Райли Алекса

Скажи, что ты моя (ЛП)

Алекса Райли

Скажи, что ты моя

Серия «Принудительное подчинение»

Перевод и редактура – Алина Малина

Обложка – Wolf A.

Оформление – Наталия Павлова

Перевод выполнен для группы https://vk.com/beautiful_translation

Любое копирование материала без указания переводчиков и группы строго ЗАПРЕЩЕНО. Уважайте чужой труд!

Если вы хотите больше ярких и жарких переводов, то вы можете поддержать меня с помощью донатов на карту: 4276 4000 1708 6381. Мне было бы приятно абсолютно любое внимание с вашей стороны. Оставляйте комментарии и ставьте лайки к переводам, и любая критика будет направлена на удовлетворение ваших замечаний.

Глава первая

Колтон

Мой член упирается в ширинку моих форменных штанов, будто зная, что его ждёт, и я не имею в виду мой член. Сегодня я испробую на вкус мою сладкую маленькую Роуз. Я планировал это неделями. Я смеюсь над словом «планирование». Планирование – это мягко сказано. Это больше похоже на одержимость и вторжение в каждую мою мысль. Будучи шерифом Кирксвилля, Небраска, осуществлять задуманное гораздо проще.

Мне плевать, как сильно она будет бороться с этим, я знаю, что она этого хочет. Я надеюсь, что она будет бороться и дальше, потому что это сделает мой член еще тверже, а ее подчинение слаще. К концу этих выходных она узнает, кому принадлежит. Её жизнь будет связана со мной до самого конца, на меньшее я просто не согласен.

Очередной раз взглянув на её обнаженные фотографии, которые я сделал ранее, я перебираю их одну за одной. Их легко было сделать, просто поставив маленькую камеру в спальне и ванной комнате, без ее ведома. Конечно, я всегда смотрю на нее, она моя, в конце концов. Она моя с того дня, как я впервые ее увидел. Новый учитель второго класса в начальной школе. Так невинно и чисто. Она нуждается во мне так же сильно, как и в ней. Я могу защитить ее. Это понял бы любой, кто узнал хотя бы десятую часть того, что я сделал для нее. Я сжимаю зубы в гневе. Никто не посмеет взять то, что принадлежит мне.

То, что запечатлено на фотографиях заводит меня так сильно: вот она в душе, несколько, где она переодевается, и одна, моя любимая, где она мастурбирует. На этой фотографии она искушает меня своей киской, заставляя меня хотеть ее. Моя кровь кипит от мысли, что в ней может оказаться чья–то сперма, а не моя. Это безумие, но я ревную, что она удовлетворяет даже сама себя, но это не имеет значения на данный момент, потому что я схожу с ума, когда дело доходит до нее. Пути назад нет. По крайней мере, я знаю, о чем она думала, когда она прикоснулась к себе. У невинной, чистой, маленькой Роуз есть грязные фантазии. Я читал все о них в её дневнике, она думала, что хорошо спрятала его. Я собираюсь дать ей то, что она хочет, даже если она попросит меня остановиться, и поверьте мне, она будет меня умолять. Я уже слышу ее мольбы в моей голове, это так сильно возбуждает меня, что из кончика члена вытекает сперма.

Целуя одну из фотографий, я складываю их обратно и кладу в бардачок, вместе с дневником. Я выскользнул из машины шерифа, закрыв за собой дверь, с улыбкой на лице. Она попала прямо в мою ловушку: я ехал за ней с мигалкой, и ей просто пришлось остановиться на обочине.

Каждый день, когда она покидает школу, она идет по одному и тому же маршруту домой. В городе много одинаковых маленьких домов, и ее является одним из них. Дорога, по которой она идет домой не асфальтирована, это просто рыхлый гравий, который трещит под моими сапогами, пока я иду до её машины. Я не переживаю, дорога почти безлюдна в это время.

Лето только началось, и сегодня был ее последний день до начала следующего учебного года. Я знал, что она будет работать допоздна, и использовал это в своих интересах. Я ждал этого дня достаточно долго, чтобы вся она стала моей без исключения. Я уже на грани. Мне нужно прикоснуться к ней, похоронить себя внутри нее и остудить бушующее желание, которое она вызывает.

Она сделала это со мной. Никогда за всю свою жизнь я не чувствовал такой потребности в ком–то. Она разбудила этого зверя внутри меня, и она возьмет всё, что я ей предложу. Только она сможет сделать это. С того дня, как я впервые увидел ее, мысль о другой женщине меня бесит. Роуз пробралась в мои мысли, и теперь она останется и даст мне то, что мне нужно. Что нам обоим нужно. Она обернет свой сладкий рот вокруг меня и выдоит всю эту похоть из моего тела. Я собираюсь заполнить все ее дырочки, и только когда она будет переполнена моей спермой, тогда, может быть, я смогу успокоиться.

Когда я добираюсь до двери ее машины, я жестко стучу в ее окно, заставляя ее опустить его. Ее большие глаза цвета морской волны смотрят на меня, она выпячивает свою нижнюю губу, и это сводит меня с ума. Весь ее взгляд говорит, что она ни в чем не виновата, и я не могу дождаться, чтобы превратить ее в мою маленькую зверушку. То, что она собирается сделать со мной, для меня наш секрет, о котором никто никогда не узнает. Это будет её часть, которой обладаю только я.

– Сэр? – одно слово, кажется, воспламеняет все мое тело.

– Мэм, мне нужно, чтобы вы вышли из автомобиля. – Не дождавшись ответа, я протягиваю руку через окно, чтобы открыть дверь изнутри. Она снимает ремень безопасности и выходит из машины. Её сладкий ванильный запах наполняет мои легкие, когда она выходит из машины, и это все, о чём я могу думать, пока она рядом со мной. Я не даю ей много места, так что она обойти меня, чтобы я смог захлопнуть дверь.

Синие и красные огни от моей машины ярко горят темной теплой летней ночью, позволяя мне хорошенько разглядеть ее. Она одета в розовый сарафан, который делает ее молочную кожу похожей на шелк. Интересно, как будет смотреться моя сперма на ее коже, будет ли она выглядеть так, будто ей там самое место. Она такая женственная, мягкая, с большой грудью, которую я хочу попробовать, и округлыми бердами, которые я так сильно хочу ласкать. Ее чёрные как ночь волосы немного завиты, они заставляют меня хотеть собрать их с кулак. Я хочу использовать их, чтобы притянуть и захватить её рот, обладать им в жарком поцелуе.

Я люблю и ненавижу это чертово платье на ней. Мне нравится, что я протянуть руку и ощутить ее киску, но меня бесит мысль о том, что кто–то ещё тоже мечтать об этом. Мне не нравится, что ее киска так легкодоступна. Так просто порвать её трусики и оказаться глубоко внутри ее жаркого лона, и никто, кроме меня, не сделает этого.

– Сэр, – начала она снова, – я не знаю, что я сделала, что заставило вас попросить меня выйти из машины, но что бы это ни было, я не намерена извиняться. Что именно я сделала?

– Ничего, – говорю я, наблюдая за смятением, ярко отражающемся на ее лице. – Повернись, руки на машину, – говорю я, указывая на крышу машины.

– Но… – начинает она.

– Лучше всего следовать приказам, моя Роуз, тебе будет намного легче, – прерываю я на полуслове.

Ее глаза увеличиваются, когда она слышит: «моя Роуз», но она медленно поворачивается, делает, как я велю.

Встав на колени, я начинаю с ее лодыжек, медленно двигая руки вверх. Когда я дотрагиваюсь до бедер, я слышу, как ее дыхание прерывается, и она резко вдыхает. Этот паникующий звук – самая сексуальная вещь, которую я когда–либо слышал.

Когда я достигаю середины бедра, я чувствую, что ее тело полностью неподвижно.

– Пожалуйста, не надо, – говорит она с дрожью шепот. Возможно, она не знает, что произойдет, но знает, что что–то не так.

Наклонившись, я кусаю ее мягкую попку через материал ее платья, и она издает писк. Она пытается отодвинуться от меня, но я крепко держу её обеими руками за бедра.

– Больше не двигайся. Ты только повредишь себя, и я не хочу этого. Ты не сможешь меня оттолкнуть, так что не пытайся. Будь хорошей маленькой девочкой, пока я не закончу.

Поднимаясь, я толкаю ее тело, прижимая к машине своим. Я потираю свою эрекцию о её округлую попку, пытаясь охладить мою похоть, но мои яйца только тяжелеют, и я умираю от желания похоронить свой член глубоко в ней. Я поднимаю ее платье все выше, уже ощущая, какая у неё горячая киска.

Она такая крошечная по сравнению со мной, по крайней мере, на фут ниже, чем я со своими шестью футами и тремя дюймами (прим.переводчика: его рост примерно 1,91см, а значит она 1,60см). Прижимаясь к ней, я вдыхаю аромат её волос, надеясь, что смогу хоть немного успокоиться. Но когда я чувствую, что её трусики мокрые насквозь, то я теряю оставшиеся крупицы контроля.

Глава вторая

Роуз

Я в ужасе от происходящего. Меня прижимает к машине коп и держит свою руку на моей киске.

– О боже, пожалуйста, остановитесь, – прерывисто произношу я. Я не хочу этого. Я не должна хотеть этого. Что со мной не так?

Я чувствую, что он немного отстраняется от меня. Я резко разворачиваюсь, так что снова с ним сталкиваюсь. Смотрю на его значок и вижу фамилию Колтон.

– Офицер Колтон… – начинаю я, но он меня прерывает.

– Шериф Колтон. Но ты можешь не называть меня шерифом.

– Пожалуйста, это какое–то недоразумение. Я вернусь в мою машину, и мы притворимся, что этого никогда не было.

Он протягивает руку и хватает мое запястье так быстро, что я даже не замечаю его движение. Он прижимает мою руку к машине. Я чувствую, что мои темные фантазии воплощаются в реальности, и меня это дико пугает.

Он большой парень и высокий, более 6 футов. Он такой сильный, я могу почувствовать его мышцы даже сквозь одежду. Его темные волосы и глаза сначала показались такими сексуальными, когда он остановил меня, и я подумала на секунду, что могу немного заигрывать с ним, пока он не попросил меня выйти из машины, и я не почувствовала что–то большее.

Я пытаюсь бороться и высвободить все свои инстинкты самосохранения, пока он прижимает меня к машине. Хотя он намного больше меня, и я не могу ничего сделать, чтобы остановить его. Я никогда не брала уроки самообороны, и я никогда не участвовала в драках. Я начинаю кричать, но он чувствует это, и тянет меня ближе к своему телу. Его лицо оказывается так близко к моему, и я пытаюсь отстраниться.

– Ты можешь кричать сколько тебе угодно, милая маленькая Роуз. Никто тебя не услышит, – говорит он и хватает меня за талию.

– Нет! Помогите! – Я кричу, но он прав. На мили вокруг нет ни одной живой души, и никто не проедет по этой дороге до утра. Я стараюсь схватиться за бок моей машины, но он тянет меня на землю и прижимает своим телом.

«Боже. Он действительно собирается это сделать».

Я чувствую его горячее дыхание на моей шее, и он языком начинает облизывать мои ключицы и вверх к моему уху. Он пахнет одеколоном, и мне стыдно, что мне нравится этот темный запах. Я знаю, что ранее он почувствовал, как сильно промокли мои трусики, и я бы хотела сказать, что это не из–за него, но это не так.

– Блядь, ты такая сладкая, Роуз.

– Не делайте этого, – умоляю я, и стараюсь оттолкнуть его руками или ногами. Я не знаю, что я делаю, но я должна бороться с этим. Я пытаюсь ударить его ногой, бью руками в грудь, но он лишь наклоняется и улыбается мне. Это очень злая улыбка, которая посылает озноб вниз по моему позвоночнику.

– Я всегда надеялся, что ты будешь бороться. Мне так тяжело сдерживать себя.

Одной рукой он прижимает моё запястье к земле, но другая моя рука свободна, и я бью его со всей силы по лицу. Мгновенно жалею об этом, когда вижу каплю крови в уголке его губ.

– Мне жаль. Пожалуйста, не злитесь. Я не хотела. Просто отпустите меня и я клянусь, что никому не скажу.

Его лицо искажается гримасой злости, и он хватает другое мое запястье, держа обе руки над головой.

– Ты только что добилась того, что я трахну тебя на земле, как грязную шлюху. Я хотел быть нежным в первый раз, но ты позволила себе это. Ты заставляешь меня трахнуть тебя в грязи, будто мы животные. Ты счастлива, Роуз? Это то, чего ты добивалась?

Я бью его ногами и пытаюсь вырваться. Я не могу облегчить ему задачу. Я должна бороться.

Он сжимает мои ноги между своих ног, свободной рукой расстёгивая ремень. Я смотрю, как он достает свой член, и он кажется таким огромным и твердым. Головка кажется пурпурно–красной, и я сглатываю в страхе и изумлении. Мои глаза расширились от мыслей о том, что он собирается трахать меня этим.

– Пожалуйста… – я начинаю умолять, но он затыкает мне рот рукой.

– Умолкни. Ты, блядь, лежишь и позволяешь мне делать с тобой всё, что я пожелаю.

Я чувствую, как его твердый член упирается мне трусики, и я кричу в его руку. Одним грубым движением он раздвигает широко мои ноги, и продолжает толкаться в меня, и лишь тонкие трусики его единственный барьер.

– О, вот так, Роуз, заставь меня желать забраться внутрь. Я чувствую, какая ты мокрая и как сильно ты этого хочешь.

Он продолжает тереться об меня, и я не в состоянии бороться дальше. Я не сильная девушка, так что физически я не смогу победить, поэтому я сдаюсь.

Вдруг его рука исчезла, и я чувствую, что он отодвигает мои трусики в сторону, чтобы для его члена не осталось преград.

– Не надо. Пожалуйста, – я пытаюсь снова оттолкнуть его, но я чувствую его горячий член внутри меня. Головка его члена внутри меня, и мне так стыдно, ведь я не должна так сильно желать его!

– Ох, Роуз, – стонет он и закрывает глаза. – Ты чувствовала это, не так ли? Ты почувствовала, как ты, блядь, затопила мой член своим горячим соком. Моя грязная шлюшка. Мы с тобой на жесткой земле, и я жестко имею твою киску, и ты такая мокрая из–за этого.

Я поворачиваю голову в сторону, чтобы он не видел, как я унижена этим.

– Ты можешь бороться со всем, что хочешь, но каждый дюйм твоей сладкой плоти теперь мой. МОЙ. Я единственный, кто наполнит эту киску спермой.

Он хватает мое лицо и заставляет меня взглянуть на него, когда он начинает входить и выходить из меня.

– Нет, детка. Смотри только на меня. Знаешь, что лучше, чем то, что я имею тебя, и тебе нравится это? – спрашивает он и продолжает скользить в меня и из моей мокрой киски. – Когда ты кончишь на моем члене. Твой оргазм будет настоящим удовольствием для меня, – говорит он, и ухмылка на лице, это будто его обещание.

Я чувствую, как он еще крепче сжимает мои запястья, а другая рука опускается, чтобы поиграть с моим клитором.

– Нет! – Я кричу, но это не мешает ему. Он ласкает мой клитор, и прежде чем я осознаю это, я на грани оргазма. Стыд сжигает меня.

– Ты со мной, Роуз? Я хочу кончить одновременно. Вот так я всегда это представлял.

Мне так стыдно, когда моя киска затопляет его, и я чувствую его оргазм одновременно с моим. Я чувствую, что как его горячая сперма выстреливает внутри меня, как мой собственный оргазм сжимает его член и заставляет меня стискивать зубы. Я не могу позволить ему слышать, как я кричу от удовольствия.

После того, как он заканчивает изливаться во мне, он наклоняется и пытается поцеловать меня в губы. Я пытаюсь укусить его, когда он приближается, но он просто стискивает мою челюсть в руке.

– Ты поцелуешь меня правильно после того, как я занялся с тобой любовью, или ты заплатишь за это.

Не желая знать цену отказа, я закрываю глаза, и он прижимает губы к моим. Я должна ненавидеть это желание во мне, но я не могу. Его полные губы такие мягкие, почти нежные, пока он вытаскивает из моей киски член и встает. Он засовывает свой ещё жесткий член обратно в штаны и идет поправлять свою форму. У него на коленях и руках небольшая грязь, но кроме этого он выглядит так, как будто ничего не произошло, целует меня. Через несколько секунд он отстраняется и смотрит на меня ласково.

Затем, как если бы в нем был переключатель.

Он тянется вниз, чтобы помочь мне подняться, и как только я на ногах, он притягивает меня к себе.

– Теперь начинается самое интересное, – говорит он, и ужас снова захватывает меня.

Глава третья

Колтон

Я хлопнул дверью, и звук эхом раздался по всему дому. Роуз вскакивает,  оглядывая простую комнату.  Небольшая кухня обрамляет одну стену кухни, которую я заполнил всеми ее любимыми продуктами. Я представляю, как приготовлю для неё что–нибудь вкусное, она будет сидеть у меня на коленях,  и мы будем кормить друг друга. Может, мой член будет похоронен глубоко внутри нее, пока мы будем есть. В остальном дом довольно простой и скромный: рабочий стол, стол с парой стульев и, конечно, кровать. Я убедился, что кровать была маленькой, но были крепежи, чтобы я мог пристегнуть ее. Ей придется спать на мне, или мы должны быть вплотную друг к другу. Мой член будет прижиматься к её идеальной заднице. Я могу похоронить его между ее ягодиц. Я могу трахнуть её всю ночь напролет,  вбиваться в её дырочки снова и снова, и она не может остановить меня. Каждый раз, когда мой член становится твердым, я могу просто раздвинуть ее ноги, и взять то, что принадлежит только мне. Потому что Роуз моя. Теперь это просто вопрос времени,  когда она примет это.

– Как долго ты будешь держать меня здесь? – Ее дыхание прерывается,  она говорит медленно. Ее взгляд ясный, насыщенные зеленые глаза сосредоточились на мне сейчас, а не на комнате.

– Как долго? – Переспрашиваю я. Потому что мы не можем остаться в доме навсегда. Это всего лишь средство получить её, чтобы поиграть и приручить. Заклеймить,  проникнуть в кровь,  как она проникла в меня,  стала моей душой. Скоро я смогу отвезти ее домой.

– Когда ты меня отпустишь? – спрашивает она.

– Ты думаешь, я когда–нибудь отпущу тебя? – Ее дыхание становится немного быстрее от моих слов. Я произнёс их жестче, чем хотел. Идея отпустить ее не делает ничего, чтобы охладить зверя, бушующего во мне. – Единственный вариант,  который я могу тебе предложить – это отпустить тебя, а затем погнаться за тобой по лесу. Потом, когда я поймаю тебя, я разорву это платье, и мой член окажется так быстро внутри тебя,  что ты не успеешь даже пискнуть. Я действительно начинаю думать, что тебе нравится трахаться на грязной земле. Тебе это нравится, Роуз? Потому что, если ты попросишь, я сделаю это для тебя.

Я вижу, как ее соски становятся жесткими, проступая через платье, от моих слов, доказывая мне еще раз, насколько ей это нравится. Она прикусывает нижнюю губу и качает головой. Ее отрицание это нормально, сейчас. Вот почему мы здесь, в конце концов, но это не займет много времени, чтобы заставить ее умолять меня. Она выглядит хорошо оттраханной на земле. Грязь размазалась по всему ее розовому сарафану, ее черные волосы спутаны как после дикого секса, и все щеки покрыты следами от грязи. Осознание того, что я сделал это с ней, делает мой член таким же твердым, как это было, когда я был внутри ее мокрой щелки. Я хочу помыть её,  испортив этот прекрасный образ. Я приближаюсь к ней, как викинг, чтобы претендовать на новую землю.

– Подними платье, я хочу её увидеть, – рычу я, нуждаясь в ней.

Она не делает никаких попыток исполнить приказ.

– Не заставляй меня делать это самому, Роуз. Не делай это сложнее,  чем должно быть. Я не хочу причинять тебе боль, и если ты ослушаешься меня, это только разозлит меня.

После моих слов,  она сжимает подол платья пальцами так,  что её костяшки белеют,  и медленно поднимает его, показывая больше следов размазанной грязи на бедрах.

– Выше, – говорю я, мне нужно увидеть ее киску.

Когда в поле моего зрения попадают её трусики, я падаю на колени перед ней, чтобы получить лучший вид.

– Пожалуйста, не делай этого, – умоляет она, и это только усложняет мне жизнь. Моя сперма повсюду. Я хочу заклеймить её. Она течет по её молочным бедрам, и на трусиках есть мокрое пятно. Я знаю, что все это не может быть мной. Это и ее тоже. Я не могу перестать смотреть и наслаждаться,  прижимая лицом. Я глубоко дышу, вдыхая запах моей Роуз и мой одновременно.

– Боже, мы пахнем вместе восхитительно. Как я и думал. Я так сильно люблю тебя, моя Роуз, – говорю я, прежде чем снова утыкаюсь лицом в её сладость. Поднимаясь, я хватаю ее трусики и стягиваю по ногам.

– Шагни через них, детка, – говорю я, а она делает, как я прошу, на этот раз без борьбы. Она учится.

– Пожалуйста, – сказала она трясущимся голосом, но я игнорирую ее. Я встаю и иду к двери. Рядом с ней торчит гвоздь, а я вешаю там нижнее белье. Я оставлю их, и это будет напоминанием этой ночи. Я надеюсь, запах никогда не выветрится, но я всегда мог заставить ее надеть их обратно и сделать их мокрыми снова и снова. Когда я возвращаюсь к ней, я вижу, как она смотрит на дверь. Я не собираюсь ее запирать. Она может бежать, если захочет, она быстро узнает, что от меня её никто не спасет. Но если она хочет побежать от этого, я хочу сначала помыть ее, чтобы я снова мог её испачкать.

– Время искупать тебя, – сообщаю ей, прежде чем схватить ее за запястье, перетащив ее в маленькую ванную комнату.

Она начинает отдаляться от меня, когда видит, куда мы направляемся.

– Остановитесь, пожалуйста, не делай этого. Пожалуйста, отпустите меня. Клянусь, я никому не скажу.

Я улыбаюсь ей и склоняюсь близко.

– Ты сделаешь, как я говорю, или это будет больно.

Она закрывает глаза, я вижу, что она боится идеи боли. После еще одной минуты колебания, я протягиваю руку и прикасаюсь к ее лицу.

– Я не хочу причинять тебе боль, моя Роуз. Просто сделай, как я говорю, и все пройдет так просто.

Она опускает голову в поражении и кивает,  движение еле заметно, но не ускользает от меня.

– Хорошая девочка, – говорю я и тяну ее в сторону ванной.

Я включаю душ и жду, чтобы вода согрелась. Я снимаю с неё платье через голову, оставляя ее полностью обнаженной для меня. Быстро снимаю свою одежду и тащу ее в душ вместе со мной.

– Просто стой, дорогая, я позабочусь о тебе. Я всегда дам тебе то, что тебе нужно. – Целуя ее в нос, я хватаю мыло и начинаю вспенивать его, массируя ее, пробег пять руками по телу. Я покрываю каждую ее часть, и ничего не остается нетронутым. Затем я мою ее волосы. Аккуратно наношу шампунь,  а затем смываю его. Я чувствую, что вода начинает остывать и, не желая, чтобы мой цветок замерз, я меняются с ней местами так, что вода попадает только на меня. Я смываю с себя пену очень быстро, прежде чем вытащить ее и обернуть полотенцем, а затем обтереться самому. Она очень тихая. Я знаю, что она боится и смущается, потому что она отдалась так легко мне. Ее разум говорит одно, но ее тело говорит другое. Я не врал, когда сказал ей, что всегда дам ей то, что ей нужно, и то, что ей нужно – это я. Потому что, что бы она ни говорила, ей нравилось трахаться в канаве, как маленькой шлюхе. Моя маленькая шлюха.

– Садись на кровать, – говорю я ей голосом, который не должен быть ослушан.

Захватив расческу, я сажусь позади неё,  расчесывая ее шелковистые черные волосы, пока не исчезнут все узелки. Она закрывает глаза, наслаждается монотонными движениями, точно так же, как она это делала, когда я ее купал. Через несколько минут, когда она полностью расслаблена, я застаю ее врасплох и срываю полотенце с ее тела. Я бросаю его на пол позади себя, это действие заставляет ее визжать.

– Я собирался озвучить тебе список правил, но я знаю, что ты будешь драться со мной из–за них, так что я просто собираюсь показать тебе, почему не имеет никакого смысла бороться со мной. Руки и колени в центре кровати. – Говорю я и указываю на матрас.

– Пожалуйста, не делайте этого. – В её голосе я чувствую нотки паники, но соски ее стали жестче. – Я не знаю, что я сделала, но прошу прощения. Не надо.

Я опускаю глаза к ее голой киске, и улыбка растягивается на моих губах.

– Ты говоришь со мной, Роуз? Потому что твоя киска явно просит моего внимания.

– Это из–за душа, – шепчет она, не поднимая взгляд, но ее тон не очень убедителен. Язык её тела говорит об обратном.

– Роуз, любовь моя. Не заставляй меня повторять дважды. – Отвечаю я с жёсткими нотками в голосе. Она наблюдает за мной в течение двух ударов сердца, глядя на мой жесткий член, прежде чем неохотно садиться на кровать.

– Пожалуйста, не обижай меня, – скулит она и начинает двигаться на место.

– Я хочу, чтобы твои сиськи прижались к матрасу. Эта задница должна быть высоко в воздухе, предлагая мне все твои дырочки, – говорю я, садясь в изголовье кровати.

Используя колени, я расправил ее ноги. Захватив задницу  обеими руками, я раздвигаю ягодицы, воображая, как буду между этих половинок. Я бы съел ее задницу, пока она не умоляла меня трахнуть ее там. Мы доберемся до этого, но пока я трахну ее киску, и заставлю ее умолять меня об этом. Опираясь на нее, я тяну ее волосы в сторону, чтобы увидеть ее лицо, которое наполовину прижато к матрасу. Я подношу пальцы к ее губам.

– Соси.

Ее глаза открываются по моей команде, но она сосет два пальца, делая мой член нетерпеливым напротив ее задницы. Черт, я не могу дождаться, чтобы ее рот был на мне. Как только они будут хорошими и мокрыми, я вытащу их из ее пышных губ и приведу их к ее клитору. Я начинаю медленные ленивые круги, и она снова плотно закрывает глаза. Я вижу ее тело, но я просто продолжаю гладить ее. С другой стороны, я приставляю свой член к ее киске, войдя только на дюйм, но не делаю ничего, чтобы толкнуться глубже.

– Пожалуйста, надень презерватив, – она шепчет, боится попросить громче.

– Что случилось с твоими таблетками?– Спрашиваю я, уже зная ответ на этот вопрос. – Да, Роуз. Я знаю все, что нужно знать о тебе.– Я взял их из ее ванной, когда взял ее дневник. – Они пропали? Странно, как это случилось, не так ли?

Она поворачивает голову немного, и ее глаза замирают на моих, мои слова будто бьют ее.

– О Боже, – кричит она, зная, что я их взял. Она закрывает глаза и снова открывает их, смотря на меня умоляюще. – Я могу забеременеть.

– Ты хочешь, чтобы я кончил? – Спрашиваю я, вопрос делает ее глаза ещё больше, но прежде, чем она может что–то ответить, я нажимаю пальцами на её клитор ещё сильнее. Увеличивая давление, в котором она так нуждается, ее тело немного выгибается. Я чувствую, что ее киска становится влажнее для меня, и необходимость войти в неё до конца бьется во мне, как приливная волна.

– Пожалуйста, – умоляет она, но не двигается дальше от меня. Ее маленькая киска сжимается, умоляя быть заполненной. Ее дыхание учащается, и я знаю, что она вот–вот кончит. Я убираю палец от её клитора, не давая ей того, что ей нужно, заставляя ее отпустить задушенный крик.

– Пожалуйста, – снова умоляет она, но этого недостаточно для меня. Ей придется взять его.

– Моя Роуз, этот член твой. Все, что тебе нужно сделать, это податься назад и трахнуться с ним.

– Нет.

Она сдерживает низкое рычание, и это заставляет меня улыбаться. Она может сказать, что не хочет этого, но ее тело немного толкается назад, заставляя меня погрузиться в нее еще на дюйм. Наблюдая, как мой член исчезает в ней ещё немного, я еле могу сдержаться. Я должен бороться сам с собой. Я продолжаю мучить ее клитор, делая ее такой нуждающейся, что у нее нет выбора, кроме как попытаться найти облегчение. Ее тело предает ее слова, и бедра начинают немного трястись, и мой член тонет в её складках ещё глубже.

– Вот и все, Роуз. Иди и возьми мой член, как маленькая шлюха. Покрой мой член своим сладким соком.

Ее киска пульсирует вокруг меня, когда я произношу эти слова. Мне нужен весь мой контроль, чтобы не упасть назад, я хватаю её шикарную задницу и пару раз сильно шлепаю, чтобы она окрасилась в розовый.

– Пожалуйста, – скулит она и закрывает глаза. – Ты заставишь меня так забеременеть, – говорит она, но мои пальцы не сдаются.

– Просто почувствуй, насколько я толстый, Роуз. Почувствуй, как мой большой член растягивает тебя, когда я насилую эту киску, и все же я весь покрыт твоим сладким соком. Господи, я знал, что ты захочешь этого, но посмотри, как ты пытаешься трахнуть меня.

– О Боже, – стонет она, толкаясь назад до самого конца, пока ее задница полностью не прижата ко мне.

– Прекрати, пожалуйста.

– Любимая, это ты меня трахаешь, доя мой член, умоляя меня кончить внутри тебя. Я не двигался. Ты единственная, кто нуждается в том, чтобы тебя трахнули так, что твоя киска будет капать и весь твой сок будет стекать по бедрам.

Она начинает кончать от моих слов, но я обнимаю ее, держа ее неподвижно, чтобы остановить его. Она полностью сидит на моем члене, и я использую другую руку, чтобы схватить ее за ее мокрые волосы, и заставить ее сидеть на коленях. Она выпускает крик, но не борется со мной. Спиной к моей груди, мой член глубоко в ней. Хотел бы я посмотреть, как мы выглядели с этого угла, но мне просто придется подождать и воспроизвести его на одной из камер, которые записывают нас прямо сейчас. Отпуская волосы, я целую ее шею до ушка, затем облизываю его.

– Я отпущу твоё бедро, и тебе лучше не двигаться. Кивни, если понимаешь меня.

Она кивает, и я освобождаю ее бедро, и снова крепко хватаюсь за её волосы. Я ласкаю пальцами свободной руки над одним соском, затем другим, придавая ему мягкость.

– Попроси меня, чтобы я тебя трахнул, – прошептал я ей в ухо.

– Нет, – говорит она, но мы оба знаем, что она это не имеет в виду.

– Проси об этом.

Когда она не отвечает, я кусаю ее шею, каждый раз намеренно оставляя след. Каждый раз, когда она будет видеть это, она будет вспоминать о том, что значит не исполнять мои приказы. Я кусаю её снова и снова, и повторяю в последний раз:

– Проси об этом.

Я чувствую ее поражение, даже при небольшой боли, и она делает глубокий вдох, решая свою судьбу.

– Заставь меня кончить, – наконец–то слышу я.

– Такая хорошая шлюха. Хочешь кончить на моём члене? Порадовать меня?

Она молчит ради удара, так что я щипаю ее соски.

– Даааа!

Она плачет. Ее слова затихают, и снова ее киска сжимает вокруг моего каменного члена. Она даже делает небольшую попытку ускорить меня, сжимая мышцы, ее тело хочет, чтобы я двигался.

– Скажи, что любишь меня.

– Я не могу, – умоляет она.

– О, можешь, и будешь, – говорю я и ласкаю её соски, сжимая их ещё сильнее. Она плачет от удовольствия, и делает вдох.

– Я люблю тебя.

Это так мягко, что я едва слышу это, но мне все равно, потому что мы оба знаем, что она сказала это. Опуская руку вниз по животу, я иду прямо к ее клитору.

– Я буду гладить тебя, пока ты не кончишь. Эта киска выдоит мой член, и тогда я заполню твою незащищенную ничем матку своей спермой. Так что, если ты не хочешь, чтобы это случилось, тебе лучше не кончать. Но если ты кончишь, я буду знать, что ты этого хотела, твоя жадная киска высосет меня, забирая все это.

От моих слов, ее киска начинает пульсировать, и она делает именно это. Она кончает с моих грязных слов, и ее киска сжимает меня, что вызывает мою собственную кульминацию. Это так интенсивно, это почти больно, она тянет каждую каплю от меня. Я отпустил ее волосы, и ее тело падает вперед, мой член выскальзывает из нее. Я могу смотреть только на то, как моя сперма течет из ее розовой киски.

Глава четвертая

Роуз

– Я еще не закончил с тобой, – говорит он за мной, и я напрягаюсь. Он должно быть несерьезно. Я просто дала ему то, чего он хотел, но ему не достаточно. Я переворачиваюсь и отодвигаюсь, насколько позволяет кровать, пытаясь увеличить расстояние между нами.

– Пожалуйста, не надо, Колтон.– Я использую его имя, чтобы попытаться умолять его здравомыслящую сторону. Если она есть. – Пожалуйста, отпусти меня. Ты получил то, что хотел, и я отдала тебе себя без боя. Пожалуйста, дай мне уйти.

Он снова ухмыляется и протягивает руку, хватая мою лодыжку. Я, наконец, чувствую себя достаточно готовой к борьбе,  поэтому толкаю его. Я должна попробовать бороться. Как бы я не боялась боли, я должна стараться освободиться. Я не могу позволить ему просто взять меня, и не делать ничего, чтобы остановить это. Когда его большая рука захватывает мою ногу, я пытаюсь ударить его свободной. Я толкаю его в плечо, но он смеется над моими попытками и схватывает её тоже.

– Похоже, я все–таки воспользуюсь ограничителями, – говорит он и тянет мое тело вниз по кровати. Я ворочаюсь и пытаюсь освободиться, но все, что я делаю, это собираю простынь под собой. Я начинаю кричать, думая, что, может быть, кто–то рядом с этим домиком. Я никого не видела на подходе, но, может быть, рядом есть охотник.

– Помогите! Кто–нибудь помогите мне! – Кричу я.

Я чувствую, как он фиксирует мои ноги в конце кровати, а потом он ползет вверх вдоль моего тела, чтобы сделать то же самое на моих запястьях. Он хватает меня за челюсть и заставляет меня смотреть на него.

– Если ты не перестанешь кричать, я засунуть что–нибудь в твой миленький ротик, чтобы заставить тебя молчать.

Я перестаю кричать и плотно закрываю губы, не желая давать ему лишнего повода для новых экзекуций.

– О, Роуз. Может быть, это то, что ты хочешь. Это? – он спрашивает и наклоняется, чтобы лизнуть мою щеку. Холодок бежит по моему телу, и я закрываю глаза. Как будто он читает каждую страшную мысль в моем сознании и воплощает их в реальности по очереди. Я чувствую, что он взбирается на мое тело и ласкает мою грудь. Я открываю глаза и вижу, как он наклоняется и плюет между моими сиськами. Боже.

– Пожалуйста. Прости меня. Я больше не буду кричать, только не делай этого.

– Но ты хочешь. Не так ли? – Говорит он и сжимает мои сиськи вокруг своего толстого члена. Он толкается между ними и жёстко трахает мои сиськи. Мое тело все еще трясёт от  предыдущего оргазма,  и, ощущая его вес, пока он трахает между моих грудей, я чувствую себя унизительно. Он берет свое удовольствие на себя, и я ничего не могу сделать, связанная по рукам и ногам.

– Пожалуйста, – умоляю я, но я знаю, что это бесполезно. Я тяну веревки, но я бессильна против них.

– Я сказал тебе помолчать. А теперь открой свой великолепный рот и позволь мне показать тебе, для чего он создан.

– Я откушу его, – отвечаю я с большей силой, чем чувствую на самом деле. Он жёстко смотрит на меня, и качает головой.

– Нет, любовь моя. Ты откроешь и заберешь мой член в рот, и будешь хорошей девочкой. Потому что в противном случае будут последствия.

Я собираю губы и качаю головой туда–сюда, не давая ему шанса вставить свой член в мой рот. Он отпустил мои сиськи и потянул руку к моей открытой киске. Внезапно я чувствую шлепок по моему клитору, и я кричу от удовольствия/боли.

– Черт! – Я кричу, и пытаюсь дышать через рот. Он смотрит на меня жёстко и не отводит взгляд от моего рта.

– Открой свой гребанный рот и соси мой член. Отсоси мне, как будто любишь меня, Роуз. Сделай это, или я буду бить твой клитор всю ночь.

Его темные слова не должны заставить мою киску сжаться, но она горит от желания. Стыд висит надо мной будто облако и давит.

– Сделай это, Роуз, – говорит он и наклоняется вперед, прижимая голову члена к моему рту. Я закрываю глаза и открываю рот.

– Вот так, любовь моя. Возьми меня глубоко, вплоть до задней части. Теперь оближи головку. Господи Иисусе, это так хорошо.

Я чувствую его член, облизываю по всей длине и ласкаю головку. Я сосу, облизываю и пытаюсь довести его до оргазма, зная, что если он так кончит, то он не будет больше трахать меня. Он выгибается и тяжело дышит, и я знаю, что он близок. Его тело на грани, и я сосу сильнее, когда он глубоко в моем рту. Внезапно я чувствую, что он вырывается и немного сползает вниз по моему телу, так что он сидит чуть ниже моей груди. Он схватил свой член правой рукой и начинает дрочить, в это же время левой начинает ласкать мой клитор.

– Нет! – Кричу я, не желая кончать вот так. Я не могу двигать руками или ногами, так что я просто широко открыта тому, что он хочет.

– Да, Роуз. Я хочу, чтобы ты кончила, пока смотришь, как я дрочу, – говорит он, и щипает мой клитор. Я пытаюсь вырваться, но лишь беспомощно кричу.

– Просто отпусти это, любовь моя. Твое тело жаждет моих прикосновений, оно уже готово взорваться. Кончи для меня.

Он снова зажимает мой клитор и я кончаю. То, как он использует меня, то, как он манипулирует моим телом против меня, заставляет меня исполнять его команды. Когда я достигаю своего пика, я открываю глаза вовремя, чтобы увидеть, как его сперма выплескивается на мою грудь и стекает по его члену. Большие густые струи стреляют наружу, и мой оргазм продолжается и продолжается при виде этого. Я не хочу этого, но я желаю, чтобы это продолжалось. Это так грязно и неправильно, но я не могу остановить реакцию моего тела на него. Что со мной не так? Когда он встает с кровати, и смотрит на мое тело, он продолжает дрочить свой жесткий член. Господи, эта штука когда–нибудь была мягкой? Я поворачиваю голову в другую сторону, потому что я не хочу смотреть на него. Я не хочу видеть, что он делает, потому что это меня заводит. Я смущена своей реакцией на это, и я хочу провалиться сквозь землю и исчезнуть. Я чувствую, как он опускается на кровать рядом со мной, и закрываю глаза крепче.

– Пожалуйста, больше нет. Я не могу. Не снова.

– Моя сладкая Роуз, – говорит он и ласкает мои ноги. – Ты возьмешь у меня гораздо больше. Мы только начинаем. Я собираюсь заниматься любовью с тобой всеми возможными способами. Теперь я действительно буду трахать тебя грязно.

– Боже.

Слова дрожат. Я не могу понять, что он задумал. Я чувствую, что он ползет между ног, и он целует внутренности моих бедер.

– Нет! Пожалуйста, нет! Все, кроме этого!

Я кричу, но он не останавливается. Он целует мои бедра, и я знаю, куда направляется его рот.

– Почему, моя любовь? Почему ты не хочешь, чтобы мой рот был здесь? – спрашивает он, и его рот в сантиметрах от моей киски сейчас.

– Это уже слишком. Пожалуйста, не надо. Это слишком интимно. Я сделаю что–нибудь еще. Я буду делать тебе минет, или ты можешь трахнуть меня, просто, пожалуйста, не делай этого.

– Только послушай себя. Ты становишься такой идеальной шлюхой, просто предлагая мне всю себя. Я знал, что тебе понравится. Это не заняло столько времени, сколько я думал.

Я чувствую, как стыд проникает в каждую клеточку моего тела, пронзая мелкими иголками от его слов, и моя киска сжимается в ответ.

– К чёрту всё. Я вижу, как твоя киска капает только при мысли о том, сколькими способами я трахну тебя. Но я собираюсь съесть этот цветочек, Роуз. Я собираюсь попробовать свою сперму, смешанную с твоим соком, и я собираюсь почувствовать наш запах.

С этими грязными словами его рот опускается на меня, и я плачу. Он лижет и сосет меня, и все, что я могу сделать, это лежать там и вырываться из моих ограничений. Я умоляю и умоляю, но он неумолим, и через несколько минут я на пороге очередного оргазма. Моя бедная киска и клитор были использованы так много раз за последние часы, что мое тело отказывается от оргазма без значительной борьбы. Когда он укусил мой клитор, я проигрываю битву и выпускаю крик удовольствия. Он забрал из моего тела то, что я не хотело сдаваться. Как только я спустилась с вершины, он поднимается по моему телу, целуя меня. Я не могу смотреть ему в глаза, поэтому я держу глаза закрытыми, и я отвернулась в сторону, но когда он толкает нос к моей щеке, я чувствую запах моей киски на лице, и я не могу остановить толчки моего оргазма, я нуждаюсь в этом ещё сильнее.

– Где мой поцелуй, Роуз? Помни, мы всегда целуемся после того, как занимались любовью.

Глава пятая

Колтон

Я просыпаюсь, больше ощущая ее тело, чем мое собственное. Ее руки обернуты вокруг меня, ее нога лежит на моём животе, ее волосы повсюду. Я полностью окружен ею. Я взял ее несколько раз ночью. Это было, как будто я не мог охладить бушующую похоть, которая переполняла меня из–за неё. Я уверен, что она была привязана не только к кровати, но и ко мне. Месяц планирования этого, и она была, наконец, здесь, распластавшись на мне, как я и не мечтал. Черт, мое сердце готово выпрыгнуть из моей груди, просто глядя на ее широкие, напуганные зеленые глаза, на ее пышное тело лежащее голым для меня.

Когда мой член, наконец, успокоился, я приполз к ней сверху, мои колени рядом с головой. Мой член был всё еще в её соках. Я не был достаточно эгоистичен, чтобы не делиться этим с ней. Когда я поедал ее киску, моя сперма капала из неё, и это было божественно. Она снова сделала меня твердым, и она должна позаботиться об этом.

– Вот так, малыш. Теперь стони вокруг моего члена, чтобы я знал, как сильно ты любишь сосать мой член. Держу пари, ты хочешь, чтобы я кончил. Ты почувствовала немного спермы у себя на языке, но ты хочешь целый рот, не так ли? Я дам тебе это. Я дам тебе все, что ты захочешь. – Говорю я, пока мой член в её рту.

Он скользит между ее губ. Ее большие зеленые глаза широко раскрыты и, когда она, наконец, стонет на моем члене, я чувствую это. Я трахаю ее рот быстрее, мое дыхание ускоряется с каждым глубоким погружением в неё.

Время кажется размытым, и я понятия не имею, как долго я провожу с ее губами, обернутыми вокруг моего члена. Это может быть три минуты или три часа. Я полностью потерян, пока не взорвусь.

– Бери все, – я кончаю так сильно. – Проглоти каждую каплю.

Моя сперма в её горле. Вытаскивая свой мягкий член из её рта, я вожу кончиком, размазывая немного спермы по губам. Она сразу облизывает губы, и, видя, что это заставляет меня ещё немного кончить, её глаза горят. Жадная.

– Вставь язык в кончик, Роуз. Получи всю сперму и вычисти маленькие отверстия.

Она цепляется за кончик моего члена, получая каждую каплю. Я чувствую, как ее язык проникает внутрь головки, как она высасывает меня.

– Такая хорошая девочка, моя Роуз.

Я потерял подсчет того, сколько раз я брал ее прошлой ночью, и нет подсчета, сколько раз я заставил её кончить для меня. Однажды я на самом деле потерял сознание. Потом я проснулся с ее киской, обернутой вокруг меня, высасывая всю сперму из меня, как жадная маленькая шлюха. Она может получить все, что она хочет, но ее тело не могло бы насытиться.

Когда я наконец развязал ее, она обернулась вокруг меня. Возможно, она спала, но это показывает, как сильно ее разум и тело воюют друг с другом.

Я ненавижу разлуку с ней даже на секунду, но моя любовь нуждается в некотором уходе. Направляясь в ванную, я хватаю теплую мочалку и немного крема, прежде чем вернуться к ней. Она откатилась назад, и ноги лежат на моей половине. Ее глубокое дыхание дает мне знать, что она все еще спит. Ей повезло, что я не позволю себе снова овладеть ею, хотя она такая теплая и сексуальная в данный момент, но я должен думать о том, что лучше для моей девочки.

Пробегаясь губкой мягко между ее ног, часть меня желает видеть мою сперму, покрывающую внутренность ее бедер, и я ненавижу, что я должен смыть её. Как только я получаю ее полностью чистой, я наношу немного крема для того, чтобы помочь с любым дискомфортом, который она могла чувствовать. Я хочу, чтобы она помнила, что я сделал с ее телом, но в то же время, чтобы это был сладкий ожог, а не тот, который причиняет ей боль.       Когда я смотрю вверх, я вижу, как она смотрит на меня со странным выражением лица. Она все еще сонная, но есть еще кое–что.

– Доброе утро, дорогая, – говорю я, бросая мочалку и крем на столик на тумбочке, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать ее. Я в шоке, когда она отвечает на поцелуй. Ее язык поглаживал меня в рот, скользит по моему языку, посылая дрожь по всему телу. Как я могу жить без этого? Я не могу.

Эта женщина была создана для меня, она моя вторая половина. Она жаждет того, что я хочу ей дать, и она приходит, чтобы взять это. Я хочу быть всем для нее и выполнять любую прихоть. Чтобы больше она не писала в своем дневнике свои тайные желания, потому что я могу отдать их ей. Я жажду быть с ней, и быть только ее.

Я слышу, как урчит её живот, и это напоминает мне, что я не кормил ее. Я вздыхаю, мне нужно все, чтобы оторваться от нее.

– Я приготовлю нам что–нибудь поесть, – говорю я.

– Ладно, мне нужно в туалет.

Кивнув, я хватаю ее за руку, вытаскиваю с кровати. В комнате немного холодно, поэтому я хватаю свою сумку со стола и даю ей одну из моих рубашек, чтобы она надела её. Она практически утопает в ней.

– Ээээм, спасибо, – говорит она, краснее, заставляя меня хотеть потянуть ее ко мне. Уверен, она переживает последние двенадцать часов в голове. Вспоминая, когда я заставлял ее кончать, и заставлял ее говорить мне, что она любит меня. Может быть, она начинает осознавать, как ей это понравилось.

– Иди, – Я киваю на дверь ванной. – Оставь дверь открытой, и не мойся. Если тебе нужен душ, я помою тебя, но сначала мне нужно накормить тебя.

Когда она заходит в ванную, я рискую отправиться в машину и забрать кое–что. Когда я возвращаюсь в дом, она как раз выходит из ванной. Подходит к столу, и я вытаскиваю стул для нее, чтобы она присаживалась. Когда она садится, я бросаю содержимое моего бардачка на стол. Обнаженные фотографии, которые я сделал, и ее дневник.

Я слышу ее вздох, но я просто иду на кухню и начинаю готовить наш завтрак. Я даю ей время, чтобы осознала, как глубоко завязла со мной, и что я никуда не отпущу её.

– Ты читал мой дневник! – Кричит она.

Смех вырывается из меня, и я качаю головой.

– Любовь моя, мы сделали почти всё, что описано в этой книжке. Я что–то пропустил? – спрашиваю я, пока разбиваю пару яиц в миску.

– Зачем ты это делаешь? – Она шепчет так тихо, что я почти не слышу.

Я повернулся к ней лицом, и ее глубокие зеленые глаза встречаются с моими.

– Потому что я хочу дать тебе все, о чем ты мог мечтать.

– Что, если я хочу уйти?

Я бросаю взгляд дверь, которую я намеренно оставил широко открытой, когда вернулся из машины. Она следит за моим взглядом.

– Я дам тебе все, весь мир, Роуз. Иногда я думаю, что единственная причина, по которой я существую, это то, что без тебя я был бы ничем. В тот день, когда я увидел тебя, весь мой мир изменился. Я дам тебе все, что ты захочешь, кроме свободы. Ты всегда будешь моей. Ты должна убить меня, чтобы быть свободной, Роуз. Ты можешь это сделать?

– Почему ты просто не отпустишь меня? – снова шепчет она, и я улыбаюсь ей.

– Хорошо, как насчет этого. Я дам тебе тридцать секунд форы. Если я поймаю тебя, ты перестанешь бороться со мной так сильно. Не совсем, потому что мы оба знаем, как сильно меня заводишь, когда борешься, но ты перестанешь быть такой холодной со мной. Если я поймаю тебя, ты перестанешь заставлять меня мучить тебя. Это разбивает мое сердце каждый раз, когда ты заставляешь меня делать это.

– И если я смогу убежать, ты меня отпустишь? Обещаешь? – она говорит с небольшой надеждой в голосе.

– Я дам тебе тридцать секунд форы, но я обещаю, что ты не уедешь отсюда без меня. Если ты доберешься до полян по ту сторону леса, я отвезу тебя обратно к твоей машине, и мы сможем притвориться, что этого никогда не было. Но если я поймаю тебя, тогда мы вернемся сюда.

Глава шестая

Роуз

Мое сердце вырывается из груди. Помню, как вчера мы пришли сюда на поляну с другой стороны деревьев. Надежда закрадывается в моем сердце, и я думаю, что смогу сделать это. Тридцать секунд это не много, но я быстрая. Я не сильна, и я маленькая, но я быстрая.

Я смотрю на свои голые ноги и думаю, что это может стать проблемой, но я не упущу этот шанс из–за такой мелочи.

– Ладно – говорю я с большей уверенностью, чем чувствую. Я встаю и иду к открытой двери домика. – Тридцать секунд – подтверждаю я и оглядываюсь назад через плечо.

Колтон кладет миску с яйцами на стол и вытирает руки. Он опускает подбородок в согласии, и дьявольская ухмылка появляется у него на губах.

Я киваю и смотрю на улицу. Это он. Мой единственный шанс сбежать. Я делаю глубокий вдох и несусь с крыльца.

Я считаю секунды в голове. Раз, два, три ... мои ноги чувствуют гравий на дороге, но я не обращаю внимания на боль. Я бегу так быстро, как могу, и у меня появляется призрачная надежда, что я успею до поляны.

Десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать... Когда я достигаю края леса, ногами я ощущаю листья и палочки, мои легкие начинают гореть. Адреналин и паника наводняют мое тело и заставляют мое тело бежать быстрее, чем я думала. Я вижу, как солнце встает по ту сторону деревьев, и я чувствую, что я могу сделать это. Я получу эту возможность, и он отпустит меня.

Двадцать, двадцать один, двадцать два... Вдруг меня заворачивают сзади и бросают на землю. Когда он ловит меня сзади, он разворачивается так, что падает первым, и берет на себя бремя падения.

Мои легкие горят, и я всё ещё двигаю ногами, когда он обнимает меня.

– Ты обманул! – кричу я, но он только смеется.

– Я передумал, милая Роуз. Не сердись, – говорит он, поднимая меня с земли. – Я видел, как быстро ты бежала, и не хотел рисковать.

Он поднимает меня и бросает меня через плечо, неся обратно в дом, выставляя мою голую задницу на обозрение. Я пытаюсь подтянуть рубашку назад, чтобы прикрыться, пока он несет меня обратно внутрь, но он просто бьет меня по заднице и снова смеется.

– Детка, вокруг никого нет на километры. Думаешь, я позволю кому–нибудь посмотреть на то, что принадлежит мне? Никогда.

Он заходит в комнату и бросает меня на кровать. Я лежу, уставшая от моего бегства. Этого не должно было случиться. Я должна была это сделать. Колтон залезает на меня сверху и смотрит мне в глаза.

– Не грусти, малыш. Теперь мы проведем остаток ночи вместе, – говорит он, его глаза темнеют от похоти.

Он поднимается с кровати и очищает мои ноги, кладя лекарства на все маленькие порезы, которые я получила на дороге и в лесу. После того, как он заканчивает и убирает аптечку, он возвращается, чтобы сделать мне завтрак, как будто ничего не случилось.

Я не помню, сколько раз он добирался до меня прошлой ночью, но я помню, что, когда я, наконец, потеряла сознание, я цеплялась за него. Мое тело было настолько физически истощено, и мой разум настолько психически опустошен, что мне нужен был комфорт. Мне нужна была нежность и любовь после столь интенсивной ночи. Я не знаю, что перевернулось в моем уме, но почувствовав, что он со мной сделал, и как одержим, я знала, что он подарит мне комфорт, который мне нужен. Я знала, что, когда я повернусь и обниму его, он примет меня с открытым сердцем.

Колтон, возможно, сделал со мной многое, но он никогда не отнимет ту любовь, которую мое сердце и тело жаждали прошлой ночью.

Когда мы закончили есть, он помыл меня в душе, как и вчера. Он нежен с моим телом, и нежно моет мои волосы. Затем он снова обрабатывает мои раны на ногах и кладет крем на нежную плоть между ног.

Мне стыдно, что он мажет меня там, в каждом его движении есть интимность, и это приятно как никогда раньше. Это сбивает с толку, но мое тело реагирует на него.

Он отодвигается немного назад и смотрит на мою открытую киску, и видит, что моя киска стала влажной. Он наклоняет голову в сторону и кусает губу.

– Я думаю, тебе пора дать мне свою задницу, Роуз. Твоя киска болит, а я снова хочу тебя, – говорит он, поглаживая эрекцию. Он был твердым, не переставая, с тех пор как он проснулся, и я ждала, чтобы узнать, что он планирует дальше. Холодок бежит по позвоночнику, и я начинаю сдвигать ноги.

– Пожалуйста, – умоляю я и стараюсь сбежать.

– О, Роуз. Всё было так хорошо. Не заставляй меня снова тебя привязывать.

– Пожалуйста, не надо. – Умоляю я. – Ты слишком велик, ты причинишь мне боль.

Он улыбается и хватает меня за щиколотки, тянет меня обратно в кровать.

– Ты должна знать, что я никогда не причиню тебе вреда, любовь моя, – говорит он и переворачивает меня на живот. Я пытаюсь высвободить ноги, но он намного сильнее, и я так устала после моего спринта в лесу. Я чувствую веревку вокруг моей ноги и кричу.

– Тише. Успокойся. Я не причиню тебе вреда, и это будет так хорошо. Вот увидишь,– говорит он, и связывает мои ноги между собой.

Он грубо схватывает мои бедра и тянет их, чтобы моя задница была выставлена на показ. Мы все еще голые после душа, поэтому я полностью открыта и трясусь, зная, что в любую секунду он трахнет меня в задницу.

Я чувствую, как его теплый язык окружает мою плотную дырочку, и я кричу от шока. Я просто ожидала, что он засунет свой член внутрь меня, и это нежное прикосновение сбивает с толку.

– Просто расслабься, любовь моя, – говорит он, и тянет обратно.

Вдруг я слышу, как он плюет, и чувствую прохладную слюну на моем щелке, и кончик его члена у моего заднего входа.

– Боже! – я кричу, потому что переход от сладкого и нежного к быстрому и грязному слишком быстрый. – Пожалуйста, остановись. Пожалуйста, не делай этого. – Я умоляю, и стараюсь увернуться от него. Одна его рука на моем бедре, держит меня на месте, другой он хватает свой член, чтобы направить голову в мою задницу.

– Вот и все, Роуз. Сделай это хорошо и туго для меня. Я хочу почувствовать, как это плотное кольцо задушит мой член. Сожми свою дырочку так сильно, как сможешь для меня.

Я чувствую руку вокруг бедра, и его большие пальцы начинают нежно гладить мой клитор.

– Нет, – застонала я, потому что знаю, что будет. Он будет манипулировать моим телом против меня. Используя мое удовольствие, чтобы заставить меня хотеть этого.

Мое тело как будто зависимо от его прикосновений, и я начинаю двигать бедрами. Я двигаюсь на его пальцах и начинаю приближаться к оргазму.

Я чувствую давление на своё анальное колечко, и мои бедра поднимаются в приглашении. Я хороню свое лицо в постели, потому что позор того, что я хочу, реален. Я хочу это. Я хочу, чтобы он трахнул мою задницу и заставил меня кончить. Я хочу, чтобы он был в самой темной части моего тела, и меня так унижает это осознание.

– Моя грязная шлюха, – говорит он, как его член упрется в мою задницу. – Посмотри, как легко ты берешь мой член сюда. Твои бедра толкаются на меня, умоляя о большем. Ты хочешь, чтобы это было грубо, не так ли, Роуз? Хочешь, чтобы я трахнул твою задницу? Я скорее всего оплодотворил тебя. Просто не двигайся, и я позабочусь о тебе.

Я чувствую, как он плюет мне на задницу, и я скулю в матрас. Это слишком хорошо, и я ненавижу себя за то, что люблю его. Он толкается чуть–чуть, чтобы его головка снова вошла, затем вытаскивает, и толкается до упора, заставляя меня плакать и стонать, ища удовольствия в боли.

После нескольких жестких толчков, я на краю, и я чувствую, что он слишком близко. Мы созданы друг друга.

Колтон сильнее ласкает мой клитор, а затем сжимает его, когда он толкается в последний раз, отправляя меня через край и в чистое сексуальное блаженство. Моя задница подтягивается и сжимается вокруг него, пока я кричу о своем освобождении в матрас.

Я чувствую, его член пульсирует, когда он кончает в мою задницу, и я не могу думать ни о чем, кроме как о том, как замечательно это чувствуется. После он шлепает меня по заднице, ложится мне на спину и целует меня.

–Я люблю тебя, – прошептала я, и я чувствую улыбку, распространившуюся по его лицу.

* * *

Остальную часть дня и ночи мы проводим вместе. Колтон больше не должен связывать меня, чтобы заставить меня делать то, что он хочет, и я больше не думаю о бегстве.

Когда утром свет пробивается через окно, он начинает паковать то, что привёз, а я надеваю розовое платье, которое я не могла носить в этом домике.

Когда мы выходим на крыльцо, он берет мою руку и целует мои костяшки, и я смотрю вверх и встречаю его глаза.

– Мы должны идти, – говорит он, и я киваю головой в согласии.

– Дети будут рады видеть нас после выходных у мамы и папы, – отвечаю я.

– Умоляю, ты же знаешь, как их баловали всё это время, – Колтон и я смеёмся весь путь до машины.

– Может быть, мы можем сделать это и в следующие выходные, только на этот раз это будет твоя фантазия.

– Моя милая Роуз, все, что ты хочешь это моя фантазия. Всегда была. Всегда будет.

Я краснею, наклоняясь, целую своего мужа в губы. Может ли жизнь стать лучше?

Эпилог

Колтон

– Посмотри на себя,  твоя киска уже умоляет об этом. – Я обхожу ее, как надзиратель. Наблюдаю за каждым ее движением.

Она плотно закрывает глаза, и я знаю, что она пытается успокоиться. Она так взволнована и знает, что ей мало того,  что, она уже получила,  она хочет,  чтобы её киска была наполнена спермой. И сегодня у меня есть возможность исполнить её желание, и мы оба знаем, что я всегда получаю то, что я хочу, когда дело доходит до ее тела. Это мое, в конце концов, я могу делать с ней всё, как я хочу и когда я хочу.

Прижимаясь к ней, моя грудь касается её спины, когда я кусаю ее шею, заставляя ее дергаться,  вырываться,  но верёвки держат её так крепко. Этот стул стоил того, чтобы я каждый раз брал его в наш домик.

Он идеальной высоты для меня, чтобы трахнуть ее, стоя. Я также оборудовал его так,  чтобы мог привязывать руки и ноги моей любимой девочки. Руки ее прекрасно расслабляются на подлокотниках, но ноги ее подтянуты, привязаны к ней, заставляя ее задницу свисать с края стула. Ее киска полностью открыта мне, и она едва может двигаться. Она совершенно беззащитна перед любым нападением, которое я хочу совершить на ее тело. Ей придется взять все, что я ей дам.

Как правило, я люблю,  когда она немного сопротивляется моему напору, но с ней, наполненной моим семенем, я не привередлив во время нашей игры. Нет, на этот раз я просто возьму её. У нее нет выбора, я забрал это у нее.

Сползая рукой к ее животу, я глажу его.

– Держу пари, ты задаешься вопросом каждый раз, когда думаешь о том, как это получилось. Что я не дал тебе выбора. Что я зачал того ребенка, который сейчас внутри тебя.

Она стонет от моих слов, трусики, которые я засунул ей в рот, не дают ей говорить.

– Тебе понравилось, не так ли? Все эти часы я насиловал тебя, чтобы получить то, что хотел? Чтобы привязать тебя крепче ко мне, чтобы ты никогда не могла меня бросить.

Сползая рукой ниже, я глажу полые губки, не касаясь ее клитора. Я чувствую ее напряжение, она жаждет получить это прикосновение, но все, что я делаю, это улыбаюсь.

– Это все твоя вина, знаешь ли. Ты заставила меня сделать это. Ты знаешь, что ты единственный человек во всем мире, которого хочет мой член. Если бы ты не была такой совершенной шлюхой, что заставила меня жаждать тебя всем сердцем, ты бы не была привязана к этому стулу. Откройся для меня.

Я чувствую ее киску и я знаю, что она собирается кончить. Я резко бью её прямо по клитору, и она кончает мгновенно. Может быть, прошло слишком много времени с тех пор, как мы играли.

–Тише, тише. – Взяв кончик моего члена, я головкой её киску, я чувствую ее освобождение. – Такая жадная шлюха. Теперь мне придется трахнуть тебя быстро, потому что ты украла у меня оргазм.

Толкаясь в ее тело, мой член заполняет ее жадную киску в одно мгновение.

– Я собираюсь взять тебя быстро и кончить глубоко внутри тебя. Я хочу, чтобы твоя мягкая и горячая киска приняла всё это, потому что я собираюсь играть с ней всю ночь. Я никогда не позволю тебе спорить, но если ты хорошая девочка, то покажи мне, как сильно твоя киска любит мой член, я подумаю о том, чтобы позволить тебе кончить ещё раз.

Одной рукой, я хватаюсь за спинку кресла, а другую оборачиваю вокруг ее горла и начинаю свои длинные, глубокие, жесткие толчки внутри нее. Ее киска пульсирует вокруг меня, молча умоляя, чтобы ее наполнили, и я знаю, что не важно, как я угрожаю ей, она собирается кончить. Она ничего не может поделать с этим, и мне, блядь, это нравится.

Ее стоны заполняют комнату, я так глубоко в ней, и мне хватает меньше десяти толчков, прежде чем я кончаю глубоко внутри нее, мое освобождение вызывает еще один оргазм для нее.

Я закапываю ей лицо в шею, ощущая, как мой член дергается внутри нее. Это все еще трудно, после моего освобождения, и я не знаю, как она это делает, но она владеет каждой частью меня. Она может быть привязана к креслу, но она владеет мной целиком. Я часто задаюсь вопросом, могло ли это быть реальностью для нас, если бы она отказалась от меня в первый день, когда я встретил ее. Я знал, с того момента, как увидел ее, она должна стать моей, и я не остановился бы ни перед чем, чтобы это случилось. К счастью, она не сопротивлялась мне; она охотно приняла мое приглашение, и я просто сделал ее своей.

Когда мы впервые были вместе, она была девственницей, мягкой и сладкой. Но я вытащил все ее фантазии из неё, желая дать ей все, о чём она могла только мечтать. Это мой способ заставить ее жаждать меня так же сильно, как и я. Я никогда не думал, что ее фантазии будут такими тёмными, но все больше и больше она открылась, и я знал, что так и должно было быть. Она была моим идеальным выбором.

Вытаскивая трусики изо рта:

– Ты чувствуешь хорошо, малыш? – Я спрашиваю, чтобы убедиться, что она в порядке.

Она только кивает, и я могу сказать, что оргазмы все еще не утихли.

– Хочешь, чтобы я развязал тебя?

Она на шестом месяце беременности, и я беспокоюсь, что ей может быть неудобно.

– Больше. – шепчет она.

Слава Богу, дети остаются у бабушки и дедушки все выходные, это будет долгая ночь. Засовываю трусики обратно в рот, я вытаскиваю свой член наружу, чтобы засунуть в её киску вновь.

Конец 1-й книги

Content

Райли Алекса Скажи, что ты моя (ЛП)

Алекса Райли Скажи, что ты моя Серия «Принудительное подчинение»

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Эпилог