.

– Вар.

– Да, – коротко подтвердила Варя.

– Вар…

– Угу…

– На языке пешту это означает – «Свободный духом»… – продолжила говорить золотоволосая девушка.

– Да ну? – пробормотала Варя, прикидывая варианты побега.

– Ты наверно впервые во дворце?

– Нуда…

– Это прекрасная возможность! – хлопнула в ладони незнакомка, и повернулась к своей компании, – скучайте же без меня, ибо я намерена показать Вару Кайонаодху, как прекрасен этот кусок камня…

Она крутанулась на месте, заставляя лёгкий шлейф мягко колыхнуться и лечь у её ног. Вот это самонадеянность! Варя только сложила руки на груди и не сдвинулась с места, не разделяя веселья странной девицы.

– Ты не рад? – искренне недоумевала незнакомка, – о нет, я поняла!

Она покачала аккуратным пальчиком перед лицом Вари. Та ощутила неумолимое желание испариться, и не видеть всех этих титулованных мальчиков и девочек. Они с такой неприязнью сейчас поглядывали на неё, и принялись с усмешкой обсуждать «новоприбывшего».

– Ты просто не можешь поверить тому, что я выбрала тебя для сопровождения на сегодняшний вечер!

– Чего?.. – пробормотала Варя, не веря своим ушам.

Что эта девица себе возомнила? Не-ет, на такое она не подписывалась. Нетушки! Какой вечер? Кого это выбрали?!

– Что-то душно у вас здесь… – Варя просунула палец за край высокого воротника, желая хоть немного его ослабить, как вдруг лёгкая прохлада коснулась её лица.

Затем ещё и ещё. Девушка подняла взгляд к потолку, удивлённо глядя на круживший над её головой снег.

– Остудись, Кайонаодх, – раздался за её спиной знакомый голос, – видимо совсем страх потерял, раз позволяешь себе подобный тон с её высочеством.

– С кем?.. – Варя обернулась, понимая, что на какое-то время просто выпала из реальности.

Разве можно быть таким?.. Таким… нет, сейчас она не смогла подобрать слова, просто большими глазами глядела на неспешно приближавшегося Троя. Невесомая белоснежная мантия вилась крыльями за его спиной. Принц лескатов сверкал, словно сам созданный изо льда и снега. Его одежды были расшиты серебром и украшены мелкой россыпью неизвестных ей прозрачных камней, что холодом сверкали на груди и плечах юноши.

– Явился, «мистер-декабрь»… – пробормотала Варя и заставила себя вдохнуть, понимая, что всё это время задерживала дыхание.

Трой остановился рядом, наверняка совершенно случайно загораживая собой толпу благородных «зевак». Варя мысленно поблагодарила леската, но потом перевела взгляд на девушку перед собой. Её открытая улыбка заставила глупо улыбнуться в ответ. Что там говорил Миклос насчёт какого-то высочества?

– Принцесса Кассия, – негодяй отвесил девице поклон, и принял протянутую ладонь, слегка касаясь губами тонких пальцев, – боюсь, что сегодня к вечеру в Аделхейте увянут все цветы…

– Отчего же? – кокетливо отозвалась именинница, кося взглядом на онемевшую Варю.

– От зависти к вашей красоте, ваше высочество, – продолжил свои медовые речи лескат, без меры довольный замешательством драконьего приёмыша.

– Ты бессовестный льстец, Трой Ильхадский, – вздохнула Кассия, – полагаю, моей красоты недостаточно чтоб впечатлить и одного юношу, что уж тут говорить о всём Аделхейте.

Камень в её огород? Варя поклонилась принцессе, как учил Нейл, и теперь смотрела на протянутую девушкой руку. Чёрт… почему она должна целовать какую-то девицу, хоть и коронованную?..

Единственные руки, которых касались её губы, принадлежали тёте Зине. Тёплые, уставшие, на которых каждый каждая чёрточка была знакома, каждый мозоль, а работала она тяжко, всю свою жизнь. Разве можно было сравнить эту руку с надушенными пальцами самовлюблённой девчонки? Но она должна была играть свою роль. Варя заставила себя едва коснуться руки её высочества, и выровнялась, теперь глядя на принцессу.

– Так права я или нет? Ответь же мне, Вар! – потребовала Кассия, вновь приподнимая точёный подбородок.

Трой не вступил в спор, только сложил руки на груди и наблюдал за ними. Варя вздохнула и, задумавшись на минуту, произнесла самое подходящее, что пришло в голову в этот момент. Великий Александр Сергеевич так замечательно сказал в своё время, посвящая свои строки Екатерине Ушаковой:

Вы избалованы природой,

Она пристрастна к вам была,

И наша вечная хвала

Вам кажется докучной одой.

Вы сами знаете давно,

Что вас любить немудрено,

Что нежным взором вы Армида,

Что лёгким станом вы Сильфида,

Что ваши алые уста,

Как гармоническая роза…

И наши рифмы, наша проза,

Пред вами шум и суета…

Длинные ресницы Кассии затрепетали, и она порывисто вздохнула, отступая на шаг от наследника драконов.

– Наш Розаф умеет говорить со звёздами… но ты, Вар Кайонаодх, умеешь читать мысли? Стоит ли мне опасаться тебя? – жарко проговорила принцесса, слишком потрясённая простыми строчками, – или же требовать продолжения?

– Я ни в коем случае не желал оскорбить вас, – глухо отозвалась Варя, чувствуя, что зря цитировала Пушкина перед этой девушкой.

– Я желаю говорить с тобой после окончания Совета, – твёрдо продолжила Кассия, – к тому же, мой голос будет звучать в твою пользу, при выборе имени наследника Бриартака.

Принцесса развернулась на послышавшиеся в галерее шаги. Королевский интигам склонил голову в приветствии и проговорил:

– Вар Кайонаодх! Вас приглашают войти в Большой зал.

– Ступай. Не страшись, если чувствуешь это, – Кассия кинула взгляд на Варю, – пусть сегодня звёзды Розафа укажут на достойнейшего претендента, а твои слова будут так же искренни.

– Благодарю… – Варя коротко поклонилась её высочеству и, чувствуя на себе взгляд леската, проследовала за посланником.

Вот он – решающий момент. Зря Кассия делала ставку на её слова. Вот уж чем, а красноречием она никогда не обладала. Тут главное – смолчать, когда нужно… Варя нервно расправила высокий воротник, велела себе идти ровно, держаться достойно, и сделать всё возможное для женщины, которая в ней так нуждалась сейчас. Осталось совсем немного. Скоро этот день закончится. А с ним, возможно, и эта странная история. Останется найти путь домой. Только бы продержаться этот день…

Глава 21

В этой части дворца было потрясающе красиво. Несмотря на внутреннее напряжение и все тревоги, Варя не могла не восхититься убранством помещения, в котором оказалась. Что это был за зал, она понятия не имела. Оставалось только гадать, как же выглядел тот, в который её продолжал конвоировать или вести, молчаливый посланник.

На каждой из шести стен находились фрески, изображавшие жизнь видимо монархов, правивших Аделхейтом, и было всё пронизано солнечным светом, играющим на позолоте мебели. Дальше они попали в некий длинный зал, уже на верхнем этаже, украшенный рельефными цветочными украшениями, представляющими искусство неизвестных гостье мастеров.

Вот они, впереди – огромные двустворчатые двери, ведущие в Большой зал, где принято было проводить Совет. Только несколько шагов отделяло девушку от них. Варя смиренно подошла к входу и остановилась.

– Вас ждут. Прошу, входите, – проговорил интигам, и отошёл в сторону, не смея мешать приглашённому гостю.

Варя подняла руку и приложила её к дверям, заставляя себя толкнуть. Но те оказались гораздо тяжелее и неподатливее, чем она ожидала. Или силы покинули её в этот час? Пока собиралась с мыслями, то услышала, как за спиной раздались торопливые шаги. Глухим эхом они звучали в пустом коридоре. Не оборачиваясь, девушка решила, что посланник поспешил к ней, желая помочь войти. Через мгновение, чья-то рука легла на двери совсем рядом с её ладонью. Варя повернула голову, намереваясь поблагодарить мужчину, и замерла, широко раскрывая глаза.

– Кажется, ты взялся за то, что тебе не по силам, брат…

Золотой взгляд скользнул по её изумлённому лицу, заставляя бешено колотиться сердце. Эти черты, эти глаза, и пряди золотистых волос, которые растрепались при беге – она не могла не узнать, поскольку столько раз видела, глядя на большой портрет в одном из залов Бриартака. «Призрак» Девина устало сдул прядь волос, прилипших ко лбу, и вымученно улыбнулся, глядя сверху вниз на своего «брата».

– Только не вздумай в обморок здесь падать и позорить мать, – проворчал дракон и, переводя дух, поправил свои одежды, – хорошо, что ты такой медленный и нерешительный… как раз успел…

– Живой… – пробормотала Варя, и на шаг отступила от дверей, желая лучше разглядеть юношу.

– Живой, – отозвался Девин.

Перед глазами всё немного плыло, ведь он бежал из последних сил. Но продолжал в ответ разглядывать девушку, думая о том, как де должно быть отчаялась мать.

– Где тебя носило, пока мать с ума сходила? – очнулась Варя, – ты хоть понимаешь, что она пережила? Заявляешься сейчас, весь при параде, и с такой довольной физиономией?

– Эй, малец! – рыкнул Девин, не ожидая подобного приёма, – по-твоему, я сделал это намеренно? Я спешил, как только мог. И почему я перед тобой оправдываюсь?..

– Совесть видно мучает. Держи… – Варя потянулась к фамильной броши, удерживающей её накидку, и отстегнула украшение от одежды, следом вручая сыну Делмы, – кажется, это принадлежит тебе. Иди. Пусть все в обморок упадут. Эффектное будет появление… только маму не вздумай…

Боже, как же быть с Кай? А вдруг ей плохо станет? А? Как быть?.. Варя принялась нарезать круги вокруг дракона, продолжая тихо бормотать от волнения. Девин схватил её за плечи и развернул лицом к себе:

– Так волнуешься о Делме? – золотой взгляд потемнел.

– Пха! Ты ещё вздумай ревновать сейчас. Самое время! Иди уже, сам король ждёт!

– Верно. Зачем заставлять его величество ждать, брат! – одной рукой Девин обнял её за плечи, чтоб не вздумала сбежать, другой толкнул двери, легко открывая их, и вынудил войти.

Варя забыла дышать, внезапно оказываясь в громадном помещении под прицелом изумлённых глаз. Едва она смогла перевести дыхание, как совсем рядом прозвучал звонкий громкий голос, возвещающий прибытие очередного участника Совета:

– Представитель рода Кайонаодх, младший сын эйслин Делмы… – мужчина в расшитом камзоле поперхнулся воздухом, выпучил свои и без того жабьи глаза, и невнятно просипел, отшатнувшись от вошедших гостей, – младший сын эйслин Делмы… Девин Кайонаодх…

Шелест голосов, громких, взволнованных, перерастающий в гулкий ропот, заставил голову девушки кружиться. Было счастьем то, что крепкая рука Девина удерживала её, не давая отстраниться. Находившиеся в зале дамы вздумали лишаться чувств, это те, кто поизящнее. Другие поспешили делиться друг с другом ошеломительными новостями. Подумать только! Законный наследник Бриартака – собственной персоной! Вот уж проклятие на головы всех алчущих получить благословение Идгарда!

– Кажется, твой сюрприз удался… – одними губами проговорила Варя, и почувствовала себя обнажённой, когда дракон отстранился, приветствуя собравшихся гостей.

– Просто молчи. Эти гюлаи собрались здесь, лишь для того, чтоб покуситься на то, что принадлежит нам по праву крови. Так что, правда на нашей стороне, «брат». Ведь так? – проговорил тихо Девин и простодушно улыбнулся.

Но вышло как-то вымученно, словно он почти лишился оставшихся сил, и потратил их на то, чтоб лишь успеть сказать своё слово перед королём. Варя молча кивнула, позволяя названному брату сделать то, что и должен был, теперь не зная, где находиться самой.

Девин видел мать, и вспыхнувший золотой взгляд, и побледневшее лицо, пусть так нечётко, но этого было достаточно. Он видел, как встал за её спиной добряк Ревард, позволяя госпоже опереться на своё плечо и не показать слабость перед гостями. Губы Делмы дрогнули, и глаза наполнились горячей влагой. Но сын лишь взглядом велел матери держаться и довериться, понимая, что желал бежать к ней и целовать руки, моля о прощении. Но должен был ответить королю, который уже поднялся со своего места, и взирал на него с возвышения, на котором был установлен трон.

Его величество король Идгард оказался высоким крепким мужчиной, лет сорока пяти, таким же светловолосым, как и дочь. Брови его сошлись на переносице, на которой красовался тёмный старый шрам, явно полученный им в каком-то бою. Король обвёл тяжёлым взглядом зал, заставляя гостей умолкнуть. Варя сглотнула ком в горле, когда мужчина глянул на неё, всё так же стоящую посреди огромного помещения. Но она выдержала изучающий взгляд, не опуская подбородка, и даже, как ей наверняка показалось, на лице правителя мелькнуло некое одобрение.

Тем временем, в полной тишине, Девин приблизился к возвышению, на котором находился король и склонил голову, приветствуя своего правителя. Его голос так твёрдо звучал в этот час, что Варя сжала руки в кулаки, мысленно повторяя за молодым человеком.

– Мой король, – проговорил Девин, поднимая взгляд к Идгарду, – я прошу простить моё опоздание, и позволить объяснить столь внезапное появление во дворце. Будет ли дарована мне милость, говорить от лица рода Кайонаодх, как это и подобает старшему мужчине?

Казалось, король целую вечность смотрел на юношу, который, несмотря на свою бледность и усталость, старался держаться достойно. Что творилось у него в голове, оставалось только гадать. Но первая фраза его величества была адресована никак не воскресшему наследнику рода драконов. Идгард повернул голову и мрачно глянул на старика в длинной мантии, напомнившего Варе волшебника Мерлина.

– Что это значит, Розаф? – гневно проговорил король, – не твои ли звёзды говорили с тобой, уверяя, что нет более в живых этого юноши?

Старик не отвечал, издал невнятное кряхтение и схватился за свою роскошную седую бороду, спускавшуюся едва ли не до пояса. Варя поёжилась, поскольку смотрел в этот час маг именно на неё, а вовсе не на наследника Бриартака. Что-то во взгляде этого неприятного человека взволновало её, заставляя ещё сильнее сжать кулаки. Вот же гад… неужели обманул Кай? Заставить пережить подобное бедную женщину? Это было просто чудовищно!

– Видимо, так было угодно звёздам… – пробормотал Розаф, шатко отступая с возвышения, боясь гнева своего покровителя, – полагаю, что это было проведение свыше, испытание, посланное бедной женщине…

– Испытание? – воскликнул гневно Идгард, понимая, что сейчас и сам был прилюдно унижен этим заблуждением, – в чём же данное небом испытание?!

– Мой король, – вступил в разговор Девин, – позвольте мне ответить за достопочтимого Розафа. Учитель и так потрясён. Моя вина, что его великодушное сердце едва выдерживает обрушившиеся на него известия.

– Говори! – велел Идгард, резким движением руки отбрасывая край своей длинной мантии, и возвратился на высокий трон, – я выслушаю тебя…

– Звёзды не обманули учителя. Я действительно мог считаться умершим, поскольку сердце моё не билось долгое время, находясь в ледяных оковах, – пояснил дракон, глядя на своего правителя, – лишь чудесным образом мне удалось спастись. И это было тайной до недавнего момента, мой король. Прошу простить, что пришлось скрывать данный факт до самого созыва Совета. Но поскольку покушавшийся нами так и не был обнаружен, то это было единственной возможностью для моего рода избежать повторного покушения.

Молодой человек прокашлялся в кулак, и чувствовал, как испарина покрывает лоб. Но Девин велел себе стоять ровно до тех самых пор, пока не сможет упасть в стенах родного дома. Только не сейчас. Не сейчас.

– Мне ясны твои мотивы, Девин Бриартакский, – угрюмо кивнул Идгард, и на его голове тускло блеснула корона, едва приметная за густыми кудрями, – ты скрывал своё воскрешение и от матери?

– Да, – ответил Девин твёрдо и без промедления, – эйслин Делме не было известно о том, что её сын жив.

– Ты жесток, мальчишка… – правитель сощурился, отчего в уголках его глаз стали чётче заметны мелкие морщинки.

– Лишь таким образом я мог обезопасить Бриартак, – сухо ответил дракон, хоть и чувствовал, что сердце в груди билось так громко, словно его могли услышать присутствующие в зале.

Он видел, как с облегчением вздохнул старик-маг, но сейчас было не до него, не Розаф волновал его. Король не дал продолжить, теперь сжимая резные подлокотники своего кресла-трона, и кидая взгляд на стоящего молчаливого младшего «претендента».

– Вар, – произнёс Идгард, и по залу вновь прошёл ропот, – подойди.

Девушка встрепенулась, поворачивая голову к королю, и на мгновение её ослепило солнце, заставляя зажмуриться и тряхнуть головой. Да уж, чего-чего, а света в Большом зале хватало. Окна помещения, в котором было принято проводить Совет, занимали почти всю ширину одного крыла дворца, и выходили на обе его стороны. В летнее время этот громадный зал всегда был пронизан солнечным светом, играющим на позолоте мебели в течение дня, а вечером, со слов Кай, его так же успешно освещали свечи.

Варя глубоко вздохнула, собралась, и твёрдым шагом пошла через зал, под тихий шелест голосов. Как на сессии, повторяла себе девушка, и ничем этот дядька в короне не отличается от того самого профессора, что допрашивал её не так давно. Она прошла мимо хозяйки Бриартака и не удержалась, поворачивая к ней голову. Делма была бледна, как полотно, и даже не смотрела в её сторону. Все мысли эйслин Кай сейчас были заняты сыном. Кроме него она сейчас никого не видела.

Зато Ревард издал глухой рык, и его глаза сверкнули, встречаясь с зелёным взглядом Вари. Мужчина немного подался вперёд, словно хотел шагнуть к ней, но девушка едва приметно качнула головой, веля своей угрюмой няньке оставаться рядом с хозяйкой. Он беспокоился за неё, и этого Варе было достаточно, чтоб не чувствовать себя сейчас самой одинокой душой, застрявшей в чужом мире.

Она наконец достигла возвышения, которое несколькими полукруглыми ступенями отделяло её от правителя Роеланда. Варя остановилась перед королём, и повторила за Девином ритуал приветствия. «Брат» стоял рядом, и девушка буквально физически ощущала на себе его взгляд. Боялся, что она напортачит сейчас? Вполне возможно… Хотя чего бояться? Наследник объявился, и Бриартак вернул себе законного хозяина. Теперь она не представляла ни угрозы, ни ценности.

– Вар, – прервал её мысли Идгард, – я слышал, что ты дитя Мейрна – мира лишённого магии.

– Да, – коротко ответила Варя.

– И был продан родным отцом в обмен на собственную жизнь. Обещанное дитя… – его величество задумчиво потёр подбородок, глядя на девушку.

– Верно, – глотая противный ком в горле, проговорила Варя.

Униженная словами короля, она выше подняла подбородок, и велела себе не слышать голосов за спиной. Это было ложью, и она даже не могла возразить.

– Было ли тебе известно о том, что старший брат жив? – продолжил допрашивать Идгард.

– Мне хотелось в это верить, ваше величество, – отозвалась девушка, – но я не знал.

Варя почувствовала, как нагрелся воздух рядом с нею, до такой степени, что буквально припекало щёку. Краем глаз она заметила, как нахмурился Девин, стоило ей начать отвечать королю. Жалел? Но он видел её впервые, отчего так проникся? Что было в голове этого дракона? Выглядел так, словно что-то задумал. И не влетит ли от его матушки им обоим за самодеятельность? Но отчего-то захотелось поддержать брата, видимо сегодня она была слишком сентиментальна.

Уголок губ Идгарда дрогнул, хотя само суровое выражение лица не изменилось. Был зол? Или ему был смешон странный иномирянин? Варя чувствовала, что становилось жарко. Это её братец решил «накалить» обстановку или король, в котором так же вскипала драконья кровь?

– Значит, ты шёл сюда, действительно веря, что мог бы состязаться за первенство с десятками претендентов, Вар из Мейрна?

Король кивнул в сторону зала, но Варвара лишь немного повернула голову, кидая взгляд через плечо. Ну конечно, куда ей равняться на этих благородных отпрысков, которые только рады были неожиданному представлению.

– Да! – не выдержала Варя, возвращаясь взглядом к королю, – я шёл сюда, действительно веря, что могу!

Наверно, произнесла это слишком громко, ибо Идгард поднялся со своего места, и даже сошёл со ступеней, теперь закладывая руки за спину и хмуро глядя на девушку.

– Ты слаб и неопытен, – проговорил король.

– Да. Мои руки слабы, а знания жалки, – Варя чувствовала, что дрожит от негодования, – но я всё равно верю.

– Ты упрям, – неспешно отозвался мужчина, – так уверен, что обладаешь чем-то, превосходящим тех, кто готовился править с рождения?

– Верно, ваше величество, – буквально прорычала девушка, глядя в глаза монарху, – и нет ничего более превосходящего и более вдохновляющего. Поскольку они лишь жаждут чужой кусок земли, а я осознаю, что за моей спиной – Мать! И если женщина, способная обратиться огнедышащим драконом, и спалить к чертям этот дворец, положилась на меня, жалкого человека, то, как я могу не оправдать этого доверия?

Вполне возможно, что апофеозом дня рождения несравненной Кассии, будет смерть Варвары Стрельцовой, но слова уже сорвались с её губ. Идгард шумно вздохнул, пронзительно глядя на дерзкого «мальчишку».

– Много ли вас в Мейрне доживает до зрелых лет, с подобною «верой»? – медленно проговорил король, и Варя никак не могла понять, что с ним было не так.

Вроде и злился, и вместе с тем выражение его лица изменилось. Мужчина повернулся к Девину, и его золотой венец сверкнул на солнце:

– Каков, наглец?

– Именно эта вера и помогла мне вернуться, – с чувством, немедленно проговорил Девин, понимая, что пора было спасать «младшего».

Кажется, он и так позволил затянуться этой ситуации. Щёки Вара пылали гневным и смущённым румянцем, а глаза сверкали, как каламеи, из королевской сокровищницы.

– Считаешь, Кайонаодх, что подобной дерзости есть оправдание? Так просвети меня, – потребовал король.

– Как я уже говорил ранее, у меня есть основания полагать, что наш род намеренно пытается уничтожить неведомый враг. В сложившейся ситуации, что остаётся женщинам, кроме того, как встать на защиту своего дома?

Голос Девина, едва ли не эхом раздавался в нависшей тишине.

– Можно ли осудить их за веру? Сложно ли понять сердце матери, которая до последнего часа не сомневалась, чувствуя своего сына? Сложно ли понять и оправдать сестру, лишившуюся своих бесценных кос, и надевшую мужское платье, чтобы защитить свою землю, дождаться моего возвращения, и не дать лишить род Кайонаодх последней надежды?

Не давая Варе опомниться, и заставляя весь зал замереть, молодой человек преклонил перед нею колено. Он бережно взял ладонь девушки в свою руку и коснулся губами её пальцев.

Глава 22

В нависшей тишине только её сердце стучало громко, как безумное. Зелёные глаза девушки распахнулись шире, а голова пошла кругом, поскольку Варя забыла, что нужно дышать. Девин поднялся с колена, и теперь стоял совсем рядом с нею, так и не отпуская её руки. Новой шумной волной прошёл ропот по залу, когда один за другим гости принялись приходить в себя после неожиданного заявления.

Идгард напротив, молчал и рассматривал девушку, даже бровью не поведя при последних словах Девина. Варя лихорадочно соображала, где и когда могла выдать себя. Где? Когда? Чем? Делма убьёт её… она не справилась, она провалилась, едва начав говорить!

– Назови мне своё настоящее имя, – велел правитель.

– Варвара, – одними губами проговорила девушка, и почувствовала, как крепче сжал её ладонь брат.

– Варвара… – неспешно повторил Идгард, и прошёлся вдоль возвышения, теперь поднимаясь по ступеням к своему трону, – это имя слишком велико для своего хозяина. На языке энров оно созвучно с «Ворварем». Именно так называет этот народ великих воинов. Ты слаба телом, Варвара из Мейрна, но сильна духом. Я бы с интересом наблюдал, как ты правишь.

Король тяжело сел в великолепное резное кресло, и вновь опустил руки на подлокотники.

– Сегодня поистине великий день. Не один я счастлив праздновать рождение своего дитя. Делма Кайонаодх, Боги Роеланда даровали и твоему сердцу успокоение, – Идгард шумно вздохнул и обвёл взглядом зал, – я собрал вас здесь сегодня с одной целью: определить достойнейшего и доверить ему земли Бриартака. Все мы понесли потери при битве с Азелфлатом, и побережье Кибелла окрасилось багровым, от пролитой нашими братьями и отцами крови. Каждый дом понёс потери, как и род Кайонаодх. Достойнейший из мужей – Вернер Кайонаодх, и старший сын его Родерик пали под Скендером, но были одними из тех, кто сохранил границы нашего государства. Их имена начертаны на священных камнях в храме Ирона, и никогда не будут забыты. Я рад в этот день, вручить символический меч правителя Девину Кайонаодху, достойному сыну и верному брату.

Король поднял одну руку, давая команду придворному интигаму. Мужчина поклонился монарху и отошёл от трона, гордо держа на вытянутых руках меч, с дивной резной рукоятью. Лезвие сверкнуло позолотой, стоило солнцу скользнуть по нему и Варя зажмурилась на мгновение.

Интигам прошествовал к возвышению, поскрипывая высокими сапогами, и остановился, ещё выше задирая свой нос, словно это ему вручали награду, или же он сам был правителем их славного государства.

Девин отпустил руку девушки и подошёл к ступеням. В зале вновь воцарилась тишина, и его величество поднялся с трона, возвышаясь над молодым человеком. Мантия короля мягкими белоснежными складками легла у его ног. Идгард принял меч у своего интигама и снова заговорил:

– Преклони же колени, Девин, сын Вернера и Делмы Кайонаодх, ныне хозяин земли Бриартака.

Девин справился с усталостью и охватившим волнением, и смог опуститься на колени перед своим правителем. Дракон порадовался тому, что ноги не подвели и не дрогнули. Как и полагалось, он протянул руки ладонями вверх, ожидая завершения церемонии. Король неспешно опустил символическое оружие на ладони юноши, и Варя замерла, слушая речь брата:

– Я, Девин Кайонаодх, сын Вернера и Делмы, клянусь всегда и везде способствовать славе и процветанию земли Бриартака. Не допускать, чтобы моё личное тщеславие или распри подрывали силу и могущество Роеланда. Помнить, что мои честь и достоинство, есть честь и достоинство моего рода. Клянусь верой служить моему королю. И если нарушу эту клятву, пусть же мои доблести будут забыты, а имя покрыто позором…

Варя засмотрелась на профиль брата, полный решимости, и не сразу поняла, что Девин закончил речь. Он поднялся с колен, склоняя голову перед своим королём, и получая от него последние напутствия.

– Сегодня Аделхейт встречает гостей со всего Роеланда. Наслаждайтесь его гостеприимством и пусть каждый из вас в этот день возрадуется, – проговорил правитель, – я завершаю Совет. Те, кого я желаю выслушать лично, будут оповещены в своё время. Сейчас же вернёмся к празднованию!

Она едва устояла на месте, дожидаясь, пока их правитель привычно покинет Большой зал, в сопровождении своей свиты. Делма поймала на себе тяжёлый взгляд Розафа. Он торопливо уходил вслед за Идгардом. Эйслин мысленно пожелала магу споткнуться о собственную бороду, и свалиться с лестницы, ломая старую шею. Теперь Кай хотела лишь спешить к сыну, который никак не мог пробраться к ней, поскольку его перехватили товарищи, никак не ожидавшие возвращения юноши.

Их взгляды встретились, и Девин торопливо склонил голову, приветствуя мать. Оставалось ждать, пока он одолеет шумную толпу… Варвара стояла рядом с сыном, и Делма подивилась тому, как крепко держал он её за руку, не отпуская ни на мгновение.

Стоило ожидать от своего младшего сына подобной выходки! Всегда отличался большей проницательностью, чем его окружение… но сегодняшнее заявление было лишь очередным ударом! Делма прерывисто вздохнула, прекрасно понимая, что грядёт за заявлением Девина. Но всё это будет обсуждено в стенах дома. Никто не догадается о буре, бушевавшей в её груди, разве что стоящий рядом помощник. Нейл не отходил от госпожи ни на минуту, и едва слышно зарычал, стоило неподалёку раздаться голосу:

– Вы разыграли отличное представление, эйслин Делма, – потянул высокий худощавый мужчина, подходя ближе к Кай, в сопровождении жены и своей свиты, – браво!

– Эйсель Итланд… – сдержанно отозвалась Делма, глядя на несостоявшегося тестя, – полагаю, что сегодняшние известия не позволили вам разыграть своё? Вы, несомненно, долго готовились. Вижу, Зус Итланд уже не так блистает, потеряв возможность заполучить мой дом. Что же делает ваш сын у окна, сминая королевские шторы? Рыдает, утирая ими свои слёзы?

– Мой сын не проиграл бы вашему жалкому приёмышу! – сквозь зубы процедил Итланд, делая резкий шаг к Делме.

Мгновенно хриплый рык наполнил зал, и меч Реварда блеснул лезвием у самой шеи наглеца. Итланд побелел, словно полотно, понимая, что глупо не сдержался, так откровенно выражая чувства перед сегодняшней фавориткой короля. Рисковать своим положением он не стал, и лишь пальцами отвёл лезвие меча от своего лица, изображая раскаяние:

– Придержите своего ручного зверя, эйслин Делма, и примите мои поздравления по поводу чудесного воскрешения младшего сына, – губы мужчины изогнулись в подобие улыбки, – или мне не с чем поздравлять вас? С трудом верится, что вы всё же рассчитывали на успех с подобным «претендентом»…

Ожидать ответа Делмы он не стал, взмахом руки веля своей свите следовать к широко раскрытым дверям Большого зала. Кай сжала руки в кулаки, и с её губ сорвалось едва приметное чёрное облачко. Наглец… как смел он? Дочь Итланда была невестой Катэлю, её среднему сыну. Он отдал жизнь, защищая честь бесстыдной Зевеллы! Но она, даже не выдерживая положенного траура, и вступила в брак с правителем Мартана! И после всего этого, эйсель Итланд смел бросаться подобными заявлениями?!

Лица Делмы неожиданно коснулась приятная прохлада, позволяя унять совсем ненужный румянец, и женщина резко обернулась, встречаясь взглядом с Левеном. Только этого леската и не хватало! Боги, прекратите же её терзать…

– Вам стоит выйти на свежий воздух, – Миклос коротко склонил голову, приветствуя соседку.

Солнце заиграло позолотой на его белоснежных волосах, стянутых шнурком в аккуратный хвост. Яркий взгляд мужчины скользнул по негодующему лицу Делмы, и он невозмутимо продолжил:

– Позвольте мне разделить вашу радость по поводу…

– Не позволю… – дрогнувшим голосом проговорила Кай, – я утомлена окружающим лицемерием, эйсель Миклос. Удивите же меня своими истинными чувствами.

– Не думаю, что сейчас вы действительно готовы к этому, – холодная снежинка одиноко опустилась на щёку Делмы и растаяла, стекая по горячей коже слезой, – всё же рад сегодняшнему «поражению».

Левен ещё раз коротко склонил голову и неспешно покинул эту часть зала, затем и вовсе выходя в темнеющий коридор. Делма готова была застонать, ожидая, кто ещё из сегодняшних гостей захочет высказать свои «поздравления». Но видимо, что-то в золотом взгляде хозяйки Бриартака не позволило продолжить подобное. Кай прекрасно знала, что каждый из них затаил немалую злобу. Лишь немногие прибывшие соседи действительно мысленно поддерживали, не смея сейчас тревожить взволнованную мать. За это Делма была благодарна всей душой.

Она почувствовала, как глаза наполняются горячими слезами, когда сын наконец приблизился к ней. Девин подвёл Варю, для надёжности оставляя её рядом с Нейлом, и только тогда отпустил. Девушка видела, что и брат едва сдерживал свои чувства, когда целовал дрожащие руки Делмы. Какое счастье… в груди что-то сжалось, и тихо вздыхая, Варя прислонилась головой к плечу Реварда.

– Госпожа, – глухо отозвался мужчина, – вам следует…

– Как же я устала… – едва слышно отозвалась Варя, словно только теперь ощущая, насколько была измотана последними событиями.

Захотелось забиться куда-нибудь в тихое тёплое местечко, свернуться клубочком и заснуть.

– Я была ужасна, верно? И выглядела глупо. А, Ревард? – спросила девушка, глядя на свою няньку снизу вверх.

Глаза энра сверкнули серебром. Он шумно вздохнул, понимая, что должен был отойти от хозяйки, ведь они находились во дворце, среди посторонних. Но Нейл не смог, зная, что таким образом лишит девушки последней опоры. Она действительно едва стояла. Будь они на земле Бриартака, то давно бы уже поднял и отнёс к дому, но теперь… он и сам был лишним в этом зале, и таким же изгоем, как и девушка из Мейрна.

– Ты была прекрасна, Варвара. Я горжусь тобой, – отозвался мужчина, подавляя желание коснуться её медных волос, – не смей сомневаться в себе.

Глава 23

– Что-то не так… почему отец покинул Совет так быстро? – Кассия встревоженно сделала несколько шагов в сторону выхода с галереи, глядя, как удалялся по коридору Идгард в сопровождении своей свиты.

– Почему все расходятся так поспешно? – теперь девушка повернулась к оставшимся позади собеседникам, – разве в прошлые годы это скучнейшее действо не тянулось до поздней ночи?

– Видимо в этот раз что-то вынудило его величество закончить раньше, – нахмурился Трой, – пройдусь-ка я немного…

– Решил сбежать? – приподняла тонкую бровь принцесса.

– Разве я посмел бы? – дежурно улыбнулся молодой человек, – хочу отыскать отца и расспросить его об итогах. Если вы позволите, конечно.

– Ступай. Всё равно будешь думать только об этом, – Кассия задумчиво закусила губу, – странно, что ни ты, ни Йен Дуор не были вызваны в Большой зал…

Принцесса кивнула в сторону одного из присутствующих юношей. Трой помрачнел ещё больше, и девушка поёжилась, обхватывая себя руками.

– Ах, прекрати немедленно! – велела Кассия, чувствуя, что температура неумолимо понижалась, – здесь тебе не Ильхад!

– Простите… – пробормотал лескат, усмиряя свою силу, – оставлю вас в более «тёплой» компании, ваше высочество. Отыщу отца.

Трой коротко склонил белоснежную голову, а затем торопливо пересёк галерею. Он щурился от яркого солнца, которое блестело за многочисленными колонами. Кассия была права. Происходило что-то совершенно странное. Ни его, ни ещё нескольких главных претендентов на землю многострадальной эйслин Делмы не вызвали в Большой зал. Но Совет не мог завершиться без объявления наследника. Неужели рыжий мальчишка-приёмыш так легко вошёл в доверие Идгарду, что правитель отдал ему меч, не выслушав остальных кандидатов?

– Нет, – тряхнул головой Трой, – это бред!

Он так увлёкся собственными мыслями, что не заметил, как в галерею вбежал Бун Амвар, сын эйселя Фита Амвара, правителя Крадеона. Чёрные как ночь глаза юноши блеснули, когда он на мгновение встретился взглядом с Троем, и побежал дальше, намереваясь достичь оставшейся группы гостей принцессы.

– Вы уже слышали? – выкрикнул Бун, не имея сил дотерпеть, пока добежит, – Девин Кайонаодх вернулся!

Трой замер, словно наткнулся на невидимую преграду и резко обернулся, глядя вслед Амвару. Тот уже настиг своих товарищей, и теперь укладывая руки им на плечи, продолжил возбуждённо пересказывать последние услышанные новости:

– Ты только представь, Дуор! Только представь! Воистину чудеса ещё встречаются… король выслушал его, и вот только что, прямо на моих глазах, вручил меч правителя!

– Боги… – ахнула Кассия, прижимая к груди ладонь.

Заахали и другие девицы, повторяя за её высочеством, словно глупые гусыни. Трой шумно выдохнул, пытаясь осознать услышанное, и решил всё же отыскать отца. Вот как? Сын Делмы оказался жив? Хороший сюрприз уготовил дракон. Или же был в сговоре с матерью? Да и какая сейчас разница?

– Как же Вар? Представляю его потрясение! – с чувством продолжила говорить Кассия, и Трой ухмыльнулся, представляя перепуганного мальчишку.

– Вы не поверите, ваше высочество. Нет никакого Вара, и не было никогда, – помотал черноволосой головой Бун, – приёмышем Кайонаодха девчонка оказалась. Сестра Девина. Решила брату помочь, вот и притворилась мальчишкой. Но наш правитель, ваш дорогой отец, сразу её распознал! Пф-ф! Подумать только, посмела считать, что может тягаться с нами! Мой отец намерен выразить эйслин Делме своё негодование, по поводу такого возмутительного обмана. И на что рассчитывала эта девчонка со своим маскарадом? Да что там говорить, я и сам подозревал с первого взгляда, что с этим иномирянином что-то не так!

– Как… же… так?.. – на выдохе проговорила Кассия, большими глазами глядя, как мимо по воздуху пронеслось несколько крупных снежинок.

Принцесса, как и остальные гости, повернула голову в сторону ледяного порыва ветра, испуганно глядя на принца лескатов. Глаза Троя сверкали ледяными звёздами, а правую руку уже охватывало холодное бледное свечение. Юноша опёрся ею об одну из колонн, и теперь несчастный плющ чернел, укрываясь слоем льда, как и камни вокруг. Снежный вихрь охватил эту часть галереи, заставляя присутствующих гостей окончательно продрогнуть, несмотря на уличную жару.

– Эй, Миклос, остынь!.. То есть прекращай! – прокричал лескату Дуор, стряхивая с лёгкой рубашки снег, и понимая гнев юноши по-своему, – жив Кайонаодх – и хвала Богам. Всё по справедливости…

– Какого дрита?.. Девица? – меж тем бормотал Трой.

Словно не слыша присутствующих, он сердито ударил кулаком по колоне, разбивая лёд, и широким шагом пошёл прочь с галереи:

– Девица?! – зарычал он уже в коридоре, – девица… она-девица…

Молодой человек расстегнул несколько пуговиц на своей рубашке, поскольку просто задыхался от последних известий. Отец окликнул его в коридоре, и даже махнул рукой. Но, не замечая его, Трой вышел под яркое солнце.

– Она – девица… девица! – он нервно рассмеялся и прислонился спиной к каменной арке.

Боги, он не сошёл с ума… и эти глаза, эти губы, всё это принадлежало девице! Молодой человек провёл ладонью по лицу, переводя дыхание. Когда первое потрясение и гнев поутихли, в голову пришли уже совсем другие мысли.

– И где сейчас эта обманщица?

Всю обратную дорогу они молчали. Варя принялась изучать носки своих сапог, иногда решаясь поднять взгляд на сидящего перед нею брата. Ей самой пришлось устроиться рядом с Делмой, а мужчины разместились напротив них. Глаза Девина немедленно вспыхивали тёплым янтарём, встречаясь с нею взглядом, и приходилось глупо сдерживать улыбку. Юноша выглядел очень уставшим и Варя была почти уверена, что слаб здоровьем, хотя упрямо делал вид, что всё в порядке.

Поинтересоваться самочувствием брата было неловко, и девушка только вздохнула, не зная, куда деть руки. Она сложила их на груди, принимаясь истязать зубами несчастную нижнюю губу. Девин немедленно улыбнулся, видя её смятение. Как он вычислил её сегодня в замке? Что же сделала не так? Чем выдала себя? Хотя сейчас, когда всё открылось, Варя чувствовала огромное облегчение. Можно было не притворяться и не изнывать от непосильной ответственности. Почти счастье. Да. Так и есть…

Но, даже не поворачивая головы, Варя чувствовала тревогу Кай. Тогда настроение портилось и приходилось возвращаться к реальности. Она не могла понять, что же мучило эту женщину, ведь Бриартак теперь в безопасности, а любимый сын жив. Ревард был не менее угрюм, чем хозяйка, но просто устало глядел в окно экипажа.

– Ах, как бы желала я сейчас иметь возможность вернуться в Бриартак, и оставить шумные улицы Аделхейта… – едва ли не со стоном неожиданно проговорила Делма, – я задыхаюсь здесь, под лживыми речами и этими взглядами, которые так и норовят влезть в самую душу, пачкая её, так бессовестно и бессердечно пачкая…

Варя рискнула осторожно протянуть руку, чтоб этого не заметили мужчины, и с теплом взяла ладонь Кай. Женщина судорожно вздохнула, и к счастью Вари ответила тем, что сплела их пальцы. И Ревард, и Девин, тактично сделали вид, будто действительно не заметили этого порыва, сдерживая улыбки.

– Вы были самой красивой сегодня в зале, – искренне проговорила девушка, – не удивительно, что все глазели на вас. Вон тот мужчина, с белыми волосами – он даже заикаться начал, когда говорил с вами…

– Что? – ахнула Делма, теперь глядя на девушку ярким взглядом, – это совершеннейшая… это…

– Это правда, дорогая матушка, – заговорил наконец Девин, вдохновлённый своею сестрой.

Молчание тяготило его, и юноша был рад поддержать беседу. Так же он едва мог усидеть на месте от нетерпения, поскольку желал разузнать о сидящей напротив него девушке всё. Всё, до последней мелочи! Кто она и как действительно судьба занесла в этот мир?

Её медные волосы были совсем короткими и едва прикрывали прядями шею. Он прекрасно понимал, какого мужества стоила Варваре из Мейрна необходимость обрезать свои косы. Вредная Карамелла просто обязана вернуть всё, до последней пряди! Даже если неделю потом будет пешком ходить…

Девин готов был потребовать у феи использовать свою магию немедленно, ещё до того, как они покинули дворец. Но негодяйка умчалась с очередным дуновением ветра, рассыпая по пути свои блёстки, и пищала что-то о внезапно случившейся мигрени. И что в голове у этой нинкусс?

– Женщины дома Кайонаодх всегда славились своей непревзойдённой красотой и умом, – продолжил меж тем свои речи Девин, наблюдая за смущением матери и тем, как девушка неловко пригладила короткие волосы, – я горд и как всегда полон восхищения. Полагаю, что и несчастный Левен Микпос согласен со мною, но никак не решится в этом признаться.

– Как смеет мой родной сын делать подобные заявления? – на выдохе проговорила Делма, глядя на Варю и Девина нервным взглядом, – эйсель Миклос подлец и лицемер! Я никогда не прощу ему того, что с тобой случилось, и неудержимого желания заполучить Бриартак.

– Боги… – пробормотал Девин, – почему ты обвиняешь Левена в моём исчезновении?

– Ты пропал на землях Ильхада! – дрогнувшим голосом пояснила Кай, – и Миклос немедленно возжелал претендовать на наш дом. Какие ещё тебе нужны доказательства, сын?

– Мы поговорим об этом по прибытию в Бриартак. Сейчас же прошу не делать поспешных выводов и оставить свои тревоги, – пытаясь успокоить мать, отозвался Девин, – мы почти приехали, прекрати истязать себя напрасно.

Глава 24

Он торопливо шёл, пробираясь через толпу горожан, продолжавших праздновать день рождения дочери своего правителя. Руки судорожно сминали края глубокого капюшона, и Розаф каждый раз воровато вздрагивал, когда нечаянно задевал плечом прохожих. Тогда он ещё ниже склонял голову, пряча лицо от посторонних взглядов, и ускорял шаг.

Старый маг взмок от усилий, не припоминая, когда последний раз случалась необходимость подобной спешки. Его серебристая борода была сплетена в косу, и спрятана под длинные тёмные одежды. Туника мешала быстрой ходьбе, путаясь и грозя свалить своего хозяина на пыльную дорогу. И маг всё тихо и яростно бормотал проклятия, выискивая кратчайший путь.

Выходя на одну из площадей, неподалёку от городского рынка, Розаф замер, поскольку ощутил едва приметную дрожь под подошвами своих сапог. Старик вздрогнул и прижал к груди свой священный медальон, укрытый одеждами, но затем облегчённо выдохнул, когда громадная тень накрыла площадь. Один из величественных франгаров приземлялся неподалёку, поднимая с дороги волну горькой пыли и разноцветные лепестки.

Просто франгар… Розаф заставил себя продолжить путь и не отвлекаться более. Он пересёк вымощенную брусчаткой улицу, спускаясь вниз, к самому рынку. Здесь как всегда было ещё более шумно и людно. Взгляд резали яркие краски разноцветных флагов и нарядов всё прибывавших гостей города. Мимо мага пронёсся экипаж, едва не задевая его, не успевшего отступить на обочину. Розаф зло взмахнул рукой, кидая заклинание, и на полном ходу одно из колёс отлетело, заставляя экипаж перевернуться, а испуганную лошадь привстать на дыбы.

Послышались взволнованные крики, и старик поспешил прочь, вскоре достигая многочисленных запутанных рядов рынка. Терпкий запах трав и сушёных соцветий, подвешенных на одном из прилавков, наполнил лёгкие, заставляя Розафа шумно вдохнуть. Он любил этот аромат. И безошибочно мог определить любое из предлагаемых продавцом растений. Но сейчас отмахнулся от слишком назойливого фарийца, устремляясь к едва приметному домишке, одному из многих, расположенных в этой части рынка.

Они стояли так плотно, словно росли друг из друга, с покосившимися крышами и замысловатыми вывесками, предлагавшими приобрести диковинные товары со всего Роеланда и даже запредельных земель. Розаф последний раз обернулся, ещё глубже опуская свой капюшон, и убеждаясь, что остался незамеченным, толкнул старую дверь. Она со скрипом поддалась, сверкнув при этом витражным стеклом у самого верха. Запах горевших свечей смешался со сладковатым ароматом зелья, которое готовила хозяйка. Двери резко захлопнулись за спиной мага, и женщина, стоящая за прилавком, закупорила небольшую тёмную бутылочку.

Огонь множества горевших свечей дрогнул от внезапного потока воздуха, создавая на стенах маленького помещения, причудливые пугающие тени. Словно духи умерших они восстали за спиной хозяйки, клубясь призрачным туманом. Она не подняла взгляд на вошедшего старика. Женщина продолжила неспешно расставлять зелья в небольшую деревянную коробку, устеленную сушёными травами, скрывая лицо под капюшоном своей неизменной накидки. Он был таким глубоким, что Розаф видел лишь губы и изящный подбородок.

– Твои звёзды слепы, придворный Розаф.

Тихий мелодичный голос женщины заставил мага вздрогнуть и скинуть свой капюшон, поскольку сделалось слишком душно, да и не было причин скрываться перед хозяйкой.

– Они никогда не ошибались! – жарко мотнул он головой, и сделал шаг к прилавку, заставленному всевозможными сосудами и тканевыми мешочками с сушёными семенами.

– Ты солгал, старик, – губы женщины изогнулись в опасной улыбке, и Розаф почувствовал всё ту же дрожь под ногами.

Страх охватил придворного мага. Он окутал, словно те самые мрачные тени, которые ластились к Мартайн, одной из дочерей Вахайра, мёртвой пустоши, что простиралась за пределами славного Роеланда. Призрачные тени заскользили по пыльному деревянному полу, подбираясь к ногам старика, но он не рискнул применить магию, чувствуя, что тело оцепенело.

– Я не лгал, эйслин Мартайн, – побелевшими губами проговорил Розаф, и вновь прижал к груди свой медальон, – я лишь передал то видение, что открылось мне…

Женщина опёрлась ладонями о край стола. Мужчина наблюдал, как дерево под пальцами ведьмы чернело, обращалось трухой и осыпалось на пол, пачкая остроносые башмаки хозяйки.

– Ты предсказал мне гибель последнего из мужчин рода Кайонаодх во льдах Ильхада, – теперь голос Мартайн понизился, а вместе с ним вновь вздрогнула земля, – не ты ли клялся, что именно это сказали тебе звёзды, придворный Розаф? Ты забыл, какова цена твоей лжи, старик.

– Видимо это некое испытание нашей веры… посланное Богами… – прошептал маг, делая неуверенный шаг к своей хозяйке, – я видел, как сердце дракона остановилось, я видел его смерть…

– Но он жив! – Мартайн отпрянула от стола и огонь на свечах дрогнул, словно от внезапного порыва ветра, – и именно кровный наследник Бриартака сегодня принял меч из рук Идгарда!

– Девину Кайонаодху было предначертано умереть в Ильхаде, как должен был погибнуть весь его род. Но если бы вы не вмешались, эйслин… если бы не решили поторопить время… Ход истории был изменён, поскольку в судьбу юноши вмешались. Это повлекло за собой и другие события, которые звёзды не предвидели. Я не должен был оставлять свои книги юному Кайонаодху. Он бы и сам вскоре потерпел крушение среди снегов Ильхада…

– Ты смеешь винить меня в своём провале, старик? – зашипела Мартайн.

– Нет, я бы не посмел, эйслин… Но дитя Мейрна всё ещё может быть вам полезным, – Розаф протянул дрожащую руку к женщине, надеясь остановить гнев хозяйки, – всё ещё можно изменить!

– Душа, которая не числится среди живых в Камеладере – нашем мире. Тот, кто не был рождён под этим небом, и кто не имеет судьбы, записанной в книге Кахандт. Ты клялся мне, Розаф, что дитя окажется на руках последней из рода Кайонаодх, и ты снова солгал.

– Но обещанное дитя оказалось в Бриартаке, – порывисто заговорил Розаф, – судьба Варвары из Мейрна не предопределена в этом мире, как вы и желали… если бы только я мог иметь всю свою силу, ещё хоть каплю, то смог бы видеть большее. Молю…

Губы Мартайн презрительно изогнулись:

– Ты жалок, придворный Розаф. И не достоин даже того, что на тебя был обращён взор нашей верховной сестры.

– Пощады… – в ужасе пробормотал маг, всё так же протягивая руку к ведьме, – я молю о пощаде, эйслин Мартайн…

– Пощады? – проговорила женщина, – о Розаф, ты не в том положении, чтобы даже молить. Ты пыль, ты тень, ты ничто, бродящее по земле Роеланда лишь по причине того, что мои сёстры ещё нуждались в твоих знаниях. Но более в них нет прока. Прочь, старик! Твоё время давно истекло.

– Нет, молю! – придворный маг упал на колени, пытаясь схватить край одежд хозяйки. Он уже чувствовал, как всё тело охватывает знакомая дрожь, – молю… ещё не время…

Мартайн лишь опустила ладонь на голову Розафа, не внимая его мольбам:

– Жалкий трус. Даже после смерти страшишься её? Твоя душа давно покинула это тело, а оно всё продолжает трястись тенью. Придворный Розаф – мёртв!

Глаза старика затлели холодными углями, через мгновение остывая и угасая. Чёрный туман окутал всё его тело, которое подобно хозяйскому столу обратилось в прах, осыпаясь под пальцами ведьмы. Мартайн переступила через жалкие останки, не желая пачкать в пепел свою обувь. Она вновь повела рукой, заставляя дверь распахнуться, а влетевшему порыву ветра смести с пола всё, что осталось от мага. Женщина остановилась на пороге, и её губы вновь тронула улыбка:

– Косы огонь, в глазах огонь, в душе огонь. Твоё время пришло, Варвара из Мейрна.

Глава 25

Варя устроилась на подоконнике, и отрешённо глядела на сад, шумевший блестящей тёмной листвой. Окно было настежь распахнуто и впускало в комнату свежий порыв ветра. Несколько цветных лепестков опустилось на её сапог, и девушка протянула руку, пытаясь поднять их с обуви.

– Отчего столько грусти на таком прекрасном личике? – раздался рядом голос Девина и Варя встрепенулась.

– Да ладно тебе… – девушка смущённо отвела взгляд, когда дракон остановился у её окна и прислонился к нему боком.

Стоя там, на улице, брат склонил голову набок, разглядывая Варю. Она вынуждена была повернуться к нему, поскольку не желала быть грубой по отношению к этому юноше. Он был удивительно добр к ней, что порой даже пугало. Волосы Девина оказались влажными, видимо молодой хозяин недавно искупался, да и переоделся. Сейчас он не выглядел как восставший зомби, и это радовало. Значит, смог немного отдохнуть.

Ему стоило бы остаться дома, но вскоре вновь придётся посетить дворец. Жаль, что день рождения Кассии именно сегодня. Девин сорвал один из ярких жёлтых цветков, которые росли под окном, и протянул его Варе.

– Вечером они пахнут особенно сладко, зато днём раскрывают свои лепестки и так походят на солнце, – проговорил дракон.

Девушка приняла цветок и поднесла его к лицу, вдыхая тонкий аромат. Голова закружилась, но видимо от волнения.

– Я слышал от Реварда, что на аделхейтском рынке на вас напал макои, – теперь Девин стал серьёзным, – великое счастье, что ты не пострадала.

– Великое счастье, что Нейл оказался рядом. И… – Варя умолкла и отчего-то покраснела.

Ну почему брат смотрел так пристально?

– И? – брови Девина приподнялись.

– И «мистер-декабрь» был крут… да, так и есть.

Она ещё долго не забудет тот самый чудовищный грохот и страшного монстра, который вырвался, словно из преисподней. И того, как Трой Миклос схватил её, укрывая собой, защищая от летевших градом обломков и битого стекла.

– О ком ты говоришь, Варвара? – окликнул её Девин, поскольку сестра совсем ушла в свои мысли и только задумчиво крутила в пальцах подаренный цветок, – помощник матери упоминал сына Левена Миклоса, и утверждает, что без помощи этого леската не справился бы. Так ты говорила о Трое?

– Он действительно помог… Нейлу! – Варя соскочила вниз, на мягкую землю, не желая продолжать эту беседу.

Девин придержал девушку под локоть, давая ей возможность выровняться и стать удобнее в прекрасном саду. Он улыбнулся краешком губ, понимая, что упоминание о сыне снежного правителя привело его сестру в смятение. Неужели испытывала симпатию к Трою Миклосу?

– Это мой дорогой Нейл помог жалкому ледяному мальчишке! – пропищали где-то неподалёку.

Варя к своему удивлению не отстранилась от брата, позволяя ему поддерживать себя под руку. Странное чувство покоя охватывало от этого простого жеста, и было неожиданно приятным. Девушка посмотрела на Карамель, которая уселась на тонкую ветку ближайшего от них дерева и болтала ногами в блестящих башмачках.

– Ах, как он был прекрасен и мужествен… – фея продолжала нахваливать предмет своего обожания.

– Я даже не стану спорить, дорогая Карамелла. Наш Ревард – достойнейший из мужей, – Девин прокашлялся в кулак, сдерживая рвущийся смех, – но позволь просить твоей помощи.

– Что же угодно молодому господину? – настороженно поинтересовалась фея, сверкая сапфировыми глазами.

Она поглядела на людей со своей ветки, и ветер забавно подхватывал её длинные белоснежные хвостики.

– Я знаю, что твоя магия творит чудеса, – продолжил льстить Девин, приближаясь к вредной нинкусс, – и без неё никак не справиться. Я прошу тебя вернуть Варваре её чудесные волосы. Нельзя, чтобы такая прекрасная девушка осталась без них. Ты согласна со мною, Карамелла?

Фея фыркнула, перелетела на более высокую ветку и отвернулась от людей. Только и оставалось, что смотреть на её трепетавшие прозрачные крылья. Девин сделал шаг к дереву, желая вновь обратиться к негодяйке, но Варя придержала его за руку.

– Не нужно. Мне всё равно – с ними или без них, – проговорила девушка, – отрастут сами.

– Ты не можешь пойти на празднование в таком виде, Варвара. Я не желаю, чтобы хоть что-то смущало тебя, – мотнул светлой головой дракон.

– Она… маленькая совсем. Как без своей силы будет? – совсем тихо пояснила Варя, не желая, чтобы её слышал кто-нибудь кроме Девина, – я, что с косой, что без неё – один чёрт… да и не собираюсь никуда идти. Не для меня это.

Девушка от волнения сжала руки в кулаки и спрятала их в карманы штанов. Не дожидаясь ответа брата, Варя пошла прочь по извилистой садовой тропинке. Вот зачем придумал просить об этом стрекозу? Знает ведь, что мелкая – ущербная. Опять посеет палочку свою и будет сырость разводить, рыдая на подоконнике. Утешай потом… а тут ещё и сама виновата окажется. Кто тогда дурёху пожалеет? Не доверится ведь. Да и какой там дворец? Одного раза с головой хватило. Будто коса защитит её от всех этих взглядов «золотой молодёжи», да и прочих гостей.

Конечно, она не могла отрицать желания увидеть хоть раз перед отъездом своего снежного спасителя. Но стоило представить себе, как сейчас зол Трой, когда узнал правду. А ведь он её уже узнал… Варя присела на нагретый солнцем камень. Он так чудесно располагался посреди густой яркой травы, но сейчас настроения любоваться окрестностями не было.

Девушка согнула ноги, обняла их руками и опустила голову на колени. Затем она сердито провела краем рукава по лицу, вытирая солёную влагу с глаз, и вздохнула. Боже, что ей делать? Куда податься? Вот бы исчезнуть…

Внезапный порыв ветра принёс немного прохлады, и Варя почувствовала, как что-то горячее коснулось её руки, а затем растаяло. Девушка с удивлением приподняла голову и задержала дыхание, глядя на сверкающие блёстки, которые невесомым дождём опускались на неё откуда-то с неба. Она тряхнула головой, желая лучше разглядеть происходящее, и только тогда поняла, что теперь привычная помеха не давала сделать это толком.

Тяжёлые медные пряди, блестящими змейками заструились по её плечам, спине, падая на лицо, и скользя по горевшим щекам. Варя подняла руки и осторожно коснулась своих волос. Под её пальцами догорали золотистые искры, завершая волшебство.

– Что ты наделала? – вздохнула девушка и поглядела на фею, которая уселась на край камня, поигрывая своей погасшей палочкой.

– Посторожишь, пока она снова не понадобится? – малышка опустила палочку на камень и кончиками пальцем пододвинула к Варе.

– Посторожу, – сердито ответила девушка, – безответственная фея.

– Я… тут подумала. Если ты явишься во дворец, то там обязательно встретишь какого-нибудь юношу, выйдешь за него замуж, и тогда мой дорогой Нейл будет принадлежать только мне… – торопливо проговорила Карамель, – это всего лишь расчёт и не более!

– Нуда, – хмыкнула Варя, прекрасно понимая смущение феи.

Не хотела признавать, что хоть и был у неё лишь кусок того самого сердца, но в нём вмещалось достаточно доброты и участия. Побольше, чем у некоторых субъектов, в десятки раз превосходящих её по росту.

– Так что отправляйся во дворец! – велела стрекоза.

– Думаешь, этого достаточно, чтоб туда явиться? – Варя подняла в руках свои рыжие пряди.

– Об этом не стоит беспокоиться, – Девин неспешно прошёлся по саду, приближаясь к ним.

Он сощурился от яркого солнца и коснулся рукой одной ветки, заставляя белоснежные лепестки осыпаться на зелёную траву. Девушка немедленно опустила голову и принялась нервно сплетать косу. Дракон усмехнулся и подошёл к сестре. Он протянул руку, желая поднять с камня фею и сесть рядом. Но Варя опередила его и привычно схватила Карамель за крылья, отправляя мелкую подругу в карман рубашки. Малышка принялась тихо ворчать и приводить свои крылья в порядок, а Девин всё же присел на камень, пытаясь разглядеть лицо сестры.

– Ты снова смущаешься, стоит мне пытаться говорить с тобой. Я так неловок в словах? Или же мои действия и настойчивость вызывают подобные чувства, позволь узнать, Варвара? – мягко поинтересовался молодой человек.

– Варя, ладно? – она повернула к брату голову, и даже рискнула посмотреть в глаза, – не зови полным именем. Странно это как-то…

– Я запомню, – кивнул Девин, – так что же происходит с моей сестрой? Никчёмный я брат, раз не в состоянии догадаться сам.

– Хватит ругать себя, – возмутилась Варя, – и вообще, как узнал, что я не брат? Где я так сглупила?

– Перед тем как отправиться во дворец, я побывал дома, – золотые глаза дракона тепло заискрились, – честно признаюсь, что был в смятении чувств. Был зол и растерян одновременно. Ворвался в комнату, отведённую моему неожиданному брату, сам не зная, что искал там.

– И что же нашёл? – настороженно поинтересовалась Варя.

– На подоконнике лежали цветы.

– Их могла подарить одна из ваших горничных! – хмыкнула девушка.

– Трудно не согласиться… – улыбнулся Девин, – а на кровати лежала забытая полоска ткани, такая, знаешь, которой обычно девы эштмуль перетягивают свою…

Взгляд дракона нечаянно опустился на грудь девушки, и он тут же принялся смотреть на сад, устыдившись своей несдержанности.

– Они скрывают с их помощью свою принадлежность к женской сути, – Девин рискнул глянуть на сестру.

Варя сложила руки на груди, и сверлила его зелёным взглядом.

– Может это были чёртовы портянки! – прорычала она, негодуя от того, что так беспечно побросала вещи, когда спешила закончить с переодеванием.

Сумасшедший день… скорее бы он закончился.

– Что такое «чёртовы портянки»? – молодой человек рад был ухватиться за эту возможность отвлечь сестру и успокоить.

Но она не поддалась.

– Не верю, что кусок ткани и пучок травы так легко выдал меня, – упрямо заявила девушка.

– Хорошо, признаюсь – тебя выдал кенуль, – сокрушённо опустил голову Девин.

– Кто? – ахнула Варя, – да как он посмел?!

Какой-то гад за нею подглядывал? И затем сдал её брату? Чёрт… её охватила паника и дикое желание настучать этому «кенулю» по глупой голове.

– Сам не понимаю, откуда у них берётся столько наглости, – вздохнул молодой человек, – он у нас в аделхейтском доме уже лет десять, как живёт. Все давно привыкли, но видимо никто не удосужился озаботиться негодником.

– Кай должна уволить этого гада… – обиженно пробормотала Варя, – как только представлю, что он мог увидеть…

– Уволить? – золотистые брови Девина немедленно приподнялись от удивления, – о Боги…

Его смех неожиданно зазвучал в саду, заставляя девушку встрепенуться и посмотреть на брата, как на умалишённого.

– Что тут смешного?!

– Кенуль – мелкий пушной зверёк. Обитает в окрестных лесах, но очень любит подселяться в садах, особенно если их мало кто тревожит, – продолжая вздрагивать от сдерживаемого смеха, пояснил дракон, – у нас поселился уже давно, да так падок до юных дев оказался… Я имею в виду, что ни к кому не приближался никогда. А у служанок наших с рук ел, да с подоконника не выгнать было. Натаскает угощения, заберётся на местечко потеплее и греется на солнце.

– Я его не видела… – проворчала Варя, чувствуя себя совсем глупо.

– Я заметил на твоём подоконнике не только цветы, но и остатки его «пиршества». Этот малыш никогда бы не отважился к тебе подобраться, будь ты мужчиной. А раз так уютно себя ощущал рядом, то сомнений у меня не оставалось, – подвёл итог Девин.

Значит, её выдала какая-то белка? Варе сделалось вовсе горько, и она принялась усердно продолжать плести свою косу.

– Прости, – ладонь брата осторожно коснулась её нагретой солнцем макушки, – я опять расстроил тебя.

– Нет, – девушка мотнула головой, вовсе не от желания убрать руку, приласкавшую её.

Но Девин тактично отстранился, понимая всё по-своему.

– Мне хочется о многом расспросить тебя, и столько рассказать. Как жаль, что времени сейчас так мало, – проговорил брат, – но у нас его будет предостаточно, когда вернёмся в Бриартак.

Варя смолчала. От мысли о будущем, у неё ныло где-то в груди, и окончательно портилось настроение. Будущее, каким оно окажется для неё? Чем обернётся? Кто она в этом странном мире, и с чего начать свой путь, куда бы он ни привёл? Столько вопросов и ни одного ответа.

– Ты сегодня очень устал. Может, не пойдём никуда? Разве можно таскать тебя по всему городу и в какие-то дворцы? Ты только… воскрес… – с надеждой проговорила Варя, поглядывая на брата.

– Я могу быть счастлив тем, что сестра заботится обо мне, или это попытка избежать необходимости отправляться на королевский приём? – вкрадчиво поинтересовался Девин, и девушка тихо чертыхнулась.

– Я так же сильно не хочу никуда идти, как и не желаю, чтобы ты свалился где-нибудь без сил, – отозвалась Варя, – мне нечего делать во дворце. Не место мне там. Иди один.

– Я боюсь, – простодушно заявил дракон, – как ты можешь бросить меня в такой момент?

– Ты – дракон! – скептически посмотрела на него девушка, – огромный, огнедышащий дракон. Поджаришь всех, кто на тебя криво посмотрит.

– В стенах дворца я всего лишь бедный юноша, одинокий и… – Девин состроил несчастное лицо, и Варя не сдержала улыбку.

– Отвратно играю, верно?

– Перед Идгардом ты был великолепен, – девушка посмотрела на свой карман, вдруг понимая, что давненько никто не пищал и не ворчал.

Свернувшись клубочком, Карамель удобно устроилась на самом дне и сладко сопела. Варя покачала головой. Малышка осталась совсем без сил. Нужно будет устроить её поудобнее в комнате, чтоб кто-нибудь ненароком не наступил, и не утащила гадкая белка-предательница!

– Прошу тебя довериться мне сегодня, и позволить показать, каким прекрасным может быть Аделхейт, – Девин протянул сестре ладонь, предлагая вложить свою руку, – поздно вечером будет фейерверк, ты просто обязана его увидеть.

– Я могу посмотреть на него и с окна дома, – поддразнила его Варя.

Девушка протянула свою руку, неожиданно пожимая ладонь брата, и не давая тому коснуться её пальцев губами.

– Ты безжалостна! – вздохнул молодой человек и поднялся с камня.

– Так и есть, – согласилась Варвара и встала вслед за братом, принимаясь отряхивать штаны.

– Так мы испортим праздник всем этим напыщенным юнцам? – Девин гордо приподнял подбородок.

Тени легли на его всё ещё бледное лицо. Варя сдалась, понимая, что не перестанет волноваться, если брат отправится неизвестно куда в таком состоянии.

– Испортим. Это я тебе обещаю, – хмыкнула она.

Глава 26

Изменяя своей привычной сдержанности, Делма продолжала ходить кругами вокруг своей иномирской дочери. Варя просто дала ей возможность успокоить свои мысли, которые явно вызывали те самые яркие золотые всполохи в глазах хозяйки дома. Кай взволнованно вздохнула, уже в который раз, и снова нахмурилась, глядя на девушку.

Они находились в личных покоях эйслин Кайонаодх, и Варя стояла как раз посреди большой комнаты, находившейся на втором этаже дома. Помещение было убрано в светлых тонах, а кружевные занавески мягко вились на огромных открытых окнах, впуская лучи садящегося солнца. Они своим медовым светом коснулись лиц присутствующих женщин, которые теперь принялись сосредоточенно разглядывать друг дружку.

– Может, скажем, что я сломала ногу? Или шею?.. – пробормотала Варя, понимая, что Кай по-прежнему терзалась в каких-то сомнениях, не высказывая ничего вслух.

Надо признаться, это немало раздражало и волновало одновременно.

– Дорогое дитя, я более не намерена лгать, – качнула головой Делма, и остановилась, переставая кружить по комнате.

Её длинное бордовое платье легло мягкими складками у ног.

– Но по многим причинам не могу быть и достаточно откровенна, – продолжила женщина.

– Вы не хотите, чтобы я шла сегодня во дворец? – прямо спросила Варя.

Она знала ответ, но хотела услышать его от самой «матери».

– Не по той причине, которая нелепо поселилась в твоей голове, – возмутилась Кай, – не смей думать, что я, Делма Кайонаодх, стыжусь своего дитя!

Последние слова резанули слух, и уголок губ девушки дрогнул. Она была самым нелепым и нежданным явлением для этой семьи. И вновь своим присутствием вмешивалась в планы Кай, хоть та и не озвучивала данный факт. Воспитание – оно такое…

– Девин – замечательный. Какая мать стала бы стыдиться такого сына? – Варя улыбнулась, с тоскою успевая заметить, какой теплотой озарилось лицо Делмы, когда прозвучало имя юноши.

Дорогая тётя Зина… только она смотрела на неё с таким же выражением. И даже тщетно стирала слёзы «счастья», когда отправляла на чёртов выпускной, в платьице, купленном на последние деньги. Она, конечно же, никуда не пошла, и просидела до самой ночи на скамейке в одном из парков. На той самой, что так отлично была спрятана каким-то колючим кустом, который отгораживал от дороги и ненужных взглядов.

Витька всегда говорил, что этот куст посажен в честь неё, Варвары Стрельцовой, ибо точно передаёт её натуру. А потом дружески так приобнимал рукой за плечи и бодал своей глупой головой в висок, выражая искреннюю привязанность. Он-то её и нашёл тогда вечером. Пачку растаявшего мороженого притащил, и сам половину умял, пытаясь убедить, как скучно и неинтересно всё в школе было…

А на следующий день тётя Зина всё узнала, и в сердцах отходила племянницу полотенцем по мягкому месту. А потом, как обычно, напекла полную миску своих фантастических блинов, которые вдвоём же и приговорили за чаем, и старой щербатой чашкой в красный горошек, в которую тётя Зина варенье любила насыпать.

Тоска остро охватила Варю, и опомнилась она только тогда, когда чья-то тёплая ладонь ласково коснулась её щеки. Девушка с удивлением поняла, что Делма сейчас стояла совсем рядом с нею, и приласкала горемычную «дочь». Рука Кай по-прежнему прижималась к щеке Вари, а золотой взгляд хозяйки дома теперь горел как-то вовсе непривычно.

– Как же я несправедлива к тебе, дитя, раз каждый раз заставляю плакать. И как же беспомощна, раз не могу исполнить единственное твоё желание и вернуть домой. Каждый раз я требую то, что свыше твоих сил.

– Это не так, – глухо отозвалась Варя.

– Твоя ложь, призванная сберечь мои чувства, не изменит правды, Варвара из Мейрна, – вновь мотнула головой Кай, – позволь мне хоть как-то отплатить за твою жертву. Я никак не рассчитывала, что сегодня тебе придётся явиться во дворец в качестве девицы, и поэтому не был подготовлен соответствующий случаю наряд. Но здесь, в моей гардеробной, мы наверняка отыщем то, что заставит умолкнуть каждого, кто посмеет сомневаться в величии Варвары Бриартакской из рода Кайонаодх.

Нет, она, конечно, бессовестно солжёт, если скажет, что не мечтала о подобном. Но никогда бы не подумала, что приготовления к «первому балу» станут для неё испытанием похуже тренировок с Нейлом. Вначале волосы Вари бесконечно долго причёсывали, заставляя привычные завитки разгладиться и теперь сверкать зеркальной медью. Прислуга носилась по покоям Кай, перебирая хозяйские наряды и подавая по очереди шкатулки с фамильными драгоценностями, которые один за другим нервно отвергала Делма.

Варя скромно заявила, что лучше вовсе явиться без всех этих разноцветных камней, за что получила нагоняй от «матери», и едва не была испепелена взглядом эйслин-дракона. Девушка смиренно умолкла, позволяя наряжать себя как куклу. Среди вороха платьев всех возможных цветов, Кай ткнула ухоженным пальцем в то, что привлекло внимание самой Вари ещё только тогда, как одна из проворных служанок внесла его в покои. Изумрудное верхнее платье было украшено золотым шитьём. Делма заявила, что подобные лучшие узоры доставлялись из Эзгона, который славится своими мастерами.

– Цвет каламеев прекрасно подчеркнёт твои глаза, Варвара. Это платье – я сама не смогу ответить в каком порыве заказала его, но видимо ожидало тебя, – проговорила задумчиво Делма.

Боже, неужели она сможет примерить подобную вещь? Страшно было подумать, сколько стоил подобный наряд. Варя отбросила эти мысли, не желая портить своё настроение хотя бы на это недолгое время, пока можно было окунуться в волшебство предстоящего момента. На неё надели нижнюю сорочку, тончайшую, белоснежную, едва ощутимую на теле. Затем последовал черёд нижнего платья. Похожая на шёлк ткань струилась мягкими складками, опускаясь едва ли не до самого пола. Она переливалась оттенками золотого, сверкая в лучах садящегося солнца.

Делма обожала подобный цвет, как уже поняла Варя, и являлся он одним из родовых цветов Кайонаодх. Верхнее платье было сшито из более тяжёлой ткани и напоминало бархат. Узкий лиф плотно облегал фигуру, а декольте опасно расширялось к плечам. Варя машинально попыталась подтянуть платье выше, боясь, что просто выскользнет из него при неосторожном движении, за что вновь получила нагоняй от Кай.

– Стой смирно, дитя, и помни, что не подобает благородной эйслин привлекать внимание подобными жестами к обнажённым частям своего тела, – ахнула Делма.

– Поняла, – вздохнула Варя, опуская руки, укрытые длинными узкими рукавами.

Само верхнее платье имело замечательный шлейф, будто на тех самых картинках, в книгах, которые она иногда рассматривала в библиотеке. Боковая шнуровка пришлась кстати, поскольку позволила затянуть лиф сильнее, и не дать наряду свалиться. Стоило признать очевидный факт – прекрасные формы эйслин Кайонаодх были куда щедрее её собственных. Варя склонила голову, чувствуя, как шёлковые пряди волос скользят по лицу, и поправила расходившиеся полы юбки верхнего платья. Из-под них так замечательно был виден золотой край нижнего.

Девушка поджала босые пальцы ног, и мечтательно вздохнула. Боже, как во сне… видела бы её сейчас тётя Зина или Володька. Вот этот бы точно подавился очередной булкой. Или «мистер-декабрь»… вот чёрт… Щёки так некстати вспыхнули, девушка придала себе невозмутимости, выравнивая спину и гордо глядя на своё отражение в огромном зеркале. Делма с подозрением поглядела на неё, и прошлась вокруг, проверяя работу помощниц.

– Румина! – окликнула она одну из девушек, – принеси мою диадему. Ту, что в шкатулке из таонга. Да не вздумай уронить!

Служанка проворно бросилась выполнять приказ госпожи, и через пару минут на голове Варвары красовалось нечто восхитительное, и переливалось тёплыми оттенками золотого. Ей доверили бесценные хозяйские субиры? Девушка ошеломлённо приподняла руки и коснулась пальцами камней на изящной диадеме. Мамочки… а если потеряет?..

– Может… – пробормотала несчастно Варя, – может я лучше…

Часть лица Делмы дрогнула и укрылась чешуёй, выдавая крайнее негодование по поводу очередного приступа неуверенности подопечной. Девушка сглотнула ком в горле и нервно улыбнулась.

– Поняла…

– Ещё утром в тебе было столько веры и воли. Куда, позволь поинтересоваться, всё это испарилось, стоило облачить тебя в эти юбки? – проворчала Кай.

– В штанах гораздо легче ощущать себя уверенно, – отозвалась Варя.

Она подошла ближе к огромному зеркалу в причудливой раме, выполненной в виде тонких извивающихся стеблей, на которых красовались чеканные бутоны. Девушка посмотрела на своё отражение. На неё глядела испуганная незнакомка. Глаза блестят, не хуже чем у самой Кай, а щёки порозовели. Но волосы, ещё никогда в своей жизни Варя не видела, чтоб лежали они такой чудесной гладью, переливаясь медными оттенками. Платье облегало её тонкую фигуру, скрывая до самого пола. А стоило шевельнуться, как мягко вторило движению, лаская босые ноги тончайшей тканью нижнего платья.

И следа не осталось от той неловкой пацанки, с которой можно было усесться на пыльных ступеньках перед универом, как не осталось и чувства защищённости. При штанах и своих обдёртых кулаках она чувствовала себя куда увереннее, чем в этом волшебном наряде. Словно читая мысли девушки, Делма подошла к ней и остановилась рядом. Она окинула дочь удовлетворённым взглядом, и приподняла её подбородок своими тёплыми пальцами:

– Поверь мне, дитя, сейчас ты обладаешь куда большей силой, чем наивно можешь себе представить. Более того, полагаю, что совсем скоро тебе самой предоставится возможность в этом убедиться.

Варя не стала спорить, только позволила Румине надеть на ноги башмачки, расшитые в тон платья золотистыми нитями. Слава Богу, никаких шпилек. Это можно было считать большой удачей. Она прошлась по комнате, проверяя обувь на удобство, и осталась довольна. Мягко и бесшумно – чудесно!

– Ты красавица, Варвара, – подвела итог Делма, – нужно будет просить Девина не отходить от тебя ни на шаг.

Жестом руки хозяйка отпустила служанок, и когда они остались в покоях одни, вновь обратилась к девушке.

– Помни, Варвара, – заговорила Кай.

Ну да, ну да, подумалось Варе, сейчас начнётся поучительная часть о полночи и тыкве…

– Нам предстоит важный разговор по прибытию в Бриартак. Мы отбудем завтра, ближе к полудню. Но сегодня ты не должна верить и единому слову, услышанному во дворце. И держись в стороне от лескатов.

– Почему вы их так не любите? – поинтересовалась Варя, и понадеялась, что не выдала расстройства в своём голосе.

– Ты знаешь ответ – они едва не погубили моего сына!

– Девин утверждает обратное, – возмутилась девушка.

– Всё может оказаться вовсе не тем, чем кажется, – заявила Кай.

– Вот именно, – тем же тоном ответила Варя.

– Ты слишком дерзка сегодня, – Делма прошлась к раскрытым дверям, – держись подальше от Троя Миклоса, Варвара.

– Он спас мне жизнь, – нахмурилась девушка, замечая, как выпрямилась спина Кай, которая притормозила на выходе из своих покоев.

– Он, как и его отец, никогда не сделает ничего без собственной выгоды. Ты наивна. Будь готова, мы отправляемся, – Делма покинула комнату.

Варя растерянно поглядела ей вслед.

– Может, это вы параноик? – она махнула рукой на мрачную эйслин и попыталась придать себе хоть немного женственности.

Склоняя голову набок, Варя поглядела в открытое окно.

– Ах, ваше снежное высочество, как же быть? Сегодня вечером, по вашему велению, все цветы увяли, во славу несравненной Кассии. Кажется, я единственный цветок, который уцелел. Так любуйтесь же мною… – девушка прижала ладонь к груди и томно вздохнула, затем скривилась от собственных слов и тихо чертыхнулась.

Она и правда надеялась, что Трой Миклос обратит на её персону внимание этим вечером? На приёме хватало девиц, так что хватит мечтать, Варвара!

– Кто вы, прекрасное видение? – раздался позади мужской голос и Варя едва не подпрыгнула на месте.

Она резко обернулась, встречаясь взглядом с братом. Решил подшутить над нею? Но на лице юноши читалось только искреннее восхищение. Девин подошёл к сестре и протянул ей руку:

– Я буду самым счастливым и самым несчастным сегодня во дворце, дорогая сестра. Не знать мне покоя, когда каждый из прибывших юношей вознамерится желать танца с тобою.

– Чего желать? – глаза Вари распахнулись шире и она вложила свою руку в ладонь брата.

– Нам пора, экипаж ждёт, – проигнорировал её вопрос дракон.

– Погоди, ты не ответил! – Варя вздумала упираться, но её настойчиво потянули прочь из хозяйских покоев в коридор.

– Какие ещё танцы?! – раздался несчастный вскрик девушки, когда они достигли входных дверей дома.

Вскоре знакомый экипаж нёс их в направлении дворца, а город всё преображался, вспыхивая разноцветными огнями. Празднование продолжалось, искрясь всё большим волшебством. Варя прислушалась к лившейся за окном песне, и поддалась всеобщему настроению. И что она теряла в самом-то деле? Всего один раз. Только один. Завтра её увезут прочь из Аделхейта и снова придётся столкнуться с горькой реальностью. Но сегодня она не сбежит как в прошлый раз.

Запоздалому «выпускному» – быть! А танцы… Варя тихо усмехнулась. Ну, оттопчет пару ботинок какому-то знатному пижону. Пусть ещё рискнёт подойти. Девушка кинула взгляд на сидящего напротив Девина. С таким братом можно быть спокойной. Верно! Её брат – дракон. Самый что ни на есть огнедышащий!

Глава 27

Подготовка к празднованию в самом дворце шла полным ходом. Ежегодно в эти дни, особенно перед приёмом, на который приглашалось множество знати со всего Роеланда, придворная кухня работала круглосуточно. Во дворец привозилось огромное количество продовольствия, ведь предстояло кормить тысячи человек! За день до самого события, садовники и искусные флористы Аделхейта начинали украшать залы.

Из прекрасных цветов, которыми полнились сады и оранжереи дворца, составлялись многочисленные букеты для украшения лестниц, а также стен и столов. Танцевальный зал и парадная лестница выглядели в любое время года одинаково великолепно в разноцветном море цветов. Лучшие гобелены для лестничных пролётов, и ковры непревзойдённых мастеров Китха устилали полы дворца.

Залы для торжеств освещали огромные люстры из сверкающего яшбелина. Десятки аделийских фей проверяли свечи, порхая под уходившими ввысь потолками дворца. Сам танцевальный зал освещался тысячами свечей, зачарованных крылатыми нинкусс, источая тёплый свет и с самих люстр, и из настенных светильников. Выполняя свою нехитрую, но, несомненно, важную работу, феи не спешили покидать дворец.

Имея природное любопытство, и вовсе не страдая излишней скромностью, малышки устраивались на широких подоконниках, сверкая разноцветными светлячками, либо прятались за шторами, желая подглядывать за прибывавшими гостями. Те же, кто имел хоть немного совести, ютились за раскрытыми окнами, в саду, украшая его своим присутствием. Щедро рассыпая волшебную пыльцу, они носились в тёмном бархатном небе.

Традиционно приём в честь её высочества принцессы Кассии начинался вечером. По убеждению всех живущих в Аделхейте, да и самом Роеланде, прекрасная дева появилась на свет именно в это время, когда дивные соцветия кассмелии раскрывали свои золотистые лепестки, наполняя воздух волшебным ароматом.

Вот и сейчас, стоило тёплому ветру принести с собою тонкий запах этих цветов, как принялись постепенно прибывать гости. Длинные вереницы экипажей подъезжали к парадным подъездам. По обеим сторонам на главной лестнице стояли королевские интигамы в парадных одеждах и при мечах. Форма королевских стражей внушала трепет и некое благоговение. Варя притормозила у ступеней, глядя как на плечи и головные уборы воинов мягко опускались золотистые лепестки той самой кассмелии. Меднолицые мужчины были более двух метров ростом, все так похожи лицами, что казалось, будто их создал некий неизвестный мастер, и они вовсе не были рождены.

Девин тихо пояснил, склоняясь к уху сестры, что большинство стражей короля Идгарда набиралось из народа леброннов, которые издревле славились своей преданностью и неустрашимостью. С этим фактом Варе трудно было поспорить. Большими глазами она глядела на парадную лестницу и заслушивалась лившейся неизвестно откуда музыкой.

Дворец ярко освещался тысячами огней. Прибывавшие в сопровождении прекрасных дам гости, сверкающие нинкусс, носившиеся под самыми крышами громадного здания, и она сама в этом непривычном наряде, выглядели сейчас как декорации к волшебной сказке. Мерцание бесценных камней, шелест дорогих платьев, приветственный обмен дежурными комплиментами, и сдержанные беседы гостей, сливались для Вари в некий сплошной праздничный гул. Голова её пошла кругом, и она почувствовала такую необходимую поддержку брата.

Девин придержал девушку под локоть и провёл по широкому коридору первого этажа замка. Великолепная Делма шла рядом, держась гордо и холодно, хотя и сверкала оттенками золотого, заставляя окружающих мужчин обречённо пускать слюни. Именно это и замечала Варя, удивляясь тому, что сама Кай не обращала внимания на то, какое впечатление производила на местных эйселей среднего возраста…

Сама девушка старалась не замечать того, как принимались шептать прибывшие на приём девицы, прикрываясь ладонями. Юноши глядели ей вслед, наоборот прекращая беседу и, конечно же, они недоумевали, зачем она сюда явилась! Именно так и думала Варя, а Девин, с непонятной улыбкой на губах, неспешно вёл своих эйслин через многочисленные залы дворца. В каждом из них Варя неизменно замечала всё тех же леброннцев вооружённых и молчаливых, словно статуи. Девушка позавидовала неподвижным стражам. Им ничего не требовалось делать и светских бесед вести не нужно. Стой себе, да пугай гостей уровнем тестостерона…

– Мы пришли, – неожиданно прозвучал голос Девина, и Варя вздрогнула, – готова?

Дракон тепло посмотрел на сестру. Делма тихо вздохнула, стоя по другую сторону от сына:

– Она была готова бросить вызов самому Идгарду и всем претендентам на Совете. Полагаю, что Варвара справится с восторженными вздохами прибывших мальчишек. Они сегодня так жалки… как и предполагалось. Не спускай взгляда с сестры, Девин. В церемониальном зале я оставлю вас, желаю воспользоваться случаем и говорить с нужными людьми, – пояснила Кай, – сегодня в замке будет правитель Тебраума. Это хорошая возможность для Бриартака.

– Ты можешь не думать о делах хотя бы сейчас, дорогая матушка? – Девин изобразил глубокую скорбь.

– Ступайте! – потребовала Кай, изящной рукой указывая на громадный зал, сверкающий огнями.

– Мамочки… – прошептала непослушными губами Варя, и вошла под руку с братом, немедленно попадая под прицел многочисленных взглядов.

О да… за сегодня они второй раз «делают вечер» своим появлением. Восставший из мёртвых дракон и иномирянка – перевёртыш, которая являлась народу то юношей, то девицей.

Нейл шире раскрыл окно на первом этаже дома и вдохнул свежий вечерний воздух. Он был так напоён ароматом цветов, что просто пьянил. А может виной всему тот дивный образ, что явился ему на крыльце? Превращение медноволосой девчушки с обстриженными косами в прекрасную деву, оказалось ошеломительным.

Сейчас, видя Варвару в подобном образе, его ладони буквально пылали от одного осознания, что посмел касаться госпожи, да ещё и обращаться, словно с дворовым мальчишкой. Боги, усмирите его сердце, и дайте покоя горячей голове…

Нейл кинул взгляд на небо, глядя как на нём загорались первые звёзды. Он даже не заметил, что всё это время был не один. Карамель прислонилась плечом к прохладному боку цветочного горшка, и долго глядела на стоящего рядом мужчину. Тень печали коснулась её лица, и она убрала длинные волосы на одно плечо, раздумывая сплетать их.

– Ты влюблён в Варвару?

Карамель заметила, как напряглись плечи мужчины под тонкой рубахой, и поникла на огромном подоконнике. Сейчас она не сверкала золотым светлячком и казалась себе одной из погасших звёзд, на которые сейчас вновь смотрел Ревард.

– Как можешь ты подозревать меня в подобных чувствах к госпоже? – глухо прозвучал голос энра.

– Это истина, о Нейл…

Невозможная любовь – есть самое нелепое и бесполезное чувство из существующих. Нет, из придуманных теми, кто оправдывает собственную слабость, – пробормотал сердито Ревард.

– Мы с тобою невозможно нелепы, и от того слабы, – вздохнула Карамель, глядя на бархатное ночное небо.

– Не ровняй нас, шумное создание… – тихо проговорил Нейл, кидая на фею хмурый взгляд.

Не обращая внимания на его настроение, Карамель любовалась лицом мужчины. Она знала каждую чёрточку, каждый оттенок его серебряных глаз. Могла бы воспроизвести в памяти с точностью великого Аделхейтского художника, вот только не улыбку. Обладая хоть скольким волшебством, она не могла вызвать улыбку энра. Он всегда лишь хмурился, глядя на неё.

Ах, может ей умолкнуть навеки? Насколько слаба и нелепа она, испытывая любовь к самому недостижимому из мужчин? Или лететь прочь, трусливо покидая Бриартак? Но нинкусс не имеет свободы. Аделийские феи с незапамятных времён служили драконам, получая взамен их покровительство и защиту.

Многим её сёстрам посчастливилось остаться при дворе Идгарда, и служить самому королевскому роду. Она же была изгнана, являясь «сломанной» игрушкой для всесильных господ. Карамель прекрасно помнила тот день, когда свалилась с ветки гарцина прямо на голову проезжающего мимо воина. Он обругал её, затем заботливо отряхивая никчёмные крылья, и затолкал в нагрудный карман, укрывая от внезапного дождя. Всю дорогу бедняжка слушала, как билось в груди сердце Нейла Реварда, который привёз её на земли своей госпожи в Бриартак.

Делма Кайонаодх позволила ей остаться, приняла её, несмотря на изъян. А когда велела отправиться в Мейрн и вернуть обещанное дитя, как спешила она выполнить проклятое повеление! Как желала быть полезной, но разве могла знать, что лишь прибавит бед и хозяйке и возлюбленному энру? Она сама привела в этот мир свою соперницу и от этого осознания умолкла, слишком ошеломлённая, чтобы продолжать вести беседу.

В какой-то момент Карамель вновь подумала о том, чтоб вернуть девушку обратно в её мир, лишённый магии. Но затем фея закрыла свои сапфировые глаза, понимая, что цена могла оказаться слишком великой. Легенда о нинкусс, которая из жалости решилась вернуть матери обещанное дитя в родной мир, рассказывалась не одно поколение среди аделийских фей. Каждая из них знала, что означало это – навеки лишиться сердца магии, истратить всё своё волшебство до последней капли, и быть изгнанной из своего рода.

Нет, Карамель не страшилась изгнания, и не питала злобы к Варваре из Мейрна. Как бы ревность не плескалась в её маленьком кусочке сердца, как бы любовь не ослепляла, она была добра. Но фея прекрасно понимала, что с её ущербностью придётся погибнуть, исполняя подобный ритуал.

Кто понимал девушку-иномирянку лучше её? Кто мог понять, каково не иметь своего места в чужом мире? Если уж не суждено Карамелле Аделийской разделить свою любовь, и если самым желанным станет для Варвары возвращение домой – она решится. Рассыплется золотой пылью поутру, но принесёт этим счастье хоть одной из них.

Глава 28

В Церемониальном зале гости продолжали непринуждённо общаться и обмениваться любезностями, ожидая появления Идгарда и его свиты. Да уж, трудно было представить толпу блистательнее этой. Трой нетерпеливым взглядом обвёл разноцветную группу присутствующих дам, вперемешку с сопровождающими их мужчинами. Каждая из этих кокеток считала свой наряд наиболее изысканным, а причёску самой затейливой… шеи бедняжек готовы бели надломиться под тяжестью бесценных каменьев.

Молодой человек сдул белоснежную прядь с лица, а затем просто провёл ладонями по послушным волосам, убирая их назад. Где эта девчонка? Почему до сих пор нет? Вздумала не явиться на наивеселейшее сборище их славной столицы?

– Неужели и правда? – выдохнул Трой, обдавая ледяным дыханием эйслин Келес, стоящую рядом в сопровождении своей матушки.

Девушка поёжилась от внезапного холода, но любезно улыбнулась, рассчитывая на ответную улыбку. Уголок губ Троя дрогнул, но скорее непроизвольно, чем от любезности. Ровно в положенное время главный королевский лембер объявит о появлении Идгарда, и станет ясно, что Вар, то есть негодная обманщица, не явится на приём. Вар… и как же звать её? Кто она? Где она? Трой прислонился спиной к одной из колонн и сложил руки на груди. Белоснежная куртка, расшитая серебром, натянулась тонкой тканью на рукавах. Миклосу захотелось скинуть её прочь и остаться в одной рубашке.

Юноша вернулся мыслями к жалкому прилавку торговца, за которым впервые увидел зеленоглазую незнакомку. Всплеск силы вынудил ощутить покалывание в руке, и он крепче сжал ткань на рукаве. Подумать только, что могло приключиться с нею, не сумей он с энром справиться с проклятым макои! Трой не сомневался, что Идгарду уже давно доложили о подлом вторжении на территорию Аделхейта, да ещё в день рождения дочери. Охрана на улицах столицы была увеличена. Несомненно, ведьма, вызвавшая демона, будет разыскиваться, как и все, кто причастен к произошедшему.

– Рад видеть вас сегодняшним вечером, эйсель Миклос. Позвольте поинтересоваться, намерены ли вы и ваш отец задержаться в столице? – обратился к юноше высокий худощавый мужчина.

Трой был вынужден отвлечься от собственных мыслей и наблюдения за входом в зал.

– Эйсель Дуор, – лескат в приветствии коротко склонил голову, – эта радость взаимна. Надеюсь, ваша супруга и матушка Йена во здравии?

– Моя дорогая Зелия чувствует себя намного лучше, хотя буйное цветение Аделхейта неважно сказывается на её чувствительном дыхании. Я отправил жену отдохнуть на побережье. Кибелл наилучшим образом освежает и мысли и лёгкие.

– С этим трудно поспорить… – пробормотал Трой, не особо прислушиваясь к словам Дуора.

Какого дрита она ещё не в зале? Трой поскрипел зубами, вновь слыша обрывок слов своего собеседника:

– Мои дочери – Вейра и Айдет пробудут в столице ещё пару дней.

– Прекрасно… – задумчиво отозвался юноша.

– Так вы намерены задержаться в Аделхейте?

– Согласен, море в это время, несомненно радует… – проговорил Трой и замолчал, как и многие присутствующие.

Как желал он сейчас, чтоб исчезли все гости в громадном зале, и чтобы смолк шелест голосов, обсуждавший прибывших в сопровождении Девина Кайонаодха женщин. Та, что стояла теперь по правую руку от воскресшего дракона, в этот вечер привлекла собою больше внимания, чем внезапно объявившийся наследник Бриартака.

Медные волосы мягким водопадом струились по плечам девушки, дивно контрастируя с нежной кожей и тёмным, цвета каламеев платьем. Даже лёгкий румянец на щеках был так чудесен, что Трой немедленно пожелал коснуться гостьи.

– Эйсель Девин Кайонаодх, правитель Бриартака! – громко объявил прибывших королевский лембер, приподнимая свой сверкающий жезл, – и под его покровительством – эйслин Делма Кайонаодх, и эйслин Варвара Кайонаодх!

Варвара… губы Троя дрогнули в довольной улыбке, когда девушка немного повернула свою чудесную головку и встретилась с ним взглядом. Вот и попалась обманщица! Глаза юноши сверкнули льдинками, вынуждая румянец на щеках юной эйслин загораться ярче.

– Варвара… – словно пробуя на вкус это слово, Трой склонил голову, приветствуя драконий род.

Девин ответил на приветствие, мать семейства привычно проигнорировала снежного соседа и отправилась в сторону правителя Тебраума. Сейчас вдова не интересовала Миклоса, он смотрел на девушку. Она так старалась держаться непринуждённо, но зелёные глаза сполна выдавали волнение, как и руки, которые бедняжка едва не сложила на груди, повторяя за ним.

– Эту глупышку из Мейрна, похоже, приютили на правах карманной зверушки. Вот только зачем приводить с её собой, в общество достопочтенных эйслин? – зашептала возмущённо одна из девушек неподалёку от Троя.

– Разве не полагается таким поводок? – поддержала её вторая дама.

Молодой человек уже сжал правую руку в кулак, намереваясь использовать свою силу, и как следует подморозить глупым девицам языки, да так, чтоб до конца приёма онемели, но увидел стоящего рядом с ними отца. Левен сверкнул ледяной улыбкой, немного склоняя голову к первой из говоривших дам:

– Головку этой юной эйслин венчают чистейшие субиры, достойные самой королевы. Только мать своей дочери может доверить носить подобное, тем доказывая принадлежность к роду и высшее благословение. Данный жест, по моим скромным познаниям, является не менее крепким, чем обряд кровного единения.

Миклос слышал, как участилось дыхание эйслин. Заметил мужчина и то, как она поджала губы, признавая очевидное.

– Но, как я погляжу, – продолжил свою словесную экзекуцию Левен, – вы блистаете и в фамильном дубликате, что никак не умоляет вашей юной прелести.

Он в почтении склонил белоснежную голову и умолк, направляясь теперь к сыну, оставляя девушку задыхаться от подобной пощёчины. Едва Левен достиг Троя, как пришлось остановиться и отложить беседу. Лембер, вытягиваясь тощей жердью в сверкающих одеждах, трижды громко ударил жезлом в пол, и объявил о прибытии его величества короля Идгарда.

Голоса в зале немедленно смолкли, и гости привычно расступались, освобождая вышитую золотыми нитями ковровую дорожку. Все взоры прибывших обращались к широко распахнутым дверям. Идгард и его свита входили в церемониальный зал в полной тишине. Рядом с правителем мягко ступала супруга – королева Марайн. Бледно-голубые одежды её величества чудесно сочетались с серебристыми косами, которые опускались ниже талии женщины. За Идгардом и Марайн следовали члены королевской семьи – старшая дочь – Улейна, за нею – Кассия, а затем уж и остальные, приближённые эйслин и эйсель, в порядке уменьшения их статуса при дворе.

Все присутствующие в зале женщины приветствовали монарха реверансом, а мужская половина склоняла головы, выражая почтение. Трой исподлобья наблюдал, как с этим делом справлялась Варвара. У девушки вышло довольно успешно и он, честное слово, даже выдохнул с облегчением, будучи рад этому факту.

Скорее бы закончилось это ежегодное представление… Трой едва сдерживался от желания пересечь зал и подойти к девушке. Эти медные волосы должно быть так же мягки под пальцами, какими казались в свете ярких свечей.

– Ты должен хотя бы иногда моргать, сын, – проговорил едва слышно Левен, и его рука легла на плечо Троя, – полагаю, ты сослужишь этим дурную услугу юной Варваре.

– Что? – юноша рассеянно повернулся к нему.

– Ты будешь представлен эйслин позже, как и подобает. Сейчас же обрати свой взор на нашего монарха, будь любезен…

Идгард был явно омрачён какими-то раздумьями, хоть и приветствовал гостей своей привычной речью, даже улыбаясь. Всему виной недавний Совет? Или вторжение макои? Похоже, что и первое, и второе.

После приветственной речи, высочайшая пара заняла места на двух тронах, расположенных у стены на небольшом возвышении. Рядом с ними, на резных креслах, расположились принцессы. Тут же вдоль стены установлены были кресла попроще, для самых высокородных эйслин, которые сидели согласно рангу: чем выше ранг, тем ближе место к обоим тронам. Место Делмы Кайонаодх, как и покойной матери Троя было слишком соблазнительно близко к восседавшим королю и королеве. Это не давало покоя многим присутствующим дамам. Юноша стиснул зубы, глядя, как на привычное место покинувшей этот мир хозяйки Ильхада присела черноволосая Рида Амвар, супруга эйселя Амвара, правителя Крадеона.

Идгард неспешно поднялся с трона и привычно прошёлся к гостям. Его супруга, сидя на своём месте, принимала приветствия от аристократок, которые поочерёдно подходили к трону и представляли её величеству своих дочерей, впервые вышедших в свет. Пришёл черёд и Кай подойти к Марайн. Варя была вынуждена следовать за Делмой через половину зала, и задерживать дыхание, пока её представляли королеве. Взгляд принцессы Кассии девушка тщательно игнорировала, понимая, что если сейчас поддастся панике, то всё испортит. Поздоровается и сбежит. Совсем чуть-чуть потерпеть…

– Присядь, Варвара, – внезапно проговорила королева.

Жестом изящной руки она указала на одну из небольших бархатных табуреток, которые специально были поставлены, чтобы её величество могла пригласить присесть для короткого диалога. Делма отошла, и Варе ничего не оставалось, как подчиниться повелению королевы. Не стоило говорить о том, с какой завистью сейчас глядели на неё те, кому не «посчастливилось» получить подобное внимание. Варя с превеликим удовольствием поменялась бы с этими девицами местами, но лишь улыбнулась сидящей на троне женщине.

Вот точно королева, таких всегда в сказках и показывают. Красивая женщина лет сорока, в меру мудрая, и наверняка удачно скрывает это от своего царственного супруга. Марайн внимательно оглядела девушку и поинтересовалась:

– Как ты находишь дворец, Варвара?

– Здесь красиво, – просто ответила девушка.

– И это всё? – удивлённо проговорила королева, – это всё, что ты можешь сказать об окружающем великолепии и работе сотен лучших мастеров Аделхейта?

– Боюсь, что если я начну описывать все свои впечатления, то мы просидим так до утра, ваше величество, – открыто улыбнулась Варя, – в самом деле, здесь очень здорово, хоть и слишком много народа.

Губы Марайн тронула ответная улыбка.

– Просидеть до утра, делясь впечатлениями – пожалуй, не так уж и плохо, Варвара. Порой это лучшее из занятий. Чего же ты ждёшь от сегодняшней ночи, дитя?

– Хочу найти причину, чтобы не сбежать. А ещё хочу извиниться за то, что своим обманом обидела тех, кто это не заслужил, – Варя рискнула глянуть на Кассию, и заметила, что всё это время именинница внимательно слушала их беседу.

Принцесса немедленно отвернулась, но не была сердита. Видимо слишком хорошее настроение не дало ей продолжать таить злобу на иномирскую обманщицу. Может, оно и к лучшему, подумалось Варе.

– Пусть сегодня твои намерения осуществятся, Варвара Бриартакская, – подвела Марайн итог короткой беседы, – ступай. Я желаю говорить с тобой позже. Об этом будет извещён твой брат.

Варя поблагодарила королеву за оказанное внимание, понадеялась, что всё же видит её в последний раз, и поняла, что осталось самое сложное. Как учила Делма, придворный этикет требовал, чтобы удаляясь от трона, эйслин пятились назад в поклоне и ни в коем случае не поворачивались спиной к королеве. Учитывая ступеньки возвышения, на котором стоял трон, и длинный шлейф её платья, сделать это было практически невозможно.

Глядя на попытку девушки спуститься вниз, Трой тихо пробормотал проклятия и просто пошёл через зал, лавируя между гостями. Они уже были представлены друг другу! Пусть тогда эта обманщица и притворялась юношей. Так что никакого порядка он не нарушал. А если и так, то какое ему дело? Его терпению давно пришёл конец.

Нога предательски стала на край шлейфа, и Варя споткнулась, понимая, что сейчас просто свалится, вызывая злорадство присутствующих девиц. Но её спина не встретилась с полом, поскольку была поддержана рукой неизвестного. Буквально полулёжа на этой самой руке, девушка понимала, что длинные волосы подметают блестящий паркет и её приподняли немного выше. Варя рискнула глянуть на лицо спасителя и ошеломлённо замерла.

– Привет… – прошептала она, большими глазами глядя на склонившегося над нею Троя.

– Привет, – повторил юноша странное слово, явно звучавшее, как некое приветствие.

– Не хочешь поднять меня, а?

– Не хочу, – честно ответил принц лескатов, мучая её своим прохладным взглядом, – но ловил вовсе не для того, чтоб потешить дурные языки местных болтунов.

Под раздражающий шёпот и надоевшие взгляды, Трой помог девушке выровняться. Он убедился, что Варвара устоит на ногах, и вынужден был отступить на шаг назад, затем склоняя белоснежную голову.

Проклятый этикет… будь они, как в прошлый раз, на рынке или в таверне, то не отпустил бы. Их род не придерживался столь великого числа правил и условностей. Лескаты могли слыть варварами. Но, по мнению Троя, именно они и были более искренними в чувствах и действиях, чем все присутствующие во дворце.

– Спасибо, – еле слышно проговорила Варя, теряясь под его пристальным взглядом, – ты во второй раз спас меня.

– Ты ведёшь счёт, Варвара? – приподнял брови Трой.

Она хотела что-то ответить, замечая, как Делма уже направилась к ней, явно желая увести прочь от ненавистного леската. Но придворный лембер, повинуясь приказу королевы, уже приподнял свой сверкающий жезл, и звонко ударил им о пол, возвещая начало бала. Гости пришли в движение, и им с Троем пришлось отступить к стене, пока Варя спиной не упёрлась в колонну.

Миклос прекрасно знал, что теперь всем придётся остаться на своих местах и лицезреть, как бал открывает пара выбранная королевой. Он стал так, чтоб закрыть собой обзор девушке и скрыть её тем самым от взгляда негодующей Делмы. Девин находился немного поодаль, в компании своих товарищей и не сводил взгляда с Варвары. Но Трой не видел в нём ни осуждения, ни неприязни. Дракон был ему благодарен за «спасение» чести сестры.

Значит, у них было несколько минут до того, как первый танец окончится и умолкнет музыка. Она лилась под высоким потолком зала, завораживая и заставляя голову кружиться. Варя вновь подавила желание сложить руки на груди и сцепила пальцы в замок, чтобы избежать ненужного соблазна. Трой приблизился на шаг, и немного склонил голову набок, вновь рассматривая её лицо. Наверняка был зол. Конечно, неслось в голове Вари. Она так старательно делала из него идиота, что сама была бы зла. Но он снова выручил её, и от этого осознания девушка невольно улыбнулась.

– Муки раскаянья не терзают тебя, обманщица из Мейрна? – хмурясь, поинтересовался Трой.

Боги, когда она улыбалась, он чувствовал, что ещё немного и узнает какова эта улыбка на вкус.

– Извини, что обманула.

– Хм, это была лишь попытка, настолько жалкая, что не удалась, – заявил Трой, складывая руки на груди, – я разгадал тебя ещё на рынке.

– Да ну? – недоверчиво потянула Варя, – прямо разгадал? Вот прям на рынке и понял?

– Верно!

– И в таверне ты знал, что я не парень? – продолжила пытать девушка.

– Верно, – кивнул Трой, – стал бы я утруждать себя спасением какого-то мальчишки.

– Ты просто очень добрый, – усмехнулась Варя.

– Мужчина не может быть добрым, это удел…

– Да-да, – вздохнула она, ещё один суровый челябинский мужик…

– Следующий танец, – неожиданно проговорил Трой, понимая, что музыка стихала и их время выходило, – на следующий танец – прими мою руку, Варвара.

Делма неумолимо приближалась, и он даже задержал дыхание, ожидая ответа девушки. Проклятье, почему медлила? Если её матушка доберётся до них раньше, чем она даст согласие, то…

– Я не умею танцевать.

– И это единственное, что тебя смущает в данный момент?

– Да…

– Моя рука – прими её, – твёрдо произнёс юноша, – от тебя требуется только это.

Варя заметила Кай, и как гневно сверкнули золотом её глаза. Нет, не собиралась она выслушивать нотации по поводу «круга общения». Рука девушки скользнула по прохладной ладони Троя, и он легко сжал её пальцы, следом склоняясь и касаясь их губами. От этого неожиданного прикосновения Варя почувствовала, как её кинуло в жар. Нет, это было вовсе не то чувство, когда её касался Девин, всё было иначе. Удивительная музыка зазвучала вновь, на этот раз лёгкая, неспешная. Она переливалась дивными струнами невидимых инструментов, завораживая и увлекая за собой.

Глава 29

Трой проводил свою спутницу к избранному им месту и слегка поклонился девушке. Варя, вспоминая наказ Делмы, ответила ему реверансом.

– Твоя левая рука, – проговорил Трой, предлагая девушке вложить ладонь в его правую руку.

Варя подчинилась, ожидая дальнейших инструкций своего спутника. Вместо этого юноша неожиданно привлёк её к себе, удерживая за талию.

– Смотри на меня, и не отводи взгляда. Так будет легче.

– Ты в этом уверен? – едва слышно проговорила Варя.

Мамочки, руки её дрожали, а дыхание прерывалось. Всему виной близость этого снежного принца, неслось в её бедной голове. Смотреть на него? А как справиться с чёртовым волнением?! Она осторожно опустила свободную руку Трою немного ниже плеча, как и следовало для начала танца.

– Представь, что нас здесь только двое, – неожиданно предложил юноша.

– Я пытаюсь…

– Представь, как все они изнывают от зависти.

– Конечно, ведь на меня обратил внимание сам «мистер-декабрь»! – проворчала Варя.

– Глупышка, я имею в виду каждого из находящихся в этом зале мужчин.

– Я… я оттопчу тебе все ноги… – прошептала смущённая девушка.

– Вот это навряд ли, – губ Троя коснулась восхитительная улыбка.

В следующее мгновение он приподнял девушку, не позволяя её туфелькам касаться пола, и легко закружил в танце. Магия, конечно магия, но Варя действительно поверила, что все исчезли, оставляя для неё этот удивительный момент. Прекрасный принц держал её так легко, словно она и не весила ничего, бережно удерживая за талию. Глаза Троя сверкали чистейшими аквамаринами, а улыбка принадлежала только ей.

Пусть только сегодня, но она прекрасно понимала, что чувствовала сказочная Золушка на своём балу. Никто не кинется за нею по бесконечной лестнице и, конечно же, не станет примерять потерянную туфельку всем встречным женщинам, надеясь отыскать. Но никто не сможет украсть эти воспоминания.

Варя подняла взгляд, любуясь золотым великолепием огромных люстр, освещённых свечами, круживших над их головами в такт дивной музыке. Разноцветные нинкусс невесомыми бабочками порхали под самым потолком, рассыпая свою волшебную пыльцу. Опускаясь на волосы девушки, она заставляла их переливаться яркими оттенками меди. Трою казалось, что сейчас в своих руках он держал тонкое искрящееся пламя, огонёк свечи, способный согреть его одним своим присутствием до кончиков пальцев.

Девин не сдержал улыбки. Все пары, конечно же, исполняют одни и те же движения, но если приглядеться внимательнее, то найдётся масса черт, которые послужат верной подсказкой их личности. Можно безошибочно сделать вывод о существующей между танцующими партнёрами симпатии по тому, насколько гармоничны их движения. Как будто они представляют собой одно целое. Его сестра была счастлива те минуты, что длилась музыка, и в тот миг, пока глядела на их снежного соседа.

Из окна потянуло ночной прохладой, и Делма зябко повела открытыми плечами, но в следующий момент некая преграда встала между нею и свежим потоком воздуха, не позволяя замёрзнуть. Кай повернула голову и нервно вздохнула, замечая рядом Левена. Мужчина невозмутимо заложил руки за спину и сверкал, словно снежная статуя в своих белых одеждах.

– Вы выбрали не лучшее место для наблюдения, – проговорил Миклос, продолжая смотреть на танцующие пары, – со стороны колонн лучший обзор и ветер не потревожит вас.

– Что вы здесь делаете? – возмущённо прошептала Кай, не желая привлекать к ним лишнего внимания.

– Понятия не имею, – качнул головой Левен, – чего же вы ожидаете от этого вечера?

Теперь Миклос посмотрел на свою собеседницу, и она ответила тем же.

– Ожидаю его скорейшего завершения.

– Как же салют? – поддразнил её лескат.

– Изволите шутить? Полагаете, что я стану любоваться на это действо? – ахнула Делма, и её глаза заискрились тёмным янтарём, – я уже не юная эйслин, и не намерена трепетать от жалкой россыпи разноцветных блёсток…

– В этом году его устраивает достопочтенный Йернуль из Эзгона, – Левен не без удовольствия наблюдал, как на мгновение расширились глаза женщины, выдавая скрываемые чувства.

Как и в юности, Делма всё так же любила это красочное действо. И ничто не могло помешать ей любоваться им из года в год, что и было первой и самой важной причиной, по которой золотоволосая юная эйслин спешила во дворец. Он узнал бы стук её каблуков из тысячи и, наверное, столько же раз она спешила мимо, не поворачивая своей прекрасной головы.

Что делают с нами великие Боги, и как распоряжаются нашими жизнями? С какими намерениями они пересекают множество дорог, заставляя лишь наблюдать за чем-то настолько недосягаемым?

– Мастер славится своими восхитительными работами. – продолжил говорить Левен с ноткой грусти, которая сорвалась с его губ, видимо уж слишком располагала атмосфера ночного бала, – вам всё же стоит взглянуть. Хотя бы издалека.

Делма сдержанно смотрела на то, как поклонился её дочери сын Микпоса, и сопроводил девушку до места, откуда он её пригласил. Варвара наивно улыбалась, искрясь и без обладания магией, и сердце Кай сжалось.

– Я не намерена исполнять обязательства, которые заключал с вами мой муж, эйсель Миклос. Не тратьте своё время на подобные надежды. Они умерли вместе… вместе с моим дорогим Вернером, – на выдохе проговорила Делма.

Она торопливо пошла по залу, замирая лишь, когда над дворцом принялись рассыпаться искрящиеся цветы. Салют как всегда прерывал бал, заставляя юных гостей выходить на открытые террасы и любоваться им. Брызги искр угасали и таяли за открытыми огромными окнами, отражаясь в глазах женщины.

Пусть она и непреклонна, и пусть походила на пугливую раненую птицу, он всегда будет исполнять своё обязательство, как и обещал умирающему Вернеру Кайонаодху на побережье Скендера. Легендарная битва с соседним королевством Азелфлад унесла многие жизни, включая мужа Делмы и её старшего сына Родерика. В тот год впервые она не подняла взгляд к небу, и с тех пор ни единого разу не раскрылись её крылья.

Бедная мать решила, что он мог быть повинен в гибели её последнего наследника. Как мог он требовать от неё веры? Разве мог признаться даже своему сыну, что едва узнал о постигшем Бриартак несчастий, то ни на миг не прекращал поиски, что едва не сорвал весь снежный покров с земель Ильхада. Но словно Боги решили наказать его за что-то, не давая отыскать в своих собственных владениях единственное успокоение этой женщины.

Ещё мгновение Делма смотрела на салют, а затем отвернулась, молчаливо покидая эту часть зала. Левен вздохнул и перевёл взгляд на сына. Трой явно был недоволен тем, что не успел пригласить рыжеволосую девушку любоваться салютом. Девин Кайонаодх собственнически держал сестру за руку, второй, свободной, указывая на небо. Йернуль творил свою магию, заставляя юных эйслин ахать и замирать от восторга, и небо Аделхейта вновь и вновь расцветало яркими красками.

– Это уже походит на родовое проклятие… – пробормотал Левен, и подошёл к скучающему сыну. – ты портишь гостям праздник.

– Что за нелепость? – мрачно отозвался Трой, и только тогда обратил внимание, что подоконник рядом с ним укрылся толстым слоем пушистого снега.

– Это… это освежает! – юноша небрежно махнул рукой и снова принялся сверлить затылок дракона ледяным взглядом.

– Ступай к ним, – настойчиво предложил Миклос старший, – или я должен оттащить тебя за воротник?

Варя обернулась на мгновение и её губы тронула счастливая улыбка. Трой не удержался и улыбнулся в ответ. Следом он ощутил сильнейший толчок в спину, вынудивший его сделать широкий шаг и оказаться на террасе, в компании восторженных гостей. Молодой человек сердито обернулся, но эйсель Миклос, как ни в чём не бывало, беседовал с каким-то мужчиной, полностью игнорируя своего отпрыска.

– У каждого свой запах! Ты знал об этом? – забывая о «манерах», Варя протянула руку и взяла ладонь Троя, привлекая его ближе к их небольшой компании, – представляешь?

– Представляю… – глухо пробормотал принц лескатов, нехотя высвобождая свою руку, когда рядом раздался едва слышимый рык дракона.

– Каждый «цветок» имеет свой запах! – продолжала с восторгом говорить девушка, – у нас такого не бывает! А ещё… а ещё они меняют форму и цвет… и они такие… такие…

У неё сбилось дыхание, и Варя вновь подняла голову, большими глазами любуясь на происходившее волшебство. Бедняга Йернуль и не знал, какого поклонника приобрёл сегодняшней ночью. Девин тихо усмехнулся и коротко кивнул Трою. Оба молодых человека смирились, своими плечами отгораживая юную подругу от посягательств «вражеских» поклонников, и поддались её настроению, поднимая взгляды к небу.

Когда же ночное представление было окончено, то гости принялись возвращаться обратно в зал. Но Варя не спешила последовать за ними. На террасе было так свежо и чудесно, а ещё оставалось лишь два человека рядом, с которыми она могла ощущать себя свободно. Ну, почти, подумалось ей, когда глянула на Троя. От избытка эмоций девушка чувствовала, что дрожит. А может, это ночной прохладный воздух остужал её слишком быстро.

Пока она размышляла над этим, глядя вниз, на освещённый двор и далёкие улицы Аделхейта, то позади неё едва не разразилась настоящая борьба. Девин поспешил согреть сестру, и скинул свою куртку, желая укрыть ею девушку. Но та же идея пришла в голову Трою, который на мгновение оказался проворнее, и лишь столкнулся плечом с драконом, когда его белоснежная куртка укрыла плечи Варвары.

Девушку моментально окутало приятное тепло, и она придержала полы одежды, оборачиваясь к своим спутникам. Как луна и солнце они буквально светились, стоя совсем рядом. Девин сердито накинул куртку на одно плечо, не желая надевать её обратно, как и Трой оставаясь в одной тонкой рубашке.

– Спасибо, – Варя благодарно улыбнулась принцу лескатов, и тот в ответ коротко склонил голову.

– Грейся, Варвара, – проговорил Трой, – ночи в Аделхейте порой холодны даже летом. Сказывается близость гор и Ильхада.

Молодой человек кинул через плечо взгляд на Девина, всем своим видом показывая, что дракон был здесь явно лишним. Брат ответил лескату таким же взглядом, и сложил руки на груди, заявляя:

– Ты же всерьёз не думал, что я оставлю тебя с моей дорогой сестрой наедине, Миклос?

– Ты читаешь мои мысли, Кайонаодх, – ни капли не смущаясь, ответил Трой, – я действительно серьёзен и завтра намерен доказать тебе это.

Девин неспешно кивнул, хмуря золотистые брови. Когда сын повелителя Ильхада пригласил его сестру на танец, он не оставил сомнений, что за этим последует. Трой Миклос желает нанести официальный визит в их дом. Лескат обратится к нему, как к теперешнему правителю Бриартака и опекуну Варвары, с намерением просить дозволения ухаживать за нею. Хитёр! Интересно, чтобы стал делать, если бы всё ещё правила мать? Пробиться сквозь возведённые стены недоверия Делмы Кайонаодх дело, практически обречённое на провал. Но он не намерен был обсуждать душевное состояние своей матушки с кем бы то ни было.

– Завтра мы отбываем в Бриартак, – проговорил Девин, обращаясь к Трою, – полагаю, что лучшим вариантом будет, если ты объявишь о своих намерениях немного позже, Миклос.

– И позволить тебе вновь безвестно пропасть, теряя такую блестящую возможность? Никогда, Кайонаодх, – твёрдо заявил молодой человек, – не желаю тратить и дня на напрасные ожидания. Не желаю таиться от твоей матери, словно я и в самом деле виновен в чём бы то ни было.

Варя встревоженно подошла к юношам ближе, но они лишь продолжали хмуриться и вести странный, непонятный ей разговор. Какие напрасные ожидания? Что за «блестящая» возможность? О чём они говорили, и при чём тут Кай? На террасе заметно посвежело, и на лицо девушки опустилась холодная снежинка, а затем ещё и ещё. Опять «мистер-декабрь» разошёлся…

– Отец никогда ничего не говорит, и считает, что я понятия не имею о его действиях, – продолжил говорить Трой, – но не было и единого дня, чтобы он переставал искать тебя. Ты знаешь, каковы в это время бури над Ильхадом. Даже нам они неподвластны, а Жестокая гряда считается недоступной ни единому живому существу. Но он искал. Тайно присланный с Бриартака отряд твоей матери – они были найдены погибшими. Тела разведчиков растерзали олсумы, благо уже после того, как души покинули их. Но каждый был похоронен, как достойный воин. Согласно вашим обычаям. Отец не скажет, а твоя мать не станет слушать. Я хочу, Девин Кайонаодх, чтобы ты знал это. Он разделял скорбь эйслин Делмы.

Варя взволнованно перевела взгляд с Троя, на раскрытые двери, ведущие с террасы. Золотым призраком Делма стояла там, и неизвестно как долго. Оба юноши проследили за взглядом Вари и почти одновременно склонили головы, приветствуя Кай. Молчание становилось неловким, девушка попыталась исправить ситуацию, и открыто улыбнулась матери:

– Пока эти двое продолжают играть в снежки, нам лучше согреться и что-нибудь съесть! – она решительно прошла к Трою, с благодарностью вручила ему куртку, чмокнула брата в щёку и, не обращая внимания на сопротивление, увлекла Кай обратно в зал, – тут же есть какая-нибудь столовка? Или буфет? Выпьем кофе, съедим по пирожинке…

– Мы возвращаемся домой, Варвара, – тихо отозвалась Делма.

Говорила женщина, не сердясь, скорее в голосе её звучала огромная усталость. Варя сочувственно поглядела на побледневшее лицо Кай, и согласно кивнула. Она постаралась не оглянуться в сторону оставленной террасы, где всё ещё оставались брат и снежный принц. Что ж, вот и всё. Бал окончен. Пора, Золушка, пора…

Делма не остановилась, продолжая идти через зал. Вновь погружаясь в водоворот голосов и музыки, Варя не удержалась и обернулась уже перед самым выходом из церемониального зала. Девин уверенно направлялся к своим женщинам, намереваясь сопроводить их до дома. Но сейчас Варя смотрела на белоснежный силуэт Троя. Девушка едва приметно махнула ему, не желая беспокоить свою «мать». Молодой человек так же поднял свою руку и, повторяя за единственной причиной его нахождения на этом постылом праздновании, помахал ей в ответ.

Глава 30

Ночь уже полностью охватила Аделхейт, когда они добрались до дома. Каждый из них троих был погружён в свои мысли, и по пути все молчали, как и тогда, когда поднимались по крыльцу. Только сейчас Девин пожелал доброй ночи и Варе, и матери, а затем отправился в свои покои. То же сделала и Делма, заявляя, что намерена отдыхать, и им обоим стоит подарить себе хоть несколько часов драгоценного сна.

Оставаясь в нижнем зале одна, Варя не спешила идти в свои новые покои. Теперь ту комнату, что отводилась ей ранее, занимал Девин. А новоявленную госпожу определили в другое крыло дома, как и полагалось приличной эйслин. Девушка тихо села в одно из небольших кресел, и устало прислонилась к его высокой удобной спинке. Платье мягко легло изумрудными складками у её ног, скрывая расшитые башмачки. Варя осторожно сняла с головы вручённую Кай диадему, и опустила её на колени. Украшение нежно переливалось оттенками золотого, словно из него исходило некое свечение.

– Я смогла, чёрт возьми… – девушка устало закрыла глаза, – и это было круто…

Её губ коснулась мечтательная улыбка. Варя вновь ощутила прикосновение рук Троя на своей талии, и то удивительное тепло, которое исходило от него во время танца. И почему всегда считала, что лескат должен быть холодным, как снеговик? Обычный живой парень. Ну, пусть не обычный – особенный. Варя разулась, согнула ноги в коленях, и удобнее устроилась на кресле. Она положила одну руку на подлокотник и опустила на неё сонную голову.

Эти новые ощущения тревожили её, словно великая тайна, заставляли улыбаться своим мыслям, и повторять в памяти недавние события. Некоторое время девушка посидела в задумчивости, затем поняла, что так и заснуть недолго, а утром получить нагоняй от хозяйки дома. Варя устало потянулась. При этих действиях диадема соскользнула с её колен и не повредилась только благодаря длинному платью, по которому просто съехала вниз, на пол.

Девушка торопливо наклонилась, желая поднять украшение, и ругая себя за неосторожность. Но рядом заметила пару знакомых сапог, которые привычно скрипнули, когда энр опустился на одно колено и поднял венец Делмы. Ревард вручил сокровище хозяйке и поднялся.

– Вам не следует оставаться здесь, – тихо проговорил мужчина, – комнату подготовили по приказу госпожи Делмы во время вашего отсутствия.

– Почему ты не спишь, Нейл? – Варя поправила длинный подол, который мешал толком стоять.

Обуваться вообще было лень, и девушка просто подняла с пола башмачки.

– Как раз собирался, – коротко ответил Ревард, глядя на госпожу с высоты своего роста, – вы…

– Да хватит мне выкать. Не нужно, ладно? И не говори мне о том, что это положено, – девушка тепло коснулась его плеча головой, а затем направилась к лестнице, чтобы наконец вернуться в свою комнату.

– Я тебе госпожой не буду. И хозяйкой тоже. Можешь ворчать сколько угодно! – донёсся её голос со ступеней.

– Ступайте спать, – тихо проговорил Нейл.

– Тогда «велю» тебе делать то же, – отозвалась Варя, – доброй ночи, Нейл.

– Доброй ночи, – ответил воин, и проводил девушку взглядом, словно и правда опасался, что с нею могло что-то приключиться на этих ступенях.

Ревард взъерошил свои короткие волосы и бесшумно прошёлся по залу, желая выйти в ночь. Спать всё равно не сможет, а во дворе свежее и легче дышится. Там и мысли текут спокойнее, не сбиваются ненужными чувствами. Зверь в нём просился на волю, давно такого не было. Не любил он города.

Бескрайние просторы его родины, да земли Бриартака, позволяли чувствовать себя свободным. Возможно, собственная тоска заставляла путаться и сваливать всю «вину» на иноземную девочку. Видел ли он в ней себя, когда однажды объявился на земле драконов? Сколько общего было в них, что потянулся сердцем к той, кому не должен был? Нейл толкнул тяжёлые двери и его немедленно окутала ночная свежесть, смешанная с запахом цветущего сада. Мужчина шумно вдохнул и спустился с крыльца вниз.

Подготовленная для неё комната оказалась не менее уютной и просторной чем та, в которой сейчас спал Девин. По крайней мере, Варя искренне надеялась, что брат именно этим сейчас и занимался. Ему необходимо было хорошенько отдохнуть, а не сопровождать девиц на танцы. Широкая кровать была наполовину скрыта тонким полупрозрачным балдахином, который поблескивал золотистыми искрами в лунном свете. Окно было приоткрыто, впуская ночную прохладу. Варя подошла к нему, перед этим оставляя у кровати свои башмачки.

Её сонная подруга дремала на самом краю подоконника, забавно сопя на одном белоснежном хвостике и укрываясь вторым, словно одеялом. Это никуда не годилось… Девушка окинула комнату взглядом, затем торопливо, стараясь не шуметь, прошлась по ней и взяла с полок то, что могло бы пригодиться.

Вскоре рядом с Карамелью лежало несколько тонких платков, была поставлена ваза с цветами и широкий серебряный подсвечник, больше походивший на блюдце, Горничная заботливо установила на него свечу, но Варя оставила её на столике за ненадобностью. Теперь, улыбаясь своим мыслям, девушка принялась колдовать над принесёнными вещами. Она отделила от стеблей несколько цветов и выстелила ими блюдце, заполняя дно полностью. Убеждаясь, что вышло мягко и ровно, Варя аккуратно расправила белоснежные лепестки и накрыла их одним из платков.

– А ведь неплохо, верно? – шёпотом проговорила девушка и осторожно подняла на ладони сонную фею.

Варя устроила подругу в импровизированной постели и укрыла вторым платком. Идеально!

– Ты решила похоронить меня в этой цветочной усыпальнице? – потянулась Карамель и открыла свои аквамариновые глаза.

– Это всего лишь кровать, – проворчала Варя и расправила своё творение.

Лежать было удивительно приятно, и стрекоза устроилась удобнее, поглядывая на девушку.

– Ты была сегодня счастлива, Варвара? – малышка потёрла усталые глаза.

– Да, – Варя присела рядом с подругой на подоконник, – сегодня я чувствовала себя счастливой. Это было удивительно и даже не верится, что всё случилось со мной на самом деле.

– Тебя ещё что-то удивляет после того, как оказалась в этом мире? – Карамель села на своей цветочной постели и обхватила ноги, которые согнула в коленях.

– Так и есть, – Варя задумчиво принялась плести косу.

– Хотелось бы и мне испытать то же, – вздохнула малышка.

– В моём мире есть сказка об одной удивительной девчонке. Она была самой маленькой на свете, – проговорила Варя, теперь глядя на подругу.

Карамель оживилась и принялась слушать её, прогоняя сон. Глядя на интерес феи, девушка продолжила:

– И она всё время попадала в разные переделки…

– А была ли храбра?

– Ещё как!

– И красива?

– Несомненно, – кивнула Варя, – и мечтала быть свободной, а также найти своё счастье.

– А её имя? – поинтересовалась фея.

– Дюймовочка, – усмехнулась девушка, – её звали – Дюймовочка.

– И у неё получилось? – зевнула Карамель, желая слушать подругу, но сон одолевал её.

– Да. С ней много чего случилось по пути, но Дюймовочка не оставляла надежды и верила в себя.

– А если бы счастье этой эйслин Дюймовочки оказалось невозможным, что тогда?

– Совсем недавно ты возмущалась, что я до сих пор чему-то удивляюсь после того, как попала в подобное место, – с укором проговорила Варя, – даже в моём мире происходят чудеса и без всякой магии. Если у тебя есть мечта, Карамелла Неистовая, то верь в неё.

– Что же до твоей мечты, Варвара из Мейрна? – осторожно спросила фея.

– Я запуталась, честное слово, – Варя прислонилась головой к оконной раме и принялась смотреть на ночной сад.

– Ты всё ещё желаешь вернуться домой?

– Я тоскую по тёте Зине, – вздохнула девушка, – но здесь есть те, по кому буду скучать не меньше. И ещё есть один человек, он такой, знаешь – особенный.

– Как мой дорогой Нейл?

– «Мистер-декабрь» нравится мне, но я не до такой степени потеряла голову, чтобы подглядывать за ним в душе, как некоторые, – поддразнила мелкую подругу Варя, – и не думаю, что я произвела такое же впечатление на него, как он на меня. Вот бы уметь читать мысли, Карамелька. Это так необходимо порой.

– Тогда просто верь, как и советуешь мне, Варвара, – фея прилегла обратно на цветочную постель, и девушка заботливо укрыла её краем платка.

– Спи, скоро ночь кончится, – велела Варя, и поднялась с подоконника, вставая босыми ногами на прохладный пол.

– Почему ты зовёшь сына эйселя Миклоса «мистер-декабрь»? – удивлённо спросила фея, когда девушка уже добралась до своей кровати.

– У нас в универе… – Варя глянула на подругу и поняла, что слишком устала для долгих объяснений, – декабрь – зимний месяц нашего года, снежный, самый волшебный, похож на него.

Приведя себя в порядок перед сном, Варя забралась под одеяло, и теперь сама удивлялась тому, как непривычно было ощущать разметавшиеся по подушкам пряди. Она рассталась со своими длинными волосами не так давно, а уже успела отвыкнуть. Девушка вздохнула, полюбовалась на едва приметно сверкающий балдахин, который напоминал ей кусок ночного неба и закрыла уставшие глаза.

– Интересно, что сейчас делает Трой? – прошептала Варя, устраиваясь поудобнее.

– Интересно, что сейчас делает Нейл? – Карамель заискрилась привычным золотым свечением и почти мгновенно угасла.

Она снова была сердита на то, что силы слишком медленно возвращались, и только дразнили её, не давая взлететь. Верить в свою мечту? Хоть на мгновение поверить, что она возможна? Или нет, спросить себя, на что была готова, ради своей мечты. Фея натянула край платка выше, укрывая лицо и оставляя видимыми только яркие глаза. Эйслин Дюймовочка из Мейрна смогла, а чем хуже она? Что потеряет в своей вере? Участь жалкой нинкусс? Пусть у неё будет только одна попытка, но она воспользуется ею.

– Я верю. Верю. Я обязательно поверю…

Тёплый золотистый свет охватил цветочную постель, и крылья феи встрепенулись, освобождаясь из плена лёгкого платка. Карамель поднялась на подоконнике и подошла к самому краю. Она посмотрела на ночной сад и глубоко вдыхая, вспорхнула ввысь.

Свежий ночной ветер отлично остужал. Трой заложил руки за голову, устроившись на широком каменном бордюре. Старинный фонтан журчал, переливаясь тонкими прозрачными струями, успокаивая и позволяя мыслям течь так же безмятежно. Хотя, кого он обманывал? Ведь даже не сомневался в том, что не сомкнёт глаза до самого утра.

– Что ты делаешь сейчас, Варвара? Возможно ли, что подобно мне мучаешься бессонницей?

Звёзды яркой крошкой мерцали над его головой. Трой повёл одной рукой над водой в широкой фонтане, и немедленно она взметнулась ввысь, густея и застывая сверкающим девичьим силуэтом. Вот прозрачные струи послушно изогнулись, повторяя очертания длинных прядей волос, и ледяная статуя замерла, прижимая одну ладонь к груди. В ней ярко был виден одинокий бутон бледно-розовой паллии, видимо сброшенной во время празднования одним из франгаров, и теперь так походил на сердце. Трой шумно вздохнул и потянулся к своему творению, едва касаясь пальцами замёрзшего цветка.

– Какой дрит толкнул тебя соперничать за Бриартак? Ответь мне, отец.

Левен прошёлся по открытой террасе второго этажа дома и заложил руки за спину, останавливаясь у перил. Он прекрасно слышал вопрос своего сына. Но, конечно же, не собирался отвечать мальчишке, который вот уже третий час валялся у фонтана и считал звёзды в ночном небе Аделхейта. А ещё напоминал Левену его самого, юного и бестолкового…

Что толкало его на все эти действия, настолько непонятные и сыну, и хозяйке Бриартака? Обещание. Клятва, данная Вернеру Кайонаодху, умершему на его руках на побережье Скендера. Они соперничали, сколько себя помнили, при этом умудряясь оставаться верными товарищами. До тех самых пор, пока она впервые не явилась им на ступенях дворца в столице.

Что могли противопоставить метель и вечные льды, свободным крыльям и бескрайнему небу? Он отступил, в этот раз не осмеливаясь тревожить счастливый огонь в глазах юной Делмы. Она никогда не знала о его чувствах, знал лишь Вернер. Каждый раз дракон замирал, стоило товарищу приблизиться, и даже когда надевал кольцо на палец возлюбленной, стоя в храме перед всеми Богами, Левен ощущал его сомнение.

А затем был заключён союз с родом Амферн и леди Наир вошла в его дом хозяйкой Ильхада. Теперь сосед мог быть спокоен за своё «счастье». Вернер на радостях поспешил с предложением соединить руки их младших наследников. Супруга стала для Левена тем самым бесценным успокоением, которого жаждало его сердце, и подарила прекрасных сыновей. Но покинула так рано, вновь оставляя в одиночестве бескрайних снегов и воспоминаний.

Когда же пришлось встать плечом к плечу на защиту Роеланда, мог ли он ожидать подобного исхода битвы? Товарищ был смертельно ранен и, зная о чувствах ледяного правителя, испросил клятвы. Левен поклялся позаботиться о Делме. И он не мог допустить в свете последних событий, чтобы земли Бриартака достались, кому бы то ни было. Он должен был заполучить их, даже выглядя в глазах Делмы негодяем, поскольку поклялся в этом её покойному мужу, да и самому себе.

– Не калечь крылья своему сердцу, сын, – тихо проговорил Левен, глядя, как Трой задремал на бордюре, – не будь похож на меня и в этот раз. Что бы я ни говорил тебе – будь упрям.

Глава 31

Бескрайняя пустошь словно сливалась с самим чёрным небом. Клубы пыли, которые поднимал ветер, змеились по земле дивными призраками, и казалось, будто пытались подобраться ближе к одинокой страннице. Мартайн шла, а за нею поднималась пылевая буря. Тёмные вихри сгущались, принимая перед нею очертания громадных ворот. Ведьма подняла руку, взмахивая ею, и ворота распахнулись, открывая вход во владения сестёр Вахайра.

Стоило Мартайн пересечь призрачную границу, как ворота сомкнулись, немедленно распадаясь сухой пылью и оседая на потресканной земле. Здесь тишина привычно окутала посланницу, а огромный диск полной луны осветил выложенную камнями дорогу к черневшим очертаниям Раудмора, где её ожидала Старшая Гэйнор. Сегодня Мартайн было что сказать. Точнее сказать то, что так надеялась услышать их предводительница.

Последняя ночь ожидания, последние строки пророчества придворного Розафа и, как мечтала Гэйнор, предвестник-фатайм пронесётся по землям Роеланда. Мартайн подняла взгляд, наблюдая за тем, как остроконечные крыши Раудмора впивались в ночное небо. Пламя в чеканных чашах, установленных вдоль ступеней, дрогнуло при приближении ведьмы. Женщина поднялась к высоким двухстворчатым дверям, и те открылись, впуская её в обитель Вахайра.

Их последнюю жалкую обитель. От былого величия Раудмора остался лишь пепел и древняя пыль. Старшая сестра в окружении своих приспешниц продолжала лелеять давнюю мечту: напоить макои кровью павшей королевы инглеронов, надеясь вернуть былую силу. Мартайн желала иного. Идя в главный зал, где ожидала Гэйнор, она уже знала, что это последний раз, когда склоняет перед старой ведьмой свою голову. Скоро этому придёт конец. Скоро она, Мартайн, назовётся Великой.

Едва двери в зал распахнулись, Гэйнор обратила свой взор на посланницу. Она немедленно отослала сестёр, находившихся с нею. Мартайн дождалась, когда они остались одни, скинула капюшон, открывая голову, и приклонила колено перед Старшей. Длинные волосы зазмеились по её плечам, укрывая лицо, но были немедленно убраны за спину, когда женщина поднялась.

– Ты посмела призвать макои посреди Аделхейта, – прошелестел голос Гэйнор, – тем самым обращая внимание стражей, которые, несомненно, уже доложили Идгарду о случившемся!

– У меня не было иного выхода, анда Гэйнор, – Мартайн заставила себя вновь поклониться Старшей сестре.

Её чудесный план уже начал претворяться в жизнь, и она не собиралась попусту тратить время. Конечно Идгард в курсе, что сёстры Вахайра посмели пройтись по его любимой столице, да ещё во время празднования дня рождения несравненной Кассии. Она постаралась, чтоб старый дракон это заметил! И это лишь начало. Разве не чудесно вынудить своего извечного врага разобраться с теми, кто ей неугоден? Ещё немного, и король ответным ходом вторгнется в Раудмор…

– Твоя задача состояла в том, чтоб следить, искать, следовать тенью, Мартайн, – пальцы Гэйнор сжали подлокотники кресла, на котором она сидела.

Длинные ногти, скорее походившие на когти дикого зверя, впились в тёмное дерево, и Старшая нетерпеливо подалась вперёд. Горевшие факелы вспыхнули ярче, отражаясь пламенем в чёрных глазах ведьмы.

– Слишком высока цена за ошибку!

– Я осознаю свою вину, анда, – ответила посланница и рискнула поднять взгляд на Старшую сестру, – но мне есть что сказать.

– Говори, Мартайн, – велела Гэйнор, – Розаф сказал своё последнее слово?

– И более не скажет ни единого. Бесполезный старик не был способен даже удобрить своим прахом землю, – губы посланницы привычно дрогнули в улыбке, – но он выполнил свою часть сделки.

– Глупец так запутал собственные предсказания, что изменилась сама история.

Мартайн не стала озвучивать последние слова мага о том, по какой причине произошли данные изменения, рискуя вызвать гнев Старшей сестры. Сейчас это было лишним, особенно если учесть, что цель её прихода находилась в зале, рядом с хозяйкой Раудмора. Великолепный трёхгранный ранцтюр лежал на высоком алтаре, установленном в самом центре помещения. Оружие практически не было повреждено, лишь рукоять треснула, и теперь тускло поблёскивала искусной гравировкой. Мартайн подавила желание немедленно коснуться реликвии, и велела себе выбрать удобный момент, чтобы получить желаемое.

– Мы испрашивали для себя знаний о будущем, – меж тем проговорила Гэйнор, – но старик явно был перехвален Идгардом!

Гребни поддерживающие волосы женщины блеснули тёмными камнями, когда она вновь прислонилась к высокой спинке своего кресла. Длинные одеяния вторили каждому её движению, укрывая ведьму до самых пальцев ног. На каждом из них было надето по тонкому кольцу с нанесёнными заклинаниями. Старшая сестра могла призвать свою демоническую армию одним прикосновением ноги к земле. Зависть на мгновение захлестнула Мартайн, но она усмирила свои чувства, вновь обращаясь к Гэйнор. Скоро, совсем скоро она напьётся этой силы сполна, и превзойдёт Старшую.

– Но придворный Розаф увидел судьбу Делмы Кайонаодх, и сам того не зная, преподнёс бесценный дар нашим сёстрам, – неспешно вела речи Мартайн, и с деланным восхищением приблизилась к алтарю.

– Душа Варвары из Мейрна не числится среди живых в этом мире, – Старшая ведьма поднялась со своего кресла и спустилась вниз по нескольким ступеням, – эта дева сможет дать нам необходимое.

Сосуд – живое существо. Тот, кто не рождён в этом мире. Тот, у кого нет судьбы записанной в книге всех живых, и кто может быть направлен. У Гэйнор не было сомнений, что иномирянка станет прекрасным сосудом, и принесёт победу её сёстрам. Они так долго ждали. Сколько лет прошло с тех пор, как на выжженной земле Баэль-Маргада им удалось ощутить его – дыхание предвестника.

Инглероны пали, были повержены, как и сама королева. Но осталась бесценная надежда – последний ранцтюр одного из королевских стражей, которым по преданию были пробиты доспехи повелительницы инглеронов. Он был найден ими после стольких безуспешных попыток и сохранился благодаря лаве, в которой находился всё это время.

– Кровь королевы сможет дать нам необходимое. И макои обретут силу королевских големов, даря сёстрам Вахайра практически бессмертную армию.

– Но Бриартак нам более недоступен. Девин Кайонаодх был объявлен хозяином. Мы более не можем вмешиваться, без угрозы обнаружить наши действия, анда Гэйнор, – Мартайн склонила голову, ожидая гнева Старшей.

Она буквально физически ощущала, как касалась ранцтюра, который был так близко, но пока недостижим. А Гэйнор лишь провела рукой над плясавшим пламенем одного из факелов и остановила свой взгляд на холодном диске луны. Он так ярко был виден в одном из высоких окон замка. Мимо пронеслась стая ночных птиц, разрывая тишину своим пронзительным кличем. Верно, идеальным вариантом можно было считать становление наследником иномирского дитя.

Тогда бы они имели возможность заполучить эти земли законно и приблизиться к столице Роеланда. Стань Варвара из Мейрна хозяйкой Бриартака и, находясь под воздействием силы королевской крови, то имела бы возможность призвать макои к самим драконьим землям, не позволяя кому бы то ни было остановить их на подходе к стенам столицы.

Пользуясь такой прекрасным шансом, пока Гэйнор отвлеклась на свои размышления, Мартайн лёгким движением руки провела длинными ногтями по поверхности оружия, получая последнее, необходимое для завершения ритуала призыва. Пусть Старшая ведьма и дальше чахнет в Раудморе, ожидая своего чуда, она же должна спешить…

– Клан Келемен всё ещё подтверждает союз с нами. Они станут неплохой поддержкой, – проговорила Гэйнор.

При этих словах губы Мартайн презрительно изогнулись, а глаза почернели, словно небо за открытым окном.

– Тот, кто предал однажды, сделает это снова, анда Гэйнор, – она даже забыла, что хотела бежать, поскольку уже добыла бесценную кровь павшей королевы.

– Твоя ненависть не должна стать помехой! – гневно кинула Старшая сестра своей помощнице, – Вираг лишь человек, одиночка, пусть и слушается его попутный ветер. Он не посмеет вмешаться сейчас, когда разыскивается и стражами Идгарда и своими же бывшими сородичами.

– Стихийники Келемен предали собственный народ. За что и поплатились тем, что палачи Идгарда секут их головы, если не хватает ума не показываться в столице, – охрипшим от негодования голосом пробормотала Мартайн, – молюсь о том, что однажды и Вираг окажется на помосте!

– Ты негодуешь из-за того, что этот мужчина не последовал за своими собратьями, или от того, что не пал рабом твоих чар, Мартайн? – ведьма рассмеялась, видя, как исказилось от ярости лицо посланницы.

– Будь ты проклят всеми Богами, Вираг из Келемен! – зарычала Мартайн, обретая свой истинный облик.

Чары стирались с её лица, осыпаясь привычным пеплом, который немедленно подхватил поток ворвавшегося ветра. Прекрасные черты молодой женщины таяли, являя почерневшую, словно обугленную кожу. Седыми космами стали недавно золотистые волосы, и яркие жёлтые глаза, скорее походившие на звериные, яростно сверкнули.

– Будь ты проклят!

– Приведи мне обещанное дитя, – Гэйнор величественно поднялась обратно на возвышение и опустилась в своё кресло, – а затем, если справишься, я позволю тебе месть.

Посланница поклонилась Старшей сестре и, справляясь со своими эмоциями, вновь накинула на голову капюшон длинной накидки. Уже молодые изящные руки поправили медовые пряди волос, и губы ведьмы тронула фальшива улыбка:

– Благодарю, анда Гэйнор. Я не подведу…

Обратный путь занял у неё гораздо меньше времени, поскольку злость никак не унималась, даже несмотря на бесценную добычу. И к чему было припоминать предателей стихийников? Стоило Мартайн пробудить в памяти черты лица светловолосого мужчины, с таким презрением глядевшего на неё, как дрожь негодования пробирала до последней клеточки тела. Ведьма прошла по опустевшей улице Аделхейта, стараясь держаться в тени и не привлекать внимание стражников.

Предрассветное время подходило идеально. В этот час город безмятежен, каждый видит сон, готовясь вскоре открыть глаза и пробудиться с первыми лучами солнца. Мартайн остановилась перед входом в своё городское убежище, и прекрасно зная, что ни одна живая душа в этот час не станет ей помехой, принялась творить свою магию.

Когда ведьма закончила выводить на сухой дороге необходимые знаки своим ритуальным ножом, то подняла руки к небу. Земля вздрогнула, поднимая с каждого начертанного круга завесу тонкой пыли. Рисунок под босыми ногами Мартайн пришёл в движение, меняясь и складываясь в некую фигуру.

– Путай мысли, чувства, слова. Веди, зови. Не свернуть, не сойти со следа, не разомкнуть круга, не противиться чужой воле, – зашептала ведьма, и едва закончила, как изображение на дороге пропало, распадаясь при очередной, едва приметной дрожи земли.

Весь остаток ночи она прокрутилась, так и не найдя удобного места в постели, а стоило подняться и подойти к окну, то не обнаружила и шумной подружки. Карамель уже успела куда-то сбежать. Варя зевнула, прикрываясь ладонью, и мысленно порадовалась за мелкую стрекозу. Видимо сила вернулась к ней, и смогла улететь. Ведь не утянула же её в самом деле какая-нибудь мерзкая жаба на пруд?..

– Да ну, к чёрту… – пробормотала девушка, прогоняя глупые мысли.

Слыша знакомые голоса внизу, в саду, Варя перегнулась через подоконник, и посмотрела на двор. Девин ослеплял белоснежной рубашкой и деловито раздавал указания прислуге. Стоит, руки в бока, сверкает, как новая копейка. Самый, что ни на есть хозяин! Стоило только обратить внимание на то, как слушались его обитатели дома, и с какой охотой они выполняли приказы.

Девину даже не приходилось повторять дважды. Видя утреннюю суету, самим же организованную, молодой дракон довольно усмехнулся, а затем потянулся, прогоняя остатки сонливости. Замечая в открытом окне сестру, юноша помахал ей, и подошёл ближе.

– Ты поднялась так рано. Уж ни я ли помешал твоему сну? – с искренней тревогой поинтересовался Девин.

– Скорее сон решил не приходить этой ночью, – проворчала Варя, радуясь тому, что брат был первым, кого видела этим утром.

Он успокаивал своим присутствием, словно был обещанием того, что всё сложится лучшим образом. Но некое предчувствие всё равно заставляло быть странно рассеянной. Возможно, виной тому было ожидание прихода гостей. Точнее одного гостя… Трой ведь обещал, что придёт сегодня. Ведь придёт?

– Скоро подадут завтрак, – меж тем проговорил Девин, и улыбнулся сестре, – я велю поторопиться с ним. Спустись обязательно, это взбодрит тебя и придаст сил. Поверь, сегодня они нам всем понадобятся…

Молодой человек подмигнул Варе и сложил руки на широкой груди.

– Ты меня пугаешь, – вздохнула сестра.

– Пусть лучше Миклос боится, – отозвался дракон, – хотя, я его предупреждал. Так что всё по справедливости.

– Трой зайдёт поболтать? У вас с ним какие-то дела? – осторожно поинтересовалась Варя, – будете делать важный вид или снова снежками бросаться?

– Вполне возможно, что все варианты подойдут, дорогая сестра, – не поддался на провокацию Девин.

Он хотел продолжить беседу, но был остановлен подбежавшим мужчиной. Тот что-то встревоженно проговорил хозяину, стараясь не быть услышанным посторонними. Затем слуга заметил молодую хозяйку, поклонился ей и быстро взбежал обратно на крыльцо, теряясь за дверьми.

– Я должен оставить тебя сейчас, – снова обратился к сестре Девин, – прости. Мне следует переговорить с матерью.

– Что случилось? – Варя ощутила неприятное волнение.

– Ни о чём не волнуйся, Варвара, – брат поспешил успокоить её, – просто спускайся в столовую. За тобой пришлют, чтоб предупредить, когда подадут завтрак.

Глава 32

Стоило Девину приблизиться к покоям матери, как двустворчатые двери распахнулись, едва не сшибая его с ног, и мимо пробежала раскрасневшаяся девчушка. Она на ходу обтёрла краем передника мокрое от слёз лицо и, не находя сил поприветствовать хозяина, помчалась прочь.

– Дорогая матушка, в гневе ты повергаешь в ужас всю округу… – Девин рискнул заглянуть в комнату, и ему пришлось немедленно улыбнуться, поскольку Делма встретила его хмурым взглядом.

Кай нервным шагом прошла мимо своего стола, краем длинного рукава неловко сметая какие-то бумаги на пол.

– Что так взволновало тебя с самого утра? – Девин широким шагом подошёл к женщине и опустился на одно колено, чтобы поднять разбросанные свитки.

– Это не может продолжаться и дальше, – голос Делмы зазвенел в покоях.

– Я прошу объяснить всё по порядку, – молодой человек вернул бумаги на стол и отодвинул их подальше от хозяйского гнева.

– Как можно было считать, что я ничего не узнаю? – Кай нервно вздохнула, и с её губ сорвалось чёрное облачко дыма, – я слепа или так глупа?!

Девин понял, что слуга, предупредивший его во дворе, не преувеличивал – хозяйка была в ярости и это не сулило ничего хорошего.

– Я уверен, что с этой ситуацией можно спокойно разобраться, – медленно и спокойно проговорил молодой человек, желая успокоить мать.

– Я слишком зла сейчас, – прорычала Делма, нервно отмахиваясь рукой, – с самого начала знала, что пожалею о своём решении. Эта девчонка никогда не изменится.

– Возможно, Юлфе нужно немного больше времени, матушка. Дай бедняжке ещё один шанс. Я возьму ответственность на себя, – проговорил Девин.

– Этого времени было предостаточно, – сухо отозвалась Кай, – и более тратить его я не намерена. Хороший муж с крепкими нервами будет прекрасным вариантом для такой девицы. Приструнит когда необходимо и возьмёт на себя ответственность! Но не мой сын.

– Кого же ты прочишь ей в мужья? – поинтересовался Девин.

– Имрук, что держит цветочную лавку в Аделхейте, несомненно, подойдёт для этой роли. Он будет рад такой жене. Руки не поднимет, но и спуску не даст.

– Пожалуй, соглашусь с этим решением, – ответил молодой человек, – я обращусь к лучшим ювелирам Аделхейта, и твоя диадема будет так же прекрасна, как и прежде.

– В ней я слушала признания твоего отца, в ней я клялась перед Богами в вечной любви ему, – со стоном отозвалась Кай, и с несчастным видом посмотрела на свой любимый испорченный венец.

– Я понимаю твои чувства, но прошу не отчаиваться.

– Этим субирам не вернёт былой безупречности ни один ювелир, – вздохнула Делма, – почему именно эта? Их так много! Она ведь знала, что камни так хрупки, и повредятся при падении. Юлфа даже не потрудилась прийти ко мне и признаться!

– Она с таким несчастным лицом мчалась прочь из твоих покоев, – отозвался Девин, и присел в кресло, стоящее рядом со столом, – чуть не сбила меня с ног. Полагаю, что искренне раскаивается.

– В прошлый раз она украла брошь, – не согласилась Кай, – ты сентиментален, но всему есть предел. Отец Юлфы был достойным воином и служил нам многие годы. Я понимаю твоё желание помочь сироте и таким образом отблагодарить его. Но сейчас – довольно. Это дитя неблагодарно. У неё был шанс остаться в замке и получить крышу над головой. Но она не желает принять на себя хоть малейшую ответственность. Имрук – добрый человек. Он будет для неё достойным мужем, и достаточно строг и мудр, чтоб справиться с подобным характером. У Юлфы ещё есть шанс достойно прожить свою жизнь и иметь семью.

– Что ж, вижу, ты немного успокоилась, – осторожно улыбнулся Девин, – надеюсь, за завтраком, в компании любящих тебя сына и дочери, ты позабудешь свои тревоги. А я позабочусь, чтоб твоё сокровище вновь было так же ослепительно прекрасно, дорогая матушка. Я знаю того, кто справится с этой задачей.

Молодой человек поднялся и подошёл к матери. Он обнял Делму за плечи одной рукой, и жестом второй пригласил покинуть комнату. Нужно было срочно задобрить мать, иначе скорый приход гостя окажется под большой угрозой. Так недолго до того, что Троя Микпоса встретят огненным дыханием, и подпалят бедового жениха.

– Ты обещаешь мне? – с надеждой спросила Кай, позволяя сыну увести себя в нижний зал, – твой мастер справится?

– Я даю тебе слово, – улыбнулся дракон.

Он посмотрел на одну из служанок, которая вошла в зал, чтобы сообщить хозяину о том, что в столовой подан завтрак. Девин кивнул девушке и проговорил:

– Элла, сообщи госпоже Варваре, что её ожидают.

– Сегодня небо такое чистое и высокое, – быстро проговорила пухлая Кенра, поправляя подол длинного хозяйского платья, – как замечательно, что вы выбрали такой же цвет.

Наряд и правда был спокойного голубого оттенка, и Варя согласилась со служанкой. Из всего, что обнаружилось в шкафу, платье больше всего понравилось ей. Конечно, золотоволосой Делме оно шло куда больше, но было таким удобным и лёгким, что не могло не соблазнить. Волосы оставили распущенными, и Кенра долго хлопотала над ними, пока они не засверкали медной гладью. Помощница почти закончила, когда в дверь постучали, и вошедшая служанка пригласила спускаться вниз.

Перед тем как покинуть комнату, Варя снова посмотрела на пустой подоконник. Она уже скучала по мелкой непоседе и снова гадала, куда фея могла запропаститься. Надеясь, что это мог знать Ревард или кто-нибудь из обитателей дома, девушка поспешила выйти к лестнице. Спускаясь по ступеням, Варя придержала длинный подол платья. Птицы за окнами так распелись, а шумевший сад так блестел на солнце свежей листвой, что хотелось немедленно покинуть дом и провести весь день на свежем воздухе.

Варя спустилась в нижний зал и прошла по широкому коридору в направлении столовой. Двери в ней были настежь открыты, и она слышала голоса Девина и Кай. Когда сестра вошла, молодой человек немедленно поднялся со своего места и отодвинул для неё стул, не забывая наговорить комплиментов, когда придвигал его обратно.

– Я как раз пытаюсь убедить нашу дорогую матушку задержаться в Аделхейте, – заговорщицки подмигнул Варе брат и вернулся на своё место.

Она не успела сдержать улыбку, когда поняла, что возможно это станет отличным шансом ещё раз увидеться со снежным принцем. Он ведь обещал зайти к Девину, когда же явится? И что у них за дела такие секретные? Делма с подозрением обвела взглядом своё беспокойное семейство и вздохнула.

– Вы в сговоре! – она отпила из своего кубка и снова посмотрела на сына, – мы должны отбыть сегодня. Какой прок задерживаться здесь дольше?

– У меня есть одно важное дело, которое я должен закончить, – серьёзно пояснил Девин, – я не покину столицу, пока не завершу его.

– Ты говорил о человеке, который спас тебя, – проговорила Кай, – но так и не назвал его имя.

– Мой товарищ очень скромен, и рисковал слишком многим, оставаясь по моей просьбе в Аделхейте. Пусть его имя не будет мною названо. Такова его воля, и это наименьшее, что я могу и намерен сделать.

– Я бы хотела отблагодарить этого человека. Он спас моего единственного сына и зажёг солнце над землёй Бриартака, возвращая нам надежду, – с чувством проговорила Делма, – но если такова его воля, то я не смею тревожить и вмешиваться. Мы останемся, раз ты так решил.

Теперь Кай обратилась к Варе:

– А вам, юная эйслин, надлежит завтракать, а не лучиться подозрительными улыбками!

Девушка попыталась состроить серьёзное лицо, но видимо вышло криво, что вызвало улыбку у брата.

– В сговоре, не иначе! – снова вздохнула Делма.

– Я благодарю тебя за поддержку, – Девин слегка склонил голову, отвечая матери, – в столице множество замечательных мест. Варваре будет интересно познакомиться с ними. Верно?

Молодой человек посмотрел на сестру. Варя замерла с ложкой в руке, а затем растерянно кивнула.

– Одни ездовые бедвиры чего стоят! Перед тем как отправиться в город, тебе стоит переодеться, – пояснил Девин, – в этом наряде ты не сможешь подняться в седло.

– В седло? – насторожилась девушка.

– В седло, – улыбнулся брат, – тебе понравится, обещаю…

– Господин, – раздался у дверей голос слуги, – прибыл эйсель Миклос.

Девин успел заметить, как побледнела мать. Но в этот раз на её лице не появилось привычной неприязни, скорее растерянность. Видимо она решила, что Левен Миклос решил нанести визит вежливости. Спеша развеять её опасения, молодой человек поднялся из-за стола.

– Проводи эйселя Троя в библиотеку, – велел он, и повернулся к притихшим женщинам, – прошу прощения. Я оставлю вас.

Не давая матери опомниться, и не без удовольствия глядя на волнение сестры, Девин покинул столовую. Придётся обеим помучиться в догадках.

Глава 33

Гость ожидал его у одного из многочисленных стеллажей, уставленных потемневшими от времени, ещё дедовскими книгами. Вот уж кто любил проводить здесь время… видимо в него и пошёл характером сам Девин, и в чём неоднократно убеждался. Трой с сосредоточенным видом листал теорию Фавия, повествующую о популяции хавзий афийских, и едва дошёл до страницы с рисунком данной особи, то скривился от отвращения и пробормотал какие-то проклятия. Да, существо привлекательностью не отличалось, хоть и приносило неоценимую пользу местным лесам.

– Я всегда могу одолжить её для более основательного изучения, – усмехнулся Девин, глядя, как гость нервно затолкал книгу обратно на полку.

– Благодарю, но не стоит… – молодой человек повернулся к дракону и теперь они встретились взглядами, – сегодня я переступил порог этого дома, Кайонаодх, поскольку чту и уважаю законы твоего рода.

– Знаю. Поэтому и позволил тебе войти, Миклос, – ответил Девин и сложил руки на груди.

Трой повторил за ним, скорее машинально, чем намеренно. При этих действиях, шитьё на его белоснежной куртке сверкнуло, словно морозный узор.

– Ты знаешь о договоре наших отцов, – продолжил говорить Трой.

– Верно, – кивнул Девин.

– Я бы никогда не подчинился этому велению.

– Это было бы затруднительно, согласись, – хмуро потянул дракон.

– Проклятье, я не имею в виду тебя и меня! – прорычал лескат, хотя прекрасно понимал, что хозяин дома дразнил, чувствуя его волнение, – какую бы клятву не принесли наши отцы, я буду идти лишь за нею, куда бы ни шла, хоть в саму огненную Мейтедер…

Девин ничего не ответил в этот раз, уважая чувства говорившего гостя, и не прервал его речи. Он и сам прекрасно понимал, чего стоило снежному соседу это признание, к тому же произнесённое не любимой женщине, как это принято у лескатов, а опекуну, чтобы соблюсти обычаи драконьего рода.

– Я говорю о соглашении, поскольку имел честь встретить твою сестру ещё до того, как мы были представлены. Обманщица заявила, что приходится братом тебе… – Трой мотнул головой, укрывая яркие глаза белоснежными прядями.

Он прошёлся по большому круглому помещению библиотеки, кидая взгляд на выложенный мозаикой пол. В центре его расходились лучи солнца, и это так напомнило ему ту, что сейчас находилась где-то в доме.

– Ты назвал мою сестру обманщицей? – раздалось за спиной ворчание Девина, и воздух опасно нагрелся.

– Верно, – ответил Трой, и ледяной порыв охладил дракона, заставляя сдувать с лица колкие снежинки, – она бессердечно терзала меня все эти дни, заставляя мучаться в догадках. Хотя глаза выдавали её, ибо не может быть таких у юноши. Кайонаодх, я прошу твоего дозволения открыть чувства Варваре, поскольку ты приходишься ей братом и опекуном.

– Если ты не уверен, что достойно позаботишься о ней, то отступи сейчас. Иначе я не дам за твою жизнь и гроша, в случае, если не оправдаешь доверия, – серьёзно проговорил Девин, глядя в глаза лескату.

– Я сам вложу меч в твои руки, Кайонаодх, если не оправдаю доверия, – твёрдо произнёс Трой, коротко склоняя голову в почтении, – надеюсь, что моей жизни, оставленной в залог, достаточно, чтобы получить согласие.

– Что если я откажу? – неспешно проговорил Девин, следя за реакцией снежного гостя.

Уголок губ Троя дрогнул, и молодой человек поднял взгляд на дракона. Его глаза стали цвета вечернего неба, словно предсказывая неминуемую бурю.

– Тогда я стану следовать своим законам, Кайонаодх, но не отступлю.

Девин усмехнулся упрямству леската. Варвара сумела околдовать беднягу. Но не испугается ли подобного напора? Кажется, этот снежный эйсель по нраву обошёл весь его драконий род. Каков родственник!

– Это была угроза? – Девин нарочно придал своему голосу суровости.

– Я лишь искренен перед тобою. Не желаю таиться. Говорю, как есть, – тем же тоном бросил ему лескат.

– Последнее слово останется за моею дорогой сестрой, – дракон продолжил мучить гостя, – как знать, может, взгляду прекрасной Варвары открылся кто-то более изящный в манерах и обладающий более внушительным наследством…

– Кайонаодх… – в библиотеке заметно похолодало.

– Я даю тебе своё дозволение, – сжалился Девин, – но повторяю, что только Варваре решать, принять твою руку и чувства или же нет.

Теперь дракон вновь стал серьёзен, как и гость.

– Пусть Боги поддержат тебя, – он протянул руку.

– Пусть Боги услышат твой голос, – Трой протянул свою в ответ, и они скрепили договор рукопожатием.

– Я хочу отвести сестру в город. Мне нужно решить кое-какие дела и показать ей местные достопримечательности, – проговорил Девин, – буду рад, если ты составишь нам компанию и приглядишь за Варварой, пока мне придётся ненадолго отлучиться.

– Не откажусь от предложения, – ответил Трой.

– Я хотел сводить сестру к бедвирам.

– Превосходно, – довольно ухмыльнулся лескат и поправил воротник своей куртки. Девин окинул гостя внимательным взглядом и покачал головой:

– Тебе лучше снять куртку и оставить здесь. Твоя одежда не годится для подобной прогулки, Микпос.

Молодой человек посмотрел на свой наряд. Дракон был прав. Отец оторвёт голову, если хоть один из драгоценных эйринов, которыми была расшита одежда, будет утерян.

– Не поспоришь… – Трой принялся расстёгивать пуговицы, восхищавшие работой неизвестного мастера.

Затем он небрежно кинул куртку на одно из кресел, которое стояло у небольшого стола. Гость остался в тонкой рубашке, позволявшей толком двигаться, что было весьма кстати при катании на своенравных бедвирах. Девин прошёл мимо Троя, «отечески» похлопал его по плечу, вызывая тем самым зубной скрежет у гостя, и пригласил вернуться в нижний зал, где наверняка «томились» их дамы.

Делма нервно отстукивала некий ритм пальцами по подлокотнику кресла, что приводило Варю в ещё большее волнение. Ну что они там застряли? Решают важные дела? Нет, ни в коем случае нельзя показывать, что пришёл конец терпению, и что настолько рада видеть этого ледяного принца! Кто знает, зачем он приходил. Может они с Девином теперь друзья навеки, просто засели в библиотеке и болтают в своё удовольствие…

– Прекрати ёрзать и сядь ровно, Варвара, – проговорила ломким голосом Кай, выдавая и своё волнение, – не стоит так легкомысленно показывать свои истинные чувства.

– Да просто… просто платье неудобное. Жмёт… – отозвалась девушка и вздохнула, на что Делма покачала головой.

Сын Миклоса самонадеянно решил нанести визит в их дом. Прекрасно зная о том, в каких натянутых отношениях пребывали их семьи, мальчишка явился на порог. Вчерашние слова юного леската вновь вызвали у Делмы головокружение, и женщина приложила ладонь к груди. Могла ли она довериться услышанному и принять за истину сказанное сыном?

Девин поведал о причине, которая привела его в земли Ильхада, и о полученных знаниях из записей достопочтенного Розафа, так «удачно» попавшихся в его руки. А так же о том, как невероятное дыхание фатайма настигло франгар, лишая сына возможности дышать и укрывая вечными льдами. Каковы бури у Жестокой гряды, Делма прекрасно знала, и что спастись из подобной стихии даже дракону может стать не под силу, особенно ослабленному неизвестной стихией.

Девин высказал своё мнение, предполагая, что хозяин Ильхада стал такой же жертвой неизвестного врага, как и род Бриартака. Сын желал мира между соседями, и она должна была подчиниться его решению. Но хотела ли? Сомнения терзали, не давая спокойно усидеть в кресле, словно рыжеволосая девочка напротив неё. Чувства Варвары были так очевидны и так чисты, что впору впасть в отчаяние. Договор Вернера и Левена стал неким пророчеством. Даже не ведая о нём, их дети мысленно уже соединили свои руки.

Трой явился просить дозволения ухаживать за её дочерью. Он намерен взять её в жёны. Готова ли к подобному Варвара? Делма понятия не имела об обычаях и законах Мейрна, и теперь с некоторым сомнением посмотрела на девушку. Какова будет реакция на ответ брата? Ведь именно сейчас он решает дальнейшую судьбу сестры. За всей этой кутерьмой она не сделала того, что давно должна была… плоха из неё мать. Ах, Боги не даровали ей ни одной дочери, лишь сыновей, и она была так же неопытна в подобных разговорах, как и Варвара.

Но просто необходимо говорить с юной эйслин о манерах и поведении, когда останется наедине с женихом. А ещё о тех важных моментах, с которыми придётся встретиться невинной невесте в первую брачную ночь…

– Дорогая матушка, сестра! Просим прощения за то, что оставили вас так надолго, – со своей неизменной улыбкой проговорил вошедший Девин.

Он был удивлён тем, что в гостиной стояла полная тишина, лишь только розовел румянец на щеках обоих женщин. Трой встал рядом с хозяином дома и склонил голову, приветствуя Делму и свою невесту. Невеста. В этом он не сомневался. Нет, отчаянно врал себе, поскольку глядя в зелёные глаза Варвары, чувствовал, как руки дрожат от волнения. Каков будет её ответ? И как бы заставить перестать колотиться проклятое сердце? Делма едва кивнула, при этом в её золотистых волосах сверкнула тонкая диадема, на которой заиграли лучи солнца.

– Привет, – Варя не смогла удержать улыбку, хоть секунду назад и была уверена, что справится.

Лицо Троя неожиданно озарилось теплотой. Казалось, что в гостиной даже стало ярче от этой ослепительной улыбки. Девин и Кай переглянулись, понимая, что их больше никто не видел. Эйслин Кай должна была признать, что глядя на выражение лица гостя, трудно было сомневаться в его чувствах.

– Варвара, – обратился к сестре дракон, – эйсель Миклос просил моего дозволения говорить с тобой наедине. В этот час с беседки в саду чудный вид, и никто вас не побеспокоит. Прошу тебя, дорогая сестра, выслушать нашего гостя. И помни, что ты вольна покинуть его и прервать беседу, когда только пожелаешь. Но верю, что причин для этого не станет.

Говорить с ней? Девушка поднялась с кресла, замечая, как Трой посерьёзнел. О чём он хотел говорить с нею? Что за секреты? Но побыть немного наедине со снежным принцем и избежать при этом пристального внимания Кай, было так заманчиво…

Девин проводил сестру и гостя к увитой цветущим плющом арке, которая вела в сад. Здесь он оставил их одних, жестом руки предлагая пройти к беседке. Из белого камня, она буквально светилась, освещённая солнцем. На мягком ветру трепетали крупные бледно-жёлтые цветы всё того же плюща, который обвивал изящные колонны беседки. Варя разглядела пару каменных лавочек, установленных в ней, обещавших замечательный тенёк. Девушка повернула голову и посмотрела на своего спутника:

– У тебя что-то случилось? О чём ты хотел поговорить? И почему со мной? – Варя прошла по небольшой извилистой дорожке к беседке, слыша, что Трой последовал за нею.

Молодой человек любовался тем, как ветер подхватывает лёгкую ткань её платья, цвета неба, и играет гладкими прядями медных волос девушки. Словно солнце спустилось с небес и теперь бодро шагало впереди него, согревая своими лучами… она действительно не понимала, к чему это уединение? Возможно в Мейрне иные нравы, и мужчины открываются в чувствах иначе. Хотел бы он знать, как порадовать её, не пугая своими словами или действиями.

– Ты ведь не растаешь, если будешь долго так стоять? – с тревогой поинтересовалась Варя, и даже сощурилась от того, как ослепительно сверкала белизной его рубашка на солнце.

Она уже поднялась по двум каменным ступеням в беседку и её окутала приятная прохлада тени. Трой неспешно поднялся следом за Варей и остановился рядом.

– Я растаю, если и дальше будешь так сиять, – проговорил он, глядя на девушку сверху вниз.

Варя смущённо обтянула узкие рукава платья. Что-то он сегодня казался ещё выше, чем в прошлый раз и смотрел как-то уж особенно.

– Проходи дальше в тень… там прохладнее… и это…

– Рядом с тобою я не вижу тени, – Трой склонился к ней, обдавая своим на удивление прохладным дыханием.

– Что же ты видишь? – спросила Варя тихо, не зная как реагировать на непривычные комплименты.

– Я вижу лицо, которым могу любоваться бесконечно. Глаза, в которых хочу замечать лишь своё отражение. Губы, вкус которых я хочу познать, – проговорил Трой, и теперь стоял так близко от неё, – мои речи смущают тебя или пугают? Мне неведомо, где начинаются и заканчиваются границы дозволенного для странницы из Мейрна. Должен ли я преклонить колено? Убить дикого гагерина в твою честь? Или быть может украсть тебя из родного дома и запереть в одной из башен Ильхада, дожидаясь, пока ты ответишь на мои чувства взаимностью?

Варя покачала головой, оглушённая его словами. Трой сейчас действительно признался в том, что она ему настолько нравилась? Ведь признался? Верно?! Варвара Стрельникова понравилась такому парню…

– Не надо никого убивать. И коленей преклонять… – отозвалась девушка, понимая, что тонула в прохладе его взгляда, который сделался глубокого синего цвета, словно полуденное небо.

– Выходит, должен украсть? – улыбка тронула губы Троя.

– Нет! – Варя снова отрицательно качнула головой, – я хотела сказать, что ты и так…

– И так?

– Что ты…

– Что же? – сдержался молодой человек, чтоб не смутить её чувств своей очередной улыбкой.

Как же трудно сказать! Будь что будет… Мысленно веля себе быть храбрее, Варя потянула своего Троя за воротник рубашки и коснулась губами его щеки. Читая в глазах девушки всё то, что так надеялся услышать, Трой не дал ей отпрянуть. Его руки тяжестью легли на тонкую талию Варвары, привлекая её к себе, и он наконец припал к её губам.

Ничего подобного она не ожидала, но потрясённая новыми ощущениями, непроизвольно потянулась к Трою, отвечая на поцелуй. Её губы пьянили своей нежностью, вынуждая молодого человека сжимать объятия сильнее. Боги, он даже забыл, что находился не в своём доме. Но разве это имело значение сейчас? Когда же смог прервать поцелуй, Трой провёл ладонью по щеке девушки, чувствуя, как её нежная кожа пылала под его пальцами. Ему пришлось продолжить удерживать Варю за талию, поскольку ей потребовалось гораздо больше времени, чтобы прийти в себя.

– Ты со мной, Варвара? – тихо проговорил Трой.

Она только кивнула в ответ, мысленно говоря себе о том, что никогда бы в жизни не подумала, что первый свой поцелуй подарит самому настоящему повелителю зимы, стоя во дворе замка огненного дракона.

Трой посмотрел на лицо Вари. Она была достаточно взволнованна для первого поцелуя, но слишком спокойна для осознания того, что перед нею сейчас стоял её будущий муж. Руки Троя легли на её плечи, и он легонько пожал их, возвращая девушку к реальности.

– Варвара.

– Да? – она подняла к нему взгляд.

– Я, Трой Миклос, младший сын Левена Миклоса, унаследую земли Эвельхада, что по правую сторону от реки Охэ. Там нет привычных снегов Ильхада, точнее они укроют землю лишь в положенное время, даруя ей отдых. А перед этим, леса наденут свои удивительные наряды, окрашивая округу теми оттенками, что играют сейчас в твоих волосах. Народ моей матери зовёт эту пору – тимизаль.

– Мы зовём её – осенью, – отозвалась Варя, – там, наверное, очень красиво.

– Эвельхад был домом моей матери. Последний раз я посещал его, когда мне было пять лет, – пояснил Трой, – я смогу принять эти земли и назвать их своим домом, когда найду им хозяйку.

– И? – Варя разом поникла, словно солнце зашло за тучи.

Почему заговорил так серьёзно? Сказал, что она нравится ему, а теперь собирается посвятить в планы своей семьи? Заявить, что они подыскали ему подходящую невесту, вроде той Кассии, и он обязан исполнить свой долг? К чему тогда эти признания? И этот поцелуй…

– Ну и как поиски? – глухо поинтересовалась Варя и отступила от Троя на шаг, – теперь мне нужно пожелать тебе удачи?

Почему он опять смотрел на неё с таким теплом и почти обожанием? Варя поняла, что упёрлась спиной в одну из колонн, и отступать было некуда. Трой не стал мучить её своею близостью, и остался стоять в паре шагов от девушки. Видя её смятение, и понимая теперь, что был прав насчёт заблуждения возлюбленной, он снова заговорил. Голос его звучал спокойно и твёрдо:

– Я надеюсь, что ещё не раз услышу от тебя эти пожелания. И только от тебя, поскольку от другой они мне ненадобны. Сегодня я просил твоего брата позволить мне открыть свои чувства перед тобою.

– Ты спрашивал у Девина разрешения встречаться со мной? – ахнула Варя, – вы об этом говорили в библиотеке?

– Встречаться? – светлые брови Троя приподнялись от удивления.

– Чёртово средневековье… – пробормотала девушка и даже забыла о своих волнениях, теперь обходя кругом снежного гостя, – и что он сказал? Что? Что вы там вдвоём нарешали? И это без меня!

– Варвара, – улыбнулся Трой, когда она сердито сдула с лица тонкую прядь волос, – ты хочешь сказать, что в Мейрне не требуется подобного разрешения, и девушка решает всё сама?

– Угу. Сначала девушку спросить нужно, а уж потом, если всё сложится, то и с родителями можно знакомиться…

– Мне решительно нравится этот мир… – вздохнул Трой.

– Ты от темы не отходи, – напомнила ему Варя, – боюсь спрашивать, что ещё вы там обсуждали.

– Я хочу отвезти тебя в Эвельхад, – проговорил молодой человек, глядя прямо в глаза своей румяной невесте.

Она никак не могла собрать воедино всё сказанное, и принять его за истину.

– Можно и съездить, – кивнула Варя и сложила руки на груди.

– В качестве хозяйки, – медленно, почти по слогам произнёс Трой, продолжая наблюдать за её реакцией.

Глаза девушки распахнулись шире и в них застыло неподдельное изумление.

– Хозяйки?.. – ломким голосом переспросила Варя, – это значит… то есть… я и ты…

Трой так же осторожно кивнул, не отводя взгляда.

– Ты и я?..

– Да.

– Ты собрался жениться на мне?!

– Верно, – просто улыбнулся снежный лескат.

– И Девин в курсе? – её глаза опасно сощурились.

– Верно, – повторил молодой человек.

– Сговорились, значит!

– Варвара, – попытался успокоить её Трой.

– То, что ты мне очень нравишься, не означает, что я завтра выскочу за тебя замуж и нарожаю кучу снежков… – Варя сердито прошагала мимо жениха под яркое солнце.

– Завтра? Х-м… звучит замечательно, – Трой нагнал девушку в два шага и теперь следовал с нею рядом по узкой тропинке к дому.

– Никакого завтра! Я не давала своего согласия, – возмущённо заявила Варя и пошла ещё решительнее.

Жаль, что в длинном платье это было практически невозможно, да и от смущения готова была сгореть. Жениться? Пусть у неё и замирало сердце от одной мысли об этом «мистере-декабре», но выйти замуж? Навсегда оставить Бриартак и свою новую семью, с которой едва-едва стала так близка? Замужество – почти приговор для любой женщины. А в этом мире и подавно. Нет, не думала она, что Трой посмеет поднять на неё руку, но прекрасно видела, чего стоило замужество её матери. Находиться в полной власти мужчины? Такого доверия она не могла оказать никому. Не сейчас, не так внезапно.

– Твой поцелуй был ответом, ты ведь понимаешь это, Варвара? – неожиданно мягко проговорил Трой, останавливаясь посреди дороги, – по обычаю Роеланда ты приняла мои чувства.

– Я и не отрицаю, что принимаю их.

Варя подошла к Трою ближе, желая видеть его лицо, пытаясь разглядеть там хоть тень того, что юноша был зол или обижен. Но не могла увидеть этого, удивляясь про себя. Трой лишь слушал её сбивающуюся речь, позволяя договорить.

– Я не смогу сказать тебе «да» так быстро. Не потому, что ты мне не нравишься, я просто не могу, – Варя решительно мотнула головой, – слишком много событий… слишком много всего, что мне нужно осознать и принять. Я просто хочу немного побыть собой. Просто Варей из Москвы… Понимаешь?

– Понимаю, – Трой взял девушку за руку и бережно сжал её ладонь, – мои чувства к тебе сильны. Я, не колеблясь, могу сказать, что моё сердце, мой меч и весь мой мир принадлежат тебе, Варвара. И не потребую немедленного согласия на проведение церемонии. И дам тебе времени столько, сколько потребуется. Но каждый в Роеланде будет знать, что Варвара Бриартакская отныне находится под моей защитой на правах невесты.

Глава 34

Он сильнее опустил край капюшона своей куртки и одними губами пробормотал проклятия, глядя на проходивших неподалёку королевских стражников. Вираг повернулся лицом к длинным рядам прилавков аделхейтского рынка, желая остаться незамеченным. Ему немедленно принялись предлагать приобрести какую-то разноцветную ерунду.

Мужчина сухо мотнул головой, давая понять хозяину товара, что никто не намерен ничего покупать. Вираг воспользовался тем, что навстречу ему, по проходу между рядами, двинулась шумная толпа народу и обернулся. Он посмотрел через плечо на оставленную площадь, убеждаясь в том, что патруль стражи покинул эту часть рынка.

Уже который день охрана в столице была увеличена. И это никак не было связано с прошедшим днём рождения юной принцессы. Об этом Вираг прекрасно знал. Всему виной недавнее вторжение макои на священную королевскую землю. Значит, кто-то из сестёр Вахайра находился в городе. И значит, судя по подобной наглости, стоило в скором времени ожидать их следующего хода.

Что привело ведьм в Аделхейт? Что есть такого в стенах столицы, что заставило сестёр нарушить давний договор? Король наверняка лютует и собирается призвать хозяйку пустоши к ответу. Гэйнор напрасно гневит драконий род Идгардов. Присылая своих сестёр сюда, она должна была иметь особую причину.

Вираг неторопливо прошёл по одной из многочисленных улиц, лучами расходившихся от центральной площади и внезапно остановился. Дыхание встречного ветра коснулось его небритого лица. Охотник опустился на одно колено и прикоснулся к сухой земле ладонью, ощущая едва приметную дрожь.

– Мартайн… – имя ведьмы, словно проклятие, слетело с его губ.

Мужчина выровнялся во весь рост, теперь всматриваясь цепким взглядом в многочисленный народ, сновавший по рынку и площади. Только Мартайн могла быть настолько самонадеянна, чтоб сотворить призыв макои в городе, да ещё средь бела дня, во время празднования. Как могли его братья пасть так низко, чтобы заключить союз с подобными созданиями?

Клан Келемен, объединявший в себе магов воздуха, веками хранил мир и использовал свою силу лишь во благо. Вторжение королевства Азелфлад изменило многих. Старший страж храма покинул этот мир, а братья покинули храм, отвергли свою клятву, использовали силу как оружие, и бесчинствовали, наводя страх на соседние кланы.

Вираг стал для них отступником, изгоем, и не пожелал подчиниться новому Старшему стражу, который повёл собратьев по кровавому пути. Вираг не пользовался силой для охоты, использовал простое оружие: лук да ножи. И только для помощи мальчишке Кайонаодху пришлось пренебречь своими же убеждениями. Он скрывался и от своих товарищей и королевской стражи, поскольку и для тех, и для других был предателем и убийцей.

Именно недавнее появление макои вынудило охотника задержаться в Аделхейте. Словно сами Боги привели его в город в это время. Благодарности от Девина Кайонаодха Вираг не ждал. Несомненно, он желал удостовериться, что мальчишка жив и здоров, а также успел вовремя туда, куда так летел, забывая об осторожности и здравом смысле. Но маг не собирался ждать, пока с ним свяжутся.

– Что вы ищете в Аделхейте? – Вираг посмотрел на темневшие вдалеке очертания дворца.

Мартайн как-то поведала ему о давнем желании Старшей Гэйнор возродить павшую королеву инглеронов. Он рассмеялся на эти слова, понимая всю глупость затеи. Сёстры Вахайра были так голодны до власти, что порой казались безумными в своей погоне за несбыточными надеждами. Ведьмы заручились поддержкой клана Келемен, думая, что маги поспособствуют в данном деле. Вираг знал, что братья отправлялись в Баэль-Маргад на поиски легендарного ранцтюра, которым якобы была убита сама королева.

– Неужели поиски увенчались успехом? – пробормотал Вираг, – так и не оставили эту сумасшедшую идею?

Охотник едва повёл пальцами руки, поднимая сухой песок с дороги, и встречным потоком ветра бросил его в лицо стражникам. Те принялись жмуриться и оттирать глаза рукавами, не имея возможности разглядеть того, кто от них таился. Вираг дождался, пока мрачные леброннцы продолжат путь и сам прошёл дальше, туда, где было больше народа. Мужчина различал малейшее изменение во встречном ветре, и сворачивал каждый раз, когда поток его становился суше и сильнее. Словно послушный пёс, он вёл стихийника. Тревожные мысли не покидали Вирага, пока он брёл по одной из старых дорог города. Маг был уверен в том, что сёстры Вахайра закончат свои дни в пустоши, пока последняя из них не рассыплется прахом.

– Вашим мечтам не сбыться. Вы мертвы, вы все давно мертвы, Мартайн.

Время былого величия окончено, и всё это лишь жалкие попытки возродить то, что стало тленом. Ни одна из сестёр не способна была продолжить род. В своей вечной жажде власти они забыли, что утратили самое главное – время. Оно было на исходе. И никакая павшая королева не изменит этого.

Стоило Трою помочь ей взобраться в седло, Варя крепче ухватилась за шёлковую шерсть странного животного. Громадина, которую лескат называл бедвиром, переминалась с лапы на лапу, и поигрывала раздвоенным роскошным хвостом. Серебристо-чёрная шерсть существа мягкими волнами трепетала под лёгкими порывами ветра. Бедвир издал грудной рык, и Варя сглотнула ком в горле, ещё сильнее стискивая блестящую шерсть на широкой шее зверя.

– Ты уверен в том, что он согласен с нашим решением покататься? – пробормотала девушка.

– Ещё как, – Трой ухмыльнулся и через мгновение оказался в седле, позади Вари.

Он обнял невесту одной рукой за талию, крепко прижимая девушку к своей груди, а второй рукой взял поводья, выполненные из цветной плетёной кожи.

– Будь он против этого, то давно бы уже скинул с седла на землю, – прозвучал у уха Вари голос юноши, – так что держись крепче, вдруг передумает.

– Я уже передумала! – заявила девушка, когда Трой отдал короткую команду бедвиру, веля ему двигаться вперёд.

– Так быстро сдаёшься? – улыбнулся молодой человек.

Зверь тряхнул плоской мордой, на которой сверкнули изогнутые клыки, и неспешно понёс их по цветущей аллее. Над ними тихо шелестели высокие деревья, сплетаясь густыми кронами где-то в ясном небе. Яркими жёлтыми гроздьями с ветвей вниз спускались цветы, блестя глянцевыми лепестками. Тонкий аромат кружил голову или дело было в том, что она находилась в объятиях Троя.

– Не сдаюсь, – возмутилась Варя, – просто лучше пройтись пешком…

– Тогда потеряется вся прелесть возможностей, – всё так же околдовывал её голос леската.

– Какая?..

– Держать тебя в своих объятиях и хоть на время избавиться от компании надоедливого братца.

Трой убрал за ухо тонкую прядь волос девушки, и коснулся прохладными губами её открытой шеи.

– Девин отличный брат, – Варя почувствовала, как мурашки пробежали по телу от этой простой ласки, – и совсем не надоедливый.

– Он хороший брат, – отозвался Трой, игнорируя последние слова невесты.

Варя улыбнулась, припоминая, как Девин раз сто, не меньше, отдавал наставления своему будущему родственнику, когда уходил к рынку. Трой скрипел зубами и кивал согласно, лишь бы избавиться от дракона хоть ненадолго.

– Интересно, что за дела у Девина в городе? – спросила Варя.

Она наблюдала за тем, как по огромному естественному парку бродили такие же лохматые бедвиры, которых подкармливали какими-то плодами отдыхающие горожане. Девушка насчитала около двух десятков существ разного цвета. Тут были и почти белые, и чёрные, и даже пятнистый, словно земной щенок. Даже так забавно молотил от восторга своим хвостом по земле, когда выпрашивал лакомство.

– Он хотел с кем-то встретиться, – отозвался Трой, – так не будем мешать ему.

Девушка повернула голову и с некоторой тревогой посмотрела на высокие кованые ворота. Сейчас они были гостеприимно распахнуты, впуская посетителей в парк. Что-то смутное не давало Варе покоя с самого того момента, как они втроём оказались в городе. Она не могла понять, что это было за чувство, но мысленно пожелала брату скорее решить все вопросы и вернуться к ним.

А ещё она собиралась, во что бы то ни стало отыскать свою мелкую подружку. Переговорить с Ревардом перед тем, как они покинули дом, Варя не смогла. Удалось только расспросить девушек-горничных. Но все как одна отвечали, что никто из них Карамели не видел со вчерашнего дня. Варя вздохнула и задумалась.

– Что тебя тревожит? – поинтересовался Трой, явно догадавшийся о том, что чувствовала его невеста.

Он остановил бедвира и внимательно посмотрел на девушку. Варя повернула голову к молодому человеку и улыбнулась:

– Извини. Немного ушла в мысли. Поедем дальше?

– Хочешь пройтись пешком? – вопросом на вопрос ответил Трой.

Варя согласно кивнула, и лескат соскочил вниз на дорогу, а затем помог спуститься своей спутнице.

– Так что же заставляет тебя хмуриться в такой день, Варвара? – мягко поинтересовался Трой и его ладони легли на её плечи.

– Думаю о том, куда могла деться моя подруга, – ответила Варя, – она не всегда может постоять за себя. Боюсь, что попала в какую-нибудь неприятность.

– Если хочешь отыскать кого-то, то всегда можно обратиться к госпоже Атхир, – Трой взял девушку за руку, – пойдём. Я покажу тебе её «логово».

– Кто это? – Варя позволила жениху вести себя к парковым воротам, – и это… ни у Девина, ни у нас мобильника нет. Как найдём друг друга в городе?

– Кого нет? – удивился Трой, когда они пошли по широкой дороге к выходу в город.

– Сотового… – пробормотала Варя, понимая, что снова забыла, где находилась.

– Как соты могут помочь людям встретиться? Вы в Мейрне используете их каким-то особым образом?

– Просто забудь, – несчастно покачала головой Варя.

– Мы вернёмся к воротам, если не встретимся с твоим братом у рынка, – пояснил Трой, – так что отбрось волнения.

– Так кто эта Атхир?

– Она местный оракул, – Трой усмехнулся, – по крайней мере, твёрдо уверена в этом.

– Но тебя этот факт забавляет, – скептически проговорила девушка, глядя на своего жениха.

– Прости. Я понимаю, что ей далеко до придворного Розафа, но люди верят госпоже Атхир. Попробуем поверить и мы, – Трой сплёл их пальцы, и подмигнул невесте, когда она вздумала хмуриться.

Глава 35

Девин остановился посреди площади и огляделся. Отыскать товарища в такой толпе было делом гиблым. Оставалось полагаться на самого Вирага и его силу. При расставании маг сказал ему просто явиться в эту часть города. Что ж, свою часть он выполнил. Молодой человек упёр руки в бока и сощурился от яркого солнца. Пока размышлял, то и не заметил, как к нему подошла девочка-леброннка. Девин тепло улыбнулся ей и принял с рук поклонницы цветок.

Как оказалось, именно на повозке её отца они с Вирагом въехали в Аделхейт, когда он спешил попасть на Совет. Девин склонил голову перед девочкой, словно она была знатной эйслин и принёс свои извинения за то, что должен был идти. Смуглая босоногая малышка восторженно помахала ему вслед, довольная без меры от того, что смогла вновь увидеть чудесного незнакомца.

Дракон покрутил в пальцах длинный стебель цветка и прошёлся по одной из улиц столицы. Народа здесь прибавилось, сказывалась близость рынка. Кто-то из случайных прохожих задел его плечом и вынудил притормозить. Девин тряхнул головой и глянул впереди себя. Странно, он был уверен, что свернул правильно, желая попасть к входу на рынок, но какая-то совершенно ненужная улица маячила перед глазами. Молодой человек усмехнулся. Видимо слишком задумался. Он повернул строго в необходимую сторону и прибавил шагу.

– Да какого дрита?.. – пробормотал Девин, когда понял, что снова оказался идущим в неизвестном направлении.

Он снова и снова упрямо сворачивал, как и хотел, но вновь и вновь путался в собственных следах, оказываясь среди толпы шумных горожан, спешащих по своим делам. Где-то сбоку хрипло выкрикнул водовоз, веля уступить дорогу его тёмной лошади. Телега заскрипела старыми колёсами по брусчатке, противным звуком отдаваясь в голове. Девин отступил в сторону и остановился, тихо бормоча проклятия. Что за морок?

Он покрутился, пытаясь вглядеться в разноцветные домишки, увенчанные остроконечными крышами, но перед глазами всё устилалось туманом, не давая толкового обзора. Дракон шумно вдохнул сухой воздух, и закрыл глаза на минуту, веля себе успокоиться.

– Не свернуть, не сойти со следа… – шелестели чужие слова, врываясь в его сознание.

Молодой человек распахнул глаза, которые вспыхнули ярким янтарём.

– Не разомкнёшь круга, не воспротивишься чужой воле… – донёс до Девина жаркий ветер.

Или ему лишь мерещилось? Дракон снова тряхнул головой и вгляделся в кусок дороги перед собой. Среди мелькавших силуэтов лишь один оставался недвижим. Тонкая тёмная фигура в длинной накидке, лицо, скрытое глубоким капюшоном, и улыбка на губах. Её Девин разглядел отчётливо, чувствуя, как зверь в нём пробуждался, чуя опасность. Но ещё мгновение и силуэт растаял, только колкий сухой песок с дороги взметнулся, вынуждая вновь жмуриться.

– Ты точно не растаешь, как Снегурочка? – Варя недоверчиво посмотрела на своего спутника.

Солнце сегодня припекало основательно. На небе ни единого облачка, а упрямец совершенно не желал держаться тени. Она обеспокоенно нахмурилась, и Трой усмехнулся её тревогам. Он протянул руку и коснулся щеки Вари тыльной стороной ладони. Божественно… такая прохладная. Оказывается столько плюсов, когда твой парень ходячий «кондиционер»… Девушка не успела опомниться, как Трой уже касался её губ лёгким поцелуем. Варю окутала долгожданная, едва ли не морозная свежесть. Она приподнялась на цыпочки, стараясь стать со снежным лескатом вровень, и обняла его за шею.

– Точно не растаешь?

– Так волнуешься обо мне? – довольно потянул Трой, – тогда просто обязана принять всю ответственность и позаботиться о таком…

– Таком? – Варя посмотрела на его задумчивое лицо.

Трой явно старался припомнить что-то и вдруг выдал:

– О таком «крутом» мужчине.

Он говорил вполне серьёзно, но Варя почувствовала, что её уже трясёт. Она не выдержала и уткнулась лицом в грудь Троя, не желая ранить его чувства своим смехом. Запомнил же её слова!

– Что тебя так веселит? – юноша придал своему голосу сердитости, – разве не сама утверждала, что так и есть?

– Так и есть. Ты крут. Очень крут, – твёрдо заявила Варя и для верности посмотрела на жениха.

– То-то же, – лескат собственнически привлёк девушку к себе, обнял одной рукой за плечи, и кивнул в сторону древней узкой улочки, – ещё не передумала разузнать о своей загадочной подруге?

– Карамелька вовсе не загадочная. Она аделийская фея, – пояснила Варя, – и мой лучший друг. На то, чтобы пропасть, у неё должны быть очень веские причины. Поэтому и нужно всё выяснить.

– Ты водишь дружбу с нинкусс? – удивился Трой, – я не устаю тебе удивляться, Варвара. Идём же.

Чтобы попасть к таинственной Атхир, им пришлось спуститься по крутым старым ступенькам, которые вели в жилище «оракула». Все дома на этой улице имели странную форму, а точнее не имели её вовсе. Одно небольшое здание словно перетекало из другого, и тянулось вдоль разбитой дороги, теряясь среди густой зелени деревьев.

– Ничего, что мы без приглашения? – поинтересовалась Варя.

Они остановились перед небольшой дверью. С карниза свисали гирлянды сушёных лепестков, нанизанных на грубые нити вперемешку с разноцветными бусинами разного размера. Варя рискнула прикоснуться к одной из них – ярко-зелёной, и тут же за дверьми раздался прокуренный бас:

– Входи, раз явилась!

Девушка нервно улыбнулась Трою, и он толкнул дверь, впуская их в странное помещение. Стоило им войти, как дверь за их спинами со скрипом закрылась, отгораживая от внешнего мира.

– Ожидай здесь, сын леската, – проговорил всё тот же голос.

Трой вынужден был притормозить и проворчал что-то насчёт переигрывания достопочтенной Атхир. Почему этим оракулам обязательно нужно напустить на себя важности и загадочности? Сам он лишь раз пользовался услугами этой леброннки, и надо отметить, что потерянный им в одной из драк отцовский кинжал, она нашла с невероятной точностью. Атхир указала на наглеца, своровавшего оружие во время боя, учинённого вурденскими наёмниками.

Значит, могла помочь и Варваре в поисках аделийской феи. В любом случае стоило попытаться, чтобы стереть с лица любимой эту тревогу и печаль. Он даже готов ожидать в этой комнатушке, чьи стены были заставлены всяческой ерундой неизвестного назначения. Всё покоилось в разноцветных сосудах, расставленных вперемешку с горевшими свечами. Сами стены между полками были расписаны яркими красками, изображая затейливых несуществующих созданий. Да все в перьях и чудных бусах… Казалось, что Атхир была помешана на этих украшениях. Поскольку они свисали и с потолка, и перед входом в соседнюю комнату, откуда вновь раздался нетерпеливый голос хозяйки странного логова и некое глухое постукивание:

– Не вынуждай духов ждать, Варвара. Да и у меня времени не воз!

Трой кивнул Варе, предлагая войти к оракулу. Девушка скептически посмотрела на своего спутника, и лескат неловко пожал плечами под тонкой рубашкой.

– Она… достаточно мила, хоть и не…

– Я как бы всё слышу, ледяной мальчик! – из соседней комнатушки поплыл тонкий дымок, поднимаясь к потолку.

Варя звонко чихнула, вдыхая его травяной жгучий запах и тут же прикрыла лицо ладонью, не желая быть неучтивой с хозяйкой дома. Впрочем, стоило поспешить. Варя тепло коснулась плеча своего снежного жениха и прошла на голос. Это помещение оказалось намного просторнее предыдущего, что удивило Варю. Витражные окна пропускали много света, разбрасывая радужные пятна по стенам и полу. Хозяйка дома сидела в центре комнаты, на полу.

Рядом с нею стояла пара простых стульев с высокой спинкой, затейливо украшенной резьбой. На них лежало несколько гвоздей, по всей видимости, какие-то скобы и круглая пепельница. Брови Вари поползли вверх, когда достопочтенная Адхир выглянула из-за перевёрнутого стола, за которым «пряталась».

Грузная женщина средних лет, велела гостье подходить ближе, и зажала в зубах некую самокрутку, которая вновь чадила едким дымом. Длинные светлые одежды Адхир и две косы, свёрнутые в бублики над ушами, заставили Варю нервно улыбнуться. Судя по всему, где-то тут должен прятаться Чубака и Хан Соло…

– Здравствуйте, – поприветствовала девушка хозяйку дома.

Та кивнула, укрываясь облачком дыма. Перед Адхир был перевёрнут большой круглый стол с гладкой чёрной поверхностью, полностью исписанной некими рунескриптами, выполненными золотой краской. Хозяйка со знанием дела потянулась к гвоздям и принялась вколачивать один из них в деревянную ножку стола. Крепясь где-то под потолком, вниз спускались разноцветные полоски тонкой ткани, создавая ощущение того, что женщина сидела в импровизированном шатре. Варя тихо прошлась по деревянному полу и остановилась перед оракулом.

– Откуда вы знаете моё имя? – поинтересовалась гостья, – вам его духи сказали?

– Мальчишка мне твой его сказал, – проворчала Адхир, перевернула стол и похлопала по нему своими ручищами, проверяя на прочность, – сами же под окнами миловались, пол-улицы имя твоё слышало!

Вот уж… Варя разочарованно вздохнула, присаживаясь на предложенный стул. Хрипло посмеиваясь, хозяйка дома села напротив девушки и бросила молоток куда-то в угол комнаты. Инструмент гулко ударился о пол и затих, наверняка обиженный на хозяйку за такое обращение. Адхир смахнула пыль с поверхности стола и удобнее перехватила самодельную сигару, зажимая её зубами.

– Так о чём хочешь спросить меня, самозванка из Мейрна? – внезапно сощурившись, спросила оракул.

– Об этом вам тоже Трой под окнами рассказал?

Видя, как расширились от неожиданности глаза гостьи, Адхир внезапно расхохоталась и бросила свою самокрутку дымиться в пепельницу.

– Ничего смешного… – мрачно посмотрела на оракула Варя.

Смогла увидеть то, что вовсе не она была обещана болотному духу? Вот это уже совсем лишнее… За всей этой круговертью Варя совершенно забыла о том, каким образом оказалась в Роеланде. Что скажет на это Кай или Девин? Или Трой? Девушка полуобернулась и посмотрела на дверь за своей спиной. Сочтут её обманщицей? Вот чёрт… но сейчас нужно было узнать другое, её проблемы подождут.

– Вы же ясновидящая или как там? – так же недоверчиво посмотрела на женщину Варя, – разве не должны сами знать причину, по которой люди к вам приходят?

– Я-то её знаю, – ответила оракул, – но уж слишком много вопросов крутится в твоей голове, Варвара. Выбирай.

– Мне нужно отыскать подругу. Кажется, она могла попасть в беду, – торопливо проговорила Варя.

Оракул внимательно посмотрела на лицо гостьи и велела ей опустить обе ладони на стол. Варя осторожно подчинилась, ощущая прохладу полированного дерева. Сверху на её руки легли тяжёлые мозолистые ладони Адхир. Знаки на тёмной поверхности словно ожили и пришли в движение, выстраиваясь определённым образом, понятным только хозяйке.

– Несчастная счастливица, дочь, но сирота, слаба телом, но сильна духом. Сколько сомнений одолевают тебя, Варвара из Мейрна? – с неожиданным участием в голосе проговорила женщина, – тебе удалось запутать даже духов.

Сейчас она так напомнила Варе тётю Зину, что пальцы девушки дрогнули на столе под руками Адхир.

– Вы должны… то есть, я ведь просила вас рассказать мне о Карамельке, – сменила тему разговора Варя, пытаясь высвободить свои руки, но их крепко удерживали.

Руны на столе вновь пришли в движение, выстраиваясь кругами на блестящей поверхности.

– Не о подруге ты сейчас беспокоиться должна, – медленно качнула головой Адхир, – не хотят мои руны говорить об этой аделийской фее.

– Но мне нужно знать, – отозвалась Варя и высвободила свои руки, тут же убирая их в карманы штанов.

– Не веришь ты сама себе. Давно нужно понять, что твоя сила всегда с тобою и перестать сомневаться в ней. Ты владеешь могущественным оружием – люди идут за тобою, словно за солнцем и находят в тебе утешение. Раскрытая ладонь куда сильнее сжатой в кулак, Варвара, – проговорила низким голосом Адхир, поглаживая свой ритуальный стол, словно домашнего питомца.

– Почему вы заговорили об этом? – спросила Варя в смятении, – какое из меня солнце и утешение? И не сомневаюсь я…

– Мне ты не соврёшь, – хмыкнула Адхир, – разожми кулаки. Иначе как сможешь принять те чувства, что предлагают тебе в дар? Доверься старой Адхир. Что бы ни происходило – не сомневайся. Пришло время, Варвара из Мейрна. Ничего не страшись.

– Чем больше вы об этом говорите, тем страшнее… – пробормотала Варя и ощутила, как под подошвами ботинок вздрогнул пол.

– Пришло время, – хозяйка дома вновь подняла свою самокрутку и задымила ею, глядя, как подрагивает столик перед нею.

Глава 36

Солнце коснулось небольших крыльев зачарованной птицы, когда она в очередной раз описала круг в небе, паря над одной из больших площадей столицы. Птица терялась среди своих «живых» сородичей и могла беспрепятственно явить своему хозяину то, что он желал увидеть. Вираг прислонился спиной к ветхой стене одного из домов и сейчас мог ненадолго затаиться, оставаясь незамеченным. Мужчина привычно закрыл глаза и «смотрел», поддерживая свою магию раскрытыми ладонями, обращёнными к небу.

Даже не увидев всё при помощи магического создания, Вираг безошибочно смог понять, что ведьмы принялись за дело. Дрожь пронзила землю под ногами, заставляя стёкла в домах тревожно звенеть, предвещая появление демонических макои.

– Девин… – маг распахнул глаза, чувствуя, как лицо покрылось испариной.

Теперь не таясь, мужчина кинулся через улицу, на ходу расталкивая перепуганных прохожих. Люди разбегались в разные стороны, пытаясь укрыться от той стихии, что укрывала небо тревожными тучами, словно желая погасить само солнце. Сухой ветер носил колючий песок, обрывал с деревьев листву и мелкие ветви, следом порываясь сорвать с Вирага накидку.

Мужчина развязал шнурок, удерживающий её, и сбросил помеху на дорогу. Теперь маг бежал ещё быстрее, молясь про себя и стараясь успеть. Дрожь усиливалась, чем ближе он оказывался от центральной площади, тем сильнее вибрация становилась. Он видел, он знал, что мальчишка находился сейчас в самом эпицентре, и проклятье, не мог сойти с места.

– Будь ты проклята, Мартайн! – хрипло выкрикнул Вираг и едва успел притормозить, когда перед ним буквально взорвалась дорога.

Сырая земля и старая брусчатка разлетелась смертельными снарядами во все стороны, грозя настигнуть тех, кто не успел укрыться. Один из камней пришёлся на плечо мага, вызывая острую боль. Мужчина устоял на ногах и взмахнул руками, призывая свою силу.

– Девин!! – позвал он друга, едва замечая юношу среди поднявшейся бури.

Встречный поток ветра врезался в магическую стихию, отводя её в сторону и не давая чудовищной твари приблизиться к пленённому дракону. Девин тряхнул головой, пытаясь разглядеть товарища. Его голос был едва слышен, поскольку яростный рык призванного демона заглушил остальные звуки.

– Мне не сойти! – крикнул молодой человек, надеясь, что его услышат, – убирайся прочь, Вираг!

– Ты мне ещё не заплатил за прошлую услугу, малыш! – на перепачканном лице мага сверкнула нервная улыбка.

Макои взмахнул своей чудовищной лапой, разрывая когтями землю и остатки дороги. Вираг в ответ вновь отбросил существо своей силой, вызывая сильный ветер. Девин услышал, как за его спиной раздался скрежет когтей другого демона и его глаза вспыхнули жарким янтарём.

– Ты один не удержишь их до прибытия сил Эдгарда!

– И не собирался! – зная принцип действия ловушки ведьмы, Вираг взмахнул рукой, направляя свою силу на товарища, – лети, Кайонаодх! Не подведи, как и в прошлый раз…

Холодный поток ударил юношу в грудь, заставляя едва ли не задыхаться и через мгновение воспарить над площадью. Девин раскинул руки, и в тот же миг громадные крылья заслонили солнце над головой Вирага, являя его взору величественного дракона. Он нарушил повеление Идгарда и обратился в пределах Аделхейта, но сейчас это не имело значения. Дракон взмахнул крыльями и полыхнул огнём, обращая призванное существо в обугленное изваяние. Жар от этого действа достиг лица Вирага, заставляя прикрываться подпаленным рукавом.

Продолжая разрушать улицы, макои всё прибывали, как и стражи короля, которые прилагали все усилия, чтобы сдержать демонов и не дать им приблизиться к дворцу. Желал этого и Девин, мысленно молясь, чтоб сестра оставалась в безопасности и Миклосу хватило ума увести её от этой разразившейся огненной Мейтедер[3]. Дыхание дракона раскалило воздух до такой степени, что дышать стало слишком тяжело.

Доспехи воинов так прогрелись, что грозили уничтожить тех, кого должны были защитить. Вираг встал среди стражей, вновь направляя раскрытые ладони в сторону разъярённого дракона. Не имея другой возможности защитить солдат, не обладавших магией, мужчина тратил всю силу на то, чтоб поднятым встречным ветром дать им возможность дышать и выстоять.

Дракон резко подался вниз, к развороченной земле, и схватил одного из макои. Мощные лапы разорвали существо надвое, вынуждая осыпаться между сверкающих когтей чёрным пеплом. Взгляд зверя на мгновение остановился на товарище. Лицо Вирага было бело, как полотно. Пот струйками сбегал по лбу, а рубаха и вовсе вымокла от усилий. Но мужчина упорно продолжал стоять, не опуская рук.

Дракон зарычал, когда увидел, как тонкая струйка крови потекла из носа мага, истратившего все свои силы. Зверь схватил товарища лапой, и поднял на одну из площадок близлежащих домов, тут же разворачиваясь к очередному демону. Вираг упал навзничь, едва различая над собою потемневшее небо в рваных тучах. Война. Это было объявление войны. Только Мартайн могла настолько обезуметь, чтобы кинуть вызов Идгарду!

Грохот наполнил эту часть города, словно все Боги сегодня обрушили свой гнев на Аделхейт. Земля продолжала содрогаться, трескаться и идти волнами, будто ожило каменное море, поглощая всё живое, встречавшееся на пути разлома. Трой продолжал крепко удерживать Варю за руку и пытался пробраться с нею к уцелевшей части столицы. Но безумная стихия прорывала дорогу, отрезая все оставшиеся пути отступления, в итоге оставляя беглецов на неком подобии острова.

В очередной раз каменный град обрушивался на них, и вновь Трой укрывал их ледяной стеной, словно щитом. Варя приказала себе не слышать отчаянных криков погибавших жителей города, хотя и так была оглушена грохотом падающих зданий. Многие из них, оказываясь на краю образовавшейся пропасти, просто обрушивались вниз. Лескат и девушка подбежали к краю пропасти, и Трой кинул мрачный взгляд на ту часть улицы, от которой они были отрезаны. Он тряхнул головой, убирая со лба липшие пряди волос и повернулся к своей спутнице:

– Мне хватит сил, чтоб сделать для тебя путь. Как только лёд окрепнет – беги! – велел Трой.

– Чёрта с два! – выкрикнула Варя, – я никуда не пойду! Что ты придумал?!

– Я пойду следом… – глухо проговорил Трой и коснулся её щеки перепачканной ладонью, – я всегда буду идти следом, ты мне веришь, Варвара? Я не смогу остановить это, если буду отвлекаться на тебя. Ты станешь… помехой…

Он сглотнул ком, подкативший к горлу.

– Я не стану мешать, – пробормотала Варя, – делай то, что должен. Я просто не хочу потерять тебя…

– Ты светишь для меня, словно солнце, Варвара. Я увижу его свет, куда бы ты ни отправилась. Только свети для меня. Свети ярко…

Трой взмахнул рукой, вынуждая пылевую бурю расступиться, смешивая горький песок и землю с чистейшим снегом. Ещё немного и снежный буран сгустился над пропастью, образуя некое подобие узкой дороги, а затем застывая сверкающим льдом. Трой вновь выставил прозрачную стену, в которую с рыком врезался один из демонов, разрывая лёд когтями и вызывая трещины по поверхности их щита.

– Беги! – велел Трой, не желая показывать девушке, что руки его дрожали, – я велел тебе бежать!

Варя разрывалась от желания остаться и подчиниться жениху. Но она последовала приказу, беспрестанно оглядываясь назад, и побежала по хрупкой дороге. Каждый шаг давался с таким трудом, будто ступала по раскалённому железу, покидая того, кто сейчас сражался с чудовищем за её спиной.

Лёд сковал макои, и Трой яростно взмахнул рукой, заставляя глыбу расколоться на тысячи осколков вместе с монстром, заключённым в эти холодные оковы. Через белую пелену он видел тонкий силуэт девушки, которая бежала по ледяному мосту. Она просто обязана спастись. Та часть города уцелела, хотя бы пока. Пока он задержит макои. Пока хватит сил.

– Любовь – жалкое чувство, Трой Миклос, – раздался голос за его спиной, и юноша обернулся, замечая выходившую из чёрной завесы женщину, – оно не стоит того, чтоб за него умирать!

Мартайн зашептала, сжала руку в кулак и, выставляя её перед собою, призвала создания, идущие за нею. Земля взорвалась за спиной ведьмы, являя демонов, которые бросились в сторону снежного леската. Его губы тронула усталая улыбка, и он поднял оброненный кем-то из погибших стражей меч.

– Чёрта с два! – повторил Трой слова своей невесты, – я не собираюсь умирать за неё, ведьма. Я ещё не получил ответ!!

Он кинулся в бой, собирая все оставшиеся силы, превращая уцелевший «остров» в заснеженные развалины. Мартайн зашипела что-то в ответ и, прячась за пылевой завесой, исчезла, оставляя одного из своих врагов в окружении макои. Трой кинул взгляд на таявший мост, который сверкая, обрушился в пропасть, отрезая ему путь для отступления. Вновь поднимая меч, он молился, чтобы его невесте хватило сил добраться до безопасного места.

Глаза слезились от поднятой пыли и гари. Здесь было куда жарче, а видимость такая отвратительная. Варя остановилась неподалёку от разрушенной дороги и смогла разглядеть, как разрушился мост, созданный для неё Троем. Паника охватила девушку, когда поняла, что он оказался в ловушке на проклятом острове, созданном монстрами. Нужно было бежать, но она как заворожённая смотрела через пропасть, надеясь увидеть Троя.

Когда же горячая волна едва не повалила её на колени, толкая в спину, Варя обернулась. Нет, она увидела не ужасного монстра, хотя от знакомой улыбки ощутила испуг и ярость не меньшую, чем от присутствия макои. Женщина скинула капюшон своей накидки и вновь улыбнулась Варе.

– Не бойся меня, смертное дитя, – Мартайн протянула руку, – я не причиню тебе вреда. Напротив – одарю тем, что ты так желала.

– Сегодня все решили, что знают о моих желаниях! – зло пробормотала Варя, отступая к уцелевшей части улицы и не сводя взгляда с ведьмы, – но все вы ошибаетесь!

– Ты ведь хочешь остановить всё это? – продолжила говорить Мартайн, – в твоих силах сделать это. Просто дай мне руку, Варвара из Мейрна. Иди со мной.

– Я? – губы девушки дрогнули в презрении, – как могу я это остановить?! Я видела тебя… и во сне тоже… что тебе нужно?!

– Мне нужна ты, обещанное дитя, – нараспев проговорила Мартайн.

Она сделала пару шагов к Варе, в следующее мгновение оказываясь за её спиной, и резким движением руки схватила девушку за шею. Пальцы ведьмы сдавили горло, заставляя свет темнеть в глазах Вари. Она попыталась освободиться, но сил было слишком мало.

– Всё это, – Мартайн обвела дымившуюся округу свободной рукой, – это всё из-за тебя, Варвара из Мейрна. Лишь потому, что ты явилась в этот мир. Одна смертная девочка смогла стать предвестником для Роеланда. Так идём же со мной. И всё прекратится.

– Не вали на меня то, что сделала сама, чёртова ведьма, – хрипло проговорила Варя и со всей силы ударила ногой по коленке Мартайн.

Та лишь расхохоталась, и острые когти впились в тонкую кожу на шее девушки, рассекая её. Начертанные ведьмой печати пробуждались на земле, приходя в действие. Она так долго ждала этого, оставалось совсем немного. Согласно последним словам пророчества Розафа, обещанное дитя окажется в её руках, и именно она, Мартайн, возродит павшую королеву. Но чёрный взгляд ведьмы скользнул по нанесённой на ладонь печати и глаза её расширились от изумления. Та горела ярким цветом, обжигая руку, заставляя заклинание искажаться и не подчиняться ей.

– Ты самозванка, варвара из Мейрна!! – зарычала ведьма.

Она яростно зашипела, отталкивая девушку от себя. При этих действиях несколько капель крови с раны Вари упало на землю. Стёкла в окнах близлежащих домов вылетели, разбиваясь на сотни острых осколков, когда Мартайн в безумном гневе закричала:

– Будь ты проклят Розаф!!!

Как могла она так глупо истратить драгоценную кровь королевы? И как могла так ошибиться?!

Варя упала на землю и закрыла голову руками, спасаясь от летевшего стекла. А стоило глянуть вокруг себя, то заметила, как принялись вспыхивать некие знаки, заключённые в многочисленные круги. Девушка шатко поднялась, заставляя себя стоять ровно, и глянула исподлобья на ведьму. Та продолжила рассыпать проклятия, в ужасе глядя на собственную руку, на которой так же горели какие-то рисунки.

– Ты дашь мне то, что я желаю! Ты подчинишься мне! Ты моя, Варвара!!! – продолжила истерить Мартайн, но вдруг умолкла.

Вокруг и вовсе потемнело, был слышен только глухой хлопот крыльев, которые через мгновение расправились за спиной ведьмы. Чешуя огромного дракона сверкала тёмным золотом, чётко выделяясь на фоне грозового неба.

– Девин… – выдохнула Варя, узнавая брата и в таком обличии.

Ведьма отчаянно взмахнула рукой, призывая врата, и попыталась сбежать от настигшего её зверя. Но дракон уже занёс свою лапу, обрушивая её в следующий момент на Мартайн и удерживая женщину на месте. Варя не смогла смотреть на то, как пламя охватило ведьму, превращая в горсть пепла. Долгожданная тишина охватила Аделхейт, говоря о том, что макои покинули город, исчезая вместе с той, что призвала их.

Девушка зажмурилась со всех сил, не веря тому, что всё завершилось, и видимо от дыхания Девина ощущала жар во всём теле. Он всё усиливался, словно исходил от неё самой, разгораясь где-то в груди. Варя не могла понять, что происходило. Она распахнула глаза, которые впервые сверкнули, словно в них отразилось пламя. Теперь в чёрной завесе пепла Варя ничего не могла разглядеть, только всё отчётливее тлели под её ногами некие круги и рунескрипты, не давая девушке сойти с места. Девин обратился и побежал к сестре, желая вызволить её из плена призывной печати Мартайн, но нечто опередило его и настигло Варю раньше юноши.

Золотой свет тускло вспыхнул вдалеке, затем переместился, хотя Варя сомневалась в том, что не сошла с ума и это не привиделось ей. Когда же хотела заслониться рукой, не зная, чего ожидать от этого явления, то увидела знакомое сияние, рассыпавшееся вокруг неё тёплыми искрами, и ощутила удар, отбросивший её на землю.

Неожиданно чёрное небо перевернулось перед глазами Вари, так безмятежно усыпанное сверкающей крошкой звёзд. Но ведь сейчас день… самый ужасный в её недолгой жизни, но – день… Здесь же была ночь, которая обняла её долгожданной прохладой и тишиной. Она спасена или это только начало нового испытания? Но сейчас жива, где бы ни оказалась, а значит, предстоит путь домой, каким бы долгим он не оказался. Варя слабо улыбнулась и закрыла глаза, понимая, что впервые думала о Бриартаке, как о родном доме.

Часть вторая. Варвара из Мейрна

Глава 1

– Ваш сын очнулся, эйсель Миклос… – пробормотала горничная Румина и испуганно схватилась за голову, когда в закрытой комнате за её спиной что-то с грохотом врезалось в стену.

– Кажется, он очень взволнован, – печально вздохнула Кай и покачала головой.

Она перевела взгляд на Левена. Тот коротко кивнул, хмуро посмотрел на дверь и сделал шаг в сторону покоев, так участливо отведённых хозяйкой для его сына. Делма приняла их как гостей и за это Миклос был без меры благодарен в этот час. После всех событий в столице, от их дома мало что осталось… Только Левен пересёк нижний зал, как двери в одну из комнат распахнулись, да так, что едва не слетели с петель.

– Какого дрита происходит?! – зарычал Трой, удерживаясь обеими руками за края дверного проёма.

По тёмному дереву пошла изморозь, и пышка-Румина поёжилась, обхватывая себя руками. Тонкое платьице никак не согревало и не спасало от очередного приступа ярости ледяного гостя. Ну вот опять: на её кудряшки уже принялись опускаться крупные снежинки. Горничная испуганно отступила в сторону, спасаясь от гнева юного эйселя.

– Приди в себя, сын, – твёрдо произнёс Левен и подошёл к юноше.

Трой тряхнул головой, правое плечо немедленно заныло, отдавая тупой болью до самых пальцев. Рану кто-то заботливо перевязал, и теперь полоски белой ткани выглядывали из-за расстёгнутой рубахи. Последнее что он помнил – это атака Макои, и то, как рухнул на землю, когда когти демона полоснули по плечу. Сейчас было совершенно неважно, кто нашёл его и как он оказался в этом доме. Трою было плевать на то, выстояла ли столица. Он желал знать только одно, задавая вопрос, который так ожидала услышать Делма.

– Где она? – глаза молодого человека сверкнули холодным льдом, когда он посмотрел поверх плеча отца на хозяйку дома.

Кай только отрицательно качнула головой, и теперь Трой заметил, как была бледна женщина, и как отчётливо стали видны тёмные тени под её янтарными глазами.

– Варвару ищут. Но пока никаких вестей. Мне так жаль… – на выдохе проговорила Делма, и её плечи поникли, будто груз недавних событий был слишком тяжёл в этот час.

В воздухе ощутимо похолодало, и Трой сделал несколько шагов по залу, становясь бледным, как полотно. Руки его дрожали, но вовсе не от слабости, как уверял он себя, а от охватившей ярости.

– Сколько времени прошло? Сколько?! – молодой человек опёрся на спинку кресла, не желая показывать то, что голова его кружилась от резких движений.

– Три дня, – ответил за Делму вошедший помощник.

Ревард коротко склонил голову, приветствуя тех, кто находился в большом зале. Энр исподлобья поглядел на сына снежного правителя и стиснул зубы так, что на скулах стали видны желваки.

– Три?! – не поверил услышанному Трой и подступил ближе к воину, – и каковы были действия за это время? Кто ищет Варвару? Кто?!

– Я, – коротко ответил Нейл, продолжая сверлить юношу взглядом.

– Почему мою невесту ищешь лишь ты?! – мрачно кинул ему Трой, едва не сталкиваясь лбами с Ревардом.

– Потому что я единственный в этом доме, кто может учуять и найти её. А если найду, а я найду, то уж не потеряется более… – оскалившись, рыкнул в ответ Нейл.

Этот энр сейчас посмел намекнуть на то, что он был повинен в исчезновении Варвары? Считал, что он не уберёг её?! Трой почувствовал, как рвётся ткань рубахи помощника Делмы, в его стиснутой в кулак ладони. И когда успел схватить его за грудки? Юноша разжал руку и шумно вдохнул. Проклятье… Где она? С кем она? Жива? Ранена? Напугана? Конечно, напугана… Боги…

– Мы делаем всё возможное, Трой, – донёсся до юноши успокаивающий голос Делмы, – твой отец прибыл ненадолго, чтобы проститься с тобой. Идгард призвал его, как и моего сына. Правитель намерен выдвинуть свои силы в сторону Вахайра. Флот королевских франгаров ожидает отбытия.

– Все кто выжил, сейчас скорбят и оказывают помощь тем, кто ранен. Все люди на разборе завалов, – пояснил Левен и опустил руку на здоровое плечо сына, – Нейл Ревард делает всё возможное, чтобы найти Варвару. Будем верить в лучшее, сын.

– Король намерен начать войну с сёстрами Вахайра? – глухо поинтересовался Трой и повернулся лицом к отцу, – почему идёшь и ты?

«Потому что в бой отправился последний сын того, кому он поклялся», – разве мог такое произнести вслух? Левен тепло коснулся головы Троя.

– Таков мой долг. Понимаю, что после всего пережитого твой вопрос прозвучал необдуманно и прощаю это. Ты должен собраться с силами, и я верю, что справишься.

– Мне нечего собирать… – пробормотал Трой и принялся застёгивать рубаху, – я не намерен оставаться здесь.

– Ты едва открыл глаза, – мрачно произнёс Левен, – собираешься свалиться где-нибудь на дороге? Необходимо окрепнуть…

– Ты действительно думаешь, что я предпочту подобное, когда она сейчас возможно так нуждается в помощи?

Трой не стал ждать ответа отца и прошёл мимо него обратно к отведённой ему комнате. Оказывается, так и стоял до этого босиком, от волнения забыв обуться. Молодой человек вошёл в большое помещение и потянулся за курткой, оставленной для него заботливой горничной. Плечо моментально заныло, заставляя стискивать зубы и мысленно перечислять проклятия. Кое-как он оделся и, застёгивая пуговицы на куртке, услышал шаги за спиной.

– Что тебе удалось разведать? – поинтересовался Трой, прекрасно зная, что позади него остановился помощник эйслин Кайонаодх.

– След обрывается там, где её в последний раз видел хозяин, – отозвался Ревард и сложил руки на груди, угрюмо глядя на гостя, – я не смог найти ничего…

– Это ведь хороший знак, энр. Верно? – молодой человек повернулся к воину, – то, что ты не учуял Варвару, говорит о том, что её попросту нет на территории города. Верно?

Говорил лескат с такой надеждой в голосе, что Нейл глубоко вздохнул, мысленно соглашаясь с ним, и почувствовал, как сильнее порвалась на груди испорченная рубаха. Он и сам неоднократно думал об этом. Не чуял, не мог найти след – значит, она жива. Значит, просто исчезла. Значит, есть надежда…

– Верно, – кивнул Ревард.

– Та женщина – ведьма. Она шла за нами, – продолжил расспрашивать Трой, – известно ли что-нибудь о ней?

– Это была Мартайн – правая рука Старшей Гэйнор, – пояснил Нейл и сделал пару шагов по комнате, – господин убил её. По тем сведениям, которые хозяину удалось раздобыть, сёстрам Вахайра нужна была именно Варвара. За нею ведьмы и явились в Аделхейт.

– Что? – не поверил услышанному Трой и даже забыл на время о саднившей ране, – зачем им понадобилась Варвара? Она лишь смертная дева из Мейрна.

– Я расскажу по пути, – деловито кинул Ревард и направился к раскрытым дверям.

– По пути? – недоверчиво осведомился Трой, – какого дрита?

– Мне велено взять вас с собой. Разве могу я нарушить распоряжение хозяйки? – Нейл уже покинул комнату, вынуждая гостя прибавить шагу и нагнать наглеца.

– Это я беру тебя с собой. Так что не льсти себе и подбери хвост, чтоб ненароком не отдавили, – кинул ему Трой, вынуждая энра скрипеть зубами и следовать за ним.

Птицы звонко расщебетались за раскрытым окном. Свежий ветер врывался в небольшой нижний зал трактира, колыхая простенькие занавески. Полный бородатый трактирщик принялся насвистывать, вторя песне за окном, и продолжал обтирать мятым полотенцем кружки. Мужчина посмотрел через зал, сощурился, о чём-то задумавшись, а затем кивнул своей дочери, веля подойти к нему.

Девочка, лет четырнадцати, торопливо подбежала к отцу и склонила светлую голову, ожидая очередного распоряжения. Она расправила складки на своём свежевыстиранном переднике, и в очередной раз проверила на месте ли содержимое одного единственного кармана. Сокровище оставалось там, где девочка его и припрятала, на самом дне, и ожидало своего времени.

– Ступай, отнеси, – велел трактирщик, указывая кивком головы на дальнюю часть зала.

Он поставил перед дочкой высокую глиняную кружку с дымившимся напитком. Девочка затаила дыхание, стараясь не выдать перед хмурым родителем своей радости, и поспешила выполнить повеление. Она так разволновалась, что даже притормозила посреди зала, и жалела о том, что полагалось относить заказ на плетёном подносе, и руки сейчас были заняты. Так она не могла поправить две блестящие косы и убедиться, что не выглядела неопрятной замарашкой.

Девочка собралась и велела себе идти дальше. Тот, кому полагался бесплатный ароматный томхе, приготовленный лично отцом, сидел к ней спиной и сейчас глядел в окно. Ах, благодатный ветер так нежно перебирал короткие медные пряди, что она закусила губу от зависти к самой природе. Ведь не могла так же просто касаться прекрасного юноши, который вот уже второй день гостил в их таверне.

Дочь трактирщика обошла столик, стараясь не задеть девицу, сидящую перед объектом её обожания, и опустила поднос. Она открыто улыбнулась юноше, любуясь его взглядом, цвета чистейших каламеев.

– Доброго дня, эйсель Ланселот, – девочка поклонилась, пододвигая горячую кружку к хмурому юноше, и поприветствовала сидящую напротив спутницу и сестру их гостя, – доброго дня, эйслин Гвиневра.

– Благодарю, – Варя приняла у дочери трактирщика глиняную кружку с дымившимся напитком, и девочка просияла улыбкой.

Варя посмотрела поверх её худенького плеча на сидевшую напротив спутницу в тёмной бархатной накидке с капюшоном, затем вернулась взглядом к помощнице трактирщика:

– Ты можешь идти. Отдохни, пока не набежало народу и у тебя есть возможность это сделать.

Румянец на щеках девочки стал ярче, и она поспешно убежала, так и не набравшись храбрости вручить свой подарок. Но ничего, сделает это позже, обязательно сделает! «Гвиневра» нервно скинула свой капюшон, и солнечные лучи заиграли на белоснежных волосах, сплетённых в длинную косу, доходившую девушке едва ли не до колен.

Варя сердито проворчала и пододвинула ей тарелку, веля есть. Аквамариновые глаза красавицы распахнулись в ужасе, при очередной необходимости браться за ложку. Изящные пальцы неловко схватили столовый прибор, и девушка принялась возить им по тарелке, размазывая кашу, пока та не добралась до краёв, грозя пролиться на стол.

– Ты… – Варя шумно вдохнула, затем велела себе спокойно выдохнуть.

Она подалась вперёд, перегнулась через стол и своей рукой повернула ложку в руке девушки так, чтоб она легла верно, и не проливала еду.

– Просто сделай это, ладно? На нас и так глазеют, – Варя откусила кусок свежего хлеба и отпила полюбившийся пряный томхе, который благодарный хозяин трактира преподносил ей по три раза на день.

– Не смотри на меня так, – Карамель поджала губы и отложила ложку в сторону, – я ведь уже столько раз говорила, что мне жаль!

– Этого недостаточно, – мрачно потянула Варя и чертыхнулась, когда прохладный ветер скользнул по вновь открытой шее, напоминая о том, что её волосы безжалостно были обкромсаны.

Глаза девушки принялись наливаться золотом, и Карамель кивком головы указала на её лицо, предупреждая подругу. Да, им нужно быть осторожнее. Варя напоминала себе это каждую минуту, но контролировать себя порой становилось просто невозможно. Нет, они должны продержаться и найти способ, выбраться отсюда. И как их могло так угораздить? Хотя, о чём это она говорила?..

– За Азелфлад! – выкрикнул за их спиной кто-то из постояльцев, поднимая свой кубок.

– За короля Гидеона и вечный Азелфлад! – хрипло прогорланил второй собутыльник.

Варя вновь кинула взгляд на свою соседку и покачала головой. Ура, товарищи, ура…

Глава 2

– Франгары станут слишком уязвимы, едва пересекут границы пустоши. Втолкуй это своему королю, – глухо проговорил Вираг, по привычке ниже опуская свой капюшон.

И какого дрита он забыл во дворце?! Маг чувствовал себя так, словно явился на площадь голым, да ещё обвешанным бубенчиками для пущего эффекта. Девин коснулся плеча друга и тепло пожал его.

– Не для того я вымолил у Идгарда помилование для тебя, чтоб таился за моей спиной. Скажи сам, он выслушает тебя, – проговорил дракон.

– Король никогда не станет слушать того, кто…

– Ты, – правитель тяжело опустил ладони на огромный стол, за которым собралось более десятка представителей от самых сильнейших в этот час земель, – говори, келеменец. Не смей шептать в присутствии своего короля!

Светлые брови Идгарда сошлись на переносице, когда он устремил свой горящий взгляд на мага. Вираг скинул капюшон куртки и пригладил взъерошенные волосы. Он сделал пару шагов вперёд и коротко поклонился правителю Роеланда.

– Поскольку клан Келемен намерен был присоединиться к сёстрам Вахайра, то вполне возможно, что они подтвердили свой союз. В таком случае…

Вираг не договорил, Идгард ударил кулаком по гладкой поверхности, заставляя трепетать огромную карту на столе перед ним:

– В таком случае, они будут единовременно повержены, как и ведьмы. Такова будет участь каждого предателя!

– Поодиночке им не выстоять. Верно, – мрачно кивнул маг, – но если стихийники объединят силы, то на подходе к Вахайру франгары столкнуться с одной из самых сильнейших бурь, что приведёт к повреждению кораблей и ослаблению флота, ваше величество. На территории пустоши идеальные условия для подобного действа. Считаю своим долгом предупредить вас, даже вызывая справедливый гнев.

Идгард медлил с ответом. Девин отметил про себя, как их правитель пытался скрыть усталость, едва поведя плечами. Король до сих пор терялся в догадках, что же вынудило ведьм вторгнуться в столицу. Они с Вирагом, рискуя собственными шеями, нагло лгали, что сёстры наверняка желали досадить Роеланду или вовсе из ума выжили. Оставалось тихо порадоваться тому, что старик Розаф без вести пропал, и не мог опровергнуть их слов, шепча на ухо королю о важности Варвары.

Девин едва не застонал, вновь припоминая о том, что дорогая сестра исчезла. И всему виной был он, жалкий неповоротливый дракон, не сумевший вызволить её из ведьминой ловушки! А сейчас, благодаря призыву Идгарда, не имел возможности исправить то, что не предотвратил. Оставалось молиться всем известным Богам и просить дать сил Реварду и Миклосу (он не сомневался, что лескат уже подорвался с постели и спешил на поиски). Он же позаботится о том, чтоб ни одна из ведьм никогда более не покинула пустошь, оставаясь там горстью пепла!

– Почему я должен верить словам того, кто предаёт своих же собратьев, Вираг из Келемен? – Идгард смерил мага тяжёлым взглядом и опустился на свой стул, стоящий во главе стола.

Присутствующие продолжали молчать, лишь наблюдая за допросом короля. Кто-то глядел на Вирага как на ничтожное создание, кто-то с сомнением, а в глазах некоторых представителей Девин замечал и молчаливую поддержку. Его товарища слушали, и это было огромной удачей. Если бы Идгард не верил магу, то не стал бы и минуты тратить на подобные разговоры.

– Потому как это единственное, что я могу сделать для своих собратьев, – ровно ответил Вираг. Мужчина расправил плечи, и словно сделался выше, глядя прямо на короля, – если им суждено вступить в последний бой, то сделают это лицом к лицу со своим врагом. И тем самым примут своё последнее решение: бросить меч или пасть как предатели. Флот будет разгромлен над пустошью. Многие воины погибнут, даже не начав бой. Келемен ожидают вторжения франгаров и сконцентрируют свои силы на удержании неба. Вы выиграете время, если заведомо подготовите это сражение на земле…

Идгард нахмурился ещё больше и задумчиво опустил ладонь на огромную карту. Казалось, что пальцы обжигала каждая линия, которая очерчивала предполагаемые пути. Вновь неспокойно в Роеланде. Вновь небо тревожно, а земля полна скорби. В словах стихийника был смысл, если действительно Келемен поддерживает ведьм. Король собрался что-то ответить, но подбежавший к нему интигам поспешно склонил голову и что-то тихо пробормотал. Выслушав торопливое донесение, Идгард выровнялся у стола и обратился к собравшимся.

– Я вынужден покинуть вас. По возвращении мною будет объявлено окончательное решение.

Правитель ещё раз обвёл взглядом присутствующих и широким шагом покинул зал. Девин и Вираг переглянулись, гадая, что могло заставить Идгарда прервать совещание. Рассуждали об этом и другие представители земель, созванные на совет.

Сам же король сейчас направлялся в отведённые для придворного мага покои. С какими мыслями или надеждами он преодолевал последний коридор, ведущий к нужным дверям, было вполне очевидно. Идгард отослал интигама и, не останавливаясь, толкнул двери, намереваясь войти в знакомое помещение. Стража поклонилась королю. Воины остались по обе стороны от входа, и когда король переступил порог покоев, закрыли за ним двери, оставляя наедине с тем, кто находился сейчас у высокого окна.

– Так ты и есть та самая Адхир, что так почитает народ в Аделхейте? – Идгард прошёлся к центру просторного светлого помещения и остановился.

Его тёмная мантия колыхнулась тяжёлыми складками, подхваченная порывом ветра, который врывался из открытого окна. Мужчина шумно вдохнул, к своему изумлению ощущая в воздухе запах горького дыма.

– Так уж и почитает? – хмыкнула широкоплечая женщина, поворачиваясь к королю.

В зубах гостьи по-прежнему тлела самодельная сигара. Желая быть тактичной, оракул затушила окурок об ладонь, укрытую старой потёртой перчаткой. Затем бросила его в один из многочисленных странных горшков, которые рядком стояли тут же на подоконнике. Да простит её покойный Розаф…

Адхир пригладила складки длинного платья, единственного, что уцелело после разгрома её жилища и даже склонила голову в приветствии. Идгард долго смотрел на гостью, затем сложил руки на груди и проговорил:

– Желаешь ли ты вернуться на жалкие развалины своего дома, или же примешь честь служить своему королю?

– Станет ли великий Идгард слушать речи скромной Адхир? – прищурилась лебронка, – я не придворный Розаф. Говорить буду всё как есть.

– Ты глупа или бесстрашна, раз смеешь предполагать, что я стану довольствоваться жалкой ложью, приукрашенной для услады моих ушей? – зарычал Идгард и его глаза налились ярким золотом, а с губ сорвался чёрный дым.

– Если скажу, чтоб оставил затею с войной, послушаешь? – хрипло хохотнула оракул, когда увидела, как округлились глаза правителя.

– Смеешь говорить мне, чтоб не атаковал Вахайр?!

– Не ты начал эту войну. Ни тебе её заканчивать, Идгард. Ты хотел правды – вот она. Не защиты для королевства ты сейчас желаешь, а гордыню свою задетую тешишь. Ведёт тебя ведьма, даже мёртвая ведёт. Солнце уже идёт из-за моря, тебе нужно лишь дождаться.

– Я не отступлю и не намерен ожидать призрачного рассвета, – твёрдо проговорил король, – сёстры Вахайра падут.

– Но не от твоей руки, – доводя правителя до неистовства, отозвалась Адхир.

– Так от чьей же? – Идгард в два шага оказался рядом с лебронкой, нависая над нею грозной тучей, – что говорят твои Боги, Адхир?

– Солнце, что хотело покоя, взойдёт в последний раз, – напустила на себя загадочности гостья, подкручивая левый «бублик» у уха, поскольку коса так некстати принялась расплетаться, – ты не остановишь этот рассвет. Так просто наблюдай его из своего окна, великий Идгард.

– Никогда не бывать такому, чтоб я трусом наблюдал за тем, как враг вторгается на мои земли и остаётся безнаказанным, – мрачно произнёс король, – я встречу твой «рассвет», Адхир. Но встречу его на поле боя, как и подобает правителю Роеланда.

– Твоя воля, – неспешно кивнула женщина, – но мои Боги не станут говорить с тем, кто не готов их слушать. Не место мне здесь. Вернуть туда, откуда и явилась.

– Твой дом разрушен, – нахмурился Идгард, – осталась лишь груда камней.

– Коль руки с нужного места растут, то и не велика беда, – широко ухмыльнулась Адхир, – камушки обратно уложить можно.

Ночь опустилась на небольшое поселение, рассыпая по небу яркую крошку звёзд. Варя удобнее подложила под голову жёсткую подушку и повернула голову в сторону соседней кровати. Карамель ещё не надумала ложиться, лишь укрылась большим колючим пледом и смотрела в открытое окно. Её белоснежные волосы рассыпались блестящими прядями по плечам и постели, и переливались оттенками серебра в свете луны.

– Спи. Завтра такой возможности может и не быть, – проговорила Варя.

Завтра прибывал обоз из некого Нимерлада. С торговцами пушнины можно было добраться до побережья, а там, пока неизвестным им обоим способом, пробраться на один из кораблей. Королевство Нимерлад нейтрально относилось и к родному Роеланду, и к этим землям, в которых их угораздило оказаться. На сегодняшний день это была единственная из доступных возможностей хоть как-то более-менее безопасно продолжить свой путь.

Рассказал об обозе трактирщик Мигелл, благодарный юному «Ланселоту» за спасение из лап разбойников его единственной дочери. При вспоминании об этой истории, Варе до сих пор хотелось зажмуриться и хорошенько отпинать красотку на соседней кровати. Только подумала об этом, как вновь ощутила уже привычное разрастающееся тепло в груди. Поняла это и Карамель, поворачивая к соседке голову и тревожно глядя на её лицо.

– Тебе самой нужно выспаться, Варвара. Я же не усну до утра…

– Мне напомнить тебе о том, что это тело, – Варя обвела пальцем силуэт девушки, – это тебе не зачарованное тельце феи. Не будешь толком спать и есть – свалишься с ног. Я тебя тащить потом не собираюсь.

Карамель расстроенно вздохнула.

– Это тело всё время хочет есть и спать…

– Как и многое другое, – пробормотала Варя, теперь глядя в потолок.

– Ты простишь меня однажды? – почти шёпотом спросила фея, опускаясь головой на подушку, – я приношу тебе одну лишь беду, Варвара из Мейрна.

– Глупости, – коротко ответила девушка, – я сержусь не та то, что ты по ошибке забросила нас чёрт знает куда. И не на то, что в болоте меня выкупала. И не на то, как тех мужиков в лесу идиотами обозвала, а потом собралась улететь… и даже не на то…

– Я поняла! – шмыгнула носом Карамель, – я малость перестаралась…

– Я сержусь на то, – продолжила Варя, игнорируя слова подруги, – на то, что ты не поделилась со мной в тот день своими переживаниями. Ты не доверилась мне. Решила рисковать жизнью и сбежала! А если бы… если бы ничего не вышло? Я бы… как подумаю, прибить хочется своими руками!

– Прости! – неизвестно как, оказываясь рядом с подругой, Карамель порывисто обняла Варю, укрывая их обоих своими бесконечными волосами.

– Я задохнусь… – уже остывая, проворчала девушка и, успокаивая, похлопала фею по спине, – давай, иди спать. Хотя, кое-что мы с тобой забыли.

Варя села на постели, убрала в сторону свой плед и велела подруге сесть рядом. Когда Карамель удобнее устроилась, девушка перекинула её волосы за спину, и принялась сплетать косу. Эта красота мешала в пути, но избавиться от неё рука не поднималась. Не переживёт бедняжка такой потери. Варя подумала о Реварде, и её плечи дрогнули от сдерживаемого смеха.

– Что? – насторожилась фея, – что не так?

– Всё в порядке, – поспешила успокоить подругу девушка, – мы справимся, Карамелька. Мы обязательно справимся.

Глава 3

Сон всё не шёл к ней, или боялась его, Варя не могла сейчас толком понять. Она посмотрела на глиняный кувшин, полный холодной воды, который стоял на небольшом столе в углу комнаты. Местный огнетушитель… Затем подтянула немного плед и заложила руки за голову, погружаясь в мысли.

Единственное, что до сих пор удерживало от того, чтоб сойти с ума от волнения – это знание, что Девин разобрался с той жуткой женщиной. Карамель уверила, что страшные макои исчезают в тот же миг, как будет повержена сама ведьма, которая призвала их. Брат жив. Но что сейчас с Троем? В груди вновь заныло и девушка стиснула зубы, чтобы некстати не разреветься.

Фея убеждала её и в том, что невозможно так легко одолеть самого сына повелителя лескатов, и что не явилось ещё такого демона, чтоб стал настоящей угрозой её жениху. Варя немного повернула голову и посмотрела на спящую подругу. Кто из них двоих испугался больше, когда впервые столкнулись лицом к лицу в том лесу, куда стрекоза их по ошибке закинула? Варя вздохнула, вновь ощущая горький привкус дыма во рту. Воспоминания нахлынули на неё, вновь унося в памяти к недавним событиям.

До того, как прийти в себя, она видела сон. Странный сон, который тревожил её своей яркостью и реалистичностью, будто и в самом деле присутствовала в том странном месте. Стоило Девину кинуться к ней, а золотому свечению опередить брата, как Варю буквально отшвырнуло на землю, и окружило невероятной силы жаром.

Варвара нашла в себе силы повернуть голову и посмотреть на лившуюся лаву. Земля дымилась и пылала вокруг неё. Она попала в ад? Яркие потоки сходили со склонов двух близнецов вулканов. Сильнейшее извержение сопровождалось взрывами, возвещая о том, что этот мир погибал. Варя едва приподняла руку, изумлённо глядя на золотые доспехи, покрытые пеплом.

Неожиданное облегчение охватило её, и девушка поняла, что эти чувства принадлежали вовсе не ей, хоть и ощущала их, будто раздваиваясь в этот час. Она жаждала успокоения, осознавала, что повержена и испытывала радость освобождения. Как можно испытывать нечто подобное при смерти? Этого Варя понять не могла. А затем увидела, как стоящий рядом страж поднял свой меч, и вонзил его в застывающую лаву. Теперь всё, что Варя видела, были отблески пламени, которые играли на его горячем металле. Меч… непреодолимая тоска нахлынула, словно в этот час у неё украли самое ценное, вынуждая проснуться.

Когда Варя открыла глаза, то едва смогла понять, что над нею колыхались верхушки деревьев, чётко выделяясь на предрассветном небе. Варя попыталась найти руками опору, чтобы подняться, но вместо этого ощутила под пальцами горячую землю. А когда кое-как смогла оглядеться, увидела, что лежала посреди какого-то пепелища. Земля была выжжена в радиусе пары метров от неё, и девушка никак не могла взять в толк, каким чудом выжила сама.

Варе удалось подняться, и она обвела округу плавающим взглядом. Девушка обтёрла руки об испорченные гарью и землёй штаны и попыталась убрать спутанные волосы за спину. Неожиданно пряди обожгли руку, словно она схватилась за ещё неостывший металл, и Варя разжала ладонь, вконец растерявшись. Она успела заметить, как тёплыми искрами концы волос вспыхнули и угасли, не причиняя вреда самим прядям.

– Что за ерунда?.. – голос едва слушался её, а горло окончательно пересохло и Варя зашлась кашлем.

Девушка вздрогнула, когда сделала пару шагов вперёд и заметила, что некто таился за одним из многочисленных деревьев впереди неё.

– Да выходи уже, всё равно вижу… – Варя упёрлась ладонями в собственные колени, унимая кашель и головокружение.

Она исподлобья смотрела, как тонкий силуэт показался из-за обгорелого ствола. Тающий дым от недавнего пожарища укрывал незнакомку от взгляда Вари. Но и того, что она видела, было более чем достаточно, чтобы выровняться и замереть с приоткрытым ртом. Не иначе, как надышалась дыма. Или это какое-то очередное колдовство? Поскольку к ней приближалась ожившая кукла Барби, та самая, о которой тайно мечтала ещё в первом классе. Да мечта так и не сбылась. Хотя, сейчас нечто подобное и происходило.

Белоснежные волосы «куклы» струились по плечам и блестящими прядями спускались до коленей. Даже жалкое, непонятного цвета платьице не портило впечатления. Ярко-голубые глаза красотки сверкали аквамаринами, а перепачканная гарью кожа казалась фарфоровой. Оставалось нацепить привычную пластмассовую улыбку для большего эффекта. Но «Барби» не улыбалась. Незнакомка приближалась с опаской и выглядела довольно перепуганной. А стоило подойти к Варе ближе, как неожиданно спросила:

– Ты ведь не собираешься и дальше лес жечь?

– Кто?.. – Варя отступила назад от греха подальше, – что здесь произошло?

Она снова огляделась, едва различая узкую тропу, ведущую в неизвестном направлении, и провела рукавом рубашки по лицу.

– Ты что, после переноса память свою растеряла, Варвара? – возмутилась незнакомка.

Но «Барби» тут же прикусила язык, стоило Варе податься вперёд и как следует рассмотреть её. И этот вздёрнутый нос… и этот голос… девушка недоверчиво сощурилась, понимая, что явно сходила с ума. Сначала ей мерещились павшие королевы из сказок, рассказанных Ревардом, теперь она видела перед собой фею-переростка. Видимо ведьма наложила на неё некое заклинание, и сейчас она бредит и валяется где-нибудь на дороге в Аделхейте, или ещё что похуже!

– Что смотришь диким зверем? – возмутилась «Барби» и задрала свой точёный подбородок.

– Ты… ты… ах ты зараза! – буквально зарычала Варя, надвигаясь на подругу взъерошенной тучей.

– Остановись Варвара, пока до беды не дошло! – пискнула увеличенная копия Карамели и отпрыгнула от сердитой девушки.

– Что ты сделала с собой?! – изумилась Варя, не веря своим глазам, – где мы? О каком переносе ты говоришь, чёрт возьми?!

– Нам стоит сесть и хорошо подумать… – фея немедленно уселась на уцелевший кусок земли, укрытый травою и закуталась в свои длинные волосы, словно в плащ.

– Что произошло?! – Варя и не думала следовать её примеру.

Она так разволновалась, что ощутила, как в груди стало жарко. Видимо наглоталась дыма, подумалось девушке. Она не могла видеть, как сейчас вспыхнули золотом её глаза, чего нельзя было сказать о Карамели.

– Что происходит? Я ничего не понимаю… нам нужно вернуться домой. Я должна увидеть Троя…

– Ты должна прекратить, Варвара. Иначе накличешь беду… – голос феи дрогнул, воздух вокруг поляны уже достаточно прогрелся, чтобы это стало заметно им обеим.

Варя замерла и сделала несколько глубоких вдохов, заставляя себя успокоиться. О чём бы сейчас не говорила мелкая заноза, а успокоиться было необходимо. Девушка устало подошла к одному из высоких деревьев и прислонилась плечом к шершавому стволу. Она сложила руки на груди и посмотрела на фею.

– Пока ты оставалась в беспамятстве, я вынуждена была искать помощь и видела нескольких воинов, что двигались к реке. Там, – Карамель указала пальцем в одну из сторон леса.

– Так почему не обратилась к ним? – хмуро поинтересовалась Варя.

– На их одеждах был герб рода Одинора, – виновато пробормотала фея.

– И о чём это мне должно говорить?

– Земли Одинора принадлежат старшей дочери короля Гидеона – принцессе Бренне, – пояснила Карамель и поняла, что её подруга только больше помрачнела, не понимая и слова из сказанного, – король Гидеон является правителем Азелфлада.

– Это тот, который с «нашим» королём воевал? – растерянно спросила Варя.

– Верно, – кивнула фея.

– И так – мы в тылу врага…

– Прости, Варвара, – печально вздохнула Карамель, – нет мне прощения. Сила, как и прежде, подводит меня и…

– Ты жива – это главное. Я жива – и это неплохо, – устало проговорила Варя, – с остальным решим. Не первый раз, верно?

– Верно.

– Так что же с тобою случилось? Совести у тебя нет.

– Ах, не вынуждай меня говорить о причинах, вдохновивших на это безумие, – Карамель спрятала лицо в прядях волос, – только знай, что ни единого мгновения не жалею о содеянном. Той ночью я отправилась к лесной ведьме, что живёт в Аделийских лесах, чтобы молить принять мой дар в обмен на счастье иметь хоть единственный шанс.

– Что ты дала взамен на «эликсир роста» той Бабе Яге, Карамелька? – с болью в голосе спросила Варя, – что ты наделала?

– Ведьма желала вернуть свою молодость. И получила её. Для совершения обряда ей необходимо было бессмертие аделийской феи. Я же получила гораздо больше в обмен – жизнь смертной женщины.

– Ну, Карамелька…

– Ты мне лучше скажи, зачем сёстрам Вахайра понадобилась иномирянка? – перевела тему подруга.

– Откуда я знаю? – Варя опустилась на землю, согнула ноги в коленях и положила на них руки, – эта тётка всё с собой звала, обещала ерунду какую-то и ещё кое-что…

– Что же? – взволнованно спросила Карамель.

– Она сказала, что всё это случилось из-за меня. Потому что я пришла в этот мир, – девушка пнула носком ботинка кусок коры, – все эти люди погибли из-за меня. Я даже не знаю, что сейчас с Троем!

– Глупая Варвара! – фыркнула фея, – стоит ли слушать слова лживой ведьмы? Нет в них и капли истины!

– Она называла меня «обещанным дитя». Говорила, что ей нужно именно оно. А потом обозвала самозванкой, – неуверенно пробормотала Варя, сама путаясь в своих мыслях, – ты и сама это знаешь, верно?

Карамель обиженно хмыкнула, припоминая, как по ошибке утянула в Роеланд не того, кого следовало.

– Эта ведьма часто мне снилась, ещё раньше. А потом я видела её в городе. Видимо она следила за мной.

– Ведьма пустоши творила заклинание призыва. Из её печати я тебя вызволила, да видимо опоздала. Ты ничего не желаешь мне сказать, Варвара? – тревожно проговорила Карамель, кивком головы указывая на пожарище.

– Я не помню, как это произошло, – Варя вновь огляделась, теряясь в предположениях, – сон мне снился, странный такой. Как наяву. Нейл мне как-то историю одну рассказал, про страшилок ваших местных. Не помню их название. «Алгоритмы» какие-то…

– Инглероны? – глаза феи сделались большими, словно блюдца, – мой дорогой Нейл говорил тебе о предвестниках фатайма?

– Да, – неуверенно кивнула Варя, – кажется – да. Он рассказывал, как погибла королева этого народа или кто они такие. Про её последнего стража и его меч… и ведьма тоже упоминала предвестника. Говорила, что я стала им для королевства. Кажется, я так наслушалась всякой ерунды, что мне и приснилось всё это…

– Расскажи мне о твоём сне, Варвара, – потребовала Карамель и даже поднялась на ноги, вставая в полный рост рядом с подругой.

– Думаешь, это то, что нам сейчас нужно? Сон мой обсуждать будем? – Варя так же поднялась и отряхнула испачканные штаны, – надо выбираться отсюда.

– Не раньше, чем ты скажешь, что тебе привиделось, – настояла на ответе фея.

– Я видела всё, что рассказывал мне Ревард, – нетерпеливо проговорила Варя, – видела так, будто сама была в том месте. Такое ощущение сложилось, как если бы я в теле той королевы оказалась… ерунда какая-то…

Варя отмахнулась рукой перепачканной пеплом и сердито принялась сплетать волосы.

– Беда на наши головы… – зашептала Карамель, и отшатнулась от подруги, словно увидела чёрта.

– Да не паникуй раньше времени, – девушка попыталась успокоить её, – нас наверняка уже ищут. Пойдём навстречу и всё. Главное тихо и незаметно.

– Глупая Варвара! – гневно топнула ногой фея, – если это единственное, что тебе привиделось, то быть беде. Каким-то невероятным образом ведьма хотела призвать саму королеву инглеронов – Великую Ишу Игрэйн. Не ты видела себя в её теле. Это Иша смотрела твоими глазами. Если так – ваши души сплелись, Варвара из Мейрна.

– Я – это я, Карамелька! – возразила Варя, сердясь на подругу отчасти от того, что боялась поверить в правдивость её слов, – может этот лес горел до того, как ты нас сюда забросила. Или это ведьма натворила своим… своей магией! Нет у меня никаких способностей. И не сидит во мне никто! Человек, я!

Глаза девушки принялись наливаться ярким светом, тлея золотыми бликами. Коса больше не удерживала волосы, и они заискрились, рассыпаясь по плечам. Карамель ахнула, отступая назад, и тем самым ещё больше возмущая подругу, которая в этот момент не понимала, что с нею происходило.

– Нам нужен Девин… – пробормотала фея, спотыкаясь об извилистые корни деревьев, которые торчали из-под земли, – он столько времени посвятил наукам, да и изучению предвестника… должен суметь помочь твоей беде, Варвара. А сейчас давай как следует успокоимся… к берегу выйдем… вода там… Цейа бежит до самого моря…

– Чего ты смотришь на меня, как на чудовище? – Варя тряхнула головой, и её взгляд угас, возвращая себе привычный зелёный оттенок, – нет во мне никого. Хватит фантазировать. Если ведьма и «заколдовала», значит, найду способ убрать всё это. А пока прекрати шарахаться от меня. Злит-то как.

Варя закусила губу, пытаясь унять тревожные мысли. Ведь ошибалась мелкая? Это просто колдовство и только! Ведьма просто использовала какое-то заклинание, и она избавиться от этого. Обязательно избавится. Сейчас только дорогу домой найти нужно.

– Что ты чувствовала в тот момент, когда тебе явилась Иша? – осторожно спросила Карамель, – Ярость? Гнев? Злость? Что?

– Успокоение, а затем печаль утраты, – глухо проговорила Варя, и устало пошла по небольшой тропинке, надеясь действительно выйти к реке или отыскать нужную дорогу.

– Странно, – удивилась своим мыслям Карамель и догнала подругу.

Глава 4

Луна в небе сегодня какая-то особенная. Обнимая подушку, Варя всё смотрела и смотрела на ночное небо, видневшееся из окна. Яркий серебристый диск луны сверкал, порой теряясь за силуэтами редких облаков.

«Ты светишь для меня, словно солнце, Варвара. Я увижу его свет, куда бы ты ни отправилась. Только свети для меня. Свети ярко…» – слова Троя так отчётливо зазвучали в памяти, что девушка прерывисто вздохнула, затем тихо шмыгая носом, чтоб не разбудить свою соседку. Увидит, куда бы ни отправилась? Действительно увидит? Варя села на постели, а затем тихонько поднялась и подошла к окну. Она остановилась перед ним и посмотрела на свои ладони.

– Светить ярко… – Варя закрыла глаза и глубоко вздохнула, тут же ощущая, как кончики пальцев принялись покалывать, наполняясь теплом, – светить, словно солнце…

Девушка продолжала прислушиваться к своим ощущениям, пытаясь хоть как-то понять их природу и предназначение. В это время Карамель повернулась набок и сонно приоткрыла глаза. Они распахнулись шире, когда фея заметила то, что разбудило её. Варвара стояла у окна, охваченная мягким тёплым свечением. Карамель хотела окликнуть подругу, но припоминая прошлый результат, молча потянулась за кувшином с водой.

Глупая Варвара! Решила спалить дом? Или сейчас с нею в комнатушке находилась вовсе не иномирянка, а сама, что ни на есть Великая Иша? Проверять Карамель не стала, только изловчилась и едва девушка повернулась к ней лицом, как плеснула холодной воды из кувшина. Опасное свечение немедленно угасло, что не могло не радовать. Да вот только осталась подруга, которая явно вознамерилась прикончить её на месте. Варя тряхнула мокрой головой и попыталась оттереть лицо рукавом испорченной рубашки.

– Тебе повезло, что я вовремя проснулась, Варвара, – фея задрала свой прехорошенький нос, – иначе быть беде!

– Убью… – зло зарычала Варя и двинулась на подругу чёрной тучей.

– Ты должна быть благодарна… – залепетала Карамель, прячась под одеяло с головой.

– Ты испортила мне всю одежду! Испортила такой момент… – девушка чертыхнулась и только отмахнулась от феи рукой.

– Какой такой момент? – оживилась подруга, с опаской выглядывая из-под одеяла.

– Мне удалось вызвать «это», когда я была спокойна, – проворчала Варя и стянула мокрую рубашку, затем сердито выкручивая с неё воду, – а ты со своей водой… и почему не спала?!

– Сама вздумала светиться, словно деревенский костёр, так ещё и вопросы подобные задаёт! – хмыкнула Карамель, вновь обретая свою самоуверенность.

Раз уж опасность миновала, то почему бы и не возмутиться? Хотя, впору было тихо радоваться словам подруги, чем фея и занялась. Смогла остаться собой, призывая силу инглеронов? Это и давало надежду и пугало одновременно. Ах, скорее бы рассвет, скорее бы прибыл обоз, и сопроводил их обеих к побережью бескрайнего Кибелла.

Где-то там, за синим морем, ожидал её возвращения дорогой Нейл. Карамель закусила губу, понимая, что слово «ожидал» наверняка мало подходит к реально сложившейся ситуации. Ждала она, она же и надеялась, боясь слишком увлечься собственными фантазиями и забыться. Нет, хотя бы иметь возможность находиться рядом с энром, видеть его каждый день и перемолвиться добрым словом. Это ли не счастье? Этого, несомненно, было слишком мало, но Карамель велела себе обрести терпение.

– Через пару часов солнце подымется, – со вздохом проговорила фея, глядя на окно, – не желаешь немного вздремнуть?

– Издеваешься? – Варя помахала перед подругой мокрой одеждой, вынуждая умолкнуть, – трактирщик обещал договориться с кем-то из торговцев, которые придут с обозом, чтобы взяли нас с собой. Мигелл будет очень стараться, так что только попробуй всё испортить.

Варя погрозила подруге кулаком и принялась натягивать обратно мятую рубашку.

– Я не меньше тебя желаю вернуться домой, Варвара, так что не подведу, – заверила Карамель, – нам бы монет раздобыть, чтоб на корабль пробраться…

– Раздобудем, – Варя задумчиво принялась зашнуровывать ворот одежды, – в порту наверняка можно работу какую-нибудь найти.

– И на чём же ты решила подзаработать? – недоверчиво сощурилась фея.

– Почему – я? – передразнила подругу Варя, – мы.

– Мы? – ахнула Карамель и принялась несчастно приглаживать свои сверкающие косы, – что же делать?

– Да хоть селёдку лопатой грести, – проворчала девушка, – главное отчалить от этого берега. А там… сколько говоришь добираться нужно до Скендера?

– До пяти дней при попутном ветре и отсутствии штормов, – фея печально уткнулась лицом в подушку.

– В прошлый раз ты утверждала, что их всего пара! – возмутилась Варя.

– Это на франгаре… пара… – несчастно шмыгнула носом негодница и сильнее зарылась в скомканную постель.

– Ну и?!

– Азелфлад не имеет небесного флота, – пояснила Карамель, – но маги королевства настолько сильны, что этот недостаток компенсируется с лихвой. Король Идгард заплатил высокую цену за победу…

– Чёрт… – Варя на мгновение закрыла глаза, веля себе успокоиться и не придушить свою соседку, – чёрт, чёрт и чёрт! Мы не продержимся столько на корабле! Ну о чём ты только думала?

– Вдруг Боги будут к нам милостивы? – зашептала Карамель, показывая раскрасневшееся лицо из-за приподнятой подушки.

Натыкаясь на мрачный взгляд подруги, фея поняла, что поторопилась с надеждами. Варя засунула руки в карманы штанов и вздохнула, поскольку привычная тяжесть вновь касалась её плеч, прохладным шёлком скользя по лицу и шее. Солнце подымалось – её волосы упрямо отрастали, доказывая девушкам, что произошедшее чудо при прошлом рассвете не было случайностью.

– Тащи нож… – пробормотала Варя и зевнула.

Она тряхнула головой, обсыпаясь блестящими медными кудрями. Её бедные волосы! Но что поделать? Оставалось надеяться, что они вновь отрастут до того, как она встретится с Троем. Варя так неистово пожелала этого, что совсем поникла. Очнулась только от того, что её крепко обнимали. Карамель неловко укачивала подругу, утешая и извиняясь одновременно.

– Даже если не подействует та магия, что возвращает их тебе, я соберу все остатки силы, но сделаю это, Варвара, – с чувством проговорила фея.

– Знаю, – усмехнулась девушка, – по этой части ты мастер, Карамелька.

Варя осторожно высвободилась из рук подруги и стала к ней спиной. Карамель вздохнула, подняла в одной руке роскошные пряди, а второй ладонью сжала нож. Ещё мгновение, и острое лезвие отсекло волосы.

Так и знал, что глупо было брать с собой этого мальчишку! Ревард тихо зарычал, следуя за юным лескатом, и тут же натолкнулся на его спину, когда Трой внезапно остановился. Понимая, что удар был ощутимым, энр забеспокоился, не нанёс ли вреда заживавшей ране юноши. Но тот даже плечом не повёл, мрачно вглядываясь в развалины города. Трой приставил ладонь ребром ко лбу, хмурясь и пытаясь разглядеть нечто, известное только ему одному. Нейл не выдержал, подошёл и стал рядом с ним.

– Что вы там высматриваете? Нам стоит направить экипаж к порту и поднять франгар, – проговорил воин.

– Ты собираешься кружить над Роеландом, полагаясь на удачу? – проворчал Трой.

– Заклинание ведьмы могло переместить Варвару в любое их логово, – ответил Нейл, – вплоть до того, чтоб заточить её в своём призрачном замке Раудмора! Нам стоит быть готовым к этому, эйсель Миклос.

– Чёрта с два! – кинул ему Трой, повторяя за своей невестой, – Кайонаодх обмолвился, что видел некое золотое свечение перед тем, как Варвара пропала. Ни одна ведьма не способна создать заклинание света. Они лишь порождение тьмы. Вмешался ещё кто-то. Тот, кому подвластна магия перемещения.

– Мелкая заноза… – со стоном выдохнул Ревард, и устало провёл рукой в перчатке по лицу.

– Кто? – повернул к нему голову Трой.

– Смею предположить, что вмешалась одна нинкусс, неспособная ни на одно толковое действо, – прорычал энр и его глаза сверкнули серебром, выдавая негодование, – но стоит признать, что в любом случае, кроха пыталась спасти свою госпожу. Куда же она могла их забросить?

– Именно это я и собираюсь выяснить! – пояснил Трой и вновь вернулся взглядом к развалинам.

Там, среди обломков зданий и развороченной дороги, он намеревался отыскать ту, что могла указать им путь. А ещё мысленно удерживал себя от того, чтоб не вытрясти весь дух из достопочтенной Адхир, которая, несомненно, предвидела случившееся в городе!

– Вы ищете оракула? – догадливо поинтересовался энр, когда шёл рядом с юношей.

Ревард перешагнул через поваленное дерево, слушая, как под подошвами сапог хрустела треснутая плитка и битое стекло. Трой едва узнавал этот кусок улицы, хоть его и пытались всеми силами восстановить.

– Верно, – кивнул он в ответ своему товарищу и остановился, замечая среди развалин знакомые гирлянды из цветных бусин.

Несколько нитей порвалось, и яркие горошины раскатились по пыльной земле, тускло сверкая на солнце. Хозяйку практически уничтоженного дома, Трой обнаружил сидящей на нелепо уцелевшем стуле. Грузная женщина продолжала дымить своей сигарой и разглядывала останки своего дома. Завидев «гостей», она махнула им большой ладонью, веля подходить ближе.

– Прежде, чем начнёшь ругать бедную женщину, – проговорила Адхир раньше, чем Трой успел открыть рот, – скажу, что не так сильна, как ты, снежный мальчик, себе воображаешь. Льстишь, так сказать. Увидела слишком поздно… так что хватит тут глазами сверкать и освежать воздух!

Адхир перевела взгляд на Реварда и вдруг прыснула со смеху. Энр нахмурился, растерянный подобным поведением оракула и только вежливо поинтересовался, что же так развеселило достопочтенную «эйслин». Адхир обтёрла выступившие от смеха слёзы грязным рукавом, снова пустила горький дым от своей сигары, и отмахнулась от мужчины:

– Сам в своё время узнаешь.

Он бы настоял на своём и расспросил странную женщину, но слишком почитаемы были оракулы, да и развалины за её спиной не располагали к подобным действиям. Тут жалеть впору, а не расспросы вести. Смеётся человек – значит Боги к нему милостивы.

– Вы можете мне помочь? – с надеждой проговорил Трой, садясь рядом с Адхир на кусок упавшей стены дома.

– Ты и сам можешь помочь себе, Трой Миклос, – отозвалась женщина.

Время от времени она поглядывала на стоящего поблизости Реварда и вновь при этом плечи её принимались подрагивать, видимо от сдерживаемого смеха. Энр сложил руки на груди и только мрачно ожидал, до чего договорится юный лескат. Кажется, у него это быстрее выйдет.

– Что вы хотите сказать своими словами? – нахмурился Трой, обращаясь к оракулу.

Он подался немного вперёд, немедленно чувствуя, как болью отозвалось плечо. Адхир успела заметить, как юноша попытался скрыть этот факт, и покачала головой.

– Всякий живой на этом свете знает, откуда солнце приходит на землю. Знаешь это и ты, – проговорила женщина, глядя на Троя.

– За морем солнце встаёт, – проговорил за его спиной Ревард, – хотите сказать, что Варвара за Кибеллом? На побережье расположено королевство Азелфлад. Там она сейчас?

Энр подступил на шаг и нахмурился, ожидая ответа оракула. Ждал его и Трой. Он поднялся, теперь опираясь рукой на обломок того, что раньше было одной из стен дома.

– Верно говоришь, – пыхнула дымом Адхир, – ступайте. Небо укажет путь.

Мужчины поблагодарили оракула и вернулись к дороге, обсуждая свои дальнейшие действия. Нейл вновь напомнил, что его франгар готов к отправлению. А поскольку легко способен избавиться от своих опознавательных знаков, говорящих о принадлежности к Бриартаку, то сможет максимально близко подойти к обитаемым землям восточного побережья, включая Азелфлад.

– Корабль не станет ни в один порт, – с сомнением проговорил Трой, – а оставить его без присмотра на время похода – это равносильно приглашению для разбойничьего племени.

– На этот случай у нас имеется пригодное оправдание для вторжения в порт прибрежного городка Церун, – объявил Ревард и широким шагом направился прочь по дороге, желая как можно скорее добраться до франгара.

– Что за план? – возмутился его недоговорками Трой.

– Между Роеландом и Азелфладом, расположено королевство Нимерлад, – начал подробнее пояснять Ревард, пробираясь к уцелевшему порту столицы, где их поджидал корабль.

– Это мне известно, – кинул ему Трой, чувствуя огромную слабость, когда приходилось поспевать за энром.

Специально шёл так быстро?!

– Границы Нимерлада проходят совсем рядом с нашими землями, – проговорил дальше Трой, – почему ты упомянул его?

– Энры, как и нимерладцы, соседствуют с землями ледяных лескатов. Они, как и мои сородичи – охотники, – повествовал дальше Нейл и убавил шагу, видя, как лоб юноши покрылся испариной.

Совсем слаб! Куда собрался в таком состоянии? Сплошная обуза.

– Кроме того, нимерладцы отличные торговцы. Шкуры бесценных олсумов стоят пригоршню золота за единицу, – глаза энра сверкнули серебром, – это королевство выживает в большей степени благодаря торговле и своему нейтралитету.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что намерен выдать свой франгар за корабль нимерладцев? – остановился Трой, – считаешь, что этот план удастся?

– Вы ведь сможете раздобыть для нашей миссии несколько шкур, эйсель Миклос? – ожидая ответа, Ревард угрюмо сложил руки на груди.

По ледяному взгляду юноши он понял, что тот готов был перебить всех кровожадных хищников на землях Ильхада, лишь бы они скорее отправились в путь. Трой повёл усталыми плечами и мрачно кинул стоящему рядом воину:

– Придётся сделать крюк, чтобы получить необходимое. У нас не так много времени, энр. Веди! – Трой не стал дожидаться, пока Ревард обгонит его и пошёл вперёд, к видневшимся повреждённым воротам, открывавшим часть уцелевшего порта.

Если энр прав и им удастся прикинуться торговцами, то, несомненно, путь в порт окажется открытым. Оттуда легче будет начать поиски. Осознание того, что хоть таким образом приблизился к цели, дало некоторое облегчение. Трой упёр руки в бока, шумно вдохнул, унимая головокружение, и вновь придал себе невозмутимости.

Рана вскоре затянется, даст свободу движению, сейчас у него есть цель, и это лучшее лекарство. Они отправятся в сторону Ильхада немедля, поднимут на борт груз, а затем их путь будет лежать к морю, за которым ожидала Варвара. Он дал слово и сдержит его, отыщет своё солнце, какие бы тучи не встали между ними.

Глава 5

День выдался погожий. Варя сидела почти на самом краю повозки, прислоняясь спиной к огромному мешку, набитому доверху какими-то сушёными пахучими травами. Она подняла к небу взгляд, тут же щурясь от яркого солнца. Карамель устроилась напротив подруги и попыталась выпрямить несчастные ноги, которые совсем затекли от неудобного сидения. Варя отодвинулась немного в сторону, чтобы бедняга смогла сесть удобнее.

Фея расправила свою длинную накидку и попыталась снять капюшон, что Варя немедленно запретила, отрицательно мотнув головой. Понятное дело, что достал этот маскарад. Ей, в отличие от бескрылой феи, лишь волос своих пришлось лишиться. Но желания отбиваться от «поклонников» подруги, у Вари не было никакого. Чем спокойнее пройдёт их совместная с торговым обозом часть пути, тем лучше. Главное, не привлекать к себе внимания.

Варя потянула за кожаный шнурок, который надела на её шею дочка трактирщика перед их отъездом. Девочка вручила ей подарок, и было от всего сердца жаль обманывать малышку. Варя вновь принялась разглядывать круглый медальон, выполненный из дерева. На его гладко отполированной поверхности был нанесён рисунок. Девушка без тени сомнений распознала нарисованного детской рукой зверя, хотя и видела его лишь однажды. Белоснежный иманол, по мнению дочери Мигелла, должен был указать им добрый путь.

Варя грустно улыбнулась, вспоминая слова Реварда, говорившего ей, что каждый франгар – это сосуд для духа иманола. Только если дух пожелает остаться на корабле, тот сможет подняться в небо. У каждого из них своя судьба и свой нрав, и каждый иманол сам выбирает себе хозяина. Гигантское существо напоминало белоснежную птицу, как показалось Варе в тот раз, когда встретила его. Огромные пушистые перья иманола походили скорее на мех животного. Она коснулась зверя или птицу лишь на мгновение, сохраняя в памяти этот тёплый момент. Они были очень красивы, и удивительны. Запомнил ли её этот зверь?

Варя спрятала подарок обратно за ворот рубашки и посмотрела на свою притихшую подругу. Карамель сонно вздыхала и её голова уже склонялась к боку колючего мешка. Девушка подалась вперёд и помогла фее устроиться удобнее, чтоб ненароком не свалилась с повозки во сне. Они были почти в самом центре обоза. Добродушный дядька в тёмной рубахе, расшитой замысловатыми узорами, позволил им остаться в его компании, едва переговорил с Мигеллом.

Видимо мужчины знались. Его помощник, угрюмый Дюк (как звали молодого человека) сидел рядом с хозяином, и уже менее доверчиво, время от времени косился на рыжего «Ланцелота» и его ноющую «Гвиневру». Варя отвечала таким же суровым взглядом, но Дюк только каждый раз хмыкал, глядя на её потуги казаться «крутой» и отворачивался. Дорога им выдалась неплохой, проходила всё больше по ровной местности, хотя вдалеке уже виднелась полоса леса, а внизу, по правую сторону от дороги, блестела и терялась в мелких зарослях звонкая река Цейа.

Варя и сама вздумала дремать, тут же подхватываясь и прогоняя сонливость. Чтобы хоть как-то отвлечься, она стала прислушиваться к разговорам. Позади них шла крытая повозка, которую вели две пегие лошадки, крепкие такие, коренастые. Погонял их время от времени толстяк в огромной шляпе, и всё спорил со своим товарищем, сидящим рядом.

– Слышал я от местных жителей, будто в здешних лесах некое огненное чудище поселилось…

– Ерунда всё это! – хмыкнул его сосед и сложил руки на груди, важно поглядывая на дорогу, – болтают, да без толку.

– Всё не так! – не унимался хозяин повозки, – рассказывали, что на разбойников, ну тех, в Иллегатских лесах, то самое чудище и напало! До того жуткое, что те так и померли со страху!

Варя закатила глаза от их слов. Чудище, говорите? Жуткое?! Эти торговцы о её скромной персоне вообще-то отзывались. И никто там не помер! Наверное… встречу с лесными разбойниками Варя помнила плохо. Неведомая сила проснулась в ней так внезапно, что и понять толком ничего не успела, как за оружие схватилась, которое у одного из бандитов было. И понеслось…

– Так ежели померли, то кто тогда подобную чушь рассказывает? – проворчал другой мужичок.

– Так не все померли, – возмутился его непонятливости толстяк, – один живой остался. Еле ноги уволок…

Варя и Карамель переглянулись. Те самые разбойники, что напали на группу подростков, которые в местном лесу ягоды собирали. Неподалёку от того поселения всё случилось, где они потом и остановились в трактире Мигелла. Девочку трактирщика удалось спасти, хорошо хоть в обмороке была и не увидела всего «представления». Очнувшись, она только «Ланцелота» с клинком в руке и обнаружила, да треск на весь лес стоял, когда местные «Робин Гуды» улепётывали.

А если серьёзно, то испугались они не на шутку, когда буквально случайно напоролись на негодяев, будучи безоружными. Как и предполагала Карамель, удалось отыскать неплохую дорогу и спуститься к реке. Вот только подобной встречи они не ожидали. Да ещё и дети поблизости оказались. Карамель с перепуга и забыла, что теперь не фея, размером с кулак, а девица бескрылая. Идиотами разбойников обозвала и велела убираться восвояси. А потом собралась улететь, да только ничего не вышло. Ох и злющие мужики те сделались…

Она тогда решила, что им конец пришёл. Убьют и имени не спросят! Да только один из разбойников за клинок свой схватился, как что-то помутилось в сознании Вари. В груди разгорелся жаркий огонь, словно раскаляя всё тело, и она кинулась к обидчику. Потом, уже после того, как угроза была ликвидирована невероятной силой, что пробуждала в ней призрачная Иша, Варя очнулась. Она стояла на лесной поляне, с оружием в руках, рядом с той девочкой, что подарила ей на прощание подарок.

Ледяной ветер обжигал лицо, вынуждая прикрываться рукавом и щуриться. Ревард вглядывался в размытые благодаря снежной буре очертания Жестокой гряды. Погода явно не способствовала полёту франгара. Борта грозили обледенеть, и пришлось применить всё своё мастерство, чтобы в итоге побороть стихию, и наконец увидеть пробивавшееся сквозь пелену мокрого снега солнце.

Владения лескатов оставались позади. Трой как мог усмирял ледяную стихию, позволяя кораблю уцелеть, Нейл в это время стоял у штурвала, выводя франгар к спасительной границе. Молодой человек оглянулся на своего товарища, который сейчас походил на снеговика. Энр с тихим рыком отряхнулся, убирая с волос и одежды снег.

У них был груз, хоть и пришлось задержаться из-за разгулявшейся непогоды. Теперь путь лежал к солнечному Скендеру, раскинувшемуся на побережье, а оттуда через море – на Азелфлад. При попутном ветре и благоволении Богов, франгар за пару дней достигнет прибрежного города Церун. Трой по-прежнему стоял у борта и смотрел вниз, на распростиравшиеся под ними земли. Нейл глянул на снежного леската. Сегодня хоть меньше стал походить на нежить, видимо рана перестала мучить его постоянной болью. Воин хотел окликнуть своего товарища, но молодой человек сам обернулся к нему:

– Твой корабль выдержит этот перелёт, Ревард? – поинтересовался Трой, немедленно замечая, как энр нахмурил свои светлые брови.

– Пусть корабль и был не так давно в бою, но достойно справится с возложенной миссией, – проговорил Нейл, крепче удерживая штурвал, – главное, чтобы вы его выдержали, эйсель Миклос.

Мужчина ухмыльнулся, когда услышал ворчание леската. Трой замолчал и вновь принялся смотреть вперёд, на белые безмятежные облака. Одежда обоих мужчин вымокла после пребывания в снежной буре, но никто из них не спешил переодеваться.

К вечеру франгар уже нёсся над свободным морем, оставляя за спинами путников родной берег. Скендер прощально таял в ночной дымке и переливался множеством огней. С корабля было убрано всё, что могло выдать в нём принадлежность к Роеланду, включая гербовую эмблему Бриартака. И Трою, и Реварду пришлось переодеться, что лишь прибавило хмурости сыну снежного правителя, поскольку по роли ему отводилось место помощника свободного торговца.

Энры были достаточно суровым и обособленным народом, жившим в горах и промышлявших охотой. Никто бы не поверил, что один из них связался с лескатами да ещё в товарищи его прописал. Но уж очень походил юный эйсель на нимерладский народец кехнеров, таких же беловолосых и светлоглазых, хоть и не обладавших и каплей магии, да и особым гонором не отличавшихся. Вот и приходилось терпеть унизительное положение, позволяя нанести на левый висок и часть открытой шеи, замысловатые узоры, чтоб ещё больше подтвердить сходство с кехнерами.

Трой готов был немедленно рукавом стереть чёрную краску, но сдержался, только выше поднимая воротник врученной Ревардом куртки. Ладно, всё стерпит, лишь бы их поиски увенчались успехом. Нейл, поглядывая на своего сообщника, застегнул удлинённую чёрную куртку, на которой блеснули затейливые пуговицы, и ловким неспешным движением руки, надел на голову чёрную шляпу.

Вот выпендрёжник… Трой хмыкнул, проходя мимо энра, и собрался спуститься в каюту. Ревард посмотрел вслед лескату и сложил руки на груди. Долго красоваться не пришлось, поскольку почувствовал, как его охватывает холод, а голова тяжелеет от того, что великолепная шляпа наполнялась противным снегом.

– Никакой магии! – проворчал мужчина, отряхивая одежду, – так мы далеко от порта не отойдём…

Трой спустился по небольшой лестнице, которая вела на нижнюю палубу и вскоре оказался в одной из немногочисленных кают корабля. Молодой человек хлопнул дверью, и прошёлся по небольшому помещению, останавливаясь напротив круглого окна. Поток ветра, что врывался в каюту, ерошил разбросанные по столу бумаги, грозя снести их на пол, который скрипнул деревянными половицами под ботинками. Трой опёрся обеими ладонями в старую потемневшую раму окна, ощущая под пальцами правой руки зазубрины, видимо оставшиеся после одного из боёв, которые пришлось пережить франгару.

При неосторожном движении спина вновь заныла, и Миклос стиснул зубы, но не от боли, скорее от сдерживаемых чувств. Несмотря на то, что была глубокая ночь, спать вовсе не хотелось. Все мысли были о невесте, пропавшей без вести. Если бы только он мог знать заране, хоть на мгновение предположить, что Варвара та, за кем охотятся ведьмы пустоши, то, не раздумывая увёз бы её в Ильхад, скрывая от опасности. Он бы не позволил ей покинуть столичный дом Кайонаодх, на худой конец, раз уж оказались в самом эпицентре случившегося.

Можно было долго перебирать в уме варианты, да только проку в них не было никакого. Трой ударил ладонями по раме, оцарапывая кожу о повреждённый деревянный край. От помощника Делмы удалось узнать о предположениях Девина. Дракон считал, что ведьмы намеревались призвать умершую давным-давно Ишу Игрэйн. От мысли, что жалкие сёстры Вахайра посмели использовать для своей цели возлюбленную, у него вскипала кровь, не хуже чем в венах Кайонаодха. Рама пошла изморозью, выдавая чувства молодого человека.

Легенду о великой победе над инглеронами им рассказывали с детства, каждому, кто родился на земле снежного Ильхада. Она передавалась из поколения в поколение, как песня гордости и бесспорного величия ледяных лескатов. Порой Трою казалось, что его народ постигнет та же участь, что и возгордившихся жителей Баэль-Маргада, тешивших своё тщеславие, пока оно не выжгло их землю дотла, обратив в пепел.

Инглероны повелевали стихией огня, правили жестоко, захватывая всё большие земли, оставляя за собой лишь смерть и разрушения. Это вынудило сплотиться многие народы, вызывая великую войну, в которой они смогли одержать победу. В легендах Ильхада говорилось, что Иша была повержена доблестным полководцем Велди Теринге, статуя в честь которого высилась в главном храме лескатов. Но похожая легенда, конечно же, имелась у любого народа, включая мелкорослых фарийцев. Чей клинок сразил великую королеву – можно было спорить бесконечно, ведь живых свидетелей тому не осталось.

Ведьма начала обряд призыва, и теперь Троя мучила мысль, удалось ли ей причинить вред Варваре, и не коснулось ли невесты проклятие огненной Иши. Не пострадала ли она? Напугана ли? Ранена? Верит ли в то, что он ищет её?

– Услышь меня… – проговорил он одними губами, прислоняясь горячим лбом к обледенелой раме, – каждый раз, когда одолевает тебя страх или отчаяние – услышь меня.

По чёрному небу рассыпалась яркая крошка звёзд, отражаясь в блестевшем под франгаром море. Оно было спокойно и безмятежно, но никак не могло подарить покой тому, кто глядел на него сейчас.

Глава 6

К вечеру обоз прибыл в некое небольшое поселение, и путники смогли позволить себе немного отдыха. Карамель со стоном попыталась сползти с телеги и запуталась в длинной накидке. На помощь подоспел молчаливый Дюк, подхватил фею и спустил на землю. Бедняга попыталась выровняться и едва не стянула с головы капюшон. Но доблестный сер «Ланцелот» ворчливо натянул его обратно, едва ли не до подбородка леди «Гвиневры», не позволяя цепкому взгляду Дюка разглядеть девушку.

Варя увлекла подругу за собой к одному из ветхих домишек, где им предложили остановиться на ночь. У обоза была выставлена охрана и у них оставалось несколько часов до рассвета, чтоб размять ноги и немного подремать. Карамель не дошла до провалившегося от древности крыльца дома, и тяжело опустилась на небольшую скамейку под раскидистым деревом. На нём щебетали неизвестные птицы, раздражая своими звонкими голосами.

– Гости – всегда радость, – проговорила Эйве, хозяйка дома, искренне улыбаясь Варе, – у нас они редко бывают.

Женщина пригладила простой передник, пусть и старенький, но видимо надетый специально по случаю приезда гостей. Она жестом руки пригласила входить в дом, и Варя благодарно кивнула, следуя за хозяйкой. Стоило девушке стать на первую же ступеньку, как та проломилась под её тяжестью и едва ли не рассыпалась прахом.

Эйве ахнула, прикладывая к щекам ладони, и с испугом поглядела на «гостя». Неужели действительно ожидала гнева с её стороны? Варя осторожно высвободила ботинок и посмотрела на женщину. Скорее всего, жила она одна, вот и сыпалось всё, словно дом чувствовал, что хозяина нет. Так и у тёти Зины частенько случалось. Порой приходилось брать в руки молоток и гвозди, чтобы хоть как-то помочь ей. Вот и сейчас, Варя оглядела крыльцо и повернулась к хозяйке.

– У вас есть инструменты?

Женщина изумлённо попятилась, словно увидела привидение.

– Где это видано, чтоб гости за работу брались?.. – ахнула она.

– Мне в радость, – улыбнулась Варя, – так есть у вас нужное?

Она не дожидалась ответа женщины и расстегнула куртку, оставаясь в одной рубашке. Конечно плотник из неё так себе, но руки из нужного места росли, как говаривала Зина. А значит, сумеет хоть как-то помочь хозяйке в благодарность.

– В сарае, за домом, – Эйве указала рукой на ветхое небольшое строение с соломенной крышей.

Сам же хозяйский дом крыши словно бы и не имел, а буквально вырастал из небольшого холма. На том месте, где крыше положено быть, росла густая трава и на ней паслось некое мелкое прыгучее «облачко», поглядывающее на гостью глазами-бусинами. Пушистая шерсть существа мягко колыхалась под порывами тёплого вечернего ветра, ещё больше создавая похожесть с небольшим облаком, случайно свалившимся на землю.

– Если можно, то я похозяйничаю там немного, – Варя бросила куртку Карамели, которая едва не свалилась со скамьи, сонно хватая полетевшую в неё одежду.

– Куда? Что? Ах… – фея выглянула из-под капюшона, удивлённо наблюдая за действиями подруги.

Что задумала эта иномирянка? Обязательно разводить такую деятельность? Карамель решила было возмутиться, но потом, повинуясь непонятному порыву, решила присоединиться к Варе.

– Я с тобой, дорогой мой… братец! – фея поднялась со скамьи и оставила на ней куртку.

Она собралась догнать подругу и едва не столкнулась с нею, когда Варя выглянула из сарая.

– Юбку придерживай, пока в грязь не втоптала, – предупредила девушка, выходя во двор.

Карамель глянула под ноги и поморщилась, теперь замечая, что стояла ботинками прямёхонько в невысохшей после недавнего дождя грязи. Гадость-то какая…

– Подожди меня! – фея повыше подняла подол платья, но теперь накидка оказалась испачканной.

Рассыпая проклятия, словно свою магическую пыльцу, девушка прошагала обратно к дому.

– Какая жалость, – Эйве торопливо подошла к Карамели и покачала головой, разглядывая испорченную одежду, – два дня дождь лил. Дороги размыло, а двор – болото тибруново! Там, у колодца, можно почистить одежду.

Женщина увлекла за собою фею, которая упиралась всю дорогу, желая одновременно привести себя в порядок и не упускать из виду подругу. У старого потемневшего колодца, поросшего понизу мхом, она слышала, как стучал молоток, и это немного успокаивало.

– В поселении вашем совсем мужчин не видать, – сощурилась Карамель, когда Эйве принялась оттирать испорченное платье.

Рука женщины замерла у ведра с водой, затем она подняла взгляд на гостью и улыбнулась.

– Так всё по указу короля Гидеона – призвал он мужчин-то наших. Не так давно война кончилась, да мало кто домой вернулся с победой. Одни остались мы: несколько домов, да несколько живых душ, ожидать своего часа.

Карамель сочувственно кивнула хозяйке дома, но тревожное чувство осталось, прогоняя остатки сонливости. Воздух вновь стал слишком влажным, тяжёлым, говоря о возможном дожде, а белёсый туман принялся окутывать землю, пряча истоптанную лошадьми дорогу.

– Лучше в дом идти, темнеет уже, и погода портится, – Эйве пригласила гостей в своё скромное жилище, предлагая устраиваться на ночь.

Варя пообещала хозяйке, что присоединится к ним немного позже, поскольку хотела хоть как-то покрепче прикрепить найденные старые доски к повреждённым ступенькам. Женщина кивнула согласно и прошла в дом, увлекая за собой Карамель. Уже внутри, стоя у окна, Эйве долгим взглядом наблюдала за работой Вари, а затем отошла, отвлекаясь на заговорившую с нею фею.

Дюк прошёл вдоль стоящего обоза и сердито стукнул носком высокого ботинка по одному из колёс. Погода портилась, становилась вовсе отвратной, скрывая обзор. Даже сейчас, хоть ещё и не настала ночь, он едва различал силуэты наёмников-воинов, которые сопровождали их в пути за неплохую плату. Дюк не доверял им, как собственно, не доверял и никому. Меч одного из воинов тускло поблескивал, когда мужчина вдруг вздумал вытащить его. Затем оружие вернулось в ножны, и торговец прошёл дальше, замечая в тумане группу разговаривающих товарищей.

Странно всё, непонятная тревога не давала ему расслабиться и принять предложение симпатичной селянки, звавшей переночевать в свою хижину. Он уже не первый раз ходил с обозом к порту Церуна, но впервые попались такие бестолковые спутники. А всему виной задержка в столице, да дожди, что размыли дороги и не дали догнать предыдущий обоз, с которым он привычно следовал.

Дюк оглянулся, придерживаясь одной рукой за борт телеги. От влажного воздуха и тумана, волосы уже липли ко лбу, и он тряхнул головой, убирая пряди с глаз. Девчонки ушли в том направлении, в сторону колодца. Мужчина хмыкнул и сощурился, глядя на едва приметный домишко, со двора которого до сих пор слышался стук молотка. Даже по звуку Дюк понимал, что работа была бестолковой.

– Что она творит? Решила доломать дом несчастной селянке? – пробормотал он и широким шагом пошёл по вязкой дороге.

Трактирщик Мигеля упросил его взять с собой этих двух девиц, и даже приплатить хотел, но Дюк отказался от денег. Он не первый раз останавливался в этом трактире и малышку Буккель знал отлично. Золотое дитя… если эта рыжая, что мальчишку из себя строит, действительно спасла её, то он и за даром довезёт до порта.

За помощника торговца его приняли, разубеждать не стал, дрит с ним. И неужели действительно считали, что этот маскарад им поможет? Хотя, если учесть окружавших недотёп, то вполне могло и повезти остаться неузнанными. Кем они были? Дюк всё гадал, подходя ко двору, где на крыльце рыжая девушка продолжала вколачивать гвозди в жалкие доски. Та, что повыше – прекрасная беловолосая эйслин, наверняка была знатного рода. Он видел, как тяжко давалось Гвиневре путешествие на простой телеге. Скорее всего, это ненастоящее имя, но уж очень шло незнакомке.

Рыжая, что Ланцелотом себя звала, видимо прислуживала госпоже или была в телохранителях у неё. Ранее на поясе девушки Дюк видел сдвоенные ножны для пары мечей, подвешенные на одном и том же широком кожаном ремне. Такие всегда были особым отличием иллегатских разбойников. Буккель хвалилась, что именно ими были сражены негодяи, что покусились на неё и товарищей. «Ланц» отобрала их у сбежавших разбойников и оставила себе? Куда же девала своё оружие? Странные особы, и это ещё больше разжигало его интерес. Странствующая эйслин и её дева-страж… это могло бы стать прекрасной историей, которая легла бы песней в устах какого-нибудь бродячего певца.

Сейчас оружие лежало рядом с нею на верхней ступеньке. Варя вновь удивилась собственной реакции, когда её рука молнией метнулась к ножнам, едва услышала, как кто-то приближался со спины. Два меча – зачем она взяла их с собой? Спросите что-нибудь полегче… В ту самую ночь, когда они напоролись на разбойников, Варя только и помнила, как один из них схватился за оружие. Когда очнулась, то сама держала оба клинка в руках, размахивая ими, как страшный вояка.

Предполагала ли она, что вновь придётся ими воспользоваться? Ведь знала, что не способна сама. Но видимо внутренне доверяла странной силе, что наполняла её в момент опасности. Или это внушалось ей? Варя нахмурилась. Чёрт с ними, не выбросила тогда, взяла с собой и теперь напускала важного виду, отгоняя любопытных мужиков от Карамели.

– Эй, Ланц! – хрипло окликнул её мужчина, подходя ближе, – какого дрита ты здесь творишь?

Ты посмотри, какой разговорчивый сделался! Варя хмыкнула и убрала руку от оружия. Девушка повернулась к Дюку, удивляясь тому, что он вообще к ней явился. Но возможно ему требовалась помощь в повозке, тогда она просто не могла отказать после того, как их взяли с собой.

– Не видишь сам? – отозвалась Варя и махнула молотком в сторону своего «творения», – крыльцо чиню…

Дюк поморщился, глядя на работу девушки. Но при всей неприглядности, должен был признать, что ступеньки вполне ладно были сколочены и выдержат даже его вес, если вздумает в гости к хозяйке заявиться. Или он сейчас о белокурой Гвиневре думал? Мужчина отогнал ненужные мысли и снова глянул на свою собеседницу. Совсем стемнело и даже с близкого расстояния он едва мог разглядеть её лицо.

– Ступай в дом и выспись хорошенько! – велел Дюк, – завтра разбужу до рассвета, так что времени зря не теряй.

Варя хотела что-то проворчать в ответ, но поняла, что помощник торговца был прав. Им стоило немного отдохнуть. Она молча кивнула мужчине, собрала всё разложенное на земле добро в небольшой ящик и собралась отнести обратно в сарай. К её немалому удивлению, Дюк отобрал вещи, кивнул в сторону дома и велел убираться внутрь. Он дождался, пока Варя выполнит приказ и только когда за девушкой закрылись покосившиеся двери, отправился в потёмках искать нужную ветхую постройку.

На сарай он набрёл лишь благодаря тому, что на какой-то момент в небе сквозь тучи блеснула луна. Мужчина толкнул дверь и ему на голову немедленно посыпалась труха, заставляя трясти головой и жмуриться. Дюк не стал заходить дальше и опустил принесённый ящик на земляной пол. Теперь оставалось вернуться к хижине, в которой его приглашали переночевать.

Хотя в таком тумане впору до утра было бродить и не найти нужного дома. Мужчина повернулся, чтобы выйти обратно, и немедленно почувствовал, как между лопатками противно закололо от неожиданности. Молодая селянка, подойдя ещё на шаг ближе, приподняла выше фонарь, скрипнувший круглой ручкой, в котором тускло горела свеча.

– А я всё гадаю, куда же ты запропастился, – улыбка расцвела на полных губах женщины, и она поманила за собой гостя.

Рука селянки буквально светилась белизной в темноте, жестом предлагая следовать по едва приметной тропе.

– Я провожу.

– Благодарю, – Дюк прокашлялся в кулак и нахмурился, стыдясь своего неожиданного испуга.

Как она вообще тут оказалась? Бродила в ночи и искала его? Занёс их дрит в это поселение! Скорее бы солнце встало. Мужчина позволил селянке вести себя, следя за фонарём в её руке, как за маяком, позволявшим определить, в каком направлении двигаться.

Дюк вновь вздрогнул и схватился за нож, висевший на поясе, когда совсем рядом нечто плюхнулось в грязь, и быстро заскребло когтями по земле, убираясь прочь. Он успел разглядеть некий комок шерсти, который внезапно ощетинился, оскаливая пасть, с рядом мелких острых зубов. Существо сверкнуло множеством глаз и растворилось в тумане.

– Не бойтесь, – прозвучал впереди мелодичный женский голос, и хозяйка хижины обернулась, глядя на гостя, – это всего лишь гюлай.

– Они водятся только на гнилых топях и…

Мужчина осёкся, когда селянка и вовсе остановилась, теперь поворачиваясь к нему полностью. Она склонила голову набок, позволяя длинным волосам спускаться с плеча едва ли не до земли.

– Где же ещё водятся гюлай? Говори же, смелее.

Её голос тёк, обволакивал сознание, и Дюк тряхнул головой, крепче сжимая рукоять ножа.

– Оплетают своею паутиной тропы, путая туманом неосторожных путников, тем самым прислуживая болотным ведьмам!

Селянка рассмеялась, отбрасывая в сторону фонарь, который немедленно угас. Луна позволила разглядеть мужчине то, как принялось меняться и увядать тело красавицы, перед ним. Прекрасные волосы повисли жалкими космами, а кожа потемнела, укрываясь глубокими морщинами. Обратившаяся ведьма вновь расхохоталась и немедленно пропала из виду, заставляя Дюка поворачиваться из стороны в сторону, выставляя перед собой блеснувший лезвием нож.

Она объявилась поодаль, маня человека костлявой рукой, на которой темнели чудовищные когти. Стоило мужчине отступить на шаг, как услышал едва различимый голос. Он пел, манил, велел следовать за ним и затуманивал сознание. Дюк попытался прогнать наваждение, веля себе не поддаваться голосу ведьмы, но его сопротивление таяло, а рука, державшая нож, дрогнула.

Глава 7

Она проснулась от того, что голова нестерпимо ныла и казалось, будто только что сошла с карусели. Варя открыла глаза в тот момент, когда за окнами хижины, в которой их приютили, раздалось тревожное ржание лошадей и чей-то хриплый крик, который немедленно стих.

Спала она на небольшом настиле, так и не раздевшись, поскольку боялась проспать. Поэтому сейчас лишь торопливо сунула ноги в ботинки, не зашнуровывая, только нервно пряча концы шнурков в голенища, и за каким-то чёртом схватила ножны с тяжёлым оружием.

– Кара!.. Чёрт… – пробормотала Варя, шатаясь так, словно шла по палубе в сильный шторм, – Гвиневра!

Девушка буквально зарычала, пытаясь дозваться подругу, и её глаза вспыхнули ярким золотом, вновь теряя свой привычный зелёный цвет.

– Где ты, чёрт тебя побери?! – Варя огляделась в единственной комнате, имевшейся в хижине.

Понимая, что действительно была одна, девушка направилась к входной двери. Та была настежь открыта и держалась лишь на одной петле, а при приближении Вари и вовсе рухнула, обращаясь чёрной трухой. Девушке пришлось спрыгнуть вниз, на мокрую вязкую землю, поскольку отремонтированное крыльцо оказалось развороченным. Пропажу Варя отыскала перед двором. Точнее лишь силуэт, да длинные, белевшие в ночи волосы подсказали, что это была Карамель.

Фея стояла, выставив перед собою руки, и девушка хотела окликнуть подругу, не понимая, что происходило. Но через мгновение, яркий золотой свет озарил небольшую поляну вокруг них, немного разгоняя пелену тумана, и Варя смогла увидеть причину. Тёплые блёстки от магии Карамели таяли, осыпаясь на землю и неизвестные твари, шипя, отступали, словно боясь, что их мерзких лап коснётся чистое волшебство аделийской феи.

Неподалёку послышалось тихое пение, заставившее существ напрячься всем огромным телом и ощетиниться, словно перед прыжком. Варя насчитала больше десятка монстров, признавая в них недавнее «облачко», что паслось на крыше хижины. Теперь прехорошенькое создание походило на громадного четырёхлапого паука. Именно так, похоже, изогнулись ноги существа. Мягкая ранее шерсть вздыбилась, мокрыми клочками облепляя чёрное, блестевшее от оседавшего тумана тело, а несколько глаз алело над оскалившейся пастью. Ближайшее чудище принялось бить о землю передними лапами, образуя нечто, подобное паутине, и Варя вновь ощутила удушливое головокружение.

– Кара… – тихо пробормотала девушка, прикидывая, как добраться до подруги, которая так же замерла, не смея сделать и шага.

– На нас их колдовство не подействовало, поскольку оказались единственными женщинами в обозе… – едва слышно прошептала Карамель, поворачивая голову к Варе, – это селение мертво, и стало обителью болотных ведьм. Пока хоть одна из них жива, нам не выйти отсюда… и они не остановятся, пока не получат все несчастные души, что по наивности забрели на их территорию.

До их слуха вновь донеслось пение, и Варя услышала крики на другом краю поселения. Словно получая команду, гюлаи кинулись к ним, поскольку остатки волшебства Карамели растаяли, погружая поляну во тьму. Фея сдавленно вскрикнула, инстинктивно укрывая голову руками. Она даже мысленно простилась с возлюбленным Нейлом, которому так и не смогла явиться в таком прекрасном обличии.

Варя же вновь ощутила знакомый жар в груди, наполнявший её до кончиков пальцев. Он разгорался, плавился в венах, вызывал волну невероятной ярости, заставляя глаза сверкать, как и волосы, что не к месту принялись удлиняться, укрывая спину огненной завесой. Жаркий порыв ветра пронёсся, словно взрывной волной по поляне, заставляя Карамель судорожно вдыхать горячий воздух.

Варя не потеряла себя с пришедшей силой, но словно кто-то невидимый стоял за её спиной, направляя в этот час. Не было рядом верного Реварда, и не заслонит собою прекрасный ледяной принц. Есть только она и незримая Иша, по неведомой причине благословлявшая её на этот бой. Левой рукой Варя придержала сдвоенные ножны. Правая ладонь легла на рукоять меча, и первое оружие было высвобождено. Девушка отстегнула пальцами гарду второго меча и достала и его.

Поляна озарилась огненной молнией, когда Варвара кинулась наперерез чудовищным созданиям, атаковавшим их из вязкой ночи. Карамель не смела шевельнуться, как и не смела моргнуть, белой статуей стоя посреди разразившегося боя. Край её дорожного платья дымился, опалённый горевшей жухлой травой. К её ногам свалилось обугленное, рассечённое едва ли не надвое тело гюлая, заставляя прижать к груди руки и задержать дыхание.

Силуэт Варвары сверкал, возникая то с одной стороны, то с другой, поражая ревущих тварей, и не позволяя им коснуться феи. Искажённое яростью лицо подруги освещалось огненными прядями. Они искрились, оставляя за собою жаркий шлейф, и Карамель чувствовала, что взмокла до последней нитки, словно перед нею сразились огнедышащие драконы.

Когда последняя тварь пала от её меча, Варвара остановилась на мгновение, обводя взглядом поляну. Убеждаясь, что фея цела, она стрелой кинулась вперёд, туда, где по-прежнему слышались крики их товарищей по несчастью.

Рука ведьмы сомкнулась на шее Дюка, находившегося под чарами. Длинные когти впились в незащищённую кожу. Ему удалось вонзить в грудь существа нож, и оттолкнуть от себя, судорожно хватая воздух. Чувствуя сильное головокружение, мужчина рухнул на мокрую землю, разбрызгивая грязь. Он едва имел силы, что-либо разглядеть и наблюдал за тем, как ведьма вновь приближалась. С хриплым смехом она вырвала из раны бесполезное оружие, собираясь отшвырнуть его прочь, но ослепляющий свет, возникший за спиной, вынудил ведьму задрожать всем уродливым телом.

Дюк услышал только оглушающий крик болотной твари, поскольку яркая вспышка буквально ослепила его, обжигая дыхание. Когда он смог открыть глаза, то увидел, как горела вокруг мелкая жухлая трава, да перевёрнутая разбитая телега. Где-то впереди, за разрушенной оградой, продолжался бой. Низкорослые деревца одно за другим вспыхивали, стоило неизвестной молнии пронестись мимо, поражая очередного врага.

Вскоре округа осветилась, благодаря разгоревшемуся пожару. Ветхие хижины уничтожались огнём, который раскалил воздух, затрудняя дыхание и вытесняя вязкий туман горьким дымом. Дюк смог подняться, удерживаясь одной рукой за покосившийся столб. Он был таким горячим, что пришлось отдёрнуть руку. Шатаясь, мужчина всматривался вдаль, теперь различая силуэт женщины.

Возможно, ему лишь казалось. Возможно, он бредил, находясь под чарами ведьм. Но среди пожарища он действительно видел женщину с огненными волосами. В её руках горело два меча, и она шла через стену огня так, словно он ласкал её своим прикосновением, не причиняя и малейшего вреда. Неизвестная воительница остановилась, и взмахнула одним мечом, разгоняя остатки дурманящего тумана.

– Великая Иша… – пробормотал Дюк, припоминая сказки, что рассказывал ему в детстве дед.

Поразмышлять над увиденным мужчина не успел, поскольку колдовство ведьм было разрушено и истощённый им, он рухнул вновь на землю, лишаясь сознания. Варвара видела, как упал товарищ, и это помогло ей очнуться. Она опустила руки, в которых по-прежнему сжимала рукояти мечей. Усталость охватила её тело, а горящее пламя в груди утихало и гасло. Над разрушенным селением очищалось небо, и девушка подняла голову, глядя на мерцающие звёзды.

Свежий порыв ветра остужал лицо, перепачканное пеплом, и она вдохнула полной грудью, успокаивая дыхание. Тишина. Она и пугала, и радовала. Справилась ли она? Нет, справились ли они обе? Чувствуя тяжесть оружия в руках, Варя была благодарна Великой Ише Игрэйн за то, что вела её и позволила остаться собой в этот час.

Девушка вернула один меч в ножны, а вторым обрезала свои волосы, пользуясь тем, что её никто не мог видеть. Она бросила тяжёлые пряди в догоравшую неподалёку траву. Те моментально вспыхнули, а открытой шеи коснулось прохладное дуновение ветра. Варя убрала второе оружие, и теперь ощущая великую слабость, подошла к лежавшему мужчине.

– Дюк! – она присела рядом и встряхнула его за плечи, – Дюк! Эй, давай, приходи в себя. Ты же не девчонка, которая мышь увидела! Ну?!

Мужчина забормотал что-то, пытаясь открыть глаза, и поморщился, словно ощущал боль. На самом деле, голова его буквально раскалывалась, будто надышался дурманящими соцветиями лейкеш. Дюк наконец смог сфокусировать взгляд на сидящей рядом девушке. Он тихо пробормотал проклятия, пугаясь чумазого лица, на котором сверкали взволнованные зелёные глаза.

– Какого дрита навис надо мною? – мужчина, кряхтя, как древняя бабка, поднялся и тут же упёрся ладонями в собственные колени, пытаясь унять головокружение и выровнять дыхание.

– Нужно было оставить тебя валяться в этой луже, – проворчала Варя и поднялась следом за товарищем, – ещё и возмущается.

– Цел? – исподлобья поглядел на неё Дюк.

У самого на скуле алел порез, несколько подобных было и на плече, и на спине. Видимо когти ведьмы постарались.

– Вроде – цел, – отозвалась девушка и обвела округу тревожным взглядом, – нужно найти Гвин и остальных. Людям наверняка нужна помощь. Могут быть раненые…

– Что ты видел? – внезапно спросил Дюк, так же осматриваясь, – или прятался всё это время?

В голосе мужчины Варя уловила иронию, но не поддалась на провокацию.

– Мне нужно было отыскать сестру, – пояснила она, – всё, что я видел – это несколько мерзких гюлаев.

– Сестра жива? Не пострадала? – хмуро спросил Дюк, – почему сейчас ты один? Где Гвиневра? Неужели додумался оставить одну? Глупый мальчишка…

– И это говорит мужик, который в обмороке провалялся, пока товарищам нужна была помощь! – кинула ему в ответ Варя и устало побрела по развороченной ею же недавно дороге в поселении.

– Эй! – хрипло окликнул Дюк, нагоняя девушку в два шага.

Он схватил её за руку, повыше локтя и развернул к себе лицом. Варя сердито замахнулась кулаком, не зная, чего ждать от мрачного торговца. Но тот лишь виновато вздохнул, глядя на её перепачканную пеплом руку, занесённую для удара.

– Прости.

– Прости? – удивилась девушка.

– Я действительно почти ничего не помню. Болотные ведьмы наводят морок на мужчин. Она водила меня кругами, пока не кинулась, чтоб прикончить. Странно, что на тебя не подействовало. А, Ланц?

Глаза мужчины недоверчиво сузились, когда он ожидал ответа от обманщицы. Варя высвободила руку и отступила от Дюка на шаг.

– А какого чёрта я, по-твоему, сестру потерял?! Думаешь, что оставил её от нечего делать? – почти зарычала девушка и опять сердито побрела по дороге, надеясь отыскать Карамель.

Вот уж! Вывернулась на этот раз! Дюк угрюмо прошагал рядом, обгоняя девушку и также намерился найти выживших после страшной ночи. Оставалось надеяться, что таковых окажется много. Ведь кому-то из охранников удалось одолеть ведьм, иначе не говорили бы они сейчас с вредной девчонкой. Образ огненной девы вновь встал перед его глазами, и мужчина тряхнул головой. Чего только не привидится с дурмана…

Накидку феи Варя узнала ещё издалека, замечая знакомый силуэт. Её немало возмутил тот факт, что Дюк оказался возле подруги быстрее, расспрашивая о самочувствии. Но порадовало то, что Карамель демонстративно прошла мимо оторопелого мужчины и кинулась к «Ланцелоту».

– Мой дорогой брат! – едва ли не заголосила фея, кидаясь на шею Варе, – ты жив и цел!

– Да в порядке я, – пробормотала девушка, похлопывая по спине Карамель, – сама-то цела? Видела что-нибудь?

– Люди – там, внизу. Все кто смог, собрались возле обоза. Точнее возле того, что от него осталось. Думаю, нам стоит поторопиться и подойти к ним, – торопливо проговорила фея, а затем повернулась к Дюку, – твой хозяин жив, но ранен. И повозка мало пострадала, но одна из лошадей пала. Если поторопишься, то сможешь помочь своему товарищу и по пути прихватить ту из лошадей, что по несчастию осталась без хозяина. Иначе придётся бросить весь груз – одна не потянет телегу.

Глава 8

Они потратили время до полудня, пытаясь оказать помощь пострадавшим, и чинили повреждённые телеги. Варя кривилась, усердно работая молотком и слушая бахвальные речи уцелевших охранников, которые принялись рассказывать, как одолели ужасных ведьм и спасли обоз. Ну-ну… они отвлекли на себя внимание, и это стоило того, чтоб терпеть наглую ложь. А ещё оказалось, что никакой вредный Дюк не помощник торговца, а сам хозяин товара, который вновь пришлось бережно укладывать на повозку.

Мужчине удалось отвоевать лошадь у своих менее удачливых товарищей, и теперь у них был шанс добраться до порта. Обоз стал короче почти вдвое, и погибших схоронили в лесу, отдавая последние почести. Дюк помог забраться на телегу своему помощнику. Раны его оказались не страшны, и он вполне мог продолжить путь до Церуна, на побережье. Помог мужчина и Карамели, успевая подсадить несравненную «Гвиневру». Фея поморщилась, вновь вынужденная усесться между мешками, но главное подальше от проклятого поселения!

Варя кое-как смыла с себя гарь и теперь приглаживала непослушные кривые пряди, которые высохли, как попало. Обоз тронулся с места, и она смогла вздохнуть немного спокойнее, только когда телеги удалились на приличное расстояние от обители болотных ведьм. Девушка подсела ближе к фее и прислонилась спиной на некие небольшие ящики, укрытые тёмной шкурой. Мех нагрелся на солнце и приятно согревал спину.

– Ты помнишь, что происходило? – осторожно поинтересовалась Карамель, когда они могли не беспокоиться о том, что будут услышаны, – в этот раз всё вышло иначе. Ты говорила со мной. Ты помнишь?

– Помню, – отозвалась Варя, – помню практически всё.

– Великая Иша благословила тебя, Варвара. Она позволила своей силе течь в твоей крови. Уж не знаю, радоваться ли этому известию или страшиться его, – вздохнула Карамель.

– Ты опять говоришь так, будто во мне кто-то сидит… – пробормотала девушка, – и ничего во мне не течёт. Это как заклинание. Пальцами щёлкаешь, и всё!

Варя так и поступила, в ужасе глядя на то, как кончики тех самых пальцев вспыхнули едва приметным пламенем.

– Вот чёрт… – она сжала руку в кулак и погасила огонь.

– Ещё будешь спорить со мной? – хмыкнула фея, – ведьма провела обряд. И пускай королева инглеронов не была призвана через твоё тело, Варвара из Мейрна, но её кровь в тебе. Признай это. И ты, и она – единое целое. Вот что я думаю по этому поводу.

Карамель ткнула в подругу изящным пальцем, словно поставила точку в своей речи. Варя закрыла глаза, прислоняясь затылком к нагретой шкуре неизвестного зверя.

– Я чёртов мутант… пора записываться в школу профессора Икс.

– Куда? – приподняла брови фея.

– Никуда, – отозвалась девушка, – что мне делать с этим всем? Могу ли я пользоваться её силой? Вроде как разрешения у королевы не спрашивали, когда вызывали. Я благодарна ей за то, что удалось спастись в поселении. Но не попросят ли взамен что-нибудь эдакое?

– Что ты чувствуешь, когда в тебе пробуждается эта сила, Варвара? – взволнованно спросила Карамель и придвинулась ближе к подруге.

Солнце ласково согревало их, теряясь временами за высокими деревьями, и стирало своим теплом дурные воспоминания из памяти. Обычный летний день, да и только…

– Это походило на то, как Ревард держал мою руку, когда обучал держать меч, – проговорила Варя, – я не чувствую страха, когда она рядом. Но постоянно ощущаю такую тоску, что сердце сжимается. Это не мои чувства. Свои я точно знаю и отделяю. Во сне я постоянно вижу какой-то меч. Огромный такой, необычный. Вижу его в руках стража королевы. Ей нужен этот меч, Карамелька? Я пока не понимаю…

Трой прошёл по палубе, мимо стоящего у штурвала Реварда, удерживая в руке подзорную трубу. Солнце подымалось у горизонта, окрашивая море оттенками розового и золотого. День обещал быть ясным и тёплым. Ветер трепал белоснежные волосы, оставляя лоб открытым, и не позволял прядям скрывать нанесённый рисунок. Молодой человек принялся смотреть вдаль, и труба в его руках блеснула серебристым боком. Впереди уже виднелось побережье, и темнели далёкие горы, расположенные на севере Азелфлада. Нейл проследил за взглядом товарища, и Трой услышал его голос за своей спиной.

– Мы прибудем в Церун к полдню.

– Это хорошие новости, – отозвался Трой, разглядывая в подзорную трубу побережье.

– Затем предстоит самое сложное – отыскать, – проговорил Ревард.

– Сколько бы ни понадобилось времени…

– Я подержу вас и не оставлю в поисках, – Нейл не дал договорить Трою, отвечая заранее на его вопрос, – я смогу почуять её и моя вера не ослабнет. Самое главное для нас – сохранить в тайне своё пребывание на этих землях. Поэтому прошу сдерживать силу и простить мне неучтивое обращение в это время.

– Помоги найти её, энр. Я прощу что угодно, всё это не имеет значения, – Трой продолжал смотреть вперёд, стоя у борта, – Варвара так слаба и беззащитна. Надеюсь, что нашлась добрая душа, приютившая её на это время.

Затем молодой человек, не опуская трубу, посмотрел в другую сторону, на оставшийся за их спинами Роеланд. Он не был виден, конечно, но тревога охватывала каждый раз, когда думал об отце. Они видели, как поднимался в небо флот королевских франгаров, когда отправлялись в путь. Девин простился с ними, перед самым вылетом. Теперь и за будущего родственника душа была неспокойна. Делма Кайонаодх вновь отправляла на войну сына. В этот раз – последнего. Каково было сейчас этой женщине? Трой тряхнул головой, думая о несправедливости мира и убрал от лица подзорную трубу.

– Ты можешь ускорить ход своего корабля, энр?

– Только если сброшу за борт лишний вес, – сверкнул глазами мужчина.

Намекал на него? Трой пробормотал проклятия и резко сложил трубу, вызывая неосторожным движением ноющую боль в спине. Ну вот, сегодня это первый раз с самого утра. Почти забыл о когтях макои. Нейл увидел, как юноша поморщился и прекратил дразнить его, понимая, что сейчас стоило сосредоточиться на главной задаче.

В порт они прибыли даже раньше, чем планировалось. Попутный ветер и отличная погода, благоволили путникам, позволяя добраться до Церуна и посадить франгар на одной из старых площадок на подходе к центральному доку. Поскольку в Азелфладе не использовался воздушный флот, то и не находилось подходящего «пристанища» для кораблей подобного типа.

Нейл нахлобучил свою явно полюбившуюся шляпу, придал себе важности и спустился по трапу, немедленно охваченный гулким шумом порта. Здесь было более чем оживлённо. Толпа разношёрстного народа сновала туда-сюда, кто, встречая прибывавшие судна, кто в поисках хоть какой мало-мальской работёнки.

Здесь остро пахло морем. Запах смешивался с ароматом росших неподалёку ярких деревьев лунджила, которые в эту пору пышно цвели синими цветами, словно вторя шумевшему совсем рядом морю. Трой, как и подобало помощнику, вынужден был идти позади своего «господина» и держать в руках небольшой ларец с дарами для управляющего портом.

Какая жалкая роль! Они, конечно же, стали объектом внимания местных попрошаек, которые принялись дёргать за край одежд и строить несчастные физиономии, чумазые и лживые, как и их речи. Сами-то так и норовят до кармана хозяйского дотянуться… Трой пригрозил кулаком одному из юрких мальчишек, тот совсем неподобающе юному возрасту выругался и прошмыгнул под рукой леската.

– Вот уж…

Сейчас предстояло поприветствовать стихийного мага, заправлявшего в этой округе, конечно же, с благословления венценосного Гидеона. Оба мужчины знали, что в случае неудачи их противник окажется достаточно силён. Их задача усложнялась. Одновременно необходимо привлечь к себе некоторое внимание, чтобы вести о прибывшем в порт франгаре могли дойти до «пропажи», и в то же время, стоило бы самим оставаться неприметными, чтобы выйти за пределы Церуна.

Где бы не была сейчас Варвара и мелкая пакостница, Нейл был уверен, что желая вернуться домой, они будут выбирать дороги, ведущие к порту. Именно с этого стоило начать поиски. Если же девушка окажется в Церуне, пока они будут отсутствовать, то франгар примет её, позволит подняться на борт. А старые «раны» на корабле подскажут Варваре о том, что именно это судно ранее впервые подняло её к небу. Она узнает, обязательно.

Тем временем, они вышли на одну из площадей. Здесь народу также было предостаточно, и впереди виднелся нужный им дом, с такими любимыми азелфладцами остроконечными крышами. Неподалёку раздался звонкий топот копыт, и мимо пронёсся экипаж, заставляя людей расступаться. Он остановился чуть поодаль, и возница торопливо соскочил вниз, чтобы открыть дверцу своему господину.

Трой напрягся, узнавая стихийника. Если единственные подобные в родном Роеланде были предатели Келемен – маги воздуха, то перед ними неспешно прошёлся тот, кому послушна была сила земли. Она дрогнула под ногами мужчин, а глаза стихийника потемнели, встречаясь взглядом с беловолосым юношей. Судя по дорогому экипажу и двум превосходным гуффарским лошадям, бившим посеребрёнными копытами по блестящей от недавнего дождя брусчатке, перед ними был сам управляющий портом – Ганикс Геруцц.

– Франгар в моём городе? – неожиданно мелодичным голосом потянул Ганикс, прохаживаясь по площади перед гостями, – ты наглец, энр!

Длинные чёрные волосы мага были заплетены в косу, которая спускалась ниже талии. Тонкая белоснежная туника трепетала при каждом движении, и сверкала расшитыми камнями. Остроконечные мягкие башмаки Ганикса, несомненно, работы лучших мастеров столицы, напомнили Реварду обувь пропавшей крылатой крохи. Энр вскинул небритый подбородок и сложил руки на широкой груди, поглядывая на мага из-под края широкополой шляпы.

– Наглость – ключ от многих дверей, а порой и неплохое оружие, которое не тянет ножен, – проговорил Ревард, едва кивая головой в знак приветствия.

– Иногда она становится дорогим украшением, что слишком блестит под солнцем, приманивая голодные взгляды, – Ганикс, изящно повёл рукой, веля вознице убраться и завести экипаж во двор, – затем перевёл взгляд с энра на молчаливого Троя.

Молодой человек титаническими усилиями заставил свою шею гнуться, и поклонился управляющему.

– Так-так… – Геруцц склонил голову набок и его коса, словно чёрный хвост скользнула по белым одеждам, – какой очаровательный юный кехнер. Ты приготовил мне подарок?

Не отвечая, Трой кивнул.

– Следуйте за мной, – проговорил маг и неторопливо прошёлся по дороге к своему дому, уверенный в том, что гости исполнят повеление.

Нейл подтолкнул своего товарища в спину, и тихо рыкнул, видя возмущение в глазах молодого человека. Да, он понимал, что своим несомненным «очарованием» лескат неожиданно смог накликать на их головы проблемы. Но придётся играть до конца, а потом взять кровную клятву с Миклоса, что ни одна живая душа не узнает об этом. Пунцовый и злой, Трой заставил себя идти следом за «хозяином».

Глава 9

Выстроенный из белого камня, дом казался воздушным. Многочисленные арки и странные по скромному мнению Реварда окна, слишком большие, и не дающие никакой защиты, лишь усиливали ощущение лёгкости сооружения.

Гости прошли следом за хозяином под самой большой аркой, ведущей к крыльцу дома. Трой кинул настороженный взгляд на камни, из которых была сооружена изящная конструкция над его головой. Каждый камешек напоминал выточенную талантливым мастером чешую. Ему явно показалось, но арка словно стала выше, стоило юноше пройти под нею. Лишь послышался едва уловимый шуршащий звук, коснувшийся тонкого слуха. Слышал его и Ревард, но не оглянулся, только придержал шляпу, когда очередной порыв ветра попытался её сорвать.

Богатое убранство, всё сплошь бело-серебристых тонов, удивило мужчин. Геруцц явно мог бы стать поклонником заснеженных земель Ильхада. Об этом и подумал Нейл, когда маг остановился в большом зале, выстроенном кругом. Тут же к хозяину торопливо подошёл слуга, кланяясь и приветствуя Ганикса. Тот велел подготовить купальню, чтобы освежиться с пути и предложил Реварду присесть в одно из кресел, стоявших у большого, совсем низкого стола.

Нейл неспешно снял свой головной убор и принял приглашение мага. Он опустился в глубокое, неожиданно мягкое кресло, теперь так контрастируя в своих чёрных одеждах на его белоснежном фоне. Трой опустил принесённый ларец на стол перед хозяином дома и вынужден был сесть на пол, рядом с Ревардом, как и полагалось послушному кехнеру.

– Что за товар привёз твой франгар, энр? – спросил Ганикс, располагаясь в своём кресле, и принимаясь обмахиваться лёгким веером, выполненным из перьев неизвестной птицы.

Нейл вальяжно откинулся на спинку кресла, расстегнул пряжку на своей дорожной сумке, крепившейся к поясу, и извлёк оттуда одну из шкур. Он небрежно кинул её на стол, и великолепный мех заискрился снежными оттенками.

– Очаровательно… – глаза мага потемнели от восторга, он подался вперёд, склонился к столу и провёл кончиками ухоженных пальцев по шкуре олеума, – какая чистота цвета, и гладкость… какую цену объявили лескаты за твою голову, энр, раз ты смог заполучить столь отборный товар? Так ли хороши и остальные шкуры?

– Раз уж эта пришлась по нраву, то и другие не разочаруют, – отозвался Нейл.

Он заметил, как внимательный взгляд хозяина дома переместился на сидящего на полу юношу. Дрит его побери…

– Удивительная чистота цвета, – потянул Ганикс, вновь склоняя набок голову и разглядывая сына повелителя лескатов.

Боги, Левен Миклос никогда не должен узнать об этом. Ни одна живая душа… Скрипя зубами, и не сомневаясь, что то же самое происходило и с его подельником, Ревард опустил ладонь на голову снежного мальчишки.

– Верно! Словно первый снег… – проговорил энр, мысленно перечисляя все известные ему ругательства.

Он прекрасно понимал, что лескат скоро задымится, несмотря на свою ледяную суть, но им нужен был «пропуск» в город. Геруцц поджал тонкие губы и подпёр голову одной рукой, второй продолжая неспешно обмахиваться.

– Продай мне этого кехнера, я заплачу щедро, – заявил управляющий.

Трой замер, понимая, что дело плохо. Он велел себе помнить, что всё делалось ради возлюбленной Варвары, и никакие жертвы не могли быть слишком велики для этого.

– Ты будешь взлелеян, как редкий цветок и никогда не узнаешь нужды в чём либо, – полились медовые речи Ганикса, – я покажу тебе целый мир.

– Господин – мой мир… – с чувством проговорил Трой, и поклонился хозяину дома, опираясь обеими ладонями в прохладный пол.

Он почувствовал лёгкую дрожь под пальцами, мгновенно припоминая чудовищных макои, но земля лишь выдавала чувства, сидящего напротив стихийника.

– Вы услышали ответ, – кожа на сапогах энра скрипнула, когда он устроился удобнее в кресле, – цветок увянет, едва будет сорван, достопочтенный Ганикс. Примите дары и позвольте ступить на землю Церуна, пока местные дайле не растащили мой франгар на доски. Эти шкуры достойны плеча самой высокородной эйслин, так не заставляете товар слёживаться в ожидании.

Нейл поднялся с кресла, когда за огромными окнами, не скрывавшими обзор, неожиданно пришли в движение многочисленные арки, вдруг оживая, и извиваясь, словно тела исполинских змей. Ганикс сложил свой веер и спокойно встал, улыбаясь тому, как замер гость. Одна из «змей» поднялась с земли и повернула свою каменную морду прямо к окну. Глаза Троя сверкнули льдом, но он сдержался и осторожно поднялся с пола, стараясь не делать резких движений. Хороша охрана у управляющего. К чему крепкие запоры и высокие окна, когда лишь поведя бровью, можно призвать подобную стражу?

– Если хорошо удобрять землю, то и самый привередливый цветок пустит корни, – веер вновь был раскрыт, а каменные стражи Ганикса замерли, вновь обращаясь затейливыми творениями искусства, – у тебя ещё будет время поразмышлять над моими словами, юный кехнер. Я принимаю твои дары, энр. Ступай, и не рискуй вызывать моё разочарование своим пребыванием на этой земле. Поверь, я буду знать каждый твой шаг.

Маг указал ладонью на выход, намекая на то, что гостям пора убираться. Второго предложения не понадобилось. Ревард вновь нацепил свою шляпу, и кивком головы велел Трою следовать за ним. Попрощавшись с управляющим, они вышли на крыльцо. Широким шагом Нейл пересёк двор, и перевёл дыхание, лишь когда оказался на площади. Он упёр руки в бока и поглядел через плечо на подходившего леската. Молодой человек не остановился и мрачной тучей прошёл мимо.

– Не смотри на меня, энр… не говори со мной… и не думай! Не смей даже думать… – пробормотал Трой.

Нейл нагнал его в два шага и пошёл рядом, в направлении громадных кованых ворот, символически открывавших им дорогу в город. Теперь стоило искать всё необычное и слушать сплетни местных болтунов. Поскольку Ревард был уверен, его подопечная, в компании Карамеллы Неистовой, не способны затаиться и остаться незамеченными…

Ночь настигла их в пути, но они ехали, не останавливаясь. Дюк пояснил, что Церуна достигнут ближе к рассвету, и сам не отдыхая следил за дорогой. Благо последние сутки прошли без приключений, если только не считать ссоры нескольких торговцев, которые не поделили между собой товар, доставшийся от погибших товарищей. Карамель мужественно потирала затёкшие бока, кривилась, но молчала. Фея остерегалась постоянно жаловаться, точно зная, что влетит от подруги.

Варя устало улыбнулась ей, прекрасно понимая, как бедняга измучилась в пути, не привыкшая истязать своё человеческое тело. Она закрыла глаза, давая себе обещание, что буквально на минутку. Как заснула, девушка не заметила. Голова склонилась, и Дюк успел подсунуть носком сапога один из мешков, не давая Варе свалиться на дно телеги. Дритовы девчонки… он вздохнул, кидая короткий взгляд на свою жалкую компанию.

Скоро они прибудут в порт. Что собираются делать дальше? Куда отравятся и куда лежит их путь? Его мучило любопытство, но спросить не решался. Беловолосая красавица волновала его. В этом стоило себе признаться. Но он был лишь нимерладский торговец, и что бы ни случилось с эйслин Гвиневрой, не смел мечтать о том, чтоб хоть как-то выказать свои чувства. Дюк решил для себя, что продаст свой товар местным перекупщикам в порту и подсоветует путницам, на какое судно лучше податься, раз уж так стремились оказаться в Церуне. Рыжая девчонка прерывисто вздохнула во сне, от чего-то отмахиваясь рукой, словно пыталась развеять дым или укрывалась от пыли. Она устроилась удобнее на мешке с травами.

Варя не сразу сообразила, что её сознание было охвачено странным сновидением. Или же это были воспоминания Иши? Она вновь видела страшный бой и вновь дышала едким дымом. Но здесь не было лавы и ужасных вулканов. Не видела Варя и големов – стражей королевы. Поднятая бурей пыль не давала практически никакого обзора. Она разглядела черневшие очертания некого замка, там, вдалеке. Слышала раскаты грома, хотя ними оказались выстрелы орудий. Да, она смогла увидеть силуэты франгаров в тёмном небе. Земля дрожала под ногами, искорёженная чудовищными макои, вновь призванными кем-то.

Единственным успокоением для Вари было осознание того, что она просто спит. Ведь так? Просто приснилось и всё. Слишком много впечатлений… Но вот она уже стоит перед громадными воротами, словно сотканными из чёрной дымки. Варя толкнула их и, открываясь, они осыпались, пропадая. Девушка видела огонь в горевших чашах вдоль дороги, ведущей к замку, и зачем-то спешила туда. Что-то вело, манило, словно велело подниматься по ступеням на крыльцо.

Варя протянула руку, чтобы открыть двери, и тогда ощутила жар, но в этот раз он исходил не от неё. Девушка обернулась, различая в чёрном небе, где продолжала сходить с ума непогода, блеснувшие тёмным золотом крылья. Пламя дракона уничтожало наступавших врагов, и горячий воздух грозил опалить лёгкие. Варя сдавленно выдохнула, теперь желая спешить к брату, узнавая в звере Девина. Но неведомая сила увлекала к дверям, не отпуская и не давая бежать на помощь.

Нет, она не спала, и вовсе не воспоминаниями были странные видения. Она находилась в пустоши, в той самой, о которой рассказывал Нейл. И здесь разразился настоящий бой, в котором сражался и её брат! Что происходило в Роеланде, пока она отсутствовала? И что за нужда была стремиться войти в страшный неизвестный замок?

Варя вынуждена была толкнуть двухстворчатые двери и те с тяжестью поддались её рукам. Медленно, словно сквозь густую воду, она бежала по коридорам, мрачным и тёмным, освещавшимся чадившими факелами где-то там, под потолком. Затем девушка остановилась перед входом в громадный зал и тогда увидела его, то, что заставило сердце гулко стучать, а чужую тоску вновь охватывать её душу.

Он лежал на высоком алтаре – великолепный трёхгранный ранцтюр, в самом центре странного помещения. Меч практически не был повреждён, только рукоять треснула, и тускло поблёскивала гравировкой. Варя буквально физически почувствовала, как коснулась оружия. Но сквозь тревожную пелену послышался знакомый грубый голос и её принялись трясти за плечо.

– Эй, Ланц. Мы на месте. Просыпайся!

Варя растерянно открыла глаза, отмахиваясь от сердитого Дюка. Мужчина проворчал и кивком головы указал на стены города, к которому они подъезжали. Вот и Церун. Девушка взъерошила свои короткие волосы, глядя на прибрежный город. Здесь уже ощущалось близкое море, но она всё ещё была под впечатлением, пытаясь прогнать остатки сонливости. В этот раз всё было иначе, и Варя чувствовала нараставшую злость.

Девин был в опасности, а может и Делма. Они как можно скорее должны вернуться домой! А ещё, она понимала, чего желала павшая Иша – королеве нужен был тот самый меч! Тот самый, которым её и убили. Настолько хотела заполучить его, что не позволила отвлечься на брата? Кем она была для странной павшей королевы? Варя заскрипела зубами, складывая руки на груди. Великая мёртвая королева заботилась лишь о том, чтоб доставить своё «новое тельце» по нужному адресату? В этом было её благоволение и поддержка?

Она была так глупа, что приняла всё происходящее за некий подарок свыше? Нет, не собиралась подчиняться той, что давно померла. Чёрта с два она станет делать то, что ей велят! Это её тело и никто не смеет ею распоряжаться.

Глава 10

Шумные улицы Церуна приняли их, когда солнце ещё только вздумало подыматься. Казалось, что этот портовый город никогда не спал, даже сейчас народу было полно, да так, что не протолкнуться. Дюк шёл впереди, расталкивая горожан и прибывших гостей своими широкими плечами.

– Корабль, значит? – проворчал он, кидая через плечо взгляд на Варю, которая, в свою очередь, тянула за собой подругу, крепко удерживая за руку.

– Да! – громко отозвалась девушка, стараясь пересилить шум.

– До Нимерлада, значит? – вновь поинтересовался их товарищ.

– Верно! – Варя кивнула.

Не нужно знать ему, куда действительно лежал их путь. Прямого «рейса» до Роеланда здесь не предвиделось, как оказалось, поэтому придётся потратить время ни лишний кусок дороги. Дюк сумел выбраться на какую-то небольшую площадь, где стало посвободнее, и притормозил. Варя едва не налетела на его спину, но удержалась, чего нельзя было сказать о Карамели. Фея вцепилась в плечи подруги и ощутимо толкнула её, но всё же устояла на ногах.

– Я отправляюсь в Нимерлад через две недели, когда завершу все дела здесь, в Церуне. Вы можете отправиться туда со мной, – предложил неожиданно Дюк, хмуро ожидая ответа девчонок.

И зачем, спрашивается, всё это сейчас говорил? Ругая себя мысленно, он глядел на рыжую девицу. Что смотрит, как дикий зверёк?

– Что скажешь, Ланц?

Варя лихорадочно соображала. Две недели? Могли ли они столько ждать? Конечно, глупо отрицать то, что в компании «настоящего» мужика было гораздо спокойнее. К тому же Дюк знал округу, но столько времени… Этот город не выдержит столько времени, она запросто спалит его, при следующем «приступе». Нужно было добраться до Девина, нужно было избавиться от соседства с мёртвой огненной стервой. От волнения и сложности выбора, голова пошла кругом. Варя обернулась к подруге, и Карамель устало улыбнулась, молча доверяя её слову.

– Две недели – слишком долгий срок, – на выдохе проговорила Варя, видя, как мужчина поджал губы, при её словах.

Был сердит? Считал её глупой? Конечно, знал бы он причины, то бежал без оглядки.

– Я не стану предлагать второй раз, – угрюмо проговорил Дюк.

– Знаю, – таким же тоном отозвалась Варя.

– Но вы сможете отыскать меня в порту, и очень убедительно попросить, если появится нужда. Если она появится, Ланц, – он упёр руки в бока и сощурился, глядя на девушку, – ты меня понял, парень?

– Понял, – Варя была благодарна торговцу за его слова, и за эту грубоватую поддержку.

– В самом Церуне, как и в порту, всем заправляет Ганикс Геруцц – стихийник из Авенделла, – принялся пояснять Дюк, – у него здесь повсюду «глаза и уши». Не доверяйте никому, не верьте ничему, что бы ни увидели. Чем добрее к вам будут люди, тем быстрее вы должны убираться оттуда, Ланц.

– Я понял, – сухо проговорила Варя, глядя на товарища.

– В это время, обычно, насколько мне известно, в порту может находиться судно старика Оруцция. Он поставляет плоды семше на многие рынки Азелфлада. Вам стоит попытаться пробраться к нему на корабль. Возможно, он согласится взять вас с собой. Но только ложь чувствует за версту. Так что перед тем, как просить старика, хорошенько подумай, что ему скажешь.

– Спасибо, Дюк, – Варя протянула руку, и мужчина товарищески пожал её ладонь в ответ, – я запомню всё, что ты сказал.

– У Геруцца своеобразные увлечения, Ланц, – Дюк не выпустил её ладони, теперь мрачно глядя в зелёные глаза девушки, – он, скажем так, ценитель всего совершенного, прекрасного…

– И что с того? У нас с собой нет ничего ценного или «прекрасного», – проговорила Варя, не понимая, к чему вёл этот разговор Дюк.

– Геруццу неважно, украшение это или живой человек, дрит тебя побери! – пробормотал мужчина, – и он своего не упустит. Если что-то захочет получить, то не остановится. Не стоит обманываться его словами или показной приветливостью.

Варя повернула голову, хмуро глядя на подругу. Карамель сверкнула улыбкой, пряча белоснежную косу под капюшон накидки. М-да… ей-то нечего беспокоиться за свою персону, на неё этот странный маг и не взглянет. Но вот бедовая кукла Барби привлечёт внимание кого угодно.

– Ты знаешь, – девушка вернулась взглядом к Дюку, – боюсь, что твоего дядьку-извращенца ждёт весьма неприятный сюрприз, в таком случае…

Затем Варя замолчала. Она даже подалась немного вперёд, едва не наталкиваясь на грудь Дюка, и выглянула из-за его плеча. Какая горькая игра воображения, ведь не иначе? Девушка отошла в сторону от товарища, игнорируя оклик подруги, и то, как Карамель потянула её за край куртки. Там, среди суетливого народа, словно обозначенный иными красками, или освещённый поднимавшимся за спиной солнцем, он казался чёрным призраком. И эти рисунки, покрывавшие часть лица, такого знакомого, что сердце уже неистово колотилось в груди. Ей мерещилось? Она сошла с ума?

– Трой? – она произнесла одними губами, не смея вслух назвать дорогое имя.

А тот человек, с которым он говорил? Очертания этой фигуры она бы узнала из тысячи – это был Ревард.

– Гвиневра… – пробормотала Варя, не отводя взгляда от двух путников, пробиравшихся к площади перед ними, – кажется, твои Боги нас услышали.

Намного ранее…

Трой расстегнул верхнюю пуговицу куртки, и кинул хмурый взгляд на своего товарища.

– В город прибыло два обоза за последние пару часов. Хозяин таверны сказал, что ещё с десяток прибудет до полдня. Люди приносят с собой новости и сплетни, но пока не удалось выяснить ничего толкового, – продолжил говорить Ревард, оглядывая округу, – хотя…

– Что? – Трой остановился вслед за энром.

Тот шумно втянул носом свежий утренний воздух, и его взгляд потемнел, когда заметил то, что коснулось его тонкого обоняния. Кровь. Рана на ноге мужчины, совсем свежая. Незнакомец продолжал охать и возмущаться тем, как едва пережил недавнее путешествие.

– Пошли-ка, ближе. Посочувствуем бедолаге…

Нейл схватил за рукав Троя и потянул к нескольким деревянным прилавкам, на которых хозяин пекарни уже выставлял деревянные подносы с ароматной сдобой, чтобы привлечь первых покупателей. Молодой человек высвободил свою одежду и последовал за товарищем, прислушиваясь к беседе раненого мужчины с помощником пекаря. Торговец из Нимерлада, а им он оказался, если судить по рассказанному, пугал тощего собеседника своим повествованием.

– Иллегатские леса уже не те, что были раньше, – махнул широкой ладонью рассказчик, – развелось всяких тварей, честному человеку уже и ни пройти ни проехать!

– Что ж за зверь тебя ранил, добрый человек? – поинтересовался Ревард, опираясь одной рукой на скрипнувший прилавок.

От запаха сдобы он ощутил голод и подавил желание стащить одну из свежих булок.

– Никто не знает, что это за чудище, – оживился мужчина, получая новых слушателей, – никто не выжил после встречи с ним! Все, как один полегли, только пепелище и осталось на том месте…

– Даже ты не выжил? – скептически потянул Трой, пряча руки в карманах штанов.

– Даже я, – печально вздохнул торговец, но затем спохватился, понимая, что над ним подтрунивал беловолосый мальчишка, – никакого уважения! Тебе стоит лучше воспитывать своего слугу, энр!

Ревард только прорычал «извинение» за своего нерадивого помощника, посмевшего усомниться в честности и достоверности слов уважаемого торговца. Мужчина кивнул, собрался с мыслями и продолжил, не желая терять такого неожиданного внимания к своей персоне.

– Охранникам удалось отогнать монстра в леса, обратно. Да только, сколько народа полегло… Мне, вот, всю ногу изодрал. Еле выжил, – сокрушался торговец, – я как очнулся, гляжу – всё кругом полыхает. Только и слышно, как чудище рычало, да когтями лязгало. А потом стихло всё, и дым рассеялся. Видимо как сбежало оно, так и магия поганая пропала.

Огонь? Всё полыхало? Могло ли это быть знаком для них? Трой почувствовал, как росло волнение. Он боялся хоть на мгновение предположить, что с невестой случилась беда, и она могла пострадать от неизвестного зверя.

– Где тот обоз, с которым ты прибыл? – не удержался Трой, обращаясь к торговцу, – где вы остановились?

Мужчина проигнорировал вопрос жалкого помощника. Но Ревард повторил его, заверяя в том, что желал расспросить и других выживших. Ведь как раз намеревался отправиться со своими людьми через Иллегатские леса.

– Да только и прибыли, ещё разобрать товар с телег не успели, – пояснил торговец Нейлу и ткнул толстым пальцем в сторону одной из городских дорог, – как ниже спуститесь, сразу увидите. Если поторопитесь, то и сумеете поговорить с кем из оставшихся. И послушайте совета – не стоит дорогу ту выбирать. Жизнь – она дороже станет… лучше несколько дней потерять, а товар и собственную голову сохранить.

Нейл только едва кивнул мужчине, кинул монету на прилавок и схватил пару булок, одну из которых вручил Трою.

– Нужно переговорить с остальными. Может из кучи ерунды и выудим что интересное, – энр откусил край ещё тёплой сдобы и велел есть своему молчаливому товарищу.

Он видел, что лескат был встревожен услышанным рассказом и прекрасно понимал его настроение. Более того, желал, чтоб они ошиблись, и Варвара не оказалась среди тех, кому довелось повстречать неизвестное создание.

– Я чувствую себя бесполезным, как никогда, энр… – шумно выдыхая, проговорил молодой человек и отдал хлеб пробегавшему мимо мелкому оборванцу.

Ребёнок благодарно прижал булку к груди, другой рукой обтирая чумазое лицо, на котором сверкнула улыбка.

– Вы делаете всё, что в ваших силах. И Варвара знает об этом, где бы ни была в этот час, – уверил его Ревард.

Трой слушал его вполуха, поскольку непонятное волнение охватывало его, не давая покоя. Люди сновали туда-сюда, толкая их плечами, шумно переговариваясь, сливаясь в один сплошной гул, что отдавался в голове. Но что-то необъяснимое вынудило молодого человека остановиться и оглядываться. Он стёр испарину со лба рукавом, не задумываясь о том, что мог растереть на лице противную чёрную краску. Ещё мгновение, и Трой напрочь забыл, что должен дышать, замирая статуей посреди площади. Этот взгляд и эта улыбка. Боги, они не могли сыграть с ним такую злую шутку!

– Варвара… – пробормотал рядом и Нейл, почуяв свою госпожу.

Они вместе, одновременно, шагнули в сторону другого края площади, когда грохот копыт заглушил шум городской улицы. Поднимая сухую пыль с дороги, всадники вынудили народ расступаться и спешить прочь. Городские стражи придержали лошадей, и старший из них обратился к Реварду, вынуждая того мрачно зарычать и схватиться за короткий меч.

– Стой, энр! – хрипло пробасил страж, – брось оружие и следуй за нами.

– С чего бы это вдруг? – кинул ему Нейл, сверкая глазами.

Он машинально встал перед Троем, пытаясь защитить мальчишку, чем вызвал его немедленное возмущение.

– Достопочтенный Ганикс Геруцц обвиняет тебя, энр, в неуплате положенной пошлины за использование своим франгаром причальной площадки. Твой корабль находится в порту Церуна незаконно и будет изъят!

– Не бывать этому! – голос Реварда больше не походил на человеческий, и Трой положил руку товарищу на плечо, пытаясь остановить.

Стражи спешились, обнажая своё оружие, когда поняли, что подчиняться им никто не собирался.

– Эйсель Геруцц согласен допустить франгар в порт, и помиловать тебя, энр, если ты уплатишь пошлину. Управляющий настолько великодушен, что готов принять в качестве откупа твоего жалкого кехнера, – заявил старший стражи, ткнув в сторону Троя своим мечом.

– Проклятье… – пробормотал Нейл, но его слова были прерваны голосом, раздавшимся за спинами городской стражи.

– Убери свой чёртов ножик от моего парня!..

Глава 11

Горячий поток встречного ветра заставил стражников взмокнуть под своими доспехами и обернуться на выкрик.

– Великие Боги… – шляпа Реварда слетела, но он даже не попытался её подхватить, – кажется, мы пропустили что-то интересное, пока добирались до порта…

Глаза Варвары опасно вспыхнули, а поднимавшееся солнце заиграло золотом на двух мечах, которые уж слишком уверенно держала в руках его ученица. Волосы короткие, опять обрезаны… Девушка остановилась перед стражей, мрачно повторяя свои слова.

– Дритов мальчишка! – один из воинов замахнулся мечом, намереваясь наказать наглеца, осмелившегося прервать их.

– Варвара!

Трой обхватил за шею одного из стражников. Пока воин хрипел и выпускал из руки своё оружие, не ожидая, что простой мальчишка окажется лескатом, Трой выставил вперёд вторую свободную руку, на которой вспыхнуло привычное холодное свечение. Варвара легко отбила атаку, и меч стражника, находясь под силой холода, от удара рассыпался на сверкающие осколки, которые со звоном осыпались на брусчатку.

– Лескаты в городе… – хрипел стражник, через мгновение падая на землю, сражённый мечом Реварда.

Они вступили в бой, и Варя, не переставая молилась, чтобы «покойница» не разошлась, устраивая в городе Армагеддон. Краем глаз она видела, как среди убегавших горожан мелькнула накидка Карамели. Дюк оттолкнул фею к одному из зданий, прижимая девушку к стене и не давая ей отступить. Товарищ не решался дать объяснение тому, что сейчас происходило на площади. Он ошеломлённо глядел на то, как под первыми лучами солнца сверкали яркой медью пряди волос, заструившихся по плечам «бравого Ланцелота», когда тот вновь атаковал очередного стража.

Волосы словно плавились, длинными потоками укрывая спину девушки, сверкая всё ярче. Воздух на площади становился опасно жарким, заставляя лоб покрываться испариной. То, как девчонка управлялась с мечами, и то свечение, которое охватывало её силуэт, так напомнило Дюку недавнюю ночь в поселении, что его рука, удерживающая Карамель, дрогнула.

– Великая Иша… она вернулась… инглероны вернулись? Проклятье, они вернулись…

Ласковое прикосновение к щеке, вынудило Дюка умолкнуть. Он повернул голову, встречаясь с удивительным взглядом беловолосой феи. Тёплые искры осыпали его лицо, а голос девушки звучал так успокаивающе.

– Это лишь сон, Дюк. Спи, ни о чём не беспокойся. Когда проснёшься, ничто не потревожит твоей памяти, – Карамель истратила остатки силы, используя своё волшебство.

Мужчина прикрыл глаза и тихо опустился на землю, прислоняясь спиной к безопасной стене дома. Фея присела с ним рядом, и прикоснулась к его плечу, проверяя, что товарищ спал. Он опустил голову и даже тихо похрапывал.

– Прости, Дюк. Пусть ты ничего и не вспомнишь, но так будет вернее, поверь мне.

Слова же перепуганных горожан примут за чистый бред, за них можно было не переживать. Карамель глянула через площадь, на своих товарищей. Её дорогой Нейл был так прекрасен, и так близок, что сердце готово было выскочить из груди и гулко стучало. Она ощущала огромную слабость, и руки дрожали, но магии хватило, чтобы избавить и их, и беднягу Дюка от неминуемых сложностей. Сейчас, когда со стражниками было покончено, и подруга не спалила улицу, стоило бы бежать к ним, но Карамель испуганно прижалась к стене, не смея сделать и шага. Боги, она трусила, когда должна быть так храбра!

Тяжело дыша, и чувствуя едва терпимую боль в плече, Трой опёрся на один из перевёрнутых прилавков. Едва зажившая рана вновь была потревожена. Молодой человек дал себе обещание, что расспросит невесту лишь на корабле, а сейчас оставит всё так, как есть. Нет, мысли прочь! Они должны убираться с порта, пока не прибыло подкрепление. Варя остановилась и выждала несколько мгновений, пока пожар в груди стих, а глаза перестали сверкать углями. Нейл кивком головы указал на оставшихся лошадей.

– Я должен поднять франгар в воздух, там Геруцц не сможет навредить кораблю. Нужно спешить!

– Нужно забрать Гвен… – проговорила Варя, и устало махнула рукой, веля подруге подойти.

Когда та вдруг заупрямилась, девушка буквально зарычала:

– Вам стоит поторопиться, леди!

Варя видела, как фея несчастно вздохнула. Её плечи поникли под накидкой, и она буквально на цыпочках побежала через площадь, в ужасе переступая через тела поверженных городских стражей.

– Кто она? – Ревард кинул короткий взгляд на Карамель и подвёл одну из лошадей, собираясь сесть в седло.

– Это – Гвен, моя подруга. Ей я обязана жизнью и не оставлю здесь одну, – заявила Варя, для большей убедительности буквально подталкивая подругу в спину, прямо в руки мужчины.

Капюшон свалился с головы Карамели, и она ахнула, замирая в руках энра. Вот он, волшебный момент! Ах, пусть и не время сейчас, но она почти в объятьях дорогого Нейла. Уж такое тело он не посмеет игнорировать, да никогда! Ещё немного, и очарованный прекрасной Гвеневрой, воспылает ответной любовью…

– Крепче держитесь, – проворчал Ревард, усаживая подружку своей госпожи на лошадь.

Через мгновение энр оказался позади неё, в седле, и нахлобучил обратно капюшон, веля сидеть смирно. Нейл дождался, пока Трой с Варей оказались на второй лошади и они понеслись прочь с площади, зная, что совсем скоро за ними последуют стражи.

Варя так жалела, что сейчас не было времени обнять сидевшего позади неё Троя, и прекрасно видела, что тот явно был ранен. Долгожданное тепло согревало душу от мысли, что они больше не одни, что он рядом, но смешивалось с растущим волнением. Они должны были успеть! Только бы подняться в небо, наконец покидая враждебный Азелфлад. А там, уже будучи в безопасности, можно было вздохнуть с облегчением. Хотя бы на время.

Трой вёл лошадь по широкой дороге, следом за ними не отставали Нейл и Карамель. Причал уже виднелся впереди, оставалось немного. Слыша крики за спиной и нарастающий топот, Варя обернулась, замечая нагонявшую их стражу. Внезапно их лошадь привстала на дыбы, едва не сбрасывая седоков на землю, которая вдруг вздумала пойти волной перед ними. Животное заржало, тряся головой, и Трой придержал поводья, не давая себе и девушке свалиться. Геруцц, уверенный в том, что с лёгкостью остановит одного энра и уж тем более смертного кехнера, повёл рукой, в которой держал веер. Земля буквально взорвалась, выпуская на волю каменных стражей. Их длинные тела змеились, подбираясь к беглецам.

– Очаровательно… Ты гораздо интереснее, чем я думал. Кажется, это обещает быть забавным! – улыбнулся маг.

– Забавнее, чем ты думаешь… – пробормотал Трой и, пока Нейл пытался объехать помеху, взмахнул рукой, поднимая снежную завесу.

Он видел, как стиралась с лица стихийника довольная улыбка, когда ледяные обжигающие осколки принялись спиваться в незащищённую кожу, грозя превратить округу в ледяную пустошь. Ярость охватила леската, и он позволил своей силе в полной красе предстать перед самодовольным магом. Дорога устилалась льдом, и впервые за многие века замерзала. Снегопад усилился, ложась сугробами, укрывая крыши домов, и тяжестью наклоняя ветви близлежащих деревьев.

Нейл соскочил с лошади и, хватая возмущённую Карамель на своё плечо, как мешок картошки, побежал к кораблю. Фея окончательно продрогла под тонким платьем. Накидка никак не спасала от разгулявшейся непогоды. Но она была на руках возлюбленного, хоть и таким унизительным образом, а это уже счастье, которое хоть немного, но согревало…

Прибывшие стражники терялись в снежной буре, не имея возможности продвинуться вперёд. Униженный Геруцц отбросил свой нелепый в этот час веер, глядя на то, как обледенелые змеи-стражи замирают под слоем льда, всё сильнее и сильнее покрывающего их.

– Лескат… – яростно пробормотал Ганикс, призывая свою стихию, но та не могла противиться той силе, что сковывала землю сейчас, пусть лишь на время.

Трой видел, что товарищи добрались до корабля, и что трап был опущен, ожидая лишь их. Он истратил столько сил, что едва стоял, и должен был укрыть от стихии дрожавшую невесту, но глядя в глаза мага понял, что тот не примет поражения. Наверняка не один несчастный расстанется со своею жизнью, стоит им покинуть Церун, включая оставшихся позади стражников.

Трой соскочил с лошади и повёл рукой, укрывая Варю и бедное животное прозрачным куполом, не дававшим стихии добраться до них. Сам юноша пошёл вперёд, к Ганиксу, ощущая, как под ногами дрожала земля, выдавая бессильную агонию стихийника. Трой подошёл совсем близко к магу и остановился, глядя в глаза. Его правая рука вновь осветилась, концентрируя силу.

– Ты хотел показать мне мир, Ганикс, – проговорил лескат, – смотри же на мой…

Он поднял руку, и коснулся пальцами лба мужчины. Глаза Вари распахнулись шире, когда она увидела, как буквально в мгновение, управляющий обратился сверкающей ледяной статуей.

– Очаровательно… – коротко повторил за поверженным врагом Трой, и взмахом руки остановил бурю.

Солнце ярко засияло над заснеженным портом, а купол над Варей осел лёгкими блёстками льда, когда жених подошёл к ней. Лошадь тряхнула головой и взволнованно забила копытом по снегу. Трой успокоил её, поглаживая по шёлковой гриве. А затем протянул руки к девушке, желая поддержать её. Но Варя прекрасно видела, что он едва стоит, поэтому спрыгнула в снег сама, стуча зубами и вздрагивая от холода. А затем, просто схватила Троя за руку и потянула к франгару.

– Варвара! – раздался его возмущённый голос, но она не остановилась, увлекая жениха к трапу.

– Ты собрался помереть от истощения?! – кончики её волос заискрились, и она даже немного согрелась от того, как была сердита.

Глубокий снег не давал толком идти, укрывая их едва ли не по пояс. Трой что-то зашептал, и белая пелена перед ними расступилась, позволяя пробежать до причальной площадки. Ещё немного, и ноги уже ступали по деревянному трапу. Едва они оказались на корабле, как тот поднялся над портом, покидая Церун. Трой без сил опустился на пол, и прислонился спиной к борту. Варя села рядом с ним, устраивая голову на плече жениха, и для верности, что точно не исчезнет, взяла его за руку, сплетая их пальцы.

Вся одежда вымокла от таявшего снега, но сейчас это не имело значения, Варя смотрела на то, как у штурвала стоял Ревард, сосредоточенно глядя вперёд, уводя свой верный франгар с враждебной земли. Рядышком, на одном из больших ящиков, сидела Карамель, любуясь своим дорогим Нейлом, пока он был занят. Немного покоя, совсем чуть-чуть – они его заслужили.

Глава 12

– Там нет ничего, стоящего твоего внимания, – проворчал Трой, когда Варя попыталась привести в порядок его раненое плечо.

Он сидел на стуле, спиной к девушке, и положил руки на его деревянную спинку. Трой не мог видеть волнения невесты, но прекрасно ощущал его, поскольку та самая спина уже блестела от пота. В каюте становилось слишком жарко. И вовсе не от того, что он соскучился по возлюбленной. Варя оставила в покое аккуратную повязку, которую едва удалось толком закрепить, и отошла от Троя, глядя на свои ладони.

– Я – чудовище, люди в городе правильно говорили, – девушка приблизилась к круглому окну и открыла его, впуская свежий воздух.

Стул противно заскрипел ножками по полу, когда Трой поднялся и толкнул его ногой, убирая с дороги. Жених смотрел на неё своими яркими глазами, и Варя думала про себя, что уже и позабыла, как прекрасен был этот снежный принц. Сейчас «принц» был мрачен, и прохлада охватывала небольшое помещение, выдавая с лихвой его состояние. Крупные снежинки вновь коснулись её разгорячённого лица, стекая по щекам тёплыми дорожками.

Она стояла у окна, в ненавистной рубахе энра, такой длинной, что прикрывала даже колени, хвала Богам. Они так спешили, что не додумались прихватить одежды для девушки, и теперь обе, и Варвара, и её странная подруга Гвин, вынуждены были обрядиться в то, что завалялось в шкафу в каюте Реварда.

Их одежда сохла на натянутой между двумя балками верёвке, там, на палубе, благо тёплый ветер способствовал этому. И пусть не думает, что сможет выйти из каюты, пока останется едва одетой! От мысли, что одежда чужого мужчины касалась тела его невесты, Трой готов был рычать и сорвать с неё рубаху. Но, чувствуя, что мысли явно шли не в ту сторону, молодой человек тряхнул шумевшей головой и велел себе сосредоточиться на самых глупейших словах своей возлюбленной.

Как посмела говорить о себе подобное?! Он в два шага подошёл к девушке и остановился перед нею. Глаза Вари распахнулись шире, когда Трой оказался так близко. Но долгожданная прохлада манила, обещала безопасность, будто стоящий рядом повелитель снега был её спасением. Она чувствовала облегчение, хоть и была смущена невероятно.

– Никогда не смей говорить подобное, Варвара, – Трой опустил руки на плечи невесте, глядя на её лицо, – ты то солнце, что освещает собою мой путь. Как можешь сомневаться в себе? Как можешь подвести меня своим неверием и подобными рассуждениями?

– Я могу сжечь франгар одним неосторожным движением, – тихо проговорила Варя и подалась вперёд, рискуя прижаться лбом к груди Троя, – я так боюсь, что ты растаешь, как Снегурочка…

Девушка порывисто обняла его за талию, теперь не зная, что предпринять дальше, поскольку впервые творила подобное.

– Тебе ненадобно обладать для этого какой-либо магией, Варвара, – в следующее мгновение, Трой наклонился к её лицу и легко коснулся губ невесты, затем прильнув к ним в долгом поцелуе.

Он не должен был, не тогда, когда за тонкой стеной находились товарищи, но так истосковался по ней, что не устоял. Трой ещё крепче прижал к себе Варвару, словно боялся, что она вновь исчезнет, покинет его, вынуждая в отчаянии искать по всему свету. Ладони девушки скользили по его обнажённой спине, и потрясённая новыми ощущениями, она непроизвольно потянулась к жениху, отвечая на поцелуй.

Сердце Вари буквально замирало в предчувствии чего-то неведомого, прекрасного. Но веля себе остановиться, пока не перешёл границу дозволенного, Трой опустил голову на её плечо, чувствуя, как часто пульсировала тонкая жилка на шее невесты. Его губы не преминули коснуться и её.

– Разлука была невыносима, Варвара, – пробормотал молодой человек.

– Я тоже… тоже скучала. Сильно… – едва слышно отозвалась Варя, чувствуя, как лицо пылало.

– Но твоя близость не менее мучительна… – охрипшим голосом добавил Трой и шумно вдыхая, отпрянул от невесты, принимаясь смотреть в открытое окно.

Сперва Варя грешила на свои пироспособности, но потом до неё дошли слова жениха. Она торопливо отвернулась, пряча смущённое лицо в длинных прядях волос, и принялась лихорадочно перебирать пуговицы на рубахе, врученной Нейлом. Все застёгнуты, теперь они были все застёгнуты, по самую шею. Но это не спасало, и она уже подумывала о том, чтоб дать дёру из каюты и схватить свои драгоценные штаны, висевшие на верёвке неподалёку от лестницы.

– В Мейрне подобные речи непростительны, верно? – видя её смятение, Трой уже жалел о словах, сорвавшихся с его губ, – но я привык быть честен. Жениху не дозволено обсуждать подобное с невестой? Как это происходит у вас? Чем зани…

– Поверь!.. – Варя закусила губу и со всей силы зажмурилась, стараясь унять волнение, всё так же стоя к Трою спиной, – поверь, тебе не нужно это знать. Всё отлично. Угу. Так и есть…

Карамель продолжала рассыпать проклятия, адресуя их нечастному гребню, который никак не желал сам расчёсывать её прекрасные волосы. Как отвратительно быть без своих сил! И куда запропастилась Варвара? Всё это время подруга так ловко управлялась с её косами, самой же справиться было практически невозможно. Стоило привести в порядок одну прядь, как тут же спутывались остальные. Разве могла она так показаться Нейлу?

Скоро лескат сменит его у штурвала, и тогда она просто обязана воспользоваться случаем побыть наедине с возлюбленным энром. Карамель так замечталась, что и не заметила, как выронила гребень, который застрял в одном из колтунов, сверкая чеканным боком. Вещица была подарком бедняги Дюка и последним напоминанием о пребывании в Азелфладе.

Фея поднялась со стула и расправила края самой дорогой по её мнению одежды – рубахи Реварда. Карамель была счастлива, ведь короткая, она так походила на её привычный наряд, не стеснявший движений. Пока неудобное платье и накидка сохли, болтаясь где-то на палубе, она наслаждалась моментом свободы. Больше не нужно прятаться в балахоны и спотыкаться о длинный подол!

Карамель не удержалась и выглянула в коридор. Пусто. Ревард, отправляясь на поиски, не взял с собою команды, чтобы ненароком не выдать себя. Пусть сейчас и приходилось часами стоять у штурвала, меняясь с раненым лескатом, но она с радостью займётся его уставшей спиной. Но зачем же ждать, если можно и сейчас отправиться на палубу? Девушка пригладила белоснежные волосы, подвернула кое-как длинные рукава рубахи и на цыпочках пробежала по коридору к лестнице, ведущей к верхней палубе.

Стоило фее подняться наверх, как порыв свежего вечернего ветра подхватил и волосы, и подол её незатейливой одежды. Карамель придержала край рубахи, стараясь идти дальше по широкой палубе, но волосы вились не хуже флага и закрывали обзор. Спотыкаясь и бросая надежду появиться блистательно, Карамель продолжила сражение с природой. Отвратительно! Почему тут наверху так дует? Ах, ну почему они не в родном замке Бриартака? Всё против неё…

Цветочный запах он учуял ещё, когда девчушка вздумала подняться на палубу. Шла бесшумно, но это поначалу, затем бормотала проклятия, которым впору смутить и его солдат. Губы Реварда тронула улыбка, когда понял, что подружка Варвары, она же благородная Гвиневра, подобралась к нему со спины и теперь остановилась, дрит знает чего ожидая.

Его спина ныла, поскольку не отходил от штурвала с самого их отлёта. Но разве мог позволить хилому лескату заменить его? Так и с ног свалится… путь окрепнет. И вовсе не потому, что жалел мальчишку, нет. Просто не собирался доставлять хлопот госпоже Делме. И не хотел, чтоб печалилась Варвара. Хватит с этих женщин тревог. Их было предостаточно, и предстояло ещё многое.

Сейчас имелось немного времени, чтоб восстановить силы и передохнуть. Скоро они окажутся у родного Роеланда. Трой должен убедить невесту остаться в замке. Девчонка возомнила, что раз уж раздобыла пару мечей и до сих пор не обронила их, то могла рваться в бой! Нет, франгар держит путь на Бриартак! И никак иначе, убеждал себя Нейл, всё ещё ощущая спиной взгляд. Энр зафиксировал штурвал и неспешно повернулся к девушке.

Боги… Она явилась в одной рубахе! Длинные стройные ноги едва прикрывались жалкой смятой тканью. Верхняя пуговица попросту отсутствовала и теперь одежда грозила свалиться с плеча, оголяя нежную кожу. Спутанные волосы водопадом спускались едва ли не до щиколоток. Он заметил застрявший в прядях гребень с погнутыми зубцами, и уголок его глаза дёрнулся.

– Ты устал?

«Гвиневра» улыбнулась и сделала ещё шаг к нему, подступая совсем близко. Аромат её волос окутал мужчину, а неожиданная близость заставила тело отозваться совсем лишним сейчас желанием.

– Верно, – глаза энра заиграли оттенками серебра.

Она расхрабрилась, и подняла точёный подбородок, глядя на небритое лицо.

– Твоя спина наверняка затекла и ноет, – вздохнула сочувственно Карамель и рискнула провести кончиками пальцев по колючей щеке энра.

– Несомненно, – неожиданно вновь согласился мужчина, но фея была слишком околдована его «чарами», чтобы заметить подвох.

Он подался вперёд, к ней, и Карамель наивно зажмурилась, вытягивая губы и подставляя их для поцелуя. Тем временем Ревард осторожно высвободил гребень из её волос и выровнялся, собираясь вручить хозяйке. Он покачал головой, глядя на прекрасное лицо девушки. Она так и застыла, ожидая поцелуя, но ничего не происходило. Фея открыла глаза, рискуя подглядеть за объектом своего обожания, но Нейл взял её за руку, развернул ладонью вверх и торжественно вложил в неё гребень.

– Вы обронили своё оружие, эйслин Гвин, – невозмутимо заявил мужчина, решая вернуться к своей, несомненно важной работе.

Сгорая от смущения, Карамель отступила от него, но тут же ойкнула и схватилась за босую ступню. Она так спешила и совсем забыла, что не обулась. Теперь незащищённую кожу расцарапал гвоздь, торчавший из доски. Наклоняясь, фея вдобавок ударилась лбом о грудь Реварда, словно встретилась со стеной и готова была расплакаться. С тихим рыком Нейл поднял на руки непутёвую соблазнительницу и прошагал к нескольким ящикам, стоявшим у левого борта.

Ревард усадил притихшую девушку на крышку ящика, нагретую последними лучами солнца, и сам присел, затем вставая на одно колено. Не дожидаясь, пока девушка придёт в себя, Ревард взялся за её щиколотку и приподнял ступню, рассматривая рану. Царапина, но кожа была такой нежной, словно «Гвиневра» и не ходила по этой земле. Он бы и не обратил внимания на такую ерунду, но ведь будет болеть при каждом шаге…

– Как можно быть такой неосторожной? – проворчал энр.

Он воспользовался своей фляжкой, крепившейся к ремню, чтоб промыть царапину и бережно перевязал ступню большим платком, который достал из кармана штанов. Карамель только шмыгнула носом, сложила руки на груди и отвернулась от Реварда, глядя в вечернее небо. Затем принялась болтать ногами, как обычно и делала, каждый раз, когда сердилась или смущалась. Воин усмехнулся и поднялся во весь рост, а затем его тяжёлая ладонь опустилась на её макушку. Карамель замерла, не ожидая такого жеста. Её великолепный Нейл не сердился?

– У меня больше не найдётся кармана, чтобы укрыть тебя от любой напасти, поэтому будь добра, не делай глупостей, – проговорил энр, и его сапоги привычно скрипнули кожей, когда он отправился обратно к штурвалу.

Он ведь достаточно утешил? Хватит и этого для негодяйки.

– Что? – едва слышно пробормотала фея, растерянно моргая длинными ресницами.

Ревард услышал, как участилось дыхание вруньи. Она и правда думала, что он поведётся на эту наглую ложь? Ладно Варвара, она его звериную природу толком не ведала, хотя и был сердит на госпожу. Она не доверяла ему? Почему таилась?! Но мелкая заноза… дурачить его собралась? Боги, за что ему такое наказание? Он явно разгневал кого-то там, на небесах. Как могла решиться на такое безумие? Пожелала стать смертной? Стоило оставить на несколько дней без присмотра, как учудила! Или так боялась его гнева из-за того, что не уберегла госпожу? Посчитала, что он способен был сотворить с нею нечто в порыве ярости? Думала, что смертную женщину он не тронет?

– Я так страшен? Я! – продолжал ворчать Ревард, размышляя и стоя у штурвала. Встречный поток ветра остужал разгорячённое лицо. То, что нужно сейчас.

– Ты знал, кто я? – раздался за его спиной тихий голос Карамели.

– Я узнаю тебя в любом обличии! – зарычал воин, немедленно поворачиваясь к ней.

Пусть теперь страшится его гнева! Но фея лишь счастливо вздохнула, кидаясь ему на шею. Боги, оставалось только обречённо вздохнуть и позволить ей висеть на нём, болтая босыми ногами.

Глава 13

– Нам нужно пробраться к Раудмору! – выкрикнул Девин, обращаясь к своим товарищам, укрывавшимся за каменной грядой.

Воздух был так горяч и сух, а пылевая завеса не давала толкового обзора. Молодой человек обтёр покрытое гарью и испариной лицо и спрыгнул вниз, на сухую землю, пошедшую трещинами. Она продолжала содрогаться, предвещая скорое нападение макои. Время на передышку было так невелико. Войска Идгарда, при значительной поддержке лескатов и нескольких драконьих родов, смогли продвинуться вглубь пустоши. Но вот уже в который раз они оттеснялись бурей, поднятой ненавистными стихийниками.

Старшая Гэйнор укрылась в замке, направляя свою демонскую армию, питаясь силой, заключённой в стенах Раудмора. Ведьмы наверняка объединились, чтобы сдержать королевских воинов, а значит, были так же уязвимы, как и сильны. Вираг протянул товарищу старую флягу, давая напиться. Закрывая на мгновение солнце чёрными крыльями, рядом с ними величественно опустился дракон. Бун Амвар, сын правителя Крадеона, коротко склонил голову, и тряхнул ею, убирая со лба прилипшие чёрные пряди.

– У меня плохие вести, Кайонаодх! – он кивнул в сторону края гряды, приглашая временного союзника последовать за ним.

Девин тепло пожал плечо Вирага, вернул ему полупустую флягу и прошёл за Буном. Едва они достигли отдалённого места, чёрный дракон махнул рукой, разгоняя пылевую завесу, не дававшую нормально дышать, и заговорил.

– Я слышал от отца о том, что доложили шпионы Идгарда. Я не стал бы делиться этим с тобой, Кайонаодх, да только мы сейчас в одной яме и выбираться нам вместе. А я намерен покончить с проклятой пустошью. Она у меня уже здесь! – юноша нервно ударил ребром перепачканной ладони по своей шее, – я лишь один из пятерых братьев, невелика потеря для отца. Но своего не упущу.

Чёрные глаза дракона сверкнули.

– Так что же ты узнал? – нетерпеливо спросил Девин, и едва удержался рукой за горячие камни, когда неподалёку взорвалась земля, запуская в воздух град из мелких камней и земли.

Юноши укрылись, насколько это было возможно, но время кончалось. Франгары прикрывали их, открывая огонь по макои, что сейчас и происходило. Но стоит Келемен вновь атаковать, как они буду отрезаны от товарищей, полагаясь только на свои крылья.

– Роеланд и так был ослаблен недавней войной с Азелфладом. Сейчас Идгард бросил войска в пустошь, тем ослабляя границы. Об этом стало известно тем, кому не следовало бы! – процедил сквозь зубы Бун, – пока мы здесь терзаем песок, возможно враг уже подтягивает войска к границам Роеланда! Именно такие слухи поползли, и многие готовы сбежать, поджав хвосты, чтобы иметь возможность отразить внезапное нападение.

– Они не посмеют… – глухо пробормотал Девин, и его голос был заглушён чудовищным грохотом.

– Даже я понимаю, что если в ближайшее время не покончим с Раудмором, то они посмеют. Мой отец отступает, ссылаясь на то, что Крадеон находится на самой границе королевства. Та же мысль может прийти в голову и Левену Миклосу. Тогда что станешь делать? – не унимался Бун.

– Нелепые домыслы! – обоих юношей едва не сбило с ног ледяным потоком воздуха, моментально остужая.

Хозяин Ильхада довольно странно смотрелся среди поля боя в своих белоснежных одеждах, словно грязь и гарь не касались его, и был в гневе.

– Сбежавший трус не убережёт и свой дом, юный Амвар, – холодно произнёс Миклос, подходя к ним, – оставшись здесь, вы в большей степени принесёте пользу королевству. И вверенные мне войска не кинутся в бега, иначе падут от моей же руки. Каждый, кто решится на подобное.

– Прошу простить мне подобные речи, эйсель Миклос, – Бун коротко склонил голову, не ожидая, что будет услышан тем, кого недавно осуждал.

– Мы встанем стеной. Примем стихийников на себя. Придётся пожертвовать и несколькими франгарами. Вы же, поднявшись к небу, там, где сила Келемен слабнет, сможете подобраться к Раудмору, – принялся пояснять Левен, кидая прозрачный взгляд на молчавших юношей, – если сёстры Вахайра все свои силы отдают Гэйнор, позволяя поддерживать волны прибывающих макои, то они в скором времени будут истощены.

– Я не позволю вам… – Девин осёкся, делая шаг к снежному соседу.

– Я ещё должен убедиться, что матушка будет иметь счастье, обнять вас по возвращению, юный Кайонаодх, – проворчал лескат, приподнимая свой подбородок, – поэтому не смейте хоронить меня раньше времени. Позволим ночи стать нашим союзником. А сейчас – хватит слов. Вы получите знак, когда следует выступать.

Бун кивнул, немедленно обращаясь и взлетая в тревожное темнеющее небо. В дыму и поднятой пыли, толком и не понять, что солнце лишь достигло зенита. Чёрный дракон полыхнул огнём, испепеляя очередную тварь, подбиравшуюся к гряде. Делая круг над открытой площадкой, он устремился вперёд, туда, где чернели точками франгары.

Девин задержался на минуту, не решаясь оставить предводителя снежных лескатов. Видя тревогу в золотых глазах юноши, Левен заставил себя тепло улыбнуться. Вышло криво, и он понял это по выражению лица дракона.

– Ступайте, Девин. Ваши товарищи ждут.

– Одного из них я оставляю здесь. И надеюсь встретить, когда вернусь. Иначе буду очень зол, – глухо проговорил молодой человек.

– Стихийник Вираг-достойный человек, – согласился Левен.

– Несомненно, – отозвался Девин, – но я говорил о вас. Не станем огорчать мою дорогую матушку, поскольку ожидает она не только моего возвращения…

Золотые крылья расправились, укрывая беловолосого мужчину от боя, и через мгновения, стоило опасным каменным осколкам опасть в пыли, зверь взмыл ввысь, сверкая чешуёй.

Наконец имея возможность надеть свою удобную одежду, Варя прошлась по верхней палубе и остановилась возле борта. Трой сердито прошёл следом и стал позади невесты, затем опуская ладонь на её плечо.

– Варвара, – окликнул молодой человек.

– Мы не можем вернуться в Бриартак, Трой, – Варя обернулась к нему, сверкая золотым взглядом.

Девушка глубоко вздохнула и зажмурилась, затем спокойнее выдыхая. Она открыла глаза, но цвет не изменился, выдавая волнение. Трой не стал сообщать об этом невесте, не желая расстраивать ещё больше.

– Ты будешь в большой опасности, находясь вблизи Вахайра. Прошу, услышь меня, Варвара, – снова воззвал к ней лескат.

– Это вы все будете в опасности, находясь рядом со мной, – глухо ответила девушка, – я не могу сидеть у окна и ждать, пока мой брат вернётся. То, что я видела – это очень важно. Я просто чувствую, что должна туда идти.

– Как я могу отпустить? – возмутился Трой, – как я могу позволить?

– Послушай, – Варя села на деревянный пол прислонилась спиной к борту, – так надо.

Трой мгновение смотрел на неё с высоты своего роста, затем опустился рядом, заставляя себя слушать невесту.

– Ей нужен этот меч, – проговорила Варя.

– Не смей говорить так, будто кто-то овладел тобою, – не выдержал Трой.

Варя усмехнулась, вспоминая свои же недавние слова.

– Давай назовём это «шантажом», – предложила девушка, – так вот, Иша шантажирует меня, и хочет, чтоб я шла в эту пустошь. Если я не пойду добровольно, то, боюсь, что никто меня спрашивать не будет. Если раньше она просто использовала меня, не оставляя даже воспоминаний, то сейчас позволяет контролировать ситуацию. Она даёт мне свою силу. А каждый раз, когда сплю, я вижу во сне разные события. Представляешь, я видела, как всё было на самом деле, как она погибла. Точнее, как сама приказала своему стражу убить себя.

– И зачем это Великой Игрэйн? – нахмурился Трой, поворачивая голову и глядя на невесту.

– Пока королева жива – жива и её армия. Она видела, во что превратилось всё вокруг. Наверное, это было больно… – пробормотала Варя, – погибло всё, не осталось ничего. Там было выжженное поле, только пепел и лава. Жуть просто. Иша захотела остановить всё это, вот и приказала своему стражу убить её.

– Но зачем тебе отправляться в Вахайр?

– Там, в каком-то замке, находится тот меч, которым её убили. Кажется, ведьмы использовали это оружие, чтобы призвать Ишу. Трой, она не успокоится, пока не получит этот меч обратно.

– У сестёр ранцтюр последнего стража? – глухо пробормотал Трой, – если с помощью него ведьмы совершили обряд, то меч нужно уничтожить.

Он собрался подняться, но Варя удержала за рукав и вынудила сесть обратно. Для большей уверенности, что жених не сбежит уничтожать ведьм, она обхватила руку Троя и прижалась щекой к его плечу.

– Я быстро сбегаю туда, заберу меч и вернусь. А ты постоишь на шухере… – зевнула она.

– На чём постою? – молодой человек повернул голову и поцеловал невесту в лоб.

– На стрёме, – пояснила Варя.

– Где у Раудмора находится «шухер» и «стрём»? – на полном серьёзе поинтересовался лескат, – почему я должен там стоять?

– Трой, – позвала она вместо ответа.

– М-м?

– Ты меня не остановишь. Важно, чтоб ты знал. Не хочу врать. Не придумывай сейчас, как вы с Ревардом запрёте меня дома. Я его спалю. Поверь, я знаю, о чём говорю. Её сила – она ужасна. Меня бесит то, что мною пользуются, но в её действиях есть логика. Если мёртвая королева хочет уничтожить меч, чтобы никто его больше не использовал, то нужно найти это оружие.

– А если ты ошибаешься, Варвара? – тревожно спросил молодой человек, – нам неведомы планы Игрэйн. Где гарантия, что ты не пострадаешь? Я не запру тебя. Верно. И зная тебя – понимаю, что это бесполезно. Что ж, я последую за тобой, как и говорил ранее.

– Спасибо, что согласен, – Варя порывисто обняла жениха, и под наплывом чувств, рискнула коснуться его губ поцелуем.

Трой с мгновение медлил, словно чуял подвох, но затем ответил девушке, усаживая её к себе на колени. Её длинные волосы укрыли их обоих медной завесой. Немного счастья она заслужила, верно? Варя никогда бы не призналась ни единому живому существу, что безбожно лгала. Мучалась от этого, но лгала. Она не позволит любимому даже приблизиться к проклятому замку. Нет, не будет такого. Как и не подвергнет опасности свою ворчливую няньку. Про Карамель и говорить нечего. Мысленно она просила огненную Ишу стать её подельницей, и помочь остановить друзей, когда потребуется.

Сегодня нужно заставить себя заснуть. Она должна точно знать, где находится меч и как пробраться к нему. У неё будет только одна попытка, и она должна быть удачной. Мартайн была права. Она стала предвестником беды для этого мира и теперь должна была исправить то, что могла. Девин рисковал своей жизнью, находясь сейчас в аду. Варя прекрасно помнила, на что способны демоны, призванные ведьмами. Что бы ни случилось, она должна быть храброй, она должна идти.

Как-то Нейл сказал: «Я могу обучить воина, но не смогу заставить его любить свою землю. Ты должна найти для себя то, что услышит твоё сердце, Варвара. Нет воина сильнее того, что защищает свой дом. Это лучший щит». Сегодня она могла сказать Реварду, что нашла это для себя. Любовь была в её объятиях, она ворчала у штурвала, она босиком любовалась ночным небом, она сражалась в небе Вахайра, паря на чудесных золотых крыльях, она ждала их всех дома, наверняка стоя у окна и в этот поздний час. Она нашла свой щит, так разве не выстоит?

Глава 14

– Не желает ли госпожа вернуться в дом? – осторожно поинтересовалась Румина, заглядывая в уставшее лицо Делмы.

Кай только задумчиво качнула головой, не соглашаясь с разумным предложением служанки. Уже который день они отправлялись на улицы Аделхейта, чтобы наравне с простыми горожанами оказывать помощь пострадавшим. Дорожное платье эйслин Кайонаодх испачкалось в земле, после долгих хождений по изувеченным дорогам столицы, но она не обращала внимания на подобное. Два гребня поддерживали волосы хозяйки, и одна прядь выбилась из аккуратной причёски, скользя по разрумянившейся щеке женщины.

Делма с тоской наблюдала за тем, как сидя на поваленном стволе дерева, молодая женщина укачивала младенца, укутанного в кусок простой ткани. Горожанка что-то тихо напевала, глядя на ребёнка с такой любовью, что глаза Кай увлажнились, и она прерывисто вздохнула.

– Госпожа.

Румина решилась коснуться рукава Делмы, а затем, когда женщина не отреагировала, отобрала у неё тяжёлую корзину с тем необходимым, что они прихватили из дома, чтобы помочь нуждающимся.

– Нам не стоит здесь задерживаться, – проговорила служанка, – стража предупреждала, что стены этих зданий могут не устоять и рухнуть в любой момент. Нужно идти дальше.

– Любые стены могут рухнуть в одночасье, Румина. И как же порой не хватает сил идти дальше… – тихо прошептала Кай, и всё же пошла по расстресканной дороге, мимо разрушенных домов.

– Никаких известий с Вахайра, или от вашего помощника не было, – осторожно продолжая говорить, девушка поспешила за хозяйкой, – это лучший знак, госпожа. Не печальтесь. Эйсель Девин молод и крепок! Кто справится лучше, чем наш дорогой господин? Да никто! А эйслин Варвара наверняка у добрых людей. Я верю в справедливость. Иначе просто и быть не может. Скоро все соберутся в доме за большим столом, и смогут взяться за руки.

– Я желаю лететь за ними вслед, – глаза Делмы налились золотом, а с губ сорвалось облачко чёрного дыма.

– Вы же не станете причинять хозяину подобное беспокойство? – проворчала Румина, подтыкая подол платья за широкий пояс, чтобы не мешал идти по развалинам.

И не беда, что при этом оголились ноги, да повыше щиколоток. В иной раз хозяйка бы наказала за такую дерзость и бесстыдство, но сейчас была погружена в свои мысли.

– Не стану, – печально отозвалась Делма.

– Вы как всегда мудры, – порадовалась девушка, следуя за нею, – какое счастье будет встретить их дома: юного господина и госпожу!

– Ты забываешь Эйселя Миклоса, Румина, – глухо возмутилась Кай, – и Троя, который вскоре станет частью нашей семьи. За каждого из них мы молимся Богам. Как же иначе?

Хозяйка прошла вперёд, придерживая подол, и не позволяя любопытной служанке разглядеть горевшее смущением лицо. В её-то годы краснеть! Всё последние тревожные дни, полные печали и одиночества, не иначе. В это время только и оставалось, что предаваться размышлениям, а когда они измучивали, то все силы и время тратили на помощь нуждавшимся, а их было немало в Аделхейте.

Делма думала над словами Троя, услышанными в ночь празднования во дворце, и над тем, что рассказал сын. Сомнения терзали её, путали, не давая толком понять собственные чувства, но сегодня Делма могла себе признаться в том, насколько она заблуждалась. Судьба будет несправедлива к ней, если не позволит исправить это и вновь увидеться со снежным соседом. Она молилась о его возвращении, и желала победы в бою не меньше, чем родному сыну.

Столичный дом Миклосов так сильно пострадал, что жить в нём сейчас было невозможно. Прислуга сейчас находилась под крышей дома Кайонаодх, и Делма надеялась, что и сам повелитель лескатов по возвращению остановится на некоторое время у них, пока уладятся все вопросы. Тем временем, Кай вместе со своей помощницей подошла к зданию Ардиана, где ранее проводились представления, а сейчас открылась временная лечебница для горожан.

Делма неспешно поднялась по ступеням, глядя на многочисленные трещины, на них. Прекрасное здание выстояло, и принимало всех нуждающихся в свои стены. Они с Руминой приходили сюда каждый день и один из местных лекарей, разглядевший Делму из открытого окна, склонил голову в почтении, приветствуя эйслин.

Туманное утро окутало прохладой и заставило поёжиться. Варя вздрогнула, когда следующий порыв свежего ветра ворвался в окно, раскрывая его настежь. Девушка торопливо подбежала к нему и закрыла, проверяя надёжность защёлки. Затем она вернулась к подруге, терпеливо восседавшей на табуретке, стоявшей посреди каюты, словно сказочная Рапунцель. Роскошные волосы осыпали плечи и спину феи, мягкой волной ложась на пол. Варя на мгновение залюбовалась подругой, глядя на её профиль, который золотило рассветное солнце.

– Ты красавица, Карамелька, – отвесила она комплимент, но фея только опустила голову, пряча лицо в прядях волос.

Варя подошла к подруге и вновь взялась за гребень, продолжая приводить волосы в порядок. Для удобства она решила сплести косу и поинтересовалась:

– Что грустишь?

– Ах, Варвара! Где взять смирения и сил?

– Суровый челябинский мужик никак не поддаётся? – улыбаясь, спросила Варя.

– Мой дорогой Нейл может и «челябинский» немного, – поняла по-своему фея, – но достойнейший из воинов.

– Ну, я вроде как то же самое и сказала, – пожала плечами девушка, продолжая укладывать длинные пряди, – наш Ревард – лучший.

– Так близко и так недосягаем… – прошептала печально Карамель, – я была так самонадеянна? Не быть мне Дюймовочкой из Мейрна. Стоило бы пропасть навеки.

– Я тебе пропаду! – погрозила ей гребнем Варя, – вот придумала!

– Впервые в жизни мне удалось коснуться его и обнять, – тихо проговорила фея, – что ж, эти мгновения стоили того. Я не стану жалеть, хоть и не знаю, что же мне делать дальше.

– С меня советчик – так себе, – отозвалась за спиной подруги Варя, – но вот в группе в универе у нас была такая – Юлька Малашкина. Так вот она за Ромкой Щукиным всё бегала-бегала, в любви признавалась, а он – ноль на массу. А потом ей осточертело и просто игнорить стала. Как будто и нет его. Так ты знаешь, что?

– Что? – насторожилась фея.

– Он через несколько дней за нею сам бегать стал, проходу не давал, – хмыкнула Варя, – знаю, что странно это, но иногда и такое случается. Может и Ревард у нас в душе «Щукин» окажется? А может и это не сработает. Зато нервы целее будут.

– Учиться смирению – это хороший совет, Варвара, – кивнула Карамель и поднялась со стула.

Её тяжёлая коса скользнула по плечу, опускаясь ниже колен, и фея посмотрела на подругу своим ясным взглядом.

– Я буду терпеливой и буду учиться. Я приложу все силы.

– Я рада, – Варя обняла подругу, – обещай, что так и будет, что бы ни случилось.

– Клянусь тебе, Варвара, – Карамель вздрогнула, замерзая в одной рубахе.

– Давай, начнём с того, что кое-кто сам зашнурует свои ботинки, – потянула Варя, кивком головы указывая на обувь, стоявшую у одной из узких коек.

– Терпение и смирение, – пробормотала фея и отправилась за своей одеждой, которая так же ожидала свою хозяйку, расстеленная на колючем покрывале, – смирение и терпение.

– Я тобой уже горжусь! – проговорила за её спиной Варя, складывая руки на груди и наблюдая за действиями подруги.

Карамель несчастно вздохнула, но затем мужественно потянулась за ботинками. Девушка подняла их в руке, глядя как мерно покачивались длинные шнурки.

Ревард прошёлся по палубе и остановился рядом с Троем, который в этот час стоял у штурвала. Молодой человек приветственно кивнул товарищу, но не отошёл, продолжая глядеть вперёд. Он сменил энра ближе к полночи, и это был настоящий бой. Хвостатый никак не собирался подчиняться, вцепившись в штурвал едва ли не зубами! Так и стоя заснуть недолго…

Туман понемногу рассеивался, позволяя разглядеть находившуюся под франгаром территорию. Они давно находились у берегов Роеланда и сейчас пересекали Скендер. Он по-прежнему сверкал прозрачными куполами, переливаясь под лучами рассветного солнца цветным стеклом. И по-прежнему склонялись кроны деревьев дуньяна, пуская по ветру дождь из фиолетовых лепестков. Аромат их достигал и франгара, заставляя Нейла шумно вдохнуть влажный воздух.

– Вскоре будем у Бриартака. Как могли не уговорить госпожу остаться в замке? – заворчал энр, упирая кулаки в бока.

– Сам хоть раз убедил её в чём-то? Проклятье! – Трой сильнее сжал пальцами штурвал.

Свежий ветер трепал его волосы, остужая тело, но не мысли.

– Ваша правда, – вынужден был согласиться Ревард, – она желает подобраться к Раудмору, что практически невыполнимо, как не таись, а тем более, когда идёт бой.

– Никто и не собирается таиться, – проговорил Трой, – чую, что идём мы напролом…

– Это безумие!

– Именно. Но ведьмы не тронут ту, которую так жаждали призвать, энр! Именно это Варвара доказывает мне уже столько времени, – прорычал лескат, – она нужна сёстрам и это может стать пропуском в Раудмор.

– Если у нас есть лишь этот путь, то пройдём и его. Раз призванная Иша Игрэйн истязает тело госпожи из-за этого меча, его надлежит уничтожить любой ценой и в этот раз навсегда, – отозвался Нейл, – франгар остановится у ворот замка в Бриартаке, и «Гвиневра» сойдёт на землю. Она останется. Не место ей в пустоши. Мы же отправимся дальше и к ночи прибудем к границам Вахайра.

– Нет ни единого живого существа, которому было бы место в этих гиблых землях, Ревард.

– Особенно некоторым, кто собирается едва живым туда заявиться! – Нейл собственнически отобрал свой штурвал, вынуждая Троя отойти в сторону.

– Эй! – возмутился молодой человек.

– Берегите силы, эйсель Миклос. Они вам понадобятся, – добавил Ревард.

– Сам же решил истратить их до капли? – кинул ему в ответ Трой, сердито глядя на товарища.

– Моих сил на вас троих станет, – рыкнул энр, – да что проку в них, без вашей магии? Кулаками в пустоши не помашешь, ибо не с кем.

– Тебе так же стоит остаться…

– Только посмейте произнести это, и я не посмотрю ни на титул, ни на то, что почти родня хозяйке, – предупредил Ревард, – я вам девица, что ли?!

– Твоя сила не равна макои, энр! – едва скрывал беспокойство Трой.

– Зато бегаю я быстрее, – ухмыльнулся Нейл и потёр давно небритый подбородок.

– Решил, что станешь мишенью?

– Они на движение реагируют быстрее, чем на запах, – деловито принялся пояснять мужчина, – выиграем нужное время.

– Что ещё придумал?! – резкий тумак в плечо едва не заставил выпустить штурвал.

Ревард зарычал, поворачиваясь и сталкиваясь с хозяйкой. И как так увлёкся беседой с лескатом, что упустил её из виду?! Ну хорош, ничего не скажешь…

– Собрался носиться по полю, задрав хвост?! – снова возмутилась Варя, – что вообще за планы такие?

– Мы подлетаем, госпожа, – Нейл быстро сменил тему, пользуясь тем, что на горизонте показался Бриартак.

Варя торопливо подошла к борту и посмотрела вперёд, на знакомые очертания замка и окрестных земель. Боже, как близко, сердце радостно стучало. Но это только остановка, а вовсе не возвращение домой. Но она всё равно была счастлива за неожиданную возможность вновь увидеть Бриартак. И пусть это станет для них добрым знаком.

Вскоре франгар опустился на мощёную светлым камнем площадку за внешней крепостной стеной, окружавшей замок. Немедленно ворота открылись, и прибывших вышел встречать Битан – управляющий, вместе с несколькими воинами. Мужчина торопливо подошёл к опустившемуся трапу, едва скрывая радость по поводу возвращения юной хозяйки и Реварда. Он поклонился и Трою, который остался стоять на палубе, не спускаясь вниз, на землю.

– Какое счастье для всех нас, госпожа, – Битан вновь поклонился, – погода портится, вам стоит пройти в замок, чтобы не намокнуть под дождём.

– Мы не остаёмся, – мотнула головой Варя. Видя растерянность и тревогу мужчины, она поспешила добавить, – нужно просто закончить дела и всей семьёй соберёмся дома. Правильно я говорю, Ревард?

Теперь девушка перевела взгляд на мрачного Нейла. Тот кивнул Битану и жестом руки велел Карамели спускаться. Фея осторожно сошла с трапа и остановилась рядом с энром. Что-то уж совсем тихая с самого утра. Это пугало больше привычного шума. Ревард осторожно подтолкнул девушку своей ладонью в сторону управляющего.

– Это эйслин Гвиневра из… – Нейл замялся, придумывая, что соврать.

– Из Камелота, – добавила Варя и мысленно скривилась.

– Моё почтение, – Битан поклонился фее, ругая себя за слишком откровенное восхищение незнакомкой.

Она была поистине прекрасна и походила на сестру эйселя Миклоса. Те же голубые глаза и белоснежные волосы. Она принадлежала к лескатам? Камелот? Что за земли и кто их правитель? Неужели правитель Ильхада где-то малость подшалил и теперь скрывал своё прекрасное внебрачное дитя?.. Хотя, кажется, он должен остановиться, пока не поздно!

– Она под моей опекой, – мрачно пояснил Ревард, злясь от того, что управляющий посмел распустить слюни при виде феи.

– Разумеется, – поспешно закивал Битан, с опаской поглядывая на хозяйского помощника.

Зверь – зверем… Тут уже лучше тихо помалкивать и кивать согласно, так целее будешь.

– Она останется в замке, ожидать нашего возвращения, – пояснил Ревард, пристально глядя на управляющего.

– Не беспокойтесь об этом, – Битана вновь охватила тревога, когда он понял, что франгар вновь покидает земли Бриартака.

– Обещай, что будешь сначала думать, а потом делать, – тихо проговорил энр, глядя на Карамель.

Фея молча кивнула, и он нахмурился.

– Ну же, – потребовал Нейл.

– Обещаю, – отозвалась девушка, и сдержалась из последних сил, чтоб вновь не коснуться его.

– Ты справишься, а когда вернусь – удостоверюсь в этом, несомненно, – проговорил Нейл, затем неловко пригладил волосы феи и широким шагом покинул площадку, поднимаясь на франгар.

Варя порывисто обняла подругу, успокаивая обещанием вскоре вернуться, и велела себе не реветь перед феей от избытка чувств. Вскоре франгар вновь поднялся в хмурое небо, и Карамель всё смотрела ему вслед, прижимая руки к груди, в которой взволнованно билось сердце.

Глава 15

Вечер наступил гораздо раньше, именно так подумалось Варе, когда небо над кораблём стало утрачивать свои яркие краски, становясь блеклым и тревожным. Ревард сделался вовсе молчаливым и мрачным, сосредоточенно удерживая франгар на нужном курсе. Делать это становилось всё сложнее, поскольку ветер усиливался, становясь всё холоднее, и теперь носил по темнеющему небу рваные тучи.

Нейл потянул носом воздух, понимая, что теперь ощущал запах дыма. К тому же сухой песок, смешанный с колким снегом, буквально швыряло в лицо, царапая обветренную кожу. Варя тряхнула головой, убирая с волос снег, и потёрла глаза, поскольку песок попал и в них. Корабль приближался к пустоши, и то, что сейчас Трой видел перед собою, стоя рядом с товарищами, заставляло пробормотать проклятия.

Земли под ними не разглядеть, всё застилал клубящийся дым. Лишь были едва приметны редкие вспышки и слышался грохот, когда в невидимый ими бой вступили королевские франгары. Трой подбежал к одному из бортов, пытаясь разобрать происходившее. Он прекрасно понимал, что невиданное похолодание в Вахайре и носившийся в воздухе снег говорил о том, что там, внизу, сражались воины отца.

– Келемен атакуют, – прокричал сквозь шум Ревард, и велел Варе немедленно сесть на пол у борта, не позволяя ветру сбить её с ног.

Девушка подчинилась, теперь большими глазами глядя на то, как громадное чёрное облако, принялось принимать форму опрокинутой воронки. Она прекрасно знала, что за этим последует, насмотрелась такого и на Земле, благо лишь по телевизору.

– Будет торнадо, Нейл! – выкрикнула девушка товарищу и снова поднялась, но Трой надавил на плечо невесты, вынуждая вновь сесть на пол.

– Стихийники используют смешение потоков воздуха, над Вахайром это так легко, – борясь с ветром, проговорил ей Трой, – но лескаты не дадут прогретому пустошью воздуху подняться выше и образоваться смертоносному орхану.

– Нас сметёт к дриту. если подлетим ближе! – прорычал Ревард, глядя на опускавшийся из смерчевой воронки столб, который всё ширился, грозя смести всё живое на своём пути, – нужно садиться здесь! Иного выхода нет!

Трой подбежал к товарищу, помогая удержать штурвал. Над ними скрипели мачты, а паруса, не выдерживая чудовищных порывов ветра, грозили сорваться прочь, что вскоре наверняка и случится. Варя вздрогнула от ледяного ветра, вжимаясь спиной в холодное дерево борта. Тело франгара содрогалось, сопротивлялось затягивающей стихии, словно живое существо.

– Давай, дружище, – обратился к кораблю Нейл, щурясь от летевшего в лицо снега, – я знаю, что ты сможешь…

Воздух становился ещё холоднее, обжигая лёгкие при каждом вдохе. Варя тихо вскрикнула, когда одна из мачт, переломавшись пополам, принялась заваливаться рядом с нею. Но в следующий миг она была сорвана с основания, словно невидимой рукой, и вместе с обрывками паруса унесена прочь с франгара. Корабль накренился, вздрогнул ещё сильнее, и девушка в панике попыталась схватиться хоть за что-нибудь, боясь сорваться за борт.

– Не вставай! – крикнул ей Трой, едва различимый из-за густого снега.

Нейл пытался посадить судно, не впервые не имея понятия о том, что творилось на земле. В прошлый раз франгар рухнул в расщелину на Мергасе, и получил довольно серьёзную пробоину, но смог вновь подняться в небо. Сейчас, раненый и давно требовавший капитального ремонта, корабль рисковал совершить свой последний полёт. Энр заскрипел зубами, всей душой желая сохранить крылатого товарища, и жизни тех, кого иманол нёс на этом борту.

От волнения Варя почувствовала, как в груди вновь растёт пожар. Ещё немного, и снег более не мучил её своим холодом, он таял, стекая водою по волосам и одежде. Воздух вокруг неё так прогрелся, что принялся топить окружавший снег. Глаза девушки сверкнули огнём, когда Трой выкрикнул что-то сквозь ледяную бурю.

– Варвара!.. – он выставил руку вперёд, удерживаясь второй за один из канатов, – ты должна прекратить!!

Тело франгара тяжелело, ибо таявший снег ложился коркой льда, укрывая и изорванные паруса сверкающим пленом. Варя задохнулась от увиденного, но вместо того, чтоб прекратить, лишь сильнее запылала. Трой отпустил свою опору и пробрался к ней, вовремя пригибаясь, когда рухнула ещё одна искалеченная мачта. Корабль кренился всё больше, грозя сбросить их в тёмную бездну. Ещё мгновение, и Трой обнял невесту, в этот раз не согревая, напротив, сковывая ледяными объятиями, позволяя огню в груди немного утихнуть.

– Держитесь!! – хрипло прокричал Ревард, и франгар тяжёлым камнем понёсся вниз, к невидимой в стихии земле.

Пелена дыма и снега окутала корабль, и с грохотом он достиг измученной земли, взметая ввысь обломки досок и земли. Варвара задохнулась от сильнейшего удара, хоть половину его Трой и принял на себя, укрывая своим телом невесту. Разрушенный франгар накренился полностью, ложась набок, и они выбрались из-под обломков, пытаясь разобрать, где находились. Варя попробовала сесть, но рукавом зацепилась за край доски и разорвала тонкую ткань рубашки. Лоб саднил от оставшейся после удара царапины, и она в ужасе принялась оглядываться, желая отыскать Нейла.

Неподалёку раздался хриплый рык и, отшвыривая в стороны обломки, им явился огромный зверь. Энр тряхнул всем серебристым телом и оскалился, обнажая белоснежные клыки. В два прыжка он оказался рядом с товарищами и обратился, спускаясь по развороченному борту уже человеком.

Ревард помог подняться Трою, а затем протянул руку Варе, вытаскивая хозяйку на свободное место. Земля под их ногами вздрагивала, говоря о том, что находились совсем рядом с разразившимся боем. Холод здесь ощущался гораздо сильнее, и с губ девушки сорвалось облачко пара. Трой тряхнул головой, убирая прилипшие ко лбу пряди волос и указал на беснующееся небо.

– Орхан получает силу за счёт того, что горячий воздух уходит вверх. Земля в Вахайре суха и измученна жарой, в ней нет жизни. Это на руку стихийникам. Но лескаты не позволят увеличить скорость вращения ствола орхана и не дадут клану предателей уничтожить флот и тех, кто оказался на пути смерча. Они укроют землю льдом и остудят воздух, а затем, как я предполагаю, и как поступил бы отец – выставят щит…

– Щит? – пробормотала девушка, – из чего?..

– Нам нужно идти! – Нейл не позволил им продолжать разговор.

Не нужно госпоже знать о том, что ожидает войска Левена Миклоса, как не нужно сейчас и его сыну задумываться об этом же. Ледяной щит, частью которого станут лескаты, удерживая врагов, для них будет лучшим шансом, чтобы пробраться к Раудмору и проникнуть в замок. Пока клан Келемен будет отрезан от этой части пустоши, они должны успеть. Второй возможности не предвидится, да и цена слишком высока.

– Твой корабль, Ревард, – глухо пробормотал Трой, помогая Варе безопасно спуститься на землю.

– Пока хоть одна доска цела – иманол останется с франгаром, а значит – он жив! – прорычал Нейл и обратился, спрыгивая вниз громадным зверем.

– Нужно отыскать замок ведьм. Ревард сумеет в своей звериной ипостаси, – Трой кивнул энру.

– Там… – Варя, сама себе удивляясь, повернулась в сторону небольшой каменной гряды, которая тянулась, исчезая в поднятой буре, – кажется, я чую его.

Девушка потянулась к ножнам, и едва земля задрожала яростнее, вытащила оба своих меча. Она готова была поклясться, что правильно указала путь. Именно там находился Раудмор – ведьмино пристанище, в котором они прятали своё сокровище – последний ранцтюр. Варвара повернулась к Трою, видя, что и он обнажил свой меч. Рукоять его охватило холодным свечением, как и руку молодого человека. Рядом молотил по сырому снегу длинным хвостом серебристый энр и стоило взгляду зверя встретиться с девушкой, как издал оглушающий рык.

– Ты не уйдёшь одна, Варвара. И никакая Великая Игрэйн не остановит меня. Даже не помышляй об этом сейчас, – мрачно проговорил Трой, подходя к невесте, – не смей думать, что хоть один из нас позволит тебе отправиться в замок в одиночку.

Лескат взмахнул мечом над головой невесты как раз в тот миг, когда за её спиной взорвалась земля, высвобождая чудовищного макои. Как и в прошлый раз, в таверне, монстр замер, скованный льдом, и энр молниеносно кинулся к нему, разбивая словно статую мощными когтями.

– Мы идём вместе, Варвара!

Глава 16

Зверь нёсся с молниеносной скоростью, так резко меняя направление, что Варвара не успевала следить за его траекторией. Ревард задавал темп их движению, отводя макои прочь с пути и, позволяя продвигаться вперёд, сквозь пелену снега, который вынуждал оседать дым и пепел.

Она в который раз изумлялась той слаженности, с которой справлялись Трой и Нейл, словно могли читать мысли друг друга. Варя никогда ранее не имела возможности увидеть в полной красе силу снежного леската и энра – дикого горного зверя. Меч Троя звенел, сверкая синим огнём, когда рассекал оледенелую плоть призванных ведьмами демонов. Стоило юноше повести рукой, как сотни сверкающих ледяных осколков смертоносным дождём врезались в мёрзлую землю и появлявшихся монстров. А там, где не мог подобраться к ним Трой, вступал в бой Ревард. Чудовищными когтями он разрывал противника, едва видимый из-за снежной бури и постоянно летящих комьев земли и мелких камней.

Словно сотни снарядов взрывались повсеместно, заставляя терять опору под ногами, когда усилилась воздушная поддержка королевских франгаров. Варвара подняла на мгновение взгляд к тёмному небу, и сердце часто забилось, когда увидела блеск знакомых крыльев. Девин. Он атаковал макои сверху, поражая врага своим пламенем, как и несколько других драконов, чьи силуэты были едва различимые среди метавшихся чёрных туч.

Позади них, сверкал и переливался при каждом освещении драконьим пламенем, исполинский щит, возводимый воинами Ильхада. Он тревожно вздрагивал, сдерживая смертоносную бурю, рвавшуюся в эту часть пустоши. Времени у них было совсем мало, и Трой замер на мгновение, когда за спиной раздался знакомый звон. Обтирая рукавом лицо, он вгляделся ярким взглядом в прозрачную стену, на которой стали заметны трещины.

– Да хранят тебя Боги, дорогой отец… – одними губами пробормотал юноша, так неистово желая оказаться одновременно в двух местах.

Рядом, с жаром рассёк воздух клинок, останавливая очередного демона, и не давая ему подобраться к Трою. Варя, сверкая, словно сверхновая, также смотрела на дрогнувший ледяной щит, стискивая рукояти раскалённых мечей.

– Раудмор впереди, – выкрикнула девушка, кивком головы указывая на чернеющий вдали силуэт замка, – пока Девин и его товарищи в небе, попробуем приблизиться! Нельзя дать щиту упасть, Трой. Я должна спешить…

Всё новые трещины образовывались на сверкающей стене, и каждая из них говорила Трою о том, что кто-то из товарищей пал, теряя свою силу. Но он не мог позволить невесте остаться одной, как бы ни доверяла она своей неудержимой власти над огнём. Варя понимала смятение жениха. Она прекрасно знала, что где-то там, совсем рядом с беснующейся стихией, которую призывали Келемен, находился отец Троя. Она не могла быть настолько эгоистична.

Варя знала, что, несмотря на все уверения и клятвы, не сможет повести за собой и тех, кто был готов пожертвовать собою ради неё. Она попрощалась с ними мысленно, ещё на корабле, и теперь должна была продолжить путь одна. Сила клокотала в её груди, разгоралась, обжигала, вспыхивая всё сильнее, буквально расплавляя воздух вокруг.

– Варвара! – яростно выкрикнул Трой, едва она рассекла одним мечом землю, поднимая сплошную завесу огня.

Пламя разгоралось, слепило, не давало приблизиться, поднимаясь всё выше, отрезая эту часть пути. Варя приказала себе не слышать голос любимого, и не видеть силуэт метавшегося за жарким огнём энра, желавшего добраться до неё. Этот путь не для них. Здесь была власть огня. Там, высоко в небе, крылатые драконы поддерживали её, не боясь жаркой стихии. Воздух плавился, искажая изображение перед глазами.

Варвара, сверкая едва уловимой молнией, устремилась вперёд, продолжая останавливать своими раскалёнными мечами каждого, кто вставал на её пути. Её золотой взгляд остановился на высоких постройках Раудмора. Она уже различала каждый чёрный камень, из которого тот был выстроен. Он был окутан плотной завесой дыма, который словно живой клубился, устилая сухую горячую землю вокруг.

Стоило Варваре оказаться возле крыльца, как дым сгустился, змеясь со всех сторон, и пытаясь подобраться к ней. Девушка подняла меч, решая, как расправиться с этой магией, но позади раздался хлопот крыльев, которые разогнали дым, не позволяя ему вновь собраться. Варя обернулась, встречаясь взглядом с золотым зверем. Девин.

Он здесь, всё, как и в видении. Девушка велела себе не замечать великой скорби в глазах брата, при виде своей пылающей сестры. Не так она планировала их встречу, но была благодарна тому, что смогла увидеть его в этот час. Там, вдали, вновь раздался оглушающий звон, возвещающий о том, что часть стены рушилась, опадая сверкающими осколками. Дракон зарычал, тревожно расправляя крылья.

– Лети. Ты должен. Должен поверить мне, пожалуйста, – Варя порывисто прижалась лбом к голове зверя и отпрянула, торопливо поднимаясь по бесконечной лестнице к центральному входу замка.

У самых дверей, вновь окутанная чёрным туманом, она снова выкрикнула брату, веля уходить.

– Ты должен лететь, иначе они не выстоят! Теперь вы нужны у стены. Лети, Девин…

– Варя смотрела в глаза дракону, словно желая таким образом убедить в своих словах.

Брат не решался покинуть её, то и дело оборачиваясь в сторону падающего щита.

– Всё будет зря, Девин. Вы должны лететь! – Варя вспыхнула ещё сильнее, – а я вернусь. Ты ведь веришь мне? Какой же я буду сестрой, если подведу тебя? Давай. Лети…

Издавая дикий рык, несчастный зверь взмыл свечой в чёрной небо, там давая клич своим собратьям, веля лететь к защитной стене. Едва брат покинул её, Варвара обернулась. Входные двери замка оказались открыты, словно хозяйка сама приглашала войти в обитель сестёр Вахайра. Губы девушки изогнулись в презрении. Какое гостеприимство… Волосы Варвары золотом вспыхнули, выдавая её чувства, она крепче сжала рукояти ставших привычными мечей, и вошла в чёрный замок.

– Ну давай, Иша, не подведи, – пробормотала девушка, переходя на бег.

Знакомое чувство вело её, указывало путь, заставляло сворачивать в нужном направлении. Высокие стены Раудмора уходили ввысь, смыкаясь над головой чёрными сводами. Тлеющие факелы не давали толкового обзора, но он ей и не требовался. Понимая, что достигла нужного зала, Варвара остановилась на входе, глядя на то, как громадные двухстворчатые двери открываются перед нею.

– Ты явилась нам… – раздался шелестящий голос в темноте огромного помещения, которое через миг вспыхнуло тревожными огнями факелов.

Гэйнор убрала руку от головы своей последней оставшейся сестры, вбирая в себя остатки силы. Та безмолвно опала к её босым ногам, рассыпаясь седым пеплом, даже не коснувшись каменного пола. Решила, что теперь одолеет её? Варя мысленно чертыхнулась. Так вот почему не встретила ни одной ведьмы по пути в замок. Старшая сестра сделала за них работу, желая любым способом удержать Раудмор!

Стены замка дрожали, бой за ним продолжался, и время было на исходе. Некогда ей болтать со старой фанатичкой, которая ради сумасшедшей идеи готова была расправиться со своими же приспешниками.

– Пророчество Розафа сбылось! – длинные ногти Гэйнор, походившие на когти дикого зверя, впились в подлокотник её кресла, и ведьма шатко подалась вперёд.

– Я знала… знала, что наше будущее предопределено…

Факелы вспыхнули ярче, отражаясь пламенем в чёрных глазах хозяйки замка.

– Разочарую тебя, но как говаривала незабвенная Сара Конор: «Будущее не предопределено. И нет судьбы, кроме той, что мы творим сами», – глухо проговорила Варя.

Она сошла по ступеням в зал и приблизилась к высокому алтарю, который был установлен в самом центре помещения. Вот он – трёхгранный ранцтюр, с той самой треснутой рукоятью, которая теперь тускло поблескивала гравировкой. Именно таким он являлся ей каждую ночь в видениях. Не прислушиваясь к пафосным речам ведьмы, Варвара убрала свои мечи в ножны и протянула руку, чтобы взять реликвию инглеронов.

– Великая Иша Игрэйн! – восхищённо бормотала слабеющая Гэйнор, наблюдая за тем, как воскресшая королева подняла ранцтюр.

Длинные одеяния вторили каждому движению ведьмы, укрывая её до самых пальцев ног, когда она двинулась по залу, желая приблизиться к Варваре. Девушка почувствовала, как ярость охватывает её, вызывая едва сдерживаемый прилив силы. Рукоять в её руках раскалилась, а волосы сверкали всё ярче, струясь лавой по плечам и спине. Вот и всё. Всё же? Варвара ощутила, как солёная влага скользнула по её щекам и мгновенно испарилась, высушенная огненной силой. Страшилась ли она в этот миг? Верно, но лишь того, что рука дрогнет и не справится достойно.

– Нет воина сильнее того, что защищает свой дом… Это лучший щит… лучший… – прошептала она.

– Великая Иша, Иша Игрэйн!.. – продолжала бормотать ведьма, останавливаясь перед пылавшей гостьей.

– Я – Варвара из Мейрна! – по слогам, яростно выкрикнула девушка, крепче сжимая в руках тяжёлый ранцтюр, – и никто не смеет звать меня иначе!

Варя подняла меч на вытянутых руках, лезвием вниз, и он принялся сверкать, раскаляясь всё сильнее. Воздух в зале стал нестерпимо жарким, и Варвара перевела взгляд на Старшую Гэйнор, задыхавшуюся от силы той, что так жаждала призвать.

– Умрёт Игрэйн – умрёшь и ты, обещанное дитя! – сдавленно выкрикнула ведьма, понимая, что к своему ужасу ошиблась.

Пытаясь устоять на дрожащих ногах, Гэйнор схватилась за алтарь.

– Неужели действительно считаешь, что жалкое тело смертной девочки выдержит всепоглощающее пламя?!

– Кто сказал, что я на это рассчитываю? – губы Вари дрогнули.

Она усмехнулась, обращаясь к той, кто сейчас мог слышать её, являясь частью души или сердца, или же стоя невидимо рядом, помогая удерживать тяжеленный меч.

– Давай так, чтоб наверняка, ладно? Чтоб не зря…

Варя глубоко вдохнула, собираясь с силами, и яростно сверкая золотым взглядом, подняла меч выше, затем со всей силы вонзая его в каменную плиту алтаря под своими ногами. Дрожь сотрясла стены Раудмора, вынуждая пол и стены замка пойти трещинами. Воздух раскалялся, плавился, высвобождая всю силу Иши. Чудовищное пламя охватило зал, растекаясь горящими потоками по коридорам и этажам замка, уничтожая всё на своём пути. Алтарь рушился, как и сам замок, поглощая в пламени последнюю из сестёр Вахайра.

Где-то на краю сознания Варя видела, как Гэйнор обратилась пеплом, а огненная стихия всё продолжала бушевать, поглощая Раудмор. Вот и всё, тонкой свечой, жалкой спичкой догорит и она, но более ни один демон не восстанет над этой землёй. Разве не счастье?.. Варвара закрыла сверкающие глаза, крепче удерживая ранцтюр. Здесь всё началось, здесь и завершится.

Глава 17

Не чувствуя собственных рук от холода, Вираг поднял их перед собой, призывая всю свою силу. Величественно сверкая над их головами, застыли тысячи ледяных осколков, собравшихся рухнуть от разрушенного в этой части пустоши щита. Небритое лицо мага побледнело и покрылось испариной, несмотря на мороз. Ладони уже дрожали, но мужчина не сводил взгляда от зависшей смертельной ловушки, которую едва удерживал остатками силы. Там, на мёрзлой земле, ровно под рухнувшим щитом, находился сам Миклос старший, не пожелавший уйти, как и его воины.

– Проклятье… – пробормотал Вираг, вновь чувствуя, как от истощения кровь пошла носом.

Вверху раздался оглушительный звон, возвещая о том, что сила покинула стихийника. Конечно, он должен был бежать прочь от ледяных снарядов, но почему предательские ноги понесли его вперёд, под смертельный град?

Вираг успел упасть на землю, укрывая собою раненого Левена, мысленно уже прощаясь со всеми товарищами. Звон над его головой усилился, заставляя замереть всем телом, но он всё ещё был жив, не понимая почему. Мужчина рискнул поднять голову и глянуть вокруг себя. Он с изумлением глядел на груды льда, лежащего вокруг них, словно неизвестная сила оградила их невидимым щитом.

– Спасибо, мой друг… – одними губами прошептал правитель лескатов, и едва повёл слабой рукой, сумев отвести смертельную опасность в сторону.

– Кажется, вы успели рассчитаться до того, как я потребовал благодарности… – пробормотал Вираг, приподнимаясь и обтирая лицо рукавом.

Его взгляд скользнул по линии светлеющего горизонта и только тогда стихийник понял, что больше не слышны были взрывы, и дрожь в земле не ощущалась. Это не могло быть правдой. Точнее он, как и те, кто сражался в пустоши, мечтал о победе. Но неужели удалось? Но то, что маг принял за поднимающееся солнце, таковым не являлось. Шатко, мужчина поднялся во весь рост, вглядываясь в пылающий горизонт.

– Раудмор пал. Но что сразило сестёр?..

Войска Идгарда, пользуясь исчезновением макои, продолжили наступление на ослабевших Келемен, обещая сокрушить и клан предателей, возвещая об окончательной победе над Вахайром.

Едва различая округу из-за полыхавшего огня, Трой в который раз отводил его ледяной завесой, упрямо идя вперёд. Рубашка, ранее белая, теперь превратилась в лохмотья, жалкой тряпкой укрывая перепачканное пеплом и гарью тело. Дышать было нестерпимо, каждый шаг давался с таким трудом, будто он шёл по вязкой трясине. Изображение перед глазами плавало, не давая толком различить землю и небо в горящей пелене. Пламя окружило его, поднимаясь всё выше, словно смеялось и проверяло, хватит ли сил и отваги, чтобы сделать следующий шаг.

Лескат отбросил ненужный теперь меч, и вновь повёл слабеющей рукой, вызывая в ней еле заметное свечение. Шипя, изгибаясь, огонь отступал, позволяя пройти вперёд, к крыльцу Раудмора. Но стоило взяться за край разрушенной стены, как юноша пошатнулся, понимая, что силы были на исходе. Пламя вновь сомкнулось, желая остановить каждого, кто вторгался в поверженный замок.

– Свети для меня… – неслышно проговорил Трой, ступая в залитый огнём коридор замка, – свети ярким солнцем, и я буду идти за тобой… только свети для меня…

Ему казалось, что он шёл вечность, словно сквозь раскалённые земли Баэль-Маргада. В какой-то момент, когда силы окончательно ставили его, Трой почувствовал, будто кто-то потянул его за руку, увлекая за собой. Наверняка он бредил, ибо не видел ничего вокруг, ослеплённый пламенем. Но как мог сомневаться в том, что должен был сдержать свою клятву? Ещё шаг, только один, стены рушились, отрезая пути отступления, но он всё шёл, ведомый неизвестной силой, пока пальцы не коснулись преграды.

Она… мягкие пряди волос, обжигая скользнули по ладони, заставляя сердце безумно колотиться в груди. Трой со всех сил зажмурился, а затем открыл глаза, веля себе увидеть то, что было смыслом его жизни.

– Варвара… – слабые руки скользнули по её ладоням, пытаясь разжать их и выпустить рукоять меча, – Варвара…

Она стояла золотой статуей, недвижимая, словно продолжение бушевавшего огня. Понимая, что сил не хватит, Трой просто обнял невесту, всем сердцем желая укрыть от пламени, хоть и понимал, что она была частью его.

– Раз привела меня сюда, как отступи, – едва слышно проговорил он, обращаясь к той, кто умерла давным-давно, – она единственная, кто верил в тебя. Так отступи, Игрэйн. Прошу. А если воспротивишься, клянусь, что никогда не знать тебе покоя, как и мне. Вечно будешь проклята, Великая Иша Игрэйн!

Глаза Троя наливались цветом, сверкая чистыми аквамаринами. Он вздрогнул всем телом, чувствуя, как от прилива ярости наполнялся силой. Юноша вновь опустил ладони на рукоять меча, который продолжала держать невеста и поверх её ладоней сжал его.

– Я не отступлю…

Раскалённый металл дымился, темнел под его пальцами, остывал, в конце концов, идя трещинами, пока не осыпался сотнями сверкающих осколков к их ногам. Неожиданный порыв ветра ворвался в разбитые окна последнего уцелевшего зала Раудмора, смешиваясь с ледяным колким снегом, гася безумное пламя вокруг разрушенного алтаря.

Силуэт Троя озарился холодным светом, вынуждая разломанные стены укрываться морозными узорами, а горький пепел оседать, скрываясь под чистейшим снегом. Прочь, всё дальше и дальше изгоняя огненную стихию, унимая дрожь в обломках обители Вахайра, пока звенящая тишина не окутала их.

– Благодарю… – тихо проговорил Трой, в последний раз обращаясь к павшей королеве.

С губ Варвары сорвалось чёрное облачко дыма, и она без сил упала, подхваченная Троем. Он бережно удерживал свою невесту и спустился со ступеней алтаря, направляясь к разлому в стене. Покрытые пеплом ботинки оставляли чёрные следы на укрытом снегом полу, которые тут же скрывались под ним, благодаря продолжавшемуся снегопаду.

Трой осторожно прошёл через разлом и спрыгнул вниз, на землю, оказываясь перед разрушенным замком. Не останавливаясь, молодой человек шёл вперёд, туда, где над заснеженной пустошью поднималось солнце, возвещая о долгожданной победе. В этот час над Вахайром было настолько тихо, что Трою казалось, будто он слышал стук собственного сердца. Руки его дрожали, в этот раз лишь от избытка чувств. Он держал своё сокровище, пусть и перепачканное пеплом и гарью до такой степени, что нежная кожа казалась чёрной.

Медные пряди волос касались укрытой снегом земли, так ярко контрастируя с нею. Замечая впереди летящего дракона, Трой просто опустился на землю с Варей, ожидая, пока будущий родственник достигнет их. Золотые крылья Кайонаодха сверкнули в небе, когда зверь сделал круг над поверженным замком.

– Возвращайся, Варвара, – Трой с нежностью провёл тыльной стороной ладони по её перепачканной щеке, – можно справиться с Игрэйн, но нет силы, способной усмирить гнев твоего братца. Здесь уж мне не выстоять…

Молодой человек прислонился спиной к одному из небольших камней, и удобнее устроил на своих коленях девушку. Девин обратился ещё над землёй, не имея терпения оказаться рядом с ними. Он устоял на ногах, приземляясь совсем рядом, не желая волновать сестру и Троя своим звериным обликом. Молодой человек перевёл дыхание и подбежал к ним, становясь на колени, чтобы оказаться рядом с сестрой.

– Варвара, – с теплотой и нежностью позвал Девин, осторожно касаясь волос девушки, – дорогая моя сестра…

Дракон поджал губы и поднял золотой взгляд на Троя. Он уже приготовился в ярости высказать всё, что думал о своеволии парочки, и щедро раздаваемых обоими обещаний, но лескат смотрел на него бледной тенью, готовый смиренно принять свою участь. Боги, он был едва жив, а ожоги вскоре дадут о себе знать. Они должны попасть к лекарю, должны возвратиться домой.

– Я отнесу Варвару к франгарам, – пояснил Девин, поднимаясь во весь рост, – а затем вернусь за тобой. Ты не удержишься на моей спине, слишком слабы руки, а мои лапы могут нанести серьёзный вред твоим ранам, если возьму вас обоих сразу.

– Лети, Кайонаодх, – глухо отозвался Трой, теперь и в самом деле ощущая великую усталость и боль от полученных ожогов.

– Я буду спешить. Совсем немного – подожди, – дракон бережно коснулся плеча товарища, – умереть от ран я тебе не дам, терпеливо дождусь выздоровления, а уж потом будешь держать ответ за то, что моя дорогая сестра оказалась в Вахайре.

– Непременно, – кивнул тяжёлой головой Трой.

Его волосы утратили свой белоснежный цвет, становясь серыми, и сейчас лескат казался седым. Девин бережно принял с его рук сестру. Пальцы Троя скользнули по её волосам, когда громадный зверь взмыл в небо, устремляясь к уцелевшим кораблям. Молодой человек наблюдал за тем, как силуэт дракона становился всё менее заметным, затем превращаясь в чёрную точку, и исчез.

Ему придётся ответить, несомненно, соглашался со своими мыслями Трой, глядя на печально безмятежную пустошь, сейчас сверкавшую чистейшим снегом, словно родные земли Ильхада. Он будет молить прощения у своей невесты, и готов понести любое наказание за то, что не уберёг её. Пока придумывал для себя подходящую «казнь», не заметил, как задремал, окончательно лишаясь сил.

Он не мог видеть, как мягко и бесшумно ступая, к нему приблизился огромный серебристый зверь. Энр отряхнул шерсть от снега и опустился на землю рядом с Троем, подставляя спину как раз в тот момент, когда голова юноши склонилась, теряя опору. Ревард тихо рыкнул, и устроил свою голову на собственных лапах, позволяя хозяйскому «сокровищу» спать. Вроде умом и понимал, что невозможно замёрзнуть тому, кто рождён снежной стихией, но сердцем не мог позволить лежать на мёрзлой земле. Никуда это не годилось! Именно так… просто благодарность и ничего больше.

Глава 18

Ей снилась зима. Тихий снег шёл, кружил, мягко ложась на улицы Москвы, а она всё брела куда-то по старому знакомому парку, просто наслаждаясь окружающей прохладой. Варя сильнее закуталась в свой длинный вязаный шарф, и подышала на ладони, согревая порозовевшие пальцы. Над её головой застыли ветви деревьев, укрытые снегом, словно безе. Варя подняла руку и коснулась самой нижней ветки. Серебряная пыль моментально посыпалась вниз, сверкая на солнце.

Хорошо-то как… Она глубоко вдохнула морозный воздух и почувствовала чьё-то присутствие. Варя посмотрела на дорогу впереди себя, и сердце отчего-то радостно забилось чаще. Он шёл навстречу ей, в белых лёгких одеждах, словно не ощущал холода. Принц, а наверняка это был именно он, остановился напротив Вари и посмотрел на неё удивительными глазами, которые сверкали, будто голубые льдинки. Надо же, подумалось Варе, чего только не приснится. Хотя, такая красота снилась впервые…

– Идём со мной, – прозвучал знакомый голос.

Юноша улыбнулся и протянул ей руку. Никогда в своей жизни Варя не видела лица прекраснее этого, но нечто иное вынудило её вложить руку в раскрытую ладонь незнакомца. Тепло – удивительное, необъяснимое, поскольку вокруг всё сияло белоснежной зимой, именно оно исходило от ледяного принца.

– Идём, – вновь повторил он и увлёк её за собою, – тебе пора возвращаться…

Он шёл неторопливо, всё вперёд и вперёд, не позволяя Варе засомневаться и остановиться, а когда она вздумала разволноваться, то вновь улыбнулся, сметая все сомнения прочь.

– Пора, Варвара… – вновь звучал голос, теперь немного иначе, и девушка почувствовала, как нечто прохладное коснулось её щеки, – возвращайся…

Вернуться? Она должна вернуться? Варя глубоко вдохнула, теперь ощущая тревогу, и рискнула открыть глаза. Какое счастье, что свет не резанул по ним, как обычно происходило, когда тётя Зина специально раздвигала в комнате занавески, чтобы разбудить племянницу. Варя попыталась сконцентрировать взгляд на потолке. Странный какой, деревянный, с тёмными балками. Где же она?

Девушка осторожно повернула голову, немедленно встречаясь взглядом с чудесным «принцем», который сидел на полу, рядом с койкой, на которой она лежала. Стоило Варе глянуть на его лицо, как воспоминания нахлынули шумной волной, вынуждая ошеломлённо и сдавленно выдохнуть. Трой поднялся с пола, и взял невесту за руку, унимая её волнение.

– Ты жив… – прошептала девушка, чувствуя, что дрожала всем телом, укрытая лишь тонким покрывалом.

– Я жив, Варвара, – он прижал её ладонь к своей груди, позволяя ощутить, как часто билось его сердце, – тебе более нечего страшиться.

– Ты ранен? Ты пострадал? У тебя что-то болит? Как ты смог найти меня? Как смог войти туда? – жарко зашептала Варя, прогоняя прочь воспоминания.

Боже, он жив! Есть ли счастье больше этого?

– Скажи мне, скажи, что с тобой всё в порядке… я могла убить тебя…

Девушка попыталась сесть, и Трой поддержал её, обнимая рукой за плечи.

– Я жив и цел. Не смей говорить подобные глупости, – он стиснул зубы, не желая показывать невесте, какую боль причиняли прикосновения к ранам.

Они заживут, это такая малость, что не стоила и внимания.

– Решил, что можешь мне врать?

– Решила, что можешь со мной спорить? – он сердито коснулся её губ поцелуем, – ты должна быть горда собою, поскольку справилась, Варвара. Ты справилась.

– У нас ведь получилось? – взволнованно спросила девушка, – получилось? Их больше нет?

– Нет, – Трой устало мотнул головой, – что же до Игрэйн, ты чувствуешь её присутствие, Варвара?

Она попыталась понять свои ощущения, но это была лишь великая усталость, не более того. Никакого пожара в груди, светящихся глаз или искр в волосах. Иша ушла? Бесследно исчезла? Успокоилась ли королева? Варе неистово хотелось бы, чтоб так и было. Ранцтюр разрушен и обратились в пепел те, кто желал ужасной войны. Это дарило надежду.

– Я не чувствую её сейчас, – отозвалась девушка.

На ней была чья-то огромная рубаха, укрывавшая до колен. Своя же одежда куда-то пропала, видимо пришла в полную негодность. Трой осторожно прислонился к стене каюты, стараясь не мучить спину. Они находились на франгаре, но он не принадлежал Реварду, и Варя снова разволновалась, вспоминая, как любимец Нейла разбился в пустоши.

– Где мы? – тревожно спросила девушка, слабо склоняя голову на плечо Троя.

Она чувствовала себя опустошённой, и неистово желала знать, где брат и Ревард, а также отец Троя. Но жених протянул к ней руки и усадил к себе на колени, укачивая, как ребёнка.

– Твой брат не пострадал, – заверил невесту Трой, касаясь её виска губами, – как и ворчливый энр. Разве что немного.

– Нейл ранен? – встрепенулась Варя.

Она собралась пересесть на койку, уверенная, что держать её на руках, Трою было тяжело и причиняло боль, но он упрямо не позволил отстраниться.

– Эта жалкая царапина, недостойная храброго воина, поэтому заживёт вскоре, – уверил лескат.

– А… эйсель Миклос? – осторожно спросила девушка.

– Отец слаб, но жив, – глухо отозвался юноша.

– Он серьёзно пострадал? – Варя нежно коснулась его щеки, а затем принялась перебирать прохладные пряди волос Троя, чувствуя, что пальцы дрожали.

– Его жизни ничего не угрожает, Варвара, – твёрдо проговорил молодой человек, – отец силён и крепок духом. У него слишком много причин для того, чтобы скорее поправиться.

– И мы можем вернуться домой? Все вместе?

– Так и будет, – согласился Трой.

– А если кто-нибудь узнает, что это я? А если я снова… а если…

Молодой человек прижал её голову к своей груди, веля умолкнуть.

– Королева привела меня к тебе. Желай Иша твоей гибели, то не стала бы творить подобное. Я верю в её благородство, хоть и не забуду того, как подвергла твою жизнь смертельной опасности. Что же до правды, то только Девин и Ревард знает об Игрэйн. Остальные уверены, что ведьмы были преданы стихийниками, пожелавшими всей власти себе и были повержены. К сожалению или к счастью, победа, одержанная Варварой из Мейрна, останется тайной, которая будет бережно хранима и однажды рассказана нашим детям.

– Нашим детям? – прошептала Варя и выше подтянула расстёгнутый ворот рубахи. Бровь Троя вопросительно изогнулась, когда он опустил взгляд на невесту.

– Из всех моих слов ты услышала только это, Варвара?

Она поджала пальцы босых ног и замерла на его руках.

– Нет… просто…

– Просто что? – продолжил он смущать её своим прохладным взглядом.

– Мы обязательно расскажем эту историю. – Варя коснулась губами подбородка Троя.

– Ты ведь понимаешь, каковы условия исполнения данного обещания? – он едва сдержал улыбку.

– Я люблю тебя, – произнесла Варя, ощущая теперь огромное облегчение, едва смогла сделать это самое важное признание в своей жизни, – всё, что у меня есть – моя любовь к тебе. Хватит ли этого?

– Я не заслужил и доли этого сокровища, но слишком эгоистичен, чтобы не принять его, Варвара, – Трой склонился ниже к лицу невесты, – отправишься ли ты со мной в Эвельхад? Подаришь ли этим землям счастье звать тебя хозяйкой, а мне – любимой женой?

– У меня паспорт в Москве остался… без него в местный ЗАГС пустят? – Варя обняла жениха за шею, продолжая перебирать белоснежные пряди волос.

– Если ты говоришь о родовой печати, то её отсутствие не станет помехой, а для входа в храм важна лишь чистота помыслов, Варвара. Богам не нужны «паспорта» и печати, они читают то, что на сердце. Этого не подделать, – произнося последние слова, Трой уже касался губами её губ, находясь так близко.

– Тогда женись на мне, мистер-декабрь, или я сама потащу тебя в этот храм…

Варя подалась немного вперёд, сама целуя жениха, желая казаться сейчас храброй, что было куда сложнее, чем недавний бой. Её пальцы едва касались его шеи и плеч, боясь ранить. Сейчас Трой казался ей хрупкой хрустальной статуей, которая могла так легко разбиться на тысячи осколков. Но он не чувствовал боли и видел лишь её, отвечая на поцелуй. Совсем немного времени, ещё немного, и она будет принадлежать ему, без остатка.

Прохладные губы Троя покрывали поцелуями лицо Варвары, касаясь длинных ресниц и знакомой ямочки на щеке. А затем вновь припали к губам девушки, более не сдерживаясь. Переполненная чувствами, Варя, конечно же, не могла заметить, как наливались цветом её волосы, ложась блестящими прядями на плечи и смятое покрывало. Ссадины и синяки на теле, не укрытом рубахой, стирались, словно и не было их, оставляя нежную кожу целой и невредимой.

Чувство покоя и счастья расцветало теплом в груди, вынуждая кончики волос искриться. В этот раз это не было беспечной стихией, скорее тем самым огнём, что согревает в очаге глубокой ночью, или указывает путь на далёком маяке. Тепло сердца – последний дар Великой Иши Игрэйн, чья душа наконец упокоилась, возвращаясь к молчаливым землям Баэль-Маргада.

Глава 19

– Алые… они же алые? Я ведь не сошла с ума, дорогая Румина? – прошептала сбивающимся от волнения голосом Делма, стискивая побелевшими пальцами край ограды на широкой террасе дома.

– Так и есть, госпожа! – воскликнула девушка, во все глаза глядя на возвращавшиеся франгары в небе Аделхейта.

Затем служанка спохватилась, понимая двоякость прозвучавших слов.

– То есть, они, несомненно, алые! – она ткнула пальцем в корабли, указывая на поднятые паруса.

Алый – цвет победы. Именно такие паруса поднимали капитаны кораблей, по возвращению в родной край, возвещая своему народу, что враг повержен и победа за ними. Делма прижала руки к груди, а затем, не выдерживая более ожидания, развернулась и побежала прочь с террасы. Она торопливо спускалась по ступеням лестницы, и со сбивающимся дыханием пересекла нижний зал, открывая входные двери настежь. Именно так, и не иначе – они должны быть открыты и ожидать тех, кто вот-вот возвратится.

Придерживая подол длинного платья, не обращая внимания на то, что своевольные локоны выбились из причёски, неподобающе эйслин, она бежала по растресканной дороге, словно в давней юности. Румина пыталась окликнуть хозяйку, но поняла, что это бесполезно. Материнское сердце не удержать.

Франгары были всё ближе, но ноги так слабы. Не имея больше сил терпеть разлуку, чувствуя, что сын совсем рядом, Делма раскрыла объятия встречному ветру. Поднимая руки, она впервые за многие годы расправила свои крылья. К дриту запрет Идгарда! Она летела к небу, сверкая безупречным золотом чешуи.

Слыша, как оживилась команда корабля на верхней палубе, Левен слабо приподнялся на своей постели, устроенной в одной из кают. Мужчина стиснул зубы, проклиная своё бессилие, и прислонился виском к окну, к которому ранее велел передвинуть койку. Белоснежные волосы скользнули по бледному лицу правителя лескатов, на мгновение закрывая обзор. Но затем он заметил то, что так разволновало команду.

Сердце застучало в груди, как у мальчишки, когда увидел знакомый силуэт в небе, сверкающий в лучах полуденного солнца. Как же долго он ждал этого момента, и сейчас благодарил Богов за то, что дали возможность вновь увидеть это. Она смогла, решилась, расправила свои крылья, словно та самая золотоволосая девочка, которую впервые встретил на ступенях аделхейтского дворца.

Левен прислонил ладонь к стеклу, которое укрывалось морозными узорами, оставляя свободным лишь ту часть, где был виден дракон. Затем мужчина закрыл глаза, понимая, что истратил слишком много сил даже на такие жалкие действия. Теперь он мог только слушать, как команда и Девин Кайонаодх приветствовали Делму, спустившуюся на палубу уже в человеческом облике. Счастье для матери – обнять своего возвратившегося сына, и счастье для сына, оказаться в подобных объятиях.

Мысленно Левен радовался вместе со всеми, надеясь в гордом уединении дождаться возвращения в одинокий снежный Ильхад. Именно там, среди льда и снега, предварительно благословив на счастливый брак любимого сына, он и встретит свою старость, скрипя поясницей и пугая обитателей замка ворчливым нравом…

– Эйсель Миклос!

Внезапно дверь в его каюту распахнулась, и Левен неловко завалился обратно на подушки, поспешно складывая руки на груди и закрывая глаза. Боги, только бы не заметила этого позора… Почему спустилась к нему? Мысли метались в болевшей голове и Миклос замер, когда гостья торопливо прошлась по небольшой каюте и остановилась рядом с его койкой. Мужчина ощутил знакомый аромат её духов, когда Делма склонилась к нему.

– Ах, как вы могли так не беречь себя? – взволнованно прошептала гостья и совсем неподобающе эйслин присела на край его постели.

Левен хотел было что-то ответить, но вышло нечто походившее на сиплое мычание. Делма восприняла это как предсмертную агонию и несчастно подалась к соседу, беря в плен своих ладоней его руку.

– Не смейте оставлять нас в такой час! Наши дети только нашли друг друга. Так разве можно омрачать наше счастье?! То есть их счастье… не смейте умирать!

– Вы меня почти убедили… – пробормотал Левен и неловко сдул с лица длинную прядь, которая возмутительно портила весь его мужественный образ.

Рука его всё ещё находилась в ладонях Делмы, что едва не вызвало лишнюю сейчас улыбку.

– Поскольку аделхейтский дом Миклосов разрушен, я считаю своим долгом наблюдать ваше выздоровление в нашем доме, – деловито заявила гостья.

– Как я могу принять такую жертву? – Левен несчастно застонал, и даже прикрыл глаза, понимая, что напрочь потерял совесть.

– Как вы можете даже рассуждать об этом? Вы так слабы. Считаете, что можете продолжить путешествие в таком состоянии? Это немыслимо, – Делма крепче сжала его прохладную ладонь, – я распоряжусь, чтобы всё было сделано, как можно скорее. Должный уход быстро поднимет вас на ноги.

Левен открыл глаза, любуясь тем, как мягкие локоны золотились, обрамляя лицо сидевшей рядом женщины. Проклятье… он готов был пережить ещё одну войну, чтобы получить подобную награду. Она собиралась ухаживать за ним в своём доме? Пожалуй, выздоровление может затянуться…

Некоторый покой охватил дом лишь ближе к вечеру. Тёплый ветер колыхал лёгкие занавески на распахнутых окнах, а птицы расщебетались, словно передавая друг другу последние новости. Варе казалось, что запах гари никогда не отстанет от неё и будет преследовать вечно. Заботливая горничная долго полоскала госпожу в ароматных водах, и несколько раз промывала прекрасные медные волосы, пока они обе не решили, что – довольно.

Варя накинула тонкую сорочку и села на стул перед зеркалом, позволяя Румине укладывать её волосы. Трой и Девин заперлись в дедовской библиотеке и вся прислуга в панике разбегалась из этой части дома, когда раздавалось ужасающее рычание, и покои укрывались исполинскими сугробами. Вначале их пытались разгрести, да потом бросили это дело, понимая, что все усилия тщетны.

Молодой господин, вместе с будущим супругом несравненной госпожи, спорили о том, кто из них больше виноват. Каждый раз они придумывали всё более страшное и унизительное наказание, которое, по их мнению, способно было покрыть позор, ввиду допущения страданий юной эйслин Варвары.

Позволяя мужчинам натешиться этим занятием, Варя долго говорила с Кай, успокаивая мать и заверяя, что её тревоги больше не вернутся. Она устроила голову на коленях Делмы и едва не уснула, когда нежные руки гладили её по волосам. А потом Кай отправилась в покои, отведённые несчастному снежному соседу. «Бедняга» был совсем плох, и приходилось кормить его с ложки отвратительным бульоном, чем хозяйка дома с радостью и занималась. Левен воистину заслужил «Оскара» за роль доходяги, и Варя тихо радовалась такой возможности для них сблизиться друг с другом.

Когда Румина помогла ей одеться, Варя спустилась вниз, в просторный зал, и остановилась у одного из кресел, собираясь дождаться, когда освободится брат и Трой. А когда услышала тяжёлые шаги за спиной, то с улыбкой обернулась, уже зная, кого увидит.

– Куда ты собрался? – удивилась и нахмурилась Варя, замечая широкую лямку дорожной сумки, проходившую поперёк груди Реварда.

Меч прихватил, важный такой…

– Я должен возвратиться в Бриартак, – пояснил Нейл, подходя ближе к хозяйке, – никто не отменял моих обязанностей…

Он хотел добавить «госпожа», но по выражению лица девушки понял, что разумнее будет смолчать.

– Как твоя спина? – поинтересовалась Варя, тревожась за друга, – ты уверен, что сможешь путешествовать в таком состоянии?

– Ты забыла кто я, Варвара? – глаза мужчины привычно сверкнули чистым серебром, – эта пустяшная царапина заживёт раньше, чем я выберусь за пределы Аделхейта.

– У тебя девять жизней? Ты живой человек, – проворчала Варя, – ранимый и вовсе не бессмертный. Должен беречь себя.

– Мужчина не может быть раним и…

– Да-да, – торопливо подняла ладонь Варя, – ты крут и суров. А ещё очень многим дорог. Поэтому изволь быть осторожен.

– Обещаю, – сдался Нейл и склонил свою светлую голову, – и ты будь осторожна.

– У меня был прекрасный учитель, – подмигнула ему девушка, – он может мной гордиться? Как думаешь?

– Он, безусловно горд, Варвара, – довольно пробормотал энр, – что ж, мне пора.

– Погоди! – вдруг опомнилась она, – погоди минутку. Не смей сходить с этого места!

– Что?.. – Ревард обернулся, глядя хозяйке вслед, когда она помчалась наверх по лестнице, придерживая руками подол светлого платья, – что ещё придумала?

Он сложил руки на груди, и поморщился, пока никто не мог видеть, когда спина заныла. Варя же вбежала в свою комнату и торопливо принялась выдвигать все ящики в шкафу и высоком комоде, пытаясь отыскать бесценное сокровище.

– Куда они её дели, чёрт возьми?

Девушка даже испугалась, что шкатулка могла и вовсе пропасть, пока она отсутствовала в доме. Но та нашлась на самом дне, укрытая стопкой свежевыстиранных сорочек. Варя села на пол, сейчас не задумываясь о том, что платье могло помяться. Она легко открыла шкатулку, достала и развернула небольшой платок.

На её ладони оказалась изящная волшебная палочка, которая поблескивала и переливалась, в ожидании своей беспечной хозяйки. Как давно это было, подумалось Варе, их разговор и тот момент, когда Карамель доверила своё сокровище на хранение. Сейчас самое подходящее время вернуть её. Что за фея без волшебной палочки? И кто, как не «дорогой Нейл», способен сохранить её в целости и вручить стрекозе?

– Сплошная романтика, – вздохнула Варя и поднялась, придерживая лёгкий подол, – ну, подруга, не подведи. Пока дома никого нет-тебе все козыри…

Девушка вновь вышла из комнаты и спустилась вниз, туда, где ожидал её возвращения Ревард.

– Что это? – поинтересовался энр, когда Варя протянула ему платок.

Мужчина развернул его и шумно вздохнул.

– Потеряла?

– Просила сохранить.

– Заноза… – Ревард бережно свернул платок, – сколько помню эту кроху, никогда не мог понять.

– Карамелька теперь совсем не кроха, а красивая девушка, – поправила друга Варя, – неужели не заметил?

Не заметил?! Нейл только вздохнул, припоминая, как негодяйка заявилась к нему на палубу в одной рубахе. Как уж тут не заметить? Он потёр небритый подбородок и проворчал:

– Заметил.

– Она наверняка замучилась, и ждёт новостей из столицы, – Варя поняла, как соскучилась по неугомонной подруге, – расскажи Карамельке, что у нас всё в порядке. Как только Девин разберётся с делами во дворце, и папа Троя поправится, мы вернёмся. Сразу же. Хорошо?

– Я передам твои слова, – уверил Нейл.

– И проследи, чтоб в беду не попала, и это… чтоб всякие дядьки руки не распускали! Понял?

– Несомненно! – рыкнул энр, заставляя девушку улыбнуться.

– Вот, нужно повнимательнее с Карамелькой. Она нежная, ранимая и совсем одна, без защиты, – продолжила пояснять Варя.

– Это кто без защиты? – проворчал Ревард, – уж я-то не защищал?

– А кто отмахивался, как от комара? – таким же тоном ответила Варя.

– Да я… да я из-за неё на службе остался, хотя должен был уйти! – не выдержал Нейл, забывая, что их могли услышать.

– То есть как? – опешила Варя.

– Когда подобрал её и в Бриартак вёз, то желал просить хозяйку отпустить меня в горы. Не для меня вся эта суета, Варвара, – шумно вздохнул Ревард, – но мне поставили условие: крохе позволят остаться, только если я продолжу служить и буду держать ответ за неё.

– Да ты романтик, чёрт возьми… – пробормотала Варя, задумчиво прикусывая нижнюю губу, – не ожидала от тебя такого.

– Я лишился из-за неё половины жалования! – продолжил возмущаться Нейл, – хозяйка в качестве наказания не выплачивала его за каждый проступок. И она смеет считать, что я не защищал?

– Ты когда-нибудь говорил ей об этом? – спросила Варя.

– Нет, – глухо ответил энр, – не нужно ей знать об этом. Ещё переживать вздумает и себя винить… и почему вообще вздумала смертной девицей стать? Как могла так рисковать собой? Ты ведь знаешь причину, верно?

– Об этом ты узнаешь не от меня, Нейл, – улыбнулась Варя, – она скажет сама, а может ты догадаешься и без слов. Передай Карамельке её палочку. Смотри, не потеряй.

– Я передам, – Ревард спрятал сокровище во внутренний карман своей дорожной куртки, – мы будем ожидать вашего возвращения. Берегите себя.

– Попробуйте не сделать того же, – предупредила Варя и тепло обняла друга, вновь вынуждая ворчать.

Нейл отошёл от хозяйки, пока жених не объявился, и вновь склонил голову, прощаясь. Затем мужчина покинул дом, отправляясь к одному из франгаров, который направлялся в сторону Бриартака. Свой корабль ему ещё предстоит отыскать и однажды поднять в воздух. В это Нейл искренне верил, мысленно обещая крылатому другу вернуться.

Глава 20

Вираг подмигнул кухарке и забросил в свою дорожную сумку приготовленные для него припасы. На первое время хватит, с лёгкой ношей и шагается легче. Мужчина прихватил с корзины спелый фрукт и откусил кусок, собираясь выйти на задний двор, чтобы не привлекать лишнего внимания к своей скромной персоне. Конечно же, не удалось, поскольку уже на пороге его окликнули, да так внезапно, что зашёлся кашлем, подавившись яблоком.

– Сбежать решил, значит? – прорычал Девин, похлопывая друга по спине, чтобы помочь то ли сломать хребет, то ли облегчить дыхание.

– Вовсе нет, – просипел Вираг, наконец имея возможность вздохнуть.

– Что же тогда? – возмутился дракон, – ты обещал задержаться в столице.

– Нет, приятель. Это ты заявил, что свернёшь мне шею, если уйду, – усмехнулся маг, поправляя свою сумку.

– Даже такие угрозы не останавливают тебя? – теперь Девин смотрел взглядом побитого щенка и Вираг вздохнул.

– Не сидится мне на месте. Задыхаюсь я в городе. Словно взаперти, – проговорил мужчина и опустил руку на плечо друга, – к тому же, после последних событий, даже помилование Идгарда не убедит горожан смотреть на стихийника Келемен иначе, чем на предателя. Я был рад узнать тебя, Девин Кайонаодх. Это было доброе время. Может ещё и свидимся.

– Куда же ты будешь держать путь? – взволнованно спросил Девин, не желая отпускать друга, – куда отправишься на этот раз?

– Возможно, проведаю Жестокую гряду, пока эйсель Миклос находится под доброй заботой твоей матушки, – ухмыльнулся Вираг, – такой шанс глупо упустить.

– Ты никогда не изменишься, – покачал головой Девин и в ответ опустил руку на плечо товарища, – помни, что в моём доме тебе всегда будут рады, Вираг.

– А ты подай сигнал, если вдруг вновь вздумаешь заблудиться в горах Ильхада, дракон, – усмехнулся маг, – прощай.

Мужчина пожал плечо хозяина дома, и спустился с небольшого крыльца, которое вело во внутренний двор из кухни. Вираг не обернулся, точно зная, что его провожали, пока не скрылся у ограды. Он покидал этот дом с лёгкой душой, зная, что крылатый мальчишка наконец в безопасности. Впереди сотни дорог, и у каждой своя история.

Выйдя за ворота, Вираг привычно накинул глубокий капюшон своей дорожной куртки и остановился у развилки. К чему приведёт его новый путь? Что расскажет ему? Будет ли эта история так же волновать сердце, как и прежняя? Почему бы и нет? Мужчина усмехнулся, вновь откусил яблоко и шагнул на тёмную брусчатку, чудом уцелевшую после вторжения врага.

Вираг спустился по извилистой дороге вниз, к небольшой роще. Отсюда он собирался попасть на одну из площадей города и воспользоваться торговой повозкой, которых было множество, и покинуть Аделхейт. Мужчина прошёл под раскидистыми деревьями, вдыхая свежий воздух, в котором чувствовался аромат местных цветов. Тишина, покой – то, что нужно, чтобы неприметно убраться подальше от королевских стражей и городской суеты…

– Кто-нибудь… кто-нибудь, помогите… – послышался едва различимый голос, и Вираг вздрогнул, когда ему на голову свалился с дерева чей-то ботинок.

– Проклятье! – проворчал маг и поднял взгляд на ветку, качавшуюся над ним.

Он немедленно встретился с испуганным взглядом, и вздохнул, скептически глядя на молодого человека, обхватившего ту самую ветку руками и ногами.

– Какого дрита ты там делаешь?

– Не знаю… – пробормотал незнакомец и тряхнул головой.

На его лбу Вираг заметил приличный синяк, да и одёжка была попорчена явно в драке.

– А сам кем будешь? – задал следующий вопрос маг.

– Не знаю… – вздохнул бедолага и, не удержавшись на дереве, свалился в траву рядом с Вирагом.

При этом порванная рубашка незнакомца распахнулась на груди, открывая взгляду чёрную печать, нанесённую над сердцем. Её бы Вираг узнал из тысячи других знаков. Это печать раба азелфладских стихийников.

– Где я? – глухо спросил незнакомец, так и продолжая лежать в траве без сил.

– В Роеланде, полагаю, – потянул маг.

– Почему я здесь?

– Не знаю, приятель, – Вираг протянул ему руку, помогая подняться.

– Ты можешь мне помочь? Я заплачу…

– С чего ты взял, что будет чем, – хмыкнул мужчина.

– Вот аванс, – юноша покопался в карманах мятых штанов и извлёк нечто блестящее.

Он подбросил вещицу, вынуждая Вирага поймать её. Брови мага приподнялись, когда без сомнений узнал выгравированный девичий профиль на небольшой броши.

– Это – Бренна, – пробормотал мужчина.

– Ты знаком с этой женщиной? Отведёшь меня к ней? – оживился незнакомец.

– Это брошь старшей дочери короля Гидеона, приятель, – скептически посмотрел на него Вираг, – ты уверен, что действительно ничего не помнишь?

Юноша задумчиво почесал взъерошенную голову, пытаясь хоть что-то отыскать в памяти. Но всё, что припомнил, это прекрасные женские ноги, незнакомка болтала ими, остальное скрывал цветной балдахин на кровати. Затем в него полетела та самая брошь, и он услышал голос женщины. «Сохрани или потрать». Не мог же он находиться в спальне самой принцессы?! Нет-нет…

– Не помню ничегошеньки… – пробормотал молодой человек, – так ты поможешь? Она ведь дорогая. Так что скажешь?

Вираг вздохнул и усмехнулся.

– Да что ж ты будешь делать… безделушку свою прибереги. Мне она без надобности, – маг бросил юноше его сокровище, – идём, всё равно по дороге.

Она почувствовала его приближение сердцем, не иначе, поскольку никаких известий о том, что кто-то прибудет из Аделхейта, они не получали. Карамель поднялась с широкой скамьи, стоявшей в беседке, и вышла на дорогу. Было раннее утро, то самое, когда белоснежный туман всё ещё стелется по земле, добавляя окрестностям таинственности, а солнце только принимается румянить горизонт.

Фея перекинула две косы за спину, пусть и кривовато сплетённые, но ею лично, чем втайне гордилась, не смея признаться никому. Она придержала подол простого платья, так заботливо подаренного одной из горничных, поскольку иной одежды у неё не имелось и попыталась вглядеться в ту часть дороги, что сейчас скрывалась туманом.

Может она обманулась? Разыгралось глупое воображение? Могло ли случиться чудо? Девушка пошла дальше по дороге, а над её головой смыкали кроны великаны деревья, шелестя тёмной листвой. А когда почти отчаялась и остановилась, то увидела его. Сначала лишь тёмный силуэт, но большего и не требовалось. Разве могла не узнать? Сердце так часто застучало, а восторг озарил глаза, но Карамель велела себе стоять, не смея вновь побеспокоить путника своею несдержанностью.

Она опустила руки, сминая ткань платья, и только смотрела вперёд. Ревард появился из тумана, замедляя шаг, и останавливаясь неподалёку. Конечно, он почуял её присутствие уже давно, и должен был себе признаться, что ощущал некоторое разочарование, когда фея не поспешила навстречу, как обычно приветствуя его. Он ведь даже шёл неспешно, чтоб дать крохе возможность встретить его первой.

Взгляд Реварда остановился на лице девушки. Нежный румянец едва был виден на щеках, а косы… Боги, кто над ними издевался? Неужели сама? Он уже гордился… Карамель же поняла по-своему его реакцию.

– Я их обрежу, и все дела! – приподняла точёный подбородок фея.

– И так легко признаешь поражение? – Нейл приблизился к девушке, теперь глядя на неё с высоты своего роста.

– Я…

Она замялась, всё сжимая ткань платья побелевшими от напряжения пальцами, и Ревард не выдержал:

– Прекрати подбирать слова.

– Разве смирение не добродетель? – проворчала фея.

– А разве добродетель есть в притворстве? – кинул в ответ мужчина и полез во внутренний карман своей куртки.

– Хочешь сказать, что прежде всего нужно оставаться самой собой? – осторожно спросила девушка, с любопытством поглядывая за его действиями.

– Верно! – хмыкнул Нейл, продолжая с усердием что-то выискивать в своей одежде.

Энр наконец вытащил платок и развернул его на ладони. Глаза Карамели расширились от изумления и восторга. Изящная цепочка, каждое звено которой было выполнено в виде нежного лепестка цалейны, поблескивала, покачиваясь на руке Реварда. На самой же ладони лежала её палочка, совсем забытая в аделхейтском доме. Нейл поднял пальцами цепочку, на которой велел мастеру надёжно закрепить сокровище феи. Пришлось задержаться на целые сутки, чтобы успеть всё сделать, как следует.

– Подойди ближе, – мягко велел он девушке.

Карамель подчинилась, подступая к Нейлу, и позволила ему надеть украшение на шею. Палочка нинкусс, словно небольшой ключик, мерно покачивалась, принимаясь искриться, почувствовав хозяйку.

– Спасибо, – лицо феи озарилось улыбкой, и Ревард не выдержал, отвечая тем же.

– Не вздумай потерять.

– Никогда, – заверила девушка, замотав головой для большей убедительности, – я буду хранить её. Всегда буду.

– И не вздумай обрезать косы! – припомнил вдруг Нейл, собственнически взял её за руку и повёл к едва приметному замку.

– Не стану, – прошептала ошеломлённая Карамель, и тихо улыбнулась, когда мужчина замедлил шаг, чтобы смогла поспевать за ним.

– И бродить одна по округе не смей! – продолжил отдавать распоряжения энр.

– И то верно, – согласилась фея и встрепенулась, потянув его за руку, – как же мне тогда ходить?

– Сказал же, что под моей опекой, – возмутился Ревард, – поэтому не смей доставлять хлопот.

– Поняла…

– Поэтому всегда будь на виду…

– Поняла…

– Как посмела так рисковать собой? – не выдержал энр. вовсе останавливаясь, – решила умереть? Ради чего была такой беспечной?

В его голосе слышалась тревога, и Карамель собралась с мужеством. Она подошла на шаг ближе и приподнялась на цыпочки, стараясь хоть так стать выше. Её ладони коснулись небритого лица Нейла, а через мгновение, фея коснулась его губ поцелуем. Не ожидая подобной «атаки», Ревард замер, почувствовав, как застучало в висках. Мягкие прохладные губы девушки продолжали неумело прижиматься к нему, и сдаваясь, Нейл бросил на дорогу свою сумку, привлекая фею к себе. Удерживая за талию, он легко приподнял её над землёй, отвечая на робкий поцелуй.

Вихрь золотистых искр закружил вокруг них, рассеивая утренний туман. Звёздами они осыпались и таяли на широкой дороге, выдавая все те чувства, что сейчас испытывала одна маленькая аделийская фея. Пусть это только начало, пусть путь предстоял ещё долгий, но Карамель готова была пройти его. Разве не была она такой же храброй, как великая Дюймовочка из Мейрна?..

Эпилог

Тёплый ветер мягко срывал белоснежные лепестки с крупных соцветий цалейны, гирляндами которых был украшен франгар. Их тонкий аромат кружил голову, и Варя глубоко вдохнула, буквально пьянея от восторга. Под кораблём сверкала спокойная Охэ – широкая чистая река, а над ними трепетали крепкие белые паруса, неся к землям Эвельхада, их новому дому.

Варя прошла по палубе, и прекрасный длинный шлейф платья скользнул по деревянным ступеням, когда она поднималась на небольшую смотровую площадку. Золотистое шитье наряда, в котором она ещё утром поклялась мужу в вечной любви, переливалось под лучами солнца, буквально ослепляя.

Трой улыбнулся, глядя на то, как девушка сражается с длинным подолом. Он подошёл к краю площадки и легко поднял жену на руки, направляясь с нею к ограждению. Здесь ветер был свежее, играя шёлковой завесой огненных волос девушки. Трой опустил жену, и теперь обнимал обеими руками за талию, прижимая спиной к своей груди.

– Смотри, Варвара…

Молодой человек указал рукой туда, вперёд, где их взглядам открывался Эвельхад. Светлый замок возносился к небу четырьмя башнями и буквально утопал в зелени. С берега сорвалась стайка белокрылых птиц, и пронеслась, обгоняя франгар, устремляясь затем к шумевшему вдалеке лесу.

– Он прекрасен, – прошептала Варя, подставляя лицо встречному ветру.

– Там, за замком, над рекою есть мост, – принялся рассказывать Трой, – я отведу тебя к нему вечером. Закат над Охэ чудесен и окрашивает воду золотом, словно твои косы.

Варя повернулась к мужу, оставаясь в тёплом плене его рук, и ласково убрала белоснежную прядь волос со лба. Затем её рука опустилась ниже, к лёгкой рубашке Троя. Девушка расстегнула пару пуговиц, чтобы в следующий момент распахнуть ворот и коснуться открытой кожи. Там, слева, над самым сердцем, серебром сверкала брачная печать, начертанная служителем храма. Варя провела кончиками пальцев, повторяя замысловатый узор, и тут же почувствовала, как отзывается теплом печать и на её груди, до середины скрытая лифом платья.

– Она сотрётся вскоре, – с нежностью проговорил Трой, глядя в глаза возлюбленной, – но навеки останется на моём сердце, Варвара. Будет отзываться болью, когда ты окажешься в печали, и будет разгораться теплом, каждый раз, когда твоё лицо озарится улыбкой.

Варя прижала ладонь к груди Троя, слушая, как замечательно билось его сердце, и он повторил за нею, касаясь печати на нежной коже жены. Прекрасным огненным цветком золотились её волосы, укрывая плечи и спину. Тёплыми искрами они вторили чувствам девушки, когда она коснулась губ Троя.

– И пусть однажды расскажут: «Они жили долго и счастливо». Верно? – улыбнулась Варя.

– Верно, – отозвался ледяной принц, обнимая своё огненное сокровище.

Франгар нёс их вперёд, всё приближая к долгожданному берегу. Пройдёт время и, конечно же, легенды расскажут, что жили они долго и счастливо, а если спорили, то истинная правда, над землёй Эвельхада шёл тёплый дождь…

Конец

Примечания

1

Эйслин – обращение к знатной женщине.

2

Эйсель – обращение к знатному мужчине.

3

Мейтедер – подобие ада в данном мире.

Content

Оксана Головина
Обещанная дочь

Часть первая. Чужая судьба

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Часть вторая. Варвара из Мейрна

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог

Примечания