Обатуров Сергей Георгиевич

Ученик лекаря.

Глава 1

Вскоре дорога, а вернее бездорожье несколько выровнялась, и кареты покатили немного быстрее. Возничие опять переложили поклажу по слегка просохшим ящикам, и в карете теперь можно было разместиться с комфортом. Наше направление немного изменилось, Теперь это было уже предгорье, на таких пастбищах обычно пасут отары овец, но пока вокруг было пусто. Зравшун уверенно вел наш караван, все больше и больше забирая к горам. Горы были не высокие, но склоны у них выглядели крутыми. Если бы я сам ехал в этом направлении, то ни за что бы не полез в такие горы, а тем более с каретами, но Зравшун видимо знал что-то такое, что придавало ему уверенности. Лошади, чувствуя его настрой, тоже бодро бежали по мягкому травянистому ковру предгорий. В воздухе разливалось неповторимое благоухание, так и хотелось набрать охапку цветов и вдыхать их аромат, однако я помнил свой недавний урок, поэтому старательно отводил глаза от ярких цветов, а их здесь было видимо-невидимо. К аромату цветов примешивался и запах примятой нашими колесами и копытами, травы. Горы приближались, чувствовалось, что появился небольшой уклон, который немного сбавил нашу скорость, но не на много. Темп лошадей оставался таким же, как и в начале, так что чувствовалось, что для них такой подъем не представляет никаких проблем. Где-то в районе полудня мы опять резко изменили направление и устремились в одно из ущелий. Перед нами вставала стена кустарника, было непонятно, как мы будем продираться в таких зарослях. Но Зравшун не нервничал, а значит и нам не стоит волноваться. Вскоре, дорогу нам преградила еще одна речушка, небольшая, не более десяти метров в ширину. Первая карета съехала с невысокого берега в реку и, повернула прямо по руслу реки, забирая против течения. Мы повторили их маневр и кони, мягко ступая своими передними лапами, почти не создавая брызг, потянули кареты по песчаному дну реки. С копыт, конечно, немного летела вода, но возничие сидели высоко, так что никакого неудобства никто не испытывал. Лошадям, по-моему, даже нравилась такая езда. Мы проехали по реке метров триста, а потом выбрались на противоположный берег, и перед нами открылось неглубокое ущелье, обильно заросшее по краям каким-то кустарником. Так разрастаются ежевичные кусты в горах, создавая непроходимые заросли, но как ни странно, дно ущелья было свободно от кустов и, даже виднелась незаметная тропинка, поднимающаяся куда-то к невидимому, невысокому перевалу. Так вот значит, как мы переберемся через эти горы. Лошади не выказывали никакой паники, а бодро тащили кареты в гору. Зравшун предложил пока коней не менять, так как потом встретится еще один такой подъем, вот перед ним и поменяем. Все молча согласились, ведь ему виднее, это все же его земли.

Настроение у всех приподнялось, все-таки ночная гонка наперегонки с какими-то тварями из другого мира, сильно подорвала настрой людей, но теперь все опять приходило в норму, да и с тракта мы ушли, пусть нас теперь поищут наши недоброжелатели. В середине подъема решили выбраться из карет, оставив там только баронессу с ее служанкой и сыном. Распределившись по каретам, стали подталкивать их в горку. Немного запыхавшись, мы выбрались на первый перевал, теперь дорога шла под уклон и мы запрыгнули в свои кареты. Лошади, за счет своих мощных когтистых передних лап легко тормозили наши кареты, так что спуск прошел довольно непринужденно, и уже на закате, мы спустились с первого перевала. Было решено заночевать здесь, так как ночью по горным тропам передвигаться, а тем более на каретах, будет только ненормальный, так что мы разожгли костер и принялись готовить еду. Все же нужно было воспользоваться случаем и нормально поесть всей нашей честной компании. Теперь баронесса и ее служанка кушали со всеми вместе. Ночь, как и бывает в горах, упала внезапно, вот еще совсем недавно некоторые вершины освещало заходившее светило, а теперь над нами было только звездное небо.

Ночное дежурство решили не отменять, так что не прошло и часа, а вокруг костра уже слышался храп. Баронесса ночевала в своей карете, так что все приличия были соблюдены. Ночь прошла на удивление спокойно, видимо действительно, наши недоброжелатели потеряли наш след. Вот и пусть устраивают засады по всей длине тракта. Я тоже, как и все, завернулся в одеяло и провалился в глубокий сон, все же позапрошлую ночь мне не пришлось нормально поспать, а потом эта кутерьма с уходом с тракта и преодоление водных преград. В общем, я спал как младенец, который, кстати, уютно устроился в своей коляске и тоже видел десятый сон.

Утром, проснувшись, обнаружили двух пастухов, устроившихся возле костра и беседующих с Зравшуном. Как только люди начали вставать, пастухи откланялись и растворились на горных склонах. Утренний моцион и завтрак заняли около часа, так что отдохнувшие и полные сил и надежд, мы тронулись в наш не легкий путь. Вскоре, опять выбрав одно из ущелий по только одному ему известным признакам, Зравшун повел нас штурмовать второй перевал. Он мало чем отличался от предыдущего, так что буквально через пару часов после обеда мы выбрались в изумительную долину. Она простиралась до следующей горной цепи, которая угадывалась на горизонте. Это и было княжество Аштор. Не прошло и часа, как нас перехватил пеший дозор, видимо это были местные пограничники. Зравшун пообщался с ними, затем от отряда отделился один воин и, отойдя от нас на достаточно удаленное расстояние, выпустил почтовую птицу. Вот и все, с этого момента о нас появилась информация, но вот то, что на нас нападут в землях этого княжества, было очень сомнительно, да и сам князь был скор на расправу. Если таких умников поймают здесь, то затем, на протяжении очень длительного периода головы тех, кто посмел нарушить законы Аштора, будут украшать главные ворота столицы. Один воин из отряда пограничников взобрался к Зравшуну и мы отправились дальше. Теперь наше путешествие напоминало скорее прогулку. Всюду, куда бы мы ни приезжали, нас встречали приветливо, кормили, меняли воду и давали еду в дорогу. Лошади получали свой паек, можно было даже не охотится, так что заводные не отставали от нас и всюду тянули свои морды, выпрашивая еду. Похоже, что молва о нас значительно обогнала наш караван. Теперь в деревнях нас встречал местный голова, солидно расспрашивал Зравшуна о том, был ли наш путь легок и удачлив. О легкости и удачливости можно было бы поспорить, но видимо, это была дань традициям, так что небольшая остановка и мы опять продолжаем свой путь. Наконец, в конце второго дня, после того, как мы спустились с гор, вдали показалась столица герцогства Аштор.

.2.

Глава 2.

* * *

Дорога, извиваясь, целилась, целилась и, наконец, привела нас прямо к воротам мощной крепости с замковым комплексом внутри. Архитектура разительно отличалась от той, что проповедовали в баронстве, куда я попал из своего мира. На воротах красовались чьи-то головы. Герцог Картжол был в своем репертуаре. Как по секрету рассказал нам Зравшун, он не помнил ни одного дня, когда бы на воротах не было отрубленных голов. Понятно, что рубили их не каждый день, но все равно, слава грозного и жестокого герцога Картжола была известна далеко за пределами герцогства. Кроме того, Картжол, а вернее Фелидас была близкой родственницей короля, так что почет и уважение в масштабах всей страны они имели, и даже за ее пределами. Стража на воротах была предупреждена и мы неожиданно обзавелись почетным караулом. Еще двадцать минут блуждания по запутанным улочкам и наконец, наши кареты въехали на замковый двор. Возничие быстро сориентировались в ситуации, и наш кортеж четко остановился рядом с лестницей у центрального входа в замок. Слуги кинулись к дверцам кареты, помогая всем выбраться из них, Вантилию и Зравшуну протягивали руки, желая помочь спуститься на подножку. Те рычали и свирепо вращали глазами, не обошли такие услуги и меня. Я не сопротивлялся, пусть почувствуют себя нужными, тем более я здесь присутствовал как ученик лекаря. Нас проводили до самых дверей, уже проходя вовнутрь одним из последних, я услышал набирающий обороты шум. Приглядевшись, выяснил, что нас встречают родители Зравшуна. Они стояли на середине лестницы, поджидая своих гостей. Оказалось, что это небывалое проявление признания статуса гостя, но здесь случился юридический казус, так как в числе прибывших был и их сын. Баронесса, будь она одна, удостоилась бы чести быть принятой в тронном зале, так как герцогский трон оказывается, присутствует. Баронесса понимала всю щекотливость этого момента, поэтому мягко вытолкнула вперед их сына, и мы все дружно последовали за ним. По тому, как разгладились лица встречающих, стало понятно, что вопросам этикета здесь уделяли огромное значение, что и не удивительно, учитывая происхождение жены герцога. Зравшун не утерпел, и бросился к родителям. Весь зал трогательно вздохнул, это настолько напоминало дворцовую сцену в мультфильме "Шрек", что я чуть не расхохотался. Баронесса уловила отголоски моих мыслей и незаметно двинула меня кулаком в бок. Наконец трогательная сцена закончилась, и всех громогласно пригласили в обеденный зал. Мы тронулись за своими сопровождающими, по ходу у нас забрали вещи, и пообещали, что они будут дожидаться нас в наших комнатах. Вантилий шепнул, что это один из способов предотвращения покушения на особ королевской крови. Ну, в общем-то, что-то в этом есть, ведь если пошарить у меня в рюкзаке, то там можно обнаружить очень много такого, что можно принять за оружие наемного убийцы. Тем временем вся толпа втекла в огромный зал. В середине были накрыты длинные столы, образовывающие букву "П", Во главе стола были поставлены резные стулья, ничуть не уступающие тем, что стояли в лаборатории Ликуры. Здесь это был признак достатка. Стали рассаживаться. Мы с Вантилием стояли и ждали, когда нам укажут на наши места. Что он, что я, мы оба были впервые на таком приеме. Однако все решилось просто, Зравшун замахал нам со своего места, и мы направились к нему. Наверное, нам не следовало этого делать, так как мы оказались ближе к герцогской чете, чем баронесса, но Зравшун закусил удила, и по нему было видно, что он больше рад нам, чем всей этой разноцветной толпе, окружавшей его родителей. Наконец все устроились и пир, в честь приезда наследника, начался. Конечно, все было завуалированно и прозвучало имя баронессы, как основного лица гостей, но Зравшун-то был не гость, так что заздравные речи сыпались то в одну сторону, то в другую. Мы налегали на еду и попивали вино, так как питались мы всю дорогу очень скудно. Несколько дней вообще ели только сухой паек. Зравшун тогда жаловался, что если бы он знал, то взял бы с собой коробку той лапши, что я ему презентовал. Но везла нас баронесса, а значит, она обеспечивала нас всем необходимым. Но как бы ни было, а мы смогли доехать, так что скоро все неудобства пути забудутся, да и последние два дня все же наше питание наладилось благодаря тому, что очень многие знали наследника и снабжали нас полноценной едой. Не так скоро, но поздравительные тосты закончились, и следовало приступать к самому щекотливому делу, цели нашего приезда. Это чувствовали и герцог с герцогиней, поэтому гости были приглашены на аудиенцию к его сиятельству, а мы могли отправиться в свои комнаты. Расставшись с главными действующими лицами, мы с Вантилием отправились к себе. У нас с ним была одна комната, так что слуга направился с нами, чтобы показывать дорогу. Наконец мы оказались в своей комнате и принялись обустраиваться. Определились с кроватями, Вантилий тут же завалился на свою, даже не раздеваясь. Я так не мог, просто не привык. Я умыл лицо и руки в стоящей в углу небольшой бочке, из которой воду следовало набирать высушенной и выскобленной половинкой какого-то толи плода, толи овоща. Форма была оригинальная, но для того, чтобы использовать как ковш, практически подходила. Мыться следовало над тазом, Почти родным братом того, что я держал в руках, наполненное водой. Процесс омовения прошел у меня достаточно быстро, так что я направился к своей кровати. Разделся и сложил свою одежду на спинку кровати, в ногах. Сам уютно устроился под теплым одеялом. Все же в каменных замках жить ужасно холодно. Но одеяло напоминало перину, так что буквально через пять минут я стал проваливаться в сон. А что, усталость, плюс мы плотно покушали, да и выпили немало, так что глаза мои отяжелели и я буквально провалился в сон.

Проснулся я оттого, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Я, приходя в себя, услышал тихий голос.

Господин, господин, просыпайтесь, вас желает видеть герцог.

Я стал разлеплять глаза, а мне уже подавали мою одежду. Слуга шепотом торопил, мол, нехорошо заставлять герцога ждать. До меня, наконец, дошло, чего от меня хотят, и я стал одеваться. Слуга опять настойчиво попросил делать все тихо, чтобы не разбудить своего соседа по комнате. Я перевел взгляд на кровать с Вантилием. Было плохо видно, но разглядеть человека, приставившего огромный тесак почти к шее Вантилия я смог. Сглотнув комок в горле, я кивнул и, действительно стал одеваться, стараясь не разбудить своим шумом Вантилия. Ему ведь, даже вдохнуть не дадут. Когда я потянулся к сабле, то на мою руку легла рука слуги, и он отрицательно покачал головой. Кивнув головой в знак того, что я все понял, я направился к двери. Проходя я обернулся, чтобы увидеть как второй слуга, убрав нож, быстро идет за нами. Мы крадучись вышли в коридор, и меня потащили за ближайший поворот. Там, прижав к стене, стали обыскивать. Все мои мелкие предметы их не интересовали, а вот складной нож "Зубр" они вытащили из моей одежды, и держа его у меня перед носом, поинтересовались, что это такое. Я, сделав честные глаза сказал что это лекарский прибор который помогает от таких заболеваний как жадность, глупость и наглость. Причем эффект очень стойкий, навсегда. Нож был помещен обратно и меня, завязав глаза, подхватили под руки и поволокли по запутанным переходам замка.

.3.

Глава 3.

* * *

С завязанными глазами я мог определять только вверх мы идем или вниз. Иногда я ощущал изменение объема пространства вокруг меня. Скорее всего, мы пересекали какие-нибудь залы или комнаты. Наконец меня поставили и, слегка отряхнув одежду, развязали глаза. Затем несколько раз стукнули в дверь и, передав меня с рук на руки охранникам, шепнули что-то на ухо одному из них. Меня провели в богато обставленную комнату. Вся мебель была какая-то громоздкая, но хозяину, наверное, нравилась, так как он сидел в одном из таких толи кресел, толи тронов. Махнув рукой охранникам, которые тут же исчезли, он подозвал меня жестом руки. Я подошел поближе и остался стоять, так как проявлять самодеятельность тут было чревато последствиями. Можно ведь очень долго всматриваться вдаль, находясь отдельно от своего тела, на одном из колов на городских воротах. А может мне, как почетному гостю найдут и более престижное место. Герцог побарабанил пальцами по подлокотнику своего монстробразного трона и, видимо приняв какое-то решение, грузно поднялся с кресла.

Так, пойдешь за мной. Что увидишь или услышишь, должно остаться в тебе. Угрожать не буду, сам понимаешь. Так, а теперь тихо как мышь входишь со мной в комнату и осматриваешь герцогиню. Если замечу что-то не то, тогда не обессудь, убью не задумываясь.

Я прочистил горло и сообщил его светлости, что мне будет достаточно просто наклониться над герцогиней, он мне даже может руки связать, чтобы обезопасить ее светлость. Герцог задумался, а потом, щелкнув пальцами, приказал связать мне руки. Миг, и мои руки были туго стянуты каким-то кожаным ремнем. Причем проделано это было молниеносно. Я кивнул герцогу, что мол, готов, и мы вошли в опочивальню к герцогине. Это был роскошный, по местным меркам, будуар. Герцогиня лежала близко к краю кровати, так что мне не нужно было лезть куда-то по кровати, чтобы добраться до нее. Я подошел, и наклонившись стал осматривать ее ауру, постепенно погружаясь все глубже и глубже. Аура носила следы сильного воспаления, я начал осматривать внутренние органы сверху, хотя пятно на ауре говорило, что очаг воспаления находится в районе живота. Просмотрел легкие и сердце, затем переместился по пищеводу в желудок. Здесь появились следы воспаления, я обследовал ближайшие участки возле этих следов и наткнулся на желчный пузырь, наполовину забитый камнями. Не останавливаясь, я расширил область обследования, и обнаружил еще очаг воспаления в поджелудочной железе но, похоже, самую большую проблему вызывал желчный пузырь. На всякий случай я проверил и органы еще ниже, там все было в порядке, Совершенно случайно краем пятна своего сканирования я зацепил матку и разглядел там комочек новой жизни. Вот это да. Говорить герцогу про это или нет? Думаю, что сказать нужно, но сначала посоветуюсь с Ликурой. Я мысленно обратился к ней, но ответа не последовало, я позвал ее более мощным сигналом но, опять тишина. Краем глаза я заметил метнувшиеся ко мне две фигуры, и вскоре меня вытащили в коридор и, не давая моим ногам встать на пол, потащили обратно в кабинет герцога. Как только меня поставили посреди кабинета, так и не развязав руки и, удалившись, оставили нас с герцогом одних, тот перешел в наступление.

Так, мои амулеты засекли, что ты пытался связаться с баронессой. Ты что, хотел меня обмануть? Я жду ответа. И, кстати, можешь не мучиться, баронесса сидит в одной из камер в моей темнице, так как не смогла подтвердить то, что я знаю и без вас.

Зря Вы так с баронессой поступили, ведь у нее здесь ее ребенок и она его должна периодически кормить грудью. Он еще маленький. По поводу ее светлости, у нее проблема с желчным пузырем и желчевыводящими протоками. Все это пагубно сказывается на поджелудочной железе и желудке.

Ха! Ты тоже запел про желудок. Нет, моя жена отравлена, и жить ей осталось немного. Королевские маги сказали, что около двух недель. Главный отравитель сидит там, недалеко от баронессы.

Не знаю, что там Вам наплели Ваши маги, но у баронессы камни желчного пузыря. Если помочь рассосаться камням, то все остальное само постепенно нормализуется. Аура герцогини чистая, за исключением описанного мною участка. Может, Вы замечали, или она вам говорила, что у нее по пищеводу поднимается что-то кислое. Вот это и есть один из симптомов того заболевания, о котором я Вам рассказал. И с таким заболеванием можно жить долго, пока оно не перерастет в злокачественную форму. Кроме того, я обнаружил еще кое-что и хотел поговорить с баронессой, можно ли это Вам говорить. Но раз Вы мне не оставили ни каких шансов, то могу сообщить, что герцогиня беременна, но срок еще очень маленький. Вот и все. В остальном никаких отклонений обнаружено не было. Версия об отравлении не выдерживает никакой критики.

Герцог опять прищелкнул пальцами, и опять те же два дюжих охранника поволокли меня по коридорам, а потом и вниз по крутой лестнице. Я уже догадывался, куда меня тащат, так что участь моя была не завидная. Мое предчувствие меня не обмануло. Мокрые, склизкие на ощупь камни темницы, и слабая полоска света в небольшую щель под потолком. У них тут что, оптоволокно проложено? Как это лучи местного солнца могут попадать на такую глубину? Хотя у древних египтян было что-то подобное. Руки мне не развязали, толи забыли, толи специально, так что опираясь о те самые мокрые камни я смог подняться с того вороха какого-то хлама, заменявшего здесь постель. Вывернувшись неимоверным образом, сумел дотянуться до кармашка с ножом. Суставы выворачивало, мышцы сводило судорогой, но я все же, изрядно матерясь, сумел вытащить нож и открыть его. Теперь дело за малым. Я перевернул его в руке и начал перерезать кожу. Хорошо, что та намокла, так что резать было гораздо легче. Слегка зацепив себя острием, я разрезал путы и с облегчением растер руки. Вот было бы смешно, если бы кожа ремней сначала намокла, а потом высохла, сжавшись. Так ведь и без рук можно остаться. Немного придя в себя, разбил место пореза на коже ручкой ножа. Пусть теперь гадают, как я смог снять их путы. Нож поместил обратно. Мне теперь такая штука все время будет нужна под рукой. Опять попробовал связаться с Ликурой, но нет. Молчит. Может на нее тоже какую-нибудь дрянь надели, что не дает использовать магию. А ведь я могу применить заморозку. Так, а что я могу заморозить? Да элементарно, Ватсон, щеколду на двери, да разбить ее как стекло. А что, можно попробовать, все равно делать нечего, а вообще, эксперименты такие нужно делать, когда ты еще на свободе, а не сидишь в каталажке. Так, сейчас настроюсь и попробую. Немного отдохнув направился к двери. Хорошо, что дерево тут дорогое, а так, сейчас заморожу замок, да расколю его к едрене фене. Когда я осмотрел замок, то мне на него даже стало жалко тратить магические силы. Проволоку или шпильку и через пару минут я на свободе. Нет, все же лучше накажу этот замок, пусть меняют дверь вместе с замком. Я пристально уставился на тыльную сторону замка. Вскоре металл покрылся инеем, я вытащил нож и рукояткой нанес несильный удар по замороженному металлу. Раздался легкий звон, и часть замка просто рассыпалась. Очень хорошо! Я отпер дверь и выглянул в коридор. Никого, только факелы горят на стенах. Я направился к ближайшей камере. Всмотрелся через прутья решетки, никого, пошел дальше, опять никого. Пройдя до самого конца, так и не обнаружил узников. Странно, я развернулся и отправился в обратную сторону. Нужно искать баронессу и еще герцог оговорился о каком-то отравителе, может, кого и найду. Я молча брел по тюремному коридору и заглядывал в каждую камеру. Пусто. Нет, здесь что-то нечисто. Не может такая тюрьма пустовать, если только это не камеры для смертников. По моей спине промаршировал полк мурашек. Нет, нужно вытаскивать всех наших и сваливать из этого гадючника. Диагноз матери Зравшуна мы поставили, все остальное пусть делают сами. Я не поленился и проверил все оставшиеся камеры. Никого. Ладно, отправляемся наверх, но по дороге нужно найти баронессу, если она в темнице, то значит где-то рядом.

.4.

Глава 4.

* * *

Из своего тюремного коридора я попал на лестничную площадку. Опять ассоциация с камерой смертников, ведь я в самом низу. Стал подниматься по лестнице, внимательно смотря себе под ноги. Лестница была старая, и некоторые ступени были сильно выщерблены. Я поднялся на два пролета, на каждой площадке входил в тюремные коридоры, шел и не громко звал баронессу, а вокруг тишина. То, что там внизу были камеры смертников, не казалось мне уже такой хорошей идеей. На четвертом снизу этаже, мне улыбнулась удача. Какой-то дрожащий голос позвал меня. Определив по голосу, откуда тот шел, я быстро прошел чуть ли не половину коридора. Вот, наконец, и та самая камера, я вгляделся в темноту, на куче тряпья сидел человек достаточно преклонного возраста.

Уважаемый, не подскажите, за что вас посадили в эту клетку?

Эх юноша, за глупость. Ну что стоило мне подтвердить диагноз королевских шарлатанов. Сейчас бы спал у себя в комнате, а не трясся бы за свою жизнь.

А, так вы тот самый отравитель, о котором мне поведал герцог.

Ну, что вы, какой из меня отравитель. Я был местным лекарем при замке герцога. Основная моя вина в том, что я привык делать свою работу хорошо, вот и поплатился.

Так, деда нужно вытаскивать, тем более, что герцог говорил, что баронесса где-то рядом. Сейчас открою дверь и, пока он будет отходить от нежданно свалившейся свободы, пройдусь по камерам, может, где-то здесь держат Ликуру. Опять воздействие на замок и вот дверь открыта. Прошел внутрь камеры. Здесь чувствовалось, что нет такой влаги, как там, внизу. Ощупал деда. Ну, ни фига себе, с такой цепью на шее, не то, что побег, до угла, где справляют нужду, не доберешься. И зачем, спрашивается такого дряхлого деда приковывать к стене. Я осмотрел себя и его. Тот был в какой-то ночной рубахе, видимо тоже брали прямо из кровати, значит больше, на нем ничего нет. Ладно, осмотрел себя. О, а может мне перейти на шорты. Вытащив нож, я отрезал обе штанины и, сделав из них подкладку на шею, под ошейник, заморозил плоскую часть ошейника с заклепками. Опять легкий удар и все, старик свободен. Оставив его отходить от моей операции я, затолкав обрезки своих джинсов за пояс, отправился по этому тюремному коридору. Да, в конце наткнулся на подобную картину. Ликура на конкретной цепи и, по-моему, чем-то опоена. Лежит не шевелиться. Я стал подсовывать свои обрезки под очередной ошейник, когда глаза ее раскрылись, и она слабо прошептала, что не понимает где она. Я тихо сообщил ей, ее местоположение и даже не поленился сообщить о ее статусе. Вот тут она окончательно пришла в себя, и стала ощупывать свой ошейник. Посоветовал ей убрать руки от ошейника, так как сейчас буду его замораживать. Ликура руки убрала, но ей стало интересно, а для чего нужно замораживать металл.

Да для того, чтобы он рассыпался как стекло.

Серигей, а что такое стекло?

Я тяжело вздохнул и включил заморозку. Когда осколки ошейника, звякнув, упали на пол, я помог Ликуре встать, и мы направились к выходу. По пути я заглянул в камеру к лекарю. Тот сидел и тупо смотрел на осколки ошейника.

Уважаемый, давайте выбираться отсюда, не знаю как вы, а я ни минуты не желаю оставаться в этом гадючнике.

Тот с кряхтением встал, и мы потащили его к выходу на лестницу. Уже приблизившись к светлеющему выходу, я услышал звуки шагов людей, спускающихся по лестнице. Кто-то периодически чертыхался, и я знал этот голос.

Вантилий, мы здесь.

Фуф, Серигей, ну наконец-то. Давай быстро наверх, там наши возничие караулят. Остальных связал. Кареты возле ворот и все остальные уже внутри, нужно срочно улепетывать отсюда. Только баронессу найдем и можно бежать.

Не суетитесь, баронесса здесь, и у нас есть еще один человек, думаю, что его придется взять с собой, иначе его здесь казнят.

Вантилий тут же шумно направился к нам. Миг, и они, оказывается с Зравшуном, подхватили старика и потащили его по лестнице вверх, не давая ему даже ноги поставить на ступени. Мы с Ликурой устремились за ними следом. Чем раньше мы сбежим из замка, тем для нас лучше. Выяснилось, что нам нужно подняться всего на один этаж, чтобы выбраться наружу. Здесь все было спокойно, наш заслуженный партизан сделал все быстро и тихо. Человек десять лежали возле стены плотно упакованные, хорошие кляпы во рту. Я показал Вантилию большой палец. Тот пожал плечами и сообщил мне, что он слышал весь разговор того слуги и меня, но не стал дергаться, так как его контролировали хорошо. Как только меня вытащили в коридор, он отправился за нами. Несколько раз терял из вида, но определив приблизительно направление, куда меня тащили, то вскоре опять обнаруживал всю нашу тройку. Проследил практически до дверей герцогского кабинета. Ближе соваться не стал, так как там была охрана. Подождал еще немного. Затем видел, как меня потащили к ближайшей лестнице и стал пробираться следом. Чуть не потерял, так как пришлось обходить группу охранников. Предположив, что если бы меня отпустили, то потащили бы к нам в комнату, а значит навстречу ему. Но тащили меня явно вниз, так что, определившись с направлением, он стал нас преследовать. Последнее, что зафиксировал, как меня втащили на лестницу в подвал. Ну а дальше куда, догадаться было не сложно. Вантилий повернулся и направился к Зравшуну. Нужно было что-то решать. Зравшун не спал. Разговор с отцом вышел тяжелый. Саблю отец забрал, но больше всего разозлился на сына за то, что тот применил подаренный магами другого мира амулет, передающий двигательные навыки. Герцог чуть не поднял руку на своего сына. В общем оба расстались недовольные друг другом. Зравшун предложил побег, он уведет нас в сторону от пути к баронству, но через земли его бабки и деда, так что туда за нами отправятся в последнюю очередь. Дед, когда Зравшун был еще маленьким, показал ему скрытый проход в горах, так что мы точно оторвемся от преследования дня на три, четыре.

Вантилий с Зравшуном подняли наших людей и приказали готовиться к отъезду. Дольше всего собирали служанку и ребенка, но как мы видим, все успели. Наша группа пересекла двор перед входом в замок и только тогда разглядели в темноте стоящие кареты. Быстро загрузившись, мы тронулись к городским воротам. Все опасались, что нас не выпустят, но лицо Зравшуна и предъявленный им какой-то знак, открыли перед нами ворота. Время приближалось к утру, так что мы торопились, подгоняя коней. Те и сами понимали, что стряслось что-то непредвиденное, и старались выжать максимальную скорость. Впереди светил мой фонарь, так что нестись, по ровной дороге, можно было смело. Уже когда стало рассветать, Зравшун свернул на неприметную дорожку, километрах в десяти от города. Когда мы проехали от основной дороги метров триста он остановил кареты и, сбегав назад, уничтожил наши следы. Теперь нужно приложить усилия, чтобы определить, куда мы поехали. Глядя на Зравшуна складывалось такое впечатление, что ему часто приходилось такое вытворять. Мы с Вантилием понимающе переглянулись.

.5.

Глава 5.

* * *

Кони ходко шли к горной цепи, опоясывающей эту цветущую долину. Как объяснил Зравшун, по этой дороге два раза в год проезжают сборщики ягод, что собирают на горных склонах. Сама дорога является тупиковой, так что сюда даже не сунутся. Да это виделось и по колее, проложенной нашими предшественниками. Мы, не торопясь, давая коням немного отдохнуть, проехали почти до конца дороги и, как и в прошлый раз, свернули по руслу небольшого ручья. Тот вытекал из расщелины, расколовшей огромную глыбу на две части. Зравшун уверенно правил по руслу прямо в расщелину. Мы двигались плотно друг к другу, чтобы как можно быстрее скрыться с чужих глаз. Если кто-нибудь увидит, то вся наша игра в прятки накроется медным тазом. Основные жилые места мы проехали еще ночью, так что увидеть нас мог только случайный путник. Наконец обе кареты въехали в разлом и, отъехав буквально несколько десятков метров от входа остановились. Мы уставились на тот ручей, который привел нас сюда. Он, журча, вытекал из-под огромного камня, перегораживающего дальнейший проход по расщелине, пробив себе дорогу ближе к одной из стен. Если верить своим глазам, то прямо перед нами был тупик. Если не верить, то тоже. Зравшун спрыгнул с козлов первой кареты и побежал по ручью. Мы, тоже выбрались из кареты. Нужно было немного размять ноги, да и посмотреть, куда это нас завел Зравшун. Вскоре послышался легкий гул, а затем часть камня, отъехала в глубину раскола. Оттуда выбрался довольный Зравшун и скомандовал нам, вернуться в карету. Первая карета тронулась в открывшийся проход, и наша, последовала за ней. Так, по руслу ручейка, мы и въехали в огромную пещеру. Опять остановка и Зравшун умчался назад, закрывать проход. Опять тот же гул, усиленный эхом пещеры и все стихло. Стало темнее, но не на много. Свет пробивался через какие-то дыры в верхней части пещеры. Важно, что мы видели дорогу и могли сносно по ней ехать. Ехали около часа, пещера становилась все уже и уже, видимо скоро можно будет достать до стены из окна кареты рукой. Однако уже проход не становился, и мы еще полчаса наблюдали проплывающие мимо нас каменные стены. Наконец, первая карета остановилась, сильно не доехав до перегораживающей нам путь скалы. Зравшун, соскочив с кареты, опять проделал какие-то манипуляции в темноте и, вернувшись, принялся ждать. Минуты две ничего не происходило, а потом часть огромного камня устремилась к нам. Кони попятились, но Зравшун прикрикнул на них и те успокоились. Камень остановился, не доехав до нас метров пять. Первая карета тронулась и, объехав выдвинувшийся камень, юркнула за него, мы повторили маневр первой кареты и выехали в длинное ущелье, заросшее теми же кустами, что и склон с той стороны секретного прохода. Погода разительно отличалась от той, которую мы видели буквально пару часов назад. Дул холодный, пронизывающий ветер, даже не смотря на то, что нас прикрывали стены ущелья. Небо было пасмурным и хмурым.

Перед нами была такая же невзрачная колея, как и та, по которой мы ехали с пару часов назад. Теперь прятаться ни от кого было не нужно, и мы позволили коням самим выбирать темп движения. Зравшун дал указание возничему на первой карете и, спрыгнув с кареты на ходу, запрыгнул к нам. Мы все с улыбкой встретили нашего проводника и спасителя и хлопали его по плечам, выражая ему свою признательность.

Возничие полезли за своими теплыми плащами, Окна в каретах задернули дополнительными плотными занавесками. Еще около часа мы выбирались на наезженный тракт, где круто повернули направо. Мы успели проехать не более трехсот метров, как были остановлены военным патрулем. Зравшун тут же направился к ним. Состоялся длительный диалог с маханием руками, характерным верчением пальцем у виска. Но видимо доводы Зравшуна не смогли перебороть чьего-то приказа и мы, развернув коней, направились в обратную сторону, по тракту. Зравшун вернулся встревоженный. Оказалось, что это дед. Как он узнал, что мы прошли тем самым проходом? Но сейчас он желал лицезреть своего внука и его попутчиков. Дед был по линии отца, так что нам могло это все вылезти боком.

На козлах, рядом с каждым возничим, уселось по два воина. Все это очень напоминало арест. Еще через полтора часа вдалеке показался красивый город. Были видны какие-то высокие башни, а вскоре и крепостные стены. Наши лошадки немного устали, так как мы, во время побега ни разу не поменяли лошадей. Зравшун предупредил нас, что с дедом будет разговаривать сам. Дед, как и все северные варвары, отличался крутым нравом, но был справедлив, правда, при дележе добычи. Пока происходил диалог Зравшуна с отрядом, повернувшим нас к замку его деда, я успел разглядеть экипировку воинов. Все, как и говорил Зравшун. Кожа, мех, медные или бронзовые накладки в местах, прикрывающих наиболее важные органы воина. Оружие составляли мечи, круглые щиты и копья с четырехгранным наконечником. Все грубой ковки, но простота оружия компенсировалась мощным телосложением воинов, четкостью и экономностью их движений. В Зравшуне это все было несколько завуалированно. Еще полчаса и мы въезжали в очередные городские ворота. Никто не махал нам приветливо, лица у охранников были суровые и шутить с ними совершенно не хотелось. Вскоре мы приблизились к центральной части города, где возвышалась огромная башня, сложенная из необработанных камней. Их подбирали с таким расчетом, чтобы очередной камень вписывался рядом с другими, такими же. Она возвышалась как занесенный меч, над всем городом. Я уж думал, что нас поведут в эту башню, но нет, мы миновали ее и направились к какому-то языческому храму, во всяком случае, языческим его назвал я и боги никак не отреагировали на мои мысли. Наконец кареты остановились, и мы выбрались на пронизывающий ветер, дующий с гор. К нам направился огромный широкоплечий горец с крючковатым носом. Его одежда ничем не отличалась от всех остальных воинов, окружавших нас. Миг, и Зравшун попал в медвежьи объятия своего деда. То что это его дед, неуловимо угадывалось в смягченных чертах Зравшуна. Дед от души хлопнул его по спине, а потом обернулся к нам.

Будте моими гостями, друзья моего внука. Если бы я не приложил усилия, то этот оболдуй опять сбежал бы, не навестив своего любимого деда.

И он от души захохотал над своей шуткой. Мы кисло улыбались, так как было совершенно непонятно, отвечать нам на его приветствие, которое звучало скорее как констатация факта нашего прибытия по его распоряжению. Дед все еще прижимал внука, так, что тот и вырваться не мог. Пауза затягивалась. Нужно было что-то делать, да и баронессу положено было представить, а то ее примут за какую-нибудь служанку и зажмут в темном углу. Оглядев наши ряды, я не обнаружил спасенного нами лекаря, но да это и понятно, кто же с нормальной головой выберется на холод в ночной рубашке. Я вышел вперед и, поклонившись, произнес.

Позвольте Вам представить члена Ковена магов, лекаря и баронессу Ликуру, жену Варелу, которая является моим учителем в лекарском деле.

Баронесса вышла вперед и склонила голову. Было видно, что моя инициатива ею отмечена, так как здесь, представить ее было просто некому. Два наемника, возничие и служанка, а я все-таки получил статус ученика такой великой магини.

Это что за хмырь? - Поинтересовался дед у внука, тот только приготовился ответить, как дед громогласно объявил, что в честь приезда его внука объявляется поединок. От гостей в кулачном бою выступлю я, как самый наглый оборванец, а от лица хозяев выступит Харелгу. Толпа одобрительно загудела. Уже и без того, как толпа расступалась перед огромным детиной, было понятно, что это подстава. Скорее всего, лучший кулачный боец. А то, что я оборванец, так ведь других штанов у меня нет, так что имеем, то что имеем.

Помнишь внучок, как он отделал тебя перед твоим побегом. Я уже тогда знал, что ты решил податься в наемники, но проучить тебя стоило, так что не обижайся. Это тебе урок, не обманывай деда.

.6.

Глава 6.

* * *

Толпа воинов тут же образовала кольцо, так, что в первом ряду стоял дед Зравшуна, так и не выпустивший своего внука. Мои спутники по побегу молча исчезли в толпе, окружающей меня, только Вантилий хлопнул меня по плечу, и шепнул, держись. Зравшун пытался отцепиться от деда, чтобы сообщить мне что-то, но тот крепко держал его. Было понятно, что если бы это был не его дед, то Зравшун мог просто применить силу, но тут заправлял всем этот седовласый крепыш. Его даже дедом то сложно было назвать.

Между тем события стали разворачиваться, и странности накапливались. Харелгу, получив от кого-то кожаные ремни, стал заматывать ими руки. Таких ремней у меня не было, и никто их мне не предлагал. Я отцепил ножны с саблей, вытащил кинжал, и складной нож из потайного кармана, сложил все это прямо на землю. Потом растер уши, а затем сделал быструю разминку готовя свое тело к откровенному мордобою. Никто не озвучил никакие правила, толпа только стала входить в некий экстаз, они шумно проговаривали какую-то присказку, смысл которой ускользал от моего понимания. Видимо с таким наплывом одной и той же фразы, амулеты не справлялись. Наконец толпа взревела какой-то боевой клич, и мой противник кинулся ко мне. Я уклонился, как учили в армии, ведь только в вооруженных силах я попробовал, что такое драться по-настоящему, но в пределах разумного. В моей гражданской жизни все проходило без каких-то эксцессов. Дрался немного в малолетстве, но это скорее была борьба с элементами легкого рукоприкладства, а вот так, серьезно, это в первый раз. Мой противник был настроен серьезно. Кулак буквально просвистел невдалеке от моего лица. Я не торопился бить, мне нужно было разобраться в стиле боя моего спарринг-партнера. По толпе было видно, что она жаждет крови. В голове мелькнуло, что если он отделал Зравшуна, то меня раскатает здесь как блин. Несколько серьезных ударов я пропустил мимо себя, все еще уклоняясь, пару раз парировал атаку. При столкновении наших рук внезапно понял, что я ничуть не уступаю своему противнику в силе. Видимо сказывалась моя жизнь при другой силе тяжести. Наконец мой оппонент пустил в дело и ноги. Широкий, с замахом удар ногой, который я отвел рукой слегка подтолкнув противника, заставил того потерять равновесие, и если бы я в этот момент провел атаку, то мог получить некоторое преимущество. Но сейчас я заботился в основном об обороне. Чтобы драться так, как мой противник, нужно завести себя, а я не мог. Воспринимал это как какую-то игру. Однако атака ногами показала, что в нашей драке можно применять все части тела, так что буду ждать удобного случая.

Вскоре я понял, что не следует уходить в глухую оборону. Когда я приблизился спиной к толпе, окружавшей нас, то меня грубо толкнули в направлении кинувшегося на меня Харелгу, так что я не успел отразить удар, и по лицу потекла кровь из разбитой брови. Странно, зацепил он меня чуть-чуть, а бровь рассадил. Теперь я кружил вокруг моего противника и контролировал еще и спину, не хватало, чтобы меня вытолкнули так, что получится встречный удар. Такой монстр может и убить, тем более не известно, что там у него под ремнями. При этой мысли я обратил внимание на кулаки, обмотанные кожаными полосками. А ведь точно, между ремнями были видны бронзовые шипы, которые несильно выдавались вперед. Незаметно, но эффективно, судя по моей брови. Пока кружились, выбирая момент для атаки, я слегка подлечил свою бровь, так что кровь перестала сочиться. Пора было переходить к решительным действиям, да и поставить на место этого переростка, который применяет запрещенные приемы. Несколько раз мы сходились, нанося, в направлении друг друга, короткие серии ударов. Кулак Харелгу достал меня в грудь, рядом с правым плечом, а я смачно врезал ему по уху, которое теперь опухло, и было малинового цвета. Мой ответ в ухо не был встречен таким ревом, как доставшие меня удары, так что он принес только одно, Харелгу впал в бешенство. Его удары посыпались на меня один за другим. Блоки и нырки корпусом не спасали, уж слишком часто и сильно он молотил по мне. На моих руках выступила кровь, так что я тоже разозлился. На очередной атаке противника я не стал сильно уклоняться, а слегка отшагнув правой ногой в сторону, нанес удар коленом левой ноги в район печени. В момент своей атаки я пропустил удар в лицо, но он был немного смазанным, так как в этот момент мы были уже вплотную друг к другу, и мое колено пробивало брюшную стенку, жестко травмируя печень. Миг, и я разорвал дистанцию, буквально отпрыгнув от противника, так как такое положение в момент удара очень неустойчивое, да и для моего оппонента я сильно открытый. Но ответной атаки не последовало. Мой противник мешком упал на землю. Толпа, только что оравшая и подбадривающая своего кумира, разом притихла. Я повернулся к своему противнику спиной и посмотрел на деда Зравшуна. В его глазах горел азарт, который постепенно сменялся недоумением. Я кивнул себе за спину и поинтересовался, что с ним делать, добить или лечить, так как если ничего не делать, то Харелгу может просто умереть. Дед задумался, так как до него, видимо, никак не могло дойти, что такой мягкой ногой можно убить. Но, с другой стороны, Харелга так и лежал на земле, не шевелясь. Если честно, то я, по своим ощущениям почувствовал, что удар достиг цели. Наконец дед очнулся и, сделав знак рукой кому-то из своих, попросил проверить. Местный лекарь бросился к Харелгу и через некоторое время сообщил, что тот мертв. Я аж подскочил на месте, развернувшись, бросился к моему бывшему противнику. Миг, и я стою рядом с ним на коленях, входя в свое отрешенное состояние, для проведения глубокой диагностики и лечения. Да, печень я ему порвал, но вот на счет умер, я бы так не сказал. В нем слабо, но теплилась жизнь. Сейчас было состояние, очень похожее на кому. Видимо организм сам не знал, что ему делать. Я стал сращивать печень и подкачивать силы в этого монстра. Травма была тяжелой, так что я вынужден был выложиться по полной, как всегда. В общем, я пришел в себя в пиршественной зале, где все соратники деда Зравшуна распевали какие-то песни. Я сидел прижатый с одной стороны Вантилием, а с другой меня подпирал спасенный мною из камеры, лекарь отца Зравшуна. Думаю, что это он смог помочь мне оклематься, так как Ликуры в зале не было видно. Видимо мое возвращение к жизни отследили, так как тут же поднесли деревянную чашу, судя по запаху, с алкоголем. Ну, что же, нам, советским людям не привыкать, и я опрокинул в себя это пойло. Да, очень плохо очищенный самогон, главное, что бы не из каких-нибудь грибов галлюциногенов, а то тогда меня ждет незабываемая ночь. Толпа взревела, оценив размах моей дружбы с алкоголем. Тем временем мне похорошело, кровь быстрее побежала по венам. Я обвел взглядом застолье. Ну, понятно, что Зравшун сидит с дедом, наши возничие в конце стола, Вантилий рядом, да и лекарь, тоже. Его слегка приодели и, по-моему, с плеча Вантилия, так как наряд был несколько великоват. Я так и сидел в своих обрезанных джинсах. В голове мелькнула мысль, что возвращаться на Землю следует летом, а то люди не поймут.

.7.

Глава 7.

* * *

Наконец я кое-как пришел в себя и поблагодарил лекаря за его помощь, тот смущенно покивал, но мысли его были где-то в другом месте. Алкоголь подстегнул все процессы в моем организме, в том числе и зверский аппетит. Я набросился на еду, как будто прибыл только что с необитаемого острова. Я так увлекся едой, что когда мне на плечо легла чья-то рука, сразу и не понял, кто так хочет привлечь мое внимание. Оказалось, внимание тут не при чем. Нас с лекарем просто выдернули из-за стола, а рука, что лежала на моем плече, просто указывала воинам, кого следует хватать. Я не стал устраивать истерику, так как слегка пришел в себя, но все равно, мне следовало какое-то время воздержаться от проявлений магии. Лекарь как-то обреченно болтался в руках двух дюжих воинов. Я для себя стал сравнивать работу лекаря с работой сапера. Одна ошибка, и ты, в лучшем случае, за воротами замка, а в худшем, твои незрячие глаза смотрят на тех, кто входит в городские ворота. Нас вытащили на улицу, местное солнце уже исчезло за горизонтом, так что, по ощущениям, был поздний вечер. Мы пересекли площадь, где проходил наш бой с Харелгу, и нас втащили в дверь той самой башни, которая произвела на меня неизгладимое впечатление. Протащив по темной прихожей, нас поволокли вниз, на пару этажей. Здесь на стенах горели факелы, отбрасывающие колышущийся свет на стены и пол короткого коридора. Стукнув для порядка в деревянную дверь, охранники распахнули ее и втащили нас внутрь. Здесь уже были приготовлены два каменных седалища, креслом их мог назвать только человек с развитым художественным вкусом, я же видел две каменные глыбы, вытесанные в виде кресел. Нас усадили прямо на камень и очень плотно привязали. В голове мелькнула мысль, стоило ли убегать из одного подземелья, чтобы попасть в другое.

Напротив нас сидел дед Зравшуна, ну и правитель этих земель, по совместительству. В отличие от нас, его зад покоился на короткой деревянной скамье. Воины, выполнив поручение, коротко кивнув деду, вышли из этой камеры пыток. Здесь не было специальных приспособлений, наводящих ужас на узников. Здесь этим ужасом был сам дед.

Ну, что же, позвольте представиться, глава клана Аштор, Закарит. У меня к вам несколько вопросов, так что прошу, не отказывайте мне в такой малости.

Он явно издевался, а кроме того, было видно, что он ведет какую-то свою игру. Всем телом повернувшись в сторону лекаря, он уставился тому в глаза. Бедный лекарь весь трясся, проклиная тот день и час, когда выбрал профессию лекаря.

Ну, рассказывай любезный. Меня интересует все.

Да что рассказывать. Когда я ушел от вас, то долго скитался голодный и холодный, ни денег, ни крыши над головой. Наконец один из моих учеников сообщил мне, что в одном из герцогств требуется лекарь. Вот я и направил свои стопы туда. Меня встретили, проверили мои навыки, вспоров одному из заключенных живот. Я зарастил порез и поддерживал около минуты жизнь заключенного, но как оказалось, зря. Ему тут же отрубили голову, забрызгав меня кровью. Как бы там ни было, но меня взяли на должность замкового лекаря. Так я проработал около пяти лет. Недавно герцог вернулся из поездки к родителям своей жены, и с этого момента началась какая-то чехарда. В замок приезжали лекари из дальних провинций и других стран. Я, как и у вас, был далек от всяких дрязг рядом с троном. Меня интересовало только лечение. Всех больных, которые доходили до меня, я лечил, как умел и смертельных случаев, у меня практически не было. С год назад я узнал, что, оказывается, мой господин приходится вам сыном. Вот уж поистине, яблоко от яблоньки далеко не катится. Он такой же бешеный, как и вы. Так продолжалось несколько месяцев, пока однажды меня не пригласили осмотреть герцогиню. Я обнаружил у нее желудочные колики и посоветовал сменить ту пищу, к которой она привыкла. Поговорив с ней немного и успокоив ее, я ушел к себе. Ночью, когда я спал, ко мне ворвались охранники и оттащили в подземелье. Герцог встретился со мной всего один раз и указав на меня пальцем сообщил мне, что я отравитель, и теперь буду ждать своей участи в подземелье. Герцог вызвал еще несколько лекарей, так что все вскоре разрешиться. Как разрешается все у герцога я видел каждый день на городских воротах. Вот так я и сидел, пока вот этот молодой человек не освободил меня. Ночью мы выбрались из замка и бросились бежать, так как оба лекаря гостей тоже сидели в застенках вашего сына. Ну а дальше вы все и сами знаете.

Улыбка скользнула по губам Закарита и он перевел свой взгляд на меня, а сам прищелкнул пальцами. Тут же в двери ворвались четыре охранника, но видя, что все спокойно, отвязали лекаря, и потащили его из комнаты. Тот даже не кричал, видимо давно простился со своей жизнью.

Ну что же, теперь перейдем к тебе. Ты тоже смотрел герцогиню? Давай, выкладывай все как на духу.

Думаю, что можно было побеседовать и в более приятной обстановке, если вас интересуют результаты обследования герцогини, а не устраивать весь этот фарс. В принципе не только я осматривал больную, это сделала так же и баронесса.

С баронессой я уже поговорил, сейчас меня интересует то, что увидел ты.

Да ничего особенного я не увидел. Проблема герцогини в том, что у нее в одном из органов скопились камни. Скорее всего, это результат не правильного питания. Из за этих камней у нее стала плохо работать одна из желез и как следствие стал болеть желудок и появились боли в области подреберья. В принципе ничего сложного, небольшое вмешательство лекаря и все можно было бы привести в норму. Однако герцог устроил истерику и посадил нас с баронессой за решетку. Наглость, которая может дорого ему обойтись. Я не угрожаю, я просто констатирую факты, ибо сам являюсь лишь учеником госпожи Ликуры, а вот она может серьезно обидеться на герцога, а учитывая ее высокий статус в магическом сообществе, то и потребовать извинений, как моральных, так и материальных.

О, да ты нам с сыном угрожаешь?

Разве вы услышали от меня угрозу? Я просто описал действия человека, имеющего вес в обществе. Сам я могу отомстить только своими руками, но вот баронесса, думаю, будет жаловаться королю и в Ковен магов. Мы отправились в герцогство по распоряжению богов и главы Малого Ковена. Причем участники поездки были названы богами, а нас с Зравшуном еще и оставили для приватной беседы. Правда, по дороге выяснилось, что председатель малого ковена оказался предателем, но вот от указания богов так просто не отвертеться, так что мы продолжили путь в надежде помочь герцогине. Однако герцог видит эту ситуацию по-своему, поэтому, думаю, что мы откажемся в следующий раз ехать в это герцогство, да и к вам тоже. Уж больно вы гостеприимные.

.8.

Глава 8.

* * *

- Я смотрю, ты очень нагло себя ведешь, кроме того я заметил, что ты оказываешь очень сильное влияние на моего внука.

Почему это, влияние? Просто во время нашей поездки, а она была около двух недель, мы сильно сдружились, кроме того, дорожные испытания помогли нам понять друг друга получше. Ваш внук лишился своей фамильной сабли за то, что в нашем совместном путешествии исполнил танец смерти, когда ситуация, по его мнению, была безвыходная.

Как это он лишился фамильного оружия? Я что-то об этом ничего не знаю. Да и сабли какие-то у него на спине есть, так что, давай, рассказывай.

Да все очень просто. Мы уже возвращались с товаром домой, когда на наш след наткнулись два карисана. Лошади с грузом убежать не могли, а пешему, от них убегать, просто смешно. Мы остановились и стали готовиться к бою. Вот тогда Зравшун и сделал что-то такое, что называется у вас танец смерти. Если честно, то я ничего такого не заметил. Мы работали в паре, я стрелял по глазам, а Зравшун, когда увидел, что один карисан завертелся, ослепленный, на месте, то бросился на него и в прыжке вогнал меч прямо в глаз карисану. Правда, все прошло не вполне удачно, так как карисан зацепил его хвостом. Я ему потом перелом руки лечил, а сотрясение мозга баронесса вылечила я, тогда, такое еще лечить не умел. Потом мы погрузили карисанов на телегу и привезли в замок к баронессе. Там она препарировала обе туши. Так что я этой информацией не располагаю. Зравшуна вез в телеге на подстеленных одеялах, чтобы его не растрясло, так что дорогу он перенес хорошо, ну а в замке Ликура его за два дня на ноги поставила.

Закарит по-особому щелкнул пальцами, и из скрытой ниши вышел человек. Он что-то прошептал на ухо Закариту и снова удалился к себе. По лицу моего собеседника пробежала нехорошая улыбка.

Ты что-то скрываешь от меня в отношении самой герцогини.

Конечно, скрываю, это называется врачебная тайна и врачебная этика, только тут о таком, видимо не слышали.

Ты, по-моему, с огнем играешь. Наглость, это то, что погубит тебя. Я хочу знать эту тайну.

Да я, наверное, не правильно выразился. Это и тайной то не является, так как скоро будет всем заметно, просто родители будущего ребенка сами решают, когда им сообщить об этом всем.

То есть, ты утверждаешь, что герцогиня беременна?

Ну да, я и герцогу об этом сказал, не знаю, правда, услышал он меня или нет, так как был полностью погружен в свою шизофрению, будто герцогиню отравили. Конечно, она с этим заболеванием, что у нее сейчас есть, проживет еще долго, но оно может перейти в злокачественную форму, да и перед рождением ребенка было бы неплохо ее подлечить, все же вынашивать ребенка лучше здоровой женщине, чем больной.

Старик надолго задумался, было видно, что эта новость для него приятна, но есть что-то, что не дает ему покоя. Наконец он, буравя меня взглядом, поинтересовался полом ребенка. Я ему объяснил, что срок еще очень маленький, я и увидел-то ребенка краем глаза, так как осматривал герцогиню совсем в другом плане. А потом слуги герцога меня скрутили, утащили в подвал, где и посадили за решетку. Я, сняв путы, выломал замок и направился искать баронессу, но кроме нее я обнаружил и старого лекаря, так что прихватил его с собой. Уже поднимаясь по лестнице, мы столкнулись с Вантилием и Зравшуном, которые кинулись искать нас. Вместе мы выбрались к нашим каретам, а затем, пользуясь тем, что Зравшуна знают все, мы выбрались на тракт, а дальше Закарит все знает сам. Закарит выспросил все, и на каком этаже подвала я сидел, где нашел лекаря, баронессу. Мы так мило беседовали, что я даже забыл, что сижу на каменном кресле и что мое тело основательно примотано к этому монстру. Наконец Закарит принял какое-то решение. Он опять прищелкнул пальцами и в комнату ворвались все те же четыре воина. Он указал на меня пальцем и распорядился, чтобы меня уволокли в его любимую камеру, за решетку. Я возмущаться не стал, просто было бессмысленно. Думаю, нужно будет дождаться Зравшуна и побеседовать с ним, а то, что он найдет меня, я даже не сомневался. Сейчас главное, чтобы Вантилий не наделал глупостей, а то может кинуться меня выручать, хорошо, что за столом он не начал махать руками или железом. Там ведь всякое могло произойти. Три раза упал на свой собственный кинжал, какая беда, и все три раза неудачно, в смысле, насмерть.

Меня волокли через темные коридоры, мы спускались по крутым лестницам, а затем опять поднимались вверх, пересекали другие ходы или большие помещения. Все здесь дышало древностью. Наконец мы остановились возле металлической двери. У нее запорный механизм был снаружи, и очень напоминал распирающийся замок сейфовой двери. Вот это да. Тут такого не должно быть. Однако глаза мои меня не обманывали. Значит, скорее всего, наследие другой, ушедшей расы, или предков. Но долго рассматривать дверь мне не дали, одним движением сняли путы и втолкнули внутрь моей камеры, захлопнув дверь.

Да, не камера, а хоромы, во всяком случае, не воняет, как у герцога, да и сухо здесь. В первую очередь ощупал свою одежду. Ножа, как ни странно, не нашел. Видимо у служивых Закарита есть опыт в таких делах. Ну что же, посидим, подумаем над своим поведением. Не похоже, что меня будут держать здесь долго, скорее всего, старику нужно будет все проверить, поэтому он просто изолировал меня на время, чтобы я ни с кем не смог пообщаться. Как человек, Закарит мне понравился. В нем чувствовался стальной стержень, да и просто так он издеваться не будет. Проверки, правда, у него несколько своеобразные, но у нас, у каждого, свои тараканы в голове, так что это простительно. Вообще, странная в этот раз поездка получилась. Даже познакомиться не успели, хотя времени была уйма. Интересно, как лекаря звать да и знает ли его Ликура. Она его даже и не видела. Ну, унесли человека по лестнице вверх Вантилий с Зравшуном, а кто это, пойди, угадай. Ладно, нужно обустраиваться в новой камере. Я обошел ее по кругу, осмотрел все. В целом, квадратная комната с идеально ровными стенами, что не характерно для этого мира. Дверь с неизвестным запорным механизмом. Все остальное соответствует действительности. Ворох сухой соломы на полу и сверху наброшена лошадиная попона. В углу ведро, наполовину наполненное водой, скорее всего мой туалет. Больше ничего здесь нет. Ладно, если посадили, то буду лежать. Нужно восстановить магические силы, может еще пригодятся. Кстати, не мешало бы проверить. Так, а этого и следовало ожидать, свою магическую силу я здесь не чувствовал. Странная камера, странное покрытие стен, странная дверь. Если будет возможность, нужно будет разузнать, от кого им все это досталось?

.9.

Глава 9.

* * *

В камере я просидел два дня. Во всяком случае, мне так казалось, ведь я мог ориентироваться только по тому, как мне приносили еду. Пока все было пристойно, и я не делал попыток выбраться из этой клетки. На третий день меня вывели в коридор. Никакого насилия, все чинно, благородно, если не считать того, что я отсидел два дня в каталажке. Провожатых было двое. Один шел впереди, а второй сзади. Опять наш маршрут пролегал по подземелью. Некоторые места я даже узнал, так что можно было предположить, что меня ведут обратно к Закариту, в его пыточную или допросную. Как я и думал, наш путь закончился перед знакомой дверью. Первый мой сопровождающий постучал в дверь, которая тут же распахнулась. Этот конвоир отступил в сторону и позволил мне войти внутрь. Как и в прошлый раз Закарит сидел на своей лавке. Мне оставалось выбрать любое из каменных кресел. Выбрал то, которое ближе к входу и уселся на него. Вопросительно взглянул на старика. Будут привязывать или нет? Тот, словно прочитав мои мысли, отрицательно покачал головой.

Сергей, я потратил два дня, чтобы доставить сюда свою невестку. Сын получил информацию, что я попросил ее навестить меня в сопровождении моих людей. В моей семье не принято отказывать главе клана, так что герцогиня уже здесь и сейчас мои лекари проводят первичный осмотр. Так что я желаю, чтобы ты еще раз осмотрел ее со всем своим прилежанием. Я не люблю, когда меня обманывают или перечат мне. Да, по-моему, ты это уже понял. Не хочешь мне что-нибудь сказать?

Ну, после такого вступления некоторые, наверное, заранее откусывают себе язык.

Старик улыбнулся очень естественно и открыто, приглашая меня к чистосердечному признанию. Ага, плавали, знаем. Можно еще поиграть в плохой следователь, добрый следователь. Только мне-то скрывать нечего.

Закарит, мы не напрашивались к тебе в гости, да и цель нашей поездки я озвучил тебе еще в первый раз. Герцогиню осмотрю, это можно даже не обсуждать, так как с богами не спорят. Я провел первый осмотр, но если необходим второй, то осмотрю и во второй раз. Сейчас у тебя, кроме твоих лекарей есть еще три лекаря со стороны, это я, баронесса и твой бывший лекарь. Так что тебе есть с чем сравнивать. Кроме того свидетелем разговора с богами был твой внук, так что правдивость наших слов ты всегда можешь проверить. Что касается диагноза, то каждый лекарь ставит свой, если ты понимаешь, о чем я говорю. У нас был случай с баронессой, когда я видел то, что называется заболеванием, а она смогла разглядеть только краюшек этой заразы. Вот тебе и весь расклад по проведению лекарского обследования. Я знаю некоторые места, где в таких случаях проводят консилиум. То есть собирается несколько сильных лекарей и обсуждают то, что известно по какому-нибудь заболеванию отдельного больного. Вот так, вместе, они и вырабатывают стратегию лечения, а проще говоря, распределяют свою ответственность в случае неудачи.

Тот смерил меня долгим пронизывающим взглядом, а потом легко, для своего возраста, поднялся со своей лавки, я тоже выбрался из кресла, так как пришлось слегка поерзать, чтобы ноги коснулись пола. Наконец мы вышли из, хотелось бы думать, комнаты для бесед, и направились по хитрым коридорам все так же под землей.

На этот раз ничего знакомого, а вот сами коридоры постепенно стали напоминать какие-то катакомбы. Ходы были извилистые и запутанные. Потолок нависал почти над самой головой и давил своим многотонным весом. Закарит шел впереди, а я старался не отставать. Потеряться здесь плевое дело. Все же от всего этого попахивает каким то идолопоклонничеством. Я ни разу не слышал, чтобы Закарит помянул каких-нибудь богов. Все мое окружение хоть раз в день, но обязательно упомянет какого-нибудь бога, в зависимости от ситуации, а здесь тишина. Складывалось такое впечатление что Закарит и есть местный бог или его наместник в этих местах.

Наконец мы вышли в огромный зал. Колонны, подпирающие потолок над нами были естественного происхождения. Старик уверенно пошел в середину, освещая своим факелом только небольшой круг света вокруг себя. Я старался не отстать, не хватало переломать здесь ноги, лучше все же видеть, куда ставить сапоги. Мы переступили какую-то насыпь, сантиметров двадцать в высоту, которая уходила за границы света как вправо, так и влево. Пройдя около двадцати шагов, мы остановились, и стали чего-то ждать. Неожиданно пол под нами вздрогнул, а я, автоматически слегка согнул ноги, приготовившись или прыгать, или бежать. Старик взглянул на меня с усмешкой, но промолчал. Думаю, что я не первый, кого он подвергает такой процедуре. Ну и реакция людей, скорее всего, была, или бежать отсюда, или хлопнуться в обморок. Вдруг из пола стали подниматься ступени. Они росли друг за другом, не было ни перил, ни каких-то стержней, за которые можно было бы держаться руками, только основания самих ступеней. С них сыпался песок, шуршание которого тонуло в низкочастотном гуле. Прошло не более минуты, как старик шагнул на первую ступеньку и пошел дальше, даже не оглядываясь, иду ли я за ним. Факел был в его руках, так что я не стал себя упрашивать, а последовал за ним. Ступени были широкие, как в длину, так и в ширину, так что устоять на них было не сложно, но высота, наверное, была приличная. Мы шли в небольшом круге света, льющегося от факела. Высота ступеней была существенной, так что приходилось высоко поднимать ноги, в голове отстраненно щелкал счетчик шагов, так что когда мы вышли на пыльную площадку, то я насчитал тридцать две ступени. Грубый математический расчет показал, что мы поднялись приблизительно на десять-двенадцать метров от пола, так что для такой пещеры высота очень даже приличная. Сейчас свет факела освещал вход в очередной коридор или естественный тоннель. Закарит шагнул вперед и свет сузился до отверстия в тоннеле, так что я рванул следом. Пол покрывал толстый слой песка, так что двигались мы бесшумно, а сзади стоял все тот же гул. Думаю, ступени возвращаются на свое место на полу пещеры. Похоже, старику досталась какая-то космическая или военная база, но ведь кто-то должен был сообщить ему коды доступа или пароли, для перемещения по базе. Никогда не поверю, что здесь ходили все, кому не лень. Значит, существует тайна клана, которую или передают из поколения в поколение, или Закарит живет очень и очень долгую жизнь и приходится Зравшуну не дедом, и даже не прадедом. Но это все мои домыслы, думаю, что вскоре все выяснится хотя бы то, куда он меня ведет.

.10.

Глава 10.

* * *

Шагов через пятьдесят стены тоннеля, которые выглядели как естественный необработанный камень, постепенно стали обрастать толи пластиковой, толи керамической плиткой. Это выглядело так, как будто плиточный коридор прорастал в каменный тоннель, или наоборот. Что осталось неизменным, так это пол, он все также был покрыт толстым слоем песка. Еще, шагов через тридцать или чуть больше звук шагов зазвучал немного иначе, стало слышно эхо, а пол перестал пружинить. Я перевел взгляд на пол. Под нами был нормальный плиточный пол, без единой песчинки, как мне показалось. Впереди забрезжил свет, он горел ровно и напоминал электрический. Старик проходя, макнул факел в стоящее здесь ведро, чтобы потушить огонь и вставил факел в один из держателей. Странное сочетание древности и современности. Да, похоже, моя мысль о доставшейся старику базе, подтверждается. Хорошо, если это просто исследовательская или какая-нибудь пересадочная база, а если военная. Нажал на что-нибудь и полмира тю-тю.

Однако старик уверенно шел по проходу, который слегка расширился и стали попадаться закрытые двери по обеим сторонам коридора. Мы продолжали свое движение, но вот коридор явно стал опускаться, чувствовался небольшой наклон пола, да и шли мы по кругу, а вернее, по спирали. Закарит даже голову не поворачивал, чтобы проверить, иду я за ним или нет, так и пер вперед как танк. Стали попадаться пересекающие наш путь коридоры, ничем не отличающиеся от нашего. Всюду, полнейшая тишина, и только наши шаги раздавались под сводами этих коридоров. В очередном пересечении мы повернули направо. Этот коридор оказался коротким, а в конце его была широкая дверь. Если те двери, которые я видел до этого, можно было назвать одностворчатыми, то эта была как двустворчатая. Не состояла из двух створок, а была такой ширины. Явно сюда что-то протаскивают или провозят. Старик подошел к двери и приложил свою руку к поверхности двери. Секунд десять ничего не происходило, а затем сверху ударила струя холодного пара или газа, который накрыл нас обоих. Еще пара секунд и Закарит, схватив меня за руку, потянул в дверной проем. Еще одна такая же процедура перед второй дверью и мы вошли в операционную. Нет, не было операционного стола и направленного с потолка света, но полностью облицованная плиткой комната сразу наводила на такие мысли. Старик опять двинулся вперед, я за ним. Нас окружал какой-то еле слышный звук, напоминающий шипение и потрескивание. Во всяком случае, я слышал все эти звуки, пока мы пересекали всю комнату. Перед нами оказалась еще одна дверь, на этот раз не широкая, а обычного размера. Мы прошли внутрь, после того, как Закарит опять приложил руку к поверхности двери. То, что я увидел за дверью, напоминало обыкновенную больничную палату. Кровать, табурет, пластиковый столик на низких ножках и все, за исключением того, что в кровати лежала герцогиня и, похоже, спала. Старик, ни слова не говоря, молча указал рукой на герцогиню, как бы приглашая меня начинать. Я обошел Закарита и направился к табурету. Поставив его поудобнее, уселся на него и стал входить в привычное мне состояние, чтобы проникнуть своим сознанием вглубь этого тела. Опять проверил все показатели организма женщины, как и в прошлый раз, никаких следов отравления, камни желчного пузыря никуда не исчезли, но стали более рыхлыми, все же, в прошлый раз я неосознанно успел оказать на них небольшое воздействие. Поджелудочная была воспалена, и слизистая желудка и пищевода тоже. Стал спускаться ниже, мне было понятно, что Закарит привел меня сюда с одной целью, определить, беременна ли герцогиня и выяснить пол ребенка. То, что ребенок есть, я выявил еще в прошлый раз, а вот характерных признаков, что это мальчик, не было, хотя, может еще слишком рано. В этом деле нужен опыт, которого у меня практически нет. Я вышел из своего транса и поднялся с табурета, машинально поставил его на место и отошел к старику. Тот молча кивнул, показывая, чтобы я доложил результаты обследования.

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, я начал, слегка сбиваясь, а затем, когда зацепился за тему, то речь моя потекла более спокойно. Старик узнал, что все мои прежние высказывания о здоровье этой женщины полностью подтверждаются и сейчас. Да, у нее в желчном пузыре находятся камни и они раздражают его вызывая выделение желчи, которая застаивается, так как протоки практически забиты этими самыми камнями. Иногда происходит непроизвольный выброс желчи, причем это не связано с моментом приема пищи. То есть организм просто старается освободить желчный пузырь от избытка желчи. Признаки воспаления поджелудочной железы остались такими же, как и в прошлый раз. Слизистая пищевода и желудка воспалена как раз из-за того, что желчь попадает в их полости даже тогда, когда там нет пищи, а сама по себе она очень агрессивная, так что слизистая просто получает ожог. Ребенок есть, но вот пол определить не могу. С шестидесятипроцентной уверенностью могу сказать, что это девочка, так как не заметил половых признаков мальчика. Ни о каком отравлении ядами речи не идет, только патология пищеварительной системы, которую можно и нужно лечить. Напомнил Закариту, что, как и в прошлый раз утверждаю, что если они не начнут лечить женщину, то это заболевание может закончиться для нее трагически. Ну и учитывая, что вынашивая плод, и после рождения ребенка, она будет кормить его своим молоком, то следует вылечить это заболевание, чтобы ребенок получал нормальное питание.

Откуда знаешь?

Ну, я же могу смотреть вглубь человеческого тела. Меня Ликура научила.

Я не спрашиваю, как видишь, я спрашиваю, откуда знаешь?

Да у Ликуры есть книги, которые я читал.

Закарит недобро так улыбнулся, а затем, поманив меня пальцем, направился в другую дверь. Мы прошли в следующее помещение. Там на такой же кровати лежал Зравшун. Закарит обошел кровать по дуге, тревожно смотря на внука, наконец, он отвел взгляд от спящего наемника и перевел его на меня.

Ты уже понял, что я наследник всего этого комплекса. Не делай такие удивленные глаза, что я знаю слово "комплекс". Родителей твоих прадеда с прабабкой еще на свете не было, когда я остался последним, на этом комплексе. Тогда было не спокойно в мире. Стычки племен, дикие звери, различные катаклизмы. В общем, так получилось, что я остался один. Именно тогда я понял, что, чтобы выжить, мне нужно ассимилировать в эту среду. В комплексе я бы так и сидел, как ты в моей тюрьме. Я решил выбраться наружу, основать свой клан и сделать его самым сильным. Мне нужно было получить возможность оставлять потомство, так что около десяти лет я потратил на то, чтобы слегка подкорректировать свой организм. Наконец мне удалось оплодотворить одну из женщин, женщина родов не перенесла, но плод остался живым. Это был мальчик. Я его воспитал как воина, много учил его тому, что должен уметь хороший правитель. Шли годы, десятилетия, столетия. Я всегда оставался дедом. Слишком любопытные, быстро умирали, ты сам понимаешь, мне такие были не нужны. Я должен был оставаться всегда в тени, но быть своим для клана. С моими знаниями я мог замахнуться на мировое господство, но зачем мне головная боль, растянутая на сотни тысяч квадратных километров? Я основал как бы две независимые провинции. Обе находятся в кольце неприступных гор. Есть проходы, но они для торговли. Армию там не проведешь, уже пробовали. Так мой клан и живет, сильно не выпячивая свои возможности, но и не давая себя унижать. У меня была только одна проблема. На протяжении всего времени у меня рождались только мальчики. Понимаешь? Одни мальчишки. Они отличные воины и хорошие люди, не без своих недостатков, конечно. Но видеть на протяжении огромного количества лет только мальчишеские рожи, мне надоело. И вот сейчас ты даешь мне надежду на то, что у меня появится девочка, это здорово!

Э.... Прости Закарит, но ведь это ребенок твоего, не знаю, как сказать, по легенде, вроде сына.

Ну да, но семя это мое. Оно как бы просто переходит из поколения в поколение. Оно живет своей отдельной жизнью, и вот теперь родится девочка, которая сможет родить нового человека. Не участвовать в рождении, а родить, это две большие разницы! Вот это и будет настоящий наследник.

.11.

Глава 11.

* * *

Слушая старика, осматривал Зравшуна, тот спал как-то неестественно. Я ведь наблюдал его спящим, в походе и у меня дома, человек, как человек, а тут, будто из него выдернули какой-то стержень. Я поинтересовался у Закарита, что это с Зравшуном. Оказалось, что сейчас мы наблюдаем последствия применения одной из разновидностей гипнотического сна. Закарит вытянул из своего потомка всю информацию, а теперь организм Зравшуна приходил постепенно в норму, после такой длительной и не совсем приятной процедуры. Однако всю информацию обо мне он вытащил из мозга Зравшуна и теперь вел беседу со мной на основе этой информации.

Я пожал плечами, зачем было издеваться над своим потомком, можно было и так поговорить со мной, тем более, что я был не против, все же старик вызывал некоторое уважение к себе. Хотя отдельные его поступки, прямо скажем, были скорее агрессивными, чем дружественными. Взять хотя бы нашу встречу, ласковой ее никак не назовешь.

Так что ты хочешь от меня Закарит? Я ведь тебе ни разу не соврал, уж твой человек подтвердил, что я говорю правду.

Ты что, думал, что он проверяет правдивость твоих слов? Нет, он готов был включить некое устройство, по первому моему приказу. А что я хочу? Мне нужно точно знать пол будущего ребенка и как можно скорее, поэтому ты потащишь герцогиню в свой мир, и там пусть проверят это своими методами.

Закарит, ты меня поражаешь. И что, ты просто отправишь ее со мной под мое честное слово?

Да нет, я не настолько наивный, как ты думаешь. Мы пойдем втроем. Вижу, сейчас ты хочешь сказать мне, что ты не поведешь в свой мир такого опасного хищника, как я, но вот отказать мне у тебя не получится, и знаешь почему? Потому что ты полностью в моей власти. Два дня назад я вживил в тебя, как бы тебе лучше объяснить, некого червя, который по моему приказу будет доставлять тебе некие неудобства. Чтобы ты лучше осознал это, сейчас я прикажу ему продемонстрировать свои возможности.

Внезапно все мои внутренности скрутило, да так, что я упал на землю и воя от боли катался там довольно долго. Когда меня отпустило, то я поднялся на четвереньки и ошалело смотрел на капающую, из прокушенной губы, кровь. В голове была только одна мысль, толи что-то сидит во мне, толи это гипноз. Если это по-настоящему, то мне нужно убить эту гадость, если гипноз, то научится противостоять такому унижению. В целом, старик кандидат в покойники. При первом удобном случае я его казню. Пусть по своему, но казню. Не стоит такому гаду коптить небо, хоть это, хоть наше, на Земле. Старик, будто прочитал мои мысли, поэтому он, гнусно захохотав, еще раз заставил меня поваляться на полу. На этот раз я был весь в том, что переваривал мой желудок. Когда я отдышался, то взглянув в глаза этому монстру, прошептал только одно слово, "убью".

Попробуй, конечно, но навряд ли у тебя это получится. Да и как ты меня убьешь? Если бы это можно было сделать, то я давно бы кормил червей в здешней земле.

Если до того, что ты сделал со мной только что, я относился к тебе благосклонно, даже несмотря на твои идиотские развлечения с мордобоем, то теперь ты нажил себе смертельного врага. Я не могу простить унижения, а ведь ты постарался унизить меня. Лучше бы ты убил меня сразу. Ты хочешь пойти в мой мир? Ну что же, пойдем, но помни, что я всегда нацелен на твое убийство, а могу оставить тебя в покое и переключиться на убийство герцогини. Попробуй остановить меня, когда ты сам не знаешь, что вас может убить, а я не стану останавливать вас в критической ситуации.

Старик задумался, он долго потирал руки, как будто что-то с них стирал. Наконец он взглянул на меня и тихо спросил, что будет, если он уберет из меня своего червя. Просто он привык действовать жестко, но может, мы попытаемся сделать несколько шагов назад и опять начать разговор, но не с позиции силы, а как некие партнеры. Он со своей стороны готов гарантировать, что моему миру ничего не будет угрожать, так как он его попросту не интересует. Он по-своему привязан к своей базе, да и к своему детищу - клану, тоже. Все-таки это его потомки. Чтобы нам не было скучно, он возьмет с собой внука. Раз уж мы сдружились, да и Зравшун был уже в моем мире, то так, вчетвером, мы и прогуляемся к нашим земным врачам. После этих слов я поверил, что он, действительно, покопался в голове не только у Зравшуна, но и у баронессы, о чем так прямо его и спросил. Тот лишь кивнул головой. Я уже немного восстановился после тех страшных резей в области живота и предложил начать наш диалог с дружественного жеста, а именно, вытащить из меня эту гадость, но я хочу ее увидеть. Закарит пообещал, что я это увижу своими глазами, хотя, лучше бы этого не видеть, но я отрицательно помотал головой. Тот лишь пожал плечами, а затем я почувствовал, как из меня что-то стало пробивать себе дорогу наружу. Боль была терпимая, а вот ощущения - ужасные. Когда из моей глотки вылезло мерзкое членистоногое создание, порождение какого-то извращенного разума, шевеля длинными усами, то меня еще раз вывернуло наизнанку, хотя, казалось что уже нечем. Старик прищелкнул пальцами и, я даже не заметил, откуда, появились все те же два здоровенных охранника и, подхватив меня под руки, потащили умываться. Они со мной не церемонились. Все с меня было снято, а скорее сорвано, и меня просто полили из шланга холодной водой. Я был настолько ослаблен сеансом демонстрации силы, что совершенно не мог сопротивляться. Одежда моя, итак до этого пострадавшая, превратилась в нечто бесформенное, с такими ароматами и такой расцветки, что ей теперь самое место на помойке, ведь я катался от боли по тому, что вытекало из меня. Покопавшись в ней двумя пальцами, я убедился, что ничего ценного в ней нет. Видимо меня качественно обыскали в прошлый раз. Так что я без сожаления распрощался с ней, так как мне подали одежду, похожую на ту, в которой расхаживал Зравшун в моем мире, а затем вернули рюкзак. Я автоматически проверил, все ли на месте. Оказалось что все и я, уже своим ходом вернулся в комнату, где спал Зравшун. Там, за время моего отсутствия все убрали, и сейчас стояло два табурета. На одном сидел Закарит, а другой предназначался мне. Тот молча указал мне на свободный, и нас оставили наедине, если не считать Зравшуна.

.12.

Глава 12.

* * *

Когда дверь за охранниками закрылась, старик повернул голову ко мне и сделав небольшую паузу, а может, собираясь с мыслями, начал наш прерванный разговор.

Сергей, мне необходимо твердо знать пол будущего ребенка и чем раньше, тем лучше. Это поможет мне восстановить нашу, практически исчезнувшую расу. Мы жили на нескольких близлежащих планетах, достигли небывалых высот во всех сферах деятельности человека. В момент катастрофы, я и еще десять моих сотрудников осваивали новую планету. Нам нужно было собрать материал, оценить возможность существования нашей расы на этой планете. Ну, по мне ты можешь видеть, что мы могли бы заселить эту планету без проблем. Раз в год выведение из организма некоторых веществ, накапливаемых в наших телах, и все. Но пока мы здесь работали, в нашем мире вспыхнула инфекция. Откуда, что взялось, мы не знаем. К нам пришли уже отголоски случившейся катастрофы. Все планеты были очень сильно завязаны друг с другом, поэтому болезнь распространялась как пожар в степи. О причинах можно только догадываться. Анализируя полученную информацию и сопоставляя ее с той, что получили здесь, я склоняюсь к тому, что произошла диверсия. Думаю, это связано с появляющимися демонами. Видимо в наших мирах им дали по рогам, вот они и отомстили, а здесь, на этой планете, они кормятся и выплескивают свою агрессию. Если бы у нас была возможность, то я бы с удовольствием поболтал на эту тему с тобой, но сейчас каждый день на счету. Если удастся внести изменения в развивающийся плод, то моя миссия, как последнего оставшегося в живых представителя своей расы будет выполнена.

Понимаешь, Закарит, ну, допустим, ты искусственно выведешь как будто бы свою расу, но что ты сможешь дать ей для обеспечения ее будущего? Систему очистки крови, которую они будут вынуждены проходить ежегодно? Для чего все это? У тебя есть клан, дай им знания и умения, и они станут твоими наследниками в прямом смысле. Давай немного порассуждаем. У тебя, на протяжении огромного количества лет рождались одни лишь мальчики, и вдруг, девочка. Почему? Потому что твой организм начал перестраиваться под действием местных условий а, грубо говоря, ты стал уже сам изменяться. Не знаю, знаком ли тебе такой термин, но в моем мире слесари, когда учат обрабатывать вручную очень маленькую деталь большим инструментом, говорят, что не слоном мышь, а мышью слона. Слон это очень крупное животное, а мышь, тоже животное, но размером с мой кулак, а то и меньше. Так вот, в твоем случае не мышью слона, а слоном мышь. Природа меняет тебя и с этим нужно смириться. Разумная раса, это не набор генов, которые сами по себе ничего не решают. Разумная раса это преемственность полученных знаний их систематизация и накопление. Естественно те, кто получают знания, должны уметь усваивать их, так чем тебя не устраивают твои потомки, члены этого клана, да и просто жители этого мира. Они станут приемниками ваших знаний и, возможно, когда-нибудь станут такими же, какими были вы. Давай, не отметай все это сразу. Подумай над этими словами. А герцогиню я свожу к нашим врачам. Мы даже можем получить на руки снимок того ребенка, что сейчас развивается в ней.

Ну, хорошо, я подумаю над твоими словами, но и ты пойми меня, на мне лежит груз ответственности за целую исчезнувшую расу. Я просто считаю себя обязанным сделать хоть что-то для возрождения того, что исчезло безвозвратно и частицей чего являюсь сам. Для себя решил, что в твой мир не пойду, нечего мне там делать, да и вас буду смущать своим присутствием. С герцогиней пойдет ее сын, Зравшун, так что не переживай, защитой будешь обеспечен, мне не нужно, чтобы вас троих растерзали карисаны, как это чуть не произошло в прошлый раз. Кстати, посмотрел на ваше оружие. Очень примитивно. Не сравнить, конечно, с оружием этого мира, но все равно, примитив, хотя, Зравшун в восторге. Оружие нашего мира получишь только ты. Зравшуну незачем это знать. Я еще не решил окончательно по поводу вырождения моей расы, так что пусть пока то, что может повернуться против меня остается недоступным для моих соклановцев. И еще одно, ты же понял, что я изменил свое отношение к тебе, так что давай останемся нейтральными партнерами в этой нашей сделке. Я, со своей стороны, подберу что-нибудь, что заинтересует тебя, а ты поможешь мне в этом щекотливом вопросе. С герцогиней обставим все так, как будто я дал добро на ее лечение в другом мире. Ты выступаешь в роли проводника и посредника в беседе с врачами. Зравшун, это поддержка и защита. Все, сейчас иди, отдыхай, мои люди проводят тебя, а я пока все приготовлю к дороге. Завтра, в первой половине дня вы втроем выдвинитесь в сторону перехода в твой мир. Думаю, что ты понимаешь, не следует болтать о нашем разговоре ни Зравшуну, ни герцогине ее, кстати, зовут Фелидас. Твоих попутчиков, баронессу и Вантилия с их людьми, отправлю завтра домой короткой дорогой. Поспят несколько часов, а потом пара дней и они в баронстве, за них можешь не волноваться. Вы тоже отправитесь таким же путем, но бодрствовать будешь один ты. От тебя мне скрывать нечего, ты и так видел слишком много.

Дверь открылась на этот раз без всяких театральных прищелкиваний пальцами, все же старик управляет своими людьми мысленно, видимо действительно владеет техникой гипноза и ментального общения, а может и подчинения. Охрана, как и при первом моем посещении Закарита расположилась спереди и сзади, и мы отправились к месту, где я смогу отдохнуть перед дорогой. Мы долго шли по тем самым катакомбам, используя какие-то, известные только моим провожатым, коридоры. Так и не поднявшись на поверхность, мы вошли в очередной коридор и, немного отойдя от входа, остановились перед одной из дверей. Первый охранник толкнул дверь, и она открылась внутрь, демонстрируя небольшую комнату с кроватью и маленьким столом. Бросалось в глаза, что все выполнено из пластика, так как матово поблескивало в свете электрических ламп. Я прошел внутрь и поставив рюкзак возле кровати, стал раздеваться. Охранники демонстративно не стали заходить, а повернулись и затопали по коридору. Их было слышно, пока дверь сама не закрылась. Может быть, ее нужно было запереть, но мне было лень. Я сбросил с себя остатки одежды и упал на кровать. Сон пришел почти моментально под мысли, что нижнего белья мне так и не дали, и если, случись что, то я буду сверкать своими белоснежными ягодицами перед герцогиней. Нужно запомнить, что ее зовут Фелидас и что она приходится матерью нашему Зравшуну. Попытался мысленно дотянуться до баронессы, но опять ничего не вышло. Что-что, а экранировать магию Закарит или его раса, научились. Подушка была мягкая, одеяло, приятным для тела, так что сон стал накатывать заставляя забыть все мои пережитые неприятности и, наконец, я провалился в сон.

.13.

Глава 13.

* * *

Я проснулся от ощущения, что на меня смотрят. Когда открыл глаза, то ничуть не удивился, увидев Закарита. Тот стоял надо мной, и о чем-то размышлял. Может, сожалел о том, что не прихлопнул меня сразу, когда была такая возможность. Я протер глаза и сел на кровати, прикрываясь одеялом. Все-таки какая-то воспитанность должна присутствовать, при встрече двух братьев по разуму. Старик усмехнулся, так как, похоже, читал меня как раскрытую книгу. Плохо, а ведь Ликура учила меня ставить блок на свои мысли, но вот для этого места, а может, для самого Закарита это было бесполезно. Во всяком случае, он знает, что я играю честно. Тот кивнул, как будто подтвердил, что действительно, так и есть и бросил мне на кровать блестящий комбинезон.

Оденешь это под свою одежду, будет защита и комфортные условия создаст. Старайся сильно не светить его перед остальными членами вашего похода. А вот это, оружие. Стреляет импульсом энергии. По силе равно твоему оружию, из которого ты убил карисана, а вот дальность небольшая, не более стапятидесяти шагов. Дальше энергия рассеивается, но еще может зацепить мелкую живность шагов за двести, так что будь осторожен. Есть регулировка силы воздействия, но это тебе не к чему. Используй это оружие, как последний аргумент. После окончания операции, можешь оставить его себе. Есть одна особенность, заряд должен накопиться в аккумуляторе. На полной мощности можно сделать не более десяти выстрелов, потом следует дать заряду накопиться. Следующий выстрел можно произвести не ранее, чем через сто ударов твоего сердца. Для полной зарядки потребуется четверть светового дня этой планеты. Важно, чтобы рукоятка оружия была не под одеждой, все остальное может быть скрыто.

То, что он мне дал, походило на старинный автомобильный клаксон, только раструб был поменьше. Ручка изгибалась, как у старинных пистолетов, градусов под тридцать к, так сказать, стволу. Игрушка, да и только. Курка, как такового не было. Для стрельбы нужен был мысленный посыл, и сжать рукой рукоятку. В принципе нормально, если оно действительно работает. Старик заверил меня, что заряд полный, так что десять выстрелов у меня в запасе есть. Я попросил, чтобы мне к моему луку дали десятка четыре стрел, в прошлый раз они нас сильно выручили. Старик кивнул и сообщил, что возле транспорта нас дожидаются тулы с шестью десятками стрел, под мою руку.

Пока мы беседовали, я натянул нижнюю часть комбинезона под одеялом на свое тело, и теперь быстро одевался, так как понимал, старик не зря пришел в такую рань. Думаю, что это связано с тем, сколько будут спать мои компаньоны по путешествию. Наконец я был готов, и мы вышли в коридор. Никаких сопровождающих. Закарит вел меня какими-то заброшенными переходами. Пыль поднималась маленькими смерчами за нашими ногами. Вот, наконец, и конечная точка. Это место напоминало перрон в метро. Такая же гладкая площадка перед узкой, не более метра в ширину, щели в полу этой площадки. В разных концах перрона угадывались дыры в стене, куда, скорее всего, направится то транспортное средство, которое предоставит мне старик.

Сергей, этими переходами никто давно не пользовался. Там предусмотрена система безопасности и пространство перед капсулой сканируется, но если вдруг что-то произойдет, то двигайся по ходу или против хода около километра. Там есть выходы на поверхность. Это скрытые вентиляционные шахты. Когда выберетесь на поверхность, то закройте так же, как было. Ну, все, удачи тебе. Постарайся не разочаровать меня, все же я раскаялся в том, что начал разговор с тобой с позиции силы, но просто некоторые вещи входят в привычку у старых людей, а я, поверь мне, очень старый человек.

Я смотрел на осунувшегося старика, в нем лопнул какой-то стержень, поддерживающий его такое количество лет, что страшно подумать. Наверное, жутко остаться последним представителем своей расы и своими руками похоронить то, что пытался возродить на протяжении нескольких веков. Было видно, что он много думал над моими словами. Некоторые вещи очень тяжело принять сердцем, хотя они лежат на поверхности и бросаются в глаза при свежем взгляде. Наконец он, решившись, отвернулся от меня и сделал какой-то жест в сторону одной из концов перрона. Буквально через минуту оттуда показалось сигарообразное тело нашего транспортного средства. Это была капсула для перемещения внутри той системы коммуникаций, которую построили исследователи этой планеты. Что же, воспользуемся предоставленной возможностью. Я поинтересовался у Закарита, как управлять этим транспортным средством. Тот коротко сказал, что все настроено им самим, так что моя задача просто лечь рядом с двумя его родственниками и дождаться полной остановки капсулы. Это было даже лучше, так как я отсюда не представлял, в какой стороне находится то место, откуда мы перемещались в мой мир. Пожав старику руку, чем очень поразил его, я отправился укладываться в капсулу. Места были полу-лежачие, так как капсула не отличалась высотой, да и сам тоннель выглядел крохотным. Я удобно устроился в кресле, и над моей головой захлопнулась дверь капсулы. Еще несколько секунд и мы стали плавно набирать ход. Капсула разгонялась все сильнее и сильнее. Было заметно, что мы не катимся по рельсам, а летим над этими рельсами. Я представлял себе нашу капсулу, как пулю в стволе ружья. Мы скользили в воздухе, но если скорость упадет, то наши колеса соприкоснутся с нижней частью тоннеля и смогут начать дополнительно притормаживать капсулу. Скорость, с которой мы мчались, определить было трудно, стены тоннеля были очень близко и пролетали мимо смотровых окон капсулы размытыми цветовыми полосами. Судя по разгону капсулы, мы вышли на скорость более ста километров в час. Часов через восемь вокруг меня замигали огни, включился противный зуммер, и началось экстренное торможение. Все бы ничего но, видимо, тормозного пути нам не хватило, потому что страшный удар разбил всю переднюю часть капсулы и в салон полетели осколки стекла и элементы конструкции капсулы. Когда я попытался открыть двери, то выяснилось, что ее заклинило. Мне пришлось повернуться на кресле и упершись в Зравшуна спиной, выбивать дверь ногами. Наконец дверь поддалась, все-таки капсула имела облегченный каркас и корпус из легкого металла. В общем, раза с шестого я выбил дверь ногами. Теперь следовало протиснуться между капсулой и стеной. Не знаю, будь я потолще, то смог бы протиснуться в такую щель? Но, как бы там ни было, а в тоннель, позади капсулы, я попал. Теперь нужно было найти вентиляционную шахту и выбираться на поверхность. Я оставил обоих спутников в капсуле и отправился на поиски шахты. Та обнаружилась метров через четыреста, если верить моим шагам. Обозначив место подъема, я взобрался по скобам к поверхности земли. Высота была метров пятнадцать, так что я смогу вытащить обоих моих напарников по очереди. Сейчас следовало выбраться самому и приготовить место нашего временного лагеря.

.14.

Глава 14.

* * *

Подъем по скобам не занял много времени. Это действительно была вентиляционная шахта, которая заканчивалась крышкой, стилизованной под крупный пень. Выбравшись наружу, я осмотрелся. Вокруг меня была роща или небольшой лесок. Следовало определиться с направлением, но этим можно будет заняться и позже, а пока нужно вытащить моих попутчиков. Снова нырнул в шахту и, спустившись, заспешил к капсуле. Кто знает, что может прийти в голову средневековому человеку, очнувшемуся в современном транспортном средстве. Первым решил вытаскивать Зравшуна, все же он воин, а значит, если придет в себя в лесу, то сможет адекватно отреагировать на это, а вот если в капсуле, то еще неизвестно, что придет ему в голову. С герцогиней немного легче, она будет тихо сидеть как мышь и ждать, когда ее соблаговолят спасти. Так что задача с волком, козой и капустой теоретически решена. Пробрался в капсулу и, матерясь как сапожник, стал вытаскивать наемника. Ужасно тащить расслабленное как кисель тело. Уж лучше бы это был мешок с таким же весом. Хорошо, мое тело было более сильным, чем местные, так что с грехом пополам протащил тело Зравшуна в щель между стеной и нашей капсулой. Дальше было немного полегче, нужно было только пригибаться, таща Зравшуна на плече. До колодца все шло гладко, а вот дальше встал вопрос, как подниматься с таким грузом. Сам по себе такой вес не представлял проблемы, но вот как тащить человека по скобам, да и если уронишь его сверху, то все, конец. Решение пришло внезапно - наши поясные ремни! Я снял их с нас, и связал так, чтобы получилась восьмерка. В одну петлю я пропустил тело Зравшуна, чтобы туда поместилось одно плечо и грудь наемника. Вторую одел на себя так же, как и на Зравшуна. Кожа на ремнях хорошая, так что должна выдержать. Медленно начал подниматься по скобам. На каждой останавливался и слегка встряхивал нашу связку. Наконец убедился, что ремни держат нормально и полез вверх уже без остановок. В самом конце была небольшая проблема, оба тела в верхний люк не проходили, пришлось прижать тело Зравшуна к верхней скобе, буквально посадив его на нее и самому выпутаться из своей петли. Затем выталкивать тело Зравшуна в верхний люк, подталкивая его своим плечом, а потом и выбраться самому. Отдышавшись, отправился за герцогиней. С ней было немного полегче, так как она была худая, ну и, соответственно, весила поменьше. Добравшись до верхнего люка, я перевесил герцогиню так, чтобы она находилась немного ниже меня, на последнем этапе я просто выбрался сам, не выпуская ремня с телом герцогини из руки, а потом просто вытянул ее в люк. Оставались еще наши вещи. С ними таких проблем не было. Просто навесил все на себя и за один раз вытащил, свой рюкзак, тулы со стрелами, сабли Зравшуна и сумку с вещами герцогини.

Пень, прикрывающий вход в вентиляционный люк был задвинут на место и я стал озираться, пытаясь определиться на местности. Вскоре я стал узнавать местность. Мы были немного в стороне от той дороги, по которой я уже несколько раз проезжал, направляясь в свой мир или из него. До места перехода было не очень далеко, часа три-четыре на телеге, ну а пешком будет все пять. Только встает один вопрос, а как мне тащить два тела. Я их, конечно, могу положить к себе на плечи, но будет очень неудобно, да и все равно, я их так долго не протащу. А если нарубить ветки и сделать волокушу. Уложу оба тела на ветви, а сам впрягусь как лошадь. До конца светового дня должен дотащить их до места перехода. Еще час ушел на то, чтобы организовать такие волокуши и, наконец, впрягшись в них, я направился к месту перехода. На некоторых участках пыль поднималась, не то, чтобы столбом, но все равно ее затягивало на волокуши, так что часа через два мои попутчики были седые от такой пыли но, зато, я значительно приблизился к моей цели.

Уже в сумерках я, злой как собака дотащился до нашего леска, где были припрятаны золотые монеты и доллары. Решил заночевать здесь. До места перехода было не больше двухсот метров, так что утром встанем и рванем в наш мир, там я их накормлю, отмою и спать уложу. С Зравшуном-то все просто, он мужик военный, может спать и на полу, а вот с герцогиней, тут нужно быть осторожней. Я даже не понял всей гаммы их родственных отношений. Ну, плакала она, видя сына, но ведь из-за чего-то он сбежал из дома, да и от деда, значит не все так радужно в их семейной жизни, хотя и герцоги. На этот раз я был ограничен в туристическом снаряжении, поэтому разложил ветки, на которых тащил мать с сыном и принялся устраивать ночевку. Как мог, отряхнул их от пыли, но все равно, их нужно было отмывать, да и вещи постирать. Сейчас они выглядели как два опустившихся цыгана или бомжа, но в целом, из автобуса не выкинут, а только будут коситься, да свои карманы прикрывать. Билетами я их обеспечу, амулеты, слава богу, со мной, так что смогу обеспечить обоих средствами общения с людьми моего мира. При первой поездке в автобусе Зравшун будет контролировать свою мать, а дальше мы немного обживемся все вместе, и будет сплошная идиллия. Как только определимся, что она сносно ведет себя по земным меркам, так сразу в больницу. Там задурим головы врачам и сделаем УЗИ. Думаю, что дня за три, четыре управимся, лучше бы пораньше, но тут уж как повезет.

Пока еще было хоть что-нибудь видно, я сходил за валютой, Немного обычных денег было в рюкзаке, так что на первое время мы обеспечены. Герцогиню нужно будет переодеть и обеспечить косметикой. Что-нибудь такое, не яркое. Ночь неотвратимо накатывала на эту часть мира, но спать сегодня мне не придется, из нас всех, только я мог обеспечить ночную охрану, кто его знает, что или кто может заявиться к нам в гости. Я приготовил лук, забросил тул со стрелами себе за спину и занял позицию, чтобы видеть своих попутчиков и поляну. За спиной у нас был густой кустарник, так что оттуда никто не проберется. Моя позиция в этой ситуации была выигрышная, так что мне просто нужно было не заснуть до самого утра.

Время тянулось медленно, меня спасало только то, что я хорошо поспал предыдущую ночь, да и в капсуле удалось немного вздремнуть. Вскоре ночь полностью завладела окружающим пространством. Небо было звездное, а вскоре показалась и луна, так что света, наблюдать за нашей поляной, хватало. Несколько раз, где-то вдалеке кто-то выл, но в нашем околотке все было тихо, да и лесок этот был крошечный, уважающий себя хищник в такой даже не сунется. Однако лук с натянутой тетивой и наложенной стрелой был рядом, да и фонарик на зажигалке. Ночь заставила меня немного понервничать уже ближе к утру, когда луна закатилась за горизонт, сразу стало темно, хотя различить что-либо метрах в тридцати можно было, так что я взял в руки лук и еще час буквально простоял на ногах, ожидая какого-нибудь подвоха от здешних хищников. Но все прошло спокойно, а вскоре небо начало светлеть. По своему опыту знал, что в это время хищники возвращаются на свои лежбища или норы, так что теперь можно было и расслабиться.

.15.

Глава 15.

* * *

Наконец светило показалось из-за горизонта, и я стал тормошить моих напарников по походу. Зравшун вскочил так, что я от неожиданности отпрянул назад. Тот еще ничего не успел осознать, а руки уже шарили за спиной, ища его клинки. Я несколько раз окликнул Зравшуна по имени, пока он, уже осознанно не посмотрел на меня. Его тело моментально расслабилось, и он с интересом осмотрелся.

Это что, мы опять к тебе идем? А мама что здесь делает?

Зравшун, ты что, ничего не помнишь? Твой дед сказал, что поговорил с тобой, и ты дал добро на сопровождение меня и герцогини в мой мир. Ее нужно сводить к нашим врачам, так что я на тебя надеюсь.

Да, что-то смутно припоминаю. Дед меня долго расспрашивал о твоем мире, а потом что-то такое накатило, как тяжелый сон. А вот теперь я здесь. Ты что, меня все время на себе нес, и маму?

Нет, не совсем так. Нас довезли по дороге до вон того леска и выгрузили, так как дальше нашим попутчикам было не по пути с нами. Мне пришлось тащить вас на себе, так что вы слегка пропылились, все же в степи сейчас стоит сухая погода и скопилось много пыли. Я как мог вас почистил, после того, как доставил сюда в сонном состоянии. Так что, как только герцогиня придет в себя, так нам лучше, как можно скорее отправляться в мой мир. Там мы помоемся и поедим, а то нам даже продуктов не дали, видимо рассчитывали, что мы будем по пути охотится.

Слушай, Серигей, уже второй раз жалею, что не взял с собой одну коробку с лапшой, что ты мне купил. Как бы она нас сейчас выручила.

Да ладно, нам бы только герцогиню разбудить и уговорить идти с нами, а дальше, ты же помнишь? Спустимся до автобуса и через пару часов мы будем у меня дома.

Да я с удовольствием вымоюсь у тебя в ванне, тем более, что грязный как не знаю кто. Странно, что я не помню весь наш путь от резиденции деда досюда. Раз, и сразу проснулся здесь. Но деду виднее, думаю, он оставил мне какую-то подсказку. Без этого никогда не обходилось, а сейчас давай будем будить маму. Отца бы я так будить не рискнул, можно и в темницу на пару недель отправиться. Он стал тормошить герцогиню. Все-таки мать он любил, было видно, что тормошит он осторожно, да и шепчет не сильно громко, чтобы не испугать. Наконец герцогиня стала приходить в себя, ее взгляд обрел осмысленность, и мы вздохнули с облегчением. Зравшун что-то тихо объяснял матери, а я собирал вещи и готовился отправиться в путь. По моим расчетам, мы доберемся ко мне домой, часикам к одиннадцати, если там сейчас утро, так что придется немного поголодать. Наконец все были готовы следовать к месту перехода, так что мы с Зравшуном взвалили все вещи на себя и устремились к знакомому месту. Метров двести пронеслись незаметно, только подстроились под шаг герцогини, как уже пришли. В место перехода я направился первый, держа герцогиню за руку, за ее вторую руку ухватился Зравшун, так что из нас получилась короткая цепочка, и я стал нащупывать горки камней, обозначающие места поворота. Про себя считал количество мест поворотов, чтобы не ошибиться. Мне казалось, что если не дойти до места выхода, то можно оказаться совершенно в другом месте, так что я четко поворачивал на каждой контрольной точке, даже когда уже видел наши сосны и ели. В общем, мы шли до тех пор, пока я не вышел на свою стрелку, обозначающую вход в серпантин, со стороны Земли. Когда мы выбрались в мой мир, Фелидас очень тяжело дышала. Я отдал один амулет Зравшуну, а второй предложил герцогине. Та испугано, и в тоже время вопросительно взглянула на сына, тот только соглашаясь, кивнул матери, и одел свой амулет на себя. Фелидас помедлила немного, но потом, переборов свой страх, одела амулет себе на шею.

Да, лучше бы она этого не делала, перед нами стоял очень крупный хищник, что-то среднее между собакой и волком. Эта, скорее собака, чем волк, смотрела на нас удивленными глазами и не выказывала никаких эмоций, видимо еще не осознала, во что она превратилась и почему мы стали гораздо выше, и ей приходится смотреть на нас снизу вверх. Зато дыхание нормализовалось, и организм собаки чувствовал себя здесь превосходно.

Я попытался мысленно докричаться до Фелидас. Как ни странно, но раза с третьего мы установили телепатический контакт. Агрессии от нее не чувствовалось. Я предложил снять амулет, может тогда она опять станет человеком. Фелидас согласилась, и я осторожно снял амулет с нее. Опять небольшая заминка и перед нами стоит все та же Фелидас, что мы буквально несколько минут назад видели здесь, в этом лесу. И опять ей плохо, дыхание сбивается. Пока можно было общаться нормально, чтобы и Зравшун слышал, я предложил вариант, который позволит нам продержаться некоторое время в этом мире. Фелидас идет в образе собаки. Когда спустимся с гор, то попробуем еще раз снять амулет, если Фелидас будет чувствовать себя плохо, то до самой больницы будем держать ее в облике собаки, а как только войдем в больницу, то преобразуемся в женщину, пройдем обследование и опять, амулет. Оба моих попутчика немного задумались, переваривая информацию, Фелидас становилось все хуже и хуже, так что она кивнула мне, соглашаясь с моим предложением и надела на себя амулет. Зравшун увидев преобразование матери, тоже кивнул на мое предложение, и мы направились вниз по проложенной тропе. Судя по окружающей нас природе, стояла ранняя весна, для клещей еще рано, так что будем надеяться на то, что наша собака не нацепляет на себя ничего кровососущего. Мне пришлось еще раз связаться с Фелидас и сообщить ей одну неприятную новость, дело в том, что если она будет играть роль нашей собаки, то на нее нужно надеть ошейник, по-хорошему еще и намордник, но этого она точно не вынесет, а вот ошейник мы просто сделаем из моего поясного ремня. Свою саблю я оставил там же где брал деньги, так что штаны с меня не слетят, даже без ремня. У Зравшуна перевязь с двумя клинками крепится на поясном ремне и двух наплечных ремешках, так что с него снимать ремень было бы глупо. Но Фелидас должна дать согласие на такой ремень на шее. Просто в моем мире это признак того, что у собаки есть хозяин. Пусть Фелидас не придает такого серьезного значения этому слову. Просто это значит, что собака не бродячая, а живет с человеком. Так, мило беседуя, мы спустились с гор по подрастающей травке. Погода стояла прекрасная, была первая половина дня, ближе к полудню. На остановку вышли незадолго до прихода автобуса, когда вошли в салон, то смогли расположиться так, чтобы спрятать лапы и хвост Фелидас посадив ее ближе к окну в проход между сидениями. Спуск по горной дороге занял стандартные сорок минут и вот мы в моем городе. Теперь следовало доехать до моего дома, но лучше бы это сделать без большого скопления людей. Решил ловить какую-нибудь газель или минивэн, типа Делики. Наконец нам повезло, и мы забрались во что-то типа маршрутного такси занимающегося частным извозом. Я назвал адрес, и мы расположились на сидениях, усадив Фелидас в проходе. Я на всякий случай придерживал ее за ошейник. Водитель с уважением поглядывал на нашу собаку. Она была очень рослой и из-под верхней губы отчетливо проступали кровожадные клыки. Надо сказать, что клыки были кинжальной остроты, думаю, что случись какая заварушка, то на счету Фелидас появится несколько трупов. Еще мне не хотелось встречаться с другими собаками. Если от зверя Фелидас несет волком, то те либо подожмут хвосты и убегут, либо попытаются напасть, тогда будут жертвы, да и сама Фелидас может пострадать, ведь опыта драки в своем новом теле у нее нет, хотя звериные инстинкты, они присутствуют с самого рождения у любого хищника.

.16.

Глава 16.

* * *

Вот, наконец, и мой дом. Я рассчитался за проезд и выбрался из салона, помогая спуститься Фелидас. Решил, что на людях буду называть Фелидас по имени. Сейчас люди, какую только заумь не придумывают, называя своих собак, так что это имя не будет никого шокировать. Мы направились к моему подъезду. От скамейки, стоящей невдалеке от моего подъезда отделились две фигуры и направились к нам. Кто бы удивлялся, юные продавцы холодного оружия. Поздоровавшись с нами за руку, они стали расспрашивать нас, как нам подошло их оружие. Я молча поднял вверх большой палец, так как все, что мы купили хоть раз, да спасло нам жизнь. Что меч, что сабли, что лук. Так что наши вложения полностью себя оправдали, получается, что я ничуть не покривил душой. Парни приободрились и по секрету поведали нам, что есть на продажу такая же пара сабель, как мы купили у них в прошлый раз. Я поинтересовался ценой, мне назвали вполне приемлемую цену, так что я дал парням добро на демонстрацию сабель ближе к вечеру у меня дома. Зравшун, размышляя о чем-то, тоже одобрительно кивнул парням и мне. Так что мы распрощались до вечера и направились сначала в ближайший магазин, закупили там продукты, а потом отправились ко мне на квартиру.

Едва переступили порог, как Зравшун издав боевой кличь, уведомил меня, что он первым идет принимать душ. Я только развел руками и указал ему на ванную комнату. Пока Зравшун разоблачался, я подозвал Фелидас и предложил попробовать снять с себя амулет, объяснил ей, что мы спустились как минимум на тысячу метров ниже, чем мы были, когда она попала в наш мир и где чувствовала себя неважно. Сейчас ощущения могут быть иными, так что лучше попробовать побыть немного без амулета на шее. Я осторожно снял с Фелидас сначала свой ремень, исполняющий роль ошейника, а потом и сам амулет. Миг и передо мной стоит герцогиня, прислушиваясь к своим ощущениям. По ней было видно, что она ждет, когда начнет задыхаться и ощущать дискомфорт, но вот проходит минута, потом другая, а никаких неприятных последствий пока не наблюдается. Я предложил герцогине подойти к зеркалу и осмотреть себя, может что-то не так, цвет лица или где-то полопались кровеносные сосудики. Мне важно понять, нормальное ли состояние ее организма наблюдаем мы сейчас и как долго оно продлиться. Герцогиня вернулась от зеркала и присела за кухонный стол, а я начал готовить простейший обед, а для нас еще только завтрак. Яичница с помидорами оказалась как нельзя кстати. Едва яйца дошли до готовности, как в ванной распахнулась дверь и оттуда вышел раскрасневшийся Зравшун. Я позвал его перекусить, так как мы не ели с самого вечера. Тот юркнул на свое место за кухонным столом, и мы стали уминать яичницу, разделенную натрое и разложенную по трем разным тарелкам. С герцогиней пока все было хорошо, так что после еды я предложил и ей принять душ, а если она будет чувствовать себя нормально и ее состояние останется стабильным, то и искупаться в ванной. Зравшун повел свою мать в ванную комнату, где стал объяснять, какие шампуни можно применить герцогине и в каких количествах. Рассказал, как включать и выключать воду, а также, как ее регулировать. Вскоре он вернулся из ванной комнаты, а там зашумел душ. Мой халат опять был отдан слабому полу, а сам я, периодически спрашивал Фелидас, как ее самочувствие. Пока все было нормально. Вскоре шум воды в ванной комнате стих, а еще через пару минут оттуда вышла чистая и довольная герцогиня. Я предложил ей прилечь на диван в зале, а мы пока посплетничаем с Зравшуном.

Как только Фелидас удалилась, я поинтересовался у наемника, что будем делать, если нам предложат новые клинки? Тот не задумываясь, ответил, что следует их брать. Он уже проверил свои, и теперь ни за что не променяет их на другие. Со мной он не рассчитывался, так как помнит, что это был мой подарок ему, и вопросительно посмотрел на меня. Я подтвердил, что действительно сделал ему такой подарок, так что у меня к нему в этом вопросе претензий нет. Напрягшийся было Зравшун расслабился, так как денег, чтобы расплатиться со мной, у него, скорее всего, не было. Хотя, может, они и были, но вот только в данный момент, денежные средства оказались для него недоступны.

Я и не настаивал на каком-то расчете, так как прекрасно помнил, что, во-первых, я действительно подарил клинки, мечи, и кольчугу, а во-вторых, Зравшун дважды спас мне жизнь, хоть второй раз это и выглядело так, как будто бы это я спас его шкуру. Но на самом деле все сделал Зравшун, а я только поставил финальную точку в нашей битве со звездой наемных убийц.

В этот момент появилась герцогиня. Она призналась нам, что на нее стала накатывать слабость, и опять стало трудно дышать. Я посмотрел на часы, прошло сорок пять минут значит, пока мы располагаем только таким объемом времени для посещения больницы. Предложил Фелидас опять надеть амулет минут на пять, а потом снова снять и по возможности, самостоятельно. Герцогиня на наших глазах надела на себя амулет, и вот перед нами опять появился тот самый хищник, который только походил на собаку. Мы напряженно смотрели на Фелидас, вот прошло пять минут, и я дал команду попробовать снять амулет. Наш хищник опустил голову к земле и принялся энергично встряхиваться всем телом. Не прошло и минуты, а амулет мягко соскользнул с шеи хозяйки и перед нами предстала Фелидас, просто наклонившаяся вперед, ее поза была, даже не на четвереньках, как я ожидал. Странно, но нас это вполне устраивает. Если в больнице на нее накатит такое состояние, как было несколько минут назад, то пройдя в туалет, она может переждать приступ в образе зверя, а затем вернуться к нам опять человеком. Я снова засек время, и поинтересовался, останется ли она с нами на кухне, или вернется на диван. Фелидас решила посидеть с нами и если можно, то еще попить чаю, так как напиток ей очень понравился. Предложил ей поэкспериментировать с этим напитком, рассказал, что его пьют по-разному, и с молоком, и с сахаром, сильно горячий, охлажденный, а можно еще попробовать не только черный чай, но и зеленый. Пока для эксперимента были доступны только молоко и сахар. Герцогини понравился вариант крепко заваренного чая с молоком и сахаром.

Эксперименты с чаем, а тем более в сочетании с молоком дали и свои побочные эффекты, так что Зравшун повел свою мать знакомиться с унитазом. Когда они вернулись, то я предложил приодеть нашу герцогиню в одежду этого мира, чтобы не выделяться из толпы. Время еще есть, поэтому можно сходить в магазин и выбрать какое-нибудь платье, в котором можно было бы пойти в больницу. Фелидас не стала возражать, и даже больше, ее глаза загорелись интересом. Зравшун уже переоделся в тот самый наряд, в котором он ходил со мной по городу и мы втроем отправились наряжать герцогиню. Вскоре мы уже смешались с толпой горожан в супермаркете. На Фелидас смотрели как на цыганку, но наш вид рядом успокаивал толпу. Еще немного и мы уже стояли перед бутиком с женской одеждой. Оказалось, что нам даже не нужно проходить далеко внутрь, так как Фелидас указала своим пальчиком на стоящий прямо у входа манекен в ярком разноцветном платье. Мы молча пожали плечами, в принципе, вполне нормальное платье, и я попросил продавщицу подобрать нам такое платье на нашу спутницу. Это не заняло много времени, так как фигура у герцогини была хорошая и она напоминала мне фигуру баронессы, поэтому я попросил подобрать подобное платье но несколько другой расцветки. Мерить не стали, на удивление продавщицы. Я расплатился за покупку и потащил Фелидас с Зравшуном к отделу женской обуви. Вот тут у нашей герцогини чуть не снесло крышу. В том мире был очень маленький выбор обуви, в основном все сводилось к сапогам. Высокий каблук у мужской обуви породил и такой же каблук у противоположенного пола, так что мы стали выбирать обувь для герцогини не только на маленьком каблуке, но и рассматривали вариант со шпилькой. Ей приглянулись босоножки на высоком каблуке и черные лакированные туфли со средних размеров каблучком. Все это мы приобрели только после примерки, все же обувь это не платье, тут ошибаться нельзя, хотя герцогиня сразу хотела схватить те, что стояли на витрине. Я, помня о размере баронессы, тоже приобрел босоножки немного другой расцветки и слегка другие черные лакированные туфли. О том, как модницы звереют, увидев у противницы точно такой же наряд, я уже был наслышан, так что другая расцветка и другой фасон примирят герцогиню и баронессу, в случае, если они встретятся где-нибудь в таких нарядах.

Я торопливо тащил моих подопечных домой, так как боялся, вдруг герцогиня опять почувствует себя плохо в людном месте. Мы быстро прошли до моего дома, и только в квартире я вздохнул с облегчением. Предложил еще раз попить чай, так как сам был на взводе. Все меня поддержали, так что через пять минут мы сидели за кухонным столом и разливали чай по чашкам.

Так мы просидели еще пару часов пока Фелидас опять не почувствовала себя плохо. Получается, что каждый раз время пребывания в человеческом теле у герцогини увеличивается. Она уже без всяких подсказок надела на шею амулет, и просидев, ровно пять минут, опять стряхнула его со своей шеи. Теперь мы, по идее, имеем запас около двух часов, а может и больше, так что следующий приступ можно ожидать часов в пять вечера.

.17.

Глава 17.

* * *

Как я и думал, период нахождения Фелидас в человеческом теле увеличился до трех часов, а это нас полностью устраивает. В пять часов и пятнадцать минут герцогиня опять проделала стандартную процедуру с амулетом и с пяти часов двадцати минут мы могли рассчитывать примерно на четырехчасовой период человеческого тела. Это меня вполне устраивало, так как сегодня нужно будет уложить моих гостей пораньше спать. Не знаю, как у Зравшуна проявится повторная адаптация к тройному замедлению привычного течения времени, а вот герцогиня почувствует его очень остро, как и все мои гости из другого мира в первые дни пребывания здесь. Часов в семь запиликал домофон. Ну, понятно, пришли продавцы холодного оружия. Интересно, что они нам на этот раз принесут?

Те ввалились с традиционным мешком. Оказалось, что за это время на заводе смогли сделать только такую же пару сабель, но получилось чуть хуже, так как тому, кому они были предназначены, насколько я помнил, какому-то Климу, оказались немного не по руке. Я даже удивился, видимо изготавливали на глазок, хотя для слесаря с завода это не характерно. Но тут можно только догадываться. Я предложил Зравшуну попробовать клинки. Тот с легким азартом взял клинки в руки и опять стал раскручивать их. По мере того, как он, толи разминал кисти рук, толи действительно как-то так проверял клинки, его глаза приняли удивленное выражение. Он остановил движение клинков как-то неожиданно и с удивлением уставился на оружие в своих руках. Я насторожился, ведь не может такого быть, чтобы Зравшун забыл, как управляться с клинками. Внезапно он направился к своим клинкам и, приложив новый клинок к старому, стал сравнивать их. Потом, рукой подозвал меня и, показав саблей на свои клинки, сказал только одно слово, "проверь". Я непонимающе уставился на Зравшуна, что я должен проверять?

Бери в руки и проверь, как они тебе.

Я взял оба клинка и провел разминочную связку. Действительно очень удобные клинки. Вспомнил, что когда мы купили их Зравшуну, то я тоже попробовал покрутить клинки в руках, но тогда у меня не было таких ощущений, как сейчас. Я чувствовал, что они очень удобны, и я ощущаю оба клинка до самых их кончиков. Теперь я понял, как Зравшун умудрялся не цеплять потолок и мебель в моей квартире.

Ну что, Серигей, попробуем их в деле? Думаю, что проведем танец наемников.

Мы встали друг перед другом и началось. Клинки мелькали все быстрее и быстрее, сталкиваясь между собой в самых неожиданных местах. По комнате поплыл своеобразный, и даже понравившийся мне звон. При такой скорости обмена ударами можно было получить очень серьезную рану, но вот только этот бой был из разряда ритуальных. Все было построено на том, что клинки к телу противника направлялись плашмя или вообще, тупой стороной. В непосредственной близости от лица мелькали кончики сабель, и вот здесь, если ты, или твой противник плохие мечники, то можно было кому-нибудь остаться без глаза, но мы были равны друг другу, поэтому пять минут неповторимых ощущений и мы, разорвав дистанцию, синхронно поклонились друг другу. В комнате стояла тишина.

Внезапно Фелидас произнесла, что давно не видела такого великолепного танца наемников, а у наших продавцов выскакивали только одни междометия. Мы же с Зравшуном стояли друг напротив друга и остывали после ритуального танца. Зравшун предложил мне попробовать его новые клинки, хотя мы их еще не купили, но он, как и я, понял, что они будут нашими. Я бережно положил свои клинки на кровать и, приняв от Зравшуна его новое оружие, опять проверил его в разминочном комплексе. Да, хорошие клинки, но те, что я держал в руках до этого, были на порядок лучше. Ничего не понимая, я вопросительно кивнул Зравшуну. Наемник расхохотался и успокоил меня, что просто раньше ему казалось, что те, старые клинки подходят для него идеально, пока он не попробовал вот эти, новые. Все познается в сравнении. Да, с этой истиной не поспоришь. Я сходил на кухню к своему рюкзаку и, отсчитав пять стодолларовых купюр, вернулся в комнату. Там все и все, как будто застыли во времени. Я положил на кровать пять бумажек и вопросительно взглянул на пораженных пацанов. Оцепенение прошло, те молча сгребли купюры и гуськом, друг за другом, выскочили из квартиры.

Не знаешь, где найдешь, где потеряешь. - Произнес я загадочную для моих гостей фразу.

В комнате все еще чувствовалось напряжение, поэтому я прошел еще раз на кухню и выглянув снова в комнату, показал Зравшуну бутылку того самого коньяка, который мы с ним уже пробовали. Тот молча кивнул и, подхватив свою мать под руку, повел ее на кухню. Там я снова заварил свежий чай и вытащил все, что можно было подать к чаю и алкоголю. К чаю были выставлены сладости, а к коньяку я тонко нарезал лимон. Все было готово буквально за три-четыре минуты. Разлив напитки я, заметив недоуменный взгляд герцогини, почему это ей не налили коньяк, пояснил, что ей такое пока нельзя. Мы с Зравшуном чокнулись за удачное приобретение, и выпили свои рюмочки до дна. Смачно выдохнув воздух, от чего по кухне поплыл аромат алкоголя, мы присоединились к чаепитию. Настало время серьезно поговорить о наших проблемах. Я, отпив крепкого чаю с молоком, немного насладился ароматом и послевкусием, а потом решительно начал разговор.

Мои дорогие гости, сегодня мы с вами совершили переход из одного мира в другой. Сами понимаете, для этого есть причины. Зравшун частично знает только то, что он должен сопровождать герцогиню и меня в этот мир.

Я и Фелидас посмотрели на Зравшуна, тот подтверждающе кивнул головой. И в свою очередь взглядом показал, что ему известно только это. Он наемник и, следовательно, он отрабатывает свой контракт. Мне пришлось продолжить.

Так же вы понимаете, что основным действующим лицом этого похода является госпожа Фелидас. И в этом есть свой резон. Зравшун в курсе, и даже больше. Он сам был участником судебного разбирательства Малого Магического Ковена над нами обоими, где нам выдвинули ультиматум, сопровождать знаменитого лекаря баронессу Ликуру, которая должна была осмотреть госпожу Фелидас. Что и произошло в вашем замке около недели назад. Вы были во сне, поэтому ничего не видели. О себе могу сказать, что являюсь учеником баронессы, и тоже осматривал вас. На ковене нам было сообщено, что вас отравили, вот мы и должны были вылечить вас. В процессе осмотра вашего организма мы установили, что никаких следов яда в вашем организме не наблюдается, но присутствует некое заболевание, которое можно и нужно вылечить. Кроме того мною было обнаружено, что вы герцогиня, беременны. Срок очень маленький, так что не беспокойтесь, пока все в норме и с вами и с ребенком. Ваш муж, узнав, что мы с баронессой не подтвердили диагноз королевских лекарей, бросил нас в темницу. Зная крутой нрав вашего мужа, мы не льстили себя надеждой не то, что на освобождение, мы были почти уверены в том, что он нас казнит. Вот тогда нам пришлось бежать из вашей темницы. Зравшун выступал в роли проводника и через пару дней мы были в землях вашего свекра. Тот развернул наш караван и заставил нас прибыть к нему в замок. Не знаю, как Зравшуна, а меня опять посадили в тюрьму и несколько раз проводили допрос. Когда твой дед, Зравшун, узнал о том, что герцогиня беременна, то заключил со мной некий договор, в котором я обязан проводить вас в этот мир и, используя знания этого мира в области медицины, рассмотреть пол ребенка. Его это очень интересует. Так что если нет никаких возражений, то нам завтра не мешало бы отправиться к врачу, работающему с беременными и попросить его провести специальное обследование. Само обследование не нанесет вред ни вам, ни вашему будущему ребенку. Просто нужно будет делать все так, как говорит врач. Самое неприятное, что может вас ожидать, это ощущение холодного металлического предмета, приложенного к вашему оголенному животу. Процедура длится не более десяти минут, а может и быстрее. Поймите меня правильно, я не женщина и такую процедуру с собой не проводил. Но сама методика обследования мне известна, так как она применяется и для других целей. Например, ей можно просмотреть то, что твориться в вашем желчном пузыре, что я и хочу попросить вас сделать. Это поможет убедить вашего мужа, что вас нужно лечить от этой болезни как можно скорее, а не от воображаемого отравления. Вот вроде и все. Так что теперь я готов выслушать вас обоих.

.18.

Глава 18.

* * *

Герцогиня сидела и обдумывала мои слова, зато встрепенулся Зравшун. Он не очень лестно выразился о своем деде, и сообщил, что у него проснулась заложенная в него информация. Сейчас он полностью осознал задание, и оно действительно направлено на то, чтобы обеспечить герцогине медицинское обследование, а цель обследования, установить пол ребенка. Про обследование какого-то пузыря не было произнесено ни слова, но если я предлагаю провести такое обследование, то нужно соглашаться. Оказывается я очень хороший лекарь, так как Зравшун сам смог убедиться в этом.

Герцогиня все еще обдумывала мои слова. Известие о беременности обрадовало ее, а вот проходить обследование она боялась. С другой стороны, а вдруг такой возможности больше не представиться, чтобы узнать больше о своей болезни. Наконец она решилась.

Серигей, а что будете делать вы?

Ну, моя миссия заключается в том, чтобы провести вас в этот мир, помочь к нему адаптироваться, привести на прием к нужному вам врачу и вернуть обратно в замок вашего свекра. Мы с Зравшуном только сопровождающие и ничего больше. Так что решение за вами.

Серигей, а мой муж знает о том, что я отправилась сюда?

Мне не очень удобно это говорить но, по-моему, ваш муж даже не знает, что вы были в замке у вашего свекра. Когда Закарит узнал о вашей беременности, он выкрал вас из вашего замка, и вы около двух дней находились в его замке в состоянии сна. Мне пришлось, под присмотром Закарита еще раз провести обследование вас моими методами. Не исключено он сообщит вашему мужу о том, что вы решили посетить его замок, чтобы вас не искали по всему герцогству и не поднимали паники. Так что нам желательно очень быстро попасть на обследование и сразу выдвигаться обратно в замок вашего свекра. Он получит информацию, а что он будет с ней делать дальше, я не знаю. Уж поверьте мне на слово, он очень своенравный правитель, и я бы не рискнул задавать ему какие-то вопросы. Зравшун вон помнит, как нас встретили в его землях, да и в замке тоже.

Но ты же выжил в этом показательном избиении и, кстати, я тебя такому не учил. В моем арсенале нет таких ударов бедром или коленом. Да, мама, и он практически убил лучшего кулачного бойца деда, правда, потом вылечил, когда тот перестал подавать признаки жизни. Мое мнение, нужно соглашаться на оба обследования, тем более, что лечить тебя будет, скорее всего, Серигей, а может и баронесса.

Баронесу с Вантилием отправили домой, так что остаюсь только я. Закарит обещал, что с баронессой и наемником все будет хорошо, и я ему верю.

Хорошо, Серигей, я соглашусь на обследование, но меня волнует один вопрос, а не нанесет ли оскорбление такое обследование моему титулу. Если меня заставят проходить какие-нибудь унизительные процедуры, то я могу и отказаться их проходить.

Госпожа Фелидас, в самом обследовании нет ничего унизительного. Единственное, что вам придется сделать, это оголить живот. Для этого обследования мы подберем женщину врача. Ведь вам же помогают мыться ваши служанки, так и здесь. Оголите живот, его намажут специальным гелем, это такой крем, и будут водить по нему неким устройством. Я уже говорил, что самым неприятным ощущением будет чувство холода от этого устройства, пока оно не нагреется от тепла тела. Мы постараемся объединить оба обследования в одно, так что это будет разовая процедура, и как только получим результаты обследования, то тут же отправляемся обратно к вашему свекру, а оттуда, я думаю, домой.

Наконец Фелидас решительно кивнула головой, и я с облегчением вздохнул, это была самая сложная часть этого похода. Если бы герцогиня уперлась, то тогда ничего не помогло бы, а вот если она добровольно согласилась, то есть шанс, что все разрешится вполне нормально. Я, чтобы закрепить успех, предложил готовиться ко сну. Мы все по очереди вымоемся, а герцогине лучше всего принять ванну и хорошо промыть волосы, а то они сильно пахнут шампунем, которым она мылась в душе в обед. Еще оставался открытым вопрос с одеждой, ее нужно было одеть и походить в ней, привыкая, все же завтра нам предстоит посещение больницы, поэтому я попросил герцогиню, как только она обсохнет после ванны, то одеть обновки и не снимать их до самого сна.

Отозвав Зравшуна, я поинтересовался, в чем спят такие знатные особы. Наемник задумался, а потом заявил, что его мать спит обычно в ночной рубашке, хотя за такой большой срок кое-что могло и измениться. Теперь предстоял самый щекотливый вопрос, носят ли их женщины нижнее белье. Зравшун, который пользовался спросом у женщин любого возраст, подтвердил, что носят какие-то рубашки и короткие юбки. Я плавно перевел разговор об одежде, закрывающей грудь женщины. Зравшун удивленно посмотрел на меня и пояснил, что рубашки и закрывают. Я попросил его пока ничего не говорить матери, а как только она пойдет принимать ванну, мы с ним бегом отправимся в магазин и подберем ей наше нижнее белье, чтобы врач не был шокирован ее нарядами, да и как она наденет рубашку под не очень, но все же просвечивающее платье.

Наконец, после того, как была почищена ванна, налита вода, расставлены все моющие средства и на три раза объяснено, как ими пользоваться, мы вышли из ванной и устремились к входной двери, у нас было не более получаса, чтобы добежать до магазина и прикупить то, что я посчитал нужным. Мы, подгоняемые энтузиазмом, а некоторые и нескрываемым любопытством, неслись в сторону супермаркета. Войдя в двери магазина, мы целенаправленно стали выискивать отдел с нижним женским бельем. Вскоре искомое привлекло мое внимание, и я потащил Зравшуна за собой. Когда тот увидел манекены, то чуть в обморок не упал. Я его в чем-то понимал, но на всякие сантименты не было ни секунды времени. Нужно было купить несколько комплектов такого белья, я бы предпочел, чтобы это были комплекты. Дернув Зравшуна за рукав, чем вывел его из какого-то столбняка я, мило улыбаясь продавщице, попросил ее подобрать мне несколько комплектов нижнего белья, показывая размеры шириной рук или растопырив пальцы, прямо как в анекдоте. Та, подхихикивая над нами, принесла несколько упаковок. Я выбрал несколько расцветок, как мне казалось, подходящих для ношения под выбранными накануне нарядами. Зравшун только тяжело дышал. Все, по прибытию на родину, отправится в какой-нибудь бордель залечивать душевные раны. Уже не обращая внимание на Зравшуна, я впал в какой-то азарт и стал докупать колготки, а также приобрел ночнушки очень фривольных фасонов. Наконец, будильник в голове прозвонил, что наше время истекает, так что, расплатившись и получив два фирменных пакета с нашими покупками, мы понеслись обратно. Как оказалось вовремя, дверь ванной комнаты открылась и оттуда вышла герцогиня в моем халате. Увидев наши вытянутые лица, она фыркнула и отправилась в комнату на диван, а мы просочились на кухню. Мой план Барбаросса вступал в завершающую фазу и Зравшун даже не догадывался, что ему еще предстоит. Я отложил то, что предназначалось баронессе, а из второго пакета достал комплект белья под завтрашнее платье и очень нескромную ночнушку. Положив пакеты перед Зравшуном, я вскрыл тот, что с бельем и показал Зравшуну, где передняя часть, у обоих предметов, а потом, как застегивать и расстегивать лифчик. Тот опять находился в прострации и только выдавил из себя, зачем я ему все это показываю?

Тут я, зловеще улыбаясь, поинтересовался у него, как я, посторонний человек, да еще и мужчина должен объяснять все это его матери? Не проще ли это сделать ее сыну? Зравшун с таким остервенением отрицательно замотал головой, что я понял, планам моим не суждено сбыться. Придется идти самому, не казнит же она меня в моем мире, а в ее я постараюсь не попадаться ей на глаза.

.19.

Глава 19.

* * *

Герцогиня нежилась на моем диване после ванны. Ее тело распарилось, и она блаженствовала. Именно такое время я и выбрал, чтобы приобщить ее к некоторым тайнам цивилизации. Подойдя к дивану, я по пути захватил стул и когда на него сел, то между собой и диваном поставил пакет с купленными вещами. Я поинтересовался, понравилось ли ей ходить по магазинам. Естественно в ответ услышал только положительный ответ на свой вопрос. Посетовал, что из-за своего состояния она не смогла пройтись по другим бутикам торгующим шляпками, сумками, и даже нижним женским бельем. При моих последних словах герцогиня залилась румянцем. Конечно, о таких вещах в ее мире мужчины даже не заикаются, если только не являются любовниками. Я напомнил ей, что завтра мы отправимся к врачу, которая конечно будет женщиной, и которая понимает толк в женской одежде и, что для нас очень важно, в нижнем женском белье. Пояснил ей, что просил ее сына быть посредником между ней и теми подарками, которые мы с ним купили для нее, но что самое главное и для посещения больницы. Ее сын не смог взять на себя эту миссию, поэтому мне, совершенно постороннему человеку, придется взять на себя эту нелегкую задачу.

Чтобы увести разговор чуть в сторону, я спросил, помнит ли она свое новое приобретение, великолепное платье из очень дорогого и красивого материала, который еще и имеет такую структуру, что слегка просвечивает. То есть под ним видно то, что надето на женщину под ним. В нашем мире женщины не стесняясь, носят и более прозрачные вещи, так что это платье почти верх целомудрия. Однако, если одеть под него то, что герцогиня носит всегда, то оно не будет соответствовать той цветовой гамме, которую так удачно подобрала для себя госпожа Фелидас. Учитывая ее плохое самочувствие, я взял на себя смелость и купил ей то, что местные женщины носят под такими платьями. Эти предметы отражают в себе все те достижения местных текстильщиков и портных, что могут по праву считаться шедеврами женской модной одежды. Я пообещал, что сейчас я ей продемонстрирую только то, как они упакованы, и герцогиня сможет попробовать открыть один пакетик с той продукцией, которую мы купили для нее.

В общем, я разливался соловьем, притупляя ее стыд и разжигая интерес. Я нагнулся и стал громко шуршать пакетами с бельем, колготками и прочей накупленной одеждой. Наконец я вытащил ее платье и разложил его рядом с ней на диване, затем опять нагнулся к пакету и продолжил шуршать, доводя ее любопытство до высшей точки. Наконец я достал три комплекта нижнего белья и разложил их на ее платье. Поинтересовался, какой цвет лучше подойдет к этому платью. Тут уж любая женщина отодвинула бы меня в сторону и сама подогнала бы цветовую гамму к идеалу. Эта барышня оказалась не исключением. Она уверенно выбрала пакетик, который действительно подходил к цвету платья. Я восхитился ее чувством цвета и предложил его открыть и проверить цвет без упаковки, так как та может неправильно передавать цвет через себя. Герцогиня уверенно нашарила подогнутый край и стала его тянуть. Тот был самоклеящийся и поэтому открылся. Фелидас, окрыленная своей победой над пакетиком вытащила то, что было внутри и разложила на платье, победно взглянув на меня. Ну, что говорить, трусики и лифчик действительно идеально подходили к этому платью, да это и понятно, ведь я сам выбирал цвет в магазине. Картинно склонив голову, признал, что ее чувство прекрасного ее не подвело. Герцогиня усмехнулась и перевела взгляд на то, что она достала. Теперь не нужно было подбирать цвет, теперь нужно было смотреть, что это. Вот тут я мог праздновать свою победу. Такого густого румянца я еще не видел. Фелидас силилась что-то сказать, но все слова застряли в ее горле потому что трусики очень живописно расположились на самом платье и их назначение не оставляло никаких сомнений.

Пока герцогиня была в шоке, я быстро отложил трусики в сторону, указав только, где у них перед, и взял лифчик. Фелидас все еще не пришла в себя, а я уже докладывал ей, что этот предмет поддерживает грудь женщины и его носят все без исключения. Вот так он застегивается, а вот так расстегивается. Продемонстрировал, как можно подогнать длину бретелек и основной застежки. Показал, как женщины застегивают это приспособление, повернув его застежкой вперед а, застегнув, располагают на теле, так как нужно. Преимущество такого метода заключается в том, что это не требует посторонней помощи. Мой монолог я выплеснул так, чтобы герцогиня не могла вставить ни слова, а как только закончил, то опять наклонился над пакетом продолжая шуршать в нем пакетиками.

Теперь на свет появились колготки, здесь все было просто, передняя часть, задняя, очень осторожно одевать, так как можно легко порвать такую паутинку. Ведь правда, материал этой вещи очень напоминает настоящую паутину, хотя бы тем, что такой же тонкий. Вся эта одежда произведет фурор в герцогстве и не только, так что наши подарки с Зравшуном очень ей пригодятся. Предложил попробовать все это одеть, пока мы будем с Зравшуном сидеть на кухне. Если что-то не будет получаться, то можно обратиться ко мне, я обязательно подскажу, как лучше обойти возникшую проблему. А теперь я удаляюсь, чтобы не смущать герцогиню.

Я театрально поклонился и чуть ли не бегом вернулся на кухню. Там заговорщик Зравшун, улыбаясь от уха до уха, показывал мне большой палец, мол, классно, я все слышал. Еще бы не слышал, дверь-то на кухню я не закрывал. В комнате, даже за закрытой дверью слышалось шуршание пакетиков. Похоже, еще одной проблемой станет меньше. Чтобы отвлечься, я спросил наемника, как мы попадем обратно к его деду. Ехать через две провинции, где на нас нападали и люди и звери, да еще не большой компанией, а втроем, причем ночные стражи придется разбивать по полночи. За неделю мы с Зравшуном будем еле таскать ноги. Еду придется покупать на нашем базаре. Лапша и пюре решат наши продовольственные проблемы, а вот охрана, это будет работа на износ, да еще и добираться пешком. Оказалось, все не так. Как только мы вернемся в их мир, так у Зравшуна должна появиться информация о варианте нашего возвращения. Ну, хоть что-то, а то я уже нас мысленно похоронил, даже если на нас не наткнется разгневанный муж герцогини, то остаются еще разбойники, зверье, звезды наемных убийц. Короче выбор у нас богатый. В этот момент из зала раздался громкий голос герцогини, зовущий меня к ней. Мы с Зравшуном от неожиданности оба втянули головы в плечи. Потом, будто очнулись и, одновременно покрутили пальцами у виска. Точно, мы здесь чокнемся.

Я направился в зал. Оказалось, что герцогиня уже оделась и сейчас рассматривала тот самый пеньюар, который я ей подобрал. Она разложила его на диване и ткнув в него пальчиком поинтересовалась у меня, что это такое. Я же, открыв рот смотрел на настоящую красавицу. Даже учитывая то, что она без макияжа, смотрелась она умопомрачительно. Наконец я взял себя в руки и сделал ей комплемент, что ее красота, подчеркнутая новым нарядом буквально сразила меня наповал. Думаю, все мужчины завтра будут оборачиваться ей вслед. Самодовольная улыбка расцвела на ее лице, но червячок собственницы требовал разобраться со своим богатством. Пальчик требовательно потыкал в пеньюар. Я представил себе герцогиню в нем, и мне сделалось плохо. Да, гормоны зашкаливали. Хриплым голосом я поведал этому божественному созданию, что это одежда для сна. Увидев недоуменный взгляд Фелидас, я пояснил, что женщина в таком виде еще и сильно заводит мужчин. Если она выйдет к своему мужу в таком наряде, то он будет сражен наповал. А внутренний голос шептал, какой к черту муж, выйди ко мне. Кровь волнами пробегала по моему телу. Еще немного и я брошусь на нее прямо здесь. Попросив прощения я позорно бежал под прикрытие кухни и Зравшуна.

.20.

Глава 20.

* * *

- Зравшун, иди, посмотри на свою мать, и уверяю тебя, завтра у нас могут возникнуть проблемы с мужиками из-за нее. Что-то я погорячился с нарядами. Если и баронесса выйдет в таком наряде, то они обе затмят у вас в стране красотой всех остальных женщин. А благодаря пеньюару, братьев и сестер у тебя теперь прибавится.

Зравшун осторожно выглянул в двери кухни и прошептал, что у него самая прекрасная мама в мире. В комнате хихикнули и позволили ему подойти поближе. Думаю, что воспитанием Зравшуна занималась его мать, а не отец. Да это и понятно, все-таки она из королевского рода. Их герцогское звание, это ее заслуга. Зравшун исчез из поля моего зрения и вскоре в комнате был слышен только тихий шепот. Минут через пять он вернулся довольный и сообщил мне, что нас простили и даже, поблагодарили за такие чудесные, правда, нескромные подарки. Теперь герцогиня желает лечь спать и нам строго-настрого приказано не входить в комнату. Я, прямо из кухни обратился к Фелидас, ведь ночью мы можем захотеть в туалет. Оказалось, что это наши проблемы. Тогда я попросил пятнадцать минут на проведение некоторых изменений в комнате, кроме того ей необходимо еще раз одеть амулет, так как ночью она может почувствовать себя плохо. Мне дали добро и я понесся в нишу, откуда был вытащен моток альпинистской веревки, используемой мною на репшнуры. Натянув ее от коридорной двери до кухни, я набросил на нее старую простынь, так что теперь у нас с Зравшуном был своеобразный коридор, по которому мы могли беспрепятственно пройти в туалет. Все было сделано в срок, и мы получили возможность разложить спальные мешки на кухне и ложиться спать. Мы все дружно погасили свет и отправились в царство Морфея, но, как выяснилось, на этом наши приключения не закончились. Ночью, под утро, в комнате раздался женский визг и что-то упало. Мы с Зравшуном почти, в чем мать родила, выскочили в комнату и зажгли свет. Лучше бы мы этого не делали. На полу, в том самом пеньюаре, лежало прекрасное тело и вопило, и отбивалось от того самого пакета с новыми вещами, который толи свалился на нее со стула, толи она влетела в него, когда пошла в туалет. Как бы там ни было, но моя фантазия вчера меня не обманула. Все мое обожание герцогиней явно выражалось не только духовно, но и физически. Зравшун, увидев мать в таком виде, только и смог, что прошептать укоризненно, "мама". Я схватил его в охапку и потащил на кухню, и крикнул герцогине, что мы опять легли спать, так что она может пройти, куда ей надо, а потом погасить свет. Все бы ничего, но до утра ни я, ни Зравшун, да, по-моему, и герцогиня, не могли заснуть. Все крутились на своих спальных местах. Я, как только закрывал глаза, так перед ними появлялось герцогиня в той самой позе, в которой мы застали ее на полу возле кровати. В общем, у всех троих душевная травма, налицо. Так что как только солнце взошло, я выбрался из спального мешка и приготовил себе кофе. Сегодня нужно быть в форме. Ведь придется стоять в очереди, уговаривать, давать взятки, в общем, вести нормальную жизнь современного городского жителя, пришедшего в больницу. Из нас троих только я проснулся с первыми лучами солнца, все остальные заснули только под утро. Решил их не будить, все равно весь график летит к чертям. Тихонько оделся, пробравшись в коридор, обулся и отправился в магазин. Решил немного развеяться, да и прикупить свежего молока, творога и хлеба. Недалеко от дома был небольшой продуктовый рынок. Сюда приезжали колхозники из близлежащих сел и привозили натуральные продукты. Вот у них я и прикупил свежее молоко, брынзу, творог и сметану. Можно организовать неплохой завтрак, если замешать творог со сметаной, а сахар или мед, который я тоже здесь прикупил, можно добавить отдельно, на любителя. Загрузившись продуктами и, прикупив у лоточников зубную щетку для герцогини, я отправился к дому. Возле ближайшего продовольственного магазина как раз разгружали хлеб. Купил еще горячую булку хлеба, довольный и успокоенный свежим утренним ветерком, который выветрил из головы все фривольные мысли, вернулся в мою квартиру. Судя по тому, что в туалете горел свет, кто-то уже встал. Я слегка прокашлялся, чтобы не получилось ночного конфуза и, сняв обувь, прошел на кухню. Судя по тому, что Зравшун только потягивался в своем спальном мешке, мы с герцогиней мирно разминулись в коридоре. Я предложил наемнику открывать глаза и готовиться к трудовым будням, так как мы сейчас позавтракаем, и можно будет выдвигаться в сторону больницы, всякие сабли, ножи, все остается в квартире, если что, то будем отбиваться руками и ногами. Зравшун усмехнулся и напомнил мне, что некоторые это уже проделывали с лучшим кулачным бойцом его деда. Я только укоризненно покачал головой. Мне просто повезло, что тот даже не догадывался, что можно таким образом нанести удар, а то вместо него приводили бы в чувство меня, если бы смогли. В туалете зашумела вода, а вскоре на пороге кухни появилась герцогиня в моем халате поверх того самого пеньюара. Я старался не вспоминать ночное происшествие, но видимо что-то такое промелькнуло на моем лице или на лице Зравшуна, как знать. Только Фелидас попросила у нас прощения за ночной переполох, мы дружно заверили ее, что все было нормально, и ночной инцидент можно считать забытым. Я, чтобы перевести разговор в другое русло и стараясь не поворачиваться к герцогине боком, вручил ей новую зубную щетку и отправил Зравшуна показать матери, где лежит зубная паста и как ее выдавливать на зубную щетку, да и вообще, как ей чистить зубы. Отправив обоих в ванную комнату, сам приступил к приготовлению завтрака. Сделал замес из сметаны с творогом и приготовил несколько яиц, на тот случай, если кто-то откажется от творожной смеси. Вытащил сахар и мед. Включил чайник и приготовился принимать гостей. Вскоре оба пришли довольные, видимо о чем-то посекретничали. Я рассадил их вокруг моего кухонного стола и предложил им на выбор яйца или творог, а можно и то и другое. Зравшун высказался за последний вариант, а герцогиня решила попробовать творог. Я, как и Зравшун, решил наесться впрок. Быстро пожарив яичницу, я разложил все по тарелкам, и мы приступили к нашему первому завтраку в этом мире. Пока ели, заварился чай, так что, попив чаю стали собираться в больницу. Герцогиня ушла переодеваться, и мы договорились, что она еще на пять минут оденет на себя амулет, чтобы был запас во времени до следующего преображения в зверя. Мы тоже стали наряжаться, чтобы соответствовать нашей красавице. Вот, наконец, все собрались в коридоре. Последние напутствия и мы вышли из квартиры. Наш путь лежал в больницу, и мне хотелось, чтобы все обследование мы прошли сегодня, все же время работает против нас.

.21.

Глава 21.

* * *

Мы выбрались на улицу и отправились на остановку. Зравшун вел мать, придерживая ее под локоть. Я старался не приближаться к герцогине, все же в голове все еще были свежи воспоминания о ее прекрасном теле, увиденном мною ночью, во время переполоха. Тогда, насколько я помню, пробрало даже Зравшуна. Сейчас Фелидас приноравливалась к ходьбе сына. Тот демонстрировал нормальную земную походку. Герцогиня благоразумно надела черные лакированные ботинки, так что я для себя решил поймать такси, так как ехать в автобусе совершенно не хотелось. Дойдя до дороги, я вырвался немного вперед и подняв руку, стал голосовать. Не успели мои гости дойти до меня, а я уже договаривался о цене с водителем какой-то иномарки. Машина была пуста, так что мы с комфортом расположились в салоне и я отстраненно наблюдал, как Фелидас с сыном рассматривают то, что проплывало за окном. Наконец мы подъехали к больнице, рассчитались за проезд и отпустив машину, огляделись. Нам следовало пройти буквально двадцать метров до входа в диагностический центр. Я решил не экономить, а пройти ультразвуковое исследование платно. Все же здесь и народу поменьше, чем в больнице, да и раз уж исследование платное, то можно требовать и качество обслуживания. На всякий случай накупил воды без газа, так как помнил, что женщины жаловались, что врачи заставляют водой напиваться перед тем как делать УЗИ, но вот что там смотрят врачи я так и не понял, но водой затарился. Мы все трое поднялись по ступенькам крыльца и попали к регистратуре и кассе. Я попросил провести УЗИ у беременной, плюс поджелудочная и желчный пузырь. Кассир молча просчитала мои расходы и выбила два чека, а я оплатил названную сумму. Мы поднялись на второй этаж, где находился кабинет, и уселись на скамьи, приставленные к стенам в коридоре. Перед нами было три человека, так что пока я не волновался за герцогиню, должна дотерпеть до конца нашего обследования. У нее периоды нахождения в человеческом теле становятся все больше и больше. И сын и мать сидели очень напряженно, их понять можно, все незнакомое и какое-то таинственное. Я поймал медсестру, выходящую из нужного нам кабинета, и поинтересовался, нужно ли беременной пить воду перед обследованием. Та заверила меня, что теперь нет необходимости напиваться перед процедурой УЗИ, так что я открыл бутылку и предложил Зравшуну успокоиться и попить водички, а то он весь такой напряженный, как будто это он беременный. Тот насупился, но бутылку с водой взял. Герцогине наша шуточная перепалка слегка подняла настроение, так что пока мы переругивались, очередь заметно подвинулась, и перед нами остался один мужчина. По нашему уговору, я пойду вместе с Фелидас на эту процедуру, просто она не уверена, что правильно поймет врача, когда та потребует что-нибудь сделать. Наконец, стоящий перед нами в очереди мужчина вошел в кабинет. У герцогине началась паника, она не знала, куда деть свои руки, нервно кусала губы. Я уже собирался подбодрить ее, как открылась дверь, и мужчина вышел из кабинета, видимо что-то у него не получилось, оказалось, что его отправили делать какой-то укол, так что нам можно было входить. Я крепко взял герцогиню за локоть и шагнул к двери. Та притихла и не сопротивлялась. Мы вошли в кабинет. За аппаратом сидела средних лет женщина, которая протирала сканирующую головку толи водой, толи спиртом, издалека определить было трудно, а для того, чтобы унюхать было слишком далеко. Я поздоровался и пройдя к столу, подал чек об оплате услуг. Наше светило медицинских наук долго изучало чек, как будто была бухгалтером, по крайней мере. Затем, насладившись паузой, поинтересовалась, что конкретно мы желаем. Мы желали узнать пол ребенка, а заодно нам порекомендовали просмотреть желчный пузырь и поджелудочную железу. Светило скептически хмыкнуло, но комментировать не стала, а молча указала на кушетку. Я подвел герцогиню к кушетке и стал помогать ей, улечься на нее. Врач решила отправить меня в коридор, но я объяснил ей, что жена ничего не слышит, и я при ней нахожусь как переводчик. Медицина потребовала оголить живот и приспустить колготки. Мое лицо видела только герцогиня, поэтому я взял ее за руку и демонстративно закрыл глаза. Эта пытка продолжалась минут десять, затем врач бросила на живот Фелидас салфетку и скомандовала вытираться и одеваться. Герцогиня все правильно поняла и стала вытирать свой живот, я вытащил из пакета принесенное нами полотенце и протянул Фелидас. Наконец она дернула меня за руку, и я понял, глаза можно открывать. Я проводил герцогиню к ее сыну, а сам вернулся к врачу. Та усиленно набивала что-то на клавиатуре. Вскоре принтер загудел и исторг из себя несколько листов бумаги. Я прокашлялся и поинтересовался у врача, удалось ли рассмотреть пол ребенка. Та призналась, что процентов на восемьдесят уверена в том, что это девочка, но на более позднем сроке все будет гораздо яснее. По поводу желчекаменной болезни нам следует обратиться к соответствующему специалисту. Заключение она написала, так что он примет решение о стратегии лечения, но затягивать с посещением специалиста не стоит, все-таки при беременности желательно иметь здоровые органы. Я поблагодарил ее и, взяв распечатки и заключение врача, отправился в коридор. Там оба мои гостя сидели как на иголках. Как только я показался в дверях, то оба, не сговариваясь, спросили, кто там. Видимо подразумевалось, что разговор идет о ребенке в животе, во всяком случае, я так все это понял. Как на духу выложил им все, что сказала мне врач, и потащил обоих к выходу из больницы. По пути поинтересовался у герцогини, как она себя чувствует? Та призналась, что пока все нормально.

Мы почти сбежали по крыльцу больницы и отправились на остановку. Герцогине хотелось посмотреть, как передвигаются простые граждане. Я не стал ее уверять, что наше разделение на классы зиждется на том, кто в каком транспорте разъезжает по городу, но в целом, время было подходящее, в автобусе будет немного народа, так что экскурсию на общественном транспорте я ей обеспечу. Зравшун в этом деле уже имел опыт, поэтому пер мать на остановку на предельной скорости. Я едва поспевал за ними. На остановке пришлось немного подождать, видимо в это время график был слегка подкорректирован. Наконец пришел наш троллейбус. Мы забрались по ступенькам в салон и устроились на самых задних сидениях. Через пару остановок, герцогиня испуганно взглянула на меня и призналась, что на нее накатывает. Я судорожно обернулся, все сидят лицом по ходу движения, так что мы видны только водителю. Я предупредил, что как только троллейбус тронется с очередной остановки, так герцогиня надевает амулет и жмется к ногам Зравшуна. Ехать нам еще три остановки. Если все пройдет нормально, то после следующей остановки амулет можно будет снять. Если не поможет, то тогда едем до нашей остановки в таком виде, и снимать амулет придется уже в квартире. Оба, вроде, меня поняли и приготовились провести акцию, ожидая приближение остановки. Наконец новые пассажиры, вошедшие на очередной остановке прошли в салон, я тоже встал со своего места и перегнувшись через Зравшуна закрыл герцогиню от водителя и пассажиров. Миг и рядом с наемником сидит огромная собака, правда, мордой к окну. Я понимаю, что ей так удобнее и интереснее, но вот опыта пятиться задом, у нее нет, так что придется помогать руками, если через остановку ее не отпустит. Но все же нам повезло и через две остановки мне удалось снять с герцогини амулет, причем, вроде бы, незаметно для окружающих. Наконец вот и наша остановка, я скомандовал на выход, и мы гуськом, придерживая Фелидас с двух сторон, вышли из троллейбуса и устремились ко мне домой. Чувствовалось, что все измучены не столько физически, сколько морально. Вот, наконец, и дверь моей квартиры. Мы дружно ввалились внутрь, и я захлопнул дверь, как будто за нами кто-то гонится. Все, миссия выполнена, теперь осталось только добраться завтра до места перехода и тогда можно вздохнуть с облегчением.

.22.

Глава 22.

* * *

В квартире все повалились кто куда, герцогиня на диван, а мы с Зравшуном на кресла. Минут десять все молчали, это даже настораживало. Наконец я почувствовал, что меня немного отпустило, поэтому я встал и прошел на кухню, поставил чайник и полез в холодильник за чем-нибудь существенным. Нужно было накормить гостей, а самому смотаться на базар, за продуктами в дорогу и прихватить что-нибудь полезное для моей учительницы. Все же я ей обещал помочь в развитии сельского хозяйства. Живность притащить не получится, да и брать что-то тяжелое, тоже не следует, Все же маршрут возврата пока не ясен, да и условия, как мы будем добираться, неясны. Думаю, что ограничусь семенами полезных растений, да можно набрать нашей мелочи, но не простой, а той, где при изготовлении используются два металла, тогда ее не забракуют, а то попробуй, докажи, что желтый металл, это не подделка золота, а просто так изготовлена монета или медаль, кому как удобнее.

Пока эти мысли витали у меня в голове, руки сами собой готовили все на стол. Наконец, все было готово, и я позвал моих гостей к столу. Из комнаты послышалось одобрительное мычание и вскоре два голодных рта присоединились ко мне. Миг, и все было съедено и выпито, видимо еда имеет и успокоительное действие. Животы у всех округлились, кожа на них натянулась и по законам физики, ее стало не хватать на лице, отчего глаза стали закрываться. Я отправил герцогиню на диван, а Зравшуну предложил располагаться на кухне, а я сбегаю за едой в дорогу. Совесть Зравшуна требовала пойти со мной, но вот глаза его выдавали, так что я хлопнул его по плечу и предложил немного подремать, пока не вернусь, ведь завтра нам предстоит тяжелый переход, нужно будет помогать герцогине, подниматься в гору, ведь ей это непривычно, так что пусть отдыхает, пока может.

Быстро собравшись, я отправился на базар. Здесь, не раздумывая, набрал той самой лапши, нам же всю еду тащить на себе, так что чем легче, тем лучше. Для воды набрал пластиковых бутылок с водой, воду, прямо по дороге вылил, так что у нас теперь есть две пятилитровые бутыли, дома придумаю, как можно будет их приспособить, чтобы не тащить в руках. Теперь остались семена и добрать еще немного нужной мне мелочи. При предыдущих покупках, просил дать мне сдачу мелочью, так что у меня уже есть немного мелких монет, но вот биметаллических монет было маловато.

Учитывая, что семенами не торгуют прямо на базаре, я пошел по ларькам, Все же были и торгаши для дачников, так что вскоре я приобрел семена капусты, моркови, свеклы, короче все, что бросалось мне в глаза. Вскоре мне пришла еще одна идея и я вернулся на базар, тот уже готовился к закрытию, так что я, не торгуясь, купил пару килограммов местных яблок и зимних груш. Из яблок и груш планировал наковырять семечек и посадить у Ликуры. Если не вырастут, то тогда, в следующий раз куплю саженцы. Мой груз для перехода рос, но пока все было в пределах нормы, докупил еще сладости и сухофрукты, на первое время взял немного картошки, огурцов и помидоры черри. Все это хорошо транспортируется и будет разнообразить наш стол. Уже на выходе с базара, решил купить герцогине кроссовки и джинсы. Если нам предстоит идти пешком, то она в своих платьях не пройдет и пару дней, да и от платьев практически ничего не останется. Кроссовки и джинсы положил в небольшой, купленный здесь же, рюкзачок. По моим прикидкам, все барахло Фелидас сюда поместится, мы же с Зравшуном понесем два рюкзака, чтобы можно было равномерно распределить груз, учитывая, что и воду можно будет поставить прямо в рюкзаки.

Наконец все покупки были сделаны, и я отправился домой. На остановке толпился народ, ну, это и понятно, конец рабочего дня. Решил, что не развалюсь, если пройдусь до дома пешком. Вес был небольшой, скорее мой груз был объемный. Остановился и перераспределил все закупленное мною, так что дальше шел без остановок, только изредка поправляя рюкзак на плечах. Ходок я был неплохой, так что через час я открывал двери своей квартиры. Меня встретила тишина, никто не выскакивал с саблями в руке, все было тихо. Я разулся и прошел в комнату. Солнце уже садилось за горизонт, так что в комнате было сумрачно, я уже направился на цыпочках на кухню, когда моя нога поскользнулась на чем-то и я, едва удержавшись на ногах, громко приложился локтем по кухонной двери. На мой грохот никто не отреагировал, поэтому я, уже не таясь, дотянулся до включателя и в комнате зажегся свет. То, что я увидел, описать культурными словами было нельзя. На полу была разлита большая лужа крови, постель на диване вся перевернута, в комнате все вещи были выброшены прямо на пол, так что здесь явно что-то искали. На ум приходило только одно - золото. Если его искали, то у меня есть только четыре ниточки, базарком, Илья, Арсений и та банда, которую помогла арестовать Ликура. Пока я размышлял, то в квартире зазвонил городской телефон. Я бегом подскочил к аппарату. На том конце послышался голос Арсения Петровича. Он, заикаясь, поведал, что оказался невольным наводчиком, так как в недавней сделке рассчитался моими монетами, но контора, которая выступала продавцом, зажала его, и он был вынужден сдать меня, так как когда тебе ломают руки, и выворачивают пальцы, то расскажешь все, даже то, что не знаешь. Мои люди здесь, один сильно ранен, а женщину забрали и увели в другую комнату. Золото они не нашли и поэтому заставили его позвонить мне, чтобы я принес золотые монеты куда они скажут.

Я рассвирепел и дрожащим от ярости голосом попросил к телефону кого-нибудь из той банды. Было слышно, как Арсений крикнул кому-то, что я прошу кого-нибудь к телефону. Несколько секунд томительного ожидания и вот в трубке раздался какой-то приглушенный голос, видимо пытаются говорить так, чтобы я, или кто-то другой, не узнал его по голосу. Мне было все равно, так что я едва сдерживая ярость заговорил.

Слушай ты, если с моей женщиной случится хоть что-нибудь нехорошее, синяк на лице или на теле, то я не оставлю в живых никого, если же все будет нормально, то можно будет и поговорить.

На том конце заржали, и из трубки донеслось, что свою иностранку я получу по частям, если в течение часа не принесу им все золотые монеты, что у меня есть. По разговору понял, что живыми нас отпускать не собираются. Это фраза, "принеси все золотые монеты" говорит сама за себя. Они не знают, сколько их у меня, так что, сколько бы ни принес, все будет мало, но мне главное, чтобы я попал туда, к ним, а все остальное дело техники. Оружие брать бессмысленно, все равно будут обыскивать, так что поеду к ним налегке. Поинтересовался в трубку, как мне к ним попасть, там приказали сидеть и ждать, когда за мной приедут. Вести себя тихо, так как они полностью контролируют все мои действия. Я успокоил их, что буду спокойно дожидаться их в квартире, но мою угрозу им лучше не сбрасывать со счетов, а то ведь можно умирать по-разному, и я могу растянуть им это удовольствие. После этих слов я резко повесил трубку. Все, теперь их ход. Не зная где искать, я ничего не выигрываю, а так, чем раньше я попаду туда, тем лучше. Была единственная надежда на то, что разум возьмет верх над глупостью. Если они ничего не сделают Фелидас, то я просто усыплю их и вытащу мою команду, а если они не вняли моим словам, то форму смерти я им придумаю на месте, все будет зависеть от них самих.

.23.

Глава 23.

* * *

Не прошло и десяти минут, а дверь моя щелкнув дверным замком, открылась. В комнату ввалились три отморозка с пистолетами. Двое держали меня на мушке, а один принялся обыскивать. Момент был подходящий, все насторожены, нервы на пределе. Вот я их и заставил по очереди наводить стволы друг на друга. Те ничего не понимали, но орали благим матом на своих подельников, когда те наводили на них свое оружие. Обыскивающий меня бандит дал добро, и мы направились к ним в машину. Дверь, за моей спиной аккуратно закрыли.

Через десять минут мы подъезжали к небольшому особняку, стоящему как-то обособленно в стороне от многоэтажек одного из микрорайонов. Машина въехала в открывшиеся ворота и меня выволокли из машины, немного посовещавшись, повели к входной двери. В это время из дома раздался душераздирающий крик, который тут же стих. Парни, сторожившие меня, переглянулись и, оставив одного приглядывать за мной, юркнули в двери особняка. Не прошло и минуты, как в доме кто-то громко выматерился, а потом раздался звук падения чего-то тяжелого. Мой сторож не выдержал и, ткнув меня пистолетом в спину, приказал подниматься на крыльцо. Я поднялся и, толкнув дверь, вошел в дом. Мой охранник шел в шаге от меня, но едва я прошел в дверной проем, как дал ему ментальную команду, держать на прицеле мой фантом. Тот так и двинулся мимо меня вглубь дома, я пристроился следом, нужно было выяснить, что здесь произошло. Все выяснилось уже на втором этаже. Прямо перед нами лежали разорванные останки человека. Что это не Арсений и ни Зравшун, я определил сразу, а значит, Фелидас сорвалась или ей помогли это сделать. На сколько я понимаю, сейчас она охотится на всех в образе волка. Как ни хорош я был, как маг, но мои глаза не смогли засечь, когда стремительное волчье тело вытянулось в полете и клыки вырвали горло того самого охранника, который думал, что ведет меня к своим боссам. Я негромко произнес имя герцогини. В яростных глазах Фелидас появился отблеск понимания. Я спросил ее на ее родном языке, есть ли кто-нибудь живой? Уж что-что, а типовые вопросы, хочешь-не-хочешь, а выучились сами, когда живешь окруженный носителями языка. Огромная волчья башка кивнула в ответ и, повернувшись ко мне хвостом, направилась по окружной балюстраде в одну из комнат. Я поспешил за ней, так как ее нужно было контролировать, а то, не ровен час, она может потерять рассудок, и тогда здесь в живых не останется никого и нам придется мериться силами с ней. В комнате обнаружился Зравшун. Он лежал без сознания и на его теле виднелись три пулевых ранения. Кровь уже слабо вытекала из ран, видимо его просто бросили здесь умирать. Я опустился перед ним на колени и, как мог, зарастил основные сосуды. Самая опасная рана находилась в районе легкого, две другие были в конечностях. Когда кровотечение остановилось, то я чувствовал себя как тряпка, об которую все вытирают ноги. Я не мог даже подняться с колен. Все же здесь, на Земле, мои способности мага несколько ограничены. Однако, что удивительно, как это я смог разглядеть сосуды в Зравшуне, ведь в прошлый раз, когда мы осматривали малыша Ликуры, я не смог проникнуть своим взглядом глубоко внутрь маленькой головы ребенка. Сейчас же я доставал до середины тела взрослого человека, а этого было вполне достаточно.

Мохнатая бошка помогла мне подняться с колен и стала подталкивать в сторону двери, видимо следует еще куда-то сходить. Если там еще один раненый, то меня на него просто не хватит. Фелидас уверено шла по балюстраде к следующей двери. Здесь картина просто ужаснула меня. Все было забрызгано кровью, из четырех человек, в комнате был только один живой. Он был примотан к стулу скотчем. В нем я узнал Арсения. Видимо не спасли его те крутые парни, что так лихо тыкали в меня автоматами в прошлый раз, когда мы встретились с Арсением дома у Ильи. Фелидас здесь явно порезвилась. В этой комнате была еще одна дверь. Герцогиня направилась к ней, Арсений на своем стуле замычал, так как его рот был заклеен тем же скотчем. Я кивнул головой, что прекрасно слышу его, но нам нужно убедиться, что все бандиты нейтрализованы. В комнате оказались вещи Фелидас, то есть ее здесь раздели. На меня опять накатило буйство, но Фелидас, учуяв мой адреналин, подошла ко мне и отрицательно покачала головой, затем она уверенно направилась к куче ее одежды и ткнув носом, указала мне на цепочку кулона. Я все сразу понял и, вытащив его из груды женской одежды, надел на шею Фелидас. Миг, и передо мной предстало великолепное голое молодое женское тело. Фелидас, в этот раз не стала стесняться своей наготы, а направилась к своим вещам и стала одеваться. Я хотел отвернуться, но мои глаза все время возвращались к лицезрению ее тела. Они жили своей, отдельной жизнью, независимо от моего разума. Вот, наконец, была одета последняя деталь женского туалета и Фелидас, прекрасно ощущая мою возбужденность, просто молча вышла из этой комнаты. Только сейчас я заметил, что здесь лежат еще два трупа с вывороченными внутренностями. По следам на полу было видно, что умирали они долго, ползая по полу и собирая свои кишки, вывалившиеся из распоротых животов. Только сейчас я оценил остроту клыков Фелидас. Вернулись в комнату с Арсением. Найдя брошенный нож, я разрезал скотч и освободил Арсения из этого плена. Тот баюкал окровавленную правую руку. Я бросил беглый взгляд на его руку. Там отсутствовали три пальца. Долго же он не сдавал меня, что же, это следует поощрить. Я молча вопросительно кивнул головой, тот указал на стол. Там, действительно лежали его пальцы. Руку ему не бинтовали, а перетянули веревкой остатки пальцев, чтобы не истек кровью. Гуманисты! Я подобрал уже остывшие пальцы моего компаньона и, приставив первый, стал сращивать кость, сухожилия и основные сосуды и нервы. Не доводя приживление до конца, я приступил к восстановлению второго пальца, а затем и третьего. В конце процедуры меня резко повело в сторону. Фелидас подхватила меня и прижала к себе. Ощущение горячего женского тела, которое я только что видел совершенно без одежды, немного подбодрило меня, так что я смог самостоятельно идти за Фелидас, а вернее рядом с ней, поддерживаемый женской рукой. Та уверено направлялась обратно на выход. Я собрался с силами и поинтересовался у нее, остался ли еще кто-нибудь живой в доме. Герцогиня посмотрела на меня долгим, пронзительным взглядом, а потом уверенно отрицательно тряхнула головой. Ввалившись в комнату с Зравшуном, мы застали последнего за тем, что он закреплял на своей сбруе сабли, мои, вместе с перевязью лежали у его ног. Услышав нас, он резко обернулся и, его тоже ощутимо качнуло, но, рассмотрев кто к нему пришел, расслабился. Последнее уверенное движение и сабля мягко вошла в свои ножны. Он уже хотел швырнуть мне мои клинки, но разглядев, в каком я состоянии, молча сгреб их и кивнул матери головой. Та развернулась и мы, едва не снеся Арсения, который плелся в самом конце нашей колонны и только начал входить в дверной проем, направились на выход из дома. Мне в голову пришла мысль, собрать все оружие и утащить его в другой мир, но вспомнив о том, что говорили боги, решил не рисковать. Уже выйдя на крыльцо, я заметил, что за нашими ногами тянется кровавый след, все же крови в доме было предостаточно. Мысленно запустив на выполнение чистящее заклинание, я обвис в руках Фелидас, но в это время меня с дух сторон подхватили мужские руки и я полностью потерял сознание.

.24.

Глава 24.

* * *

Очнулся я оттого, что в мое горло полился какой-то обжигающий напиток. Закашлявшись, я открыл глаза. Знакомая кухня и Зравшун, сидящий на корточках. Вот только теперь я ощутил, что вливали в меня коньяк. Оказалось, что это лечение порекомендовал Арсений, сам он помог довести меня до дома, а прощаясь, сообщил, что намерен немного сменить обстановку, так что мы его больше не увидим. Ну, не увидим, так не увидим, наши отношения были скорее товарно-денежными, так что никаких угрызений совести или какой-то тоски, что потеряли близкого товарища, не было. Я попросил Зравшуна приготовить что-нибудь поесть. Что я, что он, мы потеряли огромное количество энергии, так что следовало восстанавливаться, так как с завтрашнего дня у нас начнется кочевая жизнь и неизвестно, сколько она продлится. Да и герцогиню нужно покормить, она при смене ипостаси тоже теряет энергию, правда, не так сильно. Так что плотный ужин после шести нам совершенно не помешает, тем более, что уже около полуночи. Мы с Зравшуном были на равных по потере энергии, все же мне пришлось поделиться ей с ним, а то при такой потере крови мы бы тащили его на себе. Правда, получилось так, что тащили меня, но это я сам не рассчитал, как-то неосознанно применил заклинание очистки, которое и высосало из меня остатки сил. Зато теперь нас ни по каким следам не найдешь, да и крови на нас никакой нет, правда, не знаю, что покажут всякие криминалистические штучки, может и остаются какие-нибудь незримые следы на одежде и теле.

Коньячок поднял настроение, да и силы стали постепенно возвращаться, так что мы с Зравшуном, в четыре руки накрыли стол и позвали нашу спасительницу. Та пришла к нам в джинсах и в кроссовках, которые я ей купил на базаре. Она недоуменно уставилась на меня, мол, что это за наряд. Я пояснил, что возвращаться нам придется, скорее всего, пешком, а там по лесам да по кустам в ее нарядах шибко не походишь, вмиг все порвется. Это же, добротная одежда, здесь женщины в таких штанах ходят, а обувь на ее ногах поможет ей более уверенно идти с нами, хотя, она может обуть и свои сапожки. Все же ее наряды мы сложим в тот самый рюкзачок, откуда она достала эти вещи, так что все сохранится и герцогиня сможет одеть их уже дома, и выглядеть так, как и велит их этикет.

Предложил присаживаться к столу, так как все уже накрыто. Мы с Зравшуном за плотным ужином допили коньяк и я отправил всех спать, с наказом, что спим часов до девяти. Выдвинемся в горы часов в десять, одиннадцать, когда спадет основная масса пассажиров. Решил, что упакуемся с утра, забрался в спальный мешок и отключился до утра.

Утром вставать не хотелось, но разлеживаться сильно было нельзя, все же эти двое моих гостей были своеобразными, и по-своему опасными. Зравшун хоть и принимал мой мир таким, какой он есть и не вел себя слишком агрессивно, но все равно, я все время был с ним в постоянном напряжении. Для него всадить нож в живого человека, это как ходить или дышать, очень естественно. Думал, что с матерью он будет вести себя потише, но его мать переплюнула своего отпрыска. В том доме я насчитал шесть явных трупов, то есть тех, кого я видел, а сколько всего было людей в доме, я даже не стал спрашивать. Дня через три-четыре, когда станет распространяться запах разложения, то вот тогда и выяснят истинное количество тел. Нам бы до этого времени уже исчезнуть с матушки Земли. Арсений, думаю, уже приобрел билет куда-нибудь за границу, так что и нам пора выдвигаться. Я растолкал Зравшуна, и мы принялись по очереди умываться и готовить завтрак. Ближе к окончанию приготовления завтрака, Зравшун пошел будить мать. Время в запасе еще было, так что я их не торопил, а сам только отставлял в сторону то, что мы возьмем с собой в дорогу.

К тому времени, как герцогиня умылась и пришла к нам на кухню, все было готово и можно было садиться за стол. Ужинали с удовольствием, ничто не могло испортить нам аппетит, даже вчерашняя резня, устроенная такой нежной и избалованной герцогиней. Но зато, если бы не она, то мне вчера пришлось бы выкладываться там полностью, и не факт, что я победил бы. Как только силы мои закончились бы, так мы сразу лишались всех своих преимуществ. Магия она хороша там, где высокий магический фон, а вот на Земле все колдовство на грани риска. Но все хорошо, что хорошо кончается, для нас. Как только мы поели, так я сразу же отправил моих гостей одеваться. Оружие должно быть спрятано, мы, обычные туристы. Сейчас я распределю все что мы должны нести на себе по двум рюкзакам, а все вещи герцогини, как я вчера и говорил, она понесет сама. Вес небольшой, к нему добавится только двухлитровая пластиковая бутылка с питьевой водой.

Опыт по укладыванию вещей в рюкзак у меня был богатый, так что минут через двадцать, в коридоре стояли два рюкзака, полностью набитые всем необходимым нам. Герцогиня пришла уже с рюкзаком за спиной, но я попросил ее снять рюкзак и, вытащив те вещи, которые она, скомкав, напихала в него, уложил все аккуратно и исключил, чтобы острые носы ее сапожек, упирались ей в спину. Наконец все было готово для выдвижения нашей группы. Предложил присесть на дорожку и вспомнить, все ли мы взяли с собой. Это больше относилось ко мне, так как мои гости, с чем пришли, с тем и уходят, хотя не совсем. У Зравшуна новые сабли, а его старые достались мне. Герцогине я накупил много обновок, да и нарядилась она в джинсы и кроссовки, а сверху одела одну из своих блузок. Ничего, очень стильно смотрится. Наши сабли я упаковал в рюкзаки, нечего не должно привлекать внимание правоохранительных органов, а то спалиться на какой-то мелочи можно было очень легко.

Все, можно выдвигаться. Я поднял с дивана своих гостей, и мы двинулись в коридор. Там я помог герцогине и Зравшуну надеть рюкзаки и сам, закинув свой рюкзак на спину, двинулся вслед за моими гостями прочь из квартиры. Вот я повернул ключ и замок в двери, щелкнув, попрощался с нами. Теперь наш путь лежит в чужой, для меня и родной для моих гостей, мир.

День был погожий, так что я рассчитывал, что мы доберемся до места перехода часам к двум по местному времени. Там делаем небольшой отдых и затем вперед, прямо в портал перехода. Если повезет, и на той стороне все еще день, то мы продолжим путь в зависимости от высоты светила над горизонтом. Если же нас застанет ночь, то разбиваем лагерь прямо возле места перехода и дожидаемся утра, а затем начинается наша кочевая жизнь. Путь неблизкий, так что, по моим расчетам, мы будем идти примерно неделю, если только дед Зравшуна не придумал что-то более быстрое. Если мы сможем добраться до его резиденции быстрее, то я не возражаю, так как у меня в планах стоит вернуться в баронство к Ликуре, ведь я все еще остаюсь ее учеником.

.25.

Глава 25.

* * *

Как истинные туристы, мы пришли на остановку почти ко времени, когда подъезжает автобус. Загрузились в него и расположились так, чтобы в случае начала изменений у герцогини, прикрыть ее своими телами, чтобы трансформация была не видна посторонним, да и рюкзаки помогут. В автобусе все сидячие места были практически заняты, никто не стоял в проходе, так что, приобретя билеты на нашу троицу, я немного расслабился. Сейчас, только доехать, если, позже, герцогиня обернется волком, то это даже лучше, ведь в гору ей идти будет тяжело, главное, это чтобы не появились собаки. Это чревато, в первую очередь для собак. Когда я посмотрел, что ее клыки делают с людьми, то проникся некоторым уважением к ее второй ипостаси. Считай порядка десятка вооруженных людей, и они ничего не смогли ей противопоставить, да и ее запредельная скорость, ведь даже я не смог разглядеть момент ее нападения на моего охранника. Но вот что странно, я же видел хищников в небольших лесочках, когда мы ехали с Ликурой в первый раз. Да, это были животные, больше похожие на шакалов, а тут огромный волк, ну, или собака, кому как больше нравится, я ее все же волком зову, клыки длиной с мой кулак. Когда она открывает пасть, то напоминает вампира, как такие клыки укладываются в пасти, непонятно, но режет всех она ими знатно. Представляю криминалистов на месте нашей разборки с бандой. Будут только руками разводить, хотя нет, я же все следы убрал на крыльце и дальше, а вот внутри явно волчья лапа где-нибудь да отпечаталась. Все равно, однако, детектива получается.

Пока эти мысли бродили в моей голове, автобус тащил нас все выше и выше, ближе к нашей остановке герцогиня заерзала, а потом призналась, что опять накатывает. Я поинтересовался, сколько она сможет продержаться. Та призналась, что чувство очень сильное, так что мы прикрыли ее, и началась трансформация тела. Рюкзак герцогини пришлось тащить мне, так что на нужной нам остановке из автобуса вышли два мужчины и одна собака. Я предложил герцогине немного побегать и размять свои лапы, так как сейчас начнется крутой подъем. Этот огромный волчина сделал пару огромных кругов, мощно отталкиваясь лапами от земли, меняя направление движения под немыслимыми углами. Мы же, тем временем, нагруженные как ишачки, стали взбираться по дороге, которая вскоре должна была перейти в тропу. Пока уклон был не крутой, и шлось легко, это и хорошо, нужно чтобы организм вработался, тогда и дальше не будет никаких проблем. Фелидас носилась, как угорелая. Может она в волчьей ипостаси, все еще щенок. Хотя, если вспомнить расправу, то это расчетливый, матерый хищник. Вот, наконец, мы вышли на тропу и я окликнул Фелидас, чтобы она была с нами рядом. Не ровен час, выскочит чья-нибудь собака, тогда драки не избежать. Тропа стала забирать вверх, теперь всяким волкам не хотелось носиться вокруг нас как бешеным. Язык высунулся, а дыхание стало тяжелым. Я остановился и вылив немного воды из бутылки Фелидас себе в ладонь, дал ей напиться. Длинный язык пару раз прошелся по моей ладони и все. Воды не осталось, я повторил процедуру и завинтил крышку бутылки. Теперь она немного восстановится и дальше пойдет нормально, и действительно, Фелидас теперь не отходила от меня и мы в таком хорошем темпе вскоре догнали Зравшуна, который, не оборачиваясь, пер в гору. Я с улыбкой на лице подумал, что он, каждый раз, когда идет со мной, все время что-нибудь несет. В прошлый раз мы с ним тащили коробки с китайской лапшой но, как известно, своя ноша не тянет. Правда и сейчас мы несем в основном свою еду и оружие. На той стороне нужно будет перераспределить вещи в рюкзаках. Оружие положить поближе, все же тот мир более опасен для путешественников, чем наш. В экипировке Зравшуна наметился прогресс. Теперь, когда он пошел за мной на Землю, то взял только сабли, а вот в первый раз пер все, что только под руку попало. И арбалет, и копье, и щит не говоря уже о его фамильной сабле. Конечно, на Землю он потащил только саблю и кинжал, но сейчас он взял оружие по минимому. До метательных ножей у нас с ним как-то руки не дошли. Когда вернулись с ружьями, то Зравшуна захватила мощь этого оружия и он, ни о чем другом просто думать не мог. Я же выступал в роли учителя по применению огнестрельного оружия, так что на стоянках нужно будет потренироваться, тем более что ничего сверхъестественного для таких тренировок и не нужно, сухое бревно, а на худой конец просто мягкая земля.

Сейчас мы шли по открытому участку склона горы, солнце начало припекать, так что я еще два раза останавливался и давал Фелидас попить. Та даже в благодарность лизнула меня в лицо. Ну да ничего, до ближайших деревьев осталось не так уж далеко, а там мы попадем в тень, и будет немного полегче. Лето вступало в свою пору, утром все еще было прохладно, а вот ближе к обеду наступало настоящее пекло. В горах такое сплошь и рядом. Ночи холодные, а день жаркий, поэтому и берешь с собой одежду как для мягкой зимы. Но, я надеюсь, что нам не придется ночевать здесь, все же я рассчитываю, что часам к двум мы поднимемся к месту перехода, а там, пятнадцать минут, и мы в другом мире. Какая погода встретит нас там, можно только гадать, да и время суток не подгадаешь.

Зравшун начал сдавать, а нечего было сломя голову бросаться вперед, шел бы средним темпом, сейчас бы не останавливался через каждые сто метров. В очередной раз, нагнав его я, переместил Зравшуна себе за спину, пусть идет моим темпом, все же будет полегче, а то такой рваный ритм только утомляет его. Фелидас тоже вышла на тропу и плелась позади нас, но ей, на четырех ногах все же легче идти, да и рюкзака за спиной нет. Вот мы вошли под кроны деревьев, и сразу стало полегче, да и тропа стала менее крутой, но такой участок продлится недолго, это просто как ступенька перед следующим крутым подъемом, но он у нас будет последним, там и находится наш переход. Растянувшись грустной цепочкой и с повисшими у некоторых ушами, мы брели по тропе, настраиваясь на очередной подъем. Одно успокаивало, что теперь тропа будет идти через ельник, а это значит, что солнце так сильно печь нас не будет. Спина была мокрой, так что на привале нужно немного просушить спину, а то ее может и прихватить, если на той стороне прохладно. Да и у рюкзаков не мешает просушить то место, которым они лежат на наших спинах, так что организуем небольшой привал, и отдохнем и просохнем. Может и Фелидас вернется в человеческий вид, а то неизвестно, как поведет себя амулет на той стороне, все же мы его на нее здесь одевали.

.26.

Глава 26.

* * *

Мы с Зравшуном стащили рюкзаки и уложили их на траву мокрой стороной вверх. Благодаря системе разгрузки, сам рюкзак оставался сухим, намокли только ремни и матерчатые амортизаторы, обеспечивающие нашим спинам удобство. Вскоре, высунув язык, прибежала Фелидас. Я попросил ее больше никуда не бегать, так как сейчас мы немного отдохнем и направимся в наш переход. Думаю, что ей желательно, прямо перед входом в портал вернуться в человеческое обличие. Фелидас все прекрасно поняла и улеглась рядом с нашими рюкзаками. Пока рюкзаки сохли, я вытащил два пластиковых стаканчика и бутылку воды. Из бокового кармана своего рюкзака я достал бутерброды с сыром. Сейчас перекусим, и можно будет отправляться в чужой для меня и родной для моих гостей, мир. Бутерброды исчезли в нас с неимоверной скоростью. Запив их водой из стаканчиков, я еще раз напоил Фелидас из ладоней. Все, пусть пища упадет в желудок и можно выдвигаться.

На этот раз я нес рюкзачок Фелидас в свободной руке. Подойдя к месту перехода, подозвал к себе Фелидас. Быстро сняв с ее шеи кулон, я отдал ей маленький рюкзачок, который она просто взяла в руку, и потащил ее за мной в проход. За нами следом, замыкающим, устремился Зравшун. На этот раз он не стал связывать себя со мной веревкой, так как на протяжении всего предыдущего перехода он меня видел, а значит, сознательно выполнял все повороты строго там, где я поворачивал в сторону. Для него это было загадкой, как это я знаю, где нужно повернуть. Думаю, что он считает меня могучим магом и думает, что переход возможен только благодаря мне.

Разубеждать никого не стал, так что мы упорно отмеряли виток за витком. На очередном повороте я вдруг почувствовал, что моих напарников за моей спиной нет. Оставлять их здесь было нельзя, неизвестно, как будет чувствовать себя человек, если останется здесь надолго. Первая мысль, которая пришла на ум, это то, что Фелидас не повернула за мной на последнем повороте, а за ней отправился и Зравшун. Делать нечего, я снял с себя рюкзак и поставил его прямо на тропе. Развернулся и двинулся по своим следам до ближайшего поворота. Дойдя до этого места, я попытался определить направление, как они могли двинуться, не повернув за мной. Серый туман не позволял видеть далеко, так что я осторожно двинулся по предполагаемому маршруту моих потерявшихся напарников. Шагов через двадцать я поздравил себя с верностью моих рассуждений. Мои ноги наткнулись на рюкзачок Фелидас. Я прибавил шаг, так как сам не знал, что еще может преподнести эта природная аномалия. Вскоре мне удалось разглядеть темное пятно впереди, а еще немного погодя, я догнал Зравшуна. Тот как сомнамбула переставлял ноги и нес на руках, потерявшую сознание Фелидас. Видимо Фелидас свалилась где-то перед поворотом, а пока Зравшун поднимал ее, я повернул, и они меня потеряли. Ну да ничего, главное, что я нашел их. Я уже собирался дернуть Зравшуна за рукав и повести его обратно, когда заметил, что туман стал редеть, а это признак того, что сейчас будет выход из портала. Обогнав Зравшуна, я остановил его и показал, чтобы он присел и положил Фелидас на землю. Мы подложили ей под голову ее рюкзачок и устроили ее тело с относительным комфортом. Потом я приложил палец к губам, показывая Зравшуну, чтобы не кричал и не разговаривал, хотя в этом не было никакой необходимости. Звук в переходе далеко не распространялся. Во всяком случае, я не слышал ударов копыт о камни, когда проводил здесь лошадей. Устроив мать с сыном, я двинулся вперед. Еще десяток шагов и, как и в прошлый раз, я выглянул из тумана. На этот раз мой опыт оказался полезен, так как из тумана я высунул только голову, слегка наклонившись вперед. Передо мной открылось что-то очень напоминающее африканскую саванну. Желтая, выжженная солнцем трава и кое-где стояли огромные деревья-великаны. Нет, они не были высокими, они были широкими. Даже отсюда их кроны оценивались мною в тридцать-сорок метров в диаметре, ну и соответственно, все это подпирал огромный ствол. Больше в глаза не бросалось ничего, ни животных, ни людей, ни птиц. Пусто, величественно и как-то страшно. Что же, это все хорошо, но нам нужно выбираться обратно, так что я вернулся к оставленным напарникам. Подхватив Фелидас на руки вместе с рюкзачком и выждав, пока Зравшун наденет на себя свой рюкзак, я отправился по своим следам назад. Вскоре я стал осознавать, что точно знаю, где я шел. Это немного взбодрило. К кучке камней, обозначающих поворот, я вышел точно, как по азимуту. Еще немного и на моем пути возник мой рюкзак, оставленный прямо на тропе. Пришлось опять укладывать Фелидас на землю и надевать мой рюкзак. Здесь я уже чувствовал разницу в силе гравитации, так что к весу рюкзака еще прибавился вес Фелидас. Мы тронулись дальше, причем я периодически ощущал, что Зравшун держится за мои ремни обвязки на рюкзаке. Еще пять минут движения по проложенной когда-то моей тропе, и мы выбрались из тумана. Перед нами раскинулась знакомая картина привычной степи с небольшими островками деревьев. Светило клонилось на закат, так что следовало искать место для стоянки, да и Фелидас нужно было привести в чувство. Мы двинулись к той роще, где в прошлый раз я приводил в чувство моих напарников после того, как мы выбрались из вентиляционной шахты подземной транспортной системы Закарита.

Сейчас мы развернем лагерь, а утром обсудим, как лучше добираться до герцогства. Да и Фелидас решили не трогать, ее состояние напоминало сон, так что пока подождем. Наломали веток и развернули кариматы. Сторожить решили по очереди, первую стражу до полуночи Зравшун, а вторую часть ночи, я.

Ночь прошла спокойно, если не считать того, что под утро Зравшун, дико заорав, проснулся с ошарашенным видом. Волосы всклокочены, глаза навыкате, дышит с хрипом и тяжело. Эти звуки разбудили Фелидас, так что вторая проблема исчезла как бы сама собой, а вот что это с Зравшуном, понять было тяжело. Я с ним не первый день, да и в походах он спит так, что никаких лишних звуков от него не услышишь, а тут такой ор. Но вопросы задавать еще рано, вон по его виду чувствуется, что он еще не отошел от ночного кошмара. Наконец дыхание его несколько выровнялось, глаза перестали шарить по сторонам в поисках неизвестной опасности, он раздраженно махнул рукой.

Ну, дед, зараза! Это надо же так заложить информацию мне в голову. Я чуть не умер от неожиданности и страха. Видимо он сделал так, чтобы я не смог эту информацию проигнорировать. Теперь я знаю, куда нас вести, чтобы быстрее добраться к деду. Это касается и тебя, Серигей. Я нас выведу к транспорту, а ты потом будешь им управлять. Дед вложил в тебя эти знания, а умения у тебя есть благодаря твоему миру.

.27.

Глава 27.

* * *

Теперь мое выражение лица напоминало выражение лица Зравшуна после получения пакета информации. Это когда же он успел в меня загрузить основы управления каким-то транспортным средством. Ладно, не стоит заморачиваться, увижу аппарат, тогда и буду думать, как на нем передвигаться. Герцогиня все еще приходила в себя после такой неординарной побудки. Решили завтракать и выдвигаться к месту схрона с транспортным средством. С завтраком проблем не возникло, все же в этом вопросе опыт у нас с Зравшуном был не малый. Уже через двадцать минут мы набросились на еду. Переход высасывает немало сил из организма, поэтому душа и тело просили побольше еды.

Вот наконец наш завтрак подошел к концу и мы принялись собирать лагерь. Похудевшие рюкзаки опять стали полными и мы, взвалив их на спины, двинулись за Зравшуном, который аж подпрыгивал от возбуждения, так ему хотелось увидеть что-то необычное. Мы двигались по степи, обходя небольшие лесные островки. Оба были насторожены, так как встречу с неожиданно выскочившим хищником никто не отменял. Так мы и двигались до схрона целых полдня. Думаю что дед Зравшуна, а вернее пра-пра-прадед, просто указал Зравшуну место стандартного тайника с какой-то техникой, позволяющей передвигаться по планете. Меня успокаивало только одно, то, что дед Зравшуна был уверен, что я справлюсь с этой техникой, и мне в этом помогут мои навыки вождения наших, земных транспортных средств, а информацию о новой технике тот внедрил в меня на подсознательном уровне.

Подойдя к очередной роще, Зравшун уверенно направился в ее глубь. Мы с Фелидас переглянулись, и двинулись за ним. Тот пер через заросли, как по линейке. Думаю, что он сейчас себя даже не осознавал. Вот пройден очередной разросшийся кустарник, и мы выбрались на почти округлую поляну. В ее центре одиноко торчал родной брат того пня, который маскировал вход в вентиляционную шахту подземных транспортных коммуникаций. Видимо они штамповались в больших количествах, так что его вид следует хорошенько запомнить, кто знает, может когда-нибудь мне придется воспользоваться этими знаниями без разрешения хозяев. Зравшун и Фелидас неожиданно повалились на траву, погруженные в сон. Ну, понятно, Закарит и здесь постарался. Сколько же таких ментальных закладок он оставил в мозгах своих потомков? Ладно, это все можно будет обдумать и потом, а сейчас важно посмотреть, что за транспортное средство и как мне с ним управляться. Подойдя к пню, я нажал на скрытый запорный механизм, и откинул пень в сторону, как и тот, предыдущий. Он легко откинулся на шарнирах и показал мне вентиляционное отверстие в земле. Скобы уходили вниз, так что мне пришлось, бросив моих напарников по походу, спускаться глубоко вниз. По мере моего спуска, вокруг меня зажигался свет и эта шахта ничуть не напоминала мне ту, по которой я выбирался после аварии транспортного средства, доставившего нас к месту перехода. Сейчас я скорее спускался в какой-то бункер. Мне нужно было поторопиться, так как мои напарники лежат безо всякой защиты прямо в роще, куда могут забрести дикие звери. Я перебирал руками и ногами со скоростью автомата. Вскоре показался пол и стенки шахты раздвинулись. Да, это действительно был бункер. Из всего многообразия окружающих меня предметов мне в глаза бросился пульт управления и геликоптер, немного не такой, какой мы привыкли видеть на Земле, но то что это летательный аппарат с горизонтальным расположением винтов, было несомненно. Кроме того по бокам угадывались какие-то двигатели для передвижения горизонтально или просто раструбы для забора воздуха. Сейчас я сяду в кабину и все должно всплыть в голове. Так оно и вышло. Едва я расположился на водительском месте, как в голове открылся огромный пласт знаний, как управлять этим судном. Винты служили исключительно для небольших маневров над землей на небольшой скорости, все остальное было направлено на перемещение по горизонтали с огромной скоростью. В принципе можно было выйти и на орбиту, хватило бы только энергии, все же емкости, где хранилась энергия пережили не одно поколение местных людей. Не будем изобретать велосипед. Мне предоставили этот транспорт для доставки родственников Закарита к нему, вот мне и следует выполнить основную миссию. В голове продолжала разворачиваться карта нашего полета. Пришло понимание, что ни один зверь не подойдет к моим напарникам. Специальные излучатели отпугивают всех хищников от этого бункера. Ну что же, одной головной болью стало меньше.

Когда все в голове разложилось по полочкам, то выяснилось, что пульт управления бункером дистанционно не включается, а вот выключить его таким образом можно. Пришлось вылезать из кабины и запускать энергетическую установку бункера. Небольшие манипуляции с переключателями и верхняя часть бункера над геликоптером стала открываться. Пришло понимание, что подниматься нужно очень аккуратно, так как окно вылета очень маленькое. Вернувшись в кабину, включил двигатели и дал им прогреться. Это не было вложено в мою голову, но то, что двигатель должен разогреться до рабочей температуры и система смазки должна получить соответствующее давление, было вбито в меня нашим инструктором, который обучал меня езде на обыкновенном автомобиле. Когда, по моим ощущениям, обороты двигателя стали ровными и исчезла вибрация, я стал поднимать машину вертикально вверх. Краем глаза следил за удаленностью от боковых стен и старался держать машину в равном удалении от них. Как бы там ни было, а из бункера я поднялся над поверхностью и перелетел к моим напарникам. Расположение винтов позволяло немного пригнувшись ходить около машины, поэтому я перенес все вещи и Фелидас с Зравшуном и, вернувшись на свое рабочее место, поднял машину в воздух. Информации о том, на какой высоте лететь, не было. Я решил не выпендриваться, а набрать небольшую высоту и лететь на ней, так и меня не разглядят и я сэкономлю энергию, которую не нужно будет тратить на подъем. Система сканирования пространства перед машиной была предусмотрена, так что риск сводился к минимуму. Воспарив над самыми высокими деревьями в этой роще, я добавил еще десяток метров и рванул горизонтально. Когда мои глаза различили, что лопасти винтов над крышей складываются в одну линию, вытянутую к хвосту машины, то я немного испугался, но затем пришло понимание, что на большой скорости неубранные винты будут только мешать, а скорость у нас будет немаленькая. Как ни странно, рева турбин я не слышал. Но меня ощутимо вдавило в спинку кресла, этого было достаточно, чтобы я не добавлял больше газа. Машина неслась над землей как болид, и мелькающую землю видно, и трасса неотвратимо набегает на нос геликоптера, который теперь превратился в аналог реактивного самолета. Что-то я немного волнуюсь, лучше еще добавлю высоты. Лишние десять метров, никому не помешают, вдруг здесь растут деревья великаны. Направление четко сидело у меня в голове, так что машина шла по наименьшему пути, и чем ближе мы приближались к конечной точке нашего маршрута, тем четче я осознавал, что мы должны приземлиться рядом с подобным бункером, так что остаток пути мы вынуждены будем добираться пешком.

.28.

Глава 28.

* * *

Полет протекал нормально, я чувствовал направление на очередной бункер, а больше мне ничего и не нужно было. Это напоминало то, как Зравшун пер к оставленному нами бункеру через рощу, а вернее, прямо через кусты. Похоже, что я смогу сделать небольшие маневры уклонения от каких-либо предметов на нашем пути, но в целом, направление буду держать, как мне вложили в голову. В той самой голове мелькнуло, что Ликура бы мне двойку поставила за слабость ментальной защиты, но позже вспомнилось, что и она была отправлена домой, скорее всего, в гипнотическом сне. На душе немного отлегло, ведь неприятно осознавать себя бездарем, а так, веду себя вроде не хуже, чем мой учитель. Мои раздумья не мешали мне следить за окружающим пространством. Несколько раз слегка менял направление, чтобы не врезаться в стаи птиц. Не знаю, существует ли здесь защита от летающей мелочи, но лучше не рисковать, тем более у меня два сонных напарника, которые сейчас являются просто балластом. Вскоре стал различать на горизонте горы. Скорее всего, это та самая горная цепь, которую мы преодолевали на каретах. Значит потом пойдет земля Картжолов, но нам нужно будет преодолеть еще один горный хребет и только тогда появится информация о месте приземления. Я не питал иллюзий в отношении деда Зравшуна. Светить высокоразвитую технику он не станет. Это все только для него, так как он является последним представителем исчезающей, высокотехнологичной расы. Если честно, то я его понимаю. Местные аборигены разберут доставшиеся образцы техники до винтиков. Такое проделает даже обезьяна. Просто все что крутится, нужно покрутить, что тянется - потянуть, а если не получается, то оторвать или отколоть. Я погладил свободной рукой полученное от Закарита оружие, ручка которого, по инструкции, выглядывала наружу из-под одежды. Этот последний довод излучал какую-то мощную силу и давал мне такую же уверенность в том, что он не подведет. От оружия больше ничего и не надо, дальше все зависит от самого воина, точно ли стреляешь, не боишься ли, уверен ли в себе?

Горы заметно приблизились, а внутренний компас заставил меня слегка изменить курс, отклоняясь немного правее, там горная цепь выглядела немного выше той, что только несколько минут назад была у нас по курсу. Значит, Закарит хочет, чтобы мы не попадали на глаза его сыну, что же, это даже лучше для нас. Учитывая высоту горных вершин, я стал набирать высоту. Лучше набрать ее сейчас и плавно, чем перед самыми вершинами набирать ее почти вертикально. Земля стала отдаляться, а вскоре я смог разглядеть и область за первым хребтом. Да, похоже, это герцогство Картжол, но самого города не было видно, видимо мы оставим его в стороне. Машина идеально слушалась руля, хотя рулем-то то, что я держал в руках, назвать было сложно. Скорее весла, так как рычаги управления выходили из боковых стенок на уровне моих рук. Локти лежали на специальных подставках, так что управление было удобным и не напрягало. Методом тыка определил, что можно управлять и одним рычагом, второй просто повторял манипуляции первого рычага. Может, их и можно было рассогласовать, но необходимости в этом не было, и я не стал заморачиваться этим. Горные пики выросли у меня на пути и я, невольно, еще добавил высоты но, как оказалось, это было лишним. Наоборот, можно было проскочить ниже, между пиками, но пока все это пришло мне в голову, необходимость такого маневра отпала, так как мы проскочили первую горную цепь. Похоже, что мы так, рядом с горами и подберемся ко второму месту перелета через второй горный хребет. На вид он был значительно выше того, который мы только что преодолели. Над вершинами нас немного пошвыряло, но сейчас воздушные массы вокруг нас успокоились и мы плавно, по дуге неслись рядом с горной цепью, которая в конце долины встретится с таким же хребтом.

В голове четко отложилось, что второй хребет даже визуально, значительно выше первого, да это и понятно, я же помнил, что первый мы преодолели через перевал, а вот второй проходили насквозь. Я попытался направить нос машины вверх, чтобы еще больше набрать высоту, чтобы у нас был небольшой запас, но на этот раз управление машиной кто-то перехватил и мы, вместо того, чтобы набирать высоту, стали снижаться. Вот под нами промелькнула небольшая речушка, скорость машины значительно снизилась, и нас подхватили верхние винты. Звук полета изменился с легкого гула на стрекот. Теперь машина летела прямо над руслом небольшой речушки, которую мы несколько минут назад пересекли. Я все еще пытался взять управление на себя, но пока провозился, то обнаружил, что мы летим прямо в огромную скалу. Какое-то легкое узнавание промелькнуло в голове, но ужас, сковавший меня, не позволил мыслям осознать, что мы уже ходили этим путем, но только в каретах. Машина влетела в открывшуюся щель в той самой скале и мягко опустилась на землю. Дверь открылась сама собой, и только идиот не понял бы намек на то, что нам следует покинуть эту машину. Выгрузка не заняла много времени, не успел я оттащить наши вещи и моих попутчиков в сторону, как машина взлетела на пару метров над землей и исчезла в темноте коридоров подземного прохода. В принципе понятно, дальше топайте ножками. Как только звук машины удалился, как мои компаньоны открыли глаза. Зравшун обежал глазами окружающую нас полутьму и радостно сообщил, что мы опять в переходной пещере, так что нужно двигать к деду. Ну, к деду, так к деду, тут я бы даже спорить не стал. Мы навьючили на себя рюкзаки и тронулись по этому тоннелю. Шлось легко, так как чувствовался небольшой уклон в направлении нашего движения. Однако вокруг нас становилось все темнее и темнее, да это и понятно, день, так растянувшийся для меня, заканчивался. Вскоре придется идти на ощупь, но нет, появилась какая-то легкая подсветка, так что к полуночи мы подошли ко второму шлюзу, открывающему путь к резиденции Закарита. Зравшун и здесь не подкачал, сбросив рюкзак, он исчез в темноте, а вскоре раздался гул и перед нами открылся выход из пройденного нами тоннеля. Зравшун нагнал нас с подобранным рюкзаком, и мы вышли в небольшое ущелье. Мне сразу бросилось в глаза, что оно было другим, нежели то, куда мы выезжали на каретах. А что, может отсюда гораздо ближе к резиденции Закарита, чем с той дорожки, которой вел нас в прошлый раз Зравшун. Да это и правильно, ведь тогда мы намечали, что пройдем подальше от резиденции деда Зравшуна.

Уже через двадцать минут нас остановил дозор, а буквально через пять минут подкатила карета, куда мы все дружно забрались и вздохнули с облегчением. Получается, что я свою работу выполнил, вот передам снимки ребенка Закариту и можно будет отправляться в баронство, а то, получается, что я бросил Ликуру с Вантилием, на произвол судьбы.

.29.

Глава 29.

* * *

Уже глубокой ночью мы въехали на ту самую площадь, где Закарит проверял меня на прочность. Сейчас площадь нельзя было назвать пустынной, пока мы выгружались, два раза мимо нас прошли дозорные, внимательно рассматривая нас. Лицо Зравшуна служило самым лучшим пропуском, но вот наши рюкзаки вызывали повышенный интерес. Ни один человек в здравом уме и трезвой памяти не напялит на себя такой баул размером практически с себя. Скромный рюкзачок Фелидас терялся на нашем фоне. Терялся не только рюкзачок, терялись и наши клинки, скрываемые теми самыми рюкзаками, возвышавшимися над нашими головами на добрых пятнадцать-двадцать сантиметров.

Один из воинов попросил нас следовать за собой. Мы, растянувшись цепочкой, двинулись за ним следом. Как и в прошлый раз нас повели в нижнюю часть дворца. Знакомые коридоры, освещаемые факелами, навевали воспоминания о моих первых беседах с Закаритом. Как-то он поведет себя сейчас. Правда, в этой ситуации у меня развязаны руки. То, что поручили мне боги, я выполнил, и даже больше, так что желательно распрощаться с Закаритом и двигать в баронство, все же мне не следует отлынивать от учебного процесса у моей милой учительницы. То, что Ликура имеет огромный опыт и знания в области лечения - неоспоримый факт. Думаю, что если бы она дала согласие быть королевским лекарем, то давно бы уже была им. Может она в ближайшее время и изменит свое мнение об этом, ведь сейчас ее ребенок идет на поправку и у нее теперь развязаны руки.

Мысли мелькали в голове, а коридоры сменялись один на другой. Чем дальше мы шли, тем больше я убеждался, что мы направляемся в тот закуток, где находилась лечебная палата Фелидас, когда я ее осматривал в прошлый раз. Так оно и вышло. Мы подошли к этой части подземелий дворца вместе с Закаритом. Видимо ему доложили о нашем появлении. Он поцеловал Фелидас, сообщив ей, что очень рад, что она вовремя вернулась к нему, а то ее муж собирается в ближайшее время приехать за ней. Обнялся с Зравшуном и пожал мне руку, хотя такое приветствие здесь не принято. Он указал нам с Зравшуном на одну из дверей, предложив переночевать здесь, а он пока разместит свою сноху и придет к нам побеседовать. Слово "побеседовать" из его уст могло означать что угодно, и гипнотический допрос, и допрос обычный, а может и действительно, дружескую беседу.

Время было позднее, рюкзаки давили спину, так что мы с Зравшуном не стали отказываться, а направились туда, куда нам указал Закарит.Мы все почти синхронно разошлись по двум комнатам, Фелидас с Закаритом в одну, а мы с Зравшуном в другую.

Убранство комнаты, как и все на базе пришельцев из другого мира, было спартанским. Мы получили по кровати, стулу и половину места в небольшом одежном шкафу. Нам и этого было много. Рюкзаки полетели в угол, и мы по очереди отправились в душ и туалет. Так как Зравшун был здесь родственником главы клана, то я пропустил его вперед.

Когда я появился из душа в одном полотенце на бедрах, то в комнате сидел Закарит, а Зравшун спал на своей кровати. Думаю, что всю информацию из него уже вытянули. Я вопросительно кивнул Закариту, мол, что, и мне ложиться на кровать для проведения гипнотического сеанса. Закарит все понял и отрицательно замотал головой. Он предложил мне рассказать, как прошел наш поход, и какие результаты мы получили. Я уселся на свободный стул и принялся докладывать. В первую очередь вытащил из своего рюкзака распечатку с результатами обследования Фелидас и передал их Закариту. Тот довольно быстро разобрался с тем, где верх, а где низ документов и внимательно их рассмотрел, по-моему, он и читал то, что там было написано.

Значит, с вероятностью четыре пятых мы имеем девочку, а почему они не могут сказать точнее?

Закарит, врачебные ошибки появляются сплошь и рядом. Любой врач не возьмет на себя смелость утверждать любой диагноз со стопроцентной уверенностью. Они всегда оставляют себе лазейку, а в нашем случае срок очень маленький, Половые признаки еще полностью не сформировались. В развитии плода у некоторых будущих матерей происходят задержки, так что восьмидесятипроцентная вероятность того, что это девочка, на этом этапе развития плода, это очень хороший результат.

Закарит задумался, а потом поинтересовался, как вела себя герцогиня. Вот тут мне и пришлось рассказывать об эффекте воздействия на нее одного из моих амулетов. Я описал, в какого зверя она превращалась и как долго была им. Пришлось вспомнить и о резне, устроенной ею в бандитском притоне, куда их с Зравшуном притащили для того, чтобы они исполняли роль заложников. Думаю, что если бы она этого не сделала, то ее изнасиловали бы еще до того, как меня притащили в этот притон. Бандитам нужно было золото и в живых они не собирались оставлять никого. Информация о таком эффекте кулона на свою сноху, казалось, не удивила Закарита. Когда я поинтересовался, действительно ли это так, то Закарит утвердительно кивнул головой, и сообщил мне, что любой житель этого мира, надев этот амулет после перехода, превратился бы в такого зверя. Я растерялся, а потом напомнил Закариту, что водил в свой мир Зравшуна и Ликуру, и ничего такого не произошло. Закарит рассмеялся, а потом напомнил мне, что он из другого мира и, следовательно, все его потомки наследуют его гены. Про Ликуру сложно что-нибудь сказать, и тут есть два предположения, либо она тоже, из другого мира, или ее мощная магическая сила перебарывает действие такого амулета. Тут мне вспомнилось, с каким ужасом она смотрела на эти амулеты на моей шее и как не хотела одевать такой амулет после перехода в мой мир.

Когда растерянное выражение на моем лице сменилось пониманием, Закарит смеясь, поинтересовался, что за подарки я вручил герцогине. Посмотрев на мое покрасневшее лицо, Закарит еще больше развеселился. Пришлось поведать ему о том, что сама процедура обследования его снохи предполагала, что ей нужно будет слегка оголить некоторые части своего тела. Женщины в моем мире носят под одеждой специальное белье, так что я, чтобы герцогиня выглядела как земная женщина, вынужден был купить ей такое белье. Тут Закарит погрозил мне пальцем и поинтересовался, а кто рассказывал герцогине, как его надевать и носить. Увидев, что я еще больше покраснел, Закарит долго и с удовольствием хохотал, Чем я воспользовался и немного отошел от того стыдливого состояния, в которое он меня загнал. Умом я понимал, что ничего постыдного в том, что я объяснил неумелой женщине, как носить наше нижнее белье, нет, но какой-то осадок остался, да и воспоминания, как мы увидели герцогиню ночью, когда она предстала перед нами в одном фривольном пеньюаре. Закарит, казалось, читал все в моей душе, но я на него в этот раз не обижался, все-таки он являлся ближайшим родственником герцогини и был в своем праве, а я, как бы, посторонний мужчина, который несколько фривольно вел себя с лицом королевской семьи.

Наш разговор постепенно сошел на нет. Закарит попросил меня немного задержаться здесь, так как Фелидас будет приятно видеть среди местных рож пару лиц, с кем она провела достаточно долгое время. Я, в свою очередь напомнил старику, что являюсь учеником Ликуры, и мне следует как можно быстрее прибыть обратно в баронство. Тот успокоил меня, ведь он прожил в этом мире достаточно долго, поэтому может со стопроцентной уверенностью давать длительные прогнозы относительно стабильности этого мира. До прихода демонов есть еще около двух месяцев, место, куда они прибудут определить весьма сложно, а скорее, невозможно. Похоже, что их мир имеет очень не стабильную орбиту, и каждый раз выход из портала оказывается в новом месте. С одной стороны это хорошо, с другой, невозможно предсказать место появления демонов. Несколько раз за все время, пока Закарит гостит на этой планете, порталы демонов открывались прямо внутри городов или отдельных замков. Ну, и понятно, что в живых не оставалось никого.

.30.

Глава 30.

* * *

Наш разговор длился уже не один час, по моим прикидкам, скоро уже будет рассвет. Я поинтересовался, не устал ли Закарит, ведь мы проговорили почти всю ночь. Тот рассмеялся и сослался на специальные препараты, которые он употребляет перед такими затяжными беседами или походами. Эти стимуляторы обеспечивают его полноценной энергией на протяжении от нескольких часов до нескольких дней, все зависит от дозы и состояния самого организма. Он протянул мне небольшую тубу. В ней оказалось около десяти таблеток светло-серого цвета, было такое впечатление, что они сделаны из пепла.

Если принять одну дозу, то можно иметь заряд бодрости в течение трех местных дней. Потом нужно обязательно выспаться и хорошо поесть. Именно в такой последовательности, ибо поголодать можно, а вот перенапряжение психики может очень плохо сказаться на здоровье того, кто принял дозу. Ты, наверное, слышал поговорку, что сон лечит. Эта поговорка актуальна для всех биологических видов.

Я кивнул головой в знак того, что прекрасно все понял. Закарит встал и, попрощавшись, вышел из комнаты. Мне следовало отдохнуть, поэтому я быстро разделся и юркнул под одеяло. Минут пять я вертелся, так как разговор с Закаритом не выходил у меня из головы. В нашей беседе, которая длится уже не один день, столкнулись два мнения, и не мне решать, какое правильное, а какое, нет. Однако чем больше я узнаю Закарита, тем больше доверяю ему. При всей его неординарности и дикости его методов ведения допросов, все же в разумности ему не откажешь, думаю, что он примет верное решение. О том, верное ли оно, местное человечество узнает через несколько десятков лет, а может, этот период должен быть еще больше. Постепенно сон сморил меня, и я провалился в черную яму без сновидений.

В этот раз я выходил из состояния сна очень тяжело. Было такое ощущение, что на меня навалилась огромная туша и не дает мне вздохнуть. Как из глубокой трясины я вырывался на свет, тянулся вверх. Наконец меня отпустило, и я с булькающим вздохом открыл глаза. Рядом со мной сидел Закарит и отрешенно смотрел на кровать со спящим Зравшуном. Наконец и тот открыл глаза. Я напомнил Закариту, что мы ведь проговорили всю ночь, так что не следовало нас будить так рано. Старик криво усмехнулся и сообщил нам, что сегодня пошел уже третий день, как мы прибыли в его резиденцию. Он загадочно усмехнулся и добавил, что и Фелидас хорошенько отоспалась. Ох, не прост старик, ох, не прост. Такой длительный и тяжелый сон был неспроста. Думаю, что в наших головах он уже изрядно пошарил, а может и наследил там, да только сопротивляться ему ни у кого из нас не получится. Закарит утвердительно кивнул головой в знак того, что все, что я подумал, правда.

Пока мы обменивались взглядами с Закаритом, Зравшун выскочил из своей кровати и умчался в туалет. Как только мы остались одни, старик поднял на меня глаза и проскрипел, что если что-то случится с ним, то чтобы я не бросал ни Зравшуна, ни Фелидас.

Мне очень жаль, но со вчерашнего дня она вдова. Ее муж попал под обвал, когда искал проход в мою долину. Сам понимаешь, такого неуправляемого отморозка я не мог оставить у себя за спиной, тем более, что в его больной голове зародились мысли уничтожить меня и присоединить мои провинции к его герцогству. Шпионы доложили, что и по Фелидас у него появились определенные планы. Тут ты его подстегнул, так как о ее беременности было неизвестно. Ее учесть была бы незавидная. Поэтому мне пришлось торопиться, и именно поэтому и Фелидас здесь и герцог неудачно совершил экскурсию по горам. По Фелидас я принял окончательное решение, пусть ее дочь развивается естественным путем, это уже огромная победа, что я смог родить ребенка женского пола, вот пусть девочка и развивается так, как и должна. Тебе огромное спасибо, что сумел убедить меня не вносить генетические коррективы в ее организм. Может это и ошибка, но это моя ошибка и потом, живут же здесь как-то люди. По тебе тоже принял решение. Вы с Зравшуном сегодня же, покинете мою резиденцию. Добираться до баронства будете сами. Мне не хочется светить перед моим внуком, что я из другого мира. Пусть все идет так, как шло. Для перехода дам все, что нужно. Мои люди проводят вас до границы. Последнее условие, вы оба не должны попасться на глаза Фелидас. Ей я сообщу, что вы срочно отправились в баронство и это правда. Еще раз прошу, всегда относись лояльно к моим родственникам, я имею в виду Зравшуна и Фелидас с ее дочкой. Вот и все, сейчас к нам выйдет Зравшун и вы начнете собираться для перехода в баронство. Ликуре передай мою благодарность за то, что откликнулась на мою просьбу и осмотрела Фелидас. Зравшун, не подслушивай, а выходи из туалета, вы с Сергеем отправляетесь в баронство как можно быстрее.

Да, грандиозный мужик и его лучше иметь в друзьях, чем во врагах. Да и врагом то его сложно назвать. Он хоть и копался у меня в голове, но делал это корректно, по его меркам, конечно, и иногда демонстрировал лояльность по отношению ко мне и моему миру. Самое главное, я ему верю и, даже, сочувствую. Когда я сам себе представляю, какую жизнь он здесь прожил и как выживал, ведь из всей бригады, доставленной на эту планету, в живых остался только он один. Все технические и технологические навороты, привезенные сюда с их родной планеты не смогли спасти большинство членов экспедиции. Думаю, что и Закарит ушел бы из жизни вместе со всеми остальными, но вот его способности, которые здесь стали прогрессировать, позволили ему выжить в этом нелегком деле, выживания на чужой планете. Сейчас он столкнулся с самой серьезной проблемой, адаптацией его родных генов к новым условиям существования и в этом ему поможет маленькая девочка, которая еще не родилась. Я до последнего думал, что мне придется отстаивать право девочки на нормальное существование, но меня поразил Закарит, который в одиночку принял решение о естественном развитии девочки после рождения.

Пока эти мысли бродили у меня в голове, руки автоматически собирали рюкзак, причем свой и Зравшуна. Нам ясно было сказано, идем оба и не рекомендуется встречаться с герцогиней, хотя она и является матерью Зравшуна. Но, как говорится, профессионализм не пропьешь, так что скорость, с которой я умудрился уложить оба рюкзака, была рекордным. По моим прикидкам мы будем добираться до баронства дней десять, поэтому прихваченные нами лапша быстрого приготовления, да еще и пюре скорее всего будут нашей едой все эти дни. Большой проблемой может стать отсутствие необходимого количества воды. Мы взяли с собой с Земли пластиковую бутыль на пять литров. Вот это и будет наш стратегический запас. У меня в рюкзаке осталась еще двухлитровая бутылка, что я брал для Фелидас, так что семь литров мы обеспечим, но не нужно забывать, что это еще и дополнительный вес.

.31.

Глава 31.

* * *

Внизу, в подземелье, время совершенно не ощущалось, вот и сейчас, когда мы выбрались на поверхность, было около четырех часов утра. Мы с Зравшуном, даже если бы и захотели, то не смогли бы встретиться с Фелидас, она сейчас крепко спала и, я имел неосторожность надеяться, что в том самом пеньюаре, что мы ей купили. Зравшун и я поправили рюкзаки и, стали прощаться с Закаритом, который вывел нас по подземным катакомбам далеко за город.

Узнаешь внук?

Да узнаю, узнаю. Правильно, я так и бежал, когда решил податься в наемники. Хорошее было время, никто мне не говорил, что можно делать, а что нельзя. У тебя, кстати, карту спер. Вот там и был показан выход далеко за стены города.

Так ты что думаешь, карта просто так лежала? Это ведь я ее на видное место подложил, чтобы ты выбрался из мамкиных юбок да мужчиной стал. Мать тебя уж больно сильно любила и от всего оберегала. Если бы я все так и оставил, то вырос бы ты, не пойми чем. А так, даже характер проявил, и что уж совсем поразительно, исполнил свой танец смерти. Вот с этого момента я тебя зауважал. Помотаешься с Сергеем и возвращайся, но не раньше, чем он тебя отпустит. Подучись у него. Он много знает, не то, что ты с детства здесь видел и чему научился, а другое, из своего мира. Счет у них интересный, ты Сергей его считать научи, по-вашему. Он, конечно, парень толковый и у своих наемников счетоводом был, но все равно, ты в него вбей основы вашей математики. Умные люди придумали, значит, надо пользоваться. Ну, все, а теперь идите и да хранят вас боги.

Мы еще раз распрощались с Закаритом и двинули на юго-восток. Перед нами виднелись шапки гор, да они здесь виднелись везде, куда бы ты ни бросил взгляд. Зравшун вышел вперед, и я пристроился следом. Если он здесь один раз прошел, то и второй раз проведет, этого у него не отнимешь. Не зря он пользовался уважением у наемников, ведь до того, как стал их доверенным счетоводом и стал грамотно хранить и сберегать их заработанные деньги, он быстро прошел путь от простого наемника до младшего командира небольшой группы. Благодаря феноменальной памяти он прекрасно запоминал план движения своей группы, карту местности и всегда выводил своих подопечных, практически без потерь.

Вот и сейчас он уверенно вел меня к одному из проходов в горах, о котором ему сообщил когда-то хитрый дедовский ход с подкинутой картой. Пока мы шли, не набрав с собой воды, так как Закарит уверил нас, что воду мы обнаружим буквально через половину дня, там ее и следует набрать, но немного, так как в предгорьях мы встретим много ручьев и речушек. А вот дальше все непредсказуемо, так что мы сами будем определять, где и сколько воды нам следует набирать.

Как и в дни своего побега, Зравшун выбирал безлюдные места, меня это устраивало, так как хотелось немного отдохнуть от суеты. В баронстве внимания к моей персоне хватает, да и дел накопилось много. Интересно, как они там управляются без меня? Не растащили еще инструмент, что я притащил для образцов? Их воображение сейчас занято тем, что выясняют, для чего может понадобиться каждый из привезенных инструментов. Некоторые будут понятны сразу, а вот некоторые изделия долго будут оставаться загадкой. Базарком ведь набрал инструмент не только по моему списку, но и на перспективу, а в его понимании перспектива, это какой-нибудь металлообрабатывающий комбинат.

Мы так и двигались, в невысоком темпе, пока не уперлись в небольшую речушку с прозрачной и, похоже, ледяной водой. Решили набрать литра три воды, этого хватит на то, чтобы приготовить обед и попить чаю. Время, да и желудки, отчаянно напоминали нам об этом. Зравшун, едва мы набрали воды, устремился к небольшой группе камней, стоящих немного обособленно. Я поспешил за ним и, спина Зравшуна привела меня на небольшую, огороженную камнями площадку, где мы и расположились на обед. Технология приготовления пищи была нами уже давным-давно отработана, так что сейчас, помогая друг другу, мы очень быстро накрыли разложенный прямо на земле каримат. Усевшись на него с разных сторон, мы принялись за еду. Приготовленная лапша и лепешки, переданные нам Закаритом, пошли на ура и вскоре мы попивали сладкий чай, заедая его печеньем. Зравшун, размахивая куском лепешки, уверял меня, что лапша, конечно, быстро готовится, но вот пару раз, за этот поход, нам следует поесть свежего мяса, все-таки места, после перехода через горы, будут дикие, а дичь не пуганная, так что охота может быть удачной. Я же настаивал на том, что если дичь подвернется сама, то мы стреляем, а тратить целый день на охоту с выслеживанием дичи, разделкой тушь и заготовкой мяса мы просто не можем себе позволить. Зравшун, скрепя сердцем согласился, но предложил, если уж подвернется подходящая дичь, то брать только самое вкусное и питательное, это чаще всего печень, сердце, легкие и почки, а также небольшая вырезка из отдельных частей туши животных.

Кроме лепешек, Закарит снабдил нас особой питательной смесью, приготовляемой из местного горного меда с вкраплением особых ягод и орехов. Эта смесь специально обрабатывалась и сушилась. Есть ее можно как на ходу, так и во время еды на стоянках. Слегка размоченная, она превращалась во что-то наподобие варенья. Ее калорийность не вызывала сомнения, но были и побочные эффекты от расстройства желудка, если не привык к ней, до аллергической реакции организма. Я решил потихоньку приучать организм к этому лакомству, надеясь на адаптацию моей пищеварительной системы к этому продукту. Зравшун же ел такую смесь с детства, так что ему ничего не грозило.

В конце третьего дня мы добрались до входа в нужное нам ущелье. Вода была залита заранее, теперь мы заполнили обе бутыли полностью. Надежда на то, что в горах наткнемся на родник, была невероятно мизерной. Перевал, через который нам предстояло перебраться, был, на мой взгляд, на уровне трех тысяч метров, а это значит, что мы потеряем на его преодоление практически целый день. Лагерь разбили прямо рядом с входом в это ущелье, пройдя вглубь метров на пятьсот. Здесь оказалась небольшая рощица из смешанных пород деревьев. Натаскав веток, мы устроили хорошие и удобные лежаки, а так же к нам теперь сложно было подобраться тихо. Так что сегодня можно было не выставлять ночное охранение, но спать все равно, придется в полглаза. Так оно и случилось. Ночью нас никто не потревожил. Спали мы, разувшись, новые сапоги, которые нам презентовал Закарит вместе с охотничьими костюмами, на манер тех, что носили североамериканские индейцы, когда на их земли пришли золотоискатели, мы на ночь сняли, и дали ногам немного подышать. Сами костюмы были замшевые и удобно сидели на нас. Перевязь с ножнами за спиной обеспечивала нас хорошим вооружением, которое мы с Зравшуном приобрели в моем мире. Кроме того рядом со мной всегда лежал блочный лук, снаряженный и готовый к бою. Он уже не раз выручал нас в самых щекотливых ситуациях, так что и в этот раз я возлагал на него очень большие надежды.

.32.

Глава 32.

* * *

Встали, едва взошло светило и слегка прогрело воздух в ущелье. До нас его лучи еще не доставали, но чувствовалось, потеплело. Мы быстро поели и двинулись к перевалу. На этот раз нам попалась сыпуха, смесь от мелкого камня до, почти песка. Все это слегка съезжало вниз вместе с нашими ногами. Мы старались выбирать выступающие скальные участки, более или менее оголенные от размолотого горами щебня. Я порекомендовал Зравшуну идти не по моим следам, а чуть в стороне, так как очень часто из-под ног срывались небольшие камни, но вот скорость они успевали набрать немаленькую, когда подлетали к идущему внизу напарнику. Уже ближе к обеду я понял, что просчитался, из-за сыпухи мы потеряли очень много времени, так что, скорее всего, ночевать придется на перевале. Даже если мы поднимемся на перевал часов в пять-шесть, то спускаться я нас обоих не пущу. Светило скроется достаточно быстро, а в темноте идти по незнакомым горам это изощренный вид самоубийства, да к тому же, после заката начнутся камнепады, и попасть под один из них совсем не хотелось.

Уже на закате, двигаясь большими зигзагами, мы достигли вершины перевала. Это была небольшая седловина, не более ста пятидесяти метров в длину и метров пятьдесят в ширину. Пока было еще светло, я бросился искать укрытие на ночь. Как только скроется светило, так начнется подвижка воздуха. С гор задует холодный ветер и начнет выдувать теплый воздух, скопившийся за день. Если не найдем укрытие, то самое лучшее, это выкопать не то, чтобы землянки, а просто небольшие углубления в земле, чтобы не лежать на пронизывающем холодном ветру. Зравшун видимо понял, что я ищу и позвал за собой. Мы обогнули небольшой каменный палец и на одном из склонов седловины наткнулись на небольшую пещерку. Укрытие было вполне сносным, так что перетащили туда все свои вещи и стали располагаться на ночь. Зравшун, когда мы с ним уселись на приготовленные спальные места, признался, что в прошлый раз хотел сразу же двинуться вниз, но во время подъема, он подвернул себе ногу и решил дать суставу немного отдохнуть. Я только покачал головой, думаю, что если бы он двинулся на спуск на закате то, скорее всего, мы бы с ним сейчас не разговаривали. Ночной камнепад в горах, страшная и непредсказуемая штука. Камни, во время камнепада сталкиваются друг с другом, высекая в темноте яркие искры, и отлетают под немыслимыми углами. Если такой камнепад застал на подъеме или спуске, то спасение только в одном, лечь головой вверх и прикрыть ее рюкзаком. Все остальное бесполезно.

Солнце, а точнее местное светило, уже скрылось за ближайшими пиками гор, так что следовало поужинать и ложиться спать. Отдых еще никому не повредил. На ужин сделал нам пюре быстрого приготовления. Зравшун как ребенок смотрел на то, как порошок в чашке бурлит и пенится, а я усиленно мешаю его ложкой вот, наконец, одна порция готова и я прикрыл чашку наполовину оторванной закрывашкой от упаковки. Она из фольги и достаточно плотно прикрыла приготовленное пюре. Еще одна такая манипуляция и у нас на импровизированном столе стоят две упаковки с пюре, доходящим до кондиции. Наломали лепешек, а остатки вскипяченной воды заварили двумя пакетиками чая. Зравшун достал из своего рюкзака небольшой круг колбасы. Я попросил у него посмотреть колбасу. Оказалось, что она очень похожа на ту, что у нас называют, свиная домашняя. Все хорошо, но она долго не выдержит, так что ее нужно будет съесть в первую очередь, о чем и сказал Зравшуну. Тот даже спорить не стал, так как для более длительного хранения есть вяленое мясо, которое нам тоже дали в дорогу. Отлично, мне еще больше понравился дед Зравшуна. Чувствуется, что ему пришлось много попутешествовать по стране, и что такое еда в дорогу он понимал прекрасно. Колбаса продержится дня два, так что мы ее разделили, исходя из срока ее хранения, и принялись за еду. Пюре с лепешками исчезло в нас со скоростью звука. В смысле, только и было слышно, как скребут ложки по пластиковой упаковке, зато потом мы долго пили чай с остатками лепешки и колбасой, потом плавно перешли к сладкому. Горы погрузились во тьму, уже даже не угадывались очертания вершин на фоне темного неба. Вокруг застрекотали, заголосили, засвистели какие-то местные обитатели. Мы расслабились и просто молча наслаждались моментом, с кружкой в одной руке и печеньем или конфетой в другой. На небе высыпали звезды, как и дома здесь был свой млечный путь. Смотреть на небо было интересно и, как-то спокойно. Это состояние постепенно убаюкивало, глаза начали слипаться, так что мы отправились на свои кариматы и завернулись в специальные одеяла, которые нам дал в дорогу Закарит. Одеяла того стоили, в них было тепло а, самое главное, они были очень тоненькими, так что места в рюкзаках много не занимали.

Вскоре мы уже сладко спали, тело требовало отдыха, и эта ночь нам его предоставила, правда ненадолго. Мы были разбужены страшным гулом и грохотом. Оба выскочили перед входом в пещеру и уставились на фейерверк, видимый чуть ниже нас по склону. Там были слышны удары камней друг о друга с искрами, не освещающими вокруг себя ничего, и от этого становилось как-то не по себе. Мы вернулись в пещеру, но до конца ночи еще несколько раз были слышны звуки камнепада, иногда очень сильного, а иногда, не очень. Зравшун сонным голосом пролепетал, что в прошлый раз такого не было. Ну да, он, наверное, шел здесь в какое-то другое время, когда не было очень резкого перепада температур, а может его, здесь застал антициклон, который принес с собой много теплого воздуха. Так мы и спали до утра под грохот камней, но это нас уже не напрягало, сознание просто фиксировало, что где-то опять бьются камни. Встали с рассветом, камни все еще валились, но уже не так часто. Мы ускоренно позавтракали лапшой с колбасой, которую просто мелко накрошили в контейнеры с лапшой и залили кипятком. Вода заканчивалась, два литра на ужин и два литра на завтрак, осталось еще около трех литров, если растянуть воду, то где-то на два приготовления еды, что давало нам один день похода. Наконец с завтраком было покончено, и мы двинулись вниз с перевала.

Спускаться оказалось гораздо легче, чем подниматься. Здесь обнаружилась звериная тропа и мы уверено шли по ней, кроме того этот склон зарос травой, так что ноги более устойчиво держали нас на этом склоне, чем на вчерашней сыпучке. Проблемы начались на середине спуска, это здесь с завидной регулярностью происходили камнепады. Середина ущелья была сильно засыпана камнями, так что наша тропа очень уверенно их обогнула по одному из склонов и уже в середине дня мы, наконец, выбрались из ущелья в предгорье. Это была почти равнина с сильно изрезанным рельефом, но по сравнению с горами, для нас, сущий пустяк. Мы легко преодолевали небольшие балки или овраги, заросшие травой или небольшим кустарником. На обед останавливаться не стали, а целенаправленно двигались к группе деревьев, виднеющихся вдали. Зравшун вел меня по тому самому маршруту, по которому сам когда-то шел навстречу своим приключениям. Вокруг не было видно никакого человеческого жилья, Дикие земли, как назвал их Зравшун, да и на карте они были обозначены так же.

.33.

Глава 33.

* * *

Мы двигались в достаточно высоком темпе, намереваясь добраться до деревьев еще засветло. В одной из балок обнаружился небольшой ручей, так что стратегические запасы воды были пополнены, правда, на этом пришлось потерять много времени, набирать воду пришлось бутылкой, так как ручей был чрезвычайно мелкий. Уже на закате мы, тяжело дыша, наконец-то, добрались до кромки рощи. Вид рощи произвел на нас угнетающее впечатление. Она умирала, отдавая деревья, растущие ближе к краю рощи. Причина была у нас под ногами, солончаки. Мы с Зравшуном порадовались, что запаслись водой, так как если солончаковая зона будет большой, то ни о какой воде и речи быть не может. На этот раз при приготовлении еды воду экономили. Сделали нормой полтора литра на еду и пол литра на питьевую воду в течение дня. Зравшун заверил меня, что когда он бежал из дома деда, то здесь была цветущая роща. Да, прошло немало времени, за этот период изменились условия в этой зоне и солончаки стали наступать на эту землю уже довольно давно. Ночь прошла спокойно, ни зверей, ни какой-то другой живности кроме птиц не попадалось, поэтому спать легли, как и вчера, без ночного бдения. По словам Зравшуна, вскоре начнутся более обжитые хищниками места, вот там придется одному из нас постоянно дежурить в темное время суток. С другой стороны, можно считать, что половину пути мы уже преодолели. Дальше нам придется идти по неизвестному маршруту, дело в том, что Зравшун в своем побеге направился вдоль горной цепи, мы же, для того, чтобы вернуться в баронство, должны двинуться почти перпендикулярно от его прошлого маршрута.

На этот раз вышли очень рано, практически с восходом светила. Буквально двадцать минут на завтрак и в путь. Солончаковая почва проявлялась повсюду характерными белыми кругами обозначающими отложение соли на краю луж, после дождя. Я, по своему опыту знал, что если нас здесь застанет проливной дождь, то идти станет практически невозможно, Это будет такая грязь, что по ней невозможно двигаться, настолько она скользкая. Мы стремительно удалялись от приютившего нас на ночь леска. Хотелось пожелать ему пережить наступление солончаков. Пока был хоть какой-то ориентир, с пути мы не сбивались. Горы за спиной, а впереди бескрайняя равнина. Так мы и двигались по этой высушенной и просоленной равнине. Впереди только бескрайнее марево из желтой травы и все. Ни деревца, ни кустика. На ночь остановились прямо там, где нас и застала ночь. Поужинали и спать. Уже несколько дней мы пропускали обеды, не хотелось останавливаться под палящими лучами светила, да и спрятаться было негде. Ночь предоставляла небольшой отдых в первой половине ночи, а вот вторая высасывала все тепло, накопленное за день, что из нас, что из почвы и воздуха. Взятые из дома пуховики не спасали полностью. Если туловище еще согревалось, то ноги мерзли и вытягивали на себя все тепло. Утром спасал только горячий чай. Еду проглатывали, почти не замечая ее, она была горячая, но чай согревал как-то больше.

В этот день нам повезло, мы увидели вдали небольшое облачко, которое при приближении превратилось в небольшую рощу. Похоже, что солончаки заканчиваются. Вид рощи придал нам силы, и мы устремились к этому оазису. Хотелось немного отдохнуть и набраться сил, для дальнейшего пути. На этот раз нам повезло, это была крупная роща, в которой было решено хорошенько отдохнуть. Здесь можно было приготовить отличную ночевку, укрывшись под ветвями или сделать шалаш. Мы стремительно приближались к опушке, еще немного и мы оказались под сенью деревьев. Сразу захотелось бросить рюкзаки и упасть на мягкую траву под ногами, но перед нами стояло две задачи, которые нужно было решить до того, как мы отдадимся отдыху, это вода и место для ночевки. Оставив рюкзаки прямо там, где мы и вошли в рощу, мы разделились и направились обследовать место, куда смогли добраться. Мысленно разделив рощу пополам, мы устремились каждый в свой сектор. Чем быстрее мы найдем то, что нам в первую очередь необходимо, тем более качественным получится отдых. Я шел, забирая вправо, деревья, которые на опушке росли не так густо, постепенно уменьшали просвет между собой. Вскоре я уже с трудом пробирался сквозь заросли молодых побегов и низкорослого кустарника. Треск сучьев и шуршание ветвей по моей одежде должны были распугать всю живность, что обитала здесь. Внезапно я выбрался на большую открытую поляну почти круглую или эллипсовидную, так как я не мог разглядеть ее сверху, а с того места, где я стоял мои глаза видели почти идеальный эллипс. В середине этой поляны стоял знакомый пень. Так, ночлег мы имеем, даже если мне придется светить систему коммуникаций Закарита, Зравшуну. Как-нибудь обыграю эту ситуацию. Главное, это ему много не показывать, а то придется многое объяснять. Сейчас я могу представить это как какое-то заброшенное помещение, которое построил кто-то, неведомый нам. Можно даже демонов сюда приплести. Главное, чтобы Зравшун не стал забираться глубже, чем идет вентиляционная шахта. Подойдя и откинув пень, я убедился, что это вентиляционная шахта одной из веток того метро, по которому меня везло то транспортное чудо, куда меня посадил Закарит и загрузил своих родственников. Закрыв пень, я отправился дальше, вода все еще представляла проблему. Прочесав свой сектор, я вынужден был вернуться к рюкзакам, кроме поляны мне больше похвастать было нечем. Вскоре подошел и Зравшун. Он улыбался от уха до уха. Оказалось, что он нашел родник. Вода была немного соленая, но для приготовления еды подойдет. У нас оставалась всего двухлитровая бутылка воды, так что мы, вытащив из рюкзака, пустую пятилитровую бутыль, бросились к роднику. Набирать воду пришлось кружкой, но все равно это лучше, чем сидеть без воды. Обратно мы не пошли по следам Зравшуна, а двинулись напрямую, чтобы сократить путь к нашим рюкзакам. На середине пути мы услышали какое-то мычание и, пригибаясь, двинулись на звук. Вскоре мы добрались до высокого, в половину человеческого роста муравейника или чего-то в этом роде. Высокая, явно натасканная какими-то насекомыми куча, в которой торчал связанный человек. Он извивался и мычал что-то, так как рот его был заткнут кляпом. Мы поспешили к нему и вытащили его из не муравейника, а жуковника, так как я теперь воочию наблюдал того, кто так аппетитно обгладывал этого мужчину. Нижняя часть одежды на жертве перестала существовать. Ноги, ягодицы, то есть та часть человека, которая была закопана в домик этих насекомых, была сильно изъедена. Мы оттащили извивающегося и воющего мужчину, и положили на траву. Пучками травы и сорванными ветками отогнали от его тела остатки жрущих его насекомых и, подхватив его с двух сторон, потащили к нашим вещам. Вскоре обнаружили еще одну такую кучу, и в ней также извивался человек, но вот этого индивидуума мы с Зравшуном узнали сходу. Это был тот самый маг, который навел на нас с баронессой звезду наемных убийц, когда мы отправились, по его указанию, обследовать герцогиню. Переглянувшись с Зравшуном, мы подхватили тело первой жертвы, которую опустили на траву и, не сговариваясь, припустили к нашим вещам. Добежав до них, мы убедились, что никто наши вещи не трогал, значит те, кто совершили здесь такую страшную казнь, были незадолго до нас. Нужно было исчезнуть с чужих глаз, если палачи вернуться, чтобы проверить дело рук своих. Я поманил Зравшуна за собой, мы взвалили наши рюкзаки на спины и подхватив, потерявшего сознание мужчину, двинули к обнаруженной мной полянке. Спуск тела на наших ремнях и перенос в подземелье всех вещей занял у нас минут двадцать. Когда мы очутились в нижней части шахты, то я показал Зравшуну, что дальше ходить опасно и стал располагаться на ночлег. Зравшун последовал моему примеру. Из рюкзака я вытащил свои обрезанные джинсы и положил их рядом с обезображенным телом жертвы. Зравшун принялся колдовать с едой, а я приступил к лечению мужчины. Основная его проблема была в том, что он испытывал постоянные укусы насекомых, которые выгрызали из него небольшие кусочки кожи и мышц на протяжении длительного времени. Сейчас все это восстанавливалось, беда была в том, что сама рана имела большой размер. Я начал восстанавливать тело жертвы с пояса и спускался все ниже и ниже, пока не добрался до пальцев ног. Все было восстановлено, но мужчина потерял много крови и не исключено, что жуки впрыскивали в его тело какую-то разъедающую ткани, субстанцию, типа пищеварительного сока. Как бы там ни было, но мужчина задышал ровнее, а вскоре стало ясно, что он просто уснул. Мы с Зравшуном поужинали и завалились спать. К поясу мужчины мы с двух сторон привязали по тонкой веревочке и улеглись рядом с ним. Если он ночью проснется, то мы успеем отреагировать на его движения, неизвестно, что у него на уме, ведь не зря же он был в компании с тем, кого нам было нисколечко не жаль.

.34.

Глава 34.

* * *

У меня утро наступило тогда, когда веревка, привязанная к моей ноге, натянулась. Я резко сел, но наш новый член команды спал, так что я отвязал веревку и отправился провести утренний моцион. Облегчившись за углом, я вернулся к оставленным товарищам, те с испугом смотрели друг на друга, а веревка, связывающая их, была натянута до предела.

Дорогой друг, не нужно никаких резких телодвижений, так как мой напарник может воспринять все это как агрессию, не правда ли, Зравшун?

Мужчина, увидев меня, вдруг расслабился и даже улыбнулся нам. Прокашлявшись, он попросил отвязать его, так как ему нужно облегчиться. Я предложил проводить его, так как все здесь впервые. Зравшун, который уже отвязал веревку, изъявил желание тоже сопроводить нас. Так, втроем, мы и отправились на их утренний моцион. Мои члены команды, отвернувшись друг от друга, облегченно вздохнули и процесс омовения стен тоннеля начался.

Меня удивило, что мужчина, парнем его назвать, язык не поворачивался, так как он явно был постарше нас, полностью принял нас и не считает, что мы его захватили и удерживаем, помимо его желания. Ладно, сейчас вернемся и поговорим по душам. Нас с Зравшуном в первую очередь интересовало, какое отношение к нашему гостю, имеет наш общий с Зравшуном и Ликурой, враг.

Мы все вернулись к нашим спальным местам, Для меня все же было заметно, что наш новый гость как-то настороженно относится к Зравшуну и вполне радушно, ко мне. В чем наша разница, я не понимал, Одинаковое снаряжение, одинаковое оружие, одинаковая одежда. Наш голозадый гость был очень удивлен, когда я дал ему свои обрезанные джинсы. Он с удивлением крутил мои штаны, а скорее шорты, в руках и не понимал, для чего ему их дали.

Слушайте, давайте хоть познакомимся, если Вам нельзя называть свое настоящее имя, то подойдет какое-нибудь прозвище, чтобы нам было проще общаться. Ну, имя моего друга Вы слышали, если забыли, то его зовут Зравшун, а меня Сергей. Тот предмет, что я Вам дал, является моими обрезанными штанами. Согласитесь, ведь Вам будет немного неудобно ходить без штанов, которые съели на Вас те жуки, в жилище которых Вас вставили связанным Ваши доброжелатели.

Мужчина расхохотался, оценив шутку, повертев штаны в руках, он надел их с моей помощью на себя и слегка улыбнувшись, представился как Вершитель. Чего вершитель, кого вершитель, не поймешь, явно какая-то кличка или прозвище. Но он в своем праве, так как я сам предложил ему и такой вариант, самое главное он нас устраивал. Теперь нужно было разобраться, со вторым его компаньоном по "муравейнику". Я поинтересовался, а кто был тот второй, которого мы нашли рядом с ним, по соседству? Вершитель не стал отпираться, что не знает, о ком идет речь, наоборот его глаза загорелись дьявольским огнем и он, в свою очередь поинтересовался судьбой соседа. Я отвел глаза в сторону и признался, что, скажем так, мы не успели его спасти. Губы Вершителя тронула улыбка, и он очень точно охарактеризовал наше отношение к тому субъекту.

Он и с вами показал себя как подлец и подонок. Да можете не говорить, по вам все видно. Ладно, наемник, он всегда только сам за себя, даже тогда, когда работает в команде, просто жизнь и кодекс у них такие. Но ты ведь из наших, просто расскажи, чем он тебе не угодил.

Ну, тут все очень просто он, прикинувшись, а может, так и было, руководителем Ковена магов, отправил нас с наемником на задание, а сам подготовил засаду, где нас пытались убить. С нами была баронесса, которая, сама являясь магом, признавала его превосходство и полностью подчинялась ему.

А, так это вы отправлялись в Аштор к Картжолу, значит, той звезды больше нет?

Очень интересно, а Вы-то, откуда об этом знаете, хотя, что я говорю, Вы же были с этим.

Да не был я с этим, как Вы говорите. Это он решил от меня избавиться, очень власти захотел над всеми, вот и решил пойти по головам. В Ковене-то там перед богами отчет держать нужно, а в среде наемных убийц, ты король. То есть имеешь абсолютную власть. Но, среда убийц, она подразумевает и высокую ответственность перед своими подчиненными, в первую очередь нужно самому быть лучшим из лучших, вот ты Серегей, это лучше наемника понимаешь. Жадность человеческая, она, наверное, границ не имеет. Одному захотелось абсолютной власти, другому захотелось на мое место, вот они и нашли друг друга. Заманили меня сюда, под предлогом, что нужно провести инспекцию, Маг меня обездвижил, а мой зам связывал и закапывал к жукам, видно тоже, возвыситься захотел. А вот маг-то просчитался, мой заместитель и его определил к жукам. Это было единственным моим утешением, пока меня жрали эти мерзкие жуки. Серегей, а как ты вышел из среды наемных убийц, у нас так просто не отпускают.

А я и не уходил, и почему ты считаешь, что я наемный убийца?

Так ведь на тебе наш амулет, ой, наши амулеты.

Поправиться ему пришлось после того, как я достал из-за ворота рубахи всю связку амулетов.

Ты, Вершитель, сам понимаешь, каждый имеет право защищаться. Из первой звезды я убил только двоих, остальных положили наемники Вантилия когда ваша звезда напала на карету барона Варелу с его женой. Да и по всем признакам там был не заказ, а банальное ограбление. Однако мне нужны были эти амулеты, я их все собрал и с тех пор ношу на себе всегда. Второй раз мы отбивались с Зравшуном и тоже, положили всю пятерку. Но, еще раз повторюсь, вопрос стоял или мы их, или они нас. Вот тогда мы и поняли, что этот гаденыш, которого сейчас доедают жуки, подставил нас.

Глаза Вершителя выражали огромное удивление, потому что распахнулись вовсю. Он силился что-то сказать, похоже, что и его мысли скакали, как необъезженные кони. Наконец он пришел в себя и попросил показать мои руки. Я протянул ему обе руки, он взял их в свои и внимательно осмотрел наружную поверхность кистей. Тяжело вздохнув, Вершитель отпустил мои руки и поднял на нас глаза.

Что будет со мной?

Да ничего не будет, поможем выйти к людям, дальше ты сам. Думаю, представители вашей организации есть повсюду. Нам бы не хотелось, чтобы нас преследовали за убийство тех звезд, что на нашем счету, но у каждого свои правила, так что не обижайся, если мы будем защищаться, можешь так и передать своему руководству. У меня более свободные взгляды на вашу организацию, мое мнение, что такая организация нужна, как последняя инстанция для тех, кто не может отомстить своим обидчикам. Но согласись, странно было бы исполнять желание одной домохозяйки прибить ее соседку за то, что ее муж косо посмотрел на нее, или что-то в этом роде. Все же вы забираете жизнь человека. У меня на родине есть наемные убийцы-одиночки, которым все равно, кого убивать, и есть целые организации, которые скрупулезно разбираются в деле того, кого необходимо устранить, и если дело темное, то могут от заказа отказаться. Чаще всего у нас заказывают своего конкурента по торговле. На мой взгляд, это в корне неправильно, расчистить себе путь чужими руками это низко, а вот отомстить за поруганную честь, за убийство брата или родителей, это вполне нормально.

У тебя интересные взгляды на нашу организацию, мне бы хотелось с тобой о многом поговорить, но думаю, что нам нужно все же попытаться добраться до обжитых мест, ведь я теперь ваш нахлебник.

Да по нашим прикидкам идти нам осталось дня четыре, если ничего не произойдет, так что продуктов хватит. Кстати, не собирались ли твои палачи вернуться сюда, а то мы можем запросто на них наткнуться?

Ну, они мне не докладывали о своих планах, но думаю, что опасаться нечего. Вы бы меня просветили, где мы находимся, сюда меня везли с мешком на голове, так что я даже приблизительно не представляю, куда попал.

Зравшун говорит, что это Дикие земли, и я склонен ему верить. Мы движемся уже около недели, но живых людей, кроме тебя, еще не встречали. Только вчера вышли из солончаковой зоны, это там, где соль выступает на поверхность. Хорошо запаса воды хватило, а то могли бы и не дойти сюда. А теперь давайте поедим и будем собираться.

Мы быстро организовали стол, пока выкладывали продукты, вода в кастрюльке закипела, я решил, что по контейнеру с пюре нам вполне хватит, пока нужно все еще экономить воду. Вскоре запаренное пюре дошло, и я раздал всем участникам застолья их порции. Чай пили из двух кружек, Зравшун использовал свою только для себя, он все еще не доверял нашему гостю, а я по братски разделил свою кружку с нашим новым нахлебником. Нужно будет для него оставить один пустой контейнер из-под пюре, как чашку для чая.

Ладно, а теперь будем выбираться. Зравшун, завяжи нашему гостю глаза, не хочу, чтобы он знал об этом убежище, сам понимаешь, это не наша тайна.

Зравшун, не говоря ни слова, жестом предложил нашему гостю повернуться так, чтобы он смог завязать ему глаза. Как ни странно, тот повиновался. Из складок своей одежды Зравшун вытащил кожаную повязку на глаза. Ох, не прост наемник, видно не в первый раз ему такое делать приходится. Как и в прошлый раз, я связал два ремня и забросил Вершителя себе за спину. Минут через десять все были наверху. Пень, под подозрительным взглядом Зравшуна, я вернул на место и защелкнул фиксатор, чтобы просто так его никто не смог открыть. Мы отвязали Вершителя и, взгромоздив рюкзаки, пошли к тому месту, откуда и вошли в эту рощу. Там, на опушке, развязали глаза нашему новому попутчику и, указав направление, двинулись по нашему маршруту.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ.

Content

Обатуров Сергей Георгиевич
Ученик лекаря.

Глава 1

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 18.

Глава 19.

Глава 20.

Глава 21.

Глава 22.

Глава 23.

Глава 24.

Глава 25.

Глава 26.

Глава 27.

Глава 28.

Глава 29.

Глава 30.

Глава 31.

Глава 32.

Глава 33.

Глава 34.