Вероника Крымова

Смертельный способ выйти замуж

© Крымова В. В., 2017

© Художественное оформление, «Издательство Альфа-книга», 2017

* * *

Глава 1

– Мадам, я вас ненавижу, – прошипел мне кузен сквозь плотно сжатые зубы. Он долго гонялся по двору за пекинесом моей сестры, пытаясь забрать у него свою перчатку, но потом плюнул на неблагодарное занятие и вернулся в гостиную. Сопровождалось все это веселье моим язвительным смехом.

– Что привело вас, милый племянник, в наш дом? – любезно осведомилась матушка, невозмутимо наливая чай в фарфоровое блюдце.

Высокомерное лицо Энтони скривилось.

– Спешу высказать, что испытываю презрение к вашим плебейским привычкам, – выдавил он из себя. – Посчастливилось стать женой уважаемого человека, могли бы уж за двадцать лет освоить манеры, достойные приличного общества.

– Это ты, что ли, приличный человек? – вспылила Мэделин.

– Мэдди, – одернула мать мою сестру, призывая к порядку, – негоже юной молодой леди так себя вести, мы должны быть учтивы и вежливы с родственниками.

– Такие родственнички хуже врагов, – проворчала я себе под нос, чем заработала неодобрительный взгляд от моей доброй мамы.

Служанка принесла еще одну чайную пару незваному гостю. Я видела, как сестренка незаметно всыпала ему в напиток порошок, надеюсь, это не яд.

Энтони отпил из чашки и, не стесняясь, отправил в рот бисквитное пирожное. Закончив с чаем, он промокнул салфеткой лоснящиеся от масла тонкие губы.

– Дамы, наконец-то я с удовольствием могу сообщить вам, что, несмотря на наши дальние родственные связи, вынужден просить вас съехать из моего дома.

Я вздохнула, пять месяцев пролетели так быстро. Вспомнилась печальная новость, которая поразила нас как гром среди ясного неба. Умер дедушка, оставив все свое состояние старшему сыну Питеру, младший, наш отец, трагически погиб несколько лет назад. Дом, в котором мы жили, формально являлся собственностью деда, отец так и не успел оформить на него бумаги. И вот теперь, когда завещание вступает в силу, нас просто вышвыривают на улицу.

– Надеюсь, вы уже собрали все свои вещи? – довольно спросил Энтони.

Его семья порвала все связи с младшим братом, когда он пошел против воли отца и женился на дочери обыкновенного школьного учителя.

– Но позвольте, вы же понимаете, что три слабые женщины останутся без крыши над головой. – В голосе мамы стояли слезы, она до конца верила, что деверь с племянником не пойдут на такое вероломство.

– Придется найти работу, – пожал плечами Энтони. – Вы вполне здоровы, чтобы, к примеру, пойти прислугой к какой-нибудь не слишком требовательной леди. Каринтия, конечно, не потянет должность гувернантки, даже советовать не стану.

Я почувствовала, как челюсть медленно, но верно опускается вниз. Захотелось встать и засунуть ему в глотку оставшуюся без пары перчатку из нежной телячьей кожи.

– А Мэделин отдайте в приют Святой Катарины, хоть из одной сестры еще успеют сделать человека. Я слышал, монахини там весьма строги к юным воспитанницам.

Порк, наш песик, оскалил зубы и зарычал на Энтони.

– Этой шавке место на живодерне, – брезгливо отпихнул тот пекинеса.

Я сжала руку в кулак, чувствуя, как степень моего терпения приблизилась к нижней отметке. Но в этот момент случилось невероятное: из ушей моего кузена пошел пар. Они на глазах покраснели и вздулись, увеличиваясь в размере.

– Мэдди, твои проделки? – хихикнула я, с удовольствием оглядывая Энтони, который сейчас напоминал чайник. Он схватился за голову и бешено вращал глазами, не понимая, что происходит.

– Ведьмы! – кричал он. – Я заявлю на вас в инквизицию, давно по вам плачет костер правосудия.

– Это всего лишь алхимический порошок, только наука и никакой магии, – поспешила я оправдать шалость сестренки.

– Правильно отец говорил: ваша мать колдовством приворожила дядю, поэтому он отвернулся от семьи.

– Лучше уж в нищете жить с любимой женщиной, чем терпеть таких уродов, как вы, – произнесла я. Обидно было слышать, как при мне оскорбляют маму, самого светлого и доброго человека на свете.

– Если хотите знать, у вас был шанс сохранить этот дом, – язвительно выпалил Энтони, хлопая фетровой шляпой по своим ушам.

Я насторожено уставилась на кузена, не понимая, о чем он говорит.

– Нотариус Хэркрут, этот истинный джентльмен, пошел нам на уступки и при оглашении завещания не стал произносить вслух один существенный пункт. Поместье могло бы достаться Каринтии, если бы по прошествии пяти месяцев после смерти деда она вышла замуж. Сегодня в полночь как раз истекает срок.

В груди резко похолодело, кровь отхлынула от лица. Эти гады умышленно скрыли такую важную деталь, лишая нас возможности побороться за родной дом. Да за пять месяцев я бы нашла уж себе какого-нибудь захудалого женишка и вышла замуж. Боги, дайте мне сил сдержаться и не придушить этого слизняка.

– Не хотел вам говорить раньше времени, но так уж получилось. Да и что может измениться за тот жалкий остаток дня. Положа руку на сердце, шанс, что Каринтия выйдет замуж даже за пять месяцев, был ничтожно мал, просто банальная перестраховка.

– Немедленно уходите. – По заметно осунувшимся за последние недели щекам матери текли слезы.

– Ничего, завтра вас тут уже не будет! – уже на пороге дерзко закричал Энтони и вышел, громко хлопнув дверью.

– Все кончено, – мама без сил опустилась на стул, – до конца не верила, что они поступят с нами так жестоко.

– Еще не все потеряно. – Я лихорадочно соображала, перебирая в уме возможные варианты.

– О чем ты говоришь, Тия. – Мэдди подошла к маме и обняла ее, прижавшись к груди. – У нас остался всего один жалкий день.

– Не всего один день, а целый день, – поправила я сестренку. – Я справлюсь.

Не теряя больше драгоценного времени, я побежала в свою комнату. Перепрыгивая через ступеньки, взлетела на второй этаж и, распахнув дверь спальни, бросилась к комоду. Выдернув последний ящик с нижним бельем, не стесняясь, стала выкидывать сорочки и панталоны на пол.

– А вот и ты, моя хорошая. – Я расплылась в довольной улыбке, достав маленькую деревянную шкатулку. Открыв ее, увидела свой первый выпавший молочный зуб, локон детских волос, перевязанный розовой лентой, и медальон с миниатюрой отца. Запустив пальцы внутрь, я немного пошарила в шкатулке и вытащила на свет тонкий золотой браслет. Украшение было выполнено в виде переплетенных веток с крошечными листочками. Подарок на совершеннолетие и по совместительству единственная драгоценная вещица. Я сжала браслет в руке, прицениваясь, сколько мне за него дадут. Боюсь, что не слишком много, всего несколько десятков фунтов, но мне должно хватить.

Надев накидку и капор, я поймала на себе озабоченный взгляд матери и вышла из дома. Путь мой лежал в ломбард. На соседней улице между шляпным магазином с яркой элегантной вывеской и цветочной лавкой был зажат неприметный магазинчик антиквариата. Держал его господин Дирке, надо заметить, довольно неприятный тип. Однажды я столкнулась с ним на овощном рынке, старьевщик с пеной у рта добивался скидки на брокколи, пытаясь сбить цену до минимума.

Я вошла в темное сырое помещение, в нос сразу же ударил резкий запах плесени и затхлости. На пыльных полках были расставлены разные безделушки, вазы, подсвечники и посуда. В отдельной витрине за стеклом лежали вещи подороже: столовое серебро, табакерки и один веер, усыпанный мелким жемчугом.

Не застав хозяина за прилавком, я позвонила в колокольчик. Заслышав трель, ко мне из недр помещения поспешил плюгавенький пожилой мужчина. Его привычка горбиться подчеркивала и без того маленький рост. Почувствовав на себе изучающий взгляд колючих глаз, я собралась с духом.

– Добрый день. – Я гордо вскинула подбородок, готовясь к борьбе за каждый цент.

– Добрый, добрый, мисс, – скривился в улыбке господин Дирке. – Хотите что-то приобрести? Мне как раз вчера поступило великолепное старинное кружево.

– Нет. – Я помотала головой и, достав из ридикюля браслет, положила его на прилавок. – Я хочу продать эту вещицу.

– Ну что ж, сейчас глянем. – Он надел на нос пенсне и взял браслет в руки. – Новодел, золото низшей пробы. Дешевая безделушка, максимум на тридцать фунтов потянет.

– Семьдесят, – насупилась я, недовольная предложенной ценой.

– Как хотите, мисс. – Мистер Дирке пожал плечами и вернул мне вещицу. – Тридцать и ни центом больше.

– Но мне очень нужны деньги. – Я окончательно скисла. – Дайте хотя бы пятьдесят.

– Такой хорошенькой девушке очень легко заработать несколько фунтов, не продавая драгоценности. – Голос старьевщика стал сладким, словно засахаренная патока. – У меня сейчас как раз есть час, когда я закрываю лавку на обед. Мы могли бы уединиться в подсобке.

Я вспыхнула, понимая, к чему он клонит. Захотелось схватить со стола патефон и огреть этого наглого козла по голове. Вот же мерзавец, интересно, как часто он проделывал подобный фокус с женщинами, попавшими в трудное положение.

– Лучше я съем собственную шляпку, чем позволю до себя дотронуться. – Я поджала губы. – До свадьбы я имею в виду.

Я сощурила глаза, окидывая взглядом господина Дирке. Никто же не просит меня делить с ним постель, получу документы о браке и на следующий же день подам прошение на развод.

– Вы мне понравились с первого взгляда. – Я постаралась чарующе улыбнуться. – А что, если мы прямо сейчас сбежим и обвенчаемся?

Старьевщик попятился назад, округлив глаза. Верно, принял меня за сумасшедшую.

– Мисс, как-то женитьба в мои планы не входила. Содержать супругу – слишком дорогое удовольствие, но подумайте насчет разовых встреч. С меня коробка пирожных.

Я разочарованно опустила глаза. А что, ты серьезно думала, все будет так просто? Лучше не отвлекаться на ерунду и следовать заранее намеченному плану. В конце концов, мы сторговались на сорока пяти фунтах. Когда я вышла из ломбарда, на главных городских часах пробило два пополудни. Времени оставалось все меньше, но я не позволяла унынию захватить меня.

На главной площади наняла кеб на весь оставшийся день. Отсчитав сверх объявленной суммы еще несколько монет, я избавила себя от лишних вопросов. Возница отвез меня в церковь. В этот час она обычно пуста, пришлось постараться, чтобы найти отца Бенедикта. Звонарь, здоровенный и добродушный парень, отправил меня в трактир через дорогу, когда услышал, что дело срочное и не терпит отлагательств. Я сердечно поблагодарила юношу, который был не от мира сего, и побежала в указанном направлении. Войдя в таверну, сразу увидела отца Бенедикта, сидящего за дальним столиком и уплетающего жареную утку. Вот те раз, а как же пост! Не далее как в прошлое воскресенье на долгой проповеди он уличал прихожан в чревоугодии.

– Добрый день, – подошла я и громко поздоровалась.

Падре, только собирающийся пригубить кружечку эля, закашлялся и поднял на меня глаза.

– Дочь моя, ты чего так кричишь? – с укоризной заметил он.

– Вы мне срочно нужны!

– Заказать отпевание хочешь, что ль? – Отец Бенедикт вытер блестящие от жира губы и причмокнул.

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – помотала я головой. – Нужно провести обряд венчания.

– Ну так запишись у писаря, он покажет свободные даты, а чего ты сюда-то приперлась? Нужно еще провести беседы с тобой и женихом, причаститься.

– Вы меня не поняли. – Я наклонилась к нему и понизила голос: – Это очень срочно. Я должна выйти замуж до заката.

– Вот оно что, терпелки не хватило, – многозначительно хмыкнул падре. – Ежели ты в положении, так нужно приходить вечером, чтобы никто не видел. А ты, глупая курица, пришла в людное место и кричишь об этом на весь свет. Вот молодежь пошла, ничего уже не стыдятся.

– Причины скоротечного брака предпочитаю оставить при себе, – заявила я. – Но за то, что вы любезно согласитесь пойти мне навстречу, я сделаю щедрое пожертвование.

Я помахала перед его носом кошельком с оставшимися купюрами.

– Тридцать фунтов, думаю, вполне себе компенсируют некоторые неудобства.

Отец Бенедикт коротко кивнул.

– Ну что ж, я человек добрый, пойду навстречу влюбленным. К какому часу вас ждать?

– Думаю к десяти, не раньше, – с сожалением выдохнула я.

– Хорошо, а теперь ступай, дочь моя. Не мешай обеду, – махнул падре рукой. – И вот еще что, какие имена ставить, я велю писарю подготовить заранее свидетельство.

– Каринтия Эвинсель. – Я обернулась, уже собираясь уходить.

– А жениха?

– Пока не знаю, оставьте пустое место.

Под недоуменным взглядом я развернулась и направилась к выходу.

Глава 2

На улице ярко светило солнце, но настроение у меня было мрачнее грозовой тучи. Оставалась самая трудная часть безумного плана, и чем ближе я к ней подходила, тем больше угасал мой пыл. Пытаясь сбросить с себя накатившую тревогу, я дернула плечиком и, гордо вскинув голову, зашагала к кебу.

– На Карнаби-стрит, пожалуйста! – крикнула я вознице.

Мужчина, дремавший на козлах в надвинутой на глаза кепке, встрепенулся и сел прямо. Послушно кивнув головой, он натянул поводья и направил пегую лошадку в указанном направлении. Через полчаса мы остановились перед великолепным старинным особняком прошлого века. Тогда модно было надстраивать остроконечные башенки по углам, архитекторы утверждали, что современные дома перенимают дух и романтику древних рыцарских замков.

Я самостоятельно спрыгнула с подножки и, судорожно вздохнув, направилась к входу. Постучав в дверной молоток, замерла в ожидании. Через несколько мгновений до меня донеслись звуки шаркающих шагов, и дверь распахнулась. На пороге стоял высокий пожилой дворецкий в черной ливрее с серебряной оторочкой, фамильные цвета семьи Бошан.

– Слушаю вас, мисс, – учтиво осведомился он, не забыв пренебрежительно поджать губы.

– Сообщите вашей хозяйке, что к ней пришла мисс Эвинсель, – попросила я, напряженно сжав в руках ридикюль. Если этот напыщенный осел заупрямится, придется прорываться в дом с боем.

– Боюсь, леди не сможет вас принять. – Лицо дворецкого было непроницаемым, хотя мы оба знали, что он врет.

– Сообщите о моем визите, – с нажимом сказала я, пытаясь придать голосу стальные нотки.

– Альберт, кто там?

Из глубины холла послышался знакомый мелодичный голос. У меня даже коленки подкосились от облегчения.

– Эмма, это я! – закричала я что было сил, надеясь, что она меня услышит.

Альберт, поняв, что его попытки выдворить меня не удались, с сожалением приоткрыл дверь, впуская незваную визитершу внутрь.

Масштабы гостиной меня впечатлили, хотя один раз я уже видела эти хоромы. Я осторожно ступала по идеально натертому паркету, в котором при желании можно было увидеть собственное отражение. Вечером, когда наступали сумерки и сквозь огромные решетчатые окна просачивался свет от заходящего солнца, пол казался глубоким озером. Эмма рассказывала, что долго привыкала к такому эффекту и боялась замочить туфли.

Я подошла к подножию мраморной лестницы, возле которой стояла невысокая молодая девушка. Ее белокурые, чуть с рыжиной волосы были уложены в высокую прическу, обнажая тонкую изящную шею. Голубое муслиновое платье, пошитое по последней моде, с тройной драпировкой, идеально подчеркивало цвет ее глаз. Эмма всегда знала толк в нарядах.

– Тия, что случилось? – В ее голосе чувствовались нотки беспокойства. Она знала, что только острая нужда толкнет меня на то, чтобы появиться в их доме, да еще без предупреждения.

– Руперт, надеюсь, в отъезде? – спросила я, кусая губы.

– К счастью, да, иначе скандала было бы не избежать, – Эмма закатила глаза и скривила лицо в кислой мине.

Я улыбнулась и заключила подругу в объятия. Мы не виделись, кажется, уже месяцев семь, с тех пор как она приезжала поздравить Мэдди с днем рождения. Сестренка тогда очень обрадовалась роскошной фарфоровой кукле с целым сундучком костюмов. Мы с ней целый вечер просидели, любуясь на крошечные кожаные ботиночки и маленькие соломенные шляпки с атласными цветами.

Эмма увлекла меня на софу. Я присела, благодарная за возможность немного передохнуть. Устало сняла перчатки и расстегнула несколько верхних пуговиц на жакете, попутно рассказывая про свои злоключения.

– Дедушка Эвинсель умер, – вздохнула я. – Мы с ним практически не общались, помнишь, как дурно он обошелся с папой, когда тот женился на моей матушке. Но все же позволил жить в старом доме. После смерти деда мы узнали, что дом по документам принадлежал не нам, а все свое имущество он оставил старшему сыну и внуку.

– Сочувствую. – Эмма сжала мне руку. – Теперь вам негде жить. Да уж, весьма жестоко со стороны старика так поступить с вами. Наверное, он так и не примирился с новой семьей своего сына. Но ладно, невестка, а вы же его родная кровь и плоть, оставить вас на улице очень низко и подло.

– Кажется, он вообще не считал женщин за людей, – поморщилась я. – Бедная бабуля, как она его терпела? Он свел ее в могилу еще молодой.

Я поведала подруге о странном условии, которое могло помочь сохранить наш родной дом.

– Сложная задача – найти мужа за один день, – задумчиво протянула Эмма. – Можно было бы купить, но для этого понадобятся деньги, а ты знаешь, как Руперт тщательно следит за моими расходами, он сам оплачивает модистку, ювелиров. Я не распоряжаюсь его капиталами.

Эмма была очень расстроена, что не может мне помочь, но я прекрасно знала ее положение и пришла вовсе не за деньгами.

Я вспомнила, как мы познакомились. Когда был жив отец, он иногда брал меня с собой на скачки. Я обожаю лошадей, но, чтобы купить и содержать породистого скакуна, нужны средства, которыми наша семья не располагала. Мы редко делали ставки, просто покупали билеты и смотрели на красивых благородных животных. Однажды мне очень понравился великолепный белоснежный жеребец с роскошной гривой. Прямо как единорог из сказки, только позолоченного рога на лбу не хватало, и кличка у него была подходящая – Прекрасный Принц. Я упросила отца поставить на него целый фунт. Наш фаворит выиграл тогда, и папа, довольный, пошел забирать выигрыш, а меня оставил возле киоска с брошюрами. Я воспользовалась свободой и улизнула в конюшни, чтобы хоть одним глазком вблизи взглянуть на лошадей. Никто не обращал внимания на маленькую девчонку, и я легко добралась до стойла с Принцем. Протянула ему морковку, и тот, потянув ноздрями воздух, немного подумал и взял лакомство с моей ладони.

– Удивительно, обычно он не любит чужих. – Я обернулась на голос и заметила стоявшую неподалеку девочку. Ею оказалась леди Эмма Стенли, пятая дочь сэра Стенли, владельца Принца. С тех пор мы иногда стали встречаться на скачках и подружились, благо их фамильный особняк находился всего в четырех кварталах от нашей улицы. Мы бегали друг к другу в гости, ее отец был вполне прогрессивных взглядов и позволял дочке общение с представителями неаристократических кругов общества. Именно Эмма научила меня верховой езде, предоставив прекрасную лошадку, и лишь к Принцу нам обеим не разрешали подходить. Три года назад Эмме объявили, что она выходит замуж. Девятнадцать лет – вполне подходящий возраст. Она и не смела возражать, тем более жених был молод и хорош собой, лорд Бошан, член нижней палаты парламента, настоящий джентльмен.

Я была рада за подругу, но через пару месяцев после венчания открылась ужасная правда. Оказывается, молодой супруг предпочитал уделять больше внимания своему другу, чем законной жене. Я видела этого приятеля на свадьбе, его звали Аден Лесли. Высокий, хрупкий, словно девушка, молодой человек с томными карими глазами и длинными волосами. Как мне сказали, юноши были дружны еще со школы, ну просто как братья, ходили везде вместе, даже на свадебном ужине Аден сидел по левую руку от Руперта, а Эмма по правую. Об их слишком близких отношениях она узнала случайно, застукав за пикантным занятием прямо в собственной спальне. С тех пор лорд Бошан уже в открытую игнорировал жену, и супруги стали практически чужими.

– Дорогая, помнишь, ты рассказывала мне про те особые вечеринки у графини Амелии Мелори, – спросила я у подруги. Эмма встрепенулась, ее щеки покрыл нежный румянец. – Мне нужно одно приглашение.

– Каринтия, ты же понимаешь, что это за приемы. – Она приподняла бровь и улыбнулась. – Я думала, ты более пуританских нравов.

Мы поднялись в ее комнату, и подруга достала из секретера пачку приглашений на различные мероприятия. Леди Бошан пользовалась успехом в обществе. Наконец она выбрала абсолютно белый конверт без всяких надписей, внутри лежал маленький лист плотной голубой бумаги.

– Возьми, только он на мое имя. – Подруга протянула мне приглашение.

– Эмма Смит, – нахмурилась я, прочитав серебристую надпись.

– Там все Смиты, – хихикнула Эмма. – Можешь не сомневаться, никто в своем уме не раскроет настоящего имени гостя.

– Спасибо, – поблагодарила я.

– Не знаю, что ты задумала, но будь осторожна, это может плохо кончиться. – Подруга покачала головой.

Я в нерешительности уставилась на маленький клочок плотной бумаги, зажатый в моей ладони, минута слабости, но я тут же спрятала все сомнения подальше и убрала приглашение в ридикюль.

– Не беспокойся, все будет хорошо!

– Пообедай со мной, я сейчас практически все время одна, – грустно заметила Эмма. – Мой неуважаемый супруг сейчас на южных водах, поправляет свое здоровье после серьезного расстройства желудка.

– Ты постаралась? – Я хихикнула, зная, что подруга использует любую возможность, чтобы досадить мужу-обманщику.

– Скорее, перестаралась. Руперт три дня не вылезал из уборной, такой запашок стоял на втором этаже – слуги ходили с бельевыми прищепками на носу.

– Ты не пробовала просить у него развод? – Я не решалась спросить раньше, в нашем обществе не принято расторгать браки.

– Тогда меня отлучат от двора, перестанут приглашать на приемы. – Эмма закусила губу. – Стать отверженной я пока не готова.

Мне было очень жаль подругу, хотелось ее поддержать. Но, кроме слов утешения, я ничем не могла ей помочь. Я с удовольствием составила Эмме компанию за обедом. Вкуснейший луковый суп, запеченные устрицы под сырной корочкой и стакан восхитительного столового вина значительно подняли настроение.

Затем Эмма настояла на том, чтобы выбрать для меня наряд из ее гардероба. Она открыла необъятный шкаф и достала сиреневое шелковое платье. На мой взгляд, декольте было слишком глубоким, а мне, в отличие от Эммы, особо похвастаться было нечем.

– Может, что-нибудь поскромнее?

– Доверься мне, это самый лучший вариант, ты же не хочешь чувствовать себя белой вороной среди приглашенных.

Горничная усадила меня за туалетный столик и стала завивать волосы щипцами, нагретыми на углях, попутно закалывая каждый локон шпилькой. Через пару часов я уже была полностью готова. Несколько капель дорогих духов на мочки ушей, и я почувствовала себя настоящей леди.

– Хочешь, дам тебе наш экипаж? – спросила Эмма, окидывая меня с ног до головы довольным взглядом.

– Нет, я наняла кеб, – помотала я головой. – Ты и так сделала для меня достаточно, не хочется еще больше втягивать тебя в эту авантюру.

Мы обнялись на прощанье, и подруга проводила меня до дверей.

– Удачи, – прошептала она мне на ухо, так чтобы слуги нас не услышали. – Когда приедешь на место, ничему не удивляйся, веди себя, как будто ты там не в первый раз, будь раскованна.

Я обещала прислушаться к ее советам. Кучер, увидев перед собой столь нарядно одетую даму, немного растерялся и, сплюнув жевательный табак в сторону, поспешил поскорее слезть с козел, чтобы предложить мне руку.

– Благодарю, – жеманно ответила я, войдя в образ. Приосанилась, подняла подбородок, будто садилась не в грязный экипаж, а в позолоченную карету. Под мерный стук колес по уличной брусчатке я размышляла о том месте, куда еду.

Тайная вечеринка для высшего общества, где господа забавлялись друг с другом, исполняя свои самые смелые фантазии. Здесь дамы могли найти себе любовника на одну ночь, а мужчины развлекались с девушками равного им по статусу положения.

Еще издалека я заметила дворец графини, по своей красоте он не уступал королевскому. Леди Мелори обладала баснословным богатством и слыла весьма развратной особой. Несмотря на наличие мужа, она меняла кавалеров как перчатки, и ни одному не удавалось задержаться рядом с ней дольше чем на пару месяцев. Поговаривают даже, что в постели этой великосветской дамы побывал принц Генрих, супруг нашей благочестивой королевы Эдвины.

Огни фонарей ярко освещали ухоженную подъездную аллею, я даже не заметила, как стали сгущаться сумерки. Кеб проехал через распахнутые кованые ворота и остановился. Я судорожно вдохнула в себя прохладный вечерний воздух, подхватила юбки бального платья и сошла вниз. Своды дворца подпирали восемь белокаменных колонн, а по обеим сторонам парадной лестницы стояли мраморные статуи полуобнаженных нимф. Я, разинув рот от восторга, поднималась наверх, почти забыв о цели своего визита. В дверях меня встретил необычный юноша. Никогда прежде не доводилось мне видеть столь длинных волос у мужчин, пепельные и густые, они спадали почти до самого пояса. Еще я обратила внимание на его необыкновенно серые, почти прозрачные глаза. Униформа слуги состояла из золотых парчовых брюк и жилетки, которая не могла скрыть мощный мускулистый торс.

– Добрый вечер, мадам. – Лакей учтиво поклонился. – Позвольте взглянуть на ваше приглашение.

Старательно отводя взгляд от его обнаженного живота, я достала голубую карточку и сунула ему в ладонь.

– Прекрасно. – Юноша коротко кивнул и взял со столика серебряный поднос, на котором лежали кружевные маски. – Выберите, какая больше нравится, я помогу вам ее надеть.

Я нерешительно протянула руку к сиреневой маске, усыпанной кристаллами. Лакей одобрительно улыбнулся.

– Желаю приятно провести время. – Он говорил медленно, как будто нараспев.

Выполнив просьбу повернуться, я ощутила теплые пальцы на своей шее, пока юноша завязывал шелковые ленты.

– Спасибо, – поблагодарила я, чувствуя, как голос слегка дрожит от волнения. Боже, во что я себя втянула, но пути назад нет – или я вернусь сегодня до заката с мужем, или завтра моя матушка и маленькая сестра переедут из родного дома в городские трущобы.

Глава 3

Я нерешительно ступила на мягкую красную ковровую дорожку, которой был устлан широкий коридор. Пройдя его, я оказалась в просторном зале, ярко освещенном сотнями сфер, парящих под потолком. Никогда не видела вблизи волшебного огня, так и тянуло потрогать рукой и узнать, каков он на ощупь – обжигающий, как настоящий, или ледяной, как многие рассказывают.

В комнате находилось достаточно много людей, мужчин и женщин, разодетых в шелка и бархат. Запоздало я поняла, что в своем скромном платье точно смотрелась бы лишним элементом в этом обществе; хорошо, что Эмма настояла на том, чтобы я взяла ее наряд.

Лакеи, облаченные в одни лайковые лосины, сновали между гостей, предлагая игристое вино и закуски. В углу на арфе играла прекрасная девушка с распущенными черными волосами, облаченная в полупрозрачную тунику, скрепленную на плече серебряной брошью. Ее умелые длинные пальцы ловко бегали по струнам, и зал наполнялся восхитительной музыкой.

– Такая милашка и еще одна. – Я вздрогнула, когда ко мне приблизился полный мужчина. Дорогой, расшитый узорами камзол грозился вот-вот треснуть под напором его необъятного живота, а потная лысина ярко блестела, словно аура.

– Я жду кое-кого, – отозвалась я, озираясь по сторонам. Да, все совсем не так, как я себе представляла, слишком шумно и многолюдно.

– Может, и я сгожусь? – Толстяк не бросал надежду привлечь мое внимание и подошел поближе.

Я поморщилась, ноздри защекотал терпкий запах духов вперемешку с потом. Сощурив глаза, окинула мужчину оценивающим взглядом. Ну уж нет, такой претендент мне точно не нужен, может, еще и не захочет потом брак расторгнуть и будет требовать исполнения супружеского долга.

– Не думаю, – хмыкнула я и отвернулась от собеседника.

– Хватит ломаться. – Я ощутила, как толстяк схватил меня за локоть, пытаясь развернуть к себе. – Я же знаю, для чего ты тут, чего нос воротишь, может, хочешь подарок?

Я раздраженно дернула плечом, пытаясь стряхнуть его жирные пальцы со своей руки. Незнакомец тем временем увлек меня на стоявшую рядом свободную софу. На мгновение потеряв опору, я буквально утонула в ворохе маленьких шелковых подушек.

– Можно найти уголок и поукромнее, – улыбнулся он и, воспользовавшись моим замешательством, достал из кармана черную бархатную коробочку. Я с удивлением смотрела, как толстяк надевает на мое запястье золотой браслет с россыпью мелких изумрудов и бриллиантов. Холод благородного металла немного привел меня в чувство, и я решительно вернула подарок щедрому джентльмену.

– Не нравится? – искренне огорчился толстяк. Его маленькие глазки буравили меня, проникая вглубь декольте, открывающего соблазнительные белые полушария груди.

Я еле сдержала порыв прикрыться руками. Рядом с нами на соседнем диванчике весьма зрелая леди развлекалась сразу с двумя молодыми людьми. Совершенно не стесняясь, один из ее кавалеров задрал кружевные нижние юбки и спустил вниз один шелковый чулок, обнажая округлую коленку. Другой завладел ртом возлюбленной. Я поморщилась от томных вздохов, которыми троица сопровождала взаимные ласки.

– Попробуйте попытать счастья с другой дамой, – решительно заявила я и встала, собираясь уйти.

Но он ловко схватил меня за подол платья, заставляя упасть обратно на софу.

– Мы еще не закончили. – Мужчина хищно оскалил желтые зубы и, ухватив меня за руку, стал покрывать ее поцелуями, продвигаясь вверх до локтя и выше.

Я уже разозлилась не на шутку на столь настойчивого поклонника.

– Если леди говорит «нет», это значит «нет». – Я сощурила глаза и со всей силы ударила острым носком лакированного ботинка упрямца по лодыжке. Хорошо, что я не надела атласные бальные туфельки, а оставила свою старую надежную обувь.

Толстяк вскрикнул и выпучил глаза от боли, а я, воспользовавшись замешательством, высвободилась из его объятий и поспешила отойти подальше. Самым безопасным местом мне показался стол, заставленный изысканными блюдами. В середине стоял трехъярусный шоколадный фонтан. Юная девушка с кудрявыми рыжими волосами в вульгарном ярко-зеленом платье, отороченном соболем, запустила туда палец и смачно его облизнула.

– Не слишком прилично совать руки в общественную еду. – Я неодобрительно покачала головой.

– А ты что, чопорная особа? – хмыкнула девица и взяла со стола стеклянный бокал на длинной ножке. – На, попробуй лучше, сразу расслабишься.

Я взяла угощение, с удивлением увидев, что бокал наполнен прозрачными ограненными кристаллами. Недоуменно подцепила один из них десертной ложкой и отправила в рот. Кислый вкус разлился по языку, наполняя горло жаром, на секунду я задохнулась и стала дышать ртом. Огонь, опаливший рот, спустился вниз и растворился в груди, по всему телу пробежала сладкая волна тепла.

Девушка, довольная моей реакцией, хихикнула и, схватив с блюда клубнику, повернулась ко мне спиной. Тяжело дыша, я возмущенно засопела и хотела вылить ей на голову графин с пуншем, но передумала. Нельзя отвлекаться от главной цели. Раскрыв веер, я принялась обмахиваться, больше ничего не рискну здесь пробовать, разве что вон то безобидное на вид розовое пирожное с кремовой розочкой. Я уже хотела им полакомиться, но передумала, увидев, как роза зашевелила лепестками.

– Не советую вам это есть, – рядом с ухом раздался насмешливый мужской голос.

От неожиданности я подпрыгнула на месте.

Резко обернувшись, увидела перед собой незнакомого мужчину. Короткие светлые волосы, чуть тронутые сединой на висках, удивительно не сочетались с довольно молодым на вид лицом, его карие, почти черные глаза сверкали под маской. Одет он был довольно просто, в потрепанный черный камзол с серебряной оторочкой. Незнакомца легко можно было бы назвать элегантным и даже скромным, если бы не распахнутая шелковая рубашка, обнажающая курчавые волосы на груди. Еще один искатель эротических приключений.

– Спасибо, что предупредили, – жеманно воскликнула я. – Тогда, может, подскажете мне, что можно без опаски положить в рот?

Мужчина бросил на меня оценивающий взгляд, его бесстыжие глаза со слишком длинными и густыми ресницами сощурились.

– Что вы здесь ищете, мадам? – задал он неожиданный вопрос и прикоснулся к перстню на безымянном пальце, провернув его несколько раз справа налево.

– То же, что и все. – Я постаралась чарующе улыбнуться. Этот джентльмен не в пример предыдущему был весьма привлекателен, правда серая маска скрывала половину лица, но, если судить по чувственным пухлым губам и тонкому носу, мужчина должен быть настоящим красавцем. Хотя какое мне дело до его привлекательности, мне хоть какого-нибудь жениха найти и желательно не затягивать этот процесс. А то провыбираю, как кузина Меридит, та все надеялась, что на нее обратит внимание какой-нибудь принц, и отвергла парочку предложений руки и сердца. Но если кузина осталась старой девой, то мне, помимо этого, еще грозило полное разорение и жизнь под Абадонским мостом, если я сейчас же не возьму волю в кулак и не подыщу подходящего кандидата.

– Не лгите, моя хорошая. – Незнакомец изогнул губы в улыбке и, приблизившись к моему уху, прошептал: – Я за версту чувствую, когда меня обманывают.

– Может, выйдем на балкон, там нам будет удобнее беседовать, – предложила я, сама удивляясь своей дерзости. – Никто не помешает.

– Кажется, его уже облюбовала другая парочка, – отозвался мой собеседник. Он опустил глаза на свой перстень из червонного золота, в центре которого красовался большой кроваво-красный рубин.

«Странно, чего он там высматривает, лучше бы обратил внимание на меня», – с досадой думала я.

– Красивый! Фамильный, наверное? – похвалила я. Если бы не эта драгоценность, можно было бы подумать, что мужчина не слишком богат, обычный провинциальный лорд.

– Что? – Незнакомец встрепенулся и взглянул на меня, кажется, он даже забыл про мое присутствие. – Нет, обычная безделушка, стекляшка.

– Очень удачная подделка, почти как настоящий, – удивилась я. – Ну так что, может, пойдем подышим свежим воздухом, здесь слишком душно.

Я притворно вздохнула и стала обмахиваться веером.

– Спасибо за приглашение, но я его не приму, – хмыкнул мужчина и, отвесив мне легкий поклон, отошел, оставив меня одну стоять с обиженно поджатыми губами.

Время неумолимо отсчитывало драгоценные минуты, вместе с ними таяла моя уверенность в собственных силах. Какой странный мужчина, сам первый подошел и заговорил со мной и тут же убежал. Интересно, что ему не понравилось. Я постаралась поскорее выбросить из головы незнакомца, не стоит забивать голову ерундой, вечер только начинается, как и моя охота на жениха.

Неожиданно музыка смолкла, и раздались аплодисменты. Гости приветствовали хозяйку вечера графиню Мелори. Слухи, ходившие о ней, хотя бы в одном были правдивы. Амелия обладала восхитительной внешностью: алебастровая кожа, большие синие выразительные глаза в сочетании с густыми черными волосами создавали волнующее впечатление. Графиня была настоящей красавицей, хотя на лице уже были заметны следы возрастного увядания.

– Рада приветствовать вас в своем доме. – Амелия чарующе улыбнулась. – Сегодня для своих дорогих гостей я приготовила особый сюрприз.

По залу пробежал восторженный шепот, рыжая девица поставила на стол бокал игристого вина и внимательно уставилась на графиню.

– В этот раз лотерея будет для мужчин, – заявила хозяйка дома. – Помнится, в прошлый раз победительницей стала леди София. Дорогая, вы остались довольны?

Высокая блондинка в алом платье весело рассмеялась.

– Более чем, ваша светлость, это была самая лучшая ночь в моей жизни!

– Приятно слышать. Позже я определю счастливчика, а сейчас хочу представить вашему вниманию драгоценный приз.

Гости замерли в предвкушении. В зал вошли два лакея, катившие перед собой огромную клетку, закрытую шелковой тканью, расшитой звездами. Графиня лично подошла к ней и, схватившись за край ткани, дернула ее вниз. Нашему взору предстала обнаженная девушка, прикрытая лишь своими невероятно длинными волосами. Ее кожа светло-серого цвета была покрыта прозрачными чешуйками, которые блестели в свете канделябров.

Вновь зазвучала музыка, и необыкновенная девушка запела, в тот же миг мир перестал для меня существовать, волшебный голос нежно обволакивал, заставляя жмуриться от удовольствия. Я огляделась по сторонам, понимая, что не одна поддалась волшебным чарам. Присутствующие мужчины, казалось, потеряли голову от той, что была заперта, облепили клетку со всех сторон, пытаясь протянуть руки сквозь прутья решетки и дотронуться до прелестницы.

Раздался пронзительный смех, и все разом смолкло.

– О нет, господа, она достанется лишь одному из вас.

Я потрясла головой, окончательно прогоняя наваждение.

– Вы уже, наверное, догадались о магических способностях этой особы. Перед вами сирена. А вот того, кто поднимется с ней наверх, определит случай. Но не без помощи вашей покорной слуги, конечно.

Амелия подошла к стеклянной вазе, наполненной маленькими голубыми карточками. Она опустила туда изящную руку, перемешала их несколько раз и, вытащив один пригласительный билет, прочитала вслух имя, написанное на нем.

– Мистер Бабл Смит! – громко крикнула она.

Кудрявый мужчина в черной маске чуть не захлопал в ладоши от счастья; сопровождаемый завистливыми комментариями, он поспешил за своим призом.

Да уж, странные у них развлечения! Складывалось ощущение, что эти богачи уже всем пресытились в жизни, накушались сладкого и их потянуло на остренькое. Только как бы потом заворота кишок не было от переедания.

Неожиданно я ощутила легкое прикосновение к своей руке и удивленно уставилась на мужскую ладонь, которая нежно ухватила меня за локоть.

– Милочка, вы показались мне испуганным воробышком, – сообщил хриплый голос.

Я недоуменно подняла глаза на худощавого мужчину, он не был молод, если судить по морщинам на шее, можно предположить, что ему за пятьдесят, под шелковой маской проглядывал длинный крючковатый нос.

Я нахмурилась, пытаясь отстраниться.

– Хотите сказать, что я бледная моль по сравнению с собравшимися здесь райскими птицами, – хмыкнула я. – Да вы мастер комплиментов.

– О нет, вы неправильно меня поняли, я никогда не сужу людей по их внешности. Мне дан дар видеть их души, и ваша резко выделяется на фоне остальных, здесь собравшихся. Не смог отказать себе в удовольствии познакомиться с вами.

Я не заметила, как он увел меня подальше от толпы. Выйдя на балкон, мы расположились на резной скамейке, обитой желтым бархатом в цвет роз, стоявших в больших напольных вазах.

– Какая яркая сегодня луна, не находите?

В ответ мой взгляд невольно устремился на небо, усыпанное звездами.

– Я сегодня не намерена вступать в близкие отношения, – сразу заявила я, предупреждая, чтобы мужчина не смел распускать руки.

– Ну что вы, дитя мое, мне совершенно не нужно ваше тело, – невозмутимо ответил собеседник.

Я немного растерялась, не зная, огорчаться или радоваться от такого признания.

– Хотите, я покажу вам настоящее волшебство? – Мой спутник достал из кармана кулон. На цепочке висел, покачиваясь, удлиненный белый прозрачный кристалл. – Сейчас я достану для вас с неба звездочку. Какую желаете?

Я улыбнулась – да уж, хоть с виду и сморчок какой-то, но ухаживать джентльмен умеет. Я наугад указала пальцем на небо.

– Можно мне вон ту маленькую?

– Будет исполнено. – Мужчина резко вытянул вперед руки и сделал вид, что хватает воздух. В то же мгновение в его ладони появился свет, я ахнула, а он поднес руку к кристаллу и внутри граней засверкал крошечный огонек.

– Какая прелесть. – Я расплылась в улыбке и украдкой взглянула на небо: там, где раньше была маленькая звездочка, теперь зияла пустота. – Как вам это удалось? Откройте секрет вашего фокуса.

– Непременно, – тихо ответил незнакомец.

С ним было приятно находиться рядом, пусть он староват на вид, но, по всей видимости, хороший дядька. Думаю, от него не будет много хлопот.

– Вы дозволите сделать вам подарок? – спросил он и облизал кончиком языка сухие тонкие губы.

Кулон с запертой в нем искрой заманчиво покачивался на длинной золотой цепочке. Я не устояла от соблазна и кивнула.

– Простите, что был невежлив и забыл представиться, мое имя Велдон.

– Каринтия, – ответила я, тут же поняв, что назвала свое настоящее имя. Да и какая теперь разница, кажется, я уже нашла то, что искала.

Что ж, можно сказать, знакомство состоялось, главное, не забыть узнать его фамилию. Приподняв волосы, я подставила обнаженную шею, чтобы он надел мне цепочку с кулоном.

Внезапно рядом с нами раздалось настойчивое покашливание, я встрепенулась и подняла глаза. Возле скамейки стоял тот самый странный незнакомец, который не советовал мне есть пирожные. Как он смог подойти к нам так бесшумно, что мы даже не услышали звук приближающихся шагов?

– Вот ты где, гадкая изменница, ты же обещала в эту ночь раздвинуть ноги только для меня, – гневно закричал он и, схватив меня за шиворот, грубо оттащил от Велдона.

Глава 4

– Что за шутки? – Я возмущенно дергалась в сильных руках мужчины, пытаясь вырваться. Но тот легко, словно нашкодившего котенка, подхватил меня и утащил в зал.

– Успокойся, – прошептал он, одаривая меня раздраженным взглядом.

– Нет, я требую объяснений. – Я все-таки освободилась из цепких объятий и краем глаза заметила, что Велдон пошел за нами и теперь пристально наблюдает. – Вы просто, вероятно, неправильно меня поняли, когда я приглашала вас выйти подышать свежим воздухом. В любом случае я более не нуждаюсь в вашей компании, так как нашла кавалера поинтереснее.

– Дура, не кавалера ты нашла, а проблем на свою хорошенькую задницу. – Незнакомец бесцеремонно хлопнул меня пониже спины так, чтобы это заметили стоявшие рядом гости, и вновь притянул меня к себе. – Если хочешь жить, сделай вид, что без ума от меня.

– Еще чего. – Я взвизгнула и хотела уже высказать все, что думаю об этом нахале, но мужчина быстро закрыл мне рот своими губами.

Мы слились в долгом поцелуе, его настойчивый язык грубо проник внутрь, касаясь моего. На мгновение я потеряла дар речи, хорошо, что он держал меня, иначе я бы рухнула на пол. До этого я целовалась лишь один раз, мне было четырнадцать лет, тогда еще был жив наш отец. Мы отправились на прием в честь юбилея нашего дедушки, матушка сказалась больной, хотя мы все прекрасно понимали, что это уловка, чтобы не ехать, ведь ее не желают видеть в фамильном поместье. Кузен Энтони обещал показать мне белых кроликов, но обманул, заманив в конюшни. Там он, прижав меня к грязной стене, поцеловал своим слюнявым ртом, за что получил седлом по голове. С тех пор Энтони слегка окосел и стал еще больше ненавидеть нашу семью.

В этот раз все было по-другому, поцелуй незнакомца вызвал дрожь удовольствия, сладкое тепло разлилось в груди. Когда мужчина отпустил меня, я даже с сожалением вздохнула, забыв дать ему пощечину.

– Теперь вы просто обязаны на мне жениться, – выдохнула я, чувствуя, что краснею.

Но красавчик лишь хмыкнул.

– Мисс, не приближайтесь больше к этому джентльмену для вашего же блага. А он, думаю, сегодня больше не станет к вам подходить.

Удовлетворенно взглянув куда-то позади меня, мужчина отвесил мне шутливый поклон и, повернувшись спиной, зашагал прочь. Я была обескуражена его поведением. Между тем взглянув на бронзовые часы, стоявшие в гостиной, увидела, что время неумолимо подходит к девяти часам, у меня в запасе совсем не осталось времени.

– Ну уж нет, второй раз ты от меня не улизнешь!

Я решительно направилась вслед за странным мужчиной. Догнала его и бесцеремонно толкнула в спину, мужчина даже не покачнулся, лишь с раздражением повернулся ко мне.

– Опять вы, – процедил он сквозь зубы.

– Мы не закончили разговор. – Я уперла руки в бока. – У меня к вам одно важное дело.

– Я занят, – жестко отрезал незнакомец. – Поищите другого ухажера.

– У меня был один, – негодовала я. – И вы его отпугнули. Поэтому придется довольствоваться вами.

Я схватила с подноса у проходящего мимо лакея бокал красного вина и как бы случайно вылила на сюртук мужчины. В мой адрес посыпались нелестные слова, любая порядочная леди на моем месте немедленно заткнула бы уши, но у меня не было времени на такие деликатности.

– Дамочка, я уже начинаю жалеть о нашем знакомстве, – процедил он сквозь зубы.

– Мистер, позвольте помочь почистить ваш костюм. – Я соблазнительно захлопала ресницами, прикидываясь невинной простотой.

– Не стоит, я сам справлюсь. – Мужчина поджал губы и пошел в туалетную комнату. Несмотря на то что он явно жаждал поскорее избавиться от моей компании, я решила не предоставлять ему такой подарок. Сам виноват.

– Боги, это опять вы, – он закатил глаза, увидев, как я вхожу в дверь мужской уборной.

– Всего одна просьба, – отчеканила я. – И обещаю, больше вы меня никогда не увидите, разойдемся, так сказать, полюбовно.

– Хорошо, – тяжело вздохнул незнакомец, – слушаю.

– Женитесь на мне, – заявила я.

Туалетную комнату огласил раскатистый хохот.

– Дурацкие у вас шутки, мисс, – все еще смеясь, произнес он. – Если это все, прошу вас покинуть сие помещение.

– Это не шутка. – Я дрожащими руками достала из кармана платья крошечный пузырек и, открыв крышку, высыпала из него розовый порошок себе на ладонь. Я ужасно волновалась, рука взмокла от пота, и большая часть крупинок прилипла к коже.

– Теперь понятно ваше странное поведение, – присвистнул он. – Увлекаетесь дурманящими средствами.

Уже не слушая его, я шагнула вперед и дунула на ладонь. В воздух поднялось облако разноцветных искр, которые тут же устремились к мужчине. На мгновение он опешил и растерянно вытаращил на меня глаза, его взгляд потерял осмысленное выражение.

– Мистер, – прошептала я, заикаясь, – как ваше имя?

– Делмар де Ривс, – ответил он ровным голосом.

Боги, что же я творю! Кажется, колдовство Мэдди действует, хотя сестра не была уверена в успехе. Если меня поймают, то в лучшем случае отправят пожизненно на каторгу, в худшем же – взойду на эшафот.

– Хорошо, – кивнула я сама не знаю почему. Бедняге Делмару сейчас все равно, он просто будет в точности исполнять все мои желания ровно один час. – Еще один вопрос: у вас есть супруга или невеста?

– Нет, – ответил он совершенно бесцветным голосом и равнодушно помотал головой.

Я облегченно вздохнула.

– Тогда собирайтесь, мистер Ривс, поедем венчаться.

Я подхватила своего новоиспеченного жениха под руку и повела к выходу. Возле дверей нас попросили вернуть маски, я быстро сдернула с себя кружевной аксессуар, нельзя было терять ни минуты, любая задержка могла мне дорого обойтись.

– Делмар, душечка, снимите маску, – попросила я, бросив взгляд на своего спутника.

Он послушно последовал моему примеру, и я полностью увидела его лицо. Правильные черты, аристократический прямой нос, его привлекательность не портила даже еле заметная сеточка морщинок возле глаз.

– Да вы настоящий красавчик, – одобрила я. Интересно, почему он до сих пор не женат? Скорее всего, виной тому порочный характер и дурная репутация. Именно поэтому я решила выбрать мужа на таком вечере, где собираются люди, не обремененные моральными принципами, так я, по крайней мере, буду в ладу со своей совестью.

Добравшись до кеба, мы сели и поехали прямиком в часовню. Я искренне надеялась: несмотря на то что время перевалило за отметку, равную десяти часам, отец Бенедикт дождется несчастных влюбленных, которым приспичило сегодня пожениться.

Возница гнал лошадей, и мы довольно быстро добрались до места, возможно, благодаря тому, что в вечернее время суток на улице было мало прохожих. В церковь мы уже буквально влетели, сопровождаемые звуком городских часов, пробивших ровно одиннадцать. Я бежала по ступенькам, держа за руку мистера Ривса и таща его за собой.

– Падре, мы здесь! – крикнула я что есть силы, распахивая дверь.

– Чего орешь, дочь моя, я же не глухой, – проворчал отец Бенедикт. Он мирно дремал на скамейке для прихожан. Кажется, я потревожила его сон, потому что он, весь взлохмаченный, вскочил на ноги, поправляя мятую рясу.

– Давайте скорее, – торопила я, подводя своего жениха к алтарю. Еще в кебе я предупредила Делмара, чтобы он на все вопросы отвечал «да», что тот, собственно, и сделал.

– Возлюбленные мои дети, мы собрались здесь, чтобы скрепить союз этих двух молодых людей… – начал падре.

– Можно пропустить торжественную часть, – нетерпеливо перебила я священнослужителя.

Он неодобрительно взглянул на меня и перевел подозрительный взгляд на моего отрешенного будущего мужа.

– Что-то молодой не похож на счастливого влюбленного, – задумчиво протянул он.

– Приболел немного, – пояснила я. – Лихорадка и прочие прелести, поэтому советую поскорее закончить церемонию, будет очень жаль, если вы заразитесь этой гадостью.

Отец Бенедикт изменился в лице, и дело пошло резвее. Мы быстро произнесли брачные клятвы, и писарь поставил дату и печать на документ о заключении брака.

Держа в руках драгоценную бумагу, я сияла от радости, до сих пор не веря, что успела.

– Что происходит?

Неожиданный вопрос Делмара моментально развеял хорошее настроение. Я подняла на него полные ужаса глаза.

Лихорадочно соображала, что же делать. Я не ожидала, что он так быстро придет в себя. Судя по всему, кому-то сейчас очень сильно не поздоровится. Взгляд мистера Ривса прояснился, он с удивлением оглядывался вокруг, видно было, что мужчина с трудом соображает.

– Э-э-э… кажется, мне пора. – Я подобрала юбки, готовясь покинуть храм.

– Постойте, мисс. – Крепкие пальцы вцепились мне в руку, отчего из груди вырвался протяжный стон. – Требую объяснений, как я здесь оказался и почему именно с вами?

– А что, собственно, вас так удивляет? – невинно поинтересовалась я. – И чем вам так не нравится моя компания?

– Не дурите меня, мисс, иначе будет хуже, – раздраженно вскричал Делмар. Я буквально чувствовала, как внутри него нарастает злость.

– Миссис Ривс, можно оставить бурные выяснения отношений за пределами церкви? – возмущенно крикнул отец Бенедикт. – Мы уже закрываемся, я и так ждал вас слишком долго, чтобы обвенчать, сейчас же прошу удалиться.

– Чего? – Мой новоиспеченный супруг вытаращил глаза. – Лучше скажите мне, что я сплю, иначе я сейчас сверну вам шею.

– Вы спите, – пискнула я и, не теряя больше ни секунды, бросилась прочь.

Делмар догнал меня уже на лестнице и схватил за подол платья. Раздался резкий звук рвущейся ткани.

– Наглая аферистка, – прошипел мистер Ривс. – Немедленно объяснись или я вырву признание силой из твоей глотки. Кто тебя подослал?

Он грубо схватил меня за плечи и встряхнул, словно тряпичную куклу. Его лицо наливалось кровью, я уж думала, мне сейчас придет конец, как неожиданно Делмар неестественно вздрогнул и обмяк, его глаза закатились, а сам он рухнул на ступеньки.

– Дамочка, с вами все в порядке? – раздался голос возницы. Я, открыв рот, наблюдала, как тот покачивает в руках небольшую дубинку. – Ваш спутник, видать, перепил сегодня. Нельзя же так обращаться с хорошенькими девушками.

– Вы его того? – огорчилась я, глядя на бездыханное тело, валяющееся у моих ног.

– Да ну, просто оглушил, не волнуйтесь так, – беззаботно отозвался кучер. – Нашему брату нужно быть всегда начеку. Знали бы вы, как много опасностей поджидает на улице. Вот и приходится брать с собой оружие для защиты.

– Что теперь с ним будет? – волновалась я, хоть мистер Ривс и гадкий грубиян, но все же как-никак муж, хоть и временный.

– Да ничего этому мистеру не сделается, проспится и будет утром как огурчик, – отозвался возница. – Давайте-ка я затащу его в кеб да отвезем джентльмена домой. А то вот на холодной лестнице можно и простудиться до смерти. Помню, был у нас случай, старый Фред нализался так, что до дома не мог дойти, дополз только до крыльца и прилег поспать. А утром его уж нашли, царствие ему небесное.

Борясь с горячим желанием бросить здесь Делмара, я все-таки ухватила его за ноги и помогла внести в экипаж. Что же теперь будет, эх, я даже не знаю, где он живет. Рассчитывала на то, что успею смыться, но теперь придется расплачиваться за все сполна. Но успокаивал совесть и существенно согревал душу важный клочок бумаги, который я свернула и положила в ридикюль. Ладно, завтра я постараюсь объясниться с мистером Ривсом, там и решим насчет развода. Ну что он может мне сделать, максимум побьет, ну ничего, вытерплю. Хотя надеюсь, у него хватит такта не поднимать руку на хрупкую девушку, пусть она и вышла за него замуж обманом.

Подъехав к нашему дому, я заметила, что, несмотря на глубокую ночь, на первом этаже горит свет. На пороге меня встретила взволнованная матушка.

– Тия, слава богам, ты вернулась, – облегченно вздохнула она, увидев меня.

– Мам, все хорошо, – отозвалась я.

Миссис Эвинсель недоуменно посторонилась, пропуская в дом кучера, и хотя тот был довольно крупным и сильным на вид мужчиной, он все же с трудом дотащил тело Делмара и бросил на софу.

– Засим откланиваюсь, дамы. – Он приподнял котелок, изображая галантность. – Желаю приятного вечерочка. Ежели что еще потребуется, обращайтесь, я обычно стою на углу Ревер-стрит.

Я сердечно поблагодарила его и заперла дверь.

– Каринтия, дорогая, кто этот джентльмен? – Матушка прижала ладони ко рту.

– Этот? – глупо переспросила я. – Мамочка, иди спать, не обращай внимания.

– Какое там спать, – махнула рукой она. – Ты забыла, что нас завтра с утра выселяют? Пока ты бродила неизвестно где, мы с твоей сестрой успели собрать вещи на первое время. У нас хватит средств снять скромную комнату в каком-нибудь подвале, а дальше я не представляю, что делать.

Мама судорожно всхлипнула, отчего к горлу подступил комок, я редко видела ее плачущей. Она всегда старалась сохранить доброе расположение духа и поддерживала нас, не позволяя унывать.

– Я же обещала, что найду выход, можете распаковывать обратно дорожные саквояжи, – улыбнулась я и полезла в ридикюль. – Смотри, свидетельство о браке. Настоящее, все как полагается – с подписями и печатью. Так что завтра дорогого кузена ждет большой сюрприз.

– Тия, как тебе это удалось? – изумленно воскликнула мама и тут же перевела взгляд на лежащего без сознания мистер Ривса.

– Да, – вздохнула я и покачала головой. – Это мой муж.

Глава 5

Утро обещало быть недобрым. Я практически не спала ночью, периодически выскакивая из своей комнаты, чтобы глянуть на мирно посапывающего на софе мистера Ривса. Едва забрезжил рассвет, я оделась и пошла готовить завтрак. Чтобы успокоиться и занять себя, завела тесто и приготовила целую гору ароматных оладий.

– Как вкусно пахнет! – раздался за спиной голос Мэдди.

Я вздрогнула и укоризненно посмотрела на сестренку.

– Нельзя же так пугать, – заявила я, накладывая на тарелку малиновый джем. – Садись поешь, матушка уже встала?

– Ага, и рассказала мне про твое неожиданное замужество, – хихикнула Мэдди. – Поздравляю тебя, я ни на секунду не сомневалась в том, что ты справишься.

– Спасибо, – скептически хмыкнула я. – Где мама?

– Сидит в гостиной, караулит твоего супруга, – отозвалась сестра. – Значит, все-таки порошок подействовал великолепно. Только, кажется, я переборщила с эверином, судя по эффекту глубокого сна.

– Нет, ты все рассчитала правильно, – сказала я, нахмурив брови. – Просто так сложились обстоятельства, в общем, ты тут ни при чем.

Я вытерла руки о передник и прошла в гостиную, на софе все еще неподвижно лежал мистер Ривс. Я с ужасом ждала, когда же он наконец придет в себя, надеюсь, кучер приложил его не слишком сильно и новоиспеченный муж будет в состоянии уйти из нашего дома на своих двоих. Подойдя ближе, увидела, что высокие черные кожаные сапоги стоят на полу, а Делмар сверкает голыми пятками.

– Что это? – возмутилась я, указывая на ноги мужчины.

Сидевшая рядом в кресле мама встрепенулась и пожала плечами.

– Я думала, ему так будет удобнее, – отозвалась она.

– К чему такие нежности, – раздраженно бросила я. – Иди позавтракай, набирайся сил. День сегодня предстоит тяжелый.

Как только мама встала, за окном раздалось громкое лошадиное ржание и звук стучавших о брусчатку колес, возвещающий о том, что к нашему дому подъехал экипаж.

– Вот же гады, видно, как только проснулись, сразу сюда поехали, – зло процедила я, наблюдая в окно, как мой кузен распахнул дверцу перед своим отцом. Сначала появилось необъятное пузо моего дяди Питера, а уж потом и он сам, вальяжной походкой направившись прямо к нам, размахивая дорогой тростью.

– Дорогая, что нам делать с ним? – Матушка засуетилась вокруг мистера Ривса.

– Давай прикроем покрывалом, – предложила я. – Он слишком тяжелый, нам его даже вдвоем с места не сдвинуть.

Матушка метнулась в подсобку и принесла старый пыльный гобелен. Раньше он висел на стене в гостиной, но много лет назад его сняли, потому что он не вписывался в модные тенденции, и заменили на большую картину с натюрмортом.

Вместе мы скрыли мистера Ривса от посторонних глаз и сделали это вовремя, поскольку через мгновение раздался стук в дверь. Мэделин, расправив юбки и нацепив холодную улыбку вдовствующей королевы-матери, пошла открывать. В дом вошли наши горячо нелюбимые родственники.

– Доброе утро, Питер. – Мама не сделала книксен, как полагается в подобном случае, а лишь коротко кивнула, приветствуя гостей.

– Никаких манер, – неодобрительно поджал губы дядя. – Виктория, нужно быть более почтительной со своими хозяевами.

– Мистер Эвинсель, я бы на вашем месте не слишком разбрасывалась подобными фразами, – вспылила я. – Так можно в лужу сесть или по голове чем-нибудь получить.

– Хамка! – прошипел Энтони, выглядывая из-за плеча своего отца.

– Не будем ругаться на пороге, – вздохнула мама, жестом приглашая родственников пройти в гостиную.

– Вот, другое дело, – одобрительно сказал Питер.

– Проходите, проходите, гости дорогие, присаживайтесь, – сладким голосом заговорила Мэдди. – Да не сюда, кузен, это кресло сломано, садись вот тут.

Энтони сел на указанный стул, а его отец развалился рядом на мягком диване, заняв бо́льшую его часть.

– Вы, конечно, понимаете, что мы прибыли не с простым визитом, а были вынуждены посетить вас по сугубо деловым обстоятельствам, – начал разговор дядя, упиваясь собственным самодовольством. – Думаю, не стоит объяснять, что этот дом теперь мой, и вы, как посторонние люди, должны немедленно покинуть его в самые короткие сроки.

– Вот как? – Я чуть не расхохоталась ему в лицо, еле сдерживая нервный порыв. – А мне кажется или кое-кто забыл сообщить нам, как заинтересованным лицам, на оглашении завещания одну важную деталь? К примеру, про то, что мы сможем сохранить дом, если я до указанного срока выйду замуж?

– Откуда вы узнали? – Питер сузил глаза и бросил тревожный взгляд на своего сына.

– Папенька, да это я сказал, – виновато пробурчал Энтони. – Но не волнуйся, это произошло вчера днем, за столь короткий срок Каринтия никогда бы не смогла найти себе супруга.

– И то верно, – облегченно кивнул Питер. – Сомневаюсь, что такая дерзкая девчонка вообще сможет найти себе мужа.

– Рано радуетесь. – Сейчас я уже не могла удержаться от победного смеха. – Мэдди, тащи бумаги.

– Что еще такое? – Родственнички встрепенулись, когда я им под нос подсунула брачный договор.

– То самое, – сияла я, наблюдая, как вытягивается лицо Энтони. – Со вчерашнего дня я миссис Каринтия де Ривс.

– Это ложь. – Питер попытался схватить бумагу, но я вовремя отдернула ее от цепких жирных пальцев. – И смотреть не буду, наверняка фальшивка.

– Можете проверить, запись о заключении брака есть в церковной книге, – победно промурлыкала я.

Лицо моего дяди покрылось красными пятнами, он начал раздуваться, словно жаба.

– Энтони, ты идиот, – завопил Питер, пытаясь привстать и огреть тростью своего бестолкового сына. – Ты нас подставил! Разве можно было рассказывать им про тот пункт! Это же змеи в женском обличье. Да как у вас совести-то хватило поступить с нами столь мерзко!

– Это вы к нашей совести взываете? – тут уже не выдержала моя добрая мама.

Кузен, пытаясь увернуться от тяжелого набалдашника отцовской трости, решил вскочить со стула и отбежать подальше, но вместо этого жалобно запищал:

– Ой, папа, меня, кажется, парализовало! Я не могу сдвинуться с места.

Я бросила быстрый взгляд на Мэдди. Сестра стояла неподалеку и прыскала от смеха.

Энтони задергал ногами и с трудом все же смог оторваться от стула.

– Просто он прилип, – высказалась Мэделин. – Такое бывает, когда садишься на клей, очень много клея.

– Мерзавка! – Кузен извивался, пытаясь отодрать свой тощий зад от сиденья. В результате ему это удалось: раздался резкий звук рвущейся ткани, и Энтони упал на пол. Стоя на четвереньках, он судорожно ощупывал свои ягодицы: на том месте, где их прикрывали брюки, сейчас зияла большая дыра, сквозь которую проглядывали кокетливые розовые панталоны.

– Вы за это ответите, – грозил Питер, брызгая слюной. – За все ответите, я буду жаловаться!

– Хоть самой королеве, – хмыкнула я. – Все абсолютно законно.

– Скорее всего, брак договорной, и его можно оспорить, – выпалил дядя.

Неожиданно раздался протяжный стон, потом еще один, более громкий и отчетливый. Мы вздрогнули и повернули головы в сторону софы, стоявшей возле стены. Прямо на наших глазах покрывало над ней стало медленно подниматься.

Дядя Питер завизжал, как свинья.

– Свят-свят! – вопил он, проворно вскакивая на ноги.

Его сын вцепился в рукав отца, оба с ужасом взирали на старый гобелен, который воспарил над софой.

– Это ведьмовство, – заикаясь, произнес Энтони. – Сегодня же сделаем донос в инквизицию, не иначе как они вызвали демона, чтобы забрать наши чистые души.

– Прекратите орать, – поморщилась я, подошла и резко сдернула покрывало с Делмара. Взгляд супруга обжег так, как если бы к моему лбу приложили раскаленную кочергу. По всей видимости, он уже давно пришел в себя, потому что выглядел весьма разъяренным.

– Это супруг нашей милой Каринтии, – попыталась внести ясность матушка.

– Он просто на радостях вчера вечером выпил слишком много пунша и уснул прямо в гостиной, – невинно захлопала ресницами Мэделин.

– Сразу видно, что неприличный человек, – тут же отозвался дядя. – Нашли, видно, бродягу под мостом, и взгляд у него какой-то неприятный, наверное, вор или бандюга.

– Мне кажется, вам уже пора, – без обиняков заявила я, подталкивая расстроенных родственников к выходу.

– Поддерживаю, – внезапно подал голос мистер Ривс. – Позвольте нам с женой насладиться мгновениями счастливого супружества.

Проводив кузена с дядей и захлопнув за ними дверь, я на негнущихся ногах вернулась в гостиную, попутно оглядываясь по сторонам в поисках оружия.

– Итак, вы все слышали, – сказала я. – Но прошу заметить, что моя матушка с сестрой не имеют к затее никакого отношения, это моя личная инициатива, и наказание должна понести лишь я одна. Но все же надеюсь на ваше благоразумие и думаю, вы учтете то положение, в котором оказалась несчастная вдова с двумя детьми, и не станете выдвигать против нас обвинения.

– Очень хорошо, – прорычал мистер Ривс, усаживаясь в кресло.

– Попейте водички, – суетилась рядом с ним Мэдди, пытаясь всучить Делмару в руки бокал.

Он категорически помотал головой, отказываясь что-либо принимать из ее рук.

– Предлагаю разойтись полюбовно, через некоторое время подадим прошение на развод, и все, вы свободны, я свободна. Милый мистер Ривс, по вам видно, что вы настоящий джентльмен и не будете долго злиться.

– Хм, джентльмен, говорите, а вот ваш дядя сразу распознал во мне вора и бандита, – хмыкнул мой муж. – Вы совсем не разбираетесь в людях, надо же, среди сотни гостей выбрали именно того, кто способен превратить вашу жизнь в ад одним щелчком пальцев.

Слова Делмара заметно испортили мне настроение, радость от нашей победы существенно померкла, уступив место тревоге.

– Прошу вас не пугать мою сестру. – Мэдди схватилась за каминную кочергу и погрозила ею в воздухе.

Делмар встал и, подойдя к ней, спокойно выхватил орудие устрашения из ее рук и откинул в сторону.

– Так, дамы, давайте заканчивать балаган, – вскипел он. – Я не намерен больше задерживаться в этом доме, но прежде чем покину сие гостеприимное место, я хочу выяснить, кто из вас изготовил магический порошок, с помощью которого на меня наложили заклятие?

– Я во всем виновата, – пискнула я, заслоняя собой Мэделин. – Пойдемте на кухню, я покажу, где храню свои зелья.

Мистер Ривс прищурил глаза, окидывая меня оценивающим взглядом.

– Ну нет, провести вам меня не удастся, я остро чую подвох.

– Но один-то раз уже получилось, – язвительно хмыкнула я, чем заслужила протяжное рычание, вырвавшееся из горла моего дражайшего супруга.

– Вы же не сдадите нас властям? – Я уже всерьез забеспокоилась на этот счет, ситуация явно выходила из-под контроля.

– Ага, ухмылочка как-то быстро покинула ваше личико, – торжественно выпалил муж. – Думаете, я легко спущу вам все, что вы осмелились проделать? За это полагается смертная казнь, мне кажется, костер правосудия – великолепный способ избавиться от нежелательной жены.

– Может, лучше развод? – Я почувствовала, как в горле встал комок.

– Нет, – категорически отозвался Делмар. – В моем положении развод создаст огромную проблему.

– Да кто вы такой, черт вас подери? – буркнула я, сжавшись под колючим взглядом мужчины.

– А вот с этого надо было начинать, прежде чем тащить под венец!

Неожиданно мы вздрогнули, заслышав настойчивый стук дверного молотка. Кто там еще пожаловал в гости в такой неподходящий момент?

Матушка отдернула занавеску, и мы увидели большую, абсолютно черную лакированную карету, даже стекла на окнах были темные, что огромная редкость в наших краях. Мои глаза расширились от страха, такие экипажи иногда встречаются на улицах столицы, мрачные, без всяких опознавательных знаков, только огромный серебряный паук на дверце отчетливо дает понять, кто именно едет. Извозчики немедленно разъезжаются в стороны, почтительно уступая место, а прохожие с благоговением глядят вслед вороным коням, поднимающим копытами облака пыли.

Глава 6

– Лучше добровольно откройте, – заметил Делмар.

Я послала в его сторону взгляд, который должен был, подобно молнии, сразить мужчину наповал, но тот лишь ехидно поглядывал на меня, забавляясь моим состоянием.

Очень медленно я направилась к двери и распахнула ее в тот момент, когда стук стал уже невыносимо громким.

На пороге стоял высокий брюнет с длинными волосами, завязанными в хвост, его синие глаза пристально скользнули по мне и сузились.

– У нас есть сведения, что в вашем доме находится его светлость герцог Левиргейл, – заявил мужчина.

Вот так сухо и надменно, без «Добрый день, мисс, великолепная погода с утра, не правда ли? Вы вчера ночью похитили двоюродного кузена кронпринца, двенадцатого в линии наследования на престол, но ничего страшного, вам просто погрозят пальчиком и отпустят, вы же такая хорошенькая и милая».

– Нет, нет. – Я поспешила прикрыть собой дверной проем, но моя фигура не показалась ему достаточно внушительной – обзор на гостиную открывался великолепный.

Я бросила быстрый взгляд на карету, в которой приехал незнакомец. В ней ездят каратели Ордена паладинов, тайной организации ее величества. Сотни лет назад рыцари Ордена сражались с темными магами, в наши дни они расследуют преступления, совершенные колдунами и ведьмами.

– Ардет, как ты меня нашел? – Мистер Ривс вольготно развалился в кресле, положив ногу на ногу.

– Пришлось вызывать Блейз. – Незваный гость, проигнорировав мой возмущенный вопль, без приглашения прошел в гостиную и остановился посреди комнаты прямо на мягком, с любовью вычищенном ковре. – Видел бы ты, как она орала на меня за то, что посмел разбудить в четыре часа ночи, но, когда узнала, что ты пропал, тут же прикусила язычок.

– Э… мистер, раз уж вы нашли своего приятеля, может, вместе с ним покинете наш дом? – пролепетала я.

Мэдди прижалась к матери, и они вместе съежились в углу дивана, наблюдая за происходящим.

Две пары глаз уставились на меня, одна с любопытством, другая со злостью.

– Дел, я-то думал, ты попал в передрягу, а он, оказывается, сидит, чаи распивает в окружении милых дам. Прости, если помешал, но больно уж подозрительно выглядело твое исчезновение.

– А я и попал, да еще в такую, что лучше бы сдох под ближайшим кустом, – раздраженно буркнул мистер Ривс и указал на меня пальцем. – Эта мелкая ведьма такое со мной сотворила!

– Что же мисс сделала с таким опытным и сильным мужчиной? – насмешливо осведомился Ардет.

– Женила на себе!

Незнакомец не смог удержаться от смеха, чем заработал неодобрительный взгляд мистера Ривса.

– Да уж, девушка, похоже, применила одну из самых изощренных пыток, прежде чем вырвать у тебя согласие.

– Все было добровольно, – в свое оправдание заявила я. – Ну… почти.

Порк, маленький песик мой сестры только сейчас вернулся с прогулки и, прошмыгнув в крошечную дверцу, специально сделанную для него, с заливистым лаем прибежал в гостиную. Немного растерявшись от обилия народа в комнате, тут же бросился обнюхивать нового гостя.

– Нужно немедленно что-нибудь придумать, чтобы расторгнуть брак. – Мой супруг потер виски и поморщился, было заметно, что он страдает от головной боли, значит, ему все же крепко досталось от кучера вчерашней ночью.

– Может, подождете несколько дней, пока мы не вступим в права наследования? Да, да, конечно, вы правы, это уже лишнее, я согласна расторгнуть брак.

– Собирайтесь, дамочка, едем в храм, я сожгу все церковные книги, которые там находятся, и молите богов, чтобы никто не узнал про вашу проделку.

Ардет нагнулся, чтобы потрепать Порка за ухом, а затем, выпрямившись, провел рукой уже по своим волосам. Было видно, что он хочет что-то сказать, но не может на это решиться.

– Послушай, Дел, боюсь, решение личных проблем придется отложить. У меня для тебя не очень приятная новость, собственно, поэтому я тебя и искал.

– Что случилось? – Мистер Ривс заметно напрягся.

– Казнь перенесли на утро сегодняшнего дня.

– Что? – Мой супруг изменился в лице и вскочил на ноги. – Что же ты молчал!

– Я узнал об этом только вчера вечером. Прости, но не в моей власти повлиять на решение Саймона.

– Сейчас же едем в Торвиль!

Я стушевалась, не понимая, о чем они говорят. Вроде еще совсем недавно мы собирались тихо-мирно разойтись, а уже через мгновение они решили везти меня в тюрьму. Торвиль считался самым большим исправительным учреждением для преступников в Аверлении.

– Да, если выехать сейчас, думаю, успеем, – кивнул Ардет.

– Что ж, если вы торопитесь, не смею задерживать. – Я почувствовала, как ладошки взмокли от пота, и незаметно вытерла их о юбку, сейчас было не до приличий.

– Ну нет, вы поедете с нами, – выпалил Делмар и, грубо схватив за локоть, потащил меня к дверям. – Думаете, я оставлю вас без присмотра, чтобы вы сбежали или натворили еще каких-нибудь глупостей?

Я обреченно поплелась вслед за ним, что ж, сама виновата. Нужно было тщательнее выбирать супруга.

Хотя я не особо сопротивлялась, но Делмар намеренно грубо запихнул меня в карету. Оказавшись внутри, я постаралась устроиться на скамейке, сиденье которой было обтянуто благородным синим бархатом. Хотела еще для удобства подложить тонкую подушку, но мой супруг отобрал ее и кинул себе под ноги. Я обиженно надула губы: могли хотя бы дать возможность собрать вещи, по слухам, в тюрьме очень холодно и сыро, а еще бегают крысы.

– Каринтия. – Встревоженный крик моей матушки заставил мистера Ривса издать протяжный стон и вновь распахнуть уже закрытую дверцу.

И без того взвинченный, Делмар раздраженно уставился на взволнованную женщину.

– Что еще?

– Пожалуйста, не обижайте ее, – жалобно проговорила мама. – Если уж на то пошло, арестуйте меня, я готова взять на себя всю вину.

– Миссис, не стоит лить слезы, его светлость благородный человек, он и пальцем не тронет вашу дочь, – заявил Ардет, дабы успокоить ее. – Лично обещаю вернуть вам ее в целости и сохранности, когда решим проблему.

– Спасибо, – прошептала матушка и сунула в руки Делмара корзинку, накрытую кружевной салфеткой. – Тут пирожки с капустой, правда, вчерашние. Не хочу, чтобы Каринтия голодала.

Я даже всхлипнула от жалости к самой себе. Делмар грозно посмотрел и спихнул корзинку мне на колени. Чтобы унять дрожь, я непроизвольно запустила руку в пирожки и, вытащив один, судорожно вздохнула и откусила. Когда я сильно нервничаю, почему-то всегда очень хочется есть. После смерти папы я за месяц умудрилась поправиться на несколько фунтов.

– Можно мне тоже? – внезапно попросил Ардет.

Я кивнула и позволила ему самому выбрать.

– Вкусно, – проговорил он с набитым ртом. – Дел, перестань так глазеть, я со вчерашнего дня ничего не ел. Между прочим, по твоей вине.

Мистер Ривс отвернулся от нас и уставился в окно, всем своим видом показывая полное пренебрежение.

Ехали в тишине, лишь изредка раздавалось шуршание моей накрахмаленной юбки и чавканье Ардета. Тот с удовольствием прикончил несколько пирожков, а вот мой мистер Ривс от любезно предложенного угощения отказался, поджав при этом губы.

Кажется, прошел целый час, прежде чем мы добрались до места. Я в первый раз воочию увидела Торвиль, мрачное серое здание, обнесенное надежным высоким забором. Жители Аверлении много раз подавали прошение королеве, чтобы тюрьму перенесли за пределы города, но на это в казне вечно не хватало денег.

– Боги, она еще страшнее, чем на рисунке, который я видела в газете, – прошептала я, выглядывая в окно со своей стороны.

– Вот-вот, если будете и дальше заниматься мошенничеством, выделю вам здесь уютную комнату, – ехидно процедил сквозь зубы Делмар.

– Я требую суда присяжных, – выдохнула я.

Мой гадкий супруг внезапно рассмеялся, а вслед за ним и Ардет.

– Мисс, вы что думали, мы вас решили засадить в казематы? – хохоча, выдавил из себя любитель пирожков с капустой. – Ну, Дел достаточно хорошо воспитан, чтобы не отправлять свою супругу на виселицу.

– Да? – недоверчиво протянула я. – А он мне как раз это и обещал.

– Бросьте, сейчас он решит одно серьезное дело и займется вами, да не бледнейте вы так. Просто поедете в церковь и расторгнете брак, он ведь не консумирован, как я понимаю? Или все же Дел успел сорвать нежный бутон.

– Нет, точно такого не было! – категорически помотал головой мистер Ривс.

– Может, вы просто ничего не помните, – хмыкнула я. – Да ладно, не злитесь, не было, не было. Клянусь своим приданым.

– И велико ли у вас приданое? – с интересом осведомился Делмар.

– Сто восемьдесят фунтов, – немного смущаясь, выпалила я. – Деньги лежат в банке, мой супруг сможет получить их сразу после венчания.

– Ух, друг, да ты теперь богач, – присвистнул Ардет.

– Да у меня сапоги дороже стоят, – заявил мистер Ривс, чем окончательно вогнал меня в краску.

Подъехав почти к самым воротам, карета остановилась. Делмар спрыгнул со ступеньки и озабоченно огляделся по сторонам.

– Что-то мне не нравится эта суета. – Он сузил глаза и выражение крайней озабоченности появилось на красивом лице. – Ардет, присмотри-ка за нашей аферисткой, пока я буду отсутствовать. – В приоткрытую дверь до нас долетел едкий запах гари.

Ардет вышел вслед за другом и подозвал юного солдата, который судорожно сжимал в руках длинную шпагу.

– Мистер, вы бы отогнали карету подальше, сейчас тут такое начнется. У нас преступник сбежал, сегодня как раз привезли на казнь. Ребята только сняли с приговоренного кандалы и подвели к виселице, как прогремел взрыв. Часть северной стены разрушилась, видели бы вы эту дырищу. Такой грохот был, страху натерпелись порядочно. Пока выясняли, что случилось, арестанта и след простыл.

Ардет вернулся в карету и плюхнулся рядом со мной. Запустив руки в волосы, принялся дергать их. Я уже заметила за ним эту черту, так он проявлял волнение.

– Я очень удивлюсь, если это не Гровер, – проговорил он озабоченно. – Боги, Дел и так столько натерпелся, неужели нужно все начинать сначала.

– Может, поясните мне, что происходит? – спросила я, мучимая любопытством.

– Каринтия, боюсь, что не имею права открывать вам чужие секреты, но, думаю, вы и так скоро узнаете про это. Дело в том, что ваш э… супруг три года назад потерял невесту, надо заметить, при весьма печальных обстоятельствах. В спальню леди Оливии проник вор, когда она вернулась домой с приема раньше, чем планировала. Очевидцы позже рассказывали, что она жаловалась на головную боль. Решение уехать домой стало для нее роковым. Преступник, увидев, что его застукали, занервничал и убил девушку, задушив шелковым шнуром от портьеры.

– Ужас какой! – воскликнула я, прижав ладошку к губам.

– На Дела в те дни страшно было смотреть, за ночь у него появились седые волосы. Не спал и не ел, стал похож на привидение, а вскоре произошло новое преступление. Подруга его невесты, Андреа Беркли также была найдена мертвой, характер травм, приведших к смерти, совпадал. Нашлись свидетели, которые видели в момент убийства рядом с ней ее любовника Марка Гровера. Надо сказать, тот еще тип: промышлял изготовлением оружия, которое сбывал на подпольном рынке. Я видел творение его рук – великолепный пистолет. Сукин сын действительно имеет талант оружейника. Дел потратил несколько лет, чтобы его выследить. Однажды нам поступил донос, дескать, Марк вернулся в город и прячется в южных трущобах. Мы организовали облаву и сумели поймать Гровера. Мой друг еле сдержался, чтобы не прикончить его на месте. Но все же профессиональная этика взяла верх, и он сдал его правосудию.

Нашу беседу внезапно прервали. Мистер Ривс со всей силы распахнул дверь, так что она чуть не слетела с петель.

– Полчаса, Ардет, я опоздал всего на полчаса, – сокрушенно проговорил он. – Я должен был предвидеть подобный шаг, почему меня не предупредили о переносе казни?

– Значит, это Гровер, – опустил глаза Ардет.

– Его подельники, видимо, долго следили за тюрьмой, или у нас завелся предатель. Каким-то образом они узнали о том, что их дружка перевели сюда.

– Я разузнаю подробности, опрошу его конвоиров, а ты езжай пока домой, отдохни. Сейчас ты явно не в состоянии заняться поисками.

– Нужно отдать распоряжение отправить патрули в трущобы и доки, – произнес мистер Ривс.

– Дел, я же не первый год на службе, все будет сделано.

– Еще вызови Блейз, может, на этот раз у нее получится. В камере наверняка остались его личные вещи.

Делмар отпустил Ардета и, откинувшись на спинку сиденья, закрыл глаза.

– Мистер Ривс, сочувствую вам, такая потеря, – произнесла я тихо. – Ваш приятель рассказал мне про невесту.

– Помолчите, – не открывая глаз, попросил он. – Избавьте меня от вашего писклявого голоса, дайте спокойно подумать.

Я прикусила язык.

Не успели мы далеко отъехать, как неожиданно случилось нечто необъяснимое. Послышался резкий толчок, и карета заметно сбавила скорость, а вскоре и вовсе остановилась.

Глава 7

Я в недоумении посмотрела на мистера Ривса, выражение его лица напугало еще больше. Его рука потянулась к поясу.

– Черт, я же без оружия, – выругался он.

Мистер Ривс быстро пересел на сиденье рядом со мной, фактически закрыв своим телом. Через мгновение дверца резко распахнулась. Выглядывая через плечо Делмара, я разглядела темную фигуру мужчины, державшего в руках револьвер.

– Ваша светлость, доброе утро, – нарочито учтиво поздоровался незнакомец.

Я почувствовала, как Делмар напрягся. Еще бы! Ведь на него было направлено оружие.

– Гровер, я мог бы догадаться, что ты захочешь поквитаться, – процедил сквозь зубы мой супруг.

Определенно, ситуация накалялась, кажется, еще несколько мгновений, и я стану вдовой.

– Вы, как всегда, ошиблись, – хмыкнул Гровер. Его черные глаза лихорадочно блестели, резко выделяясь на фоне изможденного худого лица. – Перед тем как исчезнуть, решил на прощанье перекинуться с вами парой слов.

– Я тебя даже на том свете достану, – буквально зарычал Делмар. – Будь уверен, ты не уйдешь от ответственности.

– Вот этого мне бы и не хотелось. – Дуло револьвера угрожающе нацелилось прямо в грудь мистера Ривса. – Почему вы всегда начинаете угрожать? Думал, может, сейчас выслушаете. Так сказать, при других, более удобных для меня обстоятельствах. В последнюю встречу, когда вы ломали мне нос, я пытался донести до ваших сиятельных ушей, что невиновен, но меня никто не слушал.

– Ты убил Оливию, это подтвердили улики, – категорично сказал Делмар.

– Меня подставили. – Голос Гровера дрогнул. – Боль застилает тебе глаза, а ведь я тоже потерял любимую.

– Люди вроде тебя любят прикидываться жертвами, – сказал Делмар. – Даже сейчас, когда мы один на один, ты продолжаешь уверять, что невинен, как девственница в монастыре.

– С тобой бесполезно говорить, – тяжело вздохнул Марк Гровер. – Кстати, кто эта маленькая кошечка, которая прячется за твоей спиной? Сам на публике убиваешься по погибшей невесте, а в это время возишь в служебной карете девок.

Последнее замечание почему-то весьма обидело меня. Я же приличная леди, да, на мне сейчас нет шляпки и перчаток, но это же не повод обзывать меня девкой.

– Вообще-то у нас все серьезно. – Фраза сорвалась у меня с языка, прежде чем я сообразила, что мы сейчас находимся не на светском рауте, а на прицеле у бандита.

– Помолчите, – рявкнул Делмар и практически сел на меня, не давая двинуться.

Неожиданно послышался заливистый свист.

– Ну что ж, мне пора, ваша светлость, – проговорил Гровер. – К сожалению, разговора не получилось, тем хуже для вас. Я уже устал прятаться по углам, как помойная собака, и хочу прожить остаток жизни, не вздрагивая от каждого шороха. Ничего личного, но так будет лучше для всех. И кстати, если вы поторопитесь, то, вероятно, у вас будет шанс сохранить жизнь, по крайней мере, я дарю вам эту милость.

Я не видела, как бывший узник взвел курок, но отчетливо услышала резкий звук выстрела. Вспышка, мистер Ривс вздрогнул и завалился на бок.

– Что вы наделали!

Я закричала уже вслед удаляющемуся убийце. На груди моего мужа разливалось алое пятно. Он тяжело дышал, пытаясь приподняться, но тут же без сил упал на пол кареты.

– Каринтия, – прошептал Делмар.

Я стою рядом с ним на коленях, кусая губы от волнения.

– Послушайте, у меня всего несколько минут, чтобы остаться в живых, и вы должны мне в этом помочь.

Я растерянно кивнула, хотя даже не поняла, чего он от меня хочет.

Его руки с силой распахнули полы камзола, ткань с неприятным треском порвалась. Пуговицы рубашки разлетелись по сторонам. На обнаженной груди, в правой стороне зияет рана с обугленными краями. Присмотревшись, в середине ее можно увидеть небольшой зеленый шарик, скорее напоминающий жука, вцепившегося шестью длинными лапами в плоть. Какая странная пуля и пуля ли это вообще?

– Я сам не смогу, – проговорил Делмар и, хватая меня за руку, поднес ее к ране. – Вы обязательно должны достать его, не думаю, что он проник далеко. Осторожно отцепите крюки и вытащите сферу.

Морщась от отвращения, я наклонилась над ним и нерешительно прикоснулась к шарику, внутри него загорелся свет, с каждым мгновением все больше наполняясь сиянием. Вместе с этим я увидела, как жизненные силы покидают тело Делмара, кожа на глазах бледнеет. Пальцы слишком скользкие от крови, вытерев их насухо о юбку, решилась крепче ухватиться за сферу. Не сразу, но ее шипы поддались и оторвались от тела.

Гримаса муки отразилась на лице Делмара, но он настойчиво потребовал, чтобы я продолжала. Наконец достала пулю, повертела в руках, пока муж не выхватил ее и не бросил в сторону распахнутой двери. Небольшой взрыв прямо под ступенькой оповестил о том, что он вовремя избавился от нее.

Выбравшись из кареты, застала возницу сидящим на земле. К счастью, он жив, но под глазом начал разливаться синяк, а губы разбиты.

– Они держали меня на мушке, – оправдываясь, заявил он.

Вместе мы старательно уложили Делмара на сиденье.

– Кейси, все нормально.

– Может, в госпиталь, мистер Ривс? – спросил тот.

Но Делмар попросил отвезти его домой, я все время находилась с ним рядом. Постоянно проверяла, дышит ли он, слюнявила пальчик и подставляла к его носу. Через некоторое время Ривс открыл глаза и гневно посмотрел на меня, но тут же потерял сознание.

Карету качало из стороны в сторону, возница отчаянно гнал лошадей. Вот так сходила замуж! Хотя мистер Ривс вел себя дурно, ругался и шипел на меня, словно кот, которому отдавили хвост, смерти я ему все же не желала.

Я откинула волосы со лба мужа, его кожа пылала огнем, начиналась лихорадка. Когда мы остановились, тело Делмара сотрясала дрожь. Он все еще не пришел в себя, на лице выступили крупные бусины пота. Я сидела рядом с ним, положив его голову к себе на колени. Снаружи раздавались взволнованные голоса, два высоких и крепких на вид лакея подхватили мистера Ривса на руки. Я вышла вслед за ними, радуясь возможности размять затекшие ноги. Да уж, владения герцога Левиргейла были поистине впечатляющими: подъездная аллея уложена идеально подогнанной брусчаткой, с левой стороны виднелся огромный сад, утопающий в зелени. Чтобы поддерживать такую красоту, думаю, нужен целый полк садовников. Огромный особняк, да что уж скрывать, целый дворец, словно скала, возвышался надо мной, поражая размерами. Я насчитала три этажа и бессчетное количество огромных окон, сверкающих идеальной чистотой. Мне пришлось нервно сглотнуть, впервые осознав, кто же на самом деле мистер Ривс. Праправнук короля, обладатель одного из самых огромных состояний в Аверлении. Что он вообще делает в Ордене паладинов? Человек его положения может рассчитывать на высокий пост в парламенте или в Совете королевы. Как я могла так обмануться на его счет, ведь подумала, что это обычный лорд, повеса и искатель приключений. Пришла запоздалая мысль, что, возможно, Делмар был на том вечере по долгу службы, выслеживал преступника, что подтверждало его странное поведение.

– Мисс, вы идете?

Из горьких раздумий о собственном незавидном положении меня вывел мягкий приятный голос. Обернувшись, я увидела перед собой миловидную пухлую женщину в сером форменном платье и белоснежном фартуке.

Я растерянно пожала плечами, не зная, что сейчас со мной будет. Можно попытаться сбежать, но как я доберусь до дома, да и наверняка мистер Ривс, когда придет в себя, непременно вернется за мной, так что уж лучше покориться судьбе и смиренно ждать его решения. Надеюсь, наказание для меня он все-таки выберет не слишком суровое.

– Простите, не знаю вашего имени, вы же служите вместе с нашей светлостью? До этого дня из Ордена у нас бывал только мистер Сондер. – Дама явно была расстроена, но старалась не показывать своих переживаний.

– Каринтия Эвинсель, – прошептала я.

– А я миссис Финч, – представилась женщина. – Бедняжечка, страху-то, наверное, натерпелись! Вот уж не думала, что таких молоденьких девушек призывают на службу, у вас, видимо, какой-то особый дар?

– Ага, – кивнула я, но напряглась: если любопытная миссис Финч начнет продолжать расспросы, придется туго.

Огромный холл по размерам превосходит весь наш дом, меня вели через коридор, уставленный старинными рыцарскими доспехами.

– Ах, знали бы вы, сколько пасты уходит, чтобы начистить их до блеска, – доверительно сообщила мне миссис Финч. – Горничные постоянно жалуются, что слышат подозрительные скрипы. Словно души павших на поле боя воинов возвращаются в свою броню по ночам.

Через некоторое время мы оказались в уютной гостиной, обставленной белой изящной мебелью. Уселась в кресло с резными золочеными ножками, на некоторое время меня оставили одну. Чувствовала я себя крайне неуютно, мне не место среди этой роскоши. Вскоре миссис Финч возвратилась с радостной новостью:

– Рана не опасная, мы видали и похуже. Как-то его светлость вернулся домой со следами страшных укусов на теле, две недели провалялся в постели, но быстро оклемался. Вот тогда мы поволновались, даже герцогиня приехала, чтобы ухаживать за сыном.

– Хорошо, – кивнула и улыбнулась от облегчения.

– Может, чаю? – предложила миссис Финч.

– Нет, можно попросить предоставить экипаж, чтобы я смогла вернуться домой? – поинтересовалась я в надежде, что сейчас Делмару будет не до меня, а после того как пройдет несколько дней, он остынет и сменит гнев на милость, я вроде как спасла ему жизнь.

– Боюсь, что не получится, мисс Эвинсель. – Теперь я заметила, что взгляд миссис Финч поменялся, она смотрит на меня с нескрываемым любопытством. – Его светлость дал насчет вас четкое распоряжение. Я уже приказала приготовить комнату рядом с его покоями.

Значит, все-таки убежать не удастся. Я понуро опустила голову и поплелась следом за миссис Финч, проводившей меня на второй этаж. Заглянув в свое временное пристанище, я невероятно удивилась. Даже зажмурилась на мгновение, дабы проверить, не снится ли мне то, что вижу перед собой. Стены комнаты были обиты нежно-розовой тканью, такого же цвета – парчовый балдахин над кроватью. Одна стена сплошь увешана полками, на которых сидели, стояли, лежали фарфоровые куклы.

– Я что, буду жить в детской? – задала я резонный вопрос. Ступив несколько шагов, чуть не упала, запнувшись за валявшегося на полу плюшевого зайца.

– Простите, мисс Эвинсель. – Мисс Финч опустила глаза. – В этом крыле нет покоев для гостей, только хозяйские. А его светлость пожелал, чтобы вас поселили рядом с его комнатой.

Я обреченно вздохнула и махнула рукой, надеюсь, меня не заставят завязывать розовые бантики.

– Обед принесут в два часа. – Миссис Финч расплылась в улыбке и уже в дверях обернулась и сказала: – Вы же не сотрудница Ордена, так ведь?

– Нет, – призналась я.

Оставшись наедине с доброй сотней игрушек, я сняла туфли и забралась на кровать. Перина мягкая, словно настоявшееся тесто, гораздо удобнее продавленного матраса в родительском доме. Хорошо хоть поселили с удобствами. Я не заметила, как задремала, проснулась только от настойчивого стука в дверь. Быстро пригладив растрепанные волосы и кое-как расправив мятое платье, разрешила войти.

Юная горничная ловко внесла в спальню большой поднос с едой и поставила на небольшой столик.

– Приятного аппетита, мисс, – учтиво поклонилась она. Ни одного лишнего вопроса или любопытного взгляда, да, слуг здесь муштруют основательно.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Обед пришелся как нельзя кстати, я с удовольствием съела полную тарелку супа и целую рыбину, запеченную с лимоном. Пальчики оближешь, нужно будет спросить рецепт у поварихи, приготовлю для мамы и Мэдди. Если, конечно, выберусь живой из этой передряги.

Покончив с едой, я побродила по комнате, не удержавшись, даже немного поиграла в кукольном домике. Хорошо, что мистер Ривс меня не видел, а то вылил бы потом ведро желчи на мою несчастную голову. Кстати, это наверняка его идея поселить меня здесь, дабы лишний раз унизить.

Со стороны коридора доносились приглушенные голоса, слегка приоткрыв дверь, я с интересом прислушалась.

– Миссис Финч, как я и предполагал, ничего страшного. Я покрыл рану его светлости регенерирующим раствором, за пару дней она полностью затянется.

– Благодарю, доктор Хоурд, – послышался уже знакомый голос. – Так и сообщу герцогине.

– Полли, я еще хотел спросить вас, не желаете ли в воскресенье после церкви прогуляться со мной на ярмарку? – Мужской голос сменил официальный тон.

– Вообще-то у меня были другие планы. – Миссис Финч кокетливо хихикнула. – Но я обещаю подумать над вашим предложением.

Продолжая переговариваться, они покинули коридор, а я еще шире распахнула дверь и вышла наружу. Прошла на цыпочках до соседней комнаты и заглянула туда. В воздухе витал приторный запах лекарств, значит, это спальня Делмара.

– Мистер Ривс, – тихо позвала я мужа. Если ему заметно лучше, надеюсь, он поговорит со мной и прояснит свои дальнейшие действия, ведь неведение сильно изматывает.

Мне никто не ответил, и я прошла дальше. В смежной комнате гораздо большего размера располагалась спальня, добрую треть которой занимала громадная дубовая кровать с резной спинкой. Мебельщик постарался на славу, резное изголовье представляло собой настоящее произведение искусства. Приблизившись, я увидела своего супруга. Он лежал обнаженный на смятых простынях, лишь расшитое серебром покрывало прятало от моих глаз то, что настоящая леди должна видеть лишь после свадьбы. Хотя формально мы и так уже женаты, но смотреть дальше все же не решилась.

– Может, мне лечь в другую позу, чтобы вам было удобнее глазеть?

Я подпрыгнула на месте, услышав язвительный голос.

Ну вот, еще несколько часов назад чуть не умирал, а сейчас уже бодр и все такой же вредный.

– Не стоит, там нечего разглядывать, – буркнула я.

– А вы проверяли? – неожиданно спросил мистер Ривс. Поняв, на что он намекает, я залилась краской стыда.

Неожиданно запах лекарств смешался с ароматом дорогих духов, послышался стук каблуков по паркету.

– Дел, дорогой, твоя экономка не хотела меня пускать. Пришлось указать ей на место, – послышался манерный женский голос.

В спальню вошла высокая красивая девушка, ее рыжие волосы были уложены в замысловатую прическу. С некоторой долей зависти я оглядела модное платье из изумрудного шелка. Только на прошлой неделе полчаса любовалась в витрине на подобную модель, выставленную в самом шикарном ателье города. Последний писк моды. Там одни кружева на оторочке стоили больше, чем весь мой летний гардероб, включая заштопанную пару чулок и стоптанные туфли.

Глава 8

– Кажется у меня сегодня точно неудачный день, – со стоном произнес Делмар и откинулся на подушки.

– Дорогой, ты ранен? – вопросила незнакомка, окидывая взором тугую повязку, и перевела пристальный взгляд на меня. – Я сама буду ухаживать за его светлостью, можешь идти. Дел, с каких это пор твоя прислуга одета не по форме? Я же говорила, что миссис Финч недобросовестно исполняет свои обязанности, распустила служанок. Тебе нужно уволить эту вздорную старуху.

– Женевьева, если мне не изменяет память, мы расстались на прошлой неделе, – заявил мистер Ривс. – Ты заявила мне, что нашла покровителя поинтереснее.

– Я пришла вернуть твои подарки, – поджав пухлые губы, накрашенные алой помадой, произнесла красавица.

У нее в руках и правда была большая бархатная коробка, которую она кинула на кровать, практически попав в мистера Ривса. Я поморщилась вместе с ним, когда острый край угодил прямо ему в живот.

– Забавно, и где же в таком случае колье? – насмешливо спросил он, открыв коробку и убедившись, что она пуста.

– Разве там ничего нет? – притворно удивилась Женевьева. – Наверное, забыла положить. Не удивительно, у меня начинается нервный срыв, ты же разбил мне сердце.

– Прекрати спектакль. – Делмар морщится. – Говори скорее, зачем пожаловала?

Женевьева соблазнительно улыбнулась и прошла вперед, присаживаясь на кровать рядом с мистером Ривсом.

– С тех пор как мы решили сделать перерыв в наших отношениях, я места себе не нахожу. Переживаю, скучаю, орошаю слезами подушку по ночам. Мне кажется, мы совершили большую ошибку, и просто необходимо все вернуть и снова быть вместе.

– Женевьева, не забывай, чем я занимаюсь. Можешь не играть со мной, я вижу тебя насквозь. Вероятно, лорд Эрнест оказался не таким щедрым, как я.

– Ты не должен винить меня в том, что я поддалась на его уговоры, – заявила красавица и вздернула подбородок. – Эрни обещал жениться на мне, а ты водил за нос целый год. Между тем я хочу простого женского счастья, кучу детишек. Дел, я рожу тебе наследника.

Мистер Ривс рассмеялся, чем вызвал немалое раздражение у Женевьевы.

– Я никогда не обещал тебе ничего, кроме статуса любовницы. Ты пользовалась моим домом, счетом в банке, грела постель, но я никогда не надел бы тебе на палец обручальное кольцо своей матери.

– Считаешь меня недостойной стать герцогиней? – прошипела Женевьева сквозь зубы. – Все слюни пускаешь на мертвую невесту. Я видела ее портрет в твоем кабинете. Бледная моль, ни красоты, ни стати. В таком случае советую тебе заняться некромантией, воскресишь ее труп, и будете предаваться запретной любви под пологом ночи.

Кажется, скандал начинал набирать обороты. Я попятилась к дверям, самое лучшее, что могу сейчас сделать, это улизнуть, так чтобы они меня не заметили.

– Женевьева, покинь сейчас же мой дом, и впредь прошу больше не появляться у меня на глазах.

Злость исказила ее прекрасное лицо, она резко встала и указала на меня ухоженным пальчиком.

– Начинаю подозревать, что это не служанка, а уличная девка. Я как раз вечером собиралась на светский прием, думаю, многим будет интересно узнать про то, что его светлость герцог Левиргейл перешел на проституток.

– Мадам, как некрасиво с вашей стороны оскорблять приличную леди. – Я была возмущена до глубины души. – Из нас двоих на шлюху больше похожи вы.

Матушка пришла бы в ужас от моих слов, не пристало юной леди так выражаться, но и терпеть оскорбления неизвестно от кого я не намерена.

– Каринтия, прошу, удалитесь из спальни. – Голос Делмара дрогнул, кажется, он мечтал поскорее спровадить меня с глаз бывшей любовницы.

Чтобы показать, что хорошо воспитанна, я сделала книксен и пролепетала:

– Да, мистер Ривс, сию минуту удаляюсь.

– Ну уж нет, пусть вначале эта дрянь извинится перед великосветской дамой. А потом возвращается чистить ночные горшки.

– Тоже мне великосветская дама, подстилка вы светская, а не дама. – Моя нежная натура не выдержала, и с языка вновь сорвалось ругательство.

– Это уже переходит всяческие границы, – закричала Женевьева и, подойдя, дала мне пощечину.

Вот уж не ожидала такой подлости. Щека горела огнем, в левом ухе раздавался перезвон колокольчиков.

– Между прочим, вы сейчас подняли руку на законную супругу Делмара, – заявила я. Тут же пришло запоздалое раскаяние. Да, не удержалась, слишком велик был соблазн поставить эту зазнайку на место. Но лучше бы я, конечно, просто выдрала ее рыжие локоны. А так выражение крайнего испуга на лице мистера Ривса дало мне понять, что я не доживу до утра.

Лицо Женевьевы покрылось пятнами, она стала открывать рот и заглатывать воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

– Дел, что за шутки? – взвизгнула она. – Почему ты позволяешь этой девке говорить подобные вещи?

– Да, мистер Ривс, раз уж я ваша супруга, то прошу хоть немного уважения к собственной персоне!

Мистер Ривс, морщась от боли, приподнялся, схватился за золотой шнурок, висевший у изголовья, и несколько раз дернул за него. Явившийся на зов лакей встал в дверях, ожидая указаний господина.

– Гастингс, проводи мадемуазель Лавуан и дай распоряжение от моего имени более не пускать сюда эту особу. Даже если она будет биться головой о главные ворота, отныне вход ей в этот дом закрыт.

– Ты заплатишь мне за унижение, – прошипела Женевьева. – Еще не знаю как, но я тебе отомщу.

– Пока можешь отправляться к новому любовнику и обдумывать план мести, – заявил Делмар.

– Я уйду, но прежде хочу узнать, почему маленькая мерзавка назвала себя твоей женой? Вы что, оба нанюхались дурмана?

– Каринтия пошутила, – отмахнулся мистер Ривс.

– Да кто она такая? – уже с откровенным интересом спросила Женевьева. Неожиданно ее лицо прояснилось. – Кажется, я начинаю понимать. Девчонка просто-напросто залетела. Неужели всемогущего герцога Левиргейла так легко обвели вокруг пальца. А если ребенок не твой, будешь воспитывать бастарда?

– Разговор окончен, – рявкнул мистер Ривс.

– А рана, наверное, получена на дуэли, отец или брат этой девицы подстрелили тебя и силой заставили жениться? Боги, это феерично!

Злорадно рассмеявшись, красавица вышла из комнаты, не забыв на прощанье громко хлопнуть дверью.

– Что вы наделали! – Делмар тут же накинулся на меня с укорами. – Уже к вечеру вся столица узнает о нашем браке. Мои косточки будут полоскать во всех домах Аверлении.

– Простите, но вы сами виноваты, – пыталась я оправдаться. – Не нужно было распускать любовницу, у хорошего хозяина лошадь всегда покорна.

– Замечательное сравнение, – скривился Делмар. – Видимо, у вас совсем беда с умственном процессом, не понимаете ситуации. Сейчас, когда весь свет узнает о нашем браке, мы не сможем его аннулировать, как я планировал.

– Какая, в сущности, разница? – спросила я. – Оформим развод и освободимся друг от друга.

Мистер Ривс заскрипел зубами.

– Я не забыл, что вы спасли мне жизнь, – наконец произнес он. – Иначе незамедлительно отправил бы под суд как аферистку независимо от того, какие мотивы двигали вами. Признаться, я уже начинаю жалеть, что увел вас от Велдона.

– Вот именно, незачем было лезть, у нас прекрасно налаживались отношения, – откликнулась я. – Очень милый старикан, думаю, он вполне вошел бы в мое положение и помог бы даме. Настоящий джентльмен в отличие от вас.

– О да, он бы непременно помог вам, – кивнул Делмар. – Расстаться с душой! Видите ли, этот замечательный мистер действительно учтивый, воспитанный, а еще у него довольно забавное хобби. Он коллекционирует души, с помощью темной магии забирает их у владельцев и подселяет в механических кукол. У него их целая коллекция. Долгое время этот маньяк находился за границей, и у Ордена не было возможности добраться до колдуна. И вот мне в руки попадает оперативная информация, что Велдона видели на одном из вечеров графини Мелори. Пришлось ехать в надежде выследить и арестовать, и мне это почти удалось, но тут не вовремя подвернулись вы. До этого почему-то ни одна женщина на приеме не соблазнилась на его сладкие речи. А вам, видимо, так нужен был муж, что отправились на балкон с первым же встречным. Кстати, я успел в самый раз, еще мгновение, и камень вытянул бы из вас драгоценную душу.

– Он сказал, что я особенная, – заикаясь, пролепетала я, осознав, по какому краю пропасти ходила.

– Уверен, он всем так говорил.

– Я думала, что вы один из тех страстолюбцев, которые предаются свальному греху. – Я опустила глаза, уши пылали от стыда. Делмар, оказывается, спасал меня, а не приставал, как я думала. Я точно дура полная, а вместо благодарности околдовала его, похитила и насильно женила. – Если мы поторопимся, возможно, еще сегодня подадим прошение на развод, – робко сказала я.

– Неужели я недостаточно хорошо объясняю? – вспылил Делмар. – На пальцах вам показать? Мне не нужен развод. Королева Эдвина помешана на добродетели, она буквально ввела это в культ при дворе. Развод означает для этой лицемерки несмываемое пятно позора. Если я наложу его на наш род, то уже не смогу занимать руководящую должность в Ордене. Сейчас для меня это равносильно смерти. Моя мать не переживет, если ее отлучат от двора и лишат возможности выезжать в свет. Если ее стенания по этому поводу я еще выдержу, то без службы точно не смогу исполнить свой долг и покарать убийцу Оливии.

Я окончательно растерялась.

– В крайнем случае всегда можете заявить, что ревнивая любовница выдумала байку про женитьбу, чтобы досадить, – предложила я.

– Не думаю, что Женевьева будет держать язык за зубами, – покачал головой мистер Ривс. – Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Я уже послал в храм за церковными книгами, заодно проведут беседу с падре, который нас венчал. Если успеем удалить все следы до тех пор, пока сплетня не разлетится по городу, то считайте, вам крупно повезло.

– А если не успеем? – Я нервно сглотнула.

– Я же говорю, будем решать проблемы по мере их поступления, – загадочно произнес Делмар.

Я возвращалась в свою комнату в скверном расположении духа. Щека саднила, глаза щипало от слез. Я присела на краешек кровати. В спальне стало не по себе, казалось, что за мной кто-то наблюдает. Я повертела головой по сторонам, вроде никого нет. Неожиданно мое внимание привлекла большая кукла, сидевшая рядом с камином. Ее белокурые локоны были туго завиты и заколоты атласными бантиками в тон голубому платью. На ногах надеты чудесные кожаные башмачки тонкой работы. Я встала и залюбовалась. До чего красивая игрушка. Наверное, ее маленькая обладательница пищала от восторга, когда получила такую подружку. Хорошенькое фарфоровое личико было очень реалистично расписано: пухлые губки, румяные щечки и главное – большие глаза, обрамленные длинными ресницами. Внезапно кукла моргнула. Я в ужасе уставилась на нее. Может, мне показалось или у нее внутри есть скрытый механизм? Головка игрушки стала медленно поворачиваться, а ручки двинулись вперед. Теперь уж я точно понимала, что мне не чудится, кукла действительно живая.

Глава 9

Липкий противный страх скользнул в мою душу, мгновенно в комнате стало неуютно и, кажется, даже прохладно. Я сделала шаг назад, не сводя взгляда с игрушки. Еще недавно казавшаяся милой и забавной, сейчас кукла внушала лишь ужас и отвращение. Когда ресницы куклы задрожали второй раз и она вновь подмигнула мне, сейчас уже одним глазом, я не выдержала и, неэстетично вскрикнув, подхватила юбки и бросилась вон из комнаты. Прочь, подальше от этого зловещего существа. Едва успела достигнуть выхода, как дверь распахнулась прямо перед моим носом и я с разбегу влетела в вошедшую служанку. В воздух полетели осколки разбитых чашек.

– Мисс, прошу прощения. – Девушка испуганно поклонилась мне, а я не менее испуганно кивнула ей в ответ.

– Это я виновата. – Мне стало неловко перед служанкой, и я принялась помогать ей собирать погубленную посуду и складывать на поднос.

– Я несла вам чай, – сокрушенно проговорила она с нотками едва заметного осуждения.

– Ничего, я не голодна, – пропищала я, все еще чувствуя себя неловко.

– С ягодными корзиночками, – добавила девушка. – Повар его светлости Жан-Поль сегодня превзошел сам себя, сотворил настоящий шедевр кулинарии. Рецепт открывать категорически отказался, знаю только, что там есть клубника, вишня и взбитые сливки.

Я сглотнула, обожаю клубнику, мы так редко ели ее в последнее время.

– А сверху шоколадная крошка и миндальные орешки!

Она что, решила меня окончательно добить этим? Я с сожалением оглядела остатки угощения, так неудачно приземлившиеся на пол.

– Я была напугана, – попыталась я оправдаться, неожиданно вспомнив, что именно привело меня в такое состояние. Резко обернулась, бросив взгляд на зловещую куклу. Игрушка все так же сидела на своем месте, но сейчас уже не двигалась.

– Вон та кукла, видите? Что находится рядом с камином, с голубым бантом на голове. Она хлопала глазами и махала руками, – доверительно сообщила я служанке, переходя на шепот.

– Ха, так вот почему вы такая… перепуганная. – Девушка позволила себе улыбнуться одним уголком рта. – Тут полно заводных игрушек, поворачиваешь ключик на спинке, и они начинают двигаться, одна даже, кажется, умеет танцевать кадриль, но вот какая именно, подсказать не смогу.

Я окончательно стушевалась от ее слов. Всполошилась из-за ерунды, видимо, события последнего дня изрядно расшатали мне нервы, если уже детская игрушка способна внушать страх. И тут же на ум пришла странная мысль: я же не трогала куклу, отчего тогда она начала двигаться? Но я постаралась выбросить из головы все сомнения. Наверняка и на это найдется разумное объяснение, не стоит выставлять себя еще большей дурой перед прислугой.

Девушка наконец собрала всю разбитую посуду и подняла на меня взгляд.

– Дозвольте представиться, мисс, – произнесла она застенчиво. – Мое имя Грейс, я буду прислуживать вам, пока вы гостите в доме.

Ого, а жизнь-то налаживается, всего за один день я приобрела не только мужа, но и собственную горничную. Для полного поднятия настроения не хватало только тех самых расплющенных в неаппетитное месиво ягодных пирожных.

Мне все же довелось их попробовать, и я лично убедилась, что Грейс не зря их нахваливала. Горничная уже минут через двадцать вернулась с новой порцией и кружкой ароматного чая с листочком мяты. Корзиночки с клубникой особенно удались повару. Чувствую, от такой великолепной еды меня разнесет, так что не в одно свое платье больше не влезу. Кстати, о нарядах: свой я уже изрядно испачкала, грязь на подоле и кровь по всему корсажу не придавали ему привлекательности. К тому же, если я собираюсь здесь задержаться даже на несколько дней, мне непременно нужна смена белья. Я с детства привыкла менять на ночь панталоны.

– Грейс, скажи, пожалуйста, есть ли возможность послать человека ко мне домой, чтобы привезли кое-что из гардероба? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– У меня есть распоряжение на это счет, – кивнула Грейс. – Сейчас закончите трапезу, и мы вместе подберем вам одежду в комнате леди Фелисити.

После того как добрая часть пирожных оказалась у меня в желудке, мы с Грейс вышли из спальни и направились вглубь коридора, я отсчитала три двери, мимо которых мы прошли, прежде чем остановились перед четвертой. Достав из кармана передника связку ключей, Грейс нашла нужный и, вставив его в замок, повернула три раза.

Полуденное солнце уже клонилось к закату, и в комнате царил полумрак. Служанка подошла к окну и отдернула тяжелую парчовую портьеру. Наполнивший комнату свет позволил лучше разглядеть обстановку. Перед глазами предстал великолепный дамский будуар. Посередине комнаты возвышалась удобная широкая кровать, застеленная покрывалом, на котором были вышиты лебеди. Шесть подушек разных размеров аккуратной стопкой были уложены в изголовье. Рядом стоял пуфик для ног, а с правой стороны от ложа размещался туалетный столик, весь уставленный флакончиками с духами и баночками со средствами для ухода за лицом и телом. Ожившая мечта любой девушки.

– Мисс, пройдемте в гардеробную, – позвала за собой Грейс.

Проследовав дальше, мы оказались в комнате поменьше. Вот тут было чему удивляться. У меня голова закружилась от обилия платьев, которые висели на вешалках. Все цвета и оттенки, известные науке, и разнообразие тканей: шелк, бархат, муслин, шифон. Я не успевала открывать рот от восхищения, как глаз тут же натыкался на еще более великолепный наряд. Словно попала в магазин готовой одежды, где, собственно, мы и приобретаем платья с мамой. Только костюмы в этой гардеробной были от лучших модисток страны, один материал стоил целое состояние, что уж говорить о работе по пошиву, вышивке и фурнитуре. Я как зачарованная принялась разглядывать бальное платье из светло-серого шелка, корсаж которого был расшит хрустальным бисером и украшен серебряным шитьем.

– Чьи это сокровища? – пролепетала я, отчаянно желая оказаться на месте хозяйки.

– Леди Филисити, сестры господина, – пояснила Грейс. – Она давно тут не живет. Кажется, с тех пор как вышла замуж и покинула родительский дом. Но миледи часто бывает здесь, приезжает на день рождения брата и на другие праздники вместе с мужем и дочкой.

– Почему меня не поселили в этой комнате? – спросила я, вот же есть нормальная спальня, зачем мучить меня детской. Еще пара дней, и я уже буду ненавидеть розовый цвет, а от кукол шарахаться, точно буйнопомешанная.

– Если бы леди Филисити узнала, что в ее отсутствие в комнате жил посторонний, открутила бы голову миссис Финч, – доверительно сообщила Грейс.

– Поэтому я живу в детской? – скривилась я.

– Да, в комнате леди Селины, племянницы господина. Девочке всего шесть лет, но уже ужасно избалованная особа, – нахмурила брови служанка. Но тут же испугалась собственной дерзости и закусила губы.

– Замечательно! Зачем в таком случае мы сюда пришли? – хмыкнула я. – Мне моя голова еще на плечах нужна.

– Приказ его светлости, – отозвалась Грейс.

Вот как, а это уже интересно. Неужели он сам догадался, что мне нужно переодеться, или кто-то подсказал?

– Здесь сотни платьев, половину из них даже ни разу не надевали, выберите парочку для себя. А в том ящике сложены сорочки и панталоны. Не переживайте, они совершенно новые.

Я нерешительно взяла платье из нежно-персикового атласа, расшитого крошечными белыми цветочками, и выбрала к нему сорочку из тонкого хлопка с кружевом. Не желая слишком наглеть, заставила себя не смотреть с вожделением в сторону роскошного кружевного корсета. Хорошенького понемножку. Но, заглянув в ящик с шелковыми чулками, не удержалась и взяла одну пару.

Грейс помогла мне переодеться, и я даже залюбовалась собственным отражением. Старинное зеркало было настолько огромным, что занимало все пространство от пола до потолка. Судя по бронзовому декору на раме, такие узоры часто использовали мастера лет сто назад, значит, в него еще могла смотреться прабабушка мистера Ривса.

– Вам идет этот фасон, – одобрительно кивнула горничная. – Вот только у леди Фелисити грудь побольше.

– Мне всего двадцать лет, может, еще подрастет, – насупилась я.

– Бывает, после родов у дам заметно прибавляется в этом месте, – кивнула Грейс.

– Я еще не собираюсь становиться матерью, – нахмурилась я и пристально посмотрела на служанку. Интересно, к чему она произнесла эту фразу про детей, просто так или с каким-то намеком?

Я с сожалением покидала эту чудесную комнату. Надо же, довелось побывать в самом настоящем дамском раю, пусть и жалких полчаса, зато будет что рассказать маме и Мэдди. Вернувшись в детскую, я опять споткнулась о белого зайца, валявшегося на пороге. Странно, ведь точно помню, что, когда уходила, этот ушастый зверь лежал в кресле. Нет, тут определенно творится какая-то чертовщина. На всякий случай заглянула под кровать и даже в шкаф, но посторонних не обнаружила.

День клонился к закату, начинался вечер, и я отчаянно заскучала. Грейс покинула меня еще два часа назад и больше не появлялась. Хотела попросить принести несколько книг, дабы занять себя чтением, поскольку сама на поиски библиотеки выйти не решилась. Не хватало еще потеряться в этом огромном доме. Заблужусь, и потом найдут мой хладный труп через месяц в одном из этих мрачных темных коридоров.

Обрадовалась, услышав короткий стук в дверь.

– Грейс, хорошо, что ты зашла, – расплылась я в улыбке. – Ты принесла поесть? Интересно, что у нас вкусного будет на этот раз.

– Нет, мисс, ужин сегодня накрыли в малой столовой, – сообщила девушка. – Вас уже ожидают.

Глава 10

Пока спускалась по лестнице, безуспешно пыталась унять терзавшее меня волнение. Хорошо, что догадалась заранее сделать прическу: заплела волосы в косу и уложила в виде короны. Теперь хотя бы прилично выгляжу.

Лакей, одетый в зеленую парадную ливрею, распахнул передо мной дверь в столовую, словно я была здесь действительно гостьей, а не пленницей. Небольшой зал оказался ярко освещен, здесь явно не экономили на свечах. Ни одного огарка в канделябрах, все новые, и в воздух не поднимается неприятный запах. Те свечи, что покупает мама, чадят иногда так, что слезы выступают на глазах.

Во главе большого овального стола восседал мистер Ривс, его одежда была безупречна, ни одной складочки на белоснежной сорочке, идеально чистая и отглаженная.

Я растерялась, со стороны все выглядело как обычный семейный ужин: муж, ожидающий жену, точно как в дамских романах. Не хватало только розы возле моей тарелки. А может, она там и была, только до стола я еще не дошла, чтобы это проверить.

– Добрый вечер, мистер Ривс. – Я сделала книксен и, шелестя юбками своего нового платья, нерешительно прошла ко второму столовому прибору, стоявшему на противоположной стороне стола.

– Не уверен, что он добрый, мисс Эвинсель, – хрипло отозвался Делмар. По правилам этикета, если девушка вошла в комнату, джентльмен обязан встать в знак почтения и отодвинуть стул, чтобы дама могла сесть. Делмар даже не кивнул мне в ответ. – Надеюсь, приглашение на ужин не ввело вас в заблуждение относительно наших отношений. Я вызвал вас для разговора, и конечно, не романтического.

– Значит, цветов не будет? – Эх, фраза сама сорвалась с языка.

– Может, только на надгробии, – холодно отозвался Делмар.

Обида захлестнула меня обжигающей волной, я поджала губы и уставилась в пустую тарелку, на глаза навернулись слезы. Очень легко обидеть девушку, пусть она и не права в некоторых моментах. Но зачем же быть таким грубым?

– Простите за резкие слова, – вздохнул мистер Ривс. – Хорошо, признаю, последней фразой я действительно перегнул палку. Но мое поведение продиктовано вашим поступком, я желаю, чтобы вы прочувствовали всю тяжесть вины передо мной.

– Послушайте, мистер Ривс, какой же существенный вред я нанесла вашей светлейшей заднице? – Самообладание вернулось ко мне, робость уступила место злости. – Всего лишь попросила поставить подпись под бумагой, а вы вопите, будто я отрезала вам палец или надругалась над телом. Будьте мужчиной, примите все мужественно и отпустите леди с миром.

– Во-первых, вы не леди, – отчеканил мой супруг. Он с силой сжал в правой руке вилку, отчего на его сорочке проступило небольшое алое пятно. Видимо, от напряжения рана вновь начала кровоточить, и бинты промокли. – А во-вторых, попрошу оставить свои советы при себе.

– Думаю, мне лучше отужинать в своей комнате. – Я встала и гордо вздернула подбородок.

– Сядьте на место, – рявкнул мистер Ривс и пристально посмотрел на меня. – Нам необходимо поговорить в спокойной обстановке. У меня не было цели вас запугивать или обижать, но вы опять лезете на рожон своими неуместными высказываниями.

– А мне кажется, все наше общение сводится к моральному унижению с вашей стороны. – Я насупилась, но вернулась на свой стул.

– Скажите спасибо, что не физическому, – хмыкнул мистер Ривс. – Вы заслужили порку, но ваше счастье, что я не бью женщин, иначе давно задрал бы подол и угостил розгами.

– Не имеете права, – буркнула я.

– Еще как имею, – неожиданно хмыкнул Делмар. – Или вы забыли, что являетесь моей супругой, хоть и незаконной.

– Если бы знала, чем все закончится, то лучше бы переехала жить под мост. – Я судорожно вздохнула. – Решение было принято спонтанно, не хватило времени на размышления, перед глазами все время стояло заплаканное лицо матушки. У вас же самого есть мать и сестра, что бы вы сделали для них?

– Мне трудно поставить себя на ваше место, но могу предположить, что, если бы от этого зависела жизнь моих родных, я бы и на садовом гноме женился, – согласился Делмар, и его голос смягчился. – Хорошо, Каринтия, будем считать, все недоразумения между нами позади, а учитывая то, что вы спасли мне жизнь, думаю – мы квиты.

– Спасибо, – пролепетала я. Голова закружилась от облегчения, значит, он звал меня для того, чтобы успокоить, а не мучить.

Неожиданно раздалось тактичное покашливание. Уже знакомый лакей доложил, что прибыл мистер Сондер. Делмар заметно оживился при виде друга. Вместе с Ардетом в столовую вошла высокая женщина в длинном черном плаще, лицо ее было скрыто под капюшоном. Вот ради нее Делмар проворно вскочил на ноги и предложил стул рядом с собой.

– Блейз, не ожидал увидеть тебя в своем доме. Надеюсь, вы оба порадуете меня хорошими новостями, раз уж приехали вместе?

– Прости, Дел, пока никаких новостей, ни хороших, ни плохих, – отозвался Ардет. – Гровер как сквозь землю провалился.

– Чего и следовало ожидать, – процедил сквозь зубы мистер Ривс.

– Ардет заявился ко мне с воплями, что тебя подстрелили, – проговорила Блейз. – Как вы вообще держите в Ордене этого истерика? Я сказала ему, что с тобой полный порядок, но он не поверил.

– Удалось отделаться испугом, – кивнул мистер Ривс, упустив при этом упоминание, благодаря кому все-таки остался жив.

– Я смотрю, и миссис Ривс здесь? – Ардет расплылся в улыбке. – Так мы, возможно, помешали?

Проигнорировав его высказывание, мой супруг вновь обратился к загадочной женщине:

– Если не беспокойство за мою шкуру, тогда что же привело тебя сюда?

– Ты прав, дело действительно важное, хотела непременно поговорить с тобой сегодня, прежде чем ты наделаешь глупостей. – Его собеседница наконец вспомнила про правила приличия и откинула капюшон. Мягкие волны каштановых волос рассыпались по плечам. Я почувствовала, как по спине побежал неприятный холодок – половина некогда прекрасного лица дамы была обезображена страшным ожогом.

Блейз поймала мой любопытный взгляд, чем тут же вогнала меня в краску смущения.

– Это, должно быть, та самая девушка? – спросила она у Делмара, кивком головы показывая в мою сторону.

– Позволь представить тебе Каринтию Эвинсель, – со вздохом отреагировал мистер Ривс. – Думаю, не стоит объяснять, что она здесь делает, ведь Ардет уже наверняка разболтал подробности. Вот уж у кого язык без костей.

– Я не мог не рассказать Блейз об этом, – давясь от смеха, произнес Ардет. – Но клянусь, только ей, и никому больше.

– Любопытная девушка. – Она оценивающе посмотрела на меня, приподняв одну бровь.

Глаза Блейз были очень странные, ярко-зеленые с поволокой, и чем дольше она наблюдала за мной, тем темнее они становились. От столь повышенного внимания к собственной персоне у меня возникло неприятное чувство, как будто неведомая сила пытается проникнуть в мои мысли. Захотелось немедленно покинуть столовую ну или в крайнем случае спрятаться под стол.

– Блейз, не пугай девушку, – попросил Ардет, увидев, как побледнели мои губы. – Думаю, Дел и без нас уже от души поиздевался над ней.

Дама оторвала от меня взгляд и обратилась к мистеру Ривсу.

– Я уже сказала, что мы прибыли сюда по делу, – заявила она. – Ардет принес коробку с личными вещами Гровера, в ней все, что тот оставил в камере.

Блейз положила на стол изящный серебряный браслет, выполненный в виде двух переплетенных веток с листочками и цветами.

– Что это? – Делмар нахмурился и взял в руки украшение.

– Браслет Андреа Беркли, – ответила загадочная дама. – Тебе не кажется странным, что Гровер хранил драгоценность, которая принадлежала убитой им же невесте?

– Может, как трофей, – пожал плечами Делмар.

– Уверяю тебя, на этой вещице прослеживаются большие чувства, – заявила Блейз. – Раньше у тебя не возникало сомнений по поводу его виновности, но сегодня, как только мне в руки попали его вещи, я смело могу заявить: он не убивал Андреа.

– Ты уверена? – Кровь отхлынула от лица мистера Ривса, он схватился за стоявший на столе пустой бокал. – Свенсон, где вино?

Лакей тут же услужливо подскочил к столу и, откупорив бутылку, налил вина хозяину.

– Понимаю, как тебе нелегко это признать, тем более сейчас, когда прошло уже три года, – мягко произнесла Блейз, ее пальцы скользнули к руке Делмара, и она накрыла его ладонь своей. – Но я не хочу, чтобы ты гонялся за призраком в то время, когда настоящий преступник гуляет на свободе.

– Все улики и свидетельские показания указывали на Гровера, – воскликнул Делмар и залпом осушил полный бокал.

– Но признание его ты так и не получил, – вмешался в разговор Ардет.

– Мерзавец не хотел идти на виселицу, – воскликнул мистер Ривс. – Поэтому упирался до последнего.

– Нет, думай глубже, если бы Гровер признался, то избежал бы того пресса, который на него обрушили в тюрьме. Ему легче было взять на себя вину и в спокойствии дожидаться приговора, ведь наверняка уже тогда обдумывал план и надеялся на побег.

– Я уже ничего не понимаю, – помотал головой Делмар и принялся за второй бокал.

– Прости, я не хотела тебе огорчать, – тихо прошептала Блейз. – Мы, пожалуй, поедем, а ты, когда протрезвеешь и будешь в состоянии здраво рассуждать, свяжись со мной.

Ардет оставил коробку на столе, и они, попрощавшись, покинули столовую.

Мы с мистером Ривсом остались в полной тишине, я смотрела, как он опустошает бутылку.

– Может, уже хватит? – робко спросила я. – Нам ведь еще завтра разводиться.

Делмар поднял на меня хмурый взгляд.

– Вы все еще тут?

– А где же мне еще быть? – удивилась я.

Я стеснялась напомнить ему, что мы ждали ужин перед тем, как его друзья нас прервали, не хотелось опять ляпнуть неуместную фразу. Тем более сейчас, когда я понимала, что на душе у мистера Ривса кошки скребут. Еще бы, узнать, что человек, которого он обвинял в смерти невесты, оказывается, такая же жертва обстоятельств, как и убитые девушки.

– А вы полностью доверяете этой Блейз? – поинтересовалась я. И ведь правда, стоит ли верить на слово этой странной женщине. Вообще, кто она такая? Похожа на ведьму, странный пронизывающий взгляд, способный нагнать страху даже на смельчака.

– Как самому себе, – отозвался Делмар. – Она ясновидящая, одна из самых сильных в стране. И с ее помощью Орден раскрыл немало дел, Блейз очень ценный сотрудник.

– А как вы оказались в Ордене паладинов? – поинтересовалась я не только с целью поддержать беседу, а больше из любопытства.

– Долгая история, – уклончиво отозвался Делмар. – Мне расхотелось есть, ужинайте без меня.

– Доброй ночи, мистер Ривс, – прошептала я, когда за ним закрылась дверь. Что ж, проблем у герцога было действительно много, еще и наше внезапное венчание навалилось дополнительным грузом на его плечи, я даже почувствовала нечто вроде сочувствия к этому грубияну.

Ужинала одна, благо кормили тут изумительно, суфле из гусиных печенок с трюфелем было настолько вкусным, что я попросила добавки. После еды немного пригубила розового вина. Дома мы не употребляли алкоголь даже на праздники, поэтому с непривычки голова немного закружилась. Видимо, нужно было все-таки ограничиться несколькими глотками.

Возвращаться в детскую, наполненную жуткими куклами, не хотелось, поэтому я немного побродила по столовой, пока не обратила внимание на деревянную коробку, оставленную Ардетом. Кажется, это вещи Гровера. Ничего особенного: книга, расческа, обрывки каких-то газет. Я бегло скользнула взглядом по страницам. Все как обычно, королева Эдвина посетила госпиталь, открылась новая оранжерея садовых растений. Кстати, надо будет заглянуть туда, матушка обожает розы, может, у них есть скидки в честь открытия. На последнем листе оказалась заметка о трагической гибели некой Шанталь Маро, работавшей учительницей в пансионе Святой Виктории. Мисс Маро была найдена задушенной в собственной комнате, правда не шнуром от портьеры, а поясом от халата.

Пожалуй, возьму газетки наверх, все лучше, чем ничего. Почитаю перед сном, а потом верну, не умирать же от скуки.

Вернувшись в спальню, обнаружила кувшин с теплой водой и чистый таз для умывания. Сполоснув лицо и руки, улеглась в кровать. Удобно устроившись между подушек, почитала любимую колонку со светскими сплетнями, постаралась запомнить рецепт пирога с персиками, однако вместо персиков придется положить яблоки, но должно получиться вкусно. Глаза уже начали слипаться, я потянулась к тумбе, чтобы задуть свечи, но тут мой взгляд зацепился за человеческий силуэт, отражающийся в темной полированной поверхности шкафа. Не помня себя от страха, я закричала и, вскочив с кровати, бросилась к выходу, но ноги запутались в покрывале, и я упала, больно ударившись локтем о паркет. Тут же вновь поднялась и, стараясь не оглядываться, побежала к дверям.

Глава 11

Выскочив из спальни, я резко остановилась, будто наткнулась на невидимую стену. В коридоре царила кромешная тьма, и лишь свет из моей комнаты слабо освещал часть пространства. Бежать дальше без свечи было равносильно самоубийству, а возвращение за ней не сулило ничего хорошего. Только боги ведают, кто сейчас находится за моей спиной, человек или призрак, но ни то, ни другое ничего хорошего мне не сулило. Каждый стук сердца отдавался в ушах, словно удары барабана при объявлении приговора смертнику.

Не раздумывая, я сделала несколько шагов и распахнула дверь комнаты мистера Ривса, благо она была не заперта. Влетев туда, я почувствовала себя в относительной безопасности.

В спальне Делмара было изрядно накурено и пахло алкоголем, сам хозяин развалился в кресле, рядом с ним на полу валялась бутылка вина, а по белоснежному мягкому ковру разливалось бурое пятно. Да, представляю, как миссис Финч будет злиться, увидев это безобразие.

Терпкий дым от сигары щекотал ноздри, я не сдержалась и чихнула. Мистер Ривс встрепенулся и поднял на меня глаза. Я увидела, что белки покраснели и воспалились. Ему бы отдыхать, залечивать сейчас раны, а не топить обиды и печали в вине.

– Каринтия? – Он удивленно вскинул брови. – Зачем пожаловали? Решили потребовать исполнения супружеского долга?

Я поджала губы, да он же совершенно пьян. И как успел так быстро напиться. Прежде чем я успела ответить, Делмар встал и сгреб меня в объятия. Его горячие губы впились в мой рот, я почувствовала горький привкус алкоголя. Попыталась вырваться, но супруг лишь крепче прижимал меня к себе, его поцелуй был груб, он жадно прильнул, словно пытался насытиться источником жизненной силы. Я чувствовала, что начинаю задыхаться, мне не хватало воздуха, пришлось упереться руками в его грудь и постараться изо всех сил оттолкнуть от себя. Наконец Делмар ослабил хватку, и я отпрянула от него.

– Что вы себе позволяете? – Мой голос дрожал.

– А разве не этого вы хотели? – с усмешкой осведомился мистер Ривс. – Раздевайтесь, Каринтия, и ложитесь в постель, я сейчас допью виски и осчастливлю вас.

– Нет уж, спасибо, – категорически отказалась я от такого счастья. – Я пришла к вам за помощью.

– Опять? – с усмешкой спросил Делмар. – И что же на этот раз? Пришли просить, чтобы я женился на вашей подруге или бабушке? Простите, но, кажется, я уже оказал вам услугу, сам того не ведая, так что оградите меня от дальнейших просьб.

– Я ведь уже попросила прощения, – пробормотала я. – У меня, между прочим, пять минут назад чуть сердце не остановилось от страха, а вы, вместо того чтобы кидаться на меня с обвинениями, лучше бы позвонили и позвали слуг. Мне кажется, у меня в комнате вор.

– Кажется? – недоверчиво уточнил Делмар. После моих слов его взгляд немного прояснился, он отставил стакан в сторону.

– Уверена, – кивнула я. – Я сама видела его тень возле моей кровати.

– В доме не может быть посторонних, – покачал головой мой супруг.

– Тогда это было привидение, – с раздражением проговорила я. – Не знаю, кто это или что, но оно явно появилось с недобрыми намерениями в отношении моей персоны.

Мистер Ривс быстрым шагом достиг комода и, выдвинув верхний ящик, достал оттуда револьвер.

– Пойдем проверим, кто посмел залезть в мой дом. – Делмар решительно направился прочь из комнаты, я засеменила за ним, нервно выглядывая из-за его спины.

– Будьте осторожны, – напутствовала я шепотом. На душе было неспокойно, может, лучше позвать слуг? Хорошо хоть у нас есть оружие для самообороны, надеюсь, преступник всего один.

Мистер Ривс резко распахнул дверь и вошел в комнату. Все было точно так, как перед моим бегством, ничто не выдавало в ней присутствия другого человека. Мы обшарили каждый закоулок, шкаф, кровать, посмотрели даже за портьерами, но никого не обнаружили.

– Может, вам приснился кошмар? – спросил Делмар. Если бы взглядом можно было испепелить, от меня давно бы уже осталась горстка пепла.

– Не считайте меня дурой, я в состоянии отличить сон от яви, – выпалила я. – Здесь действительно творится что-то странное, уверяю вас.

Мистер Ривс на мгновение задумался и посмотрел на свою руку. На его безымянном пальце все еще было надето кольцо с рубином. Красный камень сейчас налился светом и ярко блестел в ночном полумраке.

– Черт, я, кажется, знаю, что вас так напугало, – внезапно заявил мой супруг. – Только этого мне не хватало, вот я ей всыплю по первое число.

– И что же это? – поинтересовалась я.

– Не могу сказать, – помотал головой мистер Ривс, – но уверяю, ничего страшного с вами не случится. Когда вновь заметите нечто необычное, немедля позовите меня, и я разберусь в ситуации.

– Еще чего, – возмутилась я. – Я не собираюсь проводить ночь в этой проклятой комнате. Отчего же вы молчите и не желаете признаваться мне, что тут происходит? Это полтергейст?

– Прекратите паниковать, – осадил меня Делмар. – Хорошо, сделаем так. Вы отправляетесь в мою спальню, а я остаюсь в детской, идет?

– Хорошо, – процедила я сквозь зубы. Только сейчас я заметила, что стою перед мужчиной в сорочке, мое тело просвечивало сквозь тонкую ткань. Кажется, Делмар на это тоже обратил внимание, взгляд карих глаз скользнул по груди, и я поспешила поскорее прикрыться руками. – Я, пожалуй, пойду, провожать не нужно.

Вернувшись в комнату мистера Ривса, я нерешительно подошла к кровати и легла в постель. Ноги уже изрядно замерзли, неудивительно, я же столько времени провела босиком, а в коридоре ужасно холодный каменный пол. Пытаясь их согреть, поплотнее закуталась в одеяло. Даже несмотря на усталость, долго проворочалась, прежде чем уснуть. Подушка пахла смесью незнакомых запахов, табака и мужского одеколона. В голову лезли непрошеные мысли – как там мои родные, наверное, безумно переживают за меня, матушка наверняка глаз не сможет сегодня сомкнуть. Еще помимо моей воли в душе разливалась тревога за мистера Ривса, надеюсь, он не ошибается, и таинственные силы, повадившиеся в детскую, не причинят ему вреда.

Пробуждение оказалось не очень приятным. Из сладкой дремы блаженного беззаботного сна меня самым грубым образом вырвали. Какое-то время я сидела в кровати и не могла понять, где нахожусь и как сюда попала, но, когда взгляд сфокусировался на недовольном выражении лица мистера Ривса, все встало на свои места.

– Некрасиво заходить в спальню дамы без разрешения, – сказала я, натягивая одеяло до самого подбородка.

– Где вы это взяли? – Вместо извинений мне под нос сунули старые газеты.

– В той коробке, которую принес мистер Сондер. – Я насупилась. Как же неудобно получилось… – Захотелось почитать перед сном.

– А матушка вас разве не учила, что брать чужие вещи нехорошо? – прошипел Делмар, угрожающе нависнув надо мной. – Хотя кому я это говорю, вы же и мужа для себя взяли без спроса, не то что какие-то там важные улики.

– Простите, – пискнула я и попыталась спрятать голову под одеяло. Ну вот, прямо с утра портит настроение, скорей бы уже расторгнуть этот ужасный брак и вернуться к маме. Этот человек невыносим.

Я забеспокоилась еще больше, услышав стук в дверь. Что-то сегодня с утра слишком много посетителей, а я не причесана и даже не одета.

– Ваша светлость, – раздался голос миссис Финч. – Я пришла сообщить, что, как вы и просили вчера, экипаж будет готов к десяти часам. Здесь будете завтракать или в столовой?

– Я вообще не буду есть, – отказался мистер Ривс.

– А мадемуазель Женевьева? – осведомилась экономка, видимо предполагая, что в кровати находится именно любовница господина.

– Что? – Делмар, кажется, не понял вопроса.

– Прошу прощения, не сразу заметила мисс Эвинсель, – всполошилась миссис Финч.

– Доброе утро, – натянуто улыбнулась я, выглядывая из-под одеяла. – А я предпочла бы позавтракать.

Краска стыда залила мое лицо и, кажется, даже шею и грудь. До этого момента мне еще никогда не было так стыдно. Наверняка она подумала, что мы предавались греховным утехам этой ночью. Хотелось немедленно разуверить миссис Финч, а Делмар не спешил спасать мою репутацию.

– Мистер Ривс спал в детской, – попыталась я внести ясность. – Меня напугало привидение, и он любезно предоставил свою спальню.

– Да, конечно, – кивнула миссис Финч, ни капли мне не поверив. – Тогда я сейчас распоряжусь насчет завтрака.

– Ну вот, теперь эта дама думает, что я гулящая женщина, – проворчала я себе под нос, а потом уже громче попросила: – Принесите, пожалуйста, мне платье из той комнаты, а то я впопыхах забыла его взять.

– Каринтия, сколько вам лет? – внезапно поинтересовался Делмар. – Судя по уму, не больше десяти. Мне не хотелось бы, чтобы меня обвинили еще в нарушении закона как человека, заключившего брак с несовершеннолетней.

– Мне двадцать один, – заверила я.

– Достаточно, чтобы вести себя разумно, – высказался мой супруг язвительным тоном. – Вы умыкнули из столовой важные улики, если бы я не нашел их, кто знает, как дело могло бы обернуться.

– Вы все носитесь со своими вещественными доказательствами. – Я тоже решилась высказаться насчет его умственных способностей. – А между прочим, чуть не отправили на эшафот невиновного человека, и там тоже, кажется, были улики.

– Еще свидетельские показания, – недовольно проворчал мистер Ривс. – У меня не возникало ни тени сомнений, что именно Гровер убил Оливию и свою невесту Андреа. Теперь же придется начинать поиски сначала.

– А в газетке, кстати, не было ничего особенного, – заявила я.

– Позвольте мне самому судить об этом. Может, на первый взгляд и ничего интересного, но вот это сообщение о смерти учительницы из пансиона Святой Виктории мне очень не нравится. В этом учебном заведении обучались Оливия и ее подруга. Кстати, именно там девушки познакомились и подружились. Думаете, простое совпадение, что Гровер оставил у себя заметку с упоминанием убийства местной учительницы?

– Газета свежая, а, как я понимаю, мистер Гровер уже находился в тюрьме, когда бедняжку порешили поясом от халата. Печальная, конечно, история.

– Дорогая моя, я и сам это понимаю, – раздраженно пояснил Делмар. – Кто-то здесь интересовался вашим мнением?

– Вы же сами спросили, – поджала я губы.

– Это просто были мысли вслух, – отчеканил этот грубиян и вышел из комнаты, правда, через пару минут вернулся и кинул в меня шелковое платье. – Надевайте, через полчаса отправляемся в церковь.

– Разрешите хоть позавтракать, – крикнула я в уже закрытую дверь.

Мне все-таки удалось полакомиться блинчиками с творогом. Я густо намазывала сверху персиковый джем и торопливо отправляла в рот, запивая чаем с молоком. Восхитительный завтрак. Хотела захватить с собой свое старое платье, но Грейс виновато сообщила, что уже отнесла его прачке. Я написала на листе бумаги адрес родительского дома и попросила выслать платье по почте, негоже разбрасываться добротными вещами.

На улице я поежилась от утренней прохлады и быстрее побежала к карете, дожидающейся меня на подъездной аллее. Этот экипаж был намного больше, чем тот, который привез нас вчера днем. Коричневую лакированную дверцу украшал родовой герб, а сзади на подножке стоял лакей в зеленой ливрее. Он был еще совсем мальчишкой, то и дело расплывался в улыбке, подставляя свое широкое лицо солнцу. При виде меня юноша тотчас же соскочил на землю и распахнул дверцу, приглашая меня внутрь. Я уселась рядом с мистером Ривсом, который нетерпеливо постукивал ногой.

– Наконец-то явились, – раздраженно заявил он. – Сколько можно есть? Вы, наверное, полбуфета на кухне опустошили, и куда только влезает, с виду тощая, ни одной выпуклой формы.

– Еще вырастет, – буркнула я.

– Это точно, – хмыкнул мистер Ривс. – Если будете есть такими темпами, через годик в дверь не пролезете.

– Просто ваш повар очень вкусно готовит, – попыталась я оправдать свой аппетит. – К тому же поместье находится далеко от города, никаких мануфактур рядом, свежий воздух, хвойный лес.

– У вас на все найдется ответ, мисс Эвинсель.

Я отвернулась к окну. Все-то ему не нравится: как ем, что говорю – невыносимый человек. Уже искренне сочувствую его будущей супруге, он ей всю кровь выпьет. Какое счастье, что уже через пару часов я буду свободна и избавлюсь от присутствия мистера Ривса. Радуясь этим мыслям, я почувствовала, как карета покачнулась, и мы отправились в путь.

Глава 12

По мере того как мы приближались к церкви, настроение мистера Ривса заметно улучшалось. Видимо, он уже заранее начинал радоваться, что скоро вычеркнет меня из своей и без того насыщенной жизни.

Когда мы въехали в город, ясное небо внезапно заволокли мрачные грозовые тучи, спрятав теплое летнее солнце. Я слышала, как редкие капли дождя ударяются о крышу кареты, а когда мы свернули на нужную улицу, уже начался самый настоящий ливень. Я искренне пожалела лакея, который, вероятно, сейчас уже промок до нитки на запятках экипажа.

– Уже пора? – спросила я, когда карета остановилась.

– Пойдем, – кивнул мистер Ривс и, открыв дверь, вышел наружу.

Я ступила ногой на подножку, не решаясь сделать дальнейшие шаги. Легкое шелковое платье грозило превратиться в жалкие мокрые тряпки под таким дождем.

Делмар, видя мое замешательство, быстро снял с себя тяжелый плотный сюртук и накрыл мне плечи. Стало значительно теплее, я благодарно взглянула на своего будущего бывшего мужа и улыбнулась впервые за эти дни.

Взявшись за руки, мы поднялись к дверям церкви, этот дружеский жест я расценила как окончательное примирение. Все это недоразумение с женитьбой останется позади, и мы расстаемся не как враги.

– Доброе утро, милейший, – поприветствовал писаря Делмар. – Я хотел бы побеседовать с отцом…

– Бенедиктом, – подсказала я.

– А я вас помню, – прищурил глаза юноша. – Вы венчались второго дня.

– А сейчас хотим срочно расторгнуть брак, – без предисловий заявил мистер Ривс.

– Ну, этак вы как-то слишком торопитесь расстаться, – расстроился церковный писарь.

– Немедля позовите своего начальника, сообщите, что приехал его светлость герцог Левиргейл, – произнес Делмар.

– Что-то зачастили к нам сегодня высокопоставленные особы, – пробормотал себе под нос побледневший юноша. Он неуклюже поклонился и помчался за отцом Бенедиктом.

Тучный священнослужитель вскоре появился, его лицо было красное, словно спелый помидор. Он то и дело вытирал пот со лба, было заметно, что падре заметно нервничает.

– Как сердцем чувствовал, не нужно было с вами связываться, – ворчал он, подходя к нам.

– Отец Бенедикт, понимаете, тут такое дело, – проговорила я и опустила глаза. – Требуется стереть запись о нашем венчании.

– Я возмещу церкви все убытки, – тут же добавил мистер Ривс. – Но нужно уничтожить любое упоминание о нашем браке.

– Не понимаю я современную молодежь, – раздраженно буркнул отец Бенедикт. – То срочно хотим жениться, сейчас уже не хотим.

– Пожалуйста, – пролепетала я, кусая губы и отчаянно молясь про себя, чтобы отец Бенедикт пошел нам навстречу и не сильно противился этой дикой просьбе.

– Даже если бы я вдруг снова тронулся умом и пошел вам навстречу, – вкрадчиво произнес падре, окатывая меня ледяным взглядом, – уже ничего не исправить. Сегодня утром меня прямо из постели поднял посланник самого архиепископа. Церковную книгу с записями о браках за весь год изъяли и увезли.

Мы с Делмаром обменялись недоуменными взглядами.

– А я гадал, что же такое случилось и чем я провинился, а оказывается, весь сыр-бор из-за вас! – Святой отец пыхтел от негодования. – Милорд, видимо, поддался порыву чувств и женился на простолюдинке, но потом осознал ошибку и решил расторгнуть брак поскорее, пока семья не узнала.

– И что же теперь делать? – спросила я.

– Подавайте прошение на развод, – развел руками падре. – Мне жаль вас, дорогая, нельзя же так слепо верить обещаниям мужчин.

– Все совсем не так, как вы думаете, – пролепетала я. В глазах у меня уже стояли слезы бессилия. Все надежды развеялись прахом, я боялась взглянуть на мистера Ривса, ожидая, что тот сейчас набросится на меня с новыми обвинениями.

– Значит, архиепископ, – процедил Делмар сквозь зубы. – Мне уже даже стало интересно, кто же посмел перейти дорогу самому герцогу Левиргейлу.

– Да, приказ его преосвященства, – кивнул отец Бенедикт.

– Что ж, они еще пожалеют об этом. – Голос мистера Ривса стал жестким.

Он схватил меня за локоть и повел прочь из церкви.

– Простите, мистер Ривс, – плакала я, не поспевая за быстрым шагом мужа. – Я знаю, вы говорили, что развод неприемлем для вас.

– Да, вы правы, Каринтия. – Делмар остановился и резко встряхнул меня за плечи. – Я хотел уничтожить запись о венчании, теперь же, боюсь, наш брак действительно признают законным.

– Но можно же развестись, – всхлипнула я. – Я не буду возражать.

– Еще бы вы возражали, – зашипел Делмар. – Клеймо развода упадет, словно тень, на мою семью. Наша королева Эдвина знатная лицемерка, ее муж-подкаблучник всю жизнь лижет ее туфли, и она думает, что так происходит во всех семьях страны. Против разведенных людей ведется настоящая негласная война, их лишают должностей, отлучают от двора. Если я сейчас навешу на себя этот ярлык, старая болонка вышвырнет меня из Ордена, в котором, между прочим, я занимаю не последнее место. Я потеряю доступ к делу и лишусь возможности расследовать убийство своей невесты. Если у вас есть хоть капля мозга, вы должны понимать, как подставили меня сейчас.

– Простите, – вновь повторила я. – Но вы можете заявить на меня, что я насильно заставила вас идти под венец, опоив зельем. Думаю, общественное мнение будет на вашей стороне.

– И стать посмешищем для всего света? – хмыкнул Делмар. – К тому же я все-таки не такое чудовище, как вы воображаете, и не отправлю на виселицу хрупкую девушку.

После того как мистер Ривс произнес последние слова, у меня даже голова закружилась от облегчения, втайне я ужасно боялась, что Делмар сдаст меня правосудию.

– Пока я не найду настоящего преступника, вы останетесь миссис Ривс, – неожиданно заявил Делмар.

– Что? – Я даже немного опешила от такого заявления.

– Вы же сами хотели мужа.

Карие глаза Делмара потемнели, практически превратившись в черные. Я нервно сглотнула комок, внезапно вставший в горле. В глубине его очей мне явственно привиделись черти, выплясывающие кадриль.

– Но позвольте, мне нужна была только подпись на документе и ваша фамилия, – ахнула я.

– Теперь же в вашем распоряжении еще и тело, – загадочно произнес Делмар. – С этого дня забудьте о прежней жизни. Конечно, у вас есть выбор – темная сырая камера или золотая клетка в моем доме, и, кстати, не обещаю, что последнее будет приятней.

Я опустила плечи. Надежды, еще недавно дарившие утешение и радость, разбились, будто старое зеркало. Осколки от него больно ранили, вонзаясь в душу. Дорого же обошлась моя авантюра, и не только для меня, но и для мистера Ривса. Я действительно чувствовала себя виноватой, что ж, постараюсь искупить вину.

– Мне нужно домой, попрощаться с мамой и забрать вещи, – пролепетала я, пока мы шли к карете.

– Хорошо, только быстро, – кивнул мистер Ривс.

Дождь уже прекратился, как будто его и не было. Солнце приветливо выглянуло из-за туч, окутывая нас теплом от своих лучей. Вскоре об ужасном ливне напоминали лишь лужи на дороге. Колеса экипажа застучали по брусчатке, и мы поехали в соседний квартал, где жили мои родные.

Увидев отчий дом, я закусила губу, силясь не заплакать, но перестаралась и почувствовала на языке соленый привкус.

– У вас кровь, – нахмурился Делмар и, достав из кармана носовой платок, приложил к моему рту. – В вашем распоряжении полчаса, я подожду в карете.

Я смахнула со щеки слезу и вышла, отказавшись от помощи лакея. Только сейчас заметила возле дверей посторонних людей и суету. Ускорив шаг, я оказалась на садовой дорожке и узнала в одном из мужчин дядю Питера. Он громко кричал и жестикулировал, помахивая в воздухе тростью. Рядом стояли два полисмена в форме.

– Что тут происходит? – возмущенно закричала я. – Все никак не угомонитесь?

– А вот еще одна аферистка, – прошипел дядя, указывая в мою сторону.

– Может, стоило полюбовно договориться, – проворчал один из стражей порядка. – Все же это дамы, нужно проявить тактичность.

– Это ведьмы, – категорически не согласился родственник. – Вы же сами видели, что они сотворили с моим сыном!

Я недоуменно помотала головой, выискивая глазами Энтони. Кузен оказался неподалеку, он сидел на корточках и махал руками подобно птице. На его лице появились перья, а нос заострился и стал похож на клюв.

– Ко-ко-ко. – Из его рта вырывались странные звуки, похожие на кудахтанье.

– Каринтия, – подбежала ко мне Мэдди и вцепилась в юбку, пряча заплаканное лицо. – Хорошо, что ты приехала, эти гады решили выгнать нас, несмотря на то что ты выполнила условия завещания.

– Мисс, – высокий и тощий полисмен подошел ко мне. – Ваш дядя сэр Питер Эвинсель предоставил бумаги, согласно которым он вчера вступил в наследование этим домом. По документам именно этот мистер является владельцем и требует, чтобы прежние жильцы освободили жилплощадь.

– Мы же окажемся на улице, – услышала я тихий голос матушки.

Она стояла рядом с розовым кустом, ее руки судорожно теребили передник, запачканный в муке. Ее всегда аккуратная прическа растрепалась, взгляд потух, а на щеке расплывалось багровое пятно. Я оттолкнула сестру и бросилась к матери. Трясущейся рукой коснулась родного лица. Такая большая ссадина, словно ее ударили.

– Кто? – Я чувствовала, как кровь закипает в жилах. Разорву на куски, кто бы это ни был.

– Она сама виновата! – рявкнул дядя Питер. – Бросилась защищать маленькую мерзавку. Я требую, чтобы ее немедленно арестовали, девчонка занимается темной магией.

– Да я хотела, чтобы этот подлюга превратился в петуха, – хорохорилась Мэдди, сжав свои кулачки. – А у меня ничего не вышло.

– Но определенный результат налицо, – задумчиво произнес полисмен. – Вернее, на морду. Но ваш дядя прав, это действительно преступление.

– Молись, скотина, – прошипела я и направилась в сторону гадкого родственника.

Питер завизжал и выставил вперед трость.

– Только подойди, – кричал он. – И тебе достанется.

– Бросьте, мисс. Не стоит вести себя неразумно, – преградил дорогу страж порядка. – Этот человек действительно владелец дома и имеет полное право распоряжаться имуществом по своему усмотрению.

– Наверняка документ заверен тем же юристом, который оглашал завещание, – произнесла я. – Он подкуплен. Я выполнила последнюю волю деда и вышла замуж до установленного срока, поэтому дом мой.

– Я имею на руках документ, в котором четко прописан владелец, – пожал плечами полисмен. – И также я стал свидетелем колдовства, поэтому вынужден взять под арест эту юную леди.

– Но она еще совсем ребенок, – вскричала мама, хватая Мэделин за руку и, несмотря на то, что сестра активно упиралась, попыталась спрятать ее за спину. – Умоляю, пожалейте.

– Не могу, – вздохнул полисмен. – Против вас выдвинуты обвинения.

– Я тебе глаза выцарапаю, – зашипела я и, точно разъяренная кошка, накинулась на дядю.

Питер пытался отбиться, но я ловко вцепилась ему в лицо, благо ногти были достаточно длинные. Со злорадством наблюдала, как тот корчится, а на его коже проступают глубокие царапины, наполняющиеся кровью.

– Дрянь!

Ответ от родственника не заставил себя долго ждать, и я ощутила удар от тяжелой трости по шее, острая боль пронзила тело, заставляя упасть на колени. В глазах потемнело, а дядя уже замахивался для нового удара.

– Опусти трость! – послышался грозный окрик, и все стихло. – Или я затолкаю ее сейчас в твою глотку.

Глава 13

Я сморгнула, стоявшие в глазах слезы. Взгляд немного прояснился, и стал виден мистер Ривс, быстрой походкой приближающийся к нам. Делмар подошел и опустился на колено рядом со мной. Я почувствовала, как рука осторожно касается моей пылающей кожи на шее. Его лицо исказилось от гнева.

– Негодяй, кто тебе дал право бить девушку? – взревел он и резко выхватил из трясущихся рук дяди Питера трость, послышался хруст ломающегося дерева.

– Она стоит пятьдесят фунтов, – возмутился дядя. – Полисмен, вы долго будете стоять и смотреть, как этот детина портит мое имущество?

– Скажи спасибо, что я не сломал твою руку, – процедил сквозь зубы мой муж.

– А это уже угроза жизни, – завизжал Питер. Его полное лицо раскраснелось, а маленькие глазки почти вылезли из орбит от такой наглости.

Страж порядка замешкался, он сощурился, явно понимая, что перед ним не простой гражданин. Камзол из дорогой ткани с серебряными пуговицами, идеально начищенные сапоги из черной мягкой кожи – все это не укрылось от наблюдательных глаз полицейского.

– Мистер, простите, не могли бы вы покинуть двор этого дома, – промямлил он.

– Я гость хозяйки, – произнес Делмар. – А этого милого джентльмена, только что ударившего мисс Эвинсель, советую немедленно арестовать. Пусть несколько деньков посидит в тесной камере, подумает над своим поведением. Определенно, это пойдет ему на пользу.

– Я вообще-то хотел взять под арест эту маленькую мисс, – сказал полисмен, но тут же изменился в лице, как только мистер Ривс нарочно приподнял ладонь, демонстрируя перстень на руке. При ярком дневном свете на алом рубине появился черный паук. – О боги! Да, как прикажете, сэр.

– Я сам займусь девочкой, – произнес Делмар. – А сейчас выпроводите этих двоих и позаботьтесь, чтобы толстяка посадили в самую вонючую камеру в вашей каталажке.

– Это произвол! Я буду жаловаться! – надрывался от крика дядя, когда второй полицейский тут же защелкнул на его жирных запястьях наручники. – До самой королевы дойду!

– Отлично, – кивнул Делмар. – Можете писать донос прямо на мое имя, могу записать на бумаге, чтобы не забыли. Его светлость Делмар де Ривс, седьмой герцог Левиргейл.

Я со злорадством увидела, как Питер закатывает глаза и падает в обморок, его тучное тело обмякло и завалилось на худощавого стража порядка, тот застонал, еле удерживая тушу дяди.

Делмар помог мне подняться, а я чувствовала, как в сердце разливается благодарность к этому человеку. Он фактически уже второй раз спасает нас.

– Ну и родственнички у вас, – хмыкнул мистер Ривс. – Хуже врагов.

– Да уж, – кивнула я. – Они всю жизнь унижали моего папу за то, что посмел жениться на простолюдинке. Зато прожил жизнь рядом с любимой женщиной.

– Ваш отец был смелым человеком, – улыбнулся Делмар. – Пойти против общественного мнения и отказаться от материальных благ – на это нужно большое мужество. И что-то подсказывает мне, что дочь явно унаследовала бунтарский характер от него.

Какой же он милый, когда не сердится. Я даже непроизвольно залюбовалась Делмаром, его лицо преобразилось от улыбки, а на левой щеке появилась ямочка. В голову пришла мысль, что, может, поэтому Делмар редко позволяет себе смеяться, стесняясь такой немужественной детали.

Боль в шее вернула меня с небес на землю, я попробовала повернуть голову, но не смогла, здорово же приложил меня этот мерзавец.

– Сильно болит? – осведомился Делмар, наблюдая, как я морщусь.

– Да, очень, – прошептала я.

Полицейские посадили в кеб моих родственников и увезли. В ушах еще некоторое время звенели проклятия дяди Питера, которыми он щедро осыпал всех собравшихся. Мы прошли в дом, и, только оказавшись в уютной гостиной, я смогла немного успокоиться и расслабиться.

– Наша семья перед вами в неоплатном долгу, мистер Ривс. – Матушка была готова целовать руки Делмара.

Она с нежностью погладила мою сестру по голове, а меня поцеловала в лоб.

– Мистер Ривс, вы возвращаете нам Каринтию? – поинтересовалась Мэделин. – Надеюсь, в целости и сохранности, как и обещали?

Делмар пристально посмотрел на Мэдди и жестом попросил сесть рядом с собой на уже знакомую ему софу.

– Не помню, чтобы давал такие обещания, – хмыкнул он. – Ты мне лучше скажи, почему все еще не состоишь на учете как маг?

– У Мэделин нет магической силы, – стала горячо уверять я. – Она не может колдовать, только немного увлекается алхимией, готовит зелья. Она обычная девочка.

– Я, кажется, не давал вам слова. – Делмар сдвинул брови, заставив меня замолчать. – Мэделин, дай мне ладонь.

Сестра нехотя выставила вперед руку, ее тонкие пальцы подрагивали. Мистер Ривс снял перстень и положил его на ладонь девочки.

– Это подарок? – Улыбка озарила лицо Мэдди.

– Нет! – успел произнести мистер Ривс.

И в то же мгновение камень ярко засиял, наливаясь огнем.

Моя сестра вздрогнула, когда кольцо начало вибрировать. Со стороны казалось, что рубин раскалился подобно угольку в костре.

– Отлично, кто еще тут будет спорить, что маленькая мисс Эвинсель не владеет магией?

– Но позвольте, что доказывают эти ваши фокусы с перстнем? – попыталась я возразить. – Мэдди же не может взмахнуть руками и превратить вас в жабу, значит, она не ведьма.

– Вы много магов встречали в своей жизни? – поинтересовался мой муж. – У всех разные способности, кто-то может менять погоду, некоторые обладают даром ясновидения. Мне однажды довелось повстречать одну старушку, которая являлась сильным элементалем воды и забавлялась тем, что на званых вечерах замораживала напитки в бокалах. А у нашей девочки особый дар, но какой именно, я пока не могу понять, нужно, чтобы с ней пообщался специалист.

– Еще чего удумали, – возмутилась я. – Мэделин всего двенадцать лет, я не позволю паладинам вмешиваться в ее жизнь.

Меня бросило в жар, как только представила, что сестру будут подвергать допросам.

– Орден должен убедиться, что магия девочки не несет опасности для окружающих, – терпеливо пояснил Делмар.

– А если паладины заподозрят, что Мэделин способна нанести вред другим людям? – Я буквально захлебывалась от волнения, слишком явственной была перспектива того, что безобидные с виду проделки маленькой девочки могут перерасти в нечто серьезное в будущем. Это понимал и мистер Ривс, он забрал кольцо и надел его на свой палец.

– Каринтия, ваш кузен – прямое доказательство того, что Мэдди нужен жесткий контроль. Сегодня она захотела превратить его в петуха, а завтра может пожелать, чтобы королева стала курицей. Это опасные игры.

– Энтони подлец и получил по заслугам, – пропищала Мэдди, изрядно напуганная грядущими переменами в своей жизни.

Я злилась на сестру за то, что не смогла сдержать порыв и невольно выдала себя.

– Ничего страшного, пока просто поставим на учет и будем вести контроль, – твердо сказал мистер Ривс. – Не стоит пугаться раньше времени.

Вот сейчас я уже воспылала гневом на самого Делмара, в его власти промолчать и закрыть глаза, чему стал свидетелем, но нет, он упорно будет действовать лишь в своих интересах. Еще, чего доброго, захотят призвать мою малышку на службу, чтобы помогала искать темных магов. В памяти всплыло обезображенное лицо Блейз, наверняка она свое увечье заработала на службе у паладинов.

– Моя сестра не будет работать на Орден, – буквально зарычала я на мужа. Расселся тут на нашей софе, длинными ресницами своими хлопает и строит планы, как использовать способности Мэдди в своих интересах.

– Об этом еще нет и речи, – спокойно отозвался Делмар, но я успела заметить мелькнувшую в его взгляде вспышку интереса.

– Не хочу, чтобы Мэдди пострадала, как ваша подруга Блейз!

Я нервно стала вышагивать по комнате, обдумывая, как лучше нейтрализовать мистера Ривса, может, сестра напоит его каким-нибудь зельем, чтобы у того напрочь отшибло память?

– Орден защищает своих сотрудников и никогда не подвергает лишней опасности, – возразил Делмар. – Что касается Блейз, это совершенно отдельная и весьма печальная история. Если вас утешит, за то время, что она нам помогает, с ее головы не упал ни один волос. Ардет лично заботится о безопасности этой сотрудницы.

– А как же лицо Блейз? – Я нахмурилась, пытаясь понять, водит ли меня мистер Ривс за нос. Его слова ничуть меня не успокоили.

– Не уверен, что имею право раскрывать подробности частной жизни другого человека. Кстати, мы и так достаточно задержались, – сказал мой муж. – Вы, кажется, хотели собрать свои вещички, а между тем отведенное время давно истекло.

Я нехотя направилась в свою комнату и наскоро собрала в саквояж одежду, которая понадобится мне на первое время. Когда вернулась в гостиную, матушка уже поила предателя чаем с кексами.

– Я так рада, что вы решили жить вместе, – донесся до меня голос мамы. – Каринтия очень хорошая девочка, хозяйственная, умеет готовить и вязать. На это Рождество мы вместе связали две дюжины носков для приюта. Если бы не ее помощь, я бы так быстро не управилась.

Я вздохнула, мама так старательно нахваливает меня, верно, думает, что Делмар воспылал ко мне неземной любовью и решил сделать настоящей женой. Ах, моя дорогая мамочка, какая же ты все-таки наивная женщина.

– Миссис Эвинсель, ваша дочь некоторое время поживет в моем доме, пока мы не утрясем все вопросы с разводом, а позже я обещаю вернуть ее вам.

– Надеюсь, в целости и сохранности, – вмешалась в разговор Мэдди. – И девственницей, а то нам потом второй раз замуж ее не выдать. Признаться честно, до вас желающих на ее руку не наблюдалось. Правда, был один поклонник. Наш сосед мистер Паркинс, вдовец и гордый отец шестерых сыновей захаживал к нам на чай. Мы-то думали, он ухаживает за матушкой, а он взял и сделал предложение Каринтии, но тут же забрал его обратно, когда она опрокинула ему на голову вазочку с вареньем.

Я вспомнила мерзкого полковника Паркинса и выводок его хулиганов. Нет уж, увольте. Наглый старикан мечтал приобрести бесплатную служанку, которая бы готовила и обстирывала семерых мужчин.

– Ну, раз так, тогда, конечно, обещаю. – Легкая улыбка вновь появилась на лице мистера Ривса. – Кстати, могу поспособствовать в поиске жениха, выдам, так сказать, рекомендации при условии, конечно, что Каринтия будет себя хорошо вести.

Руки зачесались огреть дражайшего супруга саквояжем по голове или хотя бы по другому, более мягкому месту в воспитательных целях.

– Спасибо, но от ваших сомнительных услуг свахи я все же откажусь, – насупилась я. – Если припомнить вашу близкую знакомую мадемуазель Женевьеву, вкус у вас отвратительный.

– Возможно, – не стал отпираться Делмар. – Но не могу не отметить: определенные таланты у нее все же есть.

Рука непроизвольно потянулась к кексу, захотелось набить себе рот до того, как из него вырвется очередная колкость в адрес моего мужа и его бывшей любовницы.

– Я вижу, вы уже готовы. – Мистер Ривс нахмурился, ему явно не понравился мой вид.

Я смущенно поправила шляпку с черными петушиными перьями, отливающими зеленью. Не спорю, она старомодна, ее еще матушка носила в пору молодости, но вот изумрудного цвета жакет был почти новый, и о том, что на юбке возле подола есть дырка, знаю только я. Так чего же он так кисло кривит губы?

– Кажется, предыдущее платье шло вам больше, – наконец выдавил из себя Делмар. – Если вы в таком виде разгуливаете по улице, то неудивительно, что у вас не было кавалеров.

– Предпочитаю мужчин, способных оценить мой богатый внутренний мир. – Я гордо вздернула подбородок. – Внешность не главное, превыше всего любовь и взаимное уважение.

– Вы похожи сейчас на мою первую гувернантку мисс Лавер, – внезапно заявил супруг. – Она боялась вампиров и прятала зубчики чеснока в свою одежду, а на прогулку всегда надевала свою шляпу с чучелом ворона. Почему-то мисс Лавер питала к этой мертвой птице нежную любовь. К счастью, отец быстро ее уволил и нанял мисс Шерри. Правда, и она долго у нас не задержалась, потому что ее выгнала уже моя матушка. По мнению герцогини, глубокое декольте и непозволительная юность не считались ценными качествами для хорошей гувернантки.

Сравнение со старой девой, носящей на голове мертвую ворону, почему-то совершенно меня не порадовало. Конечно, если бы у нас было больше средств, я бы с радостью накупила себе модных нарядов, выезжала на прогулки в парк в новом экипаже, размахивала бы кружевным зонтиком, а в пять часов дня пила традиционный чай в компании юных леди из благородных семейств. Но, увы, отсутствие идеальной родословной и большого капитала на счету в банке делали меня нежеланной гостьей в светских гостиных.

Когда прощались, матушка шепнула мне на ухо, чтобы я была помягче с мистером Ривсом, ведь он такой замечательный мужчина. Я не разделяла ее восторгов, по мне, так он обыкновенный сноб, да к тому же знатный грубиян, жаль, что придется провести в его компании еще некоторое время. Искренне надеюсь, что мы не поубиваем друг друга. Кажется, о том же думал и мистер Ривс.

– Предлагаю сразу обговорить условия, – начал он разговор, как только мы сели в карету. – Вы переезжаете в левое крыло, в гостевые покои, и живете там тихо и мирно, стараясь не попадаться мне на глаза. В город не выезжаете, визиты к друзьям и родственникам тоже не приветствуются.

Я обрадовалась перспективе съехать из жуткой комнаты с призраком, поэтому молча кивала, соглашаясь со словами Делмара.

– Когда у меня будут гости, постарайтесь не показываться им на глаза. Для меня важно пресечь появление сплетен и слухов относительно наших отношений.

– Конечно, буду сидеть как мышка, – с радостью пообещала я. – Вы даже забудете о моем существовании.

– Об этом трудно забыть, – хмыкнул мистер Ривс. – Но я постараюсь.

Я прислонилась к спинке сиденья спиной и поморщилась от резкой боли. Дома я повязала на шею платок, призванный скрыть от посторонних глаз уже начинающий разливаться на коже огромный синяк. Сейчас же очень хотелось снять его и потереть ушибленное место, но я стеснялась делать это при Делмаре.

– Когда прибудем в поместье, вызовем доктора для осмотра. – В голосе мистера Ривса послышалась забота, или мне просто показалось. – Травма может быть серьезной. Но пока придется потерпеть еще пару часов, заедем по пути в пансион Святой Виктории.

Глава 14

Когда в очередной раз колесо кареты подскочило на кочке, я не сдержала стон. От боли уже начала кружиться голова, на глаза наворачивались слезы, но я стойко держалась, боясь жаловаться. Не хотелось лишний раз раздражать мужа, поэтому старалась отвлечься, разглядывая пейзаж за окном. Когда увидела, что наш экипаж сворачивает в тихий переулок и останавливается перед старинным зданием, окруженным кованым забором, вздохнула с облегчением. Но, как бы я ни старалась вести себя тихо, мое плачевное состояние не укрылось от глаз Делмара. Он все больше хмурился, бросая на меня озабоченные взгляды.

– Дайте взглянуть, – произнес он и, не дожидаясь моего позволения, сдернул платок с шеи и принялся рассматривать место ушиба.

Его лицо оказалось слишком близко, и я ощутила горячее дыхание на своей коже. Тут же с трудом подавила желание дунуть на прядь его пшеничных волос, лежавших над ухом. Интересно, на ощупь они такие же шелковистые, как кажутся?

– Я позабочусь о том, чтобы ваш дядя получил по заслугам, – пробурчал он, отстранившись от меня. – Негоже избивать дам, даже если дама того и заслуживает.

Ну да, а сам-то грозился выпороть меня розгами, значит, просто пугал.

– Да ладно, заживет, – пробормотала я. – Главное, что мы отстояли дом. Кости срастутся, раны зарубцуются, а вот новое жилье нам не купить, к сожалению.

– Удивительная вы девушка, – усмехнулся мой муж. – Слишком дерзкая и смелая, просто черт в юбке.

Пока я размышляла над тем, чем же все-таки меня одарил мистер Ривс – комплиментом или очередной насмешкой, тот вышел из кареты и направился в сторону ворот.

– Я скоро вернусь, – сообщил Делмар.

Оставшись одна в экипаже, я осторожно потрогала шею, показалось, что на ней все еще осталось тепло от его рук. Сейчас, когда уже не надо было притворяться воспитанной леди, я дала волю чувствам, громко застонала и сжала зубы так, что они заскрипели. Ну, дядюшка Питер, надеюсь, в каталажке тебе достанется не меньше, чем мне от твоей гадкой трости. Да и ужин, я думаю, из простой овсянки на воде пойдет только на пользу этому зажравшемуся свину. Успокаивая себя этими злорадными мыслями, я не сразу услышала легкий стук по дверце кареты. Мгновенно напряглась и отдернула синюю бархатную шторку. Напротив стояла безобидная с виду молодая женщина в круглых очках и с довольно забавной высокой прической в виде двух больших рогаликов, сплетенных между собой.

– Мисс, я принесла вам лед. – Она дружелюбно улыбнулась.

Тревога улеглась, и я с удовольствием приняла из ее рук холщовый мешочек, наполненный обжигающе холодным льдом.

– Спасибо, – поблагодарила я, с радостью приложив спасительную прохладу к больному месту. Боль через несколько мгновений стала не такой острой, и я немного расслабилась.

– Ваш спутник, мистер Ривс, попросил принести его для вас. – Незнакомая дама явно не прочь была поболтать. – Ах, повезло вам, с таким интересным мужчиной работаете. А у нас тут из доступных джентльменов только учитель танцев и управляющий конюшней. И если первый интересуется исключительно вторым, то конюх мистер Эботт питает симпатию только к бутылке виски или рома.

Я выпрямилась и гордо поправила съехавшую набок шляпку. Думаю, дама приняла меня за представительницу правосудия, значит, я внушаю доверие и выгляжу вполне серьезно для своих лет.

– Видели бы вы, как директриса мадам Поллет всполошилась, узнав, что в наши стены приехал один из паладинов. Она-то думала, что это по ее душу.

– А что, ей есть из-за чего волноваться? – спросила я больше из вежливости, чем из любопытства. Не люблю сплетниц, но девица принесла лед и была столь любезна со мной, что не хотелось обижать ее деланым равнодушием.

– Конечно, – тут же с энтузиазмом принялась стучать на начальницу милая дама. – Третьего месяца мадам прикупила новые столовые приборы, отчиталась фонду учредителей, как будто приобрела серебро, а на самом деле мельхиор.

– Да, нехорошо, – произнесла я неодобрительно. – Но мы здесь не из-за вилок и ложек мадам Поллет.

– Да я уже знаю, это все из-за смерти учительницы пения. Ох и противная же была эта мисс Маро, – горячо зашептала любительница посплетничать, от возбуждения у нее даже очки запотели. – Вечно нос задирала, других преподавателей ни во что не ставила. Непризнанная поэтесса, девочек-воспитанниц вечно заставляла разучивать песни собственного сочинения. Если хотите знать мое мнение, таланта у нее особого не было, лишь бездна самомнения.

Я вскинула брови и поощрительно улыбнулась, дальше уже слушала с гораздо большим интересом.

– Так вот, в последнее время Шанталь вообще распоясалась, на уроки опаздывала, девушкам грубила. А однажды в приватном разговоре со мной заявила, что собирается покинуть наше заведение и начать новую жизнь.

– Она была недовольно своей работой? – спросила я.

– Ну как сказать… – замялась дама. – Конечно, место здесь не самое плохое, опять же трехразовое питание, иногда выезжаем с девушками на пикники за город, при условии, естественно, хорошей погоды. Вообще-то я не люблю жаловаться, но оплата в пансионе действительно мизерная, хватает только на скучные серые платья, которые мадам Поллет заставляет нас носить, да и по мелочи остается. А вот мисс Маро была женщиной больших амбиций, в юности мечтала стать певицей и выступать в мюзик-холле, но, видно, не сложилось. Она не любила рассказывать про это время.

– Вижу, вы дама умная и наблюдательная, – елейным голосом прощебетала я. – Скажите, кто, по-вашему, мог желать смерти мисс Маро?

Я тут же была вознаграждена за свою неприкрытую лесть. Щеки болтушки стали пунцовыми, и она смущенно захихикала, явно довольная столь милыми сердцу эпитетами в своей адрес.

– Да кто знает, ее, конечно, многие недолюбливали, но не до такой степени, чтобы накинуть удавку на шею.

– А были у мисс Маро близкие подруги?

– Да куда там, с ее-то гнилым характером? Нет, конечно, от нее слова приветливого никто никогда не слышал, всегда ходила угрюмая и замкнутая. Правда, в последние месяцы у Шанталь заметно улучшилось настроение, но столь явная перемена в характере приключилась по вине нового возлюбленного.

– Вот как? – Я причмокнула губами. Кажется, запахло жареным. – И кто же этот джентльмен?

– А я почем знаю, – пожала плечами девушка. – Я его всего один разок видела, да и то, можно сказать, мельком. Вот же зараза, при виде меня скорчила такую мину, дескать, попробуй подойди, загрызу, а могла ведь и познакомить нас. Нам как раз дали в тот день жалованье, и я решила сходить до соседней кондитерской, купить конфет с изюмом и орехами. Только свернула за угол и увидела, как незнакомый мужчина ведет Шанталь под руку. И ведь действительно повезло этой зазнайке, парень был больно хорош: высокий, статный, блондин с длинными волосами. Эх, люблю я блондинов, аж сердце тогда зашлось от зависти. Вот почему вздорным особам достаются самые красивые женихи?

Я задумалась, уже знакомый мне Гровер совсем не подходил под описание таинственного мужчины. И вообще, кажется, я увлеклась игрой в сыщика. Возможно, этот человек не имеет никакого отношения к смерти учительницы.

– Но вот что странно, – внезапно заявила собеседница, – я не помню, чтобы видела его на похоронах, значит, не так уж и серьезно у них было. А я-то строила планы подойти к нему, утешить, может, завести более близкое знакомство.

После этих слов симпатия к даме окончательно улетучилась.

– Спасибо за разговор, – произнесла я сухо. – Орден весьма благодарен вам за полученную информацию.

– Рада была услужить. – Девушка засияла от удовольствия. – Если что, всегда можете ко мне обратиться. Меня, кстати, Эстер Тейлор зовут. Могу письменно подготовить доклад на мадам Поллет, да и вообще на каждого сотрудника пансиона. Как думаете, мне дадут грамоту или медаль?

– Обязательно, – не моргнув глазом соврала я.

Мисс Тейлор счастливо улыбнулась и покинула меня, а я закрыла дверь кареты и постаралась поудобнее устроиться на скамейке. Лед уже нагрелся и растаял, холодные струйки воды затекали за шиворот, заставляя ерзать и морщиться. Боль вновь вернулась, а вместе с ней и странное ощущение, что все-таки с загадочным возлюбленным убиенной Шанталь не все так просто.

Вскоре вернулся мистер Ривс, вид у него был крайне озабоченный.

– Как расследование, сдвинулось с мертвой точки? – с любопытством осведомилась я.

– Еще не знаю, – уклончиво ответил Делмар. – Я битый час слушал жалобы на высокие налоги и нерадивых сотрудников, но, к сожалению, никаких подробностей жизни мисс Маро мне не открыли. Опрос ее коллег тоже особых результатов не дал, все в один голос твердили, что мисс Маро вела скрытный образ жизни, подруг и ухажеров не имела.

Мистер Ривс бросил рядом с собой на бархатное сиденье бумажный сверток, перетянутый грубой бечевкой.

– Вот, прихватил несколько ее вещей, может, Блейз почувствует что-то, но я особо не надеюсь.

– А вы посмотрите протокол с места преступления, – подсказала я, чрезвычайно довольная своей догадливостью.

– Думаете, без вас я бы до этого не додумался? – Делмар скривился в ехидной улыбке. – Еще утром он лежал на моем столе, и я, естественно, ознакомился с записями полисменов. Как и все подобные рапорты, доклад был скуп на подробности, все кратко изложено. Утром мисс Маро не явилась в столовую, а потом пропустила первый урок, коллеги забеспокоились и отправились в ее комнату, где нашли уже окоченевшее тело, скрюченное на полу возле окна. Способом убийства послужил пояс от шелкового кружевного халата, улик не обнаружено и свидетелей тоже не нашли.

– Не расстраивайтесь раньше времени, – постаралась я утешить Делмара. – Не факт, что это дело связано со смертью вашей невесты.

– Как раз в этом я абсолютно уверен, – мрачно заметил мистер Ривс. – Горничная призналась мне, что после того как тело мисс Маро увезли, ее отправили прибрать комнату, и она возмущалась, что один из шнуров от портьеры нашла порванным. Жаль, служанка его выкинула, можно было бы провести экспертизу. Голову даю на отсечение, мы могли обнаружить следы крови и кожи в его волокнах.

– Но как же протокол? – удивилась я. – Там же указано, что душили поясом.

– Возможно, преступник уже после того, как убил Шанталь, решил сделать инсценировку и обернул вокруг шеи пояс или шнур порвался во время убийства. В общем, сейчас мы этого, к сожалению, уже не узнаем. Я опять уперся в глухую стену, это тупик.

Я посмотрела на хмурого супруга и почувствовала, как меня распирает от желания поведать ему о своих успехах в следственных действиях, причем гораздо бо́льших, чем у него, умудренного властью и опытом.

– Думаю, вас обрадует, когда узнаете, что я нашла свидетеля, видевшего предполагаемого подозреваемого, – выпалила я, чувствуя, как уголки губ сами собой поднимаются вверх. Забавно было наблюдать, как вытянулось лицо мистера Ривса.

– Знаете, Каринтия, после общения с вами я скоро совсем перестану удивляться, – хмыкнул Делмар.

Я рассказала Делмару все, что удалось узнать. Он внимательно, не перебивая, выслушал меня.

– Нужно отправить к мисс Тейлор художника, – высказался мистер Ривс после того, как я закончила. – У нас хотя бы будет приблизительный портрет этого таинственного жениха.

– Я надеюсь, что хоть немного помогла вам в расследовании, – произнесла я, весьма довольная собой.

Делмар как-то странно посмотрел на меня. Я ждала, что с его языка сорвется очередная колкость, но он промолчал.

Когда мы добрались до поместья герцога, боль в шее была уже невыносимой. Сойдя со ступеньки кареты, я чувствовала, что не в состоянии сделать ни шага, ноги неожиданно подкосились, и я практически упала на колени. Тело сотрясала мелкая дрожь, на лбу выступил холодный пот.

– Каринтия, что с вами? – Я услышала озабоченный голос Делмара, но не могла поднять головы, увидела только, как ко мне подходит пара идеально начищенных сапог, и в то же мгновение ощутила сильные руки, подхватывающие мое тело.

– Кажется, мне дурно, – прошептала я. Голова и правда гудела, а перед глазами все расплывалось.

– Возможно, болевой шок, почему же вы не сказали, что так плохо себя чувствуете, – осуждающе произнес мистер Ривс и направился, держа меня на руках, к дому.

Я хотела ответить ему, что просто стеснялась жаловаться, боясь очередного неодобрительного взгляда, но вместе этого неожиданно ощутила заботу с его стороны.

– Потерпите еще немножко, я немедля отправлю за доктором. – Я с трудом расслышала его голос, раздающийся как будто из глубокой бочки.

– Я терплю, – ответила я, еле шевеля губами.

– Миссис Финч! Скорее принесите в мою спальню маковую настойку и лед.

Рядом послышался озабоченный голос экономки:

– Ваша светлость, тут такое дело, у нас гости.

– Пусть убираются, я никого не принимаю, – рявкнул Делмар прямо у меня над ухом.

– Но, господин… – возразила было служанка, однако предостерегающий взгляд мужа ее остановил.

– Все потом. Вначале нужно помочь мисс Каринтии, остальное подождет.

Делмар с легкостью поднялся со мной по ступенькам и, пройдя в комнату, положил на кровать. Я чувствовала у себя на лбу его руку, а следом и холод ото льда, который приложили к моей пылающей коже. Потом мистер Ривс почти насильно влил мне какую-то горькую жидкость, она обожгла рот и проникла в глотку. Я поморщилась, будто проглотила ежа, но через некоторое время гадкое зелье дало результат, боль заметно утихла.

Я открыла глаза и увидела над собой лицо Делмара, тревожно наблюдавшего за мной.

– Скоро приедет врач, – сообщил он.

Я почувствовала, как рот непроизвольно растягивается в улыбке, кажется, маковая настойка имеет побочные эффекты.

– Вы словно ангел, спустившийся с небес, – услышала я собственный голос как будто со стороны, и тут же сама пришла в ужас. Боги, что я несу!

– Неожиданный комплимент, – усмехнулся Делмар.

– Мистер Ривс, вы удивительно невыносимый человек. И невероятно красивый.

«Кто-нибудь, остановите этот паровоз, который на ужасающей скорости катится в пропасть», – пронеслось в голове. Если бы я могла сейчас встать, то зашила бы собственный рот.

– Я вижу, вам действительно стало лучше.

– Мне очень хорошо, – подтвердила я. – А будет еще лучше, если вы сейчас поцелуете мою шейку. Когда я в детстве падала и набивала шишки, матушка всегда целовала меня в место ушиба. Уверяю вас, это самое верное средство.

Делмар наградил меня насмешливым взглядом.

– Хорошо, если вы так настаиваете, я, пожалуй, выполню вашу просьбу. Вот доктор Хоурд удивится, узнав о столь простом способе исцеления.

Мистер Ривс нагнулся, и я почувствовала на щеке его теплые губы.

Неожиданно дверь в спальню распахнулась, муж резко напрягся и отпрянул от меня.

– Делмар Мишель Ортегиус, изволь объяснить мне, что все это значит! – Истеричный женский вопль огласил комнату.

– Мама? – послышался удивленный и, кажется, немного испуганный голос Делмара.

Глава 15

Я приподнялась на локтях, чтобы лучше рассмотреть герцогиню. Высокая женщина, статная и удивительно похожа на Делмара. Того же цвета пшеничные волосы, чуть тронутые сединой, убраны в изящную высокую прическу, обнажающую тонкую шею. В ушах – длинные серьги из белого золота с россыпью изумрудов под цвет шелкового платья с серебристой драпировкой. Только глаза у матери с сыном были разного цвета, у него карие, а у нее зеленые.

– Мама, почему ты не предупредила о своем приезде? – спросил Делмар, нахмурившись.

– Я теперь обязана оповещать тебя о том, что собираюсь посетить собственный дом? – процедила сквозь зубы ее светлость.

– Обычно ты так и делаешь, – пожал плечами явно сбитый с толку Делмар. Он бросил на меня растерянный взгляд. Почему-то его подавленный вид меня насмешил, ну надо же, такой большой мальчик, а все еще боится маму.

– Обычно мой единственный сын ничего от меня не скрывает, – резко заявила герцогиня. – Не думала, что на старости лет стану объектом насмешек. Не далее как пару часов назад на обеде у графини Велмор я узнала чудесную новость. Оказывается, ты тайно женился и уже успел заделать наследника. Надеюсь, у тебя есть разумное объяснение этим слухам, иначе я не ручаюсь за себя, мой дорогой мальчик.

– И что же вы сделаете, отшлепаете Делмара? – Из моей груди вырвался смешок.

– Что?! – Дама перевела на меня возмущенный взгляд.

– Матушка, не сердитесь на него. – Из глаз почему-то потекли слезы, неожиданно стало невыносимо жалко мистера Ривса. Сидит такой, весь осунулся, потерянный и грустный. – Он вчера чуть с жизнью не расстался, еле успели вынуть пулю, а иначе она бах… и разорвала бы его пополам. Ну, вы понимаете, о чем я, вся карета была бы запачкана кишками. Пришлось бы оттирать с мылом и порошком, а обивку, скорее всего, уже бы не спасли. С бархата не выводится кровь.

Герцогиня на глазах стала бледнеть и, слегка покачнувшись, схватилась за сердце.

– Каринтия! – простонал мистер Ривс. – Мама, не волнуйся, все в порядке. Позволь, я провожу тебя в гостиную, там и поговорим. Я разъясню тебе ситуацию. Поверь, когда ты узнаешь всю правду, даже будешь смеяться.

– А вы почему-то не смеялись, когда узнали, что мы обвенчаны. – Я обиженно поджала губы и насупилась. – Отсутствие чувства юмора несет серьезные проблемы в браке. Вот мой батюшка всегда был весельчаком.

– Я сплю и вижу кошмар? – всхлипнула дама и, достав из потайного кармана кружевной платочек, промокнула слезу, появившуюся в уголке глаза. – Мало мне проблем с твоей взбалмошной сестрой, так еще ты решил преподнести подарочек. Кто же эта вульгарная девица, вольготно расположившаяся в хозяйской кровати?

– Матушка, да вы такая же грубиянка, как и сынок. – Я неодобрительно покачала головой. Комната все так же кружилась перед глазами, лица присутствующих то расплывались, отдаляясь от меня, но неожиданно становились четкими. – Вас, аристократов, что, с детства учат искусству злословия?

– Нас, аристократов? – Кажется, кровь окончательно схлынула с лица дамы. – Она служанка? Делмар, ты обрюхатил служанку и женился на ней. Делмар!!! Боги, кажется, я умираю.

Герцогиня прислонилась к дверному косяку и медленно сползла вниз, усевшись прямо на полу.

– Нет, мама, не волнуйся, Каринтия – дочь второго сына лорда. Ее род Эвинсель принадлежит к дворянской фамилии.

Делмар бросился к матери и стал гладить ее по щекам, но та уже усиленно делала вид, что упала в глубокий обморок, и только подрагивающие ресницы выдавали притворство. Я же весьма обеспокоилась состоянием свекрови, пошатываясь, встала и направилась к столу, на котором в хрустальной вазе стоял букет свежесрезанных лилий. Я вынула цветы и припала губами, чтобы набрать в рот воды. Недолго думая подошла и выплюнула все, что было, на герцогиню. Надо было видеть этот взгляд – широко открытые зеленые глаза сверкнули, словно два острых лезвия.

– Наша матушка очнулась.

Я даже хлопнула в ладоши, но тут же потеряла равновесие и полетела на пол рядом со свекровью. Белая пелена тумана окутала комнату, и я провалилась в глубокую бездну.

– Полли, я весьма расстроен слухами, дошедшими до моих ушей.

– Доктор Хоурд, вы, верно, решили, что я ваша собственность, а между тем я до сих пор не получила от вас предложения руки и сердца.

– И не дождетесь с таким-то пренебрежительным отношением к моей персоне. – Обиженный голос доктора отчетливо доносился до моих ушей. – Позвольте узнать, зачем вы позволили бакалейщику проводить вас до дома?

– Он настоящий джентльмен, не то что некоторые. Решил, что хрупкой даме негоже нести тяжелую корзину с покупками, и помог ее донести.

– И получил награду в виде поцелуя!

– Знаешь что, Рудольф, поменьше слушай сплетни и побольше уделяй времени своей даме, иначе действительно дождешься, что меня уведут прямо из-под твоего длинного носа.

Я осторожно приоткрыла левый глаз и увидела, что лежу в незнакомой кровати в одном белье. Короткая нижняя юбка и расшнурованный корсет – вот все, что я нащупала на себе. Рядом стоит миссис Финч и, надо сказать, вид у нее еще тот: лицо красное от гнева, руки уперты в пухлые бока. Взгляд доктора скользнул мимо экономки и остановился на мне, из его груди тут же вырвался вздох облегчения. А губы тронула довольная улыбка.

– Ее светлость очнулась, – произнес доктор Хоурд. – Он быстро подошел ко мне и одной рукой стал нащупывать пульс на запястье, другой же достал из кармашка круглые часы на цепочке и стал засекать время.

– Как вы себя чувствуете, госпожа? – тут же участливо поинтересовалась миссис Финч, в ее голосе слышалась неподдельная забота, видимо, она действительно беспокоилась обо мне.

– Кажется, нормально. – Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, как попала в незнакомую комнату.

– А ну лежите, вам нельзя двигаться, – тут же заявил мистер Хоурд, пресекая мою попытку привстать. – Я наложил вам шину на шею, чтобы вы лишний раз не беспокоили травмированный участок.

Я с волнением ощупала объемный ошейник, который на меня нацепили. Он приятно холодил кожу, но все же было не очень комфортно, невольно почувствовала себя домашней болонкой, а не молодой леди.

– Сколько времени я спала? – поинтересовалась я, в голове начали проясняться последние события, приключившиеся со мной. Перед глазами всплыло лицо герцогини, искаженное ужасом, приклеенные шелковые ресницы с правого глаза отпали и свисали на щеке, рот, подкрашенный алым бальзамом, открывался и закрывался, тщетно силясь произнести что-то. А дальше черная пропасть, куда я лечу, расправив руки.

– Три часа, моя госпожа, – тут же ответила миссис Финч и положила мне на лоб теплый компресс, от которого приятно пахло мятными травами.

– Герцогиня уже разожгла костер во дворе, чтобы меня сжечь? – У меня из груди вырвался нервный смешок.

Делмар наверняка рассказал матери о том, каким образом оказался женатым на столь вздорной особе. Но если с мужем мне, можно сказать, повезло, он не стал выдвигать обвинение против меня, то про его матушку такого утверждать не берусь. Вспоминая истеричные нотки в голосе свекрови, могу предположить, что ее светлость не слишком рада новоявленной родственнице. До нашей встречи у меня еще был призрачный шанс спастись, но после того, что я устроила под действием маковой настойки, меня точно отправят в кандалах в самую мрачную тюрьму страны.

Экономка старательно прятала от меня взгляд и многозначительно молчала.

– Думаю, все обойдется, моя госпожа, – наконец выдавила из себя миссис Финч, хотя уверенности в ее голосе не было ни капли. – Его светлость настоящий мужчина и сможет отстоять собственную супругу.

– А если хотите знать мое мнение, – неожиданно подал голос доктор, – я даже стал восхищаться его светлостью. Любой другой джентльмен его положения предпочел бы просто откупиться от дамы, попавшей в столь щекотливое положение, а он поступил благородно и женился.

– Вот бы у одного старого маменькиного сынка тоже бы хватило смелости и он предложил руку и сердце своей возлюбленной, – поджала губы миссис Финч.

– Мое сердце давно принадлежит вам, – тут же отозвался мистер Хоурд. – А возлюбленной не мешало бы быть полюбезнее с будущей свекровью, чтобы она потом не жаловалась мне на грубое обращение.

– Твоя маман – старая ведьма! – вскипела миссис Финч. – Она насыпала в пирог орехи, зная, что у меня от них зеленеет кожа. Я была словно гоблин на ее дне рождения, все смеялись и перешептывались за спиной. Хорошее же знакомство состоялось с доброй дюжиной твоих родственников!

– Это случайность, попрошу не наговаривать напраслину на эту святую женщину, – возмутился мистер Хоурд.

Я робко покряхтела, привлекая к себе внимание. Чего доброго, эти двое сейчас начнут метелить друг друга прямо на моих глазах, вон миссис Финч уже замахивается на несчастного доктора вазой.

– Доктор Хоурд, скажите, когда я смогу снять эту штуку. – Я прикоснулась к жестко зафиксированной шее.

– Через пару дней, не больше. Но не волнуйтесь, я подобрал вам милый розовый цвет, знаю, дамы питают к нему слабость. Теперь вам будет не так грустно носить это приспособление.

Я тяжело вздохнула, надеюсь, этот доброжелатель не догадался еще цветочки нарисовать, иначе точно буду похожа на ярмарочного шута. Хорошо хоть я заперта в четырех стенах и никто меня не увидит в подобном виде.

Слава богам, меня оставили одну. Я некоторое время полежала в кровати, разглядывая потолок. Несмотря на то что он был очень красивый, с лепниной и искусными узорами, мне это занятие быстро надоело. Пришлось все же сесть и осмотреться, к счастью, меня додумались отнести не в ту жуткую детскую, а во вполне себе хорошую комнату, видимо, гостевую. Широкая удобная кровать, застеленная новым покрывалом, мягкая перина. Я положила под спину несколько маленьких подушек, и сидеть стало вполне комфортно. Рядом с высоким дубовым шкафом стоял мой скромный саквояж, возможно, предполагалось, что вещи я сама распакую, или слуги подумали, что мои жалкие наряды недостойны висеть в столь роскошном предмете мебели. Ну и ладно, скоро я все равно покину это гостеприимное место и вернусь в родной дом. Правда, если говорить честно, все же буду скучать по великолепной еде, которую готовит местный повар Жан-Поль. Ну, и если уж быть до конца откровенной, немножко будет не хватать мистера Ривса, но самую чуточку. Я так привыкла за последние дни видеть его всегда рядом, что теперь думаю, как он там без меня и чем занимается. Наверняка ведет расследование, может, уже получил портрет подозреваемого.

Вскоре пришла Грейс. Она поставила прямо на кровать миниатюрный столик на коротких ножках.

– Ваш ужин, леди. – Грейс сделала книксен. Один рыжий локон выбился из-под чепца и покачивался в воздухе.

Я обрадовалась и принялась уплетать горячую буженину в брусничной подливе. Еда была настолько вкусная, что я с трудом подавила желание провести кусочком белого хлеба по тарелке, собирая остатки ужина. Не хватало еще опозориться на глазах у прислуги.

– Как вы себя чувствуете? – участливо осведомилась Грейс. – Я слышала, доктор Хоурд докладывал ее светлости, что скоро вы будете в состоянии подняться на ноги.

– Герцогиня интересовалась моим здоровьем? – Неожиданно в горле встал комок, и пришлось сделать большой глоток воды.

– Конечно, она весьма обеспокоена состоянием будущего внука, – кивнула Грейс.

– Какого внука? – У меня глаза полезли на лоб. Неужели Делмар не рассказал матери, что причина нашего скоротечного брака вовсе не моя беременность?

– Леди Мадлен уверена, что будет мальчик, – охотно делилась со мной девушка. – Велела приготовить для внука детскую рядом с ее покоями. Сказала, что сама займется его воспитанием, а вас отправит поправлять здоровье в Бертолию на лечебные воды.

– Значит, она на меня не сердится? – Я удивленно вскинула брови. Услышанная новость так обрадовала, что я благополучно пропустила последние слова мимо ушей, не особо вникая в их смысл.

– На вас, кажется, все-таки сердится. – Служанка поникла. – И на господина тоже, а вот на внука нет. Но ее светлость привыкла к некоторым чудачествам своих детей, поэтому быстро смирится, так что не берите в голову.

После ужина Грейс все же занялась моим гардеробом и развесила в шкаф платья, положила в ящик скудное белье и унесла почистить единственные ботинки. Устав сидеть в одной позе, я решила прилечь и закрыла глаза. В голову лезли странные мысли. Интересно, что прислуга думает обо мне: что я ловкачка, сумевшая окрутить простофилю-герцога, или несчастная соблазненная жертва искусного ловеласа. Я не сомневалась, что мадемуазель любовница из мести разнесла новость про женитьбу Делмара, еще и приукрасив лишними подробностями. Как теперь выкручиваться из сложившегося положения, я не представляла. Но понимала, что мистеру Ривсу реально легче отравить меня и закопать в саду под кустом малины, чем расхлебывать всю кашу, которая так стремительно заварилась. Перед глазами всплыл его образ, улыбка, насмешливый взгляд. Память услужливо показала мне, как Делмар наклоняется, чтобы выполнить мою безумную просьбу и поцеловать, правда не в шею, а в щечку, но почему-то я была уверена, что он бы на этом не остановился, если бы нас не потревожили. Как далеко он был готов зайти?

Неожиданно ноздри защекотал необычный запах, кажется, клубничные леденцы, Мэдди их очень любит. Я всегда стараюсь покупать их по праздникам, чтобы порадовать сестру. Я открыла глаза и огляделась – вроде ничего необычного. Комната пуста, я тут совершенно одна, но все же что-то определенно изменилось. Пытаясь понять, что не так, я с трудом повернула голову и увидела рядом с собой на кровати нечто такое, от чего захотелось вопить во всю глотку. На подушке лежал плюшевый заяц из детской, тот, о которого я все время спотыкалась.

Глава 16

Я резко села в кровати, отчего шея разболелась с удвоенной силой. Лихорадочно оглядела комнату, пытаясь понять, кто именно пробрался сюда и положил зайца ко мне на постель. Но, как и следовало ожидать, здесь, кроме меня, никого не было, по крайней мере, посторонних людей я не увидела. Вновь перевела взгляд на игрушку и настороженно прикоснулась к ней. Но, как и положено плюшевому зайцу, тот никак не отреагировал, он спокойно лежал на подушке, не обращая на меня никакого внимания. На всякий случай я толкнула его ладошкой и уронила на пол.

– Ну вот, я же специально для тебя его несла, – прорезал воздух детский возмущенный крик.

На мгновение почудилось, что земля уходит у меня из-под ног. В голове уже слышатся посторонние голоса, может, маковая настойка все еще не выветрилась из моей крови? Я запрыгнула с ногами на кровать и завизжала, призывая на помощь.

– Ты чего так орешь, блажная, что ль?

Мой крик резко оборвался. Округлив глаза от ужаса, я смотрела прямо перед собой. В воздухе стали медленно проявляться очертания маленькой девочки. Сначала она была полупрозрачная и почти белая, но потом ее кожа и платье стали наливаться красками. Ребенок насмешливо улыбался, явно довольный произведенным эффектом. Ее белокурые волосы были завиты в тугие локоны и прихвачены парой атласных бантиков. Шелковое кремовое платье, украшенное двумя ярусами кружев на подоле, удивительно подходило к ее фарфоровой коже и румяным щечкам. Девочка была похожа на ожившую куклу. Даже несмотря на то, что у меня от ужаса по спине бегали мурашки, захотелось подойти и потискать это чудесное создание.

– Ты кто? – заикаясь, спросила я.

– Фу, как невежливо, – сморщила курносый носик девочка. – Няня разве не учила тебя, что вначале нужно поздороваться, пожелать удачного дня, поинтересоваться, как поживают матушка с батюшкой.

– Как поживает твоя мама? – непроизвольно вырвалось у меня.

– Не знаю, – пожала плечами малышка. – Я давно ее не видела. Да и батюшку тоже.

– Зачем же тогда ты про них сказала? – раздраженно буркнула я, ее слова окончательно сбили меня с толку.

– Так положено, – надула губки незнакомка. – Нужно соблюдать этикет, иначе в обществе скажут, что ты невоспитанная юная леди. Няня так учила.

– Твоя няня, вероятно, очень занудная дама, – заявила я, не найдя более умных слов.

– Да, и от нее воняет чесноком, – скривилась малышка.

Где-то я уже слышала подобные слова, только они были сказаны про гувернантку. В голову сразу полезли нехорошие мысли.

– Наверное, боится вампиров, – предположила я.

– Нет, – помотала головой незнакомка, отчего ее кудряшки стали покачиваться, словно пружинки. – Она панически страшится простуды, даже летом заставляет служанку растапливать камин, а потом, когда становится жарко, распахивает окно, и ее продувает.

– Очень глупая няня, – вынесла я вердикт.

– И жутко надоедливая, – понизив голос до заговорщического шепота, сообщила мне малышка.

– Она, судя по всему, очень беспокоится, ведь ты сейчас не в своей детской, а в моей комнате. Вероятно, стоит вернуться к ней.

– Обо мне никто не беспокоится. – Личико ребенка стало грустным. – Когда мне становится особенно грустно, я возвращаюсь сюда, где мне всегда было интересно. Играю в игрушки.

– Так это ты завела тогда куклу и напугала меня до смерти, – возмущенно пискнула я. Загадочная девочка еще больше стала пугать меня, все-таки нормальные люди не появляются из воздуха и не проходят сквозь стены. До этого я никогда не видела призраков, но читала о них в книгах, скорее всего, сейчас я столкнулась именно с привидением.

– Каринтия, не преувеличивай, если бы ты испугалась до смерти, то давно бы отправилась на тот свет к праотцам и сейчас не вела бы со мной беседу, – невозмутимо отозвалось дерзкое создание.

– Откуда ты знаешь мое имя? – удивилась я и на всякий случай прижалась спиной к стене. Нужно попытаться пробраться к дверям и попробовать убежать из комнаты.

– Слышала, как тебя называют слуги, – дернула плечиком девочка. – Сегодня я увидела, что ты заболела, и решила подбодрить, принесла Милаша, чтобы поднять тебе настроение.

– Спасибо, – кивнула я и расслабилась. Мне стало даже немного стыдно за свои подозрения. Как я могла подумать, что малышка желает мне зла.

Неожиданно послышался настойчивый стук в дверь.

– Кажется, мне пора, – всполошилась девочка.

– Постой. – Я попыталась ухватить ее за тонкую ручку, но она уже начала таять в воздухе. – Скажи хотя бы, как тебя зовут.

– Селина. – Голос малышки исчезал вместе с телом.

Едва ребенок испарился из комнаты, дверь распахнулась и в спальню влетела Грейс.

– Миледи, вы так громко кричали. Что случилось?

Я растерянно поморгала, пытаясь собраться с мыслями. Сейчас уже ничего не выдавало того, что еще несколько мгновений назад в комнате находился призрак, разве что еле уловимый запах клубничных конфет, витающий в воздухе. И вообще я уже начинала сомневаться, что это было привидение. Селина, так, кажется, зовут племянницу моего мужа. Вспомнилось подозрительное поведение Делмара в детской, ведь в тот день он явно догадался, что именно меня напугало. Но не стал открывать истинных причин, предпочитая, чтобы я мучилась в неведении, или просто желал сохранить семейную тайну.

– Скажи, пожалуйста, где можно посмотреть портреты родственников его светлости? – поинтересовалась я у испуганной служанки.

Грейс нахмурила брови и взглянула на меня как на дурочку.

– Прости, я действительно немножко вскрикнула, – поскорее постаралась я успокоить горничную. – Видимо, просто приснился кошмар, не бери в голову.

– Да, бывает, – кивнула Грейс, но по ее лицу было заметно, что объяснением девушка удовлетворена не в полной мере. – Я принесла вам чашку мятного чая и пирожные безе. Жан-Поль специально приготовил их для ее светлости, герцогиня обожает это лакомство.

Я поблагодарила служанку, быстро запихнула в рот два пирожных, запила их теплым чаем и потащила Грейс в картинную галерею.

– Мне срочно нужно взглянуть на родственников мистера Ривса, – заговорщически шептала я ей на ухо. Я желала тотчас же удостовериться, что не схожу с ума, а увиденное в комнате не галлюцинация и не происки коварной маковой настойки.

– Леди Каринтия, вы пойдете в таком виде?

Уже в коридоре я спохватилась, что все еще одета в одну нижнюю юбку и корсет, свободно болтающийся на моей талии. Распущенная длинная тесьма шнуровки свисала до самых щиколоток. Пришлось возвращаться и надеть домашнее платье. Плотный желтый ситец в мелкий синий цветочек «шикарно» гармонировал с розовым лечебным воротником, но ничего не поделаешь, придется довольствоваться тем, что есть. Тем более я не собиралась показываться на глаза герцогу или его светлейшей матушке, жаждущей сделать из меня инкубатор для долгожданного внука.

Мы прошли сквозь лабиринт длинных коридоров и попали в библиотеку. Я замерла от восторга, когда ступила в это царство книг. Огромное помещение, сплошь заставленное стеллажами со старинными фолиантами. Здесь, наверное, были собраны произведения всех известных писателей королевства. Я с благоговением провела рукой по потрепанному корешку научного трактата «Драконы и места их обитания», да ему не меньше пятисот лет. С трепетом открыла пожелтевшие страницы и пробежалась глазами по рукописным строчкам. Последние драконы исчезли с нашей земли сотни лет назад, автор подробно рассказывал о жизни и смерти одного из них, невероятно увлекательное чтение.

– Мадам, зал с картинами находится в следующей комнате, смежной с библиотекой, чтобы взглянуть на портреты, придется пройти дальше. – Грейс мягко, но настойчиво намекала, что пора уже закругляться.

Я с сожалением поставила книгу на полку и последовала за служанкой. Оказавшись в галерее, я опять разинула рот. Здесь действительно было чему удивляться. Помимо семейных портретов тут хранилась великолепная коллекция полотен знаменитых художников. Боже мой, как, должно быть, баснословно богат Делмар и его род! Безусловно, я не ровня этому человеку. Даже в самых смелых мечтах я не смогла бы представить себя его женой, но судьба и мое сумасбродство распорядились по-другому.

– Вот, глядите, это представители фамилии, которые сейчас здравствуют.

Я бегло осмотрела своих новых родственников, во главе висел потрет ее величества королевы Эдвины, троюродной тетушки моего мужа. Затем еще несколько десятков мужчин и женщин, связанных родством. Вот и мой супруг в накрахмаленной рубашке с кружевным воротником и роскошном зеленом камзоле, прямо заправский придворный щеголь. Я почему-то засомневалась, что Делмар позировал художнику в таком виде, скорее всего, это вольное допущение автора, дабы украсить парадный портрет герцога. Рядом находились портреты его матушки и отца. Дальше следовала сестра, удивительно похожая на Делмара, только взгляд более надменный и выражение лица брезгливое, словно дама унюхала рядом с собой кучку фекалий, а рядом с сестрой – небольшой портрет в полный рост маленькой девочки в чудесном розовом платье в обнимку с большой белой собакой.

– Это племянница его светлости? – спросила я, указывая на уже знакомую девочку.

– Да, это леди Селина де Верон, дочка миледи Фелисити. А вот это портрет ее отца, графа де Верон.

Я присмотрелась к изображению мужчины, слишком стар для такой молодой особы, как сестра Делмара. На вид лет пятьдесят, худощавый, с крючковатым носом, длинные волосы обильно тронуты сединой. Неприятное впечатление от батюшки маленькой проказницы, и это с учетом того, что художники всегда стараются преподнести своих заказчиков в более выгодном свете, смягчая уродства и добавляя шарма в невыразительную внешность.

– Селина не похожа на родителей, – заявила я.

– Забавно, только появились, а уже активно лезете в семейные тайны!

За спиной раздался женский голос с истеричными нотками.

Мы с Грейс испуганно подпрыгнули и обернулись.

– Ваша светлость.

Грейс поспешила сделать реверанс перед герцогиней. Я тоже постаралась изобразить поклон, насколько мне позволяла больная шея и корсет, сковывающий ее.

– Я смотрю, вам уже гораздо лучше? – Зеленые глаза моей свекрови метали громы и молнии, зрачки сузились от злости.

– Доктор Хоурд дал мне обезболивающее средство, – пояснила я.

– Поэтому вы решили отправиться на обзорную экскурсию по дому?

Я заметила, что герцогиня уже успела переодеться, видимо, не захотела ходить в мокром платье. Думаю, оно изрядно попортилось, после того как я пыталась привести ее в чувство. Я смущенно потупила глаза, не зная, как реагировать на неприкрытое недовольство моей персоной. Лучше всего сейчас просто взять и исчезнуть из-под гневного взора. Но я не решалась ретироваться из галереи, поэтому просто опустила голову, готовясь смиренно выслушать нелестные замечания в свой адрес.

– Просто хотела взглянуть на портрет леди Селины, – пояснила я.

– Если до вас дошли эти нелепые слухи про ее отца, то мне очень жаль. Порядочная девушка никогда не будет слушать сплетни, – раздраженно буркнула мать Делмара.

– Я предпочитаю судить о человеке только после личного знакомства, – парировала я. – И никогда не верю чужому мнению.

– Очень умно, – кивнула герцогиня и поджала губы. – Я рада, что мы понимаем друг друга, и это даже хорошо, что мы встретились без лишних свидетелей. У меня к вам есть серьезный разговор.

Ее светлость пригласила меня вернуться обратно в библиотеку и властным жестом предложила присесть в одно из двух кресел, стоявших по разные стороны от камина, сама же уселась во второе. Я постаралась изящно расправить юбки своего скромного платья, больше подходящего к летней беседке деревенского домика, чем к этой роскошной комнате. Простота наряда не укрылась от внимательного взгляда герцогини, она неодобрительно покачала головой.

– Делмарчик сообщил мне, что намерен вскорости подать прошение на развод, – начала она разговор заунывным голосом. – Это очень печалит мое материнское сердце, в любом случае я не виню его за такой опрометчивый поступок, как женитьба на девушке без роду и племени, потому что больше чем уверена, что сыночек пал жертвой вашего коварства.

– Мистер Ривс не рассказал вам подробности нашего венчания? – осторожно спросила я.

– Он не вдавался в подробности, – уклончиво ответила герцогиня. – Сообщил только, что жалеет о своем скоротечном решении и желает расторгнуть брак.

Я облегченно вздохнула, значит, Делмар не стал сдавать меня матери.

– Я всецело поддерживаю своего мужа в этом решении, – заявила я.

– Ну надо же, поддерживает она, – неодобрительно хмыкнула свекровь, передразнивая меня. – А обо мне вы оба подумали? Захотели вступить в брак, сбежали и обвенчались, решили расстаться и тут же побежали разводиться. Очень легкомысленное поведение. А что скажет общество, что скажет королева?

Герцогиня вперилась в меня колючим взглядом, призывающим прочувствовать всю тяжесть вины.

– При чем тут королева и наши с Делмаром отношения? – спросила я. – Это только наше дело.

– Глупая девочка, – раздраженно дернула она плечиком. – Эдвина всю жизнь завидовала моей красоте. А уж когда покойный герцог Левиргейл сделал мне предложение, хотя правящая семья намекала ему, что желает видеть его принцем-консортом, тогда вообще степень ненависти будущей королевы превысила все допустимые нормы. Да Эдвина спит и видит, как бы отомстить мне. Если узнает о разводе моего сына, навсегда отлучит от двора, меня перестанут принимать в обществе, придется уехать в провинцию и гнить там заживо, довольствуясь компанией приходского священника и деревенских куриц. А я ведь еще вполне молодая женщина.

Я судорожно вздохнула.

– Простите, ваша светлость, мне очень жаль, – выдавила я из себя несколько слов, пытаясь извиниться.

– А мне как жаль, – неожиданно истерично вскрикнула герцогиня. – Но знаете, Каринтия, я многое повидала на своем веку, и отчего-то мне кажется, что вы не похожи на охотницу за богатыми мужчинами. До вас он состоял в отношениях с некой мадемуазель Женевьевой, вот та – хищная гарпия, настоящая дама полусвета. Скачет из постели одного высокопоставленного любовника к другому. Да-да, не прячьте глаза, дорогая, мы же сейчас откровенны с вами. Не знаю, что именно побудило Делмара жениться на вас, но, я думаю, он был искренен в своем порыве. Не исключаю предположения, что сын лишил вас невинности и сделал предложение из благородных побуждений.

– Я не беременна, – помотала я головой, чтобы внести ясность.

– Тем хуже для вас, – неожиданно мягко произнесла герцогиня.

Я в недоумении уставилась на свекровь, судя по голосу, в ее голове активно шел мыслительный процесс, черты лица хищно заострились, а взгляд стал оценивающим.

– Что бы между вами ни произошло, придется переступить через это и жить дальше, – вскинула она брови. – Не буду скрывать, видеть вас в качестве невестки унизительно для меня. Бесприданница, представительница низшего дворянства, но это лучше, чем потаскушка или певичка из оперетты. К тому же уже ничего не изменить, как бы мне ни хотелось.

– На что вы намекаете? – осторожно поинтересовалась я. Мне не нравилась перемена настроения герцогини.

– Вы сделаете все, чтобы остаться женой Делмара. – Она весьма некрасиво оскалила зубы. – Предлагаю вам срочно забеременеть. Я знаю своего сына, он слишком благороден и не оставит ребенка без отца.

– Нет, мы решили расстаться. – Я была огорошена заявлением свекрови.

– Я предупреждаю вас, моя дорогая: или мой сын станет счастливым отцом, или не менее счастливым вдовцом. – Слова герцогини звучали угрожающе.

Глава 17

Вот это ультиматум! Грейс скромно стояла за дверью, пока мы со свекровью вели занимательную беседу. Герцогиня озадачила меня. Конечно, я не собиралась следовать ее рекомендациям и кидаться в постель к Делмару, но на всякий случай сделала вид, что обдумываю ее предложение. По крайней мере, категоричного отказа она от меня не получила и успокоилась. Я же, наоборот, нервничала и переживала. Ее светлость повела себя весьма неаристократично, а проще говоря, словно бандит с большой дороги. Правда, разбойники обычно ставят жертву перед выбором – кошелек или жизнь, эта же дама предложила срочно забеременеть от ее сына или умереть.

Служанка проводила меня до гостевой комнаты и оставила в одиночестве. Я думала, что после такого суматошного дня и недавнего неприятного разговора точно не смогу уснуть, но довольно быстро у меня стали слипаться глаза, и сон принял меня в свои объятия. Не помню, что мне снилось, однако утром я встала весьма отдохнувшей и посвежевшей.

Пару дней меня никто не посещал, я проводила время за чтением книг, которые нагло таскала из библиотеки, не спрашивая разрешения. Один раз передала лакею коротенькую записку с просьбой отвезти ее маме и Мэдди, чтобы они не волновались за меня. Обедала и ужинала в спальне, что меня вполне устраивало. Делмара я не видела с тех пор, как упала в обморок в его спальне, и искренне надеялась, что муж занят расследованием. От всей души желала ему поскорее найти преступника, чтобы мы смогли тихо развестись. К сожалению, на мирное разрешение ситуации надежды оставалось все меньше. Впрочем, я решила усыпить бдительность герцогини. Когда она в очередной раз подойдет ко мне с намеками, у меня уже будут заранее заготовлены ответы на ее вопросы.

Но безмятежное спокойное время слишком быстро закончилось. Однажды днем я услышала шум во дворе и увидела большую карету, которая подъехала прямо к парадной лестнице. Во дворе начался переполох, лакеи суетились, таская в дом тяжелые дорожные сундуки. Я насчитала штук десять, но потом сбилась со счета. Из моего окна открывался прекрасный вид, и у меня была возможность хорошо разглядеть прибывших гостей. Высокая худощавая дама, одетая в синее бархатное платье. Изящная маленькая шляпка с длинным голубым пером, которое отливало перламутром в свете солнечных лучей, дополняла великолепный наряд. Следом за женщиной появилась маленькая девочка. Ее белокурые кудряшки уже успели растрепаться за долгий путь. Она весело прыгала на одной ножке, а слуги почтительно кланялись маленькой госпоже.

Когда ко мне пришла Грейс, я уже поняла, что в имение пожаловала сестра Делмара со своей дочкой. Не знаю, чем именно грозило мне их появление, но явно ничем хорошим.

– Леди Каринтия, вас ожидают в малой столовой на обед.

Я нахмурилась, приглашение мне не слишком понравилось. Именно в этот момент особенно остро пожалела, что не могу похвастаться достойным нарядом. Надевать при сестре мужа ее же персиковое платье, единственное красивое и дорогое, которое оказалось в моем гардеробе, было бы верхом бестактности. Пришлось довольствоваться желтым ситцевым. Грейс уложила мои волосы в модную прическу, разогрела щипцы на углях и завила кудри, которым обзавидовалась бы даже болонка мисс Присси, нашей соседки. Горничная помогла расшнуровать розовый шейный корсет, который мне уже порядком надоел. Я с удовольствием почувствовала легкость и вновь обретенную способность вертеть головой в разные стороны. Правда, когда мы сняли этот медицинский ошейник, открылся довольно неприятный сюрприз. На коже разливались сине-зеленые разводы.

– Какой огромный синяк, – покачала головой Грейс.

– Жаль, Мэделин сейчас нет рядом, – вздохнула я. – Она бы быстро приготовила лечебную мазь, способную избавить от столь сомнительного украшения.

Я кое-как повязала на шею газовый синий платок и, на прощанье взглянув на себя в зеркало, отправилась вниз. Да, выглядела я действительно безвкусно, если у их светлостей будет желание посмеяться надо мной, то им даже не надо выдумывать повод.

Лакей при виде меня тут же распахнул двери столовой, его лицо было абсолютно непроницаемым. Даже если слуга и недоумевал в душе, что эта странная женщина делает в доме герцога и как смогла стать его женой, он ничем не выдал своего удивления.

– Каринтия! – Радостный детский визг тут же оглушил меня, и за мою юбку ухватились маленькие ручки.

– Селина де Вирон, а ну немедленно вернитесь за стол или отправитесь в детскую.

Я нахмурилась и посмотрела в сторону Фелисити. Она сощурила свои черные глаза и неодобрительно смотрела, как ее маленькая дочка с сожалением отрывается от меня и проходит на своем место.

– Я же говорила тебе, Селиночка еще слишком мала для взрослых обедов. – Герцогиня накинулась на дочку с упреками. Сестра Делмара раздраженно дернула плечиком.

– Моя дочь останется здесь, – тут же сообщила Фелисити, и я поняла, что она сделала это назло матери.

Держу пари, что если бы герцогиня попросила оставить внучку в столовой, то она тотчас отослала бы ребенка прочь. Кажется, у их светлостей не самые теплые отношения.

– Так, значит, это вы? – Фелисити окинула меня холодным взглядом.

– Да, это я, – кивнула, не зная как реагировать на подобный вопрос. Про себя отметила, что золовка даже не поздоровалась со мной. Я повертела головой в поисках мистера Ривса, но его не было. – А где же его светлость? – поинтересовалась я у герцогини. Она на мгновение задумалась.

– Кажется, Делмарчик с раннего утра уехал по делам. Я умоляла его покинуть Орден паладинов, чуть ли не на коленях стояла. Это же такая опасная работа, его жизнь подвергается опасности. К тому же, чего скрывать, герцогу Левиргейлу по статусу не положено рыскать по стране, словно ищейка, в поисках правонарушителей. Но мои дети, видимо, никогда не будут меня слушать.

– Чтобы следовать советам, они должны быть хотя бы полезные, – неожиданно резко парировала ее дочурка.

– Ну конечно, поздно прислушиваться к словам матери, когда уже натворила дел и вляпалась в грязь по самые уши, – незамедлительно отреагировала ее светлость.

Я в глубоком шоке уставилась на мать и дочь, они с такой легкостью говорили друг другу колкости, что, казалось, за столом находятся не близкие люди, а чуть ли не враги в стадии холодной войны. Но и мне далеко ходить не приходится, вспомнить хоть наши отношения с дядей Питером и кузеном Энтони. А с матушкой мы настоящие подруги, и я не помню ни единого раза, чтобы она обозвала меня обидным словом или унизила, да еще прилюдно. Вспомнив о матушке, я немного загрустила, так сильно захотелось домой, в ее уютные объятия.

– Каринтия, ты принесешь мне Милаша в детскую? – неожиданно поинтересовалась Селина. Она весело болтала ногами под столом и смотрела на меня, ей, видимо, наскучили пикировки бабушки и мамы.

– Селина, помолчи, когда взрослые ведут беседу, – отчитала ее Фелисити.

Улыбка малышки тут же погасла, а на лице ее матери появилось озабоченное выражение. Она на мгновение о чем-то задумалась.

– За столом некрасиво ругаться, – заявила малышка и надула губки. – Давайте тогда скорее кушать, раз уж больше ничего интересного тут нет.

Я всецело была согласна с Селиной, желудок мой призывно заурчал, предвкушая очередной кулинарный шедевр от волшебника Жан-Поля.

– Селина Виорея, вы как будто знакомы с этой миссис, – нахмурилась Фелисити.

Я закусила губу, наивная девочка не подумала скрывать от матери, что мы действительно знаем друг друга. Селина запоздало прижала крошечные ладошки к губам и раскраснелась.

– Просто малышка дружелюбна в отличие от старших родственников, – заявила я, переключая гнев ее матушки на собственную персону. Про себя отметила, что сестра Делмара странно обращается к Селине – на вы. Очень холодно и отчужденно.

– Вот как. – Левая бровь Фелисити взметнулась вверх. – Занятно слышать такие речи из ваших уст, о каком дружелюбии может идти речь, когда вы, безродная девица, соблазнили моего брата и вынудили жениться. Поймали простачка на пузо и рады. А между тем не каждый мужчина способен сделать предложение даме, даже если она ждет от него ребенка. Вам просто повезло.

– Видимо, кое-кому повезло меньше, – неожиданно сказала я, даже не успев подумать. Так, просто ляпнула первое, что пришло на ум. Но, кажется, моя фраза задела за живое.

Фелисити побледнела, а ее тонкие губы, наоборот, налились кровью. Прямо чистокровная вампирша, как из дамского романа. Через несколько мгновений сестра Делмара взяла себя в руки, и краски вновь вернулись в ее облик.

– На что вы намекаете?! – возмущенно вскрикнула она и бросила вилку прямо на тарелку. Раздался неприятный звон бьющегося фарфора.

Напуганная ее реакцией, я уже пожалела, что вовремя не прикусила язык. Даже герцогиня как-то подозрительно притихла и, открыв рот, уставилась на свою дочурку. Кажется, назревал крупный скандал, я испуганно вжала голову в плечи.

– Кхе… кхе, – неожиданно раздалось нарочито громкое покашливание – в столовую плавно вплыла миссис Финч. Не обращая внимания на тяжелую атмосферу, витающую в воздухе, она подошла прямо к столу. – Ваша светлость, в доме гости. К нам пожаловали графиня Арундел и леди Говард.

– Что этим старым сплетницам здесь надо? – недоуменно спросила герцогиня.

– Поглазеть на это чудо, – незамедлительно ответила Фелисити и ткнула в меня пальцем.

– О нет! – Ее светлость закатила глаза. – Я еще не готова представить жену Делмара свету. Миссис Финч, прошу вас, выведите Каринтию через дверь для прислуги. А вы, милочка, посидите пока в своей спальне и носа не высовывайте в гостиную.

– Я провожу Каринтию, – радостно захлопала в ладоши Селина и соскочила со стула.

– Вы дурно себя ведете сегодня, – сказала ее матушка. – Миссис Финч, пригласите сюда няню леди Селины, пусть возвращаются в детскую и там ужинают. Добавьте, что моя дочь наказана и не получит сегодня сладкого.

Да уж, сурово оставить бедняжку Селину без десерта, спасибо, за розги не схватилась своими холеными пальчиками. Не завидую я малышке, бабуля и матушка у нее сущие ведьмы.

Оказавшись в своей комнате, наконец вздохнула свободно. Можно, конечно, винить туго затянутый корсет, но я склонна думать, что причиной того, что в столовой мне было трудно дышать, оказались две новоявленные родственницы, щедро источающие яд во все стороны.

Когда Грейс принесла еду, я с удовольствием отметила, что испорченное настроение не повлияло на мой аппетит. С большой радостью прикончила целую тарелку супа и второе блюдо – запеченное мясо с грибами. На десерт было превосходное воздушное пирожное, сделанное в виде сахарной розы. От нее невероятно соблазнительно пахло ванилью, но я мужественно отставила лакомство в сторонку. Не могла же я позволить, чтобы моя маленькая знакомая оказалась лишена такой вкуснятины. Взяла в руки тарелку и направилась в детскую. По дороге я радовалась, что уже неплохо ориентируюсь в длинных коридорах. Совсем немного поплутав, зашла в левое хозяйское крыло и оказалась прямо у своей бывшей комнаты. Больше она не вызывала во мне тревожных чувств, ведь я знала причину всех странных событий, творившихся в детской. Хотя я еще не выяснила самого главного: что за чудесные способности, которыми обладает малышка, и как они могут проявляться.

Осторожно постучав, я услышала приглашение войти. В комнате было жарко, в камине ярко полыхали поленья, и это, на минуточку, среди летнего ясного дня. Моя спина моментально покрылась липким потом. Да тут настоящее пекло! Селина обедала за круглым столиком. Увидев меня, малышка просияла. Рядом с ней стояла невысокая женщина, одетая в форменное серое платье. При моем появлении она презрительно сложила губы уточкой, но все же поклонилась, сделав книксен.

– Добрый день, миссис. – Она вопросительно посмотрела на меня, не решаясь откровенно спросить, с чем я пожаловала. Я поставила перед девочкой тарелочку с пирожным.

– Это тебе, – улыбнулась я и подмигнула Селине.

– Леди не положен десерт, – тут же возмутилась няня.

– Магда, а сама ты слопала сладкое, – запротестовала девочка, взывая к ее совести.

– Я не перечила матушке, как некоторые дерзкие юные леди, – невозмутимо сказала няня.

В голове созрел коварный план накинуть на голову Магде покрывало, и, пока она будет барахтаться, Селина быстро съест пирожное.

– Думаю, если вы не расскажете леди Фелисити, она даже не узнает об этом. Пусть это останется нашим маленьким секретом.

– Обожаю секреты, – хлопнула в ладошки Селина.

– Я ничего не буду скрывать от мадам. – Магда высокомерно вздернула подбородок.

Ну что за упрямая ослица! Няню от расправы спас резкий стук в дверь. В детскую вошел мистер Ривс собственной персоной. Мой рот непроизвольно растянулся до ушей, как же я давно его не видела и, кажется, даже соскучилась. Совсем чуть-чуть, самую малость.

– Дядя Дел, – радостно закричала малышка и бросилась в объятия моего супруга.

Глава 18

Делмар поднял племянницу в воздух и закружил по комнате. Селина счастливо засмеялась, даже я улыбнулась, увидев такую идиллию. Было видно, что мистер Ривс очень любит племянницу, так нежно он смотрел на девочку и целовал ее румяные щечки.

– Дядюшка, как же я соскучилась, – проворковала малышка, когда Делмар все же опустил ее на пол.

– Как будто сто лет не была в моем доме. – Мой муж сощурил глаза, пристально всматриваясь в хитрое личико Селины.

– Последний раз мы приезжали на Рождество. – Ее губы задрожали, и она опустила глаза, пряча лукавый взгляд.

– Мне кажется или кто-то тут решил пошалить и обмануть любимого дядюшку? – Мистер Ривс нарочито придал лицу строгое выражение и нахмурил брови. – Мы же договаривались с тобой, что ты больше не будешь приходить сюда особым способом.

– Мне было скучно, – захныкала Селина, в ее больших синих глазах заблестели слезы. – Я всего лишь разок пришла проведать Милаша.

– Нужно было написать письмо, я бы отправил игрушку с посыльным, – мягко сказал Делмар. – Ты обещала не пользоваться больше своими способностями.

– Леди Селина всегда находится под моим контролем, – неожиданно вступила в разговор Магда. – Будьте покойны, ваша светлость, она не занимается больше теми постыдными делами, я строго слежу за девочкой.

– Ее способности не постыдные, – возразил мистер Ривс. – Но весьма опасные, конечно, главным образом для нее. Если однажды во время перехода что-то пойдет не так, Селина может умереть.

– Ваша светлость, беспокоиться не о чем. – Няня принялась заверять герцога в собственной компетентности. – Леди Селине ничего не грозит, я забочусь о том, чтобы она не совершала переходы.

– Забавно, вы пытаетесь уверить меня в том, что следите за девочкой, но я точно уверен, что несколько дней назад ее душа была в детской.

– Это какая-то ошибка. – Магда побледнела, ее маленькие серые глазки забегали.

– Мисс, вы же знаете, чем я занимаюсь, – холодно ответил Делмар. – Я всегда отвечаю за свои слова, а вот вы, полагаю, тем же похвастаться не можете.

– Вероятно, Селина провела меня, – кислым голосом признала Магда. – Я немедленно доложу об этом леди де Верон, думаю, она как следует накажет дочь.

Селина испуганно вскрикнула и прижалась к дяде.

– Уверен, для всех присутствующих будет лучше умолчать об этом происшествии, – вступился Делмар за племянницу.

– Я не привыкла ничего скрывать от госпожи, – надменно произнесла Магда, ее худощавое лицо еще больше вытянулось, черты лица хищно заострились. Мерзкая тетка!

– Тогда и вам достанется за то, что плохо следили за ребенком, – резко сказала я, разозленная поведением няни.

– Но я не виновата, – принялась оправдываться Магда.

– Обвинят в первую очередь няню. – Я многозначительно приподняла брови и коротко кивнула в ее сторону, как бы намекая, что заложу ее с потрохами, если попытается настучать сварливой мамаше на дочь.

Собственная шкура для Магды оказалась дороже, и она поспешила согласиться, что леди Фелисити о проказах Селины знать не обязательно.

Я незаметно шепнула на ухо Селине, чтобы та успела съесть пирожное, пока мы с ее дядей находимся в комнате. Как только мы уйдем, эта грымза наверняка отберет у ребенка сладкое и выбросит, а может, и сама полакомится, с нее станется. Меня потрясло то обстоятельство, что она горячо защищала себя и готова была равнодушно отправить на заклание свою маленькую воспитанницу.

Селина быстро схватила ложечку и принялась уплетать пирожное, вскоре сахарная роза окончательно исчезла с тарелки. Я украдкой бросала взгляды на мужа. Кажется, Делмар совершенно не обращал на меня внимания, даже не смотрел в мою сторону. Было немножечко обидно, как будто я не была в комнате или стала призраком. Он скользил взглядом по мне как по предмету мебели, возможно, в его глазах я и была чем-то вроде стула, с которым нет нужды здороваться.

Я судорожно вздохнула и, попрощавшись с Селиной, вышла из детской. Уже подходя к лестнице, услышала хриплый окрик:

– Каринтия, постойте!

Сердце в груди забилось чаще, я сбавила шаг и обернулась. Ко мне приближался мистер Ривс.

– Слушаю вас. – Я остановилась и подождала своего мужа. Он подошел на достаточно близкое расстояние, так чтобы я смогла увидеть блики от свечей в его карих глазах.

– Не было возможности поговорить раньше, но я думаю, матушка уже нашла вас. – Тон Делмара был немого смущенный.

– Нашла, – кивнула я.

– Мама довольно импульсивная женщина, – начал говорить мистер Ривс. – Чтобы она не портила мое душевное равновесие, я решил не посвящать ее в подробности нашей женитьбы. Сами понимаете, у меня нет времени на семейные скандалы.

– Не совсем понимаю, что вы пытаетесь мне втолковать. – Я скрестила руки на груди.

– В общем, на ближайшее время моя матушка станет вашей заботой, – заявил Делмар. – Пусть мучает вас, а у меня будет возможность спокойно заняться работой.

– Давайте разведемся, – простонала я.

– Ну конечно, еще бракоразводного процесса мне не хватало сейчас. Весь свет судачит о скоропалительном венчании герцога Ливергейла с неизвестной свету девушкой, – резко ответил Делмар.

– Если бы не ваша любовница, никто бы не прознал про это, – прошипела я. Хорош наглец, решил бросить меня дракону под названием «ее светлость», да герцогиня сожрет меня и даже косточки не выплюнет. Веселенькая же жизнь мне предстоит.

– Между прочим, вы сами разболтали Женевьеве о том, что мы женаты. – Делмар прищурился и подошел ко мне почти вплотную. Я почувствовала еле уловимый запах табака и каких-то химикатов. – У мисс острый язычок, который она использует не по назначению.

– А один мистер настолько распустил любовниц, что те не стесняются сплетничать за его спиной, – ответила я. Близость мужа смутила меня, я старалась не смотреть в его уставшее лицо, но взгляд все равно возвращался к Делмару.

– Я разговаривал с Женевьевой, она непричастна к тому, что наш брак больше не тайна для окружающего мира, – произнес мистер Ривс.

– Девица легкого поведения и таких же нравов. Где гарантия, что она вас не обманывает, чтобы отвести подозрения. – Я вопросительно уставилась на мужа.

Он запустил руку в волосы и встряхнул их. Было видно, что Делмар нервничает и слегка раздражен, а может, и не слегка, но тщательно скрывает свое состояние.

– Мне невозможно лгать, я знаю способы, чтобы вытрясти из человека правду, – мрачно и тихо произнес Делмар.

– Ну конечно, у Гровера вы тоже пытались добиться признания в преступлении, которое он не совершал, – хмыкнула я. Странно, но почему-то новость о том, что Делмар встречался с бывшей любовницей, меня огорчила. Я разозлилась на себя за это чувство собственности. Глупости какие! Мы совершенно посторонние люди, просто волей судьбы связаны брачными узами, которые в тягость. Муж имеет право общаться с другими женщинами и даже любить их, а что до меня, то я мечтаю поскорее сбежать из этого роскошного дома, который стал для меня тюрьмой, правда, весьма комфортной.

– Послушайте, Каринтия, вы, кажется, теперь герцогиня Левиргейл, вот и займитесь своими делами. Я утром краем уха слышал, что мама решила вызвать для вас учителя этикета, танцев и вроде еще музыки. Короче, у вас не будет времени совать нос в мои дела. Когда я найду убийцу Ливи, я клятвенно обещаю расторгнуть брак и отпустить вас, а сейчас будьте добры играть свою роль, так чтобы я не видел ни вас, ни мою матушку, ни прочих любопытствующих дам.

С этими словами Делмар отвесил мне шутливый поклон и, развернувшись, отправился в свои покои. Некоторое время я стояла растерянная, пока не взяла себя в руки и не побежала за мужем. Еле успела настигнуть его, когда он почти вошел в двери спальни.

– Что вам еще нужно? – вздохнул он. – Мы закончили разговор. Я надеюсь, доходчиво обрисовал картину вашего ближайшего будущего.

– Ничего мы не закончили, – буркнула я. – Некрасиво так подставлять меня. Прошу прощения, но ваша матушка высосет из меня всю кровь.

– Очень хорошо, – ехидно ухмыльнулся Делмар. – Будет вам урок на будущее, станет неповадно похищать приличных людей.

– Приличные люди не ходят на особые вечеринки, где занимаются свальным грехом, – заявила я. – Я думала, вы обычный повеса, ищущий приключения на свою задницу, вот я их и устроила.

– Ну что ж, а теперь пришла моя очередь устраивать приключения на вашу, – парировал мистер Ривс. Он прошел в комнату и, усевшись на кровать, стал стаскивать высокие кожаные сапоги. Быстрыми движениями снял обувь и, кинув ее на пол, принялся за камзол.

– Вы еще что-то хотели, миссис Ривс? – насмешливо осведомился он.

Камзол полетел к сапогам, и Делмар стал медленно расстегивать маленькие пуговички на белоснежной сорочке. Я завороженно засмотрелась, как он распахивает сорочку, обнажая грудь. После покушения Гровера муж уже почти оправился, но повязка все еще красовалась на теле, к счастью, она была уже совершенно сухая, кровь не проступала сквозь бинты, значит, доктор Хоурд постарался на славу и рана успешно затянулась.

– Мистер Ривс, возможно, мы найдем компромисс? – пролепетала я, наблюдая, как этот бесстыдник сбросил с себя рубашку и остался в одних черных брюках, обтягивающих его мускулистые ноги. Он прямо вынуждал меня смутиться и покинуть его спальню, но меня таким маневром не проведешь.

– Не думаю, – покачал головой Делмар. Его руки скользнули к поясу, длинные пальцы остановились на тяжелой пряжке, собираясь ее расстегнуть. – Вы уйдете наконец?

– И все-таки я вынуждена просить вас освободить меня от обязанностей изображать вашу супругу в обществе, – отозвалась я. Странно, почему голос так охрип, а во рту пересохло?

– Вы будете делать, как я сказал!

Мистеру Ривсу надоело со мной играть, он встал и полностью обнажился. Я залилась краской и словно ошпаренная выскочила из комнаты. Вот же гад!

Утром следующего дня меня буквально насильно вытащили из постели. Грейс чуть ли не пинками отправила меня в гостиную, где я встретила герцогиню. Ее светлость Мадлен Эдит де Ривс восседала в кресле, на ней было платье из багрового бархата. Интересно, ей не жарко в такой плотной ткани? Возможно, роскошный наряд был выбран, чтобы подчеркнуть свое положение, дабы я почувствовала себя еще более ущербной перед блеском драгоценностей герцогини, которыми она щедро увешалась.

– Доброе утро. – Я все же сделала книксен перед свекровью, за что получила еле заметный снисходительный кивок.

– Садись, дитя мое, – указала она на софу, стоявшую напротив.

– Хочу познакомить тебя с учителем. Филберт будет заниматься с тобой, чтобы мне не пришлось краснеть за свою невестку на званых обедах. У этого месье великолепные рекомендации. После уроков, которые он давал дочке барона Розена, та в первый же свой сезон получила три предложения руки и сердца, хотя была страшна как черт и тупа словно пробка от бутылки игристого вина. Он мастер делать из мм… посредственностей конфетки.

Я насупилась, вот уж только гувернера мне не хватало, наверное, старый зануда, любящий читать нравоучения, духовный брат няни Селины. Но как же я ошибалась в своих преждевременных суждениях!

Месье Филберт прибыл к обеду. Все горничные сбежались взглянуть на моего учителя. Высокий и невероятно красивый, он легкой походкой вошел в гостиную, его рыжие длинные волосы мягкими волнами спадали на плечи и сияли в свете полуденного солнца, напоминая расплавленное золото. Тонкие черты лица, огромные зеленые глаза придавали ему сходство с девушкой. Его голубой камзол с серебряной оторочкой сидел как влитой на стройной фигуре, а на ногах были надеты белые сапоги из тонкой кожи. Мелодичный голос молодого человека зачаровывал, заставляя слушать его, раскрыв рот.

– Ваша светлость, можно я постою в сторонке, мне тоже не помешает послушать кое-какие правила этикета, – с придыханием попросила Грейс, не сводя глаз с месье Филберта.

– О нет, – опередил меня месье Филберт, – вам придется покинуть нас, светский этикет – это тонкая наука, ее лучше постигать в тишине с максимальной степенью сосредоточенности, – проворковал месье учитель и выпроводил служанку прочь из комнаты.

Я честно старалась вникать во все тонкости и правила, которые он мне рассказывал – все-таки дело полезное, вдруг пригодится на будущее, – чем заслужила скромную похвалу.

Месье Филберт, как и я, ужинал в своей комнате, его поселили недалеко от меня, в гостевом крыле. Кроме нас двоих, здесь больше никого не было. Вечером, удовлетворенный успехами, он покинул меня и отправился отдыхать в свою спальню, а я истомилась в ожидании ужина, но горничная задерживалась. Когда я уже потеряла терпение и решила отправиться на поиски кухни – ну в самом деле, не ложиться же спать голодной, – на пороге появилась Грейс. На левой щеке у нее красовался кровоподтек, а под глазом разливался фиолетовый синяк.

– Мы с девочками немного подрались за право, кто будет убирать комнату и обслуживать месье Филберта, – виновато пояснила служанка.

– Ну вы даете, – хмыкнула я. – Вижу, ты пострадала в схватке.

– Ерунда, наложу жир солки на ночь, и все пройдет, – махнула рукой Грейс. – Видели бы вы Лору, та вообще переднего зуба недосчиталась.

– Печально, – посочувствовала я. – И кто же в итоге победил?

– Ничья, – вздохнула горничная и поставила поднос с ужином на столик. – Пришла миссис Финч и всех разогнала.

Я с трудом скрыла улыбку. Несомненно, месье Филберт был ярким мужчиной, немудрено, что у женской половины дома помутнел рассудок. В последующие дни даже Магда, бывало, заходила в малую гостиную, где мы занимались. Якобы для того, чтобы Селина поздоровалась со мной, а на самом деле она просто жаждала лишней возможности перекинуться с месье учителем парой слов. Но вот что странно – ни одну струну души этот красавец во мне не затронул, у меня не учащался пульс, не замирало сердце, когда он наклонялся ко мне, чтобы указать пальцем на иллюстрацию в книге, которую я держала в руках.

Глава 19

Однажды утром Селина уговорила меня отправиться на прогулку. Я предложила своему гувернеру перенести уроки на свежий воздух, благо погода позволяла. Магда горячо поддержала идею своей маленькой воспитанницы. В последнее время няню как подменили, она воспылала ко мне неземной любовью и пользовалась любой возможностью привести Селину. Конечно, я понимала, что всему виной симпатия к месье Филберту, но мы с девочкой с удовольствием проводили время вместе, пользуясь слабостью Магды.

На улице был погожий летний день, солнце приветливо ласкало нас своими теплыми лучами. Мы расположились в беседке, и мой учитель устроил целое представление, рассказывая, как я должна здороваться с мужчинами и женщинами разных социальных статусов.

– Лорду дозволено взять ручку леди и прикоснуться губами к кончикам пальцев. – Месье Филберт тут же продемонстрировал это.

Я улыбнулась, когда увидела, что у Магды перекосило лицо от зависти, она чуть не упала с парковой скамейки, выглядывая, чем же мы там занимаемся.

– Месье Филберт, вы можете потренироваться на мне, – с готовностью выкрикнула она.

– Благодарю за предложенную помощь, мадемуазель Магда, – отозвался учитель. В его голосе чувствовались тщательно скрываемые нотки раздражения. – Но впредь прошу не перебивать меня и не мешать.

– Конечно, как скажете. – Няня смутилась и опустила глаза. – Но знайте, я всегда готова услужить, только скажите, и я у ваших ног.

Месье Филберт закатил глаза, а я еле подавила смешок. Бедняга, местные барышни прохода ему не дают.

– Вы всегда пользуетесь таким повышенным вниманием у девушек? – шепнула я.

– К сожалению, да, – вздохнул Филбрет. – Это мое проклятие, которое я несу с рождения. Все женщины, свободные от чувств и любви, неизменно становятся жертвами моих невольных чар. Пустое место в сердце заполняется магией. Но она быстро выветривается, когда я исчезаю из поля зрения дамы, ну или джентльмена, который питает слабость к юношам.

Гувернер подмигнул мне, и я понимающе кивнула, но тут же насторожилась: странно, почему же я не поддалась этому волшебному обаянию?

– Вы и леди Фелисити – единственные в замке молодые женщины, кого не коснулись чары, – неожиданно заявил он.

– Каринтия, пойдем, я покажу тебе лабиринт, – влетела в беседку Селина. Она бросила на белую скамейку охапку цветов.

– Вот садовник тебе задаст! – неодобрительно воскликнула я.

– Если увидит, – весело крикнула Селина и, схватив меня за юбку, вытащила из беседки. – Идем скорее.

Я вопросительно взглянула на гувернера, и тот согласно кивнул.

– Можно сделать перерыв, – согласился он, вставая на ноги. – Давайте, леди Селина, покажите нам этот лабиринт, я люблю разгадывать ребусы и тайны на досуге.

– Бабуля Мадлен рассказывала мне, что его построил ее дедушка. Герцог был большим шутником и балагуром, и ему нравилось, когда в замок приезжает много гостей. Вот для них он и приказал соорудить развлечение.

– Леди Селина, там же заблудилась первая супруга вашего прадеда. – Голос Магды дрогнул. – Нам запрещено ходить в правую часть сада.

– Ее же нашли. – Малышка лукаво улыбнулась.

– Только через три дня. – Няня была слегка напугана.

– Ну да, она еще тогда выдрала все волосы прадедушке, – хихикнула Селина. – Они потом, кажется, так и не выросли вновь. Пришлось маскировать проплешину париком.

– Весьма интересное место. – Месье Филберт заинтересовался и, охотно взяв за руку Селину, бодро зашагал по тропинке.

Магда тут же схватила вторую ручку малышки и, счастливо улыбаясь, присоединилась к ним. Мне ничего не оставалось, как пожать плечами и последовать за этими искателями приключений на свои пятые точки.

Петляя между ухоженными кустами ароматных роз и фигурно подстриженными деревьями, мы оказались в самом углу сада. Я остановилась, вдыхая воздух, наполненный разнообразными запахами цветов – терпко-сладких и душисто-острых.

– Вот это да… – восхищенно присвистнул месье Филберт, разглядывая лабиринт, который представлял собой довольно высокое сооружение из толстых стен, увитых плющом. Было заметно, что сюда уже давно не заглядывали, садовников не заботило состояние заброшенного аттракциона. – Такой огромный! Я видел нечто подобное в дворцовом парке, куда по выходным пускают посетителей, но этот превзошел мои ожидания.

– Месье, мы что, пришли сюда поглазеть или найдете в себе смелость исследовать лабиринт? – осведомилась Магда, явно давя на самолюбие молодого человека.

– Пожалуй, я немножко поброжу в нем. – У учителя загорелись глаза.

– Думаю, не стоит, – громко сказала я, призывая к порядку эту компанию авантюристов. В конце концов, они же представители интеллектуальных профессий, должны слушать доводы разума и не поддаваться на минутные легкомысленные порывы.

– Если вы боитесь, то так и скажите, – поджала губы няня. – А месье Филберт настоящий мужчина. Он не избегает трудностей и с легкостью пройдет весь квест.

– Да, у меня точно получится, – воодушевленно закивал месье Филберт. – Дамы, идите на другую сторону и ожидайте меня у выхода, я скоро буду.

С этими словами месье Филберт решительно сделал несколько шагов вперед и скрылся из виду.

– Мы пойдем вместе с месье, – неожиданно заявила Магда и отправилась вслед за учителем.

– Эй, постойте, – крикнула я ей в спину. Мне не понравилось, что Магда утащила с собой Селину. – Оставьте девочку мне.

Я осталась одна, и что же мне теперь делать? Потоптавшись несколько минут на месте, я уже хотела отправиться в сторону оранжереи, но неожиданно услышала крик ребенка. Моментально напряглась. В душе стала разливаться ледяная тревога. Дети любят шуметь, это может быть вопль восторга, но что-то не похоже на то, что Селине весело. Она вновь закричала. На этот раз менее отчетливо. Больше не раздумывая, я ринулась вперед. Оказавшись внутри зеленого лабиринта, растерялась, не зная, куда идти. Судорожно попыталась вспомнить, что я знаю о лабиринтах, кажется, нужно идти все время направо или налево.

– Селина, Филберт! – громко позвала племянницу мужа и своего нерадивого гувернера, но в ответ услышала лишь тишину.

Я озиралась по сторонам, пытаясь вспомнить, откуда пришла. Сейчас самым разумным решением было бы вернуться назад и отправиться в дом, чтобы позвать слуг. Сама я, кажется, буду плутать тут до вечера. Но сколько бы я ни стремилась оказаться у выхода, почему-то уходила еще дальше. От охватившего меня бессилия была готова разреветься, но старалась не поддаваться панике. Знала же, что это ничем хорошим не кончится, но я и не хотела особо идти, а вот какого беса Магда сюда побежала, да еще с малышкой? Неожиданно совсем рядом со мной послышался тихий плач. Завернув за угол, увидела сидевшую на голой земле Селину. Девочка была совершенно одна, обхватив тонкими ручками коленки, она плакала, уткнувшись в них лицом.

– Где твоя няня? – Я вздохнула от облегчения, увидев живую и здоровую малышку. Кто его знает, может, тут дикие звери бродят, хотя, конечно, маловероятно, но на всякий случай нужно держать ухо востро. Какая же дурная мысль отправиться вместе с ребенком в это место, предназначенное для взрослых развлечений!

Селина, увидев меня, тут же вскочила на ноги и, бросившись ко мне, крепко уцепилась за юбку.

– Мы шли за месье учителем, но Магда бежала слишком быстро, а я не поспевала за ней, – всхлипнула девочка, размазывая слезы и сопли по моему платью. – Она сказала, чтобы я стояла на месте, и оставила меня. Потом мне стало скучно, и я пошла вперед. Но уже никого не было.

– Бедняжка. – Я погладила девочку по голове, в душе разливалась злость на нерадивую няню. Что за дрянь эта Магда, бросила малышку, а сама побежала за мужиком.

– Милая, давай искать выход, – прошептала я на ухо Селине и взяла ее на руки.

Некоторое время мы бодро вышагивали, ожидая, что вот-вот зеленая изгородь закончится и мы увидим спасительный просвет. Через пару часов я выбилась из сил и окончательно заблудилась.

– Боже, да что тут за чертовщина происходит, – в сердцах сказала я.

От желания выругаться останавливало лишь присутствие маленького ребенка. Селина выбилась из сил и тихонько подвывала.

В голову пришла дельная идея попробовать вскарабкаться на стену. Я подобрала юбки и решительно ухватилась за ветки, но тут же вскрикнула от боли и отдернула руку. На ладони появился ожог, плющ оказался ядовитый. До меня начинало доходить, что с этим лабиринтом не все в порядке. Точнее, абсолютно не в порядке, он реально начинал пугать.

– Каринтия, давай я схожу за дядей, он точно поможет нам, – сквозь слезы заявила Селина.

– Да, Делмар поможет, – согласилась я. – Но чтобы позвать его на помощь, нужно сначала выбраться отсюда.

– Погоди, я быстро туда и обратно, – воодушевилась Селина и впервые за последние часы улыбнулась.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я, смутно осознавая, что она хочет воспользоваться своими особыми способностями. – Эй, ты чего задумала, не смей так делать. Дядя запретил тебе, это может быть очень опасно.

– Я устала и хочу кушать, – заныла малышка и топнула ногой.

Селина отошла от меня и быстро уселась на землю, я едва успела подбежать и подхватить ее. Ее глаза наполнились голубым сиянием, тело вздрогнуло и обмякло. Было жутко держать в дрожащих руках пока еще теплую, но бездыханную девочку. Так я просидела с ней, обливаясь слезами и прижимая к себе маленькое хрупкое тельце, пока из состояния истерики меня не вывел грубый мужской окрик.

Я подняла глаза и увидела рядом с собой мужа.

– Мистер Ривс, какое счастье видеть вас. – И я зарыдала еще больше.

– Каринтия, что вы себе позволяете? – рявкнул Делмар. – А если бы меня не было дома, Селина что, до вечера бродила бы по комнатам, пугая слуг?

– Я не позволяла ей, – попыталась я неловко оправдаться.

Тело девочки в руках завибрировало, она судорожно вздохнула и открыла глаза.

– Дядюшка, я же просила не ругать Каринтию, – нахмурилась Селина.

– Плохое занятие разгуливать по зачарованному лабиринту, – покачал головой мистер Ривс и посадил племянницу себе на плечи. – Нужно было давно избавиться от него к чертям собачьим, но мама не позволяла, говорила, это память о дедушке. Сегодня же снесу его.

Я с трудом поднялась и, не спрашивая разрешения, ухватила мужа под локоть и повисла на нем. Рядом с ним чувствовала себя умиротворенно. Тревога, терзавшая меня, улеглась, и я позволила себе успокоиться.

– Вы нас спасли, – проговорила я, исполненная благодарности.

– Лабиринт отпустил бы вас через пару дней, – хмыкнул муж. – Но я не мог позволить, чтобы моя малышка провела ночь на улице под открытым небом.

– Спасибо за заботу. – Я невероятно растрогалась от его слов. – Признаться честно, не ожидала.

– Вообще-то я Селину имел в виду, – сказал Делмар и рассмеялся.

Мистер Ривс легко вывел нас из этого опасного аттракциона. По дороге в замок я рассказала про возмутительное поведение няни. Делмар слушал меня и хмурился. Только когда мы оказались в гостиной, я окончательно пришла в себя.

Делмар подошел к столику и, взяв хрустальный стакан, плеснул туда немного виски.

– У вас зависимость от алкоголя, – неодобрительно сказала я, причмокнув языком. – Нужно обратиться к знахарке. Наш почтальон часто ходил навеселе, жена отвела его к ведунье, и та сделала заговор. С тех пор ходит трезвый как стеклышко. Хотите, я спрошу адрес этой знахарки?

Мистер Ривс бросил на меня такой взгляд, что я тут же прикусила язык.

– А когда вы отправитесь за этими двоими? – полюбопытствовала я. – Месье Филберт и Магда все еще бродят в лабиринте, бедняги.

– Они же хотели приключений, – невозмутимо отозвался Делмар. – Так что пусть хлебнут их с лихвой. Я еще не решил, что сделаю с няней Селины, но то, что она не будет больше работать, это точно.

– С чего это ты распоряжаешься моими служащими? – послышался надменный голос Фелисити.

Селина вздрогнула при виде появившейся в дверном проеме матери. Малышка явно боялась леди де Верон.

– Магда бросила твою дочь одну в лабиринте, – отозвался ее брат. – Она плохая няня, и тебе нужно избавляться от таких некомпетентных людей.

– Я сама решу, что делать с прислугой, – прошипела Фелисити. – А вы, Селина Виорея, немедленно отправляйтесь в детскую, наказание за шалости будет суровое.

– Но мамочка, – всхлипнула малышка.

– Мадам, – перебила ее мать. – Я же просила вас называть меня так. Вы высокородная леди, в нашем кругу ни к чему лишние сантименты.

– Фу, как грубо! – сморщилась я от такой вопиющей несправедливости к собственному ребенку. – У вас, видно, вместо сердца камень, раз так жестко обращаетесь с собственной кровиночкой.

– Всякая безродная шавка будет меня учить? – Фелисити повернулась ко мне и гордо подняла подбородок.

– Не смей дерзить моей жене, – неожиданно резко Делмар поставил свою сестру на место. – Каринтия все правильно сказала, ты не мать, а гиена.

На лице Фелисити заходили желваки, а щеки покрылись пятнами.

– Ноги моей больше не будет в этом доме, – вскричала она. – Сейчас же велю собирать сундуки.

Скандал набирал обороты, я вжала голову в плечи, пытаясь казаться как можно незаметнее. Леди де Верон уже схватилась за вазу, чтобы запустить ее в брата, но потасовку пришлось отложить. В гостиную влетела ее светлость, она окинула беглым взглядом своих детей и потрясла зажатым в руке клочком бумаги.

– Сейчас не время ссориться, – возмутилась она. – Нужно сплотиться перед лицом общей беды. Полчаса назад принесли письмо из дворца. Ее величество приглашает нас на бал. Эдвина горит желанием познакомиться с нашей драгоценной невесткой.

Глава 20

Делмар смилостивился только поздним вечером. Он отправился в лабиринт и вывел несчастных потеряшек. Филбрет дрожал от холода, его усадили на кухне возле очага и сунули в руку кружку с горячим чаем. Магда же, несмотря на то что тоже продрогла, была в весьма хорошем расположении духа. Она даже не спросила, где ее маленькая воспитанница. Все ее мысли были заняты месье Филбертом.

– Оградите меня от этой сумасшедшей. – Учитель поперхнулся чаем, увидев, что на кухню входит Магда. – Она прижала меня к стенке и лезла в штаны, вульгарная особа!

– Дорогой, ты просто перенервничал, я же говорила тебе, что нас найдут. – Голос няни был сладкий, словно патока. – Нужно назначить дату свадьбы, я сейчас же сяду писать письмо родителям с замечательной новостью.

– Еще чего! – месье Филберт взвизгнул, как барышня, и разлил на себя чай. – Милейшая, у вас помутился рассудок? Я, кажется, не делал предложения руки и сердца.

– Но как же? Вы меня скомпрометировали и теперь обязаны жениться, – ничуть не смущаясь, заявила Магда. Она буквально пожирала глазами месье Филберта. – Мы несколько часов провели наедине, люди бог весть что могут подумать.

– Пусть думают, что хотят, – дернул плечиком месье Филберт. – Я и пальцем вас не тронул. Мне и во сне не приснился бы такой кошмар.

– Филбертик, дорогуша, перестань кокетничать, – проворковала Магда.

– Если понадобится, я обращусь к доктору за свидетельством вашей непорочности, – вскричал изрядно напуганный гувернер.

– И что же доктор найдет? – вкрадчиво поинтересовалась Магда. – Каюсь, девственности давно нет. Но уверяю тебя, это прошлое и ничего не значит для меня, теперь лишь ты, голубь сизокрылый, безраздельно царишь в моем сердце.

Филбер упал со стула и проворно отполз под стол.

– Прошу вас, скажите мне, что это сон, – завопил он.

Делмару надоела эта комедия. Он одним рывком вытащил запуганного учителя и отправил в его комнату. Магду же ждал неприятный разговор. Мистер Ривс не мог ее уволить, потому что формально она работала на семью де Верон, однако он решительно настаивал на том, чтобы леди Фелисити рассчитала нерадивую няню. Но, кажется, Магду мало волновало грядущее увольнение, она летала в облаках и строила планы относительно будущей свадьбы.

Когда я покидала кухню, слуги делали ставки, сможет ли няня затащить под венец гувернера. Победили скептики. Утром Грейс сообщила мне, что комната месье Филберта пуста. Он собрал свои пожитки и поздней ночью сбежал из замка. Так, к глубокому смятению свекрови, я осталась без учителя великосветских манер. Искать нового преподавателя времени уже не было.

– Представляете, миссис Каринтия, месье Филберта и след простыл, – вздохнула горничная. – Жаль, очаровательный был молодой человек. Он даже жалованье не попросил, улизнул под покровом ночи.

– Тут не только про деньги забудешь, – хмыкнула я. – Бедняга чуть не поседел от перспективы назвать Магду своей женой. Кстати, как она?

– Ждет почтовую карету, чтобы отправиться в город, – усмехнулась Грейс. – Вслед за любимым.

– Боже, дай силы месье Филберту спрятаться от этой дамы!

Вместе мы еще немного посмеялись над нелепой ситуацией и посочувствовали несчастному. После завтрака я, как обычно, спустилась в гостиную, где меня ждал сюрприз.

На софе, изящно выгнув спину, сидела миссис Камбер, самая популярная и стильная модистка столицы. Рядом с ней была ее светлость, она держала в руках рисунки с эскизами нарядов и горячо обсуждала фасоны бальных платьев.

– Понимаете, мы должны затмить всех. – Глаза моей свекрови горели энтузиазмом.

– А вот и наша красавица, – жеманно растягивая слова, произнесла миссис Камбер и, привстав, сделала книксен в мою сторону.

– Ну не красотка, конечно, – покачала головой свекровь. – Но вы должны постараться, чтобы наряд компенсировал все недостатки.

– Ох, вы скромничаете, ваша светлость, – улыбнулась миссис Камбер. Ее светлые волосы были взбиты в высокую прическу, сама дама была одета в вызывающе красное платье, украшенное вышивкой и россыпью кристаллов, совсем неподходящий туалет для разгара дня. Я слышала от своей подруги Эммы, что попасть в ателье этой модистки уже было настоящей удачей, приходилось записываться за два месяца, и то не факт, что вас примет сама хозяйка, а не ее многочисленные помощницы.

Миссис Камбер окинула меня профессиональным оценивающим взглядом.

– Бледная кожа, русые волосы, голубые глаза, – принялась она перечислять. – Я предлагаю остановить выбор на лиловом или серебряном цвете.

– Вы успеете за столь короткий срок? – нахмурилась герцогиня. – Ведь бал уже завтра вечером.

– Вы же понимаете, что создание одного наряда – это кропотливый труд, порой на одну вышивку мастерицы тратят несколько месяцев, – улыбнулась модистка. – Я создаю шедевры, а не ширпотреб.

– Цена не имеет значения, главное, блеснуть так, чтобы у придворных глаза полезли на лоб от зависти, – нахмурилась ее светлость. – Я обратилась к вам как специалисту высшего класса.

– Ох, я весьма польщена столь лестным замечанием, – притворно охнула миссис Камбер. – Конечно, у меня есть несколько заготовок. Прекрасные наряды, даже, не побоюсь этого слова, шедевры, которые еще никто не видел. Я готовила их, чтобы показать принцессе Шарлотте, она не любит долго возиться с эскизами и фасонами. Есть одно потрясающей красоты бальное платье, белое, расшитое серебром и снежными кристаллами. Осталось только подогнать наряд по фигуре леди Каринтии и вшить шнуровку.

– Отлично, мы берем, – засияла герцогиня. – Я сейчас посмотрю иллюстрации, отмечу, что мне нравится, пока ваши девочки будут снимать мерки с Каринтии.

– Ваша светлость, мне нужно раздеться.

Я покраснела, поглядывая на двух незнакомых девушек, одетых, словно два матраса, в два одинаковых платья в голубую полоску.

– Каринтия, тут никого нет, лакеи без стука не войдут, а месье Филберт, как ты уже наверняка знаешь, имел наглость покинуть нас, – отмахнулась свекровь. – Да и он, кажется, был не по женской части, слишком уж у него слащавая внешность.

Я тяжело вздохнула. Молчи, Каринтия, и терпи, никаких язвительных замечаний в адрес уважаемой светлости. Пусть развлекается, забавляясь со мной. Я сама виновата, нужно было выбирать того толстяка, а не герцога Левиргейла. Хотя, если уж честно признаться, Делмар был в сто раз привлекательнее: подтянутая фигура, красивое лицо, мягкие пшеничные волосы, в которые так и хочется запустить руку. Эх, что-то меня понесло…

Я осталась стоять посередине гостиной в одном корсете и панталонах.

– Возьму на себя смелость записать в список еще нижнее белье. – Миссис Камбер вздернула левую бровь и кивнула в мою сторону, намекая на непрезентабельный вид.

– Надеюсь, Каринтия все же не будет на балу задирать юбки и демонстрировать всем панталоны, – скривилась свекровь. – Но конечно, если уж обновлять гардероб, то будем брать все, вплоть до чулок и туфель. Моя семья не ударит в грязь лицом перед всем светом.

– Ну что вы, такую очаровательную леди ждет успех, – расплылась в сладкой улыбке модистка. – Давайте сейчас обсудим весь заказ, и я вечером пришлю счет с посыльным. У нас есть лимит на денежные средства?

– Нет, – отчеканила герцогиня. – За все платит мой сын, а он предпочитает все по высшему разряду и не привык экономить.

– Хорошо, думаю, мы уложимся в полторы – две тысячи фунтов.

Я чуть в обморок не грохнулась, да это же целое состояние. Если после развода еще придется выплачивать компенсацию за наряды, я и за всю жизнь не рассчитаюсь с мистером Ривсом.

Невеселые размышления прервал визг одной из помощниц модистки. Девушка вскрикнула и попыталась прикрыть меня собой.

Я испуганно оглянулась и увидела в дверях Делмара. Рядом с ним стоял Ардет и ошарашенно взирал на нас. Я почувствовала, как щеки загорелись от стыда. Вот уж действительно, прекрасная встреча, я стою на табурете практически голая, словно чучело на поле.

– Что здесь происходит, черт вас подери? – выругался мистер Ривс.

– Делмарчик, милый, мы выбираем наряды для твоей супруги, – проворковала его матушка и, проворно вскочив, подбежала к сыну, дав себя поцеловать в щеку, а Ардету протянула руку.

– Каринтия, великолепно выглядите, – проговорил друг Делмара, стараясь не поднимать глаз в мою сторону, видимо, застать чужую жену в нижнем белье все же не входило в планы Ардета.

– Почему в моей гостиной? – проворчал мистер Ривс. – Мы хотели обсудить дела, немного выпить. Ты же знаешь, что утром в окна моего кабинета светит солнце и мешает сосредоточиться.

– Может, вы все же уберетесь отсюда? – взмолилась я, тщетно пытаясь скрыться за юбкой одной из девушек.

– А может, лучше вы найдете себе другое место, для того чтобы выбирать тряпки, – проворчал мистер Ривс, за что получил катушкой ниток по голове.

Я еще схватила со стола образцы тканей и стала кидать их в мужа.

Делмар выхватил у Ардета кожаную папку и пытался закрыть лицо, опасаясь, видимо, еще одного меткого удара. Но рука у меня верная, пару раз попала прямо в лоб супруга. Этот бой оказался за мной, Ардет ретировался первым, а мистер Ривс выскочил вслед за ним.

– Да, странная встреча супругов, – задумчиво протянула миссис Камбер.

– Давайте добавим в список панталоны из кружев и сорочки с тонкими лямочками, – неожиданно заявила моя свекровь и, немного поразмыслив, добавила: – Прозрачные.

Я нехотя вернулась на табурет и позволила снять остальные мерки. Немного напрягал энтузиазм ее светлости подложить меня под Делмара. Я нервно хихикнула. Знала бы герцогиня, что ее сынок меня терпеть не может. Даже если бы я захотела, мне не удалось бы проникнуть в постель супруга. Никогда он не заинтересуется мной. Я простая девушка, словно пень от клена. Делмар же привык к отполированным статуэткам из ценных пород древесины, таким, как Женевьева.

– Он скоро станет алкоголиком, – неожиданная заявила я, чтобы разрядить обстановку. – Часто выпивает, даже будучи один, без компании. Это верный признак пагубного увлечения.

– Джентльмены любят обсудить дела за стаканчиком виски, – заявила миссис Камбер.

Герцогиня сделала большие глаза, явно намекая, что подобные разговоры не для посторонних. Я прикусила язык, опять ляпнула не подумав. Давно пора научиться сдерживать себя, дабы не провоцировать сплетни в обществе. Ох уж этот высший свет, любой чих, выходящий за рамки придворного этикета, – и ты уже персона нон грата.

– Смерть Оливии слишком сильно повлияла на его душевное спокойствие, – притворно вздохнула свекровь. – И сейчас прямая обязанность Каринтии вернуть ему в сердце покой.

Последние слова ее светлость произнесла с нажимом, давая понять, что от этого напрямую зависит уж если не моя жизнь, то здоровье точно. Я сглотнула ком, появившийся в горле. Нужно выбрать момент и поговорить с Делмаром, пусть угомонит свою матушку, объяснит, что наш брак – досадная ошибка, не будет никаких «долго и счастливо», а развод дело решенное и неизбежное.

Когда миссис Камбер закончила свою работу, она забрала помощниц и покинула дом. Я тоже собиралась укрыться в своей комнате, но прямо перед выходом заметила, что на полу валяются бумаги. Вначале я подумала, что модистка оставила эскизы платьев, но, приглядевшись, увидела, что на них изображен портрет незнакомого мужчины. Рисунок был мастерски выполнен акварельными красками, художник постарался на славу. Мужчина на портрете был определенно красив: блондин, глаза светло-оливкового цвета, загорелая кожа. Запоздало я поняла, что, скорее всего, рисунки выпали из папки, когда Делмар отбивался от моих импровизированных снарядов. Я подхватила бумаги и отправилась на поиски мужа. Верну ему рисунки и выскажу свое недовольство по поводу притязаний его матушки.

После небольшого допроса прислуги Делмар нашелся в библиотеке. Они сидели с Ардетом в креслах возле погасшего камина и неспешно переговаривались. Я постучала о дверной косяк, привлекая к себе внимание.

– Не понимаю, зачем стучать, если вы уже вошли, – недовольно поморщился Делмар.

– Каринтия, рад видеть вас одетой, – буркнул Ардет. – Вернее, я всегда рад видеть вас, но в одежде еще больше.

Мой муж одарил сконфуженного друга таким холодным взглядом, что тот моментально взял себя в руки и сел ровно, как будто проглотил линейку.

– Мистер Ривс, вы обронили в гостиной, – я протянула Делмару бумаги.

– Спасибо, что подобрали, – тут же поблагодарил Ардет. – Это подозреваемый по делу леди Оливии. Кажется, ваша заслуга в том, что мы имеем его приблизительный портрет, тоже есть.

– Так вы пообщались с милейшей болтушкой Эстер, – улыбнулась я, чувствуя, как в груди теплой волной разливается самодовольство.

– Да, пришлось, – усмехнулся Ардет. – Правда, мисс Тейлор потребовала с меня грамоту от лица Ордена на гербовой бумаге с печатью.

– Ой, это я ей пообещала, – призналась я и закусила губу, опасаясь гнева мистера Ривса.

– Впредь попрошу никогда не прикидываться сотрудницей Ордена и не вести беседы со свидетелями. – Он смерил меня хмурым взглядом. – Вы свободны, Каринтия, можете идти.

– У меня еще одно дело, – проговорила я, не зная, как начать разговор.

– Еще раз повторяю, вы отвлекаете нас, – резко проговорил мой супруг.

– Я не смогу полностью компенсировать вам затраты на мой новый гардероб, – выпалила я, чтобы сразу обозначить свою позицию на этот счет. – Это затея вашей матушки накупить мне платьев, я не просила ее о такой услуге.

– Вот как. – Мистер Ривс посмотрел на меня уже с интересом. – Вам не нужны новые наряды, красивые платья, шляпки, чулки?

– Нужны, конечно. – Я поджала губы, удивленная его насмешливым тоном. – Только я предпочитаю делать покупки по средствам и смогу заплатить лишь сто фунтов за одежду. Это все, что у меня есть.

– Я вас понял, мисс Эвинсель, – кивнул Делмар. – Можете быть спокойны, я не такая скотина, как вы обо мне думаете, и не потребую вернуть деньги, потраченные на вас.

Я облегченно вздохнула и, развернувшись, последовала к дверям.

– Странная она все-таки девушка, – послышался за спиной тихий голос мужа. – Обычно дамы, не стесняясь, требовали с меня подарки, дорогие украшения, а эта собирается компенсировать деньги, потраченные на тряпки, которые к тому же заказала для нее моя матушка.

– Возможно, она не хочет быть у тебя в долгу, – сделал предположение Ардет.

– А мне, наоборот, хочется, чтобы Каринтия была у меня в долгу, – хмыкнул Делмар. Но эту фразу я уже не услышала, так как бежала в свои покои.

Глава 21

– Леди Каринтия, проснитесь!

Я резко села в постели и зажмурилась от яркого света, который бил прямо в глаза. Возле окна стояла Грейс, она распахнула портьеры, впуская в комнату теплые солнечные лучи.

– Который час? – Я не удержалась от зевоты и уставилась на горничную, которая уже отошла к столику и расставляла на нем столовые приборы.

– Девять утра, моя госпожа, – нарочито бодрым голосом отозвалась Грейс.

– Так рано, – вздохнула я и снова упала на подушки. – Еще полчасика можно поспать.

– Я принесла завтрак. – Грейс воспользовалась убийственным аргументом.

Я нехотя вылезла из-под одеяла и, накинув халат, поплелась к столу. Усевшись на стул, потерла глаза и постаралась сосредоточить взгляд на еде. Горничная с видом фокусника подняла крышку с тарелки, и я недоуменно уставилась в неаппетитную кучу каких-то зеленых водорослей, плавающих в желе, очень похожем на сопли по цвету и по консистенции.

– Это что за гадость? – Сон как рукой сняло. Они что, решили поиздеваться надо мной? Не иначе проделки мистера Ривса.

– Ростки авелы в собственном соку, – хмыкнула Грейс. – Приказ ее светлости, чтобы вы были бодры и живот не пучило.

– У меня вроде все нормально с пищеварением. – Я скривилась от мерзкого вида еды.

– Попробуйте, это очень тонизирует. – Грейс ненавязчиво подтолкнула тарелку ко мне поближе. – Ее светлость сказала, что для вашего бального платья требуется максимально тонкая талия, придется туго затягивать корсет, наедаться нельзя.

– Вот пусть леди Мадлен сама это ест, – решительно заявила я. Вот же прохиндеи, лишили последней радости. Интересно, что свекровь скажет, когда я на приеме прямо при королеве накинусь на закуски и смету половину фуршетного стола.

– От авелы у вас будет сытость, и желудок не будет бурчать от голода, – в последний раз Грейс попыталась воззвать к моей совести, но я сомкнула губы и отвернулась. Не буду эту бурду есть, и все.

– Может, ты мне умыкнешь с кухни хоть булку с маслом? – жалобно попросила я. – Есть очень хочется, когда я поем, у меня всегда повышается настроение, а мне сейчас это очень необходимо.

– Хорошо, – вздохнула Грейс и вновь опустила крышку, накрывая тарелку с авелой.

– А завтрак отдай дворовым собакам, – подсказала я.

– Боюсь, они это есть не будут, – улыбнулась горничная.

Внутренне я была солидарна с животинками, правильно, что не будут, и я не желаю кушать всякую бяку. Вскоре Грейс вернулась и вынула из карманов своей широкой юбки две пышные булочки с корицей и маленькую баночку персикового джема. Я от души поблагодарила сердобольную служанку, и утро сразу заиграло радужными красками.

После завтрака Грейс сообщила, что я могу не умываться. Я удивилась, но все же сполоснула лицо свежей водой из таза. Только успела промокнуть щеки сухой льняной салфеткой, как двери спальни вновь распахнулись, и два лакея под руководством миссис Финч втащили ванну.

– Доброе утро, леди Каринтия. – Экономка сделала книксен и выпроводила слуг. – Сейчас мы займемся с вами подготовкой к балу. До одиннадцати должны успеть со всеми процедурами, а потом займемся прической. Уже прибыл парикмахер ее светлости месье Антуан, прямо из столицы примчался. Сидит сейчас, чай попивает и делится последними городскими сплетнями. Кстати, несколько минут назад привезли ваше платье, я краем глаза взглянула на эту красоту, оно поистине роскошное. Леди Фелисити даже немного повозмущалась, дескать, оно бы ей лучше пошло под цвет волос, но ее светлость категорически отказалась отдавать наряд.

– О боже. – Я в изумлении открыла рот. – Такая подготовка, будто собираюсь не на бал, а на войну.

Когда ванну наполнили горячей водой, я покорно пошла мыться. Грейс усиленно терла мою кожу мочалкой, а миссис Финч мыла голову мылом с удивительно нежным и вкусным запахом.

– Какая прелесть! – потянула я ноздрями воздух, наслаждаясь чудесным ароматом.

– Да, хорошее средство, даже сильную грязь вмиг отмывает, жаль, шибко дорогое, а то я прикупила бы для моих племянников. Генри и Свенс каждый божий день прибегают с улицы чумазые. Сестра все время жалуется, то портки порвут, то еще чего набедокурят. Один раз вымазались в смоле, и пришлось стричь наголо, – пожаловалась экономка и вылила мне на голову ведро воды.

Я закашлялась, а Грейс тем временем расправила широкое льняное полотно, призывая меня вылезти и вытереться, что я и сделала. Я, конечно, девушка нестеснительная, но немножко напрягал тот момент, что меня видят голой две посторонние женщины. Конечно, аристократы слуг за людей не считают и относятся к ним как к предмету мебели. Но мне все же неловко щеголять голой задницей на виду у других людей. После того как меня обтерли, Грейс стала натирать мою кожу лосьоном, отчего та обрела мягкость и бархатистость. Миссис Финч помогла мне одеться в розовый плюшевый халат и подала тапочки на небольшом каблуке с пушистыми помпонами. Я предпочла не уточнять, кому наряд принадлежал ранее. Тут всего два варианта: или самой ее светлости, или ее неприятной дочке.

Когда у меня достаточно обсохли волосы, в комнату пригласили месье Антуана. Парикмахер оказался веселым и жизнерадостным коротконогим толстячком. Он весело щебетал, пока раскладывал на столике щипцы, расчески, гребни и разные флакончики. Я присела на стул и отдалась в руки этого хваленого мастера. Месье Антуан вполне оправдывал ожидания, если судить по восторженным охам Грейс. Через полтора часа я придирчиво осмотрела его работу в зеркале. Туго завитые локоны были уложены в изящную прическу, на мой взгляд, конечно, есть небольшой перебор в количестве завитушек и высоте самой прически, но в целом получилось красиво.

– Спасибо, мне очень нравится, – поблагодарила я парикмахера. – Не зря вас называют лучшим в столице, такая мастерская работа подтверждает вашу репутацию.

– Я безумно рад угодить вам, госпожа. – Месье Антуан зарделся от похвалы. – Было приятно работать с такой учтивой и воспитанной леди.

Парикмахер откланялся, а Грейс ушла за обедом. Миссис Финч спустилась вниз, чтобы принести бальное платье. Когда она вернулась и положила на кровать несколько ярдов ткани, я обомлела. Какая роскошь! Юбка из плиссированного молочного шифона, а верх выполнен из идеально подобранного под цвет гладкого шелка, расшитого кристаллами и серебряным шитьем.

– Видите, какая узкая талия. – Миссис Финч осторожно провела рукой по платью. – Чтобы влезть в него, нужно затянуть корсет на девятнадцать дюймов.

– Вы хотите, чтобы я сломалась пополам? – Я нервно сглотнула.

– Зато будете самой красивой, разве не об этом мечтает каждая женщина?

– Я предпочитаю быть здоровой, а красота дело второстепенное, – парировала я. – Если голодать, можно испортить желудок, а потом мучиться от боли.

Миссис Финч неодобрительно покачала головой. Вскоре вернулась Грейс с подносом в руках.

– Надеюсь, это хороший кусок мяса с гарниром и бульончик, – потерла я ручки, ожидая вкусный обед.

– Это крем-суп из авелы. – Экономка сощурила глаза и ухмыльнулась. – От нее желудок болеть не будет, сытно и полезно, а главное, не будет пучить.

– Да что вы все сговорились, меня и так не пучит, – возмутилась я, поглядывая на светло-зеленую кашу в белоснежной фарфоровой тарелке. – Уберите эту гадость, меня сейчас стошнит.

– Вот и хорошо. Освободите желудок и поешьте, – произнесла миссис Финч голосом надзирательницы в женской тюрьме. – Приказ ее светлости, а она плохого не посоветует.

Когда за миссис Финч закрылась дверь, я сморщилась и отодвинула от себя тарелку.

– Хоть ложечку, леди Каринтия, – вздохнула горничная. – Попробуйте.

Делать нечего, не умирать же с голода. Я зачерпнула зеленой жижи и отправила себе в рот.

– Фу, на вкус еще хуже, чем на вид. – Мое лицо переклинило от омерзения.

Внезапно в дверь постучали. Грейс побежала открывать, а я достала из ящика секретера заныканный черствый пряник и стала грызть его.

– Добрый день, миссис Ривс!

Я вздрогнула и подняла глаза на Делмара. Мой супруг наградил меня ехидной улыбкой.

– Мистер Ривс, вы меня пугаете. Зачем пожаловали? – Я нахмурилась, пытаясь угадать по выражению лица мужа, что он от меня желает.

– Я принес драгоценности для бала. – Муж поставил на столик рядом с тарелкой с зеленой бурдой большую бархатную коробку.

– Лучше бы принесли поесть, – ворчливо проговорила я. – Ваша матушка слишком увлеклась моей подготовкой к такому невероятно важному событию.

– Для нее это действительно важно, – спокойно и довольно серьезно пояснил Делмар. – Мама очень зависит от общественного мнения, она не переживет, если вы оконфузитесь сегодня вечером перед королевой.

– Я все понимаю и постараюсь вести себя безупречно, – отчеканила я каждое слово. – Пусть не волнуется.

– Фамильные бриллианты. – Делмар провел пальцем по крышке, обтянутой мягким черным бархатом. – Думаю, они неплохо будут смотреться на вас.

Я опустила голову, пытаясь спрятать довольную улыбку, кажется, только что муж сделал мне первый на моей памяти комплимент.

– До встречи в гостиной. – Делмар кивнул и, подойдя к двери, открыл ее. Но прежде чем выйти, постоял на пороге несколько секунд, словно не решаясь мне что-то сказать.

– До встречи, – прошептала я.

Этот короткий разговор очень поднял настроение. Я и так была на нервах из-за предстоящего бала. Ее светлость боится, что невестка опозорится, а как же этого боюсь я! Никакого сумасбродства, идеальное поведение, гордая осанка. Уроки бедняги месье Филберта не пройдут даром. Я даже вновь села за стол и попыталась поесть авелы, но, увы, это оказалось выше моих сил, я так и не смогла проглотить вторую ложку.

Через пятнадцать минут неожиданно вернулся Делмар, он заговорщически подмигнул и поставил передо мной тарелку с небольшим, хорошо прожаренным бифштексом и зеленым горошком.

Я ахнула и расплылась в счастливой улыбке. Супруг встретился со мной взглядом и коротко кивнул.

– Спасибо, – прошептала я. Вот уж не ожидала от мистера Ривса подобного жеста.

– Стащил на кухне, – ухмыльнулся он. – Что только не сделаешь, чтобы спасти леди от голода. Даже умыкнешь из-под носа повара его собственный обед.

– Думаю, Жан-Поль ужасно расстроится, когда увидит, что его еда пропала.

– Максимум, что нам грозит, это пересоленный бульон, а вот если не покормлю вас, дорогая миссис Ривс, то, боюсь, головная боль от недовольного ворчания на целый вечер мне обеспечена.

– Вы преувеличиваете мое влияние на вас, – язвительно заметила я.

– Это вы недооцениваете свое влияние, Каринтия, – загадочно проговорил Делмар. – Кстати, я утверждаюсь во мнении, что поступил правильно. Если судить по вашей искренней радости при виде кусочка мяса и горстки горошка, можно подумать, что вы находитесь на грани истощения.

Мои щеки опять полыхнули огнем, вот умеет подлец вогнать в краску. Ну ничего, я смогу собрать волю в кулак. Разбаловали тут меня хорошими обедами. Я решительно пододвинула к себе тарелку с авелой и, изображая удовольствие, съела несколько ложек.

– Это была шутка насчет еды. – Я гордо задрала подбородок. – Я хочу выглядеть безупречно в своем прекрасном платье, для этого буду есть водоросли и даже пить сопли ежей.

– Боже, как жутко звучит, – скривился мистер Ривс. – Не разочаровывайте меня, Каринтия, не становитесь одной из тех великосветских дамочек, которые в погоне за модой и красотой гробят свое здоровье. Сейчас вы настоящая, без притворства и наигранности, именно этим вы мне и нравитесь.

Что, я ему нравлюсь? Я не ослышалась, он действительно так сказал. А мне казалось, что он еле терпит мое присутствие, и вообще, если бы не воспитание, он давно отправил бы меня на виселицу или в камеру Торвиля.

Делмар неожиданно подошел к столику, взял в руки бархатную шкатулку и распахнул ее. Моему взору открылся гарнитур из колье, сережек и браслета, настоящее произведение ювелирного искусства. Тонкие веточки с крошечными листиками были выполнены из белого золота, а в каждом цветке с длинными изящными лепестками красовался большой бриллиант.

– Красота, я такое даже на картинке никогда не видела, – похвалила я. – Боюсь, не смогу это надеть, а вдруг на бал явится грабитель. Нужно хоть булыжник в ридикюль положить, будет чем отбиваться.

– Вы серьезно? – Супруг еле сдержался, чтобы не рассмеяться в голос. – На королевском приеме вам ничего не угрожает. Там надежная охрана, даже муха не пролетит без ведома специальной службы. Тем более я постараюсь все время находиться рядом с вами, если, конечно, это вас утешит.

– Да, вы мужчина крепкий, вместе, думаю, сможем отбиться от грабителя, – задумчиво пробормотала я.

Мистер Ривс вернул шкатулку обратно на столик и достал из нее колье.

– На вид оно массивное, но это визуальный обман. – Делмар шагнул ко мне и опустил украшение мне на шею.

Я тотчас почувствовала прохладу от благородного металла и обжигающее тепло от пальцев супруга. Застежка на колье щелкнула, и он отошел, чтобы полюбоваться на украшение или, возможно, на меня.

– Прекрасно! – проговорил он, карие глаза стали почти черными и странно сверкнули.

Я облизала внезапно пересохшие губы.

– Колье или я? – поинтересовалась у мужа.

Но, к сожалению, узнать ответ на вопрос так и не получилось, в комнату вошла горничная.

– Господин, простите, я не постучала. – Грейс стала раскланиваться и извиняться, но Делмар жестом остановил девушку.

– Ничего страшного, я уже ухожу. – Делмар больше не удостоил меня взглядом и быстро покинул спальню.

– Грейс, верни, пожалуйста, на кухню бифштекс, – попросила я. – Мне достаточно авелы, я, пожалуй, смогу пересилить себя и съесть половину тарелки. Хочу выглядеть достойно рядом с его светлостью, а то вдруг во время мазурки у меня лопнет корсет.

– Да, это будет большой конфуз, – согласилась Грейс.

Глава 22

– Мама, перестань дергаться, все будет нормально.

– Делмарчик, я чувствую, вечер закончится катастрофой!

Я спускалась по лестнице, когда услышала голоса, доносившиеся из большой гостиной.

– Поэтому я сказалась больной и не поеду с вами, – ехидно заметила Фелисити.

– Дорогая, как всегда, спасибо за поддержку, – незамедлительно отозвалась леди Мадлен. – Лучше бы нашла слова утешения, не видишь, твоя матушка сейчас в обморок упадет.

– Вы крепкая женщина, помнится, даже не побледнели, когда доктор Хоурд сообщил, что батюшка скончался, но зато на похоронах каждые пять минут падали возле гроба, изображая убитую горем вдову.

– Дерзишь, дорогая, – процедила сквозь зубы герцогиня. – Не знаю, и чем же я заслужила такое отношение от собственной кровиночки, которую выносила и родила в муках.

– Да полно вам кривляться, мне кормилица рассказывала, что вы произвели меня на свет на три недели раньше срока. Специально скакали на лошади, чтобы поскорее разрешиться от бремени и успеть на большой рождественский бал во дворце.

– Фелис, перестань, – резко осадил сестру Делмар.

– Дел, ты же знаешь, если бы не она, мне не пришлось бы выходить замуж за лорда де Верона!

– Дуреха, сказала бы спасибо, что де Верон согласился взять тебя в жены в твоем-то незавидном положении, – вскричала ее светлость, уже не сдерживая себя. – Он обожает тебя, любит, на руках носит.

– Зато я его не люблю, – заявила Фелисити. Послышался звон бокалов и льющегося вина.

– Ну вот, теперь оба моих ребенка спиваются, а виновата я, – выдохнула герцогиня. В ее голосе послышались плаксивые нотки. – Я прикрыла твой позор. Если бы свет узнал, что дочь герцога Левиргейла носит под сердцем незаконнорожденного ребенка, мы стали бы изгоями.

– Мнение придворных – это единственное, что тебя заботит, – прошипела ее дочь. – К тому же никто бы не узнал, что я беременна. Я нашла знахарку, которая помогла бы мне избавиться от бремени, и тогда не пришлось бы выходить за старика замуж.

– Заткнись, Фелис, – холодно проговорил Делмар. – Селина не должна расплачиваться за твои грешки. Сама нагуляла, так, будь добра, неси ответственность перед невинной душой.

– Если бы не этот ребенок, я была бы свободна от старого урода, – завопила Фелисити и топнула ногой.

Я в нерешительности застыла на последней ступеньке и закусила губу. Войду сейчас в комнату, и все поймут, что я стала невольной свидетельницей семейного разговора и узнала нелицеприятные тайны. Честно говоря, я о чем-то таком подозревала, а сейчас только получила подтверждение. Фелисити так плохо относится к Селине только потому, что та посмела появиться на свет, разрушив все планы матери. Интересно, кто же ее настоящий отец.

Нарочито громко я ударила несколько раз каблуком по белому мрамору, показывая всем, что они уже не одни. Взгляды присутствующих тут же устремились ко мне. Я присела в реверансе и судорожно вздохнула. Надеюсь, милое семейство останется довольно моим внешним видом. Признаться, я сама несколько минут назад еле отлипла от зеркала, увиденное поразило меня до глубины души. Я не могла поверить, что девушка в роскошном платье и бриллиантах именно я. Корсет пришлось затягивать минут сорок, но в конце концов мы это сделали, талия стала ровно девятнадцать дюймов. К сожалению, дышала я с трудом, но Грейс уверила меня, что вскоре все нормализуется и я смогу чувствовать себя вполне комфортно. На всякий случай горничная сунула мне в потайной карман маленькую коробочку с нюхательной солью, чтобы я не смела потерять сознание.

Я лучезарно улыбнулась и, шелестя юбками, подошла к супругу. Делмар приподнял бровь и поспешно предложил руку, а моя, затянутая в перчатку, скользнула в его, наши взгляды встретились, и меня будто опалило огнем.

Восхищение, которое мистеру Ривсу не удалось скрыть, пришлось по вкусу его матушке, она заметно расслабилась и выдохнула, явно довольная мной.

Мы с Делмаром так и шли рука об руку до самой кареты. Меня довольно трудно вогнать в краску, но сейчас я действительно по-настоящему была смущена, никакого девичьего притворства, внезапно стало невероятно неловко в компании мужа. До этого я спокойно выдерживала его язвительные взгляды, колкие замечания, но сейчас что-то изменилось, кажется, это заметил и сам Делмар. Атмосфера в карете была накалена, я старательно избегала смотреть в его лицо, специально села к окну, чтобы была возможность отвернуться и усиленно изучать уличные пейзажи.

– Хотите? – Супруг достал из кармана крекер и протянул мне.

Я отказалась от печенья, хотя очень хотелось пожевать, успокоить нервы, да и вообще, несмотря на заверения Грейс про питательность авелы, жутко хотелось есть.

– Очень вкусно, – словно поддразнивая меня, заявил мистер Ривс и отправил крекер себе в рот.

– Каринтия, ты надела шелковое белье с абесинским кружевом, которое я тебе прислала? – неожиданно поинтересовалась герцогиня.

Я чуть со скамейки не грохнулась прямо на пол кареты. Боже, она что, специально заставляет меня краснеть перед сыном, зачем же упоминать такую деталь женского туалета, как панталоны, при мужчине. Мистер Ривс тоже растерялся, печенька встала ему поперек горла. Он подавился и закашлялся, мне даже пришлось подсесть к нему и похлопать по спине.

– Ваша светлость, оставим такие разговоры между нами, – жалобно попросила я у свекрови. – Его светлости не обязательно знать столь интимные подробности.

– Ну, я думаю, он все равно увидит их сегодня вечером, – беззаботно проворковала леди Мадлен. – Так что смысла скрытничать не вижу.

Пришлось доставать веер, потому что мои щеки так загорелись, как будто я только что намазала их перцем. На мгновение представила, как Делмар приходит в мою спальню и разглядывает красивые шелковые панталоны, а потом медленно дергает за завязки, заставляя легкую ткань соскользнуть по бедрам и упасть на пол.

– Заманчиво, но боюсь, что после бала у меня дела, – отозвался мистер Ривс.

Я еле сдержала стон разочарования. Уф! Что это со мной? Не смей думать о мистере Ривсе! Он не твоего поля ягода, даже несмотря на то, что тебя одели как принцессу, ты все равно остаешься все той же неотесанной девчонкой с окраины столицы. Полукровка и бесприданница. Нет, я ему не ровня, такой мужчина заслуживает лучшей жены.

– Делмарчик, я хочу внука. – Голос герцогини заметно напрягся. – Если ты будешь игнорировать супружеские обязанности, не удивляйся потом, что когда-нибудь их начнет выполнять за тебя конюх или садовник.

Я выпучила глаза – вот так заявление! А что сразу так, может, я бы выбрала аристократа – графа или на крайний случай виконта, но ее светлость, кажется, считает, что прислуга – это мой потолок.

– Тогда у тебя появятся долгожданные внуки, правда, не совсем голубой крови, – ехидно проговорил мистер Ривс. – Но думаю, что это не в стиле Каринтии, она довольно прямолинейный человек. Если ее не устроит, что супруг недостаточно усердствует в постели, то скажет об этом, не тая, чтобы решить вопрос.

Я гордо приосанилась, вот как, значит. Делмар думает, что я честная и не способна на измену. Что тут скажешь, весьма приятно это слышать. Нужно, кстати, улучить момент и рассказать мужу, что матушка угрожала и навязчиво заставляет соблазнить его. Не хочу ничего от него скрывать.

До королевского дворца мы добирались довольно долго, пришлось ехать через весь город. Несмотря на лето и поздний закат, окна этого величественного сооружения были ярко освещены. Вся подъездная аллея была забита каретами, конюхи тихонько переругивались друг с другом за места, лошади недовольно фыркали и били копытами землю.

– Каринтия, закрой шторку, – попросила герцогиня. – Не пристало леди де Ривс глазеть в окно.

Я поспешила выполнить указания. Чтобы не ударить в грязь лицом, нужно слушаться свекровь. Мы проехали под большой аркой, украшенной коваными львом и орлом, символами королевской власти в Аверлении.

– Ой, что-то я волнуюсь, – неожиданно испуганно пискнула я, когда карета остановилась, а лакей, спрыгнув с запяток, распахнул дверь, готовый услужливо подать руку господам.

– Поздно, – прошипела ее светлость и бесцеремонно толкнула меня вперед.

Я вздохнула и первая спустилась с разложенной лестницы. Пока мои родственники спешили за мной, я разглядывала дворец. Раньше я могла любоваться им издалека через высокую решетку. Ее величество Эдвина в последние годы весьма охладела к официальной резиденции, позволяя себе все больше дней проводить в замке Лавборо на юге страны.

Придворные лакеи, одетые в красную парадную ливрею с золотой оторочкой, стояли по обеим сторонам от идеально вычищенной ковровой дорожки.

– Добро пожаловать, леди, – учтиво поздоровался дворецкий, встречающий гостей. – Как доложить о вас?

– Герцог и герцогиня Левиргейл, – раздался голос моего мужа. Мистер Ривс подошел ко мне и, мягко взяв за руку, ободряюще сжал ладонь.

Я прекрасно понимала, что сейчас окажусь в другом мире, о котором раньше только слышала или читала в колонке светской хроники – высшее общество, баснословные состояния, блеск драгоценных камней и шипение неприлично дорогого игристого вина. Если бы мне посчастливилось, предположим, в другое время и при других обстоятельствах оказаться в королевском дворце, я бы так не нервничала и не переживала. Мнение сборища снобов о собственной персоне меня не заботит, они не пример для подражания или морали. После рассказов Эммы о проказах и грехах сильных мира сего я перестала смотреть на них с благоговением и восхищением. Но именно сегодня, в эту самую минуту я буду стараться изо всех сил, чтобы соответствовать высокому, хоть и временному статусу. Только ради того, чтобы не опозорить Делмара.

Когда мы вошли внутрь, у меня в глазах запестрело от обилия драгоценностей и ярких нарядов. Я услышала, как дворецкий громко объявляет наши имена, лорд и леди де Ривс, герцог и герцогиня Левиргейл и еще парочка титулов, которые по праву рождения носит Делмар, ну и я заодно, как его законная супруга. Множество незнакомых лиц тут же обернулись к нам с нескрываемым интересом. Я почувствовала себя словно муха, увязшая ножками в лужице с вареньем, а добрая сотня пауков окружила меня, готовясь напасть и растерзать.

– Делмар, подлец такой, как же ты посмел не пригласить меня на свою свадьбу? – К нам подплыла дородная полная дама, ее фигура, похожая на песочные часы, была затянута в корсет, отчего складки жира на руках и груди буквально вываливались из корсажа. Вот кому надо сесть на диету из авелы.

– Графиня Гесенбах, приветствую. – Мистеру Ривсу пришлось наклониться и притронуться губами к протянутым пухлым пальцам, унизанным перстнями.

– Я думала, мы в достаточно дружеских отношениях, чтобы ты прислал мне приглашение. – Графиня обиженно засопела, раздувая щеки.

– Венчание было в узком семейном кругу, – коротко пояснил Делмар.

– А мы думали, вы сбежали от матушки и тайно поженились. – К нам уже спешил другой незнакомец, подтянутый молодой человек в щегольском камзоле; его волосы, едва прикрывающие уши, были слегка завиты щипцами. – Словно юнцы из любовной баллады, признаюсь, ты удивил меня.

– Нет, я присутствовала на свадьбе, – нагло соврала моя свекровь и с гордым видом прошествовала мимо нас дальше к столам с закусками. – Пойду поздороваюсь с дамами, думаю, нам есть что обсудить.

– Ты слышал, Винсент? – Губы моего мужа растянулись в ухмылке. – Были приглашены только самые близкие и достойные, к коим ты не относишься.

– Так кто вы такая, леди Ривс? – Наглец и не думал уходить, все так же бесстыдно разглядывал меня, пытаясь проникнуть взглядом за вырез декольте. – Ходят слухи, что вы познакомились в опиумном салоне, куда ходил Делмар, а девушка там прислуживала, ну и забеременела. Когда же нам ожидать появления наследника?

Я задохнулась от возмущения. Нет, я была готова к колкостям, насмешкам и перешептыванию за спиной, но не к такому откровенному вранью и дерзости.

– Держи свой язык за зубами. – Мистер Ривс поменялся в лице. – Иначе они заметно поредеют в твоем грязном рту.

– Туше. – Негодяй нарочно поднял руки вверх и мерзко засмеялся. – Не стоит кидаться на людей, словно сторожевая собака, никто и не думал покушаться на твою собственность.

Мерзкий сальный взгляд и грубость вывели меня из себя, руки зачесались врезать по этой смазливой морде, да и мистер Ривс, кажется, еле сдерживался, чтобы не попортить тщательно уложенную прическу Винсента.

– Леди Бошан. – Я притворилась, что заметила в толпе Эмму, и резко прошла вперед, по пути наступив на ногу Винсенту. – О, простите, я такая неловкая!

Для верности еще провернула каблуком по его идеально начищенному лакированному ботинку.

– Пойдем, дорогой, познакомлю тебя с подругой, – ласково улыбнулась я Делмару и оттащила его в сторонку. Мы наблюдали, как наглец с перекошенным лицом ковыляет в сторону и присоединяется к небольшой компании. Рядом с ним мелькнули знакомые рыжие волосы, и я узнала Женевьеву. Так вот кто сплетни распускает!

– А вы уверяли, что ваша бывшая возлюбленная держит рот на замке, – заявила я и повернулась к мужу.

– Простите за выпад этого наглеца. – Делмар сглотнул. – Юный ублюдок пару лет назад унаследовал состояние своего дяди и с тех пор регулярно нарывается на неприятности, лезет в постель к чужим женам и проигрывается в карты. Однажды он доиграется, и его пристрелят на дуэли.

– Не стоит извиняться за него, – покачала я головой.

– Все равно придется его проучить, – нахмурился мистер Ривс. – Никто не смеет безнаказанно распускать сплетни про мою семью. Будьте уверены, Винсент получит сполна.

– Мне кажется, ему хватило отдавленной ноги. – Я слегка испугалась за судьбу юного грубияна, слишком уж мстительно сжал ладонь в кулак мой супруг.

– Нет, так легко этот сопляк не отделается, – категорично отозвался Делмар. – Вы же не думаете, что я проглочу оскорбление и позволю подобным слухам гулять в обществе.

– Знаете, я уже сполна наслышана о придворной жизни, – вздохнула я. – Поэтому подобное поведение меня не удивляет, кругом ложь, лицемерие и обман. У моей подруги Эммы есть супруг, лорд Бошан. Вы даже, возможно, лично с ним знакомы, он член парламента и, кажется, выдвигался на пост министра образования. Этот мерзкий тип женился на Эмме, а после свадьбы объявил, что состоит в связи со своим другом и желает, чтобы жена рожала детей от них двоих, представляете! Конечно, Эмма навешала этим голубкам тогда пинков. Смысла рассказывать о том, что семейной жизни пришел конец, конечно, нет?

Я деликатно умолчала, что после того, как подруга пришла ко мне и рыдала несколько часов на плече, я, разъяренная, помчалась в их дом и в грубой форме, используя зонтик в качестве аргумента, высказала Руперту все, что о нем думаю. С тех пор я стала там нежелательным гостем.

– Да, нелегко вашей подруге, – согласно кивнул мистер Ривс. – Но браки обычно заключаются по семейным или политическим интересам, супругам приходится уживаться вместе, и у многих это с успехом получается.

– Но у Эммы не получилось, хотя ее вины в этом нет, – заявила я. – Развестись она не хочет по той же причине, что и вы, – боится, будто ее перестанут принимать в обществе, а по мне, так ну его, такое общество, псу под хвост.

Нашу беседу неожиданно прервала абсолютная тишина, воцарившаяся в зале. Легкая музыка стихла, разговоры прекратились, гости приосанились и расступились, пропуская вошедшую королеву. Ее величество Эдвина была облачена в закрытое темно-синее платье; черные волосы, обильно тронутые сединой, собраны в высокую прическу и украшены сияющей тиарой. Королева прославилась своим невероятно ханжеским характером и чопорностью. Ее батюшка Вильгельм имел, напротив, веселый нрав и государственным делам предпочитал пирушки и развлечения. Король даже содержал небольшой гарем, состоящий из фрейлин своей супруги. Придворные также не отличались скромностью, при дворе царил разврат, правили похоть и пьянство. Юная Эдвина, с детства видевшая страдания своей скромной матери и воспитанная в строгости с некоторой долей аскетизма, как только взошла на престол, ввела собственные порядки. В строгой форме придворным было запрещено разводиться и повторно вступать в брак, тем самым ее величество пыталась привить подданным семейные ценности.

Эдвина была довольно высокого роста, худощавая, сухое вытянутое лицо не было таким красивым, как на официальных портретах: губы тонкие, а нос слишком длинный. Королева едва заметными кивками приветствовала гостей.

– Она направляется к нам, – шепнул мне на ухо мистер Ривс.

– Сама вижу, – тихо ответила я, наблюдая за тем, как взгляд черных глаз королевы фокусируется на нашей паре.

Глава 23

– Сэр Флок, представьте нас, – хриплым голосом отдала приказ одному из придворных ее величество.

– Их светлость герцог Левиргейл, – отчеканил мужчина. – С супругой.

– Позвольте помочь сэру Флоку, – слегка насмешливо заявил мой муж. – Леди Каринтия Эвинсель де Ривс.

Я сделала реверанс, с удовольствием отметив, что руки и ноги не дрожат от страха и волнения. Спасибо Винсенту, он взбодрил меня, спустив с небес на землю.

– Эвинсель… – задумчиво протянула королева, повторив вслух мою фамилию. – Не припоминаю, чтобы слышала раньше это имя.

– Мы нетитулованные дворяне, – произнесла я без тени смущения.

– Занятно, – проговорила ее величество. – Это, конечно, похвально, что герцог решил сочетаться законным браком вместо того, чтобы, подобно некоторым холостякам, предаваться греховным одноразовым связям на стороне. Да не краснейте, Левиргейл, я знаю, что молодые мужчины часто грешат этим.

Делмар и не думал краснеть, он лишь слегка раздувал ноздри, готовясь к нудным проповедям нашей высокородной ханжи.

– Но должна сказать, что все же разочарована вашим поступком. Вы, как глава рода, прекрасно знаете, что вначале должны были испросить моего благословения на брак, а уж потом, после одобрения, как положено, венчаться в Эверденском аббатстве, отдавая дань не одному десятку поколений ваших предков.

Обстановка явно накалялась, чувствовалось, что супруг весьма недоволен желанием королевы контролировать личную жизнь своих подданных, но открыто высказывать свои мысли он не мог.

– Ваше величество, мы невероятно ценим ваше мнение насчет нашей пары, – решила я взять слово, в голову пришла одна дерзкая идея. – Молодость ударила в голову, мы влюбились и тут же решили пожениться, буквально в тот же день. Но если наша мудрая королева прикажет расторгнуть брак, то мы, безусловно, откажемся от возможности быть вместе, и я уеду от его светлости.

Все немного опешили от моих слов, королевская челюсть медленно, но верно упала вниз, но Эдвина тут же взяла себя в руки и изумленно приподняла тщательно накрашенные брови.

– Возможно, вы подыщете его светлости невесту более достойную, я с глубоким почтением и покорностью приму ваше решение. – Я вновь сделала реверанс. Если все пойдет по плану, королева быстро расторгнет брак и мы с Делмаром станем свободны. Правда, я никогда его больше не увижу, но разве не этого я хотела – быть от мужа подальше. Хотя кому я вру, мне нравится быть рядом с ним, чувствовать его присутствие. Нет, нужно быстрее разорвать эту порочную цепь, пока не поздно. Если я влюблюсь в мистера Ривса, это разобьет мое сердце.

– Ну что же, леди де Ривс, признаюсь, вы меня удивили, – покачала головой Эдвина. – Вы проявили себя как истинная подданная короны, для которой мнение королевы превыше собственных чувств. Что ж, похвально, моя дорогая.

Кажется, план провалился, мои слова произвели странный эффект: вместо того чтобы с чистой совестью нас развести, ее величество решила наградить меня благословением.

– Левиргейл, вы сделали правильный выбор, одобряю, – произнесла королева и, потеряв к нам интерес, отошла в сторону, чтобы поприветствовать иностранного посла.

– Каринтия, что ты творишь, – Делмар стиснул мое запястье и горячо зашипел прямо в ухо: – Ты же обещала вести себя разумно.

– Я думала, убьем двух зайцев – расторгнем брак по воле королевы и всем будет хорошо, – попыталась я оправдаться.

– Ты так ловко подлизалась к Эдвине, что умудрилась выцепить благословение, понимаешь, что это означает?

– Я не специально, – жалобно захныкала я и вырвала руку.

– Понравилось быть герцогиней? – неожиданно грубо заявил Делмар, и я опешила от его слов. – После полученного высочайшего благословения наш развод превратился в призрачную мечту, придется лет десять подавать прошения.

– Я не ожидала, что так получится. – Я с вызовом посмотрела на мужа, в уголках глаз защипали слезы обиды. – Можете засунуть свой титул в одно место, я ненавижу вас, и скорее брошусь с башни парламента, чем захочу стать вашей женой.

Вот же гад, и как я могла поддаться обаянию этого мерзавца и вообразить себе, что он хороший человек. Он порождение высшего общества, один из этих лицемеров, а я здесь чужая.

– Я придумаю, как получить развод, дойду до самого епископа, но освобожу вас от брачных уз, – пообещала я. – Скажу, что вы немощны в постели, и я желаю избавиться от такого ущербного мужа. Доктор Хоурд может подтвердить, что я остаюсь девственна.

Вот сейчас я, кажется, действительно перегнула палку. Мистер Ривс вновь поймал меня за локоть, намереваясь в принудительном порядке отвести в тихий уголок зала, но я была настороже. Не хотелось сейчас оставаться с мужем наедине, пока он смотрит на меня, точно бешеная собака, разве что пена изо рта не идет.

– Намереваетесь обвинить меня в импотенции? – А вот голос, напротив, звучал спокойно и холодно, что еще больше напугало меня.

– Для нашего общего блага, – пискнула я, пытаясь ускользнуть от него, но Делмар мертвой хваткой вцепился в мой локоть. Ну хорошо, я погорячилась, но он первый начал, я просто не сдержалась. Ведь знает же мой характер, мне достаточно искры, чтобы пламя разбушевалось.

– Сомнительное благо прослыть на всю Аверлению мужчиной, не способным лишить невинности собственную супругу.

– Зато у епископа не возникнет вопросов.

– И до конца жизни выслушивать за спиной насмешливые шепотки? Кто после этого станет меня уважать?

– Ничего позорного в этом нет, я слышала, что так бывает у пожилых джентльменов, – возразила я с негодованием.

– Но я-то молодой и здоровый.

Последние слова мистер Ривс произнес слишком громко, так что несколько человек, стоявших неподалеку, обернулись в нашу сторону. Я не на шутку испугалась, в голове промелькнула безумная мысль, что, если бы ни присутствие гостей, супруг немедленно полез бы доказывать свою мужскую состоятельность. Слишком воинственный вид был у него сейчас. Как-то боязно стало возвращаться с ним в одной карете, на леди Мадлен надежды никакой, она же закроет глазки и притворится, что спит, лишь бы побыстрее заполучить внука.

– Делмар, позволь поздравить тебя.

Мы с мужем оба вздрогнули и увидели подошедшую к нам пару. Высокий мужчина галантно взял мою руку и запечатлел поцелуй, при этом взгляд его голубых, почти прозрачных глаз внимательно изучал меня. Каштановые волосы незнакомца вились от природы, не то что у прохвоста Винсента, который, я уверена, пользовался щипцами, слишком тугие были у него завитки. Боже, какое красивое лицо! Немного смуглая кожа, черты слегка заострены, губы пухлые, а взгляд прекрасных глаз порочный.

– Мы обязательно пришлем подарок. – Его спутница тоже была красива: белая фарфоровая кожа, черные волосы уложены в безупречную прическу. Дама выбрала для бала голубое платье со сложной драпировкой, простое, но невероятно элегантное.

– Не стоит. – При виде этих людей мой супруг скривился, словно проглотил лимон.

– Пожалуй, я отправлю вам своего нового скакуна, – продолжал говорить мужчина, словно не расслышал Делмара. – Жеребец в прошлые выходные выиграл свои первые скачки.

– Я в детстве бывала на скачках, – проговорила я, невероятно воодушевленная. Надо же, у меня будет собственная скаковая лошадь.

– А почему сейчас не посещаете? – удивленно переспросила дама. – Кстати, Делмар все еще не представил нас.

– Лорд и леди Стафорд, – нехотя произнес мой муж. – Моя супруга леди де Ривс.

– Ах, эти условности. – Леди Стафорд очаровательно улыбнулась. – Для друзей просто Камилла. Делмар, ты слышал, что Персиваль в этом году выиграл выборы в парламент и претендует на место премьер-министра?

– Я читал в газете, – сухо произнес Делмар. – Сомневаюсь, что из всех достойных кандидатов лорды проголосуют за Стафорда.

– Не будь пессимистом, Дел. – Персиваль хлопнул моего мужа по плечу и хмыкнул. – Я как раз уверен в победе. В следующем месяце я стану самым могущественным человеком в стране, после королевы, конечно.

– Это здорово! Вы, вероятно, очень талантливый политик, – совершенно искренне воскликнула я. А что, полезно иметь знакомство с премьер-министром. Вот только почему Делмар так хмурит брови и морщится.

– Спасибо, леди Каринтия. – Персиваль расплылся в улыбке, ему явно понравилась моя простодушная похвала. – Совсем недавно решил баллотироваться в палату лордов. Всегда думал, что это не мое, но благодаря поддержке моего сводного брата и дражайшей Камиллы я добился на этом поприще заметных успехов.

– До сих пор удивлен, как тебе удалось пролезть в парламент, – пробурчал Делмар.

Да что это с ним, вот что за человек, не может радоваться чужим успехам.

– Не обращайте внимания на моего мужа, – постаралась я сгладить неловкость. – Он сегодня не в настроении.

– Делмар всегда такой бука, привыкайте, моя дорогая, – заявила Камилла, после чего они с супругом откланялись и покинули нас.

– Зачем же так грубить! – накинулась я на Делмара с упреками. – Этот Персиваль такой милый мужчина, приятный. Не стоит из зависти и дурного характера столь критично относиться к людям, так и врагов нажить недолго, да и друзей не заведете.

– А вы, как я погляжу, знаток человеческих душ. – Мистер Ривс потянулся к фужерам, наполненным белым вином, и, сделав глоток, немного расслабился. – Но в одном вы действительно правы, Перси чертовски обаятельный, но, к сожалению, при этом законченный мерзавец.

– И какой проступок имел неосторожность сотворить этот джентльмен? – Моя улыбка была очень ехидной. – Увел у вас из постели очередную мадемуазель?

– Соблазнил шестнадцатилетнюю сестру своего лучшего друга. – Делмар так сильно вцепился пальцами в бокал, что костяшки пальцев побелели.

Я ахнула, ну конечно, эти голубые глаза, столь светлого, почти небесного оттенка, как я сразу не догадалась.

– Вот же подлец! – возмутилась я. – Почему вы раньше мне не рассказали, я бы никогда не была с ним так любезна. Тут и думать нечего, Персиваль, вероятнее всего, приходился малышке Селине родным отцом.

– Еще и меня обвиняете! Вообще приличной даме следует сначала помолчать и узнать мнение мужа насчет его знакомых, а уже потом лезть в разговор.

– Это было проявление вежливости, и только, – насупилась я. – А вы почему же не вызвали этого гада на дуэль?

– А может, еще нужно было официально объявить, что моя юная незамужняя сестра носит под сердцем бастарда? – Делмар уже кипел, словно кастрюля с супом, забытая на плите. – Я порвал с ним всяческое общение, не стоит и говорить о том, что дружбе пришел конец. Не ожидал от своего старого друга такого предательства. Самое отвратительное, что всего за полгода до этого он женился на Камилле.

– Ваша сестрица тоже хороша, полезла в постель к женатому мужчине, – заявила я. – О чем она думала?

– Фелис была практически ребенком, а этот урод ее соблазнил, может, даже взял насильно, – в сердцах произнес Делмар. Было видно, что наш разговор давался ему с трудом, боль от старых ран не прошла.

– А по мне, так она прекрасно понимала, что к чему, – покачала я головой. – Мало того что нагуляла дите, так еще и сделала этого несчастного ребенка виновником своих неприятностей. Думается мне, мистер Ривс, что ваша сестричка заслужила не сочувствие, а хорошую взбучку.

От дальнейших препирательств с мужем нас спасло объявление распорядителя, что начались танцы. Еще дома мне выдали маленькую книжечку, в которой я должна была записать имена своих партнеров, в данный момент она была совершенно пуста. Хотя я знала всего несколько танцев, все же внутри теплилась надежда, что сегодня смогу немного развлечься. Когда заиграла мелодия полонеза, с надеждой взглянула на супруга.

– Пойдемте? – робко попросила я.

– Нет настроения, – холодно отозвался Делмар.

– Так захотелось потанцевать, – вздохнула я и отошла в сторону, чтобы не мешать другим. Глаза защипало от слез обиды, хотя я старалась бодриться и не раскисать. Ну и ладно, если желающих составить мне пару не нашлось, тогда пойду поищу, что тут можно поесть. Только дошла до фуршетного стола, как меня со всех сторон обступили одинокие кавалеры и засыпали комплиментами, вскоре в бальную книжку было вписано несколько фамилий особо отличившихся ловеласов. Я краем глаза поглядывала на Делмара, который находился возле своей матушки. Надеюсь, он видит, каким успехом я пользуюсь у мужчин в высшем обществе.

– Леди де Ривс, я заметил, что вальс у вас свободен. – Я обернулась на голос, который показался мне смутно знакомым. По правую руку от меня стоял полный молодой мужчина, его маленькие черные глазки уставились на меня с интересом. – Позвольте пригласить вас.

– Я рассчитывала танцевать его с мужем, – пролепетала я, лихорадочно вспоминая, где же могла слышать этот голос.

– Герцог Левиргейл увлечен беседой со своей матушкой, не думаю, что он разделяет ваши планы, – слишком настойчивый, даже, можно сказать, требовательный тон. О боже, я даже покачнулась, когда поняла, кто передо мной. Да это же тот самый толстяк, который лапал меня в доме леди Мелори. В тот вечер на нем была кружевная маска, как, впрочем, и на мне, но она скрывала лишь половину лица. К тому же голос с легкой хрипотцой и нестандартную фигуру я ни с чем не перепутаю.

– Вижу, вы тоже меня узнали, леди. – Незнакомец довольно улыбнулся. Воспользовавшись моим замешательством, он схватил меня за руку и повел в центр зала.

– Пара леди де Ривс и его высочества принца Эдуарда открывает большой вальс, – бесстрастно объявил распорядитель бала, а моя душа, кажется, сначала улетела в пятки, а потом и вовсе провалилась сквозь паркетный пол прямиком в подвал.

Глава 24

Его высочество слишком тесно прижимался ко мне, пока мы кружились по залу. Несмотря на тучную фигуру, принц весьма умело и ловко вальсировал, чувствовался большой опыт в танцах.

– Признаться, приятно удивлен нашей встречей, – шепнул Эдуард.

– А уж я как рада, – буркнула я, мечтая превратиться в птичку и, выпорхнув в окно, улететь отсюда подальше.

– Прошлый раз вы так быстро ускользнули из моих рук, что я не успел узнать вашего имени, – доверительно сообщил мне наследный принц.

Припоминая портреты его высочества в газетах, я все больше удивлялась наглости художников, ну как можно так льстить.

– Сейчас вы его знаете, – пролепетала я.

– Вы прекрасны, моя дорогая, – восхищенно закатывал маленькие глазки мой партнер. – И я рад счастливому случаю, который вновь соединил наши пути, вероятно, это судьба.

– На что вы намекаете? – Я нахмурилась, смутно предполагая, что Эдуард надумал приударить за мной.

– Я не намекаю, а открыто предлагаю стать моей любовницей, – проворковал принц и, притянув мою руку к своему лицу, впился слюнявыми губами в мои пальцы, оставляя на перчатке мокрые разводы.

– Прошу вас, ведите себя прилично, – испуганно прошипела я. Один неловкий жест и моей репутации при дворе придет конец. – Между прочим, я замужем, некрасиво с вашей стороны делать такие пошлые предложения приличной даме.

– Но, видимо, герцог не устраивает вас в постели, раз вы поехали в поисках новых впечатлений в дом леди Мелори.

– Знаете, ваше высочество, это мое личное дело, у кого бывать в гостях, – возмутилась я. – Тем более я была там до брака, а сейчас изменять мужу не намерена.

– А супруг знает о ваших прошлых похождениях? – лукаво осведомился Эдуард.

Я поджала губы, неужели этот толстяк задумал меня шантажировать?

– Знает, конечно, – кивнула я. – Даже больше скажу, мы там и познакомились, так что я уже нашла, что искала, и сейчас счастлива в браке. А если вы надумали угрозами склонить меня к греховной связи, то это вам выйдет боком. Я слышала, из Сантории недавно приехала ваша невеста, принцесса Алессия. Думаю, ей, придворным, да что уж мелочиться, всей Аверлении будет интересно узнать, где проводит вечера их будущий король.

Эдуард немного побледнел и перестал улыбаться.

– Хорошо, соглашусь, что для обоюдного удобства лучше оставить ту глупую вечеринку в тайне, – вздохнул принц. – Но вы не должны меня осуждать, посмотрите в левый угол, там ее величество беседует с Алессией.

Я выполнила просьбу Эдуарда и взглянула на его невесту: худая, бледная, длинный крючковатый нос, спускающийся до тонких губ. Ну да, не красавица, но он и сам на образец мужественности и привлекательности не тянет.

– Поняли? – обреченно простонал принц. – Я как увидел ее, у меня в глазах потемнело, решил утешиться таким вот экстравагантным способом, как поход на знаменитый прием леди Мелори. Но клянусь, это было в первый и последний раз. Матушка вообще держит меня в строгости, заставляет хранить невинность до брака. Убрала из дворца всех молоденьких горничных, оставила только безобразных старух, дабы не искушать мой юношеский пыл.

– А меня взять в любовницы каким образом вы хотели? – насмешливо осведомилась я. – Ее величество разве даст позволение?

– Вы согласны? – с надеждой спросил Эдуард.

– Нет, просто интересуюсь, – категорически ответила я.

– Настало время серьезных поступков, – заговорщически подмигнул принц. – Сейчас я готов поступиться приличиями, вы в этом зале как яркая луна среди тусклых звезд. Все только и говорят о прекрасной юной леди, покорившей сердце сурового герцога. Я тоже хочу так.

– Вы должны искать свою любовь, а не рушить чужую, – заявила я.

Музыка стихла, танец закончился, но Эдуард и не думал отпускать мою руку.

– Я провожу вас. – Он поклонился, и мы направились с ним к балкону. – Возможно, вы согласитесь немного подышать свежим вечерним воздухом, тем более мы еще не закончили разговор.

– А мне кажется, мы уже все выяснили. – Я посмотрела по сторонам, пытаясь отыскать глазами супруга.

– Каринтия, вы позволите вас так называть? – с надеждой спросил настойчивый поклонник. – С вами так легко, вы удивительная женщина.

– Я замужняя дама, – постаралась напомнить принцу о важности брачных уз.

– Мне кажется, я уже влюблен, – внезапно сообщил его высочество. – Я, конечно, тоже вступлю в брак по воле матушки и боюсь, что придется несколько раз исполнить супружеский долг, чтобы зачать наследника престола. Но потом я желаю жить в свое удовольствие и хочу, чтобы рядом была такая блестящая дама, как вы.

– Эй, попридержите коней, ваше высочество, – не на шутку рассердилась я. Куда понесло этого героя-любовника недоделанного? – Я люблю своего мужа и намерена хранить ему верность.

– Возможно, в будущем вы измените свое мнение? – Эдуард с надеждой заглянул в мои глаза, словно побитый голодный щенок, который мечтает, чтобы его забрали с улицы в теплый дом.

– Ваше высочество…

– Прошу вас, называйте меня Эдди, – перебил меня принц.

– Хорошо, Эдди, – кивнула я. – Самое большее, что могу обещать, это дружба и приятельские отношения, на большее не рассчитывайте.

– Но я буду ждать и надеяться, – довольно проворковал он.

– Эдди, не стоит… – Мой голос оборвался, когда я заметила выражение крайнего испуга, появившегося на пухлом лице моего собеседника. Резко обернувшись, увидела стоявшего прямо за моей спиной Делмара. Его карие глаза сейчас были чернее тучи, а на щеках играли желваки.

– Кажется, мне пора. – Мой несостоявшийся любовник тут же заспешил в зал, бросив меня на растерзание супруга.

Я отвернулась от Делмара, не желая выслушивать очередные упреки.

– Значит, его высочество для вас Эдди? – раздался вкрадчивый голос Делмара совсем рядом с моим ухом.

– Он сам попросил его так называть, – дерзко заявила я. Шею приятно щекотало его дыхание, на талию легла сильная рука, резко разворачивая к себе.

– Решила соблазнить принца, мало тебе герцога? – злобно проговорил Делмар.

– Даже в мыслях не было никого соблазнять, – прошептала я, пытаясь вырваться из его цепких объятий, но кольцо рук только сильнее стягивалось вокруг меня.

– Едва успел отвернуться, как тебя уже и след простыл.

– Сами виноваты, – фыркнула я, смущенная тем, с какой легкостью мистер Ривс перешел на ты, стирая дистанцию, которая была между нами. – Вы бросили меня в зале, отказались танцевать, что мне оставалось делать?

– Все что угодно, но не уходить с другим мужчиной на балкон, чтобы поворковать с ним наедине.

– Эдди, то есть я хотела сказать их высочество, сами потащили меня сюда. – Ну вот, я опять оправдываюсь. – Он просто хотел пообщаться.

– Вы ведете себя как уличная девка и позорите меня! – рявкнул Делмар.

Я не сдержалась и отвесила герцогу увесистую пощечину.

– Что я опять сделала не так? – закричала я, давясь слезами обиды. – Принц был в тот вечер у графини Мелори и, конечно, узнал меня. Потащил танцевать, а вы, вместо того чтобы быть рядом, убежали к маменьке и бросили меня одну на растерзание этим пираньям.

Взгляд мистера Ривса смягчился, несмотря на то что на левой щеке алел след от моего удара.

– Эдуард угрожал вам, чего он добивался? – Делмар сделал шаг ко мне и вновь заключил в объятия, теперь для того, чтобы утешить. Он нежно гладил по волосам, портя мою красивую прическу, но мне было все равно, я уткнулась носом в его сюртук и жалобно всхлипывала.

– Хотел услуг интимного характера, – сдала я Эдди со всеми потрохами.

– Я убью его, – сквозь крепко сцепленные зубы проскрипел Делмар. – Как он смеет делать такие предложения моей жене!

– Не нужно, он в общем-то неплохой человек, только жаждет любви и ласки, – вздохнула я, немного испугавшись бурной реакции супруга.

– Вы что же, согласились? – Мистер Ривс отстранился и посмотрел мне прямо в глаза, будто надеялся прочитать в них ответ на свой вопрос.

– Вы совсем дурной! – возмутилась я. – Конечно, я отказала его высочеству в весьма грубой форме. Нет такого человека, который смог бы сломить меня и принудить делать то, чего я не желаю.

– Это я уже понял, – хмыкнул Делмар.

– Тогда зачем задаете глупые вопросы. – Я опять прижалась к мужу, мне нравилось быть рядом с ним, чувствовать его защиту. – С вами так спокойно, как будто батюшка меня обнимает.

– Милое сравнение, – отозвался мистер Ривс. Он приподнял двумя пальцами мой подбородок, заставляя поднять лицо, наши взгляды встретились. – Я уже говорил, что вы шикарно выглядите?

– Не припомню, – промямлила я.

– Мама постаралась на славу, вы сегодня в центре внимания, все пересуды в кулуарах только о вашей красоте и тонком вкусе.

– А вы жались по углам, чтобы подслушивать чужие разговоры? – еле слышно произнесла я, следя за губами мужа. – Хотя о чем это я, это ваша работа, вынюхивать и выискивать.

– Хватит колкостей, – неожиданно сказал мой муж. – Слушайте комплименты и молчите.

Делмар наклонился, и я потянулась к нему, понимая, что сейчас произойдет нечто возмутительное, но невероятно желанное. Я быстро глянула за плечо супруга, чтобы удостовериться, что нас не потревожат, когда мы будем целоваться. Мой взгляд скользнул по проходу и зацепился за странную пару. Пожилая женщина в кудрявом парике держала за руку молодого человека, наверное, бабушка с внуком. Но следующая сцена заставила меня удивиться. Юноша бросился покрывать поцелуями морщинистую шею своей спутницы, попутно пользуясь языком.

– Каринтия, ты отвлеклась, – прошептал Делмар, пытаясь вновь завладеть моим вниманием. – Что тебя так заинтересовало?

– Тот мужчина, – задумчиво протянула я.

– Еще один? – взревел мой муж.

– Посмотрите, вам не кажется, что он похож на портрет нашего подозреваемого?

Делмар послушался меня и стал разглядывать молодого человека с длинными белокурыми волосами, перевязанными черной лентой. Слегка раскосые глаза, запоминающаяся квадратная челюсть, маленькие уши, ну точно, очень смахивает на жениха убиенной учительницы Шанталь Маро.

– Эй, молодой человек! – Мистер Ривс выпустил меня из объятий и сделал шаг по направлению к странной парочке.

Юноша, увидев Делмара, отпрянул от своей спутницы.

– Милорд, вы что-то хотели? – Он нервно сглотнул.

– Только не читайте нравоучения, – ничуть не смущаясь, заявила престарелая кокетка и, достав веер, развернула его и принялась обмахиваться, гордо вздернув нос. – Тоже, наверное, не для светской беседы уединились со своей дамой в тихом уголке.

– Мне нет дела до ваших развлечений, – отмахнулся Делмар. – Мне нужно поговорить с этим пылким юнцом.

– Но я вас не знаю, – промямлил тот растерянно.

– Зато мне все о вас известно.

Супруг явно блефовал, но его слова возымели нужный эффект: юноша побледнел и стал испуганно кусать губы.

– Ваша невеста Шанталь Маро недавно трагически погибла, – вкрадчиво начал мистер Ривс свой допрос. – Что вам об этом известно?

– Ты помолвлен? – возмущенно взвизгнула дама и, накинувшись на своего молодого спутника, стала бить его веером по плечам и голове. – Сколько я на тебя денег истратила! Новые часы, почти весь гардероб, а ты, оказывается, на два фронта трудишься.

– Мадам, вы, верно, плохо расслышали, девица-то скончалась. – Делмар постарался заслонить собой важного свидетеля от членовредительства.

Юноша воспользовался суматохой и рванул вперед, рассчитывая убежать, но, как только он поравнялся со мной, я ловко подставила подножку, и бедняга растянулся прямо на мраморном полу. Жалобно постанывая, он поднялся и тут же угодил в руки мистер Ривса.

– Умница, Каринтия, – одобрительно кивнул супруг. – Придется вести этого молодчика на допрос в контору.

– Не надо допросов. – Красивые глаза любителя старушек увлажнились. – Я ничего не знаю. Шанталь просто была клиенткой, я встречаюсь с женщинами за деньги.

– Как это? – не понял Делмар.

– Точно так же, как вы с Женевьевой, – язвительно пояснила я.

– Ну то женщина, ей положено дарить подарки, украшения, – хмурясь проговорил Делмар. – А этому детине зачем платить?

– Прелестно, – насупилась я. – Значит, для вас изначально все женщины продажные?

– Может, хватит препираться? – неожиданно вмешалась в разговор дама. – Вы же хотели допросить Антуанчика, а потом я рассчитываю забрать его, он еще не отработал новый шелковый шейный платок.

Антуанчик судорожно вздохнул и, с тоской посмотрев на нас, стал рассказывать. Шанталь наняла его некоторое время назад. Сначала это были одноразовые встречи, но вскоре истосковавшаяся по мужской ласке учительница всерьез увлеклась юношей.

– Я интересовался, откуда у рядовой служащей пансиона деньги на мои услуги, но она отмалчивалась, а в нашу последнюю встречу заявила, что вскоре станет богатой и сможет уйти с работы.

– Но хоть что-то мисс Маро должна была рассказать, – требовательно спросил Делмар.

– Жаловалась на директрису, коллег, бестолковых учениц, – пожал плечами Антуан. – А вот однажды Шанталь произнесла странную фразу, дескать, мисс Свен купила ей билет в счастливую жизнь, но больше я ничего выудить из нее не смог.

– Мисс Свен? – чуть не закричал мистер Ривс. – И все, больше ничего, ни имени, ни кто она такая?

– Нет, вроде ничего, – резко помотал головой юноша и глянул на меня в поисках поддержки, видимо опасался, что мой супруг начнет допрос с пристрастием. – Но постойте, насчет имени точно не припомню, то ли Тереза, то ли Твайла.

– Уже кое-что, – выдохнул мистер Ривс. – Из города не уезжай, завтра утром придешь на Ревер-стрит, одиннадцать, и повторишь все, что мне сообщил. У тебя будет целая ночь, чтобы еще раз прокрутить в голове подробности ваших встреч.

– Конечно, – радостно отозвался Антуан, удовлетворенный тем, что его не стали бить.

Мистер Ривс с довольным видом повел меня обратно в зал. Пробыв положенное время на балу, мы откланялись и отправились домой.

– Делмар, ты кажешься весьма довольным, – заметила леди Мадлен, когда мы ехали в карете. – Заметил, какое Каринтия произвела впечатление?

– Конечно, – хмыкнул мистер Ривс. – Особенно неизгладимое впечатление осталось у принца Эдуарда.

Мои щеки запылали, и я порадовалась, что в экипаже царил полумрак, иначе неловких вопросов от свекрови было бы не избежать.

– Самое главное, что ее величество одобрила брак, – проговорила герцогиня. – А уж если Эдвина дала добро, то, считай, свет принял нашу дорогушу.

Как быстро мне удалось подрасти от плебейки до дорогуши. Ехидно улыбнулась, старательно прикрывая рот рукой. Остаток пути мы выслушивали веселое щебетание леди Мадлен, думающей, что у нас с ее сыном наладились отношения. Вероятно, ее светлость заснет сегодня со счастливыми мыслями о будущих внуках, а вот мне предстояла весьма беспокойная ночь.

Глава 25

Всю ночь я ворочалась, не в силах заснуть, и только под утро меня сморил сон, но почти сразу же я услышала над ухом голос горничной:

– Леди Каринтия, доброе утро! – нарочито громко поздоровалась Грейс. – Завтрак на столе.

– Можно еще немножко поспать? – попросила я, накрываясь одеялом с головой.

– К сожалению, нет, – нагло заявила служанка и стащила с меня одеяло. – Ее светлость уже ожидает вас в малой гостиной, будете знакомиться с новыми учителями.

– Что? – У меня выпала челюсть от такой шикарной новости, герцогиня, верно, надумала дрессировать меня до смерти.

– Из столицы прибыл даже преподаватель танцев, – пояснила Грейс. – И еще парочка ученых леди.

– А что его светлость, одобряет действия своей матушки? – зло прошипела я сквозь плотно сцепленные зубы.

– Его светлость куда-то уезжает на несколько дней. – Служанка достала из шкафа платье и аккуратно повесила его на стул. – Кажется, это связано с его делами в Ордене, появилась новая ниточка в деле покойной леди Оливии.

Нет, ну каков подлец, благодаря мне нарыл улики, а сам решил улизнуть, оставив меня на растерзание своей маман.

– Его светлость еще не уехал? – спросила я, прищуривая глаза. В голове мысли уже выстраивались в хитроумный план.

– Карета подана, – пояснила Грейс. – Я видела, как Одри несла его светлости завтрак, думаю, минут через двадцать герцог отправится в путешествие.

– Замечательно, – завопила я, вскакивая с постели. – Помоги мне одеться, достань из зеленой коробки шляпку и плащ.

Распахнув комод, я взяла из верхнего ящика корсет, который можно шнуровать самой.

– Леди Каринтия, что вы задумали?

– Негоже шляться в медовый месяц без супруги, – мстительно проворчала я, натягивая на себя платье. В рекордные сроки я была готова, прическа, правда, выглядела отвратительно, но я прикрыла волосы шляпкой, взяла зонт и стремглав побежала вниз, боясь опоздать.

Я едва успела распахнуть дверцу экипажа, прежде чем возница тронулся. Мистер Ривс ошарашенным взглядом смотрел, как я, закидывая на сиденье рядом с ним дорожный саквояж и даже не взглянув в его сторону, сажусь напротив.

– Можно ехать! – прокричала я кучеру.

– Это еще что такое? – растерянно проговорил мой муж.

– Отправляюсь с вами. – Я скрестила руки на груди, готовая к очередной словесной перепалке.

– Ну что ж, хорошо. – Внезапно хищная улыбка, появившаяся на лице мистера Ривса, пошатнула мою уверенность, но карета уже тронулась, и жалеть о поспешном поступке я не стала.

– Куда мы направляемся? – поинтересовалась я, удобно устраиваясь на мягком сиденье.

– Я ехал в Элтроп, – насмешливо сообщил супруг. – А сейчас даже не знаю, может, стоит завернуть по дороге в тюрьму, посадить вас туда под арест в одну камеру с дядюшкой.

– Перестаньте пугать. – Я махнула на него рукой и издала нервный смешок. – Мы оба прекрасно знаем, что вы этого не сделаете.

– Мне очень жаль, что у вас сложилось такое ошибочное представление о моих возможностях.

– Я говорила не о возможностях, а о желаниях, – парировала я.

– И много вы знаете о моих желаниях? – прошептал Делмар и пересел на сиденье рядом со мной. – Кстати, хотел поблагодарить за наблюдательность, да и подножку вы ловко подставили этому жиголо, иначе мне пришлось бы бежать за ним через весь зал.

– Рада, что смогла быть полезной. – Я смутилась от его близости, едва уловимый аромат мужских духов долетел до моих ноздрей, и я запоздало подумала, что даже не успела умыться.

– Напомните мне, что мы хотели сделать, прежде чем вы приметили Антуанчика?

Я вжалась в угол, отчаянно краснея и смущаясь, а мистер Ривс откровенно забавлялся ситуацией.

– Уже не помню. – Мой язык заплетался, а руки, лежавшие на коленях, подрагивали.

– Вы хотели поцеловать меня, – проворковал Делмар и, взяв мою ладонь в свою, едва коснулся горячими губами кончиков пальцев.

– Еще чего! – Я резко выдернула руку. – Это вы, ваша светлость, схватили меня и держали в объятиях, пока я отчаянно сопротивлялась.

– Да бросьте, не так уж и отчаянно, – хмыкнул супруг.

Тут колесо кареты подскочило на ухабе, и мой саквояж, соскользнув с сиденья, плюхнулся прямо на ногу мистеру Ривсу. Я злорадно наблюдала, как тот морщится от боли.

Больше мистер Ривс не делал попыток вести себя неподобающе, вернулся на свое место и иногда перекидывался со мной общими фразами. От недосыпа под мерный стук колес я задремала и проснулась в полдень, когда солнце было в зените и нещадно светило в небольшое оконце кареты.

Я протерла глаза и задернула бархатную шторку.

– Долго еще ехать? – спросила я. Тело уже изрядно затекло, хотелось походить, чтобы размять ноги.

– Думаю, несколько часов, – отозвался Делмар. – Если хотите справить нужду, я остановлю карету.

– Буду благодарна. – Я потянулась, наблюдая за мужем краем глаза.

Он постучал по крыше, призывая возницу придержать коней. После непродолжительной прогулки я почувствовала себя гораздо лучше, правда, теперь уже хотелось есть.

– Поесть ничего нет? – осведомилась я у мужа.

– Простите, я не рассчитывал, что у меня будет компания, – ответил мистер Ривс. – Иначе попросил бы приготовить целую корзину снеди: жареную утку, кастрюлю тушеной капусты и пару килограммов фруктов.

– Как смешно, – скривилась я. – Тогда дайте хоть печенье, я знаю, у вас в карманах припрятано.

Делмар выгреб несколько крекеров и протянул мне, я с удовольствием отправила их в рот. Весь оставшийся путь мы проделали под активное урчание моего живота. В провинцию Элтроп въехали только к вечеру. Карета остановилась возле старинного дома.

– Милорд, как доложить о вас? – Лакей в синей ливрее, услужливо распахнувший дверцу нашей кареты, вопрошающе уставился на моего супруга.

– Герцог Левиргейл, – отозвался Делмар и направился прямо к дверям.

Я поспешила за ним, попутно оглядываясь по сторонам. Я никогда раньше не была в этой местности, да и вообще дальше окраины нашей столицы редко где бывала, а точнее, вообще нигде. Судя по всему, серый замок с узкими решетчатыми окнами был построен несколько веков назад, значит, семья, обитающая здесь, принадлежала к знатному и древнему роду.

– Делмар, какой приятный сюрприз. – На пороге показался высокий черноволосый мужчина в бордовом плюшевом халате, накинутом на обнаженную грудь. В левой руке незнакомец держал дымящуюся сигару, а другую откинул в сторону, собираясь обнять моего супруга.

– Брендон, приютишь нас на пару дней? – попросил мистер Ривс.

– Какой разговор, – кивнул хозяин дома. – А ты познакомишь меня с этой очаровательной крошкой?

– Долго же до вашей деревни идут слухи, – вздохнул Делмар. – Эта крошка – моя супруга Каринтия.

– Вот как? – Брови Брендона взметнулись вверх. – Приглашение на свадьбу, видимо, затерялось на моем комоде, раз я не попал на ваше венчание.

– Это долгая история, – проворчал Делмар. – Сначала накорми ужином мою изголодавшуюся жену, а потом я все тебе расскажу.

Я приосанилась, вот же какой молодец, заботится обо мне, не забыл, что я голодная. Лакей проводил нас до гостевой комнаты, расположенной на втором этаже. Первое очарование старинным замком тут же улетучилось, когда я оказалась в покоях, в которых со свистом гуляли сквозняки.

– Этот дом достался Брендону вместе с титулом графа Арундела, – заявил мистер Ривс.

Я обернулась и увидела, что он, даже не снимая сапог, завалился на кровать.

– Вы что же, намерены спать здесь? – испугалась я.

– А почему бы нет, очень удобная и мягкая кровать. – Делмар сел и нарочно попрыгал на перине, проверяя на упругость.

– Я не буду спать с вами в одной постели, – категорически отказалась я от такой перспективы.

– Там в углу есть старая софа, – ехидно промолвил супруг и, взяв подушку, кинул ее в меня.

– Если вы джентльмен, то уступите мне это ложе, – проворчала я и уперла руки в бока.

– Вы нагло украли у меня свободу, оставьте хотя бы кровать, – нарочно жалобно проговорил Делмар. Повалявшись немного, он встал и оставил меня в одиночестве, давая возможность спокойно привести в порядок волосы и переодеться к ужину.

Когда я спускалась в столовую часом позже, то застала оживленную беседу. Мистер Ривс непринужденно смеялся, а его друг Брендон громко хохотал.

– Дел, это феерично, – простонал граф, давясь от смеха. – Из твоей истории можно сделать вывод, что спасать хорошеньких девушек от маньяков себе во вред.

– Это еще что, у нее же был выбор между мной и наследным принцем!

Новый приступ хохота сотряс столовую, а я поджала губы и нахмурилась. Зачем Делмар рассказал все своему другу, он даже с матерью не был так откровенен.

– А вот и наша звезда, – просиял Брендон при виде меня, встал и учтиво поклонился.

– Я смотрю, мистер Ривс не умеет держать язык за зубами, – проговорила я, сбитая с толку.

– У Дела нет секретов от меня, – хмыкнул граф.

– В таком случае, раз вы в курсе наших с ним отношений, прошу предоставить мне отдельную спальню, – сказала я.

– Конечно, не хочется, чтобы вы лишили Делмара еще и чести. – Брендон заржал как конь, и мне захотелось воткнуть в него вилку. – Ведь свободу он уже потерял.

– Его честь в полной безопасности, – дернула я плечиком. – Нас будут сегодня кормить?

За ужином друзья все так же обменивались шутками, я впервые видела мужа таким веселым и расслабленным. Брендон рассказал, что собирается вскоре переезжать из старого замка поближе к столице. Новый современный особняк со всеми удобствами и роскошным садом почти построен, осталась только отделка.

– У вас такие добрые отношения, вы, верно, дружите с детства? – поинтересовалась я.

– Вообще-то мы знакомы всего лет семь. Правда, Дел? – сказал граф. – Ваш дражайший супруг выяснил, что я даурт, и долго гонялся за мной, пытаясь заставить работать на паладинов.

Интересно, у графа, значит, тоже есть магические способности.

– Что же вы умеете? – спросила я.

– Почти то же самое, что и Селина, – счел нужным ответить за друга Делмар. – Его душа на некоторое время может покидать тело. Представляешь, сколько тайн можно выведать и заговоров раскрыть, если бы этот лентяй больше времени уделял своему долгу перед короной.

– Если граф не желает служить Ордену, у вас нет права насильно удерживать его там, – возмутилась я, думая о Мэделин.

– Вот, прислушайся к супруге, – улыбнулся Брендон.

После ужина мы прошли в небольшую гостиную, украшенную старинными гобеленами. Пока я разглядывала, как выцветшие за долгие годы благородные рыцари спасали прекрасных дам от драконов, мужчины уселись в кресла и продолжили болтовню.

– Какой прекрасный рояль, – всплеснула я руками, увидев роскошный белый инструмент, притаившийся возле окна. – Вы играете?

– Балуюсь иногда, – кивнул Брендон. – Нужно же как-то развлекать себя в этой глуши.

– Я давно не разминала пальцы, вы позволите?

– Конечно, о чем речь!

Я подошла к роялю и, откинув крышку, уселась на стул. В детстве, когда бывала в гостях у Эммы, часто присутствовала при ее занятиях с преподавателем музыки, тот и меня заодно научил играть. Ах, какой великолепный инструмент, и отлично настроен. Я пробежала пальцами по клавишам, по комнате полилась нежная мелодия.

– Позвольте, Каринтия, я помогу вам. – Брендон поставил рядом со мной еще один стул. – Этот романс лучше играть в четыре руки.

Наши руки запорхали, создавая чарующую музыку. Граф играл виртуозно, я едва поспевали за ним. Брендон периодически поднимал на меня синие глаза, ловя взгляд.

– У вас отличный дуэт. – Мистер Ривс громко зааплодировал, когда мы закончили. На его лице появилось странное выражение, улыбка погасла.

– Пожалуй, пора идти спать. – Я тяжело дышала, разгоряченная быстрым темпом.

– Позвольте проводить вас. – Брендон слишком проворно вскочил на ноги, за что мистер Ривс наградил его злобным взглядом.

– Я сам в состоянии сопроводить супругу, – холодно отчеканил он и, схватив меня за локоть, потащил наверх.

– Что вы опять устроили? – прошипел он, когда мы остановились перед дверью в комнату.

– Если ревнуете, так и признайтесь, – крикнула я. Мне уже надоели его глупые капризы, опять я во всем виновата.

– С чего бы мне ревновать вас, да я мечтаю о том дне, когда освобожусь от такой назойливой девицы, – почти прохрипел Делмар и, схватив меня за плечи, резко притянул к себе и впился своими губами в мой рот.

Глава 26

Поцелуй длился целую вечность, горячие губы Делмара грубо терзали мои, заставляя раскрыться и пустить внутрь язык. Сердце, до этого неистово бившееся в груди, сейчас, казалось, замерло вместе с моим дыханием, а потом вновь затрепетало, переполненное доселе неизведанным восторгом. Сильные руки скользнули на талию и еще теснее притянули меня, так что наши тела соприкоснулись. Я запустила пальцы в его густые пшеничные волосы, отчаянно желая никогда не останавливать сладкий момент.

Он целовал меня неистово, словно уставший путник, припавший к целительному источнику посреди знойной пустыни.

– Делмар, – прошептала я, когда он наконец отпустил меня. Наши взгляды встретились, я не выдержала и опустила глаза.

– Я сошел с ума, – хрипло выдохнул муж.

Странное чувство захватило меня, в глубине души разливалась трепетная нежность, а под ложечкой приятно покалывало.

– Прошу прощения, не знаю, как это получилось. – Мистер Ривс сделал шаг назад, и я испуганно дернулась за ним.

– Ничего страшного, – покачала я головой и, протянув руки, коснулась его груди, ощущая биение сердца. – Я ничуть не обиделась.

Делмар вновь заключил меня в объятия и стал покрывать шею и плечи поцелуями, я таяла от его прикосновений, ощущая себя ледяной скульптурой, попавшей под лучи яркого летнего солнца. Окружающий мир перестал для меня существовать, сейчас были лишь мы вдвоем, и больше никого, волны блаженства накатывали с новой силой, заставляя тонуть в водовороте наслаждения.

– Прости, я не могу.

Я застонала от разочарования, когда супруг вдруг отпрянул от меня и, развернувшись, почти побежал по коридору. Не знаю, сколько я простояла возле дверей, прежде чем взяла себя в руки и вошла в комнату. Даже не зажигая свечу, довольствуясь светом полной луны, я разделась и легла в постель. Некоторое время пролежала, прислушиваясь к каждому шороху, доносившемуся снаружи, но мистер Ривс так и не появился этой ночью в спальне.

Утром проснулась с первыми лучами солнца. Услужливая горничная принесла завтрак, к которому я не притронулась. Нет, дело не в том, что местный повар готовит хуже нашего Жан-Поля, на вид оладьи были вполне съедобными, и я уверена, даже вкусными, но есть совершенно не хотелось. То, что произошло вчера вечером, живо всплыло в памяти, заставляя краснеть до самых корней волос.

Служанка помогла мне помыть и уложить волосы, ее тонкие умелые пальцы заплели великолепные косы.

– Вам поднять их наверх, леди Каринтия? – спросила она, собираясь заколоть косы.

– Нет, пусть будет так, – неожиданно решила я.

Спускаться вниз в гостиную не хотелось, ведь там будет мистер Ривс. Я не знала, как он поведет себя, может, одарит холодным презрением. С ужасом думала о том, что практически отдалась мужу прямо в коридоре. В душе у меня бушевало пламя стыда, но самое страшное, что я понимала: мои чувства к мужу изменились, мне нравились его прикосновения, я сама желала, чтобы он целовал меня.

– Доброе утро, Каринтия. – При виде меня Брендон вскочил с кресла. – Как вы себя чувствуете? Правда, что воздух в провинции гораздо чище, чем в вашей столице?

Мне вообще дышать было трудно независимо от степени качества здешнего воздуха, поэтому согласно кивнула и учтиво улыбнулась. Мистер Ривс даже не взглянул в мою сторону, просто сидел и пил крепкий кофе, терпкий запах которого защекотал ноздри. Темные круги под глазами его светлости говорили о том, что если супруг и спал этой ночью, то всего пару часов.

– Если позволите, я покажу вам окрестности, – проговорил Брендон. – Тут недалеко есть развалины старого королевского дворца, в котором водятся привидения. Несчастные души зверски замученных узников из темных подземелий до сих пор бродят там.

– Я не верю в призраков, – отозвалась я, бросая украдкой взгляды на мужа.

– В детстве я часто убегал на эти руины и сам неоднократно видел привидение, гремящее кандалами, – не унимался Брендон. – После обеда я покажу вам, уверен, тогда вы точно поменяете свое мнение.

– Я с удовольствием приму ваше приглашение на прогулку, – кивнула я.

Делмар все же оторвался от своей чашки и хмуро посмотрел на друга.

– Моя супруга сопровождает меня, чтобы помочь с расследованием, – заявил он и со стуком поставил чашку на блюдце. – И отправится вместе со мной по делам Ордена.

– Ничего, тогда вечером я покажу вам один фокус, – подмигнул мне Брендон. – Я же тоже могу становиться призраком на некоторое время, если можно так выразиться. В детстве я ужасно пугал этим свою няню. Когда бедняжка в первый раз увидела бездыханное тело, подумала, что я умер. Переполошила весь дом, но когда на крики сбежались родные и слуги, то они застали меня на кровати, хихикающего, живого и здорового.

– Племянница Делмара малышка Селина тоже балуется подобным образом, – хмыкнула я. – Чуть заикой не стала от ее шалостей.

– Тут, главное, жесткий контроль над ситуацией. – Внезапно выражение лица Брендона стало серьезным. – Если не удастся вовремя вернуться в тело, то действительно смерть неизбежна, душа может заплутать и навечно остаться бродить по миру, или ее затянет в великую бездну, откуда нет пути назад.

– Именно поэтому я запрещаю Селине пользоваться своими способностями, – недовольно пробурчал мистер Ривс.

– А меня заставляешь рисковать и работать на Орден, – хмыкнул Брендон. – Между прочим, я еще молод, планирую обзавестись семьей и как минимум семерыми наследниками.

– Но ты же опытный, знаешь, как быстро вернуться назад без ущерба для здоровья, – отозвался мой супруг.

– Нужен своего рода маяк, предмет, который притягивает, – пояснил мне Брендон. – Нельзя просто покинуть тело и отправиться путешествовать, дальше комнаты я не смогу уйти. Но есть определенные предметы, дорогие моему сердцу, которые служат порталами и помогают за считаные секунды перемещаться не только между домами, но и городами.

– Догадываюсь, о чем вы говорите. – Я заволновалась от внезапно открывшейся догадки. – У Селины есть заяц Милаш, она всегда появлялась рядом с ним, возможно, для девочки он тоже служит магнитом. В таком случае, может, поведаете, какие маячки есть у вас?

– Нам пора. – Делмар поднялся на ноги, не дав нам продолжить разговор. – Нас с миссис Ривс ждут, встреча назначена на час дня.

Я покинула мужчин, чтобы сходить за шляпкой и зонтиком, Делмар терпеливо дожидался меня на улице, стоя под палящим солнцем. Он сам распахнул передо мной дверцу экипажа и помог забраться по складной лесенке внутрь.

– Благодарю, – тихо сказала я, усаживаясь на сиденье, мистер Ривс скользнул следом за мной и сел рядом.

– Тебе удобно? – заботливо осведомился муж, отчего я занервничала. Не к добру он такой галантный.

– Может, немного введете в курс дела, куда мы направляемся? – спросила я.

– В дом Тессы Свен, – проговорил Делмар и неожиданно взял мою руку в свою, его ладонь была ледяная, и я непроизвольно вздрогнула.

– Это та мисс, про которую говорила учительница Маро? – с трудом выдавила я, чувствуя кожей холод от пальцев Делмара. – Поэтому мы приехали сюда, чтобы поговорить с ней?

Мистер Ривс, вместо того чтобы ответить на мой вопрос, замолчал. Я облизала внезапно пересохшие губы и уставилась на мужа, не зная, как реагировать на его поведение.

– То, что было вчера… – Делмар наконец прервал молчание, но я тут же перебила его:

– Было ошибкой, – почти выкрикнула я, опасаясь, что он первый так скажет, но супруг, вопреки моим ожиданиям, отпрянул от меня, словно я дала ему пощечину.

– Ошибкой? – расстроенно проговорил он.

– Разве не это вы хотели сообщить? – Настал мой черед удивляться, вот не поймешь его.

– Я повел себя как трус, когда сбежал вечером, – сказал Делмар. – Испугался, что не смогу остановиться и возьму тебя. Каждый раз, когда я смотрю на твое лицо, у меня начинает закипать кровь, хочется поднять тебя на руки и отнести в спальню.

Супруг осторожно взял мою руку и погладил пальцы, словно я маленький ребенок, а он, взрослый солидный дядя, объясняет мне элементарные вещи.

– Я с детства понимал, что рано или поздно мне нужно будет жениться. Заключить брак с приятной милой девушкой, родить наследников, чтобы продолжить династию. Но мне повезло, я полюбил свою невесту. Оливия обладала теми качествами, которые я так ценю в женщинах: была скромна, хорошо воспитанна, покорна и никогда не лезла в мои дела.

Я выдернула ладонь из его пальцев и, спрятав в складках юбки, с силой сжала в кулак. Его драгоценная Оливия была моей полной противоположностью, настоящая леди, достойная стать герцогиней, я же, точно курица, нацепившая на себя перья павлина, сколько ни старайся, все равно не станешь благородной птицей.

– Мне жаль, что вы потеряли невесту, – хрипло сказала я. Со стороны мой голос звучал глухо и отстраненно.

– Долгие месяцы я был одержим местью, желал наказать ее убийцу. Когда Гровер уже практически взошел на эшафот, выяснилось, что он невиновен. Да кому я это все рассказываю, ты же сама стала свидетельницей всех событий, ворвалась в мою жизнь, будто ураган, сметающий все на своем пути.

– Я не специально, – попыталась я неловко оправдаться, уже, наверное, в сотый раз. Да, я знаю, что виновата, не стоит постоянно напоминать об этом.

– Меньше всего на свете я желал обзавестись семьей и женой в этот момент, – продолжил Делмар, словно и не слышал моих невнятных бормотаний. – Вошел в твое тяжелое положение, простил и даже уже перестал злиться, но вот незадача, я, кажется, против собственной воли увлекся тобой, так что важное для меня расследование отошло на второй план.

Я навострила ушки, впитывая в себя каждое слово мужа. Дышать внезапно стало трудно, я сделала несколько глубоких вздохов, чтобы выровнять дыхание.

– Я брал в руки бумаги и не видел букв, мысли уплывали в малую гостиную, где ты занималась со смазливым юнцом Филбертом. Я страшно боялся, что он решит заняться с тобой чем-нибудь гораздо интереснее, чем придворный этикет. Но, слава богу, учитель быстро ушел из нашего дома, даже не пришлось выставлять его за дверь. И вот только немного расслабился, мысли пришли в порядок, как я замечаю на балу рядом с тобой помимо десятка поклонников еще и наследного принца, лобызающего тебе ручки.

– Вы так сильно ревновали меня? – ахнула я. А по нему и не скажешь, на лице все время выражение мороженой селедки.

– Еще как, – выдохнул Делмар и, приблизив ко мне лицо, горячо зашептал в ухо: – Но последней каплей стал Брендон. Мне показалось, пока я буду заниматься делами, у меня из-под носа уведут собственную жену.

– Фиктивную жену, – напомнила я, но Делмар не стал слушать и, приблизив лицо, робко дотронулся губами до моего рта, я непроизвольно открыла его, позволяя языку мужа проникнуть сквозь зубы. Его действия вначале были робкими, но потом Делмар осмелел и уже полностью властвовал над моими устами. Губы горели, но я и не думала отстраняться, наслаждалась каждым мгновением опаляющего поцелуя и радовалась новым чувствам, обуревающим мое сердце.

– Ты хочешь, чтобы я остановился? – тяжело дыша, спросил мой супруг.

Я отрицательно помотала головой и вновь притянула его к себе, судорожно вцепившись пальцами в пшеничные волосы. Делмар стал покрывать поцелуями мою шею, спускаясь все ниже. Его язык нежно касался кожи, заставляя дрожать от удовольствия. Сильные руки гладили талию, пытаясь проникнуть сквозь плотный корсаж, но маленьких крючков на спине было слишком много, и он бросил бесполезное занятие. Его рука скользнула вниз и, проникнув под юбку, коснулась гладкого шелка панталон, заставляя меня выгнуться от нахлынувшего наслаждения. Внезапно карета покачнулась и остановилась. Послышались тяжелые шаги возницы и стук в дверь.

– Ваша светлость, мы на месте!

Делмар с сожалением выпустил меня из объятий, а я еще некоторое время хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. С трудом взяла себя в руки и, расправив платье, выскользнула из кареты вслед за мужем. Опираясь на его руку, прошла к двухэтажному дому с высоким кованым забором. Мы ступили на дорожку, засыпанную мелким гравием, вокруг нее было разбито несколько круглых клумб, а дальше простирался небольшой ухоженный сад.

– Что мы здесь делаем? – поинтересовалась я у супруга.

– Сейчас увидишь, – ответил Делмар и тронул дверной молоток. Через некоторое время дверь распахнулась, на пороге показалась молоденькая служанка в накрахмаленном белоснежном фартуке и чепце.

– Доложите, что прибыл герцог Левиргейл с супругой.

Девушка округлила глаза и, присев в низком реверансе, посторонилась, пропуская нас в гостиную, а потом сразу же убежала исполнять просьбу.

Я опустилась на низкую голубую софу, а Делмар встал у окна. В комнате повисло неловкое молчание, я подбирала слова, чтобы начать разговор с супругом, когда в гостиной появилась хозяйка. Полная дама лет пятидесяти в светло-бежевом платье с множеством оборок и излишне пышными рукавами сделала книксен и выжидающе уставилась на нас.

– Ваша светлость, чем обязана такому визиту? – наконец удивленно воскликнула она. На руках у женщины сидела миниатюрная болонка, на голове которой красовался большой розовый бант. Собачка тоненько тявкнула и смешно пошевелила ушками.

– Миссис Свен, я прибыл с визитом к вашей дочери Тессе, – пояснил муж. – Мне необходимо побеседовать с ней об очень важном деле.

– Я все еще ничего не понимаю. – Дама растерянно похлопала ресницами и капризно надула губы. – Тесса – моя племянница, вернее, моего покойного супруга.

– Позовите ее, прошу вас. – В голосе моего супруга послышалось раздражение. – Может, я недостаточно ясно выразился, это дело государственной важности. Я, как представитель Ордена паладинов, желаю видеть ее немедленно.

– Вот как! – Брови миссис Свен взлетели вверх. – В таком случае, милорд, вам придется проводить спиритический сеанс, чтобы поговорить с Тессой. Видите ли, четыре года назад она погибла.

– Что за ерунда?! – покачал головой Делмар. – В пансионе, где она училась, мне сообщили, что девушка окончила последний курс и уехала домой.

– Так все и было, – кивнула миссис Свен и нагнулась, чтобы спустить на пол свою собачку. Болонка завертелась на месте и несколько раз недружелюбно тявкнула в мою сторону. – Но курс она окончить не успела, на самом деле ей просто выдали бумагу и отправили в Элтроп. Знали бы вы, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы замять тот гадкий скандал. Тесса вообще всю мою кровь выпила, хорошо, что я в свое время не стала заводить детей, с ними одни проблемы. То ли дело мои собачки, прекрасные создания слова поперек не скажут.

Маленькая болонка в поддержку своей хозяйки заливисто облаяла нас.

– После смерти ее родителей нам пришлось забрать девчонку к себе. Она всегда была такая молчаливая, скрытная, могла целыми днями просиживать в своей комнате, ничем при этом не занимаясь. Покойный мистер Свен определил ее в лучший пансион столицы, думал, получит племянница образование, найдет себе солидного жениха, но, увы, вместо этого она ответила черной неблагодарностью – вернулась домой беременная невесть от кого. Это так подорвало здоровье моего бедного мужа! К счастью, Тесса осознала свою ошибку и, дабы избавить нас от позора, утопилась в реке.

Я вытаращила глаза на хозяйку дома. Она что, шутит? Как можно говорить такие страшные вещи и даже не морщиться. Нет, кажется, дама на полном серьезе радуется смерти несчастной племянницы и ее нерожденного ребенка.

– Это все? – сухо осведомился Делмар, когда миссис Свен закончила свой рассказ.

– Да, больше мне ничего не известно, – пожала плечами дама. – Ваша светлость, может, вы останетесь на чай, так приятно завести знакомство с такими важными людьми.

– Не стоит!

Я резко встала, давая понять, что распивать чаи с этой дамой не входит в мои планы и удовольствия не доставит.

– Как жаль, что вы уже уходите, – засуетилась миссис Свен, но мы и слушать ее больше не стали, поспешили поскорее покинуть дом.

– Мерзкая тетка, – заявила я, когда мы вышли на улицу.

– К сожалению, больше вопросов, чем ответов на них. – Делмар запустил руки в волосы и встряхнул их. – Сейчас приедем в замок, и я отправлю карету за Блейз, может, от нее будет хоть какой-то толк.

Я не знала, как утешить мужа, жаль, что расследование не сдвинулось с места и еще больше запуталось. Странное сходство – смерть Тессы совпала по времени с убийствами Оливии и ее подруги, возлюбленной Гровера.

– Ты обязательно все выяснишь, – ободряла я Делмара на обратном пути, стараясь поднять ему настроение. Осмелев, пригладила ладошкой растрепанные волосы, а он перехватил мою руку и прижался к ней губами.

– Хорошо, что ты рядом со мной, – прошептал муж.

Я улыбнулась от счастья, это, конечно, не признание в любви, но тоже очень приятно. Сама я, кажется, уже по уши влюбилась в этого грозного герцога, способного одновременно выводить меня из себя и заставлять трепетать от желания очутиться в его сильных руках. Так хотелось выпросить еще хоть один поцелуй, но я понимала: карета не место для таких нежностей, нужно соблюдать приличия и вести себя осмотрительно.

Я сразу же поднялась наверх, как только мы прибыли в замок Брендона. Жаль, что здесь нет Грейс, придется самой переодеваться и делать прическу к ужину. Сегодня вечером я хотела быть особенно привлекательной для Делмара. Дверь тихо скрипнула, я как раз боролась с непослушными крючками на спине, пытаясь расстегнуть платье.

– Хорошо, что ты пришла, – крикнула я, не оборачиваясь, пытаясь одновременно вспомнить имя служанки. – Помоги мне раздеться.

– С большим удовольствием!

Я подпрыгнула от неожиданности, услышав голос супруга. Делмар мягкой поступью приблизился ко мне и, проворно справившись с застежкой, спустил платье с плеч.

– Ваша светлость, вы замечательно управились с обязанностью горничной, – прошептала я, чувствуя, как он касается губами моей шеи, а кожа покрывается мурашками.

– У меня вообще много талантов. – Его горячее дыхание опаляло, платье скользнуло вниз, оставляя меня стоять в одной короткой сорочке. – Позволь снять все остальное.

Я развернулась к мужу, судорожно дергая завязки корсета. Наконец тесьма немного ослабла, и этот предмет дамского туалета оказался лежащим у моих ног.

– Ты прекрасна.

Делмар опустился передо мной на колени и начал осторожно ласкать мои колени, а затем стал нежно подбираться к бедрам, надежно прикрытым тонкой тканью панталон. Он поднял на меня взгляд и нерешительно заглянул в мои глаза, боясь увидеть в них страх, но я лишь тихо застонала, сраженная чувственным наслаждением, которое дарил мне Делмар. В его карих глазах полыхнуло пламя, а губы изогнулись в довольной улыбке. Схватившись за подол сорочки, муж задрал ее наверх с намерением снять с меня последние детали одежды. Я смущенно попыталась прикрыть обнаженную грудь, но он поднялся и, с легким смешком отодвинув мои руки, стал любоваться округлыми соблазнительными полушариями.

Вдоволь насмотревшись, Делмар сделал шаг назад и, схватившись за свою рубашку, резко сдернул ее через голову, даже не удосужившись расстегнуть пуговицы. Небрежно бросил ее туда, где уже лежало мое платье. Затем поспешно нагнулся и стянул черные кожаные сапоги. Я, сощурив глаза, словно довольная сытая кошка, наблюдала, как играют мускулы на его спине и широких плечах. Передо мной сейчас стоял невыносимо красивый мужчина, мой муж, мой. Я закусила губы и, уже не сдерживая возбуждения, позволила себе прильнуть к его груди, ощущая каждой частичкой тела его энергию и мощь. В первый раз я видела Делмара без его вечной надменности и невозмутимости, передо мной сейчас стоял совершенно другой человек, притягательный, излучающий животную мощь и силу.

Муж подхватил меня на руки и, словно невесомую пушинку, отнес на постель. Тело напряглось и выгнулось дугой, живот заныл от будоражащих прикосновений разгоряченного мужчины. Вовлеченная в сумасшедший вихрь новых ощущений и эмоций, внезапно поняла, что еще мгновение, и я уже не буду прежней. Волна стыда накатила на меня, но я не желала сейчас слушать доводы внезапно проснувшегося разума, расслабившись, полностью отдалась во власть своих чувств. Наши тела сплелись в быстром танце страсти, даря наслаждение и умиротворение.

Глава 27

Я слегка зарделась под пытливым взглядом Блейз. Кажется, этой женщине достаточно просто посмотреть тебе в глаза, и она уже знает всю твою подноготную. Вплоть до того, что я ела на ужин и что делала с собственным мужем ночью в спальне.

– Мы полночи ехали в Элтроп, дай хоть передохнуть немого, – взмолился Ардет.

Он уплетал ароматные блины, щедро поливая их брусничным сиропом. Его спутница сняла накидку и, рассыпав по плечам густые рыжие волосы, ловко спрятала обожженную сторону лица.

Брендон слегка удивился наплыву непрошеных гостей, но вида не подал и радушно принял сотрудников моего супруга.

– Ардет, жуй быстрее, у нас много дел, – торопил Делмар друга.

– Каринтия, скажи этому сварливому лорду, что на пустой желудок плохо думается, – обратился Ардет ко мне за поддержкой, но мне как раз есть сегодня и не хотелось, я лишь поковыряла вилкой в тарелке и выпила немного чая.

Стыдно вспомнить, что мы с Делмаром творили вчера под покровом ночи. Утром я проснулась от того, что мой супруг во все горло распевает песни и умывается в тазу. Перемена в поведении Делмара показалась мне забавной, вот уж не думала, что этот железный рыцарь может вести себя подобным образом. Он со смехом обрызгал меня теплой водой, заставляя встать с постели и двинуться к нему, чтобы отомстить. Я улыбнулась приятным воспоминаниям и осторожно коснулась пальцами шеи, там, где кожа до сих пор горела от его страстных поцелуев и прикосновений.

– Все, хватит. – Блейз решительно встала со своего стула и, накинув на плечи плащ с глубоким капюшоном, направилась к выходу. – Я жду вас в экипаже.

– Возьмите меня с собой, – жалобно попросила я мужа. Кажется, сейчас я не в силах расстаться с ним даже на пару часов.

– Конечно, – кивнул Делмар.

Вот так просто, без лишних споров и пререканий. Боже, какая-то добрая фея заколдовала его, а я и не заметила.

– Идем, идем, – проговорил Ардет с набитым ртом. – Нам лишняя пара наблюдательных глаз только на пользу.

Надев шляпку и жакет, я присоединилась в карете к своему супругу и его друзьям. С трудом подавляла желание обвить руками шею Делмара и покрыть его лицо поцелуями. Так приятно было находиться рядом с ним. Я даже немного заерзала на сиденье, когда на мгновение представила его обнаженное тело с каплями воды, стекающей по коже, – картина, которую я имела удовольствие наблюдать утром, пока супруг умывался. У нас не было возможности спокойно поговорить и обсудить будущее. Для меня, несомненно, все кардинально изменилось после вчерашней ночи. Искренне надеюсь, что и Делмар разделяет эти чувства. Я гнала от себя непрошеные мысли, которые больно покусывали душу, возможно, наша близость ничего не значит для мужа. Нет, не хочу думать об этом.

– И куда же мы направляемся? – нарочито бодрым голосом осведомилась я.

– На кладбище, – отозвался Делмар, и я услышала смешок Ардета.

– Не слишком романтично, Дел, может, отвезем наших девушек в более изысканное место.

– Кто это тут твоя девушка? – возмущенно осведомилась Блейз.

– Я просто неправильно выразился, – улыбнулся Ардет.

– Впредь прошу подбирать слова.

Я смотрела на эту парочку и понимала, что между ними определенно что-то есть. Как бы ни хотела Блейз выглядеть отстраненно рядом с Ардетом, но ее непроизвольные движения, быстрые взгляды давали намек на более чем дружеские отношения между коллегами. Вот же чудачка, чего она ломается, такой красивый мужчина добивается ее внимания, а она нос воротит.

Кладбище оказалось за городской чертой, ровная дорога довольно быстро сменилась на ухабистую. Мы то и дело подпрыгивали на сиденьях, когда колеса наскакивали на очередную кочку или проваливались в рытвину. Наконец экипаж прибыл на место, и я с облегчением вздохнула. Смотритель, увидев важных гостей, тут же побежал отпирать ворота.

– Милорд, погодите чуток, я сейчас посмотрю в бумагах и провожу вас к нужной могиле. – Пожилой мужчина засуетился, копаясь в стопке папок на столе. – Говорите, четыре года назад, мисс Свен. Да, припоминаю бедняжку. Поговаривали, молодая девушка утопилась, жаль ее.

Смотритель нашел нужную запись, и мы отправились за ним в левый сектор. Я старалась не смотреть на надгробия, не люблю такие жуткие места, от них веет могильным холодом и скорбью.

– Вон, глядите, второй ряд, там, где плита из серого камня, – махнул рукой мужчина. – А вы родственники али кто? Можете, конечно, не отвечать, только вот что я вам скажу, ежели девица действительно самоубийца, негоже было хоронить ее на кладбище, она мешает покою других мертвяков.

– А разве не было проведено расследование? – нахмурился Делмар и, присев на корточки рядом с надгробием, провел рукой по гладкому камню. Его пальцы скользнули по выбитым витиеватым буквам имени Тессы Свен.

– Да какое там следствие, – хмыкнул смотритель и почесал рукой подбородок с седой щетиной. – Нашим полисменам лишь бы чаи гонять в конторе, вон давеча миссис Орли ограбили, прямо среди бела дня умыкнули из сада все статуэтки садовых гномов, и что бы вы думали? А ничего! Так и не нашли, вот и про эту бедняжку сказали, пошла, дескать, на прогулку и случайно утопла.

– Блейз, что скажешь? – Делмар поднял глаза на нашу спутницу и отошел в сторону, освобождая ей место.

Она молча подошла и, опустившись на колени, закрыла глаза. Внезапно ее тело сотрясла судорога, лицо побледнело и исказилось, губы налились кровью. Пальцы Блейз скрючились и вцепились в землю, как будто пытались ухватиться за что-то.

– Тесса, скажи, что с тобой случилось? – Голос Блейз звучал глухо и отстраненно, словно она находилась не рядом с нами, а в глубоком подземелье.

Неожиданно она распахнула глаза и уставилась прямо перед собой, между бровей пролегла глубокая складка.

– Очень странно, – прошептала Блейз.

– Что случилось? – встрепенулся Делмар. – Что ты увидела?

– Женщина, которая нашла тут упокоение, назвала свое имя, и это не мисс Свен, – покачала головой Блейз. – Она все бормочет про Тома, бранит за то, что он женился и не пришел к ней на могилу.

Смотритель округлил глаза и поджал губы, недоверчиво глядя на Блейз.

– Это чем вы тут удумали заниматься? – процедил он сквозь зубы.

– Ее зовут Бетти, и она говорит, что не хотела умирать, но так получилось, – не обращая внимания на замечание смотрителя, продолжила рассказывать ясновидящая. – У нее рыжие волосы и правый глаз сильно косит.

– Не может быть. – Смотритель в ужасе отшатнулся. – По описанию похожа на Беатрис Браун, ее еще в деревне за глаза звали косая Бет. Так она уже несколько лет как пропала, и как раз в то время, когда погибла эта девица. Все думали, сбежала от своего драчуна-мужа, он ее частенько поколачивал. Поговаривали даже, что снова вышла замуж в соседнем городе и даже детишек прижила.

– Сильно сомневаюсь, что она кого-то успела прижить, – хмыкнула Блейз и стала подниматься с колен. Ардет подскочил к ней и услужливо подставил руку, но ясновидящая проигнорировала ее и легко встала сама. – Одно могу сказать точно, это не убийство, а несчастный случай. Бетти пряталась в зарослях осоки от мужа, поскользнувшись, упала в воду и ударилась головой о камень.

– Странно, а почему тогда ее тело опознали как Тессу и где в таком случае сама мисс Свен, – озадаченно спросил Ардет, пытаясь отряхнуть с юбки Блейз комья налипшей земли, но та послала ему возмущенный взгляд, пресекая любую помощь.

– Скажите, мистер, а как часто тут появляются родственники Тессы? – спросил Делмар и задумчиво прикоснулся к букету свежих лилий.

– Да родни тут и не бывало никогда, – пожал плечами смотритель. – Захаживает этот студентишка Колин, сын вдовы Томсон. Я его пару раз даже взашей выгонял, у них, видать, с девчонкой шуры-муры были, так вот он до сих пор ее забыть не может.

– А вот, наверное, и отец ребеночка, – шепнула я супругу на ухо.

– Возможно, – коротко ответил Делмар.

– Пойдемте, вы подробно расскажете, где найти этого Колина. – Ардет похлопал смотрителя по плечу и легко подтолкнул в спину. – Думаю, смысла нет говорить о том, что наше посещение должно остаться конфиденциальным, но я все же предупреждаю.

Смотритель испуганно дернулся и усиленно закивал головой.

– Конечно, господа, о чем речь!

Я подошла к Блейз, она выглядела неважно, лицо побледнело и осунулось.

– Как вы себя чувствуете? – озабоченно осведомилась я.

– Все в порядке, леди де Ривс. – Блейз натянуто улыбнулась. – Общение с духами очень выматывает.

– У вас уникальный дар, – восхитилась я. – Мне бы иногда хотелось обладать хоть каким-то талантом, но природа, к сожалению, не была щедра и не наградила ничем, кроме упрямого характера.

– Леди де Ривс, поверьте мне на слово, мой дар скорее проклятие, чем благословение, – вздохнула ясновидящая.

– Блейз, прошу вас, называйте меня Каринтия, а то я чувствую себя неловко, – попросила я. Упоминание титула и фамилии герцога устанавливало между нами дистанцию, а мне хотелось поближе познакомиться с этой необычной дамой.

– Хорошо, Каринтия. – Левый уголок рта Блейз дрогнул, и губы изогнулись в ухмылке. – Вы, милая моя, вероятно, задумали попросить меня связаться с кем-нибудь из усопших родных?

Тут я почувствовала, как лицо заливает краска смущения. Она что, еще и мысли читать умеет? Я и правда хотела намекнуть ей, что желаю пообщаться со своим отцом, столько лет я не видела его ласковой улыбки, не была в дорогих объятиях. Так хотелось хоть на мгновение почувствовать его рядом с собой.

– Мертвых лучше не тревожить, – покачала головой Блейз. – Когда придет время, вы обязательно встретитесь со своими близкими, которые покинули этот мир. Но не стоит торопить события.

– Дорогая, ты еще не устала? – озабоченно спросил Делмар и мягко взял меня за руку, намереваясь проводить к карете, чем заработал язвительный смешок от Ардета.

– Неужели мы так долго не виделись! – воскликнул он, едва сдерживая смех. – Когда это сумасбродная и раздражающая тебя мисс Эвинсель успела превратиться в дорогую Каринтию?

– Не твое дело, – одернула его Блейз. – Занимайся лучше расследованием и не лезь в чужую личную жизнь.

– А я и так занимаюсь, – не унимался Ардет. – Но и своей личной жизнью вполне себе не прочь заняться, может, под волшебным солнцем Элтропа и у другой леди растает ее холодное сердце?

Блейз поджала губы и одарила нахала взглядом, полным негодования. Она ловко забралась на подножку экипажа и уселась на свободное место.

– Делмар, прошу оградить меня от этого озабоченного типа, – процедила она сквозь зубы, не глядя на своего навязчивого ухажера.

– О нет, ребята, разбирайтесь сами в своих запутанных отношениях. – Мой муж поднял руки вверх и помотал головой.

Мне стало интересно, что же между ними происходит. Невооруженным взглядом видно, что Ардет питает к Блейз теплые чувства, а она, как упрямая ослица, бежит от него как от огня. Через полчаса мне представилась возможность поговорить с Блейз наедине. Муж с другом отправились в полицейский участок, оставив нас одних в карете, и пару минут мы общались на отвлеченные темы, пока я наконец не задала ей мучивший меня вопрос.

– Послушайте, я понимаю, что это не мое дело, но Ардет не на шутку увлечен вами, – сказала я, чувствуя дикую неловкость.

– Я бы не хотела затрагивать эту тему. – Моя собеседница помрачнела и отвернулась к окну, из которого можно было увидеть парочку полисменов, стоявших возле дверей участка.

– Мне кажется, у него серьезные намерения. – Конечно, в такой ситуации лучше промолчать и сидеть, прикусив язык, но я посчитала своим долгом попробовать соединить два одиноких сердца. – Мы с Делмаром не побоялись и решили быть вместе, а Ардет замечательный мужчина, умный, привлекательный. По крайней мере, наше знакомство и дружба с супругом говорят о его положительных качествах.

– Да, вы правы, Ардет очень хороший и невероятно благородный человек, – кивнула она. Глаза ее вмиг погрустнели, взгляд потух. – Именно поэтому он заслуживает юную и красивую жену, со мной он будет несчастлив.

Я сцепила пальцы, пытаясь унять дрожь. Вот не думала, что разговор примет такой оборот.

– Но внешняя привлекательность не залог семейного счастья, – пробормотала я. – Возможно, как-то можно вывести ожоги. Думаю, Делмар не откажет в помощи и найдет доктора.

– Каринтия, прошу вас, не нужно ничего. – Блейз наклонилась вперед и откинула с лица капюшон. – Если я вам скажу, что в моей жизни уже были и свадьба, и великолепное белое платье, и любимый муж, но все закончилось достаточно печально, вы наконец уймете свой энтузиазм?

– Мне жаль, не хотела вас огорчать. – Я опустила глаза, старательно уводя взгляд от уродливых рубцов, покрывающих щеку некогда очень красивого лица.

В карете повисло неловкое молчание, я не знала, как реагировать на слова Блейз.

– Каринтия, меня давно нельзя ничем огорчить, – вздохнула Блейз. – Я бы не хотела, чтобы у вас возникло обо мне неверное впечатление, я вовсе не черствая и не холодная. Если желаете, я расскажу сейчас свою история, но предупреждаю, она далеко не веселая. В детстве, когда мне было лет пять, у меня проснулся дар. Я стала видеть сны наяву. Однажды увидела, как моя тетя Рут гибнет под колесами кареты. Немедленно прибежала, чтобы рассказать об этом матери. Но она отшлепала меня, сказав, чтобы я не выдумывала всякую ерунду, а поздно вечером мой кузен принес в дом страшную новость. С тех пор я неоднократно предвидела несчастья и смерть, соседи неодобрительно шептались за спиной, обвиняя меня в колдовстве. Отец с матерью запретили говорить о моих снах, но люди за глаза все равно называли меня ведьмой. В девятнадцать лет я получила предложение руки и сердца. Парень был красив, обеспечен, его семья держала аптеку. Лиам был прекрасным мужем, по крайней мере, пару первых лет я была по-настоящему счастлива, правда, свекровь меня невзлюбила, говорила, что я приворожила ее сына и женила на себе. Но я не обращала внимания на досужие сплетни, а Лиам был уверен, что, как только появятся внуки, сердце его матери смягчится. Но на протяжении двух лет я так и не смогла забеременеть, супруг стал отдаляться от меня, и в этот момент случилась первая трагедия. Я имела неосторожность рассказать мужу о том, что видела в одном из своих снов его отца в тюрьме, а через пару дней за моим свекром действительно приехали полисмены. Оказалось, он совершил ошибку и продал пожилой леди другое лекарство вместо того, что было написано в рецепте, отчего та скоропостижно скончалась. Вся семья мужа ополчилась на меня, заявили, что я накликала беду. А свекровь в открытую обвиняла меня в колдовстве. Лиам пробовал защищать, но я заметила, что с того самого дня он стал реже бывать дома, допоздна задерживался на работе и часто стал прикладываться к бутылке. Вторая фатальная ошибка не заставила себя долго ждать, в страшном видении я увидела смерть брата Лиама в уличной драке. Я кинулась к мужу, пыталась предупредить, но тот меня не слушал, обвинял в сумасшествии и крепко набрался в тот вечер. Утром, протрезвев, пошел в родительский дом и узнал страшную новость. Под действием алкоголя и дурных слов своей матери он примчался ко мне и выволок наружу прямо за волосы. Когда мы оказались на улице, он жестоко избил меня и заявил, что ведьм нужно сжигать на кострах. Моя одежда быстро вспыхнула от брошенной искры, я каталась по земле и пыталась сбить пламя, содрогаясь от боли. Мне повезло, если можно так сказать, случайный прохожий смог потушить огонь, а расследованием занялась полиция. Уже в больнице я познакомилась с Ардетом. Орден паладинов не мог проигнорировать сообщение о ведьме, и поэтому его отправили узнать, кто я такая.

– Но вы же не колдунья, – проговорила я, пораженная только что услышанными словами. В голове не укладывается, как близкий человек смог сотворить с Блейз такой кошмар.

– Узнав, что у меня дар ясновидения, мне предложили работать в Ордене, обеспечили крышу над головой и неплохой доход, – сказала Блейз. В уголках ее ярких зеленых глаз заблестели слезы. – Мужа я простила, не стала выдвигать обвинения, но навсегда вычеркнула из своей жизни. Через некоторое время я узнала, что Лиам спился и умер.

Я не знала, как утешить несчастную женщину, тот ужас, который она пережила, оставил глубокую рану в ее душе. Но я не могла одобрить то, что она осознанно выбрала одиночество и навсегда решила похоронить себя в работе. Надеюсь, когда Блейз поймет, что Ардет в состоянии сделать ее счастливой, не будет слишком поздно.

Глава 28

Вскоре появился Делмар, он резко распахнул дверцу кареты, всем своим видом показывая, как он зол. Муж забрался в экипаж, и мы тронулись в путь.

– Ардет остался с полисменами, – пояснил муж. – Начальник участка явно что-то скрывает, его маленькие глазки так и бегали, когда я расспрашивал его о мисс Свен. Нужно проследить за ним, чтобы не успел подчистить дело. А мы пока навестим мистера Томсона, посмотрим, что нам сообщит возлюбленный Тессы.

Через некоторое время экипаж подъехал к нужному адресу. Я, конечно, напросилась с Делмаром – когда еще представится случай поучаствовать в настоящем расследовании. Как только я сообщила об этом супругу, увидела, как он сцепил зубы, но все же кивнул мне, разрешая сопроводить его.

– Каринтия, только не говори мне, что тебе по нраву эта работа, – прошептал Делмар, как только мы вышли из кареты и направились к облезлому домику с ухоженным маленьким садиком.

Кучер неодобрительно ворчал, дескать, уже загоняли его и лошадей, явно намекая, что пора заканчивать поездки и дать ему отдохнуть.

– А почему бы нет? – Я пожала плечами. – У меня хорошо получается вести следствие.

– Ах, дорогая, посещать гостиные пусть и далеко не милых дам – это самое простое. Посмотрел бы я на тебя, когда ты посреди ночи будешь вынуждена встать из теплой постели и направиться в морской док, в котором кишат крысы и гуляют пьяные матросы. Но, возможно, еще больше тебе понравится рыться на помойке в поисках важных улик.

– Что ж, аргументы весомые, – хмыкнула я.

– Если хочешь, можешь взять под патронаж какое-нибудь женское книжное общество, – предложил Делмар. – Любой дамский кружок обрадуется герцогине Левиргейл, будете по воскресеньям читать книги и делиться впечатлениями.

Я скривила лицо, будто только что понюхала несвежую рыбу, и почти уверена, что кожа на лице слегка позеленела от такой заманчивой перспективы.

– Лучше буду брать уроки кулинарии у Жан-Поля, – насупилась я. – У него на кухне хоть поесть вкусно можно, а вообще-то, прошу не искать для меня занятий. Я сама знаю, что мне делать, когда и с кем.

– Главные твои занятия будут начинаться ежедневно с наступлением сумерек, – прошептал муж. – Еще столько всего предстоит выучить.

– Я буду прилежной ученицей с таким-то потрясающим учителем.

Делмар запнулся на ровном месте и уставился на меня, не веря собственным ушам. Я удивилась его реакции. Он что, думал, я буду смущаться и краснеть от одного намека на супружеские отношения? Эмма уже давно рассказала мне о том, что происходит между мужчиной и женщиной за закрытыми дверями спальни, поэтому теоретически я была готова. Правда, вначале было не слишком приятно, больно и стыдно, но муж сделал все, чтобы я раскрепостилась, целовал и ласкал, так что вскоре я позабыла обо всех неприятных ощущениях и вознеслась на вершину блаженства.

– Мне нравится, что в тебе нет лживого притворства, – выдохнул Делмар, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшим возбуждением. – С нетерпением жду, когда мы сможем повторить первый урок.

– Вначале дело, а уже потом развлечения, – деловито заявила я и, поднявшись по ступенькам, постучала в дверь.

На пороге появилась пожилая женщина в переднике. Она растерянно захлопала ресницами, пытаясь понять, что нам нужно в ее доме.

– Миссис Томпсон, мы приехали побеседовать с вашим сыном, – сказал Делмар.

– Боже, что Колин натворил? – Взволнованная мать всплеснула руками и загородила собой проход, мешая нам пройти в дом.

– Искренне надеюсь, что ничего, – заявил мой муж.

– Мама, кто там?

За плечом миссис Томпсон мы увидели молодого человека в очках, его черные взлохмаченные волосы говорили о том, что юноша спал или просто не любит пользоваться расческой.

– Колин, вы должны ответить на ряд вопросов, касающихся мисс Свен, – прокричала я.

– Матушка, проводи их в гостиную. – Голос молодого человека дрогнул, глаза лихорадочно заблестели. – Полиция все же взялась за ум и нашла ее убийцу?

– Мистер Томпсон, расскажите все, что знаете об этой девушке, и поясните, отчего вы решили, что ее смерть имела насильственный характер?

– Мама, оставь нас, пожалуйста, – попросил Колин.

Его мать попробовала было возразить, но быстро уступила и ушла из гостиной.

Молодой человек поведал нам свою историю. Они были знакомы с Тессой с детства, родились и выросли в одном городе на соседних улицах. Из товарищей по играм молодые люди со временем превратились в трепетных возлюбленных. Первый поцелуй, страстное признание в любви и пылкие свидания. Колин собирался в будущем сделать ей предложение, но опекуны девушки, мистер и миссис Свен, не горели желанием породниться с сыном скромной вдовы сапожника. Они отправили девушку в пансион Святой Виктории в надежде, что Тесса получит приемлемое для леди образование и со временем сможет составить пару обеспеченному мужчине.

– Мы любили друг друга. – В голосе Колина чувствовалась неподдельная грусть, когда он рассказывал о девушке. – Она была невероятно чуткой, я ценил ее доброту и кроткий нрав. Несмотря на неодобрение родственников, она ежегодно жертвовала в местный приют часть карманных денег, которые выдавались ей в банке согласно завещанию родителей. Именно благодаря Тессе сироты получили игрушки, которыми местные власти не спешат радовать детей.

По всей видимости, Тесса действительно заслуживала уважения. Это совсем не вяжется с образом нагулявшей ребенка взбалмошной и капризной девицы, описанным миссис Свен.

– Когда мне было шестнадцать лет, я целый месяц работал на лесопилке, чтобы купить Тессе помолвочное кольцо. Ничего особенного, узкая полоска золота с маленьким изумрудом под цвет ее зеленых глаз. Видели бы вы, как она радовалась, повесила его на цепочку, чтобы тетка не заметила.

– Почему же вы не поженились? – я задала резонный вопрос.

Колин снял очки и сжал их в руке так, что на линзах остались жирные разводы, на мгновение впал в ступор, а затем встрепенулся, будто сбрасывал с себя груз тяжелых воспоминаний.

– Тесса уехала в пансион, а я остался в Элтропе. Хотел окончить школу и поступить в медицинскую академию в столице. Планировал получить диплом доктора, найти работу и повенчаться со своей любимой, но жизнь распорядилась по-другому.

Колин протер очки полой камзола и вновь вернул на нос, а затем обхватил себя руками, будто почувствовал внезапный холод. Вскочив со старого кресла, стоявшего рядом с диванчиком, на котором уместились мы с мужем, он стал расхаживать по комнате.

– Мистер Томпсон, я понимаю, вы волнуетесь, но нам необходимо узнать, что именно произошло с вашей невестой. – Делмар попытался вернуть в реальность Колина, который уже полностью погрузился в себя и перестал поддерживать разговор.

– Ах да, простите. – Он с трудом стряхнул с себя оцепенение и вернулся к беседе. – Формально Тесса так и не стала моей невестой, помолвки не было. Она уверила меня, что после окончания последнего курса вернется домой, и даже если опекуны будут продолжать противиться, мы сбежим и обвенчаемся.

Неожиданно Колин оживился и впервые робко улыбнулся.

– Моя дорогая Тесса каждую неделю писала мне письма, полные любви и нежности, но за несколько месяцев до ее выпуска письма перестали приходить. Я винил нерадивого почтальона, даже подрался с ним, поскольку был уверен, что он теряет послания. Но, к сожалению, старый Рой был ни при чем. Через несколько недель я получил от Тессы конверт с моим кольцом. Она вернула его.

– Мисс Свен решила порвать с вами отношения? – Я нахмурилась. Интересно, что же случилось с бедной девушкой и кто был отцом ее ребенка. Может, Колин нас дурит, пытаясь увести от себя подозрения. Возможно, Тесса забеременела именно от него.

– Ее тетя сообщила нам один пикантный момент, – намекнула я.

От моих слов молодой человек застыл, точно на него вылили ушат ледяной воды, кожа покрылась мурашками, глаза вылезли из орбит.

– Перед самой смертью она вернулась в Элтроп. Я поспешил в дом Свенов, но ее так называемая любящая тетушка не пустила меня даже на порог. Обзывала племянницу последними словами. Ошарашенный таким приемом, я все же выждал момент, залез по дереву на карниз второго этажа и проник в комнату моей Тессы.

– Да вы отчаянный! – с одобрением воскликнула я.

– В жизни я очень скромный человек, – вздохнул Колин. – Но я жаждал объяснений от своей любимой, отчего Тесса резко решила порвать со мной. Хотел взглянуть в ее глаза, понять, любит ли она меня или окончательно забыла.

– Вы увидели, что мисс Свен беременна, – подсказала я, когда Колин вновь замолчал, пытаясь подобрать слова.

– Да, это так, – немого покраснев, кивнул он. – И, предотвращая лишние вопросы, сразу отвечу: я не был причастен к ее положению. Как на духу признаюсь, по пальцам можно пересчитать наши поцелуи. И уж, конечно, у меня никогда бы не хватило духу требовать от Тессы большего до венчания, но, видно, кто-то значил для нее больше, чем я, раз она все же смогла уступить.

– Девушка рассказала, кто ее соблазнил? – поинтересовался Делмар.

– Нет, она плакала и просила, чтобы я забыл ее, – выдохнул Колин и отвернулся, по его щеке скатилась одинокая слеза. – Тесса была напугана, умоляла уйти и оставить ее в покое. Но послушайте, я могу поклясться, что в ее взгляде я прочитал прежние чувства ко мне. В конце концов я не выдержал и вновь предложил ей выйти за меня, несмотря на беременность от другого мужчины, обещал никогда не попрекать и забыть все, что было до меня.

В моих глазах Колин Томсон заметно вырос в моральном плане. В теле робкого и худощавого юноши скрывался настоящий сильный мужчина.

– Я беззаветно ее любил, – прошептал Колин.

– Вы молодец, – выдохнула я и, не удержавшись, села рядом, взяв его за руку. – Соберитесь, вспомните, что было потом.

– Тесса согласилась. – Взгляд Колина потеплел. – Она дала согласие, а через пару дней пропала бесследно. Позже ее тело нашли в реке, полисмен сказал, что это несчастный случай, но я не верю. Тесса не стала бы гулять в тех местах одна.

– Что в таком случае по поводу ее смерти думаете вы? – вкрадчиво поинтересовался мой муж.

– Тессу убили, и сделал это отец ее ребенка, – заявил Колин. – Я после гибели писал двум ее лучшим подругам, леди Оливии и мисс Андреа. По рассказам Тессы, это были единственные девушки, с которыми в пансионе у нее сложились теплые дружеские отношения.

Делмар, услышав имя невесты, напрягся и потянулся вперед, внимая каждому слову рассказчика.

– Но, к сожалению, я ошибся в них, девушки даже не стали отвечать.

– Возможно, они были не в состоянии прочесть послание, – сквозь плотно сжатые зубы процедил мой муж и встал. – Если у вас все, мы, пожалуй, пойдем.

– Да, конечно, дверь не заперта, – отозвался Колин и даже не отправился проводить, просто сидел в кресле потерянный и печальный. – Хотя, возможно, кое-что все-таки вам следует знать, это большая тайна, но, думаю, сейчас можно ее раскрыть. Тессы давно нет, и скрывать сейчас не имеет смысла.

Уже было собравшийся уходить Делмар резко остановился и вернулся обратно.

– Я слушаю вас, мистер Томпсон.

– У Тессы был дар, она умела подчинять. Не знаю, как это правильно назвать, магия или чары. Тесса могла заставить любого человека на непродолжительное время стать практически ее рабом, мысленно отдавала приказ, и люди беспрекословно слушались. Правда, она поклялась никогда не использовать свои способности, боялась причинить боль людям.

– Неучтенный гипнотизер, – протянул Делмар. – Почему же миссис Свен не рассказала о столь редком таланте своей племянницы?

– Она не знала, никто не знал, – проговорил Колин. – Кроме меня, конечно, мне Тесса доверяла.

– Благодарим за сведения. – Я сочувственно пожала молодому человеку протянутую руку и, попрощавшись, вышла вместе с супругом из дома.

– Что ты думаешь про эти странные совпадения? – спросила я у Делмара, когда мы оказались на улице. – Гибель девушек практически в одно и то же время не может быть случайной. Тем более все три учились в одном пансионе и были, по всей видимости, очень дружны.

– Ты права, Каринтия, совпадение тут исключено, все ниточки ведут обратно в пансион. – Голос Делмара звучал сухо и официально. Он даже не взглянул на меня, когда мы вернулись в экипаж и поехали в дом графа Арундела. Блейз спросила о результатах беседы, и мне пришлось самой ввести ее в курс дела, потому что мой муж был погружен в собственные думы.

Глава 29

– Забавно наблюдать за вами. – Голос Брендона отвлек от мрачных мыслей. – Сидите одна за роялем, но вместо того, чтобы играть, накручиваете свои прелестные белокурые локоны на пальчик и дуете губки.

– Ваше сиятельство, я просто задумалась, – я едва улыбнулась графу и захлопнула крышку музыкального инструмента.

– Думаю, есть серьезный повод, чтобы за таким великолепным роялем думать о чем-то другом, кроме музыки.

– Пустяки, женские глупости, – отмахнулась я от вопросов Брендона, явно пытавшегося выведать причину моей внезапной печали. Дело в том, что, как только мы вернулись в дом графа, Делмар направился в свою комнату и заперся там, даже не заглянув по пути в нашу спальню. Я уже успела переодеться и поесть вместе с Блейз. Его сиятельство был единственным мужчиной, составившим нам компанию за столом, смешно шутил и напропалую острил, мужественно пытаясь развлечь гостей.

К концу обеда появился Ардет, ему удалось узнать интересные сведения, дело явно пахло коррупцией и подлогом. Придется Ардету остаться здесь и провести тщательное разбирательство. Позже Блейз ушла отдыхать в выделенную ей комнату, а я уселась за рояль в надежде расслабиться, но пальцы не слушались, мелодия получалась фальшивой, несмотря на идеально настроенный инструмент.

– Предлагаю провести ваш последний вечер в Элтропе с пользой, – заявил Брендон. – Я уже велел слугам собрать несколько корзинок снеди.

– Зачем? – встрепенулась я и заинтересованно посмотрела на графа.

– Едем на пикник.

– Думаю, Делмар сейчас не в настроении, – вздохнула я.

– Какое нам дело до желаний вашего сварливого мужа, пусть себе сидит в душной комнате старого замка. А я вот желаю провести этот погожий день на природе под ясным небом и погреться в теплых лучах летнего солнца.

– Сожалею, но без мужа я не поеду, – смущенно улыбнулась я.

– Тогда придется тащить его на аркане, – засмеялся Брендон.

Не знаю, какие доводы и уговоры использовал его сиятельство, но через час мой супруг уже стоял в гостиной. Я застала его за напряженной беседой с Ардетом.

– Ну вот, все в сборе, – довольно проговорил хозяин дома. – Честное слово, Дел, я действительно не хотел беспокоить и отвлекать, но твоя милая супруга наотрез отказалась ехать без тебя, несмотря на то что Блейз тоже дала согласие на поездку.

– Она умница. – Карие глаза Делмара довольно сузились.

Я приосанилась – так приятно получить похвалу от мужа – и обворожительно улыбнулась ему. Ардет встряхнул распущенными волосами. Его камзол был расстегнут, черная рубашка облегала упругий плоский живот и рельефные мускулы. Явно хотел произвести впечатление на свою даму сердца. Блейз старалась не смотреть на него, но все же украдкой бросила пару взглядов.

– Ардет, ты что, решил покорить всех наших девушек? – послышался насмешливый голос Брендона. – Внутреннее чутье подсказывает, что сегодня еще одна красавица будет лишена невинности под крышей моего дома. За такой короткий срок это многовато даже для такого места.

Я смущенно опустила глаза, но Делмар притянул меня к себе и, подхватив под руку, повел к экипажу.

– Румянец тебе к лицу, – шепнул муж на ушко.

– Я уже давно не девственна, – нарочито дерзко сказала Блейз. – Если, конечно, речь обо мне, а не об этой красавице, которая трясет длинными патлами и позерствует.

Она кивнула на Ардета.

– Все, что было у тебя в прошлой жизни, это пустяки по сравнению с тем, что покажу тебе я, стоит только попросить, – подмигнул он.

– Ваше предложение мне не интересно. – Блейз вздернула подбородок и пошла за нами.

Я обернулась на эту парочку. Не знаю, сколько еще выдержит Ардет насмешек и унижений, но в конце концов он сломает эту ледышку или перегорит. Искренне надеюсь, что первое наступит раньше, чем второе.

Место для пикника Брендон выбрал удачно: чудесная поляна рядом с озером, окруженная высокими многовековыми соснами, создающими тень. Служанка ловко расстелила на мягкой траве пледы, расставила подносы с фруктами и, разлив легкое вино по бокалам, предложила нам подкрепиться. Расположившись рядом с супругом, я с удовольствием прикорнула, положив голову ему на плечо. Делмар вытянул длинные ноги в высоких черных сапогах и, взяв меня за руку, незаметно поглаживал ладонь большим пальцем. Я счастливо жмурилась и вполуха слушала историю, которую в красках рассказывал Брендон. Для меня сейчас существовал только один мужчина, его голосу я хотела внимать.

– Может, желаете посмотреть развалины древнего королевского замка? – внезапно спросил граф Арундел.

– О нет, в таких местах обитает изрядное количество заблудших душ, – покачала головой Блейз. – Стараюсь не сталкиваться с призраками, если это не касается моей работы.

– А мы, пожалуй, пойдем. – Мой муж встал и потянул меня за собой. – Только если ты не против, я сам провожу Каринтию без лишних сопровождающих.

– Только не заблудись по дороге, – прокричал Брендон предупреждение нам в спину. – А то придется искать всю ночь с собаками, гончие у меня, конечно, натасканы, но я рассчитывал на днях поохотиться, не хотелось бы утруждать собак.

– Не беспокойся, – обернувшись, сказал Делмар. – Немного погуляем и вернемся.

– А я и не волнуюсь за тебя, – хмыкнул Брендон. – А вот лишаться компании очаровательной леди де Ривс не очень хочется.

– Ты обзавелась очередным преданным поклонником, – нарочито строго проговорил муж, когда мы отошли уже на достаточное расстояние, так что наши друзья остались далеко позади.

– Просто его сиятельство достаточно галантен с дамами, это банальная вежливость, и ничего больше.

– В любом случае он уже опоздал со своими ухаживаниями.

– Да, точно, – подтвердила я и сбавила шаг. – Делмар, расскажи мне о своей невесте.

Сама не знаю, почему вдруг спросила про Оливию. Вернее, знала – я безумно ревновала, злилась на себя, но в то же время ничего не могла поделать со жгучим чувством, которое, словно разбитое стекло, попавшее в туфлю, мешало комфортной ходьбе, причиняя боль. Мне хотелось услышать подтверждение, что она забыта навсегда, осталась в прошлом, и мы сможем начать вместе новую жизнь, в которой не будет места призраку этой леди.

– Что именно ты хочешь знать о ней? – после минутной паузы произнес Делмар.

– Как вы познакомились, каким человеком она была, и почему ты выбрал в жены именно эту девушку.

– Ливи была умна, красива, обаятельна, – принялся перечислять мой муж достоинства бывшей возлюбленной. – Ее представили на одном из первых светских сезонов в доме барона Мортимера, ей тогда сравнялось восемнадцать лет, и она только закончила обучение в пансионе. Я в тот вечер прогуливался в саду барона с одной дамой. У моей спутницы закружилась голова в бальном зале, и мы мм… вышли подышать свежим воздухом.

Да уж, про прошлые похождения Делмара оказалось неожиданно неприятно слушать. До этого момента я никогда не отличалась ревнивым характером, так почему же сейчас хочется расцарапать лицо этой незнакомой даме. Я уже ее ненавижу, хотя никогда в жизни не видела и, скорее всего, никогда не увижу. Мимолетные связи, что ж, возможно, это и противоречит Святому Писанию, но для мужчин его круга считается нормальным. Другое дело – память о трагически погибшей невесте, это еще сильнее било по самолюбию, чем рассказ об интрижке в саду.

– Между нами произошла небольшая ссора, отчего-то моя спутница решила, что я должен был сделать ей предложение, но я рассмеялся в ответ на глупое предположение. За что получил звонкую пощечину и остался один среди кустов благоухающего жасмина. Бежать за вздорной девицей я не собирался, да и нужно было дать красному отпечатку ладони на лице померкнуть, поэтому я присел на скамейку. Неожиданно прямо из кустов выскочила прехорошенькая барышня, она отряхнула свое бальное платье и с интересом окинула меня взглядом своих бездонных синих глаз. Оливия, а это была она, подошла ко мне и немедленно потребовала поцеловать. Я опешил, но исполнил просьбу, не смог удержаться. Ее алые пухлые губы были созданы для поцелуя. Позже она объяснила свой поступок. Оказывается, матушка сосватала ее за престарелого мистера Экройда. Баснословно богатый старик благодаря своим деньгам решил заполучить в жены столь прелестный цветок. Моя глупышка не смогла придумать ничего лучшего, как попросить первого встречного на одном из балов скомпрометировать ее, чтобы старикашка отказался от притязаний на руку и сердце.

– Интересный способ избавляться от нежеланных женихов, – оценила я. А у леди Оливии, оказывается, была авантюрная жилка.

– Но, к сожалению, для нее недейственный, нас никто не застукал, поэтому репутация осталась безупречной. С того вечера меня не покидали мысли об этой маленькой отважной девушке, не желавшей выходить замуж по расчету. Я нанес визит в их дом, пригласил на конную прогулку в парк. С Ливи, конечно, была компаньонка, но это наше фактически первое свидание я запомню на всю жизнь. Мы болтали и смеялись, кажется, три часа кряду, пока правила приличия не вынудили Оливию откланяться и покинуть меня. Через пять месяцев ухаживаний я сделал ей предложение, а еще через полгода, когда уже было сшито свадебное платье, а модный художник изготовил пятьсот приглашений на свадьбу, я узнал, что моя малышка мертва.

– Ты обязательно найдешь убийцу, Оливия будет отомщена. – Я с трудом заставила себя произнести эти слова, нужно подбодрить Дела, невыносимо видеть его грустные глаза.

– Да, я сделаю это, даже если мне придется самому расстаться с жизнью, – решительно сказал Делмар. – Надеюсь, месть принесет долгожданное облегчение.

«Ну вот, этого ты хотела. Узнала, что муж до сих пор любит свою бывшую невесту, а ты всего лишь подвернулась под руку», – подумала про себя я.

Делмар будто почувствовал перемену во мне, притянул к себе и, взяв за подбородок, заставил посмотреть в его глаза.

– Ты хотела знать об Оливии, я поведал тебе нашу историю. Очень жаль, что я расстроил тебя, но мне не хочется начинать совместную жизнь со лжи. Больше всего на свете я ценю правду и честность.

– Я никогда не буду лгать тебе, – прошептала я в его губы. – Когда-нибудь ты полюбишь меня, я сделаю все, чтобы ты ни секунды не пожалел, что взял меня в жены.

– Ну, я все-таки не по доброй воле это сделал. – Смешок вырвался из груди Делмара и охладил накаленную обстановку. – Зато совершенно осознанно пошел дальше и сделал тебя своей. Ох, Каринтия, как же вкусно пахнут твои волосы, знакомый фрукт. Кажется, я понял что это. Ты нашла новое применение апельсинам?

– Это мыло из жимолости, – хихикнула я. – Мне дали его для умывания.

– Чудесно. – Его светлость зарылся носом в выбившиеся из прически локоны. – А мне подсунули какой-то бальзам из сирени. Брендон любит эти девчачьи штучки, натирается кремами. Настоящему мужчине негоже пахнуть цветочками, другое дело запах сигаретного дыма и пота.

– Ты еще забыл о каплях бренди, попавших на камзол, – заявила я. – По мне, так очень похвально, что его сиятельство старается быть привлекательным и следит за собой, а запах пота я не люблю, гораздо приятней аромат лаванды.

– Ты так считаешь? – Делмар приподнял брови. – Что ж, мадам, пожалуй, я все-таки отберу у Брендона его шампунь.

– А я помогу тебе вымыть голову, – лукаво проговорила я.

До развалин замка мы в тот день так и не добрались.

Глава 30

Лошади резво везли карету прямо к особняку Левиргейлов. Окна старинного дома были ярко освещены, а в гостиной царил непривычный шум. Мы с Делмаром озабоченно переглянулись и поспешили узнать причины странной суеты.

– А вот и леди Каринтия. – Миссис Финч спешила нам навстречу. – Добро пожаловать, госпожа, мы, признаться, волновались, вы толком не сказали, куда направляетесь.

– Я предупредила Грейс, что уезжаю с мужем, – немедленно отозвалась я.

– Тия! – Знакомый голос эхом разнесся под сводами высокого потолка.

Мама и сестра, сидевшие на софе, вскочили на ноги и кинулись ко мне. Вид у них был весьма встревоженный.

– Матушка, Мэдди, что вы здесь делаете? – удивленно поинтересовалась я, не ожидая встретить родных.

– Мы не получили ежедневного письма от тебя и страшно испугались, – пояснила мама, утирая платком красные заплаканные глаза.

– Простите, не думала, что задержусь в поездке, – виновато прошептала я, крепко обнимая сестренку.

– Я же говорила, ничего страшного не произошло, а вы обвиняли меня во лжи, – скривилась леди Мадлен. Герцогиня позволила сыну поцеловать ручку, а я поспешно сделала книксен. – Делмарчик, твоя теща и эта дерзкая девчонка грозили мне страшным судом, намекая, что я прячу от них труп твоей ненаглядной женушки.

– Мы были обеспокоены, – заявила Мэделин. – И довольно вежливо просили показать нам Каринтию.

– Дорогая, мы страшно перепугались, – пролепетала мама. – Я больше не намерена терпеть душевные муки и проводить ночи напролет в молитвах. Если герцог благородный человек, то отпустит тебя. Наша семья уже достаточно настрадалась.

– Тия, мы приехали забрать тебя! – весело прокричала сестра.

– Мамочка, присядь, пожалуйста. – Я обернулась к мужу, ища поддержку.

– Миссис Эвинсель, я не смогу выполнить вашу просьбу. – Делмар едва сдерживал улыбку. – Вас уже напоили чаем? Миссис Финч, распорядитесь насчет ужина и добавьте дополнительные приборы, у нас сегодня важные гости.

Только сейчас я немного успокоилась и, оглядевшись, заметила незнакомого человека, сидевшего в кресле возле окна. Худощавый, на вид лет пятидесяти, черные волосы уже тронуты сединой, а паутинки глубоких морщин пролегли возле серых глаз. На его коленях сидела малышка Селина. Она лениво теребила в руках золотую цепочку, на которой висели круглые часы.

– Добрый вечер, леди. – Мужчина встал и поставить Селину на пол.

– Каринтия, познакомься с моим папочкой. – Девочка обрадовалась моему появлению. Она весело щебетала, совершенно не обращая внимания на напряжение, сковывающее взрослых.

– Лорд де Верон. – Он еще раз кивнул. – Жаль, что наше знакомство проходит в таких волнительных обстоятельствах.

– Каринтия, успокойте свою мамашу, – подала голос Фелисити, стоявшая возле окна. Ее синее бархатное платье почти сливалось с темной портьерой. – Эта женщина закатывала тут истерики, испортила нам все настроение и аппетит перед ужином.

– Фелис, нельзя же так грубо, – скривился ее супруг. – Я прекрасно понимаю состояние миссис Эвинсель. Любая нормальная мать будет переживать за ребенка, если не знает, где он и что с ним.

Я возмущенно запыхтела, еле сдерживая порыв нагрубить золовке. Моя добрая и спокойная матушка никогда не стала бы не то что скандал устраивать, но и просто повышать голос. Хорошо, что лорд де Верон осадил эту змею, не нужно выдумывать способ поставить Фелисити на место.

Герцог погладил по голове подбежавшую Селину и тепло поздоровался с зятем. Мама тем временем схватила меня и никак не хотела выпускать из объятий. Я попыталась выбраться из кольца родных рук, но она упрямо сжимала их еще сильнее.

– Прошу, ваша светлость, не будьте так жестоки. – На глазах моей мамы вновь выступили слезы.

– Мама, со мной хорошо обращаются, – горячо заверила я и, собравшись с духом, сообщила новость: – Мы с мистером Ривсом решили соединить наши судьбы, поэтому я остаюсь в его доме, теперь уже навсегда.

Моя свекровь засияла, словно весеннее солнышко. Довольное выражение ее лица не смог скрыть даже поспешно раскрытый веер.

Немного успокоившись, мама с сестрой приняли приглашение на ужин. Думаю упросить Делмара оставить маму и Мэдди на несколько дней погостить в доме, очень уж я соскучилась по ним, хотя вряд ли общение с новыми родственниками доставит им удовольствия. Малышка Селина быстро нашла общий язык с Мэдди, перед сном им позволили поиграть в детской, из которой еще долго доносились восторженные повизгивания и смех.

Уже поздним вечером я вернулась в свою спальню. До этого много времени провела с мамой, мы с удовольствием делились новостями, но рассказать о том, что произошло между мной и Делмаром, не хватило духа. Просто сообщила, дескать, решили быть вместе и превратить фиктивный брак в реальный. Матушка, как обычно, расплакалась и пожелала счастья, но по интонации в голосе я почувствовала волнение за мое будущее, видимо, она не верила, что я смогу стать по-настоящему счастливой в жестких рамках своего нового высокого титула.

Общие покои еще не приготовили, а переезжать в комнату Делмара, где он предавался любовным утехам с Женевьевой, я не хотела. К тому же, думаю, следует подождать, когда гости разъедутся, чтобы мы смогли себя чувствовать спокойнее. Присев за туалетный столик, я грустно посмотрела на свое отражение – проводить ночь одной оказалось неожиданно тоскливо. Грейс, вытащив шпильки из моей прически, распустила длинные волосы и стала расчесывать их, щетина с легкостью скользила по белокурым локонам, и вскоре дело было закончено.

– Спасибо, Грейс, – поблагодарила я служанку и, отпустив ее, забралась в холодную постель.

Натянув одеяло до самого подбородка, попыталась уснуть, но в голову тут же полезли непрошеные мысли. Как же мучительно пребывать в неведении, знать, что человек, в которого влюблена, может никогда не стать действительно близким и никогда не полюбит меня. Я вздохнула и, сев в кровати, стала смотреть на яркую луну, тусклый свет которой освещал половину комнаты. Как хорошо было бы сейчас прижаться к теплому боку супруга, поцеловать в затылок, чтобы мурашки от щекотки побежали по загорелой коже, шепнуть на ухо пару непристойностей. От открывшихся перспектив заныл живот, я взяла подушку и крепко обняла ее, но прохладный шелк не заменит живой страсти человеческого тела. А что, если сейчас попробовать пробраться в спальню герцога. Я уже всерьез начала обдумывать дерзкий план, как услышала легкий скрип открывающейся двери. Губы непроизвольно дернулись в улыбке. Кто бы мог подумать, что мы с Делмаром одновременно подумаем об одном и том же.

– Каринтиичка. – Елейный голосок свекрови заставил меня издать возглас разочарования, интересно, что ее светлости понадобилось здесь в столь поздний час.

– Да, ваша светлость, проходите, – поспешно проговорила я и, встав с кровати, быстро зажгла свечу, чтобы герцогиня не споткнулась по дороге и не растянулась в неаристократичной позе на полу.

– Я пришла выразить тебе свое восхищение. Ты большая умничка, моя дорогая, так ловко уложила моего скупого на эмоции сына на лопатки, – сказала леди Мадлен, усаживаясь на край кровати.

Поплотнее закутавшись в старый фланелевый пеньюар, я недоуменно уставилась на герцогиню, не понимая, о чем та толкует.

– Что-то я не соображу, что вы имеете в виду. – Я нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Ну как же, дорогая, не скромничай, ты все правильно сделала. – На лице свекрови появилось невинное выражение, она захлопала длинными искусственными ресницами. – Соблазнила Делмара в точности, как мы договаривались, осталось забеременеть и подарить внука. Нашему роду нужна стабильность, я должна быть уверена, что герцогский титул останется в семье. Видишь ли, Делмарчик занимается опасными делами в Ордене, жизнь паладинов всегда в опасности, не приведи бог, с ним что-то случится, и титул придется передать моему племяннику.

– Понимаю, – кивнула я.

Герцогиня подумала, что я нарочно легла в постель к мужу, побоялась ее угроз. С намерением высказать свекрови, как жестоко она заблуждается, я открыла рот, но тут со стороны коридора послышался шум, женский крик и звон бьющейся посуды. Немедленно вскочив на ноги, я бросилась к выходу и наткнулась на Грейс, которая собирала с пола осколки бокала, рядом валялся поднос и несколько пирожных, превратившихся в неаппетитные расплющенные кучки.

– Простите, леди Каринтия, но я не специально, просто…

– Какая же ты раззява, Грейс. – Герцогиня, показавшаяся в дверном проеме, грубо перебила служанку. – Стоимость всего, что находится на полу, будет вычтена из твоего жалованья.

– Я не виновата, – пролепетала бедная девушка.

– Не желаю слушать глупых оправданий. – Ее светлость жестом заставила служанку замолчать и, подобрав юбки, стала пробираться мимо еды, разбросанной на ковровой дорожке.

– Доброй ночи, леди Мадлен, – проговорила я вслед своей свекрови, за что заработала короткий кивок.

– С меня подарок, моя милая, – заговорщически ухмыльнулась герцогиня. – Завтра побеседуем о наших дальнейших планах.

– Вот же старая ведьма, – еле слышно пробормотала себе под нос Грейс.

Услышав слова горничной, я хихикнула. Точное определение этой дамы! Просто невероятное самомнение, думает, я буду плясать под ее дудку. Почему я сразу не послала ее светлость к черту? Искренне не хотела портить отношения и усложнять жизнь Делмару, но сейчас просто необходимо поставить свекровь на место, объяснить, что мы с мужем вместе не по ее указке, а по велению сердца.

– Леди Каринтия, я хотела принести вам стакан теплого молока, – виновато сообщила горничная. – Вы были так грустны, а вкусное пирожное подняло бы настроение.

– Спасибо, – сердечно поблагодарила я заботливую девушку. – У меня оно уже улучшилось от твоих благих намерений, давай вместе соберем осколки.

Вдвоем мы быстро управились, Грейс вернулась на кухню, а я пошла спать. Признаться, я все же обманула служанку, настроение у меня было еще хуже, чем до встречи с герцогиней. Долго ворочаясь и гоня прочь нехорошие предчувствия, я смогла уснуть, когда за окном появилось зарево рассвета.

Глава 31

Делмара я увидела только перед обедом. Зайдя в его кабинет, я застала мужа за чтением бумаг.

– Доброе утро. – Я привстала на цыпочки и чмокнула мужа в нос.

– Да, доброе, – проговорил он и, отвернувшись от меня, вновь уставился в документы.

Я опешила от такой неласковой встречи: либо супруг чрезвычайно занят, либо не очень-то рад меня видеть.

– Есть новости по расследованию? – Я заставила себя говорить спокойно, но голос предательски дрожал.

– Агент утром был в пансионе Святой Виктории, после повторного допроса удалось узнать у директрисы, что мисс Свен никуда не выходила за пределы учебного заведения.

– Наверняка ученицам запрещено покидать пансион, – сказала я. – Поэтому мадам Поллет и молчит, чтобы обелить себя.

– Хотя она высказала одну здравую мысль, которую мы отрабатываем. – Взгляд Делмара оторвался от бумаг и скользнул по мне. В его карих глазах промелькнула доля осуждения и презрения или мне показалось? – Единственное место, где мисс Свен могла познакомиться с новым ухажером, – это ежегодные приемы в честь попечителей пансиона.

– Дело за малым, осталось найти список покровителей и вычислить отца ребенка Тессы. – Я обрадовалась замаячившей перспективе быстро раскрыть преступление.

– Да, осталась сущая ерунда. – Его светлость сощурил глаза и отвернулся. – Взгляни на эти фамилии, их больше двух десятков, и все солидные и уважаемые люди, думаешь, им понравится получить уведомление о приглашении на допрос.

Я немного растерялась от такой тирады, но он же умный мужчина и должен сообразить, как прощупать достопочтенных представителей высшей аристократии, чтобы не вызвать их недовольства.

– Ничего, ты справишься, – ободряюще улыбнулась я.

– Постараюсь, – проговорил муж. – Только это меня сейчас и волнует.

Делмар встал и отошел к окну, всем своим видам показывая, что больше не намерен тратить время на разговоры со мной. Из кабинета я выходила как оплеванная. Отчего так резко изменился супруг? Еще вчера был нежен и ласков, а сегодня так сухо разговаривает со мной. Неужели очарование Элтропа потухло, и он сейчас жалеет о том, что произошло в старом замке Арунделов. Понял, что поторопился, и теперь не знает, как сообщить мне, чтобы я убиралась из его жизни.

Кусая губы, я прошла в парадную столовую, в которой сегодня подавали обед. Присутствие мамы и Мэдди немного отвлекло, я мило улыбалась и старалась поддерживать беседу, хотя в душе еле сдерживала желание сбежать наверх, упасть на кровать и разрыдаться, уткнувшись лицом в подушки. Делмар так и не появился за обеденным столом. После того как все разошлись, миссис Финч шепнула мне, что муж уехал навестить родителей леди Оливии. Это меня, естественно, не слишком обрадовало.

Сестра и матушка наотрез отказались задержаться в доме подольше, я вышла проводить их до экипажа. Бросив тоскливый взгляд на подъездную аллею, сердечно попрощалась с родными.

– Может, все-таки останетесь, погостите несколько деньков? – в который раз предложила я, но они вежливо отказались.

Да и неудивительно: кто захочет в здравом уме жить под одной крышей с Фелисити, у которой с языка то и дело сыплются ядовитые замечания. Иной раз так и чешутся руки укоротить эту часть тела не в меру разговорчивой золовке.

– Как будет возможность, навести нас с Мэделин, – сказала мама, поцеловав меня в лоб. – Двери родного дома всегда для тебя открыты.

– Обязательно приеду, – кивнула я.

Когда кеб тронулся с места, на глаза навернулись слезы. Утерев соленую влагу со щек, я вздохнула и пошла к лестнице. Душу терзали сомнения. Почему Дел сегодня даже не пожелал мне доброго утра? Разум услужливо искал оправдания для герцога: не хотел беспокоить и будить. Но хоть мог оставить коротенькую записку, чтобы я не волновалась.

– Леди Каринтия, позвольте вас на минутку!

Я обернулась на голос моей горничной. Грейс стояла неподалеку, она нервно теребила пальцами накрахмаленный передник форменного платья.

– Да, конечно. – Я развернулась и направилась к ней. Она выглядела встревоженной и немного смущенной.

– Тут такое дело, необходимо ваше присутствие, – пролепетала девушка.

– Что случилось? – Ее странное поведение меня немного насторожило.

– На заднем дворе вас ждет его светлость, – проговорила Грейс, пряча глаза.

– Делмар? Интересно, что он задумал? – Я против собственной воли улыбнулась, вот же какой затейник, придумал для меня сюрприз. Ну и задам я ему, специально затеял игру, чтобы я не догадалась.

С души будто тяжелый камень свалился, дышать сразу стало легко и свободно. Больше не думая ни о чем, я поспешила за Грейс.

Погода внезапно испортилась, подул ветер, а на небе стали сгущаться грозовые тучи.

– Надеюсь, Делмар не устроил пикник на улице, – глупо хихикнула я, хотя, даже если это так, готова была бежать к нему под проливным дождем.

– Еще немного, леди Каринтия, нужно пройти за конюшню, – поторопила меня служанка. Она огляделась по сторонам и ускорила шаг.

– Не торопись, я еле поспеваю за тобой, – взмолилась я. Мои домашние туфли не были предназначены для ходьбы по земле, ткань быстро намокла, заставляя меня ежиться от холода.

– Почти пришли, – воскликнула Грейс, когда мы завернули за угол. – Идите вперед до конца ограды.

Я двинулась в указанном направлении и увидела невдалеке мужской силуэт в длинном черном плаще.

– Делмар, ты меня заинтриговал, – воскликнула я и бросилась к мужу. – Целый детектив придумал, мне нравятся загадки, но еще больше, думаю, понравится подарок, который ты мне приготовил.

– Добрый день, мисс Эвинсель!

Голос говорившего был с легкой хрипотцой, почти незнакомый. Я резко остановилась и уставилась на мужчину. Это кто угодно, но не герцог.

– Что еще за шутки? – возмущенно пролепетала я, чувствуя, как спина стала покрываться липким потом, а в груди медленно разливался противный страх.

– Разве вы меня не узнали? А я думал, наша прошлая встреча прошла в незабываемой обстановке.

Незнакомец обернулся и сдернул с головы капюшон.

– Гровер? – Я опешила, увидев перед собой беглого преступника.

– Я рад, что вы вспомнили, – проговорил он и сделал шаг ко мне навстречу. – Прошу прощения, что пришлось обманом выманить вас сюда, но это единственная возможность поговорить без свидетелей.

– Грейс, вы ее подкупили? – осведомилась я.

– Ну что вы, конечно нет, – покачал головой Марк. – Она помогает мне добровольно и по собственному желанию.

– Не ожидала от своей горничной такой подлости, – прошипела я сквозь зубы.

– О, милая мисс Эвинсель, не будьте так строги к ней, – попросил Гровер, ничуть не смущаясь. – Вспомните, когда ваша матушка и сестра попали в беду, на какой шаг вы пошли, чтобы спасти их. Тоже, кажется, не слишком законный.

– Грейс – ваша сестра? – ахнула я, пораженная его осведомленностью.

– А вы очень сообразительная и умная, мисс, – одобрительно произнес Гровер. – Да, все верно, я попросил ее устроиться на работу в дом герцога, чтобы быть в курсе его дел, а точнее, меня интересовало только расследование смерти двух юных леди, моей Андреа и ее подруги Оливии.

– Значит, Грейс шпионила за Делмаром? – Я была возмущена таким положением дел.

– Исключительно в благих целях, – пожал плечами Марк. – Думаю, вы уже достаточно утолили любопытство, пора переходить к цели моего визита.

– Уж не ждете ли вы и от меня помощи? – нарочито громко спросила я в надежде, что меня услышат, но, к сожалению, в этой части двора всегда было малолюдно. – Особенно после того, как чуть не прикончили на моих глазах моего мужа.

– Не надо драматизировать, мисс Эвинсель, – хмыкнул Гровер. – Он сам виноват, именно по его вине я оказался за решеткой.

– Вас подставили, Делмар ни при чем, – отмахнулась я от обвинений. – Если уж кого и винить во всех бедах, так это убийцу Оливии и вашей возлюбленной – мисс Беркли.

– Ваша правда, – вздохнул Гровер. – Прежде чем я попрошу оказать услугу, выслушайте мой рассказ. Я любил Андреа больше, чем кого-либо в этом мире. Но, сами понимаете, простой оружейник не мог претендовать на руку дочери лорда. Несмотря на разницу в социальном статусе, я надеялся, что когда-нибудь мы сможем быть вместе. Незадолго до гибели ее родители все-таки сменили гнев на милость и дали согласие на наш брак. Не последнюю роль в их решении сыграл мой успех в делах, я изобрел и стал изготавливать особого вида револьверы, за которые люди готовы были платить большие деньги. Отец Андреа понял, что я смогу обеспечить его дочери достойную жизнь и она не будет ни в чем нуждаться. Счастье было так близко, но буквально в одночасье я все потерял.

– Мне жаль, очень жаль, – выдохнула я.

– Помогите мне, – с жаром произнес Гровер и стал хватать меня за руки.

– Каким образом? – раздраженно буркнула я, вырывая свои ладони из его цепких пальцев. – Предавать Делмара я не собираюсь.

– Я прошу лишь рассказать мне то, что вы узнали в Элтропе, – прошептал Марк. – Я чувствую, Левиргейл нащупал что-то важное, я должен первым добраться до убийцы Андреа.

– Дождитесь окончания следствия, – поджала я губы. – Послушайте, Гровер, доверьтесь мистеру Ривсу, он найдет преступника.

– Не уверен, – разочаровано протянул он. – Четыре года его светлость гонялся за мной, вместо того чтобы искать настоящего убийцу.

– Все имеют право на ошибку, – попыталась я оправдать Делмара. – Его ловко обвели вокруг пальца, возможно, даже дело не обошлось без магических чар, ведь свидетели в один голос уверяли, что видели именно вас на месте преступления.

– Я думал об этом, – признался Гровер. – Тут действительно действовал человек с особым даром, способный принимать облик других людей, и это точно был мужчина.

– Вот увидите, мистер Ривс найдет его, – стала я заверять Гровера. – Но раскрывать детали расследования своего мужа не имею права.

– Жаль. – Марк вновь накинул капюшон, так что половина его лица полностью скрылась в тени. – Но я не прощаюсь, чутье мне подсказывает, что вскоре мы вновь встретимся.

Я наблюдала, как Марк Гровер твердой походкой удаляется от меня в сторону сада, а затем исчезает среди деревьев. Мне действительно было жаль этого мужчину, он потерял не только любимую девушку, но и собственную жизнь. Вынужден, словно крыса, скрываться по подземельям от полиции и паладинов, но не теряет надежды свершить правосудие.

– Леди Каринтия! – раздался сзади жалобный писк Грейс.

Я обернулась и, уперев руки в бока, посмотрела на служанку, пытаясь придать взгляду строгость и крайнюю степень недовольства.

– Думаешь, после того, что узнала, я позволю тебе оставаться в доме? – проворчала я. – Пусть даже ты не делала ничего дурного, все равно оставлять под боком шпионку неразумно, поэтому прошу покинуть поместье.

– Да, леди Каринтия. – Грейс смиренно кивнула и сделала книксен. – Я все понимаю, но прежде чем уйти, хочу кое-что сообщить вам. Вчера леди Мадлен не дала мне высказаться, но я думаю, вы должны знать подробности. Я несла молоко и возле дверей в спальню столкнулась с его светлостью. Он выпучил глаза, словно бешеный бык, и пронеся мимо, попутно выбив из моих рук поднос.

Я опешила, не в силах осознать случившееся. Значит, Делмар ночью шел ко мне и случайно подслушал разговор со свекровью. Так вот почему муж был так холоден и отстранен. Неужели он думает, что я вступила в сговор с его матерью и специально отдалась ему, чтобы остаться герцогиней! Боже, что же теперь делать?

Глава 32

Я металась по комнате, как раненый зверь в клетке. Я знала, что необходимо срочно увидеться с Делмаром, рассказать о том, что в действительности произошло между мной и его матерью. А если герцог и слушать не станет? В голове были одни вопросы. Почему он напрямую не спросил о разговоре, даже не дал понять, что в курсе той злополучной беседы? Смятение постепенно сменилось злостью, Делмар должен был поговорить со мной, а не строить из себя обиженную добродетель. Теперь уже я начинаю думать, что поторопилась в своем романтическом порыве, с таким человеком семейная жизнь не принесет радости.

Ближе к вечеру служанка доложила о приезде еще одного дорогого для меня человека. Леди Эмма Бошан стала лучиком света в кромешной тьме печальных мыслей.

– Дорогая, я сейчас буду тебя ругать. – Укоризненный взгляд подруги заставил меня почувствовать себя чуточку виноватой. – Каринтия, как ты могла скрыть, что вышла замуж за герцога Левиргейла!

– Прости, дорогая, все так быстро закрутилось, – пролепетала я, высвобождаясь из объятий Эммы.

– Весь город уже который день гудит о скоропалительной женитьбе его светлости. Представляешь мое удивление, когда я услышала имя счастливой новобрачной.

В поисках укромного места для общения мы уединились в библиотеке, и я стала рассказывать подруге все подробности.

– Значит, ты подцепила герцога на вечеринке у леди Мелори. – Лицо леди Бошан вытянулось от удивления. – Каринтия, да ты ходила по краю лезвия. К счастью, он оказался настоящим джентльменом и не стал строчить жалобы королеве.

– Ее величество одобрила брак, – хмыкнула я. – Все вышло так по-дурацки, честное слово. Делмар и я не созданы друг для друга.

– А ну выше нос, все наладится. – Эмма цокнула языком и, схватив меня за руку, потащила к дверям. – Я получила несколько приглашений на прием, составь мне компанию. Отдохнешь и сразу повеселеешь, а то, думается мне, ты всерьез тут заскучала без людей.

– О нет, знаю я твои вечеринки, – стала я активно отказываться. – Хватит с меня одной.

– Между прочим, ты сама напросилась к леди Мелори, – обиженно поджала губы подруга. – Я бы никогда не позвала тебя на подобный вечер. Ты посмотри на себя: глаза потухли, взгляд грустный – тебе необходимо развеяться. Посплетничаем, напьемся пунша, и вернешься домой под крылышко своего супруга. Где он, кстати, может, познакомишь нас? Все-таки я для тебя не чужой человек.

– Делмар отправился по делам, – вздохнула я.

– Правильно, пусть мужчины работают. А дамы должны развлекаться, чтобы у них на щеках играл румянец, а глаза блестели!

Эмма все же уговорила меня. Действительно, не стоит загонять себя в пучину депрессии, еще наделаю глупостей. Прежде чем выяснять отношения с мужем, нужно отвлечься и трезво оценить ситуацию после того, как схлынет чувство обиды.

Так как своей горничной я лишилась, пришлось просить подругу помочь одеться. Эмма с энтузиазмом стала копаться в больших коробках, которые доставили от модистки, пока мы ездили в Элтроп.

– Прелесть, я так рада, что наконец для такого алмаза, как ты, будет достойная оправа, – заявила Эмма и выбрала для меня голубое муслиновое платье. – Взгляни только, тут есть сорочки и корсет, а ну одевайся живее, поедем всколыхнем светских сплетниц.

– Может, лучше не надо… – В моем голосе отчетливо послышались нотки сомнения.

– Если ты запрешься в доме и будешь сидеть, словно серая мышка, слухов будет еще больше, – со знанием дела сообщила Эмма.

– Нельзя замужней даме выезжать без супруга. – Я повертела в руках шелковый белоснежный чулок.

– Не будь ханжой, – хихикнула Эмма. – Ты же не одна едешь, леди Бошан вполне хорошая компания для герцогини, к тому же беспокоиться действительно не о чем, на вечере будут одни дамы. Это прием для патронесс благотворительного общества, в котором я состою. Кстати, тебе тоже стоит вступить. Порог вашего дома еще не осаждали навязчивые дамочки с предложением вступить в их кружок? Помню, в свое время я еле от них отбилась.

– Пока не было, – покачала головой.

– Ничего, все впереди, – обнадежила подруга. – Веселая светская жизнь только начинается, но не переживай. Я помогу тебе освоиться.

Я сдалась под натиском уговоров, да и хотелось провести вечер с подругой в более приятной обстановке. Натянув чулки, я завязала ленты на синих атласных подвязках, а затем надела нижнюю юбку и рубашку из тончайшего мягкого хлопка. Эмма зашнуровала новый корсет, который оказался на удивление удобным. Косточки не впивались в ребра, а равномерно сдавливали их, даже, кажется, дышать можно вполне комфортно.

Эмма осталась довольна моим внешним видом, наряд очень элегантно смотрелся: скромный вырез, минимум вышивки, единственным украшением служила сложная драпировка на лифе и рукавах.

Когда мы спустились вниз и шли через гостиную, я увидела Селину с родителями. Она сидела рядом с отцом, который разговаривал на повышенных тонах с Фелисити. При нашем появлении супруги затихли, а малышка подбежала ко мне, просясь на руки.

– Селина, ты помнешь платье тетушки Каринтии, – добродушно усмехнулся лорд Верон.

– Только муж за порог, как жена сразу отправилась на гулянки. – Моя золовка скривила губы.

– Мы на благотворительный вечер, – немедленно пояснила Эмма.

– Конечно, зачем сидеть в четырех стенах, – поддержал отец Селины. – Когда появятся детки, насидитесь еще дома.

– Каринтия, возьми Милаша, пусть он охраняет тебя, пока дядя Дел занят. – Селина сунула мне в руки своего плюшевого зайца.

– Спасибо, дорогая. – Я наклонилась и чмокнула малышку в румяную щечку. Какой же прелестный ребенок!

– Твоя золовка всегда такая мерзкая? – шепотом осведомилась подруга, когда мы шли к ее экипажу.

– Кажется, да, – ответила я. – Я никогда не видела ее в добром расположении духа.

– Нелегко тебе, – сделала вывод Эмма. – От такой родни лучше держаться подальше, гони ее в шею, пусть отправляются в свой дом.

Я нервно хихикнула, возможно, вскоре Делмар меня саму выгонит, но вслух огорчать подругу не решилась. За пустыми разговорами я не заметила, как быстро мы добрались до места назначения. Прекрасное поместье находилось в пригороде столицы. Величественное здание, лаконичные линии в архитектуре, сдержанный стиль. А многие сейчас любят надстроить вычурные острые башенки на крыше, сделать огромные окна, так чтобы всю зиму дрожать от холода и нещадно натапливать камины. Старинный дом, куда мы прибыли, был создан для комфортной жизни.

– Представляю, как обрадуется леди Стафорд, – внезапно объявила Эмма. – Пусть благодарит, что ей привезли такую райскую птичку на ее скучный вечер.

– Мы приехали в дом Камиллы Стафорд? – опешила я от такой новости. Почему я раньше не удосужилась спросить у Эммы, куда мы направляемся. Если Делмар узнает, что я была в гостях у Персиваля, он еще больше возненавидит меня.

– Эй, ты куда! – возмущенно закричала подруга, когда я, подобрав юбки, кинулась обратно к экипажу.

– Я не могу туда пойти, – зашипела я. – Мы не в очень хороших отношениях с этой семьей.

– Что они тебе сделали? – удивленно спросила Эмма.

– Мне – ничего, но Делмар ненавидит лорда Стафорда, и не спрашивай, по какой причине. Уверяю, она довольно веская!

– Каринтия, нас уже увидели в окно, будет невежливо, если мы сейчас развернемся и покинем поместье, – всполошилась подруга и, схватив меня под локоть, потащила к парадной лестнице. – Побудем немного и ускользнем.

– Эмма, я убью тебя, – горячо зашептала я ей в ухо.

– Прекрати, на нас смотрят, – одернула меня подруга, я послушно расправила плечи и с гордо поднятой головой прошла в дом.

– Все будет хорошо, расслабься и не нервничай, – только и успела шепнуть мне Эмма, как нас тут же окружили присутствующие дамы. Они, словно стайка пестрых птичек, наперебой стали знакомиться с такой важной персоной, как ее светлость герцогиня Левиргейл, то есть со мной.

– Ах, леди Бошан, какая вы умница, что привезли леди Каринтию. – Хозяйка вечера красавица Камилла чуть ли не набросилась на меня с поцелуями. – Я так и думала, что вы не прочь продолжить приятное общение. Как это чудесно – наши мужья дружат, и мы с вами станем лучшими подругами.

Ну, это она, конечно, здорово преувеличила – разве можно назвать дружбой тихую ненависть и желание придушить Персиваля за то, что тот обесчестил Фелисити. Хотя, познакомившись поближе с золовкой, я уже начинаю сомневаться, кто кого соблазнил в действительности. Интересно, Камилла вообще в курсе, что ее благоверный прижил ребенка на стороне?

– Ваша светлость, угощайтесь виноградными улитками, фаршированными сыром с травами. – Мне под нос сунули тарелку.

– Нет, спасибо, – скривилась я и натянуто улыбнулась.

Одна юная леди в смешных круглых очках сияла от удовольствия, она то и дело щебетала про то, как некая мисс Помпи будет рвать на себе волосы от горя, ведь я вступила не в ее общество, а выбрала именно их женский кружок.

– Хотела бы я посмотреть на выражение лица Помпи, когда она узнает, что вы теперь с нами, – мстительно проговорила девушка.

– Я пока еще никуда не вступила, – сразу попыталась я умерить пыл этой активистки, но она пропустила мимо ушей мой робкий протест.

Дамы с жаром принялись обсуждать проблемы аверленских кошек. В принципе дело хорошее, леди организовали приют для этих пушистых зверьков, лечили, кормили. В общем, я всецело поддержала их деятельность и даже обещала пожертвовать небольшую сумму на его содержание.

– Прошу прощения, мне нужно на минутку отойти. – Леди Камилла, извинившись, покинула гостиную.

Присутствующие леди тут же позабыли несчастных кошек и принялись с самозабвением перемывать косточки хозяйке дома.

– Вы слышали, Персиваль уже без пяти минут премьер-министр!

– Еще бы, почти все лорды проголосовали за его кандидатуру.

– А по мне, так тут дело точно нечисто, в обществе поговаривают, что он подкупил добрую половину палаты лордов, чтобы попасть туда.

– Ну что вы, мисс Гайде, чушь городите! Да там у всех состояния не меньше, чем у лорда Стафорда. Это сколько же ему пришлось бы дать взяток, чтобы подкупить того же графа Честера, который каждое воскресенье принимает ванны из шампанского вместе со своей молоденькой любовницей Консуэллой!

– Что, граф Честер все-таки заполучил эту певичку?

– Так вот почему его сиятельство все время глупо смеется – от переизбытка алкоголя в крови!

Поток слов резко оборвался при появлении Камиллы, она вернулась в комнату вместе с мужем. Персиваль удостоил каждую даму легким кивком головы, а мне соизволил поцеловать ручку.

– Какая приятная встреча, леди Каринтия. – Ехидная улыбка тронула его губы.

– И погода хорошая, – буркнула я невпопад, отчего изящный рот Перси изогнулся еще больше. Он прекрасно видел мое замешательство, понимал, как мне неприятно находиться в его присутствии.

– Персиваль, не мешай нам, у нас сейчас как раз будет голосование по выбору эмблемы.

– Конечно, дорогая, спешу удалиться. – Ее супруг все еще не выпускал мои пальцы из своих.

Я возмущенно подняла на него взгляд и буквально утонула в его невероятно красивых голубых глазах, они затянули меня, словно два водоворота. Показалось, что я плыву в океане блаженства, уши перестали слышать нудные голоса дамочек, а в голове раздавался лишь один чарующий бархатный тембр голоса Персиваля.

Не понимая, что делаю, я протянула руку к подносу, засунула в рот улитку прямо в раковине и сомкнула зубы. Тут же раздался неприятный хруст, позволивший мне стряхнуть с себя внезапно возникшее очарование.

– Что такое, вы подавились, леди Каринтия? – участливо осведомился Персиваль.

– Все в порядке, – еле выдавила я пару слов.

– Но у вас кровь, вы порезали губы. – Лорд Стафорд достал из кармана платок и подал мне, чтобы я вытерла алые капли.

Не понимаю, что происходит, почему этот мужчина вызывает во мне такие неожиданные чувства, острое желание вкупе с восхищением.

– Тебе пора, дорогой. – Хмурое лицо Камиллы не предвещало ничего хорошего.

– Я тоже поеду, уже поздний час, и вообще у меня сегодня есть важные дела, – заявила я, чувствуя во рту соленый привкус крови.

– Я провожу тебя. – Эмма тут же поднялась на ноги.

Вместе мы дошли до холла и вышли на лестницу.

– С тобой все в порядке? – озабоченно спросила она. Ее лицо побледнело.

– Будет в порядке, если я отсюда уеду, – сказала я. – Ты едешь со мной?

– Нет, отправляйся в моем экипаже, а потом кучер вернется за мной.

– Хорошо, – проговорила я. Язык еле ворочался, голова закружилась в хмельном угаре, только вот я не пила даже пунша.

– Мне кажется, ты заболела. – Эмма провела рукой по моему лбу, на котором выступили капельки пота. – Начинается лихорадка, немедленно возвращайся домой и ложись в постель, я завтра приеду тебя проведать.

– До встречи. – Я махнула подруге на прощанье и поспешила спуститься по лестнице, стремясь к выходу.

Экипаж сделал круг по аллее, чтобы подъехать ко мне. Облегченный вздох вырвался из груди, когда дверца кареты распахнулась и я оказалась внутри.

– Подождите, леди Каринтия, вы забыли ридикюль!

Раздавшийся голос заставил меня вздрогнуть, я увидела Персиваля, который приближался к карете.

– Вы ошибаетесь. – Я похлопала по сумочке, лежащей на коленях. – Он со мной.

– Да нет же, уверяю вас, леди Каринтия, – лорд Стафорд подошел ко мне и протянул руку в открытую дверь.

Я против собственной воли ухватилась за нее и вновь вышла на свежий воздух.

– Ваша светлость, разве мы не едем? – Брови кучера удивленно взметнулись вверх.

– Леди решила остаться еще на некоторое время.

Голос Персиваля лился как речка певучая, обволакивая меня сладкой истомой. Ах, какой же он красивый, умный, так и хочется прикоснуться губами к его медовому рту, вкусить всю сладость. Я облизнулась, предвкушая поцелуй. Боже, что со мной происходит, я будто под чарами. Пытаясь прояснить разум, я сделала шаг назад и, оступившись, чуть не упала с бордюра, рука лорда заботливо подхватила меня за талию.

– Ну же, Каринтия, ты же хочешь этого, – проговорил он мне на ухо.

– Да, хочу, – выдохнула я. По венам потекла огненная лава, тело горело и дрожало от предвкушения, живот ныл, прося прикосновений и ласк.

Перси увлек меня вглубь двора, прямиком к конюшням. Я шла, словно покорная игрушка, для меня существовал только он один. Хотелось вечно слушать чарующий голос, нашептывающий в ухо страстные слова, и смотреть в голубые глаза, искрящиеся подобно ограненным бриллиантам.

Неожиданно он грубо толкнул меня к деннику. Молодой гнедой жеребец, запертый в стойле, громко фыркнул при виде хозяина, но лорд Стафорд был занят своей жертвой, он бесстыдно полез мне под юбку, пытаясь рукой добраться до шелковых панталон. Сквозь тонкую ткань я ощутила тепло от его ладони и застонала.

– Я хочу, чтобы ты кричала мое имя, когда я возьму тебя, – проговорил он, жадно проводя языком по бьющейся голубой жилке на моей шее.

– Персиваль, – произнесла я с придыханием.

Чужое для меня имя неожиданно резануло слух, сквозь пелену неги я ощутила укол в самое сердце. Да что я творю, еще чуть-чуть – и отдамся незнакомому мужчине прямо на конюшне, точно дворовая девка. Из глубины сознания всплыл образ Делмара, карие глаза с укоризной смотрели на меня, а хриплый голос отчитывал: «Так, дорогая миссис Ривс, как понимать вашу измену на куче сена и навоза с моим врагом?»

– Нет! – Я почти выкрикнула и изо всех сил толкнула в грудь лорда Стафорда, пытаясь высвободиться.

– Куда это ты собралась, птичка моя? – Он мертвой хваткой вцепился в мои плечи, заставляя заглянуть в глаза.

Рассеявшаяся было дымка вновь окутала разум, заставляя послушно откинуться и поддаться этому мерзавцу.

Внезапно Персиваль дернулся как громом пораженный, его прекрасные глаза закатились, и он упал навзничь. Я постепенно возвращалась в сознание, даже прикусила губу, призывая боль отрезвить отравленный разум.

– Тия, ты в порядке? – Я увидела Эмму, державшую в руках лопату. Подругу била нервная дрожь, зубы стучали, но на лице отражалась отвага и решимость.

– Я не понимаю, что происходит, – призналась я и, упав на колени, разрыдалась. – Я чуть не бросилась в объятия к этому мужику.

– За тобой водится много странностей, но кувыркаться с первым встречным на конюшне ты бы точно не стала, – сказала Эмма. Она все еще судорожно сжимала в руках черенок лопаты, готовая в любой момент вновь пустить ее в дело. – Хорошо, что я, прежде чем войти в дом, обернулась и увидела, как этот прохвост спешит к карете, а затем вытаскивает тебя и ведет прочь.

– Спасибо, – всхлипнула я. – Делмар никогда бы меня не простил.

– Этот ловелас явно воспользовался чарами, только вот какими?.. – проворчала Эмма. – Может, для верности проткнуть его вилами, чтобы уж наверняка больше не захотел насильничать.

– Не стоит марать руки, – помотала я головой и с трудом встала на ноги. – Надо убираться отсюда подальше, пока нам не создали еще больше проблем.

Подруга мстительно зачерпнула лопатой кучу конского навоза и высыпала его на лорда Стафорда, а затем отбросила свое импровизированное оружие в угол.

– Уходим, – быстро проговорила я.

И, схватившись за руки, мы выскочили из конюшни. Забравшись в карету, тотчас же приказали кучеру гнать лошадей в поместье Левиргейлов.

– Расскажешь мужу? – поинтересовалась Эмма, виновато опустив глаза.

– Да, – коротко ответила я. – Делмар должен все знать, даже если, после того как поймет, что я целовалась с Персивалем, испытает ко мне отвращение. Не хочу, чтобы между нами были тайны.

– Но ты не виновата! – почти вскричала Эмма. – Пусть его светлость выяснит, откуда у лорда Стафорда такие способности. В конце концов, это его работа – следить за магическими преступниками.

– Персиваль – отец Селины, – открыла я семейную тайну. – Он соблазнил леди Фелисити, когда той едва исполнилось шестнадцать.

– Так, может, он и к ней применил чары? – встрепенулась подруга. – Ой!

Неожиданно карета резко остановилась, послышался испуганный крик кучера. Мы с Эммой встревоженно переглянулись.

– Что случилось? – Эмма высунулась в окно, пытаясь разглядеть в вечернем полумраке, что происходит снаружи.

– Леди, я не виноват, он сам бросился под копыта. – Показалось испуганное лицо извозчика. – Выскочил будто из-под земли, я не успел остановить коней, затоптали насмерть беднягу!

Глава 33

Я выскочила из кареты. Руки тряслись, в голове стучала жуткая мысль: неужели мы стали причиной гибели какого-то человека. А всему виной необдуманная просьба гнать лошадей быстрее.

– Посмотри, может, он живой, – попросила Эмма. Лицо подруги было бледнее погребального савана.

Напуганный кучер, сжимая в руках хлыст, подбежал к телу, лежащему на дороге. Я лихорадочно оглядывалась по сторонам в поисках помощи. Но, как назло, поблизости никого не оказалось. Мы сейчас были совершенно одни в этой части города. Ни одного случайного прохожего, только карета и мертвый мужчина в сером костюме, валяющийся в дорожной пыли.

– Что за черт! – неожиданно донесся недоуменный вскрик возницы. Он нагнулся над пострадавшим и в тот же момент получил оглушительный удар в челюсть. Мужчина, еще несколько мгновений назад выглядевший как труп, проворно вскочил на ноги и ударил завалившегося на бок кучера еще раз.

– Эмма, бежим! – завопила я и, подхватив юбки, бросилась наутек. За мной еле поспевала подруга, стук ее каблуков по мостовой гулким эхом разлетался по улице.

Не успели мы добраться до угла ближайшего дома, как совсем рядом раздался шум. Обернувшись, увидела, что бывший покойник почти нагнал нас. Он с легкостью отшвырнул Эмму, и она отлетела в сторону.

– Миссис, пойдемте со мной. – Незнакомец протянул ладонь, затянутую в перчатку.

Я сглотнула ком, вставший в горле, и с ужасом взирала на преследователя. Странное лицо, больше похожее на восковую маску. Когда он открыл рот, чтобы произнести эти слова, голос звучал глухо, будто из подземелья. Ноги мои подкосились от страха, сделав шаг назад, я уперлась спиной в кирпичную стену, бежать дальше некуда.

– Вас ждут, – вновь повторил жуткий мужчина.

– Кто? – еле выдавила я коротенькое слово.

В глубине моего сознания стала зарождаться страшная мысль, что стоявший передо мной не был человеком, вернее, выглядел как мужчина, но не являлся им на самом деле. Он схватил меня железной хваткой и потащил дальше по улице, я отчаянно упиралась и брыкалась, молотя кулаками по груди и голове незнакомца, но тот даже не поморщился.

– Мисс Эвинсель, не стоит сопротивляться, вы тем самым только делаете себе хуже! – послышался смутно знакомый голос. – Морис может не рассчитать своих сил и сдавить вашу хрупкую шейку слишком сильно.

Я увидела, как передо мной в черной неприметной карете приветливо распахивается дверь с плотно задернутой шторкой. В полумраке старательно напрягаю зрение, но уже понимаю, кого сейчас увижу. Мистер Велдон собственной персоной гадко ухмыльнулся, когда Морис буквально зашвырнул меня к нему на колени.

– Это вы?!

Неужели я сплю и вижу кошмар. Жуткий маньяк, от которого меня спас Делмар при первой встрече, сейчас хищно смотрит на меня.

– Как же я давно ждал возможности увидеться с тобой. – Велдон плотоядно облизал губы, его глаза зловеще блеснули, так что у меня по спине побежал холодок.

– Если у вас возникло обманчивое впечатление о моей симпатии, то спешу заверить, что это несколько преувеличенное мнение, – промямлила я. – Немедленно отпустите меня, иначе я буду кричать.

– Ты же не глупа, Каринтия, и прекрасно понимаешь, что я караулил свою птичку столько времени не для того, чтобы сейчас так глупо выпустить из тщательно расставленных силков. – В его голосе послышалась насмешка.

– Что вы собираетесь со мной сделать? – спросила я, бросая холодный оценивающий взгляд на маньяка, хотя в душе моей бушевало пламя ужаса, а губы немного дрожали, выдавая волнение.

– Ничего плохого, – принялся уверять Велдон и слегка похлопал ладонью по моей коленке, будто заботливый отец. – Я подарю тебе новую жизнь и молодость.

– Какое счастье-то мне привалило, – скривилась я от отвращения. – Заберете мою душу и подселите в одну из своих механических кукол?

– Не будь неблагодарной, деточка, я выбрал тебя из сотен девиц, – заявил колдун. – А какое новое тело я тебе приготовил, мм… когда увидишь, непременно бросишься извиняться за свое поведение.

– Ну конечно. – Тут я уже разозлилась не на шутку, этот старый урод собирается сделать из меня чучело и еще жалуется, что я не рассыпаюсь в благодарностях. – Может, еще ботинки вам облобызать от счастья?

– Грубо, деточка, но ничего, скоро ты поменяешь свое мнение. – На лице маньяка вновь появилась улыбка.

Вот это он зря ухмыльнулся, гаденькая усмешка окончательно переполнила чашу моего терпения и возмущения. Я резко откинулась назад и, вскинув вверх ногу, изо всех сил ударила Велдона в челюсть. Подобрав юбки, стремглав кинулась прочь из кареты, а мне в спину неслись проклятия и ругательства. Не чуя ног, бежала по дороге прямо к экипажу подруги. Краем глаза заметила, что место, где оставила Эмму, опустело, значит, она не сильно пострадала и успела уйти за помощью. Возле ее кареты прямо на земле сидел кучер, он посмотрел на меня мутными глазами. Да уж! От этого бедняги теперь никакой пользы, жуткий голем его знатно приложил. Добравшись до экипажа, забралась внутрь и, заперев дверь на крючок, сжалась в комочек, притаившись на полу. Снаружи послышались тяжелые шаги, дверца задрожала под натиском сильных рук. Я стала озираться по сторонам в поисках оружия, но ничего, кроме брошенной сумочки и плюшевого зайца, не нашла. Схватив игрушку и прижав ее к себе, вдохнула знакомый запах клубничных леденцов. На глаза навернулись слезы бессилия. Дверь слетела с петель и, как я ни сопротивлялась, меня вытащили на улицу и потащили обратно к пострадавшему Велдону. Колдун встретил меня уже не столь радушным взглядом, как несколько минут назад. Его разбитый нос опух, а на черный камзол капали алые капли крови, расплываясь на блестящей ткани.

– Придется тебя наказать, деточка, – прогнусавил Велдон.

Я всхлипнула, уткнувшись носом в Милаша. Рядом со мной сидело чудовище, удивительно похожее на человека. Бледная пергаментная кожа, покрывающая кости скелета, была мастерски выполнена, даже дырочки пор были видны, вот только взгляд стеклянных глаз был пустой и безжизненный.

– Послушайте, мистер, вы же когда-то были человеком, помогите мне, – прошептала я, обращаясь к голему, но тот даже не шелохнулся в мою сторону, тупо сидел и смотрел перед собой.

– Не старайся, Каринтия, – заговорил Велдон. – Видишь ли, Морис раньше обладал хилым телом – долгие годы, проведенные в тюрьме за убийство дюжины хорошеньких проституток, наложили неизгладимый отпечаток на беднягу. Когда я его встретил, бедолага загибался от туберкулеза, практически умирал. За возможность получить идеальное тело, пышущее здоровьем, он будет вечно мне предан.

– Мой господин, я ваша сторожевая собака, – пропыхтел голем, подтверждая слова этого психа.

– Здорово, только как безжизненная кукла может пыхтеть здоровьем… – прошипела я, отвернувшись от этих уродов.

– Он невероятно силен, не знает усталости, не ест и не спит, – хмыкнул Велдон. – Идеальный человек.

Я сжалась в комочек в углу кареты и просидела, не шелохнувшись, пока мы ехали в неизвестном направлении. Не знаю, сколько точно прошло времени, прежде чем экипаж наконец остановился и меня грубо выволокли на улицу. Большой двухэтажный дом где-то на окраине города в окружении высоких многовековых сосен. В окнах на первом этаже зажегся свет, входная дверь распахнулась, на порог вышла хорошенькая девушка в форменном сером платье и всплеснула руками при виде нас.

– Господин привез новую игрушку. – Хриплый скрипучий голос резко контрастировал с внешним милым видом горничной.

– Вызовите полицию, – завизжала я, отчаянно брыкаясь в руках Мориса.

– Перестань буйствовать, – предостерег Велдон. – Молли, милая, принеси-ка мне успокоительное, иначе, боюсь, наша гостья покалечит себя.

– Это тебя, урод, я с удовольствием покалечу, – визжала я. – Волосенки повыдергиваю и на лысину плюну.

– Фу, деточка, такие выражения не присущи благовоспитанной леди, – скривился хозяин дома. – Я уже подумываю о том, чтобы немножко укоротить тебе ядовитый язычок, все равно он тебе вскоре не понадобится.

Я тут же захлопнула рот. Кто его знает, что на уме у этого маньяка, пожалуй, стоит пока затаиться.

– А что это у тебя в руках? – Заинтересованный взгляд скользнул по плюшевому зайцу.

– Милаш, – прошептала я, вцепившись покрепче в игрушку Селины.

– Прелестный, – задумчиво проговорил Велдон. – Зачем он тебе? Дай посмотрю, может, внутри припрятан дамский револьвер.

Велдон выхватил зайца и, достав из кармана перочинный нож, засунул острое лезвие в мягкое брюшко, раздался треск рвущейся ткани. Порывшись в вате и ничего не обнаружив, Велдон бросил его на пол. Затем он подошел к служанке и, взяв у нее из рук шприц, развернулся ко мне с довольным видом. Я округлила глаза, понимая, что сейчас произойдет неизбежное – меня отключат, а проснусь я уже в другом теле. Морис дернул с моего плеча рукав и, разорвав ткань, оголил кожу, предоставляя возможность своему господину сделать укол. Не слушая моих рыданий, Велдон с довольным видом всадил иглу в руку и влил раствор. Почти сразу я почувствовала, как немеет язык, потом похолодело в горле, голова закружилась, заставляя упасть на подкосившиеся колени.

– Отведи Каринтию в ее новую комнату, – послышался голос Велдона.

Я попыталась дотянуться до распотрошенного Милаша, лежащего совсем рядом, но силы окончательно покинули тело и тьма поглотила меня.

Очнулась я от прикосновений мокрой губки к моему лицу, с трудом разлепила глаза и уставилась на идеальное восковое лицо механической куклы Молли. Служанка повернула голову.

– Мелинда очнулась, – проскрипел незнакомый голос. – Господин уж начал волноваться, что переборщил с дозой, сейчас обрадую его, что все в порядке.

– Мне плохо, – прошептала я пересохшими губами. Голова болела, я с трудом приподняла ее.

– Все пройдет, попей водички, – проговорила Молли и поднесла к моему рту ложку. Я сглотнула холодную жидкость, и тут же пожалела об этом. А если это опять какой-нибудь дурман, чтобы держать меня в состоянии овоща? Постаралась сесть в постели и оглядеться.

– Меня зовут Каринтия, – заявила я.

– Это в прошлом, – отозвалась служанка. – Господин сам придумал тебе новое имя, да такое красивое – Мелинда.

Сердце часто забилось, в груди стал разливаться жар, я лихорадочно кинулась ощупывать свои руки и ноги, к счастью, я все еще находилась в своем теле. Немного успокоившись, я облегченно вздохнула, но тут моя ладонь коснулась головы, и я заорала как помешанная.

– Где мои волосы? – спросила я, давясь рыданиями.

Роскошные белокурые локоны кто-то нещадно срезал, оставив короткий жесткий ежик. Пальцы касались стриженой головы, а на глаза набегали горькие слезы.

– Господин велел остричь, – нисколько не смущаясь моей истерики, поведала Молли. – Решил оставить для нового тела, я уже видела его, такое роскошное, я даже завидую немного.

– Гады! – прошипела я, резко сев в постели. Меня сразу же замутило, желудок свело спазмом, перед глазами побежали темные круги. Перевела взгляд на единственное в комнате окно, прикрытое портьерой, за которым ярко светило солнце. – Сколько я спала?

– Полтора дня, – услужливо сообщила служанка.

С трудом встав на ноги, я обнаружила, что практически обнажена, только тонкая хлопковая рубашка едва прикрывает колени.

– Уф, намучилась же я с твоим корсетом, пока развязывала шнуровку, – сообщила Молли. – Скоро у тебя будет новое совершенное тело с такой тонкой талией, что не нужно надевать никаких дурацких приспособлений.

– Не хочу становиться куклой. – Я бросила умоляющий взгляд на девушку-голема. Она же тоже когда-то была человеком, должна проявить сострадание и помочь выбраться отсюда. – Пожалуйста, пойми, у меня дома остался муж, мама и сестра, я не могу уйти от них.

– Господин даст тебе вечную жизнь, это стоит того, чтобы пожертвовать близкими, – покачала головой Молли. – Не печалься, смотри, что у меня есть.

Она сунула в мои руки Милаша, грубые стежки черных ниток соединили распоротую плюшевую ткань. Я схватила игрушку и прижала к себе.

– Заяц был тебе так дорог, я починила его, – проговорила Молли. – Он поможет смириться с неизбежным.

– Я скорее из окна выброшусь, чем смирюсь, – прошипела я, плотно сжимая губы, и, подбежав к оконному проему, резко отдернула тяжелую портьеру, но меня ждало очередное горькое разочарование.

– Господин давно поставил решетку, – бесстрастно пояснила служанка. – После того как Мишель бросилась вниз, разбив свое чудесное новое тело. Так и осталась дуреха без конечностей. Возможно, господин покажет тебе ее. Мишель сейчас может только глазами хлопать и плакать. Я иногда слышу ее голос из подвала.

Если бы у меня были волосы, думаю, они бы встали дыбом от таких откровений. Я вернулась в постель, а Молли, изобразив подобие книксена, покинула мою тюрьму. Сколько мне еще осталось? День? Два? А может, всего час нормальной жизни? Вдоволь наплакавшись, я лежала с закрытыми глазами, пока теплая ладошка не прикоснулась к мокрой щеке, пытаясь смахнуть слезы.

Я вздрогнула и увидела перед собой малышку Селину. Девочка радостно улыбалась.

– Каринтия, я тебя нашла, – весело прощебетала она. – Куда же ты запропастилась?

– Милая моя, как же я рада тебя видеть, – прошептала я.

– Ты нас бросила? – обиженно надув губки, спросила Селина. – Я утром проснулась, а дядя Делмар бегает по гостиной и орет на мистера Ардета, они вроде как целый день тебя искали, но не смогли найти. А я вот справилась, я молодец.

– Дорогая моя, какая же ты умница, – проговорила я. – Но здесь оставаться опасно, возвращайся назад домой и скажи дяде, что меня похитил Велдон. Правда, я не знаю, где находится место, где меня держат.

Неожиданно Селина закричала и протянула ко мне руки, я испуганно попыталась схватиться за маленькие ладошки, но они засияли голубым светом и стали быстро исчезать в воздухе, а вскоре малышка исчезла совсем, будто растворилась.

– Каринтия, помоги…

Голос Селины резко оборвался, дверь скрипнула, и в комнату вошел ухмыляющийся Велдон. Гадкий старик держал зажатую между двумя пальцами цепочку, на которой болтался хрустальный кулон, внутри которого ярко светилась синяя искра.

Глава 34

Я кинулась на Велдона, готовая вцепиться ногтями в его рожу, но мою руку ловко перехватил Морис, выскочивший из-за спины господина.

– А ну-ка, деточка, умерь свой пыл, – голосом доброго школьного учителя проговорил Велдон. – Да мне невероятно везет, вместо одной новой игрушки у меня будет целых две.

– Отпусти Селину, – взмолилась я. – Малышке всего шесть лет, зачем тебе ребенок?

– Может, и незачем. – Глаза колдуна сверкнули нехорошим блеском. – Все зависит от твоего поведения.

Руки мои и плечи невольно опустились. Понятно, куда он клонит: моя душа в обмен на свободу Селины. Ну что ж, выбор очевиден.

– У тебя будет самая послушная кукла. – Я опустилась на колени перед этим чудовищем. – Только освободи малышку.

– Хорошая деточка. – Губы Велдона изогнулись в довольной усмешке. – Твое новое тело уже почти готово. Осталось несколько штрихов, и можно заняться переселением.

Я потянулась рукой к зловещему кристаллу, но мерзавец помахал указательным пальцем возле моего носа в знак протеста.

– Нет, только после процедуры, – заявил он.

– А если ты обманешь? – вскипела я, нервно сжимая ладони в кулаки, готовая вновь наброситься на нашего обидчика.

– Придется поверить, другого выхода у тебя нет!

С этими словами Велдон покинул комнату, раздался скрежет запираемого засова. Доведенная до отчаяния, я схватила стул и кинула его об стену, щепки полетели в разные стороны. «Делмар, где же ты, почему тебя нет рядом, когда ты так нужен!» – в отчаянии проговорила про себя.

Я смогу, я попытаюсь выбраться и спасти Селину. Обыскала всю комнату в поисках оружия, но ящики комода были пусты. Все, успокойся и подумай немного. Нужно притвориться, что я смирилась с жуткой участью, показать покорность, чтобы каналья расслабился и потерял бдительность. Перестав метаться, я села на краешек кровати и принялась терпеливо ждать своего палача.

Через несколько часов томительного ожидания за мной пришла Молли, в руках она держала подсвечник, значит, идем в подвал. Я на мгновение закрыла глаза, собираясь с силами, и решительно зашагала за служанкой. Спустившись по узкой винтовой лестнице, мы оказались в просторном помещении, под самым сводом которого парили яркие огни, освещавшие пространство.

– Вот и ты, моя деточка! Пойдем, я покажу тебе кое-что.

Я позволила Велдону подхватить меня под локоть и проводить в центр зала. В мягком кожаном кресле сидела кукла – изящные ручки и ножки, большая грудь, тонкая талия, как обещала Молли. Только бог ведает, что он собирается с ней проделывать, извращенец чертов. Без легкой грусти не могла смотреть на свои отрезанные локоны, красовавшиеся сейчас на голове голема.

– Она прекрасна, – выдавила я из себя похвалу.

– Рад, что ты довольна, – снисходительно кивнул Велдон.

– А это будет больно? – капризно спросила я. – Переселение души в это великолепное тело.

– Даже не знаю, – неожиданно растерялся колдун. – Никогда не задумывался об этом, может, спросим у Молли.

– Кажется, я совсем ничего не почувствовала, – отозвалась служанка. – Я, признаться, и не помню уже, как это – чувствовать.

– Ну вот и славно, – довольно потер руки Велдон. – Пожалуй, пора приступать.

Я с тоской посмотрела на Мориса, стоявшего неподалеку, затем на Молли, с равнодушием следившую за движениями своего господина, и поняла, что скоро превращусь в такую же холодную машину.

– Вы освободите Селину? – в последний раз спросила я и по выражению лица этого мерзавца поняла, что он ничего не сделает.

– Думаю, девочка останется в моей коллекции, – как ни в чем не бывало отозвался Велдон. – Зато тебе будет не скучно, веселая игрушка гораздо приятнее, чем вечно тоскующая.

– Значит, веселья захотел, старый развратник? – осведомилась я, сощурив глаза. – А с живыми девушками у тебя не получается?

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Велдон.

– Все ты понимаешь. – Я провела рукой по соблазнительным изгибам своего тела.

– Фу, какая вульгарная девица, – поджал губы Велдон.

Я не дала ему опомниться и, осторожно ступив вперед, подошла почти вплотную и сделала вид, что собираюсь поцеловать. Он схватил меня за плечи, я чарующе улыбнулась и со всей силы ударила лбом в его и так уже травмированный нос. На этот раз кровь хлынула, как из дырявого ведра, Велдон схватился за лицо и согнулся пополам, вопя проклятия.

Бежать было бесполезно, Морис тут же перехватил меня и ударил кулаком в живот, так что я упала на пол, всхлипывая от боли.

– Вот змея! Переломай ей все кости так, чтобы наша деточка харкала кровью и молила меня переселить ее в новое тело, а я еще подумаю, дарить ли ей такое счастье.

Я зажмурилась, приготовившись к пытке, но неожиданно комната наполнилась зеленоватым туманом, Велдон зашелся в удушливом кашле. Почувствовав, что начинаю задыхаться, я стала хватать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Надо мной склонился темный силуэт, странный мужчина, с ног до головы укрытый черной дымкой, прижал к носу мокрую тряпку. Жидкость с ткани попала на губы, и я почувствовала легкий сладкий привкус.

– Кто ты, черт тебя подери? – прохрипел Велдон, схватившись за горло.

Морис кинулся на незнакомца, но его мощные кулаки прошли сквозь черный силуэт, не причинив никакого вреда. Еще несколько человек друг за другом появились в подземелье, они ловко обезвредили голема, лишив его возможности двигаться. Туман исчез так же быстро, как появился, я с трудом поднялась на ноги и удовлетворенно взглянула на бездыханного Велдона.

– Он умер? – злорадно спросила я.

– Нет, к сожалению, он просто потерял сознание! – послышался знакомый до боли голос мужа. Один из спасителей снял черную маску, и я бросилась к нему в объятия.

– Делмар, ну почему же ты так долго не шел, – рыдала я на плече у мужа, а он крепко сжимал меня, боясь выпустить из рук.

– Ну вот, я-то думал, что меня сейчас зацелуют от благодарности. А ты в своем репертуаре – упрекаешь, – усмехнулся Делмар.

– Подожди!

Внезапно у меня сердце ушло в пятки, я вырвалась и устремилась к лежащему на полу Велдону, принялась расстегивать пуговицы на его камзоле.

– Ты что делаешь? – удивился Делмар.

– У него Селина, – вскричала я, разрывая рубашку и пытаясь добраться до кулона, висевшего на груди. Вскоре пальцы нащупали кристалл, и я, стараясь не паниковать, сдернула с шеи мерзавца драгоценную цепочку.

– Боже, я днем уехал из поместья, она еще была дома. – Делмар побледнел и покачнулся, разглядывая синюю искру, блестевшую в хрустале.

– Малышка пришла ко мне, воспользовавшись зайцем, – поспешно объяснила я. – Что же теперь делать, как спасти Селину?

– Прекрати кричать, я все сделаю. – Муж принял из моих дрожащих пальцев кристалл и повесил себе на шею. – Уходим отсюда. Ребята сами справятся.

Делмар снял с себя черную сорочку и накинул мне на плечи, прикрыв от посторонних глаз. Всю дорогу до дома я жалась к мужу и без умолку говорила, пересказывая все свои злоключения.

– Я думала, что мне пришел конец, – прошептала я. – Мне так хотелось рассказать тебе, что случилось на самом деле между мной и твоей матушкой. Ты думал, что я в сговоре с ее светлостью, но на самом деле все не так, как ты думал. И вообще, как ты мог такое подумать? А ведь подумал!

Остановив жестом мой бессвязный словесный поток, Делмар коснулся моих остриженных волос.

– Я теперь уродина, – вздохнула я.

– Ты красавица, – горячо запротестовал Делмар.

– Теперь ты никогда меня не полюбишь, – насупилась я. – А я так мечтала, что однажды твое ледяное сердце растает.

– Оно растаяло еще в тот день, когда я очнулся в церкви посреди венчания и уличный возница огрел меня дубиной по голове, – хмыкнул Делмар. – Каринтия, неужели ты не поняла, как дорога мне.

– Я люблю тебя, – прошептала я и, прикоснувшись губами к его щеке, оставила на ней короткий поцелуй. – Но ты никогда не простишь измены, поэтому нам лучше расстаться.

– Ты о чем? – Делмар помрачнел, его дыхание участилось. – Неужели этот урод надругался над тобой?

– Велдон? Нет, он, кажется, не интересуется женщинами, – выдохнула я и уточнила: – Живыми.

– Тогда о чем ты говоришь? – обескураженно спросил муж.

– Лорд Стафорд, – пояснила я. – Мы вчера, или, точнее, позавчера, целовались с Персивалем на конюшне.

– Что?

Лицо Делмара не предвещало ничего хорошего.

– Мы же договорились говорить друг другу правду, – испуганно поспешила напомнить я и рассказала о том, что произошло накануне в доме Стафордов.

– …Мы с Эммой оставили его в навозной куче, – посчитала я нужным уточнить этот момент, заканчивая свою исповедь.

– Отлично, – процедил сквозь зубы мой муж. – Я займусь им позднее, а пока разберемся с вами, миссис Ривс.

Я с тревогой посмотрела на мужа, ожидая, что сейчас он объявит о том, что больше не желает видеть меня в своей жизни.

– Мисс Каринтия Эвинсель, я прошу вас стать моей женой, – торжественно произнес Делмар, заставив мою челюсть отвиснуть от удивления.

– Но мы же вроде уже женаты, – пролепетала я.

– В тот раз мы поженились по твоему желанию, а сейчас я выражаю свое, – незамедлительно пояснил Делмар.

– Я согласна, – поспешно вскричала я, боясь, что он передумает.

Делмар расплылся в улыбке и, притянув меня к себе, поцеловал страстно, требовательно, так что я растворилась в невероятных ощущениях, сладостная истома пробежала по телу, прогоняя отголоски боли.

– Все это время я мечтал найти тебя живой, – признался супруг. – Чуть не лишившись тебя, я наконец смог найти силы признаться себе, что моя жизнь уже никогда не будет счастливой без моей сумасшедшей женушки. Только рядом с тобой я могу дышать спокойно и свободно, вдыхать ароматы садовых цветов, наслаждаться вкусом изысканной пищи, без тебя весь мир стал черно-белым, краски померкли. Никогда больше не покидай меня.

– Не буду, – заверила я, еще теснее прижимаясь к любимому.

– Даже в шляпный магазин будешь ездить в моем сопровождении, – проворчал муж.

– Отличная идея, – согласилась я, улыбаясь от счастья.

Глава 35

– Уже можно? – робко спросила я у мужа, когда он вышел из детской.

Из комнаты послышался радостный детский крик и рыдания. Плакала Фелисити. По рассказам миссис Финч, последние три часа она просидела рядом с телом дочери. Слуги доложили леди де Верон о том, что нашли Селину бездыханной. Вначале Фелисити не слишком волновалась, но по прошествии некоторого времени ее настроение резко ухудшилось, она металась по дому, понимая, что с малышкой случилось несчастье.

– Где ты был? – Фелисити накинулась на брата с кулаками, когда мы вместе переступили порог гостиной.

– Ты же знаешь, я искал Каринтию, – спокойно отозвался мой супруг, осторожно отцепив пальцы сестры от накинутого на плечи сюртука.

Взгляд Фелисити скользнул по мне и заметно смягчился.

– Боже, она выглядит ужасно. – Впервые на моей памяти глаза золовки увлажнились и слезы побежали по щекам, оставляя мокрые дорожки на напудренном лице. – Делмар, моя дочь, она не приходит в себя. Я чувствую, что-то плохое случилось.

– Все будет хорошо, – решительно заявил Делмар. – Послушай меня, я помогу ей вернуться в тело. Вот увидишь, скоро все закончится.

– Ты не понимаешь. – Фелисити заметалась по гостиной. Я заметила на ее левой руке несколько свежих царапин. Стараясь унять волнение, она впивалась ногтями в бледную кожу, причиняя себе боль.

Лорд де Верон подошел к жене и силой усадил в кресло, а миссис Финч поднесла бокал с водой, накапав в него успокоительное, но Фелисити неожиданно выбила его из рук экономки, расплескав жидкость по полу.

– Я ненавижу эту дрянную девчонку, – внезапно завопила Фелисити. – Если бы не она, я бы до сих пор была с Персивалем.

– Даже в такой момент ты обвиняешь Селину в своих проблемах, – со злостью прошипел ее муж.

– Я вас всех ненавижу, – завизжала Фелисити. – Вы испортили мне жизнь, только Перси любил меня по-настоящему. А ты жалкое подобие мужчины!

Лорд де Верон размахнулся и дал жене пощечину, та покачнулась и потрясенно уставилась на нас, словно очнувшись от дурного сна. Не обращая внимания на алеющий багровый след, разливающийся по щеке, она встала и побрела к брату.

– Делмар, умоляю, спаси мою девочку, спаси Селину, – прошептала она бескровными губами.

Герцог нахмурился и посмотрел на свою сестру так, будто впервые увидел ее. Странное поведение Фелисити поразило всех присутствующих, складывалось впечатление, что у нее раздвоение личности. Сама она не замечала перемен в своем настроении, только сидела в углу и тихо всхлипывала, пока Делмар не позвал ее в комнату девочки.

Вскоре малышка, живая и здоровая, прижималась к матери, не в силах поверить в свое счастье. Кажется, леди де Верон никогда не баловала дочку такими нежностями. Облегченно вздохнув и успокоившись, я отправилась в свою комнату. В зеркало старалась не смотреть, но по красноречивому взгляду миссис Финч поняла, что дела совсем плохи.

– Покушайте, ваша светлость.

На секретер опустился поднос, уставленный разнообразной снедью. Здесь был и легкий куриный бульон, и рыбное заливное, даже творожная запеканка с яблоками, видимо, Жан-Поль постарался положить по кусочку всех готовых блюд, что имелись у него на кухне. Живот отчаянно урчал, напоминая о том, что два дня у меня во рту не было ни крошки, но я отвернулась от еды. Аппетита не было, хотелось просто спрятаться ото всех. Наскоро помывшись, я залезла с головой под одеяло и пролежала так, пока ко мне не пришел муж.

– Милая, все забудется, не сразу, но постепенно страх уляжется, а волосы отрастут.

– Я выгляжу как больная тифом, – плаксиво отозвалась я, но все же вылезла из своего импровизированного укрытия.

– Какая вкуснятина. – Делмар подошел к столику и, демонстративно зачерпнув ложкой бульон, отправил его в рот, довольно причмокивая.

Я сглотнула слюну, наблюдая за мужем.

– Не узнаю свою Каринтию, ты же так любила поесть, – хмыкнул муж. – А ну иди сюда, садись ко мне на колени, я покормлю тебя с ложечки.

Долго упрашивать меня не пришлось, я с комфортом устроилась у Делмара на коленях и покорно позволила положить в рот кусочек запеканки.

– Фелисити ведет себя странно, – немного погодя сказала я.

– Ты тоже это заметила? – задумчиво произнес Делмар.

– Уверена, во всем виноват лорд Стафорд, – насупилась я.

– Магия приворота порой ведет себя непредсказуемо, – вздохнул Делмар. – Это я виноват, что проглядел рядом с нашей семьей негодяя, способного использовать скрытые силы против беззащитных девушек.

Я задумалась. Возможно, зря в свое время накидывалась на Фелисити с обвинениями, она просто не контролирует себя, находясь под действием чар. Персиваль использовал ее и оставил, а магия, проникшая в сознание жертвы, до сих пор действует, разрушая рассудок.

Делмар весь вечер был возле меня, развлекал, смешил и не давал хандрить. Когда стали сгущаться сумерки, он бесцеремонно разлегся на моей кровати и наблюдал, как я снимаю с головы кружевной платок, призванный маскировать стриженые волосы. Я постаралась быстрее задуть свечи, чтобы супруг как можно меньше глазел на короткий ежик.

– Каринтия, твоя постель слишком мягкая для меня, – пожаловался герцог, и, когда я присела рядом, незамедлительно привлек в свои объятия.

– Можешь спать на мне, – предложила я.

– Заманчиво, – хмыкнул Делмар и еще сильнее прижал меня к себе.

В его руках я чувствовала себя маленькой девочкой, защищенной от всех невзгод окружающего мира. С мужем было спокойно и комфортно, даже несмотря на пережитые волнения и ужасы, я чувствовала себя по-настоящему счастливой. «Дедуля, где бы ты сейчас ни был, в аду или раю, спасибо тебе за твое дурацкое условие, вместе с домом я получила настоящую любовь», – поблагодарила я мысленно дедушку.

Ночью сквозь тревожный сон я слышала, как Делмар ворочается рядом, не в силах уснуть. Мужа одолевали мрачные мысли, не позволяющие расслабиться. Он даже вставал, чтобы пройтись по комнате. Отдернув портьеру, постоял возле окна, пока я не проснулась от очередного кошмара и не позвала его. Ранним утром, дождавшись, когда я открою глаза, он поприветствовал меня жарким поцелуем и тут же покинул, уехав по делам. После завтрака спальню посетила ее светлость. Я без обиняков поговорила с леди Мадлен, попросив больше не вмешиваться в наши отношения с ее сыном.

– Вы чуть не рассорили нас, – упрекнула я свекровь.

– Я исходила из благих побуждений, всегда нужно слушать советы старших, умудренных опытом, – запротестовала герцогиня, но после разъяснительной беседы все же обещала больше не пытаться руководить нами.

– Я принесла тебе целебную грязь с Эктерского болота, – сообщила свекровь и достала из холщового мешочка небольшую банку, наполненную черной слизью. – Вчера вечером отправила посыльного к лекарю. Знаешь, сколько она стоит? Но мне не жалко денег для своей дорогой невестки.

– Для чего это? – настороженно поинтересовалась я.

– Помогает ускорить рост волос, – расплылась в улыбке леди Мадлен.

Ее светлость дала распоряжение слугам принести таз и несколько кувшинов с водой, а затем принялась намазывать меня этой дурно пахнущей жижей.

– Точно поможет? – робко спросила я, готовая вытерпеть что угодно, лишь бы вернуть хоть немного своих прежних волос, так стыдно ходить практически лысой.

– Ну, если не получится, закажем тебе парик, – нисколько не смущаясь, отозвалась свекровь, заматывая густо намазанную голову плотным платком. – Рыжий цвет сейчас в моде, будешь первой красавицей при дворе.

– Спасибо, что не розовый, – насупилась я, вспоминая шейный корсет.

Примерно через час тревожного ожидания кожа под тканью стала зудеть, я пыталась просунуть палец, чтобы почесать, но герцогиня, увидев мои манипуляции, стукнула меня по руке.

– Не лезь, а то все испортишь, – сказала она, придирчиво оглядывая меня.

– Вы чувствуете запах? – спросила я, морща нос.

– Боже, Каринтия, кажется, ты горишь! – всполошилась герцогиня.

Я кинулась к зеркалу и действительно увидела, что от моей головы повалил едкий дым. Трясущимися руками я стала распутывать платок, который, как назло, свекровь завязала на два узла.

Ткань расползалась под моими пальцами, тлея на глазах. Когда я сорвала платок, долго не могла поверить своим глазам. Блестящие кудрявые волосы, словно змеи, струились по моим плечам, устремляясь к талии. Я стояла, открыв рот от удивления и восхищения, а локоны продолжали расти до тех пор, пока не достигли пола.

– Ну вот, я же говорила, что все будет хорошо, – победоносно воскликнула свекровь.

– Они такие длинные. – Я провела рукой по густым кудрям и с благодарностью посмотрела на леди Мадлен. Искреннее удивление на лице свекрови немного пугало, но, к счастью, затея благополучно закончилась. Правда, на будущее лучше поостеречься ее благих намерений.

– Это не проблема, – заявила герцогиня.

Она вызвала служанок, которые помогли мне промыть пряди от остатков целебной болотной жижи.

– Жалко резать такую красоту, – вздохнула одна из горничных, нерешительно щелкнув ножницами.

Девушки еще некоторое время поиграли моими волосами, раскладывая их по стулу и перебирая пальцами под предлогом, что им требуется время просушить такую красоту и примериться к нужной длине. После того как леди Мадлен прикрикнула на служанок, они занялись делом и отрезали волосы ровно по пояс. Мое настроение резко улучшилось, я весело напевала песни, расхаживая по гостиной и поджидая мужа на обед. Но, к сожалению, Делмар появился только поздно вечером.

– Вот подлец! – Муж был взвинчен. Он снял сюртук и небрежно бросил его на пол, отказавшись от ужина.

– Что случилось? – нахмурилась я, подозревая, что речь идет о лорде Стафорде.

– Он ловко выкрутился и ушел от всех обвинений. – Делмар впервые за вечер внимательно посмотрел на меня, и его лицо расплылось в вымученной улыбке. – Отличные волосы.

– Это твоя мама постаралась. – Я отдала должное леди Мадлен. – Но больше в ее аферах я участвовать не собираюсь.

– Тебе идет этот оттенок, – похвалил муж. – Отражает внутреннее содержание и бунтарский характер.

Действительно, раньше волосы были светло-пепельного оттенка, а сейчас в прядях появилась рыжина. Я вынула шпильки и распустила кудри, предоставляя мужу больше возможностей, чтобы получше рассмотреть и потрогать локоны, да и все остальное тоже.

– Ардет несколько дней искал перевертыша. Помнишь, когда мы ездили в Элтроп, была ситуация в полицейском участке. Оказывается, несколько сотрудников, ответственных за дело о пропаже мисс Свен, в один голос заявили, что после нахождения тела старший инспектор отдал им приказ признать в найденной утопленнице Тессу и буквально в течение пары дней закрыл дело. Странность состояла в том, что, оказывается, настоящий инспектор в это время был у родной сестры в другом городе. Кто-то прислал письмо, что она сильно заболела, и тому пришлось срочно выехать. Когда он обнаружил, что от его имени действовал самозванец, то постарался замять это и скрыл от начальства, иначе пришлось бы объяснять, почему инспектор сорвался и уехал, не спросив дозволения.

– Подобным образом подставили Марка Гровера, – задумчиво произнесла я. – Значит, на месте преступления свидетели видели не его, а оборотня.

– Скорее всего, – покачал головой Делмар. – Ардет перерыл все записи, за последние пятьдесят лет был зарегистрирован лишь один случай рождения человека с подобными способностями. Это мисс Эльза Булстроут, дочь прачки, но она уже в довольно почтенном возрасте, поэтому подозрения на ее счет не выдерживают критики.

– Странно, а может, это просто оборотное зелье, – предположила я. – Наподобие тех, что варит Мэделин.

– Нет, это все-таки перевертыш, – сказал Делмар. – Изучая родственников этой дамы, я установил прелюбопытный факт. Оказывается, ее сын Джек пять лет назад поступил на службу в поместье лорда Персиваля Стафорда.

– Неучтенный маг, – задумчиво произнесла я. Неожиданно мое лицо вытянулось от безумной догадки. – Ты думаешь, что Перси причастен к убийству Оливии? Но как и почему? Боже, у меня мысли разбегаются в разные стороны. Не могу сложить их в общую картину.

– Обыски ничего не дали, Джека в особняке мы не нашли, да и фактов того, что он оборотень, у нас нет. Но дальше еще интереснее. В обед я встретился с одним почтенным джентльменом, он член палаты лордов. Так вот, под моим давлением тот признался, что накануне выборов в парламент его посетила молодая женщина. Суть беседы он не помнит, она стерлась из его памяти, но после встречи с загадочной незнакомкой лорд кардинально переменил свое решение относительно кандидата на пост нового премьера.

– Боже, Персиваль использовал Тессу, чтобы попасть в парламент, – вскричала я, но тут же зажала рот руками, испугавшись, что нас могут услышать.

– Леди Стафорд входит в список попечителей пансиона Святой Виктории. Думаю, на одном из праздничных вечеров ее супруг познакомился с мисс Свен. Зная его тягу к юным девственницам и наличию магических способностей, можно сделать вывод, что он сделал девушку своей любовницей, а дальше даже предположить боюсь, как стали развиваться события. Мы с тобой знаем только, что Тесса уехала из столицы и вернулась домой. Хотела выйти замуж за свою первую любовь, но погибла.

– Не погибла, а пропала, – уточнила я. – Думаешь, она добровольно помогает Персивалю?

– Нет, думаю, что ее похитили и удерживают силой или шантажируют.

– Ее ребенок… – прошептала я.

– Да, у меня такие же мысли, но нет доказательств. Сегодня Персиваль заявил, что я был подкуплен конкурентами с целью опорочить его доброе имя.

– А если я дам показания против лорда Стафорда? То, что он пытался применить магию, чтобы изнасиловать меня? А Фелисити! Она же тоже находится под действием приворотных чар.

– Каринтия, ты хочешь, чтобы я во всеуслышание объявил о том, что моя сестра родила ребенка от любовника. А лорд де Верон! Такой оглушительный скандал больно ударит по его репутации. И еще ты представляешь, как придворные будут смаковать подробности того, что Персиваль проделывал с тобой на конюшне.

Я закусила губу от злости, кажется, ситуация сейчас представляется безвыходной, но Делмар обязательно должен найти способ призвать этого мерзавца к ответу. К тому же до сих пор непонятно, за что были убиты Оливия и Андреа, а недавно и мисс Шанталь Маро.

Мои надежды оказались напрасными. Утром следующего дня пришло распоряжение из дворца: герцог Левиргейл отстраняется от дела и на время исключается из Ордена паладинов за превышение полномочий.

Глава 36

Делмар впервые за последние дни остался сегодня дома. Хмурый и на редкость неразговорчивый, он все утро провел на конюшне, а я, видя состояние мужа, только тяжело вздыхала, не в силах ему помочь. В голову даже закрались крамольные мысли, что, возможно, это и к лучшему, больше никакой связанной с риском для жизни работы в Ордене, никаких волнений и переживаний за его безопасность. Но все же я понимала, что Делмар никогда не успокоится, если не привлечет к ответственности виновных в гибели его невесты, да и мисс Свен нужно найти, возможно, она еще жива. По крайней мере, хочется думать о хорошем, но мрачные мысли все равно терзали и жалили, словно дикие пчелы, не давая нормально жить.

Фелисити сейчас не отходила от дочери ни на шаг, я видела их в малой гостиной, они сидели, обнявшись, возле камина и заговорщически хихикали. Оказывается, озорницы положили на угли картошку с беконом и ждали, когда еда приготовится. Селина счастливо прижималась к матери, не веря своему счастью.

– Каринтия, будешь есть вкуснятину? – весело спросила она, протягивая мне неаппетитную подгорелую картошину на кукольном блюдце.

– Нет, спасибо. – Я помотала головой, отказываясь от угощения.

– Моя мамочку давно-давно заколдовал злой колдун, – неожиданно выдала малышка. – А сейчас ее расколдовали, и она стала доброй и хорошей.

На глаза Фелисити навернулись слезы раскаяния, она украдкой смахнула их рукавом. Я заметила, что левое запястье перевязано белоснежным бинтом. Еще накануне вечером Делмар поведал мне, что сделал сестре особую татуировку – серебряного паука, который блокировал воздействие магии. Он признался мне, что подумывает о такой защите и для Селины, чтобы та в будущем не пользовалась своими опасными для жизни способностями. Но я упросила мужа повременить с этим и подумать. Нельзя лишать девочку выбора, просто нужно тщательнее следить за ней, пока она не станет достаточно взрослой и не прекратит безрассудно рисковать.

Золовка менялась на глазах: на бледном лице появился румянец, вечно брезгливое выражение лица сменилось на умиротворенное, а лорд де Верон, обрадованный добрым расположением духа своей жены, поехал к ювелиру, чтобы заказать для нее новый бриллиантовый гарнитур.

– Я только сейчас понимаю, какой дурой была все это время, – с трудом произнесла Фелисити.

– Нет, ты ни при чем, это пагубное воздействие чар, которыми пользовался лорд Стафорд, – заявила я.

– Я считала Персиваля божеством, – призналась несчастная Фелисити. – Когда он брал меня на прогулку и увозил в свой летний дом, я была самой счастливой на свете. Тяжело осознавать, что все чувства были иллюзией, но еще тяжелее думать о том, как дурно я обращалась с мужем и своим ребенком – людьми, которые действительно меня любят.

– Постарайся забыть все, что было раньше, теперь у тебя новая жизнь. – Я ободряюще похлопала золовку по руке. – Начни с чистого листа.

– Постараюсь, – согласно кивнула она.

Я неожиданно уставилась на нее, прокручивая в голове только что услышанную фразу.

– Куда тебя возил Персивать? – поинтересовалась я, нахмурившись.

– Летний домик, построенный еще при его дедушке, там даже слуг нет, он давно заброшен, – сказала Фелисити. – Тут недалеко за лесом, возле озера, такое тихое и красивое место.

Я закусила губу, обдумывая внезапную догадку.

– Фелис, нужно срочно отправляться туда! – Я вскочила на ноги, напугав золовку.

– Куда? – Она непонимающе уставилась на меня.

– В тот дом, – закричала я. – У меня есть подозрение, что именно там Перси может держать мисс Свен. Сейчас, когда за него серьезно взялись, он постарается замести следы и, возможно, захочет устранить опасного свидетеля.

– Ничего не понимаю, – растерянно развела руками Фелисити.

Я побежала на поиски мужа. Делмар, внимательно выслушав меня, переговорил с сестрой и стал собираться в дорогу.

– Подожди хотя бы Ардета. – Я испугалась не на шутку, когда он собрался ехать в одиночку.

– Ты же понимаешь, что это лишняя пара часов, – покачал головой Делмар и, оседлав жеребца, отправился на озеро. – Нельзя мешкать, когда каждая секунда на счету.

– Тогда я еду с тобой! – решительно заявила я. – Высадишь меня в сторонке от дома, если с тобой там случится плохое, я убегу и позову на помощь.

– Хорошо, – коротко кивнул Делмар. – Только нет времени седлать еще одного жеребца, поедешь на моем.

Он легко посадил меня на коня и забрался следом. Ехать вдвоем было непривычно, горячее дыхание Делмара щекотало затылок. Я уже корила себя за поспешные выводы, возможно, догадка неверна, но проверить все равно стоит, это я отчетливо понимала. Через некоторое время мы добрались до опушки леса и свернули к озеру. Место и правда было тихое и чудесное. Большое поместье сейчас стояло полностью пустое, высокий каменный забор был наполовину разрушен, кованые ворота покосились. Делмар остановился неподалеку. Спешившись, он привязал жеребца к дереву.

– Если я не вернусь через полчаса, уезжай, – напутствовал супруг.

– Хорошо, – согласилась я, хотя в душе была уверена, что в случае опасности скорее брошусь в адское пекло за мужем, чем оставлю его одного.

– Обещай мне, – с нажимом попросил Делмар, явно догадываясь о моих истинных намерениях.

Скрепя сердце пришлось дать обещание. Я проводила мужа тревожным взглядом, когда он, осторожно обойдя дом и открыв калитку, с черного хода пробрался на территорию поместья, дальше я потеряла его из виду. Ожидание было мучительным, ладони взмокли от пота, сердце тревожно колотилось в груди так, что в ушах отдавался гулкий стук. И тут я отчетливо услышала два выстрела. Соскочила на землю, подобрала юбки и стремглав бросилась вперед. Ноги в туфлях вязли в рыхлой земле, все еще влажной после ночного дождя, в левом боку закололо от быстрого бега, но я и не думала останавливаться, пока не оказалась на территории поместья. На мгновение растерялась, не зная, куда направиться, но быстро сориентировалась и решила пройти через парадную дверь. Дернув несколько раз ручку, поняла, что дверь заперта, и стала колотить руками о сухое потрескавшееся дерево.

– Делмар, миленький! – кричала я.

Внезапно дверь распахнулась, я буквально влетела внутрь и увидела худую высокую женщину. Ее бледное лицо было искажено от страха, а руки испачканы в крови.

– Мисс Свен? – Я вытаращила глаза на незнакомку.

– Кто вы? – вместо ответа услышала вопрос.

– Тесса, не бойтесь, мы приехали за вами. – Я протянула руку, но мисс Свен отстранилась, сделав шаг назад.

– Просил же тебя оставаться снаружи! – Возмущенный возглас Делмара потонул в моем вздохе облегчения.

– Я услышала выстрелы, – попыталась оправдаться, но муж уже не слушал меня, он прошел к мисс Свен и, схватив ее за плечи, резко встряхнул, заставляя посмотреть в глаза.

– Он был один? – жестко спросил Делмар.

Она застыла. Но все же через пару мгновений кивнула утвердительно.

– Тесса, послушайте, нужно сейчас же выбираться из дома, – заявил Делмар. – Вам грозит опасность.

– Я никуда не двинусь с этого места, – категорически отказалась мисс Свен.

– Мы все знаем и про лорда Стафорда, и про то, что он держит вас тут насильно. – Я вмешалась в разговор, пытаясь донести до перепуганной Тессы правду. – Вскоре об этом станет известно королеве, и Персиваль постарается вас устранить.

– Мне все равно, я не поеду с вами. – Тесса обхватила себя руками и уселась в кресло.

– У Персиваля есть способности, он умеет очаровывать женщин, – проговорила я. – Поэтому все, что вы к нему чувствуете, всего лишь иллюзия.

– Я никогда ничего к нему не чувствовала, – неожиданно заявила мисс Свен. – Лорд Стафорд изнасиловал меня после весеннего бала в пансионе, утащив на конюшню. После этого я узнала, что беременна, и мне пришлось покинуть столицу, вернувшись в Элтроп. Мой любимый принял ребенка, и я думала, что кошмар остался позади, пока не появился Джек и не забрал меня.

– Вы помогали Персивалю попасть в парламент?

– Да, я воздействовала на некоторых лордов из палаты, чтобы они приняли правильное решение, – горько усмехнулась Тесса.

– Если вы его не любили, зачем тогда помогали? – Я вскинула брови, озадаченная словами девушки.

– Они отобрали у меня сына и обещали вернуть после того, как лорд Стафорд станет премьер-министром. – Тесса наклонила голову.

– Кто они? – Делмар подошел к ней и присел рядом. – Мисс Свен, я помогу вам, однако вы должны рассказать всю правду и дать показания против Персиваля.

Никто из нас не заметил, как в открытую входную дверь свободно вошел человек. Легкой поступью он приблизился ко мне и приставил дуло пистолета к виску. Я почувствовала прикосновение холодного металла к коже и вздрогнула.

– Так-так. Хваленый герцог Левиргейл приехал выручать нашу пташку. – Мерзкий голос вывел меня из оцепенения. Незнакомец хищно оскалил зубы, наслаждаясь реакцией моего супруга. Делмар потянулся за револьвером, но мужчина прикрикнул на него:

– Если дернешься, я пристрелю твою крошку. – Он взвел курок.

– Джек, не трогай ее, – взмолилась Тесса. – Они пришли за мной, но я не послушалась, осталась в доме. Пожалуйста, пусть они уходят.

– Глупая курица, – хмыкнул перевертыш. – Нужно было уезжать с ними, теперь же ты навсегда останешься здесь. Хозяйка отправила меня зачистить следы.

– Хозяйка? – нахмурился Делмар.

– Да, леди Стафорд, – проговорил Джек. – А ты всерьез думал, что все затеял этот придурок, ее муженек? Да ему только за девками бегать, он думает тем, что у него в штанах, а не в голове. А вот Камилла другое дело, она блистательно умна и красива. Сколько раз леди посылала меня откупиться от девчонок, залетевших от Персиваля, и каждый раз я старательно заминал скандал. Но когда к нам в руки попала малышка Тесса, хозяйка решила не упустить шанс и использовать ее способности, чтобы возвысить супруга.

– Где сын мисс Свен? – холодно проговорил мой муж. Он все еще сжимал в руках револьвер и не сводил с меня глаз.

– Выблядок давно мертв, – равнодушно отозвался Джек.

– Нет, ты все врешь. – Хрупкие плечи Тессы сотрясли рыдания.

– И его мамаша отправится сейчас следом. – Мерзавец дернул меня за волосы так, что вспышка боли на мгновение ослепила, а из глаз брызнули слезы. – Ваша светлость, вам придется сделать за меня всю грязную работу. Разрядите револьвер в эту сучку, и тогда обещаю оставить в живых эту милую дамочку.

Делмар прищурился.

– Не делай этого, прошу, – закричала я, за что получила удар рукоятью по щеке.

– Выбирай, – спокойный, леденящий душу голос пронзил душу. – Одна жизнь в обмен на другую.

Неожиданно глаза Делмара расширись от удивления, взгляд карих глаз устремился за наши спины, заставив Джека обернуться. В ту же секунду раздался оглушительный выстрел, а на меня полетели брызги крови, заливая лицо. Я ошарашенно уставилась на Джека, который сейчас лежал распростертый на полу, а в гостиную вошел Марк Гровер.

Делмар тут же подхватил меня и, достав платок, заботливо вытер чужую кровь.

– Как ты здесь оказался? – взволнованно поинтересовался Делмар.

– Следил за вами, я же знал, что ты подобрался близко к разгадке, поэтому неотступно дежурил возле вашего дома.

– Мне придется тебя арестовать.

– Я спас жизнь мисс Эвинсель. – Гровер не выпускал из рук изящный пистолет с резной рукояткой.

– Делмар, прошу тебя. – Я умоляюще посмотрела на мужа.

– Меня интересует, кто убил Андреа Беркли, – не обращая внимания на труп, распростертый на полу, спросил Марк, обращаясь к Тессе.

– Андреа была моей подругой. – Бедная мисс Свен подняла глаза на оружейника. – Я обратилась к ней с просьбой о помощи, рассказала, в какую страшную ситуацию попала, а позже узнала, что Оливия и Андреа убиты. Это был для меня урок.

– А Шанталь Маро? – спросила я.

– Она случайно увидела меня на улице, – выдавила из себя Тесса. – Набросилась с расспросами. Джек тогда, чтобы избежать разговоров, сунул ей кошелек с деньгами и велел заткнуться. Потом, кажется, он еще давал ей денег, я вымолила не трогать учительницу, тем самым сохранила ей жизнь.

– Она тоже мертва.

Тесса закрыла руками лицо и зарыдала в голос:

– От меня одни несчастья, мне незачем жить!

Я обняла несчастную женщину. Она с трудом позволила увести себя из дома, который за последние четыре года превратился для нее в тюрьму. С помощью Гровера мы отвезли ее в наше поместье.

Через неделю она дала показания в суде против Персиваля Стафорда и его жены, которая полностью взяла вину на себя. Судебный процесс получился быстрый, правительство постаралось поскорее замять громкий скандал. Перси был оправдан и поспешно покинул страну, а вот Камиллу приговорили к десяти годам каторги, но до места отбывания наказания она так и не добралась. По дороге на тюремную повозку было совершено нападение, и леди нашли застреленной.

С помощью Блейз удалось разыскать маленького сына Тессы, ребенок находился в одном из приютов под чужим именем. Вскоре мисс Свен вернулась в Элтроп, и до нас долетели слухи, что она все-таки вышла замуж за Колина. Он усыновил малыша, и я искренне надеюсь, что Тесса постарается забыть все несчастья, свалившиеся на ее голову.

Эпилог

Селина вела за руку двухлетнюю кузину. Малышка Летиция с гордо поднятой головкой семенила своими маленьким ножками, неся свадебный букет.

– Летти пыталась съесть розы, – со смехом сообщила племянница. Она была одета в нарядное голубое шелковое платье, а на голове красовался венок из нежных фиалок.

Я наклонилась к дочке и поправила белокурые кудряшки. Как же она похожа на Делмара, те же пронзительные карие глаза и упрямый характер, хотя вполне возможно, что последнее она унаследовала от меня.

– Дорогая, давай отдадим тете Блейз ее букет. – Я мягко отобрала из рук Летиции цветы и тут же увидела огорченный взгляд, ее пухлые губки надулись, а ручки уперлись в бока.

– Летиция, пойдем надергаем лилий из оформления стола, – предложил Делмар и подхватил дочку на руки. Отцовское сердце не могло выдержать крупных жемчужинок слез, которые стали скатываться по румяным щечкам.

– До сих пор не верю, что Ардет уболтал Блейз узаконить отношения, – сказала я, проводя пальцами по белым розам свадебного букета.

– Он чертовски терпеливый малый, – хмыкнул муж. – Хорошо, что Блейз отпустила старые обиды и предпочла двигаться дальше. Уверен, они будут счастливы.

– Непременно. – Я перевела взгляд на невесту. Она заметно нервничала, стоя возле зеркала, ее великолепные рыжие волосы были уложены в замысловатую прическу. Простое, но элегантное белое платье выгодно подчеркивало фигуру, а кружевная драпировка отлично скрывала округлившийся животик. Несколько месяцев назад Блейз прошла сложное лечение и восстановила кожу после ожога. Лишившись жутких шрамов, она позволила Ардету залечить душевные.

– Все у них будет замечательно, я уверена в этом.

– Дорогая, вот ты где! – Леди Мадлен взяла меня под руку и потащила в угол комнаты. – Знаешь, я нашла замечательное средство. Слизь голубой улитки, вот что нам нужно!

Я закатила глаза. Свекровь опять в своем репертуаре! Не вовремя она заявилась в гости, попав прямо на свадьбу наших друзей. Узнав, что Блейз и Ардет собираются пожениться, мы с мужем в качестве подарка решили организовать свадьбу в нашем поместье. К счастью, молодые не стали возражать и согласились. Эх, жаль, что у меня в свое время не было такого красивого венчания, но, в конце концов, белое платье и добрая сотня гостей не имеют особого значения, главное, что мы с Делмаром любим друг друга и счастливы.

– Ваша светлость, может, не надо? – жалобно прошептала я.

– Нужно дождаться полной луны и обмазаться слизью, – не слушая меня, продолжала герцогиня заговорщическим тоном. Она все еще мечтала заполучить наследника мужского пола, даже появившийся в прошлом месяце внук от Фелисити не смог удовлетворить неугомонную Мадлен.

– Хорошо, я попробую, – кивнула я и взяла в руки пузырек, который собиралась выкинуть при первом же удобном случае.

– Летиции нужен братик, – назидательно проговорила свекровь и удалилась, довольная собой.

– Матушка опять давала ненужные советы, – хмыкнул мой любимый, когда я приблизилась к нему.

– Просит внука, – вздохнула я.

– Я готов приступить, – немедленно отреагировал Делмар. – Летти хочет братишку, правда, милая?

– Я хосю пони, – помотала головой дочка.

– Ах, женщины, как быстро у вас меняются желания, – проворчал Делмар и поставил Летицию на пол.

– Я так рада, что в тот день выбрала именно тебя, – поделилась я с мужем сокровенными мыслями.

Он не сдержался и, заключив меня в объятия, подарил короткий, но страстный поцелуй.

– Люблю тебя, – выдохнул он, нехотя разжав руки.

– И я тебя, – счастливо улыбаясь, облизнула губы, на которых остался мятный вкус.

Зазвучала музыка, оповещая о начале церемонии, супруг ушел к Ардету, а я проводила его довольным взглядом.

– Леди, добрый день.

Я обернулась на голос отца Бенедикта. Священнослужитель согласился провести венчание вне стен церкви. По старой дружбе, так сказать.

– Вы отличная пара с его светлостью.

– Мне приятно это слышать. – Я смущенно опустила глаза.

– Знаете, дорогая, у меня есть особый дар, я сразу вижу, будут ли счастливы в браке будущие супруги. Иногда стоит перед алтарем молодая парочка, оба радуются, но я понимаю, что вскоре у них начнется разлад. И уже ничего не спасет брак от будущего разрыва. Несмотря на дорогие свадебные наряды и обручальные кольца с драгоценными камнями, их судьбы не соединятся. А бывает, вижу юную леди в поношенном старом наряде и мужчину, явно находящегося под действием зелья, но все равно венчаю их, потому что их союз сложился на небесах и брак будет долгим и счастливым.

– Господи, вы все поняли тогда… – Я поднесла ладонь ко рту, потрясенная услышанным.

– Негоже упоминать всевышнего всуе, – погрозил пальцем падре. – Конечно. Я же не дурак, дочь моя. Именно поэтому, когда вы с его светлостью примчались в церковь расторгать брак, я поведал вам, что епископ конфисковал церковные книги.

– Вы солгали! – воскликнула я.

– Немного исказил правду во благо, – уклончиво ответил отец Бенедикт.

– Спасибо. – Я благодарно сжала пухлую ладонь священника.

Падре подмигнул мне и отравился в сад, где в увитой лилиями беседке ему предстояло венчать сегодня нареченных. Я улыбнулась – там, на улице, меня ждали друзья и родные, в окружении которых я проведу долгую счастливую жизнь.

Content

Вероника Крымова
Смертельный способ выйти замуж

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Эпилог