К. Б. Уэджерс

Под сенью короны

K. B. Wagers

AFTER THE CROWN

Серия «Sci-Fi Universe»

Copyright © 2016 by Katy B. Wagers

This edition published by arrangement with Orbit, New York, New York, USA. All rights reserved.

© И. Нечаева, перевод на русский язык, 2017

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

Маме, папе,

Трейси, Саре и Джеффри.

Я люблю вас.

Глава 1

Казни совершались в неприметном здании в правительственном секторе, на другом конце города. Когда я вошла в окружении телохранителей, все притихли. Шепотки замолкли. Прошла неделя с момента неудачного государственного переворота, унесшего жизни слишком многих моих телохранителей, и вся моя свита до сих пор была в замешательстве. Поэтому мои экам и дви, Эммори и Кас, стояли рядом со мной. Зин, Уиллимет и Киса держались позади.

Я была одета в черную военную форму – ни сари, ни траурной пудры на лице. Так я выразила свое отношение к предателям, чью смерть мне предстояло увидеть, – моей двоюродной сестре Ганде и бывшему племяннику Лаабу.

– Ваше величество.

Все присутствовавшие в комнате присели в реверансе или низко поклонились.

– Поднимитесь! – Я прошла по комнате, обменявшись приветствиями с судьей, законниками и полицией.

– Ваше величество, – первый министр Эха Фанин отвесил идеальный поклон и протянул мне руку, – мы рады видеть вас в добром здравии.

– Я тоже рада видеть вас, Фанин. Я с огромным облегчением услышала, что вас не ранило в этом хаосе.

Фанин взмахнул длиннопалой рукой.

– Я был в своем кабинете. К счастью, нас тут же изолировали. Впрочем, не думаю, что я был в списке целей, учитывая незначительность моего положения.

Я не сумела ответить достойно. Технически он – глава Генеральной Ассамблеи, но эта организация создана больше для внешнего эффекта. Фанин не имеет никакой реальной власти в правительстве Индраны. Его задача – успокаивать народ.

И даже если я и планировала это изменить, вслух я бы никогда этого не сказала.

– Ваше величество, – два флотских офицера спасли меня из неловкой ситуации. Фанин пробормотал слова прощания и отступил.

– Капитан Тим Стравински. – Мужчина с седеющими висками и ясными серыми глазами отсалютовал мне и кивнул Эммори.

– Капитан.

Сопровождавшей его девушке едва ли сравнялось восемнадцать. Глаза у нее были темно-синие, а светлые волосы она убрала в аккуратный низкий узел, почти касавшийся форменного воротника. Я узнала ее прежде, чем она назвала свое имя. Моя кузина. Член моей семьи. Как и женщина, которую я собираюсь убить.

– Старший лейтенант Джайя Наиду, мэм, – она также отсалютовала мне.

– Лейтенант. – Младшая сестра Ганды не очень походила на свою вероломную родственницу, но какое-то сходство все же просматривалось. Я почувствовала, как напрягся Эммори.

– Я вызвалась присутствовать здесь, ваше величество, чтобы не причинять боль родителям. Они стерли имя предательницы с семейного древа. Я здесь не для того, чтобы сочувствовать ей или облегчить ее уход. Я всего лишь хочу увидеть, как свершится правосудие, – Джайя резко кивнула.

– Передайте своим родителям мои соболезнования, – сказала я. Пару раз я встречалась с тетей во время заседаний Совета матриархов, но никогда с ней не разговаривала. Дядю я не видела с тех пор, как покинула дом. Единственный брат матери остался у меня в памяти добродушным человеком со спокойным лицом.

– Моя семья верна вам, ваше величество.

– Разумеется… Благодарю вас, – пробормотала я, не придумав ответа лучше. Лейтенант Наиду снова кивнула и оставила меня одну.

Лааба никто не сопровождал, кроме его юриста, склонившегося передо мной в поклоне. Отец моего племянника бежал к саксонцам. Его мать и сестра погибли при взрыве бомбы, которую заложили радикалы из Апджа с помощью Лааба же. Семья Лины давно от него отказалась, чтобы не вызвать неудовольствие трона. Не осталось никого, кто мог бы тихо обвинять его и бормотать заверения в верности. Единственный его родственник теперь – это я, но не далее как сегодня утром я издала указ стереть его имя из наших архивов.

Я заметила Лину Суракеш, когда та, уже по-вдовьи наряженная в белое, проскользнула в дверь. Под глазами жены моего племянника пролегли круги, и она так крепко вцепилась в край своего сари, что костяшки пальцев побелели. То, что начиналось как государственный переворот, превратилось для нее в кошмар. Пробормотав свои извинения юристу Лааба, я подошла к двери и стиснула Лину в объятьях, не позволив ей присесть в реверансе. Она испуганно замерла, но тут же воспользовалась моментом.

– Я оставила Тарана дома, – сказала она, делая шаг назад, – подумала, что его присутствие излишне. Он не понимает, что происходит.

– Мудрое решение, Лина. Он все еще член моей семьи. Что бы он ни сделал, в этом виноват его брат. Мы ни в чем не виним Тарана.

В смати доктора Сатир обнаружились данные, которые подтвердили рассказ Лааб, – индийская бледная поганка Amanita virosa Indus в самом деле была подмешана в лукум, который Таран приносил императрице-матери. Я все время думала, что́ знала об этом доктор Сатир, но тайна умерла вместе с ней. Записей об исследовании принесенного угощения не сохранилось, и я все сильнее подозревала, что во всем этом участвовал экам матери, которого так и не удалось найти. Поведение Биала оставалось загадкой. Он сбежал на Пашати в день неудавшегося переворота, после того как спас мне жизнь.

– Ваше величество, пожалуйста, не забирайте Тарана, я позабочусь о нем.

– Я и не собиралась, Лина. Я получила прошение твоей матери, но уже и сама решила, что ему лучше держаться подальше от двора. Таран останется с тобой.

– Благодарю.

Взгляд Лины устремился поверх моего плеча к клетке в дальнем конце зала.

– Когда-то я любила своего мужа. Думала, он многого добьется.

– Это не преступление, – ответила я, глядя, как пристав ведет Лааба и Ганду в клетку. – Ты же никогда не видела ничьей смерти?

– Нет, я… нет, ваше величество.

Я слегка приобняла ее за плечи.

– Отворачиваться не стыдно. Этот способ тише большинства других, но все равно – кто-то умрет прямо перед тобой. Такой опыт меняет человека.

– Вы это уже видели.

Я почувствовала, что уголок рта у меня невольно дернулся.

– Чаще, чем нужно.

– Тогда я буду такой же сильной, как вы, ваше величество.

Я не сумела сказать ей, что сила тут ни при чем. Что даже самые сильные просыпаются по ночам, обливаясь потом, из-за жутких воспоминаний. Поэтому я отпустила ее и посмотрела на Уиллимет.

– Если ей понадобится выйти, проводи ее.

– Есть, мэм.

– Ваше императорское величество и прочие присутствующие лица, – судья, высокая стройная женщина по имени Сита Клермон, обратилась к собравшимся, пока техники привязывали Ганду и Лааба к столам в камере. Звук их движений приглушала стеклянная перегородка. – Мы собрались сегодня, чтобы увидеть, как правосудие Индранской Империи свершится над Гандой Ронвен Наиду и Лаабом Альбином.

Лааб держался спокойно. Его темные глаза по-прежнему сверкали фанатичной ненавистью. Ганда нервничала, ее взгляд метался по всему залу, и дышала она часто и с присвистом. Столы слегка наклонили, и мы увидели лица осужденных.

Судья Клермон обернулась к узникам за стеклом.

– Вы оба признаны виновными согласно доказательствам и вашим собственным признаниям. Виновными в финансировании войны против государства, непосредственном участии в убийстве правителя, покушении на правителя и измене. В обращении в суд вам отказано решением императрицы. По желанию императрицы сегодня вы испустите последний вздох, и правосудие Темной Матери свершится над вами.

Ганда дернулась. Лааб и бровью не повел.

– Ваше императорское величество, не желаете ли вы проявить милосердие к этим двум предателям?

Я знала, что судья задаст этот вопрос. Дворец завалили письмами о казни. Я прочитала большую их часть и даже лично ответила на несколько звонков. Самым интересным оказался звонок от Галактической Комиссии по амнистии.

В конце концов, я не могла позволить никому и ничему повлиять на свое решение. У нас были письменные признания обоих, подтверждающие их причастность ко многим смертям, и этого вполне хватало для обвинительного приговора, что бы лично я ни чувствовала по этому поводу.

Кроме того, мне не слишком-то нравилась идея оставлять своих врагов в живых. Я научилась этому у По-Сина, главы банды контрабандистов и своего бывшего работодателя, и урок был, мягко говоря, непростым.

– Нет.

– Хорошо, – судья Клермон кивнула, – осужденные, ваше последнее слово?

– Я сделала это для блага Империи… – В голосе Ганды не было такого же убеждения, как в голосе экама моей матери, когда он произносил то же самое. – Императрица продалась саксонцам и разрушила Империю до основания. А теперь на трон взошла эта шваль! Преступница и контрабандистка, и это по ее собственному признанию! Она не заслуживает ни уважения, ни верности.

Я постаралась сохранить невозмутимость. Мне ничуть не стыдно за то, что я делала, покинув дом.

– Ганда, если ты не хотела, чтобы я возвращалась, не нужно было убивать моих сестер. Императрицей должна была стать Цера, или ее дочь, или даже Пас. Любая из них подошла бы на эту роль лучше меня. Это ваши заговоры и измена возвели меня на трон.

– Нет, – Ганда покачала головой, по лицу ее катились слезы, но у нее не нашлось аргументов, способных вызвать хоть чье-нибудь сочувствие.

Лааб поднял подбородок, хотя его заносчивый вид не помог полностью спрятать страх в глазах.

– Вы еще пожалеете об этом, – прошипел он. – Мы смотрим в будущее дальше, чем вы можете вообразить, и наши планы куда величественнее этой жалкой Империи. Ты не переживешь следующего оборота планеты вокруг солнца, бандитская шлюха!

По комнате пронесся изумленный вздох. Я скрестила руки на груди и холодно улыбнулась Лаабу.

– Ты не доживешь до того дня, когда ваши планы рухнут, – ответила я.

Он что-то закричал, но приставы, повинуясь быстрому жесту судьи Клермон, его прервали. Коммутатор отключили, и два техника в камере надвинули на лица шлемы, снова опуская столы.

Тысячелетиями основным способом казни в Империи было удушение азотом. Способ быстрый и безболезненный, но, как я уже сказала Лине, это все равно насильственная смерть.

На стене камеры вспыхнули огни, судья Клермон кивнула, и техники дернули переключатели. Воздушные циркуляторы забрали из камеры весь кислород, заменяя его чистым азотом.

Лааб потерял сознание меньше чем за минуту, Ганда продержалась чуть дольше. Кислород в их легких и крови сменился азотом. Гипоксия способна привести к гибели тканей мозга через несколько мгновений.

Я видела куда более неприглядные смерти и ко многим из них имела непосредственное отношение. Я даже не в первый раз стояла по другую сторону стеклянной перегородки и смотрела, как другие люди умирают, но от этих тихих быстрых смертей холодок все равно бежал по коже. Казнь казалась странной медицинской процедурой. Мне стало неуютно. Я смотрела, как поднимается и опадает грудь Лааба, как дыхание становится все более поверхностным, как замедляется сердцебиение на мониторе над столом. Лааб конвульсивно дернулся, и всхлип Лины эхом отдался во всем зале.

– Уйе маа… Выведи ее, Уилл, – прошептала я, не отводя взгляда от умирающих передо мной людей.

Визг монитора, отслеживающего активность головного мозга, затих, когда Уиллимет вывела Лину за дверь. Лааб, а потом и Ганда замерли. Техники в шлемах обошли столы, проверяя состояние своих пациентов и передавая данные судье Клермон.

– Смерть мозга подтверждена, – объявила та, – остановка сердца произойдет приблизительно через три минуты.

Монитор при этих словах замолк, и мы стояли в тишине, ожидая последних слов техников. Тот из них, что стоял рядом с Лаабом, повернулся и кивнул, но я не выдохнула, пока не кивнул и техник, наблюдающий за Гандой.

– Смерть сердца подтверждена. Казнь проведена в двадцать два часа пятьдесят три минуты по стандартному столичному времени. Запишите, что правосудие свершилось.

– Ваше величество… – Я шагнула к стеклу, и в голосе Эммори послышалось предостережение.

– В воздухе пепел, взлетающий вверх, нет больше солнца, Мать-Разрушительница пришла, – вспомнилась мне строчка из стихотворения. – Кас, мы уезжаем. Прикажи подать машину.

Эммори коснулся рукой моей спины.

– Ваше величество, пора.

Я отвернулась от стеклянной перегородки, будучи не в настроении спорить. Кивнув на прощание собравшимся, я позволила своим телохранителям увести меня с места казни обратно во дворец.

* * *

Пройдя прямиком к бару у камина, я сделала глоток из первой же бутылки, которая попалась под руку. В груди вспыхнуло пламя, растопившее часть скопившегося там льда, так что я глотнула еще и поставила бутылку на место.

– Ваше величество…

– Зин, не нужно сейчас меня ругать.

– Честно говоря, мне даже хочется, чтобы сейчас дежурил не я, – улыбнулся напарник моего экама, – будьте осторожнее. Вы почти ничего не ели за ужином.

Я замерла с третьим стаканом в руке и посмотрела на него.

– Теперь ты и этим занят? Следишь, сколько я ем?

– Это всегда была моя работа. Сейчас я просто говорю это вслух, потому что три стакана каласийского виски на пустой желудок вполне могут свалить вас с ног, ваше величество.

Усмехнувшись, я прихватила стакан и опустилась на диван.

– Я легко тебя перепью, сыщик несчастный.

– Зин, даже не думай об этом, – вмешался Эммори, – во-первых, тебе не следует пить наперегонки с императрицей. Во-вторых, она вполне способна тебя перепить. Ты, конечно, пить умеешь, но все-таки не так, как человек, перепивший целый эскадрон Императорского Флота.

– Я думал, врут, – Зин приподнял бровь.

– Не совсем, – я отсалютовала ему стаканом и подмигнула. – Их было всего двое, и я тоже была хороша. И не воображайте, что я не понимаю, к чему вы ведете.

– Кто, мы? – Зин ухмыльнулся.

– Придется завтра повторить. Видит Шива, не слишком-то приятное занятие.

Хорошее настроение вдруг меня покинуло, и я уставилась на золотисто-коричневую жидкость в своем стакане. По крайней мере, казнь моего бывшего телохранителя не соберет столько публики.

– Да, придется. Это необходимо, ваше величество.

– Легче от этого не становится.

– Я бы не беспокоился за вас, если бы это было легко. – Эммори присел напротив, обхватив руками колено. – Но ведь не только это вас беспокоит?

– Они это заслужили, – заявила я.

Он кивнул.

– Они убили мою мать, моих сестер, Джета, Рамани. И многих других, Эммори. Я не жалею о том, что только что произошло. Клянусь, я найду тех, кто за это ответит!

Стакан опустел, и я поставила его на место с преувеличенной точностью человека, который выпил многовато для себя.

– Ох, етит-твою!.. – буркнула я, нетвердо вставая на ноги. – Молчите оба, никому не слова.

– Что вас тревожит, мэм? – спросил Эммори. – То, что вам не нравится убивать, или то, что нравится?

– В следующий раз я просто сама спущу курок. Это гораздо проще, чем стоять и смотреть, как кто-то другой делает за меня грязную работу.

– Отвечайте! – В его голосе послышались командирские нотки, и я уставилась на своего экама.

– Черт возьми! Да если б я знала! – крикнула я. – Я должна жалеть, да? Ведь так поступают цивилизованные люди, когда у них на глазах кто-то умирает? Особенно если умирающий связан и беспомощен… Я могла бы проявить милосердие. Мы ведь получили от них необходимую информацию. У меня есть власть даровать прощение, и я могла бы позволить им прожить остаток дней в тюрьме. Я всю неделю провела, выслушивая людей, которые убеждали меня так и сделать!.. Но когда я стояла там, то думала только о сестрах. О том, что обещала найти виновных и покарать их. О том, как По-Син сломал мне ногу, когда я повернулась спиной к еще живому якудза. – Эти воспоминания вдруг развеселили меня. – Сначала он его застрелил, а потом преподал мне урок. Я не оставляю за собой живых врагов, Эмми. Никогда.

Зин издал такой звук, как будто я его ударила. Эммори, напротив, затих. Он не отрывал от меня взгляда, но я была уверена, что они сейчас общаются между собой.

Смати, система из пяти микроскопических чипов, вшитых в ключевые области мозга, использует наши нейроны и нейронные связи для создания специального интерфейса. Он позволяет передавать сообщения, записывать аудио и видео, даже фотографировать – если в палец или ладонь имплантирована соответствующая техника. У этого устройства огромная емкость памяти, и оно позволяет установить разные полезные приложения.

Диапазон действия с годами растет. Если первые смати работали на расстоянии пары метров, то современные военные модели могут передавать информацию на километр. Дальше уже нужна система коммуникации.

А Эммори и Зину помогали еще и многие годы совместной работы.

Я позволила им поговорить минуту-другую.

– Вы закончили меня обсуждать?

– Зину не нравятся педагогические методы По-Сина, мэм.

– Не ему первому, – бросила я и присела на подлокотник розового дивана. – Хао был в ярости, а Портис, кажется, собирался его убить. Боль была… – я помялась, подбирая слова, – короче, она меня чуть не убила. Но это был хороший урок. Больше я никогда не совершу этой ошибки. Из меня хреновая аристократка, Эммори, я куда лучше чувствую себя в кабацких драках, чем при дворе.

– Вы императрица Индраны, – тихо сказал он.

– Тем хуже. Я бы с куда большим удовольствием вернулась в банду.

– Нет. – Человек, которого я знала неполный индранский месяц, видел меня насквозь. Я молча уставилась на него.

Того факта, что я решила остаться, не изменили бы никакие пьяные исповеди.

– Ну ладно. Нет так нет. – Я не хотела признаваться, что он прав. Поднимаясь на ноги, я обдумывала, не выпить ли еще стаканчик, но решила, что похмелье мне завтра совсем не нужно. – Я ложусь спать.

– Я пришлю Стасю, ваше величество.

– Не нужно.

Моя горничная была слишком нежной, и мне не хотелось сталкиваться с ней в теперешнем состоянии. Закрыв дверь спальни, я разделась и залезла в постель. Через мгновение я уже спала, но мне снились смерть и боль, так что я проснулась вся в поту. Светила луна.

Я встала, накинула мундир и села на подоконник. Луна стояла высоко, и лучи ее падали прямо в витражное окно.

– Входи, – сказала я, услышав предсказуемый стук в дверь.

– Ваше величество? – Меня, как обычно, охранял Зин, и я даже не взглянула на него, приглашая его в комнату. – Вы в порядке?

– Очередной кошмар. Я уже почти привыкла, – соврала я.

– Не стоит, мэм. Возможно, стоит спросить у доктора Ганджена, нет ли какого-то средства, которое поможет вам нормально спать.

– Я в порядке, Зин, – я отвернулась от окна и улыбнулась.

– Мне прислать Стасю? Принести что-нибудь попить?

– Я хочу знать, что имел в виду Лааб, говоря о «наших планах». – Я поворошила угли кочергой, подкинула в камин еще одно полено и села в кресло. Огонь лизал краешек дерева, постепенно набирая силу. – Еще ничего не кончилось, Зин. И может быть, никогда не закончится.

– Мы все служим очень долго, ваше величество, если вас волнует это.

Я засмеялась, но не отвела взгляда от огня.

– Я не беспокоюсь насчет тебя, или Эммори, или любого из выживших телохранителей. – При мысли о Джете и остальных сердце кольнуло болью, а желудок как будто сжала холодная рука. – Я не знаю, кому верить, Зин. Если предательство распространилось так широко, как утверждал Лааб, то кому можно доверять?

– Не знаю, ваше величество. Но мы этим занимаемся. Все его контакты, все встречи, связи по коммуникатору, все люди, которые подходили к нему ближе чем на два метра, – всё это у нас под колпаком.

Зин опустился на колени рядом с моим креслом.

– Если у них действительно есть план, они попытаются воплотить его в жизнь, и мы к этому готовы.

– Я должна что-то делать.

– Прямо сейчас? Поспите, ваше величество. Вам нужен отдых. – Он встал и протянул мне руку.

– Дхатт! Ты такой же зануда, как Эммори… – Я вздохнула, но взяла протянутую руку и позволила ему проводить себя до кровати.

– Спокойной ночи, ваше величество. Увидимся утром.

Глава 2

– Самой большой проблемой, ваше величество, стало расстояние. Учитывая важность миссии, мои люди обязательно…

– Каспел, если вы не перейдете к сути, я вас пристрелю, – предупредила я, нахмурившись.

Директор Каспел Ганедж, глава Имперской службы галактической безопасности, и ухом не повел. Только усмехнулся тонкими губами.

– Прошу прощения, ваше величество, но вы не вооружены.

Я приподняла бровь и оглянулась через плечо.

– Уверена, Эммори не откажется одолжить мне пистолет. А, Эмми?

– Разумеется, ваше величество.

Каспел улыбнулся.

– Ваше величество, в этом районе неспокойно. Мы не можем полностью довериться адмиралу Шулу. В настоящий момент мне известно только, что губернатор Ашвари покинула планету. Я уверен, что мои оперативники уже везут ее сюда.

– Благодарю, Каспел. Сложно было это сразу сказать?

– Нет, мэм.

– Немедленно сообщите мне, если оперативники выйдут на связь.

– Есть, мэм, – Каспел кивнул и встал.

«Ваше величество, я должен поговорить с вами наедине об адмирале Шуле», – Каспел не замедлил шага, и я с трудом удержалась от того, чтобы оглянуться на него.

«В нашем обычном месте?» – спросила я по выделенной линии смати.

«Да, мэм».

– Альба, кто там следующий? – Я потянулась к чашке.

«Как только смогу, Каспел. Будете мне должны. Не знаю, как я еще держусь на ногах».

«Ваше величество, я бы не просил, если бы не острая необходимость. И мы оба знаем, что вы все равно не заснете».

Я не стала спрашивать, откуда он это знает.

– У нас есть полчаса, а потом вам нужно ехать к Шивану. Матриарх Десаи просит уделить ей пять минут, а матриархи Гоил и Хатри – хотя бы минуту, если она у вас найдется.

– Серьезно? – Я замерла, не донеся чашку до рта. – Очень интересно. Альба, скажи им, что у них есть пятнадцать минут, так что я надеюсь, что они недалеко. Пока я жду, пусть войдет Клара.

Отхлебнув синего чая, я обменялась взглядами с Эммори.

– Ни малейшего понятия, ваше величество, – ответил он на мой немой вопрос.

Матриарх Клара Десаи приводила меня в ужас с самого детства. Она единственная, кроме отца, могла заставить меня вести себя прилично. Сейчас я считаю ее одним из ближайших своих сторонников во всем дворце.

Она вошла в комнату, сопровождаемая женщиной примерно моего роста. Фамильное сходство заметил бы даже слепой. Клара присела в реверансе, а женщина в серой форме низко поклонилась.

– Добрый вечер, ваше величество. Позвольте представить вам мою дочь. Майор Гита Десаи.

– Ваше величество, – та снова поклонилась.

– Рада знакомству, майор. Вы служите в армии?

– В настоящий момент – да, ваше величество.

Я оглядела дочь Клары.

– Что ж, вы меня заинтриговали. Что все это значит, майор?

Майор Десаи опустилась на одно колено.

– Ваше императорское величество, я знаю, что вам нужны телохранители. Я отдам за вас жизнь, если вы пожелаете.

Лицо матриарха Десаи оставалось совершенно бесстрастным. Не знаю уж, что она думала о решении дочери. Я выгнула бровь и посмотрела на Эммори. Он только слегка пожал плечами.

– Это очень великодушное предложение, майор Десаи. – Встав с дивана, я взяла ее за плечо и подняла на ноги. И сразу же вспомнила, что так же было и с Джетом. Мне пришлось на секунду закрыть глаза, пока горе не отступило. – Я с радостью его приму, но вынуждена напомнить, что право окончательного решения остается за моим экамом, и я не стану отменять его приказ, поскольку дело касается моей безопасности.

– Разумеется, ваше величество.

– Майор, Альба отведет вас к Касу, который займется формальностями. Вы уже переговорили со своим командиром? – спросил Эммори.

– Да, сэр. Она поддержала мое решение.

Матриарх Десаи проводила свою дочь взглядом. Сквозь обычно бесстрастную маску проступила грусть, и я положила ладонь ей на плечо.

– Клара, я могу велеть Эммори…

– Пожалуйста, не надо, ваше величество. В армии ничуть не безопаснее, чем рядом с вами. А если она узнает, что не стала вашим телохранителем лишь потому, что я хотела, чтобы она не пострадала, это ее убьет.

– Точно, – пробормотала я, – свою мать я простила за это только через двадцать лет.

Матриарх Десаи снова присела в реверансе.

– С вашего позволения, ваше величество… Я знаю, что Алисе и Заран не терпится поговорить с вами, а у вас очень напряженный график.

Я махнула рукой, отпуская ее. Отряхнув подол своей темно-синей юбки и подхватив с дивана тяжелое белое сари, я подошла к окну комнаты приемов. Утром на казнь Нал я надела мундир, но потом почувствовала, что нужно накинуть что-нибудь потеплее. Завернувшись в сари, я подумала, что теперь чуть лучше понимаю, что пришлось пережить матери. Она знала, как я мечтаю об армии, но хотела, чтобы я оставалась в безопасности, особенно после смерти отца.

Солнце садилось в воды бухты Балим Бэй, и золотые полосы лежали на темно-синем полотне к югу от Кришана. Только белые барашки на волнах немного разгоняли темноту. По оконным стеклам потихоньку полз иней – солнце садилось, и делалось все холоднее. Магха[1] – ужасно холодный месяц, и короткие дни станут длиннее только после Пратимас.

Настроение у меня было такое же тоскливое. Я провела дома едва ли четыре недели, а повидала уже больше смертей, чем за все время отсутствия. А это кое-что значит, если вспомнить, что контрабандистам часто приходится сталкиваться с насилием.

Скрипнула дверь, и я услышала тихое приветствие Эммори, однако не стала оборачиваться. Хотя, конечно, меня очень занимала предстоящая встреча. Видимо, вопрос был достаточно важным, раз матриархи бродили по дворцу, добиваясь моего согласия. Выждав приличное время, я повернулась к ним, и обе женщины низко присели в реверансе.

– Ваше величество.

Алиса Гоил одной из первых среди матриархов (после Клары) признала мое право на трон и оказала мне поддержку. А сопровождала ее новая матриарх Заран Хатри, свидетельские показания которой наверняка позволят заочно осудить ее мать за измену.

– Алиса. Заран. – Я кивнула им, отметив про себя, что обе наряжены в сальвар-камиз, которые снова входили в моду. Наряды были такие закрытые, как будто аристократы решили подражать моему простому стилю в одежде.

– Ваше величество, – Заран склонила светловолосую голову, когда я замолчала. – Спасибо, что уделили нам время.

Она была минимум на голову выше своей темноволосой спутницы. Скорее всего, именно Заран настаивала на этой аудиенции, поскольку Алиса молчала.

– Я знаю, что у вас назначена важная встреча с Абрахамом Судой, и понимаю, что не имею права просить вас о милости…

– Кто вам это сказал? – Я приподняла бровь, но улыбнулась, когда Заран побледнела. – Я имею в виду не информацию о встрече. Почему вы думаете, что не достойны просить о награде? Если бы не вы, Заран, мы бы куда дольше искали участников заговора и убийц императорской семьи. Могло бы погибнуть куда больше народу. Мы перед вами в долгу.

– Да, ваше величество, я знаю, но моя мать… – Она замолчала, нервно сглотнув, но потом выпрямила спину и яростно взглянула на меня. – Она изменница, ваше величество!

– Но вы нет.

– Нет, я люблю Индрану. Я верна трону и вам. Я хочу этой Империи только блага.

– Вы хотите присутствовать при моей встрече с Абрахамом и Апджа? Пусть будет так. – Я улыбнулась, поймав ее удивленный взгляд.

– Ваше величество, я…

– А вы ожидали возражений, Заран? Вы уже общались с ними. И намного чаще, чем я. Так что вы можете быть лучше осведомлены об их текущих планах. Думаю, вы будете мне полезны. И Алиса, наверное, тоже, хотя я уверена, что она пришла просто морально вас поддержать.

Эта идея захватила меня, и я помахала им рукой и улыбнулась.

– Я велю Альбе скинуть вам сообщение о времени и месте встречи. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, ваше величество.

Комната вдруг закружилась перед глазами, и я вцепилась в спинку дивана. Эммори тут же оказался рядом, обхватил меня за талию и помог встать.

– Я в порядке… – Я прижала ладонь ко лбу. – Голова что-то закружилась.

– Вы совсем вымотались. Нужно отменить ужин.

– Не могу. Мне нужно увидеть Тарана. Да и в любом случае я не засну. – Я опиралась на Эммори, пока не села наконец на диван, и затем выругалась. – Все будет в порядке, нужно только немного подышать.

Я закрыла глаза и снова открыла их, когда Эммори склонился надо мной.

– Держите, – он протянул мне руку в перчатке. Я склонилась и вдохнула пар, спиралью поднимающийся над ладонью.

Когда фрин дошел до мозга, головокружение мигом прошло, и все вокруг мгновенно стало четким, как будто вырубленным из хрусталя.

– Так лучше? – спросил он.

Я кивнула и улыбнулась, надеясь, что экам перестанет хмуриться. Фрин – это плохо. Это лекарство на основе адреналина обычно используется в бою или, скажем, во время захвата заложников, но постоянное его употребление может привести к сердечному приступу или к другим не смертельным, но неприятным осложнениям. Мы с Эммори оба понимали, что не следует им злоупотреблять, но я знала, что не засну, да и дел оставалось слишком много. Я глубоко вдохнула.

– У тебя есть список молодых аристократов, имеющих дело с Апджа?

Экам мгновение помедлил с ответом.

– Может быть, ваше величество. Могу ли я узнать, зачем он вам?

– В общем-то мне просто интересно. Я слишком близка ко всему этому, чтобы действительно принимать участие в делах. Все это знают. Мы с Абрахамом можем встретиться и обменяться любезностями, но серьезный разговор произойдет без нас.

– Вы имеете в виду переговоры?

– Да. – Я кивнула, постукивая пальцами по оконному стеклу. – Алиса не верит, что в деле замешаны Апджа, она способна трезво оценить ситуацию. В противовес юношескому максимализму Заран.

– Это может сработать, ваше величество. У вас и в самом деле нет времени для личного присутствия на переговорах с этой, строго говоря, террористической группировкой, – сказала Альба, протягивая мне чай. Он был горячий, и я с удовольствием его выпила, пока Эммори обдумывал мою идею.

– У меня есть список, ваше величество, – сказал он наконец, но в его темных глазах оставалась задумчивость.

– Прекрасно. Тогда отправь сообщение Абрахаму, пусть приходит ко мне во дворец. – Я ослепительно улыбнулась в ответ на многозначительный взгляд телохранителя и отдала Альбе пустую чашку. – Пора идти, иначе мы опоздаем, и Лина рассердится.

* * *

По лестнице ресторана Шивана я поднималась в окружении сплошь знакомых лиц. Я старалась как можно реже появляться на улице, ведь Эммори еще отбирал новых телохранителей и не хотел ставить их на дежурство во время моего пребывания на открытом пространстве.

«Боги, Хейл, ты ведешь себя так, как будто раньше постоянно сюда ходила». На самом деле я была здесь только один раз после возвращения домой, тогда Джет еще был жив. Рама, нервный и сосредоточенный, провел меня мимо шумной толпы, а лицо Адайла оставалось совершенно спокойным, пока он ждал у дверей. Теперь они оба мертвы. Адайл оказался предателем и убил Раму, а Эммори убил его.

– И почему полторы недели кажутся мне вечностью?

– Горе увеличивает сердца, ваше величество: – Зин открыл передо мной дверь. В его серо-зеленых глазах виднелась боль. Мы потеряли многих и устали считать жертв неудавшегося переворота. Я сожалела обо всех погибших, но знала, что смерть Джета пробила в душе Зина огромную дыру. За короткое время, проведенное рядом с телохранителем, который пожертвовал собой на площади Гаруды, чтобы спасти мою жизнь, они очень сдружились. Я выжила и сохранила трон, но иногда мне казалось, что цена, заплаченная за это, слишком высока.

– Ваше величество! – Аван Шиван взял меня за руку и расцеловал в обе щеки. Пухленький ресторатор оставался моим другом, несмотря на все то время, которое я провела вдали от родины. После смерти отца я долгими часами пряталась у него в кухне. Этот ресторан был настоящей тихой гаванью, здесь не было прессы и вообще никого, кто не нравился Авану. – Ваши племянник и невестка уже ждут.

– Спасибо. Сегодня особенно людно.

– У нас теперь заказывают столики за полгода, ваше величество, – улыбнулся он. – Все хотят тут поесть – вдруг вы неожиданно зайдете.

Я рассмеялась.

– Рада, что приношу пользу вашему бизнесу.

– К лифту, ваше величество?

– Хочешь сказать, у меня есть выбор? – поддразнила я экама.

Когда я была у Шивана последний раз, Эммори так нервничал, что я поднялась по лестнице. Честно говоря, меня тогда попытались убить, так что его подозрения не были совсем безосновательными. Но ходить по лестнице мне все равно не нравится, так что я направилась к лифту, пока Эммори не передумал.

Я не представляла, как отреагирует на меня Таран.

Он любил брата, преклонялся перед ним и уже был достаточно взрослым, чтобы понять, что происходит, как бы Лина ни пыталась уберечь его от худшего.

Я приказала всем молчать о том, что Таран каждую неделю навещал мою мать, что и позволило заговорщикам ее отравить. Мы очень старались держать эту информацию в секрете. Некоторые вещи восьмилетним мальчикам не стоит знать, и лучше уж я совру, чтобы он не узнал худшего.

– Нервничаете, ваше величество?

Я покосилась на Зина.

– Совершенно не разбираюсь в детях. О чем мне с ним говорить?

– Ну, моя тетя обычно начинала разговор с «Привет, рада тебя видеть».

Я мимоходом ткнула его в плечо.

– Я тебя ненавижу.

– Так точно, мэм.

Он кивнул Индуле и Уиллимет, которая улыбнулась и открыла передо мной дверь. По какой-то причине Индула прошел проверку Эммори и мог показываться с нами на публике. Других новобранцев я ни разу не видела за пределами дворца. Возможно, дело в том, что Индула был телохранителем моей матери и доказал свою верность в бою. За последний месяц я узнала, что Зин часто бывает прав. Не стоило беспокоиться о Таране.

– Тетя Хейл! – Племянник бросился бы ко мне, если бы Лина не удержала его за воротник. Таран неохотно остановился. – Ваше величество… – Мрачно посмотрев на опекуншу, он неуклюже поклонился.

Под напором матриарха Десаи и матриарха Суракеш я согласилась лишить Тарана титула принца и позволила клану Суракеш формально усыновить его. С юридической точки зрения он был теперь обычным аристократом, а не членом императорской семьи.

– Мы наедине, так что не нужно формальностей, – улыбнулась я. – Лина, к тебе это тоже относится.

Лина осторожно улыбнулась в ответ.

– Я пытаюсь научить его испытывать больше почтения к трону, ваше величество. Думаю, в сложившихся обстоятельствах это лучше всего.

– Ага, – я присела на корточки и протянула племяннику руку. – Но мы семья, и это тоже важно.

Таран обнял меня, и я прижалась щекой к его кудрявым волосам. Он единственный мой кровный родственник, единственный выживший, кроме меня, отпрыск семьи Бристоль, к которой принадлежала моя мать. Просто ужасно, что заговорщики сумели уничтожить эту линию наследования. Да, были какие-то далекие троюродные братья, дети братьев моей бабушки и их потомки, но Таран никогда не взойдет на трон, а у меня никогда не будет детей.

Не то чтобы я всем рассказываю эту тайну. Нападение на забытой всеми богами планете лишило меня всякой надежды обзавестись наследником, но единственный человек, который знал об этом, мертв, а я не планирую делать громкие заявления, едва пережив заговор, устроенный моей кузиной и племянником.

В конце концов, пока Индрана балансирует на грани войны с Саксонским Альянсом, а моя собственная позиция на троне не очень-то устойчива, не стоит подливать масла в огонь.

– Мистер Джоши говорит, что у меня настоящий талант к квантовой механике… – Отпустив меня и сев за стол, Таран принялся делиться новостями. Я расслабилась, слушая его, и не заметила, как кончился ужин.

– Юноша, позволь загадать тебе одну загадку. Если ты ее решишь, я поверю высокой оценке твоего учителя, – сказал Зин, жестом подзывая Тарана к окну, чтобы мы с Линой могли поговорить наедине.

– У тебя что-нибудь получилось?

– Нет, ваше величество. – Лина посмотрела на Тарана, весело болтавшего с Зином. – Я просмотрела все контакты Лааба, которые смогла найти. У него хватило ума не хранить информацию на домашних серверах.

Я еще раз выругала себя – зря прислушалась к тем, кто твердил, что нельзя нарушать неприкосновенность личной жизни. Нужно было просто велеть просмотреть его смати, пока он не удалил все файлы. После его смерти нашлось очень мало информации, а то, что мы нашли в компьютере Ганды, только доказало, что она ничего не знала о планах Лааба и Уилсона.

– Я продолжаю искать, ваше величество. Есть кое-какие зацепки, и моя охрана сейчас это отрабатывает.

– Так держать, Лина. Я не хочу, чтобы меня застали врасплох.

– Понимаю, ваше величество.

Мы распрощались. Таран был так занят загадкой Зина, что даже не заметил разговора взрослых. Я села в аэрокар и закрыла защитный экран. Мои телохранители расселись по машинам-обманкам, на которых настаивал Эммори. Поскольку первый экам матери погиб в воздушной катастрофе, я не могла ему возразить.

– Жаль, нельзя прямо сейчас встретиться с Каспелом, – буркнула я, глядя в окно на ночное небо, – хотя я не удивлюсь, если он появится, стоит только трижды произнести его имя.

Экам покачал головой и засмеялся.

– Ваше величество, он не демон и не волшебник.

– И наши враги, кажется, тоже, однако они испарились, прямо как демоны. – Пару секунд я разглядывала шов на юбке, а потом снова подняла глаза на Эммори. – Иногда мне кажется, что мы всю жизнь этим занимаемся.

Но это было не так. Всего месяц назад мой экам был сыщиком, которого моя сестра наняла, чтобы привести меня домой. Я планировала держаться от Индраны как можно дальше, и мне была невыносима мысль о возвращении во дворец. Но смерть моих сестер и болезнь матери – считалось, что она страдает деменцией Шакти, – не оставила мне выбора. Пришлось вернуться.

– Да, иногда.

Не знаю, хорошо ли, что он со мной соглашается. Я снова посмотрела в окно, думая о своем.

Глава 3

– Ваше величество?

Услышав Эммори, я отвернулась от окна спальни и тыльной стороной ладони вытерла со щек злые слезы.

– Нам пора. Сам знаешь, как нервничает Каспел, когда мы опаздываем.

– Вы опять не спали.

– Спала.

– Врете. – Экам одарил меня редкой улыбкой. – Так, подремали немного. Ваше величество, вам нельзя не спать. Это вредно, как и фрин.

– А ночные кошмары еще вреднее. – Я подошла к шкафу.

Эммори может тут весь вечер читать мне лекции и с места не сдвинуться. Отодвинув одежду в сторону, я набрала код на двери тайного хода и оглянулась на своего экама.

– Эммори, я действительно устала, но смотреть, как умирает Портис или как взрывается Джет, куда утомительнее, чем вовсе обходиться без сна.

Он ничего не сказал, но я спиной чувствовала его неодобрение. Я залезла в туннель. К счастью, Эммори не стал продолжать разговор, пока мы выбирались за пределы дворца. Я могу либо бороться с клаустрофобией, либо спорить со своим телохранителем, но не одновременно.

– Етит-твою… – Холод ударил, как нож в почку, и я поглубже надвинула капюшон темного плаща, вытаскивая свой «С-Кольт-45». Протянула Эммори руку и помогла ему выбраться. Он коротко кивнул, положил руку мне на спину, и мы пошли по переулку.

Ночь выдалась темная. В небе мерцали звезды, прикрытые рваной вуалью облаков. Холодный ветер жег легкие, и дышать приходилось неглубоко и часто. На улицах было пусто, только далеко впереди кто-то спешил по своим делам, не удостоив нас с Эммори и взглядом.

Примерно через полчаса мы дошли до доков. В предутренней тишине шорох волн казался очень громким, а холод проникал под одежду и больно кусал кожу. Когда от одного из зданий отделилась тень, Эммори заслонил меня собой.

– Экам, это всего лишь я. – Каспел поднял руки.

– Что за бред, почему мне приходится тайком встречаться с главой своей же разведки? Каспел, мы могли бы сидеть в моих покоях. Там хотя бы тепло.

– Прошу прощения, ваше величество. Таковы правила игры. Пойдемте со мной. Там теплее.

И правда, в маленькой нише слева пылала синим пламенем нагревательная спираль. Я протянула руки к ней как можно ближе, а Эммори встал к нам спиной, суровым взглядом меряя пространство.

– Что, в конце концов, случилось? Я тут насмерть замерзну, пока вы начнете.

– Я наконец сумел связаться со своим оперативником на борту судна, везущего адмирала Шула. – Угрюмый тон Каспела и такое же выражение лица меня не обрадовали.

– Все плохо? – Забыв об огне, я сложила руки на груди и попыталась не дрожать.

– Плохо, ваше величество. Адмирал действует так, как будто все прекрасно, но большая команды ропщет. Они против вашего восхождения на трон.

– Ну, это не новость.

– Да, – ответил Каспел без тени иронии, – процент мужчин в команде адмирала Шула и во Втором Флоте в целом гораздо больше нормы. А кроме того – мой человек еще не подтвердил этого, но подозревает, что майор Бристоль до сих пор находится на борту.

– Он не имеет права на это имя. Он получил его, только женившись на моей сестре.

– Прошу прощения, ваше величество. Я использовал его из соображений целесообразности, чтобы избежать путаницы.

Я только кивнула, потому что для спора было слишком холодно, но официально Альбин Максвелл был исключен из списков семьи Бристоль одновременно с Лаабом. Я не желала больше слышать эти имена рядом со своей фамилией.

– Ваши люди могут добыть доказательства, не раскрывая себя? – спросила я.

Каспел взмахнул рукой в перчатке.

– Возможно. Судя по тому, что я знаю, ваше величество, у моих оперативников уже есть план отступления для себя и для всех верных людей, которых они найдут…

– Пресловутое дерьмо на вентилятор? – Я кивнула Каспелу. – Да, конечно. И мне хотелось бы знать, сколько на флоте верных людей. Давайте не позволим Шулу угнать больше моих кораблей, чем это необходимо.

– Разумеется, ваше величество.

– Тогда закончим. Я замерзла, а Эммори явно нервничает.

– Конечно, ваше величество. Мы поговорим снова, когда у меня будет больше информации.

– И где-нибудь потеплее.

– Конечно, ваше величество. – Каспел кивнул и растворился в тумане, как привидение.

Закатив глаза, я похлопала своего телохранителя по плечу и вышла на свет.

«Что думаешь? – спросила я по каналу смати. – Мы можем ему доверять?»

«В той же степени, как и любому другому, ваше величество».

«Не слишком обнадеживает».

«А обнадеживать – не моя работа, ваше величество».

В памяти всплыл образ Джета, быстро напомнивший мне, что Эммори не обязан делать меня счастливой. А потом я вспомнила, как потребовала от него не умирать и как он ехидно ответил, что это входит в его должностную инструкцию.

– Ваше величество? – Эммори остановился, прижав затянутые в перчатку пальцы к моему запястью. Наверное, я дышала слишком громко.

– Воспоминания… – Я взяла себя в руки и выдавила улыбку. – Я не буду тут плакать, Эмми, а то у меня все лицо обледенеет.

* * *

Утром у меня болели глаза, и я злилась. Ежедневный брифинг в кабинете матери это не упростил. Терпеть не могу эту комнату, все в ней неправильно, а портрет матери на дальней стене как будто все время меня осуждает. Это не мое место.

– Ваше величество?

Я посмотрела на Клару и моргнула. Она нахмурилась и взглянула на стол, по которому я барабанила пальцами. Я перестала.

– Да?

– Мы все еще расчищаем развалины штаба Имперского оперативного отряда. В настоящий момент генерал Ванди и остаток командования пользуются помещениями, предоставленными матриархом Тобин, но нам необходимо обсудить долгосрочные планы перестройки здания.

– И расходы, – пробормотал Фанин, – прошу прощения, ваше величество, но наш бюджет трещит по швам.

Я кивнула. Я видела цифры, хотя не понимала и половины того, что они означают, но большая красная полоса растущего долга выглядела достаточно красноречиво. Несмотря на огромное количество ресурсов, у нас оставалось очень мало доступного кредита.

– Есть какие-либо серьезные причины, мешающие им оставаться в этих помещениях? Мне не хотелось бы ускорять реставрацию во избежание ошибок.

– Я не вижу ни одной. – Адмирал Хассан пожала плечами.

Клара согласно кивнула:

– Матриарх Тобин говорит, что ИОО может бесплатно пользоваться помещениями, пока не будет построено новое здание. Впрочем, я предложила бы все-таки заплатить ей какую-то сумму, если ситуация продлится больше года.

– Хорошо, займитесь планами реконструкции и держите меня в курсе. Полагаю, вы сумеете найти кого-нибудь достаточно компетентного.

Клара слегка улыбнулась и провела пальцем по воздуху, пролистывая повестку дня на своем смати.

– Ваше величество, вечером вы встречаетесь с Апджа.

– Да. Абрахам и Тазерион придут во дворец. Алиса и Заран будут присутствовать. – Фанин поморщился, почти не скрывая этого, и я выгнула бровь. – Премьер-министр, вы хотите что-то сказать?

– При всем моем уважении, ваше величество, я считаю, что это плохая идея.

– Вы повторяете это уже несколько дней. Я поняла, спасибо. Вы не хотите, чтобы я с ними встречалась, и ни за что не отвечаете…

Фанин склонил голову:

– При всем…

– Если вы еще раз это скажете, я встану и придушу вас.

Фанин побледнел. Клара заморгала, а все остальные замерли на месте. Я не повышала голос, но моя репутация говорила сама за себя. Интересно, буду ли я по-прежнему внушать такой же страх через двадцать лет, или иногда и правда придется кого-нибудь душить?

– Апджа – не проблема. Мы выслушаем, что они скажут, а потом решим. У Индраны довольно врагов. Я бы предпочла искать союзников, и начать лучше с наших собственных людей. Если вам, Фанин, что-то не нравится, это нормально. Но я не желаю больше об этом слышать. И никаких комментариев для прессы. Ясно?

– Да, ваше величество, – он склонил седую голову.

– Черт побери, мне нужно выпить… – Я подошла к бару и налила себе виски. Все присутствовавшие упорно смотрели в другую сторону, пока я не села на место.

Через минуту адмирал Хассан прокашлялась:

– Ваше величество, если у вас нет больше вопросов, то я бы хотела обсудить последнюю информацию о Канафи, поскольку через полчаса у нас назначена встреча с Ракшасами.

– Думаю, мы закончили. Клара? – Я встала, и все остальные тоже.

– Это все, ваше величество, – она присела в реверансе. – С вашего позволения.

– До свидания. – Я посмотрела на Фанина, борясь с раздражением. Я невзлюбила его с первого взгляда. Ума не приложу почему.

– У меня тоже от политиканов зубы ноют, ваше величество, – тихо сказала Хассан, когда мы остались одни. – Но и от них есть польза, а Фанин очень популярен. Ваша сестра прислушивалась к его советам.

Не знаю, как Цера его слушала: мне постоянно хотелось его прибить. Впрочем, сестра всегда была терпеливой.

– Я тоже слушаю. Просто я с ним не согласна. – Я потерла лоб ладонью и вздохнула. – Инана, я сейчас все время злюсь. Я не могу быть… – я запнулась, подыскивая нужное слово.

– Самой собой, ваше величество?

Я взглянула на нее.

– Ха… Да, наверное. Давайте посмотрим на карту, пока остальные не пришли.

* * *

– Ваше величество, Апджа здесь.

Я со стоном проснулась и мрачно уставилась на Альбу, хоть и знала, что она этого не заслужила. Камергер и глазом не моргнула – именно поэтому я ее и наняла в свое время.

Она протянула мне металлическую трубку. В нос ударил резкий запах апельсина, а лицо покрыли холодные брызги. Это немного помогло, но я все равно выразительно посмотрела на Эммори.

В ответ он послал мне свой фирменный Взгляд.

– Вам нужно поспать как следует, ваше величество.

– Ну а пока придется обходиться этим. Я и сама могу раздобыть фрин, Эмми. Вообще-то тот факт, что я прошу тебя, кое о чем говорит. Ты можешь следить, сколько я принимаю.

Его взгляд ясно сказал мне, что он сомневается в сказанном. Да я и сама сомневалась, честно говоря. Но зато я точно знала, что нельзя идти на встречу, когда голова словно песком набита. Я выдавила улыбку.

– Пожалуйста.

Эммори почти неслышно вздохнул и протянул мне руку в перчатке. Я сделала вдох, голова немедленно прочистилась, а глаза перестало щипать. С помощью Альбы я разгладила складки на черных штанах и поправила белую шелковую блузу с красными цветами на рукавах. Мы вышли из моих покоев и проследовали по коридору в маленький кабинет рядом с тронным залом. Обычно он использовался при визитах глав иностранных государств, но теперь Абрахаму и Тазу придется пройти через тронный зал. Возможно, полезно будет им напомнить, кто я.

Место проведения первой официальной встречи императрицы Индраны с лидером Апджа горячо обсуждалось в прессе по крайней мере дня три. Многие полагали, что пускать Апджа во дворец – безрассудство. Но я знала, что таким образом мне удастся уговорить Эммори на сам факт встречи.

– Ваше величество, – Алиса сделала реверанс при нашем появлении, – остальные уже внутри.

Ни у кого не было оружия, даже у моих телохранителей. Только так я убедила Абрахама прийти во дворец, как бы ни обещала ему проявить снисходительность. Эммори долго со мной спорил. Сошлись на том, что в соседней комнате будет ждать наготове рота гвардейцев.

– Как настроение?

– Все нервничают, ваше величество, – сразу же ответила Алиса. – Абрахам скрывает это лучше, чем Заран. Тазерион кажется довольно спокойным.

Я не собиралась признавать, что тоже нервничаю, хотя у меня ноги подкашивались. За дверью ждал лучший друг моего детства, Тазерион Бентон Шиван. Я не разговаривала с ним с того дня, как ушла из дома.

Кас и Зин стояли у меня за спиной, так что я обменялась взглядами с Эммори, а потом кивнула Алисе, которая распахнула дверь.

– Ее императорское величество Хейлими Мерседес Джайа Бристоль!

У Альбы были отличные легкие, хотя по ее обычному нежному голосу об этом сложно догадаться.

Абрахам и Таз поклонились одновременно.

– Благодарю за то, что вы пришли. – Я заставила себя оторвать взгляд от карих глаз Тазериона и посмотрела на Абрахама, с улыбкой протянув ему руку. – Мы ждали этой встречи и очень надеемся, что она станет первой из многих, когда мы найдем новый путь для Индраны.

– Ваше императорское величество, благодарим за то, что согласились нас принять. – Он сжал мою руку в своей, осторожно улыбнулся и отступил назад гораздо быстрее, чем следовало.

– Ваше величество… – В голосе Таза звучала ирония, на которую мой экам почему-то не обратил внимания.

Я пожала руку другу детства. С годами он стал еще крупнее. Моя ладонь была раза в два меньше, чем его, и он высился надо мной как башня – а это редко случается при моем-то росте.

У меня кровь закипела в жилах, и я лишь криво улыбнулась, вместо того чтобы поздороваться вслух – я не была уверена, что голос меня не подведет.

– Рада снова тебя видеть, – сказала я наконец.

– Не думал, что Темная Мать будет так добра ко мне, – улыбнулся Таз.

– Да, это редко случается.

– Ваше величество, мы счастливы, что можем поговорить с вами.

– Я понимаю, вам пришлось довериться мне, чтобы прийти сюда, – сказала я. – Тем более без оружия.

– Подозреваю, что вы и без оружия победите, ваше величество.

– Я слышала, что драки на переговорах не одобряются.

Тазерион рассмеялся, и все на него уставились. Я прикрыла рот ладонью, пытаясь спрятать улыбку. Абрахам предпочел побеседовать с моими приближенными. Таз соединил ладони и снова поклонился.

– Мы можем сесть, ваше величество?

– Разумеется. – Я опустилась на стул и указала на место рядом с собой, чувствуя себя глупой и неуклюжей. – Абрахам будет говорить только с Алисой и Заран?

Таз кивнул и оглянулся, откидывая назад черные волосы. Они почти задевали воротник черной рубашки.

– Это самая легкая часть. Трудно станет, когда мы уйдем.

– Проблемы в раю?

Он рассмеялся.

– Человеческая натура, ваше величество. Вы когда-нибудь слышали, чтобы четыре человека пришли к согласию по важному вопросу? Умеренные всегда поддерживали взгляды Абрахама на Апджа, но не думайте, что их разделяют все.

– Верно. – Я откинулась на жесткую серую спинку стула и скрестила ноги. – Скорее всего, вы выработали какой-то общий план.

– В некотором роде, – Таз повел плечом. – Партия Кристофа выступает громче всех и хочет отделиться. Многие считают, что привлечь внимание можно только насилием, и вопрос лишь в его степени.

– Слова, кулаки или молот?

– Или тактическое ядерное оружие.

Я улыбнулась, но потом собралась и оглядела старого друга. Он выдержал осмотр спокойно. Он всегда был таким. Скала посреди моего бушующего шторма. Он не сильно изменился, хотя возраст тронул его лицо, вырубив морщины у глаз и рта.

– Ты так и не женился? – Я не собиралась задавать этот вопрос вслух. – Етит-твою… Прости. Можешь не отвечать.

– Нет, ваше величество. Я не хочу растить детей в обществе, которое утверждает, что одна половина его членов хуже другой просто по праву рождения.

Я приподняла бровь, услышав металл в его голосе, и постаралась не смотреть на своих телохранителей, которые бросили делать вид, что нас не слушают.

– Но как это исправить, Таз? – Я наклонилась, опершись локтем о колено. – Все было просто ужасно, когда я ушла, и наверняка стало еще хуже. Хотя теперь я могу сама принимать важные решения. Мне нужны подробности и хорошие идеи.

Ему явно стало легче. На секунду мне показалось, что он сейчас заплачет. Но потом он моргнул, кашлянул и улыбнулся.

– Когда, ваше величество?

– Завтра, если успеешь. Чтобы изменить менталитет, времени понадобится куда больше, но я могу ввести любые формальные изменения, когда захочу. – Я подмигнула. – Одно из преимуществ моей работы.

– Тогда завтра я отправлю все Альбе.

– Принеси список лично, Таз, – попросила я. – Я хотела бы поговорить с тобой еще.

Тут действие фрина закончилось, и на меня обрушилась усталость. Я чуть не упала на пол.

– Хейл, что случилось? – Таз потянулся к моей руке, но остановился, услышав рык Эммори.

– Месяц выдался долгий, – выдавила я, понимая, что своей слабой улыбкой никого не обману, – устала.

– Уведите ее. Нельзя, чтобы Абрахам увидел ее такой, – велел Таз.

– Тебе придется меня нести, сама я сейчас не встану, – прошептала я, весьма заинтересованная его словами. Значит, Таза волнует не только мое состояние, но и мнение Апджа о любых признаках слабости с моей стороны. – Дай мне минуту. Эммори, я уверена, что у тебя в рукаве есть способ отвлечь внимание, который никого не убьет.

Он метнул в меня тот самый Взгляд. Альба скользнула между мной и Абрахамом, прикрывая меня.

– У вашего величества могут быть и другие дела, – тихо сказал Эммори. – До двери дойдете?

– Должна. – Я сделала глубокий вдох и встала, пока Альба отвлекала Абрахама. Улыбнулась и протянула ему руку. – Сожалею, но я должна идти. Уверена, что вы сможете продолжить работу и без меня.

– Ваше величество, – Абрахам сложил руки перед грудью и быстро поклонился, – благодарю вас. Вы не представляете, что значит для нас эта встреча.

– Она принесет пользу людям Империи, – кивнула я, – поговорим позже.

Я улыбнулась Тазу, кивнула Алисе и Заран и вышла из комнаты, пока у меня не подломились колени. Зин обхватил меня за талию.

– Ваше величество?

– Просто отнеси меня, – вздохнула я, – у меня нет сил с тобой спорить.

Он подавил смешок и понес меня по коридору до моей комнаты.

Откинувшись на спинку дивана, я боролась с наплывающей чернотой.

– Мэм, просто спите. Мы здесь. – Каспиан Юрий Крескин тихо сидел на своем посту. Юный телохранитель поначалу был самым робким из всех, а теперь он стал дви, вторым после Эммори. Наверное, за минувшие недели он изменился сильнее остальных.

– В темноте прячется… всякое, – шепотом сказала я.

– Знаю, – он накрыл ладонью мою руку, – но мы здесь.

Я сдалась и мигом отрубилась.

Глава 4

Я спокойно выспалась. Без паники, без слез. Быстро взглянув на время на своем смати, я обнаружила, что проспала почти шестнадцать часов, и первое из солнц Пашати уже вставало. Свет Насатьи, главной звезды, затмил свет Дасры. Второе солнце ушло по своей орбите на дальний край системы. Пройдет еще десять лет, пока оно не вернется обратно и не принесет с собой зловещие зимние сумерки и удушающую летнюю жару. Сейчас Дасра казалась всего лишь тусклой звездой рядом с солнцем. А большую часть времени ее вообще не было видно.

Я чувствовала себя примерно так же, как эта звезда. Плыву по течению, следуя путем, которого не знаю и сама.

– Проклятье, – пробормотала я и сильно потерла лицо руками. Заснула я одетой – хоть что-то хорошее. Прокралась к окну, тихо ступая ногами в носках.

Несколько недель назад я храбро нырнула в хаос и теперь знала, что это было верное решение. Хотя внешне я казалась спокойной, на самом деле я металась от одного дела к другому в отчаянной надежде, что люди вокруг не позволят мне налажать слишком сильно.

«Не драматизируй, Хейл», – прозвучал в голове низкий веселый голос Портиса. Я не обратила внимания. Пусть себе смеется. Все равно он умер, и снова услышать его голос я могу только в своем воображении. Портис был моим лучшим другом, моим возлюбленным и тем человеком, которого мои бывшие телохранители послали за мной, когда я ушла из дома.

Все это время он старался охранять меня. Сообщал домой обо всех моих поступках – хотя временами сильно редактировал свои рассказы.

«Я скучаю по тебе, придурок».

«Это не сложнее, чем управлять кораблем, сама знаешь. Так что кончай сомневаться и вперед».

– В сутках слишком мало часов… – Меня взбесил собственный ноющий голос, я зашипела и отвернулась от окна. В сутках столько же часов, сколько всегда, и остальные люди вполне справляются.

У окна в гостиной стоял Эммори и смотрел на море. Губы его шевелились, и я слышала тихий шепот – он разговаривал по смати. Повернувшись ко мне, он улыбнулся.

Внезапно мой смати задребезжал сигналом тревоги – приближалась ракета. Я не успела даже закричать, как окно взорвалось пламенем, и Эммори исчез.

Я проснулась с криком, рванулась вперед и свалилась с кровати. Ударилась коленями об пол, судорожно дыша и все еще чувствуя запах дыма. Я прижалась лбом к гладкому дереву, и из глаз потекли слез.

– Это сон. Просто-напросто сон, Шива его побери! Соберись, Хейл…

На краю поля зрения плавали часы, и я поняла, что проспала шестнадцать часов. Как и в этом кошмаре. Я вскочила и вышла из спальни.

Эммори стоял у окна, но, в отличие от сна, прервал свой разговор, как только я вошла.

– Я перезвоню. Ваше величество?

– Отойди от окна. – Я знала, что это глупо, но все же схватила его за руку и оттащила к двери спальни. – Это… я… у меня… ты погиб…

Я осела на пол, и Эммори опустился рядом со мной.

– Это был сон, ваше величество. Кошмары – один из побочных эффектов фрина. Вы сами это знаете.

– Он был такой реальный, – я спрятала лицо в ладонях, плача и ненавидя себя за это. – Как глупо. Я не могу позволить…

– Вы шли вперед с того дня, как вернулись на эту планету. Вас едва не закололи, едва не застрелили, едва не отравили и едва не взорвали. Хейл, слабого человека любая из этих вещей подкосила бы и заставила сдаться.

Странно было слышать, как он произносит мое имя. В прошлый раз это случилось сразу после взрыва на площади Гаруды. Я посмотрела на него и вытерла слезы.

– Почему ты всегда находишь правильные слова?

Уголок его рта дернулся в улыбке.

– Это дар свыше, ваше величество.

– Я чувствую себя так, как будто вообще не спала.

Эммори помог мне встать.

– Вы спали, и спали хорошо. За исключением последней пары минут. Я велю Стасе принести поесть, пока вы принимаете душ. Это должно помочь.

– Надо спешить, наверняка мы…

– Я отменил все встречи на сегодня, ваше величество. Альба перенесет все, что сможет, а остальные потерпят без вас денек. – Он взял меня за плечи и посмотрел мне в глаза. – Вы совершенно измотаны, ваше величество. Хватит фрина. В этот раз мы зашли слишком далеко.

– Я в порядке…

– У вас чуть сердце не остановилось.

Я моргнула, услышав металлические нотки в голосе Эммори, и кивнула.

– Хорошо, договорились. – Рассмеявшись при виде его удивления, я ткнула Эммори кулаком в грудь и вывернулась из его рук. – Думал, я буду спорить? Эмми, мы приложили слишком много усилий, чтобы сохранить мне жизнь. Глупо будет, если я надорвусь и подохну, просто пытаясь управлять этой Империей. Раз уж я тут надолго, надо найти подходящий способ справляться со всем этим.

– Для начала я велел Альбе сократить ваше расписание. Мы просмотрим его, когда вы придете в себя, и решим, что можно поменять.

– Может быть, просто отдать Империю тебе, Эмми?

– Ни за что на свете, ваше величество.

Смех помог прогнать страх, и я пошла в ванную. Душ, чистая одежда – и последние следы кошмара истаяли.

– С кем ты разговаривал? – спросила я Эммори, откусывая печенье.

– Генерал Саито собирается поговорить с сыщиками Пехе и Уинстон через два дня, и я выяснял, буду ли свободен и смогу ли присоединиться к ней.

– Новостей о Биале нет?

– Откуда бы, ваше величество?..

Биалриарн Малик был экамом моей матери. До сих пор неизвестно, участвовал ли он в заговоре, поскольку он сбежал сразу после того, как спас мне жизнь.

Только тогда мой собственный экам сообщил мне, что Биал был из сыщиков. С ним и его сестрой – сразу после того, как их объединили в пару, – произошел несчастный случай: девушка погибла, а Биал впал в кому. Это уберегло его от безумия, от которого часто страдали сыщики.

– Что ты ей сказал?

– Что все зависит от того, как ваше величество себя чувствует.

– Эммори, мне не нужна нянька. – Я подняла стакан и посмотрела на него. – По закону я уже могу пить и все такое.

Пытаться рассмешить его оказалось забавнее, чем я думала. Эммори усмехнулся и покачал головой.

– Ваше величество…

– Серьезно. Я бы лучше сама послушала, что они говорят. Полагаю, у нас достаточно охранников?

– Я полностью одобрил кандидатуры Изы, Гиты и Индулы. Если ваше величество не возражает.

– Ты же знаешь, что нет. Мне нравятся Иза и Индула. С Гитой я пока не слишком хорошо знакома, но доверяю твоему опыту.

Иза Хаджуман служила в полиции и находилась на площади Гаруды во время взрыва. Спокойно действуя под огнем, она оставалась с нами во время нападения на дворец. Я была рада, что она приняла приглашение Эммори и перешла на работу ко мне.

Помимо Гиты, представители еще шести благородных домов Империи предложили мне услуги телохранителя, но только ее кандидатуру одобрил Эммори.

Индула был темной лошадкой. Он, очевидно, совершил что-то, чтобы заслужить доверие Эммори. Я уверена, что дело не только в том, что он был телохранителем моей матери. Кроме того, он помешал Биалу взять меня в заложники, когда мы вернулись во дворец и столкнулись с моей кузиной.

– Я поставлю Гиту в Команду-один с Зином и Кисой. Иза, Индула и Уилл будут в Команде-два. Еще остается много телохранителей, чтобы набрать остальные команды, но мне нужно время, чтобы проверить их.

– Сколько угодно. Я тебе доверяю.

– Приятно слышать, ваше величество, – улыбнулся Эммори.

– Ну, я имела в виду, что ты еще ни разу не попытался меня убить, – я показала ему язык, а потом пожала плечами. – Ты знаешь, что нам нужно для обеспечения безопасности. И я совершенно уверена, что в какой-то момент пообещала тебе и носа в это не совать. Да и вообще, у нас в распоряжении все время мира.

Глава 5

Очень странно было ничего не делать весь оставшийся день. Эммори был прав насчет моего расписания и насчет фрина. Когда через несколько часов после отмены препарата у меня разболелась голова, я поняла, как часто в последнее время превышала дозу.

Пару часов я подремала, но проснулась, снова увидев кошмар. Потом долго копалась в Ханси и других социальных сетях, читала бесконечный поток писем.

После обеда передавали экстренные новости, так что я даже села на диване.

– Альба, выведи новости на стену.

Молоденький репортер стоял перед парком – кажется, в паре километров от дворца.

– …Протестующие начали драку около семнадцати часов по стандартному времени. Хотя большинство в конфликт не вступали и до сих пор не ясно, кто его инициировал, полиция Индраны все же вмешалась. Участники драки были арестованы, но полиция не раскрывает подробностей.

– Ох, етит-твою, – буркнула я, – что опять случилось?

– Насколько мне известно, ваше величество, группа сторонников Апджа вышла на демонстрацию в районе Парка Фонарей. Они столкнулись со своими противниками, и ситуация несколько накалилась.

– Мы знаем зачинщиков?

– Нет, мэм. Я запросила в полиции список арестованных. Посмотрим, когда придет ответ.

– Если через час ты его не получишь, скажи мне.

– Да, мэм. – Альба нахмурилась и безуспешно попыталась спрятаться за планшетом.

– Что такое? – Я нахмурилась.

– Ничего, ваше величество.

– Альба, черт возьми, да в чем дело?

– Возможно, лучше будет просто оставить это дело полиции.

– Правда? – Я посмотрела на Эммори поверх ее головы. Тот пожал плечами:

– Это их юрисдикция, мэм. Короне лучше не вмешиваться.

Я засмеялась и встала.

– Эммори, кого ни спроси, мы уже вмешались. Я же читаю новости. Я не то слишком снисходительна к Апджа, не то не прислушиваюсь к их разумным предложениям.

– Даже если и так, ваше величество, существуют определенные законы. Если власть начнет лезть не в свое дело без особой на то причины, это принесет больше проблем, чем решит.

Я снова посмотрела на экран, где повторялась запись драки. Скорчив гримасу, я махнула рукой и выключила ее.

– Хорошо, пока оставим это, но, пожалуйста, держите меня в курсе.

– Конечно, мэм, – Альба кивнула.

* * *

Прошел остаток дня и следующее утро, пока меня снова не охватила жажда деятельности. После обеда мы со Стасей попытались разобрать кабинет отца. Она предложила сделать это сама, но я чувствовала, что должна принять участие.

– Я все проветрила и закрыла ставни, ваше величество.

Я кивнула и сделала шаг прямиком в прошлое.

– Мама заперла кабинет, когда он умер. Здесь двадцать лет ни к чему не прикасались.

Старый стол и полки были накрыты чехлами от пыли, но пол она покрыла толстым слоем. В пыли виднелись отпечатки ног.

При виде массивного папиного стола из светлого дерева в пятнах грязи у меня перехватило дыхание.

– Я сидела вот тут, – я коснулась края стола слева от тяжелого кожаного кресла, – и перечисляла ему планеты Империи, пока он работал. Я вспомнила все, и тогда он повел меня на пляж.

Голос у меня дрогнул, и я села в папино кресло и потянулась к старомодной фотографии в тяжелой деревянной рамке.

Отец – моложе, чем я сейчас, – улыбался и обнимал за плечи двоих парней. Его лучшие друзья, с которыми он вместе учился в академии. Я никак не могла вспомнить их имена. Оба погибли в аварии перед самым началом войны.

– За день до его смерти я сидела здесь и готовилась к экзамену для поступления на флот, – продолжила я, возвращая фотографию на стол. – Он всегда предпочитал сидеть у камина. Мы собирались поговорить с мамой, чтобы она позволила мне начать учиться раньше срока.

«Хейли, детка, уходи», – папин голос был еле слышен по смати, а его кровь стекала по моим рукам.

«Я тебя не брошу», – я сжала его ладонь.

«Я не хочу, чтобы ты это видела. Иди. Люблю тебя».

«И я тебя люблю», – ответила я мысленно, не доверяя собственному голосу. Мои телохранители увели меня прочь.

– Ваше величество, вы в порядке?

Я вытерла глаза и заставила себя улыбнуться.

– Уф-ф… Стася, оставим мебель и книги. Остальное упакуй и отправь на хранение.

– Да, мэм.

* * *

Когда мы закончили с уборкой, я села за стол почитать сводки. Но к вечеру мне снова стало неуютно, и я бродила по кабинету, пока Зин тихо стоял у дверей.

На стену транслировались новости – бесконечный повтор известий о бунте, который время от времени прерывался информацией о суде над генералом Праджапати. В зал суда пресса не допускалась, но это им совершенно не мешало. Вина генерала ни у кого не вызывала сомнений – она призналась слишком во многом. Но при этом ее любили, а работа ее никогда не вызывала нареканий. Народ уже требовал королевского помилования.

– Черт возьми, и как мне ее казнить? – пробормотала я.

– Ваше величество?

– Праджапати, – я скривилась и ткнула пальцем в изображение на стене, – я просто не могу ее казнить. Она мне нужна. К тому же ее юристы выдвигают отличные аргументы. Она поддерживала то, что считала более полезным для Империи. А у нас нет никаких доказательств ее участия в остальном.

– У нас тут не демократия, мэм, – оскорбленно ответил Зин, и я прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться.

– Слава Шиве! И без того ничего не понятно…

– Что значит, «она нужна вам»?

Я закрыла новости и открыла досье генерала Праджапати.

– В Мумбаи она училась лучше всех. В Военно-космической академии поставила рекорд в ежегодных военных играх, который уже пятьдесят лет никто не может побить. Во время войны она выбила саксонцев с четырех планет. Я не могу избавиться от такого профессионала, будь она хоть трижды предатель. Пусть лично меня она ненавидит. Все равно это глупо. Если не случится чуда, мы окажемся в состоянии войны с саксонцами до конца следующего года.

– Но вы не сможете доверять ей.

– Понимаю. Остается надеяться, что саксонцев она ненавидит больше… Ну или хотя бы что она говорила правду и желает для Империи лучшего. Я докажу ей, что лучшее – это я, – я пожала плечами. – А пока приставим к ней кого-нибудь с приказом стрелять в голову при любом намеке на измену.

Зин ничего не сказал, только выгнул бровь.

– Мне нужно пройтись. – Я потянулась. – Попроси у Стаси плащ.

– Ваше величество, мы не готовились к вашему выходу из дворца.

– Дхатт! – Я подняла руки. – Мне нужно выйти отсюда, Зин, я слишком долго тут торчу. Ты правда думаешь, что в меня опять будут стрелять? Так скоро?

– Мы всегда этого ждем, – ответил он.

– Ты прямо как Эммори, – я скривилась. – В библиотеку хоть можно? Я почти уверена, что мы сумеем сохранить мою жизнь за время этого путешествия.

Зин кивнул.

Я сгребла серое шерстяное сари, которое бросила на пол несколько часов назад, и накинула поверх зеленых штанов и чоли[2]. Когда я вышла в коридор, трое моих телохранителей тихо что-то обсуждали. Киса и Гита поклонились.

– Ваше величество.

Я кивнула в ответ.

«Не спешите со встречей. Обещаю, что не покину дворец. Мы будем в библиотеке, когда закончим», – я отправила Эммори сообщение, хотя была совершенно уверена, что Зин тоже сделал это, едва я вышла из кабинета.

Дворец гудел. Когда я проходила мимо, люди кланялись или приседали в реверансах, иногда я останавливалась поговорить с теми, чьи лица были мне знакомы. Вместе с Зином я постояла в дверях библиотеки, пока ее осматривали другие телохранители. Для широкой публики библиотека была закрыта, но некоторым дозволялся доступ к определенным материалам.

В нашем цифровом мире бумажные книги до сих пор процветали, но большая часть записей все же велась в электронном виде. Здесь хранилось редкое собрание печатных работ. Мама пополняла его часто, но бессистемно, скупая книги по всей Империи, в Солярианском Конгломерате и в других местах. Однажды я спросила папу, зачем она это делает, и он ответил, что ее это радует.

Я вдохнула знакомый успокаивающий запах старой бумаги и подошла к массивному кожаному креслу у огромного камина. В детстве библиотека была моим любимым убежищем – после папиного кабинета. Я сворачивалась в кресле с бумажной книгой или с каким-нибудь текстом в смати и пряталась от всего мира и от мамы.

От приступа ностальгии я даже покачнулась. Зин поддержал меня под локоть.

– Ваше величество?

– Все хорошо. Просто воспоминание.

В камине лежали дрова. Я взяла с каминной полки зажигалку и наклонилась. Гита тут же дернулась.

– Ваше величество, позвольте…

Я остановила ее одним взглядом.

– Я императрица, Гита, а не инвалид.

– Да, мэм. Прошу прощения.

– Ты привыкнешь, – утешила ее я и подожгла дрова. Через несколько минут пламя охватило поленья, а очистители воздуха сразу засекли изменение уровня углекислого газа в зале. Я откинулась на пятки, потом встала.

– Зин, новостей от Таза нет?

– Утром он прибыл во дворец, ваше величество. Альба приготовила комнату для Шивана в гостевом крыле. Мы постараемся включить его в расписание.

– Будет много шума, если я позову его сюда? – я невинно взглянула на Зина.

– Ваше величество, он – второе лицо в Апджа…

– Которое прибыло сюда по моему приглашению. Я уверена, что его обыскивали и просвечивали несколько раз. Можешь даже еще раз его обыскать, когда Альба его приведет. – В дверь библиотеки постучали, и я кивнула Зину.

Гита смотрела на нас, распахнув карие глаза. Киса улыбнулась и пошла к двери вслед за Зином.

– Ты привыкнешь, – проходя мимо, она похлопала Гиту по руке.

Я забралась в кресло с ногами и завернулась в серую ткань. Пламя в камине плясало и потрескивало.

– Ваше величество.

Я улыбнулась Тазу, но он не улыбнулся в ответ.

– Садись. Выпить чего-нибудь хочешь?

– Не откажусь. Чаю, пожалуйста.

– Альба?

– Да, ваше величество. – Она вышла.

Таз сел в кресло напротив меня. Он был одет в темно-синий жакет неру[3] и свободные кремовые штаны.

– Прошу прощения за такой неформальный костюм, ваше величество. Ваш приказ застал меня врасплох.

– Ты прекрасно выглядишь. А «не против ли ты поговорить?» – это не приказ.

– Приказ, если исходит от императрицы.

– Откуда такая неприязнь? – Я села прямее. Альба вернулась, громко цокая каблуками по твердому полу, и поставила поднос на маленький столик. Я кивнула ей и взяла чашку с чаем.

Я изучала Таза сквозь поднимающийся над чашкой пар. После первой встречи мне показалось, что мы сможем снова дружить, как будто последних двадцати лет и не было. Но его настороженный взгляд сказал мне, что я полная идиотка.

– Спасибо, – Таз улыбнулся камергеру, когда она подала ему чай.

Я заставила себя молчать. Добавив в чашку столько молока и сахара, что хватило бы на целый школьный класс, он выпил почти половину, а потом посмотрел на меня.

– Вы научились терпению, ваше величество, – сказал он с кривой улыбкой.

– Жизнь научила.

Я по-прежнему читала его, как открытую книгу. На его лице промелькнуло удивление – он пытался понять, шучу ли я.

– Вы арестовали моих людей, – сказал он.

– Я никого не арестовывала.

– Хорошо, моих людей арестовала полиция. Что вы предпримете по этому поводу?

Мне не нужно было смотреть на своих телохранителей, чтобы узнать их реакцию. Вздох Гиты оказался недостаточно тихим, а взгляд Зина пронзил воздух, как лазерный луч. Я поставила чашку и уставилась на Таза.

Повисла тяжелая тишина, но наконец он опустил глаза и пробормотал:

– Прошу прощения, ваше величество, я вышел за рамки приличий.

– Не повторяй этого. В Империи существуют законы, Тазерион. – Его имя прозвучало в моих устах совершенно ужасно. – Мы не хотим нарушать их и ухудшать ситуацию.

– Прошу прощения. Ваша мать велела бы расстрелять арестованных.

– Но я не моя мать. – Я встала с кресла и поставила чашку на каминную полку. Прижала обе ладони к темному камню. Пламя танцевало на поленьях, облизывая их края и обжигая. Одно полено скатилось вниз, рассыпая искры.

– Это очевидно. – Таз встал одновременно со мной. Отставив чай в сторону, он взглядом попросил у Зина одобрения и придвинулся к огню. – Все меняется. Иногда мы с этим не справляемся.

– И не говори. – я перевела на него взгляд. В его глазах таился намек на улыбку. – Почему ты не пошел со мной?

– Я очень хорошо помню твои слова. Ты сказала, что должна сделать это в одиночку. Что мне не нужно тратить свою жизнь, удовлетворяя твою жажду мести…

– И это правда, – буркнула я, – скорее всего, ты бы погиб. Как все остальные.

– Знаю. Сочувствую твоим потерям.

– Это в прошлом. – Я поворошила в камине кочергой. – Предпочитаю думать о будущем Индраны, а не лить слезы по былому. Эммори говорит, что Абрахам покинул столицу.

– Как я сказал позавчера, Апджа разделены. – Он снова оглянулся на моих телохранителей. – И еще кое-что. Смерть принцессы Церы очень сильно ударила по Абрахаму. Он не говорит об этом и, думаю, не скажет, но он любил твою сестру.

– Знаю, – я грустно улыбнулась.

«Таз, Атмика – их дочь?» – спросила я по смати, потому что спрашивать такое вслух опасно.

«Абрахам не признается, но, наверно, так и есть».

– Значит, главный теперь ты?

– С его полного одобрения, ваше величество, – ответил Таз. – Мы полагаем, что так будет лучше. – Его глаза говорили то же самое. – Я надеюсь, что сумею сплотить всех Апджа и добиться мира, которого мы все жаждем. Вероятно, вы хотите…

Хлопнула дверь, и в библиотеку вошел Эммори. Он резко бросил что-то Зину, от чего тот вздрогнул, но лицо Эммори оставалось бесстрастным. Он кивнул мне.

– Ваше величество.

– Эффектное появление, экам. – Я отпила чаю. – Что случилось?

– Шиван, отойди от императрицы.

Услышав тон Эммори, я нахмурилась. Таз послушно сделал шаг назад, улыбаясь при этом.

– Императрица сама пригласила меня.

– Императрица, которую ты хочешь свергнуть.

– Я хочу равенства, экам, и ничего больше. Несмотря на обстоятельства, которые привели ее на это место, я рад видеть ее на троне.

– Ваше величество, не слишком мудро с вашей стороны встречаться с этим человеком без дополнительных мер безопасности.

– Что, прости?

Все замерли. В комнате воцарилась тишина, не считая потрескивания огня, но я все же с трудом слышала Эммори – так сильно колотилось сердце. Я осторожно поставила чашку на каминную полку, перебирая возможные ответы.

– Тазерион, рада была тебя видеть. Спасибо за разговор. Увидимся завтра. Альба проводит тебя в твою комнату.

– Ваше величество. Экам. – Таз отвесил идеальный поклон и вышел.

– Остальные вон. Кроме тебя, – добавила я, потому что Эммори тоже собрался уходить. Когда Зин закрыл дверь, я скрестила руки на груди. – В следующий раз, когда захочешь что-то мне сказать, делай это без свидетелей или по закрытому каналу связи. Не смей ставить мои решения под сомнение в чужом присутствии. Ясно?

– Я забочусь о вашей безопасности.

– Черт тебя дери, Эммори, ты сомневаешься в моей компетентности! Это разные вещи. Я не идиотка, но когда ты так ведешь себя со мной перед лицом бунтовщиков, я кажусь идиоткой!

– Вы встречаетесь с лидером бунтовщиков в сопровождении всего лишь трех телохранителей, ни один из которых не стоит достаточно близко, чтобы защитить вас в случае опасности.

Я подошла к нему ближе.

– Двадцать лет назад я уже могла надрать Тазу задницу и с тех пор еще кое-чему научилась.

– Ваша уверенность в себе восхищает, ваше величество, но мой долг – обеспечить вашу безопасность. А если у него была с собой бомба, как у Рамани?

При имени маленькой девочки у меня все внутри сжалось.

– Очень хочется дать тебе в морду… – сказала я и отвернулась, чтобы не поддаться этому желанию.

– Он член Апджа. Эта группировка как минимум частично ответственна за происходящее.

– Апджа расколоты. Уход Кристофа был только началом. Абрахам не может удержать их вместе, но он надеется, что сможет Таз. Или что он хотя бы удержит большинство. Все это я узнала сегодня, и нет ни единого шанса, что Таз скажет что-то подобное завтра, под запись и в присутствии свидетелей.

– Ваше величество…

– Я не закончила. – Я взмахнула рукой, делая ему знак замолчать. – Не понимаю, в чем твоя проблема. Я знаю, что делаю, независимо от того, делюсь ли я этой информацией с тобой. Я всегда прислушиваюсь к своей интуиции, потому что она никогда меня не подводила. Ты, конечно, можешь не соглашаться – наедине со мной, – но на публике молчи. Ясно?

Эммори внимал мне, выпрямив спину.

– Да, ваше величество.

– Вон отсюда, видеть тебя не хочу.

Я все еще была в ярости. Когда его шаги затихли вдалеке, я села на пол и уставилась на огонь.

– Ваше величество?

Я встала и посмотрела на Зина. На его лице было написано беспокойство – и все, никаких других чувств. Я вздохнула и потерла лоб.

– Я же не слишком резко себя вела? У меня были причины.

– Эммори иногда бывает очень… целеустремленным, ваше величество.

– Как ракета с лазерным наведением.

– Да, мэм. – По бесстрастному лицу Зина скользнула улыбка.

– Между прочим, ты не ответил на мой вопрос, – я косо посмотрела на него и хлопнула ладонью по столу. Подошла к окну и посмотрела на низкое солнце. И вдруг вздрогнула от случайной вечерней мысли, которая удивила и разозлила меня одновременно. – Хаи Рам… Я что, действительно боюсь ложиться спать?

– Ваше величество?

– В моем досье есть информация о Растингоуле?

Зин нахмурился, а его серо-зеленые глаза на мгновение затуманились, пока он вел поиск.

– Нет, мэм.

– Забавно. Хотя, наверное, не стоит удивляться, что Портис не стал об этом рассказывать. Ему бы велели немедленно доставить меня домой, если бы узнали.

– Что там произошло?

– Растингоул – не место. Это человек. Был человек… – Я отошла обратно к камину и опустилась на колени перед огнем. – Он был свято уверен, что мир гибнет, а его бог спасет только его последователей. Я так и не поняла, зачем ему при этом оружие, но странно искать логику у сумасшедшего. Хао вообще не стоило с ним работать. Я ему говорила, даже просила этого не делать. Все было не так, но уж больно хорошие деньги он посулил. Все пошло наперекосяк, как обычно в таких делах, и наконец мы все оказались в плену. – Я оглянулась на Зина. – Растингоул и его последователи восприняли слова о теле Христовом буквально. Они сожрали Хэмиша, прежде чем мы сумели сбежать.

По спине пробежала дрожь, и я протянула руки к огню. Зин опустился на колени рядом со мной.

– Я заколола Растингоула его же собственным ножом и после этого спала как младенец. Хао навсегда перестал сомневаться в моей интуиции. Я столько дерьма видела в жизни, но почему кошмары мучают меня только теперь?

– У всех есть предел, ваше величество. Вы в безопасности, по крайней мере прямо сейчас. Естественно, вы немного расслабились. – Зин взял кочергу и потыкал в камин. – Но именно поэтому Эммори так напряжен. По его опыту все самое худшее происходит сразу после больших дел.

– Так вот в чем дело? Он думает, я все испорчу и подведу телохранителей?

Зин ответил не сразу, а когда ответил, то смотрел на огонь, а не на меня.

– Дхатт, – тихо сказал он, – он не думает, что вы кого-то подведете. Он боится подвести вас.

– Что?

– Ему снится, что вы умираете. Каждую ночь с того взрыва.

Глава 6

Я не знала, как ответить на откровенность Зина, а развивать тему он отказался, поэтому я свернулась в кресле и читала, пока огонь в камине не погас.

Обратно к себе я шла в полной тишине. Экама нигде не было видно. Я поужинала в одиночестве и легла пораньше, надеясь, что боги смилостивятся и даруют мне ночь без сновидений.

И почему, интересно, я на это надеялась? Боги никогда не были добры ко мне. Я проснулась в темноте с криком и плакала, пока не поняла, что это был просто сон.

Через некоторое время я снова заснула. Ничьих смертей я больше не увидела, но сны все равно были беспорядочные и тяжелые, так что проснулась я в жутком настроении.

Отчет Эммори о вчерашней встрече с генералом Саито мое настроение не улучшил. Отчет был подробным и идеально составленным и наверняка содержал ответы на все вопросы, которые только могли бы у меня возникнуть.

Как будто Эммори не хотел со мной разговаривать.

Я закрыла отчет, не читая, и вылезла из постели. Завтрак уже принесли, и я нехотя поклевала что-то, глядя в окно.

– Вы не голодны, ваше величество? – спросила Бене, одна из новых горничных, молоденькая, с огромными карими глазами и короткими каштановыми кудряшками.

– Нет. – Я взяла с подноса только чашку чая. Стася ни слова не сказала, когда я натянула мундир, а горничная просто заплела мне волосы в косу, чтобы не падали на лицо. Я направилась на первую на сегодня встречу.

Кас шел рядом. Обычно его присутствие меня раздражало, но сегодня оно только подчеркивало отсутствие Эммори. Зин дежурил вчера ночью, так что теперь меня окружали члены Команды-два.

Альба быстро уловила мое настроение, как будто мы долгие годы работали вместе, и пока я шла по бесконечным коридорам, никто меня не тревожил. Я тихо села на свое место и стала слушать, как Ракшасы – военный совет Индраны – обсуждают последние передвижения саксонского флота.

– Вчера в нашу систему вернулись три корабля «Ваджраяна», которые были на маневрах, когда на нас напали саксонцы. Я постараюсь интегрировать их в наш флот. С момента нападения на Канафи мы не наблюдали никаких серьезных наступлений в нашу сторону, – говорила адмирал Хассан, указывая на планеты, плывущие над столом в зале военного совета. – С момента нашей последней встречи они придвинулись ближе к центру саксонской территории, но ненамного.

– Проблема Канафи в том, что они все еще ведут сражения с войсками, которые называют Саксонским ударным корпусом, но никто не может предоставить мне достоверные изображения, – Каспел нахмурился, склоняясь над столом. – К тому же я не могу оценить количество кораблей в этом районе. Судя по первым отчетам, их меньше дюжины.

– Нам нужно отправить туда подкрепление. – Генерал-лейтенант Агани Трискан, преемник Праджапати в совете, был худым мужчиной с кислой физиономией. Его рекомендовали не только генерал Хассан, но и генерал Саито, но все же его назначение вызывало у меня определенную тревогу. Во-первых, он был мужчиной, а во-вторых, еле достиг моего возраста. – У наших войск должны заканчиваться боеприпасы.

– Мы не можем послать туда адмирала Шула, пока не узнаем все данные о ситуации, – ответил Каспел. – Канафи не стоит Второго Флота, даже с кораблями «Ваджраяны». Лучше всего перекрыть туда пути и уморить их голодом.

– Но там люди! Женщины, мужчины, дети! Как вы можете…

– Я прекрасно знаю, кто находится на Канафи, Агани.

– А в космосе над планетой? О чем вы вообще думаете?

– Замолчите оба! – генерал Ванди хлопнула ладонью по столу, бросив на меня взгляд. – Агани, я знаю, что вы тревожитесь за своих дочерей, но давайте не сходить с ума. Директор Ганедж делает все, что может, несмотря на ограниченный доступ к информации.

«Его дочери на Канафи?» – спросила я адмирала Хассан по закрытому каналу.

«Да, мэм. Одна в армии на Малой, другая во флоте, она работала над проектом «Ваджраяна».

– Приношу свои извинения, директор, я вышел из себя, – Агани сложил руки перед грудью и поклонился Каспелу, который просто отмахнулся.

– Я понимаю ваши доводы, генерал. Мы делаем все, что можем. Клянусь вам.

– Каспел, к вечеру я хочу получить от вас план разведки. Нам нужно знать, сколько саксонских кораблей находится в системе, чтобы действовать дальше, – сказала адмирал Хассан. – Пока мы не получим эту информацию, у нас связаны руки. А лично я не хочу сидеть и ждать следующего хода саксонцев.

Все закивали. Собрание заканчивалось, так что я встала и направилась к двери.

– Ваше величество, я хочу принести свои извинения за отсутствие прогресса в деле Биала, – генерал Саито поймала меня у двери, сложила руки и поклонилась. – Несчастный случай произошел сразу после объединения их с сестрой в пару, так что формального обучения он не прошел. Но, по всей видимости, он обладает врожденным талантом. Мои сыщики говорят, что обнаружить его след довольно трудно.

– Вы его потеряли?

– Прошу прощения, ваше величество. Я полагала, Эммори сообщил вам.

– Он направил мне отчет, но у меня не было времени его прочесть.

– Я думала, вы обсудите это лично…

– Утро выдалось тяжелое. Прошу меня извинить, но мне пора на встречу с матриархами. – Этот ответ мне самой показался грубым, но я проигнорировала недоуменное выражение на лице генерала и вышла из комнаты.

Предстоящая встреча немного пугала, но опаздывать смысла не было: я знала, что Клара без меня не начнет.

Да и вообще, лучше уж быть на своем месте. С самой попытки переворота я не встречалась с Советом матриархов официально, и мне было интересно, как поведут себя сторонники матриарха Хатри.

– Кас, Иза пойдет со мной, – сказала я у самых дверей зала. Не дожидаясь ответа своего дви, я повернулась к девушке: – Я хочу, чтобы ты отслеживала все реакции, которые покажутся тебе необычными.

– Есть, мэм. – Иза попала ко мне во время попытки переворота, но новая работа ее совершенно не пугала.

Матриарх Десаи уже была на месте. При виде Изы, которая проследовала за мной и замерла за моим креслом по стойке «смирно», матриарх только приподняла бровь. Утренний свет пробивался сквозь витражное окно и лежал на стене синими пятнами.

Я наблюдала за дверью, отмечая появление каждой из матриархов. Алиса и Заран о чем-то оживленно беседовали, но поприветствовали меня реверансом и улыбнулись вполне искренне. Матриарх Уэйбли, наоборот, отвела глаза и постаралась поскорее сесть. Эта темноволосая женщина поддерживала Эльзу Хатри, считавшую, что мои претензии на трон незаконны, однако в дальнейших событиях участия не принимала. Я отметила, что нужно бы изучить ее поподробнее.

У Локи Наиду, матери Ганды, залегли темные круги под глазами. Взмахом руки я запретила Изе останавливать ее. Тетя подошла прямо ко мне и рухнула на колени.

– Ваше императорское величество, я приношу искренние извинения от имени своей семьи. Мы молим вас о прощении.

– Маи, Лока, – я протянула ей руку, сдвинувшись на самый краешек кресла, – вторая ваша дочь уже говорила со мной. Ганда действовала по своему собственному разумению. Я не считаю вас причастной к этому.

– Я воспитывала ее по-другому, ваше величество. Не знаю, когда все пошло не так… – Глаза ее потемнели от горя. Она упорно смотрела в пол. – Мне следовало знать, что она замышляет.

– Дети умеют скрываться от родителей. Моя мать многое бы вам рассказала об этом. Встаньте, пол слишком холодный. Я вас прощаю.

– Благодарю вас, ваше величество, – она улыбнулась, поклонилась и отошла к своему месту. Я пропустила появление остальных матриархов, но именно для этого и взяла с собой Изу. В нескольких из них я не была уверена. Когда я оглядывала стол, легко было заметить, кто смотрит мне в глаза, а кто отводит взгляд.

Клара пристукнула кулаком по столу, и все разговоры прекратились.

– По всем очевидным причинам в комнате присутствует телохранитель. Я полагаю, это продлится до того момента, когда мы с корнем вырвем из наших рядов измену.

При словах Десаи матриарх Праджапати заерзала на месте и переплела тонкие пальцы. Костяшки на них побелели. Никто не винил ее в предательстве сестры, но я заметила, что расстояние между ней и соседками было чуть больше, чем между остальными матриархами.

– Я рада также приветствовать матриарха Заран Хатри в зале совета, – тепло улыбнулась Клара. – Несмотря на неприятные обстоятельства, мы высоко ценим ее мудрость.

Я топнула левой ногой в знак одобрения, и остальные последовали моему примеру. Через пару секунд наступила тишина. Заран кивнула, немного напряженная из-за всеобщего внимания.

– Заран, можешь ли ввести нас в курс дела относительно встречи с Апджа? – продолжила Клара.

Заран кивнула – ее короткие локоны при этом подпрыгнули – и положила бледные ладони на стол.

– Три дня назад мы с Алисой сопровождали императрицу на встрече с двумя высокопоставленными членами Апджа – Абрахамом Судой и Тазерионом Бентоном Шиваном. На сегодня назначена еще одна встреча с Тазерионом и двумя другими представителями Апджа, где могут присутствовать матриархи и члены второго совета. Там мы сможем понять, чего Апджа хотят от правительства. Во время первой встречи мы с Алисой переговорили с обоими мужчинами. Абрахам был мил и вежлив. Не такого поведения ожидаешь от лидера оппозиции, – она коротко улыбнулась. – С того момента я поговорила еще с несколькими участниками группировки. Они выражаются достаточно ясно и единым фронтом выступают за то, что называют «подлинным равенством полов в Империи».

– Вы находите это смешным, матриарх Зеллин? – спросила я у усмехнувшейся женщины.

– Мне многое смешно, ваше величество. Начиная с того, что мы вообще ведем переговоры с известной террористической группировкой, открыто участвующей в выступлениях против трона, и заканчивая той идеей, что равенства до сих пор нет. Шива всемогущий, да у нас премьер-министр – мужчина! Больше половины ваших телохранителей – мужчины. Вы только что ввели мужчину в состав Ракшасов. Чего им еще надо?

– Если мне будет позволено, ваше величество, – Алиса подняла руку. Я кивнула, и она посмотрела на остальных. – Им нужны не только должности, Тара. Они не хотят получать отказы от работодателей, даже если подходят на должность, просто потому что начальство желает видеть на этом месте женщину. Они хотят получать равную плату за одинаковую работу, и ни равгой меньше.

– Это абсурд. Я плачу своим работникам-мужчинам ровно столько же, сколько женщинам.

– А вот статистика по Империи говорит другое, – ответила Алиса, но по комнате уже разнеслись шепотки, одобряющие слова Тары Зеллин.

– Ваше величество, прошу прощения, но я не могу принять все это всерьез, – вмешалась матриарх Суракеш. – Не так давно эта группировка уничтожила многих невинных людей. Империя никогда не вела переговоров с террористами, и начинать переговоры сейчас, когда мы на грани войны… Ваша мать никогда бы этого не одобрила.

Я уставилась на нее. Чего-чего, а этого я совсем не ожидала, у меня просто не было слов. И хуже того, больше половины матриархов согласно закивали.

И моя мать. Я молчала, хотя мне хотелось кричать. Но если люди не перестанут тыкать мне в лицо ее правлением, я не смогу удержаться.

«Ваше величество, у вас повысилось давление», – тихо сказала Иза по закрытому каналу.

«Знаю, – отозвалась я, – скоро ты к этому привыкнешь».

Я отключила предупреждающую вспышку, маячившую на краю зрения, и сделала глубокий вдох, который не прошел незамеченным для женщин за столом.

– Леди, – я оперлась руками о стол и встала, – я повторю это только один раз, так что лучше бы вам прислушаться. Времена меняются, нравится вам это или нет. Никто – даже я – не может заставить вас изменить свое мнение. Но времена меняются, и Индрана должна измениться вместе с ними или кануть в прошлое. Я – не моя мать, и Индрана будущего – не ее империя. Наш народ обладает огромным потенциалом, но наши законы давненько не менялись в угоду скрытым возможностям. – Я оглядела стол. – Я могу заставить каждую из вас прийти на сегодняшнюю встречу, но не могу заставить прислушаться к словам Тазериона. Не могу заставить вас думать.

– Ее величество права, – Алиса тоже встала. – Я не собиралась поддерживать Апджа и относилась к ним скептически, но мне пришлось признать, что пора избавиться от былых заблуждений. Я призываю вас всех прислушаться сегодня к их словам. Поговорите со своими сыновьями. Вы будете удивлены тому, что они скажут.

Повисла настороженная тишина. Я прикусила губу, чтобы не улыбаться. Меньше месяца назад она говорила мне, что не верит в программу Апджа, но что-то, видимо, изменилось.

– Прекрасно. Благодарим вас, ваше величество, Алиса, – Клара улыбнулась и постучала пальцами по столу, когда мы обе сели. – Заран и Алиса подготовили полный отчет о встрече. Рекомендую всем прочитать его до полудня.

Матриарх Хассан пристукнула по столешнице костяшками пальцев.

– Это все ужасно мило, но не могли мы бы обсудить более насущные вопросы? Императрица должна обзавестись наследницей, а пока этого не случилось – назначить кого-то, чтобы при наследовании не возникло проблем. Впереди война. Народ нервничает. Потребуется много усилий, чтобы их успокоить.

Я скрестила руки на груди и посмотрела на мать адмирала Хассан.

– Мой потенциальный ребенок важнее, чем миллион остальных проблем Империи?

Клара покачала головой:

– Вам нужен наследник, ваше величество. Матриарх Хассан права. Индрана не может остаться без лидера, особенно в такой напряженный момент, как сейчас.

– По всем понятным причинам ни один человек из рода моего отца более не может претендовать на трон, – я коротко кивнула Локе. – Все прочие родственники всего лишь дети, да и слишком далеки от прямой материнской линии наследования, чтобы принимать их во внимание. Из материнской линии живы только Таран и я.

– Вы не можете назначить Тарана, ваше величество. Закон…

– Я прекрасно знаю законы, – отрубила я, перебивая матриарха Тобин, и пожилая женщина обиженно уставилась на меня. – Я всего-навсего пытаюсь сказать, что это невозможно. У меня не осталось родственников.

– Тем больше поводов взяться наконец за дело, милая, – матриарх Максвелл рассмеялась и стукнула кулаком по столу. – Найдите себе симпатичного и не тупого мальчика.

Я застонала и закрыла лицо руками. Сейчас явно не время сообщать совету, что я бесплодна. Они все с ума сойдут. Алиса тоже постучала по столу костяшками пальцев.

– Слова матриарха Максвелл, пусть и не слишком тактичные…

– Детка, когда ты доживешь до моего возраста, то поймешь, что вежливость – пустая трата времени.

Алиса сочувственно улыбнулась мне:

– Я понимаю, что сейчас очень много дел, но, ваше величество, вам действительно пора начать подыскивать кандидата.

– Отлично, – я откинулась на спинку кресла и стукнула по столу кулаком, – а пока назначаю своей наследницей Алису.

В комнате воцарился хаос.

Алиса хватала ртом воздух, и лицо ее побелело.

– Ваше величество, нет. Я не хочу…

– Именно поэтому я тебя и выбрала. – Я не обращала внимания на шум. – Вы все меня вынудили, и хватит возражать.

– Ваше величество, вы не можете принимать такое важное решение без…

– Это нелепо.

– Ваше величество, к этому стоит отнестись очень внимательно…

– Вы будете утверждать, что я действую импульсивно? – поинтересовалась я у Клары.

– Ваше величество…

– Нет, в самом деле. Я наблюдаю за Алисой с того момента, как появилась здесь. Вы все ведете себя так, как будто мне все равно, кто будет править Империей после моей смерти… если со мной что-нибудь случится. Я не дура и серьезно к этому отношусь. Алиса – отличная кандидатура. Я верю, что она ставит интересы Империи превыше всего.

– Ваше величество, это в высшей степени неправильно…

– Дхатт. – я облизнула губы. – Матриах Ахария, я все еще в настроении казнить людей. Я случайно узнала, что вы соглашались с прежней матриархом Хатри, и у меня есть информация, что вы встречались с ней за пределами дворца более одного раза, поэтому я предложила бы вам не возражать мне прямо сейчас.

– Вы мне угрожаете? – она задохнулась. – Мы дружили с матриархом Хатри. Теперь нас подозревают за любые взаимодействия с людьми?

– Вы меня не слушали? Я никому не угрожаю, – ответила я. – Ладно, закончили. Алиса – моя наследница, если кто-то хочет формально возразить, сообщите матриарху Десаи. А теперь оставьте меня.

Все, кроме Алисы и Клары, ушли.

– Меня сейчас стошнит, – прошептала Алиса.

– Только не на ковер, ладно? – улыбнулась я. – Не беспокойся, ты привыкнешь.

– Ваше величество, это повлечет за собой…

– Мы справимся, Клара. Алиса сумеет управлять Империей, если со мной что-то случится. Вот что действительно важно.

– По крайней мере, пока у вашего величества не появится ребенок.

Я кашлянула и заставила себя улыбнуться Кларе.

– Конечно.

«Хейл, ты скажешь всю правду в ближайшие дни», – напомнил голос в моей голове.

Я тихо застонала и вышла из комнаты.

Глава 7

Публичная встреча с Тазом сильно отличалась от посиделок в библиотеке. Я восседала во главе до нелепости огромного стола в комнате, которую никто не использовал уже лет десять. Из высоких полукруглых окон открывался вид на дворцовые сады – сейчас, правда, покрытые льдом и снегом.

Я устала. После обеда у меня заболела голова, и пульсирующая боль только усиливалась, пока комната заполнялась людьми. Матриарх Суракеш осталась верна своему слову и не явилась, однако ее старшая дочь Мина вошла и отвесила мне элегантный поклон.

– Ваше величество.

– Рада вас видеть. Не ожидала представителей вашей семьи.

– Мы с матерью испытываем некоторые разногласия, – ответила она.

– Спасибо, что пришли.

В ответ она снова поклонилась и села на свое место.

В комнату вошли Таз и двое парней помоложе. Разговоры тут же утихли.

– Ваше величество, – он склонился передо мной. На нем был темно-серый, хорошо сшитый пиджак и брюки того же цвета.

– Тазерион. Гари. Салам. – Меня неожиданно задело то, что самого юного из переговорщиков звали так же, как одного из моих убитых телохранителей. Но имя это популярное, так что избежать подобного не удастся.

Пока присутствующие представлялись друг другу, я немного расслабилась. С учетом количества людей, пройдет еще немало времени, пока все снова рассядутся. Половины матриархов не было, а вот матриах Зеллин не только появилась, но и поприветствовала меня реверансом. Пришли все старшие дочери семей – хороший знак. Еще были премьер-министр Фанин и несколько тщательно отобранных представителей прессы.

Охрана аристократов и две команды моих телохранителей забили комнату до отказа. Эммори не явился – после вчерашнего это выглядело демонстрацией.

Я заставила себя выкинуть мысли об экаме из головы. Клара поприветствовала собравшихся и передала слово Тазериону.

Он встал, откашлялся и разгладил пиджак ладонью. Нервная привычка никуда не делась с годами.

– Ваше величество. Леди. Премьер-министр и представители прессы. Благодарю вас за то, что пришли сегодня. Благодарю за возможность высказаться… Апджа никогда не выступали против Империи. Мы всего лишь хотим стать ее частью, и частью равной. Мы считаем, что нельзя лишать половину населения возможности наследовать титулы, создавать законы, которые мы вынуждены соблюдать, и пользоваться уважением, которое женщины получают просто по праву рождения.

С некоторым трудом я оторвала взгляд от Таза и посмотрела на женщин за столом. Матриархи постарше сжимали зубы и смотрели жестко – хотя матриарх Тобин, темная лошадка, улыбалась.

Женщины помоложе разделились. Некоторые уставились на свои руки и ерзали на сиденьях. Другие смотрели вперед с каменными лицами. Некоторые улыбались, явно поощряя Таза и его слова.

– Мужчины сражались вместе с женщинами за нашу независимость от солярианцев. Вы приняли нашу поддержку тогда и продолжаете принимать ее теперь – мужчины есть во всех родах войск. Но мы не машины, которым можно приказывать. Мы мыслим рационально. Нас ведут вперед не гнев и не инстинкты. Разве в нашем тридцать первом веке мы не хотим вывести Индрану к свету? Вам принадлежит власть, но разве вы ее лишитесь, позволив нам самим решать собственную судьбу, кормить свои семьи, растить детей, получать образование и занимать публичные должности? Вы не лишитесь власти, обращаясь с нами как с равными.

– Вы хотите уничтожить монархию, – тихо сказала матриарх Десаи.

Таз смотрел не на Клару, а на меня.

– Разве эта система правления не устарела? Она годилась для нас раньше, в опасные времена, когда для самого существования нашего мира нужно было, чтобы решения принимал один человек. Теперь же наши люди живут во множестве миров, и разве это правильно, что все они подчиняются одному человеку? – Он взмахнул рукой. – Мы все пережили опасности последних двадцати лет, мы все видели, что наша Империя стояла на краю войны. И мы все еще движемся к этому, поскольку все зависит от решений одного человека.

«Ты заходишь слишком далеко, Таз», – подумала я, мечтая, чтобы в комнате не было глушилок. Пока собравшиеся переговаривались довольно тихо, но это ненадолго.

– Молодой человек, – матриах Максвелл подняла изящную руку, – вы…

Хотела ли она оскорбить его или похвалить, мы не узнали – комната вдруг затряслась. Я посмотрела на Каса, чей канал не глушили. Тот замер.

– Вставайте, ваше величество, – сказал он голосом, которого я никогда раньше не слышала, и теперь сразу вскочила на ноги.

– Задержите этих троих, но не причиняйте им вреда. – Я успела встретиться глазами с Тазом, пока телохранители выводили меня из комнаты. Он стоял перед другими двумя Апджа, подняв руки, с выражением покорности на лице.

Кас держал меня за руку, пока мы шли по коридору. Другие телохранители толпились вокруг нас, высматривая угрозу. Мне ужасно хотелось задать вопрос, но я не стала их отвлекать.

Мы шли не в мои покои. Вместо этого Кас резко повернул направо в узкий коридор. Мой дви остановился перед голой металлической дверью и приложил ладонь к панели сбоку. Дверь отъехала в сторону, открывая крошечный лифт.

– И куда он ведет? – спросила я.

– В подвалы дворца. Ваша мать выстроила убежище несколько лет назад.

Он попытался затащить меня в лифт, но я сопротивлялась. Сердце стучало где-то в ушах.

– Ваше величество, это необходимо.

– Разве Эммори тебе не сказал?..

Я не собиралась начинать этот разговор в коридоре, но просто не могла сделать шаг вперед, в стальной гроб.

– Я не могу. Просто не могу туда зайти.

– Ваше величество, – паника на лице Каса, должно быть, отражала мою собственную, – пожалуйста, не заставляйте меня тащить вас силой. У меня приказ…

– Насрать мне на твой приказ…

– Ваше величество, – из-за угла появился Эммори, – все свободны. Угроза нейтрализована.

Телохранители расслабились, и Кас тихо увел их, так что мы с Эммори остались одни.

– Что случилось? – Я закрыла глаза.

– Два человека въехали на грузовике в ворота дворца и взорвали машину. Поступают сообщения о взрывах в столице, но пока ничего конкретного.

– Темная Мать… Сколько пострадавших?

– Погибли две охранницы у ворот и несколько гражданских, ждущих приема. Многие ранены. – Эммори потер лоб ладонью. – У меня еще нет цифр по другим нападениям. Мы не знаем, пытались ли они прорваться в ворота. Я хотел отвести вас в безопасное место. Прошу прощения, я должен был посвятить вас в этот план и напомнить Касу о вашей клаустрофобии.

– Наверное, нужно было провести репетицию. Штук восемьсот, точнее. – Я сглотнула, тихонько выругалась и сделала шажок к лифту. – Ну, раз мы уже здесь, посмотрим, что будет в несрочной ситуации…

– Ваше величество…

– Пожалуйста, не спорь со мной, это просто даст мне повод уйти.

К счастью, я была не в юбке, которая заняла бы половину лифта. Там было не больше двух квадратных метров – четыре человека поместятся, если они друг другу не противны. Задержав дыхание, я сделала шаг вперед. Эммори последовал за мной, и пол слегка просел. Я закрыла глаза, зная, что если, обернувшись, увижу, как Эммори загородил мне выход, то сойду с ума.

Дверь закрылась бесшумно, но световое пятно перед моими веками дернулось в сторону, и сердце рухнуло в пятки. Я открыла глаза и уставилась на свое размытое отражение в полированной стене.

– Генерал Саито сказала, что сыщики потеряли след Биала.

– Ваше величество?

– Эммори, просто поговори со мной. Мне нужно думать о чем-то, кроме того, что я заперта в ящике. – Я ухватилась за поручень на стене, когда лифт двинулся, и истерически засмеялась.

– Вы не прочитали мой отчет?

– Утром не было времени, – я прижалась лбом к прохладному металлу, – и я все еще на тебя злилась.

– Вы были правы, ваше величество, – он вздохнул. – Прошу прощения за то, что поставил ваши решения под сомнение. Кас сказал, что вы приказали задержать Апджа.

– Мне кажется более чем вероятным, что за этими нападениями стоит Кристоф, но так будет безопаснее для всех.

Эммори прислонился к стене рядом со мной, и я повернула голову, чтобы смотреть ему в лицо.

– Ту Уинстон – одна из лучших сыщиков, которых я знаю. Они потеряли след Биала в пустошах, но вернулись назад, и она уверена, что сможет отыскать след снова.

– Ты ведь изучал его действия здесь?

Эммори кивнул.

– Мне нужен полный отчет. Может быть, мы найдем что-нибудь, что пригодится сыщикам.

– Мы, ваше величество?

Я дернула плечом, пытаясь не замечать, что лифт потряхивает.

– Я хочу знать, участвовал ли он в заговоре против моей семьи. – Дверь отъехала в сторону, и я вывалилась в сомнительную безопасность подземного бункера. – Или у него просто обостренное чувство чести, и нам нужно его отпустить, а сыщиков послать за этим таинственным Уилсоном.

– Это еще сложнее, чем найти Биала.

– Знаю, но и важнее. Биал – загадка, но мы оба знаем, что если бы он хотел поставить Империю на колени, то сделал бы это задолго до моего возвращения.

Подземное убежище матери оказалось совершенно голым. Не знаю уж, была ли его постройка следствием паранойи или предусмотрительности, но назвать его можно было только бункером.

В дальнем углу стоял маленький голографический стол, а на стене висели экраны. У другой стены обнаружились другие столы и стулья. Я увидела еще две двери и вопросительно приподняла бровь.

– Справа спальня. Слева второй выход.

При этих словах у меня как будто гора с плеч свалилась, хотя я понимала, что этот выход, скорее всего, представляет собой туннель. Но отсюда можно выбраться не только в металлическом ящике!

– Зин рассказал мне о твоих снах.

– А мне о Растингоуле. – на его лице промелькнула улыбка. – Вот такой из него посредник.

– Это даже дня не продлилось.

– Ему не нравятся ссоры, ваше величество.

– А кому нравятся? – Я пожала плечами и прислонилась к голографическому столу. – Что ты ему сказал, когда вошел в библиотеку?

– Спросил, как его нога. – Эммори вдруг показался мне пристыженным. – Я злился. Непроизвольно вышло.

– Зато в тему. Как его ранило? За что у тебя Звезда?

Имперская Звезда – очень престижная награда, которую получают не просто за храбрость, а за нечто экстраординарное, выходящее далеко за пределы служебного долга и, как правило, приводящее награждаемых на путь к храму – обычно они не выживают.

Звезда Эммори была вытатуирована на щеке, так что ее видели все. И я сомневаюсь, что такое заметное место для сложного узора в виде звезды с четырьмя лучами, немного загнутыми против часовой стрелки, было выбрано просто из гордости.

– Я ношу ее на лице, чтобы при каждом взгляде в зеркало вспоминать, что моя ошибка убила людей, которых я люблю, – ответил он, как будто я задала вопрос вслух. – Зин не просто ранен в ногу, ваше величество. У него протез от колена и ниже. – Эммори похлопал по колену себя, и глаза его затуманились горькими воспоминаниями. – Мы работали в поле уже несколько лет, но все равно оставались новичками. Жуткий случай. Вы, наверное, его не помните, вам тогда было девять или десять. Мы разыскивали серийного убийцу, который сумел сбежать до приведения приговора в исполнение.

– Помню. Ты говоришь об убийце Четырнадцати Роз, – я кивнула и поежилась. – Офа и Тефиз сходили с ума целый год, пока его не поймали. Нам почти не разрешали выходить за пределы дворца, да и после его смерти Тефиз не снимала руку с пистолета.

– И правильно. После поимки его последователи убили больше людей, чем он за всю свою карьеру. – Эммори покачал головой. – Мы с Зином нашли его за Солярианской территорией. Он погиб в перестрелке.

Экам и глазом не моргнул, солгав мне, хотя мы оба знали, что наверняка ему и не приказывали вернуть Хоуэлла Таджмана домой живым.

– Мы застрелили одну из женщин рядом с ним и не проверили, на самом ли деле она мертва. Она отхватила Зину ногу мачете, и в остальных я уже стрелял дважды.

Я вздрогнула.

– Я расслабился, решив, что работа уже сделана, и мы оба чуть не погибли. Зин потерял ногу, и я себя никогда за это не прощу.

– Он тебя не винит. – Я прижала руку к губам, осознав, что могла потерять их обоих задолго до встречи с ними. Интересно, как бы все сложилось, если бы они погибли на заброшенном складе на краю Солярианского мира…

Наверное, я бы тоже уже погибла.

– Ему и не нужно, ваше величество. Я исполнял свой долг – и совершил ошибку.

– Ты боишься того же самого? – Сделав глубокий вдох, я подошла к лифту.

Эммори медленно покачал головой.

– Я не боюсь, ваше величество. Я просто этого не допущу. Я поклялся защищать вас и Империю. И я не нарушу клятвы.

Я не собиралась говорить экаму, что он не прав. Раскаяние – его личное дело. Если я что-то и узнала об Эммори за короткое время, что мы провели рядом, так это то, что если он принес клятву, сами боги не заставят его повернуть назад.

Наверх мы ехали в тишине. Дверь открылась, и, увидев, что все остальные телохранители стоят в коридоре, я вышла наружу так спокойно, как будто мое сердце не выскакивало из горла.

– Вам стоит восстановить дыхание, – прошептал Эммори. – Я отключу демонстрацию ваших жизненных показателей для остальных, пока вы не успокоитесь.

«Я работаю над этим, Эмми», – сказала я по закрытому каналу, не глядя в его сторону, и улыбнулась подошедшей Альбе.

– Пойдем поговорим с Тазерионом. Мне правда интересно, участвовал ли он заговоре или просто стал жертвой обстоятельств.

Глава 8

– Где вы хотите с ним поговорить, ваше величество? – спросил Эммори.

– В тронном зале?

Услышав предложение Альбы, мы с Эммори одновременно покачали головами.

– Слишком формально, – возразила я.

– Слишком открыто. Сейчас они заперты в своих комнатах, но мы можем освободить кабинет для допросов, – сказал Эммори.

– Я не обращаюсь с ними как с преступниками, Эммори.

– Но технически они и есть преступники, мэм, – вставила Альба, – только ваше милосердие… временное… не позволяет их таковыми считать.

– А как насчет того помещения, где мы были? Его подмели, вычистили и еще раз подмели. Я не думаю, что за последние десять минут оно вдруг стало небезопасным.

Эммори засмеялся, а Альба вдруг засмущалась. Я прошла по коридору в сторону зала собраний. Он был пуст, никаких следов былого хаоса. Разве что пару стульев отодвинули от стола.

Я села в кресло и закинула ногу на подлокотник.

– Альба, у нас есть съемка этого помещения во время взрыва?

– Да, мэм.

– Вырежи мне кусок. Начало – за тридцать секунд до моего появления, конец – мой уход.

Через пару минут мой смати пискнул, и я запустила воспроизведение. Таз произносил свою страстную речь, но я приглушила звук, чтобы не отвлекаться. При неожиданном громе и Таз, и Апджа дернулись – как и все за столом. Даже я вздрогнула и посмотрела на Каса, требуя объяснений.

Мой взгляд за что-то зацепился, и я включила воспроизведение снова.

– Эммори, посмотри сюда. Что ты видишь? – Я вывела файл на экран, вмонтированный в стол передо мной.

Экам склонил голову набок.

– Апджа были так же удивлены, как и все остальные. Либо они очень хорошо притворяются.

Он замолчал и ткнул в экран, отматывая на пару секунд назад.

– А вот матриарх Зеллин с места не сдвинулась. Даже вы, ваше величество, вздрогнули.

– Вся комната затряслась, так что отреагировать должны были все. В эту самую секунду она перестала стучать пальцами по столу, – я поставила воспроизведение на паузу, – как будто она считала. Но за несколько часов до того она очень убедительно возражала против Апджа.

– Неплохая маскировка.

– Шива меня упаси от политических интриг, Эммори! Почему люди не могут просто говорить то, что думают? – Я потерла лицо ладонями и посмотрела на экама. – Ты во всем виноват.

– Но вы меня терпите, ваше величество, – напомнил он с улыбкой.

Я хотела показать ему язык, но тут Кас ввел в комнату Таза и двух других парней. Все трое повалились на колени.

– Ох, черт возьми, вставайте… Мне не нравится, когда передо мной ползают. Садитесь, – я указала на ряд стульев, которые Эммори вытащил из-за стола.

Опускаясь на стул, Таз вздрогнул и прижал руку к ребрам.

Я мрачно посмотрела на Каса:

– Кас, я, кажется, достаточно ясно велела не причинять вреда нашим гостям?

– Да, ваше величество.

– И кто же меня не услышал?

– Я в порядке, ваше величество. Это ничего…

– Это не «ничего», Тазерион. Ты мой гость, и я отвечаю за твою безопасность.

– Простите, ваше величество, – он опустил голову.

– Заткнись.

Гари подавился смешком, а Салам просто переводил взгляд с меня на Эммори и обратно.

– Значит, за этим стоит Кристоф? – спросила я, откидываясь на спинку кресла и постукивая каблуком по ножке. – Он должен был знать, что вы с нами встречаетесь.

– Мы не держали нашу встречу в тайне, – ответил Таз. – Наверное, он надеялся, что этот взрыв приведет к нашему аресту.

– Что ж, в чем-то он был прав, – пробормотала я. – И что бы он стал делать в таком случае?

Стало тихо. Таз долго думал над ответом.

– Он бы продолжил убивать, ваше величество, чтобы создать впечатление, что Апджа требуют нашего освобождения. Абрахам покинул столицу, и теперь говорить за Апджа могу только я.

Я тихо выругалась, но Таз продолжал:

– Возможно, он займется тем же самым, даже если вы нас отпустите. Он сумасшедший. Он хочет убить вас и всех матриархов и обратить Империю в прах. Его нельзя убедить, с ним нельзя вступить в переговоры. Он не остановится, пока не победит или не погибнет.

– И даже если мы его убьем, сообщники продолжат его дело. Знаем мы таких… – Я притопнула ногой. – То есть ты хочешь сказать, что я ничего не могу сделать.

– Можете. Но вам, наверно, это не понравится.

Я нахмурилась и пристально посмотрела на Таза.

– Оставьте нас.

Молодые Апджа встали, и мои телохранители направились к двери. Таз не двинулся. Эммори тоже. Хоть что-то оставалось прежним. Я подождала, пока дверь не закроется, и велела Тазу продолжать.

– Опустите нас. Позвольте нам этим заняться.

Теперь уже я недоумевающе посмотрела на него.

– Ты хочешь, чтобы я разрешила тебе развязать войну на улицах?

– Надеюсь, до этого не дойдет. Мы постараемся избежать кровопролития. Нас больше, ваше величество, и мы знаем Кристофа лучше, чем ваши люди.

Я вздохнула и потерла лоб ладонью. Посмотрела в потолок. Серые камни немного различались по цвету, и их легко было считать. Я досчитала до ста трех – середины арки – и покачала головой.

– Не могу, Таз. Не могу скидывать свои проблемы на тебя.

– Хейл, прости мою фамильярность, но у тебя уже есть своя война. – Таз оглянулся на Эммори, но мой экам не отреагировал. – Нужно бросить все ресурсы на саксонцев, чтобы сохранить Империю. Я знаю Кристофа. Знаю, как он мыслит. – Таз поднялся. – Экам, я могу подойти?

Эммори нахмурился, но я кивнула, и Таз опустился на колени и накрыл мою ладонь своей.

– Позволь мне сделать это для тебя. Для Индраны. Когда-то мы были отличной командой.

– Да уж, – буркнула я. Мысли путались, но ладонь как-то сама собой повернулась, и мои пальцы сплелись с пальцами Таза. – Сохрани наших людей. – Я посмотрела в его карие глаза, надеясь, что он услышал мое «пожалуйста, останься цел».

– Я сделаю все, что смогу, ваше величество.

Я кашлянула, отняла у него руку и вдруг почувствовала себя ужасно неуютно.

– Кто-то должен пойти с тобой. Эммори, мы обойдемся без капитана Джилл и ее людей?

– Я проверю, когда она будет здесь, ваше величество. Я уже вызвал сержанта Терасс.

Я покачала головой.

– Это очень мило с твоей стороны, но она тут не поможет. Таз не реагирует на фариан. Странно, что ты этого не знаешь.

Люди уже поверили было, что одни во вселенной, когда на контакт вышли фариане. Судя по их словам, в нашей вселенной жили и многие другие расы, но они не рисковали продвигаться так далеко, к внешним краям Млечного Пути. А вот фариане пустились на разведку. Их уникальная способность лечить или убивать прикосновением была краеугольным камнем их верований, а заодно и основной движущей силой.

Человечество оказалось идеальной для фариан расой, постоянно требующей лечения. Наши хрупкие тела давали выход энергии, которая сожгла бы фариан, пытающихся ее сдержать. Но при этом один из миллиона на их прикосновения не реагировал. В том числе Таз.

– Все хорошо, – Таз улыбнулся и пожал плечами. И тут же снова схватился за бок. – Думаю, перелома нет.

– Ваше величество, если вы позволите Касу сопровождать вас, я закончу здесь, – Эммори открыл дверь.

Я кивнула и вышла. Альба стояла в коридоре. Судя по странному выражению ее лица, ей нужно было сказать мне что-то важное. Так что, вместо того чтобы снова спорить с Эммори, я улыбнулась Апджа напоследок и закрыла дверь.

– Ваше величество, у меня сообщение от посла Торопова. Он просит разрешения отужинать с вами сегодня, если это удобно.

– Он что, весь день просидел под кроватью? Пусть выберет время, когда моих людей не убивают на улицах.

Альба заморгала от моих резких слов, но кивнула.

– Дословно, ваше величество, или смягчить?

– Дословно. Посмотрим, как он отреагирует. – Джаден Торопов был не из тех, кто стерпит подобное возмутительное поведение, и мне было интересно, что он сделает. – Альба, сообщи в сеть, что мы выступим перед народом вечером, около двадцати часов. Наверное, из моего кабинета.

– Мне начать писать, или вы сами напишете?

– Начинай, а я подредактирую. Наверное.

Я стояла в коридоре с Индулой и ждала, пока Кас и все остальные осмотрят мои комнаты. Когда покои были признаны безопасными, мы вошли внутрь.

– Кас, приведи охранников, которые ослушались моего приказа.

– Да, мэм.

Альба уселась на диван, составляя речь в своем смати. Вопреки собственным словам я, скорее всего, не стану ничего в ней менять. Я вывела на дальнюю стену новости и застыла, прижав руку ко рту.

– И как мне на это реагировать? – шепотом спросила я у подошедшего Эммори. – Что вообще сказать, чтобы не прозвучать как?..

Слов не хватило, и я беспомощно махнула рукой в сторону стены.

– Я тут всего месяц, Эммори. Как мне провести их через этот ужас?

– Вы сможете, ваше величество. – Он не отрывал взгляда от экрана. – Капитан Джилл будет сопровождать Тазериона и сообщать обо всех его планах. Он согласился ничего не предпринимать, не проинформировав вас.

– Удивительно, что ты на это пошел.

– Я могу с ним не соглашаться и, уж конечно, нисколько ему не верю, но он действительно знает Кристофа лучше, чем мы, – Эммори пожал плечами.

– И людей у них побольше. В скольких точках нанесен удар?

– Взрыва было четыре, в разных местах столицы. У ворот дворца, в двух ресторанах и в одном парке.

– Мне нужна информация о матриархе Зеллин.

– Уже, ваше величество.

Я прошлась по комнате, пытаясь не натыкаться на мебель. Внутри у меня все сжалось от ужаса. Столица еще не отошла от взрыва на площади Гаруды, а теперь смертей стало намного больше.

Не моя ли это вина? Я затрясла головой, стараясь об этом не думать. Кристоф и другие поддерживали трон, пока не появилась я.

«Хватит, жалеть себя, Хейл. Это бессмысленно».

– Ваше величество, – Кас вошел в комнату, сопровождая мужчину и женщину, – матриархи Десаи и Хассан были очень любезны. После просмотра записи стало понятно, что вашим приказом о безопасности наших гостей пренебрегли эти двое.

– Ах да, мои приказы… Что конкретно я велела, Кас?

– Задержать Апджа, но не причинять им вреда, ваше величество.

– Не. Причинять. Им. Вреда. – При каждом моем слове эти двое вздрагивали. – И тем не менее, мои гости пострадали. Как вы это объясните?

– Никак, ваше величество… – Женщина смотрела в пол. – Мы действовали слишком резко и приносим свои извинения.

– Извинения не срастят сломанные кости, – отрезала я. – В ваши личные дела будут занесены выговоры. Благодарите судьбу за то, что вы не мои телохранители, иначе вас бы выгнали отсюда пинками!

Я кивнула головой в сторону двери, и Кас вывел охранников. Я же подошла к Альбе и прислонилась к столу.

– У тебя что-то для меня есть?

– Посмотрите.

Смати пискнул, когда Альба скинула мне черновик.

– Я думаю, лучше начать помягче, а потом повысить градус. Это усилит впечатление.

Я кивнула.

– Хорошо. Вторую строчку передвинь сюда, а здесь впиши что-нибудь про «слезы Империи».

– Ладно. А слово «террорист» можно использовать?

– Вне всякого сомнения, – заверила я.

Глава 9

Мы сделали мое обращение к Империи коротким и максимально жизнерадостным. Я старалась не злиться, хотя все мое существо требовало мести за погибших.

«Хейл, ты больше не контрабандистка. Слишком поспешные слова могут стать причиной войны».

А войн в моей жизни и так было многовато. Таз оказался прав, и теперь я была благодарна ему за помощь. Прошло всего два дня после взрывов, а Апджа уже обезвредили две банды террористов Кристофа и сразу же передали их капитану Джилл. Это впечатлило даже моего экама. Вроде бы.

На следующий день я сидела в кабинете с Каспелом и адмиралом Хассан, выслушивая новости о проблемах Второго Флота. Мой кабинет был закрыт от прослушки, но мы все равно включили подавляющую систему, которую принес Эммори. На всякий случай.

– У адмирала Шула двадцать восемь кораблей.

Адмирал Хассан вывела описания на стену. Семь перевозчиков класса «Нади», каждый из которых может нести шестнадцать боевых кораблей «Джал». Два медицинских фрегата «Асвин». Десять линейных крейсеров «Джарита», огневая мощность которых может стать серьезной проблемой. И девять истребителей «Сарама».

Каспел встал и заговорил, указывая на различные корабли:

– Мои оперативники утверждают, что офицеры восьми линейных крейсеров, включая флагманский корабль адмирала Шула, а также экипажи одного из медицинских фрегатов, трех перевозчиков и шести истребителей сочувствуют Кристофу и поддерживают его позицию. Как минимум на одном из остальных перевозчиков существует риск восстания, но мой человек пытается связаться с капитаном корабля и сообщить ей, что ее старший помощник под подозрением.

Адмирал Хассан согласно кивнула.

– Я знаю некоторых из капитанов лично, ваше величество. Они верны вам.

– Я устала ходить вокруг да около… – Я нервно постучала пальцами по колену. – Вызовите Шула на связь, адмирал. Посмотрим, что он мне скажет.

– Мэм?

– Позвоните ему, Инана. Хочу увидеть, как он врет мне в лицо.

– Простите, ваше величество, – Каспел кашлянул, – но я не могу позволить вам подвергать риску мою операцию. Если вы их спугнете, пока мы не подготовились, то можете потерять часть сторонников…

– К черту, Каспел!

– Прошу прощения, ваше величество, – влезла в наш разговор Альба, не обращая внимания на мой резкий взгляд. – С вами хочет поговорить президент Солярианского Конгломерата Хадсон.

– Надо же, нашел время аж позвонить, – буркнула я, и Хассан усмехнулась. Разговор с Шулом мог подождать. Я снова посмотрела на адмирала. – Уведомите всех, кого сможете, но очень осторожно. Велите им следить за Шулом и готовиться к худшему. И состряпайте какую-нибудь уважительную причину, чтобы отозвать Второй Флот домой, не раскрывая карт.

– Есть, мэм, – адмирал отдала мне честь. Я кивнула, и она вышла из комнаты. Каспел последовал за ней и закрыл за собой дверь.

– Выведи звонок на стену, Альба. – Я разгладила складку на рубашке, но подниматься с кресла не стала. Оглянувшись через плечо, я убедилась, что Эммори сидит справа от меня и тоже будет виден. Размяв шею, я кивнула Альбе и нацепила официальную улыбку, пока она налаживала связь.

– Президент Хадсон.

Президент Совета Солярианского Конгломерата был пожилым импозантным мужчиной, бледным и седым. Я успела заметить его гневный взгляд в сторону Эммори, но он тут же собрался и улыбнулся мне с легчайшим поклоном.

– Ваше императорское величество! Я счастлив говорить с вами, несмотря на весьма печальный повод. От лица Солярианского Конгломерата приношу свои соболезнования относительно смерти вашей матери и последующих трудностей.

Эта тщательно выстроенная фраза рассмешила меня, но я все же состроила постную физиономию.

– Благодарю, президент Хадсон. Это непростое для Индраны время. Недавние нападения… как здесь, так и на других планетах… тревожат нас. Жаль, что Саксонский Альянс нарушает мирный договор, который просуществовал столько времени.

Президент Хадсон и глазом не моргнул, но на заднем плане явственно загомонили. Мои люди сохраняли молчание, и за это я была им благодарна.

– Ужасные новости, ваше императорское величество… Хотя обвинения саксонцев беспочвенны. Нам ничего не сообщали из Солярианского консульства на Канафи Большой, хотя при малейшем нарушении договора мы бы узнали об этом первыми. Подумайте о своем народе в это печальное время. Поспешная месть никому не принесет пользы.

– А подстрекательство к бунту в моей Империи не служит соблюдению мирных договоров, господин президент! – Я сложила руки на груди и послала ему взгляд, от которого поджимали хвосты самые отчаянные контрабандисты. Как выяснилось, на политиков он действовал точно так же, потому что на бледных щеках президента Хадсона зажглись яркие пятна, а голоса у него за спиной зазвучали еще громче.

– Ваше императорское…

– Позвольте нам выразиться яснее. – Я перешла на формальное императорское «мы». – Когда мы найдем доказательства, связывающие Саксонский Альянс с этим заговором, мы передадим их вам. Но Индранская Империя вот уже пятнадцать столетий не является членом Конгломерата. Нам не нужно ваше одобрение для принятия решений, влияющих на наш народ. Мы хотим сохранить хорошие отношения с Солярианским Конгломератом, но не станем приносить в жертву жизни своих людей или свою территорию. Спасибо за ваш звонок, сэр, – добавила я с милой улыбкой, – однако у нас есть другие дела, и у вас, полагаю, тоже. Хорошего дня! – Я подала Альбе знак, чтобы она прервала соединение, прежде чем президент Хадсон успеет ответить.

Альба вздохнула.

– Что, слишком? – спросила я у нее.

– Не особо, – ответила она, к моему удивлению, – но надеюсь, вы не довели его до сердечного приступа.

– В совете полно стариков, которые могут занять его место. – Я потерла шею и развернулась в кресле. – Эммори, что думаешь?

Экам закатил глаза. Моих слов вполне хватило, чтобы он отошел к двери.

– Довольно резко, ваше величество, но вы хорошо себя контролировали. Показали, что вы не застенчивая юная девочка, над которой можно издеваться как угодно.

– Уверена, застенчивой юной девочкой меня давно никто не считает, Эмми, – фыркнула я.

– Ну, если они не читали ваше досье, то шанс есть…

– Альба, мой экам надо мной издевается.

– Наверное, он сошел с ума от недостатка сна, мэм.

Взаимные шутки помогли нам всем немного расслабиться, и я рассмеялась.

– Он виноват, что втравил меня во все это. Альба, мы получили ответ от посла Торопова?

– Пока нет, мэм.

– Забавно. – я неспешно поднялась с кресла. – У меня же еще встреча с Алисой примерно через час, да?

– Да, мэм. А потом посещение художественного центра.

– И ты позволишь мне это? – удивленно спросила я у Эммори.

– Я подумал, что вы потребуете вас отпустить, ваше величество. Охрана будет усилена, так что проблем быть не должно.

Я не смогла ответить – в горле встал комок. Это был мемориальный концерт, посвященный детям и другим жертвам взрыва на площади Гаруды. Я сама устроила его и каким-то образом уговорила Эммори меня отпустить, хотя была уверена, что после недавних событий меня запрут во дворце.

Копаясь в ящике стола, я искала подходящие слова, но тут меня спас писк входящего звонка.

– Это Алиса.

Я ответила.

– Ваше величество.

– Судя по выражению твоего лица, встречу придется отложить?

Она кивнула.

– Да, ваше величество. Я очень сожалею.

– Брось, – я отмахнулась, – обычно я сама отменяю важные встречи, чтобы получить немножко свободного времени. Поговори с Альбой и назначь новую встречу.

– Да, ваше величество.

Я прервала звонок и забарабанила ладонями по столу, не в силах сдержать восторг.

– Целых три свободных часа! Невероятно!

Альба кашлянула.

– Мне неприятно это говорить, ваше величество, но я только что получила сообщение от посла Торопова. Он говорит, что в вашем распоряжении в любой удобный момент.

– Етит-твою, – буркнула я, снова обмякая в кресле. – Эммори, не смей смеяться…

– Ни за что, ваше величество.

– Врешь. Альба, пусть Торопов ждет нас в библиотеке в двадцать часов. И пусть принесут какой-нибудь еды.

– Да, мэм.

Я подождала, пока она выйдет, и встала.

– Эммори, я собираюсь просить Трейса о встрече. – Если я что и усвоила за последние месяцы, так это то, что мой экам ненавидит сюрпризы и что стоит предупредить его заранее, чтобы добиться согласия.

Трейс Герисон – король Саксонского Альянса. Он унаследовал титул от своего отца, погибшего в морском сражении вскоре после убийства моего отца. Какое-то время казалось, что верх в войне одерживает Индрана. Но Трейс даже в семнадцать лет оказался лучшим стратегом, чем моя горюющая мать.

– По какому поводу, ваше величество? – осторожно спросил Эммори, сразу насторожившись.

– Хочу остановить войну прежде, чем она начнется. – Иногда мне казалось, что я разговариваю с отцом, а не с телохранителем. – Ты прекрасно знаешь, что мы против саксонцев долго не продержимся. – Я оперлась о стол. – А многие замечали, что переговоры мне даются легко.

– И что вы ему предложите?

– Честно? Не представляю. Решу, когда буду уверена. Я не планирую выступать против Совета матриархов. На самом деле, Эммори, я хочу просто посмотреть Трейсу в лицо, а точнее, оказаться с ним в одной комнате. Нужно узнать от него как можно больше, пока не началась заварушка. Тогда у меня появится хоть какой-то шанс его победить.

– Я вас недооценил, ваше величество, – улыбнулся Эммори.

– Надеюсь, это комплимент.

– Да, – он улыбнулся, указывая на дверь, – пойдемте поговорим с Тороповым.

* * *

Я выбрала библиотеку, которая, видимо, станет моим любимым помещением для неформальных встреч, потому что не стоило и просить Эммори пустить саксонского посла в мои покои.

Я сидела в кресле у огня и читала старомодную книгу: «Есть три случая, когда армия ставится в трудное положение своей правительницей».

Когда появился Зин, я отвела глаза от древних строчек Сунь-Цзу и улыбнулась.

– Ваше величество, прибыл посол Торопов.

– Впусти его. – Закрыв книгу, я отложила ее и встала. – Посол, благодарю за визит.

– Спасибо, ваше величество, что уделили мне время. Это большая честь для меня и большое удовольствие. – Торопов сжал мою протянутую руку ладонями в шрамах. Одежда его казалась совсем простой, но когда он сел напротив меня, я заметила легкий блеск его рубашки. Только шелк выглядит так в отблесках пламени. А значит, его рубашка стоит не меньше книги, которую я только что читала.

– Ваше величество?

Я улыбнулась.

– Простите, посол. Я размышляла о том, как легко счастье изменяет людям. Вы присоединитесь ко мне за ужином?

– Фортуна переменчива. – Торопов прошел за мной к столу и благодарно кивнул Альбе. – Не желаете ли послушать, как я стал тем, кто я есть?

Я взяла свою чашку с синим чаем и кивнула ему. Мы ели, и я слушала историю о бедном мальчике, который связался с плохой компанией, так что пришлось выбирать между тюрьмой и армией. Он выбрал армию и почти сорок лет прослужил в саксонской морской пехоте, пока не вышел в отставку.

– Десять лет назад его величество предоставил мне шанс попасть сюда. Я с радостью за него ухватился. Ваша Империя прекрасна, ваше императорское величество.

– Спасибо.

Торопов немного наклонился вперед:

– Но вы ведь согласились на встречу со мной не для того, чтобы послушать стариковские байки. К тому же я уверен, что ваши телохранители слышат каждое наше слово.

Я улыбнулась ему поверх чашки.

– Верно, но это все равно была хорошая история. Мне нужно поговорить с Трейсом.

В лице посла не дрогнул ни один мускул.

– Я могу позвонить ему, ваше величество, но вы, очевидно, способны сделать это и сами. Ваш камергер могла бы просто… ах… – Он замолчал и улыбнулся. – Вы не это имели в виду?

– Я предлагаю ему самостоятельно выбрать место встречи. Думаю, в мире достаточно нейтральных планет.

Торопов замялся – всего на мгновение, я даже не была уверена, что действительно это видела.

– У вашего величества есть какие-то причины для встречи, о которых я мог бы сообщить королю? Это облегчило бы дело.

Я чуть не рассмеялась.

– Давайте назовем это обсуждением вопросов, которые касаются обоих наших народов.

– Очень хорошо, ваше величество, – он резко кивнул и вслед за мной прошел к огню. – Я посмотрю, что смогу сделать.

– Большего я и не прошу. – Я поставила чашку и потянулась за книгой.

Прочитав название, Торопов усмехнулся и склонил голову набок.

– Я читал ее много лет назад, ваше величество. Да и то в переводе, а не на китайском. Я впечатлен.

– Я справилась, – улыбнулась я, – это не то же самое, что чен, но сходства много.

– Хорошего вечера, ваше величество. Я свяжусь с вашим камергером, когда у меня появятся новости.

Я кивнула и поудобнее устроилась в кресле. Возможно, я только что разворошила осиное гнездо, но если это сработает, то надвигающуюся войну можно будет остановить.

А я должна ее остановить. Мы будем сражаться, если придется, но Индрана не выживет. Не справится.

Я снова взяла книгу и вернулась к предыдущей странице.

«Есть три случая, когда армия ставится в трудное положение своей правительницей. Во-первых, когда она приказывает армии наступать или отходить, не замечая, что та не подчиняется».

Глава 10

Взяв платок, который протянула мне Альба, я вытерла слезы. Я столько времени провела без музыки, а теперь она вновь окружала меня. Юный мальчишеский голос выпевал высокие, чистые ноты. По словам моего камергера, певец потерял сестру во время последнего взрыва, но все равно продолжал настаивать на своем участии в выступлении.

Сейчас он пел молитву богам, более древним, чем сама Индрана. Молитву, даровавшую прощение убийцам. Молитву-прощание с любимыми. Она взяла меня за душу, да и не одну меня. Только у моих телохранителей глаза остались сухими.

Несколько мгновений все молчали, но потом я нарушила тишину, притопнув левой ногой об пол. Все вокруг повторили мое движение, и аудитория загудела эхом. Мальчик сложил руки и поклонился, и его плечи задрожали от слез, которые он наконец сумел пролить.

Я еще раз промокнула глаза, сунула платок в глубокий рукав зеленой рубашки и встала. Телохранители окружали меня плотной стеной, пока мы выбирались из концертного зала. Впереди ждал хаос. То есть представители прессы.

– Ваше величество! Правда ли, что вы вступили в соглашение с Апджа для расследования недавних нападений?

– Ваше величество! Мы слышали, что Абрахам Суда больше не стоит во главе Апджа. Поэтому Тазерион Шиван позавчера посетил дворец?

– Ваше величество, планируете ли вы навестить раненых?

– Ваше величество, мать-императрица желала, чтобы вы вступили в брак с Тазерионом Шиваном. Рассматриваете ли вы его как потенциального консорта, несмотря на то что он стал новым лидером Апджа?

– Что, простите? – Я посмотрела на репортера, задавшего этот вопрос, и женщина тут же попятилась. Но вокруг толпилось слишком много ее коллег, и она не смогла отойти на расстояние, которое внезапно показалось ей приличным. – Кто вы?

– Элия Юлин, ваше величество, «Ежедневные новости Пашати», – она нервно сглотнула. – Я просто хотела узнать…

– Я и с первого раза расслышала! – Я почти рычала, хотя на меня нацелилось не меньше дюжины камер. – Мы всего лишь посетили мемориальный концерт, мисс Юлин. Сто сорок три индранца были убиты за последние несколько недель, а вас волнуют только сплетни? – Я наклонилась к ней, но Эммори меня почему-то не остановил. – Позор!

– Ваше величество, я…

– Позор, – повторила я, отворачиваясь. Остальные журналисты расступились перед моими телохранителями.

– Это мелкий новостной ресурс, мэм, – сказала Альба, когда мы снова сели в аэрокар. – У них нет доступа во дворец.

– Проследи, чтобы и не появился. Если я снова ее увижу, пиарщикам неделю будут кошмары сниться.

– Да, мэм.

Обратно во дворец мы ехали в тишине. К этому моменту моя свита изучила меня достаточно, чтобы вовремя держать рот на замке, и это позволило мне спокойно обдумать ситуацию.

* * *

На следующее утро я все еще злилась. С некоторым трудом я сумела успокоиться только перед запланированным разговором с Трейсом. Я улыбнулась послу Торопову, появившемуся в дверях кабинета, но он почему-то сразу спросил:

– Все в порядке, ваше величество?

– Вроде того, – ответила я.

Посол наверняка видел этот сюжет, ведь утром его крутили во всех новостях. Усевшись в кресло, я кивком велела ему продолжать, и он вывел на стену экран.

Разумеется, за те годы, что я провела вдали от дома, я неоднократно видела короля Саксонского Альянса в новостях, но я изрядно горжусь тем, что не разинула рот, когда Трейс появился на экране.

– Ваше императорское величество, – он склонил светловолосую голову. В глазах у него плясали огоньки.

В последний раз, когда мы виделись лично, Трейс Герисон был глуповатым на вид одиннадцатилетним мальчиком. Теперь он превратился в высокого широкоплечего мужчину с короткими светлыми волосами. Довольно привлекательного, хоть и не моего типа. К тому же, слава богам, он был женат. Значит, мне не придется отвечать на очередные идиотские вопросы.

– Рада вас видеть.

– Мы оба вышли в люди, а, Хейли? – Не успела я ответить, как он продолжил: – Сожалею о судьбе членов вашей семьи. Мы знали, что состояние здоровья матери-императрицы ухудшается, но не предполагали ничего настолько ужасного.

– Это уж точно, ваше величество, – пробормотала я.

Трейс заморгал и хотел было возразить, но на его лице тут же возникла столь знакомая мне маска идеального лидера.

– Я знаю, какие ходят слухи, но могу заверить вас, что саксонцы не принимали участия в недавних событиях. Мы соблюдаем условия мирного договора между нашими народами.

– Как и мы, – согласилась я, хотя совсем не была уверена, как их следует теперь соблюдать. Какое-то мгновение мы молча смотрели друг на друга.

– Итак, – сказал наконец Трейс, – Джаден говорил, что вы желаете обсудить возможность личной встречи. Я планирую просмотреть список нейтральных планет вместе с главой своей службы безопасности. В качестве жеста доброй воли мы подберем три, а вы со своим экамом сможете сделать окончательный выбор.

Я кивнула, затрудняясь с подходящим ответом.

– Очень великодушно с вашей стороны.

Он передернул плечами:

– Саксонцы не хотят войны. Уверяю вас, я видел достаточно смертей, чтобы затевать еще одну бойню и заставлять еще больше молодых мужчин и женщин пройти через этот ужас.

Это походило на правду, и он, кажется, верил в то, что говорил. Но при этом я точно знала, что из нас двоих только я видела настощее сражение. Вопрос с Канафи оставался открытым, но я не могла задать его прямо сейчас. Не после того, как он предложил мне самой выбрать место встречи. Вместо этого я улыбнулась.

– Вы очень добры, Трейс. Спасибо.

– Поговорим позднее. – Трейс отключился, оставив меня таращиться на голую стену.

– Прошу прощения, ваше величество, – сказал Торопов, – его величество иногда бывает очень резким. Ничего личного.

Я засмеялась и встала.

– Вы, кажется, забыли, что я видала кое-что похуже.

Торопов тоже рассмеялся, встал и поклонился.

– Скорее всего, ваше величество. Я передам вам список, как только получу его.

– Одно удовольствие иметь с вами дело, посол.

Он кивнул и вышел.

– Что ж, это было интересно, – сказала я, похлопав Зина по плечу. – Давненько я не разговаривала с Трейсом. Мы встречались, когда мне было семь. Король Гери наносил матери визит за год до начала войны. Это была последняя попытка как-то ослабить растущее напряжение. Трейс был милым мальчиком, неуклюжим и диким.

– Он вырос, мэм, – заметил Зин.

– Мы оба выросли, – я снова засмеялась, – вот только очень по-разному.

– Я имел в виду, что он уверен в себе, в своем праве на трон. Это его преимущество. А вы все еще…

– Сомневаюсь, на своем ли я месте? – Я отмахнулась, когда он принялся извиняться. – Брось, это правда.

– Ваше величество.

– Эммори, – я повернулась к своему экаму, – а я все думала, когда же ты заговоришь.

– Король Трейс все время посматривал влево. Скорее всего, кто-то стоял за рекордером.

– Думаешь, ему подсказывали, что говорить?

Эммори задумался.

– Сложно сказать, разговор был очень короткий. Скажу точнее, когда увижу его окружение. Рекомендую вам быть поосторожнее, ваше величество.

– Согласна. – Я включила запись беседы, на этот раз заметив, что Трейс то и дело смотрит левее камеры. Интересно, кто там стоял и что все это значит.

* * *

Матриарх Десаи не слишком обрадовалась, когда я решила приглашать Таза на все утренние брифинги, но я настояла, хотя бы потому что в этом случае мне не приходилось выслушивать одну и ту же информацию по три раза на дню.

Мы быстро и эффективно обсудили детали официальных переговоров с Апджа, и она без возражений передала слово Тазу.

– Ваше величество, мы сильно продвинулись в поимке банды Кристофа. Но, как вам наверняка доложила капитан Джилл, мы не можем найти его самого.

– Он все еще на планете?

– И даже в столице, – кивнул Таз, – но постоянно передвигается и меняет лица. Капитан Джилл наблюдает за всеми легальными центрами пластической хирургии, но ведь есть еще и множество подпольных.

– Продолжайте искать. И, Таз, не забудь поспать, ты ужасно выглядишь.

Таз улыбнулся, но не стал обвинять меня в притворстве перед всеми.

– Да, ваше величество.

– Ваше величество, есть ли у нас хоть какие-то доказательства той информации, которую предоставил нам этот террорист? – Премьер-министр Эха Фанин был весьма недоволен присутствием Таза.

– Капитан Джилл служит связующим звеном между нами и Апджа.

– Некоторые члены семьи капитана Джилл тоже… сочувствуют им…

Это стало для меня новостью, но я не подала виду.

– Мы доверяем капитану Джилл, – сказала я.

– Разумеется, ваше величество. Я лишь предлагаю использовать все возможности, а не опираться на единственный источник информации.

Я посмотрела на Фанина, но он даже не моргнул. У меня не было ни единой причины отказывать ему, и мы оба об этом знали.

– Хорошо. Найдем второй источник для подтверждения данных. Это вас устроит?

Беспокойство едва промелькнуло на его лице, но я успела заметить это и порадоваться. Фанин кивнул.

– Разумеется, ваше величество. Я просто забочусь о безопасности Империи.

– Как и мы все.

Тут вмешалась Клара:

– Перейдем к следующему пункту повестки, ваше величество. У меня есть список потенциальных женихов, с которыми вам следует встретиться. Я передам его Альбе, чтобы она составила расписание.

Таз поморщился, но мудро промолчал. Я отвернулась от него, чувствуя, что у меня алеют щеки.

– Клара, сейчас не время…

– Ваше величество, это вы настояли, чтобы Тазерион присутствовал на утренних собраниях. Возможно, вам следовало сначала просмотреть повестку?

Я не могла просто ее заткнуть. Бред какой-то… Сложив руки на груди, я глубоко вздохнула.

– Матриах Десаи, мне не нравится, когда на меня давят. Если вы все еще этого не поняли, то скоро поймете. Чем настойчивее вы стараетесь заставить меня принять решение, тем сильнее я сопротивляюсь. К счастью, я императрица и всегда могу вам отказать. Тем не менее я просмотрю ваш список и занесу это крайне незначительное дело в свое расписание, когда оно позволит. Более я не желаю об этом слышать. Вам все ясно? – Я встала, и все вокруг тоже с шумом поднялись.

– Да, ваше величество, – Клара поклонилась, но раскаяния в ее глазах я не заметила.

– Всем хорошего дня! – Я еще раз напомнила себе, что ее бить нельзя, и вышла.

Мои телохранители молчали, пока мы шли обратно в мои покои. Я вывела новости на стену и, размотав золотое сари, швырнула его на диван. Затем плюхнулась рядом и взяла у Стаси чашку с чаем.

– Нельзя так просто затыкать матриарха Десаи, – сказал Эммори.

– Знаю, – мрачно ответила я, – но очень хочется.

Гита и Киса заняли позиции у двери. Зин, кажется, беззвучно беседовал с Эммори – они оба смотрели на залив в окно. Я пила чай и рассматривала ниточку, зацепившуюся за мои кремовые штаны.

– Стало известно об отношениях императрицы с новым лидером Апджа Тазерионом Шиваном. Источник внутри дворца подтверждает, что они несколько раз встречались наедине и что Шиван теперь входит в круг приближенных императрицы Хейлими. Несколько раз он присутствовал на ежедневных брифингах, а при входе во дворец больше не подвергается обыскам.

– Ваше величество, мы все еще его обыскиваем. Тут они врут.

– Что значит «тут»? Это вообще сплошная ложь, – огрызнулась я.

– Разумеется, ваше величество.

Не успела я ничего добавить, как бодрый диктор продолжил:

– Многие говорят о том, что императрица обязана избрать принца-консорта. Займет ли это место Тазерион? Это очень интересует наших зрителей.

Экран вырубился – я поспешно нажала на кнопку и вскочила на ноги.

– Источник во дворце, значит?

– Вас окружает множество людей, ваше величество, – ответил Эммори. – Все они подписывают соглашение о неразглашении, приступая к работе, но пресса предлагает огромные деньги за любую информацию о новой императрице. Мы не можем следить за каждым.

– Ваше величество могли бы сделать и худший выбор, – Зин пожал плечами.

– Ох, да неужели?

Он не заметил моего резкого тона или просто не обратил внимания.

– Он не аристократ, мэм, но Шиваны – старый род, давно принимаемый при дворе. Когда-то вас уже объявляли парой. К тому же это скрепит альянс с Апджа.

Я села обратно на диван и швырнула кружку Зину в голову. Горе, которое я так долго скрывала, неумолимо выбиралось на поверхность. Я видела перед собой лицо Портиса, слышала его предсмертные слова.

– Вы разве забыли, что всего месяц назад я очнулась рядом с телом Портиса, покрытая его кровью? Я нет. – Мой кулак грохнул по столу так, что все, кроме Эммори, дернулись. – Я потеряла единственного мужчину, которого любила, а вы все хотите, чтобы я отказалась от своих обетов с улыбкой на лице? Выпрямив чертову спину? На благо этой гребаной Империи? Да идите вы все! Не буду…

Гита задохнулась. Зин сглотнул комок в горле.

Я вскочила, сжимая кулаки.

– Не буду. Вы меня слышите? Я не выйду замуж. Я любила его. Только его. Я…

Слезы клокотали где-то в горле, и я прижала ладонь ко рту. Мне вдруг стало так больно, что я не могла дышать.

– Оставьте нас, – мягко велел Эммори.

Когда дверь за моими телохранителями закрылась, я осела обратно на диван. В ушах звенели мои же собственные всхлипы. Дышать было тяжело, и я хватала воздух ртом. Я сложилась вдвое, положив голову на колени, и плакала, плакала до изнеможения. Эммори гладил меня по спине с нежностью, которой сложно было от него ожидать.

– Успокойтесь, ваше величество.

Я сделала судорожный вдох, потом еще один. Подняла голову. Эммори протянул мне носовой платок, я вытерла глаза и высморкалась. Тогда он подал мне стакан.

– Найдите себе какую-нибудь опору, Хейл. Если пойдете вразнос, я не смогу сделать ничего для вашего спасения.

– Не уверена, что у меня получится, – прошептала я. – Я думала… обманывала себя, что перестала горевать. Я не знаю, перестану ли когда-нибудь.

Я отпила из протянутого стакана и отдала его обратно.

– Вам и не нужно забывать прошлое.

– Почему они не могут короновать Алису и успокоиться? Она точно лучше новорожденного.

Эммори встал, чтобы снова наполнить стакан. Я опять высморкалась.

– Я не могу, Эмми.

– Я знаю, ваше величество.

– Ты не понимаешь, я физически не могу иметь детей. – История о битве на Кандлессе полилась сама собой. Эммори внимательно выслушал меня, время от времени подсовывая стакан с водой.

– Я знаю.

– Откуда? Портис никому не говорил. Да и потом, если бы вы знали, то не стали бы тащить меня домой. Ты меня вообще слышишь? Я не могу иметь детей. Какой смысл защищать императрицу, не способную произвести на свет наследника?

– Я вас слышу, я уже давно все знаю.

Я посмотрела на него почти в ужасе.

– Но как?

– Я же не идиот, – улыбнулся Эммори. – Я стоял рядом, когда техники проводили сканирование. Они, наверное, были слишком заняты и не заметили этого, но я видел результаты. – Он в третий раз наполнил пустой стакан, но теперь отпил из него сам.

Я смотрела на него, лихорадочно перебирая объяснения.

– То есть ты знал все это время?

Эммори кивнул.

– Почему?

– Что почему, ваше величество?

– Почему ты здесь? Почему ты остался? Почему моя мать об этом не узнала? – Я неопределенно помахала в воздухе рукой. – Я бесполезна, Эммори.

– Императрица-мать ничего не узнала, потому что я стер результаты сканирования.

– Как ты?..

– Хейл, – Эммори внимательно посмотрел на меня, – ваша ценность как императрицы Индраны заключается не только в способности иметь детей. Вы нужны Империи. Вы сами говорили, что вопрос, кто займет трон следующим, сейчас почти не важен. Зачем волноваться о династии, если Индрана может не прожить и года?

Я смотрела на него добрых десять секунд, раскрыв рот. Потом отвернулась, чтобы он не увидел моих внезапных слез.

– И что нам делать прямо сейчас?

– Я бы предложил не обнародовать эту информацию, – сказал Эммори, и я улыбнулась.

– Ну да, вряд ли это воспримут хорошо.

– Пока об этом знаем только мы с вами. Я даже Зину не сказал. Наверное, лучше молчать, пока ситуация не выправится. Вы уже осадили матриарха Десаи, а Альба будет назначать встречи, только если вы сами захотите. Никто другой на ее решения повлиять не может.

Я изумленно покачала головой.

– Поверить не могу, что ты меня в этом поддерживаешь.

– Я поддерживаю вас с самого начала, ваше величество.

– С начала?

– С того момента, как принес присягу, – Эммори улыбнулся. – Вы счастливы?

– Почти, – я тоже улыбнулась, разглядывая свое заплаканное лицо в зеркале над камином. – Зин наверняка собирается извиняться. Скажи ему, что все в порядке. Мне жаль, что я так поступила.

– Хорошо. – Эммори направился к двери. – Отдохните пока.

Я кивнула и налила себе виски в оставленный им стакан. Посмотрела в окно. В воде играли дельфины, и солнце отражалось от их спин, рисуя на темно-серой коже маленькие радуги.

– Ваше величество? Не уделите мне минуту?

Оглянувшись, я увидела Гиту и неохотно отошла от окна. Телохранительница подошла ближе. Темные кудри она заплела в косы, стянутые на затылке. Она не смотрела на меня, внимательно изучая океан за окном.

– Что такое, Гита?

– Простите мне мою дерзость, мэм, но я знаю, каково это. Ослепнуть от горя, ненавидеть вселенную за то, что она продолжает жить, когда мой мир погиб. Тут ничем не поможешь, но имейте в виду, что вы всегда можете поговорить со мной.

– Кого ты потеряла?

– Мужа, мэм. Его убили… – Гита явно боролась с собой. – Несчастный случай. Пьяный малолетка не включил автопилот. Глупая, бессмысленная смерть. Это было десять лет назад, но я до сих пор плачу по ночам и скучаю.

– Мне очень жаль.

Она горько усмехнулась.

– Спасибо, ваше величество. Но я рассказала вам не поэтому. Горе никогда не пройдет. Близкие уходят, а мы должны просыпаться каждый день, хотя их нет рядом.

– И как ты это делаешь?

Она пожала плечами.

– Иногда это легко, и день идет своим чередом. А иногда я проклинаю его имя по утрам.

Мы замолчали, и я увидела, как она прикусила губу, словно боялась сболтнуть лишнего. Наконец я засмеялась.

– Гита, просто скажи, чего хочешь. Обещаю, что не уволю тебя.

– Учитывая ваше понятное нежелание вступать в какие-то связи, ваше величество, возможно, вы заведете ребенка… в пробирке.

– Но так не делается, Гита.

– Извините, мэм, но ваше правление вообще не слишком обычное. Почему бы не попробовать?

– Может быть, – со смешком ответила я, – а это не перевернет все вверх дном?

Гита не ответила. Поскольку я не была уверена, способен ли ребенок из пробирки решить мои проблемы, я осознавала всю важность избрания Алисы наследницей.

Я лишь надеялась, что она пойдет прежним курсом, если со мной что-то случится.

Глава 11

– Ваше величество? – позвала капитан. – Простите, но вы…

– Да, я вас слушаю, – я постучала по столу ладонью и посмотрела на юриста генерала Праджапати. – Суд постановил, что генерал виновна в государственной измене и нескольких более мелких преступлениях, но, строго говоря, нас волнует только измена. Несмотря на судебное решение и личное признание генерала Праджапати в том, что она участвовала в попытках моей кузины убить меня, и вы, и суд считаете, что мы должны проявить милосердие. – Я посмотрела на генерала Паи, главу трибунала, невысокую коротко стриженную брюнетку. – Полагаю, все дело в том, что никто из вас не хочет нести ответственность за вынесение приговора, поэтому вы оставляете это мне.

– Наша традиция…

– Господи, – мрачно сказала я, – вам уже стоило бы изучить меня получше.

Шли недели, но благодаря упрямству Эммори мое расписание оставалось довольно щадящим – насколько он мог уговорить Альбу. Суд над генералом Праджапати завершился три дня назад, и с тех пор трибунал с юристом генерала вели бесконечные переговоры.

– Сколько людей вы убили?

Генерал Праджапати удивленно посмотрела на меня. Она стояла у дверей в окружении моих охранников, ее руки были скованы за спиной.

– Ваше величество?

Я сгребла со стола пачку фотографий и бросила к ее ногам.

– Мне плевать, что вы покушались на меня, Майя. Это повторялось уже столько раз, что я давно перестала обращать внимание. Но ваши люди убивали детей. Они убили моих сестер. Мою племянницу. Мою мать. Они устраняли всех со своего пути, даже тех, кто просто оказался не в то время не в том месте. – Я сложила руки на груди. – Мне доводилось убивать, я никогда этого не отрицала. Косвенно я, пожалуй, виновна во многих тысячах смертей. Я смирилась с этим, как и с тем, что мне, императрице, придется убивать и дальше. Разница разве что в том, что с короной на голове я могу делать это относительно законно. Вы сказали, что делали все это исключительно ради блага Индраны. Но я до сих пор не услышала ни одного аргумента, который убедил бы меня, что убивать – полезно для моей Империи.

– Потому что их нет, ваше величество.

При этих словах генерала ее юрист выругалась громким шепотом. Майя словно и не заметила: она смотрела на фотографию трехлетнего мальчика у своего левого ботинка.

– Его звали Ронсон, – сообщила я. – Его мать сказала, что он любил собак и всегда был очень веселым.

Майя закрыла глаза. Из-под ее век показались слезы.

– Как я уже заявляла суду, я не знала о заговоре против вашей семьи. Я полагала, что это всего лишь жуткое стечение обстоятельств. Я присоединилась к матриарху Хатри, когда вы вернулись домой, потому что не представляла, какую пользу Индране может принести преступница на троне. По правде говоря, я все еще не уверена, что это хорошая идея… Вы явно не собирались тихо исчезнуть, поэтому наиболее целесообразным решением стало ваше устранение. Близится война с саксонцами, Индрана не может ждать, пока вы докажете, что достойны трона.

– Я не собираюсь вам ничего доказывать, генерал.

– Знаю, ваше величество, – она подняла голову и уставилась на меня темными глазами. – С моей стороны слишком самонадеянно даже думать об этом.

Я оттолкнулась от стола и подошла к ней.

– Более чем, черт вас побери! Мне следовало бы позаимствовать пистолет у своего экама и уложить вас прямо здесь! – Я вытянула руку, и Эммори вложил в нее пистолет, не дожидаясь приказа.

Несколько людей при этом беспокойно заерзали, но Праджапати и не дернулась.

– Вы правы, генерал. Индрану ждет война, – сказала я. – Видит Шива, я стараюсь предотвратить ее, но даже я не могу сдержать саксонцев. Вы живы только потому, что наши войска нуждаются в ваших знаниях и опыте. Подумайте об этом, когда будете в следующий раз размышлять о пользе для Империи.

Я отдала пистолет Эммори и вернулась к столу. Пару минут царила тишина, а потом генерал Праджапати все-таки потеряла самообладание:

– Так вы не собираетесь меня казнить?

– Я не собираюсь даже понижать вас в звании. Хотя, возможно, вы захотите этого, когда мы закончим.

Я подала знак, и вперед вышла женщина, которая до этого тихо стояла в углу. Она была ниже генерала ростом, с бритой головой, а от ее левого уха до подбородка тянулся шрам.

– Это Лу. Раньше она состояла в Имперском оперативном отряде, а сейчас служит мне. Она слушается только меня и никого больше. Отныне вы отвечаете перед ней. Если ей хоть на секунду придет в голову, что вы снова плетете против меня заговор, она немедленно выстрелит вам в затылок.

Раздалось несколько придушенных возгласов – не все знали о моих планах до начала совещания. Я подняла руку, и тут же наступила тишина.

– А теперь, пока капитана не хватил удар, выбирайте. Если это кажется вам неприемлемым, я понижу вас до унтер-офицера и уволю с лишением всех прав и привилегий. Вы больше никогда не сможете служить Индране.

Вся защита генерала Майи Праджапати строилась на утверждении, что она действовала исключительно во благо Империи. Сейчас эта линия защиты подверглась куда более суровому испытанию, чем на протяжении всего процесса. Согласится ли она на такой позор, как приставленный к ней страж, имеющий право убить ее при малейших признаках провокации, чтобы продолжать служить Индране? Или признается, что лгала?

– Ваше величество, – Майя низко поклонилась – при скованных за спиной руках это выглядело впечатляюще, – я с радостью соглашусь на постоянное присутствие Лу, если это даст мне шанс служить Индране и дальше. Благодарю вас за то, что дали мне второй шанс.

Я кивнула.

– Зин, сними с нее наручники. Адмирал Хассан расскажет вам последние новости, генерал.

– Да, ваше величество, – Праджапати снова поклонилась, потирая запястья. Когда все потянулись прочь из кабинета, она последовала за ними.

– Генерал?

Она остановилась и повернулась ко мне.

– Ваше величество?

– Лу способна позаботиться о себе, но если вдруг с ней что-то случится, я очень расстроюсь.

Лу оскалилась. Генерал Праджапати резко кивнула и вышла из кабинета.

– Очень надеюсь, что мне не придется об этом жалеть, – сказала я Эммори, пиная ножку стола.

– Думаю, это было верное решение, ваше величество. Как бы она ни относилась к вам, Индрану она любит всем сердцем. Полковник Нир будет за ней присматривать. Но зачем вы сказали генералу, что Лу была оперативником?

Я улыбнулась.

– Это звучит в меру таинственно и объясняет, почему большая часть благодарностей вынесена полковнику Нир за секретные миссии. А генерал теперь станет осторожнее. Если она решит, что Лу преступница, то будет вести себя получше.

– Будем надеяться.

– Не будь таким пессимистом, Эмми.

– Вы мне за это платите, мэм. – Эммори склонил голову набок – видимо, ему пришел звонок на смати. – Капитан Джилл, слушаю вас…

Я все еще смеялась, когда звякнул мой собственный смати – это был входящий от Таза. При виде синяков на его лице я снова пнула стол.

– Мы нашли Кристофа, ваше величество. Он укрылся в районе Хетан. – За спиной Таза гремели выстрелы. – Мои люди окружили его, загнав в здание. Капитан Джилл вызвала подкрепление. Как только оно появится, мы пойдем на штурм.

– Если получится, возьмите его живым. Не хочу, чтобы из него сделали мученика.

Таз кивнул и отключился. Я встала с кресла, но Гита и Зин загородили дверной проем.

– Ваше величество, что вы делаете? – спросил Эммори.

– Собираюсь спуститься.

– Сядьте.

Я посмотрела на него и села обратно в кресло.

– Капитан Джилл ведет для нас трансляцию. – Он вывел экран на стену. Капитан оперативного отряда предпочла не ручную камеру, а встроенную в зрачок, так что мы как будто смотрели на все ее глазами. От этого становилось немного неуютно.

– Мы загнали его вот в это здание, – Илия указала рукой в перчатке на брошенный полуразрушенный склад справа от себя. – Люди Таза зачищают его поэтажно, но им отвечают серьезным сопротивлением. Капитан Хилтс и ее команда держат главный вход. Остальная моя команда и половина людей Таза окружили запасные выходы. Мы достанем его так или иначе, ваше величество.

Воздух прорезал вой сирен – прибыли вертолеты ИОО. Через несколько секунд они уже приземлились, и капитан Джилл объясняла вновь прибывшим диспозицию.

Я заметила Таза, когда Джилл кивнула в его сторону. Оперативники устремились вперед по заваленной мусором улице. Я сползла в кресле ниже, нервно сплетая пальцы.

Они ударили по главному входу. Капитан Хилтс и ее люди быстро миновали дымящиеся остатки дверей. Илия и Таз следовали за ними.

– Чисто! – Они осматривали одну комнату за другой, и в радиоэфире раздавались только отдельные слова.

– Капитан, вижу…

– Растяжки! Все заминировано!

– Почему мы этого раньше не заметили?

– Все наружу!

Картинка задрожала, когда Таз схватил капитана Джилл и потащил ее вниз по лестнице, по которой они только что поднимались. Камера вдруг отключилась.

– Что случилось? – Я вскочила на ноги. – Эммори, где…

Мой экам смотрел на Зина, на лице последнего был написан ужас. Гита выругалась. Так обычно солдаты ругаются вместо того, чтобы молиться.

– Что случилось?

– Здание взорвалось, ваше величество.

– Таз! – Я прижала руку ко рту, чтобы удержать крик. – Во имя Темной Матери, Эммори…

– Сядьте, ваше величество. – Он усадил меня обратно в кресло. – Да, адмирал? Нет, императрица все еще в кабинете. Мы все здесь. Мы наблюдали через камеру капитана Джилл, когда все отключилось.

Я зажмурилась, стараясь не заплакать, но список имен эхом отдавался в моей голове. Таз, Илия Джилл, Фазе… Я всхлипнула, и Эммори сжал мое плечо.

– Да, мэм. Держите нас в курсе. Ваше величество, адмирал Хассан отправила туда спасательное судно, чтобы поискать выживших. Но сейчас там зона радиомолчания – возможно, взрыв разорвал смати-сеть.

Или просто убил всех. Невысказанные слова повисли в воздухе. Я включила новости и, выведя их на стену, крепко сжала подлокотники. Пусть это не так надежно, как данные разведки, но намного лучше голоса в моей голове, снова и снова повторяющего список погибших.

– Несколько мгновений назад прогремел взрыв в заброшенном квартале Хетан. Территория оцеплена, но нашим репортерам удалось узнать, что там проходит военная операция. – Лицо диктора было ужасно торжественным. – Наш корреспондент Талия на месте происшествия.

Камера переключилась на симпатичную девушку, за спиной которой дымились развалины.

– Спасибо, Калини. Я нахожусь в зоне взрыва, настолько близко к развалинам, насколько допускает оперативный отряд. В данный момент на поле слева от меня уже садятся военно-морские медицинские суда. Пока не удается узнать, кто командует операцией, чтобы получить информацию о взрыве и о том, чем занят оперативный отряд…

Я мерила шагами кабинет почти час. Мой ужас превратился в уверенность после доставленного отчета о выживших. Ни Таза, ни капитана Джилл в списке не было. Фазе осталась невредима – фарианка находилась довольно далеко от задней стены здания, так что взрыв ее не задел.

– Их нашли. – Эммори взял меня за руку и повел к двери. – Принято, адмирал. Мы уже в пути, встретимся в госпитале.

– Они живы? – Я приноровилась к его шагу. Альба бежала за нами, а Зин и Гита расчищали дорогу. Команда-четыре и Команда-шесть встретили нас у входа в гараж.

– Капитан Джилл тяжело ранена, но Фазе использовала всю оставшуюся энергию, чтобы стабилизировать ее состояние. – Эммори плотно сжал губы, как делал всегда, когда не хотел сообщать мне какие-то новости. – Тазерион… в плохом состоянии, мэм. Врачи не уверены, что он сможет выжить.

– О Шива. Вели им поторопиться, Эммори. – Я села в машину и крепко сжала кулаки.

Глава 12

В Королевском госпитале Индраны царил хаос, который стих лишь на мгновение, когда в приемный покой вошли мои мрачные телохранители.

– Ваше величество, – молоденький мальчик с горящими глазами, сидевший за стойкой, вскочил и поклонился.

Я отлично помнила, что на меня смотрят, и поэтому тщательно выбирала слова.

– Мы пришли увидеться со своими людьми.

– Да, ваше величество. Я…

– Я все сделаю, Ишан, – пожилая женщина с волосами стального цвета похлопала его по плечу и улыбнулась мне, а затем нажала кнопку, открывающую двери. – Ваше величество, я старшая медсестра Они Суггитт. Полагаю, ваш экам захочет пойти впереди?

Эммори передавал указания по внутреннему каналу связи. От меня он не отходил. Команда-шесть прошла через дверь, положив руки на пистолеты. Я стояла, пока Эммори не тронул меня осторожно за плечо.

– Ваше величество, – поклонилась Фазе, – они не пускают меня к лейтенанту Саито.

Грязная и растрепанная, в остальном она казалась невредимой, поэтому я обняла ее, стараясь не сжимать слишком крепко.

– Как хорошо, что ты цела, – прошептала я, отпуская ее.

– Доктор Флипсен в операционной с Тазерионом Шиваном, – сказала Они. – Я сообщу ей, что вы здесь, но сложно сказать, сколько еще она будет им заниматься. Капитан Джилл отдыхает. Сержант Терасс вообще-то тоже должна, – медсестра строго посмотрела на фарианку, и та виновато улыбнулась, – а с лейтенантом Саито поговорить нельзя, потому что ее готовят к операции. Возможно, удастся сохранить ей ногу. А вы, юная леди, уже достаточно вымотались. – Они остановилась и легонько постучала в полуоткрытую дверь.

– Входите.

– Лежите, капитан, – сказала я, переступая порог.

– Ваше величество… – Илия все равно попыталась сесть, но Они тут же закудахтала и бросилась к кровати, чтобы уложить ее на место. Лицо капитана Джилл покрывали синяки, а на лбу краснел полузаживший порез – работа Фазе. – Я виновата. Это была ловушка, нас заманили, и мы… я полезла прямо туда.

– Вам неоткуда было знать это, капитан.

– Сколько людей мы потеряли?

– Не сейчас, – я покачала головой. – Поговорим, когда вас вылечат. Таз в операционной. Отдыхайте, капитан.

– Есть, мэм, – послушно ответила она, но мы обе знали, что она врет.

Наступила неловкая тишина. Фазе уселась в кресло у окна. Эммори тихо говорил с Илией, а я пыталась успокоиться, чтобы не начать метаться по палате.

– Ваше величество, сядьте, – тихо сказал Зин, притащив мне стул из коридора. – Это займет какое-то время.

Я то задремывала, то просыпалась – когда от адмирала Хассан и остальных поступали новости. Взрыв полностью разрушил здание, потребуется не меньше недели, чтобы отыскать все тела.

Или хотя бы то, что от них осталось.

– Императрица Хейлими!

Я встрепенулась, выпрямилась и посмотрела на подошедшую женщину.

– Ваше величество, я доктор Элеанор Флипсен, – она поклонилась, протянула мне очень белую руку и улыбнулась.

– Как он? – Я пожала ее ладонь и встала.

– Еще жив. У него серьезные травмы внутренних органов и сильная контузия. Худшее уже позади, но нужен день или два, чтобы убедиться, что он вне опасности.

Она говорила по-индрански с заметным акцентом.

– Вы не местная, доктор?

Элеанор улыбнулась, хотя казалась совершенно измотанной.

– Нет, ваше величество. Но живу здесь большую часть жизни. Мои родители прибыли сюда как миссионеры с Санктарии, когда мне было десять лет, и я влюбилась в Индранскую Империю. И вернулась после окончания медицинской школы.

– Хорошо, что вы это сделали. Я могу его увидеть?

– Он в реанимации, ваше величество. Как только он придет в себя, – взгляд ее ненадолго затуманился, пока она проверяла время, – а это довольно скоро, я проверю, как он.

Я подошла к Эммори – мой экам смотрел в окно.

«Доктор Флипсен – один из лучших травматологов и хирургов Империи, ваше величество», – сообщил он по закрытому каналу.

«Ты что, предлагаешь мне не волноваться?»

Боковым зрением я заметила, что он улыбается.

«Мэм, я понимаю, что вы волнуетесь, и причина у вас весомая. На Тазериона уронили здание. Ему очень повезло, что он выжил».

«Есть новости от адмирала Хассан?»

«Нет. Они нашли остальных оперативников, которые шли впереди капитана Джилл. Никто не выжил».

«Кристофу здорово повезло, что он мертв».

«Почему вы так говорите, мэм?»

«Потому что иначе я бы его сама убила».

Тут в палату вошла доктор Флипсен, и я повернулась к ней.

– Он очнулся, но его сознание пока затуманено, ваше величество. Следуйте за мной, пожалуйста.

Мы вышли в коридор. Зин и Гита уже стояли у дверей палаты Таза, а остальные телохранители рассредоточились по коридору. Эммори строго посмотрел на медсестру и доктора Флипсен, а потом закрыл дверь палаты.

С нашего утреннего разговора синяков на лице Таза прибавилось, а оливковая кожа приобрела желтоватый оттенок. Мне стало нехорошо.

Посторонних в палате не было, и я, не удержавшись, дотронулась до его лица.

– Эй, ты как?

Веки Таза дрогнули, приоткрылись, закрылись снова, а потом вдруг распахнулись. Он дернулся всем телом. Эммори, видно, был к этому готов, потому что тут же прижал его к кровати и быстро произнес:

– Ты в безопасности, Шиван. В безопасности. В больнице.

– Где я? – хрипло спросил Таз. – Что случилось?

– Кристоф уронил тебе на голову целый дом. – Я погладила его забинтованную руку. – Тебя только что увезли из операционной, поэтому постарайся не испортить работу доктора Флипсен.

Таз посмотрел на меня. Он явно меня слышал, но не до конца понимал. Потом он расслабился и нащупал мою ладонь.

– Я… ничего не помню после того, как проснулся утром. Мы с капитаном Джилл… – Он снова попытался сесть, но Эммори уложил его обратно, и Таз посмотрел на экама: – Илия в порядке?

– В порядке. Ей досталось больше, чем тебе, но сержант Терасс успела вовремя, а у капитана, в отличие от тебя, нет проблем с фарианами.

Таз попытался улыбнуться, но вышло плохо.

– Что с остальными?

– До сих пор не нашли капрала Дансе. Капитан Джилл сказала, что капрал была рядом со зданием, когда оно взорвалось. Лейтенанта Саито оперируют. Возможно, ее ногу спасут.

– А Маду? И мои люди?

– Я ничего не знаю об Апджа. – Таз и оперативный отряд волновали меня гораздо больше. Меня охватило такое острое чувство вины, что пришлось отвернуться. – Капрал Чатурведи не пережила взрыва.

Таз выругался, мрачно добавив:

– Завтра у нее был бы день рождения.

Послышались голоса, и я покосилась на дверь палаты:

– Мне ужасно жаль, Таз. Капитан Джилл считает, что Кристоф хотел забрать с собой как можно больше людей, когда устроил взрыв…

Шум в коридоре нарастал, и Эммори напрягся. Мы с ним подошли к двери посмотреть, что происходит. Мужчина, сопровождаемый молодой девушкой, умолял о чем-то Зина и доктора Флипсен. Я узнала бы его из тысячи – за моей спиной на больничной койке валялась его молодая копия.

– Расслабься, – прошептала я, когда Эммори перекрыл выход из палаты, – это отец Таза.

– Ваше величество, – Бентон Шиван опустился на одно колено, – пожалуйста, позвольте мне повидать сына.

– Он – изгой. Вы не заслуживаете встречи с ним. И где, кстати, его мать?

– Она не знает, что мы здесь, ваше величество. Я тайком увел Алайю. – Бентон поднял на меня глаза. – С того дня, как моя жена его изгнала, я не переставал жалеть об этом. Когда я услышал новости, то подумал, что не увижу его больше никогда.

Я сдержалась, хотя в голову мне пришло немало резких слов. Если бы он возразил Ваме Шиван, то остался бы на улице так же, как и сын.

– Ваше величество, не вините моего отца. Он всего-навсего выполняет просьбу Таза. – Алайя посмотрела на меня темными глазами, такими же, как у старшего брата.

– Это какую же?

– Остаться и позаботиться обо мне.

Когда Таза выгнали из дома, она была еще совсем крошкой. Меня не удивило, что он чувствовал ответственность за сестренку и попросил отца за ней присмотреть. Полагаться на Ваму Шиван с ее непредсказуемым нравом было нельзя.

– Можете войти. Если он захочет, чтобы вы остались, оставайтесь. В противном случае мои охранники вышвырнут вас прочь прямо на глазах у репортеров.

– Да, ваше величество. – Алайя присела в реверансе и проскользнула мимо меня.

Беспокоилась я зря: при виде сестры Таз просиял и протянул к ней руки. Алайя осторожно обняла его, прижалась головой к груди и что-то тихо зашептала. Бентон неуверенно мялся у дверей, пока Таз не поднял голову.

– Папа? – На лице его было написано неподдельное удивление.

– Сын мой. – В глазах Бентона показались слезы.

Я вышла и тихонько прикрыла за собой дверь.

– Оставьте их, – сказала я доктору Флипсен. – Если появится Вама Шиван, не впускайте ее без моего ведома. Ее угрозы меня не пугают, поскольку командую здесь я.

– Да, ваше величество.

– Дайте мне знать, как только операция лейтенанта Саито закончится.

– Конечно, мэм.

– Спасибо вам за все, доктор, – я протянула ей руку. – Эммори, возвращаемся во дворец. Скажи адмиралу Хассан, пусть ждет меня там. Мне нужен полный отчет о ходе спасательной операции в течение часа.

* * *

– Как выяснилось, основной заряд Кристоф прикрепил к себе, а еще несколько спрятал в здании, чтобы причинить максимальный ущерб. Я сомневаюсь, что мы найдем его тело, но нам нужны хотя бы образцы ДНК, чтобы подтвердить его смерть при взрыве.

Адмирал Хассан повернула изображение, повисшее в воздухе над столом в зале военного совета, подсвечивая точки, о которых говорила.

– Скольких мы потеряли?

– Из бойцов оперативного отряда семеро мертвы. Погибли капитан Хилтс и ее команда, а также капралы Чатурведи и Дансе. К счастью, другие две команды находились довольно далеко от эпицентра, поэтому их лишь немного посекло осколками. Что касается Апджа, мы полагаем, что погибло не менее трети, поскольку они были в здании во время взрыва. Возможно, люди Кристофа перестреляли их еще раньше. Мы работаем с Тазерионом, чтобы установить точное количество погибших.

– Единственный плюс, ваше величество, – Каспел расхаживал вдоль стола, сцепив руки за спиной, – состоит в том, что взрыв скорее расколол радикальную фракцию Кристофа, чем воодушевил ее. Мы не знаем, сколько человек было в здании вместе с ним, но мы не слышим и разговоров. Все выжившие затаились.

– Слишком дорого мы за это заплатили. – Я пролистывала досье погибших членов оперативного отряда.

– Несомненно, ваше величество, – согласился Каспел, – но это неизбежное зло. Те, кому приходится принимать решения, должны с этим смириться.

– По крайней мере, мы живы. – Я отвернулась от ряда мертвых лиц. – Сообщайте мне все новости о поисках тела Кристофа. Я хочу быть уверена, что с ним покончено, прежде чем приступать к переговорам.

– Конечно, ваше величество.

Я кивнула, и это оказалось ошибкой – комната закружилась перед моими глазами. Я заметила испуг в глазах Каспела, который схватил меня за плечо, но не удержал, и я осела на пол.

– Ваше величество!

– Все хорошо… – Я закрыла глаза, чувствуя на своей шее руку Эммори, затянутую в перчатку. – Просто голова закружилась.

– Вы давно ничего не ели. Альба?

– Ужин уже отправили в личные покои. Я думала, ее величество пойдет к себе, когда закончит здесь. Я вызвала доктора Ганджена, он уже идет.

Каспел и адмирал Хассан тихо попрощались и вышли.

– Я в порядке, обычное головокружение… – Я попыталась сесть, но Эммори мне не позволил. – Черт возьми, мне что, так и валяться на полу?

– Мне не нравятся ваши жизненные показатели, ваше величество. Лучше подождем доктора.

Меня удивил его серьезный тон, так что я тоже запросила у смати свои жизненные показатели. И тут же присвистнула.

– Знаешь… пожалуй, полежу так немного. Почему все настолько плохо, Эммори? Я думала, что отдохну и все наладится.

Мой сарказм пропал втуне. Да, новое расписание помогло, и последнюю неделю я спала гораздо лучше, чем сразу после возвращения. Честно говоря, несмотря на беспокойство из-за последних событий, этим утром я чувствовала себя так хорошо, как не бывало с попытки переворота.

– Я не знаю, ваше величество. Нужно провести сканирование. – Эммори взял принесенное Зином одеяло и расстелил на полу рядом со мной. Я перебралась туда, закрыла глаза и положила голову на второе одеяло, сложенное в несколько раз.

Открылась дверь, и ворвался доктор Ганджен. Эммори оставил меня с Зином и тихо заговорил с доктором.

– Эй, мое давление вышло за пределы критической зоны! – Я улыбнулась Зину, который натянуто улыбнулся в ответ. – Да расслабься ты… Когда ты нервничаешь, я тоже нервничаю.

– Ваше величество, вы не сможете провести эти переговоры, если состояние вашего здоровья не улучшится.

Я скривилась.

– Я в порядке, просто голова закружилась.

– Ваше величество, вы – молодая женщина без особых проблем со здоровьем. У вас не должна просто так кружиться голова. – Зин отодвинулся, пропуская доктора Ганджена. Тот опустился рядом со мной на колени.

– Ваше величество.

– Забавно встречаться с вами на полу, доктор.

Доктор удивился, но улыбнулся.

– Как вы себя чувствуете?

– Отлично. Все показатели вернулись в норму. Можно мне сесть?

– Секундочку, ваше величество. Дайте старику почувствовать себя полезным. – Доктор Ганджен положил руку мне на лоб, и его взгляд затуманился – он начал проводить тесты.

Я терпеливо ждала целую вечность, пока доктор не кивнул. Эммори помог мне подняться.

– И каков же ваш вердикт?

– Вы здоровы, ваше величество.

– Здорова? И все?

Доктор Ганджен улыбнулся и похлопал меня по руке.

– Вы устали, переработали, испытываете стресс. Вы все еще восстанавливаетесь после приема фрина, и, кстати, темпы восстановления меня более чем устраивают. А в остальном все в порядке.

– Боюсь, доктор, мой экам с вами не согласится. Но спасибо за ваш визит. Обещаю, что постараюсь спать побольше.

Доктор улыбнулся, услышав мою ложь, и поклонился. Эммори был мрачнее тучи.

– Ваше величество, почему не включился сигнал тревоги, когда ваше состояние настолько ухудшилось?

Я посмотрела на потолок и облизнула губы, а потом ответила:

– Ну, наверно, я его отключила…

Эммори недовольно посмотрел на меня.

– И уже давно…

– Ваше величество, – он тяжко вздохнул, – включите его обратно.

Настала моя очередь вздыхать, но я его послушалась.

– Теперь счастлив?

– Ничуть.

– Вот и я нет. Но теперь я, наверно, смогу добраться до спальни, не падая в обморок. Уверена, ты уже отменил все мои встречи, поэтому буду валяться на диване до самого ужина.

– Альба уже заказала вам ужин. Сначала вы поедите.

– Хорошо, – я вздохнула, – поем и буду валяться.

Глава 13

Эммори в очередной раз безжалостно расправился с моим расписанием – несмотря на протесты Альбы, он вычеркнул все дела, кроме самых важных.

Поэтому несколько дней спустя, ближе к полудню, я сидела в кабинете отца Вестинкара, прихлебывая виски. Встав из-за стола, заставленного пустыми тарелками, я подошла к маленькому окну. Широкий подоконник из того же серого камня, что и стены, холодил ладони.

День выдался серый, солнце пыталось, но не могло прорваться через тяжелые облака.

– Эта зима когда-нибудь кончится?

– Ничто не длится вечно, ваше величество. Ни холод, ни жара.

– Ничто… – прошептала я, глядя в окно. В груди поселилась странная боль.

– Кому-нибудь другому я сказал бы, что боги живут вечно, – улыбнулся отец Вестинкар, – но знаю, что для вас это не много значит, ваше величество.

Он был прав, но сказать это вслух я не могла. Я вдруг обнаружила в себе некую веру, но она не имела ничего общего с верой в богов, которые живут вечно.

– Как вы думаете, я правильно поступаю, встречаясь с Трейсом?

Он приподнял седую бровь.

– Я всего лишь священник. Мое мнение о государственных делах ничего не стоит, ваше величество. Но, – продолжил он, прежде чем я успела запротестовать, – Индране нужен мир. Еще одна война – особенно та, которую мы не сможем выиграть, – ничего хорошего не принесет.

– Другими словами, сколько принесет вреда? – Я вернулась к столу и допила виски. – Я могу развязать войну, отец.

– Вы знаете, что такое война, ваше величество, я вижу это в ваших глазах. Вы не станете обрекать свой народ на этот ужас без крайней нужды.

– Вы сильно в меня верите.

Отец Вестинкар рассмеялся и раскрыл свои объятия.

– Я священник, ваше величество. Веры у меня очень много.

Я обняла его и тоже засмеялась, но он почему-то отпустил меня на секунду позже, чем полагается.

– У вас доброе сердце, ваше величество. Никогда в этом не сомневайтесь, и в своих способностях тоже.

Я выдавила улыбку и отошла в сторону.

– Спасибо за ланч, отец, и за беседу. Я правда очень вам благодарна.

– Мои двери всегда открыты, ваше величество. – Он поклонился и обменялся взглядом с вошедшим Касом. Мой юный дви кивнул ему, и мы вышли из храма.

От нового расписания Эммори страдали и моя управляющая, и моя наследница. Но меня лишь порадовала возможность полежать часок перед встречей с Алисой, чтобы не выглядеть совсем тупой и сонной.

Это действительно было необходимо. Моя наследница потихоньку переступала через благоговейный ужас передо мной и уже начинала отстаивать свое мнение во время наших регулярных встреч.

Но все же большую часть времени она помнила, кто из нас императрица.

– Некоторые леди недостаточно квалифицированы для участия в переговорах. – Я села в свое кресло и посмотрела на фотографию отца и его друзей. – Матриарх Максвелл слишком стара для космических путешествий.

– Не стоит ей это слышать, – прошептала Алиса со смешком.

– С Кларой все ясно, она нужна здесь. Как и Заран, я не хочу мешать ее работе с Апджа.

– Вы вычеркнули из списка матриархов Зеллин и Праджапати?

Я кивнула.

– Мы до сих пор не знаем, участвовала ли Тара Зеллин в истории с Кристофом. А если верить рассуждениям ее сестры, мне не стоит подниматься на один корабль с матриархом Праджапати, даже если она публично отречется от всех действий Майи.

Я окинула список долгим взглядом.

– Как думаешь, у матриарха Тобин хватит здоровья? – Масами Тобин обладала острым умом, невзирая на свой возраст, и я наяву видела, как она хохочет в лицо саксонцам с их патриархальной культурой.

– Судя по последнему медицинскому осмотру, да.

– Тогда спросим ее. И матриарха Наиду тоже надо спросить. Думаю, работа помогла бы ей отвлечься.

Алиса покачала головой.

– Она не совсем в себе, ваше величество. Я не уверена, что она сумеет сосредоточиться на работе должным образом.

– Тоже верно. – Я вернула рамку с ее фотографией на прежнее место на экране. – А что ты думаешь о Катерине Саито?

Матриарх Саито была старше меня на четырнадцать лет, а во время дебатов о законности моих притязаний на престол молчала и держалась в стороне. Ее семья управляла одним из крупнейших частных банков Индраны.

– Они с моей матерью были близки, несмотря на разницу в возрасте, – сказала Алиса. – Ее супруг умер в тот год, когда я родилась. Мама говорила, что Саито так и не оправилась от потери и полностью погрузилась в работу. Она умна, ваше величество. Мне кажется, это хороший выбор.

Я перетащила фото Катерины на другую сторону экрана и посмотрела на оставшиеся имена.

– Матриарх Ванди подойдет. – Я кликнула на имя самой юной участницы совета.

– У нее очень мало опыта, мэм. Ее мать умерла только год назад. Я всего на пять лет старше, но состою в совете уже…

– Мне нужна молодежь. Она оценит все это свежим взглядом. – Я улыбнулась Алисе. – Времена меняются, правда? И лучше нам использовать тех, кто к этому открыт.

– Поэтому я не лечу с вами?

– Что? – искренне удивилась я.

– Я не лечу с вами, потому что недостаточно широко мыслю. Слишком закоснела, пусть я и моложе вас.

– Зачем ты приписываешь мне слова своей матери? – тихо спросила я, и Алиса покраснела.

– Простите, ваше величество, я просто…

– Алиса, ты не летишь со мной, потому что ты моя наследница. – Я постучала пальцем по экрану. – Если мы обе будем отсутствовать, это само по себе плохо. А уж если вместе появимся в одном помещении на небезопасной планете, где на нас могут напасть… Если там случится что-то плохое, что будет с Империей?

– А почему вы думаете, что может случиться что-то плохое?

Я обменялась взглядами с Эммори.

– Потому что всегда что-нибудь идет не так. И лучше бы тебе понять это заранее, Алиса, пока ничто не застало тебя врасплох.

– Хорошо, мэм, – она кивнула. – Матриарх Десаи просила напомнить, что премьер-министр Фанин войдет в состав делегации.

– Как жаль, – сказала я, – но у нас в запасе еще неделя, министр вполне может поскользнуться в душе и что-нибудь себе сломать.

– Ваше величество!

Я закатила глаза. Все вокруг пугали меня тем, что с нами полетит Фанин. Не то чтобы меня это удивляло. «Мне не нравится его лицо» – недостаточная причина для отстранения от переговоров человека со способностями и политическим весом Фанина.

Мне нужен был кто-то опытный, и Фанин отлично подходил на эту роль… хоть он мне и не нравится.

* * *

– Фанин тебе не нравится, потому что он – заноза в заднице. – Таз поерзал на больничной койке, а когда я попыталась ему помочь, вздрогнул и зашипел. – Отстань, Хейл. Я в норме.

Мы были в палате вдвоем – лишь поэтому ему сошли с рук и раздраженный тон, и фамильярное обращение. Однако когда я приподняла бровь, он смущенно улыбнулся.

– Ты все еще умеешь укоризненно дергать бровью. Спишем это на эффект лекарств?

– Медсестра Суггитт сказала, что ты уже несколько дней отказываешься от обезболивающих, поэтому лучше спишем твое поведение на отсутствие лекарств. Или на то, что ты идиот. Выбирай, – я встала, – тебе помочь или позвать Они?

Таз вздохнул.

– А вы издеваетесь надо мной не хуже, чем сестра Суггитт, ваше величество. Не надо ее звать. Я действительно в порядке, а если она придет, то будет кудахтать полчаса. И я на полчаса меньше проведу с тобой. – Он улыбнулся так искренне, что я села обратно в кресло.

– Меня не будет всего неделю.

– Когда ты уехала в прошлый раз, мы не виделись двадцать лет.

– Вот так и появляются сплетни, – я скривилась.

Таз улыбнулся. Синяки на его лице сходили, а порезы заживали. Под бдительным присмотром Они Суггитт он оставался только из-за травм внутренних органов.

Он выздоравливал не так быстро, как надеялась доктор Флипсен. Контузия оказалась настолько сильной, что Таз иногда забывал, где он или, например, как пользоваться вилкой. Несмотря на возражения с его стороны, она настояла на том, чтобы он после излечения всех травм провел в госпитале лишнюю неделю – при условии, что за это время подобные эпизоды забывчивости не повторятся.

– Что? – спросила я, когда молчание стало совсем невыносимым.

– Я все еще люблю тебя, Хейл.

– Таз, не надо. – Сердце у меня трепыхнулось.

– Ты меня слушаешь? Я должен это сказать. – Он взял меня за руку. – Я всегда буду любить тебя, но знаю, что все изменилось. Я вижу это в твоих глазах. Я счастлив, что смог снова увидеть тебя, и надеюсь восстановить былую дружбу. Я не собираюсь требовать большего, чем ты можешь дать. Пусть сплетничают, но мы с тобой будем знать правду.

При этих осторожных словах один из множества узлов, в которые завязалось мое нутро, ослаб, я усмехнулась и сжала его руку.

– Я действительно рада, что ты не умер.

– И я. – он отпустил меня. – Ладно, ваше величество, хватит сопливых разговоров. Капитан Джилл говорит, что нашлись несколько фрагментов костей, которые принадлежат Кристофу.

Я еще раз стиснула его ладонь и снова откинулась в кресле.

– Да, нашлись. Илия почти уверена, что больше мы ничего не найдем, учитывая масштабы взрыва и то, что Кристоф был в самом эпицентре.

– Ну хоть что-то, – тихо проговорил Таз. – Когда вы уезжаете?

– Через три дня. Я велела Алисе следить за ситуацией и сообщать тебе новости.

– Ты правда думаешь, что она это сделает? Кажется, она меня не любит.

– Сделает, потому что таков мой приказ, – я улыбнулась. – Ты еще удивишься, ведь она, конечно, не поддерживает движение Апджа так же искренне, как Заран, но зато она честная и верит в то, что лучше всего для Индраны.

– Обещаю вести себя хорошо.

– Поверю, когда увижу.

– Вот почему ты так плохо обо мне думаешь? – спросил Таз.

– Докажи обратное.

Он вдруг стал серьезным и воздел руку вверх.

– Клянусь, ваше величество, что докажу. Мы хотим Индране добра, чего бы это ни стоило.

Я взяла его ладонь.

– Я хочу того же самого.

Глава 14

– Доброе утро, ваше величество, – Фанин низко поклонился.

– Доброе! – Я подождала, пока он выпрямится, и улыбнулась. – Не составите мне компанию на прогулке?

– С удовольствием. Тут, на борту, довольно оживленно, а?

Он приноровился к моему шагу, а Зин последовал за нами.

Эммори изменил штатное расписание команды на «Пара Сахи». Несмотря на размеры корабля, все здесь находилось достаточно близко, чтобы любая прогулка в окружении трех телохранителей вызывала у меня невыносимые приступы клаустрофобии.

Капитан Старзин заверила меня, что команда верна мне. Поскольку старшей сестре Зина я доверяла, то была почти уверена, что никто не попытается меня убить.

По крайней мере, никто из присутствующих на борту.

Покинув Пашати на флагманском корабле адмирала Хассан, «Ваджре», мы сменили еще несколько кораблей, пока наконец вся делегация не оказалась на «Пара Сахи».

Фанин предложил разделить делегацию по нескольким кораблям, но это затрудняло организацию встреч по дороге к Красному Утесу.

Я пообещала Алисе, что постараюсь узнать премьер-министра получше, а это значило, что мне придется жить с ним на одном корабле.

– Как вам спалось?

– На удивление хорошо, ваше величество. Пожалуй, даже лучше, чем дома, – Фанин улыбнулся, и его строгое лицо стало немного приятнее. – Наверное, дело в том, что здесь меня не дергают по несколько раз в час.

– Да уж, – засмеялась я.

В первую же ночь на борту я выспалась, как никогда в жизни. Я даже не понимала, как сильно соскучилась по тихому гулу корабельных систем. Моя клаустрофобия не распространяется на космические корабли, да и «Пара Сахи» был немаленьким. А уж каюта мне досталась просто огромная – хотя бы ради этого стоило стать императрицей.

– У меня готов список вопросов, который вы просили, ваше величество. Переслать вам?

– Да, пожалуйста.

До Красного Утеса оставалось три дня пути. И хотя наша встреча была довольно неформальной, мне нужно было понять, о чем говорить с Трейсом. Начиная с Канафи.

По словам Каспела, текущая ситуация никуда не годилась и с каждым днем становилась только хуже. Единственная хорошая новость состояла в том, что его оперативники нашли губернатора Ашвари и собирались встретиться с нами на Красном Утесе.

Пусть все это никак не помогало вернуть сорок семь новехоньких кораблей с верфи у захваченной планеты, но я думала, что как-нибудь справлюсь. Три корабля, которые сумели уйти, уже были дома, в безопасности.

Лишь бы оперативники Каспела доставили губернатора живой… или по крайней мере сразу после смерти, чтобы вытащить информацию из ее смати.

От этой довольно-таки мерзкой мысли я поежилась, и Фанин удивленно посмотрел на меня.

– На борту прохладно, – непринужденно солгала я.

На последней перед отправлением встрече с главой службы безопасности присутствовали только мы с Эммори. Каспел просил держать новости о губернаторе Ашвари в тайне, и хотя я пыталась улучшить свои отношения с Фанином, проблем с соблюдением его просьбы у меня не возникло. Чем меньше народу знает об этой операции, тем безопаснее.

Мы долго шли в молчании, пока не встретили матриарха Масами Тобин в сопровождении телохранителя.

– Доброе утро, ваше величество, – матриарх улыбнулась и отпустила руку телохранителя, чтобы присесть в реверансе.

– Доброе утро. Как вам спалось?

– Ужасно, на борту слишком шумно! Хотя девочкам все равно, уверена, они до сих пор спят.

Несгибаемая старуха сначала не поддерживала меня, но в конце концов смирилась. К счастью для меня, она благоволила моей кузине в силу логики, нежели эмоций. Несмотря на возраст, ум ее оставался острым, и, выбирая команду для переговоров, я сразу подумала о ней.

«Девочками» она называла двух других матриархов, Сабину Ванди и Катерину Саито, которые несколько уравновешивали едкость старухи Тобин. Матриарх Ванди в свои двадцать семь считалась едва ли не младенцем. Матриарх Саито была ее старше почти в два раза, но все же куда моложе восьмидесятисемилетней Масами Тобин.

Я затруднялась с подходящим ответом, но, впрочем, матриарх его и не ждала. Она переключилась на Фанина:

– И вам доброго утра, премьер-министр.

– Матриарх.

– Пожалуй, я вас оставлю, – сказала я. – Мне необходимо связаться с Алисой, а кое-кто наверняка будет настаивать, чтобы я сперва поела.

– Да, поесть – мысль неплохая, – согласился Фанин. – Вы присоединитесь ко мне, матриарх Тобин?

Я оставила их раздумывать, позавтракать ли в кают-компании или в каюте Масами, а сама ушла в сопровождении Зина.

– Ваше величество, до вашего разговора с Алисой еще больше часа.

– Спасибо, что хоть подождал, пока мы за угол зайдем, – я похлопала Зина по плечу. – Мне очень не хочется завтракать с этими двумя, а перед разговором надо еще кое-что почитать.

* * *

Три дня спустя я пристроилась на краешке сиденья в шаттле «Пара Сахи», который должен был отнести нас на поверхность Красного Утеса.

Эта крошечная независимая планета располагалась примерно в семидесяти пяти сотнях световых лет от системы Ашвин и почти в два раза дальше от Маркло, родной планеты Трейса. В списке нейтральных планет Солярианского Конгломерата она обозначалась как Танго и обычно использовалась как раз для проведения подобных встреч. Пусть и не бесплатно.

Я не поскупилась. Эта плата была одним из основных источников дохода для крошечного голубого шарика, плавающего в пустоте. Я с радостью заплатила требуемую сумму, потому что именно я потребовала провести встречу здесь.

Трейс предложил заплатить половину, и это было очень приятно, но в результате пошли слухи, что одним из предметов переговоров будет мой брак с младшим братом Трейса.

Трейс уже обсуждал с моей матерью – до того, как она помутилась рассудком, – возможность союза между его братом и Пас. А теперь осталась только я. Правда, я была на семнадцать лет старше принца Самуила, и подобный союз ничего не давал ни одной из сторон. Даже если бы мы собирались его обсуждать.

Я отбросила слезливые мысли и поднялась, как только пилот сообщил о приземлении. Разглаживая кремовый шелк своего сари, я позволила Альбе поправить мне прическу. Стася заплела мои волосы в замысловатую косу и украсила шпилькой с редкими черными жемчужинами с Земли. Примерно такой же шпилькой я открыла дверь на «Пара Сахи», когда все только начиналось. Зачарованная этим совпадением, я позволила вставить ее себе в волосы.

– Ваше величество?..

Я кивнула в ответ на невысказанный вопрос Эммори и вышла из шаттла вслед за ним.

Трейс ожидал в ангаре, в нескольких метрах от шаттла. Его окружали телохранители, а за спиной маячила свита не меньше моей собственной.

Бледный мужчина с иссиня-черными волосами улыбался, стоя с краю.

– Ваше императорское величество, – он поклонился с невиданным изяществом, – я медиатор Биллингс. Добро пожаловать на Красный Утес! Мы счастливы, что вы выбрали нашу планету. Если вам что-нибудь потребуется, обращайтесь ко мне. Если позволите, я представлю вас остальным приглашенным.

– Благодарю вас, медиатор. – Я помедлила секунду, притворяясь, будто позволяю Альбе что-то поправить в моем наряде, и тем временем рассмотрела Трейса как следует.

На нем была синяя, под цвет глаз, рубашка, заправленная в черные штаны, явно военные. При виде армейских ботинок я почувствовала укол зависти – Стася настояла, чтобы я надела «нормальную» обувь. Единственное, что мне удалось отстоять, – туфли были без каблука, но и это оказалось ошибкой, потому что так я была на несколько сантиметров ниже Трейса.

По крайней мере, он не надел корону. Хоть тут я оказалась права.

– Как будто две банды после школы собрались драться, – прошептала я Эммори. – Ну же, если это молчание продлится, случится что-нибудь ужасное.

Я сделала несколько шагов вперед, остановилась перед Трейсом и кивнула.

– Трейс, – сказала я, прежде чем Биллингс успел начать свою речь.

– Хейлими, – Трейс протянул мне руку, и я протянула руку в ответ. Он накрыл мою ладонь второй рукой и улыбнулся: – Рад тебя видеть. Медиатор Биллингс, я не хочу показаться грубым, но нам необходимо начать переговоры прямо сейчас.

– Разумеется. – Как любой хороший функционер, Биллингс знал, когда лучше исчезнуть.

Трейс проводил его взглядом и повернулся ко мне.

– Позволишь представить тебе моих соотечественников?

Я кивнула, и началось всеобщее знакомство. Индранцы и саксонцы называли свои имена и приветствовали друг друга. Примерно через полчаса Трейс наклонился ко мне:

– Позволь проводить тебя в твои комнаты. Наши телохранители могут идти сзади и злобно перемигиваться.

Я с трудом удержалась от смеха. Трейс ухмыльнулся, подхватил меня под руку и указал на заднюю стену ангара. Наши шаги и голоса эхом отдавались под потолком, пока мы не дошли до дверей. Те разъехались в сторону, и мы выбрались из шумного ангара в относительную тишину ярко освещенного коридора.

– Прекрасно выглядишь, – сказал Трейс, когда мы завернули за угол, – прическа странная, но тебе идет.

– Тебе тоже.

Он застенчиво улыбнулся.

– Так и надо. Честно говоря, я бы отрастил волосы подлиннее, если бы это сошло мне с рук.

– Ну а в чем тогда смысл быть королем?

Он рассмеялся.

– Думаю, Хейл, тебе легче менять традиции. Я, конечно, пытаюсь, но думаю, что если вдруг начну вести себя странно, у Ивана случится сердечный приступ.

– Никакого сердечного приступа, ваше величество. – Голос огромного мужчины, шедшего по правую руку Трейса, походил на гром от столкновения двух линейных кораблей. – Я просто начну сомневаться в вашем душевном здоровье. – Глаза у него были серые и непроницаемые, как камень. Он уставился на меня без всякого почтения. – Я вас помню, ваше императорское величество.

Какое-то мгновение я недоуменно смотрела на него, а потом вспомнила. И теперь уже не удержалась от смеха.

– Она ударила меня в живот, – поведал Иван Эммори за нашими спинами, – вышибла из меня дух.

– Он пытался меня поцеловать, – я пожала плечами.

Трейс хихикнул.

– Что ж, вот и ответ на сплетни о матримониальных планах. Мой брат против тебя и раунда не выдержит, Хейли.

Я нахмурилась, услышав подобную фамильярность, но Трейс неправильно меня понял.

– Прости, я дразнюсь. Я знаю, что ты не затем просила о встрече. – Он мигом посерьезнел. – У нас будет полно времени, чтобы поговорить о государственных делах, и я не хочу упускать возможность просто поболтать с тобой. Вот твои комнаты, а я живу дальше по коридору. Тут есть очаровательный садик, и на улице весна, так что все деревья цветут, – он улыбнулся и отпустил мою руку. – Если твоя охрана позволит, я был бы счастлив поужинать с тобой сегодня в саду.

– Звучит неплохо, – я улыбнулась в ответ, – пусть Эммори и Иван обговорят детали.

Трейс коротко поклонился.

– Тогда увидимся позже.

Глава 15

– А все прошло лучше, чем я думала, – заявила я, как только Эммори впустил меня в мои покои. Гита и Уиллимет стояли у широких окон в дальнем конце комнаты, а Стася улыбнулась мне и присела в реверансе. Они спустились на землю первыми, чтобы проверить безопасность помещений и подготовить их. Я немного удивилась, что Эммори не отправил с ними Зина – вместо него пошел Индула.

– Погода налаживается, ваше величество. Не хотите ли чаю? – спросила Стася.

– Если принесешь, то, наверное, выпью, – сказала я.

– Вы думали, в нас будут стрелять, ваше величество? – спросил Зин.

Я ткнула его в плечо.

– Разве что в тебя, тогда и я бы пальнула… Нет, я ждала холодной формальной встречи, – я нахмурилась, – а не шуток и подобной фамильярности.

Я пересекла комнату, оперлась локтями на подоконник и принялась изучать город в отдалении. Большую часть путешествия я провела раздумывая, что сказать Трейсу, а теперь все мои речи казались формальной ерундой.

– Что ты об этом думаешь?

Эммори пожал плечами.

– Он был вежлив, ваше величество, искренне рад вас видеть. А еще вел себя расслабленнее, чем во время последнего звонка.

– Альба?

– Я согласна, ваше величество. Никакого напряжения ни со стороны короля, ни со стороны его свиты.

Я отвернулась от окна и посмотрела на Зина.

– Зин, а ты что скажешь?

– Охрана тоже спокойна… и высокомерна. – Остальные закивали, соглашаясь с ним.

– Я тоже так думаю, ваше величество, – заговорила Альба. – Они не злятся, но… – она нахмурилась, – не могу подобрать точного слова, высокомерие подойдет не хуже любого другого. И они расслаблены даже тогда, когда не знают, что мы на них смотрим.

– Интересно. Гита?

– Мэм? – Она дернулась, зацепив роскошную вазу. Я поймала ее левой рукой и поставила обратно на лакированную подставку.

– Гита, что ты об этом думаешь?

– Меня там не было, мэм.

– Мы почти никого не видели, ваше величество. – Не успела я и слова сказать, как в разговор влез Индула, покосясь на Гиту. – Его люди действуют вполне эффективно, но разговаривать с нами не хотят. Наверное, Стася преуспела больше, потому что она красивее меня.

Горничная вспыхнула, а Индула улыбнулся.

– Да какой уж тут успех, ваше величество… – пробормотала девушка.

Мы все рассмеялись.

– Королевский камердинер – суровый старик, который со мной едва поздоровался. Молодые лакеи держатся осторожно, но кое о чем все-таки проговорились. Король очень громко спорил с матерью перед отъездом.

– О чем?

– Подробностей не знаю. Думаю, и они не знают, мэм, но постараюсь выяснить, – ответила Стася. – И хотя правительство все отрицает, саксонский народ считает, что это их войска захватили Канафи.

– Правда? – Я обменялась взглядами с Эммори. – Ну и откуда у них эта идея?

– Хороший вопрос, ваше величество.

Я взмахнула рукой.

– Ладно, все свободны. Мне нужно подготовиться к ужину. Гита, задержись на минутку.

Все вышли, а Стася ретировалась в спальню. Гита виновато склонила голову.

– Прошу прощения, ваше величество.

– Я полагаюсь на своих людей. Вы должны замечать то, что я могу упустить. Пожалуйста, будь внимательнее в следующий раз.

– Да, мэм, – Гита поклонилась.

– Можешь идти. – Я подождала, пока она вышла, и заговорила с Эммори. – Я хотела бы довериться Трейсу, но что-то не так, не могу объяснить, просто чувствую. Вопрос вот в чем: если саксонцы как-то причастны к недавним событиям, знает ли об этом Трейс?

– В лучшем случае, ваше величество, здесь замешан кто-то из его правительства, а король ничего не знает. В худшем – он сам принимал в этом участие.

– Какой же ты пессимист…

– Вы мне за это и платите.

Я закатила глаза.

– Иди проверь, не набит ли сад потенциальными убийцами, экам. Я надеюсь получить от ужина удовольствие.

– Разумеется, ваше величество.

* * *

Я пришла в сад раньше Трейса и Ивана. Хотя солнце Красного Утеса уже зашло, весенняя ночь благоухала всевозможными ароматами. После индранской зимы это было особенно приятно.

Сам садик оказался очень милым. Стол накрыли в маленькой беседке, окруженной какими-то фруктовыми деревьями в цвету. Нежные лепестки отливали радугой в свете фонарей, а их сладкий запах напомнил мне о модак[4].

Эти сладости обожала моя младшая сестра, и при мысли о ней у меня кольнуло сердце. Через несколько секунд я встряхнулась.

– Пас понравились бы эти деревья, Эммори.

– Моей матери тоже, ваше величество. – Он коснулся ветки, и свет затанцевал среди цветов. – Она любит все яркое, – улыбнулся он. – Именно этим отец и привлек ее внимание. По крайней мере, так она рассказывает. Он же утверждает, что дело было в его интеллекте.

Я засмеялась.

– Ты бы тоже понравился Пас.

Эммори не ответил. Плечи его неуловимо напряглись – в саду появился кто-то еще. Моя улыбка, когда я повернулась, была почти искренней.

– Трейс.

– Хейли! – Трейс шел по каменной дорожке, раскинув руки, как будто мы были старыми друзьями. Двигался он невероятно энергично. Стиснув мои руки, он поцеловал меня в щеку. – Отлично выглядишь, – он улыбнулся и подмигнул мне.

Для ужина я выбрала черные брюки и изумрудно-зеленый пиджак. Единственное сари, привезенное Стасей, я уже надевала на первую встречу. Кроме него в моем багаже была моя обычная полувоенная одежда и несколько сальвар-камиз. Трейс нарядился в идеально белую рубашку и серые брюки. Он немедленно закатал рукава, и я изумленно фыркнула.

– Что? – удивился он.

– А что скажет на это твой камердинер?

Трейс опять улыбнулся, и вокруг глаз у него появились морщинки.

– Хьюберт просто вышел из себя, ведь я отказался от сюртука, жилета и всех его кошмарных галстуков. Императрица, мол, подумает, что я сущий варвар, – он засмеялся. – А тебе разве не приходится спорить со слугами?

– Они быстро учатся. – Я подхватила его под руку и потащила в глубь сада. – Могу подсказать пару приемов.

В этот раз в смехе Трейса послышалась грусть.

– Разве что в следующей жизни. Воцарится настоящий хаос, если я вдруг начну вести себя как…

Оценив неловкую паузу, я не удержалась от подколки:

– Как контрабандист?

Трейс покраснел до корней волос и закрыл лицо рукой. Я ощутила слабый укол вины, но тут его плечи затряслись от едва сдерживаемого смеха.

– Хейлими, саксонцы не готовы к таким, как ты!

– Если тебе станет легче, я уверена, что Индрана тоже ко мне не готова. Но она справляется. – Я оглянулась. – А вот и ужин принесли.

Я позволила Трейсу отодвинуть мне стул и с благодарной улыбкой опустилась на сиденье. Мужчина в белой куртке подкатил к столу тележку.

– На Красном Утесе недурные вина, – Трейс изучал содержимое тележки, – или ты предпочтешь виски?

Я удивилась, но не подала виду.

– Вино подойдет, спасибо.

Трейс налил два бокала. Эммори внимательно осмотрел мой, и я пожала плечами:

– Мой экам очень щепетилен насчет таких вещей. Прости его.

– Ах да, понимаю… Продолжайте, экам, я и не думал вам мешать.

– Все чисто, ваше величество, – сказал Эммори, вручая бокал Уиллимет. На время поездки ей было неофициально поручено пробовать мою еду. Она отхлебнула вина, протерла бокал салфеткой и вернула его Эммори.

Наконец бокал достался мне, и я отсалютовала им Трейсу.

– За мир.

– За мир и семью, – ответил он.

Я запила комок в горле глотком вина и улыбнулась Эммори, когда он вручил мне тарелку. Мы принялись за еду – блюдо из риса с курицей и острым перцем отлично сочеталось с вином.

Трейс куда лучше, чем я, поднаторел в светских разговорах и теперь развлекал меня историями о своих младших братьях. И все-таки он немного нервничал: то постукивал пальцами по стулу, то дергал ногой.

– Жаль, что мы не можем просто решить все проблемы за ужином и вином, – сказал он.

Откинувшись на спинку стула, я вертела бокал в пальцах, обдумывая ответ.

– Боюсь, это необходимое зло. На кону стоит столько жизней, что два человека не могут принять такое решение.

– Хейли, ты меня разочаровываешь. Судя по тому, что я слышал о твоих подвигах вдали от дома, ты предпочитаешь решать все сама. Какой смысл быть правителем, если ты не правишь своим народом? – Он поднял бокал.

– Не верь слухам, – ответила я с улыбкой и отпила вина. – Благоразумнее, пожалуй, будет прислушаться к людям постарше и поумнее, особенно в таких важных вопросах. Так поступают хорошие правители.

Точнее, они вообще прислушиваются к другим. Хао, например, никогда не обращал внимания на возраст человека.

– Да, наверное, – он отмахнулся, – никогда об этом не думал.

Я подавила внезапное раздражение, напомнив себе, что воспитание Трейса сильно отличалось от моего. Неудивительно, что он считал свои взгляды единственно верными.

– Кроме того, – я улыбнулась, – нам столько всего нужно обсудить, что вдвоем мы просто не справимся. Одна только Канафи – крепкий орешек.

Трейс посмотрел куда-то налево, и у меня упало сердце. Он сделал вид, что просто ставит бокал на стол, не торопясь с ответом.

– Да, мерзкое дельце. Мои войска в твоем распоряжении, Хейли, если ты захочешь наказать наемников, которые это сделали.

– Это очень мило с твоей стороны. – Вино вдруг стало горьким, и я поставила бокал на стол. – Но думаю, мы сами справимся с этим. – Я не стала показывать ему зубы. – Прости меня, Трейс, но я пойду спать. От этого вина у меня разболелась голова.

– Очень жаль, – он встал.

– Мне тоже. Я ожидала большего. Спокойной ночи, Трейс, – я кивнула ему на прощание и вышла из сада в сопровождении Эммори.

«Он знает, Эммори, знает обо всем, клянусь Шивой».

«Мне жаль, ваше величество. Вы хотели, чтобы было наоборот».

«А знаешь, что хуже всего? – Я не замедлила шага, когда мы свернули за угол. – Он предложил мне виски».

«Я заметил».

«С момента возвращения я пью его только у себя в комнате».

«А раньше вообще не пили».

Я кивнула.

«Портис пил, но мне было плевать. Мы вообще редко пили на публике. Хао говорил, что нельзя показывать врагам свою слабость, а алкоголь он считал слабостью».

Посмотрев на Эммори, я поняла, что он вспоминает все случаи, когда я пила виски, и кто присутствовал при этом. Я занималась тем же самым. Список вышел небольшим, и я доверяла почти каждому человеку из этого списка.

А это значит, что либо кто-то из моего ближнего круга меня предал, либо Трейс каким-то образом внедрил своего агента достаточно близко, чтобы тот заметил подобную мелочь. Я не верила, что Хао мог кому-то рассказать обо мне и Портисе. Мне вообще не нравился ни один вариант. Если Хао теперь против меня, то я не отмоюсь от всего, что он может рассказать.

– Мне это не нравится, ваше величество.

Я пинком распахнула дверь своих покоев.

– Мне тоже, Эммори. Мне тоже.

Глава 16

– Доброе утро, Фазе, как ты? – Утро, ясное и теплое, разогнало мою тревогу после вчерашнего ужина с Трейсом. Фарианка стояла у двери моих комнат, болтая со Стасей. Взрыв, устроенный Кристофом, почти уничтожил ее команду, а капитан Джилл до сих пор находилась в госпитале, так что я попросила Фазе присоединиться к нам на время переговоров.

– Отлично, ваше величество, спасибо. Как вы спали?

– Хорошо. Я слышала, что лечение лейтенанта Саито продвигается успешно.

– Да, мэм. Она уже встает и может сделать несколько шагов.

Я кивнула. Доктору Вендле удалось спасти одну ногу лейтенанта. Фазе и несколько других фариан вылечили самые страшные травмы, но на то, чтобы научиться ходить на протезе, должно было уйти некоторое время.

– Доброе утро, ваше величество! – В комнату вошли Альба, Кас и Эммори. – Вы успели проглядеть записи, которые я вам отправила?

– Да. У меня вопрос по поводу файла от полковника Хаген.

Взмахом руки отослав телохранителей, я увела Альбу в дальний конец комнаты.

– Эти изображения проверены?

– Пока нет, мэм, директор над этим работает. Он велел передать все вам, но мы, разумеется, ничего не хотим говорить, пока не получим подтверждение от третьей стороны.

Я кивнула, подавив нетерпение. Конечно, он был прав, но мне-то хотелось появиться на утренней встрече и немедленно вывести на стену присланные полковником Хаген фотографии битвы на Канафи Большой.

Саксонские черты лица бледного мужчины с ледяными синими глазами не станут последней соломинкой, а вот различимые, хоть и размытые эмблемы Саксонского ударного корпуса – вполне.

– Сообщи директору Ганеджу, что я с ним согласна, но процесс нужно ускорить.

– Да, мэм, – Альба кивнула.

– Кто-нибудь говорил с матриархами утром? – спросила я, проверяя время на смати. – Они должны уже…

Дверь открылась, и вошли три матриарха в сопровождении Фанина. Все тут же принялись кланяться и приседать.

– Доброе утро! – Я села на серый стул с жесткой спинкой, стоящий подальше от окна, и сняла ниточку со своих черных брюк. В начищенных носах ботинок я увидела отражение Фанина.

– Доброе утро, ваше величество.

Зашуршали сари – матриарх Тобин и две другие леди заняли свои места. На Сабине Ванди была легкая голубая накидка из блестящей ткани, отлично сочетающаяся с ее рыжими кудрями. Катерина Саито предпочла сари со сложным черно-белым узором, а ее стрижка – черные волосы доходили до подбородка – безнадежно вышла из моды. Впрочем, к ее высоким скулам эта стрижка шла. К тому же мне нравилось, что я не единственный человек в высшем обществе Индраны, которому наплевать на моду.

Матриарх Тобин выбрала темно-красное сари, отделанное золотой нитью. Ее сари полностью затмевало мой черный наряд, и я оценила чувство стиля старшей из матриархов.

Потерев ладони, я оглядела присутствующих и глубоко вздохнула:

– Значит, так, для начала установим основные правила сегодняшних переговоров. Во-первых, ничто не считается согласованным без моего одобрения и моей печати. Я объяснила медиатору, что в обсуждениях чего бы то ни было за Индрану решаю я и только я. Попытайтесь донести это до всех, с кем будете разговаривать сегодня. Но это не значит, что я не буду вас слушать и учитывать ваше мнение. В конце концов, для этого все вы здесь. – Я улыбнулась Сабине, надеясь разгладить беспокойные морщинки на ее лбу. – Я хочу, чтобы вы участвовали в переговорах, так что не молчите.

– Да, ваше величество, – она склонила голову, и плечи у нее немного расслабились.

– Во-вторых, никто не упоминает Канафи…

– Но, ваше величество, – Фанин заерзал на стуле, – это же…

– Никто, Фанин! Мы обсудим это в свое время, но не в первый же день переговоров. Ясно?

– Да, ваше величество. А что нам говорить, если они поднимут этот вопрос?

– Что в настоящий момент мы не готовы это обсуждать. И перевести разговор на одну из пятнадцати тем из вашего списка.

Он резко кивнул, явно недовольный, но больше ничего не сказал, поэтому я переключилась на матриарха Саито.

– Катерина, мне бы хотелось, чтобы вы как следует изучили все лица за столом. К концу дня я буду ждать отчет о поведении присутствующих и о том, чего нам ожидать от наших саксонских друзей.

– Да, мэм.

– Ну что ж, – я хлопнула руками по коленям и встала, – пора остановить эту войну.

Все двинулись к выходу из комнаты, а я схватила за руку проходящую мимо Гиту.

– Не своди глаз с Трейса. Запоминай и записывай абсолютно все.

– Есть, мэм. – В ее голосе послышался невысказанный вопрос.

– Моя интуиция неспокойна, Гита, и это вовсе не из-за завтрака. Следи за ним, потому что я не смогу.

– Да, мэм.

– Отлично. – Я еще раз сжала ее руку и отпустила, а затем вышла в коридор с Эммори и Касом.

* * *

Переговоры – весьма нудное, утомительное и нервное занятие, независимо от того, ведут ли их контрабандисты или короли. Первый час ушел на формальные заявления медиатора Биллингса. Второй час мы читали исходный мирный договор.

Помещение было довольно уютным, явно рассчитанным на снятие напряжения. На светло-кремовых стенах виднелся узор из кругов цвета охры. Того же цвета были удобные кожаные кресла вокруг обширного круглого стола. У одной из стен стоял столик с закусками, чаем и кофе. На большом столе расставили несколько кувшинов с водой. В металлических подставках под ними отражались годовые кольца огромного древесного ствола, из которого изготовили столешницу.

– Императрица Хейлими, – сказал медиатор Биллингс, когда мой смати сообщил, что пошел уже третий час, – вы не откажетесь объявить претензии Индраны?

– Разумеется. – Я откинулась назад и стала зачитывать список, выданный мне Фанином. Я пропустила Канафи, указанную четвертым пунктом, и сразу перешла к пункту пять. Но саксонцы беспокойно заворчали, а Трейс на мгновение сжал зубы.

– Спасибо, ваше величество, – сказал медиатор Биллингс и повернулся к Трейсу: – Король Трейс, есть ли у вас ответ от имени Саксонского Королевства?

Трейс поднялся, опираясь ладонями о стол.

– Мне нечего сказать, за исключением того, что все обвинения Индраны безосновательны и низки. Ни по одному из этих вопросов нет и не может быть доказательств. – Говорил он совсем не так, как вчера вечером, а в мою сторону вообще не смотрел.

В комнате мигом стало шумно. Фанин и матриарх Тобин вскочили на ноги. Матриарх Ванди смотрела на все округлившимися глазами и взглядом просила у меня совета. Я покачала головой, жестом велев Катерине оставаться на месте.

«Сядьте, оба!» – велела я по закрытому каналу, и матриарх Тобин опустилась в кресло. Фанин помедлил секунду и тоже сел.

– Тихо! – крикнул медиатор Биллингс. Многие, включая Трейса, дернулись от его крика и удивленно посмотрели на медиатора. Как ни странно, я ожидала подобной реакции от этого мягкого человека. Солярианские переговорщики гордились своей способностью разрешать сложные ситуации, в первую очередь умением контролировать толпу. Очень успешное и прибыльное занятие.

– Следующий, кто повысит голос, будет удален с переговоров до самого их конца. Это всем ясно?

Раздалось согласное бормотание. Трейс сел, выглядя при этом достаточно мрачно. Я кивнула Биллингсу и тоже села.

– Ваше величество, – сказал он Трейсу, – ее императорское величество представила доказательства по нескольким вопросам из списка. Многие вопросы совсем просты, и их легко можно решить, если вы выслушаете мои предложения. Что касается Канафи…

– Прошу прощения, медиатор. – Я знала, что перебивать его опасно, поэтому сделала это с улыбкой, надеясь хоть немного его успокоить. – В настоящий момент мы собираем доказательства касательно Канафи, поэтому я бы попросила перенести обсуждение этого вопроса на последний день.

Секунду Биллингс смотрел на меня, сузив синие глаза, потом улыбнулся и кивнул:

– Разумеется, ваше величество. У вас есть сорок шесть часов, чтобы представить мне доказательства по этому вопросу, в противном случае он будет исключен из повестки.

– Принято. Благодарю вас.

– Позвольте продемонстрировать мои предложения по остальным вопросам индранского списка. – Биллингс откашлялся, и список появился на пустой стене за его спиной.

Я налила себе стакан воды и молча передала его Эммори. Тот проверил стакан и отдал Уиллимет. Она сделала глоток, вытерла край стакана и вернула его.

Я заметила, что Трейс внимательно наблюдает за всей этой процедурой, и отсалютовала ему стаканом. Он посмотрел на меня загадочным взглядом – не то раздраженным, не то оценивающим – и переключился на медиатора.

Выслушав предложения Биллингса, мы прервались на ланч. Трехчасовой перерыв был рассчитан на то, чтобы обе стороны обсудили все варианты. Поскольку этот процесс начала Индрана, нам нечего было обсуждать, пока Трейс со своими людьми не решат, принять или отвергнуть предложения медиатора.

* * *

Просыпаться от криков всегда неприятно, поэтому я очнулась совершенно дезориентированной.

«Эммори, что происходит?»

«Фанин и матриарх Саито спорят, ваше величество».

Я застонала.

«О чем?»

«Касательно вопроса под номером три, ваше величество. Фанин считает, что денежная компенсация, запрошенная у саксонцев, слишком мала. Он хочет увеличить ее в три раза, как предлагает медиатор Биллингс».

Я громко вздохнула и выбралась из постели. Проведя рукой по волосам, я открыла дверь, и крики немедленно утихли.

– Разве я не говорила, что подобные пробуждения меня раздражают и приводят в дурное настроение?

– Прошу прощения, ваше величество, – Катерина присела в реверансе. Фанин отвернулся от окна и коротко поклонился, но ничего не сказал. – Я пыталась объяснить премьер-министру…

– Что мы не должны принимать предложение медиатора Биллингса. Правильно, Катерина. Мы сделаем это только в том случае, если саксонцы отвергнут наши требования, – я улыбнулась и покосилась на Фанина, – и вы, Эха, это знаете. Поэтому я не понимаю, что вы тут вообще обсуждаете с матриархом Саито.

– Я вообще ничего не обсуждаю, ваше величество. Я только напомнил, что эта сумма едва покроет ущерб, причиненный вторжением Саксонского Королевства и перекрытием наших торговых путей.

– Полагаю, это известно нам всем, – я вздохнула. – Если бы саксонцы были готовы согласиться на любые наши условия, мы бы не стояли сейчас на грани войны. Работа медиатора Биллингса – выдвигать предложения, которые он считает наболее приемлемыми.

– Да, ваше величество.

– Хорошо. Может, мы перестанем спорить друг с другом? Нам нужно выступить перед саксонцами единым фронтом.

– Конечно, ваше величество, – Фанин снова поклонился. – Матриарх Саито, приношу свои извинения.

– Спасибо, Эха. Я тоже прошу прощения.

– Ваше величество, здесь медиатор Биллингс.

При этих словах Зина я обменялась взглядами с Эммори. Экам пожал плечами.

– Впусти его, Зин. – Я разгладила складку на рукаве.

– Императрица Хейлими, – Биллингс низко поклонился.

– Медиатор. Я ожидала вас не раньше чем через час.

– Я знаю, ваше величество. Я переговорил с королем Трейсом и решил, что должен встретиться и лично с вами. – Он нахмурился и оглядел комнату. – Мы могли бы поговорить наедине?

– Эммори, очисти помещение.

Экам повиновался, а сам встал у двери, которую закрыла за собой Альба.

– Медиатор?

Биллингс потер рукой подбородок.

– Прошу прощения, ваше величество. Это все очень странно. Я работаю медиатором уже почти сорок лет и никогда не видел ничего подобного.

– Они отклонили все ваши предложения. – Я рассмеялась, когда Биллингс удивленно воззрился на меня. – Или так, или они все приняли. А поскольку вы скорее встревожены, чем шокированы… К тому же их поведение этим утром не позволяет предположить, что они готовы сотрудничать.

– Вынужден признаться, что я в растерянности, ваше величество, и не вижу смысла в повторной встрече сегодня днем. Разговаривать просто не о чем. Если вы позволите мне снова изучить ситуацию и внести новые предложения, мы могли бы встретиться завтра утром и посмотреть, приемлемы ли они для Индраны, после чего я покажу их королю Трейсу.

– Хорошо, – я улыбнулась и похлопала его по плечу. – Я доверяю вашим способностям, медиатор. Это одна из тех причин, по которым мы выбрали для переговоров Красный Утес.

– Благодарю, ваше величество. Увидимся утром.

Глава 17

Когда Биллингс вышел, я выругалась про себя.

– Я знала, Эммори, что будет сложно, но…

– Вы ожидали от них другой логики? – поинтересовался он. – На самом деле, ваше величество, все козыри у них на руках. Им и не нужно ни на что соглашаться.

– Но они же не хотят войны?

– Если они считают, что могут победить, потери могут быть сочтены приемлемыми. Индранская Империя контролирует огромные ценные территории. Без них мы ничто.

– Етит-твою, не верю, что Трейс… – Я прошлась к окну и обратно. – Позови Гиту и расскажи остальным, что случилось. Встретимся тут за ужином и обсудим дальнейшие действия. Вели Альбе позвонить Алисе и ввести ее в курс дела. Я хочу поговорить с ней, когда закончу с Гитой.

– Да, мэм, – Эммори кивнул и вышел. Тут же вошла Гита и закрыла за собой дверь.

– Ваше величество?

Я села и уставилась на свои ладони, пытаясь справиться с собой. Интуиция вопила во весь голос, что пора убираться отсюда, но покинуть планету я не могла. Если не хотела, конечно, все окончательно испортить.

– Гита, ты ведь видела войну?

– Да, мэм.

– Садись, – я улыбнулась ей, – я нервничаю, когда ты надо мной нависаешь. Ты когда-нибудь чувствовала, как все стремительно летит к черту?

– Однажды мы проводили операцию на окраинных торговых путях против контра… пиратов, ваше величество.

Я фыркнула:

– Зови их контрабандистами, Гита, я не обижусь.

– Есть, мэм. Мы все распланировали просто идеально. Разведчик был проверенный, мы уже пользовались его услугами. Но я никак не могла избавиться от чувства, что все идет слишком хорошо, и сказала об этом командиру.

– Она тебя выслушала?

– Да, мэм, – Гита улыбнулась, – но мы все равно попали в засаду, и нам здорово досталось. Хотя, если бы мы не подождали, нас всех могли вообще перестрелять.

– Ну, у нас пока все не так идеально, – я рассмеялась и пригладила волосы. – Я никак не могу избавиться от ощущения, что меня хотят убить, и даже не знаю, работает ли еще моя интуиция или нет. Что ты думаешь?

– Королю Трейсу не сидится на месте. Такие люди меня нервируют, мэм. Я не хочу выдвигать беспочвенных обвинений, но я слишком часто видела, что так ведут себя наркоманы. Он отвечает слишком быстро для текущей стадии переговоров. Думаю, он сказал бы все то же самое, даже если бы зачитали список из десяти пунктов о том, что вам нравится в Саксонском Королевстве.

– Забавно, – я рассмеялась. Ее сарказм каким-то образом рассеял мою тревогу. – Они отклонили все предложения медиатора Биллингса. Это беспрецедентно, особенно после стольких лет мира.

– Ну да, в случае войны это было бы понятнее.

– Ага, – я поджала губы. – Приведи матриарха Саито. Хочу послушать ее рассказ о том, как вели себя остальные.

– Да, мэм.

Я прошлась по комнате, и тут у меня в ухе раздался звонок.

– Адмирал Хассан.

– Ваше величество, передаю сообщение от Каспела. Возможны помехи… – Экран разделился на две части, и слева возникло ястребиное лицо главы ИСГБ.

– Директор Ганедж.

– Мы это сделали, ваше величество. У нас есть подтверждение от третьих лиц. Причем не только от журналиста «Солярианских новостей», который делал репортаж о сражении между Индраной и саксонцами, но и от независимого торгового судна, нанятого для перевозки ударного отряда с Маркло в порт Венвенци.

Порт Венвенци располагался в нейтральной зоне между Саксонским Королевством и Индраной, достаточно близко к Канафи, чтобы сделать определенные выводы. У Трейса больше не получится притворяться, что он не в курсе.

– Неужели хоть что-то получилось… Мы можем найти в порту кого-нибудь, кто расскажет, куда потом направился ударный корпус?

– Уже, – Каспел оскалился. – Диспетчер Венвенци подтвердил, что их реальный курс не совпал с предоставленным ими планом полета. Я отправляю вам копии показаний, данных под присягой, и видеосвидетельство. Включить в список адресатов медиатора Биллингса?

– Нет, ему я сама скажу, спасибо, – я улыбнулась. – Выпейте сегодня как следует, Каспел, вы заслужили.

– Да, но…

Каспел оглянулся через плечо и нахмурился, его лицо вдруг сделалось таким ледяным, что у меня мурашки побежали по коже.

– Ваше величество, рядом с моим кабинетом стреляют. Где ваш экам?

– В коридоре, я полагаю, – ответила я.

– Я не знаю, что происходит. Рекомендую вам вернуться на «Ваджру» вместе с адмиралом Хассан. Я свяжусь с вами, как только смогу.

– Да пребудут с вами боги, – собственный голос показался мне чужим.

Каспел коротко улыбнулся мне и прервал связь.

– Ваше величество, я поддерживаю предложение Каспела. Мы сможем защитить вас лучше…

Адмирал Хассан осеклась и распахнула глаза.

– Воздушная тревога! Множество неопознанных летающих объектов! Ваше величество, вам следует…

Я дернулась при виде лазерного заряда, ударившего по адмиралу откуда-то из-за пределов экрана. Несколько секунд там царил хаос, а потом все почернело.

– Проклятье! – Не веря своим глазам, я таращилась в черный экран.

А потом здание вокруг меня взорвалось.

* * *

Ох, етит-твою…

Болело все. Я чувствовала, как бьется сердце, а заодно и слышала его так четко, как будто оно колотилось прямо в ухе. Быстрое бум-бум-бум-бум заглушало все остальные звуки. На секунду мне показалось, что я снова на «Софии» и вокруг идет кошмарная драка.

– Темная Мать-Разрушительница…

– Оперативную сводку, быстро!

– Кси мертва. Ни до кого другого из Команды-пять не дотянуться, сэр.

– Нас, наверное, сбили с орбиты.

– Где императрица?

– Я вижу ее жизненные показатели, она жива.

– По-моему, даже не ранена, – в дыму и хаосе вдруг послышался голос Эммори.

«Ваше величество, вы меня слышите?» – спросил он по смати.

Нет, не «София». Мы на Красном Утесе, и, судя по засыпавшему меня кирпичу, кто-то только что обрушил на нас здание. Я попыталась заговорить, но справа в грудь впивалось что-то острое, а левую руку придавило чем-то тяжелым. Дышала я с трудом и поэтому не могла издать и звука.

– Мэм? – До меня дотянулась рука Стаси. – Кас, я ее нашла!

Через несколько секунд моя крошечная горничная откопала меня.

– Все хорошо, – сказала она. – Вы не ранены?

– Кажется, нет, – выдавила я, – но трудно дышать. Где Эммори? – Я боялась задавать этот вопрос, будучи уверена, что его голос мне просто послышался в окружающем шуме.

– Я тут, ваше величество.

Меня затопила волна облегчения, показавшаяся мне горячее плазменного пламени. Стася улыбнулась:

– Помятый, но живой. И Зин тоже. Про остальных пока не знаю.

– Эммори, кто-то стрелял в адмирала Хассан. Я видела на…

– Понял вас, ваше величество. Команда-три, у нас потери личного состава. Повторяю, ситуация уровня Зулу. Транспортное средство повреждено. Лан, ты меня слышишь? Бегом на мостик, убивай любого, кто тебе помешает. Ясно? – Ответ его, видимо, удовлетворил, потому что больше он не сказал ни слова.

– Пора выбираться отсюда, – решила Стася, и меня охватил дикий страх, когда я поняла, что она сейчас оставит меня одну в куче кирпича.

– Не бросай меня.

– Останься с ней, Стася, – велел Эммори, и его спокойный голос на корню уничтожил начинающийся приступ клаустрофобии. – Что ты видишь?

Пока Стася описывала мою позу и прилегающие обломки, я попыталась высвободить левую руку. Это стоило мне куска кожи, и, вытащив наконец руку, я прошипела какое-то ругательство.

Стася разбросала осколки кирпича с моей левой ноги, и я смогла высунуться из-под потолка, который меня чуть не убил.

– Все хорошо, ваше величество, – Эммори потрепал меня по щеке. – Мы вас отсюда вытащим, обещаю.

Знакомый визг «Гессиана-45» явно утверждал обратное, но не успела я понять, откуда стреляют, как Эммори отшвырнул меня в сторону, закрывая собой. Я услышала выстрел и звук падающего тела.

– Эммори? – позвал Зин.

– Все в порядке. Что это было? – Эммори помог мне встать на ноги.

В медленно рассеивающейся дымке я увидела, что Зин стоит над телом саксонского охранника. Он перекатил тело ногой, не отводя ствола.

– Мертв, – сообщил он, покачав головой, – хотел выстрелить тебе в спину.

– Ну вот и ответ, – решил Эммори. – Давайте, ваше величество, нам нужно отсюда выбираться.

Мы перебрались через гору обломков, и при виде происходящего в комнате у меня перехватило дыхание.

– О боги… – Я прижала ладонь к губам. Уилл лежала, придавленная бетонной колонной поперек груди, а нижняя половина ее тела превратилась в фарш. Кас сидел рядом с ней, говорил что-то и гладил ее по волосам.

Игнорируя Эммори, я упала на колени рядом с ней.

– Уилл, черт возьми!

Она закашлялась, и на ее губах показалась кровь, стекая по лицу тонкой струйкой.

– Все хорошо, мэм… Большая честь, спасибо…

Она содрогнулась и затихла. Кас прошептал что-то, закрыл ей веки и повернулся ко мне.

– Ваше величество, нам нужно идти. – В глазах его стояли слезы.

– Эммори, я нашла Гиту и матриарха Саито. Им повезло, их комнату не затронуло. Еще я нашла путь наружу. – Киса выбралась из-за кучи камней справа, нарушив наше молчание. – Боги, только не Уилл, – прошептала она, увидев тело подруги.

– Плакать будем потом, – велел Эммори. – Как нам выйти отсюда?

– Сюда, сэр, – Киса вытерла слезы и указала в сторону каменной груды.

Мы лезли по камням, а иногда и ползли, кашляя от пыли, но наконец выбрались в коридор, который казался почти нетронутым. Солнечные лучи полосами лежали на усыпанном обломками полу. Я все еще размышляла, в самом ли деле один из людей Трейса выстрелил в Зина, и вдруг увидела развалины.

– Етит-твою… – Город, которым я любовалась из окон моей уничтоженной комнаты, превратился в груду мусора. – Все эти люди, Эммори… Где остальные матриархи?

– Пока ничего не известно, ваше величество. Извините, но моя основная задача – вы, а не они.

– Иди в задницу, Эммори, – сказала я, зная, что возражаю напрасно. Он смотрел на меня, пока я не кивнула, пытаясь не ненавидеть его за ледяной тон. В конце концов, на это телохранители и натренированы, именно это они и должны делать.

– Гита, никто из вас не ранен?

– Нам повезло, ваше величество. Матриарх в шоке, но она цела. – Телохранительница придерживала Катерину под руку, взгляд у матриарха блуждал туда-сюда.

– Катерина? – Я помахала рукой перед ее лицом.

– Ваше величество, – она вздрогнула.

– Оставайтесь с Гитой и слушайтесь ее.

– Да, мэм.

– Гита, сделайте что-нибудь с ее сари, чтобы она могла бежать.

– Индула и Таниш только что доложились, – встрял Зин. – Они нашли Альбу, у нее сломана рука, в остальном она цела. Охрана матриарха Тобин сообщает, что ее комнаты остались целы, матриарх Ванди находится там же. Комнаты Фанина частично уничтожены, его самого не нашли, и у меня не выходит связаться с ним или с его охраной.

– Прикажи охранникам Масами отправиться на Солярианскую военную базу. Сейчас там безопаснее всего. Мы же пойдем в ангар для шаттлов. Когда Лан и остаток Команды-четыре заблокируют мостик, мы доставим императрицу на «Ваджру», – распоряжался Эммори, глядя на карту, которую Киса вывела на пол. Кас и Иза с пистолетами в руках оглядывали коридор.

Я отметила, что Зин стоит между мной и окном, а моя горничная держится за спиной и в руках у нее пара серебристых «Глоков».

– Делись, – велела я, и она с улыбкой отдала мне один.

– Давайте проверим, свободен ли путь. – Эммори оглядел нас. – Я бы предложил выбираться из здания как можно скорее и двигаться к ангару, а там посмотреть, цел ли шаттл, чтобы не пробиваться с боем.

Киса кивнула, и карта исчезла. По сигналу Эммори Кас и Иза двинулись по коридору, а остальные пошли за ними. Мы добрались до выхода и выползли на солнце.

– Каспел сказал, что рядом с его кабинетом стреляли. Я говорила с ним перед взрывом.

Эммори выругался.

– Извините, ваше величество. Но я могу справиться только с одним кризисом зараз.

– Знаю. Просто не хочу, чтобы ты потом спрашивал, почему я не рассказала об этом раньше, – я улыбнулась ему с напускной бравадой.

– Ваше величество, вы можете бежать?

Я кивнула и бросилась вслед за Эммори.

Когда мы добрались до ангара, не я одна прошептала благодарственную молитву. Впрочем, радость оказалась недолгой – стоило нам приблизиться к двери, как на нас наставили десяток стволов.

Замерев на месте, я увидела на полу окровавленное тело Джул у ног Трейса.

– Ты жива, – рассмеялся он неприятным резким смехом. – Боги мои, тебя и правда не так-то просто убить.

– Джул мертва, ваше величество, – прошептал Эммори.

Трейс наступил на спину моей телохранительнице и раскинул руки:

– Вообще-то я рассчитывал, что они просто взорвут твои комнаты, а не обрушат нам на головы все это гребаное здание.

Слова прыгали и путались у меня в голове.

– Так ты знал?

Трейс равнодушно пожал плечами и выстрелил в нас. Удар пришелся в Эммори, швырнув его на меня. Инстинкт заставил меня выстрелить в ответ, но я промазала. Пуля прошла мимо и влетела в стену, осыпав Трейса и его людей осколками бетона. Я подхватила Эммори и выстрелила снова. На этот раз я в попала в шею человеку слева от Трейса. Он упал, дергаясь и заливая все вокруг кровью. Остальные разбежались, когда Кас и Зин подстрелили еще двоих, выгадав достаточно времени, чтобы затащить Эммори в сомнительное укрытие за кучей ящиков.

– Эммори, черт тебя дери, не вздумай умереть. – По моим рукам стекала его кровь. Перед глазами стояло окровавленное лицо Портиса, которого я умоляла не оставлять меня. Нож соскользнул, когда я попыталась разрезать на Эммори рубашку, и я снова выругалась.

– Позвольте, ваше величество. – Стася отобрала у меня нож, вытерла его о штанину и разрезала черную ткань. – Нужно что-то, чтобы остановить кровь.

– Держи, – Катерина протянула ей край своего сари. Кажется, она пришла в себя. – У меня есть медицинский опыт, я помогу.

– Ваше величество, – Эммори схватил меня за руку, прежде чем я успела вернуться к стрельбе, – пора выбираться отсюда.

Глава 18

– Я тебя не брошу.

– Ваше величество, позвольте мне делать свою работу. Зин, хватай ее и беги.

– Пойдемте, ваше величество, – Зин тронул меня за локоть. Лицо его казалось невозмутимым, но скрыть боль в глазах ему не удалось.

– Нет, я плачу тебе не за то, чтобы ты тут сдох! – Я шлепнула Зина по руке и склонилась над Эммори. Голос у меня дрожал, но я не обращала на это внимания. – Я не оставлю тебя умирать здесь.

Их убедила то ли яростная решимость в моем голосе, то ли внезапное усиление огня. Зин выругался и стал стрелять в ответ, а я отскочила от Эммори, оставив его на попечение Стаси и Катерины.

– Найди Фазе! – прошипела я.

Если фарианка погибла во время взрыва, я потеряю не только своего экама, но и Зина. Боль охватила сердце колючей проволокой, но я заставила себя встать.

– Трейс, что, во имя пламени Нараки, ты делаешь? – завопила я. Мой голос пронесся по ангару, и выстрелы затихли.

– Хейли, – громко ответил Трейс, – выходи, я обещаю, что не стану в тебя стрелять.

Я попыталась вылезти, но Зин вцепился мне в руку.

– Ваше величество, не надо.

– Он не промазал! Он попал в Эммори не по ошибке, а потому что в него и целился! – прорычала я. Зин даже дернулся.

– Что?

– Поверь мне, – я изобразила улыбку и потрепала его по щеке. – Продолжай искать Фазе. Она нам нужна.

Когда Стася разрезала на Эммори рубашку, я успела увидеть рану, и реакция Катерины подтвердила мои страхи. Я должна выиграть для нас немного времени. Я заткнула пистолет за пояс штанов сзади и осторожно выглянула. Трейс стоял на открытом месте, но его люди продолжали прятаться.

– Хейли, выходи.

– Ты обещал, что сам не будешь в меня стрелять. А что твои люди?

Он раздраженно усмехнулся и поднял руки:

– Обещаю, что мои люди тоже тебя не тронут. Я хочу просто поговорить.

Я перелезла через ящики.

– Ну давай поговорим.

– Ты же понимаешь, что тут нет ничего личного? – Он переминался с ноги на ногу, как школьник, и дико улыбался.

– Ты выстрелил в моего экама. Это очень личное. – Я вытерла со штанов кровь и пыль.

– Хотел привлечь твое внимание, – Трейс пожал плечами. – Я хочу сказать, что во всей этой войне нет ничего личного, Хейли. Она началась еще до того, как ты вернулась домой… Вообще-то тебе не следовало возвращаться. Эта война неизбежна, и я был бы рад, если бы на твоем месте была твоя мать.

У меня в груди все заледенело.

– Так это ты? Ты убил моих сестер? И пытался убить меня?

– Нет! – Трейс шагнул вперед, вскинув руку, но, услышав, как Зин взводит курок, вновь отступил. – Нет, не я! Я не имею к этому никакого отношения! Фанин сказал, что твоя кузина съехала с катушек и вообразила, что может управлять Индраной. Это немного запутало наши планы, но мы справились.

– Ваши планы? – Ледяной комок в груди нарастал все больше. – Значит, Фанин?..

– Он умный человек. Твоя Империя истекает кровью, почти как твой экам. – В голосе Трейса звучало такое ликование, что вся моя выдержка ушла на то, чтобы не пристрелить его немедленно. – Честно говоря, мое Королевство тоже не процветает. Единственный способ спасти наши государства – вступить в брак. Фигурально выражаясь, разумеется. Я не думаю…

«Ваше величество, – в моей голове зазвучал ровный голос Каса, – сообщение от Лана. Адмирал Хассан серьезно ранена, но ее состояние стабильно. Лейтенант Моран сейчас направляется к ней. Попытка мятежа на ее корабле подавлена, но к Красному Утесу быстро приближается флот адмирала Шула».

«Пусть она бежит оттуда», – велела я.

«Ваше величество, это наш единственный путь…»

«Немедленно, Кас! Пусть валит оттуда. Это приказ!»

«Ваше величество, – пришел вызов от Индулы, – Фазе с нами. Мы на другой стороне ангара, за спинами саксонцев, мы все слышали. Что нам делать?»

«Зин, Эммори… он?..» – я не смогла произнести это слово.

«Он еще жив, ваше величество».

«Его можно перенести?»

«По-моему, у нас нет выбора. Что вы предлагаете?»

«Индула, мы можем как-то взорвать этот шаттл?» – Я посмотрела на Трейса. Он ходил туда-сюда, махал руками и говорил что-то, даже не заметив, что я давно перестала его слушать.

«Я что-нибудь придумаю, мэм. Дайте мне пять минут».

Я посмотрела на часы.

«Тогда действуем по моему сигналу. Обойдите ангар, встретимся на другой стороне. Кас, все должны быть готовы к побегу».

– …Прежде всего, Хейли, это был глупый эксперимент. Женщины слишком мягкосердечны, чтобы руководить страной. Фанин сказал, что твоей сестрой было так легко управлять, что она отдала бы Индрану нам в руки без всякой войны.

– Трейс, зачем ты это делаешь? Ведь на кону стоят миллиарды жизней.

– Нам нужны деньги. – глаза его затуманились. – Твоя Империя убила моего отца, оставила мою мать горевать в одиночестве. Я был ребенком, но мне пришлось управлять Королевством. Целыми днями я занимался политикой, а по ночам успокаивал своих братьев, которые плакали по отцу. Хейли, ты мне нравишься и всегда нравилась. Лучше бы ты осталась контрабандисткой, пока был шанс. Они живут дольше.

– Ну и хрень ты несешь! Я императрица, и тебе придется с этим смириться. Я никуда не денусь.

– Я не хочу тебя убивать, Хейли!

– Ты сровнял с землей здание, в котором я находилась!

– Ах да, – рассмеялся Трейс, – но я правда не хотел тебя убивать. Беги отсюда. Бери своих людей или брось их – и вали.

– Трейс, тебе стоило подумать дважды. Меня сложнее убить, чем всем кажется. А моей Империи уже более тысячи лет. Если ты думаешь, что сумеешь уничтожить ее, ты просто сошел с ума. Люди, которые там живут, – это мой народ. Я их не брошу.

Взгляд Трейса стал злее.

– За то, что ты сделала с моей семьей, я уничтожу Индрану.

«Мы готовы, ваше величество», – сказал Индула.

«Все в укрытие, – велела я, – давай, Индула».

А потом я громко сказала Трейсу:

– Я могу ответить тебе тем же. Ты убил мою семью, моих друзей и подверг мою Империю опасности. Ты даже не представляешь, что за осиное гнездо разворошил, тупой ублюдок! Судя по отчетам, которые мне предоставили, за нападение на Красный Утес предстоит ответить саксонцам.

– Сука, – выплюнул он в ответ на мое оскорбление… или на мои новости.

Шаттл взорвался. В воздух взвились осколки, обжигающе запылало пламя. Я бросилась к Трейсу и ударила его в грудь, когда по ангару прошелся огненный шар.

Мы рухнули на пол и покатились, впечатавшись в дальнюю стену, которая вышибла из меня последний воздух. Несколько секунд я лежала плашмя, как выброшенный на берег дельфин, пока наконец не сумела подняться на колени.

Трейс нервно хватал ртом воздух.

– Мой шаттл… Ты взорвала мой шаттл.

– Ну да, типа того, – я оскалилась и выстрелила ему в колено.

Он заорал и задергался на полу. Я приставила ствол к его подбородку, и он затих, лишь тихо поскуливая.

– Благодари богов за то, что ты нужен мне живым. А это за то, что ты выстрелил в моего экама.

– Ваше величество! – воздух прорезал голос Ивана, твердый, как алмаз, и холодный, как космос. Я подняла глаза и увидела, что Иван навис надо мной. – Опустите пистолет.

– Ну уж нет, – я покачала головой. – Ты можешь попытаться убить меня, но я успею его пристрелить. Ладно, я сматываюсь отсюда. Если мне покажется, что ты намерен в меня выстрелить, то немедленно спущу курок. Я разнесу ему башку быстрее, чем ты меня убьешь. – Я отпрыгнула в сторону, не убирая пистолета, так что Трейс оказался между мной и своим телохранителем.

– Положи оружие, – произнес Кас у меня из-за спины, но Иван не шевельнулся.

– Я, кажется, велела тебе бежать, – я взглянула на своего дви.

– Простите, мэм. Я не мог вас здесь бросить, – он ухмыльнулся и поставил Трейса на ноги. – Приближаются саксонские войска, надо уходить.

– Знаю. – А еще я знала, что мой пленник здорово замедлит движение. Поэтому я пихнула его к Ивану и вцепилась в Каса: – Бежим!

Мы пробрались через россыпь ящиков и выскочили из ангара, оставляя позади крики и проклятья.

– Сюда, мэм, – Кас свернул направо, – нам нашли какой-то наземный транспорт. Двинемся к Солярианской базе.

– Нет, – я замотала головой, – это первое место, куда они сунутся. Свяжись с охраной матриарха Тобин, пусть уходят оттуда. Вели им возвращаться на Индрану любым возможным способом, не показываясь на радарах. Предупреди матриарха о Фанине. Я все еще не понимаю, что происходит, но доверять сейчас нельзя никому.

Кас кивнул, открыл дверцу и впихнул меня в машину, а сам вскочил на водительское сиденье. Я стиснула протянутую руку Альбы. Ее вторая рука, сломанная, была привязана к боку, и лицо девушки искажала боль.

Фазе склонилась над Эммори, лежавшим на заднем сиденье. Ее руки были красны от его крови. Рядом сидел Зин, прижавшись к Эммори лбом, губы его шевелились в отчаянной молитве. В воздухе висело горе, ощутимое, как туман.

У меня снова заболело сердце. Без Эммори я не смогу. Не хочу.

Фазе потеряла сознание, и Индула подхватил ее, прежде чем она рухнула на Эммори.

– Его состояние стабильно, но повреждения очень сильные. Я смогу сделать больше, когда восстановлюсь, – выдавила она и отключилась окончательно.

– Куда мы едем?

– К моей кузине, ваше величество. Она живет на Красном Утесе, – ответила Альба. – Это одна из главных причин, почему Эммори одобрил эту планету.

У меня на глазах выступили слезы, и я вытерла их ладонью.

– Он отлично умеет планировать. Нам нужно найти способ бежать с планеты. Адмирал Хассан должна была уже уйти вместе с верными ей кораблями.

– Я проверю реестры в ближайших портах, ваше величество. – Взгляд Альбы расфокусировался – она проглядывала данные.

– Пошли мне список, когда будет готов. Вдруг я что-то узнаю.

Заходящее солнце светило прямо в глаза, так что я прикрыла веки. Сон подкрался незаметно, как только схлынул адреналин, и я проспала всю дорогу.

– Ваше величество, – Кас осторожно потряс меня за плечо, – мы на месте.

Из дома вышла женщина ростом повыше Альбы в сопровождении четырех молодых мужчин.

– Сколько у вас раненых? – она задавала вопросы, одновременно обнимая Альбу.

– В Эммори стреляли, Лея, и Фазе полностью истощена.

– А у тебя сломана рука, и у всех множество неглубоких ран. Заходите внутрь. Надо бы спрятать машины, но этим займутся мальчики.

– Ваше величество, это Лея, моя двоюродная сестра.

Женщина неуклюже поклонилась, не отпуская Альбу.

– Я хотела бы, чтобы наше знакомство состоялось при более приятных обстоятельствах, ваше императорское величество. Альба очень хорошо о вас отзывается.

– Мы благодарны вам за помощь.

– Разумеется, – она подтолкнула Альбу к дому.

Я не стала жаловаться, когда Кас обхватил меня за талию, чтобы я не упала по дороге. Мы оказались за пределами города, и вокруг, насколько хватало глаз, простирались невысокие холмы, поросшие деревьями. Перед нами стоял крепкий двухэтажный дом, увенчанный острой крышей.

Кас помог мне войти и опуститься в кресло в гостиной.

– Отдыхайте, ваше величество.

– Проверьте вместе с Индулой, сколько у нас оружия и всего остального. Мы не можем долго здесь оставаться. Трейс будет прочесывать всю планету в поисках нас.

– Я знаю, ваше величество, – он улыбнулся почти так же, как Эммори.

– Извини. Честное слово, я не пытаюсь учить тебя, как делать твою работу.

– И тем не менее учите, ваше величество.

Я что-то проворчала в ответ, и плечи Каса затряслись от едва сдерживаемого смеха. Остальные не удержались и тоже захихикали, так что я закатила глаза.

– Ну-ну.

Пока я рассиживала в кресле, вокруг кипела суета. В местных новостях уже сообщили о нападении, но их информация оказалась для нас бесполезна. Индула был прав: поступили сообщения, что система обороны Красного Утеса засекла выстрелы саксонских кораблей прямо перед взрывом. Поймать индранские новостные каналы без доступа к длинноволновым передатчикам боевых кораблей я не могла.

Без корабля мы были отрезаны от Индраны.

– Ваше величество, вы можете подняться? – Стася опустилась рядом со мной на колени. – Вам необходимо принять ванну, а Фазе хочет посмотреть, целы ли вы.

– Все болит, но в остальном я в порядке. – Я со стоном поднялась на ноги.

Фазе встретила меня у дверей ванной. Она была бледна, дрожала и тяжело опиралась на Зина. Я посмотрела на него.

– Как Эммори?

– Рана очень серьезная, ваше величество. Я не… – Он сглотнул и уставился в потолок. – Фазе считает, что справилась с самым страшным, его жизненные показатели стабилизировались. Теперь нужно только время, лучше бы не трогать его несколько часов. Я и не представляю, как он дожил до появления Фазе.

Я сжала его руку и сморгнула слезы.

– Таких упрямцев нужно еще поискать.

– Но даже с учетом помощи Фазе ему придется нелегко. Хорошо бы отвезти его куда-то, где есть медики, – Зин усмехнулся. – Фазе хотела поговорить с вами.

– Единственное, что ты можешь сейчас сделать, – это как следует выспаться, – сказала я фарианке.

– Простите, мэм, я бы очень хотела сделать больше. Но ему нужен врач, мэм.

– Это не твоя вина. – В первую очередь это вина Трейса. Во мне тут же вскипел гнев. – Он сыщик, Фазе, он поправится. – Я лгала, в основном себе. Системы исцеления у Эммори были хороши, но Трейс его чуть не убил, а поездка могла все только ухудшить. – Мы сделаем все, чтобы ему помочь. Иди спать.

– Есть, мэм.

«Зин, – сказала я по внутреннему каналу, – оставайся с Эммори. Ты заставляешь его бороться за жизнь. Это приказ. Остальное мы сделаем сами. Ясно?»

«Да, мэм».

«И покажи мне его жизненные показатели, я хочу знать правду».

Пока я мылась, Стася забрала мою одежду, чтобы посмотреть, не удастся ли что-нибудь спасти. Я одновременно изучала свои многочисленные синяки и царапины и просматривала список кораблей в порту. Приготовленная ванна была просто роскошной, но долго я в ней не выдержала, пришлось вылезти и отжать волосы. Пока я вытиралась и сушилась, перед глазами всплыло название.

И это название я вспомнила, хоть оно и было похоронено среди тысяч других.

– Етит-твою… – Я запросила подробности, молясь о чуде, и декларация, предоставленная портовыми властями, подтвердила мои подозрения.

– Кас! – Я выскочила из ванной, громко зовя моего дви и Гиту.

Они тут же примчались, а с ними Иза и кузина Альбы. Увидев меня, Кас мигом остановился и повернулся спиной. Я подтянула полотенце повыше, закатив глаза.

– У нас экстремальная ситуация, Кас, забей. Надо бежать.

– Нельзя двигать экама, мэм, – возразила Гита, – а Фазе спит.

– Нет, Гита, они останутся здесь. А вот нам троим надо валить немедленно. Иза, найди Стасю, у нее моя одежда. Мне нужно что-нибудь надеть. Время уходит.

– Ваше величество, что происходит? – Щеки Каса порозовели, и он старательно изучал стену за моей спиной, но в его голосе все равно слышались властные нотки.

– Хао здесь. Нужно попасть на его корабль, пока он не улетел.

– Но все порты закрыты.

– Его это не касается. Ему только сильнее захочется уйти. Это наш единственный шанс убраться с Красного Утеса не в трюме саксонского тюремного корабля. – Весьма вероятно, что они просто закопают нас в неглубоких могилах прямо здесь, но я не стала говорить это вслух.

– Ваше величество, вы должны это увидеть, – позвал Индула.

На стене гостиной висел экран. Звук был отключен, но я и так поняла, что происходит. Фанин стоял на корабельном мостике, состроив угрюмую рожу. А в нижней части экрана чернело набранное крупным шрифтом известие о моей смерти.

Глава 19

Этой ночью я запомнила только луны Красного Утеса. Два шара сияли в черном небе, словно чьи-то полузакрытые глаза. Я смотрела на них и сжимала в руке «Глок», пока аэрокар Леи несся к посадочной площадке. В машине нас было трое, и всех затапливал адреналин. Ничего странного, в общем-то. Меньше десяти часов прошло с того момента, как Трейс или Фанин (я пока не поняла, кто стоит за этим) сровнял с землей четыре квартала на нейтральной солярианской планете, пытаясь убить меня и развязать войну.

Их план провалился, по крайней мере наполовину.

А теперь мы крались во тьме, отчаянно надеясь сбежать с Красного Утеса до того, как Трейс осознает, что я жива, и что-нибудь предпримет. У меня сжимался желудок от ужаса. Меня мучила тревога за Эммори, чьи жизненные показатели были еще хуже, чем я боялась. Кроме того, я беспокоилась, как доставить своих людей в безопасное место, и злилась на себя за то, что не смогла предложить план, хотя бы чуть менее опасный, чем броситься в яму с ядовитыми змеями.

Мой план действительно был опасен. Сунуться к По-Сину – это смертельная игра, страшный риск, возможный только в пору отчаяния.

Состояние Эммори было более-менее стабильно. Встроенные чипы сыщика трудились над исправлением ущерба, нанесенного выстрелом Трейса, – тех ран, залечить которые у Фазе не хватило сил. Но на самом деле Эммори требовался настоящий врач и время.

А мне нужны были союзники. Особенно такие, которые смогли бы увезти нас с планеты.

Поехать в ближайшую больницу мы не могли, поэтому пришлось согласиться на мой план. На планете теснились саксонские войска, а мои солдаты, Дурга их побери, остались на Пашати. Возможно, они заняты очередной идиотской попыткой переворота.

Эха Фанин. Ублюдок. Я со злостью стиснула зубы. Премьер-министр реализовал свой план так четко, что контрабандистка внутри меня восхитилась им. Правда, императрица всего этого не оценила. И, к сожалению для Фанина, они обе планировали вырвать сердце у него из груди.

Судя по его короткой речи, попавшей в новости, саксонские агенты в столице напали на индранское правительство одновременно со взрывом на Красном Утесе и моим убийством. Матриархи разбежались, Алиса пропала и предварительно считается погибшей, поскольку ее дом превратился в груду дымящихся осколков.

Я очень надеялась, что это такая же ложь, как известие о моей смерти.

Мне пришлось просмотреть запись дважды, потому что при виде человека рядом с Фанином у меня от ярости помутилось зрение. Уилсон. Он стоял, сложив руки, с торжественным выражением на лице и слушал речь Фанина.

Этот синеглазый ублюдок убил всю мою семью. Сестер, племянницу, родителей. Этот Дургой проклятый невидимка все это время работал с Фанином. И с Трейсом.

Сколько моих людей уже погибло из-за их сумасшедшей жажды власти?

– Ваше величество. – Голос моего дви донесся с переднего сидения, как будто клочок дыма, принесенный ветром. Пара слов, произнесенных тоном одновременно успокаивающим и резким, привели меня в себя. В отсутствие Эммори Кас вел себя куда ответственнее, чем можно было ожидать от такого юнца, и я радовалась, что он рядом.

– Я в порядке. – Не знаю уж зачем, но я соврала, сжав зубы. Эммори бы понял это и все из меня вытянул, а Кас просто кивнул. Большая часть Галактики считала меня мертвой, я же собиралась встретиться со старым другом-контрабандистом в надежде, что он поможет мне сбежать с этой планеты, а не продаст человеку, укравшему мой трон, или безумному саксонскому королю.

После побега с Красного Утеса мой план становился совсем диким: доставить нас прямо в логово дракона и позвать к себе в союзники самого опасного из бандитских королей Чен.

Несмотря на всю мою дружбу с Хао, он все же контрабандист, а моя голова теперь стоит дорого – По-Син проявил большую щедрость. Я знала об этом потому, что Хао отправил мне копию приказа. Если мы взойдем на борт его корабля, ему придется отправить меня к своему дяде.

Или же он может предать меня и отдать в руки Фанину. Я не знала, что еще может прийти в голову моему старому учителю.

Я вылезла из аэрокара. Гита последовала за мной, а Кас выбрался с другой стороны. Держась темных мест, мы пробрались к краю посадочной площадки, где Хао спускался по трапу незнакомого корабля. Заметив его, я ткнула Гиту локтем и дернула головой влево. Она кивнула, и Кас повел нас вперед по открытой площадке.

Я насвистела сложную мелодию. Хао замер, рука его потянулась к пистолету, но тут он увидел нас.

– Чен Хао, давненько не виделись.

– Ша жу, вот уж неожиданная встреча, – Хао изобразил на удивление элегантный поклон, не отводя от меня взгляда.

Я положила руку Гите на плечо, когда она дернулась.

– Это старое прозвище, – прошептала я, проглотив ругательство.

Хао отвел с лица волосы, пронизанные серебристыми прядями. Его золотые глаза лучились весельем. Я проглотила еще одно ругательство, осознав свою ошибку. Теперь он знает, что Гита понимает по-ченски достаточно хорошо, чтобы распознать даже сленг.

Я коротко кивнула – выразить положенное уважение бывшему учителю я не могла.

– Прошу разрешения подняться на борт твоего корабля и поговорить с тобой.

– Заходи в грузовой отсек.

Он повернулся ко мне спиной и пошел по трапу. Мы последовали за ним. Кас быстро шептал Гите какие-то указания.

– Как ты меня нашла? – Хао небрежно прислонился к лестнице, но я-то видела, как напряглась у него шея, а левая рука легла на пистолет.

– «Бенсон Портер»? – Я рассмеялась. – Ты вечно используешь одни и те же старые названия. Мне нужно свалить с этой планеты, Хао.

– Привычка. Мне казалось, что все, кто знал это название, заняты теперь другим. Наверное, стоит над этим поразмыслить… И на каких же условиях ты хочешь лететь? – Хао приподнял рыжую бровь и изогнул тонкие губы в улыбке. – Ты хочешь протащить на мой корабль вооруженных людей. Мне это не нравится.

– У меня есть еще люди. На ферме, за городом. Нам нужно покинуть Красный Утес. Я никого из них не брошу.

– И ни один из нас не бросит оружие, – встрял Кас. – Тебе заплатят за помощь, контрабандист, и только. Пока твои люди держатся подальше от меня и от императрицы, никто не пострадает.

– Надо же, какой резкий мальчик! – Хао снова вскинул брови. – А где же твой экам? Жив, я надеюсь?

– Кас. – Я жестом остановила его, прежде чем он сумел ответить. – Давайте решим все мирным путем. Прошу прощения за его дурное воспитание, Хао. Это…

– Непростая ситуация. – Хао снова мне поклонился. – Дурное воспитание в наше время понятно и простительно. Но на мой вопрос ты так и не ответила.

– Эммори ранен, но еще жив.

Хао медленно улыбнулся:

– Я и забыл, какой ты бываешь молчаливой. И что же я получу за помощь, ша жу?

– Я могу заплатить.

– Мне не нужны деньги. Прости, но это так. Судьба щедра ко мне в последнее время, – он пожал плечами, – а обещание твоей милости вряд ли чего-то стоит, сестренка, судя по тому, как ты потеряла свою Империю.

Я вскинула руку, и Хао скосил глаза, увидев у своего носа дуло «Глока».

– Временно, – выплюнула я, слыша за заливом визг заряжаемых орудий. – Империи я лишилась временно, Хао, и ты даже не представляешь, как быстро я ее верну.

– О, узнаю свою смертоносную сестренку. Я думал, она погибла и похоронена под кружевами дворцовых протоколов.

– Я просто пыталась быть вежливой. Чего ты хочешь, Хао? Императорского помилования? Денег? Или мне просто пристрелить тебя и забрать корабль?

– Ну и нрав у тебя.

– Извини. Времени маловато, и с каждой секундой все меньше шансов найти остальных моих людей и убраться отсюда.

– И не говори, – пробормотал Хао. – Они начнут обыскивать маленькие порты вроде этого, как только вынут головы из задниц. И я не хочу торчать здесь, когда это начнется. Будет слишком много неудобных вопросов.

– Тогда решай, – предложила я, не убирая пистолета.

– Я к твоим услугам, – он улыбнулся, когда Гита зашипела. – Даю слово, что не заставлю тебя запятнать свою честь или подвергнуть Империю опасности.

– Договорились. И еще одно. Кто-нибудь задавал обо мне вопросы? Ты меня сдал?

В глазах Хао мелькнула настоящая боль.

– Ты – моя семья. Пусть даже я не знал твоего настоящего имени, я знал тебя. Я никогда тебя не предам, Крессен, сколько бы денег мне ни посулили.

– Прости. Я была обязана спросить, – я опустила «Глок» и кивнула. – Как по-твоему, сколько у нас времени?

– Я бы послал за остальными прямо сейчас. Судя по слухам, перерывают пока крупные порты. Но мы довольно близко, так что скоро они решат поглядеть, что здесь и как.

– Кас, свяжись с Зином. Вели привезти остальных, и как можно быстрее.

Он резко кивнул. Я отвернулась от Хао и взгромоздилась на грузовую паллету. Хао отдал несколько приказов по-ченски, и тут же затопали сапоги – команда принялась готовить корабль к отходу. Сам Хао не ушел из грузового отсека, он двинулся в мою сторону, остановившись, когда Гита преградила ему дорогу. Моя телохранительница была выше контрабандиста и крупнее его, но он оглядел ее со знакомой мне ленивой усмешкой.

– Гита, пропусти его.

– Он вооружен, ваше величество.

– Хао, отдай ей пистолет.

Как ни странно, он повиновался и сел рядом со мной.

– У нее есть кто-нибудь?

Я расхохоталась.

– Да она тебя пополам разорвет!

– Ну, это того стоит, – Хао облизнул губы. – Ты не представляешь, Крессен, как мне влетело за то, что ты была со мной. Принцесса Индранской Империи и хренов имперский сыщик прямо у меня под носом… – Он закатил глаза. – Мне кажется, По-Син не убил меня только потому, что ты ему нравилась.

– Я бы извинилась, но вины не чувствую.

Хао сверкнул улыбкой, которую я видела так часто, что сразу поняла, что ответила правильно.

– Хорошо. Иначе я бы перестал тебя уважать. Почему ты забралась так далеко от дома, сестренка?

– Долгая история, – я улыбнулась. – Если тебе станет легче, я не знала, что Портис был сыщиком и моим новым телохранителем.

– А если вкратце?

– Мне нужно было свалить оттуда, а ты оказался в нужное время в нужном месте.

– Вот такая моя удача, – отозвался он.

Мы сидели молча. Это мне в Хао всегда нравилось. Он мог несколько часов просидеть, не сказав ни слова.

– Ваше величество, раненых погрузили в машину и везут к нам.

– Спасибо, Кас.

Он кивнул и направился к краю трапа – караулить. Хао фыркнул, и я ткнула его локтем.

– Детишки кланяются бывшей контрабандистке. Последние времена наступили.

– Не дразни его, Хао, – я не старалась говорить вежливо, – он старается.

– Я и не дразнил, ваше императорское величество. – Хао заморгал и, не вставая, изобразил поклон.

– Ох, заткнись.

– Он и правда неплохо справляется. А ты знаешь, что, если твой Эммори умрет, ты потеряешь двоих телохранителей?

– Знаю, Хао.

Он сложил ладони.

– Прости. Не хотел тебя расстраивать.

Я собиралась ответить, но не успела. Юноша с розовыми волосами слетел по трапу и, остановившись перед Гитой, поклонился:

– Капитан, пора.

Хао соскочил с паллеты, и я последовала за ним.

– Сколько у нас времени, Даилун?

Мальчик дернул изящным плечом.

– Минут пять.

– Готовься к отходу. Уходим только по моей команде.

Даилун кивнул и побежал наверх, к мостику.

– Кас, время прибытия? – спросила я.

– Две минуты. Индула уже на подлете.

– Вели ему прижаться ниже и подлетать прямо к кораблю. Остальные пусть готовятся бежать быстрее, – я указала пальцем на Каса, – а если кто-то скажет, что их надо бросить, я лично надеру этому кому-то задницу.

– Да, мэм.

– У нас есть взрывчатка?

– Ты что задумала? – спросил Хао.

– Хочу выиграть для них немного времени.

– Ша жу, мы когда-то были друзьями, но я все равно вынужден тебе сказать: приближается ударный корпус саксонской пехоты. Пять минут, и мы отходим.

– Тогда и я останусь.

Мы смотрели друг на друга, и с каждым ударом сердца секунды уходили безвозвратно. Я не собиралась умолять его, ведь Хао, которого я знала, был человеком чести, и он уже пообещал увезти меня с Красного Утеса.

Прошла целая вечность, прежде чем он кивнул, буркнув несколько любимых ругательств.

– У меня есть гранаты, – он поглядел на Гиту, – и верни мне пистолет, дорогуша.

Гита мрачно посмотрела на него, но все-таки протянула пистолет.

– Отлично, – я хлопнула его по плечу. – Как в старые добрые времена.

– Да уж, – Хао фыркнул, – вот только если тебя убьют, со мной сделают что-нибудь такое, что мне явно не понравится.

– Может быть. Но я все равно не планирую умирать сегодня. – Я пригнулась и двинулась к трапу. Оглядывая посадочную площадку, я выбрала частный грузовой кораблик с малой дальностью полета и прицелилась, увидев вдалеке огни. За спиной у меня взревел двигатель и завизжали шины: это приземлились остальные.

– Гита, помоги им разгрузиться.

– Нет, мэм, – Гита вскинула гранатомет. – Кас приказал держаться рядом с вами, вот я и держусь.

– Когда мы выберемся, напомни мне поговорить о субординации.

– Он предупредил, мэм, что вы так скажете. Технически он – мой начальник. В любом случае я остаюсь.

– Хорошо. Видишь в дальнем конце этого грузовика ящики? Стреляем туда.

– Стоит ли стрелять в саксонские машины? – спросил Хао. – Не хочу впутывать тебя в политические проблемы… – Он тут же вскрикнул и потер колено.

– Хао, я сегодня уже стреляла в саксонского короля. А в тебя стрелять не хочу.

– Я просто спросил.

– Заткнись и стреляй.

В ночи загремели взрывы.

Глава 20

Мы добежали до корабля раньше, чем обломки аэрокара и еще какой-то мусор упал на посадочную площадку.

Индула и Зин несли Эммори вверх по трапу, а Иза и Киса вели Катерину к кораблю. За ними хромала Альба, а Стася обнимала ее за талию. Таниш тащил Фазе, которая была без сознания. Он успел сделать два шага, прежде чем из темноты раздался выстрел. Кажется, ему попали в спину.

– Етит-твою! – Я кинула гранатомет Хао и побежала к ним. Гита держалась рядом.

– Займись им! – кивнула я, поднимая Фазе – фарианка оказалась легкой, как ребенок, – и спряталась за какой-то машиной. Выстрелы звучали все чаще.

– Он мертв, – Гита пнула машину в борт и затейливо выругалась.

На секунду я закрыла глаза и прошептала молитву о семье Таниша.

– Хао!

– Ага!

К счастью, время не притупило чудесную способность Хао угадывать мои желания.

– Еще давайте! – завопил он и тут же поймал несколько гранат, которые ему бросили из корабля. Одним плавным движением он перезарядил гранатомет, встал и выпалил. Перебросив Фазе через плечо и надеясь, что Гита по-прежнему рядом, я рванулась к кораблю изо всех сил.

Я добежала до трапа, но тут что-то ужалило меня в ногу и заставило упасть на колени. Фазе рухнула на трап, и голова ее ударилась об пол с глухим стуком. Хао подхватил фарианку и затащил внутрь.

Я скатилась с трапа, паля из «Глока» и пытаясь прикрыть Гиту. Человек с серебряными волосами шел к кораблю, не обращая внимания на выстрелы. Я попала ему в левое плечо, его отбросило назад, но он тут же зашагал дальше.

– Я тут!

Гита вцепилась мне в воротник и потащила вверх по трапу, а Хао все стрелял и стрелял, пока не вынудил саксонца спрятаться.

– Даилун, давай! Быстро! – заорал Хао по коммуникатору, схватил протянутую руку Гиты и ввалился в корабль. Трап тут же поднялся.

Корабль оторвался от земли и резко дернулся. Я чуть не укатилась в грузовой отсек, но Хао поймал меня и обхватил за талию.

– Держитесь! – крикнул он.

Когда твоя жизнь находится в чужих руках, это ничуть не захватывающе – ты испытываешь дикий ужас, отчаяние и чувствуешь себя беспомощной. Поэтому, пока пилот Хао уворачивался от защитной сети, не дающей кораблям покидать планету, я начала составлять список дальнейших дел.

– Давай сначала смоемся с этой груды камней, – прошептал Хао мне на ухо, – а потом уж подумаем, что делать дальше.

– Как ты?..

Он засмеялся при виде моего удивления.

– Знакомый взгляд, Крессен.

– Меня зовут не Крессен.

– И это я тоже знаю. Но, честно говоря, не уверен, что смогу звать тебя Хейл. Странно звучит.

Да уж, заставить его произнести мой титул точно не удастся. В смысле, произнести всерьез, без насмешки.

– Не уверена, что моя охрана это тебе позволит, – я закатила глаза. – У кого ты угнал этот корабль?

– Я его купил, ша жу. Я же сказал, что жизнь была ко мне добра в последнее время.

Внезапно у меня в голове как будто включился сигнал тревоги. Жизненные показатели Эммори падали все ниже.

– О боги, нет, нет… – Сигнал тревоги усилился. – Пусти!

Я ударила Хао так, что он вскрикнул и выпустил меня. Из-за резкой потери опоры я врезалась в стену, когда корабль вильнул. Но все же смогла собраться и поползла к лежащему Эммори.

– Хао, срочно нужен врач!

Сердце Эммори билось все медленнее. Того, что сделала Фазе, не хватило, а может быть, он пострадал при передвижении. Мой смати опять завопил и показал сообщение о коллапсе легких, грудь Эммори почти не двигалась. Повязки, наложенные Стасей и Катериной в доме Леи, были девственно чисты, а значит, кровотечение продолжалось внутри.

– Эммори, не надо, пожалуйста! – Я знала, что мою молитву никто не услышит. Как и в тот раз, когда умер отец. В голове раздался ровный писк.

– Нет!

Крик Зина разорвал воздух в грузовом отсеке, а заодно и мое сердце. Дикий, мучительный крик невообразимой потери. Мои собственные эмоции были во много раз слабее чувств Зина, и все же они почти убивали меня.

– Хейл… – Зин повернулся ко мне. Бесконечное отчаяние в его глазах было невыносимо. Я положила руки на грудь Эммори, надеясь запустить его сердце снова.

Откуда-то появилась Фазе и отпихнула меня в сторону. Фарианка неожиданно очнулась и теперь действовала быстрее нас всех. Что-то бормоча, она прижала обе ладони к неподвижной груди Эммори. Писк в моей голове затих, и послышалось ровное, хоть и слабое сердцебиение. Фазе посерела и рухнула на Эммори, и все вокруг будто очнулись и засуетились.

Корабль выровнялся. Хао бросился вперед одновременно с Индулой – телохранитель осторожно перевернул Фазе.

– Она жива, ваше величество, – сказал он, – но пульс слабый. Мне кажется, даже для фарианки это нехорошо.

– Отнеси ее к врачу… – я осеклась. – Нет, пока пригляди за ней, сначала нужно разобраться с Эммори.

– Хенна, необходима медицинская помощь в грузовом отсеке. Быстрее! – Лицо у Хао было мрачное, но он с легкостью распоряжался в окружающем хаосе.

Зин поднял меня на ноги. Тут появились два человека с носилками, на которые они погрузили Эммори. Я схватила Зина за руку, и мы, опираясь друг на друга, пошли в медицинский отсек.

Я знала команду Хао. В другой ситуации они бы радостно кричали, хлопали меня по спине и отпускали гнусные шуточки, а теперь все только осторожно кивали, косясь на моих телохранителей. Все это было так неловко, что мне хотелось орать. Я загнала это ощущение подальше, предоставив ему гнить там в одиночестве, и сосредоточилась на словах Хенны.

– Очень, очень плохо, Кресс… прошу прощения, ваше величество.

Когда-то мы с Хенной были друзьями, но теперь худощавая одноглазая блондинка не смотрела мне в лицо, предпочитая изучать Эммори.

– Придется резать. Он жив, но кровотечение продолжается.

– Нет, – запротестовал Зин.

– Зин, Хенна знает, что делает.

– Фарианка помочь не сможет, – Хенна оглянулась на бессознательное тело Фазе, которое Индула положил на койку, – она совсем вымоталась. Времени нет. Валите отсюда.

– Я его не брошу, – процедил Зин сквозь зубы и осел на пол. Я упала рядом.

– Нет, не смей, – сказала я, взяв его лицо в ладони. – Он жив, Старзин, так что ты должен держаться. Ради него. Ради меня. Пожалуйста. Не оставляй меня совсем одну.

Хенна нахмурилась и наставила сканер на Зина.

– И он тоже умирает. Из-за этого типа. Как интересно.

Я посмотрела на нее.

– Они сыщики, Хенна. Они связаны.

– С артерией совсем плохо. В грудной полости много крови. Легкое схлопнулось. Со вторым все тоже хреново. Спасем его – будут спасены оба… – Я не совсем поняла, имела ли она в виду легкие Эммори или Зина. Хенна отпустила Зина и вернулась к Эммори. – Кто-то из твоих людей учился медицине?

– Я, немного, – произнесла Стася у меня из-за спины. – Это я его перевязывала.

– Отлично, будешь помогать. Остальные выметайтесь. Хао, те, кто в грузовом отсеке, выживут, но девочке нужно починить руку. – Серый глаз Хенны расфокусировался, она в задумчивости кусала палец. Ее гениальный мозг работал быстрее, чем двигатели корабля.

Когда-то Хенна Брек была блестящим хирургом медицинского флота, но за три года плена потеряла большинство коллег, глаз и изрядную часть рассудка. Она не смогла пройти психологическое тестирование для работы ни в одной из крупных медицинских корпораций, так что просто болталась, как космический мусор, пока ее не прибило на орбиту Хао.

Как и многих из нас. Неудачники из неудачников. И Хао – их король. Я прижалась лбом к стеклу медицинского отсека.

– Ваше величество, вам нельзя здесь оставаться. Давайте посмотрим, что у вас с ногой. – Кас обнял меня за талию и попытался увести.

– Я не могу их бросить.

– Можешь. Давай, слушай своего дви. – Хао подхватил меня с другой стороны. – В следующую дверь, Каспиан. Я планирую подлатать ей ногу, так что не стреляй в меня.

Хао водрузил меня на стол и повернулся к шкафу, чтобы найти все необходимое. А я протянула руку и сплела пальцы с пальцами Каса.

«Я в порядке. Эммори тоже. Хенна одна из лучших».

«Он ведь умер, мэм».

«Да».

А Фазе вернула его к жизни. Я не могла поверить тому, что видела своими глазами.

«Ваше величество, там, на посадочной площадке, был ударный корпус».

«Знаю».

«Что происходит?»

«А вот этого я уже не знаю. И не узнаю, пока мы не свяжемся с Каспелом или с кем-нибудь еще на Пашати».

– Вы обо мне болтаете? – спросил Хао.

Я показала ему язык.

– Мир вокруг тебя не вертится. Можно воспользоваться твоим передатчиком?

Он забинтовал мне ногу.

– Лучше бы тебе отдохнуть. Это-то пустяки, царапина, но ты, ша жу, в опасности.

– Сначала передам важные сообщения. А потом – обещаю вам обоим, что посплю.

Я соскользнула со стола и осторожно попробовала опереться на ногу. Было больно, но колено не подгибалось, так что я похромала по коридору за Хао.

– Даилун собирается входить в гиперпространство, – предупредил он, так что я как раз успела подготовиться.

Нахлынула знакомая дезориентация, а когда она прошла, корабль заполнила зловещая тишина.

– Твой новый пилот лучше Хосса.

Это кое-что значило с учетом того, что прежний пилот был ветераном Терранских войн и имел почетную медаль за освобождение нескольких гражданских солярианских кораблей во время таинственного нападения Шен на Колонию-17. Правда, потом его выперли из ВВС Конгломерата Земли за выступление перед зданием консульства.

Я немного скучала по Хоссу. Не знаю, что с ним случилось. Мои воспоминания о сражении на «Софии» до сих пор оставались обрывочными и изобиловали огромными дырами во всем, что не касалось Портиса.

– Поместим вас во второй отсек. Дверь запирается, а в задней его части есть огромная зона для сна. – Хао зашагал дальше по коридору, пока корабль летел по гладкому пузырю подпространства, создаваемому двигателем Алькубьерре – Уайта. – Если тебе что-то понадобится, только скажи.

– Спасибо. Я заплачу за все.

– Это подарок, – отмахнулся он.

– Я заплачу.

– Я же сказал, подарок. Мы ведь еще друзья, правда?

Я долго смотрела на него, прежде чем ответить. Большую часть моей жизни Хао был мне отцом, старшим братом – так он сам говорил с улыбкой, – другом, учителем и защитником. Когда-то я вверила ему свою жизнь и доверяла не меньше, чем Портису.

Но я не могла не заметить того, что он оказался здесь именно тогда, когда я в нем нуждалась. И непонятно еще, рука ли это провидения или зловещее совпадение.

– Мы друзья, – наконец ответила я и улыбнулась, – спасибо тебе.

– Даилун, уступи нам мостик ненадолго.

– Есть, – юноша склонил голову и ушел.

– Передатчик, Хейл. – Хао изобразил поклон, но выражение его лица ясно говорило, что это мое имя ему не нравится. – Только недолго. В гиперпространстве мы не видны, но они следят за нами, а я не хотел бы оставлять для них следов. Одного чертова побега в день вполне достаточно.

– Я быстро, – кивнула я.

Хао помедлил, но почти сразу ушел, не сказав больше ни слова. Я подключила свой смати к корабельному компьютеру и ввела личный код Каспела.

– Ваше величество? Вы живы?

– Да, и чувствую себя куда лучше, чем вы. Что случилось?

Левый глаз Каспела закрывала марлевая повязка.

– Долгая история, мэм, а эта линия скорее всего небезопасна.

Я изложила ему быструю и нецензурную версию событий.

– Алиса жива? Тазерион? Матриархи?

Камера сдвинулась, и в тускло освещенной комнате, где находился Каспел, я увидела Алису и Таза.

– Ваше величество, – Алиса с облегчением улыбнулась, – как хорошо, что вы не погибли.

– Да и ты тоже. Ты не ранена?

– Во время нападения мы с капитаном Джилл навещали в госпитале Тазериона. За ним отправили людей, но доктор Флипсен дала нам возможность сбежать. – Алиса нервно сглотнула. – Они убили ее, ваше величество. Пристрелили перед госпиталем за то, что она помогла предателям «новой Индраны».

Я скорбно выругалась, а в объектив вернулся Каспел.

– У меня нет для вас ответов, мэм. Мне очень жаль. Заговор пустил корни глубже, чем мы могли вообразить. Я не заметил этого. Прямо сейчас войска Фанина контролируют Пашати и остальную часть системы – это двадцать восемь планет Империи, о которых у нас есть сведения. Они держат в заложниках не меньше половины матриархов и их семьи, но никто не знает, где матриарх Десаи.

– Катерина с нами. Я отправила Масами и Сабину к солярианцам, но потом велела бежать, как только мы выяснили, что за всем стоят Трейс и Фанин. Я не знаю, бежали ли они.

– Где вы сейчас?

– На корабле, – я улыбнулась, – и хватит с вас. Я снова свяжусь с вами, когда мы найдем более безопасное место. Если вы выйдете на адмирала Хассан, велите ей спрятать корабли и ждать известий. Я дам ей знать, где забрать меня, когда это будет безопасно.

– Есть, мэм.

– Каспел, объявите, что я жива, и скажите людям, чтобы держались. Я их не брошу.

Он кивнул и отключился.

Кас распахнул дверь, за которой ждали Хао и Даилун.

– Давай-ка тебя разместим, – бодро улыбнулся Хао. – У Хенны отличные новости. Твой экам пережил операцию. Пришлось, правда, вырубить его партнера. Она думает, что он чувствует боль другого. Сказала, что это самая дикая хрень, которую она видела в своей жизни… Даилун, выведи нас из гиперпространства в десять и проложи курс домой. Если нам повезет, окажемся там до того, как нас найдет ударный корпус.

– Повезет? – фыркнула я. – Вряд ли стоит тебе напоминать, что в последнее время мне не больно-то везет.

– Но ты все еще жива, ша жу, – хмыкнул Хао, игнорируя рычание Каса, и обхватил меня за плечи.

От этого прикосновения мне стало тепло и уютно. Может быть, я вела себя как дура, но присутствие Хао и знакомая обстановка заставили меня чувствовать себя лучше, чем когда-либо с начала этого кошмара.

Это чувство угасло, когда мы прошли мимо медицинского отсека и увидели лежащих рядом Эммори и Зина. Я прикусила губу, чтобы не заплакать.

– Ваши каюты здесь, – Хао остановился у отсека и поклонился. – Даю тебе слово, что на борту моего корабля ты в безопасности, а если это успокоит твоего дви, я дарую ему полную свободу действий на этой территории. Любого, кто войдет без разрешения, он может сразу же прикончить.

Я улыбнулась.

– Да, это его успокоит. Спасибо, Хао.

– Скажешь спасибо, когда мы доберемся до дома целехонькими. Даилун отличный пилот…

– А что случилось с Джи?

– Болезнь Хукена.

– Но это же генетическое. Я не думала…

– И я тоже. Он запустил ее, скрывая слишком долго. Хенна сделала все, что могла, чтобы облегчить его уход. Вот и все.

– Соболезную.

Хао отодвинулся, и я не смогла взять его за руку.

– Такова природа вещей. Мы теряем тех, кого любим. Располагайся, ша жу. Поговорим позже, когда выберемся отсюда живыми.

– Обычно я слышу это слишком поздно… – прошептала я, заходя в отсек.

Остальные уже нашли себе место в довольно просторном помещении. Матриарх Саито и Иза перебирали кучу одежды. Вокруг Индулы громоздилось оружие. Стася все еще помогала Хенне с рукой Альбы. Я послала ей сообщение, чтобы она осталась там на ночь, на случай если кому-то из четверых раненых понадобится помощь.

Теперь, когда адреналин схлынул, дали о себе знать и мои раны. Я застонала и рухнула в кресло.

– Ваше величество? – Киса очутилась рядом со мной в мгновение ока.

– Все хорошо, просто устала. Как остальные? – Я оглядела помещение. Семь телохранителей – если Эммори и Зин переживут эту ночь, или пять, если не переживут, плюс горничная, камергер, матриарх и Фазе. Двенадцать человек, считая меня, против армии Фанина и саксонцев.

Оставалось лишь надеяться, что семь кораблей, сопровождавших адмирала Хассан на Красный Утес, сохранили верность присяге и сумели бежать вместе с ней. Иначе мне придется собирать армию с нуля, а я уже знала, как это трудно.

– Все в порядке, ваше величество, – улыбнулась Киса, но я увидела в ее глазах боль от смерти Уиллимет – и потянулась обнять.

– Тебе плохо, но мы сейчас в безопасности, – сказала я.

– Я горюю по ней. – Плечи юной телохранительницы затряслись от рыданий, да и у меня щеки были мокрые.

Я отпустила Кису, и мы обе изобразили улыбки.

– Кто-нибудь еще ранен?

– С нами все будет в порядке, ваше величество, – отозвалась Гита. Она сняла мундир, пытаясь смыть с него кровь Таниша. – Синяки и все такое. Пройдет.

– Я говорила с Каспелом. Дома тоже неладно.

Я сообщила им крохи информации, доставшиеся от главы службы безопасности.

– Если кто еще не понял, у нас на хвосте висит ударный корпус. Какое-то время мы можем от них бегать, но в конце концов придется с ними встретиться, или наш план не сработает.

– А какой у нас план, ваше величество? – поинтересовался Кас.

– Вернуть мне трон.

– При всем уважении, мэм, – сказал Индула, не вставая с пола, – это цель, а не план.

– Ну, остались кое-какие технические мелочи, – согласилась я, и он улыбнулся. – Я работаю над этим.

Для начала было необходимо опровергнуть заявления Фанина о моей смерти. Это может зажечь искру надежды в моих людях или хотя бы отвлечь Фанина на какое-то время, чтобы я могла сделать следующий шаг.

Вот только Индула был прав. Я не представляла, что это должен быть за шаг.

– Надеюсь, в вашем плане есть пункт «добыть оружие», а то с тем мусором, который у нас остался, и заправку не отбить.

– Есть, – при этих словах я кое-что вспомнила и выругалась. Вот она – мысль, которая мучила меня во время разговора с Каспелом.

Его оперативник и губернатор Ашвари должны были встретиться с нами на Красном Утесе. Сейчас корабли на Канафи были мне нужны, как никогда. Кроме того, надо понять, захватил ли Фанин те три, что остались дома. Я сделала себе пометку – спросить об этом у Каспела при следующем разговоре.

– Ваше величество?

– Прости, задумалась. Устраивайтесь поудобнее. Нам всем нужно отдохнуть, пока есть возможность.

Мой дви явно брал у Эммори уроки по игнорированию моих приказов. Вместо того чтобы завалиться на койку, он обошел отсек и раздал остальным телохранителям какие-то команды.

Я же встала с кресла и пошла спать.

– Ваше величество? – вмешался Кас.

– Что еще?

Он взглядом указал мне на койку в дальней части помещения, хотя я выбрала себе ту, что у двери. У меня не было сил спорить, так что я подчинилась, а растянувшись на самой дальней койке, подняла голову.

– Доволен?

– Нет, мэм, но так намного лучше.

Глава 21

Я проснулась в темноте от того, что при малейшем движении каждая мышца в теле дико болела. Кто-то накрыл меня одеялом, и я скинула его и слезла с койки. Ровное дыхание наполняло каюту, и его ритм не изменился, когда я осторожно пошла к выходу.

Я тихонько открыла дверь и мысленно поблагодарила Хао за состояние корабля. При виде тусклого красного света в коридоре на меня нахлынула ностальгия. В мире без солнца идея Хао по ночам подсвечивать коридоры красным легко решала проблему космической бессонницы. Красное – значит, ночь. Это работало так хорошо, что я тоже взяла принцип на вооружение.

В слабом свете медицинского отсека я увидела Зина, сидящего у койки Эммори. Прижав ладони ко лбу, он снова и снова шептал безнадежную лихорадочную молитву. Положив руку ему на плечо, я присоединилась к молитве. На этот раз, когда мы произнесли старый знакомый текст до конца, он остановился.

– Ваше величество, простите меня.

– За что?

Зин повернулся ко мне. По лицу его текли слезы.

– Мне стоило остаться с вами. Мои отношения с Эммори не должны мешать исполнению долга.

– Заткнись. – Вышло громче, чем я рассчитывала, и я вздрогнула, когда Эммори пошевелился. – Старзин Хафин, как ты мог даже подумать, что я на тебя разозлюсь? – прошипела я, сжимая его плечо. – Ты там, где и должен быть. Все под контролем. Я сама велела тебе оставаться с ним.

– Эммори бы…

– Был бы рядом с тобой или бы я ему врезала, как врежу сейчас тебе, если не замолчишь. – Я посмотрела ему прямо в лицо. – Слушай и запоминай. Даже думать не смей, что я заставлю кого-то из вас выбрать меня. Я знаю, что это не лучший вариант действий, учитывая ситуацию, в которой мы оказались, но я никогда не потребую от вас подобного. Я могу сама о себе позаботиться, Зин. А теперь займись своим партнером, это приказ. Ясно?

Он кивнул. Я поцеловала его в лоб и отпустила.

– Ваше величество? – Эммори говорил очень медленно из-за тонны лекарств, которые Хенна ему вколола. Он поерзал, пытаясь открыть глаза.

Я наклонилась над ним и взяла его за руку.

– Эмми, сейчас мы в безопасности. Спи.

– Поспишь тут при таком шуме, – пробурчал он, но все-таки отвернулся и задышал ровнее.

– Где Фазе и остальные?

– В соседнем отсеке, – ответил Зин. – Хенна не хочет, чтобы фарианка, едва проснувшись, снова полезла лечить Эммори.

– Вот и правильно. Пойду навещу их, а ты отдохни.

– И вы тоже, ваше величество. Возвращайтесь в каюту.

Я только ухмыльнулась и направилась к двери в соседний отсек. На койках были легко различимы силуэты спящих.

– Ваше величество? – сонно спросила Стася.

Я уложила ее обратно на койку, на которой она лежала вместе с Фазе.

– Все хорошо. Спи.

Горничная кивнула и обвилась вокруг фарианки. Их дыхание синхронизировалось почти сразу, и я с интересом увидела, как линии на мониторе Фазе полезли вверх.

Альба была в отключке, наверное, из-за лекарств. У нее не было усиленной системы исцеления, как у телохранителей, но Хенна наложила на ее руку шину, выглядящую словно шедевр солярианской медицины. Должно сработать не хуже чипа.

Я обернулась и еле подавила вскрик при виде Хао, стоящего в дверях. Его золотые глаза мерцали. Сверкнув улыбкой, он мотнул головой в сторону коридора.

– Давай выпьем вместе, пока твой дви не проснулся и не оторвал мне голову.

Я прошла за ним по коридору, замявшись перед дверью его каюты. Он закатил глаза.

– Клянусь прахом предков, что буду вести себя идеально. – Он показал мне бутылку, в которой плескалось что-то алкогольное.

Я расшнуровала и сняла ботинки, вошла в каюту и села на синие подушки, разбросанные вокруг низкого деревянного стола. Хао щедро разлил напиток, протянул мне стакан и поднял свой.

– За Индранскую Империю и ее императрицу, да продлят боги ее дни!

От кого другого это звучало бы как отвратительный сарказм, но Хао сказал ровно то, что думал, пусть даже и произнес мой титул при этом впервые. Я подняла стакан, проглотила содержимое и протянула его обратно.

– А теперь за Портиса! – торжественно провозгласил Хао. – Раз уж нам приходится умирать, нет пути достойнее, чем умереть за любимых.

Я замерла, поднеся стакан ко рту.

– А ты откуда знаешь?

Хао улыбнулся, на удивление грустно и нежно.

– Он любил тебя, Хейл, задолго до того, как набрался мужества что-то с этим сделать. Я не знаю точно, что случилось, но уверен, что он скорее бы умер, чем позволил волосу упасть с твоей головы.

Я выпила, пытаясь смыть алкоголем подступившие рыдания. Хао дал мне время собраться, но не стал наполнять стаканы снова. Я внимательно посмотрела на него.

– Я соврал. Мы летим не домой. Мне придется отвезти тебя к дяде, сестренка. – Он уставился в столешницу. – Я не хочу этого, правда. Если бы дело касалось только меня, я наплевал бы на бесчестье или даже смерть, и у меня, наверное, хватило бы глупости не подчиниться. Мой долг перед тобой больше, чем перед По-Сином.

– Дело в твоей команде.

– Да, в команде. С ними я так поступить не могу.

Я протянула руку через стол.

– Я предполагала, что ты можешь отвезти меня к По-Сину, джиджи. Наливай по третьей и прекращай себя винить.

– Ты невоспитанное чудовище! Как я вообще тебя на борт пустил? – буркнул Хао, разливая. – Могла бы и раньше мне все высказать.

– Тогда ты бы не вывернул передо мной душу. – Я подняла стакан. – За месть!

– Я уже видел этот взгляд, – мрачно сказал Хао. – Мне жаль тех, кого ты ищешь, хоть они и заслуживают того, что ты хочешь с ними сделать. Пусть месть удастся и покажется тебе сладкой!

Я снова выпила, а Хао налил еще, но тосты уже кончились, так что следующую порцию можно было и растянуть. Мы сидели в дружелюбной тишине, иногда прерывая ее вопросами или историями о том, что случилось с нами за минувшие годы.

– У меня был полный грузовик ковров для Солярианского Конгломерата. – Я допила очередной стакан. – Могла бы сделать на нем состояние.

– И что случилось?

– Эммори взорвал «Софию».

Хао вздрогнул и налил мне еще.

– Давай я тебе расскажу, что было на Примории-5 месяц назад. Честное слово…

Усталость и алкоголь скоро взяли свое, и я проснулась только от громкого смешка Хао. Он наклонился и вынул у меня из руки полупустой стакан.

– Ну что, сестренка, уложим тебя в кроватку?

– Ваше величество?

Я заморгала, увидев Каса, а Хао тут же отступил на шаг, подняв руки.

– Привет, Кас. Мы как раз заканчивали. – Я легко вскочила на ноги и потрепала его по щеке.

– Вы пили, и никто не пробовал ваш напиток?

Я мрачно посмотрела на него. Вышло не очень, поскольку мне пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть.

– Ты прямо как Эммори. Хао не причинит мне вреда.

– Отведи ее спать, Каспиан. Она в порядке, слово даю.

Кас молча взял мои ботинки и резко кивнул контрабандисту. Я помахала Хао и вышла в коридор.

– Вам нельзя вот так гулять, мэм. Не сейчас. Если с вами что-то случится…

– Здесь я в полной безопасности. Хао дал мне слово. А ты, если бы не нервничал, не перебудил бы всех, – заявила я, садясь на свою койку.

– Спите, ваше величество.

– Есть, сэр. – Я отдала ему честь, завернулась в одеяло и позволила спиртному унести меня в сон без сновидений.

* * *

Я проснулась от звуков тихой беседы и запаха еды. Желудок немедленно напомнил мне, как давно я ела в последний раз.

– Доброе утро, ваше величество. – Когда я встала, Киса протянула мне тарелку.

– Ох, да благословят тебя боги!

Она засмеялась:

– Спасибо капитану Хао. Меня бы и С-рационы устроили.

– Меня тоже, но он их, к счастью, ненавидит. – Я улыбнулась ей и направилась к своему креслу. – А где все?

– Матриарх Саито в ванной. У нас есть для вас чистая одежда, мэм, переоденетесь, когда она закончит. Остальные все в медицинском отсеке.

– Эммори очнулся?

– Да, мэм. – Киса жестом остановила меня, и я снова села. – Он попросил убедиться, что вы сначала позавтракаете. Они просто рассказывают ему, что случилось.

– Как он? – спросила я, быстро запихивая еду в рот.

– Он в сознании, – Киса ухмыльнулась. – Простите, ваше величество, больше я ничего не знаю. Поговорите с Зином и Хенной. Конечно, когда умоетесь, а врач посмотрит вашу ногу.

– Да все в порядке с моей ногой! – Я обличающе взмахнула вилкой, но моя телохранительница не обратила на это внимания. Пришлось вернуться к еде.

– Доброе утро, ваше величество. – В каюту вошла Катерина, наряженная в темно-коричневые брюки и светло-коричневую рубашку, которые были ей сильно велики.

– Матриарх Саито, – церемонно кивнула я, а потом фыркнула: – Катерина, мы не могли бы прямо сейчас отказаться от титулов? В этой ситуации они кажутся мне слишком громоздкими.

– Как вам угодно, мэм… Киса, думаю, ты была права, эти рукава нужно укоротить на пару дюймов.

– Да, мэм, – телохранительница рассмеялась.

После завтрака я направилась в ванную, прихватив с собой кучу одежды, указанную Кисой. Размотав окровавленную повязку на ноге, я внимательно изучила неглубокую рану. Она уже заживала. Сомневаюсь, что Хенна сумеет сделать что-нибудь сверх того, чем уже занимаются мои системы исцеления. Ну, разве что новую повязку наложить.

Я плеснула водой в лицо, вытерлась жестким полотенцем и расчесала волосы пальцами. Лучше всего было бы их обрезать, но я не могла себя заставить, несмотря на всю практичность стрижки, поэтому просто заплела свободную косу.

Портис любил мои волосы во всем их великолепии.

Стянув измазанную кровью одежду, я посмотрела на то, что собрали телохранители. Штаны оказались коротковаты, так что я заправила их в ботинки. Рубашка, к счастью, подошла. Наверное, она принадлежала Хенне – судя по странным ярким знакам, разбросанным по ткани.

Когда я вышла, Кисы и Катерины уже не было, но в коридоре ждал Индула. Он коротко поклонился.

– Мэм.

– Тебе идет, – заметила я при виде его зеленой рубашки без рукавов.

Он улыбнулся в ответ.

– Матриарх Саито сказала то же самое. Что к глазам подходит. Не знаю уж, что она имела в виду. Рубашка чистая и не отражающая, что еще нужно?

– Как Эммори?

– Ему лучше, мэм. Он проснулся и сейчас вне опасности.

– Никто из нас не «вне опасности».

– Это так, – он пожал плечами и проводил меня к медицинскому отсеку.

Когда мы вошли, беседа замерла. Ну а потом сразу послышались всякие «ваши величества» и начались поклоны.

– Мы не могли бы отложить все это на потом? – поинтересовалась я.

– Нет, ваше величество, – ответил Эммори, – сейчас еще важнее выказывать вам уважение. Ведь вы – императрица Индраны.

– Ужасно выглядишь.

Эммори улыбнулся. Мы оба знали, что он прав, а я просто меняю тему, ведь аргументов у меня нет. Но он и в самом деле выглядел жутко. Грудь его охватывали несколько слоев медицинской лечебной ленты. Синяки под глазами стали сине-черными, а левую руку он старался держать поближе к телу.

Вспомнив, как кричал Зин в грузовом отсеке, я подошла и обняла моего удивленного экама.

– Не смей так больше делать, понял?

Глава 22

Эммори неуклюже похлопал меня по спине правой рукой.

– Не буду, ваше величество, – соврал он.

Я отодвинулась и вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Кас тебе все рассказал? – спросила я, когда голос вернулся ко мне.

– Да. Особенно о том, какая вы стали послушная.

– Он просто обиделся, что я не пригласила его выпить с Хао. Кстати, мы направляемся в Шанхай. Мне нужно встретиться с По-Сином.

Если у кого-то и были особые мнения на эту тему, они не стали их высказывать, ожидая реакции Эммори. Мой экам долго смотрел на меня, а потом, к моему удивлению, согласно кивнул.

– Могу ли я узнать зачем, ваше величество?

– Хао в некотором роде обязан доставить нас туда… или же поплатится жизнью, – я пожала плечами и ухмыльнулась. – Когда По-Син узнал, кто я, то назначил цену за мою голову. В любом случае я собиралась с ним повидаться. Нам нужна помощь, а он передо мной в долгу. Если у тебя есть идея получше, Эмми, выкладывай, потому что у меня других планов пока нет. – Я окинула комнату взглядом. – Я надеялась встретиться с агентом разведки, который вез губернатора Канафи. У нее есть коды к кораблям проекта «Ваджраяна». Если мы их получим, то у нас появятся шансы против Фанина и саксонцев. Алиса, Каспел и Таз возглавляют сопротивление на месте, но им нужна помощь. Нам понадобится Сеть По-Сина и разрешение передвигаться в его пространстве. Да и Хао не станет нам дальше помогать без разрешения босса. Но больше всего нам нужно время.

– А его-то у нас как раз и нет, – Эммори кивнул, поморщился и опустил голову обратно на подушку.

– Выйдите все, – велела я, и все молча послушались. – Мы справимся, Эммори.

Я накрыла его руку своей, а он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Я вам доверяю, ваше величество. Здесь вы в своей стихии. Я велел Касу успокоиться и постараться не вмешиваться, если вам не будет угрожать непосредственная опасность.

Я засмеялась и сжала его ладонь.

– А ты поправляешься… Мне не нужен трон без тебя, Эмми.

– Да, мэм.

Я хотела уйти, но Эммори поймал меня за руку.

– Ваше величество, говорят, вы стреляли в короля.

– Стреляла.

– Хейл! – Он очень редко обращался ко мне по имени, но на этот раз произнес его особенно выразительно.

– Он стрелял в тебя, – возразила я, – так что ему еще повезло. Я его не убила, а всего лишь выстрелила в колено. Пусть благодарит судьбу за то, что я не взяла выше.

Эммори усмехнулся, снова поморщился от боли и, отпустив меня, прижал руку к груди.

– Будьте осторожны, ваше величество. Не доверяйте По-Сину.

– Никогда не доверяла.

* * *

До Шанхая оставалось всего несколько часов пути, когда мы вывалились из гиперпространственного пузыря в открытый космос. Все это время я потратила на составление нескольких планов. Первый включал в себя встречу с По-Сином в довольно сомнительном – даже по местным меркам – ресторане в секции Н. Если По-Син не согласится на мои условия, придется переходить к плану Б. Этот план здорово напряжет моих телохранителей, а может быть, и шанхайских головорезов, потому что предусматривает значительные человеческие жертвы.

Мы сошли с борта «Пентакоста» – Даилун снял фальшивое название еще до прибытия. Первым шел Хао, потом Даилун. Кас держался рядом со мной, Зин и Гита следовали по пятам. Остальным я велела остаться на борту. Альба проснулась и уже без проблем передвигалась по кораблю, но Фазе все еще оставалась без сознания, а для Эммори полезнее всего было бы поспать подольше.

Я заметила Неза, едва вошла в «Стакан Хотея». Человек По-Сина сидел в дальнем углу, изучая обстановку маленькими черными глазками. Я пересекла зал в несколько шагов, наплевав на скрытность, и схватила его за руку, прежде чем он успел хотя бы дернуться.

– Спокойно. – Я ногой подвинула к себе стул, села и усадила Неза обратно с такой силой, что стакан на столе задрожал. – Мои друзья не любят сюрпризов, Нез. Положи обе руки на стол и старайся ими не шевелить.

Кас кашлянул. Я отвернулась от Неза – не отпуская его руки – и оглядела бар.

– У вас что, своих дел нет? – прошипела я, и все вернулись к прежним занятиям. Я заметила, как рука бармена скользнула под стойку. – Зин, приглядывай за дверью. Скоро появятся новые лица.

Нез успел немного оправиться от шока и теперь сверкнул улыбкой сквозь сальные пряди темных волос, свисающих на худое лицо.

– Крессен Стоун! Как я рад тебя видеть!

Я сжала его руку так, что он вздрогнул от боли.

– Сбавь звук, Нез. Всей гребаной вселенной известно, кто я такая на самом деле. Ты, конечно, идиот, не способный самостоятельно помыться, но не настолько же. Мне нужно поговорить с По-Сином.

Боковым зрением я заметила, как напрягся Хао, и тут по бару раскатился громкий голос:

– Дорогая, тебе нужно было только меня позвать.

По-Син стоял в дверях – крошечный человечек в сопровождении двух огромных телохранительниц, кажется, они были выше даже Эммори. Я отпустила Неза, и он принялся протискиваться к боссу.

Я медленно поднялась, сложила ладони и поклонилась, не отрывая взгляда от могущественного повелителя Чен.

– Простите за то, что я не дала вам времени устроить все как следует, дедушка. Вы выглядите прекрасно.

По-Син рассмеялся, на удивление искренне для человека его возраста.

– И ты тоже. Быть императрицей тебе идет.

– Я пришла забрать долг.

По-Син приподнял одну бровь и потряс головой.

– Садитесь, ваше величество. Пусть твои псы немного расслабятся, а мы пока потолкуем.

– Взаимно, – буркнула я, но все-таки села и строго посмотрела на Каса.

Он бесстрастно кивнул и замер за моим правым плечом. Зин и Гита встали еще дальше, убрав руки от пистолетов.

По-Син сел на стул, где раньше сидел Нез, и некоторое время разглаживал свой богато вышитый халат и укладывал складки.

– Чаю, Лили.

Я проглотила смешок, когда одна из гигантских женщин направилась к бару. У По-Сина была странная привычка называть своих телохранительниц цветочными именами.

– А что случилось с Розой? – спросила я.

– Ее зарезал тупой убийца, которого подослал ко мне Фанг.

– Сожалею.

Длинная бородка По-Сина затряслась, когда он захихикал.

– Однажды ты сломала ей нос только потому, что она слишком долго на тебя смотрела.

– Ну да, – отмахнулась я, – но Фанг – мразь, а никто не заслуживает смерти от руки неудачника.

– Лучше она, чем я, – ответил По-Син, напомнив, что он – хладнокровный убийца, пусть и похожий на ласкового дедушку.

Пора было переходить к делу, поскольку времени оставалось крайне мало.

– Ты мне должен, – сказала я.

– Я должен контрабандистке по имени Крессен Стоун. Я не имею никаких дел с правительством.

Я ожидала этого ответа, но все равно очень расстроилась. Просто не будет.

– Етит-твою… – Мой пистолет покинул кобуру, не успела я закончить фразу. Кас оказался рядом со мной через долю секунды. Эммори бы им гордился.

Раздался грохот и звон фарфора – Лили уронила чай и схватилась за пистолет. Ее напарница уже вытащила оружие, и некоторые другие люди в баре тоже. Хао уронил лицо в ладони. Прочие завсегдатаи ломанулись к выходу так быстро, словно в помещении вспухло чумное облако.

– Твоя жизнь дважды была в моих руках, – сказала я. – Один раз я оставила ее тебе. Назови мне причину сделать это еще раз.

По-Син не был бы самым жутким гангстером Чен, если бы вид разозленной женщины с пистолетом мог его напугать. Он улыбнулся мне медленно и страшно – если бы мне еще оставалось, что терять, я бы сама испугалась.

– А вот и она. Приношу свои извинения, Крессен, не узнал тебя поначалу. Конечно, я верну тебе долг. Что тебе нужно?

– Разрешение беспрепятственно передвигаться по твоей территории. Позволь Хао отвезти нас из Шанхая в Гуичжоу и остаться с нами, если он захочет. Кроме того, мне нужна защита от Саксонского ударного корпуса и прочих наемников и бесплатная медицинская помощь для моих людей. Пообещай мне не меньше десяти твоих лучших боевых кораблей в любой момент, когда я попрошу. Выплати Хао награду за мою за голову и закрой этот вопрос. И не держи зла за этот случай.

– Ты многого просишь, – По-Син внимательно смотрел на меня.

Я коротко поклонилась, не вставая со стула и не отводя глаз и пистолета.

– Ваша жизнь намного дороже, дедушка.

Он улыбнулся, и я поняла, что дело сделано. По-Сину не стоило вести переговоры со мной в публичном месте, где нас мог услышать кто угодно. Если бы он отказался, то дал бы всем понять, что не считает названную цену за свою жизнь адекватной.

– Хорошо, ваше величество, – согласился По-Син, – я дам все, что ты просишь. Но ты заплатишь за любой ущерб кораблям и команде, а лечить бесплатно будут только раны, полученные с этого момента. Право безопасного прохода я гарантирую. Зла не держу. Хао получит награду. Мой долг отдан?

– Да.

– Хорошо. – Глаза По-Сина были как черные камни на морщинистом лице. – Тогда в следующий раз, дорогая, когда направишь на меня пистолет, нажми этот гребаный спусковой крючок.

– Принято, – я убрала пистолет и улыбнулась.

– Тогда давай поедим.

Кас у меня за спиной зарычал, но я даже не оглянулась на него.

– Отличная идея. Прости моих телохранителей, они непривычны к здешним протоколам, и не сочти за оскорбление, если мой дви захочет проверить мою еду.

– Ну так объясни ему, – По-Син снова улыбался, как ласковый дедушка.

Это не было приказом, но я бы не хотела, чтобы По-Син слышал нашу беседу. Я коротко кивнула ему, встала и отвела Каса в сторону.

– Очень глупо…

– Это тест, – ответила я шепотом. – Он не может отравить меня после того, как публично назвал равной себе. А если я не стану есть или ты сделаешь хотя бы движение в сторону моей еды, он решит, что я ему не доверяю, и все договоренности отменятся. Понял? Даже право прохода.

– Я не могу вам позволить… Эммори бы…

– Эммори хочет, чтобы ты мне доверял. Он сам так сказал, правда же? Я знаю, что делаю. Я многие годы вела дела с этими людьми и знаю здешние правила. Черт возьми, Кас, Эммори мне доверяет, а ты что?

Это было оскорбление, мелкое и ненужное. Стоило мне произнести последнее слово, как лицо Каса побелело.

– Да, ваше величество. Как вам будет угодно.

Этих слов я и ждала, но тон, которым Кас их произнес, чуть не разорвал мне сердце. Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, что загладит мои слова, но на ум ничего не шло. Так что я просто кивнула и вернулась к столу.

По-Син следил за нами, сверкая глазками, но я проигнорировала его и взяла у слуги палочки. Скорее всего, нам подали чей-то чужой заказ, другого способа приготовить блюда так быстро не было. Ели мы молча, и еда оказалась очень вкусной. А я давно научилась есть при любой возможности и получать от этого удовольствие.

– Я всегда жалел, что тобой завладел мой племянник и что ты никогда не согласишься работать со мной напрямую. – По-Син вытер рот салфеткой. – А сейчас думаю, что все это было к лучшему, дорогая. Мало ли к каким проблемам оно могло привести…

Я встала вместе с ним, выпрямила плечи и улыбнулась в ответ на его улыбку.

– Вы даже не представляете, дедушка.

– Пусть это соглашение будет выгодно нам обоим. Вас ждет впереди серьезная битва, ваше величество. Надеюсь, вы победите. – Он улыбнулся и посмотрел на подошедшего мальчика, про которого я почти забыла.

Даилун низко поклонился По-Сину и произнес несколько торопливых слов. Хао и По-Син дружно посмотрели на меня.

– Ваше величество, что вы сделали? – прошептал Зин.

– Ничего.

За все время на борту я и словом не перемолвилась с симпатичным пилотом с ледяными глазами. Судя по всему, их решение удовлетворило Даилуна, хотя Хао казался обиженным, а По-Син задумался. Он еще раз посмотрел на меня, кивнул и вышел из бара.

– Все прошло лучше, чем я ожидала.

Хао фыркнул.

– Возвращайтесь на корабль. Мне нужно кое-что докупить. Отправляемся через час.

Глава 23

Гуичжоу находилось слишком близко, чтобы тратить энергию на гиперпространственный прыжок. Пусть даже это значило провести в космосе девяносто пять часов. Эммори получил больше времени на выздоровление, и ночью, пока Зин спал, я водила его по кораблю.

Даилун сидел в своем кресле и смотрел, как Эммори пытается подняться на мостик по ступеням. У пилота Хао были короткие, торчащие в разные стороны волосы, выкрашенные в ярко-розовый. Каким-то образом это ему шло и одновременно подчеркивало, что он довольно опасен. Иначе он бы давным-давно стал сексуальной игрушкой какого-нибудь гангстера.

– Ты не против, если я воспользуюсь передатчиком? – спросила я, усадив Эммори в соседнее кресло.

– Пожалуйста. – Он не сказал мне ни слова с того странного разговора в Шанхае.

– Можешь остаться, – сказала я, когда он полез из кресла. Сев рядом, я отправила вызов Каспелу.

– Рад вас видеть, мэм.

– Взаимно. Повязка вам идет. Вы нашли фариан?

Каспел хрипло засмеялся.

– Бина Ним служит в ИСГБ. Глаз мне сохранить не удалось, но то, что осталось, она привела в порядок. Я говорил с адмиралом Хассан, мэм. Я отправлю вам зашифрованную контактную информацию, чтобы вы могли поговорить с ней напрямую.

– Как вы там все?

Каспел коротко улыбнулся.

– Мы держимся, мэм. Генералы сплотили вокруг себя верные вам войска. Их хватит, чтобы отвоевать столицу, если у нас будет поддержка с воздуха.

– Мы делаем все, что можем. Есть новости от вашего оперативника? Они попали на Красный Утес?

– Новостей нет, мэм, – он нахмурился. – Я не знаю, где они.

Как раз этого я и боялась.

– Их нужно найти, Каспел.

– Знаю, ваше величество. Мы работаем над этим. – Каспел потер подбородок. – Второй Флот прибыл вчера, мэм. Фанин каким-то образом завладел тремя кораблями «Ваджраяна». При первой же атаке адмирал Хассан приказала флоту метрополии покинуть посты и встретиться с ней. Мы думаем, что лучше перегруппироваться и напасть, когда все наши силы будут собраны.

Я кивнула. Мне совсем не нравилась идея оставлять Пашати в руках адмирала Шула и Фанина, но Каспел и адмирал Хассан были правы. Если мы потеряем хоть один корабль, именно его может не хватить в финальном сражении. А учитывая мощь кораблей «Ваджраяна», Фанин может с легкостью справиться с любым нашим флотом, если только мы не получим такие же корабли с Канафи.

– Ваше величество, куда вы направляетесь сейчас?

– Вскоре мы встретимся с адмиралом Хассан, – сказала я, не отвечая на его вопрос. – До связи.

– Да, мэм.

Я отключилась и посмотрела на Эммори, а потом на Даилуна.

– Никто не хочет посвятить меня в подробности разговора в баре?

Я рисковала, задавая этот вопрос в присутствии одного Эммори. Но Кас держался неподалеку на случай, если он мне понадобится, а Гита отвлекала Хао, так что нам с Даилуном никто бы не помешал.

Юноша замялся.

– Это… личное.

Я скрестила руки на груди, откинулась на спинку кресла и стала ждать. Даилун попытался переглядеть меня, но это получалось только у Эммори. Пилот выругался по-ченски, и я улыбнулась.

– Вы очень терпеливая.

– Когда мне это выгодно.

– Я не хотел говорить с вами об этом сейчас, но не могу лгать вам. Я просил у дедушки и Хао разрешения покинуть клан.

Я с трудом удержалась от эмоций. По-Син позволил одному из своих правнуков стать пилотом Хао в таком юном возрасте?

Эммори сидел в штурманском кресле у соседней стены и не шевелился. Я знала, что он слышал слова Даилуна. Более того, он их понял, потому что его чен был не хуже моего.

Даилун повернулся в кресле, подвернул рукава черной рубашки и протянул руки ко мне – изящный, почти женский жест. На свету стали видны две черных строчки. Метки клана По-Сина. И еще кое-что.

– Сватир! – воскликнула я. Это объясняло, почему По-Син отпустил мальчика с Хао. Даилун обладал всеми знаниями своей расы. Технически ему едва исполнилось двадцать, но его мозг хранил опыт нескольких поколений.

Эммори вскочил на ноги. Я тут же встала и взяла его за руку, чтобы он не упал.

– Во-первых, ты еще не в форме, не надо скакать. А во-вторых, просто смотри.

Свет становился все ярче, черное сменялось серебряным, и наконец руки Даилуна засветились. Воздух вокруг нас потрескивал от напряжения. Я почувствовала привкус озона на языке.

– Ваше величество, – напряженно сказал Эммори.

– Эммори, все в порядке. – Я сумела скрыть страх в своем голосе.

Серебряный свет поднялся по рукам Даилуна, нырнул под рубашку и появился на шее. Даилун закрыл глаза и мелко задрожал. Когда он открыл их снова, черные зрачки тоже горели серебром – как звезды в ночном небе.

Я выдохнула и усадила Эммори обратно в кресло.

– Ах-хала-локвария, – это благословение на сватир буквально означает что-то вроде «поздравляю».

– Моя мать была сватир. – В голосе Даилуна еще звучала боль от трансформации, он был взрослым по меркам сватир. – Она рано уснула, и мой перевод сдвинули на мое восемнадцатилетие из-за траура. – Он поднял руки, на которых не осталось никаких черных меток семьи По-Сина. – Прадедушка дал мне разрешение на Путешествие. А теперь я прошу вашего позволения присоединиться к вам. – Он уронил голову, ожидая ответа, и я этому порадовалась, потому что моя собственная челюсть отвалилась чуть не до пола.

– Путешествие? – прошипел Эммори на древнем языке, которого Даилун мог и не знать.

– Лу Син, – ответила я, пожав плечами. – Обряд посвящения у тех, кто одновременно является чен и сватир. По-Син позволил Даилуну отделиться от семьи. Он пойдет по другой дороге, не по той, по которой велит традиция. Если он найдет себе другое занятие, то может прожить жизнь, как захочет. Если решит вернуться, его примут с распростертыми объятиями. – Я вздохнула и запустила обе руки в волосы. – Ерунда какая-то, Эммори…

– Мы можем ему доверять?

– Да, – сразу же ответила я, – он обесчестит не только себя, но и всю семью сватир и клан чен, если его намерения при Путешествии будут не чисты. Если он меня предаст, По-Син будет мстить за меня. – По моей спине побежали мурашки. – И я не хочу даже думать, что сделает с ним другая его семья.

– Вы обязаны его принять?

– Нет, – призналась я, опять пожав плечами. – Но я думаю…

– Что его стоит взять с собой. – Улыбка пробежала по лицу Эммори, когда он увидел мое удивление. – Ваше величество, я доверяю вашим инстинктам… хотя методами вы иногда пользуетесь спорными.

Даилун так и стоял, склонив голову, терпеливо ожидая ответа.

Если мы возьмем его с собой, то многое выиграем. Во-первых, если я скажу «да», связь между нами станет священной. Он принесет мне клятву верности и будет предан так же, как Эммори, и честь обяжет его сказать мне, если он решит изменить свой путь.

Мы сможем использовать его как пилота, когда придем в Гуичжоу. Я умею вести корабль, но проще, когда это делает кто-то другой. Судя по тому, что я уже видела, он хорош. Чертовски хорош.

Да и вообще, еще один человек нам не помешает. В смысле, человек, которому я могу доверять. Даже если Хао попытается меня убить за то, что я переманила его пилота.

Я положила руку Даилуну на затылок. Волосы оказались мягче, чем я думала, и мои пальцы коснулись черепа. На розовом фоне моя кожа казалась темнее. Легонько сжав пальцы, я понадеялась, что не ошибусь. Я видела церемонию Лу Син только один раз, но слова мне запомнились, потому что были красивые и простые. Даилун, кажется, полагал, что ритуал мне известен. Я сделала глубокий вдох.

– Нельзя идти среди звезд в одиночку. Приди, ищущий, и возьми мою руку. Я пойду с тобой.

Даилун не шевельнулся, но я почувствовала, что он внутренне расслабился.

– Благодарю тебя, сестра, за то, что ты пойдешь по дороге со мной. Я с радостью бы шел один, но если мне позволено будет идти в лучах твоей славы, я буду счастлив.

Я не удержалась и фыркнула.

– Не знаю уж, как там насчет славы, но сумасшедших событий будет предостаточно.

Даилун поднял голову, и глаза его сверкнули неожиданным весельем.

– Это будет достойное путешествие.

Я проглотила смешок и подтолкнула его к креслу.

– Может, отвезешь нас в Гуичжоу? Мне придется извиниться перед Хао, раз уж я украла его пилота.

– Хаи, джедже. Мой брат тебя простит, я уверен.

Он вернулся на свое место, и тут я осознала, что именно сделала. Я только что взяла под свою защиту восемнадцатилетнего метиса чен-сватир. Правнука самого грозного из боссов чен. Мальчика, который за свою короткую жизнь убил, наверное, больше людей, чем Эммори за всю свою карьеру.

– Уже жалеете?

– Ужасно, – ответила я, не глядя на Эммори, – он не такой, как остальные.

И это была правда.

* * *

Мы без проблем сели в Гуичжоу. Услышав о выборе Даилуна, Хао пожал плечами и произнес поздравление, минимум шестьдесят слов в котором граничили с оскорблением. Но вообще он воспринял известие довольно спокойно, и это мне не нравилось.

Даилуна на этой отдаленной станции знали и любили, несмотря на то что теперь на его руках не было знаков принадлежности к клану. Мы наняли пилота шаттла, которому Даилун доверял, – немую девушку по имени Ши, объяснявшуюся языком жестов, и через час после приземления уже двинулись к цели.

Гуичжоу – пустынная планета, где бывают как ужасные грозы и неожиданные ливни, так и длительные периоды засухи, когда ветра срывают плоть с костей. Ее поверхность прорезана огромными каньонами – руслами могучих рек, от которых в засуху не остается почти ничего. Выше каньонов воды нет и ничего не растет.

На планете почти никто не живет, кроме людей на станции и странных местных животных, которых какой-то неостроумный человек окрестил «харви». Харви похожи на гибрид земного кролика и паука с Юпитера-4. Правда, вселенная в кои-то веки сжалилась и не сделала этих метровых тварей еще и плотоядными, как пауков с Юпитера. Это довольно робкие создания, старающиеся не сталкиваться с людьми, которые выходят со станции.

Конечно, у большинства людей все-таки есть некий здравый смысл, не позволяющий им уходить далеко от цивилизации. И это одна из главных причин, по которой мы с Портисом именно здесь выбрали пещеру, послужившую идеальным хранилищем неприкосновенного запаса.

Шаттл летел вперед, под ним мелькали бурые скалы, а меня терзали воспоминания. Я вцепилась пальцами в сиденье и боролась с прошлым. Я не хотела видеть смеющееся лицо Портиса. Не хотела думать, как выбиралась отсюда среди ночи. Не хотела вспоминать, как он любил меня, опустив на землю под тремя полными лунами.

Все это прошло и никогда не вернется. Но когда мы добрались до места, отмеченного выданными Даилуну координатами, я напряглась и занервничала. Солнце стояло высоко в туманном пурпурном небе, и я прикрыла глаза рукой.

Все, кроме Каса, Зина и Даилуна, остались на борту корабля Хао, невзирая на протесты Гиты и мрачные взгляды Эммори. Эммори все еще был не в форме для подобных путешествий, Гита не умеет лазать по камням. К тому же мне не нужны были лишние свидетели. Хватит и того, что Хао знает, на какой планете хранится мой НЗ.

Кас молчаливой тенью держался у меня за спиной. За последние несколько часов он не сказал ни слова, но мне показалось, что отношения между нами восстановлены, несмотря на мой промах в баре.

С Красного Утеса поступали противоречивые известия. Неизвестно было, кто выжил, кто ответственен за произошедшее. Новости из Империи были еще хуже. Фанин выступал на ТВ всю дорогу до Пашати и вернулся с такой скоростью, что явно побил пару рекордов. Все имперские станции вещания закрыли, но у Таза, видимо, были какие-то контакты, так что несколько станций Апджа полным ходом опровергали заявления Фанина.

– Джедже, велеть Ши возвращаться в порт? – Даилун держался довольно далеко от меня. Эммори явно провел с ним короткую энергичную беседу о доверии и о том, насколько близко ему позволено ко мне подходить.

– Минутку. – Я закрыла глаза, чтобы солнце не слепило, и активировала свой смати.

«Пароль, капитан?» – голос компьютера был так же сух, как окружающий нас пейзаж. Я ответила сложным двухсотвосемнадцатизначным кодом.

«Подтверждено. Ваш смати изменился, капитан».

Я поблагодарила свою паранойю.

«Да, в соответствии с планом Z. Мой смати был заново подключен к имперской сети».

«Принято. Пожалуйста, введите необходимые коды при входе».

Я рефлекторно кивнула, компьютер не ожидал ответа, да и не мог меня увидеть. Передернув плечами – рюкзак был тяжеловат, – я повернулась к солнцу спиной и открыла глаза.

– Сработало. Даилун, отправь свою подругу назад и передай ей мою благодарность.

Он коротко кивнул, и трап шаттла втянулся внутрь. Через несколько секунд мы остались вчетвером на продуваемом всеми ветрами краю каньона.

– Нужно спуститься, – заявила я и пошла вниз по крутой тропинке. Кас запротестовал, но достать меня уже не мог. К тому же при любом его прикосновении я потеряла бы равновесие. Хорошо, что он себя контролирует. Вниз пришлось бы лететь метров сто.

– Рассредоточьтесь и идите осторожнее, – велел он остальным, а потом я услышала, что он тоже ступил на тропинку, и позволила себе улыбнуться.

Почва становилась все краснее, покрывая кожу тусклой пленкой. Я лезла вниз, цепляясь руками, и воспоминания продолжали одолевать меня. Куда только делось мое спокойствие… К счастью, я шла впереди других, так что мои нервные вздохи были не слышны. Зин догнал меня на первом плато. Я скорчилась под выступом, дающим скудную тень, и вытащила из рюкзака воду.

– Неплохо было бы нас предупредить, – сказал Зин, садясь рядом. – Кас вообще-то ранен. Далеко еще?

– Не очень, – я пожала плечами и повела вокруг рукой с зажатой бутылкой.

– А куда? – поинтересовался Зин.

– Вниз, – улыбнулась я, – давай быстрее. Я не собираюсь лезть туда в темноте, это слишком опасно.

Спуск занял больше трех часов, судя по моим часам, и солнце уже касалось верхнего края каньона. Еще через три стандартных часа наступит непроглядная темнота.

– Ваше величество, позвольте мне…

– Я знаю дорогу, – заявила я и соскользнула с края, прежде чем Кас успел меня схватить.

Я пролетела два метра, легко приземлилась на ноги и поморгала, пока глаза не привыкли к внезапному полумраку.

– Просто прыгайте сюда, – крикнула я остальным и отошла в сторону, чтобы они не упали мне голову.

– Ваше величество, вы…

– Кас, честное слово, это не слишком сложно. Просто бесполезно описывать дорогу кому-то другому. Я ее пройду с закрытыми глазами. Первой лучше идти мне.

Правой рукой я схватилась за камень и повисла на нем. На мгновение, пока я висела над бездной, в желудке поселилась сосущая пустота, но тут я нащупала опору для ног и полезла вниз, надеясь, что остальные последуют за мной без дополнительных инструкций.

Поверхность изменилась практически мгновенно. Пыль размокла от влажного воздуха. Здесь, внизу, росли деревья: что-то вроде огромных, в несколько метров, розовых кустов.

Мы молча лезли вниз больше часа, медленно спускаясь к скалистой тропинке. Довольно часто приходилось повисать на руках.

Было тихо. Только эхом отдавались крики харви, да слышалось наше дыхание. Когда мы доберемся до главного каньона, все изменится, и рев реки Гуичжоу заглушит все остальные звуки.

– Наверное, дожди только что кончились. – Я говорила тихо, но в окружающем молчании мой голос все равно показался громким. – Не знаю, пройдем ли мы по нижней тропе.

Я перелезла через край очередного утеса и встала на скальную полочку под ним. Тишина и физическая нагрузка меня успокоили. Я почти стала прежней собой.

– Ваше величество, у меня есть веревка, – сказал Зин, – так будет легче…

– Нет смысла, только все усложним. Я знаю, что делаю. – Я улыбнулась ему, и тут скальная полочка подалась под ногами.

Глава 24

– Хейл!

Я запаниковала, схватилась за камни перед собой, отчаянно ища опору. Левую руку дернуло болью – я сорвала ноготь. Мои ругательства смешались с изощренными проклятиями Зина.

Я нашла опору, но не слишком надежную. К тому же тянуться за ней пришлось слишком далеко, и двигаться дальше не получалось. Если я свалюсь с тридцатиметрового обрыва, даже хоронить будет нечего.

Ох, етит-твою… Больно, конечно, почти не будет, но зато будет очень грязно. Глупо помирать на богами проклятой куче ченских камней из-за собственного самомнения.

– Хейл, держитесь!

Не знаю уж, чего еще Зин мог от меня ждать и сколько я еще могла продержаться. Кровь из ободранного пальца заливала руку. Я дернулась, когда Даилун обхватил меня за талию, и даже всхлипнула.

– Я тебя держу, сестра, – прошептал он мне на ухо, – все хорошо.

Я втянула воздух и каким-то образом заставила себя отпустить камни, на которых висела, и вцепиться в руку Зина. Даилун поддерживал меня с силой, которую трудно было в нем заподозрить.

Зин спустил нас вниз, плавно опуская веревку мимо острых камней и веток торчащих деревьев. Кас держал веревку сверху, как якорь.

Когда мы рухнули на дно каньона, я еле удержалась, чтобы не поцеловать землю. Красная пыль здесь уступила место зелени – за пределами досягаемости жестокого солнца и ветров цвела пышная жизнь, впитывающая все попадающие сюда дожди. Несколько харви порскнули по норам, завидев нас.

Я отпустила Зина и сунула указательный палец в рот. В здешней почве было не меньше железа, чем в моей крови. Я сплюнула.

– Вы что, убиться захотели? – Зин схватил меня, как только я сделала шаг в сторону, и прижал к скале.

– Что? – Я дернулась, но он даже внимания не обратил.

Он приблизил свое лицо к моему. Он был очень, очень зол. У меня даже сердце на мгновение замерло. Раньше я никогда не видела обычно спокойного и собранного телохранителя таким, но и его железный самоконтроль дал слабину.

– Вы хотите умереть?

Я подумала, не врезать ли ему, решила, что не стоит, и вздохнула.

– Зин, я…

– Хейл, отвечайте на вопрос. Я не позволю Касу и прочим рисковать жизнью, раз вы планируете покончить с собой. Если вы хотите умереть, мы не станем вас останавливать, и будь я проклят, если готов еще раз это вытерпеть.

Сперва меня шокировало, что он целых три раза за несколько минут назвал меня по имени. Потом до меня дошло остальное.

– Ты думаешь, я хочу покончить с собой? – почему-то я сказала это шепотом. У меня даже слезы полились – то ли от горя, то ли от истерического смеха. – Половина Империи охотится за моей головой. У меня больше врагов, чем я могу себе представить, и будь уверен, Фанин, если он не совсем тупой, этим воспользуется. Зин, даже если бы я хотела умереть, мне не надо для этого ничего делать! Словно у меня на лбу гребаная татуировка «разыскивается»! Пусти! – Я толкнула его, но он и не подумал меня отпускать.

– Тогда не смейте так себя вести, – прошипел он. – Речь идет о человеческих жизнях. О вашей жизни. Эмм…

– Я об этом не просила! Во имя Шивы, Зин! Ты еще не понял, что я не избалованная принцесска? Я могу сама о себе позаботиться!

– Я знаю, что можете. Вопрос в том, хотите ли. – Он встряхнул меня за плечи и приподнял так, что мне пришлось встать на цыпочки. – Я в курсе, что вы об этом не просили. Я был там, помните? Но вы остались и дали слово. Забыли, да? С самого Красного Утеса вы ведете себя так, как будто бессмертны. Пора это прекращать. Вы играете со смертью, не принимая нашей помощи. Так вас скоро убьют. Вы больше не контрабандистка, Хейл. Вы императрица Индраны.

– Я прекрасно знаю, кто я. Я последняя из нашей семьи. – Голос дрогнул, но я выпрямилась и посмотрела Зину в глаза. – Кроме меня, нет больше никого. Если я сдамся, Алисе и всем остальным придется умереть. Ты думаешь, я такая идиотка, что не понимаю этого и ничего не чувствую? – Я толкнула его в грудь, вынуждая отступить на шаг. – Вот так вот, Зин. Я не могу позволить себе роскошь умереть просто потому, что разом все потеряла. – Он вздрогнул, но я не могла остановиться. – Мне необходимо двигаться дальше. И я буду поступать так, как считаю нужным.

– Хейл…

– Ты сам говорил, что можно быть одновременно императрицей и контрабандисткой. Эммори мне доверяет, но вот остальные… – Я раскинула руки и посмотрела на Каса. – Вы ведете себя так, как будто я превратилась в младенца, надев себе на голову эту гребаную корону. Она еще не раздавила мне мозги, честное слово!

Эмоции требовали выхода, но я не могла подобрать для них подходящих выражений. Я даже не могла объяснить, что для меня значит доверие Эммори, когда все остальные считают меня безрассудной.

Зин открыл рот, но ничего не сказал. Плечи его обмякли, и он кивнул.

– Уйе маа, вы правы. Прошу прощения. Я… мы все о вас беспокоимся.

Он больше не злился, и тревога в его голосе как будто проникла в трещины моей брони, замораживая ее и разрывая на части. Кас казался совсем несчастным.

– Ваше величество, я…

– Не надо. – Я оттолкнула Зина, подхватила рюкзак и двинулась дальше, но вдруг остановилась и вздохнула. – И вы меня простите.

Хорошо, что этого никто не видел, кроме пары харви, высунувшихся из-за деревьев.

– За что?

– За это, – я указала на скалу. – Я правда не пыталась убиться. Вот только… мне проще идти первой. Я не подумала, ведь вернулась туда, где чувствую себя собой. Простите, что для вас все так сложно. Я этого не хотела.

Зин выглядел пристыженным, а Кас переминался с ноги на ногу. Даилун спокойно наблюдал за нами, явно не понимая, что за драма здесь разыгрывается.

– Ваше величество, – Кас опустился на колено, и Зин последовал его примеру, – вы – сияющая звезда в черноте космоса. Надежда потерявшихся в просторах вселенной. Искра, которая не должна угасать. Мы всегда будем вам верны.

Я мрачно посмотрела на Даилуна. Юный пилот приподнял бровь, но ни слова не сказал. Пришлось положить рюкзак и обнять обоих телохранителей, поцеловав в щеку сначала одного, а потом другого.

– Вы – моя семья. Клянусь, что никогда об этом не забуду.

Они крепко обняли меня, и мы сидели так несколько секунд, пока Даилун не кашлянул.

– Сестра, нам нужно идти.

Я отпустила телохранителей и вытерла слезы ладонью.

– Все, мы помирились? – спросила я, поднимаясь на ноги.

– Да, мэм, – хором ответили они.

Я снова взяла рюкзак и пошла по влажной лощине, которая должна была вывести нас в основной каньон. Когда мы добрались до его устья, на стенах уже сгустились тени. Свет тускнел, и в сумерках стены каньона казались кроваво-красными.

Река ревела так громко, что я с трудом слышала стук собственного сердца, не говоря уж о вопросе, который задал Кас. Подняв руку, я одними губами сказала: «Минуту» – и обдумала варианты действий, глядя на красноватый поток, несущийся в пяти метрах под нами.

Выбрать время хуже мы просто не могли. Стоял самый конец сезона дождей, река Гуичжоу здорово поднялась, так что простой путь в пещеру сейчас находился под водой… И это продлится еще никак не меньше недели.

Но недели у нас не было.

Я шепотом выругалась, посмотрела на Каса и подбородком указала на дорогу, по которой мы пришли. Он двинулся туда, ничего не спрашивая – видимо, потому что спрашивать что-то в таком шуме все равно было бесполезно. За поворотом грохот воды немножко поутих – камни и деревья отгородили от нас реку.

– Путь понизу закрыт. Я боялась, что так и будет из-за дождей, но надеялась, что нам повезет и воды наберется не так много.

Я зарылась рукой в волосы и вздрогнула, задев больной палец. Наклонившись, я опустила палец в чистую воду. Та сразу помутнела от крови, а я прикусила щеку изнутри, чтобы сдержать слезы.

– Садитесь, – сказал Зин, похлопав по своему рюкзаку, – у меня есть аптечка.

Я скинула рюкзак и села на него.

– Есть и другой путь в пещеру, но идти по нему опасно даже днем.

– Значит, сегодня ночуем здесь, – решил Кас.

Зин опустился рядом со мной на колени, взял мою руку и побрызгал каким-то антисептиком. Жгло так, что я опять выругалась.

– Черт возьми, больно же!

Он улыбнулся и заклеил палец пластырем.

– Чтобы грязь не попала. А ноготь отрастет.

– Ладно, остаемся здесь. Так безопаснее, а спешить нет смысла. Другая дорога скользкая из-за дождя, да и идти по ней полдня.

Зин закончил с моей рукой и вытащил палатку.

– Вы уверены, что саму пещеру не затопило?

– Компьютер работает, а это хороший знак. Даже если что-то и сломалось за последние два года и пещеру залило, вход все равно над водой.

– Даилун, помоги мне с едой, – велел Кас.

Я вынула из рюкзака складную лампу, встряхнула ее и дважды постучала по основанию. Круг света вокруг нас немного разогнал темноту. Мы закончили обустраивать лагерь и поели чего-то безвкусного. Поняв, что не чувствую вкуса, я просто закидала в себя еду, завернулась в термальное одеяло и, положив голову на рюкзак, сразу же заснула.

Проснулась я, не понимая, что происходит, и добрую минуту таращилась в темноту. А потом на меня что-то рухнуло.

– Ваше величество?

– Я в порядке, – сумела прошептать я, – просто сон. – Я выпуталась из одеяла и удержала Зина за плечо. – Все нормально. Мне нужно пописать, так что как-нибудь обойдусь без твоей компании.

– Ваше величество…

Я хотела возразить, но только вздохнула, представив очередной наш спор.

– Ох, пламя Нараки! Ладно, пошли.

Переступив через него, я услышала смешок.

Снаружи было прохладно, но довольно светло. Первая из лун Гуичжоу стояла уже высоко, а краешек второй показался из-за стены каньона. Призрачный силуэт Бай Гу – массивного газового гиганта – светился в темном небе.

Я думала, что спать буду плохо, но, оказывается, суета последних дней в сочетании с трудным спуском вырубила меня часов на шесть. Я нашла укромное место, а Зин, повернувшись ко мне спиной, терпеливо ждал.

Затем, спрятав ладони в рукава и обняв себя за плечи, я прошла к главному каньону – наполовину по памяти, наполовину пользуясь лунным светом. Села на камень у края и посмотрела на слабо светящиеся воды Гуичжоу. Зин сел рядом.

– Откуда это свечение? – спросил он.

– У реки растет какой-то куст, который днем впитывает свет, как солнечная панель, а по ночам светится бледно-голубым, – объяснила я. – Когда идет дождь, его хрупкие листья отрываются и падают в воду.

Я фыркнула, вспомнив похожий разговор.

– Однажды Портис рассказал мне примерно то же самое. Он сказал, что мы все просто листья в воде, а бороться с течением бесполезно и невозможно.

– Да, похоже на него.

– Он был такой идиот… – Я дала волю слезам, и Зин обнял меня за плечи. Меня трясло. Я знала, что рев воды заглушает всхлипы, но Зин не мог их не чувствовать.

Я снова вспомнила сон, от которого проснулась. Последняя поездка сюда с Портисом. Мы оставили команду в порту и наняли шаттл. Стояла засуха, так что добраться до пещеры оказалось довольно легко.

Мы воспользовались свободным временем. Так здорово было оказаться на земле после восьми месяцев в космосе – за это время мы только изредка и ненадолго заходили в доки.

– Люблю тебя.

Я засмеялась и, оторвавшись от Портиса, со вздохом потянулась.

– Я заметила. – Солнце грело мою голую кожу.

Он оперся на локоть и погладил меня по волосам.

– Я серьезно, между прочим.

Я нахмурилась и посмотрела в его зеленые глаза. В них пряталась тревога – и нежность, которую Портис демонстрировал очень редко.

– Все хорошо?

– Не смей в этом даже сомневаться. Особенно – сомневаться в нас. Что бы ни случилось, обещай мне это. Обещай помнить, что я тебя люблю.

– Ты меня пугаешь. – Я отодвинулась, но Портис прижал меня к земле.

– Пожалуйста, Крессен.

– Хорошо. – Я притянула его к себе для поцелуя. – Обещаю, – прошептала я. – Доволен?

Он навис надо мной и стал целовать меня в шею.

– Еще как.

Боль разрывала мою душу. И не было времени подумать, не было времени впустить реальность в свой мир. Портиса больше нет.

– О Шива! Прости меня… – Я не знала, у кого прошу прощения, у богов или у Портиса. Мы сидели в лунном свете, слезы стекали по моим щекам, и я пыталась как-то справиться с черной дырой в сердце.

– Не за что просить прощения, Хейл, – голос Зина легко перекрыл рев воды. – Поплачьте о нем. У нас есть время.

– Не могу. Боюсь, не справлюсь с собой.

Кого бы я ни потеряла, у меня осталась Империя, так что сходить с ума от горя будем потом. Не время плакать. А может быть, оно никогда и не наступит. Может быть, я умру раньше, чем все закончится, и… Мне не хотелось об этом думать. Не хотелось думать о том, что все закончится не так, как должно.

– Я знаю, что вы чувствуете, – в его голосе тоже звучала боль. – Вы дали мне время, когда у нас его не было совсем. А теперь в нашем распоряжении все время мира.

– Вот бы он был здесь, – прошептала я звездам. – Представляешь, что бы тогда началось?

Я вытерла слезы и вздохнула. Впервые с того момента, как я очнулась на палубе грузового отсека «Софии», я почувствовала, что готова справиться с тем, что готовит мне вселенная.

– Да уж, даже подумать страшно, ваше величество. – Зин помог мне встать и повел обратно к палатке. Кас и Даилун притворились спящими, пока мы с Зином снова устраивались под одеялами.

– Нет смысла вставать рано, – сказала я, не обращая внимания на их притворство. – Пусть солнце немного просушит тропинку, по которой мы пойдем.

– Тогда поспите, ваше величество, – велел Кас. – Кто знает, когда выпадет следующий шанс выспаться.

Он был прав. Я взяла Зина за руку и закрыла глаза. Сон тут же унес меня в бездну.

Глава 25

Проснувшись, я оказалась в палатке одна. Дневной свет пробивался через ткань. Я села, потянулась и зевнула. Чувствовала я себя отлично, куда лучше, чем за минувшую пару недель.

Вытащив наружу термальное одеяло, я встряхнула его и аккуратно сложила, чтобы убрать в рюкзак.

– Доброе утро! – я радостно поприветствовала подошедшего Зина, но при виде его лица мне стало плохо. – Что такое?

– Ваше величество… – Глаза его горели яростным огнем, и одновременно я почти физически ощущала исходящее от него горе.

– Что случилось?

– Эммори только что прислал сообщение. Фанин казнил матриархов.

Меня как будто под дых ударили. Одна рука сама собой взлетела ко рту, а второй я неуклюже оперлась о стену каньона.

– Мать-Разрушительница… А их дочерей?

– Пока нет, – Зин покачал головой.

– Кого именно?

– Зеллин, Ахарию, Уэйбли, Суракеш, Наиду и Максвелл.

Моя тетя, мать Лины, матриарх Максвелл. Шива всемогущий… Я все детство провела с этими женщинами. В некотором роде они были мне матерями – не меньше, чем моя настоящая мать. А уже после возвращения я подружилась с большинством из них заново.

– А Лина? Таран?

– Никаких известий, ваше величество. Будем надеяться, что они в безопасности.

– Заран? Матриархи Хассан и Праджапати?

– И о них ничего. А если бы убили Клару Десаи, это, наверное, попало бы в новости.

Злость разгоралась во мне, выжигая грусть, и следующие мои слова вышли острыми и колючими, как разбитое стекло.

– Пакуйтесь, нам пора двигаться. Я не позволю этому чудовищу сидеть на моем троне ни одной лишней секунды.

– Да, ваше величество.

Мы молча собрали лагерь, закинули рюкзаки за спину и пошли к главному каньону. Дорога оказалась легче, чем я думала. Злость заставила меня сосредоточиться, и я ни разу не поскользнулась на неверных камнях. Мы подошли к самой реке.

Я замедлила шаг и с облегчением улыбнулась при виде скальной стены, красной в лучах заката. Активировав свой смати, я потянулась к компьютеру.

«Компьютер, можно снять камуфляж».

– Вот черт…

Кас задохнулся от удивления, когда скала перед нами вдруг исчезла, открыв взгляду широкие стальные двери, тянущиеся до края каньона.

– Это вы сами построили?

– Нет, – я с улыбкой двинулась вперед, – я это выиграла.

– Простите? – Зин даже забежал вперед, чтобы посмотреть на меня. – И как же?

– Долгая история, – отмахнулась я и тут же прижала ладонь к ридеру справа от двери.

«Добро пожаловать, капитан», – объявил компьютер, и боковая дверь уехала в скалу. Никаких вопросов о моих телохранителях не возникло, что само по себе было интересно.

Мы вошли в пещеру, где тут же загорелся свет. Воздух был спертым и слегка влажным, но, оглядевшись, я поняла, что все цело и вполне сухо. Раскинув руки, я повернулась к своим спутникам.

– Добро пожаловать в мое убежище!

Слова эхом отдались от стен пещеры. По лицу Зина промелькнуло удивление, но он промолчал.

– Оружие там. Кое-что есть на корабле, но лучше загрузим побольше всего.

– Ваше величество, – Кас быстро кивнул и похлопал Даилуна по плечу. Юный пилот оторвал глаза от корабля и пошел за Касом.

Я поманила за собой Зина и направилась к комнате в дальней части пещеры. Если точнее, это была не комната, а три стены из прозрачного алюминия, поставленные вокруг дыры в склоне каньона. Выстроил все это Портис, потому что я и шагу ступить не могла внутрь старого закутка без окон, где хранились компьютер и прочее оборудование. Слишком массивные стены сходились здесь очень близко, и в первый раз у меня случился такой приступ клаустрофобии, что я паниковала до конца дня.

Я прижала руку к панели на стене, и дверь открылась с тихим щелчком. Воздух внутри уже не казался влажным – он был совершенно сухим и пах дезинфекцией.

Стены и потолок покрывал тот же самый прозрачный алюминий, в герметичной среде оборудование не выходило из строя. Когда компьютер полностью включился, экран в центре комнаты засветился. Я провела по нему рукой, проглядывая накопившиеся сообщения. Большая часть оказалась предложениями работы, и я поймала себя на том, что собираюсь открыть одно из них, когда Зин выразительно кашлянул.

– Старая привычка, – смущенно засмеялась я.

– И откуда вы все это взяли?

– Ну… по-разному. Корабль прилагался к убежищу. Я выиграла его в покер у одного парня с Ксима, который с тройкой на руках блефовал гораздо хуже, чем ему казалось. Вообще-то у меня тоже были хреновые карты, но он просто повел себя как идиот. Мы с Портисом взяли маленькую саксонскую «Каракатицу», собираясь ее отремонтировать, примерно за восемь месяцев до того, как все началось. И теперь я знаю почему.

– А как звали того парня? – спросил Зин.

– Тоб… или Боб. Уже не помню. – Когда он нахмурился, я спросила: – А какая разница?

– Хорошо бы вспомнить. В лучшем случае он может нам немного помешать, а в худшем – станет еще одним врагом.

– Ты что, список ведешь? – Он не улыбнулся в ответ, и моя улыбка тоже увяла. – Серьезно?

– Это моя работа, ваше величество.

– Ставлю пять кредитов на то, что он давно сдох в придорожной канаве, но если тебе так надо, его имя указано в официальных файлах корабля как имя предыдущего владельца.

Раздался тихий звон, и я снова посмотрела на экран. На панели уведомлений мигало сообщение о новом письме, помеченном как срочное.

– Да вы что, издеваетесь? – вслух спросила я и открыла письмо от Бакара Рая. Там было всего одно предложение.

«У меня для вас подарок ваше величество».

– Ваше величество, кто это?

– Я…

Тут пришло еще одно сообщение, от Хао.

«Сестренка, у нас проблемы. Саксонские корабли просят разрешения на посадку».

– Етит-твою, наши друзья уже здесь. – Я начала действовать еще до того, как голос Хао замолчал. Проведя рукой по экрану, я велела компьютеру загрузить все сообщения в мой смати и слегка вздрогнула, когда все скачалось. – Зин, пора двигаться.

– Да, Эммори мне только что сказал.

– Хао, – произнесла я вслух, чтобы не пришлось повторять, – планы изменились. В Шанхай мы не вернемся. Вали на Санта-Пирата, встретимся там.

– Ша жу, это глупо.

– Нет времени обсуждать, вперед! Встретимся за поясом астероидов, там все и объясню. – Я ткнула Зина в плечо. – Помоги Касу с погрузкой, нам надо спешить.

Одновременно я перевела деньги с нескольких счетов на другие, более доступные. Делать этого не хотелось, но нельзя было позволить саксонцам отследить операции и найти это убежище. Зин взял меня за руку.

– Бежим!

За последние несколько часов я узнала пару важных вещей. Например, что нельзя спорить с Зином, когда он говорит таким тоном. Правда, пока он тащил меня к кораблю, я успела кое-что прихватить.

Я постучала по надписи на борту и улыбнулась, когда реактивная краска дрогнула и название корабля вдруг изменилось на фальшивое, которое уже было везде зарегистрировано. Мы с Портисом долго спорили о названии, но сейчас я радовалась, что все-таки ему уступила.

Потратив огромное количество денег, мы оставили здесь лоснящийся, хорошо вооруженный корабль, абсолютно законно зарегистрированный как транспортное судно Солярианского Конгломерата, принадлежащее компании «ИнДжекс». Внесенное в реестр название «Сакура» выглядело как-то надежнее, чем его настоящее имя – «Пес войны».

Кас и Даилун закончили грузить ящики, и мой новый пилот плюхнулся в кресло и почтительно воззрился на панель управления.

– Попытайся не взорвать нас в первый же раз, – сказала я и отстучала код, открывающий двери отсека. – Компьютер, приготовиться к отправлению. Восстановить последовательность защитных кодов.

– В соответствии с планом ЯЗ?

– Да, пожалуйста. А если кто-то попытается проникнуть через эту дверь, запусти программу самоуничтожения.

– План ЯЗ? – спросил Зин на удивление спокойно, хотя костяшки пальцев у него побелели. – Дозволено ли мне будет спросить, ваше величество?

Я улыбнулась и активировала смати.

– Даилун, Хао тебе все рассказал?

– Хаи, джедже.

– Три саксонских корабля просят разрешения на посадку в порту. Хао, наверное, ждет, когда они сядут, чтобы тут же взлететь. – Я застегнула ремень и отметила, что все сделали то же самое без дополнительных напоминаний. – Я в заднице.

– Простите? – переспросил Зин.

– План ЯЗ. Я в заднице.

– Хорошо, что не план ПЗД, – пробормотал Кас.

Я не удержалась от смеха.

– Точно! Как славно, что ты у меня есть, Кас, не знаю, что бы я без тебя делала.

– Хотелось бы мне сказать то же самое, ваше величество.

– Да ну тебя. – Я уставилась в экран, высматривая признаки сканирующих сигналов саксонцев. Их не нашлось, но я не знала, радоваться или беспокоиться.

– А вот и Хао. Кажется, его никто не преследует.

– В Шанхае мы поменяли регистрационную метку, – объяснил Даилун, выводя корабль из пещеры. Двери за нами закрылись.

По правую руку от меня включилась сирена, и я выругалась.

– Нас засекли. Вперед!

Пока саксонский радар нас нащупывал, я включила еще одну фальшивую метку. Довольно халтурную, но если они не станут присматриваться, сойдет. С учетом того, что саксонцы уже приземлились, а Даилун способен вывести корабль из атмосферы быстрее любого другого пилота, мы войдем в гиперпространство раньше, чем саксонцы снова нас найдут. Я ввела в компьютер координаты пояса астероидов в системе ИксДжиСД.

– Сестра, – тихо запротестовал Даилун, встревожив Зина. Мне захотелось убить их обоих. – Не надо.

– Даилун, мы идем на Санта-Пирата.

– Что такое Санта-Пирата? – спросил Зин.

– Там нас ждут друзья, – я пожала плечами.

– Бакара Рай никому не друг.

В этот раз я все-таки дала Даилуну подзатыльник. Он потер голову и пожал плечами:

– Но ведь так и есть, джедже. Я не представляю, чтобы ты вела с ним дела.

– Нам нужна информация, а у него она есть.

– Кто такой Бакара Рай? – тихо спросил Кас.

Я бы предпочла не отвечать, но Даилун наверняка им все расскажет, так что лучше самой выбрать правильные слова.

– Он мой компаньон. Работает с информацией. В том числе.

Зин устремил на Даилуна укоризненный взгляд, так похожий на жуткий Взгляд Эммори, что я усмехнулась. Мальчик сдался быстрее, чем пьяный саксонец с плохими картами на руках.

– Он гангстер из самый отпетых, уважаемый телохранитель. Работает один. Наркотики, товары, люди, информация – все, что приносит прибыль.

– Предатель, – ласково буркнула я.

– У него удар посильнее, чем у тебя, джедже, – заметил Даилун.

– А вот и нет. Смотри-ка, – я потянулась к нему, и ни один телохранитель не успел меня остановить. – Согласна, это не лучший вариант. Но я выбрала его по двум причинам. Во-первых, у Рая есть информация, которая может оказаться нам полезной. Придется ему заплатить, зато она точно будет актуальной и верной.

– А во-вторых?

– Он сказал, что у него для меня подарок.

Глава 26

Чтобы добраться до края галактики, пришлось провести в гиперпространстве почти двадцать четыре часа. Большую часть этого времени я пыталась заснуть – после того как посмотрела съемку казни матриархов. О ней трубили на всех новостных ресурсах, и я довольно быстро нашла парочку не столь уважаемых каналов, куда попали записи, полученные из Индраны. Фанин провел какой-то карикатурный суд, причем публичный, обвиняя матриархов в сговоре с саксонцами с целью убийства императрицы. Вынуждена признать, что сделано было неплохо. В ложь вплели как раз нужное количество правды и напустили правильную дозу тумана – человек со стороны никак бы не разобрался, что случилось на самом деле.

Саксонцы, разумеется, все отрицали. Поначалу Фанин, конечно, принял их помощь, но сейчас он подставлял их так ловко, что им бы гордился любой мошенник с Южного Амстердама.

Матриархов это не спасло. Одна за другой они выходили из тронного зала, и Уилсон без дальнейших церемоний стрелял им в голову. Несколько женщин тихо плакали, остальные шли на смерть молча. Матриарх Максвелл успела крикнуть: «Да здравствует императрица! Да здравствует Индрана!»

Я прерывала просмотр дважды, но все же заставила себя досмотреть. Потом я напилась и вырубилась. Мне снились лица матриархов, казненных Фанином, и какой-то хаос. Когда Кас открыл дверь моей каюты, я проснулась, хватая ртом воздух.

– Ваше величество?

– Все в порядке, – прохрипела я, скатившись с койки, и поползла к раковине в углу. Кас помог мне встать и поддерживал, пока меня рвало, а потом потянулся к крану.

– Воды нет.

– Вода есть, мэм. Мы успели набрать немного перед отходом.

– Какие вы молодцы… – Я прополоскала рот и почувствовала, что вполне способна стоять на ногах.

– Иногда и я поступаю правильно.

– Ты это о чем? – Я развернулась к нему слишком резко, и мне пришлось закрыть глаза, потому что стены вокруг меня завертелись. – Ты всегда все делаешь правильно.

Он подвел меня к низкой скамейке у противоположной стены.

– Спасибо, конечно, ваше величество, но мы оба знаем правду. Мне далеко до Эммори.

Я схватила его за руку и усадила рядом с собой.

– Послушай, у тебя все отлично получается. Прежде всего я еще жива. И даже если я все время возражаю и не слушаюсь, это не значит, что я не ценю тебя как телохранителя.

– Да, мэм.

– Я серьезно. – Я взяла его за плечи и посмотрела в глаза. – Ты не Эммори, Каспиан. И это и не нужно. Ты должен быть собой.

– Есть, мэм, – кивнул он.

– Хорошо, – я отпустила его и улыбнулась.

– Даилун приготовил завтрак, мэм. На камбузе.

– Может, потом.

– Вам нужно поесть. – Он поднял меня на ноги и потащил к двери.

– Я уже жалею о своей откровенности, – вздохнула я.

– Знаю, мэм. Но все равно спасибо.

Судя по записям компьютера «Пса войны», мы вышли из гиперпространства час назад. Даилун подвел нас к самому поясу астероидов маневром, который настолько походил на то, что сделала бы я сама, что я рассмеялась. Большинство пилотов выходят из гиперпространства примерно в пяти часах лету от Мидвея. Нам же оставалось не больше часа.

Крепость Бакара Рая представляла собой три планеты, вращающиеся вокруг красного гиганта. Располагались они довольно близко к внешнему краю рукава Ориона и достаточно далеко от Земли, чтобы власти Солярианского Конгломерата не обращали на Рая особого внимания.

Пока он не слишком усердствовал с пиратством, конечно.

Судя по всему, что я о нем знала, он легко мог подчиняться вышестоящим, если его это устраивало. Ну а если нет, на него работали сотни, если не тысячи, частных подрядчиков, которые взялись бы сопровождать торговое судно Солярианского Конгломерата за долю в прибыли.

Из трех планет, вращающихся вокруг звезды под названием ИксДжиСД, обитаемой была только одна. Метко прозванная Исла де ла Вида, Остров Жизни, она служила для выращивания пищи, которую колония не могла купить.

Ближайшая к звезде планета называлась Исла де ла Муэрте – еще через несколько миллионов лет расширяющийся гигант поглотит ее. В полном соответствии со своим названием она была непригодна для жизни, ее поверхность представляла собой лужу расплавленного камня.

Санта-Пирата плыла в космосе между ними – слишком близко к звезде, чтобы на ее поверхности можно было жить, но так далеко, чтобы солнечная радиация не проникала под эту поверхность. Именно там, в огромном подземном городе, жил король контрабандистов Бакара Рай.

Сначала требовалось миновать пояс астероидов, окружающий систему. Если у вас было приглашение от Рая, то вас ждала всего лишь двухдневная прогулка по утыканному орудиями искусственному коридору. Но если приглашения не было, приходилось прокладывать курс через астероиды, а это довольно непросто, даже если вас не размажет о первый попавшийся. И это был наш с Хао вариант. Впрочем, любой желающий вести дела с Бакара Раем пользовался правом беспрепятственного прохода.

Позавтракав, я попыталась привести себя в порядок. Мы посадили корабль и вышли в оживленный порт. Даилун взял меня за руку.

– Туда.

Пока мы пробирались через толпу, я опустила голову и поглубже надвинула капюшон. Близость Зина и Каса меня успокаивала. Люди поспешно расступались перед нами, не знаю уж почему – то ли при виде прически моего пилота, то ли из-за угрюмых парней у меня за спиной.

Так или иначе, мы без всяких проблем прошли по станции и отыскали «Пентакост». Хао обнаружился в грузовом отсеке вместе с Эммори.

– Ваш корабль остается здесь, – сказал Хао вместо приветствия.

– Это почему еще?

Он засмеялся.

– Потому что если мы возьмем его, то вероятность, что Рай нас просто пристрелит, сильно увеличивается. А я предпочитаю умереть на своем корабле.

– Кроме того, ваше величество, на вашем корабле помещается гораздо меньше людей, – сказал Эммори.

– А ты все равно еще болен и со мной не пойдешь.

– Я восстановлюсь по дороге. Работа Хенны и мои чипы вылечили большую часть ран, с которыми не справилась Фазе. Остальное пройдет к тому времени, как мы доберемся до места. Без меня вы никуда не пойдете, ваше величество.

– «Пес войны» меньше, на нем легче пробраться через пояс астероидов. Хао…

– Я не собираюсь ему отказывать, ша жу. Это твое дело, – Хао покачал головой, не скрывая улыбки. Я ткнула его кулаком и посмотрела на Хенну, взглядом прося поддержки. Та пожала плечами.

– Ему лучше. Он вне опасности. Скоро выздоровеет.

– Толку от тебя…

– Я иду с вами, ваше величество, нравится вам это или нет.

– Не нравится, – прошипела я и затопала вверх по трапу.

– Мэм, – Стася протянула мне мои старые брюки, выстиранные и починенные, и ярко-голубую рубашку. Улыбнувшись, она оставила меня одну.

Я переоделась и уже складывала грязную одежду, когда вошел Эммори. Он ничего не сказал – просто прислонился к стене и скрестил руки на груди. Я приняла такую же позу и выдвинула вперед подбородок. Мне очень хотелось перестать чувствовать себя так, будто я спорю с отцом.

– Ваше величество, – начал он, – мое место рядом с вами, до самой смерти. И после нее тоже, если найдется способ.

– Я устала от людей, которые умирают за меня… – И тут все мое хладнокровие куда-то делось, а боль хлынула наружу. На лице Эммори проступило сочувствие.

– Знаю. Простите.

– Он убил их, Эммори. – Я закрыла лицо руками и села на койку. – Как я могла так в нем ошибиться? Он смотрел на их смерть вообще без выражения. Уилсон…

– Ваше величество, – Эммори взял меня за запястья (на руках у него не было обычных перчаток) и осторожно отвел мои ладони от лица, – это не ваша вина.

– Зин обвиняет меня в попытках самоубийства. Но, клянусь, об этом я не думаю! Я пытаюсь все исправить, Эммори, но не уверена, что смогу. Вокруг меня постоянно умирают люди. Я не могу обеспечить вашу безопасность, хотя обязана. Я думала, что делаю все как надо, а меня просто выманили с планеты. А Трейс? Почему я была такой наивной? Почему ничего не заметила? – Я злилась, но не на своего экама. – Я оставила их умирать!

«Ты чуть не умер, чуть не бросил меня одну».

Я не могла сказать это вслух, но Эммори в любом случае все понял. Лицо его смягчилось, он опустился перед койкой на колени и обнял меня.

– Я здесь, – прошептал он прямо мне в ухо.

– Почему я? Почему все зависит от меня? Что это за гребаная шутка вселенной – поставить на это место именно меня?

В ответ он обнял меня еще крепче, как Зин той ночью в каньоне.

– Не знаю, Хейл. Но я этому рад.

– Ты сумасшедший! – Я со смехом отпрянула от него и попыталась пригладить волосы.

– Я ваш экам, ваше величество, и это не просто так. – Он встал и протянул мне руку.

– Ах, ну да…

– Расскажите мне о Бакара Рае.

– Он опасен, очарователен и непредсказуем. Во всем ищет свою выгоду, но это и неудивительно для главы крупнейшего сообщества контрабандистов в этом секторе Галактики. Он достаточно умен, чтобы поддерживать хорошие отношения с По-Сином, и у него достаточно сил, чтобы По-Син не мог легко его уничтожить.

– Насколько хорошо вы его знаете? Зин сказал, что вы называете его другом.

Уставившись в потолок, я тщательно подбирала слова.

– Ну, друг – слишком громкое слово. За прошедшие годы мы несколько раз работали на него и провели какое-то время на Санта-Пирата, но я не очень хорошо его знаю. Никто не знает. Кроме Джохара, пожалуй.

Эммори вопросительно посмотрел на меня, но я покачала головой.

– Это все, Эмми, извини.

– И зачем нам с ним встречаться?

– Он сказал, что у него для меня подарок. А Рай не из тех людей, чьи дружеские порывы можно отвергать.

* * *

Путешествие через пояс астероидов вышло непростым. Эти пять суток Хао и Даилун просто разрывались, чтобы уберечь корабль и нас всех, – пока один спал, второй вел. Один раз попробовала и я, но даже мне нелегко было уворачиваться от множества мелких обломков на незнакомом корабле.

– Приветствую вас, «Пентакост»! Далеко же вас от дома занесло…

Девушка из порта была довольно хороша собой – огромные серые глаза и радостная улыбка, – но в каждом ее жесте чувствовалось напряжение.

– Ну да, – согласился Даилун, сооружая на лице натянутую улыбку, – мой достопочтенный босс Чен Хао хочет поговорить с мистером Раем.

– Вас встретят на Г76. До этого момента не сходите с корабля. – Экран выключился, прежде чем Даилун успел что-нибудь ответить.

– Придется двигаться поскорее. – Я в несколько глотков допила чай и поморщилась от ощущения жара. – Даи, ты отправишься к Раю вместе с Касом и Хао.

– Хаи, джедже, – кивнул Даилун.

Я постаралась сдержать улыбку. Родной дед Даилуна был самым грозным гангстером во вселенной, но тем не менее в голосе пилота слышалось явное отвращение к Раю и его профессии.

– Хейл, что мне ему сказать? – спросил Хао.

– Придумай что-нибудь. Эммори, вы с Зином идете со мной. Все остальные остаются на корабле. Надо пошевеливаться. Когда появятся головорезы Рая, нас тут быть не должно.

– Ваше величество, – Эммори мрачно посмотрел на меня.

– Что? У тебя есть какой-то план?

– Вообще-то да.

Я взяла его за руку.

– Мой все равно лучше. Пошли.

Глава 27

Выбраться с корабля до появления охраны оказалось на удивление легко. Мы с Эммори и Зином спрятались в темной дальней части дока как раз тогда, когда ко входу подошли четверо в коричневом. Хао встретил их у трапа, сверкая невинной улыбкой.

Я не слышала, что они говорят, но униженные поклоны Каса и моего нового братика все мне объяснили. Наша уловка сработала, по крайней мере, на какое-то время.

Я похлопала Эммори по плечу и указала налево. Он нахмурился, но все же кивнул, и мы углубились в тень.

– Здесь пахнет серой и преступлением, – прошептал Зин, и я подавилась смешком. Мы вышли в пустой коридор, и Эммори тут же сдвинул Зина в сторону. Значит, он точно чувствует себя лучше, хоть и не восстановился на сто процентов.

Охраны в подземном городе Рая было больше, чем в моем дворце, но это совершенно не мешало особо предприимчивым личностям продавать карты и схемы тем, кто щедро заплатит. Я полагала, что это часть плана Рая, потому что карты часто оказывались устаревшими, а никто не станет так сильно все менять без особой причины.

У меня были карты двух ключевых областей: внешних вентиляционных шахт – они оставались неизменными, потому что оттуда не может исходить никакой опасности – и личных покоев Рая. Эти я не покупала. Идиотов, способных вмешаться в личную жизнь Бакара, во вселенной еще не рождалось. Я сама нарисовала этот план по памяти. Когда-то я была у Рая, а потом провела на Санта-Пирата еще неделю, исходив каждый коридор. Этого хватило, чтобы сделать карту.

Проще всего было проложить короткий путь из внешних вентиляционных шахт во внутренние, а оттуда уже к Раю. Проще всего – только мне придется лезть в пластиковую трубу, в которую еле проходили плечи Эммори.

– Ваше величество, мы могли бы…

– Все нормально, – прошептала я, глядя в темноту вентиляционной шахты и сдерживая тошноту. – Другого выбора у нас нет. – Я заставила себя улыбнуться. – Я, наверное…

– Я иду первым, – прервал меня Эммори, – потом вы, ваше величество. – Он зажег фонарик и пристегнул его к моему воротнику. – Светите туда, куда нужно идти.

Тихая уверенность Эммори в том, что я справлюсь, помогла против моей клаустрофобии гораздо лучше, чем долгие уговоры и нежности, которые предпочитал Портис. Резко кивнув, я сделала глубокий вдох и полезла в шахту вслед за ним. Зин пошел за мной, поставив на место заглушку. Я повела нас через шахты, всего раз ошибившись с поворотом и всего раз чуть не умерев прямо на месте. Запертая в узком тесном пространстве, я схватила Эммори за ногу и попыталась справиться с истерикой.

– Дышите глубже, ваше величество, – голос Эммори плыл, как дым, каким-то образом меня успокаивая. – Все в порядке, просто дышите.

Я глубоко вдохнула, стараясь поверить, что стенки не смыкаются вокруг меня, и отпустила Эммори. На меня тут же обрушился дикий ужас, но я справилась с ним еще одним глубоким вдохом.

– Отлично, ваше величество. – Одобрение Эммори избавило меня от последних страхов. – А теперь куда?

– Секунду…

Мы дошли до точки, где две мои карты сливались. Эммори ждал указания с удивительным спокойствием. Я мысленно наложила карты одну на другую и смотрела вперед, выбирая путь.

Коридор слева вел в никуда – он замыкался сам на себя и уходил в жилую часть города. Коридор справа тоже был бесполезен, в конце концов он утыкался в тупик у ресторанного квартала. Из трех оставшихся два вели примерно туда, где должен был находиться Рай, а один… Я склонила голову набок и нахмурилась.

– Эммори, посмотри-ка сюда, – я перекинула всю эту ерунду на его смати. – Почему проход перед нами обрывается в трех метрах от апартаментов Рая? Он просто утыкается в стену.

– Потому что именно он нам и нужен. Вперед! – сказал он почти сразу же. – Поверьте мне, ваше величество, – добавил он, когда я запротестовала, – я знаю, что делаю.

Я не удостоила его ответом, ограничившись приглушенным проклятьем. Эммори ничего не заметил, и я полезла за ним, а Зин держался следом за мной.

«Ни слова», – сообщение от Эммори пришло по закрытому каналу, и я чуть не врезалась в спину своего экама.

«Что случилось?» – мы с Зином задали вопрос одновременно.

«Караульная, – ответил Эммори, – два охранника. Ваше величество, нам хватит места, чтобы развернуться, но у Зина никак не получится вылезти впереди вас. Нужно все сделать быстро».

Я не стала даже тратить время на споры о том, что сзади все равно не останусь.

«Где они стоят?»

«Один у двери, второй прямо под вентиляционной решеткой. Следуйте за мной, а потом постарайтесь уйти с дороги. Зин, я займусь тем, что у двери. Если второй останется в сознании, возьми его на себя».

«Хорошо».

Вентиляционная шахта немного расширилась, и мы смогли перегруппироваться. Следуя указаниям Эммори, я переползла на нужное место. Он подождал, пока переползет и Зин, а потом кивнул нам обоим и выбил вентиляционную решетку.

Мы обрушились с потолка, проехавшись на выбитой решетке, как плазменный серфер с Онтарио. Незадачливый охранник сыграл роль волны, и я приземлилась слева от него. Эммори бросился через комнату ко второму охраннику, который забубнил что-то в коммуникатор, и тут я обнаружила ошибку в безупречном плане Эммори.

В комнате находился третий охранник, а ждать, пока выберется Зин, не было времени. Все будто замедлилось, когда юноша с расширившимися от страха глазами потянулся к пистолету. Я перепрыгнула стоящий между нами стол и ударила его ногой в голову. Красивые голубые глаза закатились, и мальчик упал на пол. Спрыгнув рядом, я обернулась и увидела укоризненный взгляд Эммори.

– Что? – прошипела я. – Он хотел выстрелить тебе в спину.

– Зин…

– Прости, она меня опередила. – Зин подмигнул мне, когда Эммори отвернулся, и одними губами прошептал: «Отлично сработано».

Я подавила смешок, заработав еще один мрачный взгляд от Эммори, и направилась к экранам на дальней стене. Кажется, мы не потревожили сигнализацию, и никто из охранников не успел подать сигнал до того, как мы их вырубили.

– Они еще живы, – объявил Зин, – нужно их связать.

– Смотри, – я указала Эммори на один из экранов. Человек с темными дредами растянулся на низком бордовом диване, закинув мускулистые руки за голову. Расслабленная поза ничего не значила: даже отсюда я видела любопытство в янтарных глазах Бакара Рая, между тем как Хао и остальные входили в комнату.

– Звук включить можно?

Я провела рукой над столом, вызывая панель управления. Несколько команд – и на всех экранах возникли покои Рая, а слова были слышны так ясно, как будто мы находились там же.

– Для меня большая честь принимать у себя одного из лучших генералов По-Сина, – говорил Рай низким глубоким баритоном, который мог стать из обольстительного жутким за долю секунды. – Не могу себе представить, что заставило такого важного человека стать курьером и насколько секретно приведшее вас дело, что вы даже не попросили у меня пропуск. А что совсем странно, Хао, так это то, что ты притащил с собой дви ныне покойной императрицы Индраны.

– Он знает Каса! – Я выругалась и схватилась за пистолет.

– Подождите, ваше величество. Посмотрим, как поступит Хао.

Я почти в ужасе взглянула на Эммори, но его глаза были прикованы к экрану.

Хао сложил ладони вместе и глубоко поклонился. Выпрямившись, он вытянул вперед руки и закатал рукава, обнажив совершенно чистую кожу.

– Как видишь, достопочтенный Рай, сейчас я не работаю на своего дядю. Он отпустил меня по личным делам, а Даилун находится в своем Путешествии.

– Мудро, – прошептал Эммори.

– Думаешь, он нас сдаст? – прошипела я.

– Я обязан всех подозревать, ваше величество. И это хорошо, если помогает защитить вас.

– Однажды это может сильно тебе навредить. Хао будет смертельно оскорблен, если узнает, что ты только что сказал.

– А я ничего и не сказал, ваше величество. Я просто оценил ситуацию и еще раз убедился в его верности. Если бы они разозлились, это бы ни к чему не привело, так что… – Он пожал плечами и вернулся к экрану.

Рай был одет в красную рубашку и свободные штаны. Вышивка на серой шелковой ткани совпадала с рубашкой по цвету. Оружия я не увидела, но и безоружным он быть не мог. Наемный головорез, стоявший возле Даилуна, нервно поежился при упоминании По-Сина.

– Ах да, Путешествие, – Рай с улыбкой посмотрел на Даилуна. – И для чего же ты его сюда привел? Я не занимаюсь воспитанием детей. А кое-кто сказал бы, что работа на меня – это серьезное падение для одного из Чен, не говоря уж о праправнуке самого По-Сина.

– Он что-то знает, – сказала я Эммори, – а сейчас просто играет. Пора и нам вступить в игру.

Эммори не обрадовался, но и спорить не стал.

– Хорошо. Держитесь за нами, ваше величество, ясно? Если начнется стрельба, прыгайте обратно сюда и возвращайтесь на корабль.

Я кивнула, решив, что не стоит тратить время на упоминание о том, что стрелять Рай вряд ли будет. Если он решит нас убить, то просто закроет комнату и пустит газ. Один раз я уже такое видела, когда какой-то идиот решил, что Рая можно шантажировать.

Мы с Портисом ждали назначенной встречи и видели все происходящее сквозь большое зеркало, прозрачное с одной стороны, – явная демонстрация со стороны Рая. Бакара вдыхал синий газ, как дым дорогой сигареты, а тот, другой, дергался в агонии на полу. Позднее Рай рассказал мне, что установил себе фильтр, уничтожающий все известные во вселенной яды. Проблема в том, что он вполне мог просто… пошутить, чтобы создать иллюзию, подчеркивающую его власть, и подкормить слухи. Хотя о нем и так рассказывали тысячи различных историй. Вообще-то они все могли быть чистой правдой. Так или иначе, после этого случая я всегда старалась держаться поближе к выходу при визитах к нему.

Дверь, ведущая в наше убежище, открылась, и вслед за Эммори и Зином я вышла в соседнюю комнату. Мы как раз услышали, как Даилун говорит:

– Моя джедже хотела бы перемолвиться с вами парой слов.

Диван Рая был повернут к двери, в которую мы вошли. Из длинного ряда окон у него за спиной открывался вид на шумную арену. В нескольких метрах от нас, у двери в коридор, стояли двое охранников с каменными лицами. Еще трое высились за спиной у Хао.

Пол из атласного дерева слегка мерцал в приглушенном свете. В комнате стояло еще несколько диванов и стол из полированной стали – казалось, что он может рухнуть в любую секунду, столько еды на нем было.

– Джедже, значит? – Рай одним плавным движением поднялся с дивана. – А вот это очень хороший шаг наверх, Даилун.

По его лицу расползлась улыбка, и, кланяясь, он не отводил от меня взгляда.

– Императрица Хейлими Мерседес Джайа Бристоль, рад видеть вас в добром здравии! До меня дошли ужасные слухи, что вы мертвы. Я рыдал как ребенок…

– В этом я совершенно не сомневаюсь.

Перед Раем вырос Эммори. Рай, даже босой, был сантиметров на двадцать выше, но моего экама это не испугало. Меня, впрочем, тоже. Я просто стояла на месте, ожидая, когда Рай подойдет ближе.

– Очень жаль, что ваш любовник погиб, хотя вынужден признать, что рад отсутствию конкуренции. Если ваш экам простит мне мою дерзость, я поприветствую вас как положено. – Он наклонился поцеловать меня.

Раздался щелчок курка, и я прижала свой «Глок» к подбородку Рая.

– Он не простит. Я тоже. – Я надавила дулом, и Рай отошел на полшага. – Следи за своим языком, Бакара Рай.

Он склонил голову набок и с улыбочкой оглядел меня.

– Или ваш телохранитель его отрежет?

– Сама отрежу. – От тона моего голоса охрана Рая нервно зашевелилась. Мои телохранители стояли молча.

– Какая интересная трансформация, – вполголоса поведал Рай Хао. – Я всегда насмехался над понятием королевской крови, но вижу, что был не прав. Из контрабандистки в императрицу и обратно за долю секунды… Не знаю даже, кто мне больше нравится.

– Но сталкиваться ты ни с одной из них не захочешь, – сказал Хао, и Рай усмехнулся.

– Портис был героем, и его запомнят героем. – Я отвела «Глок».

– Разумеется. Я вовсе не хотел оскорблять его память. – Рай щелкнул пальцами, и рядом тут же возникла девушка в паутинно-тонком платье персиковых тонов. Она протянула ему две чаши с какой-то голубой пеной, и Рай отдал одну из них мне. – Присядьте, ваше величество. Выпьем за павших. Обещаю, что это не причинит вам вреда, но не буду обижаться, если ваш экам захочет попробовать это первым.

Я позволила Эммори пригубить напиток и выбрала мягкое красное кресло справа от дивана, где сел Рай. Оттуда мне были ясно видны охранники у двери.

Рай приподнял чашу.

– За Портиса, оставшегося верным до самого конца!

Я взяла свою порцию у Эммори и чокнулась с Раем. На вкус пена была как лимонный торт. Я улыбнулась:

– Очень мило.

– Так и думал, что вам понравится. – Рай снова закинул руку за голову и вытянул длинные ноги. – Как я и говорил, у меня для вас подарок, но это еще не все, – Рай ухмыльнулся. – Еще у меня есть сюрприз. Джохар здесь. Хотите с ней увидеться?

– Я думала, ты навсегда изгнал ее с Санта-Пирата, – осторожно ответила я, употребив местоимение, выбранное Раем. Хотя когда в последний раз я видела Джохара, это явно был мужчина.

Рай пожал плечами.

– Передумал. Произошло маленькое недопонимание.

– Она в тебя стреляла.

Рай согласно кивнул.

– Ну да, это и было недопонимание. Ну что, Хейл, сейчас или никогда! – Он встал и протянул мне руку.

– Одну секунду, ваше величество.

Я посмотрела на Эммори, а потом на Рая, заметив веселье в его янтарных глазах.

– Я подожду вас снаружи, – сказал Бакара и вышел, оставив меня с моими телохранителями, Хао и Даилуном.

– Вы уверены, что это безопасно?

Я расхохоталась.

– Мы в логове контрабандистов, Эмми. Безопасность здесь – понятие относительное.

– Я имею в виду – выходить на арену. Мы не сможем контролировать целую толпу. Нужно позвать остальных…

– Нет, пусть все остаются на корабле. Не стоит сразу демонстрировать Раю все, что у нас есть. И потом, мы же будем в его ложе, а не рядом с пьяными ублюдками с верхних палуб. Это самое безопасное место здесь.

– Вас увидят, – вмешался Зин, – а вас легко узнать, ваше величество.

– Ну и что, – ответила я. – Мне нравится мысль выставлять Фанина лжецом при каждом удобном случае.

– Это опасно, джедже.

Тут я просто закатила глаза.

– Не опаснее, чем все остальное, сам знаешь. Рай – наш потенциальный союзник, – терпеливо ответила я, – и мы не должны оскорбить его или Джохар. Они могут нам понадобиться. А Рай не скажет мне, что у него за подарок, пока не будет в хорошем настроении, так что стоит ему подыграть.

Даже если подарок не слишком грандиозный, мне может понадобиться помощь Рая: как минимум – найти оружие, как максимум – людей. Мать-Разрушительница… Надеюсь, настолько плохо не будет.

Эммори наконец кивнул.

– Хорошо, ваше величество. Если вы думаете, что так будет лучше…

Я так не думала, но ничего другого в данный момент не оставалось. А с учетом того, что нам противостояло, это все равно пришлось бы сделать.

Глава 28

Когда мы вышли из апартаментов Рая в подземный город, бледное мерцание стали и мертвый серый бетон уступили место гладкому черному камню, из которого в основном состояла Санта-Пирата.

Меня мучило дикое любопытство по поводу упомянутого Раем подарка, но я не стала радовать его вопросами. Если приставать к нему, он просто замкнется в себе – именно так он устроен.

Эммори шел впереди – перед тем, как мы вышли из комнаты, он выиграл в гляделки у главы службы безопасности Рая. Неудивительно, учитывая, насколько он был встревожен. Но Камон все равно оставался силой, с которой стоило считаться, – и судя по сдвинутым бровям, сложившейся ситуации он не обрадовался.

Стены были такие гладкие, что наши отражения тащились рядом, как привидения. Я чувствовала между лопатками ледяной нож, который мог дойти до самого сердца. И любое из привидений, идущих сзади, могло воткнуть его мне в спину. Еще никогда в жизни я не ощущала близость смерти настолько остро, как после побега с Красного Утеса.

Санта-Пирата когда-то покрывали вулканы, которые много миллионов лет назад выжгли атмосферу и завалили толстым слоем пепла все живое на поверхности планеты. Быстро остывающая лава, порода, очень похожая на земной обсидиан, придавленная пеплом, превратилась в странное вещество. Его растирали в порошок и курили, это оказался один из сильнейших известных человечеству наркотиков. Я никогда этого не понимала. По-моему, проводить время, мечтая выбраться из собственной кожи, не слишком-то весело.

Рай контролировал оборот наркотика так же сурово, как и все остальные свои дела. Запасы «пиратского камня» были ограничены, так что нужно было успеть нажиться на нем, пока еще что-то оставалось.

Кроме того, я уже поняла, что он ведет все свои дела и строит подземную империю не только для того, чтобы заработать. Если человек сумел обустроить для себя целую планету, то он будет ее любить.

Любого, кто резал или царапал камень или еще как-то воровал его у Рая, немедленно казнили. А заодно и того, кто видел кражу камня, но не убил преступника. Честно говоря, это казалось мне гениальной идеей.

Кажется, это был единственный способ бороться с невероятным искушением выкурить весь камень прямо на месте. К тому же безумно дорогой наркотик был основным средством к существованию для большей части населения Санта-Пирата. Это ведь не ЛСД какой-нибудь, а удовольствие для действительно богатых людей.

Чем дальше мы заходили в людные места, тем громче кричали все вокруг. Прохожие начали указывать на меня и шептаться, и плечи Эммори напряглись.

– Даю слово, что здесь вы в полной безопасности, – прошептал Рай, когда мы пробирались через шумный базар.

Раньше мне нравилось сюда приходить. Огромные толпы людей каким-то образом отвлекали меня от мысли, что я похоронена под землей. Первые два раза Портис даже не позволил мне встретиться с Раем, поэтому я убивала время в маленьком кафе, попивая чай и наблюдая за людьми.

Здесь можно было встретить не только представителя любой из групп, населяющих Солярианский Конгломерат, но и всяких живописных отбросов общества. Я с интересом наблюдала, как трое мальчиков выудили бумажник у ничего не подозревающего господина в темно-синем костюме. Старший из троих поприветствовал Рая, и тот кивнул в ответ. Воры переведут пять процентов добычи на счет Рая. Эта маленькая дань гарантировала их безопасность, пока они не трогали местных и не попадались.

– Эммори считает, что в полной безопасности я не бываю никогда, – ответила я Раю, улыбаясь мальчику, который нахально мне подмигнул. Лет ему было раза в два меньше, чем мне.

– Значит, он плохо вас знает.

Я подавила смешок – в основном чтобы не обижать Эммори, который прислушивался к нашему разговору.

– На самом деле он прекрасно знает, на что я способна. Поэтому и нервничает.

– Сочувствую. Сложно представить другую столь же изнурительную и неблагодарную работу…

– Это зависит от того, что ты считаешь благодарностью, – сообщил Эммори, не оглядываясь.

– Я думаю, ты и сам все понимаешь, экам, – Рай ухмыльнулся Эммори. – Боги были так милостивы, что подарили мне эту жизнь. Не могу же я отказываться от их подарков…

Эммори его проигнорировал. Мы как раз миновали рынок и вошли в относительно тихий туннель, выбитый в том же блестящем черном камне. Но тишина оказалась недолгой – несколько шагов, и вокруг сразу стало шумно.

Ревела толпа на арене. Этот звук зажег искру даже в моей очерствевшей душе. Портис никогда не позволил бы мне выйти драться – теперь я понимала почему. Но мне всегда этого хотелось, хотелось настолько, что мы спорили об этом снова и снова. Я не смогу объяснить, зачем мне это надо, даже под дулом пистолета. Может быть, та же сила влекла меня и на военную службу. Что-то в моей крови или в душе.

Толпа слева немного раздвинулась, я увидела знакомый профиль и с проклятием отпрянула в сторону.

– Ваше величество! – Эммори ухватил меня за руку, не успела я и двух шагов сделать. Толпа снова сомкнулась, спрятав угловатое золотистое лицо и необыкновенно синие глаза Биалриарна Малика, бывшего экама моей матери.

– Ты его видел?

– Кого?

– Биала, – прошептала я. – Эммори, я…

– Ваше величество, – с нажимом произнес Эммори, – даже если вы его и видели, погнаться за ним прямо сейчас мы не можем.

– Даже если?

Только любопытный взгляд Рая не позволил мне ударить Эммори. Вместо этого я нашла в своем смати запись, запустила ее и отправила экаму. И что он теперь скажет? Он выругался и взглянул на Зина, который тут же кивнул и смешался с толпой.

– Даилун, иди с ним, – велела я, и мой новый пилот последовал за Зином, не задавая лишних вопросов.

– Я могу чем-то помочь? – спросил Рай.

– Нет, – ответили мы с Эммори одновременно.

Рай посмотрел на нас, не особенно скрывая, что все понимает, и махнул рукой.

– Схватка Джохар вот-вот начнется. Опаздывать не советую, потому что они редко длятся долго.

При виде арены я, как всегда, задохнулась от восторга. Она была великолепна. Рай называл ее памятником темным сторонам нашей натуры – жестокости и жажде крови, свойственным человеческой расе. В первый раз я сочла это излишне претенциозным и сообщила ему об этом. Он не удостоил меня даже взглядом и молча провел на арену. Это оказалось эффективнее всего: больше я уничижающих комментариев не отпускала.

Арена на Санта-Пирата была известна всей Галактике. Здесь люди сражались за деньги, за славу или в качестве наказания. Смати мог сообщить точные размеры этого места, но какое-то там количество метров и число сидений никак не готовило к виду бесконечно огромного пространства. Вырезанные в камне ярусы тянулись на несколько километров. Происходящее на арене было едва различимо с верхних рядов, но все транслировалось на экраны, вмонтированные в стены или плавающие в воздухе.

Мы сидели внизу, на привилегированных местах, в широкой ложе с креслами и столами, так близко к арене, что видели брызги крови и чувствовали запах пота. Меня усадили в кресло, Хао пристроился рядом, Эммори встал прямо за мной, а Кас маячил у двери. Рай сидел по левую руку от меня и что-то тихо говорил тут же появившейся девушке. Она приняла у него заказ и исчезла.

– Полагаю, вы проголодались? – спросил Рай. – Джохар психанула, когда ей сказали, что меня пока нет, – он закатил глаза, – так что у нас есть еще пара минут. Когда она успокоится, начнется схватка. Я бы…

Он осекся и выбросил вперед руку так быстро, что я дернулась. К счастью для Рая, Эммори владел собой лучше. Рай извинился передо мной и показал камеру, которая только что вплыла в ложу.

– Учитывая обстоятельства, думаю, что вы предпочли бы не афишировать свое присутствие здесь? Я велел убрать с рынка все камеры новостных каналов, когда мы вышли. Убрать их отсюда довольно сложно, но вполне осуществимо.

– Да нет, оставь, – улыбнулась я.

– Ваше величество, они узнают, что мы здесь, – сказал Эммори.

– Ага, – я посмотрела на Рая.

– Я даю вам слово, что здесь вам ничто не угрожает.

– Мне нужно кое-что передать моим врагам, и я могу начать отсюда, только если ты не предпочтешь держаться подальше от этой войны. В этом случае мы уходим.

Я поднялась из кресла, но Рай остановил меня, положив руку мне на плечо. Эммори зашипел очень тихо, но Рай все равно посмотрел на него. Руку он убирать не стал, так что я отодвинулась сама, чтобы не мучить телохранителей.

– Я не хочу создавать тебе проблемы, Рай.

– Не вижу ничего, с чем бы мы не могли справиться, – он улыбнулся. – Чего бы вы ни пожелали, ваше величество, я с удовольствием исполню вашу просьбу.

– Отлично. Тогда пусть снимают, – я тоже ему улыбнулась. – И если ты еще раз ко мне притронешься, Рай, то в новостях покажут, как Эммори вытирает тобой пол. Ясно?

Он непонимающе заморгал, а потом радостно расхохотался.

– Ясно, ваше величество!

Он встал и отвесил изысканный поклон, с каким бы справились не все мои придворные.

– Дамы и господа, перед началом схватки я хотел бы представить вам свою гостью. – Усиленный голос Рая раскатился над ареной. – Ее императорское величество Хейлими Мерседес Джайа Бристоль!

В наступившей тишине и муха бы не пролетела незамеченной. Я посмотрела на Эммори, поднялась и подошла к Раю.

– Благодарю, – сказала я. – Жители Индраны, как вы можете видеть своими глазами, я жива, несмотря на то что премьер-министр Фанин утверждает обратное. Как и многие другие до него, он узнал, что убить меня непросто, – я грустно улыбнулась, – а скоро он узнает и цену этой ошибки. Сейчас, когда нам нужно объединиться, Эха Фанин и его прихвостни пытаются нас разделить. Без всякого сомнения, они не думают ни о вас, ни о судьбе Индраны. Возможно, Саксонский Альянс не виновен в событиях на Красном Утесе, но он в ответе за все наши недавние проблемы. Я слышала об этом от их короля лично… Держись, мой народ! Борись против тех, кто хочет уничтожить Индрану! Скоро я вернусь домой, и правосудие восторжествует!

Я кивнула, и окна ложи потемнели, закрывая нас от камер и становясь односторонне прозрачными. Толпа взорвалась криками.

– Четко, драматично и даже страшновато, – оценил Рай. – Отличная работа, ваше величество.

Я села и закинула ногу на ногу.

– Я зла, Рай! Я потеряла многих хороших людей на Красном Утесе только потому, что эти идиоты решили поиграть в императора.

И тут объявили о появлении главных бойцов сегодняшнего дня. Наклонившись вперед, я впервые увидела Джохар. По крайней мере, впервые в этом теле.

Я уже подозревала, что она может менять пол, – благодаря неаккуратному обращению Рая с местоимениями. Для Джохар мелочи вроде пола ничего не значили. Я не знала, в каком теле она родилась, да и какая разница? Зато я была уверена, что она может быть верным другом, если захочет, отчаянным бойцом, которого я предпочту иметь на своей стороне, и гениальным стратегом.

Когда прокричали ее имя, Джохар вышла на черный песок арены. Ростом она была не ниже Рая. По тонким рукам вились широкие черные полосы затейливых татуировок. Волосы у нее тоже были черные, а вот кожа – белая, как снег.

Толпа радостно завопила, и я бросила взгляд на ближайший экран, чтобы разглядеть лицо Джохар. Ледяные голубые глаза, такие же, как всегда, казалось, видели меня насквозь. И тут она улыбнулась так, что ее суровое лицо осветилось, и посмотрела на своего противника.

Он был выше и сильнее Джохар, но это не имело никакого значения. На ее стороне были скорость и страстное желание разорвать его на куски. Они поклонились в сторону ложи Рая, а затем друг другу. Зазвенел гонг – так, что у меня кости заныли.

Джохар рванулась вперед в мгновение ока. Левым локтем она врезала противнику в челюсть с такой силой, что я слышала удар со своего места. Его голова запрокинулась назад, открыв горло.

– Что ж так быстро-то? – буркнул Рай.

Он был прав. Второго удара Джохар я даже не заметила – ее противник просто осел на песок. Толпа бесновалась. Джохар небрежно, почти томно махнула рукой и отошла в сторону.

– А она стала еще лучше, – прошептала я Раю.

– Она сказала, что прежнее тело слишком медленное, – ответил он. – Я немного по нему скучаю, но понимаю, о чем она. – В его голосе звучала гордость, а это явно случалось не слишком часто.

Рай покачал головой и дважды щелкнул пальцами. Шум арены утих, и в ложе воцарилась тишина.

– Начнем с подарка, пожалуй. А перед ужином я дам вам отдохнуть.

– Ты как-то слишком радуешься, – ответила я.

– Да брось, не каждый день старые друзья встречаются заново. А то, что здесь оказались вы оба, – это вообще редкостная удача.

Двери у нас за спиной открылись. Когда охрана Рая ввела в ложу высокого парня с орехового цвета кожей, у меня даже челюсть отвалилась. Он весь был покрыт синяками и ссадинами, а его руки были скованы за спиной.

– Вэйша? – ахнула я. За минувшие годы я провернула с этим контрабандистом несколько дел, и мы недурно ладили. Да что там, отлично!

Серые глаза Вэйши пылали яростью, и он все пытался хоть как-то загородить девочку рядом с собой.

– Рай, тварь паршивая, я из тебя хребет по кусочкам вырву! Ты не представляешь, во что влез…

– Рай, что за хрень? – спросила я. Единственная причина, по которой он мог счесть Вэйшу подарком для меня, – если тот принимал участие в заговоре. Я выбралась из кресла и потянулась за пистолетом. Эммори держался рядом со мной, а когда Хао и Кас тоже молча встали, в ложе повисла неловкая тишина.

Вэйша распахнул глаза и коротко вскрикнул, кажется, от облегчения.

– Слава Шиве! – выдохнул он. – Ваше величество, вы живы!

Злобный смешок Рая отвлек меня от старого приятеля.

– Расслабьтесь, ваше величество, все в порядке. Не хотелось бы, чтобы здесь стреляли, я только недавно сделал ремонт. Прежде всего вот за эти раны я не отвечаю, – он указал на Вэйшу. – И, по-моему, кое-кто из Саксонского ударного корпуса выглядит еще хуже. А в наручниках он потому, что никак не успокаивался и не хотел меня выслушать – а мне нужно было гарантировать его безопасность. Да и ему сложно будет убить вас, пока вы под моей защитой.

– Ваше величество! – Девочка, стоявшая рядом с Вэйшей, вышла вперед и оказалась не девочкой, а очень маленькой женщиной. Она сделала элегантный реверанс, хотя с ее грязной рубашкой и покрытыми кровью штанами он сочетался плохо. – Рада видеть вас в добром здравии.

– Кто вы? – не удержалась я, и Рай выругался.

– Ну ладно, Джия. Что уж теперь… – Рай махнул рукой. – Ваше величество, позвольте представить вам вашу верную слугу, губернатора Канафи Малой, Джию Ли Ашвари.

Глава 29

Я не поверила своим ушам, но мой смати подтвердил, что я действительно это слышала.

– Етит-твою… Губернатор, я не думала, что мы встретимся так скоро. Вы должны были ждать нас на Красном Утесе.

– Мы направлялись туда, когда на вас напали. Пришлось изменить планы, – Джия улыбнулась разбитыми губами. – Мы не ожидали, что окажемся здесь.

Я посмотрела на Рая.

– Если Вэйша не представляет собой угрозы, то почему он до сих пор в наручниках?

Рай щелкнул пальцами, и его охрана расковала Вэйшу.

– Веди себя хорошо, парень, – предупредил Бакара, – и не сердись на эту ерунду. Ты сам знаешь, что если попытаешься вырвать у меня хребет, Джохар рассердится. Мне нужно было убедиться, что ты не попытаешься убить императрицу прямо здесь. Такая публичность вредна для бизнеса.

Вэйша посмотрел на Рая с глубочайшим презрением, а потом перевел взгляд холодных серых глаз на меня.

– Ваше императорское величество, – он опустился на колено.

– Да ну тебя, Вэйша, – застонала я.

Игнорируя Эммори, я помогла Вэйше встать на ноги и обняла его. Он вздрогнул, причем явно не только из-за ран, и вырвался. Я закатила глаза.

– Раньше мы были друзьями.

Вообще-то даже больше чем друзьями, но я решила, что лучше не усложнять ситуацию и не признаваться в этом вслух.

– Тогда вы были контрабандисткой, ваше величество, – он криво улыбался и смотрел на Рая через мое плечо. – Нам нужно поговорить наедине.

– Я велел приготовить вам комнаты. Камон покажет дорогу. Ваше величество, если вы захотите присоединиться к нам за ужином, Джохар это оценит.

– Спасибо, непременно, – я кивнула, и это движение показалось мне на удивление царственным. – Как насчет врача для Вэйши?

– Его уже вызвали. Фариан у нас нет, по очевидным причинам. Врач будет ждать в ваших комнатах. – Рай еще раз изысканно поклонился. – Ваше величество…

У нас была своя фарианка, но она так и не пришла в сознание. С каждым днем это беспокоило меня все сильнее.

– Увидимся за ужином, Рай, – сказала я, хотя на самом деле хотелось предложить ему шевелить задницей, пока я его не пристрелила. – Хао, вернись на корабль и приведи остальных. Пусть Стася, Гита и Индула останутся с Фазе.

Хао коротко кивнул и ушел. Никто больше не сказал ни слова, пока Камон вел нас прочь с арены к приготовленным нам роскошным комнатам. Я подождала в коридоре с Касом, пока Эммори все не осмотрел.

Деревянный пол блестел в мягком приглушенном свете. В первом помещении стояло множество диванов разных оттенков серого, а стол у широкого камина уже уставили фантастическим количеством закусок. Дальняя часть комнаты терялась в полумраке. На экраны от пола до потолка проецировались фотографии какого-то пляжа.

Как только закрылась дверь, я набросилась на Вэйшу:

– Что, во имя Матери, происходит? Не то чтобы ты мне не нравился, Вэйша, но ты, кажется, не состоишь на государственной службе. Как, ради пламени Нараки, ты оказался рядом с губернатором? Каспел отправил за ней оперативника.

– Ваше величество… – начала Джия, но Эммори перебил ее:

– Подождите секунду, а потом мы продолжим этот разговор.

Они с Касом прошлись по комнатам, быстро и слаженно осматривая все в поисках подслушивающих устройств.

– Вэйша, сядь уже, пока не помер, – велела я.

– Я в порядке, ваше величество… – Покачав головой, он потерял равновесие, а у Джии явно не хватало сил, чтобы удержать такого крупного мужчину.

Эммори прыгнул вперед, прежде чем я успела сделать хоть шаг, и посмотрел на меня с такой яростью, что я даже отступила. Он подхватил Вэйшу под мышки и оттащил к дивану.

– Не утруждай себя, экам. Я верен императрице. – Голос Вэйши хрипел от боли. Он бессильно уронил голову на темно-серый диван. – И в любом случае у меня не хватит сил причинить ей вред. Я видел ее в драке. Дайте мне минуту… Этот саксонский ублюдок кое-что умел. Я совсем ослаб…

– Он действительно вам верен, ваше величество, – прошептала Джия, – может быть, даже больше, чем я. Он ни разу не упомянул, что знаком с вами.

Она села рядом с Вэйшей и положила руку ему на колено. Не открывая глаз, Вэйша накрыл ее ладонь своей, и я с улыбкой отвернулась. Что бы тут ни происходило, мой старый друг, кажется, обрел свое счастье. Надеюсь, надолго.

– Ваше величество?

Я посмотрела на Эммори.

– Чисто?

– Насколько это вообще возможно, – он пожал плечами. – Никаких «жучков» я не обнаружил, камер тоже, но это еще ничего не значит. Наши ресурсы сейчас ограничены.

– А эти двое? – я ткнула пальцем в сторону дивана.

– Она – губернатор Ашвари, – Эммори кивнул, – это я могу удостоверить. А контрабандист – именно тот, за кого себя выдает, Вэйша Истрел, бывший гражданин Империи, в розыске за семь тяжких преступлений и за мелкие… Дня не хватит, чтобы все перечислить.

– Имей в виду, Эмми, что в кое-каких из этих преступлений я тоже участвовала, – я улыбнулась. – Учитывая то, что он сделал для губернатора, мы можем подумать об амнистии.

– Я стараюсь не думать о вашем прошлом, ваше величество. Мои сканеры могут только подтвердить их личность, но не верность вам.

– Тогда послушаем, что он скажет.

Я обошла Эммори, чтобы присесть на диван напротив Вэйши, и тут поняла, что беспокоит моего экама. Его вера в собственное знание людей была подорвана, как и моя. Мы оба считали Фанина всего-навсего незначительным политическим игроком… и теперь за это расплачивались.

Я решила отложить это открытие на потом. Все равно поделиться им со всеми вокруг не получится. Я села напротив Вэйши и Джии, положила руки на колени и принялась изучать их обоих. Джия коротко взглянула мне в глаза и тут же отвела взгляд. Ее излишняя почтительность меня немного бесила. Вэйша разлепил один глаз и усмехнулся.

– Даже я слышу, как у тебя колесики в голове вертятся, Кресс… ваше величество… Когда ж я эту хрень запомню, – последние слова он прошептал себе под нос и тут же посмотрел на Эммори. – Простите меня, экам, я не хотел грубить. Мы с императрицей были друзьями задолго до того, как я узнал, кто она.

– Прости, что мне пришлось тебе врать, – сказала я.

– Боюсь, я тоже не был с вами полностью честен, ваше величество, – продолжил Вэйша. – Мое настоящее имя – Накула Орлеон. Я из Имперской службы галактической безопасности.

Мой смати подтвердил эти слова, как только Накула их произнес, убрав все щиты и показав мне и моим телохранителям подтверждение своей настоящей личности. Эммори напрягся, вместо того чтобы расслабиться. Джия замерла, когда он вытащил пистолет и направил в грудь Вэйши. Кас последовал его примеру и подошел поближе ко мне.

– Расслабьтесь, – прошептала я.

– Я тот оперативник, о котором говорил директор Ганедж. Я был на Канафи по делам. Он приказал мне спасти Джию от саксонцев. Как видите, у меня получилось. Я пытался вывезти ее с планеты и доставить на Пашати, но у нас на хвосте повис ударный корпус саксонцев, и они чуть не отобрали ее назад.

– Ему пришлось спасать меня дважды, – сказала Джия.

Могу поклясться, что высокие скулы Накулы при этих словах покраснели. Он сдвинулся на край дивана.

– Я попытался, но Джию не нужно спасать. Мы бежали и получили от директора распоряжение двигаться на Красный Утес. Когда все взорвалось, она наставила на меня пистолет и спросила, кому я верен на самом деле. Я сказал ей то же самое, что тебе, Кресс… – он замялся, не в силах забыть мое старое имя, и неуклюже опустился на колено, – ваше величество. Я верен вам, я всегда был верным слугой трона Индраны. И более того, я знаю вас, ваше величество. Я знаю, на что вы способны, и в этой Галактике нет другого человека, за которым я пошел бы с большей радостью. Если вы позволите, я хотел бы помочь вам вернуть свой трон.

У меня от этих слов даже слезы выступили. Я протянула руку и потрепала его по густой шевелюре.

– Твоя помощь принимается с благодарностью, – прошептала я, – а твоя вера в меня… Надеюсь, я смогу ей соответствовать.

Когда я убрала руку, Накула поднял голову и улыбнулся:

– Конечно, сможете.

Дверной колокольчик возвестил возвращение Зина и избавил меня от неловкого ответа.

– Получилось? – спросила я, кидаясь к двери.

Зин покачал головой.

– Он исчез, как привидение. Даилун решил поискать получше, и мы разделились. Если Биал еще не ушел с Санта-Пирата, мы можем попросить Рая…

Он осекся, когда мы с Эммори одновременно покачали головами.

– Я не хочу быть перед Раем в долгу… больше необходимого. Как по-твоему, что Биал здесь делает?

– Не верю, что это совпадение, – сказал Эммори. – Как только я получу доступ к закрытой линии, тут же свяжусь с Уинстон, чтобы узнать, где они с Пехе сейчас.

Сыщики, отправленные за Биалом, потеряли его след незадолго до того, как мы улетели на Красный Утес. Если они снова его нашли, может быть, они где-то здесь.

– Если свяжешься с ними, скажи, что мы готовы выдвигаться на встречу с адмиралом Хассан, – согласилась я. – Я поговорю с Хао, чтобы его люди тоже приглядывали за Биалом. Их сложнее заметить, чем пару сыщиков.

Снова зазвенел колокольчик, и Зин открыл дверь, впустив врача для Накулы. Вскоре вернулся Хао вместе со всеми остальными. Услышав о Накуле, он только фыркнул с отвращением.

– А больше тут преступников нет? Если я стану параноиком, это будет твоя вина, ша жу.

Я показала ему язык и подошла к экранам в дальнем конце комнаты. Бирюзовая вода и пальмовые деревья казались до дрожи реалистичными. Я почти чувствовала соленый ветер.

– Ваше величество, – улыбнулась Альба, и я обняла ее, – как хорошо, что с вами все в порядке!

– Как твоя рука?

– Почти зажила, – она пошевелила пальцами. – Если я вам нужна, то я уже в строю.

– Уверена, мы придумаем для тебя занятие.

– Ваше величество, – голос Джии перекрыл шум прибоя, – я могу подтвердить, что корабли на верфях Канафи Большой были еще целы неделю назад.

– Саксонцы их не уничтожили? – Я резко развернулась и посмотрела на нее. Она стояла рядом с Касом, слишком далеко от меня, чтобы представлять какую-то угрозу. Руки она мирно сложила перед собой.

Корабли проекта «Ваджраяна» были отлично вооружены, на них стояли усовершенствованные двигатели Алькубьерре – Уайта. Но в заблокированном состоянии они представляли собой просто мертвый груз – саксонцам стоило их взорвать и закончить на этом.

Джия улыбнулась.

– Они все еще надеются добыть у меня коды. Но я лучше отдам коды вам.

Я протянула ей руки. Джия прижала ладони к моим и передала информацию о кодах по смати. У меня уже начал зарождаться план. На милом личике Джии отразилось облегчение.

– Что еще вы мне расскажете? – спросила я.

– Поскольку саксонцы не могут разблокировать корабли, вместо этого они пытаются разобрать и проанализировать некоторые механизмы, – объяснила Джия. – Подозреваю, что скоро они смогут использовать их на своих собственных кораблях. – Она зябко потерла ладони и оглянулась через плечо на Накулу, который сидел рядом с врачом. – За нами идет команда Саксонского ударного корпуса, ваше величество. Их возглавляет капитан Хьюм. Он догнал нас на Мидвее, и мы сумели сбежать только потому, что я сдалась полиции.

Я фыркнула, напугав Джию.

– И они отвели вас к Раю, как только узнали, кто вы. Отличная идея.

– Хьюм опасен.

– За нами тоже гонится ударный корпус, – отмахнулась я, – мы с ними справимся. Кас, передай Эммори, что мне нужно с ним поговорить.

– Мэм…

– Кас, пожалуйста. Я ее могу пополам разорвать, а учитывая все, что они пережили, чтобы передать мне эти коды, можно утверждать, что они на нашей стороне, – я указала на Джию, которая прикусила губу, напрасно пытаясь скрыть улыбку. – Кроме того, Зин и Иза стоят в двух метрах. Если что-нибудь случится, они придут мне на помощь секунд за десять. – Я легонько подтолкнула его. – Иди уже.

– Ваше величество, что мы будем делать теперь? – спросила Джия.

Я помахала Кисе.

– Вы пойдете с Альбой и Кисой и приведете себя в порядок. Если я хоть что-то знаю о Рае, а я хорошо его знаю, в ванной приготовлена одежда. Потом мы поужинаем, выспимся, а с утра начнем думать.

– Спасибо, ваше величество. Можно мне сначала поговорить с Накулой?

Она без запинки произнесла его настоящее имя, и я с трудом сдержала улыбку.

– Потом, Джия. И спасибо вам за все.

Она присела в реверансе – идеальный политик, несмотря на странные обстоятельства, – и позволила Кисе увести себя.

* * *

Джия и Катерина присоединились ко мне за ужином вместе с Хао, Эммори и остальными телохранителями, кроме двух. Я угадала – Рай позаботился об одежде для губернатора и всех прочих.

Джохар пробормотала что-то и бросилась мне в объятия, прежде чем Эммори успел ее остановить. Я обняла ее, жестом остановив экама, пока он не сделал что-нибудь оскорбительное – например, прикоснулся к ней без разрешения.

– Ты лгала! – Она отпустила меня и затрясла головой. – Я страшно разочарована.

– Это было необходимое зло. Простишь меня?

Джохар улыбнулась, и ее татуировки из алых стали синими, а потом снова черными.

– Прощаю, я ведь просто дразнюсь. Лгать полезно для души. Бакара сам готовил ужин и очень за него беспокоится.

– Джохар, умолкни. – Рай улыбнулся и отодвинул стул, стоящий во главе длинного стола. – Ваше величество, прошу вас.

– Если ты не посадишь его рядом, он будет просто стоять у меня за спиной, – прошептала я, усаживаясь.

Рай сердито взглянул на меня, но все же указал на следующий стул:

– Экам?

Потом он усадил всех остальных, мрачно посмотрев на Джохар, которая с широкой улыбкой завладела стулом по другую руку от меня, и сам сел на свободное место. Он хлопнул в ладони, и слуги уставили стол подносами с едой. Все они оказались опытными и сначала предлагали блюда Эммори, чтобы он мог проверить их, а потом уже передать мне.

– За императрицу Индраны! – Рай поднял бокал, и остальные повторили тост за ним.

Мы приступили к еде.

– Катерина, расскажите мне об Индране, – Джохар улыбнулась матриарху, и та улыбнулась ей в ответ.

– Что бы вы хотели узнать?

– Все!

За ужином не смолкал поток забавных вопросов и наблюдений, а после десерта я откинулась на спинку стула и стала играть маленькой чайной чашкой.

– Рай, во что мне обойдется твоя помощь?

Все моментально замолкли, а он нахмурился.

– Это зависит от того, какая помощь вам потребуется, ваше величество.

– Я пока и сама не знаю. А сколько стоит обещание помочь?

Рай повел плечом и назвал цифру, из-за которой все, кроме меня, вздрогнули. Даже Джохар возвела очи горе и дала Раю легкий подзатыльник.

– Как грубо!

– Это бизнес, моя дорогая, – ответил Рай.

– Она наш друг.

– Крессен Стоун была моим другом, Джо. А это императрица Индраны.

– Как я устала это слышать, знал бы кто… – Я пристально посмотрела на него. – Я тот же самый человек, Рай, и мы оба это знаем. Так что давай без всех этих дерьмовых отмазок. Если ты не хочешь мне помочь, так и скажи.

На секунду мне показалось, что я зашла слишком далеко и действительно его оскорбила. Но в конце концов он протянул мне руку.

– Вы правы, ваше величество. Прошу прощения за свою грубость. Конечно же, я помогу вам. Разумеется, мне нельзя забывать интересы своего бизнеса, но вы будете на первом месте. Это приемлемо?

– В достаточной степени. – Я отпила глоток чая. – Тогда я скажу тебе, что мне нужно прямо сейчас. Информация о человеке по имени Уилсон.

Рай молча протянул руку, и я пожала ее, получив те крохи информации об Уилсоне, которые у него были.

– Посмотрим, что я смогу сделать, ваше величество.

– Спасибо, – я отодвинула стул и встала. – Великолепный ужин. Надеюсь, ты не сочтешь за грубость, если мы пойдем отдыхать?

– Конечно, нет. Думаю, вы все очень устали, – он улыбнулся. – Доброй ночи, ваше величество, поговорим утром.

– Крессен, твоя Империя просто невероятна. Надо мне туда съездить! – Джохар с улыбкой посмотрела на Катерину. – Будет так весело!

– В любое время, – ответила я, чувствуя, как губы расползаются в улыбке. Когда я вернусь домой, этой Империи действительно потребуется встряска.

«Ваше величество, Фазе очнулась», – сказал Эммори по закрытому каналу.

– Иза, ты не проводишь Катерину в наши комнаты? Хао, иди с ними.

– А ты куда? – поинтересовался он.

Я не ответила, последовав за Эммори в другую сторону. Мои телохранители шли сзади.

* * *

– Ваше величество.

– Фазе. – Я присела на край койки и взяла фарианку за руку. Она была так бледна, что сквозь кожу ладони виднелись синие венки. – Как я рада, что ты очнулась!

Слабая улыбка промелькнула на ее лице.

– Хотела бы я сказать то же самое, мэм.

– Я знаю, Фазе. Прости. Я не могу даже понять, как ты…

– Не надо, пожалуйста, – она вздрогнула, – не благодарите, мэм.

Мы с Эммори обменялись тревожными взглядами над ее головой, а я неуклюже похлопала ее по руке и встала.

– Отдохните, сержант.

Эммори занял мое место, рядом с ним сел Зин. Стася, Гита и Хенна вышли вслед за мной. Я подождала, пока дверь закроется, и попросила:

– Расскажите мне все.

Хенна пожала плечами.

– Физически она здорова, Крессен, но я не специалист по фарианам.

– Что-то ее беспокоит, мэм. – Стася оглянулась на распростертую на подушках фарианку. – Боюсь, она думает, что сделала что-то ужасное, когда спасла Эммори.

– Что-то противозаконное? – Я не очень хорошо разбиралась в сложных религиозных догмах, которыми руководствуются фариане. Убийство с применением их способностей каралось смертью, но я не знала, относится ли это к воскрешению.

– Не знаю, мэм, – горничная покачала головой. – Знаю только, что она сама не своя. Надо бы приглядеть за ней.

– Хорошо, вы с Кисой останетесь с ней. Зовите, если у вас возникнут сомнения, даже самые мелкие. Гита, ты идешь со мной.

– Да, ваше величество.

Я улыбнулась и потрепала Стасю по щеке.

– Выше нос, все будет хорошо!

– Да, ваше величество.

Между тем Эммори встал и поцеловал Фазе в лоб. Зин последовал его примеру. В коридоре мы все встретились, молча вышли из медицинского отсека и так же молча проследовали по коридорам Санта-Пирата.

Даилун ждал у двери в наши комнаты, прислонившись к стене и поигрывая кредитным чипом. Увидев нас, он откинул капюшон и низко поклонился.

– Он хорош, джедже, настоящий гуи. Я дал его фотографию нескольким членам воровской корпорации, велев докладывать мне, если они его увидят. Я правильно понимаю, что он нужен тебе живым?

– Да. Не убивай его и скажи им тоже его не трогать. Он опасен. Не хочу, чтобы эти детки пострадали.

Даилун сверкнул ослепительной улыбкой.

– А ты не такая жестокая, как о тебе говорят, сестренка.

– Не надейся. Он мне нужен живым, чтобы задать пару вопросов. – Я похлопала его по плечу. – Отдохни, Даи. Увидимся утром.

Он кивнул, вновь надвинул капюшон на лицо и пошел по коридору. Эммори вместе с остальными телохранителями осмотрел комнаты. Когда я вошла, Хао встал.

– Что я пропустил? – спросил он.

– Сначала мне надо выпить. А потом я тебе все расскажу и, может быть, попрошу о небольшой услуге.

Хао закатил глаза.

– Тебе повезло, сестренка, что я тебя люблю.

– А тебе повезло, что ты нравишься Эммори, – парировала я и направилась к бару.

– Я всем нравлюсь, – Хао с улыбкой отнял у меня стакан и отпил от него.

– Кала тебя не любит.

– Она вообще никого не любит, это не считается. Налей себе и скажи уже, чего надо. – Он сел в кресло и водрузил ноги на столик. – Полагаю, дело касается экама твоей матери?

Если Хао пытался удивить меня, продемонстрировав, как много он знает, у него не получилось. Я отпила из своего стакана и немного покатала виски на языке.

– Да, пожалуй. Я хочу знать, куда он делся, Хао. Я готова заплатить…

Хао перебил меня:

– Я могу поспрашивать. Даилун уже связался с местными ворами?

– Да. Но если я хоть немного знаю Биала, он всегда будет на шаг впереди них. И это если он еще не покинул систему.

– А он покинул, если не хочет, чтобы Рай порезал его на кусочки. – Хао внимательно изучал меня, склонив голову набок. – Ты ему не говорила?

– Ему не нужно об этом знать. Это мое дело. К тому же мне не нравится его просить.

– А меня просить – нормально? – Ухмылка Хао показалась мне злой.

– Я тебе и так очень много должна, – я ухмыльнулась в ответ. – Услугой больше, услугой меньше…

Глава 30

В цитадели контрабандиста я спокойно проспала всю ночь. Никаких снов. Никаких пробуждений с колотящимся сердцем. Просто мирный долгий сон.

Мы тихо позавтракали с Альбой, Джией и Катериной. Гита стояла у двери, сложив руки на груди. Мой камергер, несмотря на больную руку, снова принялась распределять мое время, как будто мы все еще жили во дворце. Я была ей за это благодарна. И за то, что она до сих пор со мной, – тоже.

– Запасы на следующий этап пути рассортированы, мэм, – сказала Альба, ставя галочку в списке, который мы вчетвером просматривали через свои смати. – По большей части я доверила это Хао, но сама нашла на рынке продавца чая, у которого есть ваш любимый сорт.

– Напомни мне тебя повысить, когда мы вернемся, – улыбнулась я. – Есть новости о матриархе Тобин?

– Вчера после ужина мы с Накулой сумели связаться кое с кем из его сети, – ответила Джия. – Судя по всему, матриарх сумела покинуть Красный Утес и встретилась с адмиралом Хассан два дня назад. Подробности мне пока не ясны, но поскольку мы будем разговаривать с адмиралом сегодня утром, сможем задать все вопросы.

Я вздохнула, пристукнув кулаком по столу. Безопасность двух оставшихся матриархов мучила меня с того момента, как мы улетели с Красного Утеса.

– Хорошо, что можно больше об этом не думать.

– Да, мэм, – согласилась Катерина. – Мы получили сообщение от Каспела, что матриарх Хассан и ее дети сегодня рано утром укрылись у Апджа. Теперь нам известна судьба всех матриархов, кроме матриарха Десаи. Все, кто не ушел в храм, в безопасности.

Я прикоснулась ладонью к сердцу, губам и лбу. Остальные три женщины повторили мой жест, и долгую минуту мы сидели в тишине. Наконец я откашлялась.

– Что говорят в новостях, Альба?

– Ну, первоначальный шок после атаки на Красный Утес прошел, и межгалактические станции не слишком-то много внимания уделяют Индране. Я видела какие-то отдельные репортажи и немного аналитики о том, что это может значить для всего региона в целом, но и только. Правда, я не знаю, в чем причина – закрыл ли Фанин официальные новостные каналы или просто никто об этом не говорит.

По крайней мере одна из имперских станций не пережила «катастрофическую поломку оборудования» и замолчала навечно – короче говоря, Фанин взорвал здание, когда они категорически отказались перестать выступать в мою защиту.

– Солярианцы пока молчат, даже если они заинтересованы в ситуации.

– Поверьте мне, они в ней очень заинтересованы. – Я обернулась к Катерине: – Напишите, пожалуйста, три пресс-релиза. В первом опишите грубое нарушение наших прав и бессмысленную жестокость, которую обрушил на нас Саксонский Альянс на нейтральной планете во время переговоров. Во втором осудите незаконный захват власти в Индране премьер-министром Эха Фанином и его варварские убийства членов Совета матриархов.

Катерина кивнула, занося информацию в свой смати.

– А третий?

– Поговорите об этом с Джохар, она вам объяснит, как это делается. Я хочу назначить награду за голову Фанина, сорок пять миллионов. Можно взять его живым, но не обязательно.

Катерина побледнела.

– Ваше величество, Империя не может…

– Империя тут ни при чем, я плачу из собственного кармана. – Я медленно улыбнулась. – Воспользуйтесь именем Крессен Стоун, если вам так будет легче. Хоть раз в жизни используем то, что когда-то я была другим человеком.

– Да, мэм.

– Хорошо, – я постучала пальцами по столу, – тогда с этим мы закончили. Все свободны. Мне нужно поговорить с Эммори, а потом, надеюсь, мы с Накулой свяжемся с Каспелом. Джия, не могли бы вы ему это передать?

– Да, ваше величество, – ответила она с улыбкой.

Женщины ушли, оставив меня наедине с моим экамом. Я встала и принялась ходить по комнате, размышляя, как объяснить ему ситуацию с кораблями на Канафи. Не знаю, зачем я вообще беспокоилась, потому что он снова продемонстрировал, что понимает меня лучше всех.

– Мы отправляемся за кораблями «Ваджраяна», ваше величество? – Эммори вздохнул, когда я удивленно уставилась на него. – Это лучший план, который мы можем придумать. У Фанина уже есть три корабля. Я читал их описание и характеристики. Если на Канафи уцелела хотя бы половина, мы сможем разбить Второй Флот и помешать саксонцам развязать войну.

Я рассмеялась.

– Я должна перед тобой извиниться, Эмми.

– За то, что считали меня просто хорошеньким мальчиком? – Он ухмыльнулся, но тут же стал серьезным. – Прольется много крови, ваше величество. Саксонцы не отдадут Канафи без боя.

– Пусть. Я бы не отказалась хорошенько подраться.

Скрипнула дверь, и Эммори впустил Накулу. Я подошла к передатчику и вбила контакты Каспела. Накула, сев рядом, пробормотал слова приветствия.

– Ваше величество, – здоровый глаз Каспела устремился на Накулу, – доброе утро.

– Доброе утро, Каспел. Я знаю, кто это, – сообщила я, кивнув в сторону Накулы. – Коды безопасности у нас, а губернатор Ашвари жива. Он хорошо поработал, директор.

– Рад это слышать.

– Если мы выберемся отсюда, я подумаю о достойной награде для него. Возведу в рыцари, например.

Накула впал в ужас, а Каспел расхохотался.

– Отличный вариант, ваше величество. Я долгие годы пытался его повысить и вернуть на Пашати. А что вы будете делать с кодами?

– Я еще не решила. – Мне не хотелось говорить об этом, пусть даже канал связи считался секретным. – Есть новости от Клары?

– О матриархе Десаи ничего не известно, ваше величество. Прошу прощения.

– Найдите ее, Каспел, пожалуйста. – Я потерла лоб рукой. – А как Лина и Таран?

– Они прибыли около часа назад вместе с отрядом телохранителей ее матери. Сестра спрятала их, пока не появились люди Фанина, так что они сумели сбежать. Утром мы переправим их в безопасное место.

– Хорошо, спасибо. Передайте им…

Я остановилась и сглотнула, не в силах подобрать слова.

– Передам, ваше величество, – понял меня Каспел.

Еще несколько минут мы обсуждали сложившуюся ситуацию. Потом Накула ушел, а я снова вернулась к Каспелу.

– Мне нужно поговорить с Биной, если она рядом.

– Она здесь, мэм. Подождите, я вас соединю.

Экран на мгновение почернел, а потом соединение восстановилось.

– Да, ваше величество? – У лейтенанта Бины Ним были такие же эльфийские черты лица и рыжие волосы, как у Фазе, но она была намного старше, а волосы стригла совсем коротко, они едва достигали заостренного подбородка. – Чем могу служить?

– Лейтенант, у нас одна из ваших…

Я осеклась, поняв, что не знаю, как назвать Фазе. «Людей» – слишком грубо. «Земляков» – не совсем правда.

– Вы знакомы с сержантом Фазе Терасс?

– Знакома, мэм. Мы связаны, пусть и на расстоянии. – Бина нахмурилась. – Вы встревожены, ваше величество. В чем дело?

– Она довольно долго была без сознания, когда мы покинули Красной Утес. Вчера вечером она очнулась, но повела себя странно. Я беспокоюсь за нее. Мы не знаем, как ей помочь.

– Что случилось?

– В Эммори попала пуля. Фазе залатала его так, что мы смогли перенести его на корабль, но потом, когда мы снова его потревожили… он умер.

– Вы хотите сказать, что она не позволила ему умереть?

Вспомнив тревожный писк в своей голове и дикий крик Зина, я покачала головой.

– Нет. Он умер. Окончательно. Я пыталась запустить его сердце, но она меня оттолкнула и…

Бина перевела взгляд за мое левое плечо, где стоял Эммори, и в ее золотых глазах мелькнул ужас.

– Фазе вернула его, – прошептала она.

Я думала, что фариане не могут стать еще бледнее, но при этих словах лицо Бины вообще лишилось цвета.

– У нас есть примитивное медицинское оборудование, и физически Фазе в порядке. Но она сказала, что не рада просыпаться. Мы скоро встречаемся с адмиралом Хассан, а на борту «Ваджры» есть фариане, так что я…

– Она не могла вернуть его! – оборвала меня Бина. Оглянувшись, она сглотнула и опустила голову. – Простите меня, ваше величество, это редкий случай. Я свяжусь с фарианами из команды адмирала Хассан. Не разговаривайте с Фазе об этом, все будет только хуже. Подождите, пока не доберетесь до адмирала, там вас встретит моя родственница. Сами вы ничем не сможете помочь.

– Она спасла жизнь, Бина. Я не понимаю…

– Это запрещено, – Бина заговорила еще тише. – Мы не убиваем и не дарим жизнь. Мы исцеляем. Только исцеляем. Мы не можем возвращать назад мертвых. Большинство не могли бы, даже если это было бы разрешено. У Фазе кризис веры, но дело не только в этом. Ее будут судить. Ее могут забрать домой, а могут казнить.

– Что?

– Это закон, ваше величество. Да, есть смягчающие обстоятельства, и Фазе все очень любят, но я не знаю, чего ждать. – В глазах Бины показались слезы. – Скажите ей, что я ее люблю.

Я кивнула. Сердце у меня колотилось.

– Передайте директору, что я поговорю с ним позже. Спасибо, Бина.

– Позаботьтесь о ней, ваше величество. Я знаю, почему она это сделала, и мне очень жаль. Она вступила на опасную дорожку, и дело даже не в возможном смертном приговоре. Она познала такую власть, которая обычно приводит к безумию. Скажите моей абленша, я буду молиться, чтобы она выдержала. – Правой рукой Бина сотворила мудру и прикоснулась пальцем к виску.

Я посмотрела на Эммори и потерла глаза ладонью.

– Мало было нам проблем, – прошептала я.

– Мы справимся, ваше величество, – сказал Эммори. – Вы еще продержитесь какое-то время?

– Я в порядке. Мне нужно поговорить с адмиралом Хассан, а Рай хотел со мной пообедать до нашего отлета. Можешь идти.

Я указала на дверь и снова включила передатчик. Ввела адрес адмирала Хассан, который дал мне Каспел, и откинулась на спинку кресла, ожидая ответа.

– Дышите глубже, ваше величество, – сказала Гита, заняв место Эммори.

– Ваше величество… – На экране появилось лицо адмирала Хассан.

– Вы плохо выглядите.

– Вы тоже, мэм.

Я засмеялась:

– Вы справляетесь, Инана?

– Мы в порядке. Припасы заканчиваются, мэм, но боевой дух высок. В течение недели нам нужно найти безопасное место и пополнить запасы провизии.

– У меня есть идея получше, я приведу вас прямо к припасам. Отправьте мне свои координаты в зашифрованном виде. Мы уходим через несколько часов.

– Есть, мэм. Адмирал Шул привел большую часть Второго Флота на Пашати. Я приказала остаткам флота метрополии бежать при его появлении. – Она покачала головой. – Простите, мэм, но это было лучшим решением. Он заблокировал корабли «Ваджраяна», как только мы ушли из системы.

– Каспел рассказывал. Да, это оптимальный выход. Они могли бы сопротивляться, если бы не так сильно уступали числом. Но мне нужны эти корабли, адмирал. И тогда мы вернем планету себе.

– Ими командует адмирал Фон. Она направляется к нам, хотя при отступлении они получили некоторые повреждения.

– С этим мы справимся, если придется. Когда мы все соберемся, сможем тасовать людей. У меня есть коды блокировки от кораблей «Ваджраяна», адмирал. Начинайте собирать команду.

– Есть, мэм! – Ее глаза засветились.

– Инана, ваши мать и сестра в безопасности. Не знаю, успел ли Каспел рассказать вам об этом.

Глаза адмирала Хассан наполнились слезами, и она прижала к губам дрожащую руку.

– Я очень рада это слышать, ваше величество…

– Я отправлю сообщение для фариан в вашей команде. Лейтенант Бина Ним также с ними свяжется, но я хочу, чтобы они услышали это от меня.

– Хорошо, мэм. – В голосе Инаны прозвучало любопытство, но я ничего больше не сказала.

– Расскажу остальное лично.

Я отключилась и устроилась в кресле поудобнее. Разглаживая складочки на голубой рубашке, я наклонила голову и посмотрела на подошедшего Каса.

– Пойдем. Я хочу поговорить с Раем до обеда. Индула, вы с Изой упакуйтесь и сообщите Эммори, что возвращаетесь на корабль. Хао, Накула и Джия идут с нами.

Мы вышли из отведенных нам комнат. Идея, возникшая при появлении Джии, постепенно обрастала плотью. Я додумаю все остальное, когда мы встретимся с адмиралом и увидим, что за флот окажется в нашем распоряжении, но сейчас я надеялась заняться кораблями проекта «Ваджраяна».

Дверь в столовую открылась. Не успел Кас зайти внутрь и осмотреть помещение, как оттуда вышел мужчина, чуть не натолкнувшись на меня.

– Прос…

Извинение застыло на моих губах, когда я увидела саксонца с серебряными волосами, в которого стреляла на Красном Утесе.

Он схватил меня за волосы и отшвырнул в сторону, а Каса отбросил на Накулу. Я заметила вспышку металла и едва успела поднять руку, как на моей шее оказалась гаррота. Гита бросилась на него, но он встретил ее пинком, переломав половину ребер, и она рухнула на пол. Нападавший затащил меня в комнату и закрыл дверь.

– Давайте поговорим наедине, ваше величество. – Его голос походил на звон бьющегося стекла. Достав пистолет, он выстрелил в дверную панель.

Свободной рукой я ткнула его в плечо, где, по моим расчетам, была рана от выстрела. Он вздрогнул от боли, и я воспользовалась этим, чтобы прижать его к двери. Его «Винчестер-77» упал на полированный пол. Я развернулась в его захвате и дважды ударила его по почкам. Гаррота ослабла, но он двинул мне локтем в солнечное сплетение, вышибив весь воздух из легких. Он снова дернул гарроту, притянув мою ладонь к горлу. Тонкая проволока, врезавшаяся мне в запястье, явно была лучше альтернативы, и вместе с острой болью пришел адреналин. Я пнула его, почувствовав под ногой что-то мягкое, и гаррота снова ослабла. Пнув его еще раз, я скинула проволоку с головы и бросила на пол.

«Давай, детка», – послышался голос Портиса в моей голове. Я ударила снова, саксонец согнулся, и тогда я схватила его за волосы и изо всех сил двинула в лицо коленом. Ноги у него подкосились, и он рухнул на пол. Я упала рядом и треснула его в висок.

– Хейл! – Несколько пар рук оттащили меня от саксонца. – Он вырубился. – Кто-то вскрикнул, когда я ударила его локтем в живот, но устоял. – Все в порядке, все хорошо…

– Она ранена? – Рай не стал даже слушать ответ Хао, склонившись над саксонцем. – Какой позор! В моем собственном доме…

Он дважды его пнул и вытащил из-за пояса мерзкого вида нож.

– Не убивай его!

Рай косо посмотрел на меня, но остановился.

– У вас есть пятнадцать секунд, моя дорогая.

– Мне нужно больше. Он из Саксонского ударного корпуса, у него есть сведения, которые мне нужны. – Я подняла измазанную в крови руку. – А ты мне еще должен.

– Ну ладно, – Рай пнул его еще раз и отошел. – Джохар, выясни, какой кусок дерьма привез его сюда и почему портовая служба не заметила его в ту же секунду, как он ступил в доки.

Я обвисла на руках Хао и Накулы, и они аккуратно опустили меня на пол в тот момент, когда Эммори и Зин ворвались через взломанную дверь.

– С ней все в порядке, – сказал Хао Эммори, когда мой экам опустился рядом со мной на колени.

– Воды, – попросила я.

Зин взял у Альбы стакан, передал его Эммори для проверки, а потом подал мне. Я выпила до дна, закашлялась и схватилась за Хао, чтобы сесть.

– Все хорошо, – я хрипела от боли в сдавленном горле, – помогите встать.

Опираясь на Эммори, я проковыляла к лежащему саксонцу, которого уже обыскал Рай.

– Есть что-нибудь?

Бакара отрицательно помотал головой. Я оглядела кучу вещей, содранных с саксонца, обдумывая варианты. Саксонский ударный корпус морской пехоты состоял из тренированных дисциплинированных солдат – если у нас и был какой-то шанс с ними справиться, то лишь в первые минуты встречи. А если бы этот саксонец успел активировать свой энергощит, проще всего было бы выстрелить ему в сердце и извлечь из смати всю доступную информацию. А потом я заметила маленький золотой медальон среди оружия. Я подняла его и открыла, обнаружив внутри маленькую фотографию девочки с иссиня-черными волосами.

Я оглядела собравшихся.

– У нас есть шанс. Выполняйте мои приказы, а если кто-то не может, пусть лучше сразу уйдет.

Все согласились.

Склонившись над саксонцем, я била его по щекам, пока он не открыл глаза. Красивые глаза, темно-синие. Он огляделся вокруг, не в силах сфокусировать взгляд.

– Ну же, просыпайся, – я ударила его еще раз.

Он попытался уползти, но уткнулся в стену. Рай со щелчком взвел курок «Винчестера» и навел дуло на саксонца.

– Бежать некуда. – Припав на колено рядом с ним, я покачала головой. – Нужно было всех привезти с собой.

– Я думал, что справлюсь. – Он уставился на меня, утирая кровь с лица рукавом серой рубашки. – Я считал, что слухи о вас преувеличены.

– Да нет, они все чистая правда, – я пожала плечами. – Как тебя зовут?

– Капитан Эрнест.

– А имя у тебя есть? Или тебя даже мама зовет по фамилии?

Он внимательно посмотрел на меня, но глаза его выдавали смятение.

– Престон, мэм.

Что ж, он уже испытывает ко мне некоторое почтение. Саксонец был моложе меня, примерно как Кас. Девочке на фото было не больше трех-четырех лет, и она, скорее, была его младшей сестрой, чем дочерью.

– Хорошо, Престон, хорошо. Сколько команд из ударного корпуса отправили за моей головой?

Он сглотнул, посмотрел на Рая, на Эммори, снова на меня и покачал головой. Я прищелкнула языком.

– Престон, у нас есть ряд проблем. Первая и главная состоит в том, что комната полна людей, которые не очень любят тупой кусок дерьма, зовущий себя вашим королем. Видишь ли, он связался с преступниками, и они убили множество моих людей, в том числе детей. И мою семью. Моя младшая сестра умерла от эболенцы… Ты видел, как выглядят больные эболенцей? Их бьет лихорадка и озноб, их постоянно рвет, а когда блевать уже нечем, тело все равно продолжает попытки. А потом внутренние органы начинают растворяться, и человек умирает – обычно от того, что выкашливает по кусочку собственные легкие. – Я показала руками. – У тебя есть дети, Престон?

Он побелел как простыня, но промолчал.

– Как бы то ни было, так умерла моя младшая сестра. Мою старшую сестру взорвали, как и племянницу. А мою мать отравили. Сам понимаешь, я довольно-таки зла… Рай? Он злится еще сильнее, потому что обещал, что здесь я в безопасности, а ты попытался убить меня. А когда он злится, мало не покажется никому.

Медальон выскользнул у меня из пальцев и закачался у парня перед глазами. Он не отрывал от него взгляда.

– У Рая есть люди по всей Галактике. Как ты думаешь, если преступники, которых поддерживает твой король, могут заразить эболенцей принцессу Индраны прямо под носом у ее телохранителей, сможет ли человек, такой могущественный, как Рай, заразить дочь безвестного саксонского солдата?

Я передала медальон Раю, и Престон проводил его глазами.

– Вторая твоя проблема в том, что я спешу, и у меня ни хрена нет времени играть с тобой в молчанку. Честно говоря, я склоняюсь к тому, чтобы оставить тебя Раю, а не возиться самой. Особенно если ты не хочешь со мной разговаривать.

– Вы не можете так поступить. Это нарушение межзвездного закона. Она ребенок. Мне плевать, что о вас рассказывают, но ребенка вы не тронете.

– Наши государства не воюют, Престон, – напомнила я ему с нежной улыбкой. – Ты преступник, который пытался меня убить. Тебя окружают другие преступники, которые знают свою работу значительно лучше тебя. Я уже говорила, что очень зла?

Я наклонилась и посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя запах его страха.

– Сколько. Еще. Команд?

Престон посмотрел в стену, потом на меня, и я поняла, что он сломался.

– Еще две в Мидвее и остаток моей команды.

– Кто там главный?

– Был я, а теперь полковник Хьюм.

Накула, к счастью, промолчал, хотя я почувствовала, как он напрягся.

– А, полковник Хьюм… Он искал моего губернатора. – По моему лицу расплылась улыбка, и Престон громко сглотнул. – Но я нашла ее первая.

Глава 31

Мы оставили Престона под присмотром Зина и перешли в соседнюю комнату, чтобы спокойно все обсудить.

– Вы же не позволите мне порезать его на кусочки? – спросил Рай.

Я фыркнула.

– Пока он не сделает ничего идиотского.

– Он уже сделал, ваше величество, попытавшись убить вас.

– Эммори, ты правда полагаешь, что я позволю Раю его порезать?

Он мрачно посмотрел на меня.

– Просто спрашиваю. А насчет заражения его дочери я, разумеется, блефовала. Несмотря на все, что случилось, в списке людей, которым я пожелала бы умереть от этой болезни, прибавилось всего одно имя. – Я бы не отказалась посмотреть, как Фанин выкашливает свои легкие. Уилсона же я собиралась прикончить собственными руками. – Живым он мне полезнее, чем мертвым, особенно если я сумею убедить его, что он не на той стороне.

– Что вы задумали? – спросил Накула.

Я посмотрела на Хао и Рая.

– Думаю, мы должны захватить корабли Саксонского ударного корпуса целыми.

Накула рассмеялся было, но замолк, увидев мое лицо.

– Вы серьезно?

– Ваше величество, но зачем? – спросил Эммори заинтересованно.

– Они могут помочь нашим планам. Все три нам не нужны, но если будет хотя бы один, станет намного легче.

– И как же ты это провернешь, сестренка? – Хао улыбался.

– Как насчет того, что мы сделали на Толен-VIII?

– Ваше величество, при всем уважении, вы в этом участия принимать не будете. – По скулам Эммори заходили желваки. Это означало, что спорить с ним бесполезно. Честно говоря, я этого и ожидала, Иза или Киса легко смогут выполнить мою часть работы. Кроме того, я всегда думала на шаг вперед, так что запомнила эту победу Эммори, чтобы использовать ее в будущем.

– Знаю, – я кивнула. – Эммори, я говорила про план в целом. Я не стану сама участвовать.

Он с подозрением посмотрел на меня. Я улыбнулась, пытаясь выровнять дыхание и сердцебиение, чтобы скрыть свою ложь. Хотя это не совсем ложь. Я переживу, если саксонские корабли захватят без меня. Сама я собиралась заняться кораблями «Ваджраяна» и предвидела, что по этому поводу буду долго спорить со своим экамом. Рай, не замечая повисшего в воздухе напряжения, обдумал все и поджал губы.

– Дайте мне с Хао полчаса, чтобы все спланировать, Хейл. У меня есть пара козырей в рукаве, и к тому же это мой порт. Я справлюсь лучше.

– Конечно. – Я схватила Эммори и Накулу за руки, прежде чем они отошли. – Экам, вы тоже никуда не идете. Вы нужны мне здесь.

Там, где ты будешь в безопасности.

– А ты еще не в форме, – сказала я Накуле, когда он попытался протестовать. – Поговори с Джией. Мне нужно подробное описание всех войск на Канафи, чтобы передать его адмиралу Хассан, когда мы встретимся с нашим флотом.

Уходя, он оглянулся и пробормотал:

– Именно поэтому я и стал шпионом.

– А как мы поступим с капитаном Эрнестом? – спросил Эммори.

Я вздохнула и села в кресло.

– Убивать его я не хочу. Какие будут предложения?

– Он действительно может оказаться очень полезным, если мы перетянем его на свою сторону, в этом вы правы. Но объяснить ему это будет сложновато, особенно если всех остальных мы убьем.

– Не думаю, что они сдадутся, если ты об этом. – Улыбка у меня вышла ледяная. – И мне кажется, что Накула очень даже обрадуется, если полковник Хьюм отправится в Вальгаллу.

– Я хотел позволить Зину поработать над ним, – наконец сказал Эммори, улыбнувшись моему удивлению. – Вы же не думали, что он будет просто сидеть тут и приглядывать за капитаном? Скорее всего, он уже выбил из него номера банковских счетов.

Я не смогла удержаться от смеха, хотя у меня тут же заболели ребра. Прижав ладонь к боку, я покачала головой.

– Он меня пугает… Как дела у Фазе?

Эммори сел напротив меня.

– Никаких реакций, ваше величество. Стася говорит, что за последние часов десять она стала вести себя активнее, но все еще ни на что не реагирует. Я собираюсь посидеть с ней в дороге.

– Бина велела не разговаривать с ней о случившемся.

– Я знаю, мэм, но она пошла против своей веры, чтобы вернуть мне жизнь. Это меньшее, что я могу сделать.

– Хорошо, но передай всем, кто в курсе, что с ней нельзя об этом говорить. Когда мы окажемся на борту, я поговорю с фарианами.

– Я не хочу, чтобы она умерла из-за меня, – тихо сказал Эммори. В его голосе прозвучала такая печаль, что мне стало больно, и я взяла его за руку.

– Один человек сказал мне, что мы не можем помешать другим людям жертвовать собой ради нас. Я тоже не хочу, чтобы она умерла, и мы сделаем все возможное, чтобы этого не случилось. Но я не могу нарушить наши соглашения с фарианами, Эммори. Мне придется им сказать, даже если… – Я замолчала, не в силах закончить предложение.

Эммори сжал мою руку и отпустил.

– Я знаю, мэм.

* * *

Обратно на Мидвей мы летели на корабле Хао и на изящном маленьком кораблике Рая, который подозрительно напоминал прототип новейшего солярианского военного корабля.

Двое суток и шесть часов спустя благополучно прошел захват саксонских кораблей. Я слушала происходящее по коммуникатору. По приказу Рая все три корабля были заблокированы в порту, а вечером он отправил механика, чтобы отключить их.

Чтобы заручиться помощью капитана Эрнеста, мы вырубили всю его команду, отключив систему жизнеобеспечения на их корабле – но так, чтобы никого не убить. С остальными двумя кораблями мы планировали поступить так же, но полковник Хьюм о чем-то догадался, и его команда оказала сопротивление.

Все это время Накула отирался вокруг меня. Раз за разом я отказывала ему в просьбе присоединиться к Хао – его раны все еще требовали покоя. Так что мы оба слышали, как смеялся Хао, услышав вызов Хьюма драться с ним по всем правилам. Вместо этого он просто застрелил саксонца.

– Добро пожаловать в мою жизнь, – сказала я, похлопав Накулу по руке и засмеявшись, когда он посмотрел на меня.

– Но я же не императрица.

– Нет, – ухмыльнулась я, – но ты важен для дела и к тому же ранен. А еще мне нравится Джия, и совсем неохота смотреть, как она рыдает из-за того, что твою глупую задницу кто-то подстрелил.

– Я никогда не встречал такую, как она, – прошептал Накула, оглядываясь на дверь. Там Джия старательно вспоминала, какие саксонские войска видела на Канафи Малой. – Если бы ее видели, ваше величество, когда…

– Зови меня Хейл. Шива всемогущий, все эти титулы так странно звучат из твоих уст! Хотя бы наедине, Накула, пожалуйста.

– Хорошо, Хейл, – он показал мне язык. – Когда я спас Джию в первый раз, ее допрашивали уже несколько часов, избив до полусмерти. Первое, что она сказала мне, – что я должен убить ее и уничтожить тело. Сказала так спокойно, словно просила чашку чая. – Он закрыл глаза, как будто до сих пор не мог в это поверить. – Я вытащил ее из ада и не услышал ни единой жалобы. Пару раз она надрала мне задницу, когда я думал, что она уже ни на что не способна.

– Ну, не все аристократы изнеженны и бесполезны.

Накула рассмеялся и провел рукой по каштановым волосам. Когда он посмотрел на меня, в глазах его светилась нежность:

– Она – целый мир, Хейл. Весь мой мир. Но разве я могу хотя бы говорить с ней на равных? Она губернатор, а я никто. Я даже не знаю, кем была моя мать.

– Прекрати думать об этом как о состязании, идиот, – я стукнула его в грудь. – Ты правда думаешь, что ей не все равно, кто твоя мать? Не ставь ее на гребаный пьедестал, Накула. Она просто женщина. Глянь, как она на тебя смотрит, и прекрати беспокоиться об индранском высшем обществе. – Я усмехнулась. – Слышала, у них там новая императрица и все меняется.

«Ваше величество, – сказал Индула по закрытому каналу, – корабли обезврежены. Рай говорит, что примерно через час они смогут отправляться в путь».

«Отличные новости. Мы идем в доки».

«Да, мэм. Иза хочет знать, что делать с пленниками».

«Заприте их по отдельности, на разных кораблях».

«Принято», – сказал Индула и отключил связь.

– Даилун, поднимись на мостик, пожалуйста.

Мой новый пилот появился через пару минут.

– Хаи, джедже?

– Приготовь «Пса войны» к отходу. Возьми с собой Накулу и Кису. Я отправлю тебе координаты, когда мы уйдем отсюда.

Даилун кивнул. Накула встал и улыбнулся мне, последовав за мальчиком к выходу.

– Ты чертовски хорошая императрица, Хейл. Не дай никому в этом усомниться.

Усмехнувшись в ответ, я вытолкала его за дверь, но от этих слов мне стало очень приятно. Кажется, я потихоньку начинала привыкать к своему статусу.

Я отвела корабль в док и потратила несколько минут на отключение всех систем. После этого я побежала, перепрыгивая через ступеньку, на нижний уровень, в медицинский отсек, чтобы посмотреть, как там Гита – капитан Эрнест сломал ей семь ребер.

– Дерьмово выглядишь, – сообщила я Хао, который поднимался из грузового отсека.

– Мне плевать, что там говорит твой экам, но в следующий раз ты пойдешь с нами. Я в порядке. – Он протянул мне нечто, покрытое засохшей кровью. – Это не моя. В основном.

Я в ужасе посмотрела на окровавленное устройство.

– Черт тебя дери, Хао, что это за хрень?

– Жу Хьюма. Я подумал, что он тебе понадобится. А теперь мне срочно надо в душ, пока мы не отключились от местного водопровода.

Я сглотнула поднявшуюся в горло желчь и посмотрела на смати.

– Не торопись. Рай сказал, что потребуется не меньше часа, чтобы собрать команду.

Хао кивнул.

– А потом мы собираемся встретиться с твоим адмиралом. Ты составила план по захвату своих таинственных кораблей?

– Еще обдумываю, а что?

– Я тоже об этом думал, но мне не хватает подробностей. Может быть, ты расскажешь по дороге?

– Конечно. А теперь иди помойся, а то от тебя воняет, как от мясной лавки.

Он расхохотался, и я все еще улыбалась, когда вошла в медицинский отсек.

– Ваше величество, – Хенна нервно кивнула, – ваши люди сильно пострадали.

– Издержки профессии, увы. – Я протянула ей смати. – Почисти его как следует. И будь осторожна, пожалуйста. Нам нужно попытаться снять с него информацию.

– Конечно, ваше величество.

Я подошла к раковине и тщательно вымыла руки.

– Гита, ты как?

– Нормально, ваше величество, – от боли она едва говорила, и я закатила глаза.

Хенна высказалась куда громче:

– Ничуть не нормально. Лучше бы на нее наступил слон с Ганновера, честное слово. Удивительно, что ни одно из ребер не проткнуло легкое.

– Гита, мне не нужна ложь, – мягко сказала я, и она залилась краской.

– Я подвела вас, простите.

Я присела на край койки. Я знала, что от моих слов ей станет больно.

– Знаешь, Джет сказал мне то же самое, когда спас от смерти, только потому, что в меня попали. Этот саксонец ждал меня, и ты оказалась ровно там, где должна была оказаться – между ним и мной. Не казни себя за то, что он двигался быстрее тебя. Просто найди способ избежать этого в дальнейшем.

– Да, мэм.

– А теперь отдыхай, пока мы не встретимся с адмиралом Хассан и не найдем фариан, которые бы тебе помогли.

Я посмотрела сквозь стеклянную перегородку в соседнюю палату, где у постели Фазе сидел Эммори.

– Она все еще ничего не говорит. – Хенна предугадала мой вопрос. – Но дела идут на лад. Жизненные показатели выросли. Она оживает. Вот ваш мозговой чип, – она протянула мне маленький мешочек с железом внутри.

– Эммори рассказал, что вы говорили с фарианами, мэм, – сказала Гита. – Все настолько плохо?

– Может быть.

– И что вы будете делать, мэм?

– Не знаю. Это от меня не зависит.

Как ни ужасно, это была правда. Я могла бы возразить против смертной казни и просить за Фазе, но фариане наши союзники, и я не могла рисковать этим союзом ради одной жизни. Я попрощалась с Гитой и Хенной и вошла в соседнюю палату. Альба, сидевшая рядом с Эммори, встала.

– Альба, ты мне сейчас понадобишься. Я только хотела посмотреть, как Фазе.

Я положила руку на плечо Эммори. Он держал Фазе за руки, и ее бледные пальцы казались крошечными в его ладони. Мне очень захотелось что-нибудь для нее сделать.

– Как все прошло?

– А ты не слышал? – удивилась я.

Эммори покачал головой.

– Я подумал, что лучше побыть с ней. Все равно я ничего не смог бы сделать.

– Корабли наши. Полковник Хьюм мертв, как и большая часть его команды. Команду капитана Эрнеста взяли живыми без единого выстрела, а Хао добыл вот это, – я помахала мешочком, и Эммори поднял брови.

– Это…

– Да. Я не хочу спрашивать, как он это вынимал.

– Отдайте Зину. Надеюсь, он сумеет что-нибудь оттуда вытащить.

– Он с Даилуном. Я отправила их с Кисой и Накулой готовить «Пса войны» к отходу.

Эммори кивнул.

– Найдите Зина прямо сейчас. Я подойду чуть позже. Чем раньше он этим займется, тем больше у нас шансов выжить во всем этом безумии.

Глава 32

Мы задержались, чтобы Даилун успел вернуться с «Пса войны» и помочь Зину со смати полковника. Я маячила у них за спинами, пока меня не перехватил Хао:

– Сядь! – Я нахмурилась, и он тут же нахмурился в ответ. – Терпению ты так и не научилась, ша жу.

– А ты все такой же высокомерный. – Но я все-таки села и скрестила руки на груди, стараясь не притоптывать ногой по полу.

– Видишь, во что ты влез? – спросил Хао у Даилуна на чен.

– Уверен, что все будет хорошо, мой уважаемый брат, – со смешком ответил Даилун.

– Я все понимаю, между прочим.

– Надеюсь. Я был бы разочарован, если бы ты позабыла чен всего за пару месяцев легкой жизни.

– И это ты называешь легкой жизнью? Меня все время пытаются убить.

– Что поделать… – Хао сел рядом со мной. – Поделись своими планами, сестренка. Посмотрим, куда они нас заведут.

– Прямо сейчас корабли проекта «Ваджраяна» – мертвый груз. Когда включается блокировка, вырубается все: навигационное оборудование, двигатели, системы жизнеобеспечения, гравитация…

– А почему саксонцы их не уничтожили?

Я похлопала ладонью по консоли.

– Потому что Джия была у них в руках и они надеялись получить от нее коды. Рискну предположить, что прямо сейчас они изо всех сил стараются найти в них хоть что-то полезное, пусть даже воспользоваться самими кораблями у них не получится.

– У них должны быть в плену индранские техники, – сказал Хао, и я кивнула.

– Надеюсь, они держат их на верфях на орбите, а не на планете. Раз уж они пытаются вскрыть технологию, техники нужны им прямо там. И не важно, хотят ли эти техники с ними сотрудничать. – Я откинулась на спинку кресла. – Нам они тоже понадобятся, скорее всего. Так что очень важно их освободить.

– То есть твой план – ворваться, захватить верфи, вытащить техников из тюрьмы, завладеть кораблями и включить системы?

– Ну, чуть посложнее, но общий смысл таков.

– Могу ли я предложить что-то, помимо грубой силы? Потому что штурм верфей, которые держат саксонцы, – это верный путь к самоубийству.

– Какой-то ты нахальный сегодня…

– Это потому, что я копался в чужих мозгах в поисках компьютерного чипа.

– Ага! – Даилун резко ударил по консоли и улыбнулся Зину. – Должно сработать.

По экрану пополз код, и Зин одобрительно кивнул.

– Похоже на то, молодец!

Даилун кивнул сначала Зину, а потом мне, вылез из кресла и пошел на мостик.

– Рай, – я включила связь, – мы готовы к отходу.

– Хайя. У вас есть для меня координаты?

– Передам, когда мы отойдем подальше от Мидвея, где никто не сможет нас подслушать.

Рай заворчал, но я была тверда. Откуда нам было знать, что капитан Эрнест сказал правду? К тому же я не собиралась рисковать информацией о местонахождения флота адмирала Хассан – хотя и приняла на веру, что Рай не собирается меня сдать.

– Эй! – Зин помахал мне рукой.

– Выходим, Рай. Я отправлю координаты в точке встречи. – Я выбралась из кресла и склонилась над плечом Зина. Хао занял кресло пилота и начал предполетные проверки.

– Полковник Хьюм на Канафи Малой наблюдал за допросом губернатора Ашвари. Вся информация здесь, мэм. Планы системы, количество войск на планете, количество кораблей, отправленных на захват системы. – Зин передавал мне фрагменты информации с такой скоростью, с какой только мог их декодировать. – Это соответствует тому, что говорили нам Накула и губернатор, но тут есть и дополнительные подробности.

– Транспортов больше, чем истребителей. – Я выругалась себе под нос. – Они знали, что мы вывели оттуда Сорок четвертый Флот. Фанин им сообщил.

– Но в этом есть и плюсы, ваше величество. Гораздо проще отвоевать систему, если там почти нет боевых кораблей.

– Мы не собираемся отвоевывать всю систему.

Зин нахмурился.

– Вы не возражали, когда Хао это сказал… Держитесь!

«Пентакост» оторвался от палубы дока, и Зин поддержал меня. Я мрачно посмотрела на Хао, но он только улыбнулся.

– Какой смысл красть несколько кораблей, сестренка, когда есть шанс захватить целую систему? У тебя будет адмиральский флот и новые корабли. Полагаю, ты не захочешь, чтобы на твоем заднем дворе паслись саксонцы.

– Ну, допустим. И что ты предлагаешь?

– Я думаю, что если мы преподнесем им императрицу Индраны, нас встретят с распростертыми объятиями!

Мы с Зином замерли с суровыми лицами. А Хао вскинул руки и разочарованно посмотрел на нас:

– Вы серьезно?

– Прости, чисто машинально. Меня слишком многие пытались убить в последнее время.

– Я обиделся, – сообщил он, – ты же член семьи.

Я показала ему средний палец.

– Я ведь извинилась. Продолжай, так каков план действий?

– На саксонских кораблях должна быть запасная форма. Мы наденем ее и отведем тебя в тюрьму на верфи. А потом освободим техников и выберемся оттуда.

Я потерла лоб.

– Мне нужно, чтобы техники остались в доке – работать над кораблями. Им будет проще делать это из командного центра, а не прямо на корабле.

– Насколько легче?

– Ну, у них будет отопление, воздух и гравитация.

Хао выругался.

– Что конкретно они должны сделать?

– «Ваджраяна» – усовершенствованные корабли с возможностью длительного автономного полета и предварительно запрограммированной маневренностью. Экипаж на них куда меньше, чем на обычных кораблях. Теоретически мы сможем поставить их все под контроль одного корабля и приказать ему уйти из системы через гиперпространство. Остальные последуют за ним.

– Мне не нравится слово «теоретически».

– Мне тоже, но оно здесь неизбежно. Корабли еще не до конца протестированы. В любом случае это проще сделать из командного центра, а не с мостика корабля.

– Ну, изменить план несложно. Мы же захватим всю систему, да?

Я не могла с ним спорить. Особенно потому, что по действиям Хао я ясно понимала, что начинаю думать, как императрица, а не как контрабандистка. Ну и если я все равно собиралась отвоевать систему Канафи обратно, так почему бы и не прямо сейчас? А еще у меня до сих пор не было никакой базы, и Канафи вполне может ею стать.

– Можно выйти из гиперпространства, посадить людей на корабли, а потом войти в гиперпространство обратно. Флота «Ваджраяна» и кораблей адмирала Хассан хватит, чтобы победить любые войска саксонцев на Канафи.

Сложнее всего будет добраться из тюрьмы в командный центр.

– А если, когда вы приведете меня в тюрьму, я потребую встречи с командиром верфи? Они согласятся?

Зин обдумал вопрос.

– Я бы сказал, что шансы неплохие, ваше величество, учитывая вашу дурную славу.

– В противном случае нас ждет перестрелка. Впрочем, это лучший способ добраться до командного центра без заморочек, – я скорчила гримасу. – Зин, а что с капитаном Эрнестом?

– А что с ним?

– Наш план сработает гораздо лучше, если он будет на нашей стороне. Сможем ли мы убедить его пойти с нами на саксонскую верфь и не сдать охране?

Зин покачал головой.

– Сильно сомневаюсь, ваше величество. Если честно, я не думаю, что он согласится. Не то чтобы он был так уж верен Трейсу как королю, но он верен идее альянса. Его жена родом из одного из миров Альянса, она не саксонка.

– А если мы будем угрожать его семье?

– Его родители умерли, у него остались только жена и дочь. Мы не тронули его команду, и этим заслужили его хорошее расположение, но не думаю, что этого хватит, чтобы он предал свое королевство.

– А что, интересно, ждет его дома? Расстреляют как предателя?

– Он не выдал нам ничего ценного, – покачал головой Зин, – а поскольку он единственный оставшийся в живых офицер, ему придется рассказать, как мы уничтожили команду Саксонского ударного корпуса. К тому же формально он военнопленный, мэм. Объявлена ли война официально или нет, она началась в тот момент, когда Трейс выстрелил в Эммори и попытался убить вас.

Я потерла лицо руками.

– Я хочу поговорить с ним.

– Конечно, мэм.

«Ваше величество, Фазе просит вас прийти», – раздался голос Эммори в моей голове.

– Мне нужно к Фазе, – сказала я Зину. – Оставайся тут и работай с информацией. Мне нужно все, что ты вытащишь из смати Хьюма. Я позову тебя, когда пойду к капитану.

– Хейл, мы почти добрались до места встречи, – сказал Хао.

Я передала ему координаты адмирала Хассан по смати и пошла к трапу. В ту же секунду я начала передавать Альбе информацию, которую получила от Зина и Хао. Мне нужно было свести кучу подробностей, которые мы только что обсудили, во что-то приличное, чтобы показать адмиралу Хассан.

Эммори наверняка будет возражать против того, чтобы меня использовали как приманку, хотя тем или иным способом я должна попасть на верфь.

– Ваше величество, – Фазе подняла голову, когда я вошла в палату, и Эммори помог ей сесть. Под золотистыми глазами на тонкой коже темнели сине-фиолетовые синяки, а руки она плотно сцепила в замок.

– Хорошо выглядишь, Фазе.

– Не очень, ваше величество, но я хотела обсудить с вами кое-что. Эммори рассказал, что вы говорили с Биной, и все остальные тоже в курсе.

Я села на край койки.

– Как мы можем помочь?

Она грустно улыбнулась.

– Никак, ваше величество. Я нарушила закон своего народа. Мне нравится ваша Империя, но вы ничем не поможете. Обещайте мне…

– Но ты…

– С хорошими намерениями или дурными, ваше величество, но нельзя возвращать мертвых к жизни. Только боги на это способны, только бессмертные должны это уметь. Мы слишком слабы для этого. Когда я думаю о том, что испытала, вернув Эммори, я…

Она замолчала и содрогнулась.

– Фазе, – Эммори говорил спокойно, и ей, кажется, полегчало, – хватит пока. Мы поговорим об этом позже. Спи.

Она легла, закрыв глаза, и ее дыхание почти сразу стало ровным.

– Ваше величество, давайте выйдем.

Я последовала за ним в коридор.

– Понимаю, почему Бина велела не разговаривать с ней об этом. Что будем делать?

– С кризисом веры не так-то просто справиться, ваше величество, – он покачал головой. – Не важно, во что верим мы, но Фазе верит, что совершила нечто непростительное. – Он уставился в потолок. – Я буду разговаривать с ней и дальше, но боюсь, что мы почти ничего не сможем сделать, пока в дело не вступят фариане.

– Етит-твою! Проверь, не получится ли связаться с капитаном Джилл через Каспела. Может быть, если рассказать ей об этом, она что-нибудь придумает?

– Я не уверен, что из этого что-то получится, но попробую. – Эммори улыбнулся. – Но мы не сможем ее заставить. Ваша власть меньше ее веры.

– Этого я и боялась. – Я хлопнула его по руке. – Зин взломал смати полковника Хьюма. Теперь нам известна численность саксонцев на Канафи, и мы составили план по захвату системы.

– Системы? – Эммори нахмурился. – Мне казалось, мы собираемся заняться только кораблями.

– План изменился, – ухмыльнулась я. – Пошли, пусть Альба все объяснит.

Эммори воспринял известие о том, что я отправляюсь на Канафи, еще хуже, чем я думала.

– Нет, ни за что! Мы заберем флот, а вы останетесь на корабле адмирала Хассан, пока все не закончится.

– Эммори, это лучший план, который у нас есть. Их охранники расслабятся, подумав, что победили. И даже если мы не убедим капитана Эрнеста помочь, найдется другой способ скрыть, что саксонцы, которые привели пленников, на самом деле вовсе не саксонцы.

– А если вас убьют, что тогда?

– Алиса отлично сможет управлять Империей, может быть, даже лучше меня, – ответила я. – Я позволила тебе захватить корабли в Мидвее, но это был ненужный риск. А теперь нам необходимо рискнуть.

– Я вас не пущу, ваше величество.

– Ты меня не остановишь. К тому же коды блокировки у меня.

Стало так тихо, что и перо бы не упало незамеченным. В менее сложных обстоятельствах сцена вышла бы очень смешной. Мои телохранители молча таращились друг на друга. Джия обругала меня по закрытому каналу. Только контрабандисты – и тот, кто был в комнате, и те, кто смотрел с экрана, – моим словам ничуть не удивились.

Эммори приложил заметное усилие, чтобы говорить ровно. Он обратился к изображению Джии на экране.

– Губернатор, пожалуйста, скажите мне, что у вас есть резервная копия кодов.

– Простите, экам Триск. Коды защищены от копирования, необходимо передавать файл целиком.

Взгляд Эммори мог бы убить, но я лишь улыбнулась.

– Я нужна вам. Это лучший план, и ты это знаешь.

– Хорошо, – Зин влез между нами, прервав игру в гляделки, – вы победили, ваше величество. Давайте выслушаем план до конца…

* * *

Сквозь опущенные ресницы я смотрела, как Зин ведет капитана Эрнеста на камбуз «Пентакоста». Молодой саксонец присел у стола, посмотрел на меня, на Хао, на Эммори и снова на меня.

– Вот и пришел судный день, – пробормотал он.

Я провела пальцем по ободку кружки.

– Мне приятнее думать, что это просто беседа, ничего глобального. Выпьешь что-нибудь?

– Нет. – Как я и ожидала, он включил энергощит, и уже не перепуганный молодой парень, а офицер Саксонского ударного корпуса смотрел на меня синими глазами. – О чем бы вы ни спросили, что бы ни предложили, я сразу отвечу «нет».

– Ты даже не знаешь вопроса.

– И не нужно. Я не собираюсь больше помогать вам. Мне плевать, что вы со мной сделаете, мэм.

– Ах, ну да, честь и верность… Избавь меня от этой бравады, пожалуйста. Поверь, в конце концов всех очень волнует, что с ними произойдет. У меня нет на это времени, капитан. Мне нужно спасать жизни.

– Индранские.

– Саксонские, – холодно возразила я, и он прищурился. – Ты в самом деле хочешь, чтобы Саксонский Альянс вступил в войну с Индраной? Твой дом находится на самой границе. Тебе не кажется, что твои жена и дочь вполне могут стать жертвой несчастного случая? Нет, я им не угрожаю, – сказала я, подняв руку, хотя он молчал, – я прошу тебя подумать о том, что случается во время драки двух гигантов. Ты правда думаешь, что их волнуют муравьи, погибающие под ногами?

– Я уже предал ударный корпус, а вы предлагаете мне предать мой народ. – Он уставился на свои ладони. – Я не могу этого сделать.

– Я прошу тебя помочь мне остановить войну, пока она не началась. Разве это предательство? – Последние слова вышли слишком резкими, потому что я теряла терпение.

«Хейл, потише, – сказал Хао по смати, – злиться нельзя».

«У меня уже давно ничего не получается. Зачем я снова это делаю?»

«Потому что ты чертовски упрямая?»

Я засмеялась, и Престон заморгал, глядя на меня.

– Ты прав, – сказала я, но не ему, а Хао. – Зин, отведи капитана обратно в камеру, попробуем сложный способ.

Глава 33

– Ваше величество! – Когда мы вошли в обширный отсек на «Ваджре», адмирал Хассан опустилась на одно колено, а следом за ней офицеры и матросы.

– Инана, рада видеть вас в добром здравии. – Я подняла ее на ноги и обняла. – У меня есть для вас пара пленников и несколько человек, которым не помешала бы помощь фариан.

– Разумеется, ваше величество. Старший офицер Яш ими займется. – Адмирал Хассан щелкнула пальцами, и рядом с ней выросла коренастая женщина с впечатляющими бицепсами.

– Ваше величество, – она низко поклонилась.

– Зин объяснит вам детали, – улыбнулась я.

– А это лейтенант Хасаи Морен, – сказала Инана.

– Ваше величество… – Юный фарианин протянул руку и посмотрел на меня теплыми золотистыми глазами. Я взяла его ладонь, и меня затопило облегчение. – Долгих лет жизни.

– Спасибо! – Я попыталась отогнать страх. Несмотря на предупреждение Бины, я очень боялась за Фазе и не могла от этого отмахнуться. – Вы старший из фариан на борту, Хасаи? Нам нужно поговорить о Фазе, я упоминала об этом…

– Нет, не я. Остальные подойдут позже. Мне велели отвести сестру в ваши покои и осмотреть ее там. Близость друзей иногда – лучшее лекарство.

– Она ваша сестра?

– В некотором роде, – он пожал плечами. – Это очень сложно объяснить на вашем языке.

– Мы отведем ее, куда скажете, но перед этим мне хотелось бы поговорить с вами наедине.

– Я расскажу обо всем остальным. Майор Морри просила передать вам, что не всегда все так плохо, как кажется. У вас есть еще раненые?

– Начните с него, – я сгребла Эммори в охапку и вытолкнула вперед, пока он не успел возразить. Хасаи повторил тот же ритуал, что и со мной, и Эммори сразу заметно расслабился. Морщины, которые прочертила на его лице боль, исчезли.

Фазе подошла к своему соплеменнику, тяжело опираясь на Стасю. Хасаи только взглянул на нее с вежливой улыбкой и тут же перешел к Альбе и стал осматривать ее руки.

– Масами, Сабина, – я обняла матриарха Тобин и матриарха Ванди с искренней радостью, – очень рада, что вы в порядке!

– Благодарите вот эту чаровницу, – ответила старшая из матриархов, указав на Сабину. – Это она уговорила капитана индранского транспортника спрятать нас от саксонцев и увезти с планеты.

– Он бы и так это сделал, но я рискнула пообещать ему правительственный контракт в награду, ваше величество, – Сабина уставилась в пол, и щеки у нее вспыхнули.

От неожиданности я засмеялась, и молодая матриарх покраснела еще сильнее, когда я похлопала ее по спине.

– Отлично придумано! Не забудьте передать Альбе его контакты. Когда все наладится, мы ему заплатим.

– Да, мэм.

– Адмирал, позвольте представить вам Чена Хао, Джохар и Бакара Рая.

После долгих обсуждений мы решили, что будет лучше, если люди Рая и Хао останутся на своих кораблях, но я хотела, чтобы эти двое участвовали в составлении плана. Ну а задержать Джохар не было никакой возможности… Последовали взаимные приветствия, причем Джохар задержала руку Инаны в своей чуть дольше, чем нужно. Рай ткнул ее локтем, она закатила глаза, но все же отпустила адмирала.

– Я велела приготовить для вас всех каюты. Прошу. – Инана пошла к выходу из отсека. – Экипаж проинструктирован не мешать вашим телохранителям и остальным спутникам, и им всем разрешено носить оружие на борту, хотя я предпочла бы, чтобы вы выбирали что-нибудь более безопасное для корабля.

Я засмеялась.

– Конечно. Мы изрядно повеселились в последнее время, а дальше будет только веселее, и, думаю, без взрывной разгерметизации мы вполне обойдемся.

– Да, пожалуй.

– Кто оказался предателем?

Адмирал Хассан сразу сникла.

– Коул. Коммандер Хампрасаде, – пояснила она остальным, – мой адъютант.

Я выругалась.

– Соболезную. – Я несколько раз встречалась с адмиральским адъютантом. Альба работала с ней довольно много, и при этом известии она дернулась. Я поглядела на нее с сочувственной улыбкой.

– А мне-то как жаль, я ей доверяла… Черт возьми, я вырастила ее для этой должности! Фанин завербовал кого-то из инженеров на борту. Коул позволила уговорить себя и предала Империю, дурочка. Лантли ее застрелил.

– Где мои телохранители?

– В вашей каюте, ваше величество. Как только им все сообщили, они настояли, что кто-то должен стоять на страже все время. Они уже несколько дней несут вахту по очереди.

– Ну, пусть сейчас они немного отдохнут.

– Я бы предложила вам поесть, ваше величество…

– Не беспокойтесь. Мы направляемся туда, где сможем пополнить запасы. Передайте эти координаты остальному флоту.

Я выбрала эту точку, потому что отсюда можно было добраться до одной из станций По-Сина коротким гиперпространственным прыжком. Около часа я ругалась с ним из-за цены. Результаты порадовали даже Альбу, хотя матриарх Саито, по мере того как цены росли, бледнела сильнее, чем в принципе казалось возможным.

– Есть, мэм.

Завернув за угол, мы увидели у дверей Лантли. Он улыбнулся, приложив руки к сердцу, к губам и ко лбу.

– Ваше величество, я счастлив видеть вас снова!

Я надавила ему на затылок, прижимая его лоб к своему.

– И я тебя. Как остальные?

Элиза и Икеки были из новичков, и именно поэтому они остались на корабле, а не высадились с нами на планету.

– Спят, ваше величество.

– Пусть отдохнут, да и тебе это не помешает.

Я оглянулась на Эммори, и он кивнул.

– Одну минуту, ваше величество.

Последовал шквал приказов, Эммори остался рядом со мной, а в каюты первыми вошли Киса и Индула. Все работало как часы, и я, проигнорировав усмешку Хао, зашла внутрь.

– Устраивайтесь, ваше величество, – сказала адмирал Хассан. – Не затруднит ли вас сообщить, когда вы будете готовы?

– Хорошо.

– Ты свободен, – сказал Эммори Лану, – отлично поработал.

Он протянул телохранителю руку, и тот с улыбкой пожал ее.

– Для нас предназначены все каюты напротив и одна уровнем ниже, – сказал Лан Зину, – давай покажу.

– Ваше величество, я отведу Фазе отдыхать в каюты телохранителей, – попросила Стася, и я кивнула.

– Лейтенант говорит, что ей лучше оставаться с нами. Возьми с собой Кису.

Неизвестно, сколько времени пройдет, пока Хасаи приведет ко мне остальных фариан. Я надеялась еще поговорить с Фазе, убедить ее, что все идет не так плохо.

– Здесь есть что-нибудь выпить? – Джохар плюхнулась на диван и вытянула перед собой длинные ноги. – Представляете, у этих тупых саксонцев на борту нет ни капли алкоголя. Как они так живут?

– Не у всех механическая печень, дорогая моя. – Рай сел на соседний диван.

– Механическая печень? – переспросила я.

– Несчастный случай, – улыбнулась она и ткнула себя под ребра. – Зато эта работает куда лучше. Пить могу, как императрица.

Хао фыркнул:

– Держи Джохар при себе, сестренка, будешь вести себя скромнее.

– Рай мне ее не отдаст.

– А Рай мне не хозяин, – сказала Джохар.

– Я не уверена, что Индрана сможет тебя выдержать, пока не решится вопрос с заговором.

Я послала ей воздушный поцелуй и начала обшаривать шкафы в дальней стене. С третьей попытки я нашла несколько стаканов и бутылку дорогой водки с Земли. Джохар разлила на всех.

– Вселенная – ужасное место, но мне нравится, когда она хорошо обращается с моими друзьями. За императрицу Индраны!

Я рассмеялась и чокнулась с ней.

– Только мебель не ломай, – с этими словами я протянула Хао пустой стакан за добавкой. Забрав его назад, я отправилась в спальню. – Альба, я немного отдохну. Скажи, когда придут фариане. Я…

Дверь открылась, и в нее просочился Кас.

– Ваше величество, Фазе…

– Ох, етит-твою!

Поставив стакан так резко, что водка выплеснулась на стол, я бросилась к выходу. Эммори держался рядом.

– Где она?

– У трапа. Не знаю, как Фазе прошла мимо меня, мэм. Кису она просто вырубила.

– Она ведь не могла…

Кас покачал головой:

– Нет, Киса жива, просто без сознания. Стася побежала за Фазе.

– Ваше величество, что происходит? – Адмирал Хассан в сопровождении Зина встретила нас в коридоре.

– Адмирал, вызовите фариан к главному трапу. Эммори, объясни все.

Эммори резким голосом рассказал Хассан о Фазе. Я слушала его, пытаясь успокоиться, пока мы бежали по кораблю.

– Выгоните всех отсюда, – велела я, проталкиваясь через собравшуюся толпу. Когда матросы поняли, что это я, они расступились сами.

Фазе стояла в глубине отсека, держа в руках пистолет. Моя горничная замерла в нескольких метрах от нее, подняв руки. Слов я не слышала, но уверена была, что она умоляет Фазе остановиться. По лицу фарианки стекали слезы. Дикий взгляд золотистых глаз устремился на меня.

– Фазе, пожалуйста, положи пистолет, мы во всем разберемся.

– Не в чем тут разбираться, ваше величество. Я нечиста! Меня изгонят ревнители веры, а больше у меня ничего нет. Все кончено…

– Фазе, ты спасла две жизни, – сказал Зин, – и это хорошо. Твои боги не могут быть такими жестокими, они точно видят намерения, а не только действия.

– Я чувствую это, – Фазе стукнула себя в грудь кулаком. – Вы, люди, ничего не понимаете!

– Пусти, – я вывернулась из рук Зина. – Все назад. Зин, это приказ! – добавила я, когда он не двинулся, и тон моего голоса заставил его повиноваться.

– Фазе… – Выставив перед собой открытые ладони, я пошла вперед. Я чувствовала, что Эммори смотрит на меня, но не двигается. У нас не было времени обсудить план, и я могла только надеяться, что мой экам угадает мои действия и подыграет мне. – Ты права, я не могу даже представить, как ты себя чувствуешь.

– Тогда не останавливайте меня, мэм. – Из ее глаз лились слезы, скатываясь по щекам. – Позвольте мне прервать этот кошмар.

– Разве ты не понимаешь, что я не могу? – прошептала я, делая еще шаг вперед и легко касаясь ее. – Ты моя, Фазе, я не собираюсь тебя прогонять, ведь ты нужна мне. Я не могу понять твою боль и не стану оскорблять тебя, делая вид, что способна на это. Я могу лишь просить тебя подождать. Отложи это решение, хотя бы на минуту. Позволь мне разделить твою ношу.

Рука Фазе дернулась вперед, и ее пальцы коснулись моих.

– Ваше величество, я…

– Ваше величество, отойдите в сторону, не подвергайте себя опасности!

Фазе застыла, услышав этот голос, и прижала дуло пистолета к подбородку.

– Фазе, не надо, пожалуйста! – взвизгнула Стася.

Я подавилась проклятьем и оглянулась. Через отсек шли фариане – лейтенант Морен и две женщины. Говорила та, что постарше, на висках в ее рыжих кудрях виднелась седина.

– Дитя, положи оружие, – сказала женщина. – Так быть не должно.

– Я вернула ему жизнь. Я знала, что это запрещено, но Зин… – Фазе посмотрела на него. – Я чувствовала, как разбивается его сердце, и я просто…

– Дитя, ты согрешила. Но это не…

– Сила. – Фазе покачала головой. – Это ужасно – играть в бога, пытаться вырвать жизнь из лап смерти. Мне не осталось ничего другого. Я пересекла границу, к которой нельзя даже подходить, и теперь единственное, что я могу сделать…

Ее палец напрягся на спусковом крючке.

– Нет! – Я схватила ее за руку и увидела, как расширяются у нее зрачки. Фариане позади меня занервничали.

– Ваше величество, отпустите меня.

– Почему?

Фазе покачала головой.

– Если вы будете прикасаться ко мне, когда… Ваше величество, пожалуйста! Иначе я случайно убью и вас.

Я лишь схватила ее покрепче.

– Значит, так и будет, Фазе. Ты клялась, что не причинишь мне вреда, помнишь? – Я сделала маленький шаг вперед и прижалась к ней лбом. – Принеся смерть, смертью станете… Но ты никому не принесла смерти, Фазе, только жизнь. Много жизней. Эммори. Зин. Капитан Джилл. Скольких ты спасла за эти годы? Ты вернула человеку жизнь, как это может быть грехом? Теперь моя жизнь в твоих руках, и это вопрос чести. Если ты хочешь уйти в темноту, я пойду с тобой.

Все замерли, не дыша. Я знала, что Эммори рядом, но недостаточно близко, чтобы спасти меня, если Фазе спустит курок. Я смотрела ей в глаза и видела боль в их золотистой глубине, почувствовав ее решение прежде, чем она осознала его сама.

– Я верна своим богам и вам, ваше величество. Я не причиню вам вреда.

Я подхватила ее, когда она обмякла, и опустилась на палубу вместе с ней. Пнув пистолет по полу к Эммори, я прижала к себе всхлипывающую фарианку.

– Все хорошо, мы с этим справимся, клянусь, – шептала я.

Фазе дернулась в моих руках, и я яростно посмотрела на старшую фарианку. У нее за спиной стоял Эммори, тщательно пряча гнев за невыразительной маской.

– Она могла вас убить, ваше величество, – сказала женщина. Смати сообщил мне, что это майор Дио Морри.

– Мне кажется, что сохранить мою жизнь она хотела больше, чем умереть. – Я не стала сопротивляться, когда двое других фариан подняли Фазе. – Ведь она очень хотела умереть, пока не вмешалась я. – Я встала и оглядела майора. – Вопрос в том, не ждет ли ее куда худшая судьба.

Мой вопрос шокировал майора. Минуту она смотрела на меня, а потом с видимым усилием собралась и поклонилась.

– Приношу свои извинения, ваше величество, этот случай очень неприятен для нас всех. Простите, что мы не прибыли быстрее. Я не осознала важности ситуации, мне следовало приказать Хасаи доставить Фазе прямо ко мне. Я не думала, что она примет это так близко к сердцу. Он успел только сообщить нам о вашем прибытии, когда последовал звонок. Спасибо за то, что вы для нее сделали. Я не знаю, что будет потом, это решит она сама и Педалион. Но вы дали ей время, и я благодарна за это.

– Я сделала бы это для любого из своих людей, майор.

– Разумеется, – Дио снова поклонилась. – Мне кажется, ваш экам хотел бы сказать вам несколько слов, ваше величество. Я буду держать вас в курсе о состоянии Фазе.

– Спасибо. Если вы позволите, я бы хотела, чтобы Стася пошла с вами.

Дио посмотрела на мою горничную, которую поддерживал под локти Зин, и кивнула.

– Да, конечно. Это может помочь. – Она отдала честь и вышла из отсека вместе со Стасей.

Я направилась к двери. Эммори и Зин молча последовали за мной. У меня создалось отчетливое ощущение, что меня конвоируют в каюту, как было при нашей первой встрече. Никто не проронил ни слова, пока мы не вошли. Хао поднялся нам навстречу.

– Фазе…

– Жива, – сказала я и подошла к бару.

– Мне уйти? – Хао посмотрел на меня, а потом на Эммори.

– Оставайся, тебе понравится. – Я налила себе виски и села на диван. – Эммори собирается меня отшлепать.

– Она держала фарианку, которая пыталась совершить самоубийство, и чуть не убедила ее убить их обоих.

– Ты… что?

– Ох, етит-твою! – Я уставилась в потолок и отодвинула от себя пустой стакан. За прошедшие годы я лишь несколько раз слышала, как Хао говорит таким тоном.

– Ты издеваешься? О чем ты вообще думала?

– Что не хочу дать Фазе умереть, – огрызнулась я.

– Нельзя вести за собой людей, безрассудно бросаясь навстречу любой опасности, – сказал Эммори.

– Он прав, – согласно кивнул Хао. – Я этому не учил тебя, ша жу.

– Заткнитесь оба.

Я налила себе еще и посмотрела на Зина, который стоял у двери, скрестив руки на груди. Он вел себя до странности тихо, пока эти двое кричали на меня.

– Ты, Хао, делаешь вид, что ты преступник, но от кого, интересно, я научилась не давать своим людям жертвовать собой ради меня? – Я взмахнула рукой со стаканом. – Я сто раз видела, как ты шел впереди команды. А ты…

– Я вас ничему не учил, ваше величество.

– Заткнись. Ты волнуешься за Фазе ничуть не меньше меня. Ты вечно заботишься о других больше, чем о себе, Эмморлин Триск, даже когда это от тебя не требуется. Возражения?

Зин пожал плечами.

– Она поступила правильно. – Он смерил своего партнера строгим взглядом. – Не надо на меня кричать, Эммори. Ты не хотел смерти Фазе так же, как я и она. Хейл хоть что-то предприняла, и, возможно, это был единственный способ помешать убитой горем фарианке расплескать свои Шивой проклятые мозги по всему отсеку. Мы все верны не трону Индраны, как бы мы ни старались доказать обратное. Ни один из нас. Мы верны ей, – Зин ткнул в меня пальцем, – потому что она того стоит. Потому что мы знаем, что, когда дойдет до дела, она пожертвует собой ради нас с той же готовностью, что и мы ради нее. Даже этот, – он указал на Хао, – здесь из-за нее. Нет ни одной другой причины, по которой член семьи самого По-Сина стал бы помогать нам.

Эммори закрыл глаза.

– Зин, она могла умереть, – хрипло прошептал он.

– Хридайям, – ласково прошептал Зин, отлепился от стены и погладил Эммори по затылку с удивительной нежностью. – Как и все мы. Но Фазе жива, и наша императрица тоже. Я предпочитаю думать о хорошем, когда можно.

Глава 34

Я обдумывала слова Зина еще долго после того, как телохранители ушли и дали мне поспать. Я помешала Фазе больше от отчаяния, чем следуя конкретному плану, в действительности я не думала полагаться на ее верность, желая спасти нас обеих.

Ну а кроме того, уверенность Зина в том, что не только они с Эммори, но и Хао были со мной исключительно из-за меня самой, а не во имя великой цели, никак не укладывалась у меня в голове.

Поэтому я не спала ночью во время прошедшей без особенных происшествий вылазки на заправочную станцию. Это было куда лучше кошмаров, пусть даже в результате я опять измучилась и ничего не могла делать. Запасы мы пополнили без всяких проблем, и вечером я ужинала с адмиралом Хассан, матриархами и несколькими членами команды.

Для переговоров мы привели на Красный Утес восемь кораблей, и все они сумели ускользнуть. Еще восемь кораблей дезертировали из Второго Флота после прибытия адмирала Шула, а двенадцать кораблей из флота метрополии прибыли на точку встречи прямо перед нами.

Мы собрались в кабинете адмирала, чтобы обсудить стратегию нападения на Канафи, – здесь были матриархи, Альба, Эммори, Накула, Хао, Рай и штаб адмирала.

– Благодаря информации, добытой императрицей, мы представляем количество и тип саксонских кораблей на Канафи. – Адмирал Хассан нажала несколько кнопок, и над столом появилось изображение системы Канафи. Она увеличила Канафи Большую, где виднелись верфи и корабли проекта «Ваджраяна». – Вокруг Канафи Малой кораблей почти нет, все сражения происходили на планете. Даже если поблизости есть какие-то корабли, им потребуется довольно много времени, чтобы добраться до системы. – Адмирал нажала еще одну кнопку, выводя изображение корабля. – Корабли «Ваджраяна» снабжены функцией коллективного действия, которая позволит нам вывести их из системы Канафи без физического присутствия людей на борту каждого корабля.

– Проблема в том, что нам нужно либо доставить кого-то на один из кораблей, либо захватить командный центр верфей. – Я обхватила ладонями чашку чая. – Мы надеемся, что саксонцы посадили нескольких техников, работавших над кораблями, в тюрьму на орбите, так что мы легко сможем их найти. Если же они отправили всех техников на поверхность планеты, нам придется сложновато.

– Я почти уверен, что на верфи есть люди, ваше величество, – сказал Накула. – Полковник Хьюм несколько раз упоминал, что стоит им добыть коды блокировки у губернатора Ашвари, они тут же окажутся на кораблях.

– Хорошо, – я кивнула. – Джия говорит, что, по ее мнению, они пытаются изучить корабли и извлечь хоть что-то полезное. И поэтому я думаю, что нам придется иметь дело с инженерами, а не с Саксонским ударным корпусом. – Я встала и подошла к адмиральскому столу, вернув изображение Канафи. – Мы приведем два саксонских корабля прямо на верфь, тогда вопросов ни у кого не возникнет. Освободив нескольких техников из тюрьмы, мы пройдем в командный центр, захватим его, соединим корабли и уйдем в гиперпространство прежде, чем кто-нибудь успеет хоть что-нибудь понять.

– Ваше величество, а как наши люди пройдут через охрану на посадочной площадке? Любой прямой конфликт включит сигнализацию. – Адмирал Зеллин прилетела сюда на шаттле с «Хелены Бристоль». Высокая и стройная, она никак не показывала, что горюет о сестре, но при встрече я все же принесла свои соболезнования. Мы не обнаружили доказательств того, что матриарх Зеллин участвовала в заговоре, но даже если и так, она уже была наказана.

– Мы надеялись, что сумеем перетянуть капитана Эрнеста на свою сторону, но, кажется, не получилось. Хао? – Я поманила его, и он отошел от стены.

– У меня есть несколько программ, которые способны обмануть систему идентификации. Против глубокого сканирования они не помогут, но их хватит, чтобы провести нас мимо охраны на верфи и в тюрьму.

– Ладно, – кивнула я. – Когда мы окажемся на мостике, то заставим техников работать. Корабли уйдут в гиперпространство, и в наступившем хаосе мы сбежим. Никто не спросит, почему уходят три саксонских крейсера, когда корабли «Ваджраяна» вдруг примутся исчезать.

– План неплохой, ваше величество. – Адмирал Хассан скрестила руки на груди. – А почему, собственно, вы думаете, что я вам это позволю?

– Ну, во-первых, для солдат Саксонского ударного корпуса, которые притащат пленную императрицу Индраны, откроется любая дверь, – я улыбнулась, – а во-вторых, коды у меня, и без меня ничего не получится.

Адмирал Хассан посмотрела на потолок, а потом на Эммори, который поднял руки, как будто сдаваясь.

– Я пытался ее уговорить, мэм, но единственный способ забрать у нее коды – это насильно взломать ее смати.

– Странно, что вы не слышали наш спор еще до посадки, – сказала я. – Эммори был очень расстроен.

– Ваше величество…

– Адмирал, не будем начинать сначала. Если уж Эммори меня не убедил, то вы точно не сможете, будьте уверены. Этот план самый надежный. Любой другой приведет к множеству смертей, а я не выношу, когда мои люди гибнут. Ясно?

Инана долго смотрела на меня, а я слушала грохот собственного сердца. Наконец она кивнула.

– Хорошо, ваше величество.

– Когда мы выйдем из гиперпространства, то как можно быстрее начнем перераспределять команду. Думаю, адмирал, у вас есть план атаки на Канафи, но все станет значительно легче, если как минимум половина саксонских кораблей уйдет с орбиты разыскивать пропавшие корабли «Ваджраяна».

– Адмирал? – Женщина в новехоньких погонах коммандера нервно оглядела каюту.

– Да, коммандер Жен?

– Если мы можем заставить корабли действовать одновременно, почему бы просто не открыть огонь по саксонскому флоту?

– Они не автономны, Петра, – адмирал Хассан покачала головой. – Мы можем велеть им дать залп-другой, но в сражении нужно оценивать ситуацию и принимать решения за доли секунды. Функция коллективного действия была придумана для уточнения координат при гиперпространственных прыжках во время сражений и для маневров, где необходимо точное соблюдение времени. Здесь она не поможет, – адмирал улыбнулась, – но вопрос хороший, не смущайся.

– Мы приведем саксонские корабли на Канафи, – сказала я. – Эммори, Хао и я будем пленниками на одном из них. Там же будут Кас, Индула и три члена вашей команды, адмирал. – У нас было маловато людей, способных сойти за саксонцев, поэтому Эммори согласился взять недостающих из команды адмирала. – На другом корабле пойдут Зин, Гита, Рай и Джохар, а на третьем – Киса, Иза и еще трое ваших.

– Я передам вашему экаму список имен для проверки, хотя, учитывая наше текущее положение, уверена, что все присутствующие верны Индране. – В каюте послышались смешки.

– Хорошо, спасибо. Когда мы окажемся внутри, Кас и остальные отведут нас в тюрьму, и я немедленно потребую встречи с командиром верфи. Кас и его команда отконвоируют нас к нему, а остальные задержатся и займутся тюрьмой. Когда мы получим сигнал, что они справились, то захватим командный центр.

– При всем уважении, ваше величество, – вмешалась адмирал Зеллин, – в этом плане очень много слабых мест.

Я оскалилась, и этого хватило, чтобы некоторые офицеры заерзали.

– Расскажите же мне о них… Похожий план сработал у нас с Хао в девяносто восьмом. Будем решать проблемы по мере их поступления. Это единственный вариант, если, конечно, ни у кого нет плана получше.

Ответом мне была тишина.

* * *

Чтобы добраться от станции до точки, куда не доставали саксонские радары на Канафи, ушло шесть дней. Появление десяти кораблей По-Сина меня удивило, поскольку я не просила о них при последнем разговоре. Потом обнаружилось, что это Хао, а вовсе не По-Син, привел неучтенные силы.

– Некоторые люди передо мной в долгу, и мне показалось, что для этого маленького приключения неплохо было бы иметь побольше кораблей, – Хао помахал мне рукой. – Кроме того, так у тебя останется возможность просить помощь у По-Сина, когда она действительно понадобится.

– Сколько тебе задолжали эти люди, если ты убедил их вступить в войну, к которой они не имеют никакого отношения? – Я указала на иллюминатор, где в космической черноте проплывал гигантский, пусть и немножко устаревший солярианский дредноут.

– Поверь, об этом тебе знать не стоит. Да и, честно говоря, я не уверен, что Мел не хочет просто-напросто попробовать свои новые орудия. Обычно с ней никто не рискует связываться.

– И я их понимаю. Посмотри только на эту хрень…

– Верно. А еще у меня есть для тебя кое-какие сведения, – сказал Хао. – Биал каким-то образом улизнул с Санта-Пирата, но докер в Мидвее видел, как он садится на корабль, направляющийся на Ундил. У меня там кое-кто есть, я уже велел им поглядывать. – Хао указал на Эммори. – Он в курсе.

– Я сообщил Уинстон, ваше величество, – сказал Эммори. – Если они смогут опередить Биала, то найдут его.

– Твои люди будут работать с сыщиками?

– Может быть, – Хао пожал плечами. – Они не такие официальные лица, как некоторые из твоих, так что велик шанс, что они вообще ни с кем не будут разговаривать. И я не смогу их заставить.

– Этого я и не жду, – согласилась я, – но если они помогут, то получат вознаграждение. Финансовое.

– Ну, это совсем другое дело, Хейл, – ухмыльнулся Хао.

– Тогда скажи Даилуну взять один из саксонских кораблей.

Хао удивился, но кивнул и связался с Даилуном. Закончив давать ему указания, Хао повернулся спиной к кораблям, на которые мы смотрели с обсервационной палубы «Ваджры», и долго молча разглядывал меня.

– Что? – спросила я.

– Как ты?

– Лучше всех. Мы отходим утром.

– А по-моему, ты вообще не спишь.

Прошлой ночью кошмары вернулись с новой силой – спасибо ожидаемой битве за Канафи, – но говорить об этом Хао я не собиралась. И никому другому тоже, если уж на то пошло. Эммори и остальные телохранители, конечно, знали. Довольно тяжело скрыть что-то подобное от людей, которые пристально следят за твоим здоровьем и самочувствием.

– Все в порядке.

– Гита говорит, что тебе снятся кошмары.

– Гите надо заткнуться.

Хао не удержал улыбки.

– Твой экам скажет то же самое, если я спрошу. Он мне доверяет.

– Идите в задницу.

– Я тебя знаю, Хейл, – Хао вдруг стал серьезным. – Я смотрел запись с камеры слежения у трапа. Зин прав, ты спасла ей жизнь, но у тебя не всегда будет это получаться. Мне знакомо это чувство ответственности за всех окружающих, и я знаю, как больно, когда не получается их спасти.

Я закрыла глаза, чтобы сдержать слезы.

– Последние месяцы выдались трудными, ша жу, и ты потеряла многих дорогих тебе людей. Твой экам более продвинут, чем большинство мужчин на твоей родной планете, но даже он не станет подвергать сомнению твою способность со всем этим справиться. А я буду. Мне нужно знать, сможешь ли ты или тебе стоит быть честной с самой собой и передать кому-нибудь эти коды. Мы можем составить новый план, и я бы предпочел сделать это сейчас, а не на верфи, полной саксонцев.

– Надо было сломать тебе нос.

– Но ты не сломала, – он улыбнулся, – это хороший знак. Ты все еще контролируешь себя.

– У меня в груди дыра, заполненная рыдающими призраками прошлого, – сказала я на чен.

– Аи, сестренка, – Хао обнял меня, – от твоих поэтических речей у меня всегда уши болят.

Я проглотила всхлип и прижалась к Хао. Когда-то давно он был моим учителем, а я его ученицей. С тех пор многое изменилось, слишком многое, но человек, на которого я могу положиться и который всегда говорил мне правду, остался прежним.

– Я стольких потеряла…

– У любого человека есть свои призраки, иначе и жить не стоит, – сказал Хао. – Правда в том, что однажды мы тоже станем призраками.

– Ты помнишь, что сказал, когда я уходила?

– Да. «Не просри это все, ты отвечаешь за чужие жизни».

– Это гораздо сложнее, чем быть просто капитаном корабля, – прошептала я. – На кону слишком много жизней, Хао, а я едва могу уберечь тех, кто мне ближе всего.

– Мы не можем спасти всех, – сказал он, взял меня за руки и улыбнулся. – Ты ведешь их за собой, даешь им шанс улучшить свою жизнь, но позволь им жить самим. Фазе могла выбрать смерть, ты спасла ее, по крайней мере пока. Но чем ты поможешь мертвым, пытаясь избежать любого выбора?

– Я знаю. – Я прижалась к нему лбом и вздохнула. – Я так устала.

– Тебе надо поспать, давай. – Он развернул меня и аккуратно подтолкнул в сторону трапа. – Позже поговорим. Я подготовил все программы для наших команд. Вы с Эммори должны на них взглянуть.

Я мрачно посмотрела на Эммори, когда мы вышли в коридор.

– Рядом с ним я вечно чувствую себя девчонкой, которую отчитал отец.

– В некотором роде он и есть ваш отец, ваше величество, – сказал Эммори. – Отец для девочки, оплакивающей свои потери.

– И неплохой, пусть он это и отрицает. – Я пригладила волосы рукой. – По-моему, мой собственный отец говорил примерно то же самое моей матери после каждого сражения.

Хао был прав. Мне ужасно все это не нравилось, но я ничего не могла поделать. Горе и слезы придется отложить на потом. Мне нужно сосредоточиться на плане проникновения на верфи. Я пошла спать, и ни единый кошмар меня не потревожил. Я спала как мертвая, а утром возненавидела себя за это.

Глава 35

– Ваше величество, прекратите ходить туда-сюда, пожалуйста.

Я замерла посередине мостика саксонского корабля «Фальки» и посмотрела на Эммори:

– Это меня успокаивает.

– Зато остальных нервирует.

Я пнула спинку кресла, в котором сидел Хао.

– А тебя не спрашивали. Кас, когда прибудем на Канафи, запри его, пожалуйста, в самой маленькой камере, которая там найдется.

– Обязательно, ваше величество.

– Что, дорвалась до власти? – оскалился Хао.

Шутки успокаивали мне нервы лучше, чем бесцельная ходьба. Мы с Хао обожали отвлекать Портиса взаимной пикировкой, прежде чем отправляться на дело. Его бесконечное терпение меня ужасно бесило, и, когда мы с Хао расстались, я поняла, насколько проще все становилось в присутствии моего учителя.

– Выходим из гиперпространства через десять секунд, – объявил Кас.

Я села между Эммори и Накулой и постаралась не волноваться, пока Кас вел обратный отсчет.

Дезориентация быстро прошла, и тут послышались проклятья.

– Шива всемогущий!

Темно-серые корабли саксонцев еле виднелись в космической черноте. Я посмотрела на экран перед собой и, по мере того как числа росли, почувствовала, что сердце у меня уходит в пятки.

– Здесь до хрена кораблей, Хейл! Куда больше, чем мы думали…

Накула встал и склонился над плечом Каса, разглядывая данные на экране.

– Ваше величество, у нас большая проблема. Здесь весь саксонский семнадцатый флот. Пятьдесят семь кораблей.

– Кас, разворачивайся и уходи, – велел Эммори, – передай Зину сделать то же самое.

– Хаи рам! – Я потерла лоб ладонью и встала. – А ну, успокойтесь все.

Оперевшись на плечо Хао, я стала изучать экран внимательнее.

– Я спокоен, ваше величество, – Эммори встал рядом, – просто со всем флотом мы не справимся.

– Флот нас вообще не волнует. Мы идем к верфям. – Я указала на станцию, светящуюся на черном экране. – А когда мы захватим корабли «Ваджраяна», численное превосходство и огневая мощь будут на нашей стороне. Другого такого шанса нам не представится.

У Эммори на скулах заходили желваки.

– Хейл, это слишком опасно…

– Нам нужны эти корабли! Иначе наш маленький флот погибнет в первом же сражении.

– Эммори, нас вызывают. У нас есть пятнадцать секунд, чтобы сбежать отсюда или продолжить. – Кас был до странности спокоен. – Я согласен с императрицей. Давайте следовать плану.

– Дхатт, – выругался Эммори шепотом. – Кас, ответь им. Хао, отправь Зину закрытое послание, пусть он передаст информацию адмиралу Хассан. Я хочу предупредить ее. У нас есть двадцать минут на подготовку. Поехали! – Он схватил меня за руку и потащил вниз по трапу.

Индула встретил нас внизу, уже одетый в саксонскую форму, которую мы нашли на корабле. Рядом стояли трое матросов с корабля адмирала Хассан, и мне пришлось посмотреть их имена в смати.

Лейтенант Бинг, стройная и черноволосая, возвышалась над своими плотными коренастыми товарищами. Два энсина, Шоллер и Роше, явно числили среди своих предков саксонцев – лица у них были угловатые, а кожа совсем светлая.

– Лейтенант, идите наверх и смените Каса, – велел Эммори, – вы остаетесь на корабле. Не пускайте на борт никого, кроме нас.

– Есть, сэр. – Она отдала честь и ушла.

Эммори посмотрел на меня.

– Вы готовы?

Я кивнула.

Его кулак устремился вперед, и в моем левом глазу взорвались звезды. Я отпрянула и выругалась. Как только звон в ушах затих, я ответила ему той же любезностью. Голову Эммори отбросило назад. Он вытер кровь с разбитой губы рукавом белой рубашки, размазал ее по ткани и даже втер, чтобы выглядело похуже.

Хао спустился вниз. На плече у него красовался длинный порез, и, подходя к нам, он снял рубашку. Из всех татуировок Хао меня всегда особенно интересовала одна – над сердцем у него была наколота одинокая белая роза, лепестки с которой падали на грудь. Значение этой татуировки знал только он один и никогда об этом не рассказывал, хотя я спрашивала много раз.

Индула замотал ему руку, и Хао поблагодарил его и оделся. Затем, ухватив Накулу за подбородок, он порезал ему скулу.

– Джия тебя убьет, – сообщил Накула, прижимая руку к порезу и стряхивая кровь на рубашку.

– Девушкам нравятся шрамы.

Кас спустился вниз, светя синяком под правым глазом. Одет он был в ту же форму, что и Индула.

– Садимся через десять минут, – сообщил он.

– Тогда давайте маскироваться, – решил Хао. Он прикоснулся к ладоням двух блондинов с Индраны, и мой смати тут же перестал определять в них матросов королевского флота.

– Энсины, держатесь сзади, молчите, пока с вами не заговорят, – распорядился Кас, который теперь стал капитаном Томасом Хебрингом из Саксонского Альянса. Индранский акцент исчез, и Кас внезапно заговорил на идеальном саксонском.

Я завела руки за спину, и Эммори надел на меня наручники. Сердце сжалось.

– Проверьте код, ваше величество.

Я отправила код, и наручники немедленно упали. Эммори подхватил их, кивнул и снова заковал меня, сжав мою ладонь на прощание.

Минута текла за минутой. Наконец «Фальки» вздрогнул, и мы сели на станции Даршан, причале верфей Канафи. Кас взял меня за плечо. Защелкали заряжаемые пистолеты. Трап опустился, и мы увидели саксонских солдат. Кас и остальные резко отдали честь.

– Капитан Хебринг, – стоявший впереди человек отдал честь в ответ, – я полковник Пробст. Добро пожаловать на станцию Даршан, и позвольте мне первым поздравить вас с добычей.

– Благодарю, полковник.

– Мы можем забрать ваших пленников, капитан, а вы отдохните. Уверен, путь был долгим…

– При всем уважении, полковник, это наши пленники, и нашими они и останутся. – Никогда раньше я не слышала, чтобы Кас говорил настолько жестко.

Полковник покраснел, но репутация ударного корпуса сыграла нам на руку. Пусть он и был старше Каса по общеармейскому званию, но ударный корпус считался самым элитным войсковым соединением, и, если тут не окажется другого офицера из того же корпуса, Кас будет считаться главным.

– Тогда мы проводим вас в тюрьму, – сказал полковник Пробст, пытаясь хоть немного восстановить авторитет перед своими людьми. – От отчаяния люди часто совершают глупые поступки.

Он взял меня за подбородок, внимательно разглядывая синяк на моем лице. Я пнула его по яйцам, и он рухнул на палубу, словно камень при гравитации в 10 g. Меня тут же двинули прикладом между лопаток, и я тоже упала. Металлическая палуба под щекой оказалась прохладной, я слышала, как надо мной препираются остальные. Эммори выругался и тут же коротко вскрикнул, как будто его кто-то ударил.

– Если вы хотите просто помучить моих пленников, полковник, – сказал Кас со вздохом, – я думаю, мы и без вас неплохо справимся. Я кое-как успокоил ее перед посадкой, так что не трогайте моих пленников.

Он рывком поставил меня на ноги и толкнул вперед. Полковник все еще извивался на палубе.

Мы встретились с Изой и Кисой, изображающими другую саксонскую команду, и я обменялась взглядами с Зином, под глазом которого чернел впечатляющий синяк.

О нашем прибытии сообщили в тюрьму, но это известие никак не помогло несчастному потеющему сержанту, которому не повезло оказаться на посту.

– Капитан, – он отдал честь и с трудом сглотнул, – мы как раз перемещаем нескольких заключенных, чтобы освободить вам место.

– Я хочу поговорить с тем идиотом, который здесь главный, – сказала я.

Кас ударил меня, даже не глядя в мою сторону. Я плюнула в него кровью и посмотрела ему прямо в глаза, когда он ткнул пистолет мне под подбородок. «Браунинг-X» саксонского производства завибрировал, заряжаясь.

– Ты не станешь в меня стрелять, – усмехнулась я. – Мы оба знаем, что это дешевые понты, капитан. Я хочу поговорить с начальником этой дыры, и, клянусь Шивой, вас всех будет судить межгалактический военный трибунал, если меня не отведут к нему в ближайшие пять минут.

Кас усмехнулся в ответ, но все же убрал пистолет и повернулся к сержанту.

– Как пройти в командный центр?

– Сэр, сначала вам следует разместить пленников…

– Она не уймется, сержант. Я провел с ней целую неделю и очень, очень устал от ее голоса… Так что займитесь остальным сбродом. А я отведу ее величество к кому-нибудь, кто, может быть, сумеет ее заткнуть. – Он нахмурился. – Полагаю, вы справитесь с моим поручением?

– Разумеется, сэр! По коридору, первый поворот налево, и в конце будут лифты. Поднимайтесь на самый верх. Я сообщу им, что вы идете.

– Хорошо. Лейтенант Тосс и вы двое, за мной. Остальные останутся с пленниками.

Кас вывел меня из дверей в сопровождении Индулы, Кисы и Изы. Мы набились в лифт, и, когда за нами закрылась дверь, я шумно выдохнула.

– Этого несчастного идиота сожрут живьем, – прошептала я и увидела, как Кас прикусил губу, чтобы не смеяться.

«Нельзя сказать, что мы уже в безопасности, ваше величество», – сказал он по закрытому каналу.

«Я в тебя верю. Отличная работа, ты очень страшный».

Лифт остановился, и двери открылись.

– Вперед, – Кас ткнул меня в спину.

Мы прошли по коридору и оказались в командном центре. Все присутствующие обернулись посмотреть на нас, и мгновенно воцарилась тишина. Пожилой человек с твердым рубленым лицом поднялся нам навстречу.

– Сэр, капитан Хебринг, – отрекомендовался Кас, – пленница требует разговора с вами.

– Ваше императорское величество, – человек насмешливо поклонился, – позвольте представиться: коммандер Гильс Нильсен. Добро пожаловать на мою станцию.

– Это моя станция, коммандер, – ответила я. – Я требую зарегистрировать формальный протест против подобного обращения со мной и моими людьми. В соответствии с правилами Расширенной Женевской конвенции от 2767 года, с военнопленными необходимо…

– Да-да, дорогая моя, мы все читали эту конвенцию. – Коммандер Нильсен помахал рукой и с улыбкой приблизился ко мне. – Уверен, в конце концов все выяснится…

«Кас, скажи Эммори начинать».

– Да, я тоже в этом уверена! – Я сбросила наручники и выхватила у Каса «Браунинг». Четверо моих телохранителей задвигались одновременно, рассредоточившись по комнате и направив оружие в разные стороны.

– Те, кто планирует сегодня умереть, могут оставаться на месте, – сказала я и приставила дуло ко лбу коммандера Нильсена. – Если хотите выжить, ложитесь лицом в пол.

Все саксонцы, кроме коммандера, попадали на пол. Нильсен же испуганно таращился на меня, пока Индула не ударил его по затылку. Он рухнул, и мне даже пришлось отступить в сторону.

– Заводите друзей, ваше величество? – спросил Эммори, выходя из лифта.

– Само собой. А ты? Как сержант?

– Заперт в камере вместе с остальными охранниками. – Эммори улыбнулся и указал на трех женщин. – Я оставил людей адмирала Хассан охранять тюрьму и проход к кораблям. Эти трое вызвались помочь с компьютерами на кораблях «Ваджраяна».

– Ваше величество, – темноволосая девушка низко поклонилась, – я старший инженер Рагини Трискан. Это техники Яма Хункаар и Хаса Юлсен.

– Рада вас видеть. С вами хорошо обращались?

– Нормально, мэм. Большую часть офицеров отправили на поверхность Канафи Большой, а нам предложили сотрудничество, и мы согласились. Разумеется, мы старались быть как можно более бесполезными, – она улыбнулась.

– Ты улыбаешься чаще, чем твой отец, Рагини, – заметила я.

– Мой отец?

– Генерал-лейтенант Агани Трискан, верно? Последний, кого я ввела в свой военный совет.

– Да, мэм, – она снова улыбнулась, – это большая честь для него. Он об этом мечтал всю жизнь.

– Он очень беспокоится за тебя и твою сестру. – Я посмотрела на Эммори, который как раз помахал мне рукой.

– Мы здесь уже пятнадцать минут, мэм, – сообщил он. – Лучше бы начинать, пока никто не заметил, что происходит.

– Нужно блокировать сигналы. Некоторые провода мы недавно обрезали, так что у нас есть еще немного времени. Подозрения возникнут, если это продлится слишком долго, – сказала Рагини.

Мои телохранители собрали всех саксонцев вместе и погнали их в тюрьму, а я села в кресло рядом с Рагини.

– Пожалуйста, свяжи все корабли вместе и отправь их в гиперпространственный прыжок по этим координатам, как только они включатся. Запрограммируй двигатели на полную остановку после прыжка. У нас будет меньше десяти минут с момента включения кораблей до того, как это кто-нибудь заметит. Поэтому давай сделаем все, что можно, до запуска двигателей.

– Да, мэм, – отозвалась Рагини, – я понимаю. Дайте мне секунду для проверки безопасности сети, ваше величество… Отлично, мэм, все в порядке.

Я подключила свой смати к сети и загрузила коды блокировки.

– Яма, Хаса, садитесь за терминалы. Пусть одна из вас начинает диагностику, а вторая ставит щиты, и как можно тише.

Техники сели за другие терминалы и приступили к работе, обмениваясь короткими репликами и все глубже погружаясь в корабельные системы.

– Отлично, ваше величество! – Ко мне подошел Эммори. – Вы свою часть работы выполнили, так что возвращаемся на корабль.

– Эммори, не зли меня… Одни мы никуда не пойдем, а мне еще нужно найти способ перепрограммировать защиту этой станции так, чтобы она нам помогла.

– Чем я могу помочь?

– Найди Хао. Вместе вы придумываете отличные решения.

Эммори мрачно посмотрел на меня, но все же свистнул Хао, который подошел к нам с заинтересованным выражением лица.

– Защита станции. Давай, приноси пользу, – велела я ему, и он улыбнулся.

– Ваше величество, позвольте?

Я обернулась к Рагини.

– Судя по всему, сорок пять кораблей в достаточно хорошем состоянии, чтобы выдержать гиперпространственный прыжок. Еще два саксонцы почти разобрали, выясняя, как они работают. – Она быстро стучала по экрану.

– Ну что ж, и этого хватит.

– Системы жизнеобеспечения работают. Уровень воздуха поднимается до необходимого, – сообщила Яма.

– Мы будем готовы заводить двигатели через пять минут, – сказала Хаса.

– У нас нет этих пяти минут, – ответил Эммори.

Глава 36

– Ох, етит-твою! Ну что еще?

– Энсин Роше только что сообщил, что к тюрьме подходит морская пехота. Сигналов тревоги не было, так что он не знает точно, в чем дело, но ситуация складывается не очень.

– Пусть уходят на корабль, не хочу, чтобы их заперли в здании. Мы пойдем сразу за ними. Рагини…

– Да, ваше величество, я все слышала. – Ее пальцы порхали над экраном. – Нам нужно загнать в корабли воздух, иначе они будут бесполезны.

Я посмотрела на экран перед собой и выругалась.

– Контрольный сигнал! Черт возьми, Эммори, в тюрьме не подали контрольный сигнал, как и в командном центре…

– Мэм, один из кораблей вызывает нас, – Рагини сглотнула. – «Неукротимый», флагман маршала Крескина.

– Кас? Почему у этого мужика такая же фамилия, как у тебя? – поддразнила я.

– Не смотрите так на меня, ваше величество, – улыбнулся он. – Может быть, он мой очень далекий родственник, вот и все. Крескин – не такая уж редкая фамилия.

Я посмотрела на Эммори, который слегка пожал плечами.

– Рагини, соедини нас.

На большом экране командного центра появился человек с серебряными волосами. Глаза у него были ярко-синие, цвета летнего неба над Пашати в ясный день.

– Маршал флота Крескин, – поздоровалась я.

– Императрица Хейлими, – он склонил голову, хотя явно удивился. – Я не знаю, что вы делаете в командном центре моей станции, но собираюсь предложить вам сдаться.

– Боюсь, вынуждена отказаться. Это моя станция, мои корабли и моя система. Если вы решите сдаться, я с удовольствием это приму. – Я выключила звук и повернулась к нему спиной. – Яма, можешь отключить сетевую связь? Я знаю, что мы выключили смати всех пленников, но хочу вырубить всю станцию.

– Да, мэм.

– Выключай, как только я закончу этот разговор. Рагини…

– Еще две минуты, – ответила она прежде, чем я успела задать вопрос.

– Хаса, как дела?

– Все в порядке. Жизнеобеспечение включено. Прикажите – и я отправлю корабли прочь отсюда.

– Эммори, скажи лейтенанту Бинг бежать на другой корабль. Помоги им загрузиться, и пусть уматывают отсюда, как только корабли «Ваджраяна» уйдут в гиперпространство. Мы улетим сами. Не хочу, чтобы она слонялась здесь и ждала нас. Если на нее нападет морская пехота, ей не выбраться.

Эммори кивнул, передавая инструкции.

– Они не попались морской пехоте, мэм. Будут готовы уходить через минуту. На нас, между прочим, тоже нападают.

Я повернулась обратно, включила микрофон и улыбнулась маршалу.

– Ваше величество, – нахмурился он, – нас намного больше, а вы одна. На этих кораблях наверняка недостаточно ваших людей, и мы сейчас же их взорвем. Будьте уверены, я предпочту их уничтожить, чем вернуть Индране.

Я дернула плечом.

– Одна? Верно. Вас больше? Бывало и хуже. Где это было, Хао?

– На Плутоне, – ответил он.

– Да уж, – улыбнулась я, порадовавшись тревоге на лице Крескина. – Простите меня, маршал, но я, пожалуй, рискну. – Я отключила связь. – Яма, давай. Сколько времени прошло с тех пор, как морская пехота напала на тюрьму? – Тут же раздался сигнал тревоги. – А, ну вот и ответ. Рай, Джохар! Дверь!

Они разом кивнули и двинулись к правой двери. Зин и Индула уже направлялись к левой, когда здание сотряс взрыв. Эммори отбросил меня за терминал и прижал к полу, не давая подняться. Пока он меня не отпустил, я могла только слушать выстрелы и крики.

– Чисто, ваше величество.

– Запускай корабли, Рагини, – сказала я, поднимаясь на ноги.

Сорок пять кораблей одновременно поднялись из доков и исчезли, оставив за собой только слегка дрожащее пространство. Я злорадно представила панику, которая поднялась на мостике «Неукротимого».

– В нас опять стреляют, – сообщил Зин. – Я бы порекомендовал сменить место дислокации, ваше величество.

– Хаса, сколько времени займет включение одного из разобранных кораблей? Система жизнеобеспечения меня не волнует, только двигатели.

– Недолго, ваше величество, – ответила она, – особенно если действительно ничего не нужно, кроме двигателей.

– Тогда включай и вводи вот этот план полета, – я отстучала координаты на консоли.

– Ваше величество? – Она посмотрела на меня огромными темными глазами, и я угрюмо улыбнулась.

– Я знаю, что это ужасно, но так мы выиграем немного времени. – Я присела рядом с ней и прижала ладонь к панели под терминалом. – Как только закончишь, скажи. Накула, сюда.

Он подбежал ко мне. Порез на его щеке открылся, и оттуда текла кровь.

– Ты идешь первым, эти трое за тобой. – Я подняла глаза и увидела, что Рагини и Хао вместе внимательно на что-то смотрят. – Хао…

Еще один взрыв сотряс станцию, и за этим последовал такой залп проклятий от Эммори, что я даже удивилась.

– Он взорвали «Фальки», мэм.

– Остальные?..

Эммори кивнул, хотя я не сумела закончить предложение.

– Они выбрались.

– Но мы застряли здесь, под прицелом всего гребаного саксонского флота. Эй, Хао, что ты там говорил насчет нового плана на верфи, полной саксонцев?

– Вообще-то, Хейл, я говорил, что не хочу оказаться в такой ситуации.

– Поговори с маршалом. Это он во всем виноват.

– Не могу поверить, что Портис вас обоих не пристрелил, – буркнул Зин.

– Он часто грозился, – улыбнулась я, – просто знал нас лучше тебя.

– Ваше величество, корабль работает, – сказала Хаса.

– Вперед! А потом сотри эту хрень с терминала.

Она нажала кнопку, и мы увидели, как один из кораблей «Ваджраяна» стремительно вылетел со станции. Он шел прямо на «Неукротимого», но другой саксонский корабль перехватил «V14» на подлете и столкнулся с ним. Оба корабля взорвались, превратившись в огненный шар.

Целую секунду в командном центре царила тишина, а потом мы все ожили.

– Оба выхода блокированы гребаными саксонцами, как вы, ваше величество, выразились, – сказал Зин. – Нам нужно отсюда выбраться, и побыстрее.

– Выход есть, – я указала на сервисный люк, который уже успела открыть. – Напугай саксонцев, чтобы они не совались сюда, Зин. Остальные, лезьте в туннель. – Я подтолкнула Изу и Кису к отверстию. – Вы следующие, – сказала я Хао и жестом заставила Рагини молчать. – Одного с вас хватит, вперед.

– Да, мэм! – Она кивнула, прижала планшет к груди и полезла вслед за Хао.

Дверь, у которой стояли Рай и Джохар, была еще цела, и они даже умудрились подпереть ее обломком терминала.

– Это задержит их на какое-то время, – сказала Джохар, стреляя в контрольную панель на стене.

– Хорошо. А ты что с собой пронес? – Я улыбнулась Раю, который невинно смотрел на меня. – Я тебя знаю. Тебе повезло, что нас не обыскали в доке. Что у тебя с собой?

Рай вытащил из кармана пригоршню чего-то вроде пластиковой соломки, и я присвистнула.

– Серьезно? – Я посмотрела на Джохар. – И ты позволила ему притащить это сюда? Один случайный удар, и все взлетело бы на воздух.

– Мы нашли способ стабилизировать начинку, – она пожала плечами. – Стало гораздо лучше, хотя они еще довольно хрупкие.

– Отлично, давай сюда! – Я сгребла взрывчатку. – Детонатор?

– Пусть будет у меня.

– Отдай его мне, Рай, и залезай в туннель. Сегодня мы все уйдем, и никто не умрет.

– Мы все когда-нибудь умрем, ваше величество, вопрос только в том, когда конкретно, – ответил он с кривой улыбкой, но все же отдал мне детонатор и подтолкнул Джохар к выходу.

Я посмотрела, как они исчезают в туннеле. Остались только Зин, Индула, Гита, Эммори и я. Я разложила взрывчатку под окном командного центра и под обеими дверьми.

– Индула, Гита, в туннель.

Они посмотрели на Эммори, но все же направились к туннелю. Зин сделал еще несколько выстрелов и последовал за ними. Я нырнула следом, и последним пошел Эммори. Кричащие саксонцы ворвались в комнату.

– Давай! – Эммори вернул люк на место. Я понадеялась, что это хоть немного поможет, и задействовала детонатор.

Станция затряслась, когда взрывчатка уничтожила помещение и тех саксонцев, которым не повезло там оказаться.

Мы лезли дальше по туннелю – Зин впереди меня, Эммори позади, – пока не доползли до другого открытого люка и кто-то не вытащил Зина наружу.

Хао схватил меня, легко поднял и поставил рядом с Зином, а потом вернулся за Эммори.

– Где мы?

– Уровнем ниже командного центра, мэм, – ответила Рагини, вводя что-то в планшет. – Я заблокировала лифты. Хаса, контроль над окружающей средой восстановлен?

– Да, мэм. Все в порядке.

– Они пытаются вернуть себе доступ, но мы пока держим, – сказала Яма.

Рагини подошла к ней, а пока техники совещались, я собрала остальных вокруг себя.

– У нас есть час или чуть больше, прежде чем адмирал Хассан, распределив людей, вернет корабли сюда и начнет сражение. Накула, вы с Изой держитесь рядом с Хасой и Ямой. Берегите их.

– Есть, мэм, – оба кивнули.

– Эммори, есть идеи?

Мой экам перестал изучать коридор, но этим тут же занялся Зин – при этом они не обменялись ни словом.

– Они могут просто уничтожить всю станцию. – Пол под ногами дрогнул, как будто подтверждая его слова. – Я совершенно уверен, что король Трейс и остальные предпочли бы видеть вас мертвой, ваше величество.

– Значит, нам нужно отсюда выбраться. Как? – Я прижала палец к губам, обдумывая варианты. – Рагини?

– Да, мэм?

– Второй корабль «Ваджраяна», для битвы он не годится, а как у него со щитами и системой жизнеобеспечения?

Она неопределенно повела рукой.

– Так себе, ваше величество, но сойдет, если мы не собираемся уходить далеко. Я запустила воздушные процессоры, когда взорвался ваш корабль, – она улыбнулась. – Я все еще контролирую «Ваджраяну», и он пока цел. Возможно, они считают, что если мы просто оставим его здесь, то тем хуже для нас.

– Пора двигаться, – сказал Зин.

Сопровождаемая Гитой и Эммори, я вышла в коридор вслед за остальными. Я не могла перестать думать о том, что саксонцы взорвут всю станцию.

Рай вдруг остановился – и пуля тут же ударила туда, где он оказался бы через секунду.

– Там тринадцать… – Он заглянул за угол и несколько раз выстрелил. – Вернее, десяток морских пехотинцев, и с ними надо что-то делать.

– Сюда! – Рагини приложила ладонь к дверной панели, и та сдвинулась. – Тут еще один туннель, – она указала на люк в дальней стене.

– Мне нужно передать кое-что по сети, Эммори. Сколько у нас времени?

– Сейчас? – Он огляделся. – Минут пять. Даже меньше, если они догадаются, где мы.

– Они не смогут уничтожить станцию, если все услышат эти новости, – сказала я. – Солярианцы их разорвут за такое нарушение закона.

– Это, конечно, нас очень порадует, когда мы превратимся в фарш, – согласился Хао.

– Политика, – объяснила я, – они не станут этого делать. Не смогут. – Станция вновь содрогнулась, и Эммори схватил меня за руку. – Кроме того, если мы собираемся на планету, то я хочу сообщить людям Канафи Большой, что мы тут. Это может подарить нам необходимое время.

– Хорошо, – кивнул Эммори. – Включайте сеть, чтобы можно было выступить.

– Без проблем, сэр, – отозвалась Яма, – только прикажите.

– Открывайте люк. Касс, Иза и Киса, постойте у двери и завалите ее чем-нибудь не слишком тяжелым, что тут найдется.

Рай уже пытался выворотить стол, привинченный к полу. Вместе с Джохар они поволокли его к двери.

Я пригладила волосы и одернула грязную рубашку, пытаясь выглядеть приличнее. Кивнув Эммори, я стала ждать его сигнала.

– Мы в эфире, ваше величество.

– Граждане Индраны, народ Канафи. Вы слышали, что я мертва, – я улыбнулась. – Очевидно, это неправда. Эту ложь запустил премьер-министр Фанин, чтобы захватить власть над моей Империей. Я нахожусь на станции Даршан в системе Канафи. Мы только что успешно освободили корабли проекта «Ваджраяна», незаконно захваченные саксонцами. Граждане Империи, пора! Защитите свои дома, свои города, свои планеты! Мы здесь, чтобы помочь вам и защитить вас. И мы просим вас сделать для нас то же самое. Распространите это сообщение. Саксонский Альянс нарушил соглашение, и Индрана вынуждена воевать на своей территории и за ее пределами, но мы победим!

Эммори кивнул.

– Записано и отправлено. Я передал копию напрямую в Солярианское консульство на Канафи Большой. Будем надеяться, что из этого выйдет толк. – Он не слишком почтительно подтолкнул меня к люку. – Вперед, ваше величество, нам нужно выбираться отсюда.

На этот раз Эммори не дал мне отправить вперед всех остальных, и я залезла в туннель вслед за Накулой. Мы ползли по этому лабиринту целую вечность, если верить ощущениям, и минут десять, если судить по смати. Я проверила запущенный ранее обратный отсчет времени. Оставалось еще не меньше сорока минут до прибытия флота адмирала Хассан, и я не знала, сколько времени продержится защита станции.

– У щитов осталось шестьдесят семь процентов мощности, мэм. – Как будто прочитав мои мысли, Яма сообщила мне новости, когда я выбралась из очередного люка.

– Но саксонцы задействовали еще не все свои силы, – сказал Накула. Он взял меня за руку и крепко ее стиснул.

– Может быть, маршал надеется, что я сдамся? – Я попыталась ободряюще улыбнуться, но, судя по его взгляду, у меня не вышло.

– Рагини включила двигатель корабля. Системы жизнеобеспечения работают нормально, но она говорит, что во взлетном отсеке есть скафандры, которые неплохо было бы прихватить с собой на всякий случай.

– Где мы? – Я протянула Зину руку и помогла ему выбраться из люка.

– На складе, ваше величество, – ответила Рагини, – около сорока метров от «V23». Путь чист.

Хаса шепотом выругалась.

– Я выключаю систему коммуникации, сейчас они смогут нас обнаружить.

– Тогда нам лучше свалить отсюда. – Я повернулась к люку посмотреть, не остался ли кто в туннеле, но внезапный крик Рагини остановил меня:

– Шива всемогущий!

Глава 37

– Что такое? – одновременно спросили мы с Эммори.

– Мэм, посмотрите на следы гиперпространственного прыжка. Двадцать три, и прибывают все новые. – Зеленые отсветы на ее лице мне все объяснили.

– Не думаю, что Инана могла бы так быстро разобраться с этими кораблями, – сказала я, но Эммори покачал головой.

– Она идет без кораблей проекта «Ваджраяна», мэм. Это только ее флот.

– Что происходит? Она хочет, чтобы ее убили? Я же велела ей ждать!

– Мне кажется, она вас не послушала, ваше величество. – В голосе Эммори не было и намека на улыбку, но я все равно посмотрела на него очень злобно.

– На станции перестали стрелять, мэм, – сообщила Яма.

– Нам все равно нужно бежать, – Эммори взял меня за руку. – Хаса, ты закончила?

– Еще нет, сэр.

– Ты сможешь их задержать, пока мы не доберемся до корабля?

– Эммори, они уже с минуту просто бегают туда-сюда, – ответил Хао. – Если мы пойдем сейчас, то можем и прорваться.

Индула открыл дверь, проверил коридор и выскользнул наружу, уступая место Касу, Кисе и Джохар. Мы бросились к пустому доку, громко грохоча по металлическому полу, топот эхом отдавался в ушах. Из двери высунулся огромный саксонец. Джохар, не замедляя шага, подпрыгнула, ударила его ногой в грудь, а потом и рукой. Он перехватил ее кулак и дернул, отбросив девушку к стене. Она ловко вывернулась, но он прилип к ней, словно они были парой межпланетных поездов в системе Киото.

Я не сдержала вскрика, когда его нога чуть не врезалась ей в голову. Рай усмехнулся, и я стукнула его по плечу. Джохар откатилась в сторону и пнула своего противника под подбородок. Ей не хватило сил, чтобы его вырубить, но она оглушила его, и это дало ей время вскочить. Она не стала ждать, пока он придет в себя, и несколько раз ударила его в солнечное сплетение и в область правой почки, но он смог оттолкнуть ее так, что она отлетела на несколько шагов. С диким ревом саксонец накинулся на Джохар. Она скользнула в сторону, почти увернувшись от его гигантской лапы, но он схватил ее и сдавил изо всех сил.

– У меня нет патронов, – сказал Эммори.

– Все будет хорошо, – успокоил его Рай, – подожди секунду.

Джохар оскалилась. Из пореза под ее правым глазом текла кровь, заливая лицо. Она рухнула на палубу и перебросила саксонца через себя. Пока он пытался встать, она сильно ударила его в лицо. Когда же он попытался закрыться, она вскинула длинную ногу и пнула его прямо в челюсть. Саксонец тяжело рухнул на палубу, и громкий стук возвестил конец драки. Джохар отряхнула руки и покачала головой.

– Идемте.

Трое техников открывали воздушный шлюз, пока остальные добирались до корабля, но Хао остановил меня, не позволив ждать их.

– Давай мы пойдем первыми, – велел он и закрыл дверь.

– Мы уже видны на их сканерах! – Я схватила пистолет, услышав приближающиеся шаги. Рай положил руку мне на плечо и улыбнулся.

– Пока нет. У нас с Джохар был один козырь в рукаве. Я еще никогда не пробовал спрятать стольких людей с помощью этого устройства, но вроде бы оно работает.

Переходный шлюз открылся, и мы ввалились внутрь. Все, кроме Рая и Джохар, задержавшихся забрать скафандры из ближайшего шкафа.

– Где мостик? – спросила я, как только попала внутрь «V23».

– Туда, – сказал Хао, и я побежала за ним по коридору. За мной двинулись Эммори и Гита.

Корабли «Ваджраяна» не слишком отличались оформлением от остальных кораблей индранского флота, так что мы шли по таким же коридорам с закругленными белыми стенами и решеткой на полу. Но при этом было совершенно очевидно, что корабль недоделан – или почти разобран на куски.

Провода свисали с потолка, огромных секций переборок не хватало. Когда мы влетели на мостик, большая часть терминалов оказалась закрыта защитным пластиком. Работали только некоторые. Рагини сидела за одним из терминалов, а остальные техники стояли рядом.

– Щиты включены, ваше величество, – объяснила она. – Они не знают, что мы здесь, по крайней мере, судя по разговорам, которые я перехватываю.

– Как адмирал Хассан? Можно ли синхронизировать мой смати с компьютерами?

– Она держится, мэм. Благодаря внезапному появлению они уничтожили несколько саксонских кораблей. – Пальцы Рагини порхали над экраном. – Я работаю над системой связи, чтобы мы смогли переговорить с «Ваджрой».

Хаса отошла от нее и с помощью Индулы принялась снимать пластиковую пленку с других терминалов. Пару минут спустя перед нами появились изображения кораблей, участвующих в сражении.

– С Канафи Малой идут еще десять кораблей, – сообщила она.

– Черт возьми! – Я-то надеялась, что корабли с Канафи Малой останутся в стороне, но вышло почему-то не так.

– Дай мне их идентификаторы, – сказал Хао и улыбнулся, когда Хаса прочитала первый из них. – Это наши. Я думал, Мел подойдет с другой стороны. – Он посмотрел на меня. – Если бы они только смогли взять под контроль эти чертовы корабли и вернуться обратно, все было бы хорошо.

Я не смела на это даже надеяться.

– Два эскадрона морской пехоты идут по доку в нашу сторону. Саксонцы ведь пока не знают, что этот корабль ожил? – Эммори склонился над плечом Рагини.

– Да, сэр.

Я посмотрела на Эммори, в то время как все наши добрались до мостика. Двигаться или оставаться на месте? Оба варианта имели свои недостатки, но я терпеть не могу сидеть тихо.

– Рагини, как там щиты?

– Сто процентов мощности, мэм.

– Система управления полетом работает?

– Да, мэм. К тому же все автоматизировано и привязано к компьютерам на мостике. Но если в нас попадут и в моторном отсеке никого не будет, или возникнет какая-то еще проблема… мы все можем погибнуть, – она улыбнулась, как будто извиняясь.

– Это рискованно, но я бы предпочла выбраться с верфей, пока никто не понял, что мы здесь, и не начал стрелять. Где главный терминал, Рагини? Эммори, помоги мне.

Когда она показала, я начала стаскивать пластик с терминала, управляющего полетами. Мы сняли пленку, и я села.

– Ваше величество?

– Что?

– Вы когда-нибудь водили большой боевой корабль?

– Нет, – призналась я, – но я очень хороший пилот. Разве могут возникнуть трудности?

– Может быть, кто-нибудь другой… – Эммори оглядел мостик.

Хао рассмеялся и поднял руки:

– Она водит корабли куда лучше меня.

– Отсоединяемся от дока, – сказала Яма. – Ваше величество, можно выдвигаться.

– Держитесь! – велела я и включила маневровый двигатель. «V23» оторвался от палубы так же плавно, как скользят по воде индранские дельфины. Изящный и быстрый, корабль моментально реагировал на любое мое движение. Я почувствовала легкий толчок, когда заработали внутренние демпферы. Мы набирали скорость.

– Система коммуникации настроена, ваше величество. Можете подключать свой смати.

Я ввела координаты ближайшего индранского корабля и начала синхронизацию. Эммори у меня за спиной раздавал приказы, но я почти не обращала на них внимания. Накула и еще трое ушли с мостика.

– Ваше величество, «Ваджра» на связи. Соединить вас?

– Да.

Лицо адмирала Хассан появилось на экране.

– Инана, что, во имя пламени Нараки, вы делаете? Где корабли «Ваджраяна»?

– Мы получили сообщение о семнадцатом саксонском флоте. Когда вы не вернулись вместе с кораблями, я решила, что что-то пошло не так. Мы пришли к выводу, что лучше вмешаться, пока собираются остальные корабли. А что вы делаете, мэм? Вы должны быть на корабле, в безопасности, в точке встречи…

– У нас возникли кое-какие проблемы с транспортом. Он взорвался. – Я пожала плечами и улыбнулась. – Но мы справляемся. Этот кораблик ничего, вот только ноги у него короткие.

– Я отправила к вам два корабля для защиты. Держитесь подальше от сражения, ваше величество. – Адмирал Хассан вцепилась в подлокотники, когда «Ваджру» тряхнуло и замигали сигналы тревоги. – Увидимся позже.

– Можете не сомневаться. – я отключила связь.

– К нам направляются два корабля, – сказала Хаса, – «Мокша» и «Деваки», корабли класса «Сарама». Кажется, за ними кто-то еще увязался.

– Мы можем подстрелить это ведро?

– Пока нет, мэм, – ответил Эммори, – Накула и Киса над этим работают.

Я благодарно ему улыбнулась.

– Напомни мне поставить всем выпивку, когда мы закончим.

– Мэм, нас вызывает «Деваки».

– Выводи на экран.

– Ваше величество, это капитан Элли Скел. Адмирал Хассан приказала прикрыть вас. Вы можете уйти в гиперпространство?

– Я не доверяю этой железке, капитан. Зато мы способны на все остальное, – ответила я, взглянув на Яму. Техник покорно покачала головой. – У нас есть щиты, и мы пытаемся оживить орудия. У вас на хвосте кто-то висит. Займитесь ими, а мы подождем.

– Есть, мэм! – Она четко кивнула, и коммуникатор отключился.

– Рагини, подключись к главному каналу связи на корабле адмирала Хассан.

Сбоку от большого экрана начали появляться сообщения от кораблей флота, а устные доклады зазвучали из динамиков. Одним глазом я смотрела на битву между двумя линейными крейсерами и пятью саксонскими истребителями, одновременно пытаясь понять в этом хаосе, что вообще происходит.

Обратный отсчет, который мой смати вел на краю поля зрения, показывал, что до выхода кораблей «Ваджраяна» из гиперпространства остается еще семнадцать минут. И это если при включении систем не возникло никаких проблем.

– Со стороны планеты ведется огонь.

– Мощность щитов снизилась до семидесяти трех процентов.

– Это «Аликс», я потерял контроль над орудиями!

– «Аликс», возвращайтесь под прикрытие «Деваки».

– Пробоина в корпусе! Пострадал отсек гиперпространственного двигателя! Приготовиться покинуть корабль!

Экран залил свет, и я затаила дыхание, когда «Аликс» взорвался. Взрыв накрыл несколько саксонских кораблей, оказавшихся рядом.

– Мать-Разрушительница, – прошептала я, поочередно прикладывая ладонь к губам, сердцу и лбу.

Один из саксонских истребителей плюнул огнем в космос. Вторая вспышка света оказалась гораздо ближе.

– Мощность щитов упала до двадцати двух процентов, – сообщили с «Мокши».

– В корпусе пробоина, сектора восемнадцать и девятнадцать.

– У нас еще что-нибудь есть? – вслух поинтересовалась я.

«Ваше величество, – голос Накулы зазвучал в моей голове, как будто бы он меня услышал, – мы можем стрелять, но неизвестно, сколько времени это продлится. Наверное, лучше использовать орудия прямо сейчас».

– Капитан Скел, мы наладили систему контроля стрельбы. Повторяю, система контроля стрельбы готова к бою. Чем мы можем помочь?

– Принято, «V23». Ваша помощь пригодится для уничтожения подбитого истребителя.

– Хао, стреляем всем, что есть, в этот полудохлый корабль.

– Ему так много не надо, – отозвался Хао, колотя по экрану. – Плазменный луч!

Огонь «Ваджраяны» уничтожил истребитель мгновенно. Хао тут же переключился на остальные четыре корабля. Расплавленное железо, разогнанное до девяноста пяти процентов скорости света, пробило щиты и поглотило второй саксонский корабль. Оставшиеся два сочли за лучшее развернуться и удрать.

– Мне нравится этот кораблик, – заметил Хао.

– Ты его не получишь. – Я засмеялась, но тут же замолчала, когда Рагини крикнула:

– Мэм, в корабль адмирала Хассан попали!

У меня из легких разом вышибло весь воздух. Я поняла, что потеряла еще одного близкого человека.

– Нет…

– Щиты разрушены. На мостике никого нет.

– Кто-то выходит из гиперпространства.

Я напряглась. Мой таймер все еще отсчитывал минуты, и оставалось никак не меньше десяти.

Сорок пять пылающих молний вывалились из гиперпространства за основным флотом и немедленно открыли огонь с невероятной точностью. Несколько саксонских кораблей взорвались – взрывы были такими яркими, что я их и без сканера увидела. Мгновение на всех каналах слышались радостные крики, которые, впрочем, тут же сменились сообщениями о ходе битвы.

– Капитан Скел, кто принял командование над флотом?

– Адмирал Зеллин, мэм, на борту «Хелены».

– Переключите меня на нее.

Мостик «Хелены Бристоль» затянуло дымом. На лбу у адмирала Зеллин кровоточил глубокий порез, но глаза были ясные и сосредоточенные.

– Ваше величество, – она с облегчением вздохнула, – маршал саксонского флота Крескин только что сдался.

– Прикажите своим экипажам отходить, пусть корабли «Ваджраяна» зачистят территорию. Встретимся на станции Даршан. Ожидаю отчета в течение часа.

– Есть, мэм.

– И найдите Инану, пожалуйста.

– Мы сделаем все, что можем, мэм. Адмирал Фон уже направляется к ней.

Я закрыла лицо ладонью и прошептала короткую молитву об экипаже «Ваджры». Потеря адмирала Хассан обойдется нам очень дорого, и не только эмоционально. Она была одним из лучших наших стратегов, лицом флота метрополии, и я…

«Прекрати думать о ней как о мертвой. Ты этого еще точно не знаешь, идиотка».

Я предоставила Хао вернуть нас на станцию и поднялась на обзорную палубу. Эммори тихо шел следом за мной.

Большая часть повреждений на станции оказались мелкими, корабли по ней почти не стреляли. Вокруг руин командного центра и дока, где стоял «Фальки», парили обломки. Я увидела несколько шаттлов, приземлившихся на верфи. Оттуда выскакивали морские пехотинцы с оружием наперевес.

Маршал флота Крескин отдал приказ сдаваться, но мы на него не особенно рассчитывали. Я приказала стрелять без предупреждения в любого, у кого хватило глупости держать в руках оружие. Эммори не планировал пускать меня на станцию, пока мы не убедимся, что это безопасно. И мне надоело, что мои люди гибнут.

Это заняло почти час, а я выслушивала отчеты с Канафи Большой. Бунты начались вскоре после того, как на планете услышали мое сообщение, и оставшиеся там индранские войска напали на крупнейшее формирование саксонцев около столицы.

– Поговорил с Мел, – сообщил Хао, опираясь на перила рядом со мной и глядя, как вокруг станции шныряют корабли. – Она сказала, что у Канафи Малой был крошечный заслон из четырех кораблей, и все. Их уничтожили еще вчера, по дороге. Я бы все-таки послал туда небольшой отряд, чтобы удостовериться, но похоже, что система Канафи снова в руках Индраны, сестренка.

– Не уверена, что это того стоило, – пробормотала я. Список потерь прокручивался перед моими глазами. Почти бесконечный список убитых и раненых. Известий с «Ваджры» так и не было, хотя адмирал Фон сообщила, что она пристыковалась к кораблю, и обещала связаться со мной, как только что-то узнает.

– А так всегда и бывает, Хейл. – Хао склонил голову набок и внимательно посмотрел на меня. – Но иногда это необходимо. Тебе нужны эти корабли. Это было только одно сражение, а впереди война. Но это сражение ты выиграла блестяще.

Я мрачно посмотрела на него, а он улыбнулся.

– Я серьезно, Хейл. Портис бы тобой гордился. Я всего лишь контрабандист, но и я тобой горжусь.

– Ты не «всего лишь», – я хлопнула его по плечу.

– Это важно, – он повернулся ко мне и поклонился, опустив глаза. – Вы будете охренительной императрицей, ваше величество.

– Я… ты… – Мой неловкий ответ прервал голос Рагини по громкой связи:

– Ваше величество, адмирал Хассан хочет поговорить с вами.

Я побежала вниз, перепрыгивая через две ступеньки и пытаясь одновременно осознать, что Хао только что обратился ко мне «ваше величество» без всякой иронии и что Инана жива. На последней ступеньке я поскользнулась и чуть не грохнулась на спину, но Эммори меня удержал.

– Инана! – Эмоции, вызванные Хао, ничуть не ослабли при виде ее покрытого синяками лица. – Слава Шиве, вы живы! Я… – Я тяжело дышала. – Я очень рада вас видеть.

– Я тоже рада вас видеть, ваше величество, но боюсь, что у флагмана вашего флота бывали лучшие дни.

– Починим, – я указала куда-то вправо, – у нас есть верфи, которые еще не совсем разрушены.

Адмирал Хассан улыбнулась:

– Да, я слышала. Мои поздравления, ваше величество.

– Спасибо вам, адмирал. Без вас мы бы не справились. – Я сложила ладони и прижала их ко лбу, а потом протянула к ней. Щеки адмирала слегка покраснели, когда все присутствовавшие на наших кораблях повторили жест благодарности.

– Ваше величество, – вмешался Эммори, – полковник Балет говорит, что станция зачищена и вы будете там в безопасности.

– Отлично. Инана, я увижу вас там через некоторое время?

– Да, мэм.

– Адмирал Фон?

Женщина постарше выпрямила плечи.

– Да, мэм?

– Не могли бы вы отправить к нам шаттл с человеком, который умеет управлять этой штукой? Я не уверена, что у меня или у Хао хватит квалификации, чтобы ее посадить, и совершенно не хочу проделать в станции еще одну дыру.

Смех на мостике быстро затих, но я тоже улыбнулась.

– Я передам, мэм. Шаттл прибудет через несколько минут.

– Нет проблем. У нас есть время. – Я устроилась поудобнее, добавив про себя, когда экран потух: «По крайней мере, прямо сейчас».

Глава 38

Мы развернули импровизированный командный центр в конференц-зале двумя уровнями ниже этажа, который я пару часов назад взорвала. Зал был тесный, без окон, и в него набилась куча людей. Меня, с моей клаустрофобией, это не слишком радовало. Я очень старалась дышать как можно медленнее и ровнее, но сердце у меня колотилось как сумасшедшее.

– Ваше величество, может быть, нам перейти куда-то в другое место? – тихо спросил Эммори и погладил меня по спине.

– Это самое большое помещение на всей станции, которое ты можешь контролировать, – я покачала головой.

В принципе, совещание можно было бы провести в столовой, но, посмотрев на это гигантское помещение со множеством закутков, я поняла, что мой экам этого не переживет. Он умрет от удара, не успеем мы закончить вводную часть. Я отклонила все протесты и позволила Эммори решать. Мы только что одержали впечатляющую победу, и умирать сразу после этого я не планировала.

Но если изначально идея казалась мне хорошей, то теперь я всерьез опасалась умереть от удушья еще до конца совещания.

Теперь я радовалась, что Рай и Джохар отклонили мое приглашение, а кроме телохранителей ко мне присоединились только Хао и Рагини. Правда, помимо них все равно присутствовали еще пять адмиралов, два полковника морской пехоты и дюжины полторы штабных и младших офицеров.

Слишком много людей. Слишком тесное пространство. Недостаточно воздуха. Приток адреналина схлынул час назад, и теперь мне очень хотелось выпить, поесть и что-нибудь разгромить.

– Адмирал, давайте начинать, – сказала я, и наступила тишина.

– Конечно, ваше величество. Прошу садиться.

Я осталась стоять у стены. Люди подошли к своим местам, но никто не сел.

– Они не сядут, пока ты не сядешь, – прошептал Хао.

– Ох, етит-твою… Можете сесть! – Мой голос хлестнул как плеть, и несколько молодых офицеров чуть не подпрыгнули на месте, а потом послушно сели.

Адмирал Хассан усмехнулась, прикрываясь ладонью. Самые серьезные травмы лейтенанта Морен уже вылечили, но черный синяк с лица так никуда и не делся.

– Я бы хотела поблагодарить всех вас за сегодняшнюю победу и почтить память павших. Они отдали свои жизни за сияющую звезду Индраны. Пусть их подвиг никогда не будет забыт…

– Пусть их подвиг никогда не будет забыт!

Эти слова эхом отдались в мозгу, и я с трудом сдержалась, чтобы не выскочить из комнаты.

– Адмирал Хаджуман, будьте любезны доложить о положении дел.

– Есть, мэм. – Адмирал Хаджуман, крошечная женщина с горящими темными глазами, была лишь однофамилицей моей телохранительницы Изы. – Мы потеряли пять кораблей в битве за Канафи: три линейных крейсера и два истребителя. Все шесть перевозчиков остались целы, хотя «Ваджра» получила серьезные повреждения и, возможно, выйдет из строя на какое-то время. Восемнадцать боевых кораблей «Джал» уничтожены или сильно повреждены, но половину поврежденных можно починить. Ни один из медицинских фрегатов не пострадал, и все корабли «Ваджраяна», кроме того, который взорвала ее величество, в хорошем состоянии.

– Он все равно был не в форме, – вставила я, и раздались смешки.

– Конечно, мэм. Все десять кораблей, которые нам любезно предоставил Чен Хао, также в хорошем состоянии. Мы захватили двадцать восемь совершенно целых саксонских кораблей и еще семь, которые придется уничтожить, когда мы закончим их осмотр.

– Сколько взято пленников? – спросила я.

– Полторы тысячи матросов, мэм. Сколько людей на поверхности планеты, я не знаю. – Адмирал Хаджуман посмотрела на одного из морских пехотинцев.

– Мы с ними еще не закончили, ваше величество, – ответила полковник Балет. – Я бы сказала, примерно пять тысяч солдат на Большой и Малой Канафи. Зачистка планет продолжается. Еще остались очаги сопротивления, но большая часть войск сдалась.

Дискуссия коснулась транспортировки пленников на поверхность планеты и их содержания там, пока мы будем решать их судьбу. Я сделала себе пометку не забыть отправить туда же капитана Эрнеста и его команду. Я так и держалась у стены, когда слово взяла Рагини. Инженер сильно нервничала, объясняя принцип работы кораблей «Ваджраяна».

– А она умная, – прошептал Хао мне на ухо, – держи ее при себе.

– Я так и собиралась, – прошептала я в ответ. – Рай сказал, что они с Джохар скоро улетят. А ты?

– Я планирую еще немного задержаться, – ответил Хао. – У меня нет срочных дел, а тут весело, да еще и кормят бесплатно.

Я подавилась смешком и тут же заработала такой взгляд от адмирала Хассан, что снова почувствовала себя школьницей. Игнорируя хихиканье Хао, я прислушалась к словам Рагини.

– Я составлю для всех заинтересованных краткую памятку, а после совещания могу ответить на конкретные вопросы. – Она закончила говорить, села и облегченно вздохнула, когда никто ничего не спросил.

– В нашем распоряжении двадцать кораблей из тридцати шести кораблей флота метрополии, – слово взяла адмирал Хассан, выводя на экран список. – Из Второго Флота дезертировали восемь кораблей, когда они вошли в систему Красного Утеса и узнали, что происходит. Из-за заявлений премьер-министра Фанина остальные командующие флотами сочли, что императрица и я мертвы. Ее предыдущие сообщения и сегодняшний выход в эфир должны это изменить, но я уже отправила командующим приказы не сдавать позиций, если в них не начнут стрелять собственные люди. Мы не можем позволить им оставить свои посты. В таком случае мы рискуем, что саксонцы будут продвигаться на наши территории, пока мы не найдем способ защитить внешние миры. Разведка предполагает, что более половины планет Империи находятся под контролем врага, но в настоящий момент у нас нет официального подтверждения.

– Какова ситуация в столице? – Полковник Бристоль был моим дальним родственником. Благодаря темно-карим глазам и квадратному подбородку он очень напоминал моего прапрадеда.

– В настоящий момент мы владеем лишь общедоступной информацией. Некоторые матриархи убиты, другие в безопасности. Местонахождение матриарха Клары Десаи до сих пор не установлено. Мы поддерживаем связь с главой галактической разведки директором Ганеджем и матриархом Алисой Гоил. Позже будет проведено отдельное совещание, посвященное ситуации на Пашати. Сопротивление ослабевает по мере удаления от столицы, и большая часть войск Фанина находится в системе Ашвин, но нам необходимо действовать быстро, чтобы мятеж не распространился. Я уже получаю сообщения о сражениях на других планетах, но, как я уже говорила, подтверждений по-прежнему нет. В настоящий момент он контролирует систему Ашвин и саму Пашати, так что это наша основная цель. – Адмирал Хассан покачала головой. – Хуже всего то, что мы сражаемся на два фронта, и ему это прекрасно известно.

– Фанин сотрудничает с саксонцами, – сказала я, – по крайней мере, сотрудничал. Учитывая психическое состояние Трейса, я не уверена, что он выполнит свою часть сделки, в чем бы она ни состояла, особенно после того как Фанин его тоже предал, обвинив в нападении на Красный Утес саксонцев. – Я скрестила руки на груди и сделала каменное лицо. – Инана, будьте так любезны показать карту.

Она переключила экран, и я отлепилась от стены, чтобы удобнее было смотреть.

– Рагини, какое тактическое превосходство над саксонцами обеспечивают нам корабли «Ваджраяна»?

– Довольно заметное, ваше величество. Новые корабли быстрее, у них более надежные щиты, и, как вы видели сами, они значительно превосходят остальные корабли по огневой мощи. Дайте нам месяц для тренировки личного состава, и саксонцам придется бросить все усилия на самозащиту.

– Не уверена, что у нас есть месяц, но начинать надо уже сейчас. – Я увидела, как адмирал Фон кивнула и поставила какую-то пометку на листе бумаги. – Каков примерный размер их флота? – спросила я.

– У них на десять… то есть уже на девять эскадр больше, чем у нас, ваше величество, – ответила адмирал Зеллин. – Но линейных крейсеров у них меньше, и, кроме того, они распределены по всей Галактике. Это только саксонцы, без союзников.

Насколько мы понимали, и наши союзники, и союзники саксонцев пока предпочитали держаться в стороне, но если все это вырастет во всеобщую войну, в эту мясорубку влезут еще миллионы людей.

– Что вы думаете, мэм? – спросила адмирал Хассан.

– Это, конечно, безумие, – я ухмыльнулась, – но я не хочу вести две войны разом, Инана. Что случится, если я выдвину Трейсу ультиматум? Он сдается… – я подцепила пальцем Канафи и передвинула ее через всю карту к родной системе саксонцев, – или я устраиваю на территории Саксонского Альянса такую резню, по сравнению с которой древний бросок американского генерала Шермана покажется прогулкой в парке. – Говоря это, я поочередно тыкала пальцем во все места, где располагались саксонские корабли.

Все долго молчали. Потом полковник Бристоль прочистил горло.

– При всем уважении, мэм, он заявит, что вы блефуете.

– Нет, не блефую, – я подмигнула, и полковник залился краской. – Мы победили, леди и джентльмены. Главное – не упустить момент. У нас есть корабли и преимущество. Когда мы покончим с саксонцами, то развернемся и направимся домой. И если Фанин до сих пор воображает, что сможет против нас выстоять… – я оскалилась, – что ж, пусть попробует.

* * *

– Ваше величество, на связи Каспел и остальные.

Я закинула в рот остатки завтрака и схватила чашку чая. К счастью, я успела принять душ и одеться до еды. Для меня где-то нашли флотский мундир моего размера и черную рубашку с имперской эмблемой. Теперь я выглядела так же, как мои телохранители. Мы вместе прошли по коридору в кабинет, который занимала теперь адмирал Хассан.

Когда я вошла, она прекратила разговор с одноглазым директором службы галактической безопасности и с улыбкой поклонилась.

– Доброе утро, ваше величество.

– Инана. Каспел.

– Доброе утро, мэм, – он склонил голову. Камера слегка отодвинулась, показав Таза и Алису.

– Ваше величество, – сказали они хором. Алиса прислонилась к Тазу, а он обнял ее за плечи, и я с трудом удержалась, чтобы не приподнять выразительно бровь.

Все трое выглядели очень усталыми.

– Ваше величество, я как раз говорил адмиралу Хассан о количестве войск на Пашати и в остальной системе Ашвин. Хорошая новость – мы сумели собрать войска в восточной части столицы, у доков.

– А плохая?

Каспел мрачно улыбнулся.

– Я не знаю, сколько мы продержимся без помощи, ваше величество. Этот канал связи закодирован, и я думаю, что сейчас он достаточно безопасен. Я отправлю вам более подробную информацию, а адмирал Хассан говорила, что у нее есть информация для меня.

– Да, – кивнула я, – мы вам все передадим.

Я пересмотрела свой же план. Мы не можем оставить Каспела и остальных войскам Фанина. Это приведет как минимум к смерти Алисы, а также остальных матриархов, которые там прячутся.

– Кто командует войсками Фанина на планете? Праджапати?

– Как ни странно, нет, – Каспел снова улыбнулся. – Когда я разговаривал с ней в последний раз, она удерживала Базальт-IV в руках Империи. Я посоветовал ей там и оставаться, пока не последуют новые приказы от вас.

– Альба, отметь, пожалуйста. Думаю, стоит зайти туда и подхватить ее войска перед возвращением домой.

– Фанин поставил во главе своих войск бывшего полковника по имени Реген, – сказал Каспел. – Он сидел в тюрьме, пока Фанин его не освободил.

Мне не надо было спрашивать, за что он угодил в тюрьму. Я нашла его файл, как только Каспел назвал имя. В послужном списке многократно упоминались пьянство, драки и присвоение казенных денег, а одного юного энсина из своей команды полковник избил до полусмерти.

– У него есть хорошие черты или он просто пьяница и драчун?

– По словам генерала Праджапати, он полностью лишен тактических навыков, но зато очень целеустремлен, ваше величество. Он снесет все, что бы ни встало у него на пути. Прямо сейчас капитан Джилл и еще несколько команд службы безопасности могут подтвердить, что теперь он занимается только тем, что преследует их по всему городу. Не знаю деталей его соглашения с Фанином, но точно уверен, что его пообещали отправить обратно в тюрьму, если он не справится.

– Какой-то хреновый план, для Фанина-то…

– Но рабочий. Мне кажется, ему пришлось искать замену. Насколько мы сумели понять, сначала он остановился на генерале Мара.

– А с этим что случилось?

– Ваш экам застрелил его в тронном зале во время первой попытки переворота.

– Что ж, тем хуже для них, – я пожала плечами. – Кстати, о Фанине, Каспел. Как, черт возьми, мы умудрились ничего не заметить?

Директор потер повязку на глазу.

– Не знаю, ваше величество. Он хорош. Я бы сам лучше не придумал. Он плел этот заговор несколько десятков лет, у всех на глазах, и никто даже не заподозрил, что он связан с вашей кузиной и племянником.

– Я знаю как. – Я выплюнула проклятое имя сквозь стиснутые зубы: – Уилсон.

– Да, мэм, наш призрак, черт его дери. Иногда я думаю, что он даже умнее меня, ваше величество. Приношу свои извинения.

– Прекратите, Каспел. Умнее вас я никого не знаю.

– Спасибо, мэм.

– Как обстоят дела на планете? Рад ли народ появлению Фанина? – Я порадовалась тому, что замялась совсем ненадолго, и никто, кроме Эммори, этого заметить не смог.

– Нет, ваше величество. Совсем нет. Народ испуган и зол. Сначала люди горевали из-за вашей предполагаемой смерти, а теперь ненавидят Фанина за предательство. Они готовы сражаться за вас. И это одна из причин, по которой полковник Реген до сих пор против нас не выступил. Для этого ему придется убивать гражданских. К тому же – не думаю, чтобы это приходило ему в голову, но тем не менее, – солярианское посольство внимательно следит за ситуацией. Фанин достаточно хороший политик, чтобы понять, что нельзя допускать резни. Он уже потерял много очков из-за матриархов. – Каспел нахмурился. – Я слышал, что на его жизнь покушались уже дважды. Кажется, некто Крессен Стоун предложила награду за его голову?

Я одарила директора лучшей из своих невинных улыбок и сменила тему:

– А что с воздушным пространством над Индраной? Мы захватили восемь кораблей из Второго Флота.

– Да, ваше величество, но он поставил вместо них те корабли, которые дезертировали из флота метрополии. Семь кораблей были уничтожены, пока адмирал Смит не отступила. Девять кораблей поддержали адмирала Шула, но я слышал от своих оперативников, что как минимум один корабль, а то и целых три, повреждены настолько, что вышли из строя окончательно.

– Ваши оперативники? Предполагалось, что они оттуда уходят, Каспел.

– Я знаю, ваше величество. – Каспел был мрачен. – Они сочли, что важнее будет остаться, и хотя я злюсь на них за неисполнение приказа, все же не могу отрицать, что в этом решении есть логика.

– Информацию, которую они нам поставляют, невозможно переоценить. Мы смогли подготовить несколько воздушных атак на ее основе, – вставила Алиса.

Я облизнула губы, обдумывая свой следующий вопрос. После того как я его задам, я уже ничего не смогу изменить. Несмотря на всю его жестокость, я не думала, что кто-нибудь в этой комнате решится мне возразить.

Каспел терпеливо ждал. Взгляд у него был такой тяжелый, что он, возможно, уже и сам обдумал то, что я хотела предложить.

– Каспел, ваш оперативник может убить адмирала Шула?

Адмирал Хассан тихо вскрикнула. Алиса, верная своему воспитанию, просто уставилась на меня. Таз улыбнулся, медленно и жестоко. Впрочем, на лице Каспела появилось примерно то же выражение.

– Может, ваше величество, если мы выберем этот путь. – Это возражение даже не показалось мне возражением. Так, ерунда. Я объявила награду за голову Фанина, потому что хотела сообщить ему, что иду за ним. Если кому-то и правда повезет его убить, это будет просто приятный бонус. Адмирал Шул подобного предупреждения не получал. Я хотела, чтобы он знал, кто стоит за его смертью, когда будет захлебываться кровью.

– Мы уже стоим на этом пути. И в этом виноваты они сами. Прикажите своим оперативникам быть наготове. Я хочу, чтобы он умер, когда мы выступим.

– А Фанин и Уилсон, ваше величество?

Не успела я ответить, как адмирал Хассан дернулась и выругалась.

– Ваше величество, у нас еще один входящий вызов с Пашати. Кажется, из дворца.

– Не отключайте Каспела, я хочу, чтобы он тоже послушал. Можно устроить так, чтобы они его не видели?

Инана кивнула.

– Эммори, встань мне за спину. Остальные отойдите в сторону и молчите, что бы ни произошло. – Я покосилась на себя в зеркало, расправила рубашку и кивнула Инане.

– Ваше императорское величество, какая радость! – Человек на экране изобразил поклон, такой же насмешливый, как и его слова. Уилсон был высокий и широкоплечий, коротко стриг седые волосы, а на морщинистом лице сияли холодные голубые глаза.

– Боюсь, мне неизвестно ваше имя, – сказала я.

В его глазах мелькнула ярость.

– Конечно же, известно. Уилсон подойдет не хуже любого другого, и ты знаешь так же, как и я, Крессен Стоун, что имена, которые мы выбираем сами, часто подходят нам лучше полученных при рождении.

– Где Фанин?

– Занят, – Уилсон взмахнул правой рукой, – очень тяжело управлять целой Империей, много дел. Но ему нравится, и это одна из причин, по которой я выбрал именно его. У меня не так много времени.

– Чем же вы заняты?

– Разрушаю твою Империю. – Уилсон понизил голос до конспиративного шепота. – А чтобы ты не грозила сбежать и сообщить об этом Фанину, скажу, что он и так это знает. Новая Индранская Империя не будет иметь ничего общего с той херней, которую сучки Бристоль наворотили за последние пятнадцать веков.

«Продолжайте разговор, ваше величество, – попросил Эммори по нашему личному каналу связи. – Мы можем получить преимущество, если он будет злиться».

– У вас что-то личное к моей семье, Уилсон? Звучит именно так.

– Очень, очень личное, Крессен. Настолько личное, что я потратил целое состояние, чтобы стереть ее с лица земли. И я близок к цели, – улыбка у него сделалась безумной, – очень близок.

– Вы пытаетесь меня убить уже довольно давно. Кажется, я для вас кабаб мейн хадди.

– Да, кость в горле, насколько я понимаю. Сначала меня это здорово раздражало, признаюсь честно. Но теперь я рассматриваю это как идеальную кульминацию многих лет работы. Я расширил границы своего плана, и все из-за тебя. Я хочу, чтобы ты видела, как умирают все, кто тебе дорог. А потом я убью и тебя. Мне нравится заключенная в этом поэзия.

Он втащил Клару в объектив. У меня за спиной послышались сдавленные вскрики, которые, впрочем, очень быстро затихли, но я осталась невозмутимой. Она была растрепана и, судя по всему, ранена. По ее левой щеке стекала кровь.

– Я найду их всех, – провозгласил Уилсон, – и уничтожу одного за другим! Ты не сможешь меня остановить. Тебе их не спасти.

Взгляд Клары встретился с моим, и ее вызванный болью ступор мигом куда-то делся. Она локтем ударила Уилсона в живот так, что он сложился вдвое.

– Хейл!..

Я не знаю, что она хотела крикнуть мне. Ее голос заглушили звуки возни, а потом и ужасный звук выстрела. Я заставила себя не отворачиваться, глядя на падающее тело Клары.

– Я убью тебя, – сообщила я, сама удивляясь спокойствию в своем голосе. – Ты будешь стоять на коленях и умолять оставить тебя в живых, и я с невероятным удовольствием откажу тебе в этом.

Уилсон улыбнулся и помахал мне окровавленной рукой. А потом экран погас.

Я посмотрела на экран Каспела. Алиса рыдала на плече Таза, а он прижимал ее к себе, запустив руку в черные волосы. Каспел чуть не плакал, и я больно прикусила себе кончик языка, чтобы тоже не заплакать.

– Они мои, Каспел. Если кому-то представится шанс – пожалуйста, но не трогайте их специально.

– Хорошо, мэм.

Таз посмотрел на меня. Губы у него дрожали.

– Хейл, я…

– Позаботься об Алисе. И объяви народу, что я возвращаюсь домой.

Благодарности

Я написала роман «В тени трона» за три месяца, а потом правила его шесть лет, в чем мне помогала целая куча людей. На роман «Под сенью короны» тоже ушло три месяца, но вот правка заняла куда меньше времени.

И я ужасно благодарна своей семье и друзьям, которые поддерживали меня в это непростое время. Без вас я не справилась бы. Слова «Я вас люблю» не выражают и половины того, что я к вам чувствую. Спасибо, что кормили меня, что не сердились, когда я отклоняла приглашения, потому что вынуждена была писать, что помогали мне и прощали мое отсутствие – как физическое, так и эмоциональное.

Моя маленькая семья – Дон, Бен и Декс. Это было непростое время, но я надеюсь, что худшее позади и мы можем немножко отдохнуть и посидеть на солнышке.

Мои редакторы делали свою работу с невероятной скоростью. Огромное спасибо Лизе и Ане за эмоциональную поддержку и идею. Спасибо, С. Дж., за твою любовь и за присутствие в нужные моменты. Люблю тебя.

Вы помогли мне остаться на плаву в очень тяжелый период.

Эндрю Зак – лучший литагент на свете. Спасибо за то, что сделал все остальное, позволив мне просто писать.

Келли О’Коннор, Эллен Брэди Райт и Дженни Хилл из «Orbit books» – просто фантастическая команда. Мне очень повезло работать с такими чудесными девушками.

Я бы хотела особо поблагодарить Бину Гоил за бета-ридинг и за то, что она с самого начала стала фанатом этой истории. Именно она придумала множество прекрасных мелочей, а все ошибки принадлежат мне и только мне. И еще спасибо моей подруге Эбби за советы о том, как убить человека, но не до конца.

Спасибо людям из «Happy Cats Haven», которые позволяли мне приходить и сидеть среди котят, когда мне было очень тяжело. Вы спасли мое разбитое сердце. Спасибо вам. И отдельное спасибо за наших новых кошек.

Спасибо команде «Старбакс» за субботний кофе, а особенно Лиону и Кристине за неустанную поддержку и волнение о моей работе. Вы прекрасные друзья, и мне очень повезло, что вы у меня есть.

И, наконец, спасибо вам, мои читатели и фанаты. Я очень рада, что роман «В тени трона» понравился вам не меньше, чем мне, и что вы захотели прочитать и его продолжение.

Примечания

1

Месяц индийского календаря, соответствует 21 января – 19 февраля по григорианскому календарю. – Здесь и далее прим. пер.

2

Блузка с короткими рукавами, которую традиционно надевают под сари.

3

Женский или мужской пиджак длиной до середины бедер с воротником-стойкой, назван в честь Джавахарлала Неру.

4

Модак – индийские сладости из рисовой муки с различными наполнителями.

Content

К. Б. Уэджерс
Под сенью короны

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Благодарности

Примечания