Собирая осколки

Глава 1

— Он скоро вас примет, — ласково улыбнулась секретарь и поставила перед ней чашку с кофе.

Ника отстранёно наблюдала за тем, как миловидная девушка в наглухо застегнутой белой блузке и в юбке-карандаш вновь садиться на свое место и что-то строчит за компьютером. Нике понравилось, что у девушки был аккуратный французский маникюр. Ей совсем не нравился броский маникюр секретарши в их школе. Но Маша попала на работу отнюдь не благодаря своим профессиональным навыкам. И грубить, хамить и с нисхождением относиться к своим коллегам, ей было позволено. И на все жалобы со стороны всех тех же коллег, директор Петр Валерьевич все так же снисходительно пожимал плечами.

— Она еще молодая, — ласково улыбался он, объясняя, почему у нее такая грубая секретарша.

Ну да, а все остальные резко старые!

"Соберись! Не до Машки сейчас!"

Ника протянула руку к чашке, но тут же передумала. Пальцы так дрожали, что удержать ту самую чашку она просто не в состояний.

"Блин, ну чего я нормально дома не поела? Сижу вся на нервах…"

Секретарь подняла глаза от компьютера и вновь ласково улыбнулась.

— Он вас ждет.

Ника поблагодарила кивком головы и поднялась. Хорошо, хоть не стала туфли на высоком каблуке одевать, а то сейчас бы грохнулась.

Глубоко вздохнув и выдохнув, она постучала и зашла.

Николай Андороф был известным бизнесменом. О нем, разве, что только неграмотный не читал. Чуть не каждый месяц появлялась очередная статья о нем. Его ненавидели, боялись, уважали, любили… О нем ходило столько слухов. Считали даже Серым Кардиналом в правительстве страны. Ника на такие заявления лишь усмехалась. У страха глаза велики, что называется.

Мужчиной он был видным. Даже наверно, красив. Кому — как. Внешне он слегка напоминал любимого ею актера, Джерарда Батлера. Правда взгляд был боле суровым и пронизывающим. Видимо, этого требовал имидж.

— Доброе утро Вероника, рад вас видеть, — мужчина поднялся из-за стола и подошел к ней, чтобы пожать руку. — Как вы?

Ника судорожно кивнула и даже попыталась улыбнуться.

— Спасибо, замечательно.

— Кофе, чай?

— Нет, ваш секретарь уже предложила, спасибо большое.

— Ника, что случилось, чего вы так дрожите? Я вас пугаю? — усмехнулся Николай, указывая жестом на стул.

— Нет, не вы, скорее разговор, который нам предстоит.

Даже не представляешь на сколько он меня пугает…

— Я заинтригован, — Николай чуть нахмурил брови и уселся в свое кресло.

Ника быстро постреляла глазками оценивая убранство кабинета. Да, шикарно, что тут скажешь.

Девушка откашлялась и сплела пальцы на коленках.

— Я уверена, что после моего монолога, вы меня за дверь выставите. Но я быстро изложу, а там, уж, будь, что будет.

Взгляд мужчины был озабоченным, но он промолчал. И Ника начала.

Она не стала заходить издали и травить его печальными фактами своей биографий о том, что мама ее нагуляла с мужчиной, с которым она потом ни разу не виделась. Но муж тогда простил любимую жену, и удочерил ребенка. Ника не жаловалась. Конечно же она понимала, что ей почему-то любви отчима не достаться. Ведь его она считала своим отцом. Он разговаривал с ней, помогал по учебе, отвечал на вопросы, приходил на собрание итд. Но с ее старшим братом он всегда разговаривал с ласковой улыбкой. Обнимал, гладил по голове. А Ника, как бы себя не вела и что не делала, такого отношения к себе добиться не могла. Она старалась, очень. Хорошо училась, никогда не жаловалась на то, что ее избивали одноклассницы, ненавидящие за то, что ее в пример постоянно ставят итд. Сергей знал о таких отношениях к ней. Но молчал. Это его не касалось.

А уж из-за того, что Ника еще и немножко полненькой была и носила очки, получала по полной от одноклассниц. Пока не появилась Арина. Она перевелась к ним в пятом классе. Девочку с детства воспитывали старшие братья. Поэтому она могла за себя постоять, а за одно и за Нику. За несколько месяцев Арина добилась того, что Ника перестала приходить с постоянными синяками и ушибами.

— Нашла себе убогую фанатку, — злились одноклассницы, но больше не лезли.

Отчим умер пятнадцать лет назад. А еще год до этого умер ее настоящий отец. Ника никогда не искала встречи с ним, хотя уже лет в пятнадцать узнала, что не родная сестра Сергея. Просто пришло письмо на ее имя, в котором упоминалось, что как только ей исполниться восемнадцать, она становиться владелицей двухкомнатной квартиры.

Мать была в бешенстве. Ну как так?! Дочке, которую он никогда не видел, оставил квартиру в хорошем районе. А она не знала, как Сергея квартирой обеспечить, ведь он так просил. А то в общежитие ему так плохо. А дома жить, так взрослый слишком.

Первый год, мать пыталась быть очень ласковой и хорошей, все уговаривая по достижению восемнадцатилетние, переписать квартиру на брата. Ведь ему нужнее, а она и так обойдётся. Ника не была жадной, и предложила, что брат смог бы снимать у нее комнату. Через год мать поняла, что «пряником» девочку не уговорить, и «достала кнут». Она постоянно гнала Нику из дома создавая жуткие условия для проживания. Куча правил, обязательств ипр. Нет, Ника не плакала. Она понимала, что т. к. квартира, в которой они сейчас жили по наследству делиться на троих, так завещал отчим, то мать переживает за свое местожительство, и за сыночка. Благодаря поддержке Арины, Ника терпела. С каждым днем в ней крепла уверенность в том, что как только будет можно, она тут же свалит из "родительского" дома. Года прошли. С трудом, с болью, со слезами, но с победной улыбкой Ника собрала вещи и ушла. Арина уже имела права и машину и помогла подруге съехать.

В университет на бюджетный, Ника поступила без проблем. Юрист передал ей документы на квартиру и ключи.

Счастью Ники не было предела. И то, что квартира была в плачевном состоянии, окна продувало, на полу старый рваный линолеум, из мебели только сломанный стул и с проводкой проблемы — Ника рыдала от радости.

На работу пришлось устроиться тут же. За три года обучения, Ника так отощала, что стало страшно смотреть. Квартира обходилась дорого. Но нужно было еще что-то есть, во что-то одеваться и успевать учиться.

— Ты мой ангел-хранитель, — неустанно повторяла Ника, когда очередной раз Арина ее подкармливала между лекциями и давала какие-то свои задания на списывание.

За все это время, мать и брат ее ни разу не побеспокоили. Может благодаря тому, что телефона у нее не было, да и компьютера, за которым сидеть и в соцсетях торчать. Компьютеры были в интернет-кофе и в библиотеках. Там она и коротала время, когда нужно было писать рефераты и курсовую.

Через год после окончания университета, Ника устроилась по специальности учителем в школу. Правда в другом конце города. Но ей крупно повезло. Походатайствовала бывшая классная, добрая душа, а то никак не хотели брать учителя без стажа.

Жизнь потекла. Были пару романов, но все заканчивались как-то невесело. У Ники был жуткий комплекс, она даже не знала, как нормально с мужчинами общаться. По работе, это да. По учебе, тоже. С родителями детей? Без проблем. Но как выразить свои чувства и заинтересованность понравившемуся мужчине. Кто ж его знает. Мать была плохим примером. Все ее заигрывания с новыми мужчинами казались Нике такими фальшивыми и жуткими, что девушка тут же отгоняла от себя мысль последовать такому "примеру".

Ладно, не о том речь. А собственно о том, что пару недель назад, мать и брат вдруг вспомнили о своей родственнице. Сергей стал бизнесменом, и по слухам (которые распускала мама), был весьма успешен. Но тут какое-то дело прогорело, его «бедного» жутко подставили партнеры, и теперь он должен огромную кучу денег.

— Ну сходите в банк, заложите квартиру… — предлагала Ника стараясь скорее свернуть эту дурацкую встречу в кафе.

— Ника, ну ты самая умная что ли? Кто даст такую сумму в банке? Там предлагают сумму значительно меньше, да и под такие проценты, что лучше сразу закрыться, — свирепо зыркнул Сергей.

— Ну так и закрой. Ко мне какие вопросы? Ты думаешь учителя много зарабатывают что ли? Мне тем более нужной суммы не дадут.

— Вероника, не будь такое бессовестной! Сергей тебе брат родной…

— Сводный, — тут же вставила Ника.

— … столько лет вместе под одной крышей прожили. Ты разве не понимаешь, если Сергей не сможет эту сумму вернуть, его просто убьют! Я до сих пор не могу пережить смерть Эдуарда, а тут еще это… — и достав платочек из сумочки, мать натурально стала всхлипывать и причитать. Брат тут же с сочувствующим видом положил ей руку на плечо.

Ника с трудом сдержалась, чтобы открыто не зевнуть.

— Не надо на совесть давить, не от кого было наследовать. Чего вы от меня хотите? Квартиру не продам!

— Да нужна она нам, — тут же перестала всхлипывать мать поправляя свою аккуратную стрижку и опустив глазки произнесла, — ты ведь знакома с Николаем Андорфом? Ну этот, покровитель вашей школы. У него еще сын там кажется учиться… в твоем классе, нет?

Ника злорадно ухмыльнулась. Актриса из мамы была плохая. И все-то они уже выяснили.

— Если что, я с ним не на "ты". И то, что его сын в моем классе учиться, не значит, что он мне чем-то обязан. Мы не любовники и даже не друзья или знакомые.

— Ой да кто на тебя польстится, — не сдержался "братик" и тут же скукожился под полным ненависти взглядом матери.

Ах вот как! Ну-ну.

— Так, ладно хорошие мои, расходимся, — Ника уже поднялась, но тут же мать вскочила со своего места, чуть не опрокинув дизайнерский стул и схватила ее за руку.

— Доча, я тебя прошу, умоляю! Поговори, ну что тебе стоит? Ну а вдруг получиться?! Ну я не переживу, если с Сереженькой что-то случиться! У него же ребенок, жена. Ника…

Мать уже успела брякнуться на колени и прижимая ладонь Ники к своей щеке как преданный щенок глядела в глаза нелюбимому чаду. Нике так хотелось им сейчас пару ласковых высказать, но вокруг сидели люди и бросали на них заинтересованные взгляды.

— Хорошо, я поговорю. Все, отстаньте от меня! — процедила она, вырвав руку.

Вот и сидела сейчас в кабинете у Николая озвучивая требуемою сумму в размере четверти миллиона евро. Ника попыталась представить, как много жизней ей понадобилось бы, чтобы выплатить эту сумму.

— Ничего себе… — тихо присвистнул мужчина выслушав. Ника уже поглядывала на дверь ожидая, когда в нее войдет охрана и выкинет ее прочь.

— А что он сам не пришел просить?

Потому, что идиот! Но в слух произнесла:

— Он вас абсолютно не знает.

— А ну да, а с вами мы так хорошо знакомы, не так ли? — с издевкой в голосе произнес Николай, откинувшись в кресле. Взгляд, которым он ее окинул, Нике очень не нравился.

— Вы понимаете, что, будучи учителем, вы с вашей зарплатой, мне никогда эту сумму не вернете?

— Да.

— Так зачем пришли? Правда надеетесь, что я такую огромную сумму вашему брату выделю?

— Нет.

Ника давно перестала дрожать и сейчас отвечала монотонным голосом. Она отлично понимала всю абсурдность данной ситуаций. Но также знала, что мать не отстанет. Она обязательно узнает, ходила Ника или нет. И если нет, то нудить, зудеть и постоянно выслушивать жалобы своей родительницы ей придётся до конца жизни. Причем своей, не матери. Так их всех еще переживет. Ника не сомневалась.

— Ну тогда нам в принципе не о чем больше разговаривать, — резюмировал бизнесмен.

— Да вы правы. Простите за беспокойство. Просто мне нужно было сдержать обещание. Я отлично понимаю вас и то, что веду себя как полная идиотка. И пойму, если вы захотите Антона в параллельный класс перевести.

— Ну нет, Антон останется с вами. Он за двенадцать лет своей жизни столько интереса к учебе не проявлял, как за прошлый год под вашим руководством.

Ника благодарно улыбнулась и поднялась со своего места.

— Еще раз, простите, всего вам хорошего и давайте просто забудем про этот разговор.

Николай кивнул, и Ника подошла к двери, в тот же момент, что она потянула ручку на себя, кто-то с другой стороны резко толкнул от себя дверь и Ника отлетела на несколько метров.

Подняв взгляд, она услышала парочку отборных выражений и фигуру мужчину очень сильно напоминающего уголовника.

— Вероника, а я кажется смогу вам помочь, — вдруг очень довольным голосом сообщил бизнесмен.

Глава 2-3

— Согласны ли вы Вероника Волкова, взять в мужья Алексея Серебрякова?

— Да, — с трудом выдавила Ника стараясь не смотреть в сторону своего "мужа". Рабочий загса повернулся к нему, чтобы задать вопрос. Но не успел договорить, когда уже с полуслова ему в ответ зло кинули "Да! Где подписываться?". Мужчина быстро подписал и развернувшись на каблуках кинул испепеляющий взгляд на Николая.

В момент, когда Ника ставила свою подпись, она услышала удаляющиеся шаги.

Надо было сказать: "Нет!". Так нет же… она согласилась. Ведь знала, ничего не получиться, ей такую сумму не дадут. А тут дали, да еще на каких условиях.

— Алекс, я тебе жену нашел, — торжественно произнёс бизнесмен, глядя на вошедшего. Ника машинально огляделась так и оставшись неуклюже сидеть на попе. И где эта, жена для уголовника?

А между тем, мужчина и правда навевал страх. Хотя, может это из-за ракурса, с которого она на него смотрела?

Николай подошел и помог ей встать. Ника выпрямилась и одернув на себе одежду с вызовом взглянула на того, кто ее так некрасиво опрокинул, да еще не извинился. Но тут же отвела взгляд. Сразу вспомнились все фильмы, где она видела зеков. Голова обрита, убийственный взгляд и два параллельных шрама через левый глаз. Как зрения не лишился-то?

Тот, кого назвали Алексом, перешел на немецкий, видимо оценив, что русский и эстонский она всяко знает. Даже может и английский, ведь он практически международный. А вот немецкий… Хотя, может он просто немец и других языков не знает? Но нет, прислушавшись Ника поняла, что хоть он и хорошо владеет языком, все же не носитель языка.

— Алексей, не вежливо разговаривать на немецком. Ведь наша гостья его не знает, — пожурил мужчину бизнесмен едва заметно усмехнувшись. Уж он то знал, что Ника владеет и немецким то же.

В ответ Ника услышала пару новых выражений значение, которое она в принципе все же уловила и заметно поморщилась.

— Нет уж, уговор есть уговор. Веронике нужна большая сумма денег, а тебе жена.

— Да пошел ты! — наконец перешел на русский язык посетитель.

— Давайте я лучше пойду, да и… - но выйти ей не удалось. Мужчина тут же оперся спиной о дверь закрывая выход и смерил ее уничтожающим взглядом.

— Николай, я просто сообщу ваш отказ своему брату и все. Я думаю, он что-то придумает. А… ну не нужно, чтобы еще кто-то пострадал из-за нашего с вами разговора.

Но видимо бизнесмен ее не слушал, уж очень самодовольна была его ухмылка.

— Ну на хрена?! — сдерживая ярость спросил тот, кого звали Алексеем, а сокращенно почему-то не Леша, а Алекс, что больше подошло бы к сокращению от Александр, например. Ника не сразу поняла, что вообще-то уже пропустила порядочную часть разговора. И в какой-то момент она вдруг поняла, что кажется, они договорились. Ника по взгляду поняла, что этот зек какую-то месть замышляет. Но Николая это абсолютно не трогало.

— И так Вероника. Я выдаю вам сумму, как только вы официально выйдете замуж за моего доброго друга.

Ника аж поежилась от "доброты", которая исходила от так называемого друга.

— Беспроцентно, но конечно же, хочу, чтобы ее мне вернули. Сроку пять лет. Не важно, кто из вас, брат или вы.

— А замуж мне зачем выходить? — девушка с трудом сдерживалась, чтобы не выругаться.

— Так надо, да и не суть. Поверьте, ничем криминальным это вам не грозит. Через пять лет разбежитесь. А там глядишь, стерпится-слюбиться?

Алекс не выдержал и в два шага оказался вплотную к бизнесмену. О чем они яростно перешёптывались, Ника не поняла. Но этот фарс ей и правда уже надоел.

— А по моложе никого не нашел, еще бы старуху приволок.

А вот это Ника услышала. Хотя, может специально было сказано громче. Как бы не было, она не будет терпеть унижения со стороны этого индивидуума.

— Так, хватит! Мне лично эти деньги не нужны. Они нужны брату, вот пусть и разбирается. Я свое слово сдержала и хватит. Мне не нужны никакие замужества и то, чтобы какой-то грубиян со внешностью зека мне тут хамил!

Вид у Алекса был грубо говоря "охреневший", после ее слов. Невозмутимым остался только Николай.

— Видите ли Ника, я от своих решений не отступаюсь. Вы выйдете замуж и получите деньги, или я сделаю так, что от так называемого бизнеса вашего премилого брата ничего не останется. А ему до конца жизни в тюрьме за долги отсиживаться придётся. Как думаете, вашему племяннику понравиться папу в тюрьме навещать?

— Вы не имеете…

— Разве? Вы сами решили ко мне прийти, я вас не заставлял.

— Но к чему этот шантаж? Есть же другие, девушки. — Ника с трудом представляла ту самую «девушку», что согласиться выйти замуж за этого придурка.

— Они с радостью… да и…

— Не обсуждается! Поверьте, Алекс душка, он сейчас просто не в духе.

Разговор велся еще около часа. Точнее, ее запугивание со стороны Николая и не прекращаемое испепеление взглядом со стороны Алекса.

Все это какой-то бред! Да никто меня заставить не может! Но раз за разом все ее доводы опровергались и втаптывались в грязь. Юрист из нее был хреновый. Точнее вообще никакой. И знакомых юристов у нее не было. Но шестое чувство подсказывало, что так быть не может. Что-то не так, но вот что?

После того, как Алекс умчался из загса, Нике было вручено обручальное кольцо, которое приказали носить не снимая. Тут же по пунктам обсудили договор о передачи денег и как они будут возвращаться. Если договор будет не нарушен, к ней претензии никто не имеет. Разбираться будут с братом лично. В основном в договоре были перечисленные только ее обязательства. Нельзя изменять в течений этого срока. Нельзя никому рассказывать, что брак фиктивен. Там еще очень много было чего "нельзя" делать.

Так как это была суббота, на работу идти не нужно было. Ника бесцельно гуляла по парку пытаясь осознать, что же произошло. Она раз сто порывалась снять кольцо и бросить его в пруд. Но духу не хватило. Домой идти совсем не хотелось. По договору им предстояло жить вместе. Алекс тут же заявил, еще вчера, что у него они жить не будут. И Николай тут же согласился.

Обзор пруда ее заслонила небольшая толпа, в центре которой были жених с невестой. Такие счастливые, довольные. Фотограф все бегал вокруг них и гостей выбирая выгодные ракурсы и позы.

Нде… а у нее никакой свадебной фотографий не предвидеться. Даже лет через пять, когда этот бред закончиться, кто ее в тридцать-пять возьмёт?

"Глупая! Возьму-возьмут! Еще как возьмут!" — уверил в голове голос Арины. Но уверенности больше не стало.

В свою квартиру она прибыла поздно. Вся прихожая была заставленная какими-то коробками. Отлично, а то тут и так место нету.

Она конечно давала дубликат ключа Николаю, но не думала, что переезд состоится так скоро.

Коробки были даже в ее спальне и в кухне. Ника не представляла, что в них и куда это все нужно ставить. Места в квартире было немного. Две небольшие комнатки да кухня.

— Какой же это бред!

Как не странно, на работе скромного золотого ободочка на ее пальце никто не заметил. До обеда никто не беспокоил вопросами и Нике почти удалось забыть, что на этих выходных она вышла замуж, продавшись за весьма большую сумму. Мама и брат не звонили. Оно и ясно, деньги получены, чего уж теперь. Новоявленный "муж" явился за полночь и до утра разбирал коробки. Ника было попробовала предложить помощь, но увидев уничтожающий взгляд со стороны "супруга" передумала. В воскресение его не было весь день. Явился опять ближе к ночи и привез еще кучу шмоток. Ника только тихо присвистнула и заварив себе кофе ушла в спальню. Алекс разместился в гостиной. Уже даже успел перестановку сделать. Нике это не нравилось. Очень. Но молчала. А в понедельник утром, Ника нашла на кухонном столе две пятисот евровые купюры и коротенькую запись: "На расходы". Как учитель, почерк она оценила на троечку. Размашистый и плохо читаемый. Буквы сливались.

Ника решила не привередничать и деньги взяла. Если он еще и мусор начнет выносить, то можно будет сказать, что муж свои обязательство по дому выполняет на ура! Деньги ей были нужны. Учительские зарплаты были довольно средние, да еще и зависели от Гор управы. На оплату счетов хватит, да еще на продукты. Остатки прибережет. Кто его знает, как регулярно Алекс деньги оставлять будет. Да и может удастся на ремонтник небольшой скопить.

Как назло, в момент ее выхода из дома полил дождь. Когда она добралась до работы, то дождик превратился в ливень. Осень вступила в свои права.

К концу дня, когда было пара уходить, в класс зашла уборщетса и как всегда принялась обсуждать очередные новости. Ника слушала в пол уха. Галина Сергеевна была женщиной приятной, другим в душу не лезла. Но поболтать любила. А в лице Ники, она нашла благодарного слушателя. Ника же радовалась хоть какой-то компаний по мимо учеников. В учительскую идти совсем не хотелось, опять выслушивать Катину трескотню про только, что закончившийся медовый месяц и в двух сотый раз узнать все подробности ее свадьбы, не хотелось совершенно.

— Ого, да ты ни как замуж вышла?

Голос Галины Сергеевной у самого уха, заставил Нику вздрогнуть и оторваться от проверки тетрадей.

— Что? А… ну да, вышла.

— А что так не весело?

Ника мысленно застонала, ну начинается. Хорошо, что она еще вчера отрепетировала достоверную легенду о скоропостижном замужестве и поэтому теперь спокойно и без запинки выложила:

— Да просто еще самой с трудом вериться. Три года уже переписывались, а виделись всего пару раз. И теперь вот наконец-то расписались.

— Он хоть наш, местный?

— Да, конечно.

— Ну хорошо, а то у соседки внучка вышла за араба, так теперь сама не рада…

И Ника минут пять еще проверяла тетради пока старушка вновь не обратилась с вопросом.

— Он ведь не тюрьме это время сидел?

Ника с трудом сохранила невозмутимый вид. Даже удалось изобразить возмущение.

— Ну что вы такое говорите!

— Прости, знаешь, всякое бывает. Ты девушка видная, простая. Голову запудрят и все!

— А он кем работает?

Этого Ника не знала. Поговорить с новоявленным мужем не получилось. Да и Николай не сильно много рассказал о своем "друге".

Ника вдруг схватила свой телефон, глянула на экран и тут же заторопилась собираться.

— Галина Сергеевна, вы извините, мне пора, — и быстро сбежала, пока еще какие-то вопросы не зададут.

Вечером к ней зашла Наташа. Бывшая сокурсница и нынешняя коллега. Подругами они были не очень. Но общались и порой вместе выходили в свет. Нику это устраивало. Так как по душам разговаривать она не любила. А на отвлеченные темы, почему бы и нет.

— Ну ты представляешь, как проводить собрания родителей, когда каждый раз какой-то умный обязательно пример приведет или задачку из интернета. Ну я же математик, почему бы еще пол часа не обсудить этот бред, а то домой-то никто не собирается.

Ника понимающе усмехнулась, подпирая столешницу в кухне. Сама она была географом и порой заменяла учителя по биологии. Ну и конечно же любимой темой родителей было, проверить знания педагога. Особенно возмущались всегда на то, что почему карте Эстоний, страны в которой проживаем все, так много времени уделяем. Одни болота да кусты, что тут изучать?

Алекс еще минут пятнадцать не выходил из машины все наблюдая за окном на третьем этаже. С некоторых пор, окна его квартиры. Мужчина побарабанил пальцами по рулю и недовольно скрежетнул зубами. В окне был четко виден силуэт его "жены". Но по жестам и движениям было видно, что она с кем-то разговаривает. А ему так не хотелось изображать "радужного хозяина" присоединиться к компании и протрепаться весь оставшейся вечер.

В конце концов он наконец-то вышел из машины и поставив ее на сигнализацию поднялся на свой этаж, осторожно отпер дверь и постарался незаметно прошмыгнуть в свою комнату.

Но как назло он был очень голоден, даже пообедать не удалось, а с кухни доносился манящий запах борща.

"Надо же, готовить умеет", — зло процедил он едва слышно.

— А где он у тебя работает-то, что все еще не появляется, или по сменно? — вопрос был задан без особого любопытства, скорее так, для поддержания беседы.

Алексу стало интересно, что же ответит Ника. И что вообще она о нем знает.

— Тебе может чаю еще? — постаралась уйти от ответа девушка и мужчина криво усмехнулся. Ладно!

В прихожий звякнули ключи, брошенные на столик у двери. И через несколько секунд показался неожиданный гость.

Прислонившись к косяку двери, он вымученно улыбнулся.

— Всем привет. Покормишь? — он продолжал слабо улыбаться, но Ника явно прочувствовала его неодобрение по поводу гостьи и внешнего вида хозяйки. На ней была старая растянутая футболка, которая доставала почти до середины бедра и скрывала коротенькие шортики под ней. Ну да, не фотомоделные у меня ножки, Ника отвернулась к шкафу с посудой.

— Да конечно, — она очень постаралась, чтобы ее голос прозвучал приветливо и мягко.

— Ника, а ты говорила, на уголовника похож, — вставила Наташа лукаво улыбаясь.

У девушки чуть тарелка из рук не выпала. Краем глаза она поймала злорадную усмешку мужа и была уверена, если бы взгляды убивали, ее бы тут уже не было.

— Ну сказала. Так я же говорила, что поклонник сериала "Побег". А там уголовники весьма и весьма… — Ника не стала договаривать многозначительно улыбнулась коллеге игнорируя взгляд мужчины.

— Расслабиться она мне не дает, — усмехнулся мужчина и снял пиджак расслабив галстук и расстегнул пару пуговиц на белой рубашке.

— Присоединитесь? — с очаровательной улыбкой обратился он к гостье от чего так слегка зарделась.

Ника поставила тарелку перед ним и уже собралась отойти, когда Алекс поймал ее за руку и заставив наклониться легонько коснулся губами губ.

— Спасибо, зай!

Ника натянуто улыбнулась и все же высвободила руку. Ну ладно, на публику хорошо играет, молодец.

Пока Алекс ел, Наташа не стесняясь выведывала у него информацию, про то, кем работает, чем увлекается. Она настолько увлеклась, что не заметила, как сильнее оперлась о стол наклонившись так, что содержание декольте стало заметно чуть больше дозволенного.

Ника же с интересом наблюдала за тем, как реагировал Алекс. Он был доволен вниманием. Нет, не как кот наевшийся сметаной, а как кот, знающий себе цену. Т. е. он и не ожидал от Наташи другой реакций. При его-то пугающей внешности, обольщал он умело.

Про нее в итоге совсем забыли. Но когда Ника заметила под столом движение ножки Наташи в сторону Алекса, решила свернуть эту милую беседу. В конце концов, еще будет думать, что ей на мужа плевать или начнет по чаще заходить ради встречи с ним. Гостей Ника любила, но только если сама их звала. Так, что пусть лучше где-то на улице, не при ней.

— Может еще чаю, — ласково проворковала она при этом наклонилась к стулу Алекса и обняла его со спины за шею. Даже мазнула губами по его щеке. И хоть за день отросшая щетина кололась, Ника сделала вид, что этого не заметила.

Алекс положил одну ладонь на ее сплетенные руки и чуть повернул голову в ее сторону.

— Э нет, завтра же рано вставать, на работу. Мы с Никой вместе работаем, — добавила Наташа уже вставая, с явным сожалением расставаясь с собеседником.

Алекс, как и полагается, поднялся и проводил гостью до двери.

— А можно будет я позвоню, если мне вдруг понадобиться юридическая консультация? Я не прочь заплатить, — призывно улыбнулась гостья.

Ника чуть не закатила глаза. Ну как можно так явно клеиться к "женатому"? Не ужели совсем ни капли самоуважения? Или это только у нее такой застаревший склад ума?

Пока она раздумывала, Алекс продиктовал номер телефона и продолжая улыбаться закрыл за гостьей дверь. Через секунду он обернулся и оперся спиной о дверь спрятав руки глубоко в карманах брюк.

Взгляд стал уничтожающе-холодным. Ника спокойно выстояла взгляд, правда руки на груди скрестила. Так они созерцали друг друга примерно с минуту.

— Может найдем какой-то компромисс и постараемся ужиться? В конце концов…

— В топку эту фигню! — на самом деле выразился он гораздо грубее, но Ника старалась не обращать на это внимание. — В жопу эти твои попытки "примирения". Мне нафиг не нужны хорошие отношения с тобой или твоими подружками, которые без мужика не могут, даже чужого.

— Да ты же считай свободный! Это мне кучу предписаний поставили. О твоей моногамности речи не было. В конце концов, мы взрослые люди. Зачем ждать пока я не усну, и только тогда заходить в квартиру? Из окна хорошо видно, как ты по долгу в машине сидишь. И красться тоже не нужно. Я не требую с тобой постоянного общения.

— Я не хочу с тобой пересекаться, разговаривать или еще что-то делать! Ты вообще представляешь, какого мне быть мужем какой-то старой девы, которая за собой даже не ухаживает. Педагог твою мать! Мне оно надо с твоими подругами общаться и притворяться, что мы счастливые молодожены?

Он продолжал говорить и идти вслед за Никой, когда та в друг развернулась и ушла в кухню.

Как только он ее настиг, в Алекса полетело содержимое кастрюли с остатками борща. За время болтовни Алекса с Наташей, суп успел остыть, и она не боялась, что мужчина обожаться.

Этого он не ожидал, за то замолчал.

— Не люблю, когда еда пропадает, — грустно констатировала Ника, возвращая кастрюлю на место. Произведенным эффектом она была довольна. Жаль, только придётся кухню потом отмывать.

— Тварь! Я тебя сейчас…

— Что?!

Алекс застыл почти в миллиметре от нее уже сжав руками ее горло.

— Придушишь? Да ради бога! Хоть не придётся твою вечно недовольную рожу терпеть еще хоть один день! На Наташку ты может впечатление и произвел. А мне на тебя плевать. Не хочешь нормально уживаться, отлично! Это ты в моей квартире живешь, а не на оборот. Так что если что не устраивает, вали солнце! Или иди наябедничай дружку своему, глядишь, разжалобишь и он тебя разведет быстренько?!

Все это Ника говорила спокойно, даже с улыбкой. Ядовитой улыбкой и с призрением в глазах. Было ли ей страшно? Ну наверно да, она же живой человек. Но Арина давно научила ее как ставить на место таких кретинов.

Алекс разжал пальцы и отступил на шаг. Они еще несколько минут испепеляли друг друга взглядами.

— Ладно котенок, хочешь со мной по чаще время проводить, устроим! — от него веяло холодом. Ника с трудом удержалась, чтобы не поежиться.

— Напугал, ежа голой задницей, — тихо пробормотала она и стала убирать следы недавнего триумфа.

Неделю. Всю рабочею неделю Ника стойко терпела его презрительные взгляды и постоянно "Дорогая, я дома, что на ужин?". Они без устали обменивались колкостями и ядовитыми репликами в адрес друг друга. На работе было не легче. Ей не раз приходилось себя одергивать при детях, чтобы им не нагрубить. Побывав в гостях, Наташа все доложила всему остальному коллективу и теперь вопросы с подвохом и разные едкие замечания сыпались как из рога изобилия. И что это Ника мужа на людях не показывает? Наверно боится, что уведут. И почему ни одной фотографий ни в соцветиях, ни на столе? И где и, как и почему… а главное, почему в гости не зовет. Ника чувствовала, что еще немного и взорваться к чертовой матери. Все сложнее становилось оставаться безразличной.

Она так надеялась, что Алекса в пятничный вечер не будет. Вдруг все же смоется куда-нибудь? Хоть к любовнице, вдруг успокоиться чуток?

Звонила мама, Ника сбросила. А когда поступило еще пару звонков от незнакомого номера, Ника и вовсе телефон выключила.

Работу на дом она брать не любила и поэтому задержалась на работе исправляя тетради. В итоге тащиться домой с полным пакетом тех самых тетрадей уже не нужно было.

Вечер был красивым, снег ложился большими хлопьями на землю и, хотя было только начало ноября, уже во всю украшались витрины магазинов к предстоящим праздникам в декабре. Ника неспешна брела мимо таких витрин разглядывая задумки дизайнеров и каждый год представляла, как наведет подобною красоту у себя дома. Но дальше эта мысль не развивалась. К праздникам Ника вообще относилась спокойно, а, чтобы ради пару дней все украсить, а потом это опять убирать на год, желания не было.

Становилось все холодней и теплое пальто уже не спасало. Нужно было идти домой. И как назло, окно в кухне светилось и были видны несколько силуэтов присутствующих. Отлично, теперь гостей позвал он. И не одного. Веселое окончание трудовой недели ее ждет.

У нее еще была надежда, что удастся войти тихо и так же незаметно проскользнуть в свою комнату.

Но как только она это сделала и разувшись повесила пальто на вешалку к ней тут же обратился незнакомый голос:

— О здрасте, а мы вас ждем!

"Кто бы сомневался", — Ника вымученно улыбнулась здоровяку в темном свитере и потертых джинсах. Толстяк добродушно улыбался и пригладив пятерней лохматую шевелюру протянул ту же ладонь Нике.

— Роман, чего ты там встал, иди к нам! — позвали толстяка из кухни и не разжимая ладонь он потянул за собой Нику.

"Блин, даже в зеркало глянуть не успела!"

— А вот и Ника! — громко представил ее тот, кого звали Роман и тут же усадил ее между собой и еще каким-то незнакомым мужчиной. Нике стало неуютно. Ее практически зажали в угол, чтобы не сбежала. А напротив восседал ее дражайший "муж" с видом самодовольного кота, он поигрывал со стаканом на столе. Видимо раздумывал, не кинуть ли им в Нику.

Долго раздумывать над этим Нике не дали, мужчины тут же стали представляться. Максимум, что Нике удалось запомнить, это имена. А уж профессий и кем они являлись Алексу, было уже не реально запомнить. Мозг отчаянно требовал отдыха, а тело — теплого душа.

По правую руку от нее сидел Константин, он же Костик. После него Сергей и Томас. Потом Алекс, который молча наблюдал всю эту картинку, после него Геннадий, Эрик и круг замыкался на Роме.

Семеро гномов и одна она овца… хотя там в сказке как-то по-другому было. Но мозг отказывался уточнять, и Ника не напрягала его. Ну ладно, что еще ожидает. Смотрины? Допрос? А может распятие по теме, почему она не годиться быть женой такого замечательного придурка? Интересно, а Николай и правда никому больше о фиктивности брака не рассказывал?

— Лешка ты засранец вообще-то! Мальчишник зажал, свадьбу зажал… хоть бы на регистрацию позвал?! Не по людски вообще-то! — жаловался светловолосый мужчина приятной внешности. Вроде Эрик.

— Да вообще! Ни с невестой не знакомил, ни после как поженились, с женой. Хоть бы на работу привел, дал за себя порадоваться, — подхватил Томас.

— Ну так я сейчас это возмещаю. Любуйтесь и радуйтесь вместе со мной и за меня, — не прекращая усмехаться радужно разрешил "Лешка". Ника гадала, только ей чувствовался подтекст и издевка в данном монологе, или нет? Она так же внимательно вслушивалась в голоса других мужчин. Это все "разыграно" по сценарию, или и правда люди просто пришли порадоваться за друга-коллегу?

Пока все продолжали стыдить ее мужа, Ника оглядела содержание небольшого стола ее кухни. Разные нарезки, хлеб, булка. Вяленное мясо. Бутылки пива и чего по крепче. Ника вдруг поняла, что кроме усталости чувствует еще и дикий голод. Ела она давно. Но взять кусок со стола не решалась. Обидно, но Ника чувствовала себя как воровка в собственной кухне.

— Вам может что-то налить? — опомнился Роман и тут же налил ей какой-то темной жидкости. Ника предположила, что это виски. Поблагодарив мужчину кивком и улыбкой, к стакану она не притронулась. Выпить не хотелось, хотелось есть. И массаж, и горячий душ…кофе… А еще спать, просто нереально сильно хотелось спать.

— … тоже вызывала к себе. Блин, знала бы Дианка моя, какая у сына сногсшибательная учительница английского… — Томас многозначительно ухмыльнулся.

— Вероника, может кофе?

Ника с трудом сфокусировала взгляд на Алексе и просто кивнула. Да, пожалуй, кофе — это дело.

В ожиданий крепкого напитка, Ника стала вслушиваться в разговор и скоро даже смогла вставить пару реплик от себя. И словно это послужило сигналом, ее тут же стали втягивать в разговор, спрашивали, предлагали, шутили и все как-то без издёвок весело и дружелюбно. А возможно у Ники просто не было уже сил что-то там прочувствовать и понять. К большой кружке кофе был порезан еще и кусок купленного кем-то торта. Разговор тут же сменился, все начали вспоминать у кого какой торт на свадьбе был и что там еще подавали. Из всех, только Эрик был неженат.

Ника с наслаждением попивала кофе и закусывала его весьма вкусным и нежным тортом. Она то вливалась в общий разговор, то просто прислушивалась и наблюдала. Она не помнила, когда в последний раз находилась в такой мужской компаний. Может в институте? Когда подруга рядом вырубилась? Но тогда конечно такой обстановки не было. Да и на работе только двое мужчин, трудовик да информатик.

Несколько часов пролетело незаметно. Часов к одиннадцати кто-то вдруг взглянул на часы и тут же все начали собираться. Мужчины без конца хвалили гостеприимность хозяев, и как приятно им было наконец-то познакомиться с Никой. Та лишь устало улыбалась и кивала в ответ. Пару раз Ника заметила, как Томас и Роман о чем-то перешептывались, но по скошенным взглядам было понятно, что речь о ней. И как-то сразу стало неприятно. О чем же таком нельзя было сказать напрямик, а нужно было по-тихому шептать только ему? Хорошее настроение как ветром сдуло. И прежде, чем дверь закрылась за последним гостем, и Алекс успел обернуться к ней, Ника скрылась в ванной. Ей не хотелось опять с ним о чем-то говорить и вновь бросаться неприятными репликами в адрес друг друга. Она устала, слишком устала.

Было холодно и сыро и пахло какой-то тухлятиной, а еще видимо не подалеку валялся труп какой-то животинки.

— Не рыпайся, я тебе сказал, — шипел в ухо обладатель мерзкого голоса. Ника дернулась вопреки приказу и тут же получила мощный удар в челюсть. Как без зубов не осталась, сама не знала. Ее бросили на землю и со всей дурью врезали ногой по ребрам.

— Зараза! Я тебе что сказал? Стой и смотри, а то сейчас на полоски искромсаю!

Ника не слушала, она не могла продохнуть от боли. Из уголка рта сочилась кровь, и девушка тихо молилась, чтобы ей не повредили внутренние органы. Почему-то тупо не хотелось верить, что это конец. Сейчас… сейчас Арина все разрулит, она умела, она знала, как. Все будет хорошо, Ника почти слышала, как подруга ей это твердит. С трудом приподняв голову она не смогла разглядеть, что происходит, все плыло перед глазами. Зато отчетливо слышала брань, всхлипы и звук ударов или чего-то похожего.

— Ника не смотри! — хрипло, едва слышно выдохнула где-то рядом подруга и девушка постаралась разглядеть, что в той стороне происходит, глаза наконец прозрели.

— Сейчас с ней закончим, и тобой займемся, — прошипел в ухо все тот же придурок, что ее избивал. Ком подкатил к горлу, и Ника поняла, что от увиденного ее сейчас вырвет.

Проснулась она от собственного крика… кажется. Или кто-то кричал на нее, бил? Девушка попыталась вырвать руки из тисков обидчика и вырваться из плена пастельного белья, но все никак не получилось. В какой-то момент ее обездвижили, полностью подмяв под себя, Алекс всей тяжестью прижал ее к кровати, зажав запястья в тисках своих пальцев по ее бокам. Взгляд фокусировался очень медленно. Но в скоро, она уловила знакомый запах одеколона. Уже не такой отчетливый, как днем, а скорее, как после душа. Вроде уже не чувствуешь, но запах присутствует.

— А..лекс… - с трудом проговорила она непонимающе смотря на него. Поняв, что девушка окончательно проснулась, мужчина освободил ее и сел на край кровати. На нем были серые тренировочные штаны, которые он использовал как пижамные. Футболки не было. И в слабом свете от уличных фонарей, что освещали темную комнату за шторами, он казался довольно рельефным. Нет, не как качки из фильмов. А просто человек, который заботиться о своем теле или же занят физической работой. Алекс был юристом, так, что последнее к нему не относилось.

Мужчина поднялся и вышел из комнаты. Ника с трудом перевернулась на бок. Рубашка липла к телу, простыни были влажными и неприятными. Хотелось сходить под душ и сменить постельное белье.

Дрожащей рукой она пригладила волосы и пару раз глубоко вздохнула, приводя дыхание в норму.

— На попей, — он вернулся со стаканом воды и вложил его прямо ей в руку. Заметив, как пальцы дрожат, Алекс накрыл ее пальцы своими и помог выпить из стакана.

— Прости, что разбудила, — еле слышно пробормотала Ника.

— Ничего.

— Который час?

— Пол пятого.

Девушка со стоном откинулась на подушки.

— Что тебе такое сниться по ночам? Приходишь на урок, а у тебя тетради не проверены?

Ника не заметила, как улыбнулась его сухой шутке.

— Если бы. Просто очень нехороший сон… о прошлом.

Она не стала продолжать, да и зачем. Не нужно ему знать, что ей пришлось пережить.

— Расскажешь?

Интересно, он правда хочет знать, или из вежливости интересуется.

— Нет, — Ника отрицательно покачала головой.

— Ладно, уснуть сможешь?

Девушка пожала плечами.

— Если хочешь, иди спать ко мне. Твоя постель вся мокрая. А я все равно уже не усну, посмотрю фильм или новости почитаю по компу.

Переборов желание отказаться, Ника кивнула, и Алекс вышел из комнаты. Поспать ей точно надо, сон уже не повториться, Ника это точно знала. Переодев ночную рубашку, она ушла спать к Алексу в комнату. Минут через десять, когда он вернулся из кухни с кружкой дымящего кофе, Ника уже крепко спала.

Глава 4

К концу месяца, Алекс еще два раза будил ее после таких кошмаров. Он не задавал вопросы, не комментировал и не жаловался на то, что она ему спать мешала. Но это ночью. А днем и вечером они продолжали ссориться и оскорблять друг друга.

— Что-то ты неважно выглядишь, муж по ночам спать не дает? — усмехнулась Наташа, забирая классный журнал из учительской. Ника усмехнулась, не отрываясь от созерцания графика. Пусть думает, что хочет. Постоянные препирательства с Алексом, бессонные ночи и предчувствие чего-то очень нехорошего, мучали. Она осунулась настолько, что пришлось чаще прибегать к услугам тонального крема, чтобы спрятать темные круги под глазами.

Предчувствие не обмануло Нику, когда, вечером возвращаясь домой сидя в автобусе она скользнула взглядом по газете. Которую читал мужчина, напротив.

Кровь отхлынула от лица и пальцы резко похолодели. Вот только этого ей не хватало!

— Мужчина, а вы тут живете? — мамаша, которая уже минут десять на него поглядывала, наконец-то отловила свое чадо и держа его крепко за руку, направилась к Алексу с расспросами.

— Да.

— Что-то я вас тут раньше не видела? Только переехали?

— Да.

Алекс видел, что женщина явно раздражена, что он так односложно отвечает, не желая в подробностях все изложить.

— И куда же? В наш дом, или в соседний? — она рукой показала в сторону «соседнего дома».

Мужчина смерил ее долгим и тяжелым взглядом, но дамочка явно из бывалых, этим ее не спугнуть. Он выдал себя взглядом, который устремил в сторону подъезда Никиной квартиры. Где ее черти носят? И почему он даже номер телефона свое жены не знает?! Сейчас еще эта мамаша докопается, и он вообще всех пошлет подальше.

— А чего сидите? Поздно уже вообще-то?

— Тут, что только с детьми можно сидеть, чего вы докапываетесь? — его голос стал приобретать шипящие нотки.

— Добрый вечер Анастассия Андреевна, со Стасиком гуляете? Хорошо, хоть не морозит, — раздался у уха знакомый голос. Ника положила ледяные ладони ему на плечи поверх пальто и чмокнула в щеку.

— Привет, ты чего на улице мерзнешь?

Алекс поймал ее руки, и даже через перчатки почувствовал насколько они холодные.

— А ты чего без перчаток?

Ника едва заметно улыбнулась его «заботе». Допекающая его «мамаша» даже рот забыла закрыть поняв, что на нее теперь совершенно не обращают внимания.

— На работе забыла, — провинившаяся улыбка коснулась его губ и что-то в глазах заставило его смягчить тон.

— А я ключи на работе забыл, — он даже смог слабо улыбнуться. Так и не отпуская ее руки и продолжая смотреть на нее он повел девушку домой. Правда, как только за ними закрылась дверь подъезда, притворство закончилось и оставив ее проверять почтовый ящик, Алекс стремительно поднялся на третий этаж пешком. Ника прикинула, подняться ли на свой этаж пешком или на лифте? Вообще-то, когда она была так сильно эмоционально вымотана, как сегодня, то поднималась на лифте… ай ладно, да всегда она на лифте поднималась. Но идти домой не особо хотелось. Вот она и тянула время поднимаясь по лестнице, не смеша, пересчитывая каждую ступеньку и собираясь с мыслями.

Спокойно, Алекс с расспросами не пристанет, ему мое состояние не важно. А завтра обязательно позвоню следователю и адвокату, выясню, как обстоят мои дела. Стоит ли опасаться или апелляция останется без ответа?

Ника не сильно надеялась на такой результат, Максим Макаренко, сын влиятельного бизнесмена, который по слухам имел не плохие связи в правительстве. Как им тогда не удалось подкупить судью и все замять, никто не знал. Но видимо не всюду у него «свои» люди были, раз сыну все же пришлось отсидеть пять лет. Пят лет? Казалось, все вчера случилось…

— Дай сюда! — раздраженно рыкнул Алекс, отнимая у нее ключи, после того, как она раза три попыталась вставить его в замочную скважину. Ника не возражала, облокотившись о стенку и спрятав руки в кармане пальто стала созерцать плитку под ногами. Старая, потертая и вся в трещинах. Товарищество давно уже искало возможность заменить эти самые плитки, да и вообще обновить подъезды. Но для этого нужен был кредит. А для получения кредита нужно было согласие всех жильцов. А конкретно в их подъезде больше половины были пожилые люди и несколько малоимущих семей. Поэтому платить какие-то дополнительные взносы им были не по карману. А в итоге, все четыре подъезда кроме ихнего были приведены в порядок.

Наконец подняв взгляд, Вероника тут же его опять опустила и постаралась не замечать, что Алекс как-то подозрительно на нее посматривает.

Она даже не сразу заметила, что вечер проходит не как обычно. Алекс не докапывался с расспросами и не подкалывал, как это было в предыдущие разы. Но она кожей чувствовала его подозрительные и косые взгляды. И как назло он оккупировал именно ту комнату, что была ближе к кухне. То есть, чтобы сходить в ванную или в кухню, ей нужно было пройти мимо его комнаты и попасться ему на глаза. Через час такой пытки, у нее уже руки чесались закрыть дверь в его комнату.

К моменту, когда они поужинали и Ника встала, чтобы заварить кофе, нервы были на пределе. Алекс не покинул кухню, как обычно после ужина, вместо этого включил телевизор и нашел новостной канал. Ника не сильно прислушивалась к речи диктора, пока он не сообщил о том, о чем она успела прочитать в заголовке газеты.

— Думаю, если кипятком зальёшь, быстрее завариться, — прервал поток мыслей голос Алекса и Ника уставилась на свою кружку, в которой уже несколько минут помешивала кофе не залив его кипятком.

Алекс продолжал созерцать ее действия и прислушиваться к новостям. Ника наконец заварила себе кофе и даже не пролила молоко, когда разбавляла им кофе. Но руки уже заметно дрожали от напряжения.

— Ну что, что ты уставился?!

— Ты подкрасилась? — как не в чем не бывало отозвался мужчина, когда Ника наконец взбесилась и обернулась к нему облокотившись о столешницу.

— Что? Ну… да, немножко. Освежила цвет. А что, тебе нравиться? — надменно произнесла она последние слова.

— Нет. Так чего ты сегодня сама не своя?

Ника была дезориентирована такими вопросами.

— Тебе не все равно?

— Ну не из праздного же любопытства интересуюсь.

— А с чего тебе вообще интересоваться? До сих пор не замечал, а сейчас интересно? — Ника пыталась сообразить, как бы так выйти из кухни, чтобы он больше не допрашивал и при этом его не задеть. Так как поев, Алекс отодвинулся со стулом так, чтобы ноги вытянуть, скрестив их в лодыжках, тем самым закрывая ей проход к коридору.

— Интересно, — кивнул он отхлебывая чай из своей кружки. Ника уже успела запомнить некоторые его привычки. По вечерам он кофе не пил, только по утрам. Может и днем, но днем он обычно был на работе или куда-то сваливал, когда дело касалось выходных. По утрам же вставал чуть раньше шести часов, чтобы сделать утреннею пробежку и успеть принять душ перед работой. Ника даже пару раз наблюдала, как он наворачивал круги по стадиону, что был виден из ее окон и как занимался на турникетах у них во дворе. В темноте, когда освещали только уличные фонари, он смотрелся эффектно. Ее занятие спортом ограничивалось занятием йоги по пятницам вечером и пешими проходами к работе и обратно. И то не всю дорогу.

Пятниц, пятница, а что такое важное должно было случиться в пятницу? — вдруг вспомнила Ника. Еще Фаина Родионовна, учитель по литературе и русскому языку вместе с Эллой, учительницей эстонского языка, ей втирали весь день. Чтобы не забыла, текст какой-то давали… костюмы подготовить?! Ах ты черт! Ну конечно, литературный бал! Ежегодное мероприятие, на который созывались гости с разных школ их столице, родители детей и другие влиятельные люди. Как-же, как-же, ведь именно ей нужно было изображать Наташу Ростову (хотя были кандидатки намного моложе и по типажу больше подходили), но все было решено за нее, а также одного из ведущего сего мероприятия.

Ника физически ощутила груз всего предстоящего. Может ей заболеть? Не, не поверят. А если ногу сломает?

Полностью в своих мыслях она уже было направилась из кухни забыв про вопрос Алекса и про то, что он ей путь загораживал.

Но Алекс не забыл и встал, чтобы ее остановить. Но в то же время зазвонил звонок в двери сопровождаемый ударами в дверь. От чего Ника вздрогнула, а Алекс всплеснул протянутыми к ней руками и опрокинул ее кружку кофе так, что жидкость оказалась, а него на футболке и на полу. Зло выругавшись, мужчина направился к двери по дороге снимая футболку и швырнул ее куда-то за спину. Ника со вздохом посмотрела на остатки своего кофе и поняла, что новый заваривать у нее сил и желания нету. Наскоро протерев пол, она направилась к себе в комнату. В это время к ней гости не заходили, да еще так настойчиво ломясь в дверь.

— Где она?! — дверь с грохотом распахнулась. Из-за высоты Алекса, Нике не сразу удалось разглядеть, кто же эта гостья с таким звонким от злости голосом. К себе в комнату она идти передумала и решила поприсутствовать при этой сцене. Она уже не раз гадала, был ли Алекс так холост, как утверждал Николай и не уж-то у него и правда никого не было. А тут на тебе, пожаловали, да судя по голосу и воинственному настрою еще какие-то требования будут предъявлять. Настроение явно приподнялось и в глазах загорелся азарт.

— Зачем ты пришла? — приглушенно прошипел Алекс, преграждая путь, но гостья оказалась настойчивой и в какой-то момент смогла прошмыгнуть между дверь и Алексом в прихожею. Ника скрестила руки на груди и с интересом поглядывая на гостью улыбнулась. Презрительно, с усмешкой, старательно подражая Кате с работы. Гостья не осталась в долгу разглядывая свою «соперницу» с нескрываемым отвращением. Ну да, презентабельной Нику не назовёшь. Длинные волосы перехвачены резинкой в конский хвост. Футболка с одного плеча свисала, оголяя его, шорты не досягали колен. Ноги босые. Она конечно не была стройняшкой, но Ника не считала себя толстой. Скорее с формами и ног своих не стеснялась, тем более они у нее были длинные. Метр семьдесят семь роста, это вам не хухры-мухры.

Гостья, конечно же, выглядела намного лучше. Но в росте не уступала даже, не смотря на высокий каблук зимних сапогов. Одета с иголочки, безупречный макияж, прическа. Но Ника почему-то была уверена, что дамочка ненамного ее моложе, возможно на год-два.

— Вот эта вот, да? Серьезно, Алекс? Никого симпатичней не нашел? Так прижало прямо? Я конечно понимаю, что была не единственной, но уж кого-то по симпатичней и по моложе выбрать, раз уж так вдруг захотелось.

Вот и опять ей на возраст указывают!

— Ты по делу, или так, пошуметь? — приглушённо поинтересовался Алекс, подпирая закрытую дверь.

— Пришла узнать, что за цирк ты устроил. Ты понимаешь, что мы вообще все решили, что это какой-то розыгрыш?! Артем в шоке, не говоря уже о Томасе и Эрике!

— Эрик и Томас в курсе, они приходили.

— О да, мы потом весь день обсуждали это недоразумение, — женщина, которую так и не представили поморщилась неопределенно, махнув рукой в ее сторону. Ника продолжала кривить губы в усмешке. Ей и правда было весело. Алекс перестал проявлять только призрение и равнодушие. Вот уже проявилась злость, какое-то беспокойство и неудовольствие.

— Что-то не припомню. Если ты забыла, я тоже там работаю.

— Ну не при тебе же солнышко, — голос гостьи вдруг стал ласковым, словно она говорила с расшалившимся ребенком, которого нужно было успокоить со словами: «ай-ай-ай, так не делай!» и погрозить пальчиком. Ника уже разве что в голос не смеялась. Она была уверена, что такие «секретутки», а сомнения в том, что выше чем должность секретаря (что-то ей только такие попадались, ну кроме той что работала на Николая.) она не занимала.

Кошачьей походкой, гостья направилась к Алексу, на что тот сразу отреагировал недовольно поморщившись и не давая дотронуться до себя на маникюрные ручки.

— Часто твоя секретутка к тебе в гости ходит? — наконец подала голос Ника, лукаво улыбаясь.

— Не «секретутка» а секретарь, и я не его секретарь! А говорили, вы образованная, вот оно и видно… я между прочим юрист! С высшим образованием…

— А есть не с высшим? В силу своей «образованностью» знаю точно, что к коллегам по цеху в гости заваливаться без приглашения как минимум не прилично, как максимум сверх наглости являться туда, куда не звали и не ждут. Обсудите это у себя на утренние собрания.

— Я пришла что бы вернуть, ключи от квартиры, он их у меня забыл, — гостья выудила ключи от Никиной квартиры. Ах так вот, как она домофон обошла, а она то гадала. Хотя бывает, кто-то плотно забывает дверь прикрыть и добро пожаловать вот такие вот «гостьи».

Алекс молчал, не торопясь забирать ключи, а гостья продолжала довольно ухмыляясь.

— Время так летит в хорошей компании за… разговорами…

— Ключи на улице подобрали, или свои демонстрируете? — уточнила Ника, изучая свои короткие ноготки. Эх, жаль, что короткие… вот бы сейчас ими по этому смазливому личику пройтись. Интересно, сильно ее за это осудит Алекс или все так же безразлично плечами пожмет?

— Ну-ну, это его ключи…

— У Леши брелок другой, — назвала она его так намеренно. Она знала, что Алексу это сокращение не нравиться, но хотелось как-то обломать девку, продемонстрировать, что вот ей-то он позволяет себя так называть. Ника не видела, но чувствовала, что Алекс очень внимательно и напряжённо за ней наблюдает в данный момент. Даст до конца доиграть, или встрянет и защитит свою «коллегу»?

— Может продемонстрируешь их тогда? — прошипела «юристка» явно недовольна тем, что ее пытаться на место поставить.

— С какого перепугу? Ты в моей квартире, без приглашения, что-то непонятное требуешь, какими-то ключами машешь. У меня вообще есть полное право вызвать полицию за нарушение покоя и моего личного пространства.

— На какой основе?! Получишь еще и штраф за ложный вызов. Я без проблем докажу, что меня сюда Алекс лично вызвонил, желал…

— Чего? Юридической консультаций на ночь глядя, или согреть кровать? Так о последнем не переживай, центральное отопление у нас хорошее, не замерзнет. Да и я не позволю.

Неприятный смех резанул слух.

— Да я боюсь представить, даже тошнота подкатывается, как представлю тебя с ним… ой фу… — отмахнулась она успокаиваясь.

— Ну да, меня тоже чувство накрывает. Как представлю, как ты свою шпаклёвку смоешь с лица и пуш-ап лифчик снимешь… С такой костлявой… фу. А у него только синяки сошли, — утомленно вздохнула Ника.

— Завтра рано вставать, может распрощаемся уже?

— Зря храбришься, Алекс скоро устанет от этой игры, и вернётся… ко мне, — чернявая мстительно улыбнулась. — И между прочим, он никому не позволяет себя Лёшей звать, даже родной маме, так уж тем более и тебе… Сразу видно, ты его даже не знаешь.

— Ну, как только ему надоест вот это, придет, — Ника задрала футболку захватив и край лифчика. Грудь у нее была большой, приходилось даже скрывать, чтобы по меньше заглядывали в декольте, должность обязывала по скромнее демонстрировать свои «прелести». Но вот этой «вобле» она не прочь продемонстрировать то, о чем она сама только мечтать могла, не посетив хирургический кабинет.

Зря конечно она не подумала о последствиях своей дерзости, но хорошая мысля приходит опосля. В следующий миг произошло сразу две вещи. Алекс кромка и резко выдохнул. А непрошенная гостья взвизгнув рванулась на нее. Последующий пару минут, а может меньше стерлись из ее памяти, как бы она не пыталась вспомнить. В себя пришла же только пот душем. Одежда валялась на полу, левое плечо щипало от нанесенных царапин. Высушившись, Ника обернула полотенце вокруг себя и еще несколько минут разглядывала нанесенные раны. Не смертельно, заживет. Но, как и когда она их получила?

За дверью ее ждал Алекс. Гостья ушла. Или сама или Алекс и правда ее выставил.

— Можно я пройду? Мне холодно, а пижама под подушкой, — напряжённо попросила Ника, когда обойти мужчину не удалось. Почему-то, смелости, ему в глаза посмотреть, уже не хватало.

— Что значит «Веры больше нет»? — голос у него был почему-то какой-то хриплый и напряженный.

— В смысле?

— Это твои слова, перед тем, как ты зашла в ванну, ты их произнесла.

Вероника все же подняла на него глаза.

— Я не ничего не говорила.

— Просто зашла в ванну и все?

— Да.

— А как Лидия на тебя бежала, помнишь?

Вот как эту девку звали, Лидия!

— Алекс, можно я оденусь наконец. А то не хватало простыть, пол студеный!

— У нас же отопление хорошее, центральное… Что ты делаешь?!

— Греюсь! Мне холодно, а ты теплый, — смотреть на него было сейчас намного труднее, особенно, когда макушка упиралась ему в подбородок. Зато и правда было теплее. Дрожащими руками она обвила его за талию плотнее прижалась. Девушка почувствовала шевеление его рук и была готова к тому, что ее сейчас оттолкнут или скинут руки. Но мужчина всего лишь нерешительно обнял ее в ответ и с минуту они стояли молча.

— Согрелась? — все так же хрипло и тихо спросил он.

— Нет еще, — она вклинила ногу между его ратавленными.

— Это ты меня так соблазняешь?

— Нет, греюсь.

— Иди одевайся, — он расцепил руки.

— Нет, мне и так хорошо, — Ника и сама не знала, чего упрямиться. Но так и правда было теплее, и как-то спокойнее что ли.

Осторожно, но решительно он развел ее руки в сторону и завел в ее комнату давая возможность одеться.

— Отвернись, — проворчала Ника собираясь скинуть полотенце.

— Чего я там не видел? — он едва сдерживал смех. Да уж, после недавней демонстраций. Но все же отвернулся.

— Так, как она ушла?

Алекс обернулся, Ника уже оделась в ночную рубашку на бретельках и сидела на кровати укрывшись одеялом.

— Почему ты этого не помнишь?

Лишь пожатие плечами было ему ответом.

— Она ринулась в твою сторону, я не успел остановить. Думал, она тебя прибьет, но ты как-то так быстро ее на спину уложила, что я даже проследить не успел, как именно. Прямо прием из крутого боевика. Правда, плечо она тебе задеть успела, — медленно ступая он приблизился. Ника вновь глянула на свое левое плечо. Утром она оденет блузку с длинным рукавом и ничего не будет видно. От неожиданное ласкового прикосновение к плечу, Ника дернулась и расценив это по-своему, Алекс убрал руку отступив. Взгляд сделался непроницаемым.

— Я назвал тебя по имени, а ты сказала, что «Веры больше нет». Только голос у тебя какой-то чужой был и смотрела словно сквозь меня.

Он отлично знал, что Нике не нравилось, когда ее имя сокращали до Веры. Уже то, как ее имя коверкала «мамуля» до Верочки, Верунчика ипр вариантов, Ника на отрез отказалась отзываться на эту версию своего имени. Но Алекс из принципа делал то, что ей не нравилось. Возможно именно поэтому она дерзнула сегодня назвать его «Лёшей», в отместку. Но, как бы не было, она не могла вспомнить то, о чем говорил Алекс.

— Не знаю, не помню, — Ника устало вздохнула и откинулась на подушку. И вот опять этот его странный тяжелый взгляд. Чтобы отделаться от него, Ника закрыла глаза.

— Иди спать, Лёш.

— Мне не нравиться, когда ты меня так называешь, — процедил он.

— Как и мне, что ты меня Верой называешь, — сонно пробормотала Ника.

Мужчина удалился, выключив свет и девушка провалилась в сон.

— Ну почему Наташа Ростова? Ну не лучше бы Анна Каренина? Да и вообще, почему мы каждый раз останавливаемся на классиках России или Эстоний? Чем вам Шекспир не угодил? Вот уж классика! — взмолилась Вероника после очередной примерки. Уроки давно закончились, а она по уши погрязла в заботах и приготовлениях к предстоящему мероприятию. Занята была в принципе вся школа. Но как всегда, именно себя видишь самым занятым.

— Вероника Эдуардовна, ну, о чем вы говорите? Вы видели какие тогда были костюмы, фу! Другое дело конец восемнадцатого века начало девятнадцатого. И это же мировая классика. И вообще, уже объявлено, каких именно авторов будут представлять.

— А можно я тогда Пушкина сыграю? Меня хотя бы Дантес застрелит… — проворчала Ника, не надеясь, что к ней прислушаться.

— Творчество Пушкина будем разбирать в следующем году, а уж роль Ленского, мы вам обеспечим! — уверенно заявила Фаина Романова затягивая на ней корсет очередного наряда.

Через час споров и упрашиваний, роль Анны Карениной была все же присуждена ей. Правда отвертеться от танца на балу ей не удалось.

— Вероника, солнце мое! — Ника аж содрогнулась при голосе вошедшего Андрея. Он был учителем математики соседней школы. Но так, как мужчин именно в их школе было очень мало, частенько приходилось прибегать к соседской помощи. Андрей Никитин был внешне симпатичен и молод. Лет на пару старше Вероники. По нему вздыхала добрая половина женского коллектива как его родной школы, так и ее. Нике нравилось с ним общаться по работе, на расстоянии. Но после того, как они три года назад сыграли какую-то там очередную литературную пару, Андрей вжился в роль настолько, что считал допустимым распускать руки и после окончания спектакля. То и дело пытался ее в укромном углу зажать, или опускал руки ниже допустимого вовремя объятий и отпускал шуточки в ее адрес, которые «тонко» намекали на то, что между ними роман. Какое-то время Ника успешно опровергала все слухи, но со временем сдалась. «Забей, он пока тебя в кровать на затащит, не успокоиться,» уверила Наташа.

— Андрей Александрович, как хорошо, что Вы к нам зашли, вот, Вероника все же заупрямилась и решила сыграть Анну Каренину. Так, что придётся вам голубчик…

— Сыграть Алексея Вронского? Так это ж замечательно! — уверенно заявил Андрей и тут же подхватил Веронику под руки закружив в импровизированном вальсе. Фаина Романовна только что не всплакнула умиленно, глядя на них.

— Шут ты гороховый, — тихо процедила Вероника, когда они спустя два часа выходили из школы. Так как время поджимало, пришлось тут же начать репетировать постановку и танца. Веронике же большую часть времени приходилось одергивать Андрея, чтобы вел себя прилично.

— Ну что ты на меня все ворчишь, вон я как стараюсь ради вашей школы, ради тебя родная! Ну хоть бы раз поблагодарила, поцеловала бы, пригласила бы в кафе или в парк погулять, — удрученно покачал головой Андрей, беря ее под руку.

— Приглашаю, прогуляемся до остановки, — «расщедрилась» Ника, а Андрей лишь хохотнул. Гуляли они долго. В принципе, собеседник он был приятный. Обсуждали много всего. И разные нововведения в обучающем процессе и поправки законопроекта те, что касались образования. Не забыли затронуть проблемы на рабочих местах, обсудили парочку коллег, а также своих подопечных учеников.

— Как так получилось, что ты вышла заму, а мне ни словом, ни духом? — вдруг как-то очень грустно и с обидой в голосе спросил Андрей, когда они присели на скамейке неподалёку от здания в котором работал Алекс. Ника сама не сразу заметила, как они дошли до этого места, этим она значительно удлинила обратный путь домой. Ну ладно, сядет на автобус.

— К тебе не пробиться, столько поклонниц. Какое тебе дело да географички, которую изредка видишь. Вот и вышла замуж с горя.

Андрей усмехнулся.

— Вот сейчас плохо играешь, Каренина у тебя лучше получается.

— Ммм… который именно момент, когда она под поезд кидается или…

— Когда целуется, — вдруг очень тихо произнес Андрей и быстро притянул ее за шею поцеловав.

Ника настолько удивилась происходящему, что даже не успела предотвратить происходящее и оттолкнуть его. И только она уперлась руками ему в грудь, как услышала отчетливое:

— Готова идти домой, или вы еще не распрощались.

— О, смотрю у тебя тоже приглашение, значит пятница запланирована, — усмехнулся Николай, заметив открытку на столе у Алекса. Приглашение на литературный бал ему утром оставила Вероника, когда он был на пробежке, а она уже умчалась в школу.

— Нет, не пойду.

— А чего так? Два года ходил без приглашения, а как приглашение получил, так на попетую?

— Отвяжись, а? Не хочу я. Не интересно.

— Не интересно ему, а жену подержать? Я Вике скажу, она тебя силком притянет, если что, — «пригрозил» начальник.

— Лучше Лидий, она тебе сто причин найдет, чтобы не прийти, — усмехнулся Алекс, убирая документы по папкам.

— А что так? Уже познакомил с женой? — неприязненно поморщился Николай, одевая перчатки и поправляя пальто.

— Сама пришла, правда, так и не понял, знакомиться ли. Завалилась, потрясла у Вероники перед глазами моими ключами и…

— И наговорила всяких гадостей?

— Ну это же Лидия…

— А ты позволил, — это был не вопрос, утверждение. — Молодец!

— Ой хватит учить, а? Я тебя не просил этот фарс устраивать. Сам бы разобрался!

— Разобрался бы ты. Уже который год не можешь определиться нужна тебе Лидия или нет. К, Веронике который год подступиться не можешь. Знаешь Алекс…

— Знаю, отвали! — прошипел мужчина, захлопнув чемоданчик.

— Зубы мне тут не скаль, — отчеканил Николай. — Как юрист, ты очень хорош, таких еще поискать нужно. Но вот со своими делами, как-то все не разберешь. Раз у тебя с Лидий все…

— Все!

— Так иди и прекрати это! Чтобы знала свое место. И незачем давать повод Веронике тебя ревновать.

Алекс неприятно рассмеялся.

— Ревновать? Да ей на меня как на комара за стеклом. От прикосновений передергивает, а смотрит на меня как на манекен. Ну есть и ладно, мешает правда, но привыкнуть можно.

Николай усмехнулся горечи, что прозвучала в голосе Алекса.

— А ты продолжай в том же духе, не так еще посмотрит.

Вышли они вдвоем, о чем Алекс успел пожалеть. Так как предложил другу и начальнику прогуляться немного перед отъездом домой. Николай первый заметил эту парочку, Алекс заметил секундой позже и еще с минуту чего-то ждал. Да, наверно именно этого поцелуя, чтобы убедиться, что он понял все правильно. Николай тихо удалился, представив Алексу самому решать, что делать дальше.

Первым порывом было просто развернуться и уйти. Но прислушиваться к здравому смыслу он не стал.

— Готова, — хрипло пробормотала Ника, как только Андрей отпрянул от нее удивленно взирая на того, кто их так бесцеремонно прервал. Он даже поднялся на ноги, видимо собираясь «разобраться» с нахалом. Но Ника уже точно знала, что Алекс выше, и стушевать его надменным взглядом не получиться.

Вытерев тыльной стороной ладони свои губы к неудовольствию Андрея, она встала.

— Это кто вообще? — все же уточнил Андрей.

— Мой муж. — спокойно ответила девушка, беря Алексея под руку. Держалась она, крепко будучи уверена, что он сейчас попытается скинуть руку и обвинить ее в нарушении договора. А потом, возможно, с радостным криком убежать в сторону удаляющегося Николая и сообщить, что он теперь свободен как птица.

Что-то во взгляде Алекса, заставило Андрея быстро ретироваться.

— Ты на машине? — уточнила Ника, ожидая, когда он перестанет сверлить взглядом спину Андрея и обратит на нее внимание.

— Да.

— Ключи не забыл?

Он все же перевел на нее взгляд. Стоило догадаться, что Ника знает, какие у него ключи, и те, которыми перед ней трясла Лидия, были его, а не чужие.

— Она ушла после меня, видимо нашла ключи на столе и прихватила с собой, — напряженно зачем-то объяснил Алекс, вчерашнею выходку Лидий.

— А адрес?

— Слышала, когда секретарю диктовал. Просил мне туда корреспонденцию отсылать.

— Мм… ясно, пошли домой.

— Про своего дружка ничего не хочешь сказать? — не дал себя с места сдвинуть Алекс.

— Что рассказать? Это Андрей, он педагог, работает в соседней школе. Помогает нам с предстоящим литературным балом.

— То есть вы сцену репетировали?

— Думаю и сам понял, что нет, — устало вздохнула Ника, пряча свободную руку в карман. Было холодно.

— Понял, но ты не забывай про контракт…

— Алекс, я все помню. И если тебе будет легче, я не целовала Андрея, он сам ко мне прижался. Но если тебе моих слов мало, иди жалуйся Николаю. Я так понимаю, он тоже все видел. Вот и освободит тебя от контракта и этого брака.

Его задело, как быстро она была готова от него отказаться. Любым способом отгородиться от этого брака, при том, что ей это грозило огромным штрафом. Может поэтому так равнодушно отнеслась к намекам Лидий об их связи. Потому, что ей в принципе, все равно, чем и кем он в свободное время занимается.

— Пошли домой, — глухим и безжизненным голосом произнес он, уводя Нику в сторону стоянки своей машины.

Следующий день начался неожиданно. Точнее, начался как обычно, пока Алекс был на своей каждодневной пробежке, Ника украдкой поглядывала на него из окна допивая кофе перед работой. Времени было предостаточно, и Ника не спешила. Но когда пол седьмого зазвонил домофон, девушка удивлённо почесала переносицу. Алекс еще по времени должен быть на пробежке, так кто за дверью?

— Тётя Ника, это мы, — прозвучал усталый детский голосок ее племянника. Ника тихо выдохнула, прикрыв глаза, когда отпирала дверь.

Родственники были очень утомленными и не выспавшимися. Ника заметила отчетливо проступающие синяки под глазами у Ирины и то, с каким стоном она разжала пальцы, когда выпускала из рук пакет с наспех собранными вещами.

— Прости, больше правда не к кому, — едва слышно выдохнула женщина и Ника понимающе кивнула. Сергей и Ирина полностью отвечали теорий про притягивающиеся противоположности. Покладистая, спокойная и очень приятная в общении женщина была совершенно не похожа на сводного брата Ники. Даже Макс больше походил на маму, чем на отца, чем еще больше злил последнего.

— Есть хотите? — ласково улыбаясь предложила Ника, занося вещи в свою комнату. Она уже задвинула диван и убрала свои вещи по шкафам, так что мало кто мог догадаться, что она тут почти каждую ночь ночует. Гости отрицательно покачали головой. Максим так вообще спал на ходу, и Ника вновь разобрала кровать предложив гостям лечь.

— Спасибо тебе… я буквально часик посплю и все тебе расскажу, — уже засыпая пообещала Ирина. Ника заботливо раздела Максима и помогла ему улечься рядом с матерью накрыв вторым одеялом.

Выйдя за дверь, она тут же наткнулась на вопросительный взгляд Алекса.

— Если быстро примешь душ, объясню.

— Быстро не получиться, еще побриться собирался, — покачал головой Алекс, снимая через голову спортивную кофту и футболку. — Пошли в ванную, пока расскажешь мне.

Ника не возражала. Опираясь спиной о стиральную машину и стараясь не касаться Алекса (двоим там явно было тесно), вкратце рассказала о том, что у Сергея две крайности. Или в казино спустит деньги за сделанную работу или будет неделю эти деньги пропивать. Почему-то ему никак не втолковать было, что раз уж он семейный, то прежде всего, нужды семьи, а потом уже свои ублажать. Но Сергей был не так воспитан, поэтому и прислушиваться не желал, как бы жена не старалась. Да и просьбам матери он не внимал.

Об этом Ника решила не говорить, зачем грузить постороннего человека пусть и ее мужа этими проблемами.

— Долго еще любоваться татухой будешь? — ворчливо поинтересовался Алекс уже успев побрить часть лица, а Ника все молча созерцала его спину собираясь с мыслями. Он был прав, сейчас и правда выдался редкий шанс разглядеть его татуировку. Она была черной, видно, что он ее обновлял, т. к. рисунок был четкий и хорошо проглядывался. Сам рисунок начинался от позвоночника, прячась под спортивными брюками и обхватывая пол спины переходил на правую сторону груди. Ника не совсем могла понять, что какие именно чувства вызывали эти рисунки. Это было похоже на языки пламени, обхватившие его, а в них все то, что огонь с собой унес.

— Что обозначает эта татуировка?

— А на что похожа? — Алекс прополоскал станок с лезвием под водой и продолжил аккуратно сбривать отросшую за ночь щетину.

— На огонь.

— Ну вот это и значит, так что с женщиной и ребенком?

Ника уже успела про них забыть.

— Жена и сын моего сводного брата. Видимо, он опять в запое. Ладно, ничего, к вечеру может оклемается и сам их заберет.

— А если нет?

— Ну заночуют.

— Отлично, я сегодня у себя ночую.

Девушка оторвала глаза от наблюдения игры мускулов спины под кожи.

— Почему?

— Если они в твоей комнате спать будут, тебе там место не будет. А я не хочу, чтобы рядом со мной кто-то еще спал, — холодно пояснил мужчина.

— Больно нужно мне рядом с тобой спать. У меня раскладушка есть, — Ника вылетела из ванны раздраженная и обиженная. Вот понимаешь, помешала бы она ему. Кровать большая, даже не заметил бы. Ну и пусть катиться в свою квартиру. Небось уже назначил кому-нибудь.

— Вспомнила, кого мы твой муж напоминает! — воскликнула Наташа, во время их репетиций. Ника готова была разорвать Андрея на части. Он как специально сегодня все делал не так. То забывал реплику, то танцевал неправильно, то просил повторить все с начала. Нике так хотелось ему врезать ближайшим стулом. Тот лишь извиняющее разводил руками жалуясь на то, что совсем не выспался. А на деле прятал хитро-злой взгляд.

— Кого? — зло процедила девушка, дергая оборочки на своем костюме для спектакля.

— Епифанцева!

— Я его знаю? — рассеянно пробормотала Ника, то и дело поглядывая на часы. Ей еще в магазин надо, покормить Максима с мамой, выяснить, как у них дела.

— Ну вечно крутых мачо играет в российских фильмах.

— А, тогда не знаю.

— Да ладно, не знаешь, как его можно не знать. Красавчик, то же вечно с короткой стрижкой, пресс в кубиках и такой лапочка… — пропела Наталья, сложив ручки под щечку вспоминая своего кумира. Ника смерила ее презрительным взглядом и раскрыв веер стала им обмахиваться.

— Фу, какой вздор барышня!

Наталья громко расхохоталась, чем вызвала недовольное шиканье со стороны Романовой.

— Ты в интернете по гугли, точно тебе говорю, — громким шёпотом потребовала Наталья.

— Да мне по барабану, на кого он похож, — Ника поздно осеклась, но Наташа тут же съехидничала.

— Вот-вот, у нас и так тут все ставки ставят, сколько ты этому мужику заплатила, чтобы он тебе подыграл.

— Чего? — Ника оторвалась от созерцания горе-спектакля и непонимающе уставилась на коллегу.

— А то ты не знала?! Да никто не верит, я в том числе, что у вас настоящий брак. Ну Вероника, сама подумай. Ты нигде с ним не появляешься, вы нигде не засвечиваетесь. Твой инстаграм захламлен всякими бессмысленными фотками и ни разу он за тобой не приезжает. Вон Катька уже надоела всем с ежедневными букетами, коробками конфет и инстаграмом заваленным фотками, где они вместе.

Ника возобновила обмахивание и перевела взор на сцену. А ведь она права. Надо будет с Серебряковым на эту тему поговорить. С другой стороны, а смысл? Что он тут же кинется все исправлять? Не кинется. Его лично все устраивает. Даже ночевать сегодня не дома будет. Точнее не у нее дома.

Домой она брела опять пешком, спрятав замершие руки в перчатках глубоко в карманы, задумчиво разглядывала слякоть под ногами. Мысли все снова и снова возвращались к Наташиным славам. Она вспоминала Катю и ее притворно-удивленные глаза, каждый раз, когда курьер приносил ей цветы или коробку конфет, которую она тут же щедро делила с коллегами. Галина Сергеевна тут же предположила, что эти посылки она сама себе делает, чтобы все завидовали, а на деле с мужем у нее не лады. Ника не знала, так ли это, да и не сильно ее волновало. Почему так важна вся эта показуха?! Смотрите все, какой у меня щедрый мужчина, как он меня балует, я любима и желанна — так что ли?

Беда Ники заключалась в том, что она не знала, как именно должны были протекать отношения между людьми, которые друг друга любят. Она никогда не влюблялась сама. Некогда — это было ее любимым объяснением. Арина же предположила, что та просто не встретила «того единственного». Но как узнать того самого «единственного», никто не говорил, все уверяли, сердце подскажет. И вот ей уже тридцать два, а сердце упрямо молчало. Может дело не в этом? И надо просто больше обращать внимание на тех, которые надёжные и проверенные? На всех принцев все равно не напасёшься

И только подойдя к своему дому, Ника вспомнила, что опять забыла позвонить инспектору насчет своего дела.

Окна квартиры были темными. Время пол девятого, не ужели уже спят? Хотя нет… Ника достала свой мобильный телефон и нашла то самое сообщение, на которое из-за занятого дня даже не обратила внимание.

«Извини…» — одно короткое слово и все этим сказано. Ясно, Сергей позвонил, и Ирина все простила. Как всегда, «на западном фронте все без изменений». Макса жаль, он еще пока все это терпел и молчал. Но на долго ли? Эх взрослые…

Вот такой «любви» Ника тоже не хотела, чтобы постоянно на нервах. Бесконечная эмоциональная зависимость и уверенность, что ты без него ничто и никому не нужна…

Холодно. Но домой так не хотелось идти. Там темно, там никого. А ведь два месяца назад она бы этому несказанно порадовалась бы. Вот как-быстро-то к «неудобствам» привыкаешь.

Сев на скамью, Ника набрала сообщение Серебрякову:

«Ирина с Максом уехали.»

Хотелось еще добавить: «Приезжай». Но в последнею секунду стерла это слово и убрала телефон в карман. Завибрировал он довольно быстро, только вот не от сообщения.

— Нам нужно встретиться, если сама не приедешь, я тебя найду.

На «отбой» Ника нажала быстрее, чем фраза закончилась. Но ей и не нужно было, и так все ясно. Внутренне похолодев, она с застывшим лицом смотрела перед собой. Сколько, сама не знала.

Телефон вновь завибрировал.

«Я не приеду сегодня.»

— Да и не надо, — едва слышно пробормотала Вероника, чувствуя, как коченеют ее конечности.

«Приезжай», — гласило следующее сообщение и следом адрес.

— Обойдёшься, — стуча зубами от холода прокомментировала Ника, но сообщение с таким же содержанием отправлять не торопилась.

Все, хватит себя доводить, а то так точно в пятницу участвовать в мероприятиях не продеться. Не то, чтобы она по этому поводу сокрушалась. Но Алекса все равно не будет, он куда не будь свалит, а одной дома и больной сидеть не радовало. Его компания, в прочем, тоже не сильно красило состояние. Но как-то она уже привыкла к существованию другого человека рядом. И если бы не постоянные их перепалки, и придраться то не к чему.

Она любила под душ ходить по вечерам, он — утром после пробежки. Вещи не раскидывал, рубашки наглаживать не заставлял и деньги на продукты и коммунальные услуги выдавал. Даже продукты временами закупал. Ну да, на мужа и жену они конечно мало походили. И отношений никаких не было. И к ней на работу он приходить не желал, даже приглашение выкинул. Может все же сходить к нему, а вдруг какие-то совместные фото можно будить сделать? Ну ему же не трудно попозировать? А ей спокойней, что тоже не сильно от Кати отставать будет. Конечно же, присылать самой себе посылочки, она не собиралась, нет уж. А вот фоточку в рамочку да на столик в учительской, премиленькое же… Нику аж передернуло от этой дурацкой идей

— Ну предложи лучше! — в слух отругала она себя. Вынув телефон, она еще минут несколько задумчиво на него смотрела. Вспомнился весьма неприятный звонок. Он может и еще раз позвонить, с него станется. А она одна в квартире будет тихо себя изводить от страха.

Уже в такси на подъезде к Серебрякову, она вдруг поняла всю абсурдность затеи. Ну и чего она сейчас к нему заявиться? Под каким поводом? Останется на ночь? А во что оденется утром? Сменной одежды нету, ночной тоже… Да и вообще, она не сообщала ему, что приедет. А это значит, что он мог уже уйти куда-то с кем-то. Или с кем-то проводить вечер вместе.

Расплатившись с таксистом и молча прикидывая, насколько увеличила дыру в бюджете, Ника разглядывала дом, в котором Алексей должен был проживать. Что-то из модных построек железа-бетона и стекла. Она была слишком измучена, чтобы оценить «великолепие».

Стекла были темными, давая понять, что хозяина нету. Ну раз его нет, а она все равно приперлась, можно хотя бы обойти дом, а там уж позвонить и вновь вызвать такси. Блин, она за год столько на такси не катается, как сегодня за вечер.

Осторожно, стараясь не поскользнуться, Ника делала обход. Интересно, он снимает этот дом, или правда купил? Хотя, кредит никому сейчас не чужд. Это только она взяла деньги в долг и ничего за них не получила. Ну кроме мужа, которому она и даром не сдалась. К ее удивлению, с балкона на первом этаже доносилась приглушенная музыка и мерцал едва заметный свет. Телевизор что ли смотрит? Ника осторожно приблизилась. Алекса видно не было. Девушка приблизилась в плотную к стеклу и попыталась разглядеть, что происходит внутри. В следующий миг она едва не закричала от страха. Темная фигура вдруг загородила ей весь обзор и в следующее мгновение стеклянная дверь отъехала в сторону, и Ника буквально ввалилась в комнату. Вместо того, чтобы помочь ей подняться, Алекс опустился на корточки и быстро приложил ей палец к губам заставляя замолчать. Возмущению Ники не было предела, но она быстро сообразила, почему Алекс требовал ее молчания. Другой рукой он придерживал телефон у уха и явно к кому-то прислушивался. Судя по слабо доносящимся звукам, к женщине.

«Ну я так и знала, что зря приперлась. Можно же было хотя бы предупредить,» — ругала себя Ника, опираясь на предложенную руку и поднимаясь на ноги.

— Да слушаю я мам, слушаю, — обреченный голос Алекса здорово рассмешил Нику, но она сдержалась, продолжая молчать и присев на край кресла снимала с себя сапожки.

— Почему-почему, потому, что так решил. Нет, не будет и не проси. Ты знаешь, как я к этому отношусь. Встретитесь вы, скоро. Мам, не нуди! Да, хорошо, пусть на этих выходных… — Серебряков обернулся к Нике и та, поняв немой вопрос, кивнула.

— Да я не сомневаюсь…

А ему то же не легко, — посочувствовала Ника. Если ее родственникам было на нее глубоко плевать, то родственникам Алекса было явно небезразлично, с чего такие радикальные изменения. И скорее всего, для него была ими выбрана другая избранница. Ну или хотя бы они предполагали, что он жениться на ком-то вроде Лидий. А тут такой сюрприз!

Ника старательно растирала замершие ладони и озиралась по сторонам, насколько хватало света мерцающего телевизора, чтобы осмотреться. Потому и не заметила, как Алекс вдруг оказался рядом, взял за руку и быстро отпустил. А в следующую секунда накинул на нее плед, что лежал на диване и вновь принялся расхаживать вдоль застекленного балкона общаясь с мамой.

— Она педагог, мама, — устало вымолвил Алекс, растирая свободной рукой шею.

— Да, конечно же ты ее знаешь! В столице так мало школ, что ты всех педагогов в лицо знаешь…

Видимо он что-то случайно нажал, потому, что ответ мамы она услышала слишком отчетливо.

— Не язви дорогой мой! Сам виноват, нужно было все нормально организовать. По-людски…

Алекс отключил громкую связь и приложил телефон к плечу минут несколько молча рассматривая темноту за окном. Видимо, мама включила пластинку по второму кругу. Что-то в его позе было, что Нике захотелось подняться, подойти и обнять его со спины, чтобы немного успокоить и утешить. И только когда Серебряков резко повернул в ее сторону голову, она поняла, что действительно следовала своим мыслям. Левая рука, что не придерживала плед, так и застыла в воздухе рядом с его плечом.

— Ладно, мам. В субботу отчитаешь, мы приедем. Да с ночёвкой, да конечно, поговорите. Все, пока, целую, — пока он говорил, мужчина стремительно отошел от нее на безопасное расстояние и распрощавшись с родительницей отключил телефон.

— Есть хочешь, — со вздохом поинтересовался Серебряков.

— Нет, — Ника сама не поняла, почему ее голос стал вдруг таким бесстрастным.

— Кофе-чай?

— Кофе с…

— Знаю! Если хочешь, включи свет. Пульт от телевизора на тумбочке, — указал он рукой и скрылся за дверью.

Ника устроилась на диване с ногами и хорошенько закуталась в плед.

О том, что она уснула, Ника узнала, когда на нее что-то мягко шлепнулось и Алекс громко сообщил, чтобы она сходила переоделась, а не мешала ему своим храпом слушать фильм.

Едва слышно выругавшись в адрес Серебрякова, Ника послушно побрела в ванную, которая оказалась рядом с кухней.

— Шикарно, — одним словом описала девушка данное помещение. Большая ванная, куда при желании вдвоем можно смело залезть. Большое зеркало, причудливая раковина. Кафель теплых оттенков с приятным узором. Ника решила воспользоваться гостеприимством Алекса и раздевшись залезла под душ. С блаженным стоном она встала под горячие струи воды, которые смывали с нее всю усталость накопившеюся за сегодняшний день.

Когда, разомлевшая она вернулась в гостевую, то обнаружила, что в том же помещений был еще и камин, вполне себе действующий.

— Свет включить? — Алекс подкинул последнее полено и закрыл стеклянную дверцу перед камином.

— Нет, но расческу я бы позаимствовала.

Усевшись перед камином на коврике, имитирующем чью-то шкуру, Ника расправила волосы, давая им равномерно просохнуть (фена она не обнаружила, что давало понять, что женщины тут не проживает).

Серебряков приблизился, выдав ей расческу и уселся в кресле. Что шло по телевизору, он слабо помнил, так как был занят разглядыванием того, как Ника причесывала влажные волосы. Убрав волосы на бок, она оголила шею и плечо. Футболка, которую Алекс ей одолжил, оказалась ей большая и ворот слишком широкий, плохо державшись на ее хрупких, по сравнению с ним, плечах.

Знала бы она, как у него пальцы чесались пробежаться по изгибу шеи, потом прикоснуться к ней губами, языком и спуститься ниже… Интересно, она одела нижнее белье под этот «наряд»?

— Серебряков, оглох?! — Ника недовольно поморщилась от его невнимания.

— Что?!

— Спрашиваю, можно кофе?

— Можно, оно на полке каминной стоит, чтобы не остыло. И у меня кстати, имя есть! — напомнил он.

Ника залезла на диван с ногами прикрывшись пледом и взялась за кружку кофе.

— По имени тебя не привычно называть. Тем более это имя тебе не идет.

— А фамилия мне идет? — ядовито осведомился Алексей. — Имя тебе мое не нравиться, внешность как у уголовника… что еще не устраивает?

— Ну ты тоже высказываешься по поводу меня. То тебя одно не устраивает, то другое.

— Готовишь ты не плохо.

Ника взглянула на него исподлобья обхватив двумя ладонями большую кружку.

— Ну хоть чем-то угодила.

Серебряков встал и кинул на диван рядом с ней пульт.

— Смотри, что хочешь, пойду в кабинет, поработаю.

Ника поперхнулась.

— Серьезно, у тебя в доме свой кабинет? На работе мало врем проводишь, что еще и тут приходиться?

Нотки презрительного тона в ее голосе ему не понравились.

— Иногда приходиться. А чем предлагаешь заниматься по вечерам? Играть в компьютерные игры, или может крестиком вышивать?

— Читать не пробовал?

— Пробовал, каждый день документы перечитываю.

— Я не о том, а так, чтобы сесть расслабившись, попить чаю и почитать какой-нибудь увлекательный роман.

Черт, почему он так близко стоит, ей было очень неудобно напрягать шею, чтобы смотреть на него.

— Уж лучше фильм посмотреть, — проворчал Алекс, опять растирая шею.

— Так сядь и посмотрим фильм. Если хочешь, шею помассирую.

— А ты умеешь?

— Курсы проходила.

С минуту поразмыслив, он сел перед на пол вытянув ноги и нащупав пульт поискал какой-то фильмы для просмотра.

Ника отставила кружку и придвинулась ближе к мужчине. Мышцы у него были крепкими и напряженными. Девушка быстро сообразила, что уже почти не слышит и не понимает, о чем фильм. Все внимание было поглощено разминанием его шеи, головы, и плечи. Алекс окончательно расслабился и ей все меньше хотелось заканчивать с массажем. В голову закрадывался какой-то мягкий, парализующий туман, хотелось боле смелых движений, задрать его футболку и…

Чуть спустившись, Алекс задрал голову и положил ее на колени Ники. Девушка застыла, изучая его темные глаза. Он внимательно смотрел на нее снизу в верх, словно подталкивая к какому-то действию. И кажется она даже поняла к какому склоняя голову все ниже и ниже, но в последнею секунду резко выпрямила спину и убрала руки с его плеч.

Алекс хмыкнул, убрав голову и невидящим взглядом уставился в телевизор.

— В субботу такое поведение будет недопустимым. Хотя бы притворись, что я тебе не безразличен.

— Они не знают, что у нас брак по расчету? — почему у нее голос сел?

— Нет.

Алекс поднялся и потянулся.

— Какое у тебя отчество? — вдруг уточнила Ника.

— Зачем тебе? Будешь меня еще и по отчеству называть? Нет уж, спасибо, — чуть не фыркнул Алекс.

— Вон в том шкафчике белье, диван можно расправить. Не справишься, зови. А я спать.

— Алексей, — позвала Ника, когда он уже почти скрылся за дверью, ведущею в коридор. В полумраке она не видела его взгляда, но была уверена, что он полон недовольства.

— А ты сумеешь убедительно притвориться перед родителями? Ну что… что я тебе и правда нравлюсь, сможешь изобразить?

— Смогу Вероника.

Глава 5

— Вероника, вы к нам?

Девушка слабо улыбнулась Николаю. Он как раз выходил из здания, где находилась его контора. А Ника уже минут пятнадцать топталась на улице не зная, зайти или нет. Как-то так получилось, что она свои ключи посеяла. И надеялась, что они остались в машине Алекса, когда он ее подвозил сегодня. Сначала домой, переодеться, а потом на работу. К ее неудовольствию, никто из коллег этого не заметил, и пылких прощаний не последовало. Сегодня вообще был какой-то не хороший день. Волосы она расчесала, но закрепить забыла, в итоге ходила с распущенными. Как не странно, но вот это изменение в прическе, коллеги заметили. И то, что вместо обычного костюма из блузки-юбки и пиджака, сегодня на ней было черное вязанное платье с высоким воротом и белой вышивкой на груди. Смотрелось и строго и в то же время, кокетливо. Платье было коротким, выше колен. А при ходьбе задиралось еще выше. Приходилось одергивать.

На репетиции Фаина Романовна чуть приступ не словила из-за того, что Ника просто на просто текст забыла. Ей все время казалось, что она вообще тут быть не должна. Что все это какой-то непонятный сон, и на самом деле она спит. У Алекса в доме, в его объятиях. Да, именно там она сегодня проснулась. Как он объяснил, ей опять что-то там приснилось, и она пришла к нему. Сама Ника этого совершенно не помнила. Даже того, что что-то снилось. Так как Алекс спустился на первый этаж первым и до ее прихода успел убрать белье с дивана, проверить, влажное ли оно, она не успела. С другой стороны, зачем ему врать? Не стал же он ее тащить на второй этаж, чтобы спать в обнимку? Не стал бы… Все бы ничего, только вот ей понравилось. Ей в жизни своей не приходилось спать рядом с кем-то. Все ее интрижки были кратковременны и после секса она не засыпала в чужой постели, а быстро ретировалась.

Он был таким теплым и уютным, что весь холод, что у нее накопился за последнее время, куда-то подевался и проснувшись от звона будильника, ей захотелось громко разрыдаться. А то, каким равнодушным и безразличным он продолжал оставаться после этого случая, выводило из равновесия.

Пока шла сюда, Ника раза три звонила Алексу, но на телефон он не отвечал. Она очень надеялась, что он все еще на работе, а иначе, где его искать, она не знала. Оставалось только дожидаться во дворе. И как назло, соседка, которой Ирина отдала запасные ключи от ее квартиры, после того, как с Максом уехала, куда-то уехала. Ника смогла только разобрать, что связь плохая и что та к субботе вернётся.

Осталось только на скамейке перед домом замерзнуть и будет то, что надо, — устало выдохнула Ника.

— Да… не знаю даже, Алексей на телефон не отвечает, а я кажется ключи свои у него в машине забыла.

Николай тут же при ней набрал ее мужа по телефону, но через минуту покачал головой.

— Телефон видимо разредился. Во всяком случае, он сейчас в спортклубе. Вас проводить?

Ника неуверенно кивнула и последовала за Николаем. Спортивный клуб был в пару кварталах от рабочего места ее мужа. Сразу на входе, Ника увидела огромный рекламный баннер, а после, список всех возможных тренировок.

— Он скорее всего в качалке, — Николай указал направление. Ника опять кивнула, поблагодарив направилась в указанную сторону.

Внутри было тепло, даже жарко. Девушка сняла с себя теплое пальто и перевесила через руку. Мимо проходили мужчины и женщины в спортивной одежде. Кто-то даже удивленно ее оглядывал.

Алексей занимался на тренажерах. Точнее, он на одном из них сидел, а чем он там занимался, Ника не сразу разглядела.

Стройная блондинка, ловко закинула свои ножки ему на бедра поглаживала то его шею, то спускала ладони на грудь и что-то там ворковала ему на ушко. Ника решила, что не будет им мешать. Ну после того, как найдет свои ключи.

— Привет, можно мне ключи от машины? Я кажется потеряла в ней свои ключи от дома, — наклонилась девушка к свободному уху Алекса и поймала его взгляд в зеркале за спиной блондиночки, которая тут же оторвалась от своего действия и ошарашенно уставилась на Веронику. Та лишь мстительно улыбнулась.

— Добрый вечер Алефтина. Ваш муж дозвонился до вас? А то никак не мог вас поймать, ему нужно обсудить с вами дальнейшее будущие вашего сына. Мне пересказать разговор, или сами у мужа узнаете?

Женщина аж побелела, как маечка, которую она носила.

— А что вы… — начала была она, но Вероника уверенным жестом обвила шею мужа наглядно продемонстрировав свое обручальное кольцо и коснулась губами его щеки.

Все это время Алексей сидел молча, наблюдая, как будут развиваться события. Правда руки, что до этого отдыхали на его бедрах, он переместил за спину прижимая к себе Нику.

Бросив на Веронику уничтожающий взгляд, Алефтина ретировалась.

— Ты правда ключи оставила, или просто соскучилась и решила мне обломать кайф пребывания в объятиях другой женщины.

Ника не сразу нашлась, что сказать. Но решила продолжить дерзкое поведение, и потеревшись носом о его щеку, при этом не сводя с него взгляд в зеркале прошептала на ухо:

— Проводи меня до машины, и сам все узнаешь.

Пока Алекс переодевался, Ника ждала в коридоре задумчиво оглядываясь вокруг. В поле зрение вновь попала мама ее ученика, которой она помахала ручкой и ласково улыбнулась. По лицу той было отлично понятно, как далеко ее Нику посылали.

К машине шли молча, Ника быстро отыскала ключи под сиденьем, пока Алекс закидывал свою спортивную сумку в багажник.

Вот они, — довольна находкой, Ника потрясла ключами в воздухе. Алекс все так же бесстрастно оглядел ее находку и кивнув уселся за руль.

— Ты уверен, что не сможешь завтра прийти на спектакль? — не сильно надеясь на успех, уточнила Ника, когда молчание уже поднадоела.

— Может и смог бы, но не хочу, — честно ответил Серебряков, перестраиваясь в ряду бесконечного потока машин.

Вот как, ладно, чего-то подобного она и ожидала. Хотя, все равно было неприятно. Когда Алекс затормозил у подъезда, но выходить не спешил и мотора не глушил, Ника поняла, что домой он тоже сегодня с ней не пойдет.

— Я приглашен на мальчишник, — только и обронил он.

Ну и ладно, нам и не надо!

Вероника гнала прочь мысли о том, что все это его пренебрежение оставляло весьма неприятное послевкусие. Какого черта на этой неделе твориться? Все шло нормально, без отклонений, без каких-то ожиданий. А сейчас она чувствует себя как кто-то кто что-то непонятное пообещал, а сейчас действует вопреки ожиданиям. Поднимаясь на свой этаж, Ника внимательно анализировала произошедшее за последние недели. Но мозг упрямо отказывался давать нужные подсказки.

Но судьба словно насмехалась над ней решив, что данный вечер нельзя так сразу и спокойно заканчивать. Ну и что, что у нее завтра важное мероприятие, а на следующий день поездка к родителям Алекса.

Через пол часа после ее прихода домой. Когда она только успела разуться и переодеться, в дверь постучали. Причем требовательно так, словно желая выломать.

Надо будет, когда денег удастся накопить, дверь сменить и поставить с глазком. Вот именно такая "гениальная" идея ей пришла, когда, открыв дверь она увидела стоящего в дверях Сергея. Пинком ноги, он открыл дверь настежь, чуть не вырвав из сустава руку Нике, т. к. она крепко сжимала эту самую дверь пальцами желая захлопнуть перед носом обидчика, как только выскажется ему.

— Охренел? — Ника с шипением от боли схватилась за больное плечо.

— Это ты охренела дорогая моя сестрица, тебе сколько говорить, не лезь в мою жизнь сука! Что ты суешь нос куда не надо?! Тебя кто просил с советами к моей жене лезть гадина?!

Он ругался без остановки минут несколько. И от разящего от него спиртным, Ника поняла, что он порядочно выпил. Но вот что он так взбешён то? В последний раз, когда Ирина к ней приезжала, они даже толком не поговорили.

— Сергей, уймись! Хватит…

— Заткнись! — взревел Сергей, схватив ее за плечи и так тряханул, что Ника больно ударилась затылком о стенку. Но Сергей не успокоился, продолжая шипеть и изрыгать из себя жуткие проклятия и оскорбления, схватив ее за ворот кофты, он грубо вышвырнул ее из квартиры в коридор и со всей силы шарахнул о стенку. В этот раз Ника очень неудачно ударилась рукой, которую выставила как защиту от удара об угол. От того, какая боль ее охватила, Ника была уверена, что сломала себе руку. Та безвольно повисла по боку.

— Матери нужно было тебя убить еще до рождения, аборт к чертям сделать. Ненавижу!

Вот и где любопытные соседи сейчас, когда так нужны? За дверью прячутся, в глазок подглядывая, — гнусно позлорадствовал неприятный голосок внутри.

В последний момент она успела увернуться от летящего в ее сторону колена, чем еще сильнее разозлила брата.

— Тварь неблагодарная! Отец для тебя так старался, а ты… сука! Квартиры ей было жалко! Лезет теперь куда не надо!

Только она успела по стеночке подняться, как схватив за волосы, брат, со всей дурьи швырнул ее о соседнею стенку. Кажется, он совершенно не волновался о том, что сейчас может ее убить.

С трудом раскрыв глаза от боли и грохота в голове, Ника успела еще заметить, что руки Сергея стремительно приближаться и сознание отключилось.

На последующий грохот, тоже никто не выскочил.

Медленно спускаясь по лестнице на него глядела в упор особо мало похожая на его сводную сестру. Уничтожающий взгляд, губы, неприятно изогнутые в усмешке. Кровь сочилась из уголка губ, царапин на коже в разрезе декольте и со лба. Волосы взлохмачены, подтеки на лице и черт еще знает где по телу. Но его волновало не это. А то, что он никак не мог набрать воздуха в легкие и продохнуть. А еще, каким образом он вдруг оказался в низу лестницы если еще пару секунд назад собирался спустить с нее Веронику?

— Бедный маменькин сыночек, который никак не может сам решить свои проблемы. Вечно ему кто-то что-то должен, — шипело это «что-то» слабо напоминающие его сестру.

— Да я тебя… — мужчина попытался подняться, но алкоголь в крови и сильный ушиб после падения давал о себе знать.

— Ну же!

— Стоять! — раздалось с нижней площадки, а дальше как в тумане.

— Гипс накладывать не будем, там трещина не большая, но тугую повязку сделаю. И этой рукой недели две желательно вообще не пользоваться. Покой в обязательном порядке. Сходите к семейному завтра, он вам больничный выпишет.

Ника кивнула, но все еще находилась в какие-то прострации. Вот вроде только, что ее об стенку швырнул Сергей, а потом этот полицейский, значит нашумели и кто-то из соседей вызвал. Хм, ну и на этом спасибо.

— Заявление писать будете? — спросил ее симпатичный шатен, когда их обоих доставили в отделение.

— Буду! — уверенно заявил Сергей. И его понесло, Ника даже не стала вникать, что он там орал. Но как не странно, одним властным словом Сергей был прерван.

— Не вы, — полицейский пододвинул ей листок белой бумаги и ручку. К счастью, она в свое время для чего-то выучилась писать обоими руками. И поэтому, левой рукой заявление накатать на «братика» труда не составило.

— Ты еще об этом пожалеешь, — прошипел Сергей довольно тихо, так, чтобы расслышала только она. Ника лишь повела плечами. Не первый день угрожает.

— Она меня с лестницы спустила, а заявление на меня пишут… ну-ну! Я это так не оставлю, мой юрист вас засудит!

Сергея опять осадили, не дав встать с места.

— Пусть моему позвонит, телефончик продиктовать? — Ника полуобернулась к брату.

— Да какой у тебя юрист, с твоей то зарплатой? Натурой платишь что ли? — мужчина довольно заржал.

Потом были еще вопросы со стороны полиций и выражение недовольство со стороны брата. В итоге, их обоих отпустили. Сергею пообещали, что, если хоть одно покушение еще на Веронику будет, его упекут. Ника отлично знала, что брату важна репутация, все же он бизнесмен и уже известен в некоторых кругах. Поэтому, то, что она ему репутацию замарала своим заявлением, он ей не простит и расплату ждать не долго. Но ей было искренне все равно.

Тот же симпатичный шатен отвез ее в ближайшею скорую, где ей оказали медицинскую помощь. К счастью (видимо Сергей в этом уже поднатаскался на собственной жене), большинство ушибов пришли на части тела, что были скрыты под одеждой. Сотрясения у нее не оказалось, но шишка вскочила. Смазав какими-то мазями ее ушибы и царапины, ей прописали таблетки и выпроводили с богом.

— Вам есть кому позвонить, чтобы заехали и забрали?

Не было у нее никого. Муж на мальчишнике, да и если бы и позвонила, он бы не приехал. Куда ему нетрезвому за руль. А собственный брат, которые тоже «мог бы заехать», избил ее.

— Давайте я вас домой отвезу, где вы сейчас такси поймаете, да и смена все равно заканчивается, — предложил ее сопровождающий и Ника, благодарно улыбнувшись, согласилась.

Дома с трудом поднявшись на свой этаж, кажется тело отошло от шока, произошедшего и теперь болело буквально все, она заперла за собой дверь и кое-как раздевшись намотала на больную руку пакет и отправилась пот душ. Нужно было смыть с себя все произошедшее.

Уснула она почти сразу и проснулась от собственного рыдания. Ей снилось, что кто-то очень родной и любимый обнимал ее, прижимал к себе, гладил и целовал, горячо, страстно. Проснувшись она поняла, что это всего лишь сон и расплакалась еще сильнее.

В школе сегодня были сокращенные уроки, все готовились к вечернему мероприятию. Нике на работу нужно было только к десяти. Но проснулась она как обычно в шесть. При том, что спала всего пару часов с момента возвращения. Долго лежала в кровати разглядывая проем двери в комнату. Потом еще минут пятнадцать разглядывала себя в зеркале. Примеряя на себя образ и костюм, который ей продеться носить вечером, Ника поняла, что ничего не получиться. Интересно, Фаина Романовна сразу копыта откинет, если она ей позвонит и сообщит о своем больничном или замену найдут без проблем?

Решив не сильно заморачиваться на этом вопросе, Ника натянула безразмерную кофту, что отлично скрывало ее руку и в первые за многие года работы педагогом, как следует замаскировала свои синяки и царапины содержимым дамской косметички. Вроде даже не плохо получилось.

На тех нескольких уроках, что у нее сегодня по расписанию было, она облегчила себе работу тем, что разрешила одному из учеников самому провести урок. А она, как наблюдатель, сидела в сторонке. Ребятам такое развлечение понравилось. Без проблем вжились в роль и понеслась. Ника от души посмеялась и даже во спряла духом. Ну и пусть болели все внутренности, и правая рука ныла.

Правда, долго скрываться ей не удалось. Наташа довольно быстро заметила, как она все только левой рукой делает. И журналы левой держит, и пишет левой, и кружку с кофе левой держит.

— Ну колись, что приключилось? Не ужели муж избил?! — притворно ужаснулась она громким шёпотом подсаживаясь к ней во время большой перемены в учительской. Остальные коллеги убежали в столовую подкреплять силы.

— Вот бы ты порадовалась, — тяжело вздохнула Ника, отпивая из своей кружки. Обедать совсем не хотелось.

— Да ну, не говори глупости. Я его уже на пьедестал воздвигла, говорю же, он мне одного из любимых актеров напоминает. Ну так, кто тебя?

— Не знаю, не разглядела. В подъезд вошла, а там сумочку вырвали, избили и сбежали.

— Да ла-адно! — не поверила коллега. — В полицию сообщила?

— Да.

— А как же документы и деньги?

— Да к счастью я забыла из одной сумочки в другую переложить вещи, так, что отправилась с пустой. Видимо, бандиты смекнули, что она очень легкая, вот и врезали мне, — Ника постаралась состроить убедительную легенду, молясь, чтобы ничем себя не выдала.

— Ничего себе… муж в курсе?

Ника отрицательно покачала головой.

— Он на мальчишнике был, а у меня как-то совсем сил не было сообщить. Вечером.

— Так, придётся и Андрею сообщить, тебе с ним танцевать.

— Да как танцевать? Платье этого не прикроет…

— Прикроет, шаль и перчатки, все будет как надо. Андрея предупредим, и он тебя будет держать как фарфоровую статуэтку.

Ника вяло согласилась. Как-то не радовало, что все же придаться в этом всем участвовать.

Глава 6

Наверное, за этот вечер, Ника точно прочувствовала то, что чувствуют актеры на сцене. Им далеко не до зрителей. Роль бы отыграть да слова не забыть.

Она Андрей старался как мог, подыгрывал. Особенно в момент, когда забыв, потянул ее за больную руку и Ника вдруг вскрикнула.

— О как я неловок, простите мне мое беспутство! — вскричал Андрей, отворачиваясь к залу и заслоняя собой Нику. Эти пару секунд дали Веронике возможность справиться с болью и продолжить роль.

К моменту оваций, Ника чувствовала лимоном, который переехали катком. Выжитая, бес сил. Боль была невыносимая, да еще пот струился от постоянного напряжения, по спине.

— Я отойду, мне нужно немного подышать воздухом, — тихо проинформировала Ника Андрея склонив к нему голову, когда народ перестал хлопать и Фаина Романова громким голосом оповестила о дальнейшем развитий мероприятия.

— Боюсь, сейчас нас начнут терроризировать требованием попозировать для фотографий, — в пол голоса напомнил Андрей и Ника тихо застонала. Он оказался прав. Почти сразу же к ним подскочил фотограф, а потом почти каждый из гостей считал нужным попозировать рядом с ними. Некоторые из мужчин даже пытались облапать, пока они неподвижно стояли перед фотографом. Андрей не возражал, когда на него чуть не каждая вторая вешалась и пыталась то поцеловать, то теснее прижаться.

Очередной раз стукнув веером по руке наглеца, Ника лишь со скрытой злобой наблюдала за их ехидными улыбочками. Ну да, что она им сделает. Они же дорогие гости и почти у всех у них дети учились в этой школе. А директор вместе с Фаиной Романовной ее заживо загрызут, если кто-то из родителей пожалуется на «не гостеприимное» поведение учителя элитной школы.

Кто-то тихо крикнул «Ай!» и Ника резко обернулась, даже слишком, тут же слегка поморщившись от боли.

— Сломаю, и ничего не докажешь, — тихо, с ласковой улыбкой пообещал Серебряков, держа вывернутое запястье очередного «обидчика». Ника не сразу поняла, чему больше удивлена. Тому, что Серебряков все же пришёл, хотя обещал, что не появиться или тому, что кто-то за нее заступился.

Несостоявшийся партнёр по фотографии извинившись сквозь стиснутые зубы, ретировался. Алекс же встал напротив нее продолжая свободной рукой держать бокал шампанского, который раздавали снующие между гостями официанты. А вторую руку держал в кармане.

У нее ушло минуты несколько, прежде, чем она сообразился, что любуется мужчиной напротив нее. Не ужели, этот костюм его так преобразил? Она же и раньше видела его в костюме, когда он уходил на работу, или возвращался. Но пиджак данного костюма был скроен немного иначе. Классически черный цвет, но воротник был стоячим, без галстука и бабочки. За два месяца их совместной жизни, волосы заметно отрасли. Он продолжал их стричь, но теперь, только по бокам укорачивал, что придавало ему уже боле солидный вид. Уголовника он уже не напоминал.

— Что еще не устраивает? — подал он голос после затянувшегося молчания.

Ника пожала плечами.

— Ты пришел? — едва слышно выговорила она, потому, что говорить вдруг стала тяжело. Ей явно нужно было подышать свежим воздухом и отдохнуть от этой суеты.

Мужчина прищурился.

— Не надо было?

Ответить она не успела, так как ее позвали, и Ника обернулась на голос сделав шаг вперед. В то же время Алекс поймал ее за руку. За больную руку, потянув назад. Вспышка фотоаппарата ослепила ее на пару секунд не дав среагировать на боль криком.

Позже, она поставит эту фотографию в рамку на полку. Фотографу удалось запечатлеть выражение ее лица за секунда до гримасы боли. И что-то в этом было. Как Алекс тянет ее на себя за ладонь, а в ее глазах вопрос или мольба?

Но это позже. А сейчас она выдернула ладонь из его ладони и сжав руку здоровой ладонью ринулась прочь из зала.

«Только бы следом не побежал!» — , мысленно молила Ника. «Не побежит, не волнуйся. Когда за тобой кто-то бегал-то?» — , тут же «успокоил» противный голосок в голове. Что-то слишком часто этот голос стал ей отвечать.

В гардеробной и гримерной уже обжимались какие-то парочки. Нужно было конечно остаться и выяснить, какого черта они тут делают. Но Нике было совсем не до них. Она быстро схватила увесистый пакет со своими вещами и ринулась прочь. Бежать в туалет, переодеваться или в свой класс, она передумала через пару минут, поняв, что сил не хватит переодеться самой. Оставалось поймать такси и уехать домой. Там уж как ни будь, без лишних свидетелей и помех, переоденется.

— Далеко собралась?

Ника чуть не скатилась с парадной лестницы, выскочив на крыльцо с накинутой на плечи курткой. Обувь она не переодела, и туфельки легко заскользили по заснеженному крыльцу. Даже песок не спас. Спас Алекс, успев поймать ее за здоровую руку и забрал пакет.

— Там сейчас бальные танцы будут. Иди посмотри. Я сама доеду, — промямлила Ника, напряженно наблюдая, как он спускается по лестнице и уносит ее пакет к черному «ауди» и закидывает на заднее сиденье.

Он что, караулил ее под дверью? Противный голосок попытался что-то ответить, но Вероника быстро заткнула его.

Тем временем, Алекс уже поднялся по ступенькам и подал ей руку, чтобы помочь спуститься.

Пришлось согласиться на его помощь, сама она не спуститься без очередной травмы.

До машины они добрались без приключения, и отпустил он ее только, когда усадил на переднее сиденье, убедившись, что с него-то она точно не свалиться.

— Будешь допрашивать? — обреченно вздохнула Ника, чуть опустив сиденье и закрыв глаза дала себе немного расслабиться. По радио доносилась какая-то спокойная приятная мелодия. Ника улыбнулась про себя. Обычно, Алекс слушал что-то в стиле металла или тяжёлого рока.

— Давай дома поговорим, а то боюсь сорвусь и придушу тебя прямо тут, — очень спокойно, почти ласково, прямо как до этого того мужику, кому он чуть руку не сломал, предложил Алекс, не отводя взгляд от лобового стекла. Ника согласно кивнула и вновь закрыла глаза разрешив себе подремать.

Когда платье упало у ее ног и Ника наконец-то освободила свою несчастную многострадальную руку от тяжелого бархата, Алекс требовательно постучал в дверь.

— Все?!

Вероника скосила злой взгляд в сторону двери мысленно послала мужа подальше. К сожалению, это не помогло.

— Сейчас выйду! — рявкнула она и потянулась за банным халатом.

— Сначала душ примешь или сразу поговорим?

— Душ!

— Помощь нужна? — раздалось ей в спину.

Он что, серьезно? Ника лишь фыркнула, выражая свое пренебрежение. Но встав у зеркала и вынув все двести пятьдесят шпилек и заколок, поняла, что вряд ли сама справиться с волосами.

— Лучше сдохну, чем позову этого умника! — заявила она своему отражению в полголоса и храбро залезла в ванную. Можно было только радоваться, что шум воды заглушал ее приглушенные всхлипы и порывы разрыдаться от боли и беспомощности. Но спустя пол часа, а возможно и больше, кое-как накрутив на голову полотенце, и завязав на халате пояс в узел, Ника бодро вышла из ванны. Делать вид, что у нее все прекрасно, и рука совершенно не беспокоит, удалость до тех пор, пока она не села на стул в кухне и как-то не так повернулась корпусом. Несколько маленьких молний пронзило девушку на сквозь, заставив зашипеть от боли и схватиться за больную руку.

Серебряков отставил кружку с чаем и оторвался от плиты, которую до этого подпирал спиной. Один быстрый шаг, таких же пару движений и он бес проблем обнаружил самые видимые ссадины и ушибы на ее теле. Еще бы, Ника же забыла, что смыла тонну шпаклевки, и теперь ничто ее ран не скрывало.

— Лучше бы ты шею свернула, — констатировал он игнорируя уничтожающий взгляд жены.

— Я конечно в курсе, что ты меня ненавидишь, но что бы так…

— Не в этом дело.

— В чем же?

— Даже в такие состояния ты завтра едешь к моим родственникам, — спокойно пояснил Алекс, допив чай. — Потому и говорю, лучше бы шею свернула, только это бы тебя спасло от поездки.

— Ясно, — Ника поежилась. Надо было тапочки одеть. Пол был холодным и ступни мерзли.

— А теперь рассказывай, что произошло. И я тебя очень прошу, не щади и не ври, себе же хуже.

«Не щадите его понимаешь, ее бы кто пощадил.»

Вероника рассказала, все как было. Вернее, все то, что помнила. Детали за ночь уже позабылись. Алекс ничем не выдал свое состояние, пока она наконец не закончила рассказ.

— Где, говоришь, твой брат проживает? — спокойно-но так поинтересовался мужчина.

— Что, морду пойдешь бить? — со скептической усмешкой поинтересовалась Ника. — Не надо к нему ездить, от полиций предупреждение он уже получил. А дома у него жена и ребенок, они и так уже от него настрадались. И поверь, Ирина на обрадуется, если что-то случиться с ее мужем, уж слишком она за него радеет. Будь он трижды извергом и тираном, — устало пояснила Ника. То ли от усталости, то ли от обилия событий за последние сутки, но ее вдруг начал одолевать сон. Да так сильно, что хотелось уснуть прямо тут, сложив руки на столе и уронив на них голову.

— Может хватит на жалость давить? Он тебя избил. Твой брат! А ты защищаешь его жену, наплевать!

Алекс ринулся в прихожую и схватил куртку.

— Да какое тебе дело до всего этого?! Это мои проблемы, — взвилась Ника, проследовав за ним.

— Твои, значит и мои! Мы женаты, если не забыла! Почему мне не позвонила?! Все последним должен выяснять.

— Да какая разница, позвонила или нет?! Ты был на своем мальчишнике, ну позвонила бы и что? А потом не до тебя уже было…

— Не до меня? — он резко прекратил одеваться, хотя оставалось только шарф на шею накинуть. — А когда тебе до меня? Никогда не предупредишь, не позвонишь…

— Писала… на прошлой… ну, когда, к тебе… ездила, — запинаясь промямлила Ника. Ее вдруг сбило столку его такое заявление.

— Вот об этом тоже надо было написать, — уже тише, но все так же зло процедил Алекс, повернувшись к двери, но Ника тут же схватила его здоровой рукой за запястье.

— Леш, ну пожалуйста, не иди. Не надо! Ты сейчас только навредишь, он трус неимоверный, отыграется на жене и ребенке. А потом еще будет пакостить по поводу и без. Пожалуйста…

Он зло сверлил ее взглядом, видимо желая напомнить, что она его опять не так назвала, но Нике было все равно, она готова костьми лечь, только бы он сейчас не пошел разборки устраивать. По идее, это вообще его касаться не должно. У него своя жизнь, у нее своя. Ну вот чего он…

— Поцелуй меня!

— Что? — Ника даже руку его выпустила не понимая, чего он только что потребовал.

— Что слышала, нормально, как будто не плевать и что-то значу!

— За… зачем?

Его взгляд из злого стал уничтожающим, аж желваки заходили. Видно было, что сдерживается он с трудом. Вот и как такого целовать, сожрет же!

— Завтра у тебя встреча с моими родственниками и родителями. И если там ты мне такой вопрос задашь…

— А понятно, прикопаешь под клумбой. Я постараюсь…

Закончить ей не позволили. Видимо настолько зол был, что напрочь забыл о ее повреждениях, припечатав к стенке, буквально вжав в нее и грубо поцеловал. Со всей злостью, наказывая и обижая.

Первое желание, вырваться и оттолкнуть Ника быстро переборола, вдруг осознав причину его бешенства. Ну значит не зря их так усиленно психологий обучали. Порой мы сами ведем себя как дети…

Как только ее ладонь скользнула ему под куртку и заскользила по плоскому животу, груди и перебралась на спину прижимаясь ближе (хотя, куда уж ближе), он как будто все понял и прекратил поцелуй.

Алекс не отстранился, прижимаясь своим лбом к ее лбу. Глаза закрыты, дыхание тяжёлое и прерывистое.

— Успокоился? — тихо спросила Ника, продолжая его поглаживать, словно успокаивая разбушевавшегося ребенка.

— Н-нет, — все так же зло, но значительно тише, ответил Алекс и отпустил ее отступив спиной к стенке напротив и прикрыв глаза тяжело вздохнул.

Ну теперь он уже не пойдет к Сергею, решила Ника.

— Поцелуй меня, — тихо попросила Ника. Алекс открыл глаза и прищурился.

— Зачем?

Девушка хмыкнула и даже чуть улыбнулась.

— Для практики.

Мужчина не шевелился, продолжая смотреть на нее. Ника сама сделала шаг навстречу и вложила свою ладонь в его.

Серебряков скосил взгляд в сторону их сплетенных пальцев. Через мгновение, он ее все же поцеловал.

Этот поцелуй был совсем другим. Ника, кажется в первые поняла, почему люди порой так долго целуются, и о чем таком говорят в книгах. До этого, поцелуй был для нее сугубо начальным этапом для последующего секса или завершением. Она со студенческих лет не могла понять, что все девушки так млеют от этого дела. Ну поцеловались, что такого?

Но возможно, все зависит от того, с кем целоваться? Опыт у нее в принципе не особо большой был, видимо, у Алекса гораздо больше.

Но все эти мысли она обдумывала значительно позже, полулежа на диване, облокачиваясь о подушку, которую облокотила рядом сидящего Алекса и укрывшись пледом, смотрела какой-то фильм, который он поставил.

Глава 7

— Так, у меня телефон где-то был, — бормотала Ника, проверяя, все ли взято с собой. Через час у них поезд, Алекс решил на машине не ехать, так, как было штормовое предупреждение.

— Я взял, — Серебряков помахал в воздухе ее телефоном и положил в карман рядом со своим. Ника кивнула и кое-как завязав шарф здоровой рукой, выключила свет.

Создавалось ощущение, что в субботу утром, буквально весь город старается выбраться из каменных джунглей. Пробки были ужасными, Ника диву дивилась, как им удалось не опоздать. Трамвай, всё-таки очень хорошая вещь!

Устроившись в поезде на сиденьях под окном, напротив друг друга, Ника устало облокотила лоб о холодное стекло. Спала-то она нормально, да вот только под утро, в самую рань, только Алекс пробежки вернулся, в домофон позвонили.

— Мамуля соскучилась, — Ника аж поморщилась, как только услышала ее звонкий и противный голосок. Все понятно, маман на взводе, сейчас разгон устроит, за что это она Сергея так обидела и обхаяла.

Серебряков мылся в душе, и Ника очень-очень надеялась, что, если не перебивать мать, та быстро свалит. Ведь еще нужно вещи собрать для выезда.

— Знаешь, женщина должна все-таки за собой больше следить. Ну что это такое, не накрасилась, волосы не уложены. А если бы мужчина сейчас зашел, а?

— И тебе привет, какой мужчина? — Ника сложила руки на груди облокотившись о стенку. Волосы у нее были уложены в пучке на затылке, но маман требовала, волосы распускать и укладывать каждый день феном, лаком и еще бог знает, чем. Красилась Ника тоже мало, в основном ресницы да блеск для губ. Иногда, если предстоял выход в свет, наносила тени и пудру.

— Не важно Вероника! Ты так и останешься старой девой из-за своего наплевательского отношения. А почему вода в душе бежит, ты в душ собиралась?

— Какая тебе разница мама? Блузку паром глажу, гладить лень.

— Вот такая ты, а мужчинам ленивые не нужны. Вот Ириночка…

— Мам, ты какого хрена приперлась?! — не выдержала Вероника.

— Да как ты… — задохнулась мать, но тут же собралась.

— Зачем ты лезешь в личную жизнь Сергея?!

— В смысле?

— Ну вот что ты наговорила Ириночке?! Как теперь семью обратно склеить? У самой семьи нету, а еще и у брата разваливаешь, — причитала маман заламывая пальцы.

Ника оторвалась от созерцания узора на обоях. Простой такой узорчик, ничем не примечательный, серенький на обоях цвета кофе с молоком.

— Ира ушла?

— И чему ты радуешься? Вот чему ты радуешься, а?! Ты понимаешь, что мальчик страдает, он так любит…

— Какой мальчик страдает? — резко перебила Вероника. — Твой сынуля или Макс? Который наконец-то может перестать трястись от страха быть избитым родным отцом или от того, что избивают мать. Ты хоть представляешь, какого это для ребенка в таком возрасте такое отношение видеть, чему это его учит по-твоему?!

— А ты мне тут нотаций не читай, у самой детей нету, так она других лезет поучать. Нормальный пример, мужчина глава семьи и должен порой на место ставить всех, чтобы знали…

— Что знали?! Тебя Эдуард на руках носил в буквальном смысле, пылинки с тебя сдувал. А ты только нос крутила да с другими заигрывала. Вот Сергеи и наверстывает упущение отца. Это тебя на место надо было ставить, может не шлялась бы по другим мужикам…

Пощечина была звонкой и больной. Аж голова дернулась.

— И не смотри на меня так, сама напросилась! — взвизгнула мать.

— На что напросилась?

Жаль этот момент она не запечатлела. Видочек мамы, когда она увидела полуголого Алекса, вышедшего из ее ванной комнаты с полотенцем в руках, которым он все еще сушил взъерошенные волосы. Весь такой подтянутый, с татуировкой на пол торса…

— Аа… Вероника, это что такое?! Что этот мужчина у тебя делает? Вы подслушивали, да как вы смели! — вновь завелась мать.

Ника повернулась, и Алекс увидел все еще красный след от ладони. Ника знала этот взгляд и мысленно зааплодировала догадываясь, что сейчас будет.

— Алексей, знакомься, это твоя тёща, — она притворно улыбнулась и поднявшись на цыпочки быстро коснулась губами его щеки ретировавшись в спальню.

Пока она собирала вещи, девушка старательно прислушивалась к происходящему в прихожий, но ничего кроме приглушенных голосов не слышала. Точнее в основном говорил Алекс, мать только пыталась что-то вставить. Потом дверь защелкнулась, и Алекс отправился переодеваться. О чем они с матерью говорили, Серебряков не обмолвился, но Ника и не расспрашивала. Сейчас главное успеть на поезд.

— Девушка, а можно, вы пересядете вон к мужчине или вон там свободное место? А то я хочу рядом с мужем сесть.

Ника оторвала взгляд от судоку, который решала.

— Ну сядьте на против, — предложила она, надеясь, что тетенька уймётся и отстанет от нее. Не раз ей приходилось это слышать. «Дайте рядом с мужем сесть», а то вдруг сбежит, если за ручку держать не будешь.

— Девушка, ну вам что, трудно что ли? Вы и без столика у окна можете свои кроссворды решать. А мне мужа покормить нужно, он голодный, нам ехать еще далеко, — продолжала ныть тетя.

Ника мельком взглянула на «голодного» мужа, тот уже сел и ему было явно все равно, сядет жена рядом или куда по дальше. Вероника успела на секунду поймать взгляд Алекса, прежде, чем он отвернулся к окну.

— Ну девушка…

— Да не нудите, — тихо прорычала Ника и встала со своего места. Как всегда, еще и руку задела свою раз несчастную. Теперь ей хотелось не только рычать, но и кого-то стукнуть, чтобы стереть эту наглую ухмылку с его лица.

— Веселишься? — девушка недовольно насупилась, плюхнувшись рядом со своим мужем. Судоку ей было теперь не порешать, на коленях было не удобно. Бросив журнал с карандашом перед Алексом на столик, прямо в коробку с салатом, Ника закрыла глаза и облокотившись о плечо мужчины притворилась спящей спокойно игнорируя теткины возмущенные крики. А Алекс молча трясся от сдерживаемого смеха.

— Ничего не хочешь мне рассказать о семействе, прежде, чем к ним придем? А то ведь расспрашивать начнут, — предложила Ника левой рукой растирая затекшую шею. Хоть в поезде были и очень удобные кресла, но сидя спать это кошмар. Даже если, облокотившись на чье-то плечо.

Алекс пожал плечами смотря куда-то перед собой. Уже минут десять шли, а его словно подменили. Уж какой-то очень задумчивый и тихий.

— Ясно, так и буду говорить, что со времени нашей первой встречи, нам некогда было рассказывать друг другу про семьи, хобби и прочие мелочи.

Серебряков промолчал, и Ника развлекала себя тем, что разглядывала многочисленные частные дома этого поселка. В самом центре были даже несколько многоэтажек. Ну как много, этажей четыре точно было. Пару магазинов известных торговых цепей и небольшой рынок, где местные торговали тем, что с сада собирать удавалось.

Прежде, чем переступить порок открытой перед ней Алексом калитки, Ника на минуту задержалась, оглядывая большой двухэтажный дом. Девушка прислушивалась к себе, какие чувства еще посещают и стоит ли чего-то боятся.

— Лешка! — набросился кто-то на шею Алексу, как только они вошли в просторную прихожею. Хорошо, что Ника догадалась не идти первой, а предоставила это сделать Алексу.

— Уже приехали?! — донесло откуда-то из кухни, во всяком случае именно там должна была быть кухня, судя по запахам. Уже через минуту из кухни выбежала на спех вытирая руки о фартук, женщина средних лет. Волосы завязаны в пучок, но пару прядей выбилось

Пока Алекса сжимала в объятиях особа, не желающая представляться, Ника выступила из-за его спины, чтобы встретиться взглядом с его бабушкой. Почему-то именно такой Ника ее и представляла. Высокая, суха и с очень проницательным взглядом. Две женщины внимательно изучали друг друга на протяжениях нескольких минут, пока в прихожую не вошла еще одна. Невысокая, с пышными формами, очень приятным лицом. Темные волосы были убраны назад и слегка припудрены мукой, которую можно было еще заметить и на фартуке.

— Здравствуйте! А я Галя… ой, то есть Галина Григорьевна. А хотя, — женщина махнула рукой, — называй просто Галей. К чему эти формальности?!

Ника улыбнулась в ответ пожав ее пухлую ручку.

— Анна, слезь уже с него, у Алексея есть с кем обниматься! — строго потребовала бабушка Серебрякова оторвав наконец от Вероники взгляд.

Ника взглянула на ту самую Анну и с трудом сдержала саркастическую усмешку. Ну блин, Серебряков, ты заколебал уже со своим гаремом!

Даже подошедший молодой мужчина, по-хозяйски обняв Анну не сбил пылающего огня в ее глазах, когда она взглянула на Веронику. Девушка усмехнулась такому явному вызову. Не уж то любовный треугольник? Надо же, а выходные могут быть довольно веселыми.

— Вероника, это моя мама, — Серебряков видимо вспомнил, что надо бы и семью представить и обняв одной рукой за плечо (бережно, не забывая, что правая рука болит), стал указывать по очереди на каждого из присутствующих и называть по имени.

— Гладимира Аркадьевна, моя бабушка. Анна, жена моего брата, а это кстати он и есть.

— Сергей, — улыбнулся брат, протянув руку.

— Где Марина?

— Я тууут, скоро буду, меня тут запрягли по полной! — донесся голос со стороны кухни и Ника улыбнулась.

— Марина, моя сестра, — закончил представлять Алексей и помог Веронике раздеться.

— Что-то с рукой? — подала голос его бабушка, причем она даже не особо спрашивала, и заботы в ее голосе тоже не чувствовалось.

— Бабушка всю жизнь проработала медсестрой, но была настолько хороша, что могла с легкостью заменить врача. У нее глаз наметан, — усмехнулся Алексей. Ника же все гадала, чего он так напрягся, как только они с поезда сошли. Из-за Анны? Да Нике уже не привыкать видеть очередную из его бывших, а может и нынешних любовниц. Что ж теперь, каждый раз скандалы закатывать? Да и по какому праву. Она ему жена только на бумажках.

— Пойдемте в кухню, — позвала "просто" Галина.

— Алекс, давай поможешь мне в бане, — позвал брата Сергей и мужчины ретировались.

Ника еще успела перехватить взгляд мужа, уж не переживает ли по поводу того, что оставляет ее одну с женщинами его семьи?

Да ладно, она не кусается, первое время…

— Привет, извини обнимать не буду, а то сама видишь, вся в муке и фарше! — лучезарно улыбнулась Марина. Внешне она была мало чем похожа на мать, да все три ребенка, как будто не от нее. Но по характеру казались очень похожими. Обе улыбчивые, хохотушки и даже голоса похожи. Нику тут же усадили за стол в помощь Марине лепить пирожки.

— Ой, у тебя рука болит, да? — взволнованно вспомнила Галина и всплеснула руками.

— Я начинку могу и одной рукой накладывать, — успокаивающе улыбнулась Ника.

Бабушка уселась на другой конец стола и стала нарезать салат. Анна помешивала что-то на плите, Галина скакала зайчиком между всеми постоянно о чем-то болтая, советуя и сетуя.

Ника же успевала отвечать на многочисленные вопросы, заниматься пирожками и в то же время наблюдать за женщинами.

Бабуля все так же продолжала наблюдать за ней из-под тешка, тем же занималась и Анна, но та еще и провокационные вопросы задавала.

— Давно вы с Лешей? Что-то я не помню, чтобы он о тебе говорил.

Ника заметила, что та позволяла себе называть Алекса уменьшительным именем, при том, что ему это не нравилось. Хотя, возможно эти ограничения относились на самом деле только к ней Нике. Но виду подавать не стала.

— Да нет, недавно. Как-то у нас все так быстро сразу определилось, — расплывчато ответила Ника. "Вы даже не представляете, насколько быстро", — мысленно добавила она.

— Как-то все равно не вериться, что он женился. Да еще…

— … на такой как я? — лукаво усмехнулась Ника, продолжая накладывать начинку и ловко залепливать края пирожков.

— Анна! Ника, ну что ты, нет конечно! Просто мы и правда немного удивлены. Он вообще сюда ни разу никого не привозил. А тут, привез, да еще и сразу жену.

— Странно все же, что о тебе он вообще не говорил, — гнула свое Анна, помешивая что-то в кастрюле.

— Да и о тебе тоже. Видимо, не посчитал нужным о детской влюбленности делиться.

По тому, как окаменело лицо Анны, Ника поняла, что попала в точку. Едва заметно скривив губы в злорадной усмешке, она продолжила:

— Наши с ним отношения, это наше личное дело, и с кем делиться, а с кем нет, решать только нам.

— Но мы тоже не чужие, могли и свадьбу сыграть, а то я смотрю, не по залету ли так скоро расписались, — вставила «бабуля». Анна тут же воспряла духом, а усмешка Ники стала шире. Старушку она зауважала.

— Нет, правнуками еще не скоро обрадуем, — Нике все труднее было не захохотать в голос. Она правда боялась, что будет страшнее. Допрос с пристрастиями, утверждения того, что она абсолютно не годиться в жены такому «замечательному» мужчине и куча доводов по этому поводу. А тут просто детский сад какой-то. Прямо не знают с какой стороны подступить. Одна с одной стороны подступает, другая с другой стороны ее прощупывает. Третья делает выводы выслушав первых двух. И только Марина особо не встревает, а по ее рассеянному взгляду и вроде как незаметным прикосновениям к обручальному кольцу, Ника сделала свои выводы. К сожалению, печальные. Все это уже было.

— Могу еще чем-то помочь? — уточнила Ника, когда тесто для пирожков закончилась, как в прочем и начинка.

— Да нет, спасибо, можешь пока по дому погулять. Вон, тебя Карина проводит, — Марина указала на вошедшую девочку лет семи. Ника приветливо улыбнулась девчушке, предоставив женщинам устроить семейный совет обсудив полученную информацию.

Дом оказался больше, чем Ника его себе представила. На втором этаже аж четыре спальни и ванная комната с туалетом.

— У нас с мальчишками своя комната, — гордо сообщила Карина, широко отворяя дверь комнаты перед Никой. Эта была самой большой спальней, вмещающей две двухэтажные кровати, два шкафа, тумбочку и стол с четырьмя стульями вокруг.

— А кто еще тут кроме тебя живет?

— Данька с Димкой, но их сегодня нету, они у другой бабушки. Тамара тоже изредка приезжает, но она уже большая, и ей с нами скучно, — грустно сообщила племянница Серебрякова.

Пока они спускались обратно на второй этаж, а оттуда в соединённую с домом пристройку, где находился гараж, каминный зал, а за ним и сама баня. Нике ужасно хотелось осмотреть все это строение снаружи, но к сожалению, обещанный шторм их догнал и сейчас во всю гнул за окнами деревья к земле разбрасывая все вокруг.

— А ты теперь жена дяди Алёши, да?

Ника кивнула.

— И теперь ты его целуешь, да?

Девушка чуть поморщилась усмехнувшись.

— Ну… да.

— А мне значит больше нельзя? — они переступили порок в каминный зал, в котором уже камин затопили и перед ним спиной к ним на корточках сидел тот самый «дядя», о котором велась речь.

— А тебе хотеться? — с трудом сдерживая смех уточнила Ника.

— Ну в щечку только, — просительно сложила ручки малышка, и Ника уже не сдержалась тихо засмеявшись.

— Ура! Дядя Леша, мне тебя целовать можно, — с радостным воплем набросилась на мужчину племянница, повиснув у него на шее.

— Привет малыш! Ты где пропадала и почему меня встречать не вышла? — Алекс пощекотал девочку, и та весело захихикала.

Ника молча наблюдала за их веселым диалогом, Алекс открылся ей сегодня, с другой стороны. Вечно задумчиво-хмурый, сегодня он широко улыбался, глаза сияли весело. Видно было, что отношения между ним и племянницей хорошие и добрые. Ника сама же гадала, сколько продляться вот эти вот их отношения. Как долго он еще будет проявлять заботу и теплоту. Или, как только спектакль перед родственниками будет сыгран, закончиться и его игра? И все вернётся на круги своя. Презрительные усмешки, укоры и подколы. В принципе, это ее устраивало, с таким Алексом она знала, как себя вести. Так было спокойней, и в ней самой не поднимались противоречивые чувства к нему.

Поежившись, она отошла подальше от мужчины с ребенком. Каминный зал еще не до конца протопили, и тут было прохладно, а на ней всего лишь тонкая водолазка, брать свитер сюда она посчитала ненужным. А зря.

— Замерзла? — Алекс подступил незаметно положив ладони поверх ее плеч и привлек спиной к себе.

— Немного, не знала, что твоя племянница меня к тебе в такую холодрыгу приведёт, — усмехнулась Ника, стараясь не обращать внимание, как хорошо тепло ей становиться, прижимаясь к нему спиной вот так.

Мужчина потерся о ее плечо подбородком.

— Хочешь дам свою кофту? Или плед принесу?

— Да я сама схожу, — она сама не заметила, как под его осторожным натиском откинула голову ему на плечо открывая доступ к шее, чем он тут же воспользовался легкими прикосновениями губ касаясь ее кожи. То, что она от удовольствия прикрыла глаза, Ника заметила только, когда услышала голос Сергея.

— Зачем, там в парилке уже очень даже жарко. Можете там погреться, — ехидство в голосе так и сквозило. Если бы Алекс не прижимал ее к себе, Ника бы отпрянула. Как-то неприятно стало от того, что их уединение — вот так вот нарушили. Хотя, можно было и догадаться, чего бы Алекс иначе так себя вел, если бы рядом не находился кто-то для кого представление разыгрывалось.

Надо уходить, среди женщин, она хотя бы догадывалась кто и почему себя так ведет, с ним же, черт его знает, какие у него мотивы и кому насолить пытается.

— Я в парилку не пойду, у меня рука перевязана, сказано пока не мочить еще пару недель, — напомнила Ника стараясь сосредоточиться на разговоре, так как Алекс не прекращал своего действия.

— Я извиняюсь за бестактность, а кто тебя так?

Ника на секунду задумалась сказать ли правду, или ту версию выдать, что она Наташе сообщила.

— Не удачно поскользнулась, — ответил за нее Серебряков, наконец оторвавшись от ее шеи.

Вероника незаметно перевела дух и даже попробовала аккуратно высвободиться. Не получилось.

— Сочувствую, наверно жутко раздражает, если не можешь пользоваться рабочей рукой.

— А почему ты решил, что я правша?

Сергей широко улыбнулся.

— Ты неосознанно правой рукой хватаешься сначала, а потом уже левую используешь.

Ника смущенно улыбнулась. Можно было догадаться, что люди не слепые.

— Ну да.

Сергей выглянул в окно.

— Хорошо же метет. Батя наверно все же не доберётся сегодня.

— Батя то проберётся, даже если раскапывать дорогу продеться с лопатой на перевес

, - уверенно заявил Алекс, но при этом как-то странно напрягся.

Младший брат усмехнулся, взъерошив волосы пятерней.

— А кем работает ваш отец? — решила уточнить Ника, чтобы хоть как-то отвлечься от ощущений, что вызывал расслабляющий массаж Алекса. Он перестал ее обнимать и теперь осторожно разминал плечи, шею и затылок. Ника млела, но старалась не показывать вида.

— Дальнобойщик, — Сергей с интересом за ними наблюдал, не спеша покинуть.

— Он почти всю нашу жизнь в рейсе. А мы большую часть своей юности провели тут в этой деревушке, — добавил Алекс. Он опустил руки, и Ника неосознанно подалась назад, прижавшись спиной к его груди. Она уловила едва слышимый смешок с его стороны, прежде, чем он обвил рукой ее талию. Блин, подалась его очарованию! Вот почему за ним такая орда бегает. Еще бы, после такого расслабляющего массажа и ласки. Эх Вероника, ничем ты не лучше!

— Ну да. Заедет на денек, а мать потом беременная ходит. И так раза три. Если бы мы так на отца небыли похожи, всяко бы слухи ползли, что мамуля бате изменяет. Вообще удивляюсь, что у мамы хватило сил на троих детей.

— Из-за того, что муж так редко приезжал? — поинтересовалась Ника, чтобы хоть как-то не потерять нить разговора утопая в тумане запаха одеколона и чего-то еще очень приятного, очень родного.

— Да не… — Сергей хмыкнул как-то по мальчишечьи. — Мы не особо покладисты то были. Этот вон, — он указал на брата, — в местную банду записался. Даже татуировки были и все такое. Ты бы видела, каким отпетым он был.

Ника чуть удивленно присвистнула. Так значит, было что-то незаконное в прошлом!

— Поверь, народ до сих пор не верит, что он юрист и занимается вполне легальным делом, после его-то прошлого, — многозначительно ухмыльнулся Сергей.

— А уж как девочки любили его за репутацию плохого парня…

— Может о себе расскажешь, про меня она и так много знает, — скучающим тоном предложил старший брат.

— Да ладно, что ей до меня, а ты всяко всего не рассказал. Помниться…

— Ребят, папа приехал, — окликнула их Марина, на секунду мелькнувшая у двери. Сергей тут же двинулся следом за ней. Ника тоже было последовала ему, но Алекс одёрнул ее назад так, что она практически упала ему на грудь. Последующий поцелуй был как разряд молнией. Выжигая все на своем пути и сотрясая все тело.

— Наконец-то я узнаю, какое у тебя отчество, — пробормотала Ника, чтобы скрыт замешательство от поцелуя. Зачем он так? Никого уже не было, никто не увидел, и можно было обойтись без поцелуя. А теперь она об этом будет еще долго вспоминать.

Алекс промолчал ничего не сказав. Ника не совсем поняла, что значил вот этот его взгляд. Разочарование, что она вместо о впечатлениях от поцелуя, думает о имени его отца. Или причина в чем-то, о чем она еще не в курсе?

Расспрашивать Ника не стала и последовала на выход. Серебряков догнал ее в дверях гостиной, перед входом в которую взял за руку, но на девушку так и не взглянул.

Отец всей этой троицы был вылитым Алексеем, но гораздо старше и с сединой волосах. Взгляд был гораздо суровей, изучающий, даже какой-то хищный. Он что, опасался ее? Или за сына своего?

— Ты и есть его жена? — вместо того, чтобы представиться поинтересовался Серебряков старший с порога.

Ника успела краем глаза заметить довольную ухмылку Анны. Ну да, сейчас он меня под орех разделает и на место поставит. Размечталась!

— Это Вероника, — Алекс обнял ее за талию притянув к себе ближе. Взгляд был устремлен к отцу.

— Вот как. Вроде не особо-то и страшненькая, видел и по хуже.

Смерив отца уничтожающим взглядом, Алекс лишь скривил губы.

— Просо пытаюсь понять, чего ты ее так сторонился-то и представлять семье не хотел до женитьбы. Ты же не беременна? — тут же перевел он взгляд на Нику.

Серьезно? Ты меня надеешься этим из колей выбить? Забавный!

— Пока, нет, — ласково улыбнулась она, сцепив пальцы у Алекса на плече и прислонилась к ним подбородком.

Отец Алекса едва слабо ухмыльнулся.

— Ладно, давайте за стол, я голоден.

Ужин прошел сравнительно спокойно. Задались повторные вопросы об их отношениях и о самой Веронике. Из разговора, Ника узнала, что отца зовут Борисом. Алексей Борисович Серебряков, ндаа…

— А мне вот интересно, как педагог, смог заинтересоваться юристом? — поинтересовался Борис Аркадьевич, когда ужин был успешно закончен и все расселись в гостиной с чашками чая и кусками сладкого пирога.

— А какая разница, какие у нас профессии?

Ника поняла, что между отцом и сыном явно какие-то напряги. Чтобы не спрашивал отец, и чтобы не отвечал сын, вид у обоих был напряжённый и недовольный. И хотя Галина старательно пыталась как-то смягчить чуть не каждый вопрос или ответ мужа, тот лишь недовольно хмурился, и жена тут же отводила взгляд.

Из тех взглядов, что мать Алекса бросала на мужа, было понятно, что она его обожает. Да и он вроде не так суров, как старался казаться. Но между отцом и старшим сыном явно были какие-то конфликты. Но на прямик спрашивать Алекса, она не решалась. Пусть на людях они и старались изображать какие-то чувства друг к другу, на деле их отношения были далеки от доверительных.

— А я не тебя спрашиваю, — отмахнулся старший Серебряков и внимательно взглянул на Нику, которая сидела в кресле подальше от собственного мужа.

— Я согласна с Алексеем, — чательно выбирая слова начала Ника. В конце концов, обидеть она отца Алекса не хотела, но ей еще пять лет с его сыном жить.

— Когда мы встретились, я не знала, кем он работает. Да и какая разница?..

— Да брось, не в том возрасте, чтобы ценить человека за его доброту и заботу. В твоем возрасте уже крепко задумываться, что нужно от того, с кем свою жизнь связываешь. Чтобы зарплата хорошая была, чтобы жил площадь, машины и прочие привилегий.

— Ну жил площадь у меня и так иметься, а машины. Машины мне не нужны, и на автобусе комфортно, — спокойно заметила Ника, отставляя чай. За последний два месяца, ей чуть не каждый второй сообщает о том, что они не пара. Любовницы Алекса, его семья…

— Ну значит деньги, — заключил старший Серебряков самодовольно. Ника успела поймать злой взгляд мужа и усмешку Сергея с его женой. Да что за..! Вот всем и каждому нужно доказать, свою правоту.

— Разве плохо, если муж зарабатывает хорошо?

— Ну ладно еще зарабатывает хорошо, но таким способом…

— Каким?! — прошипел Алекс.

Ника украдкой поискала глазами бабушку Алекса, но та быстро ретировалась спать или сидит у себя в комнате, надеясь не попасть под горячею руку?

— Что плохого в моей работе?

— Да ничего хорошего, зарабатываешь на том, что отмазываешь всяких сволочей от ответственности. Хорошо, когда денег и знакомств много. Можно дружков отмазывать с кем раньше воровали вместе и морды под забором били. А они тебе за это денежку, мило же.

— Что-то я не помню, чтобы ты жаловался, когда я тебя отмазывал, — с леденящим душу голосом напомнил старший сын.

— Я тогда был не виновен, я честно зарабатываю свои деньги и…

Ника быстро встала со своего места и в пару шагов оказалась рядом с мужем. Алекс успел уже встать, и Ника буквально вклинилась между ним и отцом, который тоже поднялся, желая продолжить доказывать свою правоту.

— Леш, я так устала, давай спать, — продолжая удерживать свои руки у него на плечах, она обернулась к свекру.

— Пусть звучит глупо и наивно, но мне ваш сын нравиться не из-за своей зарплаты и должности.

— Из-за чего же? За глаза? — продолжал кривить губы свёкр.

— Из-за того, что он со мной честен. Он такой, какой есть и другим не притворяется.

Она взяла Алекса за руку и увела за собой в комнату.

— Ну зачем ты так? — жалобно пробормотала Галина проследив за уходящей парой взглядом.

— Отцу она понравилась, — усмехнулся Сергей, кто всю эту картину наблюдал молча. Анна недовольно скосила на мужа глаза.

Серебряков старший усмехнулся, в его взгляде пропала злость и раздражение.

Алекс освободил свою руку, как только за спиной закрылась дверь спальни. Устало прислонившись к ней спиной, он раздраженно взлохматил пятерней шевелюру.

Мягко ступая по ковру, Ника подошла к своей сумке и достала ночную рубашку. Время было позднее, пора и правда спать укладываться. Тем более, вечер выдался долгим и напряженным. После того, как мужчины ушли в баню, Ника опять оказалась в кругу допроса со стороны женской общины этой семейки. Даже Карина не удержалась и поинтересовалась насчет того, любит ли Ника ее дядю и когда у них будут дети, может ли она, Карина с ними играть. Нике пришлось не мало потрудиться, чтобы, ответив на вопрос ребенка, ничего толком не ответить, но при этом, ребенок остался доволен. Впрочем, почти так же ей пришлось отвечать и на все остальные вопросы. А это было утомительно. Стоило ей разговор от себя и Алекса увести, задавая встречные вопросы, так тут же возвращали все в прежнее русло со словами: «Да тебе Алекс сам расскажет, ты лучше…»

— Что ты так смотришь? — Ника подняла взгляд на мужа, оторвавшись от своего занятия.

— Переночую в каминном зале. Там натоплено и тепло, — он схватил с кровати плед и вернулся к двери.

— Оставайся, кровать большая, уместимся.

— Я тебе уже сказал, что люблю спать один, — процедил Алекс.

— Тогда зачем меня к себе принес, когда я в твоем доме ночевала? — Нику задело такое его отношение.

— Ты тогда сама пришла, надо было выгнать?

— Врешь, я точно помню, что кошмаров не было, а значит не приходила!

— Спокойной ночи Вероника!

Глава 8

Ника вышла из школы остановившись на верхних ступеньках и всей грудью вздохнула свежий морозный воздух. Школьники спешили домой сбивая друг друга. Некоторых встречали родители, а другие сбивались в стайки и шли домой толпой. Хотя нет, вот эти пятеро подростков из ее класса шли на тренировку.

Тренировка, тренировка… Сходить сегодня на йогу или завтра? Эх… так лень, а надо!

Еще немного постояв руки в карманах, Ника наблюдала за происходящим.

— Эй, а цветы чего не взяла? — Андрей легонько толкнул ее в спину и тут же прижал уперся в грудь цветами. Ника не спешила брать букет, обреченно вздохнув.

— Мне сейчас домой еще почти час добираться, пусть тут остаются. До дома пока дотащу, они разваляться.

— Ну остальные можешь и не брать, а мои должна взять, — гнул свое коллега из соседней школы. Веронике лень было спорить и уверив себя, что выкинет этот букет, как только коллега скроется с глаз, с видом большого одолжения, приняла букет. Мужчина довольно ухмыльнулся и быстро наклонившись коснулся ее губ.

— Офигел?! — зло зашипела Вероника, замахнувшись его же цветами, но мужчина быстро увернулся и расхохотавшись умчался прочь.

— Козел, — тихо процедила Ника ему в спину и поискала взглядом мусорку.

— Вот тут вам и место, — тихо бубнила она себе под нос собираясь выкинуть цветы в мусорный бочонок прямо за воротами школы.

— За что ты их так?

Ника с трудом сдержалась, чтобы не выказать свои чувства, и медленно, словно нехотя скосила глаза на Алекса, который подпирал свою черную «тойоту» спиной. Надо же, стоит тут такой с расстёгнутым пальто. А чего свитер на «молнии» не расстегнул за одно? Девушки бы мимо точно не прошли!

— Как командировка? — скучающим тоном поинтересовалась она, оставив цветы в покое, хотя сильно хотелось кинуть этот букет в него.

— Нормально, устал немного, — Серебряков криво усмехнулся, взъерошив пятерней волосы и вновь убрал руку обратно в карман. Ника быстро поняла, что он пытаться определить по ее интонациям и эмоциям, скучала ли она по нему. Обойдётся! Бросил ее понимаешь больше, чем на неделю. Да она уже не знала куда деться по вечерам! Ну почему она к нему так привыкла? До полуночи вслушивалась в каждый скрип, ожидая, что вот-вот ключ повернётся в двери, и он войдет. Пусть не поздоровается и сразу скроется в комнате. Но хотя бы она будет спокойно спать, зная, если что, он придет, разбудит и успокоит. Все больше хотелось его ненавидеть за то, что ее чувства к нему меняется. Ну ведь совсем недавно, все было спокойно. Его не было, и ей было спокойно. Так почему сейчас все саднило внутри и говорить на самом деле было очень трудно и больно.

Ника очень надеялась, что фонарь освещает плохо и ее эмоций не читаться на лице.

Он протянул к ней руку, и Вероника чуть не бросилась к нему в объятия.

— Давай, положу на заднее сидение, не мучай их.

— На, только на заднее сидение сяду я, — упрямо решила Ника, буквально бросив в него букетом.

— Отлично! Ника, ты домой, да? Можешь меня подвести, ну пожалуйста! Муж звонил, машина сломалась. А куда я в таких сапожках! — словно из воздуха материализовалась Катя.

На внимательный и изучающий взгляд Алекса, Катя ответила лучезарной улыбкой протянув ему ручку для знакомства.

— Екатерина, мы с Никой хорошие коллеги.

— Что-то не помню, чтобы она о вас говорила, — задумчиво произнес мужчина поверх головы Кати, наблюдая за Никой. Она даже не подозревала, как отчетливо на ее лице читалась ненависть и желание придушить кого-то. Алекс подозревал, что его. И настроение как-то сразу упало. Правильно мама говорила, по меньше планируй, а то точно не сбудется.

Он открыл перед Екатериной дверь так как Вероника уже скользнула на заднее сидение подальше от него и старательно делала вид, что читает что-то в телефоне.

Еще никогда Ника не чувствовала в себе столько желания кого-то убить. И вообще, почему она стала такой жестокой и злобной?! Все Алекс виноват, из-за него она стала такой мстительной.

Незаметно мысленно прожигая взглядом пассажирское сиденье, на котором сидела неумолкающая Катя, она строила планы мести. При этом стараясь не замечать, как безбожно эти двое флиртовали. То ручкой дотронется до его запястья, то случайно на бедро положит. А улыбается то как… в прочем, Серебряков тоже не скромничал. Ей он так ни разу не улыбался.

— Ой, спасибо тебе большое, даже не знаю, как благодарить. Это так мило… — напрочь забыв о том, что Ника в той же машине Катя наклонилась чуть вперед к Алексу.

Ника вышла из машины. Даже дверью хлопать не стала. И пальто обратно не застегнула. Только спрятала руки в карманы натянув ткань так, что рисковала их оторвать. Отличный у нее день рождение сегодня. Не мог этот гад на день задержаться, а? Ну хотя бы к себе поехал, или еще куда ни будь.

Снег не спеша ложился большими хлопьями на тротуар. Только вчера, земля была черной и голой. А сегодня, в середине декабря, опять решил выпасть снег. Капризная зима, все не может определиться, остаться или еще не приходить.

— Может застегнёшься, холодно?

И как он так быстро ее нагнал? Не ужели испугались, что Катин муж их застанет?

— И? — Ника не сбавляла шага, хотя идти было скользко. Сапоги она явно не те одела.

— Простудишься, не хочу потом…

— Возиться со мной? — подсказала Ника, изогнув губы в усмешке продолжая смотреть прямо перед собой. — Не переживай, не придётся. Свалишь к себе и…

— Да не целовал я ее, и она меня! — Алекс схватил ее поверх локтя останавливая. Вырывать руку она не стала, зная, что, если что, все равно не отпустит.

— Да мне пофиг Алекс! Целуйся, если хочешь, с кем хочешь.

— Так уж и все равно? — он прищурил глаза и ей было не понять его взгляда.

— Да.

— Так чего сбежала?

— Потому, что бесит это твое постоянное желание меня унизить и на место поставить. Я хоть раз тебя унизила перед коллегами или друзьями? Перед семьей?! — Ника не кричала, голос был приглушен.

Алекс отпустил руку убрав свою в карман пальто. Взгляд был внимательный и испытывающий.

— Вот на кой черт ты сегодня приехал? Ехал бы к себе, или к своим… да все равно куда и к кому!

— Помниться, ты сама просила, чтобы я приехал, встретил после работы.

Ника тихо рассмеялась, с каким-то чувством безысходности.

— Точно! Сама напросилась. Класс, спасибо! — она качнула головой и зашагала вперед с трудом сдерживая эти чертовы слезы. Да что с ней твориться? Совсем распустилась, сейчас осталось еще разрыдаться и сопли распустить, вот порадуется то!

В следующий миг ее руку буквально выдернули из кармана и зажали в цепких пальцах.

— Ну все, хватит! — процедил Серебряков куда-то ее волоча. И ведь не сильно поупрямишься, ноги скользили и вместо того, чтобы попытаться вырваться, она боролась с тем, чтобы не растянуться на дороге.

Когда он наконец-то перестал ее куда-то тянуть, Ника сообразила, что они в ресторане. Она пару раз проходила мимо него. Хоть кухню и хвалили, но не для ее зарплаты эти блюда. Пока она осматривалась, Алекс о чем-то беседовал с администратором.

Через пару минут у них забрали верхнею одежду и провели в зал. Все это время Алекс стоял очень близко, стараясь не выпускать руку. Видимо опасался, что она сейчас опять деру даст.

Раздав меню и лучезарно улыбнувшись, администратор удалился, предоставив им возможность выбрать себе ужин.

Алекс демонстративно распахнул меню изучающе пробежав по нему взглядом. Ника же осторожно изучала обстановку. Помещение было небольшим, в теплых тонах. Картины на стене, все до единой, изображали луну. То над морем, то над лесом итд. Вся обстановка создавала впечатление, что они находиться где-то в волшебном лесу или у моря. Приятная музыка из динамиков успокаивала.

— Может чай или кофе, а то руки еще холодные… — Алекс положил свою ладонь поверх ее ледяных пальцев и тут же сузил глаза, когда она резко выдернула свою ладонь. Он медленно убрал свою.

— Что-то выбрали? — к ним подошел симпатичный официант с блокнотом и ручкой наготове. Ника заказала первое, что попалось на глаза в меню. Вроде какой-то салат и кофе к нему. Руки и правда мерзли. Алекс продиктовал свой заказ.

— Десерт мы выберем позже.

Официант кивнул и удалился выполнять заказ. А Ника внимательно изучала узор на скатерти. Белый такой, почти в тон самой скатерти. Если честно, разглядеть его было практически невозможно при этом освещений. Но смотреть на Алекса не хотелось. Она не знала, о чем с ним говорить.

— Извините, не возражаете если я приглашу вашу даму на танец? — к ней наклонился приятной внешности мужчина и потянулся целовать ее ладонь едва взглянув на Алекса.

Вот в этот момент ей почему-то было не трудно на него смотреть. Наверно потому, что, ласково улыбаясь и барабаня пальцами левой руки по столу поближе к вилке он смотрел не на нее, а на возможного партнера по танцам. Ника даже воспаряла духом, наконец-то что-то позитивное и возможно день рождение не испорчен. Но увидев эту его «ласковую улыбочку» она тут же поняла, что вечер ее мучений еще явно нескоро закончиться.

— Нет.

— Ну почему не дать такой прекрасной даме потанцевать.

— Она не умеет! — не переставал улыбаться Алекс, а Ника от всего сердца надеялась его уничтожить одним только взглядом.

Мужчина видимо что-то понял и извиняющее улыбнувшись Нике, распрощался.

— Смотри-ка, а его прикосновения тебя не раздражают, — как бы между прочим заметил Серебряков.

Ника откинулась на спинку стула и надеялась, что ее усмешка такая же надменная, как и его.

— Как и тебя Катины, — «ласково» напомнила она.

Алексей улыбнулся.

— Так всё-таки ревнуешь?

— Нет. Просто прояви уж хоть какое-то уважение и впредь, касайся, целуйся и…

— … и что, и тащи в постель не на твоих глазах?

Черт, у нее что, все на лице написано?

Ника кивнула, стараясь не выдать разочарования тем, что он ее мысли так быстро разгадал.

— Ай-ай-ай, — пожурил он явно довольный своей догадливостью, — любимому-то мужу такое советовать. Эх… мама моя тебя не слышала, вот бы рассказала, как надо себя вести.

Он провоцировал, прямо нарывался на то, чтобы она вспомнила про его отношение к отцу и сделала весьма неприятное сравнение. Интересно, зачем? Чтобы еще больше ее унизить, насолить и в конец испортить настроение? Да какая разница, он и так в этом отлично преуспел.

Да ну его к черту, Ника отвела взгляд прикрыв глаза и осторожно их потерла, стараясь не задеть макияж. Она слишком устала, чтобы это все выслушивать. Может завтра, когда выспится.

Музыка стала чуть громче и несколько пар встало из-за стола направились на специальную небольшую площадку, где, прижавшись друг к другу танцевали. Ника сама не заметила, как наблюдая за ними украдкой едва заметно улыбается. Танцевать она любила. Редко удавалось, но любила.

Когда обзор закрыла мужская фигура и Серебряков протянул ей руку, Ника с трудом удержалась, чтобы не съязвить по этому поводу, но вовремя перехватила его предупреждающий взгляд из-под длинных темных ресниц.

Девушка с трудом удержалась, чтобы радостно не вздохнуть, оказавшись в его объятиях. И хоть в начале танца расстояние между ними было, как и требовало приличие, ближе к концу песни, Ника уже почти в плотную прижималась к Алексу положив голову на плечо и обвив руками его шею. Вот как так, а? Пять минут назад, хотелось об него разбить всю посуду в ресторане, а сейчас она тихо наслаждалась этой близостью. Его одеколоном, которым пропахла ее квартира и который нравился ей только на нем. А еще он был таким теплым и… родным?

— Ты потом будешь винить меня, что я тебя соблазнить пытался? — с хрипотцой в голосе поинтересовался он, поглаживая теплой ладонью по спине. Ника радовалась, что не отказалась надеть это платье. Оно отлично подходило к походу в ресторан, да и просто приятно было ощущение, которое вызывало прикосновение Алекса через материю.

— Мхм, — согласилась она, повернув голову и легонько коснувшись губами его шеи. Тихо выдохнув, он наклонил голову в сторону, чтобы разглядеть ее глаза, но Ника уже опять отвернула голову продолжая прижиматься к его плечу. Она еще не готова встретиться с ним глазами после такого интимного прикосновения.

Но песня закончилась и на замену пришла слишком быстрая, медляк уже не потанцуешь. Алекс проводил ее к их столику и извинившись удалился. А когда вернулся, им уже подали заказ и можно было опять избегать его взгляда уставившись в собственную тарелку.

Они все же разговаривали. О каких-то мелочах. Кажется, Алекс что-то рассказал о своей командировке, а Ника кивала не вникая.

Когда пустые тарелки унесли, Ника придвинула к себе чашку с кофе и не особо различая его вкус отпила задумчиво разглядывая улицу за окнами. После этого танца и непонятно с чего возникшей близости, она успокоилась. Уже не было желание придушить коллегу и Алекса за одно. Ну может пнуть, хорошенько так?

— Поздравляем, — раздалось тихое поздравление официанта, который принес с собой тарелку с мороженным тортом. И Ника не сдержалась. Вдруг так широко и искренне улыбнулась, что аж чуть не прослезилась. Торт, для нее! Да еще какой?! Она обожала мороженные торты, это было ее слабостью. Видимо Серебряков видел коробки в мусорке. Блиин! Приятно то как.

Она подняла сияющий взгляд на мужчину и тот сдержанно усмехнулся.

— Угадал?

Ника кивнула не в силах вымолвить и слова.

Им подали ложечки и отрезали по куску на блюдечки. Ника с таким наслаждением уплетала каждый кусочек, что Алекс не удержался, тихо рассмеявшись.

После трех кусков, Ника все еще с великим сожалением смотрела на остатки понимая, что больше не влезет, но так жаль оставлять. Вот это ее тоскливое выражение здорово смешило Серебрякова, и Ника послала ему уничтожающий взгляд, он лишь лукаво улыбнулся.

К машине они возвращались молча, Ника держала его подругу, задумавшись о чем-то о своем. Шли не спеша, словно наслаждаясь вечером. Ника задрала голову, в городе звезды были почти не видны. Наверно там, где жили родители Алекса, они просматривались лучше. Но когда они там были, была метель, и звезды было не увидеть.

— Кстати, поздравляю, — подал голос Алекс и Ника оторвалась от созерцания неба.

— Кстати, спасибо, — кивнула она. — Откуда узнал про день рождение? По цветам догадался?

Что-то мелькнуло в его взгляде, но при таком плохом освещений, было не понятно, что именно.

— На свидетельстве написано.

Ах да, она и забыла, там и правда написана дата ее рождение. И его кстати тоже. А какая у него там дата? Вроде у них не большая разница в днях рождениях. В ноябре? Или в январе?

— Не ломай голову, мой день рождение ты успешно пропустила, — вновь словно прочитав ее мысли усмехнулся он и открыл дверцу машины. Переднею, рядом с ним. Ника не стала спорить и села в машину.

— Извини, — тихо пробормотала она, когда огни города замелькали за окнами.

Он криво улыбнулся, смотря на дорогу.

— За что? За то, что день рождение пропустила или за то, что ревновала к Кате?

— К «Кате», — с какой-то издевкой в голосе процедила Ника, уставившись в боковое окно. — Сдались вы мне оба. За день рождение.

Хотя, если честно, что-то ей уже ничего не жаль было. Надо бы еще в добавок нахамить, чтобы не улыбался так ехидно, поглядывая в ее сторону. А то она в отражении не видит. Гад такой!

Глава 9

— А куда мы едем? — Ника вдруг поняла, что уж очень долго они до дома добираются и начала озираться вокруг в поисках ориентира.

— Домой, — он чуть криво улыбнулся, не отрываясь от лобового стекла.

— К тебе?

Алексей повернул к ней голову.

— К нам.

— Это твой дом, — зачем-то для уточнила она стараясь не встречаться с ним глазами.

— Наш. После замужества, у тебя тоже есть право в нем находиться и жить.

— Но…

— Но да, если разведемся, он под раздел имущества не попадает, как и твоя квартира. Так как были приобретены до бракосочетания. Но по желанию, мы оба можем переписать наше имущество друг на друга, завещать или оформить генеральную доверенность, а также сделать совладельцем…

Возможно он хотел сказать что-то еще, но внезапный хохот прервал его перечень, и Алексей недовольно сузил глаза мельком поглядывая на Нику, пока следил за дорогой.

А та все не могла отсмеяться. Минут пять ее еще потом в молчаливом смехе трясло.

Серебряков молчал.

К моменту, когда они наконец подъехали к его дому, Ника все еще не могла прекратить глупо улыбаться.

— Мы с ночевкой? — осторожно поинтересовалась она, когда они выходили из машины.

— С ночевкой.

— У меня с собой ничего нету…

— Мое возьмешь.

Нике показалось, что он был задет ее внезапной реакцией, но сама она ничего не могла поделать. Он впервые с ней использовал профессиональный язык и тон, которым он все это декламировал, ее насмешил. Может потому, что была так напряжена и задета произошедшим до этого, возможно что-то еще. Но сейчас стало даже как-то свободней дышать.

Сняв в прихожей верхнею одежду, Серебряков жестом поманил ее подняться сразу на второй этаж в спальню.

— Дам тебе одежду, сможешь сразу переодеться, — пояснил он на ходу стягивая свитер и расстегивая рубашку. К тому времени, когда они подошли к спальне, он уже снял рубашку небрежно бросив ее поверх покрывала на кровать и туда же свитер.

Ника невольно залюбовалась игрой мышц под кожей на спине. Даже едва слышно выдохнула и тут же себя обругала. Не первый раз же его по пояс голым видит. Видимо гормоны совсем разыгрались, надо попринимать магний что ли. Может нервишки по меньше шалить будут.

Она следовала довольно близко к нему и в момент, когда он резко остановился, она почти врезалась в него, успев выставить вперед ладони. И вместо того, чтобы убрать сразу ладони, провела ладонями по его спине вниз, разводя в стороны в ранее пояса и только тогда отступила назад. Она сама не знала, зачем так сделала, но захотелось.

Ника видела, как он напрягся, не оборачиваясь и поняла, что зря так поступила. Вот сейчас опять вернется к настроению, которое у него появилось вечером у родителей, когда он злой и раздраженный всячески от нее ограждался.

В момент, когда он выдал ей футболку и спортивные штаны, Ника смотрела куда-то мимо него чувствуя, как сильно ее добивают эти его перепады настроения и все больше это задевает ее чувства.

Кивком поблагодарив она была направилась в ванную переодеваться, но Серебряков сам быстро вышел, оставив ее.

Ника со всей силой сжала челюсти сдерживая подступившие слезы.

Чтобы окончательно успокоиться, пришлось принять душ.

Свою замысловатую прическу она распустила и позволила волосам отдохнуть.

— Ну наконец-то, давай садись, фильм посмотрим, — весело позвал Алексей, заметив ее на лестнице и похлопал рядом с собой по дивану.

Ника сузила глаза. Да у него что, брат-близнец?! Да что такое с его настроениями? То ей кажется, что уже начинает распознавать их, то опять в ступоре от его очередной выходки.

Алексей фыркнул и не смотря в ее сторону положил рядом с собой подушку так, как она до этого сама делала, когда они смотрели фильм у нее в квартире.

Ясно, он по своему ее взгляд расценил, ну да ладно, она не против.

Только к нему под бок садиться не стала. Устроилась с краю дивана, подтянув ноги и обняв подушку прижала к себе.

Как только она закончила это действие, Алексей подал ей большую пластмассовую миску с попкорном и включил широкоэкранный телевизор.

Фильм оказался довольно интересным. И веселым и драматичный, всего понемногу.

Ника успела поменять позу раза три или четыре, но удобную принять не получилось. Ей все хотелось вытянуться на диване в полный рост, расслабить ноги. Но из-за рядом сидячего Серебрякова, это не удавалось. При этом, краем глаза он наблюдал за ее попытками и лишь едва заметно кривил губы в улыбке заложив руки за голову и вытянув ноги перед собой, скрестив в лодыжках.

Время пролетело быстро, и подняв глаза на часы, Ника поняла, что пора и правда ложиться уже.

— Ложись наверху. В гостевой спальне голые стены, и спать не начем.

— Давай я на диван лягу, ты после долгой поездки, нужно нормально отдохнуть.

Серебряков вытянул руки перед собой сцепив пальцы в замок и лукаво улыбнувшись взглянул на нее.

— У меня диван не раскладывается, и спать на нем вдвоем, будет тесновато. Все равно не отдохну… нормально.

Чтобы быстрее скрыть смущение от того, как он понял ее "намек" она быстро встала и на ходу бросив "Спокойной ночи!" чуть не бегом ринулась на второй этаж.

Кажется, она даже расслышала его тихий смех.

Оставшись в футболке поверх нижнего белья, она долго сидела в изголовье кровати подтянув коленки и облокотившись о них локтями.

Спать не хотелось. Точнее, хотелось. Но вот не уснуть было. Казалось бы, вот он, в другой комнате, все как дома. Так чего ей не иметься?

Ника уже раз десять переплела волосы, не зная, чем еще себя занять. Даже пару раз порывалась спуститься вниз и глянуть, спит ли он. Даже доходила до первой ступеньки, но тут же бежала обратно. Еще не так расценит ее поведение. Да ну на фиг!

Глаза привыкли к темноте, и Ника задумчиво разглядывала странные тени на стене пытаясь представить, на что они похожи. В конце концов она перевела взгляд к дверному проему, в котором стоял Серебряков опираясь руками по обе стороны дверного проема. Почему-то это ее не удивило. Молчание длилось минуты три, может больше. Она не могла сказать с уверенностью, но его взгляд казался напряженным. Футболку он уже снял, видимо готовился ложиться. Может пришел проверить, спит ли? А зачем? Или забыл пожелать приятного сна?

— Ложись, — наконец хрипло и едва слышно выдохнул он не делая попытки зайти.

Ника легла, укрылась одеялом и отвернулась к окну. Уйдет, можно будет опять тени разглядывать начать. Потому, что после вот этого его появления, ей вообще не уснуть будет, уже даже пытаться нету смысла.

Слух обострился до невозможного. Почему иначе ей казалось, что она слышит его дыхание, и то, как он осторожно прикрыл дверь. И тихие, едва различимые шаги по мягкому ковру. Минуты две или вечность тишины и только непреодолимое желание обернуться и проверить, кажется ей это все или нет.

Когда кровать прогнулась под тяжестью и сильная мужская рука придвинула ее ближе к себе спиной, Ника поняла, что не кажется. И хотя она чувствовала его напряжение и какую-то настороженность, сама она как-то сразу расслабилась и немного повозившись положила ладонь по верх его руки и быстро уснула.

— Я на пробежку, — он лукаво улыбнулся, когда Ника едва проснувшись прищурившись пыталась сфокусировать взгляд на Алексе, который уже проснулся и застегивал на себе спортивную куртку.

Когда она уснула в его объятиях, ей еще в голову не приходили мысли, что одолевали сейчас. Как теперь в глаза смотреть, что говорить и не будет ли он жалеть о своем поступке. Ведь сам утверждал, что спать вместе с кем-то ему не нравиться. А вчера этот "намек" на совместный сон на диване. А потом еще и его поступок ночью… все это сбивало с толку. С одной стороны, Ника радовалась, что его настроение не ухудшилось и его не бесит ее присутствие. С другой, она все равно не могла понять не себя не его. Что-то внутри подсказывало, что пора заканчивать с этим постоянным и бессмысленным анализом и просто пуститься по течению. Будем решать проблемы по мере поступления, решила Ника, когда входная дверь хлопнула и муж ушел на свою привычную пробежку.

Вот и возникла отличная возможность пробродить по его дому и оглядеться.

На втором этаже кроме хозяйской спальни были еще две комнаты, обе были пустыми пока. Точнее в одной была мебель, но еще не расставленная, как будто дожидаясь своей очереди в центре комнаты в упаковках. Большая ванная комната и туалет.

На первом, кроме большой комнаты, кухни и прихожей была еще комнатка по меньше, вроде кабинета. Там был его переносной компьютер, стол с креслом и шкафы с различной литературой и прочими папками. А еще очень приятны мягкий ворсистый ковер.

Дом был довольно светлым, окна большие, цветовая гамма приятная. Стены светлые, мебель темная. Чувствовался характер хозяина. Конкретность и строгость, но был намек и на какие-то поблажки, мягкость.

Ника включила магнитофон и подтанцовывая в такт какой-то ритмичной песне двинулась в кухню изучать содержимое холодильника.

— Там пусто, надо будет в магазин сходить чуть позже, — сообщил хозяин дома, внезапно возникший рядом с ней. Ника зло взглянула на него.

— Ты меня заикой сделаешь!

— Музыку по тише ставь, — посоветовал он ухмыляясь и достал из принесенного пакета яйца, молоко, ветчину и хлеб. Значит еще и в магазин забежать успел.

— Не холодно? — ласково поинтересовался он, покосившись на ее прикид. Она так и не оделась, оставаясь в его футболки, которая едва прикрывала бедра. Ника подняла на него глаза и тут же опустила. Опять этот его "ласковый" тон и ехидная ухмылочка.

К тому времени, когда она спустилась, он уже пожарил яичницу с ветчиной и сварил кофе.

— Ты разве чай не будешь? — спросила она просто, чтобы что-то вообще спросить.

— Нет, плохо спал, и нужно кофе, чтобы окончательно проснуться. Кто-то не возился во сне, с одеяло на себя перетягивал, — с печалью в голосе пояснил Серебряков отпивая из кружки облокачиваясь при этом спиной о столешницу. Подняв на него негодующий взгляд, Ника была готова ему это кофе за шиворот вылить. Все же поднял тему! А она уже надеялась, что это обсуждать не будут.

Словно прочитав ее мысли, он убрал чашку и весело рассмеявшись.

— Ник ради бога, мы взрослые люди, чего ты так реагируешь?

— Ничего, можно подумать, у тебя дома одно одеяло, взял бы другое.

— Да я пытался встать с кровати, но ты так вцепилась, что я побоялся…

— Во что это вцепилась интересно? И чего это ты там так испугался?

Ника оказалась слишком близко, и в следующий миг смех в его лазах сменился на что-то очень опасное и темное. А еще через секунду она оказалась зажатая между столешницей и Алексеем, который очень напряженно смотрел на нее. Он не трогал ее руками, облокотившись ими о шкафчик за ее головой. Так что и голова у нее оказалось зафиксированной и не сильно то вырвешься.

Ника не знала куда девать свои руки и на всякий случай вцепилась о столешницу за спиной. Так он хоть если что не скажет, что она его спровоцировала.

Но уже спустя мгновения, руки осторожно легли ему на пояс и поползли за спину. Ника все теснее прижималась в поцелуе стараясь удержать этом ощущение как можно дольше. Ей очень не хватало его, до боли в сердце, она тосковала…

Поняв, что она не сбежит, Серебряков переместил руки ей на затылок и спину, поглаживая, прижимая. Возбуждение нарастало.

Ника вздрогнула всем телом, когда раздался звонок телефона и попыталась было отстраниться, но Алексей продолжал ее удерживать, целуя и лаская. Ника не противилась. Но звонящий оказался очень требователен и в конце концов Серебряков чертыхнувшись, отпустил ее ушел отвечать на телефонный звонок.

Это дало Нике возможность перевести дух и выдохнуть. Пальцы мелко дрожали, когда она накладывала себе завтрак в тарелку. Губы все еще были чувствительными от его поцелуев, в ладони помнили прикосновение к голой коже под футболкой. Внутри все сладко ныло и требовало продолжения. Она сама себя не узнавала.

Ника почти не чувствовала вкуса того, что ела. Жевала, запивала и думы думала. Тяжкие такие, не понятные. И все прислушивалась к ощущениям. У нее такого точно раньше не было. Хотя значение слова "секс" она давно уже познала не только в теории. И целовалась далеко не в первый раз. Но вот чувства, что прямо сгорает от нетерпения, и очень хочется прикасаться не только, когда он обнимает ее в страстных объятиях — такого, нет, не было.

— Поела? Погуляем?

— А ты, есть не будешь? — Ника не смело подняла на него глаза. Он же выглядел буднично. Как будто не было того инцидента перед звонком.

— Буду, пока ты собираешься, как раз быстро поем.

— Домой ко мне заедем? Не могу в пальто и платье гулять по такому морозу, — тихо попросила девушка.

Он согласно кивнул, и Ника удалилась переодеваться.

Гуляли они долго. С погодой очень повезло. Солнышко ярко светило, но снег не поддавался и продолжал сверкать в лучах небесного светилы.

— Вот там спорт комплекс в следующем году отстроят. Пока все только на бумагах, — Серебряков принял на себя роль гида, жестикулируя и рассказывая о постройках вокруг. Данный район стал так хорошо развиваться совсем недавно. Уже отстроили новую школу, заканчивали стройку детского сада. Дома в основном были индивидуальные.

— Автобусы часто ходят, остановки частые. Два больших магазина, рукой подать.

Ника не сдержала улыбки.

— Ты мне рекламу делаешь? Предлагаешь сюда жилье приобрести?

Алексей задумчиво сдвинул брови.

— Оно же у тебя тут есть. Кажется, мы вчера об этом говорили…

Девушка не сдержалась от широкой улыбки вспоминая вчерашний "разговор".

Серебряков нахмурился.

— Вот что тебя опять смешит?

— Не обижайся, просто ты так официально все это выложил, что как-то не по себе стало. Я еще не слышала твоего официального тона… терминологий что ли?

Алексей смотрел куда-то в сторону.

— Понятно.

Минут пять шли молча, каждый думал о чем-то своем спрятав руки глубоко в карманах.

— Как рука, все еще болит?

Ника вынула руку из кармана, зачем-то рассматривая в перчатку затянутую ладонь.

— Да нет, не очень, если резких движений не делать.

— Когда повязку снимут?

— Через неделю.

— Ясно, рано еще значит.

— Что рано?

Алексей приобнял ее поторопив с прохождением по переходу. Продолжив говорить, руку он не убрал, а Ника не отстранялась.

— У нас через неделю рождественский праздник в компании. В гостинице, будет арендован бассейн и бани, а также ресторанный зал. Жаль, тебе еще мочить нельзя повязку, — в его голосе и правда звучало сожаление. Этот момент с повязкой, ее тоже здорово раздражал. Хождение под душ затягивалось каждый раз, так как нужно было руку пакетом обмотать, держать осторожно и намываться свободно рукой.

— Да все равно бы не пошла.

Мужская рука на спине заметно напряглась, но Алесей молчал.

— У нас тоже на субботу намечено рождественское мероприятия. Все учителя и работники

нашей школы. В этом году даже не разрешают взять кого-то с собой. Так что, вам больше повезло, — Ника усмехнулась, при этом абсолютно не радуясь предстоящему мероприятию. Она уже заранее выказала сомнение по поводу своего участия. Вот больно ей охота весь вечер в очередном душном ресторане просидеть, и выслушивать пьяный лепет коллег.

— Так не иди, поедем со мной, — Алексей обернулся к ней остановившись, и она оказалась в кольце его рук. Блин, слишком близко.

— Да мне вообще не хочется идти, не люблю такие мероприятия. Да и твои коллеги явно не обрадуются моему приходу. Лучше без меня…

— Чем лучше? И какое тебе дело до моих коллег? Они могут привести кого хотят, а мне к их мнению прислушиваться?

Алекс говорил довольно спокойно, но взгляд при этом был испытывающим. Вот как так получается, что педагог со стажем, которого уже не смутишь грозным взглядом ни родитель, ни начальник, так робеет перед взглядом собственного мужа?

— Леш, я не пойду, — с нажимом произнесла она, намеренно сокращая имя, чтобы отвлечь от темы.

Он слегка прищурил глаза глядя на нее из-под густых ресниц.

— Умно, но все равно пойдешь, не обговаривается, — он взял ее за руку и повел дальше по бульвару. Ника смущенно улыбнулась сама себе.

— Почему тебя все так раздражает сокращение имени? Что в этом такого?

— Потому, что уменьшительно-ласкательное имя производственное от моего имени звучит глупо и раздражает. Лелик, Лешенька, Алешенька и прочий бред.

Алексей аж поморщился.

Ника отпустила его руку и встала перед ним продолжая спиной идти вперед. Просто, чтобы увидеть его лицо при разговоре. Останавливаться было холодно.

— Леший? А почему имя не поменял, по закону можно менять после восемнадцати.

Мужчина склонил голову в бок.

— Зачем? Мне оно нравиться. Просто не люблю сокращение.

— А Алекс — приемлемо? Разве это не сокращение от имени Александр?

Серебряков пожал плечами и быстро потянувшись схватил ее за предплечье удерживая от падения с края тротуара, они подошли к очередному пешеходу.

— Иностранцы мое имя тоже до Алекса сокращают.

— Иностранцы? А если не секрет, куда ты в командировку уезжал?

Алексей открыл перед ней дверь торгового центра и повел по огромному залу заваленному разносортным товаром.

— Не секрет, в Германию. Кстати, завтра вечером я опять туда вылетаю. У наших компаний много клиентов и в других странах: Германия, Швеция, Англий и прочие страны.

— И ты везде бывал?

Алексей кивнул, складывая продукты в продуктовую коляску.

— А сколькими языками ты владеешь? — Ника попыталась скрыть легкую зависть. Вот ведь здорово, путешествуешь себе по разным странам. Ей вот так особо не удаётся.

— Языков знаю пять, включая латынь. Но клиенты у нас в основном эмигранты из России и Эстоний. Так, что с ними обхожусь в основном русским и эстонским языком. А так еще английский и немецкий разговорный. На латыни больше читаю и пишу, чем разговариваю. Но он помогает понимать такие языки как итальянский и греческий.

— Ты и эти языки знаешь? — ахнула она, чем насмешила Алекса.

— Да нет, но немного понимаю. Кстати, забыл сказать, сегодня у нас гости.

Ника поморщилась. Давно она его знакомых и коллег не видела. Еще бы столько же не видела.

— Кто?

— Эрик с девушкой и Томас с женой. Ты их видела уже.

Вероника задумчиво кивнула, было дело.

— Не напрягайся ты так, они нормальные люди, без заскоков. Да и ужин готовить я тебя не заставляю, можем что-то заказать.

— Да нет, готовка не проблема.

После этого разговор у них притих. Ника переваривала полученную информацию. Муж у нее оказывается полон достоинств.

— Чем я тебя так озадачил, — поинтересовался Алекс, через час, когда они вернулись домой и Ника занялась готовкой.

— Да ничем, думаю о том, насколько ты многосторонен.

Алекс открыл кран и стал мыть овощи, по поручению жены.

— Звучит, как недостаток, — сухо заметил он.

Ника пожала плечами и немного помолчала, прежде, чем продолжить.

— Я тебя по сути и не знаю. Вроде уже третий месяц вместе, а знаю только то, что ты юрист, причем так себе, и спортом увлекаешься.

Серебряков прекратил свое действие и полуобернулся к Нике.

— Так себе?!

Вероника лукаво улыбнулась краем глаза отмечая его реакцию.

— Ну а иначе бы давно нашел лазейку в договоре, и мы бы развелись.

Алекс отвернулся к раковине и продолжил свое действие.

— Я не специализируюсь по бракоразводным делам. Тебе не терпится от меня избавиться?

— А тебе от меня? Жизнь куда бы проще была, — весело продолжала Ника, чтобы скрыть… а что она скрывала? То, что ей до сих пор неприятно от мысли, что он опять на неделю уедет? Ну она и так понимала, что в так хорошо у них отношения долго не продляться, опять что-то да испортит все. Но что это даже до понедельника не придётся… а ведь она впервые его даже подколола без риска обидеть. Ну или если он обиделся, то виду не подал.

— Не пришлось бы моих назойливых коллег терпеть, которые на тебя с таким удовольствием вешаются, — безмятежно продолжила она. Знал бы Серебряков, с каким трудом ей это давалось.

Алекс лишь скосил в ее сторону глаза, промолчав.

— А еще чинить мне кран, менять розетки, лампочки. Мусор выносить не пришлось бы. Ну разве что только у себя дома. Ты кстати почему до сих пор родителей с девушками своими не знакомил?

— Не было раньше девушек.

Она и не заметила, когда он вымыл овощи и принес их ей оказавшись настолько близко, что она все телом вздрогнула, чуть не выронив ножик из рук.

Ника сглотнула.

— Да ладно?!

Он внимательно изучал ее с высоты своего роста.

— Ты сама бы стала встречаться со мной, если бы познакомились при других обстоятельствах? Обратила бы внимание? Посчитала бы возможными наши с тобой отношения?

Он говорил очень спокойно, как будто бы психолог, который просит пациента на кушетке поведать о некоторых аспектах своей жизни.

Ника попыталась незаметно отодвинуться подальше. Вроде как потянулась за мясом, что лежал чуть подальше на столе и за одно приблизилась к нему. Алекс тут же последовал за ней и опять оказался близко. Настолько, что ей казалось, она чувствует жар его тела. Блин, одет просто в футболку и тренировочные штаны. Но то, что это все было черного цвета, как-то особенно действовало на нее. И цвет его глаз казался глубже, и взгляд… что-то с сочетаний "сексуальней" подсказывало сознание. Ника подняла на него глаза стараясь дышать ровно.

— Не знаю, — хриплым от волнения голосом ответила Вероника, почему-то выставив перед собой руку с ножом в руках, словно нужно было от него защищаться.

Алекс скосил глаза на опасное оружие и продвинулся ближе. Кажется, у него даже глаза азартом загорелись в предвкушении каком-то.

Так, все, надо это заканчивать. Она взрослая, рассудительная женщина. Педагог! Да, точно! Нужно вести себя так же как с учениками, которые любят проверять границы дозволенного провоцируя учителя. Вот только как бы еще избавиться от навязчивых картинок, которые подсознание тут же рисовало, весьма эротического характера.

— Сомневаюсь, чтобы мы сблизились при других обстоятельствах. Ты из тех, кто одним взглядом "убиваешь". Тебя даже родители по байвываються. Причем, отец тоже. Не смотря на свою авторитетность, он боится с тобой в открытый спор вступать, видимо будучи уверен, что все равно тебе не ровня. Потому и гнет свою линию стараясь не отступать и не дать тебе убедиться его, что он где-то там ошибся.

Алекс молчал, при этом уже едва заметно обезоружив ее и переложил нож из своей руки на стол. Ника решилась продолжать осторожно, прощупывая почву, как в болоте или на минном поле. Во-первых, это отличная возможность с кем-то наконец поделиться своими наблюдениями, почему бы и не с самим объектом наблюдения. А во-вторых, в ней засел тот же азарт, как обычно в ее новых учениках — на сколько же его хватит?

— Потом, ты очень придирчив в своем выборе. Взять хотя бы твое изначальное отношение ко мне и к тем трем-четырем женщинам, которые проявляют к тебе явный интерес и стараются перед мною заявить свои права на тебя. Значит, всё-таки что-то было, пусть и кратковременное, но ты дал им повод считать, что они могут иметь что-то большее, чем просто ночь в твоей постели.

— У меня никто на ночь не оставался, — ядовитая усмешка скривила его губы, а глаза потемнели. Но он опять дал ей продолжить.

— Ну значит, сознательно распалял их интерес к себе. А потом наслаждался произведенным впечатлением.

Алекс вызывающе вздернул одну бровь, как бы призывая ее предъявить доказательства.

— Ну хотя бы тренажерный зал. Ты же явно заметил мое появление до того, как я у тебя за спиной возникла. Не настолько сильно ты был увлечён свое партнершей. Там зеркало по всей стене. А ты имеешь привычку временами проверять обстановку, незаметно переводя взгляд. Если не присматриваться, то и не сразу заметишь.

— А как насчет тебя? — приглушенно поинтересовался он.

— Что насчет меня?

Вот и зачем он так близко, как-то совсем близко.

— Ты бы предъявила свои права на меня, если бы кто-то стал со мной открыто флиртовать?

Ника сглотнула, взглянув на него исподлобья. Он же знал ответ. Видел ее реакцию вчера…

Горькая усмешка тронула его губы.

— Нет, не стала бы.

Несколько мгновений они молчали.

— А вот я в конце концов Андрею твоему челюсть сверну, если еще раз себе такое позволит, — очень холодно пообещал Алексей и вышел из кухни.

Ника облизнула пересохшие губы и дрожащей рукой потянулась к стакану с водой. Значит всё-таки видел, как Андрей ее целовал вчера на крыльце. Вот здорово же!

Вероника не сильно переживала из-за того, что Андрею и правда перепадет за наглость, но не желала быть этому виной. За нее никто никогда не дрался. Ну за исключением Арины. Но так была девушкой, другом.

Ника со злостью воткнула нож в кусок нерезаного мяса. Да черт его подери! Ушел озлобившись, а ей как теперь успокоить все еще так бешено стучащее сердце и унять дрожь при воспоминаниях о том, как близко он был и как сильно ей хотелось продолжения того поцелуя, что был сегодня на кухне.

— Я поработаю в кабинете, если буду нужен, скажешь, — услышала она его голос в дверях. Алекс повернулся, чтобы уйти.

— Нужен! — выпалив это, Ника тут же обругала себя пытаясь вспомнить, для чего именно он ей нужен-то.

Тяжелый вздох, но к ней не обернулся.

— Чего ты хочешь?

Жаль, что она не умеет посылать таких красноречивых взглядов как он. Хотя, смысл? Он же на нее не смотрит.

А время идет, давай вспоминай, что ты там хотела.

— Можно я твоим компьютером воспользуюсь, хотела кое-какой рецепт проверить. А то…

Договорить она не успела, он ушел.

— Компьютер? Серьезно Ника? Компьютер тебе нужен был?! Ты же телефоном пользоваться не умеешь, там не поискать! — Ника зло кромсала мясо ругая себя на чем свет стоит.

— Ты бы его еще в библиотеку за поварской книгой послала! Вот потому, у тебя личной жизни нету и не будет. Была же возможность, подойди да поцелуй! И тебе приятно, и он успокоиться, нет же. Вместо этого выдала "заметки юного психолога".

Ника не любила этой своей привычки, и по большей части контролировала, но сегодня не получалось. И поэтому в полголоса "думала в слух".

Так продолжалось, пока ужин не был полностью готов. До гостей оставалось еще с пол часика. Пойти переодеться что ли? Хотя, во что? Сюда они привезли только ее теплую одежду.

Тогда может посмотреть телевизор? Или лучше книгу почитать? Жаль, только, что все книги у Алекса в кабинете.

Набравшись смелости, Ника осторожно постучалась в дверь кабинете и приоткрыла дверь.

— Что? — спросил Алексей отрешенно, не отнимая взгляда от мерцающего экрана.

— Можно у тебя книжку взять? — дрогнувшим голосом спросила Ника. Алекс сделал какой-то неопределенный жест рукой. Видимо это значило "можно". Ника стала медленно продвигать вдоль стены, по переменно вытаскивая то одну то другую книгу. Складывая ее на длинный стол по центру кабинета и разглядывая содержание. Она намеренно громче шелестела листьями. Роняла книги, извиняясь и тут же складывала их обратно и продвигалась дальше, все ближе к месту, где сидел Алекс. Если так и дальше продолжиться, она ничего не успеет до прихода гостей, мысленно ворчала она, следуя своему пусть и не очень умному плану, но хоть какому-то.

— Это мой свитер? — услышала она наконец его голос и Ника мысленно себя поздравила. Но внешне эмоций не проявила.

— Да, было прохладно, накинула сверху.

— У тебя свои есть, этот оставь!

Ника и в этот раз не повернулась старательно, делая вид, что заинтересовалась какой-то там книгой, даже вытащила ее, чтобы пролистать.

— Если так нужен, забери.

В ответ она услышала только молчание и стук по клавишам. Ясно, план провалился. Да и с чего бы ему следовать ее словам? То же мне…

Ника скорее почувствовала, чем увидела, и в следующий миг ринулась в сторону роняя книгу. Ника даже не сразу поняла, радуется ли она тому, что он ринулся за ней или до смерти боится, уж больно злой у него был взгляд. Ей удалось выскочить из кабинета и неудачно зацепиться за край ковра. В ту же секунда Алекс схватил за свои свитер, но так как рукава свитера были повязаны на шее Ники, та утащила его за собой на ковер. Приземление было болезненным.

Алексу удалось приземлиться на руки, а вот она шарахнулась на спину и больно ударила затылок. Да-аа… получилось совсем не так романтично, как она себе это представляла. Руку ей уже сломали, теперь она еще и голову пытается поломить.

Но все это сразу забылось, лишь она взглянула в его глаза. Дыхание было тяжелым, грудь заметно вздымалась. Губы приоткрыты. Она с трудом сдержалась, чтобы не облизать их сейчас перед ним. Но посчитала, что это будет слишком заметно провокацией.

Ее руки легли ему на грудь, медленно продвигаясь к шее. Лишь бы он все понял правильно. Потому, что говорить ей сейчас не стоит, опять все испортит.

Он понял и согнув руки в локтях, опустил тело еще чуть ниже. Только вот в глазах ни капли теплоты.

Алекс отрицательно мотнул головой и собрался было встать, но Ника все же сцепила пальцы у него на шее и потеряв равновесие, он рухнул на нее, но тут же перевернулся на спину. Так, что теперь уже сверху оказалась Ника, а он все еще поддерживал ее за спину.

— Прости… мне не нужно было говорить… — тихо выдохнула она.

— Не важно, я сам напросился.

— Дело не в этом, просто… я, да черт, просто….

— Сейчас гости уже придут, чего ты от меня хочешь, — устало спросил он, прикрыв глаза.

Вот разлеглась на человеке, ему же тяжело, еще нормально с мыслями собраться не может.

Она пошевелилась, приподнявшись на руках. Серебряков разжал руки отпуская ее, но глаз не открыл.

— Открой глаза, — тихо попросила она.

Медленно, не хотя он разомкнул веки глядя на нее.

Губы Ники дрогнули в едва заметной усмешке.

— Вовсе не холодные.

Кажется, в его взгляде мелькнуло какое-то удивление, когда она произнесла эти слова. Но разглядеть Ника не успела, так как воспользовавшись моментом, быстро коснулась его губ намереваясь тут же отстраниться, чтобы он первым не успел. Но сильные мужские руки вновь обвились вокруг нее, сильно прижимая и Нике пришлось расслабиться, чтобы удобнее было целоваться. Ну наконец-то она добилась желаемого, — мелькнула последняя мысль, прежде чем она растворилась в его объятиях. Как же хорошо было сходить сума — вот так. Наверно, если бы сейчас произошло землетрясение, она бы не заметила смело, отвечая его настойчивым прикосновениям губ и языка. А когда он спустился к шее, тихий стон сорвался с губ. Она полностью теряла самоконтроль, потому, что в этот момент совсем не хотелось иметь этот чертов самоконтроль, а позволить Алексу касаться ее везде, и вот так поглаживать под футболкой. И касаться губами кожи на животе, задирая футболку все выше. Девушка не стала проявлять лишней скромности, так же потянувшись снять его футболку. Алекс отстранился на мгновение стянув с себя эту преграду. Взгляд, которым она его в этот момент одарила, запечатлелся в его памяти на долго.

Ника сглотнула, облизав губы и прижалась к его груди, руками поглаживая и прижимая. Алекс приподнял ее лицо за подбородок пальцами и впился в поцелуй заваливая обратно на ковер.

Оба настолько потеряли контроль, что напрочь забыли о времени. А вот гости оказались до тошноты точными и явились минута в минуту.

Ника еще ни разу такого злого взгляда не видела, когда он оглянулся на дверь, не выпуская ее из-под себя и вновь перевел взгляд на нее. Правда тут же отвел в сторону и поднялся, поднимая Нику за собой.

— Иди в ванную, — посоветовал он, окинув ее все так же недовольным взглядом и обернулся в поисках футболки. К двери он шел, как на смертную казнь. Ника быстро ринулась к лестнице и чуть оступилась, когда он бросил ей вслед злое:

— Специально подгадала, чтобы раздразнить и бросить?

Эти слова до глубины души задели ее аж до слез. Вот как, она ему полностью доверилась, дозволяя все, а он еще и беситься. Как будто последнее, о чем она думала были гости и как бы досадить Алексею.

Глянув в спальне в зеркало, Ника наскоро привела себя в порядок. Но спускаться не спешила. Никакого настроения не было уже. Жаль, что ее куртка и сапоги были внизу. Так бы вышла сейчас на балкон и спустилась бы по лестнице вниз. А там и на автобусе или такси домой. Только вот и телефон с кошельком тоже внизу.

Но слезы обиды все еще душили и накинув свои толстый свитер она вышла на балкон прикрыв за собой дверь. Холодный воздух тут же привел в чувство остужая кожу и высушил непролитые слезы.

— Так тебе и надо, не будешь слишком много фантазировать, — зло и холодно выговорила она сама себе разглядывая ночной город. Хотя, спроси ее, что там видно, ответила бы честно, что ничего. Так как совсем не могла сосредоточиться ни на чем кроме того, как тело все еще помнило прикосновения мужа.

Глава 10

— Смерть от простуды долгая и мучительная, — раздался над ухом чуть насмешливый приятный женский голос.

Ника не обернулась.

— Знаешь по собственному опыту?

— Почти. Отец врачом был, он мне вместо сказок, справочники зачитывал медицинские. Так вот, в средневековье умирали от простуды долго и мучительно.

— Приму к сведению.

Было дико холодно, но Ника продолжала упрямо стоять.

— И чего он в тебе нашел?

Ника не выдержала такой наглости и метнула в девушку воинственно-злой взгляд, та лишь расхохоталась.

— А, вижу. Я в отличии от тебя не такая закаленная, давай зайдешь, и мы дальше побеседуем?

— Иди, тебя там остальные дожидаться вместе с хозяином дома.

— Ага, я так и подумала, когда он нам открыв дверь чуть взглядом не заморозил. До сих пор страшно, — девушка для виду поежилась.

Ника прикрыла глаза. Где-то она уже это утверждение слышала. Но ни разу не нашла подтверждение. Глаза и взгляд у Алекса был чем угодно, но не ледяной. Парой казалось, он взглядом больше говорил, чем на словах. Просто она еще пока не научилась читать эти взгляды.

— Ладно, не хочешь заходить, останусь тут и тоже замерзну. Зато молодая и красивая помру. Тебе-то конечно уже нечего терять…

— Умно, думаешь, я вспылю и побегу тебя догонять, а ты тем временем сможешь похвастаться, что сумела меня во внутрь заманить?

Довольный смех был ей ответом.

— Блин, я слишком прозрачна в своих намерениях. Не вредничай, зайди, дай и остальным глянуть, кому это удалось окольцевать нашего «Морозко».

Ника не удержалась от усмешки.

— Эго так называют? Морозко?

— Ага. Правда он не в курсе. Ну если в курсе, то не подает виду.

Нике надоело упрямиться, и она все же зашла обратно в дом, пальцы рук и так уже едва шевелились.

Лена оказалась девушкой Эрика. Того самого светловолосого парня, из коллег Алекса. Он приветствовал девушек мягкой улыбкой и тут же обнял прижавшеюся к себе девушку.

— Бррр… у Морозко и жена Снегурочка, — едва слышно пробормотала она, уткнувшись Эрику в шею.

Но как не странно Ника услышала и отыскала взглядом своего мужа. Она очень надеялась, что ее взгляд был не менее «замораживающим» и надменным. Он лишь едва заметно скривил губы в усмешке.

Н-да, тут обнимашек не дождёшься, надо пойти что-то по теплее одеть или руки в горячей воде подержать, а то сейчас сопли потекут.

— Рад вновь увидеть! — доброжелательный толстяк Роман протянул к ней огромные лапищи и прежде, чем Ника усела увернуться, обнял стиснув.

— Холодная какая! Алекс, ты чего жену не греешь, совсем околела.

— Сомнительное удовольствие, — пробормотал он. — топайте за стол, я за едой.

— Иди к гостям, я сама, — ласково улыбнулась Ника успев поймать его за руку пониже локтя и обоими ладонями прижалась к нему проверяя реакцию.

Алекс сжал челюсти так, что желваки заходили, но выдавил улыбку, свободной рукой он расцепил ее замершие пальцы и поднес к губам.

— Давай помогу, за одно согрею, — слова прозвучали вроде даже как-то интимно и многообещающе, но другие не видели взгляда, которым он ее одарил. Ника уже крепко жалела о своей проделке.

В кухню он ее практически втащил, не разжимая пальцев. Включив воду под краном засунул туда ее руки и плотно встал за спиной прижимая к раковине.

— Не советую тебе мстить за то, в чем сама виновата. Хочешь на публику поиграть и разжалобить, тоже не стоит. Не та публика, да и я не оценю, — прошипел он ей на ухо.

Ника прижалась спиной к груди мужа и чуть повернула голову так, что его губы касались ее щеки.

— Совсем? — уточнила она шепотом.

— Не заигрывай, а то в этот раз я гостей не постесняюсь.

— Я не заигрываю, открыто предлагаю закончить начатое, — ей почти удалось развернуться к нему лицом.

— Интересно, чего ты так расхрабрилась? Думаешь, раз сумела составить анализ начинающего психолога, то знаешь меня всего?

Мокрыми и еще не совсем отогревшими пальцами она проворно залезла ему под футболку скользнув по теплой коже.

— Не всего, еще не всего… — ей с великим трудом удалось удержать взгляд на его проницательных глазах и то благодаря тому, что за спиной послышалось вежливое покашливание и Лена пряча глаза извинилась:

— Эээ… Там Эрик с Романом тебя зовут, а я пока тебя тут заменю.

Мрачная улыбка коснулась его губ.

— Меня ты не заменишь…

Слова прозвучали почти шипением и Лена заметно поежилась. Ника же, глядя мужу в след с трудом сдерживала улыбку. И настроение опять поднялось и вечер не казался таким уж испорченным.

— Фух… я сейчас лопну, пирог обалденный!!! — поглаживая живот заявил Роман умяв третий кусок.

Ника чуть улыбнувшись кивнула.

— Алекс, я слышал, твоя жена руку сильно повредила. А сама такое готовит и пикет,

умничка она у тебя, не жена, а мечта. Эх, жаль, Марина прийти не смогла, малой сопливиться. Она любит выпечку домашнею.

— Надо бы ей позвонить, сообщить, что она перестала быть твоей мечтой. Теперь у тебя в мечтах моя жена, — ковыряя вилкой, недоеденный кусочек пирога недобро усмехнулся Алексей, исподлобья смерив взглядом коллегу. Роман аж побледнел.

— Ты чего, я же просто комплимент сделал.

— Я понял, — кивнул Серебряков, отодвинув тарелку.

Ника сидела рядом на стуле в пол оборота и облокотив голову о согнутую руку наблюдала за мужем. Даже в присутствии гостей, он не «подобрел». Особенно, что касалось ее. Стоило кому-то ее готовку похвалить или завлечь в разговор, Алекс тут же пресекал это делая ядовитые замечания и намеренно стараясь Нику задеть. Девушка не поддавалась. На зло ему она старалась быть максимально доброжелательной и вежливой. На все его едкие замечания снисхождением улыбалась, ласково поглаживала ладонь или плече и разве, что по холке не трепала, как несмышлёного ребенка. Лена с любопытством за этим наблюдала с трудом сдерживая смех. Эрик был сдержанней, в разговор влезал редко.

— Он по характеру интроверт. К новым людям относиться с некой осторожностью. К тебе еще не привык. Да я сама удивляюсь, как с ним вместе нахожусь. Думаю, не знай я его так долго, вряд ли бы стала ввязываться в отношения, — заметила Лена, когда, закончив ужин они перебрались в гостевую на диван с креслами.

В камине потрескивал живой огонь. Мужчины ушли в подвал, где по словам Романа находилась баня и бильярдная. Надо же, второй раз в этом доме, а знать об этом не знала.

— Давно вы вместе?

— С пеленок, причем в прямом смысле. Он на день меня старше. Наши мамаши в одном роддоме были. Родители нас тут же поженили. Они на полном серьезе мне всю жизнь твердили, что лучше Эрика я никого не найду.

— А разве не так?

Девушки слегка смутившись отвели взгляд, когда мужчины уж больно тихо зашли в помещение, явно подслушивая их разговор.

— Да у меня даже не было возможности — это опровергнуть. Мне отец запрещал вообще с другими мальчиками дружить. Я так надеялась закончить школу и уехать в другой город, а лучше в другую страну учиться. Чтобы подальше вот от этого вот, — она легонько толкнула подсевшего Эрика в плечо, на что тот лишь усмехнулся.

— То есть, он у тебя все время был перед глазами, и не надоел?

Лена весело расхохоталась, Эрик скосил на нее глаза, но видно было, что не обиделся и не обозлился.

— Да! Вот об этом и твержу! Мне просто пришлось смериться, без вариантов!

— А ты Эрик, тебе тоже твердили, что только с Леной можешь быть и все?

— Нет, — спокойно ответил он. — Мне ничего не запрещалось и не предписывалось.

Ника прибалдела, Лена негодующе надулась, вырвав свою ладонь из ладони Эрика. Тот же оставался все таким же спокойным, как удав.

Эти двое друг друга стоят, — усмехнулась Ника.

— Ну что, кто первый в баню? — потирая руки поинтересовался Роман.

— Девушки первые! — подняв руку заявила Лера. Ника же отрицательно покачала головой.

— Нет, мне повязку мочить нельзя еще неделю.

— Так сними ее! — тут же подскочила Лена. — Я тебе потом новую повяжу, не переживай, меня родители хорошо тренировали — оба медики.

Ника же с явной неохотой посмотрела на девушку. У нее сейчас пытались отнять такую хорошую отмазку от созерцания Алексея полуголым. Ей и так каждое прикосновение к нему сегодня давалось с трудом. Сразу же вспоминалось, как они на ковре…. Да, на ковер она тоже смотреть не могла.

— Да не… может еще что-то поврежу… — невнятно проблеяла Ника.

— Да ладно, ты по долгу в парилке не сиди просто, пойдем!

Так, как мужчины тут же идею активно поддержали, а Серебряков мстительно кривил губы, Ника поняла, что в этот раз ей отговориться не удастся.

Самое главное теперь, чтобы полотенце не развязалось, — мысленно успокаивала себя Ника. А то купальника у нее тоже нету, который под полотенце одеть. Лена была подготовлена, видимо не первый раз они у Алекса собирались.

В бильярдную принесли по больше стульев и вино с бокалами. А также пару банок пива для Романа.

Пока они распивали вино и по очереди ходили в парилку, Ника вдруг задалась вопросом. А насколько Алексей меняется под воздействием алкоголя? Она довольно сильно побаивалась пьяных людей. Так как большая часть из них была довольно агрессивной.

Свой бокал она опустошать не торопилась, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Пила она редко и очень мало. Да и еще рука после снятия перевязки была чувствительней обычного. Словно оказавшись без тугой поддержки, растерялась и не знала, как себя ощущать теперь.

После первых походов в парилку, Алекс вроде бы немного расслабился.

В один из совместных походов в парилку, Ника заметила, как Алекс то и дело пытается себе шею размять и глаза потирает. Не ужели настолько напряжен был? Она с трудом подавила в себе желание предложит ему массаж, вовремя вспомнив, чем это в прошлый раз закончилось.

Ника все больше понимала, что в итоге, этот вечер ее до ручки доведет. Созерцание полуголого Алекса еще ладно, но, когда он удалялся в полупрозрачную кабинку с душем, чтобы ополоснуться холодной водой, Ника через силу заставляла себя отвернуться. И да, он был в плавках… но чтоб его кошки покусали, ее фантазия все не могла угомониться.

— Это хуже пытки, — тихо пробормотала она, уткнувшись лицом в коленки.

— Так закончи ее, уезжай со всеми вечером домой.

Ника вздрогнула, разве она тут не одна была? Но нет, Алекс пошел от двери, которую тихо за собой затвори и забрался на самую высокую ступеньку вытянув ноги и облокотившись спиной о стенку и закрыл глаза.

Ника молча наблюдала за ним.

— А как же завершение начатого? — попыталась она пошутить, но Алексей молчал, и Ника отвела взгляд вновь уткнувшись подбородком в коленки.

— Хорошо, гости разойдутся, вызову такси и уеду.

Он пролежал хранить молчание и ей захотелось в него чем-то швырнуть. Вон хотя бы тем самым ковшиком, только надо его еще холодной водой заполнить.

— Забавно, ты не раз спрашивал меня, не на надоел ли ты мне. Но на деле, это я, кто тебе уже до смерти надоела, так ведь? Больше пару дней рядом не выносишь, или сам куда-то уезжаешь, или делаешь все, чтобы я свалила с глаз долой.

— Очередные «заметки юного психолога»?

Вот кто просил его комментировать, молчал же!

— Не одному же тебе своими знаниями блистать, — тихо процедила Ника, Алексей лишь хмыкнул, не раскрывая глаз.

Они тут уже сидели минут десять, а из остальных никто не заходил. Видимо, решили дать парочке уединиться. Ну-ну, романтики хреновы, — продолжала закипать Ника.

— Просто бесит твоя реакция на любой мой поступок, как будто ждешь, что только плохое сделать могу. А уж твои провокаций и проверка моей терпеливости вообще отдельный разговор. Видно, что ты редко имеешь дело с мужчинами. В плане интима и секса. Уж больно сильна в тебе уверенность, что любой мужик будет терпеть все твои выходки, пока сама не решишь, хочешь ли продолжения или нет. Даже подозреваю, что ты как раз из тех, кто на ночь не остаются, дабы не разочароваться и не встречаться лицом к лицу с реальностью. А то вдруг и правда кому-то понравишься. А если еще и он тебе понравиться, так это вообще вселенская катастрофа. Потому и даешь Андрею рядом с собой ошиваться, он тебе безразличен, и ты уверена, что, лишь встретив твой полный безразличия взгляд, он тут же подожмет хвостик с ушками и свалит к чертям собачим. А когда тебе понадобиться, приползет обратно. Морду я ему конечно могу набить за то, что пристает к тебе, да еще прилюдно и при живом-то муже. Но толку-то? Он будет и дальше подползать, уверяя себя, что раз ты сама его пинком под зад не пнула, значит шанс еще есть.

— А я смотрю, у нас в семье хоть один дипломированный психолог да есть, — прищурившись торжественно заявила Ника. Да в принципе, она была согласна с ним. Были еще «незначительные» «но», но это к делу не относиться. Он об этом не в курсе и опирается на собственные заметки.

— Еще пару бокалов и Лена станет «дипломированным» хирургом, которая будет готова все подправить кухонным ножом и вилкой. Роман же начнет по пятисот тысячному кругу вспоминать, как с женой познакомился и как это его умиляет. Даже возможно слезу пустить. Эрик… Эрик примерно так же ведёт себя, что на трезвую голову, что на пьяную. Ты… тебя не знаю еще пока. Ты к алкоголю настороженно относишься.

— А ты? Что будет если еще сильнее тебя споить?

Алексей взъерошил себе волосы.

— Не знаю, говорят я очень ядовитые замечания начинаю делать. И ничьих чувств не щажу. При этом не переношу открытого приставания к себе и нытье над ухом.

— То есть, ты как Эрик? Тоже не особо-то и меняешься? — Ника вздернула бровь и Алекс безрадостно усмехнулся.

— Как-то так. Пора выходить, а то там уже под дверью подслушивают, пытаясь понять, что мы тут так долго делаем.

Ника нехотя признала себе, что она бы еще осталась и поговорила, не смотря на сильную жару. Ей нравились их редкие разговоры. Нравилось прислушиваться к тембру его голоса, следить за выражением глаз.

Гости разъехались ближе к полуночи. Пока Алекс выпроваживал их за дверь, Ника аккуратно сложила свои небольшие пожитки в пакет и поискала бинт. Она не стала просить Лену выполнить свое обещание, свежи были сравнения Алексея. Так аккуратно не получиться, как было, но лучше, чем без, — утешала себя Ника, пытаясь хоть как-то эту повязку нанести.

— Дай сюда, — Алекс подсел рядом забрав бинт и ножницы. Повязку он нанес быстро и довольно аккуратно.

— Такси вызвать, или останешься?

Ника поднялась, одергивая рукав.

— Не стоит, а то еще пожалеешь, что смягчился под действием алкоголя, — Ника кое-как улыбнулась, чтобы не выдать грусть.

— Ника, я не выпью то количество алкоголя, которое позволит мне «смягчиться». И как бы ты себя не накручивала, я не гоню тебя. Просто не хочу, чтобы ты продолжила делать то, чем сегодня так увлекалась на протяжение дня.

— То есть тебе можно меня целовать по желанию, трогать и тискать. А вот мне тебя — нет? Это сразу рассчитывается как эксперимент и желание обидеть или оскорбить. Класс! — гордо задрав голову, она развернулась и направилась к лестнице.

— Я ведь не железный, поддамся и ты своего добьёшься. Только, вот как на утро в глаза смотреть будешь?

— Иди к черту Серебряков, — крикнула Ника стоя на лестнице. — Я сейчас расплачусь прямо! Бедный, используют его тут все в своих целях. Я вообще одна из немногих, кто тебе в глаза смотрит, между прочим. Все остальные этого избегают. Так, что смогла до этого смотреть, смогу и на утро. А вот тебе это явно непривычно будет, переспать, да еще на ночь оставить. На утро ж придаться о чем-то говорить… Да пошел ты! Нужны мне больно эти твои самопожертвования.

Ника с призрением взглянула на мужа и пошла в спальню за вещами.

— Ты еще позвони своим бывшим, те, что вокруг тебя всю дорогу трутся. Пожалуйся, как собственная жена тобою воспользоваться пытается и соблазнить. Уж они-то тебя отлично утешат, сопли подотрут и…. - договорить ей не дали. Неслышно догнав ее, он резко потянул ее на себя схватив за здоровую руку и тут же сжал в тисках впившись в губы поцелуем. Ника аж сжалась от той бешенной агрессий которую чувствовала через его поцелуй. Видимо, все же окончательно его из себя вывела. Но это ее не пугало. Возможно страх притупляло и выпитое ранее вино. Все это было не важно, главное, он тут, с ней и его руки по всюду. Одежда слетала невероятно быстро. Кажется, она даже услышала треск, рвущийся материй, но это было сейчас не важно. А вот его горячие губы и язык — да! И руки, ласкающие ее тело. Ника то таяла от обалденного чувства, то сама пыталась его ласкать, покусывать, целовать…. Да все, о чем только мечталось так долго.

Одежда была разбросана по всей комнате. Пастельное белье сбито на кровати и все это было не важно. Важные были лишь они вдвоём, жаркий шёпот, мольба о чем-то, требование, и просьбы срывались с губ вместе со стоном удовольствия.

Она уснула у него на груди в крепких и надежных объятиях и все остальное было не важно.

Проснулась она от собственного стона. Голова невероятно сильно раскалывалась, в горле пересохло. Баня и алкоголь не лучшая смесь. Блин, и ведь выпила всего полтора бокала. Вообще пить не умеет!

Осторожно выбравшись из-под рук мужа, она отправилась под душ осторожно ступа по полу. А в душе, стоя под теплой водой со стоном прижалась лицом к прохладной плитке. Так ей удалось постоять примерно пару минут в одиночестве. Потом к ней присоединился Алекс и поцеловал шею и плечи прижимая ее спиной к своей груди. Ника не сопротивлялась.

— Говорил же, с утра на меня смотреть не сможешь.

Ника с трудом улыбнулась, прикрыв глаза и откинувшись на его плечо.

— Скорее это тебе не стоит смотреть на меня, чувствую себя кошмарно, как будто ночь на пролет с кем-то пила.

Алекс хмыкнул и повернул ее голову так, чтобы поцеловать в губы. Потом его руки заскользили на ее грудь и осторожно лаская, спустились еще ниже. Ника выдохнула от нахлынувших чувства. А он не унимался, доводя ее до изнеможения, вытворяя пальцами такое… о чем даже шепотом подруге не расскажешь. Когда же замучив ее такими нежными ласками в конец, он вошел в нее, Ника не сдерживаясь стонала, прижимаясь губами к его шее. Она выгибалась ему на встречу, вжимая пальцы в сильные плечи, бессознательно о чем-то шептала и просила.

Он практически на руках вернул ее в спальню и бережно укрыв одеялом, лег рядом обняв одной рукой. Никто из его коллег и друзей не мог похвастаться, что, хотя бы раз видел вот такой его взгляд. Взгляд, предназначенный только ей одной.

Глава 11

— Ты мне надоела, колись, кто он? — требовательно прошептала Наташа, подсев к ней во время обеденного перерыва.

Ника задумчиво взглянула на коллегу поедая свою котлету.

— Ты о ком?

— Не знаю, о том, о ком ты уже почти неделю мечтаешь. Знаешь, как уже заела эта твоя глупая улыбочка и мечтательный взгляд?

— В смысле? Ната, дай я поем спокойно, а?

— Нет, кто тот, о ком ты мечтаешь? Не муж, ты до замужества, да и после него вообще ни фига, не влюбленная была. А сейчас сияешь тут блин!

Ника отложила вилку с ножом.

— Наташа, нету никого. О муже мечтаю. Он в командировке, а я скучаю. Представляешь? — Ника сделала большие глаза и широко улыбнулась.

— Не представляю! Все равно ведь выясню, только тогда на себя пеняй! — пригрозила Наташа и быстро направилась прочь.

Ника с трудом сдержала довольную улыбку.

Пусть ищет, ее совесть чиста, она действительно скучает по мужу и думает именно о нем.

Воскресение прошло так замечательно, что Ника почти плакала, когда они прощались перед его отъездом. Все никак не хотелось разжать объятий и прекратить поцелуя, когда он уже полностью одетый в дверях стоял, а за воротами ждал такси.

— Если я на этот самолет не успею, мне следующий билет придаться самому покупать. Николай мне его не оплатит, — ворчал Алексей при этом, сам тоже не спешил выпускать ее из объятий.

— Звони, если что. Или напиши сообщение.

Ника отрицательно качнула головой.

— Не умею писать коротко и по делу. А на длинные сообщения денег не хватит.

— Тогда позвони.

Ника скорчил гримасу.

— Лучше ты.

Он притворно нахмурился вздохнув.

— Ладно, все, раз не хочешь звонить и писать, ухожу от тебя. В германий девушки по сговорчивее, — подразнил он, отпуская ее и хватая чемодан за ручку.

— Давай, а у меня теперь ключи от пустого дома с баней и бильярдным столом, — пойду сделаю пару звонков…

Он смерил ее испепеляющим взглядом, а она от души расхохоталась и быстро чмокнув его в губы отступила. Алексей ушел, Ника проследила, как он сел в такси. И сразу стало пусто и грустно.

— Поеду-ка я домой, — решила она. С утра ближе на работу ехать и не так тоскливо будет. Домой она добралась ближе к одиннадцати вечера.

Еще до того, как зайти в подъезд, в душе зашевелилось что-то неприятное. Жаль, что она не присушилась к этому чувству вовремя.

Замок в двери был выломан, вся квартира вверх дном. Вещи разбросаны и разрезаны, мебель исцарапана, зеркало разбито, как и компьютер.

Ника минут тридцать стояла по среди этого всего не совсем понимая, какого черт тут произошло? И как все это провернули, что соседи не обратили внимания? И еще…. Кто, все это?..

«Только попробуй заявить сука…» — Ника еще раз прочитала текст на бумажке. Потом медленно обвела взглядом квартиру.

— Не заявлять значит Серый?..

Эту ночь она не спала. Полиция провела у нее в общей сложности около двух часов, пока всю опись составили, указали на подозреваемого итд. Потом еще созванивалась со страховкой. Обратно, домой к Алексею она добралась в четвертом часу. Разбитая и уставшая, едва доползла до кровати и рухнув в нее, вырубилась.

— Надеюсь, страховка у тебя есть, братишка… — мстительно улыбнувшись, Вера подкинула в руках кирпич.

Глава 12

— … и пять…

Именно столько кирпичей понадобилось, чтобы владелец машины наконец обратил внимание на то, что его машина уже минут пять не прекращает выть, сообщая о том, что на нее напали. Как же обленились все, привыкли, что дворовые коты по капотам шастают да пьяные бомжи на машины облокачиваться.

— Ты, только не сообщай, ладно? — ядовитая улыбка вновь скривила ее губы, бросив последний взгляд на схватившегося за голову брата, который в спортивных штанах и в майке выбежал на такой холод, девушка быстро скрылась.

Понедельник был невозможно тяжелым. У Ники жутко болела голова, столько проблем нужно было решать. Страховая обещала в скором времени решить проблему с возмещением нанесенного ущерба. Из полиций сообщили, что у брата было алиби, и он свою причастность отрицает. Ну еще бы! А на нее он в суд падает за нанесение ущерба. Этому придурку, кто-то машину поколотил, и он тут же заявил именно на нее. Обалдеть!

Ника была в ярости. Алиби у нее не было, точнее, некому было подтвердить, что она проспала в доме одна. Но справку о переломе прикрепили к делу.

Рука у Ники сегодня особо ныла, видимо из-за того, что слишком рано сняла повязку и не мало физической нагрузки было за выходные. Она даже ручку не смогла удержать, настолько болели суставы. С трудом кое-как расписалась левой рукой и после работы вновь отправилась к врачу на обследование.

Ее отругали за не соблюдение предписаний, вновь сделали рентген, и пригрозили нанести гипс. Но в итоге вновь нанесли фиксирующею повязку.

К вечеру у нее под глазами были темные круги и желание и впрямь, найти брата и его самого об машину размазать.

Ника понимала, что ей нужно позвонить Алексею и все рассказать. А то он опять в бешенство придет, что ему не доложили. Но сил совсем не было.

Но совесть, чтоб ее, мучала и через час после того, как читать, валяясь на диване, уже сил не было, она достала телефон и набрала сообщение.

«Занят?»

«Да»

Ну вот, он занят, значит звонить не стоит, — успокоила себя Ника и отправилась в душ.

Но зря она надеялась, что на этом ее переписка с Алексеем закончилась. Точнее, переписка то закончилась, а вот телефонный разговор еще только предстоял. Ника с минуту смотрела на дисплей высвечивающий имя мужа и тихо молилась, чтобы он прекратил ей названивать. Время позднее, может решит, что она уже спит?

Но нет, настойчивости мужа можно было только позавидовать. А еще Ника была уверена, что за то, что так долго его ждать заставила, получить по первое число.

— Что ты не договариваешь? — тут же потребовал он, как только она севшим голосом ответила на звонок.

— Почему ты решил…

— Ника, давай без вступления!

— Ну давай… — и она все рассказала. Мысленно же возвращаясь к прошедшему воскресению, когда Алекс был ласковым, веселым. Они много обнимались в тот день, гуляли, готовили вместе и дразнили друг друга. Это был наверно первый раз, когда Ника так безмятежно чувствовала себя рядом с мужем от души хохоча.

— Ясно, оставайся пока у меня. Ключи у тебя есть, пароль от сигнализаций знаешь. Если что, свяжись со мной или позвони Николаю.

У Ники защемило сердце. Такой его образ, ей совершенно не нравился. И ладо бы, изредка он становился бы таким холодным и злым. Так нет же, это было основное его состояние.

— Ле-ша… я жду-у, — позвал знакомый женский голос на фоне.

— Мне пора, — тут же отозвался Алекс.

Ника уставилась в темноту за окном.

— Пока, Лидий привет, — она не узнала своего голоса, настолько чужим он показался.

Алекс помолчал несколько секунд, прежде, чем ответил.

— Я же не говорил, что полечу один, верно?

Горькая улыбка скривила ее губы. Оставалось только радоваться, что он не видел.

— Верно.

— Вероника, у меня рабочая командировка, не придумывай…

— Да все нормально Серебряков, работай!

Она отключилась первой. Алекс не стал перезванивать, чтобы договорить или оправдаться. Чего тут оправдываться, ведь по работе же уехал. Ника не была уверена, что подозревает его в измене. Даже как-то не задумывалась над этим вариантом. Просто очень больно задел тот факт, что сейчас ей тяжело, а ее допросили как нашкодившего ребенка. Ни одного доброго слова, никакого утешения.

Алекс убрал телефон и с обреченным видом повернулся к медленно сползающей по стенке Лидий. Пьяная, но веселая и уже кажется общается с только ей видимым персонажем. Да за что ему это? Толку с нее за всю неделю почти никакого. Дело это она знает поверхностно и не сильно-то пыталась вникать. Но строить из себя умную и то и дело призывно улыбаться или касаться делового партнера, на это она мастер. Все надеется за границей себе мужа найти. Алексею было плевать, по меньше бы ее ему с собой навязывали.

С трудом затащив упирающеюся Лидию в номер и свалив на кровать как тюфяк, он кое-как прикрыл ее одеялом и ушел, закрыв дверь. В сиделки не нанимался.

Мысленно вернувшись к разговору с Никой, он устало вздохнул, освобождая себя от пиджака и рубашки. Он не был яростным поклонником романтики, но после таких тяжелых переговоров хотелось услышать что-то приятное от человека, который так не безразличен. Да что там врать, от любимой. Даже если эта любимая продолжает упираться и отрицать свои чувства к нему.

Алекс понимал конечно, что начало их отношений было отнюдь не радостным и по его наблюдениям, Ника не особо быстро сближалась с мужчинами для…

Он встряхнул головой. Уж больно заманчиво было желание разбить ту немногую посуду в номере, чтобы заглушить нарастающее чувство злости и безысходности. Ему хотелось домой, к ней. А там пусть несет что хочет и ревнует к кому хочет, он бы просто не дал ей на это времени!

Ревнует… ревнует… ревнует ли? Эта мысль понравилась ему еще меньше. Он помнил ее взгляд, когда она быстро уходила в себя и становилась равнодушной и безразличной, как только появлялась мысль или подозрение, что кто-то может ее обидеть или пытается.

Задумчиво потерев переносицу, он снял брюки и носки. Было бы его отношение к ней другим, знай бы он ее меньше, чем сейчас? Вряд-ли.

— Скорей бы пятница… — устало выдохнул он прежде чем встал под холодный душ.

Ника задумчиво перевела взгляд на экран телефона. Одиннадцать часов, интересно, какой такой работой они сейчас собирались заняться? Память услужливо напомнила реплику его коллеги.

Вторую тяжелую ночь, организм перенес плохо. С утра подташнивало, и голова шла кругом. Но собрав волю в кулак, Ника привела себя в порядок и нанесла приличное количество макияжа, чтобы заретушировать почти черные круги под глазами и бледность кожи.

Ей весьма неплохо удалось продержаться на публике. Веселый тон, улыбка до ушей и этот «мечтательный взгляд». Даже Катерина стала на нее странно коситься. Ну пусть хоть так, чем жалеть и злорадствовать. За несколько дней, оставшихся до зимних каникул, Ника успела немного пополнить свой гардероб. Благо Алекс продолжал оставлять ей ежемесячно довольно приличную сумму на расходы.

Ника так же прикупила и новое платье, ведь в эту пятницу у них намечался поход в ресторан и рождественский корпаратив. Ника не забыла, что у Алексея корпаратив намечался на тот же вечер. Но что-то сильно сомневалась, что ее туда возьмут. Да и когда точно приезжает Алекс, не уточняла. Она не отключала телефон и не игнорировала звонки. Да только, он все равно с ней после последнего звонка не связывался. Ну что же, пусть так.

— Веселей подруга! У нас сегодня корпоратив. Осталось какие-то четыре часа просидеть, и мы свободны на каникулы! — ликовала Наташа и Ника натянуто улыбнулась ей, когда они столкнулись в коридоре. Уроки сегодня были укорочены и корпаратив им назначили на четыре вечера. Видимо боялись, что, если назначат на боле поздний срок и не ограничат во времени, не хватит потом никаких средств это мероприятия оплатить.

В прочем, Ника и не планировал там долго засиживаться. Чисто ради галочки отметиться и свалить подальше.

Звонил следователь о ее старом деле. Дело и правда возобновили, но в этот раз, как свидетель, она присутствовать не должна. Дело решат и так. И Ника даже знала, каков будет вердикт.

После работы она съездила на кладбище, навестить Арину. Долго стояла там, рассказывая о последних событиях и «хвастаясь» подарком на рождество от своего класса. Красивая серебренная цепочка с кулоном в виде ангелочка. Мило и трогательно.

— Помнишь, мы смеялись над теми, кто ходил на кладбище разговаривать с холодным мрамором? Да еще цветочки дарили? Я знаю, что тебя тут давно нет. И надеюсь, что ты в лучшем месте, где бы это не было. Но именно тут мы в последний раз виделись.

Ника не плакала. Слишком много слез уже было выплакано. Но больно было каждый раз.

— Я стала забывать твой голос, твои наставления. Потому и стала опять сопли не по делу распускать. Знаю, что в итоге, мы с ним разойдемся, наговорив кучу гадостей, но… просто продолжаю оставаться наивной дурой. Хочется тепла человеческого. Уж слишком осточертели эти стены, что меня защищают.

Совсем размазней стала, да? — Ника печально улыбнулась. — Мне тебя так не хватает…

Глава 13

Наташа оказалась права, когда проговорилась насчет «сюрприза» на этот банкет. Оказывается, директора двух школ сговорились провести общий корпоратив, чтобы сэкономить, так как скида возрастала от большого количества участвующих.

Ника безразлично скользнула взглядом по широко улыбающемуся Андрею и других его коллег. К счастью, к ней он не подсел и вообще весь вечер старательно делал вид, что занят обольщением всех остальных присутствующих дам. Это очень порадовало Нику, и она перестала обращать внимание на его действие.

Блюда сменялись, проводили разные конкурсы, танцы. Ника же с неохотой ковыряла вилкой в тарелке и то и дело поглядывала на телефон. Он не звонил. Возможно, еще не приехал. Может приехал, и не до нее… а может приехал, и отбыл на корпоратив.

Ника не заводилось. Просто как-то грустно было. Она так надеялась, что не зря провела в парикмахерской так долго времени, красиво укладывая волосы.

Пол восьмого, когда народ начал уже расходиться, Ника тоже попрощалась и направилась к выходу. Но как только она забрала свое пальто и сапоги направившись к небольшому диванчику, чтобы переодеться. Ее крепко схватили повыше локтя и утащили в дальний угол гардеробной. Она даже пикнуть не успела.

— Андрей, ты охренел?! Что ты творишь? — зашипела она, как только увидела, кто ее так бесцеремонно пытается облапать.

— Вероника, ну сколько можно ломаться? Наташа мне все рассказала!

— Что рассказала?!

— Что ты влюбилась, что не скрываешь своих чувств и ходишь мечтательно улыбаясь. Ну ясно же, что не по мужу сохнешь.

Ника с трудом подавила желание сложить на него трёхэтажные маты.

— Ты козел и Наташа твоя — овца! Что вы себе на придумывали?! Если и сохну по кому-то, то точно не по тебе! Ты в курсе, что я замужем? Ну так отвали уже, сколько можно?!

Андрей одарил ее гневным взглядом и не давая вырваться, поцеловал. Ника ужом извивалась, пытаясь высвободиться, и когда он схватил ее пониже локтя за больную руку, укусила за губу, до крови, со всей силы.

— Сука! — он отшвырнул ее от себя так, что Ника не удержала равновесия и упала на пол, больно приземлившись на пятую точку. — Пропади ты пропадом!

Зажимая пальцами кровоточащею ранку на губе, он сделал шаг в ее сторону, и Ника инстинктивно прикрылась руками, так как встать не успела еще.

— Что тут происходит?!

Вероника еще никогда не была так рада появлению своего начальника. Валерий Петрович грозно зыркнул в сторону Андрея и протянул Нике руку, помогая встать.

— Она меня укусила, — обиженно прошипел мужчина и Нике стало противно. Вот как вообще он мог вызывать в ней интерес?

— Целоваться лучше надо, — посоветовала вездесущая Маша, стоящая за спиной у директора.

Ника тихо застонала увидев, что свидетелем этой сцены стало еще больше человек, так как уже видела мстительно ухмыляющуюся Катерину то и дело поглядывающею в сторону двери и вновь переводя взгляд на нее.

— Не ужели нельзя было по лучше уединиться со своим ухажером? Зачем так на виду то к друг-другу приставать? — елейным голоском пропела она. И Ника еще не увидела, но уже почувствовала, кому она адресовала эти слова столь громко. Кажется, на этой неделе еще только потопа с землетрясением не хватает для полного комплекта. Только вот почему-то эти два события скорее вызвали радость, чем огорчение. Некогда было бы объясняться мужу, во что она очередной раз влипла.

Пока директор ругал Андрея, а тот что-то обиженно бурчал в ответ, Ника молча подобрала вырванные из рук сапоги и пальто. Потом вышла из гардеробной и направилась прямиком к тому дивану, рядом с которым стоял Алексей. Возможно, не будь она так уставшей после этой кошмарной недели и такой злой после выходки Андрея, испугалась бы грозного вида мужа. Он оброс щетиной, взгляд был мрачнее тучи. Темное пальто распахнуто, ноги на ширине плеч, а руки в карманах пальто, и Ника отлично видела, как натянулась ткань. Видимо с последних сил сдерживался, чтобы что-то не устроить.

Ника ткнула в него своим пальто не заботясь, подхватит ли он его и отпустив уселась на диванчик, стала переодеваться.

Закончив с этим, она выпрямилась и позволила ему помочь одеть верхнею одежду. Аккуратно поправила причёску перед зеркалом, поправила ремешок сумочки на плече и обернувшись к мужу, взяла его под руку.

— Пойдем? — ласково произнесла она.

Ника знала, что за ними сейчас наблюдает несколько пар любопытных глаз. И очень много сейчас от Алексея зависело, насколько рады они будут преследующей ее всю неделе неудачи.

Он все понял, изучающе смерив ее взглядом, ладонью провел по щеке и запустив руку под каскад волос, осторожно притянул за шею поцеловав.

Ника была благодарна, что он повел себя именно так, не устраивая перед всеми разборками и не обещая Андрею его убить. Только вот по тому, насколько поверхностен был поцелуй, она так же отлично понимала, что ей еще здорово за все перепадет, потом.

Сидя в машине, она прикрыла глаза слушая какую-то спокойную мелодию из разнообразных коллекций записей Алекса. Она ожидала, что сейчас он сядет в машину, заведет мотор и начнётся. Но Серебряков хранил молчание сосредоточенно смотря на дорогу, и Ника незаметно уснула.

«До скорой встречи.»

Алексей долго смотрел на это сообщение. Они уже минут десять, как приехали до места назначения. Но даже собирался разбудить Нику, но тут ее телефон мигнул, оповещая об eсмске. И вот теперь он его читал.

Вероника шевельнулась во сне и ресницы дрогнули. Алексей быстро стер сообщение и вернул телефон обратно.

Осторожно, едва, касаясь костяшками, он провел по ее щеке до губ и не удержавшись поцеловал. Губы девушки дрогнули, и через мгновение она уже отвечала. Руки бессознательно нащупали его пальто и проворно юркнули под него, легли на ремень.

— Так, все, выходим, — получилось слишком резко, когда он вдруг отстранился от нее, но Ника окончательно проснулась и не глядя на него вышла из машины тут же поежившись от холода. Пока он доставал сумку из багажника, девушка в недоумения оглядывалась вокруг.

Наконец взгляд сфокусировался на вывеске и глаза расширились.

— Я же говорил, у нас корпоратив, — пояснил Алексей и потянул ее за руку во внутрь.

Пока он стоял и разговаривал с администраторшей, Ника огляделась вокруг. Это была небольшая гостиница за городом, с несколькими банями и бассейнами гордо именовавшимися — СПА. На входной двери висела табличка, оповещающая о том, что мест нету и данное заведение, зарезервированное до завтра. Не ужели их адвокатская фирма настолько щедра? Корпоратив Ники продлился не дольше трех часов со строго выбранным меню в ресторане, где кроме них было еще немало посетителей.

— Артем!

Ника аж вздрогнула от злого голоса Серебрякова и с любопытством взглянула на мужчину, который шел ему на встречу.

— У тебя говорят в номере свободное место?

— Ну да… а тебе, что, некуда заселиться? Так ты ж вроде с Ли… — мужчина быстро осекся, заприметив Нику.

— Ошибаешься, она у тебя будет ночевать. Просто сообщаю, чтобы в курсе был, — «ласково» уточнил Алексей и подойдя к ничего не понимающей Нике, увел ее к лифту.

Их комната оказалась на третьем этаже. Но при этом, комнат на весь коридор было всего шесть.

Алекс отпер ближайшею дверь и не раздеваясь схватил чью-то уже оставленную в номере сумку, начал быстро засовывать в нее все, что хозяин сумки уже успел разложить по всему номеру.

— Ого… — Ника усмехнулась, увидев, что на двух спальную кровать, поверх одеяла, как бы небрежно было разложено женское нижнее белье. Кружевное и почти прозрачное. То ли она сильно устала, то ли на другую реакцию уже не было сил, но ее разобрал смех. Правда она очень сильно старалась в голос не расхохотаться, прижимая к губам тыльную сторону ладони.

Собрав наконец все вещи, Алексей не глядя выкинул сумку за дверь и заперся закрыл дверь изнутри. Их взгляды встретились, и Серебряков подозрительно прищурился.

— Что тебя так веселит?

Ника замотала головой не в силах что-либо говорить.

— Надо было тебя с Артемом в комнате оставить, — недовольно проворчал он, снимая пальто и стягивая свитер, одетый по верх рубашки.

— А почему ты все снимаешь? — теперь уже Ника подозрительно прищурилась, следя за тем, как Алексей расстёгивал воротник рубашки. Мужчина сделал шаг вперед, и заметив, что Ника инстинктивно отступила, продолжил наступать.

— Плавки собираюсь одеть. У нас все мероприятие связано с водными процедурами, ты не в курсе?

— Н… Нет. Но у меня повязка…

— Снимешь.

— … и купальника нет, — Ника уперлась спиной в подоконник.

— Я купил.

Девушка удивленно изогнула брови. На что Алексей лишь ехидно ухмыльнулся окончательно, сняв с себя рубашку, и Ника с трудом сдержалась, чтобы не опустить взгляд на его широкую и хорошо развитую грудную клетку, на плоский подтянутый живот и….

Алексей продолжал удерживать взгляд, при этом Ника заметила, что губы расползлись в злой ухмылке, особенно когда руки легли на ремень и он начал снимать штаны.

— Ты бы еще музыку включил, — не удержалась она от сарказма, чтобы скрыть, как пересохло горло. Она все еще не знала, как реагировать на его поведение и что именно он тогда услышал и увидел и как будет мстить.

— В другой раз. Ты помниться массажировать умеешь. А у меня спина, так болит, — не дожидаясь ответа, он забрался на кровать и лег на живот положив голову на сложенные руки.

Как же сильно он ее испортил, так как все мысли, которые еще удерживались у нее в голове, были далеки от массажа. Точнее начинались то они с массажа, но вот потом. Ника сомневалась, настроен ли Алексей воплощать ее фантазий, но попробовать стоило.

Решив так, она сняла пальто и разулась. Потом быстро высвободившись из платья оставшись в кружевном нижнем белье и чулках, забралась поверх мужа, оседлав его.

Аккуратно разминая мышцы, она пробиралась от шеи к плечам, от плеч по спине и ниже к пояснице. Пальцы как бы невзначай задевали резинку боксеров и поднимались выше обратно к плечам и шее. Ника то усиливала давление рук, то ослабляла, временами склонялась так, чтобы длинные волосы как бы случайно задевали его кожу лаская. Реакцию он не проявлял, продолжая спокойно лежать. Ника же уже изнывала и в конце концов начала сопровождать прикосновение рук осторожным касанием губ, через пару мгновений в ход пошли уже легкие покусывания и язык. Прикосновения становились уже боле смелыми, и боксеры были сдвинуты ниже…

— Все, лежи спокойно, отдыхай, — Ника сдвинулась немного и потянулась за откинутым покрывалом, чтобы прикрыть его.

— Серьезно, как прикажешь теперь успокоиться? — со скрежетом в голосе поинтересовался Алексей, полуобернувшись и резко выдохнул увидев, в чем она все это время была. Ника успела сосчитать до трех и оказалась подмятой под мужа. Он нависал над ней удерживаясь на полусогнутых руках и испытывающее глядел ей в глаза. Ника невинно похлопала ресничками и осторожно коснулась ладонями его щек, спустилась ниже, «нечаянно» задев губы и продолжила путешествие. Как только ладони коснулись его груди и поползли ниже, он уже перестал сдерживаться и поцелуй был на этот раз отнюдь не поверхностным. Он нетерпеливо продвигался ниже по ее шее целуя и лаская, а также царапая небритой щекой. Но Нику это даже еще больше заводило, и она выгибалась навстречу.

Он не стал расстёгивать новый кружевной бюстгальтер, который Ника тоже совсем недавно приобрела, просто отодвинув пальцами материал и втянул в рот сосок посасывая и покусывая его.

Ника вжала пальцы ему в плечи призывая не останавливаться и закусила губу, чтобы не вскрикнуть. Она чувствовала его везде. Пока его теплый и влажный язык увлекался ее грудями, ладони уже спустились к ее промежности и чуть отодвинув ткань трусиков в сторону, он окунул свои пальцы в глубину ее чувствительности.

Стон наслаждения ей уже не удалось сдержать. Она даже не сразу поняла, что уже умоляет его взять ее, горячо шепча его имя и требовательно прижимаясь к нему всем телом. Алексей же продолжал ее пытать лаской. Прокладывая влажную дорожку языком и губами, он спустился туда, где только что были его пальцы, и Ника сжала зубами пальцы. Боже, как же ей было хорошо, и все, что было на этой неделе сделалось таким незначительным и не важным.

— Аххххх…

— Ай-ай-ай, где же ваше самообладание учительница, так легко поддаетесь провокаций, — он самодовольно ухмылялся вновь, нависая над ней.

Ника в долгу не осталась, изловчившись резко опрокинула его на спину и уже она нависала над ним. Она в точности повторила все то, что он совсем недавно проделал с ней и когда он с трудом совладав с собой остановил ее вновь подмяв под себя, Ника, не скрывая самодовольства, выдохнула:

— Я смотрю, с самоконтролем у вас тоже не очень уважаемый юрист.

Что-то подобие ухмылки и злой улыбки на миг мелькнуло на его губах и в следующий миг он уже вошел в нее и подчинил единому ритму, сводящему сума и заставляющему забыть все на свете кроме удовольствия быть рядом с ним и разделить эти потрясающие чувства.

— Совсем я на тебя плохо влияю, такой развратной стала, — промурлыкал он ей на ухо, когда они обнявшись приходили в себя. Ника по кошачьи улыбнулась. Что есть, то есть.

— Возмутительное поведение и постоянные попытки спровоцировать учителя требуют немедленного наказания, — тоном «строгой учительницы» произнесла Ника, оторвав голову от его плеча.

Алексей лукаво улыбнулся, коснувшись ее нижней губы и провел пальцем по нему.

— Так накажи.

И Ника схватила губами его палец втянув и стала легонько посасывать, касаясь языком.

Он застонал и зарычал одновременно, схватив ее в охапку перекатился по кровати и оказался над ней.

— Нас сегодня не дождутся, — пробормотал он и склонился к ее губам. Но в ту же секунду они услышали, как ручка в двери поворачивается, и кто-то вот собирался войти. Ника зашевелилась, а Алексей только сильнее прижал ее телом не давая ускользнуть и уставился на дверь испепеляющим взглядом.

Лукавая улыбка вошедшей слетела в мгновение ока, когда она заметила, за чем застала объект своего обожания.

Ника прижала лицо к его груди, почему-то чувствуя себя застуканной с чужим мужем.

— Администрация извиняется, что напутали с комнатами, но твое место в комнате Артема. Номер подсказать или сама найдешь? — «ласково» уточнил Алексей.

— Что… но? — Лидия была настолько в замешательстве, что не сразу ретировалась понимая, что пощады ей не будет.

— Сумка за дверью!

Он уже не был «ласковым». И резко поднявшись подскочил к Лидии вырвав у нее ключи от комнаты. В следующею секунду она уже оказалась за дверью абсолютно ничего не понимая.

Ника перевернулась на живот и сдула нависшую челку. Она взглянула на хмурого Алекса абсолютно голым подпирающим дверь. Надо будет как ни будь узнать, какие именно неугодные ему татуировки скрывала та, что сейчас напоминала огонь охватившею половина его живота и часть груди? А еще, откуда у него шрамы через глаз.

— Ты мне раздельный купальник купил, или цельный? — Ника лукаво прищурилась, наблюдая за мужем.

Глава 14

— Алекс, я тебе бросаю вызов! — крикнул Артем, как только Ника с мужем наконец-то соблаговолили спуститься к остальным и присоединиться у бань. Там уже был накрыт буфет с разными закусками и напитками. Даже елочку маленькую не забыли пристроить, создавая рождественское настроение.

Алексей лениво прищурился на миг смерив коллегу взглядом и устроился на одном из незанятых стульчиков.

— Эй, вы собираетесь на перегонки плавать? — встрепенулся Эрик и Лена удивленно подняла на любимого глаза. Ника с интересом наблюдала за разгорающимся спором. Так, как дорожки было четыре, искали четверо участников. И тут же посыпались предложение о призах победителям.

— Я поцелую победителя пылко и страстно, — подчеркивая слова пообещала подошедшая Лидия. На ней был раздельный купальник почти ничего не скрывающий.

На других присутствующих женщины тоже были раздельные купальники, но только на Лидий настолько вызывающий и ловящий взгляды мужчин. Чего она в прочем и добивалась. На Нике купальник был спортивного типа. Топик и шортики. Ее такой вариант вполне устраивал.

— Амина, ты будешь мне кофе приносить и газеты всю неделю, если я выиграю? — осведомился Константин (он тоже тогда был у них в кухне).

Эффектная блондинка, с высоты своего роста надменно смерила взглядом Константина и перевела взгляд на Алекса. Тот едва заметно качнул головой и та, которую звали Алина, подчеркнуто замотала головой ни разу не улыбнувшись.

— Вот тебе жалко, да? — подзадорил Константин обиженно фыркнув. Алекс поднялся, скрестив руки на груди и Ника вдруг сделала для себя интересное открытие. Эти двое, блондинка и он, составили бы отличную пару, чисто по внешним данным. Оба высокие, спортивные, с надменным взглядом и имеют привычку глядеть с высока.

Ника поймала прищуренный взгляд мужа, адресованный ей и задумчиво, усмехнулась.

— Кто у меня выиграет, останется без зимнего отпуска.

— Это противозаконно! — обиделся кто-то, на что Николай лишь усмехнулся вызывающе, вздернув брось.

— По закону, он не обязателен. Это приоритет работников нашей фирмы, и при надобности, данную привилегию можно запретить всем или кому-то лично. Я найду, как это сформулировать правильно и законно.

— А ты чего предложишь? — Лидия надменно усмехнулась, скрестив руки.

Ника нехотя перевела на нее взгляд.

— Массаж?

— Ну массажем сегодня никого не удивишь…

— Эротическим — тоже? — невинно похлопав ресничками уточнила Ника. Она старалась при этом не смотреть на мужа.

— Во, а ты какие-то поцелуи тут предлагаешь, — самодовольно потер ладонями Артем.

— На места! — позвала Лена, вызвавшись быть судьей. Еще бы, она Эрику не даст выиграть даже если тот на пол километра всех обгонит.

Нику это дело позабавило. Хотя, если честно, она была без понятия, насколько хорош Алекс в плавании. У него и так было слишком много достоинств, и это уже начинало малость раздражать. Но с другой стороны, делать кому-то массаж, кроме него, у нее совершенно не было желания.

Ему все же удалось поймать ее взгляд, и Ника поняла, что вот за эту выходку ей спуску не будет. Девушка закусила губу в предвкушения.

— Пятьдесят метров! Старт!

И четверо мужчин красиво вошли в воду в прыжке. Брызги летели во все стороны, кто-то бежал следом крича и подбадривая. Ника же молча наблюдала. В какой-то момент, Николай и Алекс шли вровень, на обратном пути, Николай обогнал Алекса и взгляды обратились к Нике. Та же продолжала спокойно наблюдать за пловцами. Скоро с ними поравнялся и Эрик с Артемом и когда оставались последние двадцать метров народ зашёлся в криках.

— Охренеть!

Там были и по круче словечки конечно же, но Ника пропускала их мимо ушей.

— Да черт, ну чуть-чуть не хватало, — обиженно фыркнул Артем.

— Попробовал бы ты выиграть, — прошипела Лена Эрику, тот лишь рассмеялся, обнимая девушку.

— Фу, мокрый весь, отстань, — притворно отбрыкивалась она, однако далеко не ушла.

Алекс сжал челюсти так, что желваки заходили, когда, выбравшись из воды встретил ее взгляд.

— И стоило оно того? — Николай стряхнул воду с волос. — Ты по осторожней с обещаниями, он же мог и проиграть.

— Артема поцелуй, — рыкнул Алексей подбежавшей Лидий и быстро сгреб Нику в охапку поцеловав. Хотя нежностью тут и не пахло, Ника обвила его руками и плотно прижалась.

После поцелуя, он тут же уволок ее в одну из паровых бань и сев на скамью усадил девушку сверху так, что ей пришлось его оседлать.

— Еще раз такое предложишь при всех, я тебя при них же и изнасилую, — пригрозил он, обхватив ее лицо руками.

— Я не сомневалась в твоей победе, — уверил она его лукаво улыбаясь.

— Да что ты?! После изнурительной рабочей недели, долгого перелета, часа за рулем и твоего массажа, ты решила, что я еще и полста метров проплыву без проблем? Ты меня железным считаешь?!

— Нет, — она провела ладонями по его груди и ниже, — но твердым… очень твердым.

Он прищурился, наблюдая за ее движениями.

— А если сейчас кто-то зайдет?

— Мне почему-то кажется, тебя слишком бояться, чтобы посметь нарушить уединение. Видимо именно поэтому тебе поддавались во время плавания, — ехидно заметила она.

— Ах поддавались? Может сама попробуешь?! Пойдем, я сейчас тоже соревнование предложу и призом…

Ника не стала его выслушивать, поцеловала и положила его ладони себе на грудь. Потом повела вниз цепляя материю и давая груди освободиться от стискивающего материала. В тоже время ощущение пульсирующего члена у нее между ног стянутым плавками, было опьяняющим.

— Только попробуй меня после этого в какое-то соревнования втянуть, — тихо прорычал он, целуя ее шею и спускаясь к груди.

Немного позже она отдыхала все так же оседлав его, но уже в приличном виде.

— Амина, твоя секретарша? — лениво рисуя причудливые узоры на его животе, поинтересовалась Ника.

— Как догадалась?

— Она твоего одобрения искала. Ну и то, что ей предлагали кофе носить и корреспонденцию, наводит на мысль, что она не работает у вас юристом. Не заметила обиды за сказанные слова.

Алекс переплел их пальцы.

— Шерлок юный. Да, секретарша. Она хорошо знает свою работу и обладает редким качеством…

Ника догадалась, что он специально выдержал паузу, чтобы заставить ее проявить интерес. Она не стала разочаровывать мужа и оторвав голову от его плеча, вопросительно взглянула на мужа.

— Каким-же?

— Не смешивать личную жизнь с работай. Да и мужчины ее абсолютно не интересуют. Ни в каком плане.

— Хорошая секретарша, — согласно кивнула Ника, отвечая на его широкую улыбку и склонившись к его шее прихватила губами.

— Ну вот зачем, — тихо проворчал он, когда она оторвавшись еще раз лизнула темнеющее пятнышко. — Следов от твоих ногтей на спине, мне мало?

— Будешь знать, как уезжая в командировку оставлять на мне засосы, которые даже на замазать. Знаешь, как мне жарко было ходить в свитере с высоким воротником на работу?

Дьявольский блеск его глаз и такая же улыбка навели ее на мысль, что она хочет утащить его отсюда подальше, обратно в их номер и не выпускать долго-долго.

— Серебряков, хорош развратничать! У вас своя комната есть, не показывай плохой пример! — твердо потребовал вошедший Николай. Нике оставалось только порадоваться, что он не зашел пяти минутами раньше. Она попыталась встать, но Алексей ее не пустил, продолжая самодовольно ухмыляться и придерживать ее.

— Накажу, — строгим голосом прорычала она, глядя ему прямо в глаза. Он рассмеялся, отпустив ее.

Ника быстро вышла, чтобы не встречаться с взглядами с его начальником и с удовольствием пошла остужаться под прохладный душ.

— Ты ей уже про Макаренко рассказывал? — спокойно спросил Николай, усевшись на скамье и прикрыв глаза.

Улыбка Алексея тут же пропала, взгляд стал суровым.

— Нет.

— Не затягивай, — тихо посоветовал Николай и Серебряков вздохнул.

Глава 16

— Привет котенок! Я так соскучилась, — почти пропела Вероника, отпуская руку Алексея и тайком утерла слезы. — Как ты, почему так давно не звонил? Ну рассказывай солнце.

Она незаметно прибавила шаг, чтобы немного уединиться.

Алекс молча отстал, даже свернул на уже протоптанную дорожку ближе к морю предоставив Нике возможность спокойно поговорить.

Слушая собеседника, она внимательно следила за мужем. Спрятав руки в карманах, он молча шел к морю. Вчера, после того, как они с Николаем вернулся с бани, его словно подменили. Ни злорадства, ни ехидства, ничего. Какой-то отрешенный взгляд. Он не поддавался на провокации, спокойно реагировал на разного рода намеки со стороны коллег. Время от времени одаривая их тяжелым взглядом. А то и вообще сквозь них смотрел.

С ней он был нежен. И целовал, и обнимал и за руку держал. Ночь они провели в долгих ласках и под душем не разделялись. Но все ее попытки понять, что произошло игнорировались. Он просто переводил тему или отвлекал действиями.

Ника решила сильно не доставать его. Кто знает, о чем у него с начальством был разговор и почему ему так не хотелось разговаривать.

Вот и сейчас он стоял, уставившись на водную гладь. Легкий ветерок трепал волосы. Его щеки заросли еще сильнее, и при его таком отстраненном взгляде, облик становился еще мрачней.

Закончив разговор, она не спеша нагнала его и обняла со спины, просунув ладони ему в карман в поисках тепла. Так они простояли еще минут пять.

— Не хочешь узнать, кто звонил?

— Нет.

— А если все равно скажу?

Он покачал головой не оборачиваясь.

— Не надо.

— Почему?

— Потому, что тогда придётся еще кучу вопросов задать и самому на некоторые ответить.

Ей не нравилось, что у него такой глухой и безразличный голос. Ника обошла его встав перед ним и вновь обняла за талию.

— Мне Макс звонил, мой племянник. Мы с ним очень дружны, он мне как родной…

— Ника…

Она быстро зажала ему ладошкой рот и продолжа игнорировать его тяжелый взгляд.

— Он звонил, чтобы порадовать. Они с его мамой уехали в другой город. Он уже нашел себе там друзей и начал по ночам нормально спать. Ира устроилась на работу и через суд требует развода.

И я не поощряла Андрея вчера. Это его самоуверенность, что я просто упрямлюсь. Наташа была уверена, что я вся такая довольная всю неделю ходила, потому, что у меня любовник. Ведь не до замужества ни после я такой не была. А мне до чертиков обидно и больно было все произошедшее. И то, что квартиру всю переломали. И то, что ты даже не потрудился хоть одним словом ободрить и успокоить, когда я тебе позвонила…

Он отвел ее ладонь, но продолжил молчать.

— Я не злюсь из-за Лидий. Ты как-то обмолвился, что тебе не нравиться нетрезвые женщины. Значит, вряд ли подавался на ее соблазнения в тот момент.

— А может это я ее соблазнял?

— Не думаю, что у тебя настолько низкая самооценка…

Он безрадостно усмехнулся.

— Не надо Ника, давай сегодня без анализа. Ты меня не знаешь.

— Так расскажи, — Ника выдержала его взгляд.

— Как например, что?

— Как например, какие ты татуировки скрываешь по этой огненной? Татуировку своей группировки? Или имена возлюбленных? Скорее всего, портрет Анны! Нет, не угадала?

Он долго и молча смотрел на нее, потом поднял взгляд поверх ее головы и Ника отчетливо видела тень, что набежала на глаза. Она чувствовала кожей, что ему почему-то очень тяжело, но он никак не желал делиться.

— Алекс, нам с тобой еще минимум пять лет вместе быть. Может поделишься, что такого произошло, что ты сам не свой? Помоги мне тебя понять, — осторожно попросила она.

Так и не взглянув на нее, он приобнял ее за плечи и повел в сторону гостиницы.

— Пора возвращаться.

Глава 15

Кажется, она проснулась от собственного крика. Мокрая, в спутавшихся простынях. Она с трудом выбралась из плена постельного белья, не совсем понимая, где находиться и закончился ли сон. Но чувства подкатывающего к горлу комка заставил бежать в туалет.

Когда перед ней вдруг возник Алекс, она резко оттолкнула его в сторону и в последнею секунду подбежала к унитазу, чтобы опустошить желудок. Рвало ее сильно, Ника была уверена, что сейчас и все внутренности тут отставит, настолько плохо ей было. Когда спазм прекратился она еще несколько секунд прижималась к холодному кафелю туалета лбом.

— Ника…

— Уйди… уйди от сюда, — сипела Ника так как горло жутко болело.

Алекс не послушал, почти на руках вытащил ее из туалета и отнес в ванную. Ника вздрогнула всем телом, когда он плеснул в нее холодной водой. Через несколько минут, когда ей удалось отбиться от мужа, Ника села на пол в ванной прислонившись спиной к стене подтянув ноги. Алекс тяжело дышал напротив у стенки подтянув к себе одно колено обхватив руками.

— Что с тобой? — хрипло спросил он.

Ничего язвительного или остроумного на ум не приходило. А так хотелось послать и не чувствовать на себе этого внимательного взгляда.

Она запрокинула голову прикрыв глаза. Видок у нее сейчас должно быть то надо. Ночнушка задралась, волосы спутаны и скорее всего бледная как поганка.

— Просто что-то приснилось.

Что-то ужасное, настолько, что все еще перед глазами витала картинка.

— Тебе к врачу нужно обратиться.

— Не нужно, — Ника с трудом открыла глаза, но при этом старалась избегать смотреть на Алексея. — Просто плохой сон, пройдет.

— Тебя не первый раз так трясет после ночного кошмара. И мне ты рассказать не хочешь. Так может чужому человеку расскажешь.

«Ну да, ты то мне родной,» — чуть не ляпнула Ника, но вовремя сдержалась.

— Слышишь меня? — его голос стал напряжённым.

— Что мне ответить, чтобы ты оставил меня в покое? — едва слышно просипела она. Горло саднило.

На секунду поймав его взгляд, она тут же отвела свой. Она от сна то еще не отошла, а после этого взгляда ей вообще не по себе стало.

Алекс молча поднялся и ушел. Ника инстинктивно прислушалась к его шагам по лестнице, а потом тишина. После возвращения в воскресение, он очень сильно замкнулся в себе. Почти не разговаривал, отвечал односложно. При этом, он вроде и не избегал ее присутствия. Даже фильм приходил посмотреть вечером, когда она удобно во весь рост растянулась на диване. Сел перед диваном на пол, вытянув ноги и скрестив руки на груди. При этом, можно было поклясться, что содержание фильма он не уловил вообще. Слишком отрешенным был взгляд.

За эти пару дней, у Ники не однократно возникало желание чем-то его так задеть, чтобы наконец-то проявил нормальные, привычные ему эмоций. Да хоть пусть шипит и злиться, чем вот так. Глядя, как он молча ест, возникло желание ему туда по больше острого перцу насыпать или соли. А лучше сахара!

Еще возникала мысль, разбить к чертям его монитор. Вот сколько можно сидеть и что-то там строчить? И как-то не сильно волновало, что ей это потом как-то возмещать придётся.

Каких-то пару дней, а ей уже осточертели каникулы. Луше на работу ходить, чем днями на пролет сидеть грызть себя и анализировать, что же пошло не так.

Ремонт по страховке в ее квартире обещали начать делать только после новогодних праздников. А это значит, не менее двух недель рядом с живым трупом жить.

Скоро новый год, а ей даже домой не пойти было, чтобы в компании с интересными фильмами отпраздновать его. Может отправиться в какой-то ночной клуб, которые сейчас активно заманивали посетителей у них встречу такого праздника отметить? А что, отличная идея, когда она в последний раз напивалась до беспамятства?

Память тут же услужливо подкатила картинку ее ночного кошмара, и она отчетливо почувствовала, как тошнота опять подкатывает к горлу.

С другой стороны, ей нужно расслабиться. Рядом с Алексом не получалось. Точнее, как только начинало получаться, он тут же ее одергивал, возвращая в реальный мир.

Ноги подкашивались, когда она по стеночке добиралась до кровати. Пить хотелось, но спустится по лестнице, сейчас для нее не мыслимо. Шею-то она на радость Алексею себе свернет, но доставлять ему такое удовольствие у нее в планах не было.

Кое — как проспав еще несколько часов до утра, она еще пол часа лежала в постели уставившись в окно. Так не хотелось начинать этот день как прежние. Пустая половина постели за спиной. Алексей, старательно подражающий тени отца Гамлета, и она с желанием чем-то ему насолить. Если он сейчас у себя в кабинете, то она может незаметно свалить из дому и пойти погулять по городу или в библиотеке засесть. Но если он уже уехал, то у нее вообще раздолье.

Не повезло, он был в кухне и разговаривал по телефону внимательно прослеживая ее путь от лестницы до кухни.

— Нет мам, я тебя на громкую связь ставлю, говори, — он нажал нужную кнопку и положил свой телефон на кухонный стол.

— Ой, как не привычно! Ника, доброе утро, извини, что так рано вас беспокою, спали еще небось, — тараторила свекровь. Ника лишь кивала, не озвучивая свои ответы. Пуст думает, что у нее до сих пор горло болит, решила Ника, просматривая содержание шкафчиков. Крупы и макароны ее не заинтересовали, как и хлопья. Протиснувшись между столом и Алексом, подпирающим столешницу, она подобралась к холодильнику и с трудом сдержала подступающею тошноту. Нет, ничего мясного она точно есть не будет.

Пришлось быстро схватить пакет молока и вернуться к хлопьям, которые она до этого отвергла.

— Ну так, о чем я, — протараторив минут десять, свекровь вспомнила о цели звонка.

— Не забыли, мы новый год на этих выходных встречаем. Тоже подтягивайтесь. Леша говорит, ты вкусные пироги печешь, приноси!

— Леша их ненавидит, — тихо пробормотала Ника, заваривая себе кофе и стараясь не замечать косого взгляда Серебрякова.

— Как рука-то?

— На месте, — процедила все так же тихо Ника, ставя кружку с кофе по ближе к телефону Алекса в надежде, что телефон погибнет смертью храбрых, если Ника случайно на него кружку с содержимым опрокинет. Видимо, Алексей просек ее замысел и телефон сдвинул.

— В порядке мам, у Ники горло простуженно, ей говорить много нельзя. Передает привет и кивает, пироги будут.

— Если «Лешенька» их где-то прикупит или сам спечет, то будут, — не унималась Ника. Но свекровь услышать уже не могла, он отключил громкую связь и смерив Нику предупреждающим взглядом распрощался с матерью.

— Я задержусь сегодня… — начал он, допивая остатки своего чая.

— Да-да, обязательное посещение тренажерного зала, я помню! — торжественно произнесла Ника, скосив глаза.

— Между прочим, можешь со мной пойти.

Ника вздернула бровь, это тонкий намек на то, что ей бы не мешало похудеть? Она и так, благодаря нервотрепки от его присутствия и стараниями братца похудела не мало.

— А почему бы и нет, у вас такие симпатичные мальчики там, особенно в качалке!

— Губку обратно закатай, — Алексей мстительно усмехнулся, — у них уже свой фан-клуб есть.

— Тебе просто завидно, — фыркнула Ника, — в составе твоего фан-клуба только одна мамаша, сын которой в моем классе.

— Ты же еще не встречала всех, — продолжал он не сдаваясь. Ника скосила на него высокомерный взгляд.

— А незамужние среди них есть?

Ответить Серебряков не успел, у него зазвонил телефон, и сгребая его со стола, он устремился на второй этаж переодеваться.

Глава 17

Ника сдержала данное себе обещание, и после завтрака направилась дышать свежим воздухом по пути зашла к врачу, чтобы у нее сняли повязку. И долго постояла у регистратуры рядом со списком психологов. Когда-то она ходила к психологу после того случая. И вроде все успокоилось. Но в последние три-четыре месяца покой вновь покинул ее.

Ночной взгляд Алекса, натолкнул ее еще и на мысль о беременности. Но по подсчётам, слишком мало времени прошло, во-первых. А во-вторых, ее тогда здорово избили, и гинеколог мягко намекнула, что возможно это будет причиной бесплодия. Да и беременность ей сейчас не к чему. С предполагаемым отцом ребенка вообще черт пойми какие отношения. Психологическое состояние шаткое. Постоянно живет под чувством страха от возможной встречи с тем, кто их тогда с Ариной втянул в ту переделку. В переделку, из-за которой Арины не стало, а у Ники травма на всю жизнь.

«У вас в семье принято подарки друг-другу дарить?»

Ника убрала телефон обратно в карман пальто и пока ждала ответ не спеша прогуливалась по магазинам, которые пестрили рекламой о бешенных скидках. Вероника не была наивна и на это не покупалась, но время было в избытке, почему бы не посмотреть на разнообразный товарный выбор.

«Никто не просит, но все дарят.» — был ответ. Как-то она не так сформулировала вопрос или он решил прикинуться недогадливым.

«Зайди ко мне на обед, обсудим.»

— Ника!

Вероника нехотя обернулась на звук голоса и не стала делать вид, что рада встрече.

— Ну прости меня, ну побей, если хочешь!

— У меня только рука зажила, не хочу, — равнодушно пожала она плечами.

— Ну пожалуйста! Ну чья это вина, а?! Ну какого фига ты такого мужика отхватила? Ты даже не представляешь, как я завидую, причем по-черному, сильно!

— Да что в нем такого, что ты прямо из кожи вон лезешь, чтобы меня в его глазах очернить и завладеть его вниманием?! — зашипела Ника.

— Дура ты, или притворяешься? — обиженно насупилась Наталья, утянув коллегу к скамеечкам.

— Он же красивый, высокий, подтянутый. А эти его шрамы, прямо какое-то особое очарование ему придают. И… да блин, что я тебе объясняю. Девочек как меня, тянет к плохим парням, как твой муж. Ну не могу ничего поделать! И ты его все равно не любишь, так чего душу травить.

Ника устала потерла переносицу. Опять она слышит в адрес Алекса слова смысл которых не понимала. Красивый, опасный, «плахой парень». Лично ее, это настораживало, других же завораживало. Может она какая-то не такая? И правда надо к врачу.

— С чего ты решила, что не люблю?

— Да ладно тебе, уже то, что ты это спрашиваешь, отвечает на твой же вопрос. Да еще таким тоном, — Наташа тяжело вздохнула, сунув ладошки в карман расстёгнутого пальто.

— Даже Катька в полном недоумении, как такая как ты смогла его заинтересовать. А на нее он даже внимание не обратил.

— Я бы этого не утверждала, — сухо процедила Ника. Ей все еще помнилось, как он ей улыбался в машине.

— Да я сама слышала, когда она Машке жаловалась, что этот «придурок» женатый на Вероничке, отказался ее поцеловать, попросив передать привет мужу… То бишь Катиному мужу.

Ника промолчала, но едва дрогнувшие губы, скрывая ее улыбку, выдали Нику. Наташа усмехнулась.

— У меня два билета на новогоднею вечеринку в клубе.

Ника вопросительно изогнула бровь.

— Сходим? Развеемся? Обещаю, не буду отбивать у тебя твоих партнеров по танцам!

— Посмотрим, — буркнула Ника.

К Алексу в офис она заявилась позже намеченного и была готова к тому, что он ее выпроводит или не примет вообще. Но все же взяла с собой несколько покупных булочек из прекрасной кондитерской неподалеку.

Когда она поднялась к нему, Алекс как раз стоял у Амины за спиной что-то с ней обсуждая про увиденное на мониторе. Вроде какой-то документ. Он бы без пиджака в одной рубашке и Нике открывался прекрасный вид того, как мышцы двигаются под рубашкой, когда она наклонялся в перед или двигал рукой, что-то указывая. Долго ей постоять не дали. Запах выпечки быстро достиг работяг и оба как по команде резко обернулись. Ника чуть коробку не выронила, словно была поймана на недостойном занятий.

— Эм… ты просил зайти, — промямлила она, глядя куда-то в сторону от Алекса.

— Не просил, — покачал он головой, и Ника перевела на него злой взгляд. Этого ему и надо было, он злорадно усмехнулся и подойдя к ней забрал коробку легонько подтолкнув в сторону кабинета.

— Кофе будешь?

— Нет!

— Амина, у меня обед. Не беспокоить! — бросил он через плечо и плотно закрыл за собой дверь.

Она впервые была у него в кабинете. Отложив коробку на стол, он помог ей освободиться от пальто повесив на вешалку у двери.

— Так, что ты хотела обсудить? — он закатил рукава оголяя крепкие руки и открыл коробку втянув носом вкусные запахи.

— Список подарков, мы же вроде должны были на встречу Нового Года к твоим ехать, не?

— А мы поедем? — в тон ей поинтересовался Алекс, явно вспомнив утреннею беседу на кухне.

Ника неопределенно пожала плечами и перевела взгляд на убранство кабинета. Впрочем, ничего особого. Спокойные тона, светлая мебель. Шкафы под завязку заполненные различными книгами и толстыми папками. За спиной у нее располагался небольшой диванчик. В полный рост не растянешься, но пару человек усядутся. Перед столом стояло два кресла в одном из которых Ника устроилась.

Алекс молча ел, запивая чаем, который уже предварительно был налет в большую кружку у него на столе.

— Будешь? — спросил он, вытаскивая последнею булочку.

— Нет, я не ем покупные сладости, — безразличным тоном отозвалась Ника.

— Короче, сильно с подарками заморачиваться не надо. У нас в семье в основном уже дарят подарки молодняку. Ну и между собой, если сильно-больно хочется. Или скидываться на какой-то крупный подарок.

Так, что выбери какие-то наборы и порядок. Племянницы у меня любят плести всякие фенечки, — он продемонстрировал свой черный плетеный браслет под часами. Ника еще как-то думала узнать, кто ему такой подарил, видно, что сделан вручную, но красиво и замысловато. — Ну и рисовать. А пацанам… даже не знаю, надо будет у брата узнать. Сам куплю для них.

Алекс закрыл пустую коробочку и выкинул в мусорку под столом. Довольно потянулся, (Ника с трудом подавила вдох при этом его движений) и перевел внимательный изучающий взгляд на Нику.

— Тебе что дарить?

— Виллу на Мальдивах, — Ника встала. — Мне пора, до вечера.

Алекс оказался у двери раньше нее и прижавшись спиной к двери сообщил:

— У меня билеты в ночной клуб…

— Поздравляю, — «порадовалась» Вероника, застегивая пальто.

Его глаза потемнели.

— У нас долго еще «такие» отношения продляться?

— Видимо еще несколько лет. Пока кому-то из нас не надоест эта твоя "ромашка", хочу нежный, хочу — холодный. Я не бездушная игрушка, мне вот тут уже твои выкидоны, — она резанула ребром ладони себе по горлу. — Хочешь продолжать держаться на расстоянии будучи женат. Флаг в руки, и не жди, что я буду по-другому себя вести!

Он не успел продолжить разговор так как кто-то деликатно постучал, и Ника воспользовалась этим, чтобы быстро выскользнуть из кабинета.

Глава 18

— Хорошо, что мы сюда пришли, — прокричала Ника, хотя чувство было, что едва прошептала, настолько сильно музыка заглушала разговоры.

Наташа кивнула, подпрыгивая в такт музыки и постоянно выискивая взглядом какого ни будь симпатичного мужчину, к которому примкнуть.

Нику это забава не сильно интересовала. Ей нужно было разредиться. Тем более она сегодня решила хорошо выпить. Может хоть так немного позабудет о всех тех проблемах, что на нее свалились.

Песни менялись, бармены работали без передышки успевая показывать всякие трюки с бокалами и напитками. Народу было столько, что яблоку было некуда упасть.

— Ника, это Костас, а это Марио!

Вероника мысленно закатила глаза. Молодые люди были загорелыми и очень симпатичными. Широкие улыбки во все зубы и темные красивые глаза. Наташа только, что не облизывалась при взгляде на них. А Ника себя корила, что не может расслабиться и пофлиртовать с ними. Какой-то непреодолимый барьер возникал между ними. Но она честно старалась, и улыбалась, и танцевала, и поддерживала разговор как могла. Даже не отдергивала руку, когда Марио стал ее сначала невзначай, а потом уже целенаправленно поглаживать. То спину через ткань, когда прижимал вовремя медлека, то оголенные плечи и кисти рук. Нике захотелось одернуть на себе платье, чтобы оно больше прикрывало. Нет, его прикосновения небыли неприятными, но удовольствия она не чувствовала.

"Вот ты ж дура! Хватит уже! К тебе собственный муж старается не прикасаться лишний раз, а тут такой симпатичный мужчина к тебе тянется, а ты еще ломаешься!"

На этой мысли Ника и остановилась, и позволила темной загорелой руке обвить ее за талию привлекая к себе в очередном медленном танце. Их бедра соприкасались. Марио то и дело что-то нашептывал ей на ухо. При этом поглаживая мочку уха, спускался ниже по шее к плечу и в какой-то момент пальцам последовали губы. Было… холодно и мокро!

Марио обалдел ошарашенно, смотря на нее, и в следующий момент они оба резко задрали головы, чтобы узнать, кто посмел их окатить их водой? Кусочки льда лежали между ними на полу.

Как назло, прожекторы настолько ослепляли, что не давали разглядеть обидчика, только смутный силуэт. Вот зараза! ВИП-ы чертовы, это они так развлекаться со скуки.

Зло чертыхнувшись, Ника отряхнула с себя остатки воды, но платье было мокрым и неприятно липло.

Марио то извинялся зачем-то, то старался осушить свою футболку. В итоге снял ее с себя и тут же Ника словила несколько озлобленных девичьих взглядов в свой адрес. О господе!

— Что произошло? — Наташа подсела с Костасем к ним на диванчик. Выслушав историю об их несчастии, Наташа тут же разозлилась.

— Пошли наверх, выскажем этим выскочкам, что они о себе возомнили?

— Да уймись, наверх мы все равно подняться не сможем. Вон там какой охранник проверяет печати на руках. С нашими не впустят.

— Ничего, меня впустят, я им покажу!

Окончание Ника не услышала, да и не старалась. Ей было холодно. В отличии от Марио, свое платье она скинуть не могла и потом спокойно сидеть. Она мельком взглянула на часы на телефоне. Всего лишь пол первого ночи. Ну и что, домой переться на радость Алексу? Не хотелось.

Пока Наташа пыталась прорваться на второй этаж, Ника извинившись удалилась в женскую комнату в надежде, что можно будет платье подсушить под сушилкой для рук. Увидев очередь в туалет, она обомлела. К тому времени, когда она доберётся до сушилки, сушить нечего будет.

Ника развернулась, чтобы вернуться к своему диванчику и в кого-то врезалась.

— Извини… Да чтоб тебя! — тут же выдохнула она, увидев нахальную ухмылку мужа.

— Что ты тут забыл?

— Я же говорил, что у меня два пригласительных. Но ты не захотела слушать, куда именно.

— Класс, ну так может вернёшься обратно в ложу для «избранных», что тут то среди простых смертных ошиваться? — Ника попыталась его обойти, но он тут же скользнул в ее сторону опять заграждая проход.

— Шикарное платье, жаль, намочила. Пить аккуратней надо было.

Нике удалось все же его обойти в какой-то момент.

— У меня нету проблем с контролем над своими движениями, а вот кто-то из вас "поднебесных" явно уже перепил, вылив на меня стакан, — Ника круто развернулась и уверенно направилась к машущему ей Марио.

— Это был графин Ника, большой такой, литра на два.

Его дьявольскую самодовольную улыбку она увидела лишь на секунду буквально с места рванув на него и замахнувшись. Этот гад успел увернуться и заломил ее руки за спину так, что она почти в плотную прижалась грудью к нему и как назло, тело тут же заныло в предвкушении. Но к счастью разум работал трезво, даже не смотря на выпитый алкоголь.

— Не надо котенок, а то коготочки то придётся пообломать, — предупреждающее шипение ей на ухо.

Ника дернулась так, чтобы увидеть его лицо.

— Валяй! Ты же любишь меня унижать, так, чтобы у всех на глазах, — девушка искренне надеялась, что шипение не уступает Алексу.

Он взглянул на нее сузив глаза и тут же быстро потащил за собой на второй этаж мимо изумленного Марио и бесстрастного сторожа.

Они быстро поднялись на второй этаж и Алекс, найдя укромное местечко затащил ее в какой-то угол прижав запястья, зажатые в тисках его пальцев по обе стороны от головы.

— Ну ка расскажи, когда я тебя унижал и при ком это?!

— Да легко! То к коллегам моим пристаешь при мне же, то…

— Я не к кому из них не приставал! Ни разу! — продолжал шипеть Алексей. А Ника еще сильнее распалялась от того, что его близость, гнев и шипение не действовало так, как следовало. Вместо страха и желания быстрее сбежать, ей хотелось его поцеловать. Крепко-крепко… и долго и нежно.

— Да как скажешь! Все, отпусти меня! Мне нужно платье высушить где-то и как-то.

— Чтобы ты опять со своим красавчиком обнималась, перебьёшься!

— А тебе какое дело?! С кем хочу, с тем и танцую! — видимо алкоголь все же начал действовать, уж как-то больно туманно стало в голове. А может ей было просто холодно от того, что мокрое платье все еще липло к телу.

— Нет!

Ника взвизгнула, пытаясь высвободиться. Как же губительно действовало влияние Алекса. Она уже не помнила, когда себя так вела. Все время старалась обходиться без насилия, словами. А то и вовсе убегала от проблемы стараясь их таким образом избежать.

— Я тебя сейчас выпорю, если не угомонишься! — пригрозил он ей на ухо, когда какая-то парочка прошла мимо и странно на них покосилась.

— Давай! Ты постоянно мне чем-то угрожаешь, — выдохнула Ника. Он был так близок, что стоило ей чуть податься вперед и они бы уже целовались. Ну не оттолкнет же он ее? Надо проверить!

Видимо ее намерения были настолько прозрачны, что Алекс быстро положил ей руки на плечи и отодвинул от себя на расстояние вытянутой руки. Нда, теперь будет сложнее проверить.

— Хватит, пойдем я отвезу тебя домой, — с какой-то отрешенностью потребовал он и Ника резко от него отстранилась, скинув его ладони с себя.

— Сам езжай, у меня вечер не закончился!

Смерив ее презрительным взглядом, он развернулся и шагнул в сторону.

— Угораздило же влюбиться в такого дурака… — прошипела Ника сквозь стиснутые зубы и тут же опешила. Он услышал. И Ника очень жалела о том, что призналась и о том, что в слух.

Его губы скривила презрительная усмешка.

— Серьезно? Ника, ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — он скрестил руки на груди. — Если бы и правда любила, как ты говоришь, не пыталась бы постоянно до белого колена довести и не позволяла бы чужим мужикам себя лапать или целовать.

В первые за этот вечер, Ника не смогла ничего ответить. Она бы сейчас с легкостью опровергла бы все его заявления, если бы не это убийственно безразличный взгляд и презрительная усмешка. Словно он пожалел дурочку, только что признавшеюся в любви.

Вот как… В первые в жизни она поняла, что и правда любит. И призналась. Даже сразу двоим. Себе и своему объекту воздыхания. А он…

Ника перестала рассматривать стенку напротив и не поднимая на него взгляда ринулась мимо Алексея.

— Буду ждать у машины, — бросил он ей в след.

Глава 19

Нике удалось улизнуть до того, как он обнаружил ее пропажу. Поймав такси, она доехала до небольшого отеля. Ей крупно повезло, у них как раз оставалась комната свободной. Почти все гостиницы в городе были забиты под завязку. Оно и понятно, многие уезжали из дому в другую страну встретить новый год. Ника тоже решила так сделать, усевшись в отеле на кровать и достав свой мобильный телефон. Номер Алекса она предварительно заблокировала, чтобы он ей не досаждал. Все, хватит. Потом написала Наташе сообщение, чтобы та не волновалась и принялась искать в интернете горящие путевки в ближайшие сутки. Фортуна и в этот раз была за нее.

— Крит, отлично, там я еще никогда не была! — решила Ника, заказывая и оплачивая через интернет свой заказ. И хоть из одежды и прочих принадлежностей у нее ничего не было, она не отчитывалась. Утром пойдет и все нужное ей купит. А сейчас…

Она уже успела раздеться и улечься в постель, когда телефон вновь зазвонил. Ирина.

— Привет Ника, прости, что так давно не звонила. Да еще так поздно.

Время было и правда поздним, третий час утра.

— Ничего, что-то случилось?

— Да нет, хотела позвать тебя к нам новый год встретить, ты как? Мужа бери с собой, — жизнерадостно проговорила Ирина. Ника невольно улыбнулась. Они проговорили около двух часов. Ника кратко изложила свои "обстоятельства", Ира же порадовала своими. Она устроилась на работу, а Макс ходил в школу и благодаря совместными усилиями с психологом, он быстро адоптировался и перестал видеть ужасы в снах. А также уже не так боялся мужчин. Оказывается, их бракоразводный процесс с Сергеем близиться к концу. Ему продеться платить алименты и спрашивать разрешение на посещение сына.

— Я наконец-то дышу!

Ника радовалась за Свету, от всего сердца желая ей счастья в то же время борясь со слезами и со своей болью и обидой.

— Прости, что поворачиваю нож в ране, но мне кажется, он не такой, как пытаешься себя показать. Ну не знаю, вроде у вас такие отношения и его забота о тебе. А потом он просто не верит в твои чувства. Наверно я закоренелый романтик.

Ника потом долго крутила эту фразу в уме. Да она и о себе-то никогда не думала, как о романтической персоне. Или склонной к романтике. Но стоило Алексу чуть больше внимание к ней проявить, и все, она уже в любви признается.

Давно она так не рыдала, до самого утра. А когда поняла, что спать все равно нет смысла, отправилась по магазинам.

— Ника… не ужели ты?

Глава 20

Вероника сглотнула подступивший ком и с трудом сдержалась, чтобы не ринуться прочь. Только она секунда назад любовалась украшениями за витриной и вот у нее за спиной герой ее кошмаров.

Медленно, словно ей это давалось с великим трудом, она обернулась. В первый миг она даже обрадовалась, что ошиблась, но потом быстро поняла, что все же нет. Он так изменился. Просто реально страшным стал. Тот самый, кто был предметом обожания почти у половины женского населения института. Красавец, ловелас и герой многих фантазий. Даже Арина купилась на его обаятельную улыбку. Это так удивило Нику, ведь та всегда презрительно относилась к таким персонажам. И вот.

Как она вообще могла когда-то Алекса сравнить с личностью приступного мира? Да он красавцем выглядел еще при той первой встрече по сравнению с тем, как сейчас выглядел Максим Макаренко. Исхудавший, сутулый, глаза впалые, темные круги и короткая стрижка. Больше всего ее передергивало от его взгляда, тяжелый и пронизывающий.

Он стоял в двух шагах от нее, не двигался, ждал ее реакций. А Ника жалела, что у нее с собой нету ее сумочки. Там у нее перочинный ножик и газовый баллон.

Максим медленно вынул руки из карманов темной куртки.

— Давай поговорим.

— Знаю, что все, что сейчас произнесу для тебя лишь пустой звук. Но мне нужно выговориться. Попросить прощение.

Ника сидела на краюшке скамейки в ближайшем парке готовясь по надобности тут же сбежать. Максим сидел спокойно, вытянув ноги и пряча руки в карманах.

— Прощение говоришь… — почти прошипела Вероника, разглядывая понравившийся ей камень. Вот им бы сейчас…

Максим хмыкнул.

— Не надо Вера, ты не представляешь какой это ад отсидеть с таким грузом на сердце. Мне порой казалось, я вижу ее на яву — улыбается той самой презрительной улыбкой и в глазах укор. А у меня все внутри трясётся. Я столько раз проклинал себя за то, что тогда случилось. Столько раз молился, чтобы сдохнул по быстрее…

— Мне тебя пожалеть? — Ника повернула к нему лицо обдав полной ненависти взглядом.

Он помолчал, глядя перед собой. Взгляд был задумчивый, но челюсти сжаты настолько сильно, что желваки двигались под кожей.

— Я слышал, ты замуж вышла? — сменил он тему.

Ника молчала.

— Не думал, что вы сойдетесь. Видимо правильно говорят, горе сближает.

— Чего?

Они встретились взглядом, и Ника поняла, что он не верит в ее непонимание. Его взгляд был пытливым, но в какой-то миг он кажется что-то понял и отвел взгляд.

— Черт… я думал, ты помнишь его… Блин!

— Ты опять под наркотой? Чего ты несешь? Кого я могу помнить кроме тебя и Эрика, которого потом к его счастью грузовиком задавило? Вот обидно наверно было, что сидеть только тебе придаться, как соучастнику и подстрекателю? — презрительно высказалась Ника, сдерживаясь, чтобы не плюнуть ему в лицо.

— Ты помнишь, что нам тогда помешало? Что помешало Эрику закончить начатое? Мне он тогда ведь так врезал, что я встать не мог.

Ника уставилась на противоположную скамейку. Она не помнила. Как вспороли живот Арине, помнила. Как ее до этого насиловали, а ей заломив руки за спину не давали возможность убить Эрика, помнила. И держал ее тогда Макс, хоть и выкрикивал что-то Эрику, вроде даже пытался остановить. Но тот был еще безумней Максима. Ее до сих пор передергивало от того взгляда. Безумие и маньякальная одержимость.

— Не знаю, приезд полиций?

— Правда не помнишь?

— Да та достал уже Макс! Хватит свою загадочность тут проявлять. Помню, что вас что-то спугнуло и Эрик бросился прочь прямо грузовику под колеса, а ты только твердил что не причем и еще что-то подобное нес.

— Лешка нас тогда спугнул. Нашел и отшвырнул Эрика, тот не стал разбираться в происходящем и бросился на утек. Но видно настолько перебрал тогда с дозировкой, что уже не ориентировался в пространстве. Тоже не помню уже всех деталей. Но избил меня он. Полицию вызвал, в больницу тебя спровадил. На деле присутствовал проверяя, чтобы точно меня упекли, — Макс без радостно хохотнул.

— Как вспомню, каким уродом был тогда. Удавил бы собственными руками. А мать все носилась со мной. Просила брата помочь и тетю мою. Чтобы он вытащил, чтобы использовал связи…

— Брат? Чего ты несешь? Ты в семье один, — Ника еще не до конца приняла информацию, которую он уже выложил ей. А тут еще это.

— Ты и об этом не в курсе? — теперь его взгляд был искренне изумленным.

— Вы как вообще сошлись? Столько лет прошло, а ты не в курсе, что он мой двоюродный брат по маме.

Что-то он там еще говорил, но вот теперь Ника откровенно не слушала.

Он ее знал. Знал уже с тех времен. Удивлялся ее кошмарам, спрашивал, о чем они… Так вот что значило это его призрение и нежелание с ней вместе быть. Ника отлично помнила их первый месяц вместе, сколько ненависти и призрения. Еще бы. Не бойсь больше пекся тогда о брате, чем о той, которая осталась в живых после проделок первого. Но зачем тогда эта женитьба… на фига этот спектакль?!

Она почувствовала, как тошнота подступает к горлу. Да как с ней такое могло случиться-то?

Ника резко встала и прошлась зад в перед перед Максом, сдерживая слезы и сжимая челюсти в немой ярости.

— Что я еще не знаю, — резко остановилась она. Максим поднял на нее заинтересованный взгляд.

— Честно говоря, я и сам сейчас не в курсе. Я не знаю деталей вашего сближения. Мать рассказала, что Алексей женился и показала фотографию, что его мать сделала и сестре послала. А там ты… Я даже было обрадовался, что мне так тебя легче найти будет, но видимо он тоже не шибко радовался предстоящей встрече и всячески препятствовал.

— Алекс знал, что ты со мной хочешь встретиться? — голос у нее резко сел.

— Ну да… не проверяла не отвеченные звонки и сообщения?

Ника села обратно на скамейку и уставилась в пространство.

Все знал, был в курсе… помнил… он ее знал. Он ее знал! То-то он все подчеркивал, что она его совсем не знает. Только видимо речь не о характере была.

Ника с трудом сглотнула. Если вчера в ней билась обида, то сейчас в ней поднимала голову тихая ненависть и желание убить, придушить.

— Наверно, пора опять тему сменить, — как-то сконфуженно пробормотал Максим.

— Ника… я… правда хочу попросить..

— Прощение? — резко повысив голос подсказала Ника. — Нет! Никогда не прощу. Чтобы ты не сделал. Просто не прощу и все. Я так понимаю, ты на путь истины встал, может даже куда в секту записался или стал прилежным прихожанином… Но нет, не прощу, и плевать, что мне за это будет!

— Ника… не суди, я прожил в аду после этого, и…

— В аду? Серьезно Макс? В аду говоришь… Меня на утро тошнит от увиденного десять лет назад. Мне так хреново, что хочется умереть, просто, чтобы те кошмары прекратились. Я не могу довериться мужчинам, мне всюду мерещиться то, что потом может случиться, как в случае тебя и Эрика… Лично ты — мне органы отбил так, что я скорее всего никогда не буду иметь детей! Господи, какие ж вы уроды! — она нервно засмеялась, всплеснув руками.

— Если бы на перед знала, что мне за это ничего не будет, разорвала бы живьем, и оставила бы гнить, — прошипела она подавшись вперед. Максим глядел спокойно, даже раздражительно спокойно, хотелось ему сейчас врезать или глаза выцарапать. Ника с трудом подавила в себе это желание и отскочила в сторону.

— Ненавижу… ненавижу… — медленно, с трудом выговаривая слова произнесла она. — Не прощу…

Они долго смотрели друг-другу в глаза. Ей даже показалось, что во взгляде Максима она видела сожаление и боль, но на это ей было искренно плевать.

— Если, когда ни будь сможешь, прости его. Алексей все это время действовал во благо тебе. Я проклинал его за то, что он обернулся против меня и не защитил, не вытащил из тюрьмы. Долго ненавидел. Но сейчас, вспоминая прошлое, сделал бы вместо него то же самое. Я с полна заслужил все, что получил. И что еще получу…

— Тебя там об стенку шарахнули что ли? Что за бред ты несешь?! Никогда не верил ни в какую карму или в Бога. А тут соловьем о смирении заливает, строя из себя заблудшую овечку.

Ника была поражена его реакций. Просто пожал плечами и как-то смущенно рассмеялся.

— У вас даже реакций схожи. Он тоже не верил, и не верит.

— Вы виделись?!

— Нет, не виделись. Я и тебя то чисто случайно встретил, поверь. Понимаю, что вы мне не верите и еще не скоро поверите, если вообще сможете. Нет, я не вступил ни в какую секту. Просто нашлись люди, на примере которых я понял и многое осознал… — Макс долго молчал, глядя в пустоту и Ника решила, что с нее разговора хватит.

— Хочется надеяться, что в скором будущем меня все же порадуют новостью о племянниках, — тихо произнес он ей в след.

Ника услышала, но не обернулась, слишком больно было об этом задумываться. Она давно успокоилась и смирилась с тем, что ей не суждено. Возможно, потому и работала с такой самоотдачей с чужими детьми. Даже перестала задумываться о том "а что, если бы…". И вот, пожалуйста, раны грубо разорвали и нагло шарят внутри, проверяя состояние.

Глава 21

Около пяти часов полета пролетели незаметно. Ника настолько углубилась в свои мысли, что даже плачущий от давления в ушах малыш за спиной ее не раздражал. Прикосновение теплого прогретого воздуха средиземного моря вызвал мурашки с непривычки. Но Нике очень скоро понравилось ласковое дуновение и особый запах присущий местному окружению. По гостиницам их развезли уже ближе к полночи и ясное дело, гулять она сейчас не собиралась. Сначала надо попробовать поспать. Комната была просторной с небольшой кухонькой. Ванная и туалет были объединены. Из окна открывался вид во внутренний двор с бассейном. Красивая и умиротворяющая подсветка и звуки колыхающегося неподалеку моря быстро усыпили.

Первая неделя из двух недель отпуска прошла быстро. Чтобы не давать себе времени на раздумья, Ника записалась на всевозможные экскурсии. В свободное от них время, устраивала длительные прогулки по острову наслаждаясь видом архитектуры, скупой зеленью и пейзажем на фоне моря. Ей нравилось. Атмосфера тут была совсем другая. Она даже начала чувствовать какое-то умиротворение. На одной из экскурсий она познакомилась в двумя женщинами, почти ровесницы. Одна из них была коренная гречанка, но в возрасте пяти лет покинула континент и сейчас жила в штатах. А сюда ездила как туристка. А вторая была немка. Общались они в основном на английском. С ними было весело, Ника и не заметила, как окончательно расслабилась и наконец смирившись с тем что все еще больно и обидно, она дала себе возможность просто пожить в свое удовольствие.

— Я так рада, что новый год встретила на острове. Шикарный фейерверк и мероприятия! — нахваливала Мария. Ника усмехнулась, свою встречу этого года она просто проспала.

— Да, это было здорово. Кстати, мы ведь идем сегодня на танцы? — тут же уточнила Эстер. Немка оказалась на редкость темпераментной. Девушки тут же принялись обсуждать как проведут вечер и что наденут.

Ника не раз поглядывала на свое обручальное кольцо. Даже пару раз порывалась снять, но очень скоро осознала, что слишком верная. Отсутствие мужа рядом возымело странный эффект. Место того, чтобы радоваться, что контроля нет и делай что хочешь, она на оборот себя ограничила только легким флиртом и ничего кроме этого. Да танцевала с другими мужчинами и весело болтала, но всяческие намеки на что-то еще пресекала на корню с милой улыбкой, но с твердым взглядом. Как-то не было в этом никакого интереса. Видимо Алекс прав, она и правда пыталась вывести его из равновесия призывая хоть как-то проявить свою заинтересованность в ней. И в какие-то моменты ей это удавалось… или он просто подавался и подыгрывал? А на самом деле, интереса не было. Просто нужно было как-то скоротать время и приукрасить взваленное на себя бремя? Знали ли его родственники о том, что она та самая, "благодаря" кому, их близкий родственник сел на долго? Не поэтому ли его бабка так старательно пыталась указать ей место? А Анна в тихоря надеялась, что Алексу скоро надоест играть благодетеля и он прекратит этот фарс? Но тогда почему только сейчас? Это произошло столько лет назад…

К сожалению, времени, когда мучать себя этим бессмысленным раздумьем у нее хватало. Особенно во время заката, когда Мария с Эстер уходили на какие-то там лечебные процедуры. Ника же гуляла по скалистому пляжу. Она жалела, что не взяла с собой плейер с наушниками, так бы смогла заглушить ненужные мысли.

А еще смутные подозрения подтвердились. Тест на беременность показал положительный результат, как и последующие несколько. Ника не знала, как на это реагировать. Да они не всегда предохранялись, но разговоров про детей ни разу не заходило. Она даже не была в курсе, хотелось ли Алексу детей, и если да, то от нее ли? Эту "проблему" она решила тоже отложить. Сначала нужно посетить гинеколога и узнать, если вообще какие-то шансы выносить ребенка и родить здорового.

Одно радовало, кошмары ее не посещали.

К началу второй недели отпуска, Мария вернулась в штаты. Прощались долго и слезливо, перед этим всю ночь на пролет танцуя и веселясь.

— Подожди меня в холле, я только за сумочкой сбегаю и вернусь, — попросила Эстер и рысью бросилась к лифтам.

Ее гостиница была по обстановке гораздо богаче той, в которой поселилась Ника. но это и не растрайвывало.

Пока она рассматривала дизайн гостиницы, за спиной прошли уверенные шаги направившись к администратору.

— Добрый день, меня будут искать, передайте пожалуйста, что я буду ждать в ресторане на веранде.

— Конечно гер Серебряков, мы передадим.

Ника чуть не выронила брошюрку, которую рассматривала. И не после того, как администратор назвал его по имени, и даже наверно не когда он по немецкий сообщал о своем место положений. Скорее всего в тот момент, когда она буквально кожей ощутила присутствие Серебрякова, запах его одеколона, поступь. Ника сдержала порыв, тут же сбежать. Но так бы она привлекла внимание, и скорее всего бы за ней последовали. А так. вроде у него тут какая-то встреча. И скорее всего он в командировке. Так, что, если она осторожненько сгинет с глаз долой, он ее не заметит и она в безопасности. Когда он прибыл, ведь уже неделю, как Ника бывала тут, но ни разу не натыкалась на Алексея. Может на днях?

Шаги приблизились и остановились. Ника внутренне напряглась, готовясь к схватке. Она даже на знала, что и как ему говорить. И дадут ли ей слово вставить.

Приятный, до боли знакомый голос заговорил с кем-то из стоящих в фуае. Пару незначительных фраз, шутка и прощание. Он прошел мимо нее, практически в нескольких миллиметрах, и если бы скосил глаза в ее сторону, то сразу бы увидел.

Ника еще несколько минут любовалась его широкой спиной и высокой фигурой, пока Эстер не тронула ее за плечо давая знать, что уже вернулась.

— Ты за этим мужчиной следишь, ха, не плохо. Он и правда симпатичен. Слышала, что говорит на немецком, и довольно чисто. Но не немец, не тот типаж.

Ника со скрытой тоской проследила взглядом, как Серебряков скрылся за дверьми ресторана и незаметно выдохнула.

Она криво улыбнулась Эстер и последовала за той на выход из гостиницы. Впредь нужно будет быть осторожней. У нее конечно было в планах встретиться с ним и объясняться, но не сейчас. Может по возвращению… или через месяц, год? Главное — не сейчас. Ей нужно еще время.

— Черт, я сегодня поняла, что зря так рано вышла замуж, нужно было подождать еще несколько лет, и ходила бы под ручку совсем с другим мужчиной, — закусив губу заметила Эстер в один прекрасный день, когда они прогуливались вдоль берега, тут была специально выстроена дорожка для прохожих и бегунов. Ника не боялась, что кое-кто из бегущих может ее узнать. На ней были короткие шорты со спортивной маечкой, кепка с какой-то надписью надвинута на лоб и очки хорошо скрывали лицо. Да и загоревшая кожа и выцветшие волосы здорово меняли ее образ.

— А что, нашла себе свободного миллионера? — хохотнула Ника, разглядывая мимо пробегающих.

— Ну про его денежное состояние на знаю, а вот… внешность, боже, я таю как мороженное, когда ловлю его взгляд. Такой красавчик!

Ника весело рассмеялась, Эстер так уморительно сопровождала свой разговор жестами и мимикой, что невозможно было устоять.

— Кстати вот он, — понижая голос сообщила Эстер и тут ее походка стала боле женственной, плечи назад, грудь вперед. Ника с трудом сдерживала смех и подняла взгляд стараясь разглядеть того, на кого Эстер собралась променять мужа и десятилетний брак.

Почему-то выбор Эстер ее не сильно удивил. Улыбка перестала быть радостной, но Вероника постаралась ничем себя не выдать и не свернула с дороги, когда уверенным ходом к ним приближался Алекс. По пояс оголенный, в спортивных шортах и обуви, темные очки.

Эрика тихо выругалась, подавляя стон.

— Видела какая у него татуировка, кожа загорела, так татуировка вообще эффектно смотрится.

— Здорово, — сухо согласилась Ника.

— Видела, видела, он не женат!

Вероник чуть не обернулась проверить, действительно ли у него на пальце нету кольца, но вовремя остановилась, он как раз поравнялся с ними и вновь пришлось постараться, чтобы не выдать себя ничем.

Она значит все не могла решить, снять ли кольцо или нет, а у него проблем не было. Наверно, как понял, что она домой не придет, тут же запрятал кольцо по глубже в тумбочку, если вообще не выкинул. Эта мысль ее как-то сразу успокоила и осязать его присутствие стало не так тяжело. Скорее бы отпуск закончился!

— Я б на твоем месте, не стояла бы в сторонке, а подошла бы и познакомилась, — широко улыбнулась Ника. Сам виноват родной, твое присутствие на меня губительно действует, — мстительно усмехнулась она про себя.

— Ага… вот и иди на моем месте, а мне боязно. Сейчас, я хотя бы могу помечтать, а если по-твоему сделаю, он меня одной фразой обреет. Видела я как нему тут подкатывают, то одна то другая.

Ника продолжала широко улыбаться.

— К сожалению, или к счастью, меня другой тип мужчин интересует.

Глава 22

— Завтра я уезжаю, — сообщила Эстер в пятницу на городской прогулке.

Ника кивнула, ее отъезд состоится в воскресение вечером и рано утром она прибудет в Эстонию. Это и радовало и немного огорчало. Продеться вернуться в реальность и встретится со своими проблемами лицом к лицу. Начать их решать. Сейчас же она еще могла их игнорировать и отдыхать. А еще было очень жаль, что дома зима и холод. Уж очень она разнежилась за эти две недели.

— Ты знаешь, а я все же последовала твоему совету и познакомилась с ним, — загадочно улыбаясь сообщила подруга.

Ника чуть не выпалила "с Алексеем?". И вопросительно склонила голову в бок притворяясь, что не совсем поняла намек.

— Ну с мужчиной, за которым мы с тобой тут на днях наблюдали.

— Ааа?! Серьезно? Ну и как? — улыбаясь поинтересовалась Вероника с замиранием сердца ожидая, что Серебряков тут же сообщил о том, что его жена тоже тут от него бегает. Или чего хуже, что он свободный человек в поисках своей второй половинки.

— Честно говоря, немного не по себе. Рядом с ним как-то стараешься сразу подобраться, казаться лучше, чем есть. Но разговаривать с ним интересно. Мы вовремя ужина познакомились.

Ника кивала с заинтересованным видом. Ей было любопытно, как его со стороны видят другие. Насколько она лучше их его знает, или на оборот не знает.

— Узнать, женат ли он, мне так и не удалось. Как только разговор заходил о личном, он как-то хитро и незаметно в сторону уходит.

Нике тут же стало скучно. Значит ничего интересного она не узнает, но продолжила изображать интерес.

— Но разговаривать с ним правда интересно, и он хороший слушатель. Я кажется всю подноготную ему рассказала о себе.

— Флиртовали? — беззаботно поинтересовалась Ника.

— Я искренне пыталась. Вроде он даже отшучивался в ответ, но как-то сдержанно. Видимо я не в его вкусе, — грустно вздохнула Эстер и Веронике стало ее жаль. Она сама сталкивалась с этой проблемой. Даже не знала, какой у него любимый цвет.

— Ну ничего, у тебя есть еще сегодня.

Эстер задумчиво улыбнулась, и они продолжили свою прогулку разговаривая на отвлеченные темы.

Они договорились вечером, что Ника за ней зайдет, и девушки отправиться в один интересный ночной ресторан у моря, который днем присмотрели.

Но когда Ника пришла в гостиницу с небольшим презентом в качестве прощального подарка, Эстер она не обнаружила и решила пока погулять вокруг. Тем более эта гостиница имела выход с веранды на песчаный берег моря и вид открывался потрясающий. Разноцветные огни их небольшого городка по одну сторону, а по другую фонари лодочного порта. И этот воздух вечерний, Ника млела. Что-то в нем было, особое и присущие только средиземному морю. А возможно только Криту.

Она сняла легкие сандали и свободной рукой приподняла подол длинного, но очень легкого летнего платица. Как же приятно было гулять по мягкому песочку и позволять темным волнам облизывать ее стопы. Но услышав веселый смех подруги и знакомый низкий с легкой хрипотцой голос мужа, Ника выронила подол позволив ему намокнуть и застыв столбом смотрела на то, как подруга под руку прогуливалась с Алексом. Оба радостно о чем-то болтали, улыбаясь друг-другу. Смотря, как светиться подруга от общения с Серебряковым она вдруг ясно поняла, что не ревнует. Она завидует, просто по-черному завидует. Почему у них так не получалось?

Ника с трудом сглотнула подступающий ком.

Она понимала, почему Эстер была так возбуждена и щеки горели, не говоря о том, как светились глаза. Еще бы… Сегодня он не был в костюме. Черные джинцы и футболка в тон, да еще загорелая кожа, это было что-то с чем-то. Ника сама начала дышать, не ровно отгоняя различные фантазий прочь.

Ну что ж, теперь понятно, почему подруга забыла об их планах. Еще бы, она же сама посоветовала той и вечером попробовать.

Сжав челюсти, Ника вымученно улыбнулась, злясь на саму себя. А никто за язык не тянул!

— Передайте эту посылку пожалуйста фрау Эстер Шмит, из номера триста семь от Вероники Волковой. Она в курсе.

Администратор кивнул и перекинувшись еще пару слов на английском, Ника вежливо попрощалась, покинув гостиницу.

Глава 23

Возвращение было тяжелым. Опять холодно, и снова многослойная одежда. На работе все расспрашивали, как прошла поезда, что она там видела, были ли курортные романы итд итп. Ника конечно немного жалела, что зарплата будет на неделю меньше, но зато она отлично отдохнула.

Квартиру ей отремонтировали и ключи от нового замка выдали, так, что у нее была возможность вернуться домой.

Ремонт ей понравился. Только вот чувство было, как будто она эту квартиру снимает и живет ту кто-то совсем другой. Здесь почти все было новым. Не ее. И радости от пребывания в ней, у нее больше не было.

Интересно, а Алексею тоже вручили новый комплект ключей?

К гинекологу она сходила. Разговор был длинным, как и обследование. Предписаний было уйма и мягко, но честно намекнули на то, что ребенок может и не выдержать в таких жестких условиях. Еще бы, матка повреждена и имеет рубцы после операций. И выдержит ли организм ребенка такую нагрузку.

— Подумайте, у вас еще есть пару месяцев. Но тем не менее, витамины я вам прописываю сразу, принимать в обязательном порядке.

Из кабинета она вышла со смутным чувством. Не понимала она и того, радоваться ли предстоящему ребенку, или на оборот в смятении от его появления.

— Не знаю, правда ли то, что родителей действительно не выбирают. Но если выбирают, то с мамой ты явно прогадал. А вот про папу сказать ничего не могу, — пробормотала она сама себе легонько поглаживая живот при просмотре телевизора. Красивый такой телевизор, новенький и плоский.

И к психологу она тоже дошла. За шесть встреч она наверно еще никогда так по душам ни с кем не разговаривала. Даже не подозревала, насколько много в себе держит и как мало показывает наружу. По сути у нее не было мамы, с кем по душам поговорить и по секретничать. Отца, который показал бы достойный пример. Она даже толком не знала, как должны друг с другом общаться браться с сёстрами. Конечно же Ника отдавала себе отчет, что не у всех кроме нее все идеально. Но все равно ее задевало то, что она не могла положиться ни на одну родную душу.

Каждый сеанс нес большую психическую нагрузку, но это так действовало как вскрытие старой загнившей раны и промывание ее теперь. А потом новая чистая повязка и скорое за рубцевание.

Весна наступила особенно рьяно. Как-то быстро начал таять выпавший к концу февраля снег. Воздух резко потеплел и многие уже стали ходить раздетыми в середине марта. Ника себя берегла. Одевалась по погоде, старалась хорошо питаться, принимать витамины и по долгу спать. Правда все это делалось через силу. Есть не хотелось вообще, как и спать.

Ей казалось, что прошло уже слишком много времени с того дня, как они тогда с ним поругались. И видя то, что встречи он с ней не ищет, пришло понимание, что возможно уже и поздно что-то пытаться. Как не странно, никаких штрафных санкций не последовало за то, что она с мужем уже третий месяц не живет. И Николай о себе не давал знать. Может Алексей с ним как-то договорился? У Ники даже возникало чувство, что она на самом деле уже и не замужем, может сходить в загс и уточнить? Потому, что если нет…, то что? Не приодеться имя отца в свидетельстве о рождении указывать?

А то ведь еще потребует доказать, что это его ребенок.

Ника честно пыталась пару раз его найти и поговорить. Даже на работу к нему заходила. Ну, точнее доходила до здания, где он работает. Но дальше дело не пошло. Ее от ужаса сковывало, и почему, она не знала. Скорее всего потому, что она боялась узнать, что он спокойно продолжил свою жизнь без него. И вся контора в курсе и…. прочие неприятные мысли.

У нее все еще оставались ключи от его дома, их она ему пока не порывалась вернуть. Телефонный номер его она тоже разблокировала. Но звонком не было. Только один, еще в тот день, когда она уехала. Ника специально запрос делала.

Он ее отпустил. Она не читала тогда контракт толком, но не ужели там было написано, что если Вероника захочет уйти, то всем спасибо, все свободны?

Недавно звонила мама, видимо было жутко скучно, раз вспомнила про нее. Узнавала, как дела и докапываться не стала. Но очень много рассказывала о том, что Сергей уже нашел себе другую и правильно сделал. Ирина все равно не была достойной женой и сын ее явно не от Сергея, на стороне нагуляла. А вообще у мамули все замечательно, новый ухажер — красавец и богач. Кстати, она уже была в курсе, что Ника с мужем не живет. Одному богу известно откуда она узнала. Злорадства и "я же говорила" утаивать не стала. Ну конечно, идеальны лишь она и ее родной сын, которого бедного обижают и заставляют кредит тот злосчастный выплачивать. Ника бессовестная, могла бы как-то и поспособствовать. И причем конкретно намекалось на предложение интима. Ника перестала слушать где-то на третьей минуте оставив телефон на столе, пока собирала вещи на тренировку. На восьмой минуте, просто отключилась не сильно переживая по поводу чувств мамочки.

На тренировки она теперь ходила регулярно и пропускать по чьей-то прихоти не собиралась. Тем более этот вид йоги очень хорошо действовал как на будущею мать, так и на малыша.

В клуб она ходила в тот же, что и Алекс. Но так как йога была не в те же дни, что и его тренировки, то они не пересекались.

И хотя преподавателем был мужчина, ходили одни женщины. Коллектив был разновозрастным и веселым. Некоторые женщины были беременными, как и она. Но их беременность сильнее выделялась. У нее же еще возможно месяц-два особо показываться не будет.

— Ладно, девчонки, я прощаюсь! — сообщила Нина, одна из группы и помахав побежала на встречу мужу, что ждал ее у машины. Ника задумчиво потопталась на месте. Ее автобус только через пол часа. Может парком пройтись до следующей остановки? Дышать воздухом ведь полезно! На свою беду она зачем-то обернулась назад.

Алекс смотрел прямо на нее при том, что с кем-то еще беседовал. Как только она обернулась и тут же отвела взгляд, он попрощался с собеседником и направился к ней.

Первый порыв броситься на утек, Ника быстро подавила. Спускаться приодеться по лестнице, а она мокрая от пролитого дождя. Только не хватало еще под скользнуться. Придётся все же с ним поговорить и объясниться.

— На твой выбор, или едем сразу домой, или сначала по парку гуляем, — твёрдо произнес он в полголоса встав рядом и не делая попытки дотронуться.

Глава 24

— Па-парк, — севшим от волнения голосом проблеяла она и тут же лишилась спортивной сумки, которую он вместе со своей понес к припаркованной неподалеку машине и не закинул в багажник. Ладно, она это своевольничество стерпит.

Минут десять они гуляли молча. Оба задумавшись о чем-то своем, прятали руки в карманах. Ника не знала, как начать разговор и не знала, как он среагирует. Трудно было понять, в каком он сейчас настроений.

— Как самочувствие?

Ника осторожно скосила на него глаза. Он что, в курсе?! Но кто, и когда? Она же никому еще не признавалась кроме своего врача. Может он об общем состояний здоровья?

— Нормально, — пришлось кашлянуть, чтобы прочистить горло.

— Как поездка? — тут же задал он следующий вопрос продолжая смотреть перед собой.

Ответ "нормально" звучал сейчас конечно банально, но ничего умнее в голову не приходило. Откуда он был в курсе насчет поездки, она в принципе догадывалась. Ее ученики знали, что она уезжала. И скорее всего доложили родителям, одним из которых был Николай.

— Замечательно, — без выражения сообщила она.

— А разве полеты в твоем состояние не вредны? Лишняя тряска…

Сейчас он перевел внимательный взгляд на нее остановившись и Вероника залилась краской. Черт, он все же в курсе.

Остановившись на против него в шаге, она так и не смогла поднять на него глаза, смотря куда угодно, но не на него.

— Наверно, да, — наконец выдавила она, поняв, что пока не получит ответа. Серебряков к следующему вопросу не перейдет. — Я тогда еще не была… уверена.

— Долго молчать собиралась?

Ника с трудом подавила желание все же взглянуть на него, чтобы понять, злиться ли он или нет. Возможно подавляет желание придушить? При том, что голос оставался ровным и спокойным.

— Нет, — тихо выговорила она, начиная мелко дрожать. Серебряков эту дрожь понял по-своему.

— Поехали домой, а то еще простынешь!

Он опять решал за нее и возражений слушать не желал. Но Ника не стала спорить послушно, последовав за ним.

В машине было хорошо и тепло. Знакомые запахи, музыка и дорога. Даже не верилось, что она скучала по таким мелким деталям.

Всю дорогу Серебряков молчал.

И только кинув в прихожий обе сумки и разувшись он поинтересовался:

— Есть будешь?

Ника прислушалась к внутренним ощущениям. Да, поесть нужно, а то ночью захочется холодильник опустошить.

— Раздевайся, — бросил он ей, как только Ника кивнула.

Если они тоже молча.

После ужина, во время которого он то и дело кидал на нее изучающий взгляд, Алексей заварил кофе в большие кружки и кивком головы указал ей на гостевую. Ника чувствовала себя словно узником перед казнью. Алексей не имел привычки выносить еду или горячие напитки за пределами кухни, и Ника соблюдала это правила. Так было меньше риска в том, чтобы случайно опрокинуть что-то на дорогую мебель или ковер. Да и уборки меньше.

А раз он сейчас кофе с собой берет, разговор предстоит серьезные. Тем более, что он обычно пьет чай.

Серебряков поставил кружки на столик и подождал, пока Ника устроиться. Немного помявшись, Ника выбрала диван и села подтянув одно колено. Алексей сел в кресло облокотив локти о колени и сцепил руки перед собой внимательно буравя ее взглядом. Видимо решил, что разговор должна начать она. Но вот разговор начать у нее не получалось.

— Спрашивай… — сипло произнесла она.

— Почему?

Ника нерешительно повела плечами.

— Почему что? Почему уехала или почему ушла из клуба и тебе ничего не сказала?

— Выбери.

Ника мельком взглянула на него. Он был напряжен, очень. Даже желваки двигались под кожей и пальцы побелели от того, насколько крепко они были сцеплены.

— Потому… потому, что было обидно и больно.

— Тебе?!

Ника аж вскочила от такого вопроса.

— Серьезно?! Ты все еще продолжаешь уверять себя, что мне плевать? Что я специально тебя на все провоцирую и играю тобой?

— Нет?

Она подскочила к нему и даже успела замахнуться. Но то, как он продолжал сидеть неподвижно и этот его предупреждающий взгляд, остановили порыв.

Ника устала опустила руки.

— Дурак ты… я в первые в жизни призналась в любви. Да в первые! А тебе было плевать. И это было больно! Все твердишь, что провоцирую, а я даже не пойму, о чем ты. Я не умею флиртовать как надо… не знаю, как правильно состоять в отношениях. У меня нету опыта, как у тебя… Не знаю, как правильно нужно было донести эту информацию до тебя.

Глаза увлажнились, и Ника отвела взгляд, но решила за одно и на второй вопрос ответить.

— Давно хотела съездить куда-то в теплые страны, но возможности не было. А тут получилось подкопить благодаря твоей щедрости. Мне просто нужно было сменить обстановку. Подышать другим воздухом и обдумать все. Может я и понимаю твой скептицизм насчет моих чувств. Скорее всего решил, что у меня просто привычка выработалась. Я привыкла к тебе, к нашей совместной жизни. Тоже об этом думала и первое время соглашалась с э той мыслю. Но все не так.

Видя, как свободно тебе в компании других женщин, я не ревную. Мне больно, больно, что я так не могу себя вести. Что рядом со мной ты так себя не чувствуешь.

Ника быстро вытерла набежавшие слезы.

Она несколько мгновений стояла, унимая слезы и наконец села обратно на диван.

— Ты похудела, — заметил он вдруг.

— Ты тоже, — сухо ответила она. Его черты стали четче, складки глубже и какая-то суровость во взгляде появилась.

— Как встреча с Максимом прошла?

Ника отвела взгляд. Опять, опять она сделала ему признание, а его это не интересует. Губы тронула злая усмешка.

— Ты и так в курсе, зачем рассказывать?

— В курсе, что встреча была. Не в курсе, как ты себя после этого ощущаешь.

— Не знаю, как. Почему не сказал, что мы оказывается давно знакомы?

Он взъерошил волос и встал прошелся, засунув руки в карманы.

— Видел, как ты переживаешь прошедшее. От твоего крика по ночам, сердце замирало. Первое время вообще думал, ты специально делаешь вид, что меня не знаешь. Потом постепенно понял, что и правда не помнишь. Ну да, не тот человек, которого стоит запоминать.

— Эти шрамы на лице, от меня? — Ника смутно вспоминала, что по кому-то она тогда чем-то подобранным острым прошлась. Но почему-то была уверена, что это Максим. Кроме Эрика и Максима она никого не помнила сколько не напрягала память.

Алексей кивнул.

— Я правда не помню тебя там. И на суде не помню. После всего пережитого, мне вообще казалось, что у меня раздвоение личности. Особенно когда меня обвиняли в чем-то, что я точно помню, что не делала. Но психолог заверил, что это все та же я. Просто мозг блокирует воспоминание. Говорил он намного сложнее, но это то, как я запомнила. Возможно поэтому все четко вижу только во сне, а на яву подробностей вспомнить не могу, — глухо произнесла Ника, уставившись в темный экран телевизора.

— Одного не пойму, если ты все знал. То зачем эта женитьба? Тебе проблем своих не хватало?

Алексей кивнул грустно усмехнувшись.

— Как-то так.

— Бред! — Ника встала. Опять он не может ответить нормально. — Ты столько обо мне знаешь, а для меня все так и остаёшься темной лошадкой. Ну на фига тебе нужна была кто-то с психическими отклонениями, с жуткими родственниками и совершенно тебе чужая.

— Не знаю Ника, просто тогда что-то засело внутри. Не сразу конечно. Но Эрику повезло, что его тогда задавили. Мы в одной банде когда-то были, и я отлично помню его садистские наклонности. Сам бы его порезал на куски. В тот момент, ни о чем другом не думал. А Макс…. придурок малолетний, решил, что пойти по моим стопам это круто. Стать членом банды… Я ушел оттуда, решив измениться, еще перед вступлением в армию. А он таки засел. Не хватило силы духа.

— Анна и правда была твоей возлюбленной в то время? — вдруг зачем-то вспомнила Ника.

Он внимательно смотрел на нее, и Ника уже уверилась, что не ответит.

— Да, была, — наконец ответил он.

— Не дождалась с армий?

— Дождалась, чтобы сообщить, что уже год как с моим братом. А так все нормально было, и письма писала, и приезжала, и я приезжал домой. И брат ни словом, ни духом и она, — Алексей отстраненно усмехнулся.

— Наверно боялись, что повторю классический сценарий и к чертям перестреляю всех обидчиков. Хотелось конечно, — не стал скрывать он, почесав затылок. — Но потом решил, пошли они все и поступил на юридический. Никто не верил, что закончу.

Алексей замолчал на какое-то время.

— Ты спрашивала когда-то, какая у меня татуировка до этой была. Получила ответ?

Ника молча кивнула, держа обеими руками кружку с кофе.

— Если ты уже знал меня до женитьбы, чего тогда так бесился, когда Николай нас свести решил?

— Ты вышла замуж из-за денег. Тебя практически купили, не смущает, нет?

Ника замялась.

— Ну… я не думала, что Николай согласиться. Думала схожу, спрошу, получу от ворот поворот и со спокойной совестью скажу об этом своим "любимым" родственникам. Хоть на совесть перестанут давить. Он ведь по началу и отказал, потом вдруг передумал. А там я вообще перестала понимать, о чем речь.

— Ты же знаешь немецкий, что не понятно-то было?

Ника скосила на него глаза.

— У меня в тот момент мозги плохо работали, вообще казалось, что это он так грубо шутит. Так что не сильно вникала в разговор.

— Ты уверяешь себя, что у меня богатый опыт в отношениях, но это далеко не так. Я впервые женат, и ты первая с которой у меня длительные отношения и первая, с кем я вместе живу. Других похожих отношений не было потому, что я люблю конкретность. Мне не нужны эти висящие в воздухе отношения в которой оба изначально уверены, что это не на долго и пора закругляться.

Серебряков задумчиво посмотрел на свою кружку с кофе, но пить не стал.

— По началу бесился, потому, что все слишком сумбурно и быстро. Николай знал, что я уже года три к тебе не ровно дышу. А все после одного из ваших балов, — он посмотрел на Нику проверяя, помнит ли. Хмыкнул поняв, что не помнит. Подняв свой телефон со стола, он тут же быстро в нем что-то поискал и передал Нике. Фотография, тогда она изображала какую-то фею — роль не главная и не второстепенная. Просто одна из массовки. И на фотографии она танцевала с Алексеем. Даже на фото было видно, насколько рассеянный у нее взгляд. Думала она явно не о партнере, с кем танцует.

Ника вернула ему телефон запустив пятерню в волосы и дернула их, не больно, но ощутимо.

— Не помню. Все больше понимаю, что последние лет десять я в каком-то тумане прожила. Точнее просуществовала.

— Вот и мне досадно было от твоих реакций. Потому наверно и пытался всеми силами тебе насолить и держать дистанцию. Хреново конечно получилось, не на долго меня хватило. А еще… — он запрокинул голову спрятав руки в карманы, что-то обдумывая. Закончив изучать потолок, он вновь перевел взгляд на нее. — А еще я проиграл спор. Только по этому Николаю удалось так легко меня заставить подписать договор и женить на тебе.

Ника минут несколько непонимающе смотрела на мужа. Потом, что-то холодное и мерзкое начало вползать в душу… Спорил? На нее?

— В чем заключался спор? — едва слышно выдохнула она.

— Лет десять назад, мы надрались на чьей-то свадьбе. Мужику было лет сорок, сорок-пять. Я тогда брякнул, что как можно так долго прожить и только потом решить жениться. Вот я таким не буду. Николай поймал на слове. Срок был десять лет. А потом, хоть на первой встречной.

Алексей опять взъерошил волосы.

— Я забыл про этот спор. А он нет.

— Поэтому ты так себя ведешь? Как только тема касалась тебя или чего-то о тебе, ты тут же менял тему или уходил в оборону.

— Издержки профессий, — он криво усмехнулся, сев наконец обратно в кресло. — Не говори ничего, что можно использовать против тебя. Говорю же, у меня мало опыта в нормальных отношениях, не привык делиться.

— Что тогда произошло в том отеле, что ты был сам не своим.

Алекс откинулся в кресле прикрыв глаза ладонью.

— Николай про Максима напомнил. И я вдруг понял, что, не смотря на твоих родственников, узнаешь о моих и уже не захочешь общаться вообще. Возможно пытался отстраница, выдержать дистанцию. Не знаю, фигней страдал. Понимал, что даже если пошлешь, все равно буду искать встречи. Ты не представляешь какой я маньяк, если намечу себе цель.

Ника сдвинула брови, не веря. Алекс усмехнулся словно почувствовал ее реакцию так и не открыв глаза.

— У тебя есть шоколад, или конфеты? — вдруг спросила Ника чем заставила его убрать руку с глаз и внимательно на нее посмотреть.

— Тебе же покупные сладости не нравиться, — напомнил Алексей.

— Мне нет… а вот кому-то нравиться, — тихо пояснила Ника.

Алексей молча встал и ушел на кухню. Через несколько минут вернулся с плетеной корзиночкой наполненной разными конфетами. Он сел близко к Нике на диван и протянул ей корзиночку. Выбрав пару конфет она дрожащей рукой отправила их в рот запив кофеем. Все же легче с ним было разговаривать, когда он сидел на против или прохаживался мимо.

— Ты рада? — тихо спросил он, имея в виду беременность. Ника решила не таить.

— Не знаю, и, да и нет. Я может и не смогу выносить этого ребенка. Мне тогда здорово внутренности повредили, и матка была сильно повреждена, было внутреннее кровоизлияние. После перенесенных операций… — она с трудом сглотнула, и Алексей нежно привлек ее за шею к себе на плечо. Ника тут же обвила его шею руками плотнее прижавшись.

— Все будет хорошо моя хорошая, — он положил свою широкую ладонь ей на живот, и Ника не знала, кому именно были адресованы слова, ей или нарождённому малышу, но как бы не было, ей стало чуть легче и спокойней.

— Как ты узнал, что я беременна, — не отрываясь от его плеча поинтересовалась она.

— Ника, мы почти не предохранялись, делать выводы я умею.

Вероника смутилась.

— Я не специально…

— Не специально что?

Ника уловила нотки ехидства в его голосе и тут же стукнула его кулачком по свободному плечу. Он усмехнулся одними губами.

— Не специально не сообщала. Собиралась, но не знала, как подступить. Боялась даже, что можешь не поверить.

— Почему?

— Жена сваливает на столько месяцев… а потом находит, сообщая о беременности. Нормально?

— В твоем случае — да. У тебя на лице написано, когда ты пытаешься врать.

Ника фыркнула, отодвинувшись и скрестила руки на груди.

— Как ты объяснил мое отсутствие родителям на встрече нового года?

— Поцелуешь, расскажу.

— Вот еще, — Ника с трудом скрыла смущение. Она последний час только об этом и думала.

— Значит разговор окончен, и я пошел спать. Завтра на работу.

— Вот и отлично, иди! — Ника попыталась подняться но тут же была откинута обратно и Алексей нависая над ней тихо прорычал:

— Упрямая!

Поцелуй был долгим, глубоким и очень волнующим. Как же она по нему скучала!

Ника залезла ему под футболку поглаживая и обводя пальцами контуры груди, мышц и живота. Воображение разыгралось, и она уже напрочь забыла о разговоре и о не отвеченных вопросах.

Серебряков тихо засмеялся, когда она заставила его снять футболку и откинуть в сторону. Взгляд Ники резко прояснился, как только она увидела прятавшеюся под футболкой цепочку с его обручальным кольцом и глаза тут же сузились. Она отбросила в сторону его руки, который так ласково поглаживали ее грудь.

— Что? — его голос был хриплым и возбужденным, а взгляд затуманенным.

— Ты на вопрос не ответил. А еще, почему у тебя обручальное кольцо на цепочке висит?! — ее возмущению не было предела. Одернув на себе кофточку, она пересела в кресло. Алекс усмехнулся и глаза недобро заблестели.

— После тренировки одеть забыл.

Он закинул удочки и Ника так безбожно попалась!

— Вот как?! А на Крите, что тебе там мешало его одевать? Сомневался, что поклонницы захотят с тобой общаться, если будет свидетельство о твоем семейном положений?!

Высокомерная улыбка кривила его губы.

— То есть видела всё-таки?

— Да, а ты этого и добивался. Доволен?!

— Был бы доволен, если бы сразу подошла и не строила из себя такую гордую!

— Ничего не строила. Сказала же, хотела отдохнуть, с мыслями собраться…

Он резко вскочил с места и через секунду нависал над ней опиравшись руками об оба подлокотника кресла. Ника вжалась в спинку кресла.

— Собралась? Надышалась?! Ты в курсе вообще какого мы не было? Просто взяла и свалила черт знает куда. Да еще с братцем моим виделась до этого. Даже то, как ты время на острове проводила, я узнал через незнакомую мне женщину. Ты отлично знаешь, как меня бесит неизвестность касаемая моей семьи. Так еще больше выводишь из себя.

Из-за кольца вспылила?! Ты же сама сказала, что я похудел. Сам в шоке, как не поседел после твоей выходки. И ты мне еще претензий предъявляешь?!

Он не кричал, он шипел. Самым натуральным образом. Даже был немного схож с котом, который встал на дыбы из-за чего-то страшного.

— Тихо, папа не злой, он просто переживал из-за нас с тобой, — тихо произнесла Ника, поглаживая свой живот, когда что-то внутри заколыхалось в волнении. Вроде еще рано, по срокам, чуть больше трех месяцев. Движение малыша она еще не должна бы ощущать. Но видимо волнение чувствовала.

Изменившись в лице, Серебряков выпрямился и отошел, встав напротив окна, скрестил руки на груди и тяжело вздохнул.

— Прости, не хотел пугать, — едва слышно выдохнул он не оборачиваясь.

— Знаю, — она тихо подошла и обняла его со спины. Мужчина едва вздрогнул от неожиданности, но отстраниться не стал.

Как же приятно было прижиматься к его теплой голой спине. Касаться губами кожи и ощущать под рукой движение крепких мышц.

Ника разжала руки и отступила на шаг.

Алексей обернулся и спрятал руки в карманах спортивных брюк.

— Разочарован выбором Николая? — Ника вздернула бровь.

— Нет.

Она опять отступила, и Серебряков последовал прищурившись.

— А то, что у нас возможно будет ребенок? Ты знаешь о моих чувствах. Какие твои?

— Рано или поздно, я бы все равно поднял эту тему. А раз и так все сложилось, то я только рад.

— А еще я больше не хочу, чтобы ты жил в моей квартире.

Алекс остановился.

— Значит будем жить тут, вместе.

Ника кивнула едва улыбнувшись, он уловил ее мысли.

— И диван надо будет купить новый.

— Зачем? — он приблизился.

— Потому, что скоро перестану подниматься по лестнице на второй этаж, когда живот будет перевешивать. И придётся ночевать на диване. А одной мне спиться ужасно плохо, — последнее она почти пошептала, так, как он стоял вплотную к ней обвив сильными теплыми руками. — А этот не раздвигается.

Он молча кивнул и медленно склонил голову словно спрашивая разрешения ее поцеловать. Ника обвила его шею руками, притягивая ближе и прижала свои губы к его.

— Я правда очень тебя люблю… — пробормотала она севшим голосом, когда поцелуй закончился. — И если ты не…

— Я верю, — прервал он, целуя ее в лоб. — Не слепой и не глухой. Только, я все равно больше тебя люблю.

— Как это?! — опешила она. Он наконец-то признался и ее сердце ликовало.

— А почему по-твоему я как привязанный за тобой хожу? Я же все эти месяцы все равно где-то по близости ошивался. Все не мог решиться, подойти. Ты как-то так изменилась разительно. Светишься что ли… Не сразу сообразил, что это из-за ребенка. Думал, что это от того, что меня рядом нет.

Ника склонила голову в бок.

— Плохо…

— Плохо, что за тобой хожу?

— Плохо, что я этого раньше не замечала. Я бы уже намного раньше смогла обрести чувства покоя.

— Покоя тебе все равно не будет, — прошептал он потеревшись носом о ее нос и прижимая ее бедра плотнее к своим.

Ника понимающе улыбнулась и вновь приникла к нему в поцелуе.

Эпилог

Эпилог

Неслышно ступая по комнате, Вероника собирала разбросанные детские игрушки. Алиса тихо сопела в своей кроватке раскинув ручки по сторонам.

Притворив за собой дверь, Ника все так же, едва слышно прошлась по дому убирая следы недавнего «торнадо». И хотя, Алиса уже как полгода спала крепко, привычка соблюдать максимальную тишину, осталась.

— Нда… красавица. Но душ не помешает, — решила женщина, заметив свое отражение в зеркале. Несколько прядей выбились из конского хвоста. Футболка в разных пятнах начиная от пальчиковых красок до еды и соков. Алиса была человеком творческим. Зато Ника растеряла все лишние килограммы. И в большей части этому поспособствовал Алексей. Они стали вместе бегать, когда была возможность оставлять дочку с бабушкой или упражнялись в саду, когда малышка спала в коляске. Алекс не настаивала. Она сама вдруг решила попробовать. Правда тут же пожалела, но упрямости хватило. Уже наверно потому, что Алекс предложил не напрягаться и бросить это дело (знал же гад, на что надавить). Вдвоем было интересней, одна бы она давно прекратила это занятие. А тут стимул, и с мужем чуть дольше времени провести и воздухом подышать. Хотя, благодаря частым и длинным прогулкам с дочерь, воздухом она дышала вдоволь.

Ласковая улыбка тронула губы молодой мамы, когда она вспоминала прошедший день. Не соскучишься.

Мельком глянула на часы — скоро будет. И внутри сразу же разлилось приятное тепло.

Стена в гостиной была завешана различными фотографиями. Почти на каждой присутствовала Лисенок (дома ее именно так и называли, и свое имя она оправдывала) с кем-то в обнимку. Или же одна. Позировать она любила. Больше всего Веру радовали фотографий со всеми племянниками Алекса и Лисенка на руках у Максима, ее племянника. Малышка упивалась тем, что была самой младшей и самой избалованной. А больше всех ее баловала бабушка, мама Алекса.

Она буквально жила у них, с тех пор, как Вероника родила. Анна с Мариной успокоили — мама по-другому не может! Годика два-три, а там успокоиться. И Ника сдалась. Хотя первое время жутко комплексовала, что недостаточно внимательная мать и прочие страхи постоянно душили ее. Помог Алекс. Без его моральна поддержки, да и физической было бы нереально выдержать нелегкий период беременности. Запросов в еде у нее особенных не было. Но капризничала жутко. Даже сама себя ругала, но продолжала капризничать. Хватало одного его взгляда или жеста, и Ника быстро успокаивалась, хоть и чувствовала себя нашкодившим ребенком. Наверно поэтому Алекс так хорошо и ладил с племянниками, они его во всем слушались.

— Коллеги явно бы удивились, увидев своего «Морозку» в таком ракурсе, — улыбнулась Ника, тихо наблюдая до этого их игру. Алекс сидел окруженный племянниками (Максимка тоже приехал с матерью погостить к родителям Алекса) и играл в какую-то настольную игру.

Серебряков усмехнулся, не поднимая глаз и сделал свой ход.

— Наверстываю упущенное.

— Что это ты такое упустил?

— Слишком рано повзрослел. На старших накладывается определенный груз, поэтому ребенком побыть не долго удалось. Вот и отрываюсь.

— Самое то Леш! В твои то сорок, пора бы и в игрушки поиграть! — согласно кивнул неслышно подкравшийся младший брат. Алекс скосил на него глаза, но промолчал.

— Ему еще не сорок, — напомнил Максим.

— Ага, но рассуждает и выглядит соответственно! — не унимался Сергей, широко улыбаясь и тут же ойкнул, сестренка ощутимо ущипнула его.

— Не наезжать!

Завязался шуточный спор, кто кого обижает и даже звали маму, чтобы та пришла и наказала. Ника от души хохотала, не удержались и дети, наблюдая, как дурачатся взрослые.

Устранив последние следы дочкиного творчества, Ника поднялась наверх и скинув с себя грязную одежду, накинул халат. Пора в душ.

Ей было хорошо с родственниками Алекса. Хоть и у них свои тараканы в голове, но приняли они ее хорошо. Даже Анна перестала смотреть так настороженно и приветливо улыбалась.

Родственники же самой Ники, старались себя больше не проявлять. Что касалось брата, его Николай хорошо прижал. Кредит выплачивался исправно. Как Николай позже пояснил, он бы никогда не стал требовать возврата с Ники. Тогда просто нужно было, так сказать.

Мама тоже не особо старалась попадаться на глаза. Вероника подозревала, что в этом от части виновен Алекс. О чем они тогда один единственный раз поговорили, он так и не сказал. Но мать после этого практически не появлялась в поле зрений Ники и не звонила. В принципе, это ее не сильно расстраивало.

Вероника чуть не подскочила от неожиданности, когда, выйдя из спальни заметила выходящего из детской — Алекса. Рубашка расстёгнута, пиджак перевешан через согнутую руку. Волосы взлохмачены и легкая щетина тут же отозвалось во всем теле приятным томлением. Она перехватила его взгляд и чуть смущенно улыбнулась.

— Если ты сейчас думаешь о том, в чем я уверен, ты думаешь, то — нет.

— Нет? — разочарованно выдохнула Ника.

— Нет, не позволю себя соблазнить, пока не схожу в душ! — заявил муж и легонько коснулся ее губ своими склонив голову. Ника тут же потянулась и обняла его за шею.

— А можно я тебе спинку потру?

Усталая улыбка коснулась его губ.

Спинку потереть ей позволили, и не только спину, и не только потереть. Мылись они долго, лаская друг друга и намыливая одновременно. Потом смывали мыло и заново намыливали. Целоваться под душем было не очень удобно, но это не сильно мешало. Руки скользили по крепким плечам, груди и животу спускаясь ниже. Он не оставался в долгу. Развернул к себе спиной и пока руки блуждали по телу нежно поглаживая и лаская, губы прокладывали дорожку от мочки уха до предплечья. Он вновь развернул ее и встав на колени перед Никой, припал губами к ее груди. Вероника выгнулась дугой вжимая пальцы в его широкие плечи. А когда он спустился ниже к самому чувствительному месту, тихо застонала от удовольствия. Вода делала кожу особенно чувствительной и ей казалось, что от нахлынувших ощущений она теряет сознания. Когда же язык и пальцы заменил его член, Ника не сдержалась вскрикнув.

— А говоришь, весь день с ребенком тебя выматывает, — хрипло пробормотал он ей на ухо, когда они наконец-то отдышались после страстного соития.

Ника устало улыбнулась, откинув голову ему на плечо нежась в его объятиях.

— Тебя покормить?

Алекс хохотнул, убирая лишнею влагу с волос с помощью полотенца.

— Вообще-то с этого нужно было и начинать. Как там в сказках? Сначала за стол усади да накорми, а потом в постель тащи.

Ника наморщила носик.

— Мне кажется, окончание, там как-то по-другому было.

— Ты просто не те сказки читаешь, — отмахнулся он и натянув футболку с тренировочными брюками. Он взял Нику за руку и увел на кухню.

— Ты вроде на деловом ужине был, — напомнила мужу Вероника, когда он схомячил три больших бутерброда и запил это все чаем.

— С такими ужинами, несварение можно заработать. Фиг расслабишься и насладишься едой.

— Я тебе так сочувствую, — «пожалела» Ника. — Его в шикарный ресторан позвали, с множеством смен блюд, с прекрасной обстановкой и красивыми официантками, а у него несварение желудка, понимаешь.

— Да официантки там так себе, — отмахнулся Алекс и рассмеялся, когда Ника на него злой взгляд скосила. — Ладно-ладно, красивые там официантки были.

В следующий миг в него полетела конфета, которую он ловко поймал и вернул на место. Нике нравилось это его озорство во взгляде. Нравились их частые шуточки по поводу и без. Главное, что все было беззлобным и без обид. Да и она сама перестала на многое остро реагировать. Она заметно успокоилась с того момента, когда они окончательно примирились. Успокоился и Алекс. Ей даже было «позволено» называть его Лешей. Но почему-то теперь, когда это было можно, она придерживалась сокращения Алекс или полной версий имени.

— Эрик с Леной прислали пригласительные. Они наконец-то решились расписаться и отпраздновать это дело.

Алекс кинул, он был в курсе, коллеги все-таки.

— Николай говорил, ты у него про договор узнавала. Что, все еще считаешь дни, когда можно будет на прощание помахать и свалить? — Алексей прищурился. Говорил он серьезно, но голос был не злой. Интересовался как, между прочим.

Ника встала загадочно улыбнувшись и встала у него за спиной, обняла за шею склонившись к уху.

— Нет, — тихо пробормотала она, — просила внести некоторые поправки.

Он прищурился, пытаясь повернуть голову в ее сторону.

— Какие-же?

— Просила внести поправку, чтоб даже если тебе очень-очень захотелось, назад пути не было бы.

Он все же перетащил ее к себе и усадил на колени.

— А у тебя?

— Ну я могу ведь и передумать, мало-ли. Так что да, у меня возможность сбежать — остаётся!

— Я тебе сбегу! — прорычал он ей на ухо, и Ника рассмеялась под давлением щекотки.

— Ладно-ладно, сдаюсь! Я не спрашивала его про договор, просто интересовалась, как его сын с учебой справляется. Все же, он мой бывший ученик. И предлагала услуги репетиторства, если нужно.

— Дома так скучно? — пробормотал он, нежно покусывая ее кожу в вырезе футболки отодвигая материю назад обнажая грудь.

Дыхание стало прерывистым и Ника почувствовала попкой его возбуждение.

— А я думала, ты насытился…

Он хмыкнул, подняв на нее глаза.

— Тобой, никогда, — и он поцеловал ее, так, как только он умел. Так, что Ника забывала обо все кроме наслаждения, которое ощущала всем своим существом.

------------------------------------------

Может кому-то этот эпилог покажется и лишним. Но мне было трудно отпустить этих героев. Все еще трудно.

Content

Собирая осколки

Глава 1

Глава 2-3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 16

Глава 15

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог