Родривар Тихера

Часть четвертая

Время жестоких чудес

Быль, быль, быль, быль или небыль этот путь?

Боль, боль, боль, боль, отпусти когда-нибудь!

Пыль, пыль, пыль, пыль от шагающих сапог…

Отпуска нет на войне!

Года пройдут — вспомнит тот, кто уцелел,

Не смертный труд, не бомбёжку, не обстрел,

А пыль, пыль, пыль от шагающих сапог.

Отпуска нет на войне!

Евгений Агранович «Подражание Киплингу. Пыль»

Глава пятнадцатая

Мертвая зыбь

Как сказал когда то давно в совершенно ином мире один очень умный человек: «Только проигранная битва вызывает большую печаль, чем битва выигранная». Воистину, получилось совсем как в анекдоте — «посчитали — прослезились»: то, что за примерно восемь тысяч уничтоженных республиканских боевых кораблей пришлось заплатить почти пятью тысячами своих, если считать с флотами союзников — черт с ним! — Куда хуже потери живого личного состава — это не дроиды, их на фабриках не наштампуешь. Пять миллионов человек… пусть самих тионцев только половина — союзников и надежные наемные части тоже жалко до слез. Конечно, формально р'гат'а погибло совсем немного — то есть, когда распадается сама «личность»: менее десяти тысяч. — Но вот если посчитать погибших ам'акэ… тут счет переваливал уже за миллион «тел»! — Они то, кстати, и внесли свои двадцать процентов в общую статистику потерь: дроиды, ведшие учет, в особенностях жителей Гатариэкка разбирались слабо. Тринадцать тысяч он'гат'акэ — тоже неприятная потеря, правда, обученных одаренных из них было всего пара сотен. Мои Чародеи, к счастью, уцелели в боях все — сказался опыт. Вообще говоря, господа генералы бодро рапортовали о резко возросшем потоке добровольцев, желавших присоединиться к моему воинству — и о том, что через пару месяцев боеспособность войск полностью восстановиться. — А еще через полгодика Тионская Добровольческая Армия численно вырастет, как минимум, раза в полтора! — желающих быть на стороне победителей всегда больше, чем желающих быть на стороне проигравших.

По кораблям и восполнению потерь боевой техники все не так печально: во-первых — отжал для своих армии и флота значительную часть «общей» продукции подконтрольных военных заводов и верфей — даже Ганрей пикнуть против не посмел! — А во-вторых — есть надежда восстановить несколько сотен доставшихся нам более-менее целыми трофейных республиканских кораблей. Ну, с маломерными летательными аппаратами и наземной техникой еще проще — собрать из трех битых один «новый» любой рукастый техник, имеющий светлую голову, сможет. А уж имея в наличие нужные запчасти — тем более. В этом, кстати, здорово поможет тайный обмен техдокументацией с Куатом: внутрикорпоративная стандартизация рулит везде — и многие детали и системы кочуют из одного образца техники в другой, не меняясь ни на йоту. — Так что, с производством запчастей к трофеям проблем возникнуть не должно. Впрочем, все битое «железо», которое только удастся обнаружить и выловить, на местах боев, тоже пойдет в дело, пусть даже после переработки: битый корабль это не только груда бесполезного хлама — это еще и источник ценных материалов и деталей. Некоторые металлы или сплавы проще вот так выковырнуть из битых судов, чем попробовать купить их на черном рынке — когда они в страшном дефиците у всех, то не факт, что и за десятикратную стоимость вам что-то продадут! Ну, и совсем просто было с теми кораблями, истребителями или иной техникой и дроидами, что попали под огонь ионного оружия — там требовалась, обычно, всего лишь массовая замена сгоревших предохранителей: куда больше времени и сил занимало потом полное перепрограммирование.

Как ни странно, основной проблемой было — кто станет охранять все мои новые приобретения? Нет, конечно, всегда можно попросить об услуге союзников. Одна беда — слишком велик шанс, что через полгода окажется: ваши честно завоеванные миры вам как бы уже и не принадлежат. Как говориться: «Дружба дружбой, а табачок врозь» — за потраченные «на охрану» деньги, союзники, совершенно законно, захотят иметь какой-то профит. А свои, это не респы — их просто так потом не выгонишь! — Вот и приходилось крутиться, растягивая и без того ослабленные силы еще и на защиту захваченных новых миров. Одно хорошо — флот Республики получил такую плюху, что проведение, в ближайшее время, даже демонстративных наступательных операций в нашем квадранте, вряд ли возможно. Только, если на Корусанте решат бросить на произвол судьбы какие-то другие участки огромного фронта. С учетом тактики Республики: «Все удержать и ничего не отдавать» — это вряд ли будет. Да и невыгодно оно сейчас Дарту Сидиусу: чтобы организовать новый «навал» на Тион, ему придется подписывать на это дело Орден — а джедаи потребуют, для себя, чего-то существенного взамен. — Сейчас-то баланс в политике смещен в сторону Канцлера — а тогда может и Орден инициативу перехватить: это Сидиусу нужно? Так что, скорее всего — полгода относительно «мирного» времени у Тиона будет. А будет ли спокойное время у меня самого? — вот здесь сильно сомневаюсь: слишком уж много разных «мозолей» я вольно или невольно поотдавил. — Причем, не только тем, кто находится в Республике, но и нашим — из Конфедерации.

То, что республиканский корабль так вовремя, и так точно упал на командный бункер моего приемного отца, оказалось — произошло не просто так. И то, что у нас тут, в Тионе, полно республиканских «кротов» — подтвердилось целиком и полностью. К сожалению, все доказательства — косвенные: никаких конкретных имен или названий организаций. Но, это теперь забота ландграфа Дориана Д'Арсан-Эриина — у мужика в этом деле есть еще и личный интерес: вместе с Гарольдом Тионом погиб его младший сын — полковник Тионской Милиции Ларион Д'Арсан-Эриин. Я сам парня помнил только в лицо: высокий, светловолосый, с отменной военной выправкой — но приемный отец о нем не раз очень хорошо отзывался. Да и по докладам моих спецслужб, Ларик — как все его звали — пользовался любовью своей семьи, и уважением сослуживцев. Как мне передали, новоиспеченный глава Регентского Совета Тиона уже рыл носом землю, в поисках следов тех, кто стоял за этим предательством. Более того, Дориан кажется четко определился в своих приоритетах: сидевший ранее где то на Корусанте его старший сын, Тарик Д'Арсан-Эриин, вернулся на днях обратно в Тион. Формально — чтобы занять место отца на Эреденне, а фактически — показывая, что дом Д'Арсан-Эриин больше не будет лавировать между КНС и Республикой. Глядя на него, и под впечатлением наших побед, и многие другие тионские Благородные Дома заняли более четкую позицию, что было совсем неплохо — более надежный тыл давал лишние шансы уцелеть в этой войне…

Поминальная церемония по Гарольду Тиону и всем, погибшим в том грандиозном сражении, прошла на Раксус Секундус: на индустриально-помоечном Раксус Прайм все еще разбирали развалины — там, где они вообще остались, разумеется. Кроме меня самого с семьей и родичами, и, представителями всех Домов тионской аристократии, на церемонии был дядя — как лидер КНС. А так же кое-кто из членов Совета Сепаратистов — прежде всего те кто, так или иначе, был связан теперь с Тионом взаимными интересами. Сенат КНС тоже присутствовал практически в полном составе: господа сенаторы Конфедерации, в отличие от Нута Ганрея, драпать с Раксуса не поспешили — и теперь, наверное, сами себе казались отчаянными храбрецами. Правда, людей грех было обвинять в желании заработать лишние очки в пиар-гонке: кое-кто так и, на самом деле, вообще действовали как настоящие герои — и их моральную помощь Алгору Мелассину, в критический момент сражения, и вправду трудно переоценить. — То, что удалось избежать паники, после бегства Ганрея, это просто большая удача. Кстати, церемония транслировалась на весь ГолоНет — ребята Пассела Ардженте, с Марканы, постарались вовсю: даже довольно циничного меня, после просмотра записей, проняло — представляю, как устроенный из поминок спектакль подействовал на неподготовленную публику!

Да, Нут Ганрей поднасрал всем нам изрядно. Впрочем, дядя, посовещавшись с Дартом Сидиусом, решил действий Ганрея не дезавуировать: де, атака респов показала, как легко может быть парализована вся структура управления КНС. — А тут, вроде бы, при рассредоточенном расположении, парализовать работу всех властных структур Конфедерации одним-единственным ударом проблематично. Теоретически оно все вроде бы было верно: политические решения в КНС, так или иначе, исходили и проходили через тот же Сенат. — Беда только в том, что вся эта «политика» воплощалась в жизнь исключительно через «уполномоченные структуры»: проще говоря — через главных игроков КНС. С одной стороны — это было быстро, удобно и куда менее затратно, по времени и деньгам, чем у тех же республиканцев — с их массой бюрократов. — А с другой стороны — фактически, все решения проводились в жизнь после согласования в Совете Сепаратистов: на самом деле, чтобы парализовать деятельность КНС как государственной структуры, достаточно был просто нарушить работу именно Совета Сепаратистов. В голове у меня тогда, в очередной раз всплыли крохи полезной информации: Тунбак Тура, Марат Вуоро, да и иные, более мелкие деятели КНС, оказавшиеся тогда, в том варианте событий, у «разбитого корыта» — и попытавшиеся продолжить борьбу. — Если бы они могли скоординировать свои действия! — не думаю, что победа новообразованной Империи была бы такой быстрой и решительной. Это, если бы победа вообще была: как мне помнилось, отдельные осколки КНС там сопротивлялись режиму Палпатина чуть ли даже не после битвы при Явине — и добили их имперцы, уже в процессе войны с Альянсом Повстанцев. Кстати, не факт, что без наличия этих «осколков» и сам Альянс вообще состоялся бы: изначально, значительную часть боевой техники и опытных бойцов господа Мон Мотма и Компания получили именно от них.

По всему выходило, что Сидиус начал, потихоньку, претворять в жизнь свои собственные планы. И тут возникал вопрос: что в этом бегстве Ганрея, сопровождавшемся эвакуацией на Като Неймодию всего рабочего аппарата Совета Сепаратистов, было от трусости неймодианца — а что от приказов и интриг Сидиуса? Хреново! — думаю, в ближайшее время последуют аккуратные попытки замазать дядю в разного рода «военных преступлениях» с одной стороны, в сочетании с такими же аккуратными попытками слить его самого. Очень уж мне кажется странным, в тех моих приобретенных воспоминаниях, как дядя якобы провоцировал Скайуокера — сталкиваясь с ним, там и сям, несколько раз подряд. Спорный метод перетаскивания кого-то на свою сторону, мягко говоря. Вроде бы, к Корусанту, во время не менее странной атаки Гривуса, Скайуокер прилетел уже достаточно взвинченный прежними «наездами» Графа — и этого хватило, чтобы по единому приказу Палпатина убить совершенно беспомощного, после проигранной схватки дядю! Черт, джедай это, прежде всего, психология: для адепта Светлой Стороны «отправить на другую сторону Силы» того, кто ему самому не угрожает смертью — почти физически невозможно. — Тут надо, сначала, самого себя о колено сломать, что называется. Светлая Сторона она, точно так же, как и Темная: дает форсъюзеру определенные бонусы, но требует взамен своей цены — и эта цена бывает неизменно одинаковой для всех адептов. В общем, я абсолютно убежден: тогда и там дядю и Энакина намеренно сводили в клинче — до тех пор, пока Скайуокер не надломился. Энакин то, понятно, мог и не представлять, к чему неизбежно придет дело — но Граф? — как ему-то Сидиус мозги запудрил? Готового ответа у меня не было.

Ладно, Энакин теперь, по крайней мере, в курсе — что могло когда-то и где то произойти: на такую же удочку не попадется. Дядя… вот с этим сложнее: но и здесь есть некий эффект — Граф, кажется, начинает задумываться об истинных мотивах Дарта Сидиуса. Мое долгое и осторожное капание ему на мозги, дало положительный результат — во всяком случае, я на это надеюсь. Что же, теперь оставался я сам. То, что Каданн подписал против меня каких-то джедаев, со счетов сбрасывать, совсем не стоило — тем более, что речь там шла еще и о каком то личном агенте Палпатина: значит, старший ситх как минимум в курсе, и закрыл глаза на это. — Осторожно проконсультировавшись, по данному поводу, у дяди, я понял — против меня будут работать настоящие профи! Тут надо сказать, что обычно джедаи работали парами — учитель вместе с учеником: так лучше идет процесс обучения у падавана, да и мастер может доходчивее все объяснить на примерах из реальной практики. — Как говориться: «Нужда самый лучший учитель». Если какие-то большие группы и собирали, то исключительно под конкретное дело или операцию: джедаев всегда было мало, по сравнению с размерами галактики — отправлять их на ординарную миссию целой кучей, это все равно, что стрелять по гизкам из турболазера. Однако, были и исключения: коллективное руководство небольших Праксеумов или Анклавов — или такие вот специальные «охотничьи» команды, действовавшие на постоянной основе. Ну, с провинциальными филиалами Ордена все было понятно: в одиночку, без помощников, даже настоящий мастер ничего толкового не сделает. А вот насчет всяких команд — пережитка Новых Ситских войн. — По словам дяди, в последнее время подобные постоянные «рабочие группы» стали настоящей редкостью: большие накладные расходы при неочевидных результатах. — Кто-то в руководстве Ордена посчитал, что обычной, хорошо подготовленной, пары «учитель-ученик» — особенно, если она имеет соответствующую «специализацию» — будет достаточно практически при любом развитии ситуации. Как следствие, теперь уцелевшие «охотничьи команды» имели низкий приоритет в снабжении и комплектации — считаясь «наверху» чем-то вроде «отстойников для балласта». Да и использовал их Высший Совет, зачастую, совершенно для других целей — к чему их члены не имели ни склонности, ни опыта. Но, с другой стороны, держались эти группы в основном за счет энтузиазма и преданности свих членов. — И, хорошей спайки: чувство локтя, в бою, великая вещь! Сработавшаяся, понимающая друг друга с полунамека команда — серьезные противники. А ведь у этих ребят наверняка будет еще и сторонняя поддержка: тионские предатели никуда ведь не делись. — Для них дороги обратно уже нет — или побеждает Республика, или… вот это «или» держит их на стороне Корусанта, сейчас, лучше любого поводка. Хуже всего, я совершенно не представляю: когда и откуда придет удар — и кто именно его нанесет. Даже жаль, что никого из осведомленных подручных Каданна или Кронала не удалось захватить живьем, в качестве «языков».

В общем, на будущее надо быть начеку: осторожность, осторожность и еще раз осторожность — и, никуда без охраны! — Как известно, береженого — Сила бережет, а не береженого — конвой стережет. К Леонии и детям это тоже относится: надавить на меня через них — самый простой способ воздействия. Понятно, что как раз джедаи этого делать не станут — но есть ли уверенность, что от подобного воздержаться их «союзники»? Или, если уж на то пошло — Сидиус?

* * *

А между тем, жизнь шла своим чередом. И самой животрепещущей новостью на просторах ГолоНета было уже не отгремевшее в Тионском кластере сражение, а удивительная находка археологов Университета Рудрига, сделанная ими на Даллалте. Товарищи нашли, ни много ни мало, место крушения прославленного флагмана не менее знаменитого древнего владыки Тиона — Ксима Деспота. Сейчас по каналам галактической Сети гоняли ролики, посвященные этому событию, причем — на любые вкусы: и сделанные для простых обывателей, и серьезные — рассчитанные на профессиональных историков. Само собой, все это органично переплеталось с текущими событиями: видео с обломками древней «Королевы Ранруна» соседствовали с голоснимками новейшего супердредноута КНС, носящего то же самое название — и официально вошедшего, с недавних пор, во флот Тиона. По многим каналам бодрым ритмом неслась переписанная мной, и запущенная в Сеть анонимно, песенка из чужого мира.

На «первый-второй» рассчитайсь!

Первый-второй…

Первый, шаг вперед! — и в рай.

Первый-второй…

А каждый второй — тоже герой, —

В рай попадет вслед за тобой.

Первый-второй,

Первый-второй,

Первый-второй…

А перед нами все цветет,

За нами все горит.

Не надо думать — с нами тот,

Кто все за нас решит.

Веселые — не хмурые —

Вернемся по домам, —

Невесты белокурые

Наградой будут нам!

Все впереди, а ныне —

За метром метр —

Шагают по Вонтору

Солдаты группы «Центр».[1]

— что самое удивительное, популярность мелодия имела по обеим сторонам фронта! — Кажется, что в ВАР она прижилась даже больше, чем у нас. Отчасти в этом, наверное, виноват «состав» нашей армии: дроидам на эмоции и искусство пофигу — ну и упор на Тионское древнее прошлое, остальным членам КНС был как то не особо интересен. А вот клонов эта песня чем-то серьезно зацепила — как я слышал, в «заявках с фронта» эту песню просили передавать часто. Несколько популярных в галактике музыкальных групп даже включили ее в свой репертуар.

Надо ли говорить, что археологи полетели на Даллалт не просто так? Другое дело, что я никак не рассчитывал на то, что их находка совпадет по времени с атакой Великой Армии Республики на Тионский кластер. Максимум, на что я рассчитывал: умеренный пиар, и сплочение тионского общества — патриотизму требовалось топливо особого сорта. — Сделать подобное с помощью привлечения почти легендарных, героических страниц истории Тиона, было самое лучшее дело. Действительность превзошла мои самые смелые ожидания: Тут смешалось все — и личность Ксима, давно превратившаяся среди простых тионцев в легенду, и долгожданный реванш за разгром незапамятных времен. — И теперешний подъем тионской экономики, которому потребовался — с политической точки зрения — еще и идеологический фундамент. Неожиданно, «Комитет по историческому наследию Тиона» — к чьему появлению я приложил руку — начал обзаводиться массой филиалов и филиальчиков. — Причем, что характерно, не только в самом кластере, но и на тех мирах, которые когда то входили в империю Ксима! Но, этого мало — комитет начал оказывать и влияние на политические настроения, на местах. — Из-за связи с правительствами объединенного Тионского кластера — то есть, со мной. Как я уже говорил, на стороне победителей желают быть все. Теперь нужно было аккуратно воспользоваться плодами этой акции — но, при этом не поссориться с союзниками. Впрочем, та же Шу Май, или Пассел Ардженте, воспринимали такие связи просто как еще одну гарантию стабильности бизнеса. А политические деятели с этих самых планет — вроде сай миртианки Тунбак Туры, с которой я вот совсем недавно встречался и разговаривал лично, — как возможность получить для себя еще один канал поддержки, в обмен на лояльность. Все это резко увеличило мой политический вес в конфедератских раскладах: может, на уровне с членами Совета Сепаратистов я пока еще и не встал, но теперь ко мне начали прислушиваться даже там — причем, не только мои союзники. Оставалось дождаться, как на весь этот кипишь отреагируют Дарт Тираннус и Дарт Сидиус! Хотя, дядю это наверняка больше забавляло — да и усиление позиций именно у меня, играло, в общем-то, в его пользу. А вот старший ситх… формально он вообще не отреагировал никак. Неформально — про то, что он не только не захотел помешать Каданну с Кроналом «разобраться» со мной чужими руками, но даже разрешил использовать в этом деле одного из своих личных агентов, я уже знал. — Чем он может, и захочет напакостить мне еще? — и, станет ли вообще отвлекать на меня свое внимание? Ведь, если я прав, и старший ситх повел дело к развязке, то я для него вообще не предмет заботы: победив, он и так получит все! — как бы я там, потом, не пытался трепыхаться.

Чтобы лучше воспользоваться плодами победы, начал серию «инспекционных поездок» — плюнув на все возможные угрозы. Армия, флот и мои новые владения — эти в первую очередь: подчиненные должны знать, что начальство о них не забыло, что оно о них заботиться. А личное посещение главнокомандующим любой воинской части, или главой государства — одной из провинций, самый лучший способ наглядно показать заботу о подданных и солдатах со стороны верховной власти! В общем, как говориться — нужно быть ближе к людям, нужно быть проще — и тогда люди к вам потянутся. Но, начать все равно пришлось с церемонии коронации, и с программной речи перед делегацией Сената Конфедерации: как известно, это война — продолжение политики, а не наоборот.

Если вам скажут, что самая комфортабельная поездка, это поездка в роскошном лимузине, оснащенном всеми мыслимыми и немыслимыми удобствами и приспособлениями, предназначенными делать путешествие приятным для пассажиров — смело плюньте ему в физиономию! — Как человек опытный, заявляю вам, что самая комфортабельная поездка — это та, для которой обеспечен наивысший уровень безопасности. В случае нужды, как говориться, выспаться можно и на голых досках — а отрубленной голове мягкая подушка уже ни к чему. Так что, да — путешествую я с комфортом: трехкилометровая туша дредноута «Черный Скимитар», в качестве транспортного средства — и три десятка боевых кораблей в качестве эскорта и обеспечения, — самое оно! Траектория полета была… причудливая: Тион, Раксус — затем Эстария, Сембла и Кар Шиан. О Кар Шиане «широкая публика», разумеется, не знала: официально от Семблы я должен был лететь — с краткими остановками на двух «военных аванпостах» — к Арде и захваченному у респов Корпиру. — На самом деле, именно Корпир, с которого бежавшие республиканцы утащили все, что только можно было оторвать, полезного, как и система Арды, представлявшая из себя просто удобный «хаб» на перекрестке нескольких гиперлейнов, как раз и проходили по категории «незначительных». А настоящими целями этого этапа поездки, были не они, а Кар Шиан и Гатариэкк — те самые «военные аванпосты» из голоновостей.

Номером один стояло место, где располагалась, когда-то, цитадель Наги Садоу: полностью развернутая промышленная зона имела, в качестве видимой части айсберга, четыре колоссальных сборочных эллинга — в которых могли строиться корабли размером с «Покоритель». Шедевр инженерной мысли искусников из Техно Союза — кстати говоря, те производственные комплексы, что я выкупил у Сэна Хилла, были более «компактными» и усовершенствованными копиями кар шианских. Сейчас, после того как промзона у Раксус Прайм немного пострадала в ходе боев — а такая же, но у Гатариэкка, еще не набрала полностью обороты после «визита» респов, это был мой самый существенный актив. То есть, был он, конечно, не совсем мой: нынешние сорок процентов от его производимой продукции — это не все сто! — Но, по сравнению с прежними десятью, пусть даже и полученные в доступ временно, это о-го-го. Если мерить «в слонах», то Кар Шиан мог выдавать, в год, четыре штуки полностью укомплектованных «Покорителя» — ценой работы именно на их постройку львиной доли всех своих частей и подразделений. — Несколько комплектов тут даже заготовили: часть оборудования, потом, переправили на Кларив, для окончательной сборки — а вторую половину, на Гатариэкк. Где все это богатство якобы и погибло, при атаке респов. Ну да, вместо четырех «Покорителей» можно было построить, за то же самое время и из тех же самых объемов материалов, деталей и комплектующих — тут же производящихся, целых десять «Ассегаев». Как говориться, «в птичках» счет шел бы уже сразу на несколько тысяч кораблей. Но руководство КНС решило, что дредноуты его флоту нужнее! — Тем более, что те же «Щедрые», или даже «Бунтари», можно было собирать и на верфях попроще уровнем — а «Ассегаи» нет.

Вот и сейчас, два дредноута проходили испытания: один уже ходовые, а второй — пока еще только швартовые — и другую пару кораблей готовили к выводу из эллингов, убирая «пуповины» рабочих коммуникаций и отводя гигантских сборщиков-«ассемблеров». Ассемблеры сами были размером с хороший корвет или фрегат — на их фоне стандартные дроиды-сборщики выглядели мошкарой перед мордой терентатека. Когда место в эллинге освободиться, ассемблеры потащат туда уже готовые новые секции — собирать следующий дредноут. Приятное зрелище, поскольку два из этих дредноутов отойдут мне: тот, что сейчас проходит швартовые испытания, и один из тех, кого собираются вытаскивать наружу. — Конкурс что ли среди населения Тионского кластера объявить, на лучшие названия? — подыграть чувству местного патриотизма, так сказать. С удовольствием полазил по верфям, насколько хватило запаса времени — Молчаливый Философ и Черно-Зеленый, что отвечал теперь здесь за всю текущую работу, составили мне компанию: у них в этом деле был свой интерес, связанный с Уариканом. Потом мы посетили цеха, где наладили выпуск новой, модернизированной модификации истребителя «Меч Сверхновой» — все же, Тофен Вейн убедил меня купить у «Субпро» лицензию на производство этих машин. Летные качества этой новой модификации истребителя здорово выросли, а по дальности действия она значительно превосходила и «Бешеных Бант», которые строились тут же, на Кар Шиан — в соседних цехах. — И новейшие сиенарские истребители с Лианны, которые имели гиперпривод, тоже. А истребитель дальнего радиуса действия, в противовес республиканскому ARC-170, заставлявшему все больше и больше с собой считаться, был моему флоту крайне необходим. Особенно с учетом того, что из-за утапауанских претензий я не только пролетел с лицензией на их «Разбойника», но и производство «Белбуллаба» — для своего флота — вынужден был свернуть: деятели с Утапау отказались предоставлять техническое сопровождение, прицепившись к каким-то пунктам лицензионного соглашения. То, что за пауанами стоит Ганрей, было ясно и так — а вот понять, нахрена это было ему нужно… особенно учитывая, что КНС по прежнему делала ставку на летающих дроидов? Все же, странно — и сами неймодианцы ничего против свободного лицензирования не имели, и вдруг — на тебе. В общем, этот истребитель оказался неожиданно востребованным — а господа из «Субпро» решили, что деньги не пахнут, продав тайком полный пакет техдокументации. Конечно, и «Бури» и «Джинивексы» были еще круче — но на их массовый выпуск у меня просто не было денег! — эти истребители так и остались уделом немногочисленной элиты. В завершение, поглядел и на сборочные конвейеры, выпускающие дроидов разных модификаций — от туповатых «понял-понял» B-1, до дроидов-ремонтников, и дроидов-астромехаников. — Ну, и на оружейные цеха тоже: с производством тяжелых турболазеров и мощных ионных пушек, хвала Силе, все здесь было в порядке.

То, что мы потом еще смотрели, уже с одним Молчаливым Философом, располагалось на самой луне: «Питомник», где выращивались и обучались он'гат'акэ — благо, с ящерками-исаламири, после того, как респы оставили Дромунд-Каас, не было никаких проблем! Два десятка Чародеев, сменивших тут братьев Эстелсейнов, которых мне снова спешно пришлось направить в распоряжение дяди, вполне освоились в роли «нянек» и учителей. Тем более, что много уже обученных он'гат'акэ осталось с ними в качестве помощников: своеобразный «конвейер» по подготовке одаренных бойцов наконец-то заработал как надо — счет шел даже не на десятки, а на сотни подготовленных рекрутов ежегодно! И это не считая десятков тысяч попутно обученных он'гат'акэ, у которых в полной мере так и не удалось пробудить дар управлять потоками Силы: просто хорошие пилоты или элитные солдаты тоже на дороге не валяются. Карока и Ванока дядя, кстати, направил на Салюкамей — там у него были лаборатории, в которых проводились опыты по клонированию одаренных. Работы с генетическим материалом расы никто дала, наконец, положительный результат. — И дядя хотел использовать братьев Эстелсейнов, вместе кое с кем из своих Аколитов, чтобы начать обучение новых, особых солдат Конфедерации. Были у меня «воспоминания», про этот дядин проект: там все кончилось пшиком — очевидно, что ни Сидиусу, ни джедаям такое массовое пополнение среди форсъюзеров, которых можно было бы выращивать десятками тысяч, в цилиндрах Спаати, было совершенно не нужно. Сильно сомневаюсь, что Графу позволят довести этот проект до логического завершения и здесь. Конечно, на Салюкамее еще только «намеки на успех», не более того — но, станут ли на Корусанте рисковать? Что-то мне подсказывает — и это отнюдь не Сила! — что здесь и сейчас все кончится точно так же: разгромом и ликвидацией потенциальной угрозы. Вопрос: как мне успеть вытащить оттуда обоих братьев? — да и дядины Аколиты… Конечно, там у Графа та еще компашка подобралась — один псих Сора Балк со своим приятелем Толом Скорром чего стоили! — Остальные члены фракции дядиных джедаев-перебежчиков были не столь известны и знамениты, но, во-первых — их было довольно много, около сотни точно — а может и больше, а во-вторых — насколько я помнил, эти ребята все потом погибли, но предать дядю не предали. Намекнуть Графу на возможный удар по Салюкамею? — Но как? — на кого мне ссылаться: в то, что эти сведения добыла моя доморощенная разведка, дядя точно не поверит! Ладно, черт с ним, рискну просто высказать это как свое предположение — и скажу, что «расселяю» р'гат'а'кай'и по разным планетам и из-за таких опасений тоже. — Мол, есть и у меня небольшие успехи в аналогичной деятельности, и, кажется, что господа джедаи про это что-то пронюхали — так что, может и про армию клонированных Моргукаев что-то могут знать.

Кстати говоря, раньше, состав этих самых Аколитов украшали собой такие «светлые» личности, как Сев'ранс Танн, Ша'ала Донита, Асажж Вентресс, Квинлан Вос и многие другие широко известные в узких кругах персоны. Что же, иных уж нет, а те — далече: в живых, как я слышал, остался только один Квинлан Вос, вернувшийся в Орден и покаявшийся. Война штука жестокая, а джедаи народ упорный — своих изменников искали и уничтожали при первой же возможности, если те не соглашались покаяться и «отринуть Тьму». В общем, даже при наличии у меня присягнувших Чародеев, и хороших связей с Тундом — потеря дядиных «карманных» форсеров будет для КНС ударом. А такой риск есть: что-то не помню, что после сражения при Салюкамее — там, в той реальности — кто-то из них остался в живых. Джедаи они, конечно, джедаями — но, вопрос: а сам ли Орден стоял за ликвидацией проекта создания клонов Моргукаев? — Или его по-тихому слил Дарт Сидиус, лишив дядю поддержки собственных форсъюзеров на конечном этапе войны…

В общем, именно с такими мыслями я и отправился дальше, на Гатариэкк. Не мешало бы посовещаться, по этому поводу, с Пурпурным и Булатом: незваные гости могли еще раз нанести визит и на Гатариэкк, а не только на Салюкамей. — Тем более, оба они как раз сейчас находились у себя на родине: проводили что-то вроде тотальной мобилизации — для переселения на Уарикан и в анклавы на Клариве, и в Холодной Кузнице требовалась масса рабочих рук, а ведь были еще нужды армии и флота, про которые тоже нельзя забывать. В свое время, когда моя экспедиция обнаружила планету с ее обитателями, на Гатариэкке давно уже установилось что-то вроде гомеостаза: р'гат'а'кай'и достигли максимума возможного расширения своего «лебенсраума». Там, для того, чтобы можно было массово позволить появляться новым р'гат'а, требовалось физически выпилить такое же количество уже живущих. Несколько раз у них там что-то подобное происходило — но большой пользы не принесло. Получался замкнутый круг: чтобы подтолкнуть прогресс, и вырваться, наконец, в большой космос, нужно было увеличить численность населения — а сделать это не позволяли малые наличные ресурсы. У р'гат'а'кай'и даже освоить собственную планетарную систему самостоятельно не получилось: как раз попытки освоения и сжирали накопленные для этого ресурсы раньше, чем бывали получены положительные результаты, провоцируя вспышку очередной гражданской войны убивавший все в ноль. — После чего и начинался новый, мучительный цикл подъема. В какой то момент, по словам Пурпурного, р'гат'а'кай'и такое биение собственным лбом в дюрастиловые ворота прекратили — в виду полной бесперспективности. Другое дело, с тем притоком нужных ресурсов извне, что организовал для них я: и свою планетную систему удалось нормально освоить — и первые колонии р'гат'а'кай'и у иных звезд появились. Короче говоря, народ Пурпурного принялся «плодиться и размножаться» со всей доступной ему скоростью: если армии и флоту требовались десятки, а то и сотни миллионов ам'акэ — в преддверии ожидания новых сражений, и новых потерь, — то новым колониям и анклавам нужны были уже миллиарды новых «тел».

Гатариэкк встретил меня деловитой суетой, как огромный муравейник-переросток: все при деле, все заняты тем, чем полагается — никто не филонит, и не бьет баклуши. Не знаю, как тут Пурпурный с Булатом соплеменникам особенности текущего момента разъясняли, но в Силе чувствовалось редкое единомыслие и… надежда — р'гат'а'кай'и, кажется, по настоящему поверили, что у них есть перспектива. Атмосфера всеобщего энтузиазма — давненько я подобного не чувствовал: Светлая Сторона Силы царила сейчас над этим миром. — После жгучего холода отголоска эха давнего владычества Тьмы на Кар Шиан — как контрастный душ! Не сказать, что это было неприятно, но по нервам пробежало… не знаю — нет у меня в словарном запасе такого понятия. — А изливать потоки мыслей, слов и метафор, это зря сотрясать воздух. Самое близкое ощущение: как электротоком тряхнуло — только напряжение за миллион вольт при этом зашкаливало…

У Яростного Огня все здесь было под полным контролем — муха не пролетит. Службу у него знали туго: все три основных вектора гиперпрыжков контролировались эскадрами полного состава — сотня с лишним боевых и вспомогательных кораблей в каждой. Резервная оперативная группа, включавшая все три боеготовых корабля типа «Покоритель», находилась возле самого Гатариэкка — готовая прийти на помощь любому атакованному врагом соединению. Насколько я знал, дроиды-разведчики держали под контролем все окрестные звездные системы — на случай появления там разведки респов. На парковочных орбитах, внутри системы, ждали своего часа даже не десятки, а сотни построенных и уже прошедших полный цикл испытаний кораблей — в ожидании экипажей и десантных групп. Полностью восстановившие, после визита в систему флота Республики, свою работу верфи исправно выдавали пополнение.

Здесь, в отличие от Кар Шиана, было всего два больших сборочных эллинга вместо четырех — зато имелась еще куча стандартизированных сборочных стапелей: корабли-супергиганты на них строить было невозможно, а вот обычные «Левиафаны», «Щедрые» и «Центурионы» они выпекали вполне себе исправно, как духовка горячие пирожки. В общем, объемы производства с каршианскими были примерно сопоставимые — разве что в «грех гигантомании» здешние инженеры и рабочие впадать не собирались. Собственно, четвертый «Покоритель», который заканчивали сборкой из оставшегося задела деталей и готовых секций, будет тут последним — а сборку «большой» версии «Бунтарей» тут закончили еще год назад, до нападения респов. Бои моей оперативной группы с флотом Республики в Тионском кластере показали, что когда к управлению боем подключается Сила, к тому же подкрепленная еще и продвинутыми боевыми информационными управляющими системами, — несколько сотен связанных вместе, в единую сеть, обычных боевых кораблей, вполне могут заменить дорогие и редкие супердредноуты! Что толку было респам, что их «Претор» был способен выдержать натиск тысячи обычных разрозненных боевых кораблей, вроде «Щедрых» или «Бунтарей», за один раз — и даже победить в этой схватке! — Если точный концентрированный огонь трех сотен моих кораблей раз за разом пробивал его защиту. Правда, сам он, при этом тогда, был связан боем с «Черным Скимитаром» — что ни говори, а существенный нюанс: придется или каждой оперативной группе придавать такой вот суперкорабль, или добавлять к ней вторую такую же группу. А это уже получается полное оперативное соединение. Впрочем, учитывая общее число таких вот супердредноутов всех типов, имеющихся у меня в наличии, — эти корабли как раз и придется поштучно прикреплять именно к оперативным соединениям.

Кстати, из четырех наличных «Покорителей», импульсные ионные пушки стояли всего на двух: на «Темном Пламени», уже прекрасно показавшем себя в бою — и на еще только достраивающемся «Сиятельном». «Тишина» был переделан в корабль разведки и радиоэлектронной войны: способный «просматривать» и анализировать перемещение кораблей класса до корвета включительно, в пределах чуть ли не всего пространства от Тиона до Мандалора, и от Руурии до Металорна — и заглушить, при нужде, всю связь в целом секторе. А на «Длинной Руке» были смонтированы сверхмощные гравипроекторы: их назначением было не столько создавать тяговые лучи с большим радиусом действия, способные заблокировать боевое маневрирование целой эскадры каких-нибудь «Венаторов» или «Дредноутов». — Нет, их главным предназначением было: точнее наводить по траектории полета «снаряды» собственных масс-драйверных орудий корабля. Я уже как то упоминал, что масс-драйверы на боевых кораблях периодически то занимали нишу главного калибра, то вообще практически пропадали из номенклатуры корабельных вооружений. До этого турболазеры имели абсолютное лидерство, по соотношению мощности, компактности и боевой эффективности — но, существующие технологии их строительства уже подошли к своему пределу. Турболазеры одиннадцатого класса мощности можно было устанавливать только на боевых станциях, или ставить неподвижно, в виде курсовых орудий, с соответствующим эффектом — как на тех же «Щедрых» или «Бунтарях». Ну, или пытаться построить под них, в качестве носителей, суперкорабли — мало уступавшие по размерам боевым станциям: как мне пришлось изворачиваться с «Ассегаями». Инсайдерская информация — о том, что ученым Империи Палпатина удалось-таки сделать достаточно компактные турболазеры подобного класса, сейчас мало помогала: я просто был не в курсе, как именно им это удалось осуществить! Определенные надежды давали работы, которые оружейники вели с киберкристаллами — но тут, как говориться, у меня еще и банта не валялась. К тому же, все подобные спецы в КНС были уже так или иначе мобилизованы дядей в рамках какого-то сверхсекретного проекта — какого, я примерно догадывался, — и в то, что мне позволят забрать для собственных нужд хоть кого-то оттуда, не верил. Зато разработанные недавно новые модели масс-драйверов повышенной мощности, изначально предназначенные для боевых станций или планетарной обороны — в качестве систем ПКО, способных сбивать тяжелые крейсера еще на подлете к планетам, пришлись как раз к делу. Почти пятикилометровая длина «Покорителя» позволяла не экономить на размерах разгонных линейных ускорителей — а колоссальная мощность питающих реакторов, которая была нужна для работы импульсных ионных орудий, была вполне достаточна, чтобы разогнать в масс-драйвере болванку до такой скорости, чтобы она была способна пробить любой планетарный щит. Что еще удобнее — для размещения линейных ускорителей можно было воспользоваться коридорами, предназначенными для внутреннего магнитолевитационного транспорта корабля. Вопрос стоял только с тонкой и точной наводкой: ее то и обеспечивали батареи генераторов притягивающих лучей — они формировали что-то вроде гигантских «гравитационных линз», на пути пролета снарядов, корректируя, тем самым, их полет к цели. Кстати, Яростный Огонь доложил мне, что уже провели успешные испытания этой системы вооружения. — На полигоне, расположенном в соседней звездной системе, с двадцати астрономических единиц уверенно попадали в цель, размером с планету-гигант.

Понятно, что в реальном бою размеры цели будут несколько… меньше. Хотя, по планетам земной группы можно было уже уверенно стрелять с полутора астрономических единиц. Судя по словам Яростного Огня, эффект был великолепным: генераторы планетарных щитов «болванку» не держали — а орудия ПКО ответным огнем по атакующему их противнику, с такой дистанции могли попасть если только случайно. Еще лучше масс-драйверные пушки проламывали защиту боевых станций любых типов. Правда, с малоразмерными, скоростными и маневрирующими целями было не все так радужно. Стрельба даже по «протяженным» целям, вроде плотного строя эскадры боевых кораблей, причем «кластерными снарядами», имеющими вид роев разогнанных почти до субсветовых скоростей твердых «дробин» весом от нескольких сотен грамм до нескольких килограмм каждая, была эффективна на дальности не более двадцати-тридцати тысяч километров. — Через чур велико было рассеивание, даже при наличии корректирующей системы гравитационных проекторов. Работы по повышению эффективности стрельбы велись, но лучших результатов добиться, пока, не удавалось.

После завершения инспекции флота и «технической части», пообщался с командой дежурящих здесь Чародеев: техника техникой, а иллюзорные щиты приходилось поддерживать. Причем, не столько от возможных залетных разведчиков республиканцев, сколько от разного рода визитов, инспекций и проверок союзников по КНС — местный ВПК, как ни крути, строился все же на общие деньги Конфедерации. — Ответственные товарищи имели право знать: как тут, и что делается! Вот, кстати, недавно сам Уот Тамбор прилетал: проверить, как идет внедрение в производство новых боевых дроидов, разработанных для меня его инженерами. Конечно, со скакоанином я мог бы позволить себе откровенность: он-то знал, что такое «коммерческая тайна», и сколько может стоить утечка информации даже якобы «дружественным» структурам — и мог бы поступиться сиюминутной выгодой ради будущих перспектив. Но, сказав «А», мне придется говорить и «Б» — а у меня, между прочим, даже дядя пока был не в курсе аферы с истинными размерами степени «разгрома Энота», устроенными тут респами. Так что, приходилось от всех тихариться. От своих — прежде всего: перспектива, что Дарт Сидиус, или тем паче джедаи, узнают о моей здешней «заначке», меня совершенно не грела! Впрочем, с этой стороны все было прекрасно: Инкар Асим поработал над установкой здешней защиты как следует — никто из визитеров ни разу никакие «незарегистрированные» объекты у Гатариэкка не обнаружил. — Против ситской Алхимии техника оказалась слабовата. Для постороннего наблюдателя, тут все как в официальном отчете: большая охранная эскадра на орбите, стерегущая с трудом восстанавливаемые обломки былого великолепия, и все — а куда не положено, посторонних просто не пускали. Не сомневаюсь, что в случае осложнений Яростный Огонь приказал бы стрелять в любого нарушителя, не раздумывая — но, к счастью, благодаря Чародеям все, до сих пор, обходилось благополучно.

* * *

Наблюдать за военными маневрами, занятие на любителя: сам я в операциях наземных войск разбирался постольку поскольку — в пределах общего военного образования. Ну, чисто как флотский офицер и военный пилот — чтобы знать: куда и как правильно «приложить» на земле несомый груз бомб, или огонь корабельных орудий, чтобы достичь максимального эффекта. Впрочем, Булат об этом был в курсе — цель устроенных им «показательных выступлений» была скорее техническая. — А я тут выступал, больше, в роли дополнительного стимула, для его офицеров: находясь на глазах у высокого гостя даже р'гат'а проявляли больше рвения, чем в случае повседневной рутинной службы. На мой вопрос: не является ли мое, со свитой, присутствие чем-то вроде дезорганизующего фактора, усложняющего управление войсками, Булат только посмеялся, как умеют смеяться р'гат'а. — Невольный хаос, создаваемый присутствием на учениях, моей свиты и меня, учитывался в штабных планах как «неосознанное вражеское противодействие». Нда, черт этих «сапогов» разберет, с их идеями…

Для меня лично важнее было не определить и утвердить более отвечающее задачам штатное расписание воинских частей — с этим Булат и его подчиненные сами справятся лучше, чем я, с моими поверхностными знаниями. — И даже не озабоченность уровнем военной подготовки новых военных контингентов. Тут, надо было выбирать: что из техники и вооружений, исходя из полученного реального боевого опыта, стоило производить в больших количествах. — А производство чего лучше было по-тихому свернуть, пока можно: перепрофилировав производство на выпуск чего-то куда более насущного. По части рассчитанной на живых солдат боевой техники можно было сказать уже совершенно определенно: старые добрые ААТ и МТТ по-прежнему рулили — когда то изначально разработанные под органиков, они перепрофилировались из управляемой дроидами техники в обычные танки и БТРы легко и быстро. Очень хорошо к ним в дополнение пошло мое относительно «свежее» приобретение: выменянный у Куата легкий боевой шагоход АТ-РТ — более быстрый и маневренный, чем репульсорные танк и тяжелый БТР, он еще и мог, в придачу, применяться на сложной в плане рельефа местности. — Или там, где было велико воздействие атмосферного электричества, и бушевали ионные шторма — и где репульсоры просто не могли работать нормально. В таких же местах очень хорошо шла, в качестве вспомогательной патрульной и разведывательной машины, другой легкая боевая машина — утапауанское «колесо с ногами» — Tsmeu-6. Что интересно: если с истребителями, разработанными на Утапау — кроме «жестянки» «Манквима», — у меня были проблемы, то вот с лицензионным выпуском Tsmeu-6 все было тип-топ: возможно, другие тамошние разработчики не хотели лезть в политику, или они больше любили деньги? К сожалению, проект «Скакун», на который возлагались такие большие надежды, что называется — «не пошел». Если с боевой эффективностью у четвероногого персонального легкого транспорта все было в порядке, то вот цена… то же «колесо» Tsmeu-6, даже в «боевом» варианте, с установленным на месте пассажира модулем с вооружением, было попросту дешевле. А куатский двуногий шагоход АТ-РТ, при сопоставимой стоимости, был более эффективен как боевое средство — и к тому же, был надежнее, проще в обслуживании и дешевле в эксплуатации. Возможно, будь у моих тионцев побольше времени, они все и отладили бы — но война имела свои приоритеты. В результате, и Корлакс, и Джаминере перешли на выпуск лицензионных АТ-РТ и Tsmeu-6. — А оставшиеся «Скакуны» постепенно переходили в разряд понтовых статусных игрушек — вроде «представительского» личного транспорта для полевых командиров в частях живых солдат КНС. Впрочем, и респы «Скакунами», в качестве трофеев, не брезговали — так же как, например, джеонозианскими спидербайками: а те тоже охотно использовались и у меня, и в силовых структурах других членов КНС как легкий многоцелевой персональный транспорт. Хотя, более массово для армии, в качестве спидербайков у живых солдат, использовали платформы STAP. — Подчиненные Уота Тамбора с Металорна смогли удачно переделать их под использование не только дроидами: может, не очень удобно «висеть на руле», да и доспехи пилоту нужны — зато с самим спидербайком получилось дешево и сердито.

Вся эта пилотируемая техника подкреплялась несколькими типами дроидов-танков, игравших роль своеобразных «штурмовых орудий», средства огневой поддержки: колесная ракетная платформа «Огненный град», гусеничный дроид-танк «Увещеватель» и карликовый дроид-паук у меня выпускались массово, по лицензии. — Было намерение выпускать и продвинутую версию дроида-паука: пусть она и сильно подороже, чем старая версия, зато ее боевая эффективность куда выше, как показали испытания. А вот модернизированный репульсорный дроид-танк GAT, так много обещавший сначала, «не сыграл»: его нишу тупо заняла дроид-канонерка — Тяжелая Ракетная Платформа. — Которая, в качестве средства огневой поддержки, потеснила еще и «наводящегося дроида-паука», вместе с тяжелым треножником — «Октуптаррой». — Производство и OG-9, и Три-дроида у себя я даже вообще организовывать не пытался, покупая готовые у того же Техно Союза — тем более, что их и требовалось моей армии относительно немного. Из более легких, занимающих промежуточное положение между боевыми дроидами — «пехотой», и дроидами-танками, у меня сейчас строились только Дройдеки. Эти коликоидские «колобки» показали себя незаменимым средством огневой поддержки пехоты, и прекрасным контрабордажным оружием во флоте. Обычных «Октуптарр» и дроидов-крабов я закупал для своей армии у того же Уота Тамбора в ограниченном количестве: у одних было плохо с живучестью, а другие слишком дорого стоили…

Между тем, закончив свои экзерсисы, воинство Булата чинно продефилировало перед местом, где мы с ним располагались: артиллерия — начиная от буксируемых протонных пушек J-1и кончая самоходками на базе шасси ААТ — тоже, кстати, массово производимые как здесь, так и в пределах других миров Тиона системы вооружений. — А так же штатная боевая техника и транспортные средства. Строем, в разных сочетаниях живых солдат и «механики», прошли подразделения р'гат'а в сопровождении боевых дроидов. Пока что, в основном В-1 и В-2 — жестянки были дешевы в изготовлении, и достаточно эффективны, если ими непосредственно управляли — через тех же дроидов-тактиков — р'гат'а. Сами эти дроиды-тактики. Еще более дорогие дроиды коммандос типа ВХ, и разведчики — «хамелеоны» типа «Спелункер». Несколько раз в строю мелькали редкие дроиды-ассасины А-серии и новые типы дроидов, разработанных специалистами Уота Тамбора по моим заказам. Над всем этим чинно плыли проб-дроиды — в качестве ближней разведки и боевого охранения «парадных колонн».

Впрочем, нормальное авиационное прикрытие и авиационная поддержка — из тех же ТРП или «Стервятников» здесь тоже присутствовало. И то, и другое было импортным — точнее, с других моих подконтрольных предприятий, — но не с Гатариэкка. А вот барражирующие в вышине модифицированные перехватчики «Манквим» были продуктом местного розлива! В свое время, поняв, что горшки с аэрокосмическими фирмами с Утапау у меня побиты крепко, решил не иметь дальше с ними дел: как говорил ранее, лицензию на «Разбойник» мне так и не продали, а производство «Белбуллаба» я вынужден был свернуть — несмотря на все внутриконфедератские соглашения. С «Манквимом» все оказалось куда интереснее и сложнее: разрабатывали то его тоже инженеры с Утапау — а вот права на эту разработку, числились за Техно Союзом, в лице моего доброго знакомого Уота Тамбора. Поэтому, когда недавно встал вопрос об организации производства на Гатариэкке каких-нибудь истребителей, выбор закономерно пал на него: пробовать начать здесь делать что-то более сложное, было рискованно — а сиенарский «Кинжал», к тому моменту, полностью исчерпал весь потенциал для модернизации. К тому же, на самой Лианне его уже снимали с производства — неизбежно возникли бы проблемы с техническим сопровождением. Запущенный там же в производство ТАИ-файтер Сиенар, пока, лицензировать для других предприятий и фирм отказывался наотрез. То ли не хотел портить и без того натянутые отношения с Республикой — то ли Дарт Сидиус на него надавил. А жаль! Ну, а «Манквим» уже успешно производили в нескольких местах Тионского кластера: не очень эффективный, он был потрясающе дешев — успешно компенсируя числом свои не высокие летные качества. Но, р'гат'а'кай'и сейчас как раз и требовалось что-нибудь… «числом по более, ценою подешевле». Я тогда, на просьбу Пурпурного, только пожал плечами, и передал всю необходимую для организации производства техдокументацию.

Как выяснилось по ходу инспекции, местные умельцы здорово приложили свои ручки к конструкции, когда запускали здесь его массовое производство. С учетом того, что за образец для подражания они взяли поднятые здесь когда-то со дна океана старые республиканские истребители «Аурек», как раз и бывшие источником вдохновения проектантам самого «Манквима», результат вышел… интересным. Не сказать бы, чтобы вид машины изменился до первоначального: тот же самый фюзеляж в виде семечка-переростка — разве, что более сильно вытянутый. Смещенная взад кабина, была с характерными переплетами «белбуллабского» фонаря, за кабиной — генератор дефлекторного щита, стандартного для «Манквима» образца. Если глянуть сзади, то первое отличие было видно невооруженным глазом: мощный громоздкий однокамерный двигатель, с управляемым вектором тяги, от старого перехватчика, был заменен более легким и компактным — но не менее мощным двухкамерным движком. — От изменяемого вектора тяги отказались, в виду его малой эффективности — а хорошую маневренность обеспечивали стандартные реактивные микродвигатели, расположенные на законцовках гораздо более развитых, убираемых коротких крыльев. В общем, внешний вид модернизированного аппарата стал несколько более походить на своего древнего прародителя: истребитель «Аурек». Отличие было в расположении лазерных пушек: у «Аурека» они были прикреплены, на поворотных узлах, к тем же самым крыльям — а тут были вынесены вперед, по бокам фюзеляжа, на специальных поворотных лафетах — вроде как у республиканских «Нимбусов». Кстати говоря, как и у них, там стояло по спарке легких лазерных пушек, а не по одной тяжелой — как у «Аурека». Но, основное отличие новой модели в вооружении было не так заметно. В удлиненном фюзеляже находилась пусковая установка: для ракет и протонных торпед, а так же — наводящихся бомб — которую туда удалось впихнуть. — Слегка переработанный «подарок», взятый от «Гиены» — тоже на шесть единиц боеприпасов. Загружалась установка сверху: через откидную панель перед фонарем кабины — а выходной стрелковый порт для ракет, торпед и бомб располагался под фюзеляжем, с правой стороны от продольной оси машины. Номенклатура типов боеприпасов для пусковой установки была самая широкая: под любой возможный тип цели. Все это делало перехватчик не только неплохим догфайтером, но еще и легким ударным истребителем. Разумеется, к «меду» прилагался и «деготь» — как же без этого? Из-за потяжелевшей конструкции несколько упала скорость — так быстро летать на спринтерские дистанции, как мог старый «Манквим», обновленный истребитель уже не мог.

Впрочем, это с лихвой компенсировалось улучшением маневренности, и резким усилением огневой мощи. А вот то, что длительность активного полета так и осталась в пределах двух часов, было уже не так хорошо: малый радиус действия ограничивал боевое применение. Соответственно, ни гиперпривода, ни системы жизнеобеспечения ставить так и не стали — не было смысла, а во втором случае вполне достаточно было скафандра у пилота. Вот на гравикомпенсаторы разориться пришлось — летать то на нем не дроиды будут. Впрочем, насчет дроидов я не совсем прав: в истребитель впихнули, в качестве «автопилота» и прицельной системы, модифицированный дроидный «мозг» от «Стервятника» — нос машины, кроме штатного набора сенсоров, дополнительно украсился еще и парой характерных фоторецепторов. — Одному пилоту и «рулить» машиной в бою, и одновременно наводить оружие было затруднительно.

Когда был на одном из заводов, где велось производство истребителя, не отказал себе в удовольствии тряхнуть стариной, и лично облетать одну из новых машин. Что же, это конечно не «Буря», не «Джинивекс» и даже не ТАИ-файтер — но аппарат показался мне послушным и приемистым. — А ракеты и лазерные очереди на полигоне точно ложились в цель. Обязательно попрошу Тофена дать свое заключение, а пока заберу с собой несколько образцов — для дальнейших испытаний уже в Тионе — и техдокументацию. Модифицированная машина, конечно, подорожала втрое, но все равно — по деньгам она обходится удивительно дешево: дешевле даже ТРП. Да, в любой жестяной мастерской ее теперь тоже на коленке не сделаешь. Но, все равно — модель виделась мне чрезвычайно перспективной, к внедрению. Ладно, поживем и посмотрим. А пока, попрощавшись с Пурпурным, Булатом и иными знакомыми р'гат'а, отправился дальше — путь мне еще предстоял не близкий, и не скорый.

* * *

Разглядываю инфочип как готовую ужалить змею: по внешнему виду и не скажешь, что эта штучка способна взорвать солнца и опустошить планеты — а уж людей и вообще перебить без счета! — Ну, это смотря в чьи руки «бомба» попадет, само собой. Что же, я уж постараюсь, чтобы инфочип попал туда, куда надо. Только надо все сделать поаккуратнее…

Отбыв с Гатариэкка в самом прекрасном расположении духа, я скоро сильно подрастерял оптимизм. Как уже упоминал, эвакуировавшиеся с Корпира республиканцы ободрали планету до нитки. То, что смогли увезти — увезли, а то, что увезти не смогли — попросту подорвали — потраченной Великой Армией Республики взрывчатки хватило бы, наверное, чтобы разнести в куски целую армию вторжения. Умом я понимаю, что эту самую армию дроидов они мне там сэкономили, но видеть разваленную экономику и голодное население, которое надо как-то накормить — радости не приносит. Только заботы. На остальных новоприобретенных мирах, обычно, дело обстояло не намного лучше: или сторонники Конфедерации сами сдавали свои планеты респам только после разгрома — с соответствующими последствиями. — Или ВАР старательно «бомбила» все, уходя после провала атаки на Тион и последующего нашего контрнаступления. В любом случае, многие планеты, что хотя бы немного возвышались по своему технологическому уровню над планкой с надписью: «культурные дикари» — практически лежали в руинах. Более или менее уцелели лишь те миры, что официально считались нейтральными или неприсоединившимися — или те, откуда респы драпанули слишком быстро и неожиданно, ничего не успев поломать напоследок. Что самое хреновое: как правило, развитые планеты и население имели соответствующее — и это население надо было чем то, и на что-то кормить. Если с кормежкой все было еще туда-сюда — запасы продовольствия создавались еще с начала войны, да и производство его и у меня, и вообще в КНС, только росло. — То вот с восстановлением промышленности могли возникнуть серьезные проблемы: одному мне эту тяжесть не потянуть. В общем, пока летел, сделав огромную петлю от Корпира до Салинского Коридора, а потом по нему — до Колумекса, добираясь по Перлемиану дальше, до Лианны, успел прикинуть и обдумать несколько возможных вариантов действия.

По всему выходило, что без помощи от союзников у меня ничего не выйдет — поднять разваленную войной экономику даже одного мира, дело крайне сложное. А с другой стороны: население новых захваченных миров надо еще как то перетягивать на свою сторону — сторонниками Конфедерации там были отнюдь не все местные жители. И моим тионцам, и Техно Союзу, и Корпоративному Альянсу, и Коммерческой Гильдии — каждому хотелось новых рынков и новых горизонтов развития. Более того, бизнес был даже готов за это «заплатить» инвестициями в развитие местных инфраструктур! Ну, понятное дело — за очень хороший процент прибыли, в последующем — как же без этого? Будь это просто «временно оккупированные территории» — выдал бы желающим лицензии на грабеж. — За соответствующую плату, разумеется — и не парился бы потом. Но, я твердо решил обосновываться на новых территориях всерьез и надолго: как заявившего о себе лидера объединенного Тионского кластера, меня что-то меньшее, чем восстановление аналоги древней империи Ксима не интересовало — да и подданные меня тогда не поняли бы. Какой тогда выход? — привлечь инвесторов и сделать так, чтобы они не занимались откровенным грабежом «осваиваемых земель». Легко сказать! Впрочем, другого выхода не оставалось: придется как-то договариваться — тем более что, как сказал выше, ради перспектив развития товарищи готовы были постараться.

По прибытии на Лианну, тем не менее, пришлось снова заняться вопросами с «железом»: лицензировать свои разработки еще где-нибудь, кроме как на предприятиях концерна «Сиенар/Санте» Райт Сиенар по-прежнему наотрез отказывался. — То ли ждал еще манны небесной, в виде огромных заказов от ВАР и республиканского флота, то ли просто боялся гнева Палпатина. Короче говоря, «Мародеры» и «Левиафаны» можно было строить только и исключительно на Лианне, точно так же как и канонерки «Скипрей» с ТАИ-файтерами: можно делать вид, что за действия своих партнеров по бизнесу он ответ не несет! При этом, жадность старины Райта простиралась настолько, что договариваться о развертывании производства всего вышеперечисленного на Абине, верфи которого перешли под контроль «Систем Безопасности Санте», он прилетел на Лианну лично — война войной, а бизнес бизнесом. Надо сказать, что обнаруженные когда-то, на поднятых из глубин гитариэккского океана кораблях, шаттлы-дроидоносцы КТ-400 неожиданно заинтересовали руководство Сепаратистской Армии Дроидов: прежде всего, в силу особенности наших воинских контингентов. У КНС образовался некий провал в линейке десантно-штурмовых судов: крейсер «Алмаз» или десантная баржа С-9979, и даже транспорт «Хардселл» были достаточно крупными по размерам. — А приспособленные для переноски десанта Тяжелые Ракетные Платформы, или ксичарские «Звездные Вспышки» — слишком маленькими. Были, конечно, у КНС и другие челноки — но они на роль именно десантно-штурмовых судов не годились совершенно. Ну, а тут халява подвалила: поменять авионику и вооружение на новые — плевое дело! — И вот уже вполне себе готово транспортное средство, способное доставить в гущу боя, чуть ли не батальон «гуманоидных» боевых дроидов зараз. В общем, получалось что-то вроде МТТ, только летающее.

Естественно, в качестве платы за согласие лицензировать производство сиенарского модельного ряда хотя бы на Абине, предложил Райту поделиться будущими доходами от внедрения новой модификации КТ-400 через фирмы, в которых он имеет долю. Вот насчет этого Сиенар всегда готов был сказать свое «да»: запашка от денег Райт не чуял никогда — только запах самих денег. Увы, но насчет открытия новых предприятий «Сиенар/Санте» еще где-то в пределах Конфедерации Райт пойти опять категорически отказался. А была у меня мысль «подписать» Сиенара на долевое участие в модернизации орбитальной инфраструктуры у Баранкара и на Корлаксе — с прицелом организации там производства, прежде всего, ТАИ-файтеров, «Скипреев» и КТ-400. Так что, все это счастье будет строиться исключительно на самой Лианне, или на Абине. Пустячок, однако, неприятный: колоссальные производственные возможности самой Лианны не беспредельны, да и на Абине реконструкция идет еще полным ходом. — А претендент на продукцию тут не только я сам, с моими карманными армией и флотом, но и игроки посильнее и побогаче меня. Впрочем, это было бы еще полбеды: возможность потерять разом всю производственную базу, нанеси Республика один хороший удар, слишком велика — а на Корусанте сидят совсем не идиоты. Когда там начнут составлять более реальные планы, и аккуратнее проводить их в жизнь — легкая жизнь для нас мгновенно закончится.

Что бы Райт особо не зазнавался, и понимал, что на нем одном свет клином не сошелся, продемонстрировал ему «Манквим Марк 2». Как раз, присутствовавший здесь же Тофен Вейн нам с ним истребитель в полете и продемонстрировал — и в учебных боях с ТАИ-файтерами тоже. Перед этим, Тофен так же лично опробовал новую модель ТАИ-файтера, только что поставленную на конвейер — собственно, сам Сиенар и приехал на Лианну отчасти и из-за этого тоже. Райт все еще не оставлял мысли: побороться с Куатом за заказы ВАР — и продать им свой, более дешевый, истребитель. — Заключение Вейна, признанного одним из лучших асов по обе стороны фронта, было бы ему неплохим подспорьем в этом деле. В общем-то, Тофен положительно оценил и сиенарские творения, и обновленный «Манквим» — каждые в своем роде. Райт все равно… вилял: похоже, жадность у него все никак не могла победить страх перед возможной реакцией военных Республики, или еще хуже — самого Канцлера. — Так ничего больше толком и не добившись, в переговорах с ним, отдал приказ начать перевод заводов Баранкара, выпускавших «Манквим» массово, на выпуск модификации, сделанной инженерами с Гатариэкка. Вопрос с Уотом Тамбором я мог уладить отдельно: думаю, он и сам не откажется от такого «подарка», сулящего новые заказы от КНС — и большие деньги.

С женой и детьми удалось увидеться только мельком: когда побывал с визитом у леди Вальес Санте — Леония с Гарольдом и маленькой Тессией как раз прилетели к ней в гости, по ее приглашению. Увы, время промелькнуло совершенно незаметно — а дела уже не просто подталкивали в спину: они в нее буквально пинали коваными сапогами! Пробыл с близкими совсем немного — куда меньше, чем мне хотелось бы. Потом, попрощавшись с ними, леди Санте и Тофеном, полетел на Фелуцию — договариваться об инвестициях, которые могла бы сделать Коммерческая Гильдия в моих новых владениях…

Шу Май, быстро схватив суть моих проблем, согласилась пойти мне навстречу: понятно, на взаимовыгодной основе — но, иного я, в принципе, и не ожидал. Куда лучше было то, что требования госсамки, и в ее лице — Коммерческой Гильдии, были вполне приемлемыми. Естественно, на все новоприобретенное ресурсов у Шу Май не хватило бы, потому как у Коммерческой Гильдии и свои новые проекты были, но главное — лед тронулся! Отправляясь на встречу с Уотом Тамбором и Пасселом Ардженте, я уже имел в своем «инвестиционном портфеле» кое-что, для новоприобретенных территорий. Куривары моих ожиданий тоже не обманули: Пассел Ардженте согласился внести свой вклад в освоение «трофеев». — С учетом нашего нового совместного проекта на Эломе, даже гораздо больше, чем Коммерческая Гильдия — поскольку помощь «новым членам КНС» неплохо маскировала движение грузов и персонала в направлении нашего нового «ломмитового эльдорадо». — Деньги от разработки которого, кстати, уже пошли нам широким потоком — но, теперь, еще острее встал вопрос сохранения тайны. Так что, прибыв на Металорн, в тамошнюю резиденцию Уота Тамбора, я уже имел в активе достаточно средств. Скакоанин, впрочем, тоже не захотел отказываться от присоединения к хорошему, денежному делу — ну, или тому, что могло принести хорошие деньги впоследствии. Легко, и к взаимной выгоде, мы так же утрясли вопрос и с лицензированием «Манквим Марк 2»: потребность в относительно дешевом истребителе, рассчитанном на живых пилотов, в КНС ощущалась все острее. А еще, скакоанин выдал мне инфочип, с ключами-дескрипторами и программой, способной взломать блок памяти ганреева механического кресла…

Специалисты Техно Союза, совместно с аквалишами По Нудо, справились с заданием прекрасно. Понятно, что Уота Тамбора очень интересовало: нафига мне это нужно? — но скакоанин был со мной знаком уже достаточно долго, чтобы не задавать скользких вопросов. Впрочем, как я понимаю, ни он, ни По Нудо в накладе не остались: взлом протоколов защиты коликоидских дроидов сулил, в будущем, столько заманчивых возможностей, что уже одним этим окупал все затраты времени и сил на подобную работу. Естественно, об этой работе был в курсе только очень ограниченный круг лиц: ребята с Коллы-4 очень не любили, когда кто-то пытался совать свой нос в их секреты. Ну, а поскольку они вроде как были нашими союзниками… при огласке вонь стояла бы такая, что проще было бы застрелиться. Так что, и Уот Тамбор, и По Нудо были кровно заинтересованы, чтобы количество осведомленных об этом никак не расширялось.

Не удержался! У себя, на «Черном Скимитаре» просмотрел копию ганреева архива: Сидиус там был, и его было много! — прямо как настоящее портфолио звезды ГолоШоу. Да еще и с сопроводительным текстом. В общем, даже бывший не в курсе истинного положения дел Шутинг Стар, которого я использовал в качестве аналитика, сразу выдал заключение: таинственный визави Нута Ганрея не может быть никем иным, как Великим Канцлером Республики Шивом Палпатином. — И предложил то, от чего я немного охренел: арестовать Ганрея за измену делу Конфедерации! — это был финиш, простите за такое слово. В общем, приказав дроиду-тактику заблокировать у себя в памяти данную информацию — с доступом к ней только мне или дяде! — принялся размышлять, как лучше донести данное открытие до Скайуокера. Никому иному из джедаев я сейчас довериться не решился бы. Был у меня во Втором Бюро один человек… тот еще авантюрист — звали его Хаарн Виргаан. Точнее, полное его имя было куда длиннее, как и полагалось урожденному тионскому аристократу из обедневшей, но старинной и почтенной семьи. Собственно, как и многие тионцы, он начал работать еще на моего приемного отца — и только после начала войны Гарольд Тион уступил его мне, для ново организованной службы флотской разведки. У чела было надежное прикрытие: легальный бизнес. — А еще он вполне себе имел дипломатический иммунитет: благодаря связям с одним из правительств в системе Алмания, которое придерживалось прореспубликанской ориентации. В свое время, Хаарн прекрасно поработал на Мандалоре, в числе других моих агентов подготавливая операцию по ликвидации Мола и его брата. А сейчас он специализировался по операциям на черном рынке торговли стратегическими материалами — тоже благодаря именно своим легальным связям. Так что, причина, для визита на Корусант, у него будет основательная, с этой стороны никто не придерется…

* * *

От Металорна полетел «домой» не быстрым путем — через Перелемиан, на Лианну, и дальше до Джаминере — а отправился посмотреть на даллалтские находки. Не то, чтобы я ожидал чего-то неожиданного или сверхважного, но скреблось где то в глубине сознания странное любопытство. А такие намеки Силы надо всегда рассматривать самым тщательнейшим образом: само по себе это жу-жу-жу просто так не возникает! — Вопрос: а на что мне хотела намекнуть Сила? — можно было решить, только побывав на месте. С одной стороны, возможно было найти какие-то места Силы — годные для подпитки того же процесса создания дроидов-ассасинов А-серии: как то же Ксиму удавалось строить своих эффектных «боевых роботов» на примитивной технологической и элементной базе. Слухи про то, что к тионцам в древности попали в руки какие-то осколки технологий Империи раката ходили упорно с незапамятных времен. У раката вся техника работала или через Силу, или делалась с помощью Силы — от империи Ксима никаких останков, в которых было бы даже малейшее повышение фона Силы не осталось. — Даже на пресловутой Нусватте, которую те же джедаи, в свое время, облазили вдоль и поперек. Сейчас на месте, где в прошлом располагались знаменитые «сады» даже эхо от смерти многочисленных жертв местного изуверского культа Хо было едва ощутимым, где уж тут: «Сила, Сила» — двадцать пять тысяч лет это вам не перезрелый майлорун съесть. А с другой… ну был я и на Вьюне, и на Кар Шиан — и даже на Коррибане с Дромунд-Каасом: планеты и планеты, что сказать. — Фон Силы, конечно, был повышенный, и Темная Сторона там ощущалась очень отчетливо. Но, в той же сердцевине Кладбища Крона, этот фон зашкаливал еще больше. Да и на Туле, где есть природные аномалии, Темная Сторона в них была сильнее, чем даже на том же Коррибане — ну, кроме Долины Лордов, понятно. Только, какой дурак полезет в Долину Лордов без крайней нужды? Как говорят, хуже только пресловутая Долина Джедаев на Руусане — но не знаю, я там никогда не был. Да и не стремлюсь туда попасть, честно говоря: есть места, которые разумный всегда должен обходить стороной, по мере сил и возможностей. Особенно, если это одаренный разумный. И, не говорите, пожалуйста, про опасности Темной Стороны и прочую муть — в таких местах и Светлая Сторона Силы прекрасно сносит крышу человеку! Такие места они как напоминание: не стоит делать некоторые вещи, какими бы соблазнительным и невинными они поначалу не казались.

Что же, пообщался и с ученой братией, и с местными аборигенами — и автохтонными обитателями Даллалта, и теми бедолагами, что были потомками экипажа «Королевы Ранруна», нашедшей здесь последнее пристанище. Потомки бывших гвардейцев Ксима, кстати говоря, были почти поголовно сенситивами: не одаренные, в прямом смысле — уровень мидихлориан в крови был всего, в среднем, раза в полтора выше обычного для хуманов. — Однако, кое-что они умели — и, самое главное, бережно передавали крохи этих умений своим потомкам. Вообще, интересный оказался народец: их лояльность обошлась мне совсем недорого, а польза от их преданий и легенд была несомненная — вместе с этими самыми их приемами ментальных техник. А еще интереснее оказались те самые «военные роботы» Ксима, которых я впервые увидел в работоспособном состоянии. — И это несмотря на прошедшие две с половиной сотни веков! Большая часть боевых роботов была не тем, чем являются обычные дроиды — а чем то вроде дистанционно управляемых модулей-дронов. Фактически, любые «мозги» у них отсутствовали как класс: микропроцессоры, отвечавшие за движение, коммуникации и стрельбу не содержали даже намека на наличие искусственного интеллекта. Эффективность такого дрона, как боевой единицы, полностью зависела от качества подготовки его оператора. Правда, огневая мощь этой своеобразной ходячей платформы огневой поддержки, даже по сегодняшним временам, внушала уважение. Да и возможность держать оператора такой жестянки во втором, а то и третьем эшелоне, тоже несомненный плюс — судя по всему, каким бы деспотом Ксим не был, своих солдат он всячески берег. Теоретически, современные боевые дроиды — даже подчиняющиеся Станции Управления В-1, - были гораздо более эффективными, в плане использования в военных целях: они не требовали операторов вообще. Но, применительно к р'гат'а наличие таких вот дистанционно управляемых модулей имело некоторый интерес — не сомневаюсь, что обитателям Гатариэкка освоить ментальное управление таким жестянками вполне по силам!

Куда интереснее оказались так называемые роботы-гвардейцы: вот это были уже вполне себе настоящие боевые дроиды! — причем, сделанные и вправду с применением каких-то техник Силы. А вот каких именно техник… сказки местных были странные, а временами так и просто страшненькие — но, ни в одной не говорилось: как же, именно, их предки делали такие замечательные механизмы, при отсутствии у них форсъюзеров высокого класса, к тому же — знакомых с ситской Алхимией. Нет, про ракат Выжившие прекрасно помнили — однако, совершенно не связывали их со своим железным воинством. А что мы имеем в результате: металлические болваны почти трех метров ростом, покрытые сплавом кириума — материал неплохо держал лазерные и плазменные выстрелы, кстати. — С набором самого разнообразного вооружения: ракеты, гранаты, лучевые пушки — что-то вроде комбинации плазменного и лазерного оружия, огнеметы и совсем уж галимая экзотика, вроде электропушек и сонических шокеров. Круче того, этот болван несет внутри такие же микрочипы, сделанные на основе кристаллов митаг, что и его более «тупые» собратья — а «соображалка» у него, при этом, ничуть не хуже, чем у какого-нибудь протокольника или астромеханика! Нет, работает это совсем не как эвристический процессор: возможностью самообучения там даже и не пахнет — скорее, это похоже на что-то вроде высокоуровневый базовый процессор, которые ставят на боевых дроидов типа GX-1. — Кстати, по своим боевым возможностям «гвардеец» примерно им и соответствует. Но, главное даже не в этом: как раз эти дроиды отпечаток Силы вполне себе несли! — и благодаря этому могли действовать не просто самостоятельно, а еще и вполне «осознанно», как бы «чувствуя» окружающее пространство.

Оставался нерешенным вопрос: где именно местные могли «заряжать» потоками Силы своих жестянок? Насчет природных аномалий подходящего свойства тут было туго. А предания Выживших четко гласили: собирать дроидов их предки могли еще несколько столетий спустя, после катастрофы «Королевы Ранруна». — Обычных же военных роботов они, по их словам, вообще могли делать с нуля еще каких-то пару тысяч лет назад: мастерская была разрушена в результате набега неизвестных и непонятных агрессоров. От налетчиков отбились, уничтожив в ноль — в том числе и благодаря помощи «гвардейцев», — но и производственные мощности, и люди, которые умели на том оборудовании работать, погибли. Как ни странно, ответить на этот вопрос мне помогли не местные жители, а археологи с Рудрига. Роясь внутри Сокровищницы Ксима на Даллалте, они наткнулись там, на остатки одной необычной конструкции — кстати, именно рядом с помещением, где находилась эта конструкция, и были расположены те самые мастерские, где когда-то делали военных роботов. Как это обычно бывает у археологической ученой братии, непонятное сооружение они сразу записали в культовые сооружения. Даром, что Выжившие были народом удивительно не религиозным, так они еще и прямо сказали, что это никакая не «молельня» — а совсем даже часть древней фабрики. При обследовании, мне вся эта конструкция показалась до ужаса похожей на чертов Собиратель Силы: конструкция немного другая, но спутать эхо Силы, когда находишься в фокусе концентратора, с чем-то другим — было попросту невозможно. Только вот если Собиратель излучал — через Силу — собранную вокруг жизненную энергию вовне, в виде эманаций Темной Стороны, тем самым уничтожая вокруг все живое, что не находилось в специальных «затененных» зонах работающей установки. — То эта штука отводила потоки выкачиваемой жизненной энергии куда-то вовнутрь — куда и зачем, было непонятно: все сооружение сильно пострадало еще в незапамятные времена. Настораживало и другое: вокруг этого места совсем не было фона Темной Стороны — который неизбежно там должен был бы появиться, удайся хоть кому то запустить эту «машину смерти» в работу, даже один-единственный раз. Не было там ничего, и все тут!

Поскольку в развалинах ничего интересного больше не нашлось, то попросил товарищей с Рудраига ознакомить меня с результатами работ по реконструкции облика древнего флагмана Ксима. И вот тут меня ждал сюрприз, да еще какой! — в одном из отсеков корабля археологи нашли обломки, которые четко коррелировались по своей конфигурации и составу с объектом в развалинах, что я видел ранее. Более того, тамошня установка была, судя по всему, в полном комплекте. И археологи — фанфары! — дружно записали ее в разряд культовых сооружений, разглядев, в том числе, пресловутые пиктограммы и знаки культа Хо. — Даже по «элементам» все сооружение разбили: «алтарь», «жертвенник», «загоны для жертв» и прочее. — Мне и смонтированный компьютерный голофильм-реконструкцию показали, как эта механическая скотобойня, якобы, работала. Что же, надо сказать, что меня они впечатлили: ребята даже не догадывались, как они ошибались в своих предположениях — тут не приносили в жертву животных, тут убивали людей! — Или, во всяком случае — разумных существ: жизненная энергия животных почти совсем не годиться для того, чтобы преобразовывать ее в потоки Силы. А от обломков этой гигантской «мясорубки» до сих пор несло Тьмой — казалось, сам металл был пропитан эхом бесконечной агонии жертв. Не требовалось даже дара Психометрии, чтобы понять, как именно подручные Ксима делали ему таких замечательных боевых дроидов: выкачивание Жизненной Силы из убиваемых разумных существ сопровождалось ее преобразованием в потоки Силы — через Собиратель. — После чего, сконвертированные потоки Темной Стороны — а только они могли идти через «мертвое железо» — подавались на своеобразный конвейер, по которому к установке доставлялись военные роботы. Я тут кое-что прикинул, воспользовавшись бесполезно лежавшими в голове, до сих пор, знаниями по ситской Алхимии: для трансмутации одного военного робота в «гвардейца» требовались жизни двух-трех обычных разумных. — А замучив здесь одного одаренного, можно было бы получить сразу несколько таких дроидов. — Хреновая арифметика получалась!

От греха подальше, изъял у господ археологов все материалы по этому вопросу, и не поленился лично промыть им мозги с помощью майнд-трика — не хочу рисковать, чтобы какому-нибудь засранцу в руки попали эти сведения. Никто не знает — некому будет и воспользоваться этой хренью! Вот интересно, а не были ли неудачи последних лет царствования Ксима своеобразным «откатом» — местью самой Силы за вот такие фокусы? — А хатты и их клевреты просто исполнили работу палачей, когда незримый судья безмолвно огласил свой приговор. Или, это мне просто так мерещиться? В любом случае, мое возвращение домой оказалось не таким радостным и легким, как я надеялся. Вот спрашивается — зачем мне еще и эта головная боль?

Интерлюдия 15

Холод Стикса

Таллисибет уже два месяца, как жила на этом странном корабле: «Песчаная Бабочка» то осторожно кралась где-то в лабиринтах Спирали Индрексу, то чего-то искала у Кладбища Крона — а то вообще ушла из Тионского кластера в пространства Корпоративного Сектора Автаркия. Цель стремительного броска от Корусанта до Тиона, чтобы потом бессмысленно мотаться где-то по задворкам обитаемых миров кластера, была девушке совершенно неясна — а просветить ее относительно задания и намерений их команды, никто из наставников не поспешил. Она попробовала разузнать что-то у Маарека — но паренек и сам не представлял: что они в тех местах забыли? Пытаться узнать какие-то подробности у антарианцев? — ну, она не настолько наивная! И экипаж корабля, и команда «ледорубов» и аналитиков — и даже старательно избегаемые тем же Маареком боевики, — никто из них не отказывался обучить девушку тому, что ее интересовало. — Понятно, в том деле, в котором они сами были специалистами. Все это началось еще тогда, когда они сидели на Корусанте: мастер и другие джедаи пропадали неизвестно где, и подолгу — и они, с ее новым другом, оказались предоставленными самим себе. Кто именно предложил «улучшить уровень образования»: она сама, Маарек или это аккуратно сделал кто-то из команды, проинструктированный кем-то из наставников, — девушка не могла бы сейчас вспомнить даже под страхом смертной казни. Да это было и не существенно. В результате Таллисибет здорово продвинулась в постижении искусства астронавигации, взлома чужих датападов и даже дроидных мозгов — и узнала кучу полезнейших сведений по тактике малых групп: вот этому, кстати, юнлингов и падаванов в Ордене не учили совершенно! А, между прочим, жаль: как по ходу ее обучения выяснилось, работа в команде здорово облегчает жизнь любому бойцу или разведчику — будь он хоть обычным человеком, хоть джедаем. Узнав о том, чему она учиться у антарианцев, мастер Харрод только похвалил ее: по его словам, Сила могла помочь не во всем, и не всегда — в ином случае, как сказал мастер Мика'авин, добрый бластер был куда лучше джедайского меча. Что ее наставник под этими словами имел в виду, Таллисибет, тогда, в начале ее обучения у Рейнджеров, не совсем поняла. Это понимание пришло к ней немного позже — когда Учитель плотнее занялся ее обучением сам.

До этого Таллисибет считала себя хорошим мастером прятаться и ускользать от чужого внимания: свое прозвище — Лазутчик — она получила от друзей и знакомых по Ордену не просто за красивые глаза. Природный талант, развитый с помощью Силы — хорошее подспорье в делах. Так и было, пока Харрод Мика'авин не предложил ей поиграть в игру: «тука против нуны» — в отсеках, коридорах и переходах «Песчаной Бабочки». И вот здесь быстро выяснилось, что мастер без труда находит ее. — Всегда и везде, где бы она ни пыталась спрятаться, — при всех ее ухищрениях. — И даже притом, что никакими техническими средствами, или помощью других джедаев и команды, он совершенно не пользовался! Наоборот, это ей самой он приказал дать полный доступ к системе внутреннего наблюдения. Все равно, результат был один и тот же: десять провалов на десять попыток. Таллисибет пробовала и забиться куда поукромнее, и перемещаться постоянно — чтобы не попасться «охотнику». Все было бесполезно. Еще более обидным щелчком по носу были попытки обнаружить на «кореллианце» самого мастера Харрода, когда он, в свою очередь, спрятался от нее — и, искала она, тоже имея доступ к системе внутреннего наблюдения. Неожиданно оказалось, что кораблик, длиной-то всего в двести шагов, исхоженный и изученный за пару недель вдоль и поперек — тогда они все еще были на Корусанте, — превратился в бесконечный лабиринт. Ей потребовалось двенадцать часов проблуждать по этому лабиринту, чтобы признать свое полное поражение!

После этого Таллисибет думала, что ее с позором выгонят обратно в Храм — и, что Сельхозкорпус тогда для нее будет еще очень почетным назначением. Как оказалось, все произошло с точностью наоборот. К тому времени, все члены команды и пассажиры «кореллианца» уже собрались на его борту, и отлет планировался не через дни, а через считанные часы. Собрав всех форсъюзеров своей команды в крошечной кают-компании джедайского отсека — было тут и такое помещение, рядом с местом, где располагались каюты джедаев, которое экипаж «Песчаной Бабочки» и прозвал «джедайским отсеком», — Харрод Мика'авин официально представил ее всем, кто еще не успел познакомиться с Таллисибет, — своего нового падавана. Вообще, как потом признался Маарек, его самого во время такой же «проверки» гоняли меньше — и «ловили», при этом, куда раньше: у Таллисибет, оказывается, был повод гордиться. Только вот сама девушка никакой такой «гордости» совсем не испытывала, поскольку уж в этом то деле, привыкла считать себя ровней совсем не падаванам, настоящим рыцарям. Хотя… слова нового друга грели: последнее время ее хвалили не так уж и часто, особенно в таких провальных ситуациях. Заодно, именно тогда она близко и познакомилась со всеми своими собратьями по Ордену, которые составляли джедайскую часть команды мастера Мика'авина.

Сам Харрод Мика'авин, его помощница джедай — женщина-гран Кийрас Брэк, и ее падаван, новый друг Таллисибет, Маарек Штель уже были ей достаточно хорошо знакомы. Мастер Брэк так еще и пару уроков работы с Силой ей дать успела — а уж чему они вместе с Маареком научились за пару недель, по части военного дела, техники и прочего! Двое первых представленных, что было дико для девушки, и совершенно непривычно, явно составляли пару. — Ладасен Се Веаве: эффектная красавица с длинными платиновыми волосами, имевшими золотистый отлив, большими зелеными глазами и красивой фигуркой, гибкость и плавные линии которой не могла скрыть даже джедайская роба — длинные заостренные ушки указывали на то, что раса девушки была явно в родстве с народом сефи. Рядом с Ладасен Таллисибет сама себе казалась бескрылой нуной, посаженной рядом с красивой птицей, имевшей яркое оперение. Державшийся всегда рядом с рыцарем Се Веаве забрак, несмотря на статную фигуру и легкие изящные движения умелого фехтовальщика, совершенно терялся на фоне своей спутницы. Хотя, как скоро успела убедиться Таллисибет, Ган Даиас умел не только виртуозно орудовать мечом. Ощущение в Силе, которое шло от этих двоих, было для нервов — как прикосновение к коже льда, или огня — а то, и того и другого одновременно. Остальные ее новые соратники не видели в этих двоих, кажется, совсем ничего странного! А у Таллисибет в голове крутились слова катехизиса: и про отказ от привязанностей, и насчет слишком близких личных отношений — того, что в Ордене категорически не приветствовали. Девушка вдруг подумала, что если бы тут сейчас, рядом с ней, сидел Уи Малро — это совсем никого не удивило бы, и уж тем более — не вызвало бы никакого осуждения. Только невероятным усилием воли ей удалось не допустить того, чтобы лицо не залилось краской смущения — а мысли не вырвались наружу, на всеобщее обозрение. Ее новые знакомые или на самом деле не заметили ее невольного смущения, или хорошо сделали вид — пока мастер Харрод представлял ее следующему джедаю.

Несмотря на свойственное забракам крепкое телосложение Ган Даиас, он все равно проигрывал в этом отношении еще одному участнику собрания: пожилой деваронец Донар Вилоун казался красной морщинистой, покрытой шрамами и отметинами глыбой камня. Каковую глыбу зачем-то упаковали в джедайскую униформу самого милитаризированного образца: черная кожа и грубая синтетика такого же цвета — единственным ярким элементом выделялся только световой меч на поясе джедая. Вообще говоря, забрак был даже выше деваронца — если считать «без рогов», — но бугристые мышцы на тяжелом, плотном теле не оставляли сомнения: кто именно из этих двоих победил бы в рукопашной. Понятно, если действовать только на чисто физической мощи, не используя Силу. Вообще говоря, размеры и подобное телосложение были для деваронцев не характерны: обычно они бывали более низкого роста, жилистыми и поджарыми. Правый рог у деваронца явно был отрублен в какой-то схватке, причем давно: все успело зажить — а из левого рукава торчал протез кисти руки, затянутый в черную перчатку, в тон одежде. Рыцарь приветливо кивнул Таллисибет: блеснули белым острые зубы во рту. — И, неожиданно подмигнул, усмехнувшись: «Не тушуйся, мол, девочка». Вот, старый деваронец совсем не выглядел добряком, с виду — а на душе у девушки, от этой его улыбки, сразу потеплело. Поднявшееся настроение не испортил даже вопрошающий и слегка недоуменный взгляд последнего участника этой немного странной «вечеринки».

На фоне деваронца невысокий крепыш с коротким рогом, торчащим прямо из голой безволосой макушки — наследием предков-рептилий, и уродливой физиономией, по имени Косс Виндим казался почти карликом — представители расы адвозсек, насколько Таллисибет знала, не были частыми гостями в рядах Ордена. Асоциальный характер этих существ, как она помнила из лекций, плохо сочетался с орденским коллективизмом — когда интерес организации считался заведомо выше и существеннее, чем личный интерес индивида. Трудно ломать собственную биологию, даже имея доступ к Силе. Тем интереснее было наблюдать, своими глазами, живого рыцаря-джедая этого народа: возраст и висящий на поясе меч неопровержимо свидетельствовал о его звании — даже если не принимать в расчет слова учителя, когда тот их знакомил. Окинув Таллисибет взглядом и поприветствовав ее, после слов мастера Мика'авина, адвозс тут же выкинул ее из головы — как показалось девушке, — обратившись к ее учителю с вопросом.

— Эта девочка — все подкрепление, которое нам дали, Харрод?

— Я просил, даже Арлигана Зея подключил к этому делу — а он всегда относился с пониманием к нашим нуждам. Но… хорошо, что мне хотя бы разрешили взять падавана — вместо кого-то из наших опытных коллег. Людей не хватает катастрофически: Лину и Гарх'нотта, с их падаванами, — на перевод которых к нам я рассчитывал — направили в Юго-Западные Пределы. Как я слышал, там сейчас сложилась крайне хреновая ситуация на фронте — наши союзники из секторов Сенекс и Дживекс запросили подкрепления. А с Эриаду ничего уже снять нельзя — тем бы самим удержаться! Скажи спасибо, что Высший Совет нас опять как диверсантов не мобилизовал — а то крутились бы сейчас в Тионском кластере, и хорошо — если не в виде обломков. Слышал, что там наши «военные гении» из Генерального Штаба наворотили? И, между прочим, обзавестись падаванами уже не мешало бы и тебе с Ганом: в Храме сейчас таких, как эта девочка, более чем достаточно — потерявших прежних наставников, и успевших понюхать запах крови!

— А ты помнишь, чем нам в прошлый раз аукнулось прикрепление вот таких, не обученных товарищей? Сам знаешь: прочность цепи определяется прочностью ее самых слабых звеньев. А у нас в команде двое совсем пацанов, если что.

— Так помоги научить! Таллисибет, как и Маарек, девушка сообразительная — а учить заново всегда проще, чем переучивать уже закоснелых в догмах людей — пусть и опытных в своей сфере деятельности. Прошлый раз был обычным форсмажором.

— Как будто ты сам не знаешь, что у нас вся служба сплошной форсмажор — и то, что как бы чего ни происходило, рассчитывать мы сможем только на себя самих.

— Ладно, не ворчи: в этот раз, хоть Совет усиливать нашу группу и не стал, но и никуда в мясорубку совать не собирается. — Там, похоже, все-таки дошло, что забивать микроскопом гвозди — не лучшее занятие. Как обычно: мы работаем за команду быстрого реагирования — и попутно выполняем свою основную работу. А поскольку там, куда мы сейчас полетим, на фронте установилось затишье — время натаскать падаванов как следует, у нас еще будет.

Дальше разговор стал общим, перейдя к обсуждению разных технических деталей. О том, куда и для чего они отправятся в путь, так и не было сказано ни слова. Единственное, что Таллисибет узнала: вылет будет завтра, в шесть часов утра по средне-корусантскому времени — учитель Харрод даже разрешил ей, если она захочет, попрощаться с друзьями из Храма. Разумеется, только через комлинк: дальше, как поняла девушка, вообще будет затруднительно поддерживать и такую связь. С кем она могла сейчас поговорить? — Уи куда-то улетел со своим новым Мастером, Асока… имя, пришедшее ей в голову, невольно заставило Таллисибет вздрогнуть. Нет, не с кем ей больше в Храме прощаться. Постепенно разговор увял, Донар Вилоун встал с кресла и заявил, что идет к себе — ему, мол, не мешало бы выспаться как следует.

Мастер Мика'авин напомнил ему, что он еще не разливал «отвальную»: кажется, у команды учителя Харрода были в ходу весьма любопытные обычаи. Деваронец кивнул в ответ и рассмеялся. Народ стал вставать с мест, поднялись и Таллисибет с Маареком, до этого тихонько сидевшие, пристроившись в уголке — чтобы не мешать старшим. Харрод Мика'авин достал из встроенного в стену шкафчика небольшой поднос, уставленный крошечными стопками, с металлической флягой посередине, поставил его на стол в центре кают-компании — и, открыв фляжку, наполнил восемь стопок. Как раз по числу участников собрания, отметила Таллисибет: ее с Маареком тоже, выходит, не забыли — и… это что, их считают за равных, или как? Между тем, Харрод Мика'авин поднял взятую со стола стопку.

— За новый поход — пусть он будет легким и закончится там же, откуда мы завтра уйдем!

После слов ее мастера, все дружно выпили стопки одним глотком. Таллисибет едва не задохнулась, когда огненный комок обжег рот, и ухнул куда-то вниз живота — будто пробив желудок навылет. Ничего столь же крепкого девушка никогда раньше не пила, хотя спиртное пару раз и пробовала, в компании. Все стали прощаться, расходясь по каютам. Мастер Харрод, с легкой улыбкой на губах, подал Таллисибет стакан сока — она даже не заметила, откуда он его взял — посоветовав промочить горло. — Девушка с благодарностью его приняла. Допив сок, она, вместе с Маареком, вышла в коридор — в кают-компании остались только мастер Харрод, и Кийрас Брэк — явно желавшие еще что-то обсудить напоследок.

* * *

Сигнал пришел на комлинк неожиданно: объект наблюдения направляется в сторону Сената — как раз в тот сектор, который нарезали для наблюдения Пешку Эк'буну. Видеокартинка была четкой — опознать и вычленить из потока искомый аэроспидер сумел бы и мальчишка, не то, что опытный филер. Тааак-с, вот и они, в натуре — быстро добрались! Ну да, управляющий аэроспидером славился умением летать на всем, на чем только можно: досье «ведомого» детектив Эк'бун изучил хорошо. Объект привез к зданию Сената от Храма двух спутников: Мэйса Винду Пешк опознал сходу, а вот второго… эти хуманы все на одно лицо! Выбравшись из аэроспидера следом за другим джедаем, Мэйс махнул Скайуокеру рукой, явно отпуская того восвояси — а потом пошел, вместе со спутником, к входу в здание. Пешк приготовился аккуратно следовать за ним, активировав управление служебным спидербайком: «Ночной Сокол» самое то, для подобного рода покатушек — и быстрый, и не особо выделяется из потока. Странно: джедай никуда улетать, с посадочной площадки Сената, не стал — явно еще кого-то ожидая. Ну да, вон потянулся за комлинком! С кем там Скайуокер разговаривал, частный детектив был не в курсе, но джедай явно настроился ждать. Вон, даже вылез из аэроспидера и подошел зачем-то к охранникам. Решил поболтать, скрасив время ожидания? — ну, зря стараешься, парень: должен уже знать, что эти ребята, находясь «при исполнении», ни с кем трепаться не станут — даже с джедаем.

Долго все же ждать не пришлось: из здания на посадочную площадку вышла целая толпа «избранников народа», вместе с секретарями, референтами и прочими прихлебателями. Господа сенаторы стали рассаживаться по ожидающим их уже транспортным средствам. Вот Скайуокер вошел в поредевшую толпу… однако! Так вот кого тут ожидал джедай, то: госпожа Падме Амидала была личностью широко известной, в узких кругах. Чутье опытного охотника на супругов-изменников сделало стойку, а потом, так же быстро, успокоилось — джедаааай, чтоб его! Проще поверить, что либо Орден, либо Канцлер сейчас как то начали обхаживать популярную политическую фигуру. Как Пешк слышал краем уха, Амидала недавно засветилась в каком-то новом сенатском скандале. Ну а знакомство… с этим вообще все просто: недавно Скайуокер как раз вытащил госпожу сенатора из настоящей западни, на Сципио. — То-то она с ним любезничает на людях! Жаль, но тут, похоже, ничего интересного не будет: судя по всему, господин джедай решил подвезти сенатора до ее апартаментов.

Разговаривая на ходу, сенаторша и джедай подошли к его аэроспидеру, и заняли места: Скайуокер за панелью управления, а Амидала рядом с ним. Включилось силовое поле, прикрывшее кабину, и аэроспидер плавно оторвался от посадочной площадки. Черт, как неудобно! — поле сильно мешало наблюдению: видны были только расплывчатые силуэты в салоне, и все. Джедай летел аккуратно: Пешк не только без труда держался на хвосте его аэроспидера, но еще и успевал следить за картинками с пары проботов, летевших параллельно — и передававших изображения джедайского транспорта. К сожалению, видеокамерам даже через ультрафиолет в салоне скайуокеровской машины ничего толком разглядеть не удалось. Но, по крайней мере — за то, что джедай и сенаторша не тискаются там, на сидении, опытный в таких делах ботан готов был дать голову на отсечение. — Совсем ничего криминального, похоже: просто вежливый рыцарь подвозит до дома уставшую на работе народную избранницу — что тут такого? Ладно, плевать — платят ему не за философию: будем смотреть дальше.

Аэроспидер Скайуокера вошел в охраняемую зону комплекса номер 500 по улице Республики. Пешк Эк'бун досадливо сморщил нос — дальше «пасти объект» было увы нельзя: здешняя охрана славилась безошибочным умением определять любого, кто может хоть как то доставить беспокойство постоянным обитателям этого места. И к тому же, она имела скверную привычку ловить и дотошно трясти подозрительных личностей. Нафиг, нафиг — лично ему премию за риск в этом деле не платили. Скорее, наоборот, с этим объектом наниматель велел частному детективному бюро, в котором имел честь работать Пешк, быть предельно аккуратным и незаметным. И Пешк это прекрасно понимал: все же герой Республики, рыцарь-джедай и лицо, приближенное к самому Канцлеру, как Пешк слышал — это вам не какой-нибудь брачный аферист. Кстати, ревнивые мужья, ищущие доказательства неверности своих жен, или ревнивые жены, желающие вывести на чистую воду неверных супругов, были основными клиентами бюро — работа по этому профилю была не пыльной, но требовала большой аккуратности и не допускала огласки. По крайней мере, до суда. Хотя бюро не брезговало заниматься и промышленным шпионажем, и даже негласными проверками лояльности сотрудников коммерческих фирм — именно семейно-постельные разборки и были самым стабильным источником работы. И если не самым хлебным направлением, то уж самым безопасным точно. Правда, похалявить немного, и за приличное вознаграждение слегка рискнуть шкурой Пешк, и его коллеги, тоже никогда не отказывались — в конце концов, жизнь в столице стоила недешево. Интересно, может таинственный наниматель и вправду что-то темнит, и истинный объект наблюдения — Амидила? Это, по крайней мере, имело под собой хоть какую-то логику: у сенаторши была масса воздыхателей — и тайных, и явных.

А в данном случае, похоже, с излишне любопытными ушами можно расстаться сразу вместе с головой — с джедаями шутки плохи. Сначала было, до того, как узнал у своих коллег, какие именно объекты будут вести они, Пешк решил, что кучу денег на слежку потратил именно какой-то ревнивый поклонник сенатора Амидалы — возможно даже отец ее будущего ребенка: желтая пресса объявляла сенаторшу «беременной» уже несколько раз. Ну, или жена этого счастливого отца — в его карьере и подобные случаи тоже бывали. Но потом передумал — слишком уж разнополой и разнонаправленной по своей принадлежности и жизненным интересам была эта самая целевая группа, за которой их агентство подрядили вести наблюдение. Да и Амидала совсем не выглядела женщиной «в положении»: на это глаз у детектива был наметанный — можно сказать, профессиональный перекос. А еще от этого задания прямо таки разило политикой и смертью — на этот счет у самого Пешка было чутье, выработанное еще за время службы, в молодости, в юстициарах. Итак, сенаторы, джедаи, пара крупных бизнесменов — и все, или почти все, связаны с оппозицией или с нейтралами. Вот как хотите, а тут дело пахнет не супружеской изменой или, там, любовной интрижкой…

Ну-с, что у нас сегодня для дневного отчета? — полеты Скайуокера куда то еще, кроме Храма, маловероятны. Впрочем, подождем еще немного: вдруг Скайуокер полетит отсюда не в Храм? — по любому, болванку отчета на датападе можно ведь набить и заранее. Так, с утра объект терся в офисе Канцлера: там за ним наружное наблюдение как раз вел именно ботан. — Потом, примерно на час залетел в Храм — от офиса Канцлера Скайуокера вели уже коллеги, — и оттуда отправился к зданию Сената — вместе с двумя спутниками, один из которых сам Мэйс Винду. Кто второй, предстоит еще узнать. Именно тут его вторично принял для наблюдения Пешк. А еще через несколько минут: ботан посмотрел на хронометр и зафиксировал время — объект уехал оттуда с набуанской сенаторшей, повез женщину на своем служебном аэроспидере к ее апартаментам. Поскольку служебная машина Скайуокера оборудована системой противодействия средствам прослушивания и скрытого наблюдения, то сообщить, имели ли место какие либо разговоры между объектом и сенатором Амидалой в аэроспидере, не имею возможности. После того, как аэроспидер Скайуокера вошел в зону безопасности комплекса номер 500 на улице Республики, и по истечении контрольного времени, наблюдение было прекращено…

С чувством выполненного долга Пешк Эк'бун закрыл датапад, приготовившись честно прождать еще пару часиков. Вообще то, Пешку показалось, что во время полета сенатор и джедай не только переговаривались, но вроде бы Амидала и что-то передала Скайуокеру. Но он был честным служакой, и никогда не писал в отчетах то, за что со стопроцентной долей уверенности не мог бы поручиться — а видеозапись, сделанная в полете, к сожалению, подтвердить его догадки не могла в силу объективных причин. Наверное, история пошла бы совсем по-другому, внеси свои предположения в отчет детектив-ботан: те, к кому этот отчет очень быстро попал, в числе множества других, умели анализировать и сопоставлять факты. Умели они и еще много чего, не совсем обычного. Но видно не судьба.

* * *

Хааран Эрнест Ксим Виргаан с облегчением опустился в удобное кресло, в шикарном номере дорогущего корускантского отеля. Все же чертовски удобно путешествовать под нормальной дипломатической личиной, а не изображать из себя невесть кого — а то и вообще просачиваться сюда нелегально, как это пришлось делать в прошлый раз. Впрочем, теперешние дела и вправду удобнее всего было провернуть совершенно законным способом. Можно отдохнуть теперь денек, поглазеть на Корускант еще один раз, и вперед — на Набу. От мысли расслабиться в общество какой-нибудь симпатичной девочки по вызову Хааран отказался. Не только из-за накатившей вдруг внезапно головной боли, но и потому, что не имел привычки смешивать отдых и работу. А работа была сделана пока только наполовину. Так что расслабляться можно будет лишь по ее завершении, в обществе набуанских девочек и набуанского вина — и то и другое, как помнилось, всегда было самого отменного качества. Имелась и еще одна причина вести себя осторожно: от здания Сената его аккуратно «пасли» — только колоссальный опыт позволил на чистой интуиции определить слежку за собой. Но как раз тут Хааран совершенно не удивлялся — куда удивительнее было бы именно отсутствие слежки, учитывая, что он прибыл с территории, контролируемой Сепаратистами. Он невольно улыбнулся: как все тут удачно сложилось — если так же гладко дело пройдет и на Набу, то Конфедерация получит такое важное для нее дефицитное сырье и материалы двойного назначения. Воистину, ради денег эти тупые жадные респы продадут даже веревку, на которой их самих же потом и повесят: «Бизнес, ничего личного» — не пуганные идиоты, даже Гривус своими выходками их не сумел пронять! Ну да ничего, будет время — мы еще вобьем в эти пустые республиканские головы немножко ума.

Шеф будет доволен: тут сделать удалось все, что было запланировано — остались только переговоры по закупкам плазмы и биоматериалов на Набу. Интересно, что это набуанка так трепетно возлюбила сепаратистские военные песни? — Как сказал король Райден на невысказанный вопрос Хаарана, именно они были записаны на инфочипе, который он передал очаровательной сенаторше. Впрочем, побыть немного в обществе такой женщины как Амидала, пусть даже только по делу — это не он шефу оказал услугу, это шеф ему сделал приятное! А переданный инфочип сущий пустячок — Хааран улыбнулся еще раз, через боль. Голова разболелась еще во время полета от Сената — может это все же обнаруженная слежка так подействовала? Он налил себе воды, взяв бутылку со стоявшего на столике рядом с креслом подноса с напитками и стаканами, бросил в рот пару капсул с болеутоляющим, извлеченным из карманной аптечки «на все случаи жизни», и залпом опустошил стакан. Снова откинувшись в кресле, расслабился и закрыл глаза: спустя некоторое время головная боль ушла — а сам Хааран незаметно крепко уснул. С удивлением проснувшись в кресле посреди ночи, перебрался оттуда на кровать — скинув «по дороге» одежду, и спокойно проспал до утра. Следующий день принес свои хлопоты: оформление транзитных документов и подготовка к отлету на Набу — пару раз он опять вспоминал тамошнюю сенаторшу. Про переданный Амидале «подарок» от шефа, ставшего недавно новым королем Тиона, — было забыто начисто.

* * *

Наверное, в первый раз в своей жизни Энакин хотел как можно быстрее покинуть жилище Падме — инфочип, который передал через нее Райден, буквально жег кожу прямо через ткань. Жена, видя беспокойство Скайуокера, не стала его удерживать: разве что заставила съесть домашний обед — кажется, ее явно беспокоил усталый вид мужа. Поцеловав на прощание Падме, и отделавшись от болтливого Золотника, попытавшегося пристать к нему с каким-то пустяком в коридоре, Энакин направился к крохотной личной посадочной площадке, которая была положена его жене-сенатору по статусу — чертовски удобная вещь в условиях Корусанта. Кивнув напоследок ребятам из набуанской охраны, и заработав в ответ ревнивый взгляд от начальника этой охраны — капитана Тайфо, джедай ловко запрыгнул в салон своего аэроспидера. Активировав управление и закрыв защитным полем кабину: лететь сейчас с открытым верхом было бы непростительным риском! — Энакин резко сорвал машину в полет. Комплекс номер пятьсот с улицы Республики был расположен не так уж далеко от Храма: если бы ненужно было соблюдать правила уличного движения, то Энакин домчался бы до «дома» всего за пару минут. — Впрочем, подумать по дороге ему так ни о чем и не удалось — и вовсе не из-за того, что полет все равно закончился слишком быстро. Передав техникам из Ангаров аэроспидер, и поблагодарив их, джедай быстро поднялся к себе в комнаты. Без присутствия Асоки жилище казалось пустым и слишком просторным: Энакин так и не смог до конца заполнить пустоту в душе, возникшую после ухода его ученицы из Храма… и из Ордена. И пусть потом ему, с помощью мастера Синубе, удалось отыскать девочку, пристроившуюся в каких то трущобах, на нижних уровнях Корусанта: помочь деньгами, подбодрить — и даже всучить лично сделанный настоящий голокрон, в котором жил Хранитель. — Чтобы не бросала учебы. Все равно, на душе было неспокойно: нижние уровни Корусанта это не то место, где можно было долго продержаться и взрослому матерому головорезу, не замаравшись в крови от макушки до пяток. — Даже родной проклятый Татуин, в этом плане, был куда более, нет, не безопасен — предсказуем. В этой клоаке вообще можно было нарваться на что угодно: выжить, конечно, можно было и там — а вот остаться джедаем, нет! Недавно Оби-Ван высказал одну интересную мысль… если уговорить Асоку, то может неплохо получиться. Тогда и он будет спокоен, и Оби-Ван — да и Сатин от присутствия рядом одаренной точно польза будет. Тем более, что Асоку на Мандалоре знали, и у нее там были друзья. Решено, он с ней обязательно об этом поговорит!

Собравшись с духом, Энакин достал комлинк, и сделал пару вызовов — теперь оставалось только ждать! Позвав верного Арту и еще парочку «трофейных» дроидов, которых он, в свое время, собрал из обломков и перепрограммировал для собственных нужд — и в качестве помощников своему астромеху — джедай решил заняться важным делом. Проще говоря, проверить свое жилище на наличие подслушивающих устройств. Мандалорианский дроид «легионер», для непосвященного выглядящий как обычный протокольник, а вовсе не как дроид-убийца, и якобы «охранный» дроид IG-86 деловито прощупали сканерами все закоулки помещения. — Арту, посвистывая на бинарном, осуществлял общее руководство поисками — а потом отрапортовал хозяину, что все чисто. Сам Энакин не поленился проверить все еще и с помощью Силы, но тоже ничего подозрительного не обнаружил. Вообще говоря, этой здоровой паранойей джедай обзавелся после общения с одним своим знакомым, из Тионского кластера. Надо сказать, что эта самая здоровая паранойя оказалась весьма полезным чувством: куча найденных в Храме «жучков» — причем, не только в его собственных комнатах! — И, как черрис на праздничном пироге, пойманный «на горячем» дроид-шпион. Что самое обидное, этого дроида сам же Энакин в Храм и притащил, в свое время: подобрал битого на одной из корусантских улиц, во время очередного задания, подлатал и восстановил — оставив в Храме. Вот жестянка и отплатила за помощь и спасение! — а хозяином у этой твари, как ни странно, оказался никто иной как, адмирал Уилхуфф Таркин. Мдааа… подручный и конфидент господина нашего Канцлера.

Так и не сброшенная хроническая усталость напомнила о себе неприятным чувством легкого одеревенения в мышцах, едва он расслабился в ожидании прихода гостей. А ведь уже неделя прошла, с тех пор, когда они с Оби-Ваном возвратились из крайнего похода. А до этого было еще много чего. Внешнее Кольцо, потом, напоследок, сектор Юкер и эта чертова Ринго-Винда — и бойня, которую им там устроил старый знакомый: адмирал сепов Тренч. Кому вообще пришла в голову эта идиотская идея: пробовать взять реванш на предыдущий провал на том же самом месте, когда противник готов и имеет абсолютное превосходство в силах? В результате: минус один джедай, минус несколько тысяч клонов, минус куча побитых кораблей и истребителей. — В какой-то мере Энакин был даже благодарен бедолаге Тапу — если бы у него не поехала крыша из-за нештатной работы биочипа, они бы там убили еще больше собственного народу. А тут Энакин мог с чистой совестью скомандовать отступление. Потом была эта нервотрепка: сперва с Тапом, а после его гибели — с Файфсом. Если бы не предупреждение Райдена, то черта с два Энакину удалось бы организовать и оформить документально «смерть» своего бойца! А так… ребятам, конечно, пришлось рассказать — хотя и не все. Но клоны поняли и приняли все как надо. Ну а эти чертовы биочипы у себя из головы постепенно выковырнули все бойцы 501-ого — что-то делать в отношении солдат других частей, Скайуокер побоялся: ни он тамошних клонов особо хорошо не знал, ни его не знали. Еще одно: выволочку по этому делу от Высшего Совета он помнит до сих пор! — делать что-то вне пределов своей прямой компетенции именно сейчас — глупый риск. Хотя, если им всем из-за этого «прилетит», сознание своей правоты будет очень слабым утешением! Ладно, хоть Файфса пристроил тут, у надежных людей: потом, при первой возможности — когда все окончательно уляжется — надо будет помочь ему переехать куда-нибудь в место поукромнее, чем столица. Да, отдохнуть потом так и не удалось: его и Оби-Вана, как имеющих опыт работы джедаями-следователями, бросили на расследование истории с пропажей магистра Сайфо Диаса — Пло Куну случайно удалось напасть на старый след.

Искали, искали… и нашли непонятно чего: а судя по реакции того же Высшего Совета — лучше бы совсем не находили! Нет, после того откровенного разговора с Райденом Энакин примерно даже представлял, за какие такие «хвосты» им с Оби-Ваном удалось потянуть — и чего именно испугалось руководство Ордена. Но легче от этого все равно не становилось. Вера в незыблемость миропорядка, и так уже изрядно подточенная, казалось пошла трещинами — Асока, его отношения с Падме, ставшие разменной политической монетой. Теперь вот еще эти проклятые биочипы, оказавшиеся совсем не сказкой-страшилкой — а напоследок: ясное осознание того, что Орден замазан в незаконном создании армии клонов дальше некуда! Их послали вовсе не для того, чтобы узнать правду, а потому, что хотели «поглубже спрятать мертвые тела в песок», как говорили на Татуине в подобном случае. По всему выходило, что Райден был абсолютно прав: Орден твердо намеревается побороться за свой кусок власти над Республикой — и для этого Совет старается убрать любые следы компромата, к которым могли бы прицепиться недоброжелатели джедаев. Неудивительно, что за всей этой подковерной возней Орден просмотрел ситха — Палпатин казался всего лишь одним из игроков: не слишком сильным, и, в общем даже как бы полезным делу джедаев. А потом стало уже поздно что-то делать: ложный шаг обернулся «Приказом ╧66» — причем, благодаря нашим же господам-советникам, для всех джедаев поголовно. Сам дали против себя оружие ситху, причем — совершенно законно! — Дурак был бы Палпатин, не важно — какой из них двоих, — если бы этим не воспользовался.

И ведь не все было бы потеряно, если бы, не раскол среди самих джедаев: Совет не доверял своим подчиненным — а те не верили в мудрость руководства. Та же история с Асокой и Бэррис: что было бы, если бы Совет не решил так глупо и подло пожертвовать «пешку» ради сомнительной сиюминутной выгоды, в попытке обелить грязные одежды? — Ведь публичное осуждение что той, что другой уважения и доверия к Ордену все равно бы не прибавили! Лучше было бы показать Сенату и корусантским «домашним воякам», как испытания сплачивают Орден — а не разделяют его: кто бы ни был преступник, все равно он находился в юрисдикции джедаев, а не республиканской юстиции. Вспомнить, что Руусанская реформация четко отделила «орденское» от «республиканского». Но, нет, кое-кому оказалось, что проще и выгоднее прогнуться перед Сенатом, Канцлером и Генеральным Штабом — выдав на расправу своего: и не важно, был тот виновным, или нет. Важен принцип. Если высшее руководство считает рядовых членов Ордена за расходную монету, которой можно расплатиться по счетам, то с чего простым джедаям верить таким вождям? Не в этом ли причина, что разгром Ордена был таким полным, и, признать честно — окончательным: там, в видении Райдена Йода и Оби-Ван остались совершенно одни! А ведь даже по тем смутным образам, что получил от Силы Дуку-младший, следовало, что после приказа номер шестьдесят шесть уцелела, чуть ли не четверть всех джедаев — не считая персонала Корпуса Обслуживания.

Звякнул негромким сигналом вызова комлинк — ну вот, кажется, скоро и гости пожалуют!

Оба гостя зашли в его жилище почти одновременно: сперва незаметной тенью проскользнула маленькая легкая фигурка, а потом, следом, в дверь просочился его бывший учитель. Те, с кем, по словам Райдена, он мог говорить более или менее откровенно. Велев обоим трофейным дроидам выйти, и ждать окончания разговора в коридоре, и если что — то сообщить нему, Эникин замолк, не зная с чего начать разговор. Оби-Ван посмотрев, как дроиды выходят из комнаты, только покачал головой — явно намереваясь терпеливо ждать, пока ему не объяснят цели этого странного приглашения. Гранд-мастер Йода явно склонен был проявлять меньше терпения: чувствовалось, что старого магистра что-то гложет — и у него явно нет желания забивать голову еще какими-то посторонними проблемами.

— Зачем пригласил ты нас к себе тайно, Энакин Скайуокер?

Деревянная тросточка тихонько постукивала по полу, когда гранд-мастер прошел мимо Арту к низкому сидению: не то скамейке, не то кушетке — одному из двух, в этой полупустой пародии на гостиную. — Затем, устроившись на нем поудобней, снова обратился к молодому рыцарю.

— О каких делах желаешь ты поведать нам, о которых другие слышать не должны?

Оби-Ван, в свою очередь устроившийся на другой, такой же сидушке, согласно кивнул головой: причина, по которой Энакин просил прийти тайно, неожиданно его заинтересовала. — Через Силу вдруг пришло ощущение того, что сейчас он услышит что-то столь важное, что оно, возможно, изменит вся его дальнейшую жизнь — а может, и жизнь всего Ордена тоже! Вид у Энакина был такой, какой Кеноби наблюдал у него только однажды: когда выросший на безводной планете парень в первый раз полез в океанский прибой.

— Я… мне достали ключи-дескрипторы, которые помогли прочитать блок памяти того механического кресла, что я захватил когда то на Като Неймодии. В общем, сейчас сами все увидите и поймете…

— Надеюсь, ты потом расскажешь нам, где это находятся такие интересные места, откуда можно получать знания того, как узнавать секреты Сепаратистов?

Тон Оби-Вана был шутлив, но вопрос он Энакину задавал вполне серьезно. Гранд-мастер Йода согласно кивнул головой, легонько стукнув тросточкой по полу — как бы подтверждая вопрос Кеноби.

— Сначала, прошу вас посмотреть кое-что из того, что сумел воспроизвести из записей архива Нута Ганрея Арту, расшифровав видеофайлы. Потом… я отвечу на все ваши вопросы.

Энакин велел своему дроиду-астромеханику включить воспроизведение расшифрованных записей. Когда внутри голопроекции появилась фигура, закутанная в глухие черные одежды, с опущенным на лицо капюшоном, оба магистра невольно вздрогнули — вот он, ситх! Кадры и сцены сменялись одни другими, смысл разговоров, которые они слышали, кричал об опасности и предательстве. А потом было осознание: кто именно там, на этих записях, закутан в ситскую мантию с головы до пят…

* * *

Оба магистра напряженно всматривались в сменяющие друг друга голограммы, не произнося при этом ни слова. Почти час, пока длился сеанс этого головидео, склеенного из нарезки кучи разных записей. Изображение того самого ситха, в обнаружение места нахождения и разоблачение личности которого они все еще никак не могли поверить до конца. Имя. Титул. Явный страх и пресмыкательство Ганрея перед тем, кто стоял за спиной Конфедерации. И, как вот сейчас выяснилось — за спиной у Республики, тоже! Дарт Сидиус, Темный Лорд ситхов — Шив Палпатин, Великий Канцлер Республики. Одно и то же лицо. Осознав этот факт, рассудок задавал себе простой вопрос: почему же никто не заметил очевидного раньше? — Впрочем, это теперь выводы делать было просто, когда с глаз словно упала застящая их пелена.

Йоде вдруг стало понятно, почему граф Дуку так и не пошел с ним на мировую, при их последней встрече: кто будет беспокоиться об исходе партии, если фигурки для дежарика ты двигаешь на игровой доске сразу за обе стороны? — Ну, или если тебе так кажется, и ты в этом совершенно уверен. Было обидно от осознания — чем именно смог зацепить старший ситх того, кого сам Йода когда-то считал своим вероятным преемником на посту главы Высшего Совета Ордена. — Зацепить так, что тот стал его вернейшим и преданным помощником: ситх предложил бывшему джедаю возможность осуществить его старые мечты о переустройстве Республики! Подумалось, что шаги Палпатина идут как раз в том направлении, пойти по которому предлагал когда то джедай Дуку — и чего не захотел делать Орден. То, что Дуку поверил в искренность ситха, это не следствие падения его на Темную Сторону, как он ошибочно полагал — это следствие неверия его в цели и намерения Ордена. — А он не мог не поверить в искренность замыслов Палпатина-Сидиуса: граф всегда был таким… яростным, настойчивым и целеустремленным — когда был убежден в правильности выбранного им пути. Если ситх, когда-то, сыграл на лучших чувствах графа, это могло объяснить все произошедшее в дальнейшем: создание Конфедерации, эту войну, которая кажется чем дальше, тем все более бессмысленной. При их последней встрече, Йоде было понятно, что Дуку искренне верит в то, что делает — и верит тому, кого считает своим вождем. Он же, гранд-мастер Ордена джедаев, так тогда убедить графа в своей правоте и не смог! И, ведь Палпатин точно так же обхаживал и Скайуокера: покровительствовал юному джедаю, старался продвинуть вверх при малейшем успехе — прикрывал от недоброжелателей в случае редких неудач. Пытался подготовить замену излишне самостоятельному и идеалистичному Дуку? — очень может быть: не даром древние говорили, что путь ситха, это предательство!

Тем приятнее иметь даже небольшую радость — видеть, что тогда, тринадцать лет назад, они в этом мальчике не ошиблись. Доказательства измены и преступного сговора, что он добыл, помогут Ордену завоевать доверие и поддержку большей части Сената. С этими записями из архива Нута Ганрея можно не просто работать с теми, кто не любит Палпатина — по тем или иным причинам. — С такими доказательствами можно перетянуть на свою сторону даже кое-кого из тех, кто сейчас поддерживает ситха в Сенате: повлиять на тех разумных, которые искренне считали, что Палпатин действует, прежде всего, в интересах Республики. Да что говорить — он сам, гранд-мастер Йода, в это до последней минуты верил! Но, у ситха сейчас очень сильные позиции — им придется действовать предельно аккуратно и осторожно: иначе вместо торжества Света может произойти кровавая бойня. Те чрезвычайные полномочия, которые предоставил Канцлеру Сенат, на время войны, — обойти их будет совсем не просто. Отменить их законным путем, как хочет оппозиция? — не тогда, когда война разгорается все сильнее: тут ситх подстраховался лучше некуда. — Еще хуже то, что они сами же ему и помогли — пускай и невольно. Но теперь другое дело: больше в политической игре ситху его крапленые карты не помогут…

Оби-Вана Кеноби беспокоили более приземленные вещи: насколько хорошо ситхи контролировали процесс ведения войны? — Обладая и военным талантом, и житейским опытом, магистр вполне себе отдавал отчет, что некоторые эпизоды в его военной биографии иначе как чисто случайными совпадениями быть не могут. Зато другие… — например, вся эта предвоенная беготня с интригами и покушениями: сейчас было совершенно ясно, что Республику тем или иным путем подводили к началу гражданкой войны. Оби-Ван подумал, что любой его с Энакином тогдашний шаг неизбежно вел к эскалации насилия — в любой момент количество неизбежно могло перейти в качество, и галактика бы, так или иначе, полыхнула бы. Не на Джеонозисе, так в другом месте — да хоть и на той же Камино: не факт, что ее кто-нибудь «не вовремя» не нашел бы. — А клоноделы не поделились бы с автором «находки» сведениями: для кого они готовят армию. Могло быть даже еще хуже, чем произошло в действительности. С одной стороны это позволяло легче вздохнуть: на Джеонозисе от него, Энакина и Падме практически ничего не зависело! Но с другой стороны, коробило душу сознание, что усиливая своими действиями государство, он помогает усиливать свои позиции и ситху тоже. Ситхи раньше всегда желали гибели Республике: вредили и пакостили, где только могли — если не были в состоянии напасть на нее открыто. Все их усилия были тщетными — и сгинула, в итоге, не Республика, а их империя. Точно так же, как потом бесславно сгинули и их самозваные последыши. Только вот, как выяснилось, если одни ситхи канули в небытие — то другие ситхи уцелели. И, что еще хуже, среди них нашелся один такой, кто не стал биться о стену головой, а попробовал ей подумать. Да уж, подумал, называется! — и поступил по старинной поговорке: «Если не можешь помешать, тогда присоединись и возглавь». Вот и имеем теперь ситха во главе государства, да еще и наделенного такими полномочиями, каких никогда не имел ни один Канцлер, со времен Руусана! Сердце кольнул холодок нехорошего предчувствия: как скоро государственная машина Республики, восстановленная, расширенная и укрепленная — в том числе, и благодаря усилиям Ордена! — окажется настолько эффективной, что перестанет нуждаться в услугах джедаев? Республиканской военной машине для этого понадобиться еще не более полугода: когда пойдет массовый выпуск кадетов из созданных иждивением Канцлера и его сторонников военных школ, училищ и центров военной подготовки. — А ведь им всем сначала казалось, что патриотическое движение только пойдет на пользу Республике — и поможет хоть немного сократить траты на заказы все новых и новых партий клонированных солдат. Вот, оно уже не за горами — когда количество рожденных естественным путем станет в ВАР большим, чем количество сделанных на Камино бойцов. — К этому все идет гигантскими шагами: как Высший генерал-джедай, Кеноби имел хорошее представление о размахе вербовки и обучения таких пополнений. Тогда задавать тон в Великой Армии Республики станут не клоны, которых контролировали джедаи, а хорошо мотивированные добровольцы, пошедшие на войну из идейных соображений — которых Орден, как раз, никоим образом контролировать не мог, — в отличие от Канцлера и Генерального Штаба. Идеи и война. Оби-Ван когда-то уже видел, к чему такое может привести — на Мелида-Даан! Клоны… какая-то мысль скользнула в голове, не успев оформиться… — Энакин велел своему дроиду показать им еще какую-то видеозапись.

* * *

Арту закончил показ архивной нарезки. Скайуокер вздохнул, и сказал своим гостям, что сейчас они посмотрят еще одну запись. Эту запись джедай случайно сделал тайком в апартаментах Канцлера, и до этого показывал только одному человеку. Маленький дроид-астромеханик начал трансляцию другого головидео — гораздо более короткого. По донесшимся отголоскам эха Силы, Энакин понял, что лицезрение сразу двух канцлеров, не оставило магистров равнодушными: но если гранд-мастер Йода только чуть крепче сжал в руках тросточку, то Оби-Ван аж ругнулся на хаттезе. Запись быстро кончилась, но магистры молча сидели еще несколько минут — явно переваривая все ранее увиденное. — А потом, как Скайуокер и ожидал, потребовали от него подробностей: причем, всего, что он знал. — И даже того, о чем только мог догадываться.

Йоду и Оби-Вана интересовало буквально все: и то, почему Энакин стал шпионить за Канцлером, и то, кто помог ему с расшифровкой архивированных файлов. — О последнем спросили особо — собственные ледорубы Ордена пока так и не нашли ключика к той информации, что содержало трофейное кресло неймодианца. Джедай говорил, говорил, говорил… — потом показывал свои воспоминания: ментальная картинка давала порой куда более емкие и четкие образы, чем любые слова. Пару раз Энакину даже пришлось сделать перерыв, чтобы смочить горло — полутора литровый кувшин с водой опустел полностью. Правда, жажда мучила не только его одного — старшие собратья тоже приложились к живительной влаге: неожиданная информация проняла и их. Наконец, джедай закончил свой рассказ. Мельком глянув на хронометр, Энакин с удивлением понял, что сидят они здесь уже четыре часа. Похоже, так или иначе, стоит закругляться: и гранд-мастера, и Кеноби могут хватиться — и тогда им всем не избежать вопросов. Конечно, любопытство любопытством: как возникло, так и пройдет, заслоненное новыми событиями — да и напрямую спрашивать не посмеют, — но кое-кто может сделать неприятные для них выводы.

— Уверен ты в искренности Райдена Дуку?

Неожиданный вопрос Йоды слегка смутил Энакина. В самом деле: насколько он уверен в том, что младший Дуку не имел еще каких-то намерений, кроме тех, о которых рассказал ему?

— Не знаю, Учитель Йода. Сейчас, после всего произошедшего, я почти уверен: рассказать про то, кем на самом деле является Канцлер, он собирался мне еще тогда, когда собрался помирить меня с Тофеном Вейном.

— Ссорой вашей с юным Вейном воспользовался он, чтобы доверие твое завоевать?

— Знаете, нет! — я совершенно твердо уверен: тогда его заботило только спасение жизни Тофена. Райден был совершенно уверен — я чувствовал это через Силу! — Дарт Сидиус решил избавиться от виконта Вейна: видел что-то такое, когда пытался разглядеть грядущее. По словам Райдена, Граф хоть и был против, но старшему ситху перечить не стал. — Они хотели как-то столкнуть Вейна и меня в бою. Опять же, по словам Райдена, итогом этого противостояния неизбежно становилась бы смерть Тофена Вейна — а если этого противостояния не случается, то виконт мог остаться в живых. Вейн и его пилоты как то спасли Райдену Дуку жизнь — он хотел вернуть долг!

— И он вот так, ничего больше не хотел?

Оби-Ван тоже включился в разговор, очнувшись от легкой задумчивости, в которой, казалось, пребывал с самого окончания просмотра видеозаписей.

— Вообще то, он убежден, что старший ситх умышленно хочет стравить меня и Графа в поединке: чтобы я непременно убил Дуку!

— С чего вы оба решили, что его видение — истинно? — Сила никогда не дает однозначных ответов: вероятность даже того, что это якобы грядущее нападение Гривуса на Корусант пройдет именно так, как он увидел — ничтожно мала. Чего же тогда говорить обо всем остальном: поле вероятностей будущих событий будет таким большим, что возможность реализации видения упадет до нуля. Впрочем, с теорией Ясновидения ты и так знаком.

— Он видел и другие варианты — события, произошедшие в других местах. Просто, по его словам, до нашего с ним откровенного разговора, данный вариант развития событий ранее был самым вероятным.

— Все равно, как то слабо вериться: слишком много нужно случайных или маловероятных совпадений, чтобы все это реализовалось!

— Про то, что случиться на Сципио, и про то, что произошло на Ринго-Винде, он мне тоже говорил. — И про Асоку он знал: даже извинился, что не предупредил — думал, что обойдется. Не обошлось!

Между тем, что-то обдумывавший Йода, спросил Энакина.

— Когда выяснить судьбу Сайфо Диаса послали мы вас, а потом приказали прекратить расследование — ты не удивился?

— Да, Райден сказал, что его дядя обдумывал заказ клонов у каминоанцев вместе с мастером Сайфо Диасом, когда тот еще был членом Высшего Совета. Он говорил, что Совет в курсе того, откуда взялась армия — что вас интересует, только то, куда делся Сайфо Диас. Но, что Совет совсем не заинтересован в том, чтобы информация о давней сделке с каминоанцами стала достоянием широкой публики, и Сената. Про биочип он тоже знал — более того, по его словам, Дарт Сидиус и Дарт Тираннус тоже про это знают, и не только про это.

— Спорить не стал ты с нами тогда, и промолчал о знаниях своих!

Старый гранд-мастер недовольно сжал тросточку, и легонько стукнул ею в пол, как бы утверждая свои слова. Энакин невольно мотнул головой, почти в жесте отрицания.

— Гранд-мастер, Райден сказал, что у ситхов есть специальный мастер-код, который может активировать биочип по первому сигналу! Что я должен был думать: что Высший Совет, в полном составе, сошел с ума — когда разрешил каминоанцам ставить в голову каждому клону это? — и должен был быть готовым к тому, что после такого заявления сумасшедшим объявили бы уже меня самого?

— Твою… налево!

Ругательство сорвалось с губ магистра Кеноби настолько внезапно, что Энакин и Йода даже вздрогнули, повернув к Оби-Вану лица.

— Я идиот! Мы все идиоты! Спасибо, Энакин — никогда больше не стану читать тебе нотации по поводу твоего поведения: кажется, ты только что спас весь Орден от гибели.

Кеноби перевел дух, и в ответ на вопрошающие взгляды своего бывшего ученика и гранд-мастера продолжил.

— Я по дурости полагал, посмотрев видеозаписи, что у Ордена в запасе есть еще хотя бы полгода — до массового наплыва в армию не клонированных бойцов. Теперь я вижу, как жестоко ошибся, считая, что хотя бы на преданность клонов мы можем полагаться наверняка!

Скайуокер хмыкнул.

— По крайней мере, хотя бы эта проблема решается быстро и наверняка: биочип без труда удаляется хирургическим путем! Собственно… у всех моих, из 501-ого легиона, этой гадости уже нет: после истории Тапа, и поняв, что это за штука — убрать ее у себя из головы не отказался никто из бойцов. — Они давно уже считают себя настоящими людьми, а вовсе не мясными дроидами.

— Жаль Файвса: там, где мы были слепыми, целиком полагаясь на Силу, он единственный прозрел истину…

— Файвс жив, мастер Йода — мне и ребятам удалось инсценировать его гибель, а потом спрятать. Кстати, спрятали тут — на Корусанте. Я был бы очень благодарен, если бы Орден помог сделать ему надежные документы: не только из благодарности — я чувствую, что он нам еще не раз поможет!

Йода и Кеноби переглянулись, и дружно кивнули, соглашаясь со словами Энакина. Между тем, Оби-Ван снова нахмурился, явно подумав о чем-то неприятном.

— С извлечением биочипов из голов у всех клонов у нас могут быть проблемы: легко сделать это удастся только там, где не будет посторонних глаз! Есть и еще одно обстоятельство — полностью мы можем быть уверены только в тех частях, бойцы которых доверяют своим генералам-джедаям, или, по крайней мере, находятся под их непосредственным командованием. — Слишком много таких частей и соединений, где влияние джедаев чисто номинально, или оно отсутствует вообще. Если кто не понял — это я про Гвардию Корусанта: они все фанатично преданы Канцлеру!

— Сделать что можем, должны мы! — Даже малый результат большое значение иметь будет.

— На крайний случай, всегда можно сослаться на происшествие с Тапом, и сказать, что Сепаратистам стало известно, как можно активировать этот биочип на расстоянии — думаю, Сенат немедленно даст добро на проведение изъятия: не думаю, что кому то из господ сенаторов будет комфортно находиться рядом с потенциальными «ходячими бомбами».

Об-Ван недовольно вскинул брови.

— Ложь это не путь джедая, Энакин!

— А кто сказал, что нам придется лгать? Мы просто… недоговорим! Как ты любишь выражаться, покажем им истину с «некоторой точки зрения». Кстати, гранд-мастер, в Сенате про биочип ведь знают?

— Сказали мы про это, после Джеонозиса — но не всем в Сенате: в секрете убедили мы знающих это держать. Иначе не хотели сенаторы армию иметь!

— Значит, тем проще нам будет все устроить: иметь возможность повернуть клонов против Ордена, как страховка, это одно. — А перспектива получить полчища неуправляемых психопатов с оружием — это совсем другое. Так что, в крайнем случае, приказ об экстренном изъятии биочипов можно будет провести через Сенат — если возникнет реальная опасность, что ситх вот-вот попытается устроить государственный переворот.

Оби-Ван задумчиво потер лицо рукой, в характерном жесте: чувствовалось, что данная проблема его серьезно напрягает. Впрочем, Энакин был с ним в этом солидарен: перспектива получить бластерный залп, в спину, от своих собственных бойцов, кого угодно бы обеспокоила — об устранении угрозы стоило хорошо подумать. Впрочем, как оказалось, Кеноби думал сейчас совсем не о клонах.

— Энакин, Райден Дуку тебе ведь не просто так помогать решил: что он хочет взамен?

— Уцелеть в этой бойне. Если получиться — спасти жизнь своему дяде, графу Дуку. Да и других близких защитить тоже. Он убежден, что Дарт Сидиус несет нам всем только гибель, а с Республикой и Орденом можно договориться по-хорошему. — После того, как гранд-мастер пробовал договориться с Графом, у него есть надежда, что можно попробовать сделать это снова — и, что без старшего ситха это удастся сделать. Конфедерация и Республика уже пытались вести переговоры раньше, но ситх их срывал раз за разом. Единственное его условие: никаких ультиматумов друг другу!

Между тем, время поджимало: зайти к собрату на несколько часов, для совместной медитации — такое объяснение никого особо не удивит. Если эти «несколько часов» растянутся на половину дня — у окружающих будет много вопросов. И подозрений тоже. А в том, что у ситха в Храме есть свои уши — не сомневался сейчас никто из присутствующих. Им многое требовалось еще обсудить: как и что делать — кого проинформировать, а перед кем стоит промолчать. Риск был слишком велик, но теперь они хотя бы не представляли собой слепцов, бредущих во тьме неведомо куда. Условившись пока делать вид, как будто ничего не произошло, договорились о новом месте встречи — если не случиться чего непредвиденного. Пока у них еще есть время, нужно действовать предельно осторожно — любой ошибки враг им не простит…

* * *

Оба новых истребителя были запиханы в предназначенный для них отсек корвета, вместо старых «Манквимов». На взгляд Таллисибет — такая же дешевая сеповская жесть, как и та, которую они на «Песчаной Бабочке» заменили. А вот Маарек с ней в этом был совершенно не согласен! — парень и сейчас, вместе с техниками, ковырялся в «потрохах» доставшейся на халяву «обновки»: обследуя, изучая и что-то, попутно, выверяя и регулируя. Краем уха девушка слышала, что их прежние перехватчики «Манквим — 814» Главный механик уже кому-то успел загнать, связавший со своего служебного комлинка по внешнему каналу, прямо с посадочной площадки. — Сразу, как только они приняли новую технику у нежданного гостя. Собственно, по другому нормально впихнуть «лишнюю» пару истребителей в небольшой ангарный отсек корвета типа CR-90 было бы и невозможно — там и две то невеликих по размеру машины помещались, что называется, «впритык». К счастью, этот якобы новейший истребитель Сепаратистов, называвшийся «Манквим Марк 2», по размерам был точно таким же, как и свой прародитель — хоть с этим экипажу «Бабочки» голову ломать не пришлось. Попутно пришлось повозиться и с погрузкой кучи запчастей: как выяснилось, оба истребителя только с виду были похожими — внутренняя «начинка» у обоих различалась радикально. Хорошо, что их «спонсор» позаботился и о ЗИПах тоже — впрочем, в ином случае «подарок» могли бы и не принять. Как Таллисибет уже не раз успела убедиться, на «Песчаной Бабочке» подобралась та еще компания недоверчивых перестраховщиков. — Как сказал ей, в ответ на вопрос об этом, мастер Харрод: «Именно поэтому все присутствующие на борту до сих пор еще живы». — Вот так, ни убавить, ни прибавить!

Собственно, девушка сейчас и поднималась с нижнего уровня к твиндеку жилой палубы, ведущему в «джедайский отсек», для того, чтобы дать отчет Учителю о приемке и размещении «подарков». — Не Главмеху же, в конце концов, про такие пустяки начальству докладывать! Вообще говоря, «Песчаная Бабочка» всю последнюю неделю зачем-то проторчала на одном из бесчисленных космодромов Зейгеррии. Команда занималась мелким текущим ремонтом и профилактическими работами, а их с Маареком усиленно «дрессировали» наставники — и присоединившийся к ним Косс Виндим. — Похоже, слова о том, чтобы «натаскать» собственных помощников, джедай-адвозс воспринял как руководство к действию. Постоянно вне корабля работали только трое: Ладасен, как обычно, на пару с Ганом, и старый деваронец где-то пропадали — скорее всего, вели разведку. В другое время Таллисибет работающим «в поле» позавидовала бы, но только не сейчас. Местечко было крайне неуютным: мало того, что эти уроды, красиво выглядящие только снаружи, были работорговцами и пиратами — они еще и за Конфедерацию повоевать решили. — Ну, когда у них появлялось время, в перерывах между занятием основными видами местного «бизнеса». А еще, что-то тут мелькало иногда в Силе — нет, не сам ее фон, пропитанный злобой и безнадежностью, хотя и он давил на сознание достаточно неприятно. — Что-то еще, непонятное и зловещее. Хуже всего, никто другой из джедаев ничего этакого странного не чувствовал совсем — даже Маарек, у которого к ментальным техникам и Предвидению был самый сильный талант, в их команде. Не то, чтобы девушку это так уж сильно напрягало — но все равно было неприятно находиться в этом месте. Вообще говоря, за последние два месяца девушка продвинулась в изучении техник Силы больше, чем за все предыдущее время обучения в Храме — только вот приобретенные ей у Учителя, и других джедаев на борту «Песчаной Бабочки» умения были, как бы это помягче сказать… своеобразными. Более того, Таллисибет еще и подозревала, что некоторые изученные ей приемы в Храме не одобрили бы! А вот Учителю хоть бы хны: только улыбнулся, когда она ему про это сказала — и посоветовал не забивать голову ерундой. — Мол, то, что помогает джедаю выжить в схватке со злом, не может быть плохим…

Занятия были прерваны самым неожиданным образом: к ним заявился посетитель, и потребовал встречи с мастером Мика'авином. Представлялся новоприбывший коммерсантом — торговцем оружием, но Таллисибе совершенно точно знала, что этот человек — агент Убиктората. — Точнее, про это ей Учитель сказал. Красивый молодой парень — Таллисибет не дала бы ему больше тридцати стандартных лет. — Посетитель держался с достоинством, уверенно и без подобострастия, свойственного профессиональным коммивояжерам. Странно, обычно профессиональные разведчики и агенты стараются, даже оказавшись на время среди своих, не выходить из образа, что диктовала им избранная легенда — рефлекс, который вбивается намертво. Пришелец девушке не понравился! — Вот не понравился, и все тут: что именно в госте настораживало, она сказать не могла — но уж точно не его статус, или его поведение. Как с удивлением поняла Таллисибет, Учителю посетитель не нравился точно так же, как и ей самой — сработали их с ним узы: мастер и падаван связаны через Силу куда больше, чем другие форсъюзеры. — Только, как догадалась девушка, причина для недовольства у мастера Харрода была какая-то совершенно иная, чем у нее — и возможно, куда более основательная. Только, вряд ли Учитель ей что-то, на этот счет, расскажет. Между тем, мастер Харрод повел гостя в кают-компанию — в общую, а не их маленькую джедайскую: делать вид, что обсуждают условия сделки. Из услышанного разговора Таллисибет уяснила, что этот господин доставил им, якобы по предварительному договору, два новых истребителя, взамен имевшихся у них на борту — дальше мастер отправил ее на поле космодрома: принимать, вместе с Маареком, Главным механиком и ребятами из технической службы «Песчаной Бабочки» доставленный прямо к их корвету «подарок». И вот сейчас девушка спешила к наставнику: доложить об окончании работ по приемке техники.

Связавшись с кают-компанией и переговорив с Кийрас Брэк, Таллисибет узнала, что «официальная часть» и обед, от которого гость не отказался, закончились — и теперь мастер Харрод зачем то пригласил их гостя к себе в каюту. Поколебавшись, девушка решила просто дойти до каюты мастера — и вызвать его по комлинку уже от двери, чтобы не терять времени. В коридоре их дждайского отсека ее неожиданно одолело дурное любопытство: а она еще искренне считала, что уже избавилась от детской привычки подслушивать и подглядывать! — шагнула к двери «джедайской кают-компании», и вошла внутрь помещения. Уговаривая саму себя, что в этом нет ничего дурного, приложила ухо к переборке, разделяющей кают-компанию и каюту Харрода Мика'авина, и позволила Силе течь через свое тело, и композит переборки — так, как ее недавно научил Косс Виндим. Считалось, и Таллисибет до последнего времени была в этом уверена, что воздухонепроницаемые корабельные переборки не передают звук. Как оказалось, не в случае, если вы умеете делать некоторые вещи с помощью Силы: разговор в соседней каюте, явно подходивший к своему концу, она различала очень даже хорошо…

— Господин Малорум, я уже вам говорил: мы не диверсанты, и не отряд коммандос ВАР — у нас несколько иная… специальность. И наш общий знакомый, насколько я знаю, вам об этом четко сказал!

— Рыцарь Мика'авин, меня связывает режим полной секретности: мне просто не к кому больше обратиться! — А передавать запрос по команде… к сожалению, сейчас идет война, если вы не забыли! И, кстати, здесь я — Даргер Вахс'саар — прошу вас, обращайтесь ко мне по этому имени даже наедине: даже если риск раскрытия и провала минимален.

— Хорошо, Даргер… но это не меняет основной проблемы: то, что вы предлагаете в своем плане, это диверсия чистейшей воды! Захватить мятежника — пожалуйста! Захватить человека, незаконно и злонамеренно использующего Силу — это наша работа! Но убивать, при этом, еще и кучу совершенно посторонних разумных… увольте, но это не для джедаев.

— У меня инструкции: обеспечить изъятие данного господина, с целью доставки его на Корусант — для предания законному суду. Эти инструкции утвердило и ваше собственное руководство, в том числе — вы видели там визы двух членов Высшего Совета Ордена, рядом с визами Канцлера и господина Айсарда. И я вам совершенно точно заявляю, что простым способом вам этого человека не достать: на чем он обычно перемещается, и как работает его охрана, вы видели сами! — А последнее время меры безопасности были даже еще и усилены.

— Мы проводили успешные операции и в более трудных условиях.

— У тех ваших «объектов» была такая охрана, и такие силы и связи за спиной?

— Нет, но…

— Поймите, речь идет не о какой-то моей блажи, или чьем-то мелочном самолюбии: речь идет об интересах Республики!

— Как интересы Республики могут пересекаться с поимкой форсъюзера, использующего Темную Сторону Силы? Насколько мне известно, данный господин вообще никогда не использовал Силу в бою против Великой Армии Республики — по крайней мере, напрямую.

— Ну да, если не считать Боевой Медитации, судя по докладам моих информаторов. А возможно, и еще кое-чего — здесь доверять моим агентам я не могу: они не одаренные.

— Почему вы не хотите, чтобы мы сами разработали и осуществили всю операцию, от начала и до конца?

— Проблема как раз в моих агентах: они не просто сторонники Республики — они имеют законное право на власть в Тионе!

— И наш «объект» как раз и стоит между их «правом» и этой властью — я прав?

— Именно! К сожалению, нам приходится работать с разными… сторонниками. Так вот, это люди более чем заинтересованные и мотивированные в деле успеха нашего предприятия — а еще: им некуда отступать, и агенты вражеских спецслужб их уже ищут. — И, Республика не может себе позволить потерять немногих своих верных людей в Тионском кластере — пусть даже их верность имеет несколько… шкурный интерес.

— Хорошо, но почему именно тогда и там?

— У моих агентов есть туда допуск, и есть возможность провести ваш корабль в док — это стопроцентно надежно! К сожалению, подобное может сработать только один раз. Взрыв… вам придется уничтожить боевой корабль, а не гражданскую станцию! — Там будут только комбатанты, причем горстка, если считать в относительном масштабе: львиная доля экипажа этого монстра состоит из боевых дроидов. По любому — уничтожение такого корабля и связанная с этим паника, это возможность беспрепятственно уйти, пока там будет неразбериха. — И что еще существеннее: возможность замаскировать захват под гибель «объекта» — будет лучше всего, если его все посчитают мертвым, погибшим в результате диверсии или несчастного случая. Так сторонникам Республики, потом, будет проще произвести государственный переворот. Эту войну давно пора кончать — если у нас с вами все получиться, то окончание войны будет совсем близким! — можете не сомневаться.

В разговоре возникла долгая пауза — Таллисибет даже хотела идти, решив, что разговор уже окончен.

— Ладно, вы меня убедили — будем придерживаться вашего плана: в крайнем случае, переиграть его мы всегда успеем, если что-то пойдет не так. Ну а сейчас… нам пора расстаться: скоро сюда поднимется мой падаван — кажется, погрузка истребителей уже завершена…

Таллисибет как ошпаренная отскочила от переборки — Учитель почувствовал ее присутствие! С трудом уняв волнение и постаравшись придать себе деловой вид, девушка вылетела в коридор и подошла к двери каюты наставника.

* * *

Закутанная с ног до головы во все черное высокая фигура сидела в самом темном углу одной из кантин, возле Главного Рынка Скинтел. В ресторации, рассчитанной больше на приезжих, чем на коренных жителей, весело «оттягивались» от трудов неправедных представители самых разных народов и рас. Данная публика попала сюда не в трюмах кораблей работорговцев — наоборот, эти господа как раз такими кораблями и управляли. — Ну, или составляли их экипажи. Иногда между разгоряченными выпивкой и спайсом посетителями вспыхивали потасовки, но, по странной случайности, все местные эксцессы обходили темный уголок стороной. Вот и сейчас, повздорившего по какому-то явно важному поводу с хозяином-бесалиском, Дунсом Укезе, пропитого и накачанного спайсом по самые кончики леку желтокожего твилека, двое дроидов охранников IG-86, игравших в заведении еще и роль вышибал, аккуратно подтащили к двери и выкинули наружу. — А когда он попытался силой ворваться внутрь кантины снова — просто оглушили из выставленного на «нелетал» бластера. Потом, так же деловито, по молчаливому кивку хозяина, заковали бывшего посетителя в кандалы, и кинули, предварительно освободив от целой кучи «посторонних» предметов, вроде оружия или средств связи, в пристроенный к наружной стене здания кантины «загон для скота». В просторной металлической «вольере» уже томилось изрядное количество невольных «посетителей»: что поделаешь, приходилось соответствовать! — «Кантина Укезе» считалась тут «приличным» заведением, куда дроидам, животным и рабам вход был заказан.

Фигура в черном слегка покачала головой, открыв татуированное лицо датомирской ведьмы — удачно, что обошлось без лишнего шума. Вытянутое, похожее на топор, с длинным крючковатым носом лицо пожилой женщины прорезала неприятная улыбка: местный закон во всей его красе — пока «посетитель» считался посетителем, хозяин кантины его даже за неуплату не мог притянуть к ответу. — А как только вышибалы выкинули его за порог, он тут же потерял статус «гостя» — и повторная попытка проникнуть внутрь сразу же получила определение «преступные действия» в глазах местного закона. Если бы твилек убрался отсюда по-хорошему, что старина Дунс ему бы права не имел ничего предъявить — выпей он тут, в заведении, хоть глоток воды! — Ну а теперь идиот придет в себя уже на рабском рынке: успеют выкупить знакомые или сообщники — хорошо. Если нет, то поедет отсюда на какое-нибудь Кадаво, а может и не повезут никуда — здесь кайлом махать приставят: Зейгеррия сейчас переживала настоящий бум строительства. Старой ведьме местные обычаи казались донельзя странными и глупыми, но — кто она такая, чтобы учить местных, как им правильно жить? До тех пор, пока ее никто тут не трогал, все местные разборки ее совершенно не интересовали. А вот сама атмосфера этого местечка очень хорошо помогала прятаться от поиска через Силу! В последнее время женщина научилась ценить такие вот маленькие пустячки: облегчить жизнь самой себе, и затруднить ее, как можно больше, врагам. Вот, кстати, насчет врагов… женщина активировала комлинк, и принялась читать текстовые сообщения, которые доставила ей галактическая Сеть. Она уже было собралась отключать комлинк, когда прибор мигнул индикатором, подав сигнал, что получено еще одно сообщение… — закончив чтение, ведьма снова улыбнулась, хищно блеснув в полумраке зубами…

Когда через пять минут в кантину вошел еще один посетитель, и направился в тот угол, где сидела ведьма, женщина только отрицательно мотнула головой, на вопросительный жест хозяина: не мешайте мол, у меня деловая встреча. Такая же безликая фигура закутанная в плащ, с натянутым по самый нос капюшоном. — Только и понятно, что новичок мужчина — даже о телосложении или возрасте посетителя судить было трудно. О расе, впрочем, тоже — кстати, все прочие шумные «гости» кантины обращали на новичка так же мало внимания, как и на женщину, скромно сидевшую в одиночестве в уголке. Подойдя к столику, за которым сидела ведьма, пришелец пододвинул себе стул, и уселся на него, аккуратно расправив полы плаща. Не обращая внимания на стоявшие на столике напитки, и что-то вроде легкой закуски, на которые ему кивнула женщина, новый посетитель сразу перешел к делу.

— Джедай согласился на наш план!

— Он ничего не заподозрил?

— Что он мог заподозрить? — указания по поводу содействия мне, в моей работе, он получил прямо с Корусанта! Ну да, покривился по поводу сопутствующего теракта: джедай же, что с них взять? — однако, когда я обрисовал ему иные варианты, и последствия их осуществления — сдался.

— А что с нашим общим знакомым — рандитом, и его якобы другом — джедаем, которые и вывели тебя на этого Харрода Мика'авина? — Мне не нравиться, когда люди пропадают непонятно — как, и непонятно — куда! — особенно, если они тем или иным боком участвуют в наших с тобой планах.

— Хозяин… дал мне понять, что эти господа больше никому не помешают: не вовремя начали выяснять отношения между собой. — И, вроде бы, как довыяснялись… до взаимного убиения! — Подробностей, понятно, мне никто не сообщил.

— Это хорошо — одной заботой меньше! Не люблю, когда в дело бывает, замешано слишком много лишнего народа — оно обязательно закончиться провалом. Твои исполнители и информаторы готовы?

— Да, в Тионе все в полной готовности: как только наша мишень окажется на объекте — все придет в действие. Команда джедаев этого Мика'авина будет ждать в полной готовности — как только они сработают, мои люди зачистят за ними все концы. К сожалению, все наши действия мы вынужденно подгоняем под перемещения «цели»: ловушка может сработать надежно, только когда он окажется там, где нужно. Так что, придется ждать…

— Сколько, хотя бы примерно?

— Ожидается, что примерно месяц — но, он дважды откладывал личное посещение объекта! Так что, возможно, график еще сместиться. В любом случае — тионцам деваться некуда! — А джедаи приданы в мое распоряжение до конца операции. Придется запастись терпением.

— Хорошо, я согласна еще подождать. Но, чем больше мы тянем, тем больше шанс, что меня кто-то найдет — даже здесь.

— Я помню о своем интересе! К сожалению, пока от меня не все зависит…

Они еще посидели немного, для порядка. Потом мужчина поднялся из-за столика, и ушел. Немного подождав, ведьма жестом подозвала хозяина: рассчитаться, и добавить несколько кредиток «за беспокойство». — Как женщина не раз убеждалась, за долгие годы своей жизни, щедрая плата делает удивительные вещи с памятью у разумных. Когда она расплатилась по счету, и вышла из кантины, ее визави уже и след простыл. Хорошо… точнее — плохо, но могло быть и хуже! — А уж если бы она не успела вовремя убраться с Датомира… впрочем, тогда ей, наверное, было бы уже все равно. Пока же, она уцелела: ведьма опять нехорошо улыбнулась — ее враги скоро почувствуют ужас ее мести!

Итак, если этот скользкий паренек не врал, то Кронал все, спекся — интересно, кто прибил эту гнилую тварь? Когда этот предатель нашел ее, Матери Талзин показалось, что все — жизнь закончена! — Рандит просто поиграет с ней, как хищный зверек с добычей, и гордо отнесет и положит к ногам своего хозяина. То, что отступник задумал какую-то новую аферу, для участия в которой ему, зачем то, понадобилась ее помощь, вернуло Талзин призрачную надежду снова ускользнуть от ситхов, хотя бы на время. Эта призрачная надежда превратилась в уверенность, когда Кронал свел ее с одним молодым человеком, которого небрежно представил как своего помощника…

Интересно, догадывался ли рандит о том, какие мысли и чувства бродят в голове у этого парня с подлой душонкой? Да уж, сильные обычно не склонны замечать амбиций и претензий слабых, или еще хуже — позволяют себе, иногда, посмеяться над ними, если все же узнают про них. Сила Кронала была столь велика, что он мог бы одним пальцем стереть в порошок этого Малорума! — Однако, если бы Талзин кто-нибудь предложил побиться об заклад, то она не задумываясь поставила бы на молодого: Сила Силой, но в настоящей схватке все решают ум, изворотливость и… подлость. Кронал, под рукой у Сидиуса, отучился думать — а вот этот парень думать умел: голая Сила же всегда пасовала перед мозгами. Разумеется, было у этого паренька и слабое место: он сам хотел стать сильным, как… ситхи! — и, благодаря этому, стать одним из них. Талзин оказалось достаточно всего лишь показать ему записи: какими были Мол и Саваж до Бассейна Перерождения — и какими стали после. — И этот парень стал принадлежать ей весь, целиком, вместе со своими потрохами и тем дерьмом, что в них содержалось!

Что же, хорошо, что не пришлось убирать Кронала самой, или, того хуже, использовать для этого Малорума — не хватало еще случайно привлечь внимание ситхов! Да и парня со счетов сбрасывать тоже не стоит: амбиции амбициями, но Малорум совсем не дурак — ей только и не хватало, чтобы он насторожился и начал сейчас в чем-то сомневаться. — Этот простой пешкой никогда быть не согласиться. Сказочка о том, что только в момент хорошей заварушки, которая отвлечет внимание ситхов от планеты, Талзин удастся вернуться на Датомир, чтобы беспрепятственно провести ритуал, — она тогда долго не продержится! — А потерять, в данный момент, ценного помощника было бы чертовски жалко. Но, с другой стороны, что ей мешает самой немного поработать в Тионском кластере? Если ее юный помощник считает, что она без него там ничего не сможет сделать, то он глубоко ошибается: связи там у нее есть — и через эти связи она уже нашла подходы к нужным людям.

* * *

— Таким образом, Владыка, ведьма проглотила наживку — и сама отправилась в Тионский кластер: готовить месть собственными руками!

Голограмма фигуры коленопреклоненного человека висела в воздухе, прямо перед лицом Дарта Сидиуса. Ситх про себя улыбнулся — старание достойное награды! — Если бы остальные его подчиненные работали бы так же хорошо и эффективно. Оставались, правда, неясными некоторые нюансы… — но с ними можно и обождать — на мелочи сейчас попросту нет времени. А вот относительно джедаев…

— Харрод Мика'авин точно будет придерживаться плана? Напоминаю, что диверсия сама по себе — дело не менее важное, чем похищение.

— Да, я убедил его в том, что нашим тионским друзьям содействие Республики крайне необходимо — а у этого Харрода насчет интересов Республики, похоже, пунктик.

Дарт Сидиус прикинул еще раз необходимую последовательность действий. Первый пункт — предварительные действия: все готово к тому, чтобы начать операцию «Осады Внешнего Кольца». Кампания в республиканских СМИ уже начата. И его сторонниками проводится соответствующая разъяснительная работа в Сенате, которая начала приносить свои плоды — господа сенаторы понимают, что время игр кончилось. — По крайней мере, большинство. Генералы и адмиралы… скажем так: тоже поняли, наконец, кто тут главный, и в чем их настоящий интерес — контроль над военными… достаточный. С финансами, после Сципио, проблем тоже не будет. Джедаи… — вот здесь, да, еще не все идет как нужно. — Но Орден сам, своими руками готовит себе могилу: задача Сидиуса просто направить эти усилия в более «конструктивное» русло — и джедаи сами решат данную проблему. Собственно, столкнуть их с Тираннусом и его джедаями-ренегатами — шаг в правильном направлении: при проведении «Осад Внешнего Кольца» пусть друг друга и перебьют, в как можно больших количествах!

Итак, Харрод Мика'авин и его команда будут свято уверены, что они являются частью новой грандиозной кампании, начатой Республикой, по возвращению контроля над мирами Внешнего Кольца. Лишние вопросы ни он, ни его люди тионцам задавать не будут, это факт — да сторонников Дома Исалар-Тион, которые будут их партнерами в проведении операции по захвату объекта, и осуществлению диверсии, самих используют втемную. — Дом Исалар-Тион обычная амбициозная пешка, которой он легко пожертвует. Тем более, что у него есть еще много таких же пешек. Вот, хотя бы, Дом Вар-Адеан — к представителям которого Малорум так искусно «подвел» эту ведьму, Талзин: еще одна куча амбициозных дураков с претензиями. — Им, видите ли, отдайте контроль над королевством Крон! Надо же, эти слизняки, которые проглотили и объединение королевских домов Тиона с и Крона, и смирились с Дуку-младшим в качестве их наследника, теперь хотят что-то требовать от него. Самодовольные уроды… ситх, бывало, уничтожал вставших ему поперек дороги и за меньшее. Ну, пусть поработают вместе с этой тварью, Талзин — потаскают грязь и дерьмо своими собственными ручками: а потом их можно точно так же сдать, как и Исаларов. Вот Дом Нусватта, те действуют куда как более разумно — сразу показали, что Сидиус для них Хозяин, с большой буквы. Поэтому именно они и получат корону Тиона, по итогам — когда Тионский кластер вернется в лоно Республики. — Разумеется, как умные люди, на слишком многое — то есть, на весь кластер и окрестности — они даже не замахиваются.

Итак, Исалары искренне считают, что работают на самих себя — после проведения диверсии и исчезновения объекта попробуют захватить власть — сторонники для этого у них есть. — Точнее, это они так считают: вот только Великая Армия Республики за них, против карманной армии и флота нового короля Тиона не вступиться! А еще есть Вар-Адеаны, намеренные заполучить не корону Тиона, а наследницу Крона — воспользовавшись помощью ведьмы. — Такие же амбициозные дураки. Но невольными услугами, и тех и других ситх с удовольствием воспользуется: очень удобно, когда есть, на кого переложить вину. Так, имеется вопрос по возможному ходу этой части операции: точнее, по границам компетентности — надо спросить. Вон, Малорум покорно ждет воли хозяина.

— Жена и дети объекта в руках Вар-Адеанов — насколько это вообще осуществимо технически, не считая возможной помощи им от Талзин? — И исключая ситуацию, когда они могут попасть ей самой в руки?

Судя по всему, у парня были соображения, на сей счет, которые он Сидиусу и озвучил.

— У Вар-Адеанов под контролем будет несколько боевых кораблей, с преданными экипажами — при всем желании, наемникам Талзин просто нечего будет им противопоставить.

— А ведьма точно не рискнет влезть в это дело сама, и ограничится только их поддержкой?

— Не думаю, Владыка, — с ее точки зрения, это неоправданный риск: слишком велик шанс раскрыть себя перед вами! Вот попробовать убить женщину и детей… такой приказ своим наемникам она отдать может.

— Тогда намекни тем Вар-Адеанам, чтобы те были настороже — и ведьме, с ее людьми, особо не доверяли: дай понять, что они лишь временные попутчики, а не партнеры, как ты.

После чего ситх милостиво поблагодарил помощника за проделанную работу, и отпустил. Подчиненный откланялся. Связь прервалась…

Дарт Сидиус опять подумал о надежности самого Малорума: слишком многое в этом деле шло сейчас через него. Конечно, с Талзин он сработал более чем удачно — дав шанс старшему ситху разыграть отличную комбинацию! При любом раскладе, ведьма будет главной виновницей произошедшего, в глазах и Дарта Тираннуса, и младшего Дуку — разумеется, если они сами выживут в последствии. — А Сидиус такого вовсе не исключал: и дядя, и его внучатый племянник не раз делом доказывали, как они умеют находить выход из трудных положений. А вот ведьма… что же, у него есть кому теперь, и помимо Малорума, довести до Талзин мысль: надо украсть жену и детей врага самой! Тионцы? — ну, пешками-то всегда можно пожертвовать — ему, Сидиусу, не привыкать такое делать.

Итак, настало время обрезать лишние, ставшие ненужными, связи. Прежде всего — Дарт Тираннус и его так называемые «аколиты». — А заодно и проект на Салюкамее: то, что у Тираннуса есть некоторые успехи, это даже хорошо — Орден проявит больше рвения в уничтожении лабораторий по клонированию! Попутно решиться и проблема «аколитов» — по крайней мере, большего их числа: в то, что джедаям сразу удастся зачистить всех клевретов Тираннуса, старший ситх не верил. Ну да пусть их — в случае чего, добить уцелевших не составит большой трудности. Следующая, по важности, проблема — как раз младший Дуку. Все это как раз очень хорошо можно будет решить под прикрытием начавшейся операции «Осады Внешнего Кольца».

Захват короля Тиона джедайской охотничьей командой Сидиуса устроил бы полностью: потому, что сам он, при этом, оставался бы в стороне — а из джедайских спецтюрем пока еще никто не убегал. Вариант, когда младший Дуку все же избежит джедайских ловушек, но потеряет семью, тоже неплох — и тем, что это сулит господину Райдену скорое и глубокое падение во Тьму, и тем, что вся вина будет лежать на Талзин. Уж Сидиус постарается донести до Тираннуса или Райдена, если они к тому времени будут еще живы, кто именно стоял за похищением женщины и детей!

Теперь, сам Дарт Тираннус: кажется, к счастью, Дуку все еще считает — идет выполнение их старого, совместного плана. — Поэтому следовать указаниям Сидиуса он будет беспрекословно. Это племянником он может и не захотеть пожертвовать — а вот Аколиты уже совсем иное дело: ради великой цели Граф их гибель как-нибудь перенесет! Но, несомненно, захочет за них Республике отомстить. Что же, ударный флот Гривуса почти уже собран, и вполне готов атаковать Корусант. Направить дражайшего Графа еще раз «подразнить» Скайуокера — и вызвать прямиком к Столице, где Сидиус как раз закончит инсценировку своего похищения! И вызвать туда же Армаду Скайуокера — на помощь атакованной сепами планете: а уж организовать, по ходу, новую «горячую» встречу Графа и Избранного, это дело техники. В принципе, Дарт Сидиус даже не очень бы расстроился, если бы Скайуокер опоздал — организовать Тираннусу «несчастный случай» он может тогда и сам. Другой вопрос: кого ему назначить своим «спасителем»? — публике ведь непременно нужен будет герой перед глазами. И этот герой никак не может быть самим Канцлером. Вот это может стать серьезной проблемой! Ну а потом можно будет стричь политические купоны от «разгрома флота Конфедерации», и собственного счастливого спасения — и с того, что джедаи, обязанные оберегать Корусант, Сенат и правительство, будут показаны СМИ севшими в большую лужу.

Ну а потом, после гибели Дарта Тираннуса, можно будет раз и навсегда решать вопросы с руководством КНС и Орденом — именно так, в таком порядке…

Сидевший перед погасшим голопроектором ситх скривил губы в легкой усмешке: видение Силы нахлынуло вдруг мощным потоком, накрывшим его с головой. Гигантский амфитеатр Сената, и он, объявляющий с летающей канцлерской платформы о создании Галактической Империи. Рядом верный Мес Амедда, Слай Мур… кажется еще кто то — и эхо невероятной эйфории, что его захлестывает, прокатывается через Силу откуда-то издалека. Шепот где-то вовне, хотя говорит и он сам: «Абсолютная власть…» — и Видение гаснет…

Глава шестнадцатая

Ложные шаги

Повидал я много миров, но зрелище новой планеты все равно было… интересным. Полосы бешено несущихся наперегонки друг с другом облаков то и дело прорезались гигантскими разрядами молний. Вихри чего то, напоминавшего циклоны на более приветливых небесных телах, крутились тут и там, на подсвеченном яростным светом голубоватой главной звезды диске небесного тела. — Тусклый свет второй звезды этой безымянной системы, красного карлика, добавлял свой скромный мазок в бело-оранжево-коричнево-голубоватую гамму цветов здешней атмосферы. Преддверие ада, как оно есть: с учетом температуры на поверхности, зашкаливающей за четыре сотни градусов, и атмосферного давления, в сотню раз выше стандартного, да плюс еще то, что обычно называется «химически агрессивная среда» — очень милое местечко! Корпус дроида-геологоразведчика типа «Спелункер», изначально спроектированного для работы практически в любых условиях, эта атмосфера превращала в труху, буквально за пару недель. — Это если дроида не заносило в какое-нибудь особо поганое место, которыми безымянная планета, имеющая только каталожный номер, изобиловала — тогда жестянка находила еще более скорый конец. Однако же, именно этот небесный шарик и был целью моего пребывания здесь. Вообще говоря, в галактике — даже той ее малой части, что была у меня под контролем, — имелась масса куда более приятных по своим климатическим условиям планет, богатых природными ресурсами. Увы, для моих целей все они практически не представляли никакого интереса, в плане осуществления некоего… нет, пока еще никакого не проекта — просто: желания удовлетворить собственное любопытство за казенный счет! — И, не надо мне про то, что я никакой не ученый, и про то, что любопытство кошку сгубило — все это я и сам знаю! Но, все равно, принесла вот нелегкая сюда, и все тут: кристаллы митаг, в нужных количествах и при необходимых кондициях, больше нигде, в известных мне доступных местах, не попадались…

Ладно, рассказывать надо по порядку. Начать стоит с того, что мне не давали покоя даллалтские находки: простота и даже изящность решения сложнейшей проблемы взаимодействия Силы с материальным миром вызывали невольное восхищение. Если оставить в стороне моральный аспект проблемы, то ребята, когда то научились, как говориться: из говна и палок! — делать такие вещи, которые мы сейчас можем повторить, только имея доступ к самым высоким технологиям. — Или, как ни стыдно это признать, вообще не способны воспроизвести нужный результат — ну, по крайней мере, за приемлемую цену и в необходимых количествах. Вон, как дроидов А-серии. Досталось ли древним тионцам уже готовое решение, в виде «освоенных» технологий только что покинувших галактическую арену ракат, или там нашлись какие-то свои неизвестные миру гении — уже не важно! — А важен конечный итог: система, способная из низкоуровневого материала создавать сложноорганизованные квазиразумные объекты, выражаясь канцелярско-техническим языком. Что самое интересное: эта фигня должна была работать практически по принципу черного ящика. — Насыпь ингредиентов в котел, поставь на огонь, помешай, скажи волшебные слова «крекс, фекс, пекс» — и вот тебе настоящее волшебное зелье: остужай и разливай по бутылкам. Насчет «формы и размеров котла», а так же — чего бросать в огонь и как помешивать, вопросов не было. Затык, лично для меня, пока был с этой самой волшебной абракадаброй, которую в плохих сказках злой волшебник цедит воющим голосом, пугая зрителей до усрачки: как говориться, дикцию и тембр голоса в таких делах всегда приходиться подбирать практическим путем. Но, здесь мне все удалось сделать почти в лабораторных условиях. Однако, серия незатейливых опытов с Силой выяснила один очень неприятный факт — выбор «сортов говна», из чего можно было лепить разного рода боевых големов, оказался до ужаса ограниченным. Точнее — все уперлось в материал, который был бы пригоден в качестве основы их «мозгов». Может быть, имея в наличие схемы преобразования с иными параметрами, я и смог бы подобрать что-то получше, и поудобнее в использовании… но, имеем то, что имеем: кроме природных кристаллов митаг ничего, пригодного для моих целей, не подходило. — А использовать кибер-кристаллы, в качестве носителей, прошу не предлагать!

К счастью, моя изыскательская служба даром свой хлеб не ела, и бездельем не маялась: среди кучи отчетов, нашлось описание одного места, где было практически все, мне нужное. Поскольку строить что-то вроде действующей модели смысла не было, из-за влияния эффекта масштабирования — в малом объеме резонанс Силы, почему то, не возникал, — строить мне пришлось сразу полноценный «завод»: избыточную мощность придется куда-то девать, если не имеешь желания устроить из места работы место применения ОМП. — Вот лучше и использовать ее на что-то полезное, а не засирать ей все вокруг! Перерабатывающая станция типа «Лормар», в качестве базового блока сооружения, подошла для моих целей как нельзя лучше — и есть где Преобразователь поставить, и места для рабочих зон хватит с избытком. Ну а чтобы найти применение полученным материалам и оставшейся части энергии, приделал к перерабатывающей станции шесть штук стандартных Телгронских ремонтных доков, по периметру нижнего кольца. Получившееся сооружение напоминало, при взгляде снаружи, что-то вроде гигантской металлической «снежинки». Станция добралась до безымянной звездной системы своим ходом, а разобранные на секции доки перевезли на место уже после ее прибытия. Поскольку данный «объект» был делом не только не имеющим гарантии нормальной работы в будущем, при всех опытах и прикидках, но и содержал в себе своеобразные… «компоненты», для всех работ я использовал только дроидов. — Мне как то ни подражатели совсем не нужны, ни, тем более, не нужны контролеры от Конфедерации, с вопросом: «На что потрачены народные деньги»? — Допустить на объект последних, значит вообще чуть ли не проорать Дарту Сидиусу прямо в ухо: «Смотри сюда»! В общем, все это было доставлено сюда окольными путями, и собрано в единую конструкцию. — Преобразователь, компоненты которого были изготовлены для меня по отдельности — в разных местах и у разных производителей — дроиды монтировали под моим личным руководством: все действия пришлось выверять с помощью Силы. В этом деле халтура не допустима: иначе, как минимум, вся работа пойдет насмарку — ну а что будет, если не скомпенсированный «откат» пойдет по максимуму, я даже не хочу себе представлять. — Но, в голове, почему то, упорно вертится образ Кладбища Крона. В общем, выкроил из своего плотного графика неделю времени, и всю ее убил тут — устанавливая и подгоняя необычное «оборудование». Добираться пришлось своим ходом — на старом добром шлюпе типа «Панворкка-116», когда то презентованном мне дядей, вместе с дроидом-пилотом FA-4: «парусник» давал хорошую гарантию, что направления моих полетов никто не отследит. — Шлюп я, в свое время, немного переделал под собственные нужды — и немало помотался на нем по просторам галактики. Потом, правда, «средства передвижения» пришлось использовать совсем другие: сколько я уже не пользовался корабликом, года три? — теперь вот опять извлек его из дальнего угла личного ангара. Пригодился…

Монтаж, настройка и юстировка чертовой конструкции утомили меня страшно: пять суток без сна, манипулируя потоками Силы — это вам не в мячик поиграть! — А прервать процесс было никак нельзя — без окончательной фиксации, все настройки слетели бы мгновенно. Проще всего было сделать «разводку» и согласование работы «силовых струн» и волноводов, идущих от Внешнего Контура Преобразователя, к элементам конструкции и рабочим зонам сооружения: будущая «нервная система» и «система регулировки потоков Силы» внутри всего комплекса, в одном флаконе. Кое-где хватило примитивной ситской Алхимии, насколько эта дисциплина вообще может быть «примитивной» — а в большинстве случаев я просто работал с материалом конструкций посредством Стихий: прикладное использование техники Внешнего Изменения. Когда вся эта хренотень была собрана и встроена — кое-где так просто вплавлена или растворена — в конструкции базового блока и оконечных секций, я собой представлял выжатый досуха плод спелого майлоруна. Поневоле пришлось делать перерыв. В результате, снова на объект я смог попасть, для окончательного согласования настроек контуров и схем Преобразователя и запуска конструкции в работу, только через месяц — другие то дела и заботы тоже никуда не делись, и требовали пристального внимания!

Огромный бок подсвеченной обоими солнцами планеты, к которой мой шлюп подлетел уже достаточно близко, окрашивал внутренности пузыря носовой кабины в оранжевые оттенки — парус был давным-давно убран, и теперь мой кораблик перемещался исключительно с помощью репульсоров. Наконец, крошечной мошкой на фоне диска планеты появилась станция, быстро превратившаяся в пародию на черную металлическую снежинку, лежащую на поверхности блюда с цитрусовым желе. Дроид-пилот замедлил скорость полета до безопасного минимума, подводя шлюп к шлюзу станции. На связь вышел номинальный «хозяин» этих мест — дроид-тактик TX-77: доложить, что все на вверенном его заботам объекте в порядке, и происшествий нет. Очень хорошо! Из дальнейшего доклада стало понятно, что в части добычи и предварительной переработки ресурсов комплекс уже начал плановую работу: натасканное автоматизированными Трилонскими добывающими барками сырье пущено в дело, и накоплен необходимый запас полуфабрикатов для пробного пуска задуманного мною гигантского автономного 3D-принтера. На добывающих барках — как и везде тут, работали модифицированные дроиды — в основном, типа В-1: для рутинной однообразной работы их возможностей вполне хватало. А еще дроид-тактик доложил, что на станцию неделю назад прибыл тюремный транспорт — и что его «пассажиры» размещены в отведенных для них «апартаментах». — При этом указав, что продовольствия на станции, для такой прорвы народу, не предусмотрено: еще через неделю привезенные запасы кончатся — и тогда арестантам придется, есть друг друга. Блин, а еще говорят, что у дроидов совсем нет чувства юмора!

Высадившись в ангаре, где меня встречал сам дроид-тактик с подобающим эскортом, приказал FA-4 вывести шлюп в космос, и отойти подальше от станции. Если что-то все же пойдет не так, хочу иметь, хоть какое-то спасательное средство под рукой! Согласовав с TX-77 план действий, направился к пока еще мертвому сердцу всего этого сооружения. Коридоры, переходы, транспортеры и лифты — в конце всего этого: камера управления Потоками, с Точкой Фокуса в самом центре. Чистое, аккуратное небольшое шарообразное помещение, с подвесным полом и возвышением в центре — местом для медитации. — Узкие прорези в стенах… точнее — оболочке, дают вид на внутренности огромного — пара сотен метров в диаметре — зала Резонатора. Занимаю место на этом возвышении, предварительно закрыв за собой двери в камеру: «защита от дурака» — пока двери не закрыты, процесс не запуститься. О правилах техники безопасности неведомые мне творцы этой системы представление вполне имели, и окончить жизнь самоубийством вовсе не желали! Усаживаюсь поудобнее, подоткнув, под себя, полы плаща — сидеть мне тут долго — и старательно унимаю дрожь в похолодевших руках. — Чувство предстартового мандража, когда гонка со Смертью еще не началась, а адреналин уже потек по венам. Пока еще можно все отыграть назад: сейчас все вокруг просто мертвое железо, и ничего более — даже, несмотря на мою прошлую возню со всем этим хозяйством. — А вот когда я начну формировать потоки Силы, думать уже будет поздно! Нет, к черту… второй раз попробовать я, потом, просто не решусь: ТАКУЮ вещь можно себя заставить сделать только один раз в жизни…

Еще один удар сердца, и я цепко хватаюсь за потоки Силы, пронизывающие все вокруг. Это принцип Темной Стороны: форсъюзер меняет течение окружающих его потоков Силы сам, нужным образом — а не выбирает кропотливо подходящий для работы поток из множества других. Если бы я сейчас прибегал к Светлой Стороне Силы, то мне надо было бы просто открыться этим потокам, и дать им свободно течь через мое тело — выбирая для работы те, которые подошли бы по назначению. — Теоретически, именно так даже можно было бы все сделать! — лет за пятьсот. Увы, у меня столько времени в запасе не было, поэтому приходилось прибегать к способу опасному, грязному до ужаса — но очень быстрому: если все пойдет без осложнений, то на весь процесс Трансформы уйдет от силы пять дней. — Максимум — семь. Кстати, больше времени, при проведении «процесса перехода», я могу и физически не выдержать: мощь потоков Силы, которую могла без вреда пропускать через себя собранная конструкция, превышала всякое воображение — как я уже упоминал, видение вспышки Сверхновой у меня было. — Человеческое тело на такие фокусы не рассчитано! Оставалось только верить, что неведомые древние форсъюзеры хорошо представляли себе пределы таких возможностей. Во всяком случае, я на это надеюсь. Сила покорно течет от меня во все стороны одновременно, охватывая каждый элемент конструкции, любую деталь или механизм — все, начиная от Управляющей Станции дроидов, посредством которой TX-77 командует армией своих подчиненных, до его самого и последнего мелкого дроида-ремонтника. — Все, заканчивая массой разумных в тюремных клетках «вивариев» и миллионами тонн запасенного «порошка» полуфабриката разных сортов и марок — последние, пока еще, мне не нужны, как и арестанты.

Конструкция Преобразователя начинает «петь» в резонанс с потоками Силы, что я пропускаю сейчас через конструктивные элементы станции и пристыкованных к ней ремонтных доков — составляя одно целое, эти части будущего сооружения еще чувствуются каждая по себе. Так же резонируют все работающие источники энергии «на борту», и молекулярные печи, где процесс разделения сырья должен идти непрерывно, согласно технологии — только «частота» этого резонанса немного другая. — Но работать с источниками энергии мне тут совсем не надо, ни к чему: направляю потоки Силы исключительно в элементы конструкции Преобразователя и его «периферийных» систем. Одновременно увеличиваю прогоняемый мной объем Силы до максимума. Не к месту приходят на ум слова: «Чувствую себя маленьким кусочком масла, который размазывают по огромному ломтю хлеба». — Черт, как я тебя понимаю, неведомый мне Фродо Бэггинс! — нельзя попробовать надеть на палец Кольцо Всевластья и не измениться, при этом. Попробовать выковать такое Кольцо самому — еще круче! — даже если ты просто повторяешь уже сделанную кем-то работу. Помниться, когда Саурон выковал Кольцо, само Кольцо перековало Саурона… ааа! — все, нечего теперь бояться: теперь все, остается только как в том анекдоте — «трясти надо».

Камера Управления. Внутренний Контур. Резонатор. Цепь положительной обратной связи. Контур Преобразования. Цепь отрицательной обратной связи. Внешний Контур. Контур Стабилизации — он же, Накопитель. Главный Контроллер. Эффекторная Система — те самые силовые струны и волноводы, с настройки которых я, больше месяца назад, начал процесс ввода объекта в эксплуатацию, если это так можно назвать. Сейчас я, «прислушиваясь» к отзвукам текущих по всем этим элементам конструкции системы потоков Силы, приводил их «звучание» к общему «тону» — так же с помощью Силы, но используя уже другие техники, предназначенные для работы с материей. Где-то что-то поправлял — там, где это ощущалось как что то «неправильное». Где-то что-то «соединял» — там, где потоки Силы не текли свободно. Я почти потерял счет времени. Наконец, мне показалось, что вся конструкция стала единым целым — во всяком случае, так она теперь мной ощущалась сквозь Силу. Что же настала пора проверить, так ли это есть на самом деле…

С помощью Силы воздействую на пространство внутри камеры Резонатора — обычный Форс Слэм, ничего особо сложного. В другом месте мой удар просто пришелся бы в пустоту, или, если бы во что-то попал, просто размолотил бы все в труху — если, конечно, объект попадания был бы недостаточно крепким. Здесь… трудно передать словами, как исказилось внутренне пространство камеры Резонатора — искажения сопровождались и световыми эффектами: на всех хоть чуть выступающих элементах внутренних конструкций вспыхнули светляки — почти как огни Святого Эльма. — Вот только я совсем не ощущал там даже капли статического электричества! Добавил больше Силы в новое воздействие, потом еще… от пола до потолка Резонатора встали зигзаги разрядов — Молнии Силы. Через Внутренний Контур поток энергии пошел к Камере Управления — я тут же перекинул его на Контур Преобразования. Сила, не та, что шла от меня, а та, что пронизывала окружающее пространство, добавила свою мощь к той, что уже была закачана за эти множество часов в конструктивные элементы Преобразователя. Эхо Силы, которое пронеслось в пространство, заставило «откликнуться» все объекты внутри этой звездной системы — начиная от самих здешних солнц, и кончая соседней планетой, на орбите которой висела станция. Сработала Цепь положительной обратной связи, и вся эта умноженная мощь вернулась — через Внутренний Контур — прямиком в Резонатор. Дальше процесс повторился, постепенно увеличивая амплитуду колебаний: казалось, Сила текла внутрь конструкции отовсюду снаружи. Когда потоки Силы достигли опасной величины, грозившей разрушением системы, перекинул часть потоков во Внешний Контур, подпитывая Силой уже его. Посредством Внешнего Контура, через Цепь отрицательной обратной связи, подключил к работе Контур Стабилизации. Все, дальше надо ждать пока идет процесс насыщения: без заполнения Накопителя до необходимого уровня пробовать включать в работу Главный Контроллер и прокачивать Эффекторную Систему просто нет смысла. — Все банально «заглохнет» от недостатка энергии, так и не начав работать!

Поскольку дальше моя задача свелась только к контролю процесса резонансных автоколебаний всей системы, шедшему с медленно нарастающей амплитудой, появилась возможность даже немного перевести дух. Оказалось, что просидел я в Камере Управления почти трое суток! Самочувствие… такое бывает даже не с глубокого похмелья: когда отравишься чем то. Казалось, будь у меня сейчас полный желудок — вывернуло бы наизнанку. Одежда была буквально пропитана потом. Руки и ноги заледенели и одеревенели — с трудом встал с неудобного седалища, и походил внутри помещения Камеры Управления, разгоняя кровь. Потом попробовал выяснить: что твориться снаружи — не с помощью Силы, понятно, а техническими, так сказать, методами. Помехи были такими, что связаться со своим шлюпом мне удалось с большим трудом: приказал дроиду-пилоту включить наружные камеры, и вести непрерывную запись всего, что будет, или не будет, происходить со станцией. Дроид-тактик жаловался на сбои в работе практически всех систем станции, когда я, в свою очередь, вызвал его на связь. Посоветовал TX-77 дать команду Станции Управления — отключить всех дроидов, не задействованных на вахте, или текущих работах. Между тем, воздух в камере Резонатора буквально «рябил», а тусклые вначале «огоньки» превратились в настоящие «фонари», заливавшие затененное раньше помещение призрачным, неестественным светом. Так, все! — чувствую, что для пробного пуска накопленной энергии уже вполне достаточно. Снова вмешиваюсь в процесс распределения потоков Силы, запуская Главный Контроллер — и начиная накачивать Силой Эффекторную Систему. Иииии, есть!! — сейчас я, находясь внутри Камеры Управления, чувствую — через загнанные в контуры и цепи системы потоки Силы — всю собранную и работающую как надо конструкцию, до последней силовой струны или волновода! Стоп, еще рано радоваться: надо зафиксировать рабочие параметры — и надо попробовать повторить цикл…

На все это у меня уходит несколько часов. Система работает прекрасно. Более того, в выкаченной «извне» Силой, мне удалось буквально сварить, сплавить всю конструкцию в единое целое — сейчас, наверное, те же ремонтные доки от центральной секции можно будет оторвать, только подорвав места соединения, или отпилив их лазерными резаками. — А может и не удастся: соединения, упрочненные Силой, плохо поддаются разрушению. И все же, если работать на этом «инструменте» подобным образом, то результат будет, мягко говоря, не блестящим — один я, в качестве «батарейки», как впрочем и целая команда форсъюзеров, сможем разве что нескольких дроидов А-серии в день сделать. Обычный промышленный комплекс, таких же размеров, выдавал бы продукции на несколько порядков больше! Чтобы эта фигня работала так же, необходимо сделать последний шаг: провести Трансформу системы. Но, для этого требовалось несколько иное «топливо».

Вспомнил цифры из доклада TX-77: на борту станции сейчас находилось двадцать тысяч семьсот тридцать пять заключенных. Та еще публика — на всех висели смертные приговоры, а на некоторых, даже не по одному: бандиты, убийцы, пираты и прочий подобный сброд. — По всем веревка, газовая камера и прочие — экзотические и не очень — способы казни давно и долго плакали горючими слезами. Понятно, что как и везде в цивилизованных местах, отправить преступника на эшафот — не быстрое дело: закон любит основательность, и не любит делать ошибки. — Вот и заждались товарищи возможности поехать на тот свет за казенный счет. С «билетами» на тюремный транспорт сюда, освободились многие камеры смертников в Тионском Кластере и его окрестностях. К сожалению, дроид-тактик сообщил, что еще семеро из этой компании покинули нас: окочурились от разных причин уже тут, по прилету — очень надеюсь, что пока я здесь проводил настройку и запуск системы, еще никто больше не преставился. Было бы чертовски обидно лишиться сейчас ценного материала, необходимого для продолжения работы — эти сволочи должны народу Тиона столько, что просто обязаны отработать все, до кредитки и калории, потраченных на их поимку и содержание! Кстати, пока я тут делом занимался, у них, теперь, еда должна была подойти к концу. Хотя, сегодня их еще должны были покормить, напоследок — TX-77 говорил, насколько я помню, про неделю сроку — а иды марта еще не закончились!

Управление камерами «вивария» имело выносной терминал, расположенный прямо тут, где находился центр управления всей системой. Когда Преобразователь не работал, то находиться рядом с его конструкциями было практически безопасно — но создатели этой штуки подстраховались и тут. Касаюсь нужного сенсора на панели терминала, и механизмы буквально вытряхивают содержимое тюремных камер внутрь Резонатора — тесновато, конечно, судя по доносящимся приглушенным воплям смертников, но это помещение рассчитано на куда большее количество «расходного материала». Кстати, чтобы не возникло давки, Резонатор заполняется постепенно — партия за партией. По коже пробегает холодок. Кстати, поскольку света в камере Резонатора достаточно, а Камера Управления просматривается, оттуда, хорошо — меня уже увидели: кое-кто из них даже тычет пальцем, показывая в мою сторону. Наконец, все арестанты перемещены — на панели терминала загорелся сигнал окончания работы. Снова занимаю место на возвышении, и погружаюсь в транс, уже не обращая внимания на то, что происходит снаружи. Проверка готовности: отклик эха Силы есть! — Подключаю Главный Контроллер к внутренним цепям и контурам Преобразователя — дальше процесс пойдет сам, лавинообразно, повинуясь заложенным в матрицы Контроллера схемам и созданным прошивкам. Набранные из миллионов обработанных кристаллов митаг разных размеров, эти матрицы и будут тем сердцем, что станет основой информационной структуры, что возникнет после проведения Трансформы. Теперь главное — хватит ли для проведения этой трансформации Силы, которой удастся получить…

Смерть множества разумных… я много где ее раньше ощущал: на Датомире, в сражениях с армией и флотом Республики. — Но соединенный вопль тысяч голосов, которые донесла до меня сейчас Сила, не мог сравниться, ни с чем. Внутренности камеры Резонатора заполнились каскадами Молний Силы, в которые превратились призрачные огни, освещавшие ранее ее внутренности — их свет слепил не хуже, чем свет мощнейшего прожектора или даже яркого солнца. Сама конструкция Преобразователя, а потом и конструкции станции, казалось, пришли в движение — так велика была мощь Силы, которая текла, в эти мгновения, в данном месте. Сместилась и сдвинулась будто бы сама реальность: что-то ломалось, перестраивалось — и возникало заново, из праха небытия. Потом это «нечто» словно бы глянуло на меня слепыми глазами. Где то в голове отголоском дальнего, нездешнего эха прокатилось: «Хозяин?» — и все закончилось! Нет, нахрен, так не северный олень показывается публике на глаза — так обычно приходит толстый полярный лис…

Все успокоилось без моего вмешательства — даже ощущение присутствия Тьмы за оболочкой Камеры Управления пропало начисто! Глянул на хронометр: весь процесс трансформы занял от силы четверть часа — точное время начала я как то не засек. Глянул внутрь камеры Резонатора, где снова зажглись обычные светильники. — Абсолютно чистая поверхность: ни следа того, что совсем недавно там находилось более двадцати тысяч разумных существ… ни пепла, ни пылинки. И следов от каскада Молний Силы, что хлестали там вот только что, совсем недавно, никаких — металлы, транспаристил и керамику словно отполировали и вычистили так, что все аж блестело: ни оспинки, ни щербинки. Нахрен! — все равно не сделаю туда ни шага: на Даллалте, в изъеденных коррозией и временем обломках такой же камеры, эхо Силы было таким, что становилось дурно. Понятно, почувствовать сразу это мог только одаренный, обычный человек мог там быть достаточно долго, и ничего не почуять. Но, в конце концов, если находиться в таком месте достаточно долго, то проняло бы любого. Осторожно отпускаю Чувство за пределы Камеры Управления — стараясь не касаться Резонатора, понятное дело! — Все, как и должно быть, по идее: Внутренний Контур дает чистый отклик Светлой Стороны, Контур Стабилизации, наоборот — сохраняет еще изрядную долю мощи Темной Стороны Силы. Похоже, после Трансформы — перестройки всей системы в рабочее состояние, — остался неиспользованный резерв. Резерв небольшой, процентов десять от силы, может — чуть больше. По-любому, эту накопленную энергию надо куда-то использовать. — Оставлять все в «заряженном» состоянии слишком опасно: система не рассчитана на длительное хранение заряда — а когда начнет «течь», то мало вокруг никому не покажется! Хорошо, что в закромах родины уже накоплен изрядный запас «полуфабрикатов»: заодно и испытаю в действии то, что у меня, в результата, получилось. Так, ладно, идем дальше: Контур Преобразования, вместе с Цепями положительной и отрицательной обратной связи сюрпризов тоже не преподносят — слабо фонят следами обеих Сторон Силы. А вот Внешний Контур фонит Тьмой, что, в общем-то, и должно быть, пока в Накопителе есть остаточный заряд — как раз через него то и пойдет возможная утечка. Главный Контроллер…

Черт, есть отклик! — примерно такой же, как если пытаешься активировать работающий голокрон: Хранитель пытается узнать, что за недоумок потревожил его покой. Не задумываясь, даю команду осуществить тестовый прогон системы. Отклик приходит практически мгновенно: система полностью целостна, исправна и готова к работе — периферийные устройства задействованы на тридцать восемь процентов. Энергетический ресурс — тринадцать процентов от нормы, материальный ресурс — двадцать восемь процентов от нормы. Желательно оптимизировать работу периферийных устройств: предполагаемый расход остатка энергии — пятьдесят пять процентов. — Предполагаемый расход материальных ресурсов — тридцать пять процентов от имеющихся в наличии. Даю подтверждение. — И, в течение получаса вижу внутренним взором странные картины: как незримая сила струйками и потоками переносит заготовленные заранее полуфабрикаты из складских помещений во внутренности рабочих камер 3D-принтеров. Как в этих камерах появляется призрачный свет, начинают бить, ниоткуда, молнии и возникают коронные разряды — и невидимые руки начинают скатывать, растягивать и что-то лепить из разноцветной массы. Итог работы… офигителен! — внутри десятка больших камер, которые были использованы для работы, стоят десять штук новеньких Трилонских добывающих барок. В двух малых камерах — сотня дроидов нескольких разных типов: как я понимаю, заодно это «Нечто», которое обитает теперь в Главном Контроллере, сделало кораблям и штатный «экипаж». Блин, мне даже пресловутое: «крекс, фекс, пекс» — не пришлось говорить! Меня, пока, настораживает только то, что я никак не могу «увидеть» это самое «Нечто» из Главного Контроллера — на обычного Хранителя голокрона — даже ситхского! — это ничуть не похоже. А незнание, оно… напрягает: поковырялся я, в свое время, в одной такой штучке, будь она неладна.

Между тем, Контроллер — назову его так, рапортует, что желательно сбросить остаточный заряд из Накопителя до безопасного уровня. Поскольку состав периферийных устройств, на данный момент, оптимизирован — возможно, следует испытать полный цикл работы 3D-принтеров внутреннего расположения: от сканирования образцов, до их воспроизведения. Снова даю «добро». Между тем, на связь со мной выходит TX-77 — с паническим докладом: Станция Управления дала нескольким дроидам не предусмотренные программой приказы! Нихрена себе — мало того, что этот тактик юморист, так он еще и паникер, в придачу. Впрочем, на его месте я бы тоже запаниковал: действующая помимо программ и приказов Управляющая Станция это что-то вроде говорящей банты: такое если и бывает, то только в плохом цирке. Объясняю дроиду, что идут наладочные испытания новой системы производства — вот, даже не погрешил против истины! — для этого и задействованы дроиды из экипажа станции. Ничего сверхординарного. Кажется, TX-77 принял объяснение за чистую монету — все же звучало вполне логично. Дальше, опять через Силу, наблюдаю процесс сканирования: почти такой же «красочный», как и процесс воспроизводства — разве что дроидов не плавили, не мяли, и не рвали на куски. Потом «образцы» были отпущены обратно — на рабочие места или в ангары. — А 3D-принтеры вступают в работу: еще полчаса, и целый полк, состоящий из дроидов типа B-1, B-2 и «Дройдек», рожденный среди вспышек молний и блеска раскаленного «песка», используемого в качестве рабочего материала, выкатывается в коридоры станции. Впрочем, вопросов, где можно разместить ново созданное воинство не возникает: ангары, и склады для готовой продукции на станции стоят пустыми — даю TX-77 команду разместить «новичков», и внести их в боевое расписание станции. Да уж, нихреново: остаток в тринадцать процентов энергии, это жизни не то 2695, не то 2696 из тех поганцев, которых я «скормил» своему монстру. Это что же получается? — На Трансформу самой системы ушла энергия жизни чуть более восемнадцати тысяч разумных существ: на гигантскую металлическую «снежинку» диаметром почти, пять километров! За счет, примерно, половины оставшейся «не оприходованной» энергии, добытой таким образом, было создано десять Трилонских добывающих барок, заодно с экипажами из дроидов — весьма хитрая и технологически совсем не простая штучка, между прочим, цены немалой. — А за счет оставшейся энергии, Контроллер «напечатал» 2117 дроидов типа B-1, 379 дроидов типа B-2 — и 112 «Дройдек»! — Причем, из всех B-1 202 штуки принадлежали к подтипу ООМ, допускавшему более серьезное программирование. Обычно серию ООМ использовали как пилотов, канониров, младших офицеров или снайперов. Интересно, как там Контроллер вообще выводил пропорции, по которым он их штамповал?

Все, теперь Накопитель разряжен до необходимого уровня — фон Темной Стороны хоть и запредельно высок, но никакой рвущейся наружу мощи больше не ощущается. Контроллер… уснул — иначе не скажешь! — но абсолютно уверен, что по первому моему зову это «Нечто», существующее теперь там, откликнется. К сожалению, испытать Эффекторную Систему удалось только частично: внешние Эффекторы, находящиеся на секциях, бывших ранее ремонтными доками, задействовать так и не удалось — остаток энергии, не использованной во время Трансформы, попросту оказался для этого маловат. Как я понял из тех образов, что транслировал мне Контроллер, пытаться начать сканирование чего-то большего, чем корвет, не имело смысла — на его воспроизведение могло просто не хватить мощности: при сканировании больших объектов, насколько я понял, тратиться целая прорва энергии. Впрочем, у меня под рукой, здесь, даже и корвета сейчас не было. Кстати, судя по тем же образам, что передал мне Контроллер, после завершения Трансформы объем возможной энергии, которую можно будет накапливать в Преобразователе, увеличился почти на порядок. — И будет возможно заполнять Накопитель в несколько приемов: теперь система Преобразователя способна будет подобный режим работы выдержать. Короче говоря, опыт придется повторить — если я на это все же решусь! — когда у меня будет еще партия мерзавцев, готовых отправиться в расстрельный подвал. — Ну, и «объекты сканирования» тоже придется заранее приготовить. Возможность «выпекать» объект размером с «Левиафан» за пару часов, вместо пары месяцев — много стоила! — А если удастся так делать что-то большее по размерам, как я надеялся, то будет еще лучше. Мучил меня, правда, один вопрос: где я возьму столько негодяев, чтобы ими «отапливать» этот адский котел, чтобы он мог работать? — Но я, как героиня одного романа, пообещал себе, что подумаю об этом завтра. Отдав последние распоряжения дроиду-тактику, вызвал к станции свой шлюп — пора было лететь домой.

Только оказавшись на своем кораблике, по настоящему понял, до какой степени устал. Спать хотелось неимоверно — даже в ионную камеру освежителя забрался с превеликим трудом. Но, иначе я просто не мог — до такой степени чувствовал себя грязным и пропитанным аурой смерти и Тьмы! Одежду просто пришлось выкинуть в утилизатор, благо, на шлюпе имелись несколько запасных комплектов, пригодных на все случаи жизни: от «парадного прикида», до обычного рабочего комбинезона — и белье тоже. А выбравшись из освежителя, вдруг почувствовал себя совсем ожившим — до этого я сам себе казался обычным зомби. Придирчиво оглядел себя в зеркале: там, на станции, мне казалось, что вот-вот пойдет струпьями кожа, повылезут из-под нее расширенные вены и появятся стигматы — след воздействия Темной Стороны Силы, при ее большом и длительном использовании. Оказалось, ничего подобного — ну, рожа небритая, как с бодуна, ну — темные круги под глазами… бывало и похуже! Вообще, чем дальше FA-4 уводил мою «Панворкку» от станции, тем лучше мне становилось. Напомнил о себе желудок, вот только что утверждавший, что не примет в себя даже крошки, под угрозой расстрела — вдруг заявив, что я должен дать ему ПОЖРАТЬ! Ладно, сейчас прыгнем в гипер, и можно будет заморить червячка — тут, рядом со станцией, любая жратва, наверное, будет для меня отдавать тухлятиной. Вышел в носовой пузырь пилотской кабины, где FA-4 как раз выполнял процедуру раскрытия паруса. Желтый диск планеты, с бешено несущимися по нему облаками, и, кажется, еще интенсивнее полыхающими в атмосфере гигантскими молниями, сильно уменьшился — а черную, на его фоне, «снежинку» станции теперь не было видно совсем. Наконец, парус полностью раскрылся и шлюп начал разгон по выбранному для первого прыжка треку. Почему то вспомнилось последнее посещение мной Альдераана, и смерть «дорогой бабушки», будь она неладна, и в голове всплыли строки одной нездешней песни:

Равнодушен Господь, как крупье,

И напрасно молить его

Проигравшим о милости.

Здесь на нашей земле, на зелёном сукне

Вдоволь места, чтоб всех

Обеспечить могилами.

Господа, ставки сделаны,

Господа, ставки сделаны,

Господа, ставки поздно менять.

Что нам жизнь, деньги медные,

Мы поставим на белое,

Жребий скажет кому умирать.

Гусарская рулетка жестокая игра,

Гусарская рулетка, дожить бы до утра,

Так выпьем без остатка за всех «шампань» со льда.

Ставки сделаны, ставки сделаны,

Ставки сделаны, господа.[2]

* * *

Дело потихоньку идет к развязке — вопрос только, к какой именно? Как и там, в том мире моих нездешних видений, Республика начала полномасштабное наступление. Те самые «Осады Внешнего Кольца», которые привели, в конечном итоге, к контрудару Гривуса по Корусанту, «пленению» Канцлера, его освобождению Скайуокером и Кеноби… и, последующему феерическому проигрышу драки всеми серьезными ее участниками — кроме Дарта Сидиуса, которому и достались плоды победы. На этот раз товарищи с Корусанта действовали медленно, методично, и осторожно: дерзкие рейды по нашим тылам и удары по стратегически важным точкам, разумеется, присутствовали. — Но, в отличие от прежних генеральных наступлений, теперь эти ударные группы республиканцев подпирали общие согласованные действия всех их Секторальных и Системных армий — научились, наконец, ребята воевать, на нашу голову! Кажется, джедаи нашли приемлемую форму «модус операнди», если говорить на высоком галактическом наречии: научились правильно использовать своих подчиненных-клонов, ауксилариев, набранных из добровольцев и местных милиций — и наладили нормальное взаимодействие с обычными офицерами и генералами ВАР и республиканского флота. Не то, чтобы Сепаратистской Армии Дроидов вот так сразу наступил кирдык. Нет, сейчас он даже как-то не просматривается: огромные размеры нашего «железного воинства», которому заводы гнали пополнение широкой рекой, и куча понастроенных еще в мирное время кораблей — делали задачу Республики по выпиливанию Конфедерации очень нетривиальной задачей. Если не знать всей подоплеки, то я бы сказал: задачей вообще не выполнимой! — армия и флот КНС в численном выражении, по количеству боевых единиц, до сих пор превосходила силы Республики. К сожалению, по качественному составу преимущество уже было целиком за последней: счет «Аккламаторам» и «Венаторам» пошел уже на десятки тысяч, а в боях у респов в товарных количествах участвуют и предназначенные чисто для «линейного» боя больших кораблей «Победы». — Которые так неожиданно хорошо зарекомендовали себя еще во время неудачной попытки прорыва блокады Фороста. И, что еще хуже — невооруженным глазом просматривались те времена, когда республиканские вооруженные силы догонят Сепаратистов и по числу боевых вымпелов основных классов.

Собственно, в этом плане не особо удивляет, что Сидиус склонил большинство Совета Сепаратистов пойти ва-банк и «сделать ход конем», с этим налетом на Корусант. В случае удачи этой авантюры ход войны и вправду можно было бы резко поменять: положение Республики сильно бы ухудшилось, а положение Конфедерации наоборот — стало бы очень хорошим. Увы, Совет Сепаратистов не знал о двух существенных факторах: предательских намерениях Дарта Сидиуса, и резко возросшей боевой эффективности флота Республики. Если о действиях новообразованных Армад республиканского флота наша разведка еще могла собрать какие-то достоверные сведения, которые должны бы были заставить Совет насторожиться — если, не удержав его совсем от склонности к авантюрам, то хоть ограничив масштаб подобных телодвижений. — То, подумать о предательстве на самом верху, находясь в здравом уме и твердой памяти, вряд ли кто мог. Понятно, кроме меня самого.

Не то, чтобы ваш покорный слуга мог как-то противодействовать замыслам старшего ситха напрямую. — Все, даже гипотетические, возможности для этого мной были потеряны давным-давно, если они вообще у меня были. — Пытаться «открыть глаза» дяде и членам Совета Сепаратистов сейчас ни к чему хорошему не приведет. Нет, «зашел» я с другой стороны: установил контакт с джедаями. Точнее, с одним из них, по имени Энакин Скайуокер — который, как лицо кровно заинтересованное, имел все основания не допускать известного развития событий. Как мы познакомились и поладили, я уже рассказывал ранее. Сейчас… передав, через Скайуокера, руководству Ордена джедаев ключ к разгадке тайны Дарта Сидиуса, мне оставалось только ждать результата. И постараться, за это время, не дать обстоятельствам свернуть шею ни себе, ни кому-то из своих близких. А вот с этим были проблемы: про самого Графа я даже не говорю — он официально оставался объектом ╧1 в джедайской охоте на лидеров КНС. — Последствия срыва всех ранее предполагавшихся попыток переговоров между Республикой и Конфедерацией. Обо всех ранее предпринимаемых попытках как то договориться с Конфедерацией, республиканский Сенат, стараниями Дарта Сидиуса — и, к сожалению, самого дяди, с его подачи — практически забыл: теперь речь шла только о «жестком» варианте «решения сепаратистской проблемы». Не думаю, чтобы Граф не видел, какой оборот принимают дела, но, похоже, ему было все равно — он был искренне уверен, что их с Сидиусом план четко исполняется, пункт за пунктом. — И куда приведет выполнение этого самого плана, на самом деле, даже не предполагал. Несмотря на все мои старания, через чур аккуратные — по понятной причине, мне так и не удалось переубедить дядю, что дожать Республику до настоящих переговоров чисто силовым путем не получится, и нам надо всерьез искать с респами разумный компромисс. Одно хорошо: мое осторожное капание на Графу мозги все же заставило его хотя бы не складывать все яйца в одну корзину зараз — не уведомляя об этом Дарта Сидиуса, дядя вывел часть своих Аколитов с фронта. Причем, отозваны были менее всего засветившиеся, не самые одиозные последователи графа Дуку из числа бывших джедаев — тех, на чье временное удаление с арены не сразу обратят внимание. — А если и обратят, то не придадут этому большого значения: товарищи не так широко известны в узких кругах, как Тол Скорр, Сора Балк или барон Накс Кирван. Впрочем, последний как я слышал, уже встретился на узкой дорожке с кем-то из более крутых, чем он, джедаев — и теперь, как я понимаю, является «гостем» одного тайного орденского пенитенциарного заведения…

В общем, жизнь форсъюзеров, что служили Конфедерации, осложнилась теперь до предела. Предполагаю, что Сидиус — руками джедаев — затеял кампанию по зачистке любых форсъюзеров, что готовы и могут стать потом угрозой его будущего режима. Донести до дяди мысль, что полезных людей надо беречь, и они еще много полезного могут сделать впоследствии, оказалось гораздо проще, чем настроить его более критически по отношению к Сидиусу. Придержать часть своих форсъюзеров в тылу, в таком случае, было верным ходом. Тем более, что дроидам Боевая Медитация и иные полезные вещи, которые можно было сделать на войне с помощью Силы, никак не помогали. Кроме того, опять же по моему совету, Граф сильно сократил число Аколитов, занятых в проекте создания клонированной армии последователей культа Моргукаев, на Салюкамее. С одной стороны, на службу к дяде пошло много культистов Моргукаев, из народа nikto — так сказать, доморощенные «джанго фетты» для этих клонов были в достатке. — А с другой стороны, с ускоренным обучением обычного пушечного мяса можно было справиться, используя что-то вроде поточного метода: это не падаванов учить, по полной программе! Сослался на свой опыт работы с он'гат'акэ — и на запредельный процент «брака» при этом. Но, в том-то и дело, что у меня — официально! — было всего несколько сотен таких вот «недоучек». — А у Графа дело сразу было поставлено с размахом: десятки тысяч обучаемых одновременно. Правда, если у меня — опять же, «официально, для посторонних»! — с он'гат'акэ работал лишь я сам, да Карок с Ваноком. — У дяди на Салюкамеее топталось более сотни форсеров! Причем, как доложили братья Эстелсейны, использовались они, в работе с клонами никто, не самым эффективным образом — что я и довел до Их Сиятельства. Формально, там, среди подчиненных Скорру и Балку форсъюзеров провели что-то вроде ротации — кого-то дядя, наоборот, перевел туда, а кого то — убрал. Для Дарта Сидиуса — перераспределение было проведено с целью улучшения процесса обучения новых бойцов, — и в некоем тайном месте был создан еще один центр подготовки. Это самое «где-то» находилось не слишком далеко от Салюкамея — на Боз Пити: место было достаточно глухим, но, вместе с тем, расположенным недалеко от магистральных гиперпутей. Об этом Сидиусу было доложено, а вот о другом… под прикрытием создания этого центра, Граф и отправил команду из двух десятков Аколитов на Вьюн. — И еще две, такого же примерно состава, на Туле и Явин — я на всех этих планетах, по его приказу, организовал постройку сборочных линий, для производства дополнительных партий дроидов А-серии: в таких местах работать с Темной Стороной Силы было проще. К сожалению, ни Карока, ни Ванока дядя ко мне обратно не отпустил — работы на Салюкамее ситхи считали более успешными и приоритетными, чем мои якобы малоудачный эксперименты с р'гат'а'кай'и.

Ладно, надеюсь, что братья Эстелсейны выживут, когда респы ударят по Салюкамею, ребята уже не маленькие. А в то, что это произойдет в самое ближайшее время, я абсолютно уверен: судя по словам дяди, первые обученные и сформированные из клонов никто воинские части уже находятся в готовности. Зато можно будет, потом, покапать еще Графу на мозги, насчет того, сами джедаи про салюкамейский центр клонирования узнали, или их на него кто-то аккуратно навел: капля, она, как известно, камень точит! Надеюсь, что Сидиус скоро вынужден будет задергаться — и начнет совершать ошибки. — Или станет делать такие шаги, которые будут идти вразрез со старым ситхским планом переустройства галактики. Который когда-то составили дядя, и его единомышленники. Вот тогда мои намеки Граф к сведению и примет, по-настоящему. А уж если Орден прижмет Дарта Сидиуса как следует, и избавит галактику от его присутствия по эту сторону Силы, так будет вообще прекрасно: уверен, что без него, и его влияния, дядя будет куда более склонным к тому, чтобы действовать разумно.

Теоретически, сейчас нам следовало бы постараться повысить связность территорий, контролируемых КНС. «Центр» в лице Тионского кластера и прилегающих к нему пространств, контролируемых теми или иными членами Конфедерации, удалось «соединить» с нашими территориями возле Хайданского пути, и дальше — до Канца и территорий, которые контролировали мууны и Торговая Федерация. А вот пространства наших союзников вдоль Кореллианского пути и на Юге и Юго-Западе все еще оставались слабо связанными друг с другом. Кроме того, что то обязательно нужно было делать с системами Эриаду и Кашиика, являющимися узлами — перекрестками стратегически важных гиперлейнов. И за тот, и за другой «объекты» бои велись уже давно — и все время малоуспешно, для нас. Между тем, возможность пользоваться прямыми и удобными гиперпутями, вместо того, чтобы летать по всяким труднопреодолимым закоулкам, она на войне очень дорого стоила. Одна возможность своевременно и быстро перебросить подкрепления на угрожаемый участок фронта резко повышала его устойчивость к вражеским атакам. Казалось бы, это азы стратегии! — но до некоторых членов Совета Сепаратистов прописные истины почему-то доходили с большим трудом. Будь у нас — то есть, у КНС — нормальные отношения с хаттами, по крайней мере, половины всех проблем с логистикой удалось бы избежать. Так что, приходилось танцевать от той печки, которая была в нашем распоряжении.

В общем, с трудом, через дядю, но продавил скоординированный «навал» нашей «Южной группы войск», во главе с самим Гривусом, на Эриаду. Этим я достигал двух вещей: Во-первых, клан Таркинов и тамошние союзники Республики, вроде Круи Вандрона наверняка запросят у Корусанта помощи. — Вопль: «Гривус на фронте!» — это всегда повод задергаться, для господ республиканцев. Хоть в этом от калишца польза есть. Уж точно респы не снимут тогда с «Юга» войск для переброски на другие угрожаемые участки. Изначально, Нут Ганрей, как самый заинтересованный в действиях на «южном театре», желал бы направить удар в район оконечности Кореллианского пути. — Там Армада Разомкнутого Кольца прорвалась, силами своих отдельных эскадр и боевых групп, аж до Дикого Космоса. — Республиканцы планомерно зачищали сектор за сектором, которыми до этого, имея мандат КНС, как раз правили неймодианцы. Но, Пассел Ардженте отказался от своей доли в контроле за Дорваллой — если ее удастся захватить у респов, понятно — в пользу Торговой Федерации. — И Ганрей стал горячим сторонником идеи: «Снесем, наконец, Эриаду нахрен» — потому как без выноса Эриаду захватить Дорваллу было очень проблематично. Бабло в очередной раз победило зло — хотя бы в локальном масштабе. Зачем мне, спрашивается, было лезть туда, где у меня не было даже тени интереса? — А вот это будет уже, во-вторых: следовало, наконец, полностью очистить от респов сектор Митаранор — а для этого необходимо выбить их из системы Кашиика. При полном контроле над Митаранором можно будет подумать о том, чтобы попытаться пробить безопасный коридор до Андо и Паквепури. Понятно, что Республика будет резко против: мясорубка у Кашиика ожидается страшная, и сил респы не пожалеют — подкинут все, что могут взять из резервов. Вот, чтобы этого не произошло, мууны забашляли талассийцам, зейгеррианцам и еще каким-то отморозкам — с целью открыть еще один фронт — на «Севере». — Заодно и силы ВАР от Майгито можно оттянуть: мууны ребята ушлые и деньги они хорошо считать умеют — и в искусстве сбивать одним камнем пару птичек в полете, с ними тоже трудно состязаться. Интересно, много там господам банкирам этот сброд навоюет? Впрочем, даже если эта публика просто отвлечет внимание ВАР от более важных участков фронта — будет уже хорошо!

На участие в операции по зачистке Митаранора подписался даже я сам: выделил часть новых, свежее сформированных войск, для проведения данной операции. — И это, кроме того, что мои войска помогали силам Шу Май, и армии и флоту Уота Тамбора — отбивать атаки респов на их владения. Мои собственные территории, после прошедшей битвы за Тионский кластер, сейчас почти не трогали — так как они оказались в глубоком «тылу» у Конфедерации. — Или не представляли для респов стратегического интереса, вроде звездных систем Гордианского Предела. Странно, но в секторе Мон Каламари респы тоже практически не высовывают носа с планет, контролируемых «рыбками» — ушли в глухую оборону, ограничившись исключительно защитой принадлежащих мон-каламари систем. А группировка флота и наземных сил там очень немалая — честно говоря, это сильно напрягало: республиканский плацдарм у меня в тылу это не есть хорошо! Правда, неожиданно активизировались тайные переговоры между «умеренными» фракциями куарренов и мон-каламари — и те, и другие опять не прочь были бы видеть меня в качестве посредника. Что же, если им удастся договориться, и вялотекущее бодание там закончится — мне будет только в радость: тогда «рыбки» на своей территории республиканские армию и флот вряд ли потерпят! Еще более неожиданно удалось договориться с руководством Корпоративного Сектора Автаркия: корпоранты, наконец, не просто твердо заявили о своем нейтралитете, но и согласились подписать кучу выгодных КНС и Тионскому кластеру торговых договоров. Не то, чтобы раньше корпоранты давали повод считать, что они присоединяться к какой-то из сторон конфликта — но они, скажем так, постоянно виляли, пробуя усидеть сразу на нескольких стульях. Получить от них гарантии, подкрепленные материальными свидетельствами — дорогого стоило. Правда, за все эти выгоды руководство КСА потребовало поставок современного вооружения. Сами понимаете: во время войны никакое оружие лишним не бывает — но, пришлось пойти навстречу. Со своей стороны, сделал встречное предложение: при долевом участии сторон, построить на территории КСА современный военно-промышленный комплекс — а если господа корпоранты вложат побольше денег, то даже не один. Заодно, показал их делегации верфи Раксус Прайм и заводы на Джаминере — товарищи прониклись. Разумеется, с учетом напряженности своих собственных финансов, намекнул о выгодной сделке партнерам. Поучаствовать в таком благом деле согласились все — даже далекие аквалиши. В общем, сотню боевых кораблей и несколько миллионов дроидов разного назначения мне пришлось от сердца оторвать — Силы Безопасности КСА требовалось усилить как можно быстрее. Не думаю, что на Корусанте понравиться усиление позиций Конфедерации в этом регионе — а значит, вполне возможно и прямое военное противодействие со стороны Великой Армии Республики. Хорошо вооруженный партнер лучше сможет позаботиться о собственной безопасности.

На фоне этого незапланированного повышенного расхода вооружений и военной техники с дроидами, пришлось думать, как восполнить потери. К сожалению, хотя производственные возможности Гатариэкка были не только восстановлены, но даже еще и расширены, объема выпуска оружия и техники все равно не хватало, для увеличившихся нужд. Новейшие производственные комплексы на Милиусе, Уарикане и Тунде хотя и были практически смонтированы — и даже выдали первые серийные образцы продукции! — были еще очень далеки от выхода на полную мощь. Про те два комплекта оборудования, что Уот Тамбор поставил мне последними, и которые полетели в Холодную Кузницу, даже говорить нечего: в самом лучшем случае, производственные комплексы заработают там не ранее, чем через год. А вооружение, боевые дроиды и корабли были нужны мне вот прямо сейчас — и, чем больше, тем лучше! В связи с этим я вспомнил про даллалтские находки: связываться с этим дерьмом совершенно не хотелось, но иного выхода я, пока, не видел — старинная ксимовская система была проста в изготовлении и эксплуатации. Более того, я сходу — знания то не пропьешь! — нашел несколько способов улучшить систему Преобразователя, по сравнению с оригиналом. Два месяца на сборку, настройку и проведение необходимой Трансформы — чтобы система заработала как нужно. Ощущения у меня, в конце, были премерзейшими: казалось, что Тьма и безумие буквально впитались в кожу. — Расслабился я, работая больше со Стихиями, чем с Силой, напрямую. Но, эта созданная мной фигня работала — да еще как! Что самое интересное и неожиданное: после трансформации мне самому соприкасаться с Силой, при работе системы, уже не требовалось — этим занялась та странная Сущность, возникшая после моей работы, что поселилась в кристаллических носителях информации Главного Контроллера. Честно говоря, непонятное явление напрягало: сама по себе Темная Сторона Силы была вещью опасной и… своеобразной — но от нее хотя бы знаешь, каких последствий ждать. Чем мне придется, потом, платить ЭТОМУ, я пока совершенно не представлял. А вот в том, что платить придется, не сомневался — бесплатным сыр бывает только в мышеловках!

Выкраивая время, еще несколько раз на короткое время летал в ту звездную систему, где находилась работающая копия моей собственной Звездной Кузни, которую я для себя обозвал просто — Репликатор. Пробовал разные режимы работы, добавлял и улучшал конструкцию — точнее, приделывал новые секции: с учетом огромной емкости Накопителя, потребовалось расширить как фабрики, производящие перерабатывающие сырье в полуфабрикаты, так и увеличить количество вспомогательной и обслуживающей техники. Заодно, попробовал кормить этого монстра разными видами живности: от простейших одноклеточных, до нескольких экземпляров одаренных культистов-изуверов. Увы, но мой «ручной» монстр в «еде» оказался чрезвычайно привередлив. Обычная «биомасса» улетала в камеру Резонатора миллиардами тонн — а «выхлоп» с нее был минимальным. Как солома: горит ярко, а жара не дает. На выходе сотня дроидов типа B-1, за все про все — пусть даже, куда более сообразительных и самостоятельных, чем обычные «понял-понял». Да, еще для сравнения — ту же самую роту B-1 я получил, «скормив» Преобразователю одного-единственного жреца культа Пепла Валы. К сожалению, разных форсеров-изуверов у меня было раз-два, и обчелся. Где-то через полтора месяца «эксперименты» закончились, и подошло время испытать Репликатор в настоящей работе. Большинство из тех тридцати тысяч «зэков» второй партии, которую правоохранительные органы Тионского кластера нагребли на этот раз, к Силе отношение если и имели, то исключительно опосредованное — как носители разного количества мидихлориан. Но мне их вполне хватило, чтобы испытать Эффекторную Систему в работе — причем, в полном объеме. Результат работы: шесть полностью укомплектованных дроидными экипажами и вспомогательной техникой «Щедрых» — с десантными партиями, оснащенными по полной программе, и дроидами-истребителями бортовых авиагрупп. Просто тупо запихал под сканеры Внешних Эффекторов готовый «Щедрый» в полной оснастке, вместе с командой — а потом дал приказ: «копировать»! Полдня работы, считая вместе с подготовкой и заполнением Накопителя. При этом, Репликатор работал даже не в полсилы. — Теоретически… за месяц непрерывной работы он мог бы выдать столько же готовых кораблей, техники и боевых дроидов, сколько должен был выдавать, при полной загрузке и за то же время, один из моих новейших автоматизированных промышленных комплексов. Только Репликатор требовал на порядок менее развитой обслуживающей его инфраструктуры. Зато, для эффективной работы ему была необходима «разумная живая еда» — которую я не знал, где взять. — А до того, чтобы бросать в пасть монстра невинных людей, я, хвала Силе, пока еще не дошел!

* * *

Пока я занимался организацией скоординированного контрнаступления, насколько мне позволяли это делать обстоятельства. — И пока я возился со своей новой «игрушкой», в свободное от политических интриг и всевозможных совещаний и согласований позиций. — События неожиданно набрали нешуточный оборот: ВАР отвлекла внимание руководства КНС, атаковав — не знамо, в какой уже раз, — Фелуцию и Майгито. — А когда наши резервы были брошены для ликвидации угрозы столичным планетам муунов и Коммерческой Гильдии — респы нанесли молниеносный удар по Салюкамею! И, пускай я этого удара ожидал, реальность оказалась неприятной: несмотря на мои советы и предостережения, ситхи вообще и дядя в частности, по-настоящему оборону планеты так и не укрепили — войска, которые возглавлял один лично Оппо Ранцизис, один из членов Высшего Совета, вынесли наши войска за пару недель. Клоны-моргукаи, что называется, «не взлетели»: сырые, абсолютно неслаженные части — даже под командованием дядиных Аколитов — не смогли оказать респам достойного сопротивления. Битва хоть и была крайне ожесточенной и повлекшей огромные потери с обеих сторон, но Республика добилась своей главной цели: центр по клонированию КНС был уничтожен. И те клоны-моргукаи, что находились в это время на Салюкамее, тоже погибли практически полностью — заодно с подавляющей частью дядиных форсъюзеров: погибли и Сора Балк, вместе с Толом Скорром — и еще множество других джедаев, перешедших на сторону Конфедерации. К сожалению, ни Карок, ни Ванок в мясорубке на Салюкамее тоже не уцелели. Как я уже сказал, победа респам далась недешево — погиб даже сам Оппо Ранцизис! — мне передали, что у нас были все шансы на благоприятный исход, если бы ВАР своевременно не ввела в дело резервы, которые возглавил ни кто иной, как Квинлан Вос. Да уж, вот воистину кто знал все наши секреты! — то, что дяде, в свое время, казалось очень удачной комбинацией, принесшей большую выгоду — обернулось катастрофой. Дядя сумел перебросить туда резервы, когда стало уже поздно: респы не приняли боя, и попросту эвакуировались — оставив за собой только обломки и трупы.

Тут же подтвердилось, что Республика в курсе наличия и второго центра подготовки клонов-моргукаев — на Боз Пити: Кладбище оказалось следующей целью атаки крупных сил ВАР. На этот раз Граф не оплошал, выдернув с «Юга» даже Гривуса, которого поставил во главе наших войск. Результат был, мягко говоря, не блестящий: точно такая же мясорубка, примерно так же закончившаяся. — Наши давили, но в последний момент, как чертик из табакерки, выпрыгнула свежая эскадра республиканского флота — и все быстро закончилось. Естественно, совсем не нашей победой! И опять потом республиканцы отступили, оставили систему Боз Пити — перебросив войска, технику и корабли на другие участки фронта. Еще из неприятного: произошел мятеж на Бал'демнике — местные аборигены, кон'ми, захватили и разрушили кортозисные шахты, и выгнали администрацию, поставленную там КНС. Восстановить контроль над планетой, загнав дикарей обратно в те дыры, откуда они повылезали, было бы несложно — но в тамошней звездной системе очень «вовремя» появилась сильная республиканская эскадра. Хреново, на Бал'демнике был расположен один из самых обильных и доступных для нас источников кортозиса. Кстати, если с Фелуции респов быстро удалось «попросить» — в том числе, благодаря и моей своевременной помощи, — то на Майгито упорное бодание сторон продолжалось по-прежнему. А еще, войска Республики высадились на Туле и Даллалте — тоже рядом с моими границами, как и возле Бал'демника. Точнее, Даллалт был уже моей планетой! Впрочем, как раз с Даллалта респы вылетели так же быстро, как и попали на него — а вот на Туле… чует мое сердце, что кто-то все же стукнул на Корусант, куда Граф дел часть своих форсеров. А может, и нет: в той инсайдерской информации, из лжеголокрона, вроде мелькало, что на Туле респы и так высадились ближе к концу войны. В общем, черт его знает — но бои на Туле развернулись нешуточные.

Еще из хренового — Паммант тоже «все»: что там произошло в секторе Мон-Каламари так и не понятно, но республиканский флот вдруг развил бешеную активность, пытаясь атаковать куарренские колонии. В процессе такой атаки на Паммант и произошел этот «несчастный случай», как объявили случившееся на Корусанте: республиканский супердредноут «Квестор», якобы из-за навигационной ошибки, врезался в планету, выходя из гиперпространства! Планета вроде бы уцелела, точнее — сохранилась одним куском, но местная биосфера погибла практически полностью. Разумные обитатели Памманта погибли уж точно все. Знаменитые верфи планеты, находившиеся внутри нее, в области пустотелого ядра, превратились в мешанину из обломков и битых кусков окружающих горных пород. — Вместе с несколькими тысячами строящихся там боевых кораблей, размером от «Бунтаря» до колоссального «Покорителя», находившихся в разной степени готовности. Как уцелели верфи Миннтуина, я даже не представляю — возможно, только из-за того, что у респов не нашлось еще одного такого же «булыжника», как «Квестор». Как ни удивительно, но «рыбкам» произошедшее, почему-то, сильно не понравилось. Очевидно, мон-каламари посчитали, что их терки с «кальмарами» — это их личное дело, а вовсе не забота Республики. — И уж точно не на Корусанте должны решать: кому и как жить в их секторе. В результате, на Клариве прибавилось работников-куарренов, а тайные переговоры, которые они и мон-каламари вели при моем посредничестве, заметно активизировались. Воистину — не было бы счастья, да несчастье помогло.

Дальше все пошло как по писаному: Дарт Сидиус, виртуально присутствуя на очередном внеочередном заседании Совета Сепаратистов, простите за каламбур, предложил «нанести удар в сердце Республики». — Ударить собранной «южной группировкой» не по Эриаду, как ранее планировалось — а по Корусанту! При этом, за счет внезапности ситх обещал обеспечить крайнюю эффективность удара — вплоть до того, что Республика вынуждена будет оставить ранее захваченные ей позиции не только во Внешнем Кольце, но даже в Регионе Экспансии и Колониях — а возможно, и в Ядре. А в помощь тем силам Сепаратистской Армии Дроидов, что сражались в «южных» секторах, должен был вылететь, для оказания поддержки на месте, сам Граф. Кстати, по плану старшего ситха, его присутствие должно было бы отвлечь внимание Республики от возможного удара по ее собственной столице — и наверняка оттянуть на себя внимание джедаев, что тоже было крайне полезно для плана Сидиуса. Дядя не возражал, Нут Ганрей, которому Сидиус пообещал личную помощь Графа — тоже, остальные… соблазнились легкостью простого решения. — В общем, все как там, в тех моих видениях! Я как раз в очередной раз ковырялся с этой своей непонятной игрушкой — выяснял ее истинные возможности, и искал — нет ли где, в ее работе, подвоха. Поэтому, вся эта афера прошла мимо моего внимания: вернувшись «в люди», я был поставлен перед фактом — дядя куда-то таинственно свалил, якобы «по важному делу». — А Гривус с флотом исчез в неизвестном направлении. Надо отдать ситхам должное: маршрут и график движения его флота они держали в строжайшей тайне — была даже вброшена деза, что якобы планируется очередная атака на Тайферру и сектор Тапани. Таким образом, мои подчиненные толком не знали ничего. Меня самого, во время личного разговора, просветил Уот Тамбор — взяв слово держать сведения в тайне…

А потом пришло сообщение от Энакина Скайуокера, и я было поверил, что ухватил Судьбу за волосы! Короче говоря, Энакин с Кеноби, и дядя таки встретились на Тайте — с практически тем же результатом: Граф джедаев «подразнил», но захватить в плен себя не позволил. Тем временем, для Армады Разомкнутого Кольца пришел срочный приказ: лететь на помощь атакованному Гривусом Корусанту. — Поскольку все другие крупные соединения флота Республики или увязли в боях, или были не достаточно боеготовы для эффективного противодействия нагрянувшей к Корусанту армаде КНС. Еще до того, как Армада Разомкнутого Кольца начала лихорадочную подготовку к рейду на помощь столице, Энакин каким-то чудом ухитрился слетать с эскадрильей клонов на трассу предполагаемого полета Графа к столице Республики — и подстрелить его личный шлюп, «Панворкка-116». Как ему удалось все просчитать и почуять? — а фиг его знает: Избранный он и есть Избранный! Главное, дядя, в итоге, пару недель продрейфовал в обычном пространстве, где то между звезд сектора Картакк — пока его не подобрал один из кораблей Конфедерации, принявший сигнал бедствия маяка его кораблика. В результате, все события возле Корусанта прошли без него! — и закончились практически так же, как это случилось в моем видении: разбитый флот КНС бежал, следом за Гривусом, а Скайуокер и Кеноби спасли Канцлера. Отличие было в том, что на этот раз Орден сумел приписать львиную долю лавров этой победы себе: мол, несмотря на всю внезапность нападения джедаи не растерялись, и действовали достойно. Гривус сумел прорвать оборону планеты и захватить Палпатина? — ну, и что тут такого: покушение на господина Канцлера не первое, за оборону Корусанта отвечал не только Орден. Кто еще? — ну, не будем указывать пальцем! — тем более, что все честно выполняли свой долг в пределах своих полномочий и собственной компетенции. Палпатина могли убить? — так не убили же. — Более того, именно благодаря усилиям джедаев Канцлера, в конце концов, и спасли, а флот Гривуса — разгромили. В общем, гранд-мастер Йода в очередной раз пожинал плоды своей мудрости, выразившейся в своевременной отдаче приказа о возвращении Армады Разомкнутого Кольца к столице. Палпатин, на этом фоне, смотрелся величественно, но бледновато — а в Сенате раздались голоса начет того, чтобы усилить охрану Канцлера. Энакин со смехом сказал, что теперь он «главноохраняющий», как я ему и предсказывал. А еще он сказал, что за объектом нашего прошлого разговора пристально следят надежные люди — и ему осталось уже недолго…

Когда я встретил вернувшегося, наконец, дядю, Граф выглядел не очень расстроенным или озабоченным срывом атаки Гривуса — или собственными приключениями в секторе Картакк. Похоже, у ситхов уже появились какие-то новенькие планы, которые он и собирался претворять в жизнь — подробностями Граф со мной не поделился. В свете продолжающейся заварушки на Туле, и успешно отбитого наскока на Даллалт — а так же всеми прочими «телодвижениями» ВАР вокруг Тионского кластера, я решил осуществить еще одну инспекционную поездку по своим владениям: показать себя подданным, и подбодрить своих живых солдат. Всего лишь на пару дней задержался на Эмбариле, с Леонией и детьми — и улетел на Джаминере, а потом на Даллалт. Вот честно — не было у меня нифига никакого дурного предчувствия, совсем не было! Даже когда «Черный Скимитар» прибыл к Клариву, я тоже абсолютно ничего не почувствовал: может, работа с Репликатором и та порция эманаций Темной Стороны, которые я получил, когда создавал его, «отбили нюх»? Не знаю! Вообще говоря, это посещение Кларива задумывалось как кратковременная рутинная проверка — ну, еще как мое личное посещение, наконец-то, «Королевы Ранруна»: побывать на, официально, самом большом корабле флота Тиона я собирался уже давно. Вот, втиснул и то и другое в рамки жестко расписанного протокольного визита. Еще, на Клариве меня должен был встретить Дориан Д'Арсан-Эриин. Глава Регентского Совета Тиона располагал какими-то важными материалами, связанными с гибелью моего приемного отца, прежнего короля Тиона — и желал как можно быстрее доложить о результатах расследования. Собственно, к его прибытию я там как раз собирался закончить со всеми инспекционными мероприятиями. Посещение «Королевы Ранруна» было последним в списке намеченных дел. Я уже изрядно приустал, несмотря на помощь Силы в избавлении от последствий переутомления, но отменить запланированное было никак невозможно: на данное мероприятие была приглашена пресса — пиар есть пиар, а в ценности ребят из Башни Ардженте я уже успел убедиться. И даже там, в коридоре, ведущем в огромный реакторный зал системы боевого питания импульсных ионных пушек супердредноута, я не почувствовал тогда совершенно ничего — ни малейшего отклика в Силе! Просто, в один момент в глазах потемнело, и я потерял сознание…

* * *

Это какая-то дурная традиция: очнуться неведомо — где, и незнамо — в каком состоянии. Одна разница — сейчас моя тушка не валялась на полу, как тогда — в нашем замке, а висела в воздухе. Причем, висела непросто так, а была надежно зафиксирована за щиколотки и запястья. Жесткие металлические «браслеты» оголенной кожей рук, из-за съехавших вниз рукавов, ощущались вполне себе четко, а вот о наличии кандалов на ногах можно было только догадываться потому, что попытка шевельнуть хоть одной из них ни к чему не привела. Судя по ощущениям — силовые кандалы: «браслеты» запитывались от внешнего генератора и фиксировали мое тело в висячем посредством нескольких микро тракционных лучей. — То самое ощущение, когда держат «сильно но аккуратно» — вроде и не жестко, но не вырвешься, хоть руки-ноги поломай. Одежда… вроде бы вся на мне — даже пояс на талии по-прежнему чувствуется. Хотя, плаща на плечах точно нет — а он был, когда я… что я там делал? Ладно, фиг с ним, с плащом то, — продолжаем обревизовывать организм: не смотря на «фиксацию», суставы не вывернуты и, кажется, внутри тоже ничего не отбито — а отсутствие боли в мышцах и связках говорит, что подвешен я был вот прямо совсем недавно. И, скорее всего, именно тогда мне вкололи какую-то химию, благодаря чему я пришел в себя.

Тут же, тупой болью в затылке, пришел сигнал, что с моим организмом все не так уж хорошо, как я сперва себе представил. Голова вообще разболелась дико, стоило только мне попробовать пошевелиться. Интересно, это последствия того, что меня по ней чем-то приложили, или это последствия поступления внутрь организма каких-то посторонних «химически активных веществ». Что самое скверное — я ничего не вижу! — То есть, ну совсем ничего, мрак полнейший. Жаль, потрогать веки и потереть глаза нельзя. Но, тут выбор нехитрый: либо я ослеп — либо, что более вероятно, в помещении, где я нахожусь, выключен свет, а источников естественного освещения тут нет. Инстинктивно тянусь к Силе… облом! — тааакс, без химии тут точно никак не обошлось. Мозги лихорадочно работают: от правильности определения состава того, чем сейчас наполнена моя кровь, зависит способ, каким следует чистить организм от этой дряни. Но, сперва привожу организм в состояние «полной боевой готовности»: Контроль он хоть с доступом к Силе, что без доступа к ней — всегда работает одинаково. Особенно, если человек умеет состоянием своего организма управлять, и регулировать его работу усилием воли. Ну, а без этого форсъюзером стать вообще невозможно: и у джедаев, и у ситхов — и уж тем более у Формовщиков Кро Вара. Как раз вбитые там раз и навсегда рефлексы, и запускают в действие цепь действий по внутренней проверке самого себя. Дааа… гематома на голове, прямо на затылке — точно, именно сюда меня чем-то аккуратно и приложили, вырубив напрочь. Причем, так, что я даже потерял ориентацию во времени и пространстве: когда это было, и сколько времени с тех пор прошло, сказать не мог бы, сейчас, даже под угрозой расстрела. Уровень молочной кислоты в мышцах подсказывает, что подвесили меня тут совсем еще недавно — скорее всего, именно тогда, когда вкололи что-то, что должно было привести меня в чувство. И… нейтрализовать то, что до этого меня держало в бесчувственном состоянии. С последними выбор был не особо велик: или агарр-2 или тиглариум — последствия от «приема вовнутрь» чего-то более «тяжелого» были бы сейчас куда хуже. А эти препараты прекрасно усыпляли хуманов вообще, и одаренных хуманов — в частности. Кто сказал «клофелин»? — не, от аналогов клофелина меня бы сейчас корежило не по-детски! А это точно тиглариум — пробовал я однажды на себе этот транквилизатор: ощущение сейчас один в один. Тогда, вкатили мне недавно севаллус — сколько помню из курса полевой медицины, именно он является для тиглариума антидотом. Значит, «хозяева», у которых я сейчас нахожусь в недобровольных «гостях», скоро пожалуют ко мне. — Сам-то я, по понятным причинам, уйти отсюда никуда не могу.

Тем временем, усилия Контроля более или менее привели мою тушку в состояние нормы — понятно, если не считать шишку на затылке и коктейль из разной химии в крови. Впрочем, ни то, ни другое мне больше не помеха — доводилось работать и в куда более хреновом состоянии. Понимая, что пробовать вырваться из силовых кандалов — дохлый номер, пытаюсь воспользоваться Дальним Зовом: связаться телепатически с кем-нибудь из своих охранников он'гат'акэ — и опять облом. Впрочем, к этому я как раз был готов: будь кто-то из моей охраны в живых, я бы тут сейчас не висел! Боюсь, что судьба дроидов-охранников была такой же. Сейчас, когда в мозгах что-то более-менее прояснилось, и они начала работать, я вспомнил последние события: инспекция «Королевы Ранруна», реакторный отсек системы питания главного калибра, до главного поста управления которым я так и не добрался — и мне снова стало дурно. По всему выходило, что «приняли» нас там крутые профи, которые взяли в расчет все: и меня, и охрану — и сработали четко и аккуратно. «Четко», потому что никто из нас не смог даже не то, чтобы оказать сопротивления — мы засаду этих профессионалов даже не заметили там! А «аккуратно», потому что иначе этим ребятам, с моей бессознательной тушкой в качестве трофея, уйти с борта супердредноута вряд ли удалось бы. Это значило, что Лилилона, Прямой Взгляд, Кобр, Мона Асия, Вороненый клинок, Карие Глаза — все мои он'гат'акэ, бывшие в этой смене в качестве сопровождающих, как минимум мертвы: утащить незаметно одно «упакованное» тело непросто, а уж брать с собой еще и недобитых охранников… профессионалы так не делают. Дроиды-магнастражи… кто и когда вообще церемонился с дроидами, в таких случаях? Ясно как день, что моим похитителям был нужен только я сам — все остальные были балластом и обузой. Если оставить их в живых…

Снова пробую Дальний Зов: теоретически, так можно достать «абонента» даже на другом конце галактики. И снова безрезультатно: не ответили ни дядя, ни Тофен, ни Далл — ни вообще кто другой, про кого я только вспомнил. Только странное эхо в ментале, и шум в голове. По ходу, тут кто-то умеет создавать помехи телепатической связи — иначе объяснить я это не могу! Плохо. Так же плохо, как то, что мои похитители вполне себе знают хотя бы о некоторых моих умениях и возможностях. Вопрос: насколько хорошо они вообще обо мне знают? — В этом плане, успешная засада совсем не показатель — форсъюзеры никакие не супермены: даже Силу можно обмануть! Вообще, по всему выходит, что на «Королеве Ранруна» служил предатель — я больше скажу: этот предатель занимал в командной цепочке очень высокое положение: иначе провести на борт группу посторонних лиц было бы просто невозможно. А там точно работала группа: даже супермен не справился бы со мной, и с моей охраной в одиночку — да, даже стандартная пара джедаев бы, не справилась — без того, чтобы не поднять тревоги! Интересно, знают ли уже мои люди о моем похищении — и предпринимают ли они шаги к тому, чтобы отыскать меня, и спасти? В том, что со мной что-то случилось, все узнали сразу же, как только я не вышел на связь, в контрольное время — у меня же была запланирована встреча с главой Регентского Совета Тиона. Да и репортеры… что-то все же здесь не то! — не могли эти ребята, которые меня схватили, уйти совсем без шума, не могли. Черт, отдал бы что угодно за то, чтобы знать: сколько времени прошло с того момента, когда я потерял сознание на борту «Королевы Ранруна» — и где мы сейчас находимся. То, что я сейчас пребываю на борту какого-то космического корабля, я уже понял и так — профессионализм: опыт не пропьешь! Так-с, попробуем прощупать Силой помещение, где я сейчас нахожусь, и попробовать отключить аппаратуру, что фиксирует меня — если мне это дадут, разумеется.

Естественно, сделать мне никто и ничего не позволил: вспыхнул яркий свет, заставивший меня невольно зажмурить глаза — и в помещение кто-то вошел. Хвала Силе, со зрением у меня все впорядке. Впрочем, глаза я открыл почти сразу же: уже неплохо очищенный Силой организм быстро среагировал на изменение уровня освещения. Вошедших внутрь — а Сила четко подсказала, что в помещение вошли двое, я сперва не увидел — дверь находилась где-то сбоку и за спиной от меня. А вот лабораторию, или — медицинский отсек? — разглядел очень хорошо: стандартное оборудование, очень неплохое и недешевое — и пара меддроидов в деактивированном состоянии. — Интересно, а кто же вводил мне тогда антдот? Краем глаза замечаю, справа, такую же силовую ловушку, в которой сейчас нахожусь, в висячем положении, я сам — только ловушку деактивированную. Так, значит точно больше тут никаких других «пассажиров» нет? Между тем гости, а точнее — хозяева, наконец, показываются мне на глаза — выйдя на пустое пространство в центре отсека, прямо перед моим лицом. Мужчина, хуман — будь мы в другом месте, я бы сказал — «азиат»: узкий разрез глаз, желтоватая кожа. Пожилой мужик, гладко зачесанные назад волосы с проседью, собраны сзади в хвост. Женщина-гран… с этой сложнее, но Сила подсказывает, что она моложе спутника — и ниже его по положению Даже без джедайских роб, одетых на обоих — световые мечи на поясе четко указывают, к кому именно «в гости» я попал. К сожалению, Чувство так до конца и не заработало нормально: «рассмотреть» своих визитеров в подробностях, используя возможности Силы, мне так и не удается. А вот за попытку этого следует… не наказание, нет — укоризненный взгляд мужчины, типа: «что же ты, разве можно». — Неудобно, но чувствую себя последним идиотом. Между тем, до меня наконец дошло, что если меддроиды и выключены, то практически вся остальная аппаратура «медотсека» работает: товарищи что, снимали характеристики того, как я буду — или не буду — работать с внешним окружением посредством Силы? Хм, очень даже может быть! — вон, как они быстро прибежали то, стоило мне только очнуться, и дернуться. Однако, пора брать дело в собственные руки…

— Могу я узнать, куда попал, и что случилось? И почему джедаи — я мотнул головой, как бы указывая на их светошашки, висящие на поясе — ведут себя подобно бандитам?

— Помалкивай, негодяй!

Голос у женщины-грана был каким-то колючим, недобрым — словно я перед этим нанес ей личную обиду. Одно плохо: совершенно не помнил, когда и где мог это сделать — поскольку до этого мы раньше с ней точно не встречались. Ее спутник мягко коснулся рукой спутницы, призывая ее к спокойствию.

— Райден Дуку, мое имя — Харрод Мика'авин. Можно — рыцарь Мика'авин. Моя спутница — рыцарь Кийрас Брэк. Мы являемся полномочными представителями Ордена джедаев, и действуем по поручению Сената Республики. Вы арестованы за измену и вооруженный мятеж против законной власти. Подробнее с пунктами обвинения вы будете ознакомлены на Корусанте, где состоится суд, которые определит вашу дальнейшую судьбу. У вас есть еще какие-нибудь вопросы и пожелания?

— Я и буду вот так висеть весь путь, до самого Корусанта? И, кстати, где мы, сейчас, находимся, и какое сегодня число.

— Мы находимся на борту корвета «Песчаная Бабочка», а висеть до самого Корусанта здесь вам, разумеется, не придется…

Нифига себе! Если мужик не врал, то я провалялся у них в полной отключке почти неделю: судя по ощущениям моего организма, который, по нарастающей, настоятельно желал жрать, пить и облегчиться — так оно и есть! Между тем, кто-то активировал меддроидов — и это точно были не эта гран, или тем паче сам Харрод! — и жестянки начали активно суетиться. Ого, хорошо, что я не пытался дергаться — тут, оказывается, внешнее наблюдение работает. Один дроид поперся прямо ко мне, держа в манипуляторах какую-то штуку, а второй что-то сделал за одним из пультов в медотсеке — и силовые путы мягко опустили меня на пол прямо перед джедаями. Руки безвольно опустились, мышцы пронзила боль — висение все же не прошло даром для моей тушки. На ногах я устоял с трудом.

— Сейчас мы переведем вас в более комфортное место пребывания.

Слова, которые произнесла джедай-гран, сопровождались какой-то странной гримасой: только мгновение спустя до меня дошло, что женщина улыбается. Между тем, подошедший меддроид явно намеревался поднести к моему запястью, все еще охваченному браслетом силовых кандалов, что-то вроде инъектора. Я невольно дернулся. С той же самой гримасой-улыбкой, женщина гран достала из складок робы шокер, и, стремительно выбросив вперед руку, приложила его к моему телу. Мир вспыхнул разноцветными искрами, и его свет погас у меня в глазах…

Спасибо, что на этот раз ощущение времени не потерял — судя по внутренним часам, пробыл «в отключке» всего-то минут сорок от силы. За это время меня перетащили в другое помещение. Отсек представлял собой уже в настоящую мини-тюрьму: отгороженный у дальней стены решеткой от основного зала «обезьянник» — что-то типа «общей камеры», и пара силовых клеток у боковых стен — и то и другое просматривается насквозь. Как раз в одну из этих силовых клеток господа джедаи и засунули мою тушку. У другой стены, почти рядом с единственной дверью, находилось место для внутреннего охранника-наблюдателя — чувствовалось, что в деле охраны хозяева автоматике до конца не доверяют. Когда я очнулся, это место не пустовало: в нем как раз сидела моя новая знакомая — «рыцарь Кийрас». На все мои вопросы о распорядке и прочих житейских мелочах, последовало полное игнорирование со стороны охраны. Только когда я забывшись, попытался использовать Телекинез, чтобы стащить с пояса у гордого рыцаря ее меч, меня со всей дури тряхнуло электротоком. Лишь после этого охранница соизволила обратить на меня внимание, и процедила, чтобы я подождал. При этом, сколько именно мне надо будет ждать — не уточнила. Ну, ждать так, ждать — я человек терпеливый. Заодно и подумать не грех, насчет того, в какой заднице я оказался, и как мне теперь отсюда выбираться.

В общем, фигово! — похоже, что хрень, которая была в инъекторе у меддроида, являлась чем-то вроде «контрастного препарата» — вроде тех, что используются при томографии. Только назначение у нее другое. Во все времена что джедаи, что ситхи мучились над одним вопросом: как можно легко и безопасно удержать в плену одаренного врага? — Так, чтобы пленник в темнице не окочурился раньше времени. Конечно, медикаменты и шокеры вещи простые и действенные — но, не сказать, чтобы очень надежные: за тысячелетия разработана куча техник Силы, которые помогают преодолеть последствия даже самого жестокого надругательства над организмом. Вроде того же Круциторна или Тутаминиса. Да и нейтрализация действия разных ядов на организм, это то, чему в любой приличной организации форсеров адептов учат в обязательном порядке. К тому же, потерявший контроль над Силой форсер, пытающийся преодолеть дурман или боль — та еще проблема: может неожиданно рвануть почище атомной бомбы. — Оно пленителям надо? Силовые кандалы давали неплохое решение: вырваться из них нельзя, потому что генератор априори тупо сильнее человеческого тела — сколько бы в том теле не было мидихлориан! Вон, сидели в «зиндане» у пресловутого Хондо Онаки мой дядя, одновременно со Скайуокером и Кеноби — и дернуться не могли. Другое дело, что силовые кандалы совсем не мешали использовать саму Силу: открыть с ее помощью замки, или что-то еще подобное сделать — собственно, дядя так, вместе с джедаями, от Онаки и сбежал. Ультимативной формой узилища для одаренного стала Силовая клетка: мало того, что силовой барьер и металлические прутья мешали сбежать — в случае использования арестантом Силы, его немедленно били разряды электротока или внутрь силового пузыря впрыскивался транквилизатор. — А чаще всего, применялось и то и другое разом. И постоянное сканирование сидельца немедленно давало знать, что он пробует делать что-то с помощью Силы — как раз для этого ему периодически и вкатывали раствор с препаратом-маркером. Такая штука как то взаимодействовала с мидихлорианами в крови — и реагировала, если поток текущей через занимаемый объем Силы превышал определенное значение. — Чем больше используешь Силы, тем выше «контрастность»! Слышал, что до того, как изобрели портативные анализаторы крови, измеряющие уровень мидихлориан в организме, с помощью подобных препаратов, при сканировании, определяли форсъюзеров — хлопотно и неудобно, зато надежно. Вот принцип работы подобного сканера и положен в основу работы Силовой клетки: от механического воздействия работают прутья — силовой пузырь скорее не дает выйти наружу той отраве, которую могут впрыснуть прямо в клетку. — А при попытке пленника работать Силой, поднимает тревогу сканер. Просто и надежно. Только, разумеется, не для меня: Телепатию такая хрень исключала совсем — не знаю, на какой уровень выставлен у них «алярм», но межзвездный обмен информацией требует таких затрат энергии, что он наверняка сработает! — И это даже если тут стены отсека не покрыты какой-нибудь защитой из нейраниума — от джедаев можно ждать всего, а контора они богатая — могут себе позволить такую роскошь. Значит, позвать кого-то на помощь, отсюда, я не смогу. Но… есть одно «но» — вопрос: на какой именно уровень изменения потоков Силы настроены здешние сканеры?

Вопросик совсем не праздный: как я уже успел убедиться, на большое усилие клетка реагирует мгновенно — хорошо еще, что газом не притравило! С другой стороны, при использовании Контроля поток Силы тоже увеличивается, хотя и в меньшей степени: самолечение и тому подобные вещи без Силы невозможны, пусть даже ее используется минимум. Да, что там говорить — даже у обычного человека уровень потоков Силы, проходящих через его организм, постоянно меняется. — И становиться много больше, если его организм испытывает нагрузки, или человек находится в сильно возбужденном состоянии. Так, не думаю, что «алярм» тут выставлен на слишком низком уровне — иначе бы Силовая клетка на каждый мой чих реагировала бы! — А я, после удара током, чисто инстинктивно, занялся самолечением — и мне за это совсем ничего не было, однако. Собственно, скорее всего, именно поэтому тут и сидит живой охранник — точнее: одаренный охранник. Еще один «контур безопасности». На случай всяких «нестандартных» арестантов, умеющих делать нестандартные вещи, с помощью Силы. Вот пределы срабатывания двух этих «контуров»: джедайского и электронного — мне теперь и предстоит выяснить, на собственной тушке. Иного пути нет. Электрошок, как и вполне вероятный пуск газа, это неприятно — но, все равно придется экспериментировать, — иначе я отсюда точно не выберусь. А от возможной встречи с республиканской фемидой никакой радости я совсем не испытываю — потому, как в ее милосердие не верю совершенно.

Тем временем, сменилась охрана: эту Кийрас Брэк сменил адвозсек — расу мужчины я вспомнил с трудом, потому, что до этого с ее представителями мне лично встречаться как-то не приходилось. — Тоже джедай, понятно, судя по висящему на поясе световому мечу. Интересно, где мои мечи? — несмотря на то, что внутренности отсека я уже ощущал, с помощью Силы, вполне отчетливо, отклика от кристаллов из моих светошашек не было. — Это из-за экранировки? — не думаю, что этот Харрод и его подчиненные выкинули такой трофей за борт. В том, что Харрод Мика'авин является тут главным, я не сомневался — хотя мне об этом никто не говорил, но, птицу видно по полету. Вообще, живых я на борту корабля чувствовал много — сотни полторы, не меньше: для корвета типа CR вещь вполне обычная. Еще я ощущал здесь присутствие десяти, нет, все же — восьми одаренных: двое других, скорее всего, просто были чуть более чувствительными к Силе, чем обычные люди. Плохо… слишком много возможных противников, о боевых качествах которых я не имею ни малейшего представления! Между тем, адвозсек — не пожелав даже представиться — показал, как пользоваться в моей клетке встроенными «удобствами», после чего я стал для него словно пустым местом. Ну что же, спасибо хоть на этом: припирало меня сильно, да и пить хотелось не меньше — и толчок, и поилка были к моим услугам. А еще, такая прелесть как ионный душ и очиститель: привыкнув следить за своим внешним видом с помощью Силы, трудно сохранять опрятность просто так — а тут не только руки, лицо и волосы привел в порядок, но и одежду немного почистил. Присутствие постороннего меня не смущало. За два часа своей «вахты» адвозсек не сказал ни единого слова — так, молча, и ушел — когда его не сменил сам Харрод Мика'авин. Новый страж принес мне поесть: просто пихнул сквозь прутья клетки клонский полевой рацион. На мои слова благодарности чуть улыбнулся, и занял отведенное место.

Понимая, что говорить лучше пытаться сразу с начальством, попробовал задать Мика'авину несколько наводящих вопросов. Узнать, из-за чего они наехали именно на меня — и что с моими подчиненными. Судя по тому, что на вопрос о моих охранниках джедай вообще предпочел промолчать, наиболее вероятными являются, наверное, мои самые худшие предположения: все они мертвы или выведены из строя. Кажется, джедай совершенно не опасался погони, хотя корабль сейчас явно висел в обычном пространстве, а не летел куда-то. На все остальное Харрод Мика'авин отвечал мало и неопределенно. Впрочем, я был ему благодарен уже за то, что он не стал трындеть о справедливости и милосердии джедайского и республиканского суда, как я было испугался. Все это время я пытался аккуратно сканировать окружающее пространство Силой — и, опять без особого успеха: тюремный отсек и джедай ощущались прекрасно, а вот то, что находилось снаружи — не очень. — А сканировать в полную силу я не хотел: устраивать провокации пока еще рано — попробуем изображать примерного заключенного. Тем более, что рыцарю Мика'авину явно больше нравилась роль «доброго полицейского». Когда через два часа пришел его сменщик — помятый жизнью деваронец немалых габаритов, я успел убедиться, что все попытки что-то «прочувствовать» обычным способом ничего не дают: то ли правда какая-то экранировка, то ли кто-то из джедаев мне постоянном мешает, через Силу. Впрочем, в последнее я не очень верил — активное противодействие легко почувствовать.

За время моих «экзерсисов», никаких карательных мер не последовало — из чего я сделал вывод, что уровень срабатывания Силовой клетки выставлен достаточно высокий. Похоже, джедаи не хотели каждый раз «дергаться по пустякам» — а то еще и откачивать потом не так повернувшегося, или случайно воспользовавшегося чуть-чуть Силой пленника. Да и присутствие живого охранника-джедая, наверное, посчитали совершенно достаточной страховкой от всех возможных и невозможных происшествий. Ну, ну… можете верить в это и дальше, ребята. Что же, раз спасение утопающих — дело рук самих утопающих, не будем ждать у моря погоды. Мысленно вздохнув, и скрестив наудачу пальцы, начал действовать — но, не так, как раньше. В общем, пока деваронец пялился в потолок отсека, старательно делая вид, что игнорирует мою персону, я аккуратно ухватился, по очереди, за Стихии: Огонь, Ветер, Земля, Вода — для них не было тут преград. Получилось, и сканеры не сработали! — у меня все получилось: не будь включена силовая защита, доступными мне сейчас потоками Стихий я вполне мог бы поломать прутья клетки — один за другим! Все равно, даже если была бы такая простая возможность — пока рано: сначала «дистанционная» разведка. За пару часов я не только детально обследовал этот, и соседний — тот самый «медицинский» — отсеки. — Плетения Стихий отлично резонировали как с конструкциями корабля, так и с его пассажирами и грузом — я успел еще немного «пробежаться» и по самому кораблю. Снаружи вроде бы обычный корвет типа CR-90, а вот внутри… все было гораздо интереснее: начиная от массы нестандартного оборудования, и заканчивая расположением помещений и отсеков. — Незнакомый человек легко заблудится, и уж точно не попадет туда, куда ему нужно. Кстати, удивительно — как много разной стреляющей и убивающей начинки можно загрузить в трюмы такого небольшого корабля, как CR-90 — даже пару истребителей ухитрились в отсеки нижнего трюма впихнуть! Что хорошо — отыскал свои мечи: они лежали в одной из кают, расположенных чуть дальше — почти сразу за «медотсеком». Как я подозревал, это была каюта самого Харрода Мика'авина. Что было еще лучше — прямо с этого уровня, почти от интересующей меня каюты, вел аварийный ход к спасательным капсулам правого борта! Теперь мне осталось поставить контрольный эксперимент — проверить, как повлияют мои плетения Стихий на нужные участки конструкции корабля. — И не сработает ли раньше, чем я добьюсь нужного результата, местная «аварийная сигнализация»: получить вот так удар электротоком, пока я буду работать со Стихиями, мне бы категорически не хотелось.

«Настоящие» одаренные с изрядным пренебрежением смотрят на всякого рода «дикарей-самоучек»: считается, в целом вполне справедливо, что нормально обученный джедай — или ситх, если на то пошло — разберется в одиночку с целой толпой каких-нибудь культистов. — Ведь он может использовать всю мощь Силы, в отличие от едва чувствующих ее потоки слабаков. Понятно, что наличие исключений из правил тот же Орден признавал, но в целом, у джедаев максиму: «порядок бьет класс» — считали руководством к действию. Дядя как то говорил, что из-за этого, в конечном счете, погибла его ученица, Комари Воса. — Тупо не рассчитала сил, решив, что слабоодаренные противники — это несерьезно, попала в плен и была сломлена пытками культистов, перейдя на Темную Сторону Силы и став Падшей. Я это к чему: способности «среднего» Формовщика, с точки зрения джедаев, представляются совсем мизерными — даже юнлинг, только что ставший падаваном, в этом плане выглядит покруче! Ну, то, что с Силой Формовщики работают несколько по-другому, чем обычные форсеры, в Ордене во внимание никогда особенно не принимали. Джедай имеет априори более высокий потенциал, и все! В чем-то они, может быть, были и правы: то, как мастер Сеи Вукто сметал все на своем пути с помощью техники Изменения Внешнего Окружения, я прекрасно помню до сих пор. Вопрос только в том, что у джедаев вот так, как он, с Силой могут работать десятки, в лучшем случае — сотни адептов, а на Кро Варе каждый Формовщик работает только с техникой Изменения Внешнего Окружения — поскольку иному там просто не умеют учить. — Работает средний Формовщик, может, и не так эффектно и масштабно, как мастер Вукто — зато уровень мидихлориан в его организме обычно в разы меньше, чем было бы нужно для приема в Орден. Эффект достигается тем, что в дело идут не слабенькие внутренние возможности форсера, а внешние потоки Силы. Смертельно опасно? — ну, в общем-то, да — народу, при обучении, там гибнет изрядно. Зато уж те, кто выучились, могли работать с Силой в таких условиях, в которых те же «обычные» джедаи давно бы утратили контроль и над ней, и даже над собственным телом. Конечно, про настоящих мастеров речи не идет — там уже другие критерии сравнения. Но, я что-то не думал, чтобы в этой «охотничьей команде» такие мастера были. Они тут, конечно, специалисты в своем деле — однако, как говорил некто Козьма Прутков, полнота специалиста односторонняя. Профессиональная самоуверенность, помноженная на обычную самоуверенность джедаев, их подвела — не подумали, что я как то могу обойти все их технические примочки, и ускользну от контроля в Силе, со стороны охранников. Будь я на их месте — просто закатал бы пленника в карбонит, чисто для перестраховки. Ну а раз у меня, их милостью, есть возможность действовать, не привлекая внимания — почему бы ею не воспользоваться как надо?

Менять Харрода Мика'авина пришла гран. Да, неприятно — из восьми одаренных на борту я пока что видел только половину. Случись чего, я даже «в лицо» своих возможных убийц не опознаю — маскировку способностей с помощью Силы никто не отменял! — Тем более, прокрались же они как-то на «Королеву Ранруна», так, что их никто не почуял. А если дергаться на каждый чих и подозревать в каждом встреченном в коридорах корабля разумном джедая — это верное средство провалить побег. Необходимо помнить, что попыток у меня будет всего одна — глядя на этого Харрода, я ничуть не сомневался, что в случае какого-то нестандартного развития ситуации, шлепнут меня без сожаления. Принципы принципами, а безопасность доверенных тебе подчиненных — превыше всего, даже у джедаев. Ладно, пока охранница уже привычно сверлит меня взглядом, попробую послушать, что там болтают по корабельным коридорам и отсекам. Причем, желательно послушать кого-то из офицеров или джедаев — Стихии мне в этом помогут…

— Есть ли новости с Корусанта?

Ого, сам господин Мика'авин у кого-то, наверное — у вахтенного, спрашивает! — это я удачно попал.

— Нет, мастер Харрод — по-прежнему идет сигнал, что доступ в Храм временно закрыт. Кажется, на Корусанте какие-то проблемы: мы тут поймали обрывки передач из ГолоНета — там что-то про «мятеж» и «бои в Столице» было. К сожалению, что именно там происходит — не ясно.

— Так, вы пытались связаться с Майгито? — насколько мне известно, там сейчас должен находиться магистр Ки-Ади-Мунди. Он, как член Совета, точно должен быть в курсе происходящего! И… на всякий случай — попробуйте вызвать Салюкамей и Като Неймодию: ударные группы ВАР, под командованием Пло Куна и Стас Аллие там тоже, вроде бы, должны находиться. Мы не можем висеть тут вечно: тионцы уже должны были догадаться, что Райден Дуку не погиб при взрыве их супердредноута — нас уже наверняка ищут…

Чтооо! Я не ослышался? — эти ребята взорвали «Королеву Ранруна», чтобы прикрыть мое похищение и обеспечить свое бегство? Или у джедаев были сообщники, предатели из числа тионцев… кто мне скажет! Послушать, о чем там говорил Мика'авин дальше, мне не удалось — мощный разряд электротока выкинул меня из состояния концентрации и заставил отпустить потоки Стихий. Щелчок курка по пустой каморе револьвера в проклятой «гусарской рулетке» я услышал — сквозь Силу — вполне отчетливо: снова пронесло! Блин, да меня чуть не убило, при «откате» — я что, превысил уровень использования Силы, и заставил сработать охранную сигнализацию?

— Ты что там делаешь, темная тварь! Смотри мне в глаза!

Несмотря на то, что в мое тело по-прежнему бьют электрические разряды — сейчас, отпустив Стихии и сосредоточив все усилия на Контроле, я переношу их гораздо легче, — почти, что вздыхаю от облегчения: нет, это не автоматика, это просто садистка-джедайка нажала сенсор на пульте перед собой. Наверное, что-то заподозрила, точнее — почуяла в Силе угрозу, а может — я ей чем-то не понравился, и теперь она просто воспользовалась предлогом, чтобы дать пинка «темной твари» — пусть даже не своим собственным сапогом. Да, если бы она и вправду что-то серьезное заподозрила, то, держу пари — я бы уже дышал газом-транквилизатором! Поднимаю взгляд на джедайку — три ее глаза тут же впиваются взглядом мне в лицо.

— Сейчас я узнаю… что ты там себе думаешь, негодяй! Все… узнаю.

Я чувствую, как что-то… постороннее пытается влезть ко мне в голову. Нихрена себе, мозголомка на мою шею выискалась. Даже через боль от электрических разрядов, инстинктивно ставлю Огненную Завесу — короткий вопль, и давление у меня в голове исчезает. А вместе с ним пропадают и электрические разряды: точно джедайка на сенсоры давила, дрянь такая!

Между тем, до меня, наконец, доходит весь ужас моего положения: сидя в Силовой клетке, я дал понять своим врагам, что обладаю возможностью работать с Силой даже находясь тут! Сейчас наблюдатель — а я не сомневаюсь, что он сидит где-то за пультом, в другом отсеке! — вот-вот он свяжется с начальством. Что тогда будет, я думать не стал — я начал действовать, пустив еще до конца не оформленные планы банте под хвост: сейчас меня могли спасти только быстрота и неожиданность…

Беру себя в руки, и снова, несмотря на хреновое самочувствие и боль во всем теле, хватаюсь за потоки Стихий — у меня все должно получиться! Быстро вхожу в состояние единения с корабельными конструкциями с системами. Какое счастье, что я уже успел провести предварительное обследование этого корабля! И как плохо, что я совершенно не могу работать в полную силу — потребуется больше времени, а мне его могут и не дать. Тянусь к энергомагистрали… нет, не к той, что питает мою Силовую клетку — а к главной энергомагистрали корабля. Броня и изоляция у таких систем всегда делаются очень хорошими, но, Силе противостоять не может ничего — если знаешь, где ломать, и умеешь сделать это вот так, «дистанционно». Вопрос только в затраченном для этого времени… секунды тянутся как годы! — вот прошла уже минута: наблюдатель наверняка должен уже делать доклад шефу. Ну, пусть не Харроду Мика'авину, или кому то еще из джедаев — но уж вахтенного офицера он должен поставить в известность немедленно, как только понял, что в тюремном отсеке что-то неладно! Наконец, бронированная оболочка и электрическая изоляция разрушены потоками Земли, Огня и Воды настолько, что происходит пробой — и цепь, наконец, закорачивает. Свет в отсеке погас, а потом загорелся снова, но уже в полнакала — сработала система аварийной защиты, и переключила питание на резервные батареи. Наплевать! — даже этого мгновения, ушедшего на переключение, мне вполне хватило, чтобы теми же плетениями Огня, Земли и Воды вывести из строя Силовую клетку. К сожалению, решетка осталась на месте — эта хрень поднималась вверх, и испортив клетку, я ее фактически заблокировал в закрытом состоянии. Ну да ничего — есть способ решить и эту проблему. Заодно, получу и оружие. Телекинезом срываю с пояса у джедайки ее световой меч, и тащу его к себе…

Проклятая клетка сделана не иначе как из фрика или бескара — зеленого цвета клинок ее практически не берет. Ну и черт с ним: еще раз прибегаю к услугам Огня и Земли — и рву прутья клетки, выгибая их острыми концами наружу — расплавленный и отвердевший металл напоминает нелепые, растущие параллельно земле сосульки. Пока выбираюсь наружу, с пола отсека вскакивает очнувшаяся джедайка — живучая, даже пары минут не провалялась в отключке! Ухожу от ее броска в сторону, «добавляя» ускорения потоком Воздуха: все как в каратэ — нападающего тяни, падающего толкни. Приземлилась моя противница крайне неудачно: напоролась на один из выгнутых наружу прутьев клетки, как бабочка на булавку, в энтомологической коллекции. Точно живучая! — сучит ногами, и пытается стащить себя с металлического прута, вцепившись в него обеими руками — ну, Сила ей в помощь, а мне некогда. Прорезать дверь тюремного отсека даже на пытаюсь, разрушая ее с помощью Стихий — так оно быстрее будет. А вот меддроидов, чисто на всякий случай, я покромсал — черт знает, как тут они у них запрограммированы: удара в спину мне сейчас только и не хватает, для полного счастья. Двери из медотсека во внешний коридор, разумеется, уже заблокированы: вахтенные разобрались, что к чему. Ну, ребята, вам это не слишком поможет! — опять тянусь потоками Стихий к системам энергопитания сервисных систем, выводя из строя все механизмы внутренних дверей и опуская гермозатворы по всему корвету — заодно, попутно, вывожу из строя систему внутреннего наблюдения. Теперь отследить мои перемещения внутри корабля можно только с помощью Силы — ну, если они смогут: я и сам не лыком шит, по части маскировки!

В коридорах корабля так и продолжает гореть аварийное освещение — судя по всему, ремонтная партия до сих пор никак не может переключить питание на резервную магистраль. Проверка внутренних камер наблюдения показывает, что они тоже мертвы — еще лучше. Добираясь до того места, где были спрятаны мои мечи, пришлось прорезать всего пару дверей. Отсек, где находилась каюта Харрода Мика'авина, встретил меня пустотой — вызвав невольный вопрос: а где все? Впрочем, ответ был, скорее всего, вполне очевиден: в месте, где постоянно обитали джедаи, посторонним делать было нечего. А, где же тогда сами джедаи? — быстрый поиск в Силе показал, что деваронец — я запомнил его «метку», находится где-то дальше в корме, в двигательном отсеке. Джедайка-гран… жива — но, это все, что я мог сейчас про нее сказать. Мика'авин и адвозсек, вместе с какими-то еще двумя одаренными — впереди, на командном мостике. Они все, конечно, сейчас кинутся мне на перехват — но между нами слишком много заблокированных дверей и глухих переборок. Как я понимаю, мне дико повезло: господа джедаи решили связаться со своим корусантским начальством чуть ли не в полном составе — вот уж и вправду, везение так везение. Сканируя корабль дальше, я понял, что мое везение имеет очень четкие границы: отсеки, в которых на корвете хранились истребители, были пусты. — А сами эти истребители, вместе со своими пилотами-джедаями, ощущались на самом пределе чувствительности — где то далеко в открытом космосе. Похоже, осуществляли патрулирование, охраняя корабль-носитель от возможных нежеланных визитеров? Ну, хоть так — главное, не рядом с кораблем. Между тем, взламываю сейф, в котором хранились мои мечи — оба на месте! — и, в последний момент, замечаю на столе включенный в корабельную сеть датапад. Вот это удача так удача! — быстро выхожу на навигационный компьютер, и скачиваю текущие координаты места нахождения корвета. Все, больше мне тут делать нечего. Хотел было бросить меч джедайки, когда мои заняли законные места на поясе, но потом решил оставить — все же, трофей. Так и держал в руках, до самой спаскапсулы, трофейный меч и датапад с координатами.

Выбежать из каюты и прыгнуть в аварийный эвакуационный люк, было минутным делом. К сожалению, спасательные капсулы уже охраняли — активированный зеленый клинок отбил несколько плазменных болтов, пока я не снес охранников одним Ударом Грома — впечатав всех троих разом в переборку. Помощь к ним прийти так и не успела. Проверять, что там со стрелками, я не стал, нырнув в люк спасательной капсулы, и нажав на панель аварийного сброса. Собственно, аварийная капсула она на то и аварийная, что ее отделение невозможно блокировать в принципе — для этого экипаж охрану тут и выставил. Зато аварийную капсулу ничего не мешает расстрелять в полете, когда она совершенно беспомощна. Такой возможности я экипажу «Песчаной Бабочки» не дал — дотянулся потоками Стихий до хранилища топлива, и коснулся его плетениями Огня и Земли. Капсула уже успела отлететь от обреченного корабля на довольно приличное расстояние — двигатели включились сразу после отделения, — когда черноту космоса прорезала мощная вспышка. Я, было, уже приготовился отводить от капсулы Телекинезом разлетающиеся куски, но все обломки прошли в стороне от меня. Даже не вериться, что я уже почти свободен. Скреблась только в голове мысль про джедайские истребители, которые летали где то тут, рядом. И нарастало внутри ощущение чего-то непоправимо-страшного, про что я пока еще не знал — и о чем, почему-то, молчала Сила.

Интерлюдия 16

Воды Флегетона

Сигнал тревоги, как всегда бывает в подобных случаях, поступил на комлинк неожиданно: Энакин как раз перемещался между зданием Генерального Штаба и Храмом — ну, хотя бы менять маршрут служебного аэроспидера, наводя кого-то на подозрения, не потребовалось. Доклад Рекса, которого Скайуокер оставил на станции слежения и перехвата контролировать все переговоры «объекта номер шестьдесят пять», не оставлял сомнений: Дарт Сидиус назначил личную встречу кому то очень важному. Воспользовавшись, для этого, одним из своих защищенных шифрованных каналов связи — совершенно безопасным, как он ошибочно считал. Этим кодированным каналом связи ситх пользовался только в исключительных, самых важных случаях — причем, обмен информацией по нему был обычно предельно краток и вполне конкретен: оговаривалось место и время встречи. Да, точное место предполагаемой встречи службе перехвата тоже удалось установить надежно — им было старое, давно заброшенное здание корпорации «Ли-Мердж». Неиспользуемая, постепенно ветшавшая промзона, которую власти Корусанта собирались «очистить» и перестроить вот уже лет тридцать — есть, где спрятаться, затаиться, или оторваться от возможной погони — если что-то пойдет не так. Прекрасное место для того, чтобы ситхи организовали там одно из своих «гнезд». Что же, Дарт Сидиус был бы очень опечален, если бы узнал, что его «гнездышко» вычислили и обнаружили — и вели теперь за ним тщательное и аккуратное непрерывное наблюдение. Так же, впрочем, как и еще за десятком других конспиративных квартир, а то и целых особняков или иных объектов: принадлежавших неизвестно кому и купленных через подставных лиц — но законно оформленных и с безупречной налоговой репутацией — никто не придерется. Хотя, как были убеждены и гранд-мастер Йода, и Оби-Ван — да и сам Энакин тоже, не факт, что тайное расследование выявило все укромные норы их врага. Сидиус, как и его клон-двойник, оказались настоящими мастерами путать следы. В процессе наблюдения и розыска были вскрыты многочисленные тайные связи ситха, а так же, обнаружено несколько десятков его особо доверенных клевретов и тайных сторонников. Что удивительно: часть этой публики, работавшей на ситха, похоже, не подозревала, что он имеет какое-то отношение к Канцлеру Палпатину — и наоборот! По большому счету, собранных материалов уже хватало для того, чтобы идти с ними в Сенат: с такими доказательствами против Палпатина проголосовала бы даже не только явная оппозиция, но и вполне лояльные сенаторы! — Обманщиков и двурушников не любит никто.

Но, в свое время, посовещавшись и прикинув все возможные последствия и трудности, Йода и Кеноби со Скайуокером, решили непременно попробовать поймать Дарта Сидиуса на чем-то по настоящему «горячем». Одновременно с ним требовалось захватить и его двойника: клон не просто слишком много знал — он и представлял нешуточную опасность из-за вовлечения в дела управления государством. — Трудно было даже представить, что могут натворить во время войны несколько отданных, с самого верха, предательских приказов. К сожалению, все это нужно будет проделать практически без подготовки: к предположению Райдена о наличии в рядах Ордена возможных агентов Сидиуса, а то и просто откровенных предателей, и Йода и Оби-Ван отнеслись самым серьезным образом. Даже малейшей утечки информации нельзя было допустить — а избежать этого, расширив круг посвященных в тайну, было практически невозможно. Оставалось лишь полагаться на преданность клонов из 501-ого и их обретенное на войне искусство в проведении специальных операций. С массовым изъятием в войсках биочипов, под благовидными предлогами, решено было пока тоже повременить, чтобы усыпить бдительность ситха — а вот чипы у своих подчиненных Скайуокер приказал удалить, не поставив в известность начальство, уже давным-давно. Теперь это здорово пригодилось: было, обоснованное опасение — что аппаратура передачи кодированных сигналов может еще и как-то отслеживать положение организмов — носителей биочипов. Но, в конце концов, имея по штату одного нормального, полноценного меддроида-хирурга на взвод бойцов — можно было относительно четко и быстро убрать адские образования из голов солдат. — Причем, проделав это даже в полевых условиях — опыт был. К несчастью, с корабельными экипажами эту операцию было осуществить сложнее, в виду их большей численности и неоднородности состава — но зато там имелись в наличии штатные, хорошо оборудованные госпиталя и лазареты — и это давало надежду успеть, в случае неприятного развития событий, справиться с проблемой биочипов и там…

Вообще говоря, когда Энакин пошел «сдаваться» гранд-мастеру Йоде и своему бывшему учителю, он даже не предполагал того эффекта, который произведут его слова. Как ни странно, поверили ему сразу и полностью — даже еще не посмотрев те самые расшифрованные записи из ганреева кресла. В общем, к видениям Райдена Дуку, про которые он рассказал обоим магистрам, те отнеслись очень серьезно: слишком уж хорошо они соответствовали тому, что происходило в жизни. — Старшие собратья даже подтвердили существование пары вещей, про которые Энакин не подозревал, но о которых были намеки в информации, полученной от младшего Дуку. Падме и их будущие дети… Йода твердо пообещал разрешить все проблемы семьи Скайуокеров — так или иначе: даже если Энакину все же придется покинуть Орден, его семья не пострадает. Так же, гранд-мастер дал понять, что будет защищать и Райдена Дуку — и даже самого графа, перед Сенатом и руководством Ордена. Когда решали, что и как делать со старшим ситхом, то пришли к общему выводу: не торопиться, и подготовиться к решению этой задачи самым тщательным образом — к конечной пользе как Республики, так и Ордена. — Что бы, упаси Сила, дело не кончилось кровавым бардаком — если ситх успеет как-то подать сигналы на биочипы клонов. А такая возможность у него было! — причем, сделать это он вообще мог в любой момент: собственно, именно из-за этого им и пришлось таиться ото всех. Даже от своих братьев.

Так вот и получилось, что вновь утвержденный, формально — в качестве одного из командующих Армадой Разомкнутого Кольца, а фактически — ее истинный командующий в одном лице, — Энакин вынужден был жить как бы двойной жизнью. Хотя, и Йоде и Оби-Вану пришлось поступить точно так же! — Кеноби даже от своего нового падавана пришлось свои истинные мысли и намерения скрывать. Вот, кстати, Уи Малро оказался чертовски полезным пареньком… прямо, как когда то Асока. Энакину начало казаться временами, что он вот-вот услышит рядом и ее веселый язвительный голосок… глупая мечта. Последнее время Великая Армия Республики окрепла уже настолько, что могла позволить себе начать одновременное наступление сразу по нескольким направлениям. Армада Разомкнутого Кольца — то целиком, а то — разбившись на несколько частей, — стала одним из самых эффективных инструментов республиканской военной машины. А Энакин и мастер Кеноби, с Уи Малро, всегда были на острие ударов — что в атаке, что в обороне. Мастер Сэси Тийн, являющимся номинальным командующим Армадой — как имеющий самый высокий чин, среди джедаев и обычных генералов и адмиралов — просто следил, чтобы им никто не мешал, и не создавал помех. Мастер Тийн вообще был личностью своеобразной: член Высшего Совета Ордена, непревзойденный пилот-ас, не хуже самого Энакина — но, не имея таланта военного командира, никогда рулить чем-то большим, чем эскадрилья истребителей или батальон клонов, не пытался. — И этим он, кстати, отличался в лучшую сторону от многих рыцарей и мастеров. В общем, с непосредственным «командованием» Скайуокеру и Кеноби реально повезло! — А их подчиненным повезло еще больше: путь Армады Разомкнутого Кольца сопровождала практически непрерывная цепь побед — при относительно небольших потерях в технике и личном составе.

Первый «звонок» — что вот оно, началось! — Энакин получил во время стычки на Тайте: несчастном мире, где судьба снова столкнула его с Графом. Выкрутился он тогда исключительно удачно. А еще удачнее получилось со шлюпом Графа: положившись на волю Силы и Предвидение, Энакин — взяв с собой эскадрилью ARC-170 — сумел перехватить корабль в одной из безымянных систем сектора Картакк. Аккуратно отстрелил механизм управления парусом, и, повредив гипердрайв, Скайуокер оставил шлюп старшего Дуку дрейфовать в пустоте — ожидая, когда корабли сепов его обнаружат, и придут на помощь. Эскорт из ARC-170 пригодился: в этот раз Графа сопровождал десяток Магнастражей на «Разбойниках» P-38 — так, как обычно сопровождала Гривуса его охрана. Клонам пришлось постараться, пока они добили жестянок. Когда он вернулся к Армаде, их всех уже ждал приказ гранд-мастера Йоды — лететь к мирам Ядра. Разумеется, часть боевых кораблей пришлось оставить на месте — кому то надо было держать фронт! Как по ходу выяснилось, старый джедай все почувствовал и рассчитал как надо: когда Армада Разомкнутого Кольца сделала промежуточную остановку у Библоса, пришло известие, что Корусант атакован армадой Гривуса. Дальше все пошло как в видении Райдена: сражение на орбите, где Терринальду Скриду сильно не повезло, хотя до конца оборону столицы Гривус подавить так и не сумел — и сообщение о пленении Канцлера, которому сразу никто даже не поверил. Когда защитники Корусанта, удерживая фронт из последних сил, с ужасом смотрели и слушали прямую трансляцию с «Незримой Длани» — а Гривус уже потирал, в предвкушении, все свои четыре механические лапы, — в небе над столицей Республики появились новые действующие лица…

Когда то, еще во время обсуждения вариантов возможных действий, троица джедаев решила не отступать от вероятного развития событий: ликвидировав одного Сидиуса, и оставив его клона в кресле Канцлера — можно ли добиться победы? Кроме того, не было уверенности в том, кто может быть на борту «Незримой Длани» — «оригинал», или вообще «копия»? В общем, Энакину все равно пришлось сажать обломок гривусовского флагмана на Корусант! — а потом ускользать от голокамер всевидящих и вездесущих журналюг, чтобы иметь возможность обнять жену. Сколько времени и нервов Скайуокеру пришлось потратить, чтобы заставить Падме уехать домой, на Набу — пока не родится их дети, это вообще отдельный разговор: считая, что после разгрома Гривуса всякая опасность миновала, Падме, с упрямством маленькой банты, никак не желала покидать Сенат в такой важный политический момент. Зато, когда жена уехала, Энакин почувствовал, что теперь возможной схватки с ситхом бояться нечего — и был готов принять участие в любых возможных интригах.

Интриги со своим началом не замедлили: произошло то, чего Скайуокер ожидал, и чего он боялся — Палпатин назначил своего «телохранителя» в Высший Совет Ордена, в качестве личного представителя. Формально, вроде бы, даже не подкопаешься — раз Канцлер является Верховным Главнокомандующим, то вполне логично, что он должен знать о том, что и как планируют в органе, который реально управляет полевыми частями ВАР и боевыми флотами. Как бы даже и протокол соблюден: Канцлер же не вояку какого своим представителем назначил — он предложил Совету в качестве кандидатуры рыцаря-джедая. Понятно, что обычный народ в тонкостях получения места в Высшем Совете у джедаев не разбирался. Понятно, что заслуги Энакина на военном поприще — по армейским понятиям — давали ему право на «внеочередное получение звания». Понятно, что вмешательство Канцлера во внутренние дела Ордена вообще, и назначение в Высший Совет простого рыцаря в частности, — да еще и в обход более заслуженных, с точки зрения джедаев, магистров и мастеров — все это вызовет очень неоднозначную реакцию в Храме. То, что Палпатин старался если и не поссорить, то окончательно отдалить Скайуокера от остальной массы джедаев, и от Совета — вполне сработало: Энакин чуть ли не физически чувствовал возникшее между ним и многими другими членами Ордена напряжение. Что странно, джедаи-«фронтовики» отнеслись к назначению Скайуокера как то спокойнее, и даже местами одобрительнее: война быстро учит ценить наличие у себя по настоящему компетентного командования! — а вот те, кто работал в тылу — другое дело. — Для них он был обычным удачливым выскочкой, не больше. В Совете… тоже все было не так однозначно — хотя Йода и Кеноби, кажется, как то сгладили углы: такого резко отрицательного отношения к своему назначению, какое он знал из видений младшего Дуку, не было. Впрочем, от этого Энакину совсем не стало легче. Немного выручил Йода: старый гранд-мастер таки ухитрился подловить Палпатина на его интриге! — сумел продавить назначение Скайуокера заместителем командира Силами Обороны Корусанта. Фактически, с учетом своего служебного положения — как член Высшего Совета Ордена — Энакин даже становился на один уровень с Терринальдом Скридом.

Найти общий язык со старым юстициаром, который был слепо предан Канцлеру, а так же с начальником Генерального Штаба, Уилхуффом Таркином, было не просто — но джедай с этой задачей худо-бедно справился. Обоих адмиралов примирило с реальностью то, что их соратником мог стать и не так хорошо разбирающийся в военном деле джедай… этого Скриду и Таркину вполне хватило, чтобы начать нормально сотрудничать. Собственно, первым делом, которым пришлось заняться Энакину — кроме «охраны» особы Канцлера и «заседаний» в Совете, — была организация специальной ударной группы, которая должна была, наконец, «окончательно решить проблему Гривуса». Жестяной генерал так напугал господ сенаторов во время своего последнего «визита в столицу», что за предложение Канцлера: «Найти и уничтожить монстра любой ценой» — проголосовали, чуть ли не единогласно, чего в Сенате удавалось добиться в редчайших случаях. Как то так незаметно получилось, что львиную долю кораблей Армады Разомкнутого Кольца Энакину удалось, под теми или иными предлогами, оставить возле Корусанта — в своих старых соратниках джедай был куда более уверен, чем в здешних «домашних вояках». С Кеноби улетели в основном либо те, кто ранее охранял столицу, либо совсем свежее пополнение. Офицеров, которые полетели с Оби-Ваном, Энакин тоже подбирал из «местных»: повысив в чинах тех, кто отличился при обороне планеты от армады Гривуса, назначил их на более высокие командные должности в ударном соединении у Кеноби. Этим он убивал сразу двух гизок: удалял потенциально самых опасных, в случае военного противостояния, офицеров, которые точно были бы на стороне ситха в схватке — и заодно укреплял кадровый состав флотилии Оби-Вана. С учетом того, что его бывший учитель в космосе чувствовал себя не так уверенно, как в наземных операциях — нужная и своевременная мера: Гривус, он шутить не будет. Хотя, Скайуокер сильно сомневался, что Сидиус, при текущем развитии событий, так же легко отдаст полезного ему генерала-киборга на убой.

Так, в общем-то, и оказалось: по последним известиям, ударное соединение Оби-Вана Кеноби успело освободить Утапау — не застав там ни Совета Сепаратистов, что было ожидаемо. — Ни генерала Гривуса — что было неприятным сюрпризом. Кеноби, посовещавшись с Корусантом, совсем было, уже собирался направляться на Мустафар — сославшись перед Палпатином на некие мифические «сообщения осведомителей», — когда пришло известие о том, что Гривус ударил по Эриаду. Понятно, что оперативному соединению пришлось лететь туда — вызволять таркиновских родственников и земляков. Между тем, в столице атмосфера медленно накалялась: с одной стороны, Орден сумел использовать плоды победы в сражении за планету для поднятия своего авторитета по максимуму — а с другой, в ГолоНете началась явно инспирированная ситхом кампания по дискредитации джедаев. Нет, не всех и каждого — подручные ситха были умны и компетентны в своем деле. Просто, некоторые «герои фронта и тыла» из Ордена дали столько компромата на себя и своих собратьев в целом, что мешать дерьмо было с чем. Но больше всего муссировался вопрос: «Ну, вот мы победили — а когда же кончиться эта война?» — и все подобные публикации, обычно, кивали как раз на Храм. Как будто Верховным Главнокомандующим был не сам Канцлер. Палпатин… ситх умело ушел в тень: не то пострадал сильно, и теперь залечивал раны, не то строил великие планы — которые, разумеется, потом спасут Республику. — Нанятые борзописцы работали и на этом фронте…

Не раскрывая до конца источника информации, Йода все же поговорил откровенно еще и с Мэйсом Винду — решающие события приближались, и в Совете требовалось полное единство. А имея Мэйса в команде этого было проще добиться. Как заметил Энакин, последнее время магистр Винду выглядел усталым и задерганным: как ни крути, а именно на его плечах лежала забота о повседневных делах Ордена — а они были, сейчас, далеко не блестящи, несмотря на весь показной оптимизм. Высокие потери среди джедаев, недоверие простых обывателей к Ордену, непонятные политические пертурбации, которые ставили Храм в крайне двусмысленное положение — все это давило на Винду даже больше, чем на всех остальных членов Высшего Совета. Давило так, что даже железный Мэйс Винду начал терять свою знаменитую выдержку и хладнокровие. Известие о том, что проклятый ситх наконец то найден, и все происходящее Йодой контролируется, принесло коруну невероятное облегчение. И то, что Йода, вместе с Кеноби и Скайуокером, следят за происками Дарта Сидиуса, и даже сумели уже раскрыть многие его тайны и секреты, позволяло надеяться, что скоро эта проблема будет успешно решена. Да, Скайуокер принял «назначение» от Палпатина именно с согласия Йоды — для дела! — он надежен. В решающий момент понадобятся быстрые действия — и не будет времени, чтобы отвечать на возникшие вопросы. К необходимости соблюдения тайны Винду отнесся с полным пониманием: если это поможет вырвать организацию ситхов с корнем — ради этого стоило поступиться формальностями.

И вот, наконец, рыбина попала в расставленные сети… интересно, кому же Сидиус, все-таки, назначил встречу в том гиблом местечке? Так, гранд-мастер оповещен: он, вместе с самим Энакином и его ребятами из 501-ого как раз и полетят туда — брать ситха с поличным, вместе с его неизвестным конфидентом. К сожалению, много народу с собой взять не получится — есть шанс, что Сидиус почует, и сбежит раньше! — а вот один-единственный НВШТ никаких подозрений вызвать не должен. А уж сам Энакин, и тем более — Йода, способны закрыть свое присутствие в Силе достаточно надежно. А в это время Мэйс Винду с несколькими джедаями должен будет арестовать клона Палпатина — последний, в этот момент, наверняка должен будет находиться на рабочем месте — обеспечивая хозяину стопроцентное алиби. Обстановка сейчас благоприятна еще и в том смысле, что все сенаторы и представители находятся на Корусанте — на внеочередной сессии Сената: Палпатин пытался пропихнуть через него какие-то новые законы и постановления. Тем лучше — не надо будет искать, и тащить в Сенат «народных избранников» — каждого по отдельности. А еще лучше, что Падме сейчас здесь нет: она дома, на Набу — хотя бы ей и детям ничего не угрожает…

* * *

— Что ты говоришь, Сола!

— То, что ты слышала, Солнышко: твоим детям нужна будет нормальная жизнь, да и тебе самой с твоим мужем — тоже.

— Но мы… Энакин… дети!

— Вот именно, дети. Подумай о них — если о себе и семье ты думать совсем не хочешь.

— Наоборот, я думаю — и о семье, и о них. Энакин хотел уйти из Ордена! — вот закончится эта война, и он…

— Твой муж боевой генерал. Пока война не закончилась, он никуда не уйдет: дезертирство всегда и при любых обстоятельствах выглядело некрасиво — а уж в этом случае, будет выглядеть так еще больше. Но, не надо сейчас о твоем муже — поговорим о тебе самой.

— И, что со мной не так, моя милая прагматичная сестрица?

— То, что ты, как ни странно, тоже на службе — где то эта служба даже еще хуже и требовательнее, чем у твоего милого муженька. Ты политик, сестра! И сама прекрасно знаешь, как ревниво политика относится к «изменам» тех, кто следует ее путем. И… ты должна понимать, сколько нажила непримиримых врагов, защищая правду и справедливость. Мерзавцы, которых ты хоть когда-то, хотя бы один раз, ставила на подобающее им место за время своей политической карьеры, с удовольствием припомнят тебе все — если узнают!

— Кому какое дело до моих личных забот?

— У политиков, политиков такого уровня как ты, нет понятия «личные заботы» — и ты должна была бы знать это куда лучше меня. Все «личное» тебе полагалось выбросить на свалку, когда тебя избрали: сначала Королевой, а потом выбрали в Сенат! Падме, милочка, я все понимаю! — но к матери приходил Тайфо, а потом отец разговаривал с Панакой. Если Тайфо совсем не в курсе происходящего — и просто ревнует тебя к мужу, то Панака настроен серьезнее — и он-то знает, что вы с Энакином вполне себе законные супруги. По обычаям Набу, разумеется — и Панаку сильно беспокоило, как к вашему браку может отнестись вся остальная галактика, поскольку, вы оба лица публичные. Тебе передать, что сказал Куарш Панака отцу? — или ты сама догадаешься о последствиях, если о твоем браке станет известно широкой публике: как политических, так и юридических?

— Панака, кому он еще говорил?

— Только Палпатину. Но, тот будет молчать — инцидент, в котором пострадает репутация Набу, ему совсем не нужен. Вопрос в другом: пока речи не было про детей, предъявить вам с мужем фактически было нечего — дроидам можно стереть память, а священник имеет право хранить молчание даже перед законом. Детей вы не спрячете.

— То, что ты предлагаешь, будет еще хуже!

— То, что я предлагаю, решит все ваши проблемы. Ну и что, что твои мальчик и девочка будут звать тебя «тетя», а не «мама» — пока не подрастут, и им можно будет сказать всю правду? Зато их никто не тронет, и не обидит — не заберет в тот же Орден, против вашего с мужем согласия. Или ты сомневаешься, что я и мой муж будем любить их меньше, чем наших собственных дочерей?

— Он что, в курсе?

— Именно Дарред все и организовал, когда нам стало понятно, чем это дело может тебе грозить! Падме, пойми: мы одна семья! — если тебе и Энакину не поможем мы, то кто вам вообще поможет?

— Как то это нехорошо… я ведь думала, что у тебя и вправду родилась двойня, так обрадовалась…

— Да уж, пришлось постараться. К сожалению, тут слишком многие знали, что после рождения младшей дочери я больше не могла иметь детей. Ну а новорожденные… мы ведь нигде с ними и не показывались: сделали объявление и все. Сказали, что младенцы родились недоношенными и слабыми — подрастут побольше, тогда и будет официальное представление для родни и знакомых.

— И никто не поинтересовался подробностями?

— Ну, мы с Дарредом не джедай с сенаторшей — кому мы нужны? — пара заметок на задворках колонок светской хроники, и все, никаких сенсаций. — А родственники согласны подождать более благоприятного времени, чтобы увидеть наших «деток» своими глазами.

— Так значит, никаких таких твоих новорожденных детей нет совсем?

— Падме, ну ты что, считаешь нас совсем живодерами? — конечно, не было и нет! Как мужу удалось все организовать — отдельный разговор. Но дети будут, если ты согласишься с нашим планом — и всем будет хорошо: и репутации Набу, и твоим деткам, и нашей семье. И у тебя с Энакином тоже головы болеть меньше будут. Или ты сомневаешься, что какой-нибудь Ганрей, который — я знаю! — нанимал несколько раз убийц для тебя. — Он, или кто другой из твоих врагов, постесняется отыграться за прошлые неудачи на невинных детях?

— Но как же…

— Когда придет время рожать — а это уже скоро, не так ли? — сделаем вид, что произошел несчастный случай, что ты попала в госпиталь. Выйдешь оттуда уже без признаков беременности. Никаких официальных объявлений, разумеется, делать не будем: для всех ты ведь не замужем. А неофициально, для репортеров желтой прессы и другой подобной братии — из-за травмы у тебя начались преждевременные роды. — Твою жизнь врачи спасли, а вот детей спасти не удалось. И пусть все борзописцы галактики гадают: так ли это на самом деле! Ну а я, тем временем, покажу родственникам своих новорожденных детишек — за пару дней до того, как у тебя якобы случатся «неудачные роды». Соотнести двойню, которая родилась почти на два месяца раньше, и твоих вроде бы не выживших детишек не сможет никто — все будет сделано чисто и аккуратно.

— Ты меня не осуждаешь, за все эти хлопоты и беспокойство, что я вам доставила?

— Наоборот, я рада, что ты все же не похоронила себя заживо. Знаешь, еще тогда, когда ты прилетела в первый раз со своим будущим мужем домой, я поняла — у вас обязательно что-то будет. И, хорошо, что получилось, сестренка.

— Сестрица, почему политикой у нас в семье занялась я, а не ты!

— Тебе правдивую версию, или красивую рассказать…

* * *

— Боевая тревога! Всем занять места согласно штатному расписанию! Аварийным группам приступить…

Голова у Далла раскалывалась: только прилег отдохнуть после почти суток на ногах, и вот — на тебе! — Быть выдернутым из сна подобным образом — приятного мало, даже для форсъюзера. Хорошо хоть остатки сонной одури как рукой сняло: адреналин в крови сыграл роль самого лучшего стимулятора — а с головной болью он как-нибудь справиться. Но кто, кто мог подумать: дома, в своей собственной базе взрывается новый флагман тионского флота! Причем, самое странное — взрывается именно в тот момент, когда на его борту с инспекцией находится сам король, собственной персоной. Есть от чего голове заболеть, черт ее подери. Пока Далл выслушивал голос старшего вахтенного офицера «Черного Скимитара, доносящийся по интеркому, в голове копошилась одна мысль: «Что с Райденом»? Несмотря на то, что но уже многое знал и умел делать с помощью Силы, Далл все же не считал себя великим форсером — но даже его способностей хватало, чтобы телепатически разговаривать с Райденом с расстояния в несколько тысяч световых лет. Но, все его попытки дозваться друга через ментал остались безуспешными. Однако, в то же время, Сила почему-то упрямо твердила Даллу Борджину, что Райден жив! Что же тогда с ним случилось и где он, раз не может ответить на его зов? Находится в бессознательном состоянии и медленно умирает где-то среди обломков «Королевы Ранруна»? — поисковые и спасательные партии еще не закончили работы среди искореженного до неузнаваемости корпуса дредноута. Собственно, эти работы лишь недавно начались, хотя — некоторые предварительные результаты, судя по докладам вахтенных, уже есть. Спасательные службы кларивских верфей и местной военной базы работают выше всяких похвал — это следует признать. Но Далл от этого никак не легче, как и остальным живым солдатам, членам корабельных экипажей и офицерам вооруженных сил Тиона, которые сейчас находились тут — их король и главный командир пропал без вести после взрыва.

Так, кого необходимо немедленно оповестить о случившемся? — Без сомнения, в первую очередь — Графа. Потом Тофена и Маргаара Крона, Глава Регентского Совета Тиона вот-вот сам прибудет в систему Кларива. Кого еще? — Да тех, кому Райден больше всего доверял: Алгора Мелассина, Джейма Эззера, Пурпурного, Булата, Ассегай, Яростного Огня — и Джодела Горани, несомненно! — Дальше, немедленно отдать приказ о приведении Тионской Добровольческой Армии, флота и спецслужб в состояние полной боевой готовности: Далл ни в какие совпадения не верил — это не случайный взрыв, это диверсия или теракт! И это напрямую ставило вопрос: оповещать ли о случившемся леди Леонию? — Да, сообщить, причем — немедленно! — Если это диверсия или теракт, то следующим объектом атаки может стать она, или их с Райденом дети. Другие руководители КНС и политические союзники Райдена… нет, никого еще оповещать пока не будем — нам сейчас только лишнего ажиотажа, а то и паники не хватало…

Что еще, чего он забыл? — Далл обратился к старшему вахты, находящейся сейчас на мостике «Черного Скимитара».

— Наррен, скажи пожалуйста, система Кларива уже полностью закрыта?

— Так точно, мой командир: через три минуты после катастрофы движение полностью приостановлено — прибывающие суда входят свободно, а отлет не разрешен никому. Все под контролем, нарушителей не зарегистрировано — народ понимает и не возмущается, даже вольные торговцы готовы подождать.

Почему Далл хотел узнать о том, покидали ли кто систему Кларива, он и сам до конца понять не мог — но, вот хотелось иметь ясность, и все! — Не иначе, что-то связанное с Силой. Так, был взрыв — потом был отдан «стоп приказ» Службой Управления Движения — это все понятно. Что-то он мог упустить, пока задремал. Сколько он спал то, вообще? — получается, что всего где-то полчаса «мертвого» времени… Райден, в это время, уже примерно часа полтора как был на борту «Королевы Ранруна»…

— Наррен, посмотри, сколько кораблей — вплоть до фрахтовиков, — покинуло пределы системы Кларива примерно за полчаса до взрыва. Что за корабли: откуда прибыли, куда направляются — особенно интересно, отлетал ли кто-то, в это время, с борта «Королевы Ранруна».

— Хорошо, сэр! — но дело это не быстрое: Кларив очень «бойкое» место, с насыщенным графиком полетов космических кораблей — в том числе, и транзитных тоже. Сейчас дам приказ аналитикам.

— Я не тороплю, главное — проверить все тщательнее. Свяжитесь и с гражданскими диспетчерами тоже — любая странная и необычная информация нам будет интересна…

* * *

Едва увидев на покрытом пылью и налетом ржавчины покрытии пола ангара стоящий там памятный шлюп, Энакин подумал, что они с гранд-мастером чуть было, не опоздали! Поскольку ангар был расположен внутри здания, снаружи — даже при полностью открытых главных воротах — шлюп был совершенно незаметен. Полумрак и кажущееся запустение вокруг: внутри голо и все ценное давным-давно ободрано — только исполинские балки торчат вверху, как ребра гигантского дохлого дракона. Мельком оглядев кораблик, внутри которого, в носовой кабине, неподвижной куклой застыл дроид-пилот, Энакин отметил места, где шлюп поразили лучи лазерных пушек его истребителя. Все починено, и даже свежее защитное покрытие нанесено: если не знать, то и не найдешь, куда в прошлый раз попали его выстрелы. Так вот с кем Сидиус планировал сегодня встречу! Энакин отдал приказ пилотам НВШТ держать корабль Графа под прицелом — на случай, если тот прорвется и попытается на нем скрыться. Остальным клонам джедай приказал следовать за ним и Йодой — прямо к внутренним воротам посадочной площадки старинного офисного комплекса.

Внутренние ворота, меньшие по размеру, чем главные ворота ангара, тоже были открыты полностью. — И, в отличие от ангара, коридор, который начинался за ними, был неплохо освещен: то ли сохранились старые светильники, помнящие еще времена процветания «Ли-Мердж», то ли теперешние «пользователи» заброшенного комплекса позаботились о собственном комфорте. А вот дальше — в зале, куда выходил коридор, царил настоящий мрак, который почти не рассеивал странный призрачный свет, идущий откуда-то снизу, от пола просторного помещения. Оставляя холодные мурашки, пробежали по коже потоки Силы: металлический привкус во рту, словно от крови, и такое чувство, что резко поменялось атмосферное давление — словно истребитель с не имеющей герметизации кабиной вылетел от поверхности земли куда-то в стратосферу. — Где то там, впереди, сейчас проводился ритуал, в котором использовалась Темная Сторона Силы. Энакин невольно перешел на бег, чувствуя, что Йода бежит где-то следом за ним — маленькому гранд-мастеру нелегко было поспевать за своим более рослым молодым подчиненным.

— Арестовать ситхов должны мы, убивать врагов только в крайнем случае допустимо!

Голос старого джедая был ровен и спокоен, как будто им не предстоял сейчас бой не на жизнь, а на смерть.

Скайуокер прикинул возможную тактику действий: в Силе, впереди, кроме двоих одаренных, никто не ощущался — но это, ни о чем не говорило — на войне случалось всякое. Так, одно отделение клонов осталось сзади, у входа в коридор, ведущий к их транспорту и кораблю графа Дуку: не то в качестве охраны, не то — как засада, — на самый крайний случай. Рекс с остальными сейчас бежит рядом.

— Второе отделение — уходите вправо, как только пройдем коридор! Третье отделение — уходите влево! Рекс, ты с первым отделением — держитесь за мной и магистром Йодой!

Когда Энакин это произнес, они как раз почти влетели в большой полутемный зал. Стол? Алтарь? — Что-то непонятное в центре, на котором находится не то чаша со светящейся субстанцией, не то какая-то голопроекция: две темные фигуры тянут к ней руки, из пальцев которых летят на этот алтарь настоящие молнии! Привлеченные шумом у входа, обе фигуры оборачиваются в их стороны, прерывая свой ритуал. Невысокую, закутанную в мантию с натянутым на лицо капюшоном фигуру одного их ситхов трудно опознать. Зато второй… благородный профиль лица графа, с его неизменной аккуратной седой бородкой, металлический блеск изогнутой рукояти светового меча на поясе — бросается в глаза сразу же.

— Сдавайтесь! Именем Республики вы арестованы!

Единственной реакцией на слова Скайуокера являются вытянутые вперед руки обоих ситхов — и каскад молний, которые вылетают навстречу ему, Йоде и солдатам. Чисто инстинктивно, повинуясь Боевому Предвидению, Эникин прыгает вверх и вперед — перескакивая в длинном прыжке смертельно опасные разряды. Судя по крикам сзади, его бойцам не так повезло… плохо, черт побери — Молнии Силы это не игрушка! Еще в полете джедай зажигает клинок своего меча, готовый встретить им новые молнии, если они последуют вслед за первыми разрядами — и видит вспыхнувший перед собой алый клинок: похоже, Граф решил не меряться с ним голой Силой, а пустить в ход свое искусство фехтовальщика. Энакин почувствовал, что одновременно с ним Йода тоже прыгнул — по направлению к Сидиусу. Что ж, каждому свой противник!

Быстрый и беспорядочный обмен ударами дает неожиданный результат: граф Дуку не то слишком устал, потратив, перед этим, много сил во время проводимого тут ритуала — или перенапрягся, пуская молнии, не то просто из-за чего-то отвлекся — но меч Энакина зацепил ногу противника, заставив того оступиться и припасть на колено. Чисто инстинктивно, джедай тут же провел обезоруживающий прием: потерявший равновесие, раненый граф выпустил из руки меч, не сумев парировать сильный удар соперника, нанесенный тем по его клинку. Телекинезом Энакин подхватывает вражеский меч, взяв его потом свободной рукой, и скрестив вместе со своим, подносит их к горлу стоящего перед ним на колене графа — и, опомнившись, чудом останавливает удар! — Даже еще до того, как слышит крик Йоды, обращенный к нему.

— Не делай этого, Скайуокер!

На мгновение Энакин теряет концентрацию. Этого оказывается вполне достаточно, чтобы Силовым Толчком граф сбил его с ног, вышибив воздух из груди и заставив самого выпустить из рук оба клинка: свой и трофейный. Прежде, чем джедай сумел пошевелиться, граф поднялся с пола и Телекинезом потянул к себе свой меч…

Дуку не успел совсем чуть-чуть: клоны, про которых сцепившиеся в полутемном зале форсъюзеры, казалось, начисто забыли, неожиданно напомнили о себе — пыльный сумрак прорезали лазурные треки бластерных разрядов. Даже имей Граф в руках клинок, ему это вряд ли помогло бы — выставленные в режим повторителей бластерные карабины солдат создали такую плотность огня, обрушив на цель настоящий шквал плазмы, что любое искусство отведения и перенаправления выстрелов было бы бессильно…

Скайуокер поднялся и проковылял к тому месту, где лежал его выпавший из рук меч, бросив по дороге взгляд на поверженного врага. Казалось, в уже тронутых смертью глазах графа Дуку застыл немой удивленный вопрос: «Как же так, почему»? — «Что я скажу Райдену»? — в свою очередь пронеслось в голову у Энакина. Даже сработавшее в очередной раз Боевое Предвидение, заставившее его мгновенно зажечь подобранный с пола клинок. — И инстинктивно попытаться принять на него ту порцию Молний Силы, что была предназначена лично ему — из того каскада, который обрушил на всех, кто в это время находился в зале, Дарт Сидиус. — Все пропало зря! Удивительно, но, ни он, ни клоны, в этот раз, совершенно не пострадали — гранд-мастер Йода почему-то не стал закрываться от молний ситха собственным клинком, а… Скайуокер решил, что данное действие лучше всего могло бы быть описано словами: «втянул в себя». Энакин вообще не думал, что такое было возможно! — и уж тем более не знал, как может называться подобная Техника Силы. Тот шквал темной энергии, что должен был бы обрушиться на всех врагов Сидиуса, находившихся здесь, в этом зале, достался одному Йоде. Маленькая фигурка магистра зашаталась, под потоком ситховых молний, и упала на грязный, затоптанный пол зала. До джедая донеслось полубезумное хихиканье… Палпатина: во время схватки капюшон сорвало с головы ситха, показав всем присутствующим его лицо — бледное, с растрепанными седыми волосами и горящими расплавленным золотом и кровью глазами. Скайуокер отстраненно подумал, что хотя бы у части клонов камеры на шлемах должны были работать — и запись у них будет! Между тем, с того места, где Скайуокер сейчас находился, было видно, что ситх находится рядом с открытой широкой дверью, которая выводит на ветхую металлическую подвесную площадку, от которой куда-то в сторону уходил виадук — явно готовый путь для бегства Сидиуса.

Понимая, что ему просто не допрыгнуть сейчас, почти через весь зал, до ситха, который по прежнему поливал тело гранд-мастера молниями, Энакин попытался хотя бы спасти Йоду. Слишком измученный короткой, но тяжелой схваткой, джедай не понадеялся сейчас на свое искусство: призвав на помощь Стихии, Скайуокер просто воспользовался приемом Удар Грома — почти так же, как Граф, со своим Силовым Толчком. Только, эффект был куда как сильнее: удар Стихий буквально выкинул Палпатина в открытый дверной проем. — Продолжая разбрасывать с рук молнии в полете, как настоящий генератор электрических разрядов, ситх пронесся над изъеденными коррозией конструкциями площадки, пробил ограждение — и с воплем рухнул в покрытую мраком бездну. Когда Энакин, вместе с несколькими клонами, подбежал к краю площадки, внизу уже ничего ни видно, ни слышно не было. Джедай открылся Силе: Сидиус не ощущался совсем, никак — опять закрылся? — Или эта тварь, которая прикидывалась его другом и покровителем все же мертва? — нет, на такую удачу Скайуокер не рассчитывал: такие легко на ту сторону Силы не уходят! Попробовав чуть расширить восприятие, джедай буквально запнулся о комочек бесконечной боли и страданий, находившийся сейчас где-то у него за плечами — Йода, ему надо помочь! Превозмогая боль и усталость, он бросился обратно в зал, где рядом с клоном-санинструктором уже работал вызванный с НВШТ штатный меддроид IM-6, и стояли репульсорные носилки. Только бы успеть! Спросив у Рекса, оставшегося, к счастью, в живых и даже, кажется, не сильно помятого: есть ли нормальные записи всего, что происходило внутри здания — получил утвердительный ответ. После чего тут же сделал несколько вызовов по защищенному служебному комлинку: Мэйсу Винду, в Палаты Целителей — и Уи Малро, которого ему оставил в помощь Оби-Ван, когда улетал на эту свою охоту за Гривусом, оказавшуюся пока столь бессмысленной.

* * *

Если бы Мэйс Винду не умел полностью управлять своим гневом, он, наверное, сейчас бегал бы по стенам Зала Совета, и крушил все направо и налево! Хорошо продуманная, и казавшаяся такой легкой операция по захвату приспешников ситха чуть не закончилась полным провалом: секретарша Палпатина, Слай Мур вообще сумела сбежать — а его клон, который, как Мэйс надеялся, станет главным свидетелем обвинения против ситха, погиб при задержании! Черт, да эта почти бездарь чуть не убила, первым же ударом, Агена Колара! — если бы, не бдительность Сэйси Тийна, который был в кабинете лже-Канцлера вместе с забраком, у этой куклы Палпатина могло бы даже получиться. Оплошность совершенно непростительная, хотя Колара тоже можно понять: кто вообще ожидал, что имевший в организме мидихлориан меньше необходимого уровня, этот клон так ловко умеет махать световым мечом? — А потом и вообще, практически, кинется на клинок магистра Тийна. Жаль, оба этих персонажа наверняка знали больше про делишки хозяина, чем остальные их подельники. Впрочем, большинство негодяев из списка, который ему дал Йода, схватить удалось без проблем. Например, помощника Канцлера по связям с общественностью Кинмана Дориану — а так же некоего Ладдинара Торбина, который так вообще оказался одаренным, да не просто одаренным — а настоящим ситхским Аколитом. — Тут Кит Фисто со своей командой хорошо постарался — четко сработали. Мес Амедда… нет, с чагрианином придется действовать аккуратнее: Спикер Сената это не та фигура, которую можно взять за жабры, как мелкого уголовника. Но, то, что Амедда про «темные» делишки Палпатина-Сидиуса достаточно много знал, сомневаться не приходится. Ладно, разберемся! Тем более, что Энакин сделал им сейчас отличный подарок. — Магистр Винду уже практически полностью успокоился: удачно полученные записи схватки в заброшенном здании компании «Ли-Мердж», и ее результат — а так же не менее эффектные кадры того, как махал мечом клон ситха. — Мэйс был уверен, что на Сенат это произведет нужное впечатление — и им хватит голосов, чтобы провести все необходимые для спасения Республики политические решения! Итак, аккуратно надавить на Амедду: его сотрудничество с Орденом сейчас было бы очень не лишним — а еще, показать собранные материалы Уилхуффу Таркину. При всем самомнении Таркина, и его неодобрительном отношении к участию Ордена в войне и назначению джедаев командирами ВАР, Уилхуфф, несомненно, патриот Республики. Вообще, многие сторонники Канцлера поддерживали его именно потому, что видели в нем человека, который может укрепить и спасти государство! — Вот на почве этого патриотизма, вполне искреннего, с ними и нужно работать. А пока, его ждет Сенат: некоторые вопросы необходимо решить немедленно…

Черт, как же не вовремя гранд-матер Йода получил ранение! Удивительно, как маленький магистр вообще ухитрился остаться в живых: принять на себя такое количество Темной Энергии, в виде Молний Силы… воистину, могуществу Йоды можно было только удивляться. Как Мэйс понял из объяснений Скайуокера, гранд-мастер защищал солдат: Молнии Силы Дарта Сидиуса клонов просто убили бы! — Да и сам Энакин, возможно, не успел бы защититься от атаки — граф Дуку его здорово потрепал в схватке. Дуку… известие о гибели графа магистр Винду встретил со смешанными чувствами: с одной стороны, это усложняло всю возможную дальнейшую политику Республики и Ордена — а с другой, в чем-то резко ее упрощало. — И Мэйс затруднялся сказать, к добру это было, или к худу. Да еще и какое-то неожиданно обнаружившееся «движение» среди мастеров и магистров — не то, чтобы оно как то открыто выражало недоверие политике Высшего Совета в Ордене в целом, но — тем не менее, все это сейчас так не к месту! В это время отсутствие гранд-мастера во главе Высшего Совета было очень большой потерей: Йода хорошо умел сглаживать острые углы и находить приемлемые для всех компромиссы. Как заявили Целители, к которым Скайуокер доставил находившегося в бессознательном состоянии Йоду, жизни магистра уже ничего не угрожало — но процесс выздоровления обещал быть долгим и трудным. В Покоях Целителей Мэйсу даже не могли определенно сказать: когда именно гранд-мастер придет в себя и очнется.

И вот теперь приходилось изворачиваться перед господами сенаторами самому: пугать, обещать и чего-то там гарантировать. К счастью, все прошло более чем успешно — записи с кресла Нута Ганрея сильно добавили веса и достоверности видеозаписям с заброшенного комплекса компании «Ли-Мердж», и того, что произошло в покоях Канцлера. Все предложения магистра Винду Сенат поддержал абсолютным большинством голосов: объявил ситха вне закона, назначил самого Винду на должность Лорда-Протектора — спешно придуманный титул, означающий временно исполняющего обязанности Канцлера. — И назначил Скайуокера исполняющим обязанности старшего командира в системе Корусанта, что в свете полной неопределенности положения было совсем не лишним! В Генеральном Штабе тоже все прошло гладко: адмирал Уилхуфф Таркин был не только военным, но и политиком — все санкции и распоряжения Сената там подтвердили, и разослали по войскам в качестве официальных циркуляров. К сожалению, быстро произвести процедуру полного изъятия биочипов у клонов оказалось просто невозможно — зато неплохо сработала идея с созданием мобильных «глушилок», забивавших нужные частоты. Очень вовремя!

Потому, как Дарт Сидиус вовсе не собирался уходить в подполье: у ситха имелся даже какой-то резервный пункт управления — откуда он сигнал с «приказом номер шестьдесят шесть» в войска и отдал! Если бы не заранее приготовленные и включенные системы электронного противодействия… последствия могли бы быть самыми печальными — даже, несмотря на то, что всех джедаев, находящихся в армии, сразу же предупредили. Там, где «глушилки» не сработали, как надо, дело обернулось большой кровью. Хуже всего пришлось в тех местах, где и обычные офицеры оказались приверженцами Палпатина, не отступившимися от него. К сожалению, в большинстве своем это как раз были части, дислоцировавшиеся в системе Корусанта — и корабли охранявшего его флота! Если бы Скайуокер чуть опоздал с тем, чтобы принять командование силами флота на орбите Корусанта, что остались верными Республике, все могло бы обернуться совсем скверно. К счастью, молодой рыцарь успел вовремя: когда адмирал Скрид от своего имени, и от имени своих подчиненных, объявил, что остается верным Палпатину — флот Республики был уже готов ответить на эту угрозу.

Жаль, что новая должность никак не позволяла Мэйсу Винду сейчас самому принять участие в бою: насколько же легче правильно действовать, когда видишь перед собой реального противника, а не его неясную тень…

* * *

Сама Сила кричала во весь голос: Умер! Умер! Умер! — только слышали этот ее крик лишь те, кто были способны Силой повелевать. На Корусанте, на Датомире — и еще на сотнях и тысячах иных миров галактики. В ярости боя, никто почти не заметил сам момент, когда погиб великий ситх — последний истинный ситх в галактике: только эхо отголоска этой гибели услышали все форсъюзеры, у кого доставало таланта и умения по-настоящему слушать Силу. Лорд ситхов погиб от одного случайного, нелепого выстрела — промахнувшегося по намеченной цели, но попавшего по совсем другой — просто не во время оказавшейся на линии огня. — Неодушевленная, упертая на «цифре» математических теорий и физических законов Материя оказалась сильнее самой Великой Силы, с ее отрицанием случайности и неопределенности! Когда в небольшом, по космическим масштабам, объеме пространства над столицей Республики, пока еще Республики — и теперь уже, наверное, надолго Республики, оказались слишком велики концентрация и плотность огня турболазеров. — И оказалась слишком велика ярость схватки двух только что бывших братскими флотов боевых кораблей, схлестнувшихся вдруг насмерть в новой битве там, где еще совсем недавно они били общего врага. — Воля этой ярости битвы превзошла волю самой Силы: подброшенная в очередной раз Судьбой монетка встала на ребро…

Боевая Медитация не терпит как потери концентрации, так и отвлечения внимания на защиту самого себя — поэтому Дарт Сидиус не мог ни почувствовать, ни попытаться как то избежать того рокового выстрела третьей башни главного калибра с правого борта стардестроера «Гуарлара». Выстрела, который вообще-то был нацелен вовсе не в челнок низложенного Верховного Канцлера, а в тяжелый крейсер типа «Дредноут» — до которого этот челнок так безуспешно пытался добраться. — Тяжелый крейсер, в отличие от кораблей из Армады Разомкнутого Кольца, остался верным бывшему Главнокомандующему Великой Армией Республики, и еще подчинялся его приказам. В том числе и последнему, из списка Чрезвычайных, — тому, что стоял там под номером шестьдесят шесть. Но, если многие корабли Флота Обороны Корусанта, чьи экипажи, состоявшие в основном из таких же точно клонов, как и экипажи флота Скайуокера, подчинялись воле и Силе того, кого они по-прежнему считали главой государства — всего, лишь ложно обвиненного подлыми заговорщиками и врагами Республики. — То те, кто выполнял другой приказ из «чрезвычайного списка» — под номером шестьдесят пять — думал совершенно иначе. И никто из них не хотел уступать другим. Впрочем, если уж быть до конца честными и точными, то, мысли экипажей и той, и другой армад были не целиком их собственными. Конечно, боевая медитация не майнд-трик, но по настоящему синхронно и слаженно, подобно шагающему в ногу монолитному строю, в бою можно действовать только тогда, когда в голову приходят одинаковые мысли — а все объединенные ей существа начинают чувствовать себя клетками одного гигантского организма. Нет, такой взаимной синхронизации, какую обеспечивает Боевое Слияние, так добиться невозможно — но Боевое Слияние достижимо только между одаренными, а не между простыми существами, нечувствительными к Силе. Только вот и при использовании Боевой Медитации степень управляемости войсками и флотом поднимается до такого уровня, который не в состоянии обеспечить никакие электронные средства коммуникации. Более того, Боевая Медитация способна охватывать в единое целое лишь живых существ — мертвое железо дроидов для нее не существует, — те, кто в свое время заказал каминоанцам клонов для республиканской армии, это прекрасно знали. А еще, Боевую Медитацию не могут подавить никакие «глушилки» — ей можно только противопоставить свою Боевую Медитацию. Или попытаться вывести из строя того форсъюзера врага, который ее применяет. Последнее, как правило, является самым эффективным из всех возможных методов противодействия.

Способность к Боевой Медитации не такая уж частая — но и не слишком редкая между форсъюзерами. И поэтому когда отрешенный от власти, на спешно собранном чрезвычайном заседании Сената, Палпатин обратился к оставшимся верным ему войскам не только на словах, но и в Силе, у его врагов тоже нашлось, кому и чем ему ответить. Но если на земле, в районе комплекса правительственных зданий, Сената и Храма джедаев, превосходству бойцов из 501-ого легиона, и других боевых частей ветеранов, пропалпатиновским разрозненным отрядам абсолютно нечего было противопоставить, то ситуация на орбите была совершенно другой. Конечно, флот охраны Корусканта, где все назначения отслеживались бывшим канцлером особо тщательно, и куда попадали только люди заведомо ему лояльные, очень сильно пострадал при нападении армады Сепаратистов. И свежее пополнение кораблями и людьми не было столь надежно — ни по лояльности экипажей, ни по степени их подготовки. Но даже с учетом того, что часть кораблей подчинилась приказам Генерального Штаба, заявившего о лояльности Сенату, и была не намерена лезть в схватку, преимущество флота Палпатина над оставшимися кораблями из оперативной группы Армады Разомкнутого Кольца, что пришла на помощь столице при отражении атаки Гравуса и теперь поддержала Сенат, было подавляющим. Только тот, кто командовал этой оперативной группой, имел на этот счет свое мнение.

Любому мало-мальски разбирающемуся в военном деле было ясно, что даже исправно работающие планетарные щиты не остановят победителя в схватке на орбите. Урок, преподанный Гривусом, был еще свеж в памяти у всех — победивший в космосе получит все. Когда пришла информация с земли: о том, что начались бои между силами Республики, попытавшимися найти и арестовать вновь заявившего о себе низложенного Канцлера, и оставшимися верными Палпатину войсками. — Энакин Скайуокер, спешно утвержденный Сенатом в должности командующего флотом, находящимся в системе Корусканта, приказал немедленно открыть огонь по тем кораблям, которые не подчинились воле законного правительства. Таких, к сожалению, оказалось слишком много: где то командование удержали преданные сторонники Палпатина, где то не сработали спешно изготовленные системы глушения сигнала — и у клонов сработали не извлеченные из голов биочипы. Конечный результат был один — большая часть Флота Обороны Корусанта проигнорировала приказ Сената и Генерального Штаба — и заявила о своей преданности бывшему Канцлеру. Казалось, время повернуло вспять — небо над столицей снова окрасилось зловещими огнями войны. Замерший подобно древней статуе, уставившейся невидящими глазами в транспаристил обзорных окон, на мостике флагманского «Венатора» Скайуокер, погруженный в Силу, дотянулся через нее до каждого из боевых кораблей признавших его своим командиром. Сила, текущая через пространство и время подобно безбрежной реке, направленная волей и талантом джедая, коснулась каждого разумного существа в экипажах кораблей, от их командира, до последнего помощника техника, соединив их всех во что то, объединенное единой волей ради общей цели. Палпатин всего лишь на миг промедлил, поскольку еще не успел добраться ни до одного из «серьезных» кораблей своего флота, пусть даже какого-нибудь захудалого корвета, — вынужденно начав медитацию прямо в салоне своего личного челнока класса «тета».

И пусть загодя объявленная «готовность номер один» позволила обеим сторонам заранее приготовиться к бою. — Но, закачать колоссальное количество энергии в накопители турболазеров перед выстрелом, открыть боевые порты ракетных батарей, поставить дефлекторные щиты или выбросить через давно открытые огромные створки ангаров тучи истребителей и бомбардировщиков — все это требовало секунд, а то и минут времени. Еще больше ушло времени на то, чтобы «холодные» основные двигатели кораблей вышли сначала на рабочий, а потом и на форсированный режим, и эти громады смогли, наконец, начать боевое маневрирование. Космос безжалостен: потерянные напрасно секунды не вернешь обратно ни чем — в этой лотерее кто не успевал, тот опаздывал. — Причем, опаздывал обычно сразу на целую жизнь. Только боевой опыт позволял эти самые лишние секунды если не вернуть у самой Судьбы, то хотя бы давал шанс отыграть у менее удачливых конкурентов — и в этом у Скайуокера и экипажей его кораблей тоже было преимущество перед «корускантскими тыловиками». Ракеты и протонные торпеды, выпущенные кораблями Скайуокера, все еще летели к намеченным целям. — А первые ответные выстрелы, сделанные энергетическим оружием флота Палпатина, уже сверкали вспышками пока еще безвредного огня — разбиваясь бессильно о поверхности дефлекторных щитов, которые противник успел-таки поставить до первых попаданий, в отличие от них самих. — Выстрелы турболазеров Армады Разомкнутого Кольца и тех кораблей Флота Обороны Корусанта, что подчинились новой власти, рвали броню и беззащитные борта кораблей своих противников — генераторы щитов которых не успели выйти на боевой режим! Оба флота уже выпустили тучи своих загруженных под завязку боекомплектом истребителей и бомбовозов, и теперь судорожно шарили стволами скорострельных лазерных батарей и тракционными лучами — ощупывая пространство в поисках вражеских ракет, торпед и их шустрых маленьких, по сравнению с громадами боевых кораблей, носителей. Стремительно понеслись через пространство «плевки» ионных пушек, каждое попадание которых грозило выходом из строя всей электроники и превращением невезучей мишени в груду мертвого железа, с еще живыми, пока еще, существами на борту. Наконец, где то посередине между обеими армадами встретились две волны истребителей…

Те лишние секунды, отвоеванные заработанным потом и кровью в бесчисленных битвах жестокой войны опытом, позволили скайуокеровским истребителям и бомбардировщикам быстрее и лучше построиться для атаки. Одинаковые машины и даже, кое где, одинаковая раскраска заставляли пилотов надеяться только на спешно перепрограммированные системы опознавания «свой-чужой». И молить Силу о защите от «дружественного огня». Если в бою с дроидами-истребителями сепов была надежда хотя бы на собственное мастерство, то тут в кокпитах вражеских машин сидели точно такие же клоны, обученные по тем же программам, на том же оборудовании и, зачастую, теми же самыми инструкторами. Даже военный опыт был понятием растяжимым: текучесть кадров и регулярные ротации среди летного состава изрядно уравнивали шансы сторон — плюс, недавнее грандиозное сражение в этом же самом куске пространства тоже дало «местным» кое-чего, в плане полезного опыта. Жизнь обычного пилота на войне так же коротка, как у мотылька-однодневки. Впрочем, признанному асу долгой жизни тоже никто не гарантирует: сплошной стене заградительного лазерного огня на опыт и искусство пилота абсолютно наплевать — равнодушная и безжалостная статистика всегда находится на ее стороне. Впрочем, джедаи — да и вообще, все одаренные — обычно в эту самую статистику укладываются крайне плохо.

Казалось бы, прописная истина: «Порядок бьет класс». — В войне побеждает не превосходство в численности, и даже не превосходство в технике — в войне всегда побеждают порядок и организация. И то, и другое сейчас было на стороне Скайуокера: ни таланты и могущество Палпатина в Силе, ни численное превосходство его флота не могли заменить опыта экипажей и авиагрупп Армады Разомкнутого Кольца — и таланта флотоводца-джедая, выкованного за три кровавых года войны. Четкий строй палпатиновской армады начало потихоньку раздирать на куски — как не старались этому помешать Терринальд Скрид и его офицеры. Предвидя это, бывший Канцлер отправился на орбиту еще до первого выстрела в космическом сражении, что бы быть в центре гигантской мясорубки, — и попытаться свести все к простому размену «корабль на корабль», — что было для его флота самым реальным шансом на победу. Отвлеченный на борьбу в ментальном плане: в противостоянии одной Боевой Медитации другой, Палпатин просто физически не мог отвлекаться еще и на Боевое Предвидение тоже — как, впрочем, не мог этого делать и Скайуокер. Но если Скайуокер уже пребывал под защитой брони и дефлекторных щитов своего флагманского стардестроера, то небольшой челнок Палпатина, или вернее Дарта Сидиуса, мог противопоставить огню корабельного оружия только скорость и маневренность, и еще — удачу.

Вот как раз удачи, в этот день, ситху и не хватило: выстрел турболазера главного калибра стардестроера типа «Венатор» способен обратить в пыль небольшой астероид — челнок типа «Тета» имел в длину меньше двадцати метров. Да, на челноке была установлена дополнительная броня, да, мощность его дефлекторных щитов тоже была куда выше стандартной — но все это было рассчитано только на защиту от оружия «одноклассников» или обычных истребителей. Попадание заряда турболазера «Гуарлары» мгновенно превратило челнок, вместе с его содержимым, в облако высокотемпературной плазмы. Короткое время это облако еще поиграло в небе над столицей мерцающими отблесками какого-то нездешнего огня. Потом облако плазмы рассеялось и погасло…

Казавшаяся только что несокрушимой стена палпатиновского флота сломалась, потеряв опору в виде его протянутой к каждому из своих бойцов ниточки воли. Казалось, из армады адмирала Скрида кто-то невидимый вытащил стержень, на котором все только и держалось. Мгновенно почувствовавший изменение токов Силы Скайуокер выпал из состояния медитации в реал: слишком соблазнителен был шанс сейчас разом прекратить бойню и спасти как можно больше жизней солдат теперь уже снова ставшей единой Республики — дав бойцам противника, которые были подобны слепцам, вдруг потерявшим своего вожака, шанс на жизнь.

— Передать на корабли адмирала Скрида предложение прекратить огонь! Доложить обстановку по флоту!

Почти одновременно выпалил приказы Энакин, отворачиваясь от обзорных окон мостика к Уи Малро, сегодня прикрывавшему его спину — так, на всякий случай, — и к штабным офицерам. И раньше, чем кто-либо успел сказать хоть слово, он добавил

— Палпатин только что погиб!

Почувствовав гибель ситха в Силе, чуть дернул ручкой управления своей «Эфирной Феи», едва не врезавшись, при этом, в чужой истребитель посреди грандиозной «собачьей свалки», Сэйси Тийн.

Мгновенно напрягся, а затем слегка расслабился, в кабине истребителя вечный оптимист Кит Фисто — возглавляющий поднимающуюся от поверхности планеты к месту схватки свежую авиагруппу.

Нервно сжал ладонь на рукояти не активированного пока светового меча Аген Колар, что пробирался через нижние уровни в тыл врага, к штабу одному из пропалпатиновских подразделений Гвардии Корусканта, вместе с командой клонов из 501-ого легиона.

На мгновение умолк обсуждавший с офицерами Генерального Штаба и представителями Сената текущую обстановку Мэйс Винду.

Каждый из них слушал Силу, вещавшую о гибели последнего из их вечных врагов. Свершилось! И как то вдруг не интересны уже стали ни посыпавшиеся донесения о прекращении огня с вражеской стороны, ни первые известия о капитуляции, причем без всяких условий, только что бывших до смерти верными Палпартину кораблей, подразделений и просто одиночных истребителей — ни даже о том, что отдельные очаги сопротивления все еще остаются не подавленными. Все кончилось!

Но даже те, кто мог слушать Силу, были не способны видеть сейчас ее горестный лик — и у тех, кто «слышит» Силу, нет для этого «глаз». — Ведь Силе безразличны и «стороны» и «цвета», и она одинаково любит всех своих детей: что Светлых, что Темных — без разницы. Впрочем, Сила плакала не над тем, для кого все уже закончилось, и кто слился с ней навечно — она сейчас плакала о живых.

* * *

Суун Бейтс нервно расхаживал по комнатам, которые он занимал в Храме: гостиная, она же прихожая, маленький и уютный кабинет — и такая же небольшая спальня. — Санузел… там сейчас делать нечего, точно так же, как в пустующей комнате, которую когда то занимал его бывший падаван — впрочем, в «падаванскую» он тоже пару раз уже заглядывал! Черт, никак не удается посидеть спокойно: Суун знал за собой такую черту, которую многие почему-то воспринимали как суетливость, или, тем паче, как неумение контролировать собственные эмоции. «Нет эмоций, есть покой» — отлично срабатывавшая у других мантра Бейтсу не слишком помогала. Может быть, потому, что мастер Суун никаких эмоций, на самом деле, вовсе не испытывал? — просто, странная особенность организма: иная реакция на внешние раздражители, чем у других людей. Мозг Бейтса работал сейчас четко и эффективно — а мысли были такими же ясными, как после хорошей глубокой медитации…

Последние события хорошо всколыхнули Орден: привели в движение глубинные пласты казавшейся монолитной массы джедаев — и, неизбежно выкинули на поверхность грязную пену. Первое было хорошо: сам Суун Бейтс, как и его единомышленники, видели в этом начало долгожданных перемен, которые должны были вдохнуть в Орден новые силы. Второе было, как бы это поточнее сказать… нет, не плохо — просто неприятно. Но, абсолютно неизбежно, во всякое «время перемен». От мусора требовалось избавиться, и, чем скорее — тем лучше. — А, такой вот подъем разной «мути» наверх, является лучшим способом выявить само ее наличие в любом деле или организации. Ведь, пока то, что не должно присутствовать в рядах Ордена, не вытащено на свет, то и речи не могло идти о том, чтобы начинать от этого избавляться. Хуже всего, когда гниение начинает идти с самого верха: не ослабни воля и мудрость всех без исключения Советов Ордена — как Высшего, так и иных — разве ситх сумел бы вообще забраться так высоко? Хвала Силе — мастера и магистры наконец-то задумались: что и где у них идет не так. Еще лучше, что многие наконец-то осознали, что сидеть и ждать, когда оно все само рассосется, нельзя — и нужно действовать. Причем поняли, пусть и с опозданием: действовать надо, чем быстрее — тем лучше. Были, конечно, среди джедаев и сомнения, каким именно, путем и в какую сторону идти. Но это тоже вещь неизбежная: для того, по большому счету, и создавались все Советы — обсудить проблемы, выбрать пути их решения и проконтролировать последующее исполнение приказов! Однако, изначально подразумевалось, что во всех Советах Ордена — а особенно в Высшем — будут находиться компетентные и ответственные разумные! Вот как раз с этим то и выявились накладки.

Высший Совет, по мере разрастания этой бессмысленной и губительной войны, все больше и больше выпускал из своих рук нити управления событиями. Другие Советы, сосредоточившись на управлении повседневной жизнью Ордена, самоустранились от решения общих проблем. Результат вот он: попытка государственного переворота, неудачный мятеж и паралич органов власти Республики — и все это в такой степени, что джедаи теперь вынуждены брать на себя не свойственные им функции. А ведь можно было, в самом начале, действовать куда более жестко и решительно! — Тем более, что еще тогда умные люди хорошо понимали, к чему все идет. И не надо говорить, что у сколоченной Дуку КНС тогда были уже и флот, и армия из дроидов — а у Республики совершенно ничего не было. У Ордена — и Республики! — было двадцать тысяч бойцов, способных парализовать все усилия мятежников массой точных, хирургических ударов. Хотя бы, как было проделано с теми же дикарями-калишцами. Пока еще можно было обойтись малой кровью. Те, кто бессмысленно погиб на Арене Петранаки, могли бы отдать жизни более… осмысленно — и по настоящему предотвратить большую войну, а не дать своей гибелью старт галактической бойне. Мало джедаев на целую галактику? — А кто запрещал привлечь к наведению порядка еще и Корпуса Обслуживания? — Бейтсу было совершенно точно известно, что многие члены Корпусов добровольцами рвались на фронт, в бой. Не было ли для Ордена целесообразнее пожертвовать жизнями этих добровольцев, а не посылать, например, в бой молоденьких падаванов, еще вчера бывших обычными юнлингами? Бесполезная, и зачастую бессмысленная гибель будущего Ордена. И, пожалуй, самый болезненный промах: почему так мало внимания уделялось росту численности рядов Ордена — особенно, если была уверенность, что имеющихся сил недостаточно? Иметь сведения о миллионах потенциальных членах Ордена — и не сделать ничего, чтобы взять на обучение не стони, а тысячи кандидатов! Учителей бы хватило с избытком: есть опыт «летающей академии» Чу'унтора, есть опыт разного рода провинциальных Праксеумов и Анклавов Ордена — и, еще большее число таких старых мест до сих пор стоит заброшенными, и никак не используется. Вопросы, вопросы… готовых ответов, к сожалению, у него нет — так же, как и у других мастеров, с кем Суун Бейтс разговаривал на эту тему.

Что это — глупость или измена? Как ни печально осознавать, но явно имело место и то, и другое! Йода… вина за теперешнее состояние дел лежит, прежде всего, именно на нем: вождь он на то и вождь, чтобы вести за собой других. — Но, разве другие члены Высшего Совета не несут своей доли вины за произошедшее? Ладно, гранд-мастер все же осознал свой долг, пусть и не сразу. Но, Йода пока находится в Палатах Исцеления — и, ни один Целитель не может сейчас сказать, когда он может вернуться к активной деятельности. Мэйс Винду? — Суун готов был признать, что корун неплохо справился с политической частью: сумел поставить Сенат на место, и дал понять всем, что Орден не оставит Республику без своей поддержки. Но, этот титул, который он принял от Сената, и, что еще хуже — эти его заигрывания с военными! — Сейчас джедаям только обвинений в том, что они хотят вернуть доруусанские порядки, не хватало для полного счастья: неужели нельзя было найти подходящих подставных фигур, которые могли бы занять соответствующие места? То, что весь этот объем чрезвычайных полномочий и рычагов управления, которые прибрал к своим рукам Палпатин, необходимо было разделить между несколькими персонами — сомнений нет. — Но джедаи должны оставаться над схваткой: только тогда у них будет возможность контролировать работу республиканской государственной машины — и задавать ей нужное направление. А не подстраиваться под текущие обстоятельства, как сейчас приходится делать магистру Винду. Лорд-Протектор, надо же — похоже, Мэйс еще не набил себе достаточно шишек, с начала войны, раз продолжает стучать лбом в запертые двери, пытаясь «играть в политику» по правилам самих политиков! Остальные члены Высшего Совета… да, тут еще хуже: ставленники своих фракций, которыми Йода и Винду вертели, как хотели. Ну, положим, как раз с другими фракциями теперь, когда ситуация поменялась, можно будет договориться напрямую. Вопрос в другом: на поддержку кого он и его единомышленники могут рассчитывать в Высшем Совете? Ки-Ади-Мунди? — несомненно! — А еще, этот старый консерватор обладал сейчас, пожалуй, самым большим влиянием в Совете, после Йоды и Винду. Сам магистр Винду? — сейчас это тоже вынужденный союзник, по ситуации. Но, может выступить и как противник — особенно, с его теперешней «должностью». К сожалению, у Винду в Совете крепкие позиции: Кит Фисто несомненно всегда поддержит товарища — и Сэйси Тийн, который демонстративно сторонится всяких политических игр, тоже. Как ранее их преданность принадлежала Йоде, так теперь она будет принадлежать Мэйсу — просто по факту того, что он формальный лидер. Кеноби… вот с этим могут быть проблемы: слишком уж крепко держался он за мнение гранд-мастера — даже Тийн всегда действовал куда как свободнее. Пло Кун — вот этот точно темная банта: его и Мэйс, в свое время, подставил — с делом падавана Скайуокера. — Но, и с некоторыми нашими сторонниками он, мягко говоря, не в лучших отношениях. Однако, с ним по любому придется считаться: за Пло Куном стоит сильная фракция, лидером которой является он сам!

Бейтс поморщился: если те, кого он вспомнил раньше, так или иначе претендовали на какое-то лидерство, то дальше шли магистры, которые были не лучшим выбором для Высшего Совета в такие непростые времена. Ну, с Агеном Коларом все понятно — «Меч Совета» это, прости Сила, не мозги, а чисто служебная функция. Да, с врагами Ордена он разбирался лихо, этого не отнять — но, членов любого из Советов ценили не только за умение хорошо махать мечом. Впрочем, насколько знал Бейтс, забрак был достаточно честолюбив, и тяготился навязанной ему в Совете ролью: с Коларом можно будет поработать — и привлечь на свою сторону. Коулман Ккай, в каком-то смысле, другая крайность: несмотря на умение махать мечом, совсем не вояка по натуре — Консул, как он есть. Член сильной фракции, что не маловажно — и возможный будущий союзник: усиления военных, так же, как и сам Бейтс с единомышленниками, никак не желает. Остались две самые «слабые» фигуры из числа членов Высшего Совета: Шаак Ти, и Стасс Алли. Самое шаткое положение в Совете у тогруты. В работе с клонами вылезла такая дыра, и, пусть даже магистр Ти и не виновата в ее происхождении — но принять меры, когда ей поступил сигнал, она была обязана! Да и это «похищение» Палпатина, теперь уже ясно — разыгранное им и Гривусом: опять «в ответе» оказалась Шаак Ти, вместе со Стасс Алли. Так позволять связать себя по рукам и ногам каждодневной рутине для магистра вещь недопустимая. Однако, тогрута проверенный и надежный товарищ — помочь ей преодолеть чувство неуверенности, и у них будет сильный сторонник в Совете! Теперь, последний член Совета — Стасс Алли. Вот уж, воистину, ясный пример того, как низко пал Высший Совет: мастер его членом становится не в силу своих заслуг, а исключительно потому, что фракция, выставившая его, до этого потеряла там своего прежнего ставленника. Бейтс понимал, что представительство всех сил Ордена в Советах — основа стабильности организации. — Но, не вот так же! В конце концов, если Ади Галлия занимала свой пост по праву, и по заслугам, то назначение ее двоюродной сестры в Совет — чистой воды профанация: с точки зрения здравого смысла, даже назначение в Высший Совет Скайуокера — как представителя Канцлера — было более целесообразно. Кстати, а не подсказало ли это, в свое время, Палпатину его ход, с проталкиванием в Совет Скайуокера — раз уж члены Высшего Совета «съели» толатианку, то могли съесть и обычного джедая, даже не мастера? Да уж, ситх их ловко разыграл.

Итак, остается он сам, Суун Бейтс. — Теперь он член Высшего Совета, вместо покинувшего его Скайуокера. Что же, парень будет заниматься тем, что у него получается лучше всего: руководить Флотом Обороны Корусанта. — Тут, пожалуй, Мэйс Винду удачно дело провернул — хуже, если Сенат назначил бы на этот важный пост какого-то обычного вояку. Обеспечение безопасности столицы слишком важный вопрос, чтобы Совет и Орден выпускали его из поля зрения: Сепаратисты уже не раз доказывали, что с этим делом у ВАР не все в порядке — вот пусть Скайуокер и займется этим делом. Последний вопрос: кого можно временно выдвинуть в Высший Совет, пока Йода не сможет вернуться к своим обязанностям? — им всем сейчас дееспособный и эффективно работающий Совет более чем необходим!

Сработавшее Предчувствие, подсказало, что у него гость. Даже не постучав в двери, и не дав о себе знать иным образом, в комнаты Бейтса почти ворвалась Олана Чион. Суун внутренне поморщился: дала Сила союзничка! — но приветливо кивнул, как бы приглашая нежданную гостью внутрь.

— Мастер Бейтс, простите, что я без уведомления — у меня срочные известия!

Суун снова мысленно поморщился: какие у этой женщины могут быть «срочные известия»? — последнее время все ее «дела» сводились к слежке за Скайуокером. А он сейчас был почти вне политики — насколько может быть вне политики человек, возглавляющий оборону Корусанта. Между тем, Олана была из-за чего-то сильно возбуждена… интересно.

— Мастер, помните слухи, что Скайуокер, перед атакой Гривуса на Корусант, где то в Картакке якобы перехватил и подстрелил личную яхту графа Дуку? — А потом спокойно вернулся назад, на свой корабль, оставив подбитую яхту дрейфовать в пустоте. И не сделав даже попытки взять графа в плен!

— Ну, да, помню. Что, этому есть подтверждение?

— Смотрите сами! — вот здесь записи регистраторов с пары истребителей той эскадрильи, что сопровождала тогда Скайуокера. Кстати, если надо, то у этого дельца нашлись и живые свидетели-клоны.

— Маловато для обвинений в чем-то… серьезном.

— А вот здесь у меня результаты экспертизы обследования шлюпа графа — с подтверждениями следов недавних попаданий лазеров в корабль: судя по отремонтированным повреждениям, тип и мощность оружия как раз соответствуют тому, что стояло на тогдашнем истребителе Скайуокера. И, что еще важнее, блок память дроида-пилота графа: там есть про тот же бой, только как бы взгляд с другой стороны. А еще, там есть интересные комментарии самого графа, на все происходящее…

— Заговор? И Скайуокер, по-твоему, один из его участников?

— Да! И я прошу Вас, мастер, поставить этот вопрос на ближайшем заседании Высшего Совета. Пусть Скайуокер объяснит свои тогдашние действия!

* * *

Тофен Вейн придирчиво оглядел собственное отражение в зеркале: от фуражки на голове, до начищенных сапог на ногах — хоть сейчас на рекламный плакат! Это хорошо, теперь еще физиономию сделать поувереннее, и можно начинать видеоконференцию: господа политики любят уверенно выглядящих военных — и плохо доверяют тем из них, кто не демонстрирует напоказ бодрости духа. А бодрость духа им всем сейчас потребуется немалая, особенно с учетом последних известий. Одно хорошо: у респов, кажется, тоже вылезли какие-то внутренние проблемы, и им сейчас не до войны — а то КНС, наверное, можно было бы брать голыми руками…

До этого Тофен несколько часов подряд общался с коллегами и сослуживцами-подчиненными: то, что Тионская Добровольческая Армия и флот сохраняли, в целом, лояльность, очень радовало. Отдельные эксцессы… сейчас они были практически неизбежны: пропажа одного лидера, и сообщение о смерти другого, самого главного, кого угодно могут выбить из равновесия — даже людей военных. Вот с дроидами такой проблемы не было, но зато вылезла другая: протоколы подчинения, будь они неладны! — впрочем, подчиненные из штаба уверяли, что технические специалисты с этим скоро справятся. Хотелось бы верить. Вообще, все открытые попытки неповиновения, или прямой измены, были успешно пресечены — число погибших и материальный ущерб от этого, к счастью, был минимальным. Неясно было, как поведут себя разного рода частные армии, и иные военные организации, которые присоединились к ТДА постольку, поскольку. Штаб передал приказ им всем, чтобы оставались на своих местах — но как исполнение приказа проконтролировать? — И, самое главное, что здесь делать в случае выражения нелояльности, или еще хуже — открытого мятежа? Слишком резкая реакция может дать обратный эффект. Тем более, что лимит вынужденных «резких действий» Тофен уже выбрал подчистую. Затевать сейчас еще одну гражданскую войну — уже внутри Тионского кластера — очень бы не хотелось! А, судя по тому, что ему сообщили Далл Борджин и глава Регентского Совета Тиона, Дориан Д'Арсан-Эриин, до этого вполне может дойти дело…

— В общем, Тофен, имела место диверсия — это мы выяснили стопроцентно!

Вид у Далла был тогда, три дня назад, до крайности усталым, но говорил он бодро и уверенно. Чувствовалось, что в системе Кларива сейчас все под контролем — а расследование идет полным ходом. Потом адмирал Борджин продолжил, и у Тофена невольно зашевелились волосы на затылке, от его слов.

— Джодел Горани, недавно прибывший сюда, и уже включившийся в работу, однозначно считает, что это похищение! Более того, он даже сказал, какая именно джедайская команда могла здесь работать: один из чужих кораблей, корвет типа CR-90 под фальшивыми опознавательными знаками, который зафиксировали службы слежения — был им опознан. Его настоящее название — «Песчаная Бабочка», и принадлежит он, судя по словам Джодела, к кораблям Ордена джедаев. Мастер Горани раньше с этими ребятами сталкивался, хоть и вскользь — по его словам, это серьезные профессионалные людоловы. С одной стороны это хорошо — можно считать, что Райден жив, а с другой — самому убежать от таких, мало шансов. Я тут вышел на Второе Бюро: они утверждают, что «Песчаная Бабочка» на Корусанте не появлялась — у них там свой человек сидит, на контроле трафика, поэтому сведения надежные. Если возле Корусанта и вправду имела место какая-то заварушка, то этой команде «охотников» могли дать приказ где-то переждать, затаившись. И, да, еще — они по своей линии подтвердили: Граф и вправду мертв! Так что, у нас не просто проблемы — у нас большие проблемы.

— Хорошо, Далл, я дам распоряжение Яростному Огню, чтобы задействовали по полной «Тишину» и активировали электронные системы противодействия в самой системе Гатариэкка. Такой же приказ передам на Кар Шиан — и попрошу об услуге союзников, с Марканы: нам сейчас потребуется задавить как можно больше чужих каналов связи. И каналов пропаганды, разумеется! — по крайней мере, пока мы не сможем вытащить Райдена из плена. Поисковые мероприятия… Чародеи примерно не определили, где он сейчас может находиться? — у Горани и его людей больше опыта в таких делах.

— К сожалению, ничего определенного. Единственное, они считают, что эта «Песчаная Бабочка» все еще находится где-то близко. Тут аквалишские «слухачи» очередной массив дешифрованных респовских переговоров циркулярно скинули — одна передача с Корусанта, по словам дроидов-аналитиков, вполне относится именно к корвету «Песчаная Бабочка». Это приказ оставаться на временной стоянке, пока не разрешатся проблемы в столице. К сожалению, передач с самой «Песчаной Бабочки» перехвачено не было, и где находится эта их «временная стоянка», мы можем только предполагать. Пока я организовал поиск теми силами, что есть у меня в распоряжении.

— Хорошо, Далл, я выделю дополнительные силы. Постараемся прочесать все подозрительные места. Что-нибудь еще?

— Не у меня, а у господина Дориана.

Место Далла Борджина у комлинка занял представительный тионец. Тофен был с ним мало знаком, поскольку по службе с политиками почти не пересекался. Ну, если только на приемах, раутах и подобного рода мероприятиях.

— Добрый день, господин Главнокомандующий, если день вообще можно считать добрым.

Тофен так же поздоровался с главой Регентского Совета Тиона, потом Д'Арсан-Эриин продолжил.

— Расследование гибели короля Гарольда, которое проводилось под моим патронажем, выявило причастность Благородного Дома Нусватта к этому делу. Но теперь, по ходу расследования дела о взрыве «Королевы Ранруна», выяснилось, что к этому теракту несомненно причастен Благородный Дом Исалар-Тион: старший офицер «Королевы», происходивший из младшей ветви этого Дома, который должен был находиться на корабле, во время взрыва там отсутствовал. — А доступ во внутренний док дредноута неизвестный корвет, позже опознанный как «Песчаная Бабочка», получил именно с его разрешения. Корвет покинул док дредноута за пару минут до первого внутреннего взрыва. Этот офицер до сих пор нигде не обнаружен, а Дом Исалар-Тион отказывается дать, по этому поводу, какие-нибудь объяснения. Исалары сейчас пытаются вести какие-то переговоры с другими Благородными Домами — в сложившихся условиях возможна попытка открытого мятежа. Кроме того, мои агенты доносят о странной активности, внутри Благородного Дома Вар-Адеан, которую можно охарактеризовать, как попытку провести экстренную мобилизацию.

— Хорошо, господин Д'Арсан-Эриин, я буду иметь это в виду. Немедленно отдам приказы взять под самый плотный контроль все их военные активы. И даже те, которые они только могут привлечь на свою сторону…

Отданный, после этого разговора, приказы несколько сбросили напряжение, хотя и не убрали его совсем. Что бы там не хотели сделать все эти Нусватты, Исалары и Вар-Адеаны, но при сложившейся неопределенной ситуации они побоялись дергаться. Особенно, когда верховное командование Тионской Добровольческой Армии пригрозило мятежникам немедленными репрессиями, вплоть до проведения орбитальных бомбардировок! — Пока тайно переданные угрозы продолжали действовать, и бунтовать никто не пытался — но, долго ли это еще продлиться? Тем более, к сожалению, что слухи о гибели графа Дуку полностью подтвердились. Вовремя принятые меры не дали хотя бы распространиться панике по их квадранту пространства: системы электронного противодействия пока удачно забивали республиканские передачи по ГолоНету. А вот то, что лежит за Канцем, и дальше на «Север», и то, что лежало дальше к «Югу» от границы с Пространством Хаттов… там было реально хреново! Паника, разброд и шатание! — это если мягко говорить. Черт, сколько же в Конфедерации держалось на личном авторитете и харизме Графа! Одно пока хорошо: удалось переподчинить себе все вооруженные силы, действующие под флагом самой КНС, на всем пространстве от Хайдана до Мон Каламари, и от Корпоративного Сектора до Пространства Хаттов. А еще лучше, что удалось договориться о взаимодействии с офицерами Коммерческой Гильдии, Корпоративного Альянса и Техно Союза — чьи штаб-квартиры как раз были расположены на данном пространстве. Аквалишские военные тоже выразили готовность присоединиться к образовавшемуся внутри КНС альянсу, но, увы — они были слишком далеко, им бы самим отбиться: если будет атака прямо на Андо, Тофен вряд ли сумеет сейчас им помочь. К сожалению, ни мууны, ни неймодианцы на контакт не пошли — а это, как ни крути, почти половина валентных сил Конфедерации!

Собственно, сейчас Тофен Вейн готовился к разговору с членами Совета Сепаратистов, не так давно переехавшими на Мустафар — предстояло объяснять господам политикам свои действия. А заодно, попытаться донести до них простую истину: поодиночке Республика всех их передавит очень быстро. — Его собственные аналитики, из штаба, давали на это пару лет, максимум — и это еще при удачном раскладе. К сожалению, видимо это не всем было понятно: когда Тофен активировал пульт гиперсвязи, он получил этому полное подтверждение — прямо со слов самого Нута Ганрея.

— Почему вы позволили себе захватывать корабли, которые принадлежат Сепаратистской Армии Дроидов?

Первый же вопрос, заданный неймодианцем, показал, что надеяться на конструктивный диалог не приходится. Хотя, Тофен попытался обратиться к здравомыслию и осторожности Ганрея.

— Господин вице-король, мои действия…

— Обращайтесь ко мне: «Глава Конфедерации»!

Ого, разве Сенат Сепаратистов уже провел специальную сессию, и утвердил Ганрея в этой должности? — Тофен об этом ничего не знал! Он вообще был уверен, что последнюю неделю Сенат не собирал у себя кворума — и даже самих сенаторов на Раксус Прайм теперь было не так уж и много: кто-то поспешил домой сам, многих экстренно отозвали на родину. Господин Ганрей метит в самозванцы? — ну что же, если это пойдет на пользу делу, то почему бы не попробовать подыграть?

— Хорошо, господин Глава Конфедерации. Все корабли КНС, сосредоточенные сейчас в нашем квадранте пространства, переведены мной под свое начало по одной единственной причине: желание обеспечить максимальную эффективность действиям армии и флота Конфедерации в этом регионе! Я думаю, главам Торговой Гильдии, Корпоративного Альянса и Техно Союза их офицеры уже доложили подробности — мы провели, по этому вопросу, консультации и согласовали порядок действий в случае нападения сил ВАР на наши миры…

Тофен объяснял, обещал и пытался выкручивать Ганрею руки: неймодианец требовал передачи «конфедератских» сил обратно под его непосредственное управление. Точнее — под управление Гривуса, как главкома Сепаратистской Армии Дроидов. Киборг, кстати, присутствовал на заседании Совета Сепаратистов, вместе, с остальными руководителями КНС. Насколько мог понять Тофен, Гривус хотел собрать под своим началом как можно больше сил — якобы для запланированной атаки на Эриаду. Вейн заверил членов Совета, что немедленно направит в распоряжение Гривуса оперативную группу от Кашиика, оставив там только силы, достаточные для обороны. К счастью, на остальных лидеров Конфедерации подействовало предложение Тофена: создать такие же временные укрупненные «оперативные командования», какое вот сейчас создал он сам в Тионе, и по другим квадрантам галактики тоже — разумеется, временно. — Вейн еще посетовал, что это его предложение командиры войск Торговой Федерации и Банковского Клана проигнорировали — хотя как раз им оно было бы сейчас еще нужнее, чем войскам, которые находятся под его началом. В общем, Тофен сумел отговориться… пока. Где же Райдена до сих пор Сила носит! — виконт Вейн на участие политических интригах не подписывался. А войска Гривусу он сейчас все равно не отдаст!

* * *

Несмотря на чувство легкой паники, которое охватило Таллисибет после того, как напрочь отрубилась вся электроника ее истребителя, девушка не потеряла головы: место, где висела «Песчаная Бабочка» в Храме было известно, и их несомненно найдут. — И она, и Маарек джедаи, способные «растянуть» скудные ресурсы систем жизнеобеспечения от паспортных нескольких часов, до недели, а может и больше. Тем более, что эти самые СЖО у них остались во вполне рабочем состоянии, как ни странно! Сейчас главное, не наделать глупостей самой — в Маареке, как ни странно, Таллисибет было более уверена: с любым «железом» парень всегда был, что называется, на «ты», а уж с летающим железом — тем более. Теперь главное — дать знать на Корусант, что произошла катастрофа…

Казавшийся совершенно рутинным и ненужным, патрульный вылет был прерван сигналом боевой тревоги: на корвете что-то произошло. Одновременно, на рабочей частоте, она услышала вскрик Маарека. На вопрос, в чем дело, Штеель ответил, что он ощутил, как мастер Кийрас получила тяжелую рану, может быть даже — смертельную. Таллисибет, встряхнув свои куцые знания, предположила, что это сработала связь между учителем и учеником: парень уже давно тренировался под руководством джедайки-грана. Загнав собственную тревогу поглубже, девушка чуть ли не потребовала, чтобы Маарек связался с мостиком «Песчаной Бабочки», и узнал — что там происходит. — А заодно, чтобы вел их поближе к кораблю — вдруг там понадобиться их помощь? В конце концов, он же ведущий в их паре! Как ни странно, такая встряска подействовала на паренька самым благотворным образом. С мостика передали об аварии на главной энергомагистрали корабля. — И то, что благодаря этому арестант сбежал из заключения — очевидно, из-за сбоя в работе Силовой клетки, — попутно тяжело ранив Кийрас Брэк. Поскольку, скорее всего пленник будет прорываться к спасательным капсулам, то их задача — блокировать возможный отлет.

Увы, все сразу пошло не так, как планировалось Маареком и ей самой. Еще до того, как они подошли к месту, где неподвижно висел их корвет, произошел сильный взрыв, буквально разорвавший корабль на куски! — Ей с товарищем пришлось резко сбрасывать скорость, и даже совершать маневры уклонения, чтобы избежать встречи с крупными обломками. По мелким осколкам, к счастью, хорошо сработали дефлекторные поля истребителей. Вообще, сеповские жестянки, на поверку, оказались не такими уж и жестянками, как с удивлением узнала Таллисибет на собственном опыте. Впрочем, кажется, это была совершенно новая модификация истребителей типа «Манквим» — может быть, все дело в этом? По нервам ударило откликом Силы на гибель множества разумных где-то рядом. Учитель! — Таллисибет отчаянно пыталась дозваться мастера Харрода Телепатическим Зовом… безрезультатно. Наконец, сенсоры истребителей засекли среди роя обломков спасательную капсулу… всего одну! Кто там? — и сама девушка, и Маарек попытались вызвать спасательную капсулу на связь одновременно. Человека, который появился на голограмме, спроецированной проектором аппаратуры связи, Таллисибет видела всего один раз, мельком — когда он находился в бессознательном состоянии, — но сразу его узнала. Райден Дуку!

То, что произошло дальше, девушка вспоминала сейчас со стыдом: она потеряла самообладание, и с криком — «убийца!» — пыталась атаковать, на своем истребителе, спасательную капсулу. Маарек что-то пытался ей кричать, но Таллисибет его не слышала. А потом на ее истребителе одна за другой, разом, отключились сразу все системы — кроме системы жизнеобеспечения. Как она поняла, у Марека произошло то же самое — заметив в стороне так же беспомощно дрейфующий, как и ее собственный, истребитель товарища. И уже потом, чуть погодя, в голове, как шелест ползущей змеи по сухой траве, раздался тот голос.

— Не бойся, девочка, скоро к нам придет помощь. Больше ничего плохого не случиться.

Наконец, справившись с паникой, девушка взяла себя в руки. Что бы ни произошло, она джедай! — и у нее есть долг. К счастью, полевой комлинк из стандартного набора выживания работал: Таллисибет быстро, но обстоятельно пересказала все, что тут у них произошло — сделав запись и архивировав ее в пакет. После этого она активировала передатчик. Комлинк пискнул, и загоревшийся почти тут же индикатор сообщил, что информационный пакет ушел к адресату — в Храм. Девушка приготовилась ждать: теперь, исполнив долг и передав сообщение, она примет свою судьбу, какой бы та не была — как это должен делать настоящий джедай.

Девушка не могла знать, что ей невероятно повезло: дредноут «Тишина», который менял сейчас место дислокации, на время перелета в гиперпространстве вынужден был отключить все свои системы подавления связи. — Послание Таллисибет дошло до получателя. И тем более она не могла знать, что именно ее сообщение и стало той песчинкой, которая изменила судьбу другого человека — а вместе с ним, может быть, и всей галактики.

* * *

То, что происходит что-то нехорошее, Леония поняла, когда «Цветок Тиона» содрогнулся от прямого попадания заряда турболазера: как сообщил капитан Саррен, их обстреливал тот, кто должен был охранять — «Белый Ранкор». Почему крейсер типа «Левиафан», принадлежащий флоту Тиона, обстрелял их корвет, никто на борту «Цветка Тиона» никогда не узнал — капитан Ксер Вар-Адеан, несмотря на все попытки выйти с ним на связь, так и не откликнулся. А когда вышли из строя двигатели, и аварийно отключился главный реактор, даже самым несведущим людям стало ясно, что им следует готовиться к приему абордажной команды. — Как сообщили с Поста Слежения «Цветка Тиона», крейсер прекратил огонь, и пошел на сближение с совершенно беспомощным корветом. — К счастью, еще не все сенсорные массивы корабля были выведены из строя, и теперь хотя бы можно было следить за действиями врага, прикидывавшегося до этого другом. Пока Ги Саррен и командир ее личной охраны, он'гат'акэ по имени Легкое Перо, обсуждали — что и как им делать, — Леония невольно вспомнила начало этой странной эпопеи. Которая, как тут по ходу выяснилось, вполне может стоить ей и детям жизни!

С чего же все началось то? Пожалуй, с того, что Райден не ответил на ее вызов по комлинку. Уже тогда ей стоило бы насторожиться: если муж собирался отбыть в те места, где могло не быть доступа к сети ГолоНета, он ее всегда предупреждал! Потом эти дикие известия: о гибели Графа, и о якобы идущих на Корусанте боях — непонятно кого, и с кем. Потом пропала связь — даже с родными можно было связываться исключительно по военным каналам. Впрочем, дома у родителей, кажется, все было хорошо. Поползли разные нехорошие слухи, которым королева не желала верить. А два дня назад, через капитана крейсера «Белый Ранкор», который как раз пришел с Чандаара, отец предложил ей перебраться к ним — на время, пока Райден не вернется. Леония даже связывалась с отцом еще раз: капитан Вар-Адеан любезно предоставил для этого услуги мощного центра связи своего корабля — все остальные военные каналы, которыми она обычно пользовалась, были сейчас буквально забиты передачей какой-то важной информации. Отец выглядел неважно, он сказал, что им с матерью было бы спокойнее, если бы она и внуки были сейчас с ними. Тогда-то Леония и решилась лететь. То ли какое-то внутреннее сомнение, то ли еще что — дурных предчувствий у нее не было! — женщина решила добираться до родителей не на корабле Ксера Вар-Адеана, который тот любезно предложил к ее услугам, а на собственном корвете. Ну а «Белый Ранкор», раз уж он назначен к ним в качестве эскорта, пусть сопровождает их до Чандаара.

Сама Леония, маленький Гарольд и крошка Тессия, вместе с охраной и слугами, заняли места на «Цветке Тиона» — и они тронулись в путь. От Раксуса до Десевро добрались без всяких происшествий — все было спокойно. А потом, с «Белого Ранкора» пришло сообщение, что корабли Республики видели в системах Барсег и Джантория. На предложение капитана Саррена — лететь вглубь Тионского Кластера, капитан Ксер заявил, что по последним сведениям, система Таниум занята тионскими войсками: путь через нее до системы Аркан, и дальше — до Чандаара, будет быстрее и безопаснее. К сожалению, из-за постоянных перебоев со связью, подтвердить или опровергнуть опасения было невозможно — и все решили принять предложение капитана Вар-Адеана…

Увы, никаких тионских войск в системе Таниум не было — зато по ним открыл огонь их собственный корабль охранения. И вот теперь Леония, которая находилась на командном мостике корвета — вместе с Ги Сарреном и Легким Пером, лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации. То, что это попытка похищения: ее самой и детей — было совершенно ясно. Но возникал вопрос: кто за всем этим стоит? Республика? — сомнительно! — на Корусанте такими вещами не баловались: арестовать самого Райдена, может, и попытались бы, а вот тронуть его семью — нет. — Другие методы работы. Что тогда — попытка государственного переворота? Вполне может быть. — Даже, скорее всего. — Все эти слухи, последнее время, да и гибель приемного отца мужа, короля Гарольда. Для любого, разбирающегося в политике, намеков было предостаточно. И, что она может сейчас сделать? Что они все могут сделать: экипаж и горстка ее охранников — живых и механических: как Леония знала, на крейсерах типа «Левиафан» может находиться до полка десантников. Их просто раздавят…

— Сэр, операторы систем слежения передают, что к Таниуму вышла военная эскадра!

Доклад вахтенного на мгновение вселил в сердце женщины крупицу надежды. Которая, впрочем, тут же сменилась разочарованием, после вопроса капитана Саррена.

— Это наши? Если так, то немедленно подать сигнал бедствия!

— Нет… нет, сэр. Это корабли Республики.

Между тем, молчавший до этого Легкое Перо обернулся к Леонии и заговорил.

— Госпожа, простите, но я чувствую присутствие на «Белом Ранкоре» сильного форсъюзера. До этого он маскировался, а сейчас… вот опять пропал. Причем, это Темный форсъюзер! Если честно, никогда не встречал еще кого-то такого же сильного — кроме разве господина Райдена, или Графа…

Корабль сильно тряхнуло. Последовал новый доклад вахтенного.

— Капитан, они зацепили нас тракционными лучами!

Леония спросила у Ги Саррена.

— Капитан, когда до нас смогут добраться республиканцы — если, конечно, они пожелают вмешаться?

— Часа полтора, а может и два — даже если мы сейчас запросим помощи. Возможно, их истребители смогут прибыть сюда быстрее. Думаете, стоит подать сигнал бедствия? Только, боюсь, что к этому времени нас уже успеют взять на абордаж — и «Белый Ранкор» даже сумеет потом сбежать отсюда: респы, к сожалению, почти на другом конце системы.

— Все равно, дайте сигнал! Это наш шанс — на «Белом Ранкоре» точно наши враги, кто бы они ни были…

Сама Леония быстро прошла с мостика по направлению к отсеку корвета, который занимали ее апартаменты. Легкое Перо тенью двинулся за ней. Семеро он'гат'акэ, подчиненные Легкого Пера, встретили их на входе в отсек — по докладу старшего из них, внутри все было в порядке. Дети находились под присмотром двух живых и нескольких механических нянек. Тессия спала, а Гарольд играл с одним из дроидов, присматривающих за малышами. По углам каюты тенями торчали оба дроида-слуги, которых приставил к детям и к ней самой Райден — два F-III, которых звали Молчун и Собеседник. Как сказал муж — «последний рубеж охраны». На миг женщина задумалась: стоит или не стоит делать то, что пришло ей в голову — но, потом все же решилась.

Шкатулку, которую Леония отыскала среди своих вещей, она возила с собой постоянно — личный подарок! При прикосновении ней, женщина почувствовала невольный укол ревности, вспомнив ту, кто сделал этот подарок. Алирра Тетсу… они с ней даже никогда не виделись, хотя — Леония как то видела ее голографию: точеное краснокожее лицо, черные волосы и золотистого цвета глаза. Чародейка с Тунда. Форсъюзер, такая же, как и ее муж — и, по словам Райдена, замечательный алхимик и артефактор, что бы это ни значило. И в этой шкатулке хранились два специально сделанных Алиррой защитных амулета — для нее и ребенка: когда чародейка их создала, у нее был еще только один Гарольд. Все это время Леония так ни разу и не решилась воспользоваться необычным подарком: по словам Райдена, амулеты делали тех, кто их носит, «невидимыми» — форсъюзеры не могли отыскать их обладателей через посредство Силы, если желали причинить им зло. Примерить… ну, примерить это совсем не значит носить. А так, безделушки были красивые — вкус у чародейки был хороший. И вот теперь настало время воспользоваться этим подарком — чтобы ее дети остались живы! Потому, что если Легкое Перо не ошибся, то просто так никому со «Звезды Тиона» сбежать, теперь не удастся.

Леония надела амулеты на детей: так, как объяснял Райден — чтобы металл касался кожи. — Тессия захныкала, но не проснулась, а Гарольд рассмеялся, и начал теребить ручками красивую золотую штуковину. — Потом обернулась к Легкому Перу, оставшемуся стоять возле дверей детской. Судя по тому, как раскрылись и без того широкие глаза гатариэккца, амулеты и вправду действовали.

— Что ты чувствуешь?

Легкое Перо не замедлил с ответом.

— Дети! — их как будто не стало. Точнее, их присутствие ощущается, но в привязке к этой каюте — а не к ним самим. Удивительно! — никогда не думал, что такое вообще может быть.

— Отлично!

Леония кивком подозвала к себе Молчуна и Собеседника.

— Госпожа что-то желает?

Женщина так и не поняла, какой именно из дроидов задал вопрос. Это Райден их различал безошибочно — для самой Леонии оба дроида-слуги так и остались «на одно лицо»: кстати, данный образ совершенно неприметных, исполнительных «халдеев» Молчун и Собеседник ревностно поддерживали.

— Да, желаю. Мы не можем сопротивляться предателям — захват ими «Цветка Тиона», это вопрос времени. Благодаря амулетам, которые я одела на детей, их невозможно будет обнаружить с помощью Силы. А, по словам начальника охраны, на «Белом Ранкоре» сейчас находится сильный форсъюзер — который наверняка сможет отследить любое движение живых на нашем корвете. Сейчас вы возьмете детей, и отправитесь к одной из спасательных капсул. Другие еще пригодные к использованию капсулы займут некоторые из членов экипажа. После чего, все эти капсулы будут отстрелены от корабля. Если те капсулы, в которых будут находиться живые, враг или попытается захватить — или… может открыть по ним огонь. — А вот по тем, в которых будут находиться дроиды, как они станут считать, стрелять вряд ли будут — и пытаться ловить тракционными лучами, тоже. Из-за амулетов Гарольда и Тессию обнаружить с «Белого Ранкора» не должны: артефакты способны обмануть и обычные детекторы форм жизни тоже, как говорил Райден. Ваша задача: добраться потом до кораблей республиканцев, и попросить у них помощи! — Лгите, убивайте, делайте что хотите — но доставьте наших детей к моему мужу!

— А вы, госпожа? — Хозяин велел нам охранять вас так же, как и детей.

— Я… стану отвлекать внимание врага. Так у вас будет больше шансов. И, чем быстрее вы доберетесь до Райдена с детьми, тем скорее он сможет заняться помощью мне и экипажу «Цветка Тиона».

Леония посмотрела на дроидов и командира охраны. Легкое Перо утвердительно кивнул головой, молча подтверждая ее приказ…

Когда женщина и он'гат'акэ вернулись на мостик, громада крейсера уже была видна в иллюминаторах невооруженным глазом. Выслушав то, что Леония сказала капитану, Ги Саррен согласился с ее задумкой — и немедленно отправил к спасательным капсулам нескольких членов экипажа, без которых в предстоящем абордажном бою можно было обойтись. Все семь неповрежденных спасательных устройств были отстреляны от корвета практически одновременно — теперь Леонии оставалось только молиться и надеяться! Между тем, капитан Саррен сообщил, что от респов получено подтверждение: они приняли их сигнал с просьбой о помощи. Интересно, почему на крейсере предателей даже не попытались воспользоваться системами электронного подавления? Между тем, начальный импульс, с которым аппараты отделялись от обреченного корабля, был достаточно сильным: это было предусмотрено в качестве защиты от возможного взрыва носителя — шанс успеть отлететь подальше. А там должны уже были работать собственные движки капсул. Прошла минута, другая… вахтенные доложили, что шесть из семи капсул, попытавшихся включит двигатели, были или расстреляны канонирами крейсера, или зацеплены тракционными лучами так же, как и их корвет. Во всех этих капсулах как раз были живые пассажиры, как показывали корабельные сканеры. Та, что на сканерах выглядела безжизненной, так и продолжала уноситься все дальше и дальше в открытый космос…

Когда, спустя еще семь минут, корпус «Цветка Тиона» со скрежетом соприкоснулся с бортом вражеского крейсера, все с трудом могли устоять на ногах. Леония подумала, что теперь можно позаботиться и о себе самой, обратившись к капитану Саррену, впервые назвав его по имени в официальной обстановке.

— Ги, пожалуйста, прикажите выдать мне бластер! Не хочу встречать этих тварей безоружной…

* * *

Сказать, что Энакин устал, значит не сказать ничего: даже Сила уже плохо помогала бороться с переутомлением. Сейчас бы выспаться, хоть немного! — несбыточная мечта: дел столько, что хоть землеройной машиной греби, а офицеров на флоте катастрофически не хватает. Кто-то погиб, кто-то под следствием, кого-то выгнали с флота — а кто-то ушел сам. Вот оставшимся и приходится крутиться быстрее, чем вертится механический гироскоп — а их командиру приходится крутиться еще быстрее. Хорошо хоть Уи всегда рядом, что бы он вообще без паренька делать стал? — разве что, взять, наконец, себе другого падавана? Отголоском давнего воспоминания сжалось что-то внутри — интересно, как там Асока? И от Падме вестей что-то долго нет. Скайуокер почти машинально коснулся сенсора маленького плеера: те песни, что напел и записал для него когда-то Райден, интересно бывало послушать, под настроение — особенно, если выбрать запись случайным образом. Странные слова и странная музыка навевали тревогу и завораживали…

Можно верить и в отсутствие веры

Можно делать и отсутствие дела

Нищие молятся молятся на

То что их нищета гарантирована

Здесь можно играть про себя на трубе

Но как не играй все играешь отбой

И если есть те кто приходит к тебе

Найдутся и те кто придет за тобой

Также скованные одной цепью

Связанные одной целью

Скованные одной цепью

Связанные одной…[3]

Пискнул входящий сигнал комлинка… кому это он мог понадобиться аж за полночь по времени Корусанта? Энакин отключил запись, и приготовился ответить на вызов. Ого, сам Мэйс Винду!

Временно исполняющий обязанности лидера Высшего Совета, а заодно и Лорд-Протектор Республики, сухо потребовал от Скайуокера срочно явиться в Храм — возникли какие-то неотложные вопросы, которые магистр не желал обсуждать даже по защищенному коммуникационному каналу. Что же, придется лететь — только надо будет предупредить адъютантов и младших флагманов: кто знает, когда он сможет освободиться, если у Совета что-то срочное и важное наметилось! Энакин подумал: стоит ли ему брать с собой Уи Малро? — Но, потом решил дать парню спокойно выспаться — вряд ли Совету понадобится еще и падаван Кеноби. Так, лететь ему, до Храма, минут десять — если взять личный истребитель, и примерно вдвое больше, если воспользоваться услугами «разъездного» НВШТ. Нет, пусть Арту остается здесь, вместе с Уи — а он лучше поедет вниз пассажиром: за двадцать минут можно недурно покемарить в пути! Усмехнувшись, джедай приготовился отдать все необходимые распоряжения.

Глава семнадцатая

Свет погасшей звезды

Наверное, так себя чувствует человек, который упал с крыши многокилометрового небоскреба — до земли все еще далеко, но место «приземления» видно уже невооруженным глазом. — И финиш стремительно приближается к тебе, ну — или ты летишь к этому финишу: с какой стороны посмотреть. Причем, про то, что смерть будет быстрой, и практически безболезненной, как то не думаешь — наоборот: воображение рисует такие страсти, что удара о землю ждешь уже как избавления. В какой-то мере человеку, который пришел в себя в палате реанимации, должно быть легче, поскольку все уже позади: черт с ним, что позвоночник сломан, и ноги нет, а остальное тело так вообще из кусков собрали — главное, что жив остался!

Примерно так я себя чувствовал когда, вырвавшись на свободу, получил первые известия о том, что творилось в галактике в то время, пока я был «гостем» у джедаев. Дядя пропал без вести, и по слухам — погиб. Конфедерация находится в «прединфарктном» состоянии. А для полного счастья, еще и в самом Тионском кластере заговорщики зашевелились. Одно пока хорошо: Республика почему-то не напала! — опять же, по слухам, у респов появились какие-то свои проблемы. То есть, жить теперь пациент будет, вопрос только — как долго? Обидно — пока валялся в отключке, все и произошло: и гибель дяди, и якобы смерть Дарта Сидиуса. — И я даже ничего не почувствовал. А вот то, что на меня давило, когда я сбежал с джедайского корыта, перед тем, как подорвать его нафиг, стало ясно уже потом — когда я оказался среди своих. Вот тогда-то меня и посетило то нехорошее чувство падения в пропасть — вместе с ужасом ожидания скверного конца, о чем мне все это время настойчиво шептала Сила. Впрочем, рассказывать стоит, наверное, по порядку — начиная с момента моего побега.

Оказавшись за бортом «Песчаной Бабочки» я, прежде всего, снова попытался воспользоваться Дальним Зовом — то есть, попробовал телепатически связаться с кем-нибудь из своих знакомых форсъюзеров, через пределы космоса. Дядя не откликнулся — но, тогда я не придал этому особого значения: Граф иногда вот так закрывался, от внешнего вызова. Особенно, если при этом делал какие-то дела с Дартом Сидиусом. Собственно, для меня это было чем-то вроде индикатора: если дядя «вне зоны доступа», то примерно понятно, в каком направлении его можно искать, если что. И как с ним связаться: позывные для его дроида-пилота FA-4 у меня были, точно так же, как и позывные еще для трех других дроидов, выполнявших для него функции секретаря, камердинера и личного помощника. Но, все это стало бы мне доступно, только когда я вернулся бы домой — в общем, я тогда не особенно забеспокоился. А то, что я не мог вообще ничего почуять, выйдя из бессознательного состояния — так Сила она запоздалых посланий не приносит, как заблудившийся почтальон! Зато Далл Борджин и Тофен Вейн на мой Зов откликнулись почти мгновенно: чувство облегчения, которое охватило друзей, я ощутил, даже находясь за тысячи световых лет от них. Но, вместе с облегчением до меня долетели обрывки совсем других чувств, и образы, которые отнюдь не добавили мне радости и оптимизма.

Разумеется, Телепатия тоже имеет свои ограничения: разговоры на абстрактные темы через бездны космоса вести очень трудно — в ментале приходится оперировать конкретными чувствами и образами. При этом нарисовать то, чего не видел сам, воображению очень трудно — а лишние эмоции зачастую создают такой «фон», в шуме которого теряется всякая полезная информация. Но то, что с дядей неладно, а у Конфедерации вообще и у Тионского кластера в частности наметились серьезные проблемы — я прекрасно понял. Теперь осталось только дождаться помощи, и там уже начинать заниматься конкретикой: как только я сбросил друзьям координаты с трофейного датапада, Далл мне тут же заявил, что ближайший корабль моего флота находится всего в двух часах полета от того места, где я нахожусь. — Но, по словам друга, мне лучше будет дождаться его самого: «Черному Скимитару» и его группе сопровождения до меня лету было часов десять. Немного подумав, решил ожидать прилета своего флагмана — за десять часов со мной ничего не случиться, а объявить о своем возвращении к активной жизни и не иметь при этом надежной защиты, значит напрашиваться на новые неприятности. В таком деле, анонимность является самой лучшей броней. Слишком уж мне не понравились те намеки, что Сила донесла до меня, от Далла и Тофена, — про то, что проблемы могут оказаться куда серьезнее, чем они мне видятся.

Теперь нужно было еще как-то разобраться с парочкой уцелевших джедаев. А ребята ко мне, тем временем, приближались — явно намереваясь узнать: кто там, и как спасся с их взорвавшегося корабля. К счастью, электроника спасательной капсулы работала исправно. — Даже смогла, несмотря на всю ее примитивность, определить: что именно ко мне подлетает. Полученные сведения помогли сильно облегчить мою задачу — как именно нейтрализовать малейшую угрозу со стороны противника. Оба джедая пользовались трофейными «Манквимами» — причем, что совсем странно, их новейшими модификациями. А ведь «Манквим Марк 2» еще только-только начала распространяться среди вооруженных сил членов КНС — широко живут, господа джедаи то. Что же, мне это даже на руку: на Гатариэкке эти машины я изучил более чем хорошо! Впрочем, сначала я все же попытался решить дело миром: деваться орденцам отсюда все равно было некуда, потому как «Манквимы» встроенных гиперприводов не имели — а ресурсы их систем жизнеобеспечения были рассчитаны всего на несколько часов работы. Оно, конечно, любой хорошо обученный форсъюзер способен растянуть на дни — а некоторые умельцы и на месяцы! — и такие запасы. — Но где гарантия, что даже за это время тебя найдут — если ты не можешь указать товарищам своих точных координат? Не то, чтобы во мне вдруг взыграл альтруизм: враг он и есть враг — а эти люди обманом захватили меня в плен, и, скорее всего, участвовали в убийстве моих людей! Однако, в том, как их команда смогла меня так ловко «упаковать», была масса неясностей: я надеялся, что на кое-какие вопросы эти ребята смогут мне, вольно или невольно, дать ответы.

К сожалению, вспыхнувшие над приемной панелью комлинка голопроекции подтвердили мои опасения: в кокпитах обоих истребителей сидели падаваны. Вообще, я надеялся, что хотя бы один из пилотов окажется рыцарем — джедаи обычно всегда работали в парах, учитель и ученик. Но, не в этот раз. Собственно, по колебанию потоков Силы мне с самого начала показалось, что связь с ней, у обоих пилотов, достаточно слабая и неустойчивая — и вот подтверждение опасений. Ладно, будем работать с тем, что есть: обычно наставники стараются дать своим подопечным как можно больше полезной информации — наверняка разбор операции по моему захвату для этих учеников тоже проводился. Все же, почти неделя прошла. Увы, нормально поговорить не получилось: один из падаванов, девушка, закричал что-то вроде — «убийца»! — И ее истребитель явно начал ускорение, с целью занять удобную позицию для атаки моей капсулы. Вот этого я уже допустить никак не мог. Добраться, с помощью плетений Стихий, до генераторов обоих истребителей, а так же до дроидных «мозгов», которые там играли роль систем управления, было делом одной минуты. — И вот уже оба МЛА поплыли в пространстве кусками мертвого железа: без энергии и навигации не очень-то полетаешь! Впрочем, резервных систем связи я у них не трогал: без привязки от навигационных систем они сюда быстро себе подмогу не вызовут. — А иметь возможность поговорить в любой момент — оно всегда полезно. Огонь по мне никто из джедаев открыть так и не успел — хотя, как я понял потом, у парня все же были неплохие шансы на успех, попытайся он начать стрельбу. Впрочем, как раз сам он оценивал эти шансы не очень хорошо, пытаясь докричаться до своей впавшей в неистовство подруги, чтобы остановить ее атаку.

Кстати, с парнем мне поговорить было проще. Отчасти, может быть, вследствие того, что он имел больше склонности к работе с ментальными техниками — а отчасти потому, что раньше девушки сумел прийти в себя. Девица сперва повела себя не очень адекватно, потом что-то порывалась сделать с аппаратурой истребителя — а в конце попросту впала в апатию. Парень вообще оказался разговорчивым: пока висели в том необитаемом уголке космоса, вполне себе смог вытянуть из него много интересного. Имена обоих, кстати, мне оказались знакомы по старым моим видениям. Вот тут я немного удивился: если встретить девушку я еще вполне как-то мог, исходя из знания того, что она воспитывалась в Ордене — война все же. — То вот встретить Маарека Штеля, да еще и бывшего джедаем, ну совершенно никак здесь не ожидал. Вообще, удивительно много можно услышать даже от незнакомого человека, если показать себя заинтересованным и благодарным слушателем, перед которым он может выговорить все свои проблемы и заботы. Ну, особенно если этому немного, совсем малость, помочь Силой: Эмпатия она не только на животных может действовать успокаивающе — но и на младших братьев по разуму, так сказать. Тут, главное, надо на самом деле не желать зла объекту воздействия — иначе Сила не подействует. А как раз против этих детишек у меня ничего не было…

Вся короткая и неказистая жизнь падавана Штеля буквально прошла у меня перед глазами — я ведь еще и «слушал» парня через Силу. Война, смерть родителей, подобравшие его джедаи… тепло и уют нового дома. Потом, быстрое осознание, что уют какой-то убогий, а за полученное тепло придется отрабатывать всю оставшуюся жизнь. Впрочем, по сравнению с тем ужасом, который он пережил, перспектива пополнить собой ряды Корпуса Обслуживания паренька совсем не пугала. Разве что вот… летать он не сможет! — этого парень жалел больше всего. А потом произошло чудо: его взяли в падаваны! — Да, та самая джедайка-гран. Как я понял, учеба у парня шла довольно туго — слишком уж разными по складу характера и жизненным устремлениям оказались падаван и его наставница. Но, недавно глава их «команды» тоже взял себе падавана — и в ее компании получать новые знания у Маарека получалось гораздо лучше. Так же, к слову, как и у девушки: оба ученика старались, прежде всего, друг перед другом. Чем их наставники не преминули воспользоваться — везде, где только можно, ставили их на задания парой. Вот как в этот раз. Кстати, здесь ведущим пары был Маарек — как более опытный и искусный в деле пилотирования истребителей. Как я понял, когда они вместе отрабатывали боевые приемы, то лидером становилась как раз Таллисибет. В общем, пока я так трепался с пареньком, время у нас пролетело незаметно. До тех пор, пока из глубин гиперпространства не вынырнул «Черный Скимитар»…

К концу нашей «робинзонады» потихоньку оттаяла и начала участвовать в разговоре и девочка. Правда, ее первым заявлением было: «Ты убил мастера Харрода»! На что паренек тут же заявил, что мастер Харрод как раз не хотел лететь на Кларив, и на этой диверсии настоял тот корусантский хлыщ — тут я сразу насторожил уши. Таллисибет что-то пробормотала про «долг» и «приказ», но Маарек был непреклонен.

— Ты сама рассказывала, про тот разговор мастера Харрода и этого, как его там по-настоящему — Малорума? Если бы не этот скользкий тип, то все были бы сейчас живы!

— Но, ты же сам видишь — он Темный! А борьба с теми, кто использует Темную Сторону — наш прямой долг.

— Никакая борьба с Тьмой не означает, что мы должны устраивать взрывы и диверсии — мы джедаи, а не бандиты!

Послушав эту перепалку минут двадцать, узнал массу интересного: и про то, как джедаям удалось меня захватить, и как они проникли на «Королеву Ранруна» — и благодаря чему потом сумели так ловко скрыться. Подробности и мелкие детали я уже вытянул из ребят сам, когда подключился к их разговору. На пацанов очень сильно подействовало мое заявление, что этот самый Малорум, которого они вскользь упомянули, работал на ситха, за которым как раз охотился их Орден. Когда первый шок от моих слов прошел, обсуждения и споры вспыхнули снова. Для меня интерес представляло то, что Маарек, во время этого спора, выдал хороший образ этого самого Малорума. Составить фоторобот красавчика — для своих спецслужб, — мне будет несложно: мыслил паренек ярко, и разглядел, в свое время, Малорума очень хорошо. Да и для форсъюзеров такой образ — находка. А то примерные словесные описания, что были в распоряжении у моей контрразведки и у Чародеев, плохо подходили для поиска и идентификации шпиона. Теперь же можно будет пересмотреть и старые видеозаписи: мысли о докладе главы Регентского Совета о предателях никак не выходили у меня из головы — особенно после того, как я услышал в разговоре ребят несколько знакомых имен. Черт! — и это только то, что случайно всплыло в разговоре мало осведомленных о внутренней подоплеке событий падаванов. Что тогда вообще творилось сейчас в моем царстве-государстве, если слух о моем пленении вырвался все же наружу? Смог ли вообще Дориан, при поддержке моей «команды силовиков» удержать вожжи? — очень хотелось бы надеяться на это. Или, похоже, как в той поговорке — теперь только массовые расстрелы спасут Тион! А сейчас совсем не то время, чтобы начинать широкомасштабные репрессии, которые окружающие сочтут необоснованными — проще говоря: никак нельзя перегибать палку…

Нет, вот как раз необходимость жесткого подавления открытых мятежей или заговоров все признают: в военное время иначе нельзя! А вот, если начать «охоту на ведьм», то все может посыпаться — народ массово побежит за защитой к Республике. Беспредела наша общественность просто не поймет — тем более, что пока абсолютное большинство населения война и ее последствия напрямую не задевали. Народ просто морально не готов к тому, чтобы кого-то рвать за свою свободу зубами. Финансовые потери? — ну, здесь кое-кто даже неплохо выиграл, в результате роста тионской экономики на военных заказах: «тучные» годы пока еще не сменились «тощими». Еще работает инерция положительной динамики роста. Но, если государство посыплется, то экономика полетит под откос немедленно вслед за тем, как рухнет порядок и закон перестанет действовать. И, надо постараться направить все недовольство населения на тех, кто может эту хорошую жизнь им испортить: респов, заговорщиков, предателей — главное, четко указать конкретных врагов! Причем, обязательно постараться найти врагов реальных, а не мнимых: доказательств то от меня потребуют настоящих, а не липовых. Впрочем, если Дориан Д'Арсан-Эриин и вправду нарыл что-то стоящее, особенно — если все это можно будет привязать к попытке респов захватить меня в плен, у меня будут развязаны руки. Предателей не любит никто — а у меня тогда появится возможность перевести стрелки, и возложить вину за тяжелое положение на них.

КНС… вот с Конфедерацией никакой определенности: если на события в Тионском кластере я как то могу воздействовать — и даже направлять их ход! — то с КНС я не был уверен ни в чем. Повлиять на тех, с кем мне удалось выстроить личные отношения, я попробую — но, тут тоже никаких гарантий нет: слишком уж все привыкли меня воспринимать только как «второе Я», тень Графа. Претензии на лидерство придется как-то доказывать — это, если доказательства вообще примут во внимание. Насчет Ганрея, Сэна Хилла и еще кое-кого, калибром поменьше, у меня была четкая уверенность: эти слушать, просто так, никого не станут! А неймодианцы, мууны и компания контролировали более половины Сепаратистской Армии Дроидов, и флота КНС — если Гривус окажется на их стороне, в чем я практически не сомневался, то возможно, что даже три четверти всего состава. Протоколы подчинения у дроидов-командиров такая хитрая штука: в цепочке командования я стою где-то в конце второго десятка имен, из высших должностных лиц КНС — а доступа к мастер-коду, как у Дарта Сидиуса, у меня нет. Те силы, что у меня сейчас есть — респам, в полномасштабной войне, на один хороший хлопок ладонью: прибьют как назойливое насекомое, если что. Понятно, если перед этим все члены КНС просто расползутся по своим углам, и позволят Корусанту передавить себя поодиночке, забив на общие действия даже перед угрозой собственной гибели. Но, к сожалению, инстинкт самосохранения у бонз КНС штука довольно непостоянная: если те же джедаи начнут искать подходы к каждому индивидуально — Конфедерации конец! У нас все держалось на авторитете дяди, и на страхе перед всемогуществом Сидиуса — которое тот, время от времени, демонстрировал перед Советом Сепаратистов, как ловкий фокусник свои умения перед толпой. Теперь и надсмотрщика, и вождя не стало — если сведения о гибели и Графа, и Дарта Сидиуса на самом деле верны…

Республика — с этой тоже все, совсем непонятно: какая именно хрень там твориться, и кто там в кого стрелял возле Корусанта? В принципе, я благодаря этой неразберихе у респов и смог сбежать от джедаев: те просто побоялись держать меня долго под действием «химии», а лететь до Храма почему-то не могли — судя по приказу ждать, который к ним пришел — если я правильно понял. Остальное было уже делом техники. Меня беспокоило, что Энакин Скайуокер тоже не ответил на мой Зов — как и дядя перед этим. С ним что-то случилось? Могу ли я тогда полагаться на влияние гранд-мастера Йоды и Оби-Вана Кеноби, чтобы попытаться как-то договориться с Республикой о мире на приемлемых условиях? — Про то, что Кеноби и Йода в курсе наших с Энакином совместных действий, он мне в последнем нашем сеансе связи сказал. Другой вопрос: во что обошлось Ордену ликвидировать Дарта Сидиуса? — И, черт возьми, как дядя то ухитрился попасть туда во время этой разборки! Зайдя в своих рассуждениях в тупик, я решил дождаться того момента, когда попаду к себе, на «Черный Скимитар». — И смогу, наконец, узнать подноготную прошедших событий из более достоверных источников — и смогу взять все доступные нити управления в свои руки.

* * *

О чем не думаю, все равно в голову лезет только монолог одного парня, по имени Гамлет — тот самый: «быть или не быть». Хочу обратно, в спасательную капсулу! — и снова слушать бестолковое препирательство двух молодых людей. Пребывать в счастливом неведении… я даже согласен опять переживать неясную тревогу, что тогда меня глодала изнутри. Потому, что тревога гложет меня по-прежнему — даже еще больше, а то почти счастливое состояние успокоительного невежества кануло в бездну…

Когда нас подняли на борт «Черного Скимитара», я впервые увидел обоих падаванов вживую. Виду и ребят был помятый и слегка испуганный: меня они, кажется, бояться уже перестали — но страшные сепы пугали их все равно, и пугали сильно — хотя оба и старались этого не показывать. Прямо в ангаре отдал Таллисибет и Маарека под опеку Моне Ланкарр и Зуреку Веаси, которые пришли меня встречать: не сажать же ребят в карцер, в самом деле — а так, пусть учатся и набираются опыта, пока находятся у меня «в гостях». — Добрым словом и добрым делом можно получить гораздо больше, чем, если просто вешать кому-то лапшу на уши — а мне сейчас любые полезные связи в Ордене ох как пригодятся! — Даже если эти «связи» всего лишь такие вот недоучившиеся падаваны. Впрочем, Зурек и Мона пришли в ангар не один, а вместе с Даллом Борджином и остальными свободными от вахты офицерами, Чародеями и форсъюзерами-он'гат'акэ — и не только ими. Почувствовать через Силу, как тебя рады видеть… наверное, только это и помогало мне потом держаться — потому как куча информации, которую вывалил на меня Далл, когда мы остались с ним наедине, ничего хорошего не содержала. А та, что дополнительно поступала извне, только еще усугубляла безвыходность положения. Но, благодаря реакции подчиненных, ситуация из разряда: «Ужас, ужас, ужас» — переходила в разряд «просто ужас». — А с этим уже как то можно было жить и бороться!

Если попробовать охарактеризовать положение, в котором мы очутились, то лучше всего подошло бы определение — «задница». Причем, от состояния «полная задница» нас отделяло, только то, что Великая Армия Республики и вправду практически прекратила активные боевые действия: не то проводила перегруппировку, не то ждала отмашки сверху. В любом случае, только благодаря этому паралич, который охватил Конфедерацию, еще не перешел в агонию. По словам Далла, Сенат Конфедерации пребывал в полном замешательстве: известие о смерти дяди, и заявление с Корусанта, что таинственный Дарт Сидиус — тайный покровитель КНС, и Шив Палпатин это одно и то же лицо, буквально взорвало все наше политическое сообщество. Но, если те же члены Совета Сепаратистов как то еще могли игнорировать общественное мнение, и тянуть время, в надежде на улучшение ситуации — то сенаторам приходилось иметь со своими согражданами дело напрямую. А на местах уже начала задавать резонные вопросы: «Кто виноват и, что делать»? — И, самое главное — кого теперь назначить крайним. Внушало надежду, что Тофен Вейн сумел договориться и скоординировать действия, в плане обороны, с нашими соседями — Техно Союзом, Коммерческой Гильдией и Корпоративным Альянсом. Еще лучше, что мои соратники догадались вовремя начать информационную компанию в ГолоНете по стабилизации обстановки, подключив к ней «Башню Ардженте» на Маркане. Ну и нашу военную аппаратуру электронного противодействия тоже задействовали ох как вовремя! — Как я узнал, в целом ситуация в Тионском кластере и возле него, была куда более спокойной и стабильной, чем в других частях КНС. Хоть какой-то плюс. Спокойствие это, однако, было мнимым: три созревших заговора, во главе которых стояли Благородные Дома, ориентирующиеся на Республику, грозили внутренним взрывом. Пока что, сложилось шаткое равновесие: мятежники боялись выступать, не получая прямой поддержки с Корусанта — а мои силовые структуры боялись их трогать, чтобы не усложнять и без того непростую ситуацию. Теперь, наверное, в глазах народа проиграет тот, кто первым сделает шаг к конфронтации — он то и будет считаться зачинщиком беспорядков. В общем, самой неотложной проблемой сейчас был вопрос с Сенатом — потому, что его нужно было решать немедленно, — все остальное могло, так или иначе, подождать. Из-за этого «Черный Скимитар» сейчас летел прямиком к Раксус Прайм…

Тревога, что меня никак не желала отпускать — неясное предчувствие, которое раз за разом пыталась донести до меня Сила… к чему оно? Еще и Леония не выходила на связь: судя по сообщению с Раксуса, она решила отправиться с детьми к своему отцу — не такой уж и плохой шаг, в теперешних условиях. Только вот Маргаар Крон, немедленно откликнувшийся на мой вызов, сообщил мне, что дочь ему о предстоящем визите ничего не сообщила… странная секретность. Эстарию и Ливиен «Цветок Тиона», вместе с сопровождавшим корабль крейсером, прошел согласно графику. — А вот ни к Лианне, ни к Аркану вовремя не пришел, хотя должен был это сделать еще вчера, или сегодня утром — в зависимости от того, какими именно «рукавами» и ответвлениями Перлемианского пути они воспользовались. Мне это начинало не нравиться — любой дополнительный форс мажор был бы совсем не ко времени! Ладно, сперва Раксус Прайм и Сенат — потом будем разбираться со всем остальным. Тем более, что следующий прыжок как раз приведет «Черный Скимитар» в систему Раксуса.

* * *

В который раз убеждаюсь, насколько права поговорка: глаза бояться, а руки делают! Всего то и оказалось, что нашим сенаторам требуется только точка опоры — дальше они будут работать сами. Кворум оказался не полон: на Раксус Прайме осталась едва треть сенаторов и представителей — но, благодаря помощи с Марканы и Андо удалось наладить видеомосты практически со всеми более или менее влиятельными планетами, членами КНС. Разумеется, к видеоконференции подключился и Мустафар. Впрочем, из текущего Совета Сепаратистов там не было Уота Тамбора и Пассела Ардженте — один вышел на связь с Металорна, а другой — с Бомис-Кури. А дальше начался цирк с гуарларами: Нут Ганрей снова выкатил свои претензии на лидерство — попытался давать ценные указания Сенату. На что некоторые сенаторы, вполне резонно, задали ему вопрос: какого хрена вице-король молчал все это время? — тут понимаешь, бардак твориться, и люди волнуются! Как обычно, неймодианец начал заикаться и что-то пытаться доказывать — забыв, что он не перед дядей или Сидиусом оправдывается: люди ждали конкретных предложений и дельных указаний, а не пустых претензий и общих фраз. Тут еще и Гривус всех «обрадовал» — вылез в эфир с заявлением, что сил для атаки на Эриаду маловато. Понять, что в такой обстановке никто от себя корабли и войска отрывать не будет, чтобы потрафить его амбициям, наш «и.о. военного гения» был, кажется, не способен. О чем генералу и было выказано: где намеками, а где и прямо — многие наши планеты сами находились под ударом ВАР. В общем, Сенат подтвердил правомочность местных властей временно, до прояснения обстановки, переподчинить себе те части Сепаратистской Армии Дроидов, которые в это время находились на их территориях. Понятно, что тут каждый из народных избранников думал, прежде всего, о своих избирателях — и ничего особо хорошего от этого, на самом деле, в будущем не предвиделось. — Но это решение Сената явочным порядком легализовало все приказы Тофена Вейна тем частям и соединениям армии и флота Конфедерации, что он сумел подчинить себе — как старший военачальник в районе Тионского кластера и его окрестностей.

Вот это было действительно хорошо: судя по тем материалам, что предоставил мне Далл Борджин, пока мы добирались до Раксус Прайм, от данного маневра Тофена силы Тионской Добровольческой Армии и флота практически удваивались! Семнадцать тысяч кораблей, в том числе — более двенадцати тысяч боевых кораблей основных классов. Почти полмиллиарда боевых дроидов, и около миллиона единиц тяжелой техники. Конечно, все это еще предстоит сколотить в единый организм, но главное — что эти силы у меня теперь есть. Пожалуй, я был теперь сильнее любого из основных игроков в Конфедерации! — Конечно, силы каждой из галактических корпораций были гораздо больше моих, но у них у всех они были размазаны практически на полгалактики — а мои сейчас были сконцентрированы на относительно небольшом участке. Конкуренцию мне мог составить разве что Гривус со своей армадой…

Между тем, совместное заседание продолжало идти своим чередом. Постепенно, вместо делового обсуждения насущных проблем, начали возникать склоки и споры, вызванные старыми претензиями членов КНС друг к другу. — То, чего я боялся больше всего остального! Требовалось срочно что-то предпринять, и я решил попробовать взять дело в свои руки — попросив спикера Сената предоставить мне слово. Мысль о том, что сейчас меня будут слушать, чуть ли не во всех уголках цивилизованной части галактики, подстегнула не хуже порции допинга.

— Господа сенаторы и представители народов Конфедерации Независимых Систем! Уважаемые члены Совета Сепаратистов! Мне больно видеть, как в это непростое и тяжелое время, когда мы потеряли своего лидера, между нами одерживают верх рознь и непонимание…

Через Силу пришло ощущение, что я сумел овладеть вниманием аудитории. Оставалось только правильно использовать это обстоятельство — и тогда еще можно будет исправить положение!

— Вместо того, чтобы единым фронтом сплотиться в борьбе за наше право самим определять свою судьбу, мы сами разрушаем сейчас наше единство. А ведь как раз в единстве и есть наша сила: это то, что три с лишним года сдерживало поползновения Республики восстановить на наших землях свой режим…

В общем, использовав все доступные мне приемы уличного демагога, я сумел убедить слушателей выработать какую то консолидированную позицию. И, сам же предложил начать с Республикой переговоры, объявив временное прекращение огня на всех фронтах. Поскольку, Конфедерации срочно требовалась передышка — да и Республика, судя по приходившим с Корусанта известиям, находилась сейчас в состоянии, не очень-то пригодном для ведения войны. — А потом, когда мой проект приняли за основу, сделал несколько более конкретных предложений: по утверждению полномочий для представителей от КНС, при контактах с Республикой — и по организации эффективного управления Конфедерацией в кризисный период. Эти предложения, хоть и не пошли «на ура», но, тем не менее, были приняты к исполнению и утверждены Сенатом. Ну а поскольку инициатива, как известно, наказуема — все предварительные переговоры с республиканцами я предложил взять на себя. Задействовать свои связи у «нейтралов», чтобы довести предложение о перемирии до Сената Республики. Обещая предложить Республике «мир без аннексий и контрибуций», как я выразился, нагло присвоив себе чужую идею. Не то, чтобы я сам верил в возможность скорого и легкого окончания войны — но, люди услышали то, что услышать хотели: мы и Республика будем говорить о мире. Все остальное было вещами обсуждаемыми, собственно — для этого и существуют политики и дипломаты: решать взаимные претензии переговорами, а не войной. Что удивительно — даже неймодианцы и мууны не стали спорить, когда Сенат утвердил мои полномочия! Один Гривус попытался было гнать волну, но его быстро поставили на место, напомнив разгром у Корусанта — и посоветовали получше готовиться к новым боям на случай, если респы не пойдут на перемирие. Дальше, я попросил Совет Сепаратистов и Сенат выбрать своих представителей — для помощи мне в ведении переговоров — понятно, если они состоятся. А сам пообещал немедленно связаться с герцогиней Мандалора, чтобы просить ее быть посредницей в налаживании контактов с властями Республики. На этой благостной ноте все и закончилось, как я тогда ошибочно посчитал. Увы, жизнь быстро показала мне всю беспочвенность надежд на простое и легкое решение всех вопросов.

С Сатин я связался прямо из здания Сената на Раксусе Прайм: моя просьба была выслушана, и герцогиня обещала оказать все возможное содействие в поиске взаимопонимания с Корусантом. К сожалению, что в столице Республики сейчас твориться, толком выяснить я так и не смог — связаться с Энакином мне не удалось ни через Силу, ни используя технические средства. Черт, неужели со Скайуокером, во время боев там, случилось что-то нехорошее? Собственно, как раз подробностей об этих боях моя разведка добыла более чем достаточно, так же, как и об обстоятельствах гибели дяди с Дартом Сидиусом: республиканский Сенат был тем еще дырявым ведром, информация из которого утекала в прессу широченным потоком — только ее хорошо фильтровать приходилось. То, что Энакин пережил битву на орбите планеты, и потом даже принял капитуляцию остатков верного Палпатину флота, я знал — но, мои агенты утверждали, что уже как минимум пару дней Скайуокера нигде не видели. То есть, вообще нигде! — отправлен на какую-то их дурацкую джедайскую миссию, наплевав на действительно насущные заботы? — ну, с джедаев, пожалуй, станется. Кто-то из штаба его флота даже вроде бы сделал запрос в Храм, оставшийся без ответа… странно это, очень странно! Попросить Сатин связаться с гранд-мастером Йодой или Кеноби? — но, Оби-Ван, насколько я был сейчас в курсе, все еще не вернулся из Внешнего Кольца: недавно, кстати, он отбил у Конфедерации Утапау. Короче говоря, решил подождать ответа герцогини: что скажет Республика на мою попытку заключить перемирие, и на предложение начать мирные переговоры. А самому, тем временем, попытаться разгрести внутренние дела собственного государства.

Так уж водится, что любое государство, в своей жизни, немедленно обзаводится гражданским и военным чиновничьим аппаратом — КНС, в этом смысле, исключением не была. Во время нападения респов на систему Раксуса, когда Ганрей срочно «эвакуировал» весь персонал, который обслуживал работу Совета Сепаратистов, вся эта «простая» чиновная братия была им здесь и брошена. Как верно считал неймодианец, за полной бесполезностью его интересам: привыкнув решать все вопросы келейно, через Совет, или, как крайний случай — через ситхов, Ганрей кажется, даже не представлял, насколько эффективность работы любого государства зависит от эффективности работы его чиновников. Впрочем, неймодианец вообще воспринимал КНС исключительно как инструмент удовлетворения собственных запросов. Кстати, этим у нас страдал не он один — если что, то я совсем не про старшего ситха говорю! Фактически, все это время чиновники находились в подвешенном состоянии: постоянно с ними работал, и пользовался их услугами в основном дядя — ну и, понятно, сенаторы. Поэтому, когда я вызвал к себе глав служб и департаментов КНС, поговорил с ними всеми о делах, и поставил задачи на перспективу — народ с радостью кинулся мои приказы исполнять. Не то, чтобы я ожидал каких-то необыкновенных результатов от этой деятельности. Просто, само по себе реанимирование государственных институтов Конфедерации было уже настоящим благом для нас…

Теперь предстояло решить, куда лететь: на Тион, разбираться с делами королевства, или сначала все же на Лианну? Нет! — пусть поисками Леонии и детей занимаются военные: Тофен Вейн уже проинформировал меня, что разослал приказы всем патрулям в предполагаемых районах нахождения «Цветка Тиона». Со своей стороны, Маргаар Крон сообщил, что высылает на поиски и группу своих собственных космических сил. По любому, требовалась хоть какая-то конкретная зацепка — иначе пропажу можно было бы искать бесконечно! — Космос он большой. Попробовать провести поисковую медитацию, с привлечением Чародеев и других форсеров, находящихся у меня на службе? Несомненно, это стоит сделать: сейчас любая подсказка была бы жизненно необходима — особенно, если корабль с моей семьей потерпел где-то крушение. И, ведь когда то я сам настоял, чтобы планируемые маршруты перелетов моей семьи держались в тайне, даже от своих: доклады постам наблюдения и патрулям следовали только при прохождении точек их расположения. Теперь эти меры безопасности работали против нас же. Хуже всего было то, что не было никаких известий и о сопровождавшем «Цветок Тиона» крейсере — а ведь корабль типа «Левиафан» отнюдь не иголка! — Его просто так не уничтожишь. Если только они не попали в заранее расставленную ловушку — но, кто мог знать маршрут их полета? Так мучительно раздумывая, добрался с Раксус Прайм на орбиту, где меня ждал мой дредноут. Едва я очутился на борту, то отдал приказ: следовать на Тион — меня ждал Регентский Совет, и разбирательство с непростой ситуацией, которая сейчас сложилась в Королевстве Тион и на территориях Союзного Тиона. Однако, пока навигаторы Далла Борджина еще считали оптимальные векторы короткого прыжка до соседней системы, на меня накатило Видение. Это было хуже, чем когда я почувствовал гибель своего приемного отца! Боль потери, она была не физической… но от этого мне лучше ничуть не было. На какой-то миг я, похоже, даже потерял сознание, выпав из реальности, оставшись, правда, стоять на ногах — так быстро все это произошло. Миг длиною… в целую жизнь — которой больше уже не будет! Привели меня в чувство только расширенные, полные страха глаза Зурека Веаси, с которым я, в это время, обсуждал возможные маршруты моих дальнейших полетов — после Тиона. — Интересно, что такого неглупый, обладающий богатым жизненным опытом, прошедший огни и воды потомок истинных ситхов мог увидеть такого на моем лице, что напугало его до полусмерти? Или, может, ему тоже было какое то видение от Силы, пришедшее одновременно с моим…

Надо держаться, надо держаться, надо держаться! — убеждал я сам себя. Я ведь мог не понять того, что донесла до меня Сила… не до конца! — еще есть надежда… ну, хотя бы тень надежды. Впрочем, кого и в чем я хотел уверить? — Сила не ошибается никогда: я даже представлял — где, в каком именно месте бескрайнего пространства галактики погибла Леония. В голове всплыли строки, пришедшие ко мне когда-то издалека, и невольно вызвавшие сейчас отклик в душе.

Вдовец печальный, безутешный, принц Аквитанский я…

Разрушенная башня предо мною.

С ней рухнула надежда — звезда моя мертва;

И лалами украшенная лютня рождает звуки.

То гимн немому солнцу — Меланхолией зовут его.

Оно — черно!..

Запекся королевы поцелуй на лбу моем;

В том гроте, обитель где сирены сладкогласной,

Я вижу сны…

Ликующий, я дважды Ахерон одолевал…[4]

Увы, через Ахерон мне не перебраться — если только с дорогой в один конец. Но, пока еще рано: я еще должен достать ту сволочь, которая виновна в смерти моей жены — да и Леония бы не одобрила. И… Гарольд и Тессия! — что с ними? Так, нужно срочно взять себя в руки и действовать. Достав из ячейки на поясе комлинк, вызываю Далла Борджина.

— Далл, цель полета срочно меняется! Пожалуйста, выйди на связь с Дорианом Д'Арсан-Эриином и извинись, от моего имени, за задержку. Пусть навигаторы считают самый быстрый маршрут до Таниума. Мы с Зуреком сейчас поднимемся на мостик.

Я киваю в сторону чародея, который, вроде бы пришел в себя. Далл задает всего один вопрос.

— Что-то о твоей семье?

— Да, я почувствовал, что Леония умерла. Место… примерное место ты знаешь, я его назвал.

— Дориану не говорить?

— Нет, скажи. И, пусть там будут начеку: не думаю, что нападение на мою семью было случайным делом! Столица, самое вероятное место, где может «полыхнуть». Если что, пусть действует от моего имени — и максимально жестко. Увеличения хаоса и бардака нам сейчас совершенно не нужно. Да, еще — сообщи Тофену и всем прочим старшим командирам армии и флота: вполне возможно, что заговорщики попробуют начать активные действия не только в одном месте. Так же, предупреди службы Безопасности и Разведки. Впрочем, ты уже и так прекрасно знаешь, как нужно действовать в подобной ситуации.

Далл молча кивнул мне в ответ, и связь прервалась. Я позвал Зурека Веаси, и мы двинулись с ним в сторону турболифтов — мостик дредноута был двумя уровнями выше от нас.

* * *

Напрямую от Раксуса до Таниума пути не было — мешала Спираль Индрексу. Сперва был прыжок до Эстарии, где я сам уже вышел на связь с Тофеном Вейном: и получить свежие новости от всех разведслужб, которые стекались к нему как к командующему вооруженными силами Конфедерации в нашем квадранте Внешнего Кольца — и чтобы отдать еще кое-какие распоряжения. Тофен сообщил, что в Мирах Таниума снова появились республиканские эскадры: патрули засекли перемещение нескольких десятков военных кораблей, принадлежавших флоту Республики. В основном, «Венаторы» и «Аккламаторы» с эскортом из легких сил. Интересно, они опять на Фелуцию решили набег устроить — медом там респам что ли намазано? — Для атаки той же Лианны таких сил будет маловато, а для какого-нибудь Галидраана или Таркоса они попросту избыточны. А Фелуция все же главный мир Коммерческой Гильдии — и, при этом, Шу Май никогда не держала там особо больших сил. Но, почему сейчас? — Сатин Крайз совсем недавно выходила со мной на связь: мои мирные предложения, сделанные мной от имени КНС, она до республиканского Сената уже довела — и, по ее словам, они были приняты. Что, респы все же решили не идти на мировую? — это сейчас было бы совсем хреново! Да нет, проще предположить, что эта набеговая операция была задумана, и началась еще до того, как случилась вся эта заварушка: смерть дяди, гибель Сидиуса, разборка на самом Корусанте. И теперь респы просто мотаются в космическом пространстве: приказ на отмену атаки им дали, а операцию еще не отменили. — Что же, может оно так и есть — просто будем иметь в виду наличие сил ВАР у нас под боком. Кстати, на присутствие респов Тофен уже оперативно среагировал: от Кар Шиан к Мирам Таниума была отправлена Двадцать Третья эскадра Соединенного Флота Тиона — так теперь, по новому именовались мои космические силы. Командовал ею Горги Вар-Висев, произведенный в адмиралы после недавних успешных действий против флота Республики у Дромунд-Кааса. Это хорошо, в случае чего, лишняя огневая мощь мне совсем не помешает.

От Эстарии мы прыгнули прямиком к Барсегу: удобный, прекрасно изученный и хорошо проверенный Перлемианский Путь это позволял. И уже оттуда, вынырнув в обычное пространство только для того, чтобы скорректировать навигационные расчеты, совершили следующий гиперпрыжок — непосредственно в систему Таниума, куда должна будет прибыть и Двадцать Третья эскадра…

Двадцать Третья эскадра нас там и ждала — в компании с примерно равной ей по численности группой республиканских военных кораблей! Надо сказать, что контр-адмирал Вар-Висев, памятуя про то, что нами предложено Республике перемирие, не стал первым атаковать корабли республиканцев. Респы, в свою очередь, видимо тоже не рвались в бой. Сканирование системы Таниума показало, что в гуще строя республиканских кораблей находится что-то, что можно было принять за обломки корвета типа CR-90, которые системы опознавания «Черного Скимитара» идентифицировали, как принадлежащие «Цветку Тиона». И как это изволите понимать? — у меня было много вопросов к тому, кто командовал сейчас силами респов у Таниума! Вызовы от Двадцать Третей эскадры, и с республиканского флагмана пришли практически одновременно. Я сперва решил выслушать Горги Вар-Висева.

— Сэр! В связи с приказом не открывать первыми огонь, мной принято решение не проводить каких-либо агрессивных действий по отношению к эскадре Республики. Мне, перед вашим прибытием, был сделан с их флагмана запрос: готов ли я принять челнок со спасенными пассажирами с какого-то нашего корабля — что мне им ответить, сэр?

Сердце невольно пропустило удар, когда я услышал эти слова адмирала — неужели есть что-то определенное о судьбе моих близких? Поблагодарив Горги, я ответил, что сам разберусь с этим вопросом. И приказал связистам соединить меня с республиканским флагманом. Красивую, невероятно грациозную и обворожительную синекожую тви'леку я узнал с первого взгляда.

— Приветствую уважаемую Айлу Секуру. Заранее хочу предупредить: мы здесь совсем не для того, чтобы вас атаковать — вам не надо ничего опасаться! Но, нас интересует корабль, обломки которого находятся сейчас среди кораблей вашей эскадры. Могу я узнать, о каких спасенных людях идет речь, и если вас это не затруднит, не могли бы вы подробнее рассказать мне об обстоятельствах спасательной операции, в результате которой они к вам попали?

— Мы подобрали спасательную капсулу, в которой находились двое малолетних детей, которых сопровождали и охраняли два дроида-слуги. Могу я узнать, с кем разговариваю?

— Райден Дуку, генерал Секура.

Странно, у джедайки что-то дрогнуло на лице — она что, не узнала меня? Понятно, что я не самая распиаренная личность в галактике, но и совсем не безвестная: у джедаев вон, в их розыскных листах, числюсь — как враг народа и Сената Республики. А у джедаев очень хорошая память, как впрочем, и у любых форсъюзеров. Между тем, генерал Секура кивнула кому то, находившемуся сбоку от себя, а потом продолжила разговор.

— Если вы не против, могу доставить детей и дроидов к вам на борт лично. Вместе с теми материалами, что нам удалось собрать, исследуя обломки корвета, и с записями нашей корабельной аппаратуры слежения. Но, предупреждаю — качество записей не лучшее: мы были слишком далеко от места боя, точнее — расстрела этого корвета неопознанным крейсером типа «Левиафан».

— Буду вам очень благодарен, госпожа генерал! Со своей стороны, гарантирую вам полную безопасность на борту моего корабля. Да, еще, у меня здесь двое падаванов — буду рад вернуть их представителю Ордена целыми и невредимыми.

— Хорошо, тогда ждите мой челнок через… полчаса.

Полчаса, которые прошли с момента окончания сеанса связи, тянулись для меня как вечность. Я даже сам в ангар спустился — встречать генерала Секуру. Таллисибет и Маарек, которых привела Мона Ланкарр, были здесь же. Настроение у обоих ребят было совершенно разным: если Таллисибет явно была рада оказаться скоро среди своих, то Маарек что-то выглядел не очень довольным. Наконец, челнок типа «Мю» вплыл в створ ангарных ворот. Погасив скорость и сложив крылья, кораблик аккуратно коснулся выпущенными опорами пола ангара — высший шик пилотажа! Какие глупые мысли лезут в голову… и через Силу, почему-то, совсем ничего не чувствуется. Откинулась носовая аппарель челнока. Первой на палубу спустилась джедайка, за которой следовали… мои дроиды! Собеседник тянул за собой маленькую репульсорную платформу с колыбелькой, а Молчун нес любопытно вертящего во все стороны головой Гарольда прямо на руках. Последним из челнока вышел обычный клон — в броне и при оружии, но со снятым шлемом. Да нет, ни хрена он никакой не обычный — судя по истершейся цветной маркировке, и кое-каких дополнительных элементах снаряжения — это целый клон-маршал! Наверное, не ошибусь, если предположу, что это Блай собственной персоной. — Черт, а ему то, что тут у меня нужно? Ладно, посмотрим! — а пока, надо поприветствовать гостей…

Я вам уже говорил, что дроиды типа F-III отличаются умом и сообразительностью? Ну, если говорил раньше, то повторю это еще раз: в разговоре, Айла Секура призналась, что Собеседник ее таки уболтал — убедил, что они случайно сумели сбежать с атакованного неизвестными врагами сепаратистского корабля. Уговорил поискать возможных других уцелевших, кто мог выжить в этом бою. Словом, смог получить помощь со стороны опытной, не слишком доверчивой джедайки, обладавшей богатым военным и житейским опытом. Тут надо сказать, что респы и так были сильно заинтригованы развернувшейся на их глазах схваткой. И вот то, что явно сепаратистский «Левиафан», судя по эмблемам на его борту, прямо у них на глазах обстрелял, а потом взял на абордаж корвет, которые нес такие же опознавательные знаки, им показалось очень странным. Пассажиры подобранной спасательной капсулы, подавшей сигнал бедствия — когда она достаточно сблизилась с республиканской эскадрой, еще добавили таинственности: то, что дроиды, и младенцы, которых они оберегали, принадлежат какой-то непростой семье, было понятно сразу. Собеседник заявил, что мальчик и девочка, о которых они заботятся — дети некой знатной семьи с Дуинарбулона. Родственники королевской семьи Крона. В общем, старался создать впечатление, что нападение — возможная разборка между тионскими Великими Домами. И просил у генерала Секуры, которая была старшим командиром среди республиканцев и к которой их доставили, защиты и помощи. Заодно, просил сообщить о них королю Крона — поскольку он родня детям, и может их защитить. Понятно, что немедленно проверить слова дроида-слуги у республиканцев не было никакой возможности — его слова можно было лишь принять на веру. Или не принять — что на войне случается гораздо, гораздо чаще! — особенно, если говорит тот, кто принадлежит к другой стороне конфликта.

Джедай это не только Светлая Сторона Силы — это еще и образ жизни: несмотря на то, что подчиненные уговаривали Айлу как можно быстрее покинуть систему Таниума, где вот-вот могли появиться патрульные корабли Сепаратистов, генерал Секура приказала оставаться на месте. Для члена Ордена отказать в просьбе о помощи, обращенной к нему, — это надо иметь очень вескую причину! Попытаться найти тех, кто мог выжить и помочь им, если есть возможность, для рыцаря Айлы Секуры было важнее обеспечения скрытности. Увы, к сожалению, ничего кроме обломков и мертвых тел в расстрелянных с «Левиафана» спасательных капсулах, республиканские военные не нашли. В обломках корвета — тоже: с «Цветка Тиона» нападавшие, похоже, забрали не только живых, но и тела мертвых. — Во всяком случае, ничего кроме разрушения, следов боя и гари на искореженных внутренних переборках, респы на корабле не нашли. А когда генерал Секура обдумывала: как бы ей можно было переправить спасенных детишек, и их сопровождающих на Чандаар — в системе Таниума появилась Двадцать Третья эскадра.

По счастью, адмирал Вар-Висев, следуя инструкциям, тут же связался с республиканской эскадрой и подтвердил, что намерен соблюдать объявленное нами, пока в одностороннем порядке, перемирие. Заодно уточнил: не получали ли респы никаких сигналов бедствия — и не наблюдали ли они, по пути, чего-нибудь подозрительного? Ну, Секура сразу же сообщила, что да — наблюдали прямо здесь финал схватки корвета типа CR-90 с крейсером типа «Левиафан». — И, даже смогли подобрать кое-кого из спасшихся. Задала и встречный вопрос: сможет ли адмирал принять на борт этих спасенных, и доставить их туда, куда они укажут — поскольку сделать это самой генералу Секуре, или ее подчиненным, по понятным причинам будет несколько затруднительно…

Ну а дальше, на сцене появился «Черный Скимитар» со своими кораблями сопровождения. К сожалению, поговорить достаточно долго и более-менее откровенно в ангаре, на виду у множества глаз, не представлялось возможным. Думаю, Айлу Секуру за ее благородный поступок по головке не погладят: война она не располагает к сантиментам — а спасенные дети были бы слишком удобным способом давить на их родственников! — Это даже если точно не знать, из какой именно они семьи. Ну а после того, как я признал и дроидов, и малышей: успокоив начавшего было проситься ко мне Гарольда, и взглянут на спящую дочь — чьими именно являются спасенные дети, респам станет абсолютно ясно. В общем, пара выглядевший совершенно обалдевшими, от всего происходящего, падаванов — самая малость, что я мог для генерала Секуры сделать: это будет для нее хоть каким-то оправданием. К жизни и безопасности своих членов, особенно молодых, Орден все же относился трепетно. Правда, во взгляде Айлы, что я поймал, совершенно не чувствовалось никакого раскаяния от совершенного поступка — скорее, наоборот, удовлетворение! Ну, что сказать — джедаи, это диагноз! Увы, не мог даже поцеловать руки этой прекрасной женщине: боюсь, меня бы совсем не так поняли. Единственное, что я еще смог — пообещал ей постараться освободить всех узников из нашей специальной тюрьмы у Лола Сайю. Там, в основном, у нас сидели или пленные джедаи, или высокопоставленные республиканские офицеры и чиновники, тоже попавшие к нам в плен. Это самое меньшее, что я могу сделать для прекрасной джедайки! Ну и, что уж греха таить: это будет прекрасным пиар ходом для начала будущих переговоров с Республикой и Орденом.

Попрощавшись, и проводив гостей, направился вместе со своей небольшой свитой к апартаментам, которые я занимал на «Черном Скимитаре». Меня заинтересовал один вопрос: и Зурек, и вот теперь Айла Секура на меня как то странно смотрели — как будто не узнали. Дождаться комментариев от охранников он'гат'акэ, или тем более дроидов, было бессмысленно — а вот у Моны спросить можно. — Что я, собственно, и сделал. Мы как раз достигли уже моего жилища — чародейка осторожно коснулась моей руки, и поманила по направлению к одной из зеркальных панелей, которая была встроена в переборку «прихожей». Подойдя, я глянул в зеркало: на меня оттуда смотрел незнакомец — бледное, осунувшееся лицо, красные от недосыпа и перенапряжения глаза — и поседевшие пряди растрепанных волос…

* * *

Ну что, как говориться: «Пацан сказал — пацан сделал»! — Хотя, освободить из тюрьмы на Лола Сайю пару сотен тамошних сидельцев особого труда не составило — тамошняя охранная эскадра беспрекословно выполнила приказ Тофена Вейна, а тюремная охрана, в новых условиях, не посмела мне возражать. Полтора десятка бывших зеков были джедаями, попавшими к нам в плен за время войны: изможденные и измученные, но не сломленные — хотя, режим в тюряге был не сахар, особенно для одаренных. Из всех заключенных, я ранее знал только одно имя — Антиннис Тремейн. — Имена остальных мне совершенно ничего не сказали. Конечно, на каждого имелось небольшое досье — но изучать их, для меня, теперь не было совершенно никакого интереса. Выделив освобожденным надежный транспорт, и обеспечив безопасный перелет до ближайшего опорного пункта респов, на Роше, я мог считать свой долг перед Айлой выполненным. Черт возьми, если бы и все остальные вылезшие на поверхность проблемы можно было бы решить так же просто и быстро!

Для начала, то, чего я больше всего в душе опасался: открытый мятеж сторонников Республики в Тионском кластере — все же произошел. Нам повезло только в одном: заговоров было аж три штуки, и никто из заговорщиков не позаботился о том, чтобы согласовать свои действия — тогда все могло обернуться намного хуже. Дом Исалар, или Тион-Исалар - как они себя высокопарно именовали, поднял мятежи на Ливиене, Канавере, Анк Ки'Шоне, Раксусе, Аргуне и Клариве. Дом Вар-Адеан — на Кадинте, Барсеге, Корлаксе, Джаминере и Дравионе. А Дом Нусватта попросту попытался захватить Лианну — собрав туда все доступные им силы, в том числе и наемников. Быстрее всего был разгромлен мятеж Дома Исалар: слишком близко к его основным очагам находились верные мне силы армии и флота, да и Регентский Совет Тиона не дремал. — Фактически, Дориан Д'Арсан-Эриин, Алгор Мелассин и генерал Булат уложились меньше чем в неделю, прихлопнув мятежников как назойливое насекомое — дальше Дориану оставалось только трясти верхушку Исаларов, захваченную чуть ли не полностью: с целью докопаться до корней мятежа, и выявить их связи. Дольше всех пришлось разбираться с мятежом Вар-Адеанов. Но, исключительно потому, что в самой глубине Тионского кластера попросту было недостаточно сил, чтобы быстро подавить сопротивление — а подмоге пришлось туда добираться достаточно долго: на все про все ушло две недели. В результате, многим главарям мятежа, да и их подручным тоже, удалось скрыться от возмездия. Единственным светлым пятном в этой истории было то, что Джоделу Горани, по наводке ребят из армейской Службы Безопасности, удалось поймать на Корлаксе Малорума! — Вот это действительно была удача. Я даже тогда не предполагал — какая именно, хотя и подозревал, что негодяю должно быть известно очень и очень много полезного.

Опаснее всего дело обернулось с попыткой Дома Нусватта овладеть Лианной, с ее стратегическим положением в пространстве, и с огромными верфями и военными заводами. Дом располагал не такими уж и большими собственными силами — но их оказалось вполне достаточно, чтобы на пару часов парализовать действия Сил Безопасности Санте. В это время в системе Лианны вышла из гиперпрыжка большая эскадра вражеских кораблей: наемники из Пространства Хаттов и корабли с Андоанских Колоний — несколько сотен вымпелов! К сожалению, леди Вальес Санте всегда неодобрительно относилась к присутствию в ее вотчине чужих военных кораблей, поэтому, когда эскадры, которые направили к Лианне Джейм Эззер и Ассегай, достигли ее звездной системы — враг уже успел захватить значительную часть орбитальной инфраструктуры. — Кое-где наемники Дома Нусватта даже успели высадиться на саму поверхность планеты — куда враг не ступал практически с самого начала войны! Хуже того, когда этих наемников опознали, то оказалось, что это были атлонцы — двести тысяч отборных, прекрасно вооруженных и обученных убивать головорезов. Самое фиговое, что подручные Дома Нусватта организовали вещание с какой-то мобильной передающей станции, через ГолоНет. Смысл их пропаганды сводился к тому, что де верные сыны Тиона, преданные Республике, сбросили, наконец, иго преступной Конфедерации… и тому подобную чепуху. — А потом обратились к Сенату Республики с просьбой о помощи. Уже через несколько часов их передачи были задавлены нашими системами РЭБ, а передающий центр выявлен и уничтожен — но, слово, как известно, не гизка: вылетело, уже не поймать!

В общем, понервничать пришлось изрядно: предложения о мире они предложения и есть — а тут предлагают ключевую систему на блюдечке с голубой каемочкой. — А от ближайшей республиканской флотской группировки, стерегущей сейчас Рош, до Лианны, по удобному и быстрому гиперлейну, долететь — раз плюнуть. Хорошо еще, что пока я гостил у джедаев в плену, их силы были выбиты из системы Бал'демника и с Туле: постарались Тренч и Тофен Вейн — а то угроза могла бы быть еще сильнее. Впрочем, оно и без того все было предельно хреново: наемники наемниками, а атлонцы всегда работали прежде всего на Республику — я уже не говорю про корабли с Андоанских Колоний. — Тамошние аквалиши были вернейшими клевретами респов, и злейшими врагами своих собратьев с Андо, которых я относил к числу своих союзников. К счастью, похоже, для самого республиканского командования, и для властей на Корусанте, данный мятеж был полной неожиданностью: республиканский Сенат, с обычной его неторопливостью, прообсуждал обращение мятежников о помощи и признании до тех пор, пока мои войска их не задавили — кроваво и безжалостно. Разрушения и повреждения от боев были такими, что мастер Сеи Вукто теперь вспоминался мне очень осторожным и аккуратным воякой! К их чести, атлонцы в плен не сдались, и предпочли драться до конца, насмерть. Так же, как и аквалиши-республиканцы. А вот наемники из Пространства Хаттов и прихлебатели Дома Нусватта оказались не столь крепкими — когда я прибыл в систему Лианны сам, после Таниума, те из них, кто уцелели к тому времени, уже сдались. Кстати, в добивании атлонцев я даже поучаствовал лично: очень уж хотелось выпустить на ком-нибудь пар! — До этого, остатки флота мятежников и их наемников, что не успели сдаться сразу, Далл Борджин вынес всего несколькими залпами главного калибра «Черного Скимитара» — и мне в этом деле никакой работы не досталось. Увы, с окончанием боев ничего не кончилось: как очень скоро выяснилось — все еще только начинается!

Не то чтобы события в Тионском кластере радикально повлияли на текущие политические расклады в галактике, но, несомненно, свою лепту в это дело они внесли. И без того неустойчивая обстановка обострилась еще больше: если ранее мне еще как то удавалось поддерживать баланс и взаимодействие среди членов КНС, то теперь осуществлять все это стало почти невозможно. — Если не можешь поддержать порядок в собственном доме, то кто же тебе поверит? С Раксуса началось тихое постепенное бегство представителей планет и целых регионов, из Сената Конфедерации — из числа тех, кто не покинул столицу КНС еще раньше. Более-менее твердо держались на местах только депутаты от тионских планет, или от тех миров, что находились поблизости от Тионского кластера. — А еще — представители миров, входивших с Коммерческую Гильдию, Техно Союз и Корпоративный альянс. Но, эти корпорации имели часть своих владений рядом с Тионом — им тоже порядок в регионе был жизненно необходим! — отсюда и стремление сохранить за собой связи на Раксусе. У представителей миров дальних регионов галактики, или тех, кто входили в число клиентов Торговой федерации, или Банковского Клана, такого стимула не было. Распада наверняка можно было бы избежать, находись на Раксус Прайм сам Совет Сепаратистов — хотя бы даже в неполном составе: решительное поведение исполнительной власти всегда благоприятно влияет на порядок в любом государстве. Пусть даже это государство было у нас таким своеобразным, как Конфедерация Независимых Систем. Не раз я поминал теперь незлым тихим словом Нута Ганрея: скольких бы проблем нам удалось избежать, не будь этой трусливой «эвакуации», при атаке респов на Тионский кластер! Может быть, имей я больше свободного времени, то сумел бы убедить многих представителей с Сенате остаться на месте. Но, приходилось отрывать внимание еще и на другие дела, совершенно не терпевшие отлагательств. И, мои собственные мятежники были не единственной такой проблемой.

Как я упоминал ранее, КНС в значительной степени держалась на авторитете дяди: Граф умел разруливать внутренние проблемы, не доводя дело до силовых конфликтов между союзниками. — Теперь, когда дяди не стало, моим дипломатам и недавно назначенным чиновникам Конфедерации стало чертовски трудно проделывать подобные вещи. Сам же я, к сожалению, не мог разорваться и успеть везде: получалась пресловутая ситуация с кафтаном некоего Тришки! — И нити, что ранее связывали движение Сепаратистов в единое целое, слабели и рвались — чем дальше, тем больше. Пока еще я с трудом сохранял относительный контроль в «Северо-Восточном» квадранте Внешнего Кольца: над пространствами от Мандалора до Централии, и от границ Пространства Хаттов до границ Корпоративного Сектора. К сожалению, чтобы отбить Бал'демник, нашим войскам пришлось оставить стратегически важную систему Кашиика. Точно так же, как для ликвидации вторжения респов на Туле, Тофену Вейну пришлось снять войска с «Севера»: теперь дальше там, за границами сектора Д'Астан, мое влияние практически не ощущалось. Чертова нехватка сил! — даже с теми эскадрами, и армейскими подразделениями КНС, что ранее подчинялись напрямую Совету Сепаратистов — и которые сумел переподчинить себе Тофен Вейн. Отдай под наше с ним командование часть своих войск и флота другие «сильные» игроки из наших мест — можно было бы удержать позиции и у Кашиика, и в Канце. А это, помимо всего прочего, еще и обеспечило бы связь с другими «северными» частями территорий КНС, вроде владений муунов и их союзников, — и с территориями аквалишей и паквепури. Если на «Севере» респы пока особой активности не проявляли — даже военные действия на Майгито практически прекратились! — То вот в Ломте все произошло с точностью наоборот: ВАР активно занимала более-менее важные транспортные коридоры, и отдельные системы в промежутке от Ботавуи до Ланника. Конечно, от той же Андо можно было до нас добраться и через Пространство Хаттов — благо, за умеренную мзду слизняки спокойно закрывали глаза на пролет чужих боевых кораблей и военных транспортов, — но связность наших коммуникаций там резко ухудшилась. На то, что творилось за Кореллианским Путем, и дальше — к «Юго-Западным Пределам», я вообще повлиять никак не мог. Но, это уж пусть сейчас у Ганрея голова болит: в тех местах расположены в основном их территории, либо территории их клиентов. Да и флот под командованием Гривуса, как серьезную силу, никто со счетов не сбрасывал! Киборг, кстати, обещал там свою поддержку всем, кто был в этом хоть немного заинтересован: и неймодианцам, и Шу Май, и Пасселу Ардженте, и Уоту Тамбору — давайте мол, только, деньги и ресурсы…

Деньги и ресурсы, однако, были нужны всем — и каждый участник этой Большой Игры изыскивал их, где только мог. — И какими угодно способами — вплоть до грабежа соседей и пиратства. Хуже того, там, где такие «борцы за вашу и нашу свободу» не могли ограбить сторонников Республики — потому как тех защищала ВАР, или хорошо вооруженных и готовых дать сдачи «нейтралов», вроде тех же мандалорцев, — они начинали нападать на своих бывших союзников. — Из тех, более слабых, что раньше защищала сама Конфедерация. Мои войска, попутно с подавлением мятежей, занялись и наведением прядка на окрестных территориях — ставя на место, при необходимости, таких вот «экспроприаторов». Ну, заодно и бюджет неплохо удавалось пополнять: как за счет пожертвований от тех, кого мы брали под защиту, так и за счет трофеев. К сожалению, как я уже говорил ранее, войск катастрофически не хватало. — Точнее, войска были. — Но, несмотря на, вроде бы даже, затихшие боевые действия, снимать «лишние» соединения и части с фронта, для того, чтобы навести порядок в тылу, было совершенно невозможно. Давать такой соблазн Республике: решить проблему Сепаратистов одним ударом — было бы до крайности глупо! Вот и приходилось метаться туда и сюда, пытаясь решить возникающие проблемы по мере их даже не возникновения, а резкого обострения. Удавалось это… плохо — но, в общем, пока удавалось.

И вот, в подобных условиях, мои представители встретились так на Мандалоре с представителями Сената Республики и джедаями: попробовать согласовать предварительные условия, необходимые для начала мирных переговоров. Потом, туда же, подтянулись и представители других влиятельных сил КНС. Только, к сожалению, вместо конструктивной работы по поиску точек соприкосновения и сближению позиций, стороны начали выкатывать друг другу взаимные претензии, и выдвигать заведомо невыполнимые требования. У меня были надежды на посланцев Ордена, которые не оправдались: джедаи не только не способствовали сближению позиций сторон, для выработки условий начала нормального переговорного процесса — они еще и сами подбросили хвороста в костер, выдвинув еще и свои претензии. Не сказать, чтобы требования Корусанта были крайне жесткими — однако, они затрагивали очень принципиальные вопросы. В частности, вопросы наказания «мятежников и военных преступников», и вопросы выдачи на суд Ордена форсъюзеров, которые участвовали в боевых действиях на стороне КНС. Собственно, с такими требованиями, говорить о чем-то конструктивно, было практически невозможно: от нас, фактически, требовали безоговорочной капитуляции — только, не сказали нам этого напрямую. Впечатление было таким, что ребята были абсолютно уверены: нам просто некуда будет деваться — и, что они, в случае начала активных боевых действий, смогут потом снести всех участников Конфедерации разом, и без большого труда. Ну, ну… бог в помощь, как говориться! — при всем при этом, тогда я еще надежды на мирный исход не терял. Напрягало только одно: почему не выходит на связь со мной Энакин. — А еще, вызывало беспокойство отсутствие на публике гранд-мастера Ордена. На то, что Йода может сказать веское слово в пользу мирного процесса, я тоже возлагал очень большие надежды…

Предпринятые мной освобождение и отправка «домой» заключенных военной тюрьмы на Лола Сайю было, при таком раскладе, еще одной попыткой как то активизировать диалог с респами. Правда, похоже, что мой жест доброй воли на Корусанте восприняли не как проявление добрых чувств, а как признак слабости! — Вот этого, честно говоря, я совершенно не ожидал: уж Высший Совет Ордена должен был бы расценивать мой поступок более объективно. Или, доклад генерала Секуры о нашей встрече они не рассматривали совсем? Вообще, судя по донесениям агентов моих разведслужб, на республиканской стороне наблюдалось странное оживление: после краткого периода неопределенности и неразберихи, вызванной сменой власти и последовавшей за тем небольшой междуусобной войной. — Республиканская пропагандистская машина, ненадолго притормозившая с военной агитацией, снова начала набирать обороты: голоса с требованием «окончательного решения вопроса Сепаратистов» начинали звучать все громче и громче. Одновременно, Сенат Республики вотировал новый военный заем — и Банковский клан выдал им запрашиваемую сумму. Теоретически, этот заем был вроде как текущим, техническим: переговоры о его предоставлении с Банковским Кланом начало еще правительство Палпатина! — Однако, вместе с оживлением республиканской пропаганды, это навевало разные мысли, и неопределенность в данном вопросе не сулила ничего хорошего.

* * *

Вот среди этого пожара в борделе, произошедшего во время наводнения, мне сейчас и приходилось крутиться. Даже хуже чем с деньгами или материальными ресурсами, обстояло со свободной военной силой вообще, и новыми вооружениями в частности. Если мобилизовать дополнительное количество добровольцев, под лозунгом «Отечество в опасности», еще было можно, то вот найти: чем их вооружить и снарядить — с этим возникали большие проблемы! Тут одной общественной и политической поддержки мало. К сожалению, того, что строилось из военной техники у меня, для полного удовлетворения потребностей было мало: этим удавалось только компенсировать потери — и отчасти помочь союзникам, которых тоже не следовало бросать без поддержки. То же самое приходилось делать и Техно Союзу с Коммерческой Гильдией и Корпоративным Альянсом: они тоже укрепляли, в первую очередь, свои войска — и помогали собственным клиентам. Конечно, я мог бы отжать ту долю продукции, которая, по договорам внутри Конфедерации, предназначалась для Торговой Федерации, Банковского Клана — и кое-кого еще. Ни Нут Ганрей, ни Сэн Хилл ничего реально мне бы сделать не могли! — но, это означало бы конец КНС как единого целого: вот тогда точно бы все рассыпалось на куски. И обвинили бы во всем меня. Думаю, такого бы даже мои самые преданные союзники не поняли бы. Конечно, новые производственные комплексы у Тунда, Милиуса и Уарикана уже начали свою работу. Даже первые партии вооружений и военной техники оттуда поступили. Только все равно, этого мало — а до выхода промкомплексов на полную мощность, по графику, потребуется еще от двух до четырех месяцев. А дополнительное оружие, боевые дроиды и корабли мне нужны уже сейчас, немедленно — и с этим нужно что-то делать.

Нет, был, конечно, Гатариэкк: теоретически, способный производить более полутора тысяч «условных» боевых кораблей основных классов в год, при соответствующем количество малых летательных аппаратов, а так же — наземной техники и дроидов всех моделей. — И про него, сейчас, никто не знал — ни в высшем руководстве КНС, ни в Республике. Не считая Скайуокера, разумеется. Будь у меня в запасе лет десять, оно бы и хватило, в принципе — у меня сейчас, под непосредственным контролем, было не намного больше того, что там могли понастроить за десяток лет. Вот в том то и дело, что у меня даже полугода в запасе не было: как я все больше и больше убеждался, с Республикой на равных можно разговаривать только тогда, когда имеешь за спиной флот тысяч в пятьдесят вымпелов. Теоретически, на текущий момент, Конфедерация располагала, куда большими силами. Другое дело, что это превосходство было только на бумаге: некогда единый флот уже начали активно растаскивать по кускам. Фактически, Тофен Вейн этот процесс и начал, с моего благословения — повод был достойным, но последствия вышли не очень хорошими, в итоге. А договариваться нам надо, чем быстрее — тем лучше. — Вечно находиться в подвешенном состоянии вопрос войны и мира не может: война способна вспыхнуть вновь от любого пустяка — даже без прямого моего желания, или желания ребят с Корусанта, если на то пошло. И, чтобы эти самые господа с Корусанта не давили слишком сильно, и надо иметь за спиной достаточно мощные армию и флот. — Тогда Республика будет стараться договориться, а не пытаться качать права, вот как случилось на Мандалоре.

Да уж, бегают мысли по кругу, как зверек белка в колесе — и все без толку: это «колесо» как стояло на месте, так и стоит! Собственно, поэтому практически никакого выбора у меня не оставалось — только снова воспользоваться Репликатором. Даже, несмотря на то, что лезть снова в эту адскую машину мне категорически не хотелось: ох, неспроста меня джедаи смогли подловить именно после возни с этим агрегатом, неспроста! — А что еще остается делать? — мне не то, что полгода — сомневаюсь, что даже три более-менее спокойных месяца удастся пережить. Как я уже говорил выше, среди участников Конфедерации имелись те, кто был не прочь выкроить себе королевство побольше, из ее распадающегося организма. Окрестных любителей халявы я пока достаточно запугал, но надолго ли этого запугивания хватит, если его не подкреплять достаточной военной силой? Да и остальные союзники и партнеры по КНС ведут себя куда дружелюбнее, если покажешь у себя наличие лишней тысчонки-другой боевых кораблей. В общем, мне срочно нужны были во флоте несколько дополнительных оперативных соединений: два, а еще лучше — четыре! — Жизнь сразу стала бы гораздо проще.

Надо сказать, что мои соратники все это тоже отлично понимали. Кстати, с Тофеном, Даллом и Пурпурным с Булатом я про свою поделку информацией поделился: теперь я даже на неделю не смогу улететь куда то «просто так» — хоть кто-то должен был быть в курсе, где меня искать, если что! Всем четверым Репликатор не понравился, от слова «совсем» — даже едва-едва чувствующие Силу р'гат'а'кай'и чувствовали себя в этом месте… неудобно. Полноценные форсъюзеры, Далл и Тофен ощущали «неправильность» этого места еще сильнее и четче. Причем, без разницы: и у более склонного к работе с Темной Стороной Силы Борджина, и у гораздо более «светлого» Вейна. И, тем не менее, узнав, что именно может делать созданный мной по древним лекалам артефакт, все четверо согласились с его полезностью — хотя бы на текущий момент. В результате подавления мятежей, и зачисток наших территорий от разного рода бандитов и ловцов рыбы в мутной воде, у нас образовались набитые даже не десятками, а сотнями тысяч заключенных концентрационные лагеря. Отпускать эту публику на волю… ну, после фильтрации и выяснения кого то и можно будет отпустить. — А вот по остальным даже не тюрьма, а петля плакала горькими слезами: в лагеря «простых» пленников обычно не отправляли. К тому же, судя по докладам, несколько тысяч этого сброда там уже откинуло коньки, от недостатка медицинского обслуживания и прочих бытовых проблем — кроме людей, там сидела еще и масса алиенов из самых разных рас. — А условия содержания для всех были общими. Ну и внутренних разборок среди этих зэков было предостаточно. Как результат: напрасный расход ценного биоматериала. В общем, поморщившись и повздыхав, с решением использовать эту «биомассу» как топливо для Репликатора согласились все. Особенно, когда увидели своими глазами фрегаты, которые я сделал в прошлый раз с помощью атрефакта.

Теперь надо было думать: как заставить работать эту адскую машину, когда меня здесь не будет? — А вырываться в систему безымянной звезды я теперь смогу только урывками: политическая ситуация бросать дела на самотек не позволит! В принципе, Тофену и Даллу я доверял — но как раз они-то были мне нужны в «большом мире», для работы по своим военным специальностям. Посадить в Камеру Управления кого-то из он'гат'акэ, достаточно обученных работе с Силой? — Вот сомневался я, что кто-то слабый вообще потянет работу с моим ручным чудовищем: то, что Сущность, которая поселилась в Контроллере, не так уж проста, я понимал в полной мере. Был и еще один вопрос: проблема с лояльностью у той «продукции», которую выдаст Репликатор? — Я имею в виду, с той, у которой будут собственные «мозги». У того «железа» что артефакт сделал под моим руководством, мои приказы имели приоритетное значение — а вот с тем, что Репликатор сделает под присмотром даже самого лояльного постороннего, — я не был уверен. Конечно, можно было провести несколько опытов, и практически выяснить все нюансы — да и, поточнее определить оптимальные режимы работы самого Репликатора не мешало бы: от прошлого раза у меня остались некоторые вопросы. Но, это «техника», а не «политика», в отличие от проблемы с операторами. — Впрочем, кое-какие идеи, на данный счет, у меня были. Пока вопрос с переговорами подвис, а ситуация в самом Тионском Кластере несколько устаканилась, можно было заняться этим делом. Особенно, когда во внутренней политике КНС тоже наступило некое затишье: надо бы, конечно, слетать на Мустафар самому… или, нет — Ганрей и Гривус меня точно слушать не станут. — А остальные, из тех, что там еще сидят, практически ничего не решают: был бы на месте Сэн Хилл, еще бы можно было что-то попытаться в Совете протолкнуть, дельное. Но, муун пару дней назад покинул Мустафар — как предполагалось, отбыл куда-то в сторону Майгито. А Шу Май еще раньше улетела на Фелуцию — сразу, как только узнала, что у меня в Тионе начался бардак. Короче, на Мустафар сейчас лететь просто бесполезно — а «поговорить за жизнь», если что, я могу и через ГолоНет. В общем, некое «окно» у меня пока что есть — почему бы им не воспользоваться? Тем более, что сидеть на месте и просто ждать было совершенно невыносимо: сразу накатывали мысли о жене…

Маленьких Гарольда и Тессию я отправил к дедушке и бабушке: и мне спокойнее, и им утешение — тем более, что Чандаар охранялся хорошо. Расследование обстоятельств их похищения шло своим ходом, так же, как и расследование произошедших мятежей. Некоторые интересные результаты уже были получены. А вот эту сволочь, Малорума, тогда еще не поймали: возможно, будь у меня возможность «поговорить» с ним до своего отлета к Репликатору — все могло бы пойти иначе. А так, все пошло, как пошло!

Пока я экспериментировал с режимами работы артефакта, мой дроид-пилот на «Панворрке-116» свозил к Репликатору, по очереди, всех осведомленных теперь о его существовании — для того, чтобы посмотреть своими глазами. Как я говорил выше, несмотря на то, что агрегат не понравился — каждому из визитеров по своим причинам, — все сошлись во мнении, что работать с ним надо: больше нам «лишних» кораблей, дроидов и боевой техники взять сейчас было совершенно неоткуда. В общем-то, в процессе дальнейших опытов вполне себе подтвердился прежний результат: делать сразу боевой корабль заодно с экипажем, вооружением и прочим, было примерно в полтора-два раза более «энергозатратно», чем, если бы Эффекторы собирали их из ранее заготовленных стандартных деталей и секций. При масштабировании этот эффект даже возрастал, с ростом размеров конечной продукции! А еще, я сумел-таки обойти вопрос: «кто будет сторожить сторожей» — создав, с помощью самого же Репликатора, нет, не клона… скорее «дубля» самого себя. Помнил я содержание одной интересной книги, которое досталось мне вместе с кучей самых разных чужих воспоминаний, когда-то. Называлась она странно: «Понедельник начинается в субботу» — притом, что в тамошней неделе между этими днями был еще один день… впрочем, как раз это не важно. — А вот то, как тамошние герои — «маги» делали точные копии самих себя, пригодные для выполнения простейших работ, мне показалось очень интересной идеей! — Которую я с блеском и осуществил. Как там сказал тот генерал то? — «Дайте мне трех рекрутов, и я сделаю из них одного унтер-офицера»! Вот мне тоже троих недобитых на Лианне атлонцев оказалось достаточно, чтобы сделать точную копию себя самого — ну, почти точную: со свободой воли у нее было не ахти, да и соображалка была так себе. Зато мозги у него работали как компьютер! — а еще, этот мой болван был немного чувствителен к Силе: чуть-чуть, но для работы с Репликатором вполне достаточно. Но, одного «подсадного» мне показалось маловато, а может — просто паранойя разыгралась. Тут же, как говориться — не отходя от кассы, сделал еще пару таких же: работать посменно, вместе с первым. Так их, не мудрствуя лукаво, и обозвал: Первый, Второй и Третий — и ощущались они в Силе, как отштампованные на конвейере пластиковые игрушки, в отличие от тех же клонов! Однако, «пластик» там, или не «пластик», а в части технических знаний у них было все в порядке: матрица моих знаний и опыта легла на их мозги нормально. Так что, проинструктировав, на предмет контроля и подчинения, местного «кума» — дроида-тактика TX-77, я дал троице задание: к моему следующему прилету заготовить как можно больше деталей и узлов для техники. Благо, что сырья и полуфабрикатов было достаточно, а корабли с «живым топливом» для моей адской печки потянулись в систему, где находился Репликатор, караванами. Начало массового процесса сборки готовой продукции, когда запас деталей и узлов будет достаточен, я собирался проконтролировать лично. Еще раз убедившись, что все работает как нужно, я покинул систему безымянной звезды. Меня снова ждали галактические дела.

* * *

Ну что за подлость такая — даже на неделю дела бросить совершенно невозможно! Как всегда: при возвращении меня ждали две новости — одна вроде бы хорошая, а вторая — хуже некуда. О хорошей новости я уже мельком упоминал: при проведении силового задержания членов Дома Вар-Адеан на Корлаксе, вместе с ними был схвачен агент республиканского Убиктората, и по совместительству — ситхский аколит, Малорум. Собственно, схватили его почти случайно. Ребята из армейской Службы Безопасности просто расследовали обстоятельства уже подавленного мятежа, организованного в Союзном Тионе Благородным Домом Вар-Адеан. Для того, чтобы напасть на след спрятавшихся в тайном убежище недобитых мятежников, СБ привлекла служивших мне Чародеев и он'гат'акэ: обычные методы результата не дали, и руководители операции решили попробовать положиться на помощь Силы. Получилось более чем удачно — команда форсъюзеров, которую возглавил сам Джодел Горани, сумела не только выйти на след мятежников, но и выявила все их схроны. А уж извлечь из них сидельцев, было делом техники — в прямом смысле этого слова. Особенно Джодела обрадовало, когда среди пленников, притравленных газом, оказался особо разыскиваемый мной товарищ! Тут еще и сработал опыт ренатасийца: постоянно держа пленника под прессингом, тот давил его именно в плане выяснения — как и почему он связался с Вар-Адеанами. — Не показывая, что о его связи с Дартом Сидиусом нам тоже известно. Между тем, в этом деле всплыли дополнительные подробности. Оказалось, что именно Дом Вар-Адеан причастен к похищению моей семьи! — Именно они добыли коды Соединенного Флота Тиона, и сделали фальшивые опознавательные коды для зейгеррианского крейсера «Харш-Агор», который выдавали за тионский корабль «Белый Ранкор». Поскольку крейсера типа «Левиафан» поставлялись практически всем государствам, членам КНС, обман не раскрыли во время. Кстати, и роль капитана фальшивого «Белого Ранкора» тоже играл один из Вар-Адеанов — настоящий, действующий офицер флота: еще один способ обмануть охрану, которую я приставил к своей семье. Самое обидное, Малорума схватили как раз тогда, когда я отправился снова работать с Репликатором. — И, буквально за день до того, как со мной срочно попытался связаться — через герцогиню Сатин, — Оби-Ван Кеноби! Увы, герцогиня действовала по обычным каналам, а не по экстренной связи — глава Регентского Совета Тиона, Дориан Д'Арсан-Эриин ответил ей, что я занят важными делами, и смогу выйти на связь только через четыре дня…

Чертова насмешка Силы — мне не хватило дня, даже — каких-то нескольких часов! Не раздумывая, поменял бы эту тварь, Малорума, на жизнь Энакина: месть местью, но спасти знакомого, почти друга — это дело святое. Что там произошло? — Когда мне, потом, рассказал Кеноби, я чуть за голову не схватился: и как это джедаи вообще до такой хрени опустились!? Хотя, чему тут удивляться то? — после того, как их Высший Совет, почти в том же самом составе, выдал на неправый суд — и расправу! — бывшего падавана Скайуокера.

В общем, хреновая новость состояла в том, что Энакин Скайуокер погиб… глупо и нелепо. От всей этой истории попахивало такой подлостью и грязью, что я сначала в нее даже не поверил. Сам Оби-Ван, во время начала тех событий, находился на фронте: безуспешно пытался поймать Гривуса. Вызвали его на Корусант уже только тогда, когда над Скайуокером устроили судилище — причем судили, фактически, уже постфактум: после несчастного случая, как это в Совете представили Кеноби, Энакин потерял связь с Силой! Будучи неплохим следователем, и заручившись поддержкой других опытных джедаев, которым он доверял, Оби-Ван провел собственное расследование всех обстоятельств того, что произошло…

По всему выходило, что кто-то в Ордене, возможно — даже кто-то из членов одного из Советов, долгое время вел слежку за Скайуокером. Зачем и почему? — тут Кеноби концов так и не нашел: дело настолько шло в разрез с обычаями джедаев, что даже никакими моральными соображениями оно не оправдывалось. — Понятно, что те, кто слежку затеял, предпочли не афишировать свое личное участие в этом мероприятии, даже сейчас. Долгое время этим господам удача не улыбалась. А потом, кто-то из них прознал про перехват Энакином дядиного шлюпа «Панворкка-116», после схватки на Тайте. Записи регистраторов с истребителей сопровождения, которые был на месте схватки с вместе со Скайуокером, сохранились. То, что он бросил дрейфовать подбитый кораблик дяди, не попытавшись его захватить, удалось точно доказать, когда этот шлюп обследовали после схватки в брошенном комплексе «Ли-Мердж». То, что ранее было всего лишь косвенной уликой, превратилось в прямое обвинение: по всему выходило, что Энакин умышленно не взял в плен Графа. Все бы ничего: ну, поставили бы на вид герою войны милосердие к врагу — но, это ведь по джедайски! — Если бы не команда Харрода Мика'авина, которая в это же время сцапала вашего покорного слугу — естественно, вывернув при этом у меня карманы. К сожалению, на моем комлинке оказалась не стертой запись последнего разговора, который был у меня со Скайуокером. О чем Харрод немедленно доложил каким-то своим кураторам в Храме… и все завертелось!

Гранд-мастер Йода, судя по словам Кеноби, все еще находился под неусыпным надзором целителей — пострадал в схватке с Сидиусом. — И в работе Совета, естественно, совсем не участвовал: вместо него туда воткнули какого-то временно исполняющего обязанности. Магистр Винду, который сейчас занимал еще и должность временного главы исполнительной власти в Республике, до выборов Канцлера, на заседаниях Высшего Совета тоже не присутствовал — или присутствовал виртуально: слишком много дел одновременно не способен сделать даже форсъюзер, с его доступом к Силе! А ведь только они, да еще Кеноби, знали об истинной подоплеке раскрытия заговора Канцлера Палпатина. — Который, по совместительству, оказался еще и Лордом ситхов, по имени Дарт Сидиус. К тому же, еще и сам Энакин, в это время, покинул Высший Совет — целиком занявшись проблемами обороны Корусанта и флотскими делами. Благо, это его назначение, в отличие от спорного попадания в Совет, было честно оформлено специальным решением Сената Республики. В общем, как я понял, эти самые «новички» в Высшем Совете всю эту бодягу и начали. В тихую, не информируя даже Сенат, арестовали Скайуокера — вроде бы, «до выяснения». — То есть, когда меня доставят на Корусант: устроить нам очную ставку, и выяснить — кто будет врать, а кто скажет правду. Потому как, по словам обвинителей, Скайуокер вступил в сговор со мной — и, возможно, еще с кем-то в КНС. С целью устранить ситхов и захватить власть самим — не больше и не меньше! Обвинение дикое, но ему поверили настолько, что в Высшем Совете Ордена оно получило желанный вотум: проголосовавшие против Кеноби, Винду, Пло Кун и Тэйси Тийн с Китом Фисто, были вынуждены подчиниться воле большинства. — Гребаный «демократический централизм», мать его!

Черт знает, как бы оно там пошло дальше — но я ухитрился сбежать. И кто-то там, в Ордене решил, что Скайуокер может «выкрутиться», избегнуть «заслуженного» наказания…

Тут Кеноби огорошил меня еще одним хреновым известием: оказывается, сенатор Амидала потеряла детей. — Какой-то несчастный случай произошел с ней на родине, во время семейной прогулки — ее доставили в больницу, и тут начались роды. Случившееся даже попало на страницы местной «желтой прессы» — правда, журналюгам быстро заткнули рты: случай был, прямо говоря, весьма деликатный, и власти Набу не хотели огласки. Саму мать врачи спасли, а вот дети… что-то меня в словах джедая насторожило, но я, тогда, придавленный страшной информацией, не придал этому большого значения. В общем, едва оправившись от болезни, Амидала немедленно вернулась на Корусант — ее тоже, оказывается, беспокоило, что с Энакином нет никакой связи. Разумеется, в Храм ее даже не пустили, и со Скайуокером встретиться не позволили. Как я подозреваю, потому, что несчастье уже произошло, и задний ход дать было нельзя. Какая-то тупая идиотка, то есть — джедайка, у которой был зуб на Энакина, постаралась донести до него — сидевшего в это время вроде как под «домашним арестом», известия о случившемся. Не просто донести, а, судя по тому, что узнал Кеноби — еще и прокомментировать, в соответствующем ключе! В результате, Энакин просто схватил Форс Грипом эту тупую… тварь, и начал душить. А вот дальше, произошло то, что потом господа из Совета и квалифицировали как «несчастный случай»: двое Стражей Храма, которые стояли в это время на часах, у двери ведущей в комнаты, которые занимал Скайуокер, не придумали ничего лучше, чем нанести по нему удар Стеной Света. Прием достаточно эффективный и рассчитанный, прежде всего, на применение против адептов Темной Стороны: когда человек не использует Темную Сторону Силы, он вообще не работает! — Прием довольно подлый: фактически, даже «светлый» форсъюзер там или иначе, хоть чуть-чуть, но с Темной Стороной соприкасается — это жизнь, а сама Сила стороны не разбирает. В общем, эту Технику всегда применяли с очень большим разбором: слишком уж неприятные последствия этот способ мог дать на том, на ком его применяли. — Вон, хоть Улика Кель-Дрому можно вспомнить. Относительно Энакина… он ведь, в тот момент, как раз использовал прием Темной Стороны, к тому же — дав волю гневу! Последствия были соответствующие: когда Энакина, пребывающего в бессознательном состоянии, притащили к Целителям, то их вердикт был суров и безапелляционен — нарушена связь с Силой. — Вполне возможно, что Скайуокер теперь больше никогда не смог бы работать с Силой, вообще.

И вот, вместо того, чтобы разобраться: как та хабалка оказалась в месте заключения обвиняемого, и почему впустившая ее стража потом так резко «положила кирпич на газ» — Высший Совет, в очередной раз, просто решил «замести мусор под коврик». Проще говоря, раз уж теперь Скайуокер отрезан от Силы, и стал совершенно бесполезен для Ордена — то не проще ли чохом повесить на него всех собак? — И назначить чуть ли не главным виновником в том, что произошло — начиная от схватки с Палпатином в старой промзоне, и заканчивая тем, что у респов уже обтекаемо обозвали: «Мятеж клонов». Собственно, тогда-то Кеноби обратно на Корусант и дернули: постарался Мэйс Винду — до которого наконец-то дошло, что в Ордене творится что-то странное. Возвращение Кеноби делу совсем не помогло: новое голосование дало тот же самый расклад, что и старое — семеро против пяти. Скорее от отчаяния, чем надеясь как то переменить решение Совета, Оби-Ван предложил магистру Винду задействовать Сенат: поскольку Скайуокера, попутно, обвиняли вроде как в измене Республике, то можно было попробовать начать разбор его дела в сенатском суде — и апеллировать уже там. Именно поэтому Кеноби и хотел связаться со мной через герцогиню Мандалора: я мог стать самым важным свидетелем защиты! Увы, те, кто хотели не выметать сор из избы, и желали сохранить белые одежды джедаев незапятнанными, видимо решили по своему. — Когда Скайуокера, вызванного на первый допрос в специальную комиссию, созданную таки в Сенате с подачи Мэйса Винду, везли из Храма к зданию Сената, на НВШТ произошел внутренний взрыв — спасенных не было. Просто огненный шар, вспыхнувший в небе над Корусантом, и рассыпанные по окрестностям мелкие обломки…

Потом, на Совете, Кеноби поинтересовался — почему транспорт летел таким замысловатым маршрутом, а не напрямую, и почему якобы «опасного преступника» охранял, не пойми кто? — ответа он так и не получил. Зато в ответ ему самому начали задавать разные вопросы, связанные с охотой на ситхов. Расследование в Сенате стало набирать обороты: к нему, кто бы сомневался, подключилась Амидала — начали поднимать старые дела, причем даже дела тех, кого официально уже амнистировали! И тогда Совет, большинством голосов, решил-таки сделать заявление: о якобы имевшем месте заговоре, о вине Скайуокера и его гибели. — Но, вместо того, чтобы утихомирить страсти, эффект от этого заявления был прямо противоположным — в Республике, похоже, намечалась настоящая «охота на ведьм». После всего случившегося, Оби-Ван просто «хлопнул дверью»: отказался и от места в Высшем Совете — и даже ушел из Ордена! — Разговаривал я с ним, когда он уже находился на Мандалоре, вместе с Сатин Крайз.

* * *

Ситуация все больше напоминала не Тришкин кафтан, а расползающуюся на куски гнилую материю: тот вброс информации, про якобы «измену» Скайуокера и его связь с Сидиусом, Графом и мной самим — что наделал шуму в Республике, неожиданно громко отозвался и у нас тоже. Сначала, когда разведка донесла до меня реакцию республиканских обывателей на выплеснутые в СМИ политические помои, я даже обрадовался. Теперь мне показалось, что представители респов на мандалорских переговорах перестанут выдвигать одно неприемлемое требование за другим. — И начнут работать конструктивно — стараясь найти вместе с нашими людьми некий консенсус: даже обнадеживающие сигналы из Сундари начали поступать. Но, ситуация на Корусанте быстро вышла из-под контроля: члены так называемых Комитетов в Защиту Республики, когда то поддержанные Палпатином и явно не собирающиеся снова уходить в тень, сумели не просто устроить беспорядки — они сумели вывести на улицы столицы Республики миллиарды! Товарищи сыграли на страхах столичных жителей мастерски: мало того, что они еще нападение Гривуса не позабыли, так еще и у них — вот совсем недавно! — опять дрались не на жизнь, а насмерть. Обыватель был напуган, обывателю казалось, что предательство свило свои гнезда везде — и, если не принять меры немедленно, то все погибнет. — Вот их вожаки, вроде Ишина-Ил-Раца, постарались довести «чаяния народа» до властей — в первую очередь, до Сената. В общем, получалось, что народ в Республике не доверял больше и джедаям, и военным — а особенно, как ни странно, джедаям-генералам: попытка Высшего Совета «отыскать крайнего» дала совсем неожиданный эффект. Общественность требовала немедленно начать чистки: убрать из армии и с флота неблагонадежных офицеров, заменив их на «настоящих патриотов». Про джедаев, понятно, никто ничего напрямую не говорил, но общий настрой был таким, что «фронтовиков» надо срочно отозвать из действующей армии и с флота: люди мол, работают на износ — отсюда и все эти «срывы с нарезки»! — Их не наказывать, их спасать необходимо — потому, как других джедаев у Республики нет. Надо Ордену изыскивать резервы и дать отдых тем, кто воюет с первого дня — пусть Совет об этом побеспокоиться. Формально, это была вроде бы как забота… а на самом деле, я получил известия, что поступки и решения всех тех, кого отозвали с фронта, изучают чуть ли не под микроскопом — в поисках малейших следов крамолы. Причем, аккуратно трясли и джедаев-генералов, и обычных кадровых офицеров — одних по линии Ордена, других по линии республиканской Службы Безопасности. — А еще, за всем этим маячили Комитеты в Защиту Республики, в качестве добровольных помощников по части поиска «ведьм» и новых кадров: в Великую Армию Республики стали активно зазывать обычных граждан, о чем Сенат ранее даже думать не желал! Ну, с кадровыми то вопросами было проще: кого и за что вытурили с военной службы, республиканский ГолоНет информировал смачно и с подробностями — хотя, насчет фактов и доказательств там, у респов, все же было слабовато. — Скорее, разные группировки республиканских военных сейчас просто сводили счеты, под шумок. А вот джедаи… — тут наружу почти ничего не просачивалось: Орден все же был вещью в себе. — И уж всяким разным Комитетам нос в свои дела они сунуть ни разу не позволили! Но, кое-кто из джедаев исчез непонятно куда, а кого-то вполне себе «показательно» распихали по разным Анклавам, Праксеумам и прочим филиалам Храма, разбросанным по необъятным просторам галактики. Все же, надо отдать респам должное: кто бы там у них сейчас, на самом деле, не заправлял — эту первую поднятую волну они, в общем, удачно спустили на тормозах. Ситуация выглядела относительно стабильной — по крайней мере, с внешней стороны. — И вооруженные силы Республики никак не демонстрировали признаков распада, из-за потери управления — нашли на Корусанте и новых офицеров, и новых джедаев, для отправки на притихшие было сейчас фронты. Хотя, при таком развитии событий, я не исключал и новых приступов истерики и шпиономании на той стороне…

У нас же, дело обернулось куда хуже, чем у респов! Когда Высший Совет Ордена обнародовал все подробности о ситхах, и их роли в этой войне — разумеется, в своей собственной интерпретации! — Для Конфедерации это был настоящий удар: обидно чувствовать себя пешками и расходным материалом тому, кто до этого представлялся не иначе, как вершителем судеб галактики! Только, было, снова заработавшая государственная машина Конфедерации окончательно встала: младшие партнеры требовали от верховной власти дать объяснения — и никто не желал выполнять ни чьи приказы. Мне с Тионским кластером и родной Серенно было проще: дома передача власти произошла явочным порядком, а в Тионе верные мне войска чуть ранее выпилили всех моих активных противников. — Тех, которые могли и хотели бы мне помешать, а то и вообще уничтожить. Как по аналогичному поводу говорилось в одной книге: «Штандартенфюрер тоже, но Хунта успел раньше». Кроме того, очень хорошо поработал Комитет по Историческому Наследию Тиона: организация вполне уже превратилась из чисто историко-культурного клуба по интересам, в нормальную общественно-политическую организацию. Это, конечно, не какая-нибудь «партия нового типа», но по результатам его работы, получилось не хуже, чем у Комитета по Защите Республики. А еще, ребятам очень хорошо удалось наладить работу в окрестных секторах — прежде всего тех, которые когда-то входили в империю Ксима: общее прошлое оказалось неплохой идеей для взаимного объединения. Нет, от КНС никто всерьез не отказывался — скорее, декларировалась цель не что-то «сломать», а «углубить и расширить». И, поскольку отделения Комитета формировались по территориальному принципу, то никакой ксенофобией на низовом уровне даже и не пахло: «землячества» формировались из «своих». — А на верхнем уровне уже вполне себе работал принцип: «Против кого мы будем дружить»? Кстати, мои союзники и партнеры из Коммерческой Гильдии, Корпоративного Альянся и Техно Союза дергаться по поводу деятельности «Комитета» не стали — так как в его уставе четко декларировалась поддержка всем, кто развивал миры бывшей ксимовской империи. В общем, с Шу Май, Пасселом Ардженте и Уотом Тамбором я мог говорить вполне откровенно: политики они все тертые, и прекрасно понимали, что тут в белых перчатках действовать было невозможно. — Оценив все расклады, каждый из них вполне отдавал себе отчет в том, что Дарт Сидиус явно собирался их всех слить! Собственно, они даже приняли мою точку зрения — что дядю, фактически, тоже поставил под удар старший ситх: ради возможности получить абсолютную власть. Сдаваться на милость Республике, каяться и идти в тюрьму? — никто из моих партнеров ни разу не считал себя виноватым! Как все: они боролись за интересы своих фракций — только и всего. Если за это судить… нахрена им сдалась эта Республика, с ее абсолютно неэффективной властью, коррупцией и бессилием перед реальными жизненными проблемами? Как говориться, они и сами обойдутся!

Неожиданностью завершились тайные переговоры между куарренами и мон-каламари, что велись при моей поддержке: Тиккес и молодой король «рыбок» сумели-таки договориться! Мне кажется, свою роль в этом деле сыграло и то, как респы обошлись с Паммантом: у народов, населявших Дак, терки бывали часто — но до прямого геноцида они никогда не доходили! Конечно, по настоящему там к миру сделан всего лишь первый шаг, но — лиха ли беда начало? А вот то, что мон-каламари «попросили» из своего сектора войска Великой Армии Республики, и корабли республиканского военного флота — очень радовало. Тут был только один вопрос: а подчинятся ли воле мон-каламари республиканцы, убравшись восвояси? — Или, просто попробуют оккупировать миры сектора…

Увы, на этом все хорошие новости кончались, и начинался тихий ужас: та, «большая» Конфедерация, которую когда то создал дядя, рассыпалась буквально на глазах! Первыми, тихо и ни с кем не попрощавшись, ушли мууны: господа банкиры обнародовали декларацию о возвращении в состав Республики и покаянии — а так же, твердо пообещали выдать на суд виновных «в измене». Сэн Хилл… старый скользкий ловкач просто исчез, испарился — как и многие его активные приспешники. Поскольку именно мууны обеспечили быстрое получение Республикой последних займов у Банковского Клана, а так же оказали материальную помощь Корусанту — и передали под контроль джедаев свою часть войск бывшей КНС! — Я не сомневался, что на Корусанте Хилла и его соратников искать будут не слишком усердно. Ну, если мууны очень удачно «переобулись в полете», то у Торговой Федерации то же самое вышло совсем не гладко: Ганрей идти сдаваться явно боялся, уже отведав разок респовской тюремной баланды. Пока неймодианцы пытались, по своей привычке, торговаться и купить на грош пятаков, жизнь сама дала им пинок по соответствующему месту. Неожиданно захватившие планету джеонозианские колонисты, просто выкинули с Мустафара Нута Ганрея, и остатки штата Совета Сепаратистов, что еще не свалили оттуда раньше сами! — Как ни удивительно, генерал Гривус этот фортель инсектоидов не только не пресек, но даже и поддержал, наплевав на все ранее достигнутые с неймодианцем договоренности. Часть военных и чиновников Торговой Федерации неожиданно тоже послала свое перетрусившее, и потерявшее всякий контроль над ситуацией руководство по известному маршруту. В результате, Нут Ганрей и его ближайшее окружение просто сдалось на милость республиканцев. Как я слышал, в руководство обновленной Торговой Федерации уже собирались вернуться представители Куата — и вновь должен был начать действовать, как в старые времена, Наблюдательный Совет.

Вышел со мной на связь По Нудо: аквалиши с Андо капитулировать перед респами не собирались! — Только, как нам теперь им помочь то, если придет нужда — после того, как мы вынуждены были оставить систему Кашиика? Так же радовала определенность с Чародеями: с Тунда дали понять, что от нашего с ними договора там не откажутся. А вот Джеонозис на мои вызовы не отвечал. Хуже того, с Милиуса тоже не было никаких известий уже несколько дней! — Что, соплеменники Поггля намеревались проделать там фокус, подобный мустафарскому? — Нет, ребята — мы так с вами не договаривались…

Ну и напоследок: у меня нарисовались активные и всамделишные враги — следователи из Службы Безопасности, при активной поддержке Джодела Горани раскололи Малорума, который запел соловьем, в надежде спасти хотя бы жизнь. Отыскались, наконец, те, кто стоял за похищением моей семьи и смертью Леонии, как и остальных моих людей со «Звезды Тиона». Выползла на свет старая тварь Талзин… и ее подручные с Зейгеррии: бывший прихвостень Палпатина сдал их всех, без исключения — а информирован Малорум оказался очень и очень хорошо. Что же, дела могут еще немного подождать: хуже уже, наверное, точно не будет! — А эту мразь, ведьму датомирскую, и ее подручных я достану… лично, сам! Заодно неплохо будет и еще кое-кому урок преподать: как известно, турболазером и добрым словом всегда можно добиться большего, чем одним только добрым словом…

Интерлюдия 17

Кризис веры

Абсолютная тишина… как будто слух полностью потерян: было у Энакина такое несколько раз, когда по ушам ударной волной от близких взрывов прилетало. Правда, тогда все достаточно быстро проходило, да и способность к самоисцелению с помощью Силы всегда была к его услугам. «Была»… как много смысла может таиться в одном простом слове. На мгновение, его внимание отвлек какой-то слабый скрежещущий звук: странно — здесь, в тюремной камере, отличная звукоизоляция! — к чему бы это? Взгляд невольно дернулся сначала в один полутемный угол, затем — в другой: туда, где стояли видеокамеры наблюдения. Ага, снова звук! — на этот раз более отчетливо. Похоже, нет — точно! — это идет из-за решетки вентиляции. Все ясно: скорее всего, какой-то технический микродроид просто проводит плановое обследование и чистку вентиляционных каналов. А он тут уже вообразил себе невесть что. Нет, пожелай кто-то из собратьев, точнее — бывших собратьев, убить беспомощного пленника так же, как Баррис, когда то, убила ту террористку, никакого шума вообще бы не было. Форс Грип шума не производит — шум издает только мертвое тело задушенного, если небрежно бросить его на пол…

Вздорные мысли никак не хотели уходить из головы Скайуокера. Возможно, потому, что он сам этого неосознанно желал? — занять голову какими-то пустяками, чтобы совсем не думать о том, что по-настоящему важно. Например, о том, что эта самая «тишина» означает сейчас вовсе не то, что он оглох. Невольно вспомнилось, что тогда, когда он временно терял слух в прошлые разы, то все равно на звуки и шумы вокруг реагировал так же четко — потому, что «слышал» их с помощью Силы. Да и сама Сила… как и для любого форсъюзера, для него понятие «тишина» было чем то совсем уж экзотическим, и в принципе не достижимым — если ты, конечно, не валяешься в бессознательном состоянии. Сила постоянно была рядом: то «шептала», то буквально «кричала». — Предупреждая о чем то, давая намек, побуждая к действию, или наоборот — стараясь «отговорить» от, чего-то нехорошего. А еще, Сила всегда несла с собой иные голоса, и чужое присутствие: везде, где была жизнь. — Эти «голоса» были просто бессмысленным шумом где-то в дикой глуши, где не было вокруг ни одного разумного существа — или они несли какой-то свой, непонятный но, тем не менее, упорядоченный и наполненный собственным значением смысл — если ты находишься среди множества людей. Только одного никогда не было, с тех пор, как ему исполнилось десять лет, и он научился по-настоящему использовать свою связь с Силой — не было такого вот ощущения абсолютной тишины. Словно в насмешку, обычный слух у него сейчас стал чувствительным до крайности. Взять хотя бы этого дроида, что шуршал в вентиляционных каналах: Энакин готов был биться об заклад, словно болельщик на гонках подов — мелкая железяка орудует даже не в этом блоке, а где то на соседнем этаже. — Так, что до него доносится только эхо, отголосок ее шума — и сам канал вентиляции, выходящий в общую систему, просто играет роль звукового волновода: как некая переговорная труба, вроде той, которую он когда то видел в одном забавном диком местечке. Умом Скайуокер понимал причину: подстегнутый постоянными тренировками и Силой организм развил все свои физические способности до предела — и даже превзошел его! Теперь, когда Сила от него ушла… насовсем? — эти умения и способности никуда не делись: тело все равно было сильнее, быстрее и ловчее тела обычного человека… хумана. То же самое и с чувствами. Просто, раньше мозг переполняло то, что доносила до него Сила — а сейчас он целиком полагался на обычные органы чувств, что раньше обычно игнорировал. Не было нужды — Сила обеспечивала мозги более качественной, не забитой бесполезным мусором и «шумом», информацией, да еще и в большем количестве. Впрочем, период сенсорной ломки у него уже прошел: сказался поставленный жестокими тренировками Контроль. — Хотя, забить на мыслительную деятельность оказалось ооочень трудно! — потруднее, чем заставить себя притворяться перед камерами наблюдения безобидным «растением»…

Ну ладно, если уж не получается совсем не думать, так не проще ли попробовать найти место, когда все пошло наперекосяк? Черт с ним, что придется рвать корку с незаживших ран души, которые и без того кровоточат — вернувшаяся боль малая плата за то, чтобы разобраться в себе самом. К тому же, он отсюда, так или иначе, когда то выйдет — и надо быть к этому готовым. В то, что его отпустят на волю, Энакин совершенно не верил — Совет не любил, и не желал, выставлять на всеобщее обозрение следы собственных ошибок! Принять покорно свою судьбу? — это не для татуинца, пусть даже и бывшего раба: спина у него плохо гнулась даже в детском возрасте. Попробовать сбежать? — уже теплее! — Но из внутренней тюрьмы Храма точно не удерешь. Значит, остается только момент транспортировки… куда? Ну, ему это вряд ли скажут. Если бы здесь был Оби-Ван, и была возможность с ним поговорить! — Как подозревал Энакин, Кеноби если и вернулся в Храм, то Совет мог просто напрямую запретить ему общение с арестантом — а против прямого приказа Совета Оби-Ван не пойдет. Ладно, что толку сожалеть теперь о том, что недоступно? Итак, вероятность того, что его вот просто так отпустят, на все четыре стороны, мала — Силой же он теперь воспользоваться не может, правда? — слишком уж много он знает! Сам бы Энакин такого вот себя точно никуда не отпустил — разве что в виде мертвого тела, — и не считал бывших «коллег» по Совету излишне сентиментальными: даже если забыть про самого себя, история с Асокой никуда не делась. Тем более, война пока, вроде не кончилась — и Конфедерация не сдалась на милость Корусанта, как он был в курсе, — насколько вообще можно было доверять кусочкам случайно подслушанных чужих слов и фраз. Но, в Храме его до бесконечности тоже держать не станут. Значит что? — или отправят в какой-нибудь Анклав, или, что более вероятно, в тюрьму особого режима: как-никак, официально он все же государственный преступник! Вот будет забавно, если повезут в ту самую «тюрьму-призрак», про которую он узнал из видений Райдена — особенно если учесть, что вроде как большинство из теперешних тамошних «сидельцев» попали туда именно благодаря его заслугам. Теоретически, могут еще отдать на суд властей Республики: поскольку он теперь вроде бы как не форсъюзер, его могут судить и обычным судом — а не судом Ордена. Впрочем, как раз суд Ордена как раз вроде бы формально уже был — и его осудили за использование техник Темной Стороны Силы! Наказание… ну, если считать наказанием то, что он теперь отрезан от Силы, то он его тоже — формально — получил. Если бы не война… нет! — все равно его просто так не отпустят: в Совете явно идет какая-то подковерная возня. — Райден был прав: разные фракции вступили в борьбу за власть и влияние — за возможность определять, в будущем, политику и Ордена, и Республики в целом! При таких раскладах — кому интересна теперь жизнь одного бывшего джедая? Как там Райден то говорил: «Есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы» — это, теперь, вполне себе про Энакина сказано.

Мозг, как незажившая рана с сорванной повязкой, пульсировал болью от воспоминаний. Тот вызов, на экстренное заседание Совета — с которого все и началось. Ворох фактов, вперемешку с чьими-то измышлениями, который на него и членов Совета вывалил магистр Суун Бейтс — откуда он вообще эту ересь взял? Странно, но Совет в нее поверил — а вот словам самого Энакина, нет! Он тогда рассказал и объяснил, кажется, все: откуда узнал, почему так сделал — попробовал даже донести до членов Совета мысли Райдена на этот счет. Выводы, которые Совет сделал из его слов и тех домыслов, что привел магистр Бейтс, были по-настоящему оглушительны: выходило, что именно он, Энакин Скайуокер, вместе с Райденом Дуку затеяли не больше и не меньше, как государственный переворот. — Пожелали руками Ордена свергнуть обоих ситхов, чтобы самим захватить власть над КНС, а впоследствии — и над Республикой тоже. Впрочем, насчет Республики как раз большинство членов Совета не настаивало. Энакин отдал магистру Винду, исполнявшему обязанности главы Совета, инфокристалл с записями ключей-дескрипторов, что передал ему Райден — и благодаря которым только и оказалось возможным вывести Сидиуса на чистую воду. Рассказал о месяцах слежки и наблюдения — вплоть до того момента, как им с гранд-мастером пришлось лететь к брошенному комплексу «Ли-Мердж». Он ссылался на Йоду — ему ответили, что гранд-мастер еще находится в Палатах Исцеления, и пока не пришел в себя. Он просил связаться с Оби-Ваном — в ответ получил заявление, что связь неустойчивая, и что магистр Кеноби вне зоны доступа: война, однако! Но, Мэйс Винду, кажется, был на его стороне. Йода ведь с ним говорил. — Как раз перед началом операции по поимке старшего ситха, закончившейся так трагически. Корун и предложил не рубить с плеча: поместить Энакина в его собственных комнатах, что он занимал в Храме — вроде как под «домашний арест», — и дождаться, когда гранд-мастер Йода придет в себя, а магистр Кеноби вернется на Корусант. Поскольку дело было уж очень сомнительным, а доказательства — слишком шаткими, Совет решил последовать этому предложению. Правда, охрану из Стражей Храма к дверям его жилища поставили…

Одного Энакин не мог понять: какого черта к нему тогда приперлась Олана Чион? Нет, он знал, что девушка его очень не любит — хотя, о причинах этой нелюбви и обо всех ее прочих претензиях имел весьма определенное, нелестное мнение. Только, раз презираешь кого то — нафига лезть к нему? Воспоминание вытащило на поверхность образы и слова…

— Про сенатора Наберри передают интересные слухи в ГолоНете…

Энакин невольно поднимает голову, вглядываясь в глаза посетительницы: абсолютно никаких колебаний в Силе! — интересно, какое ей вообще есть дело до Падме? Фон, которым тянуло от Оланы… этакая смесь чувства собственного превосходства с ощущением легкой брезгливости: как будто кто-то на тупую неразумную тварь, бесцельно копающуюся в грязи, смотрел! И, абсолютное чувство собственной правоты — и Света, — впрочем, иного от любого джедая ждать было сложно. Разве что… последнее время Энакину больше приходилось общаться с теми джедаями, что сомневались — не сомневающихся, на войне убивали слишком быстро! Помниться, разум тогда кольнула мысль: такую чистоту ауры может иметь только тот, кто отсиживается в тылу — подальше от смертей и чужого горя! — ну да, Олана же демонстративно отказалась возвращаться на фронт, после гибели наставника, и того, как ее посвятили в рыцари. Чистоплюйка…

Похоже, девушка что-то такое уловила сквозь Силу. А может, ей просто не понравилось, что на ее слова не реагируют.

— Ну, чего ты молчишь!

— А что я должен тебе говорить? И, что ты вообще тут у меня забыла?

— Твоя *:;╧? тут недавно чуть концы не отдала — а ваши…

Олана запнулась, проглотив грязное словцо, что явно собиралась сказать — а потом продолжила.

— Умерли, оба, а она выжила — так что, радуйся, грязная тварь — вы еще сможете с ней покувыркаться в постели! Какой позор! — ты понимаешь, что позоришь Орден? Или тебе наплевать…

Дальше был какой-то поток слов, которые Энакин уже не воспринимал — похоже, эта «рыцарь» сейчас просто пересказывала ему содержание передачи какого-то грязного, скандального новостного канала, откуда-то из провинции. Тамошние «журнализды» из ГолоНета обожали такого рода лживые жареные сенсации. Мозг никак не хотел соотнести вот эту белизну ауры пришедшей к нему с непонятными претензиями дуры, с грязью и мерзостью ее слов. Слов, которые она говорила про его якобы чуть не умершую жену, и детей, которые — если верить ее словам — не выжили…

Энакин понял, что пытается сжать в кулак сведенные судорогой пальцы левой руки, которые он вытянул вперед — по направлению к замолчавшей, наконец-то, Олане Чион. Сама Олана бессильно сучила ногами, не достававшими пола, вися в воздухе — и цепляясь обеими руками за горло! Разъехались в стороны двери, ведущие из маленькой прихожей в общий коридор — и на него обрушалась ослепительная стена из огня, света, и боли. Потом он потерял, от этой боли, сознание.

* * *

Мэйс Винду расхаживал по кабинету — из угла в угол. Те, кто хорошо знал джедая, сразу бы сказали, что магистр недоволен, точнее — очень недоволен. У обычного человека такая степень недовольства обычно называется: «Находится в ярости» — но, джедаи народ необычный, и с эмоциями справляться умеют прекрасно. Вот и Винду тоже, справился… ну, почти! — во всяком случае, желание кое-кого придушить у него уже почти пропало. Но, черт! — почему так вышло-то — проспать почти, что настоящий переворот в Ордене? Опыт же говорил: собратья иногда могут быть такими же упрямыми бантами, прущими напролом, как и идиоты из Сената! — Так какого хатта, спрашивается, он сосредоточился исключительно на республиканских проблемах? Нет, Мэйс — то, что произошло, это, прежде всего, твоя вина: в отсутствие гранд-мастера Йоды упускать из виду наш любимый «клуб по интересам» — то есть, Высший Совет — никак не следовало. В конце концов, чем Совет отличается от Сената? — и там, и там сидят люди, которые выражают интересы каких-то групп, или фракций. А ты про это забыл, или — предпочел не придавать этому значения! Вот теперь и имеешь то, что имеешь — и Скайуокер это лишь начало: твое чувство определять Уязвимую Точку, место «перелома», тебя еще никогда не подводило! — История с Энакином это именно перелом, однозначно…

Так в чем дело? — А дело в том, что КНС скоро прикажет долго жить — так, или иначе: вон, те же мууны уже вовсю зондируют почву для сделки, и готовы вернуться в Республику на любых, более или менее приемлемых условиях. Даже новичку в политике абсолютно ясно: без Графа Конфедерация не жизнеспособна — только он умел, обходя острые углы и сглаживая противоречия, держать в узде эту свору корпорантов. — Где каждый был озабочен, прежде всего, исключительно собственным благополучием: «дружили» они все только против Республики! То есть, возвращение «блудных детей» под крыло Корусанта — это всего лишь вопрос времени. Ну и того, кто и на каких условиях согласится прогнуться: возможно, что самых упорных и придется убеждать силой — потом, когда основная масса их бывших подельников и союзников уже снова окажется в составе Республики. Да, всем это понятно… и в Ордене тоже многие это сразу поняли. Окончание войны сильно поменяет расклады и в самой внутренней жизни Храма. Те, кто вернутся с фронта, могут задать кое-кому вопросы, вроде: «А вы, в каком полку служили?» — и не факт, что после этого они вступят, и поддержат «твою» фракцию. — Особенно, если ты за всю войну ни разу и на фронте то не был! Что это значит? — а значит это, что кому то срочно могло понадобиться чем то «проявить» себя: записать себе несколько очков в актив. Только политика все же не азартная игра.

Кому само наличие Скайуокера могло игру поломать? — настолько, что тот решил убрать его с «доски для политического дежарика» совсем. По всему выходит, что самый заинтересованный здесь — Суун Бейтс! Как он вообще попал в Высший Совет? — да очень просто: его фракция, «прогрессивные традиционалисты» — как они себя называли, выдвинула его как временно замещающего отсутствующего по болезни Йоду. Ничего странного: подобная практика, связанная с привлечением временных членов взамен постоянных — была обычным делом. — Занятых, в данное время, важными делами и, поэтому, не могущих принять нормальное участие в работе Совета членов подменял кто-то из авторитетных и компетентных, в обсуждаемом вопросе, мастеров. К тому же, это еще и помогало готовить своеобразный «кадровый резерв» для Совета — на случай каких-нибудь непредвиденных обстоятельств. Того же Бейтса, ранее, к работе в составе того или иного из Советов Ордена привлекали несколько раз. Правда, на постоянной основе он так нигде и не задержался… многие говорили, что Йода якобы был против. — Но, тут Мэйс не мог сказать абсолютно ничего, по этому вопросу. А потом… Палпатин, воспользовавшись крошечной лазейкой в законе, смог настоять на том, чтобы в Высший Совет ввели Энакина Скайуокера — как его личного представителя. Мол, раз Совет занимается военными делами, то Канцлер, как Главнокомандующий ВАР, имеет право знать — какие именно стратегические решения там принимаются. Формально, и выбор Скайуокера был как бы сделан не просто так: Энакин вполне уже успел проявить себя, как лучший из генералов-джедаев. То, что это было против всех обычаев, и против Руусанских законов тоже — Палпатин списал на форсмажор: война идет, мера временная и чрезвычайная! Место должно было достаться, по праву, Луминаре Ундули. Но, после той истории, со своим бывшим падаваном, Луминара отказалась от возможности войти в совет: считала себя виновной в поступках Бэррис. Вот, кстати, интересно — тогда ведь и имя Бейтса тоже упоминалось, в числе прочих кандидатов…

Так, на чем он остановился? — Мэйс даже перестал ходить, на мгновение. — Фракция! — фракция магистра Сууна: их интерес, и где именно он пересекался с Энакином Скайуокером. Ну, кроме «неожиданного» назначения того в Высший Совет. По всему выходит, что это связано с командой Харрода Мика'авина: тем удалось захватить племянника Графа, Райдена Дуку — который, ни много ни мало, стал королем Тиона. С одной стороны, Райден Дуку был важным винтиком в машине Конфедерации — превратившись, в последнее время, в изрядную занозу для ВАР в том районе галактики. К тому же, он еще и был форсъюзером — причем, опять же, Темным форсъюзером! А с другой стороны: политическая элита Республики очень косо смотрела на то, что кого-то из ее представителей джедаи хватали просто так, без одобрения Сената. Даже если эти представители числились вроде бы как мятежники: захватить кого-то в ходе военной операции — да, пожалуйста! — А вот тайно «изъять» кого-то в ходе спецоперации, да еще и сопряженной с жертвами — это никак. Да, операция, которую чужая пропаганда неизбежно провозгласит «похищением» и «терактом»… это ведь очень плохо может отразиться на имидже Республики. В общем, требовалось получить санкцию в Сенате — на проведение этого самого «изъятия», — без чего Бейтс и его сподвижники спокойно обошлись. Кстати, Совет тоже был не в курсе! — о том, что Райдена Дуку захватили в плен, члены Совета узнали уже постфактум. Ну, ладно — такое бывало и раньше: победителей не судят, да и про то, что захваченный — Темный, тоже не стоило забывать. Если бы не одно «но»: как Мэйс знал — а ему сообщил сам Йода! — именно Райден Дуку помог Ордену выйти на след ситха! Ладно, плюнем на мораль: цель оправдывает средства. — Но, у этого Райдена, оказывается, был план — как примирить снова членов Конфедерации с Республикой, и закончить проклятую войну. Самое смешное, или печальное — Энакин про пленение Дуку не знал: он, в это время, уже добровольно покинул состав Совета. А вот Бейтс и его друзья последствия наверняка прикинули — как и то, что уж Скайуокер то молчать не будет. Если бы Харрод Мика'авин немедленно доставил пленника на Корусант, то все для них и обошлось бы: Сенат санкцию, задним числом, дал бы — особенно, в свете напугавшей его схватки на орбите столицы, с флотом сторонников Палпатина! В конце концов, сепом больше, сепом меньше — какая рядовому сенатору разница? Но, пока над Корусантом шел бой, Дуку-младший как-то ухитрился сбежать — да при этом, еще и уничтожил корабль джедайской команды, вместе почти со всеми, кто находился на его борту. И вот тут эти ребята задергались: то, что должно было принести неплохие политические дивиденды, и укрепить позиции фракции внутри Ордена, грозило обернуться маленьким скандалом.

Уже когда Суун Бейтс попросил собрать внеочередное заседание Совета, Мэйс должен был насторожиться — особенно, когда узнал: какой именно вопрос хочет поставить на повестку магистр Бейтс. Не насторожился, ситх его побери! — время сейчас непростое, неоднозначное и… нервное. Вот он и посчитал, что все на заседании Совета закончится обычной говорильней. Ну, пропесочат они Скайуокера еще раз за мнимые грехи. В конце концов, история его личного знакомства с Райденом Дуку вполне укладывалась в логику Силы: Дуку-младший, оказывается, имел видение о том, что если он не помирит виконта Вейна и Скайуокера, то они попробуют поубивать друг друга. Бывает: человек товарища спасти хотел, что тут странного? — любой форсъюзер вам скажет, что Воля Силы это очень важно, и игнорировать ее не следует никогда! А то, что он сепаратист и Темный — как раз не столь важно: перед Силой все равны. Когда Бейтс начал свой доклад, он все еще продолжал так думать. А вот когда Совету были предъявлены якобы «улики», следы «сговора», то уже понял — что-то здесь не так! И надо, надо было тогда любой ценой потянуть время — хотя бы для того, чтобы можно было связаться с Оби-Ваном: к сожалению, связь с флагманом Кеноби тогда была неустойчивой, и он так и не смог нормально участвовать в работе Совета. Вместо этого, он позволил выдернуть с орбиты, с его флагманского корабля, самого Энакина — для дачи объяснений. Когда через час Скайуокер предстал перед Советом, Бейтсом были продемонстрированы видеозаписи с камер истребителей клонов, которые сопровождали Энакина в его перехвате яхты Графа в секторе Картакк — вместе с комментариями «эксперта»: Оланы Чион. Нет, в том, что Чион великолепный пилот, настоящий ас, не сомневался никто — так же, как и в ее профессионализме. Насторожить Совет обязано было отношение Оланы к Скайуокеру, которое ни для кого не было секретом! Но, вместо этого на Совете прозвучало слово «измена». Только когда Энакин стал объяснять свои действия, ссылаясь при этом на него, Мэйса Винду, магистр опомнился.

Расклад голосов на Совете — вот что выбивало Мэйса из колеи: четверо против шести — вместо отсутствующего Йоды и находившегося «вне зоны доступа» Кеноби пока никого не приглашали, а Бейтс числился действующим членом, после ухода Скайуокера из Совета. То, что против Энакина выскажется Ки-Ади-Мунди, Винду совсем не ожидал! — тот, как и сам Мэйс тоже, когда то учил юного Энакина постигать Силу: такое бесследно не проходит. Ученик, даже временный — не случайный человек, для мастера. Но, слово обвинения было сказано. Не помогли и слова самого Энакина, когда он объяснял свои поступки: оставалось только удивляться — когда они все перестали доверять друг другу? Когда Скайуокер показал Совету тот носитель записи, на котором были переданные ему Райденом Дуку ключи-дескрипторы к архиву кресла Нута Ганрея, Мэйс было посчитал, что сумеет повернуть мнение коллег. Увы, собратья уперлись, словно ранкор вцепившийся в добычу. Единственное, в чем Мэйс смог их убедить — это подождать прилета Кеноби, как владеющего полной информацией по всем действиям, связанным с поимкой ситхов. Ну, или дождаться, пока не придет в себя гранд-мастер Йода…

Что же, Мэйс и сам был уже не прочь вытащить Оби-Вана с его затянувшейся «охоты» за Гривусом — тем более, что тут такие дела начинали закручиваться: теперь, похоже, в Совете был на счету каждый сторонник! Надо было, и поработать кое с кем из коллег — и Аген Колар, и Ки-Ади-Мунди казались Мэйсу людьми, оказавшимися на другой стороне чисто случайно: просто не ко времени в уши попала сомнительная информация, которой те поверили. Вот вернется Кеноби, и может — чем Сила не шутит? — очнется гранд-мастер Йода. — И вся эта глупая история окажется просто дурным сном. Даже, внес предложение: оставить Скайуокера, пока, в Храме — в его собственных комнатах, но под охраной Стражей Храма, — до прояснения ситуации, и вторичного созыва Совета по этому вопросу. Как ни странно, так рьяно старавшийся «потопить» Энакина Суун Бейтс, ничего против этого не имел: как и все остальные — проголосовал «за». А через пару дней, перед самым прибытием на Корусант магистра Кеноби, произошло несчастье…

Конечно, про отношения Скайуокера и сенатора Наберри знали в Ордене многие. И, в общем-то, это никого особо не напрягало: в конце концов, любить джедаю совсем не запрещалось! — наоборот, это даже подразумевалось самой природой Светлой Стороны Силы. — Не одобрялась «привязанность» — считалось, что любые формальные обязательства джедая кому-то, кроме клятвы служения Ордену и Силе, недопустимы. Одно из наследий Руусана, которое в Ордене воспринимали и принимали отнюдь не все! — но которое, тем не менее, имело силу почти непреложного обычая. Другое дело, что на такие «отношения» обычно всегда закрывали глаза — особенно, если «подозреваемые» вели себя аккуратно, и на людях своих чувств, старались не демонстрировать. Впрочем, некоторых не останавливала даже такая малость: вот хоть друг Кит, позволявший себе очень вольное поведение с Айлой Секурой чуть ли, не в самом Храме — а лезть в чужие взаимоотношения у джедаев считалось делом неприличным. Честно говоря, Мэйсу и в голову прийти не могло, что упоминание сплетен светской хроники так заденет Скайуокера, что тот совершенно потеряет контроль над собой! Но, с другой стороны: какой демон понес Олану Чион в жилище Скайуокера? — что ей вообще там могло понадобиться, если отбросить предположение, что она хотела спровоцировать вспышку гнева у Энакина умышленно? А если… Олана и вправду хотела сделать именно это? — тем более, что дежурившие у дверей скайуокеровского жилья Стражи Храма совсем не прятались. — И они совершенно точно начали бы действовать, если бы любому «гостю» зашедшему к подозреваемому, угрожала бы, хоть малейшая опасность.

Магистр Винду встал как вкопанный, прямо посреди кабинета: А ведь дежурные Стражи и стали действовать! — практически мгновенно, как только почувствовали в комнатах Скайуокера применение техники Темной Стороны. Ну да, этому же учили всех Стражей — чувствовать Тьму, и ее проявления вокруг себя… все верно. Совет, кстати, провел тщательное расследование инцидента: по крайней мере, Стражи действовали в пределах своей компетенции — но, вот вопрос чрезмерного употребления Силы его коллеги как-то попытались обойти стороной, а жаль. И уж совсем странно, что никто в Совете даже слова не сказал о поведении рыцаря Чион. Хотя… здесь дело приняло совсем странный оборот: оказывается, установленные в жилище Скайуокера, после того, как его посадили под домашний арест, голокамеры почему-то работали просто отвратительно! Мало того, что качество самой видеозаписи было плохим, так еще и звук почти невозможно было расслышать. Совет удовлетворился предположением Агена Колара, что Скайуокер мог умышленно повредить систему записи, но Мэйсу было совершенно непонятно — зачем ему могли это понадобиться? — В конце концов, эти видеозаписи обеспечивали и его собственную безопасность… теоретически, по крайней мере. Итак, если предположить, что Олана Чион пришла для того, чтобы сознательно спровоцировать Скайуокера на какие-то ответные, желательно силовые, действия — уверенная, что Стражи у двери тут же вмешаются! — то в этом есть определенный смысл. Вопрос: зачем ей это надо? — если бы Стражи не перестарались, пытаясь «навести порядок», и это затмило собой все остальное, то ее действия тоже непременно послужили бы объектом разбирательства Совета. Или, не послужили бы? — если бы Совет все же снова сосредоточился бы исключительно на разборе поведения Энакина Скайуокера. Подстегнутые Силой воспоминания вылезли, наконец, на поверхность: Суун Бейтс последнее время оказывал рыцарю Чион покровительство — собственно, ей даже звание то, после гибели наставника, дали исключительно благодаря его поручительству! А еще интереснее, что оба Стража, что стояли в тот момент у комнат Скайуокера, тоже принадлежали к той же фракции, членом которой был и магистр Бейтс — Мэйс Винду вспомнил их имена: Т'Ка Элвиин и Ваан Ра-Сейт. Элвиин был человеком, то есть — хуманом, откуда-то из миров Ядра, а Ра-Сейт принадлежал в близкой к хуманам расе, проживающей в одном из миров Среднего Кольца. Между прочим, до того, как стать рыцарем, второй был падаваном первого. Еще интереснее: Т'Ка Элвиин подобрал паренька-экзота в Алмасской Академии — весьма своеобразном провинциальном учебном заведении.

Сколько не напрягал дальше память магистр Винду, никаких дополнительных зацепок воспоминания больше не принесли. Однако, чутье опытного политика кричало, что он движется в правильном направлении. И, если получится доказать, что провокация со Скайуокером была умышленно подстроена Сууном Бейтсом, и его фракцией, то Мэйсу будет проще вернуть контроль над тем, что сейчас происходит в Совете! Провести расследование самому — нет ни времени, ни возможности. Но, магистр знает одного старого джедая, на ум и честность которого всегда можно положиться…

* * *

Скребущиеся звуки из вентиляции раздражали: Будь у Энакина возможность отвлечься, или чем-то заняться — оно бы совершенно не мешало, а так — было чертовски неприятно. Как все равно камнем по стеклу водили. Оказывается, у развитых с помощью тренировок и Силы способностей тела, были и свои отрицательные последствия. Вот как сейчас — банально мешает заснуть, наводя рассудок на бесплодные размышления: снов и снова гоняя те же самые мысли по кругу. Он уже передумал их все, разобрал и свои, и чужие действия до последнего винтика или песчинки. Не было у него никаких шансов! — те, кто подослал к нему эту дуру, действовали наверняка: Энакин не удивился бы, если бы выяснилось, что за ним следили, и анализировали потом каждый его поступок. Были иногда у него подозрения, насчет аккуратной слежки за собой — но он тогда погрешил на агентуру ситха: у Палпатина были и возможности, и мотивы организовать за ним квалифицированное наблюдение. Что же, возможно, что этих «наблюдателей» было не одна, а две разных команды? — а он тогда этого не понял…

Все это рассуждения не давали ответа на главный вопрос: зачем «им» понадобилось так его подставлять? — В том, что это была именно тонко рассчитанная подстава, Скайуокер не сомневался — опыт работы полевым агентом Ордена, еще до Джеонозиса, не пропьешь! Во внутреннюю политику Ордена он никогда не лез, точно так же, как и Оби-Ван до войны. А до последнего времени Энакину хватало забот на фронте, или на должности комфлота! Временное членство в Совете? — ну, это совсем смешно: тут он вообще был фигурой, а не игроком в дежарик. Да и, как в Совет пришел, так и ушел — и то, что это могло кому-то не понравиться… Энакину всегда, с первого дня пребывания в Ордене вдалбливали мысль: «Джедай не может действовать, исходя из понятий «нравиться» или «не нравиться»! Или, может, эти правила писались тут не для всех? По всему выходило, что «прилетело» ему как раз из-за внутриорденских интриг, которые не выносились мастерами на обозрение простых джедаев.

Энакин сел на лежанке: сна все равно не было ни в одном глазу — хотя, в эти самые глаза, словно песку насыпали. Полумрак — свет в камере, не имеющей окон, полностью не гасили никогда. Тишина… словно после песчаной бури в пустыне на Татуине — только осыпающийся со свежих барханов песок чуть слышно шумит, на пределе слышимости. Черт, опять он не сможет выспаться! — Даже вездесущий Контроль, кажется, уже перестал помогать. Скайуокер попробовал уйти в глубокую медитацию: обычно это всегда хорошо помогало. — Выровнять дыхание, поправить ритм сердца, снизить давление крови в венах… в другое время, раньше, он бы уже сливался сознанием с потоками Силы, которые пронизывали все окружающее. Ничего! — точнее: что-то присутствует, на самой грани чувств — скорее, эхо в сознании, чем отголосок шума бесконечного океана Единой Силы. И все это совершенно забивают, чертовы скрежеты и шорохи, которые сочатся из-за решеток вентиляционной системы — отзвук внешнего мира, от которого его так же сейчас отрезали, как и от Силы.

В этом то и была вся проблема: он совершенно не чувствовал Силы! — То есть, разумом он понимал, что ее потоки вот они, рядом, даже внутри него самого — но знать, как именно идет их распределение, Энакину теперь было недоступно. Контроль остался, как подозревал Скайуокер — способность манипулировать потоками Силы у него тоже сохранилась, пусть даже в ослабленном до крайности состоянии. — Но без наличия Чувства сделать хоть что-то с Силой было совершенно невозможно. Не сможешь найти те потоки, которые тебе нужны — или еще хуже: будешь работать с теми потоками, которые тебя просто напросто убьют. «Слепец, который вышел на дорогу с интенсивным движением наземного транспорта» — пришла в голову неожиданная ассоциация. Может случиться чудо: водитель одного из мчащихся по дороге каров остановиться, сжалившись над несчастным слепцом — и доставит его куда нужно. Или, что произойдет почти наверняка: при попытке выйти на «проезжую часть» поток транспорта, которым управляют безмозглые дроиды, просто снесет и раздавит того кто попытался сунуться в эту лавину, не видя того, куда ступает. Но ведь говорят, что у Улика Кель-Дромы как-то получилось, до того, как его не убили…

Редкие удары сердца, медленное спокойное дыхание — Энакин целиком погрузился в нечто, бывшее отражением каких-то иных измерений и пространств. Голоса Силы слышно не было — только где-то, на пределе, ощущалось нечто похожее… на шум Ветра! Черт, как же он мог забыть: уроки Райдена и собственные успехи в управлении потоками — нет, не Силы, а Стихий! Тогда это показалось ему просто забавным — ну и, что уж там говорить, полезным: особенно, когда он узнал, как с помощью этих техник можно вырваться из Захвата Силы. Потом были и другие полезные открытия, на этом пути — большой пользы джедай тогда в этом не видел, но иногда это сильно выручало. Например, как в кабинете Палпатина — когда он узнал, что «канцлеров» было двое! И все же, Стихии всегда оставались для него чем-то… несерьезным: сама Сила, когда он обращался к ней напрямую, делала то, что ему было нужно и быстрее и проще. Ну да, когда у него еще была с Силой нормальная связь. Не теперь. Скайуокер попробовал коснуться Ветра: того, что доносил сейчас до него те звуки, что блуждали по вентиляционным коридорам и каналам внутри огромного здания Храма — и у него получилось! То, что еще мгновением назад было набором бессмысленных звуков, обычным шумом, вдруг превратилось в россыпь тысяч разных голосов. — Одни были громче, другие тише, третьи вообще были на грани слышимости — но все различались четко и ясно: каждый голос по отдельности.

— Мастер Вокара, хочу напомнить вам, что гранд-мастеру Йоде еще рано принимать участие в делах: он не до конца прошел курс реабилитации! — как его лечащий врач…

— Прости, Антиннис, но тут я ничем не могу тебе помочь! Решение провести расследование в отношении всех побывавших в плену у сепов джедаев принимал Совет. В Сенате подняли вопрос о проверке лояльности…

— Кеноби не имел права так поступать! Это вызов не только Совету, но и всему Ордену! Я знаю, что это…

— Помалкивай, Дора — и ты, и я обычные джедаи — даже не мастера. Что там решил Совет, не нашего ума дело! Дали приказ — будь добра выполнить. А то кончишь как Скайуокер…

Упоминание собственного имени привело Энакина в чувство. И почти выкинуло из состояния медитации. Но, Ветер все равно продолжал петь свою песню у него в сознании — и теперь это уже не воспринималось как надоедливый, утомительный шум. Так, теперь аккуратно попробуем коснуться Воды… у тебя, судя по словам Райдена, как раз к этой Стихии сродство — должно получиться легче и проще! — Подумал Скайуокер

Узник не видел себя сейчас со стороны, а дежурный наблюдатель Стражи отвлекся, на мгновение, от мониторов — Сила так захотела! — Поэтому никто не наблюдал ни смену целой гаммы эмоций на лице у заключенного, ни того, как шевелились его волосы, словно овеваемые, незнамо каким образом, дующим в камере сильным ветром. Запись… кто их смотрит то, эти записи? — если не происходит чего-то чрезвычайного. И эта запись, на которой потом были запечатлены и другие малозаметные с первого взгляда, но очень интересные — для понимающего человека — моменты. — Она тоже ушла, через сутки, в архив, где и затерялась среди массы другой, совершенно бесполезной информации.

С этого момента Энакин снова почувствовал себя живым. Даже неприятные и болезненные воспоминания, связанные с пробуждением в Палатах Целителей — и осознанием, что он, возможно, никогда больше не сможет чувствовать Силу! — даже это ушло куда-то на задний план. Вот то, как он во второй раз предстал перед Советом, чуть подлеченный Целителями, и все еще чувствовавший себя слабым и больным — это царапало душу. Честно говоря, Скайуокер не ждал особого сочувствия, да ему и самому вспоминать то, как он потерял контроль над собой, пытаясь придушить Олану, было стыдно. В голове всплыли слова одной из райденовских песенок, записи которых тот ему передал. Удивительно похожее тогда у него было ощущение…

Сейчас, как в вытрезвителе ханыгу,

Разденут, стыд и срам, при всех святых,

Найдут в мозгу туман, в кармане — фигу,

Крест на ноге и кликнут понятых.[5]

Он готовился отвечать на вопросы, и даже на обвинения — а ему просто сразу зачитали приговор: все обсудив, и осудив его заочно — даже без самого обвиняемого! Сколько он провалялся у Целителей, пока в себя не пришел? — день, два от силы. Подождать, наверное, Совет не мог — были какие-то другие, более важные дела! Зато, чтобы лично сообщить Энакину свое решение, вытащили его к себе прямо от медиков… чтобы тут же запихнуть уже в самую настоящую тюремную камеру.

Кстати, а сколько же он тут вообще сидит? — по всему выходило, что всего недели три, четыре от силы: редкая вещь, в кои-то веки чувство времени его подвело. Впрочем, теперь с этим должно быть попроще: неожиданный источник информации приносил ему столько обрывков разговоров, которые велись обитателями и работниками Храма, что сознание даже не успевало весь этот поток просеивать как надо. Некоторые новости были тревожными, некоторые — обескураживающими. Оказалось, что кто-то из военных поинтересовался-таки судьбой своего командира — настолько, что, не получив ответа из Храма, сумел сделать запрос через кого-то из сенаторов. Понятно, что игнорировать официальный запрос Сената Высший Совет не мог: обстановка сейчас не та! — и магистры сделали заявление. Там было все, в чем его обвиняли: сотрудничество с Темными форсъюзерами, и возможно даже ситхами, измена Республике — и, заодно, текст обвинительного приговора орденского суда. Возможно, Совет считал, что этого будет достаточно, и Сенат перестанет проявлять любой интерес по отношению к осужденному. Однако, члены Совета не учли мнения «улицы»: информация, доведенная до Сената, быстро стала достоянием прессы — а потом и широкой публики. И вот политически активные граждане, участвующие в работе Комитетов по Защите Республики, стали бомбардировать сенаторов требованиями: провести тотальные проверки во всех силовых структурах Республики. Странно, почему эти пропалпатиновские «политкружки» до сих пор никто не распустил? Наоборот, Комитеты, неожиданно, получили поддержку части населения Корусанта, и кое-кого из Сената. — Там была даже создана некая «комиссия по расследованию антиреспубликанской деятельности»! — Звучит длинно и бредово, но похоже народ стали трясти очень даже нехило: как удалось Энакину понять, из обрывков разговоров, которые он ухитрился выловить, — допросы начали с бывших флотских офицеров. Терринальд Скрид был, конечно, сложным человеком, и отношения у него с Энакином были не безоблачными: старый юстициар с трудом терпел «молодого выскочку» джедая. — Но, сработались они неплохо — до того времени, когда пришел момент выбирать: быть с Палпатином, или быть против него. Что там сенаторам наговорил Скрид, Скайуокер не знал — но Сенат запросил у Ордена: доставить его в эту «комиссию» для допроса, по расследованию обстоятельств «мятежа клонов». Так обтекаемо теперь стали звать короткую гражданскую войну между республиканскими частями, и войсками, которые остались верными бывшему Канцлеру. Если чей-то разговор, что он услышал совсем недавно, был правдой, то завтра или послезавтра его должны были свозить в Сенат: Совет, испугавшийся волны митингов на улицах столицы, решил пойти навстречу господам сенаторам. Это был шанс!

Следовало вспомнить все, чему он смог научиться, осваивая кроварский метод работы со Стихиями — пригодиться, может все, что угодно. Черт знает, что там захотят у него выпытать в этой самой сенатской комиссии, но они могут потом и не вызывать его к себе, повторно. А это значит, что данная поездка может стать единственной возможностью побега: транспорт наверняка будет сопровождать сенатская стража — от Ордена выделят максимум пару джедаев. — Кто будет опасаться отрезанного от Силы преступника? А на обратном пути даже сенатской стражи, скорее всего, не будет… ладно, тогда и посмотрим, что делать! Придется подстраиваться к обстоятельствам. Может, удастся даже увидеться с Оби-Ваном… интересно, чем это он мог разозлить Совет? Энакин невольно вспомнил сцену оглашения приговора, где Кеноби присутствовал наравне с другими членами Совета — успел вернуться с Внешнего Кольца. Скайуокер уже не мог воспользоваться Ощущением, чтобы поймать отголоски эмоций окружающих, а выражение своих лиц присутствующие контролировали очень хорошо. Только сейчас он с удивлением узнал, что Кеноби, вместе с магистром Винду, Сэйси Тийном, Китом Фисто и Пло Куном голосовали тогда в его пользу! — но потом вынуждены были подчиниться решению большинства. Да, встретиться с кем-нибудь из тех, четырех он бы тоже не отказался: можно было бы хоть узнать — какую судьбу уготовил ему Совет в дальнейшем. Остальные бывшие собратья… он теперь даже не знал: кому вообще можно верить!

Вот и Падме тоже как то странно себя ведет. Что там, на самом деле, случилось с их детьми? — откуда пошли эти дикие слухи и сплетни, что вывалила на него Олана Чион? Из разговоров в Храме Энакин уяснил, что сенатор Амидила вернулась к исполнению своих обязанностей — и даже успела побывать в Храме! Правда, с кем и о чем она тут говорила, собеседники не упоминали. Зато в разговоре мелькнуло, что ее фракция в Сенате тесно сотрудничает с этой самой «комиссией по расследованию антиреспубликанской деятельности». Чем черт не шутит, может им удастся увидеться там, в здании Сената — если она будет в курсе, что его вызывают на допрос — и поговорить, наконец? Как же плохо, что он не может почуять через Силу — все ли с ней в порядке!

Оторвавшись от бесплодных размышлений, Скайуокер снова устроился на лежанке, изображая перед возможными наблюдателями попытку занятия медитацией. Следовало как можно быстрее восстановить навыки работы со всеми остальными Стихиями: от самого простого, к более сложным приемам. Даже если повезут его завтра, он должен быть готов. Когда, через несколько часов, усталый, Энакин взял со столика чашку с водой, налитой из кувшина, стоявшего там же, — никто из наблюдавших не разглядел, что пальцы руки, якобы подносившие чашку ко рту, совсем не касались ее стенок…

* * *

— Падме, это безумие!

— Почему, Бэйл? Энакин мой… хороший знакомый! — и, да, я не верю обвинениям, которые против него выдвинуты. Совет уже ошибался, раньше: помнишь ту историю, с падаваном Энакина? — тогда справедливость было восстановлена! Так что, я непременно буду в числе тех, кто станет представлять нашу фракцию на слушаниях Комиссии… нам всем надо узнать правду, а не то, что некоторые джедаи за таковую считают.

— А если они все же правы, и он на самом деле виноват?

— В чем бы ни была его вина, я не верю, что он изменник!

— Я тоже. Но, ты помнишь, что нам рассказал Оби-Ван Кеноби?

— Оби-Ван рассказал нам явно не все, что знает. К тому же, его здесь просто не было, когда все произошло! — лучше все узнать из первых рук, чем принимать решения, довольствуясь чужим пересказом…

— Хорошо, я поддержу любое твое решение — в конце концов, мы не только политические единомышленники, но и друзья. Только, пожалуйста, будь осторожнее в словах: ты знаешь, как я относился к Палпатину, но одно я могу сказать точно — такого непочтения к закону, которое началось сейчас, при нем бы точно не было! Толпа угрожает Сенату — от нас требуют, чтобы мы начали арестовывать народ пачками. Сейчас требуется максимальная аккуратность в словах и действиях.

— Спасибо, я очень ценю твою заботу Бэйл! Мне пора идти, встретимся завтра в Сенате…

Бэйл Органа смотрел, как сенатор Амидала уходит с посадочной площадки внутрь своего жилища. Небольшая свита, встречавшая ее здесь, последовала за ней — кроме пары охранников и капитана Грегори Тайфо: явно собираются дождаться, когда его спидер, на котором он доставил Падме Наберри от здания Сената, улетит. Вежливые ребята, и бдительные — это хорошо, времена сейчас ох какие непростые. Что-то не давало Бэйлу покоя… — вспомнил! — пара дроидов, что сопровождали Амидалу: их, и этого недотепу Бинкса он доставил сейчас вместе с ней, до дома.

— Капитан Тайфо, можно вас на минутку?

— В чем дело, господин вице-король?

Парень был отменно вежлив и корректен — не заискивал, и не пытался держаться запанибрата. Набуанец ему определенно нравился: профессионал, знающий свое дело!

— Скажите, эти дроиды… точнее, дроид-астромех — откуда он у госпожи Амидалы?

— Ну, протокольник у нее служит года три. А астромеханика недавно ей привезли клоны: вроде бы, этого дроида она давала Скайуокеру — но, по закону это набуанское имущество. Вот нам его и возвратили. А в чем дело?

— Я помню, что эти дроиды были как-то связаны с Энакином Скайуокером. Вы видите, капитан, что сейчас происходит на Корусанте?

— Ну, да… порядок на улицах Лорду-Протектору навести бы, не помешало!

— Если бы только это! К сожалению, сейчас очень удобно сводить старые счеты — а у госпожи Амидалы много… недоброжелателей в Сенате: у нас не любят честных политиков. Завтра намечаются слушанья в сенатской Комиссии по Расследованию антиреспубликанской деятельности. Многие знают, что ваша хозяйка была близко знакома со Скайуокером. Могут задать очень неудобные вопросы — но, как раз это ничего не значит. А вот эти дроиды… точнее — их блоки памяти! — в них наверняка содержится слишком много того, что сенатор Амидала никогда не пожелает сделать публичным достоянием.

— К чему вы клоните, господин Органа?

— Когда этим дроидам последний раз чистили память?

— Аааа! Вот оно что — спасибо, господин вице-король! Я позабочусь о том, чтобы моей госпоже ничего не угрожало…

Бэйл попрощался с капитаном Тайфо. Через минуту его аэроспидер уже парил в подходящем транспортном потоке, высоко над поверхностью планеты, неся сенатора к его собственному жилищу. Что же, одной заботой меньше: роль лидера фракции, которую Органа последнее время все чаще на себя примерял, вещь хлопотная.

* * *

— Ну, рассказывай Мэйс, как ты докатился до жизни такой?

Мэйс хмуро посмотрел на старого, седовласого косианца: нет, не шутит. Настроение, и без того поганое, ухудшилось еще больше. Судя по риторической фразе старого мастера то, что он нарыл в своем расследовании, ничего хорошего не сулило. Ладно, правила игры нужно соблюдать…

— Я думал, что это ты, мастер Тера, что-то мне расскажешь.

— Рассказать мне есть чего. С каких новостей мне начинать? С плохих, или с очень плохих?

— Хороших новостей, как я понимаю, у тебя нет?

— Почему же — Кеноби со своим падаваном, и еще с парой молодых ребят, благополучно добрались до Мандалора. В наше время, это уже хорошая новость. Но, тебе ведь не про это нужно?

— Считаешь, что Оби-Вану могло что-то угрожать?

— Мэйс, не прикидывайся наивным юнлингом! — После того, как он высказал Совету все, что о вас думает, и заявил, что уходит из Ордена совсем… — я удивляюсь, что ему вообще удалось покинуть здание Храма! А уж то, что с ним улетело трое падаванов, так с точки зрения наших любителей блюсти Свет, нравственность и порядок — вообще ни в какие ворота лезть не должно.

— Там, на Совете, мне показалось, что никто не поверил, что Кеноби собирался уходить всерьез. Точнее, уходить из Ордена: Ки-Ади-Мунди даже собирался уговорить его остаться и в Совете тоже.

— А Оби-Ван быстро сделал ноги, как по аналогичным поводам обычно выражаются на нижних уровнях Корусанта. По моему, так очень вовремя!

— Ты говоришь так, как будто дело идет о какой-то банде, вроде Черного Солнца!

— Ох, магистр Винду — откройте глаза пошире: сейчас у нас тут обстановка не лучше, чем в этой почтенной организации теневого бизнеса. Уже разборки за власть и влияние, с человеческими жертвами, пошли!

— Хорошо, а можно подробнее?

Старый мастер, согбенно опирающийся на тросточку, слегка покачал головой и начал рассказывать Мэйсу то, что ему удалось разузнать по тем вопросам, которые интересовали магистра.

— В общем, Мэйс, поимели вас всех классически, с помощью элементарной подставы! Просмотрел я видеозаписи из комнат Скайуокера, и показал их надежным людям. Уже одно то, что записи были якобы «частично испорчены», и не содержали звукового сопровождения, должно было бы насторожить Совет: вам такое дерьмо ведь уже скормили, один раз, не правда ли? — когда ложно обвинили Асоку Тано. Любой полицейский сразу же скажет: имел место сговор между охраной, и Оланой Чион. Цель сговора? — спровоцировать Скайуокера на агрессию! — чтобы охрана имела полное право применить Силу для его «нейтрализации» На юридическом языке это называется «обеспечить алиби».

— Я знаю, что такое алиби.

— Не перебивай! Я еще не закончил. Кстати, Кеноби со Скайуокером разговаривал — пусть даже в присутствии кого-то еще?

— Нет, а что?

— Значит он на самом деле такой хороший следак, как мне про него говорили: смог как то зацепиться за улики и откопать истину сам. Как мне тут донесли, что он подробностями этого «несчастного случая» интересовался: и кое-кого из причастных к тому делу расспрашивал, сам. Так что, я как раз не удивлен его бегством с Корусанта.

— Тогда, почему он не сказал мне, или еще кому? — это же не его личное дело: если вы и он правы, то дело идет о безопасности Ордена!

— Мэйс! Все эти несоответствия, нелепости и улики были у Совета перед глазами все это время — почему никто из вас не ударил пальцем о палец, чтобы установить истину? Почему вы вообще поверили этим вздорным обвинениям против не самого плохого члена нашего Ордена? Между прочим, того, кто не раз делом доказывал свою преданность!

— Но, Суун Бейтс…

— Несомненно, достойный джедай! — ни пятнышка Тьмы в ауре. Ни разу ни в чем не ошибся, в отличие от Скайуокера. То, что Скайуокер все время занимался делами, которые ему поручали Совет и Республика, это же не считается? — И не учитывается, что когда делаешь дела, то неизбежны и ошибки…

— Как будто Бэйтс делами не занимался!

— Скажем так: есть дела — и есть дела. Делом жизни мастера Бэйтса является получить возможность указывать Ордену путь, по которому ему надо следовать — причем, согласно воззрениям магистра Сууна. Проще говоря — получить как можно больше власти и влияния в Храме. Так вот, переходя к сути моего расследования: Как мне стало понятно, Суун Бейтс и группа его единомышленников в Ордене — не так уж и большая, но и не малая! — взяла на себя право претворить эти свои воззрения в жизнь. Любыми подходящими, с их точки зрения, способами. Не то, чтобы они имели что-то лично против Скайуокера — Энакину просто не повезло оказаться на пути осуществления их великих планов…

Итак, с технической точки зрения все было сделано топорно, но эффектно: Скайуокер действительно сорвался! Личность провокаторши, не побоюсь этого слова, мы обсуждать не будем — это просто мелкая фигурка на доске. Скорее даже — отыгранная карта. Недаром Бейтс и компания даже не убрали ее из Храма: ее, как ту террористку, саму использовали втемную — пользуясь ее негативным отношением к Скайуокеру лично. Идем дальше. Оба Стража Храма, что замешаны в этом деле — совсем другая история: для Бэйтса это ценные кадры! Как я узнал, обоих практически тут же, сразу после поверхностного расследования, услали с Корусанта с какой-то мелкой миссией — явно на случай более серьезного разбирательства.

— События вокруг Алмасской Академии нельзя назвать «поводом для мелкой миссии».

— Мелкая, мелкая! — для проведения расследования было бы достаточно одного джедая, занимающегося подобными делами профессионально — вроде того же Кеноби, или еще кого. Ни Т'Ка Элвиин, ни Ваан Ра-Сейт подобным опытом не обладают: вся их карьера — это служба в Страже. Конечно, мастер Элвиин имеет богатый опыт — но это опыт иного рода. А если братьям с Алмаса нужна была силовая поддержка, то пару джедаев отправлять тем более было бессмысленно — тут нужна была бы целая команда! — или хотя бы легион клонов, в придачу к этой парочке.

— Считаешь, нужно их отозвать, и заняться разбирательством?

— Да нет, бессмысленно: эти тебе ничего полезного не скажут — хотя я уверен, что оба знают очень и очень многое! Ты сплетнями не интересуешься?

— К чему подобный вопрос?

— Я про личную жизнь кое-кого из наших братьев: кто-то романы с красивыми и полезными делу Ордена сенаторшами или герцогинями крутит — а кто-то обходится тем, что имеет под рукой…

— Странный намек. Как я понимаю, это про Элвиина и Ра-Сейта?

— Про них, про них: Стража у нас вообще очень закрытая корпорация внутри Ордена — но, кое-что просачивается наружу и оттуда. Только намеки и сплетни — не более! В суд я бы с таким не пошел — а то еще и самого могут привлечь к ответственности, за клевету и диффамацию.

— Так эти двое…

— Джедаям любить не запрещено, да. И нигде не сказано, что предмет любви не может быть с тобой одного пола.

— Полагаешь, Суун Бейтс может держать их в руках, шантажируя отношениями?

— Шантаж… ну, не так грубо! Да и Суун там не один, сам по себе. В общем, из этих ты ничего не выколотишь. По крайней мере, если их не удастся связать с теми мерзавцами, что прилетели за Скайуокером — представившись Стражей Сената.

— Тут дело наверняка глухое: когда все произошло, тех двоих уже не было на планете!

— А ты поищи! Сейчас в твоем распоряжении все силовые ведомства и спецслужбы Республики — пока ты Лорд-Протектор. Тот же Айсард: прокол с мнимыми «стражниками» это тень и на Убикторат тоже — он будет искать не за страх, а за совесть. — И своих людей работать заставит, на все сто. Ну, и еще прошедшие беспорядки, с выдвижением политических требований — силовикам это точно не понравилось. Намекни им, что беспорядки могли возникнуть не просто так. Нужны улики, а не ощущения в Силе — дальше надо работать не форсъюзерам, а государственной машине. Эти ребята наверняка оставили массу следов, когда организовывали теракт, чтобы убить Энакина — как важного свидетеля. Было им, что скрывать, раз они его так открыто убрали! Вот, возьми — то, что мне удалось накопать самому…

Тера Синубе протянул Мэйсу инфокристалл, который тот сразу же спрятал в одном из кармашков на поясе.

— Тера, зачем ты стараешься помочь мне против Бейтся и его единомышленников?

— Потому, что ты барахтаешься, тянешь на себе эту неподъемную ношу Ордена и Республики, одновременно. Тянешь в целом, в правильном направлении. Может быть и плохо, но уж как есть. А куда нас заведут, с такими методами, Бейтс и компания, я предположить, способен — и мне эти предположения совсем не нравятся! Можешь считать меня старым сентиментальным дураком, но Энакин Скайуокер был самым лучшим нашим возможным будущим — таким, каким я хотел бы его видеть. Не просто винтиком в республиканской машине, чем мы стали после Руусана, а неотъемлемой частью обычной жизни — парень бы смог…

— С Лордами-джедаями, джедайскими родами и семьями…

— А хоть бы и так! Если нам придется остаться у руля Республики, что-то подобное все равно появится, так или иначе, — может, форма просто будет несколько иной, чем в старые времена. Ты же вон, Протектором заделался — и Республика не рухнула в пропасть. Ладно, нам пора расходиться: место здесь тихое, но лишний раз поберечься не помешает — как-то не хочется, на старости лет, оказаться еще одной жертвой «несчастного случая».

Мэйс попрощался со старым джедаем, и они разошлись. В голове у магистра уже крутились варианты того, к кому и как лучше стоит подойти, чтобы начать решать эту проблему. Следовало поторопиться, а пешком идти переходами и лестницами далеко. Темнота в проходе под Храмом ему не мешала, а вот когда ее мрак впереди прорезал какой-то отблеск света, магистр Винду насторожился — в той крипте под Храмом, мимо которой он должен был пройти, сейчас, по идее, никого быть вообще было не должно…

* * *

Чем ближе был предполагаемый вызов на слушания в сенатской комиссии, тех труднее становилось Энакину сохранять спокойствие. А допускать того, чтобы стража заподозрила хоть малейшее изменение в настроении заключенного, никак не следовало: не стоило считать своих врагов благодушными дурачками! Именно врагов: теперь уже бывший, джедай четко разделил своих прежних собратьев на тех, кому на него было, в общем-то, наплевать — и на тех, кто сделал все, чтобы он оказался именно здесь, и в таком состоянии. Нет, было еще несколько тех, кто боролся за него до конца… — но их голоса так и не были услышаны. То, что сам он потерял способность чувствовать Силу, совсем не значило, что никто из других форсъюзеров не мог почуять, через нее, намерения арестанта. Перспектива того, что охрану, которая должна будет сопровождать его в Сенат, могли значительно усилить, была бы совсем нерадостная. Так что, держимся перед камерами так, как будто ничего не изменилось — и изо всех сил демонстрируем наблюдателям обычное поведение, к которому они уже привыкли, и которое им наверняка прискучило лицезреть. Не то, чтобы Стихии, контроль над которыми Энакин более-менее восстановил, давали какую-то четкую картину. — Просто, он отметил постепенное падение активности работы с голокамерами, установленными в его камере: «зрителям» явно было скучно!

Что же, пусть скучают и дальше — Энакин их не подведет: будем и дальше изображать смирившегося со своей участью заключенного. Жаль, что из-за этого плотного наблюдения так и не удалось толком проверить: вернулась ли способность манипулировать Стихиями в достаточном объеме. Но, тут уж придется рискнуть — другого шанса ему может и не представиться! Вообще, Скайуокер решительно не понимал, почему его все еще держали в Храме. Ладно бы, если бы на нем хотели бы потренироваться Целители — все же, джедаи теряют связь с Силой совсем не каждый день. Так нет, после того, как он пришел в себя, он ни одного Целителя рядом с собой даже не видел. Он вообще никого не видел, кроме Стражей, в их неизменных масках. И, это раньше, пока он мог пользоваться Чувством Силы, он различал через нее каждого живого разумного даже без помощи зрения. Сейчас, кроме глухих масок он так ничего увидеть и не смог бы: пользоваться техникой Формовщиков Кро Вара, в присутствии бдительной охраны, чтобы «срисовать» их портреты с помощью Стихий, было слишком рискованно — даже в таком виде использования, возмущение в потоках Силы были все равно. Понять, что из себя будет представлять его охрана, очень хотелось бы. Но, не ценой того, чтобы эта охрана ни с того ни с сего всполошилась бы, на якобы пустом месте. Ладно, постараемся включить логику. И еще, тот небольшой жизненный и профессиональный опыт, полученный, когда они с Оби-Ваном — еще до войны — летали по галактике. Защитники мира и справедливости, да…

Когда за ним пришли, Скайуокер сделал вид, что удивлен и встревожен: так было проще замаскировать то, что он воспользовался плетениями Воздуха и Воды, чтобы лучше чувствовать конвоиров. Джедаи… никак не отреагировали! — раз заключенный не демонстрировал угрозы, то чего суетиться — не так ли? Пара обычных безликих, за масками, Стражей, повела его по коридорам — не вверх, к известным ему ангарам или посадочным площадкам, а куда-то наоборот, вниз. Энакин добавил к уже используемым Стихиям Землю и Огонь: так лучше чувствовалась техника. Где то впереди, да — почти на этом же уровне, явно стояло что-то летучее: характерное ощущение от работы включенных на холостой ход репульсоров, не спутаешь ни с чем. Вообще, когда пропало то постоянное чувство единства с Силой, Стихии, казалось, потихоньку начали заменять его. Еще сидя в камере, за каких-то несколько часов, не двигаясь и даже не вставая с лежанки, Скайуокер ухитрился осторожно исследовать конструкции и коммуникации здания Храма на несколько десятков метров вокруг себя. Нет, чувство было не таким, как если бы от привычно воспользовался потоками Силы. В одном случае, работало что-то вроде томографа, сканирующего живую ткань, а в другом — дефектограф «просвечивал» мертвую материю жестким излучением и ультразвуком. Но, результат и то, и другое давало похожий. Итак, сейчас рядом с ним шли: высокий пауан, и среднего роста толатианка — во всяком случае, таков был результат его небольшого дистанционного «исследования». Ни один из Стражей, кажется, ничего не заподозрил.

Пискнул вызов коммуникатора, закрепленного на запястье у мужчины. Пауан дал знак своей спутнице остановиться. Та потребовала того же от Скайуокера, преградив ему дорогу своим деактивированным двухклинковым мечом. Энакин невольно передернул плечами: так небрежно действовать, это никуда не годиться! — Обленились и зажрались они тут, в Страже — захоти он, обезоружить и даже, возможно, убить толатианку, Скайуокер мог бы даже в своем теперешнем состоянии. Причем, не прибегая к помощи Стихий! Сила Силой, но такая потеря бдительности… это что-то ненормальное. Особенно сейчас, когда мало того, что появилась масса клонов, которых джедаям «прочувствовать» было очень трудно, так еще и появились нехитрые методики того, как научиться прятать свои агрессивные намерения от одаренных. Что там говорить, если он сам когда-то — еще в прошлой жизни! — у Боз-Пити, помниться, учил республиканских офицеров тому, как обмануть вражеских форсеров, если придет случай. Случай не пришел, и Моргукаев Графа ликвидировали без абордажных боев на орбите… — однако, кое-кто из его тогдашних «учеников» проявил поразительные успехи в сокрытии мыслей и намерений. Хотя, какое ему теперь дело до джедаев? — пусть ребята занимаются своими проблемами дальше сами…

Между тем, перед глазами ушедшего шагов на двадцать вперед пауана вспыхнула голограмма, неплохо различимая даже отсюда: сто лет не видел! — магистр Суун Бейтс собственной кислой персоной. Ветер донес тихий шелест вокабулятора комлинка отчетливо и ясно.

— По прибытии в ангар, сдайте арестанта на руки служащим Сенатской гвардии: это приказ Совета!

— Но, магистр, по правилам…

Кажется, Страж таки большой формалист! Или, возможно ему чем-то не нравиться происходящее? Послушаем дальше…

— Стражи Элвиин и Ра-Сейт, к сожалению, уже находятся в Сенате — их тоже будут опрашивать. Как свидетелей.

Ого, знакомые имена! Интересно девки пляшут, как говаривал по поводу таких странных делишек Райден Дуку. Между тем, пауан явно был недоволен.

— Магистр Бейтс, по правилам, заключенных должны сопровождать джедаи. Я…

— Не беспокойтесь, Страж, все согласовано. Неужели вы боитесь, что этот несчастный сбежит? Гвардия Сената свое дело знает хорошо. Тем более, что вместе с сенатскими гвардейцами он полетит только до здания Сената — оттуда, обратно, его доставят уже ваши коллеги.

— У меня нехорошее предчувствие, магистр Бейтс! Я привык доверять тому, что говорит мне Сила…

— Понимаю, скорее всего, это из-за той обстановки, что сложилась сейчас на Корусанте. В том числе, и усилиями того молодого человека, что вы конвоируете. Возмущение в Силе чувствуют многие наши братья. Тем не менее, нам нужно делать то, что надлежит делать — то, что кроме нас не может сделать больше никто. А обычными делами пусть занимаются обычные люди. Насчет же безопасности… Совет это волнует не меньше вас! Кстати, по нашей настоятельной просьбе, для транспортировки заключенного выделили два НВШТ: один как собственно транспорт, а второй — для сопровождения.

Ого, это может сильно осложнить все дело: Энакин лихорадочно принялся выстраивать про себя возможный порядок работы со стихиями. — Водяная Завеса хороша против живого взгляда. Дыхание Ветра… нет! — его он, конечно, тоже не забудет — но это для предугадывания чужих намерений, а ему нужно будет скрывать свои действия. Огненная Стена? — тоже нет: она против ментальных техник, а там, как он понял, будут неодаренные. Разве что, видеокамеры вывести из строя — там плетение чуть другое будет, только и всего. Но, это те, что будут рядом или достаточно близко — ему нужно, же нейтрализовать еще и те, что будут на окрестных зданиях, и пролетающем там-же постороннем транспорте. Песчаная Буря не годится — она, конечно, забьет помехами все виды сканеров, а не только одни голокамеры… но эта техника сама по себе мощный демаскирующий фактор: как дымовая завеса. Инцидент то, если его побег удастся, будут потом расследовать профессионалы! Мираж или Зеркало… Райден эти технику показывал. Черт, знал бы — попробовал бы раньше отработать: и там, и там вместе с Водой и Воздухом ему придется применять Огонь. Много Огня… — а другого выхода, кажется, нет! Тем более, что любая техника полета тоже потребует сплетения Ветра с Огнем — и еще немного в Землей: техники Стихий левитацией не оперировали, только чистая механика и термодинамика. Так, стоп! — а тепловой след? — «Ночные» камеры могут брать и инфракрасную картинку. Конечно, не факт, что этот режим будет задействован и ясным днем, но, тем не менее — подумать об этом стоило: устраивать взрывы и пожары как то не хотелось! Да… уйти аккуратно вряд ли получится. Может, лучше все же попробовать сделать ноги на обратном пути? — особенно, если тогда его будут сопровождать в Храм два тех самых гаденыша. Жаль, так и не удалось увидеть морды ни того, ни другого — только маски Стражей.

Между тем, пока Энакин так размышлял, разговор Стража и магистра Бейтса закончился. Пауан призывно махнул рукой, и его соратница опять небрежно ткнула рукоятью меча Скайуокера в бок — двигай, мол, вперед! Энакин покорно пошел туда, где их ожидал второй Страж…

Ангар открылся за очередным поворотом коридора: относительно небольшое, и совершенно пустое помещение — широкие ворота стояли настежь распахнутыми, с полностью разведенными створками. Несколько дроидов из храмовой прислуги, да какой-то незнакомый джедай, стоявший возле пары устроившихся на полу ангара НВШТ. Рядом с ним стояло всего двое Гвардейцев, в своей синей полевой броне. Похоже, пилоты и стрелки наружу даже не вылезали. — Судя по тому, что было видно через блистеры, это были обычные клоны из числа корусантских стражников: очень уж характерной была раскраска их доспехов. Зачем этих-то привлекли? Странно, очень странно! — У Сенатской гвардии вполне себе были свои собственные средства транспорта и воздушной поддержки. Энакин насторожился: приобретенный еще до войны опыт, и уроки Оби-Вана утверждали, что такого рода несоответствия обычно несут угрозу. Только вот, какую?

Наконец, они пересекли ангар и подошли к транспортам. Джедай, явно знакомый с его конвоиром-пауаном, представил тому обоих гвардейцев: лейтенант Са» аррел и сержант Чинк Ол-Авер — названные вояки поочередно кивнули, но шлемов так и не сняли. Вообще то, это, по меньшей мере, невежливо — хотя знающим понятно, что форсъюзеры «видят» окружающее не только глазами. Но, Стражи, видимо, посчитали достаточным того, что этих гвардейцев как-то знал этот незнакомый джедай. Тем временем, подошедший к Скайуокеру лейтенант снял с пояса силовые наручники. Энакин покорно подставил запястья: что-то подобное он и предполагал. Он внимательно окинул взглядом экипировку гвардейцев. Вообще говоря, гвардейская броня была, в известной мере, скопирована с армейской брони клонов — разве что материалы использовались покруче, да встроенных приспособлений напихать можно было больше: высокая цена эту контору не смущала, с их финансированием. Стандартные армейские карабины, пистолеты в качестве запасного оружия, набор гранат, висящих у каждого на поясе, джетпак… так, стоп! — За каким чертом у них гранаты и джетпаки? — глаз невольно зацепился еще за одно несоответствие: совсем нет никакого нелетального оружия. То есть, совсем нет — возможность выставить в оглушающий режим карабины и пистолеты не в счет. А внушительный набор гранат, к тому же висящих так, что их можно пустить в ход практически моментально, в конвойной службе так совсем ни к чему. Им бы дополнительные связные устройства были нужнее, как и еще разная специальная «полицейская» электроника, положенная тем же Сенатской гвардии по штату — но, ничего подобного Энакин не заметил. Только встроенные в наручи брони боевые комлинки.

Лейтенант приказал грузиться в ближайший НВШТ — обычный многофункциональный низко-высотный штурмовой транспорт: вооружение на внешних подвесках отсутствовало. Зато второй НВШТ был оборудован как канонерка — шаровидные прозрачные турели из транспаристила, с уже сидящими в них стрелками, были втянуты в корпус по-походному. — Вот у него ракеты на крыльях висели! Когда Скайуокер подошел к транспорту, сержант грубовато подтолкнул по направлению к десантной кабине — как будто тот сам не знал, куда идти. Между тем, лейтенант приложил кодировочный цилиндр к датападу, который протянул в его направлении Страж-пауан. Потом, кивнув головой джедаям, подошел к НВШТ, где в десантном отсеке уже стояли Энакин и второй гвардеец. Под взглядами молча наблюдавших за ними орденцев, лейтенант дернул Скайуокера за скованные руки, и закрепил его наручники, зацепив их силовым жгутом за поручень. «Перестраховщик» — пронеслось в голове у парня…

Репульсоры плавно оторвали НВШТ от пола ангара. Сперва один транспорт, а потом и второй вылетели наружу — в каньон свободного от застройки пространства, опоясывавший Храм. Странно, почему они не закрывают створки дверей десантного отсека? — словно у нас тут намечается боевой вылет с последующим десантированием на голову врага! Снаружи, справа и выше, мелькнул силуэт второй канонерки: стрелковые турели уже отведены наружу, по-боевому — вот там ребята службу знают. Между тем, лейтенант явно что то скомандовал пилотам, а может, говорил и еще с кем: перед этим от потыкал сенсоры комлинка — но звуков, понятно, из-под шлема не прозвучало. Черт, тут он сам виноват! — Скайуокер потянулся за потоками Стихий, прежде всего — Ветра: надо лучше контролировать обстановку, а не пытаться ловить пролетающих нетопырок открытым ртом…

— …действуйте по плану!

Отзвук чужой речи, эхом отдавшийся в голове, был ясен и отчетлив. Что же, послушаем разговорчики. — Наблюдать за полетом глазами Энакин тоже не переставал: оба транспорта забирались все выше, выходя в более удобные для полета к Сенату эшелоны. Через некоторое время разговор его конвоиров возобновился: о том, что их могут подслушать, те, кажется, даже не подозревали.

— Как будем рубить хвосты, Зак?

— Как запланировали, так и обрубим! — чего ты нервничаешь, парень? Хорошо, что здесь джедаев нет — а то бы нас спалили. Вон, тот чертов дылда в маске: мне никакой Силы было не нужно, чтобы понять, что он нам не доверяет — а еще ты мандражишь! — Они такое враз чуют.

— Ничего я не мандражирую! И… так нам даже больше поверили: ведь этот парень ох как непрост — такого и нужно опасаться…

— Гы-гы-гы! — он был непрост, когда то. А теперь, Балабол точно сказал, что пацан спекся по ихней, джедайской части — то есть был, да теперь весь вышел!

— Боевой опыт не пропьешь — это ни какая не сила-шмыма, и прочие фокусы для публики в цирке. Это, во-первых. А во-вторых — ты уверен, что Балабол нас не кинет, после этого дела? — Рисково же…

— Я с ним начинал работать еще до этой войны. Балабол… он, конечно, балабол — но мы ему нужны, для таких вот грязных делишек! Обо что он и его друзья, понятное дело, не хотели бы пачкать свои чистые джедайские ручонки. Так что, не дрейфь, Мунк — мы еще подоим эту банту! Сейчас отойдем подальше от Храма, сыграем спектакль — и ходу…

Разговор этих двоих временно затих. Хотя, Ветер доносил отголоски эмоций обоих субъектов: этот «Мунк» явно не был убежден словами своего спутника. Чего же это он так побаивался то, а? — это уже даже не странно: это по настоящему опасно. Энакин сейчас готов был съесть собственные сапоги, если бы его кто попытался убедить, что его конвоиры — настоящие Сенатские гвардейцы! Наемники… опытные — это да: чувствуется хватка. Но не солдаты. Кто они, и откуда? Забрезжившую было в душе надежду — может, это ему кто побег организует? — он тут же отбросил: был в Ветре какой-то запашок… неприятный, что ли. Интересно, а где же тогда настоящие лейтенант Са'аррел и сержант Чинк Ол-Авер — или они тоже участвуют в этом деле, обеспечивая прикрытие этим головорезам? Между тем, НВШТ явно вписались в нужный им транспортный поток — и этот поток вел совсем не в сторону Сената!

— Куда мы летим?

Задавая свой вопрос, Энакин вовсе не надеялся на ответ. Главное — привлечь внимание охраны: он ни на минуту не сомневался, что в десантном отсеке работают голокамеры, и ведется наблюдение и постоянная запись. Ну, не идиоты сидели с Высшем Совете: контроль за его перемещением должен был быть налажен! Конечно, эти наемники действуют в связи с кем-то в Храме, несомненно — но, точно не в интересах всего состава Совета. В общем, надо посмотреть, как «охрана» отреагирует на обвинение. Реакция была неожиданной: конвоиры на его слова не ответили вовсе — только «лейтенант» выглянул, зачем то, за борт. Впрочем, зачем именно он выглядывал, стало понятно тут же — после его слов подельнику.

— Все, Мунк, подлетаем к точке отхода! — готовь взрывчатку, а я отработаю «обращение к публике».

«Сержант» молча, снял с пояса сразу все гранаты и стал прикреплять их к дальней от Скайуокера стенке десантного отсека — прямо около пилотской кабины! Две осколочных, ионная, электромагнитная… и термодетонатор! — мозг отметил детали чисто машинально. По идее, одного единственного термодетонатора на НВШТ со всем его содержимым хватило бы с избытком — зачем ему еще и другие гранаты понадобились? А сам «лейтенант» достал из штатной десантной боеукладки ракетомет, одновременно передав приказ, через комлинк, канонерке сопровождения — подойти, и встать вровень с ними, у борта. Когда пилот второго НВШТ стал выравнивать свой аппарат метрах в двадцати с их правого борта, «лейтенант» поднял ракетомет, и выстрелил. Форс пламени ушел из отсека за борт, через открытые двери, никого у них не задев — а ракета тут же воткнулась в летящий рядом НВШТ. От ударной волны их транспорт бросило в противоположную сторону — пилот с трудом удержал его от сваливания в штопор! Энакин удержался на ногах, но наручники больно врезались в запястья. Нет, нахрен такое счастье! — надо срочно освобождаться от кандалов. Да и оставаться тут тоже чревато — этот урод с гранатами тоже явно хочет тут всех убить, кроме самих наемников. Между тем, «сержант» явно закончил возиться с взрывными устройствами — выставив все на подрыв по встроенным таймерам.

— Все, Зак, у меня готово! — В запасе минута времени, не больше.

«Лейтенант» отбросил в угол отсека пустой тубус ракетомета — и включил вокабулятор своего шлема. До этого наемники переговаривались по закрытому каналу, да еще «лейтенант» вторую НВШТ через комлинк подозвал поближе — перед тем, как выстрелить в канонерку ракетой. Вслух тут, за все время полета, говорил только сам Энакин… до этого момента.

— Скайуокер! Наш наниматель передает тебе «пламенный» привет — в прямом смысле.

«Лейтенант» кивнул на стенку, улепленную его напарником взрывными устройствами, и продолжил.

— Райден Дуку велел еще передать, что за тобой должок: жизнь его родственника! — расплатишься по прейскуранту. Проценты он тебе решил скостить — так что, умрешь легко. Ну, ладно — мы пошли: счастливо оставаться.

Когда «лейтенант» кончил болтать, фальшивые гвардейцы одновременно, с разных сторон прыгнули за борт канонерки — оставив Энакина в отсеке одни на один с активированными взрывными устройствами. Скайуокер, быстро повернув голову из стороны в сторону, проводил их взглядом: грамотно ушли, за корму — чтобы пилоты НВШТ не заметили сразу. Почти тут же бабахнули два взрыва… за бортом, — наподдав напоследок транспортнику пинка, для скорости. А этот, теперь уже покойный «Мунк», оказывается, был не так уж и неправ, в своих опасениях! — кто-то явно поработал с джетпаками обоих наемников, убрав нежелательных свидетелей и сообщников…

Секунд сорок осталось, может даже и меньше… он просто ничего не успеет сделать: при попытке отодрать взрывные устройства с помощью плетений Земли они, скорее всего, просто сдетонируют немедленно. А отключить таймеры… — если бы он мог чувствовать Силу, как прежде! Энакин, с помощью потоков Земли и Огня сломал силовые наручники, освободившись от оков, и рыбкой выпрыгнул следом за незадачливыми убийцами. В голове была только одна мысль: достанет его ударная волна взрыва, энергии которому добавит топливо двигателей канонерки — или нет.

* * *

Приятели звали его Длинным Ножом, и это имя биттхеврианец принял как новое — вместо того, каким его называли на давно покинутой родине. Двухметровый, страхолюдного вида громила, Длинный Нож был главным пугалом в банде у Черного Кота. Сам Кот, ловкий и обходительный — когда ему это было нужно, — ботан, очень ценил своего зубастого и мускулистого подручного именно за способность нагнать страха на «клиента». Часто, именно такая метода приносила их шайке наилучший результат. Вот как сегодня: воспользовавшись неразберихой из-за митинга каких-то здешних хуманов, непонятно чего добивавшихся от своего правительства, банда Черного Кота ловко подломила ювелирный магазин, закрывшийся из-за уличной демонстрации на вынужденный перерыв. Хозяин магазина, увидев физиономию Ножа, впал в такое состояние, что безропотно выдал грабителям все содержимое денежного сейфа, запертого на кодовый замок с зуболомным шифром — это в дополнение к той ювелирке, которую они собрали с витрин. Как Нож понял из разговора Кота с их главным спецом по драгоценностям, малорослым унготом по кличке Ершик, ничего особо ценного на витринах не было. — Магазин был не из дорогих, и расположен был не на самом престижном уровне столицы. К тому же, как понимал занимающийся криминальным ремеслом уже многие годы Нож, перекупщики все равно не дадут за «стекляшки» настоящей цены — перепродать можно будет только за пределами планеты. Драгметаллы, понятно, пойдут подороже, но тоже с большим «дисконтом». — У местных ювелиров было принято, почему то, делать записи о изотопном составе материала, из которых были сделаны украшения, придется переплавлять. Жадные твари! — Нож считал себя воином, и торгашей любого сорта презирал. Обычный улов, бывало и получше. Если бы не «касса», которую они взяли… вот тут им по-настоящему повезло! Наличность, причем — не только лишь одни республиканские «фантики», которые по теперешним временам не стоили даже половины номинала — Нож уже усвоил, что такое «инфляция». — Кроме тридцати тысяч республиканских кредиток, сейф содержал еще тысяч двадцать в кредитных чипах Банковского Клана. Отдельно там еще лежала коробочка с несколькими кристалликами разного цвета — Ершик, кстати, почему-то усиленно отговаривал Кота ее брать. Однако, Кот сказал, что знает, кому «это» — он выделил слово, — можно предложить. Что же, если Нож правильно все понял, то на круг они срубили тысяч на сто, в твердой валюте — совсем неплохо, для такой паршивой лавки!

Теперь следовало быстрее убраться из этого района, и даже из этого гребаного хуманского сектора: лавочник, или кто из его работников или близких, уже наверняка оповестил корусантскую полицию. Конечно, полицейских наверняка задержит толпа демонстрантов — но, не стоило недооценивать прыти «копов»: Нож уже не раз убеждался, какой расторопной и назойливой может быть хумановская полиция. Особенно тут, в «чистых» районах, на высоких уровнях. Оставив заранее нанятый аэроспидер несколькими уровнями выше, шайка Кота сейчас старалась побыстрее спуститься несколькими уровнями ниже, используя технические лестницы. Тут было очень опасное место, как было известно Ножу — зато видеонаблюдение точно не велось: в их работе это было самым важным. Наверняка уже описания, и даже голографии Кота, Ножа, Ершика и четверых других членов их шайки — виквая по кличке Молчун, раттатака Нура, и твилеков Ствола и Когтя, — были разосланы по сети во все уголки планеты-города. Теперь им главное — добраться до подземки: дальше их уже никакая полиция сверху не достанет. Удачно они сегодня сходили. Длинный Нож не знал, кто надоумил Кота брать этот магазин, и кто сообщил ему о бардаке на тамошних улицах — но бухла он бы ему поставил! Так, сейчас будет самое опасное место: им придется выйти на открытую площадку — отсюда идет ход вглубь массива застройки. — И только в этом месте можно без голокамер перейти с одной лестницы на другую: поскольку таких лестниц, от этой площадки, идет штук двадцать — искать, куда они пошли дальше, можно очень долго. Тем более, что Нур и Ствол не забывали обрабатывать оставленный ими след специальными реагентами. Перейдем от одной арки к другой…

Наверху что-то громко бухнуло. Нож с удивлением поднял вверх голову: что это там взрывается, в небе? — или опять сюда сепы решили наведаться… — а может и сами респы чего между собой не поделили? Честно говоря, биттхеврианец не любил ни тех, ни других — сдохни они все вместе разом! Глаз сперва зацепился за быстро рассеивающийся шар горячего дыма в узком секторе неба, видимом между рукотворных стен гигантских монолитов блоков городских кварталов. Потом, практически одновременно, сверкнули еще две ярких вспышки, сопровождавшиеся грохотом — Нож готов был поклясться всем, чем угодно, что это взорвались джетпаки двух каких-то фраеров, выпрыгнувших вооон с того, пролетающего в вышине НВШТ! А дальше, рванула сама эта канонерка — разбросав дымящиеся обломки на весь видимый кусок небосвода. Нихрена себе, дела тут творятся! Нож уже хотел было сказать Коту, который, как и все другие члены шайки, таращился сейчас вверх, что нужно делать отсюда ноги — скоро тут будет не продохнуть от клонов и полицейских! — Но, ботан уже и сам пришел в себя. Уйти с площадки они не успели…

Раздавшийся глухой хлопок совсем не походил на взрыв — скорее, так обычно лопается воздушный шарик. Очень большой воздушный шарик, однако! Порыв ветра смел всю пыль с пермакрита, бросив ее в физиономии ошарашенных бандитов: неизвестно откуда, прямо из воздуха, перед ними выпал на площадку… кто? Между тем, упавший со стоном поднялся с поверхности площадки: одетый в какое то обгорелое тряпье, ободранный и сильно обожженный… хуман! — Точно, обычный хуман. Интересно, где это его так подпалило то, неужели там, на одной из канонерок? Длинный Нож прикинул высоту: и как он тогда, целым и невредимым, попал сюда, на эту площадку — которая на несколько сотен метров ниже? — без джетпака… без ничего! Хуман что-то промычал, кажется — просил о помощи. Первым, как всегда, опомнился атаман.

— Молчун, Коготь! — скиньте этого… недожаренного вниз: нам лишние свидетели ни к чему.

Виквай и второй твилек двинулись в сторону обгорелого хумана, и грубо схватив его за руки, потащили к краю площадки. То, что произошло дальше, заставило биттхеврианца на миг оторопеть: хуман небрежно — словно текучая вода между пальцев! — ушел из захвата. — А потом, одновременным толчком обеих рук, отправил Молчуна и Когтя туда, куда велел скинуть его самого Кот. Вопли товарищей еще не успели заглохнуть в ушах бандита, когда он, вместе с Нуром и Стволом, кинулись к противнику, повинуясь новому приказу Кота. От него самого, или от унгота пользы в рукопашной было бы не очень много — а стрелять, здесь и сейчас, было бы большой ошибкой: хозяева этого места подобного очень не любили. И они то, в отличии от полиции, могли тут появится в любой момент — если им покажется, что посторонние угрожают их покою. Нееет! — они с этим гаденышем и так разберутся: порежут, нахрен, на ленточки! Биттхеврианец входил в боевой раж, которым так славен был его народ. Вот сейчас он схватит этого хлюпика и…

Сильный порыв ветра — нет, урагана! — неожиданно подтолкнул Длинного Ножа в спину, придав ему дополнительное ускорение. Биттхеврианец с трудом устоял на ногах, на мгновение, потеряв из виду цель. Ноги заскользили по шероховатой поверхности пермакрита посадочной площадки, словно это был голый лед… не успев ухватить чертова хумана, здоровяк перевалился через невысокий парапет, на краю площадки, зацепившись за него ногой. — И, чуть было не полетел вниз, успев, в последнюю минуту ухватиться за край парапета. Прочнейший, практически вечный пермакрит, крошился сейчас под его пальцами, как кусок сухой глины. Нож с трудом держался за то и дело пытающийся отломиться край площадки. Нура и Ствола… не было нигде! — глянуть вниз биттхеврианец, сейчас, просто боялся. На площадке послышалась какая-то возня, глухие удары. Потом кто-то кого-то потащил — все ближе и ближе к тому месту, где висел Длинный Нож. Наконец, пермакрит прекратил рассыпаться под пальцами — Нож сумел подтянуться, и выглянуть поверх края площадки. Хуман уже почти подтащил к краю бездонного провала между блоками, дно которого покрывал мрак, сразу обоих корешей биттхеврианца. Впрочем, и ботан, и унгот здоровяками совсем не были. Кофр с добычей из ювелирного, и кейс с наличкой валялись почти рядом с тем местом, где зацепился за край площадки Нож. Должно быть, хуман успел подтащить их сюда раньше — как это ему удалось? Тем временем, хуман небрежно, как будто это были два пустых дорожных мешка, перекинул обоих его подельников через край площадки. На биттхеврианца глянула пара ярко синих, залитых кровью глаз… потом ему в голову прилетел тяжелый кофр с драгоценностями! Издав отчаянный вопль, Длинный Нож сорвался с края парапета, и полетел вниз, в рукотворную пропасть — следом за другими своим подельниками.

* * *

Уроды, твари — нет, чтобы помочь раненому человеку! Похоже, Энакину не повезло нарваться на банду алиенов с нижних уровней, возвращающуюся к себе из очередного набега наверх с добычей. Боль от ожогов по всему телу с трудом преодолевалась Контролем и заполнившим вены адреналином: Скайуокер сейчас действовал чисто автоматически — догадайся бандиты открыть стрельбу, или хотя бы действуй поаккуратнее и посогласованнее, ему пришлось бы худо! А так… о том, что он отправил на другую сторону Силы семь душ, Энакин не жалел: мерзавцы свою участь честно заслужили! — местные жители, которых терроризировала эта банда, ему наверняка еще и спасибо бы сказали, если бы смогли…

Мысли в голове путались: парень прекрасно понимал, что если в течение часа, максимум двух, ему не окажут квалифицированную медицинскую помощь — он труп. При таких ранах, и с этими ожогами… нет, Сила его, пожалуй, спасла бы — но вот Стихии, раны лечить не умели! Итак, сдаться властям? — нет, это не вариант: через пару часов он точно окажется в «родном» Храме! Остается найти тех, кто сможет ему помочь. У ботана был комлинк… скорее всего, краденый — главное, чтобы он работал. — О, чудо! — активированный передатчик поймал сеть: похоже, ботан как то сумел легализовать свой прибор связи, и даже имел на абонентском счету достаточно денег — может, именно он и был атаманом в этой шайке, а вовсе не тот громила-биттхеврианец, как он сначала решил? Так, ладно, попробуем выйти на Арту. К сожалению, комлинк его верного спутника не отвечал: «абонент находится вне сети» — не ответил и второй комлинк, тот, про который никто вообще не знал, кроме самых надежных его друзей, вроде Оби-Вана или Райдена. Кстати, Скайуокеру совсем не понравилось, что те наемники явно хотели перевести стрелки на младшего Дуку — это в будущем может сулить кучу проблем. — Особенно, если запись этого «обращения» попадет в ГолоНет. Черт, второй комлинк тоже не отвечает… — что же случилось с Арту? Мысль о том, что его друга может уже не быть на свете, вызывала отторжение и тихую ярость. Нет, не время злиться — ему нужно как можно лучше держать Контроль! — иначе он просто упадет здесь, без сознания, и уже никуда больше не уйдет. Попробовать рискнуть, и позвонить Золотьнику? — как он слышал, Падме уже вернулась на Корусант. В ответ на набранный номер, комлинк снова пискнул: «абонент находится вне сети». — Что за черт!

Так, Энакин, не злись… комлинк этого типа, вроде, еще может работать и как навигатор: посмотрим, куда его угораздило попасть. Пробовать добраться до апартаментов Падме, на улице Республики в здании номер 500, очень не хотелось, но другого выбора, похоже, уже не было — только там можно надеяться на медицинскую помощь. Обратиться в любую клинику, даже имея деньги — а в кейсе бандитов, который он так и не выкинул вниз, точно должны быть кредитки! — Так вот, обращаться в обычную клинику нет никакого резона: его данные просто обязаны будут сдать полиции, для проверки. Тут его ново обретенной свободе и придет конец! Набуанцы, по крайней мере, его не сдадут… не должны. Наконец, разобравшись куда именно он попал, когда навигатор выдал координаты сектора и блока застройки, Скайуокер почувствовал, что Сила явно не оставила его своей милостью: где то тут, совсем рядом, было логово Мясника. Это даже еще лучше! Туда он может просто дойти пешком и в своем теперешнем состоянии — минут за десять, а то и быстрее. — Главное: не перепутать, и правильно назвать нужный пароль, на входе. Во время их последней личной встречи, младший Дуку дал ему, на всякий случай, один полезный контакт: работал на Корусанте на его разведку один организм, нештатный сотрудник, связанный с криминалом. Как в разговоре посмеялся Дуку — «врач — надомник широкого профиля». И держал он, за мзду, что-то вроде явочной квартиры для специальных агентов Тиона, которые не могли воспользоваться обычными каналами по тем или иным причинам. А ведь тогда он подумал, что Райден обычный перестраховщик — и эти данные ему никогда не пригодятся. Сила… вот она теперь больше ему ничего не подскажет: надеяться, теперь, можно лишь на свою удачу — и еще на милость самой Силы. Только, если тот наемник все же говорил правду — не ждет ли его у Мясника еще одна засада? — нет, черт возьми, надо верить тем людям, которые никогда тебя не предавали! Тем более, что теперь ему ничего иного просто не остается…

* * *

Впереди снова мелькнул свет. Мэйс Винду невольно насторожился: в последнее время Храм стал довольно… опасным местом! То, что там собралось много людей — одаренных, форсъюзеров — Сила подсказала ему сразу же. Другой вопрос, — какого черта им здесь нужно? — насколько он помнил план этого уровня, здесь должна была находиться обширная крипта: зал для всякого рода церемоний и ритуалов. Которым, на его памяти, никто не пользовался. Ладно, путь наверх все равно ведет через нее, да и собравшиеся его присутствие, наверное, тоже ощутили. Имеет смысл пойти, и посмотреть: кто и зачем тут собрался…

Мысль опять скользнула к недавнему разговору с мастером Синубе, точнее — к обстоятельствам гибели Энакина Скайуокера. Судя по всему, Тера абсолютно не верил, что Скайуокера «заказал» Райден Дуку — и, что свое заявление незадачливые убийцы сделали исключительно для того, чтобы отвести подозрения от истинных заказчиков. Мэйс вынужден был согласиться с этой точкой зрения: То, как оперативно записи с внутренних камер наблюдения из отсека НВШТ, служившей для перевозки заключенного в здание Сената, попали в Сеть, указывало — тут есть силы, очень заинтересованные в том, чтобы в данную версию поверили все. С учетом настроений в Сенате… при переговорах на Мандалоре их ждут большие трудности! Большинство и так было за жесткую позицию, по отношению к «непримиримым Сепаратистам», а уж с таким то довеском, в виде теракта на Корусанте, все теперь будет еще хуже. У Палпатина были какие-то свои способы держать ситуацию под контролем, помимо канцлерских рычагов с чрезвычайными полномочиями — и, даже помимо его сговора с Графом! У Мэйса, как у его наследника на должности фактического главы исполнительной власти, нет даже и половины того влияния на события. Пусть джедаи контролируют теперь Сенат, через надежных сенаторов и представителей, пусть Банковский Клан открыл для Республики свою кубышку, а клонеры резко сбавили цены за свою «продукцию» — войну все равно следовало кончать, причем, чем быстрее — тем лучше! Как чувствовал магистр Винду, сам Дарт Сидиус вел дело именно к какой-то форме сворачивания конфликта — к какой только, именно? Да… теперь уже не узнаешь.

К счастью, перемирие действовало: были нарушители спокойствия, вроде Гривуса и других радикалов — но они сейчас представляли большую угрозу для своих бывших союзников, чем для Республики. Переговоры… толку от них, пока, было совсем чуть-чуть — стороны просто обозначили свое желание решить дело миром, не более того. Позиция Конфедерации, точнее — того, что от нее еще оставалось, была крайне слабой. И это беспокоило Мэйса, пожалуй, больше всего: в Сенате все чаще начинали раздаваться голоса, призывающие решить дело с помощью силы. — С учетом того, что мууны уже добились своего приема обратно в состав Республики, а их временный представитель появился в Сенате, и того, что руководство Торговой Федерации, фактически, капитулировало — их позиция казалась вполне резонной. То, что мууны и неймодианцы это еще не вся КНС, и что соединенная мощь сепаратистской армии и флота почти не уступает республиканским силам, эти господа брать во внимание не хотели. Так же как не желали подумать и, то, кто именно будет финансировать войну дальше: расчеты однозначно показывали, что еще года таких же интенсивных боевых действий, какие велись до этого, экономика Республики просто не выдержит. Не хотелось еще раз ступать на ту же дорожку, что привела, в свое время, к Руусану — когда от краха государство, несмотря на одержанную победу, отделял всего один шаг! Кстати, тогда как раз крайними оказались именно джедаи, которые тоже вытащили на себе всю основную тяжесть войны. Обвинение в адрес Райдена Дуку, это еще один камешек на весах принятия решения о ведении войны до победного конца. То, что победа может стать и концом самой Республики, некоторых господ, похоже, не особо волновало — или они этого просто не понимали…

Длинный проход закончился, и Мэйс оказался в большом затененном зале, полном разумными. На глаз, магистр оценил бы собравшихся почти в сотню человек: разные расы и возраст — все джедаи. Нет, не все! — среди толпы мелькнуло знакомое печальное лицо: Джа-Джа Бинкс! — Интересно, а его-то каким ветром сюда занесло, и кто вообще его вглубь Храма пустил? Хотя, гунган мог прийти с кем-то из знакомых джедаев: у представителя сектора Чоммел в Сенате были весьма обширные знакомства.

— Твоя пришел, чтобы помянуть моего друга Эни?

Вопрос Джа-Джа застал магистра Винду врасплох. Так вот что тут намечалось… поминальная церемония! Причем, церемония явно неофициальная — официально ведь у нас, теперь, Энакин Скайуокер изменник и Падший джедай. На душе у Мэйса, где и без того было отнюдь не радостно, стало совсем скверно.

— Нет, Джа-Джа, я не знал о намечающейся церемонии, я здесь оказался случайно, по… совсем другим делам. Но, я обязательно приму участие в этой церемонии, вместе со всеми — я думаю, Сила сама привела меня к вам!

Другие джедаи окружили его полукругом, в центре которого стоял гунган. Мэйс разглядел много знакомых лиц. Некоторых он знал только по именам — Орден, все же, был большой организацией. — А у некоторых, вот так, сразу не смог бы вспомнить даже имени — несмотря на тренированную память. Взгляды собравшихся были отчужденными и настороженными — и совершенно непроницаемыми, в отличие от искреннего дружелюбия, которое было во взгляде гунгана.

— А зачем вам это, магистр?

Вопрос, который задал какой-то молодой хуман, с длинными каштановыми волосами, казавшимися в полумраке почти коричневыми, вернул Мэйса к суровой реальности: тут ему не доверяли! Ну, кроме, может, Джа-Джа.

— Затем, что я не верю в вину Скайуокера, и голосовал на Совете против обвинительного приговора!

— Но, вы ничего не сделали, чтобы спасти его! Энакин был один из нас: жил рядом с нами, делил вместе с братьями все наши горести и радости, сражался… лучше многих — да что там говорить: сражался в этой проклятой войне лучше всех! А что в награду? — смерть и позор! Скажите, Винду, когда для Совета простые джедаи перестали быть братьями, и превратились в простые фигурки, которыми магистры играют сейчас, как будто идет партия в дежарик. — Поставят то туда, то сюда — а потом просто скинут фигурку, считающуюся битой, с доски! Как скинули Скайуокера. Мы все, кто тут сейчас собрались, честно служили Ордену и Республике. И теперь что, оказывается, что мы еще должны кому-то доказывать, что не заражены Тьмой… не поддались влиянию Темной Стороны Силы? Когда на фронте мы проливали свою и чужую кровь, вам на это было наплевать! — а теперь, когда война подошла к концу, вам вдруг понадобились крайние, чтобы самим оказаться, перед народом Республики, в чистых незапятнанных одеждах…

Парень замолк, когда его плеча коснулся другой джедай… мастер — старый виквай, по имени Сев: Мэйс неплохо знал его. Сев, со своим учеником Джоком Сахом только недавно прибыли в Храм откуда-то с Внешнего Кольца — Джок несколько дней назад прошел посвящение в рыцари. Вон он, кстати, из-за плеча Сева выглядывает. Между тем виквай, успокоив собрата, сам обратился к Винду.

— Знаешь, Мэйс, парень прав: что-то у вас здесь, на Корусанте, твориться нехорошее! Пока мы воевали за единство, против раскола там, на фронте, оказалось — в самом Храме все потихоньку рассыпается на куски. Интриги, теракты, предательство — истинное или мнимое! — На фронте нам все казалось гораздо проще и понятнее: есть мы, которые за правду — и есть «они», которые вообще обычные жестянки. Железяки, которые убивают живых людей, коих нужно остановить любой ценой. Вот теперь выяснилось, что эта цена оказалась чрезмерной… для некоторых. Какие-то новые люди, которых мы там, на передовой, даже не видели, теперь заявляют, что, раз они нас на войну не посылали, то выходит, мы сами во всем виноваты — но, в чем наша вина? И, в чем была вина того же Скайуокера? — который, между прочим, был и моим командиром тоже. Получается — я выполнял преступные приказы скрытого врага, как и многие другие! Где тут правда, и за нее ли мы, в конце концов, воевали — раз потребовались суды, и… тайные казни? Что произошло такого, что джедаи стали относиться друг к другу не как к братьям, а как к врагам? У меня, как и у всех тут собравшихся, много вопросов к Совету, магистр Винду…

Все аргументы, доказательства — и оправдания, пронеслись в голове магистра в одно мгновение.

— Давай сперва проведем церемонию, Сев! Простимся, и помянем Энакина… потом я готов буду ответить на твои вопросы. Если сам знаю на них ответ…

Длинноволосый парень, руку с плеча которого Сев так и не убрал за все время разговора, утвердительно кивнул головой. Потом он снял с пояса меч, и зажег клинок на поднятой вверх рукояти — лазурный свет казался слабым и одиноким в полутемном зале крипты, где горели только редкие светильники. Кстати, о светильниках: гунган, у которого светового меча не было, достал небольшую простенькую лампадку откуда-то из складок официальной сенатской одежды — и поднеся ее к мечу длинноволосого парня, кивком головы попросил того зажечь от плазмы клинка фитилек. Тот аккуратно наклонил меч, и коснулся им лампады — на кончике фитиля заплясал тоненький живой огонек пламени. Сев снял лежащую на плече у парня руку, и потянулся к своему поясу — через мгновение зажегся еще один меч. Следом включил зеленый клинок своего меча Джок Сах, вскинув его подвысь. — А затем, то же сделали и все остальные джедаи, что собрались в крипте. Сумрак нехотя отполз подальше к стенам крипты, и в ведущие к другим помещениям, и на другие уровни проходы — хотелось верить, что вот так же, Свет всегда будет теснить Тьму. Среди ровных синих и зеленых огней, фиолетовый клинок меча Мэйса Винду выделялся так же, как и горящий живой огонек лампадки, что держал в руках Джа-Джа Бинкс. Свет памяти и надежды…

Глава восемнадцатая

Мельницы богов

Пространство над Зейгеррией вывернулось наизнанку, исторгнув наружу бесчисленное множество кораблей. Точнее, само количество выпрыгнувших из гиперпространства боевых единиц, так же, как и перечень их типов, управлявшие движением в околопланетном пространстве искусственные интеллекты выдали своим хозяевам сразу же. Вот оценить: как и насколько хорошо те восприняли переданную информацию — они были не в состоянии. — Искусственные создания вообще очень плохо понимают живых, с их полным отсутствием логики и здравого смысла. Впрочем, на сей счет сами живые обычно говорят об отсутствии воображения у «электронных мозгов». Не знаю, что там доложили подчиненные Атаю Молеку, после прибытия моего флота к этой паршивой планетке, но в Силе чувствовался некий ступор и спесивое недоумение: кого, мол, тут черти принесли — и не свалил бы он обратно, пока ему по мозгам не дали. Но, это продолжалось ровно до того момента, пока мои корабли не открыли огонь по всему чужому, что только находилось в тот момент возле Зейгеррии…

Да, я прекрасно осознавал, что атака на охранявшую планету эскадру зейгеррианского флота и последующая зачистка космического пространства системы Зейгеррии позволят ее обитателям не просто активировать генераторы планетарных щитов, но и вывести их на рабочий режим. Кроме того, будут полностью приведены в боевую готовность системы ПКО планеты: тяжелые турболазерные и ионные пушки, и батареи ракетных установок — зейгеррианцы, которым всегда было чего опасаться, за свои художества, порох держали сухим! Короче говоря, элемент внезапности пропадал начисто. А еще, на самой планете были тысячи, если не десятки тысяч истребителей и вооруженных малых летательных аппаратов — как у местных силовых структур, так и в частных руках. Хотя, вот как раз против всего этого, так же, как и против тех больших кораблей, что находились сейчас внизу, в доках зейгеррианских космопортов, у меня средства были приготовлены. Так же не могли местные подать никому весточки: прибывшая вместе с флотом «Тишина» полностью задавила всю чужую связь не только в пределах самой системы Зейгеррии, но и еще на полсотни световых лет вокруг. — Мне как то совсем не улыбалось, чтобы на зейгерринаских колониях, вроде Кадаво или Зор Анка, раньше времени подняли тревогу! Перспектива ловить потом разбежавшихся, как тараканы из под тапка, зейгеррианцев по всей галактике, меня не прельщала.

Расстреляв все подававшие хоть малейшие признаки жизни летательные аппараты на орбите Зейгеррии, флот начал перестроение. Не для атаки, а для изоляции места проведения операции: имеющие гравитационные проекторы «Левиафаны» расходились по наиболее вероятным направлениям гиперпространственных прыжков, по которым можно было, как покинуть Зейгеррию, так и прибыть в ее систему. Вместе с ними ушли группы корабельной поддержки. Оставшиеся взяли Зейгеррию в сферу, через которую наружу не могло теперь улететь ничего, что несло бы на своем борту живых разумных, либо дроидов или груз. В Силе фон медленно менялся: смесь злобного самодовольства, смешанного со страданиями, уходила — уступая место удивлению и всеобщему страху, пополам с ненавистью. От планеты, в сторону моих кораблей, которые приблизились к ней слишком сильно, потянулись трассы турболазерных выстрелов и сгустки ионных импульсов. Ракеты зейгеррианцы, похоже, предпочли приберечь на случай прямой атаки. Игнорируя практически не эффективный обстрел фрегаты, крейсера и дестроеры продолжили неторопливо и аккуратно занимать места в оцеплении, согласно диспозиции. Сзади, вторым эшелоном, их страховали главные силы флота. Которые, помимо «Тишины» и флагманского «Черного Скимитара», включали в себя еще два колоссальных «Покорителя». — «Длинную Руку», и «Черное Пламя» — Яростный Огонь, оставшийся дома, в системе Гатариэкка, временно перенес флаг с «Черного Пламени» на только что вошедший в строй «Сиятельный». Еще четыре «Ассегая» дополняли этот ударный кулак. Собственно, мощи одних только этих восьми гигантов достаточно, чтобы менее чем за половину дня сделать жизнь на поверхности Зейгеррии невозможной — ну, если на вас не будет надет скафандр высшей защиты, разумеется. — А в том флоте, что я привел к планете, боевых кораблей было свыше тысячи, всех классов.

Живая планета всегда выглядит из космоса очень красивой. Даже такая, которая дала жизнь тварям, подобным зейгеррианцам. Всегда эти паразиты старались жить за счет других! — а уж как они достали всех соседей, описать трудно. Даже моя собственная семья от них пострадала. Сколько раз их пытались принудить жить, не причиняя вреда соседям — можно со счета сбиться. Последний раз их всерьез прессовали джедаи и республиканские юстициары, еще до войны. В принципе, это открыло Зейгеррии дорогу в Конфедерацию — и, даже позволило занять неплохое местечко в нашей иерархии: с учетом их военных сил, и репутации «обиженных Республикой». Как водится, крысы по натуре, так крысами и остались: даже дядя, за все хорошее, их королеву недавно сам, лично придушил! — Но, как видно, не помогло — едва они прослышали про смерть Графа, и почуяли, что власть КНС ослабла, то, сразу занялись своими прежними художествами. — Проще говоря, опять принялись грабить соседей и захватывать их население в качестве рабов, для последующей перепродажи. Причем, нападали на таких же членов КНС, какими числились и они сами. В принципе, они и без того стояли у меня на очереди, как кандидаты на показательную «порку». — Очень полезно, я вам скажу, чтобы подтянуть дисциплину среди «друзей и союзников Конфедерации» — а то, не они одни стали, в последнее время, берега терять. Но, когда я узнал, что именно там свила свое логово Мать Талзин, и что зейгеррианцы не просто предоставили ведьме убежище, но еще и дали ей солдат с боевыми кораблями — я решил действовать по более жесткому плану, чтобы закрыть «зейгеррианский вопрос» для галактики навсегда! И для этого, мне придется убить теперь не только обитателей Зейгеррии, но и саму планету…

«Зеленый Огонь» убивает все живое, убивает быстро и безжалостно… именно это, в данном случае, и было проблемой: на всю Зейгеррию хватило бы одной-единственной электромагнитной торпеды — но никто бы даже не понял, что именно их убивает! — А мне хотелось, чтобы эти твари, которые притаились сейчас внизу, подохли воя от ужаса. Конечно, если место, где скрывалась Талзин, будет расположено где-то на другом конце планеты, то почувствовав волну смерти, которая пойдет через Силу, ведьма переживет массу «приятных» ощущений! — но, вдруг торпеда ударит близко от ее логова? Да и этот ворнскр, Атай Молек, который попытался гадить мне исподтишка… — хочу, чтобы он тоже понял всю глубину собственной ошибки!

Атмосфера на мостике «Черного Скимитара» была сугубо деловой: вахтенные, занятые исполнением своих прямых обязанностей, даже не смотрели в сторону начальства — привыкли к моему частому присутствию здесь. Между тем, старший вахтенный связистов передал что-то Даллу Борджину — что-то важное, судя по изменившемуся течению Силы вокруг… интересно!

— Райден, связисты передают, что нас вызывают с планеты: правительственный код Конфедерации — это наверняка сам Атай Молек, или кто-то из его ближайших подручных!

— Хорошо, Далл! — прикажи связистам соединить нас с этими… падальщиками.

Проходит несколько мгновений, и вот уже перед нами разгорается голопроекция. Ну, точно — господин Молек собственной персоной. Урод моральный! — с виду, правда, весьма представительный красавчик: эталонный экземпляр зейгеррианской породы.

— Что вы себе позволяете! Почему вы атаковали нас? Я буду жаловаться в Совет Сепаратистов — теперь ваш дядя не сможет вас защитить… — никто не будет покрывать ваше самоуправство и произвол!

— Ты еще в Сенат Республики обратись, или в Храм Ордена — для ровного счета. Если сможешь, конечно.

— Почему вы ставите помехи связи? У меня уже есть жалобы представителей Банковского Клана, на нарушение работы их систем. И… если вы не уберетесь отсюда немедленно, то мы и вправду перейдем на сторону Республики, раз уж Конфедерация не может защитить своих членов!

Странно, через Силу совершенно не чувствовалось, что Молек по настоящему боится — так, скорее просто опасается: все же, чужой военный флот на орбите, это не шутка. Надеется, что кто-то и в самом деле придет к нему на помощь? Что же, надо его разочаровать.

— Ты еще не понял, что я сюда прибыл не разговоры с тобой разговаривать? Объясняю в последний раз: я сейчас отдам приказ «База Дельта Ноль» — теперь дошло?

— Ну, попробуй… графеныш! — И не такие, как ты, нас согнуть пытались — только, не получилось. И у тебя тоже не получится…

Что там еще хотел сказать этот урод, я не стал слушать, отдав Даллу приказ связаться с «Длинной Рукой». Полет разогнанных до колоссальных скоростей «болванок» проследить без специальных систем слежения, даже пользуясь Силой, было практически невозможно. А вот то, как и где они попали в Зейгеррию, было видно с мостика дредноута даже невооруженным глазом: тусклая вспышка на пробитом дефлекторном щите, по которому пошло что-то вроде волн — и яркая точка на самой поверхности планеты. Грязное пятнышко, образованное поднятым в атмосферу ударной волной грунтом, было не столь заметным на ее диске — но, лиха беда начало? — С «Длинной Руки» такие «гостинцы» полетели на Зейгеррию один за другим, с интервалом в пару секунд. Рано или поздно, но какие-то из этих «снарядов» нащупают места, где расположены генераторы планетарных щитов — и тогда, после того, как эти щиты падут, в дело вступят турболазеры флота. Это понимал любой, кто хоть чуть разбирался в военном деле — Молек это тоже понял: с планеты начали поступать отчаянные просьбы возобновить переговоры. Что же, почему бы коту не поиграть с мышью?

— Что вам требуется? Мы готовы выполнить любые условия!

Видеть красивую, самодовольную рожу Молека, искаженную страхом — приятное зрелище. Но мне было нужно совсем не это.

— Датомирская ведьма, Мать Талзин — хочу ее видеть! Я знаю, что она тут, на Зейгеррии: пусть она присоединиться к нашим переговорам…

Атай Молек попросил немного подождать. Прошло несколько минут, прежде чем связь с поверхностью Зейгеррии ожила — кажется, ведьма находилась где-то неподалеку от зейгеррианского властителя: в дворцовый центр связи она пожаловала собственной персоной. Причем, даже без конвоя — то ли почувствовала всю безнадежность положения, то ли посчитала, что, всегда сумеет убраться из гиблого места. Ну да, надеется на свое умение Телепортации… ладно, попробуй сбежать с обреченной планеты — через бездну межзвездного пространства! Похоже, до Талзин еще так и не дошло, что из этой западни для нее выхода не будет. Что же, исправим ситуацию.

— Зачем ты хотела причинить вред моей семье, тварь? Не говори мне про месть: ты первая напала на дядю, который всегда был другом Ночных Сестер!

— Жаль, так и не сумела найти твоих детенышей! Надеюсь, они подохли, когда мы превратили тот корабль в обломки. И ты сдохнешь тоже!

Даже голограмма сумела передать, как сверкнули глаза Талзин — она вытянула руку в характерном жесте. Бесполезно — Текучесть сработала как всегда четко: чужие невидимые пальцы бессильно скользнули по горлу, и схватили пустоту! Я рассмеялся.

— Нет, ведьма — сейчас умрешь ты сама. Погибнешь, вместе со всем этим гнездом, полным проходимцев, живодеров и изменников. Отличное место, и прекрасная компания — на которых можно будет испытать одно оружие: оно как будто специально предназначено, чтобы травить такую вот нечисть.

Молек оттолкнул ведьму, заняв ее место перед голокамерами, явно намереваясь что-то там мне наобещать, чтобы спасти свою никчемную жизнь. Я приказал Даллу прервать связь с планетой: то, что Талзин тут, я уже выяснил — остальное меня не интересовало. А потом отдал приказ сделать выстрел по Зейгеррии ракетой, боеголовка которой содержала специальную боевую часть…

* * *

Как там сказал тот интриган и политический перевертыш? — «Это хуже чем преступление — это ошибка»! Нууу, лично я ошибкой уничтожение Зейгеррии не считал: гарантий, что Талзин не сумеет уйти, если заняться фильтрационными мероприятиями — в случае оккупации планеты, у меня не было. Даже, несмотря на пару сотен находившихся там, рядом со мной, форсъюзеров — подавляющее большинство из которых были наскоро обученными он'гат'акэ. — Бывшая глава Ночных Сестер это не тот персонаж, с которым легко и просто могут справиться даже опытные рыцари-джедаи, или тундские Чародеи — если на то пошло. А у меня и Чародеев, и остатков дядиных Аколитов было не так уж и много — и работы у них у всех было и без того полно, чтобы отвлекать этих товарищей еще и на то, чтобы гоняться за чертовой ведьмой! В общем, при всех издержках применения протокола «База Дельта Ноль», гарантированное выпиливание форсера уровня Матери Талзин стоило потраченного на это мероприятие спецбоеприпаса. Конечно, давила жаба за бесцельно угробленные полтора миллиарда якобы разумных организмов: примерно во столько аналитики оценивали текущее население Зейгеррии, постоянно проживающее на ней — если считать вместе с холуями из верных рабов. Почему только из верных? — Ну, остававшимся «неверным», которые еще сохранили хотя бы обычное чувство самоидентефикации, и стремление к свободе, — и то, и другое обычно ломали в так называемых «лагерях по перевоспитанию». А таким делом зейгеррианцы «дома» не занимались: Кадаво, Майалан, Зор Анк — и еще с полдюжины других тайных миров-колоний, где из обычных людей, захваченных ловцами рабов, «делали» послушные воле хозяев живые автоматы. — Причем, делали дедовскими методами, без всяких извращений, в виде нейро-имплантов и прочей лоботомии — виртуозы плетки, твари! Там же, кстати, обитало и большинство собственно зейгеррианцев, из тех, что сами не участвовали в экспедициях за рабами — зато обслуживали основной бизнес, так сказать. Сама Зейгеррия, по существу, была чем-то вроде их главного рынка и выставочной витрины: пустить пыль в глаза «гостей» и партнеров по бизнесу. Этих посторонних партнеров, к слову, на планете тоже было много — треть населения, а может и больше. Правда, всю эту публику мне было жаль ничуть не больше самих зейгеррианцев! Рабы? — как я сказал, там, в основном были уже хорошо обработанные экземпляры, полностью лишенные своего собственного «я». Может, и попал кто под удар, из «свежего улова» — ну что же, такова судьба: «кисмет», одним словом.

Ощущения, которые приходят через Силу, когда агония наступившей всеобщей гибели охватывает сразу целую планету… — непередаваемы! Одно дело, когда удар запредельной мощи почти мгновенно обрывает жизнь огромного количества живых существ — как это было на Датомире: пароксизм искажения потоков Силы проходит достаточно быстро. — Мозг просто не успевает осознать масштаб происшедшего — осознание приходит лишь потом, постфактум. «Зеленый Огонь» убивал все живое на Зейгеррии достаточно медленно: Сила не только успела донести до всех форсъюзеров, находящихся на орбите, ощущение наступления неминуемой смерти — эта боль, подобно зубной боли, растянулась на долгие часы. — Ее отголосок ощущался даже после того, как внизу все было уже кончено…

Надо сказать, что Атай Молек явно не собирался просто так капитулировать: очевидно, рассчитывая выиграть время переговорами — и, часть генераторов щитов Зейгеррии успели-таки перенастроить из энерго-дефлекторного, в материально-отражательный режим. Во всяком случае, ракета с электромагнитной боевой частью сработала именно на таком щите, не достигнув поверхности планеты! Только, защитникам это не слишком помогло, лишь чуть отодвинув момент гибели: Освобожденное от оков сверхмощного магнитного поля безумное порождение ситской алхимии сделало то, для чего и было предназначено — в течение нескольких часов заняло определенный объем пространства, в который попала вся Зейгеррия. Для того, чтобы убить в этом пространственном объеме абсолютно все живое. И, никакие планетарные щиты не стали помехой для этой, пришедшей с небес, смерти. Наверное, снизу это, поначалу, выглядело даже красиво: вспышка голубовато-зеленого огня в небесах, хорошо видимая даже днем. — Потом этот огонь принял вид полотнищ, похожих на полярное сияние — эти полотнища разрастались вширь, занимая все небо, и опускаясь нижними краями к поверхности. Наконец, небесный огонь достиг земли — убивая все живое, к чему только прикасался: от бактерии, до человека! Даже надежнейшие двери бункеров или стены противоатомных убежищ не были защитой от этой напасти: удержать ее могли только сверхмощные электромагнитные поля — а здесь нужной для их создания аппаратуры не водилось. Материалы обшивки космических кораблей давали только краткую отсрочку от смертного приговора. — Впрочем, кое-кому из тех, кто понял — чем грозит им полыхающее в небесах зеленое пламя, удалось вырваться с обреченной планеты. Ровно для того, чтобы попасть в руки моим расставленным на всех возможных путях отхода кораблям. Хотя, таких «счастливчиков» было меньшинство — да и эти живые, потом, поимели возможность позавидовать тем, кто умер быстрой смертью. Однако, все же хорошо, что эта дрянь имеет четко ограниченный радиус действия. Иначе, трудно было бы даже представить, что мог бы сделать Зеленый Огонь, вырвись он на свободу по-настоящему!

Флот висел рядом с уже ставшим мертвым миром еще пару недель. Чисто прагматические соображения: пока была возможность, следовало перехватить весь трафик, что шел через систему Зейгеррии. И переловить побольше тех зейгеррианцев, что бандитствовали на просторах галактики — а теперь могли вернуться домой с «живым уловом». Проторчали мы там недаром — несколько тысяч трофейных кораблей разных размеров, и примерно пять миллионов пленников стали трофеями моего флота. Причем, корабли и суда принадлежали не только одним зейгеррианцам: в мои сети попал даже какой-то залетный ваагарийский «Сурфейк», явно прибывший прямиком из Неизведанных Регионов — разумеется, с грузом дефицитного и редкого — «эксклюзивного»! — «живого товара» на борту. Кому то во всей этой истории дико повезло: трем миллионам захваченных новых рабов выпал редчайший шанс на возвращение к нормальной жизни! — ну, почти всем из них. А кому то, повезло не очень: всех зейгеррианцев, и тех, кто так или иначе был связан с ними общем бизнесом, ждала одна участь — стать «топливом», кормежкой для моего рукотворного монстра — Репликатора. Потому как нефиг просто так переводить понапрасну ценные биоресурсы! — следовало пустить их в распыл с максимальной для дела пользой.

Вообще, с этими вагаари получилась очень интересная история. Даже не считая того, что ко мне в руки попал интересный и перспективный источник надежной информации о жизни в Неизведанных Регионах — меня, когда я понял, что за добыча попалась в расставленные сети, удивил тот «товар», который они привезли на продажу, на Зейгеррию. То есть, вообще у них там, в качестве пленников, были представители пары десятков разных экзотических рас: были в галактике любители, на всякие «диковинки», готовые платить за таких «эксклюзивных» рабов бешеные, по меркам галактического захолустья, деньги! — Но, меня заинтересовали несколько десятков гуманоидов, которых вагаари держали в камерах отдельными кучками, по нескольку человек: было в них что-то знакомое. Прибыв на захваченный крейсер, и посмотрев на освобожденных рабов получше, я чуть не офигел — ребята явно приходились какими-то дальними родичами моим союзникам с Гатариэкка! Немедленно связался с Пурпурным и Молчаливым Философом — те сперва удивились, а потом, впечатлившись услышанным, немедленно пожелали видеть возможную родню собственными глазами. Молчаливый Философ даже своего ближайшего помощника, Бегущего-за-Солнцем направил к Зейгеррии, чтобы лично принять найденышей из рук в руки. Разумеется, встал вопрос и о том, что неплохо было бы организовать экспедицию на планету, где эти разумные жили — и, для начала, выбить из вагаари ее координаты: и то, и другое я своим друзьям твердо пообещал сделать. Мне не трудно, а хорошим людям приятно!

Короче говоря, пока Бегущий до нас там добирался, я со специалистами по работе с ментальными техниками, из числа Чародеев или дядиных Аколитов, вывернул пленных вагаари наизнанку. Твари оказались упорными и крепкими, но против Силы у них ничего не было. Потом мы, в режиме видеоконференции, обсудили с Пурпурным и Яростным Огнем детали предстоящей экспедиции в Неизведанные Регионы. Когда-нибудь потом, при случае, расскажу вам, чем кончилось это предприятие… — если будет время: история вышла интересная, имевшая далеко идущие последствия. Ну а тогда, у Зейгеррии, когда за найденышами прибыл корабль Бегущего с эскортом, я со спокойной совестью скомандовал флоту следующую цель нашего похода: зейгеррианскую колонию на Кадаво — как самую близкую «мишень»…

Вот там, на Кадаво, так же, как потом и на прочих зейгеррианских колониях, мы и устроили настоящую охоту на их бывших хозяев. Точно так же, как сами зейгеррианцы охотились на каких-нибудь беспомощных дикарей, на диких планетах Внешнего Кольца. Для чего, кстати, в трюмах кораблей моего флота ждали миллиарды деактивированных боевых и поисковых дроидов. С освобожденными рабами вышло по разному: кому то потом помогли добраться до родины — не важно, где та находилась, у нас или в Республике. Кто-то, прижившийся, остался на этих планетах — но, уже как свободные люди и полные хозяева собственной жизни. В помощь для остававшихся доставили, потом, кучу рабочих дроидов: им способ заработать на хлеб насущный — а мне как еще один источник полезных ресурсов! Отряды кораблей, и боевых дроидов — для охраны от разных любителей чужого добра, — мне там оставить тоже пришлось. А еще, в бывших «лагерях перевоспитания» там осталось дожидаться своей очереди на полет к Репликатору несколько миллиардов зейгеррианцев, разбавленный другими захваченными любителями попить чужую кровь.

Разумеется, я не только не делал секрета из моей карательной экспедиции — я еще и приказал распространить отчет о ней, через Голо Нет. А вот реакция галактики на это событие была… неоднозначная. Нет, как раз то, что зейгеррианцы, наконец-то, получили по заслугам — нормально восприняли буквально все! — Слишком уж эти твари достали всех вокруг. Но вот то, каким именно способом я это сделал, многие, мягко говоря, не одобрили. Совершенно неожиданно, резкое недовольство произошедшим выразили хатты — вот уж от кого я точно не ожидал сочувствия к кому то постороннему, кроме них самих. Резко негативную позицию заняли некоторые члены КНС — особенно те, кто уже явно намеревался навострить от нас лыжи: как я полагаю, многие примеривали последствия такого шага на самих себя, в свете событий на Зейгеррии. Ну, на мнение этих господ мне как раз было совершенно наплевать! Мои союзники в КНС, да и простые члены Конфедерации, выпиливание подлых стервятников только одобрили. Осуждающей реакции со стороны Сената Республики я, в общем, тоже ждал — но он был каким-то невнятным: как я понимаю, тут сыграло роль и освобождение рабов из числа граждан Республики. Трудно осуждать человека даже за форменные, с твоей точки зрения, злодейства — если эти дела идут на пользу твоему народу. Джедаи… вот реакция Ордена была очень странной: формально, ее вообще не было! — То есть, Высший Совет Ордена вроде бы как осудил применение чего-то, использующего Темную Сторону Силы — но, не более того. Тем неприятнее было обнаружить себя чуть ли не объектом бойкота со стороны республиканцев и джедаев, когда я прибыл на Мандалор — с целью принять личное участие в идущих там переговорах о мире между Республикой и Конфедерацией.

Впрочем, до Мандалора, после возвращения из бывших зейгеррианских палестин было еще далеко: прежде всего, требовалось решить самые неотложные проблемы самой КНС — точнее, того, что к тому времени от нее осталось. То есть, формально те, кто еще числил себя членами Конфедерации, занимали огромную территорию на карте галактики. Понятно, что гораздо меньше, чем при Графе — но, само по себе это было не столь уж и критично. Куда хуже была плохая связность между этими территориями: Наши, еще остававшиеся не захваченными Республикой, миры в центральных регионах, а так же «Север», «Юг» и «Юго-Запад» Внешнего Кольца, никакой связи с полностью нами контролировавшимися «Восточными» регионами Среднего и Внешнего Кольца практически не имели. Если вокруг Тионского кластера я еще как то мог навести относительный порядок и обеспечить гражданам КНС более-менее безопасную жизнь, — с помощью союзников из Техно Союза, Корпоративного Альянса и Коммерческой Гильдии, имевших тут свои собственные колонии и анклавы, а так же многочисленных клиентов. — То с теми территориями КНС, которые были расположены дальше, дело было гораздо хуже. Если крупные фракции, возглавляемые Шу Май, Пасселом Ардженте и Уотом Тамбором еще как то могли защитить свои дальние владения, в одночасье превратившиеся в отрезанные от метрополии анклавы, от посягательств разных любителей чужого добра — то для более слабых членов КНС это уже становилось настоящей проблемой. Кстати говоря, даже сильные фракции не были застрахованы от попыток «наезда» со стороны тех же бывших союзников: например, «обиженные» джеонозианцы, почему то вдруг ставшие считать, что им все должны, наложили лапу на совместные предприятия Мустафара — попросту выкинув, оттуда, представителей Техно Союза и Торговой Федерации. Ну, положим, неймодианцы и их подчиненные сами себе злобные буратины: вот не надо было драпать из КНС, при первых же трудностях! — то кидок Уота Тамбора выглядел не очень красиво. Впрочем, они и мне самому, насчет промышленного комплекса Милиуса, до сих пор так ничего внятного и не сказали, под разными предлогами затягивая решение возникших разногласий.

«Юг» Внешнего Кольца вообще представлял сейчас зону хаоса: Редкие анклавы Республики. Оставшиеся лояльными руководству Торговой Федерации сектора. Те бывшие члены ТФ, кто послал это самое руководство далеко-далеко. Отдельные независимые миры — те, кто эту независимость сохранил, читай: никому нафиг был не нужен! Обширные владения вдруг снова резко «поднявшихся» варлордов или просто обычных бандитских королей. Где то среди всего этого, как акула в морских волнах, ходил флот генерала Гривуса — который теперь одинаково охотно нападал как на республиканские миры, так и на владения КНС и ее союзников. Дальше, на «Юго-Запад», отдельными островками стабильности лежали обширные республиканские анклавы: территории вокруг Эриаду, и сектора Дживекс и Сенекс. Если двигаться еще «западнее», или в сторону миров Ядра, то до самых Неизведанных Регионов и сектора Тапани везде царил самый настоящий бардак! После того, как мы немного навели порядок на «Востоке», Корпоративный Альянс, и Техно Союз с Коммерческой Гильдией, послали в те места сильные эскадры, из освободившихся кораблей, вместе со значительными силами боевых дроидов — но, это была капля в море…

Собственно, самое первое решение, что Сенат Конфедерации, на совместном заседании с ново созданным Исполнительным Комитетом — который заменил распавшийся Совет Сепаратистов, принял после моего возвращения на Раксус Прайм, было решение оказать немедленную помощь аквалишам и паквепури. Паквепури, больше делавшие до войны упор на производство сельхозпродукции, сырья или работы сферы услуг, просто не имели тяжелой промышленности такого уровня, чтобы самим обеспечить себя необходимым количеством вооружений и боевой техники. А жители Андо вели гражданскую войну со своими соплеменниками, из колоний — на них никакие «перемирия» не распространялись: Республика на действия своих клевретов просто закрыла глаза. На Корусанте делали вид, что их это не касается — это, мол, частные, внутри аквалишские разборки. Из части так предусмотрительно отжатых Тофеном Вейном сил Сепаратистской Армии Дроидов, подкрепленных выделенными мной, и другими сильным фракциями силами, были сформированы две флотилии. Перебрасывать их, пришлось через Пространство хаттов: как водится, слизняки заявили решительный протест — разумеется, мы этим протестом подтерлись! — Главное, что оба этих анклава устояли.

Другой головной болью для всех стал распад уже успевших сложиться внутри Конфедерации торговых связей. Все же, львиную долю перевозок держала Торговая Федерация — поэтому, ее резкий уход создавал сильный вакуум в транспортном и торговом секторах. Конечно, определенную долю с радостью взяли бы на себя другие сильные члены КНС, не покинувшие Конфедерацию — а так же, дружественно настроенные нейтралы. — Но, они не могли закрыть всю образовавшуюся в нашей экономике брешь: уход неймодинанцев и муунов, вместе с их клиентурой, здорово ударил по Конфедерации. На свою долю, пусть и небольшую, претендовали и мон-каламари: помирившись, наконец-то, с куарренами, они теперь не прочь были поиметь порцию от общего стола. — Как я понял из разговора с их представителями, прибывшими на Раксус, возможный гнев Корусанта их совсем не пугал. Интересными были предложения по торговле и со стороны Корпоративного Сектора Автаркия. Больше всех хотели хаттские кажидики — теоретически, с их экономическим могуществом, они были бы очень даже неплохими партнерами для КНС. Но, хатты не желали связывать себя хоть какими-то взаимными обязательствами, и, одновременно, требовали разных преференций. Причем, действовали слизняки весьма настойчиво и нагло, пытаясь давить прежде всего на тех членов Конфедерации, кто не был достаточно развитым экономически, или не имел значительной военной силы за своими плечами.

Еще одной проблемой — не срочной, но явно обозначившейся на горизонте — была та пустота, которую создал в «северных» секторах переход муунов под крыло Респубилки. Та бандитствующая мелочь, что раньше служила им в качестве наемных войск, теперь была предоставлена самой себе — сохранив, при этом, все вооружение и боевую технику! Относительно небогатые миры Канца, не контролируемые Республикой и не входившие в сферы влияния ни Банковского Клана, ни Торговой Федерации, надолго их добычей обеспечить не смогут. Вопрос: когда эти ребята полетят «добывать зипуна» в наши владения? — оставался открытым. Не думаю, что устроенная мной зейгеррианцам экзекуция надолго их остановит — такая публика хорошо понимает только силу, приложенную непосредственно к их собственным рожам. Особенно меня беспокоили талассианцы: такая же шобла, как и бывшие обитатели Зейгеррии — и слишком близкие соседи моей Серенно! К тому же, теперь еще и вооруженные до зубов — благодаря муунам.

Были, конечно, и приятные известия, вроде налаживания взаимопонимания с корпорантами из Сектора Автаркия, или с мон-каламари. Или пополнение рядов самой Конфедерации — немного, но достаточно полезно в плане экономики и военной силы: вроде присоединения к КНС планеты Дорнея. Планетка, кстати, была довольно любопытная: явный осколок какой-то старой империи — может быть, даже ситхской, а может и еще какой. — Тут, после очередного ослабления власти Республики, пару тысяч лет назад, возникало несколько достаточно сильных и развитых государственных образований — правда, Новые Ситхские войны и Руусан ни одно из них не пережило. Я это к чему: дорнейцы сумели сохранить и высокие технологии, и галактические стандарты! — Понятно, что многое у них уже подустарело, но при небольшой технической помощи… — в общем, после того, как мы с их представителями ударили по рукам, туда спешно отправилась комиссия представителей Техно Союза, во главе с личным помощником Уота Тамбора: обеспечивать процесс вливания нового члена в ряды КНС. Кстати, навели меня на этих ребят как раз товарищи с Тунда — они, оказывается, поддерживали с ними плотные контакты.

Но, у этих приятных известий была и обратная сторона: расширение и укрепление контролируемых нами территорий, требовало усиленного военного присутствия в этих местах — при ограниченности этих самых военных средств. Конечно, наш военно-промышленный комплекс работал безупречно. Однако, для восполнения потерь и создания новых частей и соединений требовалось столько военной техники и вооружений, что все потребное можно было сделать только после полугода ударной работы — и это, если еще брать по самому минимуму. Причем, с учетом того, что шаткое перемирие с респами скоро перейдет в более-менее устойчивый мир — чему пока, к сожалению, никаких предпосылок видно не было! Как говориться: «Обещать, не значит жениться» — представители Республики на Мандалоре занимались чем угодно, только не конкретным обсуждением условий мира. По большому счету, вся их «переговорная» деятельность пока что свелась исключительно к тому, чтобы склонить как можно больше членов КНС к сепаратному миру — приводя, в качестве аргумента, примеры с Банковским Кланом и Торговой Федерацией. Кое-кто, к сожалению, на эти посулы даже повелся, не понимая, что таких денег, и иных средств, какие были у муунов и неймодианцев — чтобы откупиться и жить спокойно! — у них просто не хватит. А когда тебя обдерут как липку, или заставят участвовать в войне против твоих же бывших союзников — пить боржом станет уже поздно. Впрочем, в последнее время поток перебежчиков сильно сократился: в самой Республике снежным комом нарастали внутренние проблемы, с которыми ни Сенат, ни джедаи, кажется, не знали, что делать. Судя по докладам моей разведки, только эти проблемы мешали респам говорить сейчас на Мандалоре с позиции силы: неожиданно, Великая Армия Республики могла понадобиться Корусанту уже для «внутреннего употребления». Да уж, верные граждане, кое-где, очень сильно вдруг захотели выкинуть нафиг со своей территории поставленных с Корусанта моффов и прочих надзирателей — и, раз уж скоро наступит мир, не платить больше чрезвычайных военных налогов! В столице Республики, понятно, такой «поспешности» в желаниях с мест не поняли и не приняли. Раздавались в Сенате и призывы помочь справиться с безмерно расплодившимися бандитами и пиратами всех мастей — как мне доносили, не нашедшие особого отклика у «слуг народа». А еще, что-то совсем непонятное творилось в Ордене — и, речь шла не только об осуждении и гибели Энакина Скайуокера. — Но про это, как я надеялся, мне мог подробнее рассказать Оби-Ван Кеноби, при нашей личной встрече — когда я буду на Мандалоре сам. Потому, что агентов в самом Ордене у меня не было, а слухи там, где замешана Сила, вещь крайне ненадежная.

Поскольку время поджимало, то у Репликатора я долго не задержался: убедился лишь, что Первый, Второй и Третий исправно штампуют необходимые полуфабрикаты и комплектующие — а сырья и «топлива» для нормальной работы достаточно. В принципе, нужно было уже начинать «сборочные работы»: скопившихся на орбите «заготовок» было более, чем достаточно — а дополнительные корабли, вооружение и боевые дроиды были нужны КНС уже прямо сейчас. Но Мандалор, и возможность попробовать решить дело миром, не могли ждать. — Упустить такой шанс, не поехав туда лично… — я бы, потом, себе этого никогда не простил. Жизнь, как всегда, плевать хотела на все наши желания…

* * *

Мандалор встретил меня деловой суетой: оживление чувствовалось во всем, даже если не принимать во внимание фон Силы, который теперь ощущался над Сундари. — И, самое главное, не было больше того ощущения мрачной безнадеги, которое встретило меня тут когда то, во время охоты на Дарта Мола. У Корки Крайза, который встречал меня по поручению своей тети, вид был замотанный, но бодрый. Как я узнал из разговора с ним, пока мы летели к герцогскому дворцу, Сатин всерьез начала готовить его себе на замену — в качестве будущего лидера Мандалора. На парня навалили кучу дел, предоставив возможность самому собрать себе «команду», для помощи в их осуществлении. Как с гордостью похвастался Корки, дела у него шли успешно, хотя крутиться приходилось постоянно. Поздравил его, и пожелал дальнейших успехов на этом трудном пути: сейчас, когда от Мандалора все внешние силы немного отстали, действовать местной власти стало полегче — но, не факт, что так будет продолжаться и дальше. Кстати, попутно обговорили с парнем и кое-какие экономические вопросы — вышедший из экономического и политического кризиса Мандалор становился очень интересным партнером сам по себе, а не просто в качестве главной базы для контрабандной торговли. Не знаю, умышленно Сатин послала встречать меня именно племянника, или так вышло случайно, но полученный мной от общения с ним позитивный настрой сильно помог потом в остальных делах. Самое главное — благодаря этому хорошему настроению мне удалось, потом, не сорваться на официальных переговорах с респами…

Но, сначала была встреча с Сатин Крайз и Оби-Ваном Кеноби. — Не столько деловая, сколько просто дружеская: пережитое вместе сближает разных по характеру и жизненным устремлениям людей. Просто посидели вместе, за бокалом вина, поговорили «за жизнь»: Сатин огорошила меня известием, что Оби-Ван сделал ей предложение — и герцогиня его приняла! Короче говоря, скоро у Мандалора будет новый принц-консорт. Как я понял, мандалорские кланы кандидатуру спутника жизни у их правительницы приняли хорошо: и благодаря военным заслугам Кеноби, и — отчасти — благодаря тому, что тот ушел из Ордена. — Все же, джедаев в тех местах не очень любили. От души поздравил обоих, и пожелал им долгой и счастливой совместной жизни. Заодно, шутя, поинтересовался: что будущие муж и жена хотели бы получить в подарок на свадьбу? Сатин и Оби-Ван переглянулись: ответ Кеноби стал первым звоночком, что не все здесь так уж благополучно, как я сперва было решил. — Вроде бы так же шуткой, он попросил в подарок эскадру боевых кораблей!

Сразу настроившись на серьезный лад, я уточнил: какое количество кораблей он считал бы полезным получить, если убежден, что существует угроза Мандалору? Ну и, заодно поинтересовался источниками возможных угроз: как известно, кто предупрежден, тот вооружен — а то, что угрожает им, может угрожать и мне тоже. Еще раз переглянувшись с герцогиней, Кеноби начал говорить — то, что он сказал, мне не понравилось от слова «совсем».

— Двести, или триста вымпелов — рангом не меньше фрегата: выпуск корветов на «Мандал Моторс» и того, что размером еще меньше, мы уже освоили! Если будет такая возможность, готовы будем взять и тысячу кораблей. — Благо, народу для формирования экипажей у нас здесь наберется с избытком. Но, скажу честно: со средствами у Мандалора сейчас не очень… — сам знаешь, что тут у нас еще недавно творилось.

— Черт, все настолько серьезно? — Кто вообще может угрожать вам: Черное Солнце, хатты, бандиты из Канца? — там, вроде бы, самоубийц нет… — хотя, за бывших муунских наемников я бы не поручился!

— Республика! — нам уже дали понять, что любые связи нейтральных миров с «осколками КНС, не желающими установления мира в галактике», будут пресекаться Великой Армией Республики. Проще говоря — Мандалору снова угрожают блокадой. Только, теперь уже не Конфедерация, а Сенат Республики. Отбить охоту у некоторых господ решать собственные проблемы за счет других… без серьезной военной силы — никак!

— У Мэйса Винду головокружение от успехов: Сидиус уничтожен, и теперь тот считает, что весь мир уже у него в кармане?

— Причем тут Мэйс? — Магистру Винду сейчас совсем не до подобных афер: ему никак, толком, республиканскую исполнительную власть заставить работать не удается — я уже не говорю про Высший Совет Ордена! Нет, просто кое-кто в Сенате, при поддержке большинства из Высшего Совета, считает, что они уже победили — и проигравшие должны им теперь платить и угождать!

— С каких это пор мандалорцев записали врагами Республики? Я понимаю — мы: те из Конфедерации, кто не рвется назад, обратно в объятия Корусанта.

К нашему разговору присоединилась герцогиня.

— Мои люди доносят — и, некоторые друзья с Корусанта это полностью подтверждают, что у Республики имеются серьезные проблемы с финансами. Даже то, что мууны и неймодианцы попросились обратно, не решило их проблем: слишком велики военные расходы — проавансированные еще при Палпатине военные заказы надо как то обеспечить реальными деньгами. Отменить эти заказы они никак не могут: перемирие это не мир! — значит, недостающие средства надо у кого-то… отобрать. Похоже, нас считают одними из кандидатов на «стрижку».

— Однако, у нас ситуация с финансами еще хуже: нам под такие проценты как Республике, Банковский Клан денег вообще не даст! — Но, мы не идем на «большую дорогу», чтобы кого-то ограбить? Мы честно пытаемся договориться! — Между прочим, с этими самыми республиканцами. Эту войну пора заканчивать — чем скорее, тем лучше. А военные издержки пусть каждый оплачивает из собственного кармана. В конце концов, вины Корусанта в этой войне ничуть не меньше, чем у всех членов КНС, бывших и настоящих, вместе взятых.

— Я только недавно разговаривала с… одной своей подругой. По ее словам, республиканская делегация, которая находится тут сейчас, прибыла на переговоры, получив очень жесткие инструкции: они согласны только на полную покорность всех «мятежников»! Судя по ее словам, торг вроде бы будет уместным, но исключительно по отдельным пунктам соглашения…

— Они что, хотят, чтобы мы просто… капитулировали?

— Судя по словам Пад… сенатора Амидалы — да!

— Надеюсь, ваша подруга понимает, что эти условия мои союзники не примут? Да и я тоже!

— Она-то понимает, но слишком многие в Сенате считают иначе — особенно после того, как Банковский Клан и Торговая Федерация признали над собой контроль Республики. И… не хотела тебе этого говорить: многие на Корусанте считают лично тебя ответственным за попытку государственного переворота, якобы затеянную Канцлером Палпатином. А то, что ты вроде бы стоял за убийством Энакина — только подтвердило эти подозрения: на Корусанте многие уверены, что ты убрал ставшего ненужным сообщника, который слишком много знал, и который мог не вовремя заговорить…

— Надеюсь, вы в эту чушь не верите?

— Нет, Райден — иначе меня не было бы здесь!

Эмоции, отголоски которых донесла до меня Сила, явно вышли из-под контроля у Кеноби: сколько помнил, Оби-Ван всегда очень хорошо владел собой. Если уж его так достало, то дело и вправду приняло настолько скверный оборот, что у бывшего джедая был только один выход — уйти из Ордена.

— Оби-Ван, расскажи толком, пожалуйста — что там случилось с Энакином? Почему вообще все кончилось… вот этим! Все что я слышал об этом раньше, только запутывает — просто дикие слухи, и ничего более. Кроме твоего прошлого сообщения. И еще — у тебя есть какие-нибудь видеозаписи того, как произошло покушение? — Очень хочется найти настоящих убийц и клеветников!

— Хорошо. Но, встречный вопрос — желал бы услышать подробности того, как тебе самому удалось освободиться там, на «Песчаной Бабочке»? А то тут мне двое ребят такого порассказали…

Удовлетворить любопытство Кеноби было легче. Впрочем, Сатин к моему рассказу тоже прислушивалась с интересом. Услышав про то, как я тяжело ранил охранявшую меня джедайку, а потом взорвал сам корвет, Оби-Ван поморщился, но ничего не сказал: война есть война! Герцогиня тонкостей в обращении с Силой не понимала, а вот то, как я потом разгребал последствия своего попадания в плен — это ее явно интересовало гораздо больше: у нее и собственный опыт подобного рода имелся. Что же, поделился и этой информацией — надежность союза в значительной степени определяется доверительностью отношений союзников. — А я твердо был намерен получить в союзники еще и Мандалор! Тем более, если Республика испытывала такое сильное желание «построить» еще и их тоже: принцип — «против кого мы будем дружить» — работает в деле образования союзов не хуже, чем иные причины.

Подробности расправы над Скайуокером, поведанные Кеноби — а иначе то, что устроил Высший Совет Ордена, не назовешь! — навели меня на нехорошую мысль, что у джедаев началась очередная «охота на ведьм» внутри их организации. Которая, в придачу ко всему, еще и совпала с борьбой фракций внутри Ордена. — За власть, и влияние на принятие решений по принципиальным вопросам — то есть, попросту говоря: за контроль над Высшим Советом. Самое интересное Кеноби пропустил, пока безуспешно гонялся «на Юге» за Гривусом. Принять участие в заседаниях Совета оттуда он мог только урывками, и то чисто виртуально — в режиме видеоконференции. Ограничения подобного способа общения с коллегами вполне понятны. Так же как и, то, что подобная работа обычно вообще сводится лишь к высказываниям типа «одобряю» и «не одобряю». То, что он узнал уже постфактум, на решение вопроса никакого влияния оказать не могло — потому, что сам этот вопрос уже стал… неактуальным. Правда, вместо него тут же возник другой — и эта другая проблема не понравилась Оби-Вану еще больше! Гранд-мастер Йода тогда все еще находился в бессознательном состоянии, пребывая под наблюдение Целителей джедаев. Мэйс Винду… Мэйс, нагруженный теперь еще делами Республики, просто не уследил за обстановкой в самом Храме. В результате, вместо добровольно покинувшего Совет Энакина — который принял командование Флотом Обороны Корусанта, — был избран некто Суун Бейтс. Как выяснилось, у него и у тех, кто провел его в состав Совета, были свои планы по «правильному» переустройству Ордена. А поскольку влияния этой фракции было недостаточно, для инициации столь радикальных перемен — эти ребята решили усилить свое влияние. Как? — ну, для этого оказалось проще всего, согласно их представлениям, раскрыть заговор. — Направленный, конечно, против Ордена! А если такого заговора нет, то его нужно найти… или придумать! — Ведь все это делалось исключительно для общего блага всех джедаев — и Республики, разумеется…

Что ни говори, а грамотно, черти, сработали: кривые логические построения, сделанные на основе кучи косвенных улик и обычных домыслов — а ведь подействовало! За этими ребятами пошла большая часть Совета, не глупые, в общем-то, разумные существа, к тому же имевшие, каждый, немалый жизненный опыт. Сумели как-то ключики подобрать даже к тем, кто заседал в Высшем Совете не первый год, и даже не первое десятилетие. У Мэйса Винду хватило влияния, чтобы дело ограничилось просто временным задержанием Энакина, для выяснения всех обстоятельств — ну и, похоже, в том, что он по-настоящему виноват, не верили даже сами инициаторы начала процесса. Как считал Кеноби, Суун Бейтс делал ставку на то, что пленившие меня джедаи, скоро доставят свою «добычу» на Корусант. Вот тогда-то все и должно было проясниться: с «темным», то есть со мной, можно было не церемониться — а знать, по мнению Бейтса и компании, я должен был много. В том числе, и про корусантские дела. Вообще, судя по заявлениям этих господ, именно я на пару с Энакином и организовали всю эту интригу со «сливом» старших ситхов! — Я должен был занять место дяди, а Скайуокер, благодаря участию в ликвидации Дарта Сидиуса, получал бы место в Совете на постоянной основе. Как говориться, у кого чего болит, тот о том и говорит: даже уход Энакина из Совета они сочли еще одним ловким ходом в тонкой политической игре. Со стороны, мне все это казалось совершенно диким. — Нравы в Ордене, судя по рассказам дяди, были те еще — но даже он никогда не рассказывал ничего подобного! Как образно выразился Кеноби, до войны Орден напоминал тихий пруд с чистой стоячей водой — а военные стихии, взбаламутив эту «воду», подняли со дна всякую муть.

И вот теперь эта накипь и пена, придя явочным порядком к власти, начала задавать тон всей орденской жизни. А она, между прочим, и до этого уже не была такой благостной! Будь во главе Совета Йода, или хотя бы Винду постоянно в его работе участвовал — произошедшего можно было бы избежать, как верил Оби-Ван. Собственно, расскажи про настоящие обстоятельства разоблачения Сидиуса сам гранд-мастер — и Бейтс вообще бы не посмел лезть в Совет со своей выдумкой. Но, он тогда еще лежал без сознания, сам Кеноби был во Внешнем Кольце — а Мэйс Винду всех тонкостей не знал! Единственное, на что Мэйса хватило, это срочно отозвать самого Кеноби в столицу… Оби-Ван опоздал буквально на день. То, что сделали эти «борцы за дело Света», иначе как провокацией не назовешь. Хуже того, по джедайским «понятиям» они там даже виновными себя не считали: Скайуокер сам обязан был держать себя под контролем! — Раз попался на применении техник Темной Стороны, то и виновен уже в силу одного этого факта. Понятно, что дальше шитое белыми нитками «дело» разбирать в Совете никто не стал: виноватый же нашелся! На слова Оби-Вана, о недопустимости подобных вещей, последовал совет от коллег: заниматься своими делами, и не защищать явного и заведомого преступника. К сожалению, дальше Кеноби так и не удалось толком поговорить с Энакином наедине: всегда кто-то был рядом — коллеги по Совету, Целители или просто Храмовая Стража. Но, даже тех обрывков информации, что получил от Скайуокера Оби-Ван, вполне хватило ему, чтобы сделать определенные выводы. Мне, исходя из информации, переданной Кеноби, тоже. — Получалось, что на том процессе, где я должен был быть главным обвиняемым, Энакину изначально отводилась роль «кающегося грешника»: Бейтс и его подельники считали, что могут на него надавить так, что он сыграет по написанному сценарию! Еще интереснее — Кеноби подтвердил, что тайные переговоры с муунами, нймодианцами и еще кое-кем начались сразу же, как только погибли Дарт Сидиус и мой дядя. — Причем, инициаторами этих переговоров были, отнюдь не мои бывшие «союзники» по КНС. Ну, что сказать? — план и вправду был неплох: я вне игры, Конфедерация расколота и парализована бегством из ее состава половины участников. — Как говориться — мат в два хода! А потом я ухитрился сбежать, поломав все их импровизированные планы…

Собственно, со слов Оби-Вана выходило, что подстава Скайуокера была у них «запасным вариантом»: слишком уж этой фракции нужен был какой-то конкретный «успех» — или, на худой конец, его видимость. Имея подготовку профессионального джедая-следователя, Кеноби быстро отыскал во всей этой истории несколько слабых мест: был шанс, напирая на эти неувязки, как то помочь Скайуокеру. Если повезет, то даже обелить его доброе имя. Примерно в это же время на Корусант, с Набу, прибыла Падме Амидала. Здесь Кеноби невольно замялся — пришлось даже говорить, что я был в курсе про их с Энакином будущих детей. В общем, голонетовская история с неудачными родами оказалась правдой. Амидала подтвердила: были преждевременные роды, и оба ребенка не выжили — нелепое дорожно-транспортное происшествие имело такие вот последствия. Честно говоря, насчет слов Амидалы у меня были слишком сильные сомнения: как мог Энакин ничего не почувствовать? — А камеры наблюдения в его жилище, копии записей из которых Кеноби сохранил, явно показывали, что до прихода той мымры и последовавшего за тем рокового разговора Скайуокер чувствовал себя абсолютно спокойно и уверенно! Нет! — чего-чего, а гибель собственных детей он бы почувствовал — и уж совершенно точно не стал бы сидеть на пятой точке ровно. Что-то здесь определенно было не так.

Не став переубеждать Оби-Вана, принялся слушать его повесть дальше. Разумеется, Амидала захотела встретиться с мужем. Как водится, джедаи ей отказали, мотивировав это тем, что все случившееся — внутреннее дело Ордена. Та не смирилась, решив попробовать действовать иным путем: через самого Кеноби, и через Лорда-Протектора. — Мэйс Винду был не против, чтобы оказать женщине содействие в данном вопросе — к тому же, его начала сильно напрягать та бурная деятельность, которую развили в Совете Суун Бейтс и его сторонники. — Мысль, что возможно дело одним Скайуокером не закончится, дошла и до магистра Винду. Сам Кеноби подсказал план, который мог привести к успеху: поскольку Скайуокера обвиняли и в измене Республике, то Сенат мог рассмотреть данный вопрос отдельно, помимо орденской юрисдикции. Тем более, что прецедент уже был, когда так судили бывшего падавана Энакина — Асоку Тано. Амидале следовало инициировать сенатское расследование по данному вопросу! Поскольку обычный суд понятиями «светлой» и «темной» сторон Силы не оперировал, то рассматривать стали бы только обычные улики и обвинения — а никаких доказательств вины Энакина не было! — То есть, по статье «измена Республике» можно было даже добиться полного оправдания Скайуокера. Ну а поскольку Энакин, судя по заявлениям Целителей, потерял связь с Силой, то он автоматически должен был считаться вышедшим из Ордена джедаев — и, разумеется, подлежал бы немедленному освобождению. Как Оби-Ван рассчитывал, никто из Совета не захочет вынести на обсуждение сенатской комиссии грязные подробности с провокационными речами Оланы Чион. Увы, и он, и Амидала просчитались: те, кто сделал Энакина Скайуокера крайним, посчитали, что даже тень вероятности его оправдания — это слишком заметное пятно на их чистых одеждах. Найдя небрезгливых наемников, соратники Сууна Бейтса просто ликвидировали их руками Энакина, устроив взрыв на тюремном транспорте — и спрятав, тем самым, все концы в воду. — Как раз, когда его должны были отвезти на первое заседание сенатской комиссии по расследованию. Разумеется, наемникам было поручено организовать все так, чтобы подозрения в совершении теракта пали на меня. В принципе, логично — и полностью укладывалось во все ранее высказанные словесные построения этой команды…

Кеноби был немногословен, когда описывал состояние Амидалы, узнавшей о взрыве и гибели Энакина. Так же, он не очень охотно говорил о своем разрыве с Советом: Оби-Ван не постеснялся высказать открыто обвинения в адрес Бейтса и его сторонников. То, что во всем обвинили меня, только добавило ему решимости. Кеноби демонстративно отказался от места в Высшем Совете, заявив, что ему нечего делать в одной команде с теми, кто плетет интриги, и потворствует наемным убийцам. Кто знает, чем бы там все закончилось — скорее всего, внутреннюю тюрьму Ордена пополнил бы еще один арестант… — кто его знает. Если бы не встреча Оби-Вана с гранд-мастером Йодой, только что самостоятельно покинувшим медблок. Кто и как сказал старому джедаю о том, что произошло, Кеноби не знал — но, Йода был полностью в курсе того, что недавно произошло. По словам Оби-Вана, старый гранд-мастер сильно сдал, но был полон решимости держаться до конца: как он сказал, не может теперь оставить джедаев Йода, когда они заблудились и сбились с дороги. А вот самому Кеноби гранд-мастер приказал немедленно бежать, вообще уйти из

Ордена! — да еще и прихватить с собой своего падавана. Маленький магистр, в свое время, принял деятельное участие в судьбе паренька — и теперь не хотел, чтобы его учеба прерывалась. В общем, в тот же день Оби-Ван покинул Корусант — вместе с ним улетел не только Уи Малро, но и парочка его друзей — таких же падаванов, как и он сам. Которые, как тут же выяснилось, были хорошо мне известные Таллисибет Эвандунг-Эстерхази и Маарек Штель: потеря наставников и так оставила их в подвешенном состоянии — а уж бесчисленные допросы и выяснения того, чего они даже предполагать не могли, еще больше запутали и запугали ребят. — Причем, напугали настолько, что когда Уи Малро предложил им присоединиться к их, с наставником, бегству — те ни минуты не сомневались! Куда им лететь, особо выбирать не пришлось: Кеноби отправился туда, где его всегда ждали, и будут ждать. Судя по всему, Оби-Ван считал, что уже не вернется теперь в Орден никогда — что бы там не говорил ему Йода. Именно поэтому, решение не скрывать больше ото всех, и законно оформить отношения с Сатин, было принято осознанно и твердо. Что же, тут я мог только еще раз повторить: совет и любовь! — хорошо, что хоть у кого-то в нашем мире еще есть толика счастья в жизни.

Да, в конце нашего разговора Кеноби подтвердил слова Сатин, что республиканская делегация твердо намерена действовать с позиции силы. Несмотря на уход из Ордена, старые связи у него остались: прибывший на Мандалор, вместе с делегацией Республики, Пло Кун поведал об этом старому знакомому при их личной встрече. Сторонники «жесткой линии по отношению к Темным» в Совете сумели перетянуть на свою сторону и большинство в Сенате — особенно в свете того, что часть бывших членов КНС уже вернулась под республиканское управление: осталось только дожать оставшихся, а потом легко и просто добить «темных»! Многие опытные джедаи-фронтовики имели, на сей счет, совершенно другое мнение. Но это мнение никто не услышал. А вот насчет того, чтобы поискать крамолу в собственных рядах… — в общем, получалось, что Кеноби и вправду очень вовремя удалось уйти с Корусанта! После таких слов, я ожидал, что мне будут предъявлены какие-то обвинения на переговорах, со стороны республиканцев, или требования Тиону выставят жестче, чем другим фракциям КНС — в надежде еще раз расколоть нас. Единственного, чего я не ожидал — так это того, что со мной совсем не захотят разговаривать!

Тут надо пояснить: фактическое перемирие длилось уже более месяца. Не то, чтобы военные действия уже нигде не велись, нет — в некоторых местах драка шла даже еще более ожесточенно, чем раньше: там, где соседи или «родственники» выясняли какие-то местные отношения. Но это было мелочью, по сравнению с масштабом прежних боевых действий — почти что «довоенный» уровень взаимоотношений. — Когда частные войны и войнушки были самым обыденным явлением. Тут разве только уровень компетентности командования подрос, да войска в таких разборках демонстрировали более высокий уровень подготовки — и оснащения, разумеется. В галактическом масштабе установилось хрупкое и неустойчивое, но, тем не менее — вполне себе настоящее затишье в боевых действиях. Но, армии никто из участников конфликта не распускал — и распускать пока не собирался! — А войска по-прежнему получали всякого рода боевые надбавки и премии: ни респы, ни мы не хотели терять ценных специалистов — удерживать народ как то иначе, в строю, было проблематично, если те не были клонами. Перестроенная для военных нужд экономика тоже не сбавляла обороты. Давно вышедшие на полную загрузку заводы, фабрики и верфи штамповали корабли, военную технику и боевых дроидов как пластиковые игрушки. Стоила только эта продукция совсем не как детская забава — даже та, которая производилась на полностью автоматизированных комплексах, разработанных и построенных под эгидой Техно Союза. — Поддерживать в рабочем состоянии, обслуживать и ремонтировать даже такие фабрики стоило больших усилий. Плюс, проблемы с дефицитом сырья. В общем, получалось, что, даже не ведя боевых действий напрямую, и Конфедерация, и Республика, все равно были вынуждены «вкладывать в войну» огромные средства и материальные ресурсы, а так же — привлекать к этому процессу массу обученного персонала. Естественно, долго так продолжаться не могло — в один далеко не прекрасный момент деньги «в тумбочке» должны были закончиться. После афер муунов и примкнувшего к ним Кловиса, дергать за финансовые рычаги просто так, с целью срубить легких денег, желающих уже не находилось: чем это кончится, дошло уже до всех. — Как результат, получить у банкиров кредиты на военные нужды стало на порядок сложнее — даже богатенькой Республике! У нас с финансами было все еще хуже, но Конфедерацию пока что спасало заранее развернутое автоматизированное производство: дроиды за работу денег не просили…

Казалось бы, вот и отличный повод договориться, найдя какую-то общую платформу. А договорившись, начать строить мир — и решать насущные жизненные проблемы. Тем более, что войны насмерть, до победного конца, не хотел никто — точнее: никто не объявлял об этом открыто. Более того, в принципе, против возвращения миров КНС в состав Республики особых возражений ни у кого из конфедератов не было — если, конечно, Республики была бы готова выполнить некоторые условия, для этого. Собственно, начавшиеся на Мандалоре переговоры и должны были бы способствовать разрешению данной проблемы… теоретически. На практике всех этих требований, претензий и прежних обид было слишком много, чтобы решить их все и сразу. Но, даже этого желания у Сената Республики не наблюдалось. Я думаю, после гибели дяди, и того, как под юрисдикцию Корусанта вернулась часть конфедератских миров, связанных с Банковским Кланом и Торговой Федерацией, там решили, что проще постараться раздергать КНС по кусочкам. Воспользовавшись перемирием, по нашим территориям полетели разного рода «гуманитарные миссии». Их официальной целью декларировалось помощь беженцам и вынужденным переселенцам, обмен пленными и прочие столь же достойные дела. А неофициально… все эти «миссии», в состав которых непременно входили джедаи, старались всеми возможными способами оторвать от того, что еще осталось у КНС, отдельные миры и целые области. Успехи у них пока были не очень… — но ведь, лиха беда начало? Правда, и в самой Республике постепенно нарастал вал недовольства, связанного с военными поборами и произволом властей — за который у демагогов сходили, и обычные попытки Корусанта навести на местах хотя бы элементарный порядок. Коррупция, воровство и откровенное пиратство с бандитизмом процветали по обе стороны разделительной линии. Если мое ворье и мазурики, а так же разная шпана, которая гнездилась на территориях, подконтрольных моим союзниками и друзьям, еще как то была ограничена некими рамками — смотри: обычным террором военного времени! — То вся эта публика в республиканских пространствах чувствовала себя вполне комфортно: занятым дележом пирога власти сенаторам, джедаям, военным и гражданским чинам было просто не до таких «приземленных» вещей. Ну да, с «демократией» и прочими атрибутами «свободного мира» у нас тоже было попроще: декларации декларациями, а использовать свободу для решения своих проблем за общий счет еще дядя разной швали не давал. Эту политику «стальной перчатки прикрытой бархатом» я следовал неукоснительно — и Сенат Конфедерации, вместе с Исполнительным Комитетом, меня в этом горячо поддерживали. — До чего можно доиграться, если дать событиям возможность идти на самотек, на Раксусе поняли прекрасно — после панического бегства оттуда «народных избранников» пару раз: когда напали респы, и когда погиб дядя. Правда, в отличие от респов агитацию в свою пользу мы сейчас вели очень аккуратно и выборочно: взятые на себя обязательства, ведь, придется подкреплять чем-то материальным. — А ни лишних денег, ни лишних войск у нас не было.

Короче говоря, я наивно рассчитывал, что в такой патовой ситуации, за стол переговоров охотно усядутся обе стороны. Стороны уселись… — и толку от этого сидения не было абсолютно никакого! Шла бодрая даже не дискуссия — говорильня! — если что и решалось, то исключительно протокольные вопросы. Наша попытка поднять конкретные вопросы ничего не дала — опытные аппаратчики из республиканского Сената утопили все по всякого рода «обсуждениям согласований». Складывалось впечатление, что респы просто решили взять нас измором: подождать, когда КНС рассыплется сама, под ворохом внутренних противоречий и умело организованных с Корусанта «проблем». Ну, с этим я еще готов был смириться: противодействовать неуклюжей республиканской пропаганде мы умели прекрасно — а вставить палки в колеса респовским эмиссарам тоже было не трудно. Тем более, что поводов объявить их «персонами нон грата», все эти «гуманитарные миссии» давали много, и часто. Зато, худой мир все равно был лучше тотальной мясорубки.

Пересмотреть взгляды меня заставило поведение республиканской делегации вообще, и ее джедайской составляющей в частности, по отношению к моей персоне. Как я говорил, со мной по существу хоть что-то решать респы не желали. — А вот с другими представителями нашей делегации — вели вполне себе предметные разговоры! — но, опять же, исключительно по частным, интересным именно этому конкретному представителю вопросам. Кроме того, поток черного пиара по отношению к Тиону, и ко мне лично не только не упал — что было бы естественно, в связи с идущими переговорами. — Этот поток еще и усилился! Правда, и сенаторы, и орденцы делали вид, что они тут совершенно ни причем: это все, мол, просто «свободная пресса» старается. — Сенат Республики и Орден не имеет к этому совершенно никакого отношения. Однако содержание передаваемых по ГолоНету материалов было таким, что расценивать их как то иначе, чем откровенный наезд, было нельзя. Хуже того, в Республике раздавались голоса «с улицы», с пожеланиями того, чтобы джедаи решили, наконец, проблему с «вконец потерявшими все границы Темными форсъюзерами» — ну, то есть со мной, и моими людьми. Как последний пример моих зверств, по Сети бесконечно крутили ролики, на которых были запечатлены моменты гибели Зейгеррии, орбитального удара по Датомиру — где только записи взяли? — И, как вишенка на торте, особо эффектные места из голозаписей космических боев, шедших за Тионский кластер. То, что к большинству последних я не имел непосредственного отношения — журноламеров ничуть не смущало: главное, чтобы в кадре всегда было побольше «бу-бум!». В общем, выходило, что переговоры просто используются господами с Корусанта в качестве ширмы: прикрыть настоящие намерения. Думаю, что и в Храме, и в Сенате вполне отдавали себе отчет, что деньги быстрее могут кончиться у них самих, а не у нас. И еще, кажется, что этих товарищей беспокоил рост беспорядков у себя в тылу — эффективно решить этот вопрос, в виду военного положения, можно было только грубой силой. — А как раз этого они делать, почему то, не хотели. Оставался один способ: перевести недовольство и всеобщую ненависть на кого-то другого. Вот, похоже, для этого и выбрали меня. Тем более, что поводов я некоторым джедаям дал столько, что хватило бы на десяток «врагов народа». Получается, что меня всеми способами будут провоцировать на то, что называется: непропорциональное применение силы. — А вот дальше… в рассуждениях, как они дальше поступят, я терялся — кто вообще может понять, что твориться в голове у религиозного фанатика? То, что это «светлые» фанатики, дела совсем не облегчало: мотивы и желания того же Сидиуса я мог хотя бы предполагать — а то, что эти товарищи понимали под термином «всеобщее благо», есть полный мрак, прости Сила!

Через две недели это бесцельное убивание времени закончилось: «переговорщики» с обеих сторон взяли тайм-аут — на согласование повестки переговоров у себя дома. Что же, хороший предлог, для того, чтобы убраться с Мандалора. Одно полезное дело все же сделано: выиграно еще немного времени — пока продолжаются переговоры, война снова в «горячую фазу» не перейдет! Значит, у меня будет время на то, чтобы ввести в строй все свои новые автоматические производственные комплексы. Кроме того, будет возможность продолжить аккуратные зачистки в тылу, связанные с наведением порядка: то, что уже сделано, это так, косметические меры — на случай возобновления военных действий убрать весь ненадежный элемент жизненно необходимо. Нужно успеть решить вопросы, связанные с джеонозианцами: попытки меня кинуть, я им прощать не собирался! — если позволить всяким… вытирать о себя ноги, то тебя уважать перестанут. А с том, кого не уважают, всерьез никто разговаривать не будет — это аксиома. Задержался еще на один день на Мандалоре по одной-единственной причине: чтобы принять участие в скромной церемонии бракосочетания Оби-Вана Кеноби и герцогини Мандалора Сатин Крайз…

* * *

Проклятое место… нет, эта звездная система точно была проклятым местом — наверное, даже если бы я не создал именно здесь Репликатор! Вроде бы и делом занимаюсь, и времени особо тосковать нет — особенно, если крутишься как белка в колесе, а как добрался сюда, так прямо выть хочется. И в голову все что-то унылое и жалостное лезет, вместе с печальной безнадежной мелодией…

Нас всё терзали опасения:

Куда направим мы страну?

Не уповайте на спасение,

Когда корабль идет ко дну.

Мы ошарашены, растеряны,

Кругом кровавая вода.

Плывем повешены, расстреляны

Из ниоткуда в никуда.

Погибнут с нами дети, женщины,

Ни поясов, ни шлюпок нет.

Мы со страданием повенчаны

Теперь на много-много лет.

Отныне мы нигде не прошены,

И нам попутчицей беда.

Плывем на волю, волнам брошены,

Из ниоткуда в никуда.[6]

Обычно вид работающих верфей вызывал у меня прилив энтузиазма: давали о себе знать старые, еще детские впечатления — «Место, где работают папа и мама, там делают маленькие и большие звездолеты». Детство давным-давно, и очень плохо закончилось, а вот это старое ощущение чего-то прекрасного и величественного осталось. Здесь почти, то же самое: бесконечные рои элементов конструкций и узлов, готовые для сборки, куча суетящихся вокруг этих туч железа транспортных ботов и буксиров, силовые ловушки, заполненные «песком» для гигантских 3D принтеров Ассемблеров. — Настоящий рукотворный астероидный пояс — разве что «элементы» мелкие-мелкие, по космическим масштабам. Ну, кроме самой громады Репликатора, похожей на гигантскую уродливую снежинку, непонятно как улетевшую в космос с какой-то странной планеты — где снег черного цвета. И, все это на фоне грязно-оранжевого, покрытого причудливыми облачными шрамами атмосферных фронтов и сеткой старческих морщин из молний неестественного багрового цвета ликом планеты. Зловещая красота, простите меня за высокопарный стиль, здесь присутствовала. Но, было в этой красоте что-то такое… словно, видишь человека в последней стадии болезни, под названием «чахотка». Кстати, на мониторах, выдающих картинку обработанных боевыми информационно-управляющими системами «Черного Скимитара» сигналов от сенсорных полей корабля, вид был тоже впечатляющий. А информации они выдавали куда больше, чем обычные человеческие чувства — позволяя окинуть все эти растянувшиеся на тысячи километров по орбите запасы «комплектующих» одним взглядом. Причем, в разряд «комплектующих» входили еще и несколько миллионов живых существ, ожидающих своей участи в трюмах трофейных транспортов. Ирония судьбы: бывшие работорговцы оказались «пассажирами» своих же собственных корыт. Черт, ладно, побоку тоску-печаль: работать надо! — приказываю Даллу подготовить мне челнок, для полета к Репликатору. Сам дредноут будет ждать меня на окраине системы — фиг его знает, как повлияет на мозги разумных, когда моя адская конструкция начнет перерабатывать живое на мертвое. Раньше я такое проделывал без свидетелей… сырье для работы Репликатора, понятно, не в счет. Вообще, для экипажа моего флагмана это место — просто еще одна секретная верфь, принадлежащая Тиону. Один Далл в курсе, что тут именно такое находится…

Возвращение с Мандалора никак нельзя было назвать триумфальным. Другое дело, что все могло обернуться еще хуже — но, кого интересуют сослагательные наклонения в реальной политике? Мой доклад на специальном заседании Исполнительного Комитета был встречен угрюмым молчанием: То, что Республика не хотела мириться со всей Конфедерацией разом, предпочитая ломать каждого ее члена по отдельности, ничего кроме перспективы нового витка военных действий не сулило. Только, теперь у нас уже не будет даже численного преимущества. В успешности интеграции бывших войск Банковского Клана и Торговой Федерации, что остались с ними, когда они вернулись в Республику, никто из членов Исполнительного Комитета не сомневался. Эксперты называли разные сроки: по минимуму, у нас будет еще месяц, пока респы смогут попробовать проверить нас «на излом» по настоящему — это, если нам не повезет. В оптимистическом варианте, срок начала полномасштабных боевых действий сдвигался где-то на полгода. Оптимизм тут, правда, был хреновый: военная промышленность Республики уже примерно год как обогнала еще ту, старую КНС, по уровню производства — а теперь разрыв увеличился совсем резко. Покамест, у ВАР просто нет столько солдат и технических специалистов, чтобы управляться всей этой массой вооружений и военной техники: клоноделы не справлялись с заказами. — Но, разведка докладывала, что у респов готовился первый массовый выпуск курсантов учебных лагерей и военных школ, где готовили пополнение для ВАР не из клонов, а из обычных добровольцев. В другой реальности это стало тем, что составило костяк новой имперской армии — здесь, видимо, плодами военного призыва воспользуется сама сохранившаяся Республика. Еще неприятнее: та же разведка докладывала, что джедайские эмиссары, от имени Республики, вели переговоры с атлонскими наемниками. Атлонцы стоят дорого… — но они способны сразу выставить миллиарды прекрасно обученных и оснащенных солдат для наземных войск. Даже, пусть все решится в космосе — отсутствие головной боли у респов по поводу некомплекта армейского пушечного мяса, или абордажных команд — если на то пошло, здорово облегчило бы жизнь верховному командованию Великой Армии Республики. Тем более, что при всей их дороговизне, атлонцы будут у них вот прямо сейчас и сразу, а готовности новых партий клонов им придется ждать даже не месяцы, а годы — причем, уже потратив на них деньги авансом. Это даже не считая того, что они просто могут зачислить боевых дроидов, оставшихся у неймодианцев и муунов, в ряды своей армии — если плюнут на всякие там «принципы»! В общем, подумать нам было над чем.

Потом было еще несколько таких заседаний, а так же — специальная сессия Сената Конфедерации, на которой утвердили стратегию наших дальнейших действий. Надежда на мир все еще сохранялась, хотя и довольно призрачная, поэтому было решено — всемерно избегать любых действий, которые Республика однозначно расценит как провокацию и несомненный «казус белли». Быть обвиненными потомками в том, что ты стал причиной развязывания новой войны, никому не хотелось — про прецедент Джеонозиса помнили все. Но, в то же время, причин отказаться от наращивания военных сил тоже никто не видел: про то, что желающий мира должен готовиться к войне, народ соображал — у нас в Сенате не дураки собрались! Собственно, все, кто хотел из КНС сбежать, уже нас покинули: новая волна «беглецов» теперь если и будет, то только после серьезных военных неудач — или какого-нибудь внепланового экономического кризиса. В текущих условиях, это почти одно и то же. Впрочем, мирная передышка позволила вздохнуть не только нашему военпрому, но и гражданским секторам экономики тоже: уже одно то, что были сняты блокады на многих гиперпутях, резко активизировало межзвездные перевозки, оживив торговлю.

Политика дело нужное, и время я вроде бы потратил с пользой — но, поскольку первична, все же, материя, то продолжение решений экономических и политических вопросов я оставил в руках своих союзников по КНС, а сам привычно занялся «железом». Хотя, Уот Тамбор в решении чисто технических вопросов от меня почти не отставал. Кстати, именно на него я и свалил координацию работы всех промышленных зон, оставшихся еще под контролем КНС — начиная от Тионской и заканчивая военными заводами еще державшихся отрезанных анклавов на других концах галактики. А сам попытался решить вопрос: где взять еще несколько флотов боевых кораблей, и армий дроидов — вместо тех, что покинули ряды нашего воинства вместе с «беглецами». Мой старый друг, Фальин Дьер, давно уже — еще до гибели дяди, звал меня на верфи Кар Шиан: что-то он там новое построил и испытал. — Обещал, что будет чертовски интересно. Но, к сожалению, меня сейчас занимали совсем другие проблемы. Например, как повысить производительность работы тех же верфей: автоматизированные комплексы любили стабильную загрузку производственных мощностей — и плохо переносили всякого рода изменения в отлаженных технологических процессах. — От этого у них резко падал выход конечной продукции. Конечно, мы вовсю раздавали военные заказы всем своим более-менее продвинутым в техническом плане мирам, имеющим развитую промышленность — но по сравнению с гигантами, вроде Металорна или Раксуса, это была мелочь, пусть даже ее и было много. Именно крупные промышленные агломерации давали три четверти всей нашей военной продукции. — Которой, как теперь выяснялось, категорически не хватает — а я ведь еще и Кеноби помочь техникой обещал! Тут есть с чего в тоску впасть и без дурных мест…

Челнок, пилотируемый дроидом, аккуратно вошел в шлюз дока Репликатора. Там меня уже встречала вся троица дублей — и «смотрящий» дроид-тактик вместе с ними. Хотя шлюз был «чистым», фон Силы в этом месте был… нехорошим он, в общем, был: как будто какой давно убранной падалью едва заметно пованивало. Интересно, что тогда можно было ощутить одаренному где-нибудь в камере Резонатора? Так, черт с ней, с философией — сперва дело, а с эмоциями как-нибудь потом разберемся! Сначала, по старшинству, докладывал Первый: количество заготовленных впрок материалов и конструкций впечатляло — получалось, что пустив в распыл миллион-другой разумных, я смогу теперь получить на выходе десять тысяч «Щедрых». Ну, или эквивалентно меньшее количество кораблей других, более «серьезных» типов — Первый даже озвучил примерные расклады. Относительно тяжелых вооружений, в том числе и корабельных, докладывал Второй — с этим вроде тоже было все в порядке: настоящие «гроздья» уже готовых деактивированных дроидов, боевой техники и разнокалиберных артиллерийских орудий висели на парковочных орбитах, на обратной стороне планеты. Второй… дубль показался мне каким-то неадекватным, что ли: какие-то оттенки посторонних эмоций в ауре прослеживались — хотя дубль, в принципе, это что-то вроде живой машины — откуда у машины вообще взяться эмоциям? — А он слова иногда невпопад и не к месту произносил, еще кое-что, по мелочи — но я списал это на общую атмосферу данного места. Вот Третий, тот вообще выглядел зомбак зомбаком: доложился, как будто шарманка мелодию «Ах майн либер Августин» отыграла! — Де, с «зэками» все отлично: Живы, сыты, в тепле — и прямо ждут, не дождутся, когда их можно будет на переработку отправить! Придурок. Но исполнительный: Скинутые на мой датапад TX-77 записи контрольных наблюдений показывали, что этот дубль крутился по делам как бы, не больше, чем оба других вместе взятые! — похвальная расторопность. Ладно, фиг с ними со всеми: пора лезть в Камеру Управления самому.

К моему прибытию тут все было уже готово: контур Накопителя был заполнен под завязку — подключайся к Контроллеру, и твори, что хочешь. Дубли расстарались — судя по докладу Третьего, в распыл пустили два миллиона двести восемьдесят семь тысяч триста шорок шесть разумных разных рас. — В большинстве — зейгеррианцев. Кое-кого из плененных возле Зейгеррии, кстати, я велел придержать и не пихать сразу в камеру Резонатора: бродили у меня в голове некие мысли насчет использования кое-кого из них в качестве «прототипов» для своего рода живых дроидов — аналогов моих собственных дублей. И это не считая тех нескольких захваченных ранее врагов, мятежников и обычных бандитов, что уже послужили «сырьем» для изготовления всех тех полуфабрикатов или комплектующих, что были складирована на той же орбите, по которой над планетой вращался Репликатор. Впрочем, в специальных лагерях уже сейчас сидело несколько сот миллионов потенциальных «поленьев для костра» — и прочесывающие бывшие пиратские гнезда, и миры работорговцев армии дроидов ловили все новых и новых. Сырье для работы если и закончится, то не скоро…

Привычно — когда только успел эту привычку приобрести? — занимаю место в точке Фокуса. Сразу же накатывает ощущение собственного присутствия чуть ли не в каждой точке гигантской конструкции, и даже далеко за ее пределами. Однако! — судя по всему, Контроллер установил плотную связь со всеми базами хранения комплектующих, что были созданы на орбите. Да и с висящими кораблями, доставившими очередную партию зэков тоже: вот они, ощущаются чем-то чужеродно-ярким, на фоне созданных с помощью самого Репликатора кораблей охраны. Так, касаюсь Контроллера через ментал — есть связь! — отклик нормальный: рапорт о готовности Системы Эффекторов к работе. Если немного утрировать, то, что я сейчас буду делать, слегка напоминает сборку собственного светового меча форсъюзером: из кучки стандартных деталей ты делаешь то, что нормально, на все сто процентов будет работать, лишь в твоих руках. — Главное — правильно настроить «кристалл»… — или, что тут будет вместо кристалла: Станция Управления, Искусственный Интеллект, или простой дроидный мозг. Я даже почти вижу, как это будет происходить, там — снаружи! — Увиденное ранее, при просмотре сделанных голозаписей, давало достаточно пищи для воображения.

Начать придется с самого сложного — со сборки флагмана Оперативного Соединения, корабли которого я здесь сейчас буду строить. Копия дредноута типа «Ассегай». К сожалению, сделать с помощью Репликатора копию «Покорителя» было нельзя: банально не хватало размеров Системы Эффекторов. — Размах, на который возможно было развести все Ассемблеры, был меньше необходимого — хотя, запасов энергии в Контуре Накопителя хватило бы с избытком. Впрочем, как я предвидел, даже сборка копии «Ассегая» окажется совсем не простым делом. Даже с учетом заранее составленных и загруженных в Контроллер «технологических карт», призванных облегчить мне работу, в процессе сборки. Даю команду Контроллеру на запуск процесса настройки Ассемблеров: сейчас огромные, похожие на раскинутые в стороны ажурные «колючки» гигантской черной снежинки, конструкции пришли в движение. Загибаясь и вытягиваясь вверх, они формировали рабочее пространство будущего гигантского виртуального 3D принтера. Неспешно текли минуты… — прошло почти четверть часа, пока весь ансамбль конструкций принял законченный вид: «снежинка» превратилась в полу раскрывшуюся чашку странного, сплющенного с боков цветка. Тогда я дал Контроллеру команду начинать следующий этап — благо, пока Ассемблеры принимали рабочее положение, к Репликатору потянулись «караваны» из всего, что потребуется для создания боевого корабля. Полусобранные конструкции секций корпуса, броня, оружие, готовые блоки и элементы энергосистем и систем жизнеобеспечения, электронные компоненты — все то, из чего будет состоять флагманский дредноут.

Между вытянутыми, как пальцы рук, элементами конструкций Репликатора начинает клубиться Тьма. Именно так: внутри нечто просто поглощает свет — если смотреть через данный кусочек пространства на ту же планету внизу, то видно черное пятно с размытыми краями. А вокруг этой области тьмы то возникают, то пропадают сполохи, похожие на сполохи полярного сияния. Постепенно эти сполохи сливаются в целые полосы и завесы, двигаясь и меняясь, как полотнища знамен на ветру. Впрочем, их слабый призрачный свет все равно почти не рассеивает окутывающий Репликатор сумрак. Подтянутые к месту сборки тракционными лучами комплектующие, образуют что-то вроде туч, или огромных стай из мертвых птиц, которые кружат возле станции. — Скрывая ее, время от времени, от постороннего взора — материалов для работы потребуется чертовски много! Наконец, мрак между разведенными конструкциями Ассемблеров прорезает первая Молния Силы — во всяком случае, ощущается это явление именно как Молния Силы, а не просто как какой-то обычный, пусть и очень большой, электрический разряд. Постепенно количество подобных разрядов нарастает, пока Тьма не оказывается полностью пронизанной Молниями — от края и до края. Рукотворный Шторм Силы, который заставили совершать полезную работу — нечто настолько невозможное, что в это трудно поверить, даже наблюдая подобное собственными глазами. Туда, в это пронизанное молниями темное пространство, уже без помощи тракционных лучей начинает затягивать то, что нужно для сборки корабля. Постепенно, среди молний, мрака и раскаленной материи возникает точка ослепительно яркого света. Этот свет растет, расширяется — отвоевывая у тьмы все новые и новые кусочки пространства внутри рабочего пространства. До тех пор, пока не заполняет всю рабочую зону между Ассемблерами целиком. И, после этого, нестерпимое для глаз сияние начинает так же постепенно гаснуть. Для того, чтобы показать взгляду тускло поблескивающий в свете далекого солнца черный корпус гигантского дредноута…

Впрочем, еще ничего не кончено: Используя Эффекторную Систему, почти так же, как если бы задействовал сканирующие системы этого колоссального 3D принтера для копирования данной конструкции, я провожу проверку систем только что созданного мной огромного корабля. — Чтобы сравнить все с эталонными параметрами, зафиксированными в Контроллере: в случае даже малейшего брака при сборке, тут придется пустить на слом весь дредноут целиком! Нет, ничего — все абсолютно нормально: корабль хоть сейчас можно активировать, и пускать в бой — только экипаж с десантниками, расходники, ЗИПы, боекомплект и полную авиагруппу малых летательных аппаратов на борт доставить. Ну, это уже пойдет отдельными пунктами — без участия Репликатора, работа которого выполнена блестяще. Вызванные буксиры цепляются к новому кораблю, даже еще не получившему своего имени, и тащат его на парковочную орбиту — там его и снабдят потом всем, что я ранее перечислил. Смотрю на хронометр: прошло всего четыре часа — и это на то, чтобы собрать с нуля огромный корабль, на постройку которого на обычной верфи уйдут месяцы! Ощущается усталость, но работать еще можно — рано делать перерыв: тем более, что дальше дело уже пойдет гораздо проще. Пока буксиры потихоньку уводят дредноут подальше, снова даю приказ Контроллеру: переконфигурировать Ассемблеры для одновременной сборки пары линейных крейсеров размерами поменьше. — Модификация «Предусмотрительного», так понравившаяся Тренчу — огромный корабль, размером приблизительно на сорок процентов меньше, чем «Ассегай». Два километра с лишним — будущие флагманы обоих Оперативных Групп создаваемого Оперативного Соединения.

Дальше весь цикл повторяется. Разве что, времени требуется несколько меньше: как говориться — «размер имеет значение»! — Но, все равно — три часа работы, как с куста. В чем то, этот процесс был даже более тонок и сложен, чем сборка копии «Ассегая». Но тут как при езде на двухколесном средстве передвижения: главное научиться сохранять равновесие — потом оно само поедет. Когда просканировал оба новых корабля на предмет качества сборки, то отдал приказ новой партии буксиров — тащить на парковочную орбиту и их тоже, раз все в порядке. На мой запрос, Контроллер ответил, что в контуре Накопителя уровень энергии составляет семьдесят пять процентов — неплохо, я ожидал, что на крупногабаритные объекты энергии потребуется гораздо больше! Следовало продолжить работу, но я чертовски сильно устал — надо было сделать хотя бы небольшой перерыв, на часок, не более. Такого отдыха вполне должно хватить. Загнать себя я всегда успею, а мне тут еще работать и работать: предстоит бег на длинную дистанцию, а не спринтерский рывок! — силы придется экономить. Вызвав всех троих дублей, приказал им произвести очередное переконвертирование Ассемблеров самостоятельно — это будет медленнее, чем у меня, но так даже лучше: за это время я успею сбросить напряжение и усталость, с помощью медитации. Через час принял «работу»: сформировано три меньших по размерам рабочих зоны, разнесенных по трем осям в горизонтальной плоскости — этакое причудливое трехлепестковое соцветие, с выступающими по краям его «лучей» Ассемблерами. Следующие восемь часов я трачу на то, чтобы сделать сотню «Центурионов», обычных стандартных «Предусмотрительных», и «Бунтарей» — флагманы и корабли управления для боевых эскадр и флайтов будущего Оперативного Соединения.

Выматывать себя дальше смысла не было: скопившиеся возле Репликатора готовые корабли просто мешали бы нормальной работе, даже если бы я не устал, как собака. Да и уровень энергии в контуре Накопителя настоятельно требовал пополнения — со своими тридцатью пятью процентами от нормы, точно так же, как не мешало переместить поближе к Репликатору новые порции материалов и необходимого для сборки оборудования. Разумеется, после того, как все новые корабли постепенно перетащат на стоянки парковочных орбит. Отдав соответствующие распоряжения своим дублям и TX-77, спешу к своему челноку и лечу обратно на «Черный Скимитар» — отсыпаться в нормальной постели, подальше от этого места тоски и кошмаров: еще через восемь часов мне снова заступать на «вахту». Впрочем, сделать следующие полтысячи кораблей будет все же попроще: «Левиафаны», «Щедрые» и корабли-ядра от «Лукрехалков» можно будет штамповать по полудюжины штук зараз! — Хотя, сперва все же придется заняться кораблями снабжения. Но, их делать намного проще, чем боевые корабли: затрачиваемые усилия и расход энергии не соизмеримы. — Другое дело, что комплексы Ассемблеров, из-за размеров этих кораблей, все равно придется использовать попарно — а не по отдельности каждый.

На следующий день я снова отправился к Репликатору — но, на этот раз не в одиночку. Пара десантных барж тащила, следом за мной, весьма необычный живой груз: пленных вагаари и их странных зверей — вольфкилов и шостри. Я хотел проверить: удастся ли мне создать, подобно тому, как я сделал собственных дублей, живые копии этой шушеры — ну и, кое-что из их снаряжения с помощью Репликатора воспроизвести. — Очень уж эффективны были эти твари — считая как зверей, так и их хозяев, — когда нужно было разыскивать и ловить живых существ. А то ловля тех же зейгеррианцев по их ухоронкам, которые у них еще оставались на их бывших колониях, силами дроидов была не столь эффективна, как бы хотелось…

Как и в прошлый раз, к моему прилету все было готово для работы: контур Накопителя полон, а необходимые материалы и все остальное подтянуты поближе к месту действия. Единственная разница с прошлым разом — не было больше в пределах чувствительности кораблей с заключенными. Несомненно, дубли отправили всех зэков в Камеру Резонатора — а тюремные корабли полетели за новыми партиями живого топлива. Традиционные доклады прошли по прежнему сценарию. Нет, что-то все же не так с этими моими дублями — заменить их, что ли? Это, конечно, паранойя, но лучше быть живым параноиком, чем мертвым пофигистом! Так все, решено: сделаю сейчас еще Четвертого, Пятого и Шестого — а первым трем прикажу заняться подготовкой новых кораблей к походу. Тем паче, что топливо и прочие расходные материалы должны были быть доставлены в систему со стороны, автоматизированными транспортами — прием и отправку которых контролировал дроид-тактик. — Вот к поведению TX-77, несмотря на все его заскоки, у меня пока претензий не было — все укладывалось в обычные флуктуации развития личности у искусственного интеллекта. Дальше, начать надо будет с создания копий органиков — все же, это сложнее, чем работать с мертвой материей. Ну а потом… пять сотен кораблей слепить, это вам не фунт майлоруна стрескать!

На чертовых зомбированных вагаари, с их зверинцем, потратил целый день. Двести тысяч двуногих, два миллиона четвероногих и двадцать миллионов летающих тварей — тупая, но исполнительная и преданная хозяину орда. В обмен на жизни всего-то ста пятидесяти тысяч разумных. Правда, еще через день из заранее заготовленных материалов, за то же количество жизненной энергии, мне удалось слепить тридцать миллионов дроидов — будущие экипажи и техническая обслуга для созданных тут же кораблей. Однако, подготовка исходного сырья для сборки дроидов тоже потребовала много энергии — так что, это сравнение все же было не совсем корректно. Следом за партией дроидов последовала следующая серия кораблей, затем — «порция» другой боевой техники и вооружений. Лепил потихоньку все, начиная от «Левиафанов» и заканчивая дроидами-«Стервятниками» и спидербайками STAP для флотских дроидов-десантников типа B-1. В общем, на сборку и укомплектование оперативного соединения полного состава ушло шесть дней. За это время подтянулись суда обеспечения и, под руководством Первого, Второго и Третьего, корабли постепенно начали приходить в боеспособное состояние. — Принимая экипажи, боезапас, расходные материалы и запасные части, топливо… все, что нужно для нормального функционирования. На седьмой день, чувствуя себя немного настоящим Саваофом, настроил «сеть управления»: разработанный аквалишами, по моему заказу, вариант «Рабской цепи». — И, оперативное соединение из простого скопища свеженьких боевых кораблей стало чем-то единым целым — как растопыренная пятерня, сжатая в кулак.

Увы, дальше пришлось взять паузу: и «закрома» у Репликатора опустели — некоторые компоненты и материалы выбирались более интенсивно, чем прочие — и очередную партию «живого топлива» надо было доставить, поскольку расход жизненной энергии несколько превысил запланированный. — А еще, и это было главным, требовалось обозначить свое присутствие на людях. Издержки публичной политики: народ постоянно должен видеть вождя — или, хотя бы слышать из надежных источников о том, что он занимается чем-то полезным для общества. Мне самому тоже требовался отдых — работа с Репликатором сильно выматывала. Даже регулярные медитации и подпитка организма с помощью Силы перестали давать значимый эффект. Итак, по всему выходило, что на подготовку следующего цикла работы Репликатора должно уйти тринадцать дней: следовало провести это время с пользой. Сами результаты работы… впечатляли, и это еще мягко сказано! — Даже если брать полный цикл подготовки и создание необходимого запаса материалов и деталей, все равно — на создание подобной флотилии с помощью обычного производственного комплекса, вроде тех, что сейчас развернулись на Тунде и Уарикане, ушел бы год! А здесь потребовалось меньше месяца, на все про все. Более того, сам процесс можно оптимизировать еще больше, распределив рабочее время и нагрузку рациональнее. Расчеты показывали, что на создание следующего полностью укомплектованного соединения у меня должно было уйти меньше четырех недель — и то. Основную часть времени я сам участвовать в процессе не буду, занимаясь политическими вопросами и военными делами. Два месяца, и у меня будет еще один флот! — если, конечно, жизнь мне эти два месяца времени даст…

Пока летели до Кар Шиан, внимательно просмотрел логии записей работы Репликатора, в мое отсутствие, которые мне предоставил TX-77. Не давали мне покоя странности в поведении дублей, вот и хотел посмотреть, чем они занимались там, пока меня не было. Странно… просмотр логов ничего криминального не выявил. Разве что, оказалось: со временем каждый из трех дублей стал заниматься чем-то одним, конкретным — а я, когда оставлял их там, приказывал регулярно меняться местами. Честно говоря, наивно надеялся на то, что у дублей будет иметь место развитие личностей, которое происходит у искусственных интеллектов, такой личностью обзаведшихся. С личностями, впрочем, как то не сложилось, а вот с работой… — сперва дубли четко следовали данным им инструкциям. А вот потом обзавелись «специальностями». Причем, что характерно, на вполне себе параноидальный вопрос TX-77: «Чего приказ хозяина не исполняете?» — последовали ответы про оптимизацию и ускорение работы. Успокоенный, тактик от них отстал. Так-с, получается, что Первый у нас там занимался тупой механической работой: сделать броню или кучу определенного сорта труб из нужных материалов — занятие не для интеллектуалов. Второй занимался изготовлением стандартных узлов, секций и систем — вроде тех же турболазеров и ионных пушек. — Работа куда более тонкая и ответственная. Третий вообще работал «мясником»: кормил Репликатор поступающими партиями зэков — обеспечивал работу первых двух дублей. Теоретически, работа вообще не бей лежачего — если только забыть про ее грязь, а так же про ту Сущность, которая обитала в Контроллере. Сила… дубли могли ее ощущать только в минимальной степени: для работы хватало, и не более того! — Но, именно через Силу они все и находились в рабочем контакте с Репликатором. Получается, что артефакт как то воздействовал на этих квазиживых организмов, разрушая их целостность? — ну, не должны машины выглядеть слегка сумасшедшими трудоголиками! Даже если эти машины вроде как органические, а не созданы из мертвой материи. Странно то, что на дроидов обслуги и стражников, во главе с дроидом-тактиком, ничего не действовало — они от заданной модели поведения не отклонялись ни на йоту. Оставалось принять за рабочую гипотезу, что дроиды просто совсем не имели связи с Силой, и артефакту не за что было в них зацепиться. В общем, выводы были неприятными: я тоже имел контакт с Репликатором! — И, плюнуть на эту работу не было никакой возможности — новая война вырисовывалась на горизонте с пугающей отчетливостью. Ладно, при всех странностях, дубли все же исполняют свои обязанности нормально. Плюс, вот, еще тройку новых — им на замену — сделал. В следующий раз, сделать еще десяток — и, непременно жестко дать приказ: периодически менять участки работы. Вопрос — куда девать старых дублей? — не возникал. — Дел было невпроворот. Взвалив их все на первую троицу я, похоже, просто перегрузил их невеликие возможности: копия не оригинал — сам я мог делать, за то же время, раз в двадцать больше, как только что убедился. Что еще? — направить дополнительно одного-двух дроидов-тактиков в помощь TX-77. Можно, и нужно — тем более, с новыми кораблями там, в той звездной системе, где находился Репликатор. Лишними мозги с военной загрузкой там точно не будут. Я сам… тут выбора особого нет: как говориться — «Плавать по морю необходимо, сохранить жизнь — не столь необходимо»! Перебьюсь. Придется стиснуть зубы и терпеть, пока есть возможность — просто, время от времени проверять: на месте ли еще у меня крыша.

Колючая, недобрая Тьма, чей дух еще витал у Кар Шиан, показалась мне родной и восхитительно чистой — после тяжелой и неприятной атмосферы того места, откуда я улетел. Судя по ощущениям Далла, и остальных форсъюзеров, что находились на борту «Черного Скимитара» — народ чувствовал себя примерно так же. Вселенская тоска сгинула с души, как ее и не бывало, да и физически я себя почувствовал, словно стакан чего-то крепкого опрокинул в горло, причем — натощак и без закуски. Впрочем, в голове наоборот, стало полегче — словно не вина, а какой то стимулятор выпил. Когда увиделся с моим другом-битом, был готов хоть сутки пролазить по верфям, осматривая все готовые к производству новинки. Насчет новинок Фальин Дьер и вправду не подкачал! — два новых прототипа, разработанных тут, на Кар Шиан, под его руководством, были полностью готовы занять места на сборочных стапелях: фрегат и легкий дестроер. Кроме того, он сообщил, что наши с ним бывшие коллеги, с Лианны, сделали новый прототип крейсера — с перспективой установки на нем усовершенствованных гравиколодцев. Глянув на голографическое изображение творения корабелов с Лианны, я спросил у Фальина, дали ли уже кораблю официальное название, и, услышав его имя — «Защитник» — невольно улыбнулся про себя: в чем-то история не меняется. А впрочем, чего я хотел? — и в той реальности, и у нас над аналогичными проектами работали одни и те же люди, по одним и тем же техническим заданиям… результат можно было предсказать заранее!

Я уже упоминал, что с некоторыми боевыми кораблями возникли определенного рода проблемы — как с постройкой, так и с эксплуатацией. Взять хоть те же «Левиафаны»: всем хороши в бою — но… и вот эти самые «но» до сих пор мешали кораблю стать единственным, стандартным образцом в «среднем» классе. Цена, требования к техническому уровню верфей, проблемы совместимости с современной электроникой, выплывшие на свет божий в процессе эксплуатации — вот и не смог он полностью заменить ни «Щедрого», ни «Бунтаря». В последнее время к ним прибавилось еще одно: в корабль решительно не хотели лезть — по размерам, а не по мощности энергетики, — новые генераторы гравитационной тени. Проблемы плотной компоновки изначально задуманного полностью универсальным корабля. Собственно, в качестве одного из носителей новых гравиколодцев и планировался «Защитник», после проведения полного цикла испытаний. Точно так же, как могли эти новые гравиколодцы нести и оба корабля, разработанных командой Фальина Дьера. Мой друг спроектировал и построил пару кораблей довольно близких по размерам, но решительно разных по технологическим концепциям, заложенным в их конструкции. В каком-то смысле, классификация этих кораблей была не очень корректна: сделанные по модульной технологии, они могли быть построены хоть фрегатами, хоть легкими дестроерами — или вообще универсальными десантными кораблями, или крейсерами. Максимально использованный задел стандартно применяемых при постройке «Щедрых», «Левиафанов» и иных наших боевых кораблей конструкций и узлов, обещал быстрое освоение любого из них, в случае решения о начале серийного производства. С учетом того, что уже вступили в строй производственные комплексы на Уарикане и Тунде — а комплексы, отправленные в Холодную Кузницу, вот-вот готовы будут к работе, мест для их постройки было предостаточно. Еще бы вопрос с Милиусом решить, да… — причем так, чтобы не разнести там все в пух и прах…

* * *

Увы, «отдых» на Кар Шиане быстро закончился — была масса более серьезных дел. Если в Тионском кластере все было более-менее в порядке, спасибо тестю и Регентскому Совету Тиона, так же, как и вокруг него — мои союзники в своих «доменах» тоже навели порядок! — А вот остальная контролируемая КНС территория пребывала в раздробленном состоянии: там, где имелись в наличии достаточные военные силы, порядка было чуть побольше — там, где нормальных войск не было, дело обстояло совсем печально. Пришлось убеждать делегатов оттуда, что их все же не оставят совсем без помощи — и выкраивать из своих не резиновых военных сил кусочки, чтобы заткнуть самые опасные дырки в государственной структуре Конфедерации. Уот Тамбор, Шу Май и Пассел Ардженте поступали так же, по отношению к своим разбросанным по галактике анклавам и клиентским территориям. В отношении территорий вокруг Паквепура и Андо КНС повезло — наша помощь успела вовремя. В других местах… было по-разному: пока что, Конфедерацию покинуло, по тем или иным причинам, почти две сотни миров. — Правда, еще почти сотня к нам присоединилась. Вот только маленький нюанс: «ушли» в основном хорошо заселенные, продвинутые в технологическом и промышленном плане миры — а присоединились нищие и дикие, мягко скажем, планеты. Миры вроде Дорнеи были скорее исключением, чем правилом — Внешнее Кольцо есть Внешнее Кольцо!

Хорошо хоть, что после пары месяцев полной неопределенности и балансирования на грани коллапса, начала подавать признаки оживления наша экономика. Но, тут моей особой заслуги не было — больше постарались союзники, понимавшие в этом деле гораздо больше меня. Здорово помогли делу заново налаженные взаимоотношения с Корпоративным Сектором Автаркия и сектором Мон-Каламари. Корпоративный Сектор был сам по себе огромным рынком для всех отраслей нашей экономики — как военных, так и гражданских, а уничтожение Зейгеррии и попутная зачистка гиперпутей, ведущих в том направлении, от пиратов, очень благотворно сказалась на взаимной торговле. Причем, не только с самими корпорантами, но и с теми мирами, что были расположены вдоль оконечности Хайданского Пути. С учетом того, что войска и флот КНС держали под контролем всю старую «Дорогу Наемников», вплоть до самого Мандалора, это давало нам, теперь, неплохую связность с нашими территориями, расположенными вдоль Хайданского Пути от Селанона до Руурии. А вот дальше… за Серенно и Валахари наше влияние падало практически до нуля. Раньше это были в основном территории, которые «окучивали» Банковский Клан и Торговая Федерация — собственно, оставшиеся у Конфедерации владения вдоль Хайданского Пути ранее как раз входили в орбиту влияния ТФ. Тамошнее население фортель муунов с возвращением под власть Республики не оценило, а войска Тофена Вейна «помогли» товарищам осознать, что они все же часть Конфедерации. К сожалению, еще больше сил для того, чтобы удержать миры, лежащие вдоль Шпоры Селанона, и дальше — до самого Орд Мантелла, у Тофена просто не было. Даже вдоль Хайдана то все сразу подчинить не получилось: пришлось срочно выбивать респов с Туле, у нас в тылу. Сектора, расположенные «на юг» от Тиона, нами контролировались куда более плотно — по крайней мере, до системы Кашиика, и до границ Пространства хаттов. Дальше, как и по другим направлениям, наша власть держалась исключительно в изолированных анклавах и отдельных мирах. Да, их все еще было много, но вот реальной возможности быстро помочь им, если что, у нас практически не было. Можно было только надеяться, что они смогут продержаться достаточно долго, опираясь на собственные силы…

Насчет «собственных сил» неплохо получилось у замирившихся, наконец то, куарренов и мон-каламари. Прекратив грызню и объединив, пока еще осторожно, свои силы, они стали вполне способны отстоять собственные миры самостоятельно. Разом ожившая торговля между Тионом, Техно Союзом, Коммерческой Гильдией и Корпоративным Альянсом не только принесла обитателям Дака хорошие дивиденды, но и сподвигла «рыбок» просить об ассоциированном членстве в КНС. Представитель мон-каламари появился в Сенате Конфедерации. В свете этого, на верфях Дака были размещены большие заказы на постройку боевых кораблей для нашего объединенного флота. В каком то смысле, начавшие сотрудничать с нами «рыбки» заменили для КНС уничтоженный, вместе с его огромными верфями, куарренский Паммант! Жаль, что таких же хороших известий не было с Милиуса: отправленная туда на переговоры делегация сгинула, как ее и не было. — Поггль Меньшой делал вид, что дела этой колонии его будто бы вовсе не касаются — мол, отрезанный ломоть! — сам их приютил, сам и разбирайся. Что было совсем дурным знаком, так это наметившиеся проблемы на Малевайне: хатты, имевшие там долю в уставном капитале, потребовали теперь себе не денег от прибылей, а половину кораблей, которые там будут строиться. За годы войны верфи на Малевейне разрослись, превратившись в один из основных центров кораблестроения КНС. Двести штук «Щедрых» в год. — Вчетверо больше «Дредноутов» — да, хатты купили-таки на Рендилли лицензию! — И пять тысяч «Корон» — еще столько же для КНС производили в год верфи Убриккии. Вот половину от всего этого мне теперь предлагают отдать хаттам — а ведь придется, черт побери! — слизняки то в своем праве.

Вообще, хатты ведут себя, последнее время, странно — если не сказать, нагло! Подняли транзитные тарифы, пытаются отжать бизнес у тех, кто входит в КНС — явно поддерживают тех, кто готов покинуть Конфедерацию, и уйти под их крыло. Да, такие вот «дважды сепаратисты» объявились вдруг и у нас тоже. Я бы еще понял, если бы эти ребята хотели убежать обратно в Республику — но власть хаттов? В такое время поневоле будешь ценить дружественный нейтралитет, вроде мандалорского. Кстати, эскадру полного состава я Кеноби отправил, как и обещал — будет все нормально, отправлю и еще пару: пусть у него будет целая дополнительная Оперативная Группа. — Мандалор неплохо прикрывает наш «северный» фланг — если не от возможного вторжения Республики, то уж от всякого бандитского отребья, почуявшего волю, точно.

За этим странным поведением хаттов мне виделось явное вмешательство Корусанта. Точнее, вмешательство джедаев: разведка докладывала с Нар Шадды, что разные джедайские «миссии» зачастили в Пространство хаттов. Республику и кажидики связывал договор, выгодный хаттам, — теперь, кажется, Корусант стремился еще больше привязать их к себе, возможно обещая какие-то дополнительные преференции. Это пахло неприятностями: прежний нейтралитет хаттов сильно облегчал нам жизнь — на том направлении, у нас даже не было размещено больших военных сил! Кроме того, в последние несколько недель усилились и потуги республиканской пропаганды, направленные на миры КНС. Грубо, топорно — и очень назойливо. Все это сопровождалось усилением подрывной деятельности. Если сначала республиканские эмиссары на наших мирах просто призывали к объединению любой ценой — но обязательно мирно, то теперь они перешли уже к прямому подстрекательству и поддержке любых недовольных режимом, который установила, или поддерживает на каждой данной конкретной планете Конфедерация. На нескольких мирах небольшие мятежи уже имели место — быстро подавленные, они не оказали каких-либо серьезных последствий на текущую политическую обстановку. Но, долго ли так будет продолжаться? — и, не ищет ли кое-кто на Корусанте повода, чтобы возобновить боевые действия. То, что такие люди в Сенате, и в Высшем Совете Ордена есть, мне говорили совершенно прямо надежные люди, которые были в курсе развития тамошней ситуации. Кто-то хотел заработать политический капитал на новом витке войны, кто-то явно боялся потерять вдруг обретенную власть…

У респов творилось, не пойми что: если сначала казалось, что Республика, со смертью Палпатина, обрела единство и стабильность, то последнее время это сказать было уже нельзя. Бесконечные политические разборки, которые то и дело выплескивались на улицы столицы и других республиканских планет: Комитеты по Защите Республики интриговали против правительства и Конфедерации. Политики в Сенате плевать хотели на проблемы регионов, лишь бы деньги в виде налогов и сборов платили. В армии и на флоте Республики прошли массовые чистки среди офицерского состава — причем, гнали из вооруженных сил за «неправильную» политическую ориентацию, а отнюдь не за бездарность в военном деле. И это притом, что сама ВАР начала массово пополняться не хорошо обученными клонами, а обычными добровольцами и рекрутами. В состав республиканских сил включили те части дроидов, что раньше принадлежали Банковскому Клану и Торговой федерации — не все, к нашему счастью, но многие. Более того, впервые за много лет Республика прибегла к массовому найму «солдат удачи» — в первую голову, атлонских наемников! Атлонцы… это было очень серьезно: их нанимают исключительно для настоящей войны — стоят их услуги уж очень дорого. Одно хорошо — у атлонцев нет своего военного флота. Зато, у Республики есть Куат, Рендилли и Кореллия — это я не считаю еще тех, кто «поменьше». Опять же, по данным разведки — респы строили сейчас три новых корабля на каждый наш, такого же класса. Если бы не беспорядок в политической жизни на Корусанте, и не проблемы с армией, КНС наверняка ждали бы хреновые времена… — а может, и нет! — Если некоторые обстоятельства все же сумеют поменять там расклады.

Потому, как в Ордене, неожиданно, началась настоящая охота на ведьм! После гибели Энакина Скайуокера казалось, что забурливший было, тихий джедайский омут окончательно успокоился: Группировки джедаев власть и влияние в Совете переделили, ситхов ликвидировали — сам Орден, чуть ли не прямую возможность управлять Республикой получил, сильно «подвинув» Сенат и исполнительную власть в центре и на местах. И вдруг, на тебе! — господа из Совета, явно не от большого ума, начали проводить «проверки на вшивость» среди тех джедаев, кто ранее воевал на фронте. Сила! — ну как, скажите, принимать участие в боевых действиях, и не дать при этом Тьме ни разу себя не коснуться? Кого-то отправили в глушь, «на покаяние», кому то просто нашли занятие в тылу, подальше от армии и флота. — А кто-то и вовсе угодил под раздачу: по слухам, несколько человек, проходивших подобную проверку, там просто исчезли бесследно — слухи об их судьбе были один мрачнее другого. Относительно этих слухов: кое-кто, не став дожидаться, когда за ним придут так же, как за Скайуокером, попросту кинулся в бега — они то и стали разносчиками этих известий. Общее число сбежавших от гонений джедаев, приблизительно, оценивалось в пару сотен. Многие из этих беглецов осели среди моих, теперь уже — моих, а не дядиных Аколитов: уцелевшие темные джедаи признали таки мою власть. Одного из этих беглецов я помнил хорошо — Антиннис Тремейн тоже не прошел джедайскую проверку. Как я понял, бывший пленник Конфедерации показал собратьям «невосторженный образ мыслей», прямо высказав наболевшее — как о порядках, царящих в Ордене, так и об отношении руководства к простым джедаям. Быстро попав в разряд «подозрительных», Тремейн не стал ожидать, когда его вызовут в Совет, на правеж — а предпочел уйти, не предупредив бывших теперь уже собратьев. Собственно, Антиннис стал моим самым ценным источником информации: умел человек докопаться до истины! Именно после его слов я понял, что возобновление войны, это вопрос даже не месяцев, а недель — как только на Корусанте получат подходящий повод. Что-то вроде подавления очередного мятежа на Бал'Демнике — который, кстати, организовали как раз посланцы Ордена. Или еще к чему прицепятся — ну, вон хотя бы к стычке у Кашиика, где корабли респов «успешно» обстреляли друг друга. На Кашиике как раз скрывался один из тех, кого новое руководство Ордена обвинило во всех смертных грехах — Квинлан Вос. Операция по его поимке закончилась полным провалом — киффар был крутым парнем! Но, поскольку корабль Воса ушел в сторону контролируемых нами территорий, сами понимаете, кого можно обвинить в его бегстве. — И плевать, что ни у меня, ни еще где-то на территории КНС, Квинлан Вос не объявлялся — кто там в Республике будет разбираться, по-настоящему?

Интерлюдия 18

Запах безумия

«Так пахнет безумие» — мысль, пришедшая в голову Мэйса Винду, совершенно не вязалась я тем, чем он сейчас занимался. Зато удивительно точно соответствовала тому, что творилось в галактике вообще, и в Республике в частности. Дочитав содержимое, магистр резко оттолкнул от себя датапад, который заскользил по гладкой поверхности обширного канцлерского рабочего стола, доставшемуся ему вместе с креслом, и этим кабинетом от прежнего владельца. Плоский гаджет доехал до самого края, и от падения на пол его удержал только чуть выступающий над уровнем столешницы бортик — не для таких ли случаев предназначенный? Впрочем, датапад, «упакованный» в оболочку из модифицированного транспаристила, без труда выдержал бы даже удар кувалдой. Или уцелел, если бы его положили бы под пресс, развивающий усилие в несколько тысяч тонн… ага, ребром поставив — такое и световым мечом не вдруг разрубишь. Рука сама, на ощупь, взяла с края стола — там датападов была еще целая стопка, — следующий гаджет. «Заряженный» уже совершенно другими сведениями, про иные дела: при всех его недостатках, Мес Амедда свою работу делал хорошо — на рабочий стол к Лорду-регенту попадала уже обработанная и рассортированная информация. Но, даже так, Мэйсу с большим трудом удавалось справляться с этим мутным потоком самых разных сведений. Оставлять на самотек ничего было нельзя — всякие пустяки секретариат и так отсеивал еще на стадии предварительной обработки: обычно отправлял для решения в нижестоящие инстанции. Самое хреновое, что вообще невозможно было сделать как в любимой джедайской присказке: «Отпустить ты их должен» — эти дела, они сами кого угодно за горло возьмут, и придушат лучше любого Форс Грипа, если их вообще не решать. Как ситх ухитрялся со всем этим разбираться, даже имея в помощниках двойника, который брал на себя рутинные дела? — а ведь все разбиралось и решалось, и вполне успешно! Все официальные дела и документы у Канцлера были в полном порядке: ни одна ревизия или проверочная сенатская комиссия не прикопается. — А ведь у Палпатина было не меньше и тайных дел, которые джедаи, пока, вообще ухватили только за кончики…

Ему бы такой же двойник, как у Палпатина, точно не помешал бы. Неожиданно, сам для себя, оказавшийся на месте исполняющего обязанности высшего чиновника Республики — и закопавшись в работу с головой, Мэйс Винду невольно упустил из виду дела Ордена. С одной стороны, разобраться со всем, что творилось с машиной исполнительной власти государства, было совершенно необходимо. Более того, это нужно было сделать как можно быстрее: пока эта самая машина, у которой исчезло управляющее звено, не наделала бы дел — пойдя вразнос. А с другой — магистру казалось, что уж сам Высший Совет контролировать абсолютно не зачем: не дети собрались, в конце концов. Как же он ошибся! — у событий, как оказалось, была еще и третья сторона. И, вот эта сторона дала о себе знать так, что Мэйсу временами хотелось тоже стать ситхом: чтобы иметь возможность смести Штормом Силы пол Корусанта — и не переживать об этом. Нет, почему Совет, в свое время, пропустил всю эту… накипь, было понятно: с формальной точки зрения Суун Бейтс, заваривший всю эту кашу, и те, кто стояли за его спиной были Светлыми. Ни пятнышка Темной Стороны! — при этом, куча правильных рассуждений про общее благо, необходимые реформы и борьбу за дело Света. Лучше бы Бейтс был обычным карьеристом, вроде какого-нибудь Крелла: занял место в Совете и успокоился на этом — а не толкал бы разные бредовые идеи.

Только оказавшись на месте Палпатина, которого сейчас совсем не хотелось называть его ситхским именем: Дарт Сидиус — Винду осознал, насколько пагубной может быть внутренняя политика Ордена по отношению к своим собственным членам. Да, да — это самое кредо, выраженное словом: «Отпустить» — когда человек становился винтиком системы, живущим только и исключительно в целях поддержания ее существования. Ордену нужно, чтобы разгром врагов Республики на Джеонозисе не выглядел как простой геноцид мирных, не угрожающих сейчас государству политических противников существующего режима? — Вперед, на Арену Петранаки: умирать ради того, чтобы Совет мог сделать первый удачный ход в начавшейся партии в политический дежарик. Добровольцев не спросили, их просто назначили! — и отправили умирать под бластеры супердроидов и дройдек Сепаратистов… две сотни рыцарей и падаванов. Они вам верили, они верили Ордену — никто не отказался, даже если и предчувствовал собственную гибель: верили, что идут умирать ради великой цели. А это был всего лишь обыкновенный гамбит, да еще и плохо разыгранный — сейчас, перед самим собой, Мэйс это честно признавал. Но, он хотя бы сделал выводы, пусть и поздновато, в отличие от некоторых — готовых и дальше отправлять людей на убой ради абстрактных идей.

Палпатин… ситх никогда так не играл с людьми: если к нему приходили с просьбой, и он брался решать проблему — он решал ее обязательно к пользе просителя. То, что при этом ситх получал выгоду и для себя самого, было просто приятным бонусом. Как Мэйс с удивлением обнаружил, чуть ли не девять десятых всех прошедших через Канцлера дел напрямую выгоды ему вообще не приносили. От некоторых даже особой пользы для Республики не просматривалось. Тем не менее, их разрешение добавляло Канцлеру влияния, а государству — авторитета. — Потому, что люди, имевшие с ним дело, не ощущали себя винтиками, фигурками на игровой доске, которых можно легко заменить, и которыми можно легко пожертвовать. Обидно, но ситх, действующий вроде бы исключительно в своих, корыстных интересах, демонстрировал больше заботы о конкретных людях, чем те, кто кичился сознанием того, что живет исключительно ради общего дела! Оказалось, любить всех людей, вообще, легко и просто — особенно, если для этого всегда можно пожертвовать кем-то одним конкретным, или — какой-то малой группой лиц. Как на Джеонозисе. Надо было всего лишь вовремя их «отпустить», выкинуть из числа тех, о ком ты должен позаботиться. Пусть ради призрачных «интересов» Ордена вершится неправый суд: та, кого поведут на расстрел, сама должна понимать, что ее гибель в интересах тех, кто был ее «семьей», все это время. — Ведь, ее так учили: всегда жертвовать собой ради общей цели! А то, что эта «общая цель» означает оболганное доброе имя, позор и смерть для одной маленькой тогруты… — что же, это издержки поддержания Равновесия, плата за то, чтобы в галактике всюду царил Свет. Тогда Мэйс не понял, что это они не невинного осуждали — они самому Ордену вынесли смертный приговор! Понадобилась Бардотта, понадобились мандалорские события — когда до него что-то стало доходить. Истинное прозрение пришло потом, после гибели Скайуокера — когда магистр Винду наконец то задумался: стоит ли цель использовавшихся для ее достижения методов. Нет, конечно, и до этого джедаи решали вполне себе насущные и реальные проблемы, захватывавшие интересы множества разумных: и отдельных планет, и целых секторов, и даже всей Республики — да и проблемы отдельных людей Орден решать помогал, если считал нужным. Вот в этом и была главная загвоздка: определить меру этой самой «нужды». Отделить тех, о ком позаботиться надо, от тех, о ком заботиться, по мнению твоих наставников еще с юнлингской поры, не стоило. — Не потому, что тебе этого не хочется, а просто в силу того, что ты считаешь невозможным это сделать. «Делай или не делай», да… только вот ситх «пробовать» никогда не боялся! Вот это самое неравнодушие люди у Палпатина и ценили. Вообще, как уже успел убедиться сам Мэйс, находясь на должности Лорда-регента, люди всегда ценили неравнодушие властей по отношению к своим делам. Орден тоже ведь был одной из таких «властей» — и люди, неосознанно, тоже ждали от него такого же неравнодушия. А сталкивались, обычно, с голым рационализмом. Точнее, не так: отдельный джедай мог сделать что-то конкретное, по просьбе простого жителя республики — и часто охотно это делал, порой даже, сам предлагая свои услуги, если видел в этом нужду. Чисто от души. Но у Ордена, как у организации, были совсем другие приоритеты.

Так уж повелось, что приоритеты всегда задавал Высший Совет — по крайней мере, так было со времен Руусана. А для Совета ориентиром были только параграфы Кодекса — и все, что выходило за его рамки, мягко говоря, не приветствовалось. Кодекс трактовал отношение к Силе, и к ее Светлой и Темной Сторонам — но оставлял без внимания такие понятия, как честь, совесть, милосердие. Подразумевалось, что такие вещи каждый джедай должен был решать сам — разумеется, с позиций Светлой Стороны. Но, конечное право определять: что хорошо, а что плохо — всегда оставалось за Советом. Члены Совета могли иметь то или иное мнение относительно конкретного вопроса, но голосование всегда приводило расклады к какому-то общему знаменателю — а знаменателем был исключительно Кодекс. Фактически, все просто свелось к обычному закручиванию гаек: «то нельзя, это нельзя — и туда тоже лучше не лезть»! Пока был мир, пускай и относительный, система худо-бедно работала, но когда началась большая война, негативные тенденции в работе Ордена стали постепенно накапливаться. В конце концов, у «гаек» начало «срывать резьбу». Как результат — рост числа Падших, и просто обыкновенных предателей или шкурников, пожелавших под любыми предлогами не идти на фронт: наличие у человека возможности манипулировать Силой вовсе не наделяет его какими-то особыми душевными качествами. Вместо того, чтобы искать причины, Высший Совет пытался бороться с последствиями. Оно и понятно: найти и ликвидировать очередного Темного джедая, было гораздо проще, чем понять — что именно толкнуло человека в объятия Темной Стороны. И уж тем более, это не требовало возни с самим оступившимся — что бы вернуть того к Свету. По большому счету, Суун Бейтс и его сторонники предлагали просто ужесточить данный процесс, привести его к логическому концу: отсечь все «подозрительное» заранее — без жалости и гнева, как и подобает истинным джедаям. Ну, так, как себе тех самых «истинных джедаев» представляли эти господа. И, в чем сам Мэйс, в последнее время, стал все больше и больше сомневаться.

Ладно, это бы все ничего — в Совете и раньше случались длительные размолвки относительно текущего политического момента. Магистра Винду взбесило и вывело из себя — настолько, что он сейчас едва удержал контроль! — известие, принесенное контрразведкой. Не удивительно, что Амедда положил датапад с этими материалами самым первым — важность информации, и для Республики, и для Ордена, имела исключительно большое значение. Позже, не сейчас — он еще не достаточно успокоился! — Мэйс обязательно свяжется с гранд-мастером Йодой, и еще с некоторыми надежными магистрами и мастерами. Эти сведения требуется тщательно обсудить, и — непременно выработать стратегию противодействия намерениям «реформистов-традиционалистов». Уже одно то, что компания Сууна Бейтса, и еще некоторые фракции продолжали мутить воду, несмотря на вроде бы достигнутый консенсус, было плохо. Орден и так слаб, как никогда ранее — именно из-за разногласий относительно дальнейшего пути развития. Так теперь, как выяснилось, Бейтс связался с экстремистами из Комитетов по Защите Республики — явно надеясь, с их помощью, повлиять как на политику самой Республики, так и на внутреннюю политику Ордена. Союз сторонников Ишина-Ил-Раца с фракцией Сууна Бейтса стабильности и спокойствия ни Ордену, ни Республике точно не обещал. Зато, призрак новой войны с осколком КНС становился все более и более материальным.

Новая компания по очистке вооруженных сил Республики от «сомнительных элементов» — работа этой коалиции. Заодно фракция Бейтса опять попыталась начать разборку с теми джедаями, кто не подходил под их определение «настоящего». Начали они, что не удивительно, с Квинлана Воса: кифар представлял для этого слишком удобную мишень. — Заодно, они решили «пристегнуть» к этому делу высосанный из пальца заговор флотских офицеров. Именно флотские, державшиеся относительно независимо, почти в открытую высказывали свое недоумение пошедшей компанией с заменой джедаев-офицеров. Когда опытных, проверенных на войне рыцарей пришлось заменить, из чисто политических соображений, на тех джедаев, кто до этого по тем или иным причинам не участвовал в боевых действиях. Вот этих недовольных участники «патриотической коалиции» и пожелали любыми путями убрать со службы, как неблагонадежных. Повод должен был быть создан во время операции по поимке Квинлана Воса. Планы были разработаны, сверстаны и приведены в действие — только у них пошло все не так, как эти господа планировали: Вос ушел, а назначенные на роль заговорщиков военные — то ли осознав, к чему идет дело, то ли просто следуя велениям воинской чести и боевого братства, — не просто отказались исполнять отданные им приказы, а еще и прибили самих «приказывающих». Скандал вышел невероятный: высшие офицеры флота, да и армейцы не клонского происхождения, были людьми опытными и, к тому же, не обделенными мозгами. — Понять, что их коллег и товарищей по службе хотели подставить, ради какой-то непонятной политической игры — они поняли. И, выводы сделали соответствующие: в Адмиралтейство и военное ведомство хлынул поток прошений об отставке! Кого-то удалось уговорить, не покидать службу, но это были редкие случаи: Ни сам Мэйс, ни Уилхуфф Таркин, первым высказавший ему свое мнение на истинную подоплеку происходящего, ни еще несколько толковых и надежных генералов и адмиралов, поддерживающих Лорда-регента не могли поспеть везде. Последствия всей этой аферы для армии и флота Республики были катастрофическими…

В условиях нормального перемирия оно бы все могло и обойтись, но что вы прикажете делать, когда у нас опять на носу возобновление боевых действий? Несмотря на все усилия Мэйса Винду, даже при полной поддержке гранд-мастера, в самом Ордене и в Сенате сформировалось четкое мнение: «дожать» остатки Конфедерации силой, принудив к миру на своих условиях. Ну, ладно осмелевшие политиканы, уже забывшие, как пытались даже забиваться на Нижние Уровни в поисках убежища, когда на Корусант напал, в последний раз, генерал Гривус. Что взять с господ, интересы которых ограничиваются исключительно понятиями: «интрига», «власть» и «прибыль»? Но джедаи… магистр Винду не узнавал собратьев: похоже, война, все же, сильно всех членов Ордена изменила — и, совсем не в лучшую сторону. Этот неожиданный энтузиазм у тех, кто раньше предпочитал оставаться в тылу — теперь, когда от военного могущества КНС, казалось, осталась одна тень. — Такой энтузиазм был неприятен. На фоне всеобщей волны активности, заявление того же Феланила Баакса — о том, что на фронте ему делать нечего, — смотрелось огоньком здравомыслия во мраке. Мастер Ремесленник не стал разводить политесов, а связался с самим Мэйсом, и заявил, что ни он армии, ни она ему пользы принести не могут — а приносить вред своей некомпетентностью Феланил решительно не намерен. Его бы слова, да некоторым собратьям в уши…

С простыми солдатами было все решаемо: новые партии клонов, уже без проклятых биочипов, деньги, которые Сенат выделил на наем «частных вооруженных формирований» — да куча добровольцев, которых загнали на вербовочные пункты посулы и агитация активистов Комитетов по Защите Республики. Хоть тут Ишин-Ил-Рац и его соратники пользу принесли. Вот с квалифицированными и компетентными офицерами было плохо: прошедшие сито отбора «патриоты» из сторонников Ишина-Ил-Раца адекватной заменой не были — пусть даже в плане количества далеко превзошли число «отставников». Братья по Ордену… тут все было так же плохо: хорошо если половина генералов-джедаев имела хоть какой-то боевой опыт. Единственное, с чем проблем не было совсем, так это с «железом»: Куат, Рендилли и Кореллия строили корабли быстрее, чем для них формировались экипажи. Всерьез раздавались голоса, чтобы ввести в штаты ВАР собственных боевых дроидов. Тем более, что вновь ставшие частью Республики мууны и неймодианцы отдали в распоряжение Корусанта и свои «механизированные» армии. Особенно рьяно лоббировала в Сенате свои интересы Балморра: там перед войной были созданы удачные образцы дроидов огневой поддержки, для предполагаемой республиканской армии. Планы, которые с появлением армии клонов легли «в стол», балморранцы теперь снова пытались претворить в жизнь. В общем, да, господам сенаторам есть, с чего переходить на воинственную риторику. Что было самым плохим: все эти господа не просто пытались найти повод для продолжения войны — они его активно создавали собственными руками!

Недавно Мэйс узнал, что некоторые фракции Сената начали активную вербовку сторонников на входящих еще в КНС мирах. Щедро спонсировали любую анти-конфедератскую деятельность, за казенный счет: от вполне легальной оппозиции до вооруженных мятежей — и даже финансировали наем специальных диверсионных групп. Еще хуже — по их «просьбе» кое-кто из членов Высшего Совета санкционировал отправку джедаев-«добровольцев», для помощи «борцам с угнетателями Сепаратистами». Что характерно, поставить в известность о подобной деятельности Лорда-регента, не соизволили ни Сенат, ни собратья по Высшему Совету, вовлеченные в это дело. — Несмотря на то, что Мэйса, как исполняющего должность главы государства, подобные действия касались напрямую! Но, даже узнав об этом, магистр Винду совершенно не представлял себе масштабы этой «инициативы». Доклад Амедды поставил все на свои места: получалось, что теперь отыграть назад уже было невозможно — даже, если бы здравомыслящие люди попробовали это сделать. Скоро обычные штабные игры генералов и адмиралов играми быть перестанут: Мэйсу сейчас было нехорошо — то чувство, Талант, который назывался «способностью видеть критическую точку», намекал, что добром все это не кончится. Тут и вправду, даже с хаттами на союз пойдешь…

* * *

Горелый — прозвищем охрана Мясника наградила его сразу, чуть только он выполз из реабилитационной палаты у «доброго доктора» — легко нес тощий вещмешок. После пары вылазок в город, почувствовав, что уже вполне уверенно стоит на ногах, он решил уйти из больнички при первой же подвернувшейся возможности. Находясь тут «в гостях», он и так уже слишком долго испытывал терпение Леди Удачи. Она дама капризная, может и задом повернуться — примерно так же, как это произошло с ним недавно. А он сейчас не в том состоянии, чтобы разбираться еще и с докторской охраной — если Мясник вдруг решит все же его кинуть. Хорошо еще, что слухи про то, что отрезанных от Силы форсъюзеры не чувствуют, подтвердились: у Мясника в хозяйстве был сеповский JK-13 — который вообще, никак на него не реагировал! Еще лучше, что способность манипулировать Стихиями, от этого, не пропала… впрочем, иначе он тогда бы просто не выжил. Доставшиеся на халяву от бандитов деньги и ценности были просто небольшим подспорьем, по сравнению со всем этим. В том, что его поиски — или, поиски его останков, не прекращены, Горелый был совершенно уверен. Так же, как и в том, что рано или поздно полицейские и агенты Убиктората, вместе с джедаями, доктора непременно посетят. Вот в этот момент ему надо было быть как можно дальше отсюда…

Первую вылазку «наружу» он потратил на глупость: попытался еще раз выйти на связь с обоими дроидами — и с апартаментами жены. Судя по лентам новостей в ГолоНете, Падме вернулась к активной общественной жизни. Про детей, или даже вообще про возможную беременность госпожи сенатора не было ничего… даже в желтой прессе, падкой на сенсации, и любящей их «обсасывать» недели и даже месяцы спустя, после того, как остальные уже про них забыли. СиТриПиО вызвать не удалось. — «Аккаунт удален» — известил его оператор связи. Вызов на оба номера, закрепленных им за Арту, тоже не дали результата: «Абонент вне зоны доступа» — черт, что могло случиться с его маленьким товарищем? Номер жены тоже не отвечал. Вызов в ее обиталище, в особняке номер 501 по улице Республики, вывел его на Грегори Тайфо. Начальник охраны Падме его не узнал… — попытка разговора тоже кончилась ничем: Тайфо просил назвать имя, и причину, по которой он желал получить аудиенцию у госпожи сенатора. Было совершенно ясно, что начальник охраны скорее сдаст его Службе Безопасности, чем позволит поговорить со своей госпожой — пока личность неизвестного не будет установлена. Горелый поздравил себя, что поговорить он решился с общественного терминала связи, да еще и расположенного в соседнем квартале…

Собственно, во время второй вылазки в город он и решил больше не возвращаться в клинику — как-нибудь долечится и так. Вообще, повод выйти наружу был резонным: требовалось прикупить некоторые бытовые мелочи. Раз уж ему нужно интенсивно двигаться, чтобы процесс заживления ран шел еще быстрее, то почему бы не совместить приятное с полезным? Мясник не возражал. Тем более, что деньги у «клиента» были, и от него на это дело не требовалось ни кредитки. Идентификационную карту ему у Мясника сделали — правда, эта карта если и пройдет проверку, то исключительно формальную. Настоящий владелец означенного в ней имени уже лет пять, как пребывал по ту сторону Силы. А Горелый совсем не держал столичных копов за идиотов: поэтому от идеи обзавестись хоть каким оружием, даже не летальным, решительно отказался — так было проще не выделяться из толпы. Вот барахла прикупить было нужно — и для этого он выгреб из бандитского несессера, ставшего его трофеем, всю «обезличенную» наличность. Увы, такой было немного — на собственный корабль, даже убогий, не хватило бы. — Даже имей он надежные документы для его покупки. Вообще то, Мясник сделать надежные документы обещал… — только обещанного можно будет прождать до самого прихода полиции! Доктор сотрудничал с разведкой тионцев исключительно из меркантильных соображений, так же, как он это делал с хатами и иными криминальными элементами. Он зря рисковать своим бизнесом не станет.

Закупившись необходимым барахлом в примеченном с прошлой вылазки магазинчике, переодевшись и избавившись от старой одежды, предоставленной ему от щедрот Мясника, Горелый отправился туда, где ему могли помочь убраться с Корусанта. К счастью, когда он немного… пришел в себя, после краткого курса лечения у Мясника, ему удалось вспомнить одного субъекта, промышлявшего организацией нелегальных контрактов для наемников и прочей публики того же сорта, с которым он как то мельком пересекался в прежней жизни. Тогда они были знакомы не на столько, чтобы тот связал его со старой, настоящей личностью, но достаточно, чтобы сделать так, что он взялся бы за дело — не безвозмездно, конечно — ради незнакомца с обожженной физиономией. Теперь, заодно, сделал через этого бесалиска еще одну фальшивую идентификационную карту — которую он, потом, покажет своим будущим нанимателям. Без даже такой вот «липы» с ним разговаривать вообще не станут, даже с полученными рекомендациями. Просить об этом Мясника, с его связями — как с криминалом, так и со спецслужбами, было бы верхом глупости. Выбора у него не было — с Корусанта надо было валить как можно скорее, и как можно дальше. И сделать это, не имея даже липовых документов, было крайне трудно: на их основе наниматели выправят ему, через свою канцелярию, уже настоящие документы — на выбранное им новое имя. Тут главное, чтобы имена в липовой карте и в настоящей были одинаковыми: тогда юстициары придираться не станут!

И вот теперь, проехав чуть ли не половину планеты на перекладных, в общественном транспорте — хотелось как можно тщательнее запутать след для возможных ищеек! — он идет на нелегальную биржу, через которую можно получить работу у наемников. Как ни крути, а выбирать ему не из чего: кроме как хорошо воевать, в жизни ничему толковому так и не научился. — Точнее, умел то он многое, и руки у него всегда росли из нужного места, но без диплома и надежных документов на работу его никто просто не возьмет. Еще и полиции сдаст, как сомнительную личность. Наемники же ребята не привередливые — да и пополнение в их рядах требуется достаточно часто: всегда была нужда в «свежем мясе», особенно во время войны. Шансы, что его возьмут, немалые — главное, придумать себе достаточно правдоподобную легенду, в которую поверят. Посредник-бесалиск дал ему адрес и рекомендацию к владельцу «вербовочного пункта», теперь все дело за ним самим. Плохо только, что кантина, служившая вербовочным пунктом, наверняка просматривается видеокамерами, и прослушивается — иначе юстициары просто не дали бы ее владельцу работать. Плохо это потому, что рекрутеру придется назвать то имя, которое потом будет стоять в его настоящих документах — а он очень не хотел, чтобы его запомнил кто-то из тех, кто останется на Корусанте. Но, делать нечего, как получится — так и получится. Имя он оставил прежнее, просто слегка сократил его, оставив один слог из трех. Когда то, мама ласково называла его именно по первым слогам имени — Эни, а друзья детства, наоборот, начало имени предпочитали проглатывать, зовя его Кеном — на что он охотно откликался. Где они теперь, его старые друзья, живы ли? Эникен… татуинский выговор: потом его звали чуть иначе, с иным произношением. Фамилия — девичья фамилия его матери вполне пойдет! Тем более, что теперь это не имеет уже совсем никакого значения. Кен Старкиллер… неплохо звучит, ему подойдет.

Ему и так дико повезло, что он остался жив. Если еще недавно Старкиллер — надо привыкать к новому имени! — хотел только смерти, то теперь, в полной мере ощутив ее огненное дыхание на своем теле, вдруг передумал умирать. К тому же, оставаясь в живых, он ломал игру тем, кто сломал жизнь ему самому. Странно, как задуманная пакость ближнему своему поднимает настроение: еще совсем недавно Старкиллер пришел бы из-за таких мыслей в ужас. А теперь ненависть является просто еще одним стимулом — одним из немногих хоть как то еще заставляющих его жить. Когда он ввалился к Мяснику, с черного входа, что называется — на автопилоте и на адреналине — только ненависть, прежде всего к самому себе и своей глупой доверчивости, заставляла его передвигать ноги. И хвала Силе, что он сумел дословно вспомнить кодовые фразы пароля для секретных агентов разведки Тиона, что когда то сообщил ему Райден Дуку — иначе Мясник просто выкинул бы обратно на улицу неизвестного подозрительного типа с обширными ожогами по всему телу. А так… Мясник умный мужик, и будет крепко держать язык за зубами, потому как знает — еще с тех времен, когда начал работать на хаттский картель: длина жизни имеет обратную зависимость от длины языка. А тут, после обмена нужными словами, и в бакту сразу сунули, без вопросов, — и одежонку потом, спустя несколько дней, выдали. — Кредитки Старкиллер не побрезговал добыть себе перед этим сам. Тем более, что тут даже совесть его не мучила — мерзавцы, которых он заставил «поделиться» деньгами, и так явно зажились на этом свете — еще, получается, он и пользу обществу принес. Губы невольно скривились в ухмылке — когда то, это самое «приносить пользу» было смыслом его жизни — ну вот и доприносился…

Десять минут неторопливой ходьбы, и нужный терминал одного из бесчисленных космопортов Корусканта открылся во всей своей обшарпанной красе — кантина была расположена близко к этому космопорту, имевшему неофициальное прозвище «Гавань Наемников». Старкиллер наметанным глазом выделил несколько десятков боевых кораблей, разбросанных по докам терминала. Судя по эмблемам, как раз и принадлежавших к разным флотилиям наемников. Проверки на профпригодность от будущих коллег он совершенно не боялся, а вот возможный шмон со стороны таможенников и СБ терминала вполне мог иметь место. Ну да, к нему прицепиться, вроде бы, не за что… главное, пройти собеседование с рекрутером наемников: без него, для беседы со старшими офицерами, его никто даже не допустит.

* * *

В каком-то смысле планете Эрн до этого времени везло: в секторе Грумани она считалась настоящим захолустьем. В чем тут везенье? — а в том, что главные транспортные артерии галактики проходили, с одной стороны, «почти рядом». — А с другой — добираться от того же Хайданского пути до Эрна приходилось полмесяца! Притом, что по «магистралям» всю галактику из конца в конец можно было пересечь за несколько дней — если у вас гиперпривод очень быстрый. Это начисто убивало, для Эрна, любую межзвездную логистику: никакие выгоды от торговли не компенсировали потери времени на преодоление местных аномалий и гипербарьеров, мешавших летать достаточно быстро. Любые товары или сырье удобнее было привезти оттуда, где существовали торные дороги, чем лезть в такое гиблое место. Но это же исключало планету из приоритетного списка объектов грабежа разного рода галактических «джентльменов удачи»: большие затраты на организацию набега не компенсировались полученной добычей. Нет торговой выгоды, и отсутствуют какие-то ликвидные продукты, готовые заинтересовать остальную галактику — и ты уже никому не интересен: ни коммерсантам, ни бандитам. Так бы и влачила планета жизнь забытого Силой и людьми уголка, годного только в качестве обители для всяких отшельников или мирных земледельцев, если бы не две вещи. Первой вещью были недра планеты, весьма богатые на полезные ископаемые. Второй вещью — начавшаяся в галактике большая война, которая резко поменяла некоторые приоритеты для воюющих сторон.

То, что раньше можно было привезти из далекой дали, теперь приходилось искать поближе: блокады и контрблокады сделали прежние торговые маршруты почти не рентабельными. Слишком велики стали потери при транспортировке. Проще было поискать разных полезных и нужных для военного производства вещей где-то в иных местах. Например, там, где это раньше считалось не выгодно из-за плохих гипермаршрутов. Плохие то они были плохие, но на них, по крайней мере, не стреляли и не грабили. Техно Союз, потерявший с началом войны кучу полезных связей, обратил свой взор в секторе Грумани на Эрн. Планета могла стать идеальным источником сырья и полуфабрикатов для тех производственным мощностей, что Техно Союз уже имел в этом секторе — и которые, в силу разных причин, остались теперь без поставщиков. Со своей стороны, власти планеты увидели в желании гигантской галактической промышленной конгломерации получить источник необходимого им сырья, возможность неплохо заработать. Кроме природных ресурсов, тамошние жители могли предложить Техно Союзу и ресурсы людские: относительно тихое и безопасное место позволило иметь аборигенам неплохой уровень образования. Не требовалось тратить небольшие деньги, собираемые правительством в виде налогов, на военные нужды — как следствие, их можно было потратить на что-то другое. На образование для населения, например. Побывавшая на Эрне скакоанская комиссия осталась довольна увиденным, и стороны ударили по рукам.

После этого жизнь тихой глухой провинции разительно изменилась: за три военных года Техно Союз создал на Эрне мощный комплекс из горно-металлургических комбинатов и перерабатывающих заводов, с высочайшей степенью автоматизации. Как и предполагалось, необходимые технические кадры для них, быстро удалось подготовить прямо на месте. В качестве работяг завезли миллиарды дроидов разных моделей: с «железяками», в этом смысле, проблем не было. — Жрать по дороге, отключенными лежа в трюмах транспортов штабелями, они не просили! Поскольку обычное сырье возить с планеты было все же накладно, была налажена его глубокая переработка. От этого уже не далеко было до организации производства прямо там, на месте, готовых деталей и узлов для различной техники. А потом уже и сборку самой этой техники успешно наладили. К концу войны, бластеры, спидербайки и еще многое другое, что имело пометку «сделано на Эрне», планета массово поставляла другим соседям-членам КНС.

Как водится, «полезным» объектом сразу же заинтересовались многие, в том числе и на Корусанте. После гибели графа Дуку и наметившегося было развала Конфедерации, заинтересованные господа из столицы Республики решили действовать — справедливо считая, что под лежачий камень вода сама не потечет. Недовольные существующим порядком вещей есть всегда и везде: высшее политическое искусство — найти их, организовать и заставить работать на себя! Дельцы из республиканского Сената хорошо это умели. Едва только установилось шаткое перемирие, агенты Республики тут же появились на Эрне. А еще через несколько недель в столице планеты произошел военный переворот, и власть на Эрне захватили прореспубликанские элементы, создав свое правительство. Это правительство тут же обратилось на Корусант, с просьбой принять планету в состав Республики — и, понятно, прислать военную помощь против возможного возвращения «колонизаторов» из Техно Союза. Поскольку свободных частей ВАР в этом районе у командования республиканских войск не было, то новому правительству посоветовали обратиться за помощью к частным военным формированиям. Как оказалось, вот тут, прямо сразу уже есть даже готовое наемное войско, согласное — за соответствующую плату, разумеется! — защитить новорожденные Свободу и Демократию на Эрне. Поскольку запросили «защитники» немало, новое правительство вынуждено было поднять налоги. А с учетом того, что спрос на местную продукцию на внешних рынках сильно упал: логистика никуда не делась! — доходы населения тут же рухнули вниз…

Попытка совершить на планете контр переворот, и вернуть «старые добрые времена» не удалась: Ополченцы наткнулись на вооруженных до зубов наемников. Отряды добровольцев — против профессионалов. Толпа перепрограммированных дроидов, использовавшихся в гражданском секторе — пусть те и создавались на основе платформ известного всей галактике В-1 и дроида-тактика, — против тяжелой боевой техники.

Понимая, что против настоящей военной силы население планеты сделать ничего не может, уцелевшие представители прежних властей Эрна воззвали о помощи к руководству Техно Союза. Уот Тамбор имел целую кучу собственных проблем, но Эрн всегда был хорошим партнером для бизнеса — да и терять ценные активы было жалко. Со своими собственными военными силами у Техно Союза был, в это время, некоторый напряг. Зато у скакоанина имелись надежные союзники. В один не очень прекрасный момент — для сторонников Республики, в небесах Эрна появились тионские боевые корабли. Хотя, казалось бы, где сектор Грумани, и где Тион? Мало кто мог тогда предположить, что на Эрне все еще только начинается…

* * *

Даа, раньше республиканская пропаганда врала как то убедительнее! — Лотто Даск неторопливо отхлебнул небольшой глоток из кружки. — Трепотня о каких-то «борцах за свободу» с какого-то Эрна, которой развлекал зрителей ведущий новостного канала, прямо-таки липкой замазкой висела на ушах. Кстати, где вообще находилась эта дыра, название которой виквай слышал первый раз в жизни? Ладно, черт с ними — не его это забота: он тут, в кантине, не прохлаждается, а делом занят. Ищет новое пополнение для «Фурий Тайтона». Пойло, название которого он забыл сразу же после слов бармена, было не таким уж и плохим. В отличие от настроения самого наемника. Какой ситх только занес их в такое время на Корусант! Нет, с корабельным железом получилось более-менее нормально: и текущий ремонт удалось провести быстро и недорого, и еще запчастей прикупить — и все за разумные бабки. Но вот экипажи… старый виквай снова вспомнил лица погибших товарищей. Казалось, и работа была не пыльной — они обеспечивали охрану тылов ударной группировки ВАР, под командованием самого Ки-Ади-Мунди, в решающей битве за Майгито. А вот поди же ты: с этим клонским мятежом пришлось даже его технарям пострелять изрядно — да еще и на считавшейся тыловой базе. И понести большие потери: клоны есть клоны — даже если у них из-за чего-то поехала крыша. Хорошо хоть не у всех разом, иначе потери могли бы быть куда большими! Но и для Даска и для «Кулака Хедона» это было слабым утешением — три десятка трупов для экипажа дестроера типа «Саваоф» это слишком много. Что самое обидное, раненых почти не было — проклятые клоны умели стрелять отменно.

Конечно, жизнь наемника это риск, но даже наемник обычно не ожидает выстрела в спину, на собственной тыловой базе, когда честно отрабатывает заключенный контракт. Республика щедро заплатила, в том числе и за убитых, но какие деньги заменят опытных и знающих профессионалов… и товарищей? Попутный заход на Корусант, в числе прочего, имел еще и целью набрать пополнение. Обычно здесь крутилась масса самого разного тертого народа, на многое готового за хорошие деньги — а с деньгами у «Фурий Тайтона» сейчас, благодаря этой проклятой бойне, было все нормально. Вот только спрос тут, как выяснилось, сильно превышал предложение: после мясорубки на здешней орбите, в дополнение к первой, устроенной генералом Гривусом, в республиканский флот гребли любого подвернувшегося под руку военным рекрутерам разумного, имевшего подходящую специальность. И при этом даже не особо интересовались его желанием, что уж совсем странно. Интересно, второе подряд сражение у себя над головами так проняло этих жирных тварей из Сената, что они наплевали на все ранее декларируемые ими же самими принципы? Лотто хмыкнул про себя и покачал головой — надо же, чего удумали: насильственная вербовка во флот! — Потом сделал еще один глоточек из огромной кружки. Были тут и какие-то другие «конкуренты» с большими деньгами, что усиленно вербовали наемников на местных нелегальных биржах. Кто и для чего? — да Сила его знает! Но, рынок услуг наемников, устоявшийся и стабильный даже во время притихшей сейчас войны, здесь точно рухнул: спрос в разы превысил предложение. И вот сейчас сидит он в этом интересном заведении, и ждет последнее обещанное хозяином кантины потенциальное пополнение. — Дольше ожидать здесь, на Корусанте, кэп Раззард — командующий «Фуриями», больше не хотел: новый наниматель их уже заждался!

За все это время Даску, совмещавшему обязанности инженер-механика дестроера «Кулак Хедона» с обязанностями рекрутера, удалось набрать полтора десятка рыл. Иначе он эту публику назвать бы постеснялся: ни профессионализмом, ни высокими моральными принципами от них даже не пахло. Конечно, Лотто и сам ангелом с Йего не был, но это сборище маменькиных сынков, только что слезших со школьной парты и отправившихся искать себе приключений на пятую точку, и разного рода портового отребья, еще не спившегося окончательно, его раздражало. Увы, по словам других рекрутеров с эскадры, у них «улов» был ничуть не лучше. Итак, новый работодатель торопил, а полноценно провести комплектацию личным составом, взамен выбывших в результате боевых действий, так и не удалось. «Фурии» всегда следовали принципу, что комплектовать экипажи на территории, подконтрольной текущему работодателю, не стоит — и где по дороге Закар Раззард собирался взять еще пополнение, Даск даже не предполагал. Ну, разве что попробовать перепрограммировать и активировать трофейных дроидов конфедератов, валяющихся без толку по трюмам на кораблях эскадры. Хоть какая-то замена настоящим воякам и техам. Его собственный капитан, неразговорчивый мандалорец Джак Ордо, глядя на завербованные тут в экипаж «кадры», произнес только одно слово — на хаттезе — и то было нецензурным. А корабельный доктор, фиррерреанка Таало Этав, шутливо попросила больше не поставлять ей новых неплановых пациентов в лазарет.

На руке пискнул комлинк. Даск поднял глаза, до этого смотревшие в кружку с напитком, и поглядел на бармена — тот махнул рукой двум каким-то пацанам, направляя их к столику, за которым сидел Лотто. Вот и свежий улов пожаловал — подумал он, и прихлебнул еще глоточек — сейчас быстренько проведем собеседование, и если оно закончится нормально, будем рубить концы.

— Присаживайтесь к столу — Сказал Лотто подошедшим ребятам, которых к нему направил бармен, а сам подумал: совсем мальчишки.

— Спасибо сэр! — Оба юных искателя приключений осторожно присели, и дружно стали есть глазами потенциальное начальство.

Четверть часа наводящих вопросов обрисовали уже ставшую привычным картину: выпускники не престижной столичной школы из неблагополучного района, по какой-то причине не сумевшие — или не пожелавшие! — завербоваться во флот Республики, желали попытать счастья на вольных хлебах. Похвальное у деток стремление — куда лучше, чем сгнить от спайса где-нибудь на нижних уровнях Корусанта. Даска утешало только одно: ребята явно попались неглупые — отвечали бойко и по делу, не тушевались, и явно выбрали карьеру наемника не с потолка. Тем временем, комлинк пискнул еще раз. Странно… вроде бы он больше никого не ждал: о кандидатах на вербовку с хозяином было договорено еще утром. Лотто, прервав разговор, снова кинул взгляд в сторону бармена — интересно, с утра разговор был вроде о пяти кандидатах — и с тремя Даск уже побеседовал раньше. Причем, всех троих вежливо отшил: мусор никому в команде не нужен — даже ничего не знающего новичка можно обучить, но тратить время на заведомое барахло нет никакого смысла. Бармен разговаривал с каким-то лысым серокожим мужиком, чью расу виквай сходу определить не смог, — эчани? — одетым во флотский республиканский комбинезон. На комбинезоне собеседника бармена Даск, из-за стола, не мог разглядеть никаких нашивок. Впрочем, как подозревал Лотто, их там и не было — купить «чистый» комбез флотского образца, спасибо вороватым интендантам ВАР, можно было практически на любой барахолке галактики. Неужели ему подвалила, напоследок, удача — и он уведет с собой сегодня отсюда что-то стоящее? — у виквая был наметанный глаз, а этот парень держался как… профессионал.

Тем временем, после разговора с барменом, мужчина подошел к столику, за которым сидели Лотто и два его новых рекрута. Первые впечатления оказались обманчивыми: высокий, широкоплечий мужчина был моложе, чем Даску показалось издали — и не алиен или смесок, а обычный хуман. А ведь ему, пожалуй, нет и двадцати пяти — подумалось викваю, которого долгая жизнь сделала хорошим физиономистом, в том числе и в отношении чужих рас. То, что Лотто принял за серую кожу, было чем-то вроде обширного ожога — свежего, недавно залеченного. От незнакомца, казалось, так и пахло бактой. И волосы у него, похоже, когда то были. Но сгорели — именно тогда, вместе с кожей головы и рук. Впрочем, нет, не рук — одной руки — вторая была очень качественным протезом — в этом-то Даск разбирался хорошо. Все интереснее и интереснее! Кто он — чудом не попавший в плен конфедерат, ухитрившийся прятаться со времен атаки генерала Гривуса? — или, может, обломок крушения чьей-то карьеры, в скоротечной гражданской войне, недавно прогремевшей в Республике? Войне, которую республиканский ГолоНет уже официально обозвал «мятежом». Хотя, кажется, было объявлено о всеобщей амнистии — и, даже, нагрудные планки, как говорят, ни у кого не сорвали, после всей этой бузы. Но иной причины для явного профессионала идти наниматься на нелегальную биржу виквай не видел.

Между тем, парень подошел к их столику.

— Можно присесть? — Голос у него был каким-то слабым, слегка шипящим — такое впечатление, что у него не только кожа, но и горло тоже было обожжено.

— Да, представьтесь и назовите причину, заставившую вас присоединиться к нашей компании. — Лотто, с нежданным гостем, был вежлив и обтекаемо двусмыслен.

— Слышал тут от надежных людей, что вам нужны опытные люди в экипаж?

Своего имени, так же впрочем, как и имен тех надежных людей, что порекомендовали ему Лотто, виквай от незнакомца так и не услышал. Ладно, играть в молчанку не будем…

— Допустим, но что вы умеете?

— Могу быть техником, могу — пилотом. — Незнакомец чуть помедлил, потом добавил — Абордажником тоже бывать приходилось. Имеется боевой опыт.

— Рекомендации? — Лотто все же решил, на всякий случай, «включить дурака».

— Какие тут — парень не принял игры, выделив слово «тут» и обведя взглядом кантину, — могут быть рекомендации?

— Хорошо, идемте со мной и парнями.

Виквай все же решился взять незнакомца с собой на корабль, даже не тратя времени на расспросы — тем более, что поговорить можно и по дороге к докам. Что-то подсказывало ему, что этот парень, относительно своих умений, не врет. С последними словами Лотто встал, и кивком головы заставил подняться остальных, а потом направился к выходу из кантины. Виквай обернулся к стойке и вскинув руку оттопырил три пальца, давая понять, что рекруты идут с ним. Бармен улыбнулся и показал условный знак, что все нормально. Так и не допитая кружка сиротливо осталась стоять на столике.

* * *

Кен легко нес полупустой вещмешок. Все прошло даже лучше, чем он надеялся — рекрутер «Фурий Тайтона», к которым ему посоветовали обратиться, был опытным служакой: явно разглядел в нем профессионала, и не стал тянуть туку за хвост. Наверное, действительно эти ребята понесли такие потери в своей прошлой работе, что не могли проявлять даже каплю привередливости в подборе кадров. К счастью для беглеца. Ему даже не пришлось, прямо в кантине, светить свое свежее выдуманное имя — Кен Старкиллер — и к лучшему, потому что прослушка на этой импровизированной бирже наемников наверняка имелась. А в чьи руки могла попасть такая запись, Старкиллер даже предполагать не хотел. Да, все, именно так: теперь он Старкиллер — старое имя сгорело, причем в буквальном смысле этого слова — в огне взрыва тюремного транспорта, вместе со старой жизнью. Чем быстрее он к этому привыкнет, тем лучше. Падме…

Сердце болезненно сжалось, от воспоминания о жене — и их не родившихся детях. Что там произошло? — может, когда-нибудь он и узнает все точно… но, не теперь! Попасться сейчас, когда до настоящей свободы осталось сделать всего пару шагов, было бы верхом невезения. А пытаться связаться с женой еще раз — это слишком сильно искушать судьбу: не факт, что за Падме и ее окружением до сих пор не следят. Тем более, что у нее и своих недоброжелателей, а то и открытых врагов хватает. Ей только сейчас признания собственной связи с «врагом Республики» не хватает, для полного счастья! Как там говорил Йода, в видении Райдена Дуку: «Отпустить ты ее должен»… — Больно, но иного выхода у него, похоже, нет. Каждый лишний день, проведенный на Корусанте, приближает его к провалу: первый же патруль, который задастся выяснением его личности всерьез, сразу же его «спалит». Бегать от стражей порядка так же, как когда то Асока, ему категорически не хотелось.

То, что его бывший падаван в безопасности, и у нее все хорошо — утешало. Так же, как и то, что Падме все же осталась жива, несмотря ни на что! Дети… чувства в душе были противоречивыми: он их так и не увидел, не узнал, а жизнь Падме для него — все! Раз уж Сила так решила, что им не суждено больше быть вместе, то он примет это, и как-нибудь переживет. Сейчас важнее другое: куда можно податься? Мандалор отпадал по тем же причинам, что и Набу. Оби-Ван и Сатин в убежище ему, понятное дело, не откажут, но тогда у них самих будут большие проблемы! Райден Дуку? — пожалуй, там его примут с распростертыми объятьями: дело снова идет к войне, как он понял из потока голонетовской информации. Младший Дуку испортить уже и без того напряженные отношения с Республикой точно не побоится. Еще и отомстить ему поможет… — вот в этом и был главный вопрос: а хотели ли он мести любой ценой? Готов ли он был, встав во главе эскадры, а то и флота Конфедерации, убивать своих прежних товарищей по оружию? Самому себе он мог ответить честно: нет, не готов! — Одно дело, убить этого ханжу Сууна Бэйтса, или убогую дуру Олану Чион — или тех двух тварей в масках Стражей Храма, сделавших его калекой, едва способным работать с Силой. Но, стать причиной смерти, пусть даже случайно, для Коди, Боу, Рекса — или, того же Вуллфа Юларена… — нет! — Месть такой ценой ему точно не нужна. К сожалению, по большому счету, ничему кроме как воевать он в жизни так толком и не научился. Может, этих наемников ему Сила не просто так поднесла, а со смыслом? Легенду для вербовки он себе уже придумал — не подкопаешься! — А то, что виквай является инженер-механиком, и к тому же ветераном, только к лучшему: быстрее поверит, что Кен вовсе не пустой трепач. Нужно только сразу показать этому профессионалу, что перед ним такой же профессионал — а там уж он сам замолвит за Старкиллера словечко и перед своим капитаном, и даже — перед командиром своей эскадры…

Они почти дошли до доков, когда виквай что-то достал из кармашка на оружейном поясе. Однако! — похоже, разговор в долгий ящик он откладывать, не намерен: в руке у виквая Кен опознал «генератор тишины». Приборчик как раз создавался для того, чтобы обеспечивать конфиденциальность переговоров: уже в двух шагах их разговор никто не разберет — и записать его тоже будет очень сложно. К обычным камерам наружного наблюдения, возле доков, таких приборов не прилагают. Собственно, в своих предположениях Старкиллер не ошибся: виквай сразу взял банту за рога.

— Тут нам никто не помешает, можно говорить свободно. Меня зовут Лотто Даск, я, как ты наверняка слышал, инженер-механик дестроера «Кулак Хедона», типа «Саваоф», принадлежащего к наемной эскадре «Фурии Тайтона».

— Кен Старкиллер… временно безработный. Сочту за честь присоединиться к вашей компании, если возьмете.

— Ты кадровый? Застрял на Корусанте с последнего раза, или с того, что был перед этим?

— Да. И… с того, что был перед этим — если правильно тебя понял. Сразу сажу: я им больше ничего не должен! — меня тут просто бросили.

— А почему выбрал нас, а не этих — с «длинными кредитками»? — Вот ни разу не поверю, что не пытался узнать, что здесь сейчас почем.

— Работать на хаттов? — Меня всю сознательную жизнь учили, что «офицерская честь» это не пустой звук!

— Насчет хаттов, ты уверен?

— Абсолютно! — ни у кого другого просто не хватит денег на то, чтобы срочно создавать армию и флот подобных размеров. С кем они намерены воевать — другой вопрос. Но, как уже сказал, в криминал идти не хочу.

— Ну, ладно, к хаттом ты не хочешь — если уверен, что за вербовщиками стоят именно они? — а чего к респам то не пошел? Как я слышал, многие из… ваших… уже удачно «переобулись в прыжке». Начиная чуть ли не с самого верха!

— Я… ладно, все равно пришлось бы об этом говорить! — ты в курсе, что происходит с теми из детей, которых забирают в Орден, кто так и не стал джедаем?

— Ну, вроде бы про какой то «Сельхозкорпус» что-то такое слышал… — а ты что, разве из этих, со световыми мечами?

— Не беспокойся, светового меча мне так и не дали. Так вот, если по существу: ребенок, которого забрали в Орден, имеет три пути в жизни: стать полноправным джедаем, попасть в один из Корпусов Обслуживания — ну, это значит, быть почти что джедаем… только как бы ненастоящим. И третий путь, кого в Ордене оставлять не хотят, — уйти на «гражданку: там даже разным полезным профессиям, которые могут пригодиться в жизни, учат. — И даже «подъемные» на первое время дают — а потом живи, как хочешь…

— Интересно, пацанов, которых учили всяким разным штукам…

— Ну да, учили, да не выучили — у всех оно бывает по-разному. Но, суть ты понял: те ребята, кто уходит из Ордена, они могут… очень многое, что не могут обычные люди! И разные серьезные «конторы», организации и компании тоже об этом знают: их рекрутеры всегда крутятся около Храма — стараются перехватить таких ребят, и заманить к себе на службу.

— И Орден вот просто так на все это смотрит?

Виквай недоверчиво покачал головой.

— А Орден в доле: туда абы кого просто не пустят! — зато хорошая гарантия, что никто из пацанов не свяжется потом с криминалом. Все довольны.

— И ты…

— И я попал в Торговую Федерацию. Точнее — прямо во флот: всю жизнь мечтал стать пилотом, и побывать во всех уголках галактики, на каждой звезде! Глупая мечта…

— Но, Торговая Федерация, как бы это сказать…

— Это было еще до того, как встал вопрос о дополнительном налогообложении, до кризиса на Набу. ТФ и Орден были тогда еще чуть ли не лучшими друзьями.

— Черт, ты кто у них был по должности — капитан, или может уже коммодор? — Ладно, не отвечай, это я так!

— Все это уже в прошлом! А вот если бы я попробовал завербоваться в республиканский флот, даже простым «принеси-подай»…

— Они там, вроде, никого даже на лояльность не проверяют — у них сейчас вилы с обученным персоналом, на флоте.

— …Будет обязательный медосмотр, и биометрирование! И поеду я не на флот, а в одну из каталажек Ордена, для тех конфедератов, кому не повезло попасть к ним в лапы, и против кого у них были хоть какие-то обвинения. Вместо амнистии, пожизненный срок — оно мне надо? Моя биометрия в базе данных Ордена есть, и то, куда я еще пацаном пошел — и чем там занимался! — они знают прекрасно.

— Мда…

Виквай только удивленно покачал головой.

— После того, как чудом спасся после боя, а Унылые Морды с эвакуацией нифига не помогли — хотел потихоньку отсюда выбраться сам, своими силами. Но, эта чертова заварушка с переворотом и гибелью Графа! — А потом и вовсе не повезло: сцепился на Нижних Уровнях с бандой тамошних гопников. Провалялся в одной хитрой больничке… и теперь мне надо быть от Корусанта как можно дальше. Если «Фурии Тайтона» меня примут, то я вас не подведу! — тем более, что идти мне все равно некуда…

Они стояли перед служебным входом в один из портовых доков. Пацаны, стоявшие чуть поодаль, ловили обрывки разговора, но ближе подойти явно опасались — понимали, что их не поймут. Лотто выключил генератор, кивком подозвал ребят и повел всех к входу в огромное здание корабельного дока. Как Кен и надеялся, у «Фурий» с местной охраной и службой безопасности все было схвачено: инженер-механик сунул старшему охраны свое удостоверение, и сказал

— Эти со мной. Свежее пополнение!

Охранник что-то одобрительно пробурчал в ответ, но Старкиллер уже не обращал на это внимание: в проеме ворот открылся кусочек дока, с отсеками, заполненными кораблями самого разного вида…

* * *

Эта-Ар вытер пот со лба, размазав грязь и сажу по лицу. Кажется, они все же оторвались от погони! Джедай обвел взглядом пространство вокруг себя: слишком мало бойцов уцелело… — да, и какие это бойцы? Пожалуй, сам джедай-архивист имел больше оснований претендовать на звание коммандера, которое ему дали, перед тем, как отправить на эту миссию, чем местные ополченцы — на звание настоящих солдат. Хотя, в их положении теперь выбирать не приходится: то, что рассчитывать можно только на самих себя, Эта-Ар понимал и без подсказки Силы. Конечно, кон'ми были воинственным народом, точнее — они были воинствующими ксенофобами. Как джедай недавно понял на собственном печальном опыте, это было не одно и то же. Свежие войска Конфедерации, в очередной раз прибывшие отбить захваченные аборигенами кортозисные шахты, смели их оборону одним ударом. Все дальнейшее… теперь он понимал, что это была всего лишь агония. Но, когда генерал Поткин сказала, что кому-то надо оставаться — прикрыть отступление, Эта-Ар еще на что-то надеялся. Кроме того, ему было бы стыдно смотреть в глаза ополченцам кон'ми, если бы он их бросил…

— Где ваши большие Небесные Корабли, джедай? Где ваши одетые в белое воины, не знающие страха? Вы обещали нам помощь и поддержку, но мы остались одни, против Железных Солдат Конфедерации! Вы всегда можете улететь к себе, на Небеса — а что теперь делать нам, оставаясь в одиночестве, перед яростью хозяев Железных Солдат?

Старый рептилоид, покрытый сморщенной кожей, усеянной множеством шрамов, стоя среди толпы соплеменников, шептал отчаянные слова, и Эта-Ар даже не знал, что ему ответить. Кажется, это был местный шаман, может быть — от этого старого кон'ми отчетливо тянул Силой. Нет, никакого сравнения с настоящим джедаем — рыцарем, или даже падаваном: просто искажение потоков выше обычных колебаний фона Силы, и все. Однако, чуять Силу этот старик явно мог — и наверняка чувствовал то же, что и сам джедай, и его товарищи по этой миссии. Угроза висела над тропическими островами невидимой черной тучей, в недрах которой время от времени проскакивали не различимые глазом молнии. Дальний рокот нездешнего грома, с чистых небес, тоже могли слышать одни одаренные…

— Если бы не ваши обещания, то мы бы не стали нарушать данное посланникам Конфедерации обещание: не трогать их шахт, взамен того, чтобы они не отравляли наши рыбные воды! Да, мы дали это обещание под угрозой силы — но мы всегда держали свое слово, если давали его. И Конфедерация тоже свое слово не нарушала — они больше не сбрасывали отравленную воду туда, где были места рыбной ловли Народа. Но, вы смутили наших Правителей, пообещав им помощь в войне — и они вам поверили!

Хотя вокруг него были только вооруженные аборигены: особи мужского и женского пола, старые и молодые — все равно Эта-Ар ощущал себя почти обманщиком. Словно он что-то пообещал группе юнлингов, за которой его поставили приглядывать, там, в Храме, и умышленно не сдержал своего обещания.

— Что бы ни случилось, я разделю судьбу вашего народа!

Эта-Ар сказал первое, что пришло ему тогда в голову, сказал от души — как велела ему Сила. Старый шаман молча посмотрел ему в лицо, словно обдумывая его слова, потом что то прокричал собравшимся соплеменникам — на своем языке, которого джедай почти не понимал. Кон» ми яростно вскинули вверх руки с оружием, словно приветствуя эти слова.

— Мы слышали тебя, джедай. Мы верим тебе — не обмани нашей веры: она все, что у нас теперь осталось…

Начало войны застало его на Оброа-Скай: Эта-Ар работал тогда в тамошнем хранилище информации — разыскивал подтверждение, или опровержение, одному утверждению, из старого ситхского манускрипта. На известия из Храма, и приказ прибыть на Корусант — для того, чтобы присоединиться к новой армии Республики, — джедай только недоуменно пожал плечами. Какая польза от архивиста может быть на войне? — и этот приказ, к тому же и не особенно настойчивый, просто проигнорировал. Три следующих года он каталогизировал и переводил древние ситхские тексты: от империи Вишейта осталось много чего… интересного. Летал с Оброа-Скай на Каамас и Альдераан, дважды был в Храме — кое-что можно было проверить и уточнить только там. За это время ни непосредственное начальство, в лице Джокасты Ню, ни профильный Совет — ни, тем более, Высший Совет, не побеспокоили его ни разу. Эта-Ар полностью уверился, что эта война благополучно обойдется без его присутствия. К тому же, исследования, наконец, стали давать результаты — очень любопытные результаты! Если хоть малая часть из этого подтвердиться, то… — увы, на этом его исследования и закончились. На этот раз, вместе с приказом от Высшего Совета, прибыли два неразговорчивых Стража Храма. Как они сказали, вручив ему приказ Совета — чтобы убедиться, что приказ дошел по назначению, и принят к немедленному исполнению. Эта-Ар только недоуменно пожал плечами: было бы из-за чего беспокоиться? На Корусант он летел вместе со Стражами, на их корабле — и с ними еще с полдюжины джедаев, собранных посланцами Совета среди просторов галактики: оказывается, собственные дела были не у одного Эта-Ара.

Двух недель, проведенных им в казармах легиона, к которому его приписали, джедаю оказалось достаточно, чтобы понять: военное дело — не его стихия! К счастью, в главе самого легиона, а так же, входящих в его состав полков и батальонов, стояли опытные, понюхавшие плазмы и запаха сгоревшей взрывчатки клон-коммандеры. Найти с ними общий язык джедаю-консулу оказалось на удивление просто. Единственное, что тяготило Эта-Ара, так только осознание того, что помочь своим новым подчиненным он сможет одним только световым мечом…

Назначение в группу генерала джедая Шеддай Поткин, Эта-Ар воспринял с облегчением: во-первых, у остальных пяти ее участников был, какой-никакой боевой опыт — а во-вторых, тут от него никто не требовал отдавать команды! Местом назначения тайной миссии была планета Бал'Демник. Работа кортозисных шахт вызывала сильное беспокойство, как в Высшем Совете Ордена, так и в Генеральном Штабе Республики — и. разумеется, в Сенате. Уже во время полета, Эта-Ар узнал, что их заданием будет вызвать новое восстание среди жителей планеты. Прежнюю попытку мятежа Конфедерация подавила, хотя и с большим трудом, пойдя аборигенам навстречу, в некоторых из их требований. На вопрос Эта-Ара: будет ли Республика напрямую оказывать помощь кон'ми, если они снова возьмутся за оружие? — генерал Поткин предпочла промолчать.

Начало их миссии было удачным: профессиональные переговорщики, они легко убедили руководство планеты разорвать навязанное КНС под угрозой пушек соглашение. Прибывшие, следом, несколько контрабандистских кораблей с тяжелым вооружением, довершили начатые уговоры — уже через неделю многострадальные шахты были захвачены штурмом. Немногочисленная охрана уничтожена, оборудование и рабочие дроиды выведены из строя — а горстка живого персонала конфедератов перебита, при попытке спастись бегством. На упрек Эта-Ара, Шеддай заявила, что это война — и что Конфедерацию на Бал'Демник, вообще то, никто не звал. На что ему осталось только пожать плечами, в очередной раз…

Еще через неделю к ним прибыло первое подкрепление. Наемники: клатуинцы и гаморреанцы — кажется, генерал Поткин была чем-то недовольна, хотя и не выказала этого открыто. Она ждала кого-то другого? — спросить Эта-Ар, помня предыдущий опыт, не решился. Еще одна партия солдат и оружия прибыла двумя днями позже — странно, эти молодчики тоже были откуда-то из Пространства Хаттов. Что было совсем уж удивительно, доставил эту публику сюда бывший сеповский «Лукрехалк», который прикрывала четверка допотопных «Молотоглавых». Ну да, неймодианцы же теперь снова с Республикой! Вся эта корабельная группа осталась висеть на орбите планеты, повесив, к тому же, еще и несколько десятков Станций Развертывания Дроидов. Увы, ни «Стервятники», ни большие корабли им не помогли. Вышедшая из гиперпространства тионская эскадра, превосходила их космические силы в несколько раз.

Боя на орбите не получилось — их жалкий заслон просто снесли, даже не заметив! Бой на поверхности планеты… здесь тоже было избиение. Просто, более «аккуратное, что ли. Нет, укрепления, которые они успели построить, и которые занимали наемники, тионские корабли снесли несколькими залпами — вместе с их, так и не сумевшими толком ответить, защитниками. А вот потом началось что-то странное, даже с его, Эта-Ара, гражданской точки зрения. Вместо того, чтобы добить остатки сопротивления, тионцы высадили десант, и погнали остатки повстанческой армии вглубь джунглей, подальше от океана. Собратья удивлялись, что тионцы — а это были именно они, судя по эмблемам, действуют в непривычном для себя ключе. Да и оружием они запаслись необычным: сонические бластеры, шоковые гранаты и огнеметы. И, почему-то, среди них почти не было живых бойцов — только одни дроиды. Огрызаясь, теряя бойцов и остатки организованности, кон'ми, которыми пытались руководить джедаи и горстка уцелевших наемников, пятились под натиском этого железного воинства все дальше и дальше от побережья.

Генералу Поткин пришел приказ из Храма — немедленно эвакуировать миссию. Увы, это было проще приказать, чем сделать: вражеские истребители буквально ходили над головами! К счастью, Шеддай, кажется, предвидела возможность неудачи: в джунглях, именно на этот случай, был припрятан челнок, и несколько истребителей типа «Роуги». Проблема была в аборигенах: несомненно, едва джедаи покинут их ряды, их воинство, и без того не блещущее порядком и дисциплиной, немедленно придет в полное расстройство. Кто-то должен был остаться здесь, с наемниками и аборигенами — чтобы удержать оборону. Эта-Ар вспомнил слова старого кон'ми, свой ответ ему… и вызвался добровольцем! Взгляд генерала Поткин, который она бросила на него, был совершенно не читаемым. Шеддай пообещала, что к ним обязательно вышлют подкрепление. Верила ли она сама в свои слова? — наверное, нет! Иначе, за чем бы ей говорить, что один из истребителей они оставят для Эта-Ара?

После чего братья ушли, прихватив с собой половину наемников — в качестве эскорта. А Эта-Ар остался с остальными, прикрывать их отход, и пытаться хоть как то приободрить ополченцев кон'ми. Как донесла до него Сила, улететь отсюда Шеддай и остальные все же смогли — хоть в этом было маленькое утешение.

* * *

В небольшой уютной кают-компании сидели четверо разумных и пили крепкий каф из маленьких керамических чашечек альдераанской работы. Откатившаяся в сторону гермодверь впустила внутрь еще одно существо — молодую твилечку с голубоватой кожей. Сидящие за столом виквай, фиррерреанка и два хумана — кореллианец и уроженец Мандалора — дружно повернули к ней головы.

— Ну что, хоть каплю кафа мне оставили, или уже все вылакали — Чуть насмешливо произнесла от комингса двери твилечка, демонстративно принюхиваясь к аромату заваренного кафа.

Вместо ответа кореллианец налил из кофейника напиток в одну из еще не занятых чашечек, стоявших на столе. И призывно кивнул женщине головой на пустое кресло напротив себя.

— Как слетала? — спросил мандалорец.

— Кэп Поквисс наотрез отказалась делиться с нами пилотами — сказала, что ей самой мало, и что у нее, в отличие от нас, даже палубную команду пополнить некем! — Твилечка осторожно прихлебнула напиток из чашечки и продолжила. — Майара вообще хочет активировать трофейных сеповских дроидов, и нам советует сделать то же самое.

За столом все ненадолго замолчали.

— Так, а по какому поводу сборище офицерского состава? — быстро осушившая маленькую альдераанскую чашечку твилечка явно не прочь была поболтать на отвлеченные темы.

— По самому животрепещущему, Рани. — Ответила фиррерреанка. — По вопросу комплектования экипажа.

— Что, с новым народом совсем плохо, и придется поступать так же, как хочет капитан Поквисс?

— Не совсем, но боюсь, что без этого нам тоже не обойтись. — Виквай, самый старый из сидящих у стола, потянулся к кофейнику за новой порцией. — Мне удалось набрать едва половину от нужного числа. И те оптимизма не внушают — кроме одного парня.

— Как раз его мы сейчас и обсуждали. — Влез в разговор кореллианец. — Погляди вот тут.

Он небрежно кинул твилечке, прямо через стол, лежавший перед ним включенный датапад. И пока та читала на его экране текст с резюме, тоже потянулся, следом за викваем, к кофейнику — наполнить свою пустую чашку. На кают-компанию опустилось недолгое молчание.

— Да, прямо не человек, а мечта рекрутера. — Твилечка по имени Рани аккуратно положила датапад на стол перед собой. — И насколько это — она кивнула на датапад — соответствует действительности?

— Парень просто родился в машинном отделении. — Виквай сделал небольшую паузу. — И когда я вел его по кораблю, ни разу ни за что не зацепился. И не влетел, куда не надо. А ведь ты сама прекрасно знаешь, что даже на однотипных кораблях и внутренняя планировка, и расположение оборудования и прочего бывают очень разными. Мое мнение однозначно: опыт службы на кораблях у него в наличии есть, и хороший опыт. А судя по тому, как он, на моих глазах, прошелся по пульту контроля двигательной установки и реактора, — и умения применять имеющиеся знания ему тоже не занимать.

— С системой управления огнем Старкиллер тоже знаком не понаслышке. — Продолжил речь сослуживца Тайрон Вес. Кореллианец слегка нахмурил брови: честно говоря, думаю, что тому, как правильно стрелять из турболазеров не я его — он меня поучить бы мог!

— Тайрон, Ты не преувеличиваешь? — Рани слегка подняла брови.

— Если и преувеличиваю, то не на много. — Тихий голос кореллианца звучал вполне уверенно. — Этот человек явно не просто где то учился стрелять. Он еще и имел возможность применять свои умения на практике. Мое мнение однозначно: во флоте он служил, и воевать — воевал. И, то, что он рассказал о себе Лотто — правда.

Твилечка еще раз задумчиво посмотрела на датапад. Потом вопросительно взглянула на командира.

— Рани, этот парень действительно не новичок, и не спившийся наполовину ветеран, в отличие от остальных нанятых нами людей. Уж это-то я могу отличить сходу.

Тихий голос капитана «Кулака Хедона» был ответом на ее взгляд. Между тем, Джак Ордо продолжил.

— И такими кадрами — он кивнул на датапад в руках Рани, — мы сейчас разбрасываться никак не можем. Причем, не только из-за понесенных потерь. Что-то явно назревает: наниматель недаром нас торопит с отправкой! Мне тут знакомые шепнули на ушко: кто-то пачками вербует на Корусанте наемников, соревнуясь с самой Республикой в деле набора нового пушечного мяса — удивительно, как такого человека могли пропустить, будь он обычным воякой. Тем более, что премиальные для опытных наемников-офицеров, с боевым опытом, предлагаются просто дикие. И продвижение по службе, соответственно: похоже, где то появилось больше боевых кораблей, чем можно найти для них экипажей — вот и появилась масса пустых вакансий. У меня, по этому делу, есть только одно предположение — нашему новому соратнику буквально горит свалить с планеты как можно тише и скорее. Парень или успел засветиться как слишком преданный сторонник бывшего Канцлера — причем, настолько много знающий, что даже не рассчитывает на объявленную Сенатом амнистию. Но, против этого говорит то, что он не подходит под описание никого из тех, кто действительно серьезно «топил» за Палпатина, и кто официально все еще объявлен в розыск. Либо он и вправду офицер Сепаратистов, причем такой, что на него у респов уже есть готовая статья в уголовном уложении — по которой ему никакая амнистия не светит. Потому как просто к криминальному прошлому рекрутов, самому по себе, респы сейчас совершенно не придираются. В общем, я тоже согласен поверить в то, что он рассказал Лотто. Хочу поговорить с Закаром: попробуем поставить этого парня на место Ларра.

— Старший офицер, сразу, не слишком ли жирно?

Сомнение так и сочилось из голоса, второй женщины за их столом, Таало Этав.

— А утверждение, что он может пилотировать аэрокосмический истребитель, Джак?

Твилечка, спрашивая командира, имела более приземленный интерес: Вот чего с себя Рани сейчас хотела свалить больше всего, так это повисшую на ней необходимость командовать еще и корабельной авиагруппой, после нелепой гибели их старшего офицера, Ларра Мва'си'ина — который, заодно, был и старшим пилотом у истребителей. Хороший пилот, завоевавший авторитет у их летунов, мог бы решить эту ее проблему. Впрочем, почему только ее? — Это была проблема всего «Кулака Хедона». Что она незамедлительно и высказала капитану.

— Вот и проверь его на симуляторе, при первой же возможности. И пусть ребята тоже посмотрят на ваш поединок: то, что он прекрасно разбирается в управлении большими кораблями, не означает автоматически, что он так же способен рулить нашей авиагруппой. У Торговой Федерации живых пилотов дроиды заменили раньше всех. А ведь он, по его словам, служил именно в их флоте, до того, как начать работать на сепов.

— Все равно, как то это все необычно…

Рани обвела взглядом сидевших вокруг стола коллег.

— Именно поэтому мы тут и ломаем себе мозги, как будто нам больше делать нечего. — Заговорила опять фиррерреанка. — Есть вероятность, что это чья-то подстава.

— Таало, не смеши меня! — Кто мы такие, чтоб к нам подсылали кого-то вроде вот этого?

Твилечка еще раз кивнула на датапад у себя в руках.

— Вот и надо проверить все как следует, чтоб потом и вправду посмеяться над моими страхами, или порадоваться чрезмерной бдительности.

Штатный доктор «Кулака Хедона», Таало Этав была, по совместительству, еще и начальником службы безопасности корабля. Приходилось выкручиваться, делая одновременно два-три дела, при хроническом недостатке офицеров: простых-то бойцов заменить, всегда было проще. Точно так же, как сама Рани, не смотря на свою внешность и репутацию твилечек, — или же благодаря своей принадлежности к мандалорцам — исполняла обязанности еще и начальника военной полиции корабля. Кроме того, что была старшей группы абордажников дестроера — что было ее основной работой. А после того проклятого боя — еще и командовала авиагруппой «Кулака Хедона», правда, пока чисто формально: взяться за летунов по настоящему у нее так и не нашлось времени. Так что паранойе милого доктора — Таало заслуженно занимала место самой симпатичной из женщин «Фурий Тайтона» — Рани вынуждена была верить хотя бы по, долгу службы.

— Ну ладно, обговорите между собой — как вам лучше развеять, или подтвердить все эти сомнения.

Джак Ордо обратился к обеим женщинам, пояснив свою мысль.

— Мы с Тайроном и Лотто все, что можно определить простой «технической» проверкой уже сделали. Тут придраться не к чему: дело парень знает! Попробуйте накопать еще чего, до отлета — и до того, пока я утрясу все вопросы с легализацией этого Старкиллера у нас на эскадре.

Словно дождавшись этих слов капитана, виквай и кореллианец поднялись из-за стола и, кивнув на прощание сослуживцам, покинули кают-компанию. Минуту спустя, допив свой уже остывший каф, ушел и капитан Ордо, оставив женщин одних.

* * *

Сон есть маленькая смерть: душа, расставшаяся с телом, бродит по пустым пыльным темным дорогам, по ту сторону Силы — и иногда не находит пути назад, в свое законное обиталище. Иногда душа видит и слышит, по дороге, нечто странное и страшное. Бывает, что она даже запоминает обрывки увиденного и услышанного, возвращаясь в реальный мир — чтобы потом гадать: что же это такое было то? Ну, право, какое постороннему человеку дело, как тот незнакомец назовет новый флагман оперативного соединения, из сотворенных с помощью Силы — подумать только! — боевых кораблей. И, кстати, кто такие эти «Чайка Джонатан Ливингстон» и «Лоэнгрин», что они оказались достойными дать свои имена целому огромному дредноуту? Впрочем, иногда лучше было бы совсем не просыпаться, если реальность будет хуже любого увиденного во сне кошмара.

Эта-Ар отчаянно боролся с диким ужасом, волнами накатывавшим не него с тех самых пор, как джедай пришел в себя. Держаться помогало только то, что вокруг него постоянно были такие же испуганные кон'ми: ничего, кроме моральной поддержки, джедай им предложить уже не мог. — Только это заставляло его стиснуть зубы и не показывать собственного страха, раз уж иного способа помочь пленникам не было. «Мы в ответе за тех, кого приручили» — мысль пришла к нему в голову откуда-то извне, но удивительно точно соответствовала их теперешнему положению…

Отступление вглубь джунглей, больше похожее на бегство, закончилось настоящей катастрофой: они попали в хорошо расставленную ловушку, угодив прямо в центр гигантской «паутины». Скорее всего, их и гнали туда исподволь, прямо в лапы вражеской засады. Необычно деловитые и слишком разумно выглядевшие дроиды типа B-1, с корпусами черного цвета с металлическим оттенком. «Вороненая сталь» — при этом воспоминании, опять промелькнула в мозгу чья-то чужая мысль. Боевые дроиды, которых он не сумел почуять в Силе, что, в общем, не удивительно, — и нападение которых не смог предвидеть, что как раз было странно: на свою способность пользоваться Предвидением Эта-Ар никогда не жаловался. — По большому счету, только Предчувствие и позволяло ему хоть как то управлять ополченцами и наемниками, пока они еще сражались. Дроиды стреляли из своих бластеров, только выставив их в оглушающий режим! — им нужны пленные, зачем? А еще, на них бросились какие-то твари, так же плохо ощущаемые в потоках Силы, как и дроиды: тянуло, правда, от тех и других чем-то темным, нехорошим — словно их кто-то вылепил прямо с помощью Темной Стороны Силы, из неживой материи. Сзади, за линией дроидов, Эта-Ар еще успел заметить каких-то низкорослых, но крепких на вид гуманодов, дававших в Силе такой же слабый отклик, как сами дроиды, или напавшие на них живые твари — их хозяева и погонщики, и еще одни наемники Сепаратистов? Сами твари, которых джедай разглядел достаточно хорошо, были двух видов: бегающие по земле мохнатые, какие-то скособоченные, проворные зубастые звери с вытянутыми мордами — и крупные жалящие насекомые, носившиеся в воздухе среди ветвей.

На этих кусачих бестий Эта-Ар сначала почти не обратил внимания, походя смахнув световым мечом парочку необычных «москитов-переростков». Вокруг кипела схватка: кон'ми, дроиды и эти зубастики, оказавшиеся на удивление живучими — бластеры брали их плохо, кинувшегося в атаку на него самого, ему пришлось просто порубить мечом на куски, пока тот затих. Впрочем, тогда ему важнее казалось организовать оборону, собрать запаниковавших было кон'ми в кулак, и попробовать вырваться из засады. Это джедаю почти удалось, пока на него не кинулись разом — словно их кто-то специально натравил! — несколько летающих бестий. Эта-Ар порубил десяток насекомых, может — дюжину… потом одна из тварей все же нашла брешь в его защите, и дневной свет померк у него в глазах.

Заставил его очнуться и прийти в себя чужой голос, сначала доказывавший что-то самому себе, а потом уныло затянувший где-то внутри, у него в голове, непонятную песню на незнакомом языке.

Svyataya svyaz' vremen utrachena.

Nas bol'she netu, Gospoda!

Plyvem raspyaty, raskazacheny

Iz niotkuda v nikuda.

Nas vse terzali opaseniya —

Kuda napravim my stranu.

Ne upovayte na spaseniye,

Kogda korabl' idet ko dnu.[7]

Эта-Ар обнаружил, что валяется в углу какого-то огромного помещения: не то лагерного барака, не то грузового отсека на какой-нибудь космической станции. За последнюю версию говорил едва ощутимый запах озона и смазки, а так же легкий сквознячок, уносивший прочь вонь множества набитых в отсек, как в загон для скота, кон'ми. Даже удивительно, как в этой давке его не затоптали, пока он лежал без сознания. А, кстати, сколько прошло времени, и что он пропустил? В горле пересохло, как будто он тут валялся не меньше недели… и этот запашок — с санитарными требованиями тут что, плохо? Судя по вони от испражнений набитых сюда пленных, которую не уносила даже хорошая вентиляция, и с которой не справлялись освежители, да. Отсутствие любой санитарии, как класса, намекало, что этот отсек — просто промежуточное звено в цепочке их путешествия. Куда их вообще повезли с Бал'Демника? — джедай сомневался, что его товарищи по несчастью сами знают на это ответ, но, все-таки спросил, с трудом встав на ноги, опираясь руками о переборку.

Из разговора с теми кон'ми, что понимали бэйсик, Эта-Ар узнал, что времени прошло достаточно много: минимум, дней шесть. Кое-кто из числа кон'ми, которых подстрелили дроиды, пришел в себя еще на планете. Пока везли, этих немногих нормально кормили, и предоставляли положенный минимум удобств. Но, подавляющее большинство пленных, которых ужалили те летающие создания, провалялись без сознания, погруженными в корабельные трюмы чуть ли не штабелями, до самой этой пересадочной станции. Вот здесь, по прибытии, их всех и привели в сознание, явно впрыснув в воздух отсеков какую-то химию. Да, теперь джедай почуял в воздухе легкий запах чего-то такого, который почти забивала вонь. Ну, как на практике выяснилось, на кишечник рептилоидов данная химия оказывала еще и расслабляющее действие…

Само по себе то, что их, после подобного, не отправили на санобработку, наводило на нехорошие предчувствия. Какую-то надежду внушало лишь одно: для того, чтобы казнить, пленных совсем не надо было везти куда-то на другой край галактики. Но, от этого еще острее вставал вопрос: где они, и что с ними дальше будет.

Сила молчала так, словно Эта-Ар уже был, для нее, мертв. По крайней мере, подобное ощущение у джедая сложилось после того, как он попробовал коснуться потоков Силы, сразу после пробуждения. Как будто смотришь на мир, лежа в земле, из-под могильной плиты. А то, что его сейчас окружает — гигантский склеп! Нет, связь с Силой никуда не делась — но, ощутить окружающее пространство так же, как он привык делать, Эта-Ар почти не мог. За стенами отсека вселенная словно заканчивалась!

Между тем, свет, непонятно откуда вообще лившийся, усилился настолько, что даже неприятно стало глазам. На стенах отсека замелькали непонятные блики — словно отсветы пламени, или сполохи молний. А еще, джедай внезапно ощутил, что за этими стенами кто-то все же есть! Однажды, еще падаваном, он вместе с мастером был в одном месте… неприятном, и населенном такими же неприятными существами. Вот точно так же на него и мастера Изану, тогда, смотрел терантатек: как на кусок особо вкусного и сочного мяса — противное ощущение! Вместе с этим чужим присутствием, вернувшим ему ощущение бескрайней вселенной вокруг, стало нарастать давление в Силе — будто кто-то огромный желал захлопнуть пасть, проглотив и его, и его невольных собратьев по несчастью. Еще немного и челюсти зверя сомкнутся — и для всех них жизнь закончится…

Эта-Ар сильнее вцепился в Силу, не зная, что делать: на ум ничего путного не приходило, а свой световой меч, которым можно было бы попытаться прорезать стенки этой тюрьмы, он явно потерял там, на планете. Сейчас он был бы готов даже использовать технику Изменения Внешнего Окружения: крайне опасный и тонкий прием — пусть это и убило бы его самого, вместе с большинством его невольных товарищей. Зверь, там, снаружи, только презрительно усмехнулся сквозь Небытие — от него тянуло Голодом, Безумием и Жаждой. Словно он хотел выпить саму Силу, потянувшись к ней через Эта-Ара. Как будто ждал, что пленник сам его атакует, и тогда…

— Ты как здесь оказался? И, кто ты вообще?

Словно отвлеченный его заочным противостоянием с этим… Зверем снаружи, чужой голос в голове прекратил тянуть свою печальную песню на незнакомом языке. И его хозяин обратился к Эта-Ару. Телепатически. Мгновенно вспыхнувшая надежда пропала так же быстро, как и появилась: Сила никакого спасения не обещала! Но, привитая наставниками вежливость заставила джедая ответить на вопрос.

— Захватили в плен, вместе с кон'ми, на Бал'Демнике. Я рыцарь-джедай, архивист… солдатом я оказался плохим, к сожалению. Да, зовут меня Эта-Ар. Фамилия… ну, зачем тебе моя фамилия — нас же ведь хотят всех убить, не правда ли?

— Так, стоп! — разве команда Шеддай Поткин не драпанула с Бал'Демника сразу, как только там по-настоящему запахло жареным? Ты же наверняка должен был эвакуироваться вместе со всеми остальными…

— Я обещал кон'ми, что не брошу их одних — даже если дело будет идти о жизни и смерти! К тому же, кто-то все равно должен был прикрывать отлет миссии…

— …

Незримый собеседник Эта-Ара выругался, кажется — на хаттезе. Языка джедай не знал, но интонации сомнений не оставляли. Потом голос продолжил, уже спокойнее, и как то печальнее, что ли.

— Что же это за подлость то за такая, что на этой войне всегда вперед гибнут лучшие! А всякие уроды благоденствуют, и даже считаются светочами мира и прогресса. Я ведь и вправду думал, что смогу договориться с Орденом о мире…

Тот человек еще немного помолчал, и потом продолжил говорить. Окончательно убив надежду Эта-Ара на спасение, появившуюся было у него.

— Как же я тебя раньше-то не почуял… черт с ними, с этими тупыми рептилиями! — нашлись бы другие… поленья. Теперь поздно: Резонатор уже вошел в режим автоколебаний! Извини, парень, но жить тебе осталось минуту, может — чуть побольше. Единственное, чем могу тебя утешить — это будет быстро. И вот еще, знаешь…

Собеседник на миг замялся.

— Можно я назову флагманский корабль соединения твоим именем?

Ныло под сердцем. Быстро нараставшая боль, несмотря на все усилия держать ее под контролем, тупыми иглами колола в виски. Эта-Ар с трудом продрался через нее, прошептав запекшимися губами, не надеясь уже на Телепатию.

— Да, можно — разрешаю. Но, с одним условием: пусть этот корабль защищает тех, кому требуется помощь…

Заполнивший отсек свет слепил глаза, незримое пламя опалило кожу — а мышцы свело судорогой болезненной агонии. Но Эта-Ар упрямо держался за Силу.

— Хорошо, так и будет — этот корабль станет только лишь защитником. Никогда ни на кого не будет первым нападать, по моему приказу…

Кто это говорил: его незримый собеседник, или сама Сила — джедай не понял. Невыносимая боль разорвала тело, развеяв прочь мысли и окунув его в небытие.

* * *

Бросив прощальный взгляд на уплывающий в даль за кормой Корусант, синекожая твилечка направилась вглубь жилого блока. Все-таки, хорошо иметь на прогулочной палубе командного жилого блока дестроера настоящие обзорные окна: столица Республики стоила того, чтобы глядеть на нее часами. К сожалению, эти три сумасшедших последних дня она была занята по горло. Как, впрочем, и все офицеры «Кулака Хедона». В том числе, и их новый сослуживец. Его-то Рани и собиралась проведать: парню выделили новую каюту, подобающую его статусу старшего офицера. Ну и, заодно капитан приказал занести Старкиллеру… Кену, как он просил себя называть, набор новых документов. Джак с Закаром Раззардом сотворили-таки маленькое чудо: под носом у местных властей сделали парню нормальное удостоверение личности! Хотя, коррупция она не вчера родилась, и не завтра умрет — за деньги местные чинуши хоть хатту справку выдадут: о том, что он не хатт, а вовсе даже эвок.

Идти долго не пришлось — новое обиталище Старкиллера было недалеко от ее собственной каюты, и от капитанских апартаментов. Собственно, по пути от капитана, твилечка и завернула на прогулочную палубу: поглазеть, напоследок, на Корусант — вряд ли удастся увидеть его, своими глазами, достаточно скоро. Да и торопиться особой нужды не было, поскольку сбор эскадры перед первым прыжком займет еще как минимум пару часов: «Длинный Меч» кэпа Раззарда еще только выходил из планетарного дока. Вот и нужная дверь: девушка нажала на сенсор вызова, и, дождавшись ответного сигнала, открыла дверь и перешагнула через комингс.

Рани заглянула в каюту, где недавно разместился их новый сослуживец. Просторное помещение, снабженное терминалом связи и выносной индикаторной панелью вместе с встроенным в одну из стен экраном, а так же, голопроектором. Стойка в одном из углов — персонально для личного дроида-астромеханика, которым Кен, пока еще, не успел обзавестись. Весьма удобно вделанные в стены каюты шкафчики для одежды, личного оружия и снаряжения, двери в мини-освежитель и санузел, койка, упрятанная в специальную нишу между шкафов. Завершали нехитрую обстановку расположенный напротив экрана рабочий стол, и пара кресел, снабженных магнитными захватами — не типичная офицерская каюта-«пенал», вроде предоставленной ранее новичку практически авансом, а нечто большее. У самой твилечки была практически такая же — говорят, на новых кораблях каюты просторнее, но по ней и так неплохо: уютно и все под рукой. С тем же «Дредноутом» не сравнить! — а ведь их флагман был автоматизирован до предела, подобно кораблям флота «Катана»: места можно было бы и не жалеть. Все равно, первое, на чем начинали экономить конструкторы, это на условиях обитаемости экипажа — лишь бы впихнуть побольше брони и оружия…

Сам новичок сидел на одном из этих кресел, пододвинутых к кровати, и выгребал из армейского респовского вещмешка, прозванного во флоте «мечта мародера», свои вещички. При этом, казалось, совсем не обратил на вошедшую женщину внимания, хотя Рани и позвонила, предварительно, в дверь каюты. Вещи, кстати, аккуратно раскладывал на койке, а не бросил, как попало — и твилеке эта аккуратность понравилась. Впрочем, самих вещей было негусто — интересно, у него с деньгами было туго, или Кен понадеялся на «лавку компании»? Удивило еще, что у парня совсем не было никакого личного оружия. Впрочем, если Джак прав, и Старкиллеру не хотелось светить себя перед республиканской юстицией той сомнительной ксивой, что он вручил ему, то это правильный ход. Безоружного человека редко подозревают в недобрых замыслах и не тщатся установить его личность поточнее. Там, где в одном случае будет просто мягкий выговор за отсутствие нормального удостоверения личности при себе, в другом случае человек сразу загремит в тюрьму — до выяснения. Собственно, повод к новичку зайти и начать разговор был именно в передаче ему этого самого ново сделанного — уже как на военнослужащего «Фурий Тайтона», — удостоверения личности. Еще в самом начале, когда кэп Ордо связался с Закаром Раззардом, и ввел его в курс дела, тот дал добро на зачисление. Заодно и разрешив сделать, через официальные органы власти Республики, новую идентификационную чип-карту. На то имя, которое он им указал. Хотя, обычно, с новичками обходились без таких вот формальностей и сложностей.

— Не возражаешь? — Рани указала на второе кресло, и, не дожидаясь ответа, пододвинув его к себе села. Затем достала из сумочки на поясе несколько пластиковых прямоугольников: идентификационная карта офицера «Фурий Тайтона», набор съемный планок-бэйджиков для разных видов униформы — и кредитный чип с авансом. Ту идентификационную карту, что Старкиллер отдал кэпу при приеме на службу, ему теперь вернут только тогда, если он и «Фурии» по каким-то причинам, решат вдруг расстаться. Впрочем, твилечка не думала, что кэп теперь так легко расстанется с новичком. Особенно, после их виртуального поединка на истребителях. Вообще то, Ранна всегда считала себя хорошим пилотом — до этого «боя», где противник разделал ее сперва один раз, потом второй, а потом и третий. От четвертого она, собрав остатки гордости, отказалась.

— Ты вообще, встречал хоть одного разумного, который пилотирует истребитель лучше тебя? — Задала Рани мучивший ее вопрос, чтоб начать разговор.

— Парочку, которые смогли меня однажды уделать, я назвать могу, но ты вряд ли знаешь этих парней. — Кен к ней даже не повернулся, продолжая планомерно опустошать свой вещмешок.

— Кэп тут тебя комэском утвердил и старшим офицером, как договорились.

Твилечка кивнула на пластиковые прямоугольники на столе, почему-то уверенная, что ее движение не останется незамеченным — как разберешься с барахлом и обзаведешься формой, официально представлю тебя пилотам как свою замену. Впрочем, наш с тобой бой они уже видели, и на что ты способен — представляют. Не думаю, что у тебя с ними будут какие-то проблемы. Ну, об остальном сам все обговоришь с Джаком, когда уйдем в гиперпрыжок.

— Где тут у вас можно прибарахлиться? — спросил Старкиллер — как я понял, у вас централизованное снабжение?

— Ну, да — ответила Рани — «лавка компании» всегда к твоим услугам. И обойдется недорого. Правда, многие из наших предпочитают одеваться и вооружаться самостоятельно, на стороне: жестких правил на этот счет нет. Кстати, заодно у каптенармуса можешь и что-то из не табельного оружия теперь присмотреть.

Твилечка сказала это, намекая на его новый идентификатор от «Фурий», лежавший на столе, и изменившийся статус. Старшим офицерам дозволялось иметь и дополнительное снаряжение и оружие, не предусмотренное регламентом.

— Спасибо, посмотрю, что у вас есть.

— Табельное оружие и пилотское снаряжение получишь там же, в оружейке — заодно все на месте и подгонят под тебя. Насчет астродроида договоришься с Лотто сам.

— Хорошо. Не откажусь от лишнего ствола, да и астромех нужен как можно быстрее. А что с истребителем для меня?

— Что предпочтешь: клонскую модификацию «Охотника за головами», или «Торрент»?

— А модифицировать истребитель под себя?

— Ну, в пределах разумного. Хотя, с Корусанта Лотто прихватил массу полезных вещей. Спроси у него…

Парень, с пустым вещмешком в руках встал со стула и обернулся к ней, забирая попутно кредитный чип со стола.

— И еще буду очень благодарен, если такая очаровательная девушка проводит меня в то злачное место, где я могу разжиться обещанными полезными вещами.

Рани весело рассмеялась, в ответ на улыбку парня, сопровождавшую его слова, и, встав со стула, повернулась к выходу. Что же, следует помочь новому товарищу в решении его мелких служебных и бытовых проблем. С этой мыслью она переступила комингс двери каюты Кена, и вышла, вместе с ним, в корабельный коридор.

* * *

Сенатор Амидала плотно сжала веки и просидела так, не двигаясь из-за стола, несколько секунд. Она смертельно устала: трудные роды, потом вся эта канитель со скрытием детей — когда вернулась на Корусант, известие об аресте и суде над Энакином ее почти добило. Все свои тогдашние действия она помнила, как будто сквозь пелену тумана: сейчас она понимала, что сделала много лишнего — и, к сожалению, не сделала того, что было бы по-настоящему необходимо. К счастью, у нее были друзья: Оби-Ван, Бэйл, другие… — их помощь, в трудную минуту, невозможно было переоценить. Падме понимала, что решив скрывать свою частную жизнь до конца, она сама осложнила себе жизнь. Но, ничего иного придумать была просто не в состоянии: она ведь была не одна, сама по себе, а представляла в Сенате интересы даже не одной своей планеты, а целого сектора! — О репутации приходилось заботиться очень тщательно. Вот так и получилось, что на одной стороне оказалась ее репутация, а на другой — жизнь ее мужа. Единственное, что она тогда не представляла: выбрав одно, она должна была отказаться от другого. Имей она хоть намек, чем все может закончиться, стала бы действовать совсем по-иному. А так, ее слишком осторожные шаги, с целью вытащить Энакина, кто-то воспринял слишком болезненно — и, просто организовал его убийство. Когда ей сказали, что транспортник, на котором Энакина должны были доставить в Сенат, для дачи показаний, взорвался — она сначала не поверила. Только увидев закаменевшее лицо Кеноби, поняла, что да — это все! У нее еще хватило сил не разреветься на людях: выплакалась она уже «дома», в своих апартаментах в здании номер пятьсот по улице Республики. В полном одиночестве.

А еще, она нашла в себе силы сделать вид, что ничего вообще не произошло: снова включилась в работу Сената, начала активно участвовать в общественной жизни. Кажется, ей поверили даже близкие люди — никогда о себе не думала, что является такой хорошей актрисой. Работа, отнимавшая все время, не заполняла пустоты в душе, образовавшейся с уходом Энакина. Только потеряв его, она смогла понять, что для нее значил тот человек, которого юная Падме, когда то, встретила еще маленьким мальчиком среди мертвых песков Татуина.

Любовь ушла, а фальшь по-прежнему окружала ее в жизни: только теперь, вместо мужа, она разделяла ее с детьми. И, в то же время, сенатор Амидала, имеющая массу врагов, в том числе и личных, не могла себе позволить роскоши показать детей всему миру. Не сейчас! — не после гибели Энакина… что бы там не говорил тот безумный человек, на Мандалоре.

Сама встреча с Райденом Дуку была не первой: они виделись однажды — когда то давно, еще до войны! Или, нет? — и война уже шла? Да, точно — дело было, как раз, после событий на Джеонозисе… тогда они все еще верили, что все еще можно было решить миром. Помниться, встреча тоже была на свадьбе — Райден, усыновленный перед этим тионским королем, женился на наследнице королевства Крон. Обычная протокольная встреча: их представили друг другу, и на этом все общение закончилось. Честно говоря, Падме даже думала, что никогда вообще больше не встретиться с этим человеком: галактика большая! Но оказалось, что даже звезды рано или поздно гаснут…

Тогда, на Мандалоре, делегации Сената было дано указание: никаких официальных или полуофициальных контактов с самозваным новым главой Конфедерации. Позиция руководства Республики, по отношению не желающих идти на мировую Сепаратистов на ультимативных условиях, показалась ей более чем странной. В конце концов, они приехали договариваться, или просто давить на партнеров по переговорам? — Сама Падме так топорно работать не привыкла: ее учили, что договор только тогда будет чего-то стоить, если в нем заинтересованы обе стороны. Не видя возможности работать, она просто восприняла проведенную на Мандалоре неделю, как небольшой незапланированный отдых. Тем более, что Сатин помогла ей там неплохо устроиться. Потом было это объявление, что Оби-Ван и ее подруга желают юридически оформить свои отношения… — Падме только порадовалась за Сатин. На церемонии, куда было приглашено только три или четыре десятка самых близких для новобрачных людей, она и встретилась снова с младшим Дуку. Не то, чтобы Амидала хотела с ним о чем-то поговорить, наоборот — во время разговора Райдена и Кеноби, ее саму позвали принять в нем участие. С молчаливого согласия Сатин, Кеноби увел их всех в отдельный кабинет, оставив жену наедине с гостями.

— Падме, подойди пожалуйста. Дело очень важное.

Оби-Ван был чем-то до крайности возбужден. В руках у него был датапад, экран которого они, с его собеседником, только перед этим, внимательно разглядывали.

— Ваше величество. Господин принц-консорт. Чем могу быть обязана?

— Падме, не надо официоза. Дело необычное… Райден утверждает, что Энакин мог спастись!

Сердце у нее пропустило удар, а потом заколотилось как бешеное.

— Как…

Ничего больше Падме выговорить не смогла, по Кеноби ее прекрасно понял.

— Вот запись из внутреннего отсека той НВШТ, в которой тогда перевозили Энакина…

Падме смотрела на маленький экран, и мучительно переживала прошлые события: Вот наемники стреляют в эскортную канонерку. Вот устанавливают взрывное устройство — камера, в это время, перебегает с подрывника террористов на прикованного к поручням арестанта. Амидала тогда, на Корусанте, когда просматривала подобные записи по служебному допуску, с ужасом поняла — это были последние мгновения жизни ее мужа…

— Смотри: вот тут, и вот тут!

Оби-Ван показал ей два изображения, одно за другим. На одном бандиты еще были внутри отсека, на другом — там остались только ее муж, и заложенная в НВШТ бомба.

— Оби-Ван, я не понимаю…

— Посмотри на поручни там, и там.

Кеноби ткнул в нужное место, на изображении, пальцем. И, только увидев скрученные и разорванные — кем? — прочнейшие поручни, за которые в бою обычно держались одетые в броню десантники, до Падме что-то начало доходить.

— Но, как? — ты же, мне сам говорил, что Энакин больше…

— Есть и другие способы использовать Силу, госпожа Амидала. И они работают даже тогда, когда человек не имеет такой же связи с Силой, какую имеют обычные форсъюзеры. Чертовский удобно — например, когда хочешь освободиться от вражеского захвата, сделанного с помощью Форс Грипа. Кстати, это первое, чему ваш муж просил меня, его научить.

Падме сначала даже не поняла смысл слов Дуку. Зажегшийся в груди огонек безумной надежды погас так же быстро, как и вспыхнул…

— Даже если Энакин смог, как-то, освободиться… — каким образом он уцелел, пережив взрыв канонерки, и падение вниз на несколько сотен метров! Я смотрела материалы следственной комиссии…

— Смотрите.

Райден Дуку взял с ближайшего из столиков с напитками, приготовленными для гостей, бокал с вином. Взял не руками — Падме не раз видела, как Энакин проделывал то же самое, на ее глазах. Телекинез. По лицу легонько прошлось дуновение ветерка… странно, дверь вроде бы закрыта, и окна тоже.

— Магистр Кеноби подтвердит вам, что я воспользовался отнюдь не Телекинезом. Этому искусству я научился у Формовщиков Кро Вара, оно называется — Управление Стихиями. Многие из Формовщиков, виртуозно обращающиеся с Землей или Ветром, Огнем или Водой, даже не порог Храма ступить не имели бы права — так мало было в их крови мидихлориан, и так слаба была их связь с Силой. — На тот момент, когда они начинали обучение работе со Стихиями.

— Так вы думаете, что…

Падме не договорила, но Дуку ее прекрасно понял.

— Да, Энакин был прекрасным учеником: все новое схватывал буквально слету. Я уверен, что именно он взорвал джетпаки наемников, и он же сумел освободиться от оков, и благополучно добраться до поверхности. К сожалению, доказательств у меня нет. И магистр Кеноби, теперь, уже не может мне помочь в расследовании этого дела.

— Вы думаете, куда он потом мог пойти?

— Да. Боюсь, что меня он исключил из-за смерти дяди — когда то я просил сохранить ему жизнь… судьба, увы, не дала этого сделать. С вами, после этого, никто не пытался выйти на связь… незнакомый, но ссылавшийся на каких-то общих знакомых?

— Вы думаете, он сейчас где-то скрывается?

— Не забывайте, что приговор для него не отменен! И, вот еще что — ваши дети, они ведь живы и здоровы?

Сердце у Падме пропустило еще один удар.

— Откуда… как вы узнали…

— Не важно. Я прав?

— Я… да, дети в надежном месте! Их у меня никто не отнимет!

— Не беспокойтесь, госпожа Амидила, я всего лишь хочу вам помочь — Энакин был моим другом тоже. Он, или Оби-Ван никогда вам не рассказывали, как именно Орден ищет своих будущих юнлингов?

Тот разговор с Райденом Дуку, тяжелый и долгий, Падме запомнила очень хорошо. Потом, когда она вернулась на Корусант, то провела настоящее расследование: пытался ли кто с ней, в это время, тайно связаться? Как выяснилось — пытались. Неизвестный, которому была нужна лично она, вышел на Грегори Тайфо. Когда подозревающий всех и вся начальник охраны попытался установить личность этого человека, тот прервал контакт. Выходил на связь он с общественного терминала, след тут же оборвался. Произошло это примерно три недели спустя, после взрыва. Ее дроиды… она бы ведь даже и не подумала копнуть в этом направлении! — своему персоналу Падме доверяла целиком и полностью. Если бы не Терр Танил, которая сообщила, что так и не смогла связаться с ее дроидом-протокольником: дело было чрезвычайно важным и секретным — касавшимся судьбы Республики. — Танил не хотела пользоваться обычными каналами. Собственно, Терр хотела организовать встречу Падме с другим сенатором: все бы ничего, если бы этот Ардус Кейн не принадлежал бы к враждебной фракции. Только когда Падме вернулась с Мандалора, и смогла встретиться с Терр Танил, она узнала, в чем было дело.

Как выяснилось, у ее доверия теперь имелись четкие пределы. Друг Бэйл, вроде бы прикрывая ее от возможных последствий, посоветовал Грегори Тайфо стереть дроидам память. Бедняга СиТриПиО потерял аккаунты всех своих тайных почтовых и связных каналов, которые ему «повесил», по просьбе самой Падме, Энакин. Дроид даже не догадывался об этом: данные хранились в виртуальной памяти, а не на жестком носителе! Кто еще мог пробовать пытаться связываться с Золотником, теперь оставалось только гадать, если они, как Терр, сами об это мне скажут. С Арту было еще круче: пытавшегося протестовать астромеха, Тайфо приказал просто отключить! — вроде бы, его госпоже этот «капризный бочонок» был сейчас совсем не нужен. Когда Арту снова ожил, и смог перезагрузить память — и себе и Золотнику! — Падме не знала, смеяться ей, или плакать. С одним из аккаунтов в Сети, закрепленных за астромехом, который был известен только Энакину, кто-то три раза пытался выйти на связь. Будь это один раз, ну два — все можно было бы списать на случайность…

Если бы Падме умела молиться, то она бы сейчас молилась: пусть он будет жив! Когда-нибудь они обязательно встретятся — главное, чтобы Энакин был жив. И еще одно: то свое обещание, что Райден Дуку сделал на Мандалоре, он выполнил — на груди, рядом с талисманом из дерева джапор, сейчас висела ладанка с двумя маленькими золотыми брошками. Как она поняла, эти артефакты Силы младший Дуку сам делать не мог — ему пришлось кого-то просить. Но, как он ей сказал, у его собственных детей был такие же, и в трудную минуту они их спасли! Того человека, что передал ей их, Падме помнила — когда то, он приезжал на Корусант, по торговым делам, и просил ее содействия для поездки на Набу.

Падме снова открыла глаза. Судя по таймеру, прошло всего три минуты… маловато, для отдыха. Ладно, неотложные дела тут вроде бы переделаны — теперь завтра можно и домой слетать, на отдых. Это официально, на показ, для всех. Для себя: встретиться с… племянниками, то есть, со своими родными. И отдать детям талисманы, чтобы Сила тоже их охраняла…

* * *

Эта-Ар парил в безбрежной тьме космоса, пронизываемой только крошечными лучами далеких звезд. Где то рядом были Чайка Джонатан Ливингстон и Лоэнгрин — его первые помощники. Еще дальше, по рангу, располагались остальные корабли его Оперативного Соединения. — Все эти «Центурионы», «Бунтари», «Щедрые», «Левиафаны» и прочие. На металлическую пыль, окружавшую большие корабли, вроде «Стервятников», «Три-Файтеров» или «Гиен» — Эта-Ар даже не обращал внимания. Безмозглый расходный материал войны: преданный и исполнительный — такие же, как и миллиарды деактивированных боевых дроидов других моделей, ждущих своего часа в трюмах кораблей! У пределов этого круга начинались границы стоянок двух других оперативных соединений его флота: «Синей Птицы» и «Снарка». Причем, если флагмана «Синей Птицы» так и звали — Синяя Птица, то флагмана «Снарка» почему-то звали Буджумом.

Сенсоры доносили известия о других таких же флотах, разбросанных тут и там по просторам Внешнего Кольца. Из главных флагманов он был одиннадцатым — и, самым старшим по званию: так решил Командир. Двадцать тысяч кораблей: от огромных дредноутов, как он сам, до небольших корветов — висели во мраке пустых безлюдных пространств, которыми так богат космос в этих местах. Они ждали приказа. Они ждали, когда их позовут на новую войну. До того времени, когда их всех назовут словами, от которых будут вздрагивать враги: «Черный Флот» — оставалось уже совсем немного…

Глава девятнадцатая

День Гнева

Спокойствие — ложь, есть только страсть.

Со Страстью я приобретаю Силу.

С Силой я приобретаю власть.

С Властью я приобретаю Победу.

С Победой я разорву свои цепи,

И Великая Сила освободит меня…

Старинная литания гнева и ярости… кодекс и катехизис, символ веры древних ситхов. Меня буквально трясло от адреналина в крови. Тварь! Как же я себя в этот момент ненавидел: самый хитрый, самый умный — все предусмотрел, везде подсуетился… идиот безмозглый! Да, может и безмозглый, зато — сильный, этого не отнять. Сумел-таки вывернуться, едва ли не в последний момент — и оборвать чертову связь со своим же творением, обернувшимся против создателя. Постепенно Контроль возвращал мне власть над собственным телом, почти парализованным борьбой внутри меня самого: под тревожными взглядами друзей, я дернулся и сделал шаг вперед — им навстречу.

И рано нас равнять с болотной слизью —

Мы гнезд себе на гнили не совьем!

Мы не умрем мучительною жизнью —

Мы лучше верной смертью оживем![8]

— Слова сами вырвались у меня из губ, правда, умирать я пока не собирался: по эту сторону Силы дел еще было дофига. И, одно дельце нужно сделать как можно быстрее… — как говориться: «Хунта успел раньше». Дааа, только не в этот раз! — зато, у меня теперь будет отличный шанс отыграться, в следующем раунде. А так, если бы не друзья, то я бы уже, скоро, пускал бы слюни — довольный всем и счастливый жизнью. Но, эта Тварь! — как ловко она меня подловила: я же, под конец, чуть ли не сам ей в пасть лез. Да уж, вызвал, называется, ученик чародея метлу, чтоб за него воду носить — а про заклинание, как вовремя отправить ее обратно в чулан, и позабыл. Спасибо близким, которые обратили внимание на мое, скажем так, не слишком адекватное поведение — и не побоялись мордой об стол меня приложить, чтобы привести в чувство! И, спасибо тому сожранному Тварью джедаю, Эта-Ару: тогда у меня в мозгах все же провернулись какие-то шестеренки — до меня дошло, наконец, что со мной твориться что-то совсем не то. — Беспокойство друзей обо мне упало на подготовленную почву. Может, это сама Сила не хотела больше существования чуждой сущности в нашей вселенной? — очень уж вовремя одно за другое зацепилось.

Несколько десятков пар вопрошающих глаз смотрят на меня. Тофен Вейн, Далл Борджин, Алирра Тетсу и… Пурпурный, всей своей многочисленной персоной! Мы находимся у меня дома. Точнее, в моих апартаментах на борту «Черного Скимитара»: в тренировочном зале даже для всех шестидесяти четырех тел Пурпурного места более чем достаточно. Впрочем, замечаю здесь же и свою охрану — восьмерка он'гат'акэ сиротливо жмется к стенам, пытаясь прикинуться мебелью. Сообразительные ребята, знают, когда лучше не отсвечивать на глазах у начальства — но, и не бросили меня наедине с гостями, несмотря, ни на что.

— Спасибо всем, что беспокоились обо мне. Вы вовремя успели. Но, сейчас я уже пришел в себя…

— Точно, ты уверен?

Озабоченность на лице Тофена написана огромными буквами. Еще несколько минут назад он тут орал на меня, пытаясь достучаться до моего сознания. Алирра и Далл… черт знает, наверное, следили — чтобы я Вейна, ненароком, не пришиб: корежило в тот момент вашего покорного слугу совсем не по-детски. А что вы хотели? — вышедший из себя Темный это ни разу не подарок для окружающих! Вон, еще и сейчас адреналин в крови бурлит. Алирра, похоже, так вообще была настроена драться всерьез: никаких тебе иллюзорных масок — все чувства предельно концентрированы. — Ну, мелкий иллюзорный «макияж» не в счет: любая женщина имеет право выглядеть красивой!

— Уверен, не сомневайся. Спасибо Темной Стороне и ее верным спутникам: ярости, презрению и гневу. Лишний раз убедился на практике, что негативные эмоции форсъюзеру тоже могут неплохо помогать! Особенно, если давать им волю в нужный момент, и тщательно контролировать дозу.

Тофен искренне рассмеялся, вскоре к его смеху присоединился Далл.

— Вот, теперь я снова вижу моего друга, а не зомби с его внешностью!

— Что, настолько все было плохо?

— Ты на голозаписи сеансов связи со своим участием потом посмотри, сам убедишься.

Далл нахмурился, вспомнив что-то неприятное.

— Райден, ты происходившее последнее время с тобой хорошо помнишь?

— Ну, в общих чертах, да. По-твоему, я со стороны сам на себя совсем был не похож?

— Да нет, в этом смысле ты имитировал сам себя в деловом состоянии прекрасно. Я имею в виду — помнишь ли ты, какие приказы и кому отдавал?

Я на мгновение задумался. Воспоминания, вроде бы, не зияли пустотой — и свои действия, в течение последних месяцев, я помнил очень хорошо. Вон, к той же Алирре чуть подлизываться не пришлось: пообещал Амидале защитные талисманы для их с Энакином детей! Зацепившись взглядами с чародейкой, я поймал в расплавленном золоте ее глаз какое-то предвкушение. Так, черт, что такого я ей тогда наобещал? — память услужливо напомнила, что именно. Только усилием воли я не позволил своему лицу покраснеть, как у мальчишки… — ладно, надо будет просто расслабиться, и получать удовольствие. Тем более, что Алирра сделала все, как я просил. Собственно, я ведь уже даже сами артефакты Амидале отправил, и получил отчет, что подарок благополучно доставлен по адресу.

Итак, что же так насторожило Далла, что он решил действовать? Ааа! — вот оно: непонятно куда девшиеся пленные, и целая куча, опять же, неизвестно куда вывезенных расходных материалов и предметов снабжения. Не просто много, а очень много: на десяток «стандартных» флотов хватит, если посчитать. Собственно, это же насторожило и Тофена Вейна, но уже по совершенно иной причине — у действующего флота КНС, в котором он теперь числился Главнокомандующим, вдруг возникли проблемы с расходниками, топливом и комплектующими. Все это как раз должны были поставлять именно мои заводы и фабрики — точнее: все это делалось в Тионском Кластере. Вообще, этот вопрос закрыли достаточно быстро: Исполнительный Комитет и без моего участия работал как часы — сидели там товарищи опытные и знающие свое дело. Оттуда перебросили, там перераспределили — и все необходимое Тофену поставили в срок, за счет других членов КНС. Понятно, что Уот Тамбор и Шу Май, которые отвечали за снабжение союзного флота непосредственно, имели ко мне на этот счет вопросы. Я почти ничего не стал скрывать: есть, мол, секретное место, где комплектуется и снаряжается новый флот — на случай возобновления войны с Республикой. О том, как я этот флот создал, и на чем, сказано не было. И тот и другая буквально сочились любопытством, но давить на меня не стали: привыкли уже, что зря я такого рода заявлений не делаю. Скакоанин, возможно посчитал, что чуть раньше запланированного времени вошли в строй те самые заводы, которые я перекупил у муунов. Ни в Исполнительном Комитете, ни в Сенате Конфедерации насчет исчезновения в неизвестном направлении пленных, захваченных во время зачистки пиратских баз или мятежных территорий, никто даже не поинтересовался. Типа, убрали мусор, ну и славно! — главное, что эти… больше жить не мешают.

А вот мои друзья дернулись: Репликатор они видели, и для чего там нужны живые пленники — представляли себе очень хорошо. Вопрос у них возник с количеством этих самых пленных, и их составом. Если тех же зейгеррианцев или пиратов с Литии никто не жалел, то с некоторыми мятежниками было не все ясно. Главное, ни Тофен, ни Далл, как они потом признались, не понимали логики моего выбора — именно это их, в первую очередь, и насторожило. Потому как к подбору «сортов топлива» для Репликатора я, до этого, проявлял изрядную щепетильность. Второе, точнее — первое, что их напрягло, так это примерное количество вывезенного «биоматериала». И его несоответствие с тем, что поступило с якобы «еще одной секретной верфи» на флот, в качестве пополнения. Когда же они заметили еще и мое не совсем адекватное поведение в житейских ситуациях, дело сразу приобрело иную окраску. Вспомнив, что ранее я озвучивал то, что работать с Репликатором — дело совсем не простое, и не безопасное, оба слегка испугались. Получить в качестве начальства психопата с поехавшей крышей, да еще и обладающего возможностью штамповать боевые корабли и дроидов как пластиковые игрушки — в любых необходимых количествах, — это было страшно. Да, тут я друзей понять могу. Ну а дальше оба действовали быстро и слаженно: один кинулся за поддержкой и советом к Пурпурному, слово которого много для меня значило — а второй попросил прибыть на «Черный Скимитар» Алирру Тетсу.

Поняв в чем дело, и Пурпурный, и Алирра дружно присоединились к мозговому штурму: как лучше вернуть вашего покорного слугу в нормальное состояние. Что там они все решили, и как собирались действовать — одна Сила знает! Никаких свои планов друзья так и не раскрыли. Наверное, постеснялись. А так, все началось и закончилось моим разговором на повышенных тонах с Тофеном, в присутствии всех остальных, — и моей охраны, скромно постоявшей в сторонке…

Все-таки хорошо, что я Темный адепт: привык управлять своими эмоциями сам, а не давать им воли над собой — иначе Темная Сторона Силы меня просто убила бы. Вместо этого, Презрение, Гнев и Ярость только дали мне сил, чтобы сорвать какой-то дурман и оцепенение, овладевшие моими мыслями и чувствами. Тонкая, не ощущаемая просто так отрава, засевшая где-то внутри меня, и медленно подтачивавшая мою волю, буквально сгорела в пламени, вызванном в Силе переживаемыми мной эмоциями. С возвращением ясности мыслей и чувств, я сумел справиться и с Темной Стороной, бушевавшей внутри меня. Черт, даже ничего из окружающего не пострадало! Вот после такого «просветления», когда адреналин в крови спал до нормального уровня, мне и открылся весь ужас того, что могло бы произойти.

Тварь, которая жила, моими стараниями, в Контроллере Репликатора — и которая, по большому счету, делала из этой груды металла, пластика и керамики что-то большее, чем обычное астроинженерное сооружение! — Так вот, Тварь оказалась чертовски хитрой. Быстро сообразив, что если как то давить на меня самого, напрямую, то это может плохо закончится — для нее самой. — Она сделала финт ушами, ну, или тем, что уши ей заменяло: взялась за моих дублей, которых я там «оставил на хозяйстве». И тут ее сперва ждал полный облом, от недостатка опыта: неадекватность поведения первой троицы своих органических копий я заметил довольно быстро. А вот дальше… возможно, поступи я тогда по-другому, у меня сейчас были бы совсем иные проблемы. — Но я все сделал просто и прямолинейно: заменил троицу старых дублей троицей новых, свежее сделанных — а тех просто перевел на хозяйственную работу. Потом к уже существовавшим своим копиям, сделал еще столько же: в связи, так сказать, с интенсификацией процесса работы Репликатора существующих «помощников» стало не хватать. Как оказалось, возможности артефакта не были использованы в полной мере. — Тут я немного ошибся, в своих оценках производительности Репликатора, а Тварь мягко и аккуратно подвела к идее «попробовать расширить горизонты». В результате и пришлось «расширяться» в плане персонала. Дроид-тактик, следивший на Репликаторе за порядком, четко контролировал поведение «биороботов». Поэтому попытки непосредственно вмешаться в процесс создания кораблей, боевой техники и дроидов Твари пришлось прекратить. Одного, якобы «поехавшего крышей» дубля дроиды охраны просто пристрелили, когда тот пытался внести изменения в протоколы безопасности Станций Управления на новых кораблях. Второй погиб при попытке самостоятельно активировать Репликатор, без моего присутствия. Ну а третьего убил я сам, когда тот кинулся на меня в Камере Управления.

Честно говоря, тогда я сам прощелкал клювом: все три дубля были из «первой» команды — и дроид-тактик мне про их неправильное поведение уже ранее докладывал. В общем, подумав я посчитал, что биороботам просто пришел срок, и надо всего лишь заменить их, на новых — что я и сделал. Теперь-то я понимал, что напавший на меня дубль действовал не сам по себе. И, самое главное, его целью было отнюдь не причинить мне какой-то вред. Нет, он просто отвлекал мое внимание от поступков предшественников. А ведь отвлек: не став сильно ломать голову над происшедшим, я просто сделал еще несколько таких же вот «помощников». — Которых, как теперь выяснилось, Тварь очень даже хорошо могла брать под свой полный контроль. Получалось, что сейчас на самом Репликаторе, и в звездной системе, где тот находился, было… получается, уже семнадцать штук псевдо живых объектов, биологические параметры которых полностью совпадали с моими собственными. Совпадали настолько, что системы безопасности КНС пропустили приказы, якобы отданные от моего имени, как будто сделанные мной самим!

Пока я, с затуманенными из-за интенсивной работы с Репликатором мозгами, командовал сборкой все большего и большего числа единиц самой разнообразной техники, Тварь решила несколько расширить производство. Разумеется, «забыв» поставить об этом в известность меня. Расход готовых деталей, узлов и агрегатов, а так же использование в процессе «живого топлива» были на строжайшем учете. В отличие от разного рода технических средств, полуфабрикатов и материалов для работы 3D-принтеров. По ходу, Тварь, с помощью дублей, отдала от моего имени несколько важных приказов. По одному из них в звездную систему, где был расположен Репликатор, было направлено еще больше расходных материалов, предназначенных для жизнеобеспечения флота. С учетом того, что я и так уже направил туда не слабые потоки всего необходимого, не удивительно, что действующий флот начал испытывать затруднения со снабжением! Еще несколько фальшивых приказов увеличили численность соединения, охранявшего Репликатор, с сотни вымпелов, до четырехсот. Самое смешное, что эта первая сотня так до сих пор и находится под контролем TX-77. А вот остальные… черт знает, кто ими теперь непосредственно командует, но из обычной командной цепочки как тионского флота, так и флота КНС вообще, они точно выпали. Однако, круче всего Тварь развернулась на другом «фронте»: убедившись, что с дроидами сама она поделать ничего не может — принялась за «органических» роботов. Проще говоря, наштампованные мною для чисто утилитарных целей копии вагаари и их милых ловчих зверюшек, теперь находились под управлением у сущности, обитавшей в Репликаторе. Получив под контроль транспортные средства, и подходящих исполнителей, Тварь твердо вознамерилась решить проблему собственной «кормежки»! Последний ее приказ, отданный от моего имени одним из дублей — приказ об атаке на Милиус…

Надо сказать, что ситуация с этой джеонозианской колонией, возле которой был развернут один из моих новейших автоматизированных производственных комплексов, была чертовски сложной. С одной стороны, то, что сделали тамошние джеонозианцы иначе как термином «рейдерский захват» назвать было нельзя. С другой стороны, инсектоиды вроде как были и не прочь пойти на мировую — во всяком случае, именно в этом меня, в последнее время, старательно пытался убедить Поггль Меньшой. При этом он напирал на дружбу и союзничество, каялся, что не смог удержать ситуацию внутри их сообщества под контролем. Мол, из-за этого некоторые Ульи стали действовать в разрез с официальной политикой… но, что теперь уже все скоро будет улажено. Честно говоря, я старому политикану не верил: то, что им кто-то крутит, было видно невооруженным глазом — но и сразу рвать связи, и бить джеонозианцев насмерть, было как то нехорошо. Все же, бывшие союзники… и к респам, в отличие от тех же муунов или неймодианцев, не побежали! Короче говоря, ситуация еще терпела: применять крайние меры для ее разрешения как бы не требовалось. Тем более, что ни от торговли, ни от поставок оружия и снаряжения — за деньги, разумеется! — на Джеонозисе не спешили отказываться.

Выделенное Алгором Мелассином для проведения операции по захвату предмета спора соединение смахнуло джеонозианскую эскадру одним ударом. Три тысяч вымпелов против семисот — адмирал решил не рисковать: быстрый разгром врага уменьшал шансы на то, что тот сможет как то вывести комплекс из строя. Потери, конечно, были — и комплекс все же пострадал! — но все было в пределах допустимых потерь. Кроме, понятно, насмерть испорченных отношений с инсектоидами, и, как выяснилось — еще кое с кем! Собственно, джеонозианцев разозлило даже не столько силовое возвращение производственного комплекса под мой контроль, как то, что произошло на самой планете…

А там, судя по всему, было очень «весело»: те три сотни отжатых Тварью кораблей, высадили на Милиус десант из псевдо-вагаари с их зверьем, и боевых дроидов — имевших приказ хватать все живое. Как я понимаю, зачистили там все и полностью! — никаких джеонозианских колонистов, ни в каком виде, на планете не осталось вообще. Вот понять, как им удалось запихнуть в трюмы тех же «Щедрых» и кораблей снабжения полмиллиарда пленных — у меня не выходит. Разве что в навал грузили, как песок или дрова. Конечно, с точки зрения «энергетики» рабочая особь джеонозианца была, по сравнению с тем же хуманом, как пучок соломы по сравнению с куском антрацита — но их же было много! В общем, вся эта трофейная биомасса была где-то на пути к Репликатору, или уже добралась туда. Как раз рабочие особи Поггля почти и не интересовали: налетчики не то убили, не то захватили в плен Королеву, которая властвовала над тамошним Ульем. Вот это уже обещало неслабые проблемы в дальнейшем.

Впрочем, как одну героиню литературного произведения, меня это пока не слишком заботило: «Я подумаю об этом потом». Поскольку имелась более насущная забота — что Тварь с этой массой биоматериала намеревалась делать? Неужели надеется, что один из дублей как то сможет справиться с процессом управления Репликатором? Или, может, надеется на то, что в следующий мой прилет туда уже сможет залезть в мозги ко мне самому — и рулить уже всем через мою тушку, напрямую. Не знаю, и не желаю проверять на практике! — потому как снова, туда, я полечу не просто так, в одиночку…

— Тофен, друг, скажи — ты ведь сюда не просто так прилетел, не правда ли?

Мед, который тек в моем голосе, наверное, можно было бы намазывать на хлеб… — но виконт Вейн понял меня абсолютно правильно.

— Со мной «Тишина» — кстати, ее системы подавления включены и прогреты! — чисто на всякий случай. Еще я у Яростного Огня, с помощью нашего друга — Тофен кивнул головой туда, где кучковались тела Пурпурного, — выпросил «Длинную Руку». Так же я взял с Кар Шиан, тоже по совету господина Пурпурного, «Неистового» и «Огненного Дракона».

— Что, «Огненный Дракон» полностью боеспособен?

— Господин Дьер уверил меня, что весь цикл испытаний сверхдредноут прошел нормально!

Никогда не думал, что Пурпурный вообще умеет волноваться! Черт, приятно все же осознавать, что есть люди… эээ, и разумные существа, которым я не безразличен.

— Это хорошо, это даже очень хорошо! Думаю, настало время нанести кое-куда недружеский визит. А то там некоторые твари слишком много себе стали позволять…

* * *

Неистовые ураганы несли в небесах безымянной планеты облака, похожие не то на исполинские горы, не то на валы воды в штормовом море. Сплетающиеся в исполинскую сеть зигзаги молний, казалось, покрывали призрачной сетью весь видимый диск небесного тела. Молнии были видны как на дневной, так и на ночной стороне планеты. — На темной стороне, они еще и заменяли местное светило, в качестве источника освещения. Линия терминатора напоминала кровоточащий разрез, прочерченный на боку диска. На фоне планеты, Репликатор просматривался как большая расплывчатая клякса на и без того грязном листе бумаги: точно различать контуры гигантской «снежинки» сейчас мешали тучи всякого «мусора», буквально облепившего атрефакт. Похоже, Тварь стянула весь накопленный материал поближе к себе. Да еще и орбиту Репликатора поменяла: он явно висел много ближе к поверхности планеты, чем обычно. — Интересно, это что я предполагаю — попытка тянуть материю, для работы, прямо из атмосферы?

Ответный сигнал на запросчик системы распознавания «свой-чужой» не пришел. На вынырнувший из гиперпространства «Черный Скимитар» Тварь, кажется, даже не среагировала. Или, может, просто была слишком занята, чтобы отвлекаться на «пустяки»? Наверное, Тофен или Далл сумели бы все сделать и получше меня — но они не могли сделать главного: точно определить место, где в это время будет находиться Репликатор. Дальнейшее было делом техники. По наводке с моего флагмана, пара недавно переоборудованных в носители усовершенствованных «гравиколодцев» Центурионов, и еще пара так же оснащенных генераторами гравитационной тени «Левиафанов», выпрыгнули из гипера рядом с ним. В этом был свой риск: Тварь могла всполошиться раньше, чем мне бы хотелось. — И возможно, сумела бы как то помешать тому, что я задумал. Нет, уже успела, потому что активировавшие «гравиколодцы» корабли задали точные места финиша остальной моей флотилии. Тварь все же дернулась, когда из гиперпространства, уже развернутые в атакующие боевые порядки, стали выходить эскадры флотской оперативной группы, которая всегда сопровождала мой флагман. Отделившись от тех туч «мусора», что висели возле Репликатора, несколько сотен боевых кораблей выстроились стеной, прикрывающей от нас артефакт. Потом эта «стена» двинулась на сближение: вызвать огонь на себя, защитить объект охраны любой ценой — и, при удаче, уничтожить нападающих. Простая логика стандартной тактики «игры от обороны», когда не сомневаешься в силах противника — и считаешь, что видишь их вперед собой все. На это и был расчет…

Интересно, кстати, как ей удалось нейтрализовать лояльные мне системы охраны и дроидов? — а ведь удалось, судя по всему! Может, у Твари что и получилось бы — тем более, что число боевых кораблей, защищающих Репликатор, было неожиданно велико! Да и, в конце концов, даже дредноут размеров «Черного Скимитара» был уязвим при атаке с помощью корабля-камикадзе. Тварь не учла только одного: что у меня в рукаве тоже могут быть спрятаны крапленые карты! На самом острие нашего строя, прямо сразу развернутый боком, из гипера вывалился «Неистовый». Удар волны ЭМИ, идущей расширяющимся фронтом в сторону Репликатора, мгновенно превратил строй вражеских кораблей в обычный летающий мусор. Турболазеры моей флотилии быстро разнесли этот мусор на молекулы — так, чисто на всякий случай!

Но Тварь даже и не подумала сдаваться: похоже, имея теперь халявный источник энергии, в виде пленных джеонозианцев, она решила не стесняться в средствах! — От Репликатора, в нашу сторону, рванула волна дридов-файтеров: тысячи, и даже десятки тысяч — потому как за первой волной, на нас следом ринулась и вторая. Скорее всего, Тварь хорошо знала, что импульсные ионные пушки у «Покорителей» перезаряжаются очень медленно — и спешила успеть нанести удар раньше. Она не учла двух вещей: то, что следом за «Неистовым» из гиперпространства выйдет «Тишина» — и того, что следом за нею последует «Огненный Дракон». Работающие на полную мощность системы электронного подавления «Тишины» тут же нарушили координацию вражеской атаки, резко уменьшив ее возможный эффект. А плазмоиды, выпущенные орудиями «Огненного Дракона», превратились для маленьких истребителей, разогнавшихся до огромных скоростей — камикадзе обратно возвращаться не нужно! — в настоящую дюрастиловую стену. О которую девять десятых из них и размазалось. Тех, что все же проскользнули — сбили лазерные пушки точечной защиты на наших кораблях. Что там нам хотела приготовить Тварь в качестве третьего «аргумента», мы так и не узнали. Нет, клубящуюся вокруг Репликатора Тьму, и пронизывающие ее Молнии Силы, и я, и все остальные, кто мог чувствовать Силу, ощущали даже отсюда. А вот то, что собралась делать Тварь, так и осталось непонятным — потому, что вышедшая на удобную позицию «Длинная Рука» нанесла точный удар.

Тут надо сказать, что разделавшись с истребителями, и добив выведенные из строя корабли охранения, вся флотилия — по моему приказу, — открыла огонь по Репликатору. Как оказалось, Твари вполне хватало энергии и на то, чтобы пытаться работать Репликатором, и на то, чтобы питать генераторы дефлекторных щитов. Очень мощных щитов, как мы убедились тут же: даже турболазеры одиннадцатого уровня, пробивавшего щиты боевой станции типа «Голан» как бумагу, ничего не могли с ними поделать. Возможно, концентрированным огнем всей флотилии щиты и удалось бы посадить и продавить — но этого не потребовалось. Так уж устроена конструкция генераторов, но дефлекторные щиты можно настраивать или в энергетический, или в корпускулярный режимы противодействия — но никак не в оба режима одновременно. Щиты артефакта, выдерживающие бешеный огонь турболазеров, оказались полностью бессильными против пушек «Длинной Руки». На которой, в качестве главного калибра, стояли масс-драйверы…

Полет болванки, разогнанной до скорости, на которой начинают уже сказываться релятивистские эффекты, гораздо менее впечатляющее зрелище, чем наблюдаемый невооруженным глазом трек турболазерного выстрела. Ее путь четко могут зафиксировать разве что чувствительные датчики сенсорных полей: корабельные глаза и уши. Зато эффект от попадания бывает обычно куда более впечатляющим — размер, иногда, все же имеет большое значение! В этом случае эффект далеко превзошел все ожидания.

Сквозь потоки Силы, или призвав на помощь Стихии — наблюдать за работающим Репликатором со стороны было захватывающе… и страшно! Никакие голозаписи не могут передать всех ощущений происходящего. А когда я находился там, в Камере Управления, то ее стены надежно фильтровали то, что творилось вокруг — донося до меня разве что эхо настоящей бури. Темный фон и молнии — это все цветочки! — настоящее злое волшебство творилось там, за их завесой: для Силы эта завеса, в отличии от стен Камеры Управления, преградой не была. К счастью, Тварь все же не достаточно разобралась в технике. Кинув всю энергию на дефлекторные щиты, и так их напитав, что даже соединенной мощи всей моей эскадры не хватало, чтобы пробить их, она не приняла во внимание то, что кроме энергетического воздействия, может быть еще и грубо-материальное. Первое же попадание, стало для Репликатора и последним: Почти свободно пройдя сквозь дефлекторный щит, снаряд пробил внешнюю оболочку бывшей перерабатывающей станции как бумагу. Когда на «Длинной Руке» еще только выставляли прицелы масс-драйверов, я тщательно проинструктировал командира дредноута и старшего артиллериста — куда именно следует стрелять. Какой именно из Контуров системы разрушила своим попаданием болванка, теперь можно было только гадать. Результат все равно был один: Репликатор вошел в резонанс с метрикой окружающего его пространства, и с потоками Силы.

Снаружи это выглядело так, как будто гигантскую сферу, которая захватила и сам Репликатор, и окружающий его «мусор» — и половину планеты заодно, заполнило сперва яркое сияние. Затем, в этом сиянии появились какие-то темные протуберанцы, тоже впрочем, не вырвавшиеся за пределы этой сферы. А потом сфера мгновенно разрушилась: Вспышка света внутри нее погасла, как гаснет разбившийся светильник. Не имея больше сдерживающего их барьера, черные протуберанцы вырвались наружу — не дотянувшись до ближайшего из моих кораблей: даже половину разделяющего нас расстояния не преодолев! Зато вся эта клубящаяся и беснующаяся чернота, подсвечиваемая меркнущими в глубине себя отблесками света, как гигантский спрут охватила планету, рядом с которой висел Репликатор. Потом это нечто, словно было втянуто куда-то в иной мир: тьма и клубящийся хаос исчезли, словно их и не было — А может, это наш собственный мир отторг нечто абсолютно чуждое ему. Ровный фон Силы, в котором присутствовало только далекое, затухающее эхо пережитого ужаса. Если бы не оставшаяся половина планеты, совершенно лишенная атмосферы, и бесстыдно показывающая расплавленные недра… — да и сам этот остаток сильно напомнил мне другой образ: кусок сахара, не полностью растворившийся в кипятке. Разве что кусок имел округлые очертания, да был не белого, а черного цвета, с тускло-красным, заметно светящимся даже в лучах местного солнца нутром…

Почему то хотелось одновременно смеяться и плакать. И сделать на радостях еще кучу разных глупостей — например: предложить руку и сердце Алирре. Вот эта мысль сразу вернула меня с небес на палубу «Черного Скимитара»: боюсь, что госпожа Тетсу моего искреннего порыва не оценит!

— Райден, ты как себя чувствуешь?

Не то, чтобы в голосе Далла слышалась озабоченность, но тон его вопроса был каким-то необычным.

— А что со мной может быть такого?

Отвечать вопросом на вопрос вообще-то не вежливо, только я вопроса Далла как-то не понимал…

— Ты на себя в зеркало глянь.

Гигантский обзорный экран, находившийся в адмиральской рубке, куда мы все благополучно переместились перед атакой, вполне себе зеркало заменял: надо было только отдать соответствующий приказ камерам внутреннего наблюдения. Ну, вот Пурпурный — его-то проще всех разглядеть в толпе: поскольку большая часть «народа» составляли именно его «тела». Вот Алирра — яркий цветок женственности и элегантности, среди общей мужской массы. Черт! — не насторожи меня вопрос друга, не поверил бы глазам: вместо замотанного работой и задавленного проклятым Репликатором полудохлого злого зомби, в зрачки голокамер смотрел вполне себе живехонький человек. Нет, седина из моих волос никуда не делась, и след от усталости на лице тоже — но вот само это лицо, уже не напоминало лицо какого-нибудь Кощея Бессмертного. Или, там, лорда ситхов из джедайских страшилок для непослушных юнлингов…

— Адмирал Борджин не совсем правильно выразился. Голокамеры этого тебе не покажут.

Голос Алирры оторвал меня от созерцания собственной физиономии, которая больше уже не была похожа на посмертную маску. В ответ на мой вопрошающий взгляд, чародейка продолжила, как ни в чем не бывало.

— Тут нужно через Силу на человека смотреть. Для этого зеркал еще не придумали.

— И, чего это во мне такого необычного?

— Знаешь, слышала я раньше, что находясь на Темной Стороне Силы, можно перейти на Светлую Сторону. До сих пор считала такие вещи сказкой: Стороны Силы не выбирают! — а начав путь от Света к Тьме, уже не останавливаются…

— Как видишь, можно. Страшновато только — потому как ты права: Стороны Силы не выбирают. — Просто сама Великая Сила ставит нас туда, куда считает нужным — оценивая наши поступки по-своему.

— Ты…

— Совершенно не чувствую себя «Светлым». Просто, как то вдруг дышать легче стало — причем не в физическом, а скорее в психологическом плане.

— Не знаю, просто раньше ты воспринимался в Силе как… ну, почти как лорд ситхов. А теперь, выглядишь даже «светлее», чем Главнокомандующий Тофен Вейн!

— Но, ведь не как джедай, не правда ли?

— Нууу, пожалуй, что и нет — до джедая тебе все же далековато!

— Вот и славно, а то у нас тут война скоро. А война — дело противное добродетели, путь обмана… не по джедайски будет, воевать-то!

Мои слова разрядили напряжение, повисшее было в рубке. Первой над моими словами начала смеяться Алирра, потом к ней присоединился я сам, и остальные…

* * *

Как после хорошей драки, вытерев кровь с лица, и выплюнув выбитые зубы, пытаемся примирить себя с новой реальностью. Возвращение флотилии на Раксус Прайм было если и не победным, то, по крайней мере, бодрым и в приподнятом настроении — «неведомая угроза» благополучно ликвидирована! «Покорители» отправились обратно на свои базы: к Гатариэкку и Кар Шиан — нечего было светить их перед глазами широкой публики раньше времени. Тем более, что официально всех этих кораблей даже не существовало в природе! — Как, впрочем, и созданного мной — с помощью Репликатора! — еще одного огромного флота. Собственно, первым делом я, вместе с друзьями, обследовал тайные стоянки этих кораблей: везде царил полный порядок. Поскольку Твари так и не удалось вмешаться в процесс их создания раньше, все Искусственные Интеллекты, все Станции Управления, находившиеся на кораблях, признавали своим старшим начальником, командиром и хозяином только того, кто их создал — то есть, меня самого! Точно такие же приоритеты имелись и у миллиардов боевых дроидов, составлявших их экипажи, или бывших там десантниками. Искусственный Интеллект, управлявший «Эта-Аром», доложил, что недавно была пресечена попытка взлома «мозгов» у кораблей флота. Все закончилось благополучно: вмешательство было своевременно обнаружено и ликвидировано. Что интересно, приказы им пробовали давать от имени дроида-тактика TX-77…

С одной стороны, наличие «лишних» двадцати тысяч кораблей, полностью оснащенных и укомплектованных всем необходимым, согласно штатам, привело Тофена и Далла в восторг. С другой стороны: изначально я планировал сделать всего тысяч семь вымпелов — только собирался строить корабли, размером не меньше, чем «Центурион». И, чтобы «Ассегаев» сотни две… — да уж, мечтать не вредно! — Увы, эти мечты так мечтами и остались. Разве что дроидов, по образцу военных роботов империи Ксима, несколько миллионов, оказывается, все же наделал — лежат в полной готовности, в трюмах кораблей моего секретного флота. Как я изначально предполагал, даже пяти тысяч «неучтенных» противником вымпелов, в качестве последнего резерва, для объединенного флота КНС могло бы хватить. Потому как после всех потерь, дезертирства и ухода от нас союзников, в распоряжении КНС все равно оставалось более ста тысяч вымпелов, предназначенных для боевых действий — это если считать с разной мелочью, вроде «Гозанти». Теоретически, паритет с Республикой у нас пока еще имелся. Вместо армады, состоящей в основном из тех же «Щедрых», лучше бы было создать несколько сотен дредноутов, способных качественно усилить уже имеющиеся наши эскадры. К сожалению, мои переклинившие от работы с Репликатором мозги решили действовать по принципу: числом по более, ценою подешевле — в целях «оптимизации процесса», так сказать. — Ну, вот и дооптимизировался, до такой армады. Удивляюсь только, как у меня все же крыша то не поехала, окончательно, от этой «ударной» работы? Ну, ладно — раз Сила дала еще один шанс, грех не воспользоваться им в полной мере.

Сейчас, когда в голове у меня более-менее установился порядок, стоило все же провести ревизию всех активов КНС более тщательно. А заодно, оценить новые риски с учетом текущего политического момента. Зарывшись в информацию извне, которую я до этого благополучно пропускал мимо себя вот уже месяца как полтора, узнал много нового. Некоторые вещи мной предполагались и ранее, кое-что вызвало неприятное удивление. Были и хорошие моменты, пусть и немного.

Во-первых, Конфедерация получила дополнительно более тысячи боевых, и примерно столько же транспортных кораблей — а так же, два миллиарда боевых дроидов заодно. И все это почти что на халяву. Спросите, как? — Да очень просто: благодаря дальнейшей дезинтеграции когда-то мощнейшей военной машины Торговой Федерации. Надо сказать, что если официально ТФ всегда «рулили» неймодианцы — как главные специалисты по зарабатыванию денег, — то контролировал их деятельность конгломерат из хуманов, гранов и дуросов, в лице Наблюдательного Совета. — Ребята следили, чтобы в процессе рубки бабла уроженцы Като Неймодии не теряли берега. Такая вот своеобразная «защита от дурака» вместе с системой обратной связи — от периферии к руководству. В общем, пока эта система сдержек и противовесов работала, Торговая Федерация оставалась самой динамично развивающейся в галактике межзвездной структурой. После бойни на Эриаду, на приснопамятном «Торговом саммите», все решительно поменялось: с уходом представителей от Куата, неймодианцы получили в Торговой Федерации слишком много власти — и понеслось! Но, суть в том, что флот ТФ всегда держался на хуманах, дуросах и тех же гранах, а не на собственно неймодианцах — хотя и среди них попадались очень достойные офицеры, вроде Лашроса Дофайна. Понятно, что с уходом из ТФ Куата, многие люди, связанные с ним, тоже покинули флот Торговой Федерации. Но другие, кто был родом с той же Балморры, или иных населенных хуманами планет, остались на службе. Понятно, товарищи тихо ворчали, видя, что ТФ идет, по их мнению, «куда-то не туда» — но сделать ничего не могли. Да и не особо хотели: прежняя добрая слава и сознание того, что они принадлежат к чему-то большему, чем просто кучка добытчиков денег, многим застила глаза. А многие и не понимали, что Торговая Федерация уже не одна из опор галактического порядка, а исключительно инструмент по выкачиванию прибыли любой ценой — в том числе, и за счет своих военных. Было и еще одно обстоятельство: несмотря на проводимую в армии и на флоте ТФ поголовную «дроидизацию», спрос на хорошо обученный и опытных специалистов там все равно был огромен. — На это играло еще и то, что сами эти армия и флот росли как на дрожжах — если кое-кого из живого персонала и сократили, за ненадобностью, то, в общем и целом, набор живых служащих был даже увеличен. Короче говоря, грамотному офицеру сделать карьеру в армии и на флоте ТФ стало как бы даже не проще, чем раньше — особенно, с началом большой войны.

Такие успешные карьеры делались, и некоторые офицеры, выходцы из прежних силовых структур Торговой Федерации, получили известность не только среди КНС, но даже и в Республике — как особо опасные враги. Как водится, все было хорошо до установления перемирия, и желания части руководства ТФ «помириться» с Республикой. Чтобы откупиться от республиканской фемиды, господа неймодианцы не придумали ничего лучше, как пообещать выдать Корусанту «военных преступников». Это стало последней каплей: раскол произошел уже среди самой неймодианской верхушки — кое-кто, решив, что отдавать нажитое непосильным трудом не есть хорошо, решил сопротивляться до конца. Самым ярким представителем этой части неймодианского истэблишмента стал таможенный визирь Марат Вуоро: это имя я помнил по своим старым видениям — как по ходу выяснилось, мужик и здесь «сел на измену» так же, как и в том варианте развития событий. Разве что причины для мятежа нашел другие. Правда, в отличие от того варианта, союзников он себе нашел получше: Гривуса и джеонозианцев. — А вот результат был примерно тем же самым — под контролем этой компании оказалась большая часть секторов Внешнего Кольца от Эриаду до Хайпори: то, что и было, по большей части, довоенными владениями, или зоной интересов ТФ. Да, под контролем «законных» властей Торговой Федерации оставались промышленно развитые планеты во внутренних областях галактики, но источники сырья и рынки сбыта, пусть и частично, держала теперь хунта Марата Вуоро.

Как я уже говорил, большая часть армии и флота ТФ, после финта ушами от своего руководства, решилась примкнуть к мятежникам. Перспектива перебраться с командных мостиков кораблей и штабных кунгов в республиканские каталажки господ офицеров как то не грела совершенно! А дроидам, понятно, было все равно — они следовали заложенным в них программам. Так же, понятно, что Станции Управления дроидами в армии и на флоте ТФ обслуживали совсем не финансисты и торговцы. В результате, военная группировка, подчиненная «правительству в изгнании», которое возглавил Марат Вуоро, насчитывала десятки тысяч кораблей всех классов и назначения — от десантных барж до линкоров включительно. И десятки миллиардов боевых дроидов. В принципе, я даже пытался наладить с неймодианцем контакт: мужик был амбициозен, а я на его амбиции не покушался — зато мог чем-то помочь, по мере сил и возможностей. Для меня и моих союзников Вуоро был хорош тем, что отвлекал — вольно или невольно, — значительные силы респов. С учетом того, что Октавиан Грант, которого Палпатин успел перевести на тот фронт, подал в отставку и вернулся к себе домой, в сектор Тапани, Республика теперь вряд ли могла рассчитывать на быструю победу в тех местах. Увы, с появлением возле неймодианца Гривуса и Поггля, мои не начавшиеся с ним союзные отношения сразу же накрылись медным тазом: и у одного, и, теперь, у другого я никаким расположением не пользовался. А старине Марату волей или неволей пришлось выбирать: с кем ему теперь по пути…

Я, почему упомянул ранее офицеров вооруженных сил Торговой Федерации: новые «союзники» их мятежного вождя многим из них не пришлись по нраву. Несмотря на всю его харизму и военный талант, который у калишца несомненно наличествовал, методы войны Гривуса многие офицеры КНС не одобряли. Так же, как не одобряли и отношение к своим подчиненным, не бывшим его личными друзьями и знакомыми — как к расходному ресурсу. Джеонозианцы, с их ксенофобскими нравами и столь же наплевательским отношением к жизням иных каст, спокойствия в этот бурлящий котел тоже не добавили. С полного одобрения Вуоро и Поггля, Гривус начала наводить среди войск «союзников» «порядок» — попробовав резко закрутить гайки. Если джеонозианские вояки стерпели все покорно, то ветераны ТФ имели, на сей счет, свое мнение. Его выразителем стал один очень интересный товарищ.

Таари Ден Хисс был личностью в высшей степени интересной: Чистокровный хуман, он был еще ребенком освобожден из пиратского плена, где потерял своих настоящих родителей. — Освобожден был рейдовой группой Сил Защиты Торговли — именно так назывались, в те времена, вооруженные силы Торговой Федерации. На свою настоящую родину смог вернуться только взрослым: поглядел и покинул захолустную дикую планетку — уже насовсем. Впрочем, и на приемной родине — на Балморре, Таари почти, что не жил: у спасенного младенца оказался аномально высок уровень мидихлориан в организме. Поскольку тогда еще ТФ и Орден были едва ли не лучшими друзьями, ребенка немедленно передали джедаям — благо, по уровню симбионтов в крови паренек им подходил. Дальше как у всех: учеба, попытки почувствовать Силу и установить с ней связь… удачные и не очень. Судя по тому, что говорил мне про Ден Хисса дядя, паренек учился очень хорошо. Только, к большому огорчению учителей и наставников из Ордена, отличался тем, что называется: «не восторженный образ мыслей». — Непременно хотел быть «настоящим офицером, грозой пиратов» и слышать не желал ни о каком пацифизме. С такими ребятами разговор в Ордене был короток: «На выход, это вон там!» — их даже в Корпус Обслуживания старались не брать. Потенциальные еретики, раскольники и вообще лица с «активной жизненной позицией» в джедайский порядок мировосприятия не вписывались от слова «совсем». Зато, разумеется, выкинутых из Ордена подростков — хорошо подготовленный и обученных, для своего возраста! — очень желали видеть в своих рядах разные государственные и частные структуры. Понятно, что джедаи совсем не желали видеть своих бывших учеников в криминальных структурах — а вот на службе в Юстициарах, или, скажем, у такой почтенной и солидной организации, как Торговая Федерация, совсем иное дело! Так у Таари исполнилась мечта: ему дали возможность стать настоящим военным, космическим волком… как раз перед событиями на Набу.

К моменту начала Войн Клонов Таари уже занимал должность старшего офицера на «Лукрехалке» — при командире-неймодианце. Поскольку тот был обычным политназначенцем, то реально всем управлял именно кадровый офицер — то есть, Ден Хисс. Именно на войне талант Таари раскрылся в полной мере: как в чисто военном плане, так и в плане работы с Силой — быстро достигший адмиральских чинов, Ден Хисс стал считаться одним из самых перспективных офицеров, выходцев из флота Торговой Федерации. Его приметил, и начал понемногу обучать мой дядя — а у Графа был настоящий нюх на способных учеников. Короче говоря, ему наверняка казалось, что жизнь по-настоящему удалась. Ровно до того самого момента, как он узнал, что Граф погиб, а руководство Торговой Федерации решило откупиться от респов головами своих военных. Собственно, для него вопроса — кого поддержать? — не было. Тем более, что адмирал Ден Хисс и так был, перед этим, назначен командующим силами КНС в секторе Картакк — совсем рядом со ставкой Марата Вуоро…

Первоначально, создание общего командования для сил «мятежной» части ТФ, тех сил КНС, что сумел удержать под своим началом генерал Гривус, и джеонозианских частей — Ден Хисс встретил настороженно, но с одобрением. Чтобы понять, что Республика поодиночке передавит все осколки КНС очень быстро, военным гением быть не обязательно — достаточно просто обладать здравым смыслом. Однако Таари резко переменил свое мнение, когда Гривус начал все подгребать под себя, причем — с полного одобрения Марата Вуоро. Перипетии трех месяцев подковерной борьбы достойны были бы отдельного рассказа. Увы, эту борьбу адмирал Ден Хисс, и другие поддерживающие его позицию офицеры, проиграли. — Похоронив, при этом, не только свои собственные надежды, но и надежды нашей части КНС на сотрудничество с тем осколком, что возглавил Марат Вуоро. Понимая, что добром все это не кончится, и не желая сдаваться в плен к республиканцам, Таари Ден Хисс и его соратники решили перебраться ко мне и моим соратникам. Разумеется, не в одиночку…

Этот массовый переход части бывших военных Торговой Федерации под наши знамена имел последствия. Как я уже упоминал ранее, миры, бывшие клиентами ТФ, располагались и в пределах тех пространств, что правительству на Раксус Прайм удалось удержать под своим контролем. Прежде всего, те, что были расположены вдоль Хайданского Пути. И если раньше их верность нам была сомнительной, то после перехода на нашу сторону флота под началом Таари Ден Хисса ситуация радикально поменялась: своих собственных военных там воспринимали как защитников и гарантов безопасности. То, что они присоединились именно к «нашей» Конфедерации, имело для этих планет решающее значение.

Именно это было «во-вторых», в отношении Конфедерации: кроме дополнительных военных сил, мы получили и куда больший уровень консолидации общества, чем имевшийся до этого — а это сильно укрепляло тыл, в случае возобновления военных действий. Разумеется, у всего бывает цена — имелась цена и у наших новых приобретений. Теперь было предельно ясно, что политики с Корусанта используют в качестве повода для начала войны: вопрос о власти над бывшими владениями Торговой Федерации! — благо, сама Като Неймодия, и прочие миры ТФ из центральных регионов, уже снова вписались в военные и политические структуры Республики. Это даже представят и вовсе не как войну… обзовут чем-то вроде «антитеррористической операции» — или еще чем подобным словоблудием. Такое развитие событий было даже ожидаемо. Враждебное отношение Марата Вуоро и его «правительства в изгнании»? — увы, но ввиду того, что наладить нормальные взаимоотношения с ним так и не удалось… — то и черт с ним! — Тем более, что из своих «южных» секторов он реально нам все равно ничего сделать не сможет. Есть, конечно, угроза анклавам моих союзников на «юго-западе» и на «юге» Среднего Кольца. Но, там же, совсем рядом, расположены и «республиканские» анклавы! Не думаю, что «респы» потерпят постороннее вмешательство в этих регионах — особенно, с учетом того, что Гривус обычно плохо разбирает, какого цвета знамена у жертв его атак. В общем, пакостей со стороны Вуоро и Гривуса я не особо опасался. Другое дело — Поггль Меньшой и его паршивый народец!

Так уж получилось, что инициаторы создания Конфедерации изначально имели очень широкие экономические связи между собой: никого не удивляло, например, что планета или межзвездная компания одновременно состояла и в Техно Союзе, и являлась членом Торговой Федерации. То, что она, при этом, еще и с Банковским Кланом дела проворачивала, так это совсем не считается: через Банковский Клан все серьезные ребята работали! Это, если что, я про Джеонозис. С такими связями, несмотря на все потери в войне, ребята сумели нехило «подняться» — с помощью своей развитой промышленности. Ценились в КНС и джеонозианские технические специалисты: Хайпори и Мустафар стали важными центрами производства в Конфедерации и благодаря наличию джеонозианских колоний тоже. Собственно, я и сам прибег к подобному источнику высококвалифицированной и вроде бы «лояльной» рабочей силы. Как выяснилось после гибели дяди, и смерти Дарта Сидиуса — совершенно зря! Господа джеонозианцы почему то решили, что «раз все колхозное, то значит ничье» — и быстренько прихватизировали и Мустафар, и Хайпори, с их фабриками — да и мой производственный комплекс на Милиусе, который обслуживали их специалисты, заодно…

Однако, Мустафар Гривус, похоже, отжал обратно — с полного согласия и одобрения Вуоро: согласно последним слухам, Гизор Деллсо там сейчас не более чем старший технический специалист. А вот на то, кто хозяйничает на Хайпори, так же, как и на активы самого Джеонозиса — неплохо восстановленные после республиканских атак, кстати, — калишец и неймодианец закрыли глаза. Почему? Разведка, опять же, докладывала, что Поггль завел какие-то шашни с хатами. В общем, такое развитие событий не было бы странным, учитывая, что эти пространства считались сферой влияния хаттских кажидиков. С учетом быстрой милитаризации региона, такой союз обеспечивал Джеонозису и «крышу», и покупателей его основной продукции — дроидов и военной техники, — одновременно. И вот здесь всплывал вопрос Милиуса. Когда Алгор Мелассин, под рукоплескания Раксус Прайм, вернул контроль над промышленным комплексом, расположенным в системе, то никто у нас, похоже, не предполагал, что за джеонозианские интересы впишутся хатты.

Еще хуже было другое: разведка доносила, что между хаттами и Республикой идут какие-то закулисные переговоры. Количество джедаев на Нар Шадде и Нал Хатте, превзошло все разумные пределы: логика подсказывала, что такое может быть только перед войной. Но, та же самая логика утверждала, что кажидики уже почти десять тысяч лет, еще со времен династии Контиспексов и господства культа Пиус Деа, не пытались решить свои проблемы грубой военной силой. Как говориться: «или одно из двух» — либо одно, либо другое не верно. К сожалению, при сопоставлении этой информации со сведениями из других источников, становилось ясно, что относительно «мирный» период жизни в Пространстве Хаттов закончился: слизняки создали, и теперь активно наращивали полноценные собственные вооруженные силы. — И явно готовились принять участие в дележе «наследства Конфедерации». Отсюда все их желание получить свою часть продукции наших совместных военных заводов и верфей «натурой»: аналогичные предприятия в самом Пространстве Хаттов имелись, и в немалом количестве — но для экстренного наращивания «мускулов» их было явно недостаточно. Так же разведка откопала, что практически все произведенное на Милиусе джеонозианцы продали именно хаттским картелям, а не кому-нибудь еще. И еще одно: хатты активно вербовали наемников! — в том числе, и на республиканских мирах. Причем не где-нибудь, а прямо на самом Корусанте, бывшем к тому же и одной их наемничьих галактических бирж.

Короче говоря, картина с одной стороны вырисовывалась не очень веселая, при подобных раскладах. А с другой стороны — Конфедерация неожиданно укрепила свое внутреннее положение. И еще эти проблемы, которые создала мне тварь из Репликатора, в придачу…

* * *

— Господа, позвольте считать наше внеочередное заседание открытым…

Сначала решил обсудить с коллегами последние события в достаточно узком кругу: только члены Исполнительного Комитета, и те, кого я счел необходимым привлечь в качестве консультантов. И только после обсуждения, выработав консолидированную позицию относительно происходящего, можно было выступать перед Сенатом Конфедерации — имея за плечами поддержку соратников. В общем-то, разъяснять текущий момент никому из собравшихся было не нужно. Даже зачистку Милиуса никто, по большому счету, не осуждал: с попытками отжима бизнеса или территорий, со стороны конкурентов, тут все были знакомы. Тут скорее задали бы другой вопрос: почему я вообще так долго с этим делом тянул? Хотя, обсуждение начали с более важного и животрепещущего, с точки зрения внутриполитической жизни КНС события, точнее — двух. Перехода на нашу сторону части прежнего флота Торговой Федерации, и окончательного присоединения к КНС планет, ранее в нее входивших — и оказавшихся, в последние месяцы, под нашим непосредственным контролем. И, только когда со всем этим разобрались, встал вопрос о неизбежном начале новой войны с Республикой — чего все и так в последнее время ждали. А так же, как оказалось, войны с хаттскими картелями — чего, подавляющее большинство собравшихся, не ожидало совсем!

— Хочу напомнить, коллеги, что в самой Республике есть очень сильная оппозиция началу новой войны. Наша с вами задача: не уничтожить армию и флот Республики, а просто нанести им достаточно быстро серьезные потери — для того, чтобы сорвать их планы. И тогда с ними можно будет попытаться снова начать переговоры — теперь уже по-настоящему, а не для отвода глаз! На длительную войну никто на Корусанте не рассчитывает: У них неважно с финансами, несмотря на то, что мууны и неймодианцы здорово пополнили республиканскую казну — они только частично расплатились по старым долгам. У них проблемы с комплектованием армии и флота, ввиду отказа от использования боевых дроидов. У них проблемы с провинциями, которые требуют не нападать на нас, а разобраться с угрожающими им пиратами и бандитами всех мастей, ставшими настоящим бичом отдаленных территорий.

— Нашим анклавам этот сброд тоже угрожает…

Реплику бросил Пассел Ардженте. Я, со своей стороны, задал встречный вопрос.

— Господин Ардженте, а так же остальные господа и дамы: как у нас обстоят дела с заключением частных договоров о взаимопомощи, с данной угрозой, с правительствами республиканских миров?

За всех ответил Уот Тамбор.

— Вообще, неплохо. С секторами Сенекс и Дживекс мы договорились, с сектором Тапани — тоже. Точно так же, как и с более мелкими правительствами прореспубликанских миров по всему Внешнему Кольцу. Начиная от миров Канца, и заканчивая дырами вроде Бакуры и Терминуса на «юге». Остается Эриаду, но с той группировкой, что там собрала Республика, они могут плевать на всех окружающих. Здесь хуже другое: эти господа просят вооружение, в обмен на лояльность! — поскольку Корусант, де, не хочет их толком защищать от бандитов, и не дает централизованно получить необходимые вооружения для их сил самообороны. Тем из них, у кого — как на Эриаду, есть сильные гарнизоны ВАР, — повезло. Но таких «счастливчиков» во Внешнем Кольце меньшинство.

— Примерное количество вооружений, что нам придется выделить на эти цели?

— Теоретически, не так уж и много: ориентировочно — около семи-восьми тысяч боевых, и примерно вдвое меньше транспортных кораблей и судов. В основном — легкого класса. И около пятидесяти миллионов боевых дроидов, с миллионом единиц другой боевой техники.

— Если исходить из наших общих возможностей, то не так уж и много. Вполне нам по силам.

— Да, если не забывать, что тем самым мы одновременно ослабим себя, и усилим Республику — перед самой ее вероятной атакой!

Тут я переглянулся с Тофеном Вейном, присутствовавшем на заседании в качестве Главкома, и выдал собравшимся краткую историю создания, работы и уничтожения Репликатора…

— …в общем, господа, виконт Вейн может вам лично подтвердить: у нас есть, чем компенсировать возможный дисбаланс сил на республиканском фронте! Надеюсь, что разобраться с отвлекающими ударами разных бандитов, что может натравить на наши собственные границы Республика, у нас тоже получится без труда. Лично меня сейчас, больше всего, беспокоят «телодвижения» хаттов: они явно готовятся вступить в войну! — и здравый смысл мне подсказывает, что совсем не на нашей стороне…

Члены Исполнительного Комитета встретили мои слова потрясенным молчанием. Потом потихоньку начали приходить в себя, жадно набросившись на предоставленные информационные материалы. Мои опытные, умудренные жизнью коллеги вели себя как дети: с восторгом рассматривали голозаписи — чуть ли не руками пытаясь ощупать изображения. Тысячи боевых кораблей и миллиарды дроидов, неведомо откуда взявшиеся, привели собравшихся в полный восторг. А уж голозапись работы Репликатора, сделанная со стороны, вообще погрузила всех, кроме меня с Тофеном, в состояние почти что эйфории. Тем горше было разочарование, как написанное на лицах членов Исполнительного Комитета, так и ощущаемое мной через Силу — когда они увидели сцену расстрела артефакта, контроль над которым захватила Тварь. Как будто у ребенка отняли конфетку. Некоторое время все молчали, а потом Уот Тамбор задал мне вопрос, очевидно пришедший в головы и ко всем остальным членам Исполнительного Комитета — судя по их напряженному вниманию.

— Райден, скажи пожалуйста, а вот эта штука… ну, ты мог бы снова создать еще одну, такую же?

Рассказанная мной притча, об ученике чародея и метле, которую тот заставил таскать за себя воду, была моими коллегами внимательно выслушана, и даже принята к сведению. Однако, судя по всему, их мнение совсем не поменялось.

— Да, мы все здесь имеем опыт, и понимаем, что это крайне рискованно…

Эти слова Уота Тамбора были встречены одобрительными кивками, а он продолжил.

— Но, что если Республика, даже если мы нанесем ей чувствительный урон, а ее вассалы заявят Корусанту протест на продолжение войны, все же не захочет мириться? Ты сам прекрасно знаешь, насколько их экономика сейчас мощнее нашей! — войны на истощение мы не выдержим. А если еще и хатты вмешаются… — я даже не рискну предсказать последствия.

— На крайний случай, мы всегда можем прибегнуть к использованию электромагнитных торпед! Надеюсь, записи с Зейгеррии видели все?

В разговор вмешалась Шу Май.

— Извини, но это совсем не то! — оружие, уничтожившее Зейгеррию вместе со всем ее населением, это не конвенциональное оружие. Может, в военном плане разница и небольшая, но в плане политическом… — ты же, кажется, сам был всегда решительным противником ведения тотальной войны, не так ли?

— Вот это вот — я ткнул пальцем в голограмму Репликатора, висевшую над круглым столом в зале заседания, — с точки зрения тех же джедаев будет ничем не лучше!

— Но они не будут считать его именно за оружие?

— Нет, однако, это не помешает им попробовать уничтожить Репликатор любыми доступными способами.

— Их «доступные способы» не будут включать что-то подобное «приказу База Дельта Ноль», в отличие от того варианта, когда мы будем вынуждены прибегнуть к этим твоим «электромагнитным торпедам», не так ли?

— Ну, да…

Я вынужден был согласиться со словами старой госсамки, попытавшись, однако, зайти с другого бока.

— В случае с Репликатором главная угроза будет исходить не извне, а изнутри!

Оглядев собравшихся еще раз, я понял, что так и не убедил их до конца в правоте своих слов. Общее мнение коллег выразил Уот Тамбор.

— Райден, мы понимаем твои опасения. И никто из присутствующих, кроме виконта Вейна, так же с Силой работать не может. Но, тем не менее, Конфедерации нужны какие-то… гарантии! Если нам удастся остановить натиск войск Республики, и начать настоящие переговоры о мире на достойных условиях — это будет очень хорошо. А если нет? Мы же не призываем тебя вот сейчас, сразу, начать строить новый — как его? — Репликатор. Но…

— Хорошо, коллеги. Я передам уважаемому Уоту Тамбору полный набор техдокументации, необходимой для постройки комплекта деталей и узлов материальной основы Репликатора. Можно даже сделать сразу два комплекта — на всякий случай! И, я создам голокрон с инструкциями… на случай, если со мной самим что-то произойдет: по готовым лекалам артефакт соберет любой мало-мальски подготовленный форсъюзер, Алхимик или Ремесленник. Кстати, при готовых деталях и узлах, и уже существующей базовой платформе, создать Репликатор можно за пару недель, и даже меньше — с учетом времени на подготовку этого мероприятия. Только не забудьте приготовить, потом, побольше смертников, на убой.

— Вот и славно! Как я понимаю, люди, способные потом управлять этой штуковиной, по очереди, у тебя тоже найдутся? — Ты сам явно выглядишь очень уставшим: не нужно пытаться тащить все исключительно на собственных плечах

Пассел Ардженте явно выглядел довольным, словно миллион в лотерею выиграл. Я тяжело вздохнул, про себя: господа, члены Исполнительного Комитета, все лучились довольством и уверенностью — а Тофен, поганец, ехидно улыбался мне через Силу!

— Да, господин Ардженте, у меня есть те, кто может заняться потом этой работой. С позволения остальных присутствующих, хотел бы перейти к рассмотрению других насущных вопросов…

* * *

Поговорка утверждает, что тяжелее всего — ждать или догонять. Легче всего, когда ты занят каким-то полезным делом. Увы, все необходимые и неотложные полезные дела, на текущий момент, я уже переделал. С детьми и родителями жены тоже повидался. Даже программную речь перед Сенатом Конфедерации произнес, и выслушали меня, при этом, очень внимательно. И не только выслушали: господа представители постарались донести мои призывы, обращенные к имеющим доступ к ГолоНету согражданам, еще дальше — до всех тех, кого они представляли в Сенате, и кто свободный доступ к Сети имел не всегда. Благо, после внеочередного заседания Исполнительного Комитета, воодушевленные руководители КНС провели грандиозную подготовительную работу по подготовке общественного мнения. Причем, провели как у нас, так и на просторах остальной галактики. Ребята из Башни Ардженте, казалось, вообще работают круглые сутки, без выходных и праздников — в стремлении донести наше видение текущих событий до самого отдаленного ранкорьего уголка. Пропаганда, пропаганда и еще раз пропаганда — эта война если и будет нами выиграна, то только в сердцах и умах народов галактики! Нам должны верить, и не только свои, но и жители чужих земель тоже. За нами должны признать нашу правду. Я даже сам немного поучаствовал в поднятой пропагандистской кампании: предоставил нашим героям информационного фронта еще порцию обработанных мной песен и музыки, почерпнутых из закромов памяти. И хрен с ним, что никакого «Трансвааля» в галактике не было — во всяком случае, я у нас про наличие такого места не слышал! — «Трансвааль, Трансвааль страна моя»… от этого слушали не менее проникновенно. Точно так же, как наши солдаты-добровольцы с удовольствием горланили -

Я всегда был храбрым малым,

Может — стану генералом.

Ну а если мне не выйти из огня —

от несчастья от такого

ты найдешь себе другого

и навеки позабудешь про меня.

Если кто сегодня помер,

без него играем в покер —

тут ребята не жалеют ни о ком.

Есть у каждого в резерве

деньги, слава и консервы

и могила, занесенная песком.

Командир у нас хреновый,

несмотря на то, что новый,

только нам на это дело наплевать.

И не хуже, и не легче

было б выпить что покрепче —

всё равно с какой холерой воевать.[9]

А то товарищи с Марканы вообще гоняли в эфире перепевы чужеземных шлягеров, даже там широко известных только в очень узких кругах, — что-нибудь эдакое, про «баржи Абаддона» и прочий «космодесант». — Совершенно не подозревая об их иномирном происхождении оригиналов: тут даже явный китч иногда шел в дело — и, что странно, имел при этом успех у слушателей и зрителей. Причем, как у наших, так и у республиканских. Были же случаи и в реале, когда и «баржи» были, и «космодесант» успевал вовремя… вон, Тофен у нас вообще спец по всякого рода прорывам блокад — жизнь то она, иной раз, покруче любой выдумки бывает. Иногда становилось даже жалко, что у меня тут нет под рукой своего «Демьяна Бедного» или «Тиртея» — вот бы, ребята развернулись, на полную катушку! А то все сам, «на колене», плагиатил помаленьку — разумеется, когда время было свободное. Чисто ради прикола, якобы от имени некоего пожелавшего остаться неизвестным композитора-любителя, предложил в качестве гимна Конфедерации марш «Тоска по Родине» — и тихонько офигел, когда Сенат, совершенно неожиданно, его принял. Ну, не сразу приняли, понятно, а после проведенного среди населения Конфедерации опроса… вот честно, после этого я стал очень осторожен в своих желаниях! Особенно если учесть, что какое-то время назад — точно так же, в качестве дурной инициативы, — я снабдил Тионскую Добровольческую Армию маршем… точнее — аранжировкой марша из чужой компьютерной игрушки, под названием «Ред Алерт». Теперь эта музыка считалась главным маршем обновленных вооруженных сил Конфедерации, вот так то…

Но, в общем, даже деятельность на поле плагиата имеет свои пределы: приходилось думать, чем еще занять себя — в ожидании, когда Корусант сделает первый ход в новой партии игры под названием «война». Самое хреновое, что я сейчас уехать в какое-нибудь тихое, или наоборот — интересное место, вроде того же Тунда или Холодной Кузницы, никак не мог: приходилось держать руку на пульсе событий. Лезть в планирование военных операций? — нет, Тофен и Булат с Тренчем меня вежливо послали. Техническая сторона у Фальина Дьера и Уота Тамбора тоже была схвачена крепко: мои услуги им сейчас не требовались. По здравому размышлению, мои товарищи из Исполнительного Комитета даже с быстрейшим воспроизводством Репликатора на меня давить не стали, отложив это дело до того времени, когда — и если, нас и вправду припрет. — Все же, слова Тофена Вейна и Алирры Тетсу, выступавшей перед ними в качестве консультанта: о том, что эта штуковина не так проста и безопасна, как кажется — на них потом сильно подействовали. Короче говоря, пока суд да дело, решил получше изучить техдокументацию на те новые корабли, что недавно были запущены в серийное производство — и время можно убить с пользой, и людям делом заниматься мешать не буду.

По большому счету, легкий дестроер типа «Звездный Лансер» представлял собой нечто среднее, между фрегатом типа «Щедрый» и крейсером типа «Левиафан». Конструктивно более простой, чем последний, и созданный с использованием технологий военного, а не гражданского происхождения, в отличие от первого. Вобравший лучшие стороны обоих проектов — и максимально используя уже готовые узлы, детали и агрегаты от обоих «прародителей» — он должен был полностью заменить их со временем на всех наших верфях. Почти восемьсот метров длины: вытянутый, похожий на клинок листовидного кинжала или короткого меча силуэт, если смотреть на него сверху или снизу — и такой же приплюснутый, как клинок. Если бы не плавные очертания, то корабль был бы больше похож на республиканские «Венаторы», чем на обоих своих прародителей. Пожалуй, первое, что бросалось в глаза: утопленная в корпус секция управления, едва возвышающаяся над третьей башней — выше торчала только щетина антенн. И еще — относительно большие по размерам, особенно выделяющиеся при взгляде сбоку, башни турболазеров главного калибра, вытянутые от носа к корме сверху в диаметральной плоскости.

В свое время, именно эти башни поставили меня в тупик: в силу некоторых конструктивных особенностей, и связанных с этим принципов управления огнем, многоствольные турели турболазеров обычно всегда имели четное число стволов. То есть, были либо одноствольные установки, либо двуствольные, либо несущие четыре ствола — установки с восемью орудиями использовались относительно редко, в виду возрастания трудности управления огнем. Все потому, что «шаг» рейтингов орудийных классов был подобран таким образом, чтобы залп, скажем, из двух «стволов» турболазеров шестого класса соответствовали либо выстрелу из одного тяжелого турболазера седьмого класса, либо залпу из четырех стволов средних турболазеров пятого класса. При нечетном числе стволов эти простые соотношения сильно сбивались, затрудняя эффективную стрельбу. Притом, что на обычные лазеры или на ионные пушки подобное правило не распространялось: те же строенные установки лазеров, или строенные ионные пушки использовались весьма широко. Так вот, если носовая и кормовая башни дестроера были обычными двух орудийными установками, то вторая и третья башни несли по три таких же ствола! Читать про то, как Фальин и его команда обошло затруднения с управлением стрельбой главным калибром, было интересно. Сами башни располагались следующим образом: три стояли линейно-возвышенно, и были развернуты вперед — а четвертая смотрела в направлении кормы Прямо по курсу одновременно могли вести огонь восемь тяжелых турболазеров восьмого класса — при стрельбе «на борт», по верхней полусфере, их количество увеличивалось до десяти. Если к ним добавить еще две пусковых установки тяжелых корабельных ракет, расположенных в передней части «под подбородком», и направленных вперед, то дестроер мог потягаться в мощи своего огня и с «Дредноутом» с «Левиафаном». — А «Щедрый» его несколько превосходил только в битве «нос к носу», да и то лишь если мог эффективно задействовать пару своих чудовищных неподвижных турболазеров одиннадцатого класса.

С защитой от мелких назойливых насекомых — истребителей и бомбардировщиков, — хорошо стравлялись тридцать легких счетверенных скорострельных лазерных турелей, размазанных по корпусу дестроера. Дюжина пусковых шахт ракет ПКО смотрела в верхнюю полусферу примерно посередине корпуса, распределенная по правому и левому бортам. Еще восемь таких же шахт были расположены сзади и снизу, под двигательным отсеком — там, где концентрация огня лазеров была несколько слабее. Под «брюхом» дестроера находилось еще восемь шахт, в которых прятались выдвижные спаренные установки протонных пушек. Орудия одинаково хорошо были пригодны как для стрельбы по кораблям и истребителям, так и для поддержки наземных войск — для обстрела целей, по которым главный калибр был как кувалда против комара.

Завершали список вооружения корабля «стандартные» сто двадцать дроидов-файтеров. Впрочем, конструкция ангара с парой боковых ворот, прикрытых бронированными створками и имевших выдвижные аппарели, облегчавшие взлетно-посадочные операции, позволяла варьировать состав авиагруппы. И все же, в отличие от большинства старых кораблей КНС, главным оружием корабля были вовсе не носимые на его борту малые летательные аппараты, а его артиллерия главного калибра. Хотя, МЛА позволяли более гибко использовать корабль — от прямого боя, до осад и крейсерских операций. Даже в качестве десантно-штурмового корабля легкий дестроер тоже можно было использовать. Способность совершать посадку на поверхность планет и вместительные трюмы, в которые можно было запихнуть чуть ли не дивизию боевых дроидов, вместе с боевой техникой, давали ему такую возможность…

В одном из приложений к набору техдокументации Фальин указывал, что можно модифицировать корабль в носителя усовершенствованных генераторов гравитационной тени, дополнительных башен ГК, устанавливаемых «боком», на месте ангарных ворот, или турелей со строенными тяжелыми ионными пушками. Если пожертвовать размерами ангара, оставив только минимум истребителей для самообороны, и вместимостью трюма под десант — и поставить в корпус еще один, дополнительный реактор: к уже имевшемуся основному и паре вспомогательных. Благо, модульная конструкция делала такую операцию по переоборудованию достаточно легкой. Кстати говоря, к мощным «зубам» дестроер имел еще и крепкую «шкуру»: как обычную броню из плит дюрастила и бронзиума, так и взятые с того же «Щедрого» генераторы дефлекторных щитов.

Судя по отчетам, верфи Гатариэкка, Кар Шиан, Раксуса и Кларива уже частично перешли на выпуск легких дестроеров типа «Звездный Лансер». Теперь требовалось только подтвердить заявленные характеристики корабля в реальном бою, и можно переводить на его выпуск и все остальные верфи, выпускавшие до этого «Щедрых» и «Левиафанов». Тем более, что по части постройки, он требовал примерно на десять процентов меньше усилий, чем тот же «Щедрый» — который у нас был чем-то вроде эталона простоты сборки.

А вот Лианна меня порадовала и удивила: тот крейсер, который они предложили для замены «Левиафана», я увидел в чужих воспоминаниях еще когда-то давно, задолго до войны. Кстати, назвали они его точно так же: «Защитник». Впрочем, похожий на шестисотметровый клин корабль скорее предназначался не для того, чтобы защищать собственные конвои, сколько для того, чтобы «потрошить» чужие. И для этого он имел все необходимое: четыре установленных в верхней части корпуса тяжелых ионных пушки, и одиннадцать счетверенных дальнобойных тубролазеров пятого класса мощности. Десять скорострельных лазерных спарок, размазанных как и турболазеры по верхней и нижней частям корпуса, завершали наступательное вооружение. Ангар крейсера, доступ к которому осуществлялся снизу, через характерный скорее для новых республиканских кораблей большой колодец, был рассчитан на четыре эскадрильи легких истребителей, и на несколько абордажных челноков. Относительно недорогой, но мощный и быстрый корабль. Верфи компании Сиенар/Санте уже успели сдать флоту несколько сотен подобных. Имелись планы на оснащение корабля новыми гравиколодцами — собственно, его и проектировали именно с этим прицелом.

Если Фальин Дьер и его команда изначально делали замену «Щедрому» и «Левиафану» как массовым «кораблям линии», то специалисты Лианны ориентировались на корабль, в которым можно будет свободно установит генераторы гравитационной тени новых типов. Они тогда еще только разрабатывались — но, исходя из их предполагаемых массо-габаритных характеристик было уже ясно, что в «Левиафаны» они уже, без кардинальной переделки корабля, не влезут. А массово использовать в качестве их носителя «Центурионы», или даже «Щедрые — если ставить по одному колодцу за раз, было бы накладно. То есть, предвидя будущие проблемы, подходящую «платформу» для этих новых гравиколодцев сделали заранее…

Ну и последним кораблем, спецификации на который я наконец то смог детально изучить, был фрегат типа «Стрелец». Являвшийся чем-то вроде крейсера типа «Алмаз» и десантной баржи C-9979 в одном флаконе, только лучше защищенным и мощнее вооруженным, он представлял собой, в базовом варианте, десантно-штурмовой корабль. И десант он мог высадить примерно такой же, как «Алмаз» или C-9979. А еще, вместо десанта, просторные ангарные отсеки могли служить прибежищем нескольким эскадрильям дроидов-файтеров. Или, пользуясь модульной конструкцией корабля, на него можно было установить четыре тяжелых мощных энергетических орудия: турболазеры «семерки» или дальнобойные ионные пушки. Все это в дополнение к четырем спаренным турелям средних турболазеров пятого класса. В качестве вспомогательного вооружения можно было оснащать фрегат батареями пусковых установок протонных торпед или ракет. В общем, легкий универсальный корабль, чуть больше по размерам, чем фрегат типа «Корона», широко сейчас распространенный во флоте КНС.

При проектировании, все три типа кораблей рассчитывались на использование смешанного экипажа, но с преобладанием живых — если для этого была возможность, а не дроидов. Еще одной, не явной, особенностью крейсера и фрегата было использование основного гиперпривода относительно небольшого, второго класса: для «работы» в общем ордере флотилий и эскадр этого вполне хватало, точно так же, как и для «пиратских» рейдов. Зато и там, и там получалась изрядная экономия средств, что было немаловажно при массовом строительстве. А гонять их из одного конца галактики до другого, как например тот же «Алмаз», никто не планировал! На «Звездный Лансер» вынужденно поставили гиперпривод первого класса, несмотря на его более высокую цену. Как раз возможность быстрой переброски таких кораблей на новый ТВД могла потребоваться достаточно часто.

Пользуясь неожиданно появившимся свободным временем, я даже сам начал прикидывать: как бы и где усовершенствовать эти новые корабли. И под какие задачи их еще можно переделать. Когда в покои королевского дворца на Джаминере пришло известие, что Республика, наконец-то, сделала свой первый ход, фактически объявив нам снова войну…

Нет, на самом деле Корусант ни хрена никакой войны — первоначально! — нам вовсе не объявлял: и у них, и у нас идея возобновления боевых действий без надлежащих причин особой популярностью не пользовалась. Народ банально устал от войны, с ее явными и скрытыми угрозами, с резким ростом налогов и цен на товары повседневного спроса. Первого, кто сказал бы: «начинаем войну!» — могли бы тупо линчевать, несмотря ни на какие чины и заслуги. Респы сделали тоньше: пустили вперед неймодианцев, с их претензиями на старые владения Торговой Федерации. А чтобы претензии ребят с Като Неймодии звучали весомее, фактотумам Торговой Федерации — которых и без того сопровождали отряды боевых кораблей, набитых дроидами и военной техникой, — придали еще и некоторое количество частей Великой Армии Республики, вместе с кораблями республиканского флота. Дальше оставалось только ждать момента, пока кто-нибудь из наших не откроет по ним стрельбу. Тогда у руководства Республики будет законный повод вмешаться: вписавшись за своих подданных, которых «несправедливо обидели» — а потом еще, в придачу, и напали на респовские военные корабли сопровождения, непосредственно. Провокаторы чертовы! Что самое обидное: никуда мы от этого варианта развития событий не денемся — колея уже набита, и свернуть с нее не получится. А просто так отдавать присоединившиеся к нам миры… да пошли они нахрен!

Вот то, что неймодианцы, то ли сами — то ли кто подсказал, вспомнили о бывших муунских наемниках из Канца, оставшихся без работы — это было неприятно: наш фронт, и без того уже растянутый, растягивался еще больше. К этому сброду присоединились и талассианцы: работорговцы имели хоть и изрядно устаревший, зато очень большой флот. Разведка доложила, что талассианская сволочь набрала где-то целые полчища дикарей — явно не просто для того, чтобы «грабить корованы». Уроды, забыв о судьбе собратьев по профессии и конкурентов, с Зейгеррии, решили сорвать под шумок большой куш? Флот под командованием Таари Ден Хисса, который Исполнительный Комитет перевел на Хайданский Путь, как раз для защиты бывших клиентских миров ТФ, пришлось срочно усиливать. А основным силам армады, которую возглавила Ассегай — перебазироваться в район Ботаджефа и Селанона. Подпирать ее тылы, в районе Салинского Коридора — древней «Дороги Наемников» — пришлось Яростному Огню. Фактически, еще до начала боевых действий, нам пришлось сильно поменять свои планы.

Общий резерв, разделенный на три основных группы: у Фелуции, у Лианны и у Марканы — пока еще не трогали. Точно так же, как и войска, защищавшие владения Техно Союза. Более, того — в помощь Уоту Тамбору я направил генерала Булата с дополнительными силами: потерять такой промышленный район для нас было бы очень критично!

К сожалению, хатты все же сделали свой выбор: объявили, что будут защищать интересы своих новых вассалов — джеонозианцев. Да, именно так — Поггль как то сумел договориться со слизняками, которых еще никому и никогда не удавалось подписать на защиту чьих-то иных интересов, кроме их собственных. Думаю, что здесь не обошлось без джедаев… черт, быстро же там, в Ордене, утерлись — и забыли про Арену Петранаки! Из-за этой фигни нам пришлось радикально менять наши боевые порядки, усиливая «левый фланг» — опять же, за счет «центра». На срочно выстраиваемую оборонительную линию от Салюкамея до Станции Юнкфорт и дальше, до сектора Централия, мы вынуждены были послать адмирала Тренча и Алгора Мелассина. Было совершенно ясно, что вопрос с Милиусом — это только предлог: если мы позволим, то хатты проглотят столько, сколько смогут. А сил у них много… тридцать тысяч кораблей основных классов: разведка сообщала, что это минимально возможная цифра — на самом деле, во флоте у слизняков может быть, куда большее количество единиц. И пусть все эти «Неукротимые», «Молотоглавы» и прочее старье имеют малую огневую мощь — главное, что их будет очень, очень много. Практически, чтобы противостоять этой новой угрозе, Конфедерации придется бросить, предоставив отбиваться самостоятельно — если на них нападут, все наши анклавы. Даже такие большие, как анклав вокруг Паквепури, и такие важные, как Андо.

Нет, те тридцать тысяч кораблей, что были направлены для защиты всех этих анклавов и отдельных планет, никто назад отзывать не будет. Точно так же, как и пытаться отобрать назад корабли и вооружение, которое мы предоставили независимым, или даже входящим в состав Республики мирам, что заключили с нами и нашими союзниками сепаратные пакты о ненападении, и взаимной защите от пиратов. Во-первых, для этого понадобилось бы много времени — месяц, а то и больше. А во-вторых, пребывая там, эти силы вольно или невольно связывали руки респам: заставляя тех учитывать свое наличие в военных планах, которые строили на Корусанте — и выделять немалые средства для своей нейтрализации. Теоретически, оставшихся семидесяти тысяч кораблей для обороны нам должно было хватить. Тем более, что верфи самой КНС и наших союзников вводят в строй чуть ли не по две тысячи больших боевых кораблей, и столько же корветов и канонерок, в течение каждого месяца — почти целая армада! Вот-вот выйдут на полную мощность те производственные комплексы, что я переместил в Холодную Кузницу. А еще, наши военные подряды забрали себе верфи Дака: объявившие о своем нейтралитете мон-каламари решили, таким образом, заработать себе денег на восстановление экономики! В какой то мере верфи «рыбок» заменили нам уничтоженный Паммант: после недолгих мучений на Клариве, постройку новых «Предусмотрительных» решено было организовать именно там. Кораблестроительные технологии мон-каламари, аналогичные тем, что применяли куаррены, были заточены на производство подобных кораблей изначально.

В общем, нам бы еще немного времени, и месячный уровень вводимых в строй кораблей поднялся бы до пяти тысяч… — к сожалению, на Корусанте это, видимо, тоже понимали, поспешив начать свою провокационную возню. — И подтолкнув к тому же хаттов. Ладно, про мои возникшие буквально из воздуха дополнительные флоты и армии в столице Республики и на Нал Хатте пока еще ничего не знает. Так что, пусть себе кое-кто мечтает поставить нас на колени. Мечтать не вредно — вредно путать мечты с реальностью…

* * *

Да, участие хаттов в новом раунде военных действий сильно напрягло всю Конфедерацию, и в особенности — Тион. Тут до сих пор непослушных детей пугают хаттскими зачистками, которыми они «побаловались» на Пепельных Мирах еще Сила знает когда, во время Тионской Войны. У тионцев хорошая память, и на этом нужно правильно сыграть: пусть к людям придет ярость и желание отомстить, а не страх и безнадежность! Тут главное будет не переборщить: нам потом еще как то мириться придется — война насмерть с Республикой, для КНС ничем хорошим закончится, не может, по определению. Хатты… вот хаттов наказать, за их вмешательство в чужую войну, можно, и даже обязательно нужно! Ну, в отличие от тех же неймодианцев, над тем, что хатты попадут «под раздачу» — на Корусанте только посмеются: интересно, понимают ли слизняки, сколько недоброжелателей, а то и явных врагов они успели нажить?

Теперь надо подумать: что, и главное — как, правильно сказать. Мое обращение по ГолоНету к народам Конфедерации и галактики в целом, должно дойти до максимально возможного числа слушателей! Все — даже жители республиканских миров! — должны поверить: мы имеем полное право на свою месть. Потом, когда смолкнут пушки, наши слова должны будут восприниматься весомее, чем слова наших противников — когда мы начнем с ними настоящие, а не формальные переговоры о мире…

Я выбрал место, где я стану говорить, обращаясь к народу и войскам: Десевро. Моя вторая родина… унылый мир стылых топей, когда то бывший настоящим раем! Жертва той первой, невообразимо давней войны между молодым хищником — Республикой, и народами Тиона, всего лишь желавшими, чтобы наглые пришельцы оставили их в покое. Тогда Республика тоже победила только потому, что натравила на предков моей матери хаттов. Прекрасные, густо заселенные тионские колонии — наследие империи Ксима, превратились после хаттских орбитальных бомбардировок в не приспособленные для жизни пепелища… Пепельные Миры, как называли тот сектор пространства до сих пор! Кое-где земля только-только стала пригодной для жизни — но на большинстве когда-то цветущих миров до сих пор царили смерть, разруха и запустение. Тион помнил все. Помнил и то, что Десевро — жемчужину Тиона, превратили в едва пригодное для обитания место вовсе не хатты: Подло начавшись, Тионская Война закончилась такой же подлостью. За свои поражения, за пережитый страх, Республика пошла на мелкую, недостойную любого нормального государства месть — решала напоказ, для устрашения непокорных, уничтожить последний клочок свободной тионской земли.

Мы, хуманы, живем эмоциями — в отличие от тех же хаттов, которые живут рассудком. Но, если рассудок показывает слизнякам, что есть вещи, которые делать не стоит, то стремление корусантских политиканов растоптать и унизить, посмевших сопротивляться им тионцев, не имело границ. Прекрасно понимавший, что у его мира нет уже ни малейшего шанса выстоять в борьбе, тогдашний правитель Десевро, чьего имени история до нас не донесла, отправил флоту Республики просьбу: принять его капитуляцию — и предлагал принять от Корусанта любое наказание, ради спасения своего народа. Ему даже не соизволили ответить! Спустившийся на низкую орбиту республиканский флот подверг Десевро тотальной бомбардировке. Будь тогда у респов техническая возможность осуществить протокол «База Дельта Ноль» в полном объеме, поверхность планеты до сих пор имела бы вид остеклованной пустыни. К сожалению, или к счастью — это как посмотреть! — тогдашнее оружие, имевшееся в распоряжении республиканцев, еще не обладало подобной разрушительной мощью. Но, разнести в прах горы, перемешать землю и воду, отравить пылью и гарью воздух — они смогли. Точно так же, как и убить всех тех, кто на этом непокорном мире жил. Снова необитаемую планету тионцы смогли заселить лишь тысячи лет спустя: теперь эти бесконечные унылые болота ничем не напоминали прежние прекрасные океаны, покрытые вечнозелеными лесами горы или песчаные пляжи у теплых морских лагун…

Да, я с умыслом выбрал место, откуда сделал свое обращение. Точно так же, как с умыслом выбрал и слова, которые там сказал. Мне почти даже ничего не пришлось выдумывать самому: когда то давно, и в совершенно другом мире подобные слова уже говорили другие. Долорес Ибаррури и Уинстон Черчилль… ничего, кроме имен и смутных образов — и сказанных ими, когда то, в таких же обстоятельствах, слов…

— Сограждане! Воины и простые жители Конфедерации! Пришел час, когда будет решена наша судьба: точно так же, как двадцать пять тысяч лет назад, тот же самый враг хочет сделать нас своими рабами!

Я не скрывал от слушателей ничего: ни неизбежности начала войны, ни того, что в этот раз она будет вестись не теми, еще относительно «рыцарскими» методами, что велась до этого…

— Раньше мы всего лишь отстаивали право самим решать: как нам жить дальше. Теперь мы вынуждены бороться за то, чтобы вообще остаться в живых. Точно так же, как было когда то, в незапамятные времена древнего Тиона, — и лишь доблесть защитников стоит между нами, и нашей погибелью. Так же, как и когда то, многие наши бывшие собратья пошли на то, чтобы склонить голову перед нашими врагами, надеясь, тем самым, вымолить себе прощение за якобы «прегрешения перед Республикой». Не хочу их осуждать, но я для себя делаю иной выбор — и надеюсь, что вы разделите его вместе со мной! Если в начале войны нам казалось, что одних армий дроидов достаточно, чтобы защитить нашу свободу, то теперь многим из нас самим пришлось взять в руки оружие. Если в начале войны мы видели противником исключительно жадный и властолюбивый Корусант, то теперь к нему — как в незапамятные времена, — снова присоединились хатты.

Ощущение Силы, снизошло на меня во время произнесения речи: перед голокамерами, в прямом эфире, организованном нашей службой пропаганды. — Я словно чувствовал, как будто видел огонек в безбрежном мраке космоса, каждого слушателя и зрителя, наблюдавшего мое выступление. Для меня словно и не было в этот момент никакой техники, никакой аппаратуры — казалось, я обращаюсь ко всем ним напрямую!

— Глядя на этот мир, где я сейчас нахожусь, я говорю вам: не надейтесь на милосердие тех, у кого его нет! Нас ждет война, и на этой войне я ничего вам не обещаю, кроме крови, пота и слез — мы будем сражаться до полной победы, или до нашей собственной гибели. Потому, что лучше умереть, чем прожить остаток своей жизни, стоя на коленях!

Казалось, сама Сила вибрировала в такт моим словам. И синхронно, в резонанс с нею, мерцали у меня перед глазами бесчисленные огоньки-жизни моих слушателей. Потом слова оборвались и наваждение кончилось. Уже выходя из импровизированной студии, я выпил досуха протянутую мне одним из он'гат'акэ флягу с водой — пересохшее горло не могло даже выдавить через себя просьбу напиться, и пришлось воспользоваться телепатией.

* * *

Часы, запущенные на обратный отсчет, встали — время мира закончилось! Так, буднично, почти незаметно: стычки у Мириала, Ботаджефа и Телоса закончились относительно мирно — да и стычка у Селанона была ничем особо не примечательна. Ну, сбили один неймодианский «Лукрехалк», а они грохнули, в ответ, пару наших «Щедрых» — по взаимно уничтоженным в бою дроидам-файтерам тоже почти паритет был. Кто вообще обстрелял там респовскую «Пельту», было совершенно непонятно: наши средства объективного контроля, на кораблях, такую стрельбу не подтверждали. Потерявший канал управления «Стервятник» или «Три-файтер»? — может быть, хотя респы и настаивали, что по ним вели огонь из турболазеров. В принципе, дефлекторные щиты у «Пельт» не бог весть что: могут пробиваться выстрелом из тяжелого турболазера даже в полностью развернутом состоянии — если повезет удачно попасть. Вот с этим самым «удачно попасть» как раз и были вопросы: В схватке с нашей стороны участвовали только «Щедрые» — а на той дистанции, на которой находилась респовская «Пельта», попадание из главного калибра фрегата могло быть только чисто случайным! А остальное вооружение наших фрегатов щиты этого корабля с одного попадания просто не взяло бы. Был, правда, еще неймодианский «Лукрехалк» — и такое понятие, как «дружественный огонь» еще никто не отменял! — вот его главный калибр и достать мог, и пробить. Но с него, понятно, данные объективного контроля уже не снимешь. Да респы особо и не хотели: заявление от Сената, с Корусанта, последовало чуть ли, не всего лишь пару часов спустя, после происшедшего у Селанона инцидента — когда и на месте еще толком не успели разобраться, что и к чему. Как будто именно там и ждали: вот честно, я даже не удивлюсь, если после тщательного расследования инцидента респы объявят это «трагической ошибкой», и даже извиняться. Но война-то уже будет идти полным ходом! Кто-то все же получил свой вожделенный «казус белли». Для эскалации конфликта все было в полной готовности: нанятые неймодианцами отморозки напали на наши миры буквально на всем протяжении отрезка Хайданского Пути — от Ботаджефа, до границ Корпоративного Сектора.

Даже тупой гизке было понятно, что это сугубо отвлекающий маневр. Но, ни Ассегай, ни Таари Ден Хисс не могли двинуться со своих позиций даже на сантиметр: гарантий на то, что вслед за демонстративной атакой не начнется настоящее вторжение, не было. Тем более, что судя по всему, в этот регион были переброшены все силы бывшего флота Торговой Федерации, еще оставшиеся под контролем Като Неймодии. Вместе с пиратами и наемниками это большая сила — а уж если респы подкрепят их еще и собственным военным флотом, и частями ВАР, там может быть совсем кисло. И такое подкрепление неймодианцам могут дать: «унылые морды» сумели восстановить на Корусанте оборванные в течение войны политические связи. Хотя, скорее всего респы нанесут собственный отвлекающий удар, в интересах неймодианского флота, в районе Салинского Коридора — им это выгоднее во всех смыслах: с точки зрения, как политики, так и стратегии. Будем надеяться, что Яростному Огню удастся удержать там фронт, и продвижение респов не будет фатальным. На крайний случай, наша резервная группировка у Фелуции готова поддержать его с тыла…

Чем думали хатты, когда начали свою кампанию против нас, я так и не понял: Атаковать, заодно, прореспубликански настроенный Митаранор, вместо того, чтобы всей массой навалится на флотилии Тренча и Алгора Мелассина — весьма странная стратегия! Нет, оно понятно, что господа с Митаранора их прямые конкуренты — но война же не им объявлена, или как? Таки да, следом за неймодианскими претензиями мы получили и хаттско-джеонозианскими. В ответ слизни и инсектоиды, разумеется, услышали от меня: «Ваших тут не стояло!» — после чего они КНС и передали, от имени всех хаттских картелей, формальное «иду на вы».

Для того, чтобы взять под контроль и зачистить весь сектор Митаранор, хаттским силам потребовалось две недели. Еще неделю они провозились с системой Кашиика, здорово потеснив — почти без выстрелов — республиканские войска. Сам Кашиик респы все же удержали, зато практически все остальное в системе перешло под хаттский контроль. И Трандоша в том числе: слизни получили под свой контроль неплохой источник пополнения наемников. В сектор Тракс респы слизней все же не пустили. А вот сектор Кастолар попутно сожрали — вместе с Убриккией и ее промышленным комплексом. Тогория, Баламак и Чаррос оказались под ударом: кто теперь «наедет» на сектор Талдот, респы или хатты, было уже не так важно. Хотя нет — как раз важно: если первыми полезут республиканцы, то их следующий удар явно придется на сектор Тальцен, против промышленного района Техно Союза. Или вдоль Перлемианского Пути — прямо на Лианну, к Тионскому кластеру, как мне тут недавно передали «доброжелатели».

Кое-кому на Майгито не понравилась капитуляция собственной верхушки перед Республикой. Не имея возможности сделать пакость новым хозяевам непосредственно, они сумели передать нам достаточно важную разведывательную информацию. Оказывается, Генеральный Штаб Республики потребовал от руководства муунов предоставить ВАР вспомогательные части из не уничтоженных еще, после капитуляции, боевых дроидов. А так же, снарядить за свой счет флот боевых кораблей — тех самых, что мууны разоружили и поставили, сдавшись респам, «на прикол». Сотня «Предусмотрительных», пара сотен «Бунтарей» и две с половиной тысячи «Щедрых» — а в дополнение к ним семь сотен кораблей снабжения и транспортных «Лукрехалков». Еще примерно пятьсот мелких кораблей — корветов и канонерок, выставили клиенты муунов из окрестных секторов: корабли разведки и охранения. Большая сила! Так вот, эти наши доброхоты утверждали, что точкой сбора республиканской армады, куда этих «ауксилариев» включат, будет система Рош, на Перлемианском Пути. Одна из основных «крепостей» Республики в тех местах — и родина верпинов, союзников Корусанта.

Если наши информаторы не врали, то главный удар придется по Тиону. Если же информация была не достоверна, или муунов самих ввели в заблуждение, то основной удар придется все же по сектору Тальцен. Правда, в этом случае респы свою основную армаду, предназначенную для подобного удара, стали бы монтировать где-то в районе Лантиллеса. Положим, мууны все же сказали нам правду — как респы смогут прикрыть сосредоточение таких гигантских сил? Только нанеся вспомогательный удар на своем правом фланге — как раз по сектору Талдот. Если еще и хатты синхронно нажмут в направлении Биммисаари и Боз Пити, то создастся реальная угроза окружения индустриальных миров Техно Союза. А эту угрозу нам, волей-неволей, придется как-то парировать. В общем, что пнем по сове, что совой об пень: резервную группу у Марканы придется ориентировать именно на оказание помощи Уоту Тамбору и Булату. — И надеяться, что Алгор Мелассин и Тренч все же сумеют сдержать натиск основных сил хаттов, которые тоже уже начали проявлять повышенную активность. Да, пока все ограничивалось прощупыванием вражеских боевых порядков и тылов — но, долго ли это будет продолжаться?

При всем том, основные силы нашего флота и армии были размазаны по огромным, несмотря на потери последних месяцев, пространствам — остальные владения КНС тоже требовали прикрытия. Собственно, из официально существующих крупных соединений, не задействованной ни в каких планах оставались только резервная флотская группа у Лианны — и мое собственное оперативное соединение. Всего четыре тысячи вымпелов… вроде и немного, по сравнению с тем, что могли бросить против нас респы, у которых муунская армада всего лишь одно из четырех входящих в их ударный кулак соединений. Увы, где и в каком составе формируются другие три республиканских соединения, наши информаторы были не в курсе. Но, даже самые скромные оценки не выдавали численность этой армады меньшую, чем десять тысяч вымпелов. Да, у нас будут два «Покорителя» в стандартной комплектации, с импульсными ионными пушками — «Неистовый», пришедший от Кар Шиан, и «Сиятельный» от Гатариэкка. А еще «Тишина», «Длинная Рука» и «Огненный Дракон», так хорошо себя недавно проявившие. К ним в компанию можно добавить пятнадцать «Ассегаев», систершипов моего «Черного Скимитара». Это неплохо, но респы наверняка пошлют сюда что-то большое, вроде того монстра, которого мы так и не смогли тогда завалить — во время контрнаступления к границам сектора Мон-Каламари. Кроме того, разведка донесла, что Куат сдал республиканскому флоту первые корабли того типа, который в другое время и в другом месте получили название «Имперский». Сейчас, правда, данный тип стардестроера окрестили «Республикой». Самое неприятное, что респы могут уже иметь в строю от несколько десятков, до пары сотен подобных кораблей: выяснить, сколько денег дали под это дело Куату, нам так и не удалось. Если такие стардестроеры будут широко представлены в составе сил вторжения, то импульсные ионные пушки наших «Покорителей» могут сильно обесцениться. Корабль размером более полутора километров из строя одним залпом не вывести! — а броня у него хорошая, и собственных тяжелых турболазеров на борту дофига…

Ладно, как говориться: «Будем посмотреть» — у меня еще и неплохая «заначка» есть, для того, чтобы компенсировать республиканское превосходство. Но, как же мучительно ждать, когда враг нанесет свой удар!

* * *

— Райден, разведка доложила, что у Роша появились несколько сотен республиканских боевых кораблей — по последним данным, даже больше тысячи. И это не корабли муунов!

Первые слова Тофена Вейна, которые он мне сказал, выйдя на связь, словно сняли тяжесть с моей души: наконец то, они пришли…

— Примерный состав выяснили? — у меня еще были опасения, что это просто демонстрация.

— «Венаторы», «Аккламаторы» и «Победы». «Мелочи» почти нет — не более сотни «Аркетансов», «Пельт» и «Консульских»: прикрытие основных сил и разведка.

— Думаешь, это оно?

— Похоже, что именно так: Их боевая группа, что нанесла удар от Лантиллеса, в направлении Тогории и Баламака, не очень многочисленна. А хатты на Чаррос не пошли, предпочтя ударить во фланг Тренчу — возле Боз Пити.

— Булат все равно направил дополнительные силы к Чарросу — оттуда слишком удобно бить в направлении Диадо. Тренч заявил, что ему подкрепления пока что не требуются: сдержать натиск армады хаттов он считает возможным и с опорой на уже имеющиеся у него в наличии эскадры и флотилии.

— Что с нашей армадой?

— Мы практически прошли сектора Ворзид и Белдерон — скоро сосредоточимся на территории Центареса. Получается очень медленно: мы не пользуемся основными гипертрассами Перлемиана, а идем по боковым ответвлениям — зато респам будет трудно нас отследить!

— Хорошо, я буду наготове: как только вы достигните места сосредоточения, тут же двинусь со своим соединением в путь. Кстати, Седьмой и Девятый Теневые флоты тоже на пути к Абину — контрольное время прибытия сто десять и сто пятьдесят часов соответственно.

— Ну, ни… быстро идут!

— А им ни спать, ни есть, ни менять вахты не нужно…

— Ладно, до связи — если будет что-то новое, я сообщу.

На связь Тофен вышел снова спустя почти тридцать часов: основные силы армады успешно прошли Центарес и Колесо, и приближались к Абину, с его верфями и военными заводами. Место на нашей территории, где мы хотели встретить удар Республики! Судя по данным разведчиков, у Роша находилось уже не менее пяти тысяч республиканских боевых кораблей. Туда начали пребывать и первые эскадры вспомогательных сил, выставленных муунами.

Еще через сутки, я, вместе со своим оперативным соединением, прибыл к Абину сам. Тофен уже успел развернуть всю армаду в боевые порядки: поток гражданских судов, следующих от республиканских территорий, резко иссяк. Это могло означать только одно: респы начали блокировать трафик — при всей колоссальной пропускной способности Перлемианского Пути, одновременный проход армады размеров больших, чем десять тысяч вымпелов, невероятно затруднен. Если же тут продолжится идти еще и движение гражданских судов, то организованное движение их армад будет практически невозможно осуществить! Не удивительно, что республиканский флот пожелал расчистить себе дорогу как можно лучше. По приказу Тофена Вейна три четверти кораблей нашей армады, имевших у себя на борту гравиколодцы, растянулось поперек всего «пучка» гипертрасс, и практически наглухо перекрыло Перлемианский Путь. Когда респы пойдут вперед, их непременно выкинет из гиперпространства. Причем, не там, где они хотели бы — а там, где это нам будет удобно!

Мы ждали. Для координации наших действий, помимо новейшей электронной аппаратуры, связывавшей эскадры и боевые соединения армады в единое целое, я сосредоточил здесь практически всех пригодных для этого дела форсъюзеров, что служили у меня: Чародеи, бывшие дядины Аколиты, немногочисленные адепты иных направлений, работавшие с Силой по своему — и тысячи он'гат'акэ. Нам пригодится любой козырь в предстоящей схватке: Боевая Медитация, Телепатия — да все что угодно, что только может обеспечить Сила тем, кто умеет ей пользоваться…

Разведка донесла об отвлекающей атаке респов на Чаррос, которую войска и флот Булата успешно отбили. Потом пришло сообщение, что республиканская армада у Роша пришла в движение: еще через несколько часов сенсоры эскадры Техно Союза, охранявшей подходы к Тальцену, зафиксировали проход ее авангарда мимо планеты. Уверенные в собственных силах, респы даже не оставили там боевое охранение! А их корабли все прибывали и прибывали к Рошу откуда-то из тыловых секторов: как сообщали разведчики, общее число проследовавших сквозь систему республиканских кораблей уже перевалило за десять тысяч. Я отдал приказ: Третьему и Пятому Теневым флотам выдвигаться в район Абина.

От Яростного Огня пришло сообщение, что отбиты атаки республиканцев на Финдар и Маридун, контроль над Салинским Коридором удерживается надежно. Это было особенно важно в свете того, что бой вокруг Ботаджефа и Селанона хоть и носили довольно низкую интенсивность, но почти не прекращались. Силы Ассегай были полностью связаны боевыми действиями. А вот наемников атаковавших наши миры, расположенные вдоль Хайданского Пути, Таари Ден Хисс успешно отбросил — и даже сумел полностью взять под контроль сектор Д'Астан, прикрыв все его миры от возможного удара врага. Что же, потерять свою родину ни мне, ни Тофену не хотелось бы…

Наконец, когда до прибытия к Абину кораблей Седьмого Теневого флота оставалось всего три часа, первые корабли авангарда республиканской армады начали выпадать из гиперпространства там, где стояли с активированными гравиколодцами наши корабли. Прямо под батареи турболазеров, ионных пушек и тяжелых противокорабельных ракет. Грандиозное сражение, которое одни историки называли потом Абинской Мясорубкой, а другие — Абинской Катастрофой, началось.

Интерлюдия 19

Новая жизнь

Суун Бейтс был доволен — состояние, в котором ему, последнее время, почти не удавалось побывать. Хвала Силе, наконец-то все позади: формирование флотских армад, подбор персонала — решение вопросов материально-технического обеспечения, наконец! Магистр имел возможность лишний раз убедиться в правильности поговорки о том, что если хочешь, что бы все было сделано правильно — делай это сам. Учитывая размеры находящихся под его началом сил, вещь абсолютно нереальная: наличие компетентных и преданных помощников было уже не роскошью, а насущной необходимостью. К счастью, как раз джедаев с организаторскими способностями, среди единомышленников Сууна, было достаточно. И с преданными помощниками проблем тоже не было — особенно после того, как магистр Бейтс и те, кто поддерживал его в Высшем Совете, провели решение об обязательном наборе не занятых в каких-то особо важных проектах джедаев в армию и на флот. Компетентность… вот как раз с этим был затык: в свое время, Суун Бейтс сам приложил руку к тому, чтобы джедаев, ветеранов войны, убрали из действующей армии! Ну да, тогда ведь казалось — и не только лишь ему одному! — что дни Конфедерации Независимых Систем уже сочтены. Да и в том, чтобы заменить одних джедаев — неблагонадежных, другими, которые представлялись не затронутыми этим самым губительным поветрием, не соприкасались каждый день с Темной Стороной… — да, тогда это показалось очень просто сделать.

Не то, чтобы магистр о чем-то сожалел: все имеет свою цену! — Вот и эти потери были той ценой, которую нужно было заплатить, чтобы Свет в очередной раз восторжествовал над Тьмой. Скайуокер и Кеноби были лучшими генералами-джедаями, из всех, участвовавших в войне? — может быть, оно так и есть, но незаменимых у нас нет: на этом веками стоял и стоит Орден. Просто напросто, вместо двоих умников пошлем в бой десяток преданных! Да, будут неизбежные потери — а какое серьезное дело без них обходится? Но, при соотношении один к четырем у противника шансов не может быть априори…

А поэтому, сейчас нужны именно преданные, а не те, кто считает себя самыми умными. Умничать можно будет и потом, когда раздавим гадину Тьмы и Сепаратизма. Сейчас Сууну остро не хватало Т'Ка Элвиина и его бывшего падавана, Ваана Ра-Сейта: вот уж на кого можно было положиться целиком и полностью! От Оланы Чион, резко потерявшей свою полезность в связи с гибелью Скайуокера, Бейтс избавился без особого сожаления, отправив ее наблюдателем Совета в Юго-Западные Регионы. Своими претензиями эта идиотка начала создавать определенные проблемы, впрочем, возможно данный «инструмент» еще когда-то и пригодиться. По крайней мере, с преданностью у нее пока все в порядке. Компетентные же… их можно было найти и среди кадровых офицеров ВАР: война способствовала выдвижению вперед тех, кто имел таланты в этой сфере. Тем более, если открыть новые вакансии и продвинуть этих самых «компетентных» вверх по служебной лестнице! Никому из старых кадров, подобранных лично ситхом, Бейтс не доверял — а таких, к сожалению, оказалось много и в армии, и на флоте. Ладно, эти вопросы все же утрясли…

С материальной частью никаких вопросов не было вообще. Немного заставили понервничать мууны, но и их армада уложилась в сроки при подготовке. Несколько сот тысяч наемных специалистов и миллиарды боевых дроидов — это могло создать проблемы: слишком разные модели управления и способы командования, сильно отличавшиеся от принятых в ВАР! Но, не создало, хотя решение Бейтсу и его команде пришлось искать на организационном уровне, а не на чисто военном. Три изначально республиканских армады переформировали в четыре, и уж среди них, отдельными флотами, распределили четыре тысячи бывших сеповских кораблей. Да, это создавало определенное неудобство для командования теперь уже всех четырех армад, но зато у этого же командования теперь были под рукой соединения, которые можно было использовать в качестве тарана… или прикрытия: их не жалко. Остальной корабельный состав был более привычен, и с привычным составом экипажа: клоны и добровольцы, плюс дроиды обслуживания. К сожалению, дредноут типа «Претор» имелся только в единственном экземпляре. Разумеется, Суун Бейтс забрал корабль себе: флагман должен быть… флагманом! Единственное, что в этой почти пяти километровой треугольной металлической машине убийства не нравилось магистру, так это ее имя: «Батальон» — ну спрашивается, кто дает боевым кораблям подобные имена? Четверка «Секуторов» погоды тоже не делала, но в качестве флагманских кораблей армад нашла хорошее применение. Жаль, что на оба этих типа корабля, в свое время, Сенат пожалел денег: качественное превосходство всегда лучше, чем количественное. Понятно, что на своей стороне в реале лучше иметь и то, и другое. Пятьдесят новейших стардестроеров — только что с куатских верфей! — которые получили обозначение «Республика», на качественное превосходство перед сеповскими корытами тоже претендовали. И недаром! — дело было даже не в броне и мощи турболазерных батарей: корабли, имевшие более тысячи шестисот метров в длину, невозможно было вывести из строя одним-единственным попаданием ионной импульсной пушки сеповских «Покорителей». Игрушка дорогая, но своей цены стоящая. Что же, как ударный кулак и прикрытие флагманских кораблей они будут на месте.

Основную ударную силу суперармады составляли три тысячи новейших стардестроеров типа «Победа», успевших уже доказать свое превосходство в боях с кораблями Сепаратистов. Четыре тысячи «Венаторов» несли на борту более миллиона истребителей и бомбардировщиков: можно было бы взять и больше, но опыт показал, что поднять с палубы полную авиагруппу, во время боя, почти никогда не получается — не хватает времени. Впрочем, и миллион МЛА это все равно примерно две трети от всех москитных сил, имевшихся у огромного флота. Еще три тысячи кораблей были крейсерами типа «Аккламатор», причем, для десантных операций была приспособлена лишь треть из них. Их «грузом» были шестнадцать миллионов атлонских наемников — Бейтс предпочел их по двум причинам: клонеры не справлялись с поставками солдат, и атлонцы мечтали посчитаться с тионцами за свою прошлую неудачу, на Лианне. Остальные две тысячи «Аккламаторов» представляли собой корабли ракетной поддержки, предназначавшиеся для штурмов укрепленных планет. Для этого же флот имел две тысячи старых добрых «Дредноутов»: творение рендиллийских корабелов отлично подходило для работы в атмосферах планет. Впрочем, тяжелые крейсеры типа «Дредноут» и в космосе всегда проявляли себя прекрасно — не быстрые, но хорошо бронированные, они обладали прекрасной огневой мощью. Тысяча легких крейсеров типа «Каррак» считалась условно-пригодной для участия в прямых боестолкновениях. И поэтому они тоже учитывались как силы боевой линии. В отличие от двух тысяч вспомогательных кораблей: мобильных ремонтных доков, фрегатов типа «Медстар» и «Пельта», кореллианских корветов или крейсеров типа «Консульский», которые на самом деле тянули не более чем на канонерку. Вся эта беззубая толпа держалась в тылу, сопровождая основные силы флота.

Именно так: вся колоссальная масса кораблей и судов, собравшаяся на прилегавшем к Рошу участке Перлемианского Пути, наконец-то пришла в движение! — к великой радости магистра Бейтса и его штабных офицеров. Лавина, которая потом сметает все на своем пути, тоже сначала двигается почти незаметно. Только потом она берет разбег, и захватывает с собой, в своем движении, все новые и новые массы земли и камней. Бейтс был убежден: к тому моменту, когда флот достигнет Лианны, инерции этого самого «разбега» будет вполне достаточно, чтобы пролететь прямиком до Раксуса! Там-то эта партия в дежарик и закончится — понятно, победой Республики и его, Сууна Бейтса лично. Поскольку вся линия разграничения между осколками КНС и Республикой уже охвачена боевыми действиями — или их убедительной демонстрацией там, где это необходимо! — Райден Дуку и его военачальники не смогут снять ни откуда даже лишней эскадры…

При всей ловкости и изворотливости чертова графеныша, максимум, что ему удастся собрать, на направлении главного удара, — пять тысяч вымпелов. Данные разведки вообще говорят только о четырех тысячах, сосредоточенных возле Лианны. Группировка у Марканы уже была сдвинута ранее, чтобы прикрыть промышленные районы Техно Союза от возможных атак Республики и хаттов, а группировка у Фелуции раздергивается потихоньку, для поддержки сил, ведущих бои у Хайданского Пути и Салинского Коридора. Пусть Дуку попробует теперь оголить тылы, если посмеет!

Тем большей неожиданностью было сообщение, которое Суун Бейтс получил с одного из кораблей авангарда, от Абина. Причем, доклад был получен не по обычным каналам связи, а представлял собой телепатический зов: джедай, который его послал, находился в смертельной опасности, и пытался докричаться, через Силу, до всех, кто был способен его услышать. К сожалению, этот отчаянный призыв оборвался так же неожиданно, как и появился — и почти не принес полезной информации: только весть о гибели того, кто его подал. А потом последовала еще одна попытка докричаться до собратьев с помощью телепатии, и еще одна, и еще… притом, что эфир упрямо продолжал молчать! Несомненно, авангард уже вступил где-то возле Абина с флотом сепов в бой — и Сепартатисты как-то сумели заглушить все передачи республиканских кораблей. Неприятно, да… но не смертельно — раз их погибшие братья сумели дать им знать об угрозе. Враг еще пожалеет о том, что посмел преградить им дорогу…

* * *

«Интересно, зачем я понадобился Мэйсу?» — мысль не давала покоя Феланилу Бааксу с того самого времени, как он получил вызов от Лорда-Протектора. Магистр Винду просил его прибыть в рабочий кабинет второго лица в государстве: сейчас, когда Сенат соизволил, наконец-то, выбрать Канцлера, джедай все равно оставался первым помощником главы исполнительной власти Республики. По крайней мере, до тех пор, пока не удастся, так или иначе, закончить эту проклятую войну. Хотя… что-то джедаю-дуросу подсказывало, что временное решение станет, к тому времени, постоянным. Свалившаяся на джедаев, в результате неудачной попытки государственного переворота, устроенного ситхом, власть, руководству Ордена как-то понравилась. Вот и магистр Винду туда же. Когда-то они даже были дружны — в знак этой дружбы Феланил подарил Мэйсу сделанный собственными руками световой меч тончайшей работы, который создал специально для коруна. Да, были дружны… с тех пор много, что произошло… разного. Была дружба, да вся кончилась. Вообще, много чего кончилось в это время: Феланила всегда учили, что ушедших нужно отпускать — не важно, живые они покинули тебя, или мертвыми. Как еще один его друг…

Да, все пошло наперекосяк из-за этой проклятой войны, которая вот сейчас вспыхнула с новой силой! Бои идут опять, по всей линии соприкосновения войск: Республика, вроде бы, даже начала генеральное наступление — что-то такое говорили, про флот магистра Бейтса. Бааксу это было не интересно: ни война, ни сам Суун Бейтс — суетливый и изворотливый политикан, истинное место которому было бы, не в Ордене, а в Сенате! Винду… мастер слышал, что его бывший друг яростно противился началу нового раунда военных действий… — неужели до Мэйса все же дошло, что они делают совсем не то, что надо? Все же, несмотря на прошлое, Феланил был рад, что его бывший друг уцелел во всем этом безумии, где ситх был всего лишь одним из гнилых плодов, которые лежали в корзине с майлорунами. Жаль только, что многим иным не так повезло — как тому же Тиаану Алрику. Воспоминания нахлынули на джедая: начало войны, еще и месяца не прошло после нелепой гибели многих их знакомых на Джеонозисе. Тот разговор… он ведь тогда так и не смог убедить собрата в собственной правоте! Почему сейчас, направляясь на встречу, о которой просил его Мэйс Винду, Феланилу Бааксу вспомнился тот давний разговор с мертвым другом? Тиаан потом изредка появлялся в Храме — в перерывах между боями, или как тогда, когда его привезли бессознательной тушкой с планеты Монастырь. Но, или у Феланила были другие дела, или он вообще отсутствовал в это время в Храме — тот их откровенный разговор, в самом начале войны, так и не был завершен. А потом стало поздно: осталась только горечь на душе, и чувство совершенной, по отношению к другу, несправедливости…

Воспоминания, вы наши самые жестокие и безжалостные палачи! — а память беспощадный судья: Феланил Баакс словно смотрел на себя со стороны.

— Я не ослышался, Тиаан? — высокий зеленокожий и красноглазый дурос, одетый сейчас в рабочую тунику — неожиданное известие оторвало его от обычных дел, внешне был совершенно невозмутим, но в Силе чувствовалось смятение. — Ты и вправду хочешь принять участие в этой бойне!

Его собеседник, хуман, мужчина средних лет, утвердительно кивнул головой. — Такой же высокий, как и джедай-дурос, закутанный с ног до головы в черную мантию. — Так, что были видны только кончики рыжевато-коричневых сапог, да черноволосая непокрытая голова — крючконосое лицо с карими глазами обрамляют вьющиеся, длиной до плеч, локоны.

В ярко освещенном коридоре Храма они были одни: уровень Ремесленников и в лучшие то годы не мог похвастаться многочисленностью своих обитателей, а уж теперь… после произошедшего. — Некоторые из тех, кто погиб на Джеонозисе, когда то учились и работали именно здесь. Внутри у мастера-дуроса все сжималось от нехорошего предчувствия, что это еще не последние смерти среди тех, кого он хорошо знает. Вот теперь всеобщее безумие коснулось и еще одного его знакомого: конечно, мастер-джедай Тиаан Алрик потерял на Джеонозисе и своего ученика, и свою бывшую наставницу — но это совсем не повод махнуть на все рукой! Феланил Баакс не думал, что старой квермианке Тайзель Марн, или юному рыцарю-родианцу Окишу Децингеру доставила бы радость безвременная смерть Тиаана — где бы они теперь не находились, слившись с Силой. Дурос считал своим долгом, хотя бы по отношению к ним, попробовать отговорить мастера Алрика от его безрассудного решения. Во имя чего джедаи должны умирать? — не за пустые амбиции политиканов, или толстые кошельки воротил бизнеса, стараниями которых и была развязана эта война, в конце концов! Что вообще могут сделать отдельные песчинки, брошенные между пришедших в движение жерновов? — Кроме как бесцельно погибнуть — рано или поздно, но такое неизбежно случиться: мироощущение джедая с атмосферой скотобойни совмещается очень плохо. Конечно, кое у кого в Ордене имелась и подходящая подготовка, и даже некоторый боевой опыт — но, откуда ему взяться у обычного Ремесленника? Ну, ладно — не обычного: Тиаана коллеги по «цеху» заслуженно считали одним из лучших мастеров-артефакторов, которых Орден имел в своих рядах за последние несколько сотен лет. Все равно, как способность управлять материей поможет человеку на поле боя? — а поменять свою жизнь на дюжину-другую обычных «жестянок»… что может быть глупее? Дурос от души надеялся, что его собрат не лелеет в душе мысль о чем-то… запретном. Только этого еще не хватало! — А вообще, настроения в Храме, в последние дни, были самыми разными. К счастью, многие — по различным причинам — разделяли точку зрения Феланила Баакса и его единомышленников: эта война их совершенно не касается! — Но, увы, почти столько же было и тех, кто пошел против природы Светлой Стороны, и откликнулся на совершенно непонятный и нелогичный призыв Высшего Совета. — «Надев военную форму Республики» — как высокопарно выражались голонетовские болтуны-журналисты. Все это вихрем пронеслось в голове джедая-дуроса после утвердительного кивка его коллеги — но Феланил совсем не считал их разговор уже законченным.

— Это не наша война! — дурос сказал первое, что пришло на язык.

— Может быть и так, Феланил, за всех я говорить не буду… — голос человека был тускл и ломок, как треснувшее стекло.

Мастер Баакс невольно вспомнил, как болезненно Тиаан воспринял известие о смерти своей бывшей наставницы и ученика, когда вернулся в Храм с Бандомира, где участвовал в каких-то работах, по просьбе руководства Сельхозкорпуса. — В чем там была загвоздка у их «аграриев» Феланил так и не понял, но тем понадобились услуги не просто механика, а человека, умеющего работать с механизмами посредством Силы — и Совет направил туда именно мастера Алрика. Ну, а пока он там работал, случился Джеонозис… и бойня на Арене Петранаки.

— Тогда почему ты подал прошение в Высший Совет, с пожеланием присоединиться к Великой Армии Республики? — Ты же всегда был против того, чтобы решать любые конфликты с помощью грубой силы!

— Потому, что теперь это уже и моя война тоже, Феланил!

— Но, твое прежнее мнение…

— Поменял, когда беда коснулась и меня самого, пусть даже посредством чужих смертей.

— Никогда бы не подумал, что мнение большинства республиканских политиков окажется для тебя более весомым, чем твои собственные убеждения!

— Причем тут мнение каких-то политиков? — гибнут люди… разумные существа! Кто именно в этом изначально был повинен, уже не важно — но, если не вмешаться, то этих жертв, с каждым днем, станет все больше и больше. Те, кто погиб на Петранаки просто были первыми — но, увы, не последними. И, если не мы остановим этот набирающий силу ужас — то кто?

— Тогда… тебе придется, ради этого, вместо одних — убить других разумных существ: у Сепаратистов в армии воюют не только дроиды! Добровольно они Сенату не сдадутся — а договориться по хорошему, даже никто не хочет попробовать.

— Сепаратисты сами показали нам, что время разговоров прошло: решить что-то теперь возможно только силой оружия!

— И как ты представляешь самого себя в роли командира? — дурос попытался зайти с другой стороны — ты же, кроме как работать световым мечом, ничего даже отдаленно в военном деле не смыслишь. А этого, по нынешним временам, прискорбно мало. Хорошо, если хотя бы переживешь первый бой — на Джеонозисе большинству не удалось даже этого! Ты мастер-артефактор, твое место…

— Как думаешь, Феланил: Высший Совет разрешит нам делать оружие? — я имею в виду, делать настоящее оружие, а не красивые световые мечи для тех наших братьев, у кого руки не из того места растут. — Или даже, хотя бы, полные защитные доспехи, вроде тех, что носили рыцари-джедаи во время прежних войн?

— Тиаан, ты… как ты мог подумать, о таком! — на лице дуроса впервые мелькнула тень каких-то эмоций.

— Тогда не отговаривай меня идти в армию, махать мечом! — раз нет иного пути. — В конце концов, Сила будет со мной — и пополнить образование еще и военными дисциплинами ничего не мешает, было бы время. Ну, и кроме того, там же будут клоны-командиры, и, даже, как говорят, советники-профессионалы — из Юстициаров и из вояк местных планетарных армий, которые согласились помочь Республике в трудный час. — Будет, у кого поучиться на живом примере — а учиться нас, в Ордене, приучили хорошо, прости за каламбур.

Джедаи помолчали, стоя друг против друга. Первым не выдержал затянувшегося молчания дурос.

— Ты так и не взял себе нового падавана, Тиаан? — а ведь среди юнлингов есть масса перспективных ребятишек, которым интересна работа с материей при помощи Силы. Неужели Ремесленники так и сгинут в небытие, как прекратили деятельность некоторые другие организации внутри нашего Ордена? — и останутся только эти прячущиеся по теням отщепенцы, Джал Шей…

— Нет, Феланил — пока я… не готов. Теперь, наверное, уже после войны — если, конечно, уцелею.

— Жаль, у меня на примете есть несколько пацанов подходящего возраста, которым подошел бы наставник, вроде тебя. В конце концов, тебе же не надо будет тащить падавана непременно на передовую?

— Ну, договаривай: «И самому тебе там делать совершенно не чего» — я же вижу, что ты все еще хочешь убедить меня переменить решение.

— Да, хочу! Потому, что главным врагом джедаев, на этой войне, станут вовсе не Сепаратисты, со своими полчищами боевых дроидов, батальонами одурманенных пропагандой добровольцев и ордами наемников. — Наш главный враг это мы сами: Сила едина, и Темная Сторона всегда присутствует рядом с любым форсъюзером. Война — путь обмана, дело противное добродетели: даже стремясь совершать добро, мы неизбежно вынуждены будем творить — пусть даже исключительно ради него! — и зло тоже. И однажды этого, сотворенного нами самими зла станет так много, что Тьма в наших душах закроет Свет.

Человек ответил, немного помолчав — наверное, пытался подобрать более точные слова.

— Знаешь, Феланил, нас всегда учили, что джедаи защитники мира и справедливости в галактике. Что мы Воины Света, призванные оберегать этот мир от Тьмы. Нас звали, когда все иные способы разрешения конфликтов бывали уже исчерпаны. Суд джедаев славился, как самый беспристрастный и справедливый. Мы останавливали междуусобные войны и мирили народы… — Как выяснилось, мы не делали даже десятой доли того, что было необходимо! — Более того, мы вообще занимались не тем, чем нужно — пытались бороться с последствиями, вместо того, чтобы искать и устранять причины бед.

— Эта война…

— Эта война была абсолютно неизбежной — чуть ли не запрограммированной Руусанской Реформацией! — как только в галактике появились силы, которые посчитали, что Республика им уже не нужна, и которые обладали достаточной мощью, чтобы претворить свое мнение в жизнь. Самое обидное, что эти силы были, отчасти, правы! Орден давно уже превратился в стороннего наблюдателя, а не полноценного участника политической жизни в галактике, и многим нашим братьям это нравилось: не нужно принимать трудных и даже жестоких решений, марать руки. — Ведь если ничего не делаешь, то Тьма просто не сможет тебя коснуться, считали они. Только… мало быть тем, кто не совершает убийств и предательств — надо было еще и не превращаться в того, с чьего молчаливого согласия другие предавали и убивали.

— Ты преувеличиваешь! Мы не делали…

— Вот именно: мы просто стояли, и смотрели, как всяческие непотребства творят другие! — Причем, творят, прикрываясь именем Республики — и нашим молчаливым попустительством тоже. Максимум, на что нас хватало, это прибрать за другими наваленный ими «мусор» — и то, только тогда, когда нас «просили» это сделать. Вот как теперь…

— И, чтобы исправить несправедливость, ты готов теперь творить новое зло сам, даже без тени сомнения? — Не будешь же ты убеждать меня, что война это что-то вроде пикника на фоне дикой природы: тебе придется обрекать на смерть тысячи… — если не больше!

— Да, Феланил, никто не сможет перейти эту реку крови, что уже течет по галактике, вброд, не замочив ног — и не испачкав своих чистых одежд. Я тоже, наверное, не смогу. Но, одно я знаю твердо: оставшись сейчас в Храме и прикрывшись Кодексом от грязной действительности, я уже никогда не посмею прямо глядеть в глаза своим братьям — да, хотя бы, и тому новому ученику, про которого ты мне только что говорил.

— Но, не будет ли цена выше, чем полученный в конце результат? — даже я, не самый лучший менталист и совсем никакой Предсказатель, чувствую, как Тьма нависла над всеми нами!

— Согласен, даром нам ничего не придет… и прикосновение Тьмы к тем, кто будет сражаться, тоже неизбежно. Только, знаешь, кроме Темной и Светлой Сторон Силы есть еще и такие вещи, как совесть, долг… их нельзя ощутить так же, как мы ощущаем Силу — но, от этого они не становятся менее реальными. Не идти на поводу у эмоций, вовсе не значит стать равнодушным к окружающему, вообще: если моя совесть говорит мне, что для защиты людей мне придется жить рядом с Тьмой, стоит ли мне бояться ее дыхания? — Может, лучше сосредоточить усилия на том, чтобы не дать ей над собой власти, когда придется идти в бой?

Человек сделал движение, чтобы идти далее по коридору, сказав напоследок своему собеседнику.

— Извини, Феланил, мне нужно собираться: транспорт на Камино, где я должен принять свежесформированный легион клонов, отправиться из Ангаров уже через полчаса — не хочу их задерживать. Надеюсь, наша встреча не последняя, и нам удастся еще поговорить. Да пребудет с тобой Сила!

Он быстро двинулся вглубь коридора — полы мантии трепетали за спиной, как крылья большой черной хищной птицы: мелькнувшее сравнение мастер Баакс отогнал от себя, проговорив уже в спину своему коллеге.

— Да пребудет с тобой Сила, Тиаан!

Тот неоконченный разговор… джедай, сейчас, словно спорил со своим погибшим собратом. Точнее — пытался спорить, и не с Тиааном, а с самим собой. Да, мастер Алрик все для себя решил еще тогда, отправившись на войну. А он сам? — сейчас дурос уже не был так уверен в собственной правоте, как тогда, когда он пытался переубедить друга, чтобы тот отказался от своего решения. Опрометчивого и бессмысленного… — именно так думал в то время Феланил. Сейчас… — сейчас он уже ни в чем не был так уверен! Только не после того, как ему довелось плотно пообщаться с господином Бейтсом и его единомышленниками: эти господа, по какому-то недоразумению считающиеся джедаями, почему-то решили, что мастер Баакс одного с ними поля ягода.

Что там Тиаан говорил про тех, кто позволяет другим совершать предательства и убийства, прикрывшись как непробиваемым щитом Кодексом? Когда-то, Феланил упрекнул друга тем, что тот будет нести смерть другим. — Но, это была честная смерть, в честном бою! И, у противников Тиаана была возможность убить его самого, если бы тот где-то дал промашку: сила против силы — без подлостей и двуличия. Да, в те краткие моменты, когда они потом встречались, мастер Баакс чувствовал, как изменила его друга война: Тьма и Смерть наложили на него свои печати. — Но, стал ли Тиаан другим? Нет! — Феланил был уверен, что тот все так же желал спасти и защитить людей — всех, кого ему только удастся. Осознавая, при этом, ограниченность собственных возможностей… — может, именно это и подвигло его, чтобы связаться с той необычной штукой?

До Монастыря Тиаан был как все генералы-джедаи — ну, может чуть поотчаяннее, поудачливее других. Вроде тех же Кеноби или Скайуокера: способный сунуть голову в пасть ранкору, и потом вытащить ее оттуда назад, целой и невредимой. Монастырь… знакомые джедаи-фронтовики говорили Феланилу, что та спасательная операция вообще была безнадежным делом: командование, прогнувшись под политиканов, просто отправило войска на убой! Что там произошло, внизу, на планете? Нет, с чисто теоретической стороны мастер Баакс это вполне себе представлял, что: друг использовал технику Изменения Окружающей Среды в виде оружия. Не смог защитить, но уничтожить врага сумел — да так, что у Сепаратистов там чуть фронт не рухнул: будь у тамошнего командования ВАР резервы, возможно, удалось бы даже отбить у врага планету. А вот что чувствовал, в тот момент, сам его друг? Судя по масштабам разрушения, Тиаан действовал не с таким размахом как мастер Сеи Вукто на Лианне… — смог сохранить контроль над потоками Силы: после всего буйства разрушения, он сумел уцелеть. Не тогда ли между Тиааном Алриком и Высшим Советом пробежал темный фелинкс? — помниться, случай на Лианне сильно напугал Йоду и Мэйса. Мда… отправив мастера Алрика в дикую глушь, подальше от основных событий, Высший Совет явно не предполагал, какую бомбу он там отыщет!

Зато когда Тиаан продемонстрировал, что с помощью древнего артефакта можно сотворить, Совет задергался — наверное, от испуга, хотя такое не признал бы никто из его тогдашних членов! — И сделал то, что разумные обычно делают, когда теряют над собой контроль: решив уничтожить источник беспокойства. Чрезвычайный приказ номер Шестьдесят Шесть: может, он и вправду был необходим — против Падших и предателей. Но, ведь не против лояльных джедаев! — А Тиаана, которого вызвали на Корусант, взвод клонов — по приказу Совета, и под контролем их братьев, — расстрелял прямо на главной лестнице Храма. Трусливо и подло — в спину, как… — у Феланила даже слов таких не было. Тогда у него впервые появилось сильное желание: покинуть Храм, уехать куда-нибудь в провинцию, в один из многочисленных Анклавов Ордена — подальше от всей этой грязи и крови. Потом было много чего еще… разного. До недавнего времени дурос считал, что он был прав — а его друг тогда, в начала уже прошлой войны, ошибался. Но, последние события сильно поколебали его уверенность в собственной правоте…

Мэйс… — интересно, что же такого случилось, что, несмотря на их ссору, он так настойчиво просил — именно просил! — приехать к нему? Срочно потребовалась консультация по специальности Феланила? Неужели, все же отыскали опять проклятый артефакт, из-за которого погиб тогда Тиаан… — Ладно, сейчас все узнаем.

Охранники-клоны, стоящие на страже возле дверей рабочего блока Лорда-Протектора, отсалютовали подошедшего к входу джедаю, и, не говоря ни слова, пропустили его внутрь, через приветливо распахнувшиеся двери.

* * *

Коммодор Зиндж недовольно поморщился, читая очередное сообщение, обработанное специалистами Отдела Логистики. Тупые уроды! — дала Сила помощничков: Флот, которым командовал магистр Бейтс, уже пришел в движение, а эти господа бодро рапортуют, что прибытие транспортов снабжения Сто Тридцать Седьмой флотилии, видите ли, задерживается по не зависящим от ее штаба причинам. «Наберут по объявлению…» — на ум пришла любимая присказка драгоценной мамочки, черт бы ее побрал! — «Косяки делают одни, а исправлять их приходится другим — не справедливо». В кои-то веки, Зиндж вынужден был здесь с мамашей согласиться: с обученным и компетентным персоналом был полный швах — особенно в штабах всех уровней. Армия и флот Республики выросли слишком сильно, и слишком быстро с учетом того уровня ничтожества, в котором пребывали до войны. — Официально их тогда вообще не существовало — те же самые Республиканские Силы Безопасности Внешних Регионов считались одним из подразделений Юстициаров, а не настоящими войсками. Если армейцам было более-менее просто: клонов каминоанцы учили тщательно — то флотским приходилось гораздо труднее. Нет, понятно, что на Камино выращивали клонов и для службы на кораблях — но изначально, кажется, никто даже не предполагал, насколько много народу для этого понадобиться! Экипаж большого боевого корабля насчитывал тысячи, а то и десятки тысяч специалистов разного профиля — от канониров до сантехников. Если чисто боевые посты комплектовать клонами еще имело смысл, то технические должности для них были просто нецелевым использованием ценного человеческого ресурса. Не то, чтобы на Камино не наладили бы «производства» сантехников в достаточных масштабах — но неприемлемой была цена вопроса этим способом! Причем, цена в самом прямом смысле этого слова: продукция каминоанских клоноделов хоть и была отменного качества, но, вместе с тем, стоила больших денег…

В эти вилы ВАР уперлась уже на втором году войны, когда верфи Центральных Миров стали «выпекать» боевые корабли как горячие пирожки. Проблему изящно обошли, как тогда всем казалось: объявив набор добровольцев на вакантные должности технических специалистов, навигаторов и тому подобное. Посадить этот народец за пульты наведения пушек или, тем более, дать «порулить» крейсером или стардестроером, не имело смысла, а вот обеспечить нормальную жизнедеятельность и работу боевого корабля они могли! Тем более, что охватывающая все большие и большие пространства война обеспечивала широкий приток в военный флот уже готовых спецов из гражданского флота: своими победами сепы лишали множество народа возможности зарабатывать себе даже на еду. В общем, с низшими чинами вопрос тогда решили. Вот взять такую же массу уже готовых офицеров было совершенно не откуда. Хороший офицер товар штучный, его за полгода не подготовишь! — а именно это Республике и приходилось делать. Ладно, ну не полгода — уложиться можно в два или даже три раза долгий срок, — если повезет и оно вообще будет, это лишнее время. Но это, по большому счету, ничего не меняло: даже на Камино клонов-офицеров готовили по нескольку лет! Сделать, к примеру, толкового командира из выпускника гражданского университета или менеджера средней руки достаточно быстро было если и возможно, то только по принципу: «дайте мне трех кадетов, и я сделаю из них одного настоящего офицера». Вместо времени «тратить» приходилось людские ресурсы, которые тоже были отнюдь не бесконечными. Не удивительно, что те же выходцы из числа Юстициаров, или добровольцы, служившие ранее в местных силах самообороны, ценились буквально на вес золота.

Перемирие ударило по флоту и тыловым армейским структурам очень сильно: мобилизованный народ стал массово подавать рапорта на увольнение — сидеть на армейском пайке в мирное время у большинства из них желания не было. Разумеется, самыми первыми ушли наиболее ценные специалисты — те, кто мог сразу и без труда устроиться «на гражданке». Но, этих хотя бы отчасти заменили пришедшие на их место «патриоты»: свежие выпускники армейских и флотских учебных центров, созданных еще по приказу Палпатина. Куда хуже обстояло дело с офицерским составом, особенно высшим — особенно после чисток, последовавших за неудачной попыткой государственного переворота. Разумеется, опустевшие вакансии нашлось, кем заполнить — но о способностях и деловых качествах большинства своих коллег новоиспеченный коммодор был самого низкого мнения. Новые выпускники офицерских школ, так же пополнившие недавно собой армию и флот, производили, куда лучшее впечатление: генерал Гентис и его подчиненные даром свой хлеб не ели! Но, этот молодняк, при всех своих знаниях и служебных амбициях, не имел за душой самого главного — реального боевого опыта. И опыта практической работы тоже: красивые схемы теорий редко выдерживали столкновение с грубой реальностью — вот как в этом убедились на собственном примере тыловики из Сто Тридцать Седьмой…

Впрочем, самому Зинджу было грех жаловаться на пертурбации последнего времени. Его собственная карьера рванула вперед с такой скоростью, что не за горами были и адмиральские планки на мундире! Наконец то, нашлись те, кто по достоинству оценил его ум и талант. Зиндж ложной скромностью никогда не страдал, и считал, что начальство — особенно, в лице мамаши! — незаслуженно не дает ему хода. Кстати, адмирал Маариса Зиндж сейчас тоже была с их флотом — вместе со своим «Венатором» шла в авангарде наступления. На мгновение коммодор представил себе сладостную картину: тионцы разносят на молекулы мамочкин корабль, вместе с ней самой! — Никто так не отравлял существование Зинджа еще с курсантских времен, как госпожа Маариса. Иногда он даже ловил себя на мысли — зачем ей нужно было вообще обзаводиться потомством, с ее-то нравом и привычками? Всю не так уж и длинную службу Республике, тень матери всегда маячила у Зинджа за спиной, сильно мешая жить — умела госпожа адмирал находить себе «доброжелателей», переносивших отношение к ней и на ее сына. «Так, черт с ней, с мамашей — надо заниматься делом!» — Зиндж выкинул посторонние мысли из головы.

Инспектируя корабли своего флота, магистр Суун Бейтс, явно волей этой своей Силы, однажды посетил и «Возмездие». Свалившийся на него буквально с неба шанс, Зиндж не упустил. Конечно, у мамочки на корабле служба была поставлена как надо, но одно дело — слепо исполняться свой долг, держась устава как стенки, и совсем другое — проявить при исполнении своих служебных обязанностей творческий подход! Зиндж не просто знал свое дело — офицер умел достаточно, чтобы при нужде даже принять командование дестроером! — что он аккуратно господам джедаям и показал. Магистр Бейтс сумел оценить рвение и компетентность молодого лейтенанта службы обеспечений «Возмездия»: Зиндж попал в штаб самого джедая. Фактически, магистр поставил лейтенанта на должность старшего офицера авансом. И Зиндж блестяще справился со всеми поставленными перед ним задачами, честно заработав планки коммодора на мундир. Отдельные неизбежные проколы, вроде случая с неумехами из штаба Сто Тридцать Седьмой флотилии, не в счет. Более того, это даже хорошо, что подобные проколы есть: флот это, прежде всего, коллектив! — А, в подобных коллективах, «выскочек» и «золотых мальчиков» принято недолюбливать: от коллег Зинджу никуда не деться. Но, если у тебя бывают трудности в делах службы, ты уже вроде бы такой же, как и все остальные… свой. Если тебя при этом еще и начальство ценит, то перспективы открываются просто невероятные.

Огромный, имевший в длину почти пять километров, дредноут «Батальон» создавал своей массой достаточное искажение в метрике гиперпространства, чтобы его аппаратура гиперсвязи могла работать. Пусть даже хотя бы даже только на прием — все равно это сильно облегчало жизнь командованию колоссального флота. Разделенный на четыре отдельных армады, флот сейчас короткими прыжками перемещался вдоль Перлемианского Торгового Пути. Прыгнуть сразу, всей массой кораблей, к их первой цели — планете Лианна, было невозможно чисто физически. Пропускная способность гипермарщрута имела свои пределы! — им только массовых потерь по навигационным причинам сейчас не хватало для полного счастья. Приходилось медленно «протаскивать» силы флота к цели: потерять строй походного ордера, с трудом сформированный, было бы тоже чертовски неприятно. А некоторые доклады свидетельствовали еще и о том, что с таким трудом наведенный порядок летит, Сила знает куда — навигаторы явно не стравлялись с синхронизацией огромного числа кораблей одновременно. Это плохо, Зиндж бы даже сказал еще резче: это очень плохо! При мысли, что надо будет перестраиваться из походного ордера в боевой, ему вообще становилось дурно: тут была лишь одна надежда — джедаи и их таинственная Сила, с возможностями которой Зинджу удалось познакомиться довольно хорошо! Предвидение, предсказание того, что может произойти еще до того, как это будет иметь фатальные последствия… еще много чего, кажущегося пока малополезным: просто, пока, никак не сообразил, к чему такие способности можно было бы приспособить. Но, как-то ведь удалось его шефу, вместе со своими собратьями, организовать нормальное походное построение из того дурдома, в котором пребывал флот перед отдачей приказа о наступлении! Может и сейчас удастся как-то разрулить возникшие проблемы?

Коммодор не мог сам чувствовать Силу, но использовать наличие на своей стороне тех, кто умел это делать, научился очень быстро. И еще быстрее он сумел оценить перспективы, которые открывала Сила в военном деле. С его теперешним покровителем… о, работая вместе с ними, Зиндж многое может сделать! Вот, кстати, набрался солидный пакет обработанной информации — пора идти к магистру Бейтсу на очередной доклад…

* * *

— Таким образом, Сто Тридцать Седьмая флотилия и отдельная эскадра «Гром» фактически не являются полностью боеспособными. Предлагаю переориентировать их на решение задач прикрытия боевых порядков флота. Понимаю, что это вызовет сбой в уже принятых к исполнению планах, но перспектива бессмысленно потерять оба этих соединения, видится мне еще более худшим вариантом развития событий.

Суун Бейтс слушал круглолицего, склонного к полноте низкорослого молодого офицера очень внимательно: парень явно говорил дело. Удачно он, в свое время, побывал на корабле его матери — один этот коммодор стоил, чуть ли не половины его штаба! Если бы остальные его подчиненные могли работать, хотя бы на четверть так же эффективно, Осколок КНС давным-давно остался бы в прошлом. Увы, довольствоваться следовало не планами и мечтами, а суровым реалом — как сейчас. Спрашивается, где были, и о чем думали штабы обоих «проштрафившихся» соединений, «потерявшие» по дороге свой «летучий тыл»? — Да, Зиндж абсолютно прав: без тыловой поддержки, материального и технического обеспечения — и тех и других хватит ровно на один хороший бой! А дальше потребуется неизбежное: ремонт повреждений, пополнение запасов топлива и догрузка истраченного боекомплекта до нормы. Позаимствовать что-то у «соседей»? — так из-за ограниченности пропускной способности гиперлейнов всем пришлось брать тыловую поддержку в обрез: им самим бы хватило. Между тем, коммодор обратился к Бейтсу с очередным вопросом…

— Господин Высший Генерал, есть ли хоть малейшая возможность как то подтянуть наши тылы? Телепатия… или, я не знаю — главное: удастся ли как то чуть лучше скоординировать движение армад?

— Вы считаете, что это настолько важно?

Суун не совсем понимал, чего хочет вояка.

— Да, господин магистр: отстали, прежде всего, тылы авангардных соединений — при серьезном столкновении с противником у них сразу же возникнут проблемы с поддержанием боеготовности! Разумеется, потери всегда неизбежны, но здесь дело в другом: Авангард может не выполнить своей главной задачи — связать противника боем, и дать возможность нашим главным силам беспрепятственно развернуть боевые порядки.

— Лишние потери?

— Порядка десяти процентов. Пусть это и не критично, но неприятно: как я понимаю, корабли нам потом еще понадобятся? — Показать «союзникам» хаттам границу, за которую им переходить совсем не обязательно…

— Вы правильно мыслите… коммодор.

Суун сделал небольшую паузу, которую парень понял совершенно правильно. Вон, даже порозовел от невысказанной вслух похвалы начальства. Полезный карьерист! — даже жаль, что у него уровень мидихлориан в крови находится на стандартном уровне. Впрочем, магистр Бейтс, в последнее время, несколько пересмотрел свое отношение к наличию, в будущем, у Республики мощной армии и военного флота. Так что, подобным Зинджу людям место в его личной «команде» найдется обязательно! Парень имеет хорошие мозги, и что еще важнее — умеет правильно ими пользоваться. Другой бы уже, получив вожделенные планки, просился бы стардестроером покомандовать — были в штабе и такие кадры. А этот четко старается быть там, где сейчас может принести больше пользы своему покровителю. И при этом, совсем не считает свое начальство «бестолковыми штафирками», как некоторые его коллеги. А уж высказанная коммодором мысль про использование Силы… — для неодаренного у парня просто великолепное чутье. Именно поэтому те, другие выдвиженцы так и не поднимутся по карьерной лестнице выше капитана корабля, а этот, если все пойдет нормально, после Лианны станет адмиралом!

Закончив доклад, коммодор собрался уже уходить, когда Суун приказал ему задержаться.

— Это пришло не по системе обычной связи… да, та самая телепатия, о которой вы упоминали. Если совсем кратко: несколько наших кораблей, на борту которых присутствовали джедаи, совершили аварийный выход из гиперпространства и были расстреляны превосходящими вражескими силами.

Зиндж задержался с ответом всего на мгновение.

— Где это произошло? Есть более точные данные?

Магистр пригласил коммодора к своему рабочему столу и активировал голопроектор. В воздухе повисла подробная карта нужного участка Перлемиана.

— Вот здесь, здесь и здесь. Два «Каррака» и один «Аккламатор» с ракетным вооружением.

Суун трижды ткнул пальцем в голограмму, указывая на примерные места, откуда вышли на связь погибшие джедаи.

— Авангард… похоже, что мы натолкнулись на развернутые боевые порядки сепов! Аварийный выход тоже имеет рациональное объяснение: были донесения разведки, что Сепаратисты работают над восстановлением утраченной древней технологии гравиколодцев. Если они, наконец, получили положительный результат, то эти аварийные выходы из гипера как раз и есть следствие использования гравиколодцев.

— Нам это грозит чем-то неприятным?

— Сомневаюсь: генеральное сражение, которое возможно завязать подобным образом, выгодно, прежде всего, нам. Насколько я помню старые наставления, сами носители гравиколодцев имеют ограничения по маневрированию: как только в местах их нахождения появится критическая масса наших кораблей, они просто уничтожат эти корабли — причем, даже вместе с их прикрытием, если сепы подобным озаботились.

— Ваше мнение, почему они выдвинулись к Абину?

— Отсутствие резервов, что называется: здесь и сейчас! Если позволите: Дальше, по Перлемианскому Пути, следом за Абином, лежит Колесо. — И, начинается гиперлейн, идущий от Перлемиана к Сай Мирту. Дорога прямо в тыл владений Техно Союза. А еще дальше — Колумекс, с его развилкой на Дорогу Наемников, и еще одной дорогой к Пространству Хаттов. Будь у КНС силы, которые смогли бы прикрыть эти транспортные артерии, нас бы встретили у Лианны — а через них наносили бы удары в тыл и фланги. Но у них нет свободных сил! Поэтому, вся их надежда — на жесткую оборону, и это хорошо: после того, как мы ее перемелем, можем нанести удар по их внутренним коммуникациям.

— А Лианна?

— А Лианна сама упадет нам в руки: для организации этой самой жесткой обороны, они наверняка заберут даже те корабли и войска, которые изначально предназначались для ее защиты. Кстати, это же будет верно для остальных миров Тионского кластера: как только сепы почуют, что им не удержать позиций, они начтут выгребать на фронт все, что только может летать…

Магистр Бейтс присмотрелся к своему собеседнику: парень явно предвкушал предстоящий триумф. Что же, если высказанные им соображения окажутся правильными и полезными, то Суун не видел причин, почему бы, не поощрить полезного подчиненного. В голове возник один вопрос, который джедай немедленно довел до собеседника.

— Что нам делать с возможной потерей управления?

— У нас будет возможность связаться с теми кораблями флота, что будут находиться в обычном пространстве — когда мы сами выйдем туда для корректировки маршрута. Дадим «стоп-приказ»: в качестве рубежей развертывания для каждой из армад назначим один из промежуточных маршевых рубежей. Все наши корабли, так или иначе, будут совершать выходы в реальное пространство для корректировки — приказ дойдет до всех. Даже если кто-то потеряет место в ордере — не страшно: просто переподчиним их, в качестве вспомогательных сил, к той из армад, которая к ним будет ближе всего. Все равно процент таких «заблудившихся» не превысит допустимого, зато мы сэкономим время. Предлагаю для развертывания в боевые порядки седьмой, девятый, десятый и одиннадцатый рубежи — наша собственная позиция будет на рубеже номер восемь, сюда же будем стягивать и «летучий тыл».

— Но, рубеж номер одиннадцать это уже сам Абин! Там как раз погибли корабли из нашего авангарда.

— Неизбежные потери: Первая армада должна будет связать боем силы Сепаратистов, пока Вторая и Третья развернут боевые порядки.

— А Четвертая, которой, как я понимаю, вы отводите рубеж номер семь?

— Она потребуется нам, чтобы развить дальнейший успех. Я думаю, что в этой схватке ребятам участвовать даже не придется — на их долю достанется Тион.

— Хорошо, ваши соображения кажутся мне весьма и весьма здравыми. Можете идти. Совещание командного состава через час — хотел бы видеть вас там…

Зиндж отдал честь и вышел из рабочего кабинета Бейтса. Джедай задумался: коротышка говорил дельные вещи. А еще, он будет молчать про то, кто на самом деле придумал тот план сражения, который на совещании Штаба, что соберется через час, озвучит он, Суун Бейтс. Для его собратьев настоящее авторство любых удачных планов — вещь совершенно не важная. Но, для вояк это вопрос самолюбия, вопрос престижа — способ доказать свое превосходство над коллегами, наконец. Бейтс заметил, что с тех пор, как он начал пользоваться теми советами и подсказками, которые давал ему Зиндж, его слово стало иметь, куда больший вес в глазах кадровых военных, чем раньше. Зависеть от кого бы то ни было, Бейтсу было неприятно — но здесь он был реалистом: быть одинаково успешным в любых областях деятельности никак не возможно! Умный человек тем и отличается от глупца, что не стесняется пользоваться услугами настоящих специалистов своего дела.

К сожалению, как выяснилось, вояки имели на этот счет собственное мнение. Да, никто не высказывал его вслух на каждом шагу, но… несколько надежных сторонников из числа джедаев, Суун вынужден был убрать с флота от греха подальше. Увы, возможность использовать Силу, как оказалось, не гарантировала личные успехи в изучении военного дела: кому то из собратьев армия была категорически противопоказана. Так же, как и они — этой самой армии. Как ни странно, убрав тех, кто уж совсем не совмещался с реалиями военной службы, магистр неожиданно заработал очки у кадровых вояк и командиров-клонов. А после того, как приблизил к себе молодого талантливого офицера, по имени Зиндж, и стал не просто прислушиваться к его словам, а действовать согласно этим предложениям — его авторитет на флоте резко вырос. Конечно, у Агена Колара, командовавшего Первой Армадой, или у Стасс Аллие, командовавшей Второй, военный опыт, пускай и специфический, был куда больше, чем у него. Про Ки Ади Мунди, возглавившего Четвертую армаду, даже говорить было нечего. Разве что Коулман К'Кай, принявший командование над Третьей армадой, имел боевой опыт меньший, чем у Бейтса. Однако, последнее время никто даже в мыслях не пытался оспорить то, что возглавляет флот именно Высший Генерал ВАР, магистр Суун Бейтс, а не кто-то другой! А «советчик» был достаточно умен, чтобы не выдавать собственных заслуг в том, что у шефа вдруг неожиданно открылся военный талант. Да, воистину — Зинджа Бейтсу послала сама Сила…

Так, ладно, идеи идеями, а на совещании надо обязательно послушать и мнение других старших офицеров. Если получится — связаться с Ки Ади Мунди: его мнение Бейтс тоже весьма ценил и уважал. Если не получится связаться обычным способом, с помощью техники, придется прибегать к помощи телепатии. Хорошо, что на борту «Батальона», кроме самого Сууна, было еще несколько других джедаев: телепатия не была сильной стороной магистра — почуять чужую смерть издалека, это еще не значит, что так же далеко удастся достать телепатическим Зовом. Бейтс активировал комлинк и вызвал первого из тех собратьев, с кем желал сейчас переговорить.

* * *

Матар Кереци потянулся за новой порцией фруктового сока, принесенного услужливым дроидом-официантом. Отдохнуть и немного расслабиться, а потом можно лететь и по другим адресам… что ж, он имеет на это право! Миссия, изначально отдававшая рутиной, оказалась не простой. Да что там говорить: просто провальной — Матар искал здесь до посинения, облазил вдоль и поперек чуть ли не всю планету, даже под воду к гунганам лазил. — Потраченные зря нервы и нулевой результат в итоге! Источник возмущения в Силе, характерный для необычайно сильного одаренного ребенка, пропал, как будто его и не было. Ладно бы это возмущение в Силе чувствовал — еще на Корусанте! — один только он. Нет, аномалию на Набу ощущали и некоторые другие джедаи, работавшие на Совет Первого Знания. Мнения в Совете разделились: одни считали, что ребенок один — а другие, что эхо в силе имеет рисунок, характерный для близнецов. Собственно, Матару и предлагалось разобраться с этим на месте. А заодно и уговорить его родителей, что место их чаду только в рядах джедаев. Что-что, а это Матар умел, причем — безо всяких глупостей, вроде майнд-трика, и иных фокусов — что бы там не говорили про Орден мерзкие лживые сказки. Здесь главное: правильно обрисовать родственникам перспективу для их ребенка, да и для самой семьи тоже. Впрочем, если родители уперлись бы, в Ордене все равно никто бы об этом не пожалел — выбор и так был достаточно хорош: на одном, пусть и талантливом, ребенке свет клином не сошелся. Тут дело было бы, скорее, в задетом самолюбии самого Воспитателя — что он не смог уговорить родню…

По официальным каналам никаких сообщений о рождении детей с высоким уровнем мидихлориан, на Набу, не поступало. Но, это ничего не значило: во время войны планета приютила множество беженцев. Не все из них прошли полную регистрацию. К тому же, и гунганы пока что ограниченно сотрудничали с Республикой и Орденом. В общем, источник возмущения Силы требовалось поискать. Для опытного поисковика и Воспитателя — не такая уж сложная задача. Тем обиднее было почувствовать, когда челнок Матара вышел из гиперпространства возле планеты, что цель его поисков в Силе просто пропала! Что могло случиться с ребенком, или детьми, на благополучной, имевшей прекрасное здравоохранение планете? Ну, пусть даже события происходили в одном из лагерей беженцев — набуанцы не бросали своих подопечных, которых они у себя приютили, на произвол судьбы: вероятность смерти младенца от болезни почти равна нулю. И, тем не менее, ничего кроме внезапной гибели, или — что хуже, — потери связи с Силой у ребенка, Матар Кереци представить себе не мог. Вариант, что родители вместе с ним просто покинули планету, он даже не рассматривал — тогда след в Силе никуда бы, не делся!

Но, что теперь сожалеть о прошлогоднем снеге? Надо просто отпустить от себя все эти сожаления… и браться за новые дела. Ему еще на двух планетах предстоит побывать: будем надеяться, что хотя бы там все обойдется без проблем…

Матар почувствовал несколько направленных на него внимательных взглядов. Настороженность, готовность к любым неожиданностям… — да, точно — чья-то охрана прочесывает невидимым гребнем открытую площадку престижного ресторана, уставленную небольшими столиками, расположенную в центре Тида! Похоже, охранники его опознали как джедая: внимание к Матару резко пропало. А вот и сами эти господа — одни, два, четверо! Еще интереснее, оказалось, обнаружить при внимательном «ощупывании» всего окружающего с помощью Силы, несколько размещенных тут и там, по окрестностям, военных патрулей. Синие доспехи… Сенатская Гвардия? Интересно, кого же это они тут пасут то?

Ответ на этот вопрос джедай вскоре получил: на площадку вошли, направляясь к одному из свободных столиков, две молодых женщины, которых сопровождали позолоченный дроид-протокольник тянущий детскую колыбельку, летящую на репульсорах, и дроид-астромеханик. Понятно… — как вообще, но мог забыть про неофициальный визит госпожи Канцлера к своим родным? — Ведь слышал же, что Канцлер Амидала собиралась взять недельный отпуск сразу после инаугурации. Дроиды наверняка принадлежали самой госпоже Канцлеру, а вот новорожденные детишки, лежавшие в колыбельке, наверняка были детьми ее сестры — Солы, кажется? Прогулка по Тиду, не иначе — другие немногочисленные посетители ресторана тоже узнали сестер: вон как смотрят. Но лезть к госпоже Канцлеру и ее сестре никто из местных не пытается — народ тут воспитанный и вежливый. Чисто ради интереса, Матар осторожно коснулся через Силу близняшек сестрицы Канцлера — ничего, обычные дети. Все же хорошо, что он тут все успел сделать — понаехавшая на Набу канцлерская охрана вряд ли дала бы ему свободно работать…

Джедай допил сок, встал, слегка поклонился обеим женщинам — и Канцлер, и ее сестра вежливо кивнули ему в ответ, опознав в нем рыцаря-джедая. Обменялся кивками с охранниками, и отправился к выходу из ресторана. Что же, хорошего понемножку — пора отправляться дальше, по делам.

* * *

Политическая борьба, в которую Падме с головой окунулась, чтобы забыть все случившееся ранее, закончилась совершенно неожиданно: ее выдвинули на пост Канцлера в числе нескольких других кандидатов. То, что «чрезвычайщина» не кончится ничем хорошим, Лорд-Протектор магистр Ордена джедаев Мэйс Винду понимал, как никто другой — именно он и выступил инициатором возвращения работы государственной машины в обычный режим. Все фракции Сената тоже успели закончить передел политического поля под текущие реальности: То, что Орден останется арбитром в делах общественной и государственной жизни, никого особо не напрягало — в условиях не законченной войны и общей нестабильности, иного трудно было ожидать. К тому же, господам сенаторам казалось предпочтительнее иметь в качестве партнеров склонных договариваться джедаев, чем какого-нибудь нового «Палпатина», который загребет себе власти еще больше, закрутив при этом все гайки. Нет, понятно, что защищать государство как-то нужно, и деньги для этого где-то взять необходимо. Поэтому, ни от армии с флотом, ни от доказавшего свою полезность в деле организации вертикали власти института моффов в Сенате уже никто отказываться не собирался! — Прошли наивные времена, когда политические идеалисты, вроде самой Падме, верили, что добрым словом можно решить любую проблему.

Поэтому первое, что реально сделал Сенат для наведения порядка, после неудачной попытки государственного переворота со стороны прежнего Канцлера, было распределение всех собранных в одних руках чрезвычайных полномочий. Прежде всего, из ведения Канцлера, а заодно и замещающего оного в его отсутствие Лорда-Протектора тоже, изъяли финансовые вопросы — передав их решение специальному сенатскому комитету. Понимая, что сформированная Палпатином административная структура без единоначалия работать не будет, моффов и их аппараты оставили в подчинении Канцлера. Тут преимущества наличия властной вертикали осознавали даже самые упертые сенаторы: хлынувшие в казну широким потоком налоговые поступления, были самым лучшим аргументом в данном вопросе. — Деньги многие ее коллеги любили куда больше демократии и свободы. А обладая местом в Сенате, организовать выгодные и хорошо оплачиваемые государственные контракты для своих сторонников — это любой из господ сенаторов умел хорошо. Впрочем, иные представители в него и не попадали — даже она сама не чуралась забот об интересах не только Республики в целом, но и своей «малой родины» тоже.

Ну а что бы господа моффы, наделенные огромными полномочиями, не теряли берегов, Сенат постановил воссоздать институт Лордов-джедаев. Для надзора и контроля положения на местах: предусматривалось двойное подчинение Лордов-джедаев — и Ордену, и Сенату. Собственно, как пост Лорда-Протектора — только труба пониже и дым пожиже. В Ордене к тому, что за чиновниками на местах требуется пригляд, отнеслись с полным пониманием, и достойных кандидатов в надзиратели и арбитры пообещали найти как можно быстрее. Неожиданное предложение внес Мэйс Винду: в связи с нехваткой джедаев, расширить права и возможности обычных генералов ВАР и флотских адмиралов. — А за джедаями оставить те же функции контроля, и использовать их как средство качественного усиления на решающих направлениях — все-таки, Сила есть Сила, и преимуществ тем, кто может ей пользоваться она дает, очень много. Лорда-Протектора горячо поддержал Генеральный Штаб, а так же профессиональные военные. Сенат колебался, пока против этого не выступило большинство Высшего Совета Ордена — где у Мэйса не было полной поддержки. — И все осталось так, как было.

А вот второе предложение Мэйса Винду, по поводу выборов нового Канцлера, нашло в Сенате полную поддержку и одобрение. Испуг от раскрытия заговора ситхов прошел, в Республике худо-бедно был наведен относительный порядок. Теперь народные избранники все чаще задавались резонным вопросом: почему во главе государства де-факто стоит джедай? — и, нет ли тут какого подрыва устоев Руусанской реформации? В общем, отставка Мэйса с должности фактического главы Республики была принята, но титул Лорда-Протектора Сенат за ним сохранил. Отчасти в благодарность за заслуги, отчасти — на случай новых осложнений — чтоб не надо было снова искать: на кого бы свалить решение возникших проблем! Ну и, обязанности контролировать работу нового Канцлера и республиканских военных, с него тоже никто снимать не стал. Магистр пожал плечами, но от предложенной чести не отказался — время было не то.

Время было не то… — какой изящный эвфемизм! Сам Орден, только недавно спасший народы Республики от возможного установления тирании, сейчас лихорадило. Разные фракции в Храме вели не видимую посторонним борьбу за то, каким путем должен дальше идти Орден. Результатом этой борьбы стало множество сломанных жизней и судеб — ее мужу эта борьба, в которой он даже не принимал участия, стоила жизни…

Падме отогнала от себя мучительное воспоминание. Да, хотелось верить, что Эни все же спасся, как ее пытались убедить Оби-Ван и Райден Дуку, но… — Амидала была реалисткой: будь он жив, непременно дал бы ей знать! Единственным темным пятном в этом отношении была очистка памяти Арту и СиТриПиО, которую — из самых лучших побуждений, с подачи Бэйла Органы — устроил им Грегори Тайфо. Откуда начальнику ее охраны было знать, что именно через них она обычно поддерживала связь с мужем? Благодаря Арту, старые данные удалось восстановить, но только частично — все записи о вызовах, на номера их комлинков, были безвозвратно утеряны. Разумеется, оставаться на Корусанте, если он остался в живых, Энакин не мог — не с теми из своих бывших собратьев, что желал ему смерти. Вроде того же Сууна Бейтса, которого Кеноби называл главным виновником осуждения и гибели — если он погиб? — ее мужа. Вообще то, на Набу не принято было оставлять смерть своих близких не отмщенной. Но именно сейчас, до господина Бейтса Падме добраться никак не могла — даже, несмотря на занятый высший пост в Республике: даже Канцлеру сложно что-то сделать с командующим одним из мощнейших флотов, собиравшихся за всю историю Республики. А то, что ее враг был еще и джедаем, только усиливало трудности. И уж совсем было плохо то, что Бейтс был не один, сам по себе — за ним в Ордене стояла мощная фракция, фактически контролирующая, сейчас, Высший Совет. Магистры Йода и Винду этого Бейтса не поддерживали, и, кажется, вообще едва терпели — но едва ли они поймут идею отомстить: это не по джедайски.

Хотелось надеяться, что хоть на фронте Суун Бейтс себе шею свернет. Правда, эта надежда тоже была слабой: семнадцать тысяч кораблей, собранных для похода на Тион, это не пустяк. Возобновлению войны сама Падме противилась так, как только могла — и до избрания Канцлером, и после этого. Но, переломить уже наметившуюся тенденцию не был никакой возможности: Сенат и часть Ордена были за продолжение войны до победного конца! Если Конфедерация, в лице Райдена Дуку, еще желала договориться — на любых достойных условиях, то убедить в этом собственных собратьев в Сенате ни Падме, ни кому другому не удалось. Война началась сразу, как только был найден достойный повод. Как ни странно, в деле опять отличились неймодианцы — судьба, что ли у них такая, вечно конфликты развязывать?

Кстати, сам ее выбор в качестве Канцлера был почти случаен: основные фракции в Сенате, в том числе и ее собственная, так и не смогли договориться. И, тогда один из бывших сторонников Палпатина — точнее, сторонник «сильной руки»: Шив Палпатин просто виделся тогда ему наиболее подходящим, в этой роли. — Так вот, этот господин, молодой политик-провинциал Ардус Кейн, предложил выдвинуть на пост Канцлера компромиссную фигуру, которая устроила бы все фракции. В конце концов, срок полномочий Канцлера ограничен — не справиться, или найдется более подходящая кандидатура — всегда можно заменить. Как ни странно, больше всех коллег устроила именно ее фигура…

Выборы, инаугурация… масса текущих дел, которые немедленно на нее свалились. — И, которые на порядок превосходили тот объем работы, которой ей приходилось делать, когда она занимала пост сенатора. Месяц ушел только на формирование аппарата. Военные дела Падме с чистой совестью сбросила, на широки плечи Мэйса Винду и на маленькую фигурку гранд-мастера Йоды — благо, Сенат ничего против этого не имел. Ей самой хватало головной боли от дел гражданских: Крайне неприятно было узнать, что идею возобновления войны с Конфедерацией в провинции не просто не поддерживают, а активно ей противятся многие республиканские миры. Они даже готовы были поставить вопрос о собственном выходе из состава государства! Вникнув в суть проблемы, Падме ужаснулась: налоги и подати со всех собирались исправно и вовремя — а защиты от безмерно расплодившихся пиратов и произвола межзвездных монополий у миров в провинциях не было совершенно никакого. Дошло до того, что многие миры из Внешнего Кольца, и из Среднего Кольца предпочли заключать договоры о взаимной безопасности с мирами, оставшимися в составе КНС! — Как ни странно, правительство Конфедерации на Раксусе этому не только не мешало, но даже поощряло свои отдаленные анклавы к таким шагам. На Корусанте всего этого старались не замечать, но в скором времени происходящие процессы сулили нешуточные проблемы: в конце концов, война имела изначальной причиной именно немотивированные финансовые поборы! Тогда Республика тоже захотела не заработанных ей денег, и даже получила их — а теперь они все расхлебывают последствия данного решения. Нет, за защиту никто платить не откажется! — но, именно за защиту, а не просто за красивые глаза корусантских политиков. — И, тем более, никто не станет платить просто за абстрактную «демократию» — особенно, когда твоей жизни и имуществу угрожают бандиты, а верховной власти на это наплевать.

Падме попыталась донести эту мысль до Сената, но понимания не встретила: все уже были настроены на разборку с «Осколком КНС». Магистры Йода и Винду тоже только руками развели: Высший Совет проголосовал за возобновление военных действий большинством голосов — им оставалось решению большинства только подчиниться. Поняв тщетность своих усилий, Амидала решила сделать перерыв в работе. Отдохнуть, но с пользой: совершить несколько визитов на важные республиканские миры — себя показать и с народом поближе пообщаться. Заодно, по дороге, сделала несколько заявлений для прессы — с призывами к диалогу, компромиссу и примирению. Как показали опросы, ее выступления были встречены гражданами положительно: большинство воевать снова не хотело никак.

Между тем, война началась как-то буднично и незаметно. Даже заявление с требованиями к руководству КНС зачитала в эфире не она сама, а уполномоченный ей и Сенатом Мес Амедда. Краткое напутствие войскам сказать все же пришлось — должность обязывала! — Правда, и тут Падме осталась верна себе: в выступлении было больше призывов к миру, чем пожеланий уничтожить «ненавистных сепов». Само обращение Амидала делала с Нубии — стратегически важного мира, расположенного у развилки Кореллианского Торгового Пути, — в прямом эфире ГолоНета. Хвала Силе, вся эта предвоенная лихорадка обошлась без нее: смотреть в глаза людям, отправляемым на смерть из-за чьей-то глупости и жадности, было выше ее сил. Чтобы как то успокоить нервы, Падме решила сделать небольшой перерыв в работе — и посетить, наконец, родной дом. Неофициальный визит: она даже с королевой встретилась только в частном порядке — про какие-то общественные мероприятия и разговора не шло. Хотя, несомненно, сограждане не поскупились бы, что бы организовать для своей бывшей королевы роскошный прием. Три дня, проведенных вместе с семьей, пролетели как одно мгновение — зато она снова увидела маленьких Люка и Лейю! С детьми все было в порядке. Впрочем, ожидать чего-то иного от сестрицы, и без того вырастивших двух прекрасных дочерей, было невозможно — детей та любила самозабвенно. После недолгих раздумий, Падме все же одела близнецам те амулеты, что сделали для них по предложению Райдена Дуку: узнавшая про артефакты Сола, сестру в этом горячо поддержала — перспектива, что за младенцами когда-нибудь приедут джедаи, ее не радовала. Да и сама Падме совсем не хотела видеть детей там, где сломали жизнь, и даже вероятно приложили руку к смерти их отца. Кем бы там ни был младший Дуку, но Оби-Ван ему полностью доверял — а для Амидалы его мнение много значило: лучше такой способ защиты, чем ничего. Только перестав, наконец, беспокоиться о детях, Падме Амидала Наберри, Великий Канцлер Республики, могла с чистой совестью вернуться на Корусант, к исполнению своих непростых обязанностей…

* * *

Пока летишь до своего «дома», хотя трудно называть домом боевой корабль, есть время подумать и пофилософствовать. Последним Кен Старкиллер, в прежней жизни, заниматься не слишком любил. Зато теперь для философии имелось слишком много свободного времени, да и причин для размышлений о бренности бытия было — хоть отбавляй. Жизнь профессионального солдата: несколько мгновений адреналинового шторма в крови, и унылая рутина — на все остальное отведенное тебе в жизни время. В Ордене, как ни странно, было совсем наоборот: адреналин из ушей тек, чуть ли не постоянно, а рутинная обыденность из-за этого, по ходу, почти не замечалась. Чего уж там говорить, веселая была жизнь, жаль только, что закончилось все так плохо. Зато вот появилась возможность и, даже, необходимость — почаще включать мозги, не полагаясь на чью-то безмерную мудрость. Мысли, приходившие от этого в голову, были временами странные и страшненькие: Кен даже и не думал, что в его собственной голове могут обитать такие вот мозговые черви-паразиты. А еще, после «той» жизни, приходилось заново учиться делать самые доступные прежде вещи: Пользоваться Силой, воевать, не полагаясь больше на Предвидение… — да многое еще, чего.

Это, наверное, как после выздоровления от тяжелой, почти смертельной болезни. Той, что не убила, но забрала здоровье и силы. Когда выздоровевшему больному снова приходится учиться ходить, что-то делать руками… и каждое, даже самое легкое, движение вызывает в теле боль и быструю усталость. Или, если брать еще круче: ты полностью ослеп — твое тело так же гибко и ловко, руки способны гнуть пласталевую арматуру без усилия, но… ты калека, практически не способный к нормальной жизни, как все остальные. Тебе остается разве что жалость и милость других, тех, кто могут! — в отличие от тебя…

Нет, с жалостью к самому себе Кен покончил еще там, в «уютной» камере, расположенной где-то в глубинах Храма. Да и весь лоск орденского воспитания и образования так и не выбил из него татуинскую закваску: на проклятой родине тех, кто не мог самостоятельно подняться после сокрушительного удара судьбы, обычно просто закапывали в песок. — Это, как раз, и была жалость по татуински. К тому же, Кену приходилось слышать истории про то, как ослепшие люди удачно компенсировали недостаток зрения работой других чувств: слуха, обоняния, осязания. И умели, потом, прекрасно обходиться даже без «костылей» в виде бионических имплантов, которые могли бы вернуть им снова способность видеть. Сейчас с ним произошло примерно, то же самое: слабенькое ощущение чего-то такого, что всегда стоит у тебя за плечами — жалкая пародия на тот спокойный бесконечный океан Силы, что всегда был с ним рядом. Не умеешь, как следует, «чуять» Силу — не берись работать с ее потоками, даже если и знаешь, как это делать! Ты ведь сам вбивал в тупые головы малолеток-юнлингов эту мысль, когда тебе доводилось проводить уроки для молодняка, не так ли? Тебя тоже учили, что если нет Чувства, то никакой Контроль не поможет, если попытаешься что-то с помощью Силы Изменить: ответ будет немедленным и жестоким — и хорошо еще, если заденет только тебя одного. Наставники не жалели слов, рассказывая разные давние бывальщины и страшилки, про тех, кто вообразил себя самыми умными и всемогущими. Большинство этих историй даже были правдивы, а те, что говорили не всю правду, лишь только избавлялись от излишне кровавых, по мнению наставников, подробностей. Был, правда, еще Улик Кель-Дрома, который не вписывался ни в какие правила и наставления. Но, опять же, Улик тоже закончил совсем не хорошо… — да что там: ты же сам был возле его гробницы, и даже говорил с его Призраком Силы! Та встреча затерялась в череде событий, но память о ней осталась. Интересно, когда с радостью ухватился за возможность научиться необычным техникам использования Силы у Райдена Дуку — это был просто так, обычная жажда новых знаний? А может, где-то в голове все же всплыла тень того воспоминания? Или сама Сила просто подтолкнула его немного, дав возможность узнать, как можно, при случае, обходиться вообще без «глаз»?

В особую милость Силы легко было поверить, вспоминая свой дерзкий и удачный побег: вместо смерти от бомбы киллеров — свобода и новая жизнь! Сейчас, снова научившись использовать Силу, пусть и весьма замысловатым, с точки зрения бывших наставников из Ордена, способом, Кен отчетливо осознавал, что в тот момент не прикончил сам себя исключительно в силу невероятного везения. Да, повезло то, тогда повезло, только вот «жить» все равно пришлось учиться заново. Ну, не подходили его прежние навыки работы с Силой, ставшие уже чем-то вроде условного рефлекса у дрессированного циркового животного к тому, как те же самые «трюки» приходилось выполнять сейчас. Скорее, старые навыки просто мешали: пару раз Кен чуть было не потерял контроля над Стихиями, пробуя работать с ними так же, как до этого работал непосредственно с Силой, напрямую. Хорошо еще, что дело было не на «Кулаке Хедона»: хорош бы он был, разнеся полкорабля в дребезги! — А так, ну снес пару скал, или кусок джунглей обратил в пепел — кому какое до этого дело, если там никто из разумных, близко, не обитал?

Как ни странно, но в не такой уж и большой мирок «Фурий Тайтона», где все друг друга знали, Кен вписался на удивление хорошо. Новые соратники ценили в товарищах верность команде и умение воевать, и не имели привычки лезть никому в душу. Сам Кен, пройдя придирчивый отбор в глазах высших офицеров «Фурий», все больше и больше привлекался разработке новых операций флотилии. Кажется, товарищи по службе все же поверили до конца рассказанной легенде, о его прежней службе во флоте Торговой Федерации. Старкиллеру в душе было приятно, что профессиональные солдаты сами приняли его за такого же профессионала, пусть и работавшего ранее в несколько иной нише, вне сферы их «бизнеса». И теперь его непосредственный командир. Джак Ордо, все чаще отправлял вместо себя Кена, когда руководству флотилии приходилось планировать новые операции. С последней работой «Фуриям» повезло, и их флотилия сильно расширилась за счет трофеев — корабли были, в основном, легкие, но все равно: тридцать семь вымпелов это не двадцать! Вообще, у них удачно получилось поучаствовать в зачистке секторов Сенекс и Дживекс от разной сволочи, мешавшей жить нормальным людям — немалая доля в этом принадлежала и Кену. Предлагавшиеся им планы были дерзкими и необычными, что признавала даже Майара Поквисс, считавшаяся у «Фурий Тайтона» лучшим стратегом. Само исполнение этих «необычных и дерзких» планов, которое на флотилии обычно как раз и поручали тому, кто эти планы предложил, тоже не вызывало у товарищей нареканий. Когда было нужно — Кен держался на командном мостике, требовалось иное — вел в бой эскадрильи истребителей, или лез, во главе абордажных партий, на штурм какой-нибудь космической станции. Собственно, последняя их успешная операция, по зачистке Развилки Кассидо, разрабатывалась именно с его подачи — и сам же Кен осуществлял координацию действий «Фурий Тайтона» с местными силами самообороны сектора Дживекс. Их наниматель, лорд Вандрон, таким образом, оказал военную помощь своему союзнику, лорду Гароннину. Посмотрев на местных вояк, Кен вынужден был признать, что помощь пришла весьма своевременно: если с экипировкой и оснащенностью у воинства лорда Гароннина было все в порядке, то вот с выучкой и организацией была беда. Хотя, как оказалось, если нерадивых господ офицеров взять за горло — часто в самом прямом смысле этого слова! — то эффективность местного воинства могла становиться очень даже неплохой.

Желая разобраться с инсургентами, слишком похожими на бандитов, и бандитами, которые даже под «борцов за свободу» маскироваться не видели смысла, местные власти старательно закрывали глаза на подобные «эксцессы». Для правительств, конечный результат был важнее чьего-то ущемленного самолюбия. А как раз результат «Фурии Тайтона» обеспечили такой, какой был им нужен. Нет, кое-кто из представителей местной знати, воспринимавших флот сил самообороны как что-то вроде синекуры, пожелал было отомстить «зарвавшемуся наемнику». Результатом стали три дуэли в тапанийском стиле, и двое ликвидированных Кеном охотников за головами, взявших на него «заказ». Если все дуэлянты, в итоге, остались в живых, то вот к «заказчикам» охотников Старкиллер не поленился наведаться лично, в то время, пока флотилия проводила ремонт и техническое обслуживание, выполнив задание. Конечно, наемники привыкли относиться к своей безопасности достаточно, трепетно: подстава со стороны нанимателя традиционно считалась одной из самых неприятных вещей, которые только могут случиться с вольными бойцами. — При любых «наездах» местных, спуску тем не давали. Но, даже товарищи посчитали, что Кен немного перегнул палку с местью… и вообще, сносить генераторы щитов чужого особняка чем-то иным, кроме мобильной турболазерной пушки или тяжелого дисраптора, у наемников считалось неприличным! Кое-кто сразу вспомнил, что их товарищ вроде как обучался, некоторое время назад, в Ордене джедаев. Впрочем, как раз об этом разговоров и сплетен не пошло: Кто-то любит картины в свободное от войны время рисовать, кто-то лепить керамику… — ну, подумаешь, парень иногда умеет Силу применять — хобби у него такое, что тут странного? Да, но репутация отморозка у Кена появилась…

Привычный нырок под вытянутые вперед «надкрылья» «Саваофа», мягкое теплое свечение открытых ангарных ворот — а потом и сам небольшой, уютный и знакомый до мелочей ангар «Кулака Хедона». Когда Кен поднялся в кают-компанию корабля, его там уже все ждали.

— Ну, куда нас кинут на этот раз?

Вопрос Лотто Даска встретил Кена еще у дверей: старый виквай не имел привычки тянуть банту за хвост — начиная с самых важных новостей.

— Эрн. Кто-нибудь слышал раньше про эту дыру, или бывал там?

— А чего мы там забыли? Где сектор Грумани, и где мы? — и еще: насколько я знаю, Эрн вообще-то стоит за Сепаратистов! Чего там забыл лорд Вандрон и его союзники?

Виквай, как он это делал часто, ответил вопросом на вопрос. Джак Ордо кивнул, подтверждая вопрос инженер-механика. Все остальные с любопытством ждали ответа.

— Если говорить вкратце, то до наших нанимателей наконец-то дошло, что в одиночку с разросшимся за последнее время бандитизмом им не справиться. Всякой вооруженной публики, живущей грабежом и вымогательством, в последнее время стало слишком много. Лорд Вандрон сумел договориться о взаимопомощи с лордами сектора Тапани. А поскольку этого маловато, то новые союзники решили попытать счастья еще и с теми, кто по-прежнему поддерживает Сепаратистов, но не воюет против своих соседей-республиканцев: бандиты то достают всех, без разбора, кто под каким флагом ходит!

— Ну и как, договорились?

Это уже не утерпел Тайрон Вес, их главный «канонир».

— Как ни странно, да! Внезапно оказалось, у того же Техно Союза «терки» с Корусантом, а не с хозяевами секторов Сенекс, Дживекс или Тапани. Точно так же вышло, и с «Корпоративным Альянсом» и «Коммерческой Гильдией». То, что у Республики с КНС сейчас вроде как опять война, ничуть не помешало обычным звездным системам и корпорациям, как с той, так и с другой стороны конфликта, «на местах», заключить что-то вроде пакта о взаимной обороне. Вот в рамках этого пакта мы сейчас и летим в сектор Грумани.

— А что известно про то, с чем нам придется у Эрна столкнуться?

Как всегда, капитан Ордо видел суть проблемы. Поскольку здесь были все свои, Кен не стал ходить вокруг и около, описав предполагаемые расклады.

— «Мародеры Хамара», «Стрелки Чурхи» и «Броненосцы Дай-Арахха» — кто и что про этих ребят раньше слышал?

Как всегда, самым осведомленным в команде был виквай.

— Про «Стрелков» в первый раз слышу. А «Мародеры» и «Броненосцы» те еще засранцы. «Мародеры Хамара», насколько знаю, шалили на просторах Юго-Запада еще до начала большой войны. Сформированы были как силы самообороны, где-то в секторе Варада, еще чуть ли не во времена Старка и его картеля. Ушлепки быстро поняли, что брать деньги «за защиту» это одно — а то, что эти взятые деньги надо обязательно честно отрабатывать — совсем другое. Особенно, если у тебя есть бластеры и корабли, а у остальных с этим туго. Проще говоря, вместо честной военной службы уроды занялись обычным рэкетом. Я слышал, что на этой почве, перед самой войной их неплохо потрепали войска Корпоративного Альянса. В результате, эти «обиженные» нанялись на службу к Республике, хотя КНС небрезгливым наемникам платила куда более щедро. Принимали участие в обороне сектора Сесвенна, уцелели и неплохо на этом деле поднялись… — в целом, несмотря на репутацию, очень серьезный противник! То же самое и с «Броненосцами Дай-Арахха»: Репутация у них еще хуже, чем у «Мародеров» — в послужном списке и участие в геноциде, и пиратство, и много еще чего, для нас не особо интересного. А интересно в них то, что они, последнее время, были на подхвате у Дома Тагге — их обычно использовали для таких делишек, в которых свои собственные войска Тагге марать не хотели…

— Спасибо, Лотто.

Кен посчитал, что этих сведений сослуживцам пока хватит, чтобы получить представление об их будущей работе.

— Если никто не возражает, то я продолжу. Итак, если совсем коротко: после установления перемирия, кое-какие влиятельные компании из Центральных Миров, и примкнувшие к ним господа с Эриаду, решили прибрать к рукам плохо лежащие сеповские миры. Тут, на Юго-Западе — благо, от Эриаду недалеко: можно надежнее проконтролировать процесс передела собственности. Разумеется, не все планеты и звездные системы подряд, а те, что обладали какими-нибудь ценными ресурсами. Желательно, при этом, чтобы эти самые миры были не очень хорошо защищены — это изрядно упростило бы возможность захвата ценного имущества. Поскольку вроде как официально действовало перемирие, привлекать даже вспомогательные части Республики, не говоря уже про ВАР, было невозможно. Но это препятствие обошли, пустив в дело наемников с не самой лучшей репутацией. Схема была выбрана простая: Находятся местные «патриоты», которые осуществляют, с помощью агентов состоящих в соглашении корпораций, государственный переворот. Поскольку жителям этих миров «революционеры» вряд ли понравятся, для поддержки «борцов за свободу» выделяются надежные наемники. Разумеется, начинается гражданская война. После пары-тройки месяцев активных боевых действий, зачистив мир и от активных сторонников КНС, и, зачастую, от своих фиктивных «нанимателей» тоже, наемники просто передают его своим настоящим хозяевам. На «гражданке» подобная штука в бизнесе называется: рейдерский захват собственности — но там ее, обычно, стараются провести без стрельбы и вовлечения в процесс посторонних. А в данном случае стрельба — главный двигатель процесса: чем быстрее идет «выпиливание» из него «лишних» участников, тем более гладко он идет. Местные жители… ну, мнение местных корпорантов если и интересует, то в самую последнюю очередь. Как я уже сказал, главное — выпилить всех лишних, по мнению руководства корпораций. Потом можно приходить туда самим, и делать вид, что они «наводят порядок» и вообще, народ спасают. В результате все вроде бы довольны: местные получают избавление от кровавого кошмара, корпоранты — доступ к вожделенным ресурсам, а бандиты — свой кусок награбленного, да еще и премиальные. Но с Эрном у них не проскочило…

Джак Ордо перебил Кена, высказав вслух свои сомнения.

— У «Мародеров» было больше сотни вымпелов, а у «Броненосцев» — немногим меньше кораблей. У «Броненосцами Дай-Арахха» еще и наземные войска были развернуты, силами до механизированной бригады. Разумеется, если наши разведданные не сильно устарели: с точностью всегда есть проблемы. Кстати, про «Стрелков» сообщали, что это усиленный полк, натасканный на контрпартизанских действиях.

Кен только пожал плечами, продолжив рассказ.

— «Броненосцы» первыми и высадились на Эрн: тогда Тагге еще считали, что смогут управиться собственными силами. Может, у них бы и получилось, но кто-то уцелевший во время переворота, из старого руководства планеты, успел попросить помощи у Техно Союза, с которым у них был договор.

Лотто опять влез с комментариями.

— Техно Союз решил помочь своим клиентам? Они, кажется, даже Мустафар у джеонозианцев отбить не в состоянии: Гизор Деллсо как там рулил, так и продолжает рулить — а это куда более ценный приз!

— За Мустафаром и его теперешними хозяевами стоит Гривус… а этого просто так не возьмешь! Ну да ладно, это к делу не относится…

Кен сделал паузу, а затем продолжил.

— А за Техно Союзом стоит Конфедерация Независимых Систем: если у Уота Тамбора и не хватило собственных войск, то у Райдена Дуку их оказалось достаточно — к Эрну пришла тионская эскадра. Вот эта самая тионская эскадра «Броненосцев», вместе с их наземными войсками и силами коллаборационистов, разнесла в пух и прах. С Эрна убралась едва половина, из всего начального состава — тяжелую технику им так вообще пришлось там бросить.

— Если так, то зачем там мы?

Джак вопросительно посмотрел на Кена, словно извиняясь за то, что опять того перебивает.

— Пойми, Кен, я отлично знаю, какова штатная численность флотской эскадры полного состава у тионцев: Они разом сожрут и «Броненосцев», и «Мародеров», и этих «Стрелков Чурхи» — и даже не подавятся!

— Ты ничего не забыл, кэп? — «Мародеры» и «Стрелки» все еще числятся ауксилариями ВАР… — а у нас тут снова началась война между Республикой и КНС.

— И, что это меняет?

— Да вообще все! — Тагге и дельцам с Эриаду на своих наемников плевать: больше побьют, меньше денег платить. Но, раз они могут прикрыться флагом Республики, то есть очень большая вероятность того, что с Корусанта прикажут вмешаться, в эту разборку, уже республиканскому флоту. Позволь теперь спросить: кто у нас лорд Вандрон?

— Черт… вообще то, наш наниматель всегда стоял за Республику.

— Вот именно! Теперь смотрите, какой финт ушами, достойный любого гунгана, сделали лорд Вандрон с друзьями, и их новые союзники из КНС: Официально, в предстоящей операции, тионцы будут переданы в наше подчинение! — Не будет там никаких таких «сепаратистов» — будут только жители Эрна, попросившие помощи у лорда Вандрона в очистке своего родного мира от захватчиков…

— Ловко, и ведь не прицепишься: Вандрон важная птица, и влияние на Корусанте имеет немалое! — Таало Этав, их корабельный врач, только покачала головой.

— Ну да, поэтому Закар Раззард примеривается к роли номинального главнокомандующего. А меня направляют к тионцам — для координации действий. Так что, Рани пока придется опять взять наших летунов на себя: абордажных схваток у нас не предвидится — если что, «мясорубку» берут на себя тионцы. Им дроидов не жалко. Истребительный заслон — совсем другое дело.

В кают-компании завязался оживленный разговор. Народ старательно обсуждал все плюсы и минусы от данной работы. Пока что, выходило скорее хорошо, чем плохо. А дальше? — а дальше может быть всякое: жизнь наемного солдата дело беспокойное…

* * *

Зиндж давно уже потерял возможность хоть как то повлиять на события, оставаясь простым зрителем, наблюдающим работу чудовищной военной машины со стороны. Штаб главнокомандующего, на его взгляд, занимался просто удачной имитацией бурной деятельности, в вящей радости своего шефа. Что бы там не воображал себе Суун Бейтс, сейчас его власть не распространялась дальше внешней обшивки флагманского дредноута. Управление флотом было потеряно два дня назад, еще до того, как им самим пришлось вступить в бой: сепы просто забили всю связь республиканского флота! Как им удалось подобное, это уже совсем иной вопрос. Для тех, кто сражался, сейчас, возле этого чертова Абина, наличие или отсутствие нормальной связи означало выбор между жизнью и смертью. Иногда связь все же восстанавливалась, ненадолго. Наверное, исключительно для того, чтобы донести до них список текущих потерь: никакие попытки республиканского командования организовать общее управление, так и не принесли результата. Если на уровне эскадр или флотилий корабли Республики еще как то могли поддерживать «локтевую связь», то управлять оперативными соединениями, или, тем паче, «линейными» флотами уже было практически невозможно. Армады… они превратились просто в россыпь отдельных флотов и оперативных групп. Разве что держалось теперь все это близко друг от друга: подтянулся даже арьергард, первые корабли которого тоже вынуждены были вступить в бой. Флот Республики вроде бы и давил на сепов, но исключительно своей массой. Вместо четкого, выверенного строя боевых соединений — просто большая толпа кораблей!

Что самое обидное: по докладам с постов наблюдения флагмана, сепы подобных затруднений с координацией своих действий совершенно не испытывали. В результате чего, кажется, успевали всюду и везде, в отличие от кораблей Республики. Создавалось даже ложное впечатление, что в какой-то момент Сепаратистов стало больше, чем их самих! Может, это и было приятно для самолюбия иных офицеров флота Республики, медленно проигрывающего «по очкам» схватку, но для себя Зиндж четко вычленил главную причину неудачи. Кто там уверял, что все проблемы с превосходством сепов в системах связи, а так же в способах ее подавления, уже решены? Даже сверхмощные приемопередающие комплексы связи «Батальона» не могли пробиваться через хаос сеповских помех в эфире! Зинджу на миг стало интересно: что там такое вообще могли сделать, чтобы так качественно и с размахом «убить» чуть ли не все республиканские каналы связи?

Сначала коммодор не придал этому серьезного значения: при большой концентрации сил, Сепаратисты не могли полностью лишать флот Республики связи — точнее, им никогда не удавалось сделать этого раньше. Дело даже не столько в каком-то особом методе электронных мер противодействия, нет — сепам всегда приходилось убирать свои глушилки из-за того, что те мешали им нормально управлять тучами дроидов-файтеров. Но, это было раньше. Как оказалось, тионцы полностью поменяли рисунок боя: теперь главную нагрузку в сражении несли не мелкие дроиды, а крупные корабли, сражающиеся в едином строю. Там, где координировать в реальном масштабе времени пришлось не миллионы, а всего лишь тысячи объектов одновременно, собственная РЭБ уже не казалась досадной помехой. А что же дроиды-файтеры? — они тоже вовсю участвовали в бою, только — исключительно на роли вспомогательного средства! Отражать атаки республиканских истребителей и бомбардировщиков на собственные корабли-носители, или прикрывать спины живым тионским пилотам, которых у сепов оказалось на удивление много, — для этого «мозгов» у «Стервятников» или «Три-Файтеров» хватало и без использования Станций Управления.

После того, как Зиндж это осознал, он не мог сначала представить себе: чего пытается добиться командование врага? Собранная из разномастных сеповских кораблей чуть ли не монолитная «фаланга», о которую раз за разом разбивались волны республиканских атак, — это, конечно, здорово. Ничего удивительного, что тионцы растрепали и превратили в тень армаду республиканского флота, шедшую в авангарде: остатки кораблей магистра Колара полностью растворились среди второй и третьей армад. Судьба самого Агена Колара была не известна, как, впрочем, и судьба многих других генералов и адмиралов из его армады. Мать… адмирал Маариса Зиндж, так же, как и ее «Возмездие», тоже числились в графе: «Пропал без вести». Иногда коммодору казалось, что ему было бы легче услышать о гибели мамаши — родительница достаточно попортила своему сыну крови! Но, осознание истинных последствий этого самого «погибла», резко отбивало желание подобного конца. Нет уж, пусть лучше будет, что ее «Венатор» просто не может выйти на связь с верховным командованием — и он где то там еще воюет, бьется с сепами. Так же, как и многие другие молчащие корабли Республики: чем больше набирается против строя тионцев республиканских кораблей, тем скорее это количество перейдет в качество. При соотношении даже два к одному, они неизбежно продавят этот монолитный строй врага. Есть некий порог, когда количество и мощь турболазеров, сосредоточенных на небольшом клочке пространства, пересиливает мощь генераторов дефлекторных щитов. И у сепов начнут выбивать из строя один корабль за другим. Даже при отсутствии нормальной связи: на работу прицельных компьютеров и сенсорных полей дестроеров и крейсеров, сеповские системы РЭБ не влияли — и прицельные системы у республиканских кораблей считались лучшими, чем у их противников. Преимущество будет, чем дальше — тем больше: пока их «фалангу» просто не порвет в клочья. Другое дело, что тионские адмиралы тоже должны были это прекрасно понимать!

Размышления над возможной стратегией командования флота КНС, заводили коммодора в тупик: какая-то, очень важная, часть информации была ему недоступна — отсюда и неспособность сделать хоть какой-то надежный прогноз на будущее. Между тем, явно посчитавший, что больше пока не нуждается в услугах своего подчиненного, Высший Генерал Суун Бейтс развил бурную деятельность: против «щита» из кораблей Сепаратистов был сформирован настоящий «таран». Остатки армады Агена Колара, дополненные оперативной группой, собранной вокруг «Батальона», с флангов подпирали армады магистров Ки Ади Мунди и Стасс Аллие. Впрочем, понятие «центр» или «фланг», по отношению к сосредоточенной возле Абина массе республиканских кораблей, было не совсем применимым. Скорее, речь следовало вести о «глубине» и «ширине» того пространства, что занимали главные силы флота вторжения. К счастью, очевидно помня о словах Зинджа — относительно дальнейшего развития успеха, Суун Бейтс удерживал, пока, в тылу еще одну армаду флота. С точки зрения Зинджа, лучше бы это была армада, которую возглавлял Ки Ади Мунди: против магистра Коулмана К'Кая он ничего не имел, но из всех высших генералов-джедаев тот был самым далеким от дел военной службы разумным. В отличие от всех прочих джедаев, старый цереанин был настоящим ветераном, начавший успешную военную карьеру еще задолго до этой войны. Честно говоря, коммодора даже немного удивляло: почему командование флотом вторжения не доверили именно ему? — только, кто он такой, чтобы обсуждать решения первых лиц Ордена…

Ладно, хотя бы благодаря наличию на кораблях кучи джедаев, неплохо владеющих навыками телепатии, удалось хоть как то наладить общее взаимодействие. Да и Ки Ади Мунди повлиял на Сууна Бейтса самым положительным образом, сумев уговорить того, чтобы он передал ему непосредственное управление, всеми перестроениями кораблей — оставив за собой общее руководство. Хотя, какой из Бейтса стратег, Зиндж уже имел возможность лично убедиться. Как он подозревал, Ки Ади Мунди пришел примерно к такому же выводу. Беспокоило неожиданно большое количество кораблей, которое обнаружилось в боевых порядках сепов — шесть тысяч вымпелов. У них самих сейчас в боевой линии было около девяти… — почти три тысячи боевых кораблей сгинуло в бою, как их и не бывало! Если принять за данность, что у тионцев были примерно такие же потери, то общее число их кораблей уже подходит к двойной отметке от того количества, от которого они планировали сражение. Это не просто плохо, это очень плохо! — тут одним простым «разменом фигур» можно ничего не добиться. А ведь где то там есть и хаттский флот вторжения, приготовившийся откусить свою долю от «тионского пирога», которую ему так неосмотрительно пообещали, от имени Республики.

Однако, что же все-таки им делать дальше, если данные сканирования пространства, снятые с сенсорных полей «Батальнона», не врут? Магистр Бейтс вон, вознамерился влить в общий строй еще и армаду Коулмана К'Кая — явно надеясь задавить противника числом. Джедай-цереанин возражал, но Бейтс сумел привлечь на свою сторону и Коулмана К'Кая, и Стасс Аллие — и Ки Ади Мунди сдался. Разумеется, самого Зинджа на это совещание не пригласили даже как эксперта — он всего лишь имел возможность наблюдать, чем все это закончиться, на адмиральском мостике «Батальона», в числе остальных высших чинов штаба флота. Итак, сейчас закончатся последние перестроения, и весь флот — теперь уже целиком, пойдет в новую атаку. Последнюю ли?

* * *

Феланил Баакс сунул в руки магистра Винду маленькую пирамидку голокрона, сделанного, словно из вулканического стекла, — как будто артефакт жег ему руки. Даже предварительный просмотр содержания одного интересного инфочипа не подготовил его полностью к тому, что он узнал из этого хранилища информации, созданного по ситхскому образцу.

— Кто дал тебе эту штуку, Мэйс?

— Извини, сначала мой вопрос: оно что, в самом деле, будет работать?

— Да! Или ты что, считаешь, что нам прислали просто компьютерную анимацию, а не настоящую голозапись?

— Скажет так: мне очень хотелось бы в это верить… но, раз ты говоришь, что это серьезно…

— Черт, Мэйс! — вы, твари, убили Тиаана всего лишь по одному подозрению вот в чем-то таком же! Хотя то, что он нашел, даже близко с этим ужасом не стояло! А сейчас ты сам мне даешь описание…

— Феланил, пожалуйста, успокойся! Да, Тиаан… это была наша ошибка: Темная Сторона закрыла нам взор. Мы виноваты. Но жизнь на этом не кончилась — у всех у нас есть долг, от которого мы не сможем освободиться до конца нашей жизни. Пока мы хотим, чтобы нас называли джедаями, а не кем-то другим.

Наконец, джедай-дурос справился с волнением, и смог говорить уже более спокойно.

— Итак, Мэйс, откуда вы взяли этот голокрон? — это не древний ситхский артефакт, это обычный новодел, которому срок существования — пара месяцев от силы.

— Мне его отдала госпожа Канцлер. Кстати, вместе с инфочипом. Откуда она их достала, и кто ей их передал — она пока не говорила. После эээ… просмотра, мне и гранд-мастеру захотелось знать мнение настоящего специалиста. Впрочем, имя автора этого «шедевра» — Мэйс кивнул на голокрон, — я тебе и так скажу. Точно так же, как и еще многое другое: ты будешь представлять Орден на специальном совещании высшего руководства Республики — поэтому должен быть в курсе наших проблем.

— Знаешь, Мэйс, судя по словам Тиаана, то устройство, которое он обнаружил — оно невероятно сложное! Работать с ним было непросто, даже Ремесленнику уровня мастера Алрика. Вот это вот… простая неприхотливая в работе мерзость: «корми» ее вовремя, и она исполнит любые твои фантазии. — Только, если ты сам не погибнешь, в процессе исполнения собственных извращенных желаний — больше ничего сложного! Да, мерзость и дрянь… порождение чьего-то болезненного гения, завидовавшего могуществу Бесконечной Империи раката. Словно ее создатель не смог дотянуться до уровня тех, кому он пытался подражать — зато сделал что-то свое: попроще и пожиже, но от этого не менее эффектное и смертоносное. Тот, кто это придумал, был гением — но гением сумасшедшим. Тот, кто сумел воспроизвести эту конструкцию на новом инженерном уровне — настоящий мастер. — Я у нас, таких умельцев, могу пересчитать по пальцам одной руки! Будь он джедаем, несомненно, стал бы украшением нашей Гильдии, подобно Тиаану. Ладно, извини — все равно: никто из наших участвовать в создании этой пакости не стал бы! Интересно, скольких помощников он привлекал для того, чтобы отгрохать эту махину?

— Скоро будешь сам иметь возможность задать интересующий тебя вопрос. Причем, как раз тому, кто делал и этот голокрон, так возмутивший — и восхитивший тебя артефакт.

* * *

Сепаратисты, наконец-то, отключили свою проклятую аппаратуру постановки помех, которая забивала все республиканские каналы связи. Только вот, никакой радости по этому поводу Зиндж совсем не испытывал: собравшиеся в одну плотную кучу корабли Республики представляли собой что угодно, только не нормальный строй, которым можно управлять! Армады, линейные флоты и оперативные соединения совершенно перепутались — отдельные эскадры и флотилии еще сохраняли видимость порядка, но толку от этого, в образовавшейся каше, не было почти никакого. Бардак, полный бардак! Примерно в такой же стадии находилось сражение за Корусант, против сил Гривуса, когда туда прибыли свежие эскадры Армады Разомкнутого Кольца, под управлением Кеноби и Скайуокера. К несчастью, резервная армада Коулмана К'Кая уже успела вступить в сражение, пребывая сейчас в качестве одного из элементов общего космического беспорядка. И, никакие Кеноби со Скайуокером к ним на помощь не прилетят! Теоретически… да, теоретически они все равно превосходили флот сепов по численности почти вдвое, несмотря на все понесенные потери. Но, это именно что теоретически: тионцы имели полную свободу маневра, в отличие от их флота — правда, пока растянутые боевые порядки сепов медленно пятились вглубь системы Абина.

Суун Бейтс, вместе с кучей джедаев и адмиралов из штаба, находился возле большого стола, расположенного в центре адмиральского мостика. Там голопроекторы рисовали картины расположения своих кораблей и сил противника: командование флота мучительно пыталось разобраться — что им теперь делать с этой мешаниной. Тут же, рядом, висели голограммы Ки Ади Мунди, Коулмана К'Кая, Стасс Аллие и нескольких старших адмиралов, которые присутствовали на данном совещании виртуально. Большинству «штабных» места в первых рядах не нашлось: размеры планировочного стола были конечными, а число высших офицеров — очень большим. А коммодор это не адмирал, чтобы в первые ряды лезть. Тем более, что все стадии планирования можно было проследить и через вспомогательные терминалы, коих было предостаточно, и с них же, в случае чего, подать господам командирам какую-нибудь ценную мысль. Судя по всему, как раз с ценными мыслями, на совещании, был напряг. Поскольку своему непосредственному начальству он пока не требовался, Зиндж решил еще раз посмотреть на карту, и прикинуть возможную стратегию — не за своих, а за противника.

Итак, Перлемиан в этом месте представлял из себя три главных гиперлейна, и еще пять «побочных» коридоров — все шли параллельно, причем, четыре из пяти боковых коридоров систему Абина обходили стороной. Вот из Сепаратисты закрыли наглухо: просто поставили на маршрутах несколько десятков кораблей с генераторами гравитационной тени, и расстреливали «выдернутые» ими в реальное пространство корабли Республики. В условиях, когда их эскадры заняли позиции и развернули боевые порядки заранее, а через коридоры, имевшие малую пропускную способность, приходилось буквально продавливать дестроер за дестроером — ничего удивительного! Интересно тут было другое: у одного из главных гиперлейнов, и у пятого бокового коридора корабли с гравиколодцами тоже стояли, не давая их флоту свободно маневрировать и попросту обойти систему Абина стороной. Обойти систему Абина стороной… может, как раз в этом и было все дело? — С этой точки зрения стратегия тионцев была правильной: все заранее перекрытые пути обходили Абин — одни на более дальнем расстоянии, другие — почти пересекая саму звездную систему. Так, а если посмотреть со стороны Тионского кластера? — к системе Абина подходит на два гиперлейна больше! — Один, от Белдерона, идет параллельно основной линии Перлемианского Пути, а второй, имеющий меньшую пропускную способность, идет от Сай Мирта. Зиндж почуял себя как ворнскр, взявший след добычи: выходило, что тионцы сознательно загоняли огромный флот вторжения во что-то вроде «бутылки»? — и узким бутылочным горлышком, мимо которого жидкость никак не протечет, был выбран именно Абин…

Нет! Все равно не сходилось! — Ну, вытеснили сепы их армады на основные гиперлейны, заставив их сосредоточить силы в одной единственной звездной системе, а дальше? Численное преимущество республиканского флота никуда не делось, даже, несмотря на то, что тионцы откуда-то получили сильные подкрепления, наличие которых прохлопала, в очередной раз, разведка Республики. Пусть все эти бесконечные перестроения и переброски, с гиперлейна на гиперлейн, нарушили походный ордер флота и заставили его вступить в сражение беспорядочной массой: при имеющемся неравенстве сил, сепам это все равно не поможет. Их просто задавят массой, особенно сейчас, когда все соединения флота Республики установили, наконец-то, надежную связь между собой! Исход схватки «строй против строя» сомнений не вызывает. Собственно, если им удастся быстро завершить перестроения, то в системе Абина навсегда останется три четверти сеповскго флота — а если не повезет, то удрать успеет половина. Слишком растянутая, и тактически не очень удачная по конфигурации боевая линия тионского флота, ничего хорошего сепам не сулила. Нет, пока их построение сковывает развертывание флота Республики, в нем как раз есть определенная выгода. Сковывает? — мысль пронзила мозг как бластерный болт. Вывод, который из этой мысли следовал, поверг коммодора в шок: сейчас к сепам должны подойти еще подкрепления! Откуда? — а вот это вопрос: теоретически, летать ведь можно и через «дикое» пространство. Просто… путь, который по хорошему гиперлейну одолеешь за час, там придется преодолевать за сутки, недели, а то и месяцы времени. Ну, так ведь дроидам все равно, они скучать не умеют — не так ли?

Зиндж лихорадочно начал поворачивать изображение разными сторонами, пытаясь прикинуть: откуда ждать сеповской атаки. Теперь было понятно и отключение «глушилок» — транспондеры тионских кораблей будут играть роль приводных маяков, для своих соратников! Это не республиканский флот, где было достаточно джедаев, чтобы координировать работу эскадр даже сквозь помехи, положившись на Силу — дроидам нужно четко задать маршруты движения: интенсивные помехи теперь повредят больше самим сепам, чем республиканцам! Коммодор немедленно хлопнул по сенсору экстренного вызова, прося у всех участников совещания внимания.

— Господин Высший Генерал, господа офицеры! — прошу немедленно отдать приказ привести в действие все наши флотские системы РЭБ! В самое ближайшее время нам угрожает контратака Сепаратистов!

Дальше Зиндж вывел на общее обозрение свою схему, прямо с собственного терминала расставляя в ней маркеры, на возможных путях выхода из гиперпространства подкреплений, которые вот-вот должны были подойти к тионцам. Другая мысль отвлекла внимание коммодора, заставила его обратиться напрямую к вахтенным навигаторам «Батальона».

— Господа, не могли бы вы выделить корабли-заградители сепов, что держат сейчас свои генераторы гравитационной тени включенными, и привязать их местоположение к моей схеме?

Первым мысль Зинджа понял Ки Ади Мунди.

— Коммодор эээ…

— Зиндж, магистр!

— Коммодор Зиндж, вы полагаете, что места, где наш противник держит включенными генераторы гравитационной тени — будущие точки выхода их дополнительных сил?

— Так точно! Судя по некоторым, непроверенным, докладам разведки — тиноцы раньше использовали такой прием: благодаря искажениям метрики пространства в таком месте, у них должен быть минимальный паразитный дрейф при выходе из гипера! Меньше времени на развертывание — их корабли выйдут из гипера уже в боевом строю. Разумеется, из зоны гравитационной тени невозможно сбежать, но им, я думаю, это и не нужно: тионцы явно настроены на бой…

Между тем, на схеме зажглась россыпь новых точек, помеченным отдельным цветом. Зиндж внутренне похолодел: у них в тылу, перекрывая те самые два больших гиперлейна, по которым флот прорвался в систему Абина, стояли вражеские корабли-заградители! Если это не заранее спланированная ловушка, то коммодор вообще ничего не видел в жизни. Он бросил взгляд на голограмму мастера Мунди. Цереанин, словно уловив чужой взгляд через пространство, кивнул ему в ответ. Потом магистр обратился к Сууну Бейтсу.

— Суун! Прикажи поставить помехи, как предложил коммодор Зиндж. И, думаю, что с перестроением нам уже не успеть: надо немедленно прорываться вперед, к Абину! — главное, прорвать их строй прежде, чем к Сепаратистам подойдет подкрепление…

Они опоздали, всего чуть-чуть. Правда, на войне ценой опоздания, чаще всего, является жизнь неудачника.

* * *

— Что значит: «совершенно бесполезно для нас»?

Адмирал Уилхуфф Таркин явно не понимал, в чем заключается суть проблемы. Феланил почувствовал себя так, словно проводит первую лекцию по основам работы с разными материалами с помощью Силы, для самых младших юнлингов. Впрочем, среди таких же «непонятливых» здесь оказались все, кто не умел чувствовать Силу сам.

— То и означает: ни один джедай, или, если взять шире — адепт Светлой Стороны Силы, это сооружение воспроизвести просто не сможет! Для того, чтобы его создать, форсъюзер должен пребывать на Темной Стороне. Во всяком случае, он должен будет ступить на Темную Сторону — хотя бы временно. Для тех, кто не в курсе, поясняю: оказаться на Темной Стороне бывает гораздо легче, чем вернуться потом обратно к Свету. Иметь потом дело с Падшим, а то и не одним…

Собравшиеся в этом зале, после просмотра голозаписей и демонстрации переданного им голокрона, ожидали межзвездного сеанса связи. Йода, Мэйс Винду, госпожа Канцлер, лидеры фракций Сената во главе со Спикером, Месом Амеддой, начальник Генерального Штаба адмирал Таркин, шеф Убиктората Арманд Айсард, еще несколько генералов и адмиралов. Обычных вояк, как понял Феланил, пригласили сюда с той же целью, что и его самого — в качестве консультантов. Намечались предварительные переговоры с руководством Конфедерации Независимых Систем. Кстати, как недавно узнал сам Феланил, к призыву начать переговоры, сделанному младшим Дуку частным порядком непосредственно Канцлеру Амидале, как раз и прилагались этот голокрон, и некие голозаписи. Голокрон, понятное дело, смогли внимательно изучить только джедаи, а вот голозаписи только что произвели настоящий фурор среди собравшихся здесь политиков и военных. По крайней мере, если не сами обстоятельства разгрома республиканского флота в системе Абин, то уж его причины, стали ясны совершенно точно. Двадцать тысяч боевых кораблей за пару месяцев! — не удивительно, что адмирал Таркин захотел иметь такую же игрушку. Феланилу было даже жалко обламывать желание адмирала: как будто конфетку у ребенка отбирал.

— В общем, господин адмирал, я с большим трудом могу себе представить ситуацию, когда Орден может пустить подобную штуку в дело: с этой банты шкура получается уж слишком плохая!

В зале, на миг, повисло молчание, которое прервал один из сенаторов — Органа, кажется?

— Не вижу смысла в данном поступке. Что господин граф вообще надеялся этим добиться?

Ответила ему сама госпожа Канцлер.

— Доверие, Бэйл, тонкая штука. А передав нам этот голокрон, Райден Дуку оказал нам доверие. Теперь только от нас самих зависит: оправдаем мы это доверие, или нет.

— Но, мастер… Баакс нам только что объяснил, что для нас голокрон бесполезен. Его попросту невозможно использовать, это крайне опасно! Где тут речь о доверии?

— Разумеется. Однако, теоретическая возможность этого все же остается, не правда ли, мастер Феланил?

Феланил Баакс утвердительно кивнул, прибавив на словах.

— Карточные игроки называют подобное: «зайти с козыря». То, что козырей на руках у нас нет сейчас, вовсе не значит, что их у нас никогда не будет. Господин Дуку показал, какие карты есть на руках у него самого, да, почти ничем не рискуя — этот голокрон все равно не покинет нашего специального хранилища, предназначенного для подобных артефактов. И, тем не менее, я могу вам официально заявить две вещи: Репликатор сделать можно! — а вторая вещь — это слишком рискованно. На такое можно решиться только в отчаянном положении, когда нет другого выхода.

— Очень опасна вещь эта. Соблазн для нетвердых умов несет она!

Гранд-мастер небрежно, с помощью телекинеза, притянул пирамидку голокрона к себе, и спрятал ее где-то в складках робы. Амидала спокойно проследила глазами полет артефакта и продолжила.

— Мастер Йода совершенно прав. В этом жесте Райдена Дуку я вижу желание закопать поглубже отравленный клинок, чтобы никогда его больше не доставать обратно.

— Угроза и пожелание мира в одном флаконе?

Угрюмый Спикер задумчиво покачал рогатой головой.

— Почему бы и нет? Наши мирные предложения, сделанные представителям КНС на Мандалоре, были не совсем… адекватными. Сейчас нам намекнули, что с позиции силы можем говорить не только мы.

— Республика никогда не поддастся на шантаж! Мы всегда на этом стояли, и будем стоять.

— Да никакого шантажа, Мес. Посланник короля Тиона дал понять, что условия мира будут предметом торга. Кстати, пленных Райден Дуку согласен поменять по принципу «всех на всех» — думаю, нам это будет очень выгодно, в свете последних событий у Абина. Единственное требование Дуку: мы не вмешиваемся, позволяя ему разобраться с хаттами.

— Да кому эти слизняки нужны. Пусть хоть живьем их ест…

Кто был автором последней реплики, Феланил не определил, но слова несколько разрядили напряжение. Кто-то из вояк даже рассмеялся. Хронометр отсчитывал последние секунды, оставшиеся до начала сеанса связи. Мастер был в предвкушении начала переговоров: Мэйс твердо обещал ему, что разговор с Райденом Дуку насчет Репликатора состоится. Если политики и военные считают, что их дела важнее — что же, Феланил Баакс согласен подождать: разговор от него никуда не убежит.

Глава двадцатая

Край Бесконечности

«Проще, чем загнать стадо бант в загон» — слова Тофена оказались пророческими: направить движение массы республиканских кораблей туда, куда требовалось нам, и вправду оказалось совсем не сложно. Интересно, кто у респов отвечал за общее руководство? По-моему, даже стадо скота, брошенное пастухами без присмотра, движется более осмысленно. А здесь… получается, что пнули все эти бесчисленные эскадры и соединения в одном направлении, поделив на эшелоны скорее для порядка, чем для удобства управления — и все! Как они там будут двигаться, как им придется, потом, перестраиваться в боевой порядок — да, как они воевать, наконец, станут! — похоже, командование республиканским флотом все эти вопросы пустило на самотек. Выглядело это странно и дико: за время войны мы как-то привыкли, что респы всегда были очень серьезным противником — действовали четко, и жестоко наказывали за малейший промах. Теперь же, такое впечатление, что рулить флотом вторжения поставили команду дилетантов, имевшую о военном деле только самое обще представление. Не согласовать и не синхронизировать график движения по маршруту — это уже где то за гранью: любой компетентный штабист скажет, что все изначальные потери времени отобьются потом. Не напрямую, нет — просто неизбежный, при отсутствии порядка, бардак придется ликвидировать за, куда большее время, чем будет потрачено из-за медленного согласованного движения. А эти устроили гонки — и когда впереди возникло препятствие, получили, в итоге, свалку.

Ну, условия для начала этой «гонки» мы создали респам сами: от самого Роша, до Абина просто не было места, где можно было бы надежно перекрыть боковые ответвления Перлемианского Пути. Несмотря на то, что число «магистральных» дорог, допускающих быстрое перемещение большого количества кораблей, на этом участке было всего три штуки. — Количество параллельных «дорог», «коридоров» и «проходов», входящих в систему безопасных маршрутов Перлемианского Пути — не очень удобных и малоиспользуемых, но вполне преодолимых — колебалось от шести, до десятка. Это не считая совсем уж трудно проходимых «троп», которыми пользовались лишь контрабандисты, и иные имеющие проблемы с законом личности, которым просто деваться было некуда — но, по ним с обычными навигаторами на борту лучше не летать. В общем, задействовав больше кораблей, что-то подобное можно было устроить еще в секторе Тальцен — но даже там бы не удалось эффективно перерезать, потом, пути отхода у врага. По пути от миров Ядра, как раз перед самой системой Абина, количество обходных путей уменьшалось до минимума — а вот дальше, их число становилось больше. И, это было тоже на руку нам: проще было подтягивать резервы из глубины наших пространств. У Абина мы путь республиканскому флоту и перекрыли: половина наших кораблей из авангарда блокировала все дороги, которыми можно было обойти эту звездную систему — задействовав на гипермаршрутах корабли-заградители, снабженные гравиколодцами. В основном — «Левиафаны», хотя встречались и модификации иных типов кораблей, от «Центуриона» до «Щедрого». Все выдернутые ими из гиперпространства корабли противника немедленно попадали под огонь наших орудий. Низкая пропускная способность боковых ответвлений Перлемианского Пути попросту не давала респам возможности создать высокую концентрацию сил, которые успели бы превзойти силы наших засад. Зато путь к самому Абину, где врагов ждала вторая половина наших сил, был совершенно свободен: залетай и попробуй одолеть! Если успеешь: Теневые Флоты стягивались к системе Абина все ближе и ближе. Собственно, Седьмой Флот исходные позиции уже занял, а Девятый медленно просачивается по обходным «тропам» в тыл к республиканцам. Вот-вот на исходные рубежи выйдут Третий и Пятый Теневые флоты. Дополнительно вызванные Второй, Восьмой и Одиннадцатый тоже на подходе. Вот их придется еще сутки подождать, потянуть время: бить растопыренной пятерней, как это пытались сделать сейчас республиканцы, дурное занятие! Впрочем, с учетом того, как республиканские джедаи-генералы и адмиралы управляют своими армадами — нам это удастся сделать без труда. Потери вещь, конечно, неприятная, но совершенно неизбежная. Придется потерпеть.

При всей низкой управляемости республиканских армад, наличие на борту их кораблей джедаев, способных к ментальной связи, предупредило их командование и о наших засадах, и о том, что обойти нас с флангов никак не удастся. Корабли с джедаями на борту не гибли мгновенно — имелась возможность не просто «докричаться» до своих, а еще и передать командованию ценную информацию. Естественно, командование респов приняло меры — разумные и достаточные, как оно видимо считало. На то, чтобы буквально перетащить все свои корабли в пару оставленных для них свободными гиперлейнов, у республиканского командования ушло двое суток. Чтобы респам совсем жизнь медом не казалась, системы радиоэлектронной борьбы «Тишины» были задействованы на полную мощность. И так двигавшиеся довольно беспорядочно, армады Республики и вовсе пришли в состояние трудно управляемого хаоса. Вместо четкого боевого порядка, нашему флоту возле Абина противостояла россыпь отдельных эскадр и флотилий, флагманы которых и ими-то управляли с большим трудом, изредка пробиваясь на связь с подчиненными сквозь наши помехи. Что меня удивляло больше всего, так это полное неумение джедайской части республиканского командования задействовать в управлении флотом всех, кто умел работать с Силой. Даже моя горстка хорошо обученных форсъюзеров, а так же он'гат'акэ, специализирующиеся на телепатической связи, вполне себе неплохо координировали действия моего флота у Абина! Сууну Бейтсу использовать такие же методы, казалось, сама Сила велела. Но, никаких попыток сделать что-то подобное никак не ощущалось: респы просто тупо перли вперед, пытаясь задавить нас числом.

Попытку перестроиться респы предприняли, уже углубившись в систему Абина — и собрав в кучу все свои армады, даже резерв. Наша растянутая линия выгибалась гигантской дугой, охватывая фланги противника: казалось, один решительный натиск — и респы ее прорвут. Одиннадцатый Теневой флот, прибывший на место действия последним, уже два часа как занял позицию для атаки — но Тофен тянул, сколько можно, заманивая врага все глубже и глубже в наше пространство. Подальше от мест, где можно было воспользоваться спасительными гипертассами, дающими возможность отступить из ловушки. Наконец, был отдан приказ «Тишине»: выключить все системы РЭБ. И отправлены другие приказы, на корабли младших флагманов — приступить к стадии наведения резервных флотов на цель! Главная роль в предстоящем действии отводилась нескольким специально отобранным кораблям-заградителям: Совершив микропрыжки внутри звездной системы, к самому фронту массы республиканских кораблей, они должны были активировать свои гравиколодцы. Таким образом, предполагалось точно вывести на рубеж атаки каждый Теневой Флот. Разумеется, «жить» этим кораблям было недолго: ресы не дураки, и быстро сообразив, в чем дело, раскатают их в пыль концентрированным огнем — но, там уже вступят в дело заградители, приписанные к самим Теневым Флотам.

Особая роль в плане отводилась четырем «Покорителям», на этот раз объединенным в пары — «Тишина», на которой держал флаг Тофен Вейн, располагалась позади нашей боевой линии. «Неистовый» действовал совместно с «Длинной Рукой», а «Сиятельный» — вместе с «Огненным Драконом». Корабли, несущие импульсные ионные пушки, должны были пробить бреши в стене республиканских кораблей, куда потом ворвутся наши ударные эскадры, рассекая единую массу вражеского флота на отдельные куски. А вот корабли, оснащенные масс-драйверами и плазменными пушками должны убрать тех, на кого импульсные ионки почему то не подействуют. Прежде всего, имелись в виду замеченный у респов дредноут типа «Претор», отождествленный как флагман их флота вторжения, и три линейных крейсера типа «Секутор» — явно бывшие флагманами их флотских армад. Один «Секутор» наши корабли ухитрились завалить еще в самом начале сражения — ценою потери ста семнадцати боевых кораблей! Нафиг! — больше ни Тофен, ни я таких экспериментов проводить не собирались: или концентрировать огонь, на такой мишени, или выставлять против нее что-то равноценное, или более сильное. Впрочем, и несколько десятков новейших стардестроеров типа «Республика», замеченных в рядах врага, тоже были импульсным ионным пушкам «Покорителей» не по зубам. Во всяком случае, шанс вывести их из строя одним залпом был минимален. Вот эти «крепкие орешки» и были приоритетными мишенями для «Длинной Руки» и «Огненного Дракона».

Кажется, кто-то у республиканцев все же догадался, что отключение наших систем РЭБ это неспроста. Флот Республики прекратил судорожные и малоосмысленные попытки перестроиться, и пошел в атаку как был — единой массой. Вернее — попытался пойти в атаку: это действие тоже запоздало. На сцене уже появились первые наши корабли-заградители…

Дальше враг вынужден был только запоздало реагировать на все новые и новые наши удары: Теневые Флоты начали вступать в бой один за другим! Положение респов усугубили и вынырнувшие в глубине их флота «Покорители», щедро раздавая удары направо и налево — благо, там не надо было опасаться, что случайно попадешь по своим. Вскоре масса республиканских кораблей оказалась разрезана на три части. Потом их, одну за другой, задавили концентрированным огнем скованные в единое целое «рабскими цепями» и Силой наши эскадры. Несколько суток предварительной подготовки, три дня затяжных позиционных боев — и несколько часов драки «стенка на стенку», в которой решилось все! Кому то повезло: по тем республиканским кораблям, что попали под удары импульсных ионных пушек, мы почти не стреляли — все они могли быть восстановлены в дальнейшем, и представляли бы из себя ценные трофеи. — Их экипажи, пусть и потрепанные местами в абордажных схватках, в основном уцелели, попав в плен. Те, по кому отработали масс-драйверы или «плазма»… — да, вот оттуда спасенных почти не было. Флагманский «Претор» представлял собой огромный кусок сплавленного металла: по нему отстрелялись и «Длинная Рука», и «Огненный Дракон». Однако, благодаря огромным размерам дредноута, с него все же удалось снять, уже после боя, некоторое число уцелевших счастливчиков. Для того, чтобы их обнаружить в этой груде покореженного металла, пришлось даже прибегнуть к детекторам жизненных форм. Как потом оказалось, останки корабля местные «мусорщики» пилили на вторсырье чуть ли не целый год — когда от остальных обломков, оставшихся от боя, систему Абина уже давно почистили.

Вообще, с трофеями получилось очень даже неплохо: под залпы импульсных ионных пушек «Неистового» и «Сиятельного» попали, в основном, корабли линии: Рабочие лошадки республиканского военного флота — «Венаторы», «Победы», «Дредноуты» и приспособленные под ударные крейсера «Аккламаторы». Двести восемьдесят семь «Венаторов», сто девяносто три «Победы», двести тринадцать «Дредноутов» и сто двадцать два ударных «Аккламатора»: после проведения ремонтных работ и перепрограммирования компьютеров, эти корабли уже через месяц можно было включить в боевой состав нашего флота! Кроме того, еще примерно раза в полтора большее число подбитых республиканских кораблей имело смысл восстанавливать: благодаря наличию массы легкодоступных «запчастей», добытых с помощью «каннибализации» из обломков их менее удачливых собратьев. Даже если в итоге будет восстановлено всего две тысячи вымпелов — очень и очень неплохо! — Учитывая типовой состав трофеев, будет достойная замена нашим погибшим «Щедрым» и «Левиафанам». Конечно, три с половиной тысячи это не две, но и трофейные корабли, в большинстве своем, покруче наших потерянных будут. От других двенадцати тысяч битых кораблей респов, увы, остались только обломки, разного размера — и разной степени ценности. Тот самый источник запчастей. Сбежать сумели от силы три тысячи вымпелов: в основном, легкие корабли, осуществлявшие прикрытие и охрану тылов.

Несмотря на то, что республиканский флот испытывал сильный дефицит живого персонала, количество захваченных пленных: снятых с разбитых или выведенных из строя кораблей, а так же подобранных в спасательных капсулах — поражало воображение. Судите сами: «Аккламатор» нес семь тысяч четыреста человек экипажа, не считая десантников, «Победа» — пять двести. У современных модификаций «Дредноутов» и ударных вариантов «Аккламаторов» экипаж превышал две тысячи человек. Бой в космосе безжалостен к проигравшей стороне, даже если враг проявляет достаточно милосердия — шансы на выживание минимальные. Но, все равно, в плен к нам попало более тридцати миллионов живых разумных. Здесь мой приказ был предельно четок: пленные это ценный ресурс в дальнейшем торге с властями Республики. — Чем больше у нас пленных респов, тем выше шанс договориться о мире на хороших для нас условиях. Многие пленные были ранены, а состояние некоторых было тяжелым, и даже критическим — но это была неизбежная головная боль: развернуть дополнительные госпиталя, перед сражением, так и так пришлось. Еще больше народу нашло свой конец в боях: из тех же нескольких сотен «Аккламаторов» с атлонскими наемниками, захватить относительно целыми удалось всего несколько единиц. Да и на тех атлонцы, во время абордажа, были перебиты практически полностью. Впрочем, атлонские десантники оказались на флоте вторжения много где еще, затрудняя нам своим присутствием «сбор трофеев». Не то, чтобы клоны дрались хуже их — просто, после Лианны этих отморозков мы не очень-то щадили. Особенно, если те сами не проявляли желания побыстрее сдаться. Из полутораста миллионов атлонских вояк, отправившихся в поход вместе с флотом вторжения, в плен к нам попало менее двухсот тысяч. Впрочем, у нас самих потери тоже были немалыми — даже, несмотря на то, что главную тяжесть схватки вынесли Теневые Флоты.

Особенно чувствительными для меня стали потери форсъюзеров. Бывших джедаев и Чародеев погибло немного, всего семнадцать человек. А вот он'гат'акэ, обеспечивавших координацию Теневых Флотов, было потеряно тысяча триста семьдесят восемь человек — много, очень много! — Больше двадцати процентов всего наличного состава, и это за один бой, пусть и грандиозный по размаху. Тут в пору, как Пирру воскликнуть: «Еще одна такая победа…» — ну и так далее, по тексту. Потери респов в мобилизованных форсъюзеров были поскромнее, несмотря на разгром флота. По слухам, на всем республиканском флоте вторжения было меньше тысячи джедаев. Конечно, сравнивать рыцаря и обычного он'гат'акэ было не очень правильно, но на фоне какого-нибудь падавана и они смотрелись вполне достойно. Кстати, из джедаев в плен попало меньше сотни, многие — как мастер Ки Ади Мунди, — будучи тяжело раненым. Вообще, из джедайского командования республиканского флота уцелел только один цереанин — остальным повезло меньше. При этом, как раз магистр Мунди, в отличии от коллег, сражался хорошо и достойно: именно он на финальной стадии сражения организовал разрозненные республиканские силы для последней контратаки. — Как раз под ее прикрытием части их флота и удалось прорваться, уйдя от преследования. Флагманский «Секутор» цереанина был буквально растерзан на куски, но преданные мастеру клоны-бойцы сумели вытащить его из обреченного корабля. Собственно, сдачей в плен остатков команды флагманского корабля Ки Ади Мунди сражение, формально, и закончилось.

Самое смешное, что сам я, в этом решающем бою, не принял практически никакого участия. Понятно, если не считать приказов Теневым Флотам. Боем управлял Тофен Вейн — даже действия форсъюзеров контролировал он, а не я. Координацией работы форсъюзеров в бою, кстати, занимались Джодел Горани, и Антиннис Тримейн — экс-джедай вообще оказался талантливым руководителем: умел работать с любой командой. «Черный Скимитар» так и проторчал, вместе со своим эскортом, возле «Тишины», временно ставшей флагманским кораблем Тофена. — На случай защиты флагмана от атаки прорвавшихся, сквозь наш строй, кораблей респов. К счастью, этого не потребовалось…

* * *

Меня учили, что главное для правителя — не выиграть войну, а не проиграть мир. К предстоящим мирным переговорам я готовил почву заранее, еще даже до того, как война снова вступила в «горячую» фазу. Разумеется, всем этим усилиям была бы грош цена, не одержи мы победу в сражении. Но и одержанная победа стала семенами, которые упали на уже подготовленную почву: в Республике возобладало не желание «войны до победного конца», а стремление достигнуть компромисса. Оставшиеся в гордом одиночестве «ястребы» потеряли практически все политическое влияние на Корусанте. Разгром республиканского флота у Абина, вместе со смертью нескольких магистров Ордена, поддерживавших жесткую линию по отношению к КНС, резко уменьшил возможности фракции, выдвинувшей Сууна Бейтса, на дела джедаев. Теперь мне нужно было предельно аккуратно этим воспользоваться: Конфедерации срочно требовался твердый мир с Республикой, а не просто хлипкое перемирие! — с восстановлением нормального транспортного сообщения, и восстановлением торговых связей, разрушенных войной. И, ради этого я готов был отказаться от того, чтобы попытаться «отжать» сейчас, под шумок, еще несколько секторов из зоны влияния Республики. Пространства вокруг Шпоры Селанона и скопления Хейпс, несомненно, чертовски хорошо смотрелись бы под нашими флагами, но… — мир сейчас был важнее! Точно так же, пришлось отказаться от попыток выбить остатки республиканских сил из района Роша. Неясным пока было будущее Кашиика и сектора Митаранор — их, фактически, контролировали хатты, — данное обстоятельство мне очень не нравилось. Думаю, на Корусанте от этого тоже были не в восторге.

Дальше на «Юг», по границам Внешнего и Среднего Кольца, была настоящая мешанина из миров, контролируемых нами, республиканцами и хаттами. Как две вишенки на торте, внезапно оформились два полунезависимых анклава: Пространство Ланников и Пространство Ботанов — в свете последних корусантских пертурбаций, и ланники и ботаны решили попробовать жить своим собственным умом, помахав Республике ручками. Наши собственные анклавы у Андо и Паквепура пока что держались, хотя атаки республиканцев на них дополнились еще и налетами хаттских эскадр. На то, что творилось на мирах «Юго-Запада», мы даже косвенно могли повлиять с большим трудом. Но тут, правда, спасение пришло совсем с неожиданной стороны: Уставшие от того, что Корусант постоянно забивает на их интересы, и не заботится о безопасности своих сограждан, некоторые сторонники Республики заключили сепаратные соглашения с теми мирам в тех местах, которые остались верны Конфедерации. Это странное образование, названное его создателями «Альянс взаимной поддержки в целях самообороны», было довольно аморфным и плохо связанным. Зато его объединенные вооруженные силы, совершенно неожиданно, успешно показали зубы всем любителям чужого добра в данном регионе! Не знаю, что тому причиной: наличие среди командования Альянса Октавиана Гранта, или полная неспособность тамошних банд хоть как то объединиться против сплотившихся жертв их грабежей — но результат был налицо. Как раз, экстремистски настроенные политики на Корусанте, будто им мало было одной войны с нами, решили еще и в тех краях «навести порядок». Я подозреваю, не без некоторых денежных вливаний от монополий Ядра, кровно заинтересованных в дешевых и доступных ресурсах. Результаты этих попыток были плачевными: вслед за бандитскими эскадрами, как мне только что стало известно, небольшие, но оказавшиеся на удивление боеспособными силы Альянса, наваляли еще и карательным эскадрам, разосланным по окрестным секторам с Эриаду.

В какой-то мере, даже я сам, неожиданно, оказался ко всему этому причастен: отправленная туда в свое время, по просьбе Уота Тамбора, тионская эскадра, теперь стала одной из составных частей объединенных сил Альянса — в качестве своеобразного «вклада в общее дело», от КНС. В силу того, что живые вояки мне были нужнее дома, личный состав эскадры состоял почти исключительно из дроидов — не считая небольшого числа команд технической поддержки, набранных в основном уже из обитателей тамошних мест. Тактический супердроид Керрим, назначенный командовать этой эскадрой, проявил себя достойно: максимум эффективности, при минимуме потерь — мне, пока, даже пополнение туда отправлять не пришлось. Нет, потери, понятно, были — и немалые, но дроид-тактик как-то выкручивался. Плюс, у него очень удачно получалось, использовал местные ресурсы. Но, теперь приходилось думать: как там эту мою эскадру легализовать, в свете возможных договоренностей с респами — не думаю, что на Корусанте смирятся с моим присутствием в данном регионе. Самым простым решением было, наверное, просто подарить Альянсу эти корабли, вместе с моим железным воинством…

Неопределенность на Юго-Западе создавало и еще одно обстоятельство: Словно очнувшиеся от тысячелетней спячки хатты активно полезли — через джеонозианцев и, кто бы мог подумать — Гривуса! — в эти места. Конечно, когда будет заключен мир, Республика может бросить туда все свои силы. Тогда и все хаттские интриги, и Гривус со своей армадой, с помощью которой он берет под свой контроль все больше и больше звездных систем, станут уже их проблемой. Но тут сразу возникнет вопрос: а что будет с новорожденным Альянсом? — здравый смысл мне подсказывал, что ничего хорошего. Меня это совершенно не устраивало! Помочь Альянсу напрямую? — ну, не в преддверии мирных переговоров с Корусантом. А вот мысль отдать им экспедиционную эскадру насовсем… что-то в этом, несомненно, есть! Надеюсь, товарищи сумеют моими «железными» войсками достойно распорядиться.

Хатты, хатты — куда ни ткнись, всюду хатты! Слизняки, набрав себе всякого сброда в войска, лезли сразу во все стороны, путаясь ухватить все, что плохо лежит. Тренч и Алгор Мелассин пока держали фронт, но потери были немалыми. Против нас было и еще одно обстоятельство: Хатты работали по своим внутренним операционным линиям, а нам приходилось перемещать войска, оборудование и припасы по внешним обводам гигантской новой линии фронта. Только то, что слизняки забыли, за прошедшее со времен Пиус Деа время, как правильно управлять большими массами войск, не давало им возможности сполна воспользоваться всеми своими преимуществами. Именно из-за хаттов, я стремился как можно скорее договориться с респами. Если армады слизней прорвутся вглубь наших территорий, все плоды победы у Абина разом растают как легкий дым на ветру…

На некоторых участках, где мы успешно противостояли республиканцам, у нас освободилось немало сил. Часть мы теперь сможем перебросить в наши центральные регионы, к Колумексу, Лианне и Раксусу — для того, чтобы начать потихоньку накапливать стратегические резервы. Война пока еще не закончилась! Наиболее пострадавшие Теневые Флоты и эскадры, входившие в армаду Тофена Вейна, вынуждены будут заняться ремонтом и восстановлением сил. Остальные Теневые Флоты, вместе с ударным кулаком из тяжелых кораблей и моего Оперативного Соединения, возглавляемого «Черным Скимитаром», пойдут на помощь Мелассину и Тренчу. С хаттами нужно разобраться раз и навсегда! Тем более, пока республиканцы не могут нас атаковать — при любом исходе переговоров. Ну и про сами эти переговоры забывать не нужно: они сейчас даже важнее целой армады свежих кораблей, не побитых в сражениях. Если все пройдет нормально, то с хаттами разобраться станет гораздо, гораздо проще.

* * *

Совершенно неожиданно, договориться с республиканцами о предварительных условиях оказалось достаточно просто. Думаю, из-за разгромных результатов провалившейся попытки вторжения, вместе с моим «маленьким подарком» в виде голокрона и инфочипа, содержащих информацию по Репликатору, у руководства Республики временно отбило всякое желание воевать с нами. Вообще, насколько удачной оказалась идея «занести» свою информационную бомбу через Амидалу, я понял только после того, как заработал телемост через ГолоНет, который связал представителей от Республики, и наших представителей от КНС, которых возглавлял я сам. Надо сказать, что мои коллеги по Исполнительному Комитету передачу респам единственной записи с полным «процессом» того, как можно построить Репликатор, не оценили. То, что я и без голокрона прекрасно помню: что и как нужно делать — их не убеждало! Мысль, что враг получит в руки то самое средство, которого теперь нет у нас, приводила в расстройство даже самых хладнокровных наших политиков. Только мое обещание, что физиономии у республиканцев, на видеоконференции, будут выглядеть совсем кислыми, немного успокоило страсти.

Вид у респов и вправду был совсем не победительный. А после взаимных прощупываний стало ясно, что на Корусанте твердо решили зарыть в землю топор войны. Дальнейшие переговоры пошли уже в чисто деловой манере: я уступил здесь первенство моим более опытным коллегам. Разведение войск, гарантии нейтралитета и признание статуса нейтральных территорий; комиссии по поиску, всяческим обменам и возвратам — и, наконец, самое вкусное: экономика и торговля. В общем, через пару часов повестка встречи была полностью отработана. Нет, кое-какие вопросы так и остались «за кадром» — вроде дальнейшей судьбы новообразованного Альянса или захваченных разными варлордами или самозваными правителями огромных территорий на «Юге» и «Юго-Востоке». Обошли стороной и вопрос с Пространством Хаттов: Республика просто дала гарантии, что в разборки КНС с хатами больше вмешиваться не станет. Впрочем, даже это полностью развязывало нам руки — успевшим насолить буквально всем, хаттам теперь трудно было отыскать себе новых союзников. Разве что, джеонозианцев с «Настоящей Торговой Федерацией» Марата Вуоро и флотом генерала Гривуса подтянуть. Другой вопрос: сообразят ли хатты это сделать? — Как я понимаю, на Нал-Хатте абсолютно уверены, что мы будем бодаться с Республикой насмерть! А что такое тот же Гривус, там представляют очень хорошо. Будем надеяться, что слизни так и будут пребывать в блаженном неведении, пока мы не перейдем в контрнаступление.

Я уже было подумал, что все закончено — после того, как были согласованы составы и полномочия делегаций, и определено место проведения переговоров, которым стал все тот же Мандалор. Но, нет: стоило только смолкнуть конкретным разговорам, как респов будто прорвало: господа сенаторы и военные пожелали узнать правду о Репликаторе из самых первых рук! — не далеко от них ушли и некоторые джедаи. Впрочем, как раз последним было простительно: мастер Феланил Баакс, которого явно привлекли к делу в качестве консультанта, был Ремесленником — профессиональный интерес…

— Скажите, мастер Райден, а как реагировала сама Сила на использование артефакта?

«Мастер» в устах Ремесленника, профессионально работавшего с преобразованием материи посредством Силы, ужасно льстило моему самолюбию: всегда приятно, когда тебя оценивают по заслугам. Однако, вопрос дуроса был, что называется, с подвохом.

— Очень плохо, мастер Баакс: достаточно сказать, что меня сочли достойным стать ближе к Светлой Стороне, после того, как я приказал уничтожить эту дрянь — именно так решила сама Сила. Соответственно, мое состояние до этого было, как бы это поудачнее сказать, не совсем адекватным. Думаю, рассудка я не лишился исключительно в силу благоприобретенной паранойи: не верю в бесплатное лакомство, кроме как если оно используется в виде приманки в ловушке. Но даже это, вместе с использованием собственных информационных копий, не спасло бы меня, в итоге: помогли мои помощники и друзья, которые почуяли, что твориться что-то неладное.

— То есть, вы считаете, что использование Репликатора в том виде, в котором вы его воспроизвели, дело крайне рискованное и ненадежное?

— Вы совершенно правы. Мне очень повезло, но нет никакой гарантии, что в будущем такое везение продолжится.

— Даже, если воспользоваться вашим методом? Кстати, насчет «информационных копий», можно уточнить — они являются полноценными живыми существами?

— Даже так: в конце концов, тварь, которая находилась в Контроллере, смогла обойти мою защиту и захватить рычаги управления Репликатором! Вопрос: стоило ли оно того? — оставим пока в стороне. Я решил воспроизвести это древнее устройство исключительно потому, что мне не оставалось другого выхода. Возможно, когда-нибудь обстоятельства для всей галактики сложатся аналогичным образом, и придется действовать так же. Поэтому я и передал голокрон с инструкциями в руки джедаев: Орден никогда не желал жителям галактики зла…

Мысль о том, что Орден спокойно давал другим творить зло, я, по понятным причинам, не озвучил. Однако, судя по слегка дрогнувшим физиономиям Мэйса Винду и гранд-мастера Йоды, они эту мою не высказанную мысль прекрасно поняли.

— Относительно того, являлись ли информационные копии, созданные с помощью Репликатора, полноценными живыми существами, то на это я могу сказать совершенно определенно: нет, не являлись! Скорее, это были дроиды, только созданные из органических материалов. Впрочем, в отличие от обычных дроидов, в Силе они ощущались четко, а мои собственные дубли еще и могли сами проводить некие манипуляции с Силой, на самом простейшем уровне…

Увы, наш увлекательный диалог прервал кто-то из республиканских представителей.

— Господин Дуку, мы согласны поверить вам на слово, что вы не станете делать себе еще один новый… эээ, Репликатор. Но, есть ли гарантия, что подобную штуку не сможет построить кто-то еще, кроме вас или Ордена?

Несомненно, попади мой голокрон к джедаям напрямую, о нем никто из широкой публики вообще бы не услышал. Зачем Посвященным смущать зря умы Простецов? Амидала, объявив о «посылке» официальным образом, оказала мне огромную услугу — когда привлекла к источнику «пополнения» моего флота внимание республиканских военных и Сената. Как я понимаю, возникшее по этому поводу бурление говен не успокоилось до сих пор: после многочисленных джедайских провалов, и едва не провороненном заговоре бывшего Канцлера, оказавшегося на поверку ситхом, безоговорочное доверие к джедаям несколько пошатнулось. Что же, господа желают услышать мою версию того, какое будущее ждет нашу галактику, — грех обманывать их желание.

— Господин…

— Кейн, Ардус Кейн, представитель сектора Браксант.

Однако, знакомое имя… ладно, потом вспомню, кто это такой.

— Представитель Кейн, никаких гарантий вообще не существует: мы унаследовали эту галактику от рас, которые были и более могущественными, и более развитыми. То, что осталось от них — кроме совсем непонятных артефактов и старых развалин, — зачастую имеет возможности ничуть не меньшие, а иногда и много большие чем те, которые давало устройство, созданное мной. Собственно, прототип моего артефакта создали для императора Ксима именно по ракатанским лекалам. Хочу напомнить всем собравшимся, что судьба Литейной до сих пор неизвестна, точно так же, как вообще неизвестен облик того артефакта, который позволял Бесконечной Империи производить ксеноморфинг миров. А ведь это отнюдь не единственные артефакты подобного рода! И, раката были не первыми, и отнюдь не последними, кто достиг подобных высот.

— То есть, передавая в наши руки свой голокрон, вы имели намерение не только нас испугать, но и предупредить — я правильно понимаю?

Нихрена себе! А ведь товарищ то, получается, работает в одной команде с Амидалой: именно в таком духе было составлено отправленное вместе с артефактом и инфочипом мое личное послание. Ладно, тем лучше — надо подыграть возможным союзникам на будущее.

— Совершенно верно! С одной стороны, это знание очень опасно, особенно попади оно в дурные руки. С другой стороны — у нас может не оказаться иного выхода, кроме как воспользоваться им. Несомненно, пока артефакт под охраной Ордена, я за судьбу голокрона не опасаюсь — а сами джедаи им пользоваться не станут. Так что, средство на крайний случай у галактики будет, причем — хранимое в безопасном месте.

— О каком «крайнем случае» вы говорите!? И как это совмещается с тем, что — по вашим же собственным словам! — для того, чтобы снова воспроизвести ваше чудовищное устройство, записи вам совсем не нужны? Почему я… все мы должны вам верить?

Оба на, Бэйл Органа вылез! Вот уж воистину — в каждой бочке затычка…

— Господин вице-король! Во-первых — прерывать того, кто уже говорит — невежливо. А во-вторых — с чего вы взяли, что эта штука самое плохое, что можно против вас использовать?

— Но на ваших голозаписях прекрасно видно, как вы, буквально из ничего, создавали целые дредноуты! Ваша победа у Абина, наконец…

— Вот ради этой победы я своим рассудком и рискнул. А победив — веду сейчас с вами речь о мире, а не предъявляю разные невыполнимые и унизительные требования!

Сделав едва заметную паузу, я продолжил.

— Вы не там копаете, господин Органа: чтобы построить современный боевой корабль, никакие артефакты не нужны — достаточно иметь нормальную промышленность, и хорошо оснащенную верфь! И у Республики, и у Конфедерации таких верфей более, чем достаточно. Ваш «Венатор» или наш «Центурион» смогли бы потягаться с кораблями раката на равных: там, где они использовали Силу, мы просто «доросли» до равных по уровню технологий без ее использования. Более того, если бы не слабость и бегство наших бывших собратьев, с Като Неймодии и Майгито, я бы даже палец о палец не ударил, чтобы строить Репликатор! — Конфедерации вполне хватило бы и тех производственных мощностей, которые уже у нее были.

— Но, эти ваши «черные корабли»: доклады выживших у Абина однозначно указывают, что их эффективность в сражении была куда больше, чем у обычных кораблей, которыми управляли обычные боевые дроиды.

— Однако, они совсем не являются неуязвимыми. И они не лучше, чем обычные боевые корабли такого же типа, ведомые опытными экипажами из живых воинов. Повторяю: вы не туда смотрите. — Для того, чтобы уничтожить жизнь на не защищенной планете, достаточно одного тяжелого крейсера типа «Аккламатор» или «Левиафан». При этом, не важно, где и как он будет построен: посредством Силы ли, или используя обычные стапеля и обычные исходные материалы.

— Тогда я совсем не понимаю, зачем вы вообще решили взяться за создание своего устройства — раз это вам так не нравилось…

— Страх живет в душе его. Темная Сторона смущает ум видениями. Стремясь увиденное им предотвратить, двигался в объятия Темной Стороны Силы он…

Скрипучий голос маленького гранд-мастера прервал нашу с Органой перепалку. Что же, удачно Йода зашел, со своими словами — мне будет проще разговор на эту тему перевести!

— Вы знаете о моих видениях, мастер Йода.

Я не спрашивал, я утверждал — и те, кто был радом с нами, это прекрасно поняли.

— Да, знаю я. Но, обман таят образы, что Сила нам приносит: правду ото лжи не всегда отделить, способны мы.

— Слишком многое из того, что я тогда видел, впоследствии оказалось правдой. А то, что правдой не было, обернулось чем-то худшим, чем то, что показала мне Сила. Можно ли рисковать тем, что если я промолчу — усомнившись в истинности видения, — то впоследствии погибнет четверть всех разумных, что населяют нашу галактику?

Старый гранд-мастер помотал склоненной головой, словно отрицая мои слова, но вслух возражать, не стал. Между тем, почуяв знакомую тему, в разговор влез Уилхуфф Таркин.

— Простите, господин Дуку, но кто может угрожать нам или Конфедерации? — особенно, с учетом того количества сил, что развернуты сейчас и у Республики, и у вас.

— Война ложится тяжелым бременем на народы галактики, адмирал. Первое же действие, которые предпримут правительства после заключение мира: всемерно сократить действующие армию и флот, а так же уменьшить военное производство до самого минимума. Будь мы в обычной ситуации, в этом не было бы ничего плохого. К сожалению, не все так просто: для галактики имеется неявная угроза извне. Точнее даже — три разных угрозы. Конфедерации в чем-то проще: у нас большая часть флота и армии состоит из боевых дроидов. — Их можно просто отключить, и сдать на хранение на склады и в арсеналы — до того момента, когда они снова могут потребоваться. У Республики все солдаты — живые. К тому же, ваши клоны будут стареть достаточно быстро — а вы ведь планировали, как я понимаю, оставить на службе именно их, в первую очередь, распустив добровольцев?

— Ну да, такие планы были. Однако, вопрос в ином: хотелось бы узнать об этих ваших неявных угрозах — хотя бы в общих чертах? — Мы, военные, привыкли оценивать то, что имеет конкретные черты и свойства. Видения… это по части джедаев.

— Если в общих чертах… что же, попробую ответить совсем кратко. Первая волна вторжения пойдет, через несколько лет, на миры Юго-Запада: Народ, который называет себя «сси-рук», религиозные фанатики, пошлет экспедиции для захвата новых территорий — и пленных! Как работал Репликатор, вы видели? — так вот, у этих сси-рук есть похожая технология, которую они называют «отехнивание». Из разумного существа «выкачивается» жизненная сила и изымается часть разума — и переносится в дроида, у которого нет обычного электронного мозга. Это их покорные солдаты. Но такой гибрид долго не живет — как только будет израсходован весь запас жизненной энергии, дроид снова превратиться в мертвый кусок металла, пластика и керамики…

— То есть, чтобы поддерживать численность своей армии, а тем более — наращивать ее, этим «сси-рук» придется захватывать все больше и больше чужих миров?

— Вы совершенно правильно поняли меня, господин адмирал! И тем, кто выживут, они не оставят иной участи, кроме роли бессловесной прислуги и источника, откуда они, в будущем, станут брать новых кандидатов на «отехнивание».

— Мерзкая участь! Но, почему они не проявили себя раньше, с такими-то запросами?

— Беженцы, отправившиеся в Неизведанные Регионы от идущей здесь войны и попавшие, на собственную беду, в места, где обитали сси-рук. Люди стремились обрести мир и покой в далекой глуши, а попали из одного пекла в другой ад. К сожалению, сси-рук посчитали новоприбывших гораздо лучшим «материалом» для своих нужд: дроиды, которые они оживили, просуществовали гораздо дольше, чем те, которых они создавали с использованием жизненной энергии других своих рабов.

— А где их можно отыскать?

— Вот этого, к сожалению, мне не известно. Иначе поверьте, я бы сам немедленно занялся решением данного вопроса! Видение говорило, что первый налет они сделали на Бакуру… но это было там, в другой жизни: не факт, что они сызнова начнут свое вторжение именно оттуда же. Придется следить за всем тем пространством, от Фу до Терминуса. Тем более, что для этого будут и другие причины.

— Но, в тех местах царит полный хаос! В этом регионе настоятельно необходимо навести порядок — иначе любые разговоры о том, что там кого-то можно обнаружить и задержать, так и останутся разговорами! Не могли бы сторонники Конфедерации, которые есть в тех местах, помочь нашим вооруженным силам навести там надлежащий порядок?

Таркину ответил Уот Тамбор.

— Мы ничего не имеем против этого, адмирал Таркин, но там сейчас образован «Альянс взаимной поддержки в целях самообороны». В его создании поучаствовали не только те миры, которые входят в КНС, но и миры, которые были за Республику. Насколько мне известно, Альянс успешно занялся наведением там порядка: созданные им вооруженные силы успешно проводят зачистку тамошних секторов от бандитов и всяческого сброда…

Про то, что войска Альянса, заодно с бандитскими флотами, турнули от себя и военные флотилии республиканцев — прежде всего с родины адмирала, Эриаду, — мой соратник, разумеется, вслух говорить не стал. Но, судя по тому, как поморщились некоторые господа республиканские сенаторы, про это сразу вспомнили. Что же, у меня были предложения, на этот счет.

— Господа, адмирал Таркин поднял очень правильный, но болезненный вопрос. Со своей стороны, мой коллега, Уот Тамбор, тоже прав: еще одного возможного конфликта нам сейчас совершенно не нужно!

Дождавшись, когда на обеих сторонах телемоста подтвердят правильность моих слов, я продолжил.

— Предлагаю сразу же после заключения предварительного договора, послать к руководству Альянса совместную комиссию от Республики и Конфедерации. Думаю, если мы убедимся, что силы Альянса справятся с охраной границ, можно будет с ними договориться. В конце концов, это, прежде всего, в их собственных интересах! Кроме того, мы всегда сможем проконтролировать действия Альянса через те их миры, которые не вышли из состава Республики или Конфедерации. На крайний случай, мы всегда сможем воспользоваться предложением адмирала Таркина.

И республиканские, и наши участники переговоров, согласно закивали мне в ответ.

— Хорошо, предыдущий вопрос имеет непосредственную связь с последующим: Еще одно нашествие, которое может нам угрожать, пойдет из галактики-спутника Огненный Кулак…

— Туда тоже кто-то отыскал дорогу?

На этот раз, меня перервал Арманд Айсард.

— Вот этого, господин Айсард, я вам, к сожалению, сказать не могу. Вообще, видение об этом вторжении было очень странным и путанным. Начать стоит с того, что захватчики оттуда вроде бы даже пришли разными группами, чуть ли не враждебными друг другу. Одна, меньшая, которая называла себя «тофы», и другая — которая звала себя «нагаи». Их первоначальные успехи объясняются тем, что там, в моем видении, в это время у нас шла гражданская война: как только в намерениях пришельцев разобрались, их быстро изгнали обратно.

— Возможно, на самом деле эти пришельцы не так уж и опасны?

— Может быть да, а может, и нет. Во всяком случае, господин Айсард, их разведчики точно должны быть здесь: эти «нагаи» в видении выглядели как обычные хуманы, только слегка похожие на сефи — заостренные уши, бледная кожа, прямые черные волосы, сами высокие худые и жилистые. Очень ловки и выносливы, превосходят в этом обычных людей. Попробуйте дать соответствующие ориентировки своим агентам, хотя, не думаю, что они попадутся так просто.

— А ваши разведка и служба безопасности?

— Им ориентировки тоже выданы. Но, в моем видении их интересовали, прежде всего, богатые Центральные Миры — они, кажется, в первую очередь были заинтересованы в грабеже. Может быть, реально оценивали собственные силы — и не надеялись удержать захваченное? А возможно, их полномасштабное вторжение не состоялось из-за кого-то другого. Их первоначальная, пробная попытка вторжения, была осуществлена в районе Мандалорского сектора. Потом последовало вторжение «тофов» — как раз через миры Юго-Запада. И, следом за ним, вторжение основных сил «нагаев» — которые утверждали при этом, что преследуют своих врагов, «тофов»! Однако, и те и другие грабили, убивали и хватали все, до чего только их руки дотягивались. До тех пор, пока им по этим самым рукам не дали…

Одернутый Йодой, и присмиревший на время Органа, чувствуя видимо, что растерял у собратьев почти весь авторитет, кажется, решил идти до конца. В намерении и дальше, что называется, «гнать волну» — пытаясь отыграть утраченные позиции назад.

— Господин Дуку! Вы все время пытаетесь убедить нас в каких-то собственных страхах и кошмарах. Зачем нам ваши личные проблемы? Вы все время ссылаетесь на то, что видения вам послала Сила, а вместе с тем, джедаи вам не верят! Только что мастер Йода…

Что там еще собирался поведать аудитории господин вице-король, я ждать не стал. Будучи достаточно разозленным, а проделал с Органой то же, что любил делать со своими нерадивыми подчиненными Дарт Вейдер. Как в тех самых видениях, в существование которых альдераанец отказывался верить. Проще говоря, потянулся к нему через Силу, сквозь пол галактики, и сжал его горло Форс Грипом…

— Не стоит говорить о том, в чем вы не разбираетесь, господин вице-король! Иначе это может однажды плохо для вас кончиться.

Кое-кто из присутствующих на видеоконференции недоуменно уставились на то, как Органа, захрипев и схватившись за горло руками, чуть ли не воспарил над креслом, в котором сидел.

— Господин Дуку, я думаю, что это лишнее: сенатор Органа уже осознал всю глубину своих заблуждений.

Голос у Мэйса Винду был ровным и доброжелательным, но через Силу я чувствовал, что экзекуция доставила ему некое чувство… удовлетворения. Похоже, Органа допек, своими претензиями, не только меня. Я отпустил Силу, и альдераанец плюхнулся опять в свое кресло, по-прежнему держась за горло.

— Прошу прощения, мастер Винду. Господа, примите мои извинения за этот прискорбный инцидент.

— Контроль держать всегда нам нужно. Иначе худое может случиться.

Мастер Йода дождался моего утвердительного кивка, и сам кивнул мне в ответ. Похоже, до простых зрителей этого короткого представления начало доходить, что Органа заткнулся не просто так…

Между тем, я пребывал в некоторой растерянности: стоит продолжать, или лучше «взять тайм аут»? Альдераанец тут голос подал совсем не для собственного удовольствия, и совсем не из-за того, что имел что-то против меня лично. Нет, ну теперь то, наверное, что-то иметь против меня будет, но до этого… — не за себя он, в первую очередь, говорил! Понятно, что перед этой встречей республиканские лидеры пришли к некоему консенсусу: кто-то чем-то поступился, ради согласования их общей позиции. — То, что Бэйл решил, фактически, пойти против общего мнения значило, что за ним стоит какая-то достаточно сильная и многочисленная группа недовольных. Его собственная фракция в Сенате? — нет, не похоже: заключаемое перемирие, оно, прежде всего, в их собственных интересах — они за этот мир в течение всей войны ратовали. Органу здесь свои не поймут! Значит, он сейчас старался ради кого то, кто предложил ему очень перспективную, в будущем, коалицию. Причем, такую коалицию, лидерство в которой ему ни с кем, потом, делить не придется. И, эти его тайные союзники на данной встрече не представлены. Интересно, кто они: сенатское крыло того движения, что представлял покойный Суун Бейтс? — или, может, «ребята с улицы» — из сподвижников Ишина Ил-Раца? С учетом того, что «Комитеты по защите Республики» собираются распускать, те могли ухватиться за любую, даже самую сомнительную, возможность легализоваться. Но, что общего у ярого «лоялиста» Органы с бывшими про-Палпатиновским экстремистами? Тем более, что Лоялисты то, усадив в кресло Канцлера, пусть и не в одиночку, Падме Амидалу Наберри, формально выиграли. Или, все дело в этом самом «формально»? — само политическое движение Лоялистов было сильно неоднородным: как мне донесла разведка, кое-кто из них приход к власти Амидалы воспринял не однозначно. Ну да, там же многие прямо-таки мечтали вернуться к довоенным временам счастливой анархии и почти полного бессилия государства. Тогда Органа и вправду мог устроить сам себе «проверку на вшивость», как в глазах своих сторонников из собственной фракции — так и для потенциальных «союзников». Метит в кресло Канцлера сам? — не сейчас, понятно, а на следующих выборах: надеется, что власть предержащие, так или иначе, наломают дров, а он окажется «весь в белом»? В общем, имело бы смысл, на перспективу…

Все эти мысли промелькнули у меня в голове за несколько мгновений. Ни к какому решению я так и не пришел: выбор сделали за меня — Уилхуффу Таркину не терпелось узнать больше подробностей.

— Господин Дуку, я думаю, что никто больше не будет вас прерывать…

Таркин бросил многозначительный взгляд на Бэйла Органу.

— И мне, и остальным хотелось бы услышать окончание вашей истории!

— Благодарю, господин адмирал. С общего разрешения я продолжу?

Несколько республиканских сенаторов и кое-кто из представителей КНС дружно закивали головами.

— Собственно, видения о двух первых нашествиях не несли самой страшной угрозы. Хотя, война есть война: это мы все же, при всех достаточно редких эксцессах, старались соблюдать законы и обычаи войны — пришельцам это ни к чему!

Ардус Кейн, словно в отрицании, покачал головой.

— Ничего себе, «не самая страшная угроза». Это я про ящеров с выкачивающими жизненную энергию устройствами.

Несколько других участников встречи выразили одобрение словам Кейна.

— Этих сси-рук было все же относительно немного, и на их угрозу своевременно среагировали. Они просто не успели превратиться во всеобщее бедствие! Надеюсь, и на этот раз будет так же — если они у нас появятся.

Я сделал небольшую паузу, чтобы привлечь больше внимания к своим словам, и продолжил.

— Гораздо страшнее первых двух будет третье нашествие! Представьте: Из другой галактики, через бездны разделяющих нас пространств, сюда летит целая раса свирепых и безжалостных воинов. Армада кораблей, размером с целую планету каждый: полностью замкнутая экосистема способна поддерживать жизнь находящихся там миллиардов обитателей тысячелетия, необходимые для того, чтобы пересечь межгалактические бездны. Если кому то из вас число боевых дроидов, которое выставила в минувшей войне Конфедерация, покажется огромным, то представьте, что против нас такое же число безжалостных свирепых убийц. И каждый, по своим боевым качествам, равняется не нашим обычным B-1, а хорошо обученным республиканским клонам!

— Вы нас пугаете…

Амидала произнесла слова, словно бы про себя, но все ее хорошо услышал.

— Я бы и сам очень хотел, госпожа Канцлер, чтобы это была всего лишь детская страшилка! К сожалению, этот народ довел свою собственную галактику — кажется, относительно небольшую, — до такого состояния, что теперь там совершенно невозможно жить. Полностью исчерпаны все доступные полезные ресурсы. Они не нашли ничего лучше, чем настроить себе огромных кораблей-миров, и переселиться к соседям — на новые «жизненные пространства». Разумеется, мнение самих соседей, на этот счет, их совершенно не интересует: они идут не просить убежища, и даже не требовать его — они идут, чтобы полностью уничтожить всех, кого посчитают нужным. Всех, кто, по их мнению, существовать не может и должен. Для того, чтобы занять их место.

— Но, это настоящий геноцид!

Я так и не понял, у кого вырвались эти слова, просто продолжив свою речь.

— Они искренне будут считать, что сделают наш мир лучше: типичное мнение религиозных фанатиков, готовых пролить реки крови «еретиков» и «язычников» во славу своих богов! Как я уже упоминал ранее, в моем видении они уничтожили чуть-ли не четверть всех населявших нашу галактику жителей, пока их удалось остановить и отбросить. Некоторые народы и расы, населявшие нашу галактику, понесли страшные потери. Были даже те, кого эти юужань-вонги уничтожили поголовно!

На мгновение повисла тишина: по обе стороны телемоста сейчас пытались переварить сказанные мной слова. Как водится, первыми среагировали военные.

— Прошу внимания, господин Дуку! — я адмирал Грейнджер, Генеральный Штаб Великой Армии Республики. Даже принимая во внимание гипотетическую численность захватчиков: как им удалось достигнуть подобных результатов на столь непродолжительное время? Как я понимаю, их вторжение развивалось достаточно быстро, с такими транспортными возможностями?

— Они не признают технику. Во всяком случае — в нашем понимании этого термина. А дродов так вообще считают «скверной», подлежащей безусловному и немедленному уничтожению: В своей собственной галактике они как раз сражались против искусственного интеллекта и служивших ему дроидов. Так вот, у них основной упор в развитии сделан на биотехнологии. Результат? — Их оружие весьма, своеобразно, но мало в чем уступает нашему оружию, по своим возможностям. Те же свои корабли, или истребители, они скорее выращивают, чем строят. Их биотехнологии — идеальное средство для ксеноморфинга любы миров, имеющих жизнь! То, что эта коренная жизнь, после таких изменений, прекратит свое существование — их совершенно не волнует. Это их аналог нашего приказа «База Дельта Ноль». Только, в отличие от выжженных орудийным огнем планет, они будут иметь уже готовые миры для заселения! Еще, они виртуозно умеют работать с гравитационными полями. И, настоящие мастера маскировки: их живые устройства, а так же пластическая хирургия, могут сделать вонга внешне подобным любому другому гуманоидному жителю нашей галактики. Их разведчиков будет очень, очень трудно обнаружить!

Арманд Айсард, поскольку была затронута напрямую касающаяся его тема, в свою очередь спросил.

— Как же нам, тогда, выявлять их будущих лазутчиков?

— К сожалению, господин Директор, эти лазутчики совсем не в будущем, тем более отдаленном — они уже в настоящем! Скажите, Канцлер Палпатин, в свое время, не передавал вам никаких ориентировок, на поиск чужеземцев из Неизведанных Регионов?

— Передавал, но там было очень мало конкретного. И, это были ориентировки на разработку, в основном, давно известных аборигенов Неизведанных Регионов: чиссов, вагаари…

— И их возможных «союзников», да?

— Совершенно точно.

— Высокие, покрытые шрамами гуманоиды среди них упоминаются?

— Да, но их точного описания, в отличие от описания тех же чиссов, вагаари или эбручи предоставлено не было — только общие сведения. Кстати, про гуманоидов похожих на сефи, и еще на каких то волосатых зеленокожих здоровяков упоминание в этих ориентировках тоже было.

— Интересно… получается, Дарт Сидиус и про тофов с нагаями тоже знал?

— Известно тебе про знание ситхово что-то?

Гранд-мастер Йода, как охотничья собака, сделал стойку.

— Мастер Йода, Дарт Сидиус убедил дядю встать на его сторону, передав ему сведения о якобы неизбежном вторжении чужаков к нам! Именно после ознакомления с этой информацией, дядя и решил силой изменить государственное устройство Республики, раз уж у него не получилось организовать такие перемены обычным путем. Я не видел тех документов, что Сидиус давал для ознакомления дяде — но тот был совершенно убежден, что готовиться к вражескому вторжению нужно загодя.

— Ошибся Граф: не раздор надо было приносить в галактику, а к согласию ее склонять!

— А еще предполагалось, что Республика и Конфедерация создадут настоящие военные машины, а не просто расширят обычные полицейские силы. И та война, которая по планам ситхов должна была начаться — она должна была дать новым армиям необходимый боевой опыт. Что бы, к тому времени, когда нужно будет сражаться с пришельцами, у нас были самые боеспособные войска. Для этого, впоследствии, и Республику и Конфедерацию предлагалось объединить вместе, в одно государство.

— Ситхов империю хотел воссоздать Дарт Сидиус! Себя он ее хозяином видел, и никого иного…

— Да, но дядя считал, что ради победы с этим придется смириться. Он не предполагал, что Сидиус может думать только о власти, а не о том, как защитить галактику!

Дальше, я продолжил делиться со своими слушателями теми подробностями событий, узнанными из лже-голокрона, которые сохранила моя память. Некоторые сведения, оглашенные мной, вызвали нездоровое оживление.

— Это что, получается, что джедаи не смогут почувствовать присутствия «вонгов» рядом, пока те сами не перейдут в атаку?

— О какой гражданской войне в галактике идет речь?

— Откуда вероятнее всего ждать атаки захватчиков?

Давно замечено, и совсем не мной, что общие проблемы сплачивают: сейчас я видел перед собой такую вот стихийную самоорганизацию. — Принцип: «Против кого мы будем дружить?» — неплохо сработал и в этом случае. Все же, как ни крути, собравшиеся тут были обитателями некоего единого пространства, волею судьбы поделенного на две половины. Общее прошлое никто не забыл. Недоверие, впрочем, тоже никуда пока не делась. Скорее всего, не будь здесь джедаев, мне бы никто не поверил — возможно, даже свои: у некоторых участников борьбы, в составе Конфедерации против Республики, интерес только ею и ограничивался. Но, для всех было ясно, что Орден, в лице своего руководства, мне поверил — что дало всем остальным пример. А наличие угрозы, которая одинаково смертельно опасна всем, еще раз указало собравшимся на видеоконференцию, что у них есть не только то, что их разделяет, но и нечто общее.

— Да, директор Айсард, у всех форсъюзеров — а не только у джедаев, — будут проблемы с тем, как почуять вонгов и угрозу от них. С другой стороны, нет и худа без добра: присутствие вонга должно ощущаться как наличие некой стабильности в течении Силы там, где должно иметь место возмущение ее потоков — как это бывает от каждого связанного с Силой живого существа. Проще говоря: если живой человек выглядит, с точки зрения Силы, как дроид — то, с большой вероятностью, он может быть замаскированным разведчиком вонгов! Другое дело, что точно это может определить только биологическая экспертиза…

— О какой гражданской войне я говорю, сенатор Мотма? О самой обыкновенной — той, что продолжала идти на просторах галактики после краха империи, созданной Палпатином. Да, да, слово «свобода» у нас каждый понимает по-своему. А некоторые чужой «свободе» предпочли «мир и порядок», который им, худо-бедно, обеспечивала империя ситха. Могу ли я сообщить подробности происходившего, чтобы не делать тех же ошибок? — разумеется! — Собственно, ради этого я всегда стремился покончить с этой войной…

— Откуда был нанесен первый удар, генерал Ромоди? — с «северного» края галактики: Белкадан, Хелска и Сернпидаль. К сожалению, нет никакой гарантии, что снова будет точно так же. Судя по всему, разведчики вонгов пребывают в нашей галактике уже давно: Дядя утверждал, что Палпатин показывал ему древние мандалорские отчеты — времен, еще чуть ли не до Мандалорской войны, — так вот, в тех отчетах описываются столкновения мандалорцев с какими-то чужаками, выглядевшими так же, как вонги. Кроме того, информацию о вонгах-разведчиках можно уточнить у чиссов — вроде бы, флот чиссов тоже имел с ним столкновения, в Неизведанных Регионах. Подозреваю, что вонги начали свое вторжение там, где просто напросто обнаружили проход в гипербарьерах, окружающих нашу галактику — через который они смогли протащить извне свои огромные транспортные корабли. Никаких гарантий того, что они не смогут обнаружить такую же — только более удобную «дыру» в барьерах где-то в другом месте, нет…

Вот интересно, Йода и Винду вспомнили сейчас про одного чисса-изгнанника, или нет? В свое время, когда мы обсуждали с Энакином совместные действия Республики и Конфедерации, в случае вторжения вонгов, или кого-то подобного, извне, джедай огорошил меня фактом своего знакомства с Трауном! Как, при каких обстоятельствах они познакомились, что Скайуокер вообще забыл в Неизведанных Регионах? — ни о чем я его тогда расспросить толком не сумел. Банально не было времени, и было дофига других, куда более важных дел. Мне казалось, что мы еще успеем переговорить на данную тему… — не получилось. Если джедаи знают и помнят про чисса, то у них есть шанс найти замену Скайуокеру — хотя бы, в плане военачальника. С учетом неожиданных потерь Великой Армии Республики в командном составе, Траун был бы для Корусанта очень ценным приобретением. Ну а связать некоего служившего империи Палпатина чисса с тем самым изгоем, про которого Высшему Совету Ордена наверняка докладывал Энакин, не так уж и сложно.

Вообще говоря, у меня и у самого было намерение поискать Трауна. Но, после некоторых колебаний я решил оставить это намерение: поиски иголки в стоге сена потребовали бы куда меньше ресурсов, и принесли бы более верный результат — без знания хотя бы приблизительных координат места, где сейчас куковал чисс. Р'гат'а'кай'и все же организовали экспедицию вглубь Неизведанных Регионов — в те места, где обитали их дальние родичи. Во главе ее встали Бегущий-за-Солнцем и Яростный Огонь: один отвечал за научную часть, а второй — за безопасность экспедиции. Сейчас, после заключения твердого мира, их задача сильно упрощалась: республиканцы, узнав причины отправки в Неизведанные Регионы такой внушительной эскадры, выразили желание помочь благому начинанию — ну и, скромно попросили взять, в попутчики, их экспедицию тоже. Отказывать тому же Ордену, желающему попутно узнать о судьбе экспедиции «Дальний Перелет», ни я, ни Пурпурный не видели смысла. К тому же, с поддержкой джедаев вероятность благополучного исхода предприятия сильно возрастала: в случае чего, одних он'гат'акэ могло и не хватить — поддержка более опытных и могущественных форсъюзеров была бы совсем не лишней! В общем, не исключаю, что джедаи попросят, попутно, заглянуть «на огонек» в одно укромное местечко. На всякий случай, Яростного Огня я проинструктировал насчет того, чтобы показать чиссу Конфедерацию в самом лучшем свете. Хотя, если он все же предпочтет Республику, то я тоже жалеть не буду: если чиссы подтвердят мои опасения, то войны между КНС и Республикой, в ближайшее время, точно удастся избежать. А еще один хороший адмирал нам всем, в таком случае, будет совсем не лишним. Кто, при этом, будет платить ему жалование — уже не слишком важно. Ну, а что там потом, через много-много лет, будет дальше? — до тех времен еще дожить надо.

Если предварительные условия мира мы обсудили всего за пару часов, то относительно возможного вторжения извне, и прочих не случившихся вещей, меня расспрашивали вдвое дольше. Несмотря на шаткость аргументов, к возможным угрозам все отнеслись очень серьезно: пример только что отгремевшей войны, которую совсем никто не ждал, был перед глазами! Винить остальной народ за то, что он намерен подуть на воду, обжегшись на молоке, никто не хотел…

Проблема хаттов… — вот слизняков респы списали в расход легко и непринужденно: временных попутчиков, от которых в будущем, вместо пользы, непременно случилась бы головная боль, на Корусанте никто не жалел. Единственное: Республика оставалась в продолжавшейся между хаттами и КНС войне нейтральной стороной. Кстати, если кто из бывших клиентов слизняков захочет от них отделиться — его тоже положено было признавать нейтралом. Так же легко согласовали и позицию по нейтральным мирам: хотел кто-то из них присоединиться, впоследствии, к Республике или Конфедерации — очень хорошо, никто мешать не станет. Захотят и дальше соблюдать нейтралитет — их дело: и КНС, и Республика этот нейтралитет, и его соблюдение, будут гарантировать.

В качестве жеста доброй воли, обе высокие договаривающиеся стороны взяли на себя обязательство допустить на свои флоты специальные наблюдательные миссии от противоположной стороны. Доверие доверием, но бдительность никто терять не хотел. К тому же, как я понимал, респы твердо намерены были отжать под себя все те окраины хаттской зоны влияния, что прилегали к их собственным пространствам. Впрочем, тут я ничего плохого не видел: ну, проглотят, сколько могут — заодно и с хаттами окончательно горшки побьют! Потом, это захваченное им еще переваривать придется. — Не думаю, что разные бандитские уголки, где понятия: «закон» и «сила» — были тождественными, встретят респов с распростертыми объятиями. Ну а наблюдательные миссии… что же, как говориться: «Встретим хлебом солью». Тем более, что нам и самим тоже за республиканцами приглядывать нужно, чтобы лишнего не откусили. На этой вот оптимистической ноте мы свой переговорный марафон тогда и закончили.

* * *

Система Сай Мирта. Место сбора Объединенного Флота, куда сейчас подтягиваются прошедшие ремонт и переоснащение, полностью укомплектованные эскадры, и целые оперативные соединения. «Черный Скимитар» висит здесь уже почти неделю, поджидая тех, кто еще не успел. Тренч пока удерживает фронт на линии Чаррос — Салюкамей, а Алгор Мелассин — насмерть вцепился в Станцию Юнкфорт. В одном случае нам угрожает прорыв флотилий хаттов в промышленный район, созданный Техно Союзом вокруг сектора Тальцен, а в другом случае — что от нас отрежут Тунд и сектор Централия. Потери велики, но пока еще терпимы. То, что мы уже подписали мир с Республикой — хатты пока тоже не знают. К нам скоро должна подтянуться Ассегай со своей армадой, они уже добрались до Колумекса. Но, эти силы сразу решено было направить к Джабииму и Денногре — подпереть с тыла флотилии адмирала Мелассина. Так же, как сейчас генерал Булат и его силы подпирают тыла адмирала Тренча. Когда мы будем готовы, «сжатый кулак» Объединенного Флота нанесет удар прямо в центр фронта хаттов: на Бунту, и дальше — на Клатуин и Шрилуур. — А потом, прямиком до Шлехейрона: вожделенной цели, так и не достигнутой когда-то, в незапамятные времена, армадами Ксима Деспота…

В том, что мы сомнем хаттские армады, я совершенно не сомневался: даже обладая численным превосходством и инициативой, те так и не сумели по-настоящему потеснить флоты Тренча и Алгора Мелассина. Теперь, когда мы утроим свои силы, не думаю, что их наскоро слепленная военная машина сможет устоять против нас. Думать нужно не столько о космических боях, сколько об осадах контролируемых хаттами укрепленных миров: многие из них защищены ничуть не хуже, чем старые республиканские планеты в Центральных Мирах. И, еще о том, что же мне потом делать с самими слизняками: С учетом того, что за двадцать пять тысяч лет хатты успели достать чуть ли не всех в галактике, посчитаться с ними, после того, как те потерпят поражение, наверняка пожелает слишком много народу.

Более того, я сам намеревался поспособствовать тому, чтобы некоторые вассалы хаттов послали их куда подальше. Имея в виду некий интересный объект на Клатуине — тут главное: действовать максимально аккуратно, и самому не перегнуть палку! По-любому, Вонторский договор должен быть уничтожен: без этого вся война со слизняками потеряет смысл — по крайней мере, в глазах тионцев. Кстати, относительно тионцев: мне им еще объяснять придется — почему Республика так легко отделалась, за все хорошее? Так что, удачная разборка с хатами мне будет очень даже полезна, особенно — в плане пропаганды. Впрочем, тему тотальной отмены рабства на подконтрольных Конфедерации пространствах мы уже обсуждали — и в Сенате Конфедерации, и на заседаниях Исполнительного комитета. Разумеется, кое-где было признано целесообразным, поддерживать существующую систему «пожизненных контрактов»: сломать традиции непросто! — Да и лишать возможность некоторые народы, поставляющие на рынки галактики рабочую силу, права заработать честную кредитку, было глупо. Просто, из этой сферы убирался криминал и произвол — хотя бы частично. С учетом того, что многие цивилизации работорговцев, бывшие до этого членами КНС, оказались или ребятами себе на уме, бросившими нас в трудный момент, или вообще предателями — это легко удалось провести в жизнь через законодательные органы: некому больше было лоббировать свои интересы. Мои соратники из Техно Союза, Корпоративного Альянса и Коммерческой Гильдии тоже восприняли все эти решения с энтузиазмом: схлопывание рабского рынка в пределах Конфедерации резко расширяло сферу применения дроидов в хозяйстве. Для тех из продвинутых экономических структур, кто строил на этом бизнес, такое расширение рынка машин было настоящей удачей. Шу Май заявила, что ее аналитики предсказывают рост экономики даже в том случае, если полностью восстановить экономические связи с мирами Республики не удастся — исключительно за счет внутренних резервов, полученных от такой структурной перестройки экономики.

Но, по правде говоря, клатуинцы, никто и водраны обычными рабами не были: скорее, для них больше подходило крутившееся у меня в голове чужеземное понятие — «боевые холопы». Но, там ведь были и настоящие рабы, причем — тоже обращенные в рабство целыми народами! И, когда могущество хаттов рухнет, этот перегретый паровой котел непременно рванет. Вот тут то и вставал вопрос: стоит ли спасать слизняков от их незавидной участи — а посчитаться с ними, после разгрома, захотят все, кого они обидели. Ну, или те, кто сочтет себя обиженными. Я уверен, что таких тоже будет немало — как уже упоминал, хатты многим мозоли по отдавливали. Да и насчет того, чтобы «экспроприировать экспроприаторов», у нас тоже народ не дураки. Была и еще одна маленькая проблемка: джеонозианцы — простить то, как они меня кинули, в благодарность за помощь, будет просто глупо. Тут дело, опять же, шло о допустимых границах мести: обыкновенный геноцид никто не поймет — все же, жуки не какие-нибудь отмороженные зейгеррианцы. Но, здесь, пожалуй, можно будет натравить на них Уота Тамбора — его-то они тоже кидали! — Кто-кто, а скакоанин сумеет ободрать их так, что они потом и пикнуть не посмеют: и шкурку снимет, и сдохнуть им не даст.

Но, это все дела завтрашнего дня, а пока — я наслаждался обществом гостей. Внушительная республиканская делегация присутствовала сейчас на борту «Черного Скимитара». Как водится, возглавляли ее джедаи: Очаровательная Айла Секура и Феланил Баакс. Что удивительно, и один, и другая прибыли ко мне вместе с совсем юными падаванами — насколько мне было известно, до этого их у обоих не было. У Баакса это падаваном была девочка-толотианка, по имени Катуни, а у Айлы — паренек-иторианец по имени Бьяф. Как оказалось, и Айла Секура, и Феланил Баакс и в самом деле решили обзавестись учениками: с окончанием войны это вообще сделали многие джедаи, которые — по тем или иным причинам, не желали брать на себя бремя обучения раньше. Военную часть делегации представляли генерал Йан Додонна и адмирал Адар Тэлон, вместе с клон-маршалом Блаем. Ну, про то, что Блай давно работает вместе с генералом Секурой, мне было известно. А вот то, что Додонна и Тэлон вовсе не ушли в отставку, как сообщала разведка, было для меня большим сюрпризом — с этими ребятами надо было ухо держать востро! Была еще какая-то Иенна'тер Варкберг, представительница в Сенате Республики от Хумбарина. Вот чего тут понадобилось политику — мне было решительно непонятно: эти господа косяком поперли на Раксус Прайм, а не на фронт. — Они-то решали совсем иные вопросы, слабо соприкасавшиеся с военными. Разве что… — похоже, господа сенаторы побаивались оставлять джедаев и военных без пригляда. В этом смысле, госпожа Варкберг была той еще штучкой: помесь светской львицы с гладиаторшей, завернутая в очаровательную упаковку. Кстати, она и от имени всей делегации со мной пыталась говорить — пока ее джедаи и генералы вежливо не оттерли в сторонку. Пока не начался поход, оставалось только с пользой проводить время, лучше знакомясь друг с другом. Ко мне присоединился Далл Борджин, и Джодел Горани с Моной Ланкарр — составить компанию нашим гостям. Далл, имевший соответствующее воспитание и образование, мог поговорить не только на военные темы. А Джодел и Мона, поколесив по галактике до того, как попали ко мне на службу, приобрели неплохой светский лоск.

Темы для разговоров нашлись быстро. Особенности работы с Силой в разных школах — прежде всего, не столько практические приемы, сколько философские подходы. Забавные эпизоды из недавней военной истории: оказалось, что несколько раз некоторые из присутствующих даже могли участвовать в одних и тех же боях с нашими гостями — только по разные стороны линии фронта. Естественно, из своего «окопа» каждый видел ход этой войны по-своему. Иногда я брал в руки кветарру и развлекал гостей сам…

Когда метель кричит как зверь

Протяжно и сердито,

Не закрывайте вашу дверь,

Пусть будет дверь открыта.

И отправляясь в дальний путь,

Нелегкий путь, представьте,

Дверь не забудьте распахнуть,

Открытой дверь оставьте.

И уходя в ночной тиши

Без долгих слов решайте,

Огонь сосны с огнем души

В печи перемешайте.

Пусть будет теплою стена

И мягкою скамейка.

Дверям закрытым грош — цена,

Замку цена — копейка.[10]

— А вы оказывается, еще и петь умеете…

Слова, сказанные госпожой Иенна'тер, звучат как то двусмысленно, но общее настроение у собравшихся в музыкальном салоне, в моих апартаментах, как я чувствую сквозь Силу, находится в приподнятом состоянии. Что же, хорошо: гость доволен — и хозяину приятно!

— Увы, госпожа сенатор — зову представительницу Хумбарина более пышным, не принадлежащим ей титулом, чтобы сделать приятное, — занятия музыкой так и остались у меня на уровне обычного хобби.

— Для хобби у вас слишком хорошее умение.

Хумбаринка не то безбожно льстит мне, стараясь сойтись поближе — что вообще очень странно: как мужчина я ее совершенно не привлекаю. Не то пытается подколоть, тоже непонятно зачем — ей явно требуется успех в настоящей миссии. Остальные, видимо поняв, что на сегодня концерт окончен, кажутся разочарованными — странно, никак не ожидал найти таких благодарных слушателей. Тот же Феланил Баакс ничуть не романтик, да и Джодел Горани тоже — а вот, поди же ты: есть что-то в любой хорошей музыке, что находит отклик в душах у всех разумных, кто имеет уши, или что-то их заменяющее.

Вскоре, общество, собравшееся в музыкальном салоне, распадается. Кто-то уходит к себе — отдохнуть и заняться чем-то еще, у кого-то находятся служебные дела. Сегодня я обещал показать падаванам обоих джедаев, разумеется — под надзором их мастеров, — как работать с различными материалами: ребята были любопытными, а эта девочка, Катуни, так вообще собиралась выбрать путь Ремесленника. Кстати, Мона Ланкарр, всерьез решившая подтянуть свои умения в этой же области, составила нам компанию. Мона так вообще захотела сделать себе световой меч! Собственно, сейчас мы все собирались посмотреть: удалось ли ей «выпечь» для этого меча синтетический кристалл в автоклаве…

— Ну, ребята, как этот кристалл ощущается в Силе?

Оба падавана старательно пытаются перебирать потоки Силы, текущие через пространство лаборатории. Первым откликается парнишка.

— Кристалл, он резонирует с Силой!

— Так, хорошо… — я подбадриваю пацанов, поглядывая на юную толатианку.

— А что ты скажешь, Катуни?

— Он… кристалл, кажется, поет! И эта песня… — мелодия очень созвучна с той, что идет в Силе от госпожи Моны.

Девочка немного стесняется, хотя мастер Баакс одобрительно кивает своей ученице.

— А ты, Бьяф, понимаешь, что имеет в виду Катуни?

— Да, мастер Райден, я чувствую это!

— Вот, запомните ребята — именно так в Силе резонируют кристаллы, настроенные на своего владельца. Что же, теперь можно сказать совершенно определенно: госпожа Мона вырастила себе безупречный кристалл, который подходит ей ничуть не хуже, как если бы он был природным…

Дальше мы все понаблюдали за процессом сборки клинка, который Мона осуществила у нас на глазах. Будучи опытной Чародейкой Тунда и неплохим форсером-боевиком, особо в моих ценных указаниях она не нуждалась: достаточно было показать и рассказать все один раз. Ребята, как выяснилось, собственные клинки себе тоже сделали своими руками — еще, будучи в статусе юнлингов. И в самом деле, перспективные ученики у Айлы с Феланилом: к умению работать с Силой еще и головы с мозгами прилагаются. Разумеется, после того, как Мона себе меч собрала, зрители пожелали посмотреть на него в действии. Мастер Баакс любезно согласился быть у чародейки спарринг-партнером. Будучи отличным мастером, он, в придачу, оказался еще и хорошим фехтовальщиком. Да и как учитель фехтования был, весьма умел: где нужно — убыстрял темп, где надо — наоборот — замедлял. — Главное, наглядно показывал партнеру на собственном примере — как и что надо делать. Задача с виду вроде бы и простая, но настоящих мастеров не фехтования, а именно обучения фехтованию, работающих в подобной манере, мне попадались единицы. Некоторые его приемы живо напомнили мне дядю. Полчаса в фехтовальном зале пролетели для участников и зрителей как один миг. Несмотря на небольшой опыт, Мона держалась достойно — сказывался немалый боевой опыт, а так же умение работать обычным холодным оружием, весьма развитое у Чародеев Тунда. И все же, чувствовалось, что это совсем не бой насмерть — было в этом спарринге что-то от быстрого, завораживающего танца. Когда учебный бой закончился, и спарринг-партнеры взаимно раскланялись, я задал Бааксу мучивший меня вопрос.

— Не скажите, мастер Баакс, кто был вашим наставником?

— Йода. А почему вас это так заинтересовало?

— Манера боя… и манера обучения! — Вы напомнили мне моего дядю…

— Он сам вас учил? Соболезную. Да и для Ордена… его уход от нас был огромной потерей, к сожалению. Йода считал, что Граф должен был стать ему сменой, во главе Храма.

— Да, увы, жизнь распорядилась иначе. Насчет обучения — правда, именно дядя меня сам и учил.

Айла, Мона и падаваны внимательно слушали наш разговор. Наконец, Катуни не выдержала.

— Мастер Райден, а вы хорошо фехтуете?

— Не знаю, наверное, все же — нет! То есть, мечом я могу работать неплохо — но до изящества и мастерства генерала Секуры, или мастера Баакса, мне далеко. Я ведь учился не только у своего дяди, и те учителя… они учили не красиво сражаться, а эффективно убивать врага! Джедай… любой адепт Светлой Стороны так действовать не должен. Это не значит, что он будет хуже в сражении — это значит, что он должен действовать по-иному. Поэтому всегда помните, кто является вашим противником в бою. А еще знайте — есть ситуации, когда простое мастерство владения клинком ничего не решает. И умение определить ту границу, которая отделяет одну ситуацию от другой, тоже является одной из ступеней мастерства бойца.

— А вам приходилось попадать… ну, чтобы световым мечом ничего нельзя было сделать?

Это уже маленький иторианец не вытерпел, вступив в разговор. Я подумал: а ведь у меня где-то тут есть та запись моего «экзамена» — дядя свою копию, насколько я знаю, уничтожил, а вот сам я, по глупости, еще одну припрятал. Ну что поделать — глуп был: грело самолюбие, как я тогда дроидов покромсал! Подозвав всех, присутствовавших в зале, пошел к одной из стен, где был смонтирован голопроектор, и было устроено хранилище голозаписей. Он тут был на тот случай, если нужно было сразу же просмотреть картинку с камер наблюдения — неплохое подспорье в учебном процессе: на повторе ошибки и оплошности видно гораздо лучше. Так, где то тут… — наконец, нахожу нужную запись и вставляю инфочип в приемник голопроектора…

Видеть себя со стороны: великовозрастного пацана с глупой щенячьей рожей, довольного собой и еще не сильно битого жизнью, — было странно и грустно одновременно. Остальные внимательно смотрели, как я лихо расправляюсь с Магнастражами — обсуждая и комментируя каждое мое движение и удар. Ребята и Мона явно впечатлились зрелищем. Старшие джедаи… тут разобрать было сложнее, но смотрели они внимательно. А вот конец боя — когда, по приказу дяди, на пол фехтовального зала с балкона спрыгнули еще столько же Магнастражей, сколько я, по очереди, перебил до этого, — вызвал у всех зрителей вздох. Ребята так вообще чуть ли не замерли, в предвкушении. Что же, их ожидания не остались не исполненными — зрелище того, как используя потоки Воздуха, я перелетел на балкон, к дяде, а потом эффектно убил каскадом электрических разрядов всех дроидов на полу фехтовального зала, было впечатляющим. Реакция, по окончании просмотра, у мастеров и остальных зрителей была разной. Ребята, как всегда, были самыми нетерпеливыми — именно Бьяф первым задал мне вопрос.

— Как вы их! А почему вы не стали с ними драться врукопашную?

— Потому, что я и предыдущую схватку выиграл только потому, что смог использовать эффект неожиданности: запомните, Магнастражи очень хорошо обучаются по ходу боя! — и, при этом, умеют учиться не только на своих, но и на чужих ошибках. Помните, что я вам перед этим сказал, что есть ситуации, когда одним клинком дело решить не возможно?

— Да! Но… это походило на обычное бегство, когда вы вот так… на балкон!

— А это и было бегством. Запомни, парень: в бегстве, когда противник превосходит тебя по всем статьям, и оно не повлечет за собой чью-то еще гибель или поражение, нет ничего плохого — в глупой смерти нет никакой героики!

— Наставники тоже учили нас отступать, если нет другого выхода…

— Правильно учили. Тут главное правильно определить как собственные шансы, так и необходимость. Иногда необходимость заставляет драться даже в безнадежном состоянии! Но тогда мне не требовалось биться насмерть — мне требовалось победить противника: я просто оценил все обстоятельства, и выбрал для этого другой способ. Не меч.

Айла Секура покачала головой и спросила.

— Не слишком ли это серьезно? Молнии Силы… или вы использовали Электрическое Правосудие? — все равно: не лучшее средство! Хотя, как я убедилась сейчас, действует эффективно.

— Ни то, и не другое! Я говорил, что дядя не был моим единственным учителем. Так вот — это умение я почерпнул у наставников с планеты Кро Вар. У них весьма замысловатая, на взгляд остальных форсъюзеров, манера работать с Силой…

* * *

Этот разговор в фехтовальном зале невольно вспомнился мне позже, уже в глубинах Пространства Хаттов. Заодно, в голове крутилась фраза из чужого мира — про то, что «в Политбюро не дураки сидели». Да, недооценил я Йоду и Мэйса Винду: сумели они подобрать таких джедаев в посланники, с которыми я невольно приоткрылся больше, чем был намерен сделать ранее. Все же, доверия к Ордену в целом у меня не было — особенно, после всего, что случилось за последнее полугодие! А тут… Айле Секуре я просто обязан жизнью детей, а Феланил Баакс — джедай оказался совсем не так прост и прямолинеен, как я сначала решил. А уж эта, как то рассказанная в порыве ответной откровенности, история про его друга, Тиаана Алрика, и его странную находку. Нет, не зря Йода именно его вместе с Айлой ко мне отправил, не зря. Не растерял еще старый гоблин хватку: знал, как заинтересовать и привязать к себе интересного ему самому человека. Ну а то, что он теперь дует на воду, однажды обжегшись на молоке — я тоже прекрасно понимал. Орден… джедаи, надо это признать, умеют работать на перспективу — и умеют делать выводы из прежних неудач и собственных ошибок.

Все эти заходы старого Гранд-мастера, они не просто так. Это не сиюминутная, с точки зрения интересов Ордена, задача гарантировать выполнение соглашений между Республикой и Конфедерацией. Нет, это явно работа на перспективу: наладив хорошие отношения сейчас, суметь снова вернуть все под одну единую «крышу» позже, уже при следующих поколениях. Пусть не через пятьдесят лет, так через сотню, или даже две — Орден умеет ждать! Главное — заложить с самого начала хорошую основу для этого. Ну, что же — я, в общем, и сам не против такого развития событий: интеграция галактики есть несомненное благо. Разумеется, если одна часть партнеров, не желает при этом, решить собственные проблемы, за счет другой части — вот это мы уже проходили, спасибо. То, что эта интеграция, при джедайском руководстве, снова пойдет с Корусанта — да бог с ней! За Конфедерацию я спокоен, пока сам нахожусь у ее руля, и со мной те, кому я полностью доверяю. Однако, что будет, когда ни меня, ни их не станет? Но, надеюсь, потомки будут мудрее нас. Так что, в этом вопросе я джедаям мешать не стану. Тем более, что сейчас они не мешают мне решить самый насущную проблему: разобраться, наконец, с хаттами.

В трех начавшихся практически одновременно битвах, хаттские армады понесли тяжелое поражение и стали медленно отходить под натиском наших эскадр вглубь контролируемых ими областей галактики. Чаррос, Салюкамей и Станция Юнкфорт — фактически, все решилось уже там, но руководство хаттов все еще на что-то надеялось. Учитывая, что с мозгами у слизняков всегда все было в порядке, можно было ожидать предложений о мире: пожертвовать «внешней» зоной влияния, чтобы сохранить основное ядро своих владений. В принципе, в сложившихся условиях, не самый плохой размен. Но, хатты то ли никак не смогли договориться: кого назначить крайним — то ли, решили, что у них есть еще неплохие шансы. Насчет последнего: доносила разведка, про какое-то «шевеление» в «южных» секторах — тех, что совместно контролировали сейчас Марат Вуоро и генерал Гривус. Вопрос в том, а пойдут ли неймодианец и калиш помогать слизнякам? — даже, если за них станут хлопотать джеонозианцы. Вот эти как раз развернули настоящую мобилизацию — о том, что в секторе Арканис, в районе Татуина, сейчас формируется мощный флот, сообщала не только разведка КНС, но и республиканцы. Респов, кстати, понять было можно — черт знает, куда жуки, в конце концов, предпочтут нанести удар этим «кулаком». Рилот, Арканис или Кристофсис были не менее вероятными целями для ударов. Особенно, с учетом того, что до хаттов и их союзников уже дошло: Республика из игры вышла, бросив их один на один с разъяренной Конфедерацией. — И, даже более того — поспешила урвать подходящие куски из «хаттского наследства»!

Бабло если и не побеждает зло, то, по крайней мере, позволяет не экономить на оплате наемников. Хатты провели мобилизацию среди своих вассалов, каким-то образом сумели подрядить несколько миллионов айлонцев, в качестве станового хребта своего разношерстного воинства — и буквально «притянули» все свободные от контрактов наемные корабельные соединения, а так же многие пиратские флотилии. Убриккия, Чалакта, Боз Пити, Бунта, Шрилур, Клатуин, Делакрикс — каждый из этих миров был превращен в настоящую крепость, снабженную надежным гарнизоном, обеспеченным все необходимым для того, чтобы выдержать длительную осаду. «Тяжелые» эскадры своего ново созданного регулярного флота, потрепанные в проигранных сражениях, хаттские стратеги отвели во внутренние районы Пространства Хаттов. А вот легкие вспомогательные флотилии наемников и пиратов попробовали бросить на наши коммуникации. Без большого успеха: массовое использование нами гравиколодцев, оказалось для рейдеров очень неприятной неожиданностью. Если хатты рассчитывали, таким образом, сорвать наше наступление, то их ждал облом.

Блокировав отдельными эскадрами хаттские «пограничные крепости», наши главные силы на флангах быстро пошли вперед. Тренч и генерал Булат продвигались по Среднему Кольцу в направлении Ланника и Ботавуи, с целью отрезать Пространство Хаттов от основной части галактики. Алгор Мелассин и Ассегай делали то же самое со стороны Дикого Космоса: с одной стороны, больших сил там, у хаттов не оставалось, а с другой — для обхода оставался один-единственный удобный маршрут. Но риск сочли приемлемым: при выходе на оперативный простор хаттов фактически отрезали от их возможных союзников. К тому же, наступление нашего «центра», которое возглавили Тофен Вейн и ваш покорный слуга, снизило риск ударов по нашим флангам до минимума — мы угрожали уже самому ядру хаттских владений! Собственно, рулил всем Вейн, как Главнокомандующий флотом КНС — я тут был больше для поднятия морального духа живых солдат и нашего гражданского населения в тылу. Народ ценит, когда его вожди не прячутся от опасности. Тем более, что и опасностей то особых не было: в свое время слизняки не озаботились начать постройку нормальных собственных кораблей класса «дредноут», или даже «стардестроер». То, что им удалось купить в той же Республике, или у нас — когда отношения были еще нормальными, было каплей в море.

Основным боевым кораблем хаттских армад был старый добрый «Дредноут» — творение рендиллийских корабелов вообще пользовалось популярностью у всех фракций галактики, да и сами рендиллийцы бойко торговали лицензиями на их производство. Часть своих «Дредноутов хатты построили сами, а часть, как и многое другое вооружение, закупили на стороне. Но, тяжелый крейсер это никак не стардестроер: в линию поставить можно, но обязательно требуется чем-то подпереть. Горстка так же купленных на стороне стардестроеров, этой проблемы хаттского флота не решала. Правда, у слизняков было огромное количество «Непобедимых»: мало того, что они втихую скупали эту древность по дешевке, где только могли, они еще и их производство у себя на верфях по старым спецификациям восстановили! Когда то, этот корабль и вправду был основой боевых флотов галактики, но, с тех пор прошло слишком много времени. Нет, формально те же «Непобедимые» даже под классификацию «дредноут» подходили — как-никак два километра с лишним длина! Но, практически, по боевой эффективности они оставались на уровне «Предусмотрительных», «Центурионов» или республиканских «Венаторов» — несмотря на проведенную, по требованию хаттов, модернизацию. Что можно было сказать про ветерана хорошего: дредноут можно было строить даже на, совсем примитивных, по современным меркам, верфях — и прочность корпуса, вместе с толщиной брони, вполне соответствовала современным нормам, для кораблей подобного класса и размера. А дальше шли сплошные минусы: низкая скорость — на уровне не модифицированных «Дредноутов» «руусанского стандарта». — И такие же «медленные» основной и резервный гипердрайвы. С этим, в принципе, можно было бы смириться — как рейдеров ни «Дредноуты», ни «Непобедимые» хатты не использовали. — А для боя «стенка на стенку» оно было без разницы. В отличие от очень слабых генераторов дефлекторных щитов — на уровне все того же «Дредноута», и даже чуть слабее. Здесь, похоже, конструкторам пришлось выбирать между огневой мощью и защитой, при недостатке мощности главного реактора. Может, они понадеялись, что кораблю не придется драться против более сильного противника, а может — понадеялись на толщину и крепость обычной брони. Совершенно зря: современные тяжелые турболазеры это совсем не то, что было на вооружении у флотов галактики три тысячи лет назад! Вооружение дредноута было, в принципе, неплохим, но не соответствовало размерам корабля. Главный калибр составляли двенадцать счетверенных установок тяжелых турболазеров седьмого класса: стандартное оружие больших кораблей КНС — лицензию хатты, в свое время, купили через неймодианцев. Двадцать счетверенных, опять же, турелей, в которых стояли мощные лазеры шестого класса, строились ими по республиканской лицензии. Установки одинаково годились и как вспомогательное противокорабельное оружие, и против вражеских МЛА. Хотя, по современным стандартам ПКО кораблей и считалось слабоватым, но несколько эскадрилий истребителей на борту дредноута, компенсировали этот недостаток.

Надо сказать, что при замене устаревшей начинки, в корпусе «Непобедимого» освободилось достаточно места, чтобы разместить внушительных размеров ангары, способные принимать как десантные челноки, так и до шестидесяти истребителей, если ограничить десант минимумом. Конечно, убриккианские и мандалорские истребители были не самыми выдающимися, но вместе с тем, вполне надежными и боеспособными машинами. Главное, они могли неплохо защищать корабли-носители от атак вражеских МЛА. На хаттских «Дредноутах» для истребителей места не было. Остальное свободное пространство хатты, на мой взгляд, потратили крайне нерационально: поставили шесть пусковых установок тяжелых ракет. Такие же стояли на республиканских «Аккламаторах II». Хатты спецификации то ли честно купили, то ли, скорее всего, их агенты просто украли их у респов. Эти шесть установок, вместе с боекомплектом в две сотни огромных ракет, как раз и сожрали львиную долю высвободившегося внутреннего объема. Я, как конструктор, лучше бы потратил этот «лишний» объем на расширение ангаров — от удвоения количества истребителей и бомбардировщиков на борту было бы больше пользы. Эти мощные ракеты имели низкую точность попадания, и были практически бесполезны в космическом бою, даже против вражеского строя кораблей — легко сбивались системами ПКО! Они рулили только при штурме укрепленных вражеских планет: может, хатты их исключительно для этого на корабли и приказали воткнуть? В целом и общем, для старья — даже неплохо. Но, не лучше стандартных дестроеров КНС и Республики. А уж наши новые дредноуты или дестроеры типа «Республика», для них вообще были не по зубам.

Третьим основным типом кораблей хаттского флота был хорошо мне знакомый «Саваоф». Устаревший к этому времени, и морально, и технически корабль. У хаттов он использовался как многоцелевой фрегат: оказывал поддержку кораблям линии, занимался патрулированием, охраной, высаживал десанты — прикрывал более легкие корабли или транспорты. Разведка оценивала оставшиеся «линейные» силы хаттского флота примерно в десять-двенадцать тысяч кораблей: четыре тысячи «Непобедимых», примерно столько же, или чуть больше, «Дредноутов» и около трех тысяч «Саваофов». Еще какое-то количество «Саваофов» было придано легким силам. Вот их число разведка точно оценить даже не бралась, особенно — корабли наемников и пиратов на службе у слизняков. Оценочное число колебалось от двадцати, до тридцати тысяч вымпелов — от современных «Корон» до древних, как те же «Непобедимые», «Молотоглавов». В основном, всякая слабо вооруженная мелочь. Впрочем, для рейдерских операций и грабежа беззащитных гражданских это не было помехой. Кстати, много легких кораблей было оставлено в портах «миров-крепостей» — для вылазок, связи и прорыва блокад.

Не знаю, что там планировали в дальнейшем хатты — мы их попросту опередили: Тофен нанес удар по Бунте, и через неделю этот мир пал. А еще через неделю наш флот так же легко и непринужденно снес оборону Шрилура: Совершенные системы центральной наводки, объединявшие в единый организм целые оперативные соединения, и давно ставшие неотъемлемой частью нашего флота, совместно с широким использованием форсъюзеров для синхронизации всех боевых операций на орбите, позволяли флоту рвать планетарные щиты как бумагу! После этого волны бомбардировщиков сносили генераторы и системы ПКО, лишенные прикрытия. Дальше был выбор: орбитальная бомбардировка, или десант. Впрочем, на Бунте мы использовали одновременно и то, и другое — спустившиеся в нижние слои атмосферы планеты боевые корабли буквально пробивали своими тяжелыми орудиями путь наземным войскам. На третий день там просто некому стало оказывать сопротивление. Да и того, кто сможет подписать акт о безоговорочной капитуляции, пришлось искать полдня: в бункер командующей обороной планеты Заретты-хатта попала болванка, выпущенная из масс-драйвера «Длинной Руки». Не повезло… — а может, наоборот — избавило от унижения ползать на брюхе перед наследниками Ксима. На чудом уцелевшего потомка Заретты, Тико-хатта — чуть ли не единственного хатта, вообще оставшегося в живых на Бунте, — во время подписания капитуляции было страшно и противно смотреть. Хатты народ не пугливый! — наверное, мы и в самом деле там переборщили с «огневой поддержкой»…

С родным миром викваев все было даже проще, чем с пограничной Бунтой, которую хатты превратили в полноценную крепость. В отличии от своих соседей по звездному скоплению Си» Клаата — никто, клатуинцев и водранов — викваи Вонторский договор не подписывали, хотя, в свое время, сражались на стороне хаттов не менее яростно. Как следствие, слизняки для безопасности родной планеты викваев ничего особого делать не стали. По большому счету, они даже колонистам-хоукам не помешали виквайские кланы на их родной земле потеснить. Кстати, колонии хоуков сразу же объявили о своем полном нейтралитете, а потом и вообще предоставили нашим войскам плацдармы для высадки десанта, на контролируемой территории. Тут политика хаттов «разделяй и властвуй», в первый раз дала сбой: после того, как хоуки узнали о судьбе Бунты, они сочли более перспективным примазаться к победителю. В этом смысле, викваи были куда как порядочнее. И, пусть даже в большой политике слово «порядочность» обычно является ругательным, верность данному слову невольно вызывала уважение. Конечно, противокосмическая оборона у Шрилура была, и даже очень неплохая — только, неплохая по меркам Внешнего Кольца. Викваев многие считают туповатыми упрямыми отморозками, причем — совершенно зря! После того, как наш флот аккуратно подавил очаговую оборону планеты, а десанты беспрепятственно высадились на предоставленных хоуками плацдармах, совет старейшин виквайских кланов запросил у меня условия капитуляции…

Поскольку собственного настоящего военного флота у викваев не было совсем, я решил рискнуть, положившись на слово их старейшин. Оставив минимальные гарнизоны на территориях хоуков (скорее, чтобы викваи не попробовали им отомстить за все хорошее, чем для контроля над планетой), весь флот отправился к Клатуину, который должен был стать нашей следующей целью. Вообще то, разведка донесла, думаю — не без желания самих хаттов, что их флот концентрируется возле Вонтора. Слизняков понять было можно: в свое время, заключая Вонторский договор, они поклялись защищать тех, кто добровольно стал их рабами-солдатами: За двадцать пять тысяч лет, со времен Ксима Деспота, на пустынном Вонторе так и не появились постоянные обитатели — следовательно, сражение на орбите, или на самой планете, никому и ничему постороннему повредить не могло. Но, я то не собирался, как Ксим в древности, тягаться с хаттами на их поле. Эта война должна было идти только на моих условиях, и по моим правилам!

Клатуин был укреплен не хуже, чем Бунта: генераторы планетарных щитов прикрывали всю поверхность планеты, без разрывов, батареи планетарных турболазеров и стационарных ионных пушек держали на прицеле пространство над важнейшими точками на поверхности. Там, где на установку турболазеров и ионных пушек не хватило времени и денег, небо прикрывали обычные пушки, сделанные по нашим, или республиканским лицензиям, или вообще без них: и J-1, и AV-7 были достаточно эффективным средством ПВО не только для атмосфер планет, но даже для низких орбит. Лучше всего было прикрыто место, где находился Фонтан Древних (или Фонтан Хаттов, как его некогда переименовали в честь новых хозяев) — удивительное природное образование, которое клатуинцы, и не только они, почитали чудом света, — и святыней. Вообще говоря, защитники планеты не оставили маневры нашего флота у себя на орбите без внимания, открыв по нам огонь с поверхности. Теоретически, тяжелые планетарные турболазеры и ионные пушки уже могли нас достать с немалыми шансами на попадание. Но, именно что теоретически: попасть в движущиеся цели, не имея рядом с нашими кораблями корректировщиков, было почти невозможной задачей. Забегая вперед, скажу, что средствам ПКО удалось сбить, на данном этапе, всего пару наших кораблей: фрегат типа «Щедрый» из боевой линии, и крейсер типа «Алмаз». Последний, кстати, находился на более низкой орбите, и являлся одним из кораблей-корректировщиков для наших боевых сил.

Пока весь остальной флот развернулся в боевые порядки, ожидая возможной атаки флота хаттов, Оперативное Соединение «Черный Скимитар» перестроилось для того, чтобы «вскрыть» планетарные щиты Клатуина. Прямо над Пустыней Дерелкус, где как раз и находился Фонтан Древних — а заодно, и резиденция планетарного правительства. Шесть сотен боевых кораблей расположились вокруг моего флагмана, напоминая не то раскиданную паутину, не то — крылья гигантской бабочки. С образом последней это выгнутое гигантской чашей, повторяющей изгиб поверхности планеты, образование роднило то, что «крылья» Оперативных Групп находились в постоянном движении. Человек, хорошо знакомый с математикой, назвал бы этот постоянно изменяющийся, подобный картинкам в калейдоскопе, рисунок «фракталом» — и не ошибся бы. Только, данный фрактал сейчас рисовала, в небесах над планетой, сама Сила: Форсъюзеры, присутствовавшие на каждом флагманском корабле Оперативного Соединения, начиная от уровня флайта и выше, и соединенные сейчас в единый «хор» с помощью Боевой Медитации, задавали порядок работы корабельным сенсорам и ставили реперные точки прицельным системам. Форсъюзеры, с помощью Силы, выискивали любые слабые места и неоднородности, неизбежно присутствующие в планетарных щитах, созданных работой множества отдельных генераторов — с неизбежной неполной синхронизацией работы последних. Находили и точки на поверхности планеты, отмечавшие местонахождение этих самых генераторов щитов. А потом, вносили в электронные мозги прицельных компьютеров точные данные по всем обнаруженным объектам. Тут здорово пригодились наше с Даллом умение использовать кроварские техники, и работать не с голой Силой, а опосредованно — со Стихиями. Если для самой Силы все это «железо» было не более чем простым фоном, на котором четче выделялись жизненные формы, связанные с нею, то для Стихий именно неживые материальные объекты являлись куда более контрастными целями. Если я «работал» с самим силовым полем щитов — Огонь и Воздух наше все! — то Далл, который отлично работал со стихией Земли, искал объекты на поверхности планеты. А вот другие форсъюзеры, вовлеченные сейчас в единую сеть посредством Боевой Медитации, уже через нас осуществляли привязку навигационных и прицельных систем — к «засеченным» нами тем, или иным объектам, — или, слабым местам в полях планетарных щитов, как в моем случае.

Разумеется, участие в Боевой Медитации приняли не все мои форсеры: не следовало забывать и о гостях, находящихся у меня на борту! Все же, я не настолько доверял джедаям, чтобы оставить спину не защищенной: Джодел Горани ненавязчиво присматривал за ними, а часть он'гат'акэ, обученных работе с Силой, тоже несли охранную службу. Не то, чтобы я всерьез опасался чего-то… — просто привычка превратилась уже во вторую натуру: выработался условный рефлекс, как у некой «Собачки Павлова». Впрочем, возможности похвастаться наработанными методиками использования Силы в военном деле, я тоже не упустил. Адару Тэлону и Йэну Додонне была еще и предоставлена возможность посмотреть на работу штаба флота, и даже поучаствовать в ней, на правах союзников. Поэтому, кстати, оба находились, сейчас, на флагмане Тофена Вейна: наблюдать за бомбардировкой планеты можно и оттуда, а вот если появится флот хаттов, и случится бой на орбите, — у Тофена будет интереснее. Гражданская часть делегации респов? — ну, те, после начала активных боевых действий, убрались подальше от фронта — на Раксус. Типа, решать важные и насущные проблемы наступающего мирного периода: проще говоря — делить галактику. А джедаи… их присутствие было мне совсем не в тягость: если Орден хотел приручить меня, то кто мне запрещает попытаться приручить сам Орден — или кого-то из его членов?

Между тем, «прощупывание» противника, и все необходимые для открытия огня перестроения, были закончены. Необходимые поправки, учитывающие неизбежные флуктуации реальности, непрерывно вносились и в машинные цепи управления, что называется, в ручном режиме — через форсъюзеров. О достижении полной готовности к открытию огня, через сеть, сотканную Боевой Медитацией, я тут же получил известие: Так же соединенные в единое целое, с помощью «рабских цепей», системы наведения и управления движением кораблей, отслеживали теперь все обозначенные цели в режиме реального времени. Когда я прикоснулся к сенсору панели управления, расположенной у меня перед глазами, то, по приказу Боевого Компьютера «Черного Скимитара», огонь по намеченным точкам открыли сразу все корабли Оперативного Соединения.

Когда одновременно, синхронно, в выбранную слабую точку планетарного щита бьют даже не сотни, а тысячи стволов — тот долго не продержится. Не выдержал и щит над Клатуином: поверхность поля пошла «рябью», и в ней появились разрывы. Туда, где под этими разрывами, или достаточно близко, находились генераторы щитов, ударили новые залпы — и рванулись дроиды-бомбардировщики, обвешанные протонными бомбами, ракетами и торпедами. Половина из этих дроидов погибла из-за своего же «дружественного огня». Зато другая половина сумела добить все системы ПКО, расположенные в районе Пустыни Дерелкус. Вот когда наши десантные баржи уже походили к тем местам, где был расположен Фонтан Древних, на сцену, наконец-то, вылетел на всех парах хаттский флот. Или, учитывая его численный состав, его основные силы — покинувшие место своей «засады» у Вонтора. Похоже, до кого-то из хаттов дошло, что захват нами святыни клатуинцев может для них плохо кончится.

Одна часть хаттского флота попыталась сбить с боевых позиций мое оперативное соединение, а вторая — связать боем основные силы, которыми командовал Тофен Вейн. А еще один из хаттских дредноутов типа «Непобедимый» вывалился из гиперпространства на предельно близком расстоянии от самой планеты — и попытался сбить наши, еще не успевшие сесть, десантные баржи. А так же, заодно, обстрелял уже высадившиеся рядом с Фонтаном Древних силы авангарда, состоящего из одних боевых дроидов. Ага, тяжелыми ракетами, сделанными по принципу: невысокая точность попадания с лихвой компенсируется мощностью боеголовки…

Собственно, местность рядом с Фонтаном мы с орбиты не обстреливали совсем — именно из-за опасения случайно задеть святыню. Поэтому, остатки планетарной системы ПКО в этом регионе у клатуинцев сохранились полностью — кстати, сбив большинство наших десантных барж первой волны. И, все эти оставшиеся системы немедленно отработали по хаттскому кораблю, буквально разнеся его на молекулы, несмотря на немалые размеры! — небольшая высота орбиты и почти идеальные условия прицеливания очень этому поспособствовали. Некоторое время спустя, очевидно, решив какие-то свои внутренние проблемы (проще говоря — быстренько перерезав всех хаттов и их наемников других национальностей), представители клатуинцев вышли на связь с нашим флотом, и заявили, что больше не считают себя рабами хаттов. На что заранее проинструктированный мной Тофен ответил, что КНС против свободного и независимого народа клатуинцев ничего плохого не имеет, и войну против них не ведет — а высаженные на планету десантники будут немедленно эвакуированы. В свою очередь, клатуинцы поинтересовались: не может ли Конфедерация помочь народу Клатуина, если хатты захотят силой поработить тех? Разумеется, Главнокомандующий флотом КНС вошел в бедственное положение клатуинцев, и тут же пообещал там защиту — если они сами, в свою очередь, будут «по мере сил» помогать Конфедерации в борьбе с ее врагами. Короче говоря, стороны, к взаимному удовольствию, поняли друг друга, и «ударили по рукам». Разумеется, единственным конкурентоспособным товаром, который мог производить Клатуин, были солдаты — этот товар Конфедерация тут же от потерявших его хаттов и перекупила.

Дальше все закончилось быстро: с трудом отбивавшихся от главных сил Вейна, и, одновременно, уже считавших, что они окружили и вот-вот уничтожат мое Оперативное Соединение, хаттских вояк ждал очень неприятный сюрприз. На заранее обозначенные включенными гравиколодцами участки пространства из гипера вывалились резервные эскадры, до этого заботливо «демонстрировавшие флаг» хаттским разведчикам возле Шрилура. В результате, та часть хаттского флота, что уже вроде бы окружила мое (давно прекратившее орбитальную бомбардировку и собравшееся в кулак) Оперативное Соединение «Черный Скимитар», сама попала в кольцо. Поняв, что дело начинает пахнуть жареным, основные силы хаттов начали отступление. Те, кто были нами теперь окружены возле планеты, попали в совсем безвыходную ситуацию — масса работающих гравиколодцев делала бегство в гиперпространство практически невозможным. В последний момент к участвующим в бойне присоединились и легкие силы флота клатуинцев. У них, в отличие от викваев, небольшой регулярный флот имелся (корабли, и истребители они сохранили от бомбардировки, спрятав их в подземных ангарах). Не то, чтобы нам особо требовалась помощь — но, почему не дать новым союзникам возможность доказать свою преданность?

Удачный размен: пятьсот вымпелов на полторы тысячи — и даже из этих пятисот, триста — обычные десантные баржи или легкие корабли. Еще удачнее пошло с самим отказом клатуинцев от Вонторского договора. Вслед за ними, узнав подробности сражения над Клатуином, от вассальной клятвы хаттам отказались и никто с водранами. Причем тут же, заодно с викваями, заявившими, что и они не прочь стать союзниками КНС — на тех же условиях, что и их бывшие собратья по хаттскому рабству, клатуинцы. Дальше, все закончилось за несколько недель: не составляя основной массы хаттского воинства, эти народы, тем не менее, являлись его становым хребтом: они сражались не столько за деньги, сколько, будучи верными слову предков. Еще была отчаянная попытка объединенного хаттского флота нанести нам контрудар у Шлехейрона, закончившаяся его полным разгромом. Был отказ капитуляции Варла, в результате чего этот полумертвый мир, прародина хаттов, был превращен в пустыню, после орбитального удара, нанесенного флотом с низкой орбиты. Были капитуляция Нал Хатты и Нар Шадды — после того, как во владениях хаттов вспыхнуло массовое восстание их рабов. Единственным условием, которое поставили мне слизняки, было условие — сохранить их народ от поголовного истребления. Что же, на это я согласился охотно: взамен хатты предлагали мне всю свою производственную инфраструктуру, коммерческие предприятия и территориальные владения, которыми они напрямую управляли. Хаттам, конечно, палец в рот не клади, но, дохлые слизняки денег уже не накуют, и налогами их не обложишь! В общем, теперь оставалось только замкнуть все эти нити управления свалившимся богатством на себя, и договориться с Республикой о полюбовном разделе остатков.

Последним хаттским владением, попавшим в мои руки, был Татуин. Планета стала удобным плацдармом, с которого Тренч и Булат нанесли последний наш удар в этой войне — по Джеонозису. Впрочем, я в это время уже вернулся, вместе со своими гостями, на Раксус Прайм. Победный аккорд этой войны, для Республики, омрачился ее конфликтом с мирами Альянса. Пытаясь вести войну одновременно еще на два фронта: против Гривуса с Маратом Вуоро, и против Альянса — Великая Армия Республики не преуспела в этом. Нет, как раз старина Марат вынужден был капитулировать, в результате, потому как у него был выбор: относительно милостивый суд на Корусанте, или жесткая зачистка войсками Альянса, обозленного нападением Гривуса на свои миры! Нападение для самого Гривуса, кстати, закончилось скверно, поставив точку в его карьере: никому ранее не известный наемник, по имени Кен Старкиллер (ставший к тому времени, наряду с Октавианом Грантом, одним из двух командующих войсками и флотом Альянса) прикончил жестяного генерала чуть ли, не, собственноручно.

А вот сам конфликт Альянса с Республикой произошел на почве финансов и безопасности: Альянс обвинил Корусант в том, что Республика не обеспечивает должной защиты собственных граждан от распоясавшихся в конец бандитов, но требует за это деньги, в качестве налогов. И уж совсем чашу терпения переполнило то, что на борьбу за «хаттское наследство» и корабли, и солдаты у корусантских политиков нашлись! Разумеется, на Корусанте вознамерились было преподать урок «новым мятежникам». Но, Грант, на пару со Старкиллером, быстро показали республиканским политиканам, что те, кто победили самого Гривуса, их генералов и адмиралов, не единожды битых калишем, совсем не боятся. Мало того, они это еще и делом доказали, поколотив силы ВАР в этом регионе так, что тем пришлось поджимать хвост — и даже, кое-где, спасаться бегством! Только прибытие на родину Уилхуффа Таркина, вместе с солидным подкреплением, спасло сектор Сесвенна и Эриаду от падения. Сесвенна осталась теперь практически единственным большим анклавом Республики в тех местах.

Вот как-то так и получалось, что Республике уже совсем не до КНС. Мы даже предложили Корусанту свое посредничество — для урегулирования конфликта с Альянсом. Посредничество было принято, к моему тайному удивлению — не иначе, как не без влияния Ордена. Ладно, посмотрим, что из всего этого выйдет: выиграв войну, главное — не проиграть теперь мир! Значит, придется договариваться: С Республикой. С Орденом. С этим, неожиданно набравшим такую силу, Альянсом, наконец! А ведь есть еще и нейтралы, и Неизведанные Регионы с Диким Пространством, откуда в скором времени может прийти настоящая угроза. Ну и, самое главное, надо вплотную заняться внутренними делами и Конфедерации, и Тиона: раз война окончена, то теперь, на первом месте, мирные дела. Как видно, бездельничать и скучать мне еще долго не придется…

Эпилог

Из бездны

Доклад, который Айла Секура должна была сделать Высшему Совету по итогам своей миссии в Конфедерацию, начался довольно странно: кворума у Совета не было — некоторые члены Совета не соизволили присутствовать на заседании даже виртуально. И, что было еще более странным — отсутствующим не нашлось временной замены, как это обычно всегда случалось раньше, в таких случаях. А опыт подобных докладов, по итогам самых разных миссий, у Айлы был, чтобы сравнивать: обычно, докладчика внимательно выслушивал весь Совет, в полном составе — для Ордена мелочей не существовало. А теперь это требовалось и подавно — повод собраться всем имелся самый серьезный! Что-то она не понимала, в происходящем? Однако, еще интереснее оказалось то, что Айла Секура была сегодня на специальном заседании Высшего Совета даже не единственной докладчицей. Вместе с ней в зале собраний Высшего Совета оказались еще два джедая, в состав оного точно не входивших: Ан'я Куро, более известная под прозвищем Темная Женщина, и мастер Дорин Се'ол. С Ан'ей Айла была достаточно хорошо знакома, кроме того, они несколько раз пересекаясь на заданиях, в течении недавно закончившейся войны. А вот с мастером Се'олом, она не виделась, пожалуй, с самого начала боевых действий. Дорин считался одним из самых опытных учителей, вдалбливавших основы работы с Силой в головы бестолковых малолеток: Совет Первого Знания ценил его настолько, что даже просил остаться в Храме. Но, здесь Дорин Се'ол уперся, заявив, что не сможет потом смотреть в глаза остальным братьям, и, своим бывшим ученикам — в особенности. Как она слышала, мастер-наставник, добровольно отправившийся на фронт, практически всю войну провел в Неизведанных Регионах или Диком Пространстве — военные действия, оказывается, периодически выплескивались и в те глухие места.

Кроме них троих, сейчас в зале Совета присутствовали: гранд-мастер Йода, Мэйс Винду, Пло Кун, Сэйзи Тийн, Кит Фисто — дружески ей кивнувший, когда Айла переступила порог зала. Ки Ади Мунди, недавно вернувшийся к исполнению обязанностей в Высшем Совете, сидел рядом с двумя его новыми членами — Луминарой Ундули и мастером Толмом, и… все! Почему отсутствовали остальные члены Высшего Совета, несмотря на то, что планировалось обсуждение столь важных вопросов? — джедайке было любопытно, но свой невольный интерес она спрятала поглубже. В конце концов, в последнее время жизнь Ордена и так изменилась достаточно сильно, чтобы удивляться еще и переменам в стиле работы руководства. Между тем, содокладчиков попросили занять свободные кресла, стоящие в круге — тоже еще одна новая деталь, характеризующая глубину произошедших изменений. Роль председательствующего на Совете сегодня исполнял Сэйзи Тийн, который и открыл заседание.

— Все, разумеется, в курсе, какая сложная сейчас сложилась обстановка. Достигнутый, наконец-то, мир оказался не таким уж и устойчивым. Вместо проблем, которые мы считали хотя бы частично решенными, возникли иные, наличия которых еще полгода назад никто даже не предполагал! Отношения с Конфедерацией, если не считать проблемой само ее наличие, сегодня вроде бы налаживаются, то возникшая новая сила — этот Альянс, так наглядно показавший размер своих зубов, — совершенно меняет наметившиеся политические расклады. Так что, думаю, начать заслушивание стоит с доклада Ан'и Куро: все произошедшее в Юго-Западных регионах может иметь, в дальнейшем, самые неприятные для Республики последствия.

— С позволения собравшихся, сначала дам свое видение того, что там произошло. Думаю, голые факты членам Совета уже и так достаточно хорошо известны.

Толм и Ки Ади Мунди почти синхронно кивнули в ответ. Сама Айла сейчас бы как раз с интересом послушала эти самые «голые факты» — как, впрочем, и мастер Се'ол, судя по той волне любопытства, что она уловила от него сквозь Силу. Между тем, Темная женщина продолжила…

— Итак, коротко по итогам моего расследования: я выяснила, что ничего непоправимого может быть и не произошло бы, если бы, не кое-кто из наших собратьев! Конечно, участвовавшие в деле адмиралы и генералы республиканских вооруженных сил, вместе со своими корусантскими покровителями, тоже несут немалую долю вины за случившееся. Но, эти господа никогда бы не посмели действовать так нагло и решительно, если бы их напрямую не поддержали отдельные джедаи. Я разговаривала с каждым из уцелевших: они были искренне уверены, что выступая на словах за мирное решение возникших проблем, Орден сквозь пальцы посмотрит на их силовое решение. Разумеется, если это пойдет на пользу Республике. Особенно, если им будет сопутствовать полный успех: как известно — победителей у нас не судят.

«Пусть она это Скайуокеру скажет» — подумала Айла про себя. Судя по тому, как едва слышно фыркнула Луминара, сидевшая рядом с ней, в соседнем кресле, подобная мысль пришла в голову не только Айле. Между тем, закончив описывать взаимоотношения старших республиканских офицеров, крупных компаний из Миров Ядра и Внутреннего Кольца, и политиков из Сената, Черная Женщина дошла до персоналий тех джедаев, кого она считала прямо виновными в произошедших событиях.

— Считаю, что трагедии удалось бы избежать, находись при войсках, в тех регионах, достаточно генералов-джедаев. К сожалению, бездумный отзыв с фронта массы компетентных и опытных джедаев, прошедших всю войну, так и не был скомпенсирован. Отправленных в войска новичков не только никто не подготовил, даже поверхностно, к тем задачам, которые им предстояло решать — их было даже физически для этого недостаточно! Я понимаю, что неразумная идея решить вопрос окончания войны с КНС одним ударом, заставила сконцентрировать джедаев в войсках именно на этом направлении. Но, даже когда на Юго-Западе на постоянной основе находилось двадцать представителей Ордена, этого считалось недостаточным: в те регионы регулярно направляли с миссиями десятки наших собратьев! Как так получилось, что со Старшим генералом-джедаем Тилой Утаани оказалось всего семеро? Совершенно ясно, что этого в лучшем случае должно было бы хватить лишь исключительно для пригляда за обычными старшими офицерами. Для полноценного обеспечения ведения военных действий частями и соединениями ВАР этого совершенно не достаточно. А учитывая их, мягко говоря, невысокую профессиональную подготовку, и контроль за «кадровыми» военными с их стороны мог быть только чисто номинальным…

Докладчица сделала небольшую паузу, очевидно ожидая возражений или вопросов. Когда ни того, ни другого не последовало, Ан'я продолжила свой доклад.

— Это было бы еще полбеды: в конце концов, наши генералы и адмиралы совсем не дураки — ничего слишком уж рискованного они изначально не планировали. Ну, поколотили бы их, в процессе, немного — не беда: ошибка не смерть, ее исправить можно. Если бы не пара наших, с позволения сказать, «собратьев». Признаться, я всегда считала, что Джерек просто обычный ди'кут, занятый исключительно своей собственной персоной. Но, после… беседы с адмиралом Фураком и коммодором Константином решительно переменила мнение о его роли в событиях. Не секрет, что многие наши товарищи пришедшие, на смену отозванным с армии и флота джедаям, оказались не готовы — мягко говоря, — к своим новым обязанностям…

Да уж, с этим Айла была готова согласиться целиком и полностью: направленные в ВАР, по инициативе Сууна Бейтса, чуть ли не в принудительном порядке, «уклонисты» в уже сложившуюся военную структуру вписывались с большим трудом. И с большой кровью — особенно там, где они так и не нашли общего языка с кадровыми военными. Она думала, что там был именно такой случай, но как поведала дальше Аня, дело оказалось куда тоньше и неприятнее.

— Хочу напомнить собравшимся, что Джерека отправили в Неизведанные Регионы не просто так. Среди прочего, предполагалось дать ему возможность подумать о своем поведении, плохо согласующемуся с Кодексом. Судя по его последующим действиям, никаких правильных выводов из этой ссылки Джерек так и не сделал. Объявленную Бейтсом «всеобщую мобилизацию» он воспринял лишь как возможность не только восстановить пошатнувшиеся позиции в Ордене, но и как средство забраться повыше. Разумеется, на войне это можно быстро сделать только тогда, когда ты одерживаешь победы. Не знаю, как Джерек оценивал собственные воинские таланты — полагаю, очень высоко, раз полез в головы к настоящему командованию наших войск в том регионе! Как я уже сказала, двое свидетелей совершенно четко подтвердили: после разговоров с Джереком их старшие по чину коллеги вдруг резко поменяли первоначальные планы военных действий. Если раньше они были просто авантюрными, хотя и не слишком масштабными по охвату, то, в конечном итоге, потом стали просто самоубийственными. Причем, сами идеи новых планов были озвучены и продвинуты именно Джереком — с целью явно потом снять все сливки, в случае успеха, — как автору. А вот все «техническое» исполнение своих «стратегм» Джерек благоразумно скинул на плечи профессионалов! Таким образом, мастер Утаани, не имея военного опыта, полностью доверилась мнению адмирала Саскии Хоракс и генерала Ваз'зар-Лак'анаэ. А так же по тому, что Джерек настоял на исполнении именно этого плана.

Неожиданно, выступление Ан'и прервал мастер Толм.

— Тила Утаани никогда не было дурой! — прощу простить меня, но я ее очень хорошо знал: да, пацифистка до мозга костей, совершенно не признававшая любую насильственную форму решения вопроса, но мозги у нее всегда хорошо варили. И, любую фальшь, любое сомнительное действие, она бы сразу почуяла — и пресекла бы, несмотря ни на что. Война войной, но здравого смысла никто не отменял. Если Тила не лезла в непосредственное управление войсками, то это не значит, что она не могла определить того, что делать стоит, а чего нет. Тем более, пусть Джерек тоже носил звание мастера, Тила была выше его по чину: Старший генерал-джедай — кадровые офицеры, несомненно, прислушались бы именно к ее мнению, в первую очередь.

— Мастер Толм, вы забываете, что Тила была подругой Джокасты Ню — она знала Джерека еще по тем временам, когда тот был ее падаваном. Боюсь, для нее он был всего лишь «перспективным молодым человеком», которого несправедливо обвинили, и который теперь ищет способ доказать, что его оппоненты были не правы. Во всяком случае, именно так Тила сказала Нико Хамару — единственному из всей группы джедаев там, которому удалось уцелеть в начавшейся мясорубке. План Джерека может и мел бы успех, будь он направлен против дикарей — но, делить силы на несколько направлений, да еще и перед лицом опытного, и как оказалось, слишком сильного противника…

— Извини, Ан'я — Пло Кун прервал выступление Черной Женщины. — Ты, кажется, говорила о двух «отличившихся» в этом деле джедаях?

— Ну, на второй идиотке я хотела остановиться потом. По сравнению с Джереком, поведение Оланы Чион почти безупречное. Если не считать того, что она просто покинула флотилию, к которой была прикреплена, и отбыла в неизвестном направлении, прихватив с собой небольшой отряд легких сил. Причина? — судя по словам того же Нико, Олана перед этим поругалась с Джереком: пыталась учить его, как надо воевать. Требовала провести доразведку тех объектов, которые намеревались атаковать силы Республики.

— Любопытно, а что он?

— А он сказал, что ей поставлена задача, в рамках общего плана — и ее нужно просто выполнять, а не заниматься демагогией. Мол, разведданных, добытых сочувствующими Республике представителями миров, захваченных самозваным Альянсом, и так более чем достаточно. Заодно посоветовал Олане организовать посылку дополнительных разведывательных партий от своей флотилии туда, куда ей приказано наступать. Если уж она считает, что о целях собрано недостаточно информации.

— В принципе, неглупо…

— Это было бы и вправду неглупо, Пло, если бы она, в самом деле, организовала до-разведку в назначенном ей секторе! — Возможно, тогда хоть там удалось бы избежать поражения. На самом деле, она просто упорхнула куда-то, в неизвестном направлении — наплевал на вверенные ей войска. Это уже не глупость, и тем более — не нормальное желание кому то и чего то доказать: это обычное дезертирство с поля боя. Во всяком случае, так мне сказал Гай Фурак — он то, как раз, и командовал той флотилией, к которой была «приписана» Олана Чион.

— Да уж, странно. Ладно, давай про план наступления, который там протолкнул Джерек. И который, по твоим словам, привел нас к такой катастрофе! Ну а заодно, можно подумать: куда могла направиться Олана с взятыми якобы для проведения разведки кораблями — не сбежала же она, в самом деле…

Магистр Пло Кун замолчал, давая возможность Ан'е продолжить доклад.

— Первоначально, в связи с генеральным наступлением вдоль Перлемианского Пути, с целью выбить из войны КНС, на Юго-Западе активных действий вообще не планировалось. Предполагалось лишь удерживать занимаемые позиции и плацдармы. Генеральный Штаб считал, совершенно справедливо, что операции на таком большом театре военных действий могут носить только комплексный характер. Иначе трудно гарантировать успех.

Темная Женщина сделала небольшую паузу в докладе, чтобы убедиться, что все члены Совета понимают, о чем идет речь.

— Дальше, негативную роль сыграли два обстоятельства: Господа из Сената, и их покровители и спонсоры от республиканской экономики и финансов, пожелали побыстрее поделить шкуру еще неубитой банты. И, еще то, что Гривус, как ни странно, почему то напал не на Эриаду, чего все ждали, а на бывшие миры Сепаратистов, вошедшие в состав только что образованного Альянса.

— Не просто так Гривус на эти миры напал — уверен он был, что опору там найти сможет!

Йода, пробормотав эти слова, будто про себя, кивнул Ан'е, призывая ее продолжать…

— Несомненно, Гранд-мастер, вы правы. Как я поняла со слов, уцелевших в боях высших офицеров, все они ожидали, что в результате — кто бы ни победил, — он окажется сильно ослабленным. Что открывало для наших войск заманчивые перспективы: собственно, узнав о нападении флота Гривуса на миры Альянса, на Эриаду и начали активно планировать кампанию по «присоединению». Разногласия возникали только по одному пункту: с какого именно направления ВАР следует начать действовать. Первоначально, в их намерения все же входило заняться оставшимися беззащитными мирами, которыми ранее владели Гривус или Марат Вуоро. В свете полученного известия, о полном разгроме флота Гривуса, в этом был смысл. Общие операционные линии, в этом случае, планировались в направлении Терминуса, вдоль Хайданского Пути; в направлении Элруда, вдоль Римманской Торговой Дороги — и в направлении Пяти Завес, через системы Омвата и Праэситлина.

— С учетом разгрома Гривуса, не такой и плохой план: война, это, прежде всего, постоянно появляющиеся шансы — которые пропадают, если ими немедленно не воспользоваться.

Ан'я понимающе кивнула на слова, сказанные Дорином Се'олом. Впрочем, сама Айла в этих несбывшихся планах ничего дурного тоже не усматривала: таким развитием событий не воспользоваться — просто грех! А вот когда та продолжила, то Айла поняла, почему Темная Женщина находится, чуть ли не в ярости, от всего далее произошедшего.

— Знаешь, Дорин, если бы они попробовали исполнить первоначальный план, из этого, может быть, и вышел бы толк. К сожалению, когда войска Альянса заняли Мустафар и Утапау, то Джерек как раз и вылез со своим «гениальным» предложением: напасть на Альянс сейчас, пока он ослаблен в схватке с флотом Гривуса. Де, потом, когда они «освоят» еще и военно-промышленные ресурсы Мустафара и Утапау, и восстановят полностью боеспособность своего флота, то сковырнуть их будет гораздо труднее. А в том, что силы Альянса понесли колоссальные потери — никто на Эриаду не сомневался: что такое Гривус, все помнили слишком хорошо.

— Как я понимаю, мысль о том, что победившие Гривуса адмиралы могут быть противниками еще худшими, чем он сам, в их головы не пришла?

— Как ни удивительно, но генерал Ваз'зар-Лак'анаэ, если верить словам коммодора Константина, именно об этом Джереку и сказал. Вообще, по словам Константина, генерал был против даже первоначального плана: предлагал ограничиться обороной — по крайней мере, до тех пор, пока из Центра не прибудут обещанные подкрепления.

Дорин покачал головой, словно сомневаясь в словах докладчицы.

— Тогда почему он, по твоим словам, потом переменил свое мнение?

— Не просто переменил, а переменил совершенно неожиданно: Константин уверял меня, что еще собираясь на военный совет, на котором за основу был принят план Джерека, Ваз'зар-Лак'анаэ собирался решительно против него возражать. А вечером коммодор узнал, причем от самого генерала, что, теперь нужно, срочно вырабатывать новую диспозицию — и Ваз'зар-Лак'анаэ, по словам Константина, чуть ли не сочился энтузиазмом. Кстати, адмирал Фурак, который на совете не присутствовал, потому, как младших флагманов туда не приглашали, тоже отмечал необъяснимость перемены уже практически полностью согласованных планов.

— А он не говорил, как отнеслась ко всему этому Олана Чион? — она же ведь была при его флотилии, и ее-то наверняка мастер Утаани на это совещание пригласила. Она была просто обязана поделиться подробностями с адмиралом. Я тут посмотрел материалы: Олана чуть ли не единственная, из находившихся там джедаев, кто имел приличный военный опыт. Если план Джерека был сущей авантюрой, то почему она сама не забила тревогу, и не подсказала той же Тиле, что дело нечисто?

— Вот здесь я сама в растерянности: единственное разумное объяснение, которое я вижу — Джерек как то предоставил ей возможность действовать самостоятельно…

— Да уж, про самолюбие и амбиции этой девочки я помню. Согласен, на этом ее можно было поймать: ей всегда хотелось славы, известности — уважения других джедаев, наконец. А что касается Джерека… — ты уверена, что он прибег к майнд-трику, чтобы заставить высших офицеров не джедаев принять его план?

Ан'я посмотрела по очереди на членов Совета, потом заявила.

— Совершенно уверена!

В зале Высшего Совета повисло недолгое молчание. Затем Ан'я закончила свой доклад.

— Скандал с Джереком у Оланы возник из-за того, что ее флотилия должна была начинать атаку на Мустафар одновременно с наступлением двух других Оперативных Соединений. Первоначально предполагалось, что на Мустафар будет организована ложная атака, с помощью легких кораблей и истребителей: отвлечь внимание от направления главных ударов! — И только после того, как основные ударные группы подойдут с секторам Дживекс и Тапани, на бывшее логово Гривуса начнется уже настоящая атака, всеми силами флотилии.

К Ан'е обратился Мэйс Винду, до этого молчавший.

— Поправь меня, если я ошибаюсь: Тила Утаани с адмиралом Хоракс должны были атаковать сектор Тапани синхронно с Джереком и генералом Ваз'зар-Лак'анаэ, целью которых был сектор Дживекс? — А флотилия Оланы должна была нанести удар по Мустафару, с которого Альянс, вынужденно, должен был бы к тому времени убрать свои войска, так?

— Именно так! Но потом, судя по словам адмирала Фурака, Джерек вышел на связь с Оланой, и потребовал их атаковать немедленно. Мотивируя это тем, что основной удар сместился в зону его ответственности, и Тила с адмиралом Хоракс, нанесут по сектору Тапани лишь отвлекающий удар. Олана приказала адмиралу Фураку ждать, пока она не вернется с рекогносцировки. Гай Фурак, уже в ее отсутствие, через двое суток, получил прямой приказ атаковать Мустафар — от самого Джерека. Проигнорировать приказ он не смог — Джерек был просто старше по чину. Точно так же, по словам коммодора Константина, Джерек самовольно, без согласования, забрал себе приготовленные для атаки на сектор Тапани резервы…

Ну да, дальнейшее Айла знала уже в подробностях: Как Октавиан Грант уничтожил флот Республики, атаковавший его родной сектор. Как Кен Старкиллер наголову разгромил силы самого Джерека, и как он же успел, потом, вернуться к Мустафару, и отделать флотилию адмирала Фурака.

— Таким образом, печальный итог всей этой авантюры таков: Тила Утаани и Джерек погибли, так же, как и еще трое других джедаев. Олана Чион пропала без вести, вместе с отрядом легких сил, с которым ушла на разведку. Уцелел один Нико Хамар, хотя и получил в бою у Яг'Дула тяжелое ранение: возможно, это и спасло ему жизнь — Тила приказала отправить его в тыл еще до катастрофы у Таллаана. Погибли так же адмирал Саския Хоракс и генерал Ваз'зар-Лак'анаэ, а с ними масса опытных и преданных республике офицеров — как из числа добровольцев, так и клонов. Простые солдаты… — подсчет потерь еще идет. Потеря трех тысяч боевых кораблей… да Сила с ними! — это всего лишь железо. Если бы не своевременное прибытие на Эриаду Уилхуффа Таркина с подкреплениями, то мы бы, несомненно, потеряли и сектор Сесвенна! Все, мой доклад закончен, выводы из него делать вам — я свое мнение озвучила.

Обсудив какие-то малоизвестные Айле подробности, Совет попросил начать выступление следующего докладчики. Им оказался мастер Се'ол. Вслушиваясь в слова его доклада, джедайка с удивлением поняла, что совершенно не представляла раньше истинного масштаба военных действий, который вели Республика и Конфедерация в мирах периферии. Алтиррия и Анарис, Гиака, О'риин, Веролим, Иол, Волик, Дюрас, таинственная Загула и дикая Ренатасия — а мастер Дорин все перечислял и перечислял имена и названия. Однако, интересно! — оказывается, Орден финансирует создание тайных баз в Неизведанных Регионах: этот Дюрас, про который Дорин Се'ол упоминал уже несколько раз. Судя по всему, очень необычное место, причем, ценное и перспективное, в плане последующей разработки тамошних ресурсов.

Между тем, Дорин перешел к описанию неких сил, обосновавшихся в Неизведанных Регионах: как возможных будущих союзников Республики — так и тех, кто мог, в дальнейшем, стать настоящей головной болью. Чиссы, вагаари, эбручи… — эти имена Айле ни о чем не говорили! Точно так же, как и упоминание про некую «огненную сеть». Судя по всему, недавно избранные члены Высшего Совета тоже были информированы, по данным вопросам, не лучше самой Айлы — магистр Толм тут же попросил мастера Се'ола дать более подробную информацию, если она имеется. Йода, Мэйс Винду и Сэйзи Тийн переглянулись, и попросили Дорина удовлетворить любопытство коллег, которые «пока еще не в курсе». Мастер Се'ол кивнул, в знак согласия, и выдал потом такое, что Айла не знала: хвататься ей за голову, или тянуться за световым мечом!

Настоящее высокоорганизованное государство в глубине Неизведанных Регионов, да еще и поддерживавшее, когда-то, империю ситхов! Пусть даже это государство совершенно не агрессивно, и ведет изоляционистскую политику. Но, это сейчас! — а давным-давно они поддерживали ситхов только в путь. Да и «изоляционизм», понятие тоже весьма растяжимое: армия и флот у этих ребят есть, и воевать, по словам Дорина, они умеют хорошо. Еще находясь гостьей у Райдена Дуку, Айла слышала, что в Неизведанные Регионы была отправлена научная экспедиция, под эгидой КНС. Кстати, учитывая репутацию тех мест, с хорошим эскортом: Дуку даже на целый дредноут не поскупился, в качестве флагмана соединения! Официальной целью экспедиции было — найти где то среди просторов Неизведанных Регионов дальних родичей р'гат'а'кай'и: ближайших союзников младшего Дуку. Р'гат'а'кай'и… удивительный народ, буквально «созданный» Небожителями, в свое время, в теперешнем своем виде. Не удивительно, что они так страстно хотели отыскать давно забытую прародину, и поближе познакомиться со своей дальней родней — все еще проживавшей где-то там, как недавно выяснилось при весьма трагических обстоятельствах. Как теперь по ходу оказалось, у экспедиции были и неофициальные цели: поиск сгинувшего в Неизведанных Регионах корабля «Сверхдальний Перелет» — и установление контактов с этими самыми чиссами. Что еще интереснее: Райден, оказывается, не только проинформировал руководство Ордена об этом полете, но еще и пригласил джедаев и Республику поучаствовать в деле, как заинтересованную сторону! Собственно, Дорин Се'ол, уже давно работавший по тем местам, и был выбран для участия в этой миссии. И не в одиночку, а вместе со своей эскадрой, которой он командовал в течение всей войны…

Поиски, переговоры, снова поиски, короткие стычки с местными «джентльменами удачи», еще поиски и снова переговоры. Полученные результаты… ну, результаты были соизмеримы с затраченными усилиями. По крайней мере, судьбу «Сверхдальнего Перелета» выяснить удалось — и даже спасти немногих уцелевших, продолжавших ютиться среди полу разбитых конструкций гигантского корабля! Переговоры с представителями самой Доминации Чиссов прошли не столь гладко, но и не закончились неудачей. Как выяснилось, основа для дальнейших контактов была: чиссы явно боялись какой-то внешней угрозы! Причем, что странно, это была, отнюдь не угроза со стороны цивилизованной части галактики, чего, в принципе, следовало бы ожидать. И не от их бандитствующих «соседей», вроде вагаари.

— А по источнику этой внешней угрозы какие-нибудь сведения чиссы предоставили?

Мэйс Винду спросил Дорина, явно имея в виду что-то очень важное.

— Только самые общие описания. Несколько обломков артефактов… сразу скажу: психометрия никаких результатов не дала! Причем, эти штуки через Силу ощущались так, как будто их вообще не касалась рука живого существа — хотя, их искусственное происхождение было видно даже невооруженным глазом.

На эти слова Дорина, Йода и Мэйс быстро переглянулись. Айле даже показалось, что она расслышала слова Йоды, которые он пробормотал про себя: «Истинны были видения его…» — впрочем, мастеру Се'олу он сказал совершенно другое.

— Нашли вы того чисса, про которого упоминал Скайуокер в докладе, и которого узрел в своих видениях Райден Дуку?

— Да, гранд-мастер. Переговоры с ним тоже были… трудными! — Мне очень жаль, что Энакина Скайуокера нет с нами: если бы там присутствовал и он тоже, то сразу было бы проще уговорить того сотрудничать. Они же встречались раньше, и, кажется, неплохо поладили между собой…

В диалог вмешался Мэйс Винду, который тоже явно хорошо разбирался — что там к чему.

— Но, он согласился с нами сотрудничать?

— Не просто согласился — он пошел к нам на службу! Наши «коллеги» из Конфедерации, почему-то, не проявили должного рвения в попытке перетянуть его на свою сторону, предлагая службу у себя. Если честно, этого парня уговорил пойти именно к нам Тайген Нир — помните моего флаг-капитана?

Судя по утвердительным кивкам Кита Фисто, Пло Куна и Ки Ади Мунди, этого капитана Нира старые члены Высшего Совета помнили очень даже хорошо. Настолько хорошо, что в связи с упоминанием его имени Пло Кун сразу перевел разговор на уже упоминавшуюся ранее в докладе Огненную Сеть…

И вот тут Айла едва не схватилась за меч второй раз за последний час: Огненная Сеть оказалась настоящей пиратской армадой! Ну, может не совсем пиратской. Недобрую славу об этих ребятах разносили, в основном, те, кому они крепко надавали по шее. Разумеется, если потерпевшим вообще удавалось унести от кораблей Огненной Сети ноги, крылья или еще чего, на чем они передвигались. Потому, как большая часть народа в Огненной Сети умела работать с Силой! — да еще и не сильно разделяя, при этом, ее Светлую и Темную стороны. Было от чего испугаться: десятки, если не сотни тысяч форсъюзеров, даже очень слабых и ограниченных в использовании Силы несколькими заученными намертво приемами — это страшно! К счастью, как тут же поняла Айла и остальные собравшиеся, для которых информация об этом военном объединении из Неизведанных Регионов была новостью: Огненная Сеть переживала сейчас не самые лучшие времена. Недавно пережив что-то вроде гражданской войны, это сообщество, состоящее примерно из полутора десятков независимых флотов, представляло теперь из себя лишь тень былого могущества. Даже по самым скромным прикидкам, им теперь должно было потребоваться не менее жизни одного поколения, прежде чем их флоты станут такой же грозной силой, какой они были раньше. Иначе, они просто не успеют натаскать набранный молодняк, чувствительный к Силе — а случайных людей, как пояснил Дорин, Огненная Сеть старалась к себе не брать. Как Айла поняла из дальнейшего разговора, Высший Совет данное обстоятельство наоборот — печалило! Странно, очень странно…

— Дорин, ты передал через Тайгена Нира наши предложения адакэпам флотов Огненной Сети?

— Да, Мэйс! С некоторыми из них я даже сам разговаривал.

— Как они к ним отнеслись?

— Без восторга, знаешь ли: как я понял, эти ребята все еще никак не могут нам простить, что Орден отказался, в свое время, помочь им разобраться с этим Заншо.

— А ты им говорил, что наше вмешательство могли бы не понять их же собственные подчиненные?

— Да, говорил — и сами они все прекрасно понимают: гражданская война есть гражданская война! То, что этот Заншо был Падшим и вовсю использовал Темную Сторону Силы…

— И все же — есть надежда на сотрудничество?

— Есть. По крайней мере, трое адакэпов вели разговор о наших конкретных предложениях: что мы можем дать, в случае союза, их флотам. Кроме того, у меня есть одно предложение для Совета.

— Да, мы внимательно слушаем!

— Тайген Нир привлек на нашу эскадру некоторое количество бойцов из разгромленного Заншо флота Изогнутый Клинок, в котором сам он, когда то, был одним из офицеров. Раз война кончилась, то мою эскадру — как вспомогательную единицу флота, — скоро неизбежно расформируют. Почему бы не помочь сейчас Тайгену восстановить с нуля его бывший флот? Думаю, остальные адакэпы флотом Огненной Сети согласятся принять собратьев в свои ряды обратно. Заодно, мы покажем им конкретную пользу от сотрудничества с Орденом и Республикой: те же Сепаратисты, при случае, несомненно, могут дать им корабли и истребители — но, смогут ли они помочь им с одаренными, которые потом станут новыми членами их экипажей?

Ки Ади Мунди задумчиво покачал головой.

— Не слишком ли это рискованно и… радикально?

— Так я не предлагаю отдавать им не прошедших отбор юнлингов! Но, указать места, где существуют некоторые культы, связанные с Силой. Или, дать сведения о всяких космических бродягах и иной публике, которые имеют повышенный уровень мидихлориан в организме, но которые — в силу тех или иных причин, — оказались вне интересов Ордена.

— Прости, но это отбросы, будем честными хотя бы сами с собой! Думаешь, они не поймут, что мы предлагаем им даже не второй, а третий сорт?

— Видел бы ты, что они могут у себя, из этого самого «третьего сорта», делать! — ты бы так не говорил.

Старый магистр недоверчиво покачал головой: похоже, слова Се'ола его совсем не убедили.

— Дорин, я видел результаты обучения у Матукай, у Стражей Неба — да тех же кроварских Формовщиков, в конце концов! — когда они служили наемниками в ВАР. Настоящие мастера, которых можно поставить в один ряд с рыцарями джедаями, там редкость редкая. Остальные… им попросту не хватает связи с Силой! — рвение и методики подготовки это, конечно, хорошо — однако, настоящей одаренности они никогда не заменят.

— Согласен. Но, это имело бы значение, если бы Огненная Сеть готовила мастеров на все руки, подобных тем, которых тут, в Храме, обучаем мы! Только вот, не учат они там, у себя, аналогов хоть рыцарей джедаев, хоть аналогов адептов иных Путей Силы. Там чисто утилитарно учат солдат: рядовой боец Огненной Сети из всего многообразия возможностей, в работе с Силой, овладевает всего несколькими приемами. Зато он может пользоваться ими на уровне рыцаря! Немногие из них, прежде всего — офицеры, имеют куда более широкие навыки и знания в работе с Силой. Однако, это и в самом деле редкость…

Лично Айлу, про этих ребят из Огненной Сети, интересовала исключительно практическая сторона дела: что они могут, и какую угрозу могут представлять, в случае столкновения с ними. О чем она Дорина и спросила.

— У них ценится способность чувствовать окружающее через Силу, и все умения на нее завязанные. При их способе существования, и при не самом лучшем оборудовании, которым они располагают, это хорошая гарантия выживания. Имеются свои мастера в использовании Силы для собственного сокрытия и маскировки своих товарищей с ее помощью. В том числе, и целых кораблей! — попадался мне один такой виртуоз, среди них. Да, Телепатия и возможность связи без всяких технических приспособлений — тоже у них в чести. Талантом пользоваться Дальним Зовом там никого не удивишь. Точно так же, как и способностью использовать Силу для проведения диагностики поломок оборудования, и их устранения…

— Если не ошибаюсь, это умение требует использования Темной Стороны Силы?

— Разумеется. Только, как я уже говорил ранее, у них, довольно… толерантное отношение к использованию Темной Стороны! Все, что идет на пользу родному Флоту — это хорошо, если использование Темной Стороны не несет угрозу другим членам команд Флота — оно вполне допустимо. Практицизм и утилитарность. Они там, у себя, и угрозу с возвышением Заншо, вылившуюся впоследствии в междуусобицу, именно из-за этого принципа упустили: пока он не стал кошмарить других, все считали, что адакэп флота Черные Скрепы в своем праве!

— Ты хочешь сказать, что они так до сих пор рассуждают?

— А что в этом такого, Айла? — если посмотреть с их позиции. Они так живут почти три тысячи лет, с тех самых пор, как первые их предки сбежали в дикие места из-за войн Республики с империей ситхов. Потом был Драгглачский период: их сообщество пополнилось новыми одаренными беглецами из охваченной войнами галактики, и приобрело современные черты. За прошедшее время, они прекрасно научились со всеми своими «мозговыми червями» в голове выживать — и четко регулировать взаимоотношения у себя в коллективе. Просто им с этим Заншо не повезло: урод оказался не только амбициозным, но еще и обладал способностями, позволившими свои амбиции реализовать. Однако, с этой то угрозой Огненная Сеть справилась сама — без чьей либо помощи, пускай даже дорогой ценой…

Дорин сделал крошечную паузу, и продолжил разъяснять тонкости того, как в Огненной Сети работают с Силой.

— Собственно, четыре самых распространенных умения, свойственных форсъюзерам из Огненной Сети, в том или ином виде доступны там каждому бойцу. Умения чисто боевые, получаемые даже у людей, имеющих самый минимальный уровень одаренности, непрерывными тренировками: развитие чего-то сродни инстинктивному умению у некоторых рас плавать, или находить безопасную дорогу впотьмах. Итак, первое умение: тренированный боец, с помощью Силы, может менять траектории бластерных выстрелов, ракет или снарядов так, чтобы они точнее попадали во врага. Все мы тут воевали, и поэтому каждый прекрасно может себе представить то преимущество в бою, которого можно добиться таким способом!

— Насколько эффективно это работает?

— Ну, для большинства — разве что огонь собственного бластера направить поточнее во врага. Те, кто достиг настоящего мастерства… — как пример: сам был свидетелем того, как первым же залпом, на предельной дистанции, был очень аккуратно подбит быстрый и юркий фрахтовик. Контрабандисту отстрелили корму, вместе с двигательной установкой, не повредив трюмов и жилой зоны. Из главного калибра «Аккламатора», между прочим: вероятность того, что кораблик просто разнесет на молекулы, была девяносто девять из ста, если не выше!

— Неприятно, но против хорошо обученного джедая, имеющего боевой опыт, не слишком поможет: Сила, она работает в обе стороны — прятаться от чужого «взгляда», или чужого воздействия у нас учат хорошо!

— А сколько у нас таких наберется, Айла?

— Как мы поняли из твоих слов, у Огненной Сети подобных «виртуозов» тоже не густо.

— Это да, если брать в процентном соотношении. А если брать в абсолютных цифрах? — даже по предварительным оценкам их сейчас несколько десятков тысяч. И, учили то их не полезные растения выращивать, или разумных с помощью Силы лечить. Их, с помощью Силы, воевать учили! Кстати, как тебе еще одно их умение: поглотить и перенаправить бластерный огонь, обращенный на себя, против тех, кто его ведет?

— Так и мы тоже можем.

— Да, только у нас это делается, почти всеми, с помощью светового меча. И при этом, невозможно сразу отбивать назад выстрелы с нескольких направлений, или «автоматический» огонь очередями. А они умеют это делать! — да еще и без световых мечей, просто на голой Силе. Конечно, эффективность этого приема меняется от одного исполнителя к другому, и очень сильно: неумех и неудачников просто убивает на месте. — Но учат там использованию этого приема, так же, как и предыдущего, всех поголовно — кто умеет использовать хоть капельку Силы. А таких в Огненной Сети чуть ли не четверо из каждых пяти.

— Интересный подход: «сделай или умри» — но, обычно он ведет к высоким потерям, при обучении? Да и, много ли будет желающих так рисковать, если есть пути попроще?

— А там насильно никого не держат — уйти можно в любой момент. Обратно, правда, уже не возьмут. А места там дикие, и народы живут суровые и диковатые. Так что, в Огненной Сети и техниками Темной Стороны тоже не пренебрегают: кроме управления своей стрельбой и защиты от вражеской, там обучают форсеров и еще двум приемам. Один называется «Восход Ярости». Служит чем-то вроде облегченной версии Боевой Медитации: за счет собственной ярости и гнева поднимает воинский дух у себя и у соратников, и позволяет четче координировать совместные действия в бою. А второй прием, «восход Паники», наоборот — воздействует на врагов: заставляет их совершать ошибки, впадать в панику и ослабляет взаимодействие в их команде.

— Ничего себе, у них и приходы! И как, все это счастье, до сих пор не заставило их поубивать друг друга — ну, что пришлось ожидать появления этого, как его… — Заншо?

— Научились, за две то тысячи лет. Как я понял, опасных для окружающих уродов там выявляют, и избавляются от них, еще на ранних стадиях обучения…

Дорин Се'ол закончил рассказ об Огненной Сети, перейдя к описанию разных напастей, могущих подстерегать путешественника в Неизведанных Регионах: Пиратская «империя» вагаари, более убогие, но от того не менее опасные пираты-эбручи — вышедшие из-под контроля легионы «пиявок» лугубраа, буквально поедающие все вокруг. Где то там, в глубине, Неизведанных Регионов, в окружении гравитационных и гиперпространственных аномалий, таился пресловутый Архипелаг Раката, с планетой Лехон. Жили таинственные твари, убивавшие все живое быстрее и надежнее упомянутых лугубраа. Или, менее таинственные, но от этого не менее опасные Колдуны Ранда — адепты Темной Стороны, помешанные на том, чтобы нести в мир хаос и разрушение. Странно, но, адептов Силы из Огненной Сети Дорин никакой угрозой явно не считал! — так же, впрочем, как и другие члены Высшего Совета. Более того, как показалось Айле, они прекрасно знали, еще до этого, и про чиссов, и про Огненную Сеть. Да, что там говорить: при инструктаже, когда их с Феланилом Бааксом отправляли к Райдену Дуку, Айла узнала, что про Чародеев Тунда Совет тоже все знал. Впрочем, познакомившись со многими представителями Чародеев поближе, джедайка и сама теперь затруднилась бы сказать: воспринимает они этих форсъюзеров, использующих Темную Сторону, как угрозу — или нет! Во всяком случае, контролировать себя все они могли прекрасно. Неудивительно, что Высший Совет не хотел выносить на всеобщее обозрение существование таких вот, необычных, форсъюзеров. Честно признаться, в Ордене всегда хватало любителей решать неудобные проблемы радикально. А мирно живущие на Тунде кровные потомки истинных ситов как раз такой вот «проблемой» для фанатиков непременно и стали бы. В общем, оно даже и хорошо, что такие «собратья» сейчас потеряли влияние в Храме! — им всем, после закончившейся войны, только новых разборок с адептами иных Путей Силы только и не хватало бы, для полного счастья.

После всего здесь услышанного, Айлу мучил один вопрос: насколько хорошо Райден Дуку был осведомлен обо всех озвученных здесь проблемах? Получалось, что он не просто был о них осведомлен, но даже кое-что явно подсказал Ордену, чтобы сами джедаи нашли достойное решение. Только, какой для него в этом смысл? — Проблемы Республики и Ордена, это проблемы Республики и Ордена! — чем больше мы заняты решением своих проблем, тем проще будет от этого Конфедерации. А он возился с ней, и с мастером Бааксом так, словно не просто хотел обаять важных гостей, но желал донести до них что-то еще, более важное. Просто не решаясь говорить об этом напрямую: Айла вспомнила прощальный прием на борту «Черного Скимитара», в личных апартаментах главы КНС — только она с Бьяфом и Феланил с Катуни, да сам Райден Дуку. Ребята, которым понравились песни младшего Дуку, попросили спеть его, напоследок, что-нибудь еще. У Райдена все его песни были со смыслом, а уж эта… ребятам было потом, над чем подумать. Ей, впрочем, тоже…

Эволюция во фронтирах

Из врагов создаёт друзей.

Повелители в пирамидах

Переехали жить в музей.

Нам спокойствие да во сне бы,

Нам вести безнадёжный бой:

Или ты управляешь Гневом,

Или Гнев управляет тобой.

Жизнь ячеисто-полосата,

Всё грозится поставить мат

Чёрно-белой фигурой шахмат,

Чёрно-красной колодой карт.

Чёрно-белой межой застыло

То, что было цветной судьбой:

Или ты управляешь Силой,

Или Сила играет тобой.

Нет, что-то она все же не понимает: Какой интерес у Райдена Дуку, чтобы джедаи были готовы… к чему? Судя по поведению мастера Йоды и Мэйса Винду, как раз они все понимали хорошо и… были готовы полностью поддержать позицию Райдена! Что? — чего именно настолько боялся Дуку, что готов был пойти на самый тесный союз с прежними врагами? И чего, скажем так, опасались Йода с Мэйсом, что готовы были — судя по атмосфере, в которой сейчас проходили доклады, — принять помощь даже от тех, кто имел дело с Темной Стороной Силы?

Над землёю сияет небо

Переходом из тьмы в рассвет.

Это в плоскости вправо-влево,

А на небе границы нет.

Можно плыть по теченью Силы,

Можно вновь огибать мыс Горн:

Если ты управляешь Миром —

Значит, Мир управляет тобой.

И на взлёте отрыв с разбегом,

И поспорить с самой Судьбой —

Если ты управляешь Небом,

Значит, Небо играет с тобой![11]

Итак, что же получается? — Выходит, знающие что-то, пока недоступное всем остальным, начинают заранее готовиться… к чему? На ум приходил только один логически непротиворечивый ответ: к новой войне! Причем, к такой войне, которая заденет сразу всех: мятежников и лоялистов, Республику и Конфедерацию, джедаев и тех, кто следует иными Путями Силы. И кто у нас предполагаемый противник? — ну, явно не вся эта шпана из Неизведанных Регионов! Значит, возможно, кто-то могучий извне. Угроза откуда-то из невообразимых межгалактических пространств? Это многое бы объяснило. С другой стороны — откуда взялась такая информация, и что вообще может ее подтвердить? Неужели… то упоминание Дорином: Психометрия, при обследовании, ничего не дала! Может, это как раз оно и есть? Ладно, мастер Се'ол вроде бы заканчивает свой доклад — сейчас предстоит выступать ей самой. Что же, ей есть, что поведать Совету! А насчет ее догадок… — Айла была уверена, что какие-то подробности ей скоро расскажут. Однако, в какое непростое и интересное время ей выпало жить!

* * *

Состояние, в котором пребывала сейчас Олана Чион, обычный человек назвал бы словом «гнев» — но ведь, джедаи не гневаются, не правда ли? Всю сознательную жизнь ее учили не поддаваться эмоциям: наставники в группе юнлингов, потом Мастер. Самой Олане казалось, что это превращает ее, потихоньку, в одушевленную машину: дать порой волю чувствам было так приятно! — Она чувствовала себя, в такие моменты, по-настоящему живой. Например, как тогда, когда она сказала Скайуокеру про его пассию. Вот про это, кстати говоря, Олана совершенно не жалела: видеть перекошенное яростью лицо этого… было настоящим наслаждением! — Тогда она почувствовала себя отмщенной, за все обманутые чаяния и надежды. Даже хватка Форс Грипа, которую девушка иногда чувствовала, в своих снах, у себя на шее, не портила ей настроение — оно того стоило. Жаль, нельзя было так же унизить эту тварь, Джерека! — как он вообще посмел ей угрожать? А уж его жалкая попытка шантажа… — это вообще, ни в какие ворота не лезло: неужели Джерек думает, что, после гибели мастера Бейтса, не осталось больше никого, кто мог бы за нее вступиться? Мерзавец ошибается — есть, кому взять его за шиворот! Особенно тогда, когда он наделает дел: Олана имела достаточный опыт, чтобы понять — план, который протолкнул Джерек, ничем кроме катастрофы закончиться не может. Тила, старая дура, доверилась бывшему падавану своей подруги — пусть сама и расхлебывает последствия собственного решения!

Олана злилась еще и на себя саму: пыталась ведь раскрыть этой безрогой банте, к чему приведет ее потакание планам Джерека! А эта старая тварь мало того, что саму ее обозвала завистливой особой, так еще и на судьбу Скайуокера, и ее в ней участие намекнула. Почти в открытую! Как будто это она, а не татуинец-недоучка баловался запрещенными техниками Темной Стороны! Ааааа! — плевать на все: на старую идиотку Тилу Утаани, на хитрую сволочь Джерека…

Джерек наверняка даже не понял, как она ловко его обвела вокруг пальца: воспользовалась лазейкой в его собственном плане, и неосторожно сказанными словами. Пусть теперь попробует покомандовать адмиралом Фураком напрямую! А она, тем временем, проведет время с пользой: Джерек ведь хотел, чтобы была проведена разведка и уточнена обстановка? — Вот Олана, вместе с отрядом легких сил, этим и занимается! — и пусть кто-то потом попробует доказать что-то обратное: записи всех переговоров она предусмотрительно сохранила. Кстати, на Мустафар она даже не заглянула — Олана не настолько глупа, чтобы ворошить, сейчас, без времени, этот улей. Нет, они прошли аккуратно: через сектор Атравис до Рутана, по обходным путям, потом вышли на Кореллианскую Торговую Дорогу — и по ней добрались до Дороги Липсек. Пройдя ее до конца, контрабандистскими тропами — прямо через дикие, малоисследованные места, перебрались на Путь Ширитоку. Вот сейчас им осталось долететь до Бакуры. — И, можно будет возвращаться в более цивилизованные места! Объем уже собранной разведывательной информации, о тылах Альянса, стоит того, чтобы ее затею признали разумной даже в Генеральном Штабе ВАР. Ну и, за это время Джерек уже должен успеть свернуть себе шею: вряд ли он станет ждать, с этим своим «планом» — были слухи, что на Эриаду должны прибыть подкрепления, и вместе с ними прибудет кто-то из высшего командования. Такого этот говнюк точно дожидаться не станет — непременно полезет вперед: зарабатывать себе славу! Что же, она как раз вернется к моменту «разбора полетов» — и ее-то имя уж никто не свяжет с поражением. Зато «особое мнение», высказанное в разговоре с Джереком, и результаты рейда наверняка послужат к укреплению ее собственных позиций в военной иерархии. Да и среди других джедаев тоже. Высший Совет? — перед ними Олана своей вины тоже не ощущала: сделала что могла! А то, что ни Тила, ни Джерек не стали ее слушать — так это их собственные проблемы…

От ее мыслей девушку отвлек зуммер: навигационный компьютер докладывал, что они прибыли к цели, и сейчас их «Консульский» будет выходить в обычное пространство. Олана кинула взгляд на пульт управления: оба клона-пилота, ведших сейчас «Ясную Звездочку», работали, не отвлекаясь на присутствующую в рубке джедайку. Россыпь значков на главном экране говорила, что впереди, уже в обычном пространстве, находится несколько кораблей — кто-то из их группы удачнее рассчитал прыжок, и теперь ждет остальных? По добытым разведданным, и по результатам перехвата переговоров военных этого «Альянса» следовало, что никаких их военных кораблей в системе Бакуры просто нет. После того, как там разгромили станцию перехвата связи КНС, и выбили эскадру Конфедерации, постоянного присутствия военных кораблей в этой дыре вообще не было! Местные силы самообороны? — может быть: прикупить по дешевке несколько мелких корыт смогли бы даже местные, если бы озаботились этим делом. Ладно, сейчас все и выясним.

Между тем, сканеры вышедшего на досвет корабля полностью обшарили все пространство вокруг Бакуры, и компьютер выдал примерные характеристики наблюдаемых объектов. Один достаточно большой корабль непривычной формы: не то сплющенная кривая луковица, не то — отрубленная голова мон-каламари. — Корабль слегка походил на сеповский «Оплот», разве что был более обтекаем, с виду, и имел немного меньшие размеры. Тяжелый крейсер, или даже стардестроер — тут надо выяснить его динамические характеристики и огневую мощь. Второй корабль: поменьше первого размером, и более вытянутый — находился достаточно далеко от Бакуры. Рядом с ним были еще два — ориентировочно — метров по шестьсот длиной. Семь других кораблей, размером метров в четыреста, или сопровождали своего самого большого собрата, или, как трое из них, охраняли тех, что держались в тылу. Кроме них, в состав неизвестной эскадры — боевой компьютер «Ясной Звездочки» сообщил, что в его базе данных нет ни одного из обнаруженных типов судов, — входило почти три десятка малых кораблей. Эти были меньше «Консульского» раза в два, а то и в три, по размерам. Точные колонки цифр бежали по экранам, но Олана не обращала на них внимания: они встретили чужую, неизвестную в цивилизованной части галактики высокоразвитую расу!

Она знала, знала! — она всегда была уверена, что сможет добиться очень многого. Отчасти, именно это помогало ей переносить все невзгоды и обиды, что послала ей судьба. И вот он, ее шанс! — суметь вступить в контакт с новой расой, сделать ее союзницей Республики… вот тогда ее оценят по-настоящему!

— Генерал Чион! Мэм, мы перехватили сигнал бедствия с Бакуры: их атаковал неизвестный противник! — местные просят о помощи всех, кто только сможет их услышать…

Голос вахтенного офицера-клона прервал течение мыслей Оланы, сбил, поднявшееся было ввысь, настроение… идиот! Однако, в сообщении вахтенного офицера есть интересная возможность, которую вполне можно использовать. Сила подсказывала ей, что на призыв могут ответить! — и этим шансом следует воспользоваться.

— Второй пилот! — сигналы с Бакуры игнорировать, немедленно попробуйте связаться с неизвестными кораблями: используйте простые торговые коды, и… какие торговые языки тут имеют привычку использовать?

— Не знаю, мэм!

— Это я не вам, офицер — просто, рассуждения вслух. Пробуйте выйти с чужаками на связь.

— А что относительно сообщения с Бакуры?

— Будем проявлять осторожность с пришельцами. Но, провоцировать их не стоит: в конце концов, атаковали они не мир Республики, а обычных мятежников!

Второй пилот активировал аппаратуру связи, послав кораблям пришельцев сигнал вызова. «Интересно, а связь у них, вообще, работает на тех же принципах, что и у нас — или они используют для связи что-то другое?» — вслух эту мысль она не сказала. Между тем, Олана тщетно пыталась вспомнить, какой именно из «торговых диалектов» предпочитают использовать в этом регионе галактики: си бисти, раммокат или миннисайт? Впрочем, оба мучивших ее вопроса почти сразу же разрешились — и оба положительно: пришел ответ с флагмана пришельцев, на вызов, и он был сформулирован на вполне понятном «пиджен бэйсике». Как выяснилось, пришельцы откуда-то знали общегалактический, точнее — его упрощенный примитивный вариант. Что же, и это хорошо: ведь если стороны друг друга не понимают, то какие вообще могут быть переговоры? Олана даже не верила, какая удача ей приплыла в руки! И, самое главное: теперь, даже если этот урод Джерек каким-то чудом выживет, и в чем-то станет ее обвинять — у нее будет, чем оправдаться. Хотя… тут даже речи об оправдании не будет, понятно — если она привезет на Корусант заключенное с чужаками соглашение. А она привезет! — поскольку, в отличие от некоторых, Олана Чион — настоящий джедай, без всяких там…

Между тем, над голопроектором вспыхнуло изображение: пара больших… ящеров, с синего и золотистого цвета шкурами, на которых выделялись перевязи-бандольеры сугубо утилитарного вида. А между ними — маленькая, хрупкая женщина. Не то чистокровный хуман, вроде самой Оланы, не то достаточно близкая к основному человеческому виду особь. Как оказалось, именно она и играла роль переводчика: ни один из ящеров, похоже, общеупотребительными в галактике языками не владел. Возможно, судя по тем звукам, которым они, не стесняясь присутствия при разговоре чужаков, обменивались на глазах у Оланы и клонов, они даже нормально человеческую речь выговорить не могли. Как, например, те же вуки.

— Адмирал Виссашшисс и… (это слово переводчица, кажется, не знала, как следует точно перевести на бэйсик — поэтому сказала его без перевода) Хуриффах приветствуют вас! Кто вы, и что привело вас в эту звездную систему?

Олана ответила, представившись. Интересно, судя по тому, как отреагировала переводчица на слово «джедай», она происходила из какого-то совсем уж глухого и темного угла. Однако, надо отдать должное обоим ящерам — судя по всему, это были командиры данной эскадры, — они достаточно быстро разобрались в статусе и намерениях свой визави.

— Вы прибыли на сигналы, что отправили в космос эти еретики?

Олана поняла, что переводчица имеет в виду жителей Бакуры. Но, почему она назвала тех «еретиками»? — какая-то религиозная заморочка у ящеров? Сама появившаяся на свет в таком вот, пронизанном религиозными правилами и ограничениями обществе, Олана очень настороженно относилась к любому проявлению религиозного фанатизма. Этот вопрос следовало прояснить: еще не хватало невольно нарушить какое-то местное табу, и тем поставить под удар ход переговоров!

— Нет, моя флотилия проводит рекогносцировку. Бакура лишь один из промежуточных пунктов маршрута. Здесь идут боевые действия. Местные жители… они мятежники — отказались исполнять законы Республики. Кстати, у вашего… руководства конфликт с местными?

Ящеры что-то сказали друг другу: их язык, на слух Оланы, напоминал весьма мелодичное посвистывание. Потом снова заговорила переводчица.

— Да, когда сси-руук высадились на… Бакуре с мирной миссией, местные жители напали на них… (Олана опять не поняла слова) Хуриффаха чуть не убили внизу! — Господин адмирал Виссашшисс вынужден был приказать открыть огонь. Сси-руук сожалеют о случившемся! Вы хотите… говорить?

— Да, я уполномочена, в том числе, вести переговоры с любыми представителями местных или региональных властей! Вы знаете, кто такие джедаи?

— Я слышала. Я постараюсь донести до господина адмирала Виссашшисса и… Хуриффаха то, что вы важная персона. Думаю, они с радостью согласятся с вами встретиться!

Переводчица что-то защебетала, обращаясь к обоим ящерам. Что-то в ее униженной позе Олане не понравилось. Джедайку отвлекло необычное зрелище: из ноздрей обоих ящеров выскочили, почти синхронно, как бы длинные раздвоенные язычки — выскочили, и тут же снова пропали, внутри ноздрей. Интересно… какие-то дополнительные органы чувств? — тогда с этими ящерицами ухо надо будет держать востро! На переговорах любое преимущество, рано или поздно, приносит успех его обладателю: у нее была Сила — а что было у этих?

— Господин адмирал Виссашшисс будет рад принять джедая на борту своего флагмана! Господин… Хуриффах говорит моими устами: «Да будет между нами мир». Пусть ваш корабль подойдет к… (Олане название корабля показалось мешаниной шипящих и свистящих звуков) — вам будет оказана достойная встреча…

По ходу предварительных переговоров оказалось, что «Ясная Звездочка» вообще может поместиться у флагманского крейсера в ангаре: корвет типа «Консульский» имел весьма скромные размеры. Джедайка не надеялась, что ей удастся сделать что-то прорывное вот прямо сразу. Но, даже самая общая договоренность, и желание второй стороны и дальше работать с посланцами Республики и Ордена, уже будет большой удачей. А для нее — первой ступенькой к восхождению по иерархической лестнице Ордена. Оставалось прикинуть: что делать остальным кораблям флотилии, пока сама Олана будет вести переговоры с рептилоидным начальством?

— Генерал, с «Кокетки» запрашивают инструкции: стоит ли им поднимать авиагруппу, или подождать?

— Так, передайте на «Кокетку» и на «Холодный Огонь», чтобы истребители находились в полной готовности, но за борт их не выпускать. По крайней мере, до тех пор, пока мы не окажемся у их флагмана в ангаре, а тогда — не выпускать тем более. Дальше, пока я буду отсутствовать, коммандер Скат может действовать по обстановке — по крайней мере, до тех пор, пока я не закончу переговоры с ящерицами. Остальным кораблям флотилии занять позицию между авианосцами и эскадрой пришельцев. Резких движений, и вообще всего, что можно расценить как провокацию, не предпринимать! Помните, что это наш шанс! — во всяком случае, еще одного врага Республике сейчас точно не нужно. А ящерки согласны на переговоры.

Между тем, на связь вышел сам Скат. Командир самого большого корабля флотилии, крейсера типа «Аркетанс» по имени «Серая Дианога», был чем-то вроде заместителя у Оланы. Самый старший по чину и возрасту клон на флотилии. Разному навербованному во флот сброду Олана не очень доверяла, поэтому в рейд взяла с собой только те корабли, экипажи которых целиком состояли из клонов. Сейчас об этом может и стоило бы пожалеть: Офицер из бывших юстициаров, или происходивший из знатной семьи, был бы для нее неплохим помощником. На переговорах с этими сси-руук, как она чувствовала, ей понадобиться вся ее удача.

— Мэм, позволю себе заметить, что ситуация очень непростая…

Да уж, этот клон явно не привык говорить обиняками. Старая выучка, еще довоенная. Не то, что клонский «молодняк», который все больше и больше занимает вакансии на офицерских должностях во флоте.

— Я в курсе, коммандер. Но, если есть хоть малейший шанс решить все дела миром — почему бы им не воспользоваться? Тем более, что я джедай, и это цель моей жизни!

— Тогда, разрешите отвести корабли подальше, хотя бы. Их эскадра собирается вместе, причем — слишком близко от нас. Мы находимся в пределах дальности стрельбы даже легких пушек!

— Нет! Это будет знаком недоверия и может осложнить ход переговоров! В случае чего, не думаю, что вам трудно будет оторваться от преследования и уйти в гиперпространство.

— В таком случае, может быть нам сразу дать знать на Корусант? Заодно, это придаст вашей миссии больше веса.

— Пожалуй, нет! Я чувствую: любое наше резкое движение сразу осложнит обстановку. Как они воспримут попытку связаться с Корусантом, я не знаю. А то, что у них есть аппаратура связи, работающая на тех же принципах, что и наша — вы и сами видите. Даже если нашу передачу и не перехватят, то активацию гиперпередатчика она точно отследить смогут. Так что, коммандер, повторяю — никаких резких движений!

Между тем, «Ясная Звездочка» подошла к флагману ящериц настолько близко, что его стало можно уже разглядеть даже невооруженным глазом. Вахтенные снова связались с кораблем сси-руук, чтобы запросить вектор подлета к воротам ангара…

* * *

Ожидание было мучительным: Щепка уже три раза проверил состояние всех систем истребителя, чтобы убить время. Как он подозревал, подчиненным сейчас было еще хуже — он, хотя бы, кусок открытого космоса видел своими глазами, через открытые створки ворот стартовой галереи фрегата. Ребята, которые сидели в своих истребителях у него за спиной, были лишены и этого. Нет, разумеется, дроиды астромехи постоянно держали связь с мостиком корабля-носителя, и исправно передавали пилотам информацию о текущей остановке — но, все это не то! Быть сидячей птицей, привязанной к насесту — что может быть хуже для пилота?

Вот, кстати, Топ — его дроид-астромеханик, — как и любой другой астромех на «Нимбусах», принадлежащий к типу Q-7, - пропищал ему известие о том, что обновились навигационные данные. За три с лишнем года войны Щепка достаточно хорошо изучил бинарный, чтобы понимать астромеха без всякого переводчика. Топ, обладавший склочным характером, обычно не свойственным его модели, был недоволен: Недоволен тем, что они все еще торчат на разгонной дорожке стартовой галереи «Кокетки». Недоволен тем, как близко флотилия подошла к эскадре чужаков. Впрочем, последним и сам Щепка был недоволен не меньше, чем его дроид-астромех. Увы, высокое начальство мнение обоих дроидов — что «мясного», что «железного» — явно не слишком интересовало! А зря… — дослужившись за время войны от простого пилота до флотского лейтенанта и командира эскадрильи, Щепка сейчас пятой точкой чуял, что все происходящее ничем хорошим не закончится. Клону совершенно не нравились пришельцы: разведка ранее сообщала, что у Бакуры нет собственных космических сил — следовательно, сами они налет ящеров спровоцировать никак не могли. К тому же, мятеж мятежом, но жители Бакуры были частью галактической цивилизации, бывшей частью Республики, наконец! — а кто такие эти чужаки, еще предстояло узнать. Так что, призыв о помощи с планеты, который их генерал приказала проигнорировать, неприятно царапнул клону душу: когда то, на Камино, их учили не такому отношению к гражданским. Пусть даже эти гражданские и не находились, в данный момент, под юрисдикцией Республики. Сигнал о помощи — это святое! — узнать, хотя бы, в чем там дело, совсем не помешало бы.

Направленный через командира «Кокетки» запрос генералу — о возможности поднять истребители с палуб кораблей-носителей, — понимания не встретил. Умом Щепка резоны джедайки понимал: первый контакт и все такое прочее… — но боевой опыт прямо-таки вопил, что с подобными «гостями» можно разговаривать исключительно с позиции силы. Увы, сила сейчас была не на их стороне — вначале, когда строй пришельцев был растянут, у них, может, еще и были бы какие-то шансы в схватке. Теперь, когда корабли этих ящериц медленно собрались в кучу (Щепке это казалось похожим на медленное движение хищника в засаде — чтобы не спугнуть преждевременно свою добычу), даже нормально выйти из-под вражеского огня будет проблемой…

Черт, нет — нужно думать позитивно! Судя по всему, джедайка совершенно уверена, что сможет с пришельцами о чем то договориться. У нее же есть Сила… как она может ошибиться? Но рука все равно, сама без воли хозяина, потянулась к сенсору управления закрытым каналом связи — Щепка совсем не хотел, чтобы его разговор с командиром «Кокетки» слышал сейчас кто-то посторонний. С Колином они служили вместе чуть ли не с начала войны — начинали в одной эскадрилье! — и понимали друг друга с полуслова. Потом товарищ перешел в корабельные офицеры. А теперь вот, судьба снова свела их вместе.

— Что там «наверху», брат?

— Щепка! Эта дура совсем охренела!

— Спокойнее, Колин, ты же там, у себя на мостике, не один…

— Да ну, к черту! Эти ящерки начали выпускать со своих больших кораблей какую-то мелюзгу — не то дроидов-перехватчиков, не то — самодвижущиеся мины. Во всяком случае, для истребителей эта фигня кажется слишком малой, по размерам.

— Эти мелкие штуки, они что — направились в нашу сторону?

— Пока, хвала Силе, нет! Но мне это очень не нравится: пришельцы нам явно не доверяют. Тогда, черт побери, с чего мы сами должны доверять им!? Скат, старая банта, так и не смог убедить генерала хоть что-то сделать — она даже отослать доклад на Корусант не разрешила. — А на то, чтобы нарушить прямой приказ у него ни мозгов, ни решимости не хватит…

— Ты думаешь…

— То же, что и ты: надо двигаться, пока по нам не открыли огонь!

— А нарушение приказа?

— Знаешь, Щепка, пусть лучше меня потом трибунал судит, чем всю оставшуюся жизнь винить себя в гибели братьев!

— Но, покидать место в строю — тоже не вариант. А остальные, боюсь, нас с тобой не поддержат.

— Ты со мной?

— Разумеется, сам хотел просить у тебя выпустить эскадрилью в космос! Не хочу быть сидячей мишенью, и тем более — делать такой «Кокетку». Запускать истребители под вражеским огнем — плохая идея.

— Думаешь, обязательно дойдет до стрельбы?

— Черт его знает, Колин, но я хочу быть готовым ко всему…

— Ладно, начинаем отсчет стартовой процедуры. Твои все готовы?

— Готовы, готовы! Хоть сейчас в драку.

— Нет, в драку не нужно. Но вот иметь прикрытие, на случай, если эти ящерицы поднимут свои истребители, нам совсем не помешает. Это уже твоя задача. А вот с «Холодным Огнем» я свяжусь — пусть Джаякаран думает сам за себя!

— А Скат?

— Скату сообщу, когда вы начнете стартовать: поставлю перед фактом! Перестраховщик… мог бы и сам проявить инициативу, плюнув на дурацкие приказы. Так, все, давай — трогайся потихоньку…

Младший палубный офицер включил таймер предстартового отсчета. Щепка в последний раз проверил — все ли его подчиненные готовы к старту. Мгновения тянулись, как густая патока.

Десять, девять, восемь, семь…

Топ «подсветил» трек выходной траектории: покидать разгонную дорожку ангара придется посредством корабельных генераторов тракционных лучей, на малой скорости. И только после выхода давать тягу на маршевые двигатели, и, одновременно, раскрывать плоскости — которые сейчас, из-за ограниченных размеров сечения разгонной галереи, приходилось держать в сложенном состоянии. Несколько мучительных секунд его истребитель будет простой и легкодоступной мишенью: Скорость мизерная, маневренность околонулевая — из-за сложенных плоскостей с маневровыми двигателями, и в довершение всего — не вышедший на нормальный режим генератор дефлекторного щита. Одно хорошо — корабельные разгонники буквально «выплюнут» всю эскадрилью следом за ним, в течение пары десятков секунд. Только бы враг не открыл по ним огонь раньше! — сейчас, в последние секунды перед стартом, Щепка уже совершенно не сомневался, что перед ними враги, и что их вот-вот ожидает бой. Схватка не на жизнь, а насмерть.

Пять, четыре, три, два, один…

— Сэр! Они открыли огонь по «Ясной Звездочке»! — в нее попали несколько зарядов их ионных пушек. Генерал Чион не отвечает!

Чей голос прорвался в наушники его шлема на общей волне, Щепка так и не понял. Так же, как не понял — к кому именно обращался говоривший. А вот смысл сказанного пояснения не требовал — враг все же нанес удар раньше, чем они успели принять меры!

Старт! Первый пошел…

Звезды за бортом рванулись навстречу. Ускорения клон почти совсем не почувствовал — гравикомпенсаторы истребителя палубная команда отрегулировала как нужно! Топ выдал, на главный экран, боевую обстановку. Так, скверно… — похоже, враг достал первым залпом не только «Звездочку»: «Маленький Меченосец» и «Сонное Облако» тоже светились на дисплее мертвыми, потухшими иконками. Ящеры, судя по всему, стреляли исключительно из ионных пушек — хотят набрать побольше заложников, в расчете на последующие переговоры с кем то поважнее их генерала? Бой, по существу, еще даже не начался, а у них уже потеряно тридцать процентов вымпелов! Те тучи мелких аппаратов, что висели до этого рядом с кораблями пришельцев, двинулись в их сторону. Быстро… Щепка даже сказал бы: слишком быстро! — кажется, это все же что-то вроде дроидов-истребителей. Что же, оно было бы не так уж и плохо: «Нимбусы» как раз и конструировали с расчетом на то, чтобы сражаться с летающими дроидами Конфедерации — если бы не одно «но». Врагов было не просто много — врагов было слишком много! — Если Топ выдал ему точную информацию, то в их сторону сейчас летело две тысячи восемьсот семьдесят шесть небольших боевых машин. На одну его эскадрилью. Впрочем, нет — Джаякаран, все-таки, поддержал Колина: «Холодный Огонь» тоже поднимал свои истребители с палубы. Клон посмотрел на таймер — кажется, они успеют развернуть строй до того, как эта вражеская мелкота доберется до них! Небольшой, но, все равно — шанс.

Самым плохим было то, что «Нимбусы» были не приспособлены для того, чтобы нести серьезное противокорабельное вооружение. Скорострельные легкие спарки лазерных пушек, да еще и установленные на поворотных лафетах, это прекрасно — когда речь идет о «собачьей свалке» с летающими дроидами сепов. Собственно, именно для этого «Нимбус» и был спроектирован: с пилотируемыми, особенно тяжелыми и хорошо защищенными, истребителями, у Сепаратистов было не густо. Ну, если эти сепы были родом не из Тиона — те, как ни странно, использовали пилотируемые истребители не менее охотно, чем дроидов-файтеров. Однако, сталкиваться с тионцами Щепке почти не доводилось, а вот разного летающего дроидного сеповского «железа» он, за время войны, «нащелкал» преизрядно! Начинал как все — на «Лавине», потом, одно время, летал на модифицированной «Дельте». Даже на редком «Актисе» и тяжелом ARC-170 довелось повоевать. Но, вот уже почти год как пересел на «Нимбус» — и нисколько об этом не сожалел, до сегодняшнего дня. Вообще то, данный истребитель был уже третьим, этого типа, на котором Щепке довелось летать: первый был еще из первых опытных, установочных партий — а второй, уже серийный, построенный с учетом опыта эксплуатации прототипов. Собственно, этот, третий истребитель, тоже был в какой-то мере прототипом — специалисты с верфей Куата изловчились, и впихнули в миниатюрный аппарат компактный гиперпривод! Незадолго перед этим рейдом, на «Кокетке» и «Холодном Огне» все палубные истребители поменяли именно на эту, новейшую модель. Для легких авианосцев, использовавшихся в основном для разведки и боевого охранения, это имело смысл: выпустив истребители в полет, они отнюдь не всегда имели возможность принять их обратно на борт. Собственный гипердрайв, даже такой примитивный и «медленный» (а четвертый класс это совсем не быстро!), давал шанс убраться с поля боя своим ходом — если совсем припекало. Плохие условия обитаемости в тесной кабине, где пилот вынужден был постоянно носить скафандр, никого особо не волновали — считалось, что клоны вытерпят все. Поэтому пятнадцати часовой ресурс, встроенной в скафандр системы жизнеобеспечения, продлили в четыре раза: Считалось, что за это время истребитель, так или иначе, сумеет добраться до «дружественной» звездной системы, или корабля. Ну а как пилот при этом будет пахнуть, когда его извлекут из скафандра, никому было не интересно. Кто-то из техников даже сказал Щепке, что теоретически — «если дышать через раз», — кислорода может хватить часов на восемьдесят! Возможные проблемы с астронавигацией? — ребята, у вас дроид-астромеханик за спиной сидит, в своем гнезде!

Щепка прыжки через гиперпространство даже опробовал, когда облетывал новую машину. Устал неимоверно: не был «Нимбус» изначально приспособлен для такого! — даже на более примитивной «Лавине», когда она была пристыкована к гиперкольцу, условия обитаемости у пилота были лучше. Топ, которому тогда пришлось самостоятельно рассчитывать гиперпрыжки, матерился на бинарном, почти не переставая: сенсоры истребителя, пусть и чувствительные, плохо подходили для того, чтобы ориентировать «Нимбус» в пространстве, перед прыжком. В общем, хлопотно, рискованно и… практически бесполезно, как посчитал Щепка: отвлекать дроида-астромеханика на всякую фигню, прямо посреди боя, — дурное дело! А если уже никакого боя нет, и родной корабль рядом, то зачем такие извращения? Честно говоря, лучше бы куатовские конструкторы пусковую установку для ракет, или торпед, на истребитель поставили, вместо гиперпривода. Фактически, единственное, чем «Нимбус» мог бы угрожать большому кораблю, была подвешенная под фюзеляж противокорабельная протонная бомба. К сожалению, перед боем об этом никто не позаботился — а теперь уже было поздно сожалеть…

Ладно, раз большим кораблям этих ящерок мы ничем угрожать не сможем, то хотя бы прикроем свои корабли от атаки их мелюзги! — Щепка кинул еще один взгляд на главный дисплей: волна маленьких аппаратов пришельцев вот-вот должна была накатить на сломавшийся строй республиканских кораблей. Между тем, вражеские корабли открыли плотный огонь по их флотилии — к огню ионных пушек добавились выстрелы турболазеров и корабельные ракеты. В эфире царил полный бардак: без джедайки, Скат, похоже, полностью утратил нити управления — кто-то вел интенсивный ответный огонь по чужакам, а кто-то явно собирался развернуться, и дать деру. С последними Щепка был согласен целиком и полностью: мериться огнем с врагом, который превосходит тебя в количестве стволов даже не в разы, а на порядок — никчемное дело! Пусть даже эти «стволы» слабее по мощности, и не так скорострельны, если верить данным, которые вывел на одном из вспомогательных дисплеев Топ, — сила все равно была не на их стороне. Они не спасут ни «Ясную Звездочку», ни «Маленького Меченосца», ни «Сонное Облако» — разве что, погибнут сами, или станут кандидатами на пополнение рядов пленных. Другое дело, что флотилии следовало заняться чем-нибудь одним: или сражаться, или пытаться убежать — тогда хоть у немногих будет шанс. Если одни кинутся в бой, а другие начнут искать спасения в бегстве, от, скорее всего, погибнут и те и другие. Противник просто перебьет их по частям, по очереди. Обсчет координат и векторов гиперпрыжка занимает время — чтобы его выиграть, нужно сражаться! Сражаться, понятно, можно по разному: можно просто кинуться навстречу врагу — а можно попытаться растянуть его боевой порядок, если имитировать бегство. Нет, сражаться все равно придется и тогда, в конечном итоге, но условия будут полегче: тяжелые корабли чужаков просто не смогут угнаться за легкими корабликами республиканцев. А их легкие крейсера и мелкие корабли? — так все равно: часть слабее целого! Особенно, если это еще и меньшая по огневой мощи часть. Кажется, до их теперешнего командующего это тоже, наконец, дошло.

— Внимание, всем кораблям: отходим! — разрываем дистанцию с вражеской линией! Авианосцы первые, истребители — прикрывают отход!

Голос Ската прорвался на общей волне, дойдя до каждого. Щепка тут же продублировал приказ своим подчиненным, которые уже все успели занять места в строю эскадрильи.

— Ребята, слышали приказ? Наша задача — «сбить волну»! — не дать их истребителям связать боем наши корабли. Строй — фронт! Всем пилотам: делай как я!

Эскадрилья, и так уже находившаяся между кораблями флотилии, и накатывавшей на них, сквозь огонь собственной эскадры, массы вражеских дроидов, рванула навстречу этому валу. Судя по смещению иконок «своих» на основном дисплее, эскадрилья с «Холодного Огня» сделала то же самое. Через несколько секунд они сцепились с врагом…

Вражеских дроидов было так много, что скоро строй эскадрильи вынужденно распался: чтобы связать боем как можно больше врагов, каждому из его пилотов пришлось действовать самому по себе. Оставалось надеяться лишь на помощь верных дроидов-астромехов. Да на офицеров-авианаводчиков с их кораблей, которые могли помочь хотя бы подсказкой: где враг и откуда можно ждать атаки. Две минуты боя слились в один, непрерывный фейерверк — цели менялись перед его истребителем, как меняются фигурки в калейдоскопе. Дроиды чужаков, несмотря на малые размеры и слабое вооружение, оказались очень серьезным противником! — Там, где им не хватало мощи огня, они брали массой, количеством. По отдельности, их лазерные пушки были не мощнее пехотных автобластеров огневой поддержки. Вместе, все четыре ствола, уже были сравнимы по эффективности с легкой лазерной пушкой джеонозианского истребителя-перехватчика «Нантекс». А если тебя атакуют сразу несколько врагов… то тут, под сосредоточенным огнем, дефлекторный щит «Нимбуса» садился слишком быстро. К тому же, чертовы дроиды, имевшие вид двухметровых четырехгранных пирамидок, оказались очень маневренными, и быстрыми — даже чуть быстрее их истребителей! Подобно гигантскому рою хищных насекомых, дроиды кружили вокруг его людей, и непрерывно жалили, жалили, жалили…

Потом, когда кто-то словно дал команду «догнать», вся эта свора кинулась вдогонку за кораблями флотилии, которые, наконец-то завершив разворот, стали быстро удаляться от места боя. Оставив его растерзанную эскадрилью в покое: короткий бой стоил ему двух третей состава! — то, что взамен они сбили раз в десять больше противников, было сейчас, для Щепки, слабым утешением. От эскадрильи с «Холодного Огня», кстати, осталось еще меньше — и ее комэск тоже погиб. Семь истребителей из двух дюжин! Собрав всех уцелевших, Щепка приказал поворачивать вслед за уходящими кораблями их флотилии. Которых было значительно меньше, чем в начале боя: цена запоздалого приказа! — кстати, «Серой Дианоги» среди уходящих не было — погасшая иконка «Аркетанса» сиротливо дрейфовала, теперь, на главном дисплее его истребителя, с двумя «Консульскими», которым тоже не повезло. Черт! Половина флотилии как банта языком слизнула! — а ведь им надо еще и от роя вражеских дроидов оторваться. Да и вражеские корабли огня не ослабляли, хотя его эффективность сильно ослабела.

— Щепка, это Колин!

Голос друга, вышедшего по закрытому каналу, отвлек внимание от анализа обстановки. Щепка отдал команду Топу: принять управление истребителем на себя. — Благо, вражеских дроидов поблизости уже не наблюдалось.

— Да, брат, я тебя слушаю!

— Мне не нравиться эта туча кинувшегося к нам железа: сильно напоминает сеповских «Стревятников»-«самоубийц»! А у нас слишком мало лазерных пушек, для самообороны.

— Мы вас прикроем!

— Во-первых, вас слишком мало. А во-вторых — вы просто не успеете: мы или успеем уйти в гиперпрыжок, или…

Что друг подразумевал под этим «или», было понятно. Между тем, Колин продолжил.

— Мои навигаторы заканчивают расчет вектора гиперпрыжка до ближайшей системы. Как только появится результат — они, по моему приказу, сбросят данные вашим астромехам: хоть здесь время сможете отыграть! И еще, сейчас я скину твоему Топу архив с информацией, что сенсоры флотилии успели собрать по этим чужакам, так, на крайний случай.

— Хорошо, брат, я готов!

Щепка тут же передал приказы астромеханику и остальным пилотам. Топ немедленно подтвердил, что начал прием первого пакета информации. Между тем, туча вражеских дроидов догнала уходящие республиканские корабли, и буквально облепила их: лейтенанту оставалось лишь бессильно скрипеть зубами от ярости, видя как они, раз за разом, наскакивают на них. Небольшую часть дроидов сбили корабельные лазеры. Слабые лазерные пушки врага, даже сведя огонь воедино, слишком медленно «прогрызали» дефлекторные щиты больших кораблей. Но, у них было другое оружие — они сами! Вот один дроид кинулся на таран, за ним второй, третий… — затем из этого роя, в атаку, бросились сразу десятки «металлических насекомых»…

«Пирамидки» давали не такой уж и сильный разрыв: не больше, чем обычная противокорабельная протонная торпеда! — Но, этих взрывов были десятки: сперва вышел из строя один «Консульский», следом за ним — другой. Потом настала очередь «Холодного Огня»: «Пельта» все еще вела огонь, отстреливаясь от нападавших — но один из удачливых «самоубийц» повредил ей главный двигатель, выведя его из строя. Тут же, на поврежденный корабль набросились новые враги — вспышку дальнего взрыва в космосе, Щепка увидел даже невооруженным глазом. Оставшийся «Консульский» и «Кокетка» держались из последних сил. Наконец, Топ сообщил, что с «Кокетки» пошли данные для гиперпрыжка… наконец то!

— Счастливо, Щепка! Увидимся возле…

Это были последние слова Колина, которые он услышал перед гиперпрыжком. Пространство вывернулось наизнанку, и звезды за транспаристилом фонаря кабины превратились в полосы света. Когда «Нимбус» Щепки, через пару часов полета, снова вышел на досвет, в системе какого-то красного карлика, то рядом с ним, из гиперпространства, вывалился только сильно побитый «Консульский», и три других истребителя. Ни «Кокетка», ни еще три «Нимбуса», до расчетной точки выхода так и не добрались.

* * *

Все знают, что даже звезды умирают — но обычно мало кто вспоминает, что умирают и галактики. Умирают галактики по-разному, но, как правило, всегда насильственной смертью. Чаще всего, их убивают более массивные галактики-соседки. Вот и карликовую галактику, по имени «Огненный Кулак» — как ее окрестили обитатели одной из частей галактики-хозяйки — неторопливо, но верно убивает ее старшая сестра. Та самая, которую те же люди, ее населяющие, назвали Небесной Рекой. Убивает не ударами ножа, или бластерными выстрелами: притяжение гораздо более массивного скопища мириадов звезд, постепенно, буквально обдирает меньший объект — ощипывая с него, как перья с птицы, звезду за звездой. Огненный Кулак, словно птица в клетке, стиснутый путами притяжения старшей сестры, бегает кругами — теряя эти «перья»-звезды по пути своего бегства…

Естественно, с их размерами, даже карликовые галактики умирают медленно, трудно и долго — люди столько не живут. Когда людей еще даже вообще не было в галактике, Огненный Кулак уже неотвратимо рассыпался, под действием сил гравитации, и когда уже род людской сгинет — он все еще не успеет распасться окончательно. Впрочем, что там люди — не факт, что тогда еще сами Архитекторы то жили! Хотя, люди существа до крайности практичные, можно даже сказать: утилитаристы — их мало интересуют разного рода небесные явления, если те напрямую их не касаются и не представляют собой захватывающего зрелища, видимого невооруженным глазом. Обычно, их интересуют только последствия этих самых «небесных явлений», причем — полезные последствия. Вот последствия то у этого процесса были — о-го-го! — Если в споре обычно рождается истина, то в столкновении галактик порождаются новые звезды и планеты. А еще — жизнь. Но и это не все: шлейф из потерянных гибнущей галактикой звезд, длинной цепочкой опоясывал ее старшую сестру раза три, пока не поглощался ей окончательно, или не рассеивался в межгалактическом просторе. Эти звезды тоже не висели неподвижно — они вращались вокруг центра масс большой галактики, пополняя ее сферическое «гало». Но основная часть потерянных звезд двигалась дальше: следуя по тому же пути, что и породившая их звездная система — образовывая единый Поток, где сама карликовая галактика была уже всего лишь небольшим, но самым плотным и ярким его участком…

Даррин Март отвлекся от философских размышлений, и привычно окинул взглядом индикаторные панели пульта управления «Неутомимого Бегуна» — ни одного тревожного сигнала. Все так, как и должно быть в настоящей важной экспедиции, которую ведут среди пространственных искажений, гиперпространственных барьеров и редких «диких» звезд настоящие Навигаторы. Это только у дилетантов и «судоводителей» всегда одни сплошные приключения в любом рейсе — а Навигаторы не приключений ищут, они работают. Что-что, а свою работу Даррин умел делать прекрасно! Где он только не успел побывать, несмотря на свои щенячьи, по меркам Гильдии Навигаторов, тридцать два года: Излетал всю Верхнюю Ветвь Потока — или, Бесконечности, как еще звали свое место обитания, населявшие его люди. Бывал в Котле и Холодной Кузнице. Спорил, по молодости и глупости, с коварными ломаными гипербарьерами Звездопада. Исходил вдоль и поперек Семь Заводей и Длинный Плес. Обошел всю Излучину, вместе с Верхним и Нижним Плесами, Клином, Зыбунами Ирема и Пустошами Агина — проклятым наследием гения Архитекторов. Водил корабли, шедшие Тропой Лазутчиков в набеги против Остроухих, в Нижний Плес. Летал с контрабандой в давно потерянные миры Шлейфа и Вуали. Бывал в почти недоступном для космических кораблей Райском Саду, и в еще более недоступной Мертвой Лагуне. Когда то, сдавая экзамен на звание Навигатора, выходил даже за пределы Сферы Архитекторов — в безбрежную пустоту внегалактического пространства. Однажды привелось и в Огненный Кулак залететь — возил разведчиков: увы, та миссия закончилась ничем, не повезло. В общем, про таких как Даррин, в Гильдии обычно говорили: «Они знают все Пороги Бесконечности».

Скорее всего, именно его чутье и опыт стали причинами, по которым Гильдия назначила Даррина Марта в число Навигаторов «Неутомимого Бегуна»: рядом с Тиатави Рейовером или Миинакком его возраст казался детским! Только связь с Силой и способность найти один-единственный годный маршрут среди бесконечного набора тупиков имела значение — в этом он ни старому Навигатору-человеку, ни такому же старому Навигатору-ганму ничуть не уступал. А может быть, даже, и превосходил: насколько Даррин был в курсе, и Тиатави, и Миинакк были назначены в экипаж «Бегуна» потому, что давно — больше ста стандартных лет назад! — принимали непосредственное участие в исследовании Холодной Кузницы. А безопасная дорога в Небесную Реку, как следовало из старинных записей, начинается именно оттуда…

Выбор, в качестве экспедиционного корабля, корвета типа «Молотоглав» был продиктован, прежде всего, соображениями секретности. Судя по непроверенным данным, корабли этого типа использовались в Небесной Реке еще достаточно широко — а им, пока, выделяться совсем не с руки: давнее знакомство с Остроухими приучило население Потока, еще остававшееся свободным от пяты захватчиков, к осторожности! Стоит вначале убедиться, что в большой галактике удастся найти настоящую помощь, а не привести себе на шею, оттуда, еще одних самозваных «господ». Вот в этом Даррин был полностью согласен с мнением Гильдии Советников, которые, как раз, и взяли на себя организацию экспедиции: выделяться там раньше срока, из общей массы космических путешественников, совсем не стоило! Впрочем, у «Молотоглава» было много и других достоинств: отличная маневренность и тяговооруженность, неплохая броня и мощные дефлекторные щиты. Вооружение слабовато? — так, от случайного пирата отбиться хватит, а они в Небесную Реку не для того, чтобы воевать, летят! А еще, «Молотоглав» имеет большую автономность, для таких скромных размеров — и ему не нужен многочисленный экипаж. Как не раз убеждался на практике Даррин, лишние люди в серьезном деле — не к добру! — Те, кому нечем толком заняться, в длительных экспедициях и создают самые серьезные, и неприятные проблемы. А тут, кроме трех Навигаторов, только капитан с помощником, три канонира, да десять человек машинной и палубной команды — не считая пассажиров. Правда, среди палубной команды, на штатном месте корабельного медика, был настоящий Целитель, а в качестве Главного Механика корвета подвизался член Гильдии Строителей. Впрочем, важность их миссии прежде всего подчеркивается тем, кого назначили командиром им маленького корабля. Нет, сам капитан Логан одаренным не был, но Даррину доводилось видеть того в деле — когда он участвовал в прошлогоднем неудачном набеге Летучего Флота на верфи Агвиала. Тогда, все они благополучно ушли от погони флота Остроухих чудом. Исключительно благодаря Логану Скараму, вовремя взявшему на себя руководство их флотом, вместо сердара Тиркеннала. Официально — в связи с внезапной болезнью последнего. А неофициально… — на сей счет ходило много слухов, один причудливее другого. Факт остается фактом: если бы не адъютант сердара, коммандер Скарам, то еще неизвестно, сколько бы их кораблей смогло тогда уйти от погони — один вовремя отданный, вопреки решившему идти напролом Тиркенналу, нужный приказ оказался тем, что им было нужно. Потери, конечно, были — но катастрофы избежать удалось. В последовавшем по возвращении «разборе полетов» Даррину участвовать не довелось: рангом пока не вышел! — но про итоги этого разбора он слышал. Тиркеннала с поста сердара убрали: хорошо, что влиятельная родня уберегла его от худшего — на Корис Эссине неудачу экспедиции, на которую возлагали столько надежд, восприняли крайне болезненно! А вот нежданный «герой дня» получил повышение в чине (формальное — «специальный представитель» звучит очень внушительно, но реальной власти не дает совершенно!) и… «почетный» пост подальше от родины: отправили в распоряжение командования Объединенного Флота, на Семиссу. Как раз там-то Даррин с ним и познакомился поближе.

Командование Объединенного Флота, на базе которого и затевалась экспедиция по доставке делегации народов Потока в Небесную Реку, быстро нашло достойное применение неожиданному «подарку» — назначив Логана капитаном корвета «Неутомимый Бегун». Именно этому кораблю и предстояло, прорвав гиперпространственные барьеры, добраться до большой галактики. Судьба самого Даррина, совершенно для него неожиданно, тоже оказалась связана с предстоящей экспедицией…

Опа-на! — легок на помине: капитан Скарам лично заявился на мостик, где сейчас в одиночестве (если не считать «дежурного» дроида-астромеханика) скучал третий Навигатор экспедиции, Даррин Март.

— Приветствую, капитан!

Даррин повернулся к Скараму, когда тот усаживался в командирское кресло.

— Что привело вас сюда? На вахте все спокойно, а за бортом нет совершенно ничего интересного. Гиперпрыжок в сторону Холодной Кузницы намечен только через…

Даррин взглянул на хронометр.

— Полтора часа…

— Мне не нравиться это дельце, Дарри!

Даррин на фамильярность непосредственного начальства не обиделся: коммандер Скарам был старше него не только по чину, но и по возрасту. А то, что тот был неодаренным, и не умел использовать Силу… — какое это имеет значение? Главное — доверие! — а своему командиру Навигатор Март не раздумывая доверил бы даже жизнь. Сейчас, судя по всему, Логан хотел просто поговорить с кем то откровенно — и без чинов! — а из, формально равных, на борту были только Навигаторы и пассажиры. Понятно, что с пассажирами в откровенности не пустишься. Да Даррин и сильно сомневался, что капитан знал кого-то из них достаточно хорошо. А Тиатави и Миинакк на роль собеседника в откровенном разговоре подходили не очень хорошо, в силу своего возраста и авторитета. Получилось бы, что Логан пришел просить совета…

— Ну, мы с тобой сами летали в Мертвую Лагуну — к тому погибшему кораблю пришельцев извне. Черт! — ты сомневаешься, что это был именно боевой корабль?

— Нет, ни капли. И я не сомневаюсь, что сами мы такому противостоять точно не сможем: восемь километров диаметр! — это скорее боевая станция, чем обычный дредноут!

— Тогда в чем вопрос? — если на создание чего-то похожего у нас просто нет ни сил, ни средств, ни времени — почему не поискать союзников на стороне? А то, что пришельцы из межгалактической бездны будут угрожать всем, это даже не требует доказательств: сам этот неизвестный корабль, созданный исключительно для войны, тому лучшее доказательство!

— Доказательство чего?

Мелодичный женский голос вклинился в их с Логаном разговор. Черт… как пассажирка вообще могла прийти на мостик незаметно? И кто ее пустил? Впрочем, «кто» это не вопрос: Советница Алли'айя Ти'Сиен имела право находиться где угодно — кроме личных кают, — на «Неутомимом Бегуне». Официальный заместитель главы делегации, мать ее! «Как прошла незамеченной» — тоже понятно: любой член Гильдии Советников, так же, как и любой член Гильдии Навигаторов, являлся одаренным…

— Уважаемые, я задала вопрос — удовлетворите любопытство невежественной женщины? Ах, да, Навигатор — сюда меня привела Сила: мне вдруг стало совершенно ясно, что происходящее на мостике «Неутомимого Бегуна» может послужить тому, что наша миссия завершится благополучно.

Даррин едва сдержал язык, чтобы не чертыхнуться: в голову неожиданно пришла совершенно глупая, посторонняя мысль — а ведь этой девчонке нет еще и двадцати пяти! Внутренний голос снисходительно пробурчал: «Забей парень — покувыркаться с этой красоткой в постели, не получится никак»! Действительно, лезет всякая чушь в голову. И, понять, что это значит — когда тебя ведет сама Сила — он мог. Да и любой Навигатор — тоже: каждый из них испытал чудо того мгновения, когда в голове у тебя выстраивается карта с подробным маршрутом полета. «Правильная» карта! А эта девушка — такой же форсъюзер, как и он сам. Если Алли'айя Ти'Сиен, несмотря на свою молодость, уже имеет такой ранг в собственной Гильдии, то это уже о чем-то говорит. А то, что ей доверили пост Второго Советника, при главе миссии — навабе Мэйри Сиарабианике, вообще ставит ее на одну доску с капитаном. И уж точно выше какого-то там Навигатора: в таких делах Сила, и способность ей пользоваться, роли уже не играет. Птичка высокого полета…

— Уважаемая госпожа Советница…

— Ну, Навигатор Март, не надо такой официальщины: я хочу поговорить совершенно неформально, так сказать. В частности, меня очень интересует вопрос: почему нам должны поверить там, в Небесной Реке, что пришельцы извне готовят именно вторжение? Может, это всего лишь разведывательная экспедиция, а большой корабль из Мертвой Лагуны — часть ее военного эскорта: разве нам ведомы опасности полета через межгалактические пространства? Кстати, предлагаю, в разговоре, звать друг друга по именам.

— Госпожа Алли'айя, найденный в Мертвой Лагуне корабль имеет слишком малую автономность, при не достаточно быстром гиперприводе. Преодолеть разделяющее галактики пространство он еще сможет, при должном запасе топлива — но его экипаж, к тому времени, уже вымрет из-за отказа системы жизнеобеспечения! Разумеется, если он будет лететь с какой-то из галактик-спутников Небесной Реки. В противном случае, он не долетел бы сюда даже с усиленным запасом топлива на борту. Между тем, после того, как, пытаясь преодолеть Сферу Архитекторов, этот корабль оказался закинутым в ловушку Мертвой Лагуны, то он продолжал активно функционировать еще два года. А это примерно вдвое больше, чем обычный срок автономности подобного рода кораблей. Если, конечно, эксперты из Гильдии Строителей не ошиблись в своих выводах!

— По-вашему, этот корабль был специально снаряжен для того, чтобы найти слабые места в гиперпространственных барьерах: пройти сквозь них самому, и провести потом, за собой, других?

Даррин переглянулся с Логаном. На вопрос Советника ответил капитан.

— В том то и дело, что этот дредноут никто для исследовательских нужд не собирался приспосабливать: те малые суда и корабли, что он нес в своих ангарах, для разведки гиперпутей совершенно не годились. А вот для военной разведки — очень даже подходили: одни их устройства маскировки чего стоят! Кстати, внутри самой Мертвой Лагуны они, за эти два года, перерыли каждый уголок, в поисках выхода. Следы их присутствия обнаружены, по крайней мере, во всех звездных системах, где планеты могут поддерживать жизнь. И еще: топливом и расходными материалами корабль обеспечили прямо перед тем, как он попытался преодолеть Сферу Архитекторов с ее барьерами и ловушками…

— Да, Логан, я в курсе того, что привезенные ими биоты были отмечены по всей Лагуне. И, я ничуть не сомневаюсь, что это был именно военный корабль. Вопрос в другом: почему вы уверены, что их намерения враждебны?

— Действия пришельцев — после того, как им стало понятно, что выхода из Мертвой Лагуны им уже не успеть отыскать. Они ведь нашли наши брошенные старые гипермаяки. И, несомненно, поняли, что время от времени Лагуну кто-то и как-то регулярно посещает, несмотря на, казалось бы, непреодолимые гипербарьеры вокруг этого места. Им ничего не мешало просто основать колонию, повесить передатчик, посылающий в космос сигнал бедствия — и просто ждать помощи! А что сделали они? — разрушили все свое оборудование, которое только сумели. И перебили, заодно, сами себя — а там было именно массовое самоубийство.

— Может быть, жест отчаяния? Те же Остроухие так иногда поступают — чтобы не сдаваться в плен.

— С Остроухими то все понятно: Мы с ними воюем! — А, когда и как новые пришельцы могли повздорить с нами? Нет, говорите что угодно, но это их массовое самоубийство — оно всего лишь способ лишить нас важной информации про них! То есть, они уже не смогли уничтожить ни сам большой корабль, ни зачистить все следы своего пребывания в Мертвой Лагуне. Так, хотя бы, решили максимально затруднить нам свою дальнейшую идентификацию. Увы, но теперь о многих возможностях пришельцев, особенно в военной сфере, нам приходится только гадать. Собственно, такая процедура у них, скорее всего — стандартный вариант. Возможно, им вообще приказали это сделать извне: мы не знаем, на что способны их системы связи. Но, все это имеет смысл только в одном случае: эти новые «гости» замыслили недоброе! Так что, этот корабль — предвестник грядущего вторжения чужаков.

— Но, оставленных нами в Мертвой Лагуне следов было достаточно, чтобы понять уровень нашего военного и технологического могущества. Они же нашли и Пост ╧121, и Наблюдательную Станцию «Призрак», и Станцию Перезарядки ╧22 — все, что там оставалось от нас, военного. Понять, что мы им не соперники — если они освоили межгалактические перелеты! — они должны были точно. Зачем бояться каких-то жалких туземцев? — что мы узнаем о них, что нет — совершенно без разницы! В случае успеха в преодолении барьеров, они сомнут и нас, и Остроухих заодно, одним ударом…

На этот вопрос ответил уже сам Даррин, как лучше владеющий темой.

— Вы смотрите на вопрос не с той стороны, Алли'айя: То, что пришельцы попали в Мертвую Лагуну, вовсе не признак того, что они вообще хотели попасть именно к нам, в Поток! При попытке преодолеть Сферу Архитекторов извне, барьеры обычно выбрасывают корабль из гиперпространства в одной из подобных ловушек. Нам известно еще о четырех подобных «отстойниках» — причем, два из них для нас практически малодоступны, поскольку находятся по другую сторону галактического диска Небесной Реки. — И, наличие еще, по крайней мере, одного, предсказано теоретиками — но он пока не обнаружен нами. То есть, этот корабль мог пытаться пробить барьеры очень далеко от Мертвой Лагуны. Просто, она оказалась ближайшей к точке проникновения ловушкой, устроенной Архитекторами у барьеров. Нам еще повезло в том смысле, что пришельцы вообще могли угодить и в Зыбуны Ирема, или в любую другую из них — вроде Разлома Катол. Тогда бы мы вообще могли не узнать об их присутствии до того, как они смогли бы нанести по нам удар…

— Нет, все равно не сходится! Не проще ли было им, сохранив остатки вооружения и техники, попробовать дождаться нашей очередной экспедиции в Мертвую Лагуну. И попробовать взять заложников в обмен на выход наружу, к примеру. Просто погибнуть в бою с честью, наконец!

— Наоборот, если они догадались, что мы может летать в Лагуну в любое время, а гарантий захватить наше судно так, что об этом не станет известно, нет — у их руководства могло не остаться выбора.

— Почему, Даррин?

— Потому, что если мы умеем преодолевать барьеры, то, что мешает нам предупредить о чужаках тех же жителей Небесной Реки, если нам станет известно про их присутствие, и намерения? Думаю, они боялись не нас самих, а того, что мы как то сможем это сделать!

Алли'айя замерла на несколько секунд, потом подошла к пилотскому креслу, в котором все еще сидел Даррин, и резко наклонившись, поцеловала его прямо в губы. Навигатор чуть не задохнулся: через Силу до него донеслась смесь теплоты и веселья — увы, но эмпатия не была сильной стороной Даррина. Когда он пришел в себя, и недоуменно переглянулся с Логаном, госпожа Советник уже собралась покинуть их общество. Обернувшись напоследок, стоя у самой гермодвери, ведущей с мостика вглубь корабля, она сказала на прощание.

— Спасибо вам, господа, вы мне очень и очень помогли в поисках подходящих аргументов! И не только мне: всей нашей делегации, и всему Потоку. Теперь-то мы точно сможем уговорить тех, из Небесной Реки, помочь нам!

* * *

— Господин офицер, на выход!

Щепка стремительно поднялся с топчана. Вообще то, интернировавшие их представители Альянса были с клонами предельно вежливы. Даже лишний раз не напоминали, что они, фактически, являются пленниками. Когда на следующем прыжке из той системы красного карлика, в которой они очутились, убегая от Бакуры, у побитого в бою «Консульского» полетел гиперпривод, им показалось что все — отлетались. Без навикомпьютера корвета, вероятность долететь до обжитых мест падала у «Нимбусов» до недопустимо низкого уровня. А без помощи извне, все они неизбежно загнулись бы, где-то, через месяц — когда откажет еще и СЖО корвета. Увы, гиперпередатчик корвета тоже был потерян в бою, а передатчики истребителей — слишком маломощны. Посовещавшись с товарищами, Щепка тогда решил попробовать долететь за подмогой (кто бы, там, не согласился ее им оказать!) в одиночку. Условились, что если помощь к ним не придет через неделю, то попытку повторит кто-то из товарищей. А до этого, пользуясь единственной уцелевшей шлюзовой камерой, пилотам истребителей можно было переждать внутри корвета. Истребители, без них, могли сохранить и дроиды-астромехи — которым кислород и сортиры были, понятное дело, ни к чему. Он рискнул, и выиграл: когда услышавший слабый сигнал бедствия патрульный корабль Альянса подобрал потерявший ход (кончилось топливо) «Нимбус» Щепки, достигшего все же часто использовавшегося участка Пути Широтаку, у него оставалось кислорода всего на пару часов…

— Не скажите, в чем дело, сержант?

Щепка спросил у командира конвойцев чисто для порядка — лишь бы поговорить. Отсутствие информации извне напрягало больше всего. Интернированных держали поодиночке: всех развлечений — опостылевшие уже, за этот месяц, компьютерные игрушки. Даже ограниченного доступа к местным СМИ не было. На допросы тоже не водили, после того, как они ответили на все вопросы вояк из Альянса еще в самом начале. Те, к счастью, когда обнаружили истребитель Щепки, и поняли, что другим его товарищам нужна помощь, не медлили. Уже через несколько часов сбежавший из корабельного лазарета, куда запихнули истощенного лейтенанта медики, он обнимался с другими клонами в ангаре альянсовской «Короны». Дальше были допросы, лечение — и долгие четыре недели в отдельном помещении барака для интернированных. И вот теперь, явно что-то поменялось — неужели, их собираются обменять, или просто передать властям Республики? К удивлению Щепки, командир конвоя оказался словоохотливым малым.

— Вас желает видеть высокое начальство, сэр! Прилетел сам Командующий Старкиллер — заинтересовался вашей историей. Повезло вам: наверняка, теперь, быстро вопрос с вашей передачей респам решиться.

— Может и так. Больше всего мне повезло, что ваши ребята вовремя подоспели — иначе нам бы всем кранты наступили…

Они шли по переходам военной базы, потом по коридорам одной из безликих «коробок» — штабного здания. У дверей, возле которых стоял караул из живых солдат и сеповских боевых дроидов, они остановились. Сержант нажал на сенсор вызова наручного комлинка.

— Сэр! Офицер, которого вы просили доставить к вам, прибыл.

Выслушав ответ, который сам Щепка не разобрал — наушники в шлеме сержанта звуков наружу не пропускали, — тот кивком указал клону на распахнувшиеся двери.

— Заходите, лейтенант, Командующий ждет вас у себя в кабинете!

Клон сделал шаг вперед, еще не догадываясь, что история галактики, вот прямо сейчас, в очередной раз резко изменилась. Он просто глядел на высокую фигуру в черном, одиноко стоявшую возле окна.

Примечания

1

Слегка измененные слова песни Владимира Высоцкого «Солдаты группы Центр».

2

Наум Олев «Гусарская рулетка».

3

Илья Кормильцев «Скованные одной цепью».

4

Жерар де Нерваль. «El Desdichado».

5

Владимир Высоцкий «Случай на таможне».

6

Н. Жданов-Луценко «Из ниоткуда в никуда».

7

Николай Жданов-Луценко «Из ниоткуда в никуда».

8

Владимир Высоцкий «Песня Солодова».

9

С. В. Шабуцкий «Марш Иностранного легиона».

10

Булат Окуджава «Когда метель кричит как зверь».

11

Алькор (Светлана Никифорова) «Эволюция».

Content

Родривар Тихера
Часть четвертая
Время жестоких чудес

Глава пятнадцатая Мертвая зыбь

Интерлюдия 15 Холод Стикса

Глава шестнадцатая Ложные шаги

Интерлюдия 16 Воды Флегетона

Глава семнадцатая Свет погасшей звезды

Интерлюдия 17 Кризис веры

Глава восемнадцатая Мельницы богов

Интерлюдия 18 Запах безумия

Глава девятнадцатая День Гнева

Интерлюдия 19 Новая жизнь

Глава двадцатая Край Бесконечности

Эпилог Из бездны

Примечания