Карен Бут

Сердцеедка со стажем

Глава 1

Эшли Джордж раздраженно выдохнула, заметив Маркуса Чемберса.

– Полагаю, вы хотите, чтобы я придержал лифт, – предположил он чарующим голосом с британским акцентом.

Больше всего бесили его уверенность и равнодушие. Понимает ведь, что она собирается спускаться. Ах, если бы удалось в узкой юбке и на высоких каблуках преодолеть одиннадцать этажей за пять минут пешком по лестнице, но это невозможно.

Эшли прошла мимо. Для пущей убедительности перекинула через плечо длинные белокурые волосы. – Первый этаж? – уточнил он.

Она впилась ногтями в ладонь. Стоит им на две секунды остаться вместе, и он уже действует на нервы.

– Мы оба знаем, что направляемся на одну и ту же встречу.

– Джентльмены не всегда милы.

Да, «милый» уж точно не про него. Маркус до безобразия красив. При этом, к сожалению, величайший ворчун. От рождения или последствий прошлого, не известно. Зато у него есть и деньги, и роскошная квартира в престижном районе города, и прекрасная внешность, и очаровательная маленькая дочка, Лила. Правда, Эшли видела ее мельком.

– Я бы не воспользовалась лифтом, но ты нажаловался на меня в совет жителей дома.

– Я бы не стал жаловаться, если бы вы наняли компетентных ремонтников. Я устал жить в хаосе. Вы постоянно вносите суматоху.

Эшли поджала губы. Нельзя сказать, что он неправ. Да, очевидно, ее жизнь кажется ему безумным торнадо. Она всегда куда-то спешит, в голове миллионы мыслей. Конечно, с ремонтом некоторые проблемы. Иногда не так уж гладко. Но Эшли старается все держать под контролем. Честно говоря, Маркус мог бы отнестись к ней с большим пониманием.

Эшли тайком бросила на него взгляд. Был бы у него другой характер или прояви он понимание, стал бы идеальным мужчиной. Она задрожала, представив его обнаженным.

Маркус один из самых желанных холостяков Британии, растит в одиночку маленького ребенка. Где-то существует единственная в мире женщина для этого внешне прекрасного, внутри сурового мужчины. Для каждого есть вторая половинка. И это не просто роль, которую играет Эшли в своем реалити-шоу «Сваха с Манхэттена». Настоящая любовь и пары, определенные судьбой, отнюдь не выдумка. Они настоящие, как и события: разбитые сердца, болезнь членов семьи, вопросы жизни и смерти.

Еще она верит, что когда-нибудь обязательно встретит своего единственного. Перед Днем благодарения ее бросил мужчина, которого она считала своей судьбой, и теперь у нее передышка. Надолго ее не хватило. В начале января по соседству поселился Маркус и через неделю после знакомства пригласил ее на ужин. Она по глупости согласилась. Тот вечер лишний раз доказал, что она оказалась права, не стоило связываться с мужчиной так быстро после расставания.

Аромат его лосьона донесся до нее, и тело неизбежно отреагировало. Черт возьми! От него даже пахнет хорошо. Теплый мужественный запах, похожий на лучший бурбон.

Лифт прибыл на первый этаж.

– После вас. – Бархатный голос эхом отозвался в ее голове. Ах, если бы он сказал что-нибудь вроде: «Ты прекрасно выглядишь сегодня. Извини, последние три месяца я вел себя как идиот».

Эшли быстро шла по коридору. Слишком узкая юбка мешала шагать широко, но она надеялась, что сможет без проблем выскочить из этой заварушки. Пять членов совета жильцов о чем-то переговаривались. Живот болезненно скрутило, когда она увидела председателя совета Табиту Таунсенд. Та считала ее чем-то вроде пятна от красного вина на белом ковре. Предстояло попытаться очаровать Табиту и остальных.

– Привет всем. – Эшли пожала руку единственной союзнице – миссис Уайт, старейшей жительнице дома. Та не только принадлежала к высшему обществу, но и была помешана на реалити-шоу, в частности на шоу Эшли, одном из ее любимых.

– Ты скажешь это для меня? – миссис Уайт посмотрела на нее с надеждой.

А что, есть выбор? Должна же она осчастливить хоть кого-то.

– Я Эшли Джордж, помогаю найти настоящую любовь в городе, который никогда не спит.

Миссис Уайт радостно захлопала в ладоши.

– Обожаю, когда ты это говоришь, хвастаюсь всем знакомым знакомством с тобой.

– Что угодно для тебя.

– Жалею, что мы собрались по неприятному случаю. Лучше уж обсуждать новый сезон шоу.

– Уверяю вас, это не просто склоки, – объявил Маркус ледяным голосом. Айсберг.

– Какая жалость. Из вас бы вышла отличная пара. Вы никогда не задумывались об этом? Возможно, стоит поужинать вместе и разрешить разногласия.

Маркус фыркнул. Они уже ужинали. Вечер закончился отвратительно. Сильно нервничая, Эшли хватила лишку еще до того, как принесли еду. Очевидно, не до конца оправилась после расставания с Джеймсом, поскольку болтала без умолку про их отношения, как он бросил ее по причине сосредоточенности на карьере, неготовности к тому, чтобы завести детей. Список причин бесконечный. Маркус плохо отреагировал на ее рассказ, на прощание просто пожал руку. Величайшее разочарование. А Эшли предвкушала поцелуй. Ремонт в ее квартире начался на следующий день. И тогда же развернулась битва Чемберса против Джордж.

– Осторожно, иначе люди подумают, что сваха ты. – Эшли держала миссис Уайт за руку, желая находиться рядом с единственным человеком, который на ее стороне.

Наконец она подошла к Табите, та лишь кивнула. Эшли обратила взгляд на Маркуса.

– Мистер Чемберс. Рада видеть вас.

Несмотря на попытку выглядеть соблазнительно, Табита точно не идеальная пара для Маркуса. Любой это поймет. Ему подошла бы женщина из мрамора, а не пышущая огнем.

– Присядьте, мисс Джордж.

Эшли поджала губы, но послушно присела. Маркус примостился рядом. Атмосфера больше походила на комиссию по увольнению, учитывая присутствие Табиты.

– Мисс Джордж, совету жильцов стало известно, что ремонт в вашей квартире вышел из-под контроля.

«Отличное начало собрания». Эшли заерзала. Табита открыла толстую папку. Очевидно, Маркус старательно строчил жалобы.

– Ваши работники, особенно прораб, не принимают во внимание интересы вашего соседа мистера Чемберса. В семь утра работала циркулярная пила.

– Меня не было в городе. Сожалею, что так произошло.

– Мисс Джордж, пожалуйста, поднимайте руку, когда хотите что-то сказать. Кроме того, звучала громкая музыка.

Эшли тут же подняла руку.

– Плотники ее обожают. Если позволите, я объясню.

– Я еще не закончила.

– Извините.

– Они неоднократно оставляли беспорядок в коридоре, который вы делите вместе с мистером Чемберсом. Ужаснее всего, курили, а это строго запрещено.

У Эшли скрутило живот.

– Они знают, что этого делать нельзя. Я еще раз поговорю с ними.

– Я настаиваю, чтобы вы остановили ремонт и наняли другую бригаду.

Эшли стало плохо. Она год провела в списке ожидания, чтобы воспользоваться услугами этой строительной компании. Бригада хорошо выполняла работу и по доступной цене, что немаловажно, поскольку ей нужно отправлять деньги своей семье. Приостановить ремонт нельзя, иначе она потеряет деньги, и потребуется несколько месяцев, чтобы оправиться от такого удара, придется жить в растерзанной квартире, нанимать другую бригаду – все это растянется на месяцы.

– Прошу прощения за неудобства, доставленные мистеру Чемберсу. Я дам знать прорабу, насколько все серьезно. На этот раз указания будут выполняться точно.

– Мы рассмотрели документы и решили дать вам последний шанс, мисс Джордж. Если ремонт не завершится на условиях мистера Чемберса, придется его остановить. Еще одна жалоба, и все кончено.

Эшли взглянула на Маркуса. Уголки его губ подергивались. Хочет улыбнуться?

– Еще одна жалоба? Вы шутите. Да его все не устраивает. Он, скорее всего, недоволен даже тем, как я сижу в этом кресле. Это несправедливо.

Громкие слова, если учесть, что она, похоже, вообще игнорирует разруху от ремонта. Маркус и его одиннадцатимесячная дочка Лила пытаются начать новую жизнь в Нью-Йорке. И справедливо, если он нанесет окончательный удар, если дело выйдет из-под контроля.

– Мистер Чемберс, – окликнула миссис Уайт с другого конца стола, – пожалуйста, поймите всю серьезность ситуации. Мы не хотим останавливать ремонт мисс Джордж по незначительной причине.

– Спасибо, – выпалила Эшли. – Чаша весов не может быть полностью на его стороне, иначе ремонт закончится еще до того, как мы поднимемся на лифте на этаж.

Маркус удивленно вскинул голову. Почему она ведет себя так, будто его претензии необоснованны? Ведь это она творит беспорядок, а брать на себя ответственность не желает.

– Вы ведете себя так, будто я скандалю на пустом месте.

– Я же извинилась.

Табита потерла лоб.

– Совет не изменит своего решения. Еще одна жалоба от мистера Чемберса – и мисс Джордж придется нанять другую бригаду.

– Но… – не выдержала Эшли.

– Это не обсуждается, мисс Джордж. – Табита бросила такой уничтожающий взгляд, что даже Маркус почувствовал себя некомфортно.

Воцарилась напряженная тишина. Эшли заерзала, Маркус обратил взгляд на ее ноги. В особенности на элегантные лодыжки и туфли из лакированной черной кожи с высокими каблуками. У него мало слабостей, но женщины в сексуальных туфлях не оставляли его равнодушным. Он заставил себя отвести взгляд.

Красота Эшли и влечение к ней призывали его держаться от нее подальше.

Миссис Уайт прочистила горло.

– Я хочу еще кое-что добавить. Мистер Чемберс сначала должен решить разногласия непосредственно с мисс Джордж. Пожалуйста, постарайтесь все разрешить между собой.

Маркус озадаченно моргнул.

– Вы ведь несерьезно. Она доказала сегодня, что готова спорить бесконечно. Как я могу что-то с ней решить?

– Я могу быть разумной и рассудительной.

– Своим поведением вы заработали именно такую репутацию.

Табита отмахнулась от его слов.

– Миссис Уайт правильно сказала. Попробуйте решить все между собой.

Маркус и Эшли вышли из комнаты, как провинившиеся дети, которых оставили без ужина. Он придержал двери лифта для Эшли.

– Мне нужно получить все твои контактные телефоны, – серьезно заявила она. – Рабочий номер. Домашний телефон. На случай, если возникнут проблемы.

Маркус едва сдерживался, чтобы не произнести то, что вертелось на языке. У них уже большие проблемы. После единственного свидания он решил держаться от нее как можно дальше. Эшли пробуждала одно из самых эгоистичных желаний – его влекло к женщинам свободным и полным жизни, сексуальным, прекрасным и немножко сумасшедшим.

Эшли принялась копаться в огромной сумке. Маркус тщетно пытался отвести от нее взгляд. Ее декольте манило с непреодолимой силой, как человека, потерявшегося в пустыне, влечет оазис. Он затаил дыхание. Ее кожа была нежного розово-персикового оттенка, гладкая и шелковистая. Локоны белокурых волос ниспадали с плеча на роскошную грудь.

Маркус на мгновение зажмурил глаза, не в состоянии выдержать ни минуты наедине с ней.

Двери лифта открылись, и они встретились лицом к лицу с единственным человеком на свете, который всегда мог поднять ему настроение. Малышка Лила. Няня Кэтрин подвозила ее к лифту в коляске.

– Мистер Чемберс. Я собиралась пойти с Лилой на небольшую прогулку перед сном. – Ее взволнованный взгляд были прикован к Эшли. – Мисс Джордж. Мне понравился эпизод «Свахи с Манхэттена», который показывали прошлым вечером.

– Пожалуйста, зовите меня Эшли. А разве вчера не показывали повтор?

Кэтрин, казалось, вот-вот взорвется от восторга. Она была без ума от Эшли и ее шоу, обсуждала его с домработницей Мартой, что бесило Маркуса. Он понимал, чем Эшли восхищает людей, но шоу само по себе откровенно глупое.

– Но мне так понравился этот эпизод про доктора и девушку, которая владеет пекарней. Только вы могли решить, что эти двое подходят друг другу. Они так быстро влюбились друг в друга.

Эшли улыбнулась:

– Очень мило с вашей стороны. Спасибо.

Кэтрин закатила коляску в лифт. Маркус поцеловал Лилу в лобик, вдохнул сладкий аромат ее мягких светлых волос, потрепал пальцем по розовой щечке. Улыбка, которой одарила его малышка, стала бальзамом для сердца.

– Повеселись на прогулке, дорогая. А потом папа прочитает тебе сказку перед сном. – Маркус отпустил дверь лифта, Кэтрин помахала им на прощание.

– Твоя дочка просто замечательная. И такая милая. Мне даже не удалось встретиться с ней в тот вечер, когда у нас было свидание. У тебя хорошо получается ее прятать.

Защищать дочку – больше чем обязанность. Это один из сильнейших инстинктов. Жизнь малышки началась не лучшим образом, и в этом его вина. Маркус неудачно женился, а когда отношения в семье стали напряженными, убедил жену, что после рождения ребенка у них все наладится. Это он виноват в том, что мать Лилы далеко от них.

– Кажется, вы собирались дать мне номера телефонов, – напомнил Маркус, желая сменить тему разговора.

– Я вышлю их тебе в сообщении, – Эшли что-то быстро набирала в телефоне. – Тогда у тебя будет вся необходимая информация.

На экране телефона Маркуса высветилось сообщение с номерами телефонов. И еще одно.

«Я не воплощение зла. Чтобы ты знал».

– Я никогда и не говорил, что вы воплощение зла, мисс Джордж.

– Пожалуйста, не называй меня мисс Джордж. Мы же были на свидании. Давай без формальностей, так проще.

– Жизнь вообще не всегда легка, но если тебе так удобно, буду называть тебя Эшли.

Эшли посмотрела на него с прищуром.

– Ты слишком ворчливый для своего возраста, Чемберс. Ты ведь не был таким, когда мы познакомились. Что произошло?

– Я оценил твое искусное использование лексики, но не думаю, что это удачная тема для разговора.

Маркус повернулся к двери своей квартиры, Эшли положила ладонь ему на руку. Тепло от ее прикосновения проникало сквозь материал. Он посмотрел на ее хрупкие пальцы.

– Ты не можешь вечно прятаться и скрываться от меня. Я проницательный человек. Именно поэтому получила работу. Я вижу в людях то, чего они не замечают в себе.

Маркус боролся с желаниями тела. Тепло. Влечение. Глубока почти невыносимая тяга запустить пальцы в ее шелковистые волосы, припасть к пухлым губам в жарком поцелуе, которого он лишился на свидании. Выражение ее больших карих глаз казалось ему самым честным. Как легко поддаться чувствам, которые она в нем пробуждает. Но он задолжал Лиле.

– Спокойной ночи, мисс Джордж.

Эшли похлопала его по плечу:

– Просто Эшли, Чемберс. Скоро привыкнешь.

Глава 2

Эшли придумала для Маркуса несколько секретных прозвищ. Лондонский Тауэр из-за его статной фигуры, Герцог-красавчик по очевидным причинам и Заноза в заднице из Англии – для таких моментов, как прошлым вечером. У нее не возникало проблем с пониманием людей, а с Маркусом действительно сложно. Почему она так сильно ему не нравилась?

У него есть все, чего только можно пожелать. А он несчастлив. Почему-то зажат.

В дверь постучали. Грейс из пресс-отдела телеканала. Ее яркие рыжие кудряшки были убраны в пучок, такая прическа только чрезвычайно уверенному в себе человеку к лицу.

– Ты готова к встрече со мной?

Эшли кивнула, наконец отбросив мысли о Маркусе.

– Да, конечно же.

Она собрала бумаги, открыла блокнот и взяла ручку. Пора заняться работой. Несколько финальных деталей премьерной вечеринки по случаю запуска нового сезона «Свахи с Манхэттена» необходимо обсудить.

– Стоит ли мне спрашивать, что случилось на собрании жильцов прошлым вечером?

Они с Грейс усердно работают вместе с самого запуска шоу и за эти три года стали хорошими друзьями.

– Они решили, что если Лондонский Тауэр еще раз на меня пожалуется, придется нанимать новую бригаду.

– Жесть!

– И не говори. – Тревога снова скрутила живот. У Маркуса слишком много власти в той части ее жизни, которая совершенно точно принадлежит только ей. – Если вкратце, он меня ненавидит. Сейчас это уже очевидно, но я не могу отделаться от мысли, что дело не только в мусоре в коридоре.

– Не понимаю, как кто-то может тебя ненавидеть. По мне, он просто ужасный ханжа. Пожал тебе руку после вашего свидания. Кто вообще так поступает?

– Не напоминай. – Еще одно доказательство того, что она просто не нравится Маркусу. – Давай уже работать. У меня полно дел перед вечеринкой. Люди из ателье Питера Ричи, наверное, удушат меня собственными руками, если не приеду сегодня на последнюю подгонку платья.

– Питер Ричи – один из самых популярных дизайнеров в мире, он шьет специально для тебя платье, а ты никак не выберешься на примерку? Вечеринка через два дня.

– Я ужасный человек. – Эшли пыталась отсрочить этот момент. Питер очень любезен, хотя и понятно, что эта роскошь доступна свахе с Манхэттена, а не Эшли Джордж. Знаменитый дизайнер создал платье для нее? Смешно. Настоящая Эшли носит платья, сшитые мамой.

Ерейс открыла ноутбук.

– Ты по-прежнему не разобралась с платьем, и я даже не хочу знать, насколько ты продвинулась по части пары для вечеринки.

Эшли сурово поджала губы. Она надеялась на то, что руководство телеканала забудет об этом.

– Руководство все еще настаивает на этом?

– Да. Эта вечеринка организована телеканалом в поддержку шоу. Не забывай, они еще не приняли решение по твоему новому проекту. В данный момент тебе нужно быть безотказной.

– Они так вцепились в эту идею из-за дурацких фотографий на сайте сплетен о знаменитостях.

– Это там, где ты покупаешь ведерко мороженого и конфеты субботним вечером. Они серьезно повлияли на рейтинг программы.

– Это было три недели назад, я переживала самый ужасный на свете ПМС. Это никак не связано с тем, что у меня нет парня. Почему всех это так волнует?

– Не просто волнует. Ты ведь знаешь, это самая обсуждаемая тема на форуме сайта «Свахи с Манхэттена». Твои фанаты хотят видеть тебя счастливой, знать, что женщина, которая находит вторые половинки для других людей, может и для себя найти настоящую любовь. И насколько я помню, тебе нравилось такое внимание.

Не просто нравилось. Она жила и дышала этим. Таким образом зарабатывала деньги.

– Ты должна мне кого-то найти или нанять мужчину из эскорт-сервиса. Меня это не волнует.

– Ну уж нет. Пойдут слухи, если я начну организовывать нечто подобное. Вижу заголовки статей. «Сваха с Манхэттена не может найти вторую половинку».

– Эй! Так нечестно! Ты ведь знаешь, я на перерыве, отдыхаю от мужчин.

– А моя бабушка говорила, если ты упал с коня, нужно тут же снова на него взобраться.

– Мое седло никуда не годится. Я не ходила на свидания с тех пор, как Джеймс порвал со мной.

Глаза Грейс загорелись, Эшли напряглась.

– Неужели. А Лондонский Тауэр? Ты ходила с ним на свидание.

От одной мысли сердце сжалось в груди.

– Нет. Это не свидание, а полнейшая катастрофа.

– Он пригласил тебя поужинать. Это считается свиданием. Подумай об этом. Если уговоришь его пойти с тобой на вечеринку, ему будет гораздо сложнее после этого жаловаться на ремонт в твоей квартире.

– А как насчет поговорки «чем лучше знаешь, тем меньше ценишь»?

– Ага, ты уже придумываешь оправдания. Скажи-ка еще раз его полное имя… Маркус?

– Чемберс.

И как же эта задумка должна была сработать? Никак. Не сработает. Маркус сразу же откажется, и после этого каждое столкновение с ним станет еще более напряженным.

– А вот и он. – Грейс устремила взгляд в ноутбук.

– Джин «Чемберс». Известная британская семья. Разведен. Разведен?

– Да. Я же рассказывала. Не помнишь? У него маленький ребенок, девочка Лила. Его жена была тоже из именитой семьи, оставила его через шесть недель после того, как родилась малышка. Все это есть в Интернете, если хорошо поискать.

– Как я понимаю, ты прочитала все.

– Можно так сказать. Что поделать? Мне было страшно интересно. Если горячий парень поселяется по соседству, девушке ничего не остается, как загуглить его.

– Жена ушла от него через шесть недель после рождения ребенка? Что бы ни произошло между ними, это что-то по-настоящему серьезное.

– Или назревало слишком долго. Причина развода «окончательный разрыв отношений». Я полагаю, так в Англии называют «не сошлись характерами».

– Да, но как мать могла оставить ребенка?

– Это просто ужасно.

Грейс снова уставилась в ноутбук.

– Финансовая биржа. Кембриджский университет…

– Может, оставишь эту затею? Он все равно не согласится пойти со мной на вечеринку.

– Тихо. Я читаю. Команда по гребле, бла-бла-бла. О. Мой. Бог.

Она нашла их.

– Он участвовал в съемках для календаря. Самые завидные холостяки Англии.

– Ах да. Это забавно, не так ли? Мистер Ноябрь? Я бы подшутила над ним, если бы не старалась не раздражать его.

– Значит, ты видела фотографии?

– Во всяком случае, календарь не покупала.

Это и невозможно, их уже распродали.

– Не могу поверить, и ты молчала. Это же настоящий джекпот. Идеальный расклад. Ты пригласишь на вечеринку горячего британца, владельца компании по производству джина, а я напишу самый шикарный на свете пресс-релиз. Возможно, это станет лучшим, что я сделаю за свою карьеру.

– Да брось ты. Это всего лишь календарь, который создали, чтобы заработать деньги для детской больницы. Они каждый год так делают. Вряд ли это что-то настолько грандиозное.

– Хм, фотография, на которой он без рубашки? Гарантирую, людям это понравится. – Грейс поставила ноутбук на стол и развернула экраном к Эшли. На них смотрел один из самых завидных холостяков Британии. – Только посмотри на этот пресс и широкие плечи.

Эшли отчаянно закачала головой, пытаясь выбросить восхитительного Маркуса, навсегда запечатлевшегося в ее сознании.

– Ты делаешь из мухи слона. Эти фотографии, должно быть, хорошо ретушировали.

Сложно отвести взгляд от фотографии, на которой Маркус без рубашки с капельками пота на коже на берегу Темзы после соревнований по гребле.

– Он невероятно привлекательный, но не стоит обращать на это внимание. В реальной жизни он невыносим.

– Я могу многое простить парню с таким шикарным прессом. Все на телеканале сойдут с ума от счастья, когда узнают, что ты придешь с одним из самых завидных женихов Англии.

– Придержи коней. Я ведь даже не спрашивала его. Ты не слышала? Он ненавидит меня. Ненавидит.

Грейс никак не отреагировала на слова Эшли.

– Здесь написано, что он руководит проектом по продвижению в Америке нового продукта их семейной компании, которая занимается производством джина. Весьма затратный проект. Но мы можем ему кое в чем помочь. Любой бизнесмен оценит бесплатную рекламу.

И какова цена? В итоге пострадает гордость Эшли. Знаменитая сваха не может найти вторую половинку. Ее сердце и гордость растоптаны Джеймсом, и она держится от мужчин подальше.

– И чего ты ждешь? Позвони ему. Я подожду, пока ты закончишь разговор, а потом сделаю заявление в прессе.

Последний раз Эшли приглашала парня еще в школе, тогда все закончилось совсем не радостно. Внезапно ее руки вспотели. Нет, она не боится Маркуса. Однако есть риск, что он скажет «нет».

– Мне вовсе не нужно напоминать тебе о том, в каком сложном положении мы оказались. – Голос отца показался непривычно холодным. – Если мы не сможем вытянуть проект, который ты возглавил, последствия будут серьезными. И дело не только в потере прибыли. В итоге мы потеряем и деньги, которые вложили в производство. Мы должны добиться успеха или потеряем все.

Да. Маркус смотрел на сестру. Джоанна занимала должность главы отдела маркетинга компании «Джин Чемберс». Тревога на ее лице ранила его в самое сердце.

– Мы сможем исправить положение. К моменту торжественного открытия нового завода мы уже будем на пути к успеху.

– Не хочу, чтобы ты подумал, будто я не доверяю тебе, Маркус. Это не так. Просто на карту поставлено благополучие семьи.

– Я сделаю все, как нужно, отец. Не хочу, чтобы ты волновался.

– Хорошо, сын. Я доверяю тебе. Мне нужно сделать несколько важных звонков, я пообщаюсь с тобой и Джоджо в пятницу, хорошо?

– Конечно, в пятницу. До связи.

– Пока, папа. – Джоанна нажала на кнопку на середине конференц-стола, чтобы завершить звонок. – Никогда еще не слышала, чтобы он говорил так взволнованно.

Маркус постукивал ручкой по стопке документов с заказами на закупку в Америке их нового джина «Чемберс номер 9».

– И в этом нельзя его винить. Мы почти ни на йоту не продвинулись к цели. Подумать только, он был уверен, что с легкостью привлечет внимание американских потребителей. Пока ничего не получалось. Он взял на себя обязательство поднять семейную компанию на новый уровень и даже тратил на новый проект собственные средства, но его финансовые возможности тоже были ограниченны. А время неумолимо шло. Новому продукту «Чемберс номер 9» нужно стать хитом продаж, и как можно скорее.

Когда отец, умерив гордость, признался, что нуждается в помощи в ведении дел, Маркус оставил весьма успешную карьеру торговца ценными бумагами и без вопросов принял новый вызов судьбы. Он только настоял на том, чтобы отец доверился ему, и компания начала продвижение нового сорта джина на огромном американском рынке.

– Просто мы никак не можем раскачаться на старте, – объяснял Маркус.

Они выберутся из этого положения, он поведет компанию к успеху и никого не подведет.

– Заказов каждый день прибавляется, мы смогли добиться определенного продвижения. Это займет больше времени, чем мы предполагали. Люди не меняют свои предпочтения в алкогольных напитках за одну ночь.

– Это произойдет, если появится веская причина. К примеру, шумиха в прессе или привлечение знаменитостей. Что-то, благодаря чему продукт станет популярным. Мы недавно получили подтверждение о том, что журнал «Интернэшнл спирите» хочет взять у меня интервью. Большой заголовок планируется на обложке.

Джоанна закрыла глаза, откинула голову и насмешливо фыркнула.

– Ох, прости. Ты что-то сказал? Скучно слышать о журнале «Интернэшнл спирите», вот я и заснула на минутку.

– Эй, это огромное достижение, журнал пользуется авторитетом в нашей индустрии. А Оскар Пруйтт влиятельный журналист. Отец пытался долгие годы завладеть его вниманием.

– Это не поможет в покорении мира. Нам нужно придумать, как покорить сердца людей. Что-то необычное, неожиданное. И сексуальное.

Маркус откинулся на спинку кресла. Ролики, демотиваторы в Интернете, какая-нибудь знаменитость, рекламирующая продукт. Не так представлял он продвижение «Чемберс номер 9», но был готов согласиться на что-то неожиданное и сексуальное.

– Ты права. Знаешь, как мы поступим? Еще раз обдумаем стратегию продвижения с отделом маркетинга. Завтра. Возможно, в этом деле нужен креатив.

Экран телефона оповестил о новом сообщении. Эшли. Первая попытка общения с прошлого вечера, когда она коснулась его руки и успела вывести из себя глупыми заявлениями о том, что он прячется.

«Занят? Мне нужно задать тебе один вопрос».

«В чем дело?»

Сейчас не хватает, чтобы Эшли ошарашила очередной выходкой.

– Кому ты пишешь? – Джоанна, хотя и моложе на три года, в свои двадцать восемь иногда вела себя как настоящая курица-наседка.

– Моя соседка. Мисс Джордж. Что-то о приглашении.

– Приглашение? От Эшли Джордж? Вы смогли наконец наладить отношения?

Джоанна преподносила все слишком уж оптимистично. И вела себя навязчиво. Даже не пыталась скрыть, как надеется на то, что после развода он окажется в череде свиданий и начнет отношения с Эшли.

Эшли неподходящий вариант. Маркус понял это на свидании. Во время разговора сигналы тревоги срабатывали один за другим, а кульминацией вечера стала история о том, как ее бросил парень, потому что она не была готова завести детей. Маркус быстро попросил счет за ужин и на прощание пожал ей руку. Он не был готов сделать ей предложение, более того, не собирался тратить время на женщину, которая не разделяет его представления об отношениях. Он и Лила единое целое. Предложение два в одном. Иных вариантов нет.

– Не стоит тешиться надеждой, что нам с мисс Джордж удастся наладить отношения. Нам сложно даже находиться в обществе друг друга. – Он жестом показал, чтобы Джоанна оставила его одного, но та отрицательно замотала головой.

– У вас проблемы, мисс Джордж?

– Нет. И пожалуйста, зови меня Эшли.

Маркус пытался избегать взгляда сестры.

– Что я могу для тебя сделать?

Джоанна взяла блокнот, что-то размашисто написала на весь лист, подтолкнула ближе к брату и грозно ткнула пальцем.

«Веди себя хорошо!»

– У меня деловое предложение.

Маркус готовился услышать плохие новости о ремонте и совершенно не ожидал, что она поднимет тему бизнеса.

– Продолжай.

– Прежде чем я все расскажу, пообещай, что наш разговор останется в секрете.

Умеет она подогреть интерес. Секрет?

– Я не люблю обещать то, в чем не уверен.

Эшли фыркнула.

– Ты используешь любую возможность насолить мне, не так ли? Послушай, насколько я понимаю, ты занимаешься продвижением «Чемберс номер 9» в Штатах. Телеканал организует грандиозную вечеринку в честь премьеры нового сезона моего шоу. Руководство готово бесплатно предоставить тебе место для рекламы, взамен твой новый напиток будут подавать гостям вечера. Логотип твоей компании будет повсюду. В списке гостей огромное количество знаменитостей, и все они будут пить твой джин.

– Почему ты делаешь это для меня? И к чему такая секретность?

– Я подвожу к этому. Мне нужно, чтобы ты стал моим спутником на вечеринке.

Какое-то мгновение Маркус даже не понял, о чем она вообще.

– Я встречаюсь только с теми женщинами, с которыми собираюсь строить серьезные отношения. Все из-за Лилы.

– Замечательно. Я сейчас вообще ни с кем не встречаюсь. Тебе всего лишь нужно пойти со мной на вечеринку и притворяться, что я тебя нравлюсь. Телеканал хочет, чтобы я появилась в сопровождении красивого мужчины.

С одной стороны, ему хотелось усмехнуться над тем, что он единственный вариант для Эшли. С другой стороны, ситуация немного печальная.

– Я не совсем уверен, что «Сваха с Манхэттена» и «Чемберс джин» хорошее сочетание.

– Ты хочешь привлечь внимание молодых и активных покупателей? Мои зрители именно такие.

– А как же миссис Уайт?

– Она намного активнее тебя.

– Это спорный вопрос.

Ничто так не заставляет кипеть кровь, как хорошая перепалка с красивой женщиной.

– Ну что, согласен? Только подумай о том, как сильно это поможет твоему делу.

Вероятно, тут она права. Они с Джоанной как раз обсуждают эту тему.

– Хорошо, я согласен.

– Правда?

– Да, я сделаю это. Пожалуйста, только не говори, что злишься на меня, потому что я согласился.

– Нет. Вовсе не злюсь. Я просто удивлена. Ты ведь вечно со мной борешься.

«Так проще убеждать себя, что меня не влечет к тебе».

– Не скрою, «Чемберс джин» не помешает помощь. Подняться на американском рынке – сложная задача.

– Тогда договорились. Вечеринка во вторник вечером. В восемь часов. Машина приедет за нами в семь тридцать.

– Я приду к тебе в семь пятнадцать.

– Я вполне способна встретиться с тобой у лифта.

– Эшли, я джентльмен. А джентльмены всегда приходят за своими дамами.

Глава 3

Эшли с трудом узнала себя в зеркале. То же лицо, волосы, нос, глаза. Знакомая фигура, облаченная в новую роскошную упаковку. Стоя на пьедестале, она поворачивалась, рассматривая элегантные линии вечернего платья, созданного Питером Ричи. Специально для нее.

Питер медленно качал головой, будто не веря своим глазам.

– Абсолютно прекрасна.

Он продолжал наблюдать. Женщина с множеством булавок во рту стояла на коленях перед Эшли и поправляла подол платья.

– Платье просто прекрасное. И ты совершенно прав. Спасибо тебе за то, что сделал для меня. Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарна.

Питер звонко рассмеялся.

– Нет, куколка. Я не о платье, а о тебе. Выглядишь просто восхитительно. На этой вечеринке все будут смотреть только на тебя.

Эшли трудно было избавиться от неприятного комка в горле. Мысль о том, что она окажется в самом центре внимания, заставляла нервничать сильнее. Такие мероприятия давались всегда нелегко, обычно гости боролись за ее внимание, хотя, по сути, их интерес был поверхностным. Куча комплиментов и похвалы, но мало настоящего общения. Часто можно было услышать «продолжай работать в том же духе», «хочу увидеть больше». А насколько больше? Наступит день, когда мир устанет от шоу «Сваха с Манхэттена». Это происходит со всеми проектами, которые получали огромную огласку. Конец всегда безрадостный.

– Я прослежу за тем, чтобы все собравшиеся узнали, что это восхитительное платье – твоих рук творение.

– Продолжай говорить подобное, и я обеспечу тебя вечерними платьями до конца жизни. Ты можешь быть свободна, милая. Девушки закончат работу над платьем к концу дня. Мы доставим его в твою квартиру.

– О нет. Пожалуйста, доставьте в мой офис. Сейчас моя квартира на стадии ремонта, и там полнейший бардак.

Эшли вышла от Питера и решила пройтись пешком по Восьмой авеню к офису. Скорее всего, преодолеть все расстояние на каблуках не удастся, но надо попробовать. Надев самые большие солнцезащитные очки и убрав волосы под широкую шляпу, чтобы не узнали на улице, Эшли отправилась в путь. Она сняла кардиган, повесив его на локте.

Южная Каролина всегда останется домом, но она не представляла свою жизнь нигде, кроме Нью-Йорка. В этом городе всегда интересно, у него своя особенная красота.

Пройдя где-то двадцать домов, Эшли уже не чувствовала ног и поймала такси.

Глава 4

Маркус постучал в дверь квартиры Эшли и не удивился, что она сразу не ответила. В коридор доносились приглушенные звуки музыки.

А вот интересно, что женщина, создавшая реалити-шоу на телеканале, может надеть на вечеринку в свою честь. Не иначе, что-нибудь вычурное и розовое, скорее всего, со стразами. Господи спаси! Нужно будет сегодня пропустить пару стаканчиков. К счастью, на вечеринке ожидается предостаточно джина «Чемберс номер 9».

Он снова постучал. Звуки стихли. Дверь внезапно открылась.

– Даже не говори мне, – выпалила Эшли, залившись румянцем. Глаза, как обычно, горели почти маниакальным светом. – Я опаздываю. Я знаю.

Маркус молчал. Даже не моргал. Макияж и прическа Эшли были уже готовы. Что касается остального, на ней не было ничего, кроме белого мягкого полотенца.

– Мне нужно две минуты, чтобы одеться. Стилисты только недавно ушли, а мой телефон просто разрывается от звонков. – Жестом она пригласила его войти. Маркус по-прежнему не моргал. Ни разу. Все дело было в чертовом полотенце. Он давно уже не общался с женщиной, находящейся в шаге от наготы. Эшли весьма соблазнительна. От нее всеми силами надо держаться подальше.

Каждая клеточка его тела наполнилась желанием. Эшли быстро проскользнула в другую комнату, демонстрируя стройные длинные ноги и обнаженные плечи и оставляя после себя шлейф аромата летнего дождя и ванили.

– Не волнуйся, – пробормотал он, но она уже исчезла в комнате.

Стараясь как-то отвлечься, он принялся осматриваться. Планировка такая же, как и у него, в остальном здесь полнейший бардак. Брезентовые чехлы накинуты на мебель, строительные материалы по углам.

Как можно жить в таком хаосе? Он бы не смог выдержать здесь и пяти минут, свихнувшись в кратчайшие сроки. Пахло свежей краской и еле уловимыми нотками парфюма Эшли, которые откровенно дразнили его.

– Я же сказала, мне потребуется пара минут, – сказала Эшли за его спиной.

Маркус повернулся, мысленно готовясь к смене наряда.

Ничего розового и вычурного. На ней было невероятно элегантное серебристо-серое платье на тонких шелковых бретельках, с небольшим декольте, свидетельствующее о безупречном вкусе. Оно спускалось достаточно низко, заставляя жалеть о том, что его брюки не слишком просторны. Ее белокурые волосы были убраны в элегантный пучок. Эшли приблизилась к нему, словно паря по воздуху, возможно, это связанно с тем, что от удивления у него сперло дыхание.

Ее движения были невероятно грациозными, все пошло совсем не так, как он ожидал.

– Что? – Эшли повернулась, отчего он сильнее ощутил ее чарующий аромат. – Я переборщила с нарядом? Неуместно роскошный?

«Ты выглядишь идеально. Само совершенство». А разум буквально кричал, что это не так. Нужно забыть о чувствах, которые она сейчас в нем пробудила.

Маркус покачал головой, мысли путались.

– Нет. Выглядишь нормально.

Она приподняла брови, от этого глубокие карие глаза показались еще больше.

– По крайней мере, не нужно переживать, что ты убьешь меня своей добротой.

Необходимо изменить направление мыслей, которые пошли по опасному пути.

– Помни, это всего лишь часть нашей сделки. – Он жестом указал на входную дверь. – Пойдем.

Лимузин ожидал их на подземной парковке. Эшли объяснила, что на входе замечены ее фанаты. Маркус добавил в список причин, по которым она ему не подходит, постоянное вмешательство в ее частную жизнь других людей. Хотя ему не нравилась сама идея накапливать негатив и собирать компромат на Эшли, зачастую только впечатляющий список причин давал возможность не поддаваться влечению к этой женщине.

Эшли ерзала на сиденье, несколько раз открывала маленькое зеркало, проверяя макияж, и тяжело вздыхала.

– Все в порядке?

– О, конечно.

– Нужно решить, что мы будем говорить, – заметила Эшли. – Люди захотят узнать, как мы с тобой встретились. Насколько серьезны наши отношения.

Значит, придумать романтическую историю. Это казалось ему неправильным.

– Может, придерживаться простой и правдоподобной версии? Мы встретились потому, что оказались соседями, и наши отношения потихоньку развиваются.

– А вдруг спросят про наше первое свидание? Если мы признаемся, все поймут, что мы не настоящая пара.

– Это их не касается.

– Журналисты захотят узнать. Можно сказать, что поужинали вместе и между нами сразу пробежала искра. Пропустим ту часть, когда ты в конце вечера пожал мне руку, а на следующий день между нами началась война.

– В тот вечер я повел себя как джентльмен. Не хотел попусту тебя обнадеживать.

– Но и не позволил объяснить мое поведение. В ту ночь я хватила лишку, помнишь? Сильно нервничала. Я всегда говорю глупости, когда нервничаю.

Машина остановилась у обочины. К счастью, это ознаменовало конец разговора. Фотографы снимали без остановки.

– Просто следи за тем, как я себя веду с папарацци. Я уже научилась делать то, что от меня хотят. Ничего сложного, обещаю. – Эшли похлопала его по колену. – И пожалуйста, немного расслабься сегодня.

Он напряженно выпрямил спину.

– Я знаю, как вести себя на вечеринке. Тебе не нужно обо мне волноваться.

– Хорошо. Посмотрим, как ты справишься.

Шофер открыл дверь. Эшли вышла, толпа пришла в восторг, фанаты и фотографы выкрикивали ее имя. Она ступила на красную ковровую дорожку, повернулась к Маркусу и с чарующей улыбкой протянула руку. Ее пухлые розовые губы так и тянуло нежно прикусить в поцелуе. Маркус был заворожен выражением ее лица, которое казалось таким искренним и теплым. Происходящее больше походило на сон. Объект его желания, тайная слабость, протягивает к нему руку. Они у всех на виду, и у него нет выбора, только действовать по сценарию. Он обхватил ее невероятно нежные пальцы и направился прямиком в логово льва.

Все камеры были обращены на их пару. Чем настойчивее загорались вспышки, тем крепче Эшли сжимала руку Маркуса, притягивая его ближе к себе.

Казалось, ей нужно чувствовать поддержку кого-то рядом, и его инстинкты подталкивали к тому, чтобы защищать ее, даже несмотря на то, что он понимал, насколько неправильными были подобные желания и как упорно ему нужно с ними бороться. Эшли широко улыбалась, пока фотографы без устали делали снимки, очаровывала толпу, словно рождена для этого. Бабочки в животе от волнения? Еще чего.

После того как собственными глазами увидел сваху с Манхэттена в действии, Маркус понял, что неминуемо увлекся ею, как и весь остальной мир. Ничего не поделаешь. Он здесь в качестве ее красивого спутника и сыграет эту роль. А значит, предстоит находиться рядом с ней, пока их фотографируют, несмотря на то что с каждой секундой ее чары действуют на него все сильнее. На путь истинный его вернет серьезный и долгий внутренний диалог.

Один фотограф попросил Эшли продемонстрировать платье со спины. Она отпустила на мгновение руку Маркуса, повернулась и посмотрела в камеры через плечо, при этом выглядя так сексуально, что чуть не сразила его наповал. Он уже начинал терять ощущение реальности. Дело принимало опасный поворот. Ему еще предстоит четыре часа притворяться очаровательным влюбленным спутником. Нужно придумать какую-нибудь мантру и повторять, чтобы не сойти с ума.

«Не влюбляйся в нее, Маркус. Не влюбляйся в нее».

Глава 5

Эшли пообещала себе, что войдет в роскошно украшенный зал с расслабленной, уверенной улыбкой на губах. Будто это место принадлежит ей вместе с хрустальной люстрой, дорогим шампанским и всем остальным. Черт возьми, это же вечеринка в ее честь. Она королева сегодняшнего вечера. В этом и проблема. Оказавшись в битком наполненном зале, она поняла, как все непросто. Она отличалась способностью говорить невпопад, когда раздражали назойливыми, слишком личными вопросами. Она не создана для роскошных вечеринок, на которых внимание сотни людей обращено на нее. Ужин для двоих без прессы и папарацци – как раз для нее.

Огромное количество людей тут же ринулись к ним, желая сфотографироваться с красивой парой. Хор голосов, приветствующих их и задающих вопросы, руки, тянущиеся к ним, чтобы прикоснуться. Некоторые дотрагивались до Маркуса. Инквизиционный допрос про отношения начался незамедлительно.

– Расскажите про ваше свидание.

– Где ты нашла этого красавчика-британца?

– Как ты смогла удержать ваши отношения в секрете?

– Вы смотритесь идеально. Неужели сваха нашла свою вторую половинку?

Пульс Эшли бешено бился. Если она уже теперь чувствовала панику, желание сбежать отсюда, что же тогда впереди? Она осмотрелась в поисках Грейс, но не смогла найти. Выбора нет. Вежливо улыбаться и согласно кивать головой, когда кто-то поздравляет. Эшли нервно смеялась над неудачными шутками. В зале гремела музыка. Они с Маркусом стояли, прижавшись друг другу под натиском толпы. Он хорошо овладел ситуацией, слаженно отвечая на вопросы, а когда допрос стал тяжелым, взглянул на нее. В тот момент она ощутила поддержку, которую не ожидала от человека, которому так сильно не нравится.

Эшли обхватила его широкие плечи и прошептала:

– Мне хочется пить. Может быть, возьмем что-нибудь выпить?

Ей нравилось ощущать прикосновение его легкой щетины к своей щеке.

– Отличная идея. Думаю, нам обоим нужно пропустить по стаканчику.

Она сжала его ладонь. Он даже не поморщился. Ей нравилось это. Очень сильно. Казалось, как бы она его ни испытывала, он никогда не сдастся и не подведет ее. Именно с ним ей хотелось оказаться рядом. Прекрасная британская защитная стена.

Маркус стал прокладывать дорогу через толпу. Эшли проходила мимо людей, с которыми не хотела разговаривать, и просто махала рукой, пожимая плечами, указывая на Маркуса и произнося одними губами «он хочет выпить». Пока что он для нее идеальный спутник. Хотя и не настоящий. Он не из тех мужчин, которые по собственному желанию окажутся с ней где угодно, кроме неприятного собрания жильцов.

Пока можно притворяться, что он с ней, главное – не наговорить глупостей.

В вечер свидания у нее не было шанса объяснить Маркусу, что Джеймс на одиннадцать лет ее старше и у него другие представления о сроках. К тому же он показал себя настоящим подлецом, когда она посмела выразить некоторые сомнения по поводу совместного будущего. Теперь, чтобы продолжать притворяться, будто Маркус ее вторая половинка, придется играть роль свахи с Манхэттена.

– Джин с тоником? – спросил он, когда они наконец добрались до бара.

– Звучит замечательно.

Мужчина, представившись Аланом, бухгалтером телеканала, похлопал его по плечу.

– Я пью уже второй бокал коктейля с «Чемберс номер 9» и, должен сказать, приятно удивлен.

Бармен поставил на стойку напитки, Эшли сделала большой глоток из своего бокала.

– Разве это не самый восхитительный напиток, который вы когда-либо пробовали?

Она сделал еще глоток, на этот раз совсем небольшой. Напиток действительно чудесный, вкусный и снимает напряжение. Она допьет бокал, и будет проще вести бесконечные беседы.

– Благодарю вас обоих. – Маркус продолжил разговор с Аланом.

К Эшли продолжали подходить люди, которых чаще всего интересовали подробности новых эпизодов шоу.

– Какая пара в этом сезоне стала самой необычной?

– Наверное, два юриста из конкурирующих фирм. Моя команда уже думала, что я потеряла сноровку, а я заметила связь между ними. Они умерили гордость, разобрались в конфликте и быстро полюбили друг друга. Это один из моих самых любимых эпизодов в сезоне.

Маркус внимательно слушал, кивая головой.

– Она точно знает, когда два человека должны быть вместе.

– А как ваши дела, мистер Чемберс? Расскажите о своем джине.

Эшли слушала его рассказ об отце и дедушке, впечатляющей семейной династии, историю создания «Чемберс джин». У нее не было ничего подобного, чем можно похвастаться, но ее это не волновало.

Правда, претили жалостливые взгляды, когда она рассказывала о своей семье. Денег всегда не хватало, и она даже не представляла, как они вообще смогли выжить.

У Маркуса все не так, он родился с серебряной ложкой во рту. Впрочем, работал он всегда усердно, надо отдать ему должное. Не стал просто наслаждаться тем, что дали его родители.

– Эшли Джордж, я хочу знать, когда точно ты нашла себе парня.

Эшли столкнулась лицом к лицу с Мариан, главным редактором сайта сплетен о знаменитостях, где были размещены снимки, как Эшли покупает мороженое. Мариан внешне была практически идеальной. С длинными ногами и курносым носиком. Но зато с крысиным характером.

Эшли приложила ладонь к уху Маркуса и прошептала, чтобы слышал только он.

– Осторожнее с этой женщиной. Она злюка.

Маркус протянул журналистке руку.

– Маркус Чемберс. Рад встрече. А вы?

– Мариан Пауэлл. Сайт «Разговоры о знаменитостях», самый популярный ресурс о звездах на Восточном побережье.

– Ах. У меня не было возможности посмотреть ваш сайт, но я уверен, он весьма хорош.

Эшли тихо усмехнулась и сделала еще глоток из своего бокала.

– Я очень тщательно слежу за твоей жизнью, Эшли. Моя работа – точно знать, когда у тебя появится парень. Нет ни единого шанса, что я упущу начало ваших отношений.

Эшли боролась с желанием закатить глаза. Из-за таких, как Мариан, она иногда ненавидит свой статус знаменитости.

– Мы соседи, Мариан. Так и встретились, поэтому же получилось не афишировать отношения.

– Мы живем на одном этаже, нас разделяет коридор, так уж сложилась судьба, – добавил Маркус так быстро, что казалось, будто он закончил предложение за нее. Это прозвучало естественно и непринужденно, совершенно не похоже на их настоящие отношения.

– И? Я хочу знать детали. Для тебя это замечательная возможность. Я могу уже завтра утром разместить ваши фотографии на главной странице сайта. Кстати, реклама у нас всегда проходит успешно.

В тот же момент из-за спины Мариан появился фотограф и сделал несколько снимков. Телеканал дал нескольким новостным ресурсам полный доступ к вечеринке. И очевидно, помойный сайт Мариан тоже получил пропуск.

– Все просто. – Маркус приобнял Эшли за плечи. – Мы сходили вместе поужинать, и между нами пробежала искра.

Эшли засияла бы от счастья, если бы не взволновалась от его прикосновения. Он притянул ее ближе к себе, как сделал бы настоящий парень, даже стал водить пальцем по ее коже. Эшли с трудом удалось удержаться на ногах. Так сильно повлиял джин или мягкие прикосновения?

– Странно, но я нигде не видела вас вместе. Это ведь не уловка для прессы, верно? Под фотографиями, где ты покупаешь мороженое, люди написали огромное количество комментариев. Совсем недавно. Время для вашего появления вместе слишком уж подходящее. Я знаю Грейс. Она блистательный специалист по работе с прессой и явно не могла не отреагировать на них.

Если бы могла выбирать в тот момент, Эшли предпочла способность сделать Мариан невидимой. Им с Маркусом нужно скорее бежать от этой женщины, пока та не вывела их из себя. Эшли обняла Маркуса за талию, прислонив голову к его плечу, и, изобразив смущение, аккуратно пнула его по ботинку.

– Прости. Никакого секретного заговора.

Просто небольшая сделка.

Маркус взглянул на нее и, ясное дело, уловил, к чему она клонит.

– А не пройтись ли нам по залу, милая? Я уверен, здесь полно людей, с которыми тебе нужно поговорить. – Маркус развернулся, чтобы уйти, но Мариан схватила Эшли за руку.

– Твоим спутником стал британец, владелец компании, производящей джин, который снимался для календаря? Не слишком ли продуманный выбор, ты так не думаешь?

Маркус дал отпор Мариан.

– Я прошу прощения, но календарь создан для благотворительных целей, этой традиции почти двадцать лет. С моим положением и работой ничего не поделаешь, это просто то, чем я занимаюсь. Моя семья производит джин более века. По поводу всего остального, на что вы намекаете, вечеринка очень важна для Эшли. Пришло время, – он бросил взгляд на зал, – настало время для нашего первого танца.

Он взял Эшли за руку и провел через толпу. Вскоре они оказались на танцевальной площадке. Он положил руку ей на талию и увлек в центр площадки подальше от Мариан.

– Извини, нам нужно было уйти от этой ужасной женщины. Ты ведь умеешь танцевать, не так ли?

– Конечно. – Еще маленькой девочкой Эшли летом проводила время на широком крыльце своего дома, слушала музыку с родителями и училась танцевать, как настоящая леди.

– Не хочу показаться старомодным, но обычно в танце ведет мужчина.

У Эшли это всегда плохо получалось. Даже в семь лет ей указывали на то, что она старается вести в танце.

– После того что произошло с Мариан, ты собираешься укорять меня за то, что я веду?

Он внезапно крепко притянул ее к себе, отчего по ее телу словно прошел заряд электричества.

– Просто расслабься.

– Эй. Это я должна тебе говорить. – Эшли слишком живо ощущала, что прижата к его сильной широкой груди. Если бы между ними не было нескольких слоев одежды, танец имел бы совершенно другое значение. Маркус медленно кружил ее, элегантно лавируя между парочками, и делал это настолько хорошо, что они начали привлекать внимание. Собравшиеся люди с интересом наблюдали за ними. И снова они как под микроскопом.

– Извини, если тебя что-то смутило, – начал Маркус. – Я просто не мог и дальше слушать эту гнусную женщину.

Эшли подняла на него взгляд, его выражение лица было, как всегда, серьезным. Однако сейчас казалось, что они на одной стороне.

– Уверена, она еще отомстит мне за это, но я рада, что ты так поступил. Она этого заслуживает.

– Я могу объяснить про календарь. Честно говоря, это просто ерунда.

– Я уже знаю про календарь. Видела снимки в Интернете.

Он усмехнулся:

– Значит, ты искала на меня компромат.

– В наше время девушкам нужно быть осторожными. В городе полно извращенцев. Я хотела убедиться, что ты не бежал из Англии после обвинения в убийстве.

Улыбнувшись, он покачал головой:

– Уехать из Англии, чтобы снова не попасть в календарь, – сама по себе неплохая причина для бегства. Сестра уговорила меня сниматься, но ею двигало не только желание поучаствовать в благотворительном деле. Тогда после моего развода прошло несколько месяцев, и у нее появилась безумная идея, что это поможет мне найти женщину.

Язык чесался спросить про бывшую жену, но Эшли не хотела рисковать, расстраивать его и потерять тепло и защиту его объятий.

– Кажется, твоя сестра может претендовать на мою работу.

Он засмеялся, и ей было безумно приятно слышать этот смех. Она так часто заставляла его злиться. Весьма приятное изменение.

– Ты ведь на самом деле не получаешь удовольствия от всего этого, не так ли? Тебе не нравится находиться в центре внимания.

Обычно она сразу же стала бы отрицать такое предположение, особенно исходящее от него.

– Эта часть моей работы иногда становится невыносимой. Мое первое желание, когда я появляюсь на любой вечеринке, развернуться и убежать.

– Тебе больше нравится оставаться с кем-то наедине.

Неужели в его голосе появились нотки флирта? Как бы там ни было, от его слов у нее задрожали колени.

– Я предпочитаю, чтобы внимание лишь одного человека было направлено только на меня.

– Как сейчас.

– Да, как сейчас.

Заиграла другая песня, но Маркус продолжал так же крепко ее держать, будто не собирался отпускать.

– На нас смотрят люди, ты в курсе?

– Я заметила.

– Интересно, о чем они сейчас думают.

Она сглотнула, но не смогла остановить слова, сорвавшиеся с губ.

– Они все гадают, влюблены ли мы уже.

– Ах да, любовь. Зрители еще сильнее заинтересуются тобой и станут восхищаться, если решат, что знаменитая сваха нашла свою настоящую любовь.

– Так мне говорят.

– И ты веришь в то, что у каждого где-то есть вторая половинка? Или это все шоу?

Как ни смешно, но ей еще никогда не задавали подобный вопрос.

– Я верю в это.

Маркус окинул взглядом танцевальную площадку. Они действительно в центре внимания всех собравшихся.

– Мне хочется устроить для них представление. По крайней мере, это поможет заткнуть Мариан.

И снова его низкий, чарующий голос с соблазнительным акцентом творил с ней что-то невероятное. Он мог бы зачитать состав мюсли на коробке, она все равно была бы очарована.

– Что ты задумал?

– Если мы собираемся это сделать, думаю, нужно начать неторопливо, дать им почувствовать вкус того, что предстоит увидеть.

Ее мысли застыли от слов «собираемся сделать это», хотя она почти точно была уверена, что он не имеет в виду именно «это». Нужно собраться с мыслями, иначе можно совсем потерять голову.

– Конечно. Торопиться не нужно. – На самом деле ей хотелось действовать быстро, сбежать с вечеринки вместе с ним.

– Я начну с того, что поцелую тебя в щеку и прошепчу, как великолепно ты выглядишь сегодня.

Его горячие губы прикоснулись к ее щеке. Эшли почувствовала теплое дыхание на ухе и шее. Закружилась голова, но желание воспользоваться случаем, чтобы размыть границы между ними, как это делал он, было невероятно сильным. Она запустила пальцы в его густые волосы, нежно провела большим пальцем по его уху. Легкого соприкосновения оказалось достаточно, чтобы разжечь огонь желания, когда он немного приоткрыл губы.

– Великолепно? Ты же сказал, что я выгляжу нормально.

Он напряженно всматривался ей в лицо в тусклом свете зала. Окружающие звуки, казалось, стали тише. Движение вокруг замедлилось.

– Я солгал. Ты выглядишь восхитительно.

На ее щеках появился румянец.

– А ты, наверное, самый прекрасный мужчина, которого я когда-либо встречала. Черт бы тебя побрал.

Маркус обхватил ее лицо, выглядело все так, будто он давно это планировал. В глазах ни капли сомнения, только желание. Ее сердце бешено билось. Его взгляд обезоруживал. Казалось, она обнажена на этой танцевальной площадке. Его голова склонилась к ней. Она подалась ему навстречу, и до того, как успела сделать следующий вдох, он завладел ее губами в горячем поцелуе.

В ее груди что-то нежно затрепетало. Ощущение мягких горячих губ, тепло тела заставляли ее дрожать от наслаждения, тепло растекалось по всему телу. Эшли поднялась на цыпочки и выгнула спину, чтобы оказаться еще ближе к нему.

Наконец-то. Поцелуй. Маркус целовал властно, крепко удерживая в объятиях. Вряд ли ее когда-либо так мастерски целовали. Его язык скользнул между ее приоткрытыми губами и начал двигаться нежно и чувственно. Эшли потихоньку сходила с ума.

Они оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть немного воздуха. Повсюду мелькали вспышки света. Вот, значит, каково чувствовать фейерверки. Никогда ее еще так не целовали. Ни один мужчина не сравнится с Маркусом по страсти. Даже Джеймс, хотя он по-настоящему хорошо целовался.

– Я надеюсь, мы дали то, чего они хотели, – прошептал Маркус.

Эшли кивнула, не зная, что сказать, зачарованная видом его губ, только гадала, что делать, чтобы почувствовать его губы на шее, груди, по всему телу. Если у него хватило смелости ее поцеловать, он может сделать это по-настоящему.

Она повернулась и поморщилась. Фотографы. Камеры. Яркие вспышки.

– Я получил наконец то, чего хотел.

Глава 6

– Давай уйдем отсюда.

Эшли смотрела на Маркуса, решив действовать по велению тела. Единственным желанием было остаться с ним наедине. Либо он станет вести себя так, будто этот поцелуй был ошибкой, и тогда ей бы не хотелось оставаться у всех на виду. Или он захочет чего-то большего. Тогда очень бы хотелось оказаться рядом с горизонтальной поверхностью. Она, возможно, больше никогда не застанет его в таком настроении.

– Разве тебе не нужно остаться?

Она знала, если сейчас уйти, ей потом достанется, но сейчас это ее совершенно не волновало. После такого поцелуя невозможно нормально думать.

– Нет. Я не хочу отвечать на вопросы о поцелуе. Это моя вечеринка, и с меня достаточно. – Она обхватила его за локоть, давая понять, что настроена серьезно.

– Хорошо.

Они направились к выходу. Эшли давно не чувствовала себя настолько взволнованной, ей было приятно ощущение, которое она испытала, убегая с вечеринки с Маркусом. Виновница торжества, она имеет право оставить лимузин перед входом в отель. Машина умчала их в ночной Нью-Йорк, где никогда не темнеет из-за множества огней и кипящей жизни.

Сидя рядом с ним и ощущая, как губы чувственно покалывает от поцелуя, Эшли с трудом удавалось вести себя как леди и ожидать от него какого-то знака, чтобы понять, о чем он думает. Ее дыхание стало сбивчивым и неглубоким, будто не хватало кислорода, как бы сильно она ни пыталась вздохнуть. Она посмотрела на него, его губы искривились в улыбке.

– Непростая ночь, не так ли?

Эшли усиленно пыталась придумать, что бы сказать такого соблазнительного, но не смогла ничего придумать.

– Вечер завершился намного лучше, чем я ожидала.

Маркус тихо рассмеялся, но она не хотела, чтобы он воспринимал ее слова как шутку. Спокойно и многозначительно она положила руку на сиденье между ними, безмолвно желая, чтобы он прикоснулся к ней, посмотрел в глаза. Он опустил взгляд на ее руку. Она права? Похоже на то, хотя не исключено, что разум затуманен поцелуем. Сердце как сумасшедшее колотилось в груди в ожидании продолжения.

Через несколько мучительных мгновений Маркус потянулся за ее рукой, нежно водя пальцами по ладони.

– Это линия жизни, – объяснил он, прочерчивая линию от большого пальца до запястья.

Эшли была зачарована ощущениями, которые дарили его прикосновения. К чему бы все это ни вело, хотелось продолжения, но до их дома еще не близко. Мысль о том, что нужно подождать, была мучительной, но она знала – лучше не начинать ничего в машине.

– Наколько я помню, твоя линия говорит о том, что ты надежный человек, – заметил он.

Ей это по душе. Она хотела, чтобы люди ей доверяли, полагались на нее, особенно родители. Даже когда начинало казаться, что она не в состоянии устроить собственную жизнь. Но неужели Маркус это сказал?

– Ты умеешь читать по ладони?

– Это хиромантия. Она долгие годы была популярна в Объединенном королевстве. Моя прапрабабушка была членом Общества хиромантов в Англии. Они заботились о сохранении этого искусства и протестовали против его использования всякими шарлатанами.

– Это самое последнее, что я могла от тебя ожидать, Маркус Чемберс.

Он улыбнулся и наконец посмотрел ей в глаза, заметив ее слабость.

– Возможно, ты не так хорошо разбираешься в людях, как думаешь.

– Я очень хорошо разбираюсь в людях и могу сказать, что ты невероятно хорошо скрываешь информацию о себе.

Он нежно прочертил другую линию на ее ладони.

– Это линия головы. Твоя говорит о том, что ты хорошо понимаешь чувства других людей. И сопереживаешь им.

– Вот видишь? Хорошо понимаю людей. Я же тебе говорила.

– Это также означает, что ты можешь часто менять мнение. Я не уверен, что это хорошая черта. Она может осложнить жизнь людям рядом с тобой.

– Это зависит от того, как на это смотреть. Некоторые могут сказать, что это проявление гибкости.

– Твоя линия сердца разветвляется.

– Значит, ты можешь прочитать по ладони, что мое сердце уже было разбито однажды? – Мог ли он увидеть, как ей было больно, одиноко? И как ей нужна любовь?

– Вообще, твоя линия говорит о том, что ты ставишь чувства других людей выше собственных. Тебе нужно поступать так, как хочешь ты, Эш.

Впервые он назвал ее коротким именем, и, господи, как же ей нравилась близость, которую дарили его слова. Маркус перестал обрисовывать линии и стал водить круги по ее ладони. Эшли жадно вздохнула воздух. Его прикосновения убивают. Как ему удается получить все, что пожелает, одними кончиками пальцев? Невероятно. Она только знала, что оказалась полностью в его власти.

– Твоя кожа такая мягкая. – Некоторая хрипотца в голосе. – Я бы мог прикасаться к ней вечно.

– Я бы могла позволить тебе прикасаться целую вечность.

Это правда. Его прикосновения такие естественные.

Маркус подвинулся, его пиджак распахнулся достаточно, чтобы заметить, что он возбужден от этой ситуации так же, как и она. Впервые за вечер Эшли наконец смогла расслабиться. Ни один мужчина не меняет решение в таком состоянии. По крайней мере, такого с ней никогда не случалось.

Словно сжалившись над ней, машина въехала в подземную парковку здания. Эшли словно пробудилась от прекрасного сна, но вскоре поняла, что действительность еще восхитительнее.

Она прочистила горло, поправила волосы, поблагодарила водителя, и они с Маркусом поспешили войти в дом. Эшли облегченно вздохнула, в прибывшем лифте никого нет. Теперь все складывалось так, как она хотела. Все прошло идеально.

– Ты не хочешь, хм, пойти ко мне?

– Думал, ты никогда не спросишь.

Маркус взял ее за руку и посмотрел с хищной улыбкой, будто хотел ее съесть. Она больше чем готова стать его завтраком, обедом или ужином.

– Тебе не нужно проведать няню или еще что-то?

– Сегодня с Лилой моя сестра. С ней все в порядке.

Лифт остановился, они подошли к двери квартиры. Уже внутри Эшли отпустила его руку. Маркус снял пиджак. Она положила его руку себе на плечо и с ее помощью опустила лямку платья, нетерпеливо желая, чтобы за пиджаком последовала остальная его одежда.

Он обнял ее за талию и мягко опустил вторую лямку платья.

– Ты призывал меня делать то, что хочу. Я следую твоему совету.

Огни города проникали в комнату через окна за его спиной, очерчивая широкие плечи и оставляя тени на сильном подбородке и шее.

– Ты так прекрасна. – Он погладил ее по щеке. – Не могу дождаться момента, когда увижу всю тебя.

– Я тоже. Хочу понять, действительно ли ты так хорошо выглядишь без рубашки, или фотографии в календаре отретушированы.

Маркус засмеялся.

– Ты правда их видела?

– Да, видела.

Эшли поднялась на цыпочки, обхватила его за плечи и страстно поцеловала. Такого он явно не ожидал. Ему понравилось. Словно целуешь динамит, готовый вот-вот взорваться. Эшли открыта и честна в своих ощущениях и этим напоминает о том, что он еще жив. Он желал впитывать ее жизненную энергию, правильно это, или нет, не имеет значения. Он не смог бы объяснить ей, что с ним происходит, даже если бы захотел. Маркус настолько устал от этих раздумий. Она хочет его, а он ее. Они взрослые люди, принимают собственные решения. Подумать можно потом.

Их губы тесно прижались, языки вступили в чувственную борьбу. Он крепко обнимал ее, позволяя ощутить, насколько сильно возбужден. Потянулся к молнии ее платья и медленно расстегнул. У Эшли сперло дыхание, когда Маркус прикоснулся к обнаженной коже, скользя пальцами, опускаясь все ниже, пока не достиг кружева крошечных трусиков. Интересно, какие они?

– Мы можем пойти в спальню? – спросил он, задыхаясь от желания.

– Да.

Эшли повела его в комнату, в которую уходила в начале вечера в одном полотенце. Полотенце. Сможет ли он убедить ее в какой-то момент, что им надо принять душ? В его голове прокручивались всевозможные варианты.

Они зашли в спальню. В тусклом свете сложно было что-то увидеть, но просматривалась огромная кровать. Этого достаточно. Эшли повернулась к нему и позволила платью упасть на пол. Маркус был не в состоянии достаточно быстро воспринять ее красоту. Длинные стройные ноги. Чувственная линия бедер. Прекрасная высокая обнаженная грудь.

– Никакого бюстгальтера? – Он нежно обхватил груди, наблюдая за ее реакцией, когда провел большими пальцами по соскам, и они тут же затвердели от прикосновения.

Его тело отреагировало незамедлительно.

– Нет, только не в платье. – Эшли тихо застонала, когда он продолжил исследовать ее гладкую кожу. – Нужно избавить тебя от одежды.

Маркус был очарован ее прекрасным телом и даже не осознавал, что все еще практически полностью одет. Он поспешил развязать галстук и расстегнуть пуговицы рубашки, наблюдая, как элегантные пальцы Эшли расстегивали ширинку его брюк.

Вскоре между ними остались ее крохотные трусики, его боксеры и желание отставить в сторону разногласия и насладиться более приятной встречей соседей. Он наблюдал за тем, как она осыпала его кожу нежными поцелуями, и краем глаза отслеживал время на часах. Он пообещал, что вернется домой к полуночи, и времени оставалось совсем немного. Джоанна призывала его развлекаться подольше, но его мучило чувство вины.

Эшли легла на кровать и с хитрой усмешкой поманила его пальцем.

– Иди сюда, Чемберс.

Ее чувственность сражала наповал. Маркус был готов сделать для нее что угодно, даже то, что отговаривал себя делать. Он лег рядом с ней, провел ладонью по ее плоскому животу и нежно поцеловал грудь, обхватив губами сосок. Эшли выгнула спину и чуть ли не замурлыкала.

– Мне так хорошо.

Он стал ласкать ее языком, скользя ладонью по ее животу к крохотным трусикам. Эшли приподняла ягодицы.

– Дотронься до меня, Маркус. Пожалуйста. Я умираю от желания. – Она стала извиваться, когда его ладонь скользнула между бедрами, а пальцы коснулись горячей обнаженной плоти. – Да. Вот так.

Она прильнула к нему и стала целовать с безумной страстью. Он ласкал ее чувствительное лоно, ощущая ее напряжение. Он позабыл, каково это, иметь власть над женщиной, дарить ей наслаждение и чувствовать себя на вершине мира.

– Тебе нравится, Эш? Тебе это нравится?

– Да, – чуть ли не прорычала она. – И говори со мной, Маркус. Я люблю, когда мужчина говорит со мной в постели.

И это была не просьба, а команда, которая заставила стараться сделать так, чтобы она познала наслаждение, которого никогда раньше не испытывала. Его прикосновения стали нежнее, он дразнил ее, играя.

– Я буду говорить с тобой до тех пор, пока ты соглашаешься на мои игры.

– Неужели это повод для спора? Я готова многое тебе уступить.

Ее игривые насмешки еще сильнее его возбуждали. Нужно сконцентрироваться на том, чтобы доставить ей наслаждение, очень скоро он потеряет над собой контроль.

– Никаких споров. Просто скажи, чего ты хочешь.

– Круговые движения пальцев. И не будь со мной нежным.

Эти слова заставили его напрячься от желания, но он выполнил требования, движения стали размеренно-быстрыми и сильными. Эшли откинула голову, прервав поцелуй, и прижалась бедрами ближе к его руке.

– Да. Вот так.

Каждый ее вдох завершался стоном, становился все громче и громче. Она выгнула спину и застыла, вскрикнув последний раз, схватила его ладонь, пытаясь остановить чувственные ласки.

Как только дыхание выровнялось, Эшли прильнула к его губам в глубоком жарком поцелуе, толкнула на спину и забралась на него верхом. Столь откровенные прикосновения сложно выдержать.

– Скажи, что у тебя есть презервативы.

– А у тебя нет?

– У меня нет. Я же сделала перерыв в отношениях с мужчинами, разве не помнишь? Я говорила тебе об этом на нашем свидании.

– Я думал, ты говорила в метафорическом смысле.

Она снова его поцеловала.

– Ох, доверься мне. Это настоящий перерыв. Я не была с мужчиной уже несколько месяцев. Поэтому прошу, скажи, что у тебя есть презервативы, или кому-то из нас придется идти в ближайшую аптеку за ними.

– У меня есть.

Он купил пачку презервативов сразу после того, как переехал в Нью-Йорк, после долгой лекции Джоанны о том, что нужно открыть свое сердце и воспользоваться шансом на счастье.

– У меня дома через коридор отсюда. – Через коридор. Как и его жизнь. Через коридор отсюда. Разум шептал, что именно там ему нужно находиться. А он здесь, занимается сексом с женщиной, которая ему не подходит.

Остановись. Маркус заставил себя сделать глубокий вдох. Нужно собраться с мыслями. В его объятиях прекрасная женщина, которую он желал все эти месяцы. Страстная, чувственная женщина, заставлявшая его осознать, что он мужчина, которым когда-то был. Вот только тот мужчина совершил много ошибок. Прожил пять лет с шорами на глазах, предпочитая не обращать внимания на то, что его брак разваливается, продолжал настойчиво двигаться, пытаясь воплотить в реальность собственные представления.

Разве он не так поступает сейчас? Пытается убедить себя, что нет ничего плохого в том, чтобы переспать с Эшли. Ведь он хочет этого. Форменный эгоизм. Его едва не затошнило от своих мыслей. Он поклялся, что никогда больше не будет таким.

– Я не могу этого сделать. – Маркус не верил словам, которые срывались с его губ. Он так сильно хотел ее, ощущал сладкий вкус на губах. Незабываемая сладость.

Как он сможет это игнорировать? Не имеет значения. Ему нужно это сделать.

Эшли смотрела на него открыто и искренне.

– Я не понимаю.

– Мы оба знаем, к чему все это ведет, и я не могу так поступить. Не хочу заводить интрижку. Я ведь отец. В моей жизни есть Лила. Дело не только во мне.

– А я и не думала, что у нас интрижка. – Эшли отстранилась и прижала к груди простыню.

– Я не могу просто переспать с тобой один раз. Что я за мужчина после этого?

– А кто говорил про то, чтобы переспать один раз? Почему мы не можем действовать не торопясь? Четыре часа назад я была уверена в том, что ты ненавидишь меня. По крайней мере, дай мне шанс во всем разобраться. Ты не единственный, кто пережил тяжелый разрыв.

Все, что она говорила, как раз и есть причина, по которой у них ничего не получится. Она просто не понимает.

– Я бы не стал называть мой развод плохим разрывом. – Все гораздо ужаснее. Развод почти полностью сокрушил его, и еще неизвестно, как это отразится на Лилу.

Маркус принялся быстро одеваться, не обращая внимания на протесты тела.

– Я не могу действовать медленно, Эшли. Моя цель – не просто встречаться с женщиной. Ты умная, красивая и успешная женщина, и где-то в этом мире есть идеальный мужчина для тебя. Но это не я.

– Но мы только-только начали узнавать друг друга. Ты мне нравишься, несмотря на твое поведение. Думаю, и я тебе нравлюсь. У тебя слишком много предрассудков.

– Это не возникло из воздуха. Ты сама рассказала на свидании, что прежний парень бросил тебя, потому что ты не была готова к браку и к тому, чтобы стать матерью. Я понимаю, это слишком серьезно, но для меня это важно. И я никак не могу обойти это.

– Ты даже не позволил мне тогда все рассказать. Я готова выйти замуж, если ситуация будет правильной, однако последние несколько месяцев ты вел себя так, будто я тебе совсем не нравлюсь.

Маркус знал, что вел себя неправильно, но у него свои причины.

– И очевидно, ситуация между нами непростая. Нас влечет друг к другу, но в остальном мы полная противоположность. Я серьезно отношусь к жизни. А ты нет.

– Серьезно? Да вся моя жизнь была серьезной.

– Правда? Вести шоу, в котором половинки находят друг друга, в перерывах ходить покупать мебель для квартиры и не обращать внимания на бардак, который устраивают твои строители? У нас совершенно разные представления о серьезности.

Даже в тусклом свете комнаты он заметил, как сильно ее ранили его слова. Ему не нравилось причинять боль женщинам, но, возможно, это к лучшему. Легче будет держаться дальше от Эшли.

Обернувшись простыней, она соскочила с кровати.

– Хорошо. Знаешь что? Ты прав. Мы совершенно не подходим друг другу. Просто уходи.

– Хорошо. Мы пришли к согласию.

– Впервые.

Глава 7

Эшли от досады бросила сумку на стол, когда заметила черно-белые доказательства момента слабости Маркуса прошлой ночью. Первого из многих моментов слабости. Около десяти газет были разложены на столе. На первой странице фотография с их поцелуем и находчивыми заголовками вроде «Поцелуй, весть о котором обошла весь мир». Если бы только газетчики знали правду, заговорили иначе: «Красавец-британец отказал одинокой свахе».

У Эшли скрутило живот. Она должна с радостью вспоминать поцелуй, восхитительное чувство приятного удивления и новизны, ведь в тот момент она посмела подумать, что Маркус не считает ее смешной и глупой.

Она принялась читать газеты. В статьях говорилось не только о поцелуе, но весьма многозначительно упоминалось, что они с Маркусом ушли с вечеринки сразу после того, как на танцевальной площадке стало жарко.

«Замечательно. Теперь весь мир представляет то, чем мы на самом деле не занимались».

Было чуть больше девяти утра, но она ощущала, как усталость сковывает тело, поэтому боялась сомкнуть глаза. Это жестокий урок. Маркус ушел прошлой ночью, а она в состоянии полного замешательства осталась наедине со своими мыслями о том, что произошло на кровати. Каждое чувственное прикосновение теперь казалось нереальным, словно просто не могло произойти после неудачного свидания и многочисленных ссор по поводу ремонта. И даже видя фотографии, на которых был запечатлен момент того, как все началось, случившееся выглядело сюрреалистично. Даже когда она подметила, как идеально она смотрелась в объятиях Маркуса. Напротив, теперь все походило на сон с очень печальным финалом.

Неужели британец из высшего общества поцеловал девушку из крохотного городка в Южной Каролине? Или создал романтическую историю со свахой с Манхэттена, чтобы принести успех своей компании? В итоге ему пришлось остановиться, поняв, что они зашли дальше, чем он планировал? Теперь сложно во всем разобраться. Эшли не сомневалась, что Маркус – страстная, чувственная натура, просто скрывает это за суровым поведением, он словно воздвиг вокруг себя огромную крепость. Стало ли это для него необходимостью после развода? Похоже, самый логичный вывод. Эшли уже не верила в доводы логики, по крайней мере собственной.

По ее логике невероятно возбужденный мужчина, в объятиях которого обнаженная и на все готовая женщина, не будет медлить, чтобы заняться любовью. Либо она ему физически противна, либо есть веские причины держаться от нее подальше. Она слишком близко подобралась к нему прошлой ночью, в результате оказалась выдворена из крепости на другую сторону рва, а Маркус поднял навесной мост и скрылся в собственной спальне.

– Тук-тук. – В дверном проеме показалась голова Грейс. – Что за ночка, да?

Надо быть готовой к тому, что над ней станут подшучивать.

– Пожалуйста, не налегай на меня по поводу прошлого вечера. Ты просила романтики. Тебе ее дали.

Романтика. Ну конечно.

– Я бы никогда не стала наседать на тебя, шутишь, что ли. Руководство канала сейчас любит тебя больше, чем прежде, а это о многом говорит. Рейтинги первого эпизода шоу по прогнозам будут зашкаливать. Невероятный успех. Наверху не могут дождаться статистики в понедельник, чтобы посчитать прибыль. А денег будет навалом, ты знаешь.

Деньги. Ну вот и положительная сторона. От всего остального начинало тошнить. Маркусу она не нужна по части романтических отношений, а весь мир считает иначе. Ей будут задавать вопросы о нем ближайшие несколько дней. Даже, возможно, недель. Она очень хорошо знает журналистов. Новостями о поцелуе не ограничатся.

– Я рада, что они довольны. Надеюсь, это помогло бизнесу Маркуса и он теперь позволит мне спокойно закончить ремонт. – Ее взгляд неминуемо обратился к фотографии поцелуя в газете. Господи помилуй, Маркус такой привлекательный. Достаточно посмотреть на фото, чтобы желание взбудоражило тело, а за ним последовала боль отказа и злость. Плохое сочетание.

– Подожди минутку. Разве между вами не сложилась настоящая романтическая связь прошлой ночью? Со стороны, черт побери, выглядело именно так.

– Скажем так, связь быстро угасла. – Голос предательски дрогнул, а она не хотела, чтобы остальные видели, насколько это больно.

Грейс подалась вперед:

– С тобой все в порядке? Хочешь поговорить о том, что вчера произошло?

– Я не хочу вспоминать об этом. Рада, что события прошлой ночи стали плодотворными для бизнеса, но мне потребуется много времени, чтобы залечить раны. Быть отвергнутой Маркусом Чемберсом совсем не весело.

– Он отверг тебя?

– Разве в это трудно поверить? Ты ведь знаешь, что он обо мне думает. Прошлой ночью просто забил последний гвоздь в крышку гроба. Сейчас единственное, чего я хочу, закончить ремонт в квартире и избежать встречи с ним до тех пор, пока он не вернется в Англию.

– И когда это произойдет?

– Я думаю, ему дали рабочую визу на пять лет.

– Эшли, это все глупость какая-то. Я уверена, прошлой ночью случилось недоразумение.

– Нет. Все, тема закрыта. Настало время воспользоваться любой выгодой, которую мы смогли получить прошлым вечером, и двигаться вперед.

– Хм, теперь об этом. Утром я была на совещании. Руководство канала хочет больше видеть тебя с Маркусом. Больше, чем в газетах.

Эшли знала, что правильно расслышала Грейс. Однако лучше оставить в покое мерзавца, бросившего женщину после того, как она сняла с себя дизайнерское платье.

– Тебе просто нужно сказать им, что ничего не получится. Маркус ненавидит меня.

– Нет ни единого шанса, что нам удастся их в этом убедить. Поцелуй выглядит уж очень правдоподобно. Только посмотри на фотографии. Я бы сделала что угодно ради мужчины, который так меня поцеловал, особенно если бы знала, что скрывается под его одеждой.

– Тебя заклинило на его прессе.

Слишком больно.

Эшли собрала все газеты и положила эту стопку бумаги на колени Грейс.

– С Маркусом Чемберсом все кончено. Конец игры. Тема закрыта.

– Я не хотела говорить, но шишки с телеканала не очень хорошо восприняли то, что ты рано ушла с вечеринки. Если бы новость не вышла в газетах, тебе пришлось бы несладко.

– Ох, пожалуйста. Я просто… – «хотела оказаться с ним наедине», – …у меня заболела голова.

– Врушка. Я видела выражение твоего лица, когда вы танцевали. Что, если я скажу тебе, что на кону моя работа?

– Они не посмеют тебя уволить из-за этого. Я просто им не позволю.

– Я говорю о повышении. Они думают о том, чтобы назначить меня начальником пресс-отдела всего канала. Бекки Дженсен покидает эту должность в начале июня.

– Начальник отдела? Всего канала?

Грейс кивнула:

– Да, могу стать важной персоной.

Грейс выросла в похожих с Эшли условиях, поэтому они всегда поддерживали друг друга. Она с сестрой жила в маленькой квартирке, где негде развернуться, на ней висела огромная студенческая ссуда. Такое повышение по работе стало бы спасением. Грейс этого более чем заслуживает. Она работает так же усердно, как Эшли, если не больше.

Чувство вины буквально душило Эшли. Она не могла забрать деньги у нуждающегося, тем более у близкого друга.

– Не знаю, как убедить его согласиться.

Грейс задумалась.

– Вам обоим нужно есть, так ведь? Просто пригласи его поужинать вместе. Напомни, что это только на пользу его бизнесу.

Эшли тяжело вздохнула и устало плюхнулась в свое кресло.

– Один ужин? – Непосильная задача. Маркус четко обозначил свое отношение к ней прошлой ночью.

– А дальше решать тебе. Мы просто позволим всему миру теряться в догадках, чем это вы занимаетесь. Вы ведь живете через коридор друг от друга. Такая близость – настоящий соблазн.

Учитывая сексуальную неудовлетворенность, невозможно не согласиться, хотя она уверена, что Маркус все видит иначе.

– Хорошо. Спрошу его. Но ничего не обещаю.

Грейс с триумфальной улыбкой прижала к груди стопку газет.

– Где будешь смотреть премьерный эпизод сегодня вечером? Не хочешь прийти ко мне?

– Ты издеваешься? Ненавижу смотреть на себя по телевизору.

Маркус видеть не мог газеты, при этом, казалось, не отводил взгляда. Убрал все экземпляры, кроме того, который лежал в нижнем ящике стола, и неоднократно посматривал в течении дня, чтобы увидеть ее лицо. Увидеть их вместе. Прошлая ночь не была сном. Он целовал Эшли. Прикасался к ней, обнимал. Как он и опасался, мир перевернулся.

Маркус зашел в офис Джоанны, чтобы обсудить состояние дел.

Они работали без продыху весь день. Он валился с ног. После поцелуя с Эшли на компанию обрушилась настоящая удача. Заказы поступали с огромной скоростью, необходимо было успеть их обработать.

– Отец так взволнован, Маркус. Давно я не слышала, чтобы его голос был таким радостным.

Маркус слышал об этом, но только Джоанна лично разговаривала с отцом. Видимо, весть о поцелуе обошла весь мир и без малейших проблем смогла добраться даже за океан.

– Еще больше заказов?

– Невероятно много. И не только на джин номер 9. Заказов на оригинальный джин в три раза больше, чем в апреле прошлого года. И только за день. Мы поднимаемся на рынке Британии, и думаю, нам нужно хорошенько подумать о том, чтобы сделать то же самое в Соединенных Штатах.

Ему нужно поговорить с руководителем производственного цеха, чтобы новый завод заработал на полную мощность. Перспектива пугающая, они еще не тестировали возможности винокурни при полной нагрузке.

– Отец спросил, будет ли какая-то связь между проектами «Чемберс джин» и «Сваха с Манхэттена». Нескольких наших распространителей также интересовал этот вопрос.

Черт возьми. В мыслях возникла картина – картонная фигура Эшли в полный рост с бутылкой джина Чемберс. Джоанна захочет поставить одну такую в зоне ресепшен. Будто ему легко живется через коридор от Эшли, так еще придется каждый день ходить мимо ее изображения. К тому же не такой образ «Чемберс джин» создавала семья на протяжение более чем ста лет. И они с сестрой работали не покладая рук, однако столь великий резонанс от прошлого вечера тем более нужно контролировать. Если это не остановить, все выйдет из-под контроля.

– Не будет связи. Прошлая ночь – единичный случай. Нет никакой связи между нашей компанией и ее шоу.

Джоанна лукаво улыбнулась, показав одну из утренних газет.

– Мы всегда можем заламинировать эти статьи. Судя по фотографиям, «Чемберс джин» и «Сваха с Манхэттена» тесно связаны.

Смешанное чувство стеснения и возбуждения вернулось к нему.

– Этот поцелуй ничего не значит. Игра на камеру. Такое не повторится. – Удобное оправдание. Им двигали иные желания и чувства, когда он поцеловал ее, снял с нее одежду. И он об этом осведомлен.

Маркуса в буквальном смысле опьяняли воспоминания о том, как выглядела Эшли, томимая желанием в его объятиях. Думая о последствиях, когда по-настоящему запаниковал, он ощутил болезненное похмелье. Ничего не поделаешь. Нужно держаться от Эшли подальше. В ее присутствии здравый смысл отключается.

– Давай не будем спешить. Прошлая ночь стала для нас огромным прорывом. И ты, наконец, с кем-то целовался. – Джоанна захихикала, забавно шевеля бровями.

– Пожалуйста, Джоанна. Прошу тебя. Я уже взрослый мужчина. Может, хватит разговаривать как подросткам? Прошлой ночью случился единственный эпизод. И больше не повторится. Разговор окончен.

– Хм, да. Насчет этого…

– Что?

– Отец хочет, чтобы ты снова сходил куда-нибудь с Эшли.

– Он так сказал? Это точно?

– И я с ним согласна. По крайней мере, пригласи ее на ужин в какое-нибудь хорошее место, поблагодари за прошлый вечер. Это серьезно поможет нашему бизнесу. Не забывай, это ты предложил развиваться на американском рынке. Думаю, знакомство с Эшли настоящая удача. Согласись, это лучшее, что произошло с нами после переезда в Нью-Йорк. Если правильно разыграешь карты, это может стать лучшим, что случится в твоей личной жизни.

– О чем ты?

– Она очень милая, Маркус. Я с ней не встречалась, но она кажется очень хорошей женщиной.

– Я знаю, к чему ты клонишь, однако остановись. Ты лучше, чем кто-либо другой, знаешь мое положение.

– И в каком ты положении, Маркус? Работаешь с утра до вечера, чтобы соответствовать выдуманным тобой представлениям, возвращаешься домой, читаешь Лиле книжку на ночь, выходные проводишь с ней в парке. И не общаешься ни с кем в этом огромном городе. На Манхэттене тысячи свободных женщин, Маркус. Десятки тысяч. И одна из них могла бы стать замечательной женой тебе и матерью для Лилы, но ты никогда не найдешь ее, потому что даже не ищешь.

– Я искал. Я встречался с тремя женщинами. По-моему, приличное количество.

– Три, включая Эшли. И все закончилось после первого свидания.

– Ни одна из них мне не подошла. Нет смысла тратить время. Ты знаешь, в моем положении ходить на свидания не так уж просто. Я не хочу знакомить женщин с Лилой до тех пор, пока не смогу убедиться, что наши отношения серьезные. И давай говорить начистоту, большинство женщин не хотят готового ребенка.

Его сердце болело от этих слов. Милая, прекрасная Лила – самое драгоценное создание на этом свете. Он все еще не понимал, как бывшая жена смогла оставить ребенка, хотя и видел собственными глазами выражение безысходности в ее глазах. Ее ужасала собственная ненависть к материнству. Эль никогда не хотела стать матерью. Маркус уговорил ее. Остальные проблемы разрешились бы после того, как они станут родителями, это спасет отношения. Но получилось иначе. И стало последней каплей.

Эль больше не могла оставаться с ним, притворяться, хотела получить свободу и уехать из Англии, дальше от отца и ожиданий, тяготивших ее с самого раннего детства. Убежать!

– Очевидно же, Эшли тебе интересна. Слишком уж правдоподобный поцелуй.

Как Джоанне удавалось возвращаться к этому разговору?

– Она очень красивая, не отрицаю. Но мне не подходит. Так же, как Эль когда-то. Не могу я ошибиться дважды. Мне нужна рассудительная, надежная женщина. Эшли не такая.

– Пожалуйста, пообещай мне, что никогда не зарегистрируешься на сайте знакомств, на котором укажешь, что тебе нужна рассудительная, надежная женщина. В итоге окажешься с невероятно преданной женщиной-дровосеком. Маркус. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Господь свидетель, ты этого заслуживаешь. Пожалуйста, пригласи Эшли на ужин. Поблагодари за помощь. Ничего сложного.

Джоанна явно жалела его, и это было ему ненавистно. Он и хотел бы пригласить Эшли, начать все с начала, по крайней мере, извиниться за прошлую ночь, однако был уверен, что не стоит тратить время на встречу с женщиной, с которой нет будущего. Это опрометчиво.

– Она, скорее всего, откажется.

– Ты не узнаешь, пока не спросишь.

Мысли вернулись к событиям прошлой ночи, Маркус вспомнил выражение ее лица, когда он ушел, оставив ее одну в сумраке спальни.

– Нет. Я уверен, что она откажется.

Глава 8

Эшли зашла в квартиру, ей в нос ударил сильный запах ацетона, но она не думала о ремонте. Не нужно было приглашать Маркуса на вечеринку. Теперь их отношения мало сказать напряженные, они нелепые.

Она поплелась в спальню, будто на место преступления. Если бы в гостиной царил порядок, она бы провела прошлую ночь на диване, только чтобы не ощущать запах Маркуса на подушках. Эшли сбросила туфли, помассировала уставшие ступни и лодыжки и переоделась в штаны для йоги и майку. Наконец-то. Немного комфорта.

В животе заурчало. Неудивительно, учитывая, что в два часа дня она съела только лишь протеиновый батончик. У нее был чрезвычайно загруженный день, впрочем, как всегда. Хотелось притормозить, отдохнуть хотя бы несколько дней, но паровоз под названием «Сваха с Манхэттена» уже не остановить. Руководство канала всерьез рассматривает возможность выпуска шоу «Первое свидание в полете», дикую идею, предложенную Эшли. Первое свидание пары на борту самолета с рейсом в пределах страны. Тем более один крупный сайт знакомств предложил ей стать лицом их рекламной компании. Нужно ковать железо пока горячо. Полоса удачи когда-нибудь обязательно закончится, а Эшли не желала подводить семью, а еще собиралась поддержать Грейс, поэтому нужно изыскать способ пригласить Маркуса на ужин.

Эшли доела остатки холодной лапши с курицей. Ремонт на кухне продвигался отлично. Уже установили сделанный на заказ белый кухонный гарнитур с серыми кварцевыми столешницами. Фартук из белой плитки выложен, хотя там, где должны стоять розетки, из стены торчали провода. Тем не менее ремонт явно продвигался. И пока не поступало жалоб от Маркуса. Маленькие победы. Ей нужно научиться получать от них радость.

Эшли с бутылкой воды отправилась в спальню. Забравшись на кровать, отодвинула пульт телевизора дальше от себя. До премьерной первой серии шоу оставалось две минуты. Есть выбор между не особо интересной книгой и телефоном. Стоит ли позвонить Маркусу? Написать сообщение? Дело в том, что она не так уж боится задавать ему этот вопрос, куда больше страшит диалог, который последует дальше. Она буквально слышала его слова.

«Я уже говорил тебе прошлой ночью, что это плохая идея».

Экран телефона загорелся уведомлением о сообщении Маркуса. У нее чуть не случился сердечный приступ.

«Ты еще не спишь?»

Она нахмурилась. Что ему нужно?

«Сейчас восемь вечера. Я не ложусь спать так рано».

«Мы можем поговорить?»

Она, скорчив гримаску, посмотрела на телефон. Он снова собирается причинить ей боль? Эшли больше этого не выдержит.

«О чем?»

«О приглашении».

О приглашении куда? На боксерский ринг? Менее чем сутки назад он использовал ее гордость как боксерскую грушу.

«Ну что?»

«Да, позвони».

Телефон зазвонил уже через пару секунд.

– Привет. – Она включила теплый и соблазнительный голос, захотелось даже врезать самой себе. Это лишь осложнит положение.

– Ты, должно быть, готовишься к просмотру шоу. Я не задержу тебя надолго.

– Интересно, собираешься ли ты смотреть мое шоу?

– Я не смотрю телевизор поздно вечером.

– Ах да. Конечно. Я тоже не смотрю мое шоу. И никогда не смотрела. Не могу видеть себя на экране. И мой голос. Фу. Он мне тоже не нравится.

– Почему тебе не нравится собственный голос? А мне мой нравится.

– Ну конечно. Где же справедливость? Южный и британский акценты нельзя сравнивать. Я тут никогда не выиграю.

Эшли расслышала мелодию заставки «Свахи с Манхэттена» и сразу представила, как Маркус смотрит шоу.

– Ты смотришь мое шоу. Я слышу знакомую мелодию.

Может быть, он смотрит шоу в гостиной с няней и домработницей? Или те уже ушли домой после смены? А вдруг он тоже забрался в кровать в пижаме? Или боксерах?

– Только что включил. Теперь понимаю, почему тебе так не нравится твой голос.

Эшли сделала нечто непростительное. Включила телевизор.

– И что это значит?

Она морщилась всякий раз, когда приходилось смотреть на себя. Интересно, каково актрисам, которые смотрят на себя на большом экране?

– В записи он не такой, как в реальности. Мне нравится твой настоящий голос. По телевизору совсем по-другому.

Она улыбнулась и снова откинулась на подушки. Его голос определенно стал ее слабостью. Лучше ему не знать, что она готова была ради него пойти на все, если он попросит с подходящей интонацией.

– Не все, что видишь на экране, правда. Часть со сводничеством настоящая, пары настоящие, а все остальное – шоу. Эта даже не мой настоящий офис. – Она указала на экран телевизора, будто Маркус находился рядом.

– Не твой?

– Нет. Это офис психолога. У меня плохое освещение и слишком мало места, чтобы разместить в нем оборудование и камеры.

– Интересно. Хотя я не удивлен. В подобных шоу все наигранно. Наверное, поэтому я и смотрел твое лишь обрывками. А моя няня и домработница всегда его смотрят.

Эшли не желала развивать тему, в которой Маркус перечислял причины, по которым считал ее шоу идиотским.

– Чего ты хотел, Маркус?

– Ах да. Это я тебе позвонил.

– Верно.

«Просто скажи это». Либо она скажет «нет» и он предложит отцу и Джоанне искать другие пути для продвижения бренда. Или она согласится, тогда придется провести целый вечер с ней, стараясь не обращать внимания на влечение к ней. И все это, чтобы порадовать отца.

– Я хочу поблагодарить тебя за то, что пригласила меня на вечеринку. Это дало нашему бизнесу хороший толчок. Очень вовремя.

– Значит, мое глупое шоу тебе помогло?

Он сдерживал себя, чтобы не сказать что-то колкое в ответ.

– Послушай, я же извинился. Очевидно, многие люди думают иначе, и я им благодарен.

– Аккуратнее, Маркус. Ты сейчас чуть не оскорбил меня.

Он это заслужил. Как, впрочем, все, что она собиралась ему высказать.

– И напомни как-нибудь показать тебе, насколько я серьезен в работе.

Он смотрел по телевизору, как Эшли идет по оживленному переулку к ненастоящему офису. На женщину на экране было приятно смотреть, но ее нельзя сравнить с настоящей Эшли. Она сейчас совсем одна через коридор от него. Маркус был почти уверен, что их спальни через стенку.

«Будто я жажду больше мучительных мыслей».

Он боролся с желанием спросить, что на ней сейчас надето, пытался представить ее в огромной футболке и мешковатых штанах. Так проще продолжать разговор. Однако в его мыслях всплывал образ в штанах для йоги и майке.

– Прости, Эшли. Сколько можно повторять.

– Не знаю. Мне вполне себе нравится, как это звучит. А ты продолжай, я скажу, когда остановиться.

Он и это заслужил.

– Прости меня, хорошо?

– Хорошо.

«Просто спроси уже ее».

– Я звоню, не только чтобы извиниться. Я хотел спросить, не хочешь ли ты знать, какую еще выгоду мы сможем получить, если нас снова увидят вместе.

– Правда?

– Да. Почему ты так сказала?

Эшли резко выдохнула.

– Потому что телеканал хочет, чтобы нас снова увидели вместе. Я собиралась спросить тебя о том же.

Маркус улыбнулся, поняв, что появился шанс, что Эшли и он оказались в одинаковых условиях.

– Значит, ты согласна?

– Думаю, нам нужно поужинать вместе. Но я собираюсь задавать тебе вопросы в ресторане, а ты должен пообещать, что ответишь на них.

– Полагаю, для поддержания нормальной беседы.

– Ничего не могу обещать, скажу лишь, если мы собираемся ужинать вместе, я хочу нормально поговорить. По-настоящему. О разных вещах. Думаю, я заслужила это после того, что произошло прошлой ночью.

Разные вещи. И снова он это заслужил.

Они окажутся в публичном месте. Он наверняка сможет справиться со всем, что она на него обрушит. В итоге его семья останется довольна, а компания встанет на путь успеха. Ему нужно поужинать с женщиной, к которой его влечет с непреодолимой силой, в надежде на то, что их обычные разногласия станут напоминанием, почему они не подходят друг другу.

– Я готов к великой инквизиции. Завтра в восемь вечера?

– Хорошо. Ты вызовешь машину, или это сделаю я?

– Я поведу.

– Что ты сделаешь? У тебя есть машина? В этом городе?

– Ты правильно меня услышала, Эшли. Я поведу.

Глава 9

– Ты ненормальный. Знаешь об этом? – Если бы знала, что не станет мутить, Эшли закрыла бы глаза. Маркус разъезжал по Манхэттену будто по собственной гоночной трассе. – Не думаю, что знакома хотя бы с кем-то, у кого есть машина в этом городе. А если и есть, ее обычно используют, чтобы уехать из города, а не для того, чтобы ехать на ужин.

Маркус сделал еще один опасный маневр, подрезав автобус. Эшли была страшно напугана и невероятно возбуждена.

– Я вовсе не ненормальный. Неразумно садиться в машину к незнакомцу, чтобы он развозил тебя по городу. По крайней мере, я контролирую ситуацию.

– Я не знаю, что это за машина, но, кажется, стоит тебе ее немного поцарапать, и придется оплатить огромный счет в автосервисе. – Она нежно провела пальцами по кожаному сиденью. Какова бы ни была, она явно быстроходная и дорогая.

Маркус погладил руль, напомнив, насколько сильно ей нравятся его руки.

– Это «астон-мартин», и можешь мне поверить, малышка выдержит многое.

Фотографы уже ожидали их появления около ресторана. Грейс донесла информацию о том, что Эшли и Маркус собираются снова появиться на публике вместе. Служащий парковки открыл для них дверь. Маркус выбрался из машины.

– Хорошо о ней позаботься. – Он протянул служащему купюру.

– Покажите нам поцелуй, – выкрикнул один из фотографов.

– Да. Нам нужен поцелуй, – поддержал другой.

Остальные присоединились к ним, привлекая внимание общественности к фальшивым отношениям между Эшли и Маркусом.

Маркус выглядел замечательно в черном костюме. Он взял Эшли за руку. Неужели он собирается сделать это? Она ведь может дать пощечину. Или поцеловать его в ответ.

– Тебе решать.

Ей решать. Эшли разрывалась между желанием всех и ее желаниями, а это шанс показать Маркусу, что она, может, и не идеальна, но это не значит, что не подходит ему. К сожалению, реакции тела не поддавались контролю. Щеки залились румянцем от выкриков фотографов и пронизывающего взгляда Маркуса. Журналисты хотели запечатлеть поцелуй. Ее губы тоже просили этого. Впрочем, похоже, Маркус тоже хотел. Нужно его испытать, понять, о чем он думает.

– Полагаю, нужно прислушаться к нашим ощущениям.

– Возможно, стоит подождать. – Маркус склонился, шепча ей на ухо. – Не можем же мы дать им все и сразу, не так ли?

Необычно теплый ветерок коснулся ее обнаженного плеча. Вопрос Маркуса вызвал еще больший жар, несмотря на то что он сильно ее разочаровал.

– Конечно. Заставим их ждать.

В ресторане им показалось, что все взгляды обращены на них. Эшли должна была уже к этому привыкнуть, но ей было некомфортно. Она напомнила себе, что делает это, чтобы помочь Грейс и порадовать руководство канала. Впрочем, это не очень помогло. В прошлый раз, пытаясь угодить, она справилась блестяще, но направила свое сердце на путь разрушения.

Их провели к столику в самом центре зала. Замечательно. Ужинать, находясь в аквариуме.

– Может быть, у вас есть свободный столик в более уединенном месте? – Эшли обратилась к метрдотелю.

– Для большей романтики. Конечно.

Их провели к тихому столику за перегородкой.

У Эшли екнуло сердце в небольшой кабинке, освещенной свечами. Она укоряла себя, просматривая меню. Ну можно ли быть настолько глупой? Маркус решит, что она продолжает мечтать о романтических отношениях, а у нее и в мыслях этого нет.

– Что бы ты хотел на ужин?

– Стейк.

Официант принял заказ, но, к сожалению, не остался с ними надолго.

– Послушай, Эшли, я прошу прощения за ту ночь. Все зашло слишком далеко. Думаю, к лучшему, что я смог остановиться.

– Настоящий джентльмен. – Почему-то холодная логика ее сильно раздражала, больно ранила.

– Только так нужно поступать с женщинами.

С женщинами. Эшли мучило любопытство на предмет интимной стороны жизни Маркуса. С какими женщинами встречался, какова его бывшая жена.

– Поскольку ты считаешь, что мы не подходим друг другу, хотелось бы знать, какую женщину ты ищешь. Думаю, после того, что случилось той ночью, я заслужила это знать.

Казалось, он полностью погружен в свои мысли.

– Мои предпочтения уже не таковы, как раньше. Лила все изменила. Мне нужна женщина, которая захочет быть женой и матерью.

– И это все, остальное не имеет значения?

– Конечно, имеет, но описать остальное непросто. Я знаю, что мне нужно это. Но поиски проходят нелегко. Приходится действовать аккуратно, ведь я могу впустить в свою жизнь человека, только когда буду уверен, что это хорошая идея.

– Ты впустил в свою жизнь меня. Хорошая идея?

Он сделал большой глоток из своего бокала, обратив на нее напряженный взгляд. Она занервничала.

– Ты сама ворвалась в мою жизнь. Я тебя не пускал.

У Эшли скрутило живот. Почему он считает ее чем-то вроде слона в посудной лавке? Вот идиотка! Краем глаза она заметила, как к их столику приближается женщина с листком бумаги и ручкой.

– Думаю, это ко мне за автографом, – прошептала она.

– Правда? Ох. Теперь вижу.

– Эшли, я ваша большая фанатка. – Женщину явно трясло по мере приближения к столику.

По лицу Маркуса было видно, что ему не по себе. Это лишь побудило Эшли пригласить женщину к ним присоединиться. Она подвинулась и похлопала по месту рядом с собой.

– Как тебя зовут?

– Мишель. Можно ваш автограф?

Эшли расписалась, сделав автограф личным, когда добавила имя девушки и пожелания, чтобы ее жизнь наполнилась любовью.

– Надеюсь, ты рада. Приятно познакомиться, Мишель.

По щекам девушки текли слезы, пока она читала, что написала Эшли.

– Меня бросил парень. Не знаю почему. Я думала, он мой единственный, но, наверное, это не так, ведь он ушел.

Маркус был заметно раздражен. Эшли кинула на него предупреждающий взгляд. Бедная Мишель так сильно страдает, ее боль почти осязаема. Расставание – причина самой острой душевной боли, которая, кажется, никогда не пройдет.

Эшли залезла в сумку в поисках салфетки и протянула одну Мишель.

– Иногда нам нужно оказаться с неправильным человеком, чтобы понять, хотим ли мы видеть его партнером по жизни.

Мишель закивала, вытирая слезы.

– Просто сейчас все выглядит таким безнадежным. Не знаю, что делать. Хожу по городу весь день, как зомби, улыбаюсь, работаю, притворяюсь, будто ничего не чувствую. Я просто ненавижу это.

Маркус поднялся:

– Леди, прошу меня извинить.

И ушел. Все говорило о том, что ситуация его раздражает. Интересно, куда он направился. Впрочем, волнует ли ее это вообще? Эшли вспомнила время после разрыва с Джеймсом. Поначалу он вознес ее на пьедестал, будто она действительно принадлежала к миру славы, богатства и роскоши, подарил уверенность в себе и помог осознать собственную значимость. И так же легко разорвал ей сердце. В клочья. Обвинив в том, что она не оправдала его ожиданий, не готовая к браку и материнству. И его не волновало, что она настолько захвачена бешеным ритмом жизни, а мысль о замужестве и детях лишь добавляет стресса. И в итоге она, как и Мишель, превратилась в зомби, заставляла себя улыбаться и работать, в то время как сердце было разбито на тысячи осколков.

Нужно помочь этой девушке. Эшли немедленно протянула Мишель свою визитку. Обычно она не давала контактную информацию фанатам, но сейчас особый случай.

– Послушай, я хочу, чтобы ты зашла на сайт шоу и заполнила анкету для участия в «Свахе с Манхэттена».

По щекам Мишель снова потекли слезы.

– Правда? Я слышала, попасть туда практически невозможно.

Эшли широко улыбнулась. Ради подобных моментов она и живет. А тут такой случай, прекрасный шанс помочь.

– А моя визитка для чего? Напиши мне письмо, и я устрою так, что продюсеры поднимут в очереди твою анкету.

– Правда?

– Не могу ничего обещать, зато у тебя гораздо больше шансов. Если в нашей базе есть пара для тебя, мы ее найдем.

– Вы очень добры ко мне. Даже не знаю, что и сказать.

– Вот что, Мишель, я помогаю тебе, прекрасно зная, как ты себя чувствуешь. Определенно знаю.

Маркус подождал, пока вода в раковине нагреется, глядя на свое отражение в зеркале. Почему он раздражен? Почему вмешательство девушки так его взволновало? Не потому ли, что такое поведение ненормально? Или это яркое напоминание об Эшли, ее привычке к неожиданным ситуациям, выходящим из-под контроля.

К счастью, к тому времени, как Маркус вернулся за стол, девушка ушла. Им подали еду. Он расправил салфетку.

– Ну как, было интересно? – Ему хотелось отпустить ситуацию, но получалось плохо.

– Что интересно?

Почему он так остро реагирует на ее губы? Даже когда злится на нее, стоит ей сделать что-то соблазнительное, и он тут же теряет рассудок.

– Вмешательство в наш ужин.

– Прошла всего пара минут, Маркус. Ничего особенного.

– Не понимаю, как ты это терпишь.

– Она плакала. Что я должна была сделать? Сказать ей, чтобы свалила, потому что у меня свидание с фиктивным парнем?

– Не называй меня так.

– Ох, прости. Мой недовольный сосед.

Скорее воинствующий сосед.

Эшли собрала волосы и перекинула через плечо.

А еще ужасно неудовлетворенный сосед.

– Я не имел в виду, что ее нужно было прогнать, просто слушать эту историю вовсе не обязательно. Перебор.

– Ей нужно было, чтобы ее кто-то выслушал, она обратилась ко мне. Я не собиралась отказывать. Это моя работа, если что. Я выслушиваю людей, помогаю им встретить настоящую любовь, понять, что мешает на пути к счастью.

Маркуса явно поставили на место.

– И ты действительно воспринимаешь это серьезно, даже когда поблизости нет камер?

– Я квалифицированный специалист! И посмотрела информацию о тебе в Интернете, а ты обо мне не удосужился. За все это время.

– Не люблю вмешиваться в чужую личную жизнь. Это не мое дело.

– Я лицензированный психолог, работала по профессии несколько лет до того, как началось шоу. Провела много часов, выслушивая людей, которые рассказывали, как они несчастны, особенно в любви.

– И как получилось, что у тебя появилось шоу на телевидении? Очевидно, у тебя связи.

– Все произошло случайно. У меня было два клиента, и казалось, они идеально подходят друг другу. Я организовала для них случайную встречу в комнате ожидания.

– Это неэтично.

– Неверное, но знаешь, они сейчас женаты, с двумя детьми и невероятно счастливы вместе. Я ни капли не сожалею об этом. Моя клиентка догадалась, что я все подстроила, и очень за это благодарна. Мы завели разговор о сводничестве, я рассказала, что занимаюсь этим с самого детства.

– Ты что?

– Первую пару я свела еще в пятом классе. Моя лучшая подруга Элизабет и мальчик Сэм. Мне показалось, они идеально подходят, а они ненавидели друг друга. В то же день меня назначили помощницей учителя после уроков. И Сэма тоже. Я притворилась, что плохо себя чувствую, и попросила Элизабет меня заменить. Они стали встречаться уже на следующий день.

– Только не говори, что они женаты и с двумя детьми.

– Нет, это не так. Но у них случился первый поцелуй. И они остались добрыми друзьями. Как видишь, опыт первых отношений у них не так уж плох. С этого началось. Я поняла, что у меня получается, и продолжила в том же духе.

– Так твое лицо появилось на автобусах Манхэттена?

– Я знала, что моя клиентка работает в компании, специализирующейся на реалити-шоу, но и мечтать не могла, что она предложит мне сняться в пилотной серии. Даже не рассчитывала.

– Ты просто хотела помогать людям находить свою любовь?

– Да. Мне было физически больно осознавать, что идеально подходящие друг другу люди могут никогда не встретиться. Это неправильно.

Маркус сглотнул. До этого у него были неверные представления об Эшли. Она действительно серьезно относилась к тому, чем занималась. И ее стремления, несомненно, благородны.

– Иногда может показаться, что люди идеально подходят, а в реальности все иначе.

– Дай угадаю. Ты и твоя бывшая жена.

Он не мог не понимать, что эта тема будет поднята.

– Если помнишь, я смотрела информацию о тебе. Расскажи, что произошло.

Маркус осмотрелся, почти мечтая, чтобы появился кто-то из диких фанатов и помешал им.

– Это длинная история. Ты на самом деле хочешь ее услышать?

– Я собираюсь задавать тебе вопросы за ужином, если помнишь. И это первый вопрос.

– Скажем так, я думал, что мы идеально подходим друг другу, но ошибся.

– Что еще? Это не длинная история. Даже не укороченная версия.

Он только мог представить, каково это, исповедоваться психологу вроде Эшли. Казалось, она умеет вытягивать информацию из людей.

– Мы встретились с Эль летом, сразу после того, как я окончил университет. Меня потянуло к ней, показалось, что она нуждается во мне. Со мной никогда раньше такого не случалось, и это приятно. Она хотела как можно скорее выйти замуж и цеплялась за меня как могла. После свадьбы я понял, что в действительности она надеялась быстрее уйти из семьи, особенно от своего отца.

– В ее семье были случаи жестокости?

Маркус покачал головой:

– Нет, но ее отец очень строгий. У меня не было возможности лучше узнать ее родителей, Эль старалась держать их на расстоянии. Если честно, со мной они были приветливы, поэтому я ни о чем не могу судить. Она уехала из их дома, однако жизнь со мной лучше не показалась. Я очень быстро понял, что она чувствовала себя загнанной в клетку от социальных обязательств, выполнения которых от нее ожидали. Она задыхалась.

– И свою злость вымещала на тебе.

На мгновение показалось, что время остановилось. В памяти всплыли воспоминания об Эль, о том, как они ругались допоздна, потом она уходила. Постоянно хотела уйти.

– Да.

– Очень часто, вырываясь из одной среды, люди оказываются в положении, из которого также стремятся уйти. Это превращается в привычку, становится частью натуры. С этим трудно справиться, они просто не знают, как жить по-другому.

Маркус ощущал, как его начинают душить эмоции еще до того, как перешел к самой болезненной части истории, когда осознал, что их браку пришел конец.

– Я думал, нашему положению поможет рождение ребенка. Даже если разлюбила меня, она бы, несомненно, полюбила нашего ребенка.

– Но все только ухудшилось.

– Да. Эль чуждо материнство. Думаю, в какой-то степени она любит Лилу, я правда в это верю, но не способна стать матерью для нее. Я удивился, когда она признавалась, ничего не приукрашивая и не смягчая свои слова. Она просто не хотела оставаться со мной и Лилой.

Эшли полностью сосредоточилась на его рассказе, потянулась через стол и дотронулась до его руки.

– Маркус, мне очень жаль. Правда. Видимо, тебе было очень тяжело.

Ее пальцы казались такими маленькими и хрупкими по сравнению с его ладонью. Она нежно проводила по его руке, вновь пробуждая в нем конфликтные эмоции. Влечение боролось с разумом. Какое-то стремление, подобное первобытной страсти, боролось с попытками держать все под контролем. С Эшли опять все пошло не так, как он ожидал.

– Мы не всегда можем угадать, как сложится жизнь. Очевидно, это время в твоей жизни было очень болезненным, зато жена подарила тебе Лилу.

Маркус нахмурился.

– И полностью разрушила мою жизнь, опозорила мою семью и оставила Лилу без матери.

– И разбила тебе сердце.

– Не могу удостоить ее такой чести.

По правде говоря, Эль не просто разбила ему сердце. Она украла его веру в любовь. Он думал, что любовь спасет их брак, но она не стала великой и всемогущей силой. Любовь может измениться, а то и вовсе пройти.

– Знаешь, я думаю, ты такой суровый и серьезный, потому что тебе все еще больно. Не уверена, что ты отпустил эти переживания, держишь их внутри. Я будто вижу эту боль в твоих глазах. Тебе нужно научиться отпускать, или она разъест тебя изнутри. Я даже посоветовала бы тебе посещать психолога. И наконец вспомнить о своих чувствах.

Маркус поджал губы, сдерживаясь, чтобы не ответить. Благодаря Эшли и Джоанне казалось, что его подталкивают со всех сторон. Отпусти свою боль, найди хорошую женщину. Почему жизнь так сложна?

– Я не хочу сказать, что твои переживания незначительны, но у тебя есть дочка Лила. Не забывай о положительной стороне этой истории.

Действительно, Лила как-то должна была появиться на этом свете. Эль много забрала у него, но подарила Лилу, главную причину его существования. Тут Эшли права. Даже если и так, ему не хотелось продолжать разговор.

– Нам нужно идти. За ребенком присматривает няня, но я обещал вернуться к одиннадцати.

Они вышли из ресторана. Фотографы по-прежнему ожидали их.

– Вы двое, что теперь? Можно увидеть поцелуй? Мы прождали вас несколько часов.

Маркус все еще находился под впечатлением от мнения Эшли об Эль и их браке, отчасти понимая, что она права. С другой стороны, не нравилось то, какие она сделала выводы о его чувствах. Все не так просто, как она преподносит.

Эшли взяла его за руку.

– Они ждут. Наверное, нам стоит быстрее покончить с этим.

– Эй, – прокричал один из фотографов, – я из «Разговоров о знаменитостях». Мариан Пауэлл думает, что ваши отношения фальшивые.

До того как Маркус успел что-то ответить, Эшли обхватила его за плечи, встала на цыпочки и припала к губам.

Поцелуй был настолько неожиданным, что у него внутри что-то вырвалось на свободу. Он обнял ее за талию, прижал к себе и потянул до тех пор, пока она не оторвалась от земли. Он целовал ее, будто пытался побороть, сравниться с ней в безумстве. Он слишком сильно запутался в себе. Его раздражало все в этом мире, поэтому хотелось борьбы.

Убедившись, что показал свои способности, Маркус опустил Эшли. Ей с трудом удавалось дышать, грудь тяжело вздымалась.

– Неплохая фальшивка.

Действительно, после увиденного фотографы ухмылялись и убирали камеры. Служащий парковки пригнал машину Маркуса.

Интересно, хватит ли у него сил добраться до дома. Хороша фальшивка.

«Нужно прекратить целовать эту женщину».

Глава 10

Обычно семейный ужин с Джоанной проходил в пятницу вечером в квартире Маркуса. Лила любила тетю, а Маркусу нравилось проводить время с сестрой дома. Продажи поднялись еще выше после второго появления на публике несколько дней назад. Тогда он выместил раздражение на соблазнительных губах Эшли. Из-за чего он больше переживает: из-за того, что не может разобраться в своих чувствах к Эшли или из-за предстоящего торжественного открытия нового завода?

– Это единственная рабочая тема, которую я подниму сегодня, но нам нужно обсудить последние детали пресс-конференции в субботу. Осталось несколько дней.

Маркус волновался, особенно после второго появления с Эшли в таблоидах. Число журналистов, желавших присутствовать на пресс-конференции, увеличилось.

– Тебе нужно волноваться об интервью с Оскаром Пруйттом, об остальном позабочусь я.

– Отец долгие годы мечтал, чтобы статья о «Чемберс джин» появилась в журнале «Интернэшнл спирите». Если не смогу очаровать Оскара Пруйтта, нам конец.

– Пожалуйста, Маркус, оставим работу на завтра. Джоанна, держа за руки Лилу, помогала ей топать ножками по полу.

– Не могу поверить тому, как быстро подрастает моя племянница.

Его маленькая девочка очень скоро начнет ходить. Не успел он оглянуться, а она уже перемещается по квартире, забирается на мебель и говорит не только «дай» и «па». Время неумолимо, летит слишком быстро. Нужно серьезно заняться поиском жены и мамы для Лилы. Понадобится некоторое время, чтобы выбросить из головы Эшли.

Маркус достал из духовки пирог. Джоанна принюхалась.

– Пахнет горелым.

– Пирог готовил не я.

– Нет, серьезно. Я чувствую запах дыма.

Маркус отошел от плиты и тоже почувствовал запах. Его охватила паника.

– Он доносится из коридора?

Маркус, добежав до входной двери, прижал к ней ладонь. На ощупь прохладная, из-под нее не валит дым. Однако запах ощущался.

– Возьми сумку с подгузниками Лилы. И свою сумку.

Он медленно открыл дверь, запах усилился. Один взгляд на дверь Эшли, и Маркус поспешил к Джоанне.

– Возьми Лилу и уходи отсюда. Спускайся по лестнице. Так безопаснее. – На улице достаточно тепло, не нужно надевать пальто. Он похлопал себя по карманам. Телефон. Он оставил его в своей комнате. – По дороге вызови пожарных. Поторопись. – Маркус поцеловал Лилу в щеку, надеясь, что видит ее и сестру не последний раз. – Все будет хорошо, милая. Иди с тетей Джо.

Глаза Джоанны взволнованно округлились.

– Маркус, идем с нами.

– Уходи. Сейчас же. Я серьезно. Мне нужно убедиться, что Эшли нет дома.

Джоанна вместе с Лилой исчезла за дверью. Маркус стал стучать в дверь Эшли.

– Пожалуйста, не будь дома. Пожалуйста, не будь дома.

Была ли она в квартире? У него нет с собой телефона. И почему не сработала пожарная сигнализация? Все нужно делать самому. Он подбежал к пожарной сигнализации и опустил рычаг. Не теряя ни секунды, схватил огнетушитель, вернулся к двери Эшли. Как бы сильно ни стучал, ответа не последовало. Сигнал пожарной сирены был оглушительным, но пройдет где-то полчаса, пока пожарная бригада доберется туда. Истории о пожарах на Манхэттене выходили из-под контроля. Они с Эшли живут на последнем этаже, это сдержит распространение огня. Но где Эшли? Он не уйдет, пока не убедится, что ее здесь нет.

Маркус дотронулся до дверной ручки. Горячая. Он сильно толкнул дверь ногой. Боль пронзила ногу от самой пятки. Ужасная боль. Но он продолжал бить в дверь ногой. Снова и снова. Наконец она открылась.

Дым заполнял все пространство в квартире, но был не настолько плотный, чтобы не видеть. Маркус приложил ко рту платок и вошел.

– Эшли!

Дым валил из кухни. Он подошел ближе и увидел языки пламени. Направив на них шланг огнетушителя, включил его и удивился, с какой силой вылетают химикаты. К счастью, потребовалось совсем немного времени, чтобы огонь потух. Что бы произошло, если Джоанна не почувствовала запах? Не хотелось думать об этом. Маркус быстро осмотрел другие комнаты, забежал к себе, забрал телефон и спустился, позвонив Джоанне.

– Вы выбрались?

– Да. Мы в такси. Что произошло?

– Я потушил огонь за несколько минут до того, как все стало очень плохо.

– О господи, Маркус. Уходи оттуда. Садись в такси, останься с нами на ночь.

– Нет. Пусть Лила останется с тобой. Мне так спокойней. Она в безопасности с тобой. Пожарные проверят здание. Мне нужно позвонить Эшли, рассказать о случившемся. – Можно лишь гадать, как огорчит ее эта новость. – Тебе что-нибудь нужно?

– У меня есть вещи. И в сумке с подгузниками одежда. С нами все будет в порядке.

Джоанна попрощалась с ним, Маркус вышел из дома с другими жильцами, гадающими, что произошло. Он нашел миссис Уайт и рассказал ей все.

– Господи, мистер Чемберс. Эшли будет так расстроена. Хорошо, что она сможет перебраться в вашу квартиру, ведь вы встречаетесь.

Маркус растянул губы в притворной улыбке.

– Мне нужно ей позвонить. Вы можете рассказать все пожарным, когда они приедут, а я все еще буду разговаривать по телефону? Простите меня. – Он выбрался из толпы, набрав номер Эшли. – Пожалуйста, ответь, пожалуйста, ответь.

– Я надеюсь, ты звонишь не для того, чтобы жаловаться на рабочих. У меня был просто отвратительный день.

Услышав ее голос, он облегченно вздохнул. С ней все в порядке. Огонь удалось потушить. Лила и Джоанна тоже в безопасности.

– Мне очень жаль, Эшли, но в твоей квартире случился пожар.

Пожар. Нет. Нет. Нет.

Еще никогда в жизни она так отчаянно не ловила такси. Достала купюру в двадцать долларов и прислонила к прозрачной перегородке между собой и водителем такси.

– Это чаевые, если вы как можно скорее довезете меня до дома.

– Да, мэм.

Эшли откинулась на сиденье, обхватила себя руками, раскачиваясь вперед-назад. Сделать глубокий вдох оказалось непосильной задачей. Каждый глоток кислорода только дразнил легкие и быстро растворялся.

– Все будет в порядке. Все будет хорошо.

Она смотрела в окно, но не видела город. Перед глазами возникали видения огня, который десять лет назад забрал у ее семьи дом. Она не могла избавиться от этих мыслей, как бы сильно ни старалась. Она все это видела, испытала на себе, когда стояла на обочине пыльной трассы рядом с фермой их семьи. Потускневшие и немного потрескавшиеся шкафы, которые смастерил ее прапрадедушка, сгорели быстро, как щепки в костре. Языки пламени поднимались по занавескам, которые ее мать сшила из простыней. Казалось, они сделаны из бумаги. Мебель, одежда, драгоценные книги, дневник, который она начала всего несколько недель назад, плюшевый мишка, который был с ней с самого рождения, все это забрали у них в ту ночь. Навсегда. Слишком большая потеря. Положение семьи стало поправляться, когда Эшли стала сниматься в шоу и получать неплохие деньги. Она смогла выплатить долги семьи, купить родителям дом и помочь братьям встать на ноги.

Тот пожар стал причиной тяжелых испытаний на долгие десять лет. Семья оказалась готова к этому, особенно Эшли. Ей пришлось повзрослеть за одну ночь. Дело было в том, что до пожара она не чувствовала, что семья бедствует. Они счастливо жили на ферме. Урожайные поля, огород, в котором росли бобы и помидоры, куры, бегающие перед домом, кошки, лениво греющиеся на солнце. Дом находился в их собственности. Его построил прадедушка собственными руками. До пожара ей казалось, что у них есть все или, по крайней мере, они ни в чем не нуждаются. После пожара целым остался только курятник, у них не было страховки и денег, чтобы жить в мотеле. Оставалось рассчитывать на доброту соседей, которые, как могли, помогали.

И вот снова ее мир рушился.

Эшли добралась до квартиры. Пожарные то заходили, то выходили. Тяжелый запах дыма становился все сильнее с каждым шагом, пока не ударил в нос. Если она останется в коридоре, не пойдет дальше, можно притвориться, что все это понарошку. Ей не придется столкнуться с тем, что ожидает по ту сторону двери.

Маркус вышел из своей квартиры.

– Ты здесь.

– Значит, ты почувствовал запах гари? Так ты обнаружил возгорание?

Маркус обнял ее, ей потребовалось много выдержки, чтобы не повалиться на него без сил. С ним она чувствовала себя защищенной, хотелось поддаться этому ощущению. Как получилось, что он стал ей поддержкой? Как этот порой невыносимый мужчина стал ее спасением? Даже после того, как сделал все возможное, чтобы оттолкнуть ее от себя.

За всю жизнь у нее не было подобной страховки. Каждый день она словно ходила по канату на большой высоте, стараясь, чтобы мир продолжал двигаться, защищая людей. Приятно знать, что есть человек, который позволяет так себя чувствовать. Правда, она никогда бы не подумала, что им окажется Маркус.

Нет, ситуация не безвыходная. Каким-нибудь образом она сможет продолжить ремонт, и ее дом станет таким, как она мечтала. Но придется снова прожить часть самых ужасных воспоминаний. Неудивительно, что чувствовала себя она так, будто кто-то вонзил в живот нож и провернул его.

– Джоанна почувствовала запах дыма. Она была у меня. Я попросил ее забрать Лилу, увезти дальше от опасности.

Глаза Эшли щипали слезы. Дальше от опасности. Ее квартира оказалась источником опасности.

– Вы все могли пострадать. Маленькая Лила могла пострадать. Маркус, мне очень жаль. Я могу только благодарить Господа за то, что ты оказался дома и среагировал быстро. Спасибо за то, что сделал. Я никогда не смогу в полной мере тебя отблагодарить.

Он похлопал ее по спине, снова обнял, словно напоминая, что она все еще жива.

– Пожарный инспектор должен скоро появиться. Не думаю, что сейчас кому-то разрешают заходить. Они отключили электричество и убеждены в том, что пожар начался из-за короткого замыкания.

Мужчина в пожарной форме с солидной нашивкой вышел из ее квартиры.

– Я бы везде вас узнал, мисс Джордж. Лейтенант Уильямс. Очень приятно с вами познакомиться. Моя жена большая ваша фанатка.

– Ох, как мило. – Совсем не так она представляла начало разговора. У нее куча вопросов. Какой удар ожидает ее впереди.

– В какой-то момент мне придется попросить у вас автограф, а пока поговорим о пожаре.

Или не поговорим. Мы можем не поднимать эту тему, притвориться, что ничего не произошло.

– Источником возгорания стали розетки на кухне. Могу предположить, это ошибка в проведении электричества. – Лейтенант Уильямс показал ей фотографию на своем телефоне.

Эшли быстро закрыла глаза. Кухонный гарнитур, сделанный на заказ, и встроенная плита теперь выглядели как обгорелые щепки. На прекрасном плиточном фартуке красовалась черная дыра.

– Как раз вчера электрик занимался проводкой на кухне, – пробормотала она.

– Да, нам придется поговорить об этом с представителями ремонтной компании, которую вы наняли. Именно поэтому мы отключили электричество в квартире. Не хотим рисковать в случае нового возгорания. Я вернусь утром, чтобы проверить состояние вашего этажа. Это займет не больше пары дней. Потом вы сможете нанять работников, чтобы убраться. К сожалению, пока не могу позволить вам жить в квартире. Можете собрать необходимые вещи, пока кто-то из пожарного отделения рядом. У вас есть друг, у которого вы можете остановиться на время?

Грейс – самая близкая подруга. Но она живет с сестрой в крохотной квартире. Из этой затеи ничего не получится. Они просто будут ходить по головам.

– Я сниму номер в отеле.

Маркус молча прочистил горло. Эшли не удивилась, что он не предложил помощь, хотя ей этого хотелось. По крайней мере, таким образом проще вести дела с пожарными. Хотя, может быть, лучше им держаться дальше друг от друга.

– Также, мисс Джордж, ваша водная система пожаротушения не сработала, подозреваю, она испорчена. Если нанятые вами работники повредили систему, я буду вынужден направить рапорт в городское управление. Потом проведем расследование. Компания может потерять лицензию. Это очень серьезное нарушение правил безопасности.

– Не понимаю. Люди находятся в списке ожидания, чтобы воспользоваться их услугами. И другие их работы просто восхитительны.

Лейтенант Уильямс пожал плечами.

– Такое иногда случается даже с самыми лучшими строительными компаниями. Один рабочий может ошибиться, в итоге страдают все.

– Никто другой не мог этого сделать. Только рабочие.

Маркус все это время был прав. Как бы востребованы ни были строители, в итоге получилось так, что над ее проектом работала кучка идиотов. Эшли была ослеплена желанием скорее закончить ремонт любой ценой.

– Наверное, мне нужно подыскивать другую компанию.

Она не верила собственным словам. Маркус точно помешает ремонту. А рабочие, которых она наняла и все это время защищала, плохо выполняли свои обязанности.

– Вы сможете вернуться через неделю. Мы не будем вечно держать вашу квартиру в заложниках. Вам очень повезло, что мистер Чемберс так быстро отреагировал. Все могло сложиться гораздо хуже. Однако все к лучшему. Вы бы жили на тикающей бомбе. Плохая проводка могла загореться в любое время, когда вы или ваши соседи будете спать.

Тяжесть событий прижала Эшли к земле. Все могло сложиться гораздо хуже. Она знает, что это такое. Она чувствовала облегчение, что никто не пострадал, но чувство вины сокрушало. На глаза навернулись слезы. Но нужно держать себя в руках по крайней мере до тех пор, пока она сможет упасть навзничь на кровать в номере отеля.

Эшли и Маркус отошли в сторону.

– Все нормально. Ты можешь рассказать, насколько сильно я оплошала. – Она ожидала укоряющего взгляда, ведь он оказался прав. Но ошибалась. Как же сильно она ошибалась.

– Все и так очевидно.

Она ждала, когда он скажет, что совершать ошибки нормально, но он молчал.

– Прости меня, Маркус. Не знаю, что еще сказать.

– Можешь сказать, что останешься со мной, если хочешь.

Она посмотрела на него, нахмурившись.

– Правда?

– Да. Ты можешь остаться у меня. Таким образом, будешь рядом во время инспекции. К тому же все твои вещи здесь. Это самый разумный выход.

«Ты согласишься пригласить меня к себе, если это разумно».

– Я думала, ты не приглашаешь женщин к себе, чтобы не знакомить их с Лилой.

– Лила в полной безопасности у моей сестры и может остаться там на несколько дней. Я бы все равно не оставил ее здесь, пока не завершена проверка. Я могу навещать ее до и после работы. Она защищена.

В результате ее решений создалась опасная ситуация. Это подтолкнуло Маркуса увезти самое ценное, что есть в его жизни, дальше от нее.

– Ну что, принимаешь мое приглашение? Я слишком устал, чтобы уговаривать тебя, поэтому решай сама.

Сможет ли она поселиться в доме мужчины, которого проклинала всего пару недель назад? Должна ли она это делать? Не получится ли так, что уже за завтраком они начнут спорить? Или она проведет ночь, глядя в потолок и думая о том, что на нем надето?

– Да. Спасибо. Я благодарна за твое предложение. Не хочу сейчас заходить к себе. – Голос задрожал, Эшли боялась увидеть разрушения от пожара.

– Почему бы тебе не устроиться в гостевой спальне? Я уверен, что смогу найти для тебя одежду для сна.

– Мешок от картошки, завалявшийся где-то?

– Что-то в этом роде.

Они дошли до его квартиры. Это первый раз, когда Маркус позволил ей переступить порог своего дома, и она серьезно отнеслась к этому приглашению. У него четкие правила – женщинам, кроме няни и домработницы, сюда вход запрещен. Правда, сейчас здесь нет Лилы.

Мебель в квартире Маркуса была лаконичной и мужественной. Темно-серый диван, кожаное кресло шоколадного цвета и низкий деревянный журнальный столик на фоне аквамариновых стен с тонким белым бордюром, на которых висели винтажные рамки с черно-белыми фотографиями и старые карты, как предмет искусства. Огромная корзина в углу комнаты была под завязку наполнена разноцветными детскими игрушками и казалась оазисом счастья в элегантной серьезной обстановке.

Маркус включил свет в спальне для гостей.

– Думаю, тебе здесь будет удобно. – Комната была выполнена в нежных постельных тонах, песочных и цвета кофе со сливками.

– Она идеально подходит. Спасибо тебе.

Ей еще столько всего предстоит. Уладить дела со страховкой и пожарным департаментом, пройти проверку. А потом разобраться со строительной компанией. Очевидно, работников завтра нужно уволить. А насчет того, кого она теперь сможет нанять, нужно хорошо подумать. Возможно, теперь ее согласятся подвинуть в очереди.

– Нужно найти для тебя какую-нибудь одежду для сна. Я скоро вернусь.

– Было бы замечательно.

Эшли присела на край кровати, уставшая. Пожар для нее – оживший кошмар, хотя и помог пробраться в тайное святилище Маркуса, куда, как ей думалось, он никогда не впустит. Глупо не обрадоваться возможности заглянуть в его жизнь, почувствовать мгновение надежды. У них до смешного мало шансов на романтические отношения, но что-то в нем заставляет ее хотеть большего.

Он снова появился в комнате и протянул ей голубую мужскую пижаму.

– Не знаю, что ты обычно надеваешь в постель, но надеюсь, это подойдет.

Она улыбнулась его осторожному поведению, зная, что, когда выключается свет и тела освобождаются от одежды, он становился неистовым и властным. Ее все еще мучили сожаления о том, что могло произойти между ними, но не произошло. Если бы они занялись любовью, она бы стала свидетелем того, как он теряет самообладание, и смогла бы заполучить еще один кусочек пазла, чтобы разгадать этого мужчину.

– Ты обычно в этом спишь?

– Только в штанах. Мне не нравится надевать кофту в постель.

Горячее желание грозило накрыть с головой. Маркус подбросил ей образы своего обнаженного торса, от которых трудно избавиться.

– Я бы тоже не хотела сковывать себя пижамой.

– На этом я тебя оставлю. Уверен, ты захочешь позвонить своей семье.

Ее семья. Господи, она даже боялась об этом думать. Новость о пожаре станет для матери сокрушительной. Отец, возможно, справится с этим не лучше, а ему нужно избегать стрессовых ситуаций. Почему жестокая реальность должна мешать ее грезам о Маркусе?

– Я позвоню им завтра.

– Ты уверена? Не знаю, как бы я справился без поддержки семьи после того, как ушла Эль. Родные помогли мне пройти через все тяготы. Думаю, ты почувствуешь себя лучше, поговорив с семьей.

И это другая часть пазла. Маркус не боялся признать, что ему нужна помощь и поддержка семьи. Значит, он все же человек.

– Да. Ты прав. Я обещаю, что первым делом позвоню им. Пусть сегодня спокойно отдохнут.

Глава 11

Хоть Маркус и пожелал Эшли спокойной ночи, нормально поспать ему не удалось. Раньше он не понимал, что чувствует к Эшли, но теперь запутался еще больше. Приток адреналина, вызванный пожаром, отсутствие Лилы и попытки выбросить из головы Эшли в пижаме не давали уснуть всю ночь.

Да, Эшли подвергла опасности Лилу, Джоанну и жильцов дома. Он не раз говорил, что ее рабочие халатные и безответственные, но она отказывалась слушать. Она бы их уволила, если бы знала, что произойдет нечто подобное. Эшли не эгоистична и не глупа. Беззаботная и смелая, да. Опасно безответственная, нет. Жертва обстоятельств? Наверное. Именно поэтому он не мог позволить ей ночевать в отеле, даже несмотря на то, что придется мучиться, находясь с женщиной, в которую он начинал влюбляться, хотя и клялся себе, что не сделает этого.

Маркус понял, что нормально поспать не удастся, поднялся с кровати и направился принять душ. Уйти на работу пораньше – лучший способ сбежать от тех чувств, которые в нем вызывала Эшли. Когда он отдавал ей пижаму, приходилось бороться с почти невыносимыми желаниями – обнять и поцеловать ее, признаться, что запаниковал на вечеринке, попросить второй шанс. И заняться любовью, хотя бы чтобы прекратить извечные словесные перепалки и показать своим телом, что он к ней испытывает. Возможно, у него не получится выразить чувства в словах, зато можно показать их на деле.

Эшли в ужасном положении, которое явно ее потрясло, но хорошо держится. Храбрится для него? Или он правда смог ее успокоить?

На кухне загремела посуда, послышались звуки открывающихся и закрывающихся шкафов. Лучше сразу привыкнуть к присутствию соседки, чем избегать встречи. Маркус не был готов к картине, открывшейся его глазам. Эшли в одной пижамной кофте стояла на цыпочках в поисках чего-то в шкафу. Он кашлянул, отчасти чтобы привлечь ее внимание и избавиться от желания обнять ее за талию. У него в запасе полтора часа до встречи с сестрой. За это время многое можно успеть.

– Доброе утро.

Босые ступни опустились на пятки, Эшли повернулась. Ее волосы были соблазнительно взлохмаченными. На лице ни капли макияжа, но она была такой же прекрасной, хотя и выглядела по-другому, не так, как он привык ее видеть.

– Ты проснулся. У тебя есть кофе?

– Прости. Только чай.

Она нахмурилась, отчего на подбородке появилась морщинка, но это выглядело на удивление мило.

– Ты шутишь. Как же я буду функционировать?

Маркус открыл шкаф, в котором хранились пакеты с чаем, положил одну из коробок на столешницу, набрал в чайник воды.

– В английском чае предостаточно кофеина.

– Подожди-ка, я знаю, что ты пьешь кофе. Видела тебя с дорожной кружкой в руке.

– Я пью кофе, но не варю его. Просто не умею.

Эшли прислонилась к кухонной тумбе. Ее стройные ноги выглядели еще более соблазнительными, чем в ночь премьеры шоу.

– Так какие у тебя планы на сегодня?

Эшли сложила руки перед грудью, отчего край кофты поднялся и борта пижамы немного распахнулись, обнажив край соблазнительной светло-сиреневой материи.

– У меня куча дел. Я уже успела поговорить с представителем страховой компании. Они пришлют сотрудника сегодня днем. Связалась с пожарным департаментом, и уже сейчас их представитель работает в моей квартире. Я могу забрать вещи, когда захочу. Стоит заметить, сегодня я не поеду на работу. Это нормально. Мне нужен перерыв.

– Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой в твою квартиру, чтобы забрать вещи? Я понимаю, вчера ты к этому была не готова, хотя и не можешь весь день ходить в моей пижаме.

«Если ты это сделаешь, возможно, мне тоже придется взять отгул на работе».

– Нет. Все в порядке. Лейтенант Уильямс приедет через час. Я подожду и пойду с ним.

Замечательно. Теперь он оставит ее с привлекательным пожарным.

– Ах так. Тогда я, наверное, пойду уже на работу. Марта, моя домработница, приедет немного позже убрать и приготовить ужин.

Страх сковывал Эшли, когда она смотрела на свой телефон. Ей не нравилось тревожить мать, особенно плохими новостями. На самом деле она считала своей миссией приносить в семью только хорошие новости.

«Они продлили мое шоу на следующий сезон». «Я пришлю еще денег».

Она даже не рассказала им про то, что Джеймс ее бросил, пока не приехала домой на День благодарения и не расплакалась, едва завидев маму. Но, принимая во внимание то, что новость о пожаре в ее квартире появилась в газетах и Интернете, выбора нет. Придется стать вестником плохих новостей.

Мама подняла трубку уже после третьего гудка.

– Привет, детка.

– Привет, мам.

– Сейчас только девять тридцать утра. Ты обычно не звонишь с работы.

Эшли закрыла глаза. Теплое сахарное звучание голоса матери доводило ее до слез, а нужно держать себя в руках и быть сильной, как прошлой ночью с Маркусом. Она не собирается без надобности беспокоить мать.

– Я сейчас не на работе. Взяла отгул на один день.

– Что произошло? Ты никогда не пропускаешь работу.

А она-то решила, что раскроет себя, если расплачется. Мама сразу поняла, что с дочкой-трудоголиком что-то случилось, ведь она не на работе.

– Кое-что произошло с моей квартирой, но я не хочу, чтобы ты волновалась. – Она не могла заставить себя произнести «пожар».

– Это как-то связано с твоим соседом? Я думала, вы встречаетесь.

Вот черт. Она и не подозревала, что матери станет об этом известно.

– Ты прочитала в газетах?

– Один из твоих братьев прислал мне ссылку на интернет-страницу. Я подумала, ты сама мне расскажешь, когда будешь к этому готова.

– В действительности мы не встречаемся. Это сложная ситуация. – И это слабо сказано. – У нас просто появилась возможность помочь друг другу в бизнесе. Пытаемся быть друзьями, но постоянно спорим. Ему не нравятся строители, которых я наняла для ремонта. Если честно, не понимаю, что между нами происходит.

– Ты тараторишь, моя дорогая. И все еще не рассказала, что произошло с твоей квартирой.

Эшли сделала глубокий вдох.

– Случился пожар.

– О нет. С тобой все в порядке? Ты ведь не пострадала?

– Все хорошо. Правда. Вообще-то мой сосед Маркус и обнаружил возгорание, быстро все потушил. Еще до приезда пожарной бригады.

– Пожалуйста, скажи, что тебя не было дома.

– Я была на работе.

Мама резко выдохнула.

– Я еще никогда не была так благодарна твоей сумасшедшей работе. С тобой все в порядке? Может, приедешь домой на пару дней? Я накормлю тебя вкусным, ты хорошо отдохнешь, и мы устроим девичник.

Эшли улыбнулась. Уже через пару минут разговора с матерью уровень стресса резко снизился.

– Я бы с радостью приехала, но мне нужно быть здесь, улаживать дела с пожарным департаментом, страховой компанией и строителями, которых наняла.

– Хорошо, дорогая. Знаю, ты очень занята, я просто хочу, чтобы ты знала, мы здесь и поддерживаем тебя. Всегда. Уверена, пожар напугал тебя, особенно после всего, что произошло, когда ты была маленькой. Однако нужно видеть и положительные стороны.

– И что хорошего произошло? Сплошные проблемы.

– Вообще-то много хорошего. Твой отец тогда бросил курить. Еще один или два десятка лет, и мы бы, возможно, потеряли его из-за сердечного приступа. К тому же в то время в отношениях между мной и отцом появились проблемы. На ферме все складывалось неважно, и между нами появились разногласия.

– Правда? Ты никогда не говорила об этом.

– Тогда тебе было десять лет. И это касалось только нас с отцом. Кое-что должно оставаться между мужем и женой. В итоге пожар сплотил нас. Мы поняли, как сильно нужны друг другу. Поэтому справиться с финансовыми проблемами оказалось легче.

– Я думаю о том времени как о самом тяжелом.

– Было невероятно сложно. Но твой отец поддерживал меня. Это и есть любовь, дорогая. Она делает все беды сносными. Ты должна это знать лучше других. Ведь твоя работа в том, чтобы помогать людям встретить настоящую любовь.

– Зато я ее не встретила, а было бы логично, не правда ли.

– Так расскажи, что за ситуация сложилась с Маркусом?

Если бы мать знала, насколько может затянуться этот разговор.

– Нет никакой ситуации. Сначала он очень мне понравился, но я думала, что не нравлюсь ему.

– А теперь?

– Теперь даже не знаю, что и думать. У него очень непростая жизнь. Я не уверена, что смогла бы стать ее частью. Он пережил тяжелые времена после болезненного развода и теперь один растит маленькую дочку. Я начинаю понимать, почему иногда он кажется гадом. Он закрылся от всего мира.

– Как и ты иногда.

Она правильно услышала слова матери.

– Что? Я никогда так не делаю. Ты ведь меня знаешь. Я открыто говорю обо всем.

– Возможно, когда дело касается других людей. Ты с малолетства закрываешь глаза на вещи, которые тебе не нравятся. Когда происходило что-то плохое, ты просто старалась это игнорировать. Тебе всегда хорошо удавалось помогать людям, но не себе самой.

Эшли вспомнила, как Маркус считывал ее характер по ладони. Она никогда не верила в подобные вещи, но он сказал нечто похожее.

Господи. Она права. И Маркус прав. Она предпочла не обращать внимания на халатность своих строителей, не хотела видеть результаты пожара, храбрилась перед Маркусом, чтобы он не понял, что внутри у нее все переворачивалось. И не желала признавать причины, по которым Джеймс ее оставил. Почему она не готова к серьезным отношениям и детям?

– Мам, могу я тебя спросить?

– Конечно.

– Ты думаешь, я слишком беззаботная, чтобы стать хорошей женой и матерью?

Мать тихо засмеялась.

– Разве я не сказала, что у тебя хорошо получается помогать другим людям, но не себе самой? Это, наверное, самое важное качество для хорошей жены и матери. И беззаботность здесь ни при чем. Ты полна жизни, не боишься браться за новые дела, даже если они выходят из зоны твоего комфорта.

– Я берусь за новые дела, если уверена, что смогу в них преуспеть.

– Или если это поможет другим людям.

Она никогда так об этом не думала, однако похоже на правду. Она взялась за создание шоу не вполне уверенная в том, что у нее получится, но желала не упускать шанс помочь семье.

– Ну, Эшли Энн, он тебе нравится?

– Кто? Маркус?

– Нет, человек со звезды. Конечно Маркус.

Задавая подобные вопросы своим клиентам, Эшли советовала не задумываться ни о чем. Настало время сердцу получить ведущую роль.

– Нравится. Он словно большая тайна. Всякий раз, когда мы вместе, я узнаю что-то новое и возвращаюсь за очередной порцией ощущений, даже если дела идут не очень хорошо. Скажем так, он поймал меня на крючок.

– А ты ему нравишься?

– Честно говоря, не уверена. Конечно, он пригласил меня остаться в его квартире, поэтому думаю, он меня не ненавидит.

– Кажется, тебе нужно найти подход к его сердцу. И ты знаешь, что это значит.

– Ты так думаешь?

– Конечно. Приготовь ему еду. Это самый надежный способ узнать о его чувствах.

Глава 12

Мама дала ей совет – приготовить для мужчины ужин. Домашняя еда Южной Каролины в традициях семьи Джордж. Креветки и гарнир из кукурузной муки. На десерт кокосовый шестислойный торт по рецепту прабабушки. Эшли помнит его наизусть.

Но сначала разобраться с одеждой. Черная узкая офисная юбка в удовлетворительном состоянии, зато шелковая блузка пропахла дымом. Эшли надеялась, что Маркус не будет возражать, если она позаимствует на время одну из его рубашек, а потом отдаст в химчистку. К тому же хотелось увидеть его спальню.

Она, как и вся квартира, обставлена в мужском стиле. Обитая коричневой кожей кровать. Белые простыни и подушки, серое шерстяное одеяло. Постель еще не заправлена, простыни в беспорядке.

Эшли не удержалась и присела на край матраца, провела ладонью по гладким простыням. Черт бы его побрал! Скорее всего, египетский хлопок. Было что-то приятное в том, чтобы сидеть там, где только пару часов назад спал он. Даже дух захватывало. Его обнаженная грудь и спина соприкасались с этими простынями.

Рядом на изысканной деревянной прикроватной тумбочке стаяла белая лампа, будильник и его фотография с Лилой в серебряной рамке. Малышке на фото, должно быть, только пара месяцев, их лица рядом, нос к носу, ее маленькая пухлая ручка лежала на его щеке, оба улыбались. Их взаимная любовь очевидна. У Эшли сжалось сердце. Они через многое прошли. Вместе. Должно быть, иногда Маркусу казалось, что существуют только они с Лилой. Против остального мира. Сможет ли он вообще найти в своем сердце место для другой женщины, доверить ей не только свое сердце, но и сердце любимой дочки? Он так защищает ее. Рискнет ли своим сердцем, прежде чем позволить кому-нибудь навредить Лиле.

Эшли прошла в гардеробную. Все разложено и организовано в идеальном порядке. Маркус, возможно, упал бы в обморок, увидев ее шкаф, забитый под завязку платьями и туфлями. Она просмотрела вешалку с рубашками, выбрала голубую хлопковую, которая не выглядела слишком дорогой, надела ее, расстегнув пуговицы и закатав рукава. После некоторых креативных махинаций она перестала выглядеть так, словно утопала в рубашке.

Из кухни доносились звуки, должно быть, пришла домработница. Эшли прошла поприветствовать женщину.

– Здравствуйте. Я Эшли. А вы, должно быть, Марта.

Ярко-голубые глаза женщины удивленно округлились.

– Вы ведь сваха. Я постоянно смотрю ваше шоу. У вас был пожар. Я только что видела пожарных в коридоре. Мне так жаль.

– Слава богу, ничего страшного не произошло. Я собираюсь в мою квартиру. Нужно забрать некоторые вещи и заняться тем, чтобы исправить положение.

– Вы ведь не собираетесь нанимать ту же строительную бригаду? Эти рабочие просто ужасны.

– Теперь я это знаю. Простите, если они стали причиной беспокойства.

– Мне просто не нравится видеть мистера Чемберса расстроенным. Он много работает и просто замечательный босс. Он дал мне две недели оплачиваемых выходных, когда моему мужу делали операцию на спине. Даже организовал доставку еды к нам в квартиру.

Теперь, когда Эшли знала Маркуса лучше, его поступок совсем не удивил.

– Очень благородно с его стороны.

– Он хороший человек. Очень хороший. И его дочка настоящий ангелочек. Конечно же он защищает ее как свирепый медведь, но так и должны вести себя отцы. Особенно в отсутствие матери.

Эшли не была уверена, что сможет соответствовать его благородной натуре. У него огромное, великодушное сердце. Он просто скрывает это.

– Вам не нужно беспокоиться о приготовлении ужина. Я об этом позабочусь. Хочу поблагодарить Маркуса за то, что он для меня сделал.

Лицо Марты засияло.

– Как мило. Уверена, ему понравится.

Эшли как можно быстрее забрала из своей квартиры одежду, туалетные принадлежности и несколько пар туфель. Хотелось уйти от запаха дыма. Она даже не стала заходить на кухню. Достаточно фотографий с происшествия. Она поговорила с лейтенантом Уильямсом и представителем страховой компании и вернулась в квартиру Маркуса, бросив одежду в стирку. Она оставила сообщение для строительной компании, которую в этот раз надеялась нанять, и отправилась по магазинам, где большую часть времени ей удалось оставаться незамеченной и только раз пришлось остановиться, чтобы дать автограф и сфотографироваться с фанатом.

Вернувшись, она принялась готовить еду. Сначала поставила в духовку коржи для торта. Воспоминания нахлынули, когда чудесный аромат выпечки наполнил кухню. С каждый вдохом она оказывалась ближе к дому, жаркому лету Южной Каролины, магнолиям и жимолости, чистому весеннему воздуху. Но все это было так далеко. Иногда ей хотелось повернуть время вспять, стать простой Эшли Джордж, без камер, рекламных биллбордов и фотографий в прессе. Как замечательно больше не бороться за выживание. Да, у нее есть деньги и прекрасная роскошная квартира, а жизнь пуста.

Нет никого, с кем можно разделить эту комфортную жизнь. Остается гадать, почему она так долго цеплялась за возможность романтических отношений с Маркусом, ведь многое указывало на то, что они не подходят друг другу. Проблема в том, что оставить Маркуса у нее просто не получится.

Эшли аккуратно разрезала корж на слои, сложила, смазывая кремом, и в завершение украсила торт белой воздушной глазурью по рецепту матери, которая в прабабушкин рецепт добавила сыр, что делало вкус крема особенным. Она сделала шаг назад, оценивая свои старания. Гарнир из кукурузной муки поспевал на плите, креветки и другие ингредиенты ожидали, когда Маркус вернется домой. Их надо добавлять в последнюю минуту.

Когда он зашел в комнату, она внезапно почувствовала смущение и неуверенность в себе. Еще подумает, что все это глупо! Почему он выглядит так хорошо после долгого дня на работе? Обычно вечером она выглядела так, будто ее переехал паровоз.

– Что это все значит?

– Я освободила Марту на вечер и приготовила для тебя ужин.

– И торт? – Он собрал пальцем крем с низа блюда, на котором стоял торт.

– Эй. Торт потом.

Он поднял на нее глаза:

– У меня есть минутка, чтобы переодеться? Выглядит так, будто я слишком официально одет. К тому же не могу дождаться, когда сниму костюм.

Снимет костюм. Этот ментальный образ еще долго останется в ее голове.

– Конечно.

Эшли приготовила для него ужин. И как приятно видеть ее на кухне после тяжелого рабочего дня. Маркус понимал, как глупо думать, что подобное будет происходить часто, если они с Эшли станут парой. Она загружена работой, как и он. Но это приятная фантазия.

Он быстро переоделся в джинсы и футболку с логотипом клуба по гребле Кембриджского университета. Костюм – худшая сторона его работы.

– Пахнет восхитительно.

– Все уже почти готово. Нужно только добавить креветки.

– Ничего, если я открою бутылку вина? Думаю, белое вино подойдет.

– Да. Просто замечательно.

– Готово? – спросил он, кивнув в сторону обеденного стола, и достал вино.

– Я скоро к тебе присоединюсь.

Стол был накрыт по всем правилам. Эшли, к счастью, поставила кресла рядом друг с другом и даже приглушила немного свет люстры. Нигде не скрыться от романтики. Хочет проявить доброту или дает шанс, которым он так жаждет воспользоваться? Да, он хочет все исправить, по крайней мере, проверить, могут ли они быть вместе.

– Никаких свечей?

– Учитывая то, что произошло вчера, я подумала, нам стоит обойтись без огня.

– Разумно. – Маркус тихо рассмеялся, подняв бокал вина. – Тост в честь того, что все живы и здоровы.

Эшли аккуратно чокнулась с ним.

– Спасибо небесам за это.

Он попробовал сочные креветки с беконом и зеленым луком с кремообразной массой, похожей на кашу.

– Очень вкусно. Что это за гарнир внизу тарелки?

– Полагаю, ты никогда такого не пробовал.

– Никогда. Но это очень вкусно.

– Это высушенная и перемолотая кукуруза. Если добавить достаточно масла и сыра, ты подумаешь, что попал в рай. Я практически выросла на этом блюде. Как говорит моя мать, оно до безобразия недорогое.

Маркус внимательно посмотрел на нее, думая об этом.

– Твоя мама мастер торговаться?

– Верно, но это продиктовано необходимостью. У нас в семье никогда не было достаточно денег и имущества после пожара.

Теперь он был в еще большем замешательстве.

– Не может быть. Пожар?

В ее глазах появилась выражение, которое он заметил прошлым вечером. Беззащитность и сила духа.

– Да. Мы потеряли дом, когда мне было десять лет.

У него сердце сжалось от этой истории. Ее семья потеряла в тот день все. Последовали трудные годы. События прошлой ночи стали для нее напоминанием о трагедии прошлого.

Маркус взял Эшли за руку. Жест откровенный и интимный. Просто хотелось ее поддержать.

– Мне очень жаль, Эш. Могу представить, что творилось в твоей голове прошлой ночью.

– События прошлой ночи еще не полностью дошли до сознания, но, да, подняли на поверхность воспоминания о прошлом. Я не люблю об этом думать, иначе мне становится грустно. А грустный гость никому не нужен.

– Можешь грустить, если хочешь. Ты должна позволить себе осознать и пережить эти события.

– Я справлюсь гораздо лучше после встречи с новыми строителями в понедельник.

– Уже вернулась к действиям?

– Нужно двигаться вперед. Я позвонила в компанию, которую хотела нанять с самого начала. Оказалось, их новый менеджер фанат моего шоу. Они сделали для меня окно в своем графике. Днем я уже перевела десять тысяч долларов на их счет в качестве депозита. Думаю, теперь все наладится.

– Если они качественно сделают ремонт, так оно и будет. – Внезапно он понял, почему она так упрямо боролась за продвижение ремонта в своей квартире. – Неудивительно, что ты так привязана к своей квартире. Ты ведь потеряла дом, когда была ребенком.

– Это главная причина. Когда у тебя нет ничего, а особенно когда постоянно переезжаешь, очень важна идея собственного дома. – Она, казалось, глубоко погрузилась в собственные мысли. – Эта квартира много для меня значит еще и потому, что она – единственное материальное доказательство моего успеха. Все остальное – воздух. Не так, как у тебя. Ты делаешь джин, можешь подержать в руках бутылку. То, что делаю я, даже мне иногда кажется нереальным.

Вот что она делала все время, пока он воевал с ней. Она не зациклена на накоплении материальных благ, а лишь защищает свою роскошную квартиру, единственное, что у нее есть.

– Даже не подозревал об этом. Ты должна была сказать. Я знаю, ты из Южной Каролины, но ты себя преподносишь так, будто выросла в богатой семье на ранчо в южном стиле.

– Ты слишком много смотришь фильмов. Скарлетт О'Хара – вымышленный персонаж. К тому же она из Джорджии.

– А как насчет твоих родителей? Их жизнь улучшилась?

– Да. С моей работой я наконец могу помогать им финансово. У отца случился инсульт пять лет назад, мама ухаживает за ним сутками напролет, поэтому им нужна поддержка.

– Других родственников, которые могли бы помогать, нет?

– У меня два старших брата, они помогают по возможности. Оба строители, но у них свои семьи. Мне невероятно повезло с работой, за которую платят до безобразия много.

– Ты стала представителем целой индустрии, Эшли Джордж. И я тому свидетель. Не сомневайся никогда в своей значимости.

Он думал, насколько важной и желанной она для него стала и как сильно хочется ее поцеловать, словно на плече сидит дьяволенок и подначивает его.

На щеках Эшли появился нежный персиковый румянец.

– Очень мило с твоей стороны сказать мне такое. Я не воспринимаю себя значимым представителем индустрии.

– Меня восхищает, как ты со всем справляешься. Тебе удается вместить всю работу в один день. Ты тратишь много времени на помощь другим людям. Я только гадаю, кто же заботится о тебе.

– Могу спросить то же самое.

– Да, наверное.

– Теперь, когда я рассказала историю из моей жизни, хотелось бы больше узнать о тебе. Дай угадаю. Ты вырос в замке.

Маркус тихо засмеялся.

– И ты еще говоришь, что я насмотрелся фильмов. Я жил в викторианском доме в Лондоне. Весьма комфортно. Не скажу, что в моей жизни случались испытания до того, как мама Лилы ушла.

Эти слова, на удивление, не причинили ему особой боли.

– Неудивительно, что это стало для тебя сильным ударом. Самая первая эмоциональная травма в твоей жизни.

Он не мог не заметить, как становилось легко на душе после разговора с Эшли, как приятно оказаться рядом с человеком, готовым выслушать.

– Да, так оно и было.

– Наверное, мне стоит заняться посудой, или мы еще не скоро сможем попробовать торт.

– Я помогу. Мы же не хотим затянуть появление торта.

Эшли собирала тарелки и чашки, Маркус грузил все в посудомоечную машину. Он давно не занимался этим, но готов был приняться за дело, только чтобы посмотреть, как Эшли наклоняется, чтобы убрать тарелки в шкаф. В итоге его руки оказались в горячей мыльной воде, когда он очищал форму для запекания. Эшли ушла в ванную. Он не мог выбросить из головы тот момент ужина, когда взял ее за руку, а она не поморщилась, не отстранилась.

Какие неправильные он сделал о ней выводы… Маркус никак не мог избавиться от желания поцеловать ее.

– Почти закончил? – Эшли вернулась на кухню.

Он сполоснул форму и поставил сохнуть.

– Это последняя. И это очень даже хорошо, ведь я стал превращаться в чернослив.

– Дай посмотреть. Выглядит неплохо. Жить будешь. – Она посмотрела на его ладонь. – Это линия сердца?

Она ближе, и он улыбнулся, вдохнув аромат летнего дождя, исходящий от нее.

– Это линия головы. Вот я, например, смекалистый и сообразительный, скор на выводы. Это не очень хорошо.

– Хм. Думаю, я хорошо знакома с этой стороной твоего характера. А эта линии?

– Линия жизни. Моя указывает на то, что нужно научиться расслабляться.

– Либо ты все напридумывал, либо удивительно то, что можно вот так прочитать характер человека.

– Это линия сердца. – Он прислонился к столешнице, не собираясь забирать руку и завлекая Эшли ближе к себе. Ее прикосновения сводили с ума и заставляли чувствовать себя живым.

– И о чем же говорит твоя линия сердца?

Он не хотел говорить правду, пережив жестокое предательство и еще не отпустив эту боль, но и не хотел беспокоиться об этом рядом с Эшли. У каждого из них шрамы на душе.

– Почему бы тебе не предположить, что означает эта линия?

Она сделала шаг к нему и прикусила нижнюю губу, отчего его сердце бешено заколотилось в груди. Взгляд ее теплых, чарующих глаз прошелся по его лицу, словно стараясь запомнить.

– Я думаю, у тебя большое сердце. И весьма великодушное.

Маркус положил другую руку ей на талию, притянул к себе, оказавшись на грани, к которой уже подходил много раз. Правда, теперь он не сможет уйти от Эшли, если начнет отношения. Расставание не просто причинит боль, а навсегда ранит сердце.

– Вообще, она указывает на то, что я буду настоящим идиотом, если не поцелую прекрасную женщину рядом со мной.

– Это самый старый трюк, Чемберс.

Он запустил пальцы ей в волосы, трепетно предвкушая поцелуй.

– Но согласись, совсем неплохой трюк.

Глава 13

Поцелуй стрелой пронзил ее сердце. Приготовить ужин, судя по тому, как он ее целовал, стало лучшей идеей. Эшли сильно прижалась к Маркусу, он даже ударился головой о навесной шкаф.

– О господи, Маркус, с тобой все в порядке?

Его веки отяжелели, будто после сна. Он прижал ее к столешнице.

– Да. Думаю, я заслужил это в какой-то момент нашей развивающейся дружбы.

Он снова припал к ее губам в жарком поцелуе, дразня языком, его рука скользнула ей под блузку и расстегнула бюстгальтер. Он прижал ее крепче к своему сильному телу. Эшли исследовала гладкие мышцы его спины, не в силах дождаться, когда сможет сделать то же самое со всем его телом. Она немного отстранилась и стянула с него футболку.

– Ты так привлекательно выглядишь в джинсах. Я с трудом могу мыслить здраво.

– Напомни, чтобы я как можно чаще их носил.

Она расстегнула пуговицу на его джинсах, спеша наконец снять их и всем сердцем надеясь, что на этот раз Маркус ее не остановит. Да это и сейчас невозможно. Она расстегнула ширинку.

– Или не нужно? Мне не обязательно носить джинсы, если ты хочешь. – Он снял с нее топ, за ним последовал бюстгальтер.

– Пожалуйста, скажи, что на этот раз у тебя есть презерватив.

– Или что?

– Или придется отменить торт. И секс, естественно.

– Как хорошо, что у меня целая коробка. Я надеюсь получить и торт, и секс.

Эшли захихикала. На этот раз все иначе, теперь она приглашена в дом, а не пытается пробраться тайком. Он хочет, чтобы она находилась здесь. Хочет ее, и точка. Она видела желание в его глазах.

Маркус ласкал ее грудь, своей нежностью он проникал все глубже ей в душу, минуя уровни защиты, которыми Эшли окружила сердце. Он снял с нее джинсы, спустил трусики, наблюдая за ней. Она смотрела ему в глаза. По его взгляду было понятно, насколько он серьезно настроен. Впервые Эшли радовалась, что он серьезен. Ему по-настоящему это важно.

Маркус откинул одеяло и уложил ее на простыни. У Эшли осталось еще одно незаконченное дело до того, как они смогут двинуться дальше. Встав перед ним на колени, она аккуратно спустила боксеры. Он выглядел величественным и сильным. Есть ли вообще у этого мужчины недостатки? Она снова посмотрела ему в глаза. Казалось, их нет.

– Я еще не прикасалась к тебе, Маркус.

– Я помню об этом.

– У меня не было возможности той ночью.

– Я не хочу об этом думать. Слишком мучительно.

– Ты хочешь, чтобы я прикоснулась к тебе сейчас?

– Да. Пожалуйста.

Она опустила голову и вздохнула, ее теплое дыхание коснулось его восставшей плоти.

– Как насчет того, чтобы сделать это сейчас?

– Ты мучаешь меня, Эш. Пожалуйста, сделай уже это. Умоляю тебя.

Она не хотела, чтобы он умолял, хотя знала, что лучше, если ему придется немного подождать. Ожидание сделает награду гораздо слаще. Она обхватила твердую плоть пальцами. Он тут же зарычал, словно большой медведь.

– Вот так.

Она ласкала его, обхватывая самый кончик, сжимая сильнее, когда двигалась вниз. Наблюдала за его реакцией, подмечая прикосновения, на которые ему хочется смотреть. Ей нравилось чувствовать власть над ним, хотя и временную, доставлять удовольствие. Она понимала, что в этот момент может ему дать все, что он хочет.

Маркус приподнял ее с колен и уложил рядом с собой и накрыл своим телом. Это давление дарило наслаждение, от которого у нее кружилась голова.

– Я больше не могу ждать. Мне необходимо оказаться внутри тебя. – Он нежно убрал волосы от ее лица и мягко поцеловал в губы.

– Займись со мной любовью.

Как легко им удается ладить в спальне. По крайней мере, на этот раз.

Маркус отстранился, открыл верхний ящик тумбочки и достал запечатанную коробку презервативов, поспешив надеть один. Он действовал, словно охотился на нее. Сгорая от предвкушения, Эшли раздвинула колени и полностью открылась для него. Больше не было нужды прятаться. Никаких защитных барьеров.

Вскоре он оказался внутри ее, она ожидала, когда все происходящее станет смутным, словно мир вокруг разрушается. Правда, с Маркусом все иначе, никакого мира грез. Нет. Она четко осознавала момент и мужчину, забиравшего все ее внимание.

– Посмотри на меня, Эш, скажи, что тебе нужно.

Эшли немного развернулась, подняла выше колени, наслаждаясь каждым дюймом его твердой плоти, и тихо застонала от удовольствия.

– Просто превосходно. Продолжай в том же духе.

Маркус опустился на нее, усиливая наслаждение, стал глубоко и страстно ее целовать. Ее руки скользили по его мускулистой спине, спустились к его ягодицам. С каждым его толчком она приближалась к вершине наслаждения, чувствуя, как сжимается лоно, томимое приближением пика. Дыхание стало неглубоким и отрывистым. Как и дыхание Маркуса.

– Я так близко. – Она двигалась вместе с ним.

– Я тоже. Как же хорошо внутри тебя, Эш!

Она улыбнулась и уткнулась лицом ему в шею, закрыла глаза, внутренние мышцы сокращались все сильнее и сильнее. Маркус отвечал со страстью, Эшли прижималась к нему всем телом, хваталась за него, громко застонав от переполняющего наслаждения. Вскоре он с глухим рычанием последовал за ней. Все еще находясь внутри, он крепко обнимал ее. Несколько раз нежно поцеловал в лоб. Эшли чувствовала себя любимой и желанной.

– Это было восхитительно. Прости, что заставил тебя ждать, но, надеюсь, это того стоило.

Она тяжело вздохнула, наслаждаясь его запахом и близостью. Она так долго мечтала об этом.

– Ты даже не представляешь насколько.

Эшли проснулась раньше Маркуса. Он был прекрасен, когда спал, она бы смотрела на него часами, но ей сильно хотелось пить. Эшли тихо прошла на кухню и взяла телефон. Машинально. И, увидев сообщение от Грейс, сильно пожалела, что сделала это.

«Марианн крепко за тебя взялась, клянусь. Ты можешь уговорить Маркуса пойти с тобой еще куда-нибудь? Чтобы мы смогли ее заткнуть? Дай мне знать, чтобы я смогла слить информацию куда нужно. Вчера на работе без тебя было грустно. Я скучала».

После сообщения была ссылка на сайт Марианн. И заголовок статьи «Отношения между свахой с Манхэттена и ее парнем-британцем липа».

Маркус подошел к ней со спины, обнял за плечи и поцеловал.

– Доброе утро.

От его поцелуя по телу прошла волна удовольствия. Эшли почти забыла о неприятностях от Марианн и была безумно рада услышать эти два слова, произнесенные с чарующим акцентом.

– Утро точно наступило. А вот доброе оно или нет, вопрос спорный. Однако ты поцеловал меня, и оно явно улучшилось.

Маркус поставил чайник на плиту.

– Я думал, что прошлая ночь была восхитительной, но если ты хочешь, чтобы я постарался еще лучше, подожди, пока я позавтракаю и попью чай. Возможно, сделаю подход отжиманий. – Он подмигнул ей и прислонился к кухонной тумбе.

Кто знал, что у него есть и игривая сторона? Она бы никогда этого не узнала, если бы события не развернулись так, как это произошло.

– Наша подруга Марианн решила нанести ответный удар. Она написала статью про то, что мы фиктивная пара. Она указала на то, что ты выбил ногой дверь моей квартиры, когда произошел пожар. А если бы ты был моим настоящим парнем, у тебя бы были ключи. Или, по крайней мере, это то, на что она намекает и во что все люди хотя бы с половиной мозга должны поверить.

– Ну и корова. – На его лбу появились глубокие морщины от того, как сильно он нахмурился, когда подходил к ней. Он встал рядом с ней, ловко скользнув своей теплой рукой под ее топ.

– Маркус, ты не можешь так называть людей. Это плохо.

– Прости. Это фишка британцев. И на родине это звучит не так грубо. – Он просмотрел статью, затем закачал головой. – Она пытается украсть мои лавры героя. Не каждый мужчина может ногой выломать дверь, знаешь ли.

– Я все еще не могу поверить, что ты сделал это. Напомни мне, чтобы в понедельник я попросила строителей установить в квартире более надежную входную дверь.

– Смешно. Очень смешно. – Чайник засвистел, загремев крышкой на плите.

Маркус выключил конфорку и наполнил кипяченой водой две кружки, затем опустил в них пакетики чая.

– И если мы встречаемся, это не значит, что мы обменялись ключами. Это даже не значит, что мы спим вместе.

– Никто в это не поверит. Любую женщину признали бы ненормальной, если бы она не пыталась затащить тебя в постель.

– Правда? Собираешься демонстрировать, насколько ты нормальна, соблазнив меня этим утром?

– Как только мы разберемся с этой ситуацией.

– Все просто. Сегодня вечером состоится торжественное открытие нового завода. Пойдем вместе. Мы уже знаем, как устроить шоу на камеры. Уверен, теперь мы будем еще более убедительными. У нас ведь есть опыт.

– Неплохая идея, но, учитывая недавние события, я совершенно не планировала сегодня выходить в свет. Мне нечего надеть. Мои роскошные платья пропитались запахом дыма.

– Все исправит поход по магазинам. Будет замечательно. Покажем всем, что мы вместе.

– Так ты видишь нас парой?

Он посмотрел ей в глаза, потянулся и прикоснулся к ее волосам. Она заволновалась сильнее.

– Ты веришь, что все в этом мире происходит не случайно?

– Немного, хотя часть моей работы – подталкивать судьбу в нужном направлении. Но я слукавлю, если скажу, что верю, что наша судьба находится исключительно в наших руках.

– Мне просто кажется, что этот пожар оказался для нас как раз тем самым толчком.

Интересно, что сказала бы ее мать о том, что в плохих событиях есть что-то хорошее. Если бы не пожар в квартире, она бы по-прежнему находилась по другую сторону коридора одна, жила на тикающей бомбе. Пожар стал лучшим, что произошло с ними за последнее время.

– Он дал нам шанс быть вместе.

– В условиях, комфортных для нас обоих. Если бы мы решились попробовать встречаться, нам бы потребовалось время, чтобы побыть наедине. Как нормальная пара. Пожар дал нам шанс.

Нормальная пара. Смогут ли они? Маркус, кажется, на это намекал, но Эшли все еще верила, что он скорее пожертвует собственным сердцем, чем позволит причинить боль дочери. И не ей его винить.

– Я бы хотела попробовать.

«Потому что начинаю в тебя влюбляться».

Она не могла решиться произнести это вслух, несмотря на то что это сразу же всплывало у нее в мыслях. Кроме того, отношения только начинались. Да и готов ли он ответить взаимностью? Однако эти слова прочно засели в голове, сердце билось в груди как сумасшедшее. Возможно, оно знало, как многим рисковало с Маркусом. После Джеймса.

И даже если время, которое они проведут вдвоем, будет чудесным, ей предстоит принять важное решение. Готова ли она была стать матерью, справится ли? Если согласится на это, уйти она не сможет. Он уже испытал боль предательства. Эшли должна быть на сто процентов уверена, что подходит ему, но как это узнать, если Маркус не собирается полностью впускать ее в свою жизнь? До тех пор пока он не позволит ей провести время с Лилой?

– Хорошо. Я бы тоже хотел попробовать.

Маркус широко улыбнулся, и ее сердце сжалось.

Но сейчас не время думать о том, как все закончится.

– Чтобы построить мост, нужно двигаться с обеих сторон.

Он обнял ее, припав к губам в жарком поцелуе.

– Надеюсь, ты не против того, чтобы наш чай остыл. Я бы хотел уделить время строительству нашего моста до работы.

Глава 14

Настало время Эшли окончательно заткнуть Марианн, а значит, готовиться к настоящему свиданию на презентации нового завода по производству джина. Практически все время они провели в четырех стенах, после того как Маркус вернулся с работы в пятницу, и только пару часов назад пошли покупать ей вечернее платье. Затеряться в ощущениях, которые они дарили друг другу, лучше, чем волноваться обо всем мире и даже необходимости питаться, хотя Маркус при любой возможности настаивал на том, чтобы насладиться кокосовым тортом.

Их отношения в тот момент казались восхитительно простыми, хотя и повисшими. Лила должна была вернуться домой в понедельник утром, в тот же день по плану Эшли возвращалась к себе, а ее новые строители должны будут в тот же день продолжить ремонт. По поводу будущего она даже не задумывалась.

Эшли нанесла макияж, расстегнула серебряный чехол и достала платье из черного шелка. Хватит ли ей духу его надеть? Маркус едва не распустил слюни, когда она вышла в нем из примерочной.

– Мы берем его.

– Ты даже не спросил, нравится ли оно мне.

– Я в восторге. И заплачу за него.

– У меня тоже есть деньги, и предостаточно.

– Слишком поздно. Она уже провела покупку по моей карте.

Она поцеловала его тогда. Нежное прикосновение губ, легкое, как ткань платья. Не более. Маркус выиграл этот раунд. И она совсем не против.

Теперь на руках появились мурашки от того, как скользил по коже материал платья. Она посмотрела в зеркало и покраснела от мысли о том, что Маркус увидит ее такой. Гладкий шелк подчеркивает все изгибы – бедра, ягодицы, грудь. Интересно, что случится, если Маркус обнимет ее в этом наряде. Эшли ощущала себя обнаженной. Его прикосновения томительно чувственны.

Она надела туфли на высоких каблуках и убрала волосы в элегантный пучок. Маркусу понравилось, как она подобрала волосы на вечеринку по случаю премьеры шоу. Неужели он заметил? Приятно это осознавать, несмотря на то что ночь закончилась плохо.

Эшли медленно пошла по коридору, предвкушая встречу с Маркусом. От приятного волнения сбивалось дыхание. Как он отреагирует на ее наряд? Он так чарующе прекрасен.

Маркус обольстительно улыбнулся. Хитрый лис, заприметивший пушистого зайчика, который сам шел ему в лапы. Да, она станет его зайкой, если он хочет.

– Ты выглядишь восхитительно.

Обезоруживающе прекрасный голос.

Эшли выронила клатч. Помада покатилась по полу. Она наклонилась поднять тюбик одновременно с Маркусом. Оба склонились к сумочке, глядя друг другу в глаза. По крайней мере, мгновение. Потом его взгляд упал на ее декольте. Эшли не стала скромничать, позволяя ему насладиться этим, не желая никуда идти сегодня.

«Смотри. Смотри сколько хочешь. А потом поцелуй меня, черт возьми. Сорви с меня платье».

Но слова застыли у нее на губах.

– Спасибо. Должна сказать, ты в этом костюме тоже играешь нечестно. Будто глушишь динамитом рыбу.

– Зато я ощущаю себя завоевателем мира посредством изготовления джина.

– Хорошо. Именно так ты и должен ощущать себя.

Он улыбнулся, завершив близкую к горизонтальному положению встречу, протянул ей руку и помог подняться.

– Нам нужно выходить. Не хочу опоздать. Это платье должно быть вне закона.

– Технически оно твое, Чемберс. Я не виновата.

– Каждая минута, проведенная в тюрьме, будет стоить того.

Они спустились в подземную парковку, где ожидал лимузин. Время летело незаметно. Моментами они молчали, и эта тишина успокаивала Эшли. Маркус все больше волновался, стучал костяшками пальцев по стеклу и смотрел на мир за окном.

– Нервничаешь?

– Да. Я очень радею за нашу компанию. И хочу, чтобы отец мной гордился. Поэтому нужно справиться с этим интервью. Отец всю жизнь ждал, чтобы историю нашей компании опубликовали в журнале. Это большой прорыв, не считая премьеры нового сезона твоего шоу. Это тоже огромное событие.

– Понимаю. Это интервью очень важно для тебя. И ты с ним справишься на отлично.

– Увидим. Подобные ситуации меня зачастую сковывают. Мне не нравится продавать себя. Предпочитаю, чтобы за меня говорил джин.

Машина остановилась перед заводом. На мгновенье Эшли усомнилась в том, что ее платье здесь будет уместным. Но это вечер Маркуса, а значит, нужно сделать его счастливым, и, очевидно, платье этому способствует.

Они выбрались из машины, их встретили папарацци. Грейс в очередной раз отлично выполнила свою работу, потому что фотограф сайта Марианн оказался среди них.

– Приветствую всех, – объявил Маркус, взяв Эшли за руку под яркие вспышки фотографов. – Не стойте долго снаружи. Внутри самое интересное. И не забудьте присоединиться к нам для дегустации джина «Чемберс номер 9».

Он приобнял ее за талию и поцеловал в щеку, его теплые губы остались на коже чувственным следом. Эшли решила расстроить планы Марианн, но не смогла избавиться от ощущения, что этот поцелуй значит намного больше, чем секс или игра на камеры. Он прикасался к ней так, будто хотел защитить, удержать рядом с собой.

Эшли заметила сестру Маркуса Джоанну, внешне походившую на брата, высокую и невероятно привлекательную копию в женском обличье.

– Джо, это Эшли, – представил Маркус.

Сестра ударила его по руке.

– Конечно, это она. Я так рада нашей встрече. Маркус много о тебе рассказывал. Ты был прав. В жизни она еще прекраснее.

Эшли не знала, что сказать, только посмотрела краем глаза на Маркуса.

– Так оно есть.

Джоанна взяла Эшли за руку.

– Пойдем, Эш. Я отведу тебя в главный зал для дегустации, и мы сможем пообщаться с журналистами. Оскар Пруйтт уже ожидает Маркуса.

– Он ожидает? Черт возьми, Джо, почему ты мне не сказала?

– Не будь паникером. Когда он пришел, ты был еще в дороге. Я отвела его в комнату для дегустации пару минут назад. Он ясно дал понять, что рассчитывает получить частный тур по заводу для вас двоих. Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы вам никто не мешал.

Джоанна похлопала его по плечу. Маркус тяжело выдохнул, сжал руку Эшли и быстро поцеловал ее в лоб. Его волнение было заметно.

– Развлекайся, дорогая, встретимся немного позже.

Она схватила его руку, пока он не ушел.

– Оскар Пруйтт даже не подозревает, что его ожидает. Ты производишь лучший в стране джин и знаешь о нем абсолютно все. А теперь иди и заставь отца гордиться тобой.

– Откуда ты такая пришла, Эшли Джордж?

– С другого конца коридора, помнишь?

Он усмехнулся.

– Ох, точно.

В зале для дегустации было шумно и много народу. В самом конце зала был установлен бар из темного дерева, за которым управлялись два бармена. Стена за их спинами была заставлена полками с бутылками джина «Чемберс номер 9» и оригинального джина компании. Отсюда открывался вид на производственную часть завода, их разделял огромный стеклянный барьер. Джоанна указала на невероятных размеров металлические баки и два необычных медных перегонных куба, за которыми Маркус гонялся на аукционах и заплатил круглую сумму.

Пятидесятифунтовые мешки с девятью растительными ингредиентами, необходимыми для создания «Чемберс номер 9», лежали повсюду. Апельсиновая цедра, кориандр и, конечно, ягоды можжевельника, главный продукт.

– Огромное тебе спасибо, – сказала Джоанна. – И я рада, что он перестал отталкивать тебя.

– Прости?

– Ты понравилась ему, едва он переехал в дом. Я рада, что он наконец взялся за ум.

Она нравится Маркусу с тех пор, как он переехал в соседнюю квартиру? Правда? С тех пор в их отношениях произошло так много конфликтов.

– Наши проблемы начались с первого свидания. Я рассказала ему глупую историю о том, как меня бросил парень, потому что я не была готова к семье и детям. Думаю, это было связано с Лилой. Прекрасно его понимаю. Не стоило это обсуждать на первом свидании.

– Он может иногда перегибать палку. Ты бы видела, через какие испытания он заставил проходить няню. Я думаю, ей было бы проще устроиться на работу в секретную службу. Он защищает Лилу, это настоящая трудность, но ты ведь умная женщина. Уверена, ты сможешь с этим справиться, если захочешь.

Эшли кивнула, обдумав все, что рассказала Джоанна.

– И что? Ты этого хочешь?

– Я хотела бы попытаться.

– Хорошо. А теперь приступим к работе.

Эшли сопровождала Джоанну от одного стола к другому. Они общались с писателями и журналистами, смеялись с продавцами алкогольной продукции, наслаждались коктейлями. По залу сновали официанты с закусками на подносах. Казалось, мероприятие проходило на славу. Однако Джоанна беспокойно посматривала на часы.

– Маркус должен уже закончить. Пошел час с тех пор, как они завершили экскурсию по заводу. У нас будут большие неприятности, если все сложится плохо. Возможно, мне стоит пойти узнать, как у них дела.

Один из сотрудников что-то прошептал ей на ухо.

– Черт возьми. Я вернусь через минуту. Ты не против того, чтобы пройтись до комнаты для дегустации, убедиться, что с Маркусом и мистером Пруйттом все в порядке?

– Ох, конечно.

– Замечательный расклад. Мистер Пруйтт спрашивал о тебе. Возможно, ты могла бы с ним немного пообщаться.

О чем они могут поговорить? Правда, Эшли знает, как в любой ситуации поддержать беседу.

– Это вниз по коридору?

– Да. Правильно.

Маркус был наслышан о тяжелом характере Оскара Пруйтта – строгий, высокомерный, принципиальный и со вкусом, не упускает возможности показать, что находится выше всех. Маркус думал, что за тем просто закрепилась такая репутация, а в действительности он приятнее в общении. Но ошибся. Оскар задал сотню каверзных вопросов, вникал в мельчайшие подробности, делал все что угодно, чтобы вывести из равновесия. Это стало настоящим испытанием, Маркус надеялся, что произвел впечатление стойкого, сильного человека и определенно сделал все возможное, чтобы показать себя таковым.

– Почему бы нам не перейти к дегустации?

«Пожалуйста, мне сейчас, как никогда, нужно выпить».

Он выставил на стойку четыре бокала, их сужающаяся вверх форма позволяла аромату растительных компонентов концентрироваться, а ножка была предназначена для того, чтобы тепло рук не влияло на температуру и вкус джина.

– Я думаю, вы будете впечатлены вкусом. – Маркусу не нравилось рекламировать продукт, но сейчас это необходимо. Отец сомневался в правильности решения и вообще в продвижении джина на американском рынке.

Мистер Пруйтт, истинный приверженец традиций, имел на этот счет схожее мнение.

– Ваш отец называет новый продукт современной интерпретацией старого любимого напитка, считает его великолепным.

Маркус широко улыбнулся. Похвала отца значит для него слишком много. Ему пришлось вложить собственные деньги, но отец сделал еще больше, позволил сыну отойти от традиционного рецепта 1902 года.

– Конечно, я сказал вашему отцу, что решу для себя сам. Но думаю, я понимаю его старания. Я всегда поддерживаю моих детей.

Оскар надел очки для чтения, внимательно наблюдая за тем, как Маркус открывает первую бутылку.

Попробовать напитки – лучший способ показать ему, что «Чемберс номер 9» современный джин, тесно связанный с традициями компании.

Маркус наполнил бокалы, добавил в каждый немного воды, чтобы разбавить алкоголь и высвободить аромат.

– Я уже говорил, для создания нового джина мы используем не семь, как раньше, а десять растительных ингредиентов. В рецепт добавлены тмин и бузина.

Оскар нахмурился, его скептицизм был очевиден. Маркус даже чуть было не спросил, всю ли свою жизнь тот так осторожен.

– Вкус интересный. На удивление.

По крайней мере. Оскар не выплюнул напиток.

– Должен сказать, Чемберс, я теперь понимаю, к чему мы стремились. Не в моих привычках использовать это слово, однако новый продукт впечатляющий.

Маркус выдохнул. Отец получит историю, о которой так долго мечтал.

– Стоит ли нам закончить с интервью?

Эшли шла по длинному коридору в частную комнату для дегустации. Цоканье каблуков раздавалось эхом в коридоре, где царила полная тишина. Дверь была открыта, оттуда доносились голоса.

– Пожалуйста, не говорите так о ней, мистер Пруйтт.

– Это вполне логичный вопрос. Вы покинули родину ради Нью-Йорка и никудышной американской культуры?

– Это не то. Вы спросили, почему я решил связаться с мисс Джордж в личном и профессиональном плане.

Сердце Эшли бешено забилось в груди, кровь отхлынула от лица.

– Она звезда реалити-шоу. Кажется, ваша компания решила удешевить собственный образ, чтобы добиться успеха. Честно говоря, я в шоке от того, что столь порядочная семья, как ваша, опустилась так низко.

Неужели так о ней думают люди? Или только этот высокомерный мерзавец? Она готова поставить собственные деньги на второй вариант, но это не успокоило. Маркус был так рад и взволнован в ожидании этого интервью, а все складывается плохо. И все из-за нее.

Эшли прижалась к стене около двери и слушала их разговор.

– Не могу поверить, что вы такой сноб. Учитывая, что живете в Америке уже полгода. И вы ее даже не знаете. Она трудолюбивая и старательная. Снимается в шоу. И не притворяется, а действительно любит помогать людям обретать любовь. У нее отлично получается. Если в этом есть что-то позорное, то так думаете только вы.

Эшли охватили эмоции, сердце наполнилось теплом. Маркус восхищается ею. Более того, защищает ее.

Мистер Пруйтт засмеялся, но в его смехе не было ни легкости, ни веселья. Скорее покровительственность и высокомерие.

– Думаю, кое-кто находится под каблуком и не в состоянии здраво мыслить.

– Ну все! – закричал Маркус резко и громко. – Убирайтесь отсюда, или я сам покажу вам дорогу.

– Вы прогоняете меня с интервью? Ваш отец долгие годы гонялся за мной, чтобы я написал историю компании «Чемберс джин», а что делаете вы, когда я согласился? Не думаю, что он обрадуется, когда об этом услышит.

Нет. Нет. Нет.

Эшли закрыла глаза, умоляя Маркуса успокоиться. Она знала, какой он, когда злится. Словно в него вселилось воплощение гнева.

– Отец учил меня защищать честь леди. Если у вас иная точка зрения, в интервью нет смысла.

– Мисс Джордж дурно на вас повлияла.

Как ей поступить? Если замешкается, все потеряно, придется столкнуться лицом к лицу с человеком, который говорил о ней нелицеприятные вещи. Быстро ретироваться или гордо зайти в комнату, спасти Маркуса, принять удар.

На лице Пруйтта промелькнуло удивление, когда она вошла, покачивая бедрами и сладко улыбаясь.

– Ох, здравствуйте. Вы, должно быть, мистер Пруйтт. – Она склонилась, позволив платью обнажить чуть больше кожи. Да, тошно находится в его присутствии, тем не менее приятно увидеть замешательство на его лице. – Я Эшли Джордж. Рада познакомиться, сэр. Слышала о вас много хорошего. – Она пустила в ход все свое очарование, даже сводило зубы, посмотрела на Маркуса, продолжая улыбаться.

– Эшли, ты была в коридоре?

– Была недолго. Услышала, как мистер Пруйтт сказал, будто я дурно на тебя повлияла.

Маркус моргнул. Пруйтт прочистил горло. Эшли пыталась найти выход, размышляя над тем, как не спустить Пруйтту его бестактность, но при этом спасти интервью.

– И подумала, что это самый милый способ описать наши отношения. Мы с Маркусом сходим с ума друг по другу. А теперь давайте поговорим о джине. Мне сейчас не помешало бы выпить.

Глава 15

Когда Эшли вошла, Маркус даже не подозревал, чем все обернется, оставалось только держаться. В итоге Оскар оказался полностью очарован Эшли. Сначала осыпал ее оскорблениями, потом называл самой восхитительной женщиной, говорил о «Чемберс номер 9» как об «изысканейшем» напитке и укорял себя за то, что не стал постоянным зрителем «Свахи с Манхэттена». Когда они прощались, уверил Маркуса, что на обложке следующего выпуска журнала «Интернэшнл спирите» будет заголовок самой хвалебной рецензии, которую он когда-либо писал. Эшли спасла «Чемберс джин» от неминуемой катастрофы, а еще важнее, Маркуса от самого себя, остановила его, не позволила разочаровать отца. Весь вечер он не мог вспомнить, был ли когда-нибудь так же сильно возбужден женщиной. Из-за ее искусного представления, умопомрачительного платья и чувства облегчения, что интервью осталось позади, хотелось только одного – ее, полностью обнаженную, в его постели.

– Мне нужно быстро отвезти тебя к себе домой, – объявил он.

– А твоя вечеринка?

Он приложил палец к ее губам. От одного этого прикосновения кровь закипела в венах.

– Джо сможет обо всем позаботиться. А мне нужно позаботиться о тебе. Пойдем отсюда.

Маркусу удалось уговорить сестру принять на себя бразды правления, и они поспешили к лимузину. Он наконец ослабил узел галстука.

– Ты была просто восхитительна, Эшли. Превосходна. Не могу выразить, насколько потрясающим было твое выступление. – Он взял ее за руку, медленно блуждая по ней взглядом. Она невероятно красива, внешне и внутренне, и не перестает его удивлять.

– Я не могла позволить тебе испортить интервью из-за меня. Пришлось вмешаться.

Он водил пальцем по ее руке.

– Но ты слышала, как отвратительно он о тебе отзывался. Как тебе удалось не впасть в гнев?

– Люди отзываются обо мне и похуже.

– Но ведь тебя все любят. Просто без ума от тебя.

– Поверь, не все любят сваху с Манхэттена.

– Не сваха с Манхэттена спасла меня от самого себя. Это сделала ты. Встретилась лицом к лицу с Оскаром и его высокомерной жестокостью и изменила все, потому что была самой собой. – Слова застыли на кончике языка. Не слишком ли быстрое развитие событий для нее? Если учесть разрыв с бывшим парнем, не слишком ли рано говорить о том, как быстро и бесповоротно он влюбляется в нее? Ему нравится в ней все?

– Я не могла тебя подвести.

– Не могу представить, чтобы ты меня подвела. – Он припал к ее губам в нежном поцелуе.

– Ты уверен, что не говоришь мне все только из-за платья?

Он тихо рассмеялся.

– Перед этим платьем действительно невозможно устоять, но я уверен, дело не в нем.

Он положил руку ей на плечо и притянул к себе. Эшли обняла его за талию, подняла на него свои прекрасные глаза, заставив забыть о реальности. Он запечатлел в памяти каждую яркую крапинку ее зрачков, каждый взмах ресниц. Тело реагировало на близость этой женщины, внутри его словно раздавался низкий гул, как от трансформаторной будки.

«Она так восхитительна. И я по уши влюбился».

Его дыхание стало частым и неглубоким. Было просто нереально вдохнуть кислород. Эшли притягивал его к себе с невероятной силой. Мыслить здраво, когда она так близко, стоило титанических усилий, но он не хотел ничего начинать в машине. Надо поскорее привезти ее домой, снять платье и всю ночь заниматься любовью.

В столь поздний час транспорта на дорогах было мало, поэтому они быстро добрались до дома. Едва закрылись двери лифта, Эшли практически прижала Маркуса к стене.

– Ты так тер платье о мою кожу, что я просто сошла с ума. Тебе действительно нужно было делать это в машине?

Она страстно поцеловала его, прикусив нижнюю губу. Низкий стон вырвался из груди Маркуса. Он с такой же дикой страстью целовал ее в ответ, поднимая подол платья и сгорая от желания дотронуться до обнаженного бедра.

– Кажется, у меня теперь неприятности. – Он обхватил ее грудь.

Двери лифта распахнулись. Мгновение, которого он так ожидал, было уже близко, однако казалось, он не может затащить Эшли в свою постель достаточно быстро. Брюки стали тесными, как вообще ему удавалось дышать и стоять прямо? Маркус схватил Эшли за руку и широкими шагами направился в свою квартиру. Она поднялась на цыпочки, ее теплое дыхание сводило с ума. Наконец ключ вставился в замок. Маркус, не теряя времени, обнял ее и припал к губам в жарком поцелуе. Они словно кружились в танце, как в ночь вечеринки. Миновали таким образом прихожую, гостиную и коридор. Галстук, пиджак и рубашка полетели на пол. Все в Эшли пробуждало в нем первобытные необузданные инстинкты. Ему необходимо овладеть ею. Телом и душой. Прямо сейчас. По венам разливался огонь, желание становилось невыносимым.

Она подняла руки, Маркус задрал ее платье. Казалось, он распаковывает подарок, награду, которую хотел заполучить. Часть платья собралась вокруг ее запястий, остальная часть струилась по спине. Даже в сумрачном свете комнаты от ее кожи исходило легкое сияние. Он наслаждался женственными изгибами.

– С тобой все в порядке? – спросил он, украв у нее поцелуй.

– Все замечательно.

Он обхватил ее грудь, бархатная кожа словно таяла от этого прикосновения, повинуясь движениям пальцев. Чувствительные нежно-розовые соски затвердели. Всякий раз, когда его пальцы теребили их, они наполнялись теплом.

Маркус поднялся.

– Не двигайся. И держи руки над головой.

Эшли сжала шелковый материал платья.

– Все, что ты захочешь.

Он быстро разделся, наблюдая, как она смотрит на него.

– Ты просто восхитительно выглядишь без одежды. Знаешь это?

– Я могу то же самое сказать про тебя, милая. – Еще никогда Маркус так сильно не желал женщину, казалось, он может провести всю жизнь, изучая ее тело, раскрывая его тайны.

– Мы можем не снимать туфли?

– Ты ведь понимаешь, что они сдавливают мне пальцы?

– Правда. – Он нахмурился. Черт. Тогда в другой раз. – Мы не можем этого позволить. – Он расстегнул маленький серебряный ремешок и снял ее туфлю, потом вторую и лег рядом с Эшли. – Я хочу к тебе прикоснуться. Могу я теперь двигать руками? – спросил он, и погладил ее живот.

– Еще нет.

Казалось, сердце Эшли бьется где-то в районе горла. Маркус был таким горячим, когда управлял каждым ее движением. Возможно, отчасти поэтому она никогда не теряла надежду на отношения, даже когда они вечно спорили.

Его ладонь скользнула под ее черные шелковые трусики. Он продолжал смотреть ей прямо в глаза. В тот момент он мог заполучить абсолютно все, что хотел.

Теперь она была полностью обнажена, он накрыл ее своим телом, покрыл каждый сантиметр горячими поцелуями, добрался до груди, обхватил губами соски, лаская возбужденную плоть. Нежно поцеловал шелковистую кожу между грудей. Каждое прикосновение было так важно для нее, словно она продолжала дышать по его велению. Он провел губами по ее телу, поцелуи становились более глубокими, долгими и влажными. Эшли резко вздохнула, когда он сильнее раздвинул ей ноги, поцеловал горячее лоно. Мир перестал существовать. Маркус неторопливо изучал ее нежную возбужденную плоть губами и языком. Она подняла бедра, не в состоянии удержаться, чтобы не прикоснуться к нему. Откинула платье и запустила пальцы ему в волосы. Наслаждение нарастало быстро, Эшли не была уверена, сможет ли продержаться дольше. Казалось, она вот-вот взорвется, серьезно обеспокоенная тем, что, если это произойдет, сдавит ему голову коленями.

– Маркус! Я хочу почувствовать тебя внутри.

Он не торопился заканчивать ласки до тех пор, пока у нее не закружилась голова. Эшли сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, чтобы следующий этап продлился долго. Маркус достал презерватив.

– Позволь мне это сделать. – Она присела на кровати.

– С радостью.

С его губ сорвался низкий хриплый стон. Эшли стала гладить возбужденную плоть, наблюдая за реакцией Маркуса, когда сомкнула ладонь немного сильнее. Прикосновения стали более нежными, и это сводило его с ума еще сильнее. Ее пальцы медленно ласкали его по всей длине. Эрекция стала еще тверже. Вряд ли он выдержит эти сладкие пытки, поэтому она надела на него презерватив.

Маркус обхватил ее лицо и овладел губами в горячем глубоком поцелуе, словно пытался напиться самой ее сущностью. Эшли проделала то же самое, наслаждаясь каждым его прикосновением, потом легла на спину и обхватила коленями его бедра.

– Я хочу тебя, Маркус. Займись со мной любовью.

– Ты нужна мне, Эш. – Он медленно вошел в нее.

Чем выше поднималась она, тем глубже он проникал, пока полностью не наполнил ее, удерживая за ягодицы. Она обхватила ногами его за талию, теряясь в наслаждении, которое он дарил.

Маркус оказался так глубоко внутри, что у Эшли закружилась голова. Он ускорил движения, толчки стали глубокими и сильными, довел ее до состояния, в котором она находилась пару минут назад. На грани взрыва. Ее дыхание стало неглубоким, словно она задыхалась. Он дышал быстро и тяжело, губы были приоткрыты, глаза крепко сомкнуты, словно от транса наслаждения. Она хотела чувствовать на себе его губы, держать его лицо в руках, когда он отдастся во власть страсти, ощутить эту близость.

– Поцелуй меня, – задыхалась она, сжимая в руках простыню, осознав, насколько близка к оргазму.

Маркус обнял ее, лег так, что они оказались лицом друг к другу. Их губы сошлись в жарком поцелуе. Он продолжал двигаться глубоко внутри ее, даря еще больше наслаждения. Ее мышцы сжались, она больше ничего не могла сделать, отдалась во власть ощущениям. Оргазм настиг молниеносно, подобно тигру, атакующему жертву. Маркус быстро последовал за ней, крепко сжав в объятиях.

Эшли нежно гладила его по щеке, ощущая щетину, чувствуя, как улыбаются его губы в поцелуе.

«Я люблю его».

Если бы только она могла быть уверена, что не подведет его…

Глава 16

Маркус проснулся некоторое время назад и лежал, наслаждаясь красотой Эшли, которая еще спала, счастливый, что встретил ее.

Эшли зашевелилась, потянулась, выгнув спину и поворачивая голову из стороны в сторону. Тонкий луч солнца просочился в комнату между занавесками. Было почти десять тридцать утра. Когда последний раз он просыпался так поздно в воскресенье? Точно до того, как родилась Лила.

Им с Эшли нужен сон. Они сполна воспользовались этой ночью, лишь изредка дремали, но потом один из них находил другого, руки блуждали по коже, губы соприкасались в жарких поцелуях, и наслаждение нарастало. Они идеально подходят друг другу, но наступил решающий день, по крайней мере, для него. Эшли собиралась вернуться к себе на следующий день. Их экспериментальные отношения увенчались абсолютным успехом, что стало настоящей неожиданностью.

– Доброе утро, – сонно пробормотала она, прильнув к нему и положив голову ему на грудь.

– Доброе утро.

Маркус провел рукой по ее спине и поцеловал в лоб. Мысли о том, что их ждет дальше, были наполнены осторожной надеждой, но он готов на все, поскольку уже и не надеялся на будущее. Кроме того, какие испытания ожидают Лилу.

Нельзя, чтобы его малышка страдала, хотя некоторых травм и не избежать, ведь однажды она поймет, что биологическая мать приняла решение уйти от нее, не увидеть ее первых шагов, первого класса, первого свидания с первым парнем, господи ему помоги. И если в этом мире есть справедливость, то Лила вырастет с двумя любящими родителями, которые смогут смягчить этот удар.

Присутствие дочери напомнило ему о том, что мир прекрасен. А теперь и Эшли. Что-то внутри пробудилось, какая-то часть, которой его, как он думал, лишила Эль. Он ослабил защиту, и любовь пришла сама. Правда, оставались еще две части чудесного пазла, которые необходимо собрать, и это пугало больше, чем что-либо в прошлом. Но иначе нельзя. Эшли идеальна для него, однако неизвестно, как поладит с Лилой. К тому же она сама не уверена, что сможет справиться с материнством. А у него выбора нет, только покончить эти отношения, если все пойдет не так. Да, он снова окажется в аду, из которого с трудом удалось выбраться в первый раз.

Завтра придут рабочие, а значит, Эшли будет двигаться вперед в жизни, где нет Маркуса и Лилы. Он старался успокоиться и придерживаться комфортного для нее ритма, хотя это невероятно сложно. Хотелось бежать навстречу счастливому концу истории, не ждать, что все само собой сложится. Настало время озвучить то, что больше держать в себе невозможно.

– Чем ты хочешь заняться сегодня? – Эшли положила подбородок ему на грудь, улыбнулась, потянулась и стала ворошить волосы на его груди.

Ее улыбка напомнила о том, что он хочет находиться в реальности. Эшли единственная и любимая женщина. Он взял ее за руку, тайно желая, чтобы у него оказалось обручальное кольцо, которое он смог бы надеть ей на палец.

– До того как мы начнем составлять планы, я хотел бы сказать то, что должен был сказать несколько дней назад.

– Хорошо.

Неуверенность в голосе указывала на то, что он мог напугать ее своими словами, однако нужно продолжать, несмотря на то что сердце готово вырваться из груди.

– Я люблю тебя.

На ее губах расцвела улыбка, и он вздохнул с облегчением.

– Я уже начала думать, что придется сказать это первой.

– Серьезно?

Она кивнула:

– Я тоже тебя люблю, Маркус, так сильно, что, кажется, из моих глаз вылетают сердечки, как в мультиках каждый раз, когда я на тебя смотрю.

Он засмеялся, ее слова согрели ему сердце. Умеет она необычно описывать чувства.

– Я смотрю на тебя и понимаю, что мир становится лучше. Даже не так, он становится идеальным.

На ее щеках появился румянец.

– Это так мило. Ты хочешь, чтобы я заплакала.

– Не плачь. Я хочу сделать тебя счастливой.

Она нежно поцеловала его губы.

– Ты и так это делаешь. И у меня есть в чем покаяться. Думаю, все это время я влюблялась в тебя.

Подумать только, все это время они находились в одинаковом положении.

– Я тоже. Иногда вел себя как мерзавец. Прости меня, но было сложно видеть тебя и понимать, что ничего не получится.

А получится ли у них? Справятся ли они? Будут ли вместе навсегда?

– Я тоже не всегда вела себя порядочно, думаю, что нам нужно забыть об этом времени и начать с чистого листа.

Она снова улыбнулась. Она всегда была полна жизни, но сейчас показала ему целую вселенную возможностей, надежду на будущее.

– Не могу не согласиться. Поэтому хочу позвонить Джоанне и попросить ее привести Лилу домой раньше, чтобы мы провели день вместе. Только мы втроем.

– Правда?

– Поговори со мной. Расскажи о своих мыслях.

Эшли принялась теребить край одеяла.

– Рада, что ты наконец доверился мне и разрешил находиться с ней, но я солгу, если скажу, что совсем не переживаю по этому поводу. Я не настолько наивна, чтобы полагать, будто самое большое препятствие в наших отношениях легко преодолеть.

У него болезненно скрутило живот, но он постарался не обращать на это внимание. Эшли не Эль. Он знает это. Но все же.

Эшли и Лила еще не проводили время вместе. И виной всему его упрямство и желание защитить дочку, но он никогда не думал, что влюбится по уши. Теперь он жалел, что вел себя так. Теперь уже ничего не исправить. Нужно надеяться, что все сложится как надо. Если этого не произойдет, вины Эшли в этом не будет.

– Я не хочу, чтобы ты волновалась. Мы просто проведем вместе воскресенье.

Она медленно кивнула, но он словно видел, как в ее голове закрутились шестеренки. Она терялась в мыслях о том, что может произойти с ними, и обычно накручивала себя до паники. И именно по этой причине он не стал поднимать тему брака и разрыв контракта с ее новыми строителями.

– И что потом? Не могу избавиться от ощущения, что это тест, Маркус. А если я его провалю? Ты скажешь мне прости-прощай, и я останусь только соседкой мужчины, которого люблю, но с которым не могу быть вместе?

– Теперь ты понимаешь, в какой непростой ситуации я все это время находился.

– Я всегда понимала твою ситуацию. Но мне нужно, чтобы ты преподнес все иначе, или я всегда буду ощущать себя посторонней. Любые сомнения с моей стороны нельзя рассматривать как страх ответственности, налагаемой материнством, хотя признаю, страх есть, но я смогу с ним справиться. Меня больше пугает то, что я могу причинить тебе боль, как Эль. Если я также тебя разочарую, это меня убьет. И тогда мы останемся с разбитыми сердцами.

Маркус стал массировать лоб. Приступить к выполнению плана – единственный способ все понять. Они не могут прятаться в квартире вечно. Жизнь продолжается. Им тоже нужно двигаться вперед. Это единственный способ получить то, что он действительно хочет, – целую жизнь с Эшли.

– Мне нравится, что ты любишь меня и не хочешь причинять боль. Но я не могу прекратить любить тебя, Эшли. Мы не может вернуться назад. Единственный путь ведет вперед.

– Хорошо. Звони Джоанне. Пусть Лила вернется домой раньше.

К тому моменту, как в дверь постучали, Эшли превратилась в комок нервов.

– Они приехали. – Маркус поспешил к двери.

– Дай, дай, дай, – бормотала Лила сладким голоском, чуть не вырываясь из рук Джоанны к отцу.

– Моя девочка. – Маркус прижал ее к груди, надежно удерживая на руках.

Вряд ли Эшли когда-либо видела такую чистую любовь между родителем и ребенком. В ее глазах появились слезы. Маркус потерся носом о нос малышки, как на фотографии, которая стояла в спальне. Лила захихикала. Смех Маркуса поднимался из глубины груди.

Казалось, она нарушает идиллию одним своим присутствием. Достаточно ли она хороша, чтобы стать частью этой семьи? Достойна ли того, чтобы провести хотя бы секунду с Маркусом и Лилой? Он переживает о том, чтобы подарить Лиле замечательную жизнь, и у него это уже получилось. У малышки есть отец, готовый на все, чтобы защитить ее и сделать счастливой.

Эшли встретилась взглядом с Джоанной, которая также вытирала слезы. Их разговор на заводе все еще был свеж в памяти, и на простой вопрос – хочешь ли ты попытаться, ответом стало твердое «да», несмотря на страх.

– Я ухожу, позволяя вам троим провести этот день вместе, – объявила Джоанна и поцеловала Лилу в щеку. – Скоро увидимся, моя сладкая. А ты, брат, не будь занудой.

– Что это значит?

– Сам знаешь. Повеселитесь сегодня вместе.

Маркус с малышкой на руках подошел к Эшли.

– Это Эшли, я хочу, чтобы вы провели вместе много времени. Очень-очень много.

Лила не заинтересовалась знакомством. Ее внимание было обращено на корзину с игрушками, и она указала на нее ручкой, болтая ножками в воздухе. Маркусу стало непросто удержать ее на руках.

– Все нормально, – сказала Эшли.

Маркус опустил Лилу на пол. Малышка подтянулась на ногах, хватаясь за корзину, стала доставать игрушки и одну за другой бросать их на пол.

– Ей нравится распаковывать вещи.

Сосредоточенность малышки заставила Эшли улыбнуться. Она присела на пол рядом с корзиной и достала мягкую игрушку.

– А это кто?

Лила серьезно смотрела на нее, держась, чтобы не упасть, за край корзины. Она забрала зверька из рук Эшли и бросила к остальным игрушкам.

– Вот, значит, что это за игра. – Эшли достала резиновый мяч. Лила уже не очень осторожничала, забрала игрушку и добавила ее к куче на полу.

– Да. Мы не станем играть до тех пор, пока все игрушки не окажутся на полу. И никак раньше, – объяснил Маркус. – Это правила Лилы. Я просто им подчиняюсь.

– Ты воспитала своего папу. Умная девочка.

Эшли нашла любимого плюшевого зайчика. Лила засияла, когда она протянула его ей.

– О, посмотри, Лила, Эшли нашла мистера Кролика.

Девочка положила мистера Кролика на пол, но отдельно от остальных игрушек, и снова принялась забираться глубже в корзину.

Маркус схватил ее за кофточку со спины.

– Вот поэтому я всегда волнуюсь, что она упадет в корзину головой вниз. Становится непросто, когда мы добираемся до дна.

Лила попыталась высвободиться от Маркуса, отпустила край корзины и тут же опустилась на пол. Эшли перевернула корзину, и высыпала оставшиеся игрушки.

– А если я сделаю так?

Глаза Лилы округлились. Она смотрела на Эшли и не шевелилась. Эшли сама была парализована страхом – а вдруг ребенок заплачет. Лицо малышки восхищенно засияло. Она захихикала так сильно, что задрожали плечики, и на четвереньках поползла к куче игрушек, взяла кубик и протянула его Эшли, та кинула его обратно в корзину. Лила засмеялась и поползла за другой игрушкой.

Маркус закачал головой, улыбаясь.

– Доверь дело тебе, и ты умудришься придумать новую игру.

– Я просто следую ее подсказкам. – Эшли кидала игрушки в корзину, а когда та переполнилась, снова перевернула ее, игрушки рассыпались по полу. Лила чуть ли не каталась по полу от смеха.

Маркус присоединился к ним. Они играли в эту новую игру целый час, пока Лиле не надоело и она не стала ползать по квартире. Они с Эшли следовали за малышкой, изучающей все вокруг. Поднималась на ножки, держась за диван или журнальный столик, делала неуверенные шаги. В один момент отпустила край дивана и потянулась к журнальному столику, пройдя это небольшое расстояние самостоятельно.

– Совсем скоро она уверенно пойдет, – заметила Эшли.

– Знаю. Все происходит так быстро. Садись. Ты, должно быть, устала.

– Да, до меня начинает это доходить.

Маркус обнял Эшли за плечи, притянул к себе и поцеловал в лоб. Лила обратила на них внимание, повернулась и, положив руки на колени отца, стала подпрыгивать на месте.

– Хочешь подняться? – Он взял Лилу на руки и усадил ее к себе на колени, повернув лицом к себе. Лила прижалась к нему, уткнувшись щекой в его грудь, и посмотрела на Эшли. Ее большие карие глаза воспринимали все, взгляд был изучающим, оценивающим, но не осуждающим. Она просто вбирала информацию.

Эшли взяла ее за руку. Как ее настоящая мать могла оставить эти ручки, уйти от этого милого личика? Возможно, это добавляло боли, которую, должно быть, испытывала Эль, когда уходила. Сможет ли Эшли когда-нибудь заполнить эту пустоту?

– Теперь понимаю, почему ты так сильно ее защищаешь, держишься за нее и никогда не отпускаешь. Почему не хотел, чтобы я находилась рядом с ней.

– Пожалуйста, поверь, что я больше так не думаю. Я желаю больше всего, чтобы ты проводила с ней время, и надеюсь, ты полюбишь ее, как когда-то полюбила меня.

Эшли улыбнулась и придвинулась к нему ближе. Как можно не влюбиться в Лилу? Несколько часов с ней, и малышка уже заняла место в ее сердце.

Глава 17

Утром в понедельник Эшли была более печальной и взволнованной. Казалось, сердце весит пять тысяч фунтов. Сегодня она вернется к себе в квартиру, скоро за работу возьмется клининговая компания, чтобы отмыть все, а потом приедет новая бригада строителей, чтобы начать ремонт. Эшли боялась, что это приведет к разрыву. Сегодня все должно вернуться на свои места, но теперь ей казалось, что продолжать ремонт в квартире неправильно. Надо быть с Маркусом и Лилой. Но она перевела на счет новой строительной компании депозит в десять тысяч долларов. Огромная сумма, глупо ее лишиться, ведь отношения с Маркусом еще такие зыбкие.

В воскресенье она ждала, что он выскажет свое мнение. Он никогда не стеснялся в выражениях. Они провели замечательный день, и ей не хотелось его портить. Теперь она жалела, что не вытянула из него информацию. И что теперь?

Маркус вышел из кухни с Лилой и тяжело вздохнул.

– Только что звонила няня, у ее матери воспаление желчного пузыря. Они едут в больницу. Наверное, потребуется операция.

Эшли прикрыла ладонью рот.

– Это ужасно. С ней все будет в порядке?

– Думаю, да, но у меня нет запасного плана на этот случай, и с Лилой некому сидеть. У нас с Джоанной сегодня очень напряженный график.

– Я буду весь день дома разбираться со строителями и делами в квартире, но я умею делать несколько дел одновременно. Я посижу с ней. – Эшли потянулась за Лилой, малышка сама пошла к ней на руки. Серьезная победа.

– Ты уверена? Это очень большая ответственность, у тебя и без этого полно хлопот.

– Я буду носить ее на руках, если буду у себя, в остальное время мы поиграем здесь. Я придумаю, как сделать, чтобы все получилось. Не ты ли говорил, что хочешь, чтобы я проводила с Лилой как можно больше времени? Все будет хорошо. Иди на работу.

– Значит, сегодня новые строители приступают к работе. Это большой шаг вперед.

Эшли посмотрела на часы. Было восемь тридцать утра. Ему нужно на работу с минуты на минуту. Почему он поднял этот вопрос только сейчас, хотя мог бы и вчера?

– Да, большой шаг. Ничего не хочешь сказать по этому поводу?

– Не стану тебя переубеждать или уговаривать. Это было моей главной ошибкой, не собираюсь ее повторять.

– Я разрешаю.

«Пожалуйста. Пожалуйста, расскажи мне о своих мыслях».

– Я не хочу, чтобы ты волновалась или переживала, не собираюсь на тебя давить. Ты примешь правильное решение, а мне нужно с ним смириться. Хочу, чтобы ты помнила только одно.

– И что же?

– Я люблю тебя.

Это прозвучало как «уволь своих строителей».

– Я тоже тебя люблю, но хочу, чтобы ты рассказал о своих пожеланиях. Допустим, чтобы я уволила строителей, остановила ремонт.

– Я серьезно. Это трудно, но я хочу, чтобы ты приняла это решение сама. – Он поцеловал ее в щеку. – Мне нужно в офис.

Эшли вздохнула. Десять тысяч долларов.

– Хорошо. Я позвоню тебе позже.

Маркус ушел. Через сорок минут сотрудники пожарного департамента вернули ей доступ к квартире. Уборщики сразу же принялись за работу, приготавливая жилье к продолжению ремонта. Как все неправильно. Даже десять тысяч долларов, которые стояли на кону, не освобождали от мук совести.

Эшли покормила Лилу йогуртом и мягкими крекерами, они перевернули корзину с игрушками и сложили их обратно. Игра длилась почти час. Моментами Эшли волновалась, комфортно ли девочке в ее компании, но все шло хорошо. Просто замечательно, и она осознала, что больше не может использовать это как оправдание. У них с Лилой все будет в порядке, если она примет на себя эту ответственность.

В два часа у Эшли была назначена встреча с новыми строителями. Малышке пора было спать, она выглядела сонной. Эшли уложила ее в кроватку, включила радионяню и пошла на встречу. Фил, представитель строительной компании «Кох констракшн», ожидал в коридоре.

– Мисс Джордж. Приятно познакомиться. Почему бы нам не начать с обхода квартиры, заодно расскажете, что планировали сделать и что не совсем получилось.

Они начали обход. Уборщики трудились как пчелки. Кухня стояла в катастрофичном состоянии. Остальное было в хорошем состоянии, но стены повсюду придется перекрасить. Они прошли через гостевую спальню и кладовку и оказались в спальне Эшли. Лила зашевелилась и захныкала. Встреча с представителем строительной компании, конечно, важна, но дискомфорт Лилы важнее.

– Мне нужно проверить ребенка.

– Вы не должны слишком сильно его опекать. Обычно дети плачут до тех пор, пока не заснут.

«Плачут до тех пор, пока не заснут». Звучит ужасно. Стоит Лиле немного захныкать, и Эшли тут же готова сдаться. Очевидно, она во власти малышки и признает это.

– Да, но что я могу сказать? Я скоро вернусь.

Она помчалась по коридору, а когда пробегала мимо гостиной, заметила мистера Кролика, взяла его и поспешила к малышке.

– С тобой все в порядке?

Эшли прижала ее к груди, Лила уткнулась ей в шею. А как иначе? Девочка принимала заботу охотно и отвечала теплотой. Чудесное ощущение. Лила повернулась, Эшли почувствовала влажность на руке.

– О нет. Я забыла поменять подгузник перед сном. Идиотка. – Она нашла чистые штанишки и миленькую кофточку. – Нам нужно устроить шопинг. Твой отец ничего не смыслит в девчачьей моде. – Она дала Лиле мистера Кролика, чтобы было чем заняться, пока ей меняют подгузник и одежду.

Она справилась не быстрее всех на свете, но получалось неплохо. Взяв ребенка на руки, Эшли вернулась к Филу. А когда вошла в комнату и увидела стену, разделявшую их с Маркусом спальни, внезапно осознала, что нужно сделать. И не придется отказываться от десяти тысяч долларов и Маркуса с Лилой. Нужно снести стену.

У Маркуса зазвонил телефон. Эшли.

– Все в порядке?

– Вообще-то все замечательно. Я встретилась с представителем строительной компании и хотела бы узнать, сможешь ли ты вернуться домой пораньше и посмотреть на кое-что в моей квартире.

Что-то в ее квартире? Она все-таки сделает это?

– И это так важно?

– Да. Я думаю, тебе понравится. Просто возвращайся домой, точнее, ко мне.

В такси по дороге домой у него разболелась голова и сердце. Сможет ли он стать счастливым, или это ложная надежда? Хотелось верить, что все позади, ведь они прошли через столько испытаний.

Маркус постучал, Эшли с Лилой на руках быстро открыла дверь. Одного этого оказалось достаточно, чтобы он понял, что из нее получится отличная мама. Несомненно. Он поцеловал двух самых дорогим ему людей. Если Эшли собирается продолжать ремонт, они всегда смогут продать ее квартиру после того, как он сделает предложение. Если, конечно, она согласится. Самое важное сейчас не повторять ошибки прошлого. Он не будет подталкивать ее к тому, чего она не хочет.

– Пойдем, хочу тебе кое-что показать.

«Ты имеешь в виду место, где ты будешь спать без меня?»

– Я думал, ремонт в спальне завершен.

Он замер на месте, не в силах сделать ни шага.

– Если собираешься причинить мне боль, Эшли, лучше сделай это сейчас. Я чувствую себя так, словно ты тычешь мне в лицо своим будущим. Ты начала строить его для себя, а мы с Лилой находимся где-то на периферии. Это несправедливо по отношению к нам. И, честно говоря, несправедливо по отношению к тебе, ведь мы принадлежим друг другу. Я еще никогда не был в чем-то так уверен.

– Значит, решил высказать свое мнение? Наконец-то?

– Да. Я пытался держать его при себе, позволить тебе принять решение, не вмешиваясь, но не могу. Существует пятьсот причин, по которым тебе не нужно рассказывать о твоих роскошных идеях по обустройству квартиры.

– Давай я назову одну причину, по которой нужно продолжить этот разговор. Как думаешь, Лила, твоему папе пора прекратить вести себя как зануда и пройти с нами в спальню?

– Па, – сказала Лила, чем растопила его сердце.

Он был сражен тем, как хорошо Лила и Эшли смотрелись вместе.

– Хорошо. Пошли.

– Так вот, я говорила с представителем компании. Мы снесем эту стену.

– Эшли. Моя спальня по другую сторону от этой стены. Где, ты думаешь, я буду спать на этой стадии ремонта? И почему вообще ты захотела этого?

– Таким образом, мы объединим наши квартиры. Превратим мою и часть твоей комнаты в огромную спальню и таким образом увеличим комнату Лилы. Ей скоро понадобится больше места.

Некоторое время он молча переживал потрясение. И снова она умудрилась придумать самый необычный план развития событий.

– Ты хочешь сказать то, о чем я думаю? Ты хочешь это сделать?

– Да. Я была здесь вместе с представителем строителей, после того как уложила Лилу спать. Я услышала, как она хнычет, и мое сердце сжалось. Я не могла слушать это ни секунды. То, что было для меня самым важным, перестало существовать, и на первое место вышла забота о Лиле.

– Мне хорошо знакомо это душераздирающее и прекрасное чувство.

– Я поменяла ей подгузник, хотя нужно было сделать это до того, как уложила ее спать.

– Я тоже учился опытным путем. Все молодые родители проходят через это.

– Я так и подумала. Знаешь, я не люблю браться за работу, если не уверена, что справлюсь. Но я поняла, что в этом деле никто не идеален. С малышкой все в порядке, кажется, она вполне счастлива.

– Я вижу ее лицо и могу сказать, она действительно счастлива. – Маркус обнял двух женщин, без которых не смог бы прожить и дня. Эшли не покидала его, не пыталась найти способ замедлить развитие событий, хотя это ей привычно. Она справилась и придумала новый план. Просто идеальный план их совместного будущего.

Глава 18

Строительная компания «Кох констракшн» не теряла времени. Через три недели стена между спальнями была официально разрушена. Эшли не могла поверить, что Маркус так быстро согласился пойти на столь радикальные меры, и уж тем более жить какое-то время в эпицентре ремонта. Когда она спросила его об этом, он сказал, что всему виной любовь.

– Наша спальня будет просто огромной. – Он переступил через границу между их квартирами, которой теперь не существовало, и улыбнулся, хотя и попытался сказать, что пошел на поводу у Эшли с ее сумасбродными идеями. Но ее все устраивало. Подумать только, впереди выходные, которые они проведут втроем.

– Одна часть появившегося пространства уйдет на то, чтобы увеличить комнату Лилы. Хорошо, что у нас достаточно места. Надеюсь, мои родители смогут приехать, когда завершится ремонт.

– Если у них не получится из-за плохого самочувствия твоего отца, мы сами поедем в Южную Каролину. Полезно выбраться из города, да и мы с Лилой практически ничего не видели в Америке.

О том, чтобы удивить родителей шикарной квартирой, можно было забыть. Она покажет, чего она добилась, когда представит красивого, доброго и великодушного мужчину, которого полюбила, и самую милую малышку на свете.

– Свежий воздух. Креветки и кукурузная каша, – мечтала Эшли.

– И кокосовый торт?

– Естественно.

– Просто идеально. – Он обнял ее за плечи и поцеловал в макушку. – После этого ты поедешь в Англию и встретишься с моими родителями. Мы несколько дней поживем в нашем летнем доме в пригороде с прекрасными пейзажами. Сходим в деревню. Там чудесно.

– Здорово. – Эшли предвкушала большое путешествие. Маркус был счастлив, думая об их совместном будущем. Казалось, он начинал освобождаться от душевной боли, которую испытывал несколько лет. Ворчун остался в прошлом, хотя иногда и вредничал из-за пульта от телевизора, особенно во время шоу «Сваха с Манхэттена». Он настаивал, чтобы они смотрели его каждую неделю.

– Может быть, к тому времени мы будем уже обручены.

Эшли надула губы. Это единственный спорный вопрос, в чем она не уступала. Отношения развивались быстро, и она старалась изо всех сил, но и этого Маркусу было, кажется, недостаточно.

– Маркус, ты же говорил, что хочешь расширить завод.

– Пришлось увеличить производство, когда мы получили контракт с сетью отелей «Хиллтоп». А это сотни и сотни ящиков джина «Чемберс номер 9» для многочисленных баров отелей.

Счастливая Эшли вздохнула. Правда, так оно и было. Ей просто не нравилось бежать впереди поезда.

– Руководство телеканала одобрило мой проект шоу «Первое свидание в полете».

– Одно это указывает на то, как сильно тебя любит начальство. Я обожаю тебя, но это глупая идея для телешоу. Пара проводит первое свидание на борту самолета внутреннего сообщения. Я не могу представить ничего хуже.

Было время, когда такие слова могли привести к ссоре между ними, но Эшли тоже считала свою идею сумасбродной. К счастью, из-за ее репутации и умения привлекать деньги для компании руководство телеканала было в восторге от ее нового проекта.

– Поверь мне. Я знаю.

– Ты должна пригласить Джоанну в качестве участника шоу.

– Да, определенно нужно пригласить ее на шоу. – И вот в голове уже закрутились мысли. Может быть, пригласить в качестве участницы еще и Грейс, которая теперь руководит пресс-отделом телеканала, у нее нет времени на романтику. – Сейчас наша жизнь и так слишком суматошная, больше чем была пару месяцев назад. Неужели мы планируем еще и свадьбу? Мне плохо от одной мысли об этом.

Маркус притянул ее ближе к себе и нежно убрал локон за ухо.

– Я не хочу, чтобы ты переживала. Правда не хочу. Но и не могу дождаться, когда мы начнем совместную жизнь.

Она указала на пространство, где раньше стояла стена.

– У меня для тебя новость. Мы уже ее начали.

– Я все равно хочу, чтобы это было официально. Лила должна проснуться с минуты на минуту. Мы можем пойти на прогулку и продолжить разговор.

– Или прогуляться и просто повеселиться.

Теперь, когда они вместе прожили уже месяц, у них появились ежедневные занятия, одним из которых стала семейная прогулка. Они бродили по Центральному парку рядом с секцией «Строуберри филдс», выходили к южной стороне парка по Пятой авеню и возвращались домой. Лила обожала каждую минуту, проведенную среди пейзажей и звуков города, а для Маркуса и Эшли это было отличной возможностью провести время вместе. Он никогда раньше так не наслаждался прогулками по городу.

Был прекрасный майский день, почти похожий на летний. На Эшли были топ и джинсы, Лила в миленьком фиолетовом платье, которое Эшли купила для нее. Солнце святило ярко, температура поднялась до семидесяти градусов. По-настоящему чудесный денек для прогулки. Когда они добрались до Пятьдесят девятой улицы, Эшли стала поворачивать направо, но Маркус докатил коляску до тротуара и стал ждать зеленый свет, чтобы перейти дорогу.

– Куда ты? – Она указала на дорогу, которой они обычно ходили.

– Давай еще немного прогуляемся по Пятой авеню. Погода просто замечательная.

Эшли пожала плечами и присоединилась к нему, когда загорелся зеленый сигнал светофора. Они миновали два блока домов, и Маркус остановился напротив ювелирного магазина «Тиффани и К0».

– Ох. Только посмотри, где мы оказались.

– Ты это спланировал. Нечестно завлекать женщину бриллиантами.

Маркус склонился к коляске и поднял Лилу на руки.

– Что ты говоришь? Думаешь, нам нужно зайти и купить для Эшли дорогое кольцо? Блестящая идея, детка. Она такая умная. Говорю тебе, нам нужно провести тест на уровень ее интеллекта.

– Ты вовсе не смешной.

– Послушай, Эш, мы уже начали разрушать стены. Давай же разрушим последнюю, самую главную стену между нами. Ведь ты уже впустила нас в свою жизнь, а мы сделали то же самое для тебя. Давай же закрепим все официально. Это просто кольцо. Не велико дело.

– Ты призываешь меня не суетиться?

– Да, и думаю, надо сделать это ради нас. Мы ведь любим друг друга. Нам нужно пожениться.

– Мы говорим о большой дорогостоящей вечеринке, спланировать которую ужас как непросто.

– Да. Именно о такой. Много цветов, музыкальная группа, торт и самая прекрасная на свете невеста.

Эшли посмотрела на Лилу, та внимательно следила за разговором.

– А что насчет самой прекрасной цветочной девочки?

– Нам нужно позаботиться о том, чтобы она не тянула в рот лепестки цветов.

– Мы можем дать ей корзину с игрушками. Ей не составит труда их разбрасывать.

Маркус широко улыбнулся.

– Мне нравится идея. Плюшевые лягушки и мистер Кролик, через которых тебе придется пробираться, чтобы дойти до алтаря.

– Ты хочешь выбрать кольцо, когда мы с Лилой? По-моему, ей не понравится в «Тиффани». К тому же она вспотела на прогулке. И мы оба в джинсах.

Он взял ее за руку:

– Эшли Джордж. Мы оба знаем, что способны спорить до последнего, но это не сделает нас счастливыми. Ты перечислила все аргументы против того, чтобы сделать это сегодня, а я хотел бы сделать это сейчас.

– Все нормально. Скажи мне.

– Я люблю тебя, ты любишь меня, и мы принадлежим друг другу.

Она удержалась, чтобы не указать на то, что он назвал три причины. А есть ли смысл спорить? Абсолютно никакого. Слезы потекли по щекам Эшли.

– Черт бы тебя побрал, Маркус. Ты заставил меня плакать.

– Это означает, что ты согласна?

Она смотрела в его чарующие зеленые глаза, не в состоянии сказать «нет», даже если бы и хотела.

– Это означает, что я согласна.

– Ты слышала, Лила?

Он заключил Эшли в объятия и закружил на месте. Лила оказалась между ними. Все трое засмеялись.

– Наконец-то я выиграл спор.

Content

Карен Бут
Сердцеедка со стажем

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18