Дем Михайлов

ГКР1

Новые земли

Пролог

Они ждали меня на вершине высокого холма залитого предзакатным солнцем.

Подсвеченные солнечным светом фигуры казались вырезанными из черной бумаги силуэтами, ожившими в этом волшебном мире и радостно машущими мне руками.

– А мы матрас заре-е-езали! – с удивительно сильной радостью вопила подпрыгивающая юная девчонка, моя цифровая дочь и будущая богиня по совместительству.

Хотя еще большой вопрос, станет ли она в будущем богиней. Но мы уж постараемся ей помочь в нелегком восхождении на олимп.

Рядом стоит Кирея Защитница, опирающаяся локтем о край глубоко вбитого в землю толстого ростового щита. Светлый паладин, защитница слабых, настоящий бронированный Робин Гуд. По другую сторону от Роски высится длинная и тощая фигура, похожая на деревянного неуклюжего паяца, с его ломанными и странными движениями. Еще один персонаж с крайне обманчивым внешним видом. Выглядит безобидным и смешным, но как по мне, лучше иметь во врагах весь клан Неспящих, чем одного лысого эльфа тянущего слова и живущего лишь по своим законам.

– Чего вы там застряли? – крикнул я, начиная подъем по заросшему густой и мягкой травой склону – Почему не куролесите и не бедокурите? И где все остальные?

– Тебя ждем! – ответила мне Кирея Защитница – Первооткрывателя знаменитого… тебя уже уволили?

– Думаю, что да – фыркнул я ответ – Уволен с выходным пособием! Работа на Неспящих завершена.

– И слава Богу! – припечатала Кирея – Лучше уж безработным, чем постоянно на них работать.

– Мой папа безрабо-о-отный! – с еще большим восторгом завопила пляшущая посреди крутящихся в воздухе белоснежных перьев – Мой папа безрабо-о-отный!

– Ну-у-у? – с великим ожиданием протянул эльф, с хрустом разминая длинные пальцы и плечи – Ну-у-у?!

– До заката надо успеть найти себе на головы парочку отвязных приключений – закивал я, пребывая чуть ли в не большем ожидании – Обязательно!

– Да!

– Да!

– Да! – поддержал меня хор голосов.

– Уф! – не остался в стороне огромный черно-белый волк, ткнувшийся мордой мне в живот.

– А где все? – поинтересовался я, оглядывая занятый нами холм.

– Кэлен и Крея можно не ждать – сразу предупредила Кира – Она следует за Черной Баронессой, а Крей следует за Кэлен. И так будет до тех пор, пока эти новости самые горячие.

– А Док?

– Медицина зде-е-есь! – донесся снизу крик, и доктор приступил к подъему, опираясь на длинный посох, с обвившей его живой змеей.

– И Бом?

– Во-о-о-н там – показала Кирея – Срубил два дерева и собирает фрукты. Махал нам раз пять. Но сначала они охотились на капитанский матрас. А это звери чуткие, им пришлось красться в траве, затем прыгать с разных сторон, хватать и колоть… едва не упустили зверя. Потом подошла я и помогла добить – оказалось, что хитрый матрас еще жив и пытается улететь. Теперь ты пришел.

– Вижу – согласился я, глядя на останки несчастного матраса злодейски убитого в самом расцвете сил – После славной охоты надо перекусить. Я разожгу костер. Роска, поможешь папе с дровами?

– Уже несу!

– Заодно соберемся с мыслями и направлением – продолжил я, направляя руку на толстую сухую ветвь лежащую на земле – И начнем действовать. Кир, насколько сильно ты привязана к родному клану Альбатросов? Такой вот внезапный вопрос.

– Ого… ты все же решился? – правильно угадала она подоплеку моих выпытываний.

– Да. Думаю, хватит нам работать на разных богатых махараджей и арабских шейхов. Пора заняться строительством собственной великой башни, как бы пафосно это не звучало. Пришло время создать наш собственный клан. Хаотичный, ленивый, не слишком профессиональный, но свой и родной.

– И для Роски нужна твердая опора, которой мы можем всецело доверять – согласилась Кира.

– А клану понадобится безумный мозг опаленный бешеным весельем и не содержащий в себе таких вредных примесей как скука и упорядоченность – взглянул я на эльфа – А скучно точно не будет!

– О-о-о… – с надеждой протянул Орбит – Да. Я – да. Кла-а-ан – начаа-а-ло. Многого-о-о…

– Но скажу сразу – приблизился я к Орбиту вплотную и понизил голову – Очень может быть, что дела нашего будущего клана заставят нас спуститься очень глубоко. Например, прямо в ад – божественный ад Тантариалл.

– Вот это ты начал, Рос – фыркнула Кирея Защитница – Обычно лидеры так и начинают – с обещаний лакомых. Но не настолько же крутых…

– Просто чувствую – качнул я головой – Просто чувствую.

– Я тоже за! – бешеный гортанный рев обладал такой силой, что аж пошатнул и меня и растущий рядом кустарник. На землю полетел жидкий дождь лепестков – Босс! Ну ты даешь! Во время плавания была уйма времени чтобы все обсудить заранее! А ты дождался именно того момента, когда на болтовню вот вообще времени ноль! Но я за клан! А чего ты так вдруг внезапно? Озарило после купания?

– Озарило после сведений полученных от Баронессы – ответил я – Примите-ка от меня несколько скриншотов, друзья. И ознакомьтесь. Док, а ты что скажешь?

– Я в деле! Давно уже мечтал об этом! А как назовем клан?

– А шут его знает. Назовем и все тут.

– Появились новые опции – добавил Бом – Новые типы кланов и все такое. Сообщили мне тут.

– Интересно. С выбором ошибиться нельзя. Примите файлы. И почитайте их пару минут в тишине.

Я сбросил друзьям информацию про первый клан Зар’граада и про так называемый временный лагерь, для которого я могу выбрать место и куда прибудет первая фракция со старого материка.

– Читайте и слушайте – продолжил я, «раздав» документы – Я планирую сделать следующее – отправиться в плавание вдоль побережья. И причем сделать все так, чтобы наше отбытие никто не засек и не смог за нами проследить. Там, в выбранном нами месте, я организую лагерь. И у нас разом появится миллион забот. Мы продохнуть не сможем некоторое время. И в реал не выйти. Будем помогать с каждым заданием, которое сможем осилить. Когда поймем, что вскоре место будет рассекречено, проявим дружелюбность и позовем Неспящих. Но они не будут первыми. Возможно впервые за долгое время Неспящие не будут первыми. Они будут вторыми – прямо за нами.

– Да-а-а! – на мое плечо легла худая эльфийская ладонь – Да-а-а! Это интере-е-есно!

– Классный план, босс! – отрубил Бом.

– Супер!

– А сможем ли остаться незамеченными – с огромным сомнением спросила Кира, забирая у подбежавшей Роски дрова и бросая их в огонь – Док, у тебя ведь всегда котелок с собой?

– И у меня – прогудел Бом, доставая из своего знаменитого черного мешка огромный двухведерный котел – Нам надо будет многое взять с собой, чтобы провернуть эту авантюру. Им понадобится уйма уже готовых материалов, если верить документам. Мы не сможем нарубить, напилить и высушить несколько тонн строевой древесины. Не нашими силами. Нужны уже готовые запасы. Иначе дело встанет, и мы опозоримся.

– Верно. Поэтому и предлагаю провести сейчас мозговой штурм, заодно приготовим еды и поужинаем.

– Темнота на нашей стороне – заметила Кирея. Док согласно закивал, глядя на синее небо.

– Орб, ты знаешь способ, чтобы нас не засекли? И предлагаю взять катамаран! – добавил я – Перед тем как мы ушли с Кольца Мира, я успел купить и прокачать немного заклинание магического водного двигателя. Там мудреное название, но не суть важно. Я смогу помогать парусам, маны у меня столько, что крышу рвет от ее количества! А девать некуда. Запас маны начнет уменьшаться довольно скоро, но пока я богат энергией.

– Это хорошо! – встрепенулась Кирея – Сможешь залить пару пустых артов защиты, что я подобрала после проходки ВОС. А они нам понадобятся – уверена, что придется оборонять временный лагерь. Рос, это очень сложно. Настоящая авантюра. Мы можем не справиться. Сколько нас? Всего ничего.

– Риск того стоит – пожал я плечами – В любом случае потом позовем на помощь тех же Неспящих. Но первые задания должны выполнить мы!

– Это будет интере-е-еесно – ухмыльнулся Орбит – Мы уйде-е-ем незаметно! Я сде-е-елаю!

– Я постараюсь раздобыть большой катамаран – добавил я – К побережью сумели дойти несколько из купленных Неспами. Вряд ли за них будут держаться слишком сильно. Но придется проверить их на наличие следящих меток. С меня же часть припасов – съестное и прочее.

– Я возьму на себя защиту – подняла руку Кирея – И лагеря и катамарана. Роска и Тиран мне с этим помогут. Рос, не забудь, что Орбит наверняка потащит с собой Колывана.

– О да-а-а!

– Катамаран нужен большой – подытожил я – Ок.

– Медицина на мне! – молвил Док – Запастись сумею.

– С меня материалы – вздохнул тяжко Бом – Придется воспользоваться связями. Плюс знаю одну узкую лазейку, через которую смогу вытащить кое-что для наших нужд. Кэлен и Крей?

– Они прибудут уже вместе с Неспящим – развел я руками – До часа Х никто не должен знать наше местонахождение. Иначе из самостоятельных активных личностей мы вновь превратимся в жирных младенцев, не могущих и шага ступить без чьего-то разрешения. Ну что, орлы и орлицы? Пираты и пиратки? Мы готовы к почти наверняка обреченной на провал миссии?

– Да-а-а-а-а!

– Отлично! Тогда ради нашего будущего клана предлагаю всем сразу после ужина заняться воровством, обманом и грабежом!

– Да-а-а-а-а-а!

– Роска, доча, а ты будешь хорошей девочкой и ничего плохого делать не станешь!

– Не-е-е-е-ет! Это нечестно! Мои руки уже в крови невинных, папа – ты посмотри, как жестоко я зарезала матрас!

– Нет уж! Не обсуждается!

– Можно я украду хоть что-то?

– Нет я сказал!

– Босс, да пусть ворует! Она же для дела!

– Бом!

– И я буду рыбачить! Все время!

– Вот это другое дело! А теперь давайте варить ужин. А то нам уже скоро на грабеж…

Глава вторая

Одинокий заплыв. Трудности прибрежных мореходов. Основание и созидание

«Внимание! Плавательное средство Грозный Писк перегружено! Затраты маны на поддержание движения и выбранной скорости утроены!».

«Внимание! Плавательное средство Грозный Писк перегружено! Затраты маны на поддержание движения и выбранной скорости утроены!».

– Ыхты-пыхты! – зло пробухтел я, сидя у крохотного и в чем-то смешного штурвала.

– Как-как? – с живым любопытством поинтересовалась Роска, сидящая в шаге от меня и уткнувшаяся взором в пляшущий на кильватерной струе поплавке.

– Фольклорное выражение, милая – успокоил я – Просто фольклорное выражение.

– Уже пятый раз фольклорное выражение – заметила дочь – Папа так любит фольклор?

– Ну….

– Клюет!

Какая-то жадная и глупая рыба соблазнилась приманкой и клюнула, тем самым даровав мне спасение от расспросов неугомонной юной пиратки божественных кровей.

«Внимание! Плавательное средство Грозный Писк опасно перегружено! Затраты маны на поддержание движения и выбранной скорости учетверены!».

– Бом! Ну так же нельзя! – уже в голос рявкнул я, с ужасом глядя, как облаченный лишь в длинные шорты мускулистый зеленый детина втаскивает на борт какой-то немалых размеров обломок корабля.

Обломок одного из первых судов, что был разбит или уничтожен пеленой янтарной стены окружавшей материк. Нам поминутно встречались плавающие на воде бочки и бочонки, доски и бревна, обломки палуб и куски мачт. И самоназначенный каптермейстер Бом не мог просто смотреть как мимо нас дрейфует куча ценных вещей. И он тащил все на борт. Мы отчалили уже перегруженными, теперь же несчастное «плавучее средство» трещало и грозило развалиться прямо под нами.

Грозный Писк – название явно взятое не с потолка. Большой парусный катамаран, с прочной сеткой натянутой между корпусами. В каждом из корпусов имеется трюм и двухместная каюта. Высокая мачта легко выдерживает груз парусов, само судно ухожено и на нем почти ни царапинки. Грозный Писк умудрился не побывать ни в одном бою, сначала служа быстроходным курьером доставляющим небольшие, но ценные грузы между кораблями армады, а затем тащил за собой плоты с игроками лишившимися места. Едва Писк подошел к берегу, как вся его команда попросту телепортировалась, воспользовавшись помощью артефакта дарующего возможность локального прыжка. Время решало все. Игроки рвались на материк. Катамаран остался дрейфовать на волнах, что медленно влекли его прямо на прибрежные рифы. Мы успели вовремя и спасли верное суденышко от бесславной гибели. И посчитали, что, учитывая факт спасения и того, что судно было теоретически бесхозным, мы имеем полное право считать его нашей собственностью. Хозяйственный и явно бывалый Бом предложил перекрасить катамаран, сменить цвет парусов и название, но остальные воспротивились – красно-желтый яркий окрас и смешное название всем пришлись по душе.

Одно плохо – это не грузовой корабль. А мы несчастное судно перегрузили до невозможности, оно просело в воду так, что натянутая между корпусами сетка касалась воды. Если бы не моя новая магия второго ранга, то даже при попутном ветре Писк не сумел бы двигаться так быстро и при этом еще и слушаться руля. Но летучим сорванцом пляшущим на волнах он больше не был. Это грузная калоша с запозданием откликающаяся на движения руля. Поэтому я пребывал в постоянном напряжении. А Бом и не думал щадить мои нервы при полном попустительстве остальных членов команды и пассажиров.

Кирея читала рыболовный справочник, поглядывая при этом на плавающую в ведре алую рыбешку и пыталась определить ее вид. Смешно. Справочник со старого материка, а рыба выловлена на новом. Впрочем никто не говорил, что флора и фауна будут различны полностью. Обычнейшие елки и сосны росли здесь повсюду. И мало чем отличались от многократно виденных на старой земле.

Ночь выдалась лунная, светлая. В другое время я бы порадовался. Но сейчас восторгом не страдал, поглядывая на огромную луну со злостью и желая ей поскорее скрыться за облаком.

«Внимание! Плавательное средство Грозный Писк опасно перегружено! Затраты маны на поддержание движения и выбранной скорости учетверены!».

Как хорошо, что объемы моей маны своей невероятной солидностью ужасают меня самого! Можно не бояться, что в самый нужный момент закончится «бензин». Плюс у меня с собой несколько особых склянок, гарантирующих восстановление энергии.

Дурное дело всегда легко начинается. Сегодня я убедился в этом еще раз, когда мы приступили к осуществлению задуманной авантюры.

«Похищение» катамарана прошло успешно, равно как и доставка его к первой точке. Там Бом и Кирея перетащили на борт немалое количество ящиков, тюков и досок. Я побоялся спросить откуда полуорк их достал. Но вряд ли он их купил… Следом прибежал Док, едва таща на себе запасы целительной алхимии. Последним явился Орбит, за которым топал тяжело пыхтящий Колыван, тащащий за собой большой бальсовый плот. На нем – на плоту – мамонта сейчас и плыл, тюкая по одному из бревен странным фруктом напоминающим кокос, но с куда более прочной оболочкой. Мерный стук кокоса успокаивал – не требовалось оборачиваться и проверять. Раз стук есть – значит, мамонт в порядке. Вот когда кокосом стучать перестанут – время нервничать.

И благодаря же Орбиту мы сейчас были невидимыми. И все из-за мелодично пиликающего сверчка сидящего в крохотной золотой клетке подвешенной к гвоздю вбитому в мачту. Я понятия не имел что это за сверчок такой! Равно как и не ощущал некоего облака невидимости, что якобы нас окутало и надежно укрыло от чужих глаз. И я не удивлюсь, если эльф потом заявит, что это лишь веселая шутка. Впрочем, Роска упомянула, что ощущает в сверчке некую божественную силу. Ее слова прорастили в моей душе ростки доверия. И поэтому я не выбросил эльфа за борт вместе со сверчком.

С трудом преодолевающий волну за волной Грозный Писк полз вдоль ночного побережья, уходя все дальше и дальше. Волны с шипящим плеском налетали на катамаран, бормоча свои невнятные угрозы и грозя нам солеными брызгами. Тускло светящие фонари покачивались над нашими головами, освещая груды грузы. Нас сопровождал нудный стук заморского кокоса и аккомпанирующее ему пиликанье божественного сверчка. Мы упорно двигались к своей пока неведомой и неизвестно где расположенной цели. Одно известно точно – остановимся мы только с рассветом и никак не раньше.

Но перед этим, когда только-только посереет горизонт, мы отправим вперед изумрудного стрижа, что стрелой полетит вперед и будет мчаться так целых двадцать две минуты и двадцать две секунды, после чего уронит из клюва крохотную жемчужину. И едва та коснется воды, как сработает мощный грузовой телепорт, что перенесет катамаран и плот к упавшей в воду жемчужине. Стрижи летают очень быстро. Двадцать две минуты – за это время будет преодолена немалая дистанция. Орбиту удалось найти лишь один такой телепорт. Но и это немало. И это же позволит нам отойти от места первой высадки чужеземцев как можно дальше.

Место первой высадки чужеземцев.

Вернее – чужеземки.

А если уж совсем точно – Черной Баронессы.

Цыганка полукровка сумела осуществить свою мечту. Она первой ступила на заповедную землю Зар’граада. И никто до сих пор не узнал, какое именно достижение она получила. Но картина уже появилась – как говорят вести долетевшие со старого континента.

– Она умеет добиваться своего – тихо покачал я головой, налегая телом на рулевое весло и заставляя катамаран отойти от торчащей из воды скалы – Умеет…

* * *

Изумрудная вспышка угасла. Грозный Писк, успешно переживший магический перелет, по инерции с плеском резал волны. Паруса обвисли – полный штиль. И мое заклинание заблаговременно остановлено – я не хотел внезапно налететь на риф сразу после телепортации.

– Папа! Смотри! – Роска указывала на близкий берег.

В этом месте побережье делало крутой изгиб, образовав не слишком большую, но глубокую бухточку. Узкая полоса песочного берега отделяла воду от многовековых суровых деревьев. Множество птичьих гнезд на ветках, небо рябит от пернатых охотников за насекомыми. В воде полно рыбы – ее видно невооруженным взглядом и у поверхности, и у дна. В четверти километра виднеется узкая река, впадающая в океан у самого края бухты.

– Судьба – удивленно произнес я, пожимая плечами.

– Возможно – согласился Бом – Возможно. То есть – здесь?

– Здесь – кивнул я – К берегу, пираты! Время разбить лагерь!

Прозвучало громко и властно. Мои слова наверняка вызвали глубокое уважение у всех, кто их услышал. Так, возможно, в свое время командовали первооткрыватели реального мира, когда корабли экспедиции наконец-то бросали якоря после изнурительного путешествия. Но в нашем случае не произошло ничего впечатляющего. Никаких многочисленных шлюпок прыгающих по волнах, я не стоял гордо на носу и не смотрел сурово вперед.

Нет. Ничего такого.

Катамаран просто прошел еще несколько метров и замер на тихой воде, совсем недалеко от песчаного берега. Не успел я продолжить отдавать команды, как вся моя команда десантировалась на бальсовый плот с мамонтом и угребла на сушу, помогая себе веслами, шестами, ладонями и хоботами. Вскоре я остался на Грозном Писке в одиночестве, тихо жалуясь себе под нос на судьбу и работая рулевым веслом, заставляя катамаран выйти на мелководье.

Мои действия вызвали любопытство у пары серошерстых белок оккупировавших нависшую над водой толстую ветку и смотрящих на нас глазами испускающими красные лазерные лучи, что по очереди упирались в каждого из членов авантюрной экспедиции. Полное впечатление что это прицел крупнокалиберной снайперской винтовки. Интересно, а если у белки вырвать глаз и примастрячить его к луку, будет ли работать прицел? Черт… неужели и у меня появилась страсть к вырванным глазным яблокам?

– Белки! Не стреляйте, белки! – с легким надрывом в голосе, на всякий случай попросил я, мило улыбаясь местным обитателям, сверлящим мою грудь биологическими лазерами.

Лазерные лучи прерывисто мигнули, посветили мне в лоб, а затем сместились в сторону и уперлись в тоненько завизжавшую от ужаса огромную кедровую шишку, рванувшуюся прочь. Но далеко убежать не успели – лучи еще два раза мигнули и кедровая шишка разлетелась на куски с негромким хлопком взрыва. Орешки застучали по веткам, картечью прошлись по листве, стучащим дождем посыпались вниз. Следом спустились и белки, погасившие лучи смерти и принявшиеся за мирную вегетарианскую трапезу… хотя шишка то могла визжать и бегать, поэтому затруднительно решить, куда ее отнести – к флоре или фауне. Так может сейчас белки не орешками кедровыми лакомятся, а селезенку хрупают…

– Интересные здесь места – заключил я.

– О да-а – протянула Кирея, закрывающая голову мощным стальным шлемом. На меня взглянула Т-образная смотровая щель – Места здесь интере-есные… Если здесь такие белки… то какие же здесь медведи?

– Боюсь вскоре мы столкнемся и с медведями, и с теми, кто их лопает на завтрак – без особой мрачности заметил я, указывая рукой на медленно заваливающуюся гигантскую лиственницу, расположенную от нас метрах в двухстах – И с теми, кто здоровенные деревья валит одним ударом.

– Игроков здесь пока быть не может. Рано еще. Но у нас сутки в запасе до сих появления. Может меньше. Вряд ли больше. Территории гигантские, но дальние полеты и марш броски в случайном направлении еще никто не отменял. Опять же побережье и наличие удобной бухты… так что мы можем рассчитывать на остаток сегодняшнего дня, на утро и может часть послеполуденного времени…

– Значит спать в реал мы не пойдем – пожал я плечами, снова не испытывая ни малейшей мрачности.

Напротив – чувствовал себя пташкой смывшейся с золоченной клетки. В клетке у меня остался запас вкусной еды и обильное питье, я потерял безопасность, но заодно вместе с ними я оставил позади чрезмерно заботливых хозяев умело притворяющихся верными друзьями. Можно ли винить в этом Неспящих? Нет. Они не скрывают своего девиза – все ради клана. Но я жажду отдохнуть от назойливой заботы и постоянного хищного любопытства.

– Предлагаю подготовку площадки для будущего лагеря возложить на меня и Кирею – прогудел Бом, выглядевший сейчас крайне для меня непривычно.

Дело в том, что обычно я разговаривал не с самим полуорком, а с его зеленой задницей по обыкновению торчащей из травы, в то время как ее хозяин что-нибудь собирал с земли. В лучшем случае я беседовал с напряженной спиной Бома, в то время как его одухотворенной жаждой наживы лицо было обращено на крону усыпанного плода дерева, на кучу земли с поблескивающими вкраплениями, на прогуливающегося вдали жирного кабана… одним словом, он всегда смотрел куда-то еще, но только не на меня. Сейчас же полуорк был торжественен, спокоен, стоял ровно на месте, руки заложил за спину и с явным опытом и знанием дела оглядывался по сторонам и что-то уже про себя прикидывал.

– Площадку возьмем квадратную. Вон те двадцать три дерева снесем к чертям. Этим займусь я. Кирея разберется с белками. Не нравятся мне эти лазерные шишко-взрыватели… Док проследит за мной и Кирой с расстояния. Орбит… ну, они с Роской уже мастерят что-то… похоже на раколовку…

– Полагаюсь на тебя – коротко ответил я и, не выдержав, добавил – А мне что делать?

– А ты глава. Вот и главенствуй… в сторонке где-нибудь, чтобы я тебя елкой не зашиб случайно.

– И снова угрозы – вздохнул я – Ладно. Пойду соберусь с мыслями вон на том пригорке. Подальше от белок. А то эти серые заразы могут меня спутать с шишкой кедровой и взорвать.

– Тебя вряд ли спутают – рассмеялась Кирея – А вот окажись здесь чуланный вхан… ему не позавидуешь…

– И не говори – отозвался я, припомнив внешний вид упомянутого Кирой создания – Им сразу каюк придет.

– И вон тот пригорок – тоже к чертям. Планировка должна быть простой и лаконичной. И к чуланном вхану все хитросплетения. Прямые перекрестки, короткие и широкие проходы между шатрами и постройками. Четыре сторожевых вышки – на ближайшее будущее. Частокол обязателен. Пока обойдемся магией. Черт… – ревел медведем полуорк, доставший из мешка двуручный и опасно поблескивающий топор – Рабочих рук маловато! Колыван! Иди сюда! Будешь пахать как слоны в Индии! Я тебе устрою облысение от натуги! Готовься оттаскивать бревна!

Мамонт отозвался горестным стоном, с надеждой поглядывая на своего лысого хозяина. Тот был занят. Вместе с Роской они сооружали самую настоящую клетку, уже успев привязать ее к длинной веревке. Им обычной рыбы не хватает? Раков зарграадских решили наловить? Впрочем,… у нас собой есть бочонок пива погруженный в магический стазис. Пиво свежее. Под раки пойдет отлично.

– Раков нужно не меньше двух ведер! – заметил я вслух и дочь понятливо кивнула.

– Раки? – почему-то удивился Орбит – Какие раки?!

– Уже никакие – буркнул я – И про клетку не спрашиваю!

– Босс! Воткни в тот пригорок стреломет на шесте!

– Ок. Если утащить смогу. Он легкий. А нам временная защита не помешает.

– Тогда установлю три штуки. И брошу семена древесных стражей. Их как часто бросать?

– Через каждые четыре шага, Рос! – крикнула Кирея, выглядевшая стальной статуей – И не забудь полить их из золотой лейки!

– Помню.

Семена древесных стражей – невероятно дорогая штука. Просто невероятно дорогая. Их нигде нельзя найти самостоятельно. Можно получить только из рук ближайших советников эльфийского короля или его самого. Элитные существа прикованные к одному месту, но от этого не становящиеся менее смертоносными. Почти идеальная защита для таких мест как лагерь в неизведанной местности, особенно когда число солдат ограничено, а тварей вокруг много. Но цена… то же самое что закапывать мешки золота в землю – через каждые четыре шага. Хорошо, что мы их сперли… ну, не я сам. Хитро улыбающийся эльф притащил… и вряд ли ему их подарили.

Вонзив достаточно длинный и крепкий шест в вершину холма, я установил последний стреломет из трех и облегченно вытер со лба воображаемый пот. Надо же создавать видимость тяжелой работы – иначе Бом и меня припряжет на вырубку деревьев.

Настала очередь семян древесных стражей и, нащупав взглядом указанный полуорком край одной из сторон площадки для будущего лагеря, я направился туда, доставая из сумки мешочек и золотую лейку. Процесс прост до примитивности, не требуется даже читать столь любимых эльфами заклинаний, долгих и крайне непростых для произношения. Эти их вечные завывания под пышными пологами вековых лесов Ав Аллора Мукаса Дуоллла! Аруна! Дуоелетос! Для истинных любителей достоверных ролевых игр. Я нравом попроще. Мне нравится заниматься зелеными насаждениями в благословенной тишине…

«Рос! Привет! А ты где?».

Поглядев на столь мирное сообщение от Черной Баронессы, я лишь вздохнул и направил теплый дождик из золотой лейки на ворочающееся в неглубокой лунке семечко. Незаметно пролетели несколько минут заполненные мирным созидательным трудом. Нового сообщения не последовало – пока что – но пробный выстрел сделан. И раз я не отвечаю – значит дело нечисто. Ведь я в Вальдире. И на связь со мной не лихо болотное вышло, а глава легендарного клана Неспящих.

По всем законам жанра мне сейчас следовало начать отвлекающие маневры. Написать пытливой цыганке нейтрально-восторженное сообщение вроде:

«Я везде! Здесь супер-р-р-р! Отпишусь позже – дико занят сейчас!».

И это даже враньем не будет. Я на самом деле «везде» – то бишь шастаю где попало. Я дико занят. И здесь и впрямь супер-р-р – даже моя многоопытная душа прожженного игрока-фанатика невольно трепещет и замирает от суровых красот Зарграада и от ожидания чего-то особенного, возможно скрывающегося вон за той толстенной лиственницей.

Но я не хотел играть в слова и предложения с ЧБ. Этой венгерской цыганке дай только шанс – и она сначала вцепится в тебя самым кончиком коготка, а затем вонзит в тебя и когти и клыки, поймает тебя своей невероятной цепкой хваткой и все – пиши пропало. Ты станешь частью однородной воинственной массы с названием НЕСПЯЩИЕ. Единый организм и единый разум. Со мной это и случилось. Под конец Великого Похода – как хорошо, что он завершился, до сих пор ручки от радости трясутся – я ощущал себя не индивидуумом, а просто особой ложноножкой в навигаторской фуражке. А ведь начиналось все с того, что я просто кувыркнулся за борт подвешенного над фонтаном огромного рекламного корабля, являющегося большущей и коварной ловушкой для одного наивного тупня.

Кстати – тот корабль забрался до финиша. Я видел его, когда мы «спасали» катамаран Грозный Писк. Корабль стоял на якорной стоянке и выглядел бледной тенью роскошного себя прежнего. Но Весельчак хотя бы уцелел… другим так не повезло. И еще на его мачте развевался ало-золотой огромный флаг, говорящий, что корабль настолько сильно отличился в морских баталиях, что его наградили особым знаком.

ЧБ не дождалась от меня ответа. Но пока молчала. Однако уверен – она уже пересчитала мою гоп-компанию по головам и поняла, что из разношерстой волчьей стаи уже пропало несколько ее членов. Нет Орбита, Киреи, Дока, Бома, Роски и меня. Это сигнал красной тревоги. Баронесса не дура, а ее аналитики не зря пряники жуют и розги получают. Их так сочно балуют только за точные выводы. И они уже в один голос заявили – это побег! И никого не волнует, что я ничего больше не должен Неспящим – это они мне должны. Все равно нас будут искать. И первые крылатые патрули уже бороздят зарграадские пространства и смотрят на равнины и леса пытливым фирменным клановым взглядом… Не стоит забывать, что меня могут искать и другие кланы. Я больше не навигатор. Но закладка временного лагеря и доставка сюда «старой фракции» – это важно. А еще мои фирменные прыжки – о которых наверняка говорится в тех закладках информации, что система мне вывесила давным-давно, но я их закрыл, ибо мне не до чтения сейчас.

Полив семена стражей, я бережно убрал лейку в рюкзак – еще пригодится, стражей надо будет снова полить через час. А из другой посудины поливать нельзя – эффект будет, но стражи вырастут ослабленные. К впадающей в океан речке не пойду. Опасно здесь… воспользуюсь водой привезенной с собой – если Колыван все не выдул.

А пока можно коротко оглядеться. И подумать о плане действий на следующие несколько часов. Это самое критичное время. Скоро настанет ночь. Стена леса вокруг становится все мрачнее и страшнее. Оттуда вскоре может нагрянуть нечто такое ужасное, что все кошмары древнего леса Темный Край, расположенном на старом континенте, покажутся просто детскими шалостями. Мы не знаем, чего ждать. И поэтому ожидать следует худшего.

Расправившаяся с серыми белками Кирея добивала нечастные кедровые шишки. И при этом пристальное смотрела по сторонам – Беда выискивала те точки, где рождаются в респауне местные обитатели. Нам же ни к чему, чтобы те же белки появлялись прямо внутри лагеря? Стало быть, границы следует подогнать так, что на выбранной нами площадке не «рождалось» никакой живности. В том числе и шишек нам не надо – пусть они и безобидны вроде как, но они могут привлечь сюда белок. А белки привлекут других потенциальных хищников – тех же медведей. Посему пусть вся живность рождается за пределами будущего лагеря.

Лучше предусмотреть даже мелочи. Я понимал, что так называемая «старая фракция» явится сюда не с пустыми руками. У них будут средства защиты – и возможно еще невиданные до этого. Потому как это очень большое событие и администрация игры не позволит, чтобы по прихоти упершегося в неведомые дали бывшего великого навигатора все прибывшие сюда волшебники, мудрецы, политики, священники и опытные воины были попросту сожраны медведями. Или белками… такого не случится. Из важных гостей некоторые будут дублировать друг друга, поэтому смерть одного или двух из них вполне возможна и мало на что повлияет – их функции на себя возьмут другие. Но чтобы была уничтожена какими-то белками вся делегация со старого континента и только из-за того, что поблизости нет надежной армии игроков… этого не допустят.

Старая фракция сможет постоять за себя.

Но! Всегда есть хотя бы одно «но». Сюда пошлют очень могучих воинов и магов, но даже они не бессмертны. И чтобы не устраивать здесь боевик с незамысловатым сюжетом «триста героев со старого континента против всего Зар’граада», те же Бессмертные, когда поймут, что некий Росгард снова выдрючивается, попросту сдадут наше местоположение любому из ближайших кланов. Чтобы ребятки нагрянули как раз в нужный момент и спасли несчастных от лютой смерти. После чего Росгарда и его компанию, как явно не оправдавших надежды высших сил, тихо и мирно отстранят от дел. Или предложат заняться теми же белками… – ведь не зря же мол серые шастают вокруг. Может хотят что-то сказать? Так изучите же беличий помет – вдруг это хитро замаскированное и пахучее мудрое послание беличьего древнего народа?

Чтобы этого не случилось, и чтобы не становиться вынужденным специалистом по беличьих отходам, надо не допустить хотя бы больших ошибок. И тем самым выгадать себе достаточно времени, дабы успеть хапнуть несколько самых важных заданий, часть из них выполнить, после чего взять еще больше поручений. И потом пусть прибывают другие игроки – это уже не будет столь катастрофично для моего первого в жизни столь большого плана не лишенного некой дерзости.

ЧБ пока молчит. Но вскоре она попробует вновь. И обязательно постучит в приват к моим спутникам. И сразу поймет, что Рос снова выдрючивается…

Черт! Прицепилось слово! Все время думаю про белок и про выдрючивание…

Со вздохом, я наполнил вновь вытащенную лейку теплой водой и принялся поливать уже пустившие первые ростки семена древесных стражей. Растут убийцы будущие… вон как хищно землю ковыряют.

– Местность очищена! – оповестил Бом о своем немалом достижении – Даже пни вырвал!

– Монстров уничтожила, точки респауна засекла и отметила – доложила и Кирея.

– Водяной призрачный страж Клетка-Ненасытка готова, ей-ей, торнадо нам за пазуху! – звонко отчиталась приплясывающая Роска. Рядом с ней, держа в руках уходящую в воду и подозрительно светящуюся веревку, стоял довольно лыбящийся эльф.

Так… это не раки…

– Частично проверил флору – прохрипел невероятно посиневший Док – Грибы с черной шляпкой лучше не есть!

– Разбивай лагерь, босс! – громыхнул полуорк – Чего тянуть? Пока вокруг тихо и ночь не настала. Светильники я приготовил. Если прибывшие светом не озаботятся – я сам здесь все так иллюминирую, что им придется солнечные очки даже во сне не снимать. Но потом каждую волшебную лампочку я им в счет впишу!

– Ладно – вздохнул я, покоряясь неизбежному и открывая в интерфейсе страницы ранее свернутой информации – Кашу мы заварили. Пора начинать расхлебывать, вишней мне об загривок и ананасом в лоб. Готовьтесь, орлы и орлицы, я начинаю…

Глава третья

Прибытие

Яростное пламя рванулось из глубокой трещины в земле и поглотило меня.

Вися в воздухе, паря в десяти метрах над землей, окутанный ярчайшим ревущим огнем, с широко раскинутыми руками, я был путеводным маяком. Вновь из моей груди бил яркий луч уходящий в бесконечную даль. Но на этот раз луч был не чисто янтарного цвета. Теперь к нему примешались оттенки багрового недоброго огня, оплетшие прозрачный янтарь подобно цепям от кандалов и подчинившими древнюю магию себе.

Магия Великих вперемешку с магией современной, исходящей от могущественных чародеев Гильдии Магов Альгоры. Я вновь указывал путь. Направление. Прямая линия от точки А к точке Б. Никаких зигзагов и остановок в пути. Никакого замедления или ускорения. Все почти мгновенно. Ведь это мощнейший магический переход.

Дабы только начать я потратил пятьдесят тысяч пунктов маны. Пил зелье за зельем, а затем вливал десятитысячные порции маны в начертанную на земле примитивную пентаграмму. Когда рисунок на земле засветился ровным красным светом, я ступил внутрь и, подняв руки, начал вливать ману уж в воздух над головой, где появился такой же рисунок, зеркалящий расположенный ниже. Еще пятьдесят тысяч пунктов маны. Это установило прямую вербальную и визуальную связь со старым континентом. Здравствуй магический телемост!

С той стороны на нас глянуло множество суровых и преисполненных важностью момента лиц – преимущественно бородатых. Но мелькали среди них и утонченные женские лики. Мы зрителей разочаровали – глухая ночь вокруг, мы все в грязи, большой волк чешет задней лапой за ухом, мелькающий на заднем плане мамонт пытается забрать у серошерстой белки последний ананас из наших запасов. А девчонка подросток еще и добавляет такие фразы как: «Ну и сборище, мачтой вам по сокровенному! Самые захудалые и дрянные пираты на моей памяти, вишней об загривок». Так что мы никак не порадовали мудрых старцев и дев.

Но они быстро опомнились, понимая, что не следует обсуждать внешность проводника, способного мигом доставить их к новым землям. Мне передали короткие инструкции и я, можно сказать не раздумывая вовсе, тут же их применил на деле. Бом напутственно орал: «меньше торжественности, больше дела! Загибай темпоральные линии к северу! И покруче!». Орбит от слов полуорка катался туда-сюда, чем добавлял нервозности ожидающей стороне – их лица тоже «мотались» туда-сюда, с сочувствием наблюдая за агонией лысого дистрофика.

Грянуло…

Аккурат после последней порции маны.

Берег тряхнуло так сильно, что из океана вылетел катамаран и прочертил борозду в прибрежном песке. И я медленно воспарил, с тревогой глядя на пульсирующий в глубокой трещине вулканический огонь. Надеюсь мы тут не Помпеи породили. Белки нам не простят..

Когда злобной гудящей колонне огня надоело терзать тело несчастного экс-навигатора, из моих раскинутых в стороны рук ударили струи огня. И над берегом Зар’граада появился гигантский багровый огненный крест. Жар был такой сильный, что полыхнули ближайшие кусты. Загорелись, но слава Богу не заговорили и ничего нам не поведали – а я уж убоялся.

Бьющий у меня из груди луч стал ярче на несколько мгновений, а затем резко сократился, уподобился натянутому резиновому жгуту, один из концов которого отпустили. Меня что-то ударило в грудь и, взбрыкнув опаленными ножками, я с воплем улетел в ночную темноту, где с шумом и хрустом приземлился прямо у лап удивленной белки, уронившей мне на ушибленную голову тихо стонущие ореховые ядрышки. Все же шишки живые… и меня снова не поймали…

– Свершилось! – торжественный глас заставил меня встать на карачки и развернуться вокруг своей ости. Подняв лик, я узрел высокого и могучего старца в богатой пурпурной мантии, опирающегося на посох и протягивающего мне другую руку – Росгард! Ты сумел!

– Ну здравствуйте, архимаг Тарниус – слабо улыбнулся я старому знакомцу, тянясь к его руке. Но тот подхватил с моего рукава одно из кедровых ядрышек, вгляделся в него и, удивленно хмыкнув, произнес – Какая диковина… Чего разлегся, Росгард? Вставай давай и пошли! Дел множество! А ты у белки орехи воруешь во тьме ночной… можно и более достойным образом найти себе пропитание…

С этими словами могущественный чародей удалился.

– Господи – простонал я, вставая – За что мне это все?

Стонал я не о себе любимом.

Тарниус. Вот кого сюда послали. И я уверен – архимаг сыграет не последнюю роль в начинающейся драме. Впору заранее ощущать себя виноватым. Я не из тех игроков кто близок с могущественными личностями мира сего. Я с ними чай не пью и кексы на брудершафт не вкушаю. Но Тарниуса немного знаю. Обладаю лично составленной на него характеристикой.

Могущественный, властный, решительный, категоричный, предпочитает рубить узлы, а не развязывать. В свое время архимаг сразу и без обиняков заявил – безумца Грима надо кончать. Нечего с ним лясы точить и пытаться образумить бешеного оборотня. Убить – и точка! Убей, принеси окровавленную голову, получи награду. Эта искусственная цифровая личность похожа на обнаженный меч всегда находящий себе дело.

И раз Тарниуса сюда послали, значит по крайней мере большая и самая могущественная часть «старой фракции» предпочтет любые проблемы решить, как можно быстрее жестче.

И послан он сюда Короной, дабы земли сии изучить и покорить. Любой ценой…

– Еще при первом знакомстве узрел я в тебе нечто особенное – говорил Тарниус, цепко оглядывая окрестности – Вот и снова совершил ты великое деяние. Там от чудища злейшего люд простой избавил, а теперь подарок богов преподнес.

– Благодарю от всей души, архмимаг Тарниус за столь добрые слова… – едва поспевал я за широко шагающим старцем.

Тот меня будто и не слышал:

– Сам король желает видеть тебя, Росгард. Вот указ и приглашение. На шесть персон сия бумага. Завтрашним вечером в королевском дворце Альгоры состоится особый торжественный вечер, на коем монарх оповестит дворянское сословие о грядущих возможностях, о новых землях и товарах, о новых морских путях и многом другом. Там же он хочет чествовать тех героев, что сумели совершить невозможное.

– Ага – ляпнул я, принимая несколько конвертов из плотной бумаги, украшенных замысловатыми вензелями и гербами – Надо – будем.

– Возможность вернуться путем магического переноса у тебя есть – кивнул волшебник, резко останавливаясь – Не пренебрегай королевским гостеприимством, Росгард! Возможно монарх захочет поручить тебе нечто… особое… я лично рекомендовал тебя как надежнейшего человека.

– Благодарю – поспешил я снова склонить голову.

Ого… великий архимаг Тарниус лично рекомендовал меня самому королю… есть от чего вскружиться голове.

– Помнится мне собирал ты некие старые доспехи, что в свое время принадлежали тому бесноватому и кровожадному безумцу… Серебряная Легенда…

– О да…

– Это еще один небольшой повод для тебя не пренебрегать торжественным вечером в королевском дворце.

– Ясно… неужели?

– Там и увидишь. Но подарки короля не бывают заурядными.

– Понял! Завтра вечером буду во дворце!

– И этот вечер для крайне узкого круга лиц, Росгард. Подумай сто раз о том, кого хочешь пригласить с собой. Это не рядовой великосветский прием. За столом окажутся первые лица многих королевств и княжеств. Там соберутся парящие в недосягаемых небесах орлы. Некоторые впервые за долгие годы оставят затворнический образ жизни и покинут свои замки и цитадели ради встречи с призвавшим их королем Альгоры. И потому не стоит брать с собой кого попало.

– И снова благодарю за мудрые уроки.

– Загляни и в Гильдию Магов – уже не столь жестким тоном добавил Тарниус – Вручат тебе небольшой благодарственный подарок и от нас. Потом посети Гильдию Картографов – и они будут рады одарить тебя. Ведь ты даровал им возможность описать в картах новые земли…

– Хорошо…

– Что ж… место для будущего лагеря выбрано неплохо. А наши силы здесь хоть малы, но крепки. Как-нибудь справимся с местными опасностями.

– Тоже так думаю – согласился я, оторопело глядя на «силы малые, но крепкие».

Огненный крест давно исчез, оставив после себя быстро затухающую пелену невероятно мощного телепорта. И через него один за другим проходили боевые десятки. Они шагали друг за другом, спеша прорваться через немыслимо далекое расстояние разделяющее две суши. Воины, маги, травники, лучники и арбалетчики, и снова тяжелые кирасиры несущие в руках двуручные топоры. Тихими мышками проскальзывали личности в обычной одежде, несущие за спинами огромные плетеные коробы набитые до отказа. С их поясов свисали многочисленные инструменты что сразу выдавали род их деятельности – мастера по дереву, кузнец, лесорубы, землекопы, каменщики, строители. А затем снова воины и чародеи. Расы разнились. Они шли сюда вперемешку. Некоторых вносили на руках – в огромных бочках, аквариумах. Другие закатывались сами, пребывая внутри больших водяных пузырей. Ахилоты. Они прибывали с удивительной стремительностью. И сразу же попадали в магически созданный одним из могущественных магов широкий ручей, прямой лентой уходящий в океан. По рукотворной реке ахилоты уплывали к привычным водяным просторам и быстро заполняли небольшую бухту. Они избегали только одного места – той части дна, где покоилась созданная моей дочерью и Орбитом клетка-раколовка. Или как там ее…

Прибывали и животные, тащащие на себе и за собой внушительное количество грузов. Там было все – ящики, бочки, тюки, связки, штабеля. Оружие, припасы, стройматериалы.

А затем опять шагали воины… и маги…

Тарниус сильно приуменьшил действительность. К мигу когда с глухим хлопком магический мост разрушился, через него успело перейти около трех сотен «местных»! Две трети – боевые силы. Еще треть – рабочие. Впрочем, здесь не остров на котором триста новых гостей казались бы внушительными. Здесь гигантский материк. И триста «местных» на фоне тысяч прибывших сюда игроков казались полной ерундой… капля в океан.

Многие маги разбежались в стороны и, не покидая пределов площадки, занялись защитой будущего лагеря. Десятки магических аур и защитных полей встали между нами и природой Зар’граада многослойной непрошибаемой стеной. С шумом сделали первые шаги големы, начавшие патрулировать окрестности и заодно валить древние деревья. Эльфийские маги занялись поставленными нами древесными стражами. И под потоками их зеленовато поблескивающей магии стражи на глазах росли, набирались сил. Вскоре стражи окружили лагерь растительной шипастой стеной, внутри которой вспыхивали и гасли загадочные зеленые огоньки, виднелось смутное движение и чувствовались многочисленные тяжелые взгляды сверлящие каждого проходящего мимо. Чужаку не стоит заходить в выросшие дебри – там его быстро превратят в мелко нарезанное органическое удобрение с примесью дурных мозгов.

От одного новоприбывшего к другому рыкающим медведем метался полуорк Бом, быстро находя общий язык и принимая поручения целыми пачками. За Бомом следовала Кирея и зачастую они вдвоем тут же выполняли то или иное поручение – прямо за секунды. Сейчас особенно сильно требовалась физическая сила и эти двое подходили идеально. Вырыть яму, разбить камни, поднять столбы и подержать, натянуть тенты, вскрыть ящики, спустить бочки с повозок, помочь выгрузить наковальню и так далее и так далее. За десяток минут эти двое выполнили больше пятидесяти заданий! Пятидесяти! Прямо на моих глазах – пока я слушал Тарниуса, а затем просто стоял рядом, дабы быть готовым принять некое особое поручение.

Бом заранее предупредил Киру, чтобы она не брала ни одного поручения сама. Она из Альбатросов. И многие задания были с наградой заключающейся в повышении репутации со старой фракцией. И это уже слишком – чтобы за наш счет чужой клан повышал себе уровень репутации.

И потому Кира клан Альбатросов покинула, воспользовавшись для этого соответствующими опциями. Проделала это решительно и быстро. Мы и охнуть не успели. Но я был рад. Будто от тяжелого груза привязанного к ногам избавился.

Мы все были в группе. И поэтому любое задание считалось выполненным сообща. И любой провал – тоже сообща. Пока неудач не было и это радовало. Бом на удивление ловко выбирал задания, в первую очередь принимая те, что можно было выполнить сразу же, а что посложнее оставляя на потом.

Ничего не делая, я стоял рядом с Тарниусом, а моя репутация медленно росла сама собой. Еще я получал опыт. Бом забирал остальное материальное из награды – эликсиры, предметы экипировки и оружия, свитки, деньги и прочее. Все потом отправится в особый шатер – наш личный, поставленный прямо в центре площадки и, стало быть, сейчас защищенный со всех сторон также хорошо, как и Форт Нокс. И это тоже идея Бома, высоко оцененная и поддержанная Кирой.

Вокруг нас лихорадочный муравейник. Шум дикий. Лагерь строится на глазах. Уже поднялось несколько больших разноцветных шатров. Пошли по лагерю первые пятерки воинов, начавших внутреннее патрулирование. Их сопровождали гигантские собаки могущие вызвать энурез одним своим видом. Над нами парят едва различимые крылатые силуэты трех драконов, временами закрывающие собой звезды. Еще один патруль. Повсюду падают деревья – за пределами лагеря. Слышен рев убиваемого зверья, истребляемого беспощадно. Старая фракция создает буферную зону окружающую лагерь. Что ни единого червя там не ползала. Ни единого росточка не росло. Все на полном серьезе. Они не знают, чего ожидать от Зар’граада и поэтому готовятся ко всему сразу. Уверен, что и в океане творится то же самое. Вскоре бухту надежно запрут, отделят от открытых вод. Без разрешения сюда не сможет войти ни один корабль, не заплывет ни одна крупная рыба.

Пока я таращился вокруг – не как глупая рыба выброшенная на берег, а ради изучения панорамы событий – Тарниус куда-то испарился. Тем самым архимаг дал понять, что наша короткая беседа завершена. Что ж – я благодарен ему за тонкие и мудрые советы. А теперь пора заняться более приземленными и даже грязными вопросами.

Спустя десять минут я выполнил уже три задания. Три задания за десять минут! И это я еще медленно работал. И у меня уже висело еще четыре спешных поручения полученных прямо на бегу от орущих воинов, жрецов, чернорабочих и ремесленников. Трезво оценивая свои силы, я брал лишь ту работу, что мог выполнить не покидая лагеря. Сейчас расстояние против нас. Пока ты будешь бегать в поисках алого цветка по дальней роще, пройдет около часа. Итог – одно задание за час, пусть награда и велика. Но я лучше выполню за это время двадцать крохотных квестов, примитивных до жути, но выполняемых с легкостью. Принести или унести воду, выкопать неглубокую яму, притащить камней для будущего очага, подержать веревку, подержать три веревки сразу, подержать толстый шест в вертикальном положении, прорезать дыру в огромном полотнище, привести корову и увести собаку…

Задания ошеломляли своей «мелкостью». Награды крохотные.

Но на сотом задании мы подняли +1 к репутации со Старой Фракцией.

Спустя два часа, тяжело дыша, выглядя перемазанными в черной грязи кабанами и свинками, мы выполнили двести пятьдесят заданий. И получили еще +1 к репутации со Старой Фракцией. Это огромное достижение. И мы не скрывали своего ликования. Роска помогала нам во всем, проявляя поражающую силу и ловкость. Божественные гены… а характер в папу…

Спустя четыре часа, глубокой ночью, мы добились еще одно прибавки +1 к репутации со Старой Фракцией. Ликование было столь же бурным, хотя у меня в глазах уже все плыло – не из-за утомления, а из-за слишком большого количества болтовни, беготни, мелькающих лиц, звучащих голосов, стука и грюка инструментов…

К этому времени небольших и коротких заданий почти не осталось. А новые появлялись редко. Теперь почти все поручения вели либо в открытый океан, либо в далекие леса, либо в звездное небо. Еще можно было заняться подземными работами – прибывшие сюда гномы уже начали подкоп под холм, уйдя в землю со скоростью автоматического бура. Теперь им требовались бревна и камни для крепи, да и рабочие с крепкими руками и спинами не помешали бы.

Всего за шесть с небольшим часом моя команда совершила невозможное. Мы выполнили уйму заданий, заработав немало золота, получив много различных предметов, немного опыта и +3 к репутации со Старой Фракцией. Это практически наш предел.

Именно в этот момент я заставил Киру покинуть Вальдиру и отправиться домой спать. Настоял на этом, сам не знаю почему – паладинша как всегда выглядела настоящим боевым кремнем, но я все же отправил ее в реал, напомнив, что в холодильнике стоит огромная миска с вкуснейшим салатом. Это решило дело.

Потом сдался Док. У него началось Затухание. Мы переговорили, его худая шатающаяся фигура привалилась к бочонку с маслом и замерла. Вскоре его персонаж растаял в воздухе. Штатный врач отправился спать.

Забралась в спальный мешок Роска, предварительно убедившись, что огромный тюк ее личных вещей находится в целости и сохранности. Там ящик с рыболовными снастями, удочки, памятные сувениры, одежда, оружие, деньги, книги… там просто океан различных штуковин.

В итоге самыми стойкими остались двое – я и Бом.

Меня держала ответственность – ведь это я заварил всю кашу.

Бома держала жадность. Он просто не мог пойти спать, понимая, что есть возможность взять еще немало поручений сулящих различную выгоду. Полуорка потряхивало, он клацал клыками, сжимал и разжимал ручищи, с огромными мучениями выбирая наиболее подходящие задания.

Под конец он взялся за три дела сразу и покинул лагерь, хрипло пообещав скоро вернуться. Я столь же хрипло пожелал ему удачи, а затем выключил полную блокировку сообщений, дав возможность избранным адресатам связаться со мной.

Готовясь отправить короткое сообщение, я оглядывался радикально изменившуюся площадку.

Ровными рядами тянутся десятки разноцветных шатров. У входов высятся шесты с трепещущими флагами и вымпелами. По углам лагеря появились деревянные дозорные вышки. На каждой по несколько стрелков. Линия обороны из древесных стражей дополнена еще не законченным частоколом, стоящие у последней прорехи рабочие удерживают бревно, по которому с шумом бьет магический каменный молот. Вдалеке големы довершают расчистку полосы безопасности, валя толстые деревья и с корнем вырывая маленькие. В центре лагеря небольшая квадратная площадь, там же светится каменная колонна покрытая множеством рун, из которых три прямо-таки полыхают алым светом – это ключевая комбинация.

Вдоль побережья тянется невысокая стена сложенная из больших валунов и щебня, сплавленных в монолитную конструкцию при помощи магического огня. На воде покачивается несколько строящихся огромных плотов, чуть в стороне, на узком пляже, два десятка рабочих слаженно работают топорами, вырубая из трех толстых бревен сердцевину и обтесывая их концы. Это будущие лодки. Первый флот.

Мой Грозный Писк ушел в первое плавание – без меня. Тарниус взял катамаран во временное пользование.

Что творится под водой – понятия не имею. Но это самая отстающая часть лагеря. Ахилотов прибыло не так уж и много. Помощи мы им оказать не могли, а среди нас игроков-ахилотов нет. Как результат – большое отставание по сравнению в наземной частью лагеря.

Понимая, что наш временной лимит исчерпан, я коротко переговорил с Бомом и мы решили, что если и призывать зло, то зло старое и проверенное.

Я отправил сообщение Черной Баронессе.

И сообщение вообще не содержало никаких слов. Всего лишь скриншот светящейся колонны, представляющей собой локальный телепортационный «якорь», магический адрес лагеря. На него могли «навестись» маги обладающие особыми заклинаниями. Но при первом появлении, до тех пор пока владельцы «якоря» не вносили тебя в особые списки, ты мог появиться только за пределами огражденной территории. Мера безопасности. Иначе каждый враг с магией телепортации сможет появляться прямо на центральной площади. Я уже сообщил Тарниусу о том, кого собираюсь призвать и он – что меня совсем не удивило – был прекрасно знаком с Черной Баронессой и считал ее человеком достойным всяческого уважения. Ее имя и еще нескольких были внесены в список лично архимагом, а я получил отмашку.

Отправил сообщение…

Принялся терпеливо ждать. Мое ожидание длилось довольно долго – аж секунд девяносто…

Колонна налилась ярким светом и тихо зазвенела. Вот оно…

Вспышка…

Магическое свечение рядом с колонной быстро исчезло, оставив вместо себя знакомые фигуры.

ЧБ, Барс, Злоба, Шепот, Голди. Красиво то как стоят… в напряженных таких позах… боевой лихой порядок.

За частоколом послышалось множество голосов – там «вывалились» из вихря переноса игроки чьи имена я не передал Тарниусу. Они тоже из Неспов, но не мог же я перебирать десятки имен. Мы с Тарниусом позволили «ядру» появиться красиво, остальные пусть проходят через ворота – хотя их еще не доделали.

– Рос! – крик Баронессы был переполнен самыми различными эмоциями.

Я пожал плечами и, сидя рядом со спальным мешком Роски, где изволила почивать юная богиня, вжал кнопку «выхода».

Ничего личного, уважаемая. Это только бизнес…

Если бы у нас оставались силы, я бы подождал с вызовом Неспящих, но силы кончились, легкие задания тоже кончились. Мы выжали из ситуации все возможное. Теперь надо выспаться, набраться энергии и завтрашним утром заняться крайне важным делом – созданием первого зар’граадского клана. С архимагом Тарниусом я уже поговорил, и он выразил скупое одобрение. Но тут же потребовал, чтобы будущий клан первые три дня отработал на благо Старой Фракции, нуждающейся в поддержке. Я пообещал. И мы ударили по рукам.

Так что завтра к полудню нас ждет особая церемония.

Одно плохо – названия для будущего клана я так и не выбрал.

Ничего страшного – завтра выберу. Уж с именами у меня проблем нет! Я всегда выбираю отличные имена!

Не стану хвастаться, но, похоже, я наделен особым даром при выборе имен. Поэтому и тревожиться не о чем…

Глава четвертая

Клан

– Что-то зябко мне – жалобно признался я, передергивая плечами и переступая ногами. Хожу ходуном как старая скрипучая лестница, на которую взобрался чрезмерно тяжелый битюг – Давай все отменим к чертям, а?

– Рос! – возмущенно запыхтела Кира, изящной ладошкой с невероятной легкостью подталкивая меня вперед. Я упирался. Мои негнущиеся ноги оставляли на земле глубокие борозды.

– Я вот полночи ворочался! Уснуть не мог. Думал, думал… и передумал.

– Врун! Ты спал как убитый!

– Имею же я право передумать, верно? У нас же демократия. Свобода воли. Как там сказал великий Гамлет в оригинале? О! Вспомнил! Ту клан ор нот ту клан? Нот ту клан! Видишь? Даже всемирная классика говорит также!

– Врун! Двойной врун! Гамлет говорил не так! Рос, хватит придуриваться. Поправь алый плащ и выходи из шатра!

– И плащ я не хочу! Это же ужас! Алый! С золотым шитьем! Выгляжу как позер дешевый!

– Плащик тебе очень идет, милый. Ты в нем просто очаровашка. Еще кудри подвить и просто шикардямба! Спину выпрями, смотри гордо и твердо, но с глубоким пониманием и внутренней неистощимой добротой. Смотри поверх голов, но не свысока, взгляд не опускай, но нисходи.

– Как-как?! Куда-куда?!

– И улыбайся с дружелюбной теплотой. Нейтральной, но многообещающей. Ступай не широко, но и не семени. Плащ придерживай, но пусть он свободно свисает с плеч и колышется на ветру предзнаменования.

– Как-как? Что-что?!

– Выходим! И-и-и-и… р-р-раз!

Полог шатра откинулся. Внутрь упали лучи яркого полуденного солнца.

– Ну, давай – прошептала стоящая за моим правым плечом Кирея Защитница закованная в полный сверкающий доспех – Скажи слова приходящие на ум…

– Твою так…

– Рос! Не такие слова!

– Сама же сказала – какие придут на ум.

– Ничего не говори. Просто улыбайся…

Я сделал первый шаг. Затем еще. На третьем шагу за моим левым плечом встал массивный полуорк Бом, выглядящий огромной башней, способной с легкостью отразить яростную атакую любого дракона. Мы ступили на расстеленную на траве алую красную дорожку и пошли дальше. Я старался не обращать внимания на сотни чужих лиц маячивших со всех стороны. Каждый что-то говорил. Подбадривал и подкалывал.

А народу было много.

Видит Бог – очень много.

Не сосчитать. Но даже навскидку, нас окружало больше двух тысяч игроков, принадлежащих тридцатке различных кланов. Разноцветные плащи свисали с плеч, клановые символы поражали рисунками, рунами, иероглифами и вовсе непонятными отметками, что-то означающими лишь в понимании их создателей, а для остальных выглядящими мутными пятнышками на крапчатом фоне.

Я видел только первые ряды, изгибающиеся от напора стоящих сзади. Но и этого хватало. Несчастный лагерь стонал и трещал от такого количества игроков.

Было стремно. Не страшно. Просто стремно. Неуютно. Такая толпа и все пялятся на меня. А ведь я хотел проделать все тихо и спокойно. Зайти куда-нибудь в драный полутемный шатер заполненный шепотливыми недовольным сквозняками, коротко переговорить с суровым и сварливым старцем, восседающим на белой овчине или черной львиной шкуре. Он бы выслушал меня, кивнул бы остальным, дал бы четкие и лаконичные указания. Что-то вроде: встаньте кругом, сомкните плечи, трижды топните правой ногой…

Но провернуть сию операцию тихой сапой мне не дали. Куда там! Едва я об этом заикнулся – о тайне и сокрытии – как все на меня уставились с крайне удивленным видом. Даже Кирея смотрела на меня с жалостливой сострадательностью. Так смотрят на самого мелкого поросенка, которому вечно не достается брызжущий вкусным молоком сосок.

А затем мне крайне популярно объяснили, что для каждой работы предпочтительно иметь свою рабочую униформу и окружение. Если в рваной грязной одежде и на лесном фоне вполне уместно выкорчевывать пни и сражаться с разными злобными тварями, то в этом же облачении и стоя посреди леса, основывать первый зарграадский клан совсем не комильфо. И посему большая просьба не возникать со своими дурацкими предложениями вроде «давайте все сделаем тихо», «может потихоньку?», «лучше всего посреди глухой ночи и в полной тишине». Все мои предложения были отметены и мне предложили передать все организационные вопросы личностям не витающим в облаках и обладающим трезвыми представлениями о окружающей реальности.

В связи с этим большую часть прошедшего утра я молчал в мокрую тряпочку. И обиженно наблюдал за тем, как вокруг меня в спешном порядке организовывается самое настоящее представление. Первым делом Бом громогласно объявил – проорал посреди лагеря – о точном времени начала предстоящей церемонии. А я засел в нашем личном шатре, вооружился писчим пером, взгромоздил на колени толстую стопку бумаги и принялся делать наметки тех дел, коими нам предстояло заняться в ближайшем будущем.

Кира меня предупредила сразу – воля кончилась. Свободе пришел конец. Отныне мой распорядок будет столь же жестким как у самым занятых менеджеров высшего звена. Я же повел себя куда хуже подруги – я не сообщил ей, что не собираюсь становиться менеджером высшего звена. И не собираюсь менять «поле» на кабинет заполненный скучными бумагами и еще более скучными беседами. По крайней мере прямо сейчас.

Изо всех сил стремиться к вершине, шагая по головам, преодолевая невзгоды, срывать ногти о заледенелые горные склоны, сталкивать в пропасти неудачников, предавать друзей и непрестанно копить, копить, копить денежку, а затем подняться все же на вершину, стать кланом легендой, уважаемым всеми и ненавидимой почти всеми… и зачем?

Один друг отца, что частенько заходил к нам выпить крепкого отцовского чая, был профессиональным восходителем. Он покорил множество гордых и кажущихся неприступными горных пиков. Взошел на множество вершин. И он как-то, прихлебывая чай, со странной кривоватой усмешкой, говорил отцу слова, которые я запомнил на всю жизнь. Он говорил о том, что достигнув высоченной вершины, ты оказываешься на крохотном и безжизненном пятачке обдуваемом ледяным воющим ветром. Стоя там ты испытываешь ощущения, которые не передать словами. Это надо пережить и это навсегда останется с тобой. Но вот беда – остаться на вершине не получится. Там нельзя жить так же, как нельзя жить на Луне без скафандра. И пробыв на вершине совсем немного, ты вынужденно покидаешь ее, оставляя место, ради достижения которого потратил все силы без остатка и даже сверх того… ты уходишь и не оглядываешься. И ты уходишь не победителем – потому что горную вершину нельзя победить. Во всяком случае навсегда. В одном из последующих восхождений друг отца погиб. И его тело так и осталось там – на горном склоне недалеко от очередной и так и не покорившейся вершины.

Я не слишком умный парень. Но могу понять, что не стоит стремиться к этому странному главенству над всеми кланами Вальдиры, к тому, чтобы стать самым богатым, сильным и знаменитым кланом. Если мы и достигнем этой далекой вершины, нас с нее выпнут так быстро, что даже открывающимся оттуда видом насладиться не успеем. И чем ближе ты к вершине – тем сильнее и злее грызут тебя со всех сторон. Долгое мое пребывание с кланом Неспящих подтвердило это. Так что, к возможному разочарованию амбициозных друзей, я не собирался брать курс на «горную гряду». Фигу. Мы будем необычным кланом. Странным кланом.

Хватит с меня высоких целей и устремлений. Я уже не Великий Нави. Я простой игрок Вальдиры и достаточно обеспеченный человек в реале. Поэтому дальнейшие дни и недели я собираюсь посвятить не сидению в кабинете на вершине клановой башни и перебиранию бумажек, а путешествиям ради путешествий и приключениям ради приключений. В будущем же, может и остепенюсь. Вот тогда и засяду за рабочие бумаги. Но не сейчас.

Кире и Бому я подобного заявить не рискнул. Я не же не совсем дебил – меня бы удавили еще до церемонии как мятежный вредоносный элемент. Но вот лысому бедокуру, этой ядерной бомбе на тощих эльфийских ножках я все же истину открыл. Как широко заулыбался лысый эльф! Как широко! Его улыбочку смело можно было называть акульей. И точно так же заулыбалась стоящая рядом с эльфом девчонка подросток. Еще шире и куда более впечатляюще заулыбался огромный черно-белый волк. Нависающий над ними гигантский мамонт попытался повторить улыбку, но с его ртом ничего не вышло. Мамонт огорчился и треснул меня хоботом. Я выжил. После чего сказал, что намереваюсь совершить побег если и не «из-под венца», то незадолго до «брачной ночи». Позорное бегство от ответственности? Ни в коем случае. Просто передышка. А то я что-то стал настолько правильным, что самому от себя тошно….

Несколькими шагами позже к нам присоединились Крей и Кэлен. Мы шагали по ковровой дорожке среди напряженной и торжественной толпы. Над нами закружились тысячи цветочных лепестков. Струнная тихая музыка вливалась в уши так естественно, что я не сразу и заметил, когда она начала звучать. А вот и саксофон. Тут чересчур «сладко». Такое впечатление, что это не создание первого заграадского клана, а свадебная церемония. Только жених нервный и потный, а невеста в полном рыцарском доспехе, хорошо хоть забрало шлема поднято. Встает вопрос о добровольности жениха…

Следующими на ковровую дорожку ступили Орбит, Док и Роска едущая на медленно ступающем Тиране. Дальше мы шагали вместе. Нам не привыкать – мы уже долго шагаем вместе и нам это нравится. Действительно нравится. Так что я не против друзей и не против «узаконить» наши отношения клановыми узами.

Дорожка привела нас к изящной беседке эльфийского исполнения. То бишь – не сколоченной и не вырезанной, а выращенной. И сказал ты кусту – стань беседкой цветущей! – и сказал тебе натужно затрещавший куст – Хун Рун Херрогул! – что с эльфийского переводится как…

В беседке битком народа. Свободное место только у входа, прямо под перекрестьем пышных цветочных гирлянд источающих медовый аромат. Вокруг цветов вились светящиеся даже средь бела дня птички и бабочки. Под птичками стоял Тарниус, облаченный в праздничный балахон, в хорошо расчесанную бороду вплетены золотые нити, губы сложены в приветственную тонкую улыбку. Как раз о такой улыбке меня просила Кира, но в улыбках такому не политическому профану как я никак не сравниться с многоопытным Тарниусом, одним из главных в Гильдии Магов Альгоры. А теперь, с прибытием на Новый Материк, изменится вообще все в его карьере… тот еще зубр седой…

Я ступил ближе. Тарниус стоит на пороге, он выше меня на две головы, смотрит с отеческой теплотой. Тренькнуло сообщение. От Киры. Сигнал. Открыв рот, я разразился короткой речью, читая ее с висящего перед глазами цифрового блокнота. Речь краткая, выверенная, составленная не мной, но мною многократно прочитанная и одобренная.

Архимаг Тарниус меня благосклонно выслушал. Кивнул. Развел руки и разразился речью. Куда более громкой, пространной, обращенной даже не ко мне и моим друзьям, а ко всем собравшимся. И про новый клан там было не больше пары десятков слов. Основной упор могущественнейший дедушка сделал на мотивацию игроков продолжать жечь и грабить Зар’граад, собирать трофеи и тащить их сюда для скорейшего изучения, нарезать и нарезать в собственность свою и короны новые участки земли.

Межу по всему Зар’грааду!

Проложить тропы и дороги повсюду! Выстроить гати в болотах, пробить тоннели в горах!

Вырубать леса, собирать растения, дробить камни, убивать диковинных зверей и птиц, вылавливать водных созданий сетями и взрыв-зельями, выискивать потаенные древние места! И самое главное – неустанно искать любые следы разумных существ живших или побывших здесь до нас.

Вот так вот…

Речь длилась минут сорок!

И слушали ее жадно, записывали аудио и видео, конспектировали. Вся двухтысячная толпа игроков слушала наставления стоящего в увитой цветами беседке величественного седого старца. И судя по их поведению, сразу после церемонии они собирались претворить все наставления Тарниуса в жизнь. Хотя они и так уже успели многое сделать на новых территориях… Но теперь, после зажигательной речи в нервном диктаторском стиле, их жадность удесятерилось. Это видно невооруженным взглядом…

Речь хорошо завуалирована, но ее сути это не меняет. Жечь, грабить, убивать! Жечь, грабить, убивать! Отдохнуть часок… и снова – жечь, грабить, убивать! Жечь, грабить, убивать!

А про нас всего ничего… но с теплой улыбкой!

Исполнив свой политический долг великого наставника, Тарниус отпил вина и вернулся к теме первого зарграадского клана. Еще пара сотен громких напыщенных слов и выражений надежд, немало похвал юным авантюристам решившим остепениться и создать боевое братство. Я подумал, что у нас скорее сестринское братство или братское сестринство, причем далеко не порядочное и не степенное, скорее полубезумное. Подумал и с огромным трудом удержался от неподобающего смешка. Сумел сохранить неподвижность лица, но отписался про отмороженное сестринское братство Орбиту. Через секунду послышалось сдавленное прысканье лысого эльфа. Стоящая рядом со мной Кира выбросила назад стальной кулак и на землю шлепнулся блаженно улыбающийся оглушенный Орбит. Я поспешно обратился в столп внимания, не желая получить нравоучительную оплеуху от паладина.

– Дядюшку Орбита колбаснули! – завопила Роска, падая на колени рядом с валяющимся на ковровой дорожке эльфом – Не-е-е-ет!

Прервавшийся Тарниус кашлянул, провел ладонями по бороде, с большим вниманием глядя на причитающую девчонку, потенциальную юную богиню. Похоже, мудрый «местный» понял, что если он продолжит речь дальше, то вся церемония превратится в фарс. И не став продолжать начатое предложение о великой роли юных кланов в освоении целинных земель Зар’граада, он перешел сразу к делу.

– И каково же название будущего и первого клана основанного в сих землях, о Росгард? – спросил старик, вперив в меня суровый взор – Что пришло в голову твою и соратников твоих?

«Лучше вам не знать все варианты»… – подумалось мне.

А вообще Тарниус прав. Названий пришло столько, что мы исписали десятки страниц с различными вариантами.

Безумцы гордых реалий.

Боги, боги и шуты.

Мамонтовые волки.

Рыболовы Вселенной.

Рыбаки Мироздания.

Легендарные первопроходцы.

Открыватели печатей.

Ломщики реалий.

Стремительные богачи.

Любопытные ловкачи.

Грачи Кулвасных Ромбов.

И это лишь крохотная часть запомнившаяся при прочтении.

Откашлявшись, я ступил ближе, открыл рот… закрыл, пожевал губами, выплюнул пискнувшую светящуюся птичку, снова открыл и произнес:

– Герои Крайних Рубежей.

– Пф… – огорченно буркнул лежащий на ковре эльф.

Кира приподняла стальной сапог и Орбит поспешно умолк.

Ну да. Эльф очень надеялся, что я назову клан побезумней.

– Герои Крайних Рубежей – повторил Тарниус и его слова разнеслись над всем лагерем, донесшись до каждого уха и прозвучав в каждом сознании.

Над нами – теми, кто встал на дорожке плечо к плечу и решил создать клан – загорелось золотистое мягкое сияние. Едва слышный звон колокольчиков заставил задрожать сердце и душу – вот-вот что-то случится. Из наших тел вылетели тонкие светящиеся жгуты и соединились воедино.

Рев невидимых медных труб с серебряной окантовкой зазвучал громко, но не оглушающе. Самих музыкальных инструментов не было в зоне видимости, но слушая мелодичный и очень «дорогой» звук, я почему-то не сомневался – трубы сделаны из превосходной чистейшей меди и украшены прекрасным серебром убивающим микробы в выдохе трубача…

– Да будет так! – заключил архимаг Тарниус, сводя ладони вместе. Я успел заметить крохотный золотой листок или пластинку, что на крохотный миг полыхнула ярчайшим светом и пропала. Особа печать? Интересная штука. Но сейчас это неважно.

Герои Крайних Рубежей…

Сделано…

Первый клан буквально только что открытого материка Зарграада успешно создан.

Мы все – члены нового и первого здесь клана – навечно вошли в историю.

Нас немного.

Я. Человек Росгард.

Человек Кирея Защитница.

Эльф Орбит Хрустилиано.

Полуорк Бом-Бом Тащу-Качу.

Человек Доктор Вай-болит.

Гном Крейвен Серый.

Человек Кэлен Ищущая.

Роска, дочь Росгарда, с виду обычная человеческая девчонка.

Да, моя дочь стала частью новой официальной семьи и дружеского «сестринского братства». И Тарниус даже не попытался оспорить наше решение. Нет, он немного взбрыкнул, нахмурил седые брови, собрал складки над переносицей, но затем столкнулся взглядом со стоящей рядом со мной Роской и разом пошел на попятную, мирно кивнув и не став возражать.

«Местных», особых, важных, близких или даже любимых жителей мира Вальдиры можно принимать в кланы игроков. С достаточно недавнего времени – это стало возможным чуть более года назад. У большинства игроков есть подружки или парни «местные». Такая вот человеческая натура – мы даже в игре найдем себе любовь. Поэтому, дабы подчеркнуть принадлежность «местного» к тому или иному клану, игроки включают его в состав, дают клановые плащ и регалии, предоставляют также доступ в особые здания, куда нет хода никому, кроме сокланов – это дает возможность быстро найти убежище. И это дает возможность клановым лидерам и их доверенным лицам мониторить состояние «своих» «местных». При помощи кланового символа видеть их состояние – здоровы ли, не больны ли, не ушли ли пешим ходом в темные земли… Но эта функция доступна только при наличии кланового символа. Который не так-то и легко заполучить. Но у старых мощных кланов символы имеются. Как и КЛАУДы. Некоторые кланы вообще можно смело сравнивать с ядерными державами.

Но «местных» нельзя включать в списки «основателей». Они не могут совместно с игроками основать новый клан. Включить их в уже существующий клан – возможно. Основать вместе с ними новый – нельзя. Чиновники проводящие церемонию основания никогда не соглашались. Я особо и не надеялся – разве что на свои личные заслуги перед Тарниусом и на истинную суть и потенциал Роски. И получилось. Сработали не мои заслуги. Сработал потенциал Роски, как я думаю.

Дело в том, что Тарниус личность особая, с невероятно развитыми умениями, разумом и… инстинктом самосохранения. Мне уже приходилось убедиться, что Тарниус если кого и побаивается – так это богов. Случай с упоминанием имени Снессы доказал это и даровал мне часть Серебряной Легенды задолго до окончания одного важного квеста.

Роска пока не богиня. Никто не знает, что именно вырастет из этого юного улыбчивого ростка. Вот только если Роска станет могущественной богиней, она не забудет, как какой-то там жалкий архимаг не позволил ей укрепить семейные узы с любимым отцом…

Тарниус отступил. Сверкнул глазами, дернул бровями, но отступил…

– Клан «Герои Крайних Рубежей» создан! – повторил Тарниус, вздевая вверх правый кулак – Аль-ань-кар! Аль-ань-кар! Аль-ань-кар!

И все собравшиеся – ну или многие из них – тут же отозвались ответным оглушающим ревом:

– Аль-ань-кар! Аль-ань-кар! Аль-ань-кар!

Древнее выражение, суть которого я не знал. Но, наверное, что-то важное, пришедшее к нам из мутного и запутанного прошлого. Не нашего прошлого – вальдирского. Но смысл быть обязан.

Еще раз проплакали фанфары. Количество «выпавшей» перед моими глазами информации можно было сравнить только со снежным бураном. Я столько строчек в жизни не видел. И лишь часть из них была праздничной, в то время как остальные были настолько сухими, что без бутылки рома их не одолеть.

Застыв – невольно застыв как слепая тетеря – я потратил секунду на размышление. Подождать или сразу начать разгребать информационные завалы? Но Тарниус решил все за меня. Вот дед! Вздев к небу и левый кулак, он дернул бровью, между кулаками сверкнула багровая молния, к небу рванулся вопль старого пастуха подгоняющего сонное стадо:

– Основали? Прекрасно! Поздравили? Отлично! Праздновать? Времени нет! Пред нами лежат земли заповедные и почти необъятные! Кто знает, что ждет нас там? Что за угроза таится? Кто поджидает во тьме подземелий и на вершинах седых гор? Кто скрывается на речном дне и в темных оврагах? Есть ли что удивительное в дальнем и пока еще безымянном болоте? А что это за древние руины на горизонте? Нет, не время сейчас праздновать! Не время! Всех призываю! – на завоевания! Мы должны покорить эти земли! И только затем уж праздновать! Дун-Дун-Грал! Дун-Дун-Грал! Дун-Дун-Грал! Дарую всем, кто здесь предо мною Величайшую Ауру Поиска! Сроком невеликим, но силою немалою! И каждого сведения аль добычу отменную принесшего награжу по справедливости, щедрости своей не урезая!

– Р-Р-Р-А-А-А!!! – отозвались почтенные раззолоченные собравшиеся и начали в массовом порядке исчезать.

Позабыв про информацию, я воззрился за зрелище сравнимое с паническим бегством. Такое впечатление, что мне не корону кланового лидера дали, а венерическим заболеванием наградили – с такой скоростью все ломанулись прочь. Аж на душе нехорошо стало. И с непонятной мне самому тоской я глядел на спины убегающих или на лики исчезающих.

Лагерь опустел примерно за минуту – для такого количества народа это потрясающий результат. Причина такой спешки тоже ясна – наложенная Тарниусом некая мега-супер-убер-крутая аура поиска. И обещание награды – все собравшиеся знали, что у седого сурового дедушки имеются ключики ко многих хранилищам Гильдии Магов Альгоры. Я лично видел одно такое хранилище и тогда еще поразился количеству хранящихся там ящичков, шкатулок, свертков, сундуков и прочих емкостей. Тарниус мудро решил, что может так и не повезти в следующий раз – чтобы в одном месте собралось столько рыл готовых к свершению подвигов и поисков и жадных до добычи и наград. Собрался с силушкой архимаг и наложил свой веский ВАП на всю толпу. А на дорогую нашим сердцам церемонию основания клана дедуля положил свой же и не менее веский… не будем о грустном, но я ему еще припомню. Стою тут как прокаженный в алом плаще с золотым шитьем… И вот ведь парадокс загадочный – еще минуту назад я прямо жаждал, чтобы чертова процедура завершилась как можно быстрее. Мое желание неожиданно сбылось – с волшебной быстротой. И тут мне стало обидно…

Я начал стаскивать плащ, но меня остановил Тарниус, внезапно ступив вперед и положив правую руку мне на плечо. Строго заглянув мне в глаза, он разразился еще одной речью, коротенькой, но на этот раз целиком и полностью посвященной новорожденному клану Герои Крайних Рубежей и его первому основному составу, включающему девчонку божественных кровей. Все заняло несколько минут, но речь была весьма насыщенной и касалась таких вещей как необходимость поддержания веры в славное будущее, умение сохранять веселый настрой и надежду в любых ситуациях, еще о бесстрашии, любознательности, крепости клановых уз и верности клановому знамени. Остальные – кроме Орбита и Роски – слушали столь же внимательно, как и я, почтительно внимая каждому слову архимага. Кроме нас не слышал никто – Тарниус прикрыл нас неким магическим куполом, так что видеть и слышать нас не мог никто находящийся снаружи. После речи он добавил еще пару теплых слов, совсем неофициально. А лично мне сказал, заглянув так глубоко в мои глаза, что показалось, его взор уперся мне в мозг, удивительные слова, причем слышал их только я, если верить оповещению системы:

– Еще при первой нашей встрече я знал – из тебя вырастет нечто особое. Широко ступаешь, прямо шагаешь, вверх глядишь, назад не оглядываешься. Так и поступай впредь и поймешь, что нынешняя достигнутая тобой вершина – всего лишь малый пригорок предстоящий настоящей великой горе, чья верхушка царит над всем и вся. Вот куда стремись, Росгард. Может и не доберешься, но пока не попробуешь – не узнаешь. Поэтому просто шагай.

– Спасибо, архимаг Тарниус, спасибо за такие слова – с заминкой отозвался я, совсем не кривя душой и удивленно глядя на такого мудрого «местного», вновь показавшего себя с неожиданной стороны – Я запомнил каждое ваше слово.

– И не бойся могучих великанов на своем пути – с хитрым прищуром добавил Тарниус – И они не всемогущи. И они не бессмертны.

– Благодарю за этот совет…

Я не рожден с геном прозорливой гениальности, но если я правильно понял, архимаг направил меня к той вершине, куда стремятся и более старые и мощные кланы, при этом посоветовав не страшиться этих кланов, обладающих немалой военной и экономической мощью. Во что это ты втравливаешь меня, дедушка прищуристый?

– Попозже, когда чуть улягутся облака пыли завоевания, найди меня Росгард, лидер клана Герои Крайних Рубежей. Такова моя просьба.

– Я услышал и понял вас, архимаг Тарниус – склонил я голову, скрывая странную улыбку удовольствия от того, что меня поименовали «лидером Росгардом». Теперь главное помнить, что между словами «поименовали» и «поимели» разница всего в паре выброшенных букв и не слишком задирать нос. Но все же приятно, черт меня побери!

Поздравляем!

Вы получили задание «Отложенная беседа с архимагом Тарниусом!»

Отыскать архимага Тарниуса по истечению несколько дней и побеседовать с ним.

Минимальные условия выполнения задания: побеседовать с архимагом Тарниусом.

Награда: нет.

Примечание: это поручение может выполнить любой из состава «основания» клана ГКР.

Примечание я заметил сразу. Вот даже как… это прямой намек, что у Тарниуса дело даже не ко мне, а ко всему нашему клану. Не иначе поручить хочет что-то интересное… и если я зашьюсь со временем, меня сможет подменить любой их тех, кто вместе со мной основал ГКР. Вот только не стоит поручать это дело Орбиту или Роске – иначе архимагу гарантирован вывих мозга и последующая долгая восстановительная терапия в каком-нибудь санатории для высокопоставленных волшебников.

Поручение я само собой принял. Благодарно кивнул. Тарниус кивнул в ответ и мягко провел над нами рукой. Еще один изумленный миг – мы получили тот же самый ВАП, но на этот раз сильнее на несколько процентов и действием в сутки игрового пребывания. Вот это поистине подарок великого архимага…

Чуть суховато улыбнувшись на прощание, архимаг удалился путем телепортации, оставив ни с чем парочку бежавших к нему припоздавших игроков. Висевший над нами магический купол развеялся.

– Вот это да!

– Ну ты и лопух – с легким раздражением, но в то же время с гордостью, произнесла Кира – Хотя может этим ты и берешь, милый? На фоне мужественных рыцарей и уточненных дам блещешь и плещешь кривым деревенским энтузиастом…

– Я тебе уши надеру – пообещал я и тут же поправился – В другом мире… не в этом…

Ага. В этом мире, едва я потянусь к нежному ушку могучей паладинши, меня пнут так сильно, что я улечу обратно на Старый Континент.

– Надо действовать! – очнулся от оцепенение гигантский полуорк Бом – Действовать пока действует действие ауры!

– У-у-у – скривилась Кэлен, по совместительству являющаяся репортером известного игрового издания Вестника Вальдиры – Сочетание одинаковых слов убивает. Насчет действующего действа – я пошла писать статью! Про основание первого заграадского клана. Учитывая, что я шла по ковровой дорожке и все видела и слышала воочию – у меня эксклюзивные права на эту статью! Сам Мохнатонос Аркский, главный редактор ВВ, подтвердил это! Так что в ближайшие часы я занята! Вот прямо тут и начну…

У волшебницы в праздничном платье слова не расходились с делом. Чуть отступив в сторону, она опустилась на скамью, полускрытую кустом цветущей местной сирени невероятно густой фиолетовости и пахучести, после чего прикрыла глаза и видимо начала творить. Затихла как мышка… быстро наши ряды редеть начали…

– Отправляемся – поддержала Кира полуорка.

– Дел полно – согласился Крей.

– Ур-р-раа! – отмер Док.

– Отправляемся наружу и гребем все, что гребется! – зарычал воинственно Бом и осекся, наткнувшись взглядом на мою поднятую ладонь.

– Нет – качнул я головой – Делаем иначе. Кроме меня и Бома все остаются здесь. Выполняют те задания, которые потянут, сгребают как можно больше трофеев в наши закрома. Закажите кому-нибудь из свободных подмастерьев сколотить как можно больше новых деревянных ящиков и сундуков. Главная – Кира.

Обведя примолкших соратников взглядом, я наконец стащил с себя надоевший плащ и продолжил:

– Я и Бом отправляемся на Старый Континент с помощью моего нового и временного умения сверхдальней телепортации. Тащим с собой все местное – растения, минералы, живых зверей, рыбок диковинных, вкусностей и гадостей. И там Бом устраивает аукцион, продавая все даже не втридорога, а… – я замялся, подыскивая нужное преувеличение и уловивший суть полуорк тут же пришел на помощь, веско произнеся:

– Со стократной наценкой. Алхимики ради создания новых рецептов с руками все растения и прочие ингры оторвут! Молоток, босс! Молоток! Летим!

– Ну да… пока Бом торгует, я отправлюсь в город Тишку. Там творится что-то нехорошее, война кругом, но у нас там важные дела… осмотрюсь немного. Так что пока лидер занимается беготней и прожиганием времени, все остальные трудятся на благо клана. И даже Кэлен – когда допишет статью для Вестника. Да, Кэлен?

– Умгу… – невнятно отозвалась девушка.

– Готовь площадку, Бом. Строй пирамиду. Если наших запасов из шатра маловато – рубите деревья и стаскивайте. Их перенесем. Только незнакомые деревья! Новые!

– Не поцарапанные! – радостно добавил Док и схлопотал подзатыльник от Киреи. Медицина едва не сдохла от такого тычка, а я продолжил:

– Остальные помогают стаскивать. И молча! О! Площадка – наш шатер и место вокруг него! Это нормально, когда хомяки стаскивают все в норку. Запасливые они. Все кланы такие. А если норка вдруг исчезнет – это уже наше дело. И никому ни слова – наше отбытие должно быть сюрпризом для всех. Разве что возьмем с собой парочку избранных – но без личных вещей!

– Начали! – зарычал хрипло Бом и крупным шагом направился к нашему шатру, таща за собой ушибленного врача. Я же повернулся к эльфу и попросил:

– Пригляди за Роской.

– Ладно – легко согласился тот.

– Я быстро вернусь. И начнем строить адские козни всем кланам подряд… или просто отправимся туда, где еще никто не бывал.

– Интерее-е-е-сно! – воодушевился тощий эльф, задергав рваными ушами – Жду!

– А от тебя я жду много улова – улыбнулся я надувшейся дочери – И я быстро вернусь.

– Точно?! Зуб даешь? Левый клык…

Чуть испугавшись такого уточнения – неужто папин зуб дочурка выбьет? – я кивнул:

– Точно. Старайся поймать рыбу легендарную! Чтобы утереть нос одному известному клану…

– Ладно!

Роска вскочила на Тирана, получившего от меня приказ следовать за ней и охранять. Орбит с трудом заполз на лениво зевающего мамонта. И парочка с радостным гиканьем ускакала прочь, размахивая удочками и чьими-то желтыми штанами. Надеюсь они не представят штаны как наше клановое знамя…

Кстати о клане…

Информация была интересная…

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы основали клан Герои Крайних Рубежей!

Вы – клановый лидер! На ваших плечах тяжелая и ответственная ноша!

Внимание!

Тип клана не выбран!

Внимание!

Есть ранее не доступные варианты!

Внимание! Настоятельно рекомендуем пройти по следующим ссылкам и прочесть важную информацию по созданию и регулированию особых клановых настроек…

Уникальное достижение!

Вы получили достижение «Первенцы Зар’граада!»

(Данное достижение не имеет рангов и не совершенствуется).

Памятное достижение для всего состава «основания»!

Поздравляем!

Ваша награда за достижение: «отлитый из преодолита кусочек древесного листа зар’граадского дуба».

Класс предмета: уникальный.

Статус предмета: часть коллекции «Первенцы Зар’граада!».

Количество собранных предметов: 1\8

Внимание!

Клан Герои Крайних Рубежей получает бонусы!

Бонусы вечные:

+5 % к наградам за выполнение поручений полученных на Зар’грааде.

+5 % отыскать Тропу к АльАню при поиске оной.

25 % шанса получить оповещение при намеренном или нет вхождении на Тропу АльАня.

10 % шанса получить оповещение при вольном или нет схождении с Тропы АльАня.

Бонусы временные (сроком в 30 дней с момента основания клана):

+10 % к скорости ходьбы и бега всего состава основателей клана.

+5 % к скорости бега членов клана.

+20 % к грузоподъемности всего состава основателей клана.

+10 % к грузоподъемности членов клана.

+5 % к скорости работ при сборе любых базовых ресурсов составом основателей клана.

+3 % к скорости работ при сборе любых базовых ресурсов членами клана.

+5 % ко всем характеристикам всего состава основателей клана.

+2 % ко всем характеристикам членов клана.

10 % шанса получить оповещение при приближении к еще не открытой местности ближе чем на 50 шагов всему составу основателей клана.

5 % шанса избежать смерти при обнулении уровня жизни и сразу восстановить 10 % здоровья. (весь состав основателей клана).

+15 % приоритета от Первого Лагеря при поручении различных заданий.

+2 общей доброжелательности от Первого Лагеря.

И это только основное и самое яркое, самое настойчивое оповещение.

Едва прочитав, я понял свою главную оплошность и что есть сил рванул за мамонтом. Догнать не сумел, но разбойная парочка услышала мои вопли и остановилась. Хорошие бонусы – я на самом деле двигался быстрее, чем прежде.

– Кусочки дубового листа! – потребовал я безапелляционно. И они покорились моей суровости и непреклонности, нехотя отдав уникальный подарки игровой системы. Зажав кусочки в кулаке, я облегченно выдохнул. Орбиту настолько плевать на уникальность и ценность предмета, что он запросто мог попытаться сбить каменным осколком хищную зарграадскую белку с ветки или же поменять его на какую-нибудь ерунду. Роска такая же бессребреница – от дяди Орбита набралась этой заразы.

Потом я напомнил о том, как опасно отдаляться от Лагеря. Меня заверили, что дальше небольшого прудика среди вековых сосен, где разбит охотничий бивак, никто не пойдет. Там и будут рыбачить. От сердца отлегло. Попрощавшись еще раз, я столь же целеустремленно вернулся к шатру, дождался, когда на меня посмотрят все без исключения и требовательно вытянул вперед ладонь, на которой лежали отлитые из победита части листа с зарграадского дуба.

Понимающе хрюкнув, Бом попытался кусочки с моей ладони сгрести, бормоча что-то про не умеющего хранить ценные вещи олуха. Пришлось отдернуть ладонь и продублировать требование словами. Теперь недовольно забормотали остальные, но я остался непреклонным и у каждого буквально вырвал уникальный кусочек листа. Пересчитав оные, широко улыбнулся – все восемь на месте.

Уникальная коллекция «Первенцы Зар’граада» собрана!

Осталось соединить все кусочки вместе, и я очень хотел это сделать, но вот беда – нужно особое основание. Судя по примечаниям, подойдет обычная дубовая доска определенных размеров, украшенная простенькой резьбой с лесными мотивами. Доска должна быть из зарграадского дуба. Чтоб вас… порывшись в нашем клановом барахле – в обилии валяющемся прямо под ногами – я отыскал неплохой такой чурбачок и убрал в рюкзак. Надеюсь на Старом Континенте еще не перевелись мастера по дереву, и кто-нибудь сумеет выстрогать доску. Хочу коллекцию! Собранную!

Я хотел еще немного поруководить, но все сосредоточенно работали и мне пришлось примкнуть. Внутри шатра мы возводили настоящую пирамиду. Ящики, связки шкур, бочки, камни, бревна… чего здесь только не было, а надсадно и злобно хрипящий Бом притаскивал сам и заставлял других доставлять все больше и больше, больше и больше, больше и больше! Вскоре в шатер уже нельзя было зайти. Да и не шатер это уже – просто цветная парусина прикрывшая собой холм барахла. Сверху полуорк навалил бревен, а затем принялся сыпать охапки обычной травы собранной прямо под ногами.

Я его остановил, собрал всех вокруг себя, неумело поблагодарил, сам едва не засмущавшись. Кира мне ободряюще улыбалась. С легкой насмешливой хитринкой – само собой. У нее это лучше получится. Настоящий лидер, тактический вождь, паладин с огромным опытом. А я только учусь. Но прикладываю все старания. Засим я раздал каждому немного денег и попросил пробежаться по лагерю и выпросить или купить у работающих и отдыхающих здесь «местных» различные «безделушки», будь то сухие веточки необычной формы, странные камешки, красивые раковины моллюсков и черепах, кораллы и прочие вовсе не опознаваемые внешне предметы вроде застывших комочков разноцветной смолы с теми же вопросительными знаками в названии. Здесь это памятный хлам или просто случайные находки во время прогулки по пляжу. «Там» – это тот же хлам или же нечто очень ценное. Вот и узнаем. Все крутые спецы сейчас там – на Старом Континенте. Они могут опознать и оценить. И это даст Бому надежную опору под ногами.

Еще чуть больше получаса ушло на пробежку по шатрам. Мы выпрашивали и выкупали за символические суммы все странные штуковины. Бом приволок еще несколько полных ящиков. Притащил два бревна. Сорвал с шеи охающего дока крохотную пантеру с окрасом далматинца. Пантера резко успокоилась и замурлыкала. Ее поднесли к Доку – снова яростно зарычала. Вскоре стало ясно, что пантера благосклонна к полуоркам, но ненавидит все остальные расы. Расистка пятнистая… ее посадили в клетку и прикрыли тряпочкой – чтобы никого не видела, иначе слюной от бешенства изойдет.

Готово…

Бом уселся с грозным видом охранять. Я же даже писать никаких сообщений не стал. Просто прошел к ничем не примечательному шатру. Постучав по шесту рядом со входом, дождался ответа, откинул полог и заглянул внутрь. Черная Баронесса лежала лицом вниз на одеяле.

Я даже спрашивать не стал, почему она тут валяется. И так все ясно – лидер мощнейшего клана провернул за последнее недели столько важнейших операций, где любая ошибка могла привести к клановому краху, что теперь у нее просто не осталось сил. Одно лишь вялое отстраненное безразличие с редкими приступами прежнего энтузиазма, заразительной бодрости и целеустремленности. ЧБ дотащила Неспящих до Зар’граада и надорвалась. Бурлаки долго не живут.

К тому же сейчас не требовалось ее особых умений – началась эпоха грабежей и завоеваний. Пока справляются весьма опытные Злоба, Шепот, Алый Барс и прочие надежные помощники и соратники Баронессы. Лидер остался не у дел, главная задача выполнена. Вот и «схлопнуло» ее…

– ЧБ – тихо позвал я.

– Ась? Денег?

– Их тоже – признался я – Хочу стать окончательным миллионером. Но вообще за другим пришел – я отправляюсь на Старый Континент. Дела у меня там. Если хочешь – заберу тебя с собой. Никаких грузов. Только личные вещи. С досмотром инвентаря и тщательным ощупыванием…

– Про тщательное ощупывание меня я твоей подруге обязательно расскажу – пообещала привставшая и явно задумавшаяся Баронесса – Прямо сейчас?

– Тебя не возьму – отказался я, закрывая полог – Из-за угроз…

– Рос!

– Да? – приоткрыл я полог и заглянул в щелку.

– Мне интересно… прямо интересно…

– Тебя перевезу бесплатно. По старой памяти. С остальных – миллион золотом – припечатал я.

– А?!

– Ты-то чего так волнуешься? Тебя бесплатно.

– Ничего себе расценки!

– Росгард Эйрлайнз предоставляют уникальный сервис. Не нравятся наши цены? Идите и ищите дешевле!

– Та-а-а-к…. – Баронесса буквально восстала, закинула руки за голову, хищно потянулась всем телом – Бесплатно на Старый Континент? Заманчиво… а назад тоже бесплатно, о добрый сэр?

– Обсудим – пожал я плечами – Может и бесплатно…

– Охо… вот так и попадают люди в рабство сексуальное… об этом твоем постыдном предложении я твоей подруге тоже расскажу…

– Чего?! Да я даже ни намеком!

– А остальные кто? Которые за миллион…

– Лидеры старых кланов – ответил я без промедления – С ближайшими соратниками. Это и тебя касается – насчет ближайших соратников. Думаю, ты лучше меня знаешь, что сейчас творится на СК. Может пора начать наводить порядок? Ты отпишешься этим самым лидерам старых кланов? Цену я сам им скажу. Просто тебе они ответят быстрее, а я ждать не хочу – через десять минут отправляемся.

– Когда? Рос, давай через час!

– У нас напряженный график! Мы клан молодой, нет у нас времени попой кверху в пыльных шатрах валяться. Через десять минут отбываем! Деньги вперед. Кто не успел – тот опоздал! Предъявлять посадочный талон не обязательно…

С этим я покинул шатер. А затем шатер покинул место своего расположения – ЧБ вылетела из него с обратной стороны, разорвав материю и снеся шатер с места. С тихим стуком попадали деревянные стойки. Да, к ЧБ вернулась ее бодрость… определенно вернулась…

Глава пятая

Будничное отбытие и рутинное прибытие. И снова отбытие и прибытие…

– А в карманах точно ничего не завалялось? – ничуть не скрывая исказившее его зеленое лицо подозрение, поинтересовался Бом, глядя на могучего рыцаря достигшего двухсот шестидесятого уровня, лидера одного из старых добрых кланов – Точно ничего нет? А если найду?

– Ты вообще понимаешь с кем разговариваешь? – со столь же нескрываемым удивлением и даже с некоторой обидой, поинтересовался в ответ рыцарь, глядя на столь наглого полуорка.

– С пассажиром – ответил Бом – Мешок к досмотру предъявишь сам? Или высаживаем тебя?

– Ык-к-к-кх… – проскрипел рыцарь, чья невозмутимость быстро испарялась. И ведь ничего не мог сделать бедолага – мы уже заняли стартовую позицию, стояли плечо к плечу, выход из очерченного круга означал автоматическое выбывание, а любая агрессия со стороны пассажиров к одному из клана ГКР повлекла бы карательные меры в виде того же выбывания и пусть подавится своим миллионом.

Мы же ничего не потеряем – желающих много, как оказалось. Учитывая бардак и яростную войну на Старом Континенте, многие игроки прямо рвались вернуться назад. Некоторые чтобы успеть сохранить еще не разграбленное. Другие – дабы набить морды грабителей.

– А что это у тебя из штанов топырится? – никак не мог уняться Бом, глядя на проклепанные стальные «штаны» рыцаря с еще большим подозрением.

– Отправляемся! – мудро решил я ускориться.

Бом тут же примерил на себя роль огромной мускулистой стюардессы. Или стюарда.

– Внимание! Прошу отстегнуть все ремни, выбросить их и все мешки за борт! Дабы уменьшить риск мучительной смерти настоятельно рекомендуем вывернуть карманы и предъявить их содержимое обслуживающему персоналу.

– Фига себе правила… – протянула деланно испуганным голосом худенькая и довольно невзрачненькая волшебница, способная щелчком пальцев испепелить если не гору, то холм уж точно.

– Любые пузырьки и склянки приравниваются к тяжелым наркотическим средствам и по законам линии ГКР Лонг-Дистанс-Эйр-Лайнз нарушители выбрасываются за борт. Дабы этого избежать, пузырьки можно сдать стюарду… тех пассажиров кто не сдал – стюард проверит сам. Везде…

Вспышка.

Неяркая, но огромная… волной света накрыло весь лагерь, едва я выполнил все требуемые действа. Световой выхлоп достиг небес и разогнал облака как метлой. И нас рвануло в очищенную синеву с такой скоростью, что в долю секунды размазалось в кашу все окружение – лагерь, деревья, побережье… все слилось воедино.

Тут-то мы все и увидели нечто очень страшное – такую же размытую, как и все остальное некую гигантскую тень, метнувшуюся к нам с огромной быстротой. Метнувшуюся и попытавшуюся схватить. И тень очень уж походила на когтистую лапу с неопределенным количеством пальцев. Все дружно и невольно ахнули… тень отстала, раздался едва-едва слышный то ли рык, то ли скрежет… и все окончательно смешалось, закрутился привычный радужный водоворот.

Адрес я сказал заранее. Куда как не в центр?

Когда призрачный водоворот исчез, а туман рассеялся, мы оказались именно там, куда я и хотел попасть.

Альгора. О славный добрый град! Мы вернулись! Мы дома!

Улыбался и радовался не я один – судя по разноцветным лицам все испытали радость возвращения. Приключения приключениями, а родной дом всегда сердцу ближе. Здесь все знакомо.

Но неподвижным остался только я. Остальные улыбнулись… и разбежались с дикой скоростью. Грешно сравнивать клановых лидеров и их приближенных с тараканами, но именно так мне и показалось – больше уж быстро все разбежались. Раз и нету…. Только я и Бом остались. Даже ЧБ исчезла – еще быстрее остальных. Я только и успел услышать прощальный писк высунувшейся из ее рукава Буси.

А нет… вот тот недовольный рыцарь… он остановился, изумленно глядя на свои доспехи. По груди дорогущего доспеха тянулась глубокая борозда. Будто отбойным молотком прошлись по чуть затвердевшей глине. Такая же рваная и глубокая, почти сквозная. Упс…

– Стоимость потерянных или поврежденных вещей не возвращаем! – сориентировался Бом – Не надо было курить в салоне!

Рыцарь задумчиво – очень задумчиво – провел рукой по царапине и исчез во вспышке телепорта. Но он явно вспомнил ту странную когтистую тень, что почти достала нас при отбытии с Зар’граада.

– Охраны прошу я, о страж! – не стал терять я времени, выцепив взглядом проходящего мимо стражника и обратившись к нему с призывом о помощи – оплачиваемой помощи.

– Скольких стражей надобно тебе, чужеземец Росгард? – не промедлил тот с ответом.

«А вот и широкая известность…» – с некоторым даже огорчением подумал я, показывая шесть пальцев. Стражник кивнул и перешел на бег. Вроде бежал неспешно, но исчез из виду мгновенно.

А известность моя – это логично. Я тот, кто привел всех к Затерянному материку и сорвал с него магическую печать. Такое деяние быстро становится известным не только игрокам, но и всем «местным». Сейчас я правда на легенду никак не тянул – во всяком случае внешне. Простой, но деловой тканевый камзол серого цвета, с серебряными пуговицами. Легкий дубовый посох в руке. Серые штаны и черные сапоги. Что-то вроде черного картуза на голове. От алого плаща я избавился как можно быстрее. А проклятые вещи давно сдал обратно Неспящим. От греха. Часть усиливающих меня аур и средства еще «висели». Остальные исчезли. И это к лучшему. В Альгору вернулся почти тот же Росгард, что и отбыл отсюда недавно – хотя бы внешне. Но за время последнего путешествия и нескольких предшествующих ему событий я научился многому. Действительно многому.

Шестерка стражей прибыла очень быстро. И разом заняла позиции вокруг нашего «шатра». Окружили груз, принялись бдительно поглядывать по сторонам. Я же шагнул к вернувшемуся первому стражнику и добавил:

– Нам еще шестерых стражей и двух магов. Для сопровождения и охраны. И двадцать носильщиков. Груза много, и он тяжелый. Но нести недалеко – я указал рукой на высящееся рядом величественное здание известное почти каждому игроку – Еще трех стражей для охраны меня, пожалуйста. Сопровождение к банку.

– Это что же за товары у вас такие? – уже с некоторым изумлением поинтересовался страж.

– Прямиком с Зар’граада – шепотом ответил я.

– Ох! – тот аж присел. Новость действительно невероятная. Никто не ждал груза с нового материка так быстро! Даже корабли идущие с Кольца Мира еще не добрались до родных портов. А тут, прямо посреди Альгоры, не примыкающей к какому-либо морю, появились торговцы с зарграадскими товарами. Вот это да!

Можно не сомневаться, что вскоре стражник расскажет важные новости кому следует. Вышестоящему начальству, игрокам с кем он в очень хороших отношениях. Весть начнет расползаться со скоростью лесного пожара посреди засушливого лета. Но все равно тайну не утаить – мы ведь везли пассажиров, а они нам не друзья и молчать не станут. Однако я не переживал – мне ведь и хотелось, чтобы весть о прибывших заморских товарах – в буквальном смысле заморских – разошлась как можно быстрее. Не знаю сколько из доставленных нами предметов сохранились, а сколько сгнило и рассыпалось – из-за телепортации – но что-то все же должно было сохраниться.

Место для приземления я выбирал особо. Мы у здания аукциона. Того самого, где я когда-то давно пытался продать часть снаряжения и алхимии Крашшота – своего прежнего персонажа. Тогда я пришел сюда жалким просителем, отчаянно и неумело пытающимся торговаться за каждый цент, чтобы суметь продлить «деревянную» подписку на Вальдиру. Теперь же я уверенно стою на ногах, распоряжаюсь большими деньгами и умными людьми. На душе непривычно… странная метаморфоза для такого парня как я… может это просто сон? И я сейчас проснусь на кровати в своей однокомнатной квартире, а из-за двери раздастся сварливый голос вечно недовольной старушки соседки? И натянув старые треники и грязную майку, я поплетусь выбрасывать начавший гнусно пахнуть мусор и покупать дешевенькую лапшу быстрого приготовления – пахнущую почти так же…

– Босс!

Рык Бома вырвал меня из задумчивых мыслей. Тряхнув непутевой головой, я сосредоточился:

– Я в банк. Ты здесь справишься?

– Ага. Забросим все в здание. Арендую там склад. И начну создавать лоты. Везде нафигачу три крутейших словечка и получится наикрутейший слоган: «Прямиком с Зар’граада!».

– Поставь три восклицательных знака – посоветовал я, принимая от Бома пару увесистых мешочков и в сопровождении тройки стражей шагая к банку.

– Понял. Я здесь надолго. Если что – напишу.

– Ок. Удачи нам обоим – ответил я и ускорил шаг.

Стражники довели меня до дверей и оставили, получив немалую за столь короткое сопровождение услугу. Но оно того стоило – я платил «крыше», тем, кто успешно защищал не только Альгору, но и огромные территории вокруг. Стражи повсюду – на сторожевых постах, в отдаленных форпостах, на рубежах королевства, внутри городов и даже порой посреди чистого поля. И год за годом они прекрасно справляются с любым врагом – будь то озверевший игрок агр, неведомое лютое чудовище выползшее из гиблого болота или целая вражеская армия. Сильные и бесстрашные. За это я и платил – если на меня нападут грабители или недоброжелатели, стражи первыми примут удар, давая мне возможность скрыться даже в том случае, если враг очень силен.

Внутрь банка сопровождающие заходить не стали. Здесь абсолютно безопасно. Приблизившись к богато украшенной мраморной стойке, я вежливо поздоровался с эльфом весьма преклонных лет, стараясь не пялиться на морщинистые уши торчащие из безукоризненно уложенных длинных седых волос.

– Чем можем помочь, чужеземец Росгард?

– Хотелось бы открыть клановый банковский счет.

– А вы?

– Лидер клан.

– Прекрасно и достойно – едва заметно наклонил голову старый эльф – И клан?

– Герои Крайних Рубежей.

– Превосходно… приложите ладонь к этому листу.

Я приложил. И внезапно кончики пожилых ушей задергались от с трудом скрываемого волнения.

– Вы не сказали, чужеземец Росгард, что клан Герои Крайних Рубежей основан не где-нибудь, а на самом Зар’грааде!

– Это так. Наш клан основан за новом материке – не стал я кочевряжиться и признался во всем.

– Леса… есть ли там старые заповедные леса с удивительными деревьями и цветочными полянами? – жадно спросил эльф, упираясь руками в стойку и подавшись вперед.

– Есть – ответил я – Необъятные леса тянутся и тянутся вглубь от побережья и пока еще никто не знает где они заканчиваются. Есть и новые, еще неизвестные пока деревья. Вот, примите небольшой пустяковый дар…

Любят эльфы леса. Совсем спятили ушастые со своими цветочными полянами. А подарил я просто большой кусок сухой коры от серо-белого дерева с узкими длинными листочками.

– Благодарю! – кусок коры исчез в мгновение ока – Благодарю за сей удивительный дар!

Поздравляем!

+1 доброжелательности к отношениям с Лиолилиеем Букусом Колючелистым, работником Банка Вальдиры.

– Это лишь пустяк – отмахнулся я, опять произнося чистейшую правду.

Для меня это не больше чем ерундовина, на новом материке такие можно найти где угодно. Просто кусок древесной коры. Правда, она до сих пор не опознана, вместо названия сплошные вопросительные знаки. Кто знает, что за эффект дает кора, если ее, к примеру, взять да скушать… искренне надеюсь, что эльф не вздумает делать из заморской коры настоечку… не хотелось бы потом на похоронах беловолосого эльфа произносить прочувствованную поминальную речь…

– Вернемся к делу… – сумел все же вернуть исчезнувший было профессионализм эльф с трудно произносимым именем – Клановый счет… оформлен… поздравляю!

– Благодарю.

– Теперь перейдем к мелким, но весьма важным формальностям.

– Обязательно – согласился я и, улучив мгновение, когда работник склонил голову над волшебной учетной книгой, осторожненько вставил – Уже сегодня, может даже через несколько часов, в здании аукциона Альгоры начнется большая распродажа товаров с Зар’граада.

– И еще раз благодарю, Росгард – ответил Лиолилией Букус Колючелистый, доставая небольшой лист превосходной бумаги с тиснением и вписывая несколько коротких слов. Бумага замерцала и пропала. Послание отправлено. Кому-то… а мне даже неинтересно кому. Я не знаю, смогут ли эльфийские «местные» воротилы и весомые личности участвовать в торгах. Но если да – нам только на руку. Больше участников торгов – выше ставки и ожесточеннее торг – больше денег продавцам. Господи… в кого я превращаюсь?

А затем мы вернулись ко всегда ненавидимым мною формальностям.

В первую очередь были установлены и жестко прописаны личности имеющие доступ к денежным средствам и хранимым в банке предметам клана ГКР. Полный доступ – только у меня. И нет, меня не обуяла внезапно непонятная жадность. На подобном столь единоличном доступе настояла Кира, Бом ее поддержал – мы совещались втроем.

Пусть только лидер распоряжается деньгами в первые недели, а желательно и месяцы существования нового клана. Почему?

Ответ прост и печален – большие деньги меняют многих. Еще вчера надежнейший боевой товарищ, с кем ты провел много часов не только на поле боя, но и за одним столом в шумном трактире, всегда отдававший тебе последний медяк, вдруг… становится предателем и вором, в одночасье обчищающим клановые хранилища и банковский счет. Другие же, оставаясь верными клану, начинают делать дорогущие покупки, бесцеремонно балуя себя новой крафтовой экипировкой, особой алхимией и вообще ни в чем себе не отказывая – за чужой счет. Ведь денежки на клановый счет чаще всего стекаются не горными ревущими потоками, а жиденькими ручейками. Скажи такому транжире – что ты делаешь? – а он в ответ – это ведь на благо клана! Я сильнее – клан сильнее!

Одним словом – проще до такой ситуации вообще не доводить.

Положить деньги на счет может любой. Снять – только я. Пока что. Я доверял Кире больше остальных – по понятным причинам. Доверял и остальным – чуть меньше. Подумал об этом – и сразу неприятный осадок на душе. Вот и начал я перебирать, кому доверяю больше, кому меньше, а кому доверяю только по дождливым пятницам.

Просмотреть количество финансов могут еще двое – Кира и Бом. Их должности я в голове уже определил. Кира – моя правая рука, опытная соратница знающая многое о кланах и с чем их едят. Бом – идеальный казначей и торговый представитель. Поэтому они будут получать предупреждение о любых крупных снятиях со счета – клановые лидеры тоже бывают предателями. И если я сниму со счета сумму больше тысячи золотых монет – они получат предупреждение. И если наложат свое двойное вето – денег мне не дадут. Контролироваться должна вся система. В современных игровых кланах лидер это не полновластный властелин имеющий право карать и запускать руку в казну, когда захочется. Нет. Современный лидер – это скорее президент мощной компании, берущий на себя не привилегии, а целую кучу обязательств и море ответственности. Я не царь ГКР – я самый высокопоставленный работник.

Банковское клановое хранилище… тут сплошное разочарование. Храни на здоровье – банк примет и сбережет. Но еженедельная сумма за аренду ячеек кланом просто огромная. И чем больше ячеек – тем выше арендная плата. Сделано все, чтобы кланы хранили ценные предметы не в банке недосягаемом для посягательства других игроков, а в клановых цитаделях, мощных и неприступных крепостях, сберегающих ценности клана, но могущих быть атакованными другими кланами или силами «местных», что тоже не редкость.

И чаще всего банк вообще отказывал клану в хранении предметов числом больше ста. Причина? Банк ее не открывал. Нельзя и все. Но и так все ясно. Храни вещи в тех местах, где их могут украсть или забрать. Но это же глупо! Да, глупо. Зато открывает столько возможностей… и это так интере-е-есно…

Поэтому кланы Вальдиры делали все, чтобы их цитадели никогда не были взяты штурмом и разграблены. Они вкладывали все свои финансовые и интеллектуальные возможности в возведение уникальнейших сооружений. Но как не защищай… сейчас в мире Вальдиры никогда не была взята штурмом лишь одна единственная цитадель – Барад Гадур, крепость клана Неспящих. Нет, может уже появилось несколько новеньких замков с гордо реющими над башнями флагами – но они не в счет из-за своей молодости. Это и ГКР касается – даже если я прямо сейчас приобрету потрепанный ветрами и снегами крохотный замок где-нибудь далеко-далеко, я не смогу гордо заявить – наша крепость еще никогда не была взята. Это будет пустое хвастовство. К тому же, едва я открою рот и ляпну сии гордые и глупые слова, как в наши ворота тут же вежливо постучатся пылающим тараном недовольные таким поведением старые клановые зубры. И разнесут наш замок на кирпичики…

Да и не может клан хранить все свое имущество в банке – ибо большую часть клановых пожитков составляют такие предметы как сотни бревен, штабеля кирпичей, кучи угля и слитков различных металлов, мешки пшеницы и прочих злаков, овощи, фрукты, сотни наименований оружия, столько же доспехов, тысячи единиц расходных материалов, огромное количество алхимии, свитков, рецептов и прочего, и прочего, и прочего. Я, когда Кира перечислила лишь часть необходимого для нормального НАЧАЛЬНОГО поддержания непрерывной клановой деятельности, чуть умом не тронулся. Это просто чудовищное хозяйство.

Когда Кира совсем уж разошлась в живописании клановой действительности, мне пришлось прервать ее речь – дело было перед самой церемонией основания клана и продолжи она чуть дольше, я бы отказался участвовать в самозаключении себя в адское рабство.

В завершении я сделал вклад на клановый счет. Сумма чуть больше миллиона. Сдал на хранение несколько мешочков с отборным жемчугом, рубинами и алмазами. Неплохой старт для такого молодого клана как наш. И ведь это только начало. Сюда еще много чего надо перетащить позднее. Следующим моим шагом стало оповещение всех пассажиров о появлении кланового счета, куда им следует незамедлительно перевести обещанные денежные средства. Мы сюда всех доставили в кредит. Ни у кого из могущественных клановых лидеров прибывших на новый материк при себе не оказалось какой либо действительно значительной суммы. Поиздержались богатеи в дороге. Они предлагали отдать долг магическими свитками, артефактами, оружием, алхимией и прочим добром, что не было истрачено за время Великого Похода. Посоветовавшись с друзьями, я согласился взять «натурой» только на сумму равняющуюся пяти процентам от миллиона. Нам пригодятся подобные запасы – особенно на Зар’грааде. Но нас пока немного. К чему нам средних зелий здоровья на сумму в пятьсот тысяч? Что с ними делать? Солить в кадушках? А где найти столько кадушек? Взять у другого клана еще на пятьсот тысяч? А где хранить все это добро? У нас пока нет клановых гигантских складов. Даже маленького склада нет. Мы даже единственный шатер с собой утащили.

Учитывая мою вечную спешку, я не стал задерживаться в банке. Вежливо попрощался и покинул важное заведение, снова оказавшись на солнечной улице. Прищурился, огляделся, стоя между массивными колоннами, стараясь не привлекать к себе внимание. Альгора… популярнейший город мира Вальдиры. И за время моего отсутствия он не изменился. Я не имею ввиду красивейшие здания и широкие улицы. Меня удивляет другое – я ведь увел за собой к Затерянному материку тысячи игроков. И многие из них достигли цели и сейчас находятся там – осваивают новые земли, неустанно хапая и хапая трофеи. Однако на улицах Альгоры людей меньше не стало. Может Альгорцы не любят путешествий? Может они домоседы? А кого вообще можно назвать Альгорцем? Я вот тоже «рожден» в Альгоре…

Игроков на улицах много. Разноцветная гомонящая масса течет в разные стороны, сливая воедино на одних перекрестах и разделяясь на другие. Некоторые ручейки втекали в гостеприимно распахнутые ворота различных гильдии, другие деловито устремлялись в магазины. Кто-то уверенно шагал к далеким вратам ведущим на просторные луга и зеленые рощи. Другие уже возвращались, едва передвигаясь под тяжелым грузом оттягивающим плечи.

Вдоволь пофилософствовав о неистребимости числа рода игрового, я наконец приметил нужный прилавок и двигаясь вдоль стенки, зашагал к нему. Приобрел неприметный серый широкий шарф из гладкого шелка, с почти незаметной белой вышивкой. Шарф прекрасно скрывал мои данные, убирая надписи над головой.

Теперь анонимность важна для меня вдвойне. И не из-за ставшего широко известным имени «Росгард». А из-за появившейся рядом с моим именем золотой короны. Я клановый лидер. И громко заявляю об этом одним своим видом. Многие новички мечтают вступить в клан – любой, но поскорее! Другие мечтают обокрасть какого-нибудь кланового лидера – чтобы потом гордиться этим достижением. Не абы кого обокрал – лидера клана! Третьи прямо спят и видят, как вызовут лидера клана на честный поединок, победят его при всем честном народе и небрежно похлопают по плечу – ничо мол, ничо, просто я одиночка и крутой, а ты вроде как в клане и лидер, но полный лох. Бывает, не парься. Четвертые вроде в клан не рвутся, обокрасть или избить не планируют, но имеют важное и жутко секретное деловое предложение, которое готовы сделать на особых условиях. «Местные» не отстают – многие из них умеют отличать клановых лидеров от обычных игроков. И сразу бросают в ноги, прося собрать рать великую и защитить от супостатов родной хутор с непроизносимым названием вроде Замгр Пухлюванский.

Вот и спрашивается – оно мне надо? Сначала меня оглушат расспросами, предложениями и просьбами, затем обворуют, следом еще и по рылу настучат. Может проще накинуть на еще не битую шейку серый шарфик и шагать себе спокойно? Вот и я так думаю… и шагаю себе спокойненько…

Кстати – шарф стоит двадцать золотых монет. И действует только шесть часов. Информацию о золотой короне скрыть куда тяжелее, чем имя и уровни. Чем ты выше – тем труднее остаться в тени.

Я мог прыгнуть дальше телепортом. Но решил немного прогуляться. Развеять голову. Побыть недолго в одиночестве. Насладиться мирным спокойствием вокруг. Заодно прочесть купленный с того же прилавка свежий номер Вестника Вальдиры, выдержанный на этот раз в удивительно мрачных тонах – темно-желтая бумага, жирный и черный угловатый шрифт, заголовки красные и черные, с обилием потеков под буквами. ВВ сделал все возможное, чтобы у любого читателя еще до того, как он взял в руки газету появилась нервная дрожь и легкое чувство понимающей обреченности – новости будут плохими.

Так и оказалось. На ходу перелистывая страницы, я быстро убедился, что кровавая междоусобица продолжается. Новое схватило старое за глотку и пыталось если не загрызть, то хотя бы придушить. Блицкрига не получилось, локальные стычки переросли в глобальную политическую войну. На одном из разворотов имелась карта старого мира Вальдиры, с подправленной с последнего раза цветовой гаммой. Красноты стало меньше, порядок наведен во многих местах, туда вернулась мирная зелень или чуть тревожная светлая желтизна. Но кое-какие области мира окрасились в непроглядную черноту. Будто сидевший над картой мастер нечаянно толкнул локтем чернильницу и насажал черных безобразных пятен.

Снизу подробные пояснения, из которых становится ясно, что черные пятна накрывшие собой некогда мирные земли приравниваются к первозданному хаосу, где все так запутано, что уже вообще ничего не понятно. Это места, что превратились в агр-зоны, там игроки и спятившие «местные» убивают друг друга без разбора – атакуют едва завидев. Малые группы против малых групп, тактические мелкие битвы, почти никаких крупных соединений. Что хуже всего – там, похоже, вовсе не имеется какого-то военного замысла или конечной цели. Тут сражаются ради сражений, уже некого и нечего защищать, нечего завоевывать – земли обратились в выжженные пустоши, война уничтожила все подчистую. Война ради войны. И ничего более. Проблема – они не могут остановиться. Странные партизаны с непонятными целями засели в обугленных лесах, не менее странные «местные» с удивительным ожесточенным фанатизмом защищают почерневшие от сажи руины сгоревших дотла деревень и городков. Любой, кто туда попадает – вольно или невольно оказывается втянут в бурлящий котел взаимного уничтожения. Убей или умри – других вариантов нет, никому не нужны твои слова, увещевания и обещания.

Я невольно покачал головой в странной скорби – как же это непохоже на обычную и светлую Вальдиру.

Заслышав грохот скачущих копыт – на одной из главных улиц Альгоры! – я машинально отступил к стене, прижался к ней, только затем обернулся. Отряд всадников в ало-желтых полосатых плащах скакал во весь опор, над их головами трепетали вымпелы и знамена, реяли боевые орлы со злым клекотом. Перед всадниками стелилась по земле пелена почти невидимой магии, мягко и бережно отодвигающая с пути отряда всех прохожих, освобождая им путь. Будто ледокол с плюшевым носом, что так аккуратно расталкивает льдины, что они и не обижаются на такой произвол. Без разрешения свыше такую магию на улицах Альгоры использовать не дадут, да и столь быстро скакать тоже. Отряд промелькнул мимо за секунду. И судя по направлению движения, он направлялся к одной крохотной площади, откуда за определенную плату суровые волшебники из Гильдии Магов могут отправить большой груз почти куда угодно при помощи телепортации.

Меня заинтересовал не сам отряд, а раскраска их плащей. Один из доставленных мною сюда с Зар’граада пассажиров щеголял точно в таком вот богато отделанном ало-желтом плаще и являлся правой рукой кланового лидера. И, кажется, именно он сейчас проскакал мимо меня во главе большого боевого отряда, куда-то спешащего явно не ради пикника в честь возвращения одного из начальников. Однако быстро же вернувшиеся клановые ветераны взялись за дело. Рьяно начали наводить порядок.

Пора и мне начать дело делать. А то зачитался тут… проверив содержимое карманов и походного рюкзака – где имелось все необходимое для небольшого путешествия по опасным местам – я убедился, что все в порядке, еще раз взглянул на карту Вальдиры, скользнув взглядом по крохотной точке расположенной почти вплотную к небесно-синему Найкалу. Городок Тишайшая Нега. Туда мне и хочется. Но вот беда – одна из черных областей хаоса находится почти вплотную, захватив часть побережья и воды.

Ладно… попытаем счастья.

Выудив свиток телепортации, я поднес его ко рту и тихо произнес: «Тишайшая Нега».

Вспышка…

Ленивый водоворот умело схватил меня, встряхнул небрежно и унес с собой.

Вспышка…

– А черт! – рявкнул я, когда магические всполохи рассеялись и стало ясно, что я вишу в воздухе метрах в двадцати над испещренной волнами-морщинами сердитой пенистой бескрайней водой – Ух!

Вода приняла меня неласково. Накрыла волнами, врезала по лбу обломком ветки, перевернула вверх тормашками и попыталась утащить ко дну. Еле выгреб, заплясал на волнах как дурной поплавок, ошалело оглядываясь и отплевываясь. Вода пресная. Далеко-далеко едва видна темная черта берега. Это точно Найкал. Телепортация по непонятной причине сильно промахнулась, но все же доставила меня в нужный регион, выронив прямо над гигантским озером.

– Друг Росгард! – внезапный и неожиданный как судорога крик прозвучал прямо за моей спиной и я едва не выпрыгнул из воды. За мое плечо схватилась мокрая перепончатая рука, тот же голос радостно предложил- Рыбки?

– Сп-пасибо – с запинкой отозвался я, отдергивая голову от тычущейся мне в рот мертвой рыбины с печально укоризненными глазами – Лохр…

– Я лохр! – подтвердила глазастая и ушастая образина, не обращающая внимания на волны – А ты друг Росгард! Ты помог вернуть нам острова святые! Ух! Мы праздновали тогда столько дней и ночей, что и не вспомнить! Плясали и плясали, пели и пели, пили и пили, устраивали и устраивали всякое! Мы благодарны! Чем помочь могу тебе, друг Росгард?

– Никому об этом не рассказывай – попросил я с тихой надеждой.

Хоть я и горд собой, но лохр рассказал историю таким образом, что слушателю не знающему всех событий, может показаться, что некий Росгард устроил для племени лохров массовую оргию на одном их островов.

– Как-как?

– Где ближайшая суша? – крикнул я – Там? – я указал рукой на далекий берег.

– Нет-нет! Там война! Там плохо! Там нет рыбы! – выпучил глаза и замотал головой лохр – Туда не надо, друг Росгард! Свирепые чужеземцы убивают всех подряд! Пошли со мной! Я отведу тебя в тихое место, где много всех…

– Где много всех? Хм… ладно, в какую сторону?

– Туда – лохр показал в противоположную сторону от берега – Я помогу тебе плыть.

– Ни к чему – улыбнулся я, доставая новый свиток и активируя его.

С почти неслышным плеском в паре метров от меня на воду рухнул катамаран Грозный Писк. После пары другой рейдов на нем Старой Фракции, я решительно забрал изрядно потрепанный корабль, с помощью нескольких мастеров привел его в порядок, снарядил, а затем уговорил одного из магов «упаковать» катамаран в магический свиток. Нефиг. Для чужих это просто средство, и они живо его угробят. А для нас – памятное судно, а я и капитан, и двигатель в одном лице.

В пару гребков добравшись до Писка, я уцепился за сетку свисающую с борта, забрался наверх. Шагая к корме, крикнул удивленно таращащемуся лохру:

– Показывай путь, друг лохр! Я за тобой!

Вскоре Грозный Писк уверенно устремился за быстро плывущим лохром, ведущем меня куда-то в бескрайнюю водную даль. Росгард временно снова одинок. И начал свое новое одиночное путешествие, грозящее перерасти во что-то интересное…

Глава шестая

Найкал ожесточенный

Я долго следовал за почти неутомимым в родной стихии лохром. Иногда он ловил небольшую рыбешку и, уцепившись рукой за сетку катамарана, поспешно съедал улов, восстанавливая силы. Затем мы продолжали путь. Учитывая неравные интервалы между перекусонами лохра, я быстро заподозрил, что ему просто нравится болтать ногами в воде, держаться за катамаран, подставлять лицо ветру и брызгам, и наслаждаться свежей рыбой. Что ж… его можно понять…

Найкал огромен. Величественное гордое озеро привольно раскинувшееся в низине никогда не становилось привычным взгляду. Я уже бывал здесь, совершил большое путешествие по берегам Найкала, посетил много мест, смотрел на холодные воды с вершин прибрежных скал, галечных берегов и песчаных пляжей. Я видел разный Найкал. Но никогда прежде не видел его таким как сейчас – зло ревущие волны били и раскачивали катамаран, пенные рокочущие валы наносили мне удар за ударом, воды посерели, осталось совсем немного синевы. Пасмурная погода и редкий, едва заметный дождик довершали общую картину, к которой могло подойти только одно название – Найкал Разгневанный. Или же Найкал Ожесточенный.

Пока я пребывал на флагмане Неспящих, преодолевая огромные водные пространства, здесь случилось многое. Найкал как-то растерял свое добродушие и ленивость. Толстый добрый гигант превратился в поджарого сердитого воина готовящегося навешать люлей любому врагу. Но с чего? Ладно на суше воюют. А в воде что происходит? Почему Найкал гневается?

Я уж думал, что ответ, если я его и получу, как всегда откроется нескоро, через недели и месяцы. Но в этот раз я ошибся. Как оказалось, неустанно гребущий лохр и вел меня к разгадке.

Сначала я понял – как всегда запоздало – что мы следуем странным водным коридором относительного спокойствия. Да, здесь тоже были крупные волны, меня качало и подбрасывало, будто еду по крайне плохой дороге. Но по сравнению с тем, что творилось по сторонам от меня – мы двигались по идеально ровному шоссе. Рядом со мной проходили настолько высокие волны, что могли бы прихлопнуть даже средних размеров океанический корабль. Причем наш путь не был прямым. Отнюдь. Мы то и дело сворачивали из стороны в сторону, странным образом огибали и проходили насквозь скопления иззубренных скал едва торчащих из воды. Мне приходилось прикладывать все свои умения, чтобы не повредить катамаран, проводя его порой через такие узкие проходы между скал, что борта издавали скребущий звук, а я встревоженно мычал как морская корова склонная к матершинным словам. Пока я таким образом обогащал лексикон проводники лохра, мы упорно двигались вперед, а перед нами была все та же серо-синяя бескрайняя даль.

Поэтому я действительно удивился, когда нос катамарана внезапно окутали блики странного яркого света, что быстро переползли на весь корабль. Не успел я задать вопрос, как загадочный свет потух, а моим глазам открылась невероятная панорама. Будто пелену с глаз сдернули. Я смотрел во все глаза, временно «отключив» магию и остановив бег Грозного Писка. Тут было на что посмотреть…

Далеко впереди виднелось несколько достаточно крупных островов. Вверх поднимались белые и серые дымы костров – мирные дымы, это точно не пожар, скорее обогрев и приготовление пищи. Волн здесь нет, просто обычная крупная рябь, на которой покачивается множество самых различных плавсредств. Лодки рыбацкие всех размеров, плоты сколоченные из бревен, заборов и бочек, вовсе невообразимые сооружения, непонятно как держащиеся на воде. Чего только стоил плот сколоченный из тонких досок, по периметру усиленный гирляндами плотно закупоренных глиняных кувшинов. А лес поразительных мачт? А паруса? Тут уж прямо творчество ограниченных в средствах и материалах художников. На бревнышках и жердях болтаются заплатанные паруса, сшитые воедино одеяла и простыни – с рисунками! – кое-где использовали женские растянутые юбки, а там пара десятков соединенных вместе красных мужских штанов. Кому могло понадобиться двадцать красных шаровар? Что это за франт такой…

Лодки, плоты и прочее связаны друг с другом воедино при помощи канатов, цепей, веревок, рыбацких сетей и растительных побегов. Все это почти замкнутым кольцом окружает острова, образуя самую настоящую линию защиты. Тут только воины – я увидел и женщин, но они снаряжены как воины и держат в руках оружие. В мою сторону направлено много луков и арбалетов, острия гарпунов, много рогатин, растянуты сети, выставлены длинные ножи и острые топоры. И все это направлено в мою сторону. Один случайный крик или мой чих – и я поимею лес одновременно воткнувшихся в мою грудь сотни топоров, ножей, рогатин, а вон и вилы кто-то держит…

Поэтому чихать я не стал, а лишь тихоне-е-ечко так сказал бессмертное:

– Приплыли…

– Еще нет! – с радостным недоумением отозвался доедающий очередную рыбешку лохр проводник, тыча пальцем в далекие острова – Нам туда! К землям сокрытым оберегающим! Там Сокроземье!

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы первый из героев, кто оказался на территории таинственного Сокроземья!…

Вам не повезло!

Но решимость и упорство помогут преодолеть все невзгоды!

Вы первопроходец!

Идти нетореной дорогой всегда было труднейшим делом, в отличие от тех, кто пойдет по вашим следам!

Штрафы:

Физический урон по обитателям местных земель снижен на: 25 %

Магический урон по обитателям местных земель снижен на: 25 %

Шанс на выпадение трофеев с убитых монстров снижен на: 25 %

Шанс нанесения критического физического\магического удара снижен на: 15 %

Шанс на успешный сбор\добычу ресурсов снижен на: 25 %

Физический урон монстров увеличен на: 25 %

Магический урон монстров увеличен на: 25 %

Качество картографирования снижено на: 25 %

Скорость любого передвижения по местным землям снижена на 10 %

Регенерация жизни\маны снижена на: 10 %

Штрафные санкции будут действовать еще: 23.59.59.

Бонусы:

Наличие древних предметов: Нет.

Наличие древних не магических знаний\рецептов: Нет.

Наличие древних магических знаний: Нет.

Наличие особых, ранее не встречавшихся монстров: Нет.

Лохр махал рукой, призывал следовать за ним. Но я медлил, внимательно оценивая ситуацию и местность – что так же совсем не обычное для меня занятие.

Не могло быть такого, чтобы в озерном сердце могла скрываться ранее не обнаруженная локация. Такого просто не могло быть. Найкал многократно исследовали, сотни раз наносили на карты, ходили по его берегам и дну, здесь устраивают рыбные состязания, соревнования по гребле и хождению под парусами, многие рыбаки – включая игроков – постоянно живут на этом озере. Поэтому никого Сокроземья тут быть не могло. Его бы нашли давным-давно.

Из слов лохра ясна функция земель – скрывать и уберегать.

А из сведений игровой системы, где четко написано, что здесь нет вообще никаких древних предметов и ранее не встречавшихся монстров, следует, что тут нечего ловить охотникам за ценностями. И скорей всего локация создана недавно. С целью защитить тех, кто сейчас целится в меня из всевозможного оружия. Вон кто-то две тыквы на веревки раскручивает. Ничего себе болас – с тыквенным вкусом! Это если по зубам попадет… а можно ли таким способом насильно накормить? Как садануть тыквой по пасти врага… и оглушил и накормил… вроде как гостеприимство найкальское выказал гостю… надо срочно надеть футболку с надписью «Тыквенная непереносимость!», а снизу мелкими буковками «Люблю Найкал!».

– Росгард… – другой лохр опустил гарпун с костяным наконечником, расслабился – Это друг Росгард! Он не враг нам!

– Да-да – поспешил я улыбнуться как можно шире – Я не враг!

Медленно-медленно начало опускаться остальное оружие. Вокруг катамарана появились отфыркивающиеся головы лохров, грозными тенями скользнули у поверхности несколько хищных длинных теней. Одна тень с плеском вынырнула, уставилась на меня немигающими глазами, раскрыла зубастую пасть в немом приветствии.

– Зубрава – обрадовался я – Рад тебя видеть, хищница. Да-да, это я – твоя закуска. Помнишь как слопала меня?

Щука бесстрастно ушла в воду. Дюжая крестьянка с огромной неохотой перестала раскручивать тыквенный болас. Проводник махнул лапой и снова активировав магию, я медленно направился к островами, осторожно маневрируя в узких запутанных проходах между сцепленными лодками и плотами. Месиво ужасное… настоящий водный лабиринт. А под водой, наверное, еще и сети выставлены. А здесь оживленно…

– Росгард? Кто такой будет?

– Он помог нам! Вернул острова священные! Защитил от щуки голодной!

– Он многим здесь помог!

– А это не он Великий Поход возглавил?

– Он! Он!

– О! Дык я его знаю! Он у меня провизию в лавке покупал! И даже не торговался. Богач!

– Да! На карете диковинной катался, колесами гремел, поводьями щелкал, а с ним бабенка рядышком сидела – вся в шелках с головы до пят! Улыбчивая такая бабенка… не то штобы прынцесса, но ничо так!

– И через нашу деревню он проезжал! Все расспрашивал о странностях разных.

– Росгард! Давай к нам! У нас есть брага!

Я аж прищурился. Понимаю, что зовут из уважения, знают про меня хорошее и нейтральное, никому я здесь зла не причинил, оттого и зовут выпить. Но из-за этих выкриков ощутил себя хорошо известным всем запойным алкашом доброхотом. Странное сочетание… И надеюсь Кира не узнает про «улыбчивую бабенку»…

– Как там на берегу-то? – надрывный мрачный голос одного из «местных» стариков был переполнен болью – Все горят луга зеленые? Полыхают дома?

– Да ладно тебе, Микула! Отстроимся, луга заново вырастут, зазеленеют – успокаивал его столь же седой товарищ в кожаной накидке рыбака – Испей чаю. Горячий!

Я не выдержал и опрометчиво пообещал старикам потерявшим кров:

– Скоро все будет в порядке. Война не длится вечно.

– Ох, горе наше тяжкое… – было ответом, катамаран прошел дальше. На сердце стало тоскливо. И это Вальдира? Какой-то разрушенный страшной полыхающей войной мир, а на крохотном его островке, где сохранился зыбкий мир…

Я привык к вечно жизнерадостным, оптимистично настроенным «местным», которые если и имеют проблемы, то не слишком крупные, легко решаемые. Ладно, признаюсь сам себе, что немного перегибаю палку – видел я порой грустных, гневных, печальных, несчастных «местных». Но чтобы сразу в таком количестве и в одном месте? Вон стайка детишек качается на волнах, оккупировав огромный плот обрамленные винными бочками. Ни один дитенок не улыбается, сидят так неподвижно, что похожи на крохотных грязных манекенов. Жуть какая… я попал на Остров Погибших Кораблей? Или же Остров Погибших Суденышек и Плотов? Куда завела меня судьба?

Пока я глядел по сторонам и непрестанно ободряюще кивал проплывающим мимо печальным лицам, Грозный Писк медленно шел вперед и вскоре я оказался в паре шагов от каменистого берега. Ох… Некуда ступить. Люди, гномы, полуорки, очень редкие эльфы, рядом теснится совсем уж сказочная нечисть – непонятные, разнообразные, но явно мирные существа, приткнувшиеся поближе к кострам и зябко дрожащие. Да, здесь сыро… но меня пугает не это – я подплыл к двум Живым Горам. Острова заселены так плотно, что теперь понятно, почему столько беженцев живут на плотах и лодках, не ступая на земную твердь. Ступить некуда, вот почему. Лохры тоже не могут вечно оставаться в воде, хотя и прекрасные пловцы. Пучеглазые любители рыбы оккупировали береговую кромку, сидя по пояс и даже по грудь в воде, встречая лицом набегающие волны.

– Рыбы здесь нет – грустно вздохнул приведший меня сюда лохр – Кончилась. Голодать начали… вот и плаваем на охоту за рыбкой… там рыба есть…

Немудрено, что рыба кончилась. Столько голодных ртов… все уже полывлено и съедено. А у меня с собой из съестного вообще ничего. Если сейчас подбежит несчастный малыш и скажет «дядя, дай хлебца!» я от стыда под воду провалюсь и там останусь. Или брошусь на войну, истреблять чертовых агров и буду это делать пока не помру раз пятьсот. О, ко мне спешит хромающий малец в растянутой рубашонке, осторожно ступая по острым камням и обходя теснящихся взрослых. И смотрит на меня с такой надеждой… все, сердце защемило, в носу защипало… что ответить голодному ребенку?

Дожидаясь неизбежного, я поднял лицо, глянул сердито на небеса клубящиеся серым дымом – чего ждете, ангелы? Почему не спасете люд «местный»? На игроков надеяться, похоже, нельзя. Ибо большая их часть сошла с ума от жадности и страсти разрушения.

И что делать мне? Здесь раздачей пары караваев не обойдешься. Сюда нужны тонны продовольствия. Есть варианты… голова наконец-то заработала, я начал прикидывать. Выбраться отсюда, убрать Писк в другой свиток, использовать телепорт в Альгору – туда-то добросит точно, там войны нет. Там закупить много еды, запаковать в свитки, вернуться сюда, плюхнуться в воду, вернуть катамаран, добраться до Сокроземья, «откупорить» свитки и раздать пищу. В воду высвободить пару свитков с живой рыбой. Лохры ее живо переловят. Еще нужны дрова, одеяла, лекарства. Вон сколько беженцев шмыгает покрасневшими носами. Беда… я здесь один. Бом занят. Остальные остались на Зар’грааде. Доверять я никому другому не могу. Разве что Храбр Светлушка… алхимик, наверняка что-то понимает и в лекарствах. Но где он? Мы давно не общались. Он может быть, как здесь, так и там – на новом материке. Да, это вариант…

Но не буду торопиться. Я пока не знаю, что мне предложат, что у меня попросят. Лохр мог привести меня сюда просто так – у нас более чем положительная репутация, доверие, поэтому он и притащил меня в закрытую от чужих глаз спасительную локацию. А что будет дальше пока неизвестно. Может со мной поздороваются и попросят отвалить раз и навсегда, с напутственной просьбой не распространяться о координатах Сокроземья.

Холодные воды с плеском взметнулись, раздались. В двух метрах от меня сформировалась сплетенная из прутьев колонна. На ее вершине нечто вроде длинного плетенного ложа, на коем устало полулежала знакомая мне девушка самой необычной наружности.

– Здравствуй, Добрая Сестра. Здравствуй, Ракитушка.

– Здравствуй, добрый друг Росгард – полуобморочным едва слышным голосом отозвалась лежащая Ракитушка, не делая попытки подняться, лишь слабо шевельнув рукой – Не могу приветствовать тебя я как положено. Не встать мне. Не сесть мне. Все силы уходят на поддержание защиты магической. Как славно, что вернулся ты! Как славно и отрадно видеть тебя живым и полным сил. Росгард – обращенное ко мне сплетенное из веточек лицо было внешне бесстрастно, но ее глаза походили не гнезда светлячков в лихорадочной горячке. Ракитушка выглядела даже не больной – она выглядела умирающей. И никаких исходящих обычно от Ивовых Сестер животворных аур не наблюдается. Магическая батарейка почти села.

Вальдира, Вальдира… вот твой темный мрачный лик…

– Росгард… поприветствуй сестер моих…

Воды вокруг катамарана раздались еще в шести местах. Появились новые древесные колонны. На каждой полулежит девушка, пребывающая если не в коме, то в состоянии близком к этому.

Вот теперь ясно, как именно образовалось Сокроземье, и кто поддерживает его защиту. Совместная работа семерых Ивовых Сестер. Но они не боги. Силенок у них маловато, так что жить Сокроземью осталось недолго.

– Приветствую всех Добрых Сестер, детей Ивавы Славной – прижал я руки к груди – Рад чести оказанной. Вижу я положение тяжелое. Вижу я болезни и голод беглецов обуревающие. Я сейчас отплыву, но вскоре вернусь и доставлю припасы и лекарства. Я доставлю одеяла и теплую одежду. Обещаю. Клянусь. И никакой награды за это мне не надо. Чем я могу помочь Добрым Сестрам, чтобы и дальше держалась защита благословенная? Чем помочь?

– Земля!

– Земля?

– Нам бы землицы плодородной, черноземной. Чем больше – тем лучше. Здесь уже мы все исчерпали… Еще разбудить бы мать нашу, Иваву, но то тебе не дано, добрый Росгард. Добудиться нашей матери может лишь гибель одной из дочерей, или же голос брата нашего единственного Тальника. Я готова и умереть, но защита Сокроземья…

– Не-не-не – выставил я ладони – Не будем торопиться. Я правильно понял? Нужно как можно больше земли плодородной, еще желательно найти брата вашего Тальника – хотя дело это ой сложное…

– Верно ты понял, добрый Росгард. Все верно… но поторопись… не иначе судьба привела тебя сюда в такой миг, когда все висит на тонком волоске… Я верю в тебя. Найди Тальника. Пробужденная мирно мать Ивава придаст нам сил! И мы устоим!

– Я постараюсь. Что-нибудь еще?

– Афросий! – это имя Ракитушка выплюнула со злостью и гневом.

– Афросий? – в полном изумлении переспросил я – Погоди… рыбак Афросий, что учинил святотатство, разорил храм на острове одном, убил и сожрал детей Зубравы… но ведь мы разобрались с ним, наказали.

– Афросий продал душу Граххаргу – богу войны, чьи войска уже заняли часть берегов светлого доброго Найкала! Рыщут темные твари в поисках одной из Ивавовых Дочерей, желая захватить одну из них и предать мучительной смерти от рук самого Граххарга, дабы пробудилась Ивава, мать наша. Но так ее будить нельзя! Спросонья бросится она в бой и проиграет!

– Так… а Афросий здесь причем?

– Он знает Найкал! Он единственный из рыбаков предал Свет! И получив частичку силы Граххарга изменился, набрался мощи темной, злобы и зависти! Восседает он в лодке черной, под парусом красным как кровь, правит рукою верной, рыщет взглядом по глади озерной, выискивает неустанно Сокроземье, зная от Граххарга, что Ивовы Сестры рядом, на Найкале, прячутся где-то. Афросий знает Найкал хорошо! Каждый островок, каждую скалу, каждый затон! Уже дважды проплывал он мимо… третий раз найдет он нас… и тогда конец всему…

– Афросий… – пораженно выдавил я – Эк тебя судьбинушка изуродовала, алкаш ты вороватый, да до злата жадный. Может и стоило тебя тогда убить…

– Росгард! Времени нет, время не ждет, время бежит, убегает, его не вернуть! Поможешь ли ты нам?

– Уже приступил – ответил я, разворачивая катамаран – Ждите и верьте.

– Мы ждем и верим, Росгард! Ждем и верим! Поторопись, друг наш. Коли Граххарг найдет укрытие наше – он не пощадит ни младого, ни старого. Всех изничтожит…

– Я вернусь быстро.

– Отныне ты сможешь увидеть прямой путь в Сокроземье, Росгард. Из чужеземцев – только ты один.

– Спасибо за доверие, Ракитушка. Я его не предам – я проследил взглядом, как в моей груди тает зеленый магический шарик, устало брошенный Доброй Сестрой, чья колонна уже погружалась в воду Найкала. Исчезли и другие.

Мне вживили в грудь компас. Снова. Опять. Может у меня действительно судьба такая? Быть вечным проводником, не знаю отдыха и покоя.

Я был одним из тех, кто вел в Запределье.

Потом Великий Поход к Зарграаду.

Потом телепортация от Нового Материка на Старый Континент.

Теперь я один ведаю путь в Сокроземье.

Интересно, чем меня одарит Граххарг, если я открою ему путь?

Если к примеру, потребую одну часть Серебряной Легенды в обмен на знание?

Я так не поступлю. Я к сожалению не прагматичный урод везде выискивающий свою выгоду. Это доказывают и принятые мною задания.

Вы получили задание «Поиски Тальника»!

Попытаться отыскать Тальника и в случае успеха, передать ему просьбу от Ракитушки, разбудить их мать светлую богиню Иваву.

Минимальные условия выполнения задания:

Найти Тальника до того, как Сокроземье будет обнаружено и уничтожено.

Награда: нет.

И я уверен, что точно такое же задание получил не я один, а и много других игроков. Десятки и сотни игроков сейчас носятся с таким же заданием. Много кто из «местных» хочет разбудить Иваву, поэтому щедро раздает поручения о поиске Тальника любому желающему. Причем поручения разнятся с наградой. Но такой как у меня награды нет ни у кого, я думаю…

Вы получили задание «Поиск Афросия»!

Найти рыскающего по Найкалу рыбака Афросия, выискивающего Сокроземье!

Минимальные условия выполнения задания:

Любым способом заставить Афросия прекратить поиски Сокроземья!

Награда: нет.

Да, эта награда тоже впечатляет. Всегда мечтал получать именно такую награду за каждый выполненный квест.

Вы получили задание «Поиск землицы плодородной»!

Найти и доставить в Сокроземье как можно больше плодородной земли.

Минимальные условия выполнения задания:

Доставить не меньше семи больших бочек плодородной земли в Сокроземье!

Награда: неизвестно.

А вот это уже лучше! Неизвестность все же выглядит чуть более «сочно», чем сухое и категоричное «нет». Жизнь стала ярче.

Теперь главное не терять время впустую. У меня очень много дел, которые надо успешно закончить до вечера – когда придется принаряжаться и отправляться на крутой королевский прием. Учитывая закипающую во мне злость за добрый мир Вальдиры, чувствую, что если мне дадут слово – я найду что им сказать! Вот честно!

Я поддал ходу, Грозный Писк послушно ускорился, проводя меня через лабиринт лодок и плотов, выводя на темные просторы гневного Найкала. Да, Афросий, такого я от тебя не ожидал…

Глава седьмая

Бегство от цели. Рынок военный и мирный… Большая рыба

Едва я покинул Сокроземье и по злым высоким волнам немного отошел от его невидимой границы, как тут же поддал ходу, торопясь скрыться за черной неприветливой скалой. Торопился я так не без причины – далеко-далеко, на грани видимости, мой взгляд зацепил крохотное алое пятнышко, этакий красный лоскуток плывущий по линии горизонта.

Добравшись до скалы, я остановил катамаран, взобрался на его качающуюся мачту, едва поднимающуюся над прикрывшими меня камнями. С ее вершины всмотрелся в горизонт. Да, глаза меня не обманули. Красный лоскуток внешне безобидный и непонятный, вызывал леденящий страх и жуть в душе. Я боялся не за себя – за Сокроземье, переполненное множеством мирных «местных».

Как там сказала Ракитушка?

Уже дважды он проплывал мимо и не заметил. В третий же раз точно найдет… и тогда всему конец.

Если чертов красный лоскуток далекого паруса начнется приближаться, мне придется что-то предпринять. Не знаю, что именно, но бездействовать не смогу. Либо мы сыграем с Афросием в догонялки – и я глубоко сомневаюсь, что даже на волшебном ходу, смогу оторваться на катамаране от божественно измененной черной лодки под красным парусом. Меня догонят и грохнут. Что ж – я готов на эту жертву, если мне удастся увести Афросия отсюда подальше. Другого варианта в голове пока нет… одиночный бой мне тоже пока не светит. Я не настолько силен, чтобы справиться с тем, кого усилил бог войны Граххарг, чтоб ему пусто было, чертово божество с почти непроизносимым именем.

Я вообще пока не представляю, как мне справиться с рыбаком предателем Афросием. Его почти наверняка придется убить, зря я его тогда оставил в живых. Но чтобы совладать с этим врагом, мне понадобятся союзники. А все мои боевые товарищи, не считая Бома, сейчас так далеко, что при всем желании, явиться на призыв о помощи они не смогут. А Бом… я уже знаю, что скажет жутко занятый зарабатыванием денег полуорк: «Афросий? Какой нахрен Афросий, босс? Пусть хоть весь Найкал выпьет и всех там заживо сожрет! Не до него! Деньги делать надо!». Посему профессионального «ишака», казначея и неплохого бойца я тревожить не стану.

Красный лоскуток на горизонте изменил направление движения на противоположное. Я заскрипел зубами, качаясь на мачте. Рыскает Афросий, рыскает, что ему пусто было.

Есть одна книга известная многим и любимая многими. Называется «Алые Паруса». В той книге прелестная девушка Ассоль с нетерпением ждет прибытия белого корабля под алыми парусами. Драма с романтикой и хеппиэндом. Про девушку, принца и корабль. Это в том романе.

А как можно определить литературный жанр романа, где насквозь мокрый мужик уцепился за верхушку безумно раскачивающейся мачты и с ужасом наблюдает за алым парусом на горизонте, жутко боясь, что кошмарная черная лодка подойдет ближе. Это что за роман? Про лопуха, психа и лодку? Хм… да хоть какой жанр, лишь бы не эротическая драма…

Алый лоскуток застыл на несколько секунд – вопреки ветру и волнам – а затем начал удаляться прочь, все уменьшаясь и уменьшаясь. Рыбак Афросий, темная ищейка Граххарга, уводил черную лодку к далекому противоположному берегу. Значит, мне в другую сторону и побыстрее…

Брякнувшись в сетку между поплавками, я перебрался на корму, врубил магию волшебного движителя, рискнул спустить паруса и полным ходом рванул в другую сторону.

Я и Афросий быстро удалялись друг от друга, а между нами находилось скрытое Сокроземье.

Остановился я сразу же, как только добрался до колодца света. В этом месте облака с великой неохотой расступились, вниз падал широкий столб яркого солнечного света, немного смягчая гневливый сумрак Найкала. И волны здесь не ревели столь зло, пенные барашки не возносились так высоко, дабы затем обрушиться на многострадальный катамаран. В этой области нормально работала магия телепортации. Более того – область имела имя, звучавшее как «Умиротворенья блик». Это по сути адрес. Достаточно позднее сказать: «Найкал, Умиротворенья блик» и меня забросит точнехонько сюда. Я запомнил. И воспользовался последним свитком магической запаковки, убрав Писк в пространственный карман, бултыхнувшись в воду. Надо срочно закупаться свитками недешевыми. Добряки всегда платят трижды…

Следующим я воспользовался свитком телепортации, прошептав названия града стоящего на двух холмах.

Люцерновый холм. Туда меня и унесло, вместе с добрым ведром студеной озерной воды. Сойдя с мокрого пятна на мостовой, я едва не наткнулся на лафет здоровенной катапульты, кою волокла восьмерка натужно ревущих быков. Влекла наверх, поднимая по крутому склону одного из двух холмов. Ниже и выше упряжки – еще и еще подобные ей. И это не ревущий рогато-метательный парад войск Озерного Края. Судя по мрачным лицам погонщиков и сопровождающих вояк, это просто военный маневр. Перебрасывают артиллерию к вершинам. А зачем?

Пользуясь своим местонахождением на возвышенности и наличием растущей рядом пышной ели, я легко взобрался по колючим ветвям почти до самой верхушки. Оттуда огляделся и изумленно присвистнул.

Город в осаде.

Зажат в кольце. И вокруг – чернота. Никакой привычной бескрайней зелени земли и синевы небес. Ничего из этого не осталось. Сплошные черные пепелища, серый дым и пепел в воздухе, легкий и непривычно холодный для этих мест зябкий ветерок, крапает слепой дождик, лучи солнца едва пробиваются через множество преград, чтобы хоть немного осветить агонизирующую землю, где не растет больше ни единого ростка люцерны. Многочисленная сеть студеных ручьев и небольших речек разрезающих луга и долины почернели как и небеса. Вряд ли текущую в их руслах мутную жижу можно пить.

А на земле военные лагеря со множество больших полыхающих костров, в которых догорали последние деревья и остатки разбитых крестьянских домов. Вражеские отряды представляли собой несколько широких колец сомкнувшихся вокруг славного Люцернового Холма. Они как голодная саранча, успевшая сожрать все вокруг и собравшаяся вокруг единственного оставшегося зеленого холма.

Впритык к городу еще одно кольцо, небольшое, но широкое, закрывающее периметр, повернутое лицами к врагу. Оставшиеся защитники. Их куда меньше чем нападающих, но город надежно прикрывает их и поддерживает. Разноцветные ауры тянутся от Люцернового Холма, этакими сверкающими тюлями ниспадая на отряды воинов. Катапульты разбросаны группами по районам, установлены на разных высотах мощнейшие боевые магические жезлы, один разряд которых может испарить разом небольшой отряд.

Внимание!

«Мирный статус» локации снят! Ведутся боевые действия!

Тревога!

Люцерновый Холм атакован!

Люцерновый Холм в осаде!

Все силы на защиту города!

Текущая сводка событий:

Успешно отбит семнадцатый штурм!

Потерян последний сторожевой пост с южной стороны…

Внимание!

Люцерновый холм взывает о помощи!

Город нуждается в твоей защите!

Если ты способен держать в руках меч или лук, творить целительную или боевую магию, владеешь навыками лекаря или познаниями в алхимии, если ты кузнец способный залатать дыру в броне или поправить лезвие меча, если ты строитель понимающей в кладке камня, если ты мастер могущий создать осадные машины – Люцерновый Холм нуждается в тебе!

Если желаешь встать на защиту города или укрепить силы его обороны – обратись к любому стражу! Они незамедлительно направят тебя в нужное место!

Люцерновый Холм надеется на тебя!

Под оккупированной мною елкой, шагая по краю мостовой, спешно прошло два игрока и четыре снаряженных в весьма богато отделанные доспехи «местных». Следом прошагал десяток стражей в полном боевом облачении, настороженно поглядывающих по сторонам. Меня, орла елового, стражи заметили мгновенно, дернулись в их руках арбалеты, но так и не поднялись – либо узнали, либо решили, что я не представляю собой угрозы. Просто жирная утка на ветвях… то бишь орел еловый.

Остальные не обратили на меня особого внимания. Лишь один из игроков коротко кивнул, я машинально ответил тем же, опознав его только сейчас – еще один из моих пассажиров. К нему сейчас и обращался главный среди разряженных и неумело экипировавшихся «местных», прижимая пухлые руки к груди и слезно заверяя, широко шагающего игрока, едва за ним поспевая:

– Только ваш военный гений спасет нас! На него уповаем. Осада изнурительна и разорительна. Враг наседает, не дает передышки. Возглавьте войска наши! Нацельте катапульты! Используйте свой гений для нашего спасений!

Я аж головой покрутил и едва с елки не свалился.

Что-то не помню, чтобы мне хоть кто-то и когда-то говаривал такие вот будоражащие душу слова: «Только ваш военный гений спасет нас…».

Сползя с колючего дерева, отряхнувшись от хвои, я зашагал к одной из площадей, с высоты приметив там характерное оживление и колыхание. Мне точно туда. По пути отпишусь Храбру. Время тикает. Извини, добрый город, сегодня я никак не смогу встать на твою защиту. Моей помощи ждут те, кто пребывает еще в более бедственном положении. К тому же я не могу починить доспех, смастерить катапульту или взять в руки по-настоящему тяжелый меч, да и военным гением меня природа обделила…

Военный рынок? Распродажа армейского имущества?

Судя по раздающимся кличам и призывам так и было. А крики просто оглушали, я быстро шагал между хаотично разбросанными на площади прилавками и коврами с товарами, борясь с желанием заткнуть уши или начать орать в ответ всякую бессмыслицу.

– Одноручные мечи гномьей закалки! Топоры и копья!

– Взрывные зелья расширенного радиуса действия!

– Зелье «Последний вздох» – идеально для тех, кто собрался погибнуть в толпе врагов!

– Вяленое мясо и рыба! Копченое мясо и рыба – коптились с особыми травами! Есть эльфийский хлеб!

– Всем ворам – здесь мирной локи больше нет! Кого поймаем – сразу на куски! А если кого поймаем на торговле мародеркой – пожалеете еще как и надолго!

– Горшочки с грязью дающей +10 к маскировке автоматом! – вылей на себя и дело сделано!

– Зелья здоровья со скидкой! Берешь десть – еще два бесплатно! Зелья здоровья от средних и выше!

– Мечи из Альгорских арсеналов! Такими пользуются стражи! Еще щиты и копья! Все от двухсотого уровня!

– Продаю карты с монстрами! Разные! Имеются носороги и быкокрысы!

– Продам доспехи, кольчуги и шлемы гномьей выковке! На каждом изделии клеймо рода Дуквов!

– Зелья провороства и силы! Зелья боевой ярости!

– Свитки массовой магии! Почти высшего ранга! Распродажа!

– Обратите внимание на боевые экипажи! Лезвия на колесах, бронированные борта, оглобли из железного дерева! Предусмотрено место для установки магического жезла или стреломета! Вмещают шесть бойцов, не считая кучера! Еще двое – на запятках! Покупайте, не пожалеете!

Перед визитом сюда, по пути я заскочил в банк, где воспользовался личным счетов, сняв с него внушительную сумму. Это глупо, но я постеснялся залезть в только что созданный клановый счет. Но проверить его не забыл и с радостью убедился, что большая часть пассажиров уже перечислила уговоренные суммы. Клан Героев Крайних Рубежей резко повысил свое благосостояние. Об этом говорили и ставшие куда добрее глаза сухого банковского клерка.

Следом я посетил магическую лавку и потратил кучу денег на свитки грузового телепорта, свитки магической запаковки. И только потом направился на рынок, где немного прошелся по рядам, определился с ценами, обалдел нехило, покачал головой и воспользовавшись телепортаций, отправился в другое место.

Люцерновый холм мне не подходил – еда там жутко дорогая, все военное куда дешевле. Игрокам пища не нужна. А вот «местные» привыкли кушать каждый день. Они основные потребители всей производимой в мире Вальдиры провизии. Игроки используют пищу как восстановление здоровья и маны, либо ради усиления характеристик. Поэтому они потребляют пищу очень нерегулярно. Единственное что всегда в почете у игроков – алкоголь всех видов. Ну еще сладости. И крайне редко кто-то действительно любит побаловать себя цифровой кухней. Учитывая, что город в осаде уже довольно долго – цены на провизию выросли до небес. Кто-то начал делать хорошие деньги. А если отрубят грузовую телепортацию – что наверняка произойдет – начнется настоящая блокада. Город станет медленно вымирать от голода. Тот, кто сумеет наладить постоянный ручеек продовольствия – озолотится.

Храбру пришлось переназначить время встречи. Он немного запаздывал, торчал в своей подвальной лаборатории под личным домом, лихорадочно ликвидируя последствия последнего опыта перешедшего во взрыв и собирая уцелевшие склянки и колбы, для моего заказа.

Новая вспышка выбросила меня в Лагенброке. Я уже бывал здесь раньше. Сначала хотел отправиться в сонную деревушку, где жила опаснейшая и прелестнейшая особа с навыками элитного убийцы. Но решил не играть с судьбой и отправился в Лагенброк с его удивительно немецкими домами и улочками.

Здесь ничто не напоминало о грохочущих где-то колесах войны. Это если не считать расклеенных на стенах огромных красочных плакатов с призывами вступать в армию, ради борьбы с проклятыми орками, горными и лесными великанами, гихлами и прочими темными отродьями, что вновь решили нарушить мир. Особенно мне понравился плакат, где деревенский дюжий детина сжимает в кулаке шею высунувшего от удушья язык клыкастого серого орка, в другой руке детины воткнутые в живот распластанного великана вилы. Вдалеке спины убегающих отродий, в спине последнего беглеца торчат вилы. Еще одни вилы за спиной деревенского детинушки. И суровая надпись сверху: «Поля жечь – негоже!». В жизни больше ничего топтать не буду… не дай Боже наткнешься на такового вот деревенского парня с четырьмя вилами за плечами… Ниже на плакате еще одна надпись: «Будни Ивла Малого». О как… а если дело дойдет до подвига?

Зайдя в крупную пекарню, я ошеломил продавца тем, что скупил все до последней булочки, тут же расплатился и запаковал кучу свежей и еще горячей выпечки в магический свиток. Едва выйдя из опустошенной, я нырнул в дверь следующей пекарни. И там повторил тот же фокус, оставив без горячей пышки горячую немецкую пышку, зашедшую следом за мной…

Дальше на очереди были еще две пекарни и два продовольственных магазина. Прикинув примерное количество голодных ртов и количество купленной еды, я чертыхнулся и провел еще один рейд, нанеся ущерб полкам и прилавкам в следующих трех магазинах. Затем я наведался в магическую лавку и там с радостью приобрел всеми игнорируемый пыльный магический свиток густо-синего света. Рядышком углядел нечто похожее, спросил цену, крякнул от изумления и все же купил. Тратить – так тратить.

Промотав немалую сумму, я не удовлетворился и заглянул в магазины торгующие одеялами, шатрами и прочим похожим скарбом. Затем наведался в дровяную лавку. Потом в лекарскую, где приобрел море пузырьков со снадобьями от простуды.

В последнюю очередь я пообщался со старым садоводом, живущим на окраине города и приглядывающим за огромным яблоневым садом. Выслушав мои пожелания, он отвел меня в дальний и самый запущенный угол сада, где показал на небольшую полянку сплошь заросшую цветами. Показал, а затем вручил лопату. Мы с ним накопали немало черной жирной земли, после чего я щедро расплатился, запаковал почву при помощи магии и откланялся.

Что-то я наверняка упустил, но время поджимало и пришло удовольствоваться достигнутым. Тем более что прибыл Храбр и уже дожидался меня рядом со скамейкой у алхимического магазина «Три капли – и все!». Как по мне – сомнительное название с двусмысленной трактовкой. Но Храбр так не думал и когда я туда подоспел, он как раз приобрел связку сушеных ящериц и банку с паштетом из лагунных головастиков. Сперва я удивился этикеткам, но затем разглядел самого алхимика и удивленно крякнул. Внешность Храбра разительно изменилась. Светлый улыбчивый парень превратился в еще более улыбчивого трубочиста пережившего взрыв волос.

– Фокус не удался – развел он руками, понимая мое удивление – А я так надеялся… Как ваше ничего, Великий Навигатор и глава первого зарграадского клана Герои Крайних Рубежей?

– Бывший Нави – поправил я – Погоди. Откуда про ГКР знаешь?

– Так Вестник Вальдиры уже вовсю трезвонит – только что выпустили газету-молнию с большущей статьей за авторством штатного корреспондента Кэлен Ищущей. Народ читает взахлеб. Я только заголовки и пару строчек пробежал. Молодец!

– Не только я – улыбнулся я, принимая похвалу – Давай по пути? Ты свободен на ближайшие несколько часов?

– Для тебя – да!

– Отлично. Как раз хотел с тобой поболтать о будущем. Хватайся за меня. Отправляемся в Умиротворенья блик.

– Куда-куда?

– Увидишь. Рева и волн не бойся – Найкал нынче злой. Полетели…

Вспышка.

Радужный водоворот со штормовым рокотом захватил нас и увлек за собой в искрящуюся пучину…

Я переживал до последнего мига. А когда убедился, что мы на нужном месте, испытал огромное облегчение, летя с высоты шестиэтажного дома в громыхающий волны. Нас выбросило хоть и внутри колодца стабильности, но выше, чем ожидалось. Рядом со мной молча падал Храбр, смотря в будущее с похвальной деловитостью. Хотя, возможно, после взрывного сюрприза в лаборатории, падение в бушующие воды его не слишком и впечатлило…

Зато его поразил мой верный потрепанный катамаран – вернее тот лихой способ, каким я управлялся с тропическим суденышком. Всю дорогу до Сокроземья я был занят тремя вещами – управлением, высматриванием угрозы или преследователей и беседой с Храбром. Мы разговаривали увлеченно, перекрикивая грохот пенных волн, хлопанье паруса и шум ветра. Если коротко – я предложил Храбру стать частью клана Героев Крайних Рубежей. Уважение и помощь с нашей стороны гарантированы, заплата без задержек. Я, сам себе удивляясь, – откуда у меня несколько неумелое хитрое коварство? – не забыл упомянуть, что у нас много особых ингредиентов для абсолютно новых и пока еще неизвестных алхимических зелий. У нас есть средства для оборудования мощнейшей современной лаборатории, для найма умелого персонала, для обеспечения непрестанного притока расходных материалов. При этом я не против того, чтобы он и дальше создавал зелья для себя и торговал ими – само собой, если приобретает составные части на свои деньги.

Перед этим я дал понять, что направляемся мы в место весьма секретное. После меня – только Храбр будет в курсе координат. Так я сразу показал насколько сильно доверяю этому по сути не слишком хорошо знакомому парню алхимику. Плюс экономил время, действуя в любых обстоятельствах. Есть ситуации, когда можно усесться в хорошем ресторане и после неспешного поедания ростбифа и распития бутылочки хорошего вина неспешно поговорить, сделать деловое предложение, выслушать столь же взвешенный ответ. А иногда такой возможности нет и о светлом будущем приходится говорить, прыгая по темным гневным волнам, с тревогой прислушиваясь к трещащему катамарану и надеясь, что собеседника не смоет к чертям подводным с палубы.

Храбр выслушал мое щедрое предложение и, дав понять, что услышанного хватило, попросил немного времени для обдумывания и принятия решения. Отличный ход. Я согласился. А тут и пришла пора прекращать разговоры – все это время я следовал за видимой только мне бегущей по воде зеленой искрой и когда она внезапно исчезла, стало ясно – мы добрались до границы Сокроземья.

Когда мы прорвали стенку «мыльного пузыря» и вошли внутрь, я облегченно выдохнул. Здесь и волн почти нет, и никто злой здесь за время моего короткого отсутствия не побывал. Все тот же покачивающийся на воде хаос связанных лодок и плотов, уйма сидящих на них голодного замерзшего народа. Время действовать…

Дав Грозному Писку легкий ход, я повел его к острову, одновременно доставая из поясной сумки один из свитков, опуская его в воду и произнося слова активации. Легкая сине-зеленая вспышка, из моей руки рванула тысяча искр – не меньше – ушедших ко дну и там взорвавшихся как миниатюрные глубинные бомбочки. И после каждого взрыва в воде появлялся ошалелый судак – живехонький и крупный.

О как взвыли лохры…

За пару секунд я услышал не меньше тридцати раз выкрикнутое сакраментальное:

– Здесь есть рыба!

А уходили лохры под воду как морские котики с береговых лежбищ. Попросту перекатывались с бревен и падали в родную стихию, где мигом обращались в жутко голодные молнии, начинающие погоню за юркими судаками не желающими становиться чьим-то обедом. Но шансов у рыбы не было.

В воду один за другим прыгали лохры и рыбаки с острогами, кто-то уже забрасывал сети, бил по воде веслами, стрелял из луков и арбалетов. У самого дна сновали громадные щуки, столь же жутко голодные как и остальные – удивительно что они еще не заколбасили парочку лохров на щучий обед. Будто вскипевшая вода бурлила как суп в кастрюле на сильном огне. Ошеломленный Храбр неотрывно смотрел вниз, в прозрачную воду, где крутились охотники и жертвы в извечном танце дарующим жизнь одному и отнимающем у другого.

– И это твои будни? – повернувшись ко мне, спросил алхимик Храбр Светлушка.

– Да – не покривив душой, ответил я – Будни. А приключения еще похлеще. И хрен остановишься. Вот хочешь передышку – а никак.

Храбр кивнул и замолк. Катамаран продолжал движение к приблизившейся суше. Приблизившись до нужной дистанции, я круто повернул Писк и пошел по сужающейся долгой спирали вокруг островов. С плотов и лодок кричали радостно дети и женщины, поспешно принимая у рыбаков и лохров рыбу. Детишки лохров лопали рыбу сырой, для других на костры уже ставили горшки и котелки. В воздухе запахло пищей. Уныние сменилось предвкушением обеда – и это куда более лучшее чувство.

Проходя рядом с крупным плотом, я использовал три свитка. На плоту появилось немало дров, еще горячего пахучего хлеба, вяленое мясо, колбасы и окорока, масло сливочное и пара бочонков с мочеными ягодами. Не дожидаясь благодарности, я чуть отклонил корабль в другую сторону, наискось проведя его через «пролив» между плавучей «сушей» и там активировал три таких же свитка. Только так. Лучше не бросать всю еду в одну громадную кучу – по множеству причин. Лучше везде оставлять понемногу, так быстрее до еды доберутся разбросанные по круговой акватории беженцы. Храбр молчал, сидя на носу корабля, кивая на слова благодарности, принимая хлопки по плечам и непрестанно раздавая зелья здоровья и лекарства – зелья собственные его, приобретенные мною оптом, лекарства я при помощи свитка выбросил прямо на катамаран. Везде надо раздать понемногу. Моя репутация с жителями Сокроземья поднялась на единицу.

Катамаран медленно скользил по кругу, я использовал свиток за свитком, оставляя на плотах и в лодках пищу и дрова, Храбр добавлял к ним зелья и лекарства. Вскоре свитки кончились. Ненадолго этого хватит. Но именно что ненадолго. Смешно, но здесь нет, наверное, богатых и влиятельных «местных». Нет никакой выгоды от траты денег на их кормление, обогрев и лечение. Кроме их признательности – которая вряд ли многого стоит. Ну будешь ты получать в каждой береговой найкальской деревушке бесплатные обеды и подарки в виде копченой рыбы. И как часто я посещаю Найкал? И с каких это пор я размышляю о бескорыстной помощи как о инвестиции и пытаюсь просчитать будущую выгоду?

Тряхнув головой, я выбросил из нее непонятные и чуждые мне мысли. По крайней мере на время. Выведя катамаран на глубокую воду, поднялся, указал всем на еще один свиток и прокричал с предостережением:

– Большая рыба! Очень большая! Может бед натворить! Выпускать?!

– Д-А-А-А-А! – всеобщий рев был таким громким, что весь пузырь Сокроземья содрогнулся и едва не лопнул.

Я все же не был уверен…

– Уверены? Очень большая рыба! Вы такой не видывали!

– Д-А-А-А-А! – кажется, кричали даже высунувшиеся из воды щуки, разинувшие длинные страшные пасти.

Ну ладно…

– Кит! Сейвал!

Ярчайшая магическая вспышка на долю секунды ослепила. Когда зрение вернулось, я увидел, как в паре метров от воды завис гигантский многотонный кит. Дернувшееся создание ухнуло в воду. В пресную воду – эти то привыкли больше к соленой. Но ему вряд ли придется долго переживать о падении солености родной стихии – к киту черной волной спешили лохры и щуки, за ними поспевали рыбаки с длинными гарпунами. С трудом развернув вскинувшейся на поднявшейся от падения кита волне катамаран, я повел его прямиком к берегу. Храбр только головой крутил, попутно вручив высунувшемуся из воды страшненькому лохренку большую конфету.

Доведя Писк до мелководья, я остановился, выскочил в пару шагов на берег и там, едва увидев «проявляющихся» Ивовых Сестер, использовал свиток с припасенным черноземом. Там кстати много червей. Разве можно дарить девушкам что-то червивое? Но, увидев с каким прямо-таки остервенением Сестры всадили ноги в появившуюся кучу земли, я решил не загоняться этим вопросом. Может для них черви это как изюм в пудинге?

Я занялся остальными. Много еды и дров. Зелий и лекарств. Мы без остатка раздали все, что имели. А затем отступили подальше и, не пытаясь досаждать оголодавшей толпе, вернулись на катамаран. Развернув его, я направился прочь из Сокроземья. Нельзя терять время. Впереди множество дел. За мокрый борт уцепилась столь же мокрая рука, показалось улыбающееся лицо, мне вручили небольшой зеленый росток.

– Благодарность Сестер за землю!

Награда за задание… я и забыл про нее. Надо им еще больше земли привезти. Но одно задание успешно выполнено.

– Сказали посадить у дома родного.

– Спасибо – ответил я, убирая росток, не забыв его рассмотреть.

«Росток Волшебной Ивы Плакучей».

Интересная награда. У меня пока тут нет дома родного, сажать росток негде… или есть? Уф… в Тишку я так пока и не попал.

– Передай жрицам вашим, чтобы они посланьице Снессе отправили – Росгард вернулся, Росгард на Найкале. Есть пара новостей.

– Передам! Удачи в пути!

Лохр отстал, а мы набрали скорость и ударили по незримой границе, прошибая ее насквозь и вернувшись в темный шторм. За нашими спинами закрывалась «штора». Еще можно было увидеть, как кипит вода, как сражаются с огромной добычей жители Сокроземья. Сейвал не собирался сдаваться. Но вряд ли у него есть шанс… все настолько голодны, что порвут его голыми руками.

Афросий… что мне делать с Афросием?

Это главная головная боль. У меня есть еще несколько часов, затем пора собираться к королю на прием. Что можно сделать со злобным предателем на грозной лодке за это время?

– Ты со мной? Или доставить тебя до зоны телепортации?

– Покатаюсь – улыбнулся задумчивый Храбр и повторил – Ну и будни у тебя… хлеба и воду раздаешь, больных лечишь…

– Здоровых калечишь – улыбнулся я в ответ – Ладно, попробуем найти Афросия и разглядеть его лодчонку черную под парусом алым. Может и выглядим чего…

– Звучит неплохо!

Глава восьмая

Почта и поиск

Афросия долго искать не пришлось.

Его будто магнитом тянуло к Сокроземью. Так и рыскал он вокруг, разрезая волны, неустанно глядя по сторонам. Мне повезло предугадать его маневр, когда мы увидели алый парус вдалеке, огибающий облитые пеной скалы. Я отвел катамаран за одну из расположенных чуть дальше скал, привязал с подветренной стороны, и мы с Храбром живо забрались на скальную вершину, где и распластались. И сейчас я наблюдал за проходящим мимо Афросием, этой новой великой угрозой остаткам мирного Найкала.

Что сказать…

Да, бог войны Граххарг может и подпитал предателя рыбака своей силой, вручил пару даров. Но сделал это небрежно, будто плюнул. Результат получился соответствующий. Несуразностей во внешнем облике рыбака столько, что не поймешь, то ли плакать, то ли смеяться.

Лодка осталась прежней. Да, она почернела, получила кое-где торчащие шипы, острый таран на носу, но размеры те же, как и общий облик. Это обычная рыбацкая лодчонка, что самое большое может вместить двоих. Утлый рыбацкий челнок прошедший косолапый легкий тюнинг. И над этим утлым убожеством – великолепнейший ярко-красный парус размерами могущий сделать честь шхуне. Удивительно и несуразно тонкая и чрезмерно длинная мачта едва удерживает туго надутую громадину паруса. Лодка прыгает по волнам, разбивает и рвет их, протыкает тараном. Порой, при особо сильном порыве ветра, лодка подпрыгивает и буквально летит над волнами, едва задевая их угольно черным днищем. Зрелище завораживающее, пугающее и одновременно вызывающее жалость – когда понимаешь крохотность лодчонки и видишь ее капитана, рулевого и разведчика в едином лице.

Он сидит на корме. Сидит гордо. Расправив плечи, откинувшись назад, одной рукой небрежно удерживая рулевое весло. Ноги широко расставлены, на них высокие блестящие сапоги, на плечах Афросия трепещет развевающийся на ветру красный плащ, голова непокрыта. И, наверное, поэтому – из-за сорванного капюшона плаща – рыбак так низко опустил голову, почти прижавшись подбородком к груди, наверное, поэтому он смотрит исподлобья, украдкой, надолго не задерживает нигде взгляд, спешит перевести его дальше, будто боится узреть чье-то презрение. Афросий то и дело вытирает мокрое лицо рукавом обычной рыбацкой куртки, утирает так торопливо, будто и не дождевая это влага и не брызги Найкала, а чьи-то плевки.

Да… Афросий не выглядит счастливым. Совсем не так должен выглядеть человек в лодке под богатым красным парусом и в богатой одежке. Хотя… где богатая-то? Плащ и сапоги – вот все, чем одарило божество предателя. Парус, плащ и сапоги… ну и чуток силы… и стоило ради этого предавать Найкал? Как-то ты продешевил, Афросий. Надо было поторговаться. Впрочем, если сумеешь найти для своего воинственного хозяина Сокроземье – будет тебе от него еще награда. Может вручат бейсболку с восхваляющей надписью «Афросий – классный предатель!».

– Что с ним делать? – поинтересовался Храбр, забирая у меня подзорную трубу – Видел сполохи какие?

– Какие? – удивился я.

– А… ты же не принял. Выпей зелье, добрый молодец. И откроется тебе… – алхимик дал мне крохотную зеленую склянку. Настолько крохотную, что я мог бы зажать в кулаке четыре таких. Вытащив длинную пробку, вылил в рот несколько густо-красных капель. Сегодня весь день такой – красный…

Выпил. Подождал, глядя как скачет по волнам далекий парус. Ничего не изменилось.

– Снова гляди – мне вернули прибору.

Приникнув к окуляру, я увидел нечто удивительное – Афросий и его лодка были объяты серо-красным огнем. Горел парус, полыхала мачта, непонятно почему не кричал объятый языками пламени рыбак.

– Ого… что это?

– По-разному называют. От расы зависит. Но вообще – божественное око. Говорят, что именно так вот видят мир игровые божества.

– Вот это открытие…

– Ну да. Поэтому к ним так трудно подобраться и что-то от них утаить – боги видят тебя насквозь. Буквально. Еще и ауры, усиления и прочее – Храбр явно сел на любимую стезю, едва ли учебники не достал и не вручил единственному слушателю – Зелье можно менять – направление его действия. Другую травинку добавил – и вот тебе зелье с новым спектром виденья. Более слабое или более сильное. В нашей среде упорные слухи ходят, что далеко не все зелья Божественного ока уже открыты. Есть мол еще скрытые рецептики. Надо пробовать, надо добавлять новые ингры в рецепт взамен старых. Но по деньгам это слишком уж дорого – в каждую эту крохотулю – Храбр показал мне мини-скляночку – Входит одна капля «Ярости бога»! А это очень дорого! Мне как-то посчастливилось в прошлом. Я целую сферу сумел раздобыть! Так в лесу и валялась, в листве скрытая. Не запнись я о нее – не в жизнь не нашел бы. И едва ее заполучил началась такая трагикомедия с погонями, перестрелками и ожившими пнями, что расскажу – не поверишь. От той сферы мне всего-то семь капель божественной эссенции досталось, но хоть что-то…

– Да и у тебя жизнь я вижу та еще – с еще большим удивлением хмыкнул я, наблюдая в трубу за «горящим» Афросием.

– И не говори… я себя порой с Индианой Джонсом ассоциирую. Честно. Хочешь зелье создать – снаряжайся и топай в джунгли, сражайся с монстрами, рой землю, убегай от конкурентов и прочих злыдней… и ведь все один и один по большей части. Подустал я от этого… а кое-кто из тех, с кем мы вместе начинали обучаться алхимическим азам, давно уже на пять или шесть голов выше меня и продолжают расти – они клановые, им все необходимое на блюдечке с синей каемочкой приносят.

– Ну вот тебе и еще один повод. Только у ГКР не блюдечко с синей каемочкой.

– А что? Тарелочка?

– Иногда тарелочка. Иногда корыто с непонятной шевелящейся гадостью. Иногда бочка стоведерная. А иногда вообще ничего. Такие вот мы непостоянные…

– Тоже неплохо.

– Но сферы с божественной энергией у нас есть – добавил я мимоходом – И я как лидер только рад научными изысканием в наших лабораториях… правда лабораторий я еще не построил, но займусь этим вот-вот.

– Заманчиво стелешь… я думаю, Рос, думаю. Что там с Афросием? Углядел чего-нибудь?

– Углядел – отозвался я – Он горит только сверху и по сторонам. А снизу – под водой – вообще ничего не светится. Черное днище лодки. Граххарг не слишком любит воду?

– Найкал не слишком любит Граххарга? – в свою очередь предположил Храбр – Читал про битву между древним Злом и Светом? Там про двоих богов схватившихся так люто, что чуть полмира прахом не пошло. А потом кто-то ну очень крутой сделал так, что двое буянов заснули мертвым сном. Злой незнамо куда подевался, а добрый заснул прямо в гигантской воронке, что выбили они во время последней схватки. Из этой воронки и получилось озеро Найкал…

– Не читал… – оторвавшись от наблюдения за предателем, медленно произнес я – Интере-е-есно…

– Да это даже не легенда, а сказка. В любом книжном магазине продается – иллюстрированные истории для детей. Сказки Вальдиры. Почитай.

– Обязательно почитаю – ответил я – Обязательно. Так… не знаю уж почему, но, если верить твоему зелью, Афросий снизу не защищен почти ничем. Есть шанс вбить ему кол праведного негодования в сраку и от души провернуть. Вопрос в том – как? Храбр, ты щук поблизости не видишь?

– Щук? Хм… – алхимик свесился со скалы и уставился в воду – Щук не вижу. Только какой-то лохр болтается на твоем катамаране и жрет рыбу.

– Зови лохра!

Через минуту дочавкавший лохр соизволил обратить на меня внимание, радостно замахав рукой.

– Друг Росгард! Это ты!

– Виделись же только что! – буркнул я, спускаясь ниже, где меня тут же накрыло сердитой волной.

Шплях… и под веселый смех лохра бравого лидера клана ГКР прибило к твердой скале. Отфыркиваясь от пены и воды, я почувствовал себя как облизанная почтовая марка со всего маху пришлепнутая к конверту. Почтовый перевод оплачен, утрите излишки слюны…

Утерев хлебало, откашлявшись, я подманил лохра кукишем похожим на одноглазую рыбу, ухватил весельчака за редкую поросль на впалой груди и, с трудом сдерживаясь, чтобы не дернуть за оную, поинтересовался вкрадчиво:

– А богиня ваша Снесса где?

– Великая? – лохр пугливо покосился на три грудные волосины зажатые в моем кулаке, нервно сглотнул и старательно заулыбался, попутно попытавшись вручить мне крохотного малька. Рыбку я отпустил и кивнул:

– Ага. Она.

– Кто ж знает, друг Росгард? Она богиня! Мы не знаем – развел руками явно не самый интеллектуальный лохр.

– А жриц в Сокроземье нет случайно? – подтолкнул я в нужном направлении собеседника.

– Есть! Две! Одна на одном конце плавучего городка – другая на другом. Им вместе нельзя… склочные больно. А так бабки сильные! Ух сильные! Каждая по три плошки дибилидной настойки выпивает и ничего – ни в одном глазу! Разве что мужей своих потом бьют… два дня напролет…

– Будь добр – навести их. И попроси передать весточку богине Снессе. Пусть донесут до ее божественных ушей сведения, что Росгард вернулся с далеких берегов и сейчас на Найкале, пытается остановить предателя рыбака Афросия, что задумал найти сокрытое место, где прячется много лохров обездоленных – детей ее.

– У-у-у… – впал в прострацию лохр, не в силах переварить мою речь. Мне точно попался недоумок.

– Снессе. Росгард на Найкале. Остановить Афросия. Опасность для лохров. Времени очень мало – терпеливо повторил я, дождался кивка и только тогда отпустил жалкое волосяное покрытие с водоотталкивающими свойствами – про последние уже я придумал. Но странно – обычно лохры лишены волос на теле. Новый вид? Болотикус имбецилус весельчакус рыбожратикус?

Глупый или нет, но исчез он быстро. Раз – и нет его. Я только и успел увидеть юркий силуэт уходящий прочь стремительно как торпеда. Черт… время тикает.

А что я могу?

Афросий усилен богом. Как-то при мне мамонту Колывану в хобот дунул бог. И с тех пор, довольно долгое время, мамонт был просто мега-монстром по сравнению со своими сородичами. Чего только не вытворял Колыван, где он только с нами не побывал, в чем только не участвовал. И везде выживал – за одним единственным исключением. Но и там показал чудеса живучести.

Я не знаю, как именно Афросия наградили божественными силами – воображение с протестующим писком пасует и стыдливо удаляется. Да мне и плевать. Одно знаю – противник он теперь сильный. И лично ко мне имеющий персональные обиды. И наша с ним последняя встреча кончилась довольно плохо. В принципе на его обиды мне тоже плевать. Но вот на его мощь – нет. Он и меня и Храбра быстро на рыбий корм пустит. Поэтому мне нужны союзники. Причем такие, кто не просто будет стоять за правым и левым плечом, а самолично бросится вперед и примет на себя первый удар. Афросий все же не бог, силы у него потратятся быстро.

Из таких – сильных и при этом кровно заинтересованных – я знаю богиню Снессу.

Она идеальный кандидат – еще одно клановое выражение намертво прицепившееся ко мне во время Великого похода. Его часто использовали советники ЧБ. «Он идеальный кандидат на эту должность», «она идеально подойдет для кормежки крубзов», «он идеально вписывается в прогнозируемую картину последующих событий должных привести к нужному нам исходу».

Снесса заинтересована в сохранении не только жизни своих верующих, но и их образа жизни. И это я уже сам дотумкал, благодаря событиям прошлого – когда Зубрава терроризировала прибрежные воды и бедные лохры не могли продолжать свои пьяные дебоши, пляски и чуть ли не оргии – что почему-то у них считалось вознесением молитв. Шикарная молитва… милый, а почему ты в стельку пьяный, почему так музыка орет и почему с тремя девками в постели? Не обращай внимания, милая, просто вечерняя молитва.

Огромный кусок земель перестал возносить молитвы. Снесса не получает силы. А еще ее постоянно тревожат плачущие жрицы, просящие защиты. Это как жить в комнате с отключенным электричеством и при этом тебе постоянно стучат в дверь. Поэтому Снесса – идеальный кандидат. Я не откажусь от помощи – неважно какой. Участие в бою, большой совет или маленький, усиление моих сил, какое-нибудь оружие – мне все сгодится. Главное побыстрее.

Еще есть Ивовы Сестры с их войском зубастых и реально сильных щук. Я знаю – меня одна такая сожрала в один присест. Она правда усиленная была, но как бы то ни было – с этой силой надо считаться. Но я их звать боялся. Во-первых, они сейчас представляют собой серьезный рубеж обороны Сокроземья. Поэтому я и других оттуда звать не хотел. Одно дело если я погибну и совсем другое – когда защита сокрытого места резко ослабнет. А во-вторых – Афросий рыбак и на рыбацкой лодке. Обычно божественное усиление увеличивает те характеристики и навыки, что имеются. Колыван после божественного дуновения летать не научился… ну, я так думаю, хотя если припомнить… Колыван стал сильнее, живучей, прожорливее, быстрее, умнее. Но не приобрел каких-либо новых навыков – или Орбит не стал мне об этом говорить.

Если усилить рыбака пьянчугу, что усилится?

Сила, умение управлять лодкой, живучесть, может быть разум станет сильнее. А еще станут мощнее имевшиеся навыки рыбной ловли. Что-то вроде «+200 к урону против любой рыбы». Это я к примеру. Вариантов куда больше – у меня мозги задымились, когда я начала представлять. Плюс Граххарг божество войны. Стало быть, еще и к силе атаки добавит. Может и оружие вручил. Какое оружие вручат рыбаку? Меч? Топор? Лук? Магический жезл? А может быть костяную палочку некроманта? Ой вряд ли. Скорее то оружие, с которым он и до этого мог неплохо управляться. Я бы вручил гарпун или сеть. Или и то и другое – что вполне смертоносная связка. Этот вариант лежит прямо на поверхности. Надеюсь ему вообще ничего не дали, но рассчитывать надо на худшее. Посылать рыбу в атаку на рыбака… попахивает пресноводным Моби Диком…О!

Еще один кит? Как уронить тушу на Афросия… пусть машет удочкой с белым флагом и вопит от ужаса. Тогда уж лучше приголубить камнем. У меня есть свитки с боевой магией…

– Надумал что? – Храбр спустился ко мне – Алый парус уходит. За ним?

– За ним. Я тебя не от чего не отвлекаю?

– О нет. Это плавание я не пропущу. Про такую магию как у тебя я еще не слышал – я про управление катамараном.

– С Кольца Мира – пояснил я, занимая свое место и выискивая взглядом удаляющееся красное пятнышко на горизонте – Двинули. Понаблюдаем за злыднем еще немного. Дождемся может ответа от Снессы.

И дождались…

Но я видать рылом не вышел, чтобы снова лицезреть саму великую богиню. Вместо нее явилась жрица. И ждать не заставила – следуя за Афросием, мы едва-едва одолели пару морских миль, как я привык считать расстояние. И нас нагнала милая старушка столь же улыбчивая как Утес Рока. И появилась она спокойно и неспешно.

Р-раз! И сидит бабушка перед носом восседающего спереди Храбра. Паренек вякнул что-то сдержанное, отпрыгнул всего-то метра на три – прыгал спиной вперед – затем уверенно удержал себя от попытки сигануть за борт, для чего-то крутнулся вокруг оси, трижды сплюнул через левое плечо, похлопал себя по щекам, с шумом несколько раз вдохнул и выдохнул под ворот рубашки, оттягивая его дрожащей рукой, потом окончательно обмяк, глянул быстро на меня и почему-то с головой залез в заплечный мешок, решив заняться срочной ревизией аптечных средств. А может валериану искал – исключительно для бабушки.

– Ничо так в вашем племени здороваются – одобрительно кивнула бабка на замычавшего в мешке Храбра и перевела взгляд на меня – А ты чего такой невежливый?

Нет, я попытался прикинуть в мозгу очередность недавних действий Храбра, но быстро сдался и, растянув губы в старательной улыбке, склонился в сидячем полупоклоне, прижимая руки к груди. Дешевенько, конечно, у Храбра приветствие спонтанное куда лучше получилось. Вот ведь мужик быстрый и четкий – не каждый так заковыристо поздороваться сумеет.

– Великая прийти не сможет – произнесла сухопарая жрица, доставая из рукава мокрого балахона еще живую рыбку и забрасывая ее в рот – Я помогу чем смогу.

– Ясно – не стал я спорить – Уважаемая…

– Просто Кикшу.

– Кикшу… оглянитесь. Там красный парус – за коим следуем мы с опаской. Парусом тем и лодкой правит рыбак Афросий принявший сторону бога Граххарга.

– Мерзость – пожевав губами, плюнула жрица Кикшу.

Вылетевшая из ее рта мелкая рыбка плюхнулась в воду и с облегчением угребла подальше, при этом не замечая, что светится от головы до хвоста. Жрица же достала из рукава мелкую извивающуюся змейку, кажется, ужика, и со свистом втянула ее губами в рот. Будто спагеттину… Только затем жрица обернулась – ее голова с легкостью повернулась почти на сто восемьдесят градусов. Она внимательно всматривалась в красный лоскуток не меньше минуты. Я немного увеличил ход, начав медленно, но верно догонять черную лодку. Время… время…

Тренькнув, пришло сообщение от Киры.

«Через час сможешь вырваться в реал? Важно и нужно, честно».

«Постараюсь. Сейчас на Найкале, обнаружил здесь Сокроземье и кучу мокрых голодных беженцев сидящих в мыльном пузыре и ждущих беды. Пытаюсь что-то сделать, плюс охочусь на охотника за их душами».

Ответ пришел моментально:

«Помоги беженцам!».

Да уж. Живущий в душе Киры паладин не исчезнет никогда. Через секунду добавилось еще сообщение:

«Но постарайся вырваться. Важно».

«Понял».

– Темная злобная мерзость обиженная на весь белый свет – вздохнула жрица – Ох… в том и людей вина есть.

– Это как? – решил я уточнить ради более полной картины. Кивнул и Храбр, выбравшийся из мешка и теперь составляющий два набора разноцветных пузырьков.

– Быстро по деревням прибрежным молва разнеслась о подлом воре и разорителе храмов буйном пьянчуге рыбаке Афросии. Никто его не принимал, даже в трактирах его привечать перестали, все оставшиеся приятели отвернулись. Он пытался испросить прощения, но даровано оно не было. Оттого еще пуще ожесточилась душа его пропитая. Потому и не стал он долго думать, когда подвернулась возможность отомстить всем сразу. Вот и рыщет теперь по бурливым волнам глупый Афросий продавший душу свою за красный парус, плащ и высокие сапоги… а стыд его так и гложет, взгляда оторвать от дна лодки не может. Потому видать и не сыскал он еще Сокроземья.

Ничего нового бабушка не рассказала. Примерно такую же, самую очевидную картину я и представлял. Надо было сразу валить Афросия. Вот ведь Вальдира – приметила озлобленного и одинокого рыбака, да и сделала из него Плохиша.

– Настоящий Эфиальт – тихо добавил покачавший головой Храбр – Коли мнишь что друг тебе слишком плох – однажды он может стать отменным врагом.

– Бухать надо меньше – не согласился я – Видели бы вы его после чарки вина. Буйный и злобный…

Пожевав губами, жрица сплюнула за борт светящегося ужа, поглощенного волнами и пропавшего в мгновение ока. Из рукава появился малек и отправился в рот Кикшу. Она их словно семечки лузгает… правда не уничтожая…

– Вижу, но смутно, что Граххарг вроде и придал сил Афросию, но не слишком и старался бог войны…

– Смутно? – встрепенулся окунувшийся в родную стихию Храбр и на мгновение нырнув в мешок, выбрался обратно с парой пузырьков – Вот это взор усилит и прояснит.

Две скляночки. Одна уж мне знакомая – настойка на божественной ярости. Другая попроще и покрупнее, видать рангом иная.

– Ну-ка… – не стала бабка отказываться от химии и приняла склянки. Но не выпила их разом, показав рассудительность. Откупорила каждую, принюхалась. И одну сразу же вернула Храбру – настойку на ярости – с коротким пояснением:

– От чужого бога нам не надо.

– Ясно – чуть поник Храбр, но, оживившись, порылся в закромах и показал Кикшу еще пяток скляночек. Она поочередно откупорила каждую, принюхалась к горлышкам, затем снова закрывая и возвращая. На предпоследней сработало. Вдохнув запах, жрица улыбнулась:

– Ярость Великой Снессы… оно… – и выпила залпом, вернув оставшиеся настойки алхимику.

Затем бабушка занялась той склянкой что покрупнее. Выдернула с чпоканьем пробку, принюхалась, хмыкнула пренебрежительно, ладонью зачерпнула водицы найкальской и добавила в склянку три или четыре капли, затем туда же бросила пару водорослевых листиков и изобилии проплывающих мимо. Встряхнула пару раз склянку и выпила содержимое.

– Вот так-то гораздо лучше. Просветлел взор, просветлел…

– А бабуля толк в зельях знает – качнул я головой и покосился на Храбра, занятого лихорадочным строчением в блокноте. Что-то записывал. Почти наверняка писал про найкальскую воду и водоросли. Моя догадка подтвердилась, когда подавшийся вперед парень подхватил с воды такую же водоросль, что была использована жрицей Снессы.

Ахнувшая жрица поспешно сплюнула за борт. Мы все проследили за бурунным следом оставленным крохотным мальком выплюнутым за борт и ушедшим в неведомые дали. Оппа… а ведь малек был во рту жрицы, когда она подряд тяпнула «две рюмки». И раз рыбка не стала закуской, она сполна получила по дозе от каждого зелья. И что теперь будет с рыбкой? Малек вон волны насквозь прошибает… если не лопнет от переполняющей крохотное тельце мощи – его ждет великое будущее.

Сама же жрица, послу употребления усиливающих лекарственных средств, внешне особо не изменилась. Разве что в щелках старческих глаз полыхнуло на мгновение колючее пламя, чтобы тут же угаснуть.

– Глянем-ка…

Старушка снова повторила неестественный совиный поворот головы, уставилась в красное приметное пятнышко по курсу. Я догадливо добавил Грозному Писку скорости. Афросий может и мощнее нас, но сейчас он никуда не спешил. Рыскает, гад такой, вынюхивает и высматривает. И ведь крутится у Сокроземья постоянно, будто тут скалы намазаны…

О!

Встрепенувшись, я невидящими глазами уставился в небо, машинально считая облака, провожая взглядом пролетающих редких птиц, заблудившихся в этом туманном мареве. Не знаю сколько я так правил вслепую. Может минуту, может больше. Все заняты своими делами, все молчат. Но вырвал меня из раздумий окрик Храбра, затрясшего меня за плечо:

– Рос! Росгард!

– Да… – очнулся я и в свою очередь схватил алхимика за плечо – Я знаю слабое место Афросия!

– Ты его в небе углядел? – удивился парень.

– Нет… погоди, надо обдумать. Но я знаю его слабое место! Даже несколько слабых мест! И каждое как гигантская пробоина в его броне… черт! Я знаю!

– Ого… и зачем мы тогда старушку беспокоили? – осведомился Храбр – А у нее кстати новости.

– М? Уважаемая Кикшу?

– Лодка сильна и зело погана – изрекла бабушка, с сомнением глядя на извивающегося на ладони головастика – Но снизу слаба и трухлява, да и борта не шибко крепки. Мачта крива и тонка, парус – старая рваная рубаха, что когда-то может и была красна. Видать долго Граххарг думать не стал, усилил лишь то, что было при Афросии в миг их встречи темной.

– Золушка Найкальская – дошло до Храбра, алхимик уставился на приблизившийся парус.

– Золуш Найкальский – поправил я – И надеюсь он нигде не потерял свой вонючий башмак. Но вряд ли можем мы рассчитывать на полночь. Со временем магия сия не исчезнет… или?

– Исчезнет – кивнула Кикшу – Но не быстро сие происходит. Время и время на это уйдет. А времени у Сокроземья нет…

– Ладно – мягко прервал я жрицу – Мы сами переведем стрелки одним взрывным усилием. Кикшу, я прошу собрать силы из десятка боевых щук, трех умных и сильных молодых лохров и следовать на удалении за моим кораблем.

– Зело странным кораблем – вставила старушка.

– Не спорю – улыбнулся я – Корабль заморский. Вернемся к делу – прошу следовать на удалении солидном, не меньше сотни шагов… вернее сотни гребков нас разделяло – проговаривая инструкции, я внимательно наблюдал за жрицей, которой не мог управлять слишком уж слабый искусственный интеллект. Пока что меня вроде бы понимали. Заминки если и случались, то крохотные. Внимательно слушал и Храбр, всматриваясь в чистый лист своего блокнота, на котором я спешно и коряво писал необходимые мне предметы.

Объяснения заняли около десяти минут, затем Кикшу мягко упала спиной в воду, и та мгновенно накрыла старушку тяжелой волной как пуховым одеялом. Накрыла и унесла с собой. Я же сменил курс и направился к виднеющемуся вдалеке световому широкому столбу косо падающим на бурливые волны. Еще один островок телепортационной стабильности.

– Это и это – знаю где купить со скидками, но придется прыгнуть в Щитоград, что рядом с Темным Краем. Там у них по этому делу настоящие производственные мощности – задумчиво потер Храбр подбородок, ставя пару меток – Дешевле вряд ли где найдешь.

– Отлично – кивнул я – А вот это?

– Спросим там же в трактирах. Место там людное, все время война, героев и злодеев столько, что просто обывателю и не протолкнуться среди них. А герои и злодеи всякую дрянь пить не станут. Найдем.

– Тогда отправляемся в Щитоград – заключил я – На полчаса. И мигом обратно. А по пути заскочу в ЛК. Найдется у меня второй тип приманки.

– Думаешь сработает?

– Надеюсь. Боги усиливают достоинства, прикрывают уязвимости. Усиленное богом дерево устоит в лесном пожаре. Но что если слабости душевные? М? Я знавал Афросия до его божественной «реинкарнации». Эта та еще Золушка… на фоне такой «дивчины» злобная мачеха и ее уродливые дочери покажутся настоящими ангельскими кроткими девами. В любом случае – не попробуем, не узнаем. Погнали…

Пока я толкал свою первую не слишком уверенную речь новоиспеченного кланового лидера перед первым внимательным слушателем и потенциальным новым членом Героев Крайних Рубежей, катамаран добрался до столба света и на виртуальном интерфейсе замигали зеленые радостные огоньки. Все стабильно. Я могу воспользоваться телепортацией и при желании вернуться сюда – в Омут Надежности. Прекрасные названия.

Используя свиток телепортации, я немного нервничал, в преддверии будущих событий. Храбр Светлушка парень самостоятельный. Он и в одиночку пусть с трудом, но с бедами и проблемами справляется. И если такой человек и примкнет к какому-нибудь клану, если и согласится стать еще одной блестящей и непрестанно вертящейся клановой шестеренкой, то только в том случае, если поймет – лидер сего клана надежен и умен. Что пожертвованная свобода стоит того…

Вспышка грузового телепорта унесла нас вместе с катамараном. Надо быстро подправить немного поврежденный волнами корабль. И заодно загрузить его нужными для боевой операции предметами.

Искренне надеюсь, что все получится…

* * *

– Получается! – Храбр радостно ударил кулаком по мокрому камню.

Я поддержал его нескрываемым облегченным вздохом.

Получалось…

Грозный Алый парус круто сменил курс, пролетел метров сто и на мгновение приостановившись, продолжил движение к нам. Еще сто метров – и еще одна коротенькая остановочка. И еще раз…

– Ты сделал ему хлебную дорожку. Как в сказке про Ханселя и Гретту.

– Верно – кивнул я – Не совсем хлебную, но да. И вроде бы работает. Старый недуг не ослаб. Кажись даже наоборот – усилился.

Вражеский парус приблизился еще метров на триста, мы сумели разглядеть черный лодочный нос в белопенной оправе волн. Корабль Афросия приближался с регулярными остановками. Через подзорные трубы мы пристально наблюдали за его подходом, с каждой минутой различая все больше деталей.

Золото и алкоголь. И власть.

Вот ахиллесова пята этого монстра. Несколько неожиданно, но работает.

Я помнил про страсть Афросия к золоту и драгоценным камням. Я помнил, как одержимо он собирал всякие блестящие дорогие штуковины и прятал их в своем тайнике. Как он воображал себя королем, сидя в золотой короне-обруче и повелевая воображаемыми подданными, прихлебывая жадно из винной бутылки.

Золото и алкоголь. И власть.

По этой хлебной дорожке он и шел.

Я попытался проявить креатив и с помощью Храбра всего за полчаса мы сумели соорудить несколько забавнейших и весьма дорогих поплавков. Мой мозг проявил поразительную фантазию, и я составил настоящую алкогольную плавучую и денежную прогрессию, если этот термин сюда подходит.

Это сработало.

Идущая по волнам под чересчур большим парусом лодка первый раз приостановилась, когда предатель увидел проплывающую мимо на треть полную бутылку пива с обмотанной вокруг горлышка дешевой, но блескучей тонкой серебряной цепочкой. Это был момент истины. Самый напряженный миг. И Афросий меня не разочаровал. Он подобрал бутылку, проворно отцепил цепочку, откупорил пробку, вдохнул запах и разом проглотил свежее пиво. Никаких сюрпризов – свежайшее темное пиво «Абл и Габр» и ни единой добавки вроде яда. Рисковать я не мог – вдруг усиленный божеством рыбак учует или разглядит? Нет уж.

Едва Афросий допил – чуть поодаль показалось несколько измочаленных досок и еще одна бутылка. Тоже пиво. Тоже цепочка. Доски – чисто для декорации. Типа разбился корабль полный празднующих богатых алкашей. Может и лишнее, но я так переживал, что решил добавить антуража.

С каждой новой бутылкой Афросий приближался к нужному мне месту. В каждой новой бутылке хмельное зелье было крепче. Начали с пивка, перешли на вино, потом на ром, а сейчас в каждой бутылке подобранной рыбаком с воды плескалась предложенная Храбром какая-то чуть ли не адская гномья брага. На каждой новой бутылке была все более дорогая безделушка из драгоценного металла. Серебро, теперь золото, да еще и с небольшими драгоценными камешками. Это очень дорогая «хлебная тропа». Одно дело на землю сухой хлеб крошить и совсем другое дело выбрасывать деньги пригоршнями в воду. Выбора нет. Хочешь быстро – плати.

Афросий подобрал еще одну бутылку…

Они появлялись у него на пути будто сами собой. Будто волнами случайными принесенные. Путь Афросия вилял – так я задумал. Слишком подозрительно вести его по прямой линии. Поэтому я щедро добавил крутых поворотов. И доставлял я бутылки и доски с помощью затребованных «умных и ловких молодых лохров», коих страховали боевые щуки и сидящая рядом с нами старая жрица «жующая» очередного малька. Один лохр не удержался, попытался попробовать эльфийского винишка, но жрица сжала сухонький кулачок и падкого на алкоголь перепончатого проказника так скрючило, что у него разом пропало всякая охота до вина.

Бутылки всплывали рядом с лодкой, извилистым путем ведя к нам, лежащим на узкой и высокой скале увенчанной венчиком высоких старых сосен и кустарника. Это создало нам прекрасную защиту, да еще и жрица магии добавила немножко. Катамаран припаркован с другой стороны скалы. Перед нами же невысокая каменная дуга, «рогами» обращенная к подходящему Афросию. И он послушно приближается…

Вот рыбак выловил последнюю одиночную бутылку, заранее сморщившись – я наблюдал через трубу – выбулькал содержимое в луженую глотку, сорвал золотую брошь с изумрудом, жадно спрятав добычу за пазуху, нетерпеливо огляделся и замер… Тогда же окаменел и я – критический момент плана.

Там, в дугообразной гавани защищенной от волн невысокими каменными стенами, плясали на воде переломанные доски и бревна, редкие бочонки, бутылки с посверкивающими горлышками. А еще там же, закрепленная на самом большом бочонке, сверкала большая золотая корона с рубинами. Корона детская, из позолоченного магического картона. Используется на всяких торжествах и маскарадах. Зубцы толстые, высокие, вообще корона больше смахивает не на головной монарший убор, а на разложенный медвежий капкан. Сравнение превосходное – именно капканом она и являлась… равно как и блестящей приманкой…

Афросий что-то забормотал, дернул шеей, повел рулевым веслом, нетерпеливо топнул обутой в высокий сапог ногой и лодка прыгнула вперед. На искаженном лице застывшая гримаса жадности. По небритым щекам стекает вода – брызги волн. Но кажется, что предатель плачет…

Золото и алкоголь. И власть. Пусть даже воображаемая…

Черная лодка под алым парусом зашла в дугу.

Перегнувшийся через борт Афросий схватился за ближайшую бутылку, откупорил, начал глотать сильнейший алкоголь, другой рукой потянулся за короной. До нас доносился его счастливый смех…

Раздался сухой треск.

Это я сломал тоненькую палочку, очень похожую на ту деревянную штуковину, что торчит из многих пломбиров и за которую нужно держаться, пока грызешь сливочную вкуснятину. Только эта палочка была покрашена в красный цвет и снабжена загадочной резьбой. Ее я и сломал с сухим треском.

И грянул взрыв.

Взрыв чудовищный. Страшный. Невиданный для большинства. А для меня, как для прошедшего Великий Поход и морские баталии, взрыв был просто сильным. После залпов Черной Королевы, чудовищного фрегата клана Неспящих, этот взрыв показался мне звуком детской бумажной хлопушки.

В Щитограде, надежно защищенным и часто оказывающемся в кольце осады городе, мы закупились самыми мощными взрывными зельями. Озаботились дистанционным взрывателем. Прибыв обратно, выбрали подходящее неглубокое место рядом с рыскающим Афросием. Опустили целую гору магической взрывчатки на дно, лохры и щуки замаскировали все слоем донной грязи, жрица наложила магию, изрядно подустав и выпросив еще одно зелье у Храбра, содержащее толику божественной ярости Снессы. Хотя мне лично показалось, что для бабули эти зелья вроде конфет с коньяком. Старушка аж розовела после принятия такой скляночки и блаженно щурилась как кошка отведавшая сливок.

Взрыв ударил вверх. Стены не дали разойтись взрывной волне. Изорванное красное пятно взлетело к облакам и птицей с переломанными крыльями упало вниз, кружась и трепыхаясь. В полете оно съеживалось, медленно подлетая ближе к нам, пока не зацепилось за ветвь сосны над нами. Я удивленно качнул головой – вместо громадного алого паруса на ветви колыхалась едва-едва красноватая старая застиранная рубаха. В воду сыпались обломки старой рыбацкой лодки. Мягко падали обрывки рыбацкой сети.

– Предатель Найкала погиб… – подытожила жрица, глядя как с ревом опускается водный столб.

Я выдохнул с еще большим облегчением – первая волна радости меня захлестнула, когда я понял, что если и не прикончил Афросия, то лишил его магической лодки. Жрица зрит в корень. Афросию конец. На душе стало немного грустно – сам не знаю почему.

Поздравляем!

Задание «Поиск Афросия» выполнено!

Награда: нет.

Я вздохнул и встал. Грусть и недовольство собой усилились. Я пошел по самому легкому пути. Наверняка Афросия можно было остановить другим способом. Уговорить, подкупить, открыть ему глаза, излечить от алчности и жажды выпивки. Отправить его послушником в какой-нибудь светлый храм… Но я предпочел купить кучу мощнейшей взрывчатки, посадить предателя сверху и поджечь фитиль. И это мой первый поступок как кланового лидера…

Но кажется мне, что вокруг все немного посветлело. Облака чуть разошлись? Или уровень угрозы спал?

Старая жрица Кикшу склонила голову в молчаливой благодарности и удивительно изящно скользнув по воздуху, без брызг вошла в воду. Помахали руками лохры и отправились следом за щуками. Помощники возвращались в Сокроземье. А я только что получил прибавку к уровню доброжелательности со всеми обитателями Сокроземья – которые в дальнейшем, если выживут, станут обычными мирными жителями Озерного Края.

– Подумай над моим предложением, Храбр – предложил я, спускаясь к катамарану – Не торопись. Но слишком долго не думай. Я срочно в «офф». Меня заждались. Но вечером вернусь. Буду рад получить от тебя весточку.

– Договорились – едва заметно улыбнулся Храбр – Проверим место крушения золушкиной кареты? Вдруг чего осталось?

– Проверим. Десять минут на обыск – и к колодцу света. Времени в обрез.

– А его всегда в обрез – фыркнул алхимик, усаживаясь и берясь за весло – Я помогу грести.

В принципе оно и не требовалось, но сам жест Храбра приятен и многообещающ. Пусть гребет…

Обрыщем «место крушения», дойдем до области с доступной телепортацией и разбежимся. Я в Альгору. В гостиницу поближе к королевскому дворцу. Сегодня вечером, когда вернусь, меня ждет вечеринка у короля. Да… неожиданная карьера для парня решившегося удалить старого персонажа только из желания подзаработать деньжат…

Глава девятая

Сюрприз…

Сюрприз так сюрприз.

Я ожидал всего. Но никак не прибытия мамы.

Именно ее голос я и услышал, едва выбрался из пахнущего старым потом кокона.

Мама ругала отца. Серьезно так ругала. Ее голос я знаю досконально – как и каждый не обделенный родительской любовью и строгостью ребенок. А для нее я все еще ребенок. Парадокс. Отец начиная с моего семилетнего возраста считает меня взрослым мужчиной обязанным отвечать за свои поступки, а мама, даже сейчас, когда я давно вырос и покинул родительский кров, считает меня чересчур юным и неприспособленным для внешнего враждебного мира. Лучше бы они нашли золотую середину!

Я не мудрец, но и не дурак. Чувство самосохранения у меня развито отлично. Поэтому в коридор я выходить не стал, предпочтя заняться физическими упражнениями, начав с приседаний. Никогда еще приседания не были столь приятными – ведь за дверью серьезно так честили отца, а он смиренно молчал. Так я готов приседать вечно!

Мама разошлась не на шутку. Когда она начала успокаиваться, я уже выдохся окончательно, успев наприседаться, наоотжиматься, покрутить тазом, совершить много попыток сдвинуть стену, почесать затылок способом двоечника Михлевина из моего класса, сыграть на нижней губе пару северных печальных мотивов, построить себе гримасы в зеркале и заодно так аккуратно сложить недавно постиранную одежду, что, если Кира откроет стенной шкаф, ее ждет удар сокрушительной зависти к моим чудо способностям.

– И где мой сын?

– Я тут, мамуль – лучезарно улыбнулся я, выходя в коридор и распахивая руки для объятия. Получилось прямо как у прожженного политика. Хотя маме я жутко рад. Соскучился.

– Как твои дела? – продолжил я словесную атаку, не давая ей начать справедливо попрекать блудного сына – Испереживалась за отца, да? Когда он тебя бросил…

– Я не бросал! – злой рык получившего полный залп материнской артиллерии отца был полон зависти. Папа тоже не дурак и уже понял, что сегодня словесных тумаков от матери получил только он один. А мне досталась вся любовь истосковавшейся в одиночестве матери. И отца это не радовало – распределение люлей и пряников.

– Давно приехала?

– Да с час назад.

«Стало быть отца долбали целый час. Хе-хе-хе…»

– Предупредила бы – я бы встретил – произнес я вслух с укоризной. Тут не соврал – обязательно бы встретил.

– Да меня уже встретили! Матросик улыбчивый отцом твоим засланный! Может мне с ним и надо было в Гагры махнуть?

– Ох – поразился я – Так он сам тебя не встретил что ли? Пап, ну ты чего? – повернулся я к отцу с уже отработанной укоризной, но встретил такой пронизывающий ледяной взгляд, что поспешил отвернуться. А то просквозит и схвачу простуду. Взгляд прямо арктический…

– Вот и я поразилась – поддержала мама, придерживая меня за локоть и ощупывая материнским пристальным взором, выискивая возможные повреждения, следы перенесенных или начинающихся тяжелых болезней, изменения в прическе, проверяя наличие зубов во рту и соплей в носу, целостность и опрятность одежды, сальность кожи и оттенок ауры. Мама у меня в этих делах мастак. Если от отца порой удавалось скрыть участие в школьной драке, то от матери никогда. Она любой мой синяк прямо сквозь куртку видела.

– Говорят любовь со временем угасает – вздохнул я, вводя маму в зал.

– Сын, в коридор выйди-ка – проскрежетал мне в спину ледяной ветер.

– Кхм… – едва не поперхнулся я, зябко поеживаясь – Чаю?

– Ты рассказывай давай! Навертели тут! Накрутили! Ничего непонятно! Все в тумане береговом – чистой воды не видать! Ты весь в отца, Ростислав! Такой же упрямый, нелюдимый, скрытный! А мне только и остается что у окошка сидеть и переживать, пропадать в безвестности! Соседки уже спрашивают – живой ли хоть сынок твой? А теперь и про мужа спрашивают – ну что мол, поматросил тебя твой и бросил? О как! Дожили!

– Да дела закрутили – повинился я, усаживая маму на диван так бережно, будто она хрустальная. Одновременно с грустью подметил парочку не виденных прежде морщин у ее глаз, крохотную складочку у рта. Мама не молодеет…

– Попробуйте тортик – неслышной молниеносной тенью возникла Кира, опустила на стол кусок торта, рядом встал заварной чайник попыхивающий ароматным парком.

– О спасибо, милая. С дороги то самое оно будет. И что за самолеты нынче пошли? Трясет как на дороге деревенской.

– Турбулентность – прогудел отец, присаживаясь робко рядышком.

Робко! Накосячил папаня… не встретил мать в аэропорту.

– Турбуле-е-ентность – передразнила его мать – Это у тебя, Алексей, турбулентность!

– На встрече я был важной – вздохнул кающийся отец – Никак не мог.

«На какой еще встрече?» – насторожил я уши, прекрасно зная, что утром отец впихнулся в игровой кокон еще раньше меня.

– И с кем встречался? С молодой да красивой?

– Да ты что, мать! Кто мне кроме тебя нужен?

– Это так мило – прижала ладошки к щекам Кира, прервав процесс наливания чая – Рос, принеси еще чашки, пожалуйста. Тебе сладости не надо – скоро за стол сядем. Ты в дороге не был, уровень сахара не падал.

– Ну-ну – пробурчал я тихонько, заметив на подбородке любимой девушки остатки заварного крема. А у нее значит уровень сахара падал, поэтому подкрепиться тортиком пришлось? Может мне встать на сторону отца и составить оплот мужской гордости?

– Вот-вот мама Лена придет – мимоходом добавила Кира.

Я тут же изменил решение о вливании в состав бойцов оплота мужской гордости. Когда сюда вплывет белая акула, лучше вообще не отсвечивать и прикинуться настенной шкурой жестоко зарезанного и знатно вонючего скунса – чтобы никто близко не подходил. Именно настенной – чтобы не потоптались. Мама Лена ко мне относиться стала чуть получше, но тут ключевое слово «чуть», а не «получше».

За чаем просидели около часа. Время пролетело незаметно. Успела прийти мама Лена, поздороваться, усесться на диван – откуда отцу пришлось встать и пересесть в кресло, откуда мне пришлось пересесть на высокий табурет – во втором кресле сидела Кира. Больше никого не было – видимо, решили оставить нас в узком и практически семейном круге.

Разговор шел ни о чем, но был крайне приятным. Неожиданно осознал, насколько сильно соскучился по маме и насколько я хреновый сын.

Вскоре, из-за едва заметно ощутимой спешки, которую создавали отец и я, мы все перебрались за накрытый стол, где вкусили кушаний заказанных с ресторана и дома только разогретых. Это и понятно – времени готовить не было ни у кого. Все в игровых коконах лежат аки мумии сутками напролет. Но было вкусно.

Еще через полчаса я встал, чмокнул маму в щечку, Киру в нос, отцу кивнул, маме Лене помахал с максимальной далекой дистанции и откланялся. Объяснять ничего толком не надо было – за время чаепития и ужина я успел многое рассказать. И о недавнем Великом Походе, и о своем новом богатстве, и о основании нового клана. А еще тихонько упомянул, что Вальдира для меня стала работой, а не игрой и поэтому я не собираюсь искать в ближайшее время работу в «реальном» мире. Меня и виртуальность неплохо кормит – как и сотни тысяч других людей со всего мира. Виртуальность щедра – если не ленишься, то без хлеба не останешься.

Кира меня поддержала, принялась разъяснять все выгоды и те суммы, что она лично получала ежемесячно, когда состояла в клане Альбатросов. Я успел услышать сумму и от ее размера немного ошалел, с трудом удержавшись от изумленного присвиста. Кире платили куда больше, чем я мог предполагать. Куда больше. Я аж на пороге подзадержался. А Кира продолжала рассказывать о ежегодных оплачиваемых отпусках предоставляемых кланами, о медицинской страховке, о дополнительных деньгах получаемых, если оставался онлайн больше обычного и трудился на благо клана. Если убрать слово «клан» и заменить его словом «корпорация», то создастся впечатление, что Кира рассказывает о какой-нибудь горнодобывающей крупнейшей компании. Ну да… в наше время подобная ситуация вполне нормальна. Я все же пересилил себя и вышел из комнаты, краем уха успев услышать, как началась беседа о тех, кто решился переселиться в виртуальный мир практически навсегда, погрузившись в него с помощью сложнейшего оборудования, установленного в Посольствах Вальдиры разбросанных по всему миру и с каждым месяцем увеличивающихся в числе.

Прикрыв за собой дверь, я тихонько хмыкнул, вспомнив взгляд отца – мой предок тоже куда-то торопился и сильно. Возможно уже опаздывал. Если это связано с Вальдирой – то мне интересно, куда это так спешит боевой адмирал. Но я ему помог – ушел первым. Теперь ему будет легче смыться еще через часик, тем более он остался единственным мужчиной среди трех женщин и скоро они сами попрут его оттуда со словами: «дай нам о своем, о женском поболтать». Так что я герой – спас отца. Такой вот я… самоотверженный…

Вход.

Вспышка.

Теплая радуга обворачивается вокруг меня разноцветным одеялом и уносит с собой.

Черно, просто, практично. Именно так я оделся на скорую руку в ближайшем к гостинице магазине готовой одежды. Я бы мог получить еще «+2 к внешнему виду», если бы одежду мне сшил первоклассный портной, с предварительными замерами моей тушки. А то и больше. Но времени на замеры, многодневные примерки и обсуждения пуговиц у меня не было. Некоторые портные могут шить одно платье месяц, как мне сказала однажды. Реальный месяц.

Я предпочел купить готовое. Черные и не слишком облегающие брюки из отличной крепкой ткани. Такая же рубашка с простыми рукавами и белой шнуровкой на груди. Легкий плащ из черного крепкого шелка лишенного блескучести. Сапоги из оленьей кожи с короткими голенищами. Совершено пустая черная холщовая сумка на длинном ремне. При себе вообще ничего кроме пригласительных и денег. Да и денег немного – несколько золотых монет. Я в дворце никогда не был, но знал, что короля Альгоры пытались убить столько раз, что меры безопасности просто зашкаливают. Поэтому я и постарался обойтись минимумом предметов одежды. Я бы и плащ не покупал, но вроде бы он крайне желателен. Особенно для кланового лидера. Вот только у нас пока нет «клановых плащей» и посему я обошелся нейтральным черным. Белый слишком пафосно, черный же строго и не слишком приметно. А пустая сумка пригодится чуть позже.

Ишшо я посетил брадобрея. Или лучше называть его парикмахером? Там и парики висели, и он их явно делал… Стричься времени не было и меня просто зачесали как бешеного пуделя. Так крепко зачесали, что глаза явно стали больше. Смазали волосы липкой гадостью, опрыскали из огромной склянки пахучим одеколоном, взяли деньги и пожелали удачи.

Помимо денег с собой запечатанные конверты с заветными пропусками в святая святых Альгоры.

Росгард готов к королевскому приему…

Добраться до адреса труда не составило. Попробуй промахнись мимо величественной многобашенной махины занявшей весь центр Альгоры. При всем желании не получится. Внешние стены высотой метров в двадцать, башни вздымаются в высоту до ста метров или даже выше. Это настоящие грациозные небоскребы со множеством бойниц и теряющимися в белых облаках островерхими крышами. Сыро, наверное, на чердаке – если в распахнутые окна залазят пузатые облака и тучи.

Есть интересный миф, известный игрокам от мала до велика.

В одной из этих высоченных башен, как говорят легенды, находится волшебный стреломет, пуляющий такими болтами, что найдут нужную цель где угодно в пределах Альгоры и неважно в каком укрытии ты находишься. Засядь хоть в толстостенный зачарованный гроб из закаленной стали – болт тебя найдет и убьет. Мощь невероятная. От смертельного снаряда не закрыться и не уклониться. Из стреломета даже целиться не обязательно – достаточно мол шепнуть в особый рожок имя своего недруга – и раздастся выстрел, если недруг в пределах Альгоры. Но можно и прицелиться, коли имечко поганое тебе незнакомо. Какая-то невероятная система прицеливания позволит тебя нацелиться крайне точно.

Но проблема в том, что и стреломет и болты были созданы в незапамятные времена самими Древними. Никто не знает удастся ли починить стреломет, если он сломается. Но уж точно не удастся воссоздать его снаряды, которых осталось буквально пара штук. Всего пара. Два раза стрельнуть – и все, стреломет можно выбрасывать, другие снаряды он принимать не желает – пробовали.

Еще говорят, что раньше болтов было три. Но одним кого-то убили несколько лет назад. Кого именно – не видели. Хотя разорвавший воздух раскаленный след идущий от королевского двора видели тысячи игроков и «местных». И были на другом его конце – где он ударил в мостовую. А там ничего. Разве что крохотное пятнышко сажи. В кого стреляли?

Легенда называется прозаично: «Стреломет Древних». Тему эту мусолят на форуме в одноименной теме уже годы. Кто-то мечтает лично пальнуть из уникального оружия, кто-то сомневается в его наличии, кто-то уверяет, что видел его лично, пятый жаждет его заполучить за любые деньги.

Я не знаю существует ли такая бяка. Но отношусь к мифическому стреломету с настороженностью. Потому что об этом оружии говорят, что одним выстрелом он может поразить молодое и еще не набравшее силу божество, разбив его на ипостаси, а появившаяся там же безумная божественная тварь будет автоматически отправлена прямиком в Тантариалл навечно.

У меня дочь богиня. Потенциальная. Причин нет кому-то из дворца в нее стрелять. Но все равно…

А как-то мне в голову пришел интересный вопрос, я его даже на форуме игровом хотел задать, но времени не хватает, да и не хочется что-то в ту дискуссию вступать или искать уже подобный вопрос. А подумалось мне вот что – а что если из стреломета шарахнуть по древнему звездообразному стражу? Что случится с древним пятилучевиком?

Вздохнув, я поправил перевязь плаща, зашагал вперед, держа курс на несколько каменных построек находящихся по краям широкой дороги ведущей прямо к высоким золотым вратам дворца. Те постройки – блокпост по нашенскому. Там проходит первый отсев. Многие рвутся во дворец. Немногим это удается. Некоторые идут на невероятные ухищрения, предлагают все что есть, ради того, чтобы прорваться. И у многих есть серьезные причины. Сейчас, шагая к воротам, я одновременно читал форум. Там темы не только про древние стрелометы. Там очень много просьб, желаний, мольб. Я читал все связанное с тегами о прохождении в королевский дворец. Читал быстро. Времени в обрез. В реальном мире я даже душ принять не успел. Только туалет навестил по-маленькому. Разговоры сожрали время подчистую. Сейчас пытался наверстать. Меня одолел «комплекс самаритянина», жаждущего свершать дела на ради одной только выгоды, но и ради блага других. А еще ради громкого заявления о новом клана Герои Крайних Рубежей.

Никакого шарфа скрывающего имя и корону при мне не было. Росгард, лидера клана Герои Крайних Рубежей, решительно шагал ко дворцу с бесстрастным и несколько отвлеченным выражением лица. Так люди в библиотеку ходят. По пути на базар.

Вот одно имя… я приметил его и начал приглядываться.

Миновал боевой отряд внешне расслабленных стражников, грозно вооруженных и очень хорошо облаченных. Элитные войска начались. Меня не остановили. Проводили взглядами, на лицах читалось узнавание. Но никто не окликнул – служба.

Этот отряд может пройти любой игрок или «местный», не являющийся преступником. И не представляющей особой угрозы – артефакт «рентгена» невидим, но он тут точно есть. И его точно можно отключить – в Вальдире все по-настоящему. Шансы есть и у злыдней, хотящих незаметно протащить во дворец или поближе к нему какую-нибудь жуткую пакость.

Я вошел в тень величественных старых дубов, обрамляющих широкую дорогу. Между дубами высокие фонари, что уже зажглись и освещают путь мягким ровным светом. До следующего «блокпоста» осталось шагов пятьдесят и все они шли по дубовой аллее. Под дубами, на траве и толстых корнях выпирающих из земли, сидели игроки и «местные». Не меньше сотни их сидело здесь и с надеждой всматривалось в редких прохожих идущих ко дворцу. Это и есть те, кто изо дня в день пытается попасть во дворец по той или иной причине. И нет, не все они к королю – помимо монарха во дворце постоянно живет много «местных» с самыми различными обязанностями и возможностями. Игроков ведут задания. «Местных» – иные причины. Сами «местные» на форуме не напишут, но их расспрашивают игроки, выведывают детали, потому отписываются в темах. И сами пишут, прося помочь пройти чертовы блокпосты и попасть за золотые ворота в белой стене. Помогите! Проведите! Мне очень надо! ОЧЕНЬ!

Сейчас я сделаю выбор. И не боюсь, что мне помешают – в королевской дубовой аллее никто не может заступить тебе путь. Ты пройдешь свободно. После первого отряда стражи, что остался позади, началась область где нельзя обокрасть,

– Когвар Бредун – окрикнул я и подслеповатый дед с усталым безнадежным видом сидящий на толстом корневище вздрогнул и встал – Идем со мной! Я проведу тебя, добрый старик. Ты попадешь к начальнику дворцовой стражи и спросишь о своем пропавшем на службе сыне Когвале.

– Ох… ох… – деда покачнуло, я ухватил его за локоть и повел.

– Корти Горец – я взглянул на вскочившего еще ранее широкоплечего полуобнаженного игрока уже сейчас могущего сыграть главную роль в очередной фильме про Конана Варвара – Идем со мной. Я проведу тебя во дворец.

Две из шести потрачены. Я не в счет. Я приглашен официально и меня по любому пропустят – даже без приглашения. Такова моя теория. Если король хочет меня видеть – король увидит меня.

– Ангел Мести – я указал на девушку эльфийку в классическом одеянии мага. Игрок. Высокий уровень за двести – Пойдем со мной, я проведу тебя во дворец.

Нас уже четверо. Мы шагаем. У моих спутников жутко неверующие лица. Я достаю из кармана брюк конверты и вручаю каждому по одному. Никто не медлит – разве что кроме подслеповатого старика – с распечатыванием. Послышались сдавленные вздохи, возгласы изумления. Вот теперь поверили окончательно. Сомнений не осталось.

– Господи – вырывается у девушки, она утирает глаза – Господи… Спасибо!

– Спасибо! – рычит и Кортис – Спасибо, брат! Спасибо! Что я тебе должен?

– Никто и ничего – качнул я головой, вертя головой по сторонам – У меня просто были лишние пропуска. Я их отдал.

– Спасибо!

– Да как же так… вот так просто…

– Спасибо тебе, о добрый друг… как твое имя?

– Росгард – ответил я старику и вложил в его ладонь пару золотых монет – Как узнаете вести – хорошо покушайте и отдохните, дедушка.

– Ох…

Старик провел здесь целый год. Целый клятый год этот бедолага «местный» сидел почти неотлучно под дубом и, повесив голову, ждал, когда судьба ему улыбнется и он сможет узнать хоть что-то о пропавшем сыне. Многие так ждали – очень редко живущие во дворце проходят по дубовой аллее и, если ты там – появляется шанс задать вопрос. Но старика мне жалко больше всех прочих. И плевать что он нищий и «местный».

Корти день за днем отписывался на форуме – его девушка «местная» была захвачена в плен и удерживалась на каком-то «бродячем» острове, чье местонахождение в текущий момент мог определить только королевский астроном. Но попробуй к нему пробиться… и вообще, что за бред – игрок по уши влюбленный в «местную». Такому помогать? Очень часто на Корти лились насмешки на форуме. Теперь же Корти пройдет за ворота. А дальше посмотрим благоволит ли к нему судьба.

Ангел Мести. Пыталась добиться повторного рассмотрения дела королевского суда по отправленной в королевскую тюрьму по подозрению в черном ведомстве некой старушки. Приказать королевскому суду пересмотреть дело мог только сам король. Ей нужна аудиенция с ним. Она ее получит.

Тут сидящие под дубами поняли, что происходит – увидели конверты и услышали возгласы – их прорвало звуковым тайфуном.

– Росгард! Возьми и меня! Реально надо пробиться – всего три подписи нужны! Или возьми бумаги, пожалуйста! Тут не ради выгоды.

– Давай бумаги – я забрал толстую кипу официальных бумаг. Парень их передавший не врал. Он тоже не ради себя старается. Ради других.

– Меня возьми, Рос! Я и в клан к тебе пойду! Есть денежное дело во дворце! Прибыль пополам!

– Росгард! Хочешь супер вечер со мной и моими особыми умениями? Я вся твоя – только проведи за златы ворота!

– Братух, помоги! Нужно умение особое, все условия для его получения выполнил, а учитель живет во дворце. И выходить ваще не хочет!

– Росгард…

– Росгард….

– Росгард…

– Я уже выбрал! – громко заявляю я – Ребят, не старайтесь! Выбор уже сделан! Если есть что передать – передавайте мне и тем, кто идет со мной. Мы поможем. Элли Скляночница – указал я на девушку в бедном заплатанном платье – Идем со мной. Я проведу тебя во дворец. «Местная».

– Грун Резкий. Идем со мной. Я проведу тебя во дворец.

Первая искала справедливости. Второй хотел просить королевской денежной помощи для восстановления уничтоженного горного поселения, чьи жители остались без крова над головой.

Окруженный спутниками я приближался к посту, выискивая еще двоих, кого я возьму с собой. И по пути я и другие игроки принимают бумаги и предметы – их надо передать во дворец нужным людям. Стражи этого не делают. Разве что при наличии с ними невероятно высокой дружеской репутации. Сегодня я и другие сможем решить проблемы уже двух десятков игроков и нескольких «местных». И их число растет. Сегодня дубовая аллея изрядно опустеет. Если бы каждый из счастливцев поступал как я – такого столпотворения не случилось бы. Но все ищут выгоду, выгоду, выгоду… требуют огромные суммы за свою помощь и никогда не дают никаких гарантий.

Собрав все что можно, увеличив число спутников еще на одного, я подошел к блокпосту обсаженному теми же дубами. Для меня приглашения не осталось. Это смешно даже. Но если меня не пропустят – и фиг с ним. Если честно, мне королю особо и сказать нечего, кроме натужного «Привет! Че там, как там?».

– Росгард, лидер клана Герои Крайних Рубежей – пророкотал вышедший нам навстречу широкоплечий страж – И добрые спутники его.

– Добрый вечер – улыбаюсь я в ответ и жестом пропускаю вперед всех «подобранных» по пути, оставив при себе только Ангела – мы заранее уговорились, что если меня не пропустят, то она примет от меня сумку с ворохом бумаг и предметов и пронесет ее за ворота. Нельзя обманывать обнадеженных. Когда я пояснил ситуацию, эльфийка смотрела на меня очень удивленно – на дурака что возможно сам себе отказал в доступе во дворец.

Один за другим все еще неверящие в свое счастье игроки предъявляли приглашения, проходили небрежный с виду досмотр и проходили дальше. Старик снова расплакался. Ну да… год сидел. И всем было плевать.

Всех пропустили по одному, приняв у каждого драгоценный конверт и больше не вернув. Одноразовое использование. Пропущенные двинулись дальше по чуть сузившейся дубовой аллее, где высокие вычурные фонари испускали странно золотистый насыщенный свет. Дорожка стала выглядеть золотой, а высящиеся у ее завершения великолепные золотые ворота словно бы мерцали в вечернем освещении, представляясь невероятно прекрасным финишем. Наверное, именно так должен выглядеть финиш каждой цели, поставленной перед собой человеком. И когда он к ней приблизится почти вплотную, если он будет видеть впереди мерцающие ворота, он соберет все оставшиеся силы в кулак и обязательно дойдет. От такой цели не отказываются.

Меня пропустили буднично. Спросили про приглашение, я развел руками в покаянии. Вовремя удержал язык на привязи и не брякнул «Потерял!». Вдруг обидятся на такое пренебрежительное отношение к важному пригласительному? Но у меня, помимо конвертов с пригласительными, еще имелась бумага с обилием печатей, заполненная вычурным почерком, где говорилось, что король Альгоры и всея Альгорского Королевства изъявляет желание видеть славного чужеземца Росгарда на своем приеме вечером такого-то дня. И несмотря на холодно вежливый тон бумаги, она, как мне кажется, больше походила на строгое изъявление воли монарха, требующего предоставить пред его очи баламута Росгарда. Поэтому никто из стражей и рта лишний раз не открыл. Вскоре я уже шагал по едва слышно шуршащему золотистому песку, следуя за куцей цепочкой счастливцев получивших доступ во дворец.

Я специально замедлял шаг, удерживая дистанцию между нами. Общаться дальше ни к чему. Только что я немного «прочистил» засор печального и почти бесконечного ожидания у королевского дворца. Зачем я это сделал? А просто так. Я размышлял над тем, кого взять с собой во дворец. Члены ГКР отпадали сразу. Бом единственный кто может пойти со мной, но крайне занят продажами быстропортящихся заморских фиговин. Ему не лобзаний с королем. Остальные на Зар’грааде. Попытаться устроить еще один аукцион по продаже пригласительных состоятельным игрокам? Если ради денег – это разумно. Но еще вопрос кто воспользуется таким пригласительным. А вдруг какой-нибудь раз и навсегда выпнутый ранее из дворцовых покоев негодяй строящий козни, крутящий темные политический заговоры или же просто злодей решивший убить пусть не короля, а какого-нибудь служащего высшего ранга? Не всех же во дворце защищают с таким усердием. А пригласительные завязаны на меня с упоминанием «достопочтенные спутники славного чужеземца Росгарда». Рисковать я не стал.

И предпочел приподнять честь новорожденного клана с нулевой отметки на чуть более высокую. «Местные» всегда благодарны и широко разнесут весть о клане ГКР, чей лидер помог нищим бедолагам. Да и игроки быстро узнают о сем казусе с бесплатными пригласительными. И задумаются – это что же за клан такой, раз столь дорогие и невероятно редкие пропуска пачками бесплатно раздает?

Прочих «прохожих» догнать все же пришлось.

В кучку пожалуйста! Никто не станет распахивать золотые врата ради одного вполне рядового посетителя, это вам не дверь в торговой лавке, чтобы туды-сюды мотаться!

Нет, вслух этого никто не сказал, но все вполне отчетливо читалось на идеально выбритом лице некоего официального лица со здоровенной связкой ключей зажатой в руках, сложенных на внушительном животике. Ключей в связке много. И все разные. Тут и заковыристые, с длинными зубастыми головками, есть и простенькие, в наличии странно изогнутые, чуть ли не бумерангом, а вон покачивается темный толстый ключ с угольно-черной бородкой, а рядом свисает медная бирка с отчетливо читаемым словом «Тюрьма».

Это намек такой?

Шаг влево, шаг вправо – и тУрма!

Но уж ради этого ключа связку никто воровать не станет. Вряд ли найдется настолько конченный придурок, чтобы совершить воровство и вприпрыжку броситься в тюрьму. Моментальное раскаяние, что ли?

Идеальной выбритый пузан важно и едва заметно дернул бровью. Под раздавшуюся трубную музыку золотые ворота бесшумно и величественно начали раскрываться, из расширяющейся щели на наши лица упал новый оттенок золотистого света – еще более богатый и насыщенный. Полностью врата не открылись. И повинуясь жесту официального лица, мы зашагали дальше, вошли в проем, оказавшись в этаком «тамбуре» размером с хороший городской микрорайон, окруженном стенами, усаженном вековыми деревьями с фигурно стриженными кронами, цветущим кустарником, немалым количеством скамеек, разбросанными там и сям фонтанами и просторными шелковыми шатрами. С дерева на дерево перелетали стайки разноцветных щебечущих птиц. В изумрудной траве копошились толстые ленивые странные созданий похожие на обросшие мехом шары для боулинга, отрастившие длинные и задорно торчащие вверх хвосты с помпоном.

Игроки и «местные». Их много и они повсюду. Сидят на скамейках, прогуливаются по парку, наблюдают за странными зверьками, читают книги, спят на траве или в шатрах, общаются друг с другом, принимают бокалы розового вина в хрустальных фужерах от проворных и везде успевающих девушек в красивой зелено-золотой униформе. Еще просители, но уже рангом повыше, ожидают в весьма комфортных условиях.

Да-а-а-а…

Если это прихожая…

А вон еще золотые врата в противоположной от нас стене «тамбура». Только эти украшены драгоценными камнями, если на такой дистанции меня не обманывает зрение. Прямо к воротам тянулась все та же золотистая дорога, обрамленная включенными фонарями. И наверняка нам именно туда.

Идти пешком не заставили. Мягко подступивший волшебник в роскошной мантии коротко улыбнулся и хлопнул в ладоши. Мигнула вспышка, секундное чувство невесомости и мы на другом конце величественного зала ожидания. Тут ждал маленький сюрприз – тот же самый идеально выбритый мужик с пузиком и ключами на оном, стоял у ворот и терпеливо ожидал нас. Телепортировался ключник. Может поэтому и толстеет? Раз ножками не ходит…

Ворота инкрустированы драгоценными камнями так богато, что любой вор слюной захлебнется от проснувшегося криминального аппетита. Но вокруг столько бдительных суровых мужей и дев, что попробуй подберись. Кстати о девах – их тут много и все щеголяют в просторных белоснежных балахонах с зеленой оторочкой рукавов и воротника. Волосы распущены или собраны в косы, других причесок нет. Лица девичьи улыбчивы и скромны. Жрицы Ивавы, вечно спящей богини, чьего сына мне срочно надо как-то отыскать. Я мало смыслю в божественной магии жриц Ивавы, но увидев их здесь, стану уважать куда больше – ведь они состоят в дворцовой охране. И стало быть обладают нешуточной силой. Получается король поддерживает Иваву? Раз она защищает его – он защищает ее? Или нет? Я запутался в этих хитросплетениях.

С еще более торжественными и мелодичными переливами музыки вторые ворота приоткрылись, мы прошли мимо невероятно толстых створок – метра полтора, куда там банковскому сейфу! – и наконец-то оказались в крытом помещении. Череда богатых залов соединена приветственно распахнутыми дверями, ковровая золотистая дорожка убегает в бесконечность дворцовых покоев. Множество менее крупных дверей по бокам, куда они ведут неизвестно, но кое-где имеются таблички, да и стражей могущих подсказать или шугнуть здесь хватает.

– Следуйте за мной – заявил лощеный служитель, делая приглашающий жест рукой и поворачиваясь к нам прямой как доска спиной.

Мы последовали. Но далеко не все. Старик сразу же обратился к одному из важных стражей и вскоре они пропали за одной из боковых дверей. Это же началось происходить с другими спутниками. Один за другим они отставали и пропадали, успев напоследок шепнуть пару слов благодарности. Приятно, не скрою. А затем и я совершил кощунство, надругавшись на этикетом – увидел нужную мне табличку у одной дверки и бесцеремонно оставил золотистую ковровую дорожку, бросив служителя, вещающего что-то про большой настенный гобелен со сценами баталии.

Постучав, я дождался, когда дверка откроется, вручил пару бумаг осанистой женщины полуорчицы в годах, упомянул про срочность и откланялся, бросившись догонять служителя. Так дальше и пошло. Подобно белке прячущей орехи, я метался из стороны в стороны, распихивая бумажку за бумажкой в каждую «щелку» – то бишь отдавая в нужные руки. А служитель шагал себе неспешно и все рассказывал про внутреннее убранство дворца. Я каждый раз поспевал на отрывок новой истории, чуть слушал, затем приходилось снова убегать.

Выглядело это даже потешно…

«…на сем величественном полотне рукой художника Озлуса Талантливого отображен момент усекновения головы знаменитого в прошлом преступника Бурмарра Колкого…»

«Именно в эту золотую вазу украшенную бриллиантами чистейшей воды мать нынешнего короля поставила букет солнечных фиалок, что так и не завянув, простояли четыре года, пока не…»

«Стены отделаны камнем из знаменитых глубоких копей у подножия седоглавых гор…»

«Сей рыцарский доспех принадлежал Рурку Третьему из династии славной своими воинскими подвигами. Вы можете видеть на доспехах отверстие от копья, что забрало жизнь достойного воина. Все кузнецы причастные к выковке доспеха казнены. Но один помилован – ибо он…»

Когда мы наконец финишировали у закрытых двустворчатых дверей, я раздал все бумаги, одежда моя несколько испачкалась – и где я пыль отыскал? – прическа подпортилась, осанка скривилась.

– Желаете освежиться, сударь? – холодно оглядев меня с ног до головы, осведомился служитель, кивая на поднос с бокалами розового вина.

– А пивка нету? – хрипло осведомился я, нервно почесывая кадык.

Лик служителя и раньше был каменным. Сейчас просто в стальной превратился.

– Это вино из юного виноградника что к северу от Акальроума. Всего несколько бочек прекрасного молодого розового вина с великими предосторожностями доставлены во дворец. Поверьте – это вино удивительно. Не даром его название Де Ларе Укв…

– А пиво какое есть?

– Пива… нет…

На этом разговор окончился. На лице «местного» лакея застыло несколько туповато-недоуменное выражение. Видимо до сих пор никто от элитного розового вина не отказывался. Я бы мог продолжить веселую игру по требованию пива, но вовремя вспомнил о тикающем и безвозвратно уходящем времени. И о том, что служитель просто старательно делает свое дело и притом неплохо. Одна только экскурсия чего только стоит. Потому я замолк и взял послушно хрустальный бокал.

Оживший служитель обрадовано произнес:

– Бокал с королевским вензелем. Хрустальный бокал изготовлен мастерами стеклодувами по высочайшему указанию. Можете взять в подарок как вечно напоминание о оказанной вам чести, сударь.

– Спасибо – склонил я голову – Поставлю на каминную полку.

Удовлетворенный тем, что церемония вернулась на правильный курс, служитель дал знак и двери распахнулись. Я беззвучно выругался – впереди новые анфилады богатых залов уходящих бесконечных. По примерным прикидкам я уже прошел пару километров по ковровой дорожке. И, кажется, предстоит протопать еще дольше. И ведь все правильно – этого следовало ожидать.

Многократно доказано – чем выше по иерархии «местный», тем сложнее до него добраться во всех смыслах этого выражения. Даже если милостивое дозволение дано – все равно нельзя все сделать по принципу «вошел и поздоровался, сел разговаривать». К королю так просто не войдешь. Он чай не хряк в свинарнике, он могущественный высочайший монарх и посетитель, прежде чем добраться до мига лицезрения короля, должен проникнуться величественным духом дворца, обалдеть от небрежно представленных взорам богатств и артефактов, от длинной истории выраженной в полотнах и гобеленах. Уф… а ведь смех в том, что лично мне королю и сказать то нечего! Я сюда иду по одной причине – дабы не вызвать королевского гнева пренебрежением.

Зал за залом, зал за залом. По сторонам я больше не глазел и сосредоточился на раздумьях и спине идущего впереди неумолкающего служителя, представляющего моему вниманию еще больше достопримечательностей. Как в зоопарке, честное слово – как раз зашли в череду охотничьих залов уставленных и увешанных трофеями. Носороги, быки, тигры, львы, слоны, гигантские змеи, огромные птицы, невиданные вовсе существа. И всех их завалили короли и королевы, принцы и принцессы. Кровожадная семейка…

Мы шагали еще полчаса. Полчаса! И ведь шагали довольно быстро!

Я окончательно расслабился, шагал размышляя о следующих своих шагах по достижению важных целей. Сам себя узнавать перестаю – Рос размышляет о дальнейших целей. Так скоро и ежедневничек заведу, куда аккуратным почерком начну заносить список целей.

Моя расслабленность привела к радостной, но все же неожиданности – служитель распахнул очередную дверь, приподнял лицо, напружинился и удивительно звонким громким голосом заявил во всеуслышание:

– Росгард! Великий Навигатор! Сорвавший покровы древней магии! Один из первооткрывателей материка Зар’граада! Лидер клана Герои Крайних Рубежей!

«Один из». Шанс быть «ТЕМ первооткрывателем» для меня утерян. Им стала Черная Баронесса. Это еще спасибо что вообще упомянули «одним из». Зато назвали «сорвавшим покровы древней магии». Звучит круто. Я аж приосанился. Но сразу же сдулся и серой – вернее черной – мышкой порскнул в темный угол, по пути прихватив с подноса пару бокалов уже красного вина.

Дело в том, что за дверью, которую внезапно распахнул начавший орать служитель, находился ярко освещенный гигантский зал с высоченным потолком. Под потолком были люстры. Много. А в зале были приглашенные. Очень много. Если это «узкий круг», то в широкий наверное войдет все население Альгоры. Тут человек под триста или больше. Не только людей, само собой. Весь спектр разумных рас, за редким «темным» исключением. Одна стена зала вообще аквариум, с магией вместо стекла. Вздымающаяся до потолка дрожащая пелена прозрачной воды не скрывает резвящихся ахилотов. Даже лохры в наличии. В разноцветных колпаках с бубенцами. Стоп… я же знаю этого бегущего ко мне изо всех сил лохра с радостным губастым лицом.

– Росгард! Друг болотный, корм пиявочный, спаситель!

Знакомые руки крепко обхватили меня за ногу. Снизу-вверх на меня уставилась знакомая харя. Затем меня затрясли так же сильно, как абориген трясет молодую кокосовую пальму в надежде, что с нее упадут плоды. И мой кулак едва не упал на лохрячий лоб. Вовремя я себя сдержал. Просто едва я успел зайти в зал, а на меня набросился шут и начал трясти изо всех сил, отчего я замотался как осина под ураганом. И все удивленно смотрят… твою мать… вот я и влился незаметно в ряды аристократии…

С трудом переставляя ногу с висящим на ней шутом, я доковылял до угла, залпом выпил оба бокала, не ощутив вкуса из-зла злости, с трудом оторвал от себя лохра, рыкнул?

– Пенек Лупоглазый?! Ты чего здесь?!

– Пенек Лупоглаз! Работаю! – осклабился весело шут, доставая из кармана кусок сырой рыбы и протягивая мне – Угощайся, друг!

– Как ты стал шутом?

– Королевским шутом! История ох и длинная, друг Росгард! Ох и длинная!

– Погоди. А о тебе не заботилась моя подруга Кирея Защитница?

– У-у-у-у… с такой дружить не надо, друг Росгард! Она такая правильная! В аквариуме рыбок ловить нельзя, из канав пить нельзя, в фонтанах купаться нельзя, рубашку снимать нельзя, плясать нельзя, умильно на продавцов рыбы смотреть нельзя, грустно петь нельзя, весело петь тоже нельзя. Но она хорошая!

– Так… и что?

– Да тут длинная история! Ой дли-и-и-нная история. Где я только не был. В таких местах страшных побывал… жарких, душных, темных, рыбы там нет… но сейчас все хорошо! Я королевский шут! Хочешь рыбы? Здесь ее много! Ой! Пора мне! Время злить важных ахлов… убежал я!

И королевский шут, звеня бубенцами на шапке, моментально смылся, напоследок сумев втиснуть мне в ладонь кусок рыбы. Поразительная судьба. Я встретил Пенька в гиблом болоте Рэйвендарк, где ему грозила смерть от Госпожи Гнили за воровство ее рыбы. И потом он порой встречался у меня на пути, попадаясь в различных местах. А теперь лохр изгой в королевском дворце. Живет сладкой жизнью королевского шута, кривляясь, пожирая рыбу и безнаказанно издеваясь над кем захочет.

Пока удивленно размышлял, от меня все отвернулись, зал забубнил еще громче, где-то запиликала музыка. Я успел заметить несколько стремившихся добраться до меня незнакомых игроков, но их перехватили «местные» вельможи, начав важные беседы. Ну да – на подобных сборищах решается много проблем. Усевшись на стоящее в углу кресло, я принялся ждать, наблюдая за медленно ворочающимся в зале столпотворением. Скорее быть отбыть «наказание» и смыться отсюда. Дел просто море.

Серебряная легенда. Вот чего я хотел. Если не закончить, то хотя бы продвинуться в сборе предметов легендарного сета. Откуда начать? Сейчас все сложнее в разы – из-за глобальной мировой войны охватившей части континента.

О Господи… я испуганно вжался в кресло, прикрылся полой плаща.

В зал вошла прелестнейшая особа. Пышногрудая, стройная, с волосами развевающимися на несуществующем ветру, сияющая улыбкой сочетающей вежливость с томностью, с полуприкрытыми огромными глазами, ступающая так изящно, что казалось, будто она плывет по натертой до блеска глади паркета. Розово-перламутровые одеяния были так скудны, что почти ничего не скрывали.

Лизанная Роскошная вошла в зал. Если и она вцепится мне в ногу…

Но угроза миновала довольно быстро. Вокруг знаменитой на оба мира девушки мгновенно образовалась плотная толпа, настоящий кокон из сплетенных тел, откуда доносился ее чарующий хрипловатый смех. Шар из тел медленно «укатился» вглубь зала. Я облегченно выдохнул. Что сегодня за день такой? На мне больше нет божественной магии любви, Лизанна меня может даже и не вспомнит, или же отнесется холодно, приняв за обманщика с великой и темной магической силой. Но в любом случае мне неприятных сцен не хочется. Равно как и начинать новый фильм с названием: «Темный колдун Росгард и верный королевский шут против всех!».

А еще через десяток минут раздался одинокий, но довольно долгий звенящий звук гонга. Все замерли, начали поспешно оттекать от центра зала. Сидящие вставали, разговаривающие замолкали. Приводили одежду в порядок, поправляли прическу. Встал и я, одернул плащ. Остался в углу.

– Его Сиятельное Королевское Величество!

Коротко и ясно. Я ожидал долгих и пышных перечислений титулов и званий. Но вместо этого услышал почти деловое представление.

В зал вошел высокий широкоплечий мужчина в красно-золотом плаще, черном одеянии под ним, сверкающей короной на голове, держащий в одной руке меч в ножнах, а в другой сжимающий золотой свернутый свиток перевязанный алой тесьмой. Церемониальные предметы. Меч и свиток. Еще никто и никогда не видел это меч вынутым из ножен. Свиток же – золотая трубка с тряпочкой с виду. Может так и есть. А может свиток разворачивается и скрывает какое-нибудь знание. Никто не знает. Еще никогда эти предметы не попадали в руки ни единого игрока.

Король прибыл. И нестройный гул голосов поприветствовал его. Тот ответил широкой улыбкой, коротко кивнул, выждал пару секунд, после чего содрал с себя плащ, снял корону, повернулся и вложил все вещички в раскрывшееся чрево шагнувшего к нему золотого истукана-рыцаря. Меч, свиток, плащ и корона. Все улеглось в бронированный живот. Оттуда был извлечен простенький золотой обруч помещенный на голову короля вместо короны. Ходячий сейф захлопнулся, золотой истукан развернулся и покинул зал, следом за ним потопали внезапно ожившие пристенные каменные статуи, оказавшиеся каменными големами украшенными золотыми обручами на ногах, руках, шее и торсе.

Король влился в толпу, вокруг него образовался водоворот гомонящих придворных и приглашенных гостей. Все торопились сказать властелину хоть что-то, выпросить, вымолить, сказать запоминающуюся шутку. Все как в настоящем мире. Глядя на происходящее, очень трудно принять, что я нахожусь в онлайн игре. Если упирать на «иллюзорность», то в крайнем случае можно согласиться с тем, что это съемочная площадка исторического фильма с крайне большим бюджетом и перечнем первоклассных актеров. Никто не выбивается из роли. Даже игроки – их здесь немало. И их улыбки столь же искренни, широки и угодливы как у вельможных «местных». Это уже искусство – не каждый сможет так «прогибаться» перед виртуальной личностью. Некоторые умельцы обходятся скупыми улыбками и короткими кивками знающих цену себе людей. Но таких мало. Остальные предпочитают поклониться пониже, улыбнуться пошире. А я стою в углу и жду, когда все кончится и можно будет отсюда свалить. Лично я ничего просить не собираюсь. Прямо сейчас передо мной открытая тема игрового форума посвященная королю. И в ней черным по белому написано – король Альгоры крайне неординарная личность. С ним нельзя вести себя так, как ведут с банальными «неписями». Король вообще непредсказуем, крайне амбициозен, воинственен, любвеобилен, правит государством самостоятельно, не полагаясь на сонм советников. С таким лучше не шутить. И не заполучать себе во враги – ведь такого врага и убить то не сможешь. Испортишь себе всю игровую жизнь.

Тишина…

Я успел уловить странную тишину – относительную тишину, музыка не умолкла. Но вот гул голосов пресекся. Из-за проявленной бдительности я успел среагировать и не заставить важнейшую персону ждать – передо мной стоял сам король. Я склонил голову в глубоком кивке, прижал обе руки к сердцу. Распрямился.

Король шагнул ко мне, нас разделяет меньше шага. Я вижу как напряглись некоторые «местные» – не иначе телохранители влившиеся в толпу. Один из каменных гигантов поддерживающих угол крыши опустил голову и уставился на меня засветившимися как лазерное оружие глазами. Если я хотя бы чихну…

Король положил руку мне на плечо. Тратить время на приветствия он не стал. Пару секунд мы оба молчали, я подспудно удивлялся насколько мы сейчас похожи. Темноволосый король в черном, примерно также выглядящий игрок. Одеты просто. Король чуть-чуть выше. Даже наши лица чем-то похожи. Главное отличие – особый золотой обруч в его волосах. Древний символ власти, золотой обруч изрезанный сложнейшей искусной резьбой.

– Росгард – тихо произнес король – Ты сделал многое для меня. Не только открыл новый материк, а с ним и новые возможности для множества устремленных путешественников, торговцев, ученых и прочих. Ты перенес туда моих посланцев, ты помог им обустроиться, обеспечить защиту, надежно закрепиться на новой земле. И сейчас мы успешно осваиваем новые земли – его глаза смотрят пристально, спокойно, в них едва теплится крохотный огонек благодарности – Я не забываю подобных услуг. Подумай над тем, что бы ты хотел попросить у короля Альгоры, Росгард. А как подумаешь – вернись ко дворцу и передай мне свою просьбу. И возможно она будет исполнена.

– Спасибо, Ваше Величество – снова склонил я голову – Благодарю за доброту.

Король кивнул в ответ, убрал руку с моего плеча и с грацией прирожденного политика опять влился в толпу, успев прихватить за талию тонко захихикавшую прелестницу с фиалковыми глазами и грудью нервно и часто вздымавшейся в глубоком вырезе, золотые волосы струятся по обнаженным плечам. Кажется, я знаю с кем проведет сегодняшнюю ночь его величество.

Ко мне устремилось около десятка личностей. Я развернулся и поспешно добравшись до двустворчатых дверей, нырнул в сама собой приоткрывшуюся щель. Двери закрылись за моей спиной. Я снова в анфиладе залов. Телепортация не работает. Прекрасно… я перешел на бег, намереваясь как можно скорее убраться из гигантской золотой мышеловки. Зал за залом, зал за залом. Меня провожают внимательными взглядами стражами, но никто ничего не говорит. Вскоре я оказался в «тамбуре», где телепортация уже работала, но только «наружу», а не «внутрь». Мне этого и надо.

Вспышка.

Телепорт выбросил меня в километре от дворца, аккурат рядом со входом в гостиницу, куда я и зашел. И первым делом увидел изумленно раскрытые глаза милой девушки за регистрационной стойкой, устремленные не на мое лицо, а на плечо. Я глянул туда же и пораженно охнул – на плече отчетливый отпечаток мужской крепкой ладони. Золотой отпечаток. Немного светящийся в полусумраке холла.

– В-вас коснулся сам король Альгоры…

– Ага – улыбнулся я устало, по-прежнему вглядываясь в отпечаток.

– С благодарностью великой… с расположенностью – продолжала завороженно служащая.

Я огляделся и облегченно выдохнул – холл пустой. Но надо поторопиться.

– Всего вам хорошего, милая леди.

– Если вам потребуется хоть что-то… если ночь покажется холодна, и вы не сможете заснуть – зеленые глаза смотрели так проникновенно, а упертые в бока руки так подчеркивали тонкую талию, что нельзя было не понять намека и я будто воочию над собой увидел разъяренное лицо Киры, наносящей девятый удар окровавленной сковородкой.

– Буду иметь в виду – улыбнулся я, ласточкой взлетая по покрытой ковровой дорожкой лестнице.

Золотой отпечаток короля Альгоры действует как афродизиак на «местных» девушек? Это как с той давней историей с аурой божественной влюбленности? Стоп… а ведь опять на ум идут легенды о любвеобильности короля, что уже долгие годы упорно трудится на постельной ниве. Может король уже пропитан «либидо»? Так вообще можно сказать?

Как бы то ни было – у меня появилась рубашонка Дон Жуана. Одел ее – и топай знакомиться с «местными» девушками верноподданными альгорскому королевству. Оставлю как я эту рубашку в Личной Комнате. Навсегда. Повешу в самый темный шкаф, как памятный трофей который можно показывать только в глубокой старости многочисленным внукам или столь же дряхлым как я сверстникам. Показывать, с намеком крутить головой, нервно косясь на кухню, где варит кашу бабушка Кира, и шептать что-то вроде: «ох и много ж у меня девок было, парни, благодаря рубашке ентой»! А седые «парни» в ответ: «задолбал ты свою майку волшебную показывать, давай лучше в домино сыграем!».

Что ж, важное дело сделал, настоятельную просьбу-приказ короля выполнил, времени почти не потерял. Сейчас в реальный мир и спать. А завтра снова в Вальдиру. До Тишки я так и не добрался. Сделаю это завтра.

Вспышка.

Выход.

Глава десятая

Тишка в злом огне. Проверка боем. Волшебник с шарфом

Я помнил этот мирный славный тихий городок совсем другим – веселым, праздничным, нарядным, даже чуть-чуть важным. Я помню расхаживающего надутого бургомистра, с довольным видом оглядывающего нарядным шатры на главной площади, с наслаждением поедающего лягушачьи лапки и утайкой пьющего вино. Этим же занимались и жители – только уже не таясь.

Не знаю, чем, но городок запал мне в душу. Запал крепко. Возможно, именно в таком вот нарядном каменном городке, почти деревне, я бы хотел жить в старости – в реальном мире само собой.

Но сейчас такого желания что-то не возникало. Город превратился в быстро сдающую позиции военную арену, ожесточенно сражающуюся с врагом. И враг-то так себе!

Высунувшись из-за закопченного магическим огнем угла, выстрелил над самой землей «струной» и тут же высадил пяток «терновых пущ» перед бегущим с криком детиной полуорком. Противник неуклюже перепрыгнул гудящую «струну», радостно что-то вякнул и завяз в шипастых злобных зарослях, начавших его жалить изо всех сил. Поменяв заклинания, я наградил Смертокогтя Анкса парочкой взрывных ледяных копий. Колючие заросли разлетались в клочья от пробивающего их льда. Одинокая красная оса с едва слышным жужжанием налетела на полуорка и ужалила в зеленую щеку, мгновенно после это исчезнув. И следом влетело три взрывных огненных шара. «Накаленная стрела» пролетела над землей уже только для контроля, хотя я отчетливо увидел серебристый сгусток тумана с алыми искорками, опустившийся на грязную мостовую.

Отвернувшись, я положил ладонь на лоб снявшей доспехи девушки танка, воспользовался «серьезным исцелением», возвращая ее здоровье.

– Спасибо! Вы так вовремя подоспели! – устало и одновременно радостно выдохнула она, отбрасывая меч с изрубленным лезвием и вооружаясь другим.

– Спасибо! – поддержал ее лучник, проверяя колчан – Аур никаких нет? На меткость и дальнобойность? Нас тут зажали…

– Это я вижу – фыркнул я, выпивая среднее зелье маны и передавая три бутылочки со здоровьем девушке и столько же лучнику – Тратьте экономно. Аур у меня нет. Черт… надо откатывать специализацию любым способом. Заклинания боя как ватные…

– Вы о чем?

– Можно на «ты». Я про свою магию. Ребят, рожон не лезьте, выискивайте их по одному и бейте. Потом сразу в укрытие. Короче – партизаньте, а не воюйте. О! Еще один! Красный подранок…

Хромающая – скорей всего из-за ловушки – эльфийка в черном плаще с красным «вампирским» воротником и в черном платье, торопливо двигалась к разрушенному дому с темными пустыми глазницами окон, явно надеясь там скрыться. Нас она не видела. А дом всего в десятке шагов и выглядит бруском положенным на бок. Расчетливо выжидая, дотерпел до мига, когда хромающий агр оказался у глухой длинной стены, выскочил из укрытия и начал с терновых пущ по бокам, другой рукой посылая огненные шары. Увидев опасность, девушка заметалась, тут я ее и накрыл еще одной пущей – сразу после того, как два огненных шара ударили по цели. Одинокая красная оса с грустным жужжанием покрутилась над курящимися дымом кустами и не найдя цели, вскоре исчезла. Хорошее свойство заклинания – оно само ищет цель. Урон маленький, но я пока использую «осу» как детектор жизни – если жалит, значит враг жив и надо шарахнуть еще залпом.

Выждав еще минуту, я кивком попрощался со встреченными в глухих переулках воителями, выбрался и первым делом собрал добычу с «мертвых тел». Два подкрашенных алым туманных сгустка вместе взятые отдали мне девятнадцать разнокалиберных зелий, истасканную экипировку, измочаленное оружие, несколько свитков телепортации и слабенькой боевой магии. А еще деньги около пяти золотых монет и ценные предметы домашнего обихода – взятые явно с разграбленных домов. Чертовы мародеры…

Свистнувшая стрела ударила в паре сантиметров от моей ноги. Неровными прыжками я понесся вдоль тыльной стены того же здания, рядом с коим померла хромая мародерша. На бегу высаживал «терновые пущи», что неплохо скрывали меня и прикрывали от обычных стрел – я слышал пару тресков, когда стрела отскакивала от шипастых кустов. А когда магия рассеялась, меня уже не было у стены – я нырнул в небольшое оконце, куда сумел протиснуться благодаря простоте моей экипировке – обычная ткань и немного кожи. Это не массивные доспехи.

Привалившись к стене, решил перевести дыхание. Усталость поднялась, мерцала тревожно-желтым. Еще на рывок я способен, но затем свалюсь как подрубленное дерево. Заодно здесь же чуть позже сброшу тяжелое оружие и экипировку агров. Прикопаю, чтобы злыдни не нашли. А таскать на своем горбу весь этот хлам тяжеловато. Прикрывшись полуразбитым обеденным столом, держа наготове «взрывные огненные шары» – страшное оружие в ограниченном пространстве, как я сумел убедиться недавно – я набросал на себя рваное тряпье, присыпался пылью и затих. Медленно растаяли успокаивающие цифры:

Маскировка +35

Злые грубые голоса раздались за окном. Спорщиков несколько. Они шумно шагают по разбитым камням, не пытаюсь скрыться или понизить голоса.

– Где этот долбаный волшебник с шарфом? Ник его так и не прочитали?

– Куда там! Все скрыто! Но чувак крут! Уже шестерых наших положил! Красавчик!

– Может еще пойдешь и оближешь ему пятки?

– А чего? Силу надо признавать!

– Но лицо его мне знакомо! – уже другой, более тонкий голос – Очень знакомо! Я его точно где-то видел и не раз.

– Да какое лицо? Там вместо лица комок грязи. Он же нарочно перепачкался. Да еще и шарф на морду натянул. Один игрок путает нам все карты! Шестерых грохнул!

– Восьмерых…

– А?!

– Только что отписался Анкс. Его грохнули магией и терновником.

– Это точно он! А второй кто?

– Амбра Терзающая. И она ушла.

– Куда ушла?

– Я откуда знаю? Просто ушла! Надоело ей все, походу. Она за сегодня третий раз погибает.

– Чтоб тебя! Все планы рушатся! Мы возьмем сегодня чертову мэрию или нет?!

– Тебе лучше знать, лид. Как ты скажешь…

– Где этот долбаный волшебник с шарфом?

– Тебе лучше знать, лид..

– Ты нарываешься что ли?

– Да нет! Как Анкс пишет – вот здесь его и грохнули. Но «трупа» его нет. Подобрали уже.

– Тут же где-то бегали еще два подранка из «светлой» группы, которую мы подловили на улочке. Мы на них целый дом обрушили. Только двое и ушли. Будут знать как творить добро ненужное. Смачно грохнуло!

«Вот что это был за грохот» – подытожил я, вспомнив тот тяжелый грохочущий шум, донесшийся с соседней улицы, когда я спешно убегал от рыцаря в зеленых зачарованных доспехах с мощным щитом, которым он умело пользоваться. Я тогда еще подумал, что это обрушение дома. Стало быть, не ошибся.

– Наши уже дергаются! Кто он такой? Мэрию надо брать срочно! Верни всех на позиции!

Голоса начали быстро удаляться, один из них сбивчиво докладывал:

– Кольцо смыкаем. Двое дальнобоев наших засели на часовой башне. Держат под прицелом окна и двери мэрии. Едва вынесем взрыв-зельями двери – запустим вперед пару танков. Затем сымитируем отступление, выманим любителей лягушек на улицу, там их наши стрелки и приголубят ядовитыми подарками.

– Это я и без тебя знаю! Это мой план! Я говорю – с позициями что?!

– Минут через двадцать будем готовы.

– Обалдеть… целым кланом не можем взять мэрию. И еще этот долбаный герой, чтоб он удавился своим шарфом занюханным!

«Гад!» – решил я и принялся с собачьей деловитостью закапывать трофейную кирасу, кольчугу, шлемы, наплечники и прочую тяжеленую дребедень.

Часовая башня… видел я этот дымящийся образчики архитектуры. Через две улицы от меня, если верить этой прожженной карте, снятой с трупа первого встреченного мною агра. Туда и двинемся. Лишь бы пара железных лбов не охраняла подступы к башне.

Встряхнувшись, я перебрался через подоконники и побежал к башне, двигаясь у стен и бдительно поглядывая по сторонам. Что-то Храбр запаздывает. Мне срочно нужно избавиться от ненужной «аптеки» и закупиться требуемой. Тут еще много сильных зелий понадобится – ситуация в Тишке тяжелая. Едва я сюда прибыл – и лучше не вспоминать этот долгий путь омраченный убийствами, бегством и руганью – я понял, что попал из огня да в полымя. А чуть позднее выяснил, что «злое пламя» здесь хоть и жаркое, но неумелое.

Тишку грабил небольшой агр-клан. Молодой агр-клан с довольно интересным названием Злое Пламя. Злыдни ни за что бы не рискнули напасть на город, если бы он не был ослаблен недавней и куда более сильной схваткой с «хаосом», как начали называть игроков грабящих и убивающих бесцельно. «Хаотиков» отсюда поперли два мощных светлых клана, разметали и поубивали многих, часть врагов ушла телепортацией, остальных погнали через почерневшие луга на север. Там остатки «хаотиков» наверняка будут взяты в кольцо и уничтожены. Что удивительно – это «местные». Просто беспринципные наемники и объединившиеся разбойники.

К городу наверняка скоро подойдут соединения стражей. Но пока их не было и небольшой полуразрушенный городок внезапно снова оказался в опасности – сюда заявилось Злое Пламя. Зубастые ребятки, набравшие в свои ряды всех «красных» подряд, пытались сломить остатки сопротивления и награбить как можно больше.

В городе остались защищенные оплоты еще не сдавшиеся врагу. Мэрия – одна из них. Наверное, там сейчас и сидит пузатый бургомистр.

Поправив шарф, я припал к земле и прикрываясь лежащими на земле плетями изломанного винограда, начал наблюдать. В сорока шагах от меня высилась каменная часовая башня. Величественное сооружение. И гордое. А еще время показывает… сколько функций в одном… а еще строение охраняется парой воинов привалившихся к стене и увлеченно играющих в карты. Невероятная золотая классика… был бы я тихушником – самое время незаметно резать глотки. Вот только я не тихий убийца, а косолапый боевой волшебник с искусственно подрезанным магическим уроном.

Из положительных факторов – смешные уровни картежников. Один семидесятого, другой шестьдесят седьмого. На передовой таким малышам не место, согласен.

Но поставить их на охрану важного стратегического объекта играющего решающую роль в их плане с мэрией?

Это полная безалаберность. Я испытал не слишком добрый, но очень приятный для моего самолюбия прилив воодушевления – лидер Злого Пламени еще глупее и необразованней меня в военной тактике. Прямо греет это открытие мою просоленную мореходную душу. Но не время предаваться заслуженному ликованию… что делать с двумя болванами у входа в башню?

И снова воображение замедлило меня, дав полюбоваться мысленной картинкой высокой башни охраняемой двумя гоблинами-воинами и прячущимся в тени отважным героем с суровой внешностью, задумчиво прикидывающим, как ему избавиться от помехи…

О!

Воображение и дало подсказку. Время поджимает, чертовая операция «Мэрия» может начаться в любой момент, поэтому нельзя задерживаться у подножия башни. Но и сражаться с «гоблинами» не обязательно – во всяком случае сейчас. Попробую-ка я еще одну классическую штуку воспетую в книгах и фильмах. Чуть приподнявшись над спелой гроздью винограда, я оторвал губами пару виноградин и пережевывая сладкие ягоды, коротко махнул рукой. Просвистевшая в воздухе золотая монета упала точно в намеченное место, превосходно звякнув и не забыв сверкнуть на солнце. Вряд ли сработает, но…

Один из воинов заинтересованно направился к упавшему предмету. Второй остался на месте и встревоженно завертел головой по сторонам. Ну да, к сожалению, кто-то из них должен был оказаться умнее. Слопав еще пару виноградин, я прицелился и накрыл согнувшейся над монетой игрока терновой пущей. Я прямо настоящий доброхот, честно! Ведь до этого несчастный был без золота и сидел на солнцепеке. А теперь он богат и отдыхает в тенистом парке…

Второй игрок подскочил и выхватив меч, принялся рубить терновую пущу. Изнутри ему помогал пленник, со скрежетом и скрипом выдираясь и вырубаясь из терновых объятий. В это время я спокойно прошел за их спинами в башню, при этом едва успев заметить прямо за порогом туго натянутую веревку цветом в тон полу. Чуть не запнулся. Банальная ловушка спотыкалка-оповещалка. На веревке висят бубенцы, а за ней расположен на полу механизм похожий на медвежий капкан. Я ловушки избежал и оказался в тени башни, у начала спиральной и – хвала небесам! – каменной лестницы. Такая не скрипнет. Поменяв одно заклинание, я побежал наверх, стараясь двигаться как можно быстрее – снизу раздавались тревожные крики и проклятья. Звучал и мат. Кто-то очень яростно обещал сделать с садоводом-волшебником в шарфе столько всего нехорошего и даже похабного, что я трижды подумаю прежде чем снова спускаться в лапы этих извращенцев.

Но сейчас я боялся верхних, а не нижних. Тем меня еще догнать надо. А вот засевшим вверху «дальнобоям» достаточно перегнуться через край внутреннего лестничного колодца и выстрелить несколько раз вниз – зависит уже от оружия и умений. И придется мне несладко. Поэтому рванул я как спринтер, внимательно прислушиваясь к воплям. Пока крики радовали – они чуть успокоились, поутихли, но не стали ничуть информативней. Будь бойцы поумнее, они бы уже кричали на всю округу:

«Нападение на охрану башни! Нападение на охрану башни! Атакованы магией! Врага пока не видим!».

Вместо этого я отчетливо слышал забористую ругань, грозные обещания довести наглеца волшебника до истеричной самоликвидации персонажа, предварительно превратив его жизнь в ад кромешный. И ругались то неумело.

Подобные крики привлекают к себе внимание, но не предупреждают остальных, не дают сигнал быть наготове. Я убедился в этом, вылетев на верхнюю ступеньку лестницы и оказавшись на деревянной платформе, покоящейся на толстенных дубовых балках, легко выдерживающих замерший часовой механизм и двух игроков стрелков свесившихся по пояс вниз и с интересом глядящих на происходящий у подножия башни бардак. Меня они не видели. И не слышали – стрелки часов больше не крутились, но внутри скопления шестеренок что-то упорно стучало, будто пытаясь высвободиться и вновь оживить механизм.

Что за идиоты…

Перезалив заклинания, я мягко подошел сзади, вскочил на стол и с двух рук ударил взрывными ледяными копьями, целясь в поясницы. Хотел по задницам безмятежным долбануть ледком волшебным, но решил, что это непродуктивно. Убивать надо грамотно. По хребту ледяным ломом. А затем по дернувшимся вверх испуганным затылкам. Жуть. Ледяные копья яростно ударяли по орущим игрокам, разлетались острыми осколками добавляя немало урона. С башни полетело быстро исчезающее ледяное крошево. Едва раненые стрелки полезли назад, я посадил терновую пущу, выпустил машинально красную осу – ошибка – снова ударил ледяными копьями уже с одной руки. Терновая пуща насадила бедолаг на свои шипы и замедлила их. Они завязли как в болоте. А я продолжал бить ледяными копьями, заодно добавляя изредка еще «пущу», чтобы капкан не ослабевал. Мана уходила вниз с бешеной скоростью, но меня это не волновало – мой запас велик.

И под конец немного огня. Пара огненных шара зло ударили по злобно вопящим аграм. Один на последнем издыхании выпрыгнул, явно надеясь на чудо. Злобно фыркающая горящая магия ударила его в воздухе. Вниз полетел серебристо-алый сгусток тумана. Второй враг еще держался, успев выпить зелье и навскидку пальнуть в меня из арбалета. И попал ведь гаденыш. Причем целился мне в горло. Хотел навесить эффект немоты? Болт ударил меня в живот. Я даже не замедлился, старательно добивая злодея карающим огнем.

– Стой… арбалет не тро…

И агр исчез.

Не трогать его любимый арбалет? Где-то я уже это слышал. Только касательно другого оружия. И нет – я не собираюсь прислушиваться. Спрыгнув со стола, я собрал трофеи, морщась от густого бело-серого дыма. Вот где я лопухнулся – с огнем. Сумел поджечь агров, лишить их остатков здоровья побыстрее, но заодно поджег часовую башню. И огонь распространялся быстро – треть внутренней платформы уже охвачена пламенем. Добравшись до лестницы, я глянул вниз и тут же отпрянул – метательный топор с гулом разорвал воздух и со звоном отлетел от потолка. Топот многочисленных ног дал понять, что по лестнице поднимается вражеское подкрепление, а быстрый взгляд уточнил – их больше десятка. Тут мне не пройти.

Перепрыгивая очаги огня и уворачиваясь от языков кусачего пламени, я добрался до одного из квадратных окон, распахнул ставни. Повернувшись, добавил как можно больше огня в комнату с часовым механизмом. Больше, больше, больше свирепого прожорливого огня. Когда жар лизнул лицо и просело здоровье, я выбрался на подоконник, шагнул на внешний карниз, утирая почерневшее лицо и оглядываясь.

На крыше одного из зданий внизу группа агров. Ждут. Вот увидели меня, тычут пальцами и кричат. Кто-то схватился за небольшой арбалет, прицеливается. Среди них увидел того самого воина в зеленых доспехах, что сумел отразить мою атаку. Группа главных? Я не удержался и долбанул огненными шарами. Выпустил с вершины башни десяток огненных гостинцев. Некоторые в испуге разбежались – в том числе и тот, что с арбалетом. Воин в зеленом лениво шагнул вперед, прикрыл одного из игроков, приподнял щит, что принял магический удар на себя. Столь же лениво он отряхнул щит от остатков огня, взглянул наверх. Да, парень, ты крут. Но ты закрыл одного из своих. Явно лидера. Теперь я узнаю его даже издалека.

Послышались крики злорадства. Застыдившиеся своего бегства агры возвращались, кричали мне напутственные пожелания.

– Гори, гори ясно, курица!

– Покажи личико, герой! Чего прячешь морду?

– Расправь крылья и лети!

– Гори в аду!

Ого… последний крик прямо переполнен настоящей яростью. Кто-то из ранее мною приконченных?

Громкий треск за моей спиной перепугал меня до полусмерти и оповестил о начале локального армагеддона. Череда лязганий, стона металла, хруст наполовину прогоревших деревянных балок. И деревянная платформа вместе с многотонным часовым механизмом ухнула вниз как кабина лифта с обрезанными тросами. Перепуганные крики из «лифтовой шахты» прозвучали как музыка для моих ушей – нечего топорами швыряться, чуть шарф мой не попортили. Не скажу что именно это я и задумывал, отнюдь, но итог мне понравился.

Удар…

Башня заходила ходуном, и я моментально сорвался с карниза. Ухнул вниз визжащим храбрецом в черном плаще. Вырвавшаяся из руки лиана уцепилась за кладку агонизирующей часовой башни, инерция мотнула меня в сторону, впечатала в стену. В кирпичи ударила стрела. Чуть дальше о кирпичи растекся вражеский огненный шар – не высшего ранга, что меня порадовало. Оттолкнувшись от стены, я продолжил падение, выбрасывая следующую лиану. Еще мгновение и меня унесло за угол монументального сооружения. Выцепив взором высокий и смутно знакомый шпиль, я дернулся в ту сторону, «цепанулся» лианой за стену соседнего здания, совершил не запланированный кульбит и рухнул на плоскую крышу трехэтажной постройки. Не позволяя себе замедлиться, пробежал по крыше дальше, боясь словить лопатками вражеский выстрел. И опять прыгнул, в воздухе обернувшись и увидев, как часовая башня начала обрушиваться словно карточный домик. Дикий грохот и облака пыли вкупе с дымом оповестили о катастрофе всю округу.

Перехватившись несколько раз лианами, я спрыгнул на небольшой внутренний дворик окруженный высокими стенами. Мне в грудь уперлось сразу шесть мечей и один толстый палец перепачканный желтым соусом. Облизывая пальцы другой руки, бургомистр с заткнутой за ворот камзола шелковой салфеткой, сурово прочавкал:

– Часовая башня была частью прекрасного лика нашего славного города. Кто сотворил такое бесчинство, Росгард?

– Враги! – с хриплой ненавистью настоящего ценителя местной архитектуры ответил я.

Согласно тренькнувшая игровая система выдала мне несколько сообщений. Кажись там достижение. Или даже два.

– Враги! – дернул щекой бургомистр, разом став похожим на располневшего полководца – Известны ли они тебе, друг Росгард?

– Клан чужеземцев Злое Пламя – ничуть не помедлил я с ответом – Жаждут они сломить сопротивление нашего города, убить всех жителей и разграбить их имущество!

– Клан чужеземцев Злое Пламя – повторил бургомистр. Это же название несколько раз произнесли убирающие оружие воины, что сгрудились вокруг меня.

– Они самые. Это неопытный враг. Но жадный. Они останутся здесь, пока мы их не прогоним прочь. Я прикончил многих, но вы знаете умение чужеземцев – они обязательно вернутся. Они возрождаются после смерти. Более слабыми, но все столь же злыми.

Тренькнуло. Я получил оповещение, что все жители Тишки стали добрее ко мне на один пункт. Доброжелательность растет.

– Возрождение чужеземцев… Какое досадное умение – вздохнул бургомистр и протянул мне до блеска облизанную ладонь – Приветствую тебя, Росгард. Ты снова доказал, что друг нам. Щедрый друг… пойдем, немного перекусим. В это тяжкое военное время на особые деликатесы можно не рассчитывать. Но кое-что все же отыскалось. Найдется и вино!

– А пив… – пожав руку, начал было я, но поперхнулся и выдавил благодарственно:

– С удовольствием смочу горло вином.

– Да-да… ну-с, где же наши милые объедки и огрызки? – потер руки бургомистр, входя в широкие двери холла мэрии. Я последовал за ним.

«Объедками и огрызками» оказались десятки столов стоящих внутри просторного холла, заставленные неимоверным количеством различных блюд. Как по мне – столы от яств ломились. Аж столешницы прогибались. Но бургомистр думал иначе – с грустным видом он цепко ухватился за позолоченной блюдо размером с крышку от канализационного люка и принялся набрасывать на него жареных куропаток, куски окорока, маринованных в сладкой горчице лягушек, пряные грибные соленья и вареные яйца, горестно при этом приговаривая:

– Ох уж эта военная скудость… она так истощает… – подняв кувшин, он набулькал себе не меньше литра вина, булькнул туда же пару свежих виноградин и ломтик лимона, добавил несколько кусочков льда с волшебного подноса покрытого изморозью и, повернувшись ко мне, страдальчески произнес – Вот так вот и перебиваемся еле-еле…

– Да-а-а… – с огромным трудом заставил я себя согласиться, стыдливо отводя глаза от поджаристых куропаток и переполов, скорбная гора из чьих тел поднималась на метр над блюдом – Настоящий голод…

– Ох… животы подводит. Проклятая война! Нет, я конечно слышал, что где-то и еще похуже – там честные обыватели уже даже воду пьют от безысходности. Воду! Светлые боги! Не приведите нас к такой беде… только не воду…

– Ага… – с еще большим трудом кивнул я и, чтобы не выделяться из числа голодающих, выбрал тарелку покрупнее и принялся заполнять ее «объедками». Начал с жирной куропатки, полив ее мандариновым соусом с кусочками мякоти. Плеснул себе и вина какого-то семнадцатилетнего. Да уж. Никаких изысков. Какой жалкой пищей вынуждены питаться обороняющиеся.

– Быть может, друг Росгард, желаете вы помочь нашему славному городу еще немного? – набивший рот бургомистр потерял присущую ему внятность, но я все же уловил смысл и его упор на слово «наш».

– Я сделаю все, чтобы защитить НАШ город – не остался я в долгу, и мы радостно стукнулись кубками.

– Главный по военным действиям капитан Лёруш Бланшер – политик ткнул рукой в нужного воина и с усталым вздохом изнемогающего от голода человека потянулся за мармеладом.

– Капитан! – представился я нужному человеку, незаметно отложив блюдо и отряхнув плащ.

Повернувшийся на оклик мужчина поражал великолепными завитыми усищами, косматыми бровями, свирепо надутыми щеками и выпученными глазами.

– Росгард! О да! Наслышан, наслышан, друг мой! Злое Пламя?

– Они самые, капитан! Надо объединить силы и дать отпор врагу! Вместе мы сможем истребить вражеские силы, раз и навсегда дав им понять, что сей город им не по зубам! Что отважные жители не побоятся никого!

Благосклонно выслушав, капитан промокнул заслезившиеся от умиления глаза платком, взялся за столовые приборы и грустно покачал головой:

– Ничем помочь не могу, друг Росгард. Все наши силы брошены на оборону мэрии и ее глубоких подвалов. А в подвалах! Ах!

– Ах… – с тупым недоумением проблеял и я, поняв, что помощи ждать не следует…

– Окорока, бочки с соленьями и вином, прекраснейшие фрукты и овощи еще смоченные каплями утренней росы! Запасы продовольствия прекрасного качества! Мы не можем рисковать едой… ну и жизнями вверенными нам на сохранение. Каждый воин на счету!

– Ну понятно… – со скрипом согласился я, не став уточнять, откуда могла взяться утренняя роса в глубоком подвале и не хотел ли один из часовых сходить по-маленькому.

– Но в твои силы мы верим, друг Росгард! Сделай что-нибудь! Сделай! Во имя свободы! И пламенного огня наших сердец!

Вы получили задание «Сделай что-нибудь»!

Попытаться сделать хоть что-то для защиты города Тишайшая Нега от нападающих!

Минимальные условия выполнения задания:

Уничтожить не менее пяти врагов напавших на город.

Награда:

Большой прошутто.

Неизвестно.

Знать бы еще что такое прошутто. Хорошее магическое оружие? Выясню позднее. Глупо делить шкуру неубитого медведя. Пяти неубитых медведей… мой серьезно ошарашенный несчастный мозг пробуксовывал, удивленно вибрировал внутри черепа, не в силах осмыслить происходящего.

Как так?

Я прорвался сквозь ряды врагов, проник в окруженную противником «цитадель», встретился с лидерами и предложил свою помощь, в надежде, что будут выделены умелые бойцы, вместе с которыми мы очистим город от жалких агров. Вот на что я надеялся, летя сюда на лиане подобно Тарзану. И все надежды рухнули, не устояв под напором горы из тел жареных куропаток, перепелов и свежих овощей сбрызнутых утренней росой. Никто не отправится со мной на войну. Все останутся здесь – нажираться деликатесами и яростно защищая остатки роскошного продовольствия.

Может и мне остаться? Усесться за стол, хорошенько перекусить, наладить знакомство с заочными смертниками, что обжираются в три горла и даже не задумываются о происходящем за стенами укрывшей их мэрии. А когда сюда ворвутся яростно орущие грабители и убийцы, я окажусь в первых зрительских рядах и, прихлебывая вино из золотого кубка, смогу насладиться сценой избиения наивных любителей маринованных лягушек…

Черт…

Круто повернувшись, я потопал к выходу. Как же мне сейчас не хватает Тирана. Моего верного огромного черно-белого волка. Будь он со мной, все было бы куда проще. А будь здесь мои друзья…

Глупо рассуждать о тех, кого рядом в данный момент нет. Они в буквальном смысле за тридевять земель. А я здесь, у берегов потемневшего от горя Найкала. Буду действовать по обстоятельства. Наметки плана имеются, но они пока зыбки как утренний туман. Надо дождаться сигнала от Храбра, предупрежденного, что не стоит соваться в осажденный городишко. И мне бы добраться до одного небольшого особнячка, охраняемого особыми воинами… если получится пробраться туда незаметно – я наконец-то окажусь в компании умеющих сражаться бойцов. И сомневаюсь, что Злому Пламени удалось совладать с элитными эльфийскими стрелками.

Оглядевшись у выхода, я обнаружил, что на мое отбытие всем плевать. Осажденные заняты трапезой и разговорами ни о чем. Вздохнув, я ступил на шаткие мостки ведущие к окнам второго этажа, охраняемым арбалетчиками и одним магом. Часовые препятствовать мне не стали, и я спокойно перебрался через подоконник, спустился по толстой звенящей цепи заканчивающейся в паре метров от мостовой и спрыгнул вниз, оказавшись в узкой задней улочке. Долго маячить здесь нельзя. Я шагнул вперед и оказался в небольшой комнатке некогда жилого дома. На подоконнике разбитый горшок с геранью, потолок закопчен, внутренние двери изрублены, мебель сломана. Воображение сразу нарисовало сцену как темной ночью в дом вламываются завывающие грабители с факелами и топорами, крушащие все и вся.

«Я у Тишки. Ну и дорога…»

Наконец-то радостное сообщение. Прочитав фразу о дороге, я понимающе усмехнулся – добраться до Тишки крайне непросто в это несладкое время. Телепортаций сюда прибыть невозможно. Свиток выбросит в паре километров к югу от городской черты и дальше уже ножками. Я сам чуть не умер пару раз. И не забыл отписать Храбру о особо опасных местах. Поджидающие ленивые разбойники, две страдающие от какой-то непонятной хвори гарпии, засевшие в еловом перелеске. Крепкий с виду мост через овраг, на самом деле являющийся пастью мостожуя – чудовища похожего на гигантский грязный мешок картошки с множеством ножек и пастью крокодила торчащей вверх и способной открываться невероятно широко, превращаясь в длинную ровную платформу и даже с подобием столбиков перил. Только путник ступит на такой «мостик»… и все… И да – имя монстру дали за то, что когда эта тварь натыкается на же существующий мост, она его сжирает. А затем замещает собой, прекрасно маскируясь под старую конструкцию.

«Подходи к городу с запада. Но внутрь пока не лезь. Я отпишу ориентиры».

«Принято. Двигаюсь к западной окраине. Там затаюсь»

Деловитый и спокойный парень. Интересно что он надумал о моем предложении вступить в наш клан.

Проверив сколько еще будет действовать магический шарф скрывающий мои «надголовные» данные, я открыл интерфейс и начал изучать последние сообщения от системы. Первое это достижение за

Достижение!

Вы получили достижение «АнтиАгр» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+1 % к любому наносимому вами урону.

+1 % защите от любого наносимого вам урона игроками-аграми.

Достижение!

Вы получили достижение «Безымянный убийца» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+5 % к продолжительности действия любых предметов, умений и магии сокрывающих ту или иную личную информацию персонажа.

Первое достижение я получил благодаря тому, что прикончил десятерых агров в течении одного игрового сеанса. Второе – что убил их всех, не раскрыв инкогнито и оставшись просто «волшебником в шарфе».

Еще, как сообщила система, мои деяния на благо города не остались незамеченными – многие уцелевшие «местные» жители видели, как я расправляюсь с врагами Тишки. И теперь, в случае чего, они постараюсь прийти мне на помощь или же призовут на помощь меня. Это касается тех, кто сейчас скрывается в развалинах и подвалах, но не тех, кто засел в мэрии, судя по всему. Отрадно. Если в тяжелый миг кто-то поддержит меня метким броском горшка с геранью по голове агра – я буду благодарен. А те что в мэрии – пусть продолжают насыщаться. Перед смертью не наешься… или не напьешься?

Перетасовав заклинания, я собрался переступить порог, но краем глаза заметил на ярко освещенной солнечной улице что-то темное. И будто-то бы холодком по шее прошлось. Я бы сказал Затухание меня настигло, но тут что-то другое. Чуть отступив и повернув голову, бросил быстрый взгляд в сторону темной штуковины. Хватило секунды. Затем я рванулся назад, развернувшись уже в глубине комнаты. Пара прыжков донесла меня до окна и перебросила через подоконник. В следующий миг я уже взбирался по каменной стене увитой цветущим плющом. «Лиана» не понадобилась – взлетел с цирковой легкостью. И рысью помчался по черепичным крышам прочь.

Тяжелый удар и последующий грохот. Обернувшись, я увидел, как проседает только что оставленный мною дом. Проваливается крыша, рассыпаются стены, вверх рвется пыль и странное черное марево похожее на темный туман. Пронзительное лошадиное ржание, преисполненное ярости, донеслось мне в спину и подтолкнуло не хуже реактивного ранца. Я выложился по полной, стремясь уйти от чудовища – а это было именно оно. Причем такое страшное, что я плюнул на скрытное передвижение и запрыгал по крышам подобно безумному трубочисту.

Прыжок. Еще прыжок. Я перескакивал с крыши на крыши. Пару раз упал, покатился вниз вместе с водопадом черепицы, что со звуком разбитого стекла «изливались» на каменную мостовую. Цеплялся, поднимался, бежал дальше. Повторившееся ржание раздалось совсем рядом. На бегу повернув голову, я узрел, как по улице мчит темный ужас, стремительно меня догоняя, стуча огромными шипастыми копытами, разнося на своем пути самодельные баррикады, валя деревья, разбивая брошенные повозки и круша каменные цветочные горшки. И не сводя с меня пылающего недобрым алым огнем взгляда. Над уродливой головой мелькала алая же надпись дергающаяся на бегу. Надо бы приостановиться и прочесть. Но я не рискну. Я предпочел круто свернуть, поддать и перепрыгнуть через узкую улочку, приземлившись на соседней частично разрушенной крыше. Чудом удержавшись на обугленной балке, присел, по привычке, принесенной из реального мира запалено хапнул воздуха, нервно перебрал трофейную алхимию, радостно ухватился за два пузырька «бычья стойкость» и «ржаной ветер». Названия многообещающие. Выпил их залпом, просмотрел пробежавшие строчки и поморщился. Плохо. Повысились выносливость и ловкость. Нарастание усталости не замедлилось. Еще от меня запахло пшеничным полем. Или рожью. Нет, пахнет приятно, этакий парфюм «Алё крестьянин праздничный», но мне не до праздников.

– Да он совсем обалдел! – изумленный вопль снизу заставил меня подпрыгнуть. Едва не упал с балки.

На улице стоял воин топорщик сотого уровня, как раз забросивший оружие за спину и нагнувшийся за камнем.

Камнем! Я ему воробей что ли? За ворону меня принял?

Выскочившая из-за угла черная туманная смерть с размаху ударила по стоявшему в позе ракообразного животного. Игрока с красным ником Мчащийся Арвил оправдал имя и умчался со скоростью света, с шумом врезавшись головой в стену дома, оглушено затем свалившись на землю и с ненавистью проскрипев:

– Долбаный волшебник с шарфом!

– Э-э-э… – выдавил я, откупоривая пузырек «Ласточкина роса». Выпил. И обрел +10 процентов к скорости передвижения, а также замедление роста усталости. Наконец-то.

Перепрыгнув на конек крыши, я посмотрел вниз. Адский скакун вырвавшийся из преисподней встал на дыбы и обрушил передние копыта на ворочающегося в оглушении игрока, окончательно добив его. Я и внимания не обратил на серебряно-алый сгусток тумана. Я пристально смотрел на страшное создание.

Это ведь на самом деле лошадь. Только увеличенная, изуродованная, курящаяся темным туманом, роняющая на землю противно дергающиеся подобно гусеницам сгустки тьмы, скрежещущая пастью, сверкающая глазами, бьющая в нетерпеливой ярости копытами. Рывком вздернув голову конь уставился на меня, меж клыков показался длинный раздвоенный язык. Да кто же ты?

«Пом Брошенный». Уровень двести пятьдесят третий.

Пом?… что-то знакомое.

Тварь исторгла пронзительное ржание, рванулось вперед. Я прыгнул прочь, перелетая на другую крышу. Ослабленный пожаром дом обрушился мгновенно, похоронив под обломками адскую лошадку.

Пом…

Вовсю работая ногами, я мчался вперед, нацелившись на торчащую меж двух домов невысокую, но прочную трехэтажную башню, надеясь, что она не обрушится так легко и даст мне передышку и время собраться с мыслями. Пом Брошенный… что-то невероятно знакомое…

На третьем этаже башни мелькнуло движение, я рухнул на пузо, немного проскользил и подобно сорванной черепице съехал по уклон островерхой крыши. В место где я только что был ударила длинная злобная молния, туда же врезали три стрелы одна за другой. Не слишком прокачанный маг со стандартным набором заклинаний и лучник пошедший по пути скорострельности. Сорвавшись, я повис на руках, уцепившись за водосточную трубу. Глянул вниз. О чудо – там воз с соломой. Так быстрее чем с «лианой». Разжав пальцы, я ухнул в воз и злобно выругался – а вот и двузубые вилы, пронзившие спину. Хорошо орудие не слишком «уронистое». Выбравшись, вломился в открытую дверь здания на противоположной стороне улицы, взлетел по лестнице, перепрыгнул через два артистично раскинувшихся скелета в верхней комнате и выбрался на длинный балкон соединяющий несколько зданий. По нему и побежал, сшибая горшки с цветами, что разрывались на мостовой подобной бомбам. От чудовища меня прикрывало два здания и улица между ними. По-прежнему слышался треск молний, крики игроков созывающих помощь. Кричали что-то про бешеную лошадь призванную долбаным садоводом в шарфе. Я-то здесь причем? Лошадь бешеная скорее за мной. Чертов Пом… она не в помощь мне явилась.

Пом! Помощник!

Как я вообще мог забыть?! Пом – та лошадка, что была выдана мне на время Гильдией Магов Альгоры. Я как-то привязал ее в «укрытии» за бронзовое кольцо, да так больше туда и не вернулся. Я бросил скакуна. Бросил.

Пом Брошенный.

Меня ожгло чувство вины. Я совсем забыл про несчастную стандартную лошадь каких десятки тысяч или больше. Таких можно арендовать или купить почти везде – в любой конюшне, в любой деревне или даже на захудалом хуторе может найтись подобная лошадка, выносливая и послушная. Глупо сожалеть о виртуальном существе. Но мозгами я сейчас воспринимал Пома как живое брошенное существо. Я виноват.

Но откуда такая мощь и темная мгла окутавшая его? Откуда страшные изменения? Это настоящий монстр. И он явно пришел по мою душу.

Пришел сам или его натравили? Если натравили – то кто?

Вопросов снова больше чем ответов.

В окне внизу полыхнула вспышка. Я со звоном вломился в окно на своем уровне, выбивая стекло и тонкую раму, падая в комнату. Следом за мной влетел ревущий огненный шар, расплескавшийся по потолку и взорвавшийся мигом позже, когда я уже скрылся под изящной двуспальной кроватью. Снова рев. Вспышка. Нарастающий жар и языки пламени.

– Я достал его! Достал! Сжег дотла!

– Падла – злобно пробормотал я, выбираясь из-под кровати и ползком добираясь до уже горящей двери. Температура в спальне нарастала так быстро, что я сейчас зажарюсь.

– Достал его?!

– Да! Он в окно – а следом подарок от меня. Как рвануло! Гляди как огонь прет! Я сделал волшебника с шарфом!

К тому времени я уже был в коридоре и улепетывал прочь. Тяжелый грохот и новые крики дали понять, что игроки Злого Пламени столкнулись с настоящим злом – с адским скакуном жаждущим убить одного неблагодарного придурка.

– Вали лошадь!

– Черт! Она Клюса затоптала!

– На копья ее! Маги! Чего спите?! Морозьте тварь! Морозьте! Другим – окружайте ее! Подходите со всех стороны! Прикрывайтесь щитами! Тяжелых петов – вперед! Вызываю сюда всех! – властный голос взялся за дело крепко. И его явно слушали.

Дикое яростное ржание, звуки ударов, треск щитов и крики – все слилось в звуковой хаос, от которого я быстро удалялся. Или уже не так быстро… замедлившись, я перешел на шаг, перешагнул очередной подоконник, прислушался. Пом ржал все там же. Уровень у него хороший, но против целого клана – пусть и молодого – не попрешь. А если локация возрождения неподалеку, то даже ценой постоянных жертв, им удастся не потерять в численности – как бы не парадоксально это звучало.

Ну и славно. Завалят бешеную коняку вместо меня. Подарят мне время. Я смогу добраться до нужного места. Все складывается в мою пользу, честное слово.

Помассировав виски, я глубоко вздохнул, выругался, а затем развернулся, с помощью «лианы» выбрался на крышу и побежал обратно – к месту схватки, где агры пытались убить моего бывшего коня. Что за чертовую долбаную глупость я совершаю! Сам себе не верю! Это же не в какие ворота. Это даже не глупость – это самоубийство!

Два ледяных копья ударили в лучников стоящих на краю крыши и посылающих стрелы вниз. И еще два копья следом. Стрелки, едва доросшие до семидесятого уровня, ловкие, но неумелые и хилые, заорали, дернулись, но между ними один за другим взорвались два огненных шара, взрывной волной сбросив их с крыши на каменную мостовую. Спрыгнув следом, я перехватился «лианой», приземлился, запустил целую стайку «накаленных струн» по улице на разной высоте. А следом ледяные копья, прежде чем скрыться за углом и забежать в дверь.

Крики… крики… вопли… ржание…

Прикрываясь подоконником, послал в небольшую группу из танка и трех мечников за ним несколько огненных шаров. Обернувшись, накрыл приютившую меня комнату терновником, в котором мгновенно завяз забежавший следом дурной волшебник в малиновом балахоне с серебряными звездами.

– Нет! – крикнул он, когда я поднял заискрившиеся синим холодным пламенем руки.

Я не ответил. Ледяные копья вонзились ему в грудь и лопнули. Ледяная картечь покрошила терновник, добавила урона орущему магу. Я ударил «красной осой», просто ради смеха. И добавил два огненных шара. Уж не знаю, когда волшебник сдох, но он сдох. Я забрал трофеи и выскочил через другую дверь, добавил еще огня к начавшемуся пожару. Ведь я «Поджигатель» как сказано в моем удостоверении – вернее в достижении.

– Садовод вернулся! Черт! Садовод вернулся! И он злой! – запинающийся тонкий голос донесся из-за далеких зданий – Жарит и жалит! Жарит и жалит!

– За кобылой своей вернулся!

Взбежав по лестнице, выбравшись на крышу, я упал плашмя и затих, внимательно прислушиваясь.

Ржание. Удар. В воздух свечой ушел вопящий рыцарь, подобно тарелке фрисби усвистел куда-то его щит.

– Путы! Путы! Магам не спать! Ну же!

Враг совсем-совсем рядом. И Пом тоже. Меня скрывают клубы нового пожара, я лежу за дымовой трубой. Ничего не вижу, но хорошо все слышу. Усталость быстро тает. Я нетерпеливо жду. Мне нужен запас хода, нельзя остановиться на полушаге и рухнуть – это будет конец.

– Клоза убило! Дарка тоже! Они уже бегут назад!

– Морозьте! Давайте ядом!

– Садовод убил одного стрелка и Охламона. Второй оглушен, его подлечила Мачеха.

– Ударная группа! Порядок группы все знаете! Строимся! Свинья!

Сначала я подумал, что лидер кого-то назвал свиньей из-за неумелых действий или отсутствия личной гигиены. Но когда я встал из-за трубы и глянул вниз, то понял, что бойцы Злого Пламени выстроились тупорылой трапецией и медленным шагом двинулись к кокону из морозных плетей неизвестной мне магии, веревок и цепей, сдерживающих бьющего Пома.

Группа выставили копья, начала ускоряться. Массированный таран?

– Эй! – рявкнул я, благородно предупреждая бегущих о своем присутствии, но перед этим выпустив пару огненных шаров и продолжая это делать, накрывая всю улицу беспорядочным огнем. Шарф вокруг моей шеи дернулся как ожившая змея и снов опал. Выскочило сообщение, что мои данные больше не скрыты.

– Садовод! – рявкнул рыцарь в зеленом.

– Росгард! – завопил кто-то другой – Лидер клана…

Взорвавшиеся огненные шары заглушили крики врагов. «Свинью» окутало огненным пламенем. Внутри пламени злобно закричали. Вот теперь полное соответствие кланом своему названию – Злое Пламя. Я побежал вдоль края крыши, выпуская столько ревущего огня, сколько только мог. Спрыгнув на карниз, оказался чуть ниже и увидел прячущихся внутри небольшой постройки двух магов, от чьих рук тянулись почти невидимые нити дрожащего воздуха направленных к Пому. Заморозка…

Замешательство врагов сейчас прекратится. Надо торопится. Выпустив несколько «струн» в сторону вражеского построения, я хлебнул зелье маны и вломился в окно постройки, выхватив трофейные топорик. Им и долбанул по голове опешившего мага с синеватыми волосами.

– Ты же маг! – протестующе завопил тот, ударяя меня светящейся ладонью. Меня отбросило и впечатало в стену, спина выбила очередное и уже бессчетное стекло окна, грудь покрылась инеем. Второй противник уже разворачивался.

– Маг – согласился я, швыряя в него топор и следом ударяя огненными шарами.

Помещение крохотное… Подброшенный взрывной волной, я перекувыркнулся через подоконник и рухнул на землю. Трети здоровья нет. Приподнявшись, ударил в курящееся дымом окно еще двумя шарами.

– Я здесь, Рос! – крик Храбра долетел сверху.

По улице застучали полыхающие нездоровыми гневным светом стеклянные шары, что тут же разрывались. Развалившуюся «свинью» залило кислотой и огнем. Вой игроков достал до небес. На землю опустилось несколько серебряных сгустков тумана. Я ударил ледяными копьями с одной руки и терновником с другой. Еще и еще, еще и еще.

– Бей их, Храбр! Бей! – хрипло вопил я, задом поднимаясь по небольшой наружной лестнице.

В центре улицы разворачивался адский конь, уставивший на меня яростные огненные глаза, выдыхая из ноздрей черный дым.

– Прости меня, Пом! Прости! – крикнул я – Прости меня! Я не хотел тебя бросать! Честно! Прости, дружище!

Злое ржание прервалось, тихий всхрап, конь подпрыгнул и ударил всеми четырьмя копытами о камень мостовой, сбрасывая с себя последние путы. Рванувшись вперед, лягнул зеленого рыцаря, отбросив того на несколько метров. Снова уставился на меня…

– Прости! – повторил я – Прости меня! Пожалуйста!

– Мужик! – бешеный голос донесся из клубов ядовитого дыма – Ты либо убивай, либо извиняйся! Нам же обидно!

– Заткнись! – завопил я, кастуя терновник – У меня тут личное дело!

– Каменный град! – радостно закричал Храбр, оказавшийся уже надо мной.

С и без того потемневших от пожара небес посыпались огромные булыжники.

– Уходи с крыши! – крикнул я – Стрелки сейчас очнутся!

– Понял!

– Пом, прости! Мне очень жаль, что я подвел тебя! Прости меня!

Заржав, Пом мотнул дымящейся головой, ударил в бешенстве задними ногами по стене здания, после чего развернулся и живой кометой умчался прочь.

– Может он меня и простил! – радостно крикнул я спустившемуся Храбру.

– Мы тебя ненавидим, Росгард! Война твоему клану! Война до конца! Навсегда! – лютый крик-вой заполнил собой улицу, вызвал злобное эхо – Война навсегда!

– Я вступлю в твой клан, Рос – буднично произнес Храбр, следуя за мной по узкой как пенал комнате, где мы оказались войдя в балконную дверь.

– Я рад этому – так же буднично отозвался я – Просто отличные новости. Поспешим. Надо добраться до дома.

– Чьего дома?

– Моего. Или вернее – нашего дома. Кланового. Если он еще устоял в этих беспорядках…

Глава одиннадцатая

Дом родной

Считаю, что именно так и должен выглядеть дом порядочного приключенца с большим жизненным опытом, вкусом к яркой жизни и некоторым денежным состоянием.

Серо-желтый природный камень стен, обилие растительности обвивающей постройку, мачтой вздымается высокая дымовая труба украшенная большим птичьим гнездом. Островерхие стрельчатые окна сверкают вымытыми стеклами, прикрывающие их тонкие решетки почти незаметны. Высокий железный забор надежно охраняет покой жильцов дома, буйный и почти дикий сад кольцом раскинулся вокруг, закрывая обзор чужим любопытным глазам. Ворота крепко заперты, с едва заметной насмешливой вежливостью смотрят на любого подошедшего. Насмешливость смягчается мирным дымком тянущимся из дымовой трубы и стоящим в гнезде огромным аистом, что изогнул шею, уронил голову на грудь и мирно спит.

Мистического и пугающего антуража добавляют окружающие дом городские постройки пребывающие в ужасном состоянии – выбитые окна и двери, изрубленные косяки, копоть на стенах, проваленные крыши, сожженные дотла сады, мертвые плети иссохшего винограда. А еще трупы. Много их. Прямо россыпь иссохших скелетов лежащих на мостовой вперемешку с немалым количеством ало-серебристых туманных сгустков. Тут полегло немало игроков и «местных». Судя по раскраске тумана и оружию рядом с костями – гости пришли не с миром. Пытались пробиться к дому, но не преуспели.

Я бы тоже туда не сунулся, не знай я, что дом принадлежит мне. Хотя я там ни разу и не побывал. Все торговые операции совершила Кира. Она же отдала приказ об охране здания. Причем двойной. Снаружи пустой особняк защищали стражи Тишки – до прихода военного хаоса уничтожившего договоренность. А внутри здание находилось под надежнейшей защитой эльфийских стрелков и степенного дворецкого Строгоса. Сам я тут толком и не побывал. Хотя живо помню, как мы с Кирой стояли у ограды и смотрели серо-желтый крепкий дом.

Вопрос в том, как меня здесь встретят. Бумаг у меня при себе нет. Они у Киры – а она на Зар’грааде тамошнюю живность гоняет. Если мы подойдем к воротам и меня пристрелят, это не повысит мой уровень нажитого авторитета перед Храбром.

Обошлось.

– Добрый день, сударь. Надеюсь ваша прогулка была не слишком утомительной.

Едва слышно звякнув, высокие ворота отворились. Я с искренней радостью взглянул на чопорного старика, что в этот раз несколько отошел от свойственной ему одежды, поверх темного камзола облачившись в кожаный безрукавный доспех с нашитыми медными бляхами. За его спиной висит небольшой лук и полный стрел колчан. В поясных ножнах длинный кинжал, на другом боку сумка с откинутым клапаном, торчат свитки разноцветной бумаги.

– Я рад тебя видеть в добром здравии, Строгос – шагнул я вперед.

– Как и я, сударь. А этот юноша?

– Храбр. Мой друг и соратник – представил я алхимика – Я доверяю ему.

– Редкое качество в это неспокойное время – едва заметно улыбнулся дворецкий и указал рукой на виднеющийся в глубине сада дом – Добро пожаловать домой, сударь – повернувшись к Храбру, старик добавил – Вам рады в гостях.

«Добро пожаловать домой»… не скрою – прозвучало отлично!

Ворота сами собой затворились, лязгнул крепкий с виду замок. Старик легким шагом направился к входной двери, мы последовали за ним. Я жаждал информации. И не стеснялся расспросов.

– Вижу вам пришлось здесь повоевать. Как здоровье и боевой дух охраны? Все ли хорошо?

– Я в полном порядке, сударь. Благодарю.

– Стоп… – запнулся я – Ты один? Строгос, ты в одиночку охраняешь весь дом?

– С недавних пор – да, сударь. События развивались закономерно. Война, знаете ли… хотите знать больше о случавшемся здесь?

– Еще как! – кашлянул я, обнаружив, что поперек садовой дорожки лежит скелет гигантской змеи, придавивший другой скелет – какого-то крупного двуногого, скорей всего орка. Там же лежало несколько сломанных длинных стрел. Храбр таращился на повисшее на ветвях полупрозрачное шипастое крыло, чем-то напоминающее стрекозиное, но каких тогда размеров насекомое, если крыло в длину не меньше трех метров?

– Осторожней, иглы демонического дикобраза – предупредил нас Строгос загодя, указывая на едва заметные черные иглы трепещущие среди травы – Не успел еще убрать мусор. Должен заметить, сударь, что прибыли вы весьма вовремя. Вчерашний день и сегодняшнее утро оборону удалось сдержать чудом. В бой пошла нежить и мелкие демоны, если бы не предусмотрительно оставленный вашей невестой запас свитков и особых зелий, могло бы случится худшее – разграбление дома. Но вот вы здесь.

– Я от всей души и сердца благодарю тебя, добрый Строгос, за доблестную службу – кашлянул я смущенно.

Пока мы там воевали и путешествовали, старый дворецкий сдерживал оборону. За всем не углядишь. Всего в голове дурной не удержишь – после событий с Зубравой и Афросием, после того как заполучил перчатку СЛ, я на время и думать забыл о Тишке и небрежно приобретенном доме. Еще одно великое упущение с моей стороны.

– Что ж – Строгос не по годам легко поднялся по ступеням, жестом руки заставил открыться толстую входную дверь и встал на пороге, вежливо пропуская нас с Храбром вперед, как и положено вышколенному дворецкому – У меня есть прохладная чистая вода и осталось немного вина. Съестного к моему глубокому сожалению предложить не могу.

– У меня есть хлеб! И колбаса! – Храбр первым понял, что старик страдает от голода – Сейчас достану. Еще есть квас, вареная картошка и порция жареных свиных ребрышек не первой свежести.

– Тебе надо покушать – закивал и я, мысленно костеря себя, что есть сил. А если бы мы заявились завтра или еще позднее? Нашли бы труп верного дворецкого не оставившего пост? Черт…

– Буду рад отведать угощения – склонил голову Строгос – Прошу в столовую. Я сейчас принесу приборы…

Когда старик вернулся, мы уже успели вытащить из инвентаря Храбра все съестное и выложить на стол. Я шепотом поблагодарил алхимика за предусмотрительность. Меня по-прежнему глодал стыд. А еще злость на засевших в мэрии ценителей яств, объедающихся в три горла. А ведь в городе не только Строгос от голода помирает – тут могут десятки «местных» находиться на грани голодной смерти. Это нам, чужеземцам, не обязательно питаться. А вот «местным» без регулярного приема пищи нельзя. И посему как-то начал я относиться к мэру, чиновникам и их охране без прежней душевной теплоты. В моих глазах из несчастных страдальцев они превратились в героев сказки «Три толстяка». Богачи, обжоры и бездельники пируют и жируют. А бедняки умирают в разрушенном городе от голода, пожаров, рук безжалостных бандитов и разных тварей. Город превратился в рассадник ужаса, а «этим» в ратуше глубоко плевать. Надо что-то с этим делать.

– Все за стол – скомандовал я тоном не терпящим возражений – Кушаем, разговариваем.

– Да, сударь.

Старик опустился на стул последним. И в этой же очередности взял пищу. Мы с Храбром медленно жевали, поглядывая на пол у стен просторной столовой, заваленный разнообразным оружием и предметами экипировки. Вряд ли дом продавали вместе с арсеналами. Это скорее боевые трофеи. Мы терпеливо ждали, когда Строгос утолит голод и начнет рассказ. Старик себя ждать не заставил. Наспех проглотив пару толстых бутербродов и выпив бокал разведенного водой вина, он несколько восстановил силы и перешел к описанию прошлых событий.

Кира, прозорливая и мудрая, опытная и знающая, после покупки и зачисления Строгоса в постоянный штат, оставила здесь немало денег, немного вооружения, свитков и эликсиров. Дала умные приказы, позволяющие охране дома тратить деньги на покупку пищи, лекарств и прочих необходимых предметов. Вместе со Строгосом сюда были зачислены еще пятеро местных жителей – в подчинение старому дворецкому. Эльфийские мрачные стрелки, крутейшие снайперы, некоторое время задержались в саду просто так. Они сначала ушли, затем вернулись, снова ушли и снова вернулись, и остались. Вроде как передохнуть. А затем решили остаться подольше – по причинам, которые они никому раскрывать не спешили. Приказа их выгонять не было, жили эльфы в саду, питались не пойми чем, не посягая на средства и пищу охраны. Поэтому трогать их не стали.

Первые дни прошли спокойно и безмятежно. В сонном доме наводилась чистота, потолочный углы освобождались от серой пыльной паутины, камины очистились от многолетней сажи и копоти, полы заблестели от воска. Дворецкий знал свое дело. А затем начались беспорядке – сначала где-то там, далеко, но тревожный мир продлился недолго и вскоре война добралась и до Тишки, что случилось особой темной и душной ночью. Зарево полыхнувшего пожара стало вестником кошмара. Один за другим дома загорались, разрушались, разграблялись. Улюлюкающие «чужеземцы» и примкнувшие к ним «местные» носились по улицам городка, спеша разграбить все что можно, грызясь из-за каждого подсвечника и платка, убивая всех без разбору. Редкие очаги сопротивления исчезали один за другим, многим удалось убежать прочь. Небо стало столь же опасным, как и земля.

Город от полного уничтожения спасла неорганизованность нападающих, их не утихающая грызня друг с другом. Это же спасло и небольшой серо-желтый особняк скрытый в огражденном саду. Первые же кто попытался перепрыгнуть через забор, так на нем и остались – стрелы великолепных стрелков не знали промаха. А сад ожил от их магии, принявшись за избиение непрошенных гостей. Скрипящие ветви, нагибающиеся стволы, вырывающиеся из земли корни, секущий дождь листьев, град острых сучков… в саду погибло немало грабителей. Это отрезвило прочих и они предпочли временно отступить, переключившись на более безобидные дома. А потом они уже не возвращались – вихрь войны подхватывал их и уносил за собой. Им на смену являлись другие, пытаясь проникнуть в заманчиво целый дом. И тоже погибали. Удача не могла длиться долго, но тут вдруг мародеры и убийцы кинулись бежать прочь, подгоняемые ударами копыт светлых «чужеземных» кланов, погнавших эту мерзость подальше от несчастного города.

В этот день ушли эльфы. День за днем по непонятной причине они оставались здесь, а тут внезапно ушли, никого не предупредив. К тому времени со Строгосом оставалось трое слуг – двое других героически погибли исполняя свой долг – пали от когтей прорвавшейся на чердак визжащей гарпии. Еще несколько дней слуги верно несли службу, но затем двое из них ушли после прибытия гонца, что прокричал снаружи о том, что их семьи в далекой деревне нуждаются в их помощи. Семья перевесила долг. Последний же слуга продержался долго. Он погиб совсем недавно, после того, как из садовой земли внезапно восстал пробившийся сюда орк зомби.

Затем было недолгое затишье. И вот явился новый злобный клан чужеземцев. Они попытались взять дом штурмом, но потерпели поражение, хотя на отражение атаки пришлось потратить парочку мощных заклинаний. Строгос слышал, как кто-то увел их прочь, крича, что сначала надо захватить мэрию и уже потом тратить силы на какой-то особняк.

А затем здесь появились мы.

– И снова я благодарю тебя верный Строгос за непогрешимую службу и верность долгу! – произнес я, вставая – И прости меня, что так задержался.

– Ни к чему извиняться, сударь. Хоть и в осаде, но и мы получали новости. Особенно такие важные. Я ведаю про Великий Поход и вашу роль в нем. Великому Навигатору открывающему запретные древние земли ни к чему извиняться за свое отсутствие. Я горд, что служу такому человеку как вы!

– Спасибо – улыбнулся я, удивленный и тронутый одновременно – Теперь я здесь. Если желаешь отдохнуть – самое время. Мы проследим за окрестностями.

– Благодарю, сударь. Мне и в самом деле нужно немного отдохнуть – согласился усталый дворецкий, промокая губы платком – Я буду в небольшой спальне, что на первом этаже, в восточном крыле дома, предназначенном для слуг. Будите меня в любое время.

– Спасибо. Отдохни хорошенько.

Кивнув, дворецкий удалился. Выждав когда его шаги затихнут вдали, я хлопнул себя ладонью по лбу и признался:

– Я начинаю воспринимать все слишком серьезно. По-настоящему.

– Это Вальдира – пожал плечами Храбр – Ты говорил, что у тебя куча трофейной алхимии? Телепортации здесь нет, враг притопает в любой момент. Давай-ка я переберу все хапнутые тобой пузырьки и посмотрю, что за наборы можно из них составить. А если получится, может и смогу из них смешать что-нибудь путное. Походный набор у меня с собой.

– Дельная мысль – согласился я, открывая сумку и вываливая на стол все подряд.

Десятки пузырьков, шуршащие свитки, пустые склянки, пакетики с лекарствами. Все трофейное. Я оставил в инвентаре только самое мелкое и легкое по весу. На столе образовался хаос, в котором Храбр разобрался с похвальной быстротой. Он уже выставил на угол стола подставку для колб, зажег небольшую горелку с зеленоватым жарким огоньком, надел на лоб очки с толстыми посверкивающими линзами, набросил на шею длинный фартук из тонкой кожи, натянул перчатки с парой радужных камней инкрустированных без видимого взгляду порядка. На осмотр первой партии пузырьков ему понадобилась минута. Еще столько же на их сортировку. Парочку он откупорил, вылил в большую колбу, перемешал стеклянной палочкой, сыпанул туда серого порошка, что-то задумчиво забормотал, явно пытаясь вспомнить рецепт. Не вспомнил, чертыхнулся, вытащил большую книгу, с треском страниц открыл ее и ткнул пальцем в нужное место. Обрадовано забубнил, добавил в колбу три капли желтоватой тягучей жидкости. Снова перемешал. Буркнул:

– Пусть настоится – и переключился на два черных пузырька с намалеванными черепом и перекрещенными рыжими костями, размышляя вслух – Бомбу собрать или лучше рыжего кукушонка взболтать? Зависит от многого… а где моя пыль из перемолотых костей мумии?

Очнувшись, я прекратил созерцание профессиональной работы и сам принялся за дело. Сначала перебрать свитки, перебросить Храбру все затесавшиеся в трофеи корешки и грибы. Затем проверю залежи вдоль стен. Пройдусь по другим комнатам. Все из свитков и алхимии перетащу в столовую и отдам Храбру. А затем займусь сменой статуса дома – нам ведь давно пора если не клановую крепость заиметь, то хотя бы клановый холл. Прямо сейчас ничего менять не стану – глупо будет, если я дам дому статус кланового холла и его сразу захватит Злое Пламя. Вот смеху будет гомерического… но подготовиться надо. Потом просто оценю ситуацию.

Мне потребовалось полчаса на быстрый и считай небрежный обход дома и территории вокруг. Я спешно собирал пустые пузырьки и целые зелья, поднимал стрелы и арбалетные болты. В саду обнаружил немало грибов. Часть из них была настолько непривычной взоры формы и расцветки, что к ним я и приближаться не стал, предпочтя собрать обычные грибы и некоторые простенькие растения. Оттащил все Храбру, не забыв оповестить его, что в саду немало прочих штук похожих на грибы и выходцев из болота ужаса одновременно. Храбра сия новость воодушевила и он незамедлительно отправился в сад, прервав ненадолго деятельность по смешиванию и взбалтыванию. Вскоре из сада послышались странные хрипящие вопли неведомых существ и злое чертыханье Храбра. Поглядев из окна, как он воюет с ожившим огромным грибом цепляющимся за дерево парой мускулистых рук, а третьей конечностью пытаясь дотянуться до лежащего в траве топора, я лишь покачал головой и похвалил себя, что не попытался срезать этого грибного психопата. Что за грибы пошли… чуть что – сразу за топор…

Храбру помощь вроде бы не требовалась. И посему я продолжил обход дома, выискивая в углах редкие трофеи и оглядывая комнаты на предмет защищенности от опасности извне. Ставни первого этажа плотно закрыты и заперты на внушительные засовы. Кое-где стекла разбиты, ставни повреждены – явно пытались выбить снаружи, но не преуспели. На втором этаже многие ставни открыты, на столах лежит несколько арбалетов с пустыми сумками. Я собрал в саду немало арбалетных болтов и потому не преминул зарядить каждый арбалет и положить рядом по три-четыре болта. Там же разместил и обычные стрелы. Строгосу пригодится. Пересчитав имеющиеся магические свитки – а их маловато осталось – я превратился в белку готовящуюся к грядущей ядерной зиме – там и сям спрятал по паре свитков, заранее осмотрев места их возможного будущего использования. Этому я научился у одного парня служившего на ныне затонувшем флагмане Черная Королева. Во время каждого боя тот парень, отвечающий за небольшой участок одной из палуб, то и дело падал, вставал, снова падал, уворачиваясь от вражеских ударов. И при каждом движении с его рук срывалась смерть. Чтобы ни случилось с его запасами в инвентаре – у него всегда в наличии оказывался свиток с магией. Я надеялся, что до схватки внутри дома не дойдет. Но случится может все. Поэтому перестраховывался.

На нашей стороне три бойца. На вражеской – несколько десятков. Превосходящее число не всегда гарант победы, но я маг с урезанным уроном, а Храбр действительно храбр, но он все же не воин способный принять на себя несколько вражеских ударов. Строгос – стрелок. Итого у нас в арсенале магия, взрывные и прочие «нехорошие» зелья, стрелы и арбалетные болты. Плюс толком мною еще не изученная магия дома – ведь не даром Строгос двери щелчком пальцев открывает и закрывает. Наверняка смогу переключить ее на себя. Но поступать так точно не буду – мало заполучить в руки навороченную боевую машину, надо еще уметь ею управлять с небрежной виртуозностью и смертоносностью. Рос, Рос, когда же ты стал таким мудрым? Кто выбил дурь из твоей тыковки? Папа? ЧБ? Или незаметно подкрадывается возраст, настигший меня и в виртуале? Неужто не за горами времечко, когда я буду сидеть на околице какой-нибудь деревушки, лузгать семечки долголетия единственным оставшимся зубом и назидательно шамкать вслед проходящим мимо игрокам: «Вот и я когда-то таким дурным был… да-а-а-а…»

Еще через четверть часа я достаточно изучил дом изнутри, чтобы не путаться в случае чего в коридорах и дверях. Дом-то немаленький. Выбравшись наружу, сделал кружок по саду, стараясь не приближаться к ограде – чтобы не заметили бойцы Злого Пламени, что уже наверняка ищут-рыщут волшебника в шарфе, сиречь клятого долбаного Росгарда коему они уже и войну объявили лютую и бесконечную. Поэтому как-то не хочется заранее привлекать ненужное внимание. И вообще во мне тлеет надежда, что вот сейчас нагрянут «хоротышы» и погонят «плохишей» отсюда. Хоротошы? Хороши? Хорошисты? То есть каратисты? Япония атакует? А я и не в курсе! Тьфу… опять мысли не туда…

– Здластвуйте…

– Ых… – подпрыгнул я метра на полтора – Коничива!

К забору прижалась парочка детишек. За ними стояло две усталые донельзя женщины. За спинами узлы, у детей игрушки прижаты к груди, одежда пыльная, лица чумазые, смотрят с великой надеждой.

– Укройте – попросила одна из женщин, пугливо оглядываясь назад, где курились и курились дымы не унимающихся пожарищ.

Вот он датчик твоего мировоззрения и характера. Как поступит герой?

– Проходите – заторопился я, указывая в сторону ворот и на всякий случай проверяя боевую магию – не против женщин и детей, а против тех, кто может сейчас по закону подлости выскочить из засады. Заклинания оказались в порядке. А вот остальное нет – как я убедился через пару минут.

Ворота я открыл вручную – внешне простенький засов, легко поддавшийся моим усилиям, хотя металл на ощупь был подозрительно холодный, да и едва заметные синеватые блики наводили на раздумья. Едва между приоткрывшимися створками проскользнули обездоленные жители, как из курящихся дымом развалин выскочило два перепачканных парня в лохмотьях и стремглав побежали к воротам. С огромным трудом преодолев порыв захлопнуть ворота, я жестом отправил первых беженцев по центральной дорожке к дому, сам же принялся наблюдать за парочкой «местных». Вскоре их сумасшедшему марафону нашлось объяснение – следом за ними из развалин выскочило два массивных зверя. Не узнать их нельзя. Две боевые гончие. По сути своей собака, однако совсем непохожая на друга человека или иного разумного. Мощный торс, длинные лапы, массивная голова, обрубок хвоста, обилие зубов и невероятно густая серо-черная шерсть служащая хорошей броней от стрел и ударов мечей. Масса каждой псин под сто кило, рост в холке по грудь рослому человеку. Хороший нюх, прекрасное зрение на движение, великолепный слух. Морды почти лишены шерсти, что растет редкими пучками, кожа в морщинах и складках, глаза глубоко утоплены в череп. Мой Тиран выглядел куда дружелюбней этих злобных тварей, чье предназначение заключалось в том, чтобы выследить, догнать, повалить, обездвижить или же убить еще до прибытия хозяина. Где-то я читал, что эти твари даже не дерево смогут залезть – если изучат соответствующее умение.

Сомневаюсь, что боевые гончие охотятся здесь сами по себе. Их послали выслеживать оставшихся в живых. И я знаю кто – Злое Пламя. Вижу мелькающую над зверями инфу, но прочесть не могу. Но скорей всего я не ошибаюсь. Щенки гончих реально редки. Эти петы на самой грани света и тьмы. Еще миллиметр – и это уже темные твари. Найти щенков могут мощные кланы не боящиеся тяжелых локаций. Но откуда молодому клану их раздобыть? Разве что купить… целый выводок кошмарных щенят…

Злобный рык пронесся по улице. Беглецы вздрогнули, едва не споткнулись. Издалека донесся хриплый протяжный вой перешедший в отрывистый лай. Адских гончих больше чем две.

– Быстрее! – рявкнул я, заметив, как бегущий последним попытался оглянуться.

Зеленые вспышки мигнули и пропали на моих руках. На пути собак выросла колючая стена. Два зверя синхронно взвились в воздух, в высоком прыжке преодолели не меньше двух метров и тяжело рухнули в ядовитые заросли. По затрещавшему терновнику пошла волна, ломающиеся ветви отмечали путь рвущихся вперед гончих. Их шерсть действительно броня… каков уровень тварей? Еще терновника, еще терновника… он не останавливает, но замедляет.

Две серые туши с яростным рыком прыгнули снова. Подобно ужасным косатками выпрыгнувшим из волн преодолели несколько метров в полете и «нырнули». Мимо меня пробежали тяжело дышащие парни. Высадив прямо у ограды еще две «пущи», я захлопнул створки и отступил назад, с большим облегчением видя, как запор защелкивается сам.

Зеленая стена раздалась внезапно. Из окутанной ядовитым туманом пущи рывком высунулись две морщинистые клыкастые морды, на меня глянули налитые бешенством глаза, громкий рык жарким ветром ударил мне в лицо.

– Пошли прочь – предложил я, поднимая руки с «заряженными» заклинаниями льда.

Ответом был новый рык. Между прутьев решетки просунулась собачья лапа и… попыталась нащупать засов. Засов отозвался ударом синей молнии. Ужаленная лапа покрылась инеем и отдернулась. Не получилось. Но сам факт!

– Обалдеть! – ахнул я – Что за умения у вас?! Настигнуть где угодно? Н-на!

Ледяные копья ударили в зверей, чьи уровни оказались выше сотого уровня. Одна гончая сто семнадцатого, другая на три уровня ниже. На шеях, головах, торсе и лапах серая экипировка из толстой проклепанной кожи. Мигают разноцветные камни и руны. Эти питомцы снаряжены прекрасно. Вон у одной на шее рубиновый амулет, что поспешно замигал и восстановил здоровье зверя.

От попадания и взрыва лопнувших ледяных копий собак отбросило. Мне досталось ледяным крошевом, и я с руганью отступил на пару шагов, шарахнул льдом снова, целясь исключительно между прутьями. Огнем было бы еще лучше – но ворота страдают. Металл хоть и прочный, но не из разряда неуничтожимых объектов.

Красная оса со злобным жужжанием улетела за ворота. Рявкнула собака. Терновник медленно исчезал, в зеленоватом тумане я увидел удаляющиеся тени. Гончие отступили. И боюсь, что это был приказ – за мгновение до их отступления я услышал пронзительный свист.

Отступил и я – вломился в заросли у ворот, приник к стволу благородного дуба, затаился. Едва я убрался, как витающий зеленый туман сдуло мощным порывом явно не природного ветра. С грохотом обрушился догорающий дом, упала крыша, дробя уцелевшую черепицу зашагали стальные сапоги. На улицу один за другим вышли три тяжело вооруженных воина. Они прямо близнецы – серо-черные доспехи, рогатые шлемы, серые же развевающиеся на ветру плащи с большим схематичным рисунком пламени и сгорающего в нем какого-то бедолаги со ртом разинутом в крике. С рыком рядом с рогачами уселись три боевые гончие – тоже в одинаковой экипировке. Откуда такое богатство? Я в тяжелых доспехах не спец, но дешевкой их снаряжение не выглядит.

Следом за первыми гостями через развалины прошли еще несколько игроков. Девушка маг, за ней парень в синем камзоле и зеленых штанах, еще одна девушка с луком, за ней некто в стелющемся по земле черном балахоне с капюшоном и слишком уж длинными рукавами, скрывающим ладони с большим запасом. За «черным» по развалинам протопало большое серое полотнище с тем же рисунком пламени. Полотнище имело восемь костистых ног в ржавых железных сапогах и тащило за собой телегу с очень большими колесами в человеческий рост. Телега затянута серым тентом – наподобие фургона первых американских поселенцев. Полотнище скрывает скелетов, тут и гадать не надо. Они прикрываются от солнца, тут тоже все ясно.

Горит ли тряпка? Или зачарована? И что в телеге?

Сам некромант сидит, чьи силы в солнечное время ослабевают?

Или тот тип в черном балахоне и есть некромант?

Но тогда что в телеге?

Хотя, как вариант – это просто транспорт для сбора трофеев. Не каждую добычу можно спрятать в инвентарь. Ростовое зеркало в золотой раме в рюкзак не спрячешь. А вот двухметровую доску иногда можно… парадокс… но мне не до замысловатой игровой физики. Все мое внимание приковано к нежданным гостям. А их внимание, ленивое и небрежное, связано с моим домом. Когда видишь собирающихся у родного крыльца темных вооруженных личностей, так и хочется набрать короткий телефонный номер и панически завопить в трубку. Может покричать «Стража! Стража! Стража!»? Вдруг кто-нибудь откликнется ударом топора на мой зов…

Поняв, что пока никто больше не прибывает – остальные видимо заняты грабежом остатков – я сделал парочку скриншотов, отлепился от дерева и поспешил к дому. Гостей обнаружил в холле. Чуть ли не тычками направил их в комнату расположенную в глубине дома, по пути подлечив одну из женщин и обоих парней магией. Слова благодарности донеслись мне уже в спину – разместив беглецов я тут же умчался дальше. Едва вбежав в столовую, выпалил, ничуть не пытаясь показать видимое хладнокровие:

– У нас намечаются рогатые проблемы. Пламенные козлы у самого дома. И уже стучат копытами.

– Пламенные козлы? Это еще один клан? – не отрываясь от торопливого смешивания реактивов, осведомился Храбр – Или животные набежали?

– И то и другое. Хотя клан старый – Злое Пламя. Видел бы ты их символ. Хотя я покажу.

Кадры я сделал удачные. Выведенный мною скриншот замерцал в воздухе, показывая собравшихся недругов. Развевающиеся серые плащи с рисунком злого огня, оскаленные морды трех гончих и одного черного лиса, мрачная персона в черном балахоне и загадочная повозка. Смачная картинка получилось. Многое для нас обещающая. Нехорошего всякого.

– Ну как?

– Серьезная беда. Рогатые танки, два мага, стрелки и некромант класса «санхейтер». Тот что в синем камзоле и зеленых штанах – его надо валить первым.

– Ого – удивился я такой категоричности – Меньше всего на этого парнишу внимания обращал.

– Это погодник. Видишь у него тканевый пояс с облаками? И на камзоле тучи пронзенные молниями. Он сейчас устроит нам темную тучу над домом. И тогда «санхейтер» сможет выйти из повозки. А нам этого не надо.

– Погоди… некромант в повозке сидит? Ок. А кто тогда под балахоном черным шарахается? – спросил я жадно, стараясь как можно скорее вникнуть в ситуацию и не пытаясь выдать себя за лидера всезнайку.

– Его пет, скорей всего. Видишь как он рядом с повозкой телепается – пожал плечами Храбр, закупоривая большую склянку стеклянной же пробкой, капая сверху красным сургучом и прижимая его большим пальцем правой руки. Я только сейчас увидел, что на подушечке его большого пальца нарисована самая настоящая печать. Хотя нарисована ли? Ведь она оставила на сургуче отчетливый рельефный отпечаток. Ну вряд ли ему на пальце гравировку делали. Так что остается только одно – магия-с… персональная печать. Надо и мне озаботиться. Хотя у Храбра это скорее его личный товарный знак. И раньше его не было – когда я в последний раз приобретал у него эликсиры.

– Мне еще минут десять надо – прикинул алхимик.

Кивнув, я вылетел из столовой и помчался на задний дворик, бормоча по пути подобно сварливому домовому. «ИО» Строгоса…

– Пет под плащом. Тоже боится солнца. И это явно зверь – питомец же. Но ходит на двух ногах. Или нет? Ног я не видел… и рук… черт… точно не призрак. Что-то материальное.

Дворик оказался пуст и спокоен. Прорвавшись через паутину дикого винограда опутавшего деревья, я добрался до забора и осмотрелся. Со своей напряженной харей и всколоченными волосами я наверное выглядел не вальяжным хозяином особняка, а скорее спятившим шизиком пытающимся смыться из сумасшедшего дома. И «шизика» заметили – из-за неряшливой кучи земли высунулся бородатый дедушка с классической мегалысиной, коей и блестя на солнце, радостно замахал мне руками, явно взывая о помощи.

– У-у-у… – протянул я обреченно, маша рукой в ответ и указывая на неприметную заднюю калитку.

Следом за дедом как горох из стручка выкатилось не меньше десяти жителей. В несколько секунд преодолев разделяющее нас расстояние, они влетели в калитку с тяжелым топотом и помчались дальше по саду. Всего двенадцать. Целая дюжина. Восемь – дети, дряхлые старики и старушки. Четверо вроде могут держать в руках оружие. Но еще не факт – далеко не все «местные» умеют обращаться с оружием или магией. И далеко не все хотят – тут тоже очень многое зависит от их мировоззрения и характера. Но я обязательно попытаюсь поставить их «под ружье». Хотя бы для защиты самих себя.

Заперев калитку, я обежал сад, попутно подобрав пару корешков и склянок не замеченных в прошлый раз. Вытащил из земли прикопанный кем-то топор, забросил его на открытый балкончик нависающий над задним выходом. Уселся на ступеньки и врубил форум.

Меня беспокоил некромант. Другие враги тоже не подарок, но тут хотя бы приблизительно можно прикинуть, чего от них следует ожидать. Я разбираюсь в стрелках, с недавних порой кое-что понимаю в магах, целителях, танках, ишаках и безумных эльфах – о как мне их всех сейчас не хватает! Но я почти не волоку в некромантах. А в Вальдире много некромантских классов и специализаций. И далеко не все некроманты используют одинаковую тактику боя.

Класс «санхейтер».

Форум откликнулся быстро и щедро.

Боевой класс некромантов. Ненавистник солнца. Базовая, самая первая специализация. Получивший ее получает абсолютную непереносимость солнечного света – реагируя на него также, как и вампир. То бишь дым, ожоги, превращение в дымящуюся кучку праха и пронзительно-истеричные вопли в придачу. Взамен «санхейтер» получает существенную прибавку к мощности при действиях ночью или в кромешной темноте. Один из лучших игровых классов для обследования подземелий. В любое светлое поселение такому игроку путь заказан. Стража их ненавидит люто.

Известен так же как «пестун» умертвий – в отличии от многих других некромантов этот класс возюкается с призванной нежитью как с любимыми зверюшками, как с тамагочи, бдительно следя чтобы они часто кушали и обильно какали… на время выхода из игры «санхейтер» погружает личную нежить в черную могильную землю обычно в изобилии имеющуюся в его ЛК. Вот, наверное, прелестный у него там вид… Из-за такой заботы умертвия «санхейтера» гораздо сильнее обычной нежити такого же класса и ранга.

Но это не то…

Питомцы «санхейтера». Рекомендуют прочесть книгу «Зверь и Некры». Нет уж, нет у меня времени на чтение. Еще что из советов?

Краткий перечень оптимальных питомцев.

Пустопанцирная черепаха. Существо темное, умершее, обжитое некой простейшей демонической сущностью… не подходит. Тот, кого я видел был похож на закутанного человека.

Мерзотный трясинник. Тоже не то – судя по картинке мерзотный трясинник похож на огромного жука плавунца изъеденного термитами.

Темный гнус. Нет. Это просто кровососущее облако насекомых обитающих на некоторых островных темных болотах.

Темноглинник… человекоподобное существо слепленное из темной глины сочащейся из-под руин обрушенного старого черного замка Гурдрокс находящегося в глубине темного и холодного многоуровневого подземелья. Существо исконно темное, ненавидящее солнечный свет и не переносящее его. По сути своей это питомец-голем, способный не только переносить на себе тяжелую экипировку и грузы, но и проглатывать особо и сложно зачарованные драгоценные камни, что существенно увеличивают его мощь. И тут же на форуме ссылка на застарелую яростную перебранку и ругань администрации из-за «чита» позволяющему темноглиннику, он же дарклей, поглощать прямо-таки очень даже немало таких камушков. Реально богатые игроки могут очень неслабо усилить своего питомца за счет влива финансов в это дело.

Подходит…

Дальше было еще что-то про оптимальных питомцев для санхейтеров, но я уже не читал. Не знаю почему – может чутье сработало. Но я решил, что наткнулся на ответ. Некроса сопровождает питомец дарклей. Темный голем, скорей всего неплохо снаряженный и возможно уже наглотавшийся усилителей.

Вернувшись в дом, первым делом я донес до ушей Храбра свое предположение. Алхимик к оному отнесся с интересом и бухнул на и без того перегруженный стол еще одну книгу. Откинул обложку и с принялся листать страницы, непрестанно бормоча заклинание скороговорку «дарклей-дарклей-дарклей». В это же время вторая его рука жила самостоятельной жизнью будто разумное существо. Зачерпывая мерной ложечкой крупицы различных порошков, она добавляла их в широкогорлую колбу. И таких колб было немало. Над столом повисло облачко смога, постоянно подпитывающееся дымами исходящих из колб и пробирок расставленных по столу. На горелке накалялся обычный с виду камень – но обычные камни вряд ли потеют синими тягучими каплями, которые Храбр собирал пипеткой и отправлял их в пробирку опоясанную несколькими кольцами из красной меди и серебра. Внутри пробирки словно живая металась большая синяя капля. Между колбами и ретортами лежали зелья уже готовые к применению.

Меня опять заворожила четкая работа Храбра. Появилось желание подтащить стул, усесться и отрешенно понаблюдать. Надо будет позднее расспросить бравого алхимика о его прошлых приключениях и профессиональных свершениях. Ведь наверняка и в его игровой жизни было немало «интере-е-е-есностей».

Очнувшись, я помчался дальше. Навестил «Зал Беглецов» как я назвал эту просторную комнату. Проверил самочувствие собравшихся, с радостью увидев, что у кого-то оказались небольшие запасы пищи и он делится ею с остальными. Больных вроде не наблюдалось – а болезней я боялся. Цифровые микробы могут запросто спутать карты любому. На своем опыте испытать пришлось. И не только мне.

Отдав плащ одной из девушек, я ободрил всех несколькими словами утешения. А затем перешел к делу и поинтересовался кто умеет обращаться с оружием и с каким. Может кто-то владеет магией? Робко поднялись два парня. Один проходил обучение в провинциальной школе безумных берсерков имени Глопа Яростного. Но обучение пока не закончил. Тяжело давалась наука входа в боевой транс…

Мать моя чаровница!

Звучит то как!

Проходил обучение в провинциальной школе безумных берсерков…

Просто обалдеть.

Про меня тогда можно смело сказать: он закончил мореходку в пруду Яслей Альгоры…

Начинающий берсерк заверил меня, что знает с какой стороны держаться за топор. К тому же по мирной профессии он дровосек. И потому с топором неразлучен с детства, с ранних лет помогал отцу рубить деревья. Случалось и от тварей лесных обороняться. Но редко – места здесь мирные.

Мирные, ага…

Второй парень сказал сразу – я не воин и не маг, не колдун, не вурдалак, убивать я не умею, а калечить не люблю. От оружия – мозоли, а от свитков – жутких чих! От доспехов ломит плечи, балахоны стать скрывают.

Ну – это я уже перефразировал и невольно чуть-чуть рифманул его смущенное бормотание в пол. На мой резонный вопрос «а какого лешего тогда вставал и тратишь мое время?», бормотун и ценитель жизни показал скромно пару игральных карт и пояснил, что является отличным картежником, выигрывая многих. А по совместительству – хреновым мастером карт, то бишь мастером по призыву различных монстров. Но за день до начала катавасии он был в Альгоре, где на свое горе наткнулся на мошенника чужеземца сопровождаемого дамой с гитарой. И почти все карты тому мошеннику проиграл. Сохранить сумел только две карты – дикого кабана и кобру, гордость своей, если уж начистоту, далеко не самой лучшей или просто хорошей коллекции. Но эти звери в наличии, и он может их выпустить, когда и куда надо ради общей защиты.

А вот это хорошо…

Я условился о сигнале, услышав который, жуликоватый парень выпустит монстров из бумажных тюрем. И побежал дальше – в крыло для слуг. Пришло время прервать сон верного дворецкого. Будить Строгоса не пришлось – он сам вышел мне навстречу, коротко склонив голову и доложив о своей полной готовности нести службу – может сварить яйца пашот, а может пристрелить любого наглеца решившего посягнуть на чужую собственность.

Мимоходом дедушка поинтересовался как дела у моей невесты Киреи Защитницы, сопровождавшей меня в прошлый раз и показавшейся ему леди достойной всяческого уважения. Не бросил ли я прелестницу-разумницу? Я заверил Строгоса, что даже и не думал отказываться от подарка дарованного мне судьбой и наши отношения выдержали проверку временем. Но сейчас невеста на Зар’грааде. Строгос кивнул и мудро заметил, что порой надо отдыхать даже от прелестниц-разумниц. Хе-хе…

Дворецкий же предложил отправить его на чердак, откуда открывается хороший обзор и где он давно упражняется в стрельбе по глупым негодяям. Руку набил прекрасно. Я согласился, будучи в теме и понимая, что лучшего места для стрелка не найти. Подробно рассказал о злыднях подошедших к дому и о их несомненно коварных планах заключающихся в нашем смертоубийстве и разграблении дома. Упомянул о наличии во вражеских рядах возможно меткого и дальнобойного стрелка. Попросил не высовываться. Вручил ему десяток средних зелий здоровья, эликсир стрелковой меткости, несколько антидотов, свиток молнии и попросил себя беречь и на рожон не переть. Под конец сообщил ему о «Зале Беглецов» и его новых обитателях. Дедушка поспешил их проверить. Ну да – престарелый лев в своих владениях. И вряд ли кто из молодых да пришлых решится даже взвизгнуть при его появлении.

Постояв в коридоре, я пришел к выводу, что все возможные меры предостережения и предупреждения мною приняты. Пора заняться важным – наблюдением за вражескими силами. Не знаю, как скоро, но возможно уже сейчас они начнут штурм. И лучше бы мне знать об этом до того, как кто-то из них «постучится» в наши ворота железным сапогом. Как сказал Строгос – лучший обзор на чердаке. Туда и пойду…

Дворецкий оказался полностью прав. Из просторного окна с немалым количеством узких окон панорама окружающего вида открывалась изумительная. Пусть не весь Тишка, но действительно немалая его часть лежала перед моим усиленным оптикой взором как на ладони.

Вот полыхающая улица. Еще часик и от череды некогда прекрасных домов останутся только кучи обугленного камня укрытого белесым покрывалом пепла – как это произошло чуть в стороне с другой не менее чудесной старинной улочкой.

Вон изломанный изрубленный сквер, где не осталось ни одного устоявшего дерева. Танк там разворачивался что ли? Подбирающийся к поваленным деревьям огонь казался приближающимся милосердием.

Десятки домов скорбно смотрят на пустые улицы черными глазами выбитых окон. С крыш сыпется черепица. На одном дворе воет собака, тоскливо запрокинув голову к почерневшему от дыма небу. Кое-где перебегают стремительные темные силуэты – может охотники, а может жертвы. Стуча копытами проскакала лошадь, увлекая за собой обычную деревенскую телегу. На телеге несколько женщин. Вожжи сжимает мужчина, нахлестывая несущуюся лошадь. Они двигались к ближайшей окраине. А там дальше дорога ведущая к Найкалу. Агров не видно. Если беглецам хоть немного улыбнется удача, они благополучно выберутся из горящей западни. А там уж как судьба кости бросит.

Вдалеке виднеется крыша мэрии. Нет дымов, окна целые. Засевшие там гурманы еще живы. Мне надо бы завалить несколько агров и вернуться к гурманам с докладом. Но что-то не хочется мне награды от этих… нехороших людей. Пусть возьмут свой обещанный прошутто – все еще не знаю что это – и засунут себе поглубже в… и если прошутто стреляет – надеюсь в тот миг он и бабахнет.

Вид разоренного города давил на настроение подобно пудовой гире. В свое время я выбрал Тишку из-за его мирной и доброй сонливости, что казалась будет длиться так же долго, как и вечный сон богини Ивавы.

Легкий дробный звук отвлек меня от рассматривания курящихся развалин. По подоконнику застучали капли дождя. Темное от дыма небо несколько посветлело – из-за появляющихся там и сям белоснежных облаков. Еще один парадокс. Облака пока просто плыли. А из возникших редких серых тучек накрапывал легкий грибной дождик. Он не мог потушить пожаров, но если разойдется, то быстро обуздает пламя. Это кстати и аграм на руку – они тут с целью обогатиться на сборе жалких огрызков оставшихся после визита более смелых и сильных кланов. И пожирающий все подряд огонь плохо повлияет на и без того скудную добычу.

– Дождь с утра не собирался – скрипуче произнес Строгос.

– Его вызвал маг-погодник – ответил я, глядя вниз, где в паре десятков метров от ограды клубилось еще одна серая туча, надежно скрывшая от чужих взоров всю веселую компанию, что собралась атаковать мой дом. Стандартное прикрытие используемое в случае долгой подготовки. Погодник силен, но медлителен – возможно такую выбрал специализацию.

Из лежащего на земле тумана, таща за собой неохотно отлипающую мглистую серость, вышло несколько рогатых фигур и, отошли к обрушившемуся недавно дому. Вместе с ними шагали присмиревшие боевые гончие. Один рогач коротко свистнул и зашагал дальше, вскоре исчезнув в узкой улочке ведущей прочь. За ним ушло все три собаки. Оставшаяся двойка рогачей расселась, прислонилась спинами к устоявшей спине и затихли. Они явно собирались насладиться будущим зрелищем штурма. А один куда-то ушел. Как-то сомнительно, чтобы мой дом стоял у них в приоритете.

И еще кое-что цепляет взор и разум – оптика хорошо показывала надписи над их головами. Имена скрыты. Уже звоночек интересный. Но зато видны их уровни чуть ниже двухсотых – один сто девяносто второго, другой на четыре уровня выше. А еще видна наиболее смущающая меня деталь – они рекруты клана Злое Пламя. Рекруты. Вот всякая пузатая мелочь семидесятых и чуть выше уровней – полноправные члены клана, а крутые бойцы с элитными петами и достаточно серьезной экипировкой – всего лишь рекруты. Хотя ведут себя как лидеры, вальяжно поглядывая по сторонам и не обращая особого внимания на копошащихся соратников. И уж вряд ли именно по приказу лидера ЗП они вышли из будущего боя. Ни один лидер не откажется от мощных живучих танков, когда собирается атаковать дом с неизвестным количеством врагов и их типом. Рогачи сами решили не принимать участия в забаве. Но не забыли отправить на разведку еще одного, что-то выискивающего с собачками на мертвых улицах.

Облака посерели. Набрались влажной серости. Тучи же почернели. И львиная доля всей облачности медленно стекалась по направлению к дому. Стало еще темнее. Уже почти сумрак, хотя редкие лучи яркого солнца еще пробиваются через щели в облаках. Но щели все уже.

Кажется, вот-вот начнется штурм…

Глава двенадцатая

И снится нам тот грохот мордобоя…

Едва небо затянуло свинцовое покрывало облаков, дождь перешел в проливной ливень. Погодник хорошо постарался. Видимо выложился по полной, выдавил из себя наилучший результат и сейчас заслуженно отдыхал, принимая лавры. Вокруг дома не осталось ни единого дымка – дождь затушил все с неистовостью фанатичного пожарника.

Лежащая на земле серая туча – для меня выглядящая туманным предвестником грядущей беды – дрожала под дождевыми каплями, но не рассеивалась. И учитывая факт, что она не исчезала уже долгое время, это говорило о том, что ее поддерживают силы одного из игроков. Это точно не использованный свиток – разве что из разряда легендарных, но кто ж такую магию потратит на какой-то там домишко?

Еще чуть-чуть и от подготовки враг перейдет к делу. Наверное, они уже построились в плотную группу. А некромант уже «расчехлился» – его повозка скрылась за тучей и пропала из видимости. Надеюсь они стоят плотно друг к другу. Я очень хочу, чтобы они стояли как можно ближе друг к другу! Я жажду этого! И я их всех ненавижу!

От легкого испуга и неприятия я перешел к ярости и ненависти.

Меня достали эти дебилы!

Других и слов не подобрать!

А еще они сумели хорошо сыграть на моих чувствах, когда на моих глазах вдоволь наигрались с «местными».

Если вкратце… – они жестокие тупицы!

Дождь срывался два раза – погодник где-то ошибался и серые тучи разом светлели, возвращался дневной свет, лучи солнца опять падали в окна дома, прекращался дождик. Оплошавший игрок набирался сил и тумаков от товарищей, снова приводил в действий «облачную магию». Опять серели тучи, почти даже чернели, вот-вот прорвется ливень! И бах… все снова откатывалось назад после пяти минут крапающего дождика. Это вызывало смех и веру в светлое будущее защитников дома – время тикало. Игроков в Вальдире много и не все они злыдни. Поэтому с каждым уходящим часов увеличивались шансы на прибытие достойных рыцарей и щепетильных дам, что помогут разогнать разбойников. Еще я надеялся на «прорыв» телепортации – если зона станет доступной для телепортации, я мигом навещу один из нескольких знакомых мне мест, где можно нанять крепких воинов, ловких лучников, мудрых лекарей и умных магов. Поэтому каждую задержку врага я приветствовал тихим и несколько визгливым улюлюканьем. С другой стороны это жутко действовало на нервы – постоянные откаты облаков. Такое впечатление что ты упал на автостраде, к тебе летит грузовик, что вот-вот задавит тебя… и тут грузовик будто кто назад оттаскивает. И так несколько раз…

А ненависть поперла к этим ублюдкам из-за их жестоких игр. Тем из врагов кто не был занят в подготовке пришла в голову мысль подразнить добряков – то бишь нас. Они подозвали еще несколько друзей, устроили облаву, выгнали из руин прячущихся местных жителей, погнали их с воплями прямо на нас, а когда те почти добежали до ограды – убили их. Причем показательно жестоко – старались прикончить не сразу, не прихлопнуть, а как бы заколоть иголочными уколами до смерти. И это молодой клан! Совсем неопытные игроки быстро превращались в злобных зверенышей! Хотя звери ради забавы не охотятся… Неужели у всех агров становление происходит таким образом?

Я вышел из себя когда прямо перед моими воротами убили уже пятую ни в чем неповинную девушку, всадив ей в спину сразу пять стрел. В ответ Строгос пристрелил одного вражеского мага, отправив его на возрождение и тем самым сумел дать шанс еще одной девушек, которым она и воспользовалась. Я же прикончил воина с саблями, что слишком увлекся преследованием хромающего чернобородого гнома в полосатых обрывках, тащащего за собой цепи с многопудовыми гирями. Гном также добрался до дома. Получается Строгос уберег прекрасную девушку, а я спас каторжника закованного в цепи. Спасенная девушка сразу же с чувством закричала «Покажите мне спасшего меня героя!» причем выглядела она так, будто прямо сейчас готова упасть в крепкие объятия дворецкого и отдаться ему. Я жутко боялся, что каторжник закричит что-то такое же, поэтому придал физиономии грозный вид и хрипло поинтересовался за что его заковали и кто он вообще такой.

Гном оказался вообще не из Тишки. Его везли на суд в Храдальроум. В тюремной повозке из дерева окованного железом. Но на конвой напали, повозку разбили, гном мыкался по лесам и оврагам несколько дней, мучимый голодом вышел к Тишке, где удавил гуся, но не успел сожрать пташку, как на него поперли чужеземцы – видать хозяева гуся – и пришлось бежать по разрушенным улицам. И вот он здесь. А зовут его Берпи. Чего он натворил? Гномьи внутренние разборки. Зато если с него снимут ножные цепи – гнома приковали за все четыре конечности цепями с гирями – он готов принять участие в битве. Ручные цепи с гирями снимать не надо – в самый раз. Загадочно… но на безармье подозрительным гномам в рот не заглядывают и карму их не нюхают. Строгос занялся цепями, а я вернулся на чердак и продолжил скрипеть от злости зубами. Порой опрометью выбегал оттуда и мчался к воротам или калитке. И если хоть чуть-чуть везло – я умудрялся спасти еще одного беглеца.

И сейчас, когда тучи потемнели в третий раз и начался ливень, когда закончились игры в охоту на мирных жителей, в Зале Беглецов находилось два десятка беглецов. Всех их я подлечил «серьезным исцелением», многих пришлось еще пользовать «очищением», убирая с их тел яд со стрел пущенных аграми. Репутация моя среди них взлетела до небес. Или даже выше. Стоило зайти в зал и сразу же я видел встающих мужчин и женщин, радостные улыбки. Меня стремились обнять или похлопать по плечу. Я стал для них героем.

Калиф на час?

Так кажется называлась та история в потрепанной старой книге «Тысяча и одна ночь», прочитанная мною у заиндевевшего окна жилого вагончика, во время пребывания в северном «отпуске». Там бедняк стал королем на целый день. Всего на день. А затем вернулся к своей бедняцкой жизни.

А я стал героем. Но надолго ли? Пройдет штурм, все здесь разнесут, всех убьют.

Допустить нельзя…

От моей задумчивости и нерешительности не осталось и следа. Чистая ярость и ненависть. Храбра обуревали такие же эмоции – урывками он видел происходящее и парня аж трясло от злости. Так трясло, что ему пришлось на несколько минут прервать занятие алхимией, чтобы не испортить зелья. Видать и он воспринимает «местных» как настоящих, а не «игрушечных».

И вот он ливень. Стучит по крыше военным барабаном. Видимость упала. Но не настолько. Враг разминает мышцы и группируется. Пора и нам.

– Зелья все выпили, Строгос?

– Да, сударь. И мы и те воины что ожидают внизу. Алхимик Храбр знает свое дело. Каждому приготовил по три зелья и точно по надобностям и умениям.

– Хорошо. Пусть светлые боги будут на нашей стороне. Только не промахнись, добрый Строгос – бормочу я, с великой надеждой смотря на стрелу с толстым древком, к которому примотан невзрачный с виду пузырек из закопченного над свечкой стекла.

– Ни дождь, ни ветер – не помеха – ответил дворецкий, окаменевший в стойке с туго натянутым луком – А цель велика и желанна. Жду вашего слова, сударь.

– Давай – выдохнул я.

Прозвенела тетива. Я подал следующую стрелу. Еще один звон. Еще один пузырек. И еще один звон тугой тетивы, посылающей в полет гостинец.

Осаждающие не стали ждать начала штурма. Я ведь тот еще осажденный – у меня давно башня съехала. Я решил огрызнуться первым и послать уродам подарочек. А Храбр помог с составом подарка. Алхимик создал нечто странное, назвав это «солнечная ненависть». И я точно знаю, что одним ингредиентом были женские слезы стекшие по зеркалу направленному на тогда еще видимое солнце в бокал с серебряным узором. Я сам зеркало держал. А слезы от горюющих «местных» женщин что непрестанно плакали в Зале Беглецов. И вот он результат поразительных зелий.

Все три выстрела угодили точно в середку клубящейся на мостовой тучи. Три ярчайшие до слепоты вспышки полыхнули почти одновременно и туча стала похожа на безобразную палатку с установленным внутри мощнейшим светильником. Туда будто молния ударила. Резко высветились черные силуэты игроков застывших в удивительных позах ошеломления. В них и угодили следующие стрелы Строгоса. Следом за ним начали стрелять две девушки – сестры близнецы, жители этого города, чьи семьи пропали в войне. В тело тучи, превратившейся в световой пузырь, одна за другой влетали жалящие бронебойные стрелы.

Я же наслаждался многоголосым диким воем. Не игроки – нежить вопила. Хотя, учитывая отчетливо слышимый бешеный мат, кричал и некромант, чьи «детишки» попали прямо под удар и сейчас вопили и дымились, вопили и дымились. Я видел, как уродливые силуэты костяных воинов – двуногих и четырехлапых – падали оземь и дергались в судорогах, продолжая вопить. Я видел и согнувшегося некроманта, могущего только кричать. Кто-то массивный и тоже дергающийся, набросил на игрока покрывало или одеяло, схватил некроманта в охапку и забросил в телегу. Следом «массивный» начал забрасывать туда же воющую нежить.

– Огонь – рыкнул я, выбегая с чердака – А следом все что есть!

– Да, сударь!

– Да, милорд!

– Конечно, милорд!

Последние два отклика были произнесены милыми женскими голосками и перелетая по пять ступенек за раз, я ощутил непонятное чувство вины перед Кирой. Я ведь ничего не делал! Откуда вина?!

– За мной! – рявкнул я, вылетая в холл и пинком распахивая родные двери – Бегом! Как уговорено!

И мы помчались. Я, Храбр, шестеро «местных». Всего восемь бойцов подкрепленных таежной рысью и двумя карточными монстрами – кабаном и коброй. Причем последнюю мастер карт почему-то нес на вытянутых впереди руках и ужасно при этом гримасничал. Кажись боится он змей… Непрерывный звон рядом не напрягал, но напрягал… о как… я знал, что это союзник, но как не напрягаться из-за звона тяжеленых стальных цепей волочащихся в шаге от меня?

Мы пролетели ворота, преодолели несколько еще несколько десятков шагов, оказавшись на достаточном для меня расстоянии. Я не остановился. Продолжил бежать. Но стал куда опасней для врагов. «Ледяные копья» и «огненные шары» срывались с моих рук один за другим. Умирающую тучу накрыло огнем и лопающим льдом. Бьющие с чердака моего дома стрелы начали садить по крышам окружающих построек – где находились недавние загонщики с дальнобойным оружием. Стрелки и маги только сейчас пришли в себя от охватившей их оторопи – дебилы юные! – и начали прятаться. Прятались просто – падали с крыш на мостовую. Чтоб вы и в реале также спрятались разок, агры недоделанный!

Брошенные Храбром зелья взорвались среди врагов. Еще две бутылки улетели на крыши. И там расцвели дымными огненными цветками, крепко «обняв» двух затанцевавших лучников.

– За Тишку! За город! – завопил я во все горло – Всех агров на кол! За Тишку!

Остальные закричали еще громче.

– За Тишку!

– Убить убийц!

– Наказать разбойников!

– За город!

«Терновые пущи» использовать я не стал. Выпустил только «красную осу» и «струну». А затем перешел на «исцеление», замедлив при этом шаг. Союзники опередили меня. И вовремя – кто-то из врагов все же опомнился быстрее прочих и в нас полетели неприятные гостинцы. Одна стрела ударила меня в живот. Другая в бедро. Первая отравила. Вторая замедлила. Меня это не остановило. Догнав гнома с цепями – которому уже досталось брошенным топором – подлечил его, затем бросился к Храбру, в которого саданули с арбалета, восстановил и его здоровье, попутно «отмахнувшись» от арбалетчика «ледяным копьем», что раздробило подоконник и стрелок ухнул в проем, шмякнувшись о землю. И тут я понял почему гном просил освободить только ноги! Гиря на цепи описала восходящий круг и с наивысшей точки, неведомым образом изогнувшаяся цепь обрушила тяжелый снаряд на голову встающего стрелка. Бах! Жуть какая… за что же гнома судить-то хотели?!

Беспардонно прячась за спинами соратников и леча их, я случайно оказался у арбалета. Стрелок был еще жив, но лежал оглушенный. Я выстрел ему в лицо «огненным шаром». И подобрал дымящийся арбалет рассчитанный на высокую ловкость и силу. Мне из такого не выстрелить. Зато не достанется врагам. И тут я понял, что нахожусь у «задницы» крытой тентом повозки. Стою и слышу бешеный злой крик «санхейтера», из повозки сочится черный вонючий дым, кажется это лечение для ошпаренной «солнечной ненавистью» нежити. Надо помочь ребятишкам…

Я тихо шагнул вперед.

– Какого гребаного буя! А?! Уровни всей своры упали из-за вашей тупости! Кто обещал защиту?! Кто?! – заходился криком некромант, черного дыма стало еще больше – Всю свору обожгло нахрен! Меня обожгло! Теперь целый день не смогу использовать высшие заклинания! Вы все облажались! Еще как облажались! На кой хер я вступил в этот дурацкий клан?! Где лидер?!

– Добрый вечер – проявил я вежливость, поднимая края тента и в образовавшуюся дыру выпуская «огненные шары» так быстро, как только мог. А следом еще и струну – с другой руки. А следом «копье». И еще один «шар».

А в ответ неслось уже почти рыдающее:

– Не надо! Не надо! Свору не гробь! Не надо! Я уйду! Уже ухожу! Ухожу! Клей! Убей его!

Я жалости не проявил. Повозка полыхнула чадным огнем. А затем я получил тяжкий пинок в грудь и улетел назад, врезавшись в обломок крыши и застыв в сидячем положении. Уф… удар спиной меня обездвижил на три секунды. Из горящей повозки выпрыгнул пылающий противник. Массивный и тяжелый, с шумом приземлившийся, молча зашагавший ко мне, сбрасывая догорающий балахон. Вот он… дарклей. Темноглинник.

Черная фигура с легким блеском. Человекоподобная. Настоящий рыцарь – вылеплены доспехи, есть даже черный шлем, в чьей прорези недобро горят два серых огня. Дарклей шагает ко мне.

– Убей его Клей! Убей Росгарда! – лютый крик некроманта несется из полыхающей повозки, из нее выпрыгивают вопящие скелеты объятые огнем. Следом выпрыгивает скелет гигантской некрокрысы. А затем и сам некромант – горящий как и все остальные, крутящийся, сбивающий с себя пламя, выбрасывающий из рук темный дым.

Два зелья разбиваются у ног «санхейтера» и его своры. Взрыв и кислота. Игрок и нежить в ореоле едких зеленых брызг отлетают прочь. На упавшего некра заваливается повозка, сноп искр летит в стороны и к светлеющим облакам. В грудь дымящегося от огня и солнечного света дарклея со звоном врезается гигантская гиря и врага отбрасывает назад. Меня заслоняет широкой спиной гном. Наконец-то вскочив, я вырываю из его спины пяток стрел, накладывая «очищение» и «исцеление». Выжидая пару секунд, хлопаю гнома по плечу и бегу дальше.

Подлечить швыряющегося зельями Храбра, следом провинциального берсеркера с робким воем бешенства рубящего топором погодника. Метнуться к двум союзникам утыканным стрелами и подпаленным магией.

– Кукушонок! – крик Храбра звенит на огнем и дымом. Я вижу, как он полностью выкладывается в броске. Сверкающий пузырек улетает шагов на пятьдесят. И разбивается о мостовую перед десятком новых врагов бегущих к нам по улице. Впереди несется воин в зачарованных зеленых доспехах. В небо ударяет размазанная крылатая вспышка рыжего цвета. Будто рыжая птица взлетела с мостовой. И все. Больше не случилось ничего.

– Ни хрена себе – спокойный голос раздался от стены – Рыжий кукушонок.

Бронированный рогач продолжает расслабленно сидеть, с большим интересом глядя на картину разворачивающегося боя. Рекрут Злого Пламени положил большой металлический болт на позорную гибель Злого Пламени. Сидит себе и чуть ли не семечки лузгает.

Мое предположение оправдалось. Пару секунд я гляжу на воина чье имя сокрыто магией. Тот смотрит на меня. Затем встает, прыжком уходит назад, перепрыгнув развалины и упав на соседнюю улицу. И по ней молча уходит туда, откуда несется злой собачий лай. Это далеко отсюда.

– Есть! – радостно вопит Храбр

Я успеваю обернуться. И вижу, как под ногами бегущего вражеского подкрепления сверкает что-то вроде птичьего яйца размером со страусиное. Яйцо проворачивается вокруг оси и буквально ввинчивается в мостовую. И мостовая разом лопается, идет разбегающимися трещинами, а затем целый участок улицы просто проваливается вместе с нашими врагами. Тяжелый рокочущий гул, крики игроков, пыль смешанная с дымом, рев союзников и хеканье гнома продолжающего сражаться с дарклеем, что так же пошел трещинами.

Я замираю в ошеломлении, смотря, как Храбр срывает с пояса последние взрывные зелья и забрасывает их в провал с криком:

– Н-на! Не зря берег! Хорошо потратил!

По пути «ударив» гнома целительной магией, я подбежал к Храбру и успев заменить магию, врезал по темному провалу огнем и льдом. Алхимик удивлял меня все больше – раньше я принимал его за храброго и деловитого профессора знающего свое дело. Мягкий вариант Индианы Джонса, героя культовых фильмов. Но Храбр еще и боец, причем упорный. Вон он уже налег плечом на вывороченный из земли большой ком земли и камня, балансирующий на самом краю ямы. Я помог и обоюдными усилиями мы сбросили подарок в провал, откуда больше не доносилось голосов попавших в ловушку игроков.

– Я обеспечу тебя всем необходимым для таких вот кукушат и прочего – сипло пообещал я, опуская ладонь ему на плечо. Выглядело все немного пафосно – благодарный клановый лидер прочувствованно благодарит храброго воина за проявленную находчивость и доблесть. На самом деле, помимо благодарности, я подлечивал алхимика целительной магией.

– Рогатые?

– Тот что был – ушел.

– Помощи от таких рекрутов…

– И не говори – хмыкнул я, вытирая лицо и отходя от ямы.

Кажется, битва завершена. Пал и дарклей. Темный глиняный голем бесследно исчез, гном с цепями устало сидел на обугленной балке. Перевернутая повозка некроманта стремительно догорала, внутри с гулкими хлопками лопались какие-то пузырьки или банки, к небу тянулся столб черного дыма с вкраплением разноцветных струек. От повозки мощно несло кладбищенским духом. Сырая земля, нагретый камень, сухие цветы. Членов Злого Пламени не видать. Большую часть мы убили, остальные разбежались. На земле куча трофеев. У дальней стены видно несколько громадных мешков. Поистине громадных. Стоящие рядом четыре мула боязливо поглядывают на эту ношу, явно представляя себе ее тяжесть. Среди ало-серебряных сгустков «загробного» тумана бродят мои воины, боевито потрясая оружием и радостно крича. Первая победа добра за долгое время. Я видел, как им доставалось немало серьезных ударов. Выжили они благодаря выпитому комплексу зелий Храбра, сумевшему составить интересные коктейли для каждого и благодаря моей суетливой и несколько неумелой работе целителем. А еще все так благополучно обошлось благодаря нашим метким стрелкам засевшим на чердаке особняка и существенно проредивших вражеские ряды.

Да… есть повод для радости. Но лучше радоваться в доме.

– Собираем трофеи! И сразу в дом! – повелительно кричу я, прерывая всеобщее ликование. Да. Такая вот у меня теперь собачья должность – людям кайф ломать. И прочим разумным существам.

Пришлось крикнуть несколько раз, прежде чем меня воины меня услышали и начали собирать трофеи. Это надо сделать как можно быстрее. У поверженных игроков всегда есть стимул вернуться на место гибели – за собственной экипировкой и содержимым инвентаря, если, конечно, удачливый убийца не успел все забрать и смыться. В реальном мире на место убийства часто возвращается убийца, а здесь – сама жертва кровавого преступления. Возвращается и начинает ныть – верни-и-и-и пожитк-и-и-и…

Храбра вместе с берсерком и кардмастером я отправил к мулам с мешками. Наверняка это часть награбленного в Тишке. Сам же принялся бегать вокруг да около, подбирая с мостовой все подряд. Начинающие игроки пришли бы в восторг от подобранных мною трофеев – оружие, экипировка, свитки, зелья, некоторые инструменты, немного еды, различная мелочевка, деньги. Солидный улов. Я же остался безразличен – думаю, мое отношение к материальным ценностям несколько поутихло во время Великого Похода, когда я видел уходящие на дно разбитые врагами корабли со всем содержимым трюмов. И безразличность мне сильно помогла – я не замедлялся при сборе трофеев, не рассматривал каждую находку. А просто собирал, собирал и собирал, поглядывая только на одну цифру – грузоподъемности.

Мимо меня прошли мулы, похожие сбоку на улиток – из-за гигантских мешков уложенных на их крепкие спины. Погоняющие их «местные» и Храбр шли следом, заодно приняв от меня часть добычи и унеся в дом. Бренчащий цепями гном зашел в ворота, за ним потянулись остальные герои короткой, но яркой стычки. Последним зашел я, тяжело шагая от перегрузки, но не собираясь оставлять аграм даже пустой склянки.

Свалив все в холее, я улыбнулся спустившемуся Строгосу и указав на трофеи, попросил все рассортировать. Все найденное продовольствие – раздать собравшимся, желательно приготовить ужин, если среди нас найдутся повара. Все зелья и их составляющие отдать Храбру – что уже вернулся в столовую и вновь склонился над бурлящими и дымящими колбами. Вот ведь парень – только что он сбросил в пропасть кучу врагов и накрыл их сверху огнем, ядом и камнем, а теперь преспокойно продолжает заниматься наукой.

Заглянув к алхимику, я сообщил, что через десять минут выдвигаемся малым отрядом. Нельзя давать аграм времени на перегруппировку. Сейчас, когда я знал, что пугающие меня «жуки-рогачи» плевать хотели на Злое Пламя и занимались здесь какими-то личными туманными делами, храбрости у меня изрядно прибавилось. Тем более что увидел насколько неумелы наши противники. Зелено-молодо… а траву в это время и надо косить – пока она зеленая и молодая.

Прежде чем начать собирать небольшой ударный отряд «из того что было», я зашел в клановые настройки. Неумело выбрал пару меню, зашел чуть глубже, нашел пиктограмму двух скрещенных разноцветных мечей, нажал на нее, в появившемся поисковом окошке вбил «Злое Пламя» и ткнул по появившемуся результату. Система отреагировала тревожным запросом:

Внимание!

Росгард, лидер клана Герои Крайних Рубежей объявляет войну клану Злое Пламя!

Вы уверены в этом решении:

Да/Нет?

Насколько я знаю, этот запрос сейчас увидят все, кто уже состоит в нашем клане. Но я не уверен, что запрос дотянется до столь далекого Зар’граада. Для приличия выждав несколько секунд и сфотографировав надпись, я ответил на запрос утвердительно, тем самым начиная первую в нашей жизни клановую войну.

Война объявлена!

Война начата!

Герои Крайних Рубежей против Злого Пламени!

Стража не будет вмешиваться в противоборство кланов до тех пор, пока их действия не несут угрозу нейтральному окружению.

Война может быть прекращена только по обоюдному согласию лидеров противоборствующих кланов!

Война может быть прекращена тем кланом, что захватит вражеский клановый флаг, клановый символ или же клановую цитадель (холл, форт, крепость).

Война будет завершена после роспуска того или иного клана.

Внимание!

В следующие десять суток никто не сможет объявить вам войну, только если лидер клана не пожелает принять вызов!

Внимание!

Ваш счет клановых противостояний: 0:0.

(подробности в комментариях)

Герои Крайних Рубежей против Злого Пламени.

Война начата. И будет длиться… как там заявил тот крикун? Вечно? Что ж – война будет длиться вечно. До полного уничтожения той или иной стороны.

Внимание!

Вами объявлена война клану Злое Пламя!

Клан объявивший войну обязан обладать клановым холлом (фортом, крепостью, цитаделью).

У клана Герои Крайних Рубежей есть 09:57 минут до провозглашения того или иного строения Клановым Холлом! (фортом, крепостью, цитаделью). В случае несоблюдения требования в срок, объявленная война будет засчитана клану ГКР как проигранная.

Тьфу… все же накосячил. Далеко я еще от познания всех тонкостей.

Время поджимало, и я защелкал виртуальными пиктограммами, выискивая нужное меню. Нашел, вчитался, закивал, зафыркал. Активировал предложенную световую стрелку, видимую только мне. Нашел взглядом световую полосу, мигающую у ног. Пошел по ней. И вскоре оказался в просторном помещении с высоким потолком, с большой хрустальной люстрой, деревянной отделкой стен, без малейших признаков окон. Помещение находилось в самом сердце особняка, в его центре. Световая линия превратилась в круг, что ровно замигал в середине комнаты. Встав в него, я прочитал оставшиеся строки, выбрал почти наугад словосочетание из предложенных, поднял правую руку к потолку, а другой ткнул по светящейся перед глазами бело-золотой круглой же кнопке. Шмяк…

Тоненько запели невидимые трубы, забренчала знакомо арфа, где-то под потолком захихикал бесноватый ангелок. С правой руки сорвалась бело-золотая вспышка. А затем еще раз, разбрызгивая сотни ярких искр, что ударяли в стены, потолок и пол, быстро уходя в них и пропадая. Дом казалось завибрировал, задрожал от фундамента до крыши. Смешки и арфа зазвучали громче, вспышка мигнула последний раз… и все затихло и потухло. Кроме сообщения перед моими глазами:

Поздравляем!

Лидером Росгардом был основан ГЕКР – клановый холл Героев Крайних Рубежей!

Внимание!

Отныне и впредь – клановый холл является главным сокровищем и достоянием клана Герои Крайних Рубежей!

Внимание!

На данный момент клановых ГЕКР еще ни разу не был взят в осаду!

На данный момент ГЕКР еще ни разу не был захвачен!

Памятка!

ГЕКР – ваш дом!

Члены клана находящиеся на территории ГЕКР быстрее восстановят силы и исцелятся об болезней!

Многие навыки и профессии членов клана становятся совершенней при нахождении на территории ГЕКР!

(подробности в комментариях)

Достижение!

Вы получили достижение «ВОЙНА: Агрессор» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+1 % к любому клановому урону наносимому при нападении на вражеские укрепления.

Достижение!

Вы получили достижение «КланХолл» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+1 % к любому клановому урону наносимому при сражении на территории КланХолла.

+1 % к клановой защите при сражении на территории КланХолла.

+2 % к скорости регенерации маны, здоровья и бодрости при нахождении на территории КланХолла.

– Надо будет прочесть всю эту инфу со временем – вздохнул я, закрывая уйму сообщений, из которых я прочел далеко не все.

Вернувшись в столовую, я сообщил Храбру о своем деянии и сразу же бросил ему приглашение. А следом получил и ответ.

С этого момента Храбр Светлушка является членом клана Герои Крайних Рубежей!

– Пора? – степенно спросил Храбр, упаковывая зелья в поясную сумку.

– Пора – кивнул я – Через пять минут сбор у дверей – Устроим прогулку вокруг родного холла. Оценим обстановку. Поищем выживших местных мирных бедолаг. Пощиплем наскоро перышки Злого Племени.

– Пламени – поправил меня алхимик.

– Да непохоже – фыркнул я, вспомнив недавние угрозы и хриплые вопли исходящие от ЗП – Если все сложится хорошо – навестим мэрию. Пора встряхнуть городок. И встряхнут покрепче. Город давно пора не крушить, а восстанавливать. Я прямо жажду услышать здешнего мэра.

– Клановый холл…. Мы здесь единственный местный клан. Я знаю, что тебе скажет мэр – он потребует навести порядок. Хотя клятву мы еще не приносили…

Это «мы» из уст Храбра меня порадовало. Сильно порадовало.

– Не приносили – согласился я – Но принесем. И потребуем содействия. А в первую очередь я потребую вскрыть продовольственные склады и поделиться едой с голодающим населением! И пусть эта жаба в жабо попробует отказать! Я его жареными куропатками забью! Сбор через четыре минуты, дружище. Мы идем в мэрию!

– Принято. Возьми с собой гнома с цепями. Я сварил зелье двойной бычьей силы. Дадим испить… и он цепями и гирями как пушинками махать начнет. Снесет любой дом как бульдозер.

– Договорились. Сейчас собьем дружный и злобный отряд ненавистников Злого Племени и сытых буржуинов!

– Пламени…

– Да пофиг. И тех, и других – на кол!

Глава тринадцатая

Время действовать!

Последние два дня я потратил на Озерный Край. И кроме репутации и проблем не заработал ничего.

Репутация положительная. Проблемы таковыми быть не могут.

И больше ничего в моем активе – не считая Храбра. Главное – раньше я отвечал только за себя и действовал только от своего имени. Сейчас все изменилось самым кардинальным образом. Чтобы я не делал – делаю от имени клана. Даже если я вообще ничего не делаю – стало быть ГКР ничего не делает. Вот тебе и клеймо клана-бездельника. Нет, мне никто ничего такого не сказал. Это я сам себя накрутил за последние три неспокойных в военном плане километра, пройденные по городским руинам.

Чтобы я не делал – делаю от имени клана. И точка.

Меня накрыло, как должно быть накрывает любого новоиспеченного лидера. Пока действий было много – голова была занята, мрачные мысли туда не влезали. Сейчас же, пока мы шагали по развалинами, выискивая одиночек и маленькие вражеские группы намертво вцепившегося в город клана Злое Пламя, ситуация несколько выровнялась и я начал размышлять, затем нагнетать, затем нагнетать в тройном режиме. Потом помотал головой и прогнал ненужную кучу жужжащих как шмели мыслей из своей тыковки, ненадолго вернув себе столь любимое мысленное безмолвие. И вот мысли начали вкрадываться опять:

«Ты занимаешься чепухой. Надо устанавливать связи, торговые отношения, знакомиться со всеми подряд, писать любезные письма и отвечать на таковые».

«Чего ты засел в войне партизанской? Надо в большие города! Посетить гильдии, устроить жесткий отбор в клан среди молодых, но толковых. Клан должен расти!».

«Время наладить торговые отношения хоть с кем-то! Мы им пушнину – они нам пушнину. Только мы им белую, а они нам черную. А на кой черт? Так отношения же торговые!».

Меня успокаивало одно – никто из других кланов мне не торопился писать пространные письма с добрыми или недобрыми намеками. Никто из купцов вроде бы тоже мной не интересовался. Бом сейчас второй день занят распродажей – и я даже боюсь спросить, сколько денег мы уже заработали.

А еще я жду от полуорка сигнала поданного за пять часов – пора на Зар’граад! И тогда я вновь устрою «миллионный скачок» предварительно навестив Гильдию Магов Альгоры. А еще Гильдию Воинов. И я соглашусь бесплатно перевести по паре членов этих важных и весьма весомых гильдии на Зар’граад вместе с их пожитками. И посмотрим, что мне обломится взамен – а что-то ведь обязательно обломится.

На новом материке мы снова наберем такого обычного там и столь бесценного здесь груза и прыгнем в Альгору. Бом пойдет на второй торговый виток. Я опять займусь одиноким блужданием и отстрелом агров. Таков наш краткосрочный глобальный план.

Я – корабль. Бом – торговец. Остальные – добытчики. Молодой клан спешно рубит бабло. А бабла нужно много, если мы хотим прочно занять место в клановом олимпе и медленно подниматься вверх. И подниматься придется – как мне популярно разъяснила Кира, ни один клан не может стоять на месте. Его насильно подвинут вниз или вообще уничтожат более настойчивые. Бездействие означает смерть, а движение – жизнь. Вверх и только вверх.

Храбр… его мнения я еще не спросил. Но если молодой алхимик попросится на новый материк – я его перетащу. Хотя у меня для него другое предложение – запереться в ГЕКРе вместе в охапкой новых трав, корешков, капелек, грибов, паутины, зубов, глаз, странных желез и прочего порой удивительно мерзкого хлама. Думаю, мое предложение его заинтересует…

Вот так я и успокаивал себя, вспоминая о вехах намеченного плана. Правда в плане не было ни слова о основании кланового холла прямо сейчас, равно как и о объявлении войны. Кира сейчас рвет и мечет. И Бом тоже наверняка скрежещет клыками, сидя на огромной куче золота. Ну, я лидер, я должен принимать решения. Вот и принял парочку. Сам за них и отвечу. А быть главой клана лишь номинально, на самом деле таковым не являясь, я не собирался. Надеюсь друзья меня поймут – крути не крути, а мои решения их тоже касаются.

Мой ударный отряд состоял из меня, Храбра, гнома Гиря, девушки стрелка, мастера карт и провинциального берсерка. Защиту дома я почти обнажил, но не думаю, что штурм в ближайшее время повторится. Хотя о каком штурме речь? Никакого штурма и не было…

Пока мы шагали по Тишке, устроили веселую игру с названием «Бей в подгузник!» – я наткнулся на явно намеренно замаскированную упавшими деревьями и камнями локацию возрождения. Сюда будут «стекаться» все убитые игроки. И раз уж тут все так красиво замаскированно… краткий обыск дал быстрый результат – мы нашли четыре небольших и два крупных тайника. В земле, в дуплах, под камнями. В каждом тайнике экипировка, оружие, запас зелий, клановые плащи с рисунком злого огня пожирающего вопящего бедолагу. В больших тайниках награбленное добро – ковры, медная и серебряная посуда, картины, гобелены, звериные головы с подставками, люстры, пустые резные шкатулки, редкие книги различного толка. Там же нашлось несколько ловушек, из которых сработала только одна, ужалив меня и стоящего рядом храбра роем отравленных швейных игл. Вот только яд оказался хоть и сильным, но быстро выдыхающимся. С моим запасом маны я лечил и себя и Храбра, в то время как мы продолжали осмотр добычи. Ограбив агров, отправили взятого с собой мула в сопровождении почти бесполезного кардмастера домой – кобра его погибла, кабан был жив, но новых карт он так и не раздобыл. Охранить мула сможет. И свой груз донесет. А дорогу мы разведали, тут недалеко. Надежды оправдались – «местный» добрался благополучно, о чем мы узнали благодаря красной тряпке пляшущей в чердачном окне. Условный знак.

Мы оставили у локи возрождения гнома с гирями и одну девушку лучницу. И сделали небольшой кружок. Нашли двоих агров. Убили их. Вернулись к локе возрождения и посмотрели их смерть еще несколько раз – едва голые игроки появлялись на плите, их тотчас же сносил с ног чудовищный удар цепной гири, впечатывая в стену. Если они уворачивались – им по неприкрытым ногам били стрелы. Через несколько смертей просевшие в уровнях агры вышли в офф. Мудрое решение. А мы пошли дальше. И нашли еще двоих, поступив с ними точно так же. Добились того, чтобы и они вышли в реал. Выискали один тайник, дождались мула, нагрузили, отправили обратно.

И только потом вышли к мэрии.

Вот она. Красавица постройка, величавая и мощная. Гордость города. Раньше еще часовая башня украшала городской лик, но она разрушилась… клятые агры! Натворили дел!

Город источал дымную вонь, полыхающий огонь с ревом безнаказанного зверя пожирал постройки. Мэрия пахла свежей выпечкой и жаренными перепелками, а выбрасывающие дым в три длинные трубы печи благодушно доедали свежие порции дров, готовя вскоре произвести новые похлебки, запеканки, жаркое и прочие яства.

Я стоял в конце упирающейся в мэрию улицы. Стоял заложив руки за спину и мрачно смотря на крепко-накрепко закрытые ворота здания. В узких окнах второго этажа, между охраняющих простенки каменных статуй, стояли защитники мэрии, смотрящие на меня сверху вниз. И в отличии от моей мрачности, они лучились радостью, приветствовали меня веселыми возгласами – еще бы, пришел тот Росгард, кто бегает в руинах и бесплатно делает их работу, пока они сами вкушают деликатесы.

– Сзади, друг Росгард! Обойди сзади – ты знаешь тот проход.

– Открывайте ворота! – крикнул я, не двинувшись с места.

– Что ты, друг Росгард! Война вокруг! Нельзя ослаблять защиту! И кто это с тобой?

– Это мои друзья. И жители славного города Тишки, что вместе со мной, плечо к плечу, встали на защиту города от грабителей и убийц!

– Это так! – крикнул Храбр и его выкрик породил словесную лавину. Все стоящие за нашими спинами «местные» закричали, подтверждая мои слова.

Я поднял руку и выкрики замолкли как по волшебству. Я смог продолжить и, подняв голову, уставился в лицо того самого усача, главного по обороне, капитана Лёруша Бланшера, выглядящего сейчас как раздувшаяся от боли лягушка по ошибке слопавшая на муху, а пчелу, ужалившую ее прямо в язык. Красные раздутые щеки, напомаженные усища, сурово сведенные брови – прямо образец свирепого воина, борца с куропатками и прошутто. Да! Я все же узнал, что такое прошутто – за убийство агров «щедрые» правители Тишки пообещали мне большую свиную ногу закопченную мудреным способом. Я не против прошутто! Но ведь они совсем обалдели! Воспоминание о прошутто придало мне сил и я продолжил, резко повысив голос:

– И раз уж мирные жители сражаются на дымных улицах, не щадя сил и жизней, то почему же доблестные воины отсиживаются под защитой стен мэрии, охраняя какое-то там вино и мясо?! Почему ткачихи и сапожники сражаются, а солдаты и офицеры нет? Почему они боятся открыть ворота? Солдаты! Я Росгард! И для меня судьба города важна так же, как и для вас! Я чужак здесь! Но я сражаюсь! Видели ли вы из окон мэрии как мы убивали мародеров? Как мы убивали одного за другим кровопийц Злого Пламени, что посмели устроить охоту ради мерзкой забавы на ваших женщин и стариков! Вы видели это?! Видели?!

Ответом была тишина. Усач капитан раздул щеки еще сильнее. Открыл было рот, но я уже продолжил, не дав ему шанса помешать.

– Мы очистили уже пять улиц! Пять! Мы оборонили наш клановый холл, где нашли убежище немало местных жителей! И мы продолжаем войну, не ропща на усталость и раны! Наш путь привел нас сюда… и что же я вижу здесь? Бравых воинов трусливо засевших среди бочек с вином и свиных окороков? Воинов, что просто смотрят как убивают их соседей, друзей, родню! Кого я вижу здесь? Трусов предавших родной город? Ответьте мне, воины города Тишки! Вы трусы?! Скажите «да» – и я мы сразу уйдем! Нас ждет война!

Мэрия будто взорвалась. «Местные» такого ранга просты. Они ведомы жестко прописанными инстинктами. И патриотизм – или его цифровое воплощение – отнюдь не чуждо им.

– Здесь нет трусов, Росгард!

– Мы не трусы! Мы хотим сражаться!

– Среди нас нет трусов!

– Это не так, Росгард! Не так!

– Прекратить крики! – рев усача заглушил шум подобно паровозному гудку – Росгард! Как смеешь ты, пригретый и накормленный нами, говорить такое! Среди нас нет трусов! И сердца наши, истощенные душевной болью, истерзанные и кровоточащие, с великой болью стучат через силу! Мы с горем смотрим на погибающий город! Но мы связаны приказом!

– Приказом – повторил я, давя торжествующую усмешку добившегося своего хитроумного злыдня – И кто же отдал такой ужасный приказ бравым солдатам? Кто повелел снять оборону города и начать защищать мэрию набитую не бедными жителями, а винными бочками и жареными курами? Кто отдал приказ защищать не город, а личную кухню?

Пока что меня понимали. Защитники мэрии мрачнели один за другим, оглядывали сверху панораму разрушенного родного города, переглядывались, тихо переговаривались, их лица искажались гневом. Даже капитан Лёруш Бланшер замолк и пытался собраться с мыслями. Ведь ответ на мой вопрос знали все. Но никто не решался его произнести.

– Кто отдал приказ бросить нас? – неожиданно поддержал меня тонкий и наполненный горем девичий голос.

Вперед ступила девушка лучника, одна из двух сестер.

– Кто приказал бросить нас? Ведь я знаю вас всех! Пьерро, Лесон, Томис – палец девушку указывал на солдата за солдатом – Зеленщик Мурвье, Лурд часовщик. Кто приказал вам бросить нас?!

Солдаты стыдливо отводили взоры от указывающей на них стройной девушки с большим луком. Она воевала. А они отсиживались.

– Не мятеж ли это назревающий? – новый рык прозвучал из-за плеча. Но этот новый звук был скорее пародией на настоящий властный львиный рык. Будто трусливый котенок пытался показать себя куда более серьезным и опасным, чем являлся на самом деле. Вот и главный игрок.

– Мэр славного и почти мертвого города Тишайшая Нега – я мигом выставил палец, нацелив его точно в лоб шагнувшему к подоконнику толстячку в жабо, подпирающему три подбородка. Святые небеса – мэр еще и куриную ляжку в руке держит! Буржуй над нищебродами!

– Росгард! Друг наш! – расцвел улыбкой мэр.

– Я вам не друг! – разрезал я воздух ударом руки – Я не друг трусам бросающим свой город на растерзание врагам! Я не друг тем, кто спасает свою шкуру за прочными стенами и объедается вкуснятиной, тогда как прячущиеся в развалинах жители умирают от города и жажды! Ответь мне – так ли должен поступать настоящий правитель города? Мэр! – мой дрожащий от гнева палец продолжал указывать на жирного чиновника – Я Росгард, и я заявляю – ты недостоин быть нашим мэром! Ты плохой мэр! И прямо сейчас ты должен сложить полномочия, передать их более достойному и уйти!

В свои слова я вкладывал тот пыл, тот гнев, искренность и силу, что в свое время видел в словах воодушевляющей клан Черной Баронессы. И похоже я неплохо выучил домашнюю работу. Мои слова подействовали – и еще как!

– Да как ты смеешь! – задохнулся мэр, отбрасывая курицу и багровея на глазах – Я пригрел тебя и угостил, дал тебе важное почетное задание – что ты получил от доблестного капитана Лё…

– И я выполнил твое задание – развел я шутовски руками – Мы убили много врагов! Но я не желаю получать награду от такого как ты! Мне не нужна подачка от предателя своего народа! От труса! От трусливого обжоры! Мэр! Ты должен уйти! Мэр! Ты должен уйти!

– Мэр! Ты должен уйти! – подхватил Храбр, а следом за ним и остальные мои соратники. За время боев мы почти сроднились – уровень репутаций вырос сильно. Пусть неумелые, но верные воины стояли за моей спиной и были готовы поддержать меня в любом начинании – даже самом безумном. И сегодня они поддержали мой мятеж.

– Мэр! Ты должен уйти! Мэр! Ты должен уйти!

– Замолчать! Всем замолчать! Я приказываю! Я мэр и вы должны меня слушаться! Росгард! Ты предал мое доверие!

Полыхнувшее перед глазами алое сообщение оповестило, что уровень репутации с мэром у меня упал до невероятно низкого уровня. Мы враги. Почти. Воевать пока не будем, но он меня ненавидит люто.

– Это ты предал доверие доверившихся тебе жителей! – закричал я в ответ и поднял руку в кличе – Мэр! Уходи!

– Мэр! Уходи!

– МЭР! УХОДИ! МЭР! УХОДИ!

Потрясающая оружием кричащая группа стояла перед запертыми воротами мэрии и не собиралась отступать. Над нами много вооруженных сильных воинов – они-то мне и нужны – но мы не боимся их и продолжаем кричать. И уже не только мы – с разных сторон раздались новые выкрики, одиночные и нет. С разных сторон начали появляться закопченные грязные жители Тишки, те жалкие остатки, что подобно крысам прятались в темных щелях, надеясь, что их обойдут острые мечи и кромсающие топоры грабителей. Старики, женщины с детьми, хромающие израненные мужчины с перевязанными головами – их уже не меньше десяти и все они рядом со мной и тяня к дымному небу истощенные руки, гневно кричат.

– МЭР! УХОДИ! МЭР! УХОДИ!

Пузатый коротышка прижался спиной к броне возвышающегося над ним усача капитана Бланшера.

– МЭР! УХОДИ!

– Проклятый трус!

– Ты смотрел как нас убивают!

– Ты должен был защищать нас!

– МЭР! УХОДИ!

Я уже стоял не впереди. Я стоял в самом сердце израненной толпы, колышущейся вокруг меня как гневный Найкал, ревущий и негодующий. Я будто скала посреди штормового Найкала. И с каждой минутой все больше жителей прибывает сюда, наплевавших на безопасность, пересиливших страх и пришедших, чтобы выразить в крике всю свою боль и негодование. Ведь я не соврал ни единым словом – мэр предал их.

– Вся моя семья мертва!

– Почему ты прячешься? Защити нас! Спаси!

– Мэр! Ты предал нас! Ты убил нас!

– Где моя жена? Куда исчезли мои дети?! Ответь, мэр!

– Почему ты окружен солдатами, а мы бедами?!

– МЭР! УХОДИ!

Я выждал еще немного. А затем поднял к небу обе засветившиеся грозным алым руки. И грозный шум снова утих. Мои слова не заглушил никто.

– Мэр! Я предлагаю тебе суд богов! Призовем светлое божество – любое! На твой выбор! И пусть оно рассудит нас! Кто прав? Ты, что спрятался за спинами и предал жителей. Или я – что пришел в этот город ставший мне родным и ставший защищать его не щадя сил! Суд богов!

– Я помогу воззвать к небесам – шагнувшую вперед старушку, древнюю и узловатую как корень многовекового дерева, немилосердно шатало на дрожащих ногах, распущенные седые волосы нечесанными лохмами падали на плечи, выцветшие глаза смотрели со спокойной мудростью – Я часто служила в храме. Я знаю, как это сделать.

– Помогу и я! – поддержал ее натужно кашляющий старик с покрасневшим от простуды носом и слезящимися глазами.

«Этого лечить срочно» – подумалось автоматически – «Иначе лыжи склеит старый».

Мэр не ответил на мои слова. Лишь еще сильнее вжался спиной в грудь капитана и затравленно молчал. Как зверек на входе в свою нору забитую вкусностями. Озлобленный хомяк? Сравнение подходит.

– Суд богов?! Нет?! – развел я руками – Ладно. Тогда поединок! Один на один! Прямо сейчас! Я вызываю тебя, мэр города Тишайшая Нега! Выйди и сразись со мной, докажи, что сила и правда на твоей стороне!

– Сразиться?! Чужак Росгард, ты перешел границу! – вопль мэра унесся от мэрии подобно удару колокола от наковальни, пролетев над городом. Он будто агров призывает. Хотя мы так орали, что они и так в курсе – Стража! Положить стрелы на тетивы, натянуть луки, навести их на Росгарда и его сброд! Он посмел угрожать мне – самому мэр! О как я ошибался в тебе, Росгард! Как я ошибся при нашей первой встрече в тот день рыболовного состязания!

– Ошибся и я в тебе, мэр! – не остался в долгу – Не думал, что ты трус и предатель! Выходи на честный бой! Я тебе твоим прошутто и укокошу, скотина объевшаяся! Выходи на бой! И не трать мое время – нам еще очищать город от врагов! Солдаты! Помогите мне! Ведь я сражаюсь за жизнь ваших детей!

Несмотря на четкий приказ, ни один из стрелков в мэрии даже не приподнял оружия. Ни одна тетива не натянулась. И увидев это я почувствовал, что близок к победе. Очень близок. Скорее бы – меня уже вымотала нешуточная перепалка. Проще дубиной по голове, чем долгие диалоги. Может поэтому первобытный брак был так популярен в старину?

– Принять вызов или суд богов – мудрое решение, господин мэр – громко и неожиданно заявил капитан Бланшер.

– Что?! – задохнувшийся мэр отпрянул от капитана, выпучился на него, ухватился дрожащей рукой за край окна – И тут предательство?!

– Солдаты ропщут, господин мэр. Солдаты сомневаются. Докажите им свою правоту делом, а не только словом. Повергните Росгарда в честном бою. Либо же выйдите на суд богов и пусть высшая воля покарает неправого. Помните – этот символ доверия к вам города. Они вверили вам свои судьбы и время доказать, что вы знаете, что делаете, господин мэр – усач приподнял тонкую цепочку на груди мэра, на которой висел тяжелый ключ.

– Нет! – мэр даже не раздумывал – Я не должен! Я мэр! А вы должны защищать меня! Стреляйте!

Солдаты остались неподвижны. Колышущаяся вокруг меня толпа увеличилась в числе. Я поменял магию. Развел широко руки в сторону и уронил пульсирующие целительной магией ладони на плечи самых израненных, торопясь влить в них здоровья. Пока мэр препирается с капитаном и визжит, надо подлечить калек и убогих. Я переставлял руки как стрелки на циферблате сбоящих и хаотично работающих часов, леча и леча раненых.

– Стреляйте!

– Мэр! Уходи! – не остался я в долгу, и толпа тут же подхватила призыв.

– МЭР! УХОДИ!

– Предатели! Ведь вы благоденствовали при мне!

– Мэр познается в беде, а не на пиру – фыркнул я – Уходи, мэр! Или сражайся!

Еще трое подлечены. Я чуть наклонился, дотянулся до старушки и больного старика. Того гляди дедушка от простуды навернется. И лишь бы не заразно. Сомневаюсь, что смогу вызывать сюда докторшу Плацебо.

– Мэр! Время принять решение! – рык усача оказался тем крохотным толчком, которого и не хватало для того, чтобы слишком уж долго балансирующий на самом краю снежный ком покатился вниз. Пухлый коротышка в жабо противно взвизгнул, бросил на меня ненавидящий взгляд и неожиданно сильным прыжком исчез в глубине мэрии. Из здания послышался затухающий вдали протяжный крик, в котором смешалось все – злость, страх, ненависть. Я только что приобрел себе еще одного врага. Надо бы догнать мэр и прирезать втихомолку. На всякий случай. Это же Вальдира. Вон лошадку бросил – и во что она превратилась?

– Открыть врата! – зычно скомандовал капитан Лёруш Бланшер и легко спрыгнув со второго этажа, приземлился на мостовую, сделал два шага вперед и протянул мне на вытянутой руке ключ с оборванной цепочкой. Своим прыжком мэр сам сорвал со своей груди символ власти над городом. И теперь его протягивали мне – Друг Росгард! Ты уже не раз доказал свою мудрость, силу, дружбу и верность нашему городу и его жителям. Кому как не тебе, кто уже так много для нас сделал, доверить власть в это тяжелое военное время? Сейчас война и я обладаю всей полнотой власти для такого решения. Прими ключ, Росгард! Прими власть и веди нас, мэр Росгард!

Я не колебался. Я жаждал получить подкрепление, это же совсем другое. Но выбора нет. Пройдя через толпу – автоматически продолжая подлечивать всех, кого мог ободряющими касаниями – я протянул руку и зажал в светящейся зеленовато-синим светом руке ключ. Сменил магию, и рука засветилась багровым светом сдерживаемого боевого огня.

– Я мэр Росгард! И я поведу вас на бой! – крикнул я – Вместе мы очистим город от захватчиков! Потушим пожары! Разгребем завалы! Спасем всех, кто еще жив! Мы вернем наш город к жизни! К славной и светлой мирной жизни! Как мы того заслуживаем!

– ДА-А-А-А-А!!!

– Веди нас, мэр Росгард! Веди нас в бой!

– За Тишку!

Внимание!

Вы стали мэром города Тишайшая Нега!

(на время военного положения)

В данный момент ваша должность приравнивается к полководцу!

Все военные силы города переходят в ваше подчинение и готовы выполнить любой ваш приказ!

Помните – на ваших плечах величайшая ответственность!

Принимайте решения взвешенно и обдуманно.

От ваших действий зависит множество судеб и будущее доверившегося вам города!

– Так – сказал я, сжимая ключ и смотря как из мэрии один за другим выпрыгивают воины, а ворота начинают медленно отворятся – Давайте-ка наведем здесь порядок!

Глава четырнадцатая

Мэра будни боевые. Кланлида хлопоты. Подготовка к отбытию

Первый мой указ на посту мэра новизной, скажем так, не отличался. Скорее от него ощутимо попахивало древностью и затхлостью пролетевших десятилетий.

Первый мой указ гласил – накормить всех голодных!

Предварительно пригласив их внутрь запретной ранее мэрии. И меньше чем через минуту я смог лицезреть зрелище насыщения умирающей от голода толпы. Оборванные грязные жители с рыком и хрипом набрасывались на покрытые белоснежными скатертями столы, хватали жареных птиц, мягкий свежий хлеб, овощи и фрукты, жадно припадали к кубкам, не разбирая что в них налито. Наготовленные яства исчезали с молниеносной скоростью.

Хлеба народу!

А зрелища уже были. И потому мои обязанности новоявленного официального лидера были почти выполнены. В смысле – путем расспросов я выявил из стражей шестерку разноплановых и самых сильных бойцов, оставив их на охране правительственного здания, превратившегося в общественную столовую. А сам, вместе с резко увеличившимся в численности отрядом, по расходящейся спирали продолжил шерстить улица за улицей, беспощадно вылавливая и убивая всех «красных», в том числе и «местных», коих среди злыдней оказалось немало – видать к старым еще и новые из окрестностей набежали.

Да, «местных» разбойников можно было разоружить, внять их мольбам, отправить в здешнюю тюрьму, запереть, позднее отправить на суд, где их приговорят к тому же Аль Дра Дасу. Но я предпочел всех разбойников уничтожить, не слушая ни единого их слова. Настрадавшиеся жители были только рады моей жесткости, помогая в тотальной очистке города.

Центр был очищен через час. Злое Пламя не могло противопоставить ничего. Их бойцы еще оставались на окраинах. Самые упорные, надо полагать. И те, кто по какой-то странной причине решил не бросать молодой, но уже такой неудачливый клан. А может им некуда было идти – ведь и отступить могли далеко не все, по той же причине, что не давала им больше нормально сражаться. Снаряжение. Это слово для любого игрока значит многое. А если он гол как сокол, щеголяет только в подгузнике или бикини – тем более. Мы нашли и опустошили немало тайников Злого Пламени и продолжали находить новые, попутно убивая охранников и забирая их экипировку. Алхимия, магические свитки, доспехи, оружие – многие воины ЗП лишились всего этого. Среди них оставались еще нормально экипированные игроки, что поделились с товарищами кое-какими предметами. Но кто-то посылал нам навстречу именно «богатых». Видимо для того, чтобы мы их прикончили и обобрали до нитки. Убитые откатывались назад, хотя порой у локации возрождениях их уже поджидали злые жители с дубьем в руках. И не проявляя пощады раз за разом приканчивали вопящих бессмертных чужаков, лишая их уровней и навыков.

Своими действиями, не слишком умелыми, но решительными и жесткими, я вынудил Злое Пламя обратиться в стаю трусливых тараканов и крыс.

Разваливающемуся и уже агонизирующему клану агров не оставалось ничего кроме бегства. Вот только куда? За окраиной города бродили чудовища. Военный хаос породил настоящий монстро-винегрет, где в одном месте причудливо смешались различные чудовища, что в нормальное время и встретиться бы не смогли. Гарпии, львы, смилодоны, боевые быки и слоны, орки, гоблины, дезертиры и обычные разбойники не разбирающие где свои, а где чужие. Немалая зона с Тишкой в центре до сих закрыта «для полетов». Никакая телепортация кроме невероятно мощной, пробивной, а, следовательно, дорогущей, не пробьет сюда канал. Ну еще божественная телепортация могла бы спасти голых чудиков пляшущих на осколках уличного стекла и прячущихся в окраинных полуразбитых домах. Но сомневаюсь, что какое-нибудь божество обратит внимание на этих самых голых чудиков только и умеющих что умирать и плясать на стекле босыми ногами. Злое Пламя завязло на окраинах будто подгоревшие края пирога. Резануть ножом и угольки отпадут…

Очищая дом за домом, оставляя за спиной все новых патрульных и освобожденный от разумной мерзости городской центр, выпуская огненные шары и ледяные копья, ловя беглецов терновыми путами, я наблюдал за действиями раздробленного клана, впервые воочию видя, что происходит, когда лидер сдается или же так глуп, что не может противопоставить ничего подходящей опасности.

Я видел, как не меньше десятка полуголых, частично и странно снаряженных агров плотной группой уходили за город, по недавно сгоревшему, но уже снова начавшему зеленеть лугу двигаясь к виднеющемуся на горизонте небольшому перелеску. На ком-то только кираса, на другом странные пижамные штаны и тапочки, третий в подгузниках и рогатом шлеме, четвертая выглядит почти обнаженной грязной секс-бомбой с великолепной прической, пятая вооружена луком и одной стрелой, облачена в юбку до земли. На десять игроков немного оружия, еще меньше боевого облачения и, наверное, никакой алхимии. Но они делают хоть что-то. Спасаются разумным бегством. Поэтому я и позволил им уйти прочь, у них есть шансы добраться в более безопасное место и там затаиться. Тем более у многих ники уже «позеленели». Многократной смертью агры очистились от красной грязи, что казалось намертво прилипла к их именам. Идите же и не грешите более… и в Тишку ни ногой! А то мэр рассердится…..

Самое смешное, что они и в офф выйти не могли – кто знает, что за ситуация будет в Тишке, когда они вернутся? Вдруг город будет занят бравой бригадой паладинов? Или же просто вернется к многолюдной мирной жизни и когда на улице появится дрожащий агр, в него разом воткнется шесть половников, семь вилок и одна портняжья игла с зеленой шелковой нитью. А на нитке микроскопическая надпись: «Поделом!». Нагрешившим игрокам надо убраться хотя бы в лесок какой-нибудь, схорониться там под елкой и вжать «выход». В городе оставаться не стоит.

Еще одна группа, к моей глубокой печали, ушла не в сторону какую-нибудь и не на небеса, а прямиком вниз – в землю, в канализацию. Само собой, как и в каждом считай городе Вальдиры, в Тишке есть катакомбы. Здесь не Альгора, но несколько уровней катакомб вполне можно ожидать. Придется позднее отправлять туда боевой отряд – на охоту за булькающими в гуано «партизанами».

Большинство вывались в офф, несмотря на последующую угрозу при возвращении. Думаю, у них просто сдали нервы, а от воодушевления давным-давно не осталось и следа. Вместо легкого обогащения и развлечения они получили кучу проблему и потеряли многое. Они захотели все бросить. Не удивлюсь, если некоторые из ЗП – новички небольших уровней – сгоряча уже нажали знакомую мне красную кнопку на игровом коконе, стирая персонажа-неудачника.

Некоторые разбегались по двое и по одиночке. Их чаще всего пристреливали. Но после возрождения они снова упорно стремились прочь. Иногда удавалось. Иногда нет.

Еще через час Тишка был свободен. Почти. Попутно мы нашли не меньше двухсот – двухсот! – местных жителей, большая часть которых скрывалась под развалившимся домом, пребывая в гигантском подземном зале, построенным с совершенно непонятными мне целями. Агроубежище? Жителей достали, отправили в мэрию, тех что покрепче подкормили прямо на месте и поставили на патрулирование – принять участие в искоренении эпидемии голых чудиков, с воплями и матами бегающих там и сям, своей наготой смущая милых барышень, что со смущенным хихиканьем разряжали арбалеты в спины наглых нудистов.

Как-то невовремя я мэром стал. Не успел ключ от города принять, как стадо голых чудиков набежало… не приняли бы нового мэра за сторонника новомодных веяний моды и сторонника развязанного поведения. Мне ведь в этом городе еще жить…

Город был освобожден. Почти.

За нашими спинами уже раздавался стук молотков, визг пил, шипение воды выливаемой на уголья. Город приходил в себя. Почти не осталось дымов, потушены пожары, разбираются завалы, освобождаются улицы, горожане возвращаются в уцелевшие дома или с горестными лицами тусуются на месте пожарищ. Мекка для игроков любящих выполнять производственные и хозяйственные задания в большом количестве. Таких поручений здесь будет больше тысячи. Но это позади меня. А вот впереди…

В пятидесяти шагах от меня стояла квадратная башня будто со срезанной наискосок ножом верхушкой. Обрывок старой легенды – остатки боевой башни, некогда бывшей соединенной высокой каменной стеной с тремя своими товарками, образуя мощный щит направленный к Найкалу. В древние-древние времена с Найкала якобы вылезали ужасные чудовища, напитанные странной мощью, что атаковали всех подряд. И защитой городу от сих монстров служили зачарованные Четыре Башни, верой и правдой обороняя жителей на протяжении многих лет. Но выходящих из воды монстров становилось все меньше с каждым годом, да и были они все слабее. А затем, когда на протяжении десятилетия из воды не выползла ни единая тварь, башни были оставлены стражей, позднее стену начали потихоньку разбирать. Из того кирпича построили мэрию, часовую башню, один храм и один особняк. Мэрия до сих пор стоит, храм давным-давно в руинах, особняк перешел во владение одному игроку, что стал мэру, а часовая красавица башня… ее разрушили клятые агры, что вскоре поплатятся за свой вандализм! Лично сожгу лидера ЗП за такие злодеяния! От Четырех Башен остался один замшелый огрызок высотой в три этажа. До него руки у местных жителей не дошли. Там хранили всякий хлам, иногда играли дети, иногда спали бродячие музыканты и торговцы, порой располагались на отдых циркачи.

Историю эту мне рассказал – и продолжал рассказывать – шамкающий беззубый дед, держащийся за мой локоть и указывая тростью на башню, над которой гордо реял большой серый флаг с черным изображением пламени пожирающего все еще орущего бедолагу.

Да. Остатки Злого Пламени заняли башню, забаррикадировались, водрузили флаг, приготовились дать отпор. Наверняка хотят продержаться до той поры, когда заработает телепортация. А вскоре это обязательно случится – мрачные и какие-то нездорово инфернальные облака медленно уходят прочь от города, смещаясь куда-то на юг. Им на смену наползают обычные тучи с тяжелыми выпученными брюхами. Вскоре прольется очищающий дождь. А там уже и телепортация может заработать. И агры отсюда смоются. Против ли я? Нет. Пусть валят, я уже сказал им все, что хотел сказать, выместил всю злость. Разве что за часовую башню отомстить осталось.

– Эй! – мой крик донесся до башни и отразился от ее стен – Злыдни! С вами говорит добро!

– Росгард! Ты сволочь! Я так тебя любила – легенда ж! А ты сволочь!

– Не я такой. Вальдира такая. Пламя! Лидер тама? Пусть харю в окно высунет. Добро хочет сказать пару слов.

– Здесь – голос пытающийся казаться уверенным дал о себе знать, но впечатления не произвел.

– У нас вроде бы война. Давай начистоту – я вас вместе с остатками башни сейчас сожгу к чертям. И появитесь вы на той локе возрождения, где сейчас стоит десяток очень злых на вас жителей вооруженных чем попало. Они вам многократку смертельную с радостью устроят.

– Ну давай сжигай! Попробуй! Рискни здоровьем легендарным!

«Уф» – поморщился я досадливо.

Дитя прямо малое. Голосок аж дрожит. И ведь что смешно – в его голосе не злость и не страх, а обида звучит! Он еще на меня и обиделся – пришел большой дядя в песочницу к малышам и испортил их жестокую забаву, запретив отрывать ножки муравьям и прочим букашкам.

– Неохота мне вас атаковать – признался я – Честно. Поэтому я сейчас кое-что предложу. Но только один раз. Не согласитесь – начну сносить башню вместе с вами. Итак… у нас война – и она длится уже слишком долго.

– Да ты ее сам начал!

– Но обещали ее мне вы.

– И всего несколько часов назад!

– Но она мне уже надоела. К тому же я в ней победил. Поэтому делаем так – вы быстро признаете полную капитуляцию, затем списываетесь со своими дружками, что засели в канализации и портят ее аромат своими выделениями, заставляете их оттуда выйти, после чего, не дожидаясь их, по трое уходите из города к чертовой матери. И нет, я не верну вам ничего, не подарю ничего. Но оставлю минимум экипировки – поэтому выходите без рюкзаков. Награбленное и сбереженное вам не оставлю.

– ДА ты…

– Я все сказал! Даю десять секунд на принятие решения! Потом устрою вам мясорубку с воскрешением!

– Эй! Погоди!

– Два!

– Какие гарантии?

– Вы же по трое уходите, кретины! Если первая тройка сдохнет – она вам отпишет о своей кончине! – озлился я, понимая, что теряю время. Куча новых хлопот, море старых дел, океан недостигнутых целей, а тут засевшие в башне злыдни тратят мое время. Три!

– Хорошо! Одно условие – ничья боевая! Признаем, что война окончилась вничью.

– ГКР победил! ЗП проиграло! Пять! Шесть! Семь! Восемь!

– Да стой!

– Девять!

– Хорошо! Условия приняты!

Поздравляем!

Клан Злое Пламя признал свое полное поражение и капитулировал!

Клановая война завершена!

Клан Злое Пламя – проигрыш.

Клан Герои Крайних Рубежей – победа!

Подробная информация о ходе войны отправлена в Клановые Архивы, где доступна любому желающему ознакомиться с нею.

Достижение!

Вы получили достижение «ППК»!

(Данное достижение не имеет рангов и не совершенствуется).

Памятное достижение для лидера клана!

Поздравляем!

Ваша награда за достижение: деревянный изрубленный меч на подставке из мореного дуба.

Класс предмета: редкий.

Поздравляем!

Клановая награда за достижение: деревянный изрубленный меч на треснутом щите из мореного дуба.

(настенное памятное украшение)

Дальше было скучно. Но зато быстро – к моей радости.

По трое и по четверо из открытого прохода начали выскакивать полураздетые игроки, старающиеся смотреть куда угодно, но только не на нас – большой боевой отряд стоящий перед башней и закрывающий собой проход к городу. Агры уходили один за другим. И, если я правильно заметил, лидер убежал одним из первых. Долго ли проживет этот клан?

Агры и «местные» злодеи примкнувшие к ЗП убегали не только из башни – юркими крысами они выползали из дыр в земле и тяжелым галопом уносились по все более зеленому лугу. Некоторые бежали смешными зигзагами, порой падали на землю и проделывали эти маневры до тех пор, пока не понимали – никто не собирается стрелять им в спину. Город дал им уйти.

Минута.

Другая.

Третья.

Башня уже пуста.

Вон на самодельном костыле ковыляет «местный» полуорк в красной головной повязке и женском большом платке обмотанном вокруг чресл и торсом скрытым внутри большого бочонка. Прямо Баба-Яга зеленокожая в прохудившейся ступе.

ВНИМАНИЕ!

Город Тишайшая Нега освобожден от разбойников!

Боевые действия прекращены!

Мирный статус локации восстановлен!

– Да! – радостно рыкнул я.

– Получилось! – поддержал меня воплем Храбр, подбрасывая в небо весело орущего чумазого пацана.

Толпа взорвалась воплем. «Местные» может и не увидели надписи о прекращении боевых действий, но они точно поняли – война, пусть возможно и временно, но прекращена. Осада города сняты. Злодеи повержены и прогнаны прочь. Добро победило. Мир вернулся на разоренные улицы.

Мы отвоевали Тишку.

С небес хлынул дождь. Внезапный и теплый, светлый и свежий. Бурлящие струи дождя колотили по нашим головам и мостовой, смывали сажу и копоть с устоявших стен, крыш и заборов, почернелая сточная вода с урчанием уходили в решетки стоков. Уцелевшие деревья и кустарники зашелестели, воспряли, повели ветвями в радостном оживлении.

У природы нет плохой погоды!

Сегодня у травников настоящий повод для праздника! В дождливую погоду все растения растут вдвое быстрее! Есть шанс наткнуться на редкие целебные травы! Рай для грибников! Но не забывайте, что именно во время дождя на поверхность выбираются такие неприятные создания как Лапчатые Спороносы, Плюющие Слизняки, Шипастые Улитки, Поющие Черви и другие. Следует проявлять разумную осторожность во время путешествия рядом с реками, болотами, озерами и ручьями, что могут выйти из берегов и затопить окрестности. Не забывайте тепло одеваться – промокнув под дождем немудрено простудиться…

Внимание!

Военное положение с города Тишайшая Нега снято!

Вы больше не являетесь мэром этого города!

Вот это да.

Даже немного обидно. Чувствую себя как… даже сравнение никакое в голову не приходит. Я принял в руки никому не нужный, умирающий от голода, огня и злобных грабителей город, потушил пожары, накормил и подлечил голодающих, прогнал и убил мародеров, после чего меня мгновенно лишили должности мэра.

Я ожидал такого, но никак не мог рассчитывать, что все произойдет так быстро. Хм… а если бы я не торопился с ликвидацией военного положения? Если бы я позволил аграм оккупировать часть города и начал бы вести с ними вялую войну, одновременно развивая остальные части Тишки? Военное положение не завершилось бы так быстро, я бы дольше просидел на кресле бургомистра, наверняка сумел бы нажать на нужные рычаги, дабы добавить жирных плюшек любимому клану – поставка строительных материалов почти бесплатно, дешевая рабочая сила, усиленное патрулирование вокруг кланового холла, сбор жителями бесплатного алхимического сырья для будущей лаборатории Храбра, создание мастерами моей ростовой статуи…

Я ошибся, когда навел здесь порядок действительно быстро? Или же сделал все правильно, ведь жители страдали? Что-то я запутался… Какой у меня вообще характер персонажа? Какую роль я отыгрываю в этом мире? Гордый и светлый добряк? Хаотичный и неопределенный плут? Лидер нового доброго клана? Или же предводитель расчётливого и хитрого клана делающего все ради собственного развития и обогащения?

Следовать по чьему-то уже известному пути ведущему к известной цели? Примеров для подражания хватает! Неспящие, Архитекторы, Лемминги Хаоса, торгаши Молоты. Следуй любым из их путей и эта дорожка приведет к богатству и процветанию. Главное продумывать каждый новый шаг заранее, не пускать ничего на самотек, контролировать каждую чертову мелочь, подозревать всех и каждого, искать чужого даже среди своих, относиться к богам как к жирной дичи в перекрестье прицела. И тогда, однажды, очень нескоро, ГКР смогут стать новыми Неспящими. Вот только хочется ли мне этого?

Даже и не знаю.

Я всегда предпочитал идти своим путем. И если и поведу кого за собой – то только им же, тем путем, что непонятно куда и когда приведет. Может все же стоит повлиять на себя? Нет. Не стоит. Вот честно не стоит. Учитывая количество «весовых» фигур в нашем юном клане, у меня так и так есть противовесы и балансиры, а порой и балласт, что не даст мне улететь слишком уж высоко как одному явно ненормальному юноше, что слепил из воска свечей и голубиных перьев подобие крыльев и спрыгнул с крыши сумасшедшего дома к ужасу главного врача. Разбился пацан… а потом уже солнце расплавило лежащие на асфальте крылья. Кажется, именно такую книгу я как-то читал…

– Салют Росгарду, мэру из мэров, герою из героев, лидеру из лидеров! – хриплый голос донесшийся из толпы «местных» был настолько пропитан усталостью, что я не сразу уловил смысл лестных для меня слов, оценки моих деяний.

– Салют Росгарду! – ревом поддержали его остальные, ливень будто только этого и ждал, мигом набрав еще больше сил и обрушив на черную землю тонны воды. Первые зеленые ростки поперли вверх как оглашенный – будто в дождевой воде были супер удобрения.

– Салют Росгарду! – присоединился и Храбр, хлопая меня по плечу – Молоток!

– Благодарность города нашего не знает границ! – прогудел подошедший капитан Лёруш Бланшер.

Поздравляем!

Ваша репутация с городком Тишайшая Нега выросла на 2!

Клановая репутация +1

Поздравляем!

Ваша репутация с Люцерновым Холмом выросла на 1!

Поздравляем!

Ваша репутация со всем Озерным Краем выросла на 1!

Клановая репутация +1

Внимание!

Ваша репутация с мрачной стороной Озерного Края упала на 3!

Клановая репутация -3.

Внимание!

Все члены клана Героев Крайних Рубежей стали заклятыми врагами для всех мрачных личностей обитающих в Озерном Крае: разбойников, убийц, дезертиров, грабителей и прочих.

А вот это поразительная информация! И важная. Разом открылся большой простор для деятельности. Может и правда великие просторы Найкала были не зря в свое время интуитивно выбраны мною для проживания Роски. Просторы Озерного Края вместят и весь наш клан с небрежной легкостью. И люди здесь хорошие… Вот только с разбойниками у нас теперь вражда кровная. Не любят они, когда появляются очередные светлые герои норовящие все исправить, починить, восстановить и защитить.

– Благодарен и я за помощь великую – отозвался я, стряхивая с себя легкую обиду за внезапное снятие с должности мэра. Война войной, а выборы по расписанию.

– Что скажете о следующем мэр, друг Росгард? Не считая тебя, есть двое заслуживших полное доверие жителей в прошлом и не потерявших доверие сейчас. Это я, капитан Лёруш Бланшер и булочник Мотро Струдель.

Внимание!

Вы возглавили сопротивление врагу и успешно очистили город от опасности. Жители знают и уважают вас. Ваш голос решающий в этот момент, когда определяется дальнейшая судьба города – куда приведет путь от закопченных руин?

Обдумайте все хорошо и сделайте выбор!

Приятно.

Но думать нечего – тут все прозрачно даже для первоклассника.

Если я выскажусь за капитана – город начнет восстанавливаться с серьезным уклоном к военному делу. То бишь – первым делом будут построены не булочные и не магазины мебели, а казармы, плац, возможно начнется строительство пары башен. Быть может жителей заставят пройти курс по обращению с оружием. Ремесленные мастерские произведут не только мирные предметы, но и оружие, доспехи. Под руководством капитана город не сможет слишком быстро восстановить былое великолепие и богатство, но при этом отрастит зубы и когти.

Если я выберу булочника – все будет наоборот. Первым делом булочные, магазины, ресторанчики. Народ куда раньше вернет себе веселое настроение. У них быстрее появится в карманах денежка. Скорее отстроятся разрушенные дома.

Я слышал о таких выборах из ограниченного числа участников. Система требует порядка. Город должен быть восстановлен. Поэтому все из кандидатов личности достойные, но с разным подходом к делу. Тут еще мало мне выбора предоставили – обычно дают выбрать из трех-пяти кандидатов, каждый из которых обладает специфичным взглядом на жизнь. Так будет определен курс города. К примеру, именно так в свое время определился статус городка Кром, что на южной границе Темного Края. Городок раз за разом разоряли орды тварей и разбойников, мятежных эльфов, воинственных орков. А затем, после последней заварухи, когда несчастный городок буквально раскатали по бревнышку и кирпичику, игроком особо отличившимся при защите руин и уцелевших жителей, чем заслужившим их доверие, был выбран крайне нелюдимый и даже злобный «местный». Такой «местный», что выживал при каждом предыдущем налете и защищал свою семью. Нелюдим стал мэром. И Кром штурмом больше не брали. Пытались. Но с плачевным исходом для себя. Весь город превратился в гигантский капкан. Известная история…

Потому и я долго думать не стал. Свежевыпеченные булочки это конечно хорошо, но…

– Я выбираю капитана Лёруша Бланшера!

Сообщения от игровой системы не последовало. Зато жители не промолчали.

– Салют капитану Бланшеру!

– Лёруш нас поведет!

– Новый мэр – капитан Лёруш Бланшер! Салют!

Кричал и булочник – чуть потускневший, но отнюдь не пришедший в негодование. У меня с ним даже отношения не испортились. Так что либо булочник действительно хороший человек, либо же настолько прожженный интриган, что его эмоций не прочесть никак. Но я как-то сомневаюсь в последнем варианте.

– Росгард! Друг и брат! – меня крепко стиснули в объятиях, похлопали по плечу – Благодарю тебя еще раз! За многое! И я не предам доверие! Город будет отстроен! И уж в следующий раз он не станет такой легкой добычей для подлых грабителей! – вид усача был таким воинственным и решительным, что верилось сразу – так и будет. Своим выбором я изменил судьбу сонного городка.

В недалеком будущем Тишка станет куда более защищенным.

– Примите с гордостью, капитан – я протянул ему ключ, что так недолго висел на моей груди.

– Благодарю! Я продолжу твое дело, мэр Росгард! – церемонно склонил голову Бланшер.

– Верю в этом, мэр Бланшер – улыбнулся я.

– Есть ли у тебя особые просьбы касающиеся города? Поверь – я сделаю все, чтобы они были исполнены.

– Только две. Если на улицах города появится окутанная демоническим дымом лошадь – не причиняйте ей вреда, если нет угрозы жизням жителей. И сразу позовите меня. Это мой живой грех и мне с ним разбираться.

– Так и будет – твердо пообещал капитан – И вторая просьба?

– Мой клан будет жить в этом славном городе. И если в нас появится нужда – только скажите. Это касается всего – денег, оружия, алхимии, солдат для защиты города, рабочих для его восстановления и расширения. Клан Героев Крайних Рубежей поможет во всем!

– Спасибо! Спасибо, друг Росгард! – в уголке капитанского глаза сверкнула скупая слеза и он сердито утер ее огромным носовым платком – Я не забуду твоих слов. И твоих обещаний.

– А я не откажусь от слов своих и обещаний.

– Будет ли совет? Любой приму!

– Найдите старого мэра – тут же ответил я – Обязательно найдите! Арестуйте и отправьте на суд в Люцерновый Холм. Ну или быстренько его здесь же… кх-м… осудите раз и навсегда. Мэр предатель и трус, но я видел его взгляд – он обязательно постарается вернуться и отомстить.

– Я услышал твой совет, Росгард. И не забуду о нем. А теперь прости – у меня много дел. Очень много дел! – новый мэр, вешая на грудь ключ, повернулся и зашагал к центру залитого дождем города, на ходу громогласно отдавая приказы – Этой тройке воинов – занять башню! Зорко наблюдать за окрестностями! Не упустить врага! Ты, ты, ты, ну и ты – в тот дом, подняться на крышу, держать луки наготове! Мы больше не допустим, чтобы враги безнаказанно шагали по нашим улицам! И берегите стрелы и тетивы от дождя – дабы не намокли! Мотро! Нужна провизия! Организовать скудное пятиразовое питание. Хотя бы. Воинам нужны силы!

– Сделаем, мэр Бланшер.

– Так точно, мэр Бланшер!

– Сию секунду, мэр Бланшер!

– Ну что, экс мэр Росгард – фыркнул Храбр, открывая над головой большой китайский зонтик из промасленной бумаги с нарисованным драконом – Пошли домой? В ГЕКР?

– В ГЕКР – согласился я, взваливая на плечо пузатый мешок. Про трофеи я не забывал. Ведь я отчетливо помнил, что как только Бом освободится от торговли и вникнет в происходящее, первым делом он осведомится о количестве лута собранного в кланхолле. И не дай светлые боги сказать робко – а мы ничего и не собрали…

– Так… – внезапно остановился Храбр и передал мне свой мешок – Ты иди, лидер. А я задержусь…

– А чего? – удивился было я, но посмотрел в направлении его взгляда и все понял – О… ок, но по сторонам поглядывай. И за город пока не выбирайся. Очень прошу. В тех кустах за окраиной живет зло…

– Мне и здесь работы хватает. Тут одних только цветов и грибов на полста зелий. И это в пределах небольшого квадрата. И ведь конкуренции никакой – будь это в Альгоре, вмиг бы набежали игроки, прошлись бы комбайном магическим. А тут – собирай не хочу. А я хочу!

– Собирай – крякнул я, взваливая второй мешок на плечи – Ох… а я пока дотащу трофеи.

– Я быстро! Только по вершкам пройдусь. Хотя и корешки тут прямо многообещающие…

Алхимик упал на колени подобно верующему фанатику. Погрузил руки в стремительно растущий зеленый покров. С неимоверной быстротой принялся собирать крохотные алые грибочки, желтые цветочки, вырывать из земли фиолетовые корешки и оранжевые корнеплоды. Морковка? А почему у нее вампирские клыки? У травников видимо свои ночные кошмары…

Чуть отойдя, я оглянулся. Храбр и сам выглядел как большой диковинный гриб под своим удивительным зонтом. Живой гриб с татуировками в виде драконами копошился в мокрой траве, небрежно отбрасывал куски обугленного дерева и камни, наполняя и наполняя котомку алхимическим сырьем.

Клановый холл встретил меня блаженным мирным спокойствием, а еще некоторым чуть-чуть напряженным ожиданием. В саду, перед главными воротами, стоя под дождем на центральной дорожке, меня ожидало шестеро «местных», возглавляемых Строгосом, единственным, кто прикрывался желтым зонтом с массивной костяной рукоятью. Его он передал мне, едва я ступил на территорию дома, а себе открыл другой. Зонты имелись и у остальных, но они их не открыли – видимо из уважения.

– Прикройтесь зонтами – велел я и раздалось дружное щелканье, обрадованный ливень как по барабанам застучал по зонтам, наигрывая ритмичную мелодию. Целая череда разноцветных «грибных шляпок» выросла под дождем. Сегодня прямо день зонтов…

– Господин, эти шестеро неумелых, но старательных юношей и девушек лишились семей и домов в разыгравшейся трагедии – сухо начал дворецкий, ничуть не пытаясь добавить эмоций в свой голос – Возвращаться им некуда. Трое из них раньше работали в саду, остальные в домах богатых жителей сего города. Они будут рады поступить к вам на службу, сударь, если таково будет ваше желание. Да, у них есть недостатки, но я берусь исправить их жестко и решительно.

– Хм… – изрек я, оглядывая напряженные, но улыбчивая лица «местных» – Если так решит Строгос, старший над всеми работниками в этом доме, то пусть так и будет.

– Благодарю вас за доверие, сударь – чуть склонил голову старик – Они приступят к работе сейчас же. Дом в грязи, сад запущен. Про дверные ручки и упоминать не хочу… их запущенность дает мне полное право сравнить дверные ручки с никогда немытыми пятками горных троллей.

– Штат слуг пусть будет полон – добавил я – Найми еще столько работников, сколько требуется. Купи необходимы инструменты. Деньги на расходы и оплату труда работников я выдам сейчас же. Наш дом должен быть чист, ухожен и не иметь ничего общего с никогда немытыми пятками горных троллей.

– Мудрое решение и стремление, сударь! Ступайте!

Шестеро с приглушенной радостью загомонивших новоиспеченных работников коротко поклонились и зашагали к дому. Я едва не принял властное «Ступайте!» на свой счет и чуть было не ступил… но вовремя опомнился и неспешно зашагал по дорожке, слушая дворецкого:

– Каковы помещения будут недоступны для работников, сударь?

– Без твоего присмотра пусть никто не поднимается на второй этаж и чердак – ответил я.

– Да, сударь. Скоро ли ждать вашу невесту? Требуется приготовить ваши совместные покои… а мебели там явный недостаток. Хотя ложе столь просторно, что на нем можно такое вытво…

– Я пока не знаю о невесте – поспешно перебил я старика, боясь его дальнейших слов – Но она прибудет обязательно.

– Хорошо. Прикажете все трофеи перенести на второй этаж?

– Первым делом – кивнул я – Но не следует трогать стол с алхимическими зельями Храбра.

– Труд юноши потревожен не будет.

– А позднее его лаборатория перейдет на второй этаж. Желательно угловое помещение с большими окнами. Просторное, с большой кладовкой по соседству.

– Есть такое. Велю проверить и очистить. Требуются ли закупки? Хотя, сомневаюсь, что сегодня откроются лавки, но вдруг?

– Продукты – попросил я – Все должны быть сыты.

– Благодарю за ответы, сударь. На этом все.

– Мешочек с деньгами на расходы я оставлю на столе Храбра, Строгос. И трать деньги без сожалений. Нам надо как можно скорее привести здесь все в порядок. И еще!

– Да, сударь?

– На втором же этаже одну комнату, поближе к нашей с невестой спальней, но все же не слишком близко, подготовь для комнаты моей дочери.

– Дочери? А невеста стало быть…

– Это несколько иное.

– Понятно. И возраст?

– Самый непоседливый. Подросток бунтарь… как бы это сказать другими словами.

– О. Я все вполне понял, сударь. Головная боль с косичками?

– В точку! Любит читать, обожает рыбалку, катается на волках, кидается в приключения.

– Хм… выберу для нее самую большую комнату второго этажа.

– Спасибо, Строгос…

Проводив дворецкого, я заглянул в столовую, оставил там обещанный мешочек с золотыми монетами, перетащил пару мешков с трофеями на второй этаж, где свалил их в дальний угол. Заставил себя спуститься и поднять наверх еще пару мешков с «уловом», наспех рассортировал по принадлежности. Оружие, доспехи, тканевая одежда, личные вещи, музыкальные инструменты, расходники, инструменты, пузырьки алхимии. Сам того не заметив увлекся хозяйственной деятельностью и совершив пару ходок вверх-вниз, продолжил сортировку. Картины, причем некоторые неплохие, а другие полная мазня. Статуи и статуэтки, снова оружие и экипировка, книги, много разных книг, я свалил их стопками. Отдельно отложил чей-то сундучок с рыболовными принадлежностями. Немного потренькал на такой здоровенной арфе, что она была предметом не носимым в инвентаре. Еще бы – высотой в два метра с лишним. Какой-то агр в свободное от грабежей время увлекался музицированием? Агр-бард, скорей всего.

Рутинная механическая работа, совсем не подходящая для кланового лидера, пришлась удивительно к месту, особенно под конец еще одного крайне напряженного дня. Завершающийся день не только вписал в девственно чистую клановую хронику пару новых деяний, обогатил нас алхимиком и новыми друзьями и врагами из «местных», но еще и вымотал меня просто до жути. Меня аж подташнивать начало от череды никак не могущих закончиться событий. Одно дело за другим, беда за бедой, беседа за беседой, улыбка за улыбкой, ободрение за ободрением. И нет – ободряли не меня и улыбались не мне. Это я улыбался усталым и раненым жителям, заставляя их сделать еще один шаг, отвалить еще один камень, оттащить еще одно бревно и убить еще одного врага. И вот он итог – ноги подкашиваются, одежда в грязи, мозг растекся склизкой лужицей, не удивлюсь, если там уже лопаются болотные пузыри и раздается разморенное кваканье лягушек. Росгард чуть не спекся. Но, по какой-то невероятной причине, мне все это понравилось. Уж не знаю что – сам изнурительный процесс или радостный финал.

Пока разбирал трофеи, считая наши прибытки, успел подумать о завтрашнем дне, сокрушенно поняв, что вставать придется ну очень рано. Расставляя ровным рядом медные и серебряные кувшины, чесал голову, раздумывая о том, что делать с награбленными аграми пожитками городских жителей. Я бы рад вернуть вот этот вычурный серебряный кувшин с черненой резьбой законному владельцу. А если владелец помер уже, стискивая кувшин в руках? Отдавать в городскую казну? Как-то жалко… надо будет назначить клановую комиссию позднее, пусть изучают вопрос. Что-то вернем, что-то оставим. Чтобы соблюсти баланс в решениях, Бома в состав комиссии включать не стану – иначе итоговое решение будет предопределено.

Разослал сообщения всем заинтересованным. Сообщил место встречи. Напомнил о стоимости билета на Зар’граад. Оповестил всех, чтобы не брали с собой груза больше ста килограмм, но при этом обрадовал желающих прокатиться на межконтинентальном экспрессе – можно пригласить еще десяток богатых друзей желающих пострелять дичь на Зар’грааде.

Спустившись вниз, застал Храбра в лаборатории, мечущимся между пятью десятками склянок и тарелок, лихорадочно что-то смешивающим, бормочущим, напевающим, сокрушенно переживающим. На расстеленном прямо на полу куске ткани высилась пряно пахнущая мокрая гора из зелени, улиток, вялых головастиков, слизней, подозрительно живых корешков и прочей гадости. Вся куча медленно расползалась, явно не желая становиться частью волшебных эликсиров. Храбр был иного мнения и не забывал приглядывать за собранным добром, порой подхватывая пару особо шустрых слизней и делая с ними потом такой, что я аж вздрогнул. Алхимики люди жестокие…

– Аквариум? – предложил я здоровенный резервуар найденный мною в одном из больших ящиков. Не знаю кому понадобился пустой обычный аквариум, разве что кто-то хотел в ЛК его поставить.

– Давай! Супер! – обрадовался алхимик, указывая куда ставить емкость, а сам нагребая полные руки головастиков и слизней, пиная улиток и зло топча ползущий куда-то корешок – Еще такие банки есть?

– Парочку притащу – кивнул я и через несколько минут притащил здоровущие стеклянные банки, каждая литров по пятнадцать. Широкогорлые, толстостенные, пахнущие вареньем.

– Спасибо! Сюда, сюда, сюда и сюда… огонь здесь добавим, тут чуть уберем, всех тварей по паре – и в кипяток! А этот ковчег из листика мы потопим, вам слизни Арарата не видать… – сгорбившийся над дымными колбами алхимик внезапно засмеялся, ткнул палкой в котелок приплясывающий над огнем, ухватил улитку, забросил ее в соседнюю склянку, сыпанул горсть белого порошка и фальшиво запел:

Всех улиток на варенье, всех червей в компот!

Мяты свежей мы добавим, да водички ключевой

Улыбнемся мы пиявке и проткнем ее иглой

Чертолист потрем на терке, капнем крови, булькнем желчи,

А эльфийский сахарок сей напиток подкрепит!

Зельем мятным, ароматным, всех подлечим и спасем!

Мы алхимики могучи-и-и-и, мы такие ловкачи-и-и…

Я тихонько удалился. Не успел подняться, как услышал топот Храбра – алхимик с песней на устах бежал в сад. Мяты нарвать, наверное,…

Все, с меня на сегодня хватит. На город опускается мирная ночь, ливень и не думает утихать, по улицам бродят патрульные, я из окна вижу покачивающиеся в их руках яркие масляные лампы. Новый мэр настроен решительно. Ключ жжет ему сердце…

Усевшись на стул, откинулся на спинку, прикрыл глаза.

Вспышка.

Радужный смерч тускловат, преобладает желтизна, он будто с натугой сдвинул меня с места и увлек в цветную бездну.

Выход.

Глава пятнадцатая

Радость мне и честь великая – тоже мне. А еще полная…

Я только и успел что выбраться из кокона, да устало повести плечами. И тут же на меня налетел восторженно пищащий и даже визжащий тайфун радости, закруживший меня, осыпавший поцелуями и вытащивший в зал. Запутавшись ногами в ковре, мы рухнули на диван, где меня продолжили тормошить.

– Кир, ты чего?! Белены зарграадской объелась?

– Ты такой… такой хороший! – мою несколько шебутную девушку прямо потряхивала. И смотрела она на меня по-особому – с мерцающими звездочками в глазах. Она на меня еще никогда так не смотрела – чтобы прямо со звездочками чарующими и мерцающими.

– Ты чего? – переспросил я мягче, попутно прикидывая где у нас аптечка и неужто Затухание последовало следом за Кирой. Помогает ли валокордин от цифрового бешенства? Хотя меня еще не кусают. Но вдруг?

– Ты супер! Ты добрый, умный, шикарный, классный, крутой! Настоящий герой! Ты прямо-прямо… – и я снова ощутил все прелесть сотни жарких поцелуем.

Нет, мне конечно очень приятно, но где же аптечка все же?

Не вспомнил и тупо повторил в третий раз:

– Кир, ты чего?

– Ты столько жителей спас в Озерном Крае! Город освободил! Разбойников разогнал, агров поубивал! Детей и женщин защитил! Да ты прямо-прямо… вот прямо… Рос! Я тебя люблю!

– Ух… Правда?

– Ага! Люблю!

– Стоп! Ты меня любишь и обожаешь потому что я жителей спас?

– Да! Ты супер! А еще притворялся бякой безразличной!

– Ну… м-да… обидно как-то… ты на меня вот так со звездочками янтарными в глазах никогда раньше не смотрела… а тут спас пару сотен цифровых личностей и на тебе – моя девушка меня наконец-то любит и обожает.

– Да! Ты мой герой! Знаешь, я пока тебя ждала, а ты все не выходил, так я даже приготовила тебе покушать! Восточное знаменитое блюдо! Но оно почему-то не очень получилось. Хотя я все делала по рецепту. Ну, почти по рецепту.

– Блюдо? – начал я вставать. Кира отцепиться не пожелала и пришлось тащить ее с собой к кухонной плите. Вот и разминка для моего застывшего закостеневшего тела – Это блюдо?

Искомый продукт обнаружился не на плите, а на столе. На большом блюде. Горка злаков подкрашенная приправами, обрамленная бледными кусочками мяса и морковки. Пахнет так же – бледно. Вид имеет недоваренный.

– Вот – указала Кира на блюдо подбородком, продолжая обнимать меня за шею – Кускус.

– Нет, милая – качнул я головой – Это не кускус. Это полная кускусня…

– Что?! – негодования в ее глазах было столько, что я моментально устыдился, приобнял бедовое сокровище покрепче и попытался исправить ситуацию – Фееричная.

– Что значит «фееричная»?

– Кускусня фееричная. Не пробовал, но вижу.

– Рос!

– Шучу. Давай-ка попробую – с трудом высвободив одну руку, взял ложку, подцепил немного угощения, поднес было к своему рту, но застыл.

Многое я ощутил в этот миг. Бьющие в нос безумные пары уксуса, скулящая вонь пригоревшей морковки, заходящийся безумным смехом обгорелый помидор, стонущие миазмы жестоко искалеченного, но чудом выжившего мяса. И мертвое молчание насмерть захлебнувшейся в подозрительном жиру манки. Еще одуряюще пахло черным перцем – будто бы под самый конец этой специей преступник пытался скрыть трупный запах. Нотки лимона едва угадывались. Видимо цитрус почил вместе с манкой.

Кира постаралась на славу. Надеюсь это злодеяние над продуктами не посадит пятно на ее светлую ауру паладина двух миров.

Тяжело сглотнув – третий раз за вторую секунду – я попытался вспомнить все радостные моменты нашей с Кирой совместной жизни, чтобы собраться с силами и вкусить угощение. Но о чем бы я не вспоминал, вкушать кускуню не хотелось.

– Все по рецепту – напомнила мне Кира, видя мою нерешительность. Напомнила и отвела взгляд.

– Угу – согласился я и подсунул ложку к ее рту – Первую ложку самой красивой! А ну-ка! Кусь-кусь кускус!

Самая красивая плотно сомкнула губы, одарила меня уничижающим взглядом и гордо отвернулась.

Все. Диагноз поставлен. Кира всегда голодна. И не слишком прихотлива в еде. Было бы хотя бы отчасти съедобно. Но свой кускус она есть не пожелала. Стало быть, это полная…

– Хочешь салат с тунцом и кукурузой, а как его докушаешь со смаком, уже будет готова жареная свининка с рисовым гарниром. М?

– Хочу!

– А кускус?

– Мы люди не восточные, наш северный менталитет и вкусовые пристрастия не позволяют по-настоящему насладиться вкусом сего заморского диковинного блюда! – оттарабанила Кира – Свинина – лучше!

– Точно! – с облегчением согласился я, отметая из головы мысль о том, чтобы угостить кускусней отца. Моего отца не сломили тяготы моряцкой службы и ревущие шторма, но «заморское диковинное блюдо» вполне может поставить точку в его славной карьере и жизни – Давай-ка так, радость, я готовлю, а ты делишься со мной событиями с Зарграада.

– Событий много!

– Ну и отлично – отозвался я, усаживая Беду на диван – Давай, о прекрасная сказательница и ведунья. Расскажи мне о событиях мира иного, мира чужого, но сердцу нашему близкого.

– Ух!

– Ух – согласился я, доставая из шкафа банку тунца в масле, а следом консервированную кукурузу.

– У нас все хорошо!

– Про Роску не спрашиваю. Случись что – ты бы рассказала.

– О! Случилось то многое с ней! Она Тарниуса ушарашила!

– А?! – едва не выронил я банку – Чего-чего?!

– Того! Мы сами не видели. Но нам в красках рассказали. Суть – Тарниус решил прогуляться вокруг лагеря и до пруда глубокого дошел. Пруду, кстати, название дали Зев Сонного Бегемота. Из-за формы и глубины. Будто закопанный в землю громадный бегемот зевает. Тарниус вышел к пруду, а там девочка подросток и сидящий рядом тощий лысый эльф мирно рыбачат. И попутно сооружают какую-то фиговину, больше всего напоминающую костяную башню с реющими на ветру разноцветными ленточками и кружащими вокруг призраками. У башни мирно дрыхнет здоровенный черно-белый волк. А трава вокруг зеленая, цветочки покачиваются, солнышко сияет, тучки плывут…

– Кира!

– Такая вот декорация будущей трагедии… но все выжили!

– Салат отменяется…

– Я же рассказываю! Суть – Тарниус решил прогуляться…

– Ну все…

– И по пути наткнулся на девочку подростка, которой и сказал – а ну-ка ступай чадо в лагерь под охрану надежную и носа оттуда высовывать не сметь. Ибо земли вокруг чужие, неведомые, заповедные, враждебные. Ступай немедля! И вроде бы опосля сих слов архимаг изволил ножкой топнуть. Рука юной рыбачки дрогнула, рыба крупная сорвалась. Тут-то чадо и глянуло сурово на Тарниуса. Затем отвернулась. Дымящийся дедушка постояло немножко неподвижно, а затем спокойно пошел себе дальше гулять. Вот и вся история, если не считать злорадно хихикающего лысого эльфа, выдирающего грудную кость из скелета турнокрала.

– Черт!

– Да нормально – Тарниус не обиделся.

– Точно? Нет, точно? Нам только проблем с Альгорской Гильдией Магов не хватало! И с зарграадской тоже!

– Да точно, точно. Открывай уже тунца. За Тарниуса не беспокойся – в тот же день мы получили от него огромную корзину фруктов. Причем фруктов со Старого Континента – стало быть очень редких и дорогих сердцу любому. А фрукторианец за эту корзинку любого бы порешил.

– Фуф… думаю он понял, что Роске никто не указ. Дочка растет дерзкая и резкая. С нашими все в порядке?

– В полном! Кэлен на седьмом небе от работы военным корреспондентом. Клей осваивает работу телохранителя взбалмошной журналистки. Док стал военным врачом, специализирующимся на оттаскивании от грани между жизнью и смертью всяких журналисток и их телохранителей. Я подрабатываю защитником мелких укреплений. И зарабатывай ой как неплохо! Мне правда только мелочь под меч попадает, но сочная такая – брызги так и разлетаются. Заказчики впечатляются, платят больше. Жить можно. Орбит с Роской шастают вокруг лагеря. Вот тут нездоровая фигня – они постепенно удаляются и удаляются от Лагеря. Если встречается на пути приличных размеров водоем – он задерживает их часа на три. Едва убедятся, что новой рыбы с незнакомыми повадками здесь нет, как сразу же топают дальше. А когда возвращаются к Лагерю – притаскивают с собой кучи пыльных старых костей, пластин, рогов, диких по размеру клыков. Но бояться нечего – они крутятся по территории что защищена и каждый день очищается от всяких серьезных тварей. До тех пор они не захотят перейти первый из Заслонов. А там уже бойня военная, начало фронтовой зоны… поэтому, милый, ты бы вернулся уже. С войной там и без тебя справятся, а вот Роска и Орбит… их бы оттуда обратно домой. Ну или хотя бы Орбита. Думаю, на Зар’грааде Роске безопасней – не было ни единого упоминания о каком-нибудь существующем божестве.

– Разлучить эту парочку? – скривился я – М-м-м… не думаю, что это хорошая мысль. Честно. Орбит оберегает Роску. И учит ее.

– Угу. А еще потакает любым ее безумствам и готов сопровождать везде. Он и в ад за ней сходить готов. Хотя, как нормальный взрослый человек должен останавливать маленькую девочку от таких затей! – неожиданно зло буркнула Кира – И что из нее вырастет? Лара Крофт? Мата Хари! О! Еще и расстреляют что ли?!

– Типун тебе на пятый позвонок! Тьфу-тьфу-тьфу! Но может и Лара Крофт. Хотя точно не Мата Хари – пожал я плечами – Да пусть себе растет. Чего ты так взъелась?

– А вот! Маленькие дети должны быть далеко от опасности! И что с салатом?

– Яйца сварились. Но ведь салат все равно остудить надо.

– Не надо!

– Ладно. Только рассказывай. Наши живы и здоровы. Скоро увижусь с ними. Но вот чего не понял – так это про мелкие укрепления, непонятные заслоны и частенько повторяемое словечко «военный». Военный доктор, военный журналист. А еще страшнее звучит про «фронт». И снова про войну… что на Зар’грааде?

– Война – коротко ответила Кира и пристально уставилась на мои руки, очищающие еще теплые яйца от скорлупы. Кастрюлька облегченно остывала в раковине, залитая холодной водой. С варкой она справилась на отлично.

– Какая еще война? Грабеж продолжается?

– Куда там! Рос, ты Вестник не читаешь что ли?

– Куда там! – парировал я – Я мирных жителей спасаю пачками!

– Ты такой хороший!

– Что с войной? И против кого она? Кто враг? Кланы перессорились в край и начали рвать друг друга? Я бы не удивился.

– Если бы и лучше бы! Против Зар’граада! Весь материк восстал! Относительно легко и весело было только первые пару суток. А едва ты отчалил домой – материк как взбесился! Может это как-то связано? Твой телепорт что-то активировал? Вряд ли, но совпадение удивительное. Тебе еще не приходили сообщения?

– Я в полном блоке. Дел невпроворот. А в последнее время мне пишут фанаты, требующие группового скриншота, моих старых штанов и открытия секрета легендарности. Либо враги, требующие скриншота где я стою на коленях и умоляю сохранить жизнь. Не поверишь – я получил как-то письмецо, где не совсем адекватная девушка с почти непроизносимым ником, клянется убить меня во славу темной силы и Дорта Видерра! Еще пишут бизнесмены, предлагающие гарантированную прибыль. Пишут от кланов, зовя меня к себе в качестве чуть ли не маскота – «Делать ничего не надо! Просто улыбайся!» Так что у меня полный блок. Насчет взбесившегося Зар’граада – хотя я не понял, что это за ерунда – я не при чем! Меня там даже не было!

– В этом суть! Может ты как пробка в бутылке! Пока ты там – горлышко заткнуто и все тихо. Как убыл – материк в ярости и начинает то, что он начал недавно. Да начал так, что игроков пару километров тащило и катило по вздыбившемуся лесу! Будто полотенце встряхнули, стряхивая с него мух и крошки! И все началось почти сразу после того как ты смазал межконтинентальные лыжи!

– Совпадение – упрямо тряхнул я головой, небрежно кроша яйца – Опять на мне свет клином сошелся? Хватит! Я больше не Великий Нави. Но в любом случае завтра я возвращаюсь на новые земли. Если разом все утихнет – значит как-то я связан. Если нет – значит, я прав. А я прав. Не может один игрок, даже бывший Нави, влиять с такой силой на целый материк!

– Тоже так думаю – благодушно кивнула кутающаяся в плед Кира – Там либо таймер глобальный тикал, последние минуты спокойствия отсчитывая, либо просто Зарграад ждал твоей мега-телепортации.

– Хм…

Тут я призадумался. Тот страшный рык. Гигантская тень. Следы когтя на доспехах бронированного пассажира. Кто-то невероятно могущественный и злобный пытался дотянуться до нас изо всех сил. И ему не удалось буквально чуть-чуть. А следом весь материк слетел с катушек. Совпадение? Или я каким-то образом, связанным с открытием телепортационного моста, освободил или разбудил нечто?

– Погоди-ка – вздохнул я, начав чистить лук – Послушай.

Я постарался вспомнить все до последней детали. Рык, тень, следы когтя, даже наш дружный ах. Кира внимательно выслушала, задумчиво спросила:

– Видео не делал?

– Видео чего? Яркой вспышки? Нас может кто и снимал со стороны. Типа первый межконтинентальный полет… но все случилось очень быстро.

– Кто же этот Черный Когтистый Рыкун? Загадочно. И очень интересно. А ты ведь знаешь, кому нравятся разные интере-е-есности…

– Это да. Завтра его и озадачу. Хотя еще вопрос, посчитает ли он это интересной загадкой. А ты сама?

– А мне завтра с утра на войну. С семи тридцати утра по-нашему начнется моя смена. Вместе с остальными оборонять небольшой, но хорошо укрепленный лесной форт от разных тварей. Оборона трещит по швам, но держится! Ни шагу назад – на нашими спинами родина! – Беда поболтала ногами, вздохнула, укуталась плотнее – Да и клану нашему выгодно! Мне уже от Старой Фракции три знака отличия за проявленную доблесть дали. Еще и уровни растут. И умения я неплохо прокачала. Оно того стоит. Так что надо лечь спать пораньше сегодня. Мне надо высыпаться. Что там с салатом? И почему еще не шкворчит свининка на сковородке?

– О какая ты у меня разумная – изумился я, чмокая девушку в подставленный нос и ставя перед ней глубокую тарелку с салатом – Держи.

– Ух…

– И пока я режу мясо, расскажи мне про войну, вояка. Да не чавкай слишком уж.

– Я не чавкаю!

– И начни с самого начала.

– Легко! Но не буду!

– Кира! Да ладно тебе!

– Вон планшет, новостная вкладка уже открыта, тыкай на самое первое окошко видеоновостей и будет тебе счастье. И новостей там много. Даже Кэлен можно увидеть с корявым сучком вместо микрофона и Крея за ее спиной. Инфы много полезной.

– Лады.

Кира затихла. А планшет наоборот ожил и забубнил. Сделав чуть погромче, я занялся готовкой, внимательно вслушиваясь в слова диктора, описывающего происходящее на едва открытом и почти неизведанном новом материке Зар’граад.

Игрокам и так было нелегко пробиваться вглубь новых земель, двигаясь от все удаляющегося побережья. Шаг за шагом, километр за километром. Продвижение неспешное, ведь по пути натыкаешься на огромное количество незнакомых монстров, растений, минералов. Или на глубокие пещеры, спустившись в кои, опять же натыкаешься на незнакомых монстров, растения и минералы. Но игрокам это нравилось. И «пирог» они грызли усердно, упорно преодолевая сопротивление материка.

А затем шарахнуло.

В буквальном смысле.

Земля вздыбилась как живая. Понеслась от середины к краям – к берегам. Грохочущий земляной вал тянущийся на километры и километры, в паре мест прерываясь, тянясь на удалении от берегов, помчался к океану с невероятной скоростью, неся на себя вопящих игроков, «местных», питомцев, диких зверей, деревья, скалы и вообще все подряд. Вал не донес их совсем немного до кромки воды. Первый Лагерь уцелел – основанный мною. Там даже веточка не шелохнулась. Удачное оказалось место. Ведь кое-где, другие лагеря и форты оказались сброшены со скал в воду. А под водой, кстати говоря, дела оказались не лучше. Подводные волны песка и камней неплохо поработали над силами ахилотов, переломав почти все их начинания и отбросив от глубины на замутненное мелководье, превратившееся в грязевые отмели, соленые болота, в которых барахтались мало что понимающие игроки, глядя, как тонут в грязи их пожитки и добыча.

На этом дело не кончилось – в атаку пошли монстры. Они и до этого добродушием не отличались, давая жесткий отпор. Сейчас же дикие звери объединились в стаи и стада, начав полномасштабную военную кампанию против незваных чужаков. Вся прибрежная зона превратилась в хаос. Разрозненные очаги сопротивления игроков, успевших собраться и внять приказам лидеров и тактиков, сумели удержать некоторые лагеря, заняли оборону в полевых укреплениях, отбивая атаку за атакой, в то время как инженеры из земли и дерева спешно поднимали стены. Чаще всего форты организовывались в ранее уже исследованных пещерах. Там было достаточно перегородить вход.

На данный момент по побережью Зар’граада тянутся десятки фортов и восемь крепостей в различной стадии постройки. Не завершена ни одна крепость – да это и невозможно за такой короткий срок – но камень за камень продолжает ложиться в основание медленно растущих стен, а игроки продолжаются отбиваться от взбесившейся природы.

Настроение первооткрывателей и захватчиков бодрое. Ведь раз Зарграад от них так защищается – значит ему есть что скрывать! От этого еще больше желания пробиться подальше, копнуть поглубже. Что за древние загадки скрываются в глубине затерянного материка?

Опять же, пока не надо с опаской смотреть на соседние кланы – вот уже долгое время игроки перестали воевать на новых землях, переключив все силы на защиту. Игровые кланы стоят по побережью плечо к плечу. В воде также стоят ахилоты, напряженно вглядываясь в темную глубину, откуда все прибывают и прибывают океанические злобные твари вроде шипастых гигантских спрутов, рыб больше похожих на всеядных лангольеров, огромных и невероятно быстрых каланов, подводных песчаных львов закручивающих дно в лихой пляске множества жадных воронок. На дне морском, на скалистых участках и среди истерзанных водорослевых лесов спешно возводились свои укрепления.

Ахилоты не позволят выбросить их на сушу как грязь – они дадут отпор любому врагу. Так заявили лидеры крупнейших подводных кланов, остальные их дружно поддержали. Они не сдадут океанические рубежи!

Такая вот ситуация.

Как заявил один из репортеров, явно повторяя чьи-то чужие умные слова, сейчас срочно требуется хоть какой-нибудь островок стабильности и безопасности. Им бы мог стать настоящий город с его гарантированным мирным статусом. И широко известный клан Неспящих громогласно заявил – такой город будет! А в граде сем будет и телепорт! Изоляция закончится, опасностей станет меньше! Несмотря на чудовищное сопротивление материка, несмотря на сошедшую с ума природу, Неспящие продолжают строить гигантский артефакт, вкладывая в это дело все свои силы. Если бы не гибель Черной Королевы, их монструозного флагмана, что нес в своих трюмах многие сокровища, некоторые из которых очень бы сейчас пригодились, работы двигались бы куда быстрее, но в любом случае стройка века продолжается! Да, они отстают от графика, но работы продолжаются! Более того – почин уже был сделан! Первый камень положен в основание будущего телепорта! Как раз незадолго до зафиксированного отбытия Черной Баронессы на Старый Континент, где она уже успела дать большое интервью журналистам, пообещав, что Зар’граад будет усмирен, а первый город будет построен. Заодно очаровательная глава клана Неспящих продемонстрировала своего прелестного питомца Бусю, являющегося легендарным зверем, одним из очень немногих и даже чуть лучше. В заключение легендарный лидер, легендарная воительница и легендарный первооткрыватель Зар’граада, та, что ступила на неведомую землю самой первой, призвала все молодые кланы оказавшиеся на новом материке, помочь Неспящим в благом деле быстрейшей постройки гигантского телепорта могущего связать две земли надежным мостом, по которому сюда прибудут новые воины. Рубежи Зар’граада сданы не будут! Телепорт будет построен! А вокруг него появится первый город Зар’граада!

– Что за почин был сделан Баронессой? Что еще за первый камень в основание? И не поэтому ли материк взбесился, а кто-то умный как всегда свалил все шишки на Роса? – спросил я и удивленно моргнул – Кира спала. Перед ней на столике стояла опустевшая тарелка, сама же Беда еще плотнее укуталась в теплый плед и заснула, свернувшись калачиком.

– От жареной свинины отказалась? – вслух удивился я столь невероятному событию. Что-то бравый паладин подустал.

Вытерев руки, поднял Киру и отнес в постель, где, не убирая плед, уложил ее и накрыл одеялом. Выпрямившись, посмотрел на нее сверху-вниз и вздохнул – до того привык к ней, что моя прежняя жизнь казалась чем-то смутным и далеким. Будто и не было той вечной пустой и серой однокомнатной квартиры.

Свинину все же пожарю, но мелкими совсем кусочками. Завтра можно будет разогреть в микроволновке. Для завтрака плотновато, но если вместе с зеленым салатом и яичницей, то вполне сойдет. Сам же поем на ночь чего-нибудь полегче – в последнее время желудок на меня злится. Если каждый день запихивать в себя несколько бутербродов с мясом и сразу прыгать спать или забираться в игровой кокон, однажды желудок может порадовать меня целым букетом неприятных болячек.

Вернувшись в зал, прежде чем снова включить планшет, сделал чуть потише громкость. Квартира пустая, любой звук звучит как колокол. Мы с Кирой здесь одни. Не знаю где родители, но могу предположить– отцу обвиненному в попустительстве и холодности, нужно срочно исправлять ситуацию, чтобы мама сменила гнев на милость. Так что они либо сидят в ресторане, либо гуляют по ночному городу. И я рад этому – мама как-то осталась на отшибе жизни в последнее время. Мужчины заняты своими делами, а она коротает дни одна. Ну, теперь отцу придется отдуваться в одиночестве.

А мне придется отдуваться в мире виртуальном.

Поужинав, прихватив с собой планшет и отправился в ванную. Кира благоухает шампунем, а от меня потом разит как от гориллы увидевшей свое фото в Красной Книге. Торопиться не стал. Выскребя себя мочалкой, набрал горячей воды и погрузился по верхнюю губу, оставив на поверхности только кисти рук с планшетом и жадные до новостей глаза.

Едва переключил планшет на свой профиль, он запищал, выдавая лавину сообщений. Сплошной красный список – те, от кого я сообщения получать не желал. Сгруппировал по цветам, зашел в желтый, прочел подтверждения – все, кого я привез на Старый Континент, готовы завтра ближе к десяти утра по Альгоре отправиться назад, но несколько в ином составе. Некоторые оставались, вместо себя ставили других. Видимо клановые дела не отпускают. ЧБ в списке была. И от нее короткое сообщение – просьба взять ей с собой важный дополнительный груз. За отдельную оплату. И пометка, что уже завтра к обеду на мой счет придет оставшаяся сумма за Великий Поход. Прекрасно. Подумав, я ответил утвердительно. Не удивлюсь, если это некоторые «запчасти» от гигантского телепорта. Зная деловитость и скорость Неспов, мне надо бы поторопиться с тратой своих «прыжков» до тех пор, пока они не перестанут быть уникальными. От всех кроме ЧБ запросы на увеличение числа пассажиров. Ответил отрицательно. Побулькав еще немного в кипятке, добрался до кланового счета и убедился, что предыдущие счета за билеты оплачены. Клан стал богаче. Я стал спокойней.

Выбравшись из ванны, вытершись, дымящийся и красный как рак забрался в постель. Смогу поспать побольше – время отлета на Зар’граад ближе к десяти. Я зайду к восьми, проведаю Тишку и клановый холл, поговорю с Храбром, выполню несколько мелких дел. А все крупное – позднее. Приткнулся к дрыхнущей Кире и задремал. Сонно затухающее воображение рисовало развалины Тишки, воды зло ревущего Найкала, дрожащую под порывами божественного гнева магическую стену Сокроземья.

…мерцающая стена медленно прогибается, рвется на странном и темном ветру как парус в шторм, на и без того мрачные волны падает чья-то громадная недобрая тень, по воде, будто трещине в пустыне, бегут черные тонкие линии, пытаясь дотянуться до единственной защиты Сокроземья. Голос… я слышу рыкающий хриплый голос отдающий приказы. Множество воинов стаскивают в воду длинные черные челны, берутся за весла и отправляются по волнам вглубь Найкала. Многие челны переворачиваются, воины безмолвно уходят на дно с равнодушием статуй, остальные продолжают свой путь, не обращая внимания на гибнущих товарищей, лезвия полуопущенных мечей режут воду и пляшущие на ней красные кленовые листья с тихим зловещим шелестом предвещающим великое горе…

Я проснулся рывком. Уставился в потолок, чуть пришел в себя. Покосился на прикроватный столик. Время половина шестого утра. Прикрыл успокоено глаза и попытался снова провалиться в дрему. Сдался я через пять минут, поняв, что сна ни в одного глазу нет и не предвидится.

– Твою мать! – с очень тихой, но злой экспрессией заявил я, осторожно выпутываясь из объятий Киры и выползая из-под одеяла.

Туалет. Ванна. Большая кружка сладкого чая с молоком и пара хрустких овсяных печений. Немного размяться. И прямиком на эластичный ложемент игрового кокона. Шлем обдает запахом пота. Давно пора протереть.

Вход.

Вспышка.

Здравствуй, Вальдира.

Ты звала?

Сонное утро. Даже Альгора пока еще спит. В центральных районах огромного города жизнь не утихает ни на секунду, а вот на окраинах пока тихо. Несколько дворников усердно метут улицу. Вышедший на порог булочной игрок старательно натирает стекло в двери, ему на плечо опустила руку улыбчивая «местная» со следами муки на щеках. В стеклянной витрине еще горячие булочки, самая первая выпечка. Не удержался и купил парочку, вручив деньги игроку, улыбнувшись мимоходом девушке и поспешив дальше, впиваясь зубами в теплую духовитую хлебную мякоть.

Меня футболят уже полчаса. Даже несмотря на мои денежные посулы. Но футболят прицельно, отправляя меня не в пустоту, а к следующему продавцу, что выслушивает меня и «пинает» дальше. Я мечусь по улицам Альгоры как шарик пинбола, со звоном отскакивая от одной магической лавки за другой. Магазинчик за магазинчиком, суровые лица сменяются благодушными, но на каждом лице легкая сонливость. Все едва-едва успели подняться с постелей. А тут уже настырный чужеземец требует таких усилий. Да и ладно бы требовал что-то по силам – но ведь он жаждет получить нечто куда большее.

Ну-да. Именно этого я и жаждал – получить нечто куда большее, чем просто массовый телепорт. Мне нужен даже не телепорт, а стационарный заякоренный портал, телепортационные врата могущие простоять так долго, чтобы все без исключения беженцы из Сокроземья смогли пройти через них и оказаться в относительно мирной Тишке.

И нет, я не спятил и не считаю, что привидевшийся мне сон с прогибающейся стеной и черными воинами в длинных хищных челнах является каким-либо пророчеством, предсказанием или еще чем-нибудь. Просто мой усталый разум увидел мешанину из всего того, с чем пришлось столкнуться минувшим днем. Обычный кошмар. Даже не кошмар, а не слишком приятное сновидение. Но раз уж это меня разбудило – потрачу время с умом и не стану откладывать судьбу Сокроземья на потом. Кто знает – вдруг я задержусь на Зар’грааде?

Остановившись у нужного адреса, я удивленно вытаращился на необычнейшее здание. Возьмите каменный брусок квадратного сечения, опустите на пару минут в булькающую вулканическую лаву, достаньте, наметьте резцом контуры окон и дверей, прочертите пару карнизов, остудите, поставьте на одну из улиц. Готово. Даже решетки на окнах и те каменные, резные, вычурные и наверняка зачарованные от ворья. Про двери и говорит нечего – резная плита наглухо перекрывала широкий проем в фасадной части четырехэтажного здания.

Здесь живет, работает и торгует некая степенная гнома Мистрис Мизрелл, если я правильно запомнил ее имя. Гнома владеет магической лавкой, специалист в своем деле просто отличный и даже больше, а вот как личность… более резкой на слова особы еще надо поискать. К тому же ходит слушок, что в прошлом баловалась она магией темной – вроде бы некромантской. И что приходили к ней жрецы посланные самим королем – с которым знакома она лично. Женщина важная, обеспеченная, одинокая. Немного странная.

Все информацию я почерпнул от других владельцев подобных заведений, что знали кто я такой – Великий Нави и бла-бла-бла – отчего прониклись некоторым доверием и стали разговорчивей. Разными словами они сказали примерно одно и то же – дружить с ней не надо, но коли ищешь что-то действительно мощное, то она одна из тех немногих в Вальдире, кто может с этим делом помочь.

Взявшись за короткий тросик из желтой и красной меди, я мягко дернул. Где-то в здании раздался мелодичный короткий звон. Один из многих неприятных каменных ликов на косяке ожил, взглянул на меня засветившимися щелками недобрых глаз.

– Я Росгард, пришел с важным делом к госпоже Мистрис Мизрелл – поспешил сказать я, поняв, что каменная морда является жутким домофоном.

– Закрыты! – ответил сухой женский голос и каменный лик снова застыл в неподвижности.

Я не стал долго думать и опять позвонил в дверь. Едва лик зашевелился, внес некоторые поправки, особо уже не надеясь на положительную реакцию:

– Мое дело касается спасения бегущих от войны беженцев! Женщин, детей, стариков. Они медленно умирают от голода, там много раненых и больных. И все они под угрозой лютой смерти от рук воинов бога войны Граххарга! Помогите, прошу вас.

Тишина длилась дольше. И после нескольких секунд томительного ожидания, раздался тот же голос, ничуть не помягчавший:

– Зайди.

Перегораживающая вход каменная плита дрогнула и поползла наверх. Обнадеживающий признак. Если только меня не пустят под пресс, как ранее поступили с прочими надоедливыми утренними пташками вроде молочника и почтальона.

Но обошлось. Умирать этим сонным мирным утром не хотелось. Я оказался в торговом зале. Помещение богато отделано, декорировано дорогими шторами, начищенные до блеска стеклянные витрины мягко отсвечивают в мягком свете льющемся с потолка, ноги тонут в толстом багрово-черном ковре.

– Я слышала о тебе. Росгард Непоседливый, Росгард Видящий Путь, Росгард Легендарный и Росгард Говорящий с Богами – из распахнувшейся в стене двери шагнула гнома. Вот и хозяйка, судя по всему.

Невысокая, как и все из ее народа, но с такой прической, что почти уравняла нас в росте. Копна волос вздымалась вверх бурлящим фонтаном, чуть приглаженном и завитым, выглядящим почти как здание, в котором я находился. Золотые и серебряные цепочки появлялись и исчезали между локонами, посверкивали драгоценные камушки. С трудом оторвав взгляд от необычной прически, я глянул ниже. Суровое лицо украшено длинным толстым носом, поддерживающим массивные очки в очень дорогой золотой оправе инкрустированной розовыми камнями. Толстые хрустальные линзы с розовым отливом направлены на меня, они увеличивают пристально смотрящие глаза хозяйки. По сравнению с прической и очками длинное черное платье очень обычное, почти простецкое, хотя, наверняка, шил его отменный портной из дорого материала. Больше всего одеяние напоминает траурное. Пальцы рук украшены всего одним кольцом. Обручальным кольцом.

– Рад нашему знакомству, госпожа Мистрис Мизрелл – склонился я в вежливом полупоклоне, держа руки на виду – Я пришел с миром в вашу лавку. И с надеждой на помощь, которую я оплачу с радостью.

– Я многое слышала о тебе. Не скажу, что рада знакомству, но и не опечалена им. Я перевидала многих героев на своем веку. Многие из них позднее стали легендарными. Другие потухли подобно сошедшим с небосвода звездам. Ты открыл новые пути, показал дорогу. И сделал это как положено. Провел от начала до конца. Выполнил свое дело. Свою работу. Я побывала в множестве походов, исследовала затерянные в джунглях и пустынях развалинах, пробиралась в древних подземных могильниках, поднималась на вершины гор. И главная уясненная мною истина гласит следующее – никогда не отправляйся в путь без надежного проводника, Мистри! Я не нарушала этого правила и только поэтому благополучно возвращалась из каждого путешествия. Ты надежный проводник, Росгард. Ты на самом деле видишь путь. Таких как ты я уважаю.

– Благодарю, добрая госпожа.

– И ты говорил о стариках, женщинах и детях. О раненых и больных. Расскажи мне. Я выслушаю и отвечу. Но ничего не обещаю.

– Хорошо…

Мне понадобилось всего десять минут. Я втиснулся в этот временной промежуток, времена отходя от двери, чтобы пропустить явившихся на работу продавцов «местных», начавших осматривать витрины, стирать несуществующие пятнышки со стекла и поправлять обычный для такой лавки товар – свитки, артефакты, боевые магические жезлы, зачарованные украшения. Сухо здороваясь с подчиненными, гнома внимательно меня слушала. Я не утаил ничего – этого не требовалось. Хотя я рисковал, конечно – вдруг она тайная жрица бога Граххарга. Но почему-то мне в это не верилось. С очень необычной «местной» свела меня судьба. С очень необычной.

– Я поняла – приподняла гнома ладонь с сиротливым золотым кольцом – У меня есть все необходимое для создания двух артефактов соединенных незримой связью, позволяющей открыть портал, что простоит достаточно долго. Если я использую еще один артефакт, найденный мною в полузасыпанных пустынным песком пирамидах, то смогу сократить время ритуала многократно. Но затем потребуется немало полных лун, чтобы снова зарядить артефакт магической энергией. Да и другие траты… что ж… ты хочешь сотворить доброе дело. И я готова помочь. Десять тысяч полновесных золотых – вот моя цена. Что скажешь, Росгард Добросердечный? Твоя доброта соразмерна твоей щедрости?

– Я до банка и обратно – ответил я, сумев не закашляться, не поперхнуться и не заговорить на матерном французском.

Десять тысяч золотом! Да уж… но раз назвался героем… И как же легко быть добросердечным героем, когда у тебя солидный счет в банке.

– Банк за углом.

– Я мигом.

Тут я не соврал. Хозяйка лавки даже с места сойти не успела, а я уже вернулся. Хотя банковский сонный клерк был очень недоволен подобной спешкой, хотя я не забыл его искренне поблагодарить за торопливость. Слава светлым богам огромные мешки таскать не пришлось – я принес чек на предъявителя, вручив его с косоватой щеголеватостью гноме.

– Прошу-с… десять тысяч золотом.

– Ты щедр. Что ж, Росгард – Мистрис Мизрелл поправила уникальные очки, что весили по моим прикидкам не меньше пары килограмм – Следуй за мной. Раз уж меня удивила твоя утренняя доброта к обездоленным, я угощу тебя ароматным кофе. И пока ты будешь его пить, я сделаю все необходимое.

– Благодарю. Всегда мечтал посмотреть как работают маги вашего уровня.

– Да ты умеешь сделать комплимент, Росгард Льстивый – особой радости в сухом голосе не слышалось. Вообще никакой радости не слышалось.

– Розовые камушки в ваших очках – неожиданно для себя самого брякнул я, увидев несколько пустых мест в оправе, лишенных розовых ограненных камней – Не хватает нескольких штук, как мне кажется. Простите на наглость.

– Розовые алмазы. Да не простые, а с черными крапинками.

– Да – кивнул я – С черными точками внутри. Я видел такие. И у меня есть несколько штук. Почти уверен в этом, хотя не стану биться об заклад, пока не проверю свое банковское хранилище.

– У тебя есть такие?! – в мою руку вцепились неожиданно крепкие пальцы, прическа едва не ударила меня по лицу – Розовые алмазы с черными крапинками?

– Да, насколько мне помнится. Я могу проверить – ведь банк прямо за углом.

– Проверь, Росгард Дающий Надежду Усталому Сердцу. Проверь!

– Уже бегу…

Вернулся я быстро. И едва не споткнулся от удивления – хозяйка лавки ждала меня на пороге. Невысокая фигурка со смешной прической, в массивных очках отбрасывающих сотни розовых лучиков.

Меня пропустили внутрь. Вытянув ладонь, я показал розовые камни. Розовые, с черными крапинками. Шесть штук, из них четыре огранённые. Я даже не помню откуда они у меня – с тех пор как началась моя игровая карьера, мне несколько раз доставалось месиво из различных драгоценностей. Может из тайника на Найкале? Дары крабберов? Еще откуда-то? Обычные розовые камушки, далеко не самые крупные и уж точно не самые красивые камни Вальдиры.

– Это они – кашлянула гнома – Позволь?

– Прошу – на этот раз я не стал выкобениваться и добавлять в конце «с». Хозяйку лавки то аж потряхивает. Так хочет дополнить алмазную витрину на очках?

– Продашь ли ты мне камни, Росгард? Они довольно редко встречаются. Розовых алмазов как грязи. А вот таких – с черными крапинками – почти не найти. Я бы дала тебе за каждый по триста золотых монет.

– Договорились – улыбнулся я, даже не пытаясь торговаться.

Поздравляем!

+1 доброжелательности к отношениям с Мистрис Мизрелл, гномой владеющей магической лавкой Уставшее Сердце в Великом Городе Альгоре.

Интересное название она выбрала для заведения. Больше подходит для трактира, где напиваются вусмерть несчастные в любви.

– Пройдем – розовые камни исчезли в прическе. Гнома подняла руку к волосам, опустила и вуаля – ее рука пуста – Я отдам тебе деньги и начну ритуал, Росгард Щедрый. Сюда. Осторожней, низкая притолка. А вот здесь капканий порог, не обращай внимания на клыки, наступайя смело.

От помещения торгового зала коридор шел по квадратной спирали – если такая существует. Обычный с виду коридор, устлан ковровой дорожкой, кое-где картины, никаких окон. Пара дверей. И бешеные системы защиты замаскированные под статуи, пороги, потолки, светильники и даже под ковровую дорожку, что отчетливо реагировала на каждый мой шаг, собираясь складками вокруг опущенной ноги и на доли секунды придерживая ее, а затем неохотно отпуская. Я будто по мелкому болоту шел. Если системы защиты врубятся – от меня и горстки пепла не останется. Но мне, судя по всему, кроме ароматного кофе ничего не угрожало и шагал я спокойно. Но мыслишка все же закралась – ну вот каким образом умельцы игроки-воры умудряются пробираться в подобные здания и своровав нужную вещь, не только остаются в живых, но даже не тревожат умную магическую защиту?

Мы оказались в рабочем кабинете-мастерской гномы. Уютным назвать его трудно – не слишком подходит такое обозначение для помещения размером с обеденный зал в каком-нибудь замке. Кажется, шагая по коридору, мы незаметно поднялись на второй этаж – очень уж большой была эта комната, хотя множество громоздких предметов прикрытых шелковыми полотнищами несколько скрадывали ее истинные размеры. Столов не счесть и пустых среди них нет. Статуи с отломанными конечностями и головами, колонны с непонятной резьбой, куски вырезанных стен с письменами, исполинские кости и зубастые черепа, гигантские стеклянные шары заполненные пульсирующей разноцветной энергией. Вон синий шар – это, похоже, хранилище маны. В соседнем булькала жидкость несколько погуще, прямо как каша, ее алый цвет напоминал сгущенную артериальную кровь. И таких вот «баков» разбросано по залу немало. От шаров бежали стеклянные трубки, в них входили стальные спицы спускающиеся с высокого потолка, где то и дело вспыхивали молнии. Ощущение двоякое. Две мысли столкнулись в конкуренции – зал похож и на запасник исторического музея и на продвинутую лабораторию алхимика. В центре помещения, среди шипящего и сверкающего молниями хаоса, разместил уголок спокойствия – пара диванов, несколько кресел, большой рабочий стол со множеством запертых ящиков, заваленный бумагами и прикрытый белой тканью. По соседству небольшая тумбочка с тривиальными для этого места предметами – чайник, сахарница, ложки, банка вишневого варенья. Чашки дорогие, видно сразу, но при этом из разных наборов. Красная рядом с желтой, а по соседству просто белая, с рисунком оленя. Такое впечатление что ее не слишком заботил внешний мир.

– Есть и чай. Неплохой чай. Его выращивали на плантации одного чужеземца, и кто знает обновятся ли запасы – ведь он сейчас на новом материке.

– Лучше кофе – улыбнулся я, встав рядом с самым большим и довольно старым креслом с высокой спинкой.

– Присаживайся, не жди приглашения.

– Спасибо.

Скрипнувшее кресло приняло меня в свои объятия с добродушной сонливостью. Через минуту на широкий подлокотник была поставлена чашка с кофе – что действительно оказался ароматным. И крепким, как показала незамедлительная дегустация. Гнома же принялась действовать с удивительной быстротой и изящностью.

С одного из верстаков было убрано все лишнее. На один его край поставили половину блестящей двустворчатой раковины неизвестного мне моллюска. На другой край – вторую часть раковины. Гнома пробормотала что-то про неизбежность неистового стремления разделенных к утерянному единению. Словно фокусник вытащила из невзрачной с виду шкатулки длинную, чуть ли не бесконечную змеиную шкуру – сброшенную кожу – удивительно насыщенного золотого цвета. Ударом тяжелого ножа с зеленым лезвием перерубила шкуру, бормоча про стягивающее и ползучее упорство к воссоединению головы с хвостом. Разделенную пустую кожу обмотали вокруг противостоящих друг другу раковин. На стол поместили длинную серебряную трубу, расположив ее так, чтобы она упиралась концами в раковины, будто бы сдерживая их от желания броситься друг к другу в объятия. Из опущенных к столу спицам начали бить молнии, быстро раскалив серебряную. Из следующего ларца был извлечен птичий череп испещренный глубокими трещинами. Все тот же тяжелый зеленый нож легко справился с костью, разрубив череп, пройдя между пустыми глазницами и разрезав клюв. Прошептав не расслышанные мной слова, Мистрис Мизрелл размахнулась обеими руками и швырнула кости в раковины. Я ожидал треска и отскока, вздрогнул, чуть не выронил чашку с кофе. Однако части черепа влетели в раковины и попросту растворились в них, будто перламутровые плоскости стали космическими черными дырами. Туда же «утекла» и шуршащая змеиная кожа. Повинуясь мановению руки гномы с потолка спустились концы золотой проволоки и плотными витками начали покрывать раковины, превращая их в подобие индукционной катушки. Проволока быстро раскалялась, витки намертво прилипали друг к другу и шипящему перламутру, медленно опускаясь все ниже. На золотой покров мастер бросила пару пригоршней желтого порошка. Вспухло два облачка вонючего желтого дыма, запахло серой. В верхушки раковин с хрустом вонзились стеклянные трубки, побежала синяя жидкость. Я невольно поежился, чувствуя себя на приеме доктора Франкенштейна, что подал мне кофе и сказал – посидите пока, я закончу с этим и займусь вами… Не знаю куда уходила синяя жидкость, но на верстак не вылилось ни капли. А вот гигантский стеклянный шар литражом не ниже пары тысяч литров опустошался прямо на глазах, в то время как гнома продолжала совершать пассы и что-то бормотать. Ее драгоценные очки отбрасывали тысячи розовых лучиков, маленькая фигурка металась вокруг стола, постоянно что-то добавляя из ящичков и свертков. Под конец на опутанных золотом и начавших напряженно гудеть раковинах появились изрезанные резьбой сапфиры. Раскаленная серебряная труба упала на верстак, раковины перестали вибрировать и гудеть. Медленно убрались под потолок трубки и спицы. Я допил последний глоток кофе и после недолгой борьбы, сумел разжать пальцы намертво вцепившиеся в ручку чашки.

Удивительный и страшный процесс «сборки» мощного артефакта. И сейчас я понял причину такой дороговизны. Наверняка раковины, череп и золотая змеиная шкура не в каждом магазине ингредиентов продавались. Да и золотая проволока, пара тысяч литров маны – если я правильно понял назначение синей жидкости. Может стоило записать весь ритуал на видео? Мелькнула такая мысль раньше, но я ее отбросил – очень уж завораживающим было зрелище, не хотелось поганить волшебную атмосферу средневекового алхимического ритуала. Не каждый день мне предлагают увидеть подобное.

Пока лениво размышлял, гнома уселась в соседнее кресло, небрежно удерживая чашку с дымящимся кофе и машинально постукивая по фарфору золотым кольцом. Она не сводила глаз с двух странных артефактов, словно боясь, что они сейчас спрыгнут и убегут.

– Придется подождать немного. Пока не остынут и не успокоятся – трогать их нельзя.

– Понимаю.

– Слушай меня внимательно, Росгард. Это важно. Артефакты не следует ронять или бить. Если они лопнут, то разом высвободится так много энергии, что мало не покажется никому! Я уложу артефакты в специальные ящики, но в любом случае следует соблюдать осторожность. Прямо сейчас энергия пытается высвободиться, а разделенные части одного и того же – морского, земного и небесного – стремятся воссоединиться. Поэтому не тяни с использованием портала. У тебя не больше суток.

– Благодарю за предупреждение, госпожа Мизрелл. Я воспользуюсь артефактами в ближайший час.

– Вижу твои намерения не разделены от действий, Росгард Решительный. Похвально. Еще кофе?

– С удовольствием.

Гном встала, чтобы налить мне еще чашечку кофе. Я воспользовался паузой и со всей доступной мне деликатностью поинтересовался, искренне надеясь не задеть за что-то чересчур секретное:

– Розовые алмазы с черными крапинками.

– Ах да. Деньги.

Небрежно выдвинув ящичек в столе с чайными принадлежностями, она достала четыре крупных мешочков и бросила их мне.

– Две тысячи золотом.

– Мне причитается меньше.

– Я решила не мелочиться. Вдруг у тебя появятся еще такие камни. И буду рада приобрести их.

– Благодарю. Так вам все еще нужны такие камни, госпожа Мизрелл?

– А у тебя есть еще? – гнома испытующе взглянула на меня сквозь необычные очки.

– Не знаю – развел я руками – Я лидер несколько необычного клана чужеземцев. И понятия не имею, что есть у нас, а чего нет. Но я выясню. И если камни найдутся – я принесу их вам. Но позвольте вопрос.

– Да?

– Чем эти камни так важны? Я вижу в оправе ваших очков несколько пустых мест. Но уже проданных мною камней хватит для их заполнения. И тогда ваши очки станут истинной… драгоценностью? Драгоценной вещичкой?

– Очки не для украшения. Это инструмент. Особый и очень важный для меня инструмент. Иногда, после долгого и дорогого ритуала, они позволяют мне заглянуть в заполненное серо-белым паром окно и увидеть то, что обычным взором увидеть нельзя – гнома быстро взглянула на золотое кольцо и вновь подняла глаза на меня.

Еще осторожней, понимая, что встал на тонкий лед, я мягко спросил:

– Увидеть что? И сразу простите, если задеваю за живое, госпожа Мизрелл. Я любопытен, но не назойлив. И не желаю с вами ссоры.

– Ха… ты еще и вежлив, Росгард Пытливый. Не такой уж это и секрет. Простое баловство одинокой гномы лишившейся семьи в одной из экспедиций. Мой муж и моя дочь. Они погибли от клыков древнего чудовища. То был черный день в моей жизни. И с тех пор этот день никак не может закончится. Единственная отрада и светлое пятно в непроглядном черном мраке – время, когда я опять могу увидеть моих близких.

– Так… увидеть вашу дочь и мужа. Но, прошу прощения, они ведь умерли, если я правильно понял.

– Да. Умерли. Но не исчезли. Они отправились в Аньгору, в Город Мертвых. И когда-нибудь я встречусь с ними там. Но жизнь моя тянется и тянется. Я побывала в тысяче опасностей, но даже волосинка не упала с моей головы. Будто все беды решили избегать меня после того, как забрали моих родных.

– И ваши очки…

– После ритуала они позволяют мне видеть Аньгору. Недолго. Очень недолго. И не каждый раз мне удается увидеть родные лица. Зато каждый раз выгорает и рассыпается хотя бы один алмаз в оправе. Если не хватает одного – это еще ничего. Если двух и больше – я почти ничего не вижу. Если же пяти как сейчас – очки становятся обычной драгоценной вещичкой, как ты их назвал.

– От всего сердца я благодарю вас за откровенность, госпожа Мизрелл. Я не рад что потревожил старую душевную рану.

– Ее тревожат все подряд! Ты лишь спрашиваешь. А прочие суют нос в мои дела и стараются помешать им! О Боги! С каких это пор душевная тоска стала преступлением в нашем мире? Я всего лишь хочу увидеть своих родных! В то время как мне мешают с такой злобой, будто я собираюсь уничтожить весь город! Да, был прорыв. Но безобидный! Всего лишь отражения призраков мелькали над домом моим. И только из-за этого король забрал Маску Духов? Как же так! Ведь она была так дорога моему сердцу… – испустившая долгий вздох гнома прижала руку к груди, кашлянула, виновато глянула на меня увеличенными линзами глазами – Видимо этим утром мне не следовало пить кофе.

– Нет-нет! – замотал я головой, отставляя чашку и вставая – Простите, добрая госпожа. Вы сказали что вашу Маску Духов забрал король? Король Альгоры?

– Таков был его приказ. Маска Духов во дворце и мне ее уж точно не забрать. И не создать – то древний артефакт, осколок минувших эпох.

– Как долго будут остывать артефакты портала?

– Еще четверть часа.

– Прошу меня простить. Я вынужден отлучиться. На четверть часа. И прошу дождаться меня, госпожа Мизрелл, если просьба моя не покажется вам чрезмерной.

– Что ж… – хозяйка магазина выглядела несколько растерянной – Пусть будет так. Ты посмотришь есть ли еще розовые алмазы у твоего клана? Не знаю его названия…

– Герои Крайних Рубежей. Таково наше название. И да, позднее я обязательно проверю остались ли у нас розовые алмазы с черными крапинками. А сейчас прошу прощения. Я постараюсь вернуться как можно быстрее.

Быстрым шагом я покинул мастерскую. Покинул, чтобы вернуться в самое ближайшее время. Думаю, король будет удивлен моей просьбой, исполнить которую он фактически пообещал…

* * *

– О Светлые Боги! – и без того увеличенные очками глаза госпожи Мистрис Мизрелл стали такими большими, что я даже испугался. В ее руках подрагивала золотая фиговина сплошь покрытая розовыми алмазами с черными крапинками.

И я никак не назвал бы эту штуку маской, несмотря на название Маска Духов. Это скорее шлем. Причем шлем до жути напоминающий мой собственный – из игрового кокона. Ну или от боевого рыцарского доспеха. На месте смотровых прорезей широкая сплошная щель, формой идеально повторяющая форму очков гномы. Макушки шлема нет – так что прическе леди ничего не угрожает. Шлем разъемный, открывается и закрывается с щелчком. Я уже проверил из любопытства, пока летел сюда на всех извозчике от королевского дворца. И да, король исполнил мою просьбу, причем на его холеном породистом лице и мускул не дернулся. Более того – меня поразила оперативность. Я надеялся на личную встречу, но ожидал почти неизбежных отсрочек. А тут хлоп – и он вышел навстречу. Выслушал две мои просьбы. Подумал. Спросил уверен ли я. Дождался ответа. Кивнул. Сжал на мгновение мне плечо и вышел. Через три минуты вынесли итог моей первой просьбы – розовый драгоценный шлем. Маска Духов.

– О Светлые Боги!

– Взамен мне ничего не надо – поспешил я заявить – Эта вещь и без того ваша. Но буду рад, если наше знакомство позднее перерастет в дружбу и взаимное уважение, госпожа Мистрис Мизрелл.

– О Светлые Боги!

Поздравляем!

+2 доброжелательности к отношениям с Мистрис Мизрелл, гномой владеющей магической лавкой Уставшее Сердце в Великом Городе Альгоре.

– Друг мой Росгард Славный! Нет слов в усталом истерзанном сердце одинокой гномы, чтобы выразить всю глубину ее благодарности!

– Это я благодарен вам за помощь – улыбнулся я – Могу ли я забрать артефакты? Вижу, вы их уже упаковали.

Два деревянных ящика с железными защелками стояли на верстаке. Поверх них лежал раскрытый свиток, в котором я узнал свиток магической запаковки. Гнома предусмотрела все. Задел на будущее я сделал – и хороший задел – теперь надо торопиться в Сокроземье.

– Все готово – машинально кивала гнома – Можно забирать. Воистину никак нельзя было предвидеть нашу встречу. Отныне ты мой друг, Росгард.

– Как и вы мой, госпожа Мизрелл.

– Просто Мистрис. Или Мистри.

– А я просто Рос, если позволите.

– Знаю, что тебе надо торопиться, Рос. Но если у тебя выдастся минутка, я бы хотела снова угостить тебя кофе и поговорить. Поговорить о одном тайном моем замысле, большом и путанном. Таком, что может заинтересовать тебя, любителя дальних и опасных путешествий.

– В ближайшее время загляну! – тут же пообещал я и снова не удержался – А можно намекнуть о чем пойдет речь, госп… добрая Мистри?

– Только по большому секрету!

– Я не предам доверия.

– Я ищу путь в Аньгору! И уже многого достигла! Если мы объединим наши силы, если разгадаем загадки и найдем недостающие ключи, то сможем отправиться возможно в необычнейшее путешествие – в Аньгору! Вот куда хочу я – в Город Мертвых. Что скажешь, Росгард Проводник, Росгард Добрый и Росгард Путешественник. Хотел бы ты отправиться в это путешествие? Туда куда живым не место – в древний Город Мертвых?

– Хотел бы я? Я так скажу – сейчас быстренько завершу пару мелких дел вроде спасения пары сотен невинных душ и рутинного прыжка на Зар’граад. А затем сразу сюда! Сразу же! Без меня не отправляйтесь!

– Я услышала твои слова! Что ж – мы отправимся вместе! Когда сложим все разгадки и ключи воедино – нам откроется путь! Я бьюсь над разгадкой уже долго. И покажу тебе все путанные записи, сделанные мною во время долгих изнурительных путешествий. Многого я не поняла. Но верю – однажды путь откроется!

– Я мигом! – кивнул я, активируя запаковку и доставая свиток телепортации – И я даже знаю того, кому быть может будет очень интере-е-есно разгадать эту загадку.

– Очень интере-е-есно?

– Именно так. Я вернусь быстро, добрая Мистри. Еще раз – рад нашему знакомству! Очень рад!

Вспышка телепортации унесла меня прочь. Я покинул дом госпожи Мизрелл, но был твердо уверен – я постараюсь вернуться сюда как можно скорее. Появился признак еще одного удивительно приключения. И упускать его никак нельзя.

Глава шестнадцатая

Герои Озерного Края

– Быстрее, быстрее, прошу вас, немного быстрее – бледный от напряжения, но остающийся спокойным Храбр стоял у гудящего зеркала портала, поторапливая выходящих и выходящих из него беженцев. Порой алхимик бросался вперед, подхватывал упавшего старика или женщину, помогал встать, ободрял.

– Ничего страшного, вставайте осторожно. Вот так, вот так…

– Присядьте вот сюда. Бояться уже нечего. Все получилось.

– Испейте зелье. Он придаст вам сил, дедушка. А вот это порошок от простуды. Примите его прямо сейчас.

– Вот в эту сторону, пожалуйста. Там вас встретят.

Бом не был столь терпеливым и вежливым. Мускулистый громила буквально летал туда-сюда, за одну ходку утаскивая от портала до пяти взрослых или до десятка детишек. Его злой рев заставлял ускориться всех – в том числе вообще непричастных к происходящему медведей, вернувшихся в дальний овраг и засевших в выросшем малиннике. Про беженцев и говорить нечего – стоило полуорку рявкнуть, как хромающий на обе ноги израненный воин на время превращался в олимпийского спринтера, а едва ковыляющий дедуля догонял внучат за пару молодецких прыжков. Этого хватало, чтобы разгрузить пробку у самого портала и пропихнуть очередную группу вперед. И почему-то никто не обижался на такие выкрики полуорка как:

– Шевелись быстрее, плесень дистрофичная!

– Дед, ты то уже пожил! Куда прешься?

– Бабку, бабку вон тот хмырь чуть не задавил!

– Слушай, лохр! Вот ты лохр, а!

– Мальчик! Хватит тыкать прутиком в портал или я ткну твоего папу сапогом в харю!

– Женщина! Ваши дети разбежались! Соберите их визгом! Да не истеричным, а созывательным!

Вот меня ускорять не требовалось. Дополнительного портала у нас не было. Отработает этот – и все, приехали. Поэтому я бился и метался как молния, выскакивая через портал, передавая сокланам новую партию беженцев, сразу возвращаясь обратно на остров и размещенную вокруг него флотилию речного мусора.

Сокроземье пустело на глазах. Семья за семьей, группа за группой, обитатели Сокроземья оставляли его. И уходя не оглядывались – да, это место сберегло их жизни, защитило от царящего вокруг военного хаоса, но при этом им приходилось жить в вечном страхе, что дрожащая магическая пелена лопнет и тайное станет явным. Или же они просто умерли бы от голода и болезней рано или поздно.

Проблемы имелись, но мелкие и редкие. Один старик не пожелал оставлять здесь свою рыбацкую лодку, что носила его по водам Найкала долгие десятилетия и никогда не подводила. Я бы мог попытаться объяснить рыбаку, что на самом деле это ложная память, а он просто упершаяся незнамо ради чего горстка байтов – все это глюки, дедуля! Ты глюк, я глюк, и лодка твоя глюк дырявый! Но я предпочел кликнуть пяток лохров и дружными усилиями мы утащили к порталу и старика и его лодку. Так же поступили с огромным чугунком упрямой старушки, которая, да-да, десятилетиями варила в нем каши и щи для всей семьи. Так и сказала бабка стихами: каши и щи для всей семьи. Бабке бы в рекламе чугунков сниматься. Чугунок оказался зачарованным на тяжесть – два дюжих мужика едва сумели оторвать его от земли.

По законам жанра пятеро ребятишек потерялись. И с бешеным ревом, позаимствованным у Бома, я метался от одного конца острова к другому, перепрыгивал с лодку на плот, с бревна на бочку, пару раз упал в воду, но детишек отыскал. Парочка играла в рыбаков на дальнем плоту. Еще двое пытались освободить запутавшуюся в рыболовную сеть огромную щуку. Последнего еле-еле отыскал, паршивец решил отправиться на бой с самим Граххаргом, и, вооружившись самодельным оружием, сев на лодочку с парусом из одеяла, уже успел отправиться в путь и довольно бодро шел прямым курсом на мерцающую магическую стену. Пришлось притормозить будущего героя и передать его орущей как белуга матери.

В финале через портал перешли Ивовы Сестры и жрица лохров. Я уходил последним. И увидел, как резко рвется и распадается на затухающие обрывки магическая стена, что так долго укрывала и защищала несчастных рыбаков и их семьи. На моих глазах Сокроземье перестало существовать. Стоя у начавшего уже затухать и уменьшаться портала, глядя с вершины острова на локальный конец света, я не испытывал сожаления. Только облегчение. Задача по спасению успешно выполнена. Часть брошенных плотов и лодок начала медленно отходить прочь от острова, подпрыгивая и покачиваясь на волнах. Виднеющиеся на горизонте островки и скалы вскоре станут для них приютом или смертью, если налетят на иззубренные камни. Я хорошенько осмотрелся, подспудно ожидая увидеть спешащие к острову длинные черные челны, сопровождаемые гигантской божественной тенью. Но не увидел ничего, кроме солнечного начала очередного найкальского дня. Погода менялась к лучшему.

Высунувшаяся по локоть из марева портала зеленая ручища ухватила меня за шиворот и бесцеремонно рванула на себя. Взбрыкнув лидерскими ножками, я спиной влетел в портал и оказался по другую сторону. Вовремя. Замерцавшее зеркало резко пошло волнами, гул сменился звуком трущихся кирпичей, что перешел в тонкий комариный писк. Хлоп. И портал закрылся.

– Дело сделано, босс – хрипло заявил «выдергиватель» Бом – К кланхоллу туда, да?

– Ага.

– Ну я рванул. Оценю сделанное.

– Стой! Вот это посади в саду, где-нибудь перед домом. Подарок от Ивовых Сестер. И таймер показывает, что жить ростку осталось недолго – если не посадить.

– Сажать не вызволять. Посадим. Как отправляться будем – отпишись. Из Альгоры же прыгнем?

– Ага. Не хочу пока никого из старых и замшелых сюда тащить.

– И верно. Я убег.

«Ишак» дернул с места на третьей скорости, я только и успел крикнуть ему вслед:

– Там Строгос за главного!

– О-о-о-к!

– Я тоже туда же – тихой сапой подкрался Храбр и тем же способом убежал – Работа не стоит.

– Стой! Так ты с нами собираешься? На Зарграад?

– Не! Нафиг. Заити, Заити, нас и здесь неплохо кормят! Главное корешков и прочего привезите. Вдруг удастся создать пару новых рецептов по наитию.

– Договорились. Присмотришь за кланхоллом пока нас нет?

– Само собой.

– И еще – твой личный бизнес я портить не собираюсь. Все что ты сделаешь из собственных запасов и в свое личное время – причем даже в клановой лаборатории, которой пока и нет толком – продавай сам и зарабатывай сам.

– Спасибо. Справедливо и даже щедро.

– Но зарплата будет – с улыбкой пообещал я – Хорошая. Как и прочее. А пока держи чек на три тысячи золотом. Обналичишь в банке. Начинай оборудовать лабу, Храбр. Закупай все не скупясь. Надо будет – еще докупим. И сырья побольше.

– На что нацелиться в сырье и готовом продукте?

– Боевые аптечки и усилители. Чтобы в доме нашем всегда алхимии нужной хватало. Взрыв-зелья особо мощные не помешают. И мега мощные тоже. На сырье вот еще чек на тысячу.

– Понял. Сделаем. Отчет о затратах предоставлю. Кому его кстати потом сдавать? Отчет-то? Тебе?

– Казначею нашему. Тому зеленому, что с воем только что убежал. Сразу предупредить хочу – для Бома деньги важны. Очень важны. Поэтому он за каждый медяк спросит. Если поймешь, что слишком наседает – пиши мне.

– Да нет. Я тоже считаю, что в деньгах порядок должен быть. У меня финансовых журналов уже штук шесть, а в каждом по семьсот страниц. Как я в мире сем появился и решил алхимиком стать и бизнесменом – так и начал ведомости вести кропотливые. И начал я еще в Яслях, где просидел невероятно долго и заработал свои первые деньги на зельях саморучно сваренных.

– Так ведь там учителей нет!

– Зато несколько старых книжек нашлось. Плюс опыты никто не запрещал. Сам горжусь, в общем. Если интересно будет – покажу потом дневники и ведомости, заодно расскажу о прошлом. И тебя буду рад послушать.

– Договорились! Сам уже соскучился по этому – по костру с зефирками и терпким слабым вином.

– Звучит славно! Прямо в саду кланхолла и организуем.

– Ага. Все, не задерживаю, уважаемый алхимик. Удачных вам процессов брожения и выпаривания. Сразу предупреди Бома, что собираешься обналичить клановый чек. Чтобы он не заблокировал перевод. И обналичь побыстрее.

– Ок, я умчался.

Он умчался, а я остался.

А как уйти?

Едва наша беседа закончилась, как ко мне подскочила немалая толпа и все принялись меня тормошить, целовать, обнимать. Я успел заметить, что опомнившиеся после молниеносного вызволения «местные» сумели «поймать» и быстроного Храбра. Бом смылся вовремя. Утек соплей зеленой безнаказанно. Мне же пришлось – хотя и не без радости с некоторым заслуженным тщеславием – принимать благодарности:

– От всего сердца, друг Росгард!

– За спасение – спасибо, друг Росгард!

– Ты настоящий герой! Не забудем имя твое! И клан ваш чужеземный!

– Вы спасли моих детей!

– От все души и сердца низкий поклон, друг Росгард!

– Не забудем!

– Не забудем!

Игровая система тоже очнулась. И вывалила море информации. Во-первых, Сокроземье перестало существовать и в связи с этим, вся наработанная с этим местом репутация приказала долго жить, но она переброшена на личную доброжелательность всех, кто там спасался. Во-вторых, я и весь клан получили еще по единицы доброжелательности ко всем мирным жителям Озерного Края, а еще со всеми стражами, медленно возвращающимися на свои посты и заново отстраивающих торговые и сторожевые посты. Отныне стражи, несущие службу в Озерном Крае, станут относиться к ГКР и ко мне лично подчеркнуто доброжелательно. И это только цветочки.

Я и клан заработали плюс к репутации с храмами и жрецами Ивавы. Мы же заработали плюс в отношениях с лохрами и храмами Снессы.

Меня мрачно предупредили, что как только весть о спасении из озерной ловушки беженцев и Ивовых Сестер донесется до богов Граххарга и Гуорры, они воспримут это как личное оскорбление, нанесенное им лидером Росгардом и его кланом. Крайне неприятные новости и не зря они выделены жирным красным.

Не успел я дочитать до конца, как на меня буквально налетел новый мэр Лёруш, раскидав остальных, стиснул меня в объятиях, поблагодарил, сообщил, что благодаря портальной операции очень многие встретились со своими семьями. И что он уже отправил трех быстрых почтовых голубей и одного ястреба с одним и тем же письмом в Люцерновый Холм, в котором описал все заслуги клана Героев Крайних Рубежей. И чтобы поперчить конфетку, он тут же заявил, что очень многие спасенные больны. Я мигом направил его в ГЕКР, сказав, что главный клановый алхимик Храбр будет рад помочь. Так же он постарается найти и доставить умелого доктора. И само собой клан ГКР будет рад все это предоставить славному городу Тишке совершенно бесплатно, равно как и наши мечи. Просиявший мэр умчался в сопровождении свиты.

Воспользовавшись тем, что до этого он оттеснил от меня прочих, я забежал в башню – ту самую, одинокую, стоящую у берега. Тут никого не было и по приставной лестнице я поднялся на самый верх древней постройки. Тут уселся, глядя на успокаивающийся бескрайний Найкал и пологий берег с редкими лодками, еще раз прокрутил в голове детали недавней операции и убедился, что сделано было все возможное.

Спасены все разумные. Вместе с личными пожитками переправлены в город с мирным статусом. Да, статус может смениться, но тут все равно безопасней чем в Сокроземье – хотя бы есть куда отступать! А если бы враги нашли бы магический пузырь, окружили бы его и «проткнули»… началась и почти сразу закончилась бы кровавая бойня.

Сюда, в Тишку, пришли далеко не все. Остались некоторые лохры и все боевые храмовые щуки. Для них угроза не так страшна – они всегда могут скрыться на глубине, зарывшись в донную тину. Идея не моя, так пожелали Сестры и жрица. Я молча подчинился и не стал настаивать. Опять же – Найкал рядом. Добраться до этого берега щукам и лохрам много времени не понадобится. Около острова брошены лодки и плоты. Но это уже неизбежные потери и переживать за этот хлам я не стану. Зато теперь моя совесть чиста, а душа спокойна – мирные жители спасены и собраны в одну кучу, где мне куда как легче за ними приглядывать и оборонять. У меня в запасе еще час. Надо успеть посетить пару мест в Альгоре, затем метнуться в Люцерновый Холм, вернуться в Тишку. И снова в Альгору – на Зар’граад, куда я вот вообще сейчас не хотел. Мне бы лучше к загадочной гноме с усталым сердцем и большими планами.

Так, Альгора…

Виртуальный экран яростно полыхнул.

Внимание!

Дорт Видеррр, лидер клана Темнейшая Сила объявляет войну клану Герои Крайних Рубежей!

Внимание!

В следующие десять суток никто не может объявить вам войну, только если лидер клана не пожелает принять вызов!

Вы желаете принять вызов клана Темнейшая Сила?

Да\Нет?

– Что б тебя! – рыкнул я от неожиданности – Откуда ты взялся? И с каких пор ты лидер своего клана? И вот блин прямо об заклад хочу побиться, что клан Темная Сила уже существует, поэтому пришлось импровизировать, да?

Мой громкий монолог никем услышан не был. Так и висел перед глазами ехидный вызов. И как поступить? Перед глазами всплыла ностальгическая картина трясущейся двери сарая и рвущийся из-за нее голос погибающего от крысиных укусов темного джедая. Что ж. Почему нет? Прямо хочется вот принять наглый вызов от того, кто уже выпил немало моей игровой крови. Но прямо сейчас у меня связаны руки. Море срочных дел и куча новых обязанностей. Поэтому разумней всего отказаться. Поэтому я нажал на «Да».

Война объявлена!

Война начата!

Герои Крайних Рубежей против Темнейшей Силы!

Стража не будет вмешиваться в противоборство кланов до тех пор, пока их действия не несут угрозу нейтральному окружению.

Война может быть прекращена только по обоюдному согласию лидеров противоборствующих кланов!

Война может быть прекращена тем кланом, что захватит вражеский клановый флаг, клановый символ или же клановую цитадель (холл, форт, крепость).

Война будет завершена после роспуска того или иного клана.

Внимание!

В следующие десять суток никто не сможет объявить вам войну, только если лидер клана не пожелает принять вызов!

Внимание!

Ваш счет клановых противостояний: 1:0.

(подробности в комментариях)

– Разотрем в порошок! – решительно заявил я, нанося по воздуху удар кулаком.

– Какие громкие слова.

И снова я дернулся, едва не свалившись с края стены. Рывком повернул голову, уставился на появившегося за моей спиной незнакомца. Мужчина. Никаких надписей над головой. Внешность незнакомца довольно обычна, можно было бы назвать ее заурядной, если бы не удивительные глаза заполненные какой-то горькой насмешкой и лихорадочной пытливостью. Острый нос, выдающиеся скулы, острый выпирающий подбородок. Сочетание углов и насмешливых глаз, а над всем этим беспорядочная шапка черных волос. Серая просторная рубаха плохо гармонировала с ярко-желтыми штанами с хаотично разбросанными белыми заплатами и остроконечными красными сапогами.

– Мой сын часто повторяет твое имя. Росгард то, Росгард се, Росгард эдак и вот эдак. И еще, мальчишка, не ты ли сказал сыну пнуть меня? А теперь ты посылаешь мне весточки через королей? Не много ли о себе возомнил, мальчишка? Я могу и рассердиться.

– Здравствуйте – встал я, уставившись на жданного гостя – А вы стало быть папа Орбита и ЧБ. Хреновый отец с какой стороны не глянь. Правильно вас пнули.

Вспышка.

Только ее и успел увидеть. Изумрудно-серая вспышка какой-то магии.

Темнота.

Ревущий водоворот подсвеченный алым.

Спина ударилась о камень покрытой пеплом плиты возрождения, расположенной посреди сгоревшего скверика.

– Уф…

– А язык у тебя длинный. Жаль с мозгами не соединен – возникшая рядом фигура вышла из серой вспышки телепортации, на меня взглянули сверху вниз – Хочешь убью тебя раз десять? А завтра еще столько же. А послезавтра снова залечу в гости.

– А мне плевать – процедил я, поднимаясь – Убивай. Я своего мнения не изменю. Так сына психически изуродовал, что я даже слов подобрать не могу. Мой отец суров и властен, порой перегибает палку. А вот ты… гребаный самодур живущий в своих фантазиях и занимающийся фигурной лепкой по родным! Урод!

Вспышка.

Алый водоворот.

Я сижу на плите возрождения. Черноволосый мужчина задумчиво запускает пальцы в прическу:

– Может в чем-то ты и прав, после пинка от сынули начал задумываться. Так чего весточку альгорскому королю передавал? Он не слишком обрадовался, когда я заявился к нему в спальню. Бедная Лизанна так потешно визжала… чего ты хотел, Росгард?

– Где Тальник, чертов сынишка вечно спящей мамаши?

– С чего ты взял что скажу? – насмешливые глаза стали еще насмешливей – Не знаешь древнюю истину? Бесплатно раздается только скука! Но ее у всех вдоволь.

– Аньгора.

– Как-как? Не расслышал – остроугольное лицо замерло почти впритык ко мне, изумрудные глаза сменили цвет на серый стальной – Повтори-ка.

– Город Мертвых. Что где-то неподалеку от Тантариалла. Я вскоре собираюсь туда. Вместе с твоим сыном, кстати. Так что тебя не приглашаю, но картой потом поделюсь.

– Шутить со мной вздумал?

– Я с такими как ты шутить не стану. Противно-с. Так что?

– С чего ты взял что попадешь в Аньгору? Я не смог! Я!

– Ты не смог. Ага. Да как я слышал ты многого не смог. Дочь до сих пор одинока, так ты ей еще и войну объявил, ага, чтобы она подольше в виртуале сидела и ни с кем на свидание не пошла. Сына почти доконал, будущее его туманно. Твоя семейная жизнь в руинах, сам без работы сидишь, здоровье подорвано. Что ты вообще смог? Твой список «Я не смог» почти бесконечен.

Вспышка.

– А мать твою… – выдыхаю я, поднимаясь с плиты в очередной раз – Еще раз убьешь меня – попрошу Орбита надругаться над твоим игровым коконом. Я серьезно. У меня тяжелая дорога впереди. Как-никак в Аньгору собираюсь, уровни лишними не бывают. А ты меня гробишь. Короче – я передумал. Вали отсюда, скучный ты тип. Ладно раз, шарахнул, ладно два. Но это перебор. Сделки не будет. Без тебя справлюсь.

Мне не ответили. Отвернувшийся от меня гад бурно дышал, явно пытаясь успокоиться. Хороший шанс. Грех не воспользоваться. И я пнул…

Вспышка.

Я возродился с широченной улыбкой до ушей. Встал, отряхнул подгузник и спокойно пошел к башне, где остались вещи и экипировка. Прошел шагов двадцать. Затем меня догнали. Остроносый мужчина цепко ухватил меня за плечо, еще раз заглянул в глаза.

– Вот зелье Пост-Мортум. Редкость. Выпей. Потери в опыте и умениях восстановишь. Тальник спит мертвым сном на дне Кровавой Гати, что к северу от Альгоры. Не слышит он призывов, ибо сам почти мертв, попав в зыбучую ловушку. Он на глубине двадцати метров, под одеялом из черного ила. Так просто его не поднять. Найти его поможет ивовая ветвь зачарованной любой его сестрой. Я ответил. И буду ждать ответа от тебя. И помни – меня лучше не обманывать.

– Я же сказал – сделки не будет – буркнул я.

– Все мы стремимся к чему-то, Росгард. Ты я вижу многое знаешь обо мне. Я стремлюсь не к чему-то, а к кому-то! И стремление мое так велико, что…

– Понял. Я не понимаю этого, но уважаю. Когда что-то узнаю – вы получите весть пинком от сына или дочери.

– Ты…

– До свидания. Ждите скорого пинка. То есть вестей.

Отвернувшись, я зашагал дальше, держа в руке зелье, которое пить не собирался – сначала покажу Храбру.

У башни меня ждала Ивова сестра, буквально растущая из земли. Рядом стояла старая лохра, по обыкновению что-то жующая. Искренне надеюсь, что эти дамы не собираются убивать меня загадочными вспышками. Вот и поболтал с папой Орбита. До сих пор потряхивает. Скромно прикрыв пах ладонями, я вежливо кивнул и бочком протиснулся в башню. Да, это игра. Но как-то стыдно щеголять подгузником при старушке с привычно осуждающим мудрым взглядом. Ивова сестра пусть смотрит – еще я кустарников не стеснялся.

– Ты сотворил великое дело, друг Росгард.

– Благодарю, добрые дамы. Но не я один – мне помогал клан Героев Крайних Рубежей.

– Это так. И наша благодарность простирается и на них. У тебя неприятности, друг Росгард?

Ко мне стали действительно хорошо относиться и поэтому проявляли искреннюю заботу, увидев мою наготу. А может и «увидели», что я стал несколько слабее. Оттого и вопрос. Быть может я даже смогу попросить их встать на мою сторону и помочь справиться со злобным врагом. Но даже возжелай я – просто бы послал старушку и живой куст на убой. Тот насмешливый хмырь их в клочья порвет? Может на Дорта Видеррра их натравить? О! Почему бы и не стукануть? Куда бы не шел сейчас темный Дорт со своей армией, рано или поздно он заявится сюда – в Тишку. Тогда как в городе на неопределенное время расположились не только беженцы, но и вполне сильные воины. А Сестры прекрасные лекари. Вполне могу себе представить на что способна старушка лохра, жрица храма Снессы. Главное дать им понять, кто такой Дорт Видерр и что он из себя представляет. Но как? Ведь я никогда не умел наговаривать на людей… нет у меня способностей очернить Видеррра еще пуще… нет, я все же скромненько попробую, вдруг получится…

– Неприятности не кончаются никогда – улыбнулся я – Вот сейчас, к примеру, у меня и моего клана новая беда – с кланом Темнейшая Сила. Эти злодеи прознали про нашу вечную битву со злом лютым, про непримиримость нашу со злодеяниями, грабежами и убийствами неповинных душ. Дорт Видеррр – злодей знатный! Руки его давно испачканы в невинной крови, но ему все мало – и каждый день он продолжает убивать и грабить, разорять храмы, глумиться над чужими святынями, насмехаться над чужими страданиями и попирать чужие надежды! О этот злодей! Злодей из злодеев, мерзкая и темная, поистине демоническая сущность, ненавидящая мир и свет, обожающая войну и тьму! Дорт Видерр, темный преступник, кровопийца и наемный убийца, мечтает уничтожить все светлые поселения, разорить их подчистую! И сейчас он ополчился против Тишки… он сказал мне – беги и оставь их! Ведь они обречены, раз я решил уничтожить всех людишек и лохров, рыбаков и ткачей. Беги и оставь их! Им не спастись! Ведь я, Дорт Видерр, обращу их надежды в прах, а дома их в бушующее пламя! Я УБЬЮ ИХ ВСЕХ – внезапно заорал я и обе дамы отшатнулись от меня в завороженном испуге – Так он сказал! «Я УТОПЛЮ ИХ В СОБСТВЕННОЙ КРОВИ!» – и так он тоже говорил и, глядя в его искаженное безумным бешенство лицо, я с содроганием чувствовал, как страх за чужие мирные жизни подкрадывается к моему сердцу. «ИМ ВСЕМ КОНЕЦ! КОНЕЦ!» – это он прокричал в конце и вновь потребовал меня и мой клан уйти, оставить им Тишку на растерзание… Но я остался! И гордо ответил со скромной геройской непреклонностью – мы не уйдем! Ведь Герои Крайних Рубежей никогда не сдаются! МЫ НЕ ОСТАВИМ ТИШКУ! – вот как я ответил этой темной твари в человечьем обличье! И так и будет! Мы не уйдем! Мы будем сражаться за каждый дом, за каждую улицу этого города, ведь мы знаем – мы победим! Дорту Видерру не пройти! Дорту Видерру не разорить сей уголок мира!

Глядя на меня светлячковыми расширенными глазами, Сестра в ужасе молчала и дрожала, бабка лохра что-то произнесла на смеси обычного и лохрячьего языка, что можно было примерно перевести как:

– Ну на!

– О да! – вошел я в роль – Он пообещал лично перерезать глотку каждому! Клялся осквернить храмы, кричал, что сварит себе магическую щучью уху на дровах волшебной ивы. Да-а-а… бывают же такие злодеи. Да?

– И где этот… этот… Дорт Видерррррррррр? – с удивительно глухим и грозным рыком осведомилась лохра.

– Уже направляется сюда – сокрушенно пискнул я – Такой злодей, такой злодей…

– Ну пусть направляется. Благодарим за предупреждение, друг Росгард. Мы будем внимательно следить за округой. Мои помощники змеи расползутся во все стороны и будут ждать! Они наточат клыки, освежат и усилят яд! И будут ждать Дорта Видеррра и его мерзкий злобный клан Темнейшая Сила! Мы встанем с тобой плечо к плечу и отразим злодейскую атаку!

– Да! Да! – поддержал я радостно.

– Я разбросаю колючие семена, что могут пробить ногу любому злодею! – добавила Сестра – Я одарю всех защитников особыми аурами, выставлю барьеры на пути злодеев! Мы поможем тебе, друг Росгард!

– Спасибо! Спасибо! – прижал я руки к сердцу – Истинное счастье и облегчение слышать такие слова. Кстати, Дорт Видеррр говорил, что змеи – мерзкие создания не заслуживающие жизни. И что он всех встреченных змей покромсает своим особым светящимся мечом! Чтобы муки змей были особо острыми.

Старушка лохра повторила свое знаменитое:

– Ну на?!

– Ага! И всякие там ивы он обещал под корень срубить. Этим же мечом.

– М-м-м… – протянула добрая растительная девушка, чьи глаза медленно краснели, а длинные сучковатые пальцы с хрустом сжимались.

– Ну, я пойду? – вопросил я, посчитав, что сделал свое дело. И тут же мысленно чертыхнулся – забыл спросить про волшебную лозу! Идиот. Но меня в любом случае пока не отпускали.

– Погоди, друг Росгард. Мы ждали тебя здесь, чтобы отблагодарить за всю ту великую помощь, что ты оказал нам и нашему краю.

– Я это делал не ради награды.

– Мы знаем. И оттого твоя помощь в разы ценнее и приятней сердцам нашим войной изнуренным. Росгард, мы знаем, что ты в поисках Серебряной Легенды.

– Это так… – пригвоздило меня к земле.

– Слушай же. От меня и Сестры прими это не столь уж и великое знание. Знание первое – на севере, омываемый холодными океаническими водами, лежит небольшой остров Аль Дра Дас. Тюремная крепость, оберегающая мир от ужасных злодеев – туда бы Дорта Видерра, это сосредоточие зла! Тюрьмой управляет сильный и грозный воин Берлор Поджигатель. И в его владении находится большой серебряный молот, ранее принадлежавший храмовому воину Гриму.

– Спасибо! – выдохнул я.

– И знание второе. Особая серебряная кираса, часть Серебряной Легенды, долгое время находилась в грязи у подножия темного тотемного столба в селении лесных великанов. Но теперь кираса извлечена из грязи. И попала она в руки конного рыцаря Фагнир Некроз, принадлежащего к клану чужеземцев Золотые Тамплиеры. Что он с ней сделал дальше – того мы не ведаем. Но ниточка тянется к Золотым Тамплиерам. И будь осторожен Росгард – этот чужеземный клан опасен! Что-то могущественное и темное гнездится в нем!

– Так… – изрек я, разом став обладателем крайне важной для меня лично информации – Спасибо огромное! Не знаю, как и отплатить.

– Ты уже отплатил сторицей, друг Росгард. И мы наблюдаем за подходами к городу, что временно приютил нас. Если заметим вражеские силы – ты будешь предупрежден, если туда дотянется наша магия.

«До Зар’граада не дотянется, стало быть».

– Хочешь ли ты еще что спросить, друг Росгард? Время не ждет – мы должны проследить за тем, как устраиваются спасенные жители.

– У меня важное дело к Сестре – вспомнил я – Кажется, я знаю где Тальник!

– Брат мой! Где он? О, как долго он не отвечает на наши призывы!

– Тальник в большой беде. Он угодил в глубокую трясину, на самое ее дно. И мне требуется ивовая ветвь зачарованная твоею силой – только она сможет указать то место страшного болота, где провалился брат твой Тальник.

– Возьми! И верни брата моего Тальника! Мы нуждаемся в нем как никогда!

Хрусть.

Когда требуется действовать, Ивовы Сестры не медлят – она взяла и отломила два своих пальца. Я принял сдвоенную веточку с некоторым содроганием. Раздвоенный прут. Кажется, именно таким прутом ищут скрытые под землей родники. Бережно убрав ценный предмет в сумку, я прижал руку к груди и пообещал:

– Я сделаю все, чтобы вернуть его как можно скорее.

– Пусть мать наша Ивава направляет тебя в твоем пути!

– Да одарит тебя Снесса змеиным предвидением опасности!

Обе леди кивнули на прощание и ушли. Одна пешком, другая ушла в землю. Я остался в нелепом ожидании чуда, но несмотря на столь многообещающее прощание, меня не одарили какими-либо особыми аурами.

Ну и ладно.

Отписав Храбру короткое сообщение, попросив его оказать всемерное содействие мэру Тишки и прочим жителям. А еще посмотреть на зелье, что ему сейчас доставят. Я подозвал пару мальчишек, дал им серебруху и велел оттащить эликсир алхимику Храбру. Те понятливо кивнули и умчались, сопровождаемые пристальными взглядами патрулирующих горожан. А я использовал свиток телепорта и оказался в Альгоре. По пути к ближайшей гостинице написал и Бому, сказав ему подтягиваться к условленному месту встречи – время уже начало поджидать. У нас все же пассажиры первого класса, не стоит заставлять их ждать.

Оставив в Личной Комнате все предметы и деньги – не хватало ту же путеводную ветвь на новом материке потерять – я вышел налегке, забрасывая за спину привычный заплечный мешок вместо надоевшей сумки на длинном ремне. Одежду оставил ту же – она уже истрепалась, нуждалась в починке, надо доносить до состояния лохмотьев и приобрести уже хорошую экипировку подходящую для мага оперирующими боевыми заклинаниями.

Гильдия Магов встретила меня бурно – не успел я пересечь двор утыканный с зелеными статуями и парковыми дорожками, а у дверей уже нетерпеливо дожидался седенький дедушка, не дотягивающий обликом до Тарниуса так же, как земляной холм не дотягивает до горы со снежным пиком. Полненький, низенький, с красным носом, улыбчивый, с ямочками на румяных щеках, волосы пострижены горшком. Неужто выходец из крестьянских низов?

– Рады тебе, Росгард! Рады!

Он и приветствует как в деревнях. Громко, кричит издалека. Будто с соседом вышедшем на соседнее поле здоровается. Окрик подействовал как магнит для чужих взглядов – до этого я сумел прокрасться незаметно, теперь же все сразу уставились на мой игровой ник. Весь двор замер. Не дожидаясь окриков, я поспешно перешагнул порог, буркнул приветствие еще безымянному дедушке, ухватил его за просторный рукав и знакомым мне путем потащил к известной мне комнате. В свое время туда затащил меня Тарниус. Теперь я туда тащу кого-то. Воистину времена меняются. Дедушка оказался смекалистым. Взмахнул свободной от моей хватка руки и за нашими спинами захлопнулись крепкие двери, едва не прищемив нос самому шустрому из игроков, вопящему:

– Стой! Рос! Возьми меня к себе в к…

В комнате, отпустив дедушку, я уставился на него пытливым взором и вопросил:

– Не надо ли чего Гильдии Магов доставить на Зарграад? Нет ли груза особо важного?

– Ой есть! Есть! А доставишь?

– Сделаем. За хорошую плату отчего не помочь хорошим волшебникам, да?

– Истину говоришь, Росгард! Истину! А-а-а… в чем же пожелания твои? Насчет оплаты?

– Ну… многого не попрошу. Но для начала осведомлюсь – не найдется ли розовых алмазов с черными крапинками? Очень нужны. Для дела важного.

– И сколько же камушков таких желаешь ты получить, Росгард? – опасливо прищурился дедушка.

– А сколько их у вас есть? – задал я крамольный вопрос.

– Ну… два…

– ….десятка?! – обрадовался я – Прекрасно!

– Нет-нет, что ты, ослышался ты, ослышался – изо всех сил налегая на букву «о», заторопился волшебник – Откуда столько? Не больше четырех таковых найдется. Может и другим чем плату достойную примешь? Златом, например.

– Четырьмя алмазами, золотом и допуском в хранилище. Хотя бы в медное. С правом взять оттуда два любых предмета.

– Ох… не обуяла ли тебя жадность великая, отрок?

– Меня? Нет. Но я могу позвать Бома.

– Кого-кого?

– Казначея моего, люто жадного до денег, алмазов и хранилищ. Он попросит втрое больше моего. И это самое малое.

– Ох…

– Бома звать?

– Обойдемся без Бома – снова налегая на «о», заявил старик – Куда груз доставить?

– Я покажу – широко улыбнулся я – Сходим за оплатой?

– Половину сейчас. А в хранилище – потом.

– По рукам.

– Следуй за мной, отрок расчетливый.

– По пути пройти бы мимо учителей магии – попросил я – Надо бы мне повысить ранги парочки заклинаний. Да вот беда – денег с собой не захватил.

– Заглянем и к учителям. Об оплате не переживай, отрок. Все решаемо.

– Спасибо вам – с чувством ответил я – Спасибо…

Глава семнадцатая

Выстрел в крыло. Падение в смерть

– Да ты весь в делах фронтовых, Рос – приветствовала меня ЧБ, облаченная в свой фирменный кожаный костюм, снова наполненная оптимизмом и смотрящая на меня с явным раздумьем – И не только в них.

– М?

– Про дела фронтовые – молодец. Хвалю. А вот скажи-ка мне, пожалуйста, ты вот чисто случайно отца моего недавно не видел?

– М? В смысле?

Баронесса уставилась на меня с нескрываемым подозрением.

– Ни в чем не обвиняю. Но внезапный финт отца можно только фактором Роса объяснить.

– Да ты о чем? Я только с Тишки, там блин полная разруха, до этого по Найкалу катамаранил, пьяных рыбаков взрывал волшебным динамитом. Что с твоим отцом?

– Рос, признайся. Я не буду сердиться.

– Пояснить можешь?

– Полчаса назад он затребовал и меня и Орбита из виртуала. Мы вылезли. Он усадил нас на кухне. Мы уставились на небрежно покрошенные покупные кексики с изюмом, с просроченной пару месяцев назад годностью. А папаша и говорит сыну – хватит фигней страдать в онлайн играх, даю тебе неделю, чтобы устроился на работу в реальном мире и по возможности нашел себе девушку. Орбит в ответ: «Девушку? А что это такое?». Но отец уже ко мне повернулся и смотря на меня этаким изнуренным диареей Дракулой, заявляет: «А ты чтобы через неделю пошла на свидание! И еще – через год хочу от вас обоих по внуку. Ведь мы семья». Засим папуля пододвинул к нам просроченные кексики и походкой агонизирующего дистрофика поплелся наверх. Мы немножко посидели, пытаясь справиться с шоком, затем такой же походкой поплелись туда же – по комнатам и коконам. Правда, я кусок кекса все же съела. А Орбит дожевал остальное, затем спросил зачем отцу понадобились внуки и не могла бы я родить сразу двух, чтобы ему самому не мучиться фигней, тогда как мне не все ли равно скольких вынашивать. Я ответить затруднилась и, перешагнув ушибленного настенным блюдом надрывно стонущего братишку, вернулась в комнату и Вальдиру. Так вот – я понятия не имею что нашло на отца. Но вот почему-то грешу на тебя…

– Обалдеть! – признался я совершенно искренне – Ты правда веришь, что я мог сказать твоему отцу – встреть я его – что ему срочно нужны внуки?

– Хм…

– Поверь – такого не было. И не надо вот сразу грешить на ваш мифический фактор Роса! Займите ваше посадочное место, пожалуйста. Мы уже улетаем.

– Про мой груз не забыл?

– Хорошо. Всегда рад помочь старой подруге. И я хочу не деньги, а место под постройку большого дома с несколькими этажами в самом центре будущего города.

– Это ты сам придумал?

– Бом подсказал.

– Мне нужно еще несколько таких перевозок – призналась ЧБ – И договорились – место под дом будет. На слово поверишь?

– Я – да. Бом – нет. Он уже приготовил контрактик и ждет тебя вон у того тополька.

– Раньше с вами было проще. Рос, так что там с моим отцом…

– Ты на меня еще войну на Зар’грааде повесь!

– О! Точно! А это случайно не ты?

– Нет! Скорее ты!

– Возможно…

– О, Бом тебе уже машет. Сударыня, идите уже – время подписать контракт. До отлета.

– Мои спецы должны его просмотреть!

– Отправь им скриншот. Увидимся чуть позже.

Я направился навстречу величаво шагающему рыцарю, несущему на плечо большой мешок. Надеюсь он не скажет, что это его личные вещи – бронированные трусы и майки, к примеру. По пути оглянулся на удаляющуюся ЧБ и облегченно выдохнул. Пронесло…

Спустя несколько коротких битв и торговых переговоров, мы с пассажирами пришли к взаимовыгодным соглашениям, собрались в плотную группу, восседающую на куче барахла, Бом произнес громко и отчетливо, что мы обязуемся доставить всех на Зар’граад. Ключевое слово «доставить». За сохранность груза и здоровья ответственности не несем – почти все были с нами в предыдущий прыжок и прекрасно помнили хищную тень и след когтя на доспехах одного рыцаря. Для любого, кто хочет прыгнуть – риск неизбежен. Ответом было спокойное молчание – тут все же не юнцы собрались, а закаленные игровые ветераны. Впрочем, я к их молчанию отнесся спокойно – я ведь не истерики слезливой ожидал с просьбами выпустить из салона. Наше дело предупредить.

Припомнив процедуру, я торопливо поднял руку, спеша убраться отсюда – мы расположились в небольшом внутреннем дворике, где никого не было. Но какая-то полная тетка вышла на балкон с горшком герани в руках и начала с громкой сварливостью осведомляться, какого лохра тут замерло столько чужеземцев в скульптурном экстазе и чего у вон той рыжей такое одухотворенное лицо – никак ее пучит?

Вспышка…

Из ниоткуда выплеснулось целое облако света, заставившее сварливую тетку охнуть и спрятаться в доме, откуда донеслось громко-скандальное требование-вопрос:

– Пихонтий! Пихонтий, а ну глянь во двор – тама чужеземцы такое-этакое вытворяют! А рыжая – так вообще!

– А чего я-то? – пораженно пискнула рыжая глава клана, растеряв от удивления всю свою важность.

Нас тряхнуло, перевернуло, воздух заревел так, будто мы не телепортируемся, а совершаем трансатлантический перелет на сверхзвуковой скорости. Воздух резко потемнел, затем пространство вокруг затянуло тревожным пурпуром, а следом пурпурную пелену сорвали с наших глаз, и мы оказались на новом материке – высоко над ним, я бы сказал на высоте нескольких километров. Нас окутало мягкое сияние, еще один рывок, будто кто-то ухватил нас за ноги и попытался утащить к земле – куда мы и стремились. Но новый рывок дернул нас в сторону, прочь от побережья, куда-то к далекому горизонту в глубине Зар’граада. Грозный резонирующий рев докатился эхом, все разом ахнули – по лесам и полям, по линиям рек и холмам к нам бежала гигантская иссиня-черная тень, растянувшаяся на десятки километров.

Еще рывок. Мы как в омут падаем к земле. Далекая тень вздрагивает, повторяется странный звук, на этот раз мне кажется, что я слышу смертельно раненого кита, поющего во время затяжного последнего пике к далекому океаническому дну. Нас останавливает, раскручивает. Трех пассажиров срывает и отбрасывает прочь, кружась и переворачиваясь они устремляются к далекой земле. Я хватаюсь за талию ЧБ – мои ноги оторвало от груды барахла, меня тащит прочь – и это не сила тяготения. Тут подбросило и Баронессу, ее тело вытянулось горизонтально. Рявкнувший что-то Бом вцепился в меня и ЧБ, напрягся, рыча потянул на себя, играя в перетягивание каната с невидимым противником. Рывок. Нас снова крутит. Но мы медленно снижаемся, хотя теряем сумки и ящики.

– Вот чертова карусель! – реву я, не отпуская Баронессу и не обращая внимания на тыкающуюся мокрым носом в мою щеку Бусю.

– Держись, Рос! – крикнула Баронесса.

Кричали и остальные. Никакой паники. Просто действия. Все сцепились воедино, ухватили самые важные ящики, все намерены бороться до конца. Резкий крик снизу оповестил о подходе спасения – пробиваясь через редкие облака, к нам спешили драконы, в безумном темпе молотя воздух, разевая пасти в долгом кличе. К их чешуйчатым спинам прижались наездники, напряженно смотрящие вниз – на все приближающуюся громадную тень.

– Прыгайте! – скомандовала ЧБ – Рос, швырни меня!

Изогнувшись, я отправил девушку вниз, она приземлилась на шею алого дракона, что ухватил пастью сеть с несколькими большими ящиками и тюками.

– Уходите все – крикнул я, понимая, что магия завязана на меня – Бом! Давай вниз!

– Так не пойдет, босс! Мы клан!

– Вот и приказываю! Прыгай!

– Секунду! Веревка!

Никогда не видел, чтобы узлы вязали так быстро. Мою талию обхватила шелковая веревка, полуорк рухнул на спину зеленого дракона, удерживая меня на провисающем «поводке». Один за другим ящики и пассажиры распределялись по драконам. Двое упали на гигантскую птицу. Черно-красная вспышка превратила и птицу и ее седоков в облако перьев и пуха. Разъяренный рев начал затухать, будто неведомый монстр понял, что его время вышло. Гигантская тень начала отступать, на реки и луга вновь упал солнечный свет.

Отмершая магия телепортация неожиданно подбросила меня вверх. Просто подбросило. Вцепившийся в веревку Бом с криком взвился следом. Нас утянуло как ракетой чуть ли не к звездам. Ненадолго. Может на несколько секунд я взглянул с невероятной высоты вниз и вот тогда, я и увидел почти весь Зар’граад как на ладони – будто смотрел из космоса. Я висел в черном небе со смешной веревкой вокруг пояса, и от увиденного у меня кровь замерла в жилах.

Прямо подо мной расстилался девственный новый материк. Гигантская территория сотнями миль разбегалась во все стороны. Бескрайние долины, высочайшие горы, которые еще никто не покорял, прекрасные озера и полноводные реки – здесь было в достатке всего. Вальдира подарила нам прекрасные земли. Но когда я взглянул на Зар’граад, я увидел не земли. Ибо они стали полупрозрачными, и я смог заглянуть внутрь. Прямо под горы и долины, под реки и озера, я заглянул глубже любых подземелий и шахт. И там я увидел титаническую звезду стража, распластанную под миллиардами тонн земли и камня, придавленную чем-то вроде титанической же черной шайбы, почти раздавленную, но все еще живую. Один луч вздрогнул – едва заметно – но этого хватило, чтобы по части материка побежала земляная затухающая волна, подбрасывающая на своем пути леса и горы. Вновь раздался крик смертельно раненого кита.

Можно ли назвать это существо титаническим?

Каким размером вообще можно обозначить нечто, что размером почти с сам материк? Более того – ведь весь Зар’граад это лишь куча грязи наваленная на нечто чудовищное. Попытка скрыть от чужих взглядов то, что… что видеть никто и никогда не должен!

Новая вспышка.

Когда свет рассеялся, я обнаружил, что стою на территории Первого Лагеря. Рядом упал Бом, крепко держащий за веревку.

– Мы клан… – пробурчал он, поднимая заляпанную грязью зеленую рожу – Чтоб меня. Вот это турбулентность!

– Рос! Ты в порядке? – с небес спрыгнула Баронесса, заглянула в мне в лицо и замерла, вгляделась попристальней – Рос! Ты что-то увидел, да? Что-то особенное? Что ты увидел? Что это за тень? Что за рев?

– С прибытием – выдавил я – Рейс успешно завершен. Пилоту надо прогуляться.

– Рос! Расскажи!

Я слабо отмахнулся и пошатываясь пошел дальше. Только сейчас обратил внимание – жизнь и мана почти на нуле. Неслабо меня потрепало. А мана куда делась? Прямо почти досуха.

Пойду дойду до Киры, Орбита и Роски. И до Тирана. Порыбачу с ними тихонько. Погреюсь на зарграадском солнышке. Пусть недолго, но достаточно для того, чтобы из головы хотя бы частично исчезло невероятное зрелище, что не описать толком никакими словами.

Да. Рыбалка – самое оно. Рос идет рыбачить. Ненадолго.

– Папа! – навстречу бежала радостная Роска, за ней спешила нескладная тощая фигура лукаво улыбающегося лысого эльфа. Из кустов с шумом вырвался волк, следом выломился мамонт. Тяжело шагала девушка паладин.

Отлично. Лучшей компании для рыбалки просто не найти. Улыбнувшись, я прибавил шагу, торопясь встретиться с друзьями. С семьей.

Конец первой книги.

2017, Узбекистан, Зарафшан.

Content

Дем Михайлов
ГКР1
Новые земли

Пролог

Глава вторая Одинокий заплыв. Трудности прибрежных мореходов. Основание и созидание

Глава третья Прибытие

Глава четвертая Клан

Глава пятая Будничное отбытие и рутинное прибытие. И снова отбытие и прибытие…

Глава шестая Найкал ожесточенный

Глава седьмая Бегство от цели. Рынок военный и мирный… Большая рыба

Глава восьмая Почта и поиск

Глава девятая Сюрприз…

Глава десятая Тишка в злом огне. Проверка боем. Волшебник с шарфом

Глава одиннадцатая Дом родной

Глава двенадцатая И снится нам тот грохот мордобоя…

Глава тринадцатая Время действовать!

Глава четырнадцатая Мэра будни боевые. Кланлида хлопоты. Подготовка к отбытию

Глава пятнадцатая Радость мне и честь великая – тоже мне. А еще полная…

Глава шестнадцатая Герои Озерного Края

Глава семнадцатая Выстрел в крыло. Падение в смерть